Девятое правило дворянина

Глава 1

Российская империя.

Валаамское княжество.

Имение князя Сабурова.

Как и планировал, сразу же после возвращения в Москву, я уехал в гости к князю-дракону, который с нетерпением меня ждал. Единственное, на что позволил себе потратить время, так это на отчет Гриневу и короткий заезд в Ясные Горки.

Хотя желающих со мной встретиться набралось за эти дни порядком. У Верховцева была куча вопросов, и он настойчиво просил встречи, ну а к нему присоединился Давыдов, которому не терпелось рассказать о состоянии дел.

Понятное дело, в последнее время мне как-то было не до деловых вопросов — имелись задачи посерьезней, так что накопилось всяких проблем, требующих моего участия. Пришлось пообещать, что как только снова вернусь в Москву — сразу устроим совещание. Надеюсь, так и будет, уж слишком стремительно развиваются события, чтобы утверждать наверняка.

Ну и князю Шувалову я был нужен. С Максимом Ивановичем встречаться — дело рискованное, можно сразу же в командировке оказаться, так что его я тоже попросил немного подождать. Он сильно не сопротивлялся, сказал, что пару дней в силах потерпеть.

Оставалась Василиса, которая по-прежнему была не в особом восторге от моих поездок к Сабурову. Не знаю, чем он ей не нравился, но она почему-то была уверена, что князь-дракон обязательно впутает меня в какие-то неприятности.

Пришлось ей объяснить, что других вариантов нет. В подробности я не вдавался, но суть мне передать удалось — от этой поездки зависела моя жизнь. Больше вопросов она не задавала, а просто попросила быть осторожнее. Ну а как иначе?

Сабуров лишних вопросов не задавал, сразу накормил ужином и дал выспаться с дороги. Вообще-то, я себя уставшим не чувствовал, но князь настоял. Сказал, что такими вещами как призыв, лучше после отдыха заниматься, от греха подальше. Слишком много ему хлопот доставлю, если меня потребуется оттуда в наш мир вытаскивать.

Он оказался прав. Хотя много времени не выделил, но пять часов дал отдохнуть, и мне этого вполне хватило. Уж не знаю какие чудодейственные травы он подсыпал мне в баню перед тем, как я выкупался с дороги, но проснувшись, я почувствовал себя новым червонцем.

На этот раз Лучезарный отозвался на мой зов очень быстро. Мне показалось, что даже минуты не прошло, как я увидел летящего ко мне сфинкса.

Когда он уселся рядом со мной и положил Шушика, которого заботливо принес в своей пасти, я осмотрел его рану и провел рукой по невидимой шерсти. Все было в полном порядке. Похоже, сфинкс и в самом деле выздоровел.

Впрочем, особой необходимости в его осмотре не было — это я скорее на всякий случай. Даже по морде Лучезарного было видно, что с ним все в полном порядке. Глаза были ясными, а сам он пребывал в каком-то особом игривом настроении, что говорило только об одном — сфинкс здоров, а значит можно отправляться на поиски огнеподобного.

А вот Шушик, в отличие от Лучезарного, выглядел не так хорошо. Ни один из кристаллов на нем не светился, а это значит, что Эфирный Омут использовал всю магическую энергию, которая в нем была. Да и сам ящер был вялым и уставшим.

После того, как сфинкс отпустил его, Шушик попытался было подойти ко мне, но это ему не удалось. Сделав несколько шагов в мою сторону, он лег на живот и лишь смотрел на меня.

Понятное дело, несколько дней без еды и питья, да когда тебя еще при этом используют как магическую батарейку, могут выбить из колеи кого угодно. Ну ничего, мы его быстро на ноги поставим. Отдам ящера Бьянке на откорм, запрещу Тосику гонять его по имению и все будет в порядке. Самое главное, что живой, а все остальное — вопрос решаемый.

Кстати говоря, восстановление Шушика началось сразу же после моего возвращения назад. Князь-дракон неожиданно расщедрился и выделил ему из своих личных запасов небольшой кусочек эфириума. Ящер его с благодарностью умял и погрузился в сон. Больше мы его не трогали — он свой отдых заслужил в полной мере.

О своих изысканиях Сабуров рассказал мне за обедом. Его повара сварили нам крепкой ухи из нескольких видов рыбы, запекли жирного гуся, ну и закусками всякими весь стол заставили так, что на нем свободного места не было.

— Ну как там твой сфинкс поживает? — начал он разговор, обгладывая гусиную ножку. — Рад был тебя видеть?

Я к этому времени уже давно закончил с едой и теперь наслаждался холодным квасом, который у князя готовили просто идеально на мой вкус. Нужно будет рецепт не забыть записать, а то у моих толком ничего не выходит — то слишком сладкий, то слишком кислый, а иногда вроде бы все нормально, так они ему добродить не дадут…

— Мне показалось, что рад, — ответил я. — Хотя, может быть, это он просто в хорошем настроении был оттого, что вылечился. Он ведь говорить не умеет, к сожалению.

— С огнеподобным тянуть нельзя… Если он до сих пор жив и от раны не умер, то значит и хозяин его знает способ как лечить высшее существо, — Дмитрий Федорович посмотрел на меня и нахмурился. — Да и хозяин у него непростой, так что…

— Так я вроде бы затягивать и не собираюсь. Вот и Лучезарному сказал, что скоро увидимся, когда артефакт с его хвоста снимал, — я допил вторую кружку кваса и начал наливать третью. — Сегодня же и пойдем, чего тянуть?

— Правильное решение, — одобрил князь-дракон. — Лучше всего, когда я рядом буду. В бою я тебе не помогу, но домой вернуть смогу, если что. На это моей силы хватит.

— Спасибо, ваше сиятельство, это уже для меня очень много, — я припомнил вонючее болото, в которое меня бросили огнеподобные и добавил. — Как-то совсем не хочется остаться в том мире навсегда, если что-то не так пойдет. По крайней мере, хотя бы тело мое сюда доставите.

— Ты об этом не думай, Володь. Зачем себе голову дурными мыслями забивать?

— Не переживайте, князь, у меня нет привычки об одном и том же думать, — заверил я его. — Просто люблю называть вещи своими именами. Вы же сами сказали, что хозяин у него непростой, а значит всякое может случиться.

— Угу, — кивнул он. — Багровый Трилистник уже сотни лет существует, так что гости к тебе древние пожаловали, с традициями, можно сказать.

— Было бы еще неплохо узнать зачем пожаловали и что им от меня нужно?

— Неправильный вопрос задаешь, Владимир Михайлович, — сказал Сабуров, отодвинул от себя тарелку с гусиными костями и вытер руки салфеткой. — Как раз это дело ясное — жизнь им твоя нужна, что здесь непонятного? Меня бы на твоем месте другое интересовало — кому она так сильно понадобилась, что он с этой организацией связался.

— Загадками говорите, Дмитрий Федорович…

— Слушай, что я тебе скажу, Володя. Багровый Трилистник как-то связан с темными силами. Лично я думаю, что как раз через хозяина этих огнеподобных. Его описание во многих архивах имеется и везде сходится, так что… Имена только все время различаются, а во всем остальном — полное сходство.

— Любопытно…

— Угу, а дальше еще интереснее будет, — Дмитрий Федорович тоже налил себе в кружку кваса и несколькими мощными глотками опустошил ее. — Он ко многим в трудную минуту на помощь приходит, кому деваться некуда, вот только платой душу берет. Вот и делай выводы.

— Откуда у вас такие сведения, князь? На каждом углу об этом говорить не будут.

— Нет, конечно. Ты не забывай сколько я на этом свете живу и хлеб жую, — напомнил мне Сабуров. — Хватает у меня знакомых по всему свету, а среди них разные попадаются… Между прочим, не все соглашаются на его условия, есть такие, кто и отказывается. Вот только потом такие жизненные странности в мемуарах родовых упоминают, чтобы грядущим поколениям не заметку. Ты главное не сомневайся — я тебе правду говорю. Или ты, может быть, меня тоже считаешь князем с придурью в голове?

— Да нет, разумеется, что вы… Стал бы я к вам кататься в такую даль. Как раз наоборот — думаю, что от нечего делать вы бы мне это не рассказывали. Ну а если так — значит противник и в самом деле опасный вырисовывается, — сказал я. — Судя по вашим словам, чуть ли не сам Темный.

— Вот в этом я сильно сомневаюсь, — покачал головой князь-дракон. — Скорее слуги его. Думаю, недостатка в них он не испытывает — кто-кто, а он может очень хорошо их отблагодарить за верность. Хватает их по миру… Тебе вот Багровый Трилистник попался, кто-то с чем-то иным столкнется, а суть одна, граф. Так что думай, кто у тебя из врагов имеется, кто не пожалел ради твоей жизни своей душой после смерти расплатиться.

— Хах! Ну и задачки вы ставите, Дмитрий Федорович, — не смог я сдержать улыбку. — Да как же я вам отвечу, если у меня врагов как тараканов? Тут даже Любомир Щетинин со своими талантами не разберется… Если хорошенько поразмыслить, то у многих найдется повод за мою жизнь большую цену заплатить. Пальцев на руках сосчитать не хватит…

— Молодец, граф! — уважительно кивнул Сабуров. — Если так много врагов позволяешь себе иметь, значит верной дорогой идешь и не гнешься под каждым порывом ветра. Лишний повод мне думать, что не зря я с тобой знакомство свел. Люблю, когда в приятелях приличные люди состоят, а то ведь лезет в друзья всякая шушера…

— Рад слышать, — кивнул я. — Вот только что с задачкой делать? Ее решать как-то нужно…

— Обязательно, — согласился князь. — В перспективе она, само собой, решения требует. Пока врага не устранишь, неприятности преследовать будут — не мне тебя учить. Но если ты и в самом деле сразу ответа найти не можешь, то для начала нужно от самой угрозы избавиться, а потом уже задачки решать. Тем более, что какой-бы враг у тебя ни был, огнеподобный вместе со своим хозяином опаснее будет…

Это я прекрасно понимал и без Сабурова. Кто враг, мы выясним позже, а сейчас главное — его оружие уничтожить, и этой ночью я займусь этим вопросом вплотную. Жаль, конечно, что моя магия там не работает…

— Ты только меч не забудь, фейерверками своими там удивить никого не получится, — сказал вдруг Дмитрий Федорович, будто прочитав мои мысли.

Я удивленно посмотрел на него, но он сделал вид, что не замечает моего взгляда. Затем потянулся так, что кости хрустнули, и встал из-за стола.

— Иди отдыхай, Владимир Михайлович… Разбужу среди ночи.

— Вот кстати, все хотел спросить — почему вы ночью все время работаете с артефактами?

— Потому что в это время дорога туда легче и тебе там проще, понял, граф? — сказал он и вышел из столовой.

Жаль, я бы все-таки расспросил его об этом поподробнее, такого объяснения мне явно не хватило. Ну ладно, может быть потом, когда дело сделаю. Я налил себе еще полкружки кваса и с удовольствием его выпил.

Странный он все-таки тип, этот Сабуров… Ну и хорошо, что Рассвет я с собой додумался взять, а так пришлось бы врукопашную на них идти.

Я посмотрел на кувшин кваса и хотел было осилить еще полкружечки, но понял, что больше в меня просто не влезет. Ладно, отдохнуть и в самом деле будет не лишним. Кстати, а интересно будет посмотреть на хозяина огнеподобных… Вот бы еще узнать какая сука их ко мне направила…

* * *

Британская империя

Лондон

Посольство Японской империи

Несколько дней после разговора с господином Хитоши Савва Андреевич Ахматов чувствовал себя не в своей тарелке. Он поймал себя на мысли, что чуть ли не каждые пятнадцать минут проверяет свой мобильный телефон — вдруг ему звонил японец, а он не услышал звонка.

Да, поведение не совсем свойственное князю, но что делать — уж очень ему хотелось решить этот вопрос с Соколовым как можно скорее. Ну а после того, как до него дошла грустная весть о смерти Магнуса Христофоровича Рейтера, его желание многократно усилилось.

Молодой граф из Российской империи стал для него чем-то вроде больного зуба, который нестерпимо ныл и нуждался в скорейшем удалении. Ну а японец виделся ему в этом свете единственным врачом, который может помочь справиться с нездоровым зубом.

В его голове все время крутилась мысль, и она крайне его беспокоила — он остался один, а все его приятели уже лежат по могилам. Князь был готов сделать все, что угодно, чтобы не составить своим друзьям компанию. Для этого всего лишь нужно было избавиться от Соколова.

Он был совершенно уверен в том, что это все его рук дело. Хотя по новостям из Африки выходило все так, будто колдун спятил и разделался с бедным Рейтером, в эту версию он не верил. Да и какой дурак поверит в нее? Разумеется, это дело рук щенка из России, кого же еще?

Поэтому, когда наконец зазвонил телефон, и господин Хитоши пригласил его в посольство, князь чуть ли не бегом бежал через весь Лондон. Что говорить, если он настолько сильно боялся опоздать, что приехал даже на час раньше. Когда такое было?

Как и в прошлый раз, японец встретил его крайне сдержанно, чем сразу же взбесил Савву Андреевича. Ну что за идиотская привычка у этих японцев до конца держать интригу? Почему нельзя сразу дать ему понять, что все решено в его пользу. Для этого есть куча способов — жесты, улыбки, выражение лица в конце концов… Нет же, сплошная равнодушная маска! Черт их побери!

— Что вы можете мне сказать, господин Хитоши? — нетерпеливо спросил он, даже не дожидаясь, пока они окажутся в кабинете. — Надеюсь, порадуете меня в этот прекрасный день?

— Даже не знаю, что вам сказать, князь, — улыбнулся в ответ японец. — Для разговора с вами из Японской империи прислали специального человека, и лишь он уполномочен вести беседу. Хотел бы вас порадовать, но боюсь это не в моих силах. Я просто не знаю, о чем пойдет речь между вами.

После этих слов настроение у Ахматова заметно улучшилось и у него даже перестали дрожать руки от постоянного волнения. Если они прислали ради него отдельного человека, значит заинтересовались в его предложении, это же очевидно.

Иначе какой в этом смысл, если Хитоши достаточно просто было вызвать его и сказать одно лишь только слово — нет. Разве для этого требуется специально уполномоченное лицо из далекой Японской империи? Разумеется, нет.

Размышляя в таком вот духе, Савва Андреевич и сам не заметил, как его походка вновь приобрела былую вальяжность и неспешность. На лице появилось уверенное выраженние и надменность. Надо же, вот дурак! Почему он сомневался в том, что все будет хорошо? Нужно быть полными глупцами, чтобы отказаться от его щедрого предложения.

Он шел за Хитоши, благодушно улыбаясь встречным, и даже игриво подмигнул одной смазливой японочке, которая сразу же смутилась и опустила голову. Князь довольно хохотнул и вскоре оказался во внутреннем дворе посольства.

Ему очень понравилось, как все было здесь сделано. Он не бывал в Японской империи, но был абсолютно уверен, что окажись он в каком-нибудь местном дворике — там было все в точности также как здесь.

Небольшой сад, искусственный водоем, рыбки, миниатюрные водопады, аккуратно подстриженные деревья… Все здесь было на своем месте и радовало взор.

— У вас здесь просто райские кущи, господин Хитоши, — сказал он, когда японец открыл перед ним дверь небольшого домика, который также был сделан в японском стиле.

— Прошу вас, князь… — японец отошел в сторону, позволяя Савве Андреевичу войти.

Ахматов оказался в домике, который был лишь немногим больше его самого, однако все же сумел вместить его, господина Хитоши и еще одного японца. Довольно странно, но незнакомец был одет в черное кимоно, смотревшееся на фоне дорого костюма князя несколько архаично.

Кроме того, незнакомец сидел на полу перед маленьким столиком, на котором стоял небольшой чайник и две пустые чашки.

— Это господин Огасавара, — представил его Хитоши и поклонился. — Теперь я оставлю вас наедине.

— Присаживайтесь, князь, — сказал японец после того, как они остались вдвоем. — Когда вы стоите, у меня возникает ощущение, будто я нахожусь у подножия нашей священной горы Фудзияма.

Ахматов с большим трудом уселся на пол и посмотрел в холодные глаза человека, которого ему представили, как Огасавару. Только сейчас он увидел, что справа от него на полу лежит короткий меч без ножен.

Японец проследил за его взглядом и улыбнулся:

— Хотите чаю, князь?

— Нет, спасибо, я воздержусь, — ответил Ахматов, не сводя взгляда с меча, на лезвии которого весело прыгал солнечный луч.

— Тогда, может быть, вы хотите рассказать мне почему британцы решили вашими руками поссорить моего императора с Романовым?

— Кхм, при чем здесь британцы? — спросил князь и немного ослабил галстук, который вдруг начал ему давить.

— Не знаю, — пожал плечами Огасавара. — Думаю, главным образом, при том, что я знаком лично с графом Соколовым и прекрасно понимаю к чему приведет его смерть. Неужели кто-то думает, что император Японской империи будет таскать каштаны из огня по чьей-либо указке?

— Да нет… Что за бред… — растерянно пробормотал Савва Андреевич.

Разные мысли лихорадочно проносились в его голове и ни одна из них ему сейчас не нравилась. Чтобы хоть как-то попытаться сохранить самообладание, он наклонился над столиком, дрожащей рукой взял чайник и в этот момент меч со свистом прорезал воздух.

Ахматов почувствовал, как обожгло шею и увидел, что на белоснежную скатерть закапала кровь. Он схватился за шею руками, пытаясь остановить кровотечение, хрюкнул и рухнул лицом на стол, разбив при этом одну из чашек.

— У нас принято, чтобы хозяин подавал чай гостю… — сказал, глядя на него, Огасавара, а спустя несколько секунд добавил. — Вам привет от императора Фумихито, господин Ахматов. Он просил передать, что пока не намерен ссориться с Романовым.

* * *

Где-то на далекой планете…

В этом мире солнце всходило всего на несколько часов, все остальное время здесь царила ночь…

Магистр-некромант смотрел на своего последнего сидящего за столом некроманта, и на его лице играла улыбка. Надо же, остался последний.

Он смотрел на него и оттягивал момент, когда услышит с чем пожаловал к нему его подданный. С какими новостями? Неужели сейчас он скажет, что в руках у людей оказался последний ключ и теперь осталось только ждать когда они явятся сюда? Жаль, если так. Тогда ему придется прикончить и его…

Он останется один и будет сам руководить той армией, которая будет защищать его, если людишки придут за ним… Но если нет другого выхода, то зачем тянуть?

— С чем ты пришел ко мне?

— Великий, я пришел сказать, что нам наконец удалось накопить нужное количество некротической энергии для прорыва. Мы готовы начинать как только пожелаете.

— Наконец-то! Неужели это никак нельзя было сделать раньше⁈ — прохрипел магистр-некромант, наклонившись над столом.

— Мы пытались… — начал было оправдываться некромант, но магистр не стал его слушать, а лишь откинулся на спинку своего высокого каменного трона.

Он сидел неподвижно долго. Может быть, даже час. Наконец он поднял голову и посмотрел на последнего оставшегося в живых некроманта, который все это время сидел боясь пошевелиться и ждал его указаний.

— Ты еще здесь? Неужели у тебя не хватает мозгов, чтобы даже в такой момент не тратить время понапрасну?

Глава 2

— Просыпайся, Володя, пора…

Услышал я сквозь полудрему, которую в последнее время называл сном. Неужели так быстро пролетело время? Кажется, что только лег. Несколько коротких обрывочных снов и вот уже голос Сабурова, говорившего, что пришло время отправляться на встречу с огнеподобным. Хотя… Может быть, мне это тоже всего лишь снится?

— Слышишь?

Я открыл глаза и увидел рядом с собой князя-дракона. Нет, похоже не снится, нам и в самом деле пора.

— Я уже все приготовил, так что вставай и приводи себя в порядок. Буду ждать тебя в магической мастерской.

Так вот как Дмитрий Федорович называет свой научно-исследовательский бункер. Ну да, по сути это название полностью отражало назначение помещения. Одна коллекция трофеев из Порталов чего стоила, а ведь у него еще и артефактов множество хранилось…

Умывшись холодной водой и сбросив с себя остатки сна, я быстренько оделся, экипировался артефактами и пошел в мастерскую, где меня ждал князь. Жаль, что магия в мире высших существ не действовала, но зато там отлично работали артефакты и это придавало оптимизма.

— Долго копаешься, граф, — недовольно пробурчал Сабуров, глядя как я становлюсь внутрь центрального круга, который был начерчен на полу. — Ты пока умоешься уже и солнышко вставать начнет.

— Не больше четверти часа прошло, князь! — возмутился я безосновательным обвинением.

— Ладно, ты как, готов?

— Вот думаю, как бы не перегореть, — сказал я. — Слишком много времени уже об этом думаю.

— Правильно делаешь, — одобрил Сабуров. — Тебе для того голова и нужна, чтобы думать, а «слишком много» никогда не бывает. В общем, слушай последние наставления. Самое главное — в драку с огнеподобным, чтобы не лез, понял? Это не твоего уровня бой — пусть высшие сами между собой разбираются.

— Да я, наверное, ничего и сделать ему не смогу, — сказал я и хлопнул по поножам, в которых лежал Рассвет. — У меня кроме меча ничего и нет.

— Вот и не суйся куда не нужно. Меч тебе пригодится потом, — он погладил бороду. — Во всяком случае, я на это надеюсь.

— Пригодится — не пригодится, позже будем рассуждать. В дорогу, князь, а то и в самом деле скоро солнце встанет.

— С Богом, Владимир Михайлович, — кивнул он и начал свой ритуал.

Я смотрел как он ходит вокруг меня и слушал его тарабарщину. Нет, все-таки очень странный выговор. Щелканье языком это постоянное… Интересно, на каком он языке говорит? Надо будет у него узнать на досуге. Будем же мы с ним это приключение потом за чашкой чая обсуждать.

Тем временем руны на полу и на моем амулете начали светиться, а затем на меня опустилась тьма. На этот раз, оказавшись в окружающей меня прохладной пустоте, я даже слышал, как бьется мое сердце — такая здесь стояла тишина.

— Лучезарный! — позвал я и стал ждать.

Второго призыва не потребовалось. Прошло совсем немного времени, и он показался. Куда девалась былая вальяжность и неспешность сфинкса? На этот раз он вел себя как ребенок — взмахи крыльев были порывисты, а сам он совершал в воздухе фигуры высшего пилотажа, будто играл.

Подлетев поближе, он сначала совершил надо мной несколько сложных пируэтов в воздухе и лишь потом уселся рядом. В его горящих холодным синим пламенем глазах бесновались искры. За все время, сколько я общаюсь с Лучезарным, мне впервые довелось видеть его в таком состоянии.

Неожиданно для меня он вытянул шею и ткнулся головой мне в грудь. Еще один новый жест в нашем общении. Похоже мы с ним прошли новую ступень доверия друг к другу. Хотя, кто их знает этих высших существ? Вполне может быть, что таким образом он просто благодарил меня за Шушика и лечение. Как бы там ни было, а мне это было приятно, что скрывать. Не всякий может похвастать дружбой с высшим существом.

Я погладил его по голове и почувствовал, что невидимая шерсть под моей рукой сегодня какая-то особо мягкая. Прямо струится, словно шелк.

— Лучезарный, ты помнишь огнеподобного, который оставил тебе рану на шее?

Он посмотрел на меня и на мгновение пламя в глазах сфинкса стало еще ярче, и я понял, что он прекрасно помнит своего врага.

— Вот и отлично. Нам нужно его найти, и я хочу, чтобы ты убил его, — сфинкс вновь ткнулся головой мне в грудь, а я продолжил говорить. — Иначе он придет за мной, понимаешь?

Да, он безусловно понимал, я был в этом абсолютно уверен.

— Рядом с ним должен быть его хозяин, — продолжил я. — Вот его достать — это уже моя забота. Пока я еще не знаю, как это сделаю, потому что никогда не делал ничего подобного раньше, но думаю у нас получится.

Он еще немного посидел, а затем змеей скользнул рядом со мной и замер так, чтобы мне было удобно вскарабкаться ему на спину. Я забрался на Лучезарного, обнял его за шею, и мы взмыли вверх.

Поначалу я опасался как бы мне не свалиться с него — уж очень гладкая была у него шерсть, но со временем понял, что упасть могу только лишь если специально этого захочу. Шерстка у моего сфинкса была с сюрпризом.

С одной стороны, вроде бы гладенькая, а вот если попытаться крутиться на нем влево или вправо — держала цепко. Так что вскоре я чувствовал себя совершенно спокойно и полностью сосредоточился на полете и на том, что нас окружало.

Первое время вокруг была лишь темнота, но со временем я стал замечать очертания каких-то странных сооружений, гор и замков…

В какой-то момент мне показалось, что я довольно четко увидел высокую башню, на шпиле которой развивался яркий желтый флаг, но потом она сразу же исчезла и на ее месте вновь была темнота…

Все в этом мире было удивительно и странно. Казалось, он был живым и менялся на моих глазах каждую секунду. Я просто не верил тому, что видел вокруг себя. Во всяком случае, мой мозг отказывался принимать картинку за действительность.

Когда мы пролетали над странным серебряным лесом, где деревья были усыпаны хрустальными листьями, мне показалось, что рядом с нами кто-то летит. Чей-то темный силуэт… Очень похожий на гигантскую птицу… Я видел его всего несколько секунд, а потом он исчез также внезапно, как и появился.

Как странно… Неужели мне это просто показалось и рядом никого не было? Все может быть. Разве в этом странном мире можно утверждать хоть что-то наверняка. Мне оставалось только смотреть вокруг и удивляться.

Лишь только после того, как прошло не меньше часа, я впервые задался вопросом — откуда Лучезарный знает дорогу? Неужели в этом мире все высшие существа знают друг друга? Или он ориентируется по чему-то еще?

Я долго пристально всматривался вперед и наконец увидел то, что хотел. Еле заметный искрящийся след, будто млечный путь протянулся сквозь темноту и именно ему следовал сфинкс все это время.

Время шло, а мы все летели и летели… Мне совсем переставало нравиться то, что я видел вокруг. Все меньше и меньше разных строений, и прочих странностей попадалось на нашем пути. В то же время появился густой темно-серый туман, который маскировал искрящуюся дорожку, однако Лучезарному удавалось ее находить и в этих условиях.

Он уверенно летел вперед и лишь однажды немного потерялся, сделал несколько кругов в тумане, но затем резко спикировал вниз и вновь вернулся на след огнеподобного. Эти искры были его кровью, и мы преследовали его как гончие…

Туман закончился неожиданно. Мы вынырнули в темноту и в этот момент я увидел огнеподобного, который был намного больше своих прежних размеров. Теперь он практически был ростом с Лучезарного.

Он ждал нашего появления и сразу, как только увидел нас, темноту прорезала длинная огненная плеть его руки, которой он попытался достать сфинкса. Лучезарный совершил невероятный пируэт, и я вцепился ему в шерсть, чтобы не свалиться. Одно дело просто сидеть сверху и совсем другое — держаться за него, когда он совершает все эти невероятные выкрутасы в воздухе.

Плеть огнеподобного прошлась совсем рядом со мной и я почувствовал, как завибрировало пространство. Еще немного, и я бы попал под удар и даже не знаю, смогла бы моя Адамантиновая Броня выдержать такое. Сильно в этом сомневаюсь…

Огнеподобный ударил еще два раза, заставив сфинкса совершить еще два сумасшедших оборота. Ни один из них не попал в Лучезарного, который упивался своей силой и ловкостью. Я чувствовал, как его распирает от желания поскорее добраться до своего врага и наконец ему это удалось.

Сфинкс сделал круг над огнеподобным и в тот момент, когда пролетал прямо у него за спиной, мощным ударом хвоста лишил его одной из огненных рук-плетей.

Все вокруг сразу же наполнилось миллионами ярких искр, точно таких же, которые привели нас сюда. Это его враг окрасил все вокруг своей кровью или что там у высших существ вместо нее.

Огнеподобный попытался достать его второй рукой, но сегодня сфинкс был слишком быстрым для того, чтобы раненый враг смог хоть что-то противопоставить ему. Лучезарный легко ушел от неуклюжего удара и сильным ударом лапы снес огнеподобному голову. Я смотрю, как словно в замедленной съемке его тело разлетается на тысячи ярких белых кусочков.

Я чувствую радость сфинкса, которая наполняет его по случаю победы и в этот момент я слышу чей-то крик. Где-то внизу под нами кто-то кричит. Я смотрю вниз и вижу точно такие-же круги, как те, которые чертил на полу Сабуров, когда отправлял меня в этот мир. Может быть не такие в точности, но очень похожие на них.

И еще человек. Огромный человек, на груди которого светится медальон. Я знаю, это артефакт призыва. Похожий на тот, что сейчас согревает приятным теплом мою грудь. Кто знает, может быть их даже сделал в свое время один и тот же мастер артефактов…

А еще я знаю, что это и есть хозяин огнеподобных. Тот, ради которого я здесь нахожусь и теперь пришло мое время.

Я сосредотачиваюсь на мысли о встрече с этим человеком и сам не замечаю, как стремительно приближаются ко мне исчерченные рунами круги, в центре которых он ждет меня.

С каждым мгновением он становился все ближе. Я вытащил Рассвет и с улыбкой ждал, когда наконец мы встретимся.

Сабуров сказал, что Багровый Трилистник существует сотни лет, а значит этот человек имеет более глубокую связь с огнеподобными чем я с Лучезарным. Он почувствовал, что его высшему существу грозит опасность и пришел ему помочь. Вот только он опоздал, спасать больше некого, и эта мысль меня очень радовала.

Кстати, интересно, где он был в тот момент, когда его артефакт призыва дал ему знать о том, что с его высшим существом произошла беда… Может быть общался с очередным заказчиком?

Тем временем я оказался напротив него и смог повнимательнее рассмотреть этого человека. Хотя, человеком назвать его можно было с большой натяжкой. Когда-то давно может быть он им и был, но сейчас передо мной стояло нечто огромное с черной кожей и огромным кривым мечом в руках.

Он смотрел на меня… С ненавистью? Нет. Это было что-то другое. В этом взгляде мешалось слишком много различных чувств: злоба, отвращение, ярость, гнев и еще много всего…

Не сказав ни слова, он пошел в атаку. Его меч словно сверкающая молния летал вокруг меня, сплетая стальной узор смерти, и мне понадобилось все мое мастерство, чтобы не попасть под его удар. В мою пользу играло и застилавшее его разум чувство гнева, что делало его движения гораздо более резкими, чем ему хотелось бы.

После первой атаки мы замерли друг напротив друга, тяжело дыша. Пришло время оценить своего соперника еще раз. Что касается меня, то я очень жалел о невозможности использовать магию времени. Хозяин огнеподобных был классным бойцом и сейчас помощь моего Дара была бы очень кстати.

Думаю, и он взглянул на меня по-другому. Выдержать такую атаку было непросто. Лично мне помогли лишь долгие годы тренировок и талант моего учителя, который не давал мне в свое время спуску на далеком родном Эпсилуме. Благодаря этому я собирался преподать урок этой огромной многовековой горилле.

С этой мыслью я бросился в ответную атаку и с удовольствием отметил, что заставил его пятиться и отбиваться. Да, к сожалению, мне не удалось пробить его защиту, однако я увидел в его глазах легкое смятение и это было отлично.

Третий раз мы сошлись нанеся друг другу удары одновременно. Я ушел от его меча, но в этот момент увидел, как в его второй руке блеснуло лезвие метательного ножа, а затем я почувствовал сильный удар в правое плечо и меня пронзила острая боль.

В тот же момент перед глазами ярко вспыхнул Багровый Трилистник, который держал в руках Болотов. Ну что же, по крайней мере я получил ответ на вопрос кто обменял мою жизнь на свою душу. Теперь осталось сделать все возможное, чтобы этот обмен не состоялся…

Я переложил Рассвет из правой руки в левую, резко развернулся и нанес несколько быстрых ударов, которые стали полной неожиданностью для моего врага. Видимо он никак не ожидал, что я отвечу ему атакой с левой руки, а зря! Правой я, конечно, владею чуть лучше, но совсем ненамного. Не настолько, чтобы не представлять из себя угрозы.

Первый мой удар скользнул по его плечу, а вот второй рассек живот и его кишки вывалились наружу. Они падали на исчерченный рунами круг и с шипением исчезали, оставляя после себя яркие алые круги на нем.

Последнее, что я услышал — это еще один крик моего врага и теперь уже смертельный… Похоже я победил в этой схватке, вот только мне не очень понятно, что это за кинжал такой, который с легкостью пробивает Адамантиновую Броню?

Однако найти ответ на этот вопрос я просто не успеваю — меня будто сковывает льдом, и я теряю сознание от дикого холода.

* * *

Очнулся я от адской жары. Такое ощущение, что кто-то проводит надо мной эксперименты — сначала лютый холод, потом вот невыносимая жара. Причем в полном смысле слова невыносимая, настолько, что я даже дышать не могу. Если прямо сейчас не глотну чего-нибудь холодного, то просто сгорю.

Делаю глубокий вдох и открываю глаза. Незнакомое помещение, бревна вокруг, жара стоит такая, хоть прячься от нее… Не понял, я что, в бане что ли?

Провел рукой по телу… Ну так и есть, точно в бане. Из одежды одни трусы, мокрый весь… Я попробовал сесть и в этот момент мое правое плечо пронзила острая боль. Твою мать! Меня же этот сукин сын метательным ножом проткнул…

Я посмотрел на плечо и удивился — рана была аккуратно и умело зашита. Как будто работал профессиональный целитель. Кое-как встал на ноги, вышел из парной и облегченно вдохнул свежий прохладный воздух.

Надо же, какое блаженство! Баня, кстати сказать, знакомая. Не иначе как Сабуров меня все-таки вытащил из того мира, как и обещал. Вот только зачем он в баню-то меня засунул? Чуть не угорел… Неужели от холода спасал?

В этот момент дверь открылась и в предбанник вошел князь-дракон.

— Доброго дня, Дмитрий Федорович, — поприветствовал я его.

— Очнулся значит? Ну ты герой просто, Соколов, — хмыкнул он и покачал головой. — После такого яда выжить — это не всякому дано. Два дня всего провалялся…

— Два дня⁈ — удивленно воскликнул я и схватился за плечо, которое тут же болью напомнило о себе.

— Угу, — кивнул он. — Через час уже третий пойдет.

— А я-то думаю, чего у меня живот от голода сводит? Теперь понятно, как может быть иначе, если двое суток ничего не ел?

— Если есть хочешь, то это хорошо. Поднимайся тогда наверх, буду тебя обедом кормить и новости срочные рассказывать.

— Прямо срочные? — усмехнулся я. — Неужели Британская империя нам войну объявила.

— Почти угадал, — нахмурился Сабуров.

— Не тяни, князь, говори, что случилось?

— Нечисть напала на Великое Московское княжество, — ответил он. — Сразу несколько прорывов одновременно, так что бойня там сейчас идет по полной программе.

— Шутишь⁈

— Какие уж тут шутки… Пошли обедать, сейчас все за едой расскажу.

Глава 3

Пока я ел, Сабуров рассказывал мне последние новости. Понятное дело, что никакого вкуса блюд я не чувствовал, да и вообще не особо смотрел, что я ем. Скорее просто запихивался едой, чтобы в организм попало больше витаминов.

Судя по рассказу Дмитрия Федоровича, выходило так, что нечисть напала на Великое Московское княжество примерно через шесть часов после того, как он вытащил меня из мира высших существ.

По той информации, которая у него была, что-то около двадцати прорывов одновременно, но насколько эти сведения точны, он, разумеется, не знал. Ну да ладно, это я и без него выясню. Пока мне главное знать основное, а это сам факт нападения и что князь-дракон явно не шутит.

— Что делать планируешь? — спросил Сабуров, отвлекая меня от моих размышлений, в которые я погрузился после его рассказа.

— Все по плану. Сейчас в Москву, затем связываюсь с Департаментом, узнаю текущую ситуацию, а дальше будет видно. Думаю, без работы они меня не оставят.

— Понятно, — кивнул он. — Жаль времени на дорогу много потеряешь. Хотя, по моей информации, у тебя на большой земле вертолет имеется…

— Есть такое дело, — согласился я. — Но вертолет без меня в Москву полетит. Имеется у меня средство более быстрой доставки моего тела в родное имение.

— Неужели артефакт какой-нибудь?

— Ага, подарок одного парня из Бухары.

— Славное место, — погладил бороду Дмитрий Федорович. — Принимают там хорошо, а вот подарки за красивые глаза не делают. Ты прямо весь из сюрпризов состоишь, Владимир Михайлович. Не хотел бы я твоим врагом становиться.

— Надеюсь и не станете, князь. Нам с вами делить друг с другом вроде нечего, так что поводов для ссоры не вижу, — сказал я. — Спасибо вам за помощь. Теперь я ваш кровный должник, выходит.

— Кровный? Да нет, ты уж палку не перегибай. Все самое сложное ты сам сделал вместе с Лучезарным. Он огнеподобного убил, ты его хозяина прикончил, так что моя заслуга невелика, — он пожал плечами, затем взял с тарелки маленький соленый огурец и в один миг съел его. — Лишь только обратно в наш мир тебя вытащил, только и всего. Так что привезешь подарков каких-нибудь редкоземельных и будет с тебя.

— Вы же меня от смерти спасли, Дмитрий Федорович… Кто бы мне рану лечил, кроме вас?

— Ну это тоже ерунда… — отмахнулся он. — Так, травки всякие, да припарочки… Вот подарками за все вместе и расплатишься. Побольше привезешь значит, сколько не жалко.

— Хорошо, притащу сколько в Рюкзак влезет.

— Вообще, рана плохая… Помучает она тебя еще. Такое за один день не лечится. Оружие, которым тебя хозяин огнеподобного потчевал, проклятое и часть его в твоем теле навсегда осталась. Не думаю, что прям сильно болеть будет, но мало приятного…

Если это так на самом деле, то новости хреновые. Как-то не очень хочется жить с ощущением того, что меня какая-то гадость изнутри точит.

— Князь, навсегда — это слово какое-то слишком печальное. Может все-таки можно что-то придумать?

— Проклятые артефакты — дело хлопотное, — вздохнул Сабуров. — С ними никто связываться никогда не любил, а потому еще и малоизученное. Не знаю я рецептов, которые прямо сейчас тебе дать смогу, поэтому и говорю, как есть… Так что, ты уж извини, Соколов, пока мне порадовать тебя нечем.

— Жаль. Значит придется заняться этим вопросом. Неохота мне с какой-то заразой в теле жить.

— Понятное дело, — хмыкнул он. — Кому было бы охота… Займись, конечно. Я тоже старые связи подниму. Есть у меня один знакомый турок из Османской империи… Большой знаток проклятых артефактов. Надо будет его подергать…

— Дмитрий Федорович, вы же понимаете, если станет вопрос денег…

— Да ладно, с этим без тебя разберусь. Ты мне самое главное скажи, узнал, кто на тебя зуб точит? Пока с врагом не разберешься, можно сказать, что дело даже с места не сдвинулось, — нахмурился Сабуров. — Я ведь тебе объяснял, как это работает — на этот раз Багряный Трилистник, потом еще кто-то… Много слуг у темных сил, а если контракт уже подписан… Ну, ты понял.

— Врага узнал, не беспокойся. Я их давно знаю. Кровник он мой… Последний из всех остался, — я вытер рот салфеткой и посмотрел в глаза князю. — Так что, как только обстоятельства позволят, сразу за него и возьмусь.

— Вот это правильное решение, — кивнул он. — Только ты особо не торопись. Перед этим обязательно меня навести, иначе смерть твоего врага бессмысленной будет.

— Это еще почему?

— Да потому что нужно не только его прикончить, а еще и сделать так, чтобы плата его без надобности оказалась и контракт по сути пустым будет. Чтобы кроме тебя одного, пользы в его смерти больше никому не было, граф… — князь хрустнул еще одним огурцом. — Поэтому здесь все по уму сделать нужно. Но пока нечего голову всякой ерундой забивать — потом приедешь и я тебя научу, понял?

— Спасибо, Дмитрий Федорович, навещу обязательно.

— Потом отблагодаришь, когда дело сделаешь.

— Да вы мне и без того уже всяких добрых услуг столько оказали, что мне никаких Рюкзаков с подарками не хватит, — сказал я. — Так что хоть спасибо сказать разрешите.

— Хорошему человеку отчего не помочь? — пожал он плечами. — Ладно, ты там ехать куда-то собирался… Я бы тоже с тобой махнул — тряхнул стариной…

— Так в чем же дело, князь? — улыбнулся я. — Может быть, пора пыль с крыльев смахнуть?

— Да вот Романов Николай Александрович говорит, что пока не пора. Рано еще… Ну а там видно будет, даст Бог, еще полетаем… — он посмотрел на меня и улыбнулся. — Смахнем, как ты говоришь, пыль с крыльев. Ты, кстати, граф, и вправду не задерживайся… Ждут там тебя…

* * *

Закончив разговор с Сабуровым, я собрал свои вещи, забрал Шушика и воспользовался Кольцом Альфара, которое мгновенно доставило меня в Ясные Горки.

Затем я сразу позвонил Василисе, чтобы выяснить как у нее дела и что вообще происходит.

Вкратце ситуация была следующая. Прорывов было чуть больше сорока, почти по всей территории Великого Московского княжества. В основном некроманты, со своими темными воинами и темными гончими. Хотя встречались и всякие уникальные твари, которые до этого на Землю не прорывались.

Но все это говорило об одном — все прорывы из одного мира, а значит полноценное вторжение некромантов.

На данный момент население в местах прорывов эвакуировано, территория оцеплена и ведется полноценная операция с привлечением военных и практически всех действующих Мироходцев.

В общем, ситуация более-менее понятна. Самое главное, что с Василисой все в порядке. Сама она жива и здорова, находится в районе Зеленограда, куда ее перебросили под начало уже знакомого нам с ней Алабина Константина Игоревича.

Так себе информация, на самом деле. С одной стороны, нам с ним уже доводилось с нечистью сражаться, мужик он толковый, да и по званию бригадир… Но вот с другой стороны, как раз это и настораживало, значит не на самый простой участок его бросили. Ну и Василису, вместе с ним…

Ладно, вот теперь можно и Гриневу докладываться о своем приезде. Я заверил Василису, что со мной полный порядок, попрощался и набрал аншефа, который взял трубку после второго гудка.

— Привет, Соколов, — сходу начал он. — Хотел бы я сказать — добрый день, но сам знаешь какая обстановка, или тебя просветить?

— Да нет, Василий Денисович, я в курсе… В общих чертах мне уже рассказали, что к чему. Конкретики бы немного.

— Ты мне для начала скажи — как ты себя чувствуешь? По моей информации, ты где-то ранение получить умудрился находясь в отпуске? Да еще непростое какое-то…

— Нормально, не переживайте. Постоять за себя смогу.

— Уверен? Ты смотри, Владимир Михайлович, у нас сейчас хоть с людьми тяжело, но мне ведь тоже не нужно, чтобы с тобой что-то по глупости случилось, — сказал Гринев. — Если есть какие-то сомнения…

— Василий Денисович, я ведь не враг сам себе, вы бы правда ближе к делу. Тянем ведь время.

— Ну смотри, Соколов… В общем, для начала, Соловьева твоя сейчас под Зеленоградом находится.

— Это я знаю, вместе с Алабиным.

— Верно. Там был большой прорыв ночью, и пока спохватились — нечисть одно село почти напрочь вырезала. В своих приспешников превратили. К утру территорию оцепили военными, закинули несколько групп Одаренных и понемногу их уничтожаем. Дело идет к завершению, но работы хватает…

— Отправьте меня туда, Василий Денисович.

— Да туда отправлю, куда же еще… Там вся ваша группа, только вас одного и ждут…

От мысли, что все ребята давно уже сражаются, а я почему-то до сих пор еще нет, хотя при этом я их старший — стало как-то не по себе.

— А что вообще происходит, есть понимание? — спросил я.

— На данный момент идет оценка ситуации, граф, так что окончательного итога нет. Но есть хорошая новость — новых прорывов нет, а из тех, что уже произошли, нечисть больше не выходит. Поэтому сейчас задача одна — оценить масштабы случившегося и справиться с тем, что есть. Ну и надеяться на то, что новых прорывов не будет…

— Хоть что-то, — сказал я. — По крайней мере, с хорошим настроением в гости к Алабину поеду. Когда никто к нам не лезет, это уже хорошо.

— Согласен. Кстати, насчет Алабина. Вы пока собирайтесь, сейчас я за вами пришлю «Мангуст». Если что — старший операции там он, а не вы, ясно?

— Понятное дело, я ведь только призрак, а он бригадир 1-го класса, если мне память не изменяет, — ответил я.

— Это я так, на всякий случай, — сказал Гринев. — Вы же привыкли в последнее время командовать… И удачи вам, Соколов. Особенно следите за Соловьевой.

— Вот об этом мне можно было не говорить, Василий Денисович.

— Да нет уж, напомнить лишний раз не будет. Знаю я Василису Тимофеевну! Вечно лезет куда ее не просят! — недовольно пробурчал аншеф. — У Алабина особый приказ — некроманткой не рисковать, так что она там больше в качестве наводчицы. Но зная ее характер… В общем, вам говорю еще раз — особенно следите за Соловьевой!

— Есть, следить за Соловьевой…

* * *

Миновав несколько военных блок-постов, «Мангуст» наконец привез меня к тому месту, где меня ждал Алабин, вместе с моей группой и еще несколькими Мироходцами, которых я не знал.

Вообще-то, здесь было несколько групп на разных участках оцепления, поэтому меня и катали почти два часа, пока нашли наших. За время, что меня возили, я изучал карту местности.

Выяснилось, что территория, которую окружили, оказалась довольно большой. Несколько сел, кирпичный завод и глиняный карьер. Всех жителей уже эвакуировали и лишь одному селу не повезло…

— Слушай, Соколов, как ты умудряешься всегда вовремя приезжать? — спросил у меня Минин, когда я здоровался с ребятам. — Мы только собрались на увеселительное мероприятие, а ты тут как тут. Прямо никуда без тебя не сходи!

— Вовремя, это если я еще вчера вечером здесь был, а сегодня… считай половину веселья уже пропустил, — ответил я ему и хлопнул по плечу.

Все-таки приятно было видеть всю компанию в сборе. Даже Одоевского, которого я видел всего второй раз. Еще больше настроение улучшалось от того, что я видел радость и на их лицах, а разве плохо, когда где-то тебя рады видеть?

— Прибыл в ваше распоряжение, Константин Игоревич, — кивнул я Алабину.

— Вижу, — улыбнулся он. — В самом деле вовремя прибыли. Мы как раз собрались выдвигаться на захват Елино. Судя по карте, там небольшая группа нечисти засела, планируем их оттуда выбить. Зайдем с трех сторон. С одной — мы, а с другой — еще две группы, так что, думаю, справимся. Василиса Тимофеевна говорит, что некромантов там нет.

— Алабин меня с вами брать не хочет! — недовольно сообщила мне Соловьева.

— Правильно делает, что не хочет, — сказал я. — Что тебе там делать, если некромантов нет? С остальными мы и без тебя справимся, а ты пока здесь посидишь… Вон, смотри, сколько здесь палаток и военных…

— Ну знаешь, Володя! Я думала ты меня поддержишь! — фыркнула Соловьева и убежала в ближайшую палатку.

Вот и славно. По крайней мере, мне меньше нервов.

— Девушка у вас с характером, граф, — усмехнулся Алабин.

— Ага, — кивнул я. — За это и люблю.

— Каждому свое, — хохотнул он. — Ну раз уж все в сборе, тогда предлагаю начинать. Нечего ждать.

Если не считать того раза, когда мы познакомились с Алабиным, в полноценной наземной операции против нечисти я участвовал впервые. Это было интересно и как-то необычно.

Я привык, что нашими рабочими лошадками являлись «Мангусты», а здесь оказывается еще и активно подключали военных с техникой. Боевые машины пехоты и даже танки… Пехота вовсю использовалась. Все как-то странно.

— В этом и есть основное отличие, — пояснил мне Алабин, пока мы ехали в «Мангусте» к Елино. — Когда ситуация позволяет — все намного проще становится. Это у вас там в Порталах огнестрельное оружие не действует, а здесь, сам понимаешь, очень даже хорошо действует. Когда военные палят по зомби из крупнокалиберного пулемета, эффект вполне себе нормальный получается. Даже покруче, чем наши Молнии и Огненные шары.

Бригадир посмотрел на меня, улыбнулся и продолжил:

— Да и по троллю можно из пушки шарахнуть, если ситуация позволяет. Тоже результат впечатляющий, я тебе скажу. Мне, во всяком случае, очень понравилось.

— Значит они и без нас могут прекрасно справиться?

— Вот здесь не угадал, — хмыкнул маркиз. — Они хоть и хорошо нам помогают, когда у них получается, но чтобы полноценно Одаренных заменить — это уж извините, даже говорить об этом не стоит. Слишком много нюансов. Бывают такие твари попадаются, что и танки плавить умеют… Или если некромант попадется, что им тогда с ним делать? Какой толк от танка, если внутри него весь экипаж внезапно умер?

— Все у вас как-то сложно на Земле, — усмехнулся я. — У нас в Порталах намного проще.

— Почему это?

— Да потому, что нет никаких нюансов и огнестрельного оружия, а есть только магия, которая работает всегда. Поэтому все зависит только от тебя — либо ты справился, либо нет. Третьего не дано.

— Кто к чему привык, — пожал плечами Алабин и на этом наш разговор был окончен.

Да и разговаривать особо было больше некогда. Буквально через несколько минут мы подъехали к Елино, вышли из «Мангуста», и операция началась.

Это был первый раз, когда я мог с уверенностью сказать, что Василиса ничего не потеряла от того, что не приняла участие в очистке села от нечисти.

Нам с ребятами практически ничего не давали делать и Алабин все время пытался отправить нас в тыл. Поначалу мы сами старались оказаться поближе к основным местам действия, но Константин Игоревич каждый раз в жесткой форме отправлял нас назад.

В начале мы на это жутко злились — зачем вообще нас было тянуть сюда, если не давать вмешиваться? Но потом логика происходящего стала мне ясна.

В принципе, даже странно, почему я сразу этого не понял. Видимо, сказалось общее напряжение и нестандартность ситуации. Все ведь было ясно.

Кроме нас здесь еще были и другие Мироходцы, основным профилем которых были как раз наземные операции, а наша специализация все-таки Порталы. Думаю, у Алабина есть четкий приказ — понапрасну нашей группой не рисковать. Вполне логично, что уж тут… Хорошо хоть вообще с собой взяли на всякий случай.

Впрочем, справедливости ради, в данной операции нашего участия и не требовалось. Слишком удобный был подход к Елино, поэтому военным удалось практически полностью окружить село.

Ну а уж не дать из него никому выйти, если стоит приказ просто все уничтожить подчистую — это для военных дело привычное. Здесь их учить не надо, они в этом настолько преуспели, что сами нас научат. Устроили маленькую войну на нескольких квадратных километрах и за несколько минут разнесли все что можно было.

Просто кусок выжженной земли черного цвета, на котором еще долго ничего расти не будет. На всякий случай я проверил Модуль, но это было сделано скорее автоматически — выжить здесь не мог никто и прибор это подтвердил.

— Круто, — восторженно поделился с нами Лешка, когда все закончилось. — Жаль, что третьей рукой нельзя пушку сделать. Я бы обязательно себе приделал.

— Ну да, военные сегодня молодцы, — согласился с ним Алабин. — Жаль только, что завтра они нам помочь не смогут на заводе… Соловьева сказала там некроманты есть, а вот бомбы их не берут.

— Как вы там говорили, Константин Игоревич, каждому свое? — спросил я у него. — Вот это оно и есть. Надо же и нам свое слово сказать. Значит завтра наш черед…

Глава 4

Во избежание каких-либо недоразумений, нашу группу на ночь вывезли за территорию оцепления, но разместили совсем недалеко, под пристальным наблюдением военных на их базе.

Я пытался объяснить Алабину, что достаточно просто вывезти Василису, а мы не такие уж и особенные, но он даже слушать не захотел — сказал, что приказы лучше всего не обсуждать, а выполнять. В конце концов я махнул на него рукой — устали мы за день, чтобы еще время на споры с ним тратить.

На базе вояки накормили нас хорошим плотным ужином и разместили в казармах, а спустя всего несколько часов нас уже подняли на операцию.

Солнце еще только поднималось над горизонтом, когда мы уже прибыли в расположение Мироходцев. Константин Игоревич выглядел уставшим и каким-то задерганным, такое ощущение, что он вообще спать не ложился.

Он наскоро ознакомил нас с последними новостями и оказалось, что за ночь ситуация в княжестве немного изменилась. Сразу в нескольких местах нечисти удалось прорвать оцепление и у наших есть существенные потери. Особенно плохо дело на севере княжества и на данный момент туда подтягивают резервы.

Нас, между прочим, так рано подняли потому, что ночью была попытка прорыва и на нашем участке. Она больше напоминала прощупывание слабых мест в обороне, но больше тянуть нельзя — есть риск, что вот-вот нечисть возьмется за дело серьезно. Поэтому вопрос нужно решать быстро.

В общем, такое себе утро. Еще вчера я смотрел на всю эту ситуацию намного оптимистичней. Как быстро все меняется. По крайней мере, новых прорывов по сведениям Алабина не было и это уже хорошо.

Кроме того, было и еще кое-что. За ночь незнакомых мне Мироходцев добавилось и теперь нас набиралось уже человек двадцать пять, хотя еще вчера было всего около пятнадцати. Видимо в связи с последними новостями группу Алабина решили усилить еще больше.

Причем усилить довольно конкретно. Никого из этих парней я не знал, но мне вполне было достаточно нашивок — ни одного человека в звании младше «призрак» здесь не было. Так что общий уровень нашей команды был достаточно серьезным.

Закончив с разговорами, Константин Игоревич устроил нам общее построение и провел краткий инструктаж, основная суть которого сводилась к тому, чтобы все действовали внимательно и предельно осторожно.

Отдельно указал на Василису и на всякий случай напомнил, что эту девушку всегда стараться держать в поле зрения и оберегать от всяких неприятностей. А когда некромант будет уничтожен, немедленно вывести ее из боя.

Особый упор Алабин сделал на своей последней установке и уточнил у Соловьевой понятен ли ей его приказ? И лишь после того, как добился от нее недовольного ответа, что ей все понятно, разрешил всем занимать места в «Мангустах» и выдвигаться к кирпичному заводу.

Впрочем, в отличие от вчерашнего вечера, сразу стало понятно, что легкой прогулки не получится. Долго ехать в привычных нам бронированных «Мангустах» не получилось. Чтобы подобраться с наиболее удобной для нас стороны, зайти нужно было со стороны карьера.

Если же пойти самым простым путем, то судя по показаниям Модуля, именно там нас ждали больше всего — обилие зеленых точек было тому явным подтверждением. Особенно меня настораживала Соловьева, которая то и дело потирала свой амулет.

Выйдя из машин, мы потихоньку двинулись в сторону карьера. Старались при этом не шуметь, но вместо нас это с успехом делали военные, которые шли позади и служили нам прикрытием. При этом разделял нас примерно километр, но ощущение было такое, что они находятся на расстоянии пары десятков шагов.

Мы шли через небольшой густой пролесок, который вскоре начал редеть, спустя несколько минут мы увидели глубокий песчаный карьер. Глядя на него, складывалось ощущение, что здесь произошла какая-то катастрофа. Брошенные груженые самосвалы, один из которых лежит на боку. Огромные экскаваторы, ковши которых до сих были наполнены песком…

Карьер находился совсем рядом с заводом. Буквально в паре километрах от него. Насколько я понимаю, это было сделано специально, чтобы сократить расстояние доставки глины.

— Судя по показаниям Модуля, живых тварей здесь нет, — сказал я Алабину и посмотрел на Соловьеву. — Что скажешь, Василиса? Чувствуешь что-нибудь?

— Здесь даже особого таланта не нужно, — нахмурилась она и указала пальцем вниз. — Смотрите…

Мы дружно уставились в указанном направлении, но поначалу ничего не могли разглядеть. Лишь через пару секунд увидели, что глина на его дне движется. Затем движение на какой-то момент прекратилось и спустя пару секунд возобновилось вновь.

Только теперь что-то под песком и глиной огромной спиралью начало подниматься вверх, описывая широкие круги по стене карьера. С грохотом посыпались вниз его стены, а я начал подумывать не стоит ли мне вытащить на подмогу Шушика или этот момент еще не настал? Ладно, для начала посмотрим с чем мы вообще имеем дело, потом будем выводы делать. По крайней мере, пока понятно только одно — оно однозначно неживое, иначе Модуль бы его определил.

Когда круги стали приближаться к нам, мы отошли подальше от края карьера и в этот момент тварь выпрыгнула из песка прямо на нас. Ох и размерчик у нее! С пятиэтажный дом, не меньше!

Существо чем-то было похоже на гигантскую сороконожку, которую скрестили с богомолом, а этот запах… Ну и вонючка…

Она постоянно двигала своими гигантскими челюстями-жвалами, огромные клешни-косы, а еще тварюка все время издавала противный мерзкий визг, который сильно давил на мозги.

Всего какие-то секунды понадобились нашим защитникам, чтобы на всех нас появились разноцветные щиты, а Василиса как-то сама собой оказалась в плотном кольце Мироходцев.

Остальные рассредоточились вокруг, и сороконожка от неожиданности даже растерялась — на кого нападать первым? Пока тварь раздумывала, я поставил рядом с ней Лавового элементаля, а она ответила мощным ударом своей клешни-косы, которая вонзилась в землю рядом с Вороновым.

Вот с правой стороны в нее шарахнуло Ветвистой молнией, Минин вогнал в нее Ледяной шип, мы хотели покончить с ней как можно скорее, но только не вышло… Сороконожку не брал ни огонь, ни молния, ни лед…

Да, наши заклинания проламывали ее толстый хитиновый панцирь и оставляли в нем внушительные дыры, но вреда ей это не приносило. Казалось, она вовсе не замечала, что с ее телом что-то происходит.

На каждое наше заклинание она отвечала ударами своих огромных клешней, которые как несущие смерть косы втыкались в землю, зарываясь в нее на полметра. Тварь не знала усталости и молотила своими клешнями с бешеной скоростью.

Лишь каким-то чудом нам удавалось не попадать под них, пока один из ребят Алабина не споткнулся об торчавшую из-под земли корягу и не упал. В этот момент сороконожка мощным ударом своей клешни вонзилась ему прямо в спину и его дикий крик огласил все вокруг.

Тварь продолжала лупить этой клешней по нам дальше, а его тело зацепилось за острые края хитина и какое-то время еще продолжало висеть на ней, болтаясь как кусок окровавленного мяса.

Вдруг ее монотонный мерзкий визг изменился, стал более высоким, и мы увидели, что ее тело начинает медленно закручиваться в спираль. Хитин с хрустом крошится и огромными, темно-коричневыми кусками осыпается на песок.

Я посмотрел по сторонам и увидел Одоевского, который был весь красным от натуги. Ага, значит его работа! Сороконожка хоть и не живая, но вот скрутить в трубочку эту тварь нашему биомагу оказалось явно под силу!

Спустя всего несколько минут от нее осталась лишь груда хитина, который бесформенной кучей валялся на песке.

— Вот же мерзкая зараза! — прокомментировал битву Минин и смачно плюнул на останки сороконожки.

— Ага, — кивнул я. — Жаль только, что не получилось ее так прибить, чтобы она форму не потеряла…

— Тебе это на кой? — мрачно спросил Алабин. — Сдохла и хрен с ней.

— Ну не скажите, Константин Игоревич, — сказал я. — Если бы сороконожка целой осталась, Василиса ее за нас драться заставила бы.

После моих слов Мироходцы, которые были не в курсе талантов Соловьевой, с уважением посмотрели на некромантку. Один из них даже одобрительно присвистнул. Ну да, понимаю, есть чему восхититься. Поначалу я сам в шоке был.

Больше в карьере ничего не было. Модуль по-прежнему никакого движения не показывал, а Василиса некротической энергии не чувствовала. Так что мы спокойно обошли карьер и двинулись к заводу, где нас ждала вторая часть.

Когда мы подходили ближе, я вновь проверил прибор, и на этот раз не напрасно. Зеленые точки переместились и теперь уже поджидали нас с другой стороны. Судя по всему, некромант, как и Соловьева, тоже отлично чувствовал приливы и спады некротической энергии, а потому понял, что сороконожки уже больше нет…

Снаружи завода никого не было и это неудивительно — ясно ведь, что им лучше попробовать заманить нас внутрь. После небольшого совещания мы решили немного расширить проход, чтобы чуть-чуть нарушить их планы и облегчить доступ на завод.

Для этого привлекли Воронова, который для начала просто убрал треть стены у производственного цеха. Судя по показаниям Модуля, именно там нас ждала основная группа зеленых точек.

Когда стена просто сама по себе отъехала в сторону и рухнула где-то там в стороне, находящиеся внутри нее люди поначалу просто замерли от неожиданности и лишь потом ломанулись в нашу сторону.

Они были похожи на тех самых длинноволосых и грязных типов, которые когда-то нападали на нас с Соловьевой в Василисином Царстве. Вот только на этих были какие-то светящиеся доспехи и оружие было необычным. Что-то вроде копий, которые могли пускать длинные электрические разряды. Наверное, какие-то артефакты или что-то такое.

Часть из них с дикими криками побежали в нашу сторону, паля во все стороны из своих артефактов. Само собой, мы отвечали им своими заклинаниями и прореживали их ряды достаточно быстро.

То справа, то слева от меня раздавались крики Мироходцев, и я не мог понять — неужели эти артефакты пробивали наши щиты?

Тем временем, павшие пришельцы в доспехах вдруг поднимались и топали обратно на завод, но теперь уже стреляя в своих товарищей. Это явно Василиса взялась за дело. Просто обожаю смотреть, когда враги косят друг друга! Разве может быть зрелище прекраснее этого?

Ну а Воронов продолжил внедрять в действие наш план, который показался нам простым и надежным. Зачем вообще входить на территорию завода с риском попасть в ловушку, если можно потихоньку разобрать его на части. Сначала один цех, потом другой… Так и до некроманта доберемся…

Вот производственный цех лишился еще одной части стены, а следом за ней и еще одной. Новая партия пришельцев тут же вступила в бой со своими убитыми собратьями, которых оживила Соловьева.

Ну а чтобы им было еще веселее, мы тоже не скучали и со своей стороны регулярно подкидывали разных развлечений. То я Лавового элементаля, то Минин Ледяного, а вон кто-то Молниевого элементаля им подбросил… В общем, развлекаем их как можем.

Тем временем пришел черед формовочной печи, которую Воронов просто провалил под землю, чтобы особо не мучиться, и производственный цех по факту перестал существовать.

Настало время взяться за административные помещения, лаборатории и все остальное, что осталось от когда-то огромного завода. Теперь уже он казался не таким внушительным.

Часть здания рухнула вместе с живыми и мертвыми пришельцами, подняв столбы пыли. Вокруг нас разлетелись тысячи бумажных листов и вдруг тонкий зеленый луч прорезал пыльное облако, пытаясь достать Василису. Но не тут-то было.

Он вонзился в одного из прикрывавших ее Мироходцев, и его защитная аура затрещала от мощного напряжения. На всякий случай я использовал Кольцо Телепортации, чтобы в один миг оказаться рядом с ней, а еще через один вместе с ней оказаться за двадцать шагов от прежнего места дислокации.

Как раз вовремя. Не выдержав мощного заклинания некроманта, защитная аура Мироходца взорвалась, просто разорвав его на части. Я такого еще никогда не видел! Сколько же магической энергии было вложено в это заклинание, чтобы даже с учетом защиты и доспеха, человека разорвало на мелкие куски!

— Видимость мне! — закричала Василиса.

Сразу несколько аэромантов мгновенно разогнали пыльные облака, и мы увидели кусок здания, внутри которого был некромант. Воронов без лишних слов разобрался, что ему нужно делать, и вскоре вырезанный бетонный блок с этим уродом внутри взметнулся вверх, а затем столь же стремительно полетел вниз.

От чудовищного удара земля под нашими ногами задрожала. Но ждать вылезет оттуда некромант или нет я не собирался. К чему нам лишние хлопоты? Уж лучше действовать наверняка. Поэтому я недолго думая просто активировал на том месте Огненный смерч и магической энергии для него жалеть не стал.

Воздух на месте падения некроманта превратился в марево. Я держал его до тех пор, пока не почувствовал руку Василисы у себя на плече и не услышал ее голос.

— Все закончено, Володь. Он сдох.

— Сдох карамба!

Ох, Тосик вылез посмотреть, что здесь происходит… Я даже не почувствовал, как он выбирался из Рюкзака.

— Ты уверена? — спросил я, прекратив заклинание.

— Абсолютно. Никакой некротической энергии я больше не чувствую, так что — все чисто. Только та тварь в карьере, и он… По моей части здесь больше никого нет.

Между тем, со стороны кирпичного завода еще слышались вопли и крики пришельцев — это наши Мироходцы заканчивали с остальными непрошенными гостями. Но с ними, я думаю, они и сами разберутся, наша помощь не потребуется. Да и Алабин стоял над нами как сторожевой пес, чтобы мы туда не сунулись.

— Константин Игоревич, не смотрите так на меня, на завод я идти не собираюсь, — сказала ему Василиса. — Подождать-то мне можно, пока вы закончите операцию?

— Нельзя, — безапелляционно отрезал он и посмотрел на меня. — Соколов вас сопроводит в лагерь. Ну а вы, Владимир Михайлович, забирайте своих ребят и дуйте к «Мангустам». Там уже поговорим.

Я даже спорить не стал. К чему? Так, лишняя потеря времени. Все, что мы могли, уже сделали, так что Алабин, пожалуй, прав — дальше они здесь и без нас справятся.

Собрав всю свою группу, мы двинулись в обратном направлении. Спешить особо было некуда, так что когда мы добрались до военных, то сопроводили их до места сражения с сороконожкой и попросили отнести Мироходца до нашего транспорта.

Несколько крепких бойцов подхватили носилки с убитым так легко, будто он ничего не весил и чуть ли не бегом помогли отнести его к нашим «Мангустам». Ну а спустя еще пару часов вернулся и Алабин вместе с остальными.

Всю дорогу Константин Игоревич молчал. Ну а уже потом, после того как мы оказались в лагере и поужинали, вызвал меня и поставил перед фактом.

— Соколов, сегодня же забираешь свою группу и покидаешь расположение лагеря.

— Как это? Вообще-то я думал, что завтра мы с остальными селами закончим, а потом нас на новую территорию перебросят. Что-то не очень справедливо получается, господин бригадир 1-го класса, как самую сложную работу делать, так вроде бы нужны мы вам были, а теперь покидайте расположение лагеря…

— Ну, мало ли, что ты думал, Владимир Михайлович, — нахмурился Алабин. — Индюк вот тоже все думал, да в суп попал. Да я здесь и ни при чем, граф… Ты приказам подчиняешься, я тоже приказам подчиняюсь, а начальников у нас с тобой хватает.

— Конкретней можно, Константин Игоревич?

— Можно. Распоряжение мне насчет тебя и твоей группы пришло. Между прочим, с самого верха. В дальнейших боевых действиях тебе участвовать запрещено.

— Что так?

— Откуда я знаю? Тебе виднее, — пожал плечами Алабин. — А завтра в восемь утра тебя и Соловьеву ждут в Кремлевском дворце, понятно?

— Понятно, что здесь непонятного.

— Ну раз так, тогда не задерживаю, Соколов. Если дали вам возможность до утра поспать — пользуйтесь. Не тот момент, чтобы такими щедрыми предложениями разбрасываться.

— Благодарю за совет, Константин Игоревич, — кивнул я ему. — Удачи вам.

— И вам, Владимир Михайлович. Чувствую я, что вам она больше понадобится… Меня-то в Кремлевском дворце завтра в восемь утра никто не ждет, граф.

Глава 5

Великое Московское княжество.

Кремлевский дворец.

Кабинет Императора.

Общая тревожная обстановка, связанная с внезапным вторжением нечисти, конечно, очень сказалась на жизни города и главным образом тем, что пробок стало еще больше. Если раньше утром по Москве просто было сложно проехать, то сейчас эта задача стала практически невыполнимой.

Всему виной обилие техники и военных, которых можно было видеть повсюду. Если честно, я даже не думал, что у нас их столько есть в княжестве.

Все это при том, что город продолжал жить своей жизнью, а значит и остальной транспорт с дорог никуда не делся. Поэтому дороги как и прежде с самого утра были забиты машинами, как сельди в бочке.

Глядя на все это с высоты птичьего полета, я в очередной раз подумал о том, что прикупить себе вертолет было просто отличной идеей. Если бы не он, то это во сколько нужно было бы выезжать из Ясных Горок, чтобы наверняка к восьми в Кремлевском дворце оказаться? Судя по тому, что я видел — не иначе как с вечера вчерашнего дня, а то был риск опоздать.

Я был не один в своем мнении, Василиса, которая сидела рядом со мной, придерживалась точно такой же точки зрения. Кстати, она мне лишний раз напомнила, что я в свое время ей тоже советовал вертолет прикупить и теперь радовалась своей женской интуиции, которая ее не подвела и не дала совершить этот поступок.

Ну здесь я с ней полностью согласен. Иначе было бы у нас после свадьбы два вертолета, а это уж точно ни к чему — двух слонов, как на мой взгляд, нам вполне достаточно.

Когда мы прибыли в Кремлевский дворец, то нас сразу же встретили и без лишних расспросов повели по длинным коридорам. Навстречу нам то и дело попадались чиновники с хмурыми лицами, большинство из которых были в военной форме, хотя встречались и Мироходцы. Пересекаясь с ними взглядами, мы кивали друг другу, хотя практически всех из них я видел впервые.

Куда девалась былая неспешность этого места? Обычно по этим коридорам гости прохаживались гораздо медленнее. С интересом рассматривая всех, кто попадался навстречу и раздумывая, что бы этот дворянин или чиновник мог делать во дворце. Разумеется, еще и припоминая все слухи, которые были с ним связаны.

Особенно отличались этим дамы, которые раньше, как мне кажется, вовсе бесцельно бродили здесь в поисках приключений на свое мягкое место и сплетничая по любому удобному поводу. Теперь же представительниц женского пола мы не встретили вовсе.

Когда мы вошли в приемную императорского кабинета, часы показывали без пяти минут восемь. Увидев нас, ему доложили о нашем приходе и нам даже ждать не пришлось — нас пригласили сразу же.

В кабинете Императора кроме него самого были еще два человека и оба были нам известны. Василий Денисович Гринев и начальник особого отдела Уваров Федор Петрович. Я хорошо помнил его. Он в свое время представлял Салтыкову на той самой большой встрече, где она делала доклад насчет своего артефакта, благодаря которому и началась вся эта история с ключами…

Надо же, как быстро летит время. Кажется, что это было совсем недавно, буквально пару недель назад, а на самом деле пролетел год. Практически все ключи собраны, да и Салтыкова к Департаменту имеет уже весьма далекое отношение… Что поделать, все течет, все меняется…

— Госпожа Соловьева… Граф Соколов… — поприветствовал нас Николай Александрович и указал на несколько свободных кресел, которые стояли вдоль его стола. — Прошу садиться.

— Доброе утро, Ваше Императорское Величество, — чуть ли не хором ответили мы с Василисой и выбрали места поближе к нему.

— Хотите чего-нибудь? Чай, кофе? — спросил он.

Я отказался, а вот Соловьева попросила чашку кофе. У Василисы была привычка пить утром несколько чашек подряд, без этого она никак не могла проснуться. Зато потом в течении дня она пила кофе редко, а зачастую и вовсе обходилась без него.

Кофе принесли в кабинет так быстро, что создалось ощущение, будто слуги дежурят под дверью на всякий случай. Причем со всеми возможными вариантами напитков — мало ли чего захочется Николаю Александровичу или его гостям?

После того, как слуги вышли, и мы остались в кабинете одни, Император внимательно посмотрел на меня, затем на Соловьеву и вдруг усмехнулся.

— Ребята, а чего со свадьбой так долго тянули? Вот теперь придется сначала нечисть из княжества выгонять… Что за молодежь нынче пошла нерешительная?

— Так получилось, Ваше Императорское Величество, — ответила Василиса и красноречиво посмотрела на меня.

Вот я не понял, это что сейчас было? Я так понимаю, это Соловьева намекает, что как только ей предложение сделали, так она и согласилась, а я просто тянул долго? Ох уж эти девочки! Всегда мы крайние остаемся…

— Ну ладно, что поделать… — пожал плечами Император. — Значит придется сначала с нечистью разбираться. Месяцем раньше или месяцем позже — это уже существенной роли не играет.

— Будем стараться выгнать поскорее, Николай Александрович, — сказал я. — Мы вчера уже начали и получилось вроде бы неплохо.

— Да, Владимир Михайлович, мне уже доложили об успехах вашей группы, и я полностью с вами согласен — сработали просто здорово. Впрочем, как всегда. Собственно говоря, именно поэтому, вы сейчас в моем кабинете с Соловьевой и находитесь.

Он немного помолчал, а затем продолжил.

— Есть решение… Причем решение это не только мое, а целой группы специалистов, которое мы вчера выработали на оперативном совещании… Думаю выгонять нечисть из Великого Московского княжества мы будем без вас. Ну и без вашей группы, разумеется. С сегодняшнего дня вы в полном составе выводитесь из боевых действий.

Вот это нормальные такие новости с утра пораньше, нечего сказать… Нормально же сидели, разговаривали…

— Разрешите узнать за что попали в немилость, Ваше Императорское Величество? — попросил я. — Если, конечно, не государственный секрет. Мы с ребятами вроде бы ничего такого не делали и вреда Отчизне не наносили…

— Само собой, — кивнул Романов. — Даже более того, одна польза от вас. Вот поэтому и приняли мы такое решение.

В этот момент я почувствовал, что сидящая в соседнем кресле Василиса, тоже инстинктивно напряглась. Похоже, ей также совсем не нравилось то, что она сейчас слышала.

— Не горячитесь, граф. Поверьте, решение не самое простое для нас всех, — посоветовал мне начальник особого отдела. — Дайте закончить Николаю Александровичу.

— В общем, суть вот в чем, Владимир, — как ни в чем не бывало продолжил говорить Император. — Ситуация сложилась странная и главное дело в вашей ненаглядной невесте… С одной стороны, она нам очень нужна здесь и ее помощь часто неоценима, с другой же — каждое участие в бое, это риск ее потерять.

— На войне, как на войне… — пробормотал Гринев.

— Все верно говорит Василий Денисович, а это значит, что Василиса Тимофеевна в любой момент может погибнуть смертью храбрых, а это… — Романов нахмурился и посмотрел на некромантку. — В общем, давайте называть вещи своими именами — учитывая, что нам осталось достать последний, девятый ключ… Гибель Соловьевой, это будет просто катастрофой. Собственно говоря, мы думаем, что весь этот прорыв и задумывался с той самой целью, чтобы не допустить захвата девятого ключа.

— Некроманты понимают, что как только он у нас окажется, мы сразу же начнем работы по созданию способа проникновения к ним, так что это очевидно, как день, — сказал Федор Петрович. — Допускать Соловьеву к сражениям — слишком неоправданный риск. Вас, Владимир Михайлович, это тоже касается. Ваша смерть, между прочим, тоже ненужный расход ценного биологического материала. Уж извините за прямоту, но такой человеческий ресурс нужно использовать более выгодно, а не в обычных полевых сражениях.

Ну такое себе ощущение. С одной стороны, приятно слышать, что я «ценный биологический материал», с другой же как-то не устраивает сама постановка вопроса… Хотя… По крайней мере честно, что сказать.

— Не обижайтесь, если что, — дополнил Уваров, глядя, что я о чем-то размышляю. — Я не хотел вас обидеть. Просто привык называть вещи свои менами.

— Да уж, — усмехнулся Николай Александрович. — Вы уж простите его, граф. Федор Петрович у нас известен тем, что за словом в карман не лезет, когда того обстоятельства требуют. Тем более, что по сути-то он верно сказал. Возможно не так по форме, но это уж…

— Я не из обидчивых, Ваше Императорское Величество, — сказал я. — Если так насчет нас думаете, то даже приятно. Вот только одно меня смущает — если нам в сражениях участвовать нельзя, то ведь на лавочке для запасных нас держать тоже глупо. Мы на поле боя пользы больше принесем, там ведь люди гибнут… Сколько жизней можно сберечь… Вы ведь не только нас, но и группу нашу выводите, я ведь правильно понимаю?

— Правильно понимаете, — кивнул Романов. — И рассуждаете тоже правильно. Иметь такое оружие и не использовать вас против некромантов — дурость несусветная, здесь я с вами полностью согласен, Владимир Михайлович. Именно поэтому принято решение вывести вас из боевых действий и отправить за последним ключом. Мне кажется, момент для этого самый подходящий.

Неожиданно, что сказать… Вообще-то, я в отличие от Императора не считаю, что сейчас для этого самый подходящий момент. Мне кажется, что здесь мы намного больше пользы принесли бы.

— О чем задумались, граф? — спросил он, отвлекая меня от моих мыслей.

— Да вот думаю ситуация какая-то странная выходит, Ваше Императорское Величество. Получается так, что в княжестве война вовсю идет, а мы с ребятами вроде как в ней не участвуем, хотя сами к Московскому Департаменту приписаны… — я посмотрел на него и нахмурился. — Все же Мироходцы друг у друга на виду, а меня с моей группой в самый тяжелый период нигде не будет и ни в каких операциях мы вроде как не светимся… Как в глаза потом людям смотреть будем?

— Владимир Михайлович, во-первых, где вы находитесь — это никого не касается, — сказал Уваров. — Все-таки в особом отделе работаете… Во-вторых, об этом мы позаботимся, не беспокойтесь. Будут отчеты во всех Модулях об операциях, в которых вы и ваша группа будете участвовать. Кстати не только вы, само собой… Группа Сазонова тоже выводится из наземных операций и еще целый ряд Мироходцев. Ну об этом вам в Департаменте расскажет Василий Денисович. У вас сразу после нашей встречи у него в кабинете небольшое совещание намечено, так что детали там уже обсудите.

Так, ну в принципе логика во всем этом была. Все равно нам здесь не дадут толком сражаться, а если так, то какой смысл сидеть в Великом Московском княжестве? Просто так, на всякий случай за оцеплением дежурить?

Нет уж, если не даете толком себя здесь показать, то нечего время тратить понапрасну. Все правильно — поедем в гости к иномирцам за последним ключом. Вот это будет приключение, я чувствую, что надо! Там придется развернуться на всю катушку…

— Жаль… — вздохнул я.

— Что именно, Владимир Михайлович? — уточнил у меня Романов.

— Да вот думаю, Ваше Императорское Величество, жаль, что нам не придется здесь их всех погонять. Может быть, к тому времени, когда мы вернемся, еще парочка для нас останется, как думаете? — спросил я.

— Надеюсь, что нет, — ответил он. — Постараемся уничтожить всех как можно быстрее. Вам, я думаю, и там войны хватит.

— Николай Александрович, разрешите вопрос? — спросила Соловьева.

— Слушаю вас, Василиса Тимофеевна.

— Здесь же некроманты еще остались, Ваше Императорское Величество… Пока меня не будет вам их выслеживать как-то придется…

— Об этом не беспокойтесь, мы уже все продумали и даже проверили, — улыбнулся Император. — Пока старшего мальчика из рода Таракановых будем использовать. До полноценного Мироходца ему, конечно, еще очень далеко, но в качестве компаса вполне годится. Но за вопрос спасибо… Приятно знать, что вы об этом подумали, Василиса Тимофеевна.

— Да не за что, Ваше Императорское Величество.

Романов посмотрел на часы и встал из-за стола.

— Ну, а теперь прошу меня извинить, если больше нет вопросов — на этом все. Через пару минут здесь будут военные и ваши коллеги с последними сводками с фронтов, так что…

Мы дружно задвигали креслами, поднимаясь из-за стола.

— Василиса, Володя… Ну а вы там смотрите осторожнее, — сказал он и погрозил нам пальцем. — Я намерен как следует напиться на вашей свадьбе. Если вы там погибнете и лишите меня такой возможности выпишу, штраф обоим, ясно?

Ясно, конечно, чего уж тут непонятного, Ваше Императорское Величество…

Глава 6

Как и сказал Уваров, сразу же после того, как вышли от Николая Александровича, мы поехали в Департамент. Ехали на машине Василия Денисовича, так как начальник особого отдела был вместе с нами и по дороге давал последние наставления.

По пути Федор Петрович вышел из машины Гринева, пожелав нам удачи и потребовав напрасно не рисковать, а также, чтобы все обязательно вернулись живыми. Да мы разве против?

В Департамент мы приехали в начале одиннадцатого и Мирон Сазонов к тому времени уже томился под кабинетом аншефа в ожидании нас.

Пока мы с Василисой переводили дух после первого разговора и потихоньку начинали раздумывать над тем, что нас ждет в ближайшее время, Гринев вводил в курс дела Сазонова.

Судя по всему, новая информация давалась Мирону с трудом. Время от времени он чертыхался и ругался как сапожник, понося Департамент сложными ругательствами, некоторые из которых мне настолько понравились, что я даже их запомнил на будущее. В жизни достаточно моментов, когда так и хочется сказать что-нибудь позабористей…

В основном, Сазонов был недоволен тем же самым, чем и мы с Василисой. Какая командировка, когда вокруг происходит война с нечистью? Неужели не могли подобрать более подходящий момент?

Но понемногу Василий Денисович нашел нужные слова и сумел подобрать к Мирону ключики, чтобы объяснить, что как раз сейчас и есть самый подходящий момент для того, чтобы сходить за девятым ключом.

Если предполагать, что это вторжение было организовано отчасти для того, чтобы втянуть нас в его отражение, то лучшего момента для похода возможно и не будет. В конце концов, Сазонов сдался, но лишь после того, как Гринев заверил его в том, что для нас будет организована операция-прикрытие, в которой якобы мы все будем участвовать.

После довольно долгого вступления, наконец перешли к самому главному, обсуждению мира, в который мы идем. Обычно Василий Денисович отдавал нам этот вопрос на собственное изучение, что-то типа домашнего задания. Но на этот раз все было совсем иначе, он решил обсудить это в кабинете. Правильно сделал, между прочим.

Как оказалось, кроме Соловьевой в этом мире не был никто — и для меня, и для Сазонова он будет совершенно новым в полном понимании этого слова. Насколько я понял глядя на Гринева, его этот факт крайне огорчал.

— То, что из всех Мироходцев, которые туда пойдут, в этом мире мало кто был — это самая слабая сторона этого похода в принципе, — сказал он, обводя нас хмурым взглядом. — А если учесть, что это вообще самый сложный мир из всех, то вообще становится не очень весело…

— Что значит самый сложный, Василий Денисович? — решил уточнить Сазонов. — В каком смысле?

— В самом прямом, — пожал он плечами. — Мы умышленно спланировали сложность ваших походов таким образом, чтобы она возрастала постепенно. Между прочим, эта тактика полностью оправдалась и это принесло свои результаты. С учетом накопленных знаний и опыта, вы решали задачи более оперативно и с наименьшими потерями. Если бы мы пошли по другому пути, то все могло бы быть совершенно иначе и не факт, что сейчас мы бы с вами вообще разговаривали в этом составе.

Ну, вопрос, конечно спорный, на мой взгляд, но определенная логика в словах аншефа была. Другой вопрос, что они могли ошибиться в тот момент, когда выстраивали миры по порядку возрастающей сложности, но что об этом сейчас говорить?

Во всяком случае, до этого момента я не могу их упрекнуть в том, что они где-то сильно уж ошибались. Так что вряд ли и сейчас заблуждаются. Поэтому если Гринев говорит, что мир самый сложный, сто скорее всего так оно и есть…

— Если так, то может быть был смыл перед этим закинуть нас в какой-нибудь Портал, чтобы мы хотя бы немного опыта набрались? — спросил я. — Понимаю, Портал — это совсем другое дело, но все-таки полегче было бы…

— Соколов, я, конечно, понимаю, что вам хочется думать, будто наверху сидят полные кретины, но поверь это не так, — сказал Василий Денисович. — Думали мы об этом и именно так хотели сделать, но никак не получалось… Имеется одна большая проблема с этими Порталами. Они из этого мира очень редко появляются. Вон Василиса Тимофеевна на два года раньше тебя Мироходцем стала, а за все время всего в двух таких была. На год по одному получается.

— Так и есть, — подтвердила Василиса. — Да и то, можно сказать полтора. Один раз у нас погибло двое… Тот Портал мы так и не закрыли, нас вывели и туда направили другую группу.

— Слышно хорошо ее было? — спросил аншеф. — Так что, прошу к информации отнестись серьезно.

— Что там такого опасного? — спросил я. — Вроде бы всякого уже повидали…

— Ну как тебе сказать… Открой бестиарий сейчас и посмотри. Я думаю так тебе легче понять будет, о чем мы говорим.

Я послушал ее совета и активировал Модуль. То же самое вслед за мной сделал и Сазонов. Пролистав несколько существ, я понял, что хотела сказать Василиса.

Они и в самом деле были несколько необычными. Такое ощущение, что кто-то скрестил живых тварей с металлическими конструкциями.

— Какие-то они биомеханические, — хмыкнул Мирон. — Посмотри на этого громилу… Ноги вроде бы стальные, голова тоже, а кишки… Мерзость просто…

— Там все такое, — заверила его Соловьева. — Даже здания. Не знаю кто их там делает, что за высший разум или как они там вообще существуют, но от одной мысли о том, что нужно идти в их мир, у меня портится настроение. Они умные, опасные, а еще владеют магией.

— Мы в этом до конца не уверены, — сказал Василий Денисович. — Так что не спеши с выводами, Василиса.

— Во всяком случае, те что убили Валерку, умели стрелять огненными шарами, — сказала Соловьева. — Может быть это и не магия, но очень похоже на то, что умеет делать Володя… А еще одна тварь умела швырять валуны своей металлической рукой как из катапульты…

— Весело, блин… — усмехнулся Мирон.

— Да, есть от чего приуныть, коллеги, согласен с вами, — покачал головой Гринев и вдруг улыбнулся. — Но у меня есть для вас одна прекрасная новость! Хотите порадую?

— Сделайте такую милость, будьте любезны, — попросила его Василиса. — А то у меня от плохих новостей за последние два часа даже голова разболелась.

— На этот раз вам не нужно будет лететь за границу! Все по месту, на родной земле… Несколько часов и вы на точке.

— Вот это и вправду неплохо, — обрадовался Мирон. — Надоели мне эти иностранцы со своим порядками. Тем более, что толку от них обычно все равно никакого нет. Так, для мебели разве что.

— Ну вот видишь, как хорошо, хоть чем-то вас порадовал, — улыбнулся аншеф. — Заодно и Байкал посмотрите. Там говорят красиво сейчас… Портал в районе Иркутска находится, а озеро там рядом, так что можно сказать — на экскурсию вас Департамент отправляет. По мере сил заботимся, чтобы вы все края нашей великой Российской империи исследовали.

— Исследуем, если живы останемся, — мрачно сказала Соловьева.

— У вас приказ от Императора живыми обратно вернуться, так что хоть в лепешку разбейтесь, а надо выполнить, — напомнил нам Василий Денисович. — Ну а вообще, если шутки в сторону… На этот раз вы уж постарайтесь. Сами понимаете, за последним ключом идете, поэтому большая к вам просьба — берегите себя. Легко не будет…

— Это уж как пить дать, — кивнул Сазонов. — Мы понимаем, что девятый ключ последний и некроманты тоже…

— Когда вылет? — спросил я.

— Сегодня в три часа дня у вас спецборт из Домодедово, — ответил Гринев. — В Иркутске вас ребята встретят в лучшем виде, накормят, спать уложат — в общем, все как нужно сделают. Операция намечена на завтра, на семь утра. Чтобы все отдохнули как следует…

Он внимательно посмотрел на меня и продолжил.

— Граф, ты животных своих не забудь… Для ящерицы эфириума возьми сколько нужно. Я распоряжусь, так что после нашего разговора зайди в лабораторию и выпиши.

— Благодарю, Василий Денисович… — сказал я и в этот момент мое право плечо сковало холодом, а кисть руки беспомощно упала на стол.

— Ты, что это, Владимир Михайлович? — вскочил со стула Гринев.

Неприятные ощущение продолжались всего несколько секунд, затем холод начал медленно отступать, пока не исчез вовсе. Зараза… Хреново дело…

Если придется мечом сражаться, то на всякий случай лучше только в левой руке его держать, а то как бы чего неприятного не вышло. В какой-нибудь самый неподходящий момент опять рука отнимется и что тогда? Об этом думать не хотелось. Тем более, что левой рукой я владел ненамного хуже. Ничего страшного, потерпим как-нибудь.

— Все хорошо, Василий Денисович… — ответил я ему и улыбнулся. — У меня это бывает в последнее время. Руку неудачно потянул на тренировке. Уже все отпустило, так что не беспокойтесь.

— Уверен?

— Абсолютно, — соврал я и широко улыбнулся.

Он еще немного посмотрел на меня и даже сделал вид, что поверил.

— Ладно, дамы и господа, в таком случае, не смею больше задерживать. У вас еще куча работы на сегодня. Вам еще нужно своим ребятам объяснить почему они должны в такой момент из Великого Московского княжества уезжать… Сазонов, по твоим… Все личные дела у тебя в Модуле, так что знакомься и срочно рассылай приказы… Вроде бы все сказал. Прощаться не будем.

Мы молча кивнули аншефу и вышли из кабинета. Сазонов сразу же улетел по своим делам, я тоже сделал вид, что нужно торопиться на сборы, но Василиса ухватила меня за локоть.

— Что с рукой, Володенька?

Ох как же я не люблю этот ласковый голосочек… Обычно за парой фраз, сказанных таким тоном, следует какая-нибудь долгая неприятная лекция.

— Только не говори мне, что ты руку на тренировке потянул, хорошо? А то я за себя не ручаюсь…

— Метательный нож, — совершенно честно ответил я. Просто не стал уточнять, что это немного необычный метательный нож. — Скоро пройдет. Ты же знаешь, на мне как на собаке все заживает.

— Это все твои покатушки к Сабурову? Я ведь чувствовала, что ни к чему хорошему тебя это не доведет! Вот тебе пожалуйста — метательный нож…

— Да ладно тебе, до свадьбы заживет, — успокоил я ее.

— Ага, с таким подходом как у тебя… То дуэли, то метательные ножи… — она шмыгнула носом и смахнула слезу. — Как бы я не осталась вдовой раньше времени.

Я остановился, взял ее руками за подбородок и нежно вытер слезинку со щеки.

— Ну это ты брось, разве Соколова так легко убить? Я тебе обещаю, до свадьбы точно протяну, ну а потом уже и помирать не страшно.

— Дурак ты, ваше сиятельство, — ответила она и поцеловала меня в губы.

* * *

Василий Денисович как в воду смотрел, когда говорил о том, что нам понадобится много сил на разговоры с Мироходцами. В Домодедово нам даже потребовался для этих целей отдельный зал.

С моей группой было не так сложно, больше всех упирался Минин, да и то не очень долго. Он хоть и любитель поспорить, но все-таки парень очень толковый, так что сразу сообразил — просто так никто не стал бы снимать с военной операции против нечисти такое количество народа. Ну а если приняли такое решение, значит есть в этом необходимость и это дело особой государственной важности.

Вот с группой Сазонова пришлось намного сложнее. Главным образом дело осложнялось тем, что на этот раз в группе поддержки почти двадцать Мироходцев. Понятное дело, что среди ребят было очень много новеньких и пойди им объясни, зачем они в такой момент из Москвы уезжают…

Ох и накричались мы в аэропорту хочу вам сказать, от души. Давненько я в таком славном скандале не участвовал. Даже Тосик вылез посмотреть, чем дело кончится и пару раз шоколадку у меня просил, думал, что драка начинается. Все боялся как бы без него чего не произошло…

Пришлось даже рейс задержать на сорок минут, пока достигли взаимопонимания. Впрочем, лично для меня — неудивительно. Сказывалась общая нервозность ситуации, в которой все пребывали. Та ведь еще обстановка…

Наконец все согласились с моими доводами и доводами Сазонова, и мы загрузились на наш спецборт, который давно уже нас ожидал.

Лететь было недолго, всего четыре часа, так что мы и сами не заметили, как быстро пролетело время. Только успели пообедать и вот уже Иркутское княжество, где, как и обещал Гринев, нас встретили местные Мироходцы.

Кстати сказать, ребята там и в самом деле оказались душевные. Понимающие, что значит хороший отдых. Ну а может быть их и предупредили, что нам требуется. Во всяком случае, прием они действительно устроили по высшему разряду.

Отличный ужин, баня, термальные источники и массаж расслабляющий. Потом еще немного холодного пива с копченым омулем…

Кстати, в процессе поедания рыбы, между нами и Мироходцами, которые были не в особом восторге от всего этого похода, были устранены последние недопонимания. К тому времени, когда мы отправились спать, все расходились в полном взаимопонимании. Ну и само собой сошлись на одной простой мысли — приказы нужно не обсуждать, а выполнять.

Мы с Василисой уходили последними. Уж больно красивым было место, где нас поселили. Лес, речка рядом шумит, да еще эти яркие звезды на небе… Как тут не задержаться?

Обнявшись мы сидели под теплым пледом, наслаждаясь вечерней тишиной. Даже не верилось, что завтра все это исчезнет и начнется совсем другая история… Как-то очень хотелось еще хоть немного задержаться в этой. Разве что остановить ненадолго время, чтобы продлить чудные минуты?

В этот момент правое плечо вновь проняло холодом… Я зажмурился, постаравшись не выдать своей боли, чтобы зря не волновать Василису…

Сука… Чувствую долго еще будет мне напоминать о себе хозяин огнеподобных… Нашел же Болотов себе помощника… Ну ничего, дай срок… Я тебе заплачу за это в полной мере…

Вот только главное из этого приключения с ключом вернуться, ну а там уже и до тебя доберусь.

Глава 7

Подъем был очень ранним. Нужно было провести беседу с новенькими и настроить их на правильный лад. Мне показалось, что вчера вечером они слишком расслабились и не совсем поняли, что их не в санаторий отправили.

Но я зря опасался. Видимо просто сказалось общее напряжение вчерашнего дня, вот и нервничал. Да и рука давала о себе знать некстати…

Настроение у ребят было вполне себе боевое. Все прекрасно понимали, что если уж здесь оказались, то это неспроста. Даже наоборот — гордиться начали высокой оказанной чести, которой их удостоили. Все-таки одних из лучших на это задание отправили. Да и миссия не самая обычная, можно сказать секретная.

По дороге местные ребята поделились с нами последними новостями из Великого Московского княжества, но особым красноречием не отличались. Вот почему — не знаю.

Может быть и в самом деле особо информацией не владели, но лично я думаю, что приказ у них был головы нам ничем лишним перед операцией не забивать. Не зря же нас от доступа к сети отрезали. Думаю, именно по этой причине.

Хотя кое-что все же сказали. Несколько прорывов наши Мироходцы полностью ликвидировали и это было очень неплохо. Вот только и без неприятностей не обошлось. На востоке княжества нечисти ночью удалось прорвать оцепление, так что сейчас идет срочная операция по уничтожению тех, кому удалось прорваться.

Больше ни слова. О потерях с нашей стороны полный молчок, так что приходилось догадываться самостоятельно. Но ясно ведь, без них никак… На войне не бывает так, чтобы гибли только в одном окопе.

Но местные сказали, что из Иркутского княжества, по их информации, в Москву пока никого из Мироходцев не отправляли. Есть указание, чтобы в случае чего быть готовыми отправиться по первому требованию, но приказов пока не поступало.

В общем, за всеми этими разговорами, к Порталу мы прибыли в том настроении в каком нужно. Полны решимости вернуться обратно с девятым ключом и в полном составе.

Долгих церемоний не устраивали, местные ребята пожелали нам удачи, и мы в установленном порядке вошли внутрь.

Вот все-таки хорошо, что перед непосредственным входом в новый мир, была возможность пройтись по зачищенному Порталу и просто осмотреться. Экскурсия получилась очень познавательная. Правда вонища стояла там просто жуткая… Некоторых тошнило, причем не по одному разу.

Я и не думал, что слова Василисы окажутся настолько близки к истине. Здесь действительно все было каким-то странным и необычным… Даже стены сделаны из металлоконструкций, которые в некоторых местах были соединены между собой костями. Выглядело все это жутковато.

На костях явно раньше была плоть, но с течением времени все оно давно истлело и сгнило, наполнив подземелье удушливым запахом разложения.

Ну а существ, которые здесь обитали, мы не нашли. Они явно здесь были, но что можно отыскать среди груд покрывшихся ржавчиной железяк?

Понятно дело, что раньше они как-то соединялись между собой… Скорее всего костями, плотью, мышцами, возможно еще чем-то… Но сейчас сложно было об этом судить.

Во всяком случае, общее представление о том, что нас ждет, хотя бы примерно мы получили. Значит можно сказать, что в любом случае время потратили не зря. Даже с учетом того, что половина из нас оставила там свой завтрак.

К тому времени, когда мы нашли осколки Сердца и Василиса открыла Портал, я уже хотел поскорее выбраться из этого места. Пусть даже в другой мир, но только как можно дальше отсюда. Слишком уж здесь отвратительный запах.

Мне показалось, что даже Любомир, который обычно проявляет полнейшую отстраненность к происходящему, на этот раз всем своим видом показывал, что хочет поскорее убраться отсюда. У бедолаги по бледному лицу пот катился градом, и я начал волноваться, как бы он не свалился в обморок раньше времени.

Соловьева проводила разведку довольно долго, почти полчаса, а когда вновь пришла в себя — выглядела немного растерянной.

— Ну давай, скажи нам, что там все чисто, поют металлические птицы, а на ясном голубом небе солнце из кишок, и мы дружно свалим из этого места, — сказал Минин. — Василиска, только не молчи, имей совесть! Я и так уже блевал три раза, если так и дальше пойдет, здесь все мои внутренности останутся!

— Погоди, Леша, не суетись, — прекратил я его словесный поток и посмотрел на Соловьеву. — Говори…

— Между прочим, он прав… На том месте, где мы выйдем, и в самом деле ничего нет, но вот что там дальше — неизвестно. Там мир какой-то странный… Ярусный что ли…

— Как это? — спросил я.

— Сложно сказать, вам нужно это увидеть. Во всяком случае, там, где мы окажемся, нам точно ничего не грозит, — заверила нас Василиса. — Я там все разведчиком излазила, так что можем идти спокойно.

— Вот и отлично! — хлопнул меня по плечу Минин. — Командир, можно я на этот раз первым пойду? А то я вас всех сейчас…

Алексей сделал характерный жест двумя пальцами, показывая нам, что он сейчас сделает, но пришлось его огорчить.

— Потерпишь пару минут, — сказал я. — Идем согласно установленному порядку. Давай, Мирон, начинаем…

* * *

Небо здесь было грязного, серо-бурого цвета. Ни солнца, ни луны не видно, поэтому определить ночь сейчас или день, дело просто невозможное. Однако на небе постоянно что-то вспыхивает ярким желтым светом, да и вообще все вокруг видно неплохо.

Как и все, я с интересом осматриваюсь по сторонам и начинаю понимать, что имела в виду Василиса, когда говорила, что лучше это увидеть самому.

Мы стояли на большой, абсолютно ровной плоскости. Я бы сказал, что она размером примерно километр на километр. Впрочем, я могу ошибаться — при таком освещении трудно определить расстояние более точно. Да это и неважно…

Прямо перед нами висит огромный куб, который размерами больше нашего, а за ним виднеется следующий. Судя по тому, что мы его видим — он превышает размерами следующий. За ним тоже что-то есть, но этого уже не разглядеть… Слишком далеко. Туда еще добраться нужно.

Местечко любопытное, что и говорить. Не очень оно мне нравится, но здесь хотя бы не воняет и Минин перестал жаловаться на жизнь. Для начала уже неплохо.

— Ребята, вы заметили, что кубы двигаются? — спросил Сазонов.

— Они не двигаются, мне кажется они просто дышат, — поправила его Подарина. — Ну или что-то типа того… Не похоже это на полноценное движение.

Мы дружно посмотрели себе под ноги и в этот момент Лешку вырвало снова. Вот только на этот раз не от запаха, а от того зрелища, которое мы увидели.

Под нашими ногами было что-то похожее на металлическую сетку с толстыми прутьями, которая была покрыта чем-то похожим на розовую мышечную массу. Они все время еле заметно сокращались, а это означало, что мы явно стоим на чем-то живом.

— Мерзость какая, — сказал Одоевский, брезгливо осматриваясь по сторонам. — Нам нужно идти в эти кубы?

— Разве ты видишь какие-то другие варианты? — спросил я у него. — Я вот, например, нет. Только пока непонятно как туда идти, никаких явных путей я не вижу.

— Думаю их здесь и нет, — усмехнулась Соловьева. — Кроме левитации туда никак не попасть. Девятый ключ, Володя, неужели ты надеялся, что они нам постелют ковровую дорожку? Хотят, чтобы мы тратили магическую энергию на каждый шаг, а лучше всего на любое действие, это же ясно.

— От ковровой дорожки я бы не отказался, между прочим, — сказал я и посмотрел на Минина. — Ну что там, Алексей, ты закончил или у тебя в желудке еще осталось что-то из завтрака?

— Да вроде все… — покачал он головой и вытер рот рукавом. — Твою мать, чего только природа не придумает…

— Думаю, что как раз в данном случае она здесь ни при чем, — заметил Воронов. — Кстати, внутри этой сетки есть камень, я его чувствую. Надо же, я было подумал, что если здесь только метал и твари — буду ходить за вами бесполезным балластом. Оказывается нет, может еще пригожусь…

— Время покажет. Пойдемте, чего стоять? — сказал я и пошел в сторону висевшего над нами куба.

Зная, что ты идешь по чему-то живому, честно говоря, весьма своеобразное ощущение. Поначалу я даже старался идти как-то осторожнее, опасаясь, что металлическая сетка вот-вот прорвется и оттуда в любой момент вылезет какая-нибудь тварь.

Хуже всего, что в нашем случае и Модуль был абсолютно бесполезен. Он просто отмечал все вокруг зеленым, намекая, что это все сплошь живой организм. Зло берет — просто бесполезная техно-магическая хрень какая-то, а не верный помощник…

— Ну что, пусть аэроманты начинают с наших, а вашу группу в самом конце забросим? — спросил Сазонов, когда мы подошли к краю куба.

— Нет, — покачал я головой. — Все вместе будем левитировать. Друг за другом не пойдет — мне эта идея совсем не нравится. Если наверху засада, то так им нас легче всего ухлопать будет.

— Как все вместе? — удивился Мирон. — Да они не справятся с такой оравой одновременно — нас здесь почти тридцать человек, а аэромантов только трое. По десять человек на одного получается! Как ты себе это представляешь?

— Они и не потребуются, — ответил я ему. — У всех эликсиры есть, так что пусть ими и пользуются.

— Так это же на всякий случай, — судя по его выражению лица, от моей идеи он был не в восторге. — Мало ли, как оно дальше будет?

— Вот и посмотрим, а сейчас делайте как я сказал. Сазонов, приказы не обсуждать — действовать.

К чести Мирона, он хоть и был маркизом, но что в данной ситуации лишние споры сделают только хуже, понимал довольно четко. Поэтому первым полез в свой Пояс за эликсиром, подав пример остальным, что нужно делать.

Отдав приказ защитникам повесить на всех щиты, мы вкололи эликсиры и левитировали к первому кубу.

Впрочем, квадратным его можно было назвать лишь условно. Все-таки он был не совершенно ровным — грани искривлены, кое-где пробоины, из которых идет белый дым… Может быть пар… Пока даже понятия не имею, что это такое…

Совсем недалеко от того места, с которого мы левитировали, на кубе была довольно внушительная площадка и на ней было бы очень удобно нам всем разместиться. Но именно это меня и насторожило — как-то подозрительно, когда она будто специально для нас сделана.

Поэтому пришлось чуть-чуть потянуть, пока найдется другое место. В тот момент, когда мне уже начало казаться, что еще немного и в ход пойдет еще по одному эликсиру, я нашел-таки неплохое местечко. Пусть не такое большое, но по крайней мере менее подозрительное.

Вот только мы все на нем не помещались, поэтому, как только первые Мироходцы садились, им сразу же приходилось заходить внутрь этого самого куба, освобождая место остальным.

Я автоматически проверил Модуль и увидев сплошной зеленый экран, показал его Василисе. Не сказав ни слова в ответ, она лишь мрачно усмехнулась и пожала плечами. Ну да, все верно, что тут говорить, если и без слов все понятно.

Один за другим мы вошли внутрь куба и мои опасения начали подтверждаться. Коридоры здесь были слишком узкими — максимум плечом к плечу могли стать трое, и это обстоятельство существенно ограничивало свободу маневра.

Внутри куба было сразу несколько звуков, которые смешались между собой, образовав один общий и очень необычный — как будто ровный гул работающего механизма смешался со чавкающим звуком. Странное что-то такое.

Да и запах необычный… Как если бы кто-то додумался добавить в машинное масло немного ванили. Тяжелый и приторно сладкий. Ну просто мрак какой-то…

Коридор длинной кишкой петлял то влево, то вправо и за то время, что мы по нему шли, успел несколько раз разделиться, но мы придерживались одной стороны — только так невозможно заблудиться в лабиринте.

Шаг за шагом мы шли вперед и с каждой минутой становилось все жарче. Едкий пот заливал нам глаза и очень хотелось снять с себя форму и броню.

Лично я уже давно не обращал внимания, что шагаю по мягкому полу, который скрипит под ногами… Это рвутся те самые мышцы под нашим весом. Твою мать, вот же гадость какая…

Какое-то время коридоры казались однообразными, пока вдруг розовые наросты на стенах и потолке не начали увеличиваться все больше и больше. Это напоминало какую-то адскую глотку, в которую мы с каждым шагом забирались все глубже и глубже.

Плотность этой мерзости на полу тоже увеличивалась, поэтому идти становилось труднее. Мы то и дело поскальзывались на этой хреновине. Кстати, вот еще неприятное открытие — один из Мироходцев упав оперся на эту штуку рукой и выяснилось, что эта паскуда очень сильно жжет кожу. Всего за несколько секунд вся рука у него покрылась волдырями, так что целителям пришлось немного потрудиться, чтобы привести его в форму.

— Ребята, может быть выберем другой коридор? — спросила Подарина, когда заросли этой розовой кожи впереди стали настолько плотными, что двигались мы с большим трудом. Ведь нам приходилось стараться не задевать их, а это становилось все сложнее. — Не нравится мне все это…

— Чем тебе другой будет лучше? — пропыхтел Минин. — К тому же, Соколов правильно говорит — выбрали одну сторону, вот ее нужно и придерживаться. Иначе будем по кругу топтаться без толку.

В этот момент где-то впереди послышался характерный громкий хруст. Этот звук ни с чем невозможно спутать, так обычно хрустят куриные хрящи на зубах или тонкие кости… А затем раздался крик, но это был не крик боли, а констатация печального факта.

— Оно сожрало его! Парни эта розовая херь сожрала его!

Я буквально почувствовал, как под моими ногами прокатилась волна, и от мысли, что это оно переваривает нашего парня меня просто чуть не стошнило. Мы все почувствовали, как кольцо розовых мышц вокруг нас начинает сжиматься.

Затем я увидел, как где-то впереди заработали электромаги, поджаривая эту мерзость электричеством и сам со своей стороны выбрал место потолще и подпалил ее.

Звук внутри куба изменился. Казалось, ему совсем не понравилось то, что мы делали. Гул работающего механизма явно стал намного громче, а промежутки между чавкающими звуками реже. Спустя еще немного времени, давление на нас также внезапно ослабло.

Розовая мерзость, которая здесь была повсюду, вдруг начала стремительно уменьшаться и исчезать, оголяя стены и оставляя после себя лишь ржавое железо, сталь и металлические прутья.

Мы медленно продвигались вперед, поджаривая это розовое нечто заклинаниями и освобождая себе путь. Какое-то время это успешно работало, но ровно до того момента, пока мы не уперлись в место, которое все сплошь было заполнено этой розовой дрянью.

Заклинания против нее здесь не сработали так, как раньше — она не хотела убираться в стены. Но можно было выжигать ее… Просто пробивая дорогу себе в этом сплошном куске мяса…

Не могу сказать, что эта была какая-то особо сложная задача — просто жарь и все. Однако был другой нюанс — все это требовало огромных затрат магической энергии, потому что мы практически не останавливались.

Будто безумные мы шарашили ее заклинаниями, пробивая проход, сменяя друг друга, чтобы отдохнуть… Казалось, этому не будет конца. Вонища стояла просто ужасная. Почему-то особенно мерзко воняла эта дрянь, когда электромаги жарили ее молниями… Ох и запах… По сравнению с этим жареная селедка — просто дивный аромат, которым нужно давать наслаждаться за деньги…

В какой-то момент мне в голову даже закралась предательская мысль — может быть и в самом деле стоит прекратить этот огненно-молниевый Армагеддон? Мы расходуем магическую энергию и уже даже выпили по одному «Оптимуму», а этому розовому дерьму не видно ни конца, ни края… Что если и в самом деле попробовать зайти с другой стороны? Ну а если уже не получится, тогда уже продолжить здесь.

Нет, не пойдет. Будем пробиваться! Если ошибся, то значит пусть будет моя только вина! Распыляться на все стороны, так никакой энергии точно не хватит.

Дождавшись своей очереди, я со всей злости шарахнул Огненным шаром в самый центр этой субстанции, и он с громким взрывом проделал в ней дыру.

— Ну наконец-то… — выдохнул Сазонов, который стоял рядом со мной. — Я уж думал мы никогда ее не прорвем…

Мы молча смотрели на дыру и рваные края розовой обугленной плоти, которые болтались как грязные тряпки.

Вот же… Еще не начали толком, а чувствовали себя так, будто уже к самому последнему кубу подобрались…

Глава 8

Где-то там впереди слышался шум, будто все время что-то двигалось. На мой взгляд, это было похоже на лифты, но я мог ошибаться. Разве можно было говорить о чем-то наверняка находясь внутри этой странной штуки?

— Кто у тебя погиб? Кто-то из новеньких? — спросил я у Сазонова, пока мы приводили себя в порядок и восстанавливали силы.

— Да нет, на этот раз из стареньких. Новенького я бы вперед не отправил, — мрачно ответил он. — Петр Данилов. Мы с ним с самого начала вместе. Восемь ключей добыли…

Я посмотрел по сторонам и действительно не увидел одного из парней Мирона, который заходил в Портал вместе с нами. Сразу в глаза как-то не бросилось, группа большая у него.

Жаль Данилова… Серьезный был такой паренек. Улыбался редко, правда, но зато электромаг он был классный. Да и от драки не отлынивал, все норовил в гуще событий оказаться…

— Прими мои сожаления.

— Да ладно, чего уж тут…

Больше мы не разговаривали. Я подождал пока все придут в норму и отдал приказ на продолжение движения. Пришла пора выяснять как нам выбираться из этого куба, чтобы к следующему попасть.

Мы вышли из поднадоевшего коридора и оказались в каком-то месте, которое больше всего напоминало огромную шахту, наверху нее виднелись какие-то фонари.

Я посмотрел по сторонам и обратил внимание, что кроме выхода, из которого мы сюда выбрались, был еще один — прямо напротив нас. Вот только мне он совсем не понравился.

Внутри него отовсюду торчали острые металлические шипы, которые блестели холодным стальным светом. Похоже мы выбрали правильный путь, если бы оказались в этом коридоре… Думаю не помогли бы нам ни Ветвистые молнии, ни Огненные шары…

Мы обменялись с Сазоновым понимающими взглядами, и я занялся изучением любопытного места, в котором мы оказались.

Вдоль стен этой шахты поочередно двигалось несколько платформ. Все они были разного размера.

Поначалу их движение казалось нам хаотичным, но после того как мы понаблюдали за ними какое-то время, поняли, что система все-таки есть. Они двигались через определенные промежутки времени, причем каждая из них со своей скоростью.

Когда одна из платформ догоняла другую, она билась об нее и резко опускалась вниз, а затем снова начинала свое движение.

В центре шахты, прямо в воздухе висело нечто похожее на гигантского черного осьминога, который зачерпывал своими щупальцами что-то со дна этой шахты и клал на платформы. Они ехали с этим вверх, а вниз возвращались уже пустыми.

Понятия не имею, что эти штуковины возили наверх, но выходит для чего-то они явно были нужны. Иначе к чему это все? Судя по тому, что все здесь какое-то биомеханическое, не удивлюсь если этот процесс как-то участвует в жизни куба.

— Смотрите какая странная осьминожка, — сказал Минин. — У нее пар из щупалец идет или мне кажется?

Ему не казалось. Такое ощущение, что существо и в самом деле было на паровой тяге или что-то типа того. Откуда-то ведь брался этот странный белый дым, который прорывался сквозь дыры в коже.

Кстати, сквозь эти дыры видны были еще и кости, так что это были не щупальца, а скорее очень длинные пальцы с множеством фаланг.

— Интересно, что оно делает? — спросила у меня Василиса. — И еще непонятно — где у этой шутки голова?

— Понятия не имею, — ответил я и указал наверх. — Лично меня больше всего интересует как нам туда попасть? При помощи аэромантов или на одной из этих платформ?

— Даже думать не хочу о том, что могу оказаться на этой штуке, — скривилась Соловьева. — Откуда мы знаем, что эта штука туда грузит? Может оно нам ноги разъест?

— Тогда других вариантов нет — только при помощи аэромантов, — сказал я. — Но будет непросто проскочить между этими платформами.

— В каком смысле? — спросила Василиса.

— Ну вот посмотри наверх, — она присмотрелась туда, куда я показывал ей пальцем. — Видишь, платформы что-то привозят, останавливаются и свет пропадает. Видимо, там не остается больше места. Вот свет появляется снова. Вновь пропадает.

— Слишком высокая скорость движения у них, есть риск что кто-то из нас может не успеть, — сказал Сазонов. — Не все же умеют левитировать как Боги. Минин вон вообще мне теленка напоминает когда летит… Такое ощущение, что еще немного, и он даже в воздухе умудрится упасть.

— Но-но! — погрозил ему пальцем Алексей. — Я бы попросил вас следить за выражениями, ваше сиятельство. В тех краях, где я вырос, слово теленок считается не самой лучшей похвалой… К тому же боксирую я лучше, чем левитирую.

— Да ладно тебе, Леша, — нахмурилась Подарина. — Летаешь ты и вправду хреново. Что будем делать, если тебя там придавит этой платформой? Запасного Минина ведь у нас нет…

— Дорогая Анна! — деланно поклонился ей Алексей. — Не думал, что когда-нибудь услышу от тебя теплые слова в свой адрес! Если так — я с радость готов простить Мирону теленка. Даже более того, если после нашего возвращения в Москву ты пообещаешь отужинать со мной, то он может назвать меня еще каким-нибудь представителем животного мира… Вот кот, например, мне нравится…

— Или осел, — сказала Подарина и показала ему язык.

— Может быть попробуем втащить этому осьминогу и остановим платформы? — предложил вдруг Одоевский. — Я могу попробовать сломать его щупальца. На вид они достаточно хрупкие.

— Хорошая мысль, кстати! — воскликнул Минин. — И проскакивать никуда не нужно будет.

— Не знаю… — с сомнением сказал я. — На мой взгляд, мысль как раз не очень. Если вся эта штуковина и в самом деле живая, то значит для чего-то нужна ей осьминожка. Неизвестно, что произойдет, если она остановится.

— Да что такого может произойти? — не сдавался Алексей.

— Ну, например, разорвет его к чертям собачьим, — предположила Василиса. — Вместе с нами…

— Три двойки на три… Шестьсот шестьдесят шесть… Смерть… Сто процентов… — сообщил вдруг Любомир.

— Вот тебе и ответ на все твои вопросы, — сказал я и посмотрел на Минина. — Значит будем лететь. Только для начала нужно понять — не станет ли нам эта штука как-то мешать.

— Как она нам может мешать, если у нее головы нет? — спросил Минин.

— Вот сейчас я и проверю, — сказал я и посмотрел на Сазонова. — Дай мне одного из своих аэромагов.

Он кивнул одному из Мироходцев и вскоре мы с ним взмыли вверх.

— Полетели к той штуке, только медленно. Еще лучше держись от меня подальше, просто поддерживай, — сказал я ему.

Так мы и сделали. Он держался от меня примерно на расстоянии двадцати метров, а я без особой спешки осмотрел осьминога.

Медленно облетев его со всех сторон я так и не понял кем он был больше — животным или механизмом. Но вот то, что и тем, и другим — совершенно точно.

Я не дотрагивался до него, но видно было, что поверх его белеющих костей натянута именно кожа, а не гладкая тряпка. По ней даже пот струился или что там у этой твари было такое.

А под кожей были видны кости, которые соединялись между собой блестящими металлическими суставами, поверх них бугрились мышцы. Еще было что-то полупрозрачное вроде хрящей, которые щелкали каждый раз, когда осьминог сгибал свое щупальце, чтобы бросить на платформу очередную порцию зелено-черной дряни.

Но нападать на меня оно не собиралось. Да и вообще никак не реагировало. Скорее всего это существо даже не имело понятия о нашем пребывании здесь и беспокоилось только об одном — чтобы процесс шел без сбоев. Это было хорошей новостью, а значит можно было спокойно заняться изучением верхней части шахты.

Ее осмотр сразу же дал понять, что беспокоился я не зря — люк, где выгружались платформы и в самом деле был небольшим. Поэтому выходило так, что ребятам нужно будет успеть проскочить не только между проходом платформ, но и еще и проявить чудеса ловкости, чтобы заскочить в люк.

Я подумал про Минина и нахмурился — придется этого парня пинком под задницу туда запуливать, чтобы он попал с первого раза и его не зажало мощной платформой.

Кстати неожиданно нарисовался еще один вопросик — что-то чисто и быстро сметает груз наверху, а видеть этого я не могу. Хотя знать это нам не мешало бы… Вот только как?

Вдоволь насмотревшись на однообразный процесс, мы спустились вниз, и я рассказал про увиденное ребятам, вкратце описав как все будет происходить.

— Вот только мне не очень нравится, что ты будешь последним, — сказал Сазонов после того, как я закончил говорить. — Получается, что не мы у тебя, а ты у нас группа поддержки…

— Ничего не поделаешь, Мирон, нравится тебе или нет, а магией времени здесь один я владею, — ответил я ему. — Так что это самый логичный вариант.

— Все правильно Володя говорит, — сказала Василиса. — Если нужно будет, он платформу ускорит, а потребуется — замедлит.

— Или если кого-нибудь из вас ускорить или замедлить нужно будет, — дополнил я ее. — Так что это приказ, Мирон. Ну а начнем как раз с вас. Так что не переживай, если там наверху какое-нибудь дерьмо нас поджидает — у вас есть все шансы проявить себя.

— За это я как раз не переживаю, — пробурчал он. — Я переживаю, как бы ты здесь не остался вдвоем с этим осьминогом.

— Об этом тоже не беспокойся, когда последнего аэромага к вам отправлю, эликсиры себе вколю, а у меня их еще достаточно. Поверь, мне здесь тоже не очень нравится и оставаться как-то совсем не хочется, — заверил я его. — Так что давайте начинать.

Несмотря на общее опасение, процесс шел довольно успешно, хотя и очень медленно. Аэромаги один за другим поднимали ребят, а я помогал им оказываться внутри. По правде говоря, все были очень собраны, и я тратил немного магической энергии — надолго замедлять платформы не приходилось. В основном все справлялись сами.

Не знаю, что там над нами происходило, но грохот стоял просто оглушительный. За то время, что я провел наверху, я чуть не оглох. Казалось, еще совсем немного и у меня из ушей пойдет кровь. Просто сумасшествие какое-то!

В конце концов нас осталось трое — я, Минин и один из аэромагов. В этот момент я вколол себе шприц-тюбик «Левитации» и приготовился к заключительному этапу, который должен был стать самым сложным — транспортировке Минина.

Не знаю почему так, но у Лешки и в самом деле были проблемы с полетами. В воздухе он как-то резко терял координацию движений, хотя, как по мне, что может быть проще, чем левитация? Даже делать ничего не нужно. Знай себе управляй телом и лети…

— Ты главное не волнуйся, — крикнул я Минину, который с тревогой смотрел на люк, неуклюже расставив руки в стороны.

— Да я не волнуюсь, — крикнул он в ответ, пытаясь переорать царивший здесь грохот.

Ну да, как же, не волнуется он! Ври больше! А у самого все лицо мокрое от пота!

Я дал ему команду приготовиться, и мы максимально приблизились к люку. Платформы и без того двигались довольно быстро, а когда я посмотрел на широко раскрытые глаза Алексея, мне показалось, что их скорость возросла еще в два раза.

Вот очередная остановка, грохот, разгрузка, открывается люк и приходит пора Лешке залетать внутрь, но в этот момент им овладевает паника. Он в испуге замирает и просто зависает в воздухе на половине пути.

Твою же мать! Минин!

Очередная платформа, которая в этот момент с грузом летит к нам, кажется мне просто огромной. Такое ощущение, что она намного больше и шире других. Будто специально все так происходит. И летит она в то самое место, где раскрыв рот, в панике таращится на нее Алексей.

Я врубаю магию времени и затормаживаю платформу насколько могу. Она практически останавливается на одном месте, но ведь это не все — мне-то нужно чтобы Минин оказался внутри, а он смотрит на эту долбаную железяку!

В этот момент мимо меня проносится аэромаг, хватает Лешку и буквально впихивает его наверх. Еще через мгновение он влетает за ним следом, и я бросаю контроль платформы, которая с оглушительным лязгом становится под разгрузку. Сверху надо мной что-то грохочет.

Ну, наконец-то! Я думал еще немного и от Минина останется кровавая лепешка. Поплачет тогда Подарина крокодильими слезами за то, что не согласилась с ним отужинать…

Платформа отъехала, открыв для меня свободное пространство, я влетел наверх и в этот момент прямо подо мной встала под разгрузку очередная платформа.

Краем глаза я заметил, как справа на меня полетела темная тень, ускорился и метнулся в сторону. Всего мгновение мне потребовалось, чтобы оценить обстановку и понять, что здесь происходит.

Темной тенью была могучая стальная лапа, которая счищала с платформ жижу в стеклянный куб, из которого в разные стороны уходило множество трубок, и эта жижа шла по ним дальше.

Из куба торчали головы ребят, которые смотрели на меня как на нежданного спасителя, а прямо рядом с ним стояла какая-то тварь и тоже смотрела на меня. Вот только ее взгляд был скорее удивленный, как будто я таракан, который залез в химическую лабораторию и нарушил какой-то сложный эксперимент.

Тварь была чем-то похожа на кенгуру, вот только задние лапы у нее были механическими, а голова почти человеческая и просто огромная. В маленьких ручках у нее было что-то вроде пистолета.

Она открыла рот и издала звук, похожий на утиное кряканье, а затем в меня полетели огненные шары. Причем странное дело — они были совсем маленькими, когда вылетали из ее пистолета и стремительно увеличивались в размерах по мере приближения ко мне.

Если тварь хотела меня чем-то удивить, то должен ее жестоко разочаровать — слишком мелко. Огненные шарики, да еще когда все ребята сидят в каком-то дерьме и возможно страдают от боли — это просто лишний повод разозлить меня еще сильнее.

Всего мгновение мне потребовалось, чтобы телепортироваться этой твари за спину и еще одно, чтобы снести ей тупую голову мощным ударом Рассвета.

Действие эликсира «Левитации» еще продолжалось, поэтому я взлетел наверх куба, над которым была довольно удобная площадка, где можно было разместиться и принялся за дело.

Первой вытащил Василису, затем она помогла мне поднять на площадку еще одного Мироходца, ну а там уже дело пошло веселее.

Спустя десять минут вся наша дружная команда Мироходцев стояла возле куба. Вот только все в какой-то дряни, а я нет. Даже неудобно как-то перед ребятами…

— Ну и несет от вас, конечно, — честно сказал я им, пока маги воды, пытались хоть как-то привести всех в порядок.

— Скажи спасибо, что хоть не кислота какая-нибудь, — сказал Сазонов. — А то тебе и спасать бы некого было… Летал бы сейчас один по кубам…

— Да толку мне одному по кубам летать? Без Василисы все равно девятый ключ не достать.

Времени, чтобы отмыться, потребовалось больше, чем забраться наверх. Да еще немного, чтобы маги воды магическую энергию восстановили. Ну и все остальные отдохнули немного.

На все про все ушло не меньше получаса, так что можно считать у нас полноценный привал получился. С другой стороны, после такого-то стресса… Вон Любомир до сих пор в шоке, судя по широко раскрытым глазами как у зайца перепуганного… Видимо нечасто ему доводилось в Москве в стеклянных кубах с какой-то гадостью зеленой плавать. Да уж, работенка у нас та еще, что и говорить…

Наконец все отошли, и мы двинулись дальше — в единственную дверь, которая была в этой огромной, похожей на хранилище комнату.

Как оказалось, она вела в коридор, как две капли воды похожий на тот, по которому мы пришли в шахту. Вот только никакой розовой гадости здесь не росло, хотя воняло также мерзко.

Какое-то время мы попетляли по нему и наконец выйдя из куба, оказались на большой площадке, а перед нами висел второй куб.

Он был похож на первый как брат-близнец, вот только был побольше, ну и цветом немного отличался. Даже сюда было слышно, как мерзко он пахнет.

— Мне кажется еще немного, и я сдохну от этого запаха, — сказала в этот момент Подарина. — У меня иногда возникает ощущение, что я прописалась на свалке.

— Не сдохнешь, — заверил я ее. — Рано еще. Вот сделаем все, вернемся в Москву и тогда пожалуйста — хоть на голове стойте! А здесь умирать раньше времени запрещаю. Так что вперед, дамы и господа.

Глава 9

— Может быть на этот раз обойдемся без эликсиров? — осторожно спросил у меня Сазонов, глядя на второй куб. — Как бы все не истратить раньше времени.

Сейчас я был с ним полностью согласен и сам об этом думал — шприц-тюбиков с «Левитацией» у нас осталось не так уж много, а сколько там еще впереди этих кубов неизвестно. Да и что нас ждет внутри них, тоже вопрос хороший, так что ответ напрашивается сам собой — на этот раз придется обойтись без них. Рискованно, конечно, но что поделать — самый лучший вариант.

— Ты прав, Мирон, я тоже об этом думаю, — сказал я и посмотрел на куб, который был перед нами. — Хотя, честно говоря, эта идея мне не очень нравится… Слишком чисто и заманчиво выглядит платформа на другой стороне. Даже ловушки на ней никакой не видно, вроде розовой дряни.

— Отсюда, по крайней мере, — сказала Василиса.

— Что ты говоришь? — уточнил я.

— Расстояние слишком большое, — пожала она плечами. — Так что, может быть нам просто не видно ничего.

— Вот мы это и проверим на месте, — сказал Сазонов. — У нас три аэромага, значит как раз из моей группы можно ударную тройку сообразить. Меня, например, в качестве мастера-электромага, потом есть у меня один суперспец по льду, ну и…

— Я, разумеется, и даже не пытайся спорить, — сказал я и поправил Рюкзак.

— Ну нет, Володя, так не пойдет, — покачал он головой. — У меня есть четкие инструкции, так что — извини. Ты останешься здесь.

— Мирон, ты ведь не глупый парень, к чему упираешься? Ну сам подумай… Василиса правильно ведь говорит, там наверху всякое может произойти, а у меня есть способности, которых больше нет ни у кого, правильно?

— Здесь у каждого такое найдется, — нахмурился он.

— Кто же спорит? — пожал я плечами. — Но ты сам прекрасно понимаешь о чем я тебе говорю, так что… Да и потом — у тебя ведь инструкции только лишь на счет Соловьевой, правильно? Так она здесь останется.

— Остальных тоже прикрывать нужно, — пробурчал Сазонов.

— Вот и будем их прикрывать. Какая мне польза с того, что вас на три человека меньше станет? В общем, не спорь — летим втроем.

— Бог с тобой, — махнул рукой Мирон. — Но если что-то случится — все были свидетелями, я пытался тебя отговорить. Это на тот случай, когда Гринев мне за тебя будет мозг выедать.

— Ты был услышан, — заверил я его. — Теперь в путь.

Защитники накинули на нас ауры, а затем пришел черед аэромагов, которые сначала взлетели сами, потом уже подняли в воздух нас.

При ближайшем рассмотрении было видно, что этот куб все-таки отличался от прошлого гораздо сильнее, чем показалось вначале. Его поверхность была покрыта спорами, как шляпки грибов изнутри. Да и запах был схожим, если разобраться… Только намного резче…

Мы не спеша подлетели к платформе и тщательно осмотрели ее сверху. На первый взгляд она не таила никаких угроз, но вот в темноте уходящего в глубь коридора, я увидел нечто похожее на коконы или яйца.

— Смотри, Мирон, как бы из тех штук ничего не вылезло, — сказал я ему и показал на них.

— Согласен, — ответил он. — Будет не очень. Там их не меньше нескольких сотен, а нас здесь всего шестеро.

— Ну, на самом деле чуть больше, — подмигнул я ему. — Не забывай, что в моем Рюкзаке всегда есть подкрепление.

— Карамба, барон Димир! — подтвердил Тосик, который уже забрался мне на плечо, чтобы посмотреть, чем вызван мой интерес к нему.

Медленно, один за другим, мы спланировали на площадку, и я тут же почувствовал непривычные ощущения под ногами. Поверхность будто пружинила, но при этом была очень мягкой и легко крошилась под нашим весом.

Мы сделали по несколько шагов и вскоре выяснилась одна неприятная деталь — в некоторых местах под этими спорами был металл, и когда они крошились, то мы начинали скользить по поверхности как по льду. Причем заранее увидеть это было невозможно, так как слой этих спор был слишком плотным.

Идти и не знать в какой конкретно момент ты можешь поскользнуться — весьма неприятное ощущение, которое изрядно злит.

В подтверждение моих слов ноги одного из аэромагов вдруг взметнулись в воздух, и он смачно шлепнулся на задницу. Ох! Надеюсь, защитные ауры смягчили удар, а то со стороны это выглядело прямо печально…

— Давайте дуйте за остальными, пока вы здесь себе все кости не переломали, — приказал я им. — А мы осмотримся и заодно проверим, что там за штуки впереди…

Они с радостью покинули негостеприимное место, а мы осторожно пошли вперед, не сводя глаз с этих овальных серых штук. Когда до ближайших из них оставалось шагов тридцать, первые из них начали разворачиваться будто цветы.

Ну вот, чего-то такого я и ожидал. Вот только я думал, что из них начнет что-то вылезать, а они разворачивались, превращая лепестки коконов в ноги, и начинали семенить к нам…

Лысые металлические головы имели только глаза и острые клешни перед собой, которые больше напоминали тесаки. Ну и лепестки-ножки под собой, которыми довольно быстро перебирали, направляясь в нашу сторону.

Самое интересное, что споры под ними тоже разрушались, вот только они почему-то не поскальзывались и не падали, а молча ломились к нам.

В этот момент я хотел было крикнуть плюшевому, что самое время слопать шоколадку, но это оказалось ни к чему. Ревущий и соскучившийся по хорошей драке Тосик, уже был впереди и крушил этих тварей, которые молча и деловито окружали его со всех сторон.

Размеры коридора позволяли, так что я сразу же поставил парочку Лавовых элементалей, а Сазонов и наш третий соратник, добавили еще по одному Молниевому и Ледяному.

Вот теперь здесь стало тесновато. Вокруг царила неразбериха, в которой было непросто что-то разобрать. Единственное, что я понял — твари практически никак не реагировали на элементалей, а пытались достать нас или Тосика.

Видимо они были как-то настроены на уничтожение живых существ или обладали зачатками разума, понимая, что если не станет нас, то они избавятся и от элементалей. Причем действовали они очень дружно — пытаясь завалить нас массой, не считаясь с потерями.

Какое-то время защитные ауры отлично справлялись с их тесаками, но вскоре я начал чувствовать легкие уколы — кое-где они все-таки пробивали ее, и это было хреново. Если я не успеваю справляться с ними, то плюшевому приходится еще хуже.

Отбившись от наседавших тварей, я телепортировался поближе к Тосику и не ошибся в своих опасениях — стараясь увести от нас опасность как можно дальше, он довольно далеко забрался вглубь и теперь с трудом отмахивался от наседавших на него голов.

Со стороны это выглядело так, будто огромный бурый медведь пытается отбиваться от мелких собачонок, которые досаждают ему. Вот только эти не просто донимали, а представляли реальную угрозу. Они были слишком юркими для него.

Да, когда плюшевый попадал по какой-нибудь металлической голове, она просто разлеталась на мелкие части, а бывало, что под его могучий удар залетало сразу несколько тварей. Но чаще им удавалось ускользать от его ударов, так что Тосику приходилось непросто. В некоторых местах на его черной шерсти уже была видна кровь.

Такое ощущение, что эти мерзкие создания чувствовали кровь. Как только появились первые капли, они со всех сторон устремились к нам, позабыв об остальных Мироходцах. Наверное, со стороны это напоминало кучу-малу или копошащийся муравейник, в самом центре которого были мы с плюшевым.

Чтобы немного отбить желание у тварей полакомиться нами, я поставил парочку усиленных Огненных щитов на нас и это сразу же принесло свои результаты. Огонь действовал на них очень хорошо! Металлические головы практически мгновенно накалялись, становились красными и взрывались.

Однако то, что их количество стремительно уменьшается, никак не останавливало тварей. Они были полны решимости прикончить нас и не обращали внимания на потери, и просто продолжали переть на нас.

Вот только теперь нас это вполне устраивало. Дело пошло на лад. Количество ярких вспышек вокруг меня становилось все меньше и вскоре я даже смог разглядеть Сазонова, который довольно успешно шарашил в них молниями. По его левой щеке струилась кровь, а вот третьего я не видел…

В этот момент на площадку спустилось сразу шесть Мироходцев — это аэромаги с очередной партией наших коллег подтянулись. Оказавшись практически на поле боя, они сразу вступили в драку и стало понятно, что теперь победа — это уже вопрос времени.

Нам понадобилось еще минут пять, пока последняя голова не перестала скакать вокруг Тосика и пытаться его укусить. Ударом ноги он отправил ее в полет, который она завершила, ударившись об потолок и рассыпавшись на мелкие части.

— Вот это я понимаю теплый приемчик! — сказал я. — Надо же, мне даже удалось не поскользнуться на этой дряни!

— А вот Ваньке не удалось, — кивнул Мирон в сторону кучи голов, среди которых я не сразу увидел лежавшего на полу Мироходца.

Мы подошли к нему поближе и увидели, что он был еще жив. Мы вкололи в него несколько шприц-тюбиков с «Экстра-плазмой», чтобы остановить кровь и придать ему немного сил. Вот и все, что мы могли сделать.

Осталось только дождаться целителей, чтобы выяснить у них насколько высоки его шансы выжить. Лично я бы не делал на это слишком высокие ставки… Под ним была просто огромная лужа крови.

Насколько я понял, он упал, а потом эти твари просто истыкали его своими тесаками. Даже не знаю сколько порезов было на его тактическом костюме. Двадцать? Тридцать? Или больше? И какой же силой они обладали, что умудрялись пробивать даже броню?

Тем временем мы с Сазоновым вкололи себе «Оптимумы», и пока дожидались всех остальных, решили обойти площадку.

Ничего интересного. Вглубь уходил темный коридор, который постепенно расширялся и оканчивался огромными воротами. Хотя… Воротами ли? Слишком большими они были для ворот. Две секции, каждая из которых была примерно метров двадцать в высоту и пять в ширину. Странно…

Это каким нужно быть гигантом, чтобы пользоваться такой огромной дверью? Даже нам, чтобы открыть их, придется что-то придумывать… Например, Каменного голема Воронову создавать, а иначе никак. Своих силенок для их открытия, у нас не хватит.

Я посмотрел на Мирона, который смотрел на ворота и, судя по задумчивому взгляду, размышлял примерно о том же.

— Смотри, Володь, здесь по стенам везде эти споры, как и снаружи, — сказал он, обводя все вокруг рукой. — И створки эти под них уходят…

— Ну и что? Не понимаю к чему ты клонишь?

— Да я и сам пока не понимаю… — нахмурился он. — Но странно все это.

— Вот с этим спорить не буду. Здесь все как-то… — захотелось сказать крепкое слово, но я сдержался. — В общем, полностью с тобой согласен. Ладно, пойдем, там, наверное, еще партия ребят скоро подтянется — встретим.

В этот момент пол под нами ощутимо задрожал, затем крепко тряхнуло, и мы с Мироном одновременно потеряли равновесие и упали. Все вокруг загудело и пришло в движение. Споры вокруг начали мерцать слабым голубым светом, будто кто-то включил подсветку, и стало очень светло.

— Карамба, барон Димир! — удивленно сказал Тосик, который снова вылез из Рюкзака и забрался мне на плечо.

— Полная карамба, плюшевый! — ответил я ем,у глядя по сторонам.

Я чувствовал, что мы стремительно перемещаемся в пространстве, вот только понять бы куда именно?

Затем гудение прекратилось также неожиданно, как и началось. Где-то внутри что-то глухо щелкнуло и широкие створки, которые мы до этого осматривали с Мироном, распахнулись. Вот ведь — это и в самом деле были ворота.

Внутри них оказалось комната, на каждой из стен которой были точно такие же створки. В самом центре ее стоял какая-то штука с четырьмя лампам — три красных и одна зеленая. Как раз по одной на каждую сторону.

— Ты как думаешь, Соколов, что это за хреновина? — спросил у меня Сазонов.

— Мне кажется, что-то вроде перекрестка, — я указал ему на ворота на стенах. — Вон там, такие же створки, как и наши.

— А в центре?

— Я думаю пульт управления, — предположил я. — Видишь, только напротив наших ворот горит зеленая лампа, а напротив остальных — красные.

— И что это значит?

— Мирон, не тормози… Наверное, то, что остальные закрыты?

— Может быть… — растерянно сказал он. — Не нравится мне это все…

— Будем решать проблемы по мере их возникновения. Пошли пока за ребятами сходим, — махнул я ему рукой. — Вроде уже не трясет. Сейчас всех подождем, а там уже начнем пультом управления заниматься.

Теперь, когда все вокруг стало светиться синим, коридор выглядел совсем по-другому. В этом месте появилась даже некая своеобразная красота… Все эти тонкие линии на стенах, которые сплетались в гигантский фантастический узор.

Конечно, когда коридор начал постепенно сужаться, узор перестал смотреться настолько шикарно и потерял часть своего очарования, но все равно выглядело это неплохо.

Мы шли вперед, как завороженные смотрели по сторонам и вдруг уперлись в стену.

— Твою мать! Не может этого быть! — в сердцах прошипел Сазонов и пнул ее ногой.

Не веря свои глазам, я активировал усиленную версию Блуждающего огонька, который осветил все вокруг ярким желтым светом. Чтобы уж наверняка, даже на всякий случай передвинул его вверх и вниз, но это было необязательно. Коридор был здесь достаточно узким, так что смысл в этих манипуляциях отсутствовал полностью.

Все было ясно и понятно… Мы оказались с Сазоновым внутри этого куба одни… Ну, плюс Тосик и Шушик, конечно…

— Слушай, Мирон, тебе тоже кажется, что вечер перестает быть томным?

— Ну ты даешь, Соколов, — покачал он головой и усмехнулся. — Все шутишь? Ты лучше скажи, что делать будем?

— Как что? Будем думать, как из этого дерьма выбираться… Не сидеть же здесь вечно? Я вот, например, уже по Василисе соскучился.

— Соловьева, карамба! — сообщил нам плюшевый.

— Вон и Тосик тоже в печали от разлуки пребывает… — сказал я и почесал ему живот. — А вообще ситуация так себе, здесь я с тобой согласен, ваше сиятельство.

Глава 10

Василиса в сопровождении Минина, Подариной и трех аэромагов покинула площадку второго куба, на которой уже собрались все Мироходцы и осматривала его сверху.

После того, как куб пришел в движение и заблокировал вход внутрь, как-то так само собой получилось, что в отсутствие Соколова и Сазонова, она сама взяла на себя роль старшей. Собственно говоря, никто с этим особо и не спорил.

Однако то, что она собралась куда-то лететь с одним лишь аэромагом никого не устраивало, даже если это просто внешний осмотр куба. Все прекрасно понимали, что с ними случится, если вдруг к тому моменту, когда вернутся Соколов и Сазонов, что-то случится с некроманткой. Ну а в том, что они вернутся, ребята не сомневались, главное понять, как попасть внутрь…

Хотя, поначалу все пребывали в полном шоке от того, что произошло. Особенно новенькие разволновались. Да и старенькие, что тут говорить… Но в конце концов все успокоились, а Любомир дал Соловьевой намек, из которого она поняла, что выход из ситуации точно есть, а значит его нужно искать.

Что она сейчас и делала, пытаясь отыскать ключик к этому замку под названием второй куб. Она облетала его уже во второй раз и вот-вот должна была пойти на третий круг, но пока особо похвастать было нечем.

Первый раз вообще было ничего не ясно — видимо сказалась спешка. Все-таки не каждый раз жених исчезает внутри какого-то долбаного куба, да еще в далеком неизвестном мире — есть отчего поволноваться.

Но вот во второй раз дело пошло на лад. По крайней мере, у нее получилось отбросить в сторону эмоции и подключить логику. Получалось вот что.

От четырех сторон второго куба выходили коридоры, и одним из них он был состыкован с огромным третьим кубом. Выходило так, что попасть туда, куда им нужно, можно было только пройдя второй.

Чтобы удостовериться в этом наверняка, на всякий случай она с ребятами даже осмотрела третий куб, но там вообще было без вариантов. Со всех сторон он оказался гладким как стекло, даже никаких намеков не было на то, что в него можно попасть как-то еще, кроме как через второй куб.

Так что быстро потеряв к нему интерес, она полностью сосредоточилась на втором и после некоторых размышлений у нее нашлось, что обсудить с ребятами, после того, как она вернулась к ним на площадку.

— Если исходить из того, что мы увидели, получается так — этот куб вращается по кругу, — сказала она в ответ на многочисленные вопросительные взгляды.

— Если это все, то немного, — мрачно заметил Воронов. — То, что он вращается — мы сами видели.

— Погоди, не перебивай, — сказала Василиса. — Собьешь с мысли, сам потом будешь умозаключения делать… Так вот, одна из сторон этого куба сейчас как раз примыкает к третьему кубу, значит попасть в него только через этот можно, а что из этого следует?

— Нам нужно как-то оказаться внутри? — осторожно предположил Минин.

— Ты поразительно догадлив, Лешка, — усмехнулась Подарина. — Как приеду, отпишусь Николаю Александровичу, чтобы ученую степень тебе какую-нибудь дали.

— Все верно, Алексей, нужно попасть внутрь, — автоматически кивнула Соловьева продолжая свой рассказ. — Но есть еще кое-что. Смотрите, до того, как куб начал вращаться, коридор внутрь него с этой платформы был открыт, а сейчас нет… Зато открыты коридоры справа и слева.

— Ты думаешь, здесь есть какая-то система? — спросил Воронов.

— Возможно, — кивнула Василиса. — Трудно сказать что-то определенное. Мы знаем только две вещи — куб вращается и нам нужно попасть внутрь, а все остальное — загадка… Слишком много вопросов. Неизвестно как часто это происходит… К тому же непонятна последовательность вращения…

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Минин. — Какая последовательность?

— Самая обычная, — пожала плечами Соловьева. — С чего ты взял, что куб крутится в одну сторону? Вдруг он делает один оборот вперед, затем несколько назад, или еще как-нибудь иначе?

— Ну ты прямо разрушительница надежд, — сказал Алексей и почесал подбородок. — Я думал, что если куб вертится, то можно никуда не ходить и спокойно подождать пока он приедет куда нам нужно…

— Да нет, так не получится, — покачала головой Василиса. — Нужно идти внутрь. Тем более, непонятно ведь как стыковка происходит — может быть если ждать, то никаких шансов внутрь попасть не будет? Да и вообще — не имеем права мы время терять, там ребята внутри сидят. Так что нам нужно действовать.

— Какие у нас варианты, если все закрыто? — спросил Воронов. — Все равно ведь только ждать, получается…

— В том-то и дело, что не все закрыто, — ответила некромантка. — Снизу и сверху этого куба нет никаких площадок, но зато есть проходы…

— Ага, огромные черные дыры, внутри которых что-то движется, — сказал Минин. — Ты уж говори как есть, чего уж, а то ребята подумают, что там ковровые дорожки лежат. Вот, если честно, я тоже заметил их, но даже не думал, что у тебя сейчас возникнет мысль пытаться попасть внутрь именно таким путем.

— Если у тебя есть другие варианты, то мы с удовольствием тебя послушаем, — нервно ответила ему Василиса. — Мне всегда нравился принцип: отвергаешь — предлагай.

— Да нет, я просто… — Леша с тревогой посмотрел на холодный горизонт этого мира. — Просто там еще молнии какие-то, ты видела?

— Ага, — кивнула Соловьева. — Видела, конечно. Думаю, Подарина тоже обратила на них внимание…

— Ладно, чего уж, — махнул рукой Минин. — Давайте тогда решать кто пойдет. Не все же полетим, аэромагов трое всего.

— Все полетим, — отрезала Василиса. — Это не обсуждается. Не хватало еще на несколько групп расколоться, да и нечего там делать троим. С таким же успехом можно даже не начинать. Так что эликсирами будем пользоваться.

— А если… — осторожно начала Подарина.

— Ну все, ребята, хватит разговаривать. Как говорит Соколов: всякие «если» потом будем обсуждать, — не дала ей закончить некромантка. — И так уже много времени на беседы потратили.

* * *

При ближайшем рассмотрении, покрытый спорами столбик в центре так называемого перекрестка и в самом деле оказался очень похожим на пульт управления открытия этих ворот.

Во всяком случае, я не думаю, что у кнопок под каждой из ламп есть еще какое-то функциональное назначение.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросил у меня Сазонов, когда я смотрел на пульт.

— Наверное, хотя больше бы предпочел смотреть в меню приличного ресторана и размышлять чего мне больше хочется на обед, — ответил я ему.

— Ну да, понимаю. Какую из кнопок будем нажимать?

— Давай-ка подумаем… С нами нет Василисы, которая могла бы определить верное направление… С нами нет Любомира, который мог бы выдать какой-нибудь занимательный спасительный парадокс… Так что, мне кажется, в нашем случае вообще все равно какую кнопку нажимать, Мирон.

— Ты просто гений, Володь, — жеманно поклонился мне Сазонов.

— Спасибо, — кивнул я в ответ. — Но все-таки я бы вот эту кнопку.

— Почему?

— Не знаю, — я пожал плечами. — Мне думается в этом есть смысл. Мы заходили через платформу напротив третьего куба, потом он немного проехал по часовой стрелке… Получается, что если мы откроем эти врата и пройдем через них, то мы должный выйти где-то напротив третьего куба.

— Угу, — кивнул Мирон. — Ты уверен, что куб после нажатия не повернется еще раз?

— Конечно нет, поэтому и говорю — все равно куда нажимать, мы ведь не знаем, как оно будет, — ответил я ему. — Но логика подсказывает мне, что нужно попробовать сделать так.

— И ты не уверен, что мы двигались именно по часовой стрелке? — на всякий случай уточнил он.

— Разумеется, — сказал я. — А ты?

Вместо дальнейших рассуждений Сазонов молча нажал на кнопку и в этот момент куб вновь ожил. Вокруг послышалось равномерное гудение и стало темно. Зеленая лампочка на пульте управления сменила свой цвет на красный и ворота, через которые мы попали сюда, с грохотом захлопнулись.

Мы стояли на месте, однако чувствовали, что куб вокруг нас движется. Пол под нами ощутимо дрожал.

— Посмотри наверх! — крикнул мне Мирон, пытаясь перекричать шум вокруг.

Сазонов был прав. Над нами и в самом деле была очень красочная картина. Такое ощущение, что высокий потолок, который был где-то там вверху, вдруг превратился в вечернее небо, которое время от времени озарялось яркими вспышками молний.

Вот только было какое-то ощущение, что это не прямо над нами, а как будто мы смотрим на все происходящее через экран. Очень странный эффект нереальности происходящего.

В свете молний то и дело проносились какие-то темные тени, похожие на призраков. Хотя если это и были призраки, то очень необычные, они будто облачены в металлические латы.

Удивительно, как это мы не замечали этой картины раньше? Может быть их и не было до того, как мы нажали на кнопку пульта управления, а может быть просто в темноте этот экран, через который мы на них смотрели, стал менее заметен.

В любом случае, на нас эти летающие существа не обращали совершенно никакого внимания и это было самое главное. Нам и без них проблем хватало.

От созерцания потолка нас отвлек грохот распахнувшихся перед нами ворот. Пока мы глазели наверх, я и не заметил, как нужная нам красная лампочка загорелась зеленым светом.

А потом наступила сравнительная тишина. Лишь слышно было легкое гудение внутри пульта управления, будто там все время работал какой-то трансформатор.

Впереди перед нами простирался широкий коридор, который сплошь был усеян яркими желтыми огоньками.

— Что за огоньки, Володь?

— Понятия не имею, но не думаю, что это нас так встречают. Да и вообще, не нравится мне, что этот пульт сработал, — честно признался я.

— В смысле? По-твоему, лучше бы не сработал?

— Ну да… Получается, что кто-то этим пультом воспользовался, если куб переместился.

— Об этом я как-то не подумал, — мрачно сказал Мирон. — Хреновина получается.

— Еще какая. Но идти в любом случае нужно — выбора у нас нет. Помощи все равно ждать неоткуда, — я посмотрел на Сазонова, который с опаской смотрел вглубь коридора. — Но ты не волнуйся, маркиз. Выберемся из второго куба — будет легче. Я думаю, там нас ребята найдут. Главное на площадке какой-нибудь оказаться, чтобы видно нас было.

— Да это-то понятно, вот только до нее еще дойти нужно.

— Сейчас по коридорчику быстро пробежимся и все, — заверил я его. — Только для начала нужно посмотреть, что там за огоньки такие везде. Не нравится мне эта праздничная иллюминация.

Я бросил вперед Блуждающий огонек, который медленно пролетел по коридору, освещая все вокруг. Не могу сказать, что нам это слишком сильно помогло — по-прежнему никакой ясности.

— Если ты спросишь меня на что это похоже, то я тебе скажу так… Черные электрические провода разного диаметра и повсюду из них торчат лампочки, — сказал Сазонов.

— Как это верно, ваше сиятельство, — кивнул я. — В таком случае, наши ощущения примерно схожи. Пойдем посмотрим?

Мы не крались, но и спешить нам особо было некуда. Скажем так — шли, проявляя разумную осторожность. Шаг за шагом, внимательно осматривая стены и прислушиваясь к окружающим нас звукам.

Мы прошли шагов двадцать и за все это время не было ничего такого, что нас могло бы насторожить. Лишь эти странные электрические кабеля под ногами были какими-то слишком уж мягкими. Руками я их трогать точно не хотел, но вот…

— Знаешь, я в детстве любил конфеты из очень плотного желе, — поделился вдруг откровением Мирон. — Помнишь? Такие разноцветные, в виде всяких животных? Жуешь их жуешь, а они все никак не жуются…

— Ты это к чему, маркиз? От страха на сладенькое потянуло?

— Да нет, не в этом дело. Просто иду по этим проводам, а они вроде бы мягкие, а вроде бы… В общем, точно, как те конфеты из детства.

— А-а, понимаю.

В этот момент я наступил на одну из лампочек, она с характерным звоном лопнула и вдруг мне показалось, что все лампочки одновременно мигнули.

— Ты это видел? — спросил я у Сазонова.

— Что именно?

— Похоже все это связано в одну сеть. Я раздавил одну лампочку и мигнули все остальные — смотри-ка.

Я наступил на еще одну и вновь все остальные лампочки мигнули.

— Ну сеть, и что с того? — пожал плечами Мирон. — Выглядит логично.

Лампочки мигнули еще раз… Теперь уже сами по себе… Затем еще раз, а потом провода начали двигаться.

— Соколов, экспериментатор, твою мать… — прошипел Сазонов. — В какую сторону нам теперь идти?

Вот это был хороший вопрос. Учитывая, что прошагали мы уже порядочно, было бы неплохо на него правильно ответить.

Тем временем провода в коридоре волнами поднимались вверх с пола, начинали падать вниз, рваться на куски и постепенно превращаться в отдельных существ. Каждое из них напоминало четырехглазого паука с метр в диаметре.

Так что, куда же все-таки бежать? Вариантов было немного — вперед или назад и оба были не очень.

Первый пугал своей неизвестностью, и с этой точки зрения был намного хуже. Кто знает, сколько нам еще предстоит пройти, пока мы выберемся из этого коридора?

Второй вариант, на мой взгляд, был куда привлекательнее. Мы еще не знаем, чем опасны для нас эти странные пауки, но есть шанс вновь воспользоваться пультом управления и попробовать другой коридор. Кто знает, может быть он будет легче? А если вообще попытаться попробовать дойти до того, в котором мы уже были? Знать бы только, что этот долбаный куб вертится так как нужно…

— Сазонов, давай назад!

— Не получается!

Я попробовал делать шаги и понял, о чем говорит Мирон — эти твари вязали нам ноги своими проводами. Идти было просто невозможно! Мне удалось сделать всего пару шагов! И это был еще не самый плохой сюрприз, который они для нас приготовили.

Магическая энергия! Эти пауки со стеклянными глазами высасывали из нас магическую энергию! Я чувствовал, что они, будто тысячи энергетических вампиров-пылесосов, высасывают из меня ее стремительным потоком.

Я подумал о Шушике и его магическом запасе, но сейчас в этом не было никакого смысла. Эти твари высосут из меня всю энергию еще раньше, чем я успею ее получить.

Вот это история, мать его!

— Тосик! — прорычал я, чувствуя, как провода начинают подниматься по моим ногам выше.

По моему голосу плюшевый понял, что мы попали в беду и выскочил из Рюкзака быстрее, чем я успел его позвать.

С ревом раненого бегемота он начал рвать опутавшие меня провода и вскоре я почувствовал, что мне и в самом деле стало немного легче. По крайней мере, я мог двигаться и даже сделал несколько шагов без посторонней помощи.

Затем Тосик освободил Сазонова, и я попытался сделать единственное, что в этой ситуации было возможно — схватил их обоих и использовал Кольцо Телепортации.

Мощный рывок буквально вырвал нас из цепких объятий этих четырехглазых пауков, которые чуть не оторвали мне ноги, но не сказать, чтобы нам это слишком уж сильно помогло.

Эффекта артефакта хватило лишь на десяток шагов от силы, а дальше было просто невозможно пройти. Буквально стена из проводов и светящихся лампочек преградила нам путь. Они опутывали нас все крепче и крепче, вот уже и Тосик перестал справляться с той мощью, которую представляла из себя эта странная жуткая сила.

Как змеиное кубло они копошились вокруг нас, обматывая несколькими слоями и выпивая последние частицы драгоценной магической энергии.

Я выгнулся дугой в неестественной позе, чувствуя, что их движение вокруг нас постепенно замедляется, пока не замирает вовсе. Не могу пошевелить даже мизинцем. Становится абсолютно тихо. Мне кажется, я даже слышу дыхание Сазонова.

Охренеть просто… Лихо они нас скрутили, нечего сказать…

Вот только одного не могу понять, если их цель — убить, то почему не добивают? Без магической энергии мы совершенно беззащитны в данный момент. Может быть они решили интегрировать нас в свою систему? Превратить в паучков с четырьмя лампочками на голове?

В этот момент из глубины коридора я слышу странный звук… Неужели? Откуда здесь может взяться звук человеческих шагов?

Глава 11

Несмотря на то, что Сазонова с ними не было, и никто никаких указаний не давал, вокруг Василисы образовалась плотная группа из Мироходцев.

— Ребята, вы кружок-то шире хоть немного сделайте, я же не вижу вообще ничего из-за вашего мельтешения! — сказала она, когда их опека стала совсем уж навязчивой, но этого хватило ровно на пару минут. Потом все вернулось на свои места.

Чем ближе они приближались, тем яснее становилась картинка. Это и в самом деле были проходы. Во всяком случае, сквозь них в глубине были видны все внутренние коридоры куба. Вот только изображение была очень нечетким, будто его закрывала какая-то дымка.

Пока она внимательно изучала, что там под ними, к ней подлетел Щетинин, дотронулся до ее плеча и указал в сторону коридора, который соединял второй куб с третьим.

— Что ты хочешь мне сказать, Любомир? — спросила она, но тот ничего не сказал в ответ.

— Слушай, Соловьева, может быть мне его стукнуть разок? — предложил ей Минин, который нарезал круги неподалеку. — Я вот прямо чувствую, что это должно помочь… Соколова рядом нет, защищать его некому… Достал он уже своими загадками долбаными…

— Не надо никого бить, Алексей, — сказала Василиса, тревожно вглядываясь в место соединения кубов. — Все, что он может, этот парень делает.

— Что-то я сильно сомневаюсь… Вот что он сейчас хотел?

— Наверное намекал, что нам нужно попасть в то место, как ты думаешь? — предположила Соловьева.

— Это и без него понятно — мы вроде как туда и идем. Тоже мне, пророк великий…

— Значит то, что задницами нужно активно двигать, — сказала Василиса. — Ты еще не понял, что он просто так слов на ветер не бросает? Спускаемся ниже, ребята! Вон к той центральной штуке! Там экран почти прозрачный!

Совсем скоро Мироходцы смогли рассмотреть, что из себя представляли тени, которые летали над этими дырами. Больше всего это было похоже на кометы. Вот только вместо огненных, за ними тянулись длинные хвосты из проводов, увешанные десятками светящихся желтых лампочек.

По проводам все время бегали молнии, отчего создавалось ощущение, что они поддерживают в них жизнь. С высоты казалось, что комет было не так много, но чем ниже спускались Мироходцы, тем очевиднее становилось, что масштаб угрозы достаточно серьезный.

Издалека Соловьевой показалось, что их здесь десятки, но глядя на раскинувшуюся перед ней картину, она поняла насколько сильно ошибалась… Здесь их было явно больше. Сотни… Может быть даже тысячи…

Хотя нет, вот о последнем варианте точно думать не хотелось, пусть будут сотни. Так их шансы на выживание гораздо выше.

— Не знаю какие у тебя были мысли, но если ты планировала устроить здесь сражение, то мы в нем вряд ли победим, — сказал ей Воронов, пока она размышляла над тем как быть дальше.

— Правда твоя, Илья Романович, думала… — честно ответила Василиса. — Но сейчас вижу, что это не лучший вариант, поэтому предлагаю устроить общий совет, пока не поздно.

Она махнула рукой и вскоре вокруг нее образовалось внушительное кольцо Мироходцев.

— Ребята, нужно принимать решение и быстро, — сказала она, обводя всех взглядом. — Время идет, а каждая минута сейчас очень дорога и для нас, и для ребят там внутри. Поэтому предлагайте любые варианты, кроме самых бредовых. Задача простая и понятная — попасть внутрь, и я думаю, что нужно это делать через центр. Там самый прозрачный экран, поэтому, если существует теоретическая возможность его пробить, то там самое слабое место.

— А если нет такой возможности даже теоретически? — спросил Минин. — Что тогда будем делать?

Соловьева нахмурилась и посмотрела на Щетинина. Он задумчиво и как-то странно смотрел на коридор, на который недавно ей показывал.

— Есть такая возможность, — уверенно сказала она. — Других вариантов быть не может, так что из этого и исходим. Все остальные мнения отбросить — слушаю ваши предложения.

Вокруг стало тихо. Слышно было лишь как внизу с легким шелестом, потрескивая молниями, проносятся кометы. Затем вдруг послышался шум и куб пришел в движение.

— Смотрите! Он вращается! — крикнула Подарина.

Зрелище и в самом деле было весьма впечатляющим. Огромный, внушительный, казавшийся монолитным, он двигался с удивительной легкостью, а затем замер.

— Компонент вычитания активирован, — сообщил Любомир.

— Вот опять хреновина какая-то! — разозлился Минин. — Так и хочется подзатыльник ему отпустить!

— Мать вашу! Может быть кто-нибудь что-то скажет наконец? — нервно спросила Василиса. — Или начнем по принципу: главное — ввязаться в драку, а там видно будет?

— Ну нет, так далеко не уедем, — нахмурился Воронов.

— Тогда рожайте хоть что-нибудь, чего затылки чешете?

— Я предлагаю прорыв, — сказал Илья.

— Какой прорыв, Воронов, ты что? — спросил у него Алексей и показал ему в центр дыры. — Посмотри там их сколько. Хреновый план, мне кажется…

— Самый лучший из всех, которые только могут быть, — стоял на своем Воронов. — Их везде много, так что большой разницы не вижу, а если ударить в одну точку, то может сработать. В нашем случае это вообще единственный вариант, на мой взгляд.

— Мне кстати нравится, — кивнула Соловьева. — Если все сделать очень быстро, то почему бы и не попробовать? Сработает как эффект неожиданности… Главное выстроить четкую очередность, кто за кем летит и не останавливаться, не смотря ни на что…

— Как это? — спросила Подарина. — А если кого-то ранят или что-то еще…

— Аня… В нашем случае любая остановка будет приравнена к смерти всей группы, — ответила ей Василиса. — Так что, не останавливаться, не смотря ни на что — это приказ. Даже если что-то случится со мной, то тоже не останавливаться.

Все переглянулись, но обошлись без комментариев. Что тут комментировать? Люди взрослые, все и так понятно, без слов… Ситуация, конечно, неприятная, но иначе нельзя. Сложные обстоятельства требуют непростых решений.

В этот момент все как-то инстинктивно прижались плотнее друг к другу, будто заранее предчувствуя момент, что возможно кому-то придется отколоться от группы. Ох, как этого не хотелось…

Очередность выстроили довольно быстро. Здесь все было вполне очевидно, так что особых споров не было. Первой шла группа прорыва из самых мощных стихийников.

В центре защитники и целители, от которых в бою не особо много проку, ну а замыкали группы тоже стихийники. Они как раз должны были обеспечить прикрытие, чтобы кометы не растрепали тылы.

Проблема состояла еще в том, что было не очень понятно, какие заклинание будут наиболее эффективны против этих комет. Но здесь уже вопрос чистой логики — если сами эти штуки очень дружат с электричеством, то скорее всего, как раз оно против них менее эффективно.

В заключение защитники окружили всех защитными аурами, все пожелали друг другу удачи, и операция началась.

Если до этого момента Мироходцы приближались к черной дыре очень медленно, стараясь не тревожить понапрасну кометы, то теперь ситуация изменилась с точностью до наоборот.

Будто длинная светящаяся лента, в окружении ярких разноцветных аур они устремились вниз, стремительно опускаясь все ниже и ниже.

Поначалу ничего не происходило и в какой-то момент возникло ощущение, что им вообще удастся беспрепятственно долететь до самого экрана. Кометы просто никак не реагировали на них, будто вовсе не замечали.

Все началось, когда они оказались окружены кометами со всех сторон. Будто по чьему-то сигналу они со всех сторон устремились к Мироходцам и началось что-то невообразимое.

Комет было так много, что каждое заклинание Мироходцев достигало цели — промахнуться было просто невозможно. То и дело в сторону от них, будто факелы, отлетали горящие кометы, а некоторые падали вниз, превращенные в глыбы льда.

С каждой секундой полупрозрачный экран становился все ближе и ближе.

Хотя Василиса летела одной из первых, в окружении плотной группы стихийников, она то и дело оглядывалась назад, чтобы посмотреть, как там обстоят дела.

В целом все было неплохо, основная группа Мироходцев довольно успешно сдерживала натиск комет, но вот некоторых она все-таки не видела…

Да что там говорить, буквально на ее глазах сразу пять комет, объединившись в одну огромную, выбили кого-то из их отряда и несчастного сразу же обмотали десятки мелких, покрытых молниями тварей. Она даже не успела понять кто это был…

Когда до полупрозрачного экрана оставалось около пятидесяти метров, как и договаривались, Минин соорудил ледяной тоннель, который врезался прямо в него. Затем бросил внутрь Ледяное копье, намереваясь пробить его.

На всякий случай, на подстраховке были электромаги, которые в случае чего должны были попытаться пробить экран, если у Алексея ничего не получится, но их помощь не понадобилась. Это сработало.

От того места, куда ударило Ледяное копье, по экрану разошлась волна, а затем он дал трещину. Она была совсем небольшой, но ее хватило, чтобы через тоннель вся группа Мироходцев влетела внутрь комнаты, в центре которой стояла какая-то штуковина с тремя зелеными и одной красной лампочкой.

За ними через трещину влетело еще несколько комет, которые сразу же упали на пол и замерли там. Видимо внутри куба была другая среда и они не могли здесь перемещаться.

Да и трещина на экране исчезла буквально на их глазах, как будто ее и не было.

— Нам сюда! — крикнула Соловьева и показала на раскрытые створки ворот.

* * *

— Карамба… — прохрипел рядом со мной Тосик и мне почему-то в этот момент показалось, что в его голосе я услышал радость. Вот только откуда бы ей взяться? Лично я ничего радостного в данной ситуации не видел.

Рядом со мной в стену ударил яркий зеленый луч и вдруг я почувствовал, что какая-то сила просто начинает вырывать этот черный клубок с лампочками, который намотался на меня.

По-моему, меня кто-то хочет убить! Ну, теперь по крайней мере понятно, чьи это были шаги… Явно некромантик к нам в гости пожаловал…

А это что такое? Мне кажется, или чей-то Блуждающий огонек пролетел… И как бы даже не стихийника-огневика… Хотя не уверен, откуда ему здесь взяться?

Вот еще один зеленый луч, и на этот раз уже точнее — мне обжигает плечо огнем. Больно, сука!

Я слышу громкий треск, а потом меня начинает тащить к месту входа в этот коридор. Вот это нормальная такая хреновина! Что это за новости?

Стоп! Мне кажется или я слышу голос Соловьевой?

Так и есть! Пользуясь тем, что я уже могу более-менее свободно двигаться и крутить головой по сторонам, я вижу перед собой ребят, которые стоят перед тоннелем с кабелями.

Ну славу Богу хоть они умнее нас оказались, понимают, что сюда лучше не заходить…

— Там некромант, Тосик и Сазонов, — сказал я и упал на пол. — На лампочки не наступайте… Кабеля магическую энергию пьют…

— Про некроманта я и без тебя знаю, — ответила Василиса. — Кстати он уже в третий куб удрал… И про кабеля нам тоже Любомир сказал. Где Шушик?

Я помог вылезти из Рюкзака ослабевшему Шушику и отдал его Василисе, а сам тем временем вколол себе «Оптимум». Нужно было приводить себя в порядок как можно скорее.

Судя по треску кабелей, аэромаги тем временем вырывали из их объятий Мирона и плюшевого.

— Ты можешь сказать ящеру, чтобы он у этих глазастых пауков попробовал обратно магическую энергию отобрать? — спросила у меня Соловьева. — Я чувствую там впереди очень много некротической энергии. Нам его помощь может потребоваться.

— Не знаю, сейчас попробую, — я посмотрел на Шушика, который без сил лежал на металлическом полу и с трудом дышал. Вот же твари, как они его вообще достали в Рюкзаке?

Мысленно я окликнул ящера и объяснил ему, что именно от него требуется. Даже на всякий случай два раза это сделал — второй раз через Лучезарного.

Я же не знаю, как там общение устроено у этих волшебных существ, а они с ним все-таки очень много времени провели. Однозначно подружились…

Не знаю, что именно сработало, но через несколько минут Шушик вдруг ожил, сам подполз к ближайшему кабелю и залез на него. Дальше произошла вот какая штука: все лампочки в тоннеле одновременно мигнули точно так же, как в тот раз, когда я наступил на одну из них. Затем начали медленно гаснуть.

Ровно с той же скоростью, с которой освещение в тоннеле становилось все более тусклым, мой ящер наоборот начинал гореть ярче. Вскоре кристаллы на нем вновь светились голубым светом, а сам он бодрой походкой пришлепал ко мне. Глядя на его довольную мордаху, даже трудно было сказать, что совсем недавно с ним что-то было не так.

Вот Тосик по сравнению с ним выглядел явно похуже. Ну еще бы! Неудивительно после такой передряги! Самое главное, что он вообще в живых остался, если бы ребята не подоспели, все могло бы закончиться намного хуже.

Понятное дело, что меня это тоже касается, как и Сазонова, само собой. Вообще можно сказать, что все закончилось просто отлично, даже знаем, что там нас ждет некромант, а лишить противника эффекта неожиданности — можно считать уже половина успеха.

Вот только…

— Василиса, а где остальные? — спросил я, окинув взглядом присутствующих и не обнаружив нескольких знакомых лиц.

— Остались наверху, — сказала она и указала пальцем вверх. — У нас минус три, Володь. Двое из группы Сазонова и наш Одоевский.

У меня перед глазами всплыло бледное лицо молчаливого биомага, который несмотря на высокий титул оказался довольно неплохим парнем. Жаль…

Вообще что-то эта экспедиция у нас пока самой непростой получается. Уже минус четыре человека, а ведь еще последний рывок на горизонте. Не хватало там людей потерять… Если честно, хочется уже поскорее дома оказаться с ключом в руках… Последним ключом. Ну ничего, уже немного осталось. Совсем чуть-чуть…

Я обвел взглядом ребят, которые расселись вдоль стен коридора. Лица у всех уставшие, вымотались хорошо. Но слишком много времени врагу давать тоже не стоит — мало ли, что он успеет придумать.

— Пятнадцать минут на отдых и вперед, — сказал я и вколол себе еще один «Оптимум». — Пора прикончить этого некроманта.

Глава 12

После того, как Шушик привел себя в форму и отобрал у местных тварей большую часть магической энергии, в коридоре стало значительно темнее. Лишь внутри некоторых лампочек дрожали слабые огоньки, которые то и дело тухли, а затем появлялись вновь.

Да и угрозы больше никакой не было. Несмотря на наши с Сазоновым предупреждения, Минин практически сразу же раздавил несколько лампочек, но ничего за этим не последовало. Темная масса переплетенных между собой кабелей лишь подернулась легкой волной и затихла насовсем.

Спустя еще немного времени обстановка вокруг нас полностью изменилась, и мы поняли, что вошли в третий куб. Перемены были весьма существенными и выглядело все это как-то странно…

Коридор значительно расширился раза в два и теперь это уже был довольно широкий тоннель. Изменилась и его отделка — грязный метал сменился каким-то другим материалом, который больше всего напоминал полированный гранит. Вот только очень необычный гранит.

Внутри него, миллионами тонких прожилок, как кровь по венам, все время текла жидкость, похожая на серебро. Во всяком случае, выглядела она именно так. Причем происходило это совершенно беззвучно и от этого эффект еще больше усиливался. Видеть, как что-то течет прямо у тебя перед носом и при этом ничего не слышать — это очень странно и необычно.

Мы шагали по каменным полам под звуки своих шагов, которые эхо разносило вокруг, и невольно любовались окружающей нас картиной. Несмотря ни на что, должен сказать, что зрелище было впечатляющим. Выглядело все это очень здорово.

— Прикольно, — сказал наконец Минин, одним словом описывая всю эту завораживающую картину. — Веселей, чем в первом кубе! А то там на стенах хреновину всякую понавесили.

— Наверное, чуть ли не единственный раз, когда мне не хочется с тобой спорить, — сказала ему Подарина.

Тоннель уходил довольно далеко вглубь и от этого казался бесконечным. Я активировал Модуль, чтобы посмотреть не появилось ли там чего-нибудь новенького? Но нет, весь экран по-прежнему был залит сплошным зеленым светом.

Я показал экран Соловьевой и провел вокруг рукой:

— Ну это уже просто какой-то идиотизм, если верить прибору, то получается все вокруг нас сейчас тоже живое…

— Почему бы перестать ему верить, Володь? — усмехнулась она.

— Странно все это.

— Здесь вообще много чего странного, — пожала плечами некромантка. — Вот даже этот тоннель и тот мне очень не нравится.

— А по мне так ничего вроде, — сказал Минин. — Прямой как палка, красивый, широкой… Идем как по проспекту.

— Вот это как раз и плохо, Леша, — прокомментировала она. — Мне бы больше понравились какие-нибудь трудности.

Спустя еще немного времени тоннель стал еще шире, однако никаких ответвлений от него по-прежнему не шло. Поэтому других вариантов кроме как идти вперед, у нас не было.

Мы шли около часа, пока наконец не оказались в огромном зале. Зрелище было просто фантастическим… Все вокруг переливалось серебром… Мы ощущали себя маленькими крупицами внутри какого-то большого и странного организма.

В центре зала стояла пара внушительных пьедесталов, на которых были нагромождены кучи этих странных черных камней. Точно таких же из которых были сделаны и стены. До них было метров сто, не меньше.

— Даже не буду гадать, что это за штуки размером с пятиэтажку… — сказал Сазонов. — Но того, кто нам нужен, я так понимаю, здесь нет?

— Правильно понимаешь, — ответила Василиса. — Некроманта я бы давно почувствовала… Но здесь и ключа нет. Нам нужно на другую сторону зала, мимо этих штук.

— Ну так идем, в чем проблема? — спросил Минин. — Эти валуны нам вроде бы не мешают. Откуда мы знаем зачем они здесь вообще? Долбаные кубы, мать их… Если они как организмы, то может это у них какие-нибудь мозги? Пусть лежат себе на здоровье…

На всякий случай я запустил вперед Блуждающий огонек, но ничего нового он нам не показал. Два пьедестала, на которых лежат две бесформенные кучи этих гранитных валунов, вот и все что мы смогли увидеть. На другой стороне зала точно такой же тоннель, как и здесь. Вот туда нам и нужно.

Осторожно, шаг за шагом, Сазонов со своими ребятами двинулись вперед. В абсолютной тишине, царившей в зале, даже наши тихие неспешные шаги казались громким топотом. Такое ощущение, что стадо слонов погулять запустили, а не группа Мироходцев старается как можно тише прокрасться к противоположной стороне зала.

Все началось в тот момент, когда мы были как раз между этими пьедесталами. Они вдруг одновременно ожили и валуны на них начали двигаться.

Каждый из них напоминал огромный детский конструктор, который словно механизм действовал по четкой, одному ему известной инструкции, собираясь во что-то непонятное.

Само собой, мы тоже начали действовать и для начала попытались разнести обе эти штуки к чертям до того момента, пока они превратятся в какие-нибудь опасные хреновины.

Каждый из стихийников испробовал на этих штуках свои заклинания и оказалось, что ничего на них не действует. Во всяком случае, слабые версии заклинаний. Валуны продолжали свою замысловатую сборку, пока не превратились в нечто, очень похожее на двух гигантских крабов.

Недолго думая, один из них направил клешню на Воронова и из нее протянулась тонкая серебряная линия, точно такая же, какие были внутри стен этого куба. Словно лезвие она врезалась в защитный щит Ильи, отбросив его на несколько метров назад.

Второй краб точно таким же выстрелом сбил с ног кого-то из группы Сазонова.

— Уходим в тоннель! — крикнул я, но моей команды и не понадобилось. Все уже и так устремились к спасительному укрытию.

Хорошо, что особой меткостью крабы не отличались, поэтому пока я бежал, не заметил, чтобы в кого-то из наших еще попали.

Однако ситуацию это не спасало — то, что заклинания на них не действовали как-то совсем не радовало. Разве что попробовать использовать Комету, а потом через «Оптимум» попытаться восстановиться и прихлопнуть второго?

— Вытаскивайте оттуда ребят, — скомандовал я аэромагам, затем подождал пока они подтащат к нам Воронова и Мироходца из команды Сазонова, а затем применил заклинание.

Над одним из крабов сначала образовалась яркая воронка, затем послышался характерный гул и на него обрушилась Комета. Раздался звук, похожий на скрежет камня о камень, а затем мы увидели вот что — сотни серебряных тонких линий ударили в то самое место где был краб, образовав над ним нечто вроде светящегося шара.

Все это произошло в одно мгновение с тем самым моментом, когда в него ударило мое заклинание.

— Вот сука! — не сдержался я, глядя как две эти твари продолжают топтаться на своих пьедесталах.

— Смотри, Володь! Течение серебра в жилах куба замедлилось! — вдруг закричала Василиса показывая мне на стены.

А ведь права моя некроманточка, замедлилось, да еще и как! Вот только, что это может значить? Давай, Соколов, соображай энергичнее… Время-то идет…

Если предположить, что эта штука один организм вместе с этими крабами и движение серебра замедлилось после того, как куб защитил их светящимся шаром…

— Слушай, Василиса, я думаю нужно попробовать натравить на эти штуки Шушика, — сказал я, затем вытащил из пояса «Оптимум» и вколол в ногу. К чему время терять?

— Рискованно, — нахмурилась она. — Если он с ними ничего не сделает… У тебя есть какие-то мысли? Говори тогда, чего кота за хвост тянешь?

— Есть конечно, и интуиция мне подсказывает, что соображения мои правильные, — улыбнулся я. — Куб восстанавливает силы, и если шарахнуть по нему прямо сейчас чем-то тяжелым, то победа будет за нами.

— Ну если уверен…

— Уверен, вот только жаль потом Шушика второй раз уже не зарядим, — с сожалением сказал я, снимая Рюкзак.

Ящер удивленно крутил головой по сторонам, как будто не совсем понимая зачем его опять вытащили, если только недавно спрятали?

— Давай родной… — сказал я ему и мысленно проговорил свою просьбу.

То, что он меня понял, я определил по его странной привычке — ящер почему-то всегда зевал перед трансформацией. Ну а вскоре он подтвердил мои предположения на деле.

Медленно прошлепал вперед, вышел из тоннеля, а затем с громким хлопком превратился в огромного кристаллического дракона.

Вот это зверюга! Может быть он как-то прогрессирует или магическая энергия у этих лампочек была какая-то особая, но на этот раз это был самый большой дракон из всех, в которых превращался Шушик.

Крабы не обращали на него внимания, пока он был ящеркой, а стоило — теперь серебряные стрелы, которые они пускали в него, не причиняли ему никакого вреда. Раньше этим нужно было заниматься…

А вот дракон взялся за дело довольно рьяно. С первым крабом он возился несколько минут, потому что куб еще мог защищать его своим светящимся щитом от ударов Шушика. Но потом движение серебра внутри гранитных стен остановилось вовсе, а с ним и сопротивление куба…

Сопровождая расправу оглушительным ревом, кристаллический дракон сначала раскрошил первого краба, а затем не оставил ничего от второго.

После того, как на пьедесталах ничего не осталось, я дал команду ящеру трансформироваться обратно с той надеждой, что вдруг у него останется хоть немного магической энергии для моих усиленных заклинаний. Однако, ничего из этой затеи не вышло — без сил Шушик, конечно, не упал, но и в качестве батарейки уже не годился.

Ну что же, не стоит гневить судьбу, тем более других вариантов здесь пройти у нас все равно не было.

— Красавчик просто! — похвалил я ящера и спрятал его в Рюкзак. Теперь уже, надеюсь, до Москвы. — Как там Воронов и второй пострадавший себя чувствуют? Отошли немного?

— Ага, — ответила Подарина. — Щиты спасли на этот раз. Хорошо, что по одному попаданию пришлось, если бы еще разок — дело могло закончиться плачевно…

— Ну вот и отлично, значит, как только «Оптимум» подействует…

— Володя, что-то происходит, — сказала Василиса и схватилась за свой амулет. — Руку жжет… Он близко совсем…

В этот момент я почувствовал, как мое право плечо медленно начало сковывать холодом. Оно будто медленно покрывалась коркой льда.

Надо же, зараза… Какой момент неподходящий…

— Смотрите, ребята… — прошептал Минин и показал пальцем в сторону противоположной стены.

Мы посмотрели туда и увидели, как из тоннеля напротив медленно выплывает змеиная голова. Хотя нет, скорее она была похожа на голову мурены, на которой сидел некромант.

Длинное змеиное тело не спеша плыло в нашу сторону и даже отсюда, за сотню метров от этой сладкой парочки я чувствовал вонь разложения, которую они принесли с собой в зал…

Следом за самой большой змеей, из тоннеля начали выплывать и другие, размерами поменьше…

— Володя, вот сейчас бы Кометой по нему врезать, будет очень неплохо, — сказала мне Василиса. Вот только, что-то голос ее как будто далеко… Такое ощущение, что мне в уши ваты напихали… — Что с тоб…

Эх… Последних ее слов я даже толком уже не слышу, на меня стремительно летит темнота… Уши заложены… Вот сука такая… Я несколько раз подряд пытаюсь глотнуть слюну, чтобы избавиться от неприятного ощущения, но ничего не получается…

Мысли путаются и несутся вскачь… Все они какие-то странные и неуместные, а самое интересное, что как только я пытаюсь думать о чем-то конкретно — мысль тут же ускользает, оставляя после себя пустоту… Во дела! Не было со мной такого никогда вроде…

Вдруг из кромешной темноты на меня выплывает некромант… Тот самый, на голове мурены… Он пристально вглядывается вперед, будто пытается что-то рассмотреть, а затем смотрит мне прямо в глаза и начинает двигаться в мою сторону…

Ах ты засранец… Ты что там увидел такого интересного, я понять не могу? Неужели меня в темноте высматривал?

Целителя бы мне сейчас неплохо… Хотя, толку от него думаю было бы немного…

Лучезарный, у тебя там никакого лекарства случайно не завалялось, а? Хах… Слетал бы может к князю-дракону… Шепнул пару слов…

Тем временем некромант был уже близко совсем… Даже чересчур… Такое ощущение, что ему до меня пару метров осталось… Вот глазенки его красные вижу, вот рыба головой машет из стороны в сторону… Да не может быть такого, чтобы он прямо в голову мне забрался…

В этот момент я почувствовал, что на груди потеплело… Очень приятное ощущение. Даже не знаю с чем его сравнить можно. Примерно так чувствуешь себя под горячим душем, когда долго пробыл на холоде и начинаешь отогреваться.

Пальцы правой руки начинает колоть будто иглами, а затем вместо некроманта появляется синий свет где-то там вдалеке… Вата в ушах начинает понемногу таять, словно снег тает в руке, и я слышу звуки битвы…

Сознание возвращается резкой вспышкой, будто кто-то перестает меня душить, и я вновь могу начать жить. Несколько секунд я пытаюсь сообразить, что происходит вокруг меня и понимаю главное — рядом идет сражение со змеями, а некромант все еще жив! Вон он, в самом дальнем углу зала, так и сидит на свой мурене.

Прямо передо мной стоят Минин и Сазонов — судя по всему, беспокоятся, чтобы ко мне не подобрались… Да и защитники обо мне позаботились, щиты всех цветов радуги навесили. Так, а что там с магической энергией?

Я проверил запас и почувствовал, что «Оптимум» уже начал действовать вовсю. По крайней мере, на одну Комету мне точно хватит. Ну держи дружочек!

Прямо над некромантом закрутился вихрь, затем все вокруг озарила алая вспышка и обрушилась на него смертельным метеоритом. В воздухе взметнулась гранитная крошка от куба вперемешку с тухлыми кусками мяса некромурены и все вокруг полыхнуло ярким зеленым пламенем.

Одна за другой змеи вспыхивали и исчезали в воздухе, сначала превратившись в мелкие яркие искры, а затем растворившись вовсе…

Спустя всего несколько минут уже ничего не напоминало о том, что совсем недавно здесь разыгралась нешуточная битва, которую мы чуть не проиграли.

Я посмотрел по сторонам и нашел взглядом Василису, которая встревоженно смотрела на меня, опершись рукой на пустой пьедестал, на котором раньше стоял краб.

— Соколов… Ты, разумеется, сейчас объяснишь нам, что это такое было?

— Конечно, — ответил я и потрогал плечо, которое уже совсем не болело. — Мы только что грохнули некроманта!

Глава 13

Благо среди присутствующих все имели понятие о хороших манерах, поэтому поняв, что ничего конкретного по факту своей потери сознания я объяснять не буду, занялись ранеными.

Все, за исключением Соловьевой, разумеется, которая требовала ответа. Причем немедленного, потому как переживала, что мне необходима какая-нибудь помощь и я не собираюсь отъехать прямо сейчас, только на этот раз навсегда.

Потребовалось все мое мастерство, чтобы как-то ее успокоить и объяснить, что со мной все в порядке и опасность отступила. Хотя, что я мог об этом знать на самом деле? Единственное, только то, что в данный момент я чувствовал себя неплохо, и после случившегося это уже можно было считать успехом.

Закончив наши недолгие семейные разборки, мы вернулись к ребятам, которые порадовали нас приятной новостью. В этот раз обошлось без новых смертей, и я был очень рад это слышать. Трагических новостей нам уже хватает с головой, так что отлично.

Но вот раненых было много. Практически каждый второй схлопотал ожог или получил укус от этих ядовитых бестий, которых привел с собой некромант. Поэтому целители работали в поте лица.

Повсюду слышался шелест вскрываемых упаковок от «Эликсиров» и прочих шприц-тюбиков — все усиленно приводили себя в порядок.

Василиса, конечно, всех успокоила, что судя по количеству некромагической энергии, со стороны некромантов угрозы для нас больше нет, но это успокаивало лишь отчасти — куб в любой момент мог преподнести собственные сюрпризы.

Но, как оказалось, переживали мы напрасно.

Миновав зал, в котором сражались с некромантом, мы прошли через широкий тоннель и вышли к финальной точке нашего долгого путешествия — зеркальному черному кубу, внутри которого находился последний ключ.

Надо ли говорить, что мы все крепко перенервничали, пока Василиса открывала его. Все опасались, что в последний момент что-то может пойти не так, а вариантов хватало — выбирай на любой вкус.

Дверь окажется наглухо запертой… Внутри не будет ключа… Сам куб может быть ловушкой или еще какая-нибудь ерунда…

Поэтому все следили чуть ли не за каждым ее жестом и любое удачное действие встречали с большим воодушевлением. На всякий случай никто кроме нее не стал заходить внутрь — лишь убедились, что он пустой и никого там нет. Ну а дальше оставалось лишь ждать.

На этот раз то самое заветное: «Я закончила», прозвучало ну уж как-то совсем поздно… Будто прошло не меньше нескольких часов, хотя на самом деле не больше получаса.

Зато эффект был просто ошеломительным. Такое ощущение, будто мы закончили важную часть какого-то большого и очень нужного дела.

Понятно, что это еще даже не половина пути, но как минимум треть, и это уже очень и очень много. Ради подобных ощущений и стоит затевать такие грандиозные истории.

Так что обратно мы возвращались в приподнятом настроении, да и дорога назад всегда ведь легче кажется.

Буквально несколько часов нам понадобилось на то, чтобы вновь оказаться на той самой площадке, на которой мы очутились, когда пришли сюда. Правда, тогда нас было намного больше…

Зато в Иркутске нас встретили хорошими новостями. Ничего конкретного, но в общих чертах дали понять, что ситуация в Великом Московском княжестве за сутки коренным образом изменилась в сторону Мироходцев и удача, которая поначалу иногда улыбалась нежити, окончательно их оставила.

Кстати, вот еще сюрприз… Оказалось, время как-то незаметно пролетело. Нас-то и в самом деле сутки не было. Даже чуть больше. Можно сказать, самая длинная наша командировка в иной мир.

Хотя нет, была же еще та история с орками, когда нас всех в башню усадили. Но то совсем другой случай, плен не считается…

Как бы там ни было, а вот в Москву никого из нас не пустили. Хотя всю информацию по последнему ключу забрали. Ее как раз было приказано срочно доставить в Департамент.

Оказывается, было приказано выделить нам двое суток полноценного отдыха. Между прочим, с практически полным ограничением информации из внешнего мира, чтобы мы не забивали себе головы всякими глупостями, а исключительно посвятили себя отдыху.

Что мы с успехом и делали. Благо дело было в родной Российской империи, а не в какой-нибудь далекой загранице, так что местным ребятам не нужно было объяснять, что такое хороший отдых.

Нам устроили двое суток полноценного релакса и даже провели обстоятельную экскурсию на Байкал. В общем, все было сделано на высшем уровне, по всем правилам гостеприимства.

Домой мы летели уже более-менее расслабленные и чувствовали, что немного отошли от переживаний и всего произошедшего с нами. Пришло полное понимание того, что мы наконец сделали.

В самолете нам впервые за последние несколько дней дали всю информацию насчет прорыва, и мы выяснили еще кое-что — к этому времени осталось всего два очага, которые осталось ликвидировать. Это означало, что наше участие точно не потребуется.

Так и получилось. По прилету в Москву я набрал Гринева, который сказал, что ждет меня завтра утром в Департаменте, а до этого момента я могу быть свободен. Даже отчет от меня не требуется — все завтра.

Надо же как круто! Вот не знаю, что меня сильнее обрадовало — что отчет не нужно составлять или что последний ключ нашли. Просто достала меня эта писанина, кто бы знал…

Пользуясь случаем, мы с Василисой решили использовать вечер по максимуму и провести его на яхте в компании нескольких бутылочек шампанского. Кто знает какие там планы на нас у руководства? В такой обстановке лучше времени напрасно не терять.

Договорились встретиться на яхте. Я позвонил, чтобы ее подготовили к выходу, а перед этим заехал в Ясные Горки.

Во-первых, Тосик требовал срочного свидания с Филимоном. И их радости от того, что они увидели друг друга, просто не было предела. Слон трубил так, что я чуть не оглох!

Пришлось разрешить им расширенную прогулку, в два раза дольше, с обещанием плюшевого, что ничего не вытопчут и не поломают.

Во-вторых, Шушику нужно было дать отдохнуть и скормить ему немного элириума. Ну а отдыхалось ему лучше всего возле моего камина, переваривая иномирный редкоземельный материал, или на кухне, под крылом Бьянки, которая регулярно подкармливала его апельсинами.

Мы же с Василисой, встретившись на яхте, поужинали, устроились на верхней палубе и наслаждались видом на вечерний город. Наверное, именно такие вот дни и есть самые дорогие для нас, потому что как раз для подобных моментов почему-то всегда так непросто найти время…

Все шло просто прекрасно, до того самого момента, пока она вновь не вернулась к теме моего плеча, которое ей доставило столько волнений в кубе.

Пришлось ей кое-что рассказать. Не все конечно. Зачем ей знать про Лучезарного и еще кое-какие моменты, из-за которых она будет переживать?

Например, про болезнь, которая со мной может навсегда остаться, если у Сабурова ничего не получится. Точнее не у него, а у его друга из Османской империи…

Или вот, про Болотова, которого мне очень срочно найти нужно, пока он ко мне каких-нибудь новых высших существ не отправил. Кстати, о Болотове…

Прежде, чем его поиском озаботиться, нужно обязательно Валаамское княжество посетить и послушать, что интересного мне Дмитрий Федорович рассказать хочет. Нельзя его раньше времени жизни лишить, так можно и в большой беде оказаться. Здесь нужно по уму все сделать…

Так что все эти мысли оставил я при себе, а для Соловьевой приготовил всего одну, которая ее вполне устроила. Был враг коварный с оружием волшебным, но теперь все уже давно позади и беспокоиться больше не о чем.

Врага с помощью князя Сабурова уложили в могилу, а рана… Осталась, врать не буду, но это дело времени. Скоро и она исчезнет. Нужно только подождать немного и все будет хорошо.

Судя по взгляду Василисы, она мне не очень-то поверила, но по крайней мере сделала вид, а это уже половина победы. По крайней мере, это означало одно — в ближайшее время я точно не собираюсь умирать и в этом мне можно верить.

После этого мы вновь вернулись к шампанскому и икре, что меня устраивало гораздо больше, чем разговоры про мое больное плечо.

Ну а когда мы прикончили вторую бутылку, пришло время спуститься на нижнюю палубу…

Как писали в утренних новостях, в ту ночь был красочный салют, которым Николай Александрович велел отпраздновать уничтожение последнего очага сопротивления некромантов. И равных этому салюту не было последние лет десять, но вот нам с Соловьевой было как-то не до него.

Мы были заняты совершенно другими делами и угомонились лишь под утро, когда первые лучи солнца окрасили небо в нежно-розовые тона.

* * *

— Ты чего такой кислый, Владимир Михайлович? — спросил Гринев, глядя на меня с улыбкой. — Неужели физиономия моя с утра тебя не радует?

— Почему же, — я сделал слабую попытку улыбнуться. — Вы здесь ни при чем, Василий Денисович. Меня не радует отчеты писать с утра пораньше. Тем более, что последний ключ все равно ведь у нас уже… Кому это нужно? Пальцы болят столько текста набирать.

— Обязательно нужно, граф, — сказал он. — Тем более, что последняя операция и столько потерь. Во-первых, порядок должен быть во всем, иначе все у нас пойдет через задницу. Во-вторых, любая информация анализируется специальными отделами, которые ее внимательно изучают, так что… У нас ведь не армия, здесь ненужной работы никому не поручают, господин Соколов.

Ну да, конечно…

— Приму к сведению, аншеф, — кивнул я. — Надеюсь я там все подробно изложил. Ничего дополнять не нужно? Если что, я второй том завтра напишу.

— Не ерничай, Володя, — хмыкнул Гринев. — Нужно будет что-то уточнить — уточним, не думаю, что второй том для этого потребуется. Ты чего злой такой с самого утра, я понять не могу?

— Да так, чего-то… Не выспался… Отчет еще этот…

— Я думал ты наоборот ко мне в прекрасном настроении пожалуешь. Вон вчера с вторжением вопрос закрыли, можно прямым делом заняться и ни на что больше не отвлекаться. Вы вот с последним ключом как раз вопрос закрыли. Очень удачно все складывается. Ты, кстати, вчера салют видел? Николай Александрович расстарался…

— Не-а, мы вчера с Василисой Тимофеевной как раз на Москву-реку на яхте ходили… Оттуда видно плохо было…

— А-а, понятно, — усмехнулся аншеф. — Тогда все ясно, вопросов больше не имею. Ну молодцы, если так — провести время с любимым человеком гораздо важнее любых салютов. Кстати, я думаю, что ближайшие дни полностью в вашем распоряжении будут. Так что сможете намиловаться друг другом в полной мере.

Вот это хорошие новости на самом деле. Самые лучшие, которые только мог мне сообщить этим утром Василий Денисович. Если честно, я всерьез опасался, что нас могут сразу куда-нибудь заслать, а мне позарез свободные дни нужны были.

На самом деле плечо меня беспокоило гораздо больше, чем Соловьеву, потому что я знал истинную природу этого ранения. То, что каждую минуту проклятие внутри меня становится лишь крепче, просто бесило!

Потеря сознания лишь первый тревожный звонок и далеко не последний. Это хорошо, что на этот раз я был не один, а в окружении своих соратников, но могло ведь быть иначе… Да и до Лучезарного можно не достучаться, а за свое чудесное спасение я благодарен только ему.

В общем, аншефу удалось заставить меня начать радоваться сегодняшнему дню.

— Что так? Я вот наоборот боялся, что сразу нас на какое-нибудь важное задание отправите? — спросил я у него.

— Чего это ты оживился, Владимир Михайлович? Даже улыбаться начал, гляди-ка! Радуешься, прямо как школьник летним каникулам!

— Ну не то, чтобы… Но есть у меня кое-какие планы, раз уж свободные дни появляются. Без дела сидеть не буду, — заверил я его.

— Только ты смотри, граф, — он постучал пальцем по столу. — Как ты понимаешь, у нас к этим ребятам ответный визит намечается, так что у меня насчет тебя и еще некоторых особое распоряжение от Николая Александровича имеется, так что обязан предупредить… Никаких дуэлей и всякого такого, понятно?

— Так я вроде…

— Вот только давай не будем, Соколов, — поморщился Василий Денисович. — Мне-то хоть не рассказывай. Знаю я какие про тебя слухи ходят и новости читаю регулярно. Да и вообще… Не было бы повода, предупреждать не стал бы, понятно?

— Понятно.

— Между прочим, кроме тебя только еще Минина велено лично предупредить. Тот тоже большой любитель на свое мягкое место приключения найти в свободное от службы время.

Ну что поделать, значит придется все делать на свой страх и риск. Других вариантов все равно нет, не буду же я дома сидеть в страхе, что Император о моих шалостях узнает…

— Что же, ваше сиятельство, вы меня только за тем и позвали, чтобы приказать вести себя тише воды и ниже травы?

— Я этого не говорил, — сказал он и ткнул в мою сторону карандашом. — Это просьба Николая Александровича, который переживает, чтобы у тебя за то время, пока нужно будет идти в гости к некромантам не появилось еще одного ранения вроде того, от которого ты внезапно силы теряешь…

Ух ты как интересно получается! Прямо очень даже интересно!

Во-первых, получается, что Романов знает о моем больном плече и это весьма любопытно… Кто ему об этом мог доложить? Неужели сам Сабуров? Хммм. Вот надо будет с ним поговорить на эту тему.

Во-вторых, выходит так, что у нас в отряде стукач имеется… Кто-то же доложил о моей потере сознания? Ну и кто бы это мог быть? Сазонов? Подарина? Минин?

Да, впрочем, какое теперь уже это имеет значение? Все наши путешествия закончены, осталось последнее… Но все равно, хотел бы я это знать.

— Что ты так на меня смотришь, Владимир Михайлович? — спросил Гринев и переложил на столе папку с документами с одного места на другое. — Перед этим походом отдельно твое участие обсуждалось, между прочим в кабинете у Николая Александровича, так что… В общем, очень узкий круг лиц знает о твоем ранении.

— Понятно, — кивнул я. — Сколько вообще дней у нас свободных, есть понимание?

— Вообще никакого, — покачал головой Василий Денисович. — Трудно сказать… На данный момент все упирается в создание мастер-ключа, который нужен для открытия Портала в мир некромантов. Нельзя предсказать сколько времени на это потребуется. Единственное, что я могу тебе сказать — в этом процессе задействована уйма народа, так что работа идет… Ну а параллельно с этим занимаемся вопросом формирования групп вторжения. С этим, конечно, попроще, но тоже кое-какое время занимает.

Аншеф задумчиво посмотрел на меня и как бы между прочим добавил:

— В общем, думаю, неделька у тебя точно есть. Ну а там может быть и больше.

— Ясно, значит могу идти?

— Угу, — кивнул он. — Только о моих словах не забудь пожалуйста. Побереги себя, Владимир Михайлович. Твое здоровье сейчас не одного тебя беспокоит, я бы на твоем месте это ценил.

— Я это учту, Василий Денисович, — сказал я и встал со своего места. — Попробую достать себе путевку в санаторий на эту неделю, чтобы наверняка ни во что не вляпаться.

— Вот попробуй, граф, — кивнул Гринев, но судя по хитрому взгляду не очень-то мне поверил. — Если трудности возникнут, обращайся — мы тебе путевку от Департамента выпишем. Даже на двоих с Василисой Тимофеевной.

— Благодарю, аншеф, — улыбнулся я и вышел из кабинета.

Вот интересно, если бы я ему сказал, что прямо сегодня собираюсь в Валаамское княжество выехать, со мной бы парочку Мироходцев в качестве телохранителей отправили?

Так, ну Василий Денисович-то ладно, это только половина проблемы… Вот как сейчас Соловьевой объяснять, что опять срочно в гости к князю-дракону нужно?

Эх… Здесь дело посложнее будет… Одними лишь шуточками не отделаешься…

Глава 14

— С каких это пор Сабуров переехал жить в Османскую империю? — спросила Василиса после того, как я ей второй раз повторил куда именно я лечу и к кому. — И при чем здесь какой-то Селим-паша?

— Любимая, я пытаюсь тебе объяснить это уже полчаса, но кажется ты меня не слушаешь, — ответил я и посмотрел на Тосика с Шушиком, которые уплетали апельсины и с большим интересом следили за нашим разговором.

Вот оба засранцы, что еще сказать! В такие моменты я чувствую себя героем сериала, который ругается на экране со своей возлюбленной, а благодарные зрители с большим интересом за всем этим наблюдают.

Плюшевый так вообще, наглая рожа, еще и комментировал, подливая масла в огонь, время от времени вставляя: «Соловьева, карамба!» ну или «Барон Димир, карамба!».

Я погрозил им кулаком и начал еще раз:

— Василиса, милая, ты хочешь, чтобы я решил вопрос со своей раной?

— Не задавай глупых вопросов, Володь.

— Вот… Поверь, я тоже очень надеюсь разобраться с этой проблемой как можно скорее. Ты даже не представляешь себе насколько сильно мне этого хочется.

— Зря ты так думаешь, — нахмурилась Соловьева.

Ох уж эти девочки, им обижаться, как с горы катиться.

— Барон Димир, карамба! — поддержал ее Тосик, за что получил от меня грозный взгляд, в который я постарался вложить обещание лишения всяческих благ, если он не угомонится. Но вот он сделал вид, что вообще не понял моих намеков и смотрел на меня как невинный ребенок. Высший класс, что сказать…

— Хорошо, согласен, ты хочешь этого не меньше моего, — я сел рядом с ней на диван и взял ее ладони в свои руки. — Тогда почему ты не хочешь меня слушать?

— Наверное, потому что мне все время кажется, что ты пытаешься меня надуть. Я думаю, что ты меня дуришь и твое плечо здесь ни при чем, — она посмотрела мне в глаза. — Ну а что? Если ты не говорил ничего раньше, с чего бы тебе начать делать это сейчас?

— В таком случае, зачем по-твоему я лечу в Османскую империю?

— Все просто — вы опять собираетесь ввязаться с князем-драконом в какую-нибудь историю. Наверное, одного плеча тебе показалось мало.

— Чтобы, как ты говоришь, ввязаться в историю, не обязательно лететь в Османскую империю, ты об этом не подумала?

— Подумала, — кивнула она. — Видимо, дело настолько хлопотное, что даже вы понимаете — нужен третий. Вот и летите к этому Селим-паше… Только не понимаю, что тебе могло понадобиться от человека из династии Османов, да еще от такого…

Понятное дело, что я в отличие от Соловьевой глубокими познаниями в мировых дворянских династиях не обладал, поэтому, когда Сабуров сказал мне по телефону у кого он будет меня ждать, даже значения особого этому не придал.

Теперь же вот всплывала интересная информация. Впрочем, лично для меня это мало что меняло. Ну, допустим этот Селим-паша из правящей династии, что здесь такого? Самое главное, что это старый друг князя-дракона, а все остальное ненужные детали. Или нет?

— Что не так с этим парнем, Василиса?

— Ты знаешь, Соколов, иногда мне кажется, что ты не от этого мира, — покачала она головой, даже не зная насколько в данный момент близка к истине. — Мы же в высшей школе проходим все эти вещи…

— Я был не самым прилежным учеником, — сказал я. — Уже тогда меня больше интересовали дуэли и девушки.

— Вот в этом я как раз не сомневаюсь.

— Ну так, ты меня просветишь или мне в интернет лезть выяснять, что тебя так встревожило?

— Селим-паша такой же изгой, как и Сабуров, — сказала она. — Только еще хуже.

— Почему это хуже?

— Потому, что он из правящей династии, — пожала плечами Соловьева. — У нас Дмитрия Федоровича называют князем-драконом, а этого султаном-шакалом.

Вот оно что… Любопытная информация, конечно… Интересные друзья у Сабурова, нечего сказать. Находят же они где-то друг друга. Один в дракона умеет превращаться, а этот что? В шакала, получается? Только пока мне не очень понятно, каким боком это к моей проблеме относится?

— Ты то откуда все это знаешь?

— В отличие от некоторых я за парнями в старших классах не бегала и на дуэлях не дралась. Ну и учебник по всемирной истории читала, а не самолетики из него делала…

— Чего делала? — уточнил я.

— Ничего. Учебник по истории говорю внимательно читала, поэтому и знаю.

— А-а, интересные вещи там писали, — согласился я. — Любопытный парень, этот твой Селим-паша. Тогда я вообще не могу понять твоей реакции, ясно ведь, что по делу лечу.

— Я и не сомневаюсь, что не пироги трескать, поэтому и волнуюсь… Ты можешь сказать мне правду?

— Разумеется, — кивнул я.

— Тогда, просто ответь: зачем вы там собираетесь?

— Мы хотим вылечить мое плечо, Василиса, — я сжал ее ладони. — Вот сейчас серьезно тебе говорю. Сабуров сказал, что Селим-паша нам может помочь, вот и все. Так что, даже не вижу поводов для беспокойства. Через пару дней я вернусь и все пойдет своим чередом.

Она опустила голову и шмыгнула носом. На ладони капнули горячие слезы. Ну вот, только этого мне еще не хватало. Терпеть не могу, когда девочки плачут!

— Ну, что такое? — я крепко прижал ее к себе. — Ты чего это вздумала реветь, Василиса Тимофеевна? На тебя это непохоже…

— Вообще-то у нас свадьба скоро намечается. Может быть не для всех это праздник, конечно…

— Что ты, милая, я прекрасно помню, — я чмокнул ее в макушку. — Ты в связи с чем решила сейчас мне об этом сообщить?

— Наверное, в связи с тем, что я думала мы как-то иначе проведем время до того момента, пока нужно будет отправляться в гости к некромантам. Например, займемся приготовлениями… У нас ни черта не готово, но оказывается это никому не нужно…

— Почему ты так говоришь?

— Потому что ты ни словом не обмолвился об этом, — она пожала плечами. — Значит тебе плевать, как оно все будет. Поедем под венец в телеге… В лохмотьях…

— Да нет, зачем в лохмотьях? — я почесал подбородок. — Ну просто времени-то у нас еще завались.

— Ну да, как же, понимаю. Если бы завтра — тогда можно было бы и почесаться, а так, куда спешить…

— Все, сдаюсь, — я поднял руки вверх. — Виновен, каюсь… Как только вернусь из Османской империи, обещаю самоотверженно броситься на приготовления к свадьбе. Что скажешь?

— Так немного лучше, — на ее лице появилась улыбка. — Но это не значит, что я тебе поверила… Все равно ты от меня что-то скрываешь, и вы затеяли с Сабуровым какую-то хреновину.

— Соловьева, что за новости? Ты почему не веришь своему будущему мужу? — грозно спросил я.

— Соловьева, карамба! — сказал Тосик.

— Наверное потому, что мой будущий муж часто мне врет?

— Я бы сказал чуть иначе — просто не все говорит, это ведь разные вещи.

— Ладно, — она махнула рукой, тебе пора. — Опоздаешь на самолет.

— Ну, времени у меня и вправду немного, но кое-что мы еще сделать успеем, — сказал я, затем посмотрел на зрителей и указал на дверь. — Так, Тосик, Шушик — оба на выход и побыстрее!

* * *

Резиденция Селим-паши располагалась на озере Ван. Именно поэтому Сабуров сказал брать билет до одноименного аэропорта.

Дмитрий Федорович встретил меня лично. Селим-паша выделил для этих целей машину и водителя.

После коротких приветствий мы уселись в комфортабельный лимузин и поехали в резиденцию его друга.

По дороге практически не разговаривали. Князь-дракон лишь справился насчет моего плеча, выслушал невеселую историю про потерю сознания в кубе, помрачнел, но ничего не сказал.

Так мы и молчали до самого приезда на место назначения. Он о чем-то размышлял, а я любовался окружающими видами. Посмотреть и в самом деле было на что. Красивое озеро. Байкал, само собой, красивее в несколько раз, но это тоже ничего.

Водитель турок то и дело поглядывал на меня в зеркало заднего вида с гордым видом, наблюдая за моей реакцией. Судя по всему, он ждал от меня, что я хотя бы раз упаду в обморок от восхищения, но не случилось.

Лишь в конце нашего пути Сабуров улыбнулся и кивнул в сторону турка:

— Ну ладно, уважь человека, видишь, как на тебя смотрит. Скажи, как тебе нравится местная природа. Между прочим, он по пути сюда сообщил мне, что собирается рассказывать тебе историю этого места, но я запретил — сказал ты устанешь с дороги.

— Так и есть, Дмитрий Федорович, мне нравится любоваться красотами в тишине, — ответил я, затем наклонился чуть вперед и несильно постучал по водительскому сидению. — У вас просто удивительное озеро. Судя по вашему лицу, вы им очень гордитесь?

— Оно самое прекрасное в мире! — гордо сообщил он. — Таких больше нет! Самое чистое! Самое большое! Самое теплое!

Я невольно улыбнулся — мне нравится, когда люди с любовью рассказывают о тех местах, в которых живут. Даже если они не отличаются какими-то редкими красотами.

— Вам стоит им гордиться, — кивнул я.

— Между прочим, в нашем озере водится самое большое подводное чудовище в мире, — понизив голос сообщил он. — Эти напыщенные дураки в Британской империи говорят, что в их луже, называемой Лох-Несс, тоже плавает какая-то медуза, которую они называют чудовищем… Но, вы же понимаете, что это ерунда?

— Разумеется, — не стал спорить я, услышав, что дело касается англичан. — Эти ребята полные отморозки, я с вами абсолютно согласен.

Услышав слова поддержки, турок расплылся в счастливой благодарной улыбке, которая была с ним до самого конца нашего пути.

Впрочем, ехать нам оставалось всего ничего, через четверть часа мы уже были на месте.

Резиденция Селим-паши расположилась в довольно интересном месте — на большом полуострове со скалистыми берегами и отличным видом на заснеженные горы.

Похоже этот парень предпочитает вести такой же уединенный образ жизни, как и Сабуров, не зря Василиса говорила, что он похож на него. Видимо, так и есть.

Я был уверен, что человек, который вышел нас встречать, и был Селим-пашой. Они были даже примерно одного возраста с князем-драконом — около сорока пяти.

Хотя вот по сложению они были в корне не похожи друг на друга. Высокий, могучий, статный Дмитрий Федорович и наоборот, худой как жердь, невысокий, сгорбленный турок. Глядя на него, можно было бы подумать, что он чем-то болен, до того хреново он выглядел.

Но вот как только он начинал двигаться, это впечатление сразу исчезало. Несмотря ни на что, двигался он легко, свободно, хотя вот походка была немного странной из-за осанки.

Ну а еще выражение лица необычное… Селим-паша будто все время скалился. Вот именно так. Улыбкой назвать это было сложно, а оскалом — то что нужно.

При всем при этом я не могу сказать, что он мне показался неприятным. Своеобразным? Однозначно. Похожим на шакала, который все время посмеивается над чем-то понятным только ему самому? Тоже — да. Но и все на этом.

Интересный турок, что еще сказать.

Селим-паша был не один, рядом с ним стояла молодая девушка. Судя по осанке и манере держаться, это была его дочь.

Вот если отец у меня неприятных чувств не вызывал, то девушка как раз наоборот. Глядя на нее становится как-то тоскливо и неуютно. А когда наши взгляды однажды встретились, у меня кольнуло плечо и возникло странное ощущение… Примерно такое же возникает, когда заглядываешь в глубокий колодец.

Ну и поведением эта странная особа немного удивила. Даже не поздоровалась. Молча постояла с отцом, но как только мы с Сабуровым пошли в их сторону, просто ушла.

— Рад приветствовать вас в моем доме, граф, хи-хи-хи… — кивнул мне Селим-паша и я понял, что к этому его постоянному хихиканью мне, конечно, придется привыкать. — Прошу в дом, прошу, хи-хи-хи…

Самое интересное, что все это время Дмитрий Федорович, глядя на меня тоже посмеивался. Такое ощущение, что ему доставляло удовольствие то, что я чувствую себя не в своей тарелке.

В какой-то момент я не выдержал и прямо спросил у него какого черта он все время улыбается, но князь-дракон решил не удостаивать меня ответом. Гад такой.

Турок провел нас по дому, который напоминал небольшой дворец, выстроенный на старый восточный манер, и в конце концов мы очутились в уютной, полностью застеленной коврами комнате.

В ее центре стоял накрытый стол, а откуда-то сверху лилась нежная мелодия. Думаю, не ошибусь, если скажу, что на инструментах играли вживую, вот только все здесь сделано было так, чтобы музыкантов мы не видели.

Только сейчас я понял, как сильно хотел есть. Из-за разговоров с Василисой, перед вылетом я толком не пообедал. Про то, что съел в самолете, тоже успел забыть — слишком много времени ушло на дорогу во дворец Селим-паши.

Так что, обилие блюд, которыми нас собирались угощать, оказалось как нельзя кстати. Да и турок был вполне себе с понятием, сразу видно, что успел пожить на этом свете и понимал, как нужно правильно гостей встречать.

Поэтому прежде всего мы очень плотно поужинали и только потом перешли к разговору. Причем в первой его половине я практически не участвовал. Так, разве что время от времени добавлял какую-нибудь деталь. В остальном говорил по большей части Сабуров.

Он пересказал мою историю с потерей сознания, во время которой турок то и дело посматривал на меня. Ну и в конце концов князь-дракон задал ему тот самый вопрос, ради которого я и приехал сюда.

— Ты увидел его, Селим-паша, что скажешь теперь? — спросил он. — Выдержит он, как ты думаешь?

— Нужно посоветоваться с Диларой, хи-хи-хи… — ответил турок и вытер рот тыльной стороной ладони. — По мне так должен. Только не сегодня, хи-хи-хи…

— Уверен? — нахмурился Дмитрий Федорович. — С каждой минутой он становится слабее. Завтра проклятие сожрет немного больше, это дополнительный риск…

— Риск, это проводить обряд на нем, когда он не отдохнул, хи-хи-хи… — Селим-паша посмотрел на Сабурова. — Умрет, что делать будешь? В Османской империи жить останешься? Завтра, хи-хи-хи…

Вот не могу сказать, что у меня приподнялось настроение от мысли, что завтра меня ждет обряд, от которого можно умереть.

— О чем разговор? — спросил я у князя-дракона. — Я так понимаю, обо мне?

— Вот за что ты мне сразу понравился, Владимир Михайлович, так это за сообразительность! — усмехнулся он. — Ну конечно о тебе, иначе зачем бы я тебя сюда звал, да и сам торчал здесь уже целых три дня?

— В чем он будет заключаться?

— Этого я не знаю, — покачал головой Дмитрий Федорович и махнул в сторону турка. — И у него можешь не спрашивать — не расскажет.

— Здорово, конечно, — хмыкнул я. — Но умереть от него, получается, можно?

— Вот это запросто, — кивнул Сабуров и развел руками. — Впрочем, на твоем месте я бы не особо беспокоился по этому поводу.

— Что так?

— Ну сам подумай, если не провести обряд, то рано или поздно ты в любом случае умрешь, а так у тебя отличные шансы выжить.

— Отличные, это какие?

— Примерно пятьдесят на пятьдесят, хи-хи-хи…

Ага, и в самом деле все не очень сложно получается — или умру, или не умру. Куда уж проще…

— Но у меня для тебя есть просто прекрасные новости, граф, — сказал князь-дракон.

— Даже не знаю, что это может быть… Мне кажется сегодня день просто наполнен отличными новостями, как бы не переборщить.

— Брось, все не так плохо на самом деле, — заверил меня Дмитрий Федорович. — На мой взгляд, пятьдесят процентов — это просто отличный вариант. Поверь, в данном случае вообще сказочный.

— Наверное, у меня в этих вещах не так много опыта, — не стал спорить я. — К счастью, в меня не так часто тыкали проклятыми артефактами. Так что за новости, князь?

— У моего друга есть для тебя подарок, который тебе очень пригодится, если ты выживешь.

В этот момент Селим-паша достал откуда-то из-под подушек ножны и вытащил короткий изогнутый кинжал, который светился нежно-белым холодным светом.

— Вообще-то я хотел отдать тебе его после обряда… — пожал плечами Сабуров и кивнул в сторону турка. — Но вот он настоял на том, что это нужно сделать до того. Думает, что это придаст тебе дополнительных сил на завтра.

— Что это такое? — спросил я, принимая кинжал из рук Селим-паши.

— Мой подарок, хи-хи-хи…

— Пьющий души, — сказал князь-дракон. — Таких было выковано всего два. Следы одного из них теряются в веках, а второй ты сейчас держишь в руках.

— Зачем он мне? — спросил я и непонимающе посмотрел на Сабурова.

— Помнишь, я говорил тебе, что ты должен будешь избавиться от своего врага особым образом? Так вот, убить его ты просто обязан этим клинком. Он из него душу заберет и контракт станет недействительным, понял? Иначе ничего не получится.

— Понял… — после его слов я посмотрел на кинжал совсем другим взглядом. Выходит, я держал в руках свой единственный ключ к освобождению от тех сил, с которыми решил поиграть Болотов. — А потом, что мне с ним делать?

— Мне вернешь, хи-хи-хи… Кинжал мне вернешь! Мой он, хи-хи-хи…

Я посмотрел на Селим-пашу, который смотрел на Пьющего души такими глазами, как будто я у него пытался забрать нечто ценное, вроде ребенка. Может быть так оно и было, откуда мне знать?

Ну что же, не знаю, придаст мне эта информация сил на завтра или нет. Но вот настроение мое улучшилось, это однозначно.

По крайней мере, если после обряда выживу — постараюсь сделать так, чтобы артефакт был применен по назначению.

Глава 15

На этот раз не потребовалось будить меня для проведения обряда среди ночи и мне дали как следует выспаться. К тому времени когда я проснулся, солнце было уже высоко, а часы показывали начало двенадцатого. Вот же, я уже и забыл, когда в последний раз спал столько времени.

Правда есть один небольшой нюанс… С одной стороны, хорошо, что мне дали поспать вволю. С другой же, это означало, что неспроста такая невиданная щедрость от Сабурова и Селим-паши.

От последней мысли настроение сразу же немного испортилось. Плюс ко всему в памяти мгновенно всплыл вчерашний разговор за ужином и мысль о том, что сегодня меня ждет обряд. Причем, судя по тому, что шанс выжить у меня пятьдесят процентов, не самый приятный.

Однако во всем нужно видеть и положительные стороны, а в данном случае такая определенно была — если все сложится как нужно, меня не будет беспокоить мое плечо.

Разумеется, есть еще вариант вовсе отказаться от этого всего пока не поздно, вот только какой в этом смысл? Если другого пути все равно нет, то получается вопрос лишь во времени, когда это проклятие прикончит меня…

Кстати говоря, именно сегодня, будто предчувствуя, что от нее хотят избавиться, рана дала о себе знать. Причем если обычно это было что-то вроде ноющей боли, то сегодня ощущения изменились — плечо жгло, словно кипятком. Странное дело, раньше такого никогда не было.

Однако, после теплого душа неприятные ощущения прошли. Так что из своей спальни я вышел в более приподнятом настроении. Я уже начал опасаться насчет раны… Проклятия это ведь такое дело, может быть оно и в самом деле чувствует, что с ним собираются покончить и решило ускорить свое действие? Не силен я в таких штуках…

Немного побродив в тишине прохладного дворца Селим-паши, я наконец обнаружил Сабурова, который пил чай в комнате, где мы вчера ужинали.

— Долго дрыхнешь, граф, — поприветствовал он меня и махнул рукой на ковер. — Присаживайся, тебе нужно плотно позавтракать.

Я быстро окинул взглядом стол, который был заставлен блюдами на любой вкус. В наличии имелось даже два вида плова — один с мясом, а второй, судя по виду, с курагой и изюмом.

Ну что же, вкусно покушать я люблю. Тем более, что глядя на все это изобилие, у меня даже слюнки потекли, к таким плотным завтракам я не привык.

— Сегодня в тишине, без музыки? — спросил я и посмотрел наверх, откуда вчера доносилась чудная мелодия.

— Угу, — кивнул Дмитрий Федорович и отхлебнул чая из пиалы. — Селим-паша считает, что музыка хороша к ужину, но не нужна к завтраку. Слишком сильно расслабляет.

— Понятно, — я взял кофейник, налил себе немного кофе и в комнате тут же разнесся тонкий аромат кардамона. — А где он сам?

— Рядом с дворцом у него есть… ну, скажем так, лаборатория. Он там еще со вчерашнего вечера торчит вместе со своей дочкой, — князь-дракон пожал плечами. — Велел не трогать ни тебя, ни его, до того момента, пока он сам не скажет… Вот я и гоняю чаи с самого утра. Красоты местные я еще в предыдущие дни посмотрел, а больше здесь делать нечего.

— Лаборатория? Это то огромное здание из черного мрамора? Я думал это мечеть его собственная или что-то такое… Башни рядом с ней…

— Восток, дело тонкое, Владимир Михайлович, — усмехнулся Сабуров. — Ты как чувствуешь себя?

— Да нормально, вот только… Плечо как-то странно себя ведет…

— Ага, Селим-паша говорил, что такое может быть, — кивнул он. — Даже боялся, что тебя придется в лабораторию к нему нести. А ты вот сам проснулся и даже нашел в себе силы на завтрак спуститься. Думаю, это хороший знак.

Я ничего не ответил и занялся едой. Тем более, что готовили у турка просто отлично.

После плотного завтрака я решил немного прогуляться. Ну, а почему бы и нет? В отличие от Сабурова я еще местными красотами не успел налюбоваться, а места здесь и в самом деле были очень даже ничего.

К тому времени, когда за мной пришли, время было уже к обеду. Еще немного и можно было бы сказать, что приготовления к обряду заняли почти сутки.

Дмитрий Федорович пожелал мне удачи, перекрестил и пообещал, что если случится какая-нибудь досадная неприятность, то Тосика с Шушиком так уж и быть приютит. Шутник хренов…

В компании не особо разговорчивого слуги Селим-паши я подошел ко входу в лабораторию, а вот внутрь он идти отказался, указав мне на дверь:

— Только вы, господин. Мне туда вход закрыт, — сказал он, поклонился и сделал шаг назад.

Ну что же, пришло время посмотреть, что там для меня приготовлено.

Я толкнул тяжелую дверь, которая судя по весу тоже была сделана из мрамора, а отделана деревом лишь с эстетической точки зрения.

В первые несколько секунд мне показалось, что внутри царит кромешная тьма, но вскоре глаза немного привыкли и стало понятно, что свет здесь все же есть. Вот только не очень понятно где находятся источники света и почему они багрово-красного цвета…

Да уж, мрачноватая обстановка у турка в лаборатории, что и говорить. Если слишком много времени здесь проводить, то можно и нервную болезнь какую-нибудь заработать.

Особых вариантов у меня не было, поэтому я просто пошел вперед по коридору. Очень скоро он закончился ступеньками, которые вели вниз. Туда, откуда тянуло холодом, а еще там внизу были какие-то звуки, будто кто-то ходит. Причем походка какая-то странная — медленная, подшаркивающая…

Зла мне здесь не желали, так что я просто пошел вниз. На первом лестничном пролете я увидел дверь, которая оказалась закрыта. Надо же, здесь еще и несколько этажей оказывается под землей. Не лаборатория, а целый исследовательский центр.

Спустился еще ниже и вновь оказался в коридоре, только на этот раз он был обитаем. Передо мной стоял… Скорее всего это был кто-то очень похожий на человека. Во всяком случае у него было две руки, две ноги и голова. Вот только голова у него была… Стоп, да это же шакал!

Твою мать… Зрелище, конечно, так себе. Одно дело видеть всяких тварей в иных мирах или Порталах, и совсем другое, когда вот так, между прочим. Особенно когда этого совсем не ждешь.

Выглядит жутковато, нечего сказать… Еще эти слюни из пасти текут… Неужели это Селим-паша? Скорее всего. Разве могут быть другие варианты? Хотя нет, ведь еще есть дочь, с которой меня даже не познакомили… Но судя по росту, все-таки турок, его дочурка почти на голову ниже.

Он подождал пока я привыкну к нему, а затем издал звук очень похожий на человеческий смех. То самое хихиканье, без которого он не мог обойтись.

— Добрый день, Селим-паша, — сказал я в ответ. Ну а кто его знает, может быть он со мной поздоровался по-шакальи?

Вместо ответа он повернулся ко мне спиной и погреб вперед по коридору. Именно что погреб, теперь понятно откуда был этот звук. Казалось шаги давались ему с большим трудом, что было удивительно — в человеческом обличье он не производил впечатление измученного и уставшего от жизни старца.

Этот коридор был похож на небольшой лабиринт, и без турка в нем запросто можно было и заблудиться. Множество ответвлений то вправо, то влево, некоторые и вовсе уходили еще глубже вниз… Судя по всему, я был прав, здесь у него и в самом деле целый исследовательский комплекс.

Наконец мы вошли в комнату, стены которой были ярко-белого цвета, хотя перед этим все было выдержано в темных тонах. От этого она выглядела как-то тревожно, а после того, как я увидел белый алтарь в самом центре, меня и вовсе начали одолевать сомнения, а правильно ли я все делаю?

Все как в какой-то странной операционной… Мозаика на стенах, на которой отсвечиваются красные огоньки… И еще кое что — мне кажется или за стеной все время кто-то что-то шепчет?

Рядом с алтарем стояла еще одна фигура с шакальей головой и теперь уже было понятно, что это его дочь. Она была намного ниже и изящнее.

Не говоря ни слова она указала мне на алтарь, а затем показала, что нужно снять рубашку. Я послушался ее указаний, бросил на пол рубашку, лег на алтарь и в этот момент меня пронзила резкая боль.

Такое ощущение, что плита, на которой я лежал, была раскалена настолько, что моя кожа в один миг пригорела и прилипла к ней. Во всяком случае, ощущения у меня были именно такими.

Я открыл рот, чтобы закричать от боли, но не смог этого сделать. Какая-то неведомая сила сжала мое сознание и выдернула мою душу из тела. Да ладно! Так ведь не бывает! Но тем не менее это происходило, и я прямо сейчас будто висел прямо над алтарем и видел себя со стороны.

Мой рот открыт в немом крике, а тело напряжено и вытянуто в ровную линию. Алтарь и в самом деле поменял цвет. Теперь он уже не белый, а темно-зеленого цвета и покрыт странным узором, напоминающим переплетение сотен рун и тонкую арабскую вязь.

Селим-паша в этот момент кладет руки прямо мне на рану и начинает рычать. Хотя нет, это не просто рычание, скорее какое-то сложное заклинание на шакальем… Все то же хихиканье, к которому теперь добавилось скуление и лай…

В какой-то момент он высовывает язык из пасти, и я отлично вижу, что это не волчий язык, а скорее змеиный. Длинный, раздвоенный на конце…

Он касается моего плеча и новый приступ боли накатывает на меня. Причем этот гораздо сильнее прошлого. Будто в каждую клеточку моего тела втыкается по тонкой игле. Неужели такое можно переносить?

Ну, если я это могу чувствовать, значит еще пока жив… Вот и ответ на мой вопрос… Во всяком случае, теперь ясно почему турок оценивал мои шансы в пятьдесят процентов — выдержать такую боль обычному человеку…

Как же хорошо, что я далеко не обычный человек… Вот только если он еще немного поднажмет, боюсь и я могу не выдержать.

И в этот момент я вижу, как кожа на моей ране лопается и из нее начинает вытекать тонкая черная струйка какой-то жидкости. В мозг шибает резкий неприятный запах застоявшегося гноя и гнили, а я чувствую небольшое облегчение.

Совсем ненамного, но мне становится легче. Будто иглы вынимают из моего тела одну за другой. Правда делают это крайне нехотя… Твою мать… Больно же, неужели нельзя сделать так, чтобы это происходило быстрее?

Потом все вдруг прекращается, и черная струйка сначала становится еще тоньше, словно нить, а затем и вовсе исчезает. Напряжение спадает, и я вижу, как мое тело обмякает на алтаре, а по лицу и груди струится пот.

Селим-паша начинает говорить снова. Еще одно заклинание. Только на этот раз он не один. К нему присоединяется его дочь. Их лай заполняет весь мой мозг без остатка, и я больше не могу думать ни о чем, кроме их странной, ритуальной песни…

Боль вновь начинает нарастать… Сердце будто тяжелый молот стучит мне в грудь с бешеной скоростью… Я вижу, как мое тело вновь выгибается в дугу, а из раны появляется несколько капель вонючей темной жидкости.

В этот момент дочь Селима-паши замолкает, подходит к моему плечу, а затем ее тонкий длинный язык залазит мне прямо в рану и… это довольно странные ощущения.

Я прислушиваюсь к ним и мне кажется будто ее тонкий язык гуляет внутри меня, ощупывая изнутри каждую часть моего тела. С каждым мгновением мне становится все тяжелее бороться с приступом боли, который лишь усиливается…

Больше я не могу смотреть на себя и закрываю глаза от приступов, которые яркими красными вспышками начинают добивать меня…

Вспышки становятся все ярче, как и боль, которую они приносят вместе с собой. В какой-то момент перед моими глазами появляются хихикающие шакальи головы и все погружается во тьму.

Мне кажется или она меня убивает?

* * *

Такое ощущение, что где-то шумит ветер, а еще тихо плещется вода. Вот ведь, как оно оказывается — никогда не думал, что после смерти случаются подобные штуки. Оказывается, я еще что-то слышу. Я думал это как-то по-другому происходит, например… Ну в общем… Не знаю как, но по-другому.

Во всяком случае, не ветер, который я могу слушать… Погодите-ка… Не только слушать, но и чувствовать получается тоже могу! Явно ведь я ощущаю свежий ветер, который пахнет чем-то похожим на море… Пахнет! Значит и запахи я чувствую.

Я делаю попытку вдохнуть полной грудью и в этот момент открываю глаза.

— Слава тебе Господи, живой… С тебя бутылка коньяка, Владимир Михайлович, все нервы тут с тобой извел…

Так, ну если я слышу голос недовольного Сабурова, значит я живой. Я повернул голову направо и увидел князя-дракона, который сидел рядом со мной в кресле. Рядом с ним стоял стол, на котором стояла бутылка чего-то похожего на коньяк, кофейник и тарелка с фруктами.

Какая приятная картина, однако! Значит не время еще помирать. Ну а еще это означает, что обряд похоже я прошел удачно.

— Доброго времени суток, Дмитрий Федорович, — сказал я и посмотрел на открытое окно. — Еще день, как я вижу?

— Ага, — кивнул он, затем налил себе рюмку коньяка и выпил. — Только следующий, после того как мы в последний раз виделись. Вот уже сутки сижу здесь с тобой… Живучий ты, Соколов. Селим-паша сказал, что таких как ты впервые видит.

— Это почему? — спросил я и посмотрел на плечо, которое было перевязано свежим бинтом.

— Сильно много времени прошло с момента нанесения раны, — ответил Сабуров и налил себе еще рюмку. — Затянули мы с тобой… Проклятие успело слишком сильно корни пустить, понимаешь? Сказал, что шансов у тебя и не было практически. Ну и еще говорит дочь его хорошо постаралась… Не знаю, что он там имеет в виду, тебе виднее.

Ну да, этого момента я долго не забуду. Скорее всего никогда.

Я сделал еще один вдох и улыбнулся — все-таки здорово, когда знаешь, что внутри тебя больше нет никакой заразы. Пережить такое еще раз точно не хотелось бы, но оно того стоило. Разве может быть чувство прекраснее того, что тебе ничего не угрожает?

Вот теперь можно и прочими хлопотами заняться — совсем ведь другое настроение.

— Ты чего улыбаешься, Владимир Михайлович? — спросил князь-дракон и хлопнул еще одну рюмку.

— Да вот думаю — хорошая штука жизнь.

— Ну ты даешь, граф… — хмыкнул Сабуров. — Такие вещи говоришь, будто прямо тайны мироздания выдаешь… Я думал ты что-то умное скажешь.

— Так я и говорю умное, — улыбнулся я и потянулся, радуясь ощущению легкости в теле. — Вы бы лучше мне рюмочку коньячку предложили, Дмитрий Федорович, а то вон батарею из пустых бутылок выстроили…

— Само собой, граф, ты думаешь зачем здесь вторая рюмка стоит? Тебя дожидается… Запылилась совсем пока ты там сны свои смотрел.

Он налил нам коньяку и протянул мне рюмку.

— Ну, за твое здоровье, Владимир Михайлович?

За мое здоровье? Ну что же, отличный тост. Тем более оно мне в скором времени понадобится. Мы выпили, Сабуров крякнул и закусил виноградиной.

— Как ощущения, граф? Что скажешь?

— Неплохой коньяк, вот что я скажу, — ответил я, ощущая, как жидкость приятным теплом растекается по моему телу. — Ну и еще кое-что — повременим пока с переселением Тосика и Шушика в Валаамское княжество. Пусть еще со мной поживут.

Глава 16

Несмотря на то, что мне казалось будто я отдохнул и полностью восстановился за прошедшие с момента обряда сутки, коньяк был определенно лишним. Я и сам не заметил, как снова заснул. Хотя нет, заснул это не совсем подходящее слово для этого, скорее просто отключился. Еще на сутки.

Лишь спустя все это время я наконец поднялся с постели, которая мне успела надоесть за пару дней хуже горькой редьки. К этому моменту я уже лишился повязки на плече и мог рассмотреть, что от моего шрама практически ничего не осталось. В качестве воспоминаний на моем теле осталась лишь тонкая белая линия.

Вспомнив о том, что там внутри совсем недавно был змеиный язык дочери Селим-паши, а теперь ничего нет, я даже удивился магическим талантам этой семейки.

Видимо там еще и Дар целительства присутствует, вот только не разглашается особо, что Османы им владеют… Впрочем чему я удивляюсь? Любая правящая династия имеет свои секреты и тщательно их оберегает.

Однако на самом деле меня это мало заботит. Главное, что я жив и здоров, а все остальное личное дело этого рода.

Вот жаль только, что дочь Селим-паши мне поблагодарить так и не удалось. Понятия не имею, что с ней не так, но на прощальном ужине турок снова провожал нас один. А на мой вопрос как мне поблагодарить его дочь, он сказал лишь, что это необязательно. Хотя по нему было видно, что этот момент был ему не очень приятен.

Да и сам он не захотел ничего принимать от меня в знак благодарности. Сабуров намекнул, что они сами между собой сочтутся и если от меня что-то потребуется — он даст знать.

На том мы с ним и расстались. Я покинул дворец Селим-паши раньше Дмитрия Федоровича и на то были причины. Во-первых, у него нашлись там еще какие-то дела с турком. Во-вторых, наши пути все равно расходились в разные стороны.

Князя-дракона ждала Москва, а потом родное Валаамское княжество. Ну а меня Испанское королевство и остров Пальма, где была намечена одна важная встреча, которую я уже очень давно ждал.

Не могу сказать, что магистр Ордена «Люди Браво» был рад слышать мой голос в телефоне, когда я предупреждал о своем визите. Однако и неприязни я не почувствовал, скорее это была сдержанная настороженность.

Это было вполне логично. Я бы на его месте реагировал схожим образом. Ну а как иначе? Мы ведь на данный момент ничего друг другу не должны, все долги розданы. Так что ему было над чем подумать до моего приезда.

Впрочем, это к лучшему — пусть накидает себе побольше вариантов, понервничает… Я ведь когда-то тоже из-за него немного понервничал, так что и здесь сочтемся.

В резиденцию к Хавьеру Рабадану я приехал под вечер, когда жара уже немного спала и понемногу становилось легче дышать. Отличное время для разговора, лучше и не придумать.

Кардинал встретил меня лично у ворот сразу же, как только охрана доложила о моем приезде. Он вышел ко мне в легкой домашней одежде, с улыбкой на лице и лишь по глазам можно было прочитать, что на самом он немного встревожен.

Однако по походке этого не скажешь — мягкий, уверенный шаг… Кажется, что он в любой момент готов к прыжку, чтобы нанести смертельный удар, если это вдруг потребуется.

— Владимир Михайлович, рад вас видеть, — сказал он и вскинул руки, будто встречал старого доброго друга. Вот же хитрый старик…

— Добрый вечер, магистр, — с улыбкой ответил я. — Вы уж не обижайтесь, что я пугаю вас своим визитом. Честно говоря, не думал, что наши дорожки еще раз пересекутся.

— Пугать? — он немного прищурился, но выражение лица при этом не изменилось совершенно. — Ну что вы, граф? Разве может ваш визит напугать старика, который и так уже доживает последние дни.

— Бросьте, о каких днях вы говорите? Глядя на вас, я бы дал вам еще как минимум лет двадцать, а то и все тридцать спокойной, безмятежной жизни. Ну, если конечно, не случится каких-нибудь экстраординарных событий.

— Слишком много намеряли, молодой человек, — покачал он седой головой. — Не забывайте, у меня очень нервная должность, так что один год жизни можно смело считать за два. Все время что-то происходит… Кому-то всегда что-то нужно от нашего древнего Ордена… Вот сегодня, например, вы ко мне пожаловали. Только не говорите, что просто решили вдруг проведать старого знакомого и справиться о его здоровье.

— Не просто, врать не буду, — кивнул я. — Приехал с одним очень важным для меня разговором. Ну, а чтобы вы окончательно расслабились, скажу — мне нужна ваша помощь, магистр.

— Вот как? — не нужно быть специалистом по считыванию эмоций, чтобы увидеть то облегчение, которое появилось на лице Кардинала. — Ну что же, в таком случае прошу в дом. Скажу честно, я готовился к вашему приезду, так что нас ждет роскошный ужин. Мой повар расстарался и приготовил нечто особенное.

— С удовольствием, — совершенно честно ответил я. — Но перед этим хотелось бы немного подышать свежим воздухом. Такой приятный вечер, а у вас просто шикарный сад…

— Как скажете, граф, — с готовностью отозвался магистр. — И в самом деле, почему бы нам немного не пройтись перед ужином? После хорошей прогулки и ужин вкуснее.

Под нашими ногами хрустнул гравий, которым были посыпаны дорожки, и мы медленно пошли вперед.

Несколько минут мы просто шли молча. Кардинал ждал пока я начну говорить не пытаясь меня торопить, ну а я наслаждался приятным морским воздухом и прекрасным видом, который открывался из сада Хавьера Рабадана.

Все-таки жизнь отличная штука! Надо будет тоже присмотреть себе какую-нибудь похожую недвижимость поближе к морю. Может быть вообще небольшой остров купить? Ну а что, Василисе точно понравится… Решено! Вот только с делами разгребусь окончательно и сразу же займусь.

Но все-таки магистр не выдержал первым. Видимо, бедолагу просто распирало от любопытства.

— Вы как-то бледно выглядите, Владимир, — вдруг озаботился он. — Может быть какая-то болезнь?

— Что-то такое было, — кивнул я. — Но сейчас уже все в прошлом. Пару дней и все пройдет окончательно.

— Я надеюсь. Если хотите мое мнение, то я считаю, что о здоровье следует заботиться с молодых лет, поверьте старику.

— Угу, вот я и берегу его всеми силами, чтобы оно оставалось крепким. Однако вокруг так много желающих как-то его ослабить — не поверите.

— Ну почему же, охотно верю. Именно поэтому у меня всегда так много дел…

— У каждого свой хлеб, магистр. Вот и я приехал подкинуть вам еще одну задачку, если вы не слишком заняты.

— Поверьте, ваше сиятельство, для вас у меня всегда найдется время, — заверил меня Кардинал. — Слушаю вас очень внимательно и ловлю каждое ваше слово.

— Тогда перейдем к делу. Я хочу, чтобы вы лишили жизни одного человека, его фамилия Болотов. Герцог — Кирилл Романович Болотов. Этот человек мой кровный враг.

— Нет ничего нового под луной, — усмехнулся старик. — Если бы вы знали сколько историй я выслушал, которые начинались таким вот образом…

— Не сомневаюсь. Однако в моем случае не все так просто, как вам кажется на первый взгляд, магистр. Можно сказать, что у меня задачка повышенной сложности.

— В таком случае продолжайте, граф, мне не терпится узнать в чем заключается трудность.

— Их даже две. Во-первых, перед тем как его прикончить, вам придется его отыскать.

— На территории Российской империи? — удивился Хавьер Рабадан. — Неужели он сможет там спрятаться от вас? По моим данным у вас большие возможности на родной земле…

— Вы прекрасно осведомлены, магистр, но на этот раз я не смогу вам помочь в его поисках. Этот человек выехал и может находиться где угодно.

— Это несколько осложняет дело, — нахмурился старик. — Но не думаю, что станет слишком большой проблемой. Герцоги они ведь не тараканы… Эти все больше на виду, так что… Однако для этого потребуется время, граф. Разумеется, пока не могу сказать вам сколько именно. Во всяком случае, первую проблему я услышал, что со второй?

— Вам нужно будет убить этого человека вот этим оружием, — я показал ему короткие ножны. — Это обязательное условие нашего договора.

— Разрешите взглянуть?

— Пожалуйста, — сказал я и протянул ему кинжал.

Магистр вытащил светящийся нежно-белым холодным светом изогнутый кинжал и уважительно кивнул.

— Отличная вещь… Сразу видна древняя работа, не то, что сейчас… — полюбовавшись немного кинжалом, он спрятал его и вернул мне ножны обратно. — Я вижу вещь магическая, Владимир, поэтому мне бы хотелось, чтобы вы объяснили почему именно этот клинок. Сами понимаете, волшебство штука опасная… Орден должен знать, в какие игры мы играем.

— Что же, это вполне разумно, — согласился я. — Тайны из этого я делать не собираюсь. Этот кинжал называется Пьющий души и когда Болотов расстанется с жизнью, клинок заберет ее у него. Мне нужно говорить, насколько это важно?

После моего вопроса магистр задумался. Через несколько минут он внимательно посмотрел на меня и сказал:

— Про вас всякое говорят и кое-чему я склонен верить, но вот не думаю, что граф Соколов имеет отношение к темным силам… Однако, я столько повидал на своем веку, что ничему не удивлюсь. Развейте мои сомнения, ваше сиятельство, — он бросил многозначительный взгляд на кинжал. — Скажите, что мне не стоит даже думать о чем-то подобном.

— Запросто, магистр, — с улыбкой ответил я ему. — Не имею ни малейшего отношения. Даже больше скажу вам, моя бледность, которую вы подметили своим зорким взглядом, напрямую связана с моей просьбой.

Он еще смотрел на меня некоторое время, а потом кивнул:

— Не обижайтесь на старика, Владимир Михайлович, если мой вопрос чем-то оскорбил вас, но я должен был его задать. Приятно знать, что я не ошибся в вас… Знаете, несмотря на некоторое недопонимание между нами в прошлом, хочется стать вашим добрым приятелем в будущем.

— Отлично, магистр, в таком случае наши желания совпадают, вы окажете мне большую услугу, если возьметесь за это дело. Думаю, не нужно вам объяснять насколько это важно для меня.

— Нет, не нужно, — кивнул он. — Годы забирают у меня здоровье, но не мозги. Кое-что я в этой жизни смыслю.

— В таком случае и говорить вам о том, что скорость исполнения моей просьбы чрезвычайно важна, тоже не стоит.

— Само собой. Давайте присядем, граф, — он указал мне на аккуратную резную скамейку, которая притаилась в тени густого можжевелового дерева, склонившего крону вниз. — Отсюда очень красивый вид, а я так люблю смотреть на закаты… Жаль только, что с каждым годом времени на это становится все меньше. Дни так стремительно пролетают — не успеваешь допить утренний кофе, как узнаешь, что уже полночь.

Место и в самом деле было отличное. Будто создано специально для того, чтобы любоваться подобными зрелищами. Да и запах можжевельника очень хорошо насыщал легкие и прочищал мозги.

— Что же, я готов принять заказ, граф, — сказал магистр через несколько минут. — Давайте кинжал. Я сделаю все, чтобы Орден смог решить вашу задачку, как вы говорите, со звездочкой.

— Мы еще не обсудили цену, магистр.

— Цену? Вы сейчас говорите о деньгах?

— С каких это пор «Люди Браво» стали работать бесплатно? — спросил я. — Или у вас сегодня какая-то специальная акция, лично для меня?

— Можно и так сказать, — улыбнулся старик. — В вашем случае, пусть это будет особым поручением для меня, как залог нашей будущей дружбы. Что скажете? Мне ведь тоже когда-нибудь может понадобиться услуга от графа Соколова, которую может оказать только он, верно? Вот и сочтемся при случае.

— Послушайте, магистр, я надеюсь вы даже в мыслях не имеете чем-то меня обязать своим согласием? — спросил я на всякий случай. Старик будет полным идиотом, если имеет надежду сыграть со мной во что-то подобное.

— Разумеется нет, ваше сиятельство, мы умеем учиться на собственных ошибках, — заверил он меня. — Я не стану заниматься подобными глупостями.

— Значит будем считать, что мы поняли друг друга, — я пожал плечами — если что, пусть потом пеняет на себя. — Хотя, не скрою, мне было бы легче расплатиться с вами деньгами. Все-таки вы понесете какие-то расходы, да и потом… Насколько я знаю, у вас принято брать деньги за кровь, таковы правила.

— Да, традиции существуют для того, чтобы их соблюдать, — согласился Хавьер Рабадан. — Поэтому я не стану их нарушать, даже в вашем случае, когда уже сказал, что не собираюсь брать с вас денег.

— Сколько?

— Скажем, плата в один рубль, не будет слишком высокой для вас?

— Я вижу вы сегодня в хорошем настроении, магистр, намерены шутить?

— Какие шутки, граф, — он покачал головой. — Поверьте, в такие моменты я всегда говорю серьезно и даже торгуюсь до последнего, если считаю нужным. Но я не хочу брать своего слова назад — один рубль. Плюс ваше слово, что не откажете мне в просьбе, если таковая когда-нибудь возникнет.

Ну что же, предложение хорошее. Жизнь Болотова за рубль? Отличная сделка я считаю. Правда, я думал, что мне это обойдется несколько дороже. Более того, я уже не только приготовился услышать от магистра цифру с большим количеством нулей, но уже даже и готов был их заплатить. А тут вот оно как…

— Не боитесь продешевить? — спросил я у него. — Вопрос серьезный, требует вдумчивого подхода.

— Владимир Михайлович, не сомневайтесь, к этому делу отнесутся как нужно. Я ведь сказал — буду считать это особым поручением, — он вздохнул. — А что касается денег… Если рассудить, разве какая-то сумма будет достаточной в данном случае? Так что давайте закроем этот вопрос и не будем к нему возвращаться.

— Как угодно, если для меня установлены такие цены, грех не воспользоваться, — кивнул я. — Хотя… Почему вы не попросили с меня рубль за жизнь Аренстофа?

— Это совсем другое, граф, — широко улыбнулся магистр. — Вы ведь отдали мне человека… Кровь за кровь… Этот долг вами полностью оплачен, так что забудьте о нем.

— Хорошо. Не люблю жить в долг — это расхолаживает, — я протянул ему ножны. — В таком случае, будем считать, что мы договорились, магистр. Только не забудьте вернуть мне клинок, когда все будет закончено. Эта вещь принадлежит не мне.

Он бережно взял артефакт и встал с лавочки, хрустнув гравием под ногами:

— Вот и отлично! Тогда прошу вас ужинать, думаю повар нас уже заждался. Идите вперед, граф, а мне нужно сделать один звонок. Особые поручения требуют быстрых решений.

— Хорошо сказано, магистр. Мне нравится ваше настроение, — сказал я, затем тоже поднялся с лавочки и не спеша пошел к дому Хавьера Рабадана.

Ну а куда спешить?

Глава 17

Больше о делах в тот вечер не было ни слова. Все что нужно уже сказано. Фамилия названа, цена согласована, что еще обсуждать? Лишь сотрясать воздух ненужными фразами.

Поэтому мы проводили время отдавая должное еде, а между прочим Хавьер Рабадан делился забавными историями из своего жизненного опыта. Как оказалось, у него их оказалось предостаточно. Ну еще бы, при такой специфике бизнеса…

Разумеется, магистр обладал чувством деловой этики, а потому никаких фамилий не называл. Да мне они и ни к чему, зачем забивать голову лишними подробностями?

В заключение, старик даже предложил мне гостевой домик, так как время было позднее, но я отказался. Это лишнее. Хотя у меня до самолета еще целых семь часов и можно было немного отдохнуть, слишком долго задерживаться в гостях у магистра Ордена наемных убийц, это слишком опрометчиво.

Человек он пожилой, мыслей много разных в голове бродит, мало ли чего удумает себе… Уж лучше в аэропорту это время провести. В зоне для важных персон обязательно найдется подходящее местечко для меня.

Собственно говоря, так и вышло. В аэропорту мне предоставили отличный прохладный номер, где я с большим удовольствием продрых почти три часа.

Этого моему организму показалось мало. Поэтому оказавшись в самолете я строго настрого приказал не будить меня до самой Москвы, чтобы уделить все это время сну.

После плотного ужина, которым накормил меня магистр, от еды можно было смело отказаться. Единственное, что я себе позволил — бокал сухого красного вина перед сном. Ну так, в качестве легкого снотворного средства.

Странное дело, но эффект был примерно таким же, как и после рюмки коньяка во дворце Селим-паши. Я успел почувствовать лишь легкое расслабление, а потом меня сморил крепкий сон.

Вот не хотелось бы заиметь эффект непереносимости спиртного после этой истории с проклятием.

Во-первых, мы с Василисой любили иногда побаловаться холодным шампанским.

Ну а во-вторых, кто составит компанию Владыкину в трудную минуту? Я даже представил его осуждающий взгляд, с которым он смотрел бы на меня, узнав такую новость.

Ладно, пока спишем все это на восстановительный период, а потом посмотрим. Надеюсь, что до подобных крайностей не дойдет.

А вот то, что хорошо поспал перед возвращением в Ясные Горки, очень правильно сделал. Не подвела меня интуиция, что дома мне отдохнуть никто не даст толком. Так оно и вышло.

Добившись от меня ответа, что поездка прошла просто прекрасно и теперь никаких причин для беспокойств нет, Василиса увлекла меня в кипучую деятельность приготовлений к свадьбе.

Разумеется, никаких возражений с моей стороны не принималось — ей хотелось, чтобы мы учувствовали вдвоем практически во всем. А на любую мою попытку улизнуть, тут же следовал укоризненный взгляд и напоминание о том, что я обещал, а обещания нужно выполнять… Эх…

На ближайшие несколько дней я просто выпал из привычного жизненного ритма. Единственное, что смог себе позволить — совещание со всей моей командой в «Кремль-Плаза». Правда затянулось оно почти на день — слишком много вопросов накопилось, так что было, о чем поговорить.

Но несмотря на целый день, проведенный в офисе и решение массы насущных вопросов, он показался мне глотком свежего воздуха. Оказывается, готовиться к свадьбе это очень хлопотное дело, легче за еще одним ключом сходить к некромантам, чем все это выдержать. Сколько же там всякой ерунды, которую моя ненаглядная считала крайне важной, просто мрак. Она считала, что в таком деле мелочей не бывает, поэтому ко всему относилась с присущей ей энергией и полностью отдалась этому делу.

Я даже звонил Владыкину, чтобы он меня спас и придумал для себя какую-нибудь проблему, но этот негодяй отказался и порекомендовал хороший коньяк, которым можно скрасить эти суматошные дни.

Мало того, не знаю, как о нашем разговоре узнала его супруга… Хотя, чего думать, проболтался, гад такой! В общем Татьяна сдала меня с потрохами Соловьевой… За это мне было поручено решить вопрос со свадебным распорядителем.

Поначалу я было обрадовался, что мне так легко сошел с рук заговор, но вскоре осознал свою ошибку. Не знал, что моя любимая способна на такое коварство.

Я хотел быстренько закрыть вопрос и пригласить того, который был у Владыкиных, но Василису это не устроило. Повторяться было не в ее стиле. Ох уж эти девочки, со своими странностями… Все же так хорошо складывалось и решалось буквально за пару минут, но нет…

Вот тут начались проблемы. Оказалось, что отыскать хорошего свадебного распорядителя, который бы ее при этом полностью устроил, это просто какая-то невыполнимая миссия.

Пришлось просмотреть и лично пообщаться с десятком кандидатур. В процессе этих смотрин, которые казались мне бесконечными, я даже стал немного разбираться в вопросе и с легкостью мог определить тех, которые Соловьевой точно не понравятся. Это уже половина успеха, все же меньше смотрин…

Со своей задачей я справился на третий день. Распорядитель наконец был найден, а с моих плеч словно гора свалилась. Причем все как нужно — практически с открытой датой и моей гарантией оплатить неустойку, если вдруг ему нужно будет кому-то отказать. Хотя поначалу это даже не обсуждалось, но после того как он узнал, что на свадьбе будет присутствовать Николай Александрович…

В общем распорядитель оказался далеко не дурак и сразу прикинул все выгоды от этого дела. Если на торжестве будет сам Император, то значит и остальные гости подберутся под стать, а все это потенциальные клиенты…

Что говорить, вскоре он и сам включился в работу и начал активно помогать Василисе, чем изрядно меня порадовал. Все-таки кое-какие мелочи он взял на себя, а это уже неплохо.

После такого активного поиска подходящего человека, очень хотелось взять выходной. Я даже готов был провести его в компании Никодима с удочкой в руках, и чтобы Тосик с Шушиком рядом возились, но как бы не так…

Соловьева решительно не могла понять: какие могут быть выходные, когда ничего не готово, а в любой момент нас могут отправить в гости к некромантам? Ей очень хотелось сыграть свадьбу сразу же, как только мы покончим с ними.

Конечно, мы могли и не вернуться, какой тогда смысл во всем этом… Но у нее и на этот счет имелось оправдание: по крайней мере она проведет время в приготовлениях к этому мероприятию, а это уже считай половина удовольствия.

Зато если все пройдет хорошо, то можно сразу закатить грандиозное торжество, так как к этому все будет готово.

Я в этом не видел особой логики, но глядя на ее горящие глаза… разве может быть что-то лучше, когда твоему любимому человеку хорошо? Пусть радуется, пока есть такая возможность…

Самое главное, что были решены два главных вопроса — время и место. Первое, понятное дело, сразу после возвращения. Второе тоже вроде как не вызвало никаких сомнений — это наш будущий дом, Ново-Михайловский замок.

Кстати сказать, я бы уже начал его обживать потихоньку, но Соловьева была против. У нее имелись на этот счет какие-то свои соображения и мнение, что замок станет нашим домом лишь после свадьбы. Ну что сказать — очередные женские причуды…

Хорошо, что с этим все было понятно, но вот сколько же всего оставалось…

Списки гостей, фото, видео, декораторы, посуда, сюрпризы для гостей, рассадка, пригласительные, стилисты, меню, алкоголь, прически, наряды, цветы, туфли, торты, фрукты, оформление столов…

Кстати, оказалось, что совет Владыкина насчет поддержки себя коньяком, оказался очень дельным. Если бы не это, даже не знаю смог бы я выдержать все, что мне пришлось пережить в эти дни.

Такое ощущение, что меня приговорили к тяжелой повинности, которую я должен был нести на протяжении почти пары недель. Могу сказать, что я с честью выдержал ее.

Но все же звонок от Гринева, который сообщил нам о большом совещании в Департаменте, был для меня словно целительный бальзам на рану. Жаль только, произошел он так поздно — к этому времени мы уже практически со всем справились и все самое тяжкое осталось позади.

Сказать по правде, несмотря на то, что все это казалось мне преждевременной суетой, когда мы с Василисой ехали на совещание, я немного иначе посмотрел на все это. Не зря ведь говорят, все что делается — к лучшему. Как знать, что будет с нами через несколько дней?

А так столько времени вместе провели… Хотя вот от одного выходного с удочкой я бы все-таки не отказался. Он бы мне однозначно на пользу пошел.

Совещание на этот раз проводили в том же большом конференц-зале, где набилось человек триста, а может быть даже больше. Я думал у меня голова отвалится, пока всем кивал в знак приветствия.

Да, похоже сегодня нас ждет что-то важное, иначе зачем собрали столько народа? Честно говоря, я впервые видел столько Мироходцев вместе и скажу, что это довольно впечатляюще выглядит.

Вот интересно, неужели вся эта компания отправится в гости к некромантам или часть людей здесь в качестве лиц, участвующих в подготовке к операции? Но даже если мы заявимся к ним с половиной от собравшихся, то это уже будет весело!

Кстати, среди присутствующих я заметил и Салтыкову, которая окатила меня ледяным взглядом, от которого я чуть к полу не примерз.

Интересно, неужели она все-таки вернулась в Департамент? Вроде бы говорила, что больше не собирается иметь никакого отношения к Мироходцам… Видимо все-таки не смогла без работы и в это я с легкостью готов был поверить. Кому как не мне знать о ее отношении к науке? У нее на этом деле большой пунктик…

Совещание проводил куратор нашего особого отдела — Уваров Федор Петрович, который не стал ходить вокруг да около и сходу сообщил нам, что мастер-ключ готов. Более того, не только готов, но уже и испытан.

Вот это уже неожиданность! Мы с Соловьевой были уверены, что к испытанию мастер-ключа обязательно нас привлекут, но Департамент решил по-другому.

Второй сюрприз от Уварова был еще круче. Оказалось, что в группе Мироходцев, которые первыми побывали в мире некромантов была и Екатерина Салтыкова. Которая не только участвовала в изготовлении этого артефакта, но и сама настояла на своем участии в испытании.

Последнее меня вообще не удивило. Чтобы Салтыкова сама не полезла испытывать очередную опасную штуку, которую сама же сделала? Да ни в жизнь…

Ей дали слово сразу после куратора. Все затаив дыхание ждали от нее каких-то откровений насчет того, что нас ждет, но к нашему сожалению их не последовало.

Как оказалось, в задачу группы не входила разведка территории. Они должны были просто проверить артефакт на работоспособность и вернуться назад не привлекая внимания со стороны некромантов. С чем они с успехом и справились. Одним словом — ученые, что тут еще добавить.

Однако самое главное было установлено, кое-какая интересная информация у Департамента для нас была.

Первое — мастер-ключ действует как нужно.

Второе — Портал в мире некромантов открывается в безопасном месте, где сразу же никто нападать не будет.

Третье — демон-разведчик нам в этом деле не поможет, так как опытным путем было установлено, что артефакт в мире некромантов просто не срабатывает.

Вот собственно и все.

Не сказать, что новости обнадеживающие… Если не сработал один артефакт, было бы неплохо заранее знать, как поведут себя остальные.

Вот как-то совсем не хочется в последний момент выяснить, что и они не работают. Лично я очень надеялся на свои волшебные игрушки, как и все здесь собравшиеся без исключений.

После прокатившегося по залу разочарованного вздоха, слово снова взял Уваров и перешел к главному.

Будет сформировано десять групп вторжения, по двадцать Мироходцев в каждой, и в общей сложности двести человек. Все группы будут примерно одинаково сбалансированы по составу, так чтобы каждая могла иметь одинаковые шансы на успех.

Однако среди этих десяти групп будут две, усиленные стихийниками, основная задача которых будет прорыв сложных участков, если таковой потребуется.

Хах… Если? Шутник наш куратор, нечего сказать, оказывается по этому поводу были еще какие-то сомнения.

Затем прозвучало еще много слов, но вот ничего такого, что обязательно должно было отложиться в наших головах. Лишь информация о том, что завтра старших групп ждет еще одно, более узкое совещание. Информация о времени проведения, старшие получат на свои Модули к вечеру.

Вот в общем-то и все. Все расходились в полной тишине, которая неприятно давила. Чувствовалось общее напряжение и невысказанное опасение, как будто совсем скоро нас отправят на последнюю миссию из которой нет исхода…

Лично у меня никакой тревоги по данному поводу не было, это все равно ничего не даст. Вот то, что нужно настроиться на задание как следует, это другой вопрос, а все остальное лишнее.

Хотя нет, вру… Все-таки была еще одна мысль. Правильно мы сделали, что заранее все приготовили. Все-таки не зря Василиса на этом настаивала. Знать о том, что все уже готово для свадьбы и осталось только вернуться — дорого можно за это отдать…

Не зря же я столько сил положил, даже ни одного выходного не было!

* * *

Испанское королевство.

Остров Пальма.

Резиденция Хавьера Рабадана.

В последние дни Кардинал заимел странную привычку время от времени проверять свой телефон на предмет звонков, которые он мог нечаянно пропустить. Ну а кроме того, с каждым днем делался все более мрачным, от чего все его приближенные страдали и старались не попадаться ему лишний раз на глаза.

Причиной тому была просьба графа Соколова, которую он пообещал выполнить как можно скорее. Быстро не получалось. Время шло, а установить местонахождение Болотова его подопечные пока не могли и это очень злило магистра.

Причем давно уже отыскали все его семейство, а также нашли множество следов самого герцога, который изрядно полетал по миру в последнее время. Но вот самого главного пока не получалось — найти ответ на вопрос где он сейчас? Такое ощущение будто сквозь землю провалился…

Алонсо Кампана и все остальные сенешали каждый вечер докладывали ему о результатах поиска, но пока не могли ничем порадовать… А время между тем шло, и он прекрасно понимал, что кое для кого этого времени остается все меньше…

Вот и сегодняшний день прошел без хороших новостей. Только что ему отчитались сенешали и вновь одно и то же — ищем…

Прошлой ночью магистр так и не смог толком заснуть, поэтому решил пройтись в этот вечер по саду. Он и без того часто мучился бессонницей, а на фоне последних событий вообще со сном проблема. Может быть, хотя бы вечерняя прогулка чем-то поможет, свежий морской воздух все-таки…

Он медленно шел по узкой дорожке, хрустя гравием, а рядом с ним тяжело топали его верные мастифы, роняя слюни на землю. В руке Хавьера Рабадана было небольшое блюдце, на котором лежали его любимые моченые оливки.

Так, не спеша, он дошел до лавочки, на которой они не так давно сидели с Соколовым, и невольно улыбнулся, припомнив лицо графа, когда сказал ему сколько будет стоить жизнь герцога. Рубль… Всего один рубль… Ну да, есть чему удивиться…

В жизни магистра Ордена «Люди Браво» было лишь несколько случаев, когда он создавал кому-то подобные условия. Каждый раз это было нечто особенное, впрочем, как и в этом случае.

Граф сам по себе был каким-то особенным и повидавший жизнь Кардинал это чувствовал. Было бы очень жаль потерять дружбу с таким человеком…

Он тяжело опустился на лавочку и в этот момент у него зазвонил телефон. От неожиданности магистр даже выронил блюдце с оливками, которое собирался поставить рядом с собой.

Поздние звонки в его случае означали нечто экстраординарное, никто не осмелился бы беспокоить его по всяким пустякам.

Увидев, что звонит Кампана, он нетерпеливо поднес телефон к уху и задал лишь один вопрос:

— Неужели нашли, сенешаль?

— Нашли, великий магистр…

Хавьер Рабадан невольно улыбнулся и облегченно вздохнул.

— Ну что же, рад это слышать, Алансо, — сказал он и погладил по голове усевшегося рядом мастифа. — Теперь слушай меня очень внимательно…

Глава 18

Вечером, после расширенного собрания в Департаменте, уведомление о встрече в более узком кругу мы с Соловьевой получили оба. Впрочем, как и ожидалось. Так что на следующий день в десять часов утра мы уже вновь лицезрели перед собой Василия Денисовича.

Хотя на этот раз Мироходцев набралось сравнительно немного, всего одиннадцать человек, аншеф предпочел провести встречу в большом зале, как и вчера. Логичное решение, в его кабинете было уютнее, но он был слишком мал, а здесь можно было выбрать место поудобнее — терпеть не могу тесноту.

Кроме Сазонова из находящихся в кабинете я знал только Алабина, присутствие которого меня удивило. Он ведь специализируется на устранении прорывов и вообще на наземных операциях, а теперь вот с нами идет, получается.

Впрочем, этот факт меня лишь порадовал — я видел маркиза в деле, как и его ребят. Нам бы побольше таких мастеров, может быть уже давно и забыли бы про некромантов.

Ну а всех остальных я видел впервые, так что лишь запоминал фамилии, когда Гринев всех нас представлял. Когда аншеф называл наши фамилии с Соловьевой, все дружно обернулись, чтобы на нас посмотреть.

Такое себе ощущение, двоякое… С одной стороны, вроде как неловко — почувствовали себя как обезьянки в зоопарке. С другой же, весьма волнительно — общее внимание означает, что все так или иначе считают нас главными действующими лицами предстоящего похода.

Как старший предыдущих операций по добыче ключей я, конечно, уже привык отвечать за две группы и двадцать человек. Но вот десять групп и двести Мироходцев — это что-то новенькое.

Придется привыкать. Причем чем быстрее, тем лучше — люди должны чувствовать уверенность в своих лидерах, иначе все наше путешествие может покатиться к чертовой матери.

После того, как наше знакомство друг с другом закончилось, Василий Денисович перешел к делу.

Оказалось, что все-таки Департамент имеет кое-какое представление о том месте куда мы идем. В задачу группы, испытывающей мастер-ключ, входило в силу возможности изучить окрестности.

К сожалению, Модули там работали весьма странно — часть приборов вообще не подавали признаков жизни, а у кого-то действовали, но лишь на половину возможностей. Так что, получить видеокартинку не удалось, поэтому пришлось довольствоваться рисунками, которые ребята сделали по памяти.

После того, как в зале погас свет, нам показали несколько картинок, которые Гринев дополнил своим устным объяснением. Не могу сказать, что это сильно помогло, но без них вообще было бы невозможно понять, что хотели сказать художники.

Выходило так, что нас ждала цитадель невероятных размеров. Причем она раскинулась не только вширь, но судя по картинке, еще и башни какие-то там были. Если, конечно, мы все поняли верно, а Мироходцам, которые там побывали, удалось передать на словах увиденное.

Когда аншеф закончил и вновь вспыхнул свет, в зале на некоторое время повисла тишина. Понятное дело, каждый пытался осмыслить то, что он увидел, и прикидывал, как лучше всего действовать.

— Жаль конкретики маловато, — высказал я общее мнение присутствующих. — Да и картинки такие себе… Хреновых художников вы туда отправили, Василий Денисович.

— Ну извини, Соколов, — развел руками Гринев. — Уж какие были. Вот если бы вы в своих учебных заведениях не морды друг другу били на дуэлях, а проявляли свои таланты в учебе — может быть и получше бы рисунки получались.

— Рисунки может быть и были бы получше, — усмехнулся Сазонов. — А вот дворяне точно бы хреновые выходили.

В зале раздались смешки и аншефу пришлось поднять руку, чтобы вновь воцарилась тишина.

— Как дети малые, ей Богу, — покачал он головой. — Все-таки правильное решение принял Уваров, что картинки вчера на расширенном совещании не показали. Устроили бы там бардак… Между прочим, это еще не все, что я хотел сказать по этому поводу. Есть еще кое-что, о чем должны знать только вы.

Ну вот, начинается… Так и думал, что должны быть какие-то подводные камни, разве по-другому бывает?

— У нас нет гарантии, что Портал откроется в том же самом месте, где открылся до этого, — сказал Василий Денисович. — Поэтому строить план действий нужно с этим учетом.

— Как это? — спросил кто-то из ребят. — Получается, что мы можем появиться где угодно? Даже в этой большой штуке, которая нарисована на этих каляках-маляках?

— Вот так, Лавров, — ответил Гринев. — К сожалению, этот процесс нельзя контролировать достаточно точно. Однако, могу вас утешить, в этой большой штуке вы не появитесь. Насколько я понял из разъяснений наших ученых — там есть что-то типа особой Портальной зоны, дальше которой он откроется. Просто место может быть другим, вот и все. Информация дается вам с одной конкретной целью — чтобы вы не растерялись, когда увидите перед собой все в другом ракурсе.

— Это хорошая новость, — сказал тот же парень. — Хотя гораздо лучше было бы, если бы наши ученые придумали такую штуку, которая сразу переносила туда, где главные гады сидят… Ищи их там потом…

Я усмехнулся — похоже к нашему шутнику Минину скоро добавится еще один любитель поднять окружающим настроение.

— Чем богаты, как говорится, — сказал аншеф. — Последнее можете донести своим ребятам перед началом операции. Нечего им заранее всякой ерундой голову забивать.

Он окинул нас всех взглядом и остановил его на Соловьевой.

— Василиса Тимофеевна, как настроение вообще?

— Отлично, Василий Денисович, никаких переживаний не имею, если вы об этом.

— Это самое главное, — кивнул он. — Теперь все дружно посмотрели на эту милую девушку, которая ничего не боится.

Взгляды собравшихся устремились на некромантку.

— Основная задача сделать так, чтобы с ней ничего не случилось, иначе вся наша операция может оказаться под угрозой. Она будет в группе Соколова, за которым тоже стоит присматривать, — Гринев нахмурился. — Очень хочется, чтобы с ним тоже ничего не случилось. Есть мнение, что будет гораздо лучше, если он в целости и сохранности продержится до решающих стычек…

— Да, наслышаны о его заслугах, — прогудел Алабин. — Понимаем, что к чему. Как человек, который неоднократно сражался с ним плечом к плечу, могу подтвердить, что слухи не преувеличены, молодой человек — большой талант. Так что, прошу всех со своей стороны услышать Василия Денисовича.

— Спасибо за помощь, — сказал аншеф. — Кстати, Константин Игоревич будет лично отвечать за прикрытие этой парочки и за координацию остальных групп. Вместе с Сазоновым Мироном, который будет ему помогать. Что касается работы Модулей… К сожалению, нам не удалось выяснить причину, по которой некоторые приборы отказываются там работать. Все они совершенно одинаковые, так что никакого логичного объяснения этому нет. Вполне возможно, что в том мире все работает немного иначе — у вас будет прекрасный шанс это проверить.

— Ну хоть как-то работают, — хмыкнул Лавров. — Уже неплохо. Самое главное, чтобы артефакты против нас не взбунтовались.

— До этого я думаю не дойдет, — сказал Гринев. — Ну и прежде, чем перейти к задачам каждой группы, сразу хочу всех предупредить… Несмотря на то, что за координацию операции будет отвечать Алабин, если у Соколова или Соловьевой будет особое мнение — значит это правильное мнение. Надеюсь, это понятно?

Все вновь повернулись в наши стороны.

Так… Ну значит часть командования берет на себя Алабин, однако при этом последнее слово все-таки остается за мной. Что же, значит будем надеяться, что мои действия будут правильными. Знать бы еще какие решения принимать придется, вообще было бы неплохо.

Василий Денисович постучал ручкой по столу и вновь завладел общим вниманием:

— Вопросы есть? Ну, если нет, тогда идем дальше. Теперь детали…

* * *

Княжество Мальта.

Мдина.

Дворец Ингуанес.

Кирилл Романович Болотов потерял счет дням, которые он гостил на Мальте у семейства Ингуанес. Ну как гостил… Наверное, правильнее в данном случае будет сказать — скрывался.

Он получил четкий приказ ехать сюда однажды ночью, когда вдруг ни с того, ни с сего проснулся в своей постели от дикой боли на месте отрезанного пальца. Его тело было покрыто холодным липким потом, а сердце неприятно давило, будто кто-то сжимал его.

Странные видения одолевали герцога во сне, а еще перед глазами почему-то все время стоял Соколов. Будто бы это он тянулся своими длинными руками к его сердцу… Но если это был всего лишь сон, то почему ему так больно на самом деле?

Картинка перед его глазами все время плыла, а чувствовал он себя с каждой минутой все хуже. Так продолжалось до тех пор, пока изображение Соколова перед его глазами не сменилось на искаженное от злобы лицо его нового друга — Амико.

Который ясно и четко сказал, что Болотову нужно уезжать из ставшего для него почти родным Баден-Бадена. Причем, сделать это нужно немедленно. Куда ему следует ехать, герцог знал. Мысль о Мальте и благородном семействе Ингуанес была вполне четкой и ясной. Это казалось в тот момент единственным правильным и логичным решением, которое даже не стоило обдумываний.

Почувствовав себя немного лучше он тут же собрал свои вещи и покинул свой временный дом. Удивленные взгляды его жены и детей… Многочисленные вопросы и слезы… Разве может существовать в этом мире какая-то сила, которая может ему помешать исполнить приказ Амико?

Ответ на этот вопрос один — нет. Во всяком случае, для Кирилла Романовича это было вполне очевидно. Даже когда он летел в самолете в далекую Катанию, а оттуда как беглый контрабандист добирался кораблем до Веллетту и размышлял, откуда он знает семью Ингуанес и почему они должны его принять, если он впервые слышал о них?

Даже тогда у него не возникло никаких сомнений в правильности своих действий. Он знал, что там его ждут и примут. Так сказал Амико, поэтому какие еще могут быть вопросы?

Болотов не ошибся. Его там не только ждали, а приняли как дорогого гостя, которого ждали много лет и вот наконец он соизволил приехать.

Самое интересное, что герцог полностью отдавал себе отчет в странности происходящего. Он впервые видел этого старика со старухой, которые расшаркивались перед ним и все время заглядывали в глаза. Однако, при этом такой прием показался ему вполне обычным для подобного случая.

Собственно говоря, как еще его могли встретить, если Амико является их общим знакомым. Ну а в том, что это так, Кирилл Романович тоже был абсолютно уверен. Просто знал это и все. Как аксиому, не требующую доказательств.

Кстати, эта парочка местных дворян с фамилией Ингуанес оказалась очень даже странной. При том, что это одна из самых древних и богатых аристократических фамилий Мальты, образ жизни они вели довольно скромный.

Кроме Болотова, прочих гостей они не жаловали и к себе никого не приглашали. При этом сами ни к кому не ходили, да и сам дворец за все эти дни покинули лишь несколько раз.

Слуг тоже был необходимый минимум — лишь только те, которые были нужны, чтобы поддерживать этот прекрасный дворец в порядке. Кстати, никто из слуг за все эти дни не обмолвился с герцогом ни словом. Они молча делали свое дело или выслушивали пожелания от него, а потом исчезали.

Впрочем, как и своеобразные хозяева, которых он видел ровно три раза в день — в обед, за ужином и вечером перед сном. Пожилая госпожа Ингуанес всегда желала ему спокойной ночи.

Но герцог был не в обиде и не чувствовал себя одиноко. Он знал, что наступит момент, когда все это закончится, и он получит новое указание — вернуться домой к своим родным.

На пятый день пребывания во дворце, Болотову дали понять, что он может выходить вечерами на прогулки. Это было немного неожиданно для него. Он все время чувствовал какую-то гнетущую тревогу и даже не думал об этом — за толстыми каменными стенами ему было намного спокойнее.

Но когда старики предложили это, герцогу пришла в голову мысль, что было бы неплохо. Прогулка ему точно не помешает. Тем более, что в этот вечер он отправится вместе с ними. Госпожа Ингуанес сказала, что желает рассказать ему много интересного об их небольшом городке.

На следующий день последовал еще один выход, а после Кирилл Романович перестал испытывать необъяснимое чувство паники каждый раз, когда оказывался на улице и стал гулять один.

В первый день его самостоятельная прогулка заняла всего лишь пятнадцать минут, а потом он в холодном поту бежал назад… Внезапный приступ страха за свою жизнь накатил на него с такой силой, что он потом еще несколько часов просидел в своей комнате, боясь покидать ее.

Однако все так или иначе проходит…

С каждым днем его прогулки становились дольше, а чувство страха уходило глубже. Город был совсем крохотным по европейским меркам, так что вскоре герцог практически наизусть запомнил все узкие улочки города.

Казавшиеся поначалу одинаковыми здания, выстроенные из светло-желтого камня, теперь приобрели для него собственные черты, и он легко узнавал их.

Даже местные стали примечать и приветствовали его — что говорить, если в городе не наберется и тысячи жителей. Волей-неволей примелькаешься, если будешь гулять каждый день.

В целом все было неплохо, за исключением одного — разрешения от Амико возвращаться домой не было… Разумеется, он не сомневался, что совсем скоро этот день наступит, вот только когда?

Эта мысль в последнее время все чаще посещала его. Каждый раз во время прогулки, когда он заходил в собор Святого Павла, чтобы помолиться за близких, он вспоминал о них и сразу же на ум ему приходил Амико…

Вот и в этот раз он закончил молиться, перекрестился на православный манер и вышел из собора, направляясь к Греческим Воротам.

Сегодня он пребывал в особо хорошем расположении духа. У него было предчувствие, что завтра он обязательно получит хорошие известия от своего друга и наконец представится возможность покинуть этот город.

Ну а кроме того, еще это будет значить, что его дела вновь идут на лад… Он был уверен, что временное переселение связано именно с этим. Не зря же ему мерещился Соколов в тот самый день, когда он спешно покинул свой дом?

Его новый друг решает вопросы самого герцога, вот что происходит! И нет никаких сомнений, что он справится с этим. Точнее — уже справился. Ведь интуиция подсказывала ему, что очень скоро придет конец его тревогам, и он наконец получит возможность жить как раньше. До того момента, когда этот ублюдок встал на его пути…

Он привычно свернул на очередную узкую улочку, переступил торчащий из мостовой камень, об который поначалу частенько спотыкался и вдруг услышал шаги за своей спиной.

Хотя, точнее будет сказать — просто почувствовал, что кто-то идет за ним. Шаги были настолько тихими, что могло показаться будто это эхо от его собственных.

На мгновение Болотова сковал страх. Ему захотелось вдруг завыть от охватившего его чувства безысходности и невозможности, что-либо сделать в этой ситуации.

Не оборачиваясь он рванул вперед и попытался закричать, но чей-то могучий удар обрушился ему в затылок, и он издав жалобный писк, распластался на теплых серых камнях мостовой.

Затем чья-то сильная рука схватила его за волосы, подняла голову вверх, и он увидел жуткий кривой клинок, который светился нежно-белым холодным светом. Он будто был выкован из луны.

В голове герцога молнией пронеслась мысль, что нет в мире ничего страшнее этого клинка. Он собрал все силы и рванул вперед снова.

Жуткий треск в голове смешался с болью от вырываемой копны седых волос, которые отделялись сейчас от его головы вместе с кусочками кожи. Он завыл как пес, а из его глаз хлынули слезы. Только бы уйти от этого врага, кем бы он ни был!

На мгновение ему показалось, что у него это получается, но уже через секунду удар по ногам вновь сбил его на мостовую.

— Сука! — услышал он чей-то сдавленный хрип, а потом что-то холодное, словно кусок льда, вонзилось ему в сердце.

— Хах… — выдохнул герцог и это был последний звук, который он издал в своей жизни.

Кинжал вспыхнул и на долю секунды озарил узкую улочку ярким светом. Тело Болотова начало дергаться, будто его охватил сильнейший приступ лихорадки. Затем кинжал вспыхнул еще раз и все закончилось.

Чья-то рука медленно вытащила клинок из тела мертвого старика, лицо которого было залито кровью. Затем кинжал вытерли об одежду покойного и бережно вложили в ножны. Пьющий души сделал свое дело, а значит и тому, чья рука сжимала его секунду назад, тоже здесь нечего было больше делать.

Глава 19

После совещания у Гринева мы вышли немного взволнованными. Нужно было переварить полученную информацию и как-то привыкнуть к ней.

Поход наметили через четыре дня, так что на все про все у нас оставалось не так уж и много времени, а сделать нужно было много чего. Никто ведь не знал на сколько затянется этот поход и чем он закончится, так что дел у всех хватало.

Во-первых, нужно разобраться со всеми деловыми вопросами и сделать соответствующие распоряжения. Завещание, разумеется, это перебор, но и без этого вопросов нашлось немало.

Во-вторых, необходимо было ознакомиться с личными делами всех новеньких, которыми дополнили мою группу, в которой теперь было ровно двадцать человек.

Никого из них я не знал, так что нужно было изучить их былые заслуги и вообще опыт в подобного рода делах. Хотя нет, одного новенького я знал. Любомира Щетинина забрали у Сазонова и перевели ко мне, чему я был искренне рад. Когда этот странный парень ошивался рядом, мне было как-то спокойнее. Хоть голова у него и работает как-то странно, но зато всегда в нужном направлении.

Я изучил состав нашей группы и выходило так, что из старых в ней оставалось всего-то три человека: Подарина, Воронов и Минин. Надо же… Так много Мироходцев было под моим началом за все это время, а осталось лишь трое… Долбаные некроманты…

Что касается специализации новеньких, то тут Уваров был прав — Департамент постарался сделать так, чтобы все группы были сбалансированы. Например, в моей команде из четырнадцати новичков, семеро были стихийниками различного профиля, четверо целителей и трое защитников.

Вот целителя могли бы и еще одного подкинуть, у меня с ними вечно какая-нибудь хреновина происходит. Такое ощущение, что на мою команду специально кто-то проклятие наложил, от которого лекари то и дело мрут.

Тосик тоже чувствовал, что готовится нечто покруче обычного похода и сделался в последние дни особенно серьезным. Все больше времени проводил со слоном и в компании Никодима. Ежедневно проверял содержимое Рюкзака, который я уже приготовил. В общем, к делу подходил ответственно.

Лишь только Шушику все было по-барабану. Наевшись эфириума, которого мне на этот раз выдали с большим запасом, он устроил себе лежбище в столовой и практически все время дрых.

Просыпался только когда происходило что-то заслуживающее его внимания. Ну, например, Бьянка апельсинов притащит и положит перед его обленившейся наглой мордой или еще что-нибудь в этом роде.

Так, за хлопотами и приготовлениями, несколько дней пролетели в одно мгновение. Последний вечер перед походом мы с Василисой решили провести на яхте, вдвоем. Ну а почему нет? Выход намечен на полдень, так что выспаться успеем. Да мы и не планировали засиживаться до утра, просто хотели побыть вдвоем.

Было около одиннадцати вечера, когда вдруг у меня зазвонил телефон. Терпеть не могу поздние звонки… Новости или вопросы, которые не могут терпеть до утра, как правило не очень хорошие. Но и проигнорировать их нельзя, потом сильно пожалеть можно…

Однако, как только я увидел кто звонит, то мое настроение сразу улучшилось — этого звонка я ждал давно. Теперь оставалось надеяться, что звонивший не хочет расписаться в собственном бессилии.

— Слушаю вас, магистр.

— Доброй ночи, Владимир Михайлович, — поприветствовал меня Кардинал. — Прошу прощения за поздний звонок, но мне подумалось, что вы будете не против…

— Зная вас, не думаю, что вы стали бы тревожить меня просто так. Значит вопрос достаточно серьезный.

— Совершенно верно, граф, — старик выдержал театральную паузу, чтобы придать моменту более высокую важность и ему это удалось — я с нетерпением ждал какие слова последуют дальше. — Я бы хотел вернуть вам кинжал, который вы мне дали.

— Как мне следует это понимать?

— Вам больше не о чем беспокоиться, ваше сиятельство. Как я и сказал, ваше поручение было особым для меня. Оно выполнено, а вы просили вернуть вам кинжал…

— Это отличные новости, магистр. Вы очень правильно сделали, что решили сообщить их мне…

В этот момент я почувствовал, как теплая волна прокатилась по моему телу, а на лице появилась улыбка. Какое огромное облегчение. Надо же, я даже не знал, что когда узнаешь о смерти своего последнего врага, становится так приятно.

Необычное чувство… Облегчение, и в то же время, нечто новое, будто внутри меня стало как-то непривычно пусто.

— Вы здесь, граф? — спросил старик и отвлек меня от моих мыслей.

— Да, я просто немного задумался, магистр. Благодарю за работу, а что касается кинжала — пусть пока побудет у вас. В ближайшее время у меня намечена командировка и как только она закончится, я дам вам знать.

— Как угодно, Владимир Михайлович. Спокойной ночи вам. Хороших снов.

— Вам также всего доброго, магистр.

Я отключился, глубоко вздохнул и чмокнул в макушку Соловьеву, дремавшую на моем плече.

— Что-то случилось, любимый? — спросила она сквозь сон.

— Да нет, все хорошо, — сказал я и погладил ее. — Спи…

— А кто звонил?

— Да так… Один милый старикан решил поделиться со мной хорошими новостями.

— А-а… Хорошие новости, это прекрасно, — прошептала она и зевнула.

— Ты даже не представляешь себе, как ты сейчас права, любимая…

* * *

Местом сбора Департамент выбрал Московскую Императорскую Академию Мироходцев, что было очень верным решением. Ехать недалеко, территория закрытая и большая — просто отлично.

В этот день студентам было на что посмотреть и обсудить. Понятное дело, что на территорию тренировочного центра Академии, где все и происходило, никого из них не пускали, но это им и не требовалось.

Сам факт того, что к ним пожаловало одновременно такое количество Мироходцев, говорил о том, что происходит нечто грандиозное. Да еще и Император нагрянул собственной персоной, когда такое было-то?

Впрочем, Николай Александрович надолго не задержался и вообще был очень серьезен. Пожелал нам всем удачи, а также пообещал закатить грандиозный пир после нашего возвращения.

В том, что мы обязательно вернемся с победой в руках он даже не сомневался, что было неудивительно — я даже представить себе не могу пессимистично настроенного Романова. Это не в его стиле.

Вот бы всем остальным его уверенность, а то я смотрел на лица некоторых ребят и видел там не только тревогу, но и страх… Плохой помощник в таком деле, но и без этого никак, ведь большая часть впервые участвовала в чем-то подобном.

Одно дело Портал, из которого всегда можно было выйти когда совсем уж сильно запахнет жаренным, а другое дело незнакомый чужой мир. Тем более возвращаться оттуда просто так не имеет никакого смысла, иначе к чему было все это затевать?

После того, как Император уехал, и торжественная часть была закончена, все очень быстро перешло в рабочий ритм. Пусть Мироходцы и не военные в полном смысле этого слова, но к определенному порядку приучены.

Для начала Уваров поставил нас с Соловьевой и Алабина перед строем, представил, и еще раз объяснил кто за что отвечает. Затем провел краткий инструктаж, после чего пришел черед разбиваться по группам. Нам дали час на разговоры, подготовку и создание необходимого настроения.

В целом моя группа мне понравилась. Пусть наше знакомство и было коротким, но среди ребят не было никого, кто мне сразу бы не понравился. Да и послужной список у каждого был на загляденье.

Все-таки было у меня подозрение, что в нашу команду определили одних из лучших. Практически все обладали довольно хорошим боевым опытом и имели награды, а это дорогого стоило. По себе знаю, за красивые глаза нам ордена не вешают, их потом и кровью заслужить нужно.

Выделенный час пролетел незаметно и пришло время активировать Портал.

После того, как все было готово, общее напряжение усилилось. Ну понятно, глядя на Портал невольно возникнет тревожное ощущение. Он даже с виду был не таким, как все остальные, которые нам приходилось видеть до этого.

Огромный, в несколько раз больше стандартного, он был яркого алого цвета, а идущая по нему рябь напоминала языки пламени.

— У одного меня создалось такое впечатление, будто перед нами адские врата или всем остальным так тоже кажется? — спросил Минин. — Если вдруг кто-то загорится, то специально для новеньких сообщаю: в случае возгорания — обращайтесь. Все-таки, я маг воды, помогу если что.

Ему никто не ответил, но вот настроение он всем приподнял однозначно. По крайней мере, заставил практически всех улыбнуться, а это уже неплохо — не хватало мне еще паники среди новеньких…

Я тоже хотел сказать что-нибудь ободряющее, но в этот момент прозвучал сигнал к началу, и операция началась.

Группы одна за другой уходили в Портал и когда они исчезали там, возникало ощущение, будто он их пожирает. Ну точно, как врата ада, Лешка верно подметил.

Мы шли предпоследними. Оказавшись перед покрытым волнами Порталом, даже меня посетило беспокойство — вблизи он казался еще более жутким. Представляю ощущения новеньких.

Перед последним шагом мы с Василисой сжали руки друг друга и окунулись в Портал.

* * *

В мире некромантов были глубокие сумерки. Осмотревшись вокруг, я понял, что мы действительно оказались не в том месте, где были Мироходцы в прошлый раз. Однако в целом картинка была весьма схожей.

Зрелище, которое мы увидели, и в самом деле было весьма впечатляющим. Это было покруче, чем на рисунках Мироходцев и вообще имело с ними мало общего.

Портал открылся на небольшой возвышенности, поэтому мы получили возможность рассмотреть крепость, которая раскинулась перед нами.

Хотя крепостью называть это было бы неправильно. Скорее небольшой средневековый городок, который был похож на ступенчатую пирамиду. Где каждая следующая ступень была защищена толстой каменной стеной, а на самом верху стояло несколько башен. Среди них одна была особенно высокой и устремилась черным шпилем в небо.

Все это было выстроено из темного камня, отчего крепость была похожа на огромный черный муравейник, который был усеян ярко-красными огнями.

Наверное, в этом мире так выглядели источники искусственного света, а может быть просто огонь в этом мире был такого цвета. Я думаю вскоре мы получим точный ответ на этот вопрос.

Вокруг крепость практически полностью была окружена горами, отчего возникало некоторое ощущение того, что она являлась их частью. Для нас это означало лишь одно — не так уж много места для маневра. Хотя даже отсюда нам было видно, что по крайней мере первая, самая нижняя ее ступень имеет как минимум трое внушительных ворот.

Тьма сгущалась практически мгновенно. Казалось всего несколько минут назад были сумерки и вот уже вокруг темно.

Я проверил Модуль и у меня появилась первая причина для расстройства — он не работал. Следующим был Рассвет, и меч не подвел. Клинок светился слабым белым светом. Хоть что-то безошибочно определяет факт присутствия нежити поблизости.

Интересно, сколько же ее там, если до замка по моим расчетам не меньше трех километров, а меч уже начал светиться.

Пока все привыкали к новому миру, Алабин уже отдавал приказы группе, которая пойдет в разведку. Всем остальным было велено укрыться в небольшой роще, которая росла совсем рядом с нашим местом высадки.

— Я думаю наши прятки не имеют смысла, — сказал я Алабину, когда мы дожидались ребят. — Наш Портал горит как свеча в ночи, поэтому не думаю, что эти ребята до сих пор еще не знают о нас.

— Знают или нет, это еще вопрос, а торчать толпой посреди открытой местности — точно полная глупость, — ответил он. — Какая-никакая, а все-таки маскировка.

Едва он успел сказать это, как на башнях вдали вспыхнули яркие огни, которые будто гигантские фонари осветили красным заревом крепость.

— Ну вот, я думаю это по наши души, Константин Игоревич, — кивнул я в сторону крепости. — Еще только фейерверка не хватает.

— Посмотрим… — хмуро ответил он и громко приказал всем быть наготове, а защитникам повесить на всех щиты.

Повсюду начали вспыхивать разноцветные вспышки аур и в этот момент я почувствовал, как земля под моими ногами начинает двигаться.

— Зомби, мать их! — услышал я чей-то крик и прямо рядом с моей ногой из-под земли вылезла покрытая облезлой кожей серая рука.

Не раздумывая ни секунды я выхватил меч и рубанул по ней. Рука полетела в сторону, но следом за ней показалась голова, которую я сразу же расколол пополам.

Вокруг творилось примерно то же самое. Зомби лезли из-под земли как тараканы. Однако никакой паники среди Мироходцев не было.

Одновременно вспыхнуло множество Блуждающих огоньков, и я увидел, что эти твари лезут не только из-под земли. Они были и вокруг нас, среди деревьев… Ну просто повсюду…

Со всех сторон слышались крики Мироходцев, маты и проклятия в адрес наших нежданных гостей. Мелькали яркие вспышки от заклинаний, слышался звук яростной борьбы и хрип, который издавали зомби.

Не знаю кем эти твари были раньше, но повадки у них точно какие-то обезьяньи. Они какое-то время просто брели в нашу сторону еле переставляя ноги, а когда оставалось несколько метров, то совершали мощный прыжок.

Им бы еще мозгов побольше, и нам бы пришлось очень несладко, но нам повезло — с серым веществом там были явные проблемы. Вот только слишком их было много, у меня уже рука начала уставать от махания мечом.

— Соколов, сзади! — услышал я вдруг крик Сазонова, развернулся и выставил клинок перед собой.

Все произошло очень быстро, и я успел увидеть лишь тупую рожу зомби, который напоролся на Рассвет, вошедший в его тело словно горячий нож в масло.

Я мысленно поблагодарил Мирона, который вовремя оказался рядом и снес голову еще одному уроду, вынырнувшему на меня из-за дерева.

В тот самый момент, когда мне начало казаться, что твари в этой роще не закончатся никогда, их поток начал таять. Причем происходило это также быстро, как они появлялись.

Как будто нас окатило волной из полуразложившихся трупов, которая исчезла также внезапно, как и появилась. Я отыскал глазами Василису, стоявшую в окружении Минина, Воронова и пары новичков, и послал ей воздушный поцелуй.

— Ты как, в порядке? — спросил у меня вынырнувший из темноты Алабин.

— В полном, — ответил я и улыбнулся. — Ну что скажешь теперь, маркиз? Думаешь они по-прежнему ничего про нас не знают.

— Ты прав, скорее всего кое о чем догадываются, — кивнул он и на его лице появилось некое подобие улыбки. — Нам это явно дали понять. Будем считать, что пока один ноль в нашу пользу. Правда нескольких мы все-таки потеряли…

— Нужно взять их с собой, — сказал я. — Живые или мертвые, это в любом случае Одаренные. Нам сейчас каждый человек на вес золота.

— В каком смысле? — нахмурился Алабин и покачал головой. — А-а, ну да… У нас же есть Василиса Тимофеевна для таких случаев. Ох уж эти некромантские штучки… Но мысль правильная, граф, если так обстоит дело, то оставлять их здесь лежать просто так мы не можем себе позволить. Вот только…

— Вас что-то смущает, Константин Игоревич?

— Да вот думаю, как остальные отнесутся к тому, что рядом с ними будут сражаться мертвецы? Как бы не запаниковали…

— Это ведь не просто мертвецы, а наши павшие товарищи, — услышал я голос Сазонова. — Нормально отнесутся. Пусть привыкают, что среди нас тоже некроманты имеются.

Минин вдруг улыбнулся и подмигнул Василисе:

— Слушай, Соловьева… Я тут подумал, у моей мамы любимый кот недавно издох… Может быть ты его… того… воскресишь? Мамуля к нему уже как-то привыкла.

— Дурак ты, Лешка, — усмехнулась она. — Ты что, хочешь и мамочку свою следом за котом в могилу отправить? Как, по-твоему, она отреагирует, когда кот домой придет?

— Об этом я как-то не подумал, — почесал шею Минин.

— Но ты не переживай, — подмигнула ему в ответ некромантка. — Когда тебя грохнут, я сделаю так, чтобы ты с нами еще побродил немного. Это я тебе обещаю.

Глава 20

Погибших оказалось четверо, что, учитывая ситуацию и внезапность нападения, в целом можно считать небольшими потерями. Еще около десятка раненых, которым целители сразу же оказали необходимую помощь.

В общем и целом, можно считать, что с первой атакой мы справились вполне нормально. Если некроманты хотели таким образом заставить нас отступить или посеять в нас чувство страха, то им это явно не удалось.

Разведчики вернулись примерно через час после неожиданной атаки зомби и принесли не самые приятные новости — никакого откровенно слабого места им увидеть не удалось.

Ворот на первом уровне действительно трое и все они на первый взгляд выглядели очень похожими между собой. Так что никакой разницы с какой стороны заходить.

С равным успехом можно было выбрать один из флангов или же вовсе пойти по центру. Когда нет понимания как лучше, то все равно через какие ворота атаковать.

Единственное, что было очевидно — нужно выбрать какие-то одни. Ломиться с трех направлений сразу это верх идиотизма. Лучше бить всеми силами в одну точку, чем распылятся во все стороны. Кулак бьет сильнее, чем растопыренные пальцы.

Я попробовал поговорить на этот счет с Любомиром — нет ли у него каких-то соображений на этот счет, но Щетинин лишь пожал плечами в ответ. Глядя на него, в очередной раз поймал себя на мысли, что иногда я чертовски рад его словам, а временами просто горю желанием его убить. Особенно в такие моменты, когда очень хотелось бы услышать что-то дельное, а в ответ лишь бессмысленный взгляд.

После недолгого совета с Алабиным решено было пойти по правой стороне. Со слов разведчиков там была самая лучшая местность — без холмов и всяких рощ, подобных этой, в которой нас атаковали зомби. По крайней мере, никто не подберется к нам невидимым и не застанет нас врасплох.

Константин Игоревич дал команду идти вперед и наши группы одна за другой вышли из злополучной рощи. Даже с учетом того, что все двигались группами, на расстоянии друг от друга, выглядело наше Мироходческое воинство весьма внушительно.

Особняком шли погибшие Мироходцы, которых Василиса присоединила к нашей армии. Кстати, опасения оказались напрасными — особой тревоги по поводу того, что рядом с ними идут восставшие из мертвых Мироходцы, у остальных как-то не было.

Ну может быть небольшая растерянность в самом начале, но спустя четверть часа все пришло в норму. Видимо, каждый для себя нашел нужные аргументы и объяснения, почему это необходимо.

Тем временем, с каждым шагом расстояние между нами и крепостью сокращалось. Чем ближе мы подходили, тем величественнее и неприступнее она выглядела. С того места, где мы появились, она выглядела как-то меньше, и задача казалась не такой уж невыполнимой.

Теперь же, когда черные стены становились все выше и выше, даже проникнуть внутрь и пройти первый уровень, казалось чем-то героическим.

Кроме всего прочего очень раздражала окружавшая тишина, в которой мы шли вперед. Она была какая-то неестественная, давящая и заставляющая нервничать. Хотелось оказаться где-нибудь подальше отсюда.

Просто ужасное и странное место, подобных которому я не припомню. Не поют птицы, не слышно сверчков или еще чего-то такого, даже ветра и того нет. Хоть бы легкий ветерок, который даст знать, что это точно такой же мир, как и все прочие, но просто в этом живут некроманты.

Но ничего подобного. Тихо, как в подвале. Просто высокие черные стены впереди и красные огни где-то там… Зловещая и тягостная тишина… Хотя нет, все-таки некоторые звуки все же были. Мы слышали собственные шаги и все на этом.

Я уже думал, что так будет до того момента пока мы не окажемся возле ворот, за которыми нас будет ждать сюрприз, но это было ошибкой. Когда мы прошли чуть больше половины пути, все изменилось.

Это произошло мгновенно, буквально за несколько секунд. Над нами начали материализовываться какие-то летающие твари, похожие на небольших драконов. Что-то вроде дрейков.

Они появлялись прямо из воздуха, будто до этого времени находились под воздействием заклинания, дающего им невидимость, и магия вдруг перестала работать.

Их было около сотни, может быть больше. Наши глаза уже привыкли к темноте, так что уже получалось видеть более-менее нормально. К тому же нам неплохо помогал и свет местных двух лун, которые к этому времени стали значительно ярче, чем несколько часов назад.

Дрейки летали над нами и плевались огненными шарами, а некоторые из них пикировали на Мироходцев, пытаясь ухватить кого-нибудь из них. С нашей стороны в небо полетели Огненные шары, Ветвистые молнии и Ледяные стрелы.

Летающие твари довольно ловко уклонялись от заклинаний, но некоторые из них все же попадали под удар и с пронзительным визгом, от которого закладывало уши, падали на землю. Там уже за них брались остальные Мироходцы, которые крошили их мечами.

Все бы хорошо, но и дрейкам удавалось нанести нам урон. Время от времени их выстрелы достигали цели, а несчастные, по которым пришелся удар заклинания, кричали от боли и падали в черную траву.

Кроме того, и их пикирующие атаки достигали цели, если не получалось сбить летающую тварь в момент нападения. Сделать это было действительно непросто. Они поднимались высоко в небо, где их не было видно, и камнем падали вниз на очередную жертву.

К тому моменту, когда они появлялись в нашем поле видимости, зачастую дрейки уже были на такой скорости, что попасть в них было крайне проблематично. Тогда они хватали своими когтями кого-то из Мироходцев и вместе с ним поднимались ввысь.

Оказавшись высоко над землей, они разжимали когти и несчастный с криком летел вниз, практически без шансов на спасение. Само собой, никакие защитные ауры в этом случае не помогали. Какое может быть спасение, когда падаешь с высоты нескольких сотен метров?

Вот еще один из Мироходцев падает вниз, оглашая окрестности криком отчаянным от понимания, что приближается непоправимая беда.

Понятное дело, что не все ребята, кого удавалось ухватить этим тварям, разбивались. Довольно многих удавалось подхватить в воздухе нашим аэромантам, которые замедляли их падение и спускали как на невидимых парашютах.

Кроме того, многих дрейков ждал большой сюрприз, когда они пытались схватить какого-нибудь Мироходца.

Как только мы поняли их тактику, практически все стихийники, кроме отстрела поголовья летающих тварей, начали набрасывать друг на друга защитные заклинания типа моего Огненного щита.

Так что дрейки обрушивались сверху на предполагаемую жертву, однако их ждал ожог или удар молнии. С истошным криком они разжимали когти, делали попытку взлететь вновь, но все это происходило крайне медленно, так что птички становились легкой жертвой для ребят.

Попасть в цель, которая практически не двигается и машет крыльями пытаясь подняться выше, гораздо проще, чем сделать то же самое, пока они летают где-то там вверху. К тому же и расстояние здесь было небольшое, так что можно сказать — били в упор.

Кроме того, некоторые из дрейков получали настолько сильный удар, когда пытались схватить Мироходца, что не выдержав его падали на землю. Ну а там уже добить их было намного проще.

Поначалу сражение напоминало одну большую свалку, в которой время от времени вспыхивали заклинания, а крики дрейков смешались с человеческими.

Но с каждой минутой дрейков становилось все меньше и постепенно сражение переросло в локальные бои, а спустя еще немного времени в небе осталось всего с десяток этих тварей.

Они летали над нами и пытались сделать хоть что-то, но чем меньше их становилось, тем сложнее было им и проще нам. Теперь целей оставалось не так много, а значит на каждую из них приходилось больше Мироходцев.

Доходило до того, что в некоторых из тварей одновременно попадал чей-нибудь Огненный шар и Ветвистая молния или Ледяная стрела. А иногда и вовсе сразу три заклинания попадали в цель и буквально разрывали дрейков в воздухе на части.

Вскоре все было кончено. Округу огласили предсмертные крики последних дрейков и все опять стало тихо. Как же давит эта долбаная тишина после того, как совсем недавно все вокруг было наполнено звуками битвы. Никогда не думал, что тишина так сильно может раздражать.

Когда все закончилось, Мироходцы первым делом начали восстанавливать свои силы. Повсюду были слышны звуки разрываемых упаковок от шприц-тюбиков и видны белые вспышки от заклинаний целителей, которые оказывали первую помощь раненым.

Разумеется, я тоже вколол себе шприц-тюбик «Оптимума». В нашем случае ждать привалов не приходится, так что нужно использовать любой подвернувшийся момент для восполнения магической энергии. Второго шанса может и не быть.

— Володя, у нас одного парня убило, — сказал подошедший ко мне Минин, пока я искал глазами ребят из нашей группы.

— Не Любомира случайно? Что-то я его не вижу нигде.

— Да нет, с этим как раз все нормально, я за ним лично присматривал, так что он где-то здесь бродит, — отмахнулся Алексей. — Новенький один… Дрейк его с неба сбросил…

— Вообще без шансов? — нахмурился я.

— Ага, там наглухо… — покачал головой Минин. — Кости торчат отовсюду, крепко его изломало.

В этот момент я увидел, что ко мне идет Алабин. Что-то лицо у него какое-то озабоченное…

— Слушай, граф, там такое дело… — Константин Игоревич погладил подбородок. — Некоторые из Мироходцев, которых Соловьева из мертвых поднимала… Тебе лучше самому на это посмотреть.

Он махнул мне рукой, и я пошел вслед за ним.

— Вон там смотри…

Я взглянул туда, куда указывал мне маркиз и увидел двоих Мироходцев, которые ползали по земле и больше походили на каких-то монстров, а не людей.

Руки и ноги переломаны… У одного голова вывернута в обратную сторону… При этом они все время пытались встать, чтобы идти дальше вместе с нашим отрядом…

Ну, в общем, такое себе зрелище, если честно. Впечатление эта картина производила просто жуткое. Если можно было как-то объяснить, что делают рядом с нами павшие, то вот это…

Я посмотрел по сторонам, увидел с каким выражением лица смотрят на все это остальные ребята и понял, что хотел сказать мне Алабин.

— Василиса! — я позвал некромантку и даже не сомневался, что в окружавшей нас тишине она услышала меня.

— Ты меня звал, Володя? — вскоре раздался за моей спиной ее голос. — Что-то случилось?

— Я думаю этих нужно оставить в покое, — сказал я и указал на пытавшихся подняться Мироходцев-мертвецов. — Все что могли, они для общего блага уже сделали.

Она посмотрела на ребят, подняла руку, что-то прошептала и они затихли. На этот раз навсегда.

— Там еще один такой есть, — сказал Алабин и посмотрел на стоявшего рядом с ним Лаврова. — Отведите Соловьеву.

— Ага, понял. Пойдемте со мной Василиса Тимофеевна.

Мы посмотрели им вслед, а затем маркиз обратился уже ко мне.

— Итого минус семь человек, — сказал он глядя на меня. — Раненых еще около десятка… Семерых подлатают сейчас быстренько, а вот трое там с открытыми переломами. Кровь им остановили, но вот толку от них теперь немного. Что с ними будем делать?

Хреново дело, что сказать… Просто так их не бросишь, это ослу понятно…

— Маркиз, я считаю нужно оставить с ними какого-нибудь стихийника и идти дальше. Одних ребят здесь оставлять нельзя, сами понимаете.

— Да уж понимаю, — задумчиво сказал Алабин. — Вот только поможет ли им чем-то один человек, если что?

— Риторический вопрос, ваше сиятельство, — пожал я плечами. — Вы же не хуже меня понимаете, что если мы оставим их здесь совсем одних, то это лишит их даже шанса на спасение. Мироходец-стихийник, даже если он один, это лучше, чем ничего. По-другому мы все равно поступить не можем, разве нет? Или у вас на этот счет есть особое мнение?

— Никакого особого мнения у меня нет, граф, — вздохнул он. — Оставить их здесь одних, этого мне честь не позволит… Я сожалею о том, что на ровном месте лишнего человека потеряем. Будет здесь сидеть, вместо того, чтобы нам помогать… Эх…

С этой точки зрения досада Константина Игоревича была мне понятна, у нас сейчас каждый человек на счету. Итак уже слишком большие потери с учетом того, что мы еще стоим перед первой стеной, а что потом будет?

— Нужно идти, ваше сиятельство. Отдавайте команды и вперед, — я посмотрел на черные стены, которые за время нашего сражения казалось стали еще выше. — Нас там ждут, так что не будем их разочаровывать. Тем более, что мне и самому поскорее хочется оказаться внутри.

Я пошел собирать нашу группу, а Алабин уже громко отдавал команды.

— Что у тебя? — спросил я Сазонова, которого увидел по пути к своим.

— Все ровно, — улыбнулся он. — Никого не потеряли. Одного ранили заразы крылатые, но его уже привели в порядок. Там по легкому, руку лишь задело немного.

— Молодец, — кивнул я. — Пусть дальше так и будет.

— Угу, спасибо, — ответил он. — А у тебя что?

— Минус один.

— Кто? — вскинул брови Сазонов.

— Новенький…

— А-а, — кивнул он. — Понятно. Я уж грешным делом подумал, не из наших ли кто…

Ну, вообще-то они все наши, но я понял, что хотел сказать Мирон. Понятное дело, что он переживал за тех, с кем прошел долгий путь, сражаясь плечом к плечу.

— Со старенькими все в полном порядке, если ты об этом, — сказал я и хлопнул его по плечу. — Ладно, пойду к ребятам. Вон слышишь, Алабин разрывается.

— Удачи, граф, — кивнул он. — Я за тобой постараюсь приглядывать, не забывай.

— Ты лучше с Василисы глаз не спускай по возможности, пользы больше будет.

— Ага, — усмехнулся он чему-то своему. — Само собой. Только вы тоже слишком далеко не убегайте, а то в этот раз как тараканы разбежались… Попробуй за вами уследи.

— Договорились, — махнул я рукой и пошел к ребятам.

Не считая погибшего новенького, со всеми остальными у нас был полный порядок. Даже без раненых обошлось. Учитывая ожесточенность схватки, просто удивительно. Вот жаль только, что нас теперь не двадцать, а девятнадцать… Но ведь все могло закончиться и еще хуже, так что не будем гневить Фортуну.

— Можно сказать, что пока идем нормально, — сказал я, выслушав краткий отчет от Минина.

— Ага, могло быть, — согласился Лешка и показал пальцем в сторону Щетинина. — Ты кстати Любомиру скажи, чтобы он от нас далеко не убегал. Надоело мне за ним во время сражения хвостом ходить! В этот раз дрейк его чуть на небо не утащил, слава Богу я успел эту тварь заметить, как будто почувствовал что-то… А вот в следующий раз могу рядом не оказаться, будет сам от дрейков уравнениями своими отбиваться.

Я посмотрел на нашего нумеролога, который, казалось, даже не слушал, о чем говорит Минин и смотрел на стену. Судя по его отрешенному взгляду, в данный момент он был где-то очень далеко. Как бы забраться ему в голову и узнать, о чем он там думает? Кажется, меня ждала бы масса сюрпризов.

— Любомир, ты слышал, о чем говорит Алексей? — спросил я у него и он вдруг вздрогнул при звуке своего имени. — Постарайся держаться к ребятам поближе и к нему особенно. Это очень полезно для твоего собственного здоровья. Договорились?

Щетинин удивленно посмотрел на меня, будто видел в первый раз и улыбнулся:

— Если косточка за косточкой, то все косточки в ряду упадут, понятно? — он вздохнул и пожал плечами. — База индукции. Так нельзя.

— Ну вот как с ним разговаривать, если он нормального человеческого языка не понимает и сам на нем не говорит? Все время какими-то теоремами общается! — покачал головой Минин и посмотрел на меня с надеждой. — Ты сам хоть что-то понял из этого?

— Понял, — кивнул я. — Пусть сам по себе бродит. Просто… В общем, присматривайте за ним по возможности.

Василиса посмотрела на меня, открыла было рот, чтобы что-то сказать, но передумала.

— Соколов, вы там что? — услышал я крик Алабина.

— Мы готовы, Константин Игоревич, — поднял я руку вверх. — У нас небольшая пятиминутка была, но она уже закончилась.

— Хорошо, двигаем дальше. Всем группам занять свои места согласно боевого построения!

— Ну что, дамы и господа, продолжим? — спросил я у своих, улыбнулся и показал на крепость. — Нас ждут великие дела! Только за задницами своими присматривайте… Давайте постараемся на цифре девятнадцать и остановиться, бывают же чудеса на этом свете.

Глава 21

— Щетинин, ты понял, что я тебе сказал? — решил я на всякий случай уточнить у нашего странного парня. — Старайся не лезть, куда тебя не просят.

Я посмотрел на него, чтобы понять, слушает он меня или нет, но по его лицу было сложно взять в толк, что именно сейчас с ним происходит. Все время одно и то же выражение — отстраненное и безразличное.

— Самые правые ворота, — вдруг сказал он, чем заставил Минина удивленно раскрыть рот. Вот же тип!

— Мне показалось или я только что услышал от этого человека обычные слова? — спросил Лешка скорее у всех, чем у кого-то конкретно. — Повтори, что ты сказал?

— Самые правые ворота, — серьезно ответил Любомир и посмотрел на него как на тугодума, который не может понять самых очевидных вещей. — Правило исключения.

— Володь, ты его слышал? — решил на всякий случай уточнить у меня Минин.

— Не глухой, — кивнул я в ответ и окликнул Алабина. — Маркиз!

Услышав мой голос Алабин остановился и посмотрел на меня хмурым взглядом. Ну, понятное дело, уже вроде как выдвинулись, чего на половине дороги останавливаться?

— Что там у тебя случилось, Соколов? Время идет…

— Понимаю, ваше сиятельство, но необходимо срочно подкорректировать наш план.

Он подождал, пока я подойду поближе.

— Давай, Володь, только поторапливайся.

— Нам нужно идти через крайние правые ворота, — сказал я.

— Откуда такая уверенность? Или в этом мире у тебя открылся дар прорицательства?

— У меня нет, но в моей команде есть один очень интересный персонаж с редким даром, — я показал ему рукой на Любомира. — Он считает, что нужно делать именно так, а я привык ему доверять. Поверьте, у меня была масса поводов убедиться в том, что лучше прислушиваться к его словам.

— Пфф… — покачал головой Алабин. — Странный он вообще-то у тебя… Такое впечатление, что он с со своей башкой не дружит.

— Ага, есть такое дело, — кивнул я и посмотрел в глаза Константину Игоревичу. — Но это ошибочная точка зрения. Я считаю, что нужно прислушаться к его словам. Если хотите, это мое особое мнение.

— Хорошо, — кивнул маркиз. — Я плохо знаю твоего парня со странным даром, но я знаю тебя. Идем через правые ворота.

После этих слов он отдал новые команды, которые эхом прокатились среди старших звеньев нашего небольшого воинства. Всего пара минут и направление движения Мироходцев изменилось. Если до этого они шли в центр, то теперь по новому направлению.

Никаких вопросов ни от кого не последовало и это было хорошо — дворянам дай только повод погалдеть. Очень этим любили заниматься особо титулованные, а таких здесь хватало.

Тем временем мы понемногу приближались к крепости и выглядело это несколько странно. Будто крохотная группа людей, уверовавшая в свои силы, вдруг решила штурмовать цитадель могущественного врага.

Во всяком случае, именно так я это видел. По сравнению с мрачными черными стенами, возвышавшимися над нами, наше войско смотрелось небольшим и жалким отрядом. За одним лишь небольшим исключением — в нашем случае это было войско Одаренных, а это существенно меняло дело.

Еще очень сильно раздражала окружавшая нас тишина. Причем мы даже слышали шаги друг друга, хотя старались не топать. Вот так здесь было тихо.

Неестественно как-то… Такое ощущение, что здесь все умерли. Вот только все мы знали, что это не так, и погибшие в первых боях Мироходцы были тому печальным доказательством.

Когда до крепости оставалось не больше сотни шагов, я заметил, что нужные нам ворота не просто черные, как и все здесь вокруг. Они светились темно-зеленым цветом, которого не было видно на расстоянии.

Они были весьма внушительными, примерно метров пятнадцать в высоту и десять в ширину. Кстати сказать, когда мы подходили к крепости, я заметил, что они самые большие из всех трех.

— Взрывайте ее к чертям! — услышал я громкий голос маркиза и в ворота полетело несколько Огненных шаров.

Заклинания яркими огненными следами прочертили полосы в темноте и врезались в ворота, разбросав в стороны сотни ярких пламенных брызг. Однако никакого эффекта это не принесло. Причем совсем. Темно-зеленое свечение лишь стало ярким на какой-то момент, а затем вновь все стало как было.

— Я могу попытаться усиленным вариантом, — предложил я свою помощь Алабину, но тот покачал головой и указал на кого-то из Мироходцев.

— Не стоит тратить магическую энергию, граф, у нас для этого есть свои специалисты в ранге мастера. Давай, Лавров.

На мгновение все вокруг озарилось яркой вспышкой, нас обдало теплой волной и в стену с полетел Огненный шар размером с половину ворот. Раздался мощный взрыв, который сотряс все вокруг — это заклинание достигло своей цели.

Темно-зеленое свечение стало настолько ярким, что с непривычки даже ослепило нас на какой-то момент. Раздался громкий глухой звук и это было похоже на стон металла. Да ладно, неужели эти ворота не деревянные, а железные? Судя по всему, так и было, причем не просто железные, а еще и очень толстые.

Сначала их выгнуло дугой, потом по воротам пошли трещины, а спустя еще немного времени они с грохотом разлетелись в разные стороны.

Да, согласен, внушает уважение. У Лаврова Огненный шар получился намного лучше, чем у меня. Все-таки ранг практика и мастера — это две большие разницы. Этот парень лупит обычными заклинаниями почти с такой же силой, как я Кометой!

После оглушительного треска, от которого у нас чуть уши не заложило, вечер перестал быть тихим. Куски оплавленного железа полетели внутрь крепости и все вокруг вдруг наполнилось чьим-то ревом. Вот только пока не очень понятно, кто именно там ревел.

Алабин дал команду идти вперед, и мы устремились в зияющую в черной стене дыру, которая напоминала беззубую пасть, внутри которой горели красные огни.

В этот момент я услышал громкий скрежет с левой стороны и увидел, что начинают открываться центральные ворота в которые мы как раз не пошли. Медленно, нехотя, будто они тысячи лет стояли запертыми, они распахивали свои огромные металлические створки.

Может быть, что где-то там за ними открывались и третьи, но этого я не видел — слишком далеко.

Но это было не все. Мы услышали громкий рык, который вырывался из десятков чьих-то глоток. Из открывшихся ворот начали выходить огромные огры. Судя по всему, они были зомби, иначе как объяснить их нелепую медленную походку, будто у них были большие проблемы с координацией движений.

Серой движущейся массой они словно река вытекали из ворот и медленно направлялись в нашу сторону.

Прямо перед нами открывалась очень похожая картина — за взорванными воротами нас ожидала похожая компания. Там тоже были огры, вот только в данном случае инициатива была на нашей стороне.

Внутренний двор за проломом оказался совсем небольшим и практически треть его была усеяна телами огров, которые пытались подняться на ноги. Причем с обеих сторон двор был окружен стенами, которые поднимались в небо.

Вот это очень круто! Здесь было совсем мало огров, так что справиться с ними труда не составит. Самое главное, чтобы остальные не успели зайти нам в тыл раньше времени. Сражаться в окружении — такое себе удовольствие.

Тем временем ребята справлялись неплохо. Выглядело все это совсем не так, как не так давно в битве с зомби. Никаких криков, в которых слышалась растерянность и испуг. Теперь все вокруг было заполнено десятками элементалей самых разных стихий и вспышками от заклинаний.

Элементали напоминали фантастическое воинство, которое смотрелось весьма зрелищно, как по мне. Гигантские фигуры, которые молча и деловито крушат огров, не давая им никакого шанса прорвать их строй и добраться до Мироходцев. Никаких лишних звуков и криков вокруг, лишь рев умирающих огров и неприятный хрустяще-чвакающий звук, с которым Каменные элементали ломали им конечности.

Все делалось настолько четко и быстро, что нам даже не находилось работы, со всем справлялась первая линия ребят. Справедливости ради нужно сказать, что и огров на нашу долю выпало намного меньше, чем их вывалилось со вторых ворот. Небольшая площадь просто не могла вместить слишком много. Что же, в очередной раз убеждаюсь, что Щетинин не зря с нами бродит.

— Запечатайте ворота! — услышал я крик Алабина, который видимо тоже увидел огров снаружи и понял о грозящей нам опасности.

Несколько Одаренных, которым была подвластна стихия камня, взялись за дело и вскоре на месте взорванных нами ворот появилась могучая серая стена. Спустя еще несколько мгновений на ней высветились фиолетовые руны — я так понимаю, это должно было усилить действие заклинания, чтобы камень мог продержаться как можно дольше.

Тем временем наши огры как-то удивительно быстро закончились. Совсем недавно перед нами была живая серая стена и вот уже нет никого, кто был бы в состоянии стоять на своих ногах.

Повсюду валялись трупы, а в воздухе стояла ужасная вонь горелой мертвечины. Они воняли как зомби в роще и от резкого запаха гари даже голова немного кружилась. Хотя нет, эти воняли хуже, чем зомби… В роще меня не мутило как здесь.

Вот же гадость какая, из чего нужно быть сделанным, чтобы так омерзительно пахнуть, я понять не могу? Лишь каким-то чудом меня не вырвало прямо себе под ноги.

Пока мы осматривались на захваченной территории, снаружи творилось что-то невообразимое. Никогда еще не слышал такого оглушительного рева, какой сейчас был там, за каменной стеной, которую поставили наши ребята.

Вот сколько там сейчас этих тварей? Судя по всему, никак не меньше нескольких сотен, а может быть даже и тысяч. Во всяком случае, лично я ничего подобного еще не слышал.

Будем надеяться, что заклинание сможет выдержать их напор, как-то совсем не хочется встретиться со всей этой восставшей из мертвых оравой. Хотя, даже в этом случае у нас будет небольшое преимущество — ведь они будут вынуждены входить не всей толпой, так как пропускная система ворот ограничена и это позволит нам эффективно организовать оборону.

Впрочем, об этом думать не хотелось. Какой бы мощной ни была оборона, а магическая энергия имеет свойство заканчиваться. Учитывая их количество, эти уроды могли бы и добраться до нас рано или поздно.

Тем временем мы миновали усеянную мертвыми ограми площадь и смогли наконец увидеть, что было на ее другой стороне. Вновь стена с единственными воротами по центру. Вот только на этот раз она была значительно ниже и вовсе не гладкая, как ее предшественница.

Глядя на стену, можно было подумать, что ее сплели из массивных стволов каких-то деревьев, которые обладали возможностью сгибаться под самыми неестественными углами. Будто какая-то могучая сила против всех законов природы вязала их в узлы, а затем еще смогла из всего этого соорудить стену.

Зрелище настолько же неестественное, как и жуткое, если честно. Судя по тому, что все Мироходцы смотрели на нее слегка открыв рты, впечатление она произвела не только на меня.

— Лавров! Попытка номер два! — услышал я крик Алабина. — Взрывай и эти к чертовой матери!

Однако бросить свой Огненный шар он не успел. Стена вдруг ожила. Стволы деревьев начали свое движение и в какой-то момент я понял, что теперь это больше всего похоже на тела огромных змей. Толстых, жирных змей, мать их! Терпеть не могу этих мерзких тварей!

— Тьфу ты, гадость какая! — услышал я голос Минина, который также не был в особом восторге от увиденного. — Как такое вообще может существовать? Змеюшник!

В этот момент со всех сторон в стену полетели первые заклинания, и она вдруг расползлась в разные стороны.

Все это время мы видели лишь толстые черные тела и вот теперь в нашу сторону развернулись головы этих тварей. Белки вместо огромных глаз, зубы размером с метр и звук липких тел, которые с треском отрываются друг от друга.

Ох… До чего же отвратительное зрелище, кто бы знал. Лучше уж это были бы деревья, честное слово.

Мироходцы жгли змей огнем, Ледяные стрелы пронзали их насквозь, вот только особого вреда им от этого не было. Из дыр в их теле начинала литься вонючая жидкость, по запаху напоминающая гной и все на этом. Даже когда от одной из змей оторвало кусок тела и разрубило ее пополам, то часть с головой как будто и не заметила, что стала короче в два раза.

Змеи двигались стремительно, как пляшущие тени. Казалось всего нескольких секунд им хватило, чтобы расползтись повсюду. Они словно смертельные молнии наносили свои укусы и тут же уносились прочь.

Вот же сучьи рожи! Похоже их здесь не меньше сотни и схватка будет непростая.

Несмотря на ауры, которыми окружили нас защитники, змеи доставали нас. То тут, то там я слышал вскрики раненых, которые мгновенно перерастали в оглушительные вопли ярости и боли. Оказывается, эти твари были еще и какими-то ядовитыми.

Их яд напоминал по своему действию мощную кислоту, которая попадая на тело начинала прожигать его. Причем ауры не защищали от нее и прямо на моих глазах у одного из ребят упала на землю кисть руки, а сам он обнял свою искалеченную руку как младенца и кричал, что есть мочи.

Я оценил обстановку и понял, что дальше тянуть нельзя. Нам необходимо на какой-то момент остановить этих тварей, уж слишком быстро они двигаются. Парни просто не успевают за ними, чтобы попасть заклинаниями. Ну а несколько элементалей, которые бессмысленно пытались попасть хоть по одной, и вовсе выглядели довольно жалко.

Что же, думаю смогу замедлить все происходящее вокруг хотя бы на минутку. Не знаю, получится ли у меня воздействовать только на этих тварей, но я попробую. Ну давай, Шушик, не подведи!

В этот момент я почувствовал, как все мое тело начинает приятно покалывать и это отлично — так работает магия времени, когда у меня все получается, как нужно.

Я чувствую, как у меня закладывает уши и вижу, что все вокруг начинает двигаться плавно, будто воздух вокруг превратился в густой кисель. В ушах пульсируют кровь, а виски поддавливает, будто кто-то решил их немного сдавить. Хотя нет, немного это чуть-чуть иначе…

Картинка перед глазами будто в замедленной съемке… Вижу встревоженное лицо Василисы, которая что-то кричит мне, но я ее не слышу. Причем совсем. Лишь глухая барабанная дробь в ушах.

Затем я смотрю по сторонам, и увиденная картина меня очень сильно радует. Хотя движения Мироходцев и кажутся мне несколько плавными, в любом случае это намного быстрее, чем ползают вокруг них змеи. Причем ребята буквально в одно мгновение поняли, что ситуация вокруг них сильно изменилась. Так бывает, когда в жаркой битве ты вдруг замечаешь слабое место врага и наносишь удар именно туда.

Теперь уже ситуация развернулась в обратную сторону и змеи напоминали просто безобидные толстые куски полусгнившей плоти, от которой не могло быть ровным счетом никакого вреда.

Практически каждое заклинание Мироходцев достигало своей цели. Огонь, лед, гигантские каменные косы и мощные молнии сокрушали врагов, делая их практически беспомощными. Лишь куски их вонючих тел разлетались в разные стороны, а гной из ран проливался на каменную площадь, оставляя большие зловонные лужи из густой коричневой жижи.

Вот это то, что нужно! Я решил поддержать ребят еще и огнем, попытался шарахнуть по клубку змеиных тел пачкой Опаляющих стрел и в этот момент все поплыло перед глазами. Я почувствовал удар по коленям и понял, что это я грохнулся на камни.

Ух… По-моему, это был небольшой перебор…

Глава 22

Темнота перед глазами сошла так же внезапно, как и нахлынула. Причем сопровождалось это протяжным навязчивым звоном в ушах, от которого хотелось избавиться как можно скорее. Вот только колокольных перезвонов мне еще не хватало для полного счастья!

Зрение вернулось одной яркой вспышкой, после которой вновь все встало на свои места. Ну а вслед за ним пришли и окружающие меня звуки, заменив так раздражающие колокола.

Судя по тому, что я увидел, за время моего провала в темноту ничего существенно не изменилось. Разве что змеи вокруг нас больше не вили кольца, а по редким вспышкам заклинаний можно было предположить, что ребята заканчивают добивать остатки этого гадюшника.

Что же, все не так уж плохо. Надолго я не выпал и чувствую себя в целом нормально — это раз. Кроме того, все у меня получилось — это два.

Точнее сказать не у меня, а у нас с Шушиком. Без ящерки я бы мог и не справиться. Ну теперь остается надеяться, что я выкачал из него не слишком много магической энергии. Уверен на сто процентов нам она еще очень сильно понадобится.

Было бы неплохо если бы он мог восстанавливать свои силы так же как и мы, от «Оптимума», но в его случае это не работало. К моему большому сожалению здесь нужен был чистый элириум, а усваивал его Шушик крайне медленно.

— Володя! — услышал я за спиной взволнованный голос Соловьевой. — Ты в порядке?

Я несколько раз моргнул, окончательно оценил свое состояние и совершенно честно ответил:

— В полном, любимая. А что случилось?

— Ты упал на колени, я подумала… Ну может это опять та история продолжается, как в прошлый раз с плечом…

— Брось, — отрезал я. — Вроде бы ясно сказал — с той историей покончено. Что за сомнения?

— Ну просто… — она растерянно заморгала.

— Слушай, что я тебе говорю и не заставляй меня думать будто ты сомневаешься в моих словах, Василиса. Или забыла за кого замуж собралась?

— Помню, — ее лицо тронула легкая улыбка.

— Ну вот и все на этом, — я заправил ей за ухо выбившийся ярко-рыжий локон и чмокнул в щеку.

— Слушайте, ну может быть потом целоваться будете? — услышал я голос Минина, который всегда почему-то оказывался неподалеку. — Мы тут воюем между прочим… Серьезное дело! Неужели приспичило?

Вот, кстати, да. Удивительно, насколько он был прав в этот момент. Если бы можно было сейчас оказаться с моей любимой в постели, а не здесь, на каменной площади, залитой вонючим гноем и растерзанными в хлам змеиными телами, то дорого бы я отдал за такое удовольствие.

— Леша, ты как чертик из табакерки, — покачала головой Соловьева. — Откуда взялся? Ты же только что в двадцати метрах от меня был.

— Был там, — кивнул Минин, внимательно всматриваясь в мое лицо. — Потом смотрю, Соколов упал. Вот решил подсуетиться и узнать, не случилось ли чего? Знал бы, что вы тут решили вдруг целоваться, то и подходить бы не стал.

— Мозгов, как у канарейки, — покачала головой Василиса и отошла к махавшей ей рукой Подариной.

— Все ровно, граф? — спросил у меня Алексей, когда она отошла на несколько шагов. Видимо он решил лично уточнить для себя этот момент.

— Ага, нормально, — кивнул я и посмотрел по сторонам. — Как у нас дела?

— Благодаря тебе все отлично, — прогудел Алабин, который тоже появился рядом с нами как-то внезапно. — Хороший у тебя все-таки Дар, Соколов. Даже завидно иногда становится.

— Не стоит завидовать, маркиз, курица соседа всегда выглядит гусыней, вы же знаете… Вот видите, даже в глазах темнеет иногда от такого счастья.

— Ну да, заметил. Но вижу, что у вас все хорошо. Просветлело выходит.

— Точно, — с улыбкой ответил я. — Даже светлее стало, мне кажется. Лучше скажите, насколько у нас все отлично, ваше сиятельство?

— Ну, практически все… Пятерых с нами больше нет навсегда и еще шестеро лишились конечностей, а значит бойцов из них не выйдет. Минус одиннадцать получается.

— Хреново.

— Да, хорошего мало, — согласился Константин Игоревич. — Но учитывая обстоятельства — потери могли быть намного больше. Так что будем считать, все вполне себе в пределах допустимых потерь. Эти змеи те еще твари, я уж думал беда подкралась незаметно.

Допустимых потерь? Вот же выражение, которое режет слух и оставляет мрачный след в сердце. Никогда его не любил.

— На месте стены появилось защитное поле? — решил я сменить не самую приятную тему.

Алабин повернулся и посмотрел на то место, где совсем недавно была высокая стена из мерзких змеиных тел. Теперь там красовался матовый дрожащий экран, который очень напоминал энергетическое поле.

Что происходит за стеной видно не было и все это больше всего было похоже на очень плотный туман. Да что там — не просто плотный, его вполне хватало, чтобы продолжать держать ворота, которые стояли на своем месте.

— Ну да, что-то типа того, — задумчиво проговорил он. — Сейчас приведем себя в порядок и займемся этим вопросом.

Вот только привести себя в порядок нам не дали. Сотканная из тумана бледная стена вдруг просто исчезла, как будто ее и не было вовсе.

Высоченные ворота остались стоять на месте без всякой поддержки, как будто кто-то наложил на них мощные чары. Однако продолжалось это недолго, всего несколько секунд. Затем они покачнулись и с оглушительным грохотом упали на каменную площадь.

На какой-то момент я подумал, что это просто какие-то остатки колдовства от змей и теперь они спали, освободив нам проход, но эта мысль была развеяна также быстро, как и появилась.

Грохот падающих ворот сменил яростный крик толпы, который будто взорвал все вокруг. А затем в нас полетели Огненные шары, которые осветили все вокруг.

Прямо перед нами была новая площадь, вот только размерами в несколько раз больше той, на которой мы сейчас стояли. Она была битком забита людьми в сияющих черных доспехах, которые и орали как потерпевшие.

Ну, во всяком случае, я очень надеялся, что это люди. С целым морем некромантов мы вряд ли справимся. Тут уже никакой Дар может не помочь.

Но, судя по всему, это были именно люди. Крики точно похожи на человеческие. Скорее всего, те самые ребята, которые наведывались в Василисино Царство вместе с некромантами.

Вот только теперь они обзавелись собственными магами, а это было не самой хорошей новостью. Маги — это такие мерзкие типы! Их нужно опасаться и устранять в первую очередь, пока они не натворили всякого дерьма, от которого нам небо с овчинку покажется.

Раздались приказы готовиться к бою и на нас вновь начали появляться защитные ауры, которых до этого не было. Что поделать, защитники как могли экономили такой ценный ресурс как магическая энергия. Здесь его восполнить просто так не дадут.

Жаль только, что нельзя поставить защитные ауры на всех Мироходцев одновременно. Судя по нескольким крикам, некоторые заклинания этих уродов все-таки достигли своих целей.

Стоны раненых придали нам дополнительных сил и в ответ на черное воинство обрушился шквал самых разнообразных заклинаний на любой вкус.

Во врагов летело все, что можно, и чего здесь только не было. Молнии, огонь, камни, лед… Аэроманты задерживали их мощными потоками ветра, а остальные крушили чем могли.

Я попробовал поставить Огненную стену и к моей радости попытка оказалась удачной. Причем заклинание оказалось довольно мощным, пламенные языки взметнулись на метра три вверх.

Следом за мной подключились и остальные стихийники-огневики. Вскоре перед черным войском появилась широкая огненная река в несколько шагов шириной.

Нам это играло на руку — чем больше мы выкосим этих уродов прежде чем встретимся с ними врукопашную, тем лучше. Жаль только, что вражеских магов так прицельно достать проблематично, но с другой стороны, чтобы прикончить их наверняка все равно через толпу проломиться нужно. Вот мы и пробивались как могли.

Однако, несмотря ни на что, эти парни шли вперед как безумцы. Такое ощущение, что своего повелителя они боялись больше собственной смерти. Словно неудержимая лавина, они пытались прорваться сквозь мощную огненную стену, которая для многих оказывалась последним, что они видели в своей жизни.

Понятное дело, что при таком раскладе одной огненной стены было недостаточно. Даже такой мощной, которую мы поставили. Люди в доспехах прорывались сквозь нее в достаточно большом количестве.

Вот только в живых их после этого оставалась примерно половина. Остальные падали на камень сразу же после того, как делали несколько шагов, выйдя из приготовленной для них огненной ловушки.

Впрочем, это было неудивительно. Полностью укрытые доспехами, они варились в них как раки и прикипали к металлу с мясом. Думаю, пришлось бы очень сильно потрудиться, чтобы попытаться отодрать их от железяк, в которых они были и выколупать наружу.

Вокруг нас стремительно распространялся запах горелого мяса, а еще было очень жарко. Я чувствовал, как капли липкого соленого пота рекой текут по моему лицу, а моя Адамантиновая Броня прилипла к телу, как промокашка.

Несмотря на то, что куча врагов оставалась лежать на земле, работы нам хватало с головой. Не знаю сколько их там скопилось на этом участке, но приходилось просто удивляться, откуда их столько берется?

Хуже всего, что вооружены они были не обычными мечами. Как оказалось, их оружие довольно легко пробивает адамантин и даже защитные ауры от физического урона. Не знаю, может быть их оружие было сделано из редкого неизвестного нам металла, может быть просто оно магическое — мне плевать.

Самое главное, что оно могло достать нас и это меня беспокоило на самом деле. Глядя, как некоторые Мироходцы орудуют своим холодным оружием, я понимал, что больших потерь не избежать.

Вот же засранцы! Одаренные, мать их! Всю молодость вино хлещут, а когда нужно меч в руку взять, толком не знают, что с ним и делать. Привыкли чуть что заклинаниями шарашить, а ведь в ближнем бою они не всегда помочь могут. Ой, как не всегда…

Я легко уклонился от очередного удара, который пытался мне нанести один из черных рыцарей, скользнул вперед и мощным ударом раскроил ему затылок. Не знаю из чего там были сделаны их мечи, но мой верный Рассвет тоже легко справлялся с их доспехами. Резал как нож масло!

Шаг вперед, поворот и следующий удар раскалывает голову очередного урода как арбуз. Ударом ноги я сбиваю его на каменную площадь, чтобы он не отсвечивал и не загораживал мне обзор. И сразу из-за его спины вываливается еще одно тело, которое мощным ударом рассекает воздух прямо рядом со мной.

Вот сука! Еще бы немного и у него могло получиться меня задеть. Но для этого нужно быть еще быстрее, пока это слишком медленно, дружочек, очень медленно…

Он еще летел вперед после своего мощного удара, как тут же получил ускорение от меня в виде удара по спине, который раскроил его доспехи, как простую консервную банку.

Я махал мечом минут десять без перерыва и вскоре вокруг меня образовалась целая гора трупов. Они падали друг на друга, издавая громкий металлический звук, который сразу же тонул в окружавшем меня шуме, а на месте павшего тут же оказывался еще один.

На самом деле мне уже было крайне неудобно сражаться посреди этой кучи металлолома, где каждый мой шаг мог закончиться плачевно. То и дело при очередном маневре или пируэте спотыкался об очередную железяку под ногами. Это не фехтование, а рубка на измор получается…

Едва я успел сделать несколько шагов в сторону, чтобы попытаться занять новый плацдарм, как на меня вывалились еще двое. Ну это просто дурдом какой-то! Финт, атака, комбинация мощных ударов и один из нападавших валится под ноги.

Второму же прилетает в голову сбоку — это Сазонов не дает мне почувствовать себя одиноким в этой битве и беспокоится о моем здоровье. Хотя нет, скорее о Василисе, которую я тоже не упускаю из виду.

Она разумно держится шагах в пятнадцати позади меня. Не слишком далеко, конечно, от линии соприкосновения, но вполне достаточно, чтобы ощущать себя более-менее в безопасности. Ну и окружение из десятка Мироходцев я думаю добавляет ей дополнительной уверенности.

Так… Пожалуй пришло время моему шерстяному другу показать чего он стоит, Тосик там, наверное, уже заскучал по хорошей разминке.

Есть у меня подозрение, что за долгое время нашего с ним общения, плюшевый научился читать мои мысли. Само собой, наверняка я этого утверждать не могу, но что еще можно думать, если мне даже говорить ничего не потребовалось?

Я только открыл рот, чтобы предложить Тосику присоединиться ко мне, как почувствовал, что он уже вылезает из Рюкзака и карабкается мне на спину. Ну а спустя еще несколько секунд рядом со мной появляется огромная зверюга и громким ревом сообщает всем о своем прибытии.

Один из рыцарей на секунду замер, глядя на внезапно появившееся перед ним мохнатое чудовище и это стало для него большой ошибкой. Мог бы выбрать время получше для удивления…

Мощным ударом лапы Тосик отправил его в продолжительный полет. Звук был такой, как будто по пустому ведру бумкнули!

Бум!!!

Это отправился в воздушное путешествие еще один вражина.

Вот! Совсем другое дело! Судя по всему, плюшевый оказался в своей родной стихии. Вон, даже повизгивает от удовольствия… Ну да, куча-мала, в которой прав тот, кто сильнее — это он любит. Куда мне со своим фехтованием? Только устану, как собака…

Теперь есть время немного осмотреться и перейти ко второй части нашей встречи с этими уродами в жестянках. Поток рыцарей все-таки немного уменьшается, а значит можно заняться магами. Вот только не рано ли?

Я посмотрел по сторонам и оценил обстановку. Схватка была ожесточенной, однако все было под контролем Мироходцев — несмотря на потери, ребята понемногу продавливали врагов, которых становилось все меньше. Это отлично — моя помощь здесь точно не требуется, а значит не рано. Можно поработать немного…

Плюшевый позволил мне отойти немного в тыл, где я смог спокойно вколоть себе шприц-тюбик «Невидимости». Препарат подействовал мгновенно.

Я увидел встревоженные взгляды ребят, которые должны были присматривать за мной, но вдруг потеряли свою цель из виду и невольно улыбнулся. Представляю, сколько у них там сейчас мыслей в голове крутится куда это я подевался… Ладно, об этом думать некогда. Потом послушаю историю про свое исчезновение. Где там мое Кольцо Телепортации?

Мощный рывок вперед сквозь стену огня, затем еще один и вот уже сражение идет где-то далеко за моей спиной. Наброшенная на меня аура от магического урона защитила от огня, так что я почувствовал лишь окатившую меня теплую волну. Отлично. Ну, что тут у нас, господа маги?

Их было примерно с десяток. В отличие от остальных, на них не было доспехов, их заменили мантии траурного черного цвета. Оно и понятно, даже подумать не могу, что они могли быть какого-то другого цвета в этом мире…

Рядом с каждым магом было человека по три, которые видимо охраняли их. С обнаженными мечами они смотрели в сторону сражения и, судя по всему, ждали чем закончится дело.

Маги пока применять заклинания не могли, иначе был риск попасть по своим. Хотя какой тут риск? Сто процентов попали бы. Это уж если решат уничтожать нас вместе со своими соратниками, других вариантов нет, и я постараюсь, чтобы этих вариантов и не появилось.

При помощи кольца я очередным рывком переношусь за спину одному из магов и сношу ему голову с плеч.

Его охранники даже не обернулись в мою сторону, продолжая пялиться вперед. Может быть они заметят, что с магом не все в порядке, когда он свалится на каменную площадь, но дожидаться этого момента я не стал.

Я перемещался по площади как молния, от одного мага к другому. Первых трех я успел завалить довольно легко — никто вокруг еще не понял, что происходит нечто крайне плохое. Но вот после того, как самый первый маг рухнул на землю и вокруг раздались встревоженные крики, действовать стало немного сложнее.

Теперь приходилось кроме мага еще и сносить башку каким-нибудь охранникам, которые пытались окружить своих подопечных и не дать мне подобраться к ним вплотную. Не могу сказать, что меня это сильно напрягало — не так сложно сражаться с противником, который тебя не видит, но вот лишнее время и силы это отнимало. Хотя, чего уж тут, все равно и охранников нужно будет потом прикончить, так что какая разница, когда именно это будет сделано?

После того, как последнее тело упало на камни, я тяжело опустился на землю и глубоко вздохнул. Устал немного, нужно передохнуть хотя бы минуту, если вновь не хочу, чтобы у меня в глазах потемнело.

Кольцо Телепортации очень мощная штука. Отнимает прорву сил и магической энергии. Что поделать, в этом мире все так устроено — то, что хорошо работает, требует больших ресурсов.

Я услышал радостный рев Тосика где-то там за пламенем и не смог сдержать улыбки — ну хоть кому-то весело сегодня. Ну вот и славно, значит все там у них в норме.

Кстати, что тут у нас после этой площади вообще? Неужели очередные ворота? Я развернулся и посмотрел вперед.

Ворот там не было. Что-то большое и квадратное, похожее на… хрен его знает, храм там у них, что ли? Ничего не понятно пока.

Единственное, что я мог видеть, это огромные руны на стене этого сооружения, которые я сразу узнал. Это некромагический алфавит. Что-то подобное я уже видел на кубах. Ну, это для Василисы работа. Пусть она сама разбирается с этой хреновиной.

Я поднял голову выше и посмотрел на башни. Точнее на ту из них, которая была выше всех и горела самыми яркими огнями. Что-то мне подсказывало, что мне нужна именно она. Судя по всему, до нее уже осталось совсем немного, осталось только пройти это квадратное здание, исписанное рунами.

Ну, вроде бы немного отдохнул. Что-то слишком долго там ребята наши копаются, как бы не случилось чего. Время отдохнуть у меня еще будет, а вот если что-нибудь там у них случится, никак не исправить. Да и скучно сидеть на жопе ровно…

Рывок!

Глава 23

В тот момент, когда я проносился через пламя, вновь почувствовал, как огненные языки лизнули меня. Но их жаркое дыхание и на этот раз не причинило мне никакого вреда. Наши защитники хорошо знали свое дело, так что ауры продолжали действовать.

Честно говоря, я рассчитывал, что мое возвращение по большому счету окажется уже не особо нужным и мне придется просто рассказать ребятам, что магов я уже всех перехлопал. Но к моему удивлению здесь еще требовалась моя помощь.

Видимо в последних рядах шли самые опытные мечники, так что теперь они довольно неплохо сражались. Судя по количеству тел Мироходцев, которые лежали в крови, даже лучше, чем хотелось бы.

Я вломился в тыл к рыцарям и первым же ударом рассек спину одному из них. Затем рубанул следующего, еще одного… К тому моменту, когда они поняли, что их поголовье крайне быстро уменьшается, и кто-то активно этому способствует в тылу, я успел уложить около десятка.

Сразу же как они поняли, что им приходится отбиваться с двух сторон, эти уроды дрогнули и попытались сбежать. Надо ли говорить, что эта попытка не увенчалась успехом? Даже наоборот, из-за несогласованности действий в их рядах возникла паника, которая стала их могилой.

Одни еще продолжали драться, другие ломились сквозь них, пытаясь оказаться в безопасности… Нам оставалось только не упустить возможность быстро расправиться с ними, и мы воспользовались предоставленным шансом.

Не прошло и четверти часа после того, как я начал свое наступление во вражеском тылу, как от рыцарей не осталось никого, кто мог бы стоять на своих ногах. Последних, кто пытался это сделать, активно добивали наши Мироходцы.

Завидев меня, Тосик ломанулся в мою сторону и скоро я уже молился о том, чтобы он мне ничего не сломал, когда сжимал в своих огромных лапах. Ну понятно, в какой-то момент бедолага потерял меня из виду и, наверное, думал, что живым больше не увидит.

— Барон Димир, карамба! — радостно ревел он, оглашая своим рыком окрестности.

— Да успокойся ты… Задавишь, блин… — я гусеничкой пытался выбраться из его лап, но удалось мне это не сразу.

Наконец я оказался в относительной безопасности и попросил его больше так не делать, иначе живым он меня больше не увидит.

— Ты чего весь в крови? — услышал я голос Василисы, которая всегда появлялась как будто ниоткуда.

Кровь? На мне? Странное дело… Неужели я не заметил, как кто-то из этих уродов меня чем-то пырнул? Так вроде бы не чувствовал никакой боли, а на удар стали я уж как-нибудь точно бы отреагировал.

Я внимательно осмотрел себя со всех сторон и в самом деле увидел, что практически вся одежда на груди была испачкана кровью. Твою же мать, неужели Тосик?

— Плюшевый, а ну-ка иди сюда.

Он подошел ко мне поближе, и я увидел, что его мех и в самом деле в некоторых местах на груди слипся от крови.

— Целители! — громко крикнул я, пытаясь привлечь к себе максимум внимания и в этот момент ко мне с разных сторон ломанулось сразу несколько человек.

Они подбежали ко мне и замерли в ожидании жалоб, параллельно осматривая меня внимательными взглядами. Видимо, пытаясь понять откуда у меня кровь идет?

— Да не меня, вон его лечите, — сказал я и указал на плюшевого.

— Полиция Москвы карамба? — спросил он, настороженно разглядывая Мироходцев.

— Ну не то, чтобы… Они ближе к врачам так-то… В общем, не бойся. Ничего плохого они тебе точно не сделают. Только маленьким не становись, им так работать будет удобнее, понял?

— Карамба… — ответил он, закатил глаза и с размаху плюхнулся на свою упитанную задницу. Вот же засранец, под больного косит, глядя как о нем заботятся!

— Слушай, я вот думаю, может в театр его отдать на подработку? — спросил я у Соловьевой, которая с улыбкой наблюдала за этим душераздирающим зрелищем. — Я думаю пару театральных премий он бы у меня с легкостью оторвал.

— Надо подумать, — кивнула она. — Зачем такие таланты душить?

После ее слов Тосик хлопнулся на спину. Ну ничего, ребятам так даже удобнее будет работать.

Оставив плюшевого наедине с целителями, мы вернулись к нашим делам, а они были весьма скорбными — тел Мироходцев повсюду лежало довольно много.

Вокруг нас царила суета. То тут, то там вспыхивали ярким белым светом лечебные заклинания, которыми целители приводили в порядок раненых. Слышны были крики старших, которые пытались установить потери и выяснить кто погиб.

Где-то рядом зычно кого-то крыл матом Алабин. Причем делал он это с большим мастерством и такими витиеватыми ругательствами, которых я раньше и не слышал никогда. Нужно будет после этой войны записаться к нему на мастер-класс, чтобы не теряться в подходящих ситуациях.

Мне орать на всю крепость не потребовалось, ребята как-то сами собой собрались вокруг нас, и я с удовольствием отметил, что все наши живы.

Никто на нас не нападал, так что Алабин дал всем привести себя в порядок и отчасти восстановить магическую энергию, прежде чем мы двинулись дальше. Впрочем, на этот раз от нас больше понадобились умения добиваться успеха в рукопашной, чем в магии.

Удивительно, но эта, на мой взгляд, не самая сложная стычка забрала у нашего войска больше жизней, чем все остальные вместе взятые. Мы недосчитались двадцати трех человек, и эта цифра сильно била по мозгам.

Не то, чтобы я был в шоке от того, что мы за один бой потеряли десятую часть ребят… Скажем так, меня больше злило то, что все это произошло практически в рядовом сражении. Вот уж действительно, никогда не следует недооценивать силу обычного меча, как говорил мой учитель на далеком Эпсилуме.

Благодаря магическим способностям Соловьевой эти парни еще какое-то время повоюют рядом с нами, вот только есть один большой нюанс… Обратно они уже никогда не вернутся.

Константин Игоревич тоже был далеко не в восторге от того, что произошло. На всех срывался, злился… Даже ко мне не подошел до того момента, пока мы не оказались возле здания, сплошь покрытого рунами некромагического алфавита. Впрочем, общее дело от этого не сильно пострадало, так как обсуждать по сути и нечего было. Другого пути, кроме как в этот храм, у нас ведь все равно не имелось.

Много времени на то, чтобы разобраться, что здесь нужно делать, Василисе не потребовалось. Она быстро осмотрела лицевую сторону этого сооружения, затем провела руками по некоторым частям стены и вдруг все руны, покрывавшие здание, одновременно зажглись красным светом.

— Да ладно! Быть того не может! — удивленно воскликнул Минин. — Неужели даже никакой крови не понадобилось? На тебя это непохоже, Соловьева. Обычно хотя бы палец себе колешь. Честно говоря, с учетом масштабов этой хреновины, я уже надеялся посмотреть, как ты себя исполосуешь, чтобы пару литров крови выкачать.

— Извини, что я тебя разочаровала, — ответила она. — Но если тебе за сегодня мало крови, могу тебе организовать какое-нибудь кровотечение. Ты в каком месте предпочитаешь?

На этот вопрос Лешка решил на всякий случай не отвечать. Василиса вновь вернулась к своим рунам, провела рукой по нескольким из них, и в самом центре здания появилась дверь. Ручаюсь, что несколькими секундами ранее ее там точно не было.

— Нужно было просто активировать некоторые руны, — громко сказала она, прокомментировав свои действия. — Здесь имеются надписи, которые говорят о том, какие из рун нужно подключить, чтобы появился проход. Для большинства обывателей все это лишь странные закарлючки, ну а для меня, как видите, все вполне ясно.

— Пойдем посмотрим, что внутри, — сказал Алабин. — Надеюсь опять мечом махать не нужно будет, а то они у нас так всех укокошат.

Его мрачная ирония осталась без ответа, и мы осторожно, друг за другом, начали входить в это здание, которое выглядело как храм.

Оказавшись внутри, я понял, что был совсем недалек от истины. Это было похоже на какое-то культовое сооружение или что-то в этом роде. Во всяком случае, если оно и использовалось по другому назначению, то я даже не догадывался каким образом.

Повсюду внутри оно было выложено квадратной черно-белой плиткой, отчего у меня сразу же возникло легкое головокружение. Трудно было понять где заканчивается пол и начинаются стены. Аналогичная история была со стенами и потолком. Все это крепко сбивало с толку.

— Человеку, который придумал такую отделку, нужно в голову гвоздь забить, — прокомментировал увиденное Минин и это был тот редкий случай, когда я с ним был согласен целиком и полностью. Я даже был бы не против если бы создателю этого ужаса заклепали парочку гвоздей.

На противоположной стене от нас стояло четыре статуи высотой метров по пять и лишь только благодаря им можно было хотя бы приблизительно определить высоту этого здания.

Внутри царила абсолютная тишина и все наши шаги громким эхом разносились вокруг. В ожидании того, что будет дальше происходить, мы в нерешительности замерли на месте и вдруг тишину разорвал громкий звук, с которым камни бьются друг об друга.

— Какой дебил закрыл эту долбаную дверь? — прорычал Алабин. — Неужели у кого-то совсем мозги набекрень?

Несколько минут разбирались в ситуации, но оказалось, что дверь никто не закрывал. Она захлопнулась сама, после того как внутри здания оказался последний Мироходец. Попытки открыть ее вновь ни к чему не привели — она была заперта.

— Похоже кто-то приготовил нам очередную ловушку, — высказал предположение Минин, но это было очевидно для всех и без его замечаний. — Если сейчас потолок слипнется с полом, и мы превратимся в лепешки, вот вообще не удивлюсь.

Однако в лепешки мы не превратились, случилось нечто иное.

Едва он успел договорить, как вдоль стен пробежалась световая волна, которая активировала невидимые для нас источники света и внутри стало ярко, как днем. С учетом того, что все время в этом мире мы бродили в каких-то потемках, выглядело это настолько необычно, что невольно внушало страх. Значит это было далеко неспроста.

Мы еще не успели прийти в себя от этого, как вдруг статуи ожили и сошли со своих постаментов, на которых они до этого стояли. Теперь мы получили возможность хоть немного рассмотреть их и понять, что они из себя представляют.

Не знаю, как кому, а мне они напомнили крылатых демонов, в руках которых были бичи с длинными черными цепями. Причем они явно выглядели не живыми. Их движения были какими-то порывистыми и рваными, без какой-либо плавности. Живые существа не могут так двигаться, разве только роботы.

Причем, что интересно, они действовали словно близнецы-братья и если один из них совершал какое-то движение, то же самое делали и остальные трое.

Оказавшись на полу, они дружно поиграли своими бичами, а потом ровной шеренгой пошли в нашу сторону.

Разумеется, никто не стал ждать пока они подберутся поближе, и ребята начали швырять в них заклинания, как только они сделали несколько шагов.

Довольно быстро стало понятно, что никакого урона мы им не наносим, разве что замедляем движение. Они цокали своими копытами по черно-белому полу, с каждой секундой приближаясь к нам все ближе и ближе.

Когда они подошли на расстояние пятнадцати шагов, демоны одновременно ударили по нам своими бичами. Как только их удары достигли своих целей, мы поняли, что дело хреново. Причем очень хреново.

Мироходцы, в которых попали эти каменные демоны своими бичами, просто исчезли. Как будто их и не было вовсе. Увиденное стало для нас полным шоком, что неудивительно — думаю каждый из нас видел нечто подобное впервые.

Со всех сторон раздались крики и мне даже показалось, что некоторые из ребят были близки к панике и вот это было самое хреновое.

Ситуация буквально на глазах превращалась в полную катастрофу. Лишь малая часть Мироходцев пыталась хоть что-то сделать, а все остальные жались к тыльной стене или бегали кругами, пытаясь избежать смертельных ударов.

Краем глаза я успел увидеть, как Воронов выбежал немного вперед и попробовал загородить нас Каменной стеной, но она разлетелась в пыль под ударами демонов, даже не успев продержаться и минуты.

Как только она исчезла полностью, сразу две цепи ударили в самого Воронова, и он исчез.

Я просто отказывался поверить в случившееся. Человек, с которым я прошел практически весь свой боевой путь сражаясь плечом к плечу, просто взял и растворился в воздухе будто его и не было никогда.

Однако отчаянные крики Подариной и Соловьевой подтвердили, что увиденное мной произошло на самом деле и Воронова больше нет.

А между тем бичи продолжали щелкать, собирая свой урожай смертей. Демоны молотили ими с завидной скоростью и напоминали смертельных жнецов, которые пришли из Ада, чтобы собрать свою жатву из человеческих жизней.

В тот момент, когда мне начало казаться, что рано или поздно их удары коснутся каждого из нас и этот долбаный храм станет нашей общей могилой, я почувствовал, как Рюкзак за моей спиной ожил.

Я с грустью подумал, что это мой верный Тосик выбрался наружу, чтобы попытаться нам хоть чем-нибудь помочь, но я ошибся. Это был не он.

На черно-белом полу появился Шушик, который замер словно изваяние.

— Какого хрена, крокодил? Тут даже места нет, чтобы ты превратился в дракона! — крикнул я ему, стараясь перекричать царивший вокруг дурдом.

Вот только ящер, в отличие от меня, был совсем иного мнения.

Как будто туго скрученная резиновая змейка он вдруг начал стремительно раскручиваться и буквально на глазах превратился в огромную кристаллическую… Стоп! Неужели это змея?

Поначалу было и в самом деле очень на это похоже, но лишь когда он приобрел свою окончательную форму, я понял, что это не змея. Это дракон. Только в восточном представлении этого зверя, с длинным, могучим телом и огромной клыкастой пастью, которая могла запросто проглотить каждого из демонов целиком.

Ох ты же мой дорогой! Я даже не думал, что ты так умеешь!

Кристаллическое тело скользнуло к демонам, которые начали нещадно лупить по нему своими бичами, но к счастью с Шушиком ожидаемого ими эффекта они не достигли.

Цепи вырывали из него огромные куски кристаллического тела, которые тут же разлетались на мелкие осколки, но вот сам ящер никуда исчезать не собирался. Наоборот, он обвился вокруг демонов кольцом, которое начало сжиматься.

Эти адские твари пытались бить его чаще, их движения становились стремительнее с каждой секундой, но кристаллическое кольцо вокруг них продолжало неумолимо сжиматься все туже и туже.

Вот уже оно коснулось ног первого демона и они рассыпались в пыль обрушив тварь на пол. Следом за ним рухнул еще один и вскоре их не стало вовсе. Лишь было видно медленное движение кристаллического тела Шушика, которое к этому моменту свилось в несколько кругов.

В храме стало тихо, а затем части тела ящера, которые до этого осколками остались лежать в разных местах храма, медленно начали двигаться в сторону своего хозяина. Повисшая на время тишина была разрушена звуком тысяч мелких кристаллов, которые скользили по гладкому полу словно стеклянная река в направлении тела Шушика.

Спустя совсем немного времени последний осколок встал на свое место, и ящер медленно пополз в мою сторону.

— Крокодил карамба! — услышал я довольный голос Тосика, который уже сидел на моем плече. — Ата-та карамба!

Каждый раз удивляюсь, как это маленький засранец успевает выбраться из Рюкзака, чтобы я этого не заметил? Сто процентов у него есть какая-то способность, о которой плюшевый мне не говорит. Вот как у Шушика, например. Кто знал, что это парень умеет превращаться в самых разных драконов?

В этот момент кристаллический дракон уперся в меня своей стеклянной мордой, и я погладил его по гладкому прозрачному носу.

— Будем дома, выдам тебе два ящика апельсинов — лопай пока не треснешь, крокодильчик ты мой ненаглядный!

Глава 24

— Минус сорок семь человек, — мрачно сообщил мне Алабин, после того как старшие отчитались перед ним, и мы отошли в сторону обсудить дальнейшие планы.

— Много, — кивнул я. — Хотя, учитывая обстоятельства, могло быть еще больше.

— Еще больше… — покачал головой Константин Игоревич. — Да если бы не твой хрустальный зверь, мне кажется, наша история здесь бы и закончилась. Или ты думаешь кто-то смог бы остаться в живых?

Отвечать на вопрос я не стал — в общем, я был согласен. Кроме одной маленькой детали. У меня был артефакт, при помощи которого я мог бы попытаться вытащить отсюда как можно больше народа. Думаю, если бы взялись за руки, это обязательно сработало. Вот только неизвестно сможет ли Кольцо Альфара перетащить нас отсюда домой, но это уже совсем другой вопрос. Надеюсь, мне не понадобится проводить подобные эксперименты.

— Вообще-то странная битва получилась, — не дождавшись от меня ответа продолжил говорить Алабин. — Сорок семь человек, можно сказать, убитых и ни одного раненого. Прямо в первый раз со мной такое.

— Ну а что вы хотите, маркиз, если враги странные, значит и сражения получаются такими же.

В этот момент с тыльной стороны здания послышался шум. Медленно, будто кто-то тянул каменные блоки веревками, начала раздвигаться стена. Когда образовался довольно широкий проход, все стихло.

— По-моему, хозяева этой крепости нас приглашают в гости, граф, — сказал Константин Игоревич и почесал щеку. — Не будем заставлять их ждать.

Когда я вернулся к своим ребятам, то застал их в довольно мрачном расположении духа. Оно и понятно — потеря Воронова крепко била по мозгам. К людям быстро привыкаешь, когда проводишь с ними много времени в нестандартной обстановке.

Ну а когда еще плюс ко всему вы вместе сражаетесь… Такие люди становятся почти родственниками, и в данный момент я очень сильно ощущал это даже по себе, хотя на своем веку подобных случаев у меня было немало. Что уж говорить об остальных?

Самый правильный вариант сейчас вовсе не говорить об этом. Дома лучше всего. В данный момент, будет лучше вообще поменьше разговаривать, иначе очень просто поругаться. Любое слово, если оно не касается сражения, будет казаться неуместным.

Ну, оно и к лучшему. Пусть каждый оставит свои мысли и слова при себе, проще будет на бой настроиться.

— Я чувствую впереди мощный источник энергии, — сказала Василиса, когда мы двинулись в сторону выхода. — Нужно быть очень осторожными и на всякий случай советую всем приготовиться к бою.

Ей никто не ответил, но это был тот редкий момент, когда все чувствовали, что сейчас нас ждет непростой бой и буквально предчувствовали его. Да и как может быть иначе, если до главной башни было рукой подать. Лишь какие-то пара сотен шагов и мы на месте. Просто их нужно пройти.

Когда мы вышли из храма, зрелище было впечатляющим. Уходящая куда-то в темное небо огромная черная башня нависала над нами и давила. Красное пламя на ее вершине теперь казалось еще больше. Словно это был не источник света, а пожарище на самом верху.

Между нами и входом в нее и в самом деле оказалось совсем небольшое расстояние. Нас разделяла гладкая как стекло площадь, в которой отражался горящий на башне свет. От этого создавался странный эффект, будто вся она была раскалена, а каждый шагнувший на нее, рисковал в любой момент воспламениться и сгореть дотла.

Всего какая-то площадь… Хотя нет, не только. Еще кое-что…

На другой стороне площади стояли два человека. Расстояние было небольшое, так что нам было довольно хорошо их видно.

Оба они были одеты в черные мантии, капюшоны откинуты, а на лицах отражалось красное пламя, отчего выглядели они жутковато. Они и так оба были уроды еще те, да еще этот свет…

Не нужно было быть гением, чтобы понять — перед нами некроманты. Один из них был явно постарше второго. Они перекинулись несколькими фразами между собой, затем более молодой остался, а его старший соратник исчез внутри башни.

Оставшись один, некромант вскинул руки в стороны и что-то громко прокричал. Само собой, никто из нас не понял его слов, но не думаю, что после этой речи с неба посыпятся медовые пряники и шоколадные конфеты.

Так и вышло.

Сначала вокруг некроманта появилась ярко-зеленая полупрозрачная сфера, а затем он начал трансформироваться. Его тело ломалось под самыми странными углами, конечности стремительно удлинялись, а кроме того из него начинали расти новые руки и ноги. Все это сопровождалось его истошным нескончаемым криком боли.

Пока было непонятно каким он будет в итоге, но вот он уже стал метров десять в высоту и продолжал увеличиваться. Вместе с ним становилась больше и сфера, которая переливалась вокруг него зеленым светом.

— Последняя форма… — сказала стоявшая рядом со мной Василиса.

— Что это значит? — спросил я у нее, не отрывая взгляда от некроманта.

— Очень мощное заклинание. Одно из самых сложных в нашем деле. Это значит, что он превращается в демоническую тварь, посланную ему его властелином и обратного пути у него больше нет. Он никогда не станет прежним и продолжит жить вот так, либо…

— Либо он сдохнет, — помог ей Минин. — Такие уродливые твари не должны продолжать жить, так и хочется его прихлопнуть как таракана.

— Ну что же, давайте попробуем, — кивнула Соловьева и в этот момент крик некроманта стих.

Хотя, почему некроманта? То, что стояло сейчас перед нами, точно им не было. Даже если оно выживет, то все равно им уже никогда не станет, а мы постараемся, чтобы именно так и случилось.

Вот только жаль, что Шушик нам уже не помощник. Судя по цвету кристаллов после его прошлого превращения, магической энергии в нем осталось крайне мало. На второе перевоплощение в дракона точно не хватит, а он бы сейчас был очень кстати…

То, во что в итоге превратился некромант, больше всего напоминало огромного паука. Правда, очень необычного, вернее будет назвать его пауком-мутантом.

На его уродливой голове было с десяток огромных черных глаз, в которых отражался красный свет, а из пасти торчали вперед длинные клыки, больше напоминавшие косы.

Передние лапы служили ему не опорой, а оружием. Он, словно богомол, поднимал их вверх, и каждая была размером с пару человек.

Он раскрыл свою пасть и в нас через всю площадь полетела струя яда, которая и послужила сигналом к битве.

Над пауком появился темный водоворот, который становился все ярче, а потом прямо на него рухнула Комета, которую запустил кто-то из огневиков. Причем более мощный ее вариант, не такой как у меня. Раза так в два мощнее, судя по эффекту.

Видимо какой-то Мироходец решил покончить с проблемой как можно быстрее и одним махом опустошил свой запас магической энергии, шарахнув по нему самым сильным заклинанием, которое имелось в его арсенале.

На какое-то мгновение все вокруг паука утонуло в пламени и нам показалось, что выжить после такого просто невозможно, но мы ошиблись. Для этой твари оказалось возможно.

Судя по его внешнему виду, заклинание не доставило ему каких-либо неудобств. Зато его защитная ярко-зеленая сфера стала практически невидимой и потеряла цвет. Она выдержала мощный магический удар, но, судя по всему, хорошенько потеряла в защитных свойствах.

Это было хорошей новостью, значит она все-таки рано или поздно исчезнет. Вот только сил и заклинаний придется много потратить, пока получится добраться до самого паука и какое количество людей он успеет убить?

Вопрос, конечно, интересный и ответ на него нужно искать прямо сейчас. У меня нет никакого желания истратить все свои оставшиеся резервы на эту битву и дать сбежавшему некроманту возможность покончить с нами, как с надоевшими мухами. Нужно добраться до него и чем скорее, тем лучше.

Приняв решение, я отыскал глазами Алабина, который был совсем недалеко от меня и побежал к нему.

Вокруг уже начал твориться магический фейерверк из самых разных заклинаний, которыми потчевали паука Мироходцы. Каждый хотел, чтобы эта тварь сдохла до того, когда у нее получится подобраться поближе.

— Я видел, что проход в храм закрыт! — крикнул мне в лицо Алабин, когда я подбежал к нему. — Мы здесь как в мышеловке!

Проход? Все мое внимание было сконцентрировано на некромантах, поэтому я даже сначала не понял, о чем говорит Константин Игоревич. Но затем посмотрел на проход в храм и все понял — теперь там и в самом деле была лишь гладкая стена.

Ну что же, лишний довод в пользу того, что я принял правильное решение. Именно здесь нам планировалось устроить братскую могилу, и ситуация для этого подходила как нельзя лучше.

— Черт с ним с проходом, — ответил я. — Я с другим к тебе, маркиз. Мне нужно идти в башню.

Он оторопело посмотрел на меня, затем на красный огонь на вершине башни и покрутил пальцем у виска:

— Ты что, совсем спятил? Один туда лезть собираешься? Самоубийца!

— Нет, маркиз, все не так как ты думаешь. У нас все равно нет других вариантов. Если сейчас не попытаться добраться до сбежавшего парня, то вся эта история может оказаться проигранной. Все мы будем, как один большой отряд самоубийц, понимаешь?

— У меня приказ, Соколов. То, что ты хочешь сделать — глупость. Нам нужно уничтожить эту тварь и потом покончить с некромантом вместе.

— Глупость оставаться здесь всем, чтобы сделать так, как ты говоришь, маркиз. Он только того и ждет, разве непонятно? Сейчас эта паскуда высосет из нас все силы, а затем с нами разделаются как с крысятами.

Взгляд Алабина метался из стороны в сторону. Он смотрел то на меня, то снова на башню. Я думаю он отлично понимал, что в моих словах есть определенный смысл, но ему было очень трудно принять это решение. Пришлось ему немного помочь.

— В любом случае, я сделаю так, как считаю нужным, — я посмотрел ему в глаза. — У меня есть особое мнение по этому поводу.

Константин Игоревич колебался еще мгновение, а затем хлопнул меня по плечу:

— Хорошо, действуй. Наверное, это правильное решение. Удачи тебе, Володя.

— Правильное или нет — обсудим в Москве, — подмигнул я ему. — Теперь отвлеките этого паука немного. Не хочу, чтобы он видел, как я иду в гости к его товарищу или кто он там такой…

Алабин принялся раздавать соответствующие команды, и вскоре большая часть Мироходцев начала сосредотачиваться на одном фланге, привлекая к себе внимание паука.

Теперь приходил мой черед действовать и мне нужно было как-то проскочить мимо него, да еще постараться остаться после этого целым и невредимым.

Дождавшись момента, когда он практически полностью отвернется от меня, я применил Кольцо Телепортации и совершил первый рывок.

Не знаю, может быть у этого мутанта и на заднице были глаза, но каким-то непостижимым образом он заметил меня. С удивительной скоростью паук развернулся на сто восемьдесят градусов и в тот момент, когда я заканчивал свой рывок, в мою сторону полетела струя из его пасти.

Выстрел был не самый плохой, но вот не снайперский это точно. Ядовитая кислота выжгла кусок гладкого пола почти в двух метрах от меня. Слишком далеко, чтобы нанести мне хоть какой-нибудь вред.

Я совершил еще один рывок и в этот момент услышал рев паука, а затем он ломанулся в мою сторону. Видимо он до этого думал, что я просто собираюсь обойти его с тыла и только сейчас понял, что на самом деле мне этого и даром не нужно. Сейчас у меня совсем другая цель.

Мне понадобилось несколько рывков, чтобы добраться до входа в башню и все это время паук пытался хоть как-то меня достать своим ядом, но каждый раз промахивался.

Когда мне оставался всего один рывок, я вдруг услышал, как прямо за моей спиной упало что-то огромное и пол под моими ногами содрогнулся. Я ненадолго потерял равновесие и лишь в последний момент смог устоять на ногах.

Бросив быстрый взгляд назад я увидел паука-мутанта, который был прямо за моей спиной. Я буквально чувствовал вонь из его раскрытой пасти, которая была размером с меня.

Просто невероятно как быстро он смог здесь оказаться! Неужели эта тварь прыгнула за мной⁈

Острый коготь, словно гигантская хитиновая коса вонзился в пол буквально в одном шаге от меня, и я услышал, как что-то треснуло под моими ногами. Сколько же мощи было в этом ударе, что даже пол не выдержал и лопнул?

Это придало мне ускорения и в последнем рывке я все-таки достиг входа в башню и побежал по ступенькам, которые уходили далеко вверх.

Сквозь толстые стены башни я услышал отчаянный рев, которым проводил меня паук, а затем что-то мощное ударилось о башню с такой силой, что она задрожала.

Теперь меня это уже мало волновало — пусть бесится. Самое главное — я внутри, все остальное уже не так важно. Надеюсь ребятам удастся быстро покончить с ним, ведь теперь эта тварь была в бешенстве, а значит может наделать много ошибок. Самое главное сбить с нее щит поскорее.

Я остановился, чтобы немного перевести дух и услышал грохот камней за моей спиной. Какого хрена? Что там еще происходит?

Поначалу я не очень понимал, но затем увидел, как ступеньки за моей спиной одна за другой покрываются трещинами, а затем осыпаются вниз, с грохотом ударяясь о землю.

Ну что же, вот и еще одно доказательство того, что я принял правильное решение. Все сделано так, что даже случись нам всем оказаться в башне, лишь кто-то один сможет добежать до верха. Остальные рано или поздно полетят вниз, где их ждет смерть.

Я рванул вперед со всей скоростью, на которую был способен в этих обстоятельствах, но она оставляла желать лучшего. Трудно бежать вверх по лестнице, тем более, когда она завивается в бесконечную спираль.

Весь мокрый от пота я перескакивал через ступеньки и думал только о том, чтобы не споткнуться и не упасть. Трудно представить момент, в котором это было бы еще неуместнее. Тогда уж точно у меня никаких шансов не будет, заклинанием левитации я не владею, а вколоть подходящий шприц-тюбик могу не успеть, даже если максимально замедлю время.

Несколько раз я активно помог себе Кольцом Телепортации, но делать это все время просто не мог. После стремительного рывка очень трудно было восстановить шаг и размеренный ритм бега, к которому все-таки привыкаешь. Да и магическую энергию сейчас тратить будет не самым правильным решением.

Вот только иногда все же были ситуации, когда других вариантов просто не оставалось. Как-то совсем не хочется полететь вниз вместе с очередной рассыпавшейся ступенькой.

К тому моменту, когда я добежал до верха, я уже начал думать, что некромант каким-то мощным заклинанием смог сделать так, чтобы я бежал, но при этом все равно оставался на одном и том же месте. С учетом однообразного процесса представить это было несложно.

Но к счастью это было не так, и после очередного пролета лестница закончилась. Казалось, мое сердце в этот момент уже готовилось выскочить из груди, а легкие просто разрывались от дикой боли.

Мне кажется я еще никогда не бегал с такой скоростью. Даже когда за мной гнались людоеды на богом забытой планете Джок, которые хотели приготовить из меня десерт, я не бежал так быстро.

— Надо же, какой-то сукин сын все-таки смог оказаться здесь, — услышал я удивленный голос откуда-то из глубины большой темной комнаты, в которой я оказался.

Лишь после того, как темные круги усталости перед моими глазами более-менее разошлись, мне удалось рассмотреть это место.

Комната напоминала резную некромагическую поделку. Вся она была покрыта маленькими рунами, которые кто-то выдолбил здесь повсюду. Они сплошь покрывали собой пол, стены и даже потолок.

Я вытащил Рассвет, который светился словно белое пламя. Никогда еще его огонь не был настолько ярким как сейчас.

— Неужели ты думаешь, что эта жалкая тыкалка сможет сравниться с Клинком Истинной Тьмы?

В этот момент в его руке прямо из воздуха появился темный клинок, который горел черным пламенем.

Наши глаза встретились и теперь я видел, насколько древнее существо стоит передо мной. Это ощущалось каждой клеточкой моего тела.

— Кто ты, жалкий червь, осмелившийся бросить мне вызов и разрушивший мои планы? — с улыбкой спросил он.

— Меня зовут Сильвиан Красс, — сказал я и улыбнулся в ответ. — Запомни это имя, тварь, потому что оно будет последним, которое ты услышишь в своей жизни.

Глава 25

— Сильвиан Красс… — некромант произносил мое имя как-то странно, шипя словно змей и это было непривычно. — Как много подобных тебе пытались убить меня, но где они теперь? Почему ты считаешь, что тебе это удастся?

— Как много тех, кто смог убить всех твоих прислужников? — решил я ответить вопросом на вопрос, чтобы немного его позлить. Разъяренный соперник допускает больше ошибок — гнев застилает разум.

— Вот здесь ты прав, Сильвиан Красс, и ты за это заплатишь…

Я хотел сказать этому уроду еще какую-нибудь гадость, но не успел. Он прокричал какое-то заклинание, которое эхом отразилось от каменных стен и окружающая картинка начала стремительно меняться.

Яркая красная вспышка на мгновение ослепила меня и все вокруг снесло будто мощным взрывом. Я почувствовал, как некая таинственная сила придает мне мощное ускорение, и я лечу вверх, а мощные потоки ветра бьют мне в лицо. Неужели, что-то рвануло подо мной и сильной взрывной волной меня унесло вверх?

Да нет, не похоже… Наверное, в такой ситуации я должен был почувствовать боль или какие-то неприятные ощущения. Сейчас же я не чувствовал ничего, лишь свободный полет.

Остановка вышла быстрой и неожиданной. Я просто завис на какое-то время в пространстве, а затем так же плавно опустился на нечто твердое.

Вот только ничего под моими ногами не было. Вокруг была сплошная пустота и лишь где-то там вдалеке было нечто, похожее на звезды, которые сейчас были практически незаметны. Неужели это какое-то пространственное место, куда есть доступ только у него?

Вполне возможно… Сражаться на своей собственной территории, это выглядело с его стороны самым правильным шагом. Да мне плевать, в принципе… Самое главное, чтобы здесь работала моя магия, все остальное не так уж важно. Разве только это место дает ему какие-то уникальные силы.

Прямо напротив меня, буквально в двадцати шагах, стоял некромант, который сжимал свой меч, горящий темным пламенем. Его черная мантия развивалась, будто ее трепал ветер, однако я же его не чувствовал вовсе и выглядело это крайне неестественно.

Да и вообще, со стороны казалось будто он парит в небе, словно черный призрак. Ну что же, если это задумывалось им, чтобы произвести на меня впечатление, то ему удалось — выглядело это эффектно.

Интересно, он и в самом деле собирается со мной сражаться на мечах? Если так, то это будет даже любопытно.

В этот момент некромант скинул с себя мантию, и я увидел, что все его тело буквально светится изнутри мягким красным светом, который с каждым мгновением становился все ярче, а затем с ним начали происходить изменения.

Он был похож на оборотня, который на моих глазах превращается из человека в волка, вот только он перевоплощался в существо похуже.

Его ноги вдруг удлинились на несколько метров, тело раздалось вширь, лицо превратилось в черный череп с клыками и красными глазами, длинные рога…

Если бы дело происходило на Земле, то я бы решил, что покончить со мной явился Дьявол собственной персоной. Но в данном случае это не так.

Тело некроманта теперь было черного цвета и как будто собрано из деталей, в стыках которых горело яркое пламя. Он возвышался надо мной словно огненный демон, в руке которого был огромный горящий темным огнем меч.

Вот теперь я не сомневался, что этой твари хватит сил достаточно долго махать своей волшебной черной железякой. Я покрепче сжал в руке горевший белым Рассвет, который по внешнему виду проигрывал оружию некроманта.

Ну что же, до сих пор он меня не подводил ни разу, так что будем надеяться я сделал правильный выбор в свое время, когда купил его. Мы смотрели друг на друга и каждый ждал первого шага от своего оппонента.

Я решил пойти первым.

У меня было достаточно магической энергии на пару Комет, но если потратить их полностью, то я стану практически бесполезен как маг-времени. Так что я решил начать с одной.

В данной ситуации мне нужно действовать очень осторожно — здесь нет никого, кто сможет мне хоть как-то помочь, а значит я могу рассчитывать только на собственные силы.

К тому же сразу будет понятно, ошибся я или нет. Заклинание самое мощное в моем арсенале, но если одна Комета не доставит некроманту проблем, тогда какой смысл во второй?

В воздухе появилось знакомое облако, предвещавшее удар заклинания, вот только размерами оно сильно отличалось от обычного. Причем в меньшую сторону. Все-таки моя магия работает здесь немного иначе и это было не очень приятной новостью. С другой стороны — хорошо хоть вообще работает.

Так и вышло. Темное пространство над некромантом прорезал огненный росчерк и врезался прямо в него. Вот только это совсем не было похоже на Комету в том виде, к которому я привык. Здесь скорее был усиленный вариант Огненного шара.

Заклинание ударило в моего врага и в тот же момент вокруг него появилась красная сфера, которая приняла на себя удар Огненного шара и взорвалась.

До меня донесся звук, как будто кто-то волок кирпич по асфальту. Почему-то мне кажется, что именно этот отвратительный звук заменяет смех этой твари. Ясно одно — мой Огненный шар произвел на некроманта не самое сильное впечатление и, судя по всему, вообще не нанес никакого урона.

В ответ он провел перед собой мечом и перед ним возникло сразу три призрачных фигуры, которые сжимали в руках точно такие же мечи, которые были у некроманта. Да и сами они были похожи на его перевоплощение, разве что размерами были поменьше. Совсем немного поменьше, правда.

Вот это точно не дело — только двойников мне его не хватало. Если он будет плодить их пачками, то добраться до него будет крайне сложно. Если вообще возможно.

Однако план на этот счет у меня был, теперь осталось проверить как здесь работает эта штука.

Я ударил в него всей мощностью Пелены и это сработало! Некромант зарычал и обхватил руками голову. Да у меня и у самого голова закружилась в тот момент, когда я вломил ему артефактом.

Почувствовав мой удар, он сразу понял, что я хочу сделать и выставил защиту, но было уже слишком поздно. Горячая волна прошлась через мой мозг, и я буквально ощутил, как будто огненная стрела пробивает ледяную стену, которую он поставил, чтобы защититься от меня.

— Брось меч! — крикнул я, вложив в приказ столько магической энергии, что буквально почувствовал с какой силой мои слова бьют по разуму некроманта и как непросто ему сопротивляться.

Но тем не менее он сопротивлялся. Причем довольно успешно. Он ответил мне криком, который чуть не сбил меня с ног, но не бросил своего оружия. Однако при этом его двойники исчезли, будто их и не было вовсе.

Ну что же, отлично. Будем считать, что Пелена сработала как нужно. Пусть я не могу контролировать его полностью, однако силы артефакта достаточно для того, чтобы он не мог применять свою магию. Один ноль в мою пользу.

Поняв, что ему больше никак не достать меня, некромант пошел ко мне. Расстояние между нами стремительно сокращалось. Последние метры он преодолел мощным прыжком и с ходу нанес мне сильнейший удар, которым намеревался сокрушить меня с первой же попытки.

Хрена с два!

Я выставил руку вперед и наши мечи встретились друг с другом. Меня осыпало огненным дождем из искр, которые высекли друг из друга мощные артефакты, но главное — Рассвет выдержал этот удар.

Даже никакого намека на то, что мой артефакт может рассыпаться. Хотя от его могучего удара, я даже присел, чтобы устоять на ногах и не упасть. Но я смог выстоять и теперь мы немного потанцуем, господин некромант. Знаю я один прекрасный танец смерти и считаюсь неплохим танцором.

Отбив удар я выдержал его дьявольский натиск и мощным толчком отбросил назад. Судя по тому, как он неуклюже сделал пару шагов назад, некромант явно не рассчитывал на что-то подобное.

Он смотрел своими красными глазами на тонкий белый меч в моих руках, который сейчас был похож на яркий солнечный луч, и рычал от злости. Мне кажется, он просто не мог поверить, что этот изящный артефакт смог выдержать удар его страшного оружия.

Вот и хорошо, что не мог поверить, а теперь самое время удивить его еще больше.

Я сделал несколько стремительных шагов вокруг него, совсем немного ускорив свое движение и нанес ему удар по бедру.

Некромант попытался было держать меня в поле зрения и даже попробовал отбить мой удар, но это было настолько медленно, что для меня все выглядело как будто это происходило в замедленной съемке.

Рассвет рассек ему бедро, оставив после себя длинный тонкий след, который мгновенно стал шириться и вскоре превратился в огромную рану, из которой вырвались языки пламени. Все верно, так и должно быть, надеюсь некроманту будет полезно узнать, что мой меч против нежити имеет особые неприятные сюрпризы.

В этот момент я почувствовал резкую головную боль, а затем меня ударило очередным громким криком моего врага. Он вновь попытался применить против меня магию, но Пелена заблокировала эту попытку и это был крик отчаяния.

Теперь уже я попытался атаковать некроманта, чтобы попробовать перехватить инициативу, но похоже немного недооценил его.

Он ушел от моих ударов достаточно легко для его габаритов, что меня неприятно удивило. Что же, вынужден признать, этот урод и в самом деле был неплохим фехтовальщиком, а значит придется использовать свои козыри по максимуму.

Некромант совершил несколько обманных движений, но я на них не купился, поэтому ему пришлось завершить серию мощным круговым ударом, чтобы не дать мне возможности сразу контратаковать и заставить отойти подальше.

Однако в его случае это было очередной ошибкой. Теперь я ускорился довольно сильно и в тот момент, когда он заканчивал свой могучий удар, я уже был у него за спиной. Одним ударом я рассек ему спину, а вторым ударил по второму бедру.

Жаль, что он был намного выше меня, с того места, где я оказался, открывалась прекрасная возможность снести ему голову. Вот только до шеи мне никак было не достать, а значит придется изматывать его такими вот уколами.

Получив парочку болезненных ударов, некромант развернулся ко мне, ударив мечом наотмашь, и это было настолько быстро, что ему удалось достичь своей цели. Адамантиновая Броня Великого Оберега звякнула на груди рассеченными кольцами, и я почувствовал острую боль.

Ах ты сука! Все-таки смог достать меня своей тыкалкой! Еще бы немного, и он разрубил меня пополам! Кровь заливала мне грудь, и я чувствовал, как рана начинает гореть огнем. Хреново дело…

Почувствовав успех, он вновь пошел в атаку и мне пришлось сделать несколько шагов назад, чтобы не попасть под один из мощных ударов, которые сыпались на меня один за другим.

Ну и машина! Казалось он просто не знает усталости. Он двигался с такой скоростью, как будто в его руках был не огромный пылающий темным пламенем меч, а невесомая детская игрушка.

Однако даже ему потребовалась остановка, и в тот момент, когда он взял паузу, пришел мой черед действовать.

Мгновенный ответ не заставил себя ждать, и я вновь оказался чуть быстрее его меча, который следовал за мной. Некромант понимал, что я могу действовать намного быстрей его и попытался предугадать в какую сторону я буду двигаться, но все же не успевал за мной.

Еще два моих удара достигли цели. Теперь я выбрал в качестве целей его колено, а второй удар вновь пришелся по спине.

Наученный полученным опытом я уже знал с какой скоростью он умеет отвечать, а потому заранее отошел назад и это оказалось правильным решением. Его меч разрезал воздух буквально в нескольких сантиметрах от меня, обдав мощной волной.

Теперь был его черед атаковать, но на этот раз он медлил. Тяжело дыша я смотрел на него и ждал, но некромант не спешил. Из тех мест, куда пришлись удары Рассвета, вырывались языки пламени, которые становились все ярче.

Магия, заключенная в моем артефакте, похоже работала против него самым беспощадным образом, заставляя его раны становиться все более болезненными. Теперь он уже не был похож на несокрушимого исполина, которому все нипочем.

Мне и самому приходилось несладко, но, судя по тому, что я видел, некроманту приходилось еще хуже.

Его немного шатало, на одну ногу он опирался сильнее, а значит мой расчет выбрать для удара колено, был правильным.

Я почувствовал еще один приступ головной боли, который был настолько сильным, что я даже закрыл глаза на мгновение. Он пытался избавиться от оков Пелены и, судя по всему, вложил в эту попытку немало своей силы.

Вот только и на этот раз у него ничего не вышло. Не зря мой артефакт считался запрещенным, его сила просто не давала некроманту вырваться. Как же я благодарен артефактору, который смог сотворить такую штуковину!

Самое главное не потерять слишком много крови и не грохнуться без сознания до того, как мы закончим выяснять отношения, а этот момент был не так уж и далеко…

Я думаю, и некромант понимал, что рано или поздно силы покинут меня, и я не смогу действовать с такой же скоростью, а потому и медлил. Но если он думает, что можно вот так вот просто дождаться пока я упаду — он ошибается.

Решив больше не тянуть, я пошел в атаку.

Он встретил мой удар мечом и меня вновь осыпало градом искр, а затем я отбросил его меч в сторону, пируэт и еще один удар в спину.

Я слышу отчаянный рев и вижу, как темное лезвие его меча стремительно приближается ко мне, а затем использую остатки своей магической энергии в замедление времени.

Но даже с учетом этого мне приходится максимально присесть, чтобы уйти от его меча, который смертельной дугой проносится над моей головой. В этот момент всего на какие-то мгновения он полностью раскрывается передо мной, и я словно сжатая пружина разжимаюсь и вонзаю Рассвет прямо в его глотку.

Его рука с мечом летит назад и от этого удара я уйти уже не успеваю. Мое левое плечо и часть спины обжигает огнем, а затем я слышу ужасный хруст и чваканье, с которым лезвие входит в мое тело.

Я падаю на спину и успеваю увидеть, как некромант хватается обеими руками за Рассвет, который торчит из его горла и пытается вытащить меч, но хрена с два!

Руки этой твари охватывает пламя, которое тут же переходит на его голову и все вокруг тонет в его истошном крике. Кажется, у меня лопнет голова от этого… Я закрываю глаза и чувствую, как лечу вниз… Причем также стремительно, как и поднимался сюда, в это место…

Ох ты, вот только не хватало мне сейчас разбиться о каменный пол долбаной башни этого некроманта!

Сильный удар и я бьюсь головой обо что-то твердое с такой силой, что слышу, как трещит в голове.

Я открываю глаза, чтобы посмотреть где я оказался, но черта с два мне это удается. Все вокруг залито ярким светом, от которого слепит глаза до нестерпимой боли.

Твою мать, да что такое? В башке что-то треснуло… Все красное вокруг и ни черта не видно… У меня что, голова лопнула, я понять не могу? Так вроде бы живой… По крайней мере думать могу…

В этот момент застилавшая глаза красная пелена в один миг превращается в яркую точку, которая помедлив несколько секунд исчезает, а меня ждет новый полет и бесконечная пропасть…

Глава 26

Не знаю сколько времени продолжалось мое падение, но все закончилось тем, что я упал на что-то мягкое. По ощущениям, это было похоже на кучу листьев. Да и по запаху тоже практически полное совпадение.

Такое ощущение, будто я внезапно очутился в осеннем лесу. Вот только выглядело это уж слишком странно. Откуда здесь взяться лесу? Скорее я был готов поверить, что упаду на камни внизу, а не на ворох мягкой листвы.

Однако же пахло лесом…

Я прислушался к своим ощущениям. Ну, судя по тому, что все мое тело болело, я еще не умер. Либо после смерти человек способен испытывать боль, а в этом я очень сильно сомневался.

Особенно сильно давали о себе знать голова и плечо… Просто нестерпимо больно. Если бы мне сейчас кто-то предложил лишиться этих частей тела, чтобы перестало болеть, то как знать — может быть я даже и согласился бы. Вот жаль только, что без головы долго не живут.

Ну а потом вдруг мне стало немного легче. Не так, чтобы я почувствовал себя комфортно, но умереть уже не хотелось. Странно. С чего бы это? Никаких голосов рядом со мной не было, а значит лечением моим точно никто не занимался. Тогда в чем же дело?

Не верю я, что такие раны как у меня на плече, могут вдруг перестать болеть сами по себе. Должна быть на это какая-то причина.

Я попытался открыть глаза и меня ослепил яркий белый свет. Пришлось закрыть их снова, иначе был риск, что моя голова просто взорвется на части. Учитывая то, что мне стало немного легче, не хотелось ее лишаться именно в этот момент.

— Тебе мешает яркий свет, мой милый? Если так, я его немного приглушу. Не хочется, чтобы ты сильно страдал в эти минуты. Хах… Может быть обо мне и говорят всякое, но я никак не садистка.

Какой знакомый голос… Очень знакомый… Низкий, с хрипотцой… Стоп! Неужели это Астарта? Если так, то мои дела даже хуже, чем я предполагал. Намного хуже.

Я сделал еще одну попытку открыть глаза и вот на этот раз она оказалась удачной. Яркий свет сменился комфортным полумраком, так что я смог не только открыть глаза, но даже посмотреть по сторонам.

Со всех сторон меня окружали облака и на одном из них я лежал, словно на мягкой пуховой перине. Кто говорил, что это невозможно? Может быть для кого-то и так, но в данный момент со мной происходило именно это.

Напротив меня, закинув ногу за ногу, в большом красном кресле сидела… Ну да, проклятая демоница, черт бы ее побрал. Как и в прошлый раз одежды на ней не было. Что за привычка таскаться голой, я понять не могу?

— О! Ты пришел в себя, ненаглядный, это хорошо. Я уж думала буду сидеть здесь в одиночестве. Не то, чтобы меня это слишком нервировало, все-таки я могу ждать практически вечно… Но, согласись, гораздо лучше, когда есть возможность поговорить. Тем более, что ты мне нравишься, Сильвиан Красс.

— А ты умеешь удивить… Никогда еще мне не приходилось лежать на облаках. Только что ты осуществила мою детскую мечту.

Удивительно, но слова давались мне довольно легко. Я думал, что это будет непросто и вместо человеческой речи, из моего рта польются какие-то нечленораздельные звуки.

— Приятно слышать, мой мальчик. Хоть кто-то меня похвалил! Обычно в мою сторону сыплются одни лишь проклятия. Спасибо, Сильвиан!

Демоница громко рассмеялась, и должен сказать, что от ее смеха становилось немного жутковато. Чем-то он был похож на рычание.

— Да не за что, — сказал я и попробовал приподняться на локтях, но у меня ничего не вышло. Так что пришлось лечь снова.

— Я бы на твоем месте не делала лишних движений, — сказала Астарта. — Напрасная потеря времени. Твое тело сейчас не подчиняется тебе.

— Только не говори, что я умер. Пару минут назад чувствовал боль, а будь я мертвецом это было бы невозможно.

— Все верно, — с улыбкой ответила она и поменяла ноги местами. — Ты еще не мертв. Но скорее речь идет только лишь о твоем мозге… Это он еще жив. Ну а что касается всего остального… Я бы сказала, что вопрос находится в подвешенном состоянии.

— В каком смысле?

— В самом прямом, мой мальчик, — демоница показала пальцем вниз. — Там, прямо сейчас, твои друзья пытаются сделать так, чтобы ты их не покидал навсегда. Должна сказать, что пока шансы у них пятьдесят на пятьдесят.

Вот это просто отличная информация. По крайней мере, я еще жив, а надежда всегда умирает последней. Как-то не хочется остаться в гостях у Астарты навсегда. Только не в тот момент, когда мы разделались с этими некромантами, а я уже прихлопнул практически всех своих врагов.

— Неплохая математика, на мой взгляд.

— Я так не думаю, — сказала она. — Извини, но в этом деле у нас с тобой разные интересы. Лучше расскажи мне как тебе мир, в который я тебя отправила? Насколько я понимаю ты там очень даже неплохо устроился?

— Грех жаловаться, — не стал спорить я. — Вот только все уладил, как вдруг с тобой встретился. На мой взгляд очень преждевременно.

— Сильвиан… Милый мой мальчик… Мне кажется, что мы с тобой и так затянули и слишком долго откладывали нашу встречу. Несколько раз я уже думала, что вот и настал тот момент, но тебе все время исключительно везло. Будет несправедливо, если это произойдет и сегодня.

— Извини, дорогая, но тут уже я должен напомнить тебе, что у нас с тобой разные интересы. Лично мне бы хотелось еще погулять на своей свадьбе в качестве жениха. Тем более, что к ней уже все готово. Знаешь, чего мне это стоило? Как минимум пару кругов Ада я точно прошел. Так что не хотелось бы, чтобы мои старания пропадали напрасно.

— Да ты прямо герой, — уважительно сказала демоница. — То-то твоя девица так вьется сейчас вокруг тебя. Уже всех целителей пособирала…

— Василиса? Я бы с удовольствием на это посмотрел.

— Ну знаешь, у каждого должны быть свои привилегии. Я могу это видеть, а ты вот… жив до сих пор… Может быть тебе стоит смириться с этим?

— Не думаю, что я могу как-то повлиять на процесс в данный момент, — ответил я. — Насколько ты можешь видеть, мое сознание сейчас здесь, с тобой.

— Я бы не была так категорична, — улыбнулась демоница. — Все-таки ты сопротивляешься… Сам же говоришь, жениться хочешь и все такое… А ведь я могу подсказать тебе как сделать так, чтобы навсегда избавиться от боли… Тебе нужно просто расслабиться и смириться с этим… Отдать мне долг, в конце концов.

Отдать долг? Смириться? Хрена с два! Я одного свадебного распорядителя искал несколько дней, а ты говоришь смириться!

Очень захотелось сказать об этом Астарте, но не вышло.

— Только не уходи, Сильвиан… Вернись ко мне…

В этот момент я почувствовал, что боль понемногу начинает возвращаться, а слова Астарты становятся тише, как будто она теперь где-то очень далеко от меня.

Я решил посмотреть так ли это на самом деле, но мне не удалось. Яркий свет вновь ударил мне в глаза, а вместе с ним вернулась и чудовищная боль. Нет, все-таки может быть и в самом деле лучше без головы?

Из моей груди вырвался стон, а затем я почувствовал прикосновение чьей-то руки, за которым пришел знакомый голос:

— Володя… Володя, ты слышишь меня?

Ох, как же дорого я готов был заплатить, чтобы вновь услышать его… Василиса… Я пытаюсь произнести ее имя, но в этот раз такой же номер как с Астартой не проходит и мне не удается сказать ни слова.

* * *

К тому моменту, когда я пришел в себя, пролетело три дня. Все это время как овощ пролежал в больнице, под наблюдением целой когорты врачей, которые усиленно пытались хоть что-нибудь сделать.

Разумеется, и без целителей не обошлось, но все было без толку. Особых изменений не происходило. А потом вдруг я очнулся. Как раз в тот момент, когда рядом со мной была Василиса.

Хотя ее присутствие как раз было вообще неудивительным. Как мне позже сказали врачи, она лишь несколько раз покидала мою палату, да и то ненадолго.

Однако, после того как я пришел в себя, Соловьеву все-таки попросили удалиться. Врачи сделали мне несколько уколов, и я отъехал еще на сутки.

Зато, когда пришел в себя во второй раз, мое самочувствие было намного лучше. Будто за эти сутки они в меня какой-то целебной жидкости ведро влили, от которой мне стало легче.

Раны хоть и давали о себе знать, но все это уже было не так критично. По крайней мере я не думал о них постоянно, а это уже большой прогресс в моем случае.

Мне даже разрешили немного куриного бульона, хотя лично я бы не отказался от хорошего стейка с кровью. Пока я хлебал жидкий супчик, Василиса рассказала мне подробности окончания нашей операции, которые мне не терпелось узнать.

Дело было так.

С пауком они возились довольно долго, и за все время эта паскуда успела около сорока Мироходцев укокошить. Но в конце концов они с ним справились и собрались было последовать за мной, но оказалось, что добраться до вершины башни не представляется возможным.

Ступенек внутри нее не было, а когда аэроманты попытались попасть в нее посредством левитации, то оказалось, что это тоже недостижимо. В воздухе было какое-то плотное энергетическое поле, выше которого подняться не получалось.

Тогда они решили просто ждать, и по словам Василисы, ожидание затянулось почти на три часа. Удивительно, мне показалось, что наше сражение с некромантом длилось от силы четверть часа. Если и больше, то совсем ненамного. Но три часа?

Как бы там ни было, а не верить ей у меня повода не было. Видимо, в том измерении, где мы с ним оказались, время текло немного иначе.

В конце концов на вершине башни произошел взрыв, и она начала рассыпаться прямо на их глазах. Меня нашли среди камней с разрубленным плечом и пробитой головой, которая была вся в крови.

Поначалу я вовсе не подавал никаких признаков жизни, но после того, как целители надо мной поколдовали, у меня появилось слабое дыхание.

Вот как-то так оно и было. Каким образом ребята выходили из крепости, Василиса особо не распространялась. Мол, чего об этом говорить, если все уже в прошлом? Сказала лишь, что обратно до Портала они пробивались с боями. Хотя путь назад оказался намного легче, чем дорога к крепости.

— Ну вот видишь, не получилось у меня от женитьбы уклониться, — сказал я, возвращая ей пустую тарелку. — Придется все-таки праздновать.

— Слушай, Соколов, если ты думаешь, что уже находишься в полной безопасности, то ты сильно заблуждаешься, — предупредила меня Василиса. — Не забывай, что я могу сказать, будто ты так же внезапно как пришел в себя, так и снова отключился… С самым печальным исходом…

— Вот ты, Соловьева, шуток совсем не понимаешь, — ответил я и с трудом притянул ее к себе. — Мало ли чего не скажешь после наркоза? Не переживай, сейчас я еще тарелку супа съем и можем ехать.

— Куда ехать? — спросила она и посмотрела на меня уставшим взглядом. Судя по лицу, в последние дни она спала крайне мало, если вообще спала. — Ты себя в зеркало видел?

— Не-а, покажи.

Она достала из своей сумочки небольшое зеркальце и протянула его мне.

Да уж, выглядел я и в самом деле крайне печально. Лицо все синее и опухшее, голова забинтована практически полностью. Просто мрак.

— Ну что, жених, нравится? — спросила она, убирая зеркало. — Врачи сказали, что раньше, чем через десять дней, даже чтобы у нас с тобой и в мыслях не было отсюда сваливать.

— Десять дней, это слишком крепко, — сказал я и попробовал поменять позу. — Я себе и так уже всю задницу отлежал, а что потом будет? Может быть как-нибудь договоришься? Скажи им, что я дома буду лежать. Им-то какая разница?

— Даже пытаться не буду, — отрезала Соловьева. — Сказано десять дней, значит десять. Нечего самолечением заниматься. Между прочим, из-за тебя и других раненых, Император торжественные мероприятия откладывает по празднованию нашей победы. Неужели он мне простит, если что-то не так пойдет из-за твоих выходок? Да и не отпустит тебя никто, так что — будешь лежать.

— Охренеть… — пробурчал я. — Ну а игровую приставку мне хоть можно сюда? Не могу же я десять дней в потолок пялиться?

— Мортал Комбат, карамба! — услышал я знакомый голос из-под моей кровати, а потом ко мне запрыгнул Тосик.

— О! И ты здесь! — сказал я и погладил его по голове, а он попытался меня лизнуть, засранец.

— Ага, попробуй его отсюда вытащи, — пробурчала Василиса. — Весь персонал перекусал! Хотя обещал тихо сидеть и даже звука не издавать!

— Да ладно тебе, не могу же я сам с собой в Мортал Комбат играть? — спросил я у нее, затем взял плюшевого и внимательно осмотрел со всех сторон. Вроде целый.

— Не переживай, Володя. Над ним хорошо поколдовали, ни одной царапины не осталось, — заверила меня Соловьева и встала с постели.

— Некромант, ата-та, карамба! — сообщил мне Тосик.

— Я знаю, — сказал я и посмотрел на Василису. — Милая, ты нам приставку везешь?

— Еще у врачей нужно спросить, вдруг тебе нельзя, — упрямо сказала Соловьева. — Не забывай, что у тебя недавно чуть мозги не вытекли.

— Ну не вытекли же, — справедливо сказал я. — В любом случае, без приставки я на десять дней не согласен.

— Детский сад… — улыбнулась она, глядя как мы с Тосиком дурачимся. — Ладно, детишки, игры вам какие брать?

Глава 27

Соловьева мне соврала. Оказывается, никакой речи о десяти днях не шло даже изначально. Это она так, чтобы я сразу не начал возмущаться и хоть как-то согласился здесь остаться и не рваться домой.

В итоге я провел в больнице почти три недели. Просто мрак какой-то. Теперь я могу с полной уверенностью говорить, что полностью понимаю суть выражения «отлежать бока». Мне кажется, я за это время вообще умудрился отлежать, все что только можно.

Плюс ко всему, первую неделю ко мне вообще никого не пускали кроме Соловьевой. Так что приходилось с утра до вечера резаться с Тосиком на приставке. Столько нервов на него извел… Черт его знает, как ему удается все время выигрывать? Просто магия какая-то или Дар у него на это дело особый, что ли?

Однако, спустя семь дней дело понемногу пошло на лад. Мне наконец-то предоставили ноутбук, телефон, а также были разрешены кратковременные свидания.

Если до этого я жаловался на скуку и одиночество, то теперь все было в точности наоборот. Ко мне в палату началось настоящее паломничество желающих меня увидеть и пожелать доброго здравия.

Думаю, практически все, с кем я так или иначе водил знакомство, сочли своим долгом меня обязательно посетить. Владыкин, так тот вообще взял за правило являться ко мне по два раза на дню.

Само собой, все приходили не с пустыми руками. Хоть алкоголь в любом виде мне и был категорически запрещен, все умудрялись протащить бутылочку чего-нибудь эдакого, чтобы хлопнуть со мной по рюмашке.

Поводов-то сразу два. Вроде бы и я живой остался, и с некромантами покончили. Почему бы не отметить это дело?

С учетом того, что голова у меня время от времени все-таки побаливала, наставления врачей и целителей в этом вопросе я предпочел соблюсти, а потому пить отказывался. Но, разумеется, обещал каждого уважить после того, как меня отпустят на свободу.

Даже не знаю, как я буду выполнять свое обещание… Если сдержать свое слово, то боюсь меня опять упекут в больницу. Только лечить будут от алкоголизма.

В результате практически половина палаты была заставлена бутылками самого разного алкоголя. Начиная от шампанского и заканчивая довольно экзотическими вариантами со змеями внутри бутылок. Ну, а магистр Ордена «Люди Браво» и вовсе прислал двадцатилитровую бутыль вина в упаковке из виноградной лозы.

— Слушай, Володь, у тебя не палата, а какой-то вино-водочный склад, — каждый раз говорила Василиса, глядя на ежедневно увеличивающуюся стеклянную батарею. — Нам надо будет еще один бизнес открывать после того, как тебя выпишут. Сеть магазинов по продаже алкоголя… Думаю, на первую неделю продаж твоих запасов хватит.

Ну не знаю, как насчет магазинов, а вот заполнить на ближайшее время наш винный подвал в новом доме уже есть чем.

Самое главное, что мне наконец разрешили с последними новостями ознакомиться, и я узнал, что и где происходит.

Впрочем, по большому счету, все они были одинаковыми и сводились к одному — наконец-то с некромантами покончено и можно планомерно приступить к уничтожению их остатков на Земле.

Представив, какие сейчас будут затеваться сложные партии на мировой арене, я даже невольно улыбнулся — вот куда Николай Александрович Романов с головой окунется. Столько всего интересного уже вырисовывается…

Например, надо как-то Американские континенты от этой заразы освобождать, а значит можно помочь и хорошие дивиденды за это получить.

Вон, Британская и Японские империи уже начинают снова интриги плести… Европейские государства подключаются… Чувствую веселье намечается знатное и есть такое ощущение, что я тоже приму в этом непосредственное участие.

Вот только в данный момент об этом думать совсем не хотелось. Во-первых, пока еще меня об этом никто прямо не просил. Во-вторых, хотелось немного отдохнуть. Небольшой отпуск я точно заслужил.

День, когда я наконец-то вышел из ненавистной больницы, был просто прекрасен. Все в нем было необычно. И солнышко светило слишком ярко для этого времени года, и небо было не просто грязно-серым, а нежным серо-голубым… Что говорить, такие моменты запоминаются надолго.

Однако, как следует насладиться покоем мне не дали. Я еще не успел до поместья добраться, как меня набрал Романов. Как всегда, говорил коротко и по делу. Поздравил с выздоровлением и сообщил, что будет рад меня видеть на праздничном вечере в Кремлевском дворце, который будет посвящен нашему походу.

С корабля на бал, как говорится. Хорошо хоть вечер не сегодня, а завтра состоится. Даже один день дома в полном покое, это уже огромное счастье. Сдается мне, что в ближайшее время у меня со свободным временем будут проблемы.

Напрасно я надеялся, что в Ясных Горках мне дадут провести хотя бы один день в тишине и покое. Все норовили загрузить меня последними новостями, которые мои домашние считали важными.

Почти три часа я выслушивал от Никодима все, что касается переезда в Ново-Михайловский замок, который уже плавно начался, и связанных с этим проблем. Причем за это время мы с ним продвинулись сравнительно недалеко и обсудили лишь малую часть сложностей.

Пришлось пообещать ему, что мы вернемся к этому сразу после завтрашнего торжества, иначе бы он от меня никак не отстал. В конце концов, ближе к одиннадцати часам вечера мне удалось заснуть в относительной тишине и покое.

Я был полон надежд поспать до обеда, часик порыбачить в компании Никодима, потом покататься на яхте с Тосиком и Шушиком… Ага, как же.

С самого утра примчалась Василиса, которая каким-то образом прознала про вечерний прием и про то, что мы с ней приглашены вдвоем… Я-то собирался сказать ей после того как проснусь, что там собираться?

Оказалось, что я ошибался и был обвинен в наплевательском отношении к тому, как она будет выглядеть. Кто знал, что она бы всю ночь размышляла над платьем?

В общем, все мои планы пошли насмарку. Пришлось принять самое непосредственное участие в сборах и подготовке к этому ответственному мероприятию. Ну как же, там ведь будут другие девочки… Все так сложно… Как же хорошо, что я могу просто выбрать один из костюмов и закрыть на этом вопрос.

За всеми хлопотами я и не заметил, как пролетел день и пришло время отправляться в Кремлевский дворец.

Вечер проходил в Георгиевском зале, который был заполнен практически до отказа. Знакомые лица, лишь глядя на которые понимаешь, как ты рад их видеть. Даже Любомира Щетинина, которого мне временами хотелось прибить.

Глядя на не отходящих друг от друга Минина и Подарину я понимал, что собственно говоря от всей нашей компании только они двое и остались. Как много Мироходцев могли бы присутствовать на этом вечере, однако так его и не дождались…

Как водится, на таких мероприятиях началось все с официальной части, которая затянулась надолго. В этот день Николай Александрович не жалел времени на теплые слова для всех нас и лично награждал каждого из присутствующих.

Мне кажется этот день должен остаться в истории Империи как тот, в который за один вечер было роздано самое большое количество наград и титулов.

Что касается меня, то Романов повесил мне на шею Орден Святого Владимира 2-го класса с мечами, а также удостоил нового титула. Так что с этого дня я стал маркизом. Было приятно, не скрою.

Если все и дальше пойдет такими темпами, то так и до герцога дорасту, а там уже и князь на горизонте. Думаю, поводов, чтобы показать себя, мне еще предоставят немало.

Собственно, Император и не скрывал, что покой нам только снится. После того, как он закончил с награждениями и торжественными речами, Николай Александрович дал нам понять, что самое интересное для нас только начинается. Правда теперь на горизонте новые угрозы, которые исходят не от некромантов…

Но об этом попросил пока не думать, а перейти, собственно, к празднованию события, ради которого мы все здесь и собрались. Дважды просить никто себя не заставил, и мы приступили к делу.

Василиса просила меня, чтобы я был поосторожнее, все-таки совсем недавно на поправку пошел, но не помню, чтобы я особенно ее слушал. Как-то не получалось… Слишком много людей, с которыми я был не прочь отметить это событие. Плюс ко всему Император своим вниманием несколько раз нашу компанию уважил…

Сначала за победу, потом за то, что Минин с Подариной наконец-то решили пожениться… Поводов было в достатке.

В общем, посидели хорошо. Настолько хорошо, что я даже с трудом помню, как мы все разъезжались. Последнее воспоминание, это как мудрый Романов прощается с нами, дав возможность не сдерживать себя в его присутствии и спокойно отдыхать. Вот мы и отдыхали…

* * *

— Нет, Тосик, так не пойдет, — в сотый раз пытался я объяснить плюшевому как именно он должен принести нам обручальные кольца с Соловьевой. — Ты должен идти медленно, размеренно, ясно? Куда ты ломишься, я понять не могу?

— Карамба! — радостно ответил он и побежал на новый заход.

Дело шло туго. Мы с ним репетировали уже полдня, а все никак. Еще лента эта нарядная голубенькая через плечо у него болтается, черт бы ее побрал… Тосик в ней путался постоянно и потешно падал. Я бы ее вообще снял, но тут уже Василиса была против. Он, оказывается, нарядный должен быть и красивенький, а без ленты обычный получался…

Ладно бы только это. Еще плюшевый никак не мог понять, что важно не как можно быстрее нам эти кольца принести, а чинно протопать с ними в руках. Только я даю ему команду стартовать — ломится ко мне, как угорелый.

Ну что, очередная попытка, может быть сейчас у него получится? Мне кажется, последние разы он мчался уже не так быстро.

— Тосик, внимание! Пошел!

— Карамба! — прокричал он и ломанулся в мою сторону.

Спустя несколько секунд плюшевый в очередной раз запутался в ленте и хлопнулся на пол.

— Карамба, барон Димир! — радостно сообщил он о своем падении, затем встал и продолжил забег.

Все, с меня хватит! Мне и так нравится, а если Василисе что-то не так — пусть сама с ним тренируется.

Забот и в самом деле хватало. Несмотря на то, что нам с Соловьевой казалось, что мы все приготовили к свадьбе, на самом деле вопросов была еще целая гора. Казалось они вообще не заканчиваются и только решаешь один, как следом новый вырисовывается. Это при том, что до свадьбы оставались считанные дни.

Особенно жаркая пора началась когда стали прибывать гости. Размещать мне их не нужно было, сами с усами, но вот встретить лично — это просто минимальные правила приличия.

Несмотря на то, что приглашений мы разослали целый чемодан, на самом деле я не думал, что большая часть решит откликнуться и приехать в Великое Московское княжество. Ладно бы из Российской империи, а тут и заграничные приятели нашли время, даже Бахрам из далекой Бухары пожаловал.

Ко всему прочему еще и хлопоты с переездом в Ново-Михайловский, которые тоже ведь нужно контролировать. Кроме того, еще и оформить его нужно как следует…

Василиса взяла на себя в основном подготовку торжественной части, так что последние пару дней я чувствовал себя как белка в колесе. Причем колесо это крутилось с такой бешеной скоростью, что я уже начинал скучать по беззаботным дням, которые провел в больнице, валяясь на кровати и играя с Тосиком в приставку.

Хорошо хоть свадебный распорядитель меня не подвел и оправдал оказанное ему высокое доверие. Вопросы решались у него быстро, умело, а самое главное — результаты устраивали Соловьеву, что было просто удивительно.

Иногда мне казалось, что этот парень умудряется быть сразу в нескольких местах одновременно. Даже не знаю, как ему это удавалось. Я так подозреваю, что на самом деле он был Одаренным и имел Дар организации свадеб. Иначе объяснить это я не могу.

Я смотрел с какой легкостью он управляется с неразрешимыми для меня вопросами и в очередной раз удивлялся своему сказочному везению, когда он попался на моем пути.

Когда наступил долгожданный день свадьбы, я настолько устал от всей этой кутерьмы, что радовался как ребенок. Наконец-то закончится вся эта беготня, которая казалась мне бесконечной.

Началось все с самого утра, когда мой свадебный кортеж отправился за невестой. Ох уж эти правила, кто их только придумал? Неужели нельзя как-то сразу, чтобы с вечера в одном месте жених с невестой ночевали?

Не то, чтобы я был против традиций, но тащиться по утренним пробкам, это та еще история. Все ведь по минутам рассчитано и глядя как буквально на твоих глазах рушится все, над чем ты усиленно трудился последнюю неделю… Просто пытка какая-то!

Однако в нашем случае все сместилось совсем ненадолго. Всего на каких-то сорок минут, что по словам нашего свадебного распорядителя было отличным результатом. Зато потом все пошло без сбоев и самым лучшим образом.

Даже Тосик умудрился не запутаться в широкой атласной ленте и доставил нам кольца без приключений. Правда это произошло намного быстрее, чем задумывалось Василисой, но все равно было эффектно. Некоторые из гостей даже прослезились, наблюдая эту трогательную сцену.

Немного расслабиться мне удалось лишь после того, как мы оказались в Ново-Михайловском замке в праздничном зале. Все-таки протокольная часть мероприятия уже закончилась, а дальше все пошло намного легче.

Правда поначалу, как это обычно бывает, когда собираются вместе так много титулованных особ, веселья никакого не было. Все разбились на кружки по интересам и клановым предпочтениям.

Я даже немного расстроился от увиденного. Хотелось чего-то яркого, такого чтобы запомнилось надолго, а все сводилось к похожим сценариям дворянских свадеб, которые были одинаковыми, будто скроены по шаблону.

Барышни сверлили друг друга оценивающими взглядами… Господа обсуждали дела, а также отмечали кто именно присутствует на свадьбе, которую своим вниманием почтил сам Николай Александрович.

Кстати, что касается количества присутствующих и их уровня, то могу сказать, что собралась весьма достойная публика. Присутствовал практически весь цвет дворянства Империи, ведь Василиса посчитала нужным пригласить очень много фамилий.

Поначалу мне показалось, что их даже слишком много, с учетом того, что я не знал практически никого из них, но многих знала Соловьева, а потом… Так было принято и здесь ничего не поделаешь.

Нужно ли говорить, что никто из приглашенных не ответил отказом? Так что народа собралось прилично. Правда вели они себя очень сдержанно и скучно…

Однако Николай Александрович быстро вмешался и дал понять, что сегодня он намерен веселиться. Взяв на себя инициативу, он сначала лично поднял несколько тостов за здоровье молодых, а затем включились и все остальные.

Куда деваться, если сам Император дал прозрачный намек, что не потерпит превращения нашей свадьбы в деловой обед, плавно переходящий в ужин.

Дело пошло веселее. Тосты сменяли друг друга один за другим. Между многочисленными переменами блюд выступали разные звезды, большую часть которых я и знать-то не знал. Но, судя по реакции присутствующих, лишь один я был таким невежей в этих вопросах, остальные хлопали в ладоши и даже подпевали.

Ну и танцы, само собой, куда же без них? Особенное впечатление на меня произвел князь-дракон, которого я встречал во Внуково этой ночью. Дмитрий Федорович отплясывал так, что я думал полы парадного зала Ново-Михайловского не выдержат, и он провалится в подпол.

Владыкин знатно удивил, куда же без этого. Я и не думал, что он решится напомнить мне, что в старые добрые времена он лихо танцевал в ночных клубах. Судя по присоединившемуся к нему количеству молодых людей, своим танцем он заразил многих. Так что было весело.

Убедившись, что все идет в верном направлении, Николай Александрович откланялся, пожелав нам на прощание поскорее завести деток. Свой кусочек торта он попросил передать ему с курьером.

Кстати о сладком столе нужно сказать отдельно, так как целиком и полностью это стало подарком от халифа Ай-Бассида Захрана. Выходит, что мы с Василисой зря хлопотали заранее и наш торт не пригодился, но я не слишком сильно расстроился по этому поводу, так как сюрприз от халифа превзошел все наши ожидания.

Сладостей было столько, что они все даже не поместились на столах. Ну и торт, само собой… Это вообще отдельное произведение искусства. Сложная многоэтажная композиция в виде нашего Ново-Михайловского замка, на вершине которого, словно фото-копии, были мы с Василисой. Вот только в шоколадном исполнении.

Еще больше восхищения эта история вызвала у меня после того, как арабы, которые занимались доставкой сладостей в наш замок, сообщили мне о том, что торт прилетел сюда прямо из Халифатов. Представляю, как намучились с ним, пока его везли. Сделать так, чтобы эта огромная и хрупкая сладкая композиция осталась в целости и сохранности — просто подвиг какой-то.

Глядя на все это я был немного расстроен, что Романов не увидел этого — выглядело очень ярко.

Потом пришел черед подарков. Ох… Если все их начать перечислять, то список растянется не на один час. Одних только драгоценностей Василисе надарили столько, что я всерьез задумался, чтобы организовать в замке отдельную комнату под фамильную сокровищницу.

А было еще много чего. Могу сказать, что мои активы в этот день серьезно увеличились. Нужно будет провести с моим финансистом серьезную ревизию, после того, когда все это закончится и для этого наступит подходящий момент. Мне кажется даже я буду приятно удивлен.

Ну а о главном подарке, который сделал Николай Александрович, мне пришлось сообщить самому. Хотя мне бы хотелось, чтобы он это сделал самостоятельно… Но что делать, всему свое время. Видимо у него нашлись более срочные дела, которые не могли ждать. Зная его, даже не сомневаюсь, что если бы было иначе, он предпочел повеселиться.

Вот жаль, что Император не дождался праздничного салюта, наш распорядитель все эти дни обещал мне нечто грандиозное и, надо сказать, не соврал.

Зрелище полностью оправдало надежды, которые на него возлогались. Наши друзья, приглашенные для этого специально из Китайской империи, устроили такой фейерверк, который мои гости запомнят надолго. Он был настолько ярким, что было полное ощущение того, будто ночь каким-то волшебным образом вдруг сменилась солнечным днем.

Ну а после яркого финала к Ново-Михайловскому потянулись вереницы черных лимузинов, которые стали съезжаться к замку со всех сторон Москвы, чтобы забрать веселых и хмельных хозяев.

Мы с Василисой провожали лично каждого из гостей и этот процесс казался мне бесконечным. Последними нас покинули Владыкины, с которыми мы на прощание еще даже выпили по бокалу шампанского.

К этому моменту мы просто валились с ног. Ну а Тосик, который посчитал своим долгом тоже участвовать в прощании с гостями, просто улегся на траву и дрых самым наглым образом.

Бесконечный день подошел к концу…

Мы с Василисой еле добрались до горячего душа, который неожиданно придал нам сил настолько, что наша первая брачная ночь закончилась для нас лишь под утро.

Как раз к тому моменту, когда мы наконец решили закончить с любовными утехами и хоть немного поспать, за окном протрубил Филимон, которого тут же поддержала слониха Соловьевой.

Василиса недовольно застонала во сне, а я обнял ее и прижал к себе покрепче. Ну что же, вот так и закончился первый день моей новой семьи… Как же хочется, чтобы на этот раз это было навсегда…

Глава 28

Надежда на то, что нам, как молодоженам, дадут понежиться в постели хотя бы до обеда, рухнула ровно в десять утра. Приехал Мишка Владыкин, который настаивал на том, что нормальная свадьба должна продолжаться два дня.

Собственно говоря, Василиса что-то такое предчувствовала, женская интуиция ее не подвела и на этот раз, поэтому на всякий случай соответствующие распоряжения на кухне отданы были еще вчера. На мой вопрос зачем лишняя суета, она ответила, что пусть у нас двоих будет отличный праздничный обед.

Как в воду смотрела. Праздничный обед у нас и в самом деле получился отличный. Вот только совсем не на двоих.

Миша оказался лишь первой ласточкой. Затем, словно по волшебству, начали подтягиваться и прочие гости. Причем на этот раз собиралась в основном молодежь, так что обстановка очень сильно отличалась от вчерашней.

Никаких тебе переглядываний и шепотков по углам кто с кем пришел и всякое такое прочее. Лишь смех, веселье и вино в неограниченном количестве.

На пользу делу шло еще то, что практически все присутствующие уже успели вчера познакомиться, если не были знакомы раньше, так что сегодня встретились как будто знали друг друга давным-давно.

Минин с Подариной сговорились с Ермоловым и его сестрой и явились ряжеными в демонов. Кстати говоря, из Ани Подариной и Насти Ермоловой демонессы получились что надо. В облегающих кожаных костюмах, которые выгодно подчеркивали их формы…

Бедный Лешка устал отгонять от своей дамы кавалеров, которые вились за Подариной нескончаемой чередой. Насте было попроще, она была без пары, а Петя, как брат, смотрел на заигрывания к своей сестре сквозь пальцы.

К вечеру понемногу в замке собралось около сотни человек и парадного зала для развлечений нам стало не хватать. Внезапно стало как-то тесно в Ново-Михайловском и захотелось сменить обстановку.

Оказалось, что и в этом вопросе Владыкин успел подсуетиться. Граф заранее арендовал на всю ночь ночной клуб «Максим», который распологался недалеко от Кремлевского Дворца. Как сказал Мишка: «На всякий случай. Вдруг захотим немного развеяться».

Как в воду смотрел. Захотели, да еще и как. Наш кортеж из десятков автомобилей, растянулся по всей Москве как змея. Ну а парковщикам ночного клуба пришлось решать сложную головоломку как это все разместить на их не самой большой парковке.

В общем, погудели знатно. Я думаю администрация «Максима» запомнит эту ночь надолго. Даже не знаю на сколько мы там посуды наколотили, но Владыкин сказал, чтобы я особо не переживал — в стоимость аренды было все включено. Во всяком случае, такие досадные мелочи как разбитая посуда, уж точно.

На этот раз у нас с Василисой сил хватило лишь на то, чтобы принять душ и рухнуть в постель. Второй день свадьбы по сравнению с первым измотал нас намного больше. Что говорить, если я закрывал глаза, а мне казалось, будто мои ноги продолжают отплясывать какой-то танец.

Ну а утром, безжалостный Филимон в компании своей новой подруги разбудили нас ровно в восемь утра. Видимо посчитали, что поспали мы вполне достаточно.

Вот только мне так не казалось, я бы еще с удовольствием придавил пару часиков. К тому же еще в «Кремль-Плаза» скоро ехать нужно… Я ведь сам на сегодняшний полдень большое совещание для всех своих назначил.

Эх… Что за жизнь? Даже после собственной свадьбы не могу позволить себе поспать вволю.

В отличие от меня, Соловьева выглядела на удивление живенько и с самого утра сыпала распоряжениями, кому и что нужно сделать. Я даже удивился насколько быстро она смогла вжиться в новую для нее роль хозяйки такого огромного замка.

Но глядя как легко ей это все дается, я лишний раз убедился, что наш дом в надежных руках. У нее не забалуешь.

После чашки крепкого кофе я решил отправиться в ванную и полежать там с полчасика. Вообще-то я не большой любитель таких длинных водных процедур, но сегодня мне это было просто необходимо. Очень хотелось отмокнуть в горячей воде после двух дней беспробудного веселья.

Я лежал в ванной, погребенный под горой белоснежной пены и прихлебывал вторую чашку кофе, которую взял с собой. Он давно уже остыл, но все равно помогал прийти в себя. Мысли понемногу начинали входить в нужное русло, а легкая головная боль растворилась, как будто ее и не было вовсе.

В тот момент, когда я дал себе последние пять минут на отдых перед тем, как выбраться из горячей ванной, вдруг зазвонил телефон. Он был на беззвучном, в режиме вибрации, но мне показалось, что вместе с ним у меня и ванная задрожала.

Ну вот и кто это, интересно знать? Неужели Мишка Владыкин решил на третий день пойти? Если так, то это уже без меня, иначе моя свадьба рискует превратиться в бесконечный праздник. Так никакого здоровья не хватит.

Я взял телефон и с удивлением посмотрел на экран — номер был абсолютно незнакомый. Некоторое время я раздумывал, стоит отвечать или потом перезвонить? Но решил, что стоит ответить. Все-таки на мой личный номер не будут звонить от нечего делать, да и интересно стало, кто это? Неужели запоздалые поздравления подоспели от пока неизвестного?

— Слушаю.

В трубке слышалось порывистое дыхание, а затем какой-то звук, больше похожий на рычание, чем на человеческую речь.

— Можно как-то поразборчивее? — попросил я и на этот раз мне ответили.

— Ну что, нагулялся, тварь?

Так, похоже насчет запоздалых поздравлений это я немного погорячился. Здесь ситуация гораздо интереснее вырисовывается. Вот только пока не могу понять кто говорит? Совершенно незнакомый голос.

— С кем имею честь?

— Заткни свою вежливость себе в задницу, ублюдок. Туда же, куда я намереваюсь запихнуть твое сердце.

— Какие громкие слова, — не смог я сдержать улыбки. — Звучит многообещающе. Жаль, что у тебя не хватает мужества назвать свое имя — мне начинает казаться, что я говорю с девушкой…

— Меня зовут Василий Болотов, слыхал о таком, сука?

Вот теперь понятно. Даже легче стало, а то я уже начал голову ломать над очередным ребусом. В моем нынешнем состоянии такие головоломки давались мне с трудом.

Что же, этот парень, видимо, хочет избавить меня от необходимости искать его по всему миру и объявился сам. Надо же, а я еще в какой-то момент даже думал оставить сыновей Болотова в живых… Все-таки они не знали о делах своего папаши… Надеялся, что они все поймут и окажутся более благоразумными, но нет — не доходит. Сработала старая мудрая истина — кровь за кровь, месть за месть.

— Ну и чего тебе надо, Василий Болотов? Решил позвонить и попросить, чтобы я подарил жизнь тебе и твоему брату? Не думаю, что у тебя это получится с учетом уже сказанных тобой слов, но можешь попробовать. Все-таки у меня недавно был такой радостный день, возможно я услышу тебя.

— Подарки мне от тебя не нужны, падаль. Совсем скоро ты сам будешь просить сохранить тебе жизнь, когда будешь лизать мои пятки. Возможно и я услышу тебя!

Последние слова он практически прокричал в трубку так, что мне даже пришлось отодвинуть ее от уха подальше, чтобы не оглохнуть.

— Я вызываю тебя на дуэль, Соколов! — продолжал орать он и я прекрасно слышал на расстоянии. — Завтра на рассвете я буду ждать тебя в Зеленой Слободе, понял?

— Зачем так орать, Василий? С удовольствием увижусь с тобой… Или с вами двумя? Ты же, наверное, захочешь взять с собой и брата?

После моих слов он еще что-то прорычал и отключился. Если это было точное время нашей с ним встречи, то я ничего не понял. Все-таки, рассвет понятие растяжимое. Кстати, Зеленая Слобода это что такое?

В этот момент, будто в ответ на мой вопрос, на телефон пришло сообщение. В нем было время и точные координаты, которые я сразу скопировал и закинул в поисковик.

Место нашей встречи оказалось относительно недалеко — километров шестьдесят от меня. На противоположной стороне города. Вот только непонятно, почему именно там? Что там интернет напишет?

Ух ты. Вот оно как. Там оказывается собственная часовня рода Болотовых находилась, которая в прошлые времена была заброшена, а теперь покойный Кирилл Романович ее восстанавливал, да не успел. Видимо грехи свои отмаливать собирался. Интересно, за моих родных, которых он под топор поставил, свечку поставил бы или как? Гнида.

Я сжал в руке телефон. Сначала он жалобно скрипнул, а потом вдруг его корпус не выдержал и лопнул. Вот же… Понаделают телефонов из всякого дерьма, даже надавить нельзя, сразу в труху превращаются.

Из ванной комнаты я пошел в бассейн, а там уже прохладная вода окончательно выветрила из меня остатки двухдневных возлияний.

К столу, где меня уже ждала Василиса, я спустился свежим и бодрым. Полностью готовым к новым героическим подвигам.

— Ты не забыл, что у нас завтра вылет? — решила уточнить у меня супруга.

— Вылет?

— Что-то мне кажется, твои мысли очень далеко, прошу вернись ко мне и удели несколько минут своего драгоценного времени.

Ах да, точно. Мы же завтра собрались на Мальдивы… Свадебное путешествие, которое совершенно вылетело у меня из головы.

— Как я мог забыть, помню, само собой, — соврал я не моргнув глазом. — Вот задумался — какие плавки с собой брать.

— Соколов, ты неисправим, — покачала головой Василиса. — Между прочим, насчет плавок… Ты сказал, что поможешь мне собирать вещи. Об этом ты тоже, разумеется, не помнишь?

— Я все помню, любимая, — вновь соврал я и протянул дежурившему возле моего стула Тосику апельсин. — Просто обстоятельства немного изменились. Во-первых, у меня встреча в «Кремль-Плаза» со своими парнями. Во-вторых, позавчера Шувалов просил обязательно навестить его.

— Даже не сомневалась в этом, — улыбнулась она.

В ответ я лишь пожал плечами. Что тут скажешь, знала ведь за кого шла. Не могу же я уехать на пару недель в отпуск, не выяснив, что у меня происходит в делах? Тем более, что перед этим я выпал из жизни практически на месяц.

— Тогда не обижайся, если я вдруг что-то забуду, — нахмурилась Соловьева.

— Не буду, — пообещал я и скормил плюшевому еще один апельсин. Удивительно, как можно трескать их с такой скоростью? — Самое главное плавки не забудь. Кстати, я думаю, что Тосик меня заменит. Он у нас умеет чемоданы на отдых собирать.

— Ну да, — усмехнулась Василиса. — Я помню прошлую поездку в Ниццу и три чемодана всякого надувного хлама.

— Отпуск, карамба! — подал голос Тосик. — Крокодил, отпуск карамба!

— Это он тебе намекает, чтобы ты Шушику не забыла взять его зеленого надувного дракона.

— Да я поняла, — кивнула Соловьева. — Без дракона никак. Ладно, езжай по своим делам… Я не обижаюсь, если что. Ты самое главное до вылета с делами разберись, а то у тебя еще что-то срочное завтра появится.

Нет, все-таки женская интуиция — это тоже волшебство. Вот как она чувствовала, что на завтра у меня есть уже кое-какие планы?

— Не переживай, до вылета постараюсь управиться, — пообещал я, искренне надеясь, что именно так и будет. Надеюсь карта ляжет как нужно. Ну а если нет… Значит и свадебное путешествие мне не понадобится.

В «Кремль-Плаза» я приехал без четверти двенадцать. К этому моменту все мои верные мушкетеры были на месте и даже Ермолов после вчерашнего выглядел свежим и отдохнувшим.

Новостей накопилось очень много, но ничего такого, что меня бы расстроило. В основном все вопросы касались наших новых приобретений, которыми компания «Ермолов и партнеры» обрастала с невиданной скоростью.

Давыдов с удовольствием сыпал радостными известиями и особо радовали меня те из них, которые касались бывшего имущества Болотова. Благодаря умелым финансовым играм Матвея Всеволодовича, большая часть уже отошла ко мне, остались лишь жалкие остатки, которые нам были попросту не нужны.

Ну и кое-что было выкуплено им, чтобы просто получить выгоду — раздробить и продать по частям. Как и на чем заработать моего финансиста учить не требовалось. Достаточно было выделить необходимые ресурсы, а дальше он уже все делал сам.

Леонид Александрович Верховцев тоже порадовал. С каждым днем все меньше желающих было отщипнуть какой-нибудь лакомый кусок от имущества Соколова. Ну и наоборот, прибавлялось количество тех, кто хочет сотрудничать и наводить мосты.

Как начальнику службы безопасности, Верховцеву не очень нравились все эти ходоки с дарами, желающие завести взаимовыгодное сотрудничество, так что он относился ко всему с изрядной долей подозрительности. А каждого нового партнера рассматривал как потенциального врага, с которым возможно придется схватиться рано или поздно.

Что же, меня вполне устраивал подобный подход к делу. И несмотря на опасения Леонида Александровича, растущие в геометрической прогрессии расходы на содержание увеличивающегося департамента службы безопасности, меня вообще не смущали.

Я придерживался той точки зрения, что все имеет свою цену, а безопасность всегда стоит дорого. Особенно если на тебя работают настоящие профессионалы. Расходы на охрану всегда кажутся слишком большими ровно до того момента, когда она на самом деле не потребуется. Вот тогда ты и понимаешь, к чему все это и за что на самом деле платятся такие деньги.

Как всегда, в заключительной части совещания мы остались с Верховцевым одни. Я знал его привычку делиться со мной некоторыми мыслями наедине, чтобы все остальные не знали, что он на самом деле думает по некоторым вопросам.

Вот и сейчас, он почти час говорил мне о своих соображениях насчет планов некоторых наших партнеров, которые казались ему подозрительными. Должен сказать, что в некоторых случаях я с ним был полностью согласен.

Особенно в тех моментах, когда это касалось бывших крупных предприятий герцога, которых можно было заподозрить в саботаже или желании их руководства набить свои карманы поплотнее во время перемен. Что поделать, в мутной воде часто крупная рыбка водится.

Получив от меня карт-бланш на любые действия с его стороны, которые он посчитают необходимыми, мы закончили. Довольный Верховцев засобирался было уходить, но я его остановил.

— Еще пару минут, Леонид Александрович, — сказал я и придвинул свое кресло немного ближе к нему.

Улыбка сползла с его лица, и он вновь сделался серьезным, готовым к любому повороту событий. Одна из тех черт, которые мне в нем нравились. Верховцева хоть среди ночи разбуди, он через пару минут уже будет мчать к тебе в полном обмундировании и с пулеметом наперевес.

— У нас что-то случилось, Владимир Михайлович? — озабоченно спросил он, вновь усевшись на свое место.

— Пока нет, но на всякий случай хочу, чтобы вы кое о чем знали.

— Слушаю, ваше сиятельство.

— У меня на завтра кое-какие планы…

— Само собой, вылет из Шереметьево в половине первого, — кивнул он. — Все будет в лучшем виде.

— Да нет, я не об этом… — улыбнулся я. — Я наметил кое-что до вылета.

Он внимательно посмотрел на меня и нахмурился.

— Терпеть не могу, когда что-то начинает идти не по плану. Как правило ничем хорошим это не заканчивается.

— Будем надеяться, что в данном случае ваши опасения будут напрасными, хотя… всякое может случиться. Именно поэтому я хочу, чтобы вы знали — утром у меня намечена встреча кое с кем, — я пожал плечами. — Как она закончится — мне неизвестно.

— Так может быть…

— Не нужно ничего делать, Леонид Александрович, — прервал я его, не дав договорить. — Этот вопрос я должен решить сам. Хочется поставить жирную точку.

Верховцев некоторое время задумчиво смотрел на меня, затем покачал головой и сказал:

— Владимир Михайлович, бывают случаи, когда геройство ни к чему. Вам пора подумать о будущем.

— Бросьте, виконт, — отмахнулся я. — Ни о каком геройстве речь не идет. В данном случае вопрос принципиальный. Кое-кто мне задолжал, и я намерен спросить по полной. Ну а что касается ситуации вообще… Просто пообещайте мне, что если я не выйду на связь до обеда, то вы сделаете так, чтобы с Соловьевой ничего не случилось. Как ни крути, теперь она единственный член моей семьи… Поэтому я хочу, чтобы с ней было все в полном порядке.

— Неприятный разговор вы затеяли, Владимир Михайлович, — пробормотал Верховцев.

— Что поделать, — развел я руки в стороны. — Не всегда же нам с вами шутить. И вот еще одно распоряжение. Если вдруг господин Давыдов или кто-то еще захочет погреть руки на этом — сделайте так, чтобы этого не случилось.

— Иногда вы меня огорчаете своей открытостью, а временами пугаете излишней подозрительностью, — сказал Леонид Александрович. — Финансист у нас, конечно, ловкий парень, но верный.

— Самой собой, — не стал спорить я. — В этом никаких сомнений. Вот только преданность в данном случае подразумевает мое существование. А если вдруг со мной что-то случится… То с его стороны это даже не будет предательством. Он ведь мне не родственник, а просто наемный работник.

— Хорошо, — кивнул он. — Я все понял. Но надеюсь, что наш разговор — это просто ваша излишняя предусмотрительность.

— Я тоже так думаю, — сказал я и улыбнулся. — Во всяком случае, завещание писать не планирую.

— Рад это слышать, маркиз.

— Ладно, пока забудьте о нашем разговоре, — я встал с кресла и Верховцев вскочил вслед за мной. — А пока предупредите ребят, чтобы были готовы к выезду пораньше. У Соловьевой привычка за день до регистрации в аэропорт приезжать.

— Вы, наверное, хотели сказать — у Соколовой, ваше сиятельство, — сказал Леонид Александрович.

Я сначала не совсем понял, о чем он говорит, а затем улыбнулся и кивнул:

— Ну да, точно. Теперь уже у Соколовой.

Глава 29

Времени оставалось все меньше, а планов на день у меня еще было хоть отбавляй, поэтому из «Кремль-Плаза» я вышел немного на взводе — боялся чего-то не успеть.

Шувалов меня очень порадовал — сразу определил, что я спешу и на долгие беседы не настроен, поэтому князь был не слишком многословен. Насколько я понял, цель этой встречи была в подтверждении моего намерения и дальше служить в Приказе тайных дел. Так как после общих разговоров мы перешли к обсуждению текущей ситуации во внешней политике, а в заключение Максим Иванович прямо спросил — может ли он на меня рассчитывать и впредь?

— С чего бы что-то вдруг изменилось, ваше сиятельство? — спросил я у него, глядя как по Москве-реке медленно тащится прогулочный теплоход. — Или есть нечто такое из-за чего я вдруг могу передумать?

— Я бы не удивился, если бы это было так, — сказал он и пожал плечами. — После того, как окончилась война с некромантами, очень многие Мироходцы подали рапорта. Всех желающих сразу, конечно, никто не отпустит, но с учетом того, что прямой угрозы больше нет — очень многие прошения были удовлетворены.

Он задумчиво посмотрел на меня и улыбнулся:

— Между прочим, в вашем случае, я думаю, Романов пошел бы вам навстречу.

— Очень может быть, — не стал спорить я. — Но вот именно поэтому я и не стану этого делать. Во всяком случае сейчас, когда моя помощь не будет лишней.

— Похвально, маркиз, — его улыбка стала чуть шире. — Тогда будем считать, что мы не зря встретились — своими ответами вы подняли мне настроение. Кому как не вам знать, что терять людей, к которым привык и которым доверяешь — это всегда болезненно.

— Ваша правда, Максим Иванович.

— Что же, в таком случае наслаждайтесь заслуженным отдыхом, Владимир Михайлович. Купайтесь, загорайте и не думайте о всяких глупостях…

— Благодарю за пожелания, — кивнул я.

— Ну а потом — я вас жду. Поверьте, нам с вами есть о чем побеседовать. С учетом изменившихся в мире обстоятельств, работы у нас просто непочатый край.

— Вот даже не сомневаюсь в этом, — сказал я, пожал руку князя в ответ и спросил. — Максим Иванович, у меня к вам нестандартная просьба…

— С удовольствием помогу вам, если это в моих силах.

— Мне нужен хороший меч. Свой Рассвет я, к сожалению, оставил в глотке некроманта…

— Да, я имел возможность ознакомиться с вашим отчетом.

Вот кто бы сомневался, что Шувалов получит соответствующий доступ и с удовольствием почитает наши отчеты об этом походе.

— Какого рода меч вы хотите? — спросил он и развел руками в разные стороны. — Поверьте, я могу предложить вам массу вариантов из нашей оружейной.

— Ничего особенного не нужно. Будет прекрасно, если он окажется в точности похож на мое прошлое оружие. Рассвет меня устраивал целиком и полностью.

— Такой же я вам не гарантирую… Все-таки двух одинаковых артефактов не бывает, сами понимаете, — нахмурился он. — Но что-то похожее я думаю найдем. К вашему приезду все будет готово. Возможно вам даже придется выбирать.

— Максим Иванович, меч мне нужен сегодня.

— Вот как? — он удивленно посмотрел на меня и в его глазах появился заинтересованный взгляд. — К чему такая срочность, маркиз? Насколько я знаю, Мальдивский Султанат сравнительно безопасное место…

— В последнее время у меня появилась привычка держать меч поблизости и когда его нет, я начинаю нервничать, — ответил я. — Ну а потом, сами знаете, дворянину не пристало быть без оружия.

— Здесь согласен, — усмехнулся Шувалов. — Чувствуешь себя голым, верно?

Он внимательно посмотрел на меня и в его глазах ясно читалось, что князь прекрасно осознает, что я его обманываю.

— Рад, что вы понимаете меня, Максим Иванович.

— Что же, в таком случае попытаюсь вам помочь, — он проводил взглядом уплывающий под мост прогулочный теплоход и сказал. — Прямо сейчас меч я вам не выдам… Скажем, вечером вас устроит? Вам привезут в замок что-нибудь достойное.

— Вполне, ваше сиятельство. Будет просто отлично.

— В таком случае, больше вас не задерживаю, маркиз. Вот только у меня к вам тоже будет небольшая просьба.

— Слушаю вас.

— Не сомневаюсь, что когда вы получите меч, вам захочется фехтовать… Ну там, попробовать как клинок лежит в руке и всякое такое… — он прищурился. — Постарайтесь не пораниться — все-таки незнакомое оружие…

— Хорошо, — усмехнулся я. — Буду крайне осторожен.

— Ну и если вам понадобится партнер для фехтования… — он развел руками в разные стороны. — Дайте мне знать. Когда нужна моя помощь, я всегда недалеко.

Мы посмотрели друг другу в глаза, оба понимая к чему это было сказано.

— Надеюсь, это не потребуется, Максим Иванович. Но я буду иметь в виду, что могу рассчитывать на вас.

— Даже не сомневайтесь, — кивнул он и хлопнул меня по плечу. — В любой момент. Кстати, насчет стоимости меча не переживайте. Пусть это будет небольшим дополнением к моему свадебному подарку.

На том мы с ним и расстались. Вроде бы и недолго разговаривали, но почти полчаса как корова языком слизала. Ну а мне еще нужно было попасть в Зеленую Слободу, и я очень рассчитывал оказаться там до того, как стемнеет.

Если уж мне придется драться одному против двух этих уродов, то будет не лишним увидеть место нашей предполагаемой дуэли.

Как всегда, в таких случаях, я попросил пилота и сопровождающего меня охранника, не распространяться куда мы летим, но не думаю, что в этом был особый смысл. Я практически на сто процентов был уверен, что эта информация дойдет до Верховцева.

Как знать, может быть оно и к лучшему? Пусть все идет своим чередом. В любом случае, у моего начальника службы безопасности достаточно мозгов, чтобы самому определиться как поступить с имеющейся у него информацией. Главное, чтобы не испортил ничего.

Ну а место мне понравилось. Очень даже. Никаких населенных пунктов на ближайшие пару километров, лишь заброшенная огромная территория, огороженная высоким забором.

Судя по масштабам, покойный Болотов планировал здесь не только часовню, но и еще что-то вроде большого парка. Дорожки везде проложены, множество фонтанов недостроенных… Широко размахнулся, нечего сказать.

Видимо, хотел оставить после себя место, где хорошо будет прогуливаться и вспоминать его добрым словом. Однако не вышло. Благодетель херов…

Жаль, что в деталях все рассмотреть не получилось — все-таки уже темнело, так что некоторые вопросы у меня остались. Но это не критично. Место сражения я увидел и меня это устраивало.

Когда мы делали третий круг над площадкой, мне показалось, что я увидел внизу какое-то движение. Я активировал свой новый Модуль, который мне выдали взамен утраченного в мире некромантов, и проверил что он показывает.

Кроме нас троих еще одна зеленая точка. Значит там явно кто-то был. Охранник? Скорее всего, что так и есть. Должен же кто-то следить за этим барахлом, чтобы его не растащили по близлежащим селам.

Теперь он, разумеется, доложит своим работодателям о том, что видел какой-то странный вертолет, круживший над его недостроем. Не думаю, что сыновья Болотова настолько тупые, чтобы не догадаться кому именно принадлежал этот вертолет.

Впрочем, мне плевать. Так даже лучше, пожалуй. По крайней мере два раза подумают перед тем, как готовить мне какое-нибудь дерьмо.

* * *

Как и обещал Шувалов, меч доставили вечером. Мы как раз закончили лакомиться сочным ростбифом, который я попросил приготовить на ужин.

Я вытащил из ножен клинок и невольно залюбовался им. Классная штука. Я попробовал как он лежит в руке, несколько раз взмахнул им и пришел к выводу, что эта игрушка точно не хуже моего Рассвета. Разве что немного потяжелее и вообще повнушительнее моего прошлого меча, но думаю я быстро привыкну к нему.

Интересно, сколько он стоит? Думаю, очень дорого. Максим Иванович явно преуменьшил его стоимость, когда сказал о небольшом подарке. Оружие явно тянет на кругленькую сумму. Ну что же, при случае сочтемся.

Ну а назову я его Сполох. Не знаю, как его звали раньше, но теперь у него будет новое имя, которое нравится мне. Тем более, что это имя как нельзя кстати подходит мечу, лезвие которого все время искрится, будто живое. Надеюсь ему оно тоже понравится, ведь недаром считается, что в таких артефактах есть собственная душа…

— Ты что-то хочешь сказать мне, любимый?

Ох! Я и не заметил, когда Василиса зашла в мой кабинет. Ну и как после этого не считать, что женщины кошки? Даже шагов не услышал.

— В смысле? — удивленно спросил я, но судя по выражению лица моей супруги, ей было явно не до шуток.

— В прямом, Соколов. По-твоему, я дура?

— Ты сейчас о чем?

— О том самом, — она подошла ко мне и посмотрела в глаза. — Накормил Шушика элириумом до отвала, так что теперь им можно весь замок освещать… Меч этот… К чему это все?

Врать я не стал, ни к чему. Тем более теперь она уже должна знать, что происходит в моей жизни. Все-таки с недавних пор она в своем праве, как моя жена.

— Завтра утром у меня намечается одна интересная встреча, — сказал я, не вдаваясь в подробности. — И разговор будет непростой.

— С кем?

— Разве это важно? Достаточно будет, если я тебе скажу, что это станет точкой в достаточно долгой беседе… Которая у меня затянулась больше чем на год.

— Не знаю, Володь… — она посмотрела на меч, затем снова на меня. — Почему-то мне кажется, что эти твои разговоры никогда не закончатся.

— Ты не права, любимая. Все рано или поздно заканчивается, вот и этой беседе должен прийти конец, — я погладил ее по волосам и подмигнул. — Чемоданы собрала? Ты не забыла, что у нас завтра утром рейс? Я попросил Верховцева, чтобы он организовал ранний выезд.

Вместо ответа она меня крепко обняла и положила голову на грудь. Вот и за это я ее тоже люблю… Никаких лишних вопросов, знает же, что все равно ничего больше не скажу. Хотя, думаю, что она и сама догадывалась кое о чем, а может быть и обо всем. Василиса у меня далеко не глупая девочка, может сопоставить факты и почитать новости, после вот таких вот моих разговоров.

А затем мы с ней плавно переместились в спальную комнату, где нам уже было с ней не до бесед…

Угомонились мы с ней ближе к полуночи, когда она вновь положила голову мне на грудь, а я закрыл глаза, чтобы немного отдохнуть и сам не заметил, как пролетело несколько часов и пришло время собираться.

Как я не старался, но не разбудить Василису у меня не вышло. Она молча наблюдала за мной все время, пока я одевался и лишь перед самым уходом пожелала удачи и сказала, чтобы я не забывал посматривать на часы во время непростого своего разговора. Было бы хреново на самолет опоздать.

Вот в этом я с ней был полностью согласен — самому хотелось вернуться пораньше. Ну а как получится, посмотрим…

Не собираясь выдумывать велосипед, я не стал делать сюрпризов из своего появления и решил полететь на вертолете. Они ведь все равно знают о моем вчерашнем визите, так что к чему эти игры в прятки?

В этот раз я даже не стал отправлять вертолет, после того как мы оказались на месте. Модуль показал внизу две яркие зеленые точки, а когда мы спустились пониже, я и сам увидел дожидавшихся меня братьев.

Не знаю, хотели ли они произвести на меня впечатление, но выглядели эффектно даже издалека. Одетые в длинные черные плащи, которые развевались от порывов ветра, они были будто парочка воронов, которые дожидаются своей добычи.

Оказавшись внизу, я на всякий случай еще раз проверил Модуль и убедившись, что зеленых точек по-прежнему две, пошел к дожидавшейся меня парочке.

Когда между нами оставалось примерно пятнадцать шагов, я остановился. Подходить ближе слишком рискованно, мало ли, что у них на уме? Хотя Болотовы имели два Дара — защитников и стихии-земли, не думаю, что на таком расстоянии они бы смогли удивить меня чем-то, на что я бы не успел ответить.

Однако никаких попыток сразу же сокрушить меня какими-нибудь могучими заклинаниями не было, что меня весьма удивило и встревожило. Честно говоря, я рассчитывал, что они будут менее сдержанны.

Некоторое время мы стояли молча, изучая друг друга. Я их обоих видел только на фотографиях в интернете, они меня тоже, так что нам было на что посмотреть.

Они были очень похожи между собой — две озлобленные крысы, которые смотрят на меня с таким отвращением, будто я мерзкий червяк.

— Я думал ты не придешь и обосрешься со страху, — сказал один из них и смачно сплюнул на землю. — Ведь такие шакалы как ты могут драться только со стариками.

Говоривший был на голову выше своего брата, но по возрасту младше, и разница довольно сильно бросалась в глаза. Он также пытался отрастить бороду, как и старший, но вот пока то, что росло на его лице, скорее напоминало драную мочалку.

— Какие громкие слова… — не смог я сдержать улыбки. — Сразу видно человека, который только недавно вылез из памперсов.

— Сука! — выплюнул он в ответ, но я даже глазом не повел.

Гораздо больше меня интересовал старший, который сделал шаг в сторону, затем еще несколько и замер там, поигрывая мечом в руках.

— Что же, господа, мы будем драться по очереди или Болотовы предпочитают нападать сворой? — спросил я, стараясь не упускать из вида ни одного, ни второго.

Вместо ответа они оба бросились на меня практически одновременно. Должен сказать, что это было очень быстро. Всего несколько мгновений, и они оба уже были возле меня.

Сто процентов здесь не обошлось без каких-то эликсиров, которые придали им скорости. Мне даже пришлось воспользоваться магией времени, чтобы не рисковать и уйти от их атаки.

Если они рассчитывали с первого же наскока разделаться со мной при помощи своих улучшенных способностей, то пришлось их сильно разочаровать — против меня сражались противники и попроворнее.

Я словно тень проскользнул между ними, оставив их у себя за спиной, а затем также стремительно развернулся, чтобы встретить новую атаку.

На их гнусных крысиных мордах появилась растерянность и смотреть на это было одним удовольствием. Двое на одного это, конечно, интересно, вот только у меня один вопрос — неужели вы думали, что будет легко?

Глядя, как они снова пытаются зайти на меня с двух сторон, я сменил стойку и приготовился к новой атаке. Она последовала сразу же, как только один из них зашел мне за спину. На этот раз они были даже быстрее, чем в прошлый.

Я думал, что первая атака была на максимальной скорости и на этот раз чуть-чуть не рассчитал… Два стальных росчерка блеснули рядом со мной, и я смог парировать один из них, а вот второй все-таки черкнул меня по бедру. Совсем немного, но достаточно сильно для того, чтобы я почувствовал резкую боль.

— Нравится, тварь? — ощерился старший, это именно ему удалось поранить меня. — Сейчас мы тебя искрошим в салат, чучело!

После этих слов они вновь бросились в атаку, а я удивился, насколько слаженными были их действия. Похоже для этой парочки было не впервой драться двоим против одного.

Теперь уже я был готов к их скоростям, а вот они к моим не очень. Если в прошлый раз им удалось удивить меня, то в этот раз все вышло наоборот.

Я отбил один удар, второй и нанес в ответ свой. Досталось младшему. Вот только если мне лишь вскользь задели бедро, то мой удар пришелся этому уроду по плечу. Звякнула кольчуга под одеждой, однако это не сильно помогло.

Тяжесть Сполоха сыграла в мою пользу и меч с легкостью разрубил ему руку, которая повисла как плеть.

Он уставился на свое искалеченное плечо и истошно завопил от боли, чем подарил мне прекрасный шанс довести начатое до конца. Буквально в несколько шагов я оказался возле него и рубанул его по шее, глядя в искаженное от злости и боли лицо.

Голова полетела в сторону, окатив меня фонтаном горячей крови, я услышал рычание за своей спиной и в тот же миг почувствовал, как мое тело наливается свинцом и будто превращается в камень.

Ах ты паскуда, решил поиграть со мной Окаменением⁈ Я успеваю повернуться и увидеть его искаженную рожу прежде, чем нанести ему мощный удар Пеленой.

Даже не знаю сколько магической энергии я взял для этого у Шушика, который ждал в моем Рюкзаке своего часа, но удар вышел настолько мощный, что Болотова старшего закачало, и он замер на месте. Примерно такой эффект был бы, пропусти он мощный апперкот.

В то же мгновение мне стало легко и свободно — действие заклинания спало, как будто его и не было. Ну а я геройствовать не собирался — два шага вперед, мощный удар, и я вижу, как верхнюю часть его черепа сносит будто лезвием.

Еще какое-то время его тело продолжало стоять, затем он покачнулся и свалился на землю.

Я смотрел по сторонам и слышал, как громко бьется сердце в моей груди, а рядом со мной лежало два трупа в лужах крови. Я переводил взгляд с одного на другого и еще с минуту ждал, что кто-то из них вдруг поднимется и наш смертельный бой продолжится. Почему мне кажется, что он у меня будет вечным и мои враги не закончатся никогда?

Однако никто из них не вставал… И никогда уже не встанет. Неужели эта игра наконец-то закончилась моей победой? В этот момент голова у меня немного закружилась, и я сам не заметил, как шлепнулся задницей на холодную землю.

От неожиданного удара клацнули зубы, и я вздрогнул от резкой боли. Вот же сука, язык прикусил…

Я провел рукой по рту и посмотрел на ладонь, на которой остался кровавый след. Глядя на нее я улыбнулся, посмотрел на отрубленную голову младшего Болотова, который даже после смерти продолжал пялиться на меня и скалиться как крыса.

— Ну что смотришь, урод? — спросил я у него и пожал плечами. — Вот видишь, а ты говорил только со стариками умею управляться…

Вдруг я услышал тихие шаги у себя за спиной и резко повернулся, вытянув вперед руку с мечом. Но это оказался мой пилот, который замер на месте и поднял руки вверх:

— Ваше сиятельство, вы в порядке? — испуганно спросил он.

— Я?

В этот момент я почувствовал легкость, как будто с моего сердца упал тяжелый груз, давящий на меня все это время. В голове пронеслось несколько мыслей, образов близких людей, последним из которых была Василиса с распростертыми руками.

— В порядке, дружище… Теперь я в полном порядке!

Эпилог

Этот отдых однозначно был у меня самым лучшим за последние полтора года. Я чувствовал себя человеком, у которого все предыдущее время нестерпимо болел зуб, а теперь вдруг его удалили и жизнь заиграла новыми красками.

Не могу сказать, что до этого все мои мысли были посвящены тому, как забрать свой кровавый долг, но тем не менее это так. Такое ощущение, что время делилось на две части — до и после.

Никогда еще мы с Василисой не были так же беззаботны, как в эти дни. Вот только очень жаль, что две недели пролетели будто несколько дней. Практически все время мы проводили с ней вдвоем и все равно не могли насытиться друг другом.

Мы постарались компенсировать все, на что нам постоянно не хватало времени в последнее время. Однако, все равно не хватило… Наверное, так и должно быть…

Вот кому точно отдыха было достаточно с головой, так это Тосику с Шушиком. Эти двое вообще практически не выбирались из воды. Разве что поесть, чтобы набраться сил перед очередными игрищами.

Плюшевый перепробовал все, что потребовал прикупить ему в эту поездку, а всяких разноцветных плавательных средств он набрался знатно. Почти целая комната на нашей съемной вилле была завалена этим добром.

Круги, матрасы, куча надувных подушек, арсенал водяного оружия, игрушки… Чего там только не было! Не хватало разве что надувной лодки. Кстати, он и ее просил, но тут уже я был против. Не хватало, чтобы он угреб куда-нибудь в неизвестные дали. Ищи его потом…

Ну или вообще утонул, что вполне возможно, учитывая сколько они с Шушиком кругов и матрасов изодрали в своих играх. Особенно, когда начинали в «Короля горы» состязаться.

Москва нас встретила холодом и тут же затянула в хлопоты. Во всяком случае, меня так уж точно. Шувалов довольно плотно включил меня в работу Приказа тайных дел, так что было чем заниматься.

Да и Гринев не давал скучать. Новые Порталы уже не открывались, однако все равно находилось чем заниматься. В основном все было связано с командировками в дальние края. У многих стран в период войны с некромантами дела шли не очень гладко, так что осталось множество анклавов, которые нужно было уничтожать.

Романов использовал помощь России для укрепления престижа империи и удавалось ему это очень неплохо. Очень многие вдруг захотели с нами дружить. Честно говоря, раньше я не особо интересовался политикой, но в последнее время разбирался в этих тонкостях достаточно хорошо. Что поделать, работа такая…

Что касается Василисы, то она несколько пересмотрела свои взгляды на жизнь и подала рапорт на исключение из рядов Мироходцев. Департамент возражать не стал, и она обратила свою неуемную энергию на обустройство замка. Ну и вообще, делала все так, чтобы наша жизнь в Ново-Михайловском доставляла нам максимальное удовольствие.

Ну а ближе к Новогодним праздникам кое-что произошло…

Это случилось за обычным ужином, за которым собралось все наше небольшое семейство — я, Василиса, ну и Тосик с Шушиком, само собой.

В этот вечер мы как раз должны были обсудить планы на новогодние праздники, подарки друзьям, ну и расписать визиты. В последнее время у нас пачками копились приглашения, вот только времени на все катастрофически не хватало.

Моя любимая супруга частенько на меня бурчала потому, что из-за моей работы у нас не получалось навестить всех, кого следовало и было бы правильным, но это были больше мысли вслух. Она прекрасно понимала, что с моей занятостью успеть везде где хочется, просто невозможно. Разве что мой Дар управлением времени развить до какого-нибудь заоблачного уровня, чтобы везде поспеть.

Странное дело, но сегодня, несмотря на то, что я в кои-то веки согласился обсудить все эти вопросы, Василиса выглядела немного растерянной. Такое ощущение, что ей не очень хотелось об этом всем разговаривать.

— Если не хочешь, можем поговорить об этом в другой раз, — сказал я после того, как она пропустила очередной мой ответ мимо ушей. — Ты сама просила…

— Извини, Володь, я задумалась, — ответила она и как-то рассеянно улыбнулась. Вот это на нее было совсем уж не похоже.

— Что-то ты мне сегодня не нравишься.

Она немного помолчала, затем вдруг посмотрела на меня каким-то новым взглядом, который был мне совсем незнаком.

— Мне нужно тебе кое-что сказать… — она отодвинула тарелку, а на ее щеках заиграл румянец.

— Ну вот, я так и думал, что случилась какая-нибудь ерунда, — мрачно сказал я, глядя на кусок стейка, который мгновенно перестал казаться мне аппетитным. — Что произошло?

— Я сегодня была в клинике… У нас будет ребенок.

После этих слов у меня в голове словно ударил колокол. Мне кажется, что я даже не сразу понял, что именно она мне сказала, а просто замер с открытым ртом.

— Ну скажи что-нибудь, чего молчишь? — улыбнулась она.

— Мальчик? — спросил я первое, что мне пришло в голову.

— Слишком маленький срок еще, Соколов, — рассмеялась она. — А если девочка? В приют отдадим?

Я встал из-за стола, подошел к ней и взял ее на руки.

— Слушай, а ты и в самом деле как-то потяжелела. Раза в два.

— Дурак… — сказал она и провела рукой по моей. — Я тебя люблю…

Вместо ответа я ее поцеловал. Крепко-крепко. Как только мог.

* * *

Великое Московское княжество.

Кремлевский дворец.

Кабинет Императора.

— Разрешите, Ваше Императорское Величество? — спросил старший тайный советник у Романова, которому только, что доложили о его прибытии.

— Да, входите, что там за срочность?

Тайный советник зашел в кабинет и тихо закрыл за собой дверь.

— Я к вам с хорошей новостью, Николай Александрович.

— Слава Богу, а то я от плохих что-то стал быстро уставать, — сказал Император и откинулся на спинку своего кресла. — Так не тяни, давай выкладывай.

— Вы просили сразу же доложить, когда это случится… Василиса Соколова беременна.

— Ух ты! — воскликнул Романов. — Вот и в самом деле хорошая новость, не соврал. Даже очень хорошая! Кто там — пацан, девка? Или неизвестно еще?

— Слишком рано, Ваше Императорское Величество.

— Впрочем, неважно, — махнул он рукой, в нетерпении встал из-за стола и подошел к окну, за которым тускло светило зимнее солнце. — Это совсем неважно… Меня больше интересует какие из Даров возьмет себе этот ребенок. Может быть даже все три, а?

Он повернулся к советнику, который смотрел на него с улыбкой, стремительно подошел к нему и хлопнул по плечу:

— Как думаешь, может быть все три Дара у ребенка?

— Пока об этом говорить преждевременно, — пожал плечами советник и посмотрел в пол. — Но вполне возможно, почему нет? Все три Дара очень сильные, так что…

Романов навис над советником как коршун над жертвой и посмотрел ему в глаза:

— Смотри, Роман, чтобы следили за ее здоровьем как за своим собственным, понятно?

— Само собой, Ваше Императорское Величество, — кивнул он. — Даже не сомневайтесь.

— У меня на этого ребенка большие планы, так что если вдруг что-то там у нее пойдет не так — всем бошки начисто снесу!

В ответ советник издал звук, похожий на утиное кряканье. В последних словах Императора он даже не сомневался.

Роман Николаевич еще немного постоял возле него, затем отвел взгляд и вновь отошел к окну. Постоял немного и усмехнулся:

— Большим планы… Очень большие…

* * *

От автора:

Дорогие читатели, в очередной раз хочу сказать вам спасибо! Без вашей поддержки эта история могла закончиться гораздо раньше, но благодаря вам этого не случилось и она растянулась на девять томов.

Все рано или поздно заканчивается, вот и эта история подошла к своему логическому завершению)) Хочу поблагодарить вас за то, что вы все это время оставались со мной и следили за приключениями Сильвиана Красса и по совместительству Владимира Соколова.

Хочу поблагодарить вас за поддержку, лайки, покупки, награды и теплые слова — поверьте, для меня это очень важно и приятно. Ну и надеюсь, что смог порадовать вас этой историей.

Что же, если у вас есть желание сказать несколько теплых слов об этой серии, я буду очень рад и признателен вам — делитесь ими в комментариях. Мне будет приятно услышать их в конце столь долгого пути, который мы проделали с вами вместе.

И не забывайте — вы самые лучшие!

Ну а теперь прошу вас отправиться со мной в очередное приключение! Вас ждет новый цикл, который будет совсем другим, но, надеюсь, не менее интересным. Во всяком случае, я постарался, чтобы это было именно так.

Прошу за мной: https://author.today/reader/302956/2755352

Nota bene

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Девятое правило дворянина

Content

Девятое правило дворянина

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Эпилог

Nota bene