Непробиваемый IV

Глава 1

Меня разбудил Виктор, хотя спал я и так плохо. Чувствовал, что в городе творится что-то не то. Обостренная чувствительность здесь ни при чем, не могу же я охватить ею целый Борск. Это чувство — что-то совершенно другое.

Уже вместе с Виктором мы спустились на первый этаж. Владислав и Юрий не спали, они громко разговаривали с капитанами. Еще в поместье собралось много бойцов. Один из них был радистом и, как раз, когда мы спустились, от командного центра шли сообщения.

— Скаевы напали на нас! Повторяю! Скаевы напали на нас!

— Принято, — произнес боец, когда Владислав кивнул

— Действуйте по плану, — это уже сам Владислав сказал в микрофон, командному центру.

Владислав, Юрий, капитаны и бойцы принялись громко обсуждать тактику защиты. На самом деле мы уже давно ее продумали, они лишь уточняли детали.

В этот же момент те Волгины, кто не должны сражаться, отправились в подземную часть дома, в убежище. Так уж вышло, что мы с Соней «случайно» встретились в одном темном коридоре. Я крепко обнял ее и прошептал, что все будет хорошо. Она поверила мне, а как иначе? И помогла жене Юрия справиться с детьми. Бабка и дед что-то бубнили себе под нос, но тоже послушно пошли в лифт вместе со всеми.

— Вы на крышу! Вы на второй этаж, вы на третий, а вы останетесь здесь и подготовьтесь! — Владислав раздавал команды бойцам.

Все кричали «есть!» и разбегались. Разумеется, в поместье собраться все наши вооруженные силы не могли. Во-первых, не хватило бы места, а, во-вторых, многие из них нужны: в городе, на внешней стене и на внутренней. Оборона построена так, что врагу придется пройти несколько этапов, прежде, чем добраться до поместья.

Взять хотя бы ту же дорогу, что ведет от ворот первой стены к поместью. Она практически вся устелена лентами с шипами. Бойцы Волгиных практикуют это уже каждую ночь. Так что, доехать поместья на автомобилях — что-то из области фантастики. На танке — возможно. Не зря получается, все эти развалины не разгребали с территории, они тоже нужны для защиты, ведь на машине по ним не проехать, пешком и то проблематично.

— Вы двое за стол! — крикнул Владислав бойцам. — Будете помогать связному. Нам нужно быть в курсе всего.

— Есть!

— Есть!

Затем Владислав раздал приказы и капитанам. Те сразу побежали в барак, чтобы сообщить бойцам, что от них требуется. Подготовка к нападению шла полным ходом. Бойцы в поместье раздвигали шторы и устанавливали на окна щиты, решетки… все то, что заранее было подготовлено. Юрий говорил, что так в поместье будет сложнее попасть, да и сами бойцы будут лучше защищены, если будут стрелять через специальные щиты, а не открытые окна.

На крыше поместья тоже собралось достаточно бойцов. Некоторые из них легли на крышу со снайперскими винтовками, другие схватились за заранее установленные пулеметы. Проще говоря, все линии защиты ощетинились оружием.

Василий, Юрий и Виктор вышли из поместья и направились на внутреннюю стену. Они хотели видеть, когда на дороге появятся Скаевы. В теории, если они пойдут на поместье пешком, то большую часть их бойцов просто перестреляют на подходе. Что до синих и оранжевых магов, те могут выстроить щиты и то, против синих заклинаний они будут неэффективны.

Из ангара выбежал весь мой спецотряд в полном составе. Новых бойцов я уже хорошо знал, мы успели с ними неплохо потренироваться. Спасибо Скаевым, идиотам, что дали достаточно времени на полную подготовку.

Командный центр находился в таком месте, где враги точно не стали бы его искать. В него стекались сообщения со всех уголков города. От бойцов, разумеется, и от некоторых «особенных» жителей тоже. Командный центр, как огромное сложное сито, сортировал все сообщения на полезные, бесполезные и неоднозначные…

В поместье сообщали лишь действительно полезные сведения. Радисты, конечно, их так называли условно, передавали информацию бойцам на стенах. Словом, неплохо налаженная система, которая позволяет держать не только почти всех бойцов в курсе дел, но и самих Волгиных.

Волгины сейчас находились на внутренней стене и все равно получали сообщения от командного центра. Почему бы ему не отправлять сообщения, минуя поместье, — вопрос к Владиславу и Юрию, они придумали именно такую систему и менять ее не собирались.

Свой спецотряд я решил отправить сначала на стену, чтобы пострелять по врагам. Позже, если придется, можно будет всех их быстро перекинуть в поместье:

— Бегом на стену! — выкрикнул я. — Если мы справимся, то наш отряд получит статус «элитный».

— Есть!

— Есть! — прокричал бородатый сорокалетний мужик со сложным детством. — Хха-ха! Ура!

Спецотряд отправился занимать оборонительные позиции на стене. Во главе самым первым бежал Майк. Он, как настоящий капитан, разразился боевыми кличами и пафосно поднимал руку с оружием к небу. Если это поднимет боевой дух, то на здоровье.

Я же отправился в ангар, чтобы надеть смарт-доспехи. Взять свое модифицированное огнестрельное оружие и энергомеч, а еще рюкзак с аккумулятором и связки самоцветов. Кстати, про боевой костюм. Скаевы так долго тянули с нападением, что Маркус нашел мастера, который успел поработать над ним и сделать несколько чертовски неплохих модификаций. Настоящее сражение — лучший момент, чтобы все протестировать.

Выбежал из ангара и направился к Волгиным. В этот момент они находились на стене, в большой просторной «будке», вроде КПП на основной стене.

Владислав смотрел в окно, в темноту. Юрий нервно сжимал ремешок от автомата. Кстати, впервые я увидел мага из Волгиных, что держал огнестрельное оружие.

Виктор находился здесь же. Он сидел на стуле со снайперской винтовкой. Разумеется, к бою подготовили достаточно зачарованных пуль, ведь знали, что битва предстоит с магами. Интересно, а Скаевы пришлют к нам супермутанта Игоря или же оставят его на защиту лаборатории и своих земель?

— Мощный доспех, — сказал Юрий и посмотрел на меня.

— Очень, — подтвердил я терминаторским голосом.

— И голосок, б***ь, что надо… врагов пугать будешь.

Брат Владислава нервничал побольше многих. Не знаю, как бы я держался на его месте. Юрий ведь не просто сражается, а защищает своих родственников и семью. Имею в виду, что перед женой и двумя маленькими детьми у него еще большая ответственность.

Позже начали поступать сообщения из командного центра. Сначала их принимали в поместье, а уже затем передавали на «стену». Их принимал наш радист, что сидел рядом с Виктором.

— Во всем городе действуют одиночные диверсанты.

— Сука! — выругался Владислав. — Какие же Скаевы мрази. Ну вы же знаете, где мы! Зачем вам мирное население⁈

— Шакалы е*****!

А чего они ожидали? Знали же, что враг подлый и не побрезгует действовать грязно. Тем более, никто ведь не обещал, что встреча будет стенка на стенку, без каких-либо дополнительных, скажем так, хитростей.

— Скаевы атакуют ворота! — сообщил радист. — Наши бойцы пытаются защитить, но гибнут… у врагов тоже большие потери. На их стороне по меньшей мере пять магов.

— Ясно. Слушай и держи в курсе, — буркнул Владислав.

Вдруг в темноте мы разглядели вспышки.

— Ворота взорвали! — сообщил радист.

Так это были взрывы. Похоже, придется подождать еще. Машины не смогут проехать по дороге, усыпанной шипами. Тактика Владислава вроде бы должна сработать, хотя сам он себе места не находит.

— Свяжись с командным центром. Пусть наши особые бойцы начнут работать в городе, — сказал Владислав радисту, — жертвы среди мирных недопустимы.

Радист выполнил приказ и позже отчитался:

— Особые начали борьбу с диверсантами.

— Жители?

— В каких-то районах эвакуация завершена, в каких-то в самом разгаре.

— Ясно.

— Что-то они долго возятся, — высказался Виктор.

— Жить не хотят, их проблемы, — проворчал Юрий.

— Юра, соберись! — Владислав стукнул костылем. — Хватит. Наш план сработал, осталось только дать отпор мразям и добить их. Где мой брат, который раньше никогда не унывал⁈

— Я… — Юрий не знал, что сказать, — ты прав. Веду себя, как баба.

Он поднялся на ноги, сменил автомат на винтовку и вышел на улицу. Занял на стене боевую позицию и больше ничего не говорил, лишь смотрел в оптический прицел.

— Сколько всего магов у Скаевых?

— Дай пересчитаю… Салливан, Саймон — это два сильнейших. У Салливана еще точно есть один или два внебрачных сына, которые слушаются его, как верного хозяина. Так… если посчитать всех, то не меньше восьми.

— Ударят ли они все разом? Вот в чем вопрос.

— Нет, не думаю, — Владислав нахмурился. — Салливан слишком любит свою жизнь, он не привык сражаться сам, да и без надежной защиты себя не оставит.

— Хм, тогда по магам силы будут примерно равны, — сказал Виктор, — вот бы они еще с собой мутантов и бестов не привели…

— Чем больше мы их перебьем, тем проще затем будет добить. Я так считаю.

— И правильно. Главное — выстоять, — согласился со мной Владислав.

Вдруг радист вздрогнул. Что-то очень его напугало, а ведь он не просто парнишка, а взрослый мужик — боец. Кажется, он один из тех, кто помогал нам с Владиславом победить супермутанта.

— Поступают сообщения, что по городу бежит оранжевое, светящееся нечто.

Мы с Владиславом сразу переглянулись.

— Супермутант!

— Да. И убить он хочет меня.

— Справишься? — Виктор подошел ко мне и стукнул пару раз кулаком по броне боевого костюма.

— Смарт-доспех и синяя магия. Этого должно хватить.

— Постарайся его прикончить, — сказал Владислав, будто бы сам я этого не знал, и добавил: — Вымани его поближе к синей Норе.

— Но ведь излучения практически нет? Какой смысл?

— Помнишь, сколько мы собрали самоцветов?

— Сотни, — хмыкнул Виктор.

— Все они хранятся в ангаре, где Нора. Если это его хоть немного ослабит, то все уже не зря.

— Я вас услышал. Так и сделаю.

Станет супермутант слабее на пару процентов — и разве мне это сильно поможет? В любой другой ситуации я бы просто пренебрег настолько малыми значениями, но не сейчас. На карту поставлено слишком многое.

Радист продолжал озвучивать для нас сообщения. Одни радовали, если вообще это слово уместно в нашей ситуации, другие, наоборот, заставляли понервничать. Вторых, конечно, было больше.

Владислав готовил весь город к нападению Скаевых. Но он не всемогущий, а потом защитить конкретно каждого жителя не мог, даже не ставил перед собой такую цель. Хотя, зная взгляды Владислава, может, и ставил, но все равно он реалист и считал, что это невозможно.

Больше всего его напрягали диверсанты, что подрывали дома простых мирных жителей. Они не только устраивали взрывы, но и стреляли по тем, кто эвакуируется в более безопасные места. За счет своей способности, я очень хорошо понимал, что чувствует Владислав. Каждый житель города для него — это тот, кого он должен защищать.

Именно с диверсантами наши бойцы справлялись не очень хорошо. Их все-таки меньше, все силы сконцентрированы вокруг поместья. А потому без жертв среди мирного населения не обойтись. Это печально, но ничего уже не поделать. А злоба и желание мстить только наполняли Владислава силой.

В какой-то момент мы увидели на дороге свет фар. Глазам своим не поверили.

— Какого хера⁈ Как⁈ — выругался капитан, что находился с нами.

Все мы подошли к окнам и начали приглядываться. Такого просто быть не может, чтобы машины ехали по дороге, что устелена лентами с шипами.

— Магия! — Юрий резко открыл дверь и ворвался к нам, чуть не выбив стекло винтовкой. — Я посмотрел в оптику. Они… Они создали вокруг колес защиту.

— Черт! — выругался Владислав.

— Отец, мы ничего другого с дорогой сделать не могли, — Виктор развел руками, — не перекапывать же ее?..

— Ладно. Дайка винтовку.

— Держи, — Юрий передал ее.

— Сволочи и, правда, колеса все оранжевые. Машины трясутся, они едут медленно.

— Значит, и защита частично сработала. Они не смогут быстро приехать, готов спорить, что и машин столько, сколько магов.

— Да, согласен, — кивнул Владислав и отдал винтовку брату, затем подошел к радисту. — Скажи всем бойцам второй стены готовиться.

— Есть!

Фары в ночи приближались все ближе. Снайперы, в том числе и мы с Юрием начали работать. Мой костюм позволял увеличить изображение перед глазами, но не настолько хорошо, как это делали оптические прицелы винтовок, потому мне приходилось ими пользоваться.

Попадали в медленно едущие машины многие. Тем более, это не какие-то мелкие городские автомобили, а огромные внедорожники, даже один микроавтобус. У всех, как и сказал Юрий, колеса «окутывала» оранжевая магия. Поэтому шипы и не могли их пробить.

Казалось бы, достаточно времени, чтобы всех перестрелять, но в мире магов, все не так просто. Стреляли зачарованными патронами, но все равно не могли пробить магические оранжевые щиты. Да, маги защищали не только колеса, но и свой транспорт.

Все шло к тому, что они все же смогут доехать до внутренней стены. Тогда и начнется настоящее сражение. Маги любят ближний бой — и этим все сказано. Впрочем, в трех внедорожниках и в микроавтобусе достаточно места для бойцов, особенно плохо, если это опытные бесты.

— Думаю, в каждой тачке по одному магу, — сказал Юрий.

— Меньше точно нет, — согласился Владислав, — а вот больше…

Связист в очередной раз поднял руку, ведь не смел перебить Волгиных. Владислав лишь молча направил на него взгляд и указал рукой.

— Бойцы видели Саймона Скаева. Он засел на КПП! Наших на внешней стене не осталось, только в городе.

— Ясно, — ответил Владислав и посмотрел на нас. — Саймон… ему нет и тридцати, а уже на отличном счету у отца. Он сильный маг и, похоже, руководит операцией.

— Да. Надо прикончить его, и тогда бойцы останутся без «головы», — Юрий продолжал безрезультатно обстреливать движущиеся к нам машины.

— Легко сказать. Он потому и остался на КПП, чтобы руководить сражением издалека.

— Так и есть! — согласился Виктор.

— Дэвис, я бы хотел попросить тебя убить Саймона, но… не могу.

Боится, что я не справлюсь? Нет, определенно нет.

— Бойцы видели в городе мутанта. Я знаю, как маг ты очень силен, тем более, в смарт-доспехах, но одновременно против Саймона и супермутанта не вывезешь.

— Никто не вывезет! — усмехнулся Юрий.

— Согласен, свои силы я здраво оцениваю. Так что вы предлагаете?

— Покончи с мутантом и можешь попробовать добраться до Саймона. Только если будешь уверен, и нам не будет нужна твоя помощь.

— Договорились.

Снова мне досталось все самое сложное. Сначала убей супермутанта, затем доберись до Саймона… Впрочем, мне не привыкать! Раз уж я показал, насколько действительно силен, то должен соответствовать.

По машинам продолжали стрелять из винтовок, уже не так часто, особо не надеясь пробить щиты. Владислав настаивал, что это нужно делать. Иначе, вражеские маги будут о себе слишком высокого мнения — это чисто психологический аспект. А есть и еще одна причина — чем больше они потратят сил на удержание щитов, тем их проще будет победить.

Машинам оставалось ехать до стен метров пятьдесят. Я и Волгины к этому моменту уже стояли на стене. Мы начали засыпать тачки заклинаниями. И вся прелесть в том, что стоило первым синим заклинаниям обрушиться на оранжевые щиты, как те почти сразу начали трескаться и рассыпаться.

Вся теория цветной магии в действии, как и говорил Юрий. В итоге машины остановились. Маги начали выскакивать из них и бежать прямо на нас. Они все еще ставили щиты, ведь те защищали от пуль, но не от синей магии.

Магов всего было четверо. Мужчина и женщина, им лет по тридцать. Причем женщина владела красной магией. Должно быть, она жена того мужчины, иначе ее появление здесь не объяснить. Также это значит, что кому-то из оранжевых магов хватило силы удерживать защиту сразу на двух тачках.

Двое других магов — молодой парень и старик. Первый, скорее всего, один из внебрачных детей Салливана. А старик — а хрен его знает. Он точно не отец Салливана, может, какой-нибудь дядя или другой родственник.

Нам ничего больше не оставалось, кроме как спрыгнуть со стен и вступить с ними в бой. Какой-нибудь недалекий молодой маг мог бы сказать, что лучше стоять на стене и закидывать заклинаниями. И это логично, вот только для Скаевых совсем не составит труда забраться на стену. Нужно только вовремя выстраивать магические структуры и быстро перебирать ногами… ну, или, как следует оттолкнуться при помощи магии.

А нам, магам, совершенно не хочется пускать своих не одаренных Силой бойцов в расход. В ближнем бою они совсем ничего магам сделать не смогут, а так хоть прикроют нас со стен. Кроме того и им есть с кем повоевать.

Из микроавтобуса вылезли бесты, шесть человек. У троих из них способность — создавать серые щиты, еще у троих — метать серые копья. Шесть человек и все у них так удачно, если это не бесты из лаборатории, то я — не Дэвис Голем!

Подхожу к краю стены и прыгаю. Владислав, Юрий и Виктор повторяют за мной. Только под ногами выстраивают щиты и Силой заставляют их медленно снижаться. В итоге мы атакуем Скаевых, а наши бойцы начинают перестреливаться с боевиками и бестами.

Пули и бестовские копья свистят в паре метров над нашими головами. Волгины и я разом атакуем Скаевых. Так сложилась, что мне достался не сильнейших из магов — старик.

Он стоял на месте. Защищался щитом от пуль и ждал, пока атакую. А атаковать я люблю больше, чем защищаться. Поэтому он прогадал. Думаю, энергомечом легко с ним разделаться, если он не выкинет сюрпризов.

Владислав уже вовсю сцепился с тем мужиком. Они оба сражались мечами, без щитов — в них нет никакого смысла. Разве что иногда выстраивают их и то лишь для того, чтобы защититься от пуль. Они размахивают мечами, стоит их клинкам столкнуться, как оба переламываются пополам или рассыпаются на осколки.

Виктору в противники достался внебрачный сын Салливана. Они единственные из магов, кто пока еще не перешли в чистый ближний бой. Оба выставляют щиты, хоть и понимают, что толку от них мало. Виктор закидывает бастарда сгустками, иногда атакует мечом. В ответ тот кидается оранжевыми колючками, защищается не магическим мечом, а копьем.

Юрий обрушивал силу своего меча на женщину, что владеет красной магией. Понятно, что красный и синий — не антиподы, согласно теории. Поэтому красный щит прекрасно выдерживал острое синее лезвие. Этот поединок точно будет самым долгим. Ведь и Юрий материализовал в левой руке щит, когда «красная» создала в одной руке что-то вроде серпа, а в другой меч. Ее атаки тоже плохо пробивали синий щит.

Перегоняю энергию из перчаток в меч. Нужно создать в нем избыток маны, тогда магические лезвия будут еще смертоносней. Бегу на старика, который уже отвел левую руку назад. Думает, что сможет меня удивить неожиданной атакой — нет. Ошибается.

Обрушиваю на него меч, но сперва срывается синее магическое лезвие. Старик вдруг (быстро, но ожидаемо) выставляет левую руку вперед и… И ничего, на ней перчатка и вокруг немного оранжевого тумана. Он гасит мою атаку — магическое лезвие смешивается с туманом, и все это превращается в безобидную кашу.

Следом за магической атакой на руку летит стальной клинок. Старик каким-то чудом выстраивает оранжевый щит. Тот разрушается, не успев материализоваться. Хруст, щелчок — чавканье. Кровь (почему-то оранжевая!) вырывается из-под моего меча, он рассекает руку и чуть ли не втыкается в землю. Старик орет во все горло и отпрыгивает.

Смотрю на него и вижу, как он схватился за запястье. Под ногами у меня его рука. Что за чушь? Обостренная чувствительность работает на всю, это нужно, чтобы не напали сзади и чтобы вовремя увернуться от пуль. Она мне и подсказала, что перчатка пуста.

Запускаю в старика мощный синий дождь. Он отступает, выстраивая многослойную защиту. Пока старик отвлекся на дождь, наклоняюсь и поднимаю перчатку. Из нее лишь капнула темно-оранжевая жижа. Так рука ненастоящая?

Сразу же направляю в чувствительность больше маны. Концентрируюсь на старике и понимаю, что у него вообще нет одной из рук. Так это был фокус? Но в чем смысл? Ладно, он смог поддержать рукав и перчатку магией, не удивил. А вот его туман, что рассеивает заклинания — это что-то новенькое. Впрочем, я запросто убью его и без магии.

Бросаю перчатку, перехватываю энергомеч. Бегу на старика. Прыгаю. Замахиваюсь. Целюсь острием ему точно в грудь. Он окутывает всего себя оранжевым туманом и прыгает влево. Видеть — не вижу, но чувствую. Потому еще в полете направляю меч в нужную сторону.

Слышу, как с характерным потрескиванием разрывается прочная одежда. Приземляюсь прямо в облако. Выскакиваю из него — на старика. Коленом, кулаком, мечом… он отлетает в сторону и хватается за голову. Один четкий удар — и она больше не на плечах.

Нет, все-таки это был дерьмовый соперник. Он лишь показал мне, что магию можно использовать по-разному. Что у щитов есть альтернатива, которая, впрочем, не спасает от не магических ударов, а еще, похоже на то, что она доступна далеко не всем.

Осматриваюсь по сторонам.

Глава 2

Боевиков Скаевых почти не осталось. Наши бойцы со стен отлично отработали, вот только никак не могли справиться с шестью бестами «из пробирки». Три из них выставляют серые щиты, другие кидают серые разрывные копья. Если уродов не остановить, то они сначала прикончат наших бойцов, а затем помогут своим магам.

Времени на решение нет!

Владислав все также сражается на мечах с тем мужиком — оранжевым магом. Виктор разрушает щиты молодого бастарда, но нанести смертельный удар не может. В то же время и сам вполне успешно сдерживает натиск врага. Бой Юрия и «красной» — самый захватывающий. Они выставляют щиты и те реально держат урон. Никто из них не решается отказаться от защиты и задавить врага быстрыми атаками.

Волгины продержатся и без меня. По крайней мере, сейчас. Решаю, что нужно разделаться с бестами. Заодно узнаю, на что способны их щиты, на что вообще способны бесты «из пробирки».

Бегу на них, а сам поглощаю энергию из аккумов в рюкзаке. В первую очередь направляю ее в аккумы, что установлены в костюм. Лишь затем распределяю на свой организм, перчатки, энергомеч…

Одна мысль не дает мне покоя. Тот старик с такой легкостью погасил, просто рассеял магическое лезвие. По сути, я ведь в каждом бою занимаюсь практически тем же, с той лишь разницей, что мне приходится специально пропускать удары или выстрелы, иначе отдача не сработает. А старик лишь создал оранжевое облачко, и оно рассеяло мою магическую атаку… нужно будет после сражения попробовать кое-что новое. Обязательно!

Бесты замечают, что на них несется стальная машина. Машина смерти! Те, что закидывают бойцов на стенах взрывными серыми копьями, сразу переключаются на меня. В меня летит копье. Второе и третье! Это вам не зачарованные пули, хотя слабее, чем заклинания истинных магов.

Энергия циркулирует в многослойной защитной оболочке. Отдача только и ждет, когда я ошибусь, чтобы утолить свой голод и добыть для меня маны.

От копий даже не защищаюсь, продолжаю бежать в сторону бестов. Громкий взрыв, перед глазами серый дым — меня оттолкнуло на пару шагов назад. Спасибо костюму, что заглушил звук, иначе бы я точно оглох. Еще два взрыва, еще больше делаю шагов назад. Дым рассеивается, и я как ни в чем не бывало бегу в сторону бестов.

Целиком их лиц не вижу, но по глазам понимаю — они наложили в штаны. Еще бы! Ведь взрывные копья совсем не нанесли мне урона. Большая часть губительной серой энергии была отражена многослойной защитой, а остатки лишь поглотила отдача и подзарядила меня маной.

Прыгаю на них, замахиваюсь мечом. Магическое лезвие рассекает серый щит. Следом за ним — стальной клинок. Меч вгрызается в беста. Тот еще жив, а потому нужно немного усилий. Рывок — добиваю. Остальные атакуют меня. Было очень неразумно наделить их лишь щитами и дальнобойными магическими атаками.

Те, что защищаются щитами, выхватывают энергомечи. Не серые магические, а обычные энергомечи. Правда, оранжевые. Но разве меня это пугает? Ха! Похоже, Скаевы даже не в курсе, что тот самый неубиваемый боец Волгиных — не синий маг.

Перехватываю энергомеч. Два мастерских взмаха — две атаки мечами отбиты. Одна так удачно, что боец уже истекает кровью и хватается за живот.

Бесты, что запускают взрывные копья, убегают. Их я успею догнать, сначала разделаюсь еще с одним «мечником». Он формирует серый щит в левой руке. Атакует правой, мечом — ошибка. Я ведь держу энергомеч двумя руками.

Парирую. Атакую сам. Разрушаю щит на осколки и без магического лезвия. Этим же ударом выбиваю энергомеч из его рук. Он кидается на меня с кулаками. Получает коленом в грудь и складывается пополам. Еще жив. Поднимаю его одной левой, правой — вгоняю через его броню меч. Убиваю, причем для него это достойная смерть.

Оставшиеся бесты рассредотачиваются. Они понимают, что взрывными копьями меня не пробить, а потому выбирают другие цели. Одни закидывают заклинаниями бойцов, другие помогают оранжевым магам.

Бегу на одного из них. Снова получаю серию взрывных копий. Если бы они не взрывались так мощно, мне бы даже не приходилось останавливаться и делать пару шагов назад. Можно, конечно, этого не делать, но тогда я просто упаду на спину.

В итоге добегаю до беста. Он выхватывает большой нож и направляет на меня. Смешно. Нет, унизительно! Кем он себя возомнил⁈ На меня и с ножом?..

Направляю ману из перчаток в меч. Несколько взмахов — и вот в беста летят магические синие лезвия. От одного он уворачивается, а остальные превращают его в жертву мясника. Черт, Смерть снова не будет мне благодарна. Убить бы уже для нее Салливана или хотя бы Саймона.

Следующий бест выбрал своей целью Виктора. Кидает в него копья, а парень выставляет щиты. И после взрыва лишь отлетает назад. Нет, это не дело. Нужно ему помочь.

Кидаю в беста энергогранату. Он вовремя реагирует, потому она его практически не задевает. А ловкости у этих «из пробирки» хватает. Придется все сделать собственными руками.

Защищаюсь от атак бастарда. Благо меч и защитные оболочки из нейтральной маны позволяют это сделать с такой легкостью, какая и не снилась Виктору. Наношу молодому «оранжевому» рубящий удар. Как-то он его сдерживает, затем бью кулаком в морду и выигрываю для Виктора пару секунд.

— Спасибо! — кричит он и направляет во врага заклинания с новой силой.

Я тем временем достигаю беста и обрушиваю на него шквал ударов. Энергомеч мелькает перед глазами синим свечением. Серые осколки разлетаются во все стороны. Вскоре с ними смешиваются лоскуты ткани, затем кровь, мясо… кости⁈ Увлекся, получается. Однако беста ликвидировал — это хорошо.

Вдруг слышу голос радиста. Да, пока было время, настроил его оборудование на встроенную в смарт-доспех систему связи.

— Супермутант пересек внешнюю стену и двигается к поместью.

— Принял, — отвечаю я.

Принять его должен я, Волгиных не стану даже отвлекать. Активировал рацию и сказал тому бойцу:

— Проследи, чтобы ворота ангара не закрыли. Мне нужна будет Нора.

— Есть!

Посмотрел в сторону главных ворот с помощью оптического прицела от винтовки. И действительного увидел супермутанта. Оранжевая гора мышц, в ночи светится особенного ярко. Игорь разевал пасть, как сумасшедший и орал… Окей, для него это норма. Он не бежал, нет. Прыгал, как жаба. Никогда не думал, что такой способ передвижения может быть эффективным.

У меня есть еще пара минут, чтобы помочь Волгиным, а потом этот оживший самоцвет нападет на меня. Смотрю на Волгиных, анализирую. Решаю, что помочь надо именно Виктору.

С ноги влетаю во врага. Щит бастарда выдерживает, но это ненадолго. Направляю в него серию синих магических лезвий. Первое разрушает щит, второе ранит, а третье… Будь удар чуть точнее, то разрубило бы мага на две части. Виктор кидается на него, закидывает сгустками, параллельно с тем формирует в руках меч.

— Справишься, — говорю ему терминаторским голосом и бегу помочь Юрию.

Наношу по щиту «красной» магички удар энергомечом. Вау! Он выдерживает. Она хмурится и показывает свои острые зубки. Ну, попробуй, прокуси мой доспех. Любезно отодвигаю Юрия в сторону, и накидываюсь на нее. Бью по щиту мечом и кулаком. В несколько ударов его разрушаю.

«Красная» отскакивает назад. Перехватывает магические меч и серп. Бежит на меня. По глазам вижу: гадина целится в мое горло. Она высоко подпрыгивает, не без помощи красной магии. Стремительно летит на меня. Как коршун… нет, не на цыпленка, а — на носорога.

Резко перехватываю энергомеч. Направляю его острие точно «красной» в живот. Не представляю, как она увернется. Вдруг из-за спины появляется синее свечение. Не успеваю рассмотреть заклинание. Оно сносит «красную» назад, та роняет серп и корчится от боли…

Оборачиваюсь и вижу ухмылку Юрия.

— Не благодари! — кричит он.

— М-да… — отвечаю ему.

Идиот. Если бы не он, то магичка уже ощутила бы остроту моего клинка своими внутренностями. Ладно, так тоже можно. Теперь Юрий хотя бы справится с ней без моей помощи.

Что же? Нужно и Владиславу помочь убить мужика, к слову, самого сильного мага из тех, с кем мы сейчас сражаемся. Но мне приходится отказаться от своей тактики.

Нет времени — появляется супермутант. Он приземляется рядом с нами. Грохот! Асфальт превращается в груду камней, что летят во все стороны. Игорь размахивает руками, отчего те светятся ярче, и орет во всю глотку. Кажется, будто бы даже из пасти идет оранжевое свечение. А нет, не кажется:

— ГДЕ⁈ ОН⁈ ГДЕ⁈

— Эй, морковка! — кричу ему терминаторским голосом. — Меня ищешь?

— ТЕ-Е-ЕБЯ!

Он срывается с места, как гоночный болид. Из-под его рук и ног вырываются куски асфальта и клубы пыли. Активирую рацию и говорю всем:

— Не вмешивайтесь! Это моя битва!

— Окей, — Виктор продолжает сражаться.

Меня услышали, а потому на мутанта никто из Волгиных или бойцов не нападает. Он несется на меня, да так сжимается челюсти, что, кажется, его зубы потрескаются и вылетят из пасти.

Разворачиваюсь и убегаю. Направляю ману на усиление мышц. Нет, я его совсем не боюсь. Дело не в страхе, а в тактическом преимуществе. Синяя Нора должна помочь своим слабым излучением победить мутанта. Кроме того, не хочу, чтобы кого-то из бойцов Игорь разорвал на куски. Простые бойцы ничего ему не сделают, даже если все разом выстрелят в него зачарованными пулями.

С разгона отталкиваюсь. В один прыжок перемахиваю через внутреннюю стену. Приземляюсь удачно. Перехватываю энергомеч в обе руки, напитываю его маной.

Следом за мной на землю падает… да, именно падает Игорь. Он настолько не контролирует свою силу и злобу, что это определенно может сыграть против него.

Он сразу рванул на меня. По пути загребает землю руками и кидает. Разбиваю эти комки земли энергоударами. В итоге урона не получаю от слова «совсем», зато теперь сам в пыли, все в пыли. Почти ничего не видно, лишь сухую землю под ногами. Игорь — дебил, себе же хуже сделал.

Может, я и не буду его видеть, какое-то время, зато почувствую. Направляю энергию на обостренную чувствительность, а сам держу меч наготове. Вот он бежит.

Рывок — взмах. А его плоть прочнее, чем кажется. Намного прочнее! Меч все равно ее рассекает — брызжет оранжевая кровь. Ее я не вижу, зато чувствую выброс энергии. Энергомеч отлично справляется со своей задачей, а ведь это я еще не использовал магию.

На мой режущий удар мутант почти не реагирует. Имею в виду, не хватается за рану и не орет, только становится слегка злее. Он разворачивается в клубах пыли и бежит обратно, точно на меня. Правда, он не знает, что меня там уже нет.

Приседаю. Вливаю энергию в меч. Два быстрых шага — два идеальных взмаха. Стальным клинком Игоря не касаюсь, да и не ставил себе это в цель. Зато точно направил в него два магических синих лезвия.

Снова чувствую выплеск энергии, даже два. Значит, попал. Мутант разворачивается и бежит на меня. Решаю, что нужно комбинировать. Он думает, что я там, а — нет, уже в другом месте.

В итоге заранее уворачиваюсь от его лап. Прыжок, рывок и мощнейший удар. С клинка срывается синее магическое лезвие, раза в три больше, чем стандартное. Оно бьет мутанта в спину и рассекает его плоть. Слабо, конечно… после уже в рану вгрызается сам энергомеч.

Не думаю останавливаться. Держа рукоятку меча одной рукой, ловко подпрыгиваю и с дикой силой бью по ней локтем. Оранжевая энергия разливается во все стороны. Меч погружается и царапает кости, скрипит и чавкает. Удар такой силы, что отдача напиталась энергией из локтя.

Мутант резко разворачивается. Но я продолжаю держаться за меч, потому почти развиваюсь на ветру, точно плащ. Ха-ха! У него настолько огромные мышцы, что он просто не может до меня дотянуться. А я лишь раскачиваю меч в нем сильнее. В какой-то момент мы выходим из клубов пыли.

Наконец-то я вижу, что рассечение у урода почти на всю спину. Видно даже позвоночник! К слову, он темно-темно оранжевого цвета.

Тяну меч вверх и вниз. Он с трудом, но рассекает плоть мутанта. Игорь, похоже, понимает, что просто так меня со спины не скинуть. Боль он ощущает адскую, и не нужна никакая чувствительность, чтобы это понять.

Вдруг меня с дикой силой прижимает к его широкой спине. Едва удерживаюсь и то, только потому, что вовремя хватаюсь за меч обеими руками. Мутант взмывает в воздух. Знакомое чувство. Пара секунд полета, верхняя точка… и мы стремительно падаем вниз.

Казалось бы, отличная возможность нанести еще больше урона. Но нет, в последний момент отталкиваюсь и приземляюсь неподалеку от мутанта. Если бы не усиление и костюм, то он так бы и упал на меня всем своим весом.

Вскакиваю, бегу к нему, чтобы вырвать из спины меч и продолжить. Вот только мутант против. Вытянулся во весь рост и хищно на меня смотрит. Ожидаемо. Значит, заберу меч силой.

Направляю ману в кулаки и перчатки. Почти добегаю до него и начинаю размахивать руками. Десятки синих энергоударов устремляются в Игоря. Чтобы не отлететь назад, он наклоняется вперед. Для защиты сжимает толстые руки перед собой. Магия вгрызается в них и разбивает, словно стальной молот — камень.

Мне даже удается «сбить» с его рук столько мышц, что виднеются стальные кости. Именно их он восстановить не сможет. Сломать бы хоть одну. Целенаправленно бью в одну из рук. Все больше синих энергоударов приходятся именно в сталь.

В какой-то момент Игорь решает выйти из глухой обороны. Но… уже поздно! Еще серия резких взмахов и удары с треском разрушают стальную кость. Огромный кулак начинает болтаться, держась лишь на мышцах. Игорь рычит во все горло, из его ран брызжет оранжевая кровь.

Решаю отступить и перегруппироваться. Он вдруг хватается за кулак, с громким потрескиванием и выплеском оранжевой энергии отрывает его и кидает в меня. Все так быстро, что не успеваю среагировать.

Оболочка и отдача с костюмом принимают удар на себя. Отлетаю назад на несколько метров. Как же это было мощно. Смотрю себе под ноги и вижу оранжевый кулак, он точно огромный самоцвет, вот только уже начал «плавиться». Хватаю его и впитываю энергию, она мне еще пригодится.

Игорь прыгает на меня. Уворачиваюсь. Направляю ему в ребра два мощных удара. Он замахивается. Еще удар и увернусь… чуть зазевался и получил кулаком прямо по лицу. Думал, вырублюсь, но нет, организм нашел в себе силы.

Встаю и вижу поместье. Оно совсем рядом. Бойцы, будто муравьи в муравейнике, выглядывают из каждого окна и крыши. Через рацию говорю им не высовываться и тем более не атаковать.

Да, меня мутант меня потрепал. Но ранений нет, больше волнует усталость, хотя я готов еще сражаться еще несколько часов кряду. Разворачиваюсь и решаю, что нужно заманить Игоря поближе к Норе.

Он очень силен, но не настолько быстр, как я. Имею в виду, конечно, не ловкость, а исключительно скорость бега. Усиливаю мышцы ног и таза — бегу к ангару, в котором Нора.

Игорь совсем рассвирепел. Он бежит за мной, а сам посматривает на свою руку. Каждый раз, когда видит толстую культу, лишь злится и ускоряется.

Не просто бегу. Маны у меня достаточно, в рюкзаке тоже есть запас. Поэтому почти каждые пять секунд направляю в него синий дождь или взрывные сферы. Есть у меня в рюкзаке и большая связка синих самоцветов. Хотел оставить ее, как запасной вариант, но, похоже, придется использовать сейчас, иначе рискую разнести к чертовой матери весь ангар.

Выхватываю самоцветы из рюкзака. На бегу наполняю их маной и резко останавливаюсь. Разворачиваюсь и бегу на мутанта. Одной рукой закидываю его синими заклинаниями, что, точно кислота разъедают его плоть. Он регенерирует почти с прежней скоростью, зараза.

И вдруг мне пришла мысль, что нужно попробовать еще раз вытянуть из него энергию. В прошлый раз не получилось, но что мешает попробовать еще? А ничего, кроме того, что эта однорукая гора мышц все еще может провести смертельный захват.

Между нами несколько метров. Кидаю в него связку и тут же напитываю отдачу и выстраиваю новые защитные пленки. Мутант не успевает ничего сделать, а хотел пнуть самоцветы и закрыться рукой. В итоге гремит взрыв! Мощный, громкий — нас отбрасывает в разные стороны.

Встаю и понимаю, что потратил очень много энергии на защиту. Нужно срочно подзарядиться из рюкзака. Вытягиваю из него ману, а сам бегу к мутанту. Его частично разорвало и сейчас он лежит на животе.

Заскакиваю к нему на спину и пробую «подцепить» оранжевую ману. Она «щетинится» против меня, но и я не так прост. В секунду ухожу в медитацию и пытаюсь направить оранжевую ману к образу воинского духа. Слегка получается, спасибо оранжевым самоцветам, что остались в рюкзаке.

В итоге мне слегка удается сгладить враждебную ману и начать ее поглощать. Вскоре дело приобретает неожиданный оборот. Она все лучше мне подчиняется, а я еще полон маны, а потому, можно сказать, просто выжимаю ее из Игоря. Он до сих пор не очнулся, это странно, но мне только на руку.

Продолжаю с дикой жадностью вытягивать из него Силу. Он, кажется, даже светится уже не так ярко. Вдруг, срабатывает чутье — опасность! Не понимаю, что может случиться. Вскакиваю — не успеваю.

Супермутант настолько молниеносно направляет в меня кулак, что не успеваю среагировать. Пролетаю метров десять и приземляюсь совсем неудачно. В этот раз все болит, из носа идет кровь, возможно, сломаны ребра и помят доспех. Отдача сожрала много энергии, слишком много. Этот удар пробил те несколько щитов защиты. Жесть!

Игорь смотрит на меня и поднимает культю в вверх. На ней образуется темно-оранжевый нарост, чертовски плотный, похожий на самоцвет только в форме клыка. Что-то новенькое… радует только одно — супермутант больше не регенерирует с такой скоростью, как раньше.

Разгоняюсь и бегу к Норе. Синее излучение хоть и немного, но все равно мне поможет. Кроме того, смогу черпать дармовую энергию: направлять ее в заряд костюма и на магические атаки.

Это и делаю. За спиной Нора, над головой — крыша. Мутант несется на меня, как же он зол. Жалко будет его разочаровывать, ха-ха! Впрочем, иллюзий я не питаю. Если он постарается, а я ошибусь — то смарт-доспех лишь превратится в консервную банку, в которой мне и суждено будет умереть. Сил у Игоря сплющить меня в лепешку точно хватит.

Поэтому закидываю его заклинаниями и стараюсь близко не подпускать. Нора дает достаточно дармовой энергии. Более того, Игорь стал регенерировать еще хуже.

Хочет пробить меня шипом на руке. А вот хер! Уворачиваюсь и направляю ему в морду синий энергоудар. Отскакиваю и бью его в челюсть еще и двумя сферами. Мы совсем рядом с Норой. Буквально слышу этот магический шорох и глухие завывания иномирного ветра из черноты. План! У меня родился новый гениальный план. Интересно, сработает? Знаю себя хорошо. Конечно, сработает!

Подвожу бой все ближе к Норе. Сил на реализацию может не хватить. Тогда лучше использовать силу врага против него же. Обмениваемся ударами. Я выставляю щиты, он просто игнорит мои магические атаки. В какой-то момент оказываемся достаточно далеко друг от друга.

Вдруг чувствую у него дикое желание попытаться еще раз пробить меня шипом. Это мой шанс. Нужно дать ему надежду, что получится. Стою на месте и особе не двигаюсь, а сам только и делаю, что наполняю организм маной. Мне нужно будет столько силы! Столько скорости и ловкости, сколько прежде не требовалось.

В моменте Игорь срывается с места. Хватается целой рукой за поврежденную и целится шипом точно мне в центр груди. Делаю вид, что пытаюсь бежать, но вдруг передумываю. Специально. Готовлюсь произвести захват. Выжидаю, главное — все сделать правильно, направить его же силу против него и не подкачать.

Какой же он все-таки идиот и не замечает очевидных вещей. Такое бывает, когда неокрепший и неопытный ум получает силу, что ему и не снилась. Мутанту до меня два шага. Наверное, уже представляет, как пробьет меня шипом и вскинет мертвую тушку в доспехах вверх, как символ своей величайшей победы. Не сегодня.

Никогда.

В последний момент уворачиваюсь. Провожу захват, да так, что сам оказывают лицом к Норе. Мутант все еще бежит вперед. По его тупому лицу видно, что он вообще не понимает, что происходит. Задействую каждую мышцу тела и силу костюма. Сжимаю его руку и тяну вперед. Толкаю! Моя сила добавляется к инерции, а она у этой горы мышц — будь здоров…

Игорь несется точно в Нору, прямо в черноту. Он пытается остановиться, развернуться, сделать хоть что-нибудь. Поздно! Отпускаю его руку в метре от ужасающей черноты. Получилось!

Вдруг чувствую толчок — внутри все сжимается. Слышу звон. Звуковая волна будто бы пробегает по всему телу. Особенно больно в области спины. Лишь понимаю, что урод бьет меня коленом, как вместе с ним оказываюсь затянут прямо в Нору!

Глава 3

Быстро прихожу в себя. Вскакиваю на ноги и принимаю боевую стойку. Костюм начинает сбоить, по крайней мере, — картинка, что он выводит перед глазами, подрагивает, рябит и все больше перебивается помехами.

— Я в Норе, — рация вроде бы активировалась, но никто меня не слышит.

Смотрю вперед, сквозь помехи, вижу супермутанта. Он пробегает вперед еще несколько метров и падает мордой в синий туман. Да, здесь вроде бы есть выжженная магией мертвая земля под ногами, но ее совершенно не видно. Синий густой туман доходит до самых колен.

Боли не чувствую, смотрю вниз и понимаю, что слои защиты прямо сейчас неплохо так отражают всестороннюю атаку синей магии. Она здесь не простая, а какая-то плотоядная.

Вспоминаю свое первое попадание в оранжевую Нору… синяя, скажу я вам, совсем другая. Над головой не видного никакого звездного неба, лишь планетарных размеров кольца, как те, что окружают Сатурн. Причем кольца эти не простые, а будто бы состоят из гигантских синих самоцветов. И когда я говорю гигантских, то имею в виду, что самый маленький самоцвет в кольце может быть раз в десять больше, чем многоэтажный дом. Размеры поражают!

Мутант приходит в себя. Он отталкивается руками и встает. Я бы сказал: вскакивает на Ноги. Вижу на нем все больше ран, ноги так вообще разъедает с бешеной скоростью, однако Игорь не сдается. Он начинает судорожно регенерировать.

Смотрит по сторонам, быстро перебирает Ногами и вдруг направляет взгляд на меня. Вернее, на черную дыру в пространстве, что у меня за спиной.

— ТУДА МНЕ НАДА! — орет он во все горло, да так дико, что синий туман под ногами на пару секунд отступает.

— Ну, давай, попробуй, — развожу руками в стороны.

Он сильнее меня. Гораздо сильнее меня! Но не в этом проклятом месте. Игорь смотрит на меня и срывается с места. Так сильно топает, что оранжевая(!) кровь брызжет из него и капает в туман, отчего тот дымится и громко шипит.

Пробую использовать магию под ногами в своих интересах… Ай, сука! — ругаюсь про себя. Этот синий туман настолько дикий, настолько своенравный, что не позволяет собой пользоваться. Все равно, что попытаться схватить кусок лавы и сделать из нее меч.

Буду надеяться лишь на свои силы, и не факт, что их хватит. Но выпускать урода из Норы я не намерен. Добить его здесь будет проще всего, вот только сражаться со мной он совсем не хочет.

Бежит на меня, но смотрит в черную пустоту — дыру пространства, что соединяет два мира. Двигаюсь чуть правее и встаю точно у него на пути, он смотрит на меня и скалится. Готовит руку с острым наростом к удару.

Но и я не промах, кое-что уже придумал. В секунду выстраиваю структуру огромного синего щита. Настолько большого, что нижней частью он упирается в первородную дикую магию. Смотрю вниз и вижу… Есть! Туман ползет по щиту вверх, не знаю, почему так происходит, но именно это мне и нужно.

Игорь долбится в щит. А я лишь выстраиваю для огромной округлой защиты подпорки. По ним тоже ползет синий туман! Удивительно. Делаю для щита новые слои, разрушенные части вмиг заменяю. А туман? Так он только и делает, что превращает жизнь Игоря в ад.

В какой-то момент мутант становится сам на себя не похож. Его мелкие, относительно остальных, мышцы не выдерживают и разрушаются. Лицо из мимические подвижного превращается в нечто ужасное. Будто бы его вылепил скульптор-недоучка, что совсем не умеет детализировать.

Вдруг Игорь вспоминает, что в нем все еще находится мой меч. Рукоятка торчит из спины, а острие из живота. Он хватается за острие, дергает, сгибается от боли, но достает. Прямо у меня на глазах перехватывает меч и разламывает на части. Вот, урод, ты знаешь, сколько я за него заплатил⁈

Он бросает бесполезные железяки и кидается на меня. Щит хрустит, подпорки то и дело ломаются. Я едва ли успеваю все восстанавливать. Игорь тем временем лишь ускоряется в своем бешеном темпе. Оно и понятно, если не пробить защиту, то не видать ему спасительной черноты.

Вдруг чувствую, как меня что-то тянет за ногу. Охреневаю и смотрю вниз. Неужели сам синий туман начал распускать щупальца⁈ Нет. Присмотревшись, увидел маленького синего крота. Не крота-землероя, а монстра, которого в этом мире кротом называют условно. Бедняга настолько мелкий и жалкий, что сил у него хватает лишь на слабые толчки и пару незаметных царапин.

Хорошо присматриваюсь… Раз! Раздавил гадину. Нечего его жалеть, он маленький, конечно, почти безвредный. Но, будь большим, то уже попытался бы меня сожрать.

Продолжаю укреплять синюю баррикаду. Однако получается хреново. Супермутант все больше ее разрушает и пробивается ко мне. Вдруг снова толчок. Кто-то царапнул доспех. Не успеваю раздавить одного гада, как появляется другой, а затем еще и еще… Черт! Да сколько их здесь!

Смотрю под ноги, да только и вижу в тумане десятки хвостов. Они двигаются так хаотично, как рыба в бурном потоке. Игнорирую их, мне они ничем не угрожают, просто не могут. А вот для супермутанта — вполне серьезная угроза.

Ремонтирую щиты, отстраиваю старые подпорки и делаю новые. Вдруг замечаю, что десятки этих мелких кротов начали досаждать Игорю. Они для него все равно, что бесящие муравьи — маленькие, быстрые, а кусаются при этом больно.

Мне же лучше. Они кидаются на него маленькими группами. Некоторые настолько наглеют, что забираются на широкую спину. Они кусают его за ноги, под лопатки и, вообще, в тех местах, куда только могут дотянуться.

Игорь бесится. Он совсем забывает про выстроенную мной защиту, переключается на стаи мелких кротов. Нещадно давит их, сжимает руками, одного даже умудряется схватить зубами — рывком головы разрывает его.

Смотрю на ноги и понимаю, что скоро моя защита перестанет работать. Энергии в организме и теле все меньше, в рюкзаке тоже не то чтобы бесконечный запас.

Внезапно система визуального контроля начинает обводить красным цветом что-то вдали. Красных кружков становится все больше. Из-за синей магической баррикады плохо вижу. Приходится увеличить картинку, и я замечаю кротов. Настоящих кротов! А не этих блох, что нам докучают сейчас.

И кроты эти настроены решительно. Так уж вышло, что мы находимся на небольшом холме, в этом чудном мире. А потому увидеть заранее монстров было нельзя. Зато теперь красных кружков столько, что они превратились в линию горизонта.

Нужно делать ноги! Только бы все эти твари потом не хлынули из Норы. Направляю всю энергию на магическую баррикаду. Ремонтирую ее, выстраиваю новые слои, шипы… делаю все, лишь бы только задержать супермутанта. Кроты все ближе, похоже, Игорю все же придется с ними сразиться.

Один из них прыгает на мутанта. Оранжевый и синий монстр сразу начинают шипеть и испускать блестящий дым. Игорь хватает вараноподобную тварь и пробивает отростком насквозь, разрывает руками и рычит, как оголтелый. Кроты кидаются на него, буквально висят на спине. Он игнорирует их и бросается на выстроенную мной защиту. Похоже, это его предсмертная попытка спасти себя.

Понимаю, что больше мне здесь ловить нечего. Еще немного и огромные кроты будут нападать на меня. А я потратил почти всю энергию на магическую баррикаду.

Разворачиваюсь. Бегу, слышу за спиной громкие вопли, шипение и… хруст магической защиты! Прыгаю в черноту, сразу напитываю себя маной из рюкзака и разворачиваюсь.

Чуть не запнулся. Смотрю под ноги и вижу двух мелких гадов. Два точных движения и превращаю их в лепешку. На месте лужиц появятся два самоцвета, размером с желудь…

Всматриваюсь в черноту и надеюсь только на то, что в ближайшее время из нее никто не появится. Вдруг брешь в пространстве начинает извиваться. Из нее что-то пытается выбраться. Посреди черноты появляется стальная рука — протез, с которого падают оранжевые лохмотья плоти.

Только подготовил мощное заклинание, чтобы затолкнуть супермутанта обратно, как из черноты появляются когтистые синие лапы и затягивают Игоря обратно. Его стальная рука вмиг исчезает в Норе.

Это было нечто! А теперь… нужно помочь Волгиным перебить магов, уже потом будем решать, что делать. Вот только без энергии я им совсем не помогу. Благо, генератор совсем рядом, а аккумов возле него столько, что хватит еще на неделю непрерывных боев.

Да, все разом носить с собой невозможно, но настолько большой запас мне все равно пригодится. Да, собственно, уже пригодился. За пару минут снял костюм и заменил в нем аккумы, ведь это быстрее, чем наполнять старые силой от новых. И себя плотно подзарядил энергией, распределил ее по организму… хотел еще и в энергомеч направить, да только больше его у меня нет. Ну и мудак же ты, Игорь.

Можно обойтись и без меча. Вернее, придется. Запрыгнул в смарт-доспехи и побежал к стене. Звуков стрельбы уже нет, хотя бойцы на стенах. Что бы это значило?

В один большой прыжок перелетаю стену и вижу, что Волгины, все втроем, сражаются против одного оранжевого мага — того самого мужика. Бастард валяется неподалеку в луже крови. «Красная» магичка тоже уже отъехала на тот свет, не без помощи Юрия, разумеется.

Сколько же силы в этом оранжевом маге, что он держится сразу против троицы синих? Вот он, по-настоящему достойный соперник. Напитываю кулаки и перчатки синей маной. Бегу на него.

Обхожу Владислава, Виктора, через Юрия приходится перепрыгнуть. Еще в полете начинаю размахивать кулаками. Делаю это быстро и с яростью. Синие энергоудары обрушиваются на мага, он пытается выставить оранжевые щиты, что просто глупо и бессмысленно. Они не только сразу же разрушаются, но еще и пропускают мои удары. Маг тоже их пропускает, то в морду, то в живот… больше он не в состоянии увернуться.

Добить его — дело техники. Это мы и проделываем. Затем становимся рядом, как команда по волейболу. Поддерживаем друг друга. В прямом смысле, хех. Некоторые из нас, разумеется, не я, настолько уставшие, что уже валятся с ног.

Через пять минут все мы уже сидим на КПП внутренней стены и, мягко сказать, охреневаем. Волгины устали настолько, что у них даже нет сил показать эмоции. Все сидим, как манекены. Бойцы раздают нам воду, таблетки, накладывают лечебные повязки… Словом, делают все то, что и должны.

После минут десяти отдыха Владислав наконец находит в себе силы заговорить:

— Горжусь… горжусь всеми вами! — он хочет громко долбануть костылем о пол, но сил на это уже не находит.

— П****ц! Какие же мы звери! — громко говорит Юрий.

Лишь Виктор смотрит на меня и спрашивает:

— Ты убил его, Дэвис⁈

— Да, супермутант мертв… Я был в Норе и видел кротов, десятки кротов. Нас ждет жор?

— Нет! Быть не может, работники НЭС бы сообщили, — задумчиво произнес Владислав, — СТОП, ЧТО⁈ Ты был в Норе?

— Дэвис, мать твою! Ну ты точно не убиваемый засранец, б***ь! — Юрий восторженно на меня посмотрел. — И какая эта магическая задница изнутри?

— Необычная… — нет желания вспоминать все и описывать.

— Был в Норе… — тихо повторяет Виктор, будто бы не веря моим словам, — и вышел же… живым! Надеюсь, камеры в ангаре это засняли.

— Ага! — усмехнулся Юрий. — О******е будет кино!

— В сторону шутки, — Владиславу стало лучше, новые силы немного рассеяли усталость. — Дэвис, позже мы с любопытством послушаем про внутренний мир Норы, а пока… Я напомню вам, что мы сражаемся со Скаевыми!

— Есть! — сказал Виктор и сразу стал хмурым.

— Да. Отдохнули и пора дальше рвать их в мясо, сукиных детей!

— Радист, — Владислав повысил голос, — доложить обстановку, минуту тебе на подготовку.

— Есть!

Минута прошла быстро. Виктор или Юрий даже не успели меня лишний раз похвалить или подколоть за «неубиваемость».

— Саймон Скаев, — начал докладывать боец, — все еще занимает КПП, с ним его солдаты, несколько бестов. Наши «особые» бойцы начали одерживать верх над диверсионными группами. Эвакуация закончена, большинство жителей находятся в безопасности. Мутантов на окраинах нет.

— Мутантов, — фыркнул Юрий, — нет уж, пусть эти оранжевые ошибки природы подождут, сегодня мы сражаемся со Скаевыми.

— План. Нам нужен план, — Владислав смотрел на нас и на капитанов.

— Чего тут думать⁈ — Юрий размахивал руками и хмурился. — Маги мы или кто⁈ Блохи собачьи или сильные мира сего? Возьмем, и прям вчетвером по Саймону, как п******м! И все!

— Юра, успокойся! Ты давно таблетки принимал⁈

Таблетки, вот так семейка. Маг, у которого иногда «не все дома». Это многое объясняет.

— Вчера, позавчера, сегодня утром…

— Надо увеличить дозу. Сосредоточься, меньше мата и эмоций, мы, правда, приблизились к победе над Скаевыми, как никогда.

— У Юрия своеобразная манера изречения, — заметил я, — но он прав, нам достаточно собраться вместе и ударить по Саймону.

— Да! Я тоже так думаю, — кивнул Виктор, — тем более, убийца кротов, супермутантов и… эм, покоритель Нор не может ошибаться!

Если бы мой нарциссизм работал, как отдача, и всякий раз, когда меня нахваливают, напитывал меня магией, то я бы уже точно стал сильнейшим магом в стране. А может, и на планете! Хе-хе…

— Сколько вам времени нужно на отдых? — спросил я.

— Живительные шприцы и пилюли уже несут, — сказал Владислав,

— Так точно, — подтвердил боец с приемников в руках и наушниках на голове, — минуту, не больше.

— Вот. Думаю, через минут пятнадцать сможем перегруппироваться и все вместе напасть на Саймона.

— Если он сбежит? — спросил Юрий.

— Нет, он гадкий человек, но не трус.

Пока несли пилюли и шприцы, что должны вернуть Волгиных в тонус, я снова напомнил о том, что, вообще-то, видел десятки больших кротов в Норе.

Владислав приказал бойцу связаться с работниками норной электростанции. Через аппаратуру Владислав лично побеседовал с директором и лишь убедился — никаких выбросов энергии не зарегистрировано, никакие датчики не запищали.

О чем это говорит? В первую очередь о том, что, возможно, зря я беспокоился. Во вторую: можно подумать, что Нора — это привычная среда обитания для кротов. Имею в виду, что они всегда в ней живут и, в общем-то, рады этому, лишь изредка случаются какие-то эксцессы, и тогда они вынуждены прыгнуть в черноту, чтобы набить брюхо земными формами жизни. Интересно, а кто или что решает, когда кротам оставаться внутри, а когда выбираться? Связаны ли Норы между собой? На все эти вопросы попытаюсь найти ответы только после того, как отстоим Борск.

Вскоре прибежал боец-медик, он один из немногих, кто носил поверх привычной военной формы белую жилетку с красным крестом на всю спину. Несколько минут медицинских манипуляций, и Волгины начинают приходить в себя.

Виктор делился со мной своими чувствами. Вернее, без его разрешения я сканировал его, чтобы понять, как работают эти «необычные» вещества. Оказалось, в них не только само действующее вещество, название которого хрен выговоришь, но и некий целительский заряд.

Проще говоря, Волгины не только приняли быстродействующие препараты, но и прошли мини-лечение от целителя. Уже через считаные минуты все они были готовы продолжать сражение.

— Скажи «особым», чтобы, как закончат с диверсантами, начали стягиваться к центральным воротам. Но пусть не показываются, их помощь нам нужна будет позже.

— Есть! — проорал боец и связался с нужными людьми.

— А мы?

Владислав посмотрел на нас.

— Ждите меня здесь, я быстро.

Он спустился со стены и побежал в ангар. Ну, как сказать побежал? Быстро поковылял, то и дела запинаясь и опираясь на костыль.

— А почему Владислав до сих пор ногу не вылечит?

— Невозможно, — сказал Юрий, — он такой с рождения, уже привык. Хотя в молодости к кому только не обращался.

— Ясно. Просто каждая минута на счету, а он сам решил зачем-то побежать в ангар.

— Отец иногда поступает странно, но всегда знает, что делает. Просто подождем.

— Виктор, ты его лучше меня знаешь, — улыбнулся я, — тогда, подождем.

Вскоре из ангара раздался шум, рев и прочий нехарактерный звук. Сначала я подумал, что работники НЭС ошиблись и нас еще и ждет жор, но нет… не ошиблись. А из ангара выехал большой грузовик-самосвал. Выглядел он, как старая развалюха и, собственно, таковой и являлся, но ехал достаточно бодро. А самое интересное — перед, где под капотом красовался большой ржавый отвал, он задевал землю и откидывал куски дерна в сторону. Да, Константин такое бы простил только главе рода.

Владислав проехал через ворота и остановился. Открыл дверь и крикнул:

— Все в тачку, доедем до Саймона с ветерком!

— Эй, я в кузов не полезу! — выкрикнул Виктор, возмутившись и в шутку и в самом деле. — Я вам что, мусор?

— Аха-ха! — усмехнулся по-доброму Юрий. — Кто раньше сел, тот и сел.

— Давай руку! — я уже сидел на кузове самосвала, благо здесь было за что держаться.

Владислав надавил на педаль газа. Этого видеть я, конечно, не мог. Зато ощутил выплеск энергии в моторе. Дизель сгорал, превращаясь в энергию. Вот бы и ее мне научиться впитывать. Так. Хватит. Нужно сосредоточиться на предстоящем сражении.

Самосвал несся по асфальту. Отвал уверенно расчищал для нас путь. Он раскидывал ленты с шипами во все стороны. Чтобы наверняка не напороться на шипы, Владислав опустил его максимально низко. Поэтому из-под отвала летели тысячи искр. В ночи это выглядело изумительно, правда, создавало шум и пахло не очень. А еще выдавало нас, впрочем, мы все равно не собирались скрываться от Саймона. Напасть неожиданно — да, но не скрываться.

Прямо следом за нами мчались бойцы. Кто на микроавтобусах, кто на внедорожниках или легковых автомобилях. Кроме того, по замыслу Владислава, «в спину» Саймону должны были зайти еще одни наши «особые» бойцы.

«Особые» — это те, что действуют скрытно, поодиночке или небольшими группами. Они не всегда носят военную форму, зато всегда чертовски хорошо вооружены. Вот они и должны были устроить нечто вроде засады, если Саймон решит сбежать.

— Насколько он силен? — спросил я у Виктора терминаторским голосом.

— Ходят слухи, что по силе Саймон уступает только своему отцу.

— Грозная семейка, — хмыкнул я, — но ничего, вчетвером, да с бойцами, мы его прикончим.

— Не факт, ой не факт, — говорил Юрий в рацию.

Черт, я случайно ее активировал.

— Больше уверенности. Мы уже столько всего сделали, неужели Саймон настолько непобедим?

Юрий недовольно фыркнул.

— В пять лет он уже дрался с мужиками. Магией, правда, а они чисто физухой, но… сам понимаешь. Салливан создал себе идеальную замену, он уже немолод и думает о своем роде.

— Хватит. Врага не нужно расхваливать! — вмешался Владислав.

— Тогда расскажу, как Саймон разгромил женское общежитие из-за того, что одна девушка…

— Ясно, — усмехнулся я и отключил рацию.

— Мы уже близко, — Виктор заметно нервничал.

— Если почувствуешь, что боишься… — начал я.

— Никогда.

— Не так выразился, — все-таки есть в нем еще достаточная порция юношеского максимализма, — если поймешь, что не хватает сил, то я прикрою. Идет?

— А если тебе не хватит, то — я, — согласился Виктор и протянул руку.

Смешно, конечно, но не стал его огорчать. Пусть парень думает, что реально может продержаться в бою дольше меня, а затем еще и помочь мне. Самоуверенности Виктору тоже не занимать. Это и хорошо, всяко лучше, чем частый пессимизм его заносчивого дяди.

До КПП оставалось совсем немного. Мы увидели взорванные ворота. Их разорвало на куски и с мясом вырвало из каменно-бетонных стен. Однако КПП сильно пострадал. Все окна выбиты, а многие рамы перебиты пулями.

Когда все это закончится, я приду в кабинет к Владиславу и настоятельно порекомендую использоваться прочную сталь и пуленепробиваемые окна.

В самом просторном КПП находился парень. С такого расстояния его было плохо видно, но в помещении горел свет. А потому я воспользовался оптическим увеличением, что имел шлем костюма. Только сфокусировался на силуэте, как злоба наполнила каждую мою клетку.

Саймон Скаев собственной персоной. Небрежная щетина, надменный взгляд. Военная форма, которая больше похожа на мажорский наряд для ночного клуба.

Он сидел на стуле посреди комнаты. Его окружали бойцы, очень крупные мужики — должно быть, бесты. Больше всего меня поразило, что возле стула, на котором он сидел, стоял кальян. Саймон держал трубку с мундштуком и покуривал.

Черт! Он был так расслаблен, что смотрел на наш самосвал и пускал кольца. Именно в момент, когда из его рта вылетали кольца, его рожа выглядела очень глупо. Так хотелось ее набить. Ничего, к этому все и идет. Если только он не решит отступить, как подлая крыса.

Под воротами и возле лестниц, что вели на КПП, нас встретили боевики. Среди них было всего несколько слабых бестов — их я сразу почувствовал и сообщил Волгиным. Наши бойцы отставали, но несильно. Можно их подождать, но неугомонный Владислав выскочил из машины, создал исполинский меч и… обычный щит. Он побежал крушить врагов.

Юрий и Виктор не могли на это спокойно смотреть. Они тоже напитали руки синей маной, создали излюбленное оружие и ринулись в бой.

Встаю во весь рост и смотрю назад. Подмога будет через минуту. Что же? Тогда эти боевики неплохая разминка перед почти финальным боссом — Саймоном.

Разбегаюсь на внедорожнике — прыгаю. Приземляюсь в самый центр сражения. Как выяснилось, не все бездарные мужики использовали огнестрел, у кого-то были и оранжевые энергомечи. Такими было можно в несколько ударов пробить синее магические щиты.

Первым делом, в несколько ударов кулаками, убиваю именно мечников. Выхватываю энергомеч у одного из них и начинаю кромсать врагов на куски уже стальным лезвием. Светится оно оранжевым, но это совершенно неважно, когда сражаешься против тех, у кого нет истинного магического дара.

Доморощенные защитники долго не выдерживают под нашим напором. Владислав рубит их пополам своим излюбленным огромным мечом. Юрий использует многое из того, что умеет — дальнобойные атаки, копья и меч. Виктор чаще всего выстраивает щиты и из-за них закидывает врагов сгустками. Еще я видел, как он своей мощной магической стеной превратил боевиков в лепешки, а нечего было стоять возле бетонной стены, идиоты.

Наша подмога поспевает. Бойцы выбегают из машин и сразу открывают по врагу огонь. Некоторые задерживаются возле дверей, другие бегут, стреляют и занимают удобные боевые позиции.

Судя по сообщениям, «особые» бойцы все больше концентрируются в полукруг рядом с главными воротами. В общем, не думаю, что у Саймона есть шанс улизнуть, а он попытается. Такие люди будут хвататься за любую подлость, лишь бы выжить.

Вскоре врагов на земле совсем не остается, и тогда мы начинаем взбираться на стены. На них еще есть чужие бойцы, и они уж точно попробуют оказать сопротивление.

Пробиваю кулаком мужика, другого подхватываю за грудки и скидываю со стены. Лететь высоко — шансов у него нет. Следом за мной пробивается Виктор. Ну, как пробивается? Подчищает выживших.

С другой стороны от КПП на стену поднялись Владислав и Юрий. Они тоже уверенно прочищают путь к Саймону Скаеву. А этот ублюдок… скидываю еще одного мужика со стены, другому сворачиваю шею… так вот, этот ублюдок сидит и продолжает курить кальян. Кольца пускает, скотина! На самом деле, хотел бы я обладать таким хладнокровием. Но, простите — живой, у меня есть эмоции, как и у всех.

Разделываюсь еще с очередью бойцов. Они что-то пытаются сделать, стреляют в меня, царапают ножами и мечами. Как же я хорош в этом костюме! Вот на нем и нужно написать «Неубиваемый…» хотя нет. Лучше — «НЕПРОБИВАЕМЫЙ»! Определенно, ведь вся моя суперспособность и заключается в том, что для врагов я — непробиваемый.

Следом за нами — магами — бойцы с огнестрелом и мечами взбираются на стену. С моей стороны — элитный спецотряд… Хах! Элитный, как же это звучит.

До КПП мне остается буквально несколько боевиков. Хм, не думал, что с помощью врагов можно мерить расстояние. Так, оказывается, они годны не только для отработки ударов и полетов со стен.

Левой. Правой. Ногой — хруст, смерть. Рывок, удар — бедолага летит со стены. Провожу захват, сжимаю. Разворачиваюсь — шейные позвонки говорят: «Пока».

Все. Больше на пути к Саймону нет бойцов. Но врываться на КПП не спешу. Нет, я его не боюсь. А если мы решили действовать по плану, то его нужно придерживаться. К тому же, чем дольше мы будет возиться, тем больше к воротам прибудет «особых» бойцов.

Владислав и Юрий быстро, но не так, как я, пробираются к КПП. Мы видим и прекрасно слышим друг друга.

— Виктор, готов? — говорю в рацию.

— Да.

— Юрий, Владислав? — уже терминаторским голосом в окружающую среду.

В ответ оба синих мага молча кивают. Стремительное движение — с колена врываюсь на КПП и сразу же высаживаю в Саймона очередь зачарованных пуль.

Ну, понеслась!

Глава 4

С другой стороны врываются Владислав и Юрий. Оба направляют в Саймона синие сгустки, сферы… Виктор тоже в стороне не остается. Выскакивает из-за моей спины и давай закидывать мага сгустками, отправляет и магические «стены».

Наши бойцы, что уже полностью захватили стену и начали с нее отстрел. Они палили не только по врагам, что какого-то хрена оказались с внешней стороны стены, но и по Саймону.

Он вмиг окружает себя многослойной, я бы сказал, — пористой, оранжевой сферой и… из нее вырываются щупальца. Атакуют нас!

Хватаю одно из оранжевых щупалец и разрываю на части. Саймон даже не смотрит в мою сторону, зато его магическое щупальце восстанавливается и продолжает закручиваться на моих ногах.

Пули, заклинания — все это не нанесло оранжевому магу урона. Пули, даже в таком количестве — черт с ними, сильному магу не угроза. Но от синих заклинаний он защитился с такой легкостью, будто бы для него правило антиподов перестало работать.

На самом деле, конечно, не перестало. Саймона от магических синих атак защищала не сама сфера, а именно щупальца. Они разрывались на куски, лопались и плавились под напором «синих» ударов, однако ранить своего создателя не позволяли. Толстостенная пористая сфера в основном защищала от пуль и ослабленных заклинаний.

Виктор не врал, когда говорил, что Саймон — действительно сильный враг. Плевать мне на его силу! Так и запишите… Я победил стольких врагов, что мне уже все равно, с кем сражаться следующим. Да, придется придумать что-то нестандартное, выжать из себя все соки до последней капли, получить сотни ран, а потом пару дней отлеживаться в кровати, как овощ. Но победа все равно будет за мной, она всегда за мной!

Направляю ману в перчатки, в кулак. Синего энергомеча нет, оранжевым рубить оранжевые же щупальца — как минимум странно. Бью руками, и оранжевые узлы на ногах превращаются в ошметки. Продолжаю бить по щупальцам и технично их уничтожать, помогаю Виктору.

Все бы ничего, вот только новые появляются с такой скоростью, что совсем нет шансов перебить их всех и добраться хотя бы до пористой оранжевой сферы. Саймон тем временем сидит в ней и продолжает курить чертов кальян.

Нет, нам тупо не хватит сил его победить. Рано или поздно щупальца всех задавят, а потому решаю рискнуть. Кто-нибудь уже пробовал взрывать аккум, заполненный синей маной⁈ Вот и я нет.

Отпрыгиваю назад и прошу Виктора меня прикрыть. Достаю из рюкзака две штуки, начинаю напитывать их энергией. Чувствую через перчатки, как они вибрируют и разогреваются.

Бегу прямо на Саймона. Виктор защищает меня от щупалец. Тех, что все же меня хватают, я игнорирую. Нужно, как можно ближе добраться до сферы. Это и делаю. Рывок — бросок. Два аккума стремительно летят в сферу. Врезаются в нее, я бы сказал, погружаются, как в желе и… три… два…

Уже со всех ног бегу назад. Кричу остальным защититься, хотя и так предупредил, что сейчас рванет. Звучит взрыв, ударная волна бьет по спине, хватают Виктора, и мы с ним падаем. Закрываю его броней смарт-доспеха.

Вскакиваю на ноги и вижу. Саймон хмурится, его кальян разбился и валяется возле ножек стула. Оранжевая пористая сфера разрушена, да так, что Саймон у меня в прямой видимости. Срываю нож с пояса, в секунду направляю энергию на усиление — бросаю его.

— Ха-ха! Как же ты жалок! — кричит Саймон с надменной улыбкой, когда его щупальце запросто перехватывает нож, а затем еще один и еще…

Да, у меня на поясе было много ножей. Жаль только, что ни один из них так и не попробовал кровь Саймона на вкус. Он перестает смеяться и присаживается обратно на стул. Не успеваю даже разогнаться, как дыра в сфере зарастает, и появляются новые щупальца.

Помогаю Виктору подняться и смотрю по сторонам. Черт! А ведь после взрыва от КПП вообще ничего не осталось, ну, кроме основания и редких стальных опор, что одиноко смотрят в небо.

Владислав и Юрий успели выстроить щиты, прижаться к полу и укрыться ими. Потому они целые и невредимые вскочили и вернулись к сражению. Нам уже даже начали помогать бойцы, в том числе и спецотряд.

Но этого «осьминога» так просто не взять. Каждое щупальце, как живой организм. Поодиночке они слабы, но стоит им собраться вместе, как получается нечто мощное. Одно щупальце поглощает урон — «жертвует» собой. Следующее бьет, как тупой меч или кулак, а оставшиеся обматываются вокруг ног или рук. В общем, сражение только в разгаре.

Каждый из магов, в том числе и я, сражается со своей сворой щупалец. Не может же магия браться из ниоткуда. Хм, хотя, как раз магия, не в моем случае, из ниоткуда браться может. А вот силы? Не будет же Саймон часами поддерживаться все эти магические структуры, ведь они еще и подвижные, будто бы со своим примитивным интеллектом.

Вдруг Саймон вскакивает на ноги. Он начинает вытанцовывать, похоже, сейчас что-то будет. Все щупальца разом бросают своих жертв. Если большинству повезло, и они просто высвободились из смертельных объятий, то некоторые наши бойцы отправились со стены в полет… Не повезло. Такие досадные смерти на поле боя — обыденность.

Не решаю напасть, что-то сейчас будет.

— Хватит! Надоело, пора заканчивать, у меня скоро гольф, — объявляет Саймон.

В эту же секунду «щупальца» осьминога начинают темнеть. Уплотняться, становиться острыми и закручиваются. Не могу понять, что он вытворяет, эта бешеная газонокосилка видится ему более опасной структурой, чем десятки «мягких» щупалец? Сомнительно.

Мы до него добраться не сможем — все равно, что прыгнуть в мясорубку. Но и он, по сути, бездействует, ведь совсем нас не атакует. Так и будем стоять и смотреть друг на друга?

— Эй, хороший костюм. Жаль, что один из ваших в нем и сдох. Как же он орал!

— Ублюдок! — выкрикивает Виктор.

Владислав и Юрий тоже пыхтят злобой, но каким-то чудом сдерживаются. Они понимают, что терять концентрацию нельзя. Саймон — подлый враг, он играет на чувствах. Только того и хочет, чтобы мы впали в состояние неконтролируемой агрессии, а там и кинуться на смертельные лезвия недолго.

Успокаиваю Виктора. Благо он все понимает. И через пару секунд все встает на свои места. Понимаю, что затеял Саймон. Если бы он просто запустил этот смертельный пропеллер, то лишь зря спускал бы свои силы. Да, он был бы для нас неуязвим, но он ведь не атаковал, в итоге мы бы просто ждали, пока он выдохнется.

И вдруг лезвия начинают резко удлиняться, увеличиваться в размерах. Места в КПП не так и много, приходится отступить. Ору бойцам терминаторским голосом:

— Не стены! Быстро!

Сука! Бойцов так много, а лезвия растут с такой скорость… Мы не успеваем! Да еще этот ублюдок Саймон строит гримасы и смеется во все горло. Откуда в нем столько силы⁈ Долгое время удерживать настолько сложные структуры — это высшее мастерство. Сложно представить, на что способен его отец.

В итоге понимаю, что нет времени бежать. Бойцы хоть и действуют на пределе своих способностей, но у нас все равно не получится вовремя уйти. Лезвия вращаются с невероятной скоростью, если еще на пару десятков сантиметров увеличатся, то кому-то из нас не поздоровится.

— Прыгаем! — кричу я, хватаю Виктора за шкирку и спрыгиваю с КПП.

Владислав и Юрий тоже умело приземляются на ноги, бойцы тем временем все еще продолжают сбегать со стен. Некоторые, что отбежали подальше, открывают огонь по Саймону. Лишь зря переводят пули, потому, как его смертельный пропеллер и сфера совсем не пропускают пули.

В итоге мы вчетвером группируемся под воротами.

— И что делать⁈ Он неуязвим, б***ь! — кричит Юрий.

— Спокойно, — Владислав разрушает структуру исполинского синего меча и опирается на костыль, — нужно… нужно… проклятье! Да не знаю, я что нужно… пока будем думать, он всех наших бойцов порубит, как капусту. Дэвис⁈

— Я… — думаю, такое чувство, что даже направляю ману в мозги, чтобы размышлять шире и скорее, — пару секунд.

— Виктор⁈

— Отец. Я не знаю, что делать. Он слишком силен.

— Тварь! — от безысходности орет Юрий, вены на его шее пульсируют, он обливается потом, впрочем, как и все мы.

— Я… — впервые чувствую себя настолько паршиво. У меня больше нет плана!

Как так⁈ У меня и нет плана? Не верю, едва ли не падаю на колени от отчаянья. Не знаю, что делать. Как победить настолько сильного мага? Какого хера он вообще настолько могуч⁈ Он же всего лишь человек, не титан и не бог, а человек! И неужели мы целой толпой его не одолеем⁈

Только я прихожу в себя и снова пытаюсь что-то придумать, как Саймон подходит к краю КПП. А КПП уже напоминает лишь одинокую платформу, что на честном слове держится на стене, прямо над воротами.

— Ну? Кого убить первым⁈ — спокойно, смеясь, спрашивает Саймон. — Отец хотел повесить голову вашей прелестной Сонечки у нас над камином. Где, кстати, это сучка? Сначала я хочу с ней позабавиться… — настоящая ухмылка безумца.

— Сердце вырву! — почти без эмоций, спокойно, терминаторским голосом сказал я.

Его слова не подействовали на меня, разве что заставят причинить еще больше мучений, перед его смертью. А оскорбление, нет, такое пропускать мимо ушей в присутствии бойцов нельзя.

— Член себе вырви, кто ты вообще такой?

— Твоя смерть, — все таким же непоколебимым голосом говорю я и уже тише: — Ударим разом, стеной.

За несколько секунд Волгины и я сконцентрировали силу в руках.

— На! — заорал Юрий. — Пожри говна!

В эту же секунду все мы направили на Саймона мощнейшие, быстро несущиеся синее стены. А я и не знал, что у меня получится настолько мощное заклинание, сравнимое по силе с кометой.

— Вау! — восторженно выкрикнул Виктор.

Стены так ярко светились синим, что людям без солнцезащитных очков пришлось сощуриться. В секунду все четыре «стены» объединились в одну еще более мощную, я бы сказал, действительно достойную для сил Саймона.

Оранжевые и синие цвета начали мелькать, как на вечеринке. Даже в своем технологичном шлеме не сразу понимаю, что происходит. Вдруг вижу острые длинные лезвия, что рассекают синюю стену на отдельные блоки.

Не проходит и секунды, как структура нашего мощнейшего заклинания разваливается на куски. А Саймон, словно злобный падший ангел, уверенно пролетает сквозь синие осколки структуры и дым. Оранжевые лезвия, словно сотни перьев из его крыльев. Они действительно тянутся у него из-за спины.

Не успеваю среагировать, все до единого лезвия устремляются в одну сторону. Они превращают Саймона едва ли не в наконечник копья, и метит он в Виктора.

Концентрирую силу, ману… все, что угодно. Нет времени даже думать о том, как и что сделать. Прыгаю вперед, чтобы закрыть Виктора. Он, осел, встал и разинул рот, даже не пытается ничего сделать.

Вдруг чувствую глухой удар. Лечу уже в сторону и вижу, что это Владислав сшиб меня, словно муху — мухобойкой, при помощи своего исполинского меча. Ударил он по мне, разумеется, не острым краем, а плашмя.

Приземляюсь и вижу… Зрелище столь ужасное и прекрасное одновременно, что дыхание захватывает. Сверху, точно коршун, летит «темный» оранжевый ангел. Его крылья тянутся из-за спины, а кончики их перьев образуют плотнейшее острие. В нем настолько много сконцентрированной оранжевой магии, что оно уже не темно-оранжевое, а почти черное… о****ь, как бы сказал Юрий.

Снизу прыгает и в каком-то смысле тоже летит Владислав. Он точно древний воин из легенд. Седые волосы, голубые глаза, морщинистое лицо, но в нем столько уверенности, что, кажется, хватит на всех наших и еще останется. В мощных руках Владислава исполинский синий меч. Он прижимает его к себе и поворачивает к оранжево-черному острию — долом.

— Оте-е-ц! — кричит Виктор, взмахивая руками.

— Брат. Убе-ей! — Юрий.

Лишь я замечаю, как оранжево-черное острие вонзается в дол магического синего меча. Почему только я? Одна из модификаций, которую недавно установили на мой костюм — «маска сварщика», так скажем. Поэтому я и вижу, а для остальных все это выглядит, как яркая, бел… хотя нет, точно не белая, но чертовски яркая вспышка, что приходится зажмуриваться.

Только бы выдержал меч! — молюсь про себя. Вдруг чувствую всем телом выброс энергии. Уже не знаю, оранжевой или синей, но настолько мощный, что обостренная чувствительность взбесилась. Каждую долю секунды сигналит мне прямо в мозг — ОПАСНОСТЬ! опасность…

Дыхание замирает, когда вижу, что по синему мечу Владислава бежит трещина. Все снова замедлилось. Не проходит и секунды, как трещина выпускает из себя кривые паутинки новых разломов. Мгновенье, один миг — оранжево-черное острие разрушает меч не просто на тысячи осколков, а разносит его в пыль, в синий туман.

Затем острый конец настигает и Владислава… пробивает его навылет! Брызги крови летят во все стороны. Не могу поверить собственным глазам. Неужели⁈ Не может быть, чтобы он умер… да еще и вот так!

— Нет! — кричит Юрий, его тело наполняется маной с невиданной силой.

— Виктор… — едва стоит на ногах, из его глаз едва не вылетают слезы, моментально он фокусирует в руках синюю ману.

Владислав, будто игрушечная кукла, приземляется на сырую землю:

— Виктор, теперь ты глава рода, — шепчет он сыну, из его рта идет кровь, темная, практически черная.

Саймон смеется во все горло и грациозно приземляется прямо перед Волгиными.

— Отец будет мной доволен. Глава вражеского рода — хм, отличный трофей!

— Сдохни, демон! — кричит Виктор.

Саймон выпрямляется во весь рост, а опасные темно-оранжевые лезвия вытягиваются за ним, как хвост у павлина. Сука, никогда ему этого не прощу. Убью, а перед этим помучаю!

Щелк… что-то ударяется о мой шлем. Обостренная чувствительность сразу сообщает, что в этом объекте сконцентрирована большая магическая сила. Сама по себе вещица несет страшную силу, а еще в нее можно направить свою и уж тогда точно никому не поздоровится.

Быстро поднимаю предмет — костыль Владислава. Так никакой на самом деле это не костыль, а изогнутая в виде костыля ручка энергомеча, истинного магического меча.

Сжимаю костыль в руках и понимаю: все энергомечи, что я держал прежде, просто игрушки, они ведь, по сути, даже не давали магу раскрыть свой истинный потенциал. Но этот костыль, он будто живой. Будто бы требует от мага напитать его силой и аппетиты — будь здоров.

Как иронично, что лишь сейчас мне в руки попало оружие, которым я смогу убить Саймона. И эту уверенность, ее не отнять.

«Прости, — думаю про себя, — Владислав, ты был чертовски хорошим мужиков. Даже в последние секунды жизни ты уже все знал. Ты пожертвовал собой, чтобы спасти меня. Не удивлюсь, что ты догадывался, что я смогу раскрыть всю свою истинную магическую силу через твой костыль-артефакт».

Направляю из тела, перчаток, доспеха и рюкзака в рукоятку исполинского меча ману. В эту же секунду, безумные, как берсерки, Юрий и Виктор кидаются на Саймона. Оба, как сговорились, в правой руке с мечом, а левой создают дальнобойные заклинания. Защита? А к черту, они не собираются ни защищаться, ни отступать, лишь пробивать через лезвия-клинки путь к одной мерзкой твари.

— Родственники разозлились, — грустно, так по-мразотски говорит Саймон.

Но ничего, подожди, у***к, я до тебя точно доберусь. Активирую рацию и говорю бойцам, чтобы позаботились о Владиславе. Умом понимаю, что он уже мертв… хотя не факт, я ведь пульс не прощупывал. Но вроде с таким ранением не живут… Надежда все еще не умирает. Может, маги живучие⁈ Да, точно, когда я только познакомился с Виктором, он же говорил, что у Волгиных в крови высокая живучесть, у всех, кроме Юрия. Это объясняет, почему после каждой передряги он отъезжал в больничку.

— Позвоните Марату, — кричу в рацию терминаторским голосом.

Рукоятка в руках становится тяжелее. Будто бы держу не магический меч, а стальной и весит он, ну никак не меньше пары сотен килограммов. Да, таким будет совсем несложно размозжить ублюдка Саймона по асфальту.

Направляю усилия в ноги, толкаюсь. Прыгаю и… нет, я не пролетаю за раз метров десять, как планировал, а чуть больше двух. Что же? Либо меч слишком тяжел, либо сил у меня почти не осталось. Смотрю заряд костюма и понимаю, с двенадцатью процентами долго не повоюешь. Значит, нужно ускориться.

Бегу на Саймона, замахиваюсь исполинским мечом. Его толстый магический клинок ярко светится за спиной синим цветом. Оббегаю Виктора, затем Юрия.

Оба мага по-настоящему разозлились и раскрыли свою истинную магическую силу. Кажется, они вошли в боевой раж. К сожалению, даже вместе им не хватает сил, чтобы пробиться через десятки темно-оранжевых ленточных лезвий Саймона.

Я же срубаю сразу несколько штук одним точным ударом, правда, и силы трачу на него столько, что сложно представить. Если бой затянется, то нам всем точно конец.

Бегу дальше. Еще десятки острых лезвий, они гибкие, как ленты из ткани, устремляются в меня. Размах — магический шорох, громкий хруст и вспышки яркого света.

Саймон щурится, а затем с интересом смотрит на меня. Он слегка хмурится, но в целом, как не напрягался, так и не напрягается. Стоит на месте и, точно кукловод, управляет своими лентами-лезвиями. Еще несколько из них хищно устремляются ко мне. Хер! Одним легким… ладно, одним чертовски тяжелым взмахом срубаю их и пробиваюсь все ближе к Саймону.

— Это интересно, — он поправляет свою прическу, — давай, покажи, на что способен с новой игрушкой. Обещаю, убить тебя быстро! Хи-хи…

Смерть? Ха, если отправлю душу этого ублюдка в ад, то практически отдам должок за себя. А это значит? Значит, что хватит думать, пора сжать меч покрепче и разделаться еще с сотней ленточных клинков.

Глава 5

Вскоре Юрий и Виктор вынужденно отступают. Они уже не в той форме, чтобы полноценно сражаться — оба изрядно ранены и истекают кровью. Мой костюм тоже пострадал, царапины от когтей царапки теперь кажутся совсем шуточными. Ведь, если я пропускаю ленту-лезвие, то практически наверняка она рассекает броню и царапает в лучшем случае кожу, в худшем — рассекает плоть и скребет по костям.

Невзирая на боль, на разрушения моего костюма, продолжаю двигаться в сторону Саймона. Многие функции, что я так хотел испытать, вышли из строя раньше, чем я это сделал. В целом, смарт-доспех еще держится, хотя с каждым пропущенным ленточным клинком перед глазами выводится значок, что символизирует очередную неисправность.

Заряда хватит, а это главное. Плевать мне на смарт-доспех, если я убью Саймона. Продолжаю размахивать мечом и рубить целые связки ленточных лезвий. Саймон хищно щурится и смотрит на меня с интересом. Я бы сказал, что он хочет меня сожрать. Примерно так волк бы и смотрел на зайца.

Но я не заяц! Я воин. У меня исполинских размеров меч, легендарная магическая способность, в конце концов, костюм, который делает меня терминатором. Но это все пустяки, ведь за мной целых два рода. Голем — уже не помочь, за них можно только отомстить, а вот Волгины — их жизнь теперь напрямую зависит от этого сражения. Я не имею права проиграть!

Вдруг вспоминаю, что энергомеч мне был нужен не только потому, что это холодное оружие, но также через него можно было пропускать ману и наносить режущие или рубящие энергоудары.

Сейчас в руках у меня магический меч, чья длина превышает три метра. А клинок, от лезвия до лезвия, сантиметров сорок, если не больше. Так насколько же мощные энергоудары можно им нанести? По силе они будут сопоставимы с кометой! Самое время проверить.

Саймон усмехается и направляет на меня еще с десяток ленточных лезвий. Они извиваются в воздухе, как водоросли в воде. Каждая несется ко мне по своей траектории. Их острие темнеет, становится практически черным.

Напитываю организм усилением. Правую ногу вперед. Рывок, взмах! Все острые ленты перерублены. Их срезанные концы падают на землю и пару секунд даже пытаются ползти. Наступаю прямо на них и бегу к Саймону. Направляю силу в магический клинок. Коплю-коплю… еще немного.

Перехватываю меч в одну руку, а другой — энергоударами — сношу острые ленты, что снова норовят вонзиться в меня в тех местах, где от брони ничего не осталось. Все оранжевые лезвия разлетаются в лохмотья, наконец понимаю, что магии в мече достаточно.

Превозмогаю, снова трачу ману на усиление, иначе с таким огромным магическим оружием просто не управлюсь. Правильная стойка, правильный захват двумя руками — взмах.

Удар! Нет, не так… УДАР!

Синий клинок несется в сторону Саймона. Свистит по воздуху и наполняет его хаотичными выбросами синей маны. Саймон замечает, что я делаю… Он концентрирует ленты-лезвия перед собой, выстраивает эдакий щит, что состоит из десятков отдельных деталей.

Обостренная чувствительность вопит об опасности. Еще миг и… Огромное магическое, темно-темное синее лезвие срывается с клинка. Размерами оно больше, чем комета-топор. А Силы в нем столько, что запросто перерубит исполинскую змею.

Оно чуть было не отбрасывает меня назад, но я каким-то чудом удерживаюсь на ногах. Сам магический меч вонзается глубоко в землю — крепко сжимаю рукоятку и смотрю на Саймона.

Невероятной Силы магическое лезвие вгрызается в «щит». Магия хоть и цветная, но чертовски темная. Однако это нисколько не мешает появлению ярчайших вспышек, после столкновения. Шлем сам затемняет картинку перед глазами, выкручивает эту функцию на все сто процентов.

Оранжевый щит против настолько МОЩНОГО синего заклинания⁈ Смешно! Хочется лишь дать Саймону напутственные слова, похоже, он отправляется в ад! Ха!

Вспышка разгорается ярче. Темно-синее лезвие сносит все острые ленты на своем пути, будто бы они сделаны из бумаги. В воздухе стоит шум, сравнимый с каскадом из июльских гроз.

Вспышка становится настолько яркой, что система в шлеме перестает справляться. Сначала я щурюсь, затем и вовсе приходится отвернуться. Вдруг раздается громкий — я бы назвал его — энергетический взрыв.

Ударную волну я ощутил в полной мере. Едва устоял на ногах, а уши не заложило только чудом. Оборачиваюсь и вижу: все в дыму, огромная воронка. Воздух будто бы прожарился до искажения реальности.

Покрепче сжимаю рукоятку меча. Готовлюсь к тому, что из дыма вот-вот начнут выскакивать ленточные лезвия и кидаться на меня. Вскоре дым рассеивается, и я вижу Саймона.

Почему-то наглая улыбка совсем пропала с его лица. Хм-м-м… интересно, почему⁈ А знаю, наверное, потому, что практически вся его одежда сгорела, а верхние слои кожи поджарились. Как понял, что только верхние? Очень просто, он все еще жив. Этот уголек пытается встать на ноги, его руки все еще обволакивает оранжевая мана.

«Особые» бойцы не пригодились… хотя, постойте. Вражеских бойцов за стеной все еще достаточно. Активирую рацию и приказываю всем бойцам перегруппироваться и добить силы врага.

Стою над умирающим, почерневшим Саймоном. Какое же чувствуется умиротворение, будто бы спустился в ад и убил одного из тамошних демонов, что мучил людей. Но месть еще не свершена. И не будет свершена моими руками, это должен сделать Виктор. По крайней мере, я бы на его месте так и поступил, ведь отец должен быть отмщен именно сыном. Не знаю, что про это думают аристократы, но я подожду Виктора с Юрием.

Однако отказать себе в удовольствии и снять шлем — нет, не могу. Хочу видеть страх в глазах этого… существа. Снимаю шлем, подхожу еще ближе к Саймону. Он видит мое лицо и не может в это поверить. Что-то шепчет, хватается за голову… словом, парнишка-уголек в шоке.

— Как тебе мой удар? Отец больше не будет тобой гордиться!

— Ме-кхт… мертв, — только и шепчет он.

— Все вы так говорите, когда я снимаю шлем. А знаешь, что еще случается, когда я снимаю шлем?

— … — молчит, морщится, отчего его лицо крошится в угольную пыль.

— Да, — смеюсь над ним, — угадал, очередная пропащая душа отправляется в ад.

О, кстати, Смерть в кои-то веки будет довольна. Вот только какого хрена он вообще не вырубился и до сих пор жив? Наверное, у магов все же феноменальная живучесть. По крайней мере, у Скаевых точно. Может, безумный папашка Салливан отправлял своего сына не в летний лагерь, а в лабораторию? Может быть, может быть…

— Я убью тебя, мразь! — мразь — пожалуй, самое доброе из той очереди матов, что Виктор себе позволил.

— Стой! — кричу я.

— Нет. Я убью его!

— Конечно, — я развел руками, — вот держи, сделай это любимым оружием отца.

— Я не умею… — Виктор посмотрел на меня, как на идиота.

— Просто наполни его маной… — я ведь передал ему лишь рукоятку.

Виктор взял костыль в обе руки. В итоге, ого-го, всего за пару секунд выстроил из рукоятки магический синий меч, размер которого, конечно, внушающий. Еще раз посмотрел на меня и Юрия.

Мы оба молча ему кивнули.

— За моего отца! — практически демоническим голосом прорычал Виктор и обрушил магический меч на Саймона.

Лучше бы мы с Юрием отошли подальше. Виктор, практически в буквальном смысле прихлопнул Салливана. Его поджаренное тело разлетелось во все стороны. Месть свершена, можно… поспать спокойно пару часов. Или нельзя?

— Господа, что будем делать?

— Я поеду к отцу! — выкрикнул Виктор мне в лицо и вручил костыль.

— Постой…

— Нет, — Юрий положил руку мне на плечо, — он еще не смирился.

— Так он никогда не смирится.

— Да, но… — Юрий пожал плечами, — если хочет видеть отца, то пусть увидит.

— Виктор теперь глава рода?

— Да. Это последнее желание моего брата. И я лично снесу голову тому, кто посмеет его оспорить.

— Уважаю, — кивнул я, — так что нам теперь делать? Салливан еще жив…

— Я возьму командование бойцами на себя, в городе еще хватит дел…

— Может, вам подлечиться?

— Я уже позвонил целителю…

— Нам нужен общий сбор, — уверенно сказал я.

— Дождись, когда вернется Виктор. Теперь только он может его объявить.

* * *

Вернулся к поместью. Боевой костюм снял и оставил в ангаре, аккумы поставил на зарядку. Трость… ее я не мог взять в поместье, слишком много это вызовет вопросов, лучше пока ее не показывать. Лучше вообще не пойду к Волгиным, пока не вернутся Юрий и Виктор. Не представляю, как скажу Татьяне, как скажу Соне, что Владислав мертв.

Сел возле аккумов на раскладушку. Поглотил энергию из тех, что еще заряжены. Осмотрел себя и нахмурился. Сколько же ленточных лезвий я пропустил, уже молчу про переломы, трещины костей и раны с синяками. Запустил ускоренную регенерацию, а, чтобы она проработала подольше, начал очистку организма. Те самые отложения должны дать мне много маны…

Как мне все это надоело. Сражение. Восстановление организма, за счет прочистки нитей и сплетений. Только приду в себя, подумаю, что жизнь налаживается, как весь цикл повторяется. Сражение. Превозмогание. Победа. Последствия. Восстановление. Общий сбор… так и с ума сойти можно. Нет, я обязательно возьму отпуск, как только закончим со Скаевыми.

Лишь одна мысль грела душу, а в то же время заставляла меня скорбеть. Владислав мертв — это ужасно. Однако, да простит он меня, больше никто не помешает мне встречаться с Соней тогда, когда захочу. Виктор? Ну, думаю, он не будет против. Что до остальных, то вряд ли их слово значит больше, чем решение Сони.

И все же чувствую себя конченым мудаком. Именно перед Владиславом. Хотя, с чего бы это вдруг? Я ведь все делаю для него и для его рода. Да, ослушаюсь его, но ведь и он мне не папочка. Главное — не навлечь на Соню беду. Пусть мы теперь и будем встречаться, но продолжим делать это скрытно. Владислав был мудрым мужиком и говорил правильные вещи, во многом я с ним согласен. А поэтому сделаю все, чтобы про Соню не узнали враги.

Все-таки взял его костыль и пришел в поместье, но в подземную часть, к убежищу, решил не спускаться. Подожду Виктора и Юрия. А пока мне тоже есть чем заняться.

— Держи в курсе, сообщай все важное, — сказал бойцу, что так и продолжал сидеть за аппаратурой.

— Есть!

Магов Скаевых мы победили, но это еще не значит, что нападение на Борск закончено. Оно, конечно, подавлено и уже нельзя назвать его в полной мере нападением, однако в городе все еще есть диверсионные группы и те бойцы, что сбежали с финальной битвы, когда я победил Саймона.

Достал мобильник из ящика и позвонил Фрэнку.

— Где вы? Как вы?

— Мы эвакуировались, — ответил старик, — все у нас хорошо.

— Все эвакуировались?

— Все. Жак в больнице, вот только он не с нами.

— Ясно, хорошо, — я уже хотел было сбросить вызов, как Фрэнк заговорил.

— Что произошло?

— Скаевы напали.

— Дэвис, это я знаю. Весь город знает.

— С Владиславом что-то случилось⁈

— Черт, как же быстро распространяются слухи. Он героически погиб.

— О, нет… — прошептал Фрэнк, — а остальные, ты?

— Забыл? Я — неубиваемый, — отшутился я, хотя это было неуместно, — Юрий и Виктор живы, они сейчас заняты… по бойцам, потери да хрен его знает… — вот зараза, нужно связаться с Майком, — все, Фрэнк, мне некогда.

— Удачи. Держись там…

Скинул вызов и сразу набрал Майку.

— Алло, — ответил он.

— Где ты⁈

— В городе. Мы выслеживаем диверсионные группы.

— Без моего приказа⁈ Какого хрена, Майк?

— А вы против? Приказ Юрия.

— Ладно, вы мне пока не нужны… — может, я и зря погорячился, но какого черта Юрий стал командовать моим элитным спецотрядом? — Потери большие?

— Всего трое бойцов.

— Всего⁈ — возмутился я… — ну, да всего… ага… целых 30 %. И ты это называешь всего?

— Я… — Майк замялся, — Дэвис, вам нужно успокоиться… я не знаю, что сказать.

— Да, в этом ты прав, нужно на что-то спустить агрессию… не держи зла, занимайся делом. Позже скинешь мне эсэмэской инфу по погибшим.

Позвонил Маркусу — моему помощнику, велел обзвонить всех, кого следует. Знакомых у меня в городе достаточно и лучше бы мне знать, если кому-то из них нужна помощь.

Маркус отзвонился уже через пятнадцать минут и рассказал все, что меня интересует. Гладер спрятался в своем личном мини-убежище и до сих пор там сидит, в обнимку с двумя автоматами. Хе-хе! Не зря он просил его предупредить.

С Василием и Кузоном тоже все в порядке. Первый эвакуировался из элитного района, а второй запрыгнул в свою «буханку» и свалил в лес. Кстати, про лес и охоту. Маркус выяснил, что Кузон перестал водить пацанов в лес за дичью из-за того, что появилась реальная угроза быть сожранным мутантами. Однако его это не остановило, и когда все эвакуировались, он рванул в лес. Надеюсь, он знает что делает.

Мутанты. Что до них, то нужно бы уже поскорее решить это проблему. Вот только как? На носу битва с Салливаном, другими магами из числа Скаевых, захват лаборатории и хрен знает еще какие проблемы. Нет, не проблемы, а испытания. Вся моя жизнь в этом мире — одно сплошное испытание. Да… мне бы и, правда, взять отпуск.

Теперь уже не после того, как закончим со Скаевыми, а когда Борск будет в полной безопасности. Имею в виду, что как только перебьем Скаевых, нужно будет открыть охоту на мутантов. А там еще Кирпичевск-2, возможно, Стругацк, и, конечно, земли Скаевых в Синехолмске.

В общем, Виктору — новому главе рода Волгиных, будет, чем заняться прямо с первых дней правления родом. Так он сразу уяснит, что его жизнь больше не такая простая, какой была раньше. Я и Юрий будем ему во всем помогать, но парень все равно пройдет некую закалку, ведь проблем… или испытаний свалится на его голову очень много.

Владислав руководил только Борском и некоторыми предприятиями или организациями, что в нем есть. Виктору предстоит куда большая власть, а вместе с тем и ответственность. Насколько я понимаю, Кирпичевск, земли Скаевых в Синехолмсе и, скорее всего, целый Стругацк с лабораторией (если мы ее не разгромим) — все это будет принадлежать роду Волгиных.

Насколько больше земель станет у Волгиных, настолько и вырастет сфера влияния. Проще говоря, у Виктора будет гораздо больше земель и людей в подчинении и это не очень хорошо, начинать стоит с малого. Остается надеяться, что Юрий и другие будут ему всегда помогать. Как только перебьем Скаевых и решим, так скажем, «воинские» задачи, так я и покину город. По сути, кроме Сони меня здесь больше ничего не держит. Я, конечно, буду приезжать в гости к Фрэнку и к детям, к самим Волгиным, заглядывать в лавку Гладера и в свой ресторан, но в основном буду заниматься своими землями в Царске и истреблением такой гадости, как Ветровы. Но это я уже захожу вперед…

Радист начал мне обо всем докладывать. Первое сообщение, что он озвучил из командного центра, содержало информацию о том, что Владислав скончался. Совершенно искренне всплакнул, впрочем, слез своих не показал. Я не только загрустил, но и нашел в себе силы улыбнуться. Казалось бы, радоваться нечему, но я-то уже понял, что Виктор успел попрощаться с отцом и вот это очень хорошо. Даже не сомневаюсь, что они успели сказать друг другу все, что хотели.

Затем боец практически каждую минуту сообщал мне, что наши «особые» ликвидировали очередную диверсионную группу. Лишь через час сообщения о том, что нашли и убили врагов, спрятавшихся в жилых домах, начали поступать реже, а вскоре и вовсе практически прекратились. Однако сообщения от Юрия о том, что в городе больше не осталось боевиков, не поступало в командный центр, а значит, он в этом не уверен. Из чего следует, что людям не нужно пока возвращаться в дома, а стоит подождать, ради своей же безопасности.

Посмотрел на бойца, от него больше сообщений не поступало. А он сидит, держится за голову и откровенно ревет. Не мужское поведение — так бы подумал какой-нибудь крутой мужик, что считает, будто бы искренние слезы превращают парней в слизняков. Отчасти это так и есть, если только…

— Боец! — сказал я командирским голосом. — Отставить.

— Владислав умер, как можно?.. — он вытер слезы и больше ни одна не скатилась по небритой щеке. — Если бы не он, я бы сейчас гопником каким-нибудь был… а так, как вы видите, дослужился. Аж на самих Волгиных работаю.

Бойца можно понять. Всех жителей Борска можно понять, Владислав был для многих из них едва ли не крестным отцом. Он, правда, искренне любил свой город и его жителей. Внезапно на меня хлынул такой поток гордости, что Владислав заприметил меня, что заключил со мной союз и даже сражался плечом к плечу.

Вдруг пробудился Осколок. Кстати, в тот момент, когда я убивал Саймона исполинским мечом, Осколок словно стал частью меня. Именно он подсказывал все решения, причем настолько ювелирно, будто бы это исключительно мои мысли. Хотя, постойте, если Осколок живет во мне — то есть он ведь реально часть меня, следовательно, все его образы, подсказки и прочее… по сути, обобщая, можно сказать, что я помогал сам себе.

И в этот момент меня словно ударило молнией. Больше Осколок не ощущался как отдельная магическая и непонятная хреновина. Он слился с образом воинского духа и тела в одно целое. Отчего воинский дух и тело лишь стали ближе, а еще появилась какая-то внутренняя гармония.

До сих пор не представляю, что такое этот Осколок, но теперь, похоже, этого и не надо. Ведь он растворился во мне, все, что «знал» Осколок, теперь знаю и я, вот только не рискну сразу открывать этот «ящик Пандоры», буду действовать медленно и осторожно и только тогда, когда это действительно нужно.

Пока я думал о том, как увековечить память Владислава, Осколок, что больше бессмысленно так называть, начал подбрасывать идеи. Вернее, у меня настолько расширилось сознание, что идеи я начал подбрасывать себе сам. Звучит бредово и реально бы не поехать кукухой, но я прекрасно разделяю — где мои идем, а где те, что сдобренные приправами из Осколка. Нужно будет очень осторожно относиться к новым мыслям и плавно к ним привыкать.

Однако, то, что я придумал, мне чертовски понравилось, пусть на это и повлиял Осколок. Теперь я знаю, как увековечить память Владислава. Для этого нужно немного магии, хорошего навыка ее структурировать и синие самоцветы. Собственно, все продумано, осталось лишь рассказать обо всем Волгиным и дождаться дня прощания.

Виктор уже позвонил и сказал, что это будет сегодня. Да, сегодня — это тот день, который для многих станет не самым радостным. Думаю, душа Владислава отправится в рай, если такой вообще существует в этом мире.

* * *

Позже приехали Виктор и Юрий. Оба рассказали о своих делах:

— Я успел попрощаться с отцом, — сказал Виктор, — похороны будут сегодня. Теперь я глава рода, с ума сойти… это такая ответственность.

— Не боись, Виктор, — дядя хлопнул его по спине, но нисколько не улыбнулся, — мы поможем тебе. Ты не будешь один. Брат… твой отец, думаю… он бы гордился тобой.

— Определенно, — кивнул я. — Виктор, ты только вспомни себя, когда мы с тобой познакомились, и посмотри, кем ты стал. Скажу тебе по секрету, — немного приукрасить иногда не бывает лишним, — отец говорил мне, что просто офигевает от того, как быстро ты возмужал. Не прям этими словами, но смысл такой.

— Спасибо. Спасибо вам. Дядя Юра, Дэвис… и отец, я обещаю, что никого из вас не подведу, а еще всю нашу семью… Кстати, какого черта они до сих пор сидят в убежище?

— Простите, — я впервые дал слабину, — даже не переставляю, как им сообщить, что Владислав больше не с нами.

— Я скажу, — вмешался Юрий.

— Сделаем это вместе, а затем поедем на прощание. Все готово будет через пару часов.

Все втроем мы зашли в лифт и поехали вниз. Я сразу вспомнил, как впервые оказался в этом поместье. Как с интересом рассматривал лифт, как меня завели в подземный кабинет Владислава. Наверное, он теперь будет принадлежать Виктору, как и костыль-артефакт — рукоятка мощнейшего магического меча. Не знаю, как она работает, но определенно увеличивает силу мага.

— Вот, это твое, — протянул Виктору костыль его отца.

— Оу… — только и сказал Юрий.

— Не смей, — фыркнул Виктор, — ты сделал для нашего рода побольше меня… оставь себе. Думаю, мой отец хотел бы, чтобы костыль достался сильнейшему магу и плевать, что твоя фамилия не Волгин.

— С ума сошел⁈ Бери, — я снова протянул артефакт.

— Не подумаю. Можешь набить мне морду, но это теперь твое оружие. Тебе же еще с Ветровыми сражаться.

— Точно? — переспросил я.

— Абсолютно. Костыль твой, — сказал Виктор и первым вышел из лифта.

Офигеть, даже его походка изменилась. Не только я, получается, развивался все это время. Виктор действительно большой молодец, но предстоит ему еще многое…

Мы подошли к убежищу, и Виктор нажал кнопку.

Глава 6

Слезы, крики, грусть — всего этого было много. Соня успокаивалась у меня на плече, всю рубашку намочила. Татьяну успокаивали Виктор и Юрий вместе, и то ничего у них не получилось. Женщина никак не могла смириться с гибелью мужа. Она все твердила мне, чтобы я положил костыль Владислава и больше его не трогал.

Ей дали успокоительное, даже рассказали, сколько врагов перебито, что Владислав отомщен, и мы на этот не остановимся. Жена и дети Юрия тоже тяжело перенесли потерю, они плакали, обнимались, но хотя бы концертов не устраивали.

Старики, те самые дед да бабка, ушли в свою комнату. Старик уже совсем ничего не понимал и все твердил:

— Витька, а че все плачут? Пусть заткнутся, мне нужно посмотреть новости.

И действительно. Он каждый день смотрел новости, в его комнате висел на стене маленький телевизор. Не знаю, зачем старику, у которого явно проблемы с головой, смотреть новости. Не хочу его оскорбить, эти проблемы — они пришли с возрастом. И на его месте я бы направил все свои интеллектуальные способности явно не на просмотр новостей. Что они ему дадут? Каждодневный поток ненужной информации… к черту, не мне его судить.

Бабушка Виктора все понимала, но старалась держаться. Она быстро взяла себя в руки и начала подготовку к прощанию. Дворецкий Константин не смог сдержать слез:

— Я работаю на вашу семью уже почти сорок лет… — сказал он. Владислав — большая потеря для всех нас…

Константин пропал с радаров на какое-то время, а позже вернулся весь в черном. Лишь его перчатки были белого цвета, а еще в руках он сжимал черный платок, которым, впрочем, сам не пользовался, а лишь вытирал слезы Татьяне. Она сидела на диване и вроде бы начала приходить в себя.

Я сидел у Сони в комнате, к слову, впервые попал в эти покои принцессы. Аромат здесь стоял очень приятный, всюду чистота и порядок. Вряд ли это дело рук обслуги, Соня — хорошая хозяйка, хоть и по статусу ей это не полагается.

— И что нам теперь делать? — спросила она у меня и положила голову на плечо.

— Нам? В смысле нам или вашему роду?

— Роду, — буркнула Соня.

— Об этом можешь не переживать. Владислав сказал, что главой рода должен стать Виктор.

— Но он же еще совсем… неопытный. Думаешь, справится?

— Соня, за последнее время он очень поменялся в хорошую сторону. Конечно, ответственность большая, но мы с Юрием ему поможем.

— И что вы планируете делать?

— Добить Скаевых, и тогда вы все сможете вернуться к привычной мирной жизни.

— А если не сможете?

— Соня, — я взял ее за нежные гладкие щеки, — посмотри на меня. Кто я?

— Дэвис?

— Дэвис Голем. Разве я когда-то тебя подводил? Или твой род?

— Нет… но…

— Тс-с-с… — крепко ее обнял, — вот и в этот раз не подведу. А ты должна закончить учебу.

— Я отличница, — недовольно буркнула она.

— Славно. Тогда ты сама знаешь, для чего учишься.

— Да.

— На кого, кстати?

— На дизайнера.

— Это прекрасно, — улыбнулся я.

Довольно интересный выбор, впрочем, если Соня этим горит, то и в сфере дизайна может добиться многого. Позже она спросила меня:

— Мы больше не будем прятаться? Скрывать свои отношения.

— От твоей семьи — нет, — сказал я, — но Владислав был прав, у меня действительно много врагов, поэтому прогулки по городу под руку для нас пока закрыты.

— Успеем мы еще по городу нагуляться, — улыбнулась Соня и обняла меня, — все хотела спросить…

— Давай.

— Когда победите Скаевых, что ты будешь делать?

— Ну… — и что ей сказать? — у меня еще будут дела в этом регионе.

— А потом? — она пристально посмотрела мне в глаза.

— Мне нужно будет в Царск. Я не могу просто взять и забыть, что сделали Ветровы. Нужно отомстить за Голем, уверен, они бы этого хотели.

— Уверен? — усомнилась Соня. — Я думаю, твои родные хотели бы для тебя только счастья. И спокойной жизни…

— Намек понят, но не только месть движет мной. Ты же знаешь, что Голем был большим старшим родом.

— Ну, допустим, что-то слышала.

— Моему роду принадлежало много земель, две Норы, черт знает сколько корпораций и прочего…

— Так? — Соня приподняла брови.

— Ветровы уже захватили Нору и сколько-то земель, другой род тоже прибрал себе вторую Нору и земли. Про второй род ничего сказать не могу, но Ветровы… Ты думаешь, их волнует судьба жителей, да им земли Голем с Норой нужно только для собственной выгоды. Быть может, они на Голем только потому и напали, чтобы повысить свое влияние и захватить больше территорий.

— Логично, тут не поспоришь, — Соня развела руками, — так это значит, ты меня бросишь?

— С чего ты это взяла? — я усмехнулся и обнял ее.

— Возьмешь с собой?

— Взять я тебя не могу, сама подумай, сколько там у меня будет злоключений…

— Значит… бросишь, — фыркнула Соня.

— Нет, — твердо ответил я, — давай сойдемся на том, что это будет моя командировка. Я перебью врагов, верну свои земли… мы же не будет с тобой вечно жить в этом поместье.

— Ладно… — Соня хитро посмотрела на меня и, кажется, оценила мои слова так, будто бы я готовлю ее к тому, что скоро сделаю предложение. — Если это для тебя так важно, то — да, я не против… но… лучше бы ты просто остался в Борске, и мы с тобой начали новую жизнь.

— Спасибо, — ответил я, — а пожить в свое удовольствие мы с тобой еще успеем.

— Ага, — фыркнула Соня и тихо-тихо добавила: — Если тебя не прибьют…

А я все равно ее услышал.

— Об этом можешь не переживать.

— Не могу я за тебя не переживать…

* * *

Кладбище. Пошел дождь, прям как в кино: все в черном, с черными зонтами. Держусь рядом с Волгиными, но не с Соней под руку. Прощание жителей города с Владиславом уже прошло. Желающих лично попрощаться с главой рода было много, но успели не все, иначе это бы растянулось на пару суток. У нас столько времени нет.

На самом процессе похорон присутствовали лишь сами Волгины и некоторые приближенные. Каждый бросил в могилу немного земли, а затем могильщики быстро приступили к работе, под завывания Татьяны. Ее снова пришлось успокаивать, в этот раз решил помочь Виктору и Юрию.

Пока они успокаивали женщину словами и объятиями, я лишь направил из своего организма в ее немного маны. Такой, которая помогает достичь некоторого умиротворения, спокойствия.

Прощание подходило к концу. Но я попросил никого не расходиться, самая важная часть, так скажем, церемонии еще впереди. Да где же Маркус? Он уже давно должен был приехать. Собственно, приехал он только через минут тридцать. Половина из присутствующих уже успели культурно выпить… никого не осуждаю, у них, правда, есть повод.

— Все сделал? — спросил Маркуса, который вышел из машины, к слову, большого пикапа с открытым кузовом.

— Да. Все, в лучшем виде.

— Тогда за дело.

Из машины вышли Майк и еще несколько бойцов из моего элитного спецотряда. Они достали из кузова большую каменную плиту и поставили в нужное место.

— Нет, это не надгробие… вернее, — попытался объяснить я родственникам и приближенным, — сейчас вы все увидите, но мне нужна будет ваша помощь.

— Помощь? — сморщился Юрий. — Не заставляй никого таскать тяжести в этот день!

— Милый, тихо, — жена взяла его за руку и попросила успокоиться.

— Юрий, вы неправильно меня поняли. Просто смотрите…

— Да, Дэвис не будет тратить ваше время впустую, — сквозь слезы сказала Соня.

Из кузова начали выгружать ящики с синими самоцветами, очень много синих самоцветов. Позже из машины вышли еще два человека: семейная пара — утонченная женщина и аристократического вида мужчина.

— Позвольте вам представить, — сказал я, — архитектор и скульптор, они тоже нам помогут.

— Хорошо, — ответила Татьяна, а вместе с ней Соня и другие.

— Зачем ты их сюда притащил? — возмущенно, но тихо спросил Виктор.

— Увековечить память твоего отца, — фыркнул я, — не помогаешь, так не мешай.

Я начал руководить процессом. А семейная пара встала перед могилой, они поклонились Волгиным в знак уважения, а затем начали обсуждать то, как лучше реализовать мою идею.

Вскоре бойцы выгрузили на каменный постамент все самоцветы, получилось и, правда, много. Я подошел, примерно прикинул и увидел взгляд Сони. Умница, она первой поняла, что я задумал, и улыбнулась мне краем мягких, розовых губ.

— Маги, возьмите меня за руки, — сказал я.

— Эм… че?

— Юра, пожалуйста, — попросила его жена.

— Ладно…

В итоге все вчетверо мы взялись за руки. Первым стоял Юрий, затем Виктор и Соня, нежную руку которой, я с удовольствием сжимал. Распределил их именно в таком порядке, потому, что считаю: связь детей с отцом больше, чем брата с братом.

— Отлично. Теперь и вы.

Жена Юрия взяла за руку не мужа, а мою. В иной раз его бы это взбесило, но не в этот печальный день. Он сделал вид, что ничего не заметил. Разумеется, я ни на что не претендовал. Жена Юрия лишь показала, что доверяет мне и тем самым подтолкнула других взяться за руки.

— Да, Константин, ты тоже. Давай, возьми Мишу — так звали младшего сына Юрия — за руку.

— Это для меня большая честь, — кивнул дворецкий.

В итоге почти все, кто здесь находились, взялись за руку. Кроме бойцов и той семейной пары.

— Сейчас маги будут направлять в самоцветы ману, только осторожно, прошу вас, не перестарайтесь, а вы, — я посмотрел на архитектора и скульптора, — поможете все сделать правильно. Маркус, ты привез фото Владислава.

— Не надо фото, — ответил мужчина.

— Да, — кивнула его жена, — мы помним Владислава Владимировича в мельчайших подробностях.

— Тогда, начинаем.

Самоцветы медленно стали наполняться энергией. Кто-то возмущался, кто-то спрашивал: «А что это ты задумал, Дэвис?». Такое чувство, что и, правда, мой замысел поняла лишь Соня. Но ничего, еще пару секунд и поймут его все. Думаю, Владислав бы это оценил.

В итоге начинаю использовать свою ману и манну других магов, как некий цемент, а сами самоцветы, как строительный материал. Блоками их назвать сложно, а с помощью магии я придавал им нужную форму. Все смотрели за моей работой и, мягко сказать, офигевали. Сначала самоцветы выстроились в пирамиду, а затем начали принимать форму человеческой фигуры.

Когда основной, так скажем, силуэт был готов, пришло время все детализировать и сделать так, чтобы магический памятник нельзя было отличить от Владислава, разве что он будет синим и светящимся.

Архитектор и скульптор помогали мне советами. Они буквально проговаривали каждую морщинку, каждую мелкую деталь. Только спустя несколько часов непрерывной работы я с облегчением выдохнул.

— Хочу, чтобы память о Владиславе жила всегда, — я отпустил руки и указал на статую из синих самоцветов.

Получилась она у меня, а точнее, у нас, изумительной. Смотришь на нее и будто бы чувствуешь на себе взгляд Владислава. Скульптор и архитектор тоже остались рады, им было приятно со мной работать. По правде говоря, если бы не они, то и не смогли бы мы сделать настолько шикарную работу.

Налюбовавшись памятником, мы уже решили разойтись. Все-таки дела никто не отменял и у каждого их достаточно, за редким исключением. Но вдруг послышался хруст, мы в ужасе посмотрели на магический памятник и увидели, что нога «Владислава» хрустнула.

— Надо это исправить, — сказала Татьяна.

— Нет, мам. Папа же был хромой, он еще больше стал похож на себя

— Эх, брат. Даже с того света о себе напоминаешь, — сквозь слезы Юрий улыбнулся и погрозил памятнику пальцем.

— Тоже думаю, что нужно оставить так, — сказал я, — спасибо вам, Владислав, за все. Я поклонился почти до самой земли, это сделали и остальные.

* * *

Вечером того же дня Виктор объявил общий сбор. На него пришли: я, Юрий и некоторые капитаны. В этот раз решил, что Майка можно и не звать. Не его это — сидеть в кабинете и рассуждать о военной тактике. Он, так скажем, полевой боец, пусть этим и занимается. Вообще, каждый должен заниматься своим делом, а потому женщин, детей и стариков никогда нельзя было увидеть на общих сборах Волгиных.

Я сказал «детей»? Ну, хорошо, для подростка, который перебил столько мразей и монстров сделали исключение. Уже третий раз, кажется.

— Общий сбор объявляется открытым… — не очень уверенно сказал Виктор и замялся.

Мы с Юрием посмотрели на него, и уже хотели было подсказать, как к нему наклонился Константин.

— Спасибо, — сказал Виктор. — Юрий, как идут дела в городе?

— Все жители в безопасности, диверсионные группы ликвидированы. Идут допросы, позже будут и суды.

— Ясно. Что думаете, господа, уже пора вернуть людей в их дома?

— Хороший вопрос, — ответил Юрий.

— Думаю, надо сначала решить, будем ли мы атаковать сами или ждать второго нападения, — объяснил я.

Константин снова наклонился к Виктору.

— Вот это и решим сейчас, — сказал молодой глава рода, — даю вам минут пять на размышления.

— Есть!

— Есть!

Начали отвечать капитаны. Мы с Юрием задумались, как и они. Думаю, основные силы Скаевых мы разбили. Имею в виду, что вряд ли у них есть хоть один маг сильнее Саймона, кроме, само собой, Салливана. А ведь помимо Саймона мы убили еще шестерых магов, около десяти бестов и неизвестно сколько простых, неодаренных боевиков.

Нет, глупо полагать, что нам осталось сразиться только с самим Салливаном, однако и большого сопротивления от его защитников ждать не стоит. В лучшем случае между нами и Салливаном встанут два или три мага, причем гораздо более слабых, чем Саймон. Будет еще много бойцов, пара десятков бестов — но вот именно они нас нисколько не пугают. Потери среди наших не очень большие, я бы даже позволили себе сказать — приемлемые. Хочется лишний раз себе напомнить, что любые сражения — это всегда гибель людей, как бы потом их ни романтизировали в кино или песнях.

А еще у Скаевых есть лаборатория. И вот она, когда супермутант Игорь мертв, тоже нас не очень пугает. Вряд ли создание супермутанта настолько простой процесс, чтобы эти «ученные» смогли себя обезопасить с помощью их безмерной силы.

Уверен, будь в лаборатории полно разумных мутантов, они отправили бы всех на нас, и лишь затем напали сами. А так как этого не было, можно смело предположить, что сильнейшие защитники лаборатории — бесты. Есть у них там один любитель промывать мозги, но не знаю, на что он способен.

Все свои размышления «толкнул» и на общем сборе. Волгины, капитаны выслушали меня и начали озвучивать свои мысли. Кто-то ничего нового не предложил, кто-то озвучил слишком нереалистичные или радикальные идеи.

В итоге весь общий сбор сконцентрировался на одном извечном вопросе.

— Так атаковать нам или готовиться к обороне⁈ — громким командирским голосом спросил Виктор и долбанул по столу кулаком.

— Ха! Хорош, это мой племянник, да, — поддакнул ему дядя. — Если серьезно, предлагаю мозговой штурм.

Тоже хотел это предложить. Не как свою идею, а больше, как дань уважению Владислава. Он на общем сборе уже предлагал мозговой штурм, и всегда это заканчивалось появлением новых, отличных идей, а бывало и нескольких.

— Вот представьте, что вы — Салливан.

— Фу! Я лучше представлю себя куском кротовьего говна! — высказался Юрий, похоже, кое-кому и, правда, нужно повысить дозу. Нужно будет намекнуть его жене.

— Нет. Я не прикалываюсь. Представьте, что вы, — снова говорю всем, — Салливан. Вы отправили на врагов сына — почти сильнейшего в роду мага, еще четверых магов, шесть бестов и десятки бойцов… Всех их перебили. Ваши действия.

— Я бы свалил.

— Спрятался где-нибудь и не отсвечивал.

— Ну, во-первых, я бы сменил штабы, ибо обосрался как сам, так и с тактикой, — начал Юрий, — а затем… да, готовился бы к обороне.

— Дядя, полностью с тобой согласен, я бы готовился защищаться на месте Салливана.

— Вот, и я так думаю, правда, не все так просто, он ведь наверняка догадается, что мы все это просчитали.

— И что ты предлагаешь? — Виктор нахмурился. — Снова его переиграть и сидеть в засаде, ну уж нет.

— Вот, правильно, дальше-дальше… накидывайте.

— Думаю, он решит, что мы будем обороняться, — сказал один из капитанов.

— Правильно. Поэтому, может, и нужно напасть? — закинул я крючок.

— Постой, Дэвис. Но ведь и он просчитает, что мы поняли, что нужно напасть… А-а-а… как все сложно.

— Ага, видите. Полная херня получается. Такими рассуждениями мы можем построить бесконечный цикл, как и сам Салливан. Первый раз это прокатило, а второй — точно не сработает.

— И что вы предлагаете? — спросил капитан.

— Что нападать, что защищаться… все бессмысленно, обо всем Саймон догадается, — кивнул Виктор.

— Именно. Наконец-то! Думаю, все согласятся, что нам нужно собрать силы и разом обрушить на Салливана. Ждет он или нет — плевать! У нас теперь преимущество. Посчитайте сами, скольких людей он потерял, и какой силой они обладали.

Еще какое-то время мы совещались. В итоге дошли до того, что каждый из присутствующих согласился напасть именно на владения Скаевых. Ждет он нападения или нет и, правда, неважно. Нам бы поскорее с ним расправиться и тогда можно будет «зализать все раны», уже затем начать развиваться в мирном русле.

Если мы не нападем, то и не факт, что Салливан решит это сделать. Жить в вечном ожидании сражения еще хуже, чем рискнуть больше, чем оно того требует.

Атаковать Салливана решили завтра вечером. По-хорошему бы, это стоило сделать прямо сейчас, но мы не готовы. Нужно отдохнуть, снарядить и подлечить бойцов. В общем, на это уйдет вся сегодняшняя ночь и завтрашний день.

* * *

Подготовка началась с самого утра. Дел предстояло очень много, а еще на сегодня мы оставили один очень важный вопрос. Кто будет защищать семейство Волгиных, когда мы все отправимся в Синехолмск?

Решение я нашел быстро. Позвонил Маркусу и уже через час он привез одного из воспитанников Фрэнка — Дениса. Почему не самого старика? Во-первых, он старик, а, во-вторых, с поставленной задачей справится и Денис.

Мы собрали три машины. В них должны будут уехать бойцы, Денис и сами Волгины. Попрощались. Особенно крепко это сделали мы с Соней, и нам уже было плевать, смотрят на нас или нет.

А идея заключалась в том, что подземное убежище в Стругацке гораздо более безопасное место, чем в Борске. Само по себе это, конечно, не так, вся фишка в том, что никто из врагов не додумается искать в лесу вблизи Стругацка. На этом я решил и сыграть. Кроме того, Юрию и Виктору проще будет сражаться на чужой территории, если они каждую минуту не будут думать о беззащитных родных.

— Вы втроем, — Виктор показал на бойцов, — сядете за руль и пригоните машины обратно.

— Да, иначе их найдут, а там… пиши пропало.

— Есть!

— Есть!

— Есть!

Отправили семейство Волгиных в безопасное место, а сами приступили к подготовке. Я отправился в ангар, где посмотрел за работой мастера. Он сейчас как раз ремонтировал мой смарт-доспех, матерился, как сапожник, но обещал, что к вечеру все будет готово.

Генератор тоже работал вовсю. Он заряжал аккумы и уже наполнил синей маной больше половины из них. Думал еще купить энергомеч, чтобы сражаться с неодаренными врагами — всеми теми, кто не маги — но отказался от этой идеи. Костыль-артефакт, это ведь такая вещь, которая позволяет сделать клинок любого размера и формы, а потому таскать с собой настоящее холодное оружие нет никакого смысла.

Интересно, а смогу ли я сражаться исполинским мечом без смарт-доспехов? Кажется, что мне тупо не хватит на это силы. Нужно проверить. Впитал ману из кучки самоцветов и взял рукоятку, крепко сжал ее и начал напитывать силой.

Меч начал материализоваться на рукоятке. Я создавал его структуру очень быстро, отчего руки уже через пару секунд перестали справляться. В итоге пришлось прекратить. Сам клинок еще даже не доделал, а он уже весил за двадцать килограммов. Почему так⁈ Это же магическая структура, как она может быть настолько тяжелой?

Владислав ведь делал меч побольше моего, однако ему хватало силы им управлять без всяких смарт-костюмов и усиления. И как это возможно? Немного подумав, я понял, в чем кроется весь секрет. Любую магическую структуру можно передвигать магией. Вот и все. Владислав, нет сомнений, именно так с мечом и управлялся. Я же использовал силу костюма и магическое усиление — и это неправильно.

Салливан — сильнейший враг. Если буду сражаться против него исполинским мечом, то мне нужно научиться управлять магическими структурами на уровне Владислава, если не выше. Сложность в том, что магический клинок — это ведь совсем не дальнобойное боевое заклинание. Имею в виду, что его нельзя просто кинуть и на этом закончить, им именно что и нужно ювелирно управлять, не забывая при этом, что еще и держишь рукоятку.

Попробовал провернуть нечто подобное и теперь уже точно понял, в чем фишка. Неважно, подсказал мне сросшийся с моим разумом Осколок или нет, уже почти не отличаю свои мысли от тех, которые подкидывает он. Весь фокус в том, чтобы заставлять магической силой синий клинок парить в воздухе, а руками его направлять. Понятно, что в моменты удара необходимо еще и направить магией его в нужную сторону, придать некое ускорение, чтобы максимально эффективно обрушить огромный меч на врага.

С теорией я разобрался, вроде бы. На практику у меня почти весь день. Что же, попрактикуемся. Сначала без костюма, а затем с костюмом.

Через четыре часа я уже очень хорошо управлялся с исполинским мечом. Мог обрушить его на врага со страшной силой, однако орудовал им с такой легкостью, спасибо магии, будто бы он весит не пару сотен килограммов, а всего несколько.

В костюме управлять исполинским мечом оказалось еще проще. Можно было совсем не пользоваться усилением мышц. Однако от него я решил полностью не отказываться, ведь если сконцентрировать сразу силу магии, костюма и усиления мышц, то удар получится еще более смертоносным. Вот и весь секрет. Поэтому, Салливан, жди. Просто жди.

Набрал Майку и узнал, нашел ли он замену трем бойцам. Как выяснилось — да, нашел. Очень быстро сработал, молодец. Хотя вряд ли в этом его заслуга. Думаю, многие из бойцов бы захотели стать частью элитного спецотряда.

Позвонил Маркусу и велел ему связаться с тем мужчиной, что занимается самой сложной работой. А именно, разъезжает по семьям погибших и выражает наши соболезнования, выплачивает деньги. Попросил его еще обзвонить всех моих приближенных и узнать, как у них дела, нужна ли помощь.

Позже Маркус отчитался. Все, кому он позвонил, находились в безопасности и чувствовали себя хорошо. Они ни в чем не нуждались.

Позже приехали три бойца с Денисом. Они доложили, что все семейство Волгиных в убежище, что у них большой запас пищи, воды и вообще они там чувствуют себя комфортно. Соня, например, сказала, что никогда не была в турпоходах и это для нее интересный опыт. В лес гулять они, конечно, не пойдут. Но и в убежище есть чем заняться, как минимум пострелять или послушать радио.

— Спасибо, Денис, вот тебе премия, — протянул пацану связку денег.

— Нет, Дэвис, я не возьму. Я же это не ради денег делал.

— Знаю. Но денег много не бывает, можешь их на Вики потратить или Фрэнку отдашь.

— Умеешь уговаривать, — улыбнулся пацан, — спасибо тебе, и удачи в бою.

— Что я говорил про удачу?

— Удача для слабаков? Че-то такое вроде бы.

— Именно.

— А как там Жак?

— Фрэнк не рассказывал?

— Нет.

— Будет вам большой сюрприз, я бы сказал громадный сюрприз. Не буду пока говорить, закончим со Скаевыми, и вы все встретитесь.

— Хорошо, — улыбнулся Денис, — он хотя бы в порядке?

— Живее всех живых.

— Хоть какая-то приятная новость. Так куда мне теперь?

— Эй, боец! — крикнул я. — Отвези парня в убежище, где взял.

— Есть!

— До скорого, Дэвис.

— Увидимся, — сжал кулак я.

* * *

— Хреново без Константина, — фыркнул Виктор, — самому себе готовить, еду накладывать…

— Ага, если жену скоро не найдешь, то и посуду мыть будешь…

— Нет. Не буду. Глава рода должен заниматься важными вещами, а для всего остального есть слуги.

— А у тебя есть избранница? — посмотрел на Виктора и понял, что еще ни разу он не рассказывал про какую-нибудь красотку.

— Вообще-то, есть.

— Есть? — усмехнулся Юрий. — Вот ублюдок Брюс, он мне теперь еще и денег должен.

— Дядя, о чем ты говоришь?

— Месяца три назад мы с ним поспорили, есть у тебя девушка или нет, на сто тысяч.

— Ясно… нашли же чем заняться, — буркнул я. — Виктор, а правда, почему ты ее скрывал от нас?

— Понятно почему, — вмешался Юрий, — но теперь ты глава рода, никто тебе слова против не скажет.

Кажется, я все понял.

— Ты думал, что отец тебе не разрешит встречаться с девушкой из простой семьи?

— Ага, — кивнул Виктор и закинул в рот кусочек мяса.

— Фотки есть⁈ Покажи хоть будущую кхе-хе… царевну.

— Есть! — Виктор достал смартфон, ввел пароль и открыл папку с фото.

— Ого, — Юрий посмотрел племяннику в глаза, — знаешь, когда девушка такая красотка, то плевать из знатного рода она или из детдома.

— И, правда, красивая, — я вернул Виктору телефон, — наверное, еще и умная?

— Очень. Вы бы знали… мы с ней в университете познакомились, она мне с учебой помогала.

— А где она сейчас? Смотрю, ты за нее совсем не переживаешь, — сказал я.

— Так она в другом городе.

— Ох, Виктор, — Юрий развел руками, — я бы на твоем месте с нее глаз не спускал.

— Дядя! — возмутился парень. — Я ей доверяю, мы, вообще-то, помолвлены.

— Вот так сюрприз для нее будет, что ты уже глава рода.

— Да… я ей еще не говорил. Не знаю, это может повлиять на наши отношения.

— Если только в лучшую сторону, — я подумал и добавил: — Когда разделаемся со Скаевыми, сможешь ей обо всем рассказать.

— Придется, — Виктор пожал плечами.

— А ты, Дэвис, невинным котенком не прикидывайся.

— Я? — я улыбнулся, будто бы не понимаю, о чем говорит Юрий.

— Соня. Мой брат, помнится, не разрешал вам встречаться.

— Единственное, в чем я ослушался Владислава, — честно сказал я.

— Пусть встречаются, — Виктор взмахнул вилкой и направил ее в тарелку.

— Вот, даже глава рода не против, — усмехнулся я, — а если серьезно, я прекрасно понимаю, что ей грозит. Поэтому чужие люди о нас не узнают, можете не переживать.

— Хорошо, если так.

Вскоре мы поели, закинули всю грязную посуду в раковину, да приказали одному из бойцов ее помыть. Он, конечно, охренел, но приказ беспрекословно выполнил.

Хороший у нас получился мальчишник, ага, в баню бы еще с бассейном. Но шутки в сторону, нам предстояло обсудить тактику нападения на поместье Скаевых, этим мы и занимались в следующие часа два. К нам присоединились капитаны и некоторые, особо опытные бойцы. Нужно было разработать что-то такое, что позволит не только победить, но и минимизировать потери.

— Вы готовы⁈ — спросил Виктор.

Он забрался на внедорожник, тот самый разноцветный и бронированный.

— Да!

— Да!

Кричали бойцы в один голос. А бойцов перед поместьем собралось много, больше сотни человек. И все должны будем атаковать поместье Скаевых. Решили, что в поместье и на его территории совсем не оставим вооруженных сил. Разве что в самом Борске пару десятков «особых», чтобы они держали нас в курсе ситуации, мало ли что может произойти.

Глава 7

Я и Юрий ехали в одной машине. Все в том же цветном внедорожнике с шикарным бронированием. А еще с нами сидел Майк, собственно, он и рулил.

Когда вы хотите перебросить армию из ста человек с одной точки на другую, то сделать это незаметно просто невозможно. Поэтому, когда мы обсуждали тактику, то прекрасно понимали, что нет никакого смысла надеяться напасть неожиданно. Салливан узнает о нас заранее. Так что бить мы планировали прямо в лоб.

Конечно, мы не будем пренебрегать большинством основ. Распределим силы так, чтобы врагу сложно было сконцентрироваться в одном месте и тупо отбиваться из укрытий. Наша атака будет похожа на ту, что мы устроили с Виктором, когда захватывали поместье Беркли. Только в тот раз нам удалось напасть неожиданно, слегка обдурить врага. В этот раз никаких нежданных для врага атак не будет.

Разобьемся на четыре группы, так и атакуем. Юрий и Виктор будут атаковать поместье с задней части, с ними будет немного бойцов, все-таки они — сильные маги.

Я буду нападать прямо со стороны центрального входа. Со мной будет еще меньше бойцов, ведь вся моя задача сводится к одному — устрашить врага, заставить его направить на меня больше сил. Даже Виктор и Юрий признали, что один я буду гораздо важнее в бою, чем две группы наших бойцов.

Кстати, про оставшиеся две группы — они самые многочисленные. И нападать будут с двух, так скажем, боковых сторон. Их основная задача — пробраться в поместье или же сделать так, чтобы для магов это не стало проблемой. Тактика, по сути, тупая, как табуретка, но ничего умнее просто не придумать.

Раз уж мы решили побыстрее покончить с врагом, то это и нужно сделать. Потери будут большие, и бойцы об этом знают, а еще о том, что их в любом случае ждет большое денежное вознаграждение и заслуженный отдых от войн родов.

Больше всего мы надеялись на то, что Салливану хватит ума или, скорее, благородства, чтобы не устраивать засады в самом городе. Нет, мы готовы сражаться в любом месте и в любых условиях, но хотелось бы избежать жертв со стороны простых мирных жителей. Их жизнь сама по себе чего-то да стоит, а еще есть и чисто прагматический интерес.

И вот в чем он заключается. Чем меньше погибнет мирных жителей, тем лояльнее они будут к новому правящему роду. Мы сметем Скаевых, сотрем их с лица земли, но их владения никуда не денутся. Они перейдут в руки Волгиных и будет очень кстати, если такой смене власти жители будут рады. Сомневаюсь, что Скаевы устраивали хотя бы половину из жителей своего района.

Вот мы и приехали. Странно, но в городе на нас совсем никто не напал. Либо у Скаевых обосралась служба охраны, либо они, правда, решили не устраивать кровопролитие за территорией своего поместья.

Наши машины, полные бойцов и снаряжения, въезжали на территорию большого парка со всех четырех сторон. Мы даже взяли с собой медиков и целителей, чтобы развернуть мобильный пункт помощи. Хотя, почему «даже»? В идеале все так и должно быть: одни воют, а другие лечат. И если род забивает на медпомощь бойцам, то к черту такой род.

Вскоре начался обстрел машин. Нельзя сказать, что это произошло неожиданно. Мы ждали, что враги встретят нас, вот только не знали, где и когда именно. Боевики прятались в кустах. Их, конечно, дело, но такое чувство, что Скаевы тупо решили пустить их в расход.

Настоящая перестрелка началась в паре сотен метрах от поместья Скаевых. Наши бойцы приоткрывали окна и двери и, словно смерч, сносили всех тех, кто прятался в кустах. Кусты, скажу я вам, совсем не спасают от пуль.

Не самое время осуждать вражеских бойцов. Но, либо они настолько самоотверженны, что готовы отдать свою жизнь за Скаевых, либо и, правда, дебилы, что не поняли уготованной им участи.

Добрались до каменного забора поместья почти без проблем. Со стенами пришлось повозиться, даже больше перестреливаться, чем пытаться их разрушить. Но мы справились. Все четыре группы почти одновременно доложили по связи, что проникли на саму территорию поместья.

Как только мы это сделали, началась настоящая мясорубка. Бойцы с обеих сторон перестреливались, обменивались гранатами. Были слышны взрывы, пулеметные и автоматные очереди, одиночные выстрели крик… весь ужас войны. Но я к нему привык, уже давно выскочил из машины, как и два моих бойца из спецотряда. Они были хорошо вооружены и носили крепкую, но легкую броню. А нужны они мне были лишь для одной цели — должен же кто-то подкидывать мне самоцветы и аккумы.

В шутку, про себя, я называл их батарейками на ножнах. Но к парням относился хорошо и с уважением, все-таки нужно иметь смелость, чтобы стать моими «оруженосцами».

По нам стреляли реже всего. Выстрелы чаще раздавались с задней части поместья, с восточной и западной стороны. Все пошло немного не по плану. Трем группам бойцов, в одной из которых Виктор и Юрий, пришлось напасть раньше. А все из-за того, что по ним заранее открыли огонь, а укрытий сразу за каменным забором особенно не было.

Поэтому именно сейчас в бой и должен вступить я. Уже успел пострелять из автомата по боевикам, даже убил нескольких из них, но все еще не добился того, чего должен. Мне нужно заставить врага сконцентрировать гораздо больше сил именно на мне. Или, если они решат меня игнорировать, то проникнуть в поместье и показать всего себя уже там.

— За мной, просто так не высовывайтесь! — скомандовал двум бойцам терминаторским голосом. Одному из них отдал автомат.

Держу в руках рукоятку исполинского меча. Напитываю его силой, синий магический клинок вырастает за пару секунд до трех метров. Вот это мощь! Концентрируюсь за нем. Все. Теперь эта структура целиком и полностью подчиняется моей магии, руками буду лишь направлять.

Почему именно синий клинок? Все просто, Скаевы — оранжевые маги. А так я бы попробовал создать структуру другого цвета: оранжевую, фиолетовую, да хоть красную… Если я освою все цвета, то очень интересно, насколько действительно тогда стану неубиваемым. Вопрос только в одном, сможет ли костыль-рукоятка меча работать с магией иного цвета. Может быть, она «настроена» исключительно на синий?

Насколько помню, Ветровы — не оранжевые маги. А значит, мне так или иначе придется освоить еще одну магию другого цвета. Но что-то я отвлекся, нужно вернуться к сражению.

Прячусь за стеной, благо построек на территории Скаевых достаточно. И в этом они с Беркли похожи своей тупостью. Я понимаю, аристократом нужна красивая жизнь, всякие бани, дома для гостей и отдыха… но ведь они знают, что враги смогут воспользоваться всем этим не по назначению, а как укрытием во время перестрелок.

Не знаю, специально поместье Волгиных так спроектировано или нет, но все необходимое находится у них в одном большом здании. Поэтому, если на него когда-нибудь и нападут враги, то прятаться им будет негде. Есть еще стена, но попробуй ее захватить.

Показываюсь из-за укрытия и вижу трех мужиков в черно-синей форме. Они стреляют по мне из автоматов и другого подобного оружия. Все прячутся… не знаю, как назвать эту постройку, но она похожа на амфитеатр, рассчитанный на несколько человек. Нужно добраться до него и тогда покажу им, что зря они служили на Скаевых.

Выпрыгиваю из-за укрытия и бегу точно на них. Пули — плевать! Они для меня уже все равно, что мухи. Настолько я к ним привык, что даже не вздрагиваю, если раздается гулкий шум, когда в мою защитную оболочку высаживают очередную обойму.

Добегаю до бойцов, и все они резко прячутся за укрытием. Ха! Думают, меня остановит каменная стена. Направляю магию на усиление, замахиваюсь мечом при помощи все той же магии. Правильная стойка и меч несется на них, всех троих вместе со стеной. Удар не сверху вниз, как я привык, а боковой.

Меч вгрызается в каменную стену, или из чего он там, и несется дальше, даже не замедляется. Из-за стены во все стороны разлетаются брызги крови. Камень хрустит, превращается пыль — разлетается мелкой крошкой и редкими большими осколками.

В итоге срезаю эту троицу вместе со стеной. Вот это сила. Они даже не были готовы к тому, что стена окажется мне совсем не преградой, а она, на минуточку, толщиной как три кирпича. Самое главное, что это мощнейший боковой удар потратил совсем немного энергии и то, большая часть ушла на усиление мышц. Можно было ударить и без нее, но так лучше.

Перепрыгиваю стену и прыгаю к противоположной. Выглядываю из-за нее и начинаю закидывать боевиков магическими заклинаниями. Кто-то умирает сразу, иные прячутся за стенами и прочими укрытиями. А я лишь хотел, чтобы два моих помощника безопасно до меня добежали. Они это и сделали. Сели рядом и посмотрели на разрушенную стену.

— О****ь, — только и сказал один из них.

— Владислав так бы не смог.

— Так, чтоб больше про Владислава подобных речей не слышал, — буркнул терминаторским голосом на бойца. — Может, я и сильнее, как маг, но это не повод в нем сомневаться и говорить о нем в таком тоне. Ясно?

— Да. Простите, Дэвис, — боец влепил себе смачную пощечину, — больше такого не повторится.

— Дайте мне один аккум и автомат.

Выглядываю и раздаю выстрелы. С легкостью удается убить сразу пару боевиков, еще одного ранить. Возвращаю оружие своим «батарейкам на ножках» и беру меч. К слову, он мог почти целый час сохранять магическую структуру, даже если я ее не подпитывал.

Выбегаю из укрытия и двигаюсь к поместью. Говорю двум своим бойцам пока сидеть на месте и не рыпаться. Вдруг с балкона одного из зданий спрыгивает бородатый мужик. Он уже немолод, но опыт за плечами есть. А еще у него в руках большой магический молот. Таким можно запросто бездарного бойца в землю по пояс забить, правда, и кости его превратятся в кашу.

Мужик смотрит на меня. Молча тыкает в меня пальцем, а затем им же проводит перед своей шеей. Недвусмысленный жест, вот только ты ошибаешься. Убить меня тебе силенок не хватит.

Он приближается ко мне, и я разглядываю в его лице… Черт! Это один из тех уродов, что похищал детей Голем. Да у них вся семейка в этом замешана. Не удивлюсь, если узнаю, что действительно благородных магов в их роду нет.

Злоба подпитывает меня такой силой, что и десять аккумуляторов так не смогли бы. Сжимаю рукоятку исполинского меча и бегу на мага с оранжевым молотом. Настолько озлобился, что не заметил, как перчатки начали хрустеть… нужно слегка сбавить «градус» усиления, иначе я сам свою же броню и разнесу.

Мужик резко отталкивается от земли и несется в меня. А я и не знал, что он может быть настолько быстр. Но не быстрее меня. Шаг в сторону, перехватываю меч. Размах — удар. Сбиваю урода еще на лету, словно муху — мухобойкой. Он отлетает в сторону и врезается в здание, разрушает одну из стен. Разлетаются осколки кирпичей — в воздух поднимается пыль.

Не думал, что этот любитель молотков окажется так слаб. Под обстрелом иду к разрушенной стене, чтобы его убить. По мне уже открыли огонь даже из зачарованных пуль, но мне все равно. Я поглощаю их, как обычные. Делаю это настолько эффективно, что лишнюю энергию направляю в разрядившиеся аккумы. Да, умею и так.

Подхожу к стене и… мужик вырывается из пыльной завесы, точно черт из табакерки. Перелетает меня и… снова получает мечом. Смотрю на него… и вижу красную линию у него на поясе. Из его рта бежит кровь, не проходит и секунды, как он падает на колени, верхняя часть тела отделяется от нижней. Ого, а я и не заметил, что рассек его на две части.

Не рассчитал, бывает… думал долбануть его обухом, но не докрутил. Бой и, правда, вышел дерьмовый, такое чувство, что сражался не с приближенным к Салливану магу, а с мешком дерьма.

Подхожу к его верхней части. Он все еще жив, а в меня стреляют. Хватаю его за руку и закидываю в здание. Снова немного не рассчитал, и что-то громко хрустнуло. А в здание закинул его не просто так.

Стою над ним, как титан над простым смертным. Ну, по сути, так и есть. Снимаю шлем, здесь я точно не словлю пулю, а если и словлю, то никто несколько слоев защитной пленки не отменял. Наклоняюсь ближе к магу, а вернее, к его верхней половине.

Снова этот ужас во взгляде. Желание мести пожирает меня, чувствую прилив сил и злобы. Бородатый маг смотрит на меня, пускает кровавые слюни. А обостренной чувствительностью замечаю, что он тянется к молоту. Ну, окей, пусть попробует.

Вмиг он хватает молот и направляет на меня. Точно мне в голову. Несколько слоев защиты без труда выдерживают этот удар. Я не даже не дрогнул. Даже волосок на моей голове не дрогнул.

Маг роняет топор и смотрит мне в глаза. Он уже понимает, что ему осталось недолго, но все равно боится меня, точно я — самое ужасное, что он видел.

— Я же… я сам тебя поймал… как⁈

Даже не собираюсь ему отвечать. Он все равно не поверит, никто из Скаевых не поверит, что я восстал из мертвых. Не поверит до тех самых пор, пока я не сниму перед ними шлем, а они уже одной ногой будут в могиле.

Поднимаюсь на ноги. Одним точным ударом меча разрушаю оранжевый молот в пыль. Буквально. Рассеиваю его, а затем думаю, что делать с этим бородатым недоразумением. Больше не хочется марать об него руки. Срываю с пояса один самоцвет и запускаю в него ману. Оставляю его на груди мага и выхожу из здания.

А меня уже ждут. Как удачно! Не придется никуда идти. Перехватываю меч и в секунду рублю двух боевиков на части. Остальные отпрыгивают, но и им от меня не скрыться. Размахиваю мечом, как безумный берсерк. Рублю мужиков с такой легкостью, что сам испытываю ужас. Они ведь в броне, у них есть кости… мой клинок, впрочем, нисколько это не волнует.

Остальные стреляют издалека. Два взмаха мечом и в окна с магического клинка срываются два огромных магических лезвия. Они достигают цели настолько быстро, будто бы телепортировались. Врагов, вместе с частью здания разрывает на части.

Нет, обычные люди мне больше неровня, да и бесты с магами тоже. Становится даже как-то скучно. А потому решаю рискнуть больше, чем положено, и пробиваюсь прямиком к поместью. С невиданной прежде скоростью размахиваю мечом: здания превращаю в пыль, а боевиков — в мясо. А чего вы хотели? Не стоило убивать всех Голем. Вы сами создали чудовище и ответите за это.

Вспоминаю слова Владислава про месть. Он говорил, что нельзя перекормить ее, иначе она поведет меня по неправильному пути. Похоже, именно этим я занимаюсь. Надо поумерить… А с хрена ли? Нет, не надо. Месть! Что может быть лучше праведной мести⁈ К черту слова Владислава, он был мудрым мужиком, но лишать такого удовольствия я себя не собираюсь.

Пробегаю еще одну «линию оборону». Мешки с песком, за которыми окопались мужики с автоматами, совсем их не спасли. Скорее, наоборот. В один размах я запросто срубаю несколько боевиков и мешком разов. В воздухе перемешиваются песчаная пыль и кровь. От боевиков остаются только лохмотья.

Пробиваюсь через несколько подобных укреплений и оказываюсь на веранде поместья. Внутрь решаю не лезть, а помочь своим. Идея в том, а впрочем, чего ее обдумывать, если уже могу реализовать.

Запускаю обостренную чувствительность и понимаю, что на втором этаже, на лоджии, тоже засели враги. Все здание выстроено из камня, и вот в этом может быть проблема. Нужно пробовать. Разбегаюсь и направляю меч в первую каменную опору, не без труда, но срубаю колонну, лоджия накреняется, трещит, правда, еще держится.

С нее сваливается один из бойцов. Приземляется крайне неудачно и сразу же высаживает в меня очередь из автомата. Эти жалкие попытки меня убить — смешно. Подхожу к нему и замахиваюсь кулаком. Энергоудар выбивает всю дурь из этого придурка, вместе с его бесполезной жизнью.

Перехватываю меч и рублю еще одну каменную колонну. Вот это действительно сложно. Для понимания, можно представить лесоруба, которому хватает одного взмаха топором, чтобы срубить дерево толщиной примерно в метр. Сил на каждую каменную опору уходит много.

Радует, что лоджия держится все хуже и уже начинает разваливаться. Однако бойцы почему-то до сих пор с нее не свалили. А, точно. Они же отстреливаются от тех двух групп, что атаковали поместье с торца, с западного и с восточного.

Мне же лучше. Смотрю на проделанную работу и восхищаюсь. Срубить столько каменных колон — стоит большого. Причем я ведь не просто рубил все подряд, а делал это через одну, чтобы, затем повалить конструкцию разом. Но хватит ли сил? Должно, наверное. Вспоминаю о мести, представляю не месте каждой из колон Салливана Скаева.

И это работает! Организм наполняется жаром. Костюм и меч — маной. Эти колонны определенно не выстоят! Беру разгон, перехватываю меч так, чтобы его силой камня не вырвало из рук. Направляю на него побольше магии. Ну, погнали.

Бегу быстро и уверенно. Меч вгрызается в первую колону, разносит ее — пыль и куски камня летят в сторону. Меня слегка разворачивает, отчего чуть было не перелетаю через перила, но вовремя отталкиваюсь в нужную сторону и направляю меч дальше.

Следующая колонна тоже не выдерживает натиск моей магической силы. Куски камня, пыль, все это разлетается во все стороны. В этот раз я знал, что примерно меня ждет, а потому избегаю этого злосчастного разворота и продолжаю свой «сокрушающий» рывок.

Очередная колонна разрушена. Следующая, еще одна и еще… Вдруг слышу позади громкий шум и ор боевиков. Не снижая хода разворачиваюсь и вижу, что второй этаж начал рушиться и падать вниз, догоняя меня. Нужно ускориться, иначе сам окажусь под завалами.

В итоге рассекаю мечом последнюю колонну и прыгаю через перила. Резко разворачиваюсь — вся лоджия обрушилась. И ладно бы это был просто сельский домик, так нет же, высота потолков метров так шесть, потому многих боевиков тупо переломало. Но далеко не всех. Кто-то успел спрятаться в самом поместье, а кому-то повезло выжить.

Вот тех, что валяются на обломках и начинаю добивать. Проделываю это быстро и возвращаюсь к сражению. Спрашиваю через рацию, как у кого дела. Виктор и Юрий уверенно продвигаются к цели, а вот у двух других групп дела идут не очень, им и нужно помочь.

Для начала повоюю со стороны «западных» бойцов. Им уже давно пора надавить и поджаться к самому поместью. Выбегаю за угол дома и сразу понимаю, в чем дело. Бесты, здесь очень много бестов. Какого черта на меня не направили бестов? Постойте, или те задохлики и были бесты? Если были, то я об этом даже не узнал! Ха!

С ноги врываюсь в группу бестов. Серый щит рассыпается и растворяется. Еще одного недотепу срезаю мечом. Остальных раскидываю кулаками и мощными энергоударами. От отряда бестов буквально остаются лишь два: первый все норовит проколоть меня серым копьем, а у второго кулаки — все равно что терминаторские перчатки.

Правда, несколько слоев защитной пленки из нейтральной маны им ни за что на свете не пробить. А если я и позволю это сделать, то на мне смарт-доспех, а кроме него работает отдача. Я для них неуязвим. И осознавать это прекрасно.

Опускаю меч и смотрю на этих слабаков бестов.

— Ну!

Первый хмурится. Подскакивает ко мне и бьет правой, затем левой. Будь на моем месте обычный человек, он бы уже валялся с выбитыми зубами и свернутой шеей.

Но я даже не дрогнул:

— И это все? Вы — просто неудачный эксперимент!

Замахиваюсь и пробиваю мужику в челюсть, отчего его ноги срываются с земли, а уже в полете он едва ли не делает сальто. Второй снова пытается уколоть меня своим копьем. Что-то он мне надоел. Перехватываю исполинский меч и разделяю его на две части, а он даже моргнуть не успел.

Активирую рацию и говорю «западным» бойцам:

— Бесты мертвы. Поджимайте и быстро.

— Есть! — отвечает их капитан.

Я смотрю в ту сторону, откуда они бежали, и сразу вижу, как бойцы выбегают из-за укрытий и занимают более выгодные позиции, продвигаются к самому поместью. Те, что видели меня, козыряли или кланялись в знак уважения.

Теперь пришло время помочь нашей «восточной» группе, потому, как у Виктора и Юрия дела идут хорошо. Их связной сообщил, что они почти разделались с бестами и скоро попытаются проникнуть в поместье.

Ну уж нет, первым в поместье должен проникнуть я. Я отныне и навсегда должен быть первым. Какая-то во мне нездоровая злоба, а еще больше меня пугает жажда мести… Хотя, нет. Чувствую себя хорошо или мне кажется? Некогда мне разбираться с тараканами в собственной голове, нужно прикончить тех, что засели в поместье, а затем помочь «восточным».

Снова направляю магию на меч и на усиление. Срезаю очередные колонны и обрушиваю эту часть лоджии. В этот раз лишь один боевик ошибается и оказывается на обломках. Быстро его добиваю и направляю исполинский меч в стальную решетку на окне первого этажа. Запросто рассекаю ее и проникаю внутрь.

Меня ждали, буквально сидели возле этого окна и держали оружие наготове. В секунду в меня устремляются десятки, а вернее, сотни пуль. Магическая броня и отдача срабатывают, получаю лишь очередной прилив сил.

Перехватываю исполинский меч и начинаю крушить! Боевикам, что оказались от меня не больше, чем в трех метрах, повезло — они погибли быстро и почти без мучений. Остальные же получили от острия моего меча ужасные раны, но какое-то время протянут. Совсем неудачливых завалило обломками, нескольких даже прибило вылетавшими из-под лезвия каменными кусками.

Убиваю тех, кто еще сопротивляются, и сразу бегу к противоположной стене. По дороге размахиваю мечом, будто бы каждый взмах продлевает мою жизнь еще на секунду. Мебель превращается в хлам, от боевиков остаются мясные ошметки и клочья снаряжения.

С разбега прыгаю прямо на стену. Вывожу меч из-за стены обеими руками. С его синего клинка срывается энергетическое лезвие. Оно с такой силой мчится точно в стену, что меня отбрасывает назад. Вот это мощь! Прям как в старые добрые времена, когда каждая фиолетовая комета отшвыривала меня назад, будто тряпичную куклу.

В этот раз не падаю на спину, а приземляюсь на ноги. Бью мечом в пол и скольжу назад, разношу все на своем пути. Наконец останавливаюсь и смотрю вверх. В стене такая дыра, что любой мужик пройдет в полный рост.

В дыру заглядывают боевики. Когда они видят меня, в их глазах блестит ужас. Одни стреляют, стараясь лишь слегка показываться из-за укрытия, а другим только и хватает ума убежать.

Перехватываю меч, бегу точно в дыру. Один точный прыжок, удар и вот еще минус… долго считать, прикончил точно больше пяти. Срубаю для забавы еще две колонны, а затем направляю в стену два относительно слабых энерголезвия.

Резко отпрыгиваю назад, эта часть стены дома обрушивается до самой крыши. Хотя и кусок крыши тоже свалился и хорошо, что он это сделал до того, как я велел своим бойцам проникнуть внутрь.

«Восточные» все это видели и, мягко сказать, охреневали. Вот что значит, командир внушает уважение своим бойцам. Хотя, судя по их лицам, скорее, страх. Плевать. Меня мало волнует, что обо мне думают обычные бойцы, главное, чтобы выполняли приказы и хорошо знали свое дело.

Помогаю им пробить путь к дыре в поместье. Не проходит и двадцати минут, как все они, по очереди, запрыгивают через нее в здание. Вдруг вспоминаю о тех двух «батарейках на ножка». Мне нужны они, а вернее, те аккумы и самоцветы, что они носят.

Пытаюсь с ними связаться, но никто не отвечает. Странно, я же просил их не высовываться. Ладно, разберемся, заряда мне еще хватит надолго, тем более что собираюсь его пополнить. Ведь в дальней части поместья все еще до черта врагов.

Они не удержатся от того, что бы по мне пострелять. А только этого мне от них и нужно, потом можно будет пустить в мясорубку. Вышибаю еще одну стену и теперь уже «западные» бойцы проникают в поместье.

— Виктор? Как вы? — спрашиваю через рацию, а сам размахиваю мечом и сражаюсь одновременно с десятью бестами-гладиаторами.

— У нас тут сильный маг! — кричит он, и я слышу шум, взрывы, крики, магический шорох.

— Ясно. Ждите! — отвечаю и направляю меч по круговой траектории.

Бесты, что успевают отпрыгнуть, выживают. Те, что остаются стоять на месте или надеются на щиты — жалко вас, идиотов. Сколько же Скаевы спустили денег на лабораторию? А в итоге получили настолько бесполезных бойцов.

Впрочем, вижу, как один из бестов с легкостью разделывается с тремя нашими. Да, все-таки с людьми эти «лабораторные крысы» еще могут справиться, но точно не со мной. Со мной больше никто не справится! Да что со мной происходит⁈ Что за чушь я несу?..

Какие-то пафосные мысли, мания величия. Что это за дерьмо⁈ Мне просто нужно победить Скаевых, без всяких этих странных дум. Я просто хороший, маг… Нет! Я сильнейший, и месть моя будет страшной! Осколок, чем бы ты ни был, помоги мне привести мысли в порядок! Кажется, что месть овладевает моим разумом. Убийства, лужи крови, мясо… неужели все это так плохо повлияло на мой неокрепший ум? Постойте, а разве он неокрепший? Я же… Хватит!

Кидаюсь на врагов и направлюсь в ту сторону, где сражаются Волгины. Нужно им срочно помочь, они сказали, что у них сильный маг. Тот урод с молотом тоже поначалу показался мне сильным, правда, я смог разделаться с ним одним ударом. Как же я хорош!

Да хватит уже. Сражаюсь, а сам погружаюсь в медитацию и охреневаю. В том медитативном пространстве, где образ воинского духа и тела появилось нечто мерзкое, совершенно чужеродное. Это не Осколок. Это… Это астральный паразит — желание мстить, и я буквально вижу, как он растет с каждой минутой. Вот дрянь. Неужели в этом мире есть даже такое дерьмо⁈ Судя по всему, есть, а еще, похоже, мне придется сражаться не только с врагами, но и с гадостью, что проникла в мой духовный мир.

Ладно. Разберемся.

Прокалываю беста мечом, дергаю рукоятку на себя и снимаю его ударом ноги с острия. Разделываюсь с остальными и замечаю, что каждое убийство подпитывает ту гадость, что олицетворяет собой образ мести. Месть — именно она и заставляет меня меняться в худшую сторону. Однако не убивать не могу, Скаевых нужно победить сейчас.

Придется пересилить себя и слишком не зацикливаться на мести. Меньше агрессии, больше доброты. Хотя, какая к черту доброта на поле боя? Лучше просто сконцентрируюсь на магии и вообще думать не буду. Мысли тоже делают мне хуже, особенно, если представляю себя непобедимым магом…

Точным энергоударом сбиваю со стены еще двух боевиков. Бегу дальше по поместью, попутно сбиваю мечом все, что попадается на пути. Запускаю обостренную чувствительность, хочу «нащупать» самого Салливана Скаева. И у меня получается. А он и, правда, силен, гораздо сильнее своего сына. Что же, это будет легендарная битва!

Правда, я никак не могу понять, где он. Чувствую, что рядом, точно где-то в поместье. А вот где — вопрос хороший. Ответить на него еще успею, нужно помочь Юрию и Виктору, оба мага вместе с бойцами уже давно должны были добраться до поместья, но на их пути встал оранжевый маг. Посмотрим, на что он способен. Только сначала разделаюсь с ними…

Из-за угла выбежали три беста. Направили на меня руки и создали… общее серое заклинание? Эта магическая структура напомнила мне таран. Ее направили в меня, только я замахнулся, чтобы превратить серую структуру в пыль, как бесты дернулись. Они ускорили заклинание. В итоге серый «таран» врезался мне в живот, и я отлетел назад. Боль? Нет. Урон — максимум синяк и пара царапин.

И вот это самые сильные бесты в поместье? Им конец. Я встаю на ноги и направлю на них острие исполинского меча. Втроем они выпучивают глаза и кастуют новое заклинание. Даже не замахиваюсь, просто концентрирую ману в мече — стреляю.

Небольшое, синее, магическое острие срывается с меча. Оно похоже на заостренный треугольник. Так вот, он быстрее пули настигает одного из бестов и пробивает его навылет. Двое других бросают заклинание и пытаются убежать. Хорошо прицеливаюсь мечом, еще два острых магических острия срываются с его конца. Да, оказывается, с помощью исполинского меча можно производить и такие магические атаки.

Насколько же это удобно. Во-первых, не нужно каждый раз размахивать тяжеленным оружием, а еще это экономит магию, потому, как на усиление не приходится тратиться, а само заклинание отнимает ее очень мало. Во-вторых, скорость полета у энергетического острия впечатляет.

Что до пробивной способности, то я еще не столкнулся с достойным врагом, чтобы проверить ее на нем. Думаю, стену это заклинание запросто пробьет, даже две или три. Любого человека — само собой, и я в этом только что убедился, когда прикончил бестов.

Выбегаю в следующую комнату. И будь я слабаком, как месяц назад, то уже превратился бы в фарш. В меня стреляют со всех сторон обычные боевики, бесты и, кажется, среди них есть один маг, но он настолько бездарный, что мне на его жалкие атаки плевать.

Пули, серые копья, «тараны» летят в меня со всех сторон. Вытанцовываю с мечом в руках. Его лезвием отбиваюсь от заклинаний, а иногда удается сбить и пару пуль. С конца меча каждую секунду срывается магическое острие. Не всегда я попадаю, зато если делаю это, то на одного врага становится меньше.

В итоге, не проходит и пяти минут, как я со всеми разделываюсь. Живых именно в этой части не остается. Неужели Виктор и Юрий настолько слабы, что до сих пор возятся. Какого черта⁈ Я уже столько всего сделал, а они все в поместье не могут проникнуть. Бездари.

Нет…

Это говорю не я, а та дрянь, что отравляет мои мысли. Нужно будет после победы над Скаевыми действительно взять отдых и поработать над собой, иначе слова Владислава могут сбыться. А я не хочу стать безвольным человеком, весь смысл жизни которого — месть.

Пока она подпитывает меня силой, пусть живет. Все равно, во время боя от нее не смогу избавиться. Нет и это не мои мысли. Если бы только мог, отказался бы на хрен от всей этой мести. В кого я превращаюсь? Нужно поскорее заканчивать.

Два мощнейших магических лезвия направляю на стену, и она не выдерживает. Смотрю в дыру в стене и вижу, как Виктор и Юрий сражаются с оранжевым магом. Наших бойцов с Волгиными совсем не остается, а оранжевый маг их уделывает.

Выпрыгиваю из стены. Направляю острие меча в спину оранжевой твари. Несколько магических выстрелов и маг переключается с Волгиных на меня. Дам им время передохнуть, нам еще предстоит сразиться с самим Салливаном.

Всматриваюсь в лицо оранжевого мага и… нет, злоба не наделяет меня новой силой. Я просто его не узнаю. Впервые вижу этого мужика, значит, он, скорее всего, не участвовал в охоте на Голем. Может, это и есть тот самый мифический и благородный маг Скаевых? Если это и так, в чем я сомневаюсь, то нужно дать ему хороший бой. Пощадить я его все равно не могу, это уже вопрос логики.

— Один на один, — говорю ему терминаторским голосом, и обращаюсь к Юрию с Виктором через связь, — а вы помогите бойцам и попытайтесь отдохнуть.

Оранжевый маг кивает в знак согласия и отстает от Волгиных. Виктор и Юрий тоже кивают, и направляются прямиком в поместье. Надеюсь, хоть этот маг окажется достойным соперником. Он орудует загнутым в крюк магическим мечом и оранжевой цепью, что подчиняется его магической силе.

Перехватываю меч и бегу на него. Ждать, пока он нападет — увольте, у меня нет столько времени. В секунду он взмывает в воздух и уже с высоты направляет в меня цепь. Она, точно змея, несется на меня и извивается. Ухватывается шипастым звеном за меч — маг дергает на себя и получается такое ускорение, что едва в глазах не рябят.

Перенаправляю меч — не успеваю высвободить его. Оранжевая цепь наматывается на него, будто бы этот маг профессиональный ковбой. Каждый новый узел фиксирует цепь плотнее. Так детально все это вижу только из-за обостренной чувствительности, а на самом деле прошло меньше секунды.

Маг целится мечом в меня. Понимаю, что своим уже не успеваю отбиться. Направляю в левую руку больше маны. Выстраиваю несколько слоев защиты из нейтральной маны. Не успеваю закончить, как в руку вонзается оранжевый меч. Вернее в щиты, сама рука, как и смарт-доспех, в полном порядке.

Маг понимает, что облажался, и его атака совершенно не принесла результата. Он отпрыгивает назад и мощно тянет за цепь. Меч вырывается из моей правой руки, но магией я его все еще контролирую, а потому практически удерживаю на месте.

Тяну синей магией на себя и рукоятка снова в моих руках. Не знаю, заметил маг, что произошло или нет, но я уже придумал интересный способ его победить. Хе-хе, это будет жестко, да и маны мне хватит. Хочу запустить в него исполинский меч, точно стрелу с тетивы. Посмотрим, получится или нет.

Он снова прыгает на меня. Выставляю меч вверх, другую руку заряжаю на энергоудар. Кулак наполняется магической силой. Он приземляется на меч и заставляет его вонзиться в землю. Это в мои планы не входило. Злобно рычу и направляю в него энергоудар — он уворачивается. А что толку? Его оранжевый меч все равно не пробьет мою защиту.

Без труда защищаюсь и выдергиваю меч из земли. Причем делаю это настолько стремительно и неожиданно для оранжевого мага, что он улетает в сторону, едва приземляется на ноги. Снова тянет цепь, готовится прыгнуть.

Как же ты меня достал. Притворяюсь, что в этот раз он будто бы сможет вырвать исполинский меч из моих рук, а сам только и делаю, что наполняю его силу и концентрируюсь.

Оранжевый маг даже хватается за цепь двумя руками и тянет. Держу… держу… держу… Упс! Отпускаю, как неожиданно, ага… А еще наполняю его силой, и теперь он несется точно на мага. Тот успевает увернуться, но и я не глупец, не стал бы просто так выпускать оружие из рук, если бы не был уверен в успехе. Немного больше магии, меняю маршрут.

Один миг и острие исполинского синего меча вонзается оранжевому магу в живот. Пробивает и щит, и броню. Идет дальше, и в итоге они вместе падают метрах в двадцати от меня. Бой на этом закончен. Был ли он интересен? Пожалуй, враг оказался более достойным, чем те два предыдущих мага. Решаю наградить его быстрой смертью. Убиваю его и несусь в поместье.

Салливан — единственный маг из своего рода, что остался в живых. Пришла его очередь платить по счетам. Стоило только об этом подумать, как образ духа и тела укусила гадкая черная мразь — образ мести. Он вырос до огромных размеров. Нужно поскорее убить Салливана и начать самолечение, иначе я уже стану не собой. А хуже всего то, что даже этого не замечу и буду думать, что все так и должно быть… Зараза. Как же сложно жить и сражаться в мире, полном магии и всякой таинственной дряни.

Вбегаю в дом и сразу ощущаю в воздухе напряжение. Поворачиваю за угол и вижу нечто… Ужасное, огромное и оранжевое. Гигантский оранжевый рыцарь, а в его центре старик. Он в деловом костюме и даже укладку своей аристократической прически не испортил.

Вот это точно достойный соперник! Одним ударом руки великан разрушает половину дома, благо Виктор запрыгивает в дальний коридор и вроде бы жив. Смотрю на эту здоровенную мразоту и понимаю, что кроме меня, с Салливаном никто не справится.

Он меня еще не замечает, а потому есть шанс на один удар из засады. Это и хочу провернуть. Кулак великана устремляется в Юрия, тому тоже ничего другого не остается, кроме как ускользнуть в соседнюю комнату. Такими темпами этот старый придурок весь свой дом разнесет. А с другой стороны, на кону его жизнь и, готов спорить, биться он будет до последнего.

Меч отлично сидит в руках. Набираю скорость и готовлюсь обрушить всю его силу… в ногу огромного оранжевого рыцаря. Да уж, не так я представлял этот удар, не так.

Глава 8

Отталкиваюсь ногами, концентрирую все виды Силы в мече. Бью и с легкостью срезаю ногу рыцаря — огромного магического доспеха. Салливан теряет равновесие, если так можно сказать, все-таки он находится в центре магической структуры и управляет ею, точно гигантским роботом. В итоге он упирается обрубком ноги в пол, царапает его так, что искры летят в стороны, и появляется запах тления.

Он оборачивается отдельного от своего магического доспеха и смотрит на меня:

— Не знаю, кто ты, но сегодня будет худший день в твоей жизни.

С этими словами он, а вернее, его гигантский доспех, подпрыгивает. И еще в воздухе отращивает новую ногу, что возвращает структуру рыцаря в первоначальную форму. Моего удара будто бы и не было! А ведь я столько силы в него вложил.

Размах — огромная нога устремляется точно в меня. Отпрыгиваю и вижу, как магический, острый носок пробивает стену, да с такой легкостью, будто бы она не каменная, а из папье-маше. Салливан — вот так точно настоящий виртуоз магических структур. Добраться бы до него… странно только, что он совсем не использует дальнобойные магические заклинания, а еще не создал для своего гигантского «тела» оружие.

Выбегаю из-за угла. И слышу через связь своих же бойцов, говорит Майк. Он сообщает мне, что практически все боевики Скаевых уничтожены. Они уже начали зачищать округу и само поместье. Приказываю им не лезть на Салливана, закончить и убраться подальше.

Связаться бы с Виктором или Юрием, но они не выходят на связь. Наверное, их приборы слетели во время боя или вышли из строя. Гигантский магический рыцарь наклоняется и пытается прихлопнуть меня, словно жука.

Перехватываю меч и уже держу его за само лезвие. Рукоятку-костыль пришлось упереть в пол, иначе я не выдержал бы нагрузки. В итоге острие исполинского меча вонзается в руку оранжевого рыцаря. Запросто прорезает ее и входит глубже.

Салливан уже бы схватил меня или прижал к полу, но тяну меч на себя. Прорезаю в магической руке дыру от запястья до основания пальцев. Только это меня и спасает. Хватаю меч ближе к острию и отпрыгиваю назад.

И как справляться с этой огромной магической тварью? Саймон или та исполинская змея уже не кажутся настолько опасными врагами… А самое плохое, так это то, что не могу использовать свою основную специальность — отдачу и поглощение. Что поглощать? От чего должны меня защитить щиты⁈ Да он просто раздавит меня, как жука. На его фоне, даже в своих смарт-доспехах я, как котенок. Назойливый и царапучий, но почти безобидный «котенок».

Главное — не попасть к нему в руки или не подставиться под удар. Может быть, пару ударов я и выдержу, так вот только потом не выберусь из развалин или из земли, а он может загнать меня глубоко, словно гроздь. Поэтому нужно еще больше ловкости и скорости, по сути, только за счет них и могу победить. Или… кажется, план начал созревать у меня в голове, только бы сработал.

Я в относительной безопасности только потому, что еще могу прятаться среди развалин и стен поместья. Само оно уже явно не подлежит восстановлению. Запускаю обостренную чувствительность, и в мыслях будто бы вырисовывается карта поместья. Салливан и его огромный доспех — в центре большого зала, в который ведут выходы из нескольких комнат и четырех коридоров.

Все шансы подкрасться к нему со спины незамеченным. Это собственно и делаю, да вот только исполинский меч мешает. То и дело достает потолок и сшибает дверные косяки. Впрочем, меня это не замедляет. Пока бегу, «ощупываю» поместье на предмет разных интересностей.

Вдруг обнаруживаю, что Виктор и Юрий бегают по второму этажу и… они точно нарезают круги вокруг Салливана в его доспехах и пытаются пробить. Понятно, что оранжевая защита не выдержит синих магических атак, вот только есть один нюанс. Этот оранжевый доспех настолько огромный, что Салливану не составит труда создать в нем пористую оранжевую структуру.

Выбегаю из коридора в большой зал. Вижу то, о чем и думал. Виктор с Юрием закидывают Салливана заклинаниями с разных сторон, а он только лишь и делает, что перемещает по внутренней части доспехов оранжевую губку, что чертовски быстро разрушается от заклинаний, однако своего хозяина он защищает.

Разумеется, Салливан не стоит на месте, как истукан. Он размахивает руками. Виктора пытается прибить к стене кулаком, но лишь обрушивает с потолка огромную хрустальную люстру, разносит несколько больших картин в золотых рамках и перила. Парень тем временем цел и уже скрывается в лабиринте комнат и коридоров. Снова пытается зайти к Салливану сзади.

А он молодец. Знает же, что Салливану неровня, вот прям совсем неровня, но все равно не сдается и не отступает. Юрий немногим сильнее Виктора, но и у него дела обстоят не очень. Он создает мощные синие копья, зараз швыряет прямо в Салливана сразу несколько штук.

Оранжевый маг это прекрасно видит и реагирует. Перемещает толстенную защитную губку так, чтобы она точно приняла удар на себя. Юрий видит, что его атака не дает урона, но совсем не бесится. В этот же миг он создает новые копья, но кидает уже не в Салливана, а в руки и в ноги его магического доспеха. В других местах ведь нет защитной структуры, а потому в доспехе образуется сразу несколько больших дыр. Вот только какой от них толк? За пару секунд Салливан «залечивает». И вот он уже бьет по Юрию.

Благо тот прекрасно все понимает и успевает скрыться в одной из тех комнат, что поглубже. Силы Салливана хватает, чтобы запросто разрушать стены. Если всё продолжится так, как сейчас, то уже очень скоро Юрию и Виктору будет тупо негде прятаться. Что до поместья, то еще немного и оно будет держаться на одном только честном слове… настоящие профессионалы его строили.

Пока Виктор и Юрий отвлекают Салливана, у меня есть отличная возможность проверить свой план. Как же хочется добраться до ублюдка и вскрыть его черепную коробку! Как же я зол! Уверен, что меча и силы хватит пробить защитную губку, нужно только добраться до Салливана. Буквально вскарабкаться по его огромному магическому доспеху. Да…

Закидываю исполинский меч за спину. Понятно, что сам по себе он держаться не будет, а потому придерживаю его магией, причем острием вверх, хоть немного, но это может меня защитить. А еще создаю синюю магическую структуру, которая плотно обвивается вокруг костюма и фиксирует на нем меч. Так я его точно не потеряю в самый ответственный момент.

А теперь самое сложное, нужно еще и поторопиться. Пять секунд медитации, пять секунд концентрации и делаю то, чем раньше не занимался. Наращиваю на перчатках костюма магические структуры, с острыми крючковатыми когтями. Почти такие были у царапки, но они мне нужны для другого.

На коленях, локтях, носках ботинок тоже наращиваю магические структуры.

— Как для начинающего альпиниста, сойдет, — говорю по связи, когда Виктор замечает меня со второго этажа и делает удивленное лицо.

Поехали, больше нельзя терять время. Юрий уже выбился из сил, да и Виктор не вечный, уже молчу про само поместье. Только бы ублюдок Салливан не попытался меня схватить. Конечно, он попытается, а потому действовать надо очень быстро. Я бы сказал, супербыстро!

Выжидаю нужный момент. Беру разгон. Отталкиваюсь от земли и оказываюсь у него на «бедре». Сразу же хватаюсь за магический доспех руками, а вернее, острыми когтями на пальцах. Еще направляю в магическую структуру шипы на ногах и коленях. Я плотно засел, хоть мои синие шипы и прорезают оранжевую броню.

Карабкаюсь вверх. Салливан до сих пор меня не заметил. Его обзор закрывает та самая защитная губка, а «раны», что оставляю когти в его броне, настолько незначительные, что вряд ли он вообще почувствует «брешь в обороне», но нужно поднажать.

В Виктора летит очередной гигантский кулак. Нет, все же у Салливана есть слабость — скорость. Он слишком медленный. Будь он быстр, хотя бы, как я в смарт-доспехах, то все бы мы уже давно были мертвы. Оно и понятно, управлять настолько огромной магической структурой — не мешки ворочать, а гораздо, гораздо сложнее. Только это и дает надежду на победу.

Карабкаюсь вверх, условная линяя пояса уже позади, а вернее, внизу, под ногами. Только бы успеть добраться до груди, пробью ее мечом, и никакая губка меня не остановит. Салливан сдохнет!

Появляется Юрий, смотрит на меня и кивает. Он все понимает, а потому перехватывает эстафету от Виктора. Закидывает Салливана очередью из магических копий.

Маг резко разворачивается к нему, перемещает защитную губку. Я чуть было не срываюсь, но успеваю вонзить когти, что на локтях, и удерживаюсь. Рывок — поднимаюсь еще выше.

Левой, правой, нога с рывка — подтянуться. Вроде бы так это делают альпинисты, хотя, откуда мне знать? Продолжаю свой умопомрачительный подъем и добираюсь до груди великана. Еще пару метров и можно бить.

Одной рукой тянусь за спину, попутно магией разворачиваю меч на креплении. Знаю, что это будет сложно, но хватаю его за рукоятку и держу рядом с собой, острием вниз. Точек опоры всего три — вот это не радует.

Салливан направляет сразу две руки в Юрия. Ломает стены с обеих сторон и ловит мага. Черт! Удивительно вообще, что он его сразу не расплющил. Старый идиот закрывается губкой и все еще не видит меня. Быстро отталкиваюсь ногой и вонзаю когти левой руки выше. Подтягиваюсь. Все, можно бить, вот только великан двигается, а потому едва на нем держусь. Похоже, придется выждать подходящий момент.

— Ты любишь бейсбол? — спрашивает Салливан.

Он слегка раздвинул защитную губку и то только для того, чтобы посмотреть на Юрия. В таком положении синий маг беззащитен и откровенно жалок. Его сжимают огромные оранжевые пальцы, он не может ни пошевелиться, ни создать синее заклинание. Дышит и то с трудом. Больше пыхтит и краснеет.

— П… по… пи… — Юрий в своем репертуаре, не может ранить магией, так пытается словом.

Салливан, что удивительно, совершенно спокоен. Он никак не реагирует на непроизнесенные слова Юрия. Перехватывает его в одну руку, подходит к стене и проламывает в ней дыру. Сука! Стой же ты на месте, старый ублюдок. Я чуть не сорвался.

Великан замахивается — отправляет Юрия в свободный полет. Твою же мать, мне нужно было рискнуть и поторопиться. Какой же я никчемный. Эта черная дрянь в душе снова растет. Месть становится практически еще одним моим врагом. Да, она жаждет крови, а потому подпитывает меня силой, но, вместе с тем заставляет разум мутнеть.

Юрий выживет, если только у него с собой парашют. А этого, конечно же, быть не может. Вдруг с другой стороны появляется Виктор. Он орет маты во все горло и обрушивает на Салливана новый шквал синей магии. Причем с такой силой, будто бы только что подзарядился от десятка самоцветов. Это только мне на руку.

Защитная губка перемещается. Все равно придется ее пробить, лучшего момента уже не представится. Тем более Виктора еще можно попытаться спасти. Как же я ударю⁈ В основном за счет силы магии.

Синие магические когти на ногах выращиваю еще большего размера и замыкаю. Теперь я словно дверная петля — удержаться на великане смогу, но буду свободно болтаться, и именно это мне и нужно для удара.

Хватаю меч в обе руки, сразу падаю назад, лишь ноги ниже колен удерживаются за броню. Направляю всю силу, что есть во мне и в аккумах в меч. Магией заставляю его острие устремиться точно в Салливана. Какой же он идиот, до сих пор меня не замечает.

Падение назад сменяется взлетом вперед. Исполинский меч в моих руках, будто бы реактивная ракета. Он тянет меня вверх, вернее сказать, это я тяну себя силой магии, перемещая структуру. Еще немного и смогу использовать силу боевого костюма и усиления.

Верхняя точка пройдена. Шипами на коленях пробиваю оранжевую броню — все. Больше я назад не упаду, нужно вложить всю силу в меч. Это и делаю. Меньше, чем за секунду, его острие с легкостью проходит оранжевую структуру и погружается в губку. Она совсем не может удержать клинок исполинского меча.

Острие несется точно в Салливана. Оно должно достать… определенно достанет, а если и нет, то в клинке уже концентрируется мана на магический выстрел острейшим лезвием. Щелчок, хруст — рвется оранжевая губка. Буквально чувствую, как магический клинок вот-вот извергнется маной. Магическое лезвие уже формируется на его кончике… Да! Нет!

Губка вдруг резко темнеет и уплотняется. Она становится практически черной и очень твердой. Исполинский меч вязнет в ней, но все еще есть надежда на выстрел. Магическое острие срывается с конца меча и запросто рассекает почти почерневшую губку. Запросто… нет, это только мне так показалось.

Ничего не получилось, нужно валить. Начинаю разрушать структуру когтей, что держат меня на костюме. Тяну меч обратно и понимаю, что он не выходит. Плевать! Спасу свою жизнь, а там уже как-нибудь выкручусь.

Колени отцепляются от брони великана. Падаю назад. Только бы успеть… и вдруг чувствую всем телом мощный удар. Не проходит и секунды, как меня сжимает огромный кулак. Пытаюсь защититься, ощетиниться синими шипами — все без толку.

Оранжевые пальцы буквально рвутся под натиском моих атак, но еще быстрее они восстанавливаются. Великан подносит ко мне вторую руку и сжимает уже двумя. Шанса выбраться — ноль.

Он держит меня, как игрушечного солдатика. Синие шипы уже практически перестали пробивать структуру пальцев. Защитная губка отходит вниз, и я вижу Салливана, он — меня.

— Кто ты? — спрашивает он, спокойный, как удав, и дает мне высвободить одну руку.

Снимаю шлем и кричу:

— Дэвис Голем! Тот, кто перебил всю твою родню.

— Так ты жив, как удивительно… — Салливан совсем не удивился. Он все еще спокоен, будто бы знал, что я жив и лишь ждал, когда появлюсь.

— Да, жив! Стал персональным адом для всего твоего рода.

— Как это в стиле Голем! Бороться за свои идеалы, мстить… говоришь так, будто бы сделал что-то действительно важное. Они были слабы, ты — силен, убил их только по праву силы…

— Зачем ты мне все это говоришь⁈ — не понимаю, к чему он вообще клонит.

— Лучше расскажи, каково это жить в самом кровожадном роду Царска? Тебя уже брали на жертвоприношение для фиолетовой Норы? Может, ты своими маленькими ручонками уже перерезал глотки невинным детям?

— Да что ты такое несешь⁈ — злоба во мне взбушевалась, а желание мстить стало совсем невыносимым. Мне буквально стало больно от того, что прямо сейчас не могу пролить кровь Салливана.

— Не прикидывайся дурачком… А может, ты и правда не знаешь? Уже открыл в себе фиолетовую магию?..

Молча смотрю ему в глаза. Где бы только взять силы выбраться из хватки великана? Уж тогда бы ему точно глотку вырвал.

— Мы тоже не святые, — совершенно спокойно, чуть приподняв брови, сказал Салливан. — Истребляли ваш род не самыми благородными методами. Истребление вообще не бывает благородным, как и убийство… — он будто бы настолько от меня отвлекся, что с головой погрузился в свои философские думы. — Ветровы, вот это самый благородный род в Царске. Именно они прознали о том, что творят Голем за стенами своего поместья, в своих пещерах, где все это время скрывали Фиолетовую нору.

— Не верю ни единому твоему слову. Просто выпусти меня, и я убью тебя! — кричу совсем не своим голосом!

— Жалкая, грязная букашка, — протянул Салливан. — Ветровы не могли объявить вам прямую войну, это бы запятнало их репутацию навсегда. Они нашли доказательства того, что творит ваш богомерзкий род, и предоставили их государству. И знаешь что? — как же меня бесит его спокойствие. — Правильно: ни-че-го. Государство отказалось объявлять войну Голем, и тогда Ветровы обратились к нам. Им нужны были те, кто сделает всю грязную работу… не буду врать, они заплатили хорошие деньги, и мы все сделали почти без потерь. Позже, когда Голем перешли все разумные рамки, Ветровы помогли нам вас добить. А сейчас… — Салливан снова задумался, — я держу мелкую букашку, последнего из Голем, кто еще может восстановить род и вернуться к темным ритуалам с фиолетовой Норой.

— Врешь! Ты все врешь! — стало настолько больно от жажды мести, что пришлось запустить ускоренную регенерацию. — Убью! Ублюдок!

— Нет, — Салливан смеется, но совсем без улыбки, — ты убил весь мой род и это грустно, но они были слабы и ответили за это. Если я убью тебя, то сделаю это не из жажды мести, а только за тем, чтобы этот обливающийся кровью, дерьмом и злобой мир стал чуточку лучше.

— Ты не посмеешь! — надрываю голос, но все равно ору.

Пытаюсь вырваться, буквально извиваюсь, как колючая лиана, что каждую секунду испускает еще более острые и длинные шипы.

— Раскрой главный секрет твоего рода, тогда я не убью тебя… — Салливан смотрит отрешенным взглядом, — но и свободы тебе не видать, будешь до конца своих дней за решеткой. Выбирай, что тебе по душе.

Какой еще на хер секрет? Я совсем ничего не помню. Жить — конечно, мне нужно выжить, а там уже выкручусь. Вот только никак не могу вспомнить секрет. Может, мальчишке никто вовсе его и не раскрывал. Если и раскрывали, то он безвозвратно забыт… Не представляю, как выбираться из этой задницы.

— Так я и знал, — говорит Салливан, — все вы, Голем, упертые, как ослы.

— Что ты хочешь знать? Все расскажу, только спроси, — до чего же я опустился. Стыдно видеть себя таким… совершенно беззащитным и жалким. А еще это жажда мести, ускоренная регенерация скоро перестанет справляться. Боже, что за сюр⁈

— Секрета ты все равно не знаешь, — говорит Салливан, самый спокойный человек в мире, — ничего не буду обещать. Только скажи, ты один выжил или есть еще?

— Один, — уверенно говорю.

— Благодарю за честность, а теперь пришло время очистить этот мир от грязи.

Это он меня грязью назвал⁈ Рычу, вырываюсь, да с такой силой, что если бы не смарт-доспех, то кости бы себе переломал, все суставы выбил и связки порвал. Должен же быть какой-то способ. Хотя бы один, самый безумный… Где этот проклятый Осколок, когда он так нужен.

Только я про него вспомнил, как перед глазами появилась картинка: бью по тому однорукому старику Скаеву заклинанием, а он его рассеивает. Совсем, без следа. А самое приятное, кажется, я знаю, как это сделать.

Салливан держит меня за руки, я повис, как кукла. Нет времени создать развеивающий чары туман. Зараза! Стоит великану потянуть в разные стороны и… у меня есть все шансы лишиться рук и упасть с большой высоты. Если мне все же и суждено умереть, то пусть этого хотя бы никто не увидит. Но я не оставлю попытки.

Поздно! Он смотрит на меня и тянет в стороны. Доспех хрустит, информация, что выводится сразу перед глазами, начинает мелькать всеми цветами и сообщать о сбоях той или иной системы.

— Саймон, — Салливан перестает тянуть, — это был мой лучший сын, если бы ты знал, через что ему пришлось пройти. Но он прошел, — Салливан, как символ абсолютного спокойствия, да у него даже клетка на лице не дрогнет, — И он прошел. Стал сильнейшим из моих сыновей, а у меня их, поверь, было много. Ты убил его, ты испортил все двадцать семь лет моего труда. Представляешь, как мне должно быть обидно?

Он жалеет не о потере сына, а о годах, потраченных на его обучение и воспитание. Да уж, примерный отец. И этот отморозок еще будет сочинять сказки про мой прекрасный род? Только дай мне вырваться, клянусь всем, убью.

— Теперь придется делать все заново и знаешь, думаю, будет справедливо, если моей новой женой станет ваше прекрасная Сонечка.

Дернулся со всей силы и порвал левую руку смарт-доспеха. Салливан сжал меня и посмотрел прямо в глаза.

— Понятно… — прошептал он, — шучу, мне нужен сын, чистокровный оранжевый маг, а не грязнокровка. Так что ничего твоей подружке не угрожает… пока. Когда-нибудь я восстановлю свой род, и Волгины ответят сполна.

— Зря ты меня злишь! — рычу я, сам продолжаю формировать антимагический туман. — Ты даже не представляешь, какой я в гневе.

— Да? — он усмехнулся, но исключительно голосом, лицо — камень, как было так и есть. — Зато знаю, каков в нем твой отец. И скажу тебе честно, он жалок.

— Зачем⁈ Зачем ты это делаешь, мразь⁈

— Что?.. — совершенно спокойно спрашивает он. — А, злю тебя? Я же тоже неидеальный человек. Все мы неидеальные. Вот только лишь род Голем дошел до черной магии. Смотрю на тебя и пытаюсь понять, как она влияет на людей.

— Старый сумасшедший мудак! Нет у меня никакой черной магии! Что ты несешь?

— Нет? — спрашивает он. — Хм… логично, иначе ты бы уже ее использовал и легко высвободился. Я просто подумал… — Салливан задумался, — что черный маг был бы неплохой «подопытной крысой» в моей лаборатории. Но ведь ты обязательно попытаешься сбежать, снова искать персонал, а еще траты… нет. Не хочу этим заниматься.

С этими слова он со всей силы дергает в разные стороны. Сталь костюма начала стонать, проводка рваться. А из трещин полетели искры, аккумуляторы катапультировались в принудительном порядке, и больше смарт-доспех не подавал признаков жизни.

Глава 9

Вот только великан не рассчитал сил. Мои не самые накаченные руки выскользнули из оторванных по самое предплечье перчаток смарт-доспеха. И это мой шанс! Я полетел вниз, все еще находясь в смарт-доспехе, вот только в нем больше нет аккумов, и удар он не смягчит.

Вмиг сконцентрировался и направил в него энергию. Перед глазами мелькнули значки и текст. Ноги вроде бы заработали. Они помогут смягчить удар, а пока у меня еще есть секунда полета, нужно срочно запустить отдачу на всю мощность. Это и сделал.

Громкий, звонкий шум, боль в ногах, что передалась по всему телу волной. Руки так вообще ударились о голый бетон с острыми каменными обломками. На секунду перед глазами все дернулось и почернело.

Резко вскакиваю на ноги и понимаю, что без дармового источника под рукой костюм больше мне не поможет. Трачу последний его запас энергии на распознавание голосовой команды и раскрытие. Пока Салливан возится, смарт-доспех успевает раскрыться. Выпрыгиваю из него и бегу. Куда? Куда глаза глядят, туда и бегу.

Куда-нибудь в темноту, где Салливан меня не заметит. Мне нужно время, чтобы подготовить развеивающий магию туман. Оказываюсь в темном коридоре и вижу лестницу на второй этаж. Она как раз приведет меня туда, где последний раз видел Виктора.

Если он еще жив, то я обязан ему помочь. Хотя так хочется наплевать на все и всех и вернуться к праведной мести. Как бы эта чертова мерзкая дрянь — «месть» — в разуме ни бушевала, даже она понимает, что не стоит кидаться на Салливана, если не готов.

Поднимаюсь на второй этаж. Салливан стоит ко мне вполоборота, его темно-оранжевая защитная губка все еще перемещается внутри доспеха. Неужели он все еще думает, что кто-то его атакует? Юрий, хороший был мужик, хоть и своенравный, сейчас лежит где-нибудь на сырой земле и истекает кровью. После падения с такой высоты не выживают.

Наши бойцы, несколько бестов в том числе, Салливану совсем ничего сделать не смогу. Он раскидает их так легко и непринужденно, что даже не вспотеет. Я. И только я могу его победить, нужная магическая структура все ближе к своему завершению. Мне нужно выполнить ее с самого начала и до конца лишь раз, и тогда она подчинится мне, смогу наполнять ее таким количеством маны, каким только пожелаю.

Забегаю в соседнюю комнату. Салливан слышит шум и шорох, но не мой. Он оборачивается в другую сторону, потому и остаюсь незамеченным. С разгона ныряю в темноту и вижу Виктора.

Он сидит, прижавший спиной к стене, и истекает кровью. Сразу же вывожу из него оранжевую магию. Так парню станет легче. Хотя, на кой черт я его спасаю, ведь это совсем не поможет мне отомстить? Нет, этот вопрос не мой, а разума, что затуманила жажда мести. Хочу помочь Виктору — это хорошо, значит, осталось еще во мне что-то человечное.

— Беги. Брось меня и беги… кха, — Виктор закашлялся, пытаясь говорить.

— Тихо, — резко закрываю ему рот рукой, — он услышит.

Научиться бы мне ускорять регенерацию других людей. Хотя, чем черт не шутит? Самое время попробовать, только бы это не отвлекло меня от создания антимагической структуры.

— Где же ты, Дэвис? У меня нет на тебя времени… Пожалуйста, не заставляй меня крушить родовое гнездо, — спокойно, как удав, говорил Салливан.

Виктора от его слов корежит, буквально выворачивает — парень блюет. Хорошо еще, что тихо. Направляю к нему руки и пробую передать синюю ману, чтобы запустить ускоренную регенерацию.

Вдруг по ушам бьет такой грохот, что невольно хочется закрыть их руками и спрятаться где-нибудь в темном, тихом месте. В этот же миг по всему поместью проходит такой толчок, что я падаю. А ведь я даже не стоял на ногах, а сидел на коленях.

Виктор, что прижимался спиной к стене, тоже не удержался. Помог ему устроиться поудобнее и начал лечить. Вернее, пытаться. Несколько раз попробовал запустить ускоренную регенерацию — все без толку. Может, когда синяя магия попадает в организм Виктора, она становится мне неподконтрольной? Нужно попробовать с нейтральной.

— Оставь меня, беги… — шепчет Виктор, вытирая кровь с глаз.

— Заткнись. Я тебя не брошу.

Направил в него нейтральную энергию и максимально сфокусировался на ускоренной регенерации. Получилось! Обостренная чувствительность подсказала, что переломы парня начали зарастать костной тканью. Пришлось, правда, помочь руками, но ничего, анатомию знал хорошо еще с прошлой жизни. В итоге быстро подлечил Виктора, и он уже мог стоять.

Времени на все раны не было. Мы с ними вскочили и побежали к окну. Снаружи здание окружали наши бойцы, но слишком близко они не подходили. Думаю, некоторые из них при виде великана могли и вовсе потерять весь боевой настрой.

Мужики заметили нас и помогли мне спустить Виктора с этажа. Они забрали его и побежали прочь от поместья. Я, наоборот, вернулся. Салливан тем временем разнес еще часть поместья. Готов спорить, что следующих ударов его излюбленное родовое гнездо не выдержит.

Мне нужно поторопиться, но структура все никак не хочет выстраиваться. Больше на ней сконцентрировался и направил еще маны. Наконец ощутил, что получилось. Одной рукой создал маленький синий сгусток, еще даже не запустил его. Другой, окружив ее рассеивающим туманом, превратил это синее заклинание в ничто. Растворил его в воздухе без возможности поглотить.

И вот это нехорошо. Имею в виду, что неплохо было бы еще и поглощать рассеянную магию, но, увы, это тупо невозможно. Плевать. Буду сражаться с тем, что имею.

Выбегаю из коридора и вижу великана. Он стоит ко мне спиной и замахивается для нового удара.

— Я здесь! — кричу ему.

А сам уже окутал всего себя аурой, рассеивающей заклинания или любые магические структуры. А вся фишка еще и в том, что этот «туман» из нейтральной энергии абсолютно невидимый. Хорошо, почти не видимый, если сильно постараться, то вблизи его можно рассмотреть, и похож он будет на испарения бензина в воздухе в жаркий день.

— Все еще на что-то надеешься? — спокойно спрашивает Саймон, его лицо остается совершенно каменным. — Впрочем, все Големы до последнего будут цепляться за свою жалкую жизнь.

— Закрой пасть, ублюдок! Ты вообще понимаешь, что скоро сдохнешь⁈

— Да? — удивленно фыркает он, даже немного подыгрывает бровью. — Скоро? Думаешь? Я планирую дожить до ста лет, а там уже давление подкосить может… так что — нескоро.

Великан отводит ногу назад. Направляю в рассеивающую ауру еще порцию маны, отчего она становится больше и эффективнее. Великан замахивается кулаком и направляет его точно в меня.

Сейчас и узнаю, насколько эффективная моя новая способность. Стою не на самом краю, а потому огромный оранжевый кулак сначала врезается в перила и в бетонный пол. Легко его разрушает, отчего чуть не падаю, но удерживаю равновесие.

Кулак разрушает пол, будто верхний плавник акулы рассекает воду. В какой-то момент он врезается в мою развеивающую магию ауру. Структура кулака великана начинает разваливаться на части, буквально трещит, рвется и обламывается целыми кусками. В итоге от кулака совсем ничего не остается, только обрубок. И то, чем дальше он погружается в мою ауру, тем сильнее разрушается.

Салливан понимает: что-то явно не так. Впервые замечаю, как он недовольно хмурится, но в целом спокоен. Маг направляет в обрубок руки еще больше маны, отчего оранжевая структура начинает темнеть.

Разрушать ее мне становится сложнее, но не настолько, что бы это стало проблемой. Продолжаю насыщать маной ауру рассеивания, но и сам не стою на месте. На полу валяются целые куски оранжевой структуры, и пока они не рассеялись в воздухе, могу их поглотить, как дармовую энергию. Это и делаю.

Салливан убирает от меня обрубок руки. Начинает выращивать запястье, пальцы, да буквально все по новой. Размахивается другой рукой. Снова кулак разрушает часть здания, но стоит ему лишь погрузиться в ауру рассеивания, как он разрушается.

На пол падают новые куски оранжевой структуры. Жадно их «пожираю» и увеличиваю объем ауры, делаю ее еще более эффективной. Этот кулак содержал в себе гораздо больше оранжевой энергии, но даже это его не спасло.

Салливан уже не может удерживать каменную маску на лице. Он нервно фыркает, возмущенно задумывается, но продолжает атаковать меня гигантскими кулаками. С каждым разом он восстанавливает их все дольше, направляет в них все больше энергии. Они становятся реально очень мощными, но и я не промах.

Чем более мощные разрушаю структуры, тем больше он них остается ошметков, которыми и пополняю запас маны в организме. Даже не думал, что так легко и быстро освою оранжевую магию. Очень радует, когда развиваешься заметно быстрее, чем рассчитывал.

Салливан направляет на меня разом две руки. Пытается поймать, а может, прихлопнуть, но и в этот раз у него ничего не получается. Кулаки рассеиваются, падают градом магических ошметков на бетон, а я рад их поглощать.

В какой-то момент он настолько концентрируется на кулаках, что в целом делает свой великанский доспех слабее. Практически все его тело, от ног и до груди становится более слабой структурой: тоньше и не такой насыщенной по цвету.

Но и эти атаки я без труда рассеиваю. Салливан явно вышел из себя, его прическа растрепана, сам он потеет и скидывает пиджак. Доходит до того, что он разрывает защитную темно-оранжевую губку на две части и направляет в кулак.

Все к тому и шло, об этом я подумал еще заранее. А потому именно сейчас нужно задействовать все резервы маны в организме, что успел создать. Направляю энергию в ауру рассеивания, она становится слегка больше, но в несколько раз мощнее. Если этого не хватит, то насыщенный донельзя кулак может меня расплющить.

Хмурюсь и продолжаю вливать ману в ауру. Кулак врезается в пол, разрушает его еще дальше, обрушивает колонны, раскидывает мебель и… врезается в ауру. Чертовски быстро начинает светлеть, становится практически прозрачным и разлетается на куски.

Есть! Аура справляется даже с настолько мощной непробиваемой структурой. Чувствую себя непобедимым. Но и Салливан не сдается. На очереди второй кулак. Он еще темнее и уже несется в меня на всей скорости!

«Пожираю» с грязного потрескавшегося пола оранжевые куски структуры. Очень быстро перерабатываю их и направляю на ауру. Огромный кулак снова доходит до нее и начинает с хрустом разваливаться. Никакая темно-оранжевая защитная губка не помогает, она лишь немного замедляет процесс. Но в целом у Салливана больше нет шансов меня победить.

С каждым новым ударом он все больше высасывает оранжевой маны из доспеха. Делает его слабее, старый идиот. Мне ведь это только на руку. Смотрю на него и вижу, что на двух разваливающихся обрубках он быстро новые кисти не выстроит. Самое время сменить фазу с защиты, на атаку!

Бегу вперед и уже понимаю, что буду делать. Прыгаю, усиливаю ауру — лечу в живот великана. Невольно закрываю лицо руками и группируюсь. Вдруг вокруг все шипит, чувствую, как оранжевая структура рассеивается. Аура, она разрушает все магические соединения, как моющее средство — жир.

Запросто пролетаю через живот великана и приземляюсь на ноги. Высота большая, а потому без усиления не обошлось. Оборачиваюсь и вижу огромную дыру в животе и спине великана. Будь она еще чуть больше, и он бы на хрен переломился на две части.

Чуть не дотерпел, не хватило сил… еще немного бы и докрутил. Впрочем! Это все равно успех. Вот только он сжимал меня великанскими лапами, а сейчас я стал для него разрушительным снарядом.

Салливан смотрит вниз и, думаю, вот-вот попытается раздавить гигантской подошвой. Не собираюсь стоять на месте. Бегу точно на него, по пути вижу свой смарт-доспех, кроме черных пластин, проводов и микросхем от него едва ли что-то осталось. Хотя вдруг замечаю аккумы. Отлично! Они мне как раз сейчас нужны. Подхватываю их и направляю ману в ауру.

В этот же момент великан обрушивает на меня свою огромную ногу. Стою прямо под подошвой. Усиливаю антимагическую ауру и все равно невольно защищаю лицо руками. Снова этот громкий магический гул.

Подошва рассыпается в оранжевые лохмотья. Чем глубже нога великана погружается в невидимую ауру, тем сильнее разрушается. Вскоре от нее остается лишь обрубок.

Салливан поднимает его и направляет в сторону от меня. Он уже потерял равновесие. И прекрасно понимает, что если продолжит пытаться меня раздавить, то лишь останется без своей ноги.

Великанская культя приземляется далеко от меня. Салливан хмурится, начинает ее медленно восстанавливать. Могу кинуться либо на нее, либо разрушить еще целую ногу. И как поступить? Решаю, что нужно действовать по логике, а не так, как кажется проще.

Бегу к дальней ноге. Если разрушу ее, то у великана не останется целых ног и тогда он уже совсем не факт, что сможет устоять на двух культях. По крайней мере, так это вижу я. Нужно пробовать!

Срываюсь в места, по пути впитываю ману из оранжевых ошметков структуры. Еще не добегаю до целой ноги, как она начинает хрустеть, шипеть и разваливаться. Усиление. Рывок. Прыжок — оказываюсь точно в ней, или под ней. Потому, как она уже превращается во второй обрубок. Стою на месте и готовлюсь бежать.

Салливан не успевает восстановить первую ногу великана, а вторая уже неумолимо разрушается и стала даже короче, чем первая. Он смотрит на меня сверху вниз, его лицо наливается краской, а глаза сверкают злобой. Неужели я смог разозлить этого «мистера спокойствие»? Ха. Месть близка — понимание этого лишь придает мне сил.

Салливан вытягивает великанские руки и хватается за разваливающееся поместье. Ему даже удается сохранить баланс. Вот только я настолько разошелся, что разрушил его ногу выше колена. Дальше — не могу, аура не достает. Фактически, великан опирается на одну культю, а сохраняет равновесие только за счет рук.

Недолго ему осталось. Понимаю, что восстановить разрушения Салливан уже точно не успевает. Остается лишь планомерно и технично разбирать его гигантский магический доспех, и вскоре он станет совсем безобидным, а Салливан — беззащитным, а еще чертовски злобным.

Устремляюсь к первой ноге. Салливан успел восстановить лишь около метра магической структуры. Напитываю ауру силой и оказываюсь в ноге. За пару секунд разрушаю ее практически до колена. Еще миг и все… больше аура не достает. Урод Салливан теряет всякую опору. Обе великанские ноги — культи, на них маг больше не опирается. Он остается на высоте исключительно за счет рук, что сжимают разрушенные стены поместья.

Самое время это исправить! Бегу в темный коридор. Чувствительность подсказывает, что именно он приведет меня к нужной лестнице на нужный этаж. Вскоре нахожу ее и быстро бегу вверх.

Оказываюсь примерно на уровне Салливана. Он все еще пытается восстановить ноги великана. Обливается потом, краснеет, злится и едва ли не рвет на себе волосы. Сложно сохранять хладнокровие, когда понимаешь, что для твоего величайшего заклинания нашли контрмеру.

Смотрю ему в глаза и говорю:

— Жалкое зрелище. Думал, что всемогущий? Думал, что сможешь запросто меня убить… Ха-ха! Сегодня я устрою праздник в честь того, что прекратил существование твоего рода.

Салливан рычит. Еще большее краснеет. Чем сильнее он злится, тем хуже себя контролирует. Структуру великана уже даже не пытается восстановить. Вообще не понимаю, на что он еще надеется. Я уже даже не давлю на него аурой рассеивания, а его доспех разваливает. Ладно. Пора прекращать это безумие, а то снова становится больше дикой жажды мести.

Направлю в ауру очередную порцию маны. До руки великана мне не достать, зато я могу… Прыгаю с края обломанного бетонного пола. Лечу точно великану в плечо. Ауры вгрызается в магическую структуру и так эффективно ее рассеивает, что ошметки не успевают упасть вниз — рассеиваются.

Пролетаю сквозь великана. Снова приземляюсь, и в этот же миг Салливан, вместе с его гигантским доспехом падает на пол. Вместо ног у него две бесполезных культи. От руки осталась лишь дыра в корпусе. Единственной рукой он мне уже ничего не сделает. Если даже сконцентрирует в ней всю силу и попытается ударить, то я лишь слегка напрягусь и рассею ее по воздуху.

Великан, а вернее то, что от него осталось, начинает разрушаться. Вся его структура покрывается трещинами. Хрустит, скрипит и разлетается на большие куски и клубы оранжевой были.

Бегу точно к Салливану и лишь помогаю рассеять своей аурой те оранжевые структуры, что каким-то чудом до сих пор держатся. Стою над Салливаном. Смотрю на него сверху вниз. Он проигравший. Я победитель.

Он весь переломан и истекает кровью с оранжевой жижей. Я жив и полон сил, а еще решимости. Наконец жажда мести будет удовлетворена, как же долго я этого ждал! Снова чувствую, как в разум запускает свои щупальца эта мерзкая черная дрянь «месть», но не удовлетворить ее все же не могу. Если этого не сделаю, то она сама разорвет меня на куски. Такая дрянь, как Салливан, не должен существовать в этом мире.

Смотрю ему в глаза и вижу в них до жути знакомый страх. Салливан не просто боится меня, он понимает, что подвел весь свой род и больше его уже никто не сможет восстановить. Но смириться с проигрышем и потерей он не может. Поднимает переломанную руку и тянет ко мне, даже отращивает на ней оранжевый шип, правда, тот разлетается в пыль, стоит мне лишь на него посмотреть.

— Ты принесешь в этот мир только зло, — шепчет Салливан и корчится от боли. — Погрузись в себя… подумай, чего ты хочешь. Ты же чистое воплощение зла! — кряхтит он, плюется оранжевой кровью и задыхается.

— Сумасшедший старик, пора тебе уже сдохнуть!

Кулак заряжен энергией и готов разносить. Замахиваюсь, выпускаю силы. Выброс энергии врезается в Салливана, как стальной молот в таз с потрохами. Кости, плоть, остатки магии — все это буквально взрывается. Разлетается во все стороны и пачкает меня.

Смерть точно будет довольна! Наконец-то я с ней рассчитался, а теперь нужно найти Виктора… Направляюсь к дыре в стене. Лишь делаю два шага, как чувствую невыносимую боль. Она настолько мощная, что имеет совсем не физическое происхождение. Такое чувство, что эта боль идем по всем моим магическим артериям, причем берет свое начало где-то в духовном пространстве.

Нет времени это откладывать. Погружаюсь в медитацию. Не проходит и пары минут, как вижу образ воинского духа и тела. Как же они хороши собой и здоровы. Вдруг замечаю черную мразь — «желание мстить». Эта гадость чувствует себя здесь, как дома. Она выросла до небывалых размеров и прямо у меня на глазах начала пожирать образ воинского духа и тела.

«Месть» вонзает в них свои грязные черные когти, шипы, зубы… Выблевывает на них кислоту и начинает растворять. НЕТ! Я НЕ ПОЗВОЛЮ ПРЕВРАТИТЬ МЕНЯ В ЧУДОВИЩЕ, КОИМ ДВИЖЕТ ЛИШЬ ЖЕЛАНИЕ МСТИТЬ.

Нахожу в себе силы и… открываю глаза. Но я не в мире людей, я вообще не в мире. Что это за место? Смотрю по сторонам… Ничего не вижу, лишь черноту и пустоту кругом.

Ощущаю себя в месте, где нет ничего привычного. Чувствую себя даже не человеком, а кем-то или, вернее, чем-то очень странным, совершенно необычным и непонятным. Концентрируюсь на своих ощущениях, чувствую все оттенки боли и весь спектр негативных эмоций. При этом, что удивительно, в действительности мне все равно. Это обман. Боли нет, как и эмоций.

Зато вдруг вырисовывается понимание. Ощущаю, что это Осколок наталкивает меня на новые мысли. Все хорошо обдумываю и осознаю. Я определенно нахожусь в медитативном пространстве. Если раньше я смотрел на него как бы со стороны, то теперь я нахожусь в нем. Я — и есть оно, ведь погрузился в свое подсознание, магическое подсознание, самую глубокую и таинственную область своего разума.

В прошлом мире мне рассказывали, что после десятков лет практики некоторые уникумы способны на нечто подобное. А еще мне рассказывали, что из настолько глубокой медитации возвращались лишь единицы. Редко кто из них после этого не сходил с ума. Зато те, кто сохранял свой разум, возвращались с прозрением, они открывали новые, непревзойденные техники, совершали прорывы в каких-либо научных сферах.

Но для чего же здесь я? Осколок, дай мне ответ. Ответ пришел настолько естественно и незаметно, будто бы его и не было вовсе. Почувствовал себя не Дэвисом Голем, а его образом воинского духа и тела. Это значит, что я теперь напрямую управляю тем, что и образует меня? Как же это все странно и непонятно.

В темноте появляется нечто темное. Настолько мерзкое, чужеродное и черное, что темнота на фоне меркнет. Представить это невозможно. Это нужно видеть. В этот же момент мне становится невыносимо тяжело. Хочется прогнать это грязную черноту, она отравляет меня, буквально кусает и сверлит. Это же и есть образ «мести»! Наконец-то я все понял.

Я здесь в образе воинского духа и своего тела не просто так. Только за счет настолько глубокой медитации смогу прогнать из своего затуманенного разума такую дрянь, мерзкую гадость, как неумолимое желание мстить. Оно предстает передо мной в образе истиной потусторонней грязи, черноты, от которой никогда не будет отражаться даже самый яркий свет.

И все-таки не стоило подпитывать месть, как бы это ни делало меня сильнее. Не стоило оно того. Я откармливал месть, чувствовал себя замечательно, и вот теперь она стала моим врагом. Она хочет овладеть моим разумом. И, как сказал бы Владислав, направить меня по ложному пути. Не позволю! Для того я и здесь, чтобы сразиться с этой черной, мерзкой гадостью.

«ТАК ДАВАЙ ЖЕ СРАЗИМСЯ!!!» — мысленно кричу в мерзкую, бугрящуюся духовной грязью черноту, что закрывает обычную темноту все больше и больше.

Глава 10

Образ воинского духа и тела объединяются в единое целое. Обычно, на такую духовную трансформацию способны лишь избранные. По крайней мере, в моем прошлом мире таких мастеров духовности было еще меньше, чем тех, что возвращались из глубокой медитации и делали великие открытия.

Удивительно, но объединить образ тела и воинского духа в аватар мне не стоило каких-то запредельных, неимоверных усилий. Аватар, в моем случае — это магическая форма, которая и дает мне телесность в духовном пространстве.

Одновременно вижу и чувствую свое тело, свои руки. Но описать духовный облик — никаких слов не хватит. Про передачу ощущений посредством жалкого человеческого языка можно даже не думать.

Мерзкая, выворачивающая душу и разум наизнанку, чернота замечает меня. Буквально тянет ко мне все, что только может. Вижу лапы с когтями, щупальца, нити, зубастые пасти, слизкие липкие отростки… Я уже окружен, еще немного и мерзость начнет меня переваривать и тогда лишь желание мстить будет мной руководствоваться.

Напитываю аватар маной. И ее обязательно откуда-то надо черпать, даже в этом духовном мире ничего не дается даром. Понимаю, что в теле, что, наверное, сейчас валяется на обломках, в лучшем случае стоит на коленях с закинутой головой назад, практически не осталось маны. А если и осталась, то использовать у меня ее не получается.

Вдруг проскакивает интересная мысль. Если ее подбросил Осколок, то я даже этого не заметил. Желание мести — вот что давало мне силы в последнем сражении. Так почему бы и не напитать аватар маной, взятой из мерзкой, черной дряни, тем более что она сама ко мне тянется, как к магниту.

Захватываю черную Силу, дергая руками — искажаю духовное пространство. Напитываю аватар маной и чувствую, что становлюсь сильнее. А самое приятное, что, чем больше маны поглощает аватар, тем больше ее теряет чернота. Супер!

Я, а вернее, мой аватар растет на глазах. Те щупальца, что запросто могли меня окутать и сжать, теперь выглядят совсем крошечными, как пиявки. Похоже на то, что эта битва в духовном пространстве будет не из сложных. Впрочем, сама схватка еще не началась. Все это только разминка.

Вдруг в голову бьет боль. Я начинаю вспоминать лица Ветровых. Сразу пронизываю весь аватар злобой, отчего он становится еще больше и сильнее. Неужели «жажда мести» хочет мне помочь победить себя? Что за вздор⁈ Разумеется, нет. Чем больше представляю лица Ветровых, чем больше обливаю их кровью и страданьем, тем более родной для меня становится чернота.

Это сложно объяснить. Но проклятый образ мести пичкает меня силой и заставляет принять его, полюбить. Нет! Я не пойду по пути мести, это самое худшее, что вообще могу сделать со своей жизнью. Выкидываю из мыслей лица Ветровых. Сначала смываю с них кровь, перестаю думать о той боли, что могу им причинить… Затем выкидываю.

В этот же миг аватар становится немного слабее. Однако и черная, мерзкая дрянь снова вызывает отвращение на прежнем уровне. Так не дам же ей запудрить мне мозги.

Направляю аватар на черноту. Управляю им, как собой, как своим огромным могущественным телом. Но, такое чувство, что наблюдаю за всем будто бы со стороны. Это невозможно передать словами, это нужно только пережить.

Рука аватара вонзаются в отвратную, черную слизь, похожую на черную смолу с завязшими в ней муравьями. Вот только каждая мелкая частичка «жива» она так и норовит порвать моего аватара на куски. Полностью убивать его чернота не посмеет, ведь тогда погибну и я.

Единственное, что ей нужно, это ослабить меня. Заставить поверить в то, что аватар не победит черноту. И тогда в моем разуме начнут образовываться бреши. Уже через них образ жажды мести начнет пичкать меня новыми мыслями, туманить мозги и заставлять все больше и больше желать крови врагов.

Аватар справляется с легкостью, ведь подпитываю его манной, только что высосанной из черноты. От этого она становится слабее, и аватару еще проще разрывать ее на куски.

На самом деле, мне совсем не нужно напрягать мышцы, придумывать тактики и превозмогать, как в реальном бою. Насколько понимаю, сражение условно светлого аватара с тьмой — это лишь визуализация того, что происходит у меня в голове. Духовные сражения — это абсолютно не то же самое, что бойня в реальности.

Мне нужно концентрироваться на своих ощущениях. Думать о том, чего хочу от жизни. И как бы банально это ни звучало, но нужно мыслить позитивно. Прям самому тошно от этих слов, но стараюсь не думать о плохом, не желать никому зла.

Жажда мести ослабевает. Она становится все слабее, аватар уже разрывает ее не голыми руками, а магией — практически, силой мысли. А только этого мне и нужно. Очищу свой разум от черного паразита, и тогда можно будет вернуться к делам. Победа вроде бы за мной, но легко и быстро она мне точно не дастся.

* * *

— О, наконец-то, закончил свои чертовы медитации! — удивленно говорит Виктор.

Смотрю на него одним глазом. Парень, до жути уставший, испачкавшийся в крови, но в целом вроде бы жив и здоров. Рядом с ним другие бойцы, Майк и полевые медики.

— Ну, Дэвис⁈ — Виктор схватил меня за плечо и немного потряс.

— Где мы? — спросил я. — Введи меня в курс дела.

— В курс дела? — усмехнулся Виктор. — Он поднял правую руку, и медик сменил ему окровавленные бинты. — Ты победил Салливана! Это ты хоть заметил?

— Сложно такое не заметить, — хмыкнул я.

— Ты его в одного победил, ну почти. Мы там с Юрием почти ни хрена не сделали.

— Юрий, — я напрягся, — мне жаль, что с ним так вышло…

— Жаль? — Виктор поднял бровь. — Так он жив.

— Жив⁈ Ты уж извини, но он вроде бы с собой парашют не брал.

— Нет. Конечно, не брал. Бойцы рассказали мне, что в полете он выстроил структуру дельтаплана. Хреновенькую, правда. Упал где-то в лесу и нашли его всего переломанного. Зато живого, — во все зубы улыбнулся Виктор.

А нет, не во все. Одного не хватало. Но ничего, это небольшая плата за финальное сражение.

— Такое чувство, что Юрий только для того и нужен, чтобы в каждом бою все ранения и травмы собирать.

— Вот такой вот у меня дядя невезучий.

— Сам как? У нас большие потери?

— Да я нормально, — нахмурился Виктор, мол, не переживай по пустякам. — Потери колоссальные, это… ну почти пиррова победа.

— Зато победа, — без радости в голосе, но с гордостью сказал Майк.

Посмотрел на него и кивнул. Разумеется, лучше победить ценой больших потерь, чем не победить вовсе.

— Сколько наших полегло?

— У нас… — Майк задумался, — один. Мы не крысили весь бой, — сразу же оживился Майк и начал размахивать руками, — не подумайте.

— Да, они сражались в первых рядах, — подтвердил один из бойцов, которому медик оказывал помощь.

— Так значит, наконец-то сработались. Отлично. Хвалю.

— Спасибо! — Майк вскочил и козырнул, затем поклонился в знак уважения.

— Ты просил ввести тебя в курс дела, так слушай, — Виктор посмотрел на меня и командирским жестом велел остальным помалкивать. Как же быстро он привык к власти. — Наши люди нашли в городе Скаевых. Стариков и совсем детей. Убить их? Так это будет практически казнь беззащитных.

— Старики беззащитные?

— Они маги, но Силы у них не осталось.

— Ладно, — недовольно буркнул я. — Угрозы не представляют?

— Нет, — твердо ответил Виктор, — а дети, ну они совсем мелкие… даже не знаю, что с ними делать.

— А что об этом говорит кодекс родовых войн?

— Кодексу этому уже хрен знает сколько лет, — проворчал Виктор.

— И все же?

— По кодексу мы, как род победитель, имеем полное право делать со Скаевыми все, что посчитаем нужным. За исключением ни на что не направленных пыток. Получается, или убить или даровать свободу.

— Дети вырастут, — заметил я, — захотят ли они отомстить, вот в чем вопрос.

— Конечно! — нахмурился Виктор. — Мы же все их семьи на хрен вырезали.

— Логично. Тогда ты знаешь, что нужно сделать.

— Нет. Не знаю! Я не могу их убить, они же совсем дети.

— Так прикажи бойцам.

— Дэвис⁈ Совсем тебя не узнаю. Я не буду убивать детей, будь они хоть трижды сынами Салливана.

— Рад от тебя это слышать, — наконец я стянул с себя маску невозмутимости.

— Рад? Так что ты предлагаешь, подскажи мне, — Виктор поостыл.

— Скажу на улице, — я поднялся и вышел из помещения.

Посмотрел на поместье и понял, что мне в какой-то степени даже повезло, ведь от него остались лишь развалины. Интересно, оно рухнуло сразу после того, как меня вытащили или позже? Впрочем, неважно. Чего Салливан добивался, того и получит.

Скажу Виктору, чтобы он приказал своим людям прибраться здесь. Разобрать завал и забрать все ценное, что удастся найти среди обломков. Думаю, у Скаевых в поместье определенно должны быть деньги, может, даже слитки золота, а еще ценные артефакты и просто горы бумаг. От документов из лаборатории до всех тех, что позволят Волгиным понять, какие теперь заводы, фабрики и бизнес принадлежат им.

Когда один род истребляет другой, он получает от проигравшего все. Вспоминаю Салливана и вроде бы уже не чувствую этой ужасной, ноющей болью по всему телу, жажды мстить. Да, понятно, что он мертв, но все равно ненависть к нему должна была остаться.

Прокручиваю в голове сражение в медитативном пространстве. Силы моего воинского духа, помноженного на телесную закалку и связанного в единое целое разумом, хватило, чтобы победить «жажду мести». Больше эта черная дрянь не дурманит мой разум, не заставляет меня ненавидеть и идти по неправильному пути.

Специально концентрируюсь на воспоминаниях и представляю людей из рода Ветровых. Вижу их лица, и меня совсем не переполняет неконтролируемая злоба, Силы не становится больше. Однако мне все еще чертовски противны их морды… и… нет, это точно не эффект черного паразита в духовном пространстве. Я его победил! А Ветровым все равно хочу отомстить… так, может, не победил. Нужно будет проверить еще раз.

Салливан говорил про мой род страшные вещи. Но разве этот бред сумасшедшего старика может быть правдой? У меня есть фиолетовая магия — это правда, но это еще не доказательство того, что мой род занимался черной магией. До последнего думал, что ее в этом мире не существует. Если верить Салливану, то все же существует, правда, он не привел убедительных доводов в пользу свой наглой лжи. Подумать только! Голем — черные маги, что убивают невинных детей и приносят в жертву Фиолетовой Норе. А еще они хотят освоить черную магию и, наверное, осквернить весь человеческий род или сразу всю планету. НЕ ВЕРЮ!

Да и потом. Разве я бы мог забыть о таких страшных вещах. От меня, пожалуй, могли все это скрывать. Но… Салливан ведь говорил, что о якобы темных делах моего рода знали Ветровы, да они даже пытались информировать государство. Так неужели слухи обо всем этом не могли просочиться в другие роды, в другие города? Не верю.

Не хочу верить. Разумеется, не хочу! Ведь это мой род. Для меня будет большим ударом, если узнаю, что я наследник не великого рода, а горстки оккультных темных магов… Пока доказательств нет, даже думать об этом не буду. Противно и мерзко. Кстати, про доказательства, похоже, Маркуса ждет серьезный разговор.

А что же я буду делать дальше?.. В этот момент совсем не хотелось думать, после сегодняшнего так устал, что могу себе это позволить и даже еще кое-что. Неподалеку бродил боец и курил, курил много и все не мог усидеть на месте. Должно быть, серьезное пережил потрясение, если уж его до сих пор так колбасит.

— Эй, боец! — крикнул я. — Дай сигару, нервишки успокоить.

Он подошел ко мне и достал из пачки сигарету дрожащими руками.

— Осуждаю, конечно, — сказал я, — курение — зло. Если бы ты действительно хотел, то уже бы давно бросил.

— Угу, — кивнул он, — поджег сигарету и передал мне. А затем неуверенно ушел, переваливаясь с ноги на ногу, как не совсем здоровый тип.

Сделал одну затяжку и закашлялся. Нет, мое тело точно не знакомо с этой дрянью. Бросил окурок под ноги и затоптал. Ненавидел курение в прошлом мире, буду ненавидеть и в этом. Нужно найти другой способ расслабиться.

Вскоре вышел Виктор, и наш с ним разговор уже не мог слышать никто другой. А я хотел ему кое-что сказать, с глазу на глаз.

— И куда мне деть стариков и детей?

— Я подскажу тебе, но сначала один урок, — я посмотрел ему в глаза, — никогда так не веди себя в присутствии подчиненных, тем более бойцов. Они должны быть уверены, что ты все продумал и все знаешь, даже если на самом деле это не так. Суть в том, что никто не должен сомневаться в главе рода, будь то хоть уборщица или капитан штурмового отряда.

— Понял, — задумался Виктор.

— Хорошо. Соображаешь ты быстро, что до Скаевых? Так отправить стариков в дом престарелых, сделай для них новые документы, чтобы никто не узнал, кто они на самом деле. Заплати тем, кто будет за ними ухаживать, чтобы старики никому не взболтнули лишнего.

— О, вот как все просто, — Виктор развел руками и улыбнулся. — А дети?

— Все то же самое, только их нужно отправить в интернат или в детский дом. Посоветуйся со знающими людьми, только не забудь отсыпать их воспитателям на лапу. Хорошо бы, если дети не узнают, чьи они наследники.

— Просто и гениально!

— На самом деле нет. Это лишний риск. Раз уж ты решил, что не будешь кровожадный и безжалостным главой рода, то должен брать лишний риск, взамен на душевное спокойствие.

— Я понимаю. Правда. Это мое решение и менять его не собираюсь.

— Молодец, ты уже понемногу осмысляешь свой новый статус. Понимаешь, что тебя ждет.

— Ага… а что говорил Салливан про твой род. Какой-то бред.

— Вообще пропустил это мимо ушей. Может, он пытался меня отвлечь?

— Может, — Виктор пожал плечами, — или, правда, сошел с ума.

— Черт его знает.

— А что с лабораторией?

— Это я у тебя хотел спросить, — хмыкнул я, — ты же глава рода, а не я.

— Ну, — парень замялся. — Хочешь, назначу тебя первым советником?

— Нет, у меня и своих дел хватает, — многозначно сказал я.

Мы еще какое-то время все же беседовали с Виктором. Решили, что нам пора вернуться в Борск. Что до лаборатории, то с ней разберемся позже. Верное это решение или нет — не знаю, но если оно устраивает Виктора, то так тому и быть. Молодой глава рода решил, что первостепенная задача — это обезопасить Борск от мутантов, а уже затем разбираться с лабораторией. Кстати, не исключено, что без финансирования и, так скажем, головы, она и вовсе может развалиться самостоятельно.

Еще нужно было разобраться со всем, что еще сегодня принадлежало Скаевым. Имею в виду, разрушенное поместье, пригодное разве что для освоения навыка «мародерство», хех. А еще земли, заводы, фабрики, малый бизнес. В общем, чтобы со всем этим разобраться, Виктор оставил в Синехолмске достаточно бойцов. Понятно, что сами вояки вряд ли разбираются в таких вещах, а потому они будут лишь поддержкой для тех специалистов рода Волгиных, что уже мчатся из Борска на всех парусах.

Кстати, формально, лаборатория теперь тоже принадлежит Волгиным. Но это формально. На самом же деле, люди в белых халатах и уймой дум в голове вряд ли согласятся принять новых покровителей. А еще у них ведь есть наемники, целая служба охраны. Вопрос только в том, оплачивает ее лаборатория, независимо от Скаевых, или нет. Неважно, сейчас это не главное.

Майк за рулем. Мы с Виктором сидим на задних сиденьях. Он уже уснул, а я все размышляю. Слова Салливана никак не дают мне покоя. Зачем бы он стал мне врать, в чем смысл? Он ведь думал, что вот-вот убьет меня, так для чего врать? Не понимаю. Еще все пытался вызнать у меня какой-то секрет. Да если бы я его знал!

Как же все сложно. Если бы не запустил самоочистку узлов и каналов, то так бы и заснул по дороге. Сил совсем не было, но регенерация медленно и уверенно возвращался их.

Бойцов уже отправили за семейством Волгиных. Правда, вернутся в поместье они еще позже нас. И это не просто так, быть может, в наше отсутствие какой-нибудь особенно хитрый диверсионный отряд пробрался на территорию. Сомневаюсь, конечно, но проверить все равно стоит.

Старался отвлечься, но все равно не получалось. Зачем убивать для Норы. Фиолетовая, по индексу опасности стоит перед черной, но это же не значит, что она требует человеческих жертв. Жаль, но об этом я вряд ли найду информацию в открытых источниках. А еще меня напрягает, что Салливан обвинял мой род в черной магии. Ну какой на хрен черной магии, если у них две совсем не черные Норы и одна фиолетовая. Хочется верить, что у настоящих черных магов должна быть в подчинении черная Нора.

Набрал Маркусу, но тот не ответил. Странно, не замечал за ним такого. Впрочем, может, слишком занят тем, что возвращается из убежища в свою квартиру. Сегодня ведь весь день будет продолжаться обратная эвакуация. И завтра тоже.

Слова Салливана все не выходят из головы. Даже вспоминаю, как именно его победил. Аура, рассеивающая магию — гипотетически. Нет. Фактически! Это же сильнейшее заклинание против магов, причем никакой черной магии. Слабый аргумент в защиту моего рода… Вот, зараза, снова я начал думать не о том.

Старик, у которого я подглядел фокус с рассеиванием магии, уже давно мертв. И убил его я, но не о том. Если бы так сложилось, что я с ним не встретился, то и не победил бы Салливана. И не верь после этого в судьбу. Хотя меня интересует совершенно другое.

Думаю, не я один умею создавать заклинания, рассеивающие ауры. Дело в другом. В моей уникальной способности — работать с энергией. Почти на сто процентов уверен в том, что сегодня создал самые мощные ауры антимагии за все время существования человечества. Почему в этом так уверен? Да хотя бы потому, что уже знаю: я — легендарный маг.

Изучить бы еще все цвета магии. Интересно, а бывают ли цветные рассеивающие ауры и чем бы они отличались от обычных? Хм… можно подумать на досуге. Однако, одно понятно даже глупцу. Никакие, даже самые мощные ауры, рассеивающие магию, не помогут против меча или автомата, но против чистых магов — это лучшее оружие.

Постойте, снова мою чудную голову посетила замечательная идея. Ауры антимагии рассеивают магию. Да? Да. Магия — это что? Это цветная мана, Сила, энергия… называть можно как угодно. Магия — это цветная мана, что трансформирована в структуру, будь то дальнобойное заклинание или сфера. Рассеивать с помощью ауры можно любое проявление магии.

Как я уже знаю, кроты целиком и полностью состоят из маны. Для примера возьмем синюю. Такая ситуация: на меня бежит полчище синих кротов, а я создаю мощную антимагическую ауру. По логике, я должен растворить кротов в пыль, нет, полностью избавить мир от них, без остатка. Это определенно должно сработать, но почему никто из Волгиных или других магов так не делают? Не умеют? Может. А еще скорее — это неэффективно. В общем, только убедился в том, что я настоящий мастер антимагических аур, хоть и владею ими меньше суток.

И все это натолкнуло меня на еще одну, совсем безумную идею. Настолько дерзкую, что вряд ли скоро решу озвучить ее вслух. Ведь если окажется, что я действительно способен разрушать Норы с помощью антимагических аур, то это перевернет игру. Весь мир встанет с ног на голову. Одни захотят меня изучать, другие предложат денег, лишь бы я закрыл Нору их врагов.

А почему только закрыл? Может… конечно, не факт. Но раз уж я легендарный маг, то почему бы мне не попытаться. Во-первых, попробую закрыть оранжевую Нору в Стругацке, если только она не будет нужна Волгиным. Во-вторых, кто, кроме меня, посмел бы подумать, что может не только подчинить ауры, развеивающие магию, но и доработать их. Чисто гипотетически, если я смогу развить это заклинание в нечто новое, то смогу не только менять магию врагов и друзей, но и Норы. К примеру, сделать Нору больше или, наоборот, ослабить. А может быть, сам офигеваю от своих мыслей, и вовсе научусь менять их цвет. Тогда это снова заставит весь мир содрогнуться.

В общем, подумать есть над чем. Хорошо, что хоть как-то отвлекся про мысли о словах Салливана. Старый старик, с потекшим чердаком, наговорил мне какого-то бреда и я его еще и осмыслять должен. Нет.

Вскоре мы вернулись в поместье. Первым делом отправили в него мой элитный спецотряд. Имею в виду не только в самое поместье, но и для обследования территории. Конечно, бойцы служили на внутренней и внешней стене, но их явно было недостаточно для того, чтобы проконтролировать все. Потому, лишний раз перестраховаться не помешает.

* * *

— Думаю, родные встретят тебя, как героя, — сказал я Виктору, потягиваю из трубочки пина коладу.

— Жаль, что отец не видит всего этого. Он был бы так счастлив… как же он долго ждал того дня, когда над нами больше не будет нависать настолько серьезная угроза… но так и не дождался.

— Я уверен, он прекрасно понимал, что мы с тобой и всеми бойцами справимся. Даже не сомневаюсь, что перед смертью он представлял, как ты станешь главой рода и будешь развивать Борск в мирное русло.

— Да, теперь будет гораздо легче. Хотя бы спать нормально смогу и не буду думать о том, а нападут ли на нас сегодня Скаевы. Да уж, это было жутко…

— Ладно. Чего нос повесил, улыбнись. Они уже подъехали, — я показал рукой в окно.

Глава 11

Бойцы выскочили из машин и открыли двери поместья для семьи Волгиных. Татьяна, Соня, жена Юрия, дети и старики — всем им не терпелось нас увидеть и убедиться, что с нами все в порядке. Соня грустно подняла брови, обошла родню и увидела меня через открытые двери.

Ее глаза заискрились счастьем. Она бросила свою сумку под ноги одному из бойцов, улыбнулась и побежала ко мне. Прыгнула. Я подхватил ее, да так, что мы чуть было не свалились. Но кого-кого, а свою девушку я на руках удержу. Мы обнимались с ней, и нам уже было без разницы, смотрят на нас родственники или нет.

Не особо радостная жена Юрия прошла мимо и шепнула:

— Вы очень красивая пара. Рада за вас… а где Юрий? — женщина смотрела на меня и взглядом умоляла не сообщать плохую весть. Дети тоже смотрели на меня и все ждали ответа.

— С Юрием все хорошо, — я повернулся к детям, — ваш папа очень доблестно сражался, а потому снова оказался в больнице.

— Так… дети, мы едем к папе, — тяжело выдохнула Татьяна и улыбнулась.

— Чего-ть? — к нам подошел старик, без сопровождения жены. — Опять Юрку побили. Плохо я его тренировал, — запричитал старик, — вот же собачьи жопы… что ни драка, то Юрка к врачам, у-х-х… собачья жизнь.

— Не обращай внимания, — прошептала Соня мне на ухо.

Ух… как же горячо звучал ее голосок в моем ухе. Еще она так близко прижалась. По телу прибежала чертовски приятная волна возбуждения. Но нет! Не сейчас. Может быть вечером, хех.

— Пойдем-пойдем, — бабушка взяла старика под руку и начала от нас уводить. — Соня, отличный выбор, — она хитро улыбнулась и посмотрела на меня. — А ты, Дэвис, береги мою внучку. И позовите меня на свадьбу…

— Свадьбу⁈ — возмутился старик. — Это кто это же женится? А⁈

Татьяна обнимала Виктора. Она смотрела на него взглядом, который больше выражает гордость, чем материнскую любовь.

— Ты большой молодец. Настоящий герой рода. Отец бы тобой гордился!

— Да! — появился и Константин. — Виктор, вы глава рода всего пару дней, а уже переб… эм… ликвидировали главную угрозы нашего… то есть, вашего рода. Браво! — Константин поклонился до самого пола.

Подошел он и ко мне, тоже поклонился и пожал руку:

— Сейчас сделаю для вас пина коладу, — он подумал и добавил: — Может, ваше благородие позволит себе алкогольную версию? Обещаю, вам понравится, — сказал дворецкий.

— А давай! — улыбнулся я. — Устроим сегодня общий обед.

Татьяна перестала обнимать Виктора, и к нему на шею кинулась Соня.

— Братик, — говорила она и улыбалась, — как же ты быстро вырос! Настоящий глава рода… вот Катька офигеет.

— Ты знала⁈ — удивился парень.

— Какая еще Катька⁈ — Татьяна уперла руки в бока и посмотрела на своих детей.

— Невеста Витькина, — улыбнулась Соня и быстро ретировалась — пошла помочь бабушке отвести деда на второй этаж.

— А почему ты не говорил?

— Мам, — фыркнул Виктор, — теперь уже без разницы. Скоро вас с ней познакомлю. Обещаю, она вам понравится.

— Понравится или нет, не так и важно, это же твой выбор.

— Ага, — кивнул Виктор.

Татьяна подошла ко мне и обняла:

— Отойдем?

— Конечно, — кивнул я.

Мы уселись на диван. Не тот, что стоял перед большим телевизором, а другой. Он был меньше и располагался возле окна. С него отлично просматривалась вся гостиная, объединенная с кухней, однако он находился достаточно далеко и можно было поговорить наедине.

— Как сейчас помню. Я в тот день вернулась со швейной фабрики, из… да неважно. Не бери в голову. Владислав тогда обедал, он рассказал мне о каком-то парнишке, что победил преступного авторитета. Я тогда сильно удивилась, а сейчас этот мальчишка сидит возле меня и больше напоминает настоящего воина, мудрого и уверенного.

— Спасибо, — засмущался я.

— Ты почти стал частью нашей семьи. Если тебя вообще волнует мое мнение, то я скажу тебе, что всецело одобряю выбор Сони. Ты хороший человек и будешь достойным мужем, отцом… но, не буду торопить события, все-таки вы еще молоды…

— Да, молоды, — кивнул я.

— Скажу по секрету, я думаю, что Владислав еще тогда замышлял познакомить тебя с Соней. Правда, он не знал, что у тебя столько врагов.

— Владислав… могу представить, как вам его не хватает. А врагов? Хм, так их уже стало меньше, — ухмыльнулся я.

— Обещай, что будешь беречь Соню.

— Разумеется, — твердо ответил я, — а еще я хотела спросить. Ты прости, если лезу, куда не надо… но ты будешь восстанавливать свой род? Или, может, хочешь основать новый под старой фамилией?

— Я… — глубоко задумался, — пока не могу ответить.

— Ладно, прости. Все-таки это твои дела, зря я в них полезла.

— Да ничего. Скажите, а что вы знаете о роде Голем?

— Это был известный, влиятельный род. В Царске. У них было много земель, большой бизнес, вроде бы две Норы… да и все. Я особо родами не занимаюсь, поэтому лучше спроси у Юры или других. А почему ты спрашиваешь? Ой, извини… это связано с памятью?

— Да, можно и так сказать, — ответил я.

Татьяна ничего нового про мой род мне не рассказал. Да, Голем, судя по всему, скрывали существования фиолетовой Норы в их владениях. Не рассказал мне про эту Нору и Маркус. Что-то нечисто. Но! Это все еще ничего не доказывает, никаких существенных аргументов в пользу того, что мой род занимался темной магией.

Уже через час мы все вместе сидели за большим обеденным столом. Все обсуждали нашу победу над Скаевыми. Нахваливали Виктора и меня. Больше, конечно, меня, особенно после того, как все узнали, как именно нам досталась эта нелегкая победа. Своими собственными силой и смекалкой ее я выковал. Не без поддержки, правда. Но разве будет кто-то из аристократов хвалить обычных бойцов? Оказывается, будет.

— Поднимаю этот тост, — сказал Юрий, его уже подлатали, переломы еще будут заживать, а так он держится молодцом, — за обычных бойцов. Да, они не внесли такого вклада в победу, как Дэвис, но все равно постарались. Каждый сделал все, что мог. За бойцов нашего рода!

— Да. Нужно будет выплатить всем премию, — поддержал дядю Виктор.

— И не забудьте про не вернувшихся, — прошептала молодому главе рода на ухо его мать.

Всех нас обслуживал Константин и две его помощницы — женщины, коим под сорок. И продолжалось это до тех пор, пока сам Виктор не заставил дворецкого усесться за стол и пообедать вместе с родом. Две его помощницы такой чести не удостоились. Оно и понятно, они работают на род меньше года, а Константин — хех, я за две жизни столько лет не нажил, сколько он «отслужил» в этом поместье.

Уже после обеда пообщался с Виктором и Юрием, даже поспрашивал Константина и некоторых бойцов. В общем, никто из них ничего, что хоть отдаленно намекало бы на использование Голем черной магии, не припомнил.

Позвонил еще раз Маркусу. Он снова не ответил, не перезвонил и позже. Что-то мне это надоело. Набрал Василия и спросил у него, где может быть Маркус. Ресторатор сообщил, что последний раз виделся с Маркусом еще до общей эвакуации. Поэтому — нет, Маркус определенно не занят работой над рестораном. Куда же он на хрен подевался?

В ходе разговора Василий спросил у меня и про некоторые рабочие моменты. Оказалось, что они вместе с моим помощником так и не нашли для проекта достойного ресторатора.

— Есть у меня одна идея, — сказал я, — больше дизайнера не ищи.

— Хорошо, — ответил Василий.

Позже мы с Соней отправились в один из недавно открывшихся ресторанов. Очень дорогой ресторан. В нем еще не было людей, совсем, персонал и тот неполный. Оно и понятно, сразу после эвакуации люди хотят отдохнуть, а не отправиться в это заведение. Наш ресторан точно будет лучше, но сейчас не о том. Главное, что здесь нас с Соней мало кто увидит, а это хорошо.

Мы выбрали с ней столик. Я подвинул для нее стул и придержал руками:

— Прошу.

— Спасибо, — мыло улыбнулась Соня и села, — а ты еще и настоящий джентльмен.

— А то! — ухмыльнулся я и. — В пос… об этом, пожалуй, не будем.

Соня засмущалась: закрыло лицо руками, ее нежные щечки порозовели.

— Дэвис! — повысила голос она.

— Да я ничего.

А поговорить нам было о чем. Соня же на время вместе с семьей отправлялась в убежище Стругацка. Жить ей там, кто бы сомневался, чертовски не понравилось. Почти полчаса она мне рассказывала, как там ужасно и неудобно, а в конце сделала один интересный вывод.

— Знаешь, я бы съездила туда еще на пару дней. Только с тобой, — она хитро улыбнулась, — это будет классно. Будем гулять по лесу, готовить на костре. В убежище можем пострелять в тире.

— Заметано. Обязательно проведем там выходные, — ответил я и воткнул вилку в котлету, — а ведь в этом тире я выдержал свою первую очередь из автомата. Хе-хе.

— Да? И тебе не страшно было.

— Страшно, это когда понимаешь, что не успел спасти близкого человека. А тогда я… — чуть не обделался, на самом деле, но не будем об этом, ха-ха! — Да что мы все обо мне? Ты пишешь курсовую или, может, дипломную.

— До дипломной еще два года.

— А ее можно начать заранее?

— Ну, наверное. А что?

— Хочу тебе предложить стать дизайнером одного чертовски дорогущего проекта.

— Что за проект? — у Сони в глазах появились искорки любопытства.

— Я инвестировал в ресторан много, очень много денег, — вкратце рассказал ей о нашей команде, о том, чего мы уже добились и на каком этапе работы.

Соня подумала секунд пять. Посмотрела на меня и сказала:

— Да я с удовольствием возьмусь за проект. Если только…

— От тебя нужны только время и профессиональные навыки, — пояснил я.

— Нет, я не о том… ты точно доверяешь моему вкусу? Да и профессионал из меня, ну, я только учусь.

— Вы нам подходите! — я изобразил работодателя и улыбнулся. — Все будет шикарно. Только представь, какой это для тебя опыт. А потом мы с тобой и будем в этот ресторан ходить.

— Тогда я в деле! — обрадовалась Соня и сощурилась: — Постой, а когда ты поедешь в Царск?

— Нужно закончить дела здесь. Не бойся, я зайду попрощаться.

— Ну вот… — Соня надула губки.

— Это рабочая командировка, — я пожал плечами, — всего пару месяцев.

— Ну, ладно, — Соня растаяла в улыбке, — только обещай привести мне какой-нибудь сувенир.

— Да хоть сто. Проси, что хочешь.

* * *

После ресторана мы заехали к Василию. Я познакомил его с Соней и несколько часов мы общались. Обсуждали концепцию ресторана. Соня и Василий рисовали наброски, делились со мной и между собой идеями. Мы даже вызвали художника, который бы смог изобразить нечто гораздо более сложнее, чем простые схематичные рисунки.

Соню подколол один раз, что она дизайнер и не умеет рисовать. Но девушка не обиделась, лишь сказала, что учится и скоро будет так хорошо рисовать, что нам никакой художник будет не нужен.

Дизайн ресторана, это не только полы, потолки, обои, стулья и столики. Мы продумывали еще очень много вещей, от сценариев освещения и формы работников, до того, какие растения посадить на уличной территории, и стоит ли вообще расширять парковку.

Поработали на славу, а позже, почти в один голос мы предложили друг другу поехать ко мне. Посмотрели кино, в этот раз уже до конца, хотя было сложно. А дальше мы занимались тем, о чем обычно говорят, что гусары не рассказывают.

* * *

На следующий день встретился с Виктором. Он пожаловался мне, что устал от постоянной занятости. Ему вечно все названивают и спрашивают как поступить, что сделать, просят подтвердить то одно, то другое. В общем, молодой глава рода не скучает.

Он рассказал мне, что через пару часов будет звонить представитель одного из родов Синехолмска. После него уже позвонит представитель еще одного рода. И вот именно эти переговоры для Виктора — некоторая сложность, он попросил меня поприсутствовать в качестве советника.

Еще он ввел меня в курс дела по поводу Синехолмска и Кирпичевска-2. Не то, что бы я прям горел желанием во все это вникать и что-то продумывать, но Виктору нужна была помощь, хоть прямо об этом он и не говорил. Во всяком случае, я чувствовал, что он колеблется в некоторых своих решениях и прислушивается к словам Юрия и меня.

Работы в этих двух захваченных городах идут вовсю, люди рода Волгиных трудятся, не покладая рук. Захвачены — удобное слово для обозначения, но не совсем верно означающее суть. Ведь мы сражались лишь с родом, без какой-либо мысли причинить вред инфраструктуре города, а тем более, ее жителям.

В Кирпичевске-2 проблем нет. Развитие идет своим ходом. Строительная и ремонтная бригада восстанавливают поместье Беркли. Ему досталось, но будет как новое. Нужно оно для того, чтобы Волгиным было куда приезжать, если они решат посетить этот город. К слову, хороший, провинциальный город.

Оранжевую Нору специалисты Волгиных тоже изучают. Беркли почему-то ее не использовали как положено. Виктор сказал мне, что Норе уже даже нашли применение и вовсю проводят эксперименты. Подумать только, оказывается, эта Нора способна влиять на семена растений и детенышей животных. Весь эффект в том, что растущий организм растет быстрее. Гораздо быстрее. Не без побочек, конечно. Примерно раз на двадцать организмов, что были облучены Норным излучением, встречается один или два бракованных. Они растут слишком бесконтрольно и этот самый положительный эффект оказывается болезнью, провоцирует опухоли.

В принципе, Нора может принести пользу не только такую, которая позволит городам развиваться быстрыми темпами. Хотя, впрочем, фермы будут рады. Как и все жители Кирпичевска — сменившейся власти.

С Синехолмском дела идут сложнее. У Скаевых, оказывается, были сторонники. Так вот, именно они и суют палки в колеса. Причем, иногда буквально. Проколоть колеса людей Волгиных — для них в удовольствие. Протестовать и мешать работать — только рады. Но ничего, Виктор уже придумал, как с ними разбираться, причем без применения силы. Почти без применения.

Основная сложность освоения Синехолмска в том, что у Скаевых, как у старшего рода, было слишком много обязанностей. А ведь помимо тех гарантий, что они давали государству, Скаевы ведь еще и вели бизнес, занимались Норой. Бумажная волокита будет длиться неделями, а выполнять муниципальные обязательства уже нужно.

Хотя есть и положительные моменты. Появилось много новых рабочих мест, на которые можно поставить нужных людей из Борска. Да, нашлись работники, которые уволились с производств, из цехов, торговых точек и так скажем, «муниципалитета»… да много еще откуда люди поуходили, когда старший род сменился.

Поместье Скаевых до сих пор разгребают. Нору специалисты Волгиных тоже уже начали изучать. Она Оранжевая, поэтому специалисты из Кирпичевска поделились опытом. А еще это сделали предыдущие работники, что занимались Норой. В общем, нужно всего пару недель и люди Волгиных смогут использовать оранжевую Нору на полную катушку. А способности у нее и, правда, отличные. Если постараться и сделать все по науке, то любое холодное оружие можно сделать энергическим. С пулями сложнее, но и их можно зачаровать. Есть над чем работать.

А самые большие сложности в том, что как только вести о смерти Скаевых разлетелись, так сразу несколько управляющих директоров собрали вещички и едва ли не на одной тачке свалили из города. Понятно почему. Ловить их никто не собирается, смысла нет. А вот искать новых директоров придется, и абы кого не поставишь.

Посоветовал Виктору найти опытных работников, каких-нибудь замов или главных менеджеров и дать им возможность раскрыться. Если они до сих пор не сбежали, то, скорее всего, работали на совесть, ведь бизнес приносил Скаевым большие деньги. Но и это временное решение, в управляющих верхушках везде должны быть свои люди — прям так Виктору и сказал. На этом все, остальные мелкие вопросы сказал ему решать самостоятельно, для него это не непроходимое испытание, а дела, что награждаются опытом.

* * *

— Готов, Дэвис? Он должен вот-вот позвонить.

— Да. Как зовут?

— Григорий Геркин. Представитель рода Геркиных.

— Ясно.

Посидели, подождали и раздался звонок.

— Добрый день, это Григорий.

— Здравствуйте, с вами говорит Виктор. Глава рода Волгиных.

— Голос жестче, — шепчу тихо-тихо.

— Рад вас слышать.

— Взаимно.

Господа аристократы обменялись любезностям и перешли к вопросам.

— Вы, наверное, не осведомлены, но Скаевы должны нам семьдесят миллионов.

— Большие деньги, — сказал Виктор и сморщил лоб.

— Кхм, — громко кашлянул я.

— Как для долга большие, — добавил Виктор.

— Немаленькие, — согласился Григорий, — простите, вы не представили человека, что с вами в одной комнате.

— Это… — Виктор замялся, он ведь знал, что я скрываю свою личность.

— Зовите меня Дэвис. Может быть, вы слышали про паренька, что прикончил Старьевщика? — спросил я и продолжил: — Исполинскую змею, в конце концов, Салливана?

— Да, да… — уже не так уверенно ответил Григорий, — для меня честь говорить с таким профессионалом, как вы. Позвольте один личный вопрос?

— Виктор? — спросил я. — Не против?

— Нет, — ответил молодой глава рода, — но не хотелось бы затягивать разговор…

— Я вас понимаю, — Григорий говорил быстро, — так сколько вам лет, Дэвис?

— Молод и горяч, — буркнул я и добавил шепотом: — Думал, он спросит по делу.

— Ничего, — и уже во весь голос, — так вернемся к деловым вопросам.

— Да, разумеется.

— К чему вы сказали про долг?

— Извините за прямоту, но мой род считает, что теперь ваш, подчеркну, многоуважаемый род должен нам эти деньги. Мы даже готовы пойти вам навстречу и снизить долг до шестидесяти миллионов.

— Хороший знак, — прошептал я и тихо усмехнулся, — шли на хер, пусть других лохов ищут.

Виктор кивнул.

— У вас есть документы, которые подтверждают задолженность?

К чему этот вопрос, просто пошли его, и всё. Я хлопнул себя по лбу.

— Есть. И они имеют юридическую силу, вот только к вам они никак не относятся.

— Вот видите, — Виктор повторил, — никак не относятся.

— Но… джентльменский кодекс?

Смешной этот Григорий. Или наивный?

— Джентльменский кодекс? — усмехнулся теперь уже Виктор. — И с каких это пор уважаемые господа должны выплачивать долги побежденного врага?

— Вам же перешли все их земли! Бизнес. Нора… — Григорий заметно занервничал, — вы же все равно со всем не управитесь. Продайте что-нибудь, мы в счет долга можем и недвижимость взять или долю в бизнесе. Как вы считаете?

— Я считаю, что какой-то наглец не будет указывать, что моему роду делать, а что нет! — грубо сказал, Виктор.

Красава, так и надо.

— Это окончательный ответ?

— Окончательный. Долг за Скаевых мы вам выплачивать не собираемся, для этого нет никаких оснований.

— Я вас услышал, — недовольно проворчал Григорий.

— Еще вопросы?

— Да… есть один. Что если тех, кому не нравится смена власти, станет больше? — в любом другом разговоре это был бы обычный вопрос, но не сейчас. Намек, очень толстый намек.

— Хах! — громко, прямо в трубку, засмеялся Виктор. — Вы вообще дебил?

— Что, простите! — выкрикнул Григорий. — Как вы меня назвали?

— Да я говорю, что вы дебил, — Виктор смотрел на меня, улыбался, закатывал глаза. — Вступить в прямую конфронтацию со Скаевыми вы побаивались. Зато быкануть на тех, кто их перебил — нет. Где логика? Где последовательность действий? Вы противоречие не замечаете?

— Я… да вы…

— Честно скажите, Скаевы у вас эти деньги отжали? Или как?

— … — раздались лишь телефонные гудки.

— Ловко ты его, — ухмыльнулся я, — последствий не боишься?

— Каких? Еще один идиотский телефонный звонок. Я думал, будет серьезный разговор, а это… смешно. Скаевы ни за что на свете не стали бы занимать деньги у другого рода.

— Тогда поздравляю с первыми успешными переговорами по телефону.

— Спасибо.

— Что скажешь про другой род? Тоже попытаются нажиться на ситуации?

— Нет, не думаю. Они вроде бы порядочные люди.

Позже раздался очередной звонок. Представитель еще одного рода из Синехолмска представился. Я даже не запомнил его фамилию, зато запомнил, что человек разговаривал без наигранной любезности и уважения. Он сразу спросил, нужна ли нашим людям в Синехолмске помощь. Спросил и про возможные проблемы с Норой.

Виктор поблагодарил его за беспокойство, но сказал, что все хорошо. Лишь закинул во время разговора пару крючков, за которые потом можно будет потянуть и словить… нет, не большой куш, а союз между двумя рода. Как выяснилось, второй род был очень рад тому, что мы очистили город от Скаевых.

Думаю, если Виктор постарается и глава того рода пойдет навстречу, то действительно может получиться хороший союз. Пока говорить об этом рано, все-таки союзы между родами не заключаются после одного, так скажем, дружеского телефонного разговора. Слова еще и нужно подтвердить делом, возможно, даже потерпеть временные убытки. Но союз того точно будет стоить. Он гарантирует полную защиту от любых выпадов со стороны Геркиных.

Виктор обсудил с представителем еще некоторые вопросы, которые я пропустил мимо ушей. Не хотелось мне заниматься настолько мелкими делами. Виктор сам должен во всем разбираться и принимать решения. Подсказать — подскажу, но только по каким-то действительно важным вопросам.

* * *

На следующий день Виктор позвонил мне и просил явиться в поместье. Он сказал, что лаборатория прислала своего человека для переговоров.

Быстро они. Интересно, что он нам предложит?

Глава 12

Приехал в поместье. Юрий и Виктор уже меня ждали. Константин предложил, как всегда, мою любимую пина коладу. С удовольствием взял два бокала и потянул этот нектар богов из трубочки.

— Доброе утро, — слегка наклонил голову в знак уважения. Все-таки они из старшего рода, а я пока что нет. Поэтому должен проявлять больше уважения, хотя от меня его никто и не просит.

— Он скоро будет, — сказал Виктор.

— Подождем, — ответил Юрий и положил забинтованную левую руку на стол, громко щелкнув гипсом.

Хех, да ведь это почти его фишка. Вечно быть переломанным, так почему бы не повторить за братом? Вот только вместо костыля — гипс. Невольно улыбнулся и Юрий это заметил.

— Хорошо тебе, Дэвис, — ухмыльнулся он, — любое дерьмо, а ты свежий, как огурчик.

— Без костюма теперь будет сложнее, — пожал плечами я.

— Может, и мне купить? Да он, зараза, дорогой…

— Да я вашему банку до сих пор двадцать миллионов должен.

— Пятнадцать, — подмигнул Юрий.

— Благодарю, но тоже прилично.

— Откроешь ресторан и заработаешь, — сказал Виктор.

— А вы уже знаете про мой проект?

— Ну да, Соня уже все уши нам прожужжала.

— Молодец, девчонка. Если станет отличным дизайнером, то поможет нашему роду прославиться, — сказал Юрий.

— А я думал, великие победы и счастливый народ делают род известней, — фыркнул Виктор.

— Это тоже.

Пока молодой аристократ и его дядя болтали обо всем и ни о чем, я сидел и думал о своем. Маркус, да куда же он мог подеваться? До сих пор не берет телефон. Мне, что ли, в полицию пойти и сообщить о пропаже? Это будет максимально странно. А может, его мутанты с окраин Борска сожрали? Зачем бы он туда полез? Да и о нападении бы точно узнали бойцы, хотя бы по следам крови… Странно. Вот странно, и все.

Еще бы не помешало съездить к Жаку. Затем нужно и проблему прибежавших из Стругацка мутантов решить. Как-то между делом добраться до самого Стругацка и опробовать на оранжевой Норе ауру антимагии. Согласовать это с Виктором, а еще желательно перед поездкой к Норе испытать новую способность на кротах. И самое смешное, что все эти телодвижения можно назвать отдыхом. Потому как в Царске меня ждут совсем непростые дела.

Нет. Никакой кровожадной мести до боли в костях от того, что не могу убить кого-то из Ветровых здесь и сейчас. Уверен, что ту черную дрянь своей души в медитативном пространстве если и не победил окончательно, то заставил превратиться в маленького черного червячка и забиться в самый дальний угол, где невозможно подпитываться страданиями врагов.

У меня не сжимаются челюсти, когда представляю лицо кого-либо из Ветровых. Того безумного желания мстить больше не осталось, а вот адекватное — вполне. Тем более, что это праведная месть, не могу просто так сказать мертвым родственникам: «Я тут подумал и решил за вас не мстить, вы же все равно мертвые… а мне нужно свою жизнь налаживать». Если я так скажу, то сам себя возненавижу.

Кроме того, слова Салливана до сих пор не дают мне покоя. А единственный, кто мог их подтвердить или скорее опровергнуть, как назло куда-то исчез. Маркус, когда вернешься, получишь ты у меня. И надбавку, и премию, и… В Царск нужно поехать и еще по одной причине, все-таки месть — это не первостепенная задача, однако, если ее не свершить, то все остальное станет невозможным.

Допустим, что с тем родом, что сохранял нейтралитет смогу договориться. Тогда я получу одну из своих Нор и часть земель и бизнеса. Имею в виду разные компании, а не долю в одной. С кротами я тоже справлюсь, и официально переход земель будет одобрен и подтвержден.

Но ведь это не все, есть же еще земли, еще одна Нора и различные бизнесы — и вот это все придется отжать у Ветровых, то есть вернуть. И, понятное дело, что ни на какие переговоры они не согласятся — выловят меня в темном переулке или убьют. А может, поручат это кому-то другому, как они любят. Опять же, если Салливан не врет.

В итоге получается, что пока не отомщу за истребление рода, не смогу взять все то, что мое по праву. А мне это нужно, ведь я глава рода Голем и собираюсь его восстановить. Чем больше у меня будет земель и Нор, тем влиятельнее будет мой великий в будущем род. И про обычных жителей, что раньше обитали на землях Голем, я совсем не забыл. Думаю, что Ветровы и тот род их не устраивают. Это и понятно, зачем заботиться о, так скажем, «чужих», жителях, когда и своих достаточно. Защищать их от кротов достаточно, а за все остальное ни государство, ни другие роды ничего предъявить не смогут. А, да, еще забыл про различные муниципальные обязательства, но и это не проблема, когда у руля богатый старший род.

Планы у меня грандиозные, и отступать от них не собираюсь. Это не в моем стиле и я уже давно все решил. Соне придется меня подождать, но иначе никак. По-другому я просто не могу. Не могу жить в свое удовольствие, когда знаю, что должен другим. И неважно, мертвые ли это родственники или жители МОИХ земель.

Вскоре представитель лаборатории приехал. Из дорогой машины он вышел в гордом одиночестве, совсем без охраны или помощников. Впрочем, разве два наемника могли бы хоть что-то сделать? Я да и Виктор с Юрием в легкую бы хлопнули их в случае чего, как воздушный шарик.

Если прибывший «гость» окажется тем самым бестом, то я это обязан почувствовать. Если окажется, что его сила переходит в пассивное, совершенно незаметное для меня, состояние, то сделать это будет сложно. Зато, если он попытается влезть в чью-то черепную коробку, то это незамеченным для меня точно не останется.

Константин не стал приветствовать этого мужчину в солидном костюме. Лишь молча посмотрел на него, стоя у двери. Представитель лаборатории поздоровался со всеми и поклонился. Подошел к свободному стулу рядом за столом:

— Позвольте?

— Присаживайтесь, — Виктор кивнул и чуть прищурился.

Я смотрел на представителя лаборатории и сканировал его обостренной чувствительностью. Если бы он меня узнал, то я бы это сразу почувствовал, но этого не произошло. Поэтому рискну предположить, что Големы, живые или мертвые, в лаборатории не были, либо же совсем не задерживались.

— О чем будем говорить? — спросил я.

— А вы не слишком ли молоды? — представитель посмотрел на меня растерянно.

— Не позволяйте себе лишнего, — раздраженно фыркнул Виктор, — если захочет, он вас мизинцем на куски разорвет.

— Понял. Молчу, — представитель нервно сглотнул ком в горле.

— Сколько можно? — проворчал Юрий. — Не надо молчать. Говорите, зачем вы приехали.

— Да, простите. Я хочу предложить вам сотрудничество… ну, нечто вроде. Под вашим покровительством, разумеется.

— Мы похожи на Скаевых? — я испепелял взглядом мужчину. — Вы думаете, мы одобряем эксперименты над людьми? Вы думаете, нам нужны новые мутанты. Создание бестов может быть полезно, но только не в вашей поганой лаборатории, — высказал не все, что хотел, далеко не все.

По большей части сдержал себя, чтобы представитель прямо на месте не обгадился.

— Позвольте, — замялся он, — мы можем обсудить все детали. Главный профессор Норман Менгер мог бы отказаться от части исследований, если они будут вам неугодны.

— Так это он создал разумного мутанта? — спросил я.

— Это большой прорыв! Первый в мире разумный мутант, — глаза мужчины загорелись. Идиот, он даже не смог считать мою реакцию.

— Прорыв⁈ — усмехнулся я. — Ваш этот прорыв дважды напал на Борск. Перебил хер знает сколько людей, а недавно я отправил его в синюю Нору, где он и сдох.

— Дэвис, зачем ты ему это сказал? — спросил Виктор шепотом. — Не надо было…

— Ох, простите, не знал… Приносим свои извинения… — мужчина подумал и добавил: — Мы работали под влиянием Скаевых, это все они. Больше лаборатория для Волгиных — не враг.

— Хочется верить, но верится с трудом, — сказал я и хищно посмотрел на представителя.

— Не надо на меня так смотреть, я лишь… главный бухгалтер.

— То есть, вы даже не в курсе всех разработок? — спросил Виктор.

— В курсе, а как же? Я же веду учет, свожу дебет и кредит… Кстати, раз уж мы заговорили про деньги. Возможно, вы поменяете свое мнение, когда я озвучу предложение. Собственно, за этим меня и послали…

— Так и чего вы ждали б***ь, с этого и надо было начинать! — улыбнулся Юрий.

А и не замечал, что деньги его так интересуют. Хотя, чему удивляться, он все-таки управляющий директор банка Волгиных.

— Мы предлагаем вам вот что. Вы инвестируете в лабораторию. Суммы обсудим позже, большие деньги. Мы создаем бестов и разумных мутантов, продаем их в частные армии. Часть прибыли тратим на новые исследования, а вам возвращаем все ваши инвестиции и еще сверху. Возможно, инвестировать вам придется раздельно несколько раз, но я обещаю, через несколько лет вы будете в большом, большом плюсе.

— Да уж. А по стране будут разгуливать разумные мутанты и бесты, которые хер знает в чьи руки могут попасть. К слову, гарантировать для нас доход вы тоже не можете.

— Не могу, но… я вас уверяю, разумные мутанты и бесты для частных армий будут стоить больших денег.

— Тебе решать, Виктор, — сказал я, — если интересует мое мнение, то я бы не стал это спонсировать и закрыл лабораторию. Нам не нужны проблемы с государством, у нас нет тех связей, что есть у Скаевых, я уже молчу про этичную сторону вопроса.

— Грязные деньги, буквально. Они будут пропитаны страданием людей, кровью… да и во что все это выльется? — Виктор задумался. — Воины родов станут еще кровожаднее и разрушительнее. На хер! Мы не будем финансировать лабораторию, и плевать я хотел на иксы прибыли.

— Согласен, — немногословно произнес Юрий.

— Окончательный ответ?

— Ответ — да, но мы на этом не закончили. Или вы сами распускаете лабораторию, — надавил Виктор, — или мы это сделаем за вас.

— К чему так спешить? Давайте все обсудим, Норман ведь не только мутантов и бестов может создавать… ну… еще и работать с Норами, артефактами, самоцветами…

— Бла-бла-бла, — я закатил глаза, — говоришь так, будто бы пытаешься впарить нам пылесос за сто кусков, который не только пропылесосит все паласы, но еще и отс… Простите, господа, — я посмотрел на Виктора и Юрия, — это уже лишнее.

— Ха-ха, будь у меня такой пылесос, вот я бы… — Юрий засмеялся, как ребенок.

— Вернемся к делу, — Виктор оставался серьезным, — мы даем вам неделю.

— Нет… постойте. Норман не согласится, я хорошо его знаю.

— Так скажи ему, что тогда нам придется применить силу. У нас ее хватает, раз уж мы Скаевых перебили, — объяснил я.

В итоге мы сошлись на том, что лично поедем в лабораторию и поговорим с Норманом. Время на это тратить не хотелось, но еще меньше хотелось устраивать еще одну войнушку. Бойцам моего элитного спецотряда нужен отдых, как и бойцам Волгиных. Кроме того, с кем там воевать? Перебьем наемников, а дальше что? Просто оставим людей в белых халатах и уедем? Мы согласились на переговоры лишь в одной целью — запугать Нормана и заставить его самостоятельно решить вопрос закрытия лаборатории.

Уже под конец беседы, когда все планировали расходиться, я вспомнил про Беркли. И поднял этот вопрос:

— Они действительно у вас?

— Скаевы убили Стива. Простите за это, но лаборатория к этому не имеет отношения?

— А его сыновья, другие Беркли? — спросил уже Виктор.

— Сыновья живы, — неуверенно ответил мужчина.

— Так какого хрена вы до сих пор их не выпустили?

— Сделаю. Все сделаем. Можем их привезти к вам.

— Хорошо, — кивнул Виктор, — кто-то, кроме сыновей, еще жив?

— Да… — все так же неуверенно кивнул представитель, — всех выпустим и всех привезем к вам.

— И ты думаешь, мы вам благодарны будем? — усмехнулся я. — Вали уже в лабораторию и морально подготовь своих к поиску новой работы.

— Я… я передам ваши слова, — поклонился мужчина, попрощался и поторопился уехать.

— Не нравится мне это, — фыркнул Юрий.

— Они ничего нам не сделают. У них не больше двадцати наемников и какое-то количество бестов, — сказал я, — в целом, ничего серьезного.

— А разумные мутанты?

— До сих пор мы видели лишь одного. Если бы были другие, то мы бы встретили, когда напали на Скаевых.

* * *

Позже в этот же день к поместью подъехали две машины. Из них вышли мужчины и помогли выйти выжившим Беркли. Сначала показались Джим и Джон. Джим — это тот самый оранжевый маг, что орудует магическими топорами, а Джон — лучник, в его руках во время боя магический лук.

Помимо самих братьев из машин вылезли две женщины, одна бабушка и какой-то худощавый мужчина лет сорока. И это все, что осталось от Беркли? Хорошо же твари Скаевы постарались. Джим взял бабушку под руку и одну из женщин. Джон тоже помог своей родственнице и подбадривал мужчину.

Эти двое братьев теперь единственная надежда для рода Беркли восстановиться. Женщины никогда не восстанавливают роды, они могут лишь вступить в новый или перейти из одного в другой. Что до мужчины, то он явно не в состоянии быть главой рода. Выглядит он так, будто бы и жить собирается недолго… Детей в машинах не оказалось. Либо Скаевы их убили, либо в роду Беркли их на тот период времени просто не было.

Константин и две служанки помогли Беркли. Мы с Виктором встретили их и пригласили за стол. Конечно, вкусный ужин это не то, о чем мечтают те, кто провел последнее время в лаборатории, поэтому и о другом Виктор позаботился. Он выделил в поместье достаточно комнат и уже назначил для каждого из Беркли своего лечащего врача-целителя.

Беркли были рады своему освобождению и не переставали нас благодарить. Они ели, иногда грустили, а иногда радовались. Прекрасно понимаю их чувства. С одной стороны, они спасены и теперь на свободе, а с другой — они потеряли очень много родных, свое поместье и, по сути, не только статус старшего рода, но и вообще все, что прежде принадлежало их роду.

После ужина все разошлись по своим комнатам, где их уже ждали целители. И пока их не было на первом этаже, мы с Виктором обсуждали, что с ними делать.

— Не отдавать же им все, что принадлежало раньше.

— Тоже так думаю, но им это не понравится, — сказал я.

— А плевать. Их отец нас кинул, вот и справедливость…

— Я тебе не говорил, но его сыновья тайком отдали мне деньги, что проспорили. И извинились.

— Вот как? — удивился Виктор. — Не ожидал от них. Да они и ко мне теперь хорошо относятся, уважают и чуть ли не на «вы» говорят.

— Так ты теперь глава рода. Да и силу уже успел доказать. Знаешь, я думаю, если мы поможем им восстановить род, начать все сначала, то через пару лет, в крайнем случае, десятилетий, получим хороших союзников.

— Я все равно не собираюсь возвращать им Кирпичевск-2. Люди, что там живут, они этого не поймут.

— А я и не предлагаю возвращать.

— А что тогда?

— Хм… — я подумал пару минут, — дай им ресурсы и вели развиваться под твоим началом. Пусть один брат будет в Борске, а другой, — я подумал еще и решил, — пусть вернется в Кирпичевск и делом докажет, что лучше отца.

— Это будет сложно.

— Да, особенно Джону и Джиму, — усмехнулся я, — другого выхода не вижу. Можно, конечно, совершенно наплевать на их род и вернуть из аристократической жизни в обычную, но тогда ты не получишь будущих надежных, правда, вряд ли очень сильных союзников.

— Я подумаю, — сказал Виктор.

— Можешь к ним даже кураторов поставить, из доверенных лиц.

— Хорошая идея. Вот бы они только не взбунтовались.

— Мы?

— И не подумаем.

— И давно вы подслушиваете? — строго спросил Виктор.

— Прости нас, мы… просто шли вниз и услышали, как вы решаете нашу судьбу.

Разумеется, я почувствовал, что они стояли на лестнице и подслушали. Специально не стал их раскрывать, чтобы они поняли наш настрой и намерения, без всяких прикрас.

— И даже не попросите то, что раньше принадлежало вам? Поместье? Земли? Бизнес? Деньги?

— Никогда не любил то поместье, — сказал Джон. — А ты, брат?

— И я не любил. Зато не прочь доказать жителям Кирпичевска, что Беркли могут быть другими. Я хоть завтра поеду в город и возьмусь за дело, только вы, пожалуйста, помогите мне с людьми, деньгами и советом.

— А я в Борске с удовольствием останусь. Займусь своим бизнесом и даже готов взять на себя часть муниципальных обязательств перед государством.

— Как вы красиво стелите, — буркнул Виктор, — доверия к вам большого нет, если честно.

— Они докажут все делом, — улыбнулся я, — правда, парни.

— Правда! — в один голос заявили они.

— А где мне для них взять капитал? Человекочасы?

— Где-где? — усмехнулся я. — Мы ведь не разграбили поместье Беркли, да и банк их не трогали.

— Правда⁈ — обрадовались брать

— Прошу вас, дайте нам эти деньги, — сказал Джон, — пожалуйста.

— Просим же не на развлечения, — добавил Джим, — нам на старт хватит.

— Хорошо, я подумаю, — ответил Виктор, — свободны.

Когда они действительно ушли, он спросил:

— Что думаешь?

— Все сложилось замечательно. А поместье Беркли можно продать. А Джон или кто там отправится в Кирпичевск, пусть в обычной квартире живет. Ближе к народу, хе-хе.

— Вот бы и, правда, все так шикарно получилось, как я представляю, — мечтательно произнес Виктор, — отцу, наверное, и не снилось, что наш род будет так быстро развиваться. Если еще и у братьев все получится, то мы будем не просто старшим родом с землями в трех городах, но еще и будем иметь два дочерних рода. Ого-го!

— И не забывай про род из Синехолмска. Сделай все, чтобы заключить с ними союз.

— Сделаю, — улыбнулся Виктор, — а ты? Я бы и с родом Голем хотел заключить еще один союз, на гораздо больший срок…

— Я бы с удовольствием.

— Считай, договорились, тебе нужна будет помощь в Царске?

— Нет. Это только мое дело, я поеду туда одни.

— Окей, без вопросов. Только не хапни кусок больше, чем сможешь проглотить. И помни, здесь тебе всегда рады, даже если у тебя не получится восстановить род.

— Не получится⁈ Ты же меня знаешь.

— Ага, потому и боюсь, что весь Царск на уши встанет.

* * *

Мы подъехали к лаборатории. Я сам на себя не похож, одежда совсем не в моем стиле. На голове странного вида шапка, а еще накладные борода и усы. Гримеры, которых нашли люди Виктора, постарались и даже добавили носу горбинку, а щекам — веснушки. Если урод Норман меня и видел, то точно не узнает.

Еще мне не терпелось уже повстречаться с тем бестом, что способен воздействовать на мысли людей. Убивать его нет никаких официальных или достаточных оснований. К сожалению. Однако если он даст повод, то с радостью сверну ему шею за все то, что он натворил. По-хорошему бы всю эту лабораторию, вместе с ее «учеными» снести бы к чертовой матери. Но Виктор настоял на том, что крови нам хватит. Ученные виноваты, безусловно, но убивать мы их не станем. Вот поэтому и нет достаточных оснований… Дело Виктора, кто я такой, чтобы с ним спорить? Он уже глава рода, как-никак.

Когда сюда ехали, то продумывал все наперед. В какой-то момент даже подумал, что маскировка мне не нужна, ведь тот бест сможет узнать меня при помощи своей способности. А я и не знал, был ли я в лаборатории еще живым или уже нет. Если — нет, то и он меня не узнает. Бояться нам в любом случае нечего. Наемники и люди в белых халатах нам не угроза. Несколько бестов лишь заставят потратить больше времени на сражение, но в целом плевать.

С собой мы взяли мой элитный спецотряд и еще тридцать бойцов. Это много, как для этой проклятой лаборатории. Но, как сказал Виктор, лучше лишний раз перестраховаться. Кроме того, внутри мы можем наткнуться на мутантов, разумных или нет — неизвестно.

Мы вошли в лабораторию. Пока шли по ее территории, я примерно посчитал наемников. Их совсем мало. Среди них вроде бы есть бесты, но не уверен. В общем, переживать в любом случае не о чем, а желательно обойтись без крови, ведь так хочет Виктор, а я и не против — не все же проблемы решать кулаками.

Нам провели небольшую экскурсию по лаборатории. И, какое удачное совпадение, что не показали ни одного человека, над которым бы ставили опыты. Все камеры были подозрительно чисты и пусты.

— Они пытаются нас обмануть. Это так наивно, — сказал Виктору и специально громко, чтобы это услышали сотрудники и та прекрасная девушка, которая носила слишком откровенное платье.

Она постоянно держалась рядом с Виктором и старалась продемонстрировать ему все свои прелести. Надо признать, делала это умело, и даже кое-что у нее получалось. Если Норман хотел таким способом задобрить Виктора, то его план совершенно точно не сработает. Девушка практически запрыгивала на Виктора, а он ее спокойно от себя отстранял и просил соблюдать приличия. Впрочем, о том, что помолвлен, не сказал. Юрия с нами не было. Готов спорить, он бы со смеху лопнул, если бы увидел, как эта полуголая красотка пытается охмурить нашего молодого главу рода.

Сконцентрировался на ней чисто из любопытства. И, как оказалось, не зря, — девушка совсем не испытывала влечения к Виктору. Она вообще к нему ничего не испытывала, зато чувствовала себя ужасно. А самое главное — я нащупал в ее мыслях серую магию. Вывод только один, красотка не просто исполняет чей-то приказ, а делает это еще и против своей воли.

Ну, можно немного и повеселиться. В очередной раз она как бы случайно упала прямо Виктору в руки. Он закатил глаза и поймал ее. Я уже не мог сдерживать улыбку, как и Майк, и еще пара моих ребят.

А девушка время зря не теряла. Как бы невзначай направила руку молодого главы рода на то, что свело бы с ума любого мужчину. Мягкая, упругая… не о том думаю, чертовы гормоны школяра.

Вмиг сконцентрировался на девушке и быстро создал ауру, что рассеивает магию. Не успел никто ничего сообразить, в том числе и красотка, как к ней вернулся чистый, не затуманенный бестом разум.

Она в секунду покраснела и отскочила от Виктора. Хотела было дать ему пощечину, но молодой глава рода мягко схватил ее за руку и усмехнулся:

— Ты же сама на меня кидалась!

— Я⁈ Помогите… освободите меня. Этот грязный извращенец Норман заставляет меня делать такое! ТАКОЕ!

В этот же миг лица сотрудников, что нас сопровождали, налились краской. Они начали кричать на девушку и попытались ее увезти. Пару секунд мы за всем наблюдали, пока один из мужчин, если его так можно назвать, не схватил девушку за руку и не влепил по лицу.

Я тут же подскочил к нему. Провел захват и перекинул через бедро. И для закрепления урона, пробил пару раз в челюсть и в грудак. Нечего это прекрасную девушку обижать, она не ваша вещь и, похоже, остается здесь до сих пор только потому, что не может сбежать.

— Ну и мудаки же вы, — я кинулся на второго мужчину, и чуть было его не снес, но Виктор меня остановил.

— Спасибо! Спасибо, господин! — девушка смотрела на меня так, будто бы я ее спас. Стоп, а ведь я ее и, правда, спас, вернее, спасу.

— Больше ты в лаборатории не останешься, я заберу тебя.

— Заберешь⁈ — возмутился один из мужчин. — Да Норман нам голову оторвет…

— А ты думаешь, я не оторву? У вас еще такие девушки здесь есть?

— Нет, — неуверенно ответил мужчина.

Майк подскочил к нему и схватил за грудки:

— Мой босс дважды вопросы не повторяет.

— Нет, точно нет! Не бейте, я всего лишь младший сотрудник…

— Господа, давайте успокоимся. А, вы, — Виктор посмотрел на работников лаборатории, как на дерьмо, — сейчас же отведете нас к Норману. Хватит тянуть время.

— Л-ладно, — пискнул первый.

— Только не бейте больше, — добавил второй.

Красотка все еще смотрела на меня, как на героя. Не уставала благодарить и умоляла не вести ее к Норману. Как я понял, этот самый Норман — он не только мразь и ублюдок, но еще и тот самый бест. Замечательно. Прям десять из десяти. Браво, Скаевы. Вы нашли главного профессора в лабораторию себе под стать. И почему я не удивлен?

Эти два придурка привели нас к кабинету, на котором висела табличка: «Н. Менгер». Перед тем, как войти в кабинет, я создал вокруг себя ауру, развеивающую магию. Нельзя допустить, чтобы урод хотя бы попытался овладеть моим разумом. Обезопасить бы Виктора и Майка, но вот в их мозгах ауру, увы, не создать. Будем действовать по обстоятельствам.

Глава 13

Красотка, что кидалась на Виктора, осталась возле двери. Входить она отказалась, а чтобы ее успокоить, пришлось оставить с ней двух крепких бойцов. Спрятавшись за их спинами, она вроде бы успокоилась.

Первым в кабинет вошел молодой глава рода, за ним Майк, следом я. Кабинет выглядел, как говорят местные, дорого — богато. Один только стол чего стоил, уже молчу про оформление комнаты и кожаный диван, а еще здесь был большой аквариум с рыбками.

Когда я проходил мимо него, обостренная чувствительность напряглась. Посмотрел через стекло в воду и увидел далеко не простых аквариумных рыб. Это были маленькие уродцы с жабрами и плавниками. У одной из рыб была несоразмерно большая пасть и много лишних глаза, другая рыба была настолько шипастой, что ее можно было спутать с рыбой фуго. А на дне аквариума слоями лежал грунт из оранжевых самоцветов.

— Да, Виктор, ты правильно понял, это рыбы-мутанты, — объяснил я, — к ним палец лучше не совать.

— Ха-ха, больно надо, — засмеялся Майк.

Дверь в дальней стене открылась. И из маленькой комнатушки к нам вышел сам Норман Менгер. Главный профессор мне сразу не понравился, он не внушал к себе доверия, да и выглядел отнюдь не добрым ученым, которого деньги интересуют в последнюю очередь.

— Добрый день, — сказал он и низко поклонился. — Как себя чувствуют Беркли?

А, с козырей зашел. Думаешь, твоя вот эта показная покорность и услужливость изменит наше мнение? Не на тех нарвался.

— В порядке, — ответил Виктор, — а чувствовали бы себя еще лучше, если бы не ваша лаборатория.

Молодец, нечего с ним любезничать и лучше сразу обозначить, что мы пришли не на мирные переговоры, а с одной-единственной целью — закрыть навсегда это проклятое место.

— Простите, — Норман развел руками, — я служил Скаевым, а потому, собственного говоря, выбора мне никто не предоставил. Привезли Беркли и сказали подержать в лаборатории. А я и не против, жаль только потом поступил звонок. Было велено поработать с Беркли. Я даже не знал с чего начать… они быстро восстановятся, все же мы с ними почти ничего не делали.

— Хватит нам зубы заговаривать, — проворчал Виктор, — мы приехали, чтобы сказать: лаборатория должна прекратить свое существование!

— Да! К черту ваши мерзкие эксперименты. Хватит людей мучить, — высказался Майк.

— Если буду в настроении, — добавил Виктор, — то может дам вам неделю на сборы.

Норман был подозрительно спокоен. Вернее, он думал, что мы его таковым воспринимаем. Но я прекрасно чувствовал, как он нервничает, как заискивает. А еще он то и дело стрелял глазами в разные стороны, особенно смотрел на Виктора, должно быть, все пытался понять, куда делась та красотка, которой он дал мысленный указ.

К слову, сейчас его силы не ощущал. Должно быть, он ее не использовал, и она ушла в пассивное, незаметное состояние, как и у всех бестов.

— Простите за мою настойчивость, но может, мы найдем общий интерес в моих… в наших исследованиях? — Норман выдавливал из себя слова с трудом, он, должно быть, не привык ни перед кем кланяться, кроме Скаевых. — Вы понимаете, что искусственно созданные бесты и разумные мутанты — это будущее?

— Ага, б***ь! — выругался Виктор. — Темное будущее, в котором за роды́ воевать будут сотни бестов и разумные мутанты. Видел я одного разумного в деле, эта невероятная сила и люди к такому не готовы. Я вам ответственно заявляю, что своими исследованиями вы лишь приближаете мир к краху, к апокалипсису.

— Но… пистолет нельзя судить за то, что он стреляет, — попытался протестовать Норман, — разумных мутантов и бестов можно использовать исключительно для защиты. Их можно будет даже ставить против кротов, чем не хорошее дело?

— Заканчиваем разговор. У нас нет столько времени, — сказал я. — Виктор считает, что лабораторию нужно закрыть, и я с ним согласен. Если вы не хотите по-хорошему, то можем и по-плохому, — намекнул на судьбу Скаевых.

— Я вас услышал. Говорите, неделя на сборы?

— Неделя, — подтвердил Виктор.

— Простите, а мы с вами раньше не встречались? — Норман внимательно посмотрел на меня.

— Нет, — ответил я, — зато я встречался с вашим мутантом и прикончил его.

— Не припомню вас в роду Волгиных, но все равно приношу свои глубочайшие извинения. Я действовал по указке Скаевых. А тот мутант, которого вы убили, — прорычал Норман, — это был труд всей моей жизни!

— Заткнись! Чего разорался? — возмутился Майк и долбанул по столу кулаком.

— Простите, — фыркнул Норман.

— Та девушка, — Виктор посмотрел на меня, — мы ведь не может это просто спустить на тормозах.

— Нет.

— Норман, вы ответите за то, что сделали с той девушкой перед судом.

— Да⁈ — возмутился профессор.

— Да! — Виктор встал из-за стола и собрался выходить.

Вдруг я почувствовал, что Норман начал пробуждать свою способность. Специально сидел и бездействовал. Майк и Виктор, даже вместе взятые, для меня не угроза. Ощутил, что их мысли начинают туманиться серой бестовской магией.

Мой мозг остался неприступен. Прошло еще пару секунд, и Виктор с Майком кинулись на меня. Должно быть, Норман заметил, что его чары на меня не действуют и решил убить. Ну, удачи, че сказать.

Одним ловким захватом и ударом вырубил Майка. Положил его на пол, через пару минут придет в себя. Серую магию в его мыслях я вычистил с легкостью. Следом за бестом на меня кинулся Виктор, вот только он совсем не пытался использовать магию. Два точных, но осторожных удара и вырубил его. Уложил рядом с Майком и очистил разум.

По-хорошему не получилось, а только этого я и ждал. Теперь, когда Норман показал, на что способен и даже попытался меня убить, с чистой совестью могу его прикончить. Но перед этим небольшое шоу, мое любимое.

Он стоит у двери и корчится. Все пытается проникнуть в мой мозг серой магией. Но у него ничего не получается. Рассеивающая магия запросто справляется с серой магией и защищает мой мозг от любых нападок этого ненормального профессора.

Уверенно иду на него. Сначала снимаю шапку, затем очки… Срываю усы. Отклеиваю бороду. С каждым моим шагом, с каждым этапом срывания маски, ужас в глазах Нормана увеличивается. Он, кажется, начинает меня узнавать.

— Невозможно! — практически визжит он. — Ты же мертв!

— О, если бы ты знал, скольких людей я уже достал с того света, — смеюсь над ним, но желание мести не превращается в маниакальное, а значит, вполне себя контролирую.

— Подожди! Стой! — умоляет профессор. — Скажи, почему моя сила на тебе не работает?

— Удовлетворить твое любопытство перед смертью? — спросил я, стоя в двух шагах перед ним.

— Да, да… — кивает профессор, — умоляю, объясни, как ты выжил.

Замечательно чувствую, что рукой он тянется к пистолету за спиной. Какой же наивный. Правда думает, что если потянет время, то сможет меня пристрелить. А, пожалуй, дам ему шанс.

— Нет, не скажу! — смеюсь я. — Ну, давай, стреляй.

— На! Сука! — профессор достает из-за спины автоматический пистолет и выстреливает в меня несколько раз подряд.

Разумеется, защитная оболочка в несколько слоев без труда защищает меня от выстрелов. Вот только после этого в глазах Нормана появился истинный страх. Он понял, что теперь у него нет запасного плана, как и шанса выжить. Согласился бы просто закрыть лабораторию без своих фокусов, затем отсидел бы срок в тюрьме и был свободен. Но он выбрал то, что выбрал.

Трансформировал энергию из магического щита в энергоудар. Один взмах и профессор превращается в фарш, который собой еще и разносит толстую деревянную дверь в щепки. Упс… совсем забыл, что это не маг и не бест, а старый скелет, обтянутый кожей. Надеюсь, все те люди, что страдали и умирали в этой лаборатории, сегодня обретут свободу. Не то чтобы верю в призраков, но должен же был профессор понести наказание. Что до других сотрудников, то мне плевать, пусть Виктор решает, что с ними делать. Он как раз сейчас очнулся.

— Что это было?

— Какого⁈ — Майк встал и схватился за голову.

— Он попытался овладеть вашим разумом. Он бест, — объяснил я.

— И где он? Сбежал⁈ — Виктор вскочил и создал синий меч в руках.

— Нет, успокойся, друг, — я хлопнул его по спине, — посмотри вон туда.

— Фу! — Майк отвернулся.

— Это и есть профессор? — Виктор мотнул головой.

— Да.

Мы вышли из кабинета. Два бойца посмотрели на нас, ожидая дальнейших распоряжений. Девушка сразу же напряглась и спросила:

— И что дальше?

— Норман мертв, — ответил я.

— Наконец-то свобода! — обрадовалась девушка и кинулась меня обнимать.

Затем покраснела и поняла, что позволила себя лишнего.

— Хватит, хватит, — осторожно отстранился от неё.

— Хе-хе, — засмеялся Майк, — ваш спаситель без пяти минут окольцован.

— И ты уже знаешь⁈ — возмутился я и засмеялся.

— Я же капитан элитного отряда, я должен знать все, — Майк пожал плечами.

— Стоп! — завизжала девушка. — У вас же была борода и усы! Я сейчас потеряю сознание, она приложила руку ко лбу и чуть не упала. Один из бойцов поймал ее и поставил обратно.

— Маскировка.

— А-а-а… — протянула девушка, — а я уже подумала, что схожу с ума.

— Находясь в таком месте не по своей воле, сложно сохранить рассудок, — заметил Виктор. — Сегодня поедешь с нами и обследуешься в нашей клинике. Все бесплатно, — Виктор подумал и добавил: — Возможно, тебе еще и помощь психологов понадобится.

— Понадобится, — девушка провела рукой по лицу, — если он не управляет моими мозгами, то ночью мне снятся кошмары, а днем я хочу…

— Но-но-но, — сказал Виктор, — не будем об этом, все позади.

* * *

Виктор решил, что каждый сотрудник лаборатории — отдельный, исключительный случай. Он сказал, что, например, каких-нибудь уборщиц или прочую обслугу судить нет смысла. Младшие сотрудники и какие-нибудь недолаборанты могут отделаться штрафами, а вот верхушка, скорее всего, надолго отправиться за решетку.

Вопрос с наемниками мы тоже решили. Доверять им было нельзя, поэтому Виктор не предложил поработать на род. Однако и судить их было по большому счету не за что, ведь наемные бойцы в этой альтернативной России не запрещены. Впрочем, и просто отпустить их с миром молодой глава рода не мог себе позволить. Было решено, что они выплатят штраф и на том все.

Вскоре мы уже уселись по машинам, и я решил напомнить Виктору, что в Стругацке не только разгуливают мутанты, но еще есть и теперь уже ничейная оранжевая Нора.

— Что будешь с ней делать?

— Наверное, будем осваивать. Может, у нее есть какие-нибудь волшебные свойства.

— Она точно тебе нужна? Можно я с ней кое-что попробую.

— Интересно, что? — спросил Виктор. — Хочешь и в нее залезть. Кстати, ты же так и не рассказал, что видел в синей Норе.

— Расскажу. Как-нибудь обязательно расскажу, так что?

— Вези нас к оранжевой Норе, — сказал Виктор водителю.

— Я покажу дорогу, — добавил я.

Мы подъехали к Норе и даже не встретили по пути мутантов. Везением это назвать сложно, все же я хотел сразиться с одним из монстров, проверить насколько просто будет его прикончить. Все машины, кроме нашей, поехали в Борск. Бойцам положен отдых, а той замученной девушке лечение, и в первую очередь — психологическое.

Готов спорить, что ее радость и воодушевление закончатся еще до того, как ее привезут к клинику. Разумеется, она невероятно рада тому, что получила свободу, однако эта радость быстро сменится старыми мыслями. Она снова начнет вспоминать то, что пережила и уже никакой радости от свободы не будет. Надеюсь, психологи в клинике хорошие.

Что до работников лаборатории, то за ними уже направили машины. Суды будут идти долго… к слову, тех самых бандитов, от которых мы вместе с Владиславом очищали город, до сих пор судят.

— И что ты хочешь сделать с Норой?

— Открыл в себе новую способность. Назвал ее «Аура, развеивающая магию».

— А? — улыбнулся Виктор. — Норман поэтому не смог на твой разум повлиять?

— Да.

— И Салливана ты этой способностью победил⁈

— Ага, — кивнул я и направился в сторону Норы.

— Стой! Ты и ту гигантскую змею этой способностью победил?

— Нет, — ухмыльнулся я, — я тогда еще ее не открыл. Да и запись ты вроде видел раз сто.

— Или двести, — Виктор хлопнул себя по лбу, — я же вел себя, как ребенок… только сейчас понимаю, как подводил отца. Он хотел видеть серьезного сына, который…

— Тихо. Ты уже Владиславу все доказал. И потом, кто сказал, что успешные и ответственные люди всегда должны быть серьезными?

— Никто.

— И не парься. Смотри, что сейчас будет.

— Давай, удиви, — с интересом сказал Виктор.

Подошел к Норе и сразу ощутил норное излучение, что шло от нее. Гораздо более сильное, чем от любой из Нор в городе. И это понятно, на эту Нору ведь никто не ставил магический антинорный щит. Нужно будет потом прогнать из Виктора оранжевую грязь.

Сконцентрировался на своих чувствах. Создал вокруг себя мощную и обширную ауру, развеивающую магию. Вот сейчас все и выяснится. Сделал несколько шагов к Норе, и она застонала. Буквально. Появились совсем не характерные для Норы звуки, и чем ближе я к ней был, тем громче они становились.

Получилось! Моей радости не было предела. Антимагическая аура начала постепенно разрушать Нору. Я не стал добивать ее до полного исчезновения, все же она еще может послужить людям, да и кротов из нее ждать не приходится.

— О****ь! — только и выпалил Виктор. — Дэвис, да твою мать, что за дерьмо⁈ Кто ты⁈ Бог⁈ Есть хоть что-то в этом мире, чего ты не умеешь⁈ Слов нет.

— Хех, — усмехнулся я.

Судя по бурной реакции Виктора, можно понять, насколько значима моя новая способность. Мы сели в тачку и поехали обратно в Борск. Всю дорогу молодой глава рода, мягко сказать, офигевал от меня и моих способностей.

* * *

Три дня. Целых, черт их дери, три дня отдыха! Я не беседовал с Виктором и Юрием по поводу серьезных дел их рода. Не ездил защищать город от преступности. Не сражался с мутантами, кротами и другими. Не решал никаких вопросов.

Отдыхал — вот это я и делал эти три райских дня подряд. Чего-чего, а отдыхать я умел всегда. Тем более, когда отдых заслуженный, и его уже требует не только организм, но и разум. Я смотрел фильмы, встречался с Соней, посещал различные мероприятия… Развлекался, как мог. Особенно это было приятно, когда осознавал, что у Юрия и Виктора выходных нет. Но ничего, работа им только на пользу, особенно молодому главе рода. Он настолько изменился с тех пор, как заменил Владислава, что совсем забыл про ребячество. Это, бесспорно, хорошо, но нельзя же каждую минуту только и думать о делах рода.

Соня и Владислав занимались рестораном. Скидывали мне все, что считали необходимым для подтверждения. Если Владислав в этом знал меру, то Соня — нет. Она буквально отправляла мне фото дизайна столовых приборов и салфеток. Мне это быстро наскучило, и я любезно ей объяснил, что целиком и полностью доверяю ее вкусу и намекнул, что по таким пустякам меня лучше не беспокоить. Она все поняла и скидывала только действительно важные вещи. Люблю ее, никогда не устраивает скандалов на пустом месте и не требует слишком много внимания. В основном не требует, иногда на нее находит что-то вроде: «Лег спать и не написал мне „спокойной ночи“» — набор смайликов и дальше, — «Ай-ай-ай». Хе-хе, девушки.

Маркус, чтоб он провалился, до сих пор не объявился. Я уже всерьез подумывал обратиться в полицию и составить фоторобот. «Выкрал» на время одного из работников рода Волгиных и попросил его заняться поисками, поездить по городу, посетить все больницы и морги и так далее. Через эти самые три дня он мне отчитался — Маркуса нет нигде. Да куда же он испарился⁈ Если он это специально, то я ему, блин, устрою курс молодого бойца.

Рано или поздно все хорошее заканчивается. Вот и закончились три моих райских дня выходных. Позвонил водителю и он отвез меня в поместье Волгиных. Поздоровался с теми ее обитателями, что встретились мне на первом этаже. Взял свою любимую пина коладу и отправился в подвал ангара.

Потягивая из трубочки нектар богов, я спустился в подвал и увидел работников. Они уже вовсю готовились откормить мутанта до отвала. Сделать это мы с Владиславом планировали еще давно, но часто так бывает, что все идет не по плану.

— Мы готовы откормить его до усрачки, — улыбнулся один из работяг.

— За работу. Только смотрите, чтобы он вас не тяпнул. Мутанты — это вам не дикие звери.

— Хм… ладно.

Работники потащили мясо из морозильных камер и начали закидывать его в клетку. Мутант выглядел еще хуже, чем тогда, когда нам его с Виктором в первый раз показал Владислав. Неудивительно. Синя энергия Норы доканывала его каждый день.

Жрал он жадно. Так жадно, что каждый раз умудрялся подавиться куском мяса. Правильно, ведь совсем себя не утруждал пережевыванием. Разинул пасть пошире и давай набивать ее мясом, а оно ведь и растаять еще не успело. Ох, и аппетит. У кого-то потом животик будет бо-бо.

Поблагодарил работников и велел им покинуть подвал. Монстр дожрал все мясо и завалился набок. Он смотрел на меня совершенно потухшим взглядом. Из его рта бежала кровь. И самое интересное — он начал ярче светиться и вроде бы восстанавливаться.

Подошел к нему и создал ауру, развеивающую магию. Усилил ее, напитав большим запасом маны, и направил в клетку. Черт! — выругался я, когда понял, что аура еще и на энергетические мечи сработала. Неважно. Этому мутанту все равно недолго осталось.

Я направил на него ауру, и та начала пожирать оранжевые мышцы. Превращать их в ничто. Только я подумал, что запросто убью таким способом мутанта, как решил остановиться. Мне же еще нужно понять, что его привлекло в Борске. Сконцентрировался на нем и запустил обостренную чувствительность на всю.

Как оказалось, мутанта привлек я. И почему я не удивлен⁈ Непонятно, чем я заслужил такое внимание. Тем более что сейчас мутант покорно лежал на боку и совершенно не двигался. Если я его привлек в город, то почему он сейчас не тянут ко мне лапы и не пытается сожрать? Ничего не понимаю.

А может, он и не хотел никогда меня сожрать? Может, я привлек его чем-то другим? Неясно, нужно это выяснить. Целый час упорных стараний не дал никакого результата. Как бы я ни пытался понять мотивацию мутанта, лишь ощущал, что он нажрался до отвала и собирается хорошенько поспать. Да, оказывается, мутанты спят.

Он все еще смотрел на меня жалобным взглядом, но никаких действий не предпринимал. Ну и хватит с него. Пора заканчивать его мучения. Напитал антимагическую ауру магией и направил на монстра. Он сразу же вскочил на ноги и начал развалиться на куски. За несколько секунд от него отвалилась примерно половина всей массы и благополучно растворилась. Вдруг заметил, что под оранжевыми мышцами вырисовывается что-то непонятное.

Человеческий силуэт. Еще несколько секунд направлял в ауру усиленный поток маны. Чем меньше оставалось от мутанта, тем больше я понимал, что извлекаю из него человека, если так можно сказать. Охренеть.

Вскоре от мутанта совсем ничего не осталось. Я очистил человека от оранжевой дряни. Совершенно голая женщина лет тридцати упала на колени и разрыдалась во все горло.

— Спасибо! Спасибо вам, господин! — визжала она.

Женщина словила настоящую истерику. Она и радовалась, и злилась, и даже находила в себе силы на грусть, и умудрялась благодарить меня. Попросил ее подождать пару минут, а сам поднялся в ангар и позвонил Марату.

— А нас тут самый необычный пациент, нужна твоя помощь.

— Привет, Дэвис! Рад тебя слышать! Адрес⁈

— Ангар Волгиных, я вас встречу.

— Отправил бригаду скорой помощи. Что еще?

— Да, готовь палату и позови пару опытных коллег.

Женщина, к сожалению, не была абсолютно здоровой. Хотя бы частично здоровой она не была. Имею в виду, в первую очередь, ее внешний облик. Вся в ранах, истекает кровью, видны переломы… в общем, повезет, если она выживет. Что касается ее разума, то тут тоже все не так однозначно. Понимание произошедшего есть, но и какое-то безумие тоже.

* * *

— Что скажешь?

— Поработает психолог пару месяцев и все с ней будет хорошо, она сможет вернуться к привычной жизни, — рассказал Марат.

— Отлично… — ответил я.

— Что-то радости в голосе не слышу.

— Да я рад, что с ней все хорошо будет, вот только… — о своих переживаниях сказать Марату не могу.

— Вот только что?

— Прости, Марат, не расскажу.

— Как знаешь, — он пожал плечами. — Где ты ее хоть нашел?

— В одном нехорошем месте.

— В лаборатории? — с прищуром он посмотрел на меня.

Уже и про это все знают. Ладно. Плевать. Пусть горожане лучше распускают слухи про достижения Виктора, чем думают, что тот впал в уныние, совершенно не знает как руководить родом и бездельничает.

— Можно и так сказать. Как Жак?

— Бычара, — хмыкнул Марат, — ему бы в тяжелую атлетику.

— А бестов берут?

— А как же⁈ Конечно, берут, у них своя лига.

— Ясно, — улыбнулся я, — подкину парню идею. До встречи.

— Удачи, — поклонился Марат.

Подошел к палате Жака и услышал, что внутри он точно не один. Кто-то из воспитанников Фрэнка? Нет, их голос я бы узнал. Этот явно не принадлежал ни одной из девочек. Знакомый вроде тембр, а узнать не могу. Может, медсестра.

Сделал еще шаг и громко постучал по двери.

— Войдите, — грубый мужской бас раздался с той стороны.

Открыл дверь и увидел здоровяка Жака. Он уже успел отрастить себе неплохую бороду и даже бакенбарды. Выглядел он качком с обложки. Повезло же пацану, многие мальчишки его возраста лишь мечтали о такой трансформации.

— Привет, Жак, как ты? — какой же глупый вопрос, видно же, что он здоров. Чертовски здоров и крепок. Бык — как же Марат верно подобрал слово.

— Замечательно, — улыбнулся бородатый мужчина.

Посмотрел в сторону и увидел, что на подоконнике сидит та самая девушка, которую мы спасли из лаборатории.

— Спасибо вам, господин, — сказала она и низко поклонилась, отчего ее груди обнажились больше, чем положено. Если бы только Жак видел со стороны, как он разгорячился. Хех.

— Всегда пожалуйста, — ответил я, — эм… а что ты здесь делаешь?

— Это моя девушка, — сказал Жак, сам не до конца веря своим словам, — стоп. А вы знакомы? Дэвис?

— Она не рассказывала?

— Не-а, — девушка вильнула головой, — меня Жанель зовут.

— Вот так пара, Жак и Жанель, — улыбнулся я. — Ладно, вижу у вас все хорошо, не буду вам мешать.

Попрощался с ними и ушел. Красотка и красавец. Вот только вся ирония в том, что Жак умом еще не созрел для таких отношений, а у Жанель своих тараканов в голове столько, что хоть дезинфектора вызывай. Посмотрим, что из этого получится, надеюсь, что Жак уже научился рассчитывать свою силу. Иначе девушке не поздоровится.

Недолго я сохранял хорошее настроение после того, как вышел из палаты. Черт! Снова я вспомнил о том, что смог превратить мутанта обратно в человека. Превратить — не самое подходящее слово. Скорее, очистить человека от всей той дряни, что на него нацеплялась. Однако, чисто физически такая очистка невозможна. Поэтому — да, в какой-то мере это все-таки трансформация.

— Да сколько можно мне подкидывать умений?.. — прошептал я. — Я вам, что, Мессия какой-то⁈

Глава 14

— Ага, мессия, — мальчишечий голос.

— О, Леня, привет, — улыбнулся я.

— Привет, Дэвис. Я сегодня Жака увидел и офигел. Это же просто…

Смотрю на пацана и жду реакцию. Примерно понимаю, что он испытывает. Я бы тоже охренел, если бы мой друг за неделю превратился в такого здоровяка.

— Вау! — воскликнул Леня.

— Ты рад?

— Да я бы тоже так хотел, — ответил Леня, — ты видел, какая красотка возле него трется?

— Не только видел, — ухмыльнулся я, — я ее еще и спас из… неважно.

— Из лаборатории, я знаю. Фрэнк говорил, но это секрет.

— А вы все вместе Жака еще не навещали?

— Нет, а что?

— Думаю, не все смогут принять его таким. А он уже вряд ли вернется к прежней жизни.

— Пацаны не обрадуются, Жак был лучшим курьером из них.

Попрощался с Лёней, сунул ему, не акцентировав на этом внимание, двадцатку. Сказал купить себе модные шмотки или на подружку потратить. Да вот только Леня запротестовал и сказал, что купит книги по медицине и даже вузовские учебники. Саморазвитие — это хорошо, но не нужно забивать на свою жизнь. Какой в ней смысл, если нет места удовольствию?

Вернулся в поместье. Дождался Виктора и сказал ему:

— Ты не поверишь, но, похоже, я умею излечивать мутантов.

— Каждый день новые открытия, — Виктор округлили глаза, — а с чего ты это решил?

— Помнишь мутанта в подвале?

— Ага.

— Это оказывается женщина. Ей лет тридцать и сейчас она проходит лечение в вашей клинике, в основном, психологическое. Ее ведет сам Марат.

— Охренеть. А ты случайно огонь изо рта пускать не умеешь?

— Хе-хе, не пробовал.

— И не надо, — рассмеялся Виктор, — думаешь, надо помочь этим людям?

— Мне несложно, а вот бойцам придется попотеть: поймать мутанта гораздо сложнее, чем убить.

— Но оно же того стоит?

— А это как посмотреть? — задумался я. — Допустим, если мутантов будут ловить без потерь, то оно того стоит, согласен. А если раз через раз будут погибать по одному два бойца?

— То в этом нет смысла…

— Этого я не говорил. Тебе решать, бойцы служат твоему роду.

— Компромисс. Нам нужен компромисс.

— И как ты это представляешь?

— Если риска нет, то пусть бойцы ловят. Если есть, то лучше пусть прикончат мутанта.

— Знаешь, я тут подумал. Те наемники, они же без лишних вопросов согласились заплатить?

— Да, — кивнул Виктор.

— Так предложи им работу. Пусть ловят мутантов, у них в этом большой опыт. Да и доверять для этого им вовсе не нужно, это ведь не служба в рядах бойцов рода.

— Отличная идея, сегодня же позвоню их главному.

* * *

Прошла еще неделя. Заниматься мне, по сути, было нечем. Все полезное, что я сделал, так это излечил еще пять мутантов. А самое главное — никто из бойцов Волгиных не погиб во время отлова. Что до наемников, то и они справились без жертв. Но на них мне как-то плевать.

Маркус так и не объявился. Отправил в итоге в полицию одного человека, который написал заявление и составил фоторобот. Думаю ли я всерьез, что полиция его найдет? Нет. Но надо же хоть что-то делать.

Из-за того, что мутантов стало меньше, Кузон и команда вернулись из лесов Кирпичевска в родные, Борские. Охотились они часто, бизнес Кузона развивался. Его лавка сменилась на настоящий мясной магазин, небольшой, но хороший. От покупателей отбоя не было.

Соня и Василий. О, эти двое знают толк в работе. Они уже практически заканчивают с дизайном ресторана и даже начали закупать некоторые стройматериалы. Соня вся с головой ушла в работу, и вот это, с одной стороны, хорошо — ресторан быстрее начнет работать, а с другой стороны, плохо — мы с ней недостаточно встречались на этой неделе.

Виктор вовсю занимался делами рода. Курировал братьев Беркли и помогал им. Джон и Джим, к нашему с ним удивлению, оказались довольно активными парнями. Они и дня не сидели сложа руки. Вечно чем-то занимались, двигались в нескольких направлениях сразу. Через два дня после нашего с ними разговора они разделили родственников и забрали к себе. Константин и служанки смогли выдохнуть, работы у них стало меньше.

Юрий полностью поправился. Надолго ли? Хех. На самом деле, думаю, что надолго. Никаких конфликтов у Волгиных с другими родами больше не назревает. Тот род из Синехолмска, что пытался на них быкануть, прижал задницу, а тот, что, наоборот, желал помочь — так с ним дружеские отношения только укрепляются. Однако до союза далеко, во всяком случае, так мне говорил Виктор.

Кирпичевск-2 и Синехолмск. В обоих эти городах вовсю трудились люди Волгиных. Руководство бизнеса сменилось, муниципальные обязательства выполнялись без задержек.

Оранжевую Нору в Стругацке Виктор приватизировал. Отправил к ней специалистов и строительную бригаду. Возле Норы построят все необходимое для работы. Лабораторию, к слову, снесут. На этом ее история и закончится. Убежище — оно тоже стало частью владений Волгиных. Соня все-таки рассказала брату о том, что там не очень хорошо и ремонт бы не помешал. А так, девушка в восторге от того, как она сказала, лесного подземного домика. Фрэнк тому только рад, его, кстати, повысили.

Жак и Жанель продолжали встречаться. Если девушка все еще большую часть дня проводила в клинике, то парень… бородатый здоровяк вернулся к работе. Оказалось, что он все еще хочет быть курьером, правда, решил, что хочет работать на машине. Сделали ему документы, и он начал учиться на права.

Воспитанники Фрэнка приняли Жака не так мягко, как хотелось бы. Поначалу они конфликтовали, но затем привыкли, что этот бородатый мужик теперь один из них. Жак ведь по большому счету не изменился, он только старался соответствовать своему новому облику, хотя получалось у него не всегда.

* * *

Вечер. Сижу на кресле-качалке, потягиваю из трубочки пина коладу. Слева он меня Соня. Она молча прижимается ко мне и мурчит. Справа, на кресле, расположился Виктор. Он тоже потягивает коктейль и созерцает красивое звездное небо.

Все мы собрались здесь совсем неслучайно. Можно сказать, что так захотел я. В Борске у меня больше не осталось дел. В Синехолмске и Кирпичевске-2 моя помощь Волгиным тоже не нужна. Ресторан будет открыт примерно через месяц и у меня есть все шансы успеть к его открытию. Да, я решил отправиться в Царск, мне нужно закончить с Ветровыми, попытаться найти Маркуса и выяснить, правду ли сказал Салливан. О его словах я почти не переставал думать.

Все пытался вспомнить хоть что-то, что указывало бы на темные обряды, проводимые моими родственниками. Память так ничего полезного и не подкинула. Даже ходил в тюрьму к Златко Механу. Тот самый безликий манипулятор, он принимал облик некоторых моих родных, которых видел в живую. Удивительно вообще, что он их видел вживую. Уже хотел провести второй допрос, но Златко сказал, что люди рода Голем были достаточно известными и публичными личностями. Разумеется, не стал ему говорить, зачем мне нужно видеть мертвых людей. А он и не спрашивал, только повиновался и менял облик.

Спросил у Златко и про темные дела Голем. Об этом он мне с удовольствием хотел бы рассказать, да вот только ничего не знал. Лишь сказал, что вокруг Голем много слухов и не стоит верить всем. Почти все ложь, кроме того, что у них есть фиолетовая Нора, для которой и проводят ритуалы.

Впрочем, и Златко не смог привести убедительных доказательств, кроме того, что сам в это очень крепко верил. Еще он упомянул, что Скаевы об этом точно знали и лучше бы спросить у них. В ответ я только ухмыльнулся и сказал, что все они мертвы. Златко даже не стал скрывать радости.

Вот и получается: дел у меня в этом регионе не осталось, значит, пришло время ехать в Царск. Не хотелось бы оставлять Соню на целый месяц. Ну как месяц? Это я ей говорил, что меня не будет примерно месяц, а в действительности же все может затянуться. Ресторан — пропустить его открытие не страшно, главное, чтобы он привлекал много гостей.

Остались у меня и три обязательства. Так я их называл про себя. Первое — найти протез для Жака, теперь ему нужно просто нечеловечески здоровая и сильная рука, иначе будет асимметрия. Лёне все еще хочу помочь с его мечтой. Третье обязательство — кредит в банке. Осталось выплатить меньше десяти миллионов и это совсем небольшие деньги, если я добьюсь успеха в Царке. А я добьюсь.

— А часто будешь мне звонить? — играючи спросила Соня.

— Часто, — улыбнулся я, — и поцеловал ее.

— Устроили тут… бе, — буркнул Виктор.

— Ладно тебе, Витька, — усмехнулся я.

— Знаешь, Дэвис, а меня это больше не бесит.

— Вот как?

— Почему? — бровки Сони приподнялись.

— Не хочу грузить вас своими мыслями. Просто нельзя мне теперь на всякие пустяки распыляться. Вот и все, а вы заканчивайте обжиматься, может, лучше спарринг проведем?

— Обжиматься, — буркнула Соня, — давно бы уже сам пригласил к нам даму своего сердца.

— Она не может сейчас приехать, — ответил Виктор, — как только, так сразу.

— Спарринг, говоришь? — я встал и посмотрел на Виктора. — Вывезешь?

— Только физуха, без фокусов.

— О, тогда у тебя больше шансов.

Как оказалось, нет, не больше. Несколько стремительных шагов, пара ловких движений, и вот уже Виктор летит через меня на траву. Вскакивает и бежит. Играючи уворачиваюсь от захвата. Перевожу его же силы против него. Толчок, рывок — лицо молодого главы рода снова летит в траву.

Он поднимается и бросается на меня. В этот раз действует осторожно. Не во всю силу. Пытается меня обмануть, но я лишь запросто переигрываю его. Провожу захват. Прыжок и вот уже сижу верхом на Викторе и сжимаю его руку так, что он стучит по траве.

— Хватит, отпусти, — завопила Соня.

— Не бойся, не сломаю.

— А ты хорош и без магии, — поднялся Виктор и отряхнул одежду от травы и земли.

— Стараюсь. Тебе бы учителя найти.

— Думаешь?

— Уверен, — ответил я, — похлопал его по плечу, и мы уселись обратно.

— Только зря вспотел, — буркнул Виктор.

— А я нет, — и правда, совсем не напрягся.

— Так во сколько ты уезжаешь?

— Послезавтра утром.

— У нас еще целый день, — глаза Сони загорелись.

— Да, — ответил я, — кто же знал, что билет нужно покупать сильно заранее, чтобы не оказаться со всякими непонятными людьми в одном купе.

— Может, машину тебе дать?

— Не стоит, — отмахнулся я, — не хочу привлекать к себе лишнего внимания.

— Значит, едешь без спецотряда?

— Почему же? Как раз бойцов я бы с собой взял. С твоего позволения, конечно.

— Позволяю, — Виктор мотнул головой, — даже не сомневайся, тебе помощь там точно не помешает.

— Супер.

— А завтра мы устроим пир на весь мир. Надо тебя как следует проводить. Вот веселуха будет.

— Да! — обрадовалась Соня. — Давно мы дома праздников не устраивали.

— Давно… — поник Виктор.

— Грустишь по папе?

— Да. Может, ну его этот праздник, неправильно как-то?

— Вить, ты слишком зацикливаешься. Все не можешь принять, что папы нет? А ведь только ты успел с ним попрощаться.

— Хватит, Сонь. Хотите праздник — будет, только не обещаю, что буду в доску весельчаком.

— Да тебе понравится, вот увидишь, — улыбнулась Соня, — может, даже подружку свою позовешь.

— Да не сможет она. Экзамены.

— Ладно, не кипятись. Думаю, организовать все надо на заднем дворе.

— Ой, — фыркнул Виктор, — не учи мастера вечеринок.

— Хи-хи, — засмеялась Соня, кажется, она знала о брате то, чего не знал я.

— Позову своих друзей?

— Конечно! Наше поместье всегда открыто для тебя и твоих друзей.

* * *

Еще не стемнело, а празднование по поводу моего отъезда в самом разгаре. Фрэнк, Юрий, Гладер — все они такие разные, но все равно нашли общую тему для разговора. Сидели за одним столиком на четверых и попивали что-то крепкое.

Воспитанники Фрэнка держались вместе, лишь изредка разбивались на влюбленные парочки. Отношения между Денисом и Вики крепли. Джеф и Даша часто вздорили, но так же быстро мирились. Еще я удивился, когда увидел Мэри и Лену вместе. В общем, дети время зря не теряли. Имею в виду, что каждый нашел себе пару. Кроме Марка и то, он, посматривая на друзей, сказал мне, что не решился привести сюда девушку, ведь для меня она чужой человек.

Поблагодарил его за это, конечно, но указал на бородатого здоровяка, что беседовал с красоткой Жанель.

— Как видишь, Жак не такой смышленый.

— Ну… да, — улыбнулся Марк, — зато какой здоровый и брутальный. Он теперь самый крутой из нас. Дениса победил в спарринге даже с одной рукой.

— Так он бест, чего удивляться?

— Действительно. У тебя, случайно, еще такого шприца не осталось?

— Так, — нахмурился я, — это был единственный способ. Жаку крупно повезло, что он выжил.

— Да я шучу, — улыбнулся Мару, — хм, или нет…

— Неважно. Больше сывортки нет. Ладно, бывай, — сказал я и пошел к другим гостям, — и можешь свою подружку позвать. Думаю, никто против не будет.

— Ес! — Марк улыбнулся во все зубы и достал телефон.

Татьяна сидела рядом с женой Юрия. Они о чем-то беседовали, попивали вино и улыбались. Не забывали при этом поглядывать за детьми.

Майка я тоже позвал. Он сейчас общался с Виктором и показывал ему приемы рукопашного боя. Хех, Виктору явно стоит подыскать другого учителя, ведь бойца я уже завтра заберу с собой.

Константин и служанки ходили от одной кампании людей к другой. Они разносили напитки, закуски и, если того требовалось, целые блюда. Периодически Константин спрашивал у всех:

— Как ваше настроение? Что я могу для вас сделать?

В общем, дворецкий на всю отрабатывал свою зарплату и даже больше. Сдается мне, он делал это не ради денег, а в свое удовольствие. Бывают такие люди, которым нравится их работа. Константин был из таких. Хлебом не корми, дай только обслужить какого-нибудь гостя по высшему разряду.

Веселье продолжалось до самого вечера. Каждый веселился по-своему. Кампании в какой-то момент начали смешиваться. Так бородатый здоровяк Жак начал спарринг с Майком. По сути, это два самых крепких парня на вечеринке, если не брать в расчет магию.

Кстати, спарринги на вечеринках — к такому меня жизнь не готовила. Не думал, что простолюдины и аристократы занимаются таким. Втянули и меня в это дело. Победителем оказался я. Второе место занял Майк, а третье Виктор. Справедливо.

Силы у Жака больше, чем у всех, но в купе с тем, что у него совсем нет опыта, а еще, на минуточку, руки, даже удивительно, что он умудрился победить Юрия и Гладера. Юрий очень расстроился, когда занял шестое место, следом за Гладером.

Пацаны — воспитанники Фрэнка, распределили за собой остальные места. Их подружки-то не очень обрадовались такому исходу. Но пацаны быстро выкрутились и сказали, что боролись, как загнанный в угол волк, ведь их соперниками были взрослые аристократы, профессиональные бойцы и та гора мышц по имени Жак. Повеселились знатно. Фрэнк и Константин тоже хотели поучаствовать, но им уже не позволял возраст.

Соня порадовалась тому, что я стал победителем шуточного турника. Она так же шутливо объявила себя королевой вечера. Виктор посмеялся, затем фыркнул и куда-то ушел.

— Что это с ним? — спросила жена Юрия.

— Скоро вернется, — ответила Татьяна.

Пока все отвлеклись на выходку Сони и Виктора, двое мальцов — дети Юрия — решили выяснить, кто из них сильнее. Они боролись, как котята, пока отец не схватил их за шкирку и не растащил в разные стороны.

— Ха-ха, умора. Слишком вы еще мелкие, чтобы выяснять, кто сильнее.

— Да, не деритесь, мальчики, — погрозила им мать пальцем.

Детей в итоге разняли. Одна из служанок принесла их игрушки, и дети начали играть на траве. Остальные снова разбились на кампании, в этот раз совершенно неожиданные. Соня беседовала с девочками — воспитанницами Фрэнка и Жанель, в итоге они решили как-нибудь все вместе съездить в магазин модной одежды.

Гладер и Майк подошли к пацанам и с любопытством их слушали, ведь те рассказывали охотничьи байки. Жак общался с Юрием и убеждал его в том, что у него есть гениальная идея.

— Банк должен предложить клиентам оплату товара по частям.

— Что ты имеешь в виду? Мы и так выпускаем кредитные карты.

— Нет, это другое. Я лежал в больнице и думал о своей руке, все представлял, как было бы хорошо, если бы она росла хотя бы по частям. Я был готов платить хоть миллион миллионов за каждый ее кусок. Рука так и не выросла, — Жак показал нефункциональный протез.

— Ты и без нее красавчик! — выкрикнула Жанель и вернулась к девочкам.

— Ты тоже огонь, милая!

Оу, черт. В глазах Виктора мы с Соней, похоже, выглядели так же. Теперь я его хорошо понимаю. Хотя понимал и прежде. Странно, опыт прошлой жизни будто бы начал исчезать. Вернее та его часть, которой я никогда не пользовался. В прошлой жизни я умел управлять самолетом — в этом и кукурузник не заведу. Дела… нужно развиваться еще больше! Еще дальше!

— Смысл в том, что ваш банк оплачивает покупку, а клиент затем выплачивает вам эти деньги по частям.

— Какой смысл? Есть же кредитка.

— Вы не понимаете, это другое.

Ладно, пусть разбираются. Я отошел от них и посмотрел, чем заняты Лёня и Фрэнк. Целитель и теперь уже официальный медбрат говорили о работе. Нет, они не обсуждали будущую смену или нечто вроде, рассказывали друг другу забавные истории. Как я узнал, они не всегда работали вместе. Опыт, что заработал Лёня, позволял ему ассистировать и другим целителям.

Я? Что я? Я наслаждался моментом и потягивал уже пятую пина коладу. Наверное, надо будет свой завод по ее производству открыть. Хех. Совсем скоро этот вечер закончится, и я буду в поезде — ехать в Царск. А там меня ждет миллион проблем, сражения, драки, убийства, переговоры, восстановление себя в правах, наследство. Как же хочется поскорее со всем этим разобраться и вернуться к более размеренной жизни. А еще больше хочется уже опровергнуть все слова Салливана. Я готов даже найти тайную фиолетовую Нору, лишь бы только убедиться в том, что возле нее не проводили никакие обряды.

— Кто это идет? — спросил Юрий.

— Парень и девушка, — прохрипел Фрэнк.

Гостей мы не видели, потому как из поместья нам в глаза бил яркий свет. К нам шли лишь темные силуэты, один в деловом костюме, а второй в пышном платье.

— Рад ваз познакомить с моей избранницей! — громко объявил Виктор. — Екатерина.

— Добрый вечер, — девушка взялась за подол платья, грациозно подняла руки и поклонилась.

— Катя, иди к нам, — радостно предложила Татьяна, — познакомимся получше.

— С удовольствием, — ответила девушка. — Виктор много о вас рассказывал. Вы ведь его матушка Татьяна?

— Да, это я. А это его тетя, вон сидит…

В общем, Катя надолго попала в захват Татьяны. Если у них с Виктором намерения серьезные, а я думаю, это так, то ничего страшного.

Виктор подошел ко мне, когда я сидел рядом с Юрием. Дядя молодого главы рода до сих пор спорил с Жаком по поводу нового банковского продукта.

— Не думал, что она сможет приехать, — растерянно сказал Виктор, — экзамены же…

— Забей. Приехала же, так радуйся.

— Я рад!

— Да что-то не видно.

— Не отвлекайтесь, пожалуйста, — продолжал Жак, — мы еще не закончили с фондом, который позволял бы любому школьнику инвестировать в недвижимость.

— Ты, правда, думаешь, что школьник потратит тысячу рублей не на газировку и чипсы, а инвестирует в какую-то тысячную долю квартиры.

— Ну, не все сразу, — Жак пожал плечами, — нужно будет им объяснить, для чего это делать. Продукт вообще рассчитан не на школьников, а на студентов и людей более старшего возраста, но небольшого достатка.

— И откуда у тебя столько знаний?

— Нашел в клинике учебники по экономике и даже углубленные именно в банковское дело.

— И все прочитал? — удивился я.

— Не все, потом появилась Жанель, и я забросил эти книжки…

— Зря! — Юрий закрыл глаза и пригрозил пальцем. — Значит так, дочитываешь все, до чего доберешься и, может быть, возьму тебя поработать в банк.

— Ого, польщен вашим предложением, — ответил Жак, — с превеликим удовольствием.

— Во дает пацан, да, Виктор.

— Пацан? — переспросил парень. — Я вижу только бородатого мужика.

— А, ну да… неважно, — отмахнулся я и обратился к пацану в теле здоровяка, он ведь своего рода тоже попал в новое тело, а вместе с ним и новый мир. Кроме того, сдается мне, что сыворотка повлияла и на интеллект. — Думаю, ты стал разбираться в банковском деле не просто так, если ты понимаешь, о чем я.

— Разумеется, понимаю, — Жак подмигнул, — а к чему ты это?

— Будь осторожен. Если заметишь что-то не то — звони Марату, не игнорируй.

— Хорошо, хорошо.

Разговоры продолжались вовсю. Со всех стороны раздавались веселые голоса, смех. Интересные истории звучали от многих. Те, кто их слушали, набивали животы вкуснейшей едой, а кто-то и выпивкой. Впрочем, гости и хозяева поместья лишнего себе не позволяли.

— А теперь по плану просмотр кино! — громко объявил Виктор.

— Кино⁈ — если это то, о чем я думаю, то клянусь Виктору не несдобровать!

— Что за кино? — спросила Катя.

— Всем понравится. Константин, пожалуйста, принеси это чудо техники.

— Сию минуту.

Константин вынес из поместья средних размеров пластиковую коробочку. Протянул провода и установил ее на стол. Лампочки и кнопки начали светиться, я разглядел большую линзу. А, так это проектор, может, для этого мира и, правда, чудо техники.

— Эта штуковина… — начал Виктор.

— Проектор, — шепнула Катя.

— Именно! Проектор, за ним будущее. Сейчас Константин принесет еще кое-что, и вы поймете, о чем я говорю.

Вскоре Константин принес большое белое полотно. Натянул его на легкий, но устойчивый каркас. Установил так, чтобы проектор смотрел на белое полотно строго перпендикулярно.

— Готово.

— Запускай.

Дворецкий уселся за стол, где стоял проектор. Вставил в него флэшку и нажал несколько кнопок. На огромном белом экране появилось изображение.

— Вау! — почти в один голос все удивились.

— Никогда прежде такой хреновины не видел, — усмехнулся Майк.

Я особо на экран не смотрел, больше меня интересовала реакция собравшихся людей. Воспитанники Фрэнка не скрывали свой восторг, в отличие от аристократов или простолюдинов-мужчин. Соня с Катей сидели рядом, переглядывались и улыбались.

Наконец и я взглянул на белое полотнище. Картинка и, правда, качественная, а главное — гораздо больше, чем позволяет показать домашний кинотеатр Волгиных.

Лишь через секунду я увидел знакомое место. Снова стена, съемка ведется с угла поместья Волгиных. Виктор! Снова ты с этим видео! Я чуть не разбил себе лоб, когда по нему хлопнул. Все это заметили, и тут же Константин запустил видео.

Теперь уже все Волгины поняли, что нам собрался показать Виктор и осуждающее, но больше в шутку, на него посмотрели. Остальные же, те, кто прежде запись не видели, смотрели с восторгом.

— Да это же Дэвис! — выпалил мужским, грубым басом Жак.

— А это гигантская анаконда! — Денис смотрел запись и нервничал.

— А!

— Ой-ой!

Все, кто прежде запись не видели, очень бурно отреагировали на то, как я запрыгнул гадине в пасть. Да сколько можно⁈ Меня это уже начинает смущать. Впрочем, герою — слава, а Виктору я с удовольствием влепил подзатыльник.

— Это только проверка работы устройства, — объяснил глава рода, — дальше будем смотреть кино, правда.

— И минута славы для Дэвиса, — сказал Соня.

— Дэвис! Дэвис! — начала кричать Жанель.

За ней повторил и Жак:

— Дэвис!

— Дэвис! — кричала Соня.

— Дэвис! — это уже жена Юрия и ее дети…

А там уже и все воспитанники начали скандировать мое имя. Фрэнк, Гладер, Юрий, Майк тоже не смогли остаться в стороне. Еще через секунду уже все выкрикивали мое имя и хлопали, даже служанки не остались в стороне. Вот уж точно — минута славы. Приятно? Наверное.

— Ладно вам, хватит, — я встал и поклонился, больше иронизируя над ними.

— И правда! — выкрикнул Виктор. — По плану вечеринки после фильма нас ждет еще кое-что интересное.

Константин включил фильм, и теперь уже все заняли свои места. К моему удивлению, Виктор подобрал такое кино, которое бы смогли с одинаковым удовольствием посмотреть все поколения, что собрались на вечернике.

Через два часа фильм закончился. Все остались в восторге. Люди старшего поколения даже похвалили Виктора за хороший вкус. Те, кто младше, лишь активно обсуждали кино и делились эмоциями. Жена Юрия отвела детей спать и обещала скоро вернуться. Юрий не мог веселиться, пока его жена занимается с детьми, поэтому тоже ушел.

Вскоре они вернулись. В этот момент, по плану Виктора, наступил поздний ужин. Константин и другие прислуги начали разносить еду и выпивку. Очень быстро и этот этап подошел к концу.

— А теперь танцы. Константин заводи это музло!

— Сию секунду!

На заднем дворе, прямо на траве появились большие колонки и даже диджейский стол. Как оказалось, Константин любит не только классическую музыку… Этим он всех очень удивил, разве что только не Виктора.

— Разбиваемся на пары и танцуем! Любой танец! — радостно говорил Виктор. — У кого пары нет, извините, но вы будете жюри.

— Ммм… Жюри? — спросил Фрэнк. — А с радостью!

Первыми кинулись в пляс Виктор и Катя. Затем мы с соней, уже через миг подтянулись Юрий с женой, воспитанники Фрэнка. Танцы продолжались пару часов. Лишь после этого Виктор разрешил жюри вынести вердикт.

Танцевал я плохо и этим подводил Соню. Впрочем, мне в этом мире было не до танцев. Я, так скажем, занимался кое-чем гораздо более важным. Соня не обижалась, наоборот, подбадривала меня.

Позже, когда все жюри посовещались, они смогли вынести своё решение. Его огласил Майк:

— Единогласно! Мы считаем! Победили… победили… Виктор и Екатерина!

— Ура! — воскликнула девушка и прыгнула молодому главе рода на руки.

Все начали хлопать победителям. Кто-то даже принес для них две короны. Бижутерия, конечно, но значимости это нисколько не снизило. Виктор и Катя стали королем и королевой этой вечеринки. Все снова продолжили танцевать, теперь уже даже те, кто был без пары.

Соня слегка расстроилась, но ничего мне не сказала. Она у меня умная и прекрасно понимала, что я занимался кое-чем поважнее. Позже, когда мы во время танцев оказались с Виктором рядом, он прошептал:

— Ну хоть в чем-то я лучше тебя.

— Получается так, — ухмыльнулся я.

* * *

Уже утром я и мой спецотряд отправились к поезду. Взять с собой оружие было нельзя, ровно, как и все боевое снаряжение. Виктор пообещал, что отправит его следом за нами на машине. И за это ему большое спасибо, иначе пришлось бы повозиться в Царске.

Время в дороге пролетело незаметно.

— Будем в Царске через пять минут, — сказала симпатичная проводница, что заглянула в наше купе.

Глава 15

Поезд остановился уже в Царске. На землях одного из рода, который, насколько я знаю, с Голем не враждовал и не был близок к заключению союза. Словом, полный нейтралитет. Вся проблема в том, что меня могут узнать в этом городе, и тогда все мои планы пойдут прахом. Этого нельзя допустить, поэтому еще в Борске купил себе подростковую кепку, очки, в которых ненастоящие линзы.

Узнать меня сможет лишь тот, кто хорошо знал. Причем не издалека, а только если окажется очень близко ко мне. Буду держаться подальше от людей, которые по внешнему виду напоминают аристократов. Это в каком-нибудь Борске или Синихолмске легко отличить аристо от простолюдинов. Царск — столица этой альтернативной России и богатых семей в нем достаточно, многие даже богаче старших родов, пусть и не имеют такого влияния.

По легенде — мы волейбольная команда. Любительская, с запасными игроками. И приехали мы из провинциального городка потягаться с местными. Я, как бы мне того ни хотелось, по легенде, сын одного из игроков. Для создания полного образа первым делом мы отправились в спортивный магазин.

— Купите мяч и форму с кроссовками. Все это засуньте в сумки и побыстрее, — сказал я.

— Может, вам что-нибудь подсказать? — раздался позади меня удивленный голос продавца-консультанта.

Черт! В этом городе слишком много народу. Обостренную чувствительность не выключал, а все равно не заметил этого парня, что подкрался сзади. А еще он услышал, как я, — в его глазах обычный подросток — раздаю команды взрослым серьезным мужикам. Впрочем, плевать. Из ситуации помог выкрутиться Майк.

— Мой сын, он у нас такой хулиган, — Майк смотрел на меня и откровенно ржал.

— Да… — консультант почесал затылок, — я заметил. Вам показать, где у нас что?

— Да, нам бы форму для волейбола, кроссовки и мяч.

— Идемте за мной.

— Пойдем, сынуля, — усмехнулся Майк, — и не хулигань.

Давно не чувствовал себя настолько неловко.

Бойцам велел не утруждать себя примеркой. Этот приставучий консультант все не отходил от нас ни на шаг. Как же он мне надоел. Из-за него бойцам приходилось заходить в примерочную с кучей одежды и несколькими парами обуви, чтобы не вызвать подозрения. Черт его знает, может, этот магазин принадлежит какому-нибудь роду.

Знающий человек без труда определит в моей «волейбольной команде» опытных бойцов. Впрочем, в примерочной они все равно ничего не мерили. Брали то, что попадалось, ведь нам нужно было экономить время. После мы выбрали сумки, и я все оплатил.

— Сыну нравится покупать, — посмеялся Майк, — только сдачу не забудь вернуть.

— Хорошо, — проворчал я.

— До свидания. Приходите еще, — ответила женщина за кассой.

— Еще никогда не чувствовал себя таким идиотом, — сказал я, когда мы вышли из магазина.

— Ха-ха, босс, — засмеялся тот самый мужик с непростым детством, — может, вас в парк развлечений сводить?

Все бойцы нахмурились и посмотрели на бородача. Никто из бойцов не смел меня подкалывать и так со мной разговаривать. И они об этом прекрасно знали.

— Хе-хе, — ухмыльнулся я.

И сразу же заржали бойцы, хотя, все еще неуверенно. Ладно, я же не робот. Иногда можно и посмеяться вместе. Возможно, это еще лучше сплотит мой элитный спецотряд.

— Если выполним поставленную задачу, то дам пару дней на развлечения в Царске.

— Ого, — воодушевился Майк, — мы вас не подведем.

* * *

Мы заселились в гостиницу. Стоило это дороже, чем какая-нибудь общага или хостел, но комфорт я ценю, и он нам не помешает. Бойцы разошлись по номерам. За работу мы возьмемся завтра утром. Задач у нас предостаточно. Отправимся в тот самый район, что раньше принадлежал моему роду. Нужно собрать максимум информации, а мне бы еще не попасться на глаза тем, кто меня может узнать.

Утром мы собрались в ресторане на первом этаже. Чтобы поменьше привлекать к себе внимания, велел всем бойцам взять с собой сумки и кепки. Да, так бы будем выглядеть в ресторане не очень уместно, зато никто не заподозрит, что собрались какие-то подозрительные мужики. Подумают, что просто недалекие решили поесть перед тренировкой. Маскировка — это ведь не всегда про незаметность.

— Трое едут в западную часть района. Она принадлежит Ветровым. Еще трое в восточную. Те земли принадлежат другому роду. Оставшиеся четверо должны отправиться в центр, примерно в то место, где соседствуют территории этих двух районов. На группы разобьетесь сами.

— Есть.

— Есть.

— Хватит, вы забыли, где мы находимся?

— В самом деле, — буркнул Майк, — просто не привыкли мы под прикрытием работать.

— Проехали. Перед каждым стоит две задачи. Первостепенная: выяснить, занимался ли род Голем чем-то запрещенным, может быть, какой-нибудь черной магией или проводил ритуалы с убийствами.

— Ясно.

— А зачем? Ведь род Голем уже…

— Без лишних вопросов, — я перебил бойца. — Вторая задача: узнать, хорошо ли живут люди. Нужно понять, насколько их жизнь стала хуже, после того, как сменился старший род и произошло разделение района.

— Ясно.

— Сделаем.

— Еще какие-то указания? — спросил Майк.

— Действуйте поодиночке. Придумайте для себя какую-нибудь легенду, вам необязательно всем быть волейболистами. Вы должны успеть посетить как можно больше общественных мест, которые располагают к общению между незнакомыми людьми.

— Бары, кабаки…

— Правильно. Но необязательно, можете затесаться в очередь, например, в поликлинике и пообщаться со стариками. Или покатайтесь на общественном транспорте. В общем, придумаете. Собираемся ближе в ночи здесь же. Вопросы?

— У волейболистов нет вопрос, — улыбнулся Майк.

— Тогда за дело.

Я, будучи в теле подростка, отправился на детскую площадку. Общение с совсем детьми меня не интересует, вряд ли они скажут мне, стала ли их жизнь после смены старшего рода лучше или нет. Но на площадке можно повстречать и подростков. Но детской площадкой ограничиваться не собираюсь, хочу посетить еще несколько других мест.

Перед собой тоже поставил несколько задач. Во-первых, нужно попытаться как-то узнать про дела Голем. Кто, как не жители этих земель, могут знать все слухи про Голем? Другого способа собрать информацию у меня нет. Я, вообще-то, сам из рода Голем и официально мертв, поэтому просто не могу пойти к другим родам и спросить: «А мои родственники случайно, не…»

Проблема еще и в том, что меня все еще могут узнать. Поэтому, перед тем как отправиться на задание, я достал из кармана одну штучку и нанес на свое лицо веснушки. Был бы я девушкой, мог бы с помощью косметики изменить себя до неузнаваемости. Обойдусь тем, что есть. И буду надеяться, что Голем не любили выставлять своего ребенка напоказ.

Как и планировал, сначала посетил детскую площадку. К совсем маленьким детям не подходил, а вот в одну группу подростков попытался влиться. Сделать это очень просто, если у тебя есть пачка сигарет или что-то в таком роде. Не мне судить родителей этих детей, и если они в свои пятнадцать считают, что курить круто — их дело. Мне по большому счету плевать. А если я и решу что-то изменить, то делать это нужно на гораздо более глобальном уровне. Все-таки я хотел бы видеть на своих землях достойных людей, а не тех, кого частенько встречал в Борске, особенно до чисток.

Пацаны рассказали о слухах, которые ходили вокруг Голем. Много информации пришлось пропустить через сито, еще больше — мимо ушей. Но в итоге слова одного из них показались мне полезными. Он сказал, что родители не пускают детей на улицу в конце месяца, когда стемнеет. Причем, что удивительно, никак это не объясняют.

История показалась мне подозрительной и не очень правдивой. Допустим, Голем и, правда, устраивали жертвоприношения фиолетовой Норе. Но неужели бы они дошли до того, что начала отлавливать детей со своих же земель по ночам? Бред. Не верю.

В итоге, до обеда я пообщался с несколькими группами подростков. Узнал мало, но этого мне хватило, чтобы сменить тактику. Про существование фиолетовой Норы действительно ходил слух, и вот это меня напрягло. Про некий комендантский час, что придумали родители, никто из детей больше не говорил. Может, тот пацан выдумал, а может, лишь его родители и их окружение знают немного больше, чем остальные. Поговорить бы с кем-то высокопоставленным, но в этом городе я — никто. Стал бы кем-то, но не могу рассекретить свою личность, пока неизвестно, что за этим последует. Имею в виду, непонятно, что именно решат со мной сделать Ветровы.

Еще от детей я узнал, что их жизнь после смены старшего рода стала лучше. Отличникам даже в школах начали выплачивать небольшие стипендии. Некоторым работникам из сферы образования, медицины и муниципалитета подняли зарплату. Говорит ли это о чем-то? Пожалуй, пока нет. Может быть, новая власть лишь пытается заслужить лояльность новых жителей своих земель.

После детских площадок я пошел в столовую. Нашел такое место, где собираются настоящие работяги. Сел за один из столиков, поближе к группе мужиков, чтобы послушать их разговоры.

Не прошло и минуты, как я, мягко сказать, охренел. Они внаглую, ничего и никого не стесняясь, начали обкладывать весь род Голем матами. Хотя, кого им бояться? Ведь Голем уже давно нет. Я слушал их и понял, в чем причина ненависти к моему роду. Оказалось, что управленец завода, который напрямую работал на Голем, запросто позволял себе задерживать зарплату. Люди ходили жаловаться к моим родственникам, но те только обещали во всем разобраться. А, когда власть сменилась, того управленца уволили.

В разборки с этими мужиками я лезть не стал. Какой смысл? А вот вера в свой род в тот день у меня впервые пошатнулась. Однако, это ведь только один завод, а у них было несколько, уже молчу про все прочее… Может, так случилось, что не уследили за управленцем. Это вообще невероятное стечение обстоятельств, что я подслушал именно такой разговор. Если теперь везде такие настроения, то удивительного в этом ничего нет. Но этого не может быть! Род Голем, это ведь не Скаевы, и не Беркли. Не верю. Пусть мужики думают, что хотят, для меня они только исключение, которое подтверждает правило. Все.

Вышел из столовой и направился к трамвайной остановке — прокатиться по району и посмотреть, чем люди живут. Сел в трамвай и сразу вспомнил, как впервые приехал в Борск и прокатился на автобусе. Изучал тогда уровень развития мира и все пялился людям в телефоны, пытался понять, есть ли уже интернет или нет. Умора.

В этот раз я только смотрел в окно, по сторонам и слушал разговоры. С собой я всегда честен, иначе нельзя. Думал, что приеду в район, что принадлежал моему роду и увижу здесь нечто вроде того, что было в бедных неблагоприятных районах Борска. Оказалось, все мои ожидания не сбылись. По улице ходили счастливые люди. Нет, они, конечно, не улыбались друг другу, как какие-то дурачки, но я же владею обостренной чувствительностью.

Злоба, печаль, тоска и прочее — все это люди почти не испытывали. Большинство были счастливы или радовались. Пусть они веселились мелочам, а не глобально своей жизни. Однако если они находят в себе силы быть довольными каждый день, то значит, не так уж и плохо они живут после смены старшего рода.

Гопников и маргиналов на улице вообще не встречал. Даже бедные люди не выглядели каким-то неухоженными. Чистота — это ведь не про дорогие бренды.

Ехал и думал о своем. Так глубоко погрузился в думы, что уже и совсем забыл, куда именно уехал на трамвае. А думал я о своем возвращении. Просто представим, что оба рода сразу же вернут мне все то, что принадлежит по праву. Вот я получил земли, вступил в наследство. Но смогу ли я сразу дать тот уровень жителям своих земель, что сейчас обеспечивают Ветровы и еще один род. Да ведь у меня даже людей нет, которые справлялись бы с кротами. А что, если Норы разродятся ими в один день? Я на две части не разорвусь. Уже молчу про все экономические и муниципальные, так скажем, трудности. Есть у меня опыт, но это не опыт главы рода этого мира. И ладно, опыт, у меня даже ресурсов нет. Насколько знаю, многие высокопоставленные должности сменились с приходом новой власти. Если старший род снова сменится, то и эти люди вернутся в свои роды. Где мне взять новых доверенных управленцев? Вернуть старых — что-то из области фантастики.

Все это глупый мысленный эксперимент. Скорее всего, когда Ветровы узнают, что я жив, то они тупо найдут меня и убьют. Как бы силен я ни был, но сражаться против провинциального рода при поддержке армии, магов и спецотряда — это одно, а выйти одному против сильного рода со всеми его мощностями — совершенно другое. Я реалист и прекрасно понимаю, что враз победить Ветровых не смогу. Вообще не факт, что смогу. А если и смогу, то на это уйдут годы, я должен буду скрываться, действовать исподтишка. Явно не то, чем хочу заниматься. Да плевать на меня. Жители земель, разве они будут рады, если их прежний «повелитель» начнет таким способом избавляться от новых?

Когда я сюда ехал, то почему-то даже не задумывался об этом. Месть — все еще живет внутри меня. Но тот черный сгусток в уголке подсознания больше мной не повелевает. Жители этих земель, будут ли они счастливы, если стану для них старшим родом? Не думаю. Очень не думаю. Как и сомневаюсь в том, что это возможно. Кем я себя вообще возомнил⁈

— Молодой человек, с вами все хорошо? — спросила пожилая женщина.

— Да, голова побаливает, — ответил я.

— Я могу вам дать таблетку.

— Пожалуйста, если можно.

— Конечно, — женщина улыбнулась.

Она дала мне таблетку, и я ее проглотил. Хорошо бы, если бы это была волшебная пилюля, которая подсказала мне, как поступить. Или пусть осколок интенсивнее работает, идей в голове совсем нет.

— Я могла вас где-то видеть?

— Нет, не думаю.

— Точно? — женщина прищурилась. — Наверное, показалось.

— Наверное, — улыбнулся я. А скорее всего, нет, она действительно могла узнать меня, если видела пару раз в сопровождении старших Голем. — Позвольте у вас кое-что спросить? — максимально ненавязчиво начал я.

— Да, на здоровье. Ехать мне еще далеко, а так хоть разговор время скрасит.

— Замечательно, — я снова улыбнулся, — как вам живется в этом районе, после смены старшего рода на два новых?

— Не думала, что настолько молодой парень интересуется политикой.

— Мы с родителями из другого города переезжать будем, вот выбираем район в Царске.

— Так вот в чем дело, — улыбнулась женщина, — вы знаете, хорошо живется.

— Простите меня за навязчивость, но я раньше здесь не жил, сравнить мне не с чем. Что изменилось?

— Дышать легче стало, — улыбнулась женщина, — Голем… это своенравный род. Они очень не любили делиться своими деньгами с простыми людьми.

— Простите?

— Зарплаты в районе были ниже, чем во всех других. Я уже не говорю о пенсиях. Налог на них един для всех, но Голем это не смущало, и они платили старикам меньше. Новые два старших рода навели порядок, они проиндексировали пенсии, подняли зарплаты. У меня вот племянник работал на стройке и рассказал, как там все их начальство сменилось.

— Аристократы своих людей поставили?

— Не знаю, своих или нет, но зарплаты задерживать перестали. К людям по-человечески относиться начали.

— А с Норами как дела?

— О, замечательно. Спим теперь, как у боженьки за пазухой.

— А раньше? — я удивленно вскинул бровь.

— Нет. Голем нас защищали, ничего не говорю. Но делали это как-то… безответственно. Запросто могли жор пропустить или явиться только тогда, когда кроты уже в сам город вылезли.

— Занятно. А что еще вы знаете про Голем?

— А зачем вам знать про Голем? Вы в курсе, что они все мертвы?

— Знаю, конечно. Мне интересно, почему их решили истребить?

— Я не знаю, — женщина развела руками, — аристократы всегда воюют между собой за ресурсы, территории, влияние.

— Нет, Голем убили совсем по другой причине, — прошептал старик, что сидел точно позади меня.

— И по какой же? — обернулся я и поднял бровь.

— Они скрывали от всех фиолетовую Нору.

— И что? — спросил я. — Это преступление?

— Вообще-то, да, — ответила женщина, — но я не верю в эти слухи.

— Зато я верю, сам однажды видел фиолетового крота. Вот вам и Голем. Твари они, и все.

— Ясно… — фыркнул я, — новая власть вам нравится больше?

— Конечно, — старик посмотрел на меня, как на дурака. — Бабуля правильно говорит, что теперь хотя бы кротов можно не бояться. Новые аристо ввели большие налоги на роскошь, но мне как-то плевать. Откуда у бедного в… руках алмазы? Пусть богачи платят деньги, лишь бы остальным хорошо жилось.

— А вы, случайно, не знаете, где фиолетовая Нора? Не хотел бы, чтобы мои родители купили квартиру возле нее, — объяснил я.

— Никто не знает, кроме новых аристо. А крота я видел на улице Продского 7, возле заброшенных гаражей.

— Спасибо, — улыбнулся я, хотя в душе бушевал пожар.

Похоже, мои родственники и, правда, имели во владениях фиолетовую Нору и скрывали ее от всех. Впрочем, это все еще не доказывает, что они проводили темные ритуалы. Не хочу в это верить, но если предоставят убедительные доказательства, то придется.

Поблагодарил стариков за разговор и вышел на ближайшей остановке. Спросил у людей, как добраться до нужной мне улицы и дождался автобуса.

Ехать примерно минут сорок. А значит, я снова буду наедине со своими не самыми приятными мыслями. Что, если слова Салливана — правда? Допустим, это так, тогда весь мой путь ложный… нет. Не весь. Только тот, который начинается в Царске. Какой смысл мне сражаться за род, что проводил кровавые ритуалы с детьми? Никакого. Да и не будут простые люди рады тому, что Голем вернется в лице одного меня.

Все это какой-то сюр. Доказательства темных дел Голем еще не нашел, но верю в них все больше. Одна только Нора, которую скрывали, чего стоит. Но даже не разочарование в Голем решает. Еду и смотрю на этих людей. Им ведь точно не будет лучше, если я развяжу войну против Ветровых или попытаюсь дипломатически вернуть свои земли из владений второго рода, что непричастен к истреблению Голем.

Раньше я думал, что обязан мстить за Голем. Обязан вернуть свои земли, чтобы сделать жизнь людей на них лучше. В Голем я уже так не уверен, еще одно доказательство и все, я больше не смогу оправдывать их сам для себя. Что до людей, так их жизнь я представлял совсем иначе. Если я и решу забрать свое, то сделаю всем только хуже. Зачем мне все эти богатства, земли, бизнес, Норы… если мир от этого не станет лучше?

Единственное, чего я хочу — справедливости. А о какой можно говорить справедливости, если я решу мстить за род, который творил зло? О какой можно говорить справедливости, если я получу свои земли и стану сказочно богат, но жизнь простых людей станет хуже.

Нет. Хватит об этом думать. Нужно передохнуть и подумать о чем-то другом. Вскоре автобус привез меня к нужной станции, и я вышел из него. Посмотрим, смогу ли я найти фиолетовую Нору.

Глава 16

Обостренная чувствительность на максимум. А заброшенные гаражи, как сказали люди, которых я здесь встретил, находятся совсем недалеко. Шел в их направлении и сканировал вокруг себя всё, до чего только дотягивался.

Здесь полно не только заброшенных гаражей, но есть и различные небольшие здания, ангары. Интересно, куда вообще можно спрятать Нору, чтобы про нее не знали все подряд? И стали бы ее прятать просто так?

Зашел еще дальше в район заброшек. Вдруг почувствовал людей. Остановился, спрятался в кусты и осмотрелся. Их точно нет в прямой видимости. Они в гараже или где-то еще. Сконцентрировался на них и пошел в ту сторону. Обостренная чувствительность позволила мне почувствовать людей с расстояния метров так в триста, раньше о таком и мечтать не мог.

В итоге я подошел к одному из гаражей. Он, как и все остальные, выглядел старым, обшарпанным и потрепанным. Вот только чувствительность не обманешь. Во-первых, в нем точно есть люди. Во-вторых, изнутри он укреплен настолько хорошо, что и танком стену не пробьешь.

А заинтересовало меня другое. Большое открытое пространство под гаражом. Гараж — точно верхушка айсберга, который скрывает под собой все самое интересное. Подземная часть осталась для меня едва ли доступной, она слишком глубоко под землей, что не дает сконцентрироваться. Однако, никаких сомнений в том, что именно здесь фиолетовая Нора, не осталось.

Укрепленный гараж. Много людей внутри. Большое подземное пространство, которое я «пощупал» лишь поверхностно. Все это говорит о том, что Нора именно здесь. Постоял еще немного возле гаража и поплелся обратно. Нору я так и не смог почувствовать, зато ощутил слабое магическое излучение. Либо внутри маг, либо много самоцветов, ведь и они могли дать похожее чувство. Но не думаю, скорее всего, это именно норное излучение.

Голем скрывали фиолетовую Нору от людей — факт. Хотя, а с чего я решил, что это делали именно в угоду злого умысла? Вряд ли Голем настолько великие маги, что смогли переместить Нору туда, куда им нужно. Хотя, вопросов от этого меньше не стало. Неужели здесь всегда была подземная пещера с Норой? Почему она не переполнилась фиолетовыми кротами. Допустим, когда-то они выходили наружу.

Но мое предположение трещит по швам. Если Нора была здесь всегда, то почему те люди, что строили гаражи, проигнорировали ее и строили прямо над ней? Бред же. Как строители, а тем более аристо могли такое допустить?

Подумать есть над чем, а еще у меня в запасе несколько часов, чтобы прогуляться по городу и собрать еще больше инфы. Куда бы отправиться на этот раз? На рынок. Вот там я точно повстречаю любителей потрепать языком, а если и нет, то хотя бы посмотрю, чем люди живут.

* * *

Рынок меня не порадовал. В плане сбора информации, а так это достаточно приятное место, атмосферное. Не похожее на рынок, что есть в Борске. Тот какой-то более деревенский, что ли. Про темные ритуалы своего рода ничего не узнал. Одни люди отказывались про это говорить, другие считали выдумками. Зато несколько из моих собеседников не постеснялись предположить, что фиолетовая Нора реально существует. Фиолетовых кротов или самоцветы не видел никто из тех, с кем я общался. Зато один мужчина знал мужчину, что знал парня, который нашел где-то в заброшках маленький фиолетовый самоцвет. Сомнений нет никаких, фиолетовая Нора, правда, существует. Я собрал достаточно доказательств, чтобы убедиться в этом.

Подумал и решил, что успею наведаться и в свое, по праву, поместье. Вернее, лишь посмотреть на него. Кто пустит какого-то пацана с улицы в поместье побежденных аристо? Правильно, никто. Может, оно вообще разрушено. А еще желательно, особе не отсвечивать, ведь возле поместья еще выше шанс, чем на окраине района, что меня узнают.

Узнал у прохожих, где оно находится, и отправился туда. Поместье находилось рядом с зеленой Норой. Имение окружала большая, бетонная стена, примерно такая, как у Волгиных, только еще лучше. Перебраться бы через нее. Но, к удивлению, не пришлось.

Большие ворота были открыты, и никто даже не препятствовал тому, чтобы люди проходили на территорию имения. Почему так? Это странно. Все равно, что вынести собственные секреты напоказ. Хотя, может, именно победившим родам скрывать и нечего. Но Нора, ее никто не закрывал, хех. А ведь я мог бы.

Дождался, когда на территорию пойдет чуть больше людей, чтобы не идти одному по большому относительно открытому пространству. Затеряться в толпе здесь не получится, слишком мало народу. Но так хоть одинокий подросток не будет привлекать к себе внимание.

В итоге дошел до самого поместья без лишних проблем. Никаких КПП, никаких вооруженных мужчин и подобного. Лишь возле самого поместья увидел небольшой комок. И офигел! Ублюдки! Они превратили поместье Голем в музей. Вот же твари, как можно вообще до такого додуматься⁈ Какие же уроды. Лучше бы они его сровняли с землей, было бы не так унизительно.

Пришлось купить билет в собственный дом. Да. Какой же это сюр, вот только не понимаю, зачем было превращать поместье в «музей», который доступен для всех. Уколоть этим Голем? Так они уже мертвы.

Поднялся по ступеням и оказался в гостиной. В голову сразу же ударили воспоминания. Я чуть не упал, пол начал уходить из-под ног. Оперся на стену и постарался побыстрее прийти в себя.

Воспоминания так и бежали непрерывным потоком. Я вспоминал, как был маленьким и бегал по этой гостиной. Вспоминал свои игрушки… Маму, папу. Людей, которые меня окружали. И рос я в заботе, семья действительно хотела для меня только лучшего. Иногда отец наказывал меня, но и на то был повод. До рукоприкладства не доходило. Мама была мягче и старалась все мое непослушание регулировать разговорами. Помогало это не всегда.

Еще вспомнил, что в конце месяца меня всегда отправляли к бабушке с дедушкой на пару дней. Не знаю зачем, но я к этому привык с самого раннего детства и даже не спрашивал. Хотя, один раз спросил, и отец грубо ответил, что бабушка и дедушка по мне скучают, а им с матерью нужно отдохнуть. Больше вопросов не задавал. Дедушка и бабушка тоже ко мне хорошо относились. Вот только совсем не помню, где находилась их квартира.

Кое-какие выводы уже можно сделать, и они меня совсем не радуют. Чем больше я бродил по поместью, тем больше вспоминал. И хорошего и плохого, но первого все же больше. А еще я вспомнил мальчика, он был лет на пять меня младше. Его я совершенно случайно встретил в подвале… Снова закружилась голова, стало даже больно.

Мозг противился и не хотел вспоминать тот день. Но мне пришлось, иначе я не мог. Отошел в одну из дальних комнат, чтобы люди мне не мешали и не видели, как меня штормит от плохих воспоминаний. В тот день я прочитал один из ужастиков Стивена Кинга, и черт меня дернул отправиться с фонариком в большой, темный подвал. Там я встретил мальчика, который попросил мне помочь. Позже, совершенно внезапно, появился папа и ударил меня… нет, не физически, а — магией. Не знаю, что он сделал, но я или потерял сознание, или уснул.

А потом на миг очнулся и только слышал родительскую ругань. Позже поговорил с мамой, и она сказала, что мне приснился кошмар. Спорить с ней я не стал, папа мог сильно разозлиться, и я это понимал уже тогда.

Больше в подвал никогда не спускался. Боялся. Однажды, когда уже был старше, пересилил себя и в тайне спустился. Разумеется, ничего там уже не нашел. Но лицо того мальчика помню прекрасно.

Поверить не могу! Все эти воспоминания заставили меня погрузиться в максимально странное состояние. Я вроде бы находился в реальности, а вроде бы и боролся с тем ужасом, который хлынул на меня. Все зря, мои идеалы разрушены. Голем — это не те люди, за которых стоит мстить. Маленький я тогда многого не понимал, но сейчас его уже давно нет, а есть я, который прекрасно все понял.

Слова Салливана оказались правдой. Я даже не решился войти в свою комнату, хоть и вспомнил, где она находилась. В поместье узнал достаточно, да так достаточно, что весь мой мир перевернулся. Ради чего мне сражаться с Ветровыми?

Мой род оказался злом, не для меня лично, конечно, а для остальных — простых людей, жителей земель. Хочу ли я быть его частью? Хороший вопрос. А еще мне жутко интересно, с какой целью они совершали жертвоприношение детей для фиолетовой Норы. Помню, как-то Владислав обмолвился, что Норы — все равно что живые создания, они все чувствуют. Не хочу быть частью того, что затевали мои родственнички. Не хочу!

* * *

Уже ближе к ночи я и бойцы снова собрались. Но не в ресторане, а в парке неподалеку. Нам не нужны лишние уши, которые могут услышать то, что не следует.

— Кто начнет? — спросил я.

Все помалкивали, и никто не решался.

— Все так плохо?

— Я могу начать, — сказал Майк, — люди живут хорошо, при мне никто не пожаловался на новые старшие роды.

После высказывания капитана у остальных бойцов развязались рты. Все по очереди начали рассказывать о том, какую информацию им удалось собрать. Как оказалось, лишь два из десяти человек услышали негатив в сторону новых правящих родов. Все остальные, соответственно, только и слушали, как жители нахваливают два новых рода.

Вывод напрашивается сам собой — люди рады тому, что Голем сместили и заменили двумя другими родами. После разговоров о жизни людей все по очереди начали признаваться, что совершенно ничего не узнали о темных ритуалах Голем. Некоторые из бойцов повстречали людей, который слышали о существовании фиолетовой Норы, но не больше. Я уже начал подумывать, что, может, и нет за Голем никаких темных дел, но очередь дошла до последнего бойца, и он сказал:

— Я повстречал одного мужика. У него есть друг, а у того друга еще один друг и вот он знает семью, которая, якобы, потеряла своего единственного сына из-за Голем.

— Так, стоп. Все свободны, — сказал я и посмотрел на бойца, — а ты мне сейчас все подробно расскажешь.

— Я повстречал его в бильярдном клубе… — начал боец.

В итоге он все мне пересказал. История больше похожа на обычные сплетни и слухи, однако в свете последних событий в нее легко поверить. Собственно, почти уверен, что это правда. Как вспомню лицо того мальчика, так сразу испытываю к родственникам этого мира отвращение. С какой стати я вообще должен их любить, мстить за них? Они мне никто, а все мои к ним чувства — лишь остаточный след души пацана, которому раньше и принадлежало это тело.

Саму по себе историю можно назвать бесполезной. Уже хотел прервать бойца, как он вдруг сказал:

— Я знаю адрес, где живут те люди.

— С этого и надо было начинать.

Записал его в заметки и приказал бойцу:

— Свободен.

— Есть, — ответил он и ушел.

В парке я остался один. Уже слишком поздно, чтобы ехать на тот адрес. Сделаю это завтра. По пути в отель я все думал о своей семье из этого мира, осмыслял свой путь, пытался понять, чего действительно хочу, и в чем моя мечта. Мечта, не представляю, как можно жить без мечты… Не то чтобы раньше пределом моих мечтаний была месть всем врагам, но теперь я совсем сомневаюсь, что хочу убивать Ветровых.

О чем я мечтаю? Как бы ни было это банально, но, наверное, вернуться к Соне и создать семью. Может, позже, когда буду готов, то попытаюсь основать и свой род. Все-таки жить в этом мире мне предстоит еще долго, а превращаться в растение, что целыми днями сидит перед телевизором, желания нет. Без развития буду лишь деградировать, во всех смыслах.

Как же много мне предстоит над собой поработать. Все-таки до сих пор хочу перебить Ветровых. А может, это влияет тот ошметок черного демона, что поселился в душе и уже был один раз побежден? Что же, у меня вся ночь впереди, попробую выгнать из медитативного пространства образ желания мстить и посмотрим, что случится тогда.

Что до земель, которые принадлежат мне по праву. Я все еще не знаю, хочу их вернуть или нет. Зато в одном уверен на все сто — жители этого района не будут рады моему возвращению. Все, что им нужно — это спокойная, размеренная жизнь, а не бесконечная нервотрепка из-за разборок аристократов.

* * *

Уже утром я понял, что во мне началось нечто такое, что я в не в состоянии остановить. Только направить в нужную сторону. Мне все меньше хотелось мстить Ветровым и отвоевывать свои земли. Причем это совершенно точно не иррациональный позыв. Чем больше я все обдумывал, тем меньше ассоциировал себя с Голем. Думаю, еще немного самокопаний и окончательно решу, чего в этой жизни хочу, а чего нет.

После обеда я отправился на нужный адрес. Тот самый, который дал мне один из бойцов. Если мне повезет, то родители погибшего ребенка не прогонят меня в первую же секунду после того, как я заговорю о том, что до сих пор вызывает боль в их сердцах. Для них это будет сложный разговор, а для меня, если все подтвердится — точка невозврата.

Родители, очевидно, откажутся говорить. Но есть у меня одно тайное оружие, которое не побоюсь применить. Одно из ответвлений моей особенной связи с миром. Если придется, то я готов повлиять на них магией, чтобы изменить их ко мне отношение и в целом настроение.

Зло это или нет. Пожалуй, что да. Но разве небольшое зло не прощается, чтобы победить большое? По большему счету мне плевать. Никогда не считал себя героем, просто все так складывается. В любом случае родители того ребенка ничего не потеряют. Главное, чтобы меня они не узнали. Ведь если узнают, то это будет полное фиаско.

Поднялся на нужный этаж и постучал в дверь. Ее мне открыл полупьяный мужик, который выглядел, мягко сказать, нездоровым.

— Тебе че надо? — спросил он.

— Хочу с вами поговорить. Это будет полезно не только мне, но и вам, — сразу сказал я и показал пачку денег.

Валюта, пожалуй, еще один способ развязать людям язык. Если «взятка» не сработает, то тогда мне уже точно ничего другого не останется, кроме как воспользоваться своей способностью.

— О! — мужик улыбнулся левой половиной лица. — Давай, че⁈

— Сначала разговор, — я быстро спрятал деньги во внутренний карман.

— Кто там пришел? — прозвучал женский голос из квартиры.

В этот момент я разувался. Хотя, думаю, они бы и не заметили ту грязь, что я оставил, зайдя обутым. Чистотой в этой квартире и не пахнет.

— Пацан какой-то, — ответил мужчина, — прикинь, денег нам дать хочет за разговор.

— Какой еще разговор? — вышла заспанная женщина из комнаты.

Она не была пьяной, зато засыпала на ходу. Только увидела меня, вопросительно посмотрела и закинула в рот пару таблеток:

— Здрасте, — сказала она, — о чем ты хочешь поговорить?

— Присядем? — спросил я. — Это будет непростой разговор.

Кажется, женщина уже начала понимать, для чего я пришел. Она недовольно фыркала, но ничего не говорила. Все сжимала в руках банку с таблетками.

— Вот сюда падай, — пробубнил мужчина, а сам завалился на кресло, да так, что чуть не улетел вместе с ним назад.

— Спасибо, — ответил я и сел на диван.

Надеюсь, клопы у них не кусаются… Впрочем, кто я такой, чтобы их судить? Не все люди способны пережить потерю ребенка. Судя по этой семье, женщина справляется явно лучше, чем мужчина.

— У вас есть видеомагнитофон?

— Есть, а зачем? — спросила женщина.

— Хочу вам кое-что показать, — еще одно мое секретное оружие.

Передал ей кассету, она вставила ее в разъем и запустила запись.

— Это ты, что ли?

— Я.

— Ого! — мужик прильнул к экрану, — о***ь.

— Ты сильный маг, — задумалась женщина, — поди еще и аристократ.

— Да.

— И что ты хочешь от нас? Зачем показал видео?

— Видео показал, чтобы вы знали: на что-то да я способен повлиять.

— Еще как способен, — мужчина после просмотра будто бы протрезвел, — ой-ой-ой, как способен.

— Так вот, — начал я, достал пачку денег и положил половину на столик, — а это, чтобы вы меня сразу не прогнали.

— Да кто ж тебя прогонит? — улыбнулся мужчина и, схватив деньги, начал пересчитывать.

— Спрашивай уже, чего хотел, — сказал женщина, она уже готовила себя к худшему.

— Я хочу поговорить о вашем сыне, — сказал я, да так, будто грянул гром среди ясного неба.

Женщина выпучила глаза. Открыла баночку и закинула в рот еще таблеток. Мужчина вскочил с кресла, не досчитав деньги, швырнул их в меня и проорал:

— Вон! Убирайся!

Так я и думал. Но ничего, я уже успел хорошо настроиться на их внутренний мир. Начал направлять в них магию и успокаивать. С женщиной оказалось проще, ее больше нужно было вывести из сна, чем успокоить.

Мужчина же разгорячился по полной. Уверен, если бы не направил в него свои чары, то он уже через секунду попытался схватить меня и выпроводить из квартиры.

Пара минут стараний, попыток объяснить, что я не хочу для них ничего плохого, и мужчина успокаивается. Решается собрать деньги с пола, но останавливается и садится обратно в кресло.

— И че ты хочешь знать⁈

— Вы уверены, что это сделали Голем?

— Да, — спокойно ответила женщина.

— Да, — прорычал мужчина, — как же хорошо, что все они уже сдохли.

— Простите, но откуда такая уверенность?

— Наш сын возвращался с праздника, он побаивался один идти по городу.

— А мы были на работе! — выкрикнул мужчина и ударил по креслу.

— Он говорил со мной, — продолжила женщина, — говорил, что ему страшно. Я старалась его отвлечь, и вдруг он обрадовался. Сказал, что увидел машины Голем… а после… я не хочу вспоминать, — заплакала женщина.

— Они похитили моего сына, моего мальчика. Больше мы его не видел.

Вполне достоверная история, если бы не одно «но». Хотя это самое «но» можно списать на откровенную тупость тех, кто был в той машине или даже безнаказанность. Не представляю, насколько нужно быть отбитыми ублюдками, чтобы по ночам воровать детей.

Родители уверены в том, что это сделали именно Голем по целому ряду причин. Во-первых, мальчик шел по пустой улице. Там не было других людей. Во-вторых, тот район считается вполне себе благополучным. И самая кричащая причина: Голем буквально закидали родителей ребенка деньгами, когда те стали жаловаться и пытаться добиться справедливости.

Думаю, что мальчика похитили молодые Голем, а старшим это очень не понравилось. Лишь позже они узнали о том, насколько глупо действовали похитители. Иного объяснения не вижу, ведь Голем гораздо проще было убить этих бедных людей, чем задаривать их деньгами. Собственно, они до сих пор на них и живут. Не работают.

— Аристократы, местные божки…

— Да. Но их наказали, — ответила женщина.

— Жестоко наказали и они того заслужили, — прорычал мужчина.

Я думал, не стоит спрашивать у них про темные ритуалы жертвоприношения, что, якобы проводят Голем, но семейная пара как-то сама вышла на этот разговор. Они рассказали мне про фиолетовую Нору, про других родителей, у которых пропали дети. А еще они поведали мне самое ужасное, что вообще могли узнать:

— Если кормить фиолетовую Нору душами невинных, то она темнеет… а потом становится черной, — женщина снова заплакала.

— Черной? Но для чего Голем черная Нора?

— Мы похожи на магов? — нахмурился мужчина. — Ты узнал, что хотел, все, уходи…

— Спасибо, — сказал я и отдал записку с номером телефона, — если что-то понадобится, то звоните.

— Угу… обязательно, — протянул мужчина.

После встречи с родителями пропавшего мальчика я сразу отправился в библиотеку. Да не простую, а ту, что относится к магической академии. Да, это уже совсем другой район, но времени у меня полно. Во что бы то ни стало я должен выяснить, правда ли, что фиолетовая Нора может превращаться в черную. Допустим, правда, может, но для чего Голем черная Нора? Как много вопросов и мало ответов. Какой-то детектив, а ведь я ехал сюда совсем с другими намерениями…

Библиотека оказалась в другом районе, но не так далеко, чтобы это стало проблемой. Охранник любезно пропустил меня внутрь, хоть у меня и не было пропуска или другого документа, удостоверяющего личность. Пришлось немного использовать своей магической силы, но ничего страшного с ним из-за этого не случится.

Библиотекаршей оказалась пожилая женщина. Именно такая мне и нужна. Уж если кто-то кроме преподавателей и лучших учеников магической академии знает о черных Норах, так это именно она.

— Здравствуйте, — улыбнулся я.

— Здравствуйте, — ответила женщина и подошла к стойке.

— Я с не совсем обычным запросом. Мне нужна литература про фиолетовую Нору.

— Билет, пожалуйста.

— А я его дома забыл, — ответил я, пожал плечами и направил в женщину немного магии, чтобы она забыла или не настаивала на своей просьбе.

Она подумала, посмотрела на меня и говорит.

— Первый и последний раз, — она мило улыбнулась, а затем показала мне, где можно найти книгу.

Я отправился в нужный зал, нашел тот самый стеллаж, о котором она говорила, и увидел очень-очень много цветных книг. Причем цвета корешков соответствовали цвету Норы, о которых в них написано. Мне, можно сказать, повезло — фиолетовая книга всего одна, правда, толстая. Но ничего, читаю я быстро.

Про желтую Нору было больше всего книг. Она имеет индекс 6/12, фактически считается средней. О Норах с более низким индексом было меньше книг, причем, чем ниже индекс, тем меньше книг. Например, про темно-оранжевую — семь, а про красную с индексом 1/12 всего одна.

Что до Нор с индексом выше 6/12, то чем выше индекс, тем, опять же, меньше книг. Без исключения. Однако книг больше, чем про те Норы, у которых индекс меньше 6/12. Для понимания: четыре книги о голубых Нора, о синих — три. С фиолетовым корешком всего одна книга, как я уже выяснил.

Книги с черным корешком нет, кто бы сомневался. На всякий случай я еще раз просмотрел все полки, но так ничего черного и не увидел. Нора, которую нельзя изучать? Может, про нее нечего писать? Скорее, первое, чем второе, особенно, если превращение после жертвоприношений — это правда.

Взял книгу с фиолетовым корешком и уселся за ближайший стол для чтения. Включил лампу с зеленым абажуром, открыл книгу и начал читать. Почти восемьсот страниц. И если там ничего не будет про трансформацию или черную Нору, то сильно разозлюсь и попытаюсь выудить инфу из библиотекарши. Если и она не будет знать, то придется сходить в университет на пары.

Наступил вечер, а мне еще читать и читать. Пока ничего полезного не узнал. Много нового, конечно, выяснил, но не то, что искал. Оказывается, из фиолетовой Норы лезут не просто кроты, а практически стайные животные, до разумных им далеко, но охотятся они по своей тактике и неподготовленные маги вполне могут их не одолеть.

Фиолетовые самоцветы тоже не из простых. Они могут хаотично взрываться. Похоже, именно поэтому их нельзя использовать буквально ни для чего. Занимательно. Сама Нора, что удивительно, практически не имеет излучения.

— Модой человек, вы здесь так долго сидите, может, я смогу вам в чем-либо помочь?

— Да, пожалуй, — за спрос деньги не берут, как говорится, вот только в моей ситуации проблема не в деньгах. — Что вы знаете про черную Нору? Может ли в нее превратиться фиолетовая?

— Ой… — женщина невольно напряглась.

Сразу же направил в нее магию, лишь бы она успокоилась и ничего не учудила. В итоге уже через пару секунд она сидела за столом, с противоположной стороны от меня.

— Это тайные знания, их даже в университете не преподают.

— А что вы еще знаете?

— Что черная Нора дает людям такую силу, какую не дает образование вкупе с любой другой Норой.

— То есть, если у какого-либо рода появится черная Нора, то его маги заочно станут сильнейшими?

— Думаю, да… но за это придется заплатить большую цену.

Странная женщина, но хорошо, что она мне попалась:

— Вот, видите, а вы говорили, что ничего не знаете. Спасибо!

— Да пожалуйста, — она пожала плечами и осталась сидеть за столом.

Ничего, еще пара минут, и она придется в себя. Даже не вспомнит наш разговор. А из него я узнал достаточно, чтобы понять мотивацию своей родни. Они хотели стать сильнейшими магами и их даже не остановили необходимые кровавые обряды.

Практически любой род магов хочет стать сильнейшим. Но многие ли будут готовы пойти на сделку с собой? На такие жертвы? Во-первых, умрут невинные дети, а, во-вторых, с грузом их смертей придется еще и жить. Я бы так не смог.

И вот тут меня посетила одна занимательная идея. А что, если Ветровы обманули Скаевых и преследовали совсем другие мотивы? Они ведь вполне могли скрыть за благородной целью настоящую, а именно — желание отобрать у другого рода то, что сделает его магов сильнейшими. Вдруг Ветровы продолжили совершать жертвоприношения. Что, если весь мой род только для того и истребили, чтобы отжать потенциальную черную Нору⁈ Безумие, но я в любом случае собираюсь это выяснить. Пару дней подготовки и вспомню, каково это — в одного сражаться против толпы врагов.

Вышел из библиотеки и пошел к остановке. Вдруг появилось странное чувство. Примерно похоже на то, что испытывал, когда Осколок хотел что-то мне сообщить. Но он уже давно часть меня, потому мне нужно сконцентрироваться не на нем, а на собственных мыслях. Но разве я упустил что-то важное? Остановился на месте, сел на ближайшую скамейку и давай думать. Прокручивал все, о чем думал сегодня, особенно по части Нор и Ветровых.

Ничего я не упустил. Но это чувство все не проходило, оно только усиливалось. Я решил осмотреться по сторонам, быть может, увидел что-то чертовски важное, но не заметил этого. Люди часто проходили мимо меня, никто не обращал внимания на задумавшегося парня. Машины проезжали мимо. Всюду мигали вывески, располагались плакаты с рекламой и один огромный билборд.

Я посмотрел на него и прочитал: «Pink Floyd. Obscured by Clouds» и увидел изображение. Стеклянная пирамидка, с белым лучом света, который входит в нее с одной стороны, а выходя из другой, превращается во все цвета радуги.

КАРТИНКА

В момент, когда я рассматривал постер, чувство только усиливалось. Осколок что-то понимает и хочет мне сказать, но, увы, я должен додуматься сам. Пока не очень понимаю? Мне на концерт пойти? Только я подумал о покупке билетов, как чувство ослабло. Может, дело в самом изображении! Есть, чувство усилилось. Еще немного и я приведу самого себя к нужной мысли.

На билборде изображена обычная дисперсия. Ничего такого… чувство снова усилилось. Ладно, продолжу вспоминать школьный курс физики. Белый пучок света проходит через стеклянную призму и, так скажем, раскладывается на спектр. В результате получается радужная цветная полоска.

Кажется, я все понял. Но ведь этого не может быть! Если бы это правда было так, то об этом бы узнали задолго до меня. Вы же не хотите сказать, что я только что сделал открытие в мире магии? Нет, не может быть. Хотя, я ведь первый маг в этом мире, который способен управлять магией всех цветов. Значит ли это, что гипотетически, я мог бы стать и белым магом?

Это знание свалилось на меня, как огромная гора. И что мне теперь делать? Срочно изучать магию всех цветов, так на это уйдет много времени. Ну, хорошо, изучу, а дальше что? Ответа у меня пока нет, зато в одном я точно уверен — больше, чем что бы то ни было на свете, осколок хочет заставить меня изучить магию всех цветов.

Подумать есть над чем, но уже пора возвращаться в гостиницу. Вдруг меня кто-то окликнул:

— Дэвис Голем⁈ — мужской голос.

Кто-то из бойцов, но что он мог здесь забыть? Нет, голос чужой, незнакомый. Оборачиваюсь и вижу совершенно незнакомого мужчину. Он увидел меня только потому, что прошел мимо. Сейчас же стоял в паре шагов, а его лицо выражало весь спектр эмоций.

Его я видел впервые. Во всяком случае, никаких воспоминаний, связанных с этим человеком в голове не всплыло, а значит, я не был с ним знаком. Просто отвернулся и пошел себе дальше, немного ускорившись.

— Подожди!

— Вы меня с кем-то путаете, — не оборачиваясь, ответил я.

— Ты жив, — выкрикнул мужчина. В его голосе не было радости. — Стой!

Без понятия, кто он, но то, что он меня узнал, не сулит ничего хорошего. Хотя, он уже все равно меня узнал. Может, он расскажет мне что-то полезное, или я выбью из него инфу. В итоге остановился и посмотрел на него:

— Допустим, Дэвис. И что?

Мужчина схватил меня за руку:

— Давай деньги, иначе Ветровы узнают, что ты жив.

— Сколько? — облом, ничего полезного этот придурок мне не расскажет. Зато смогу опробовать на нем свою новую способность и лучше бы она сработала.

— Много! Все, — он все сжимал меня за руку.

Если бы не толпа людей вокруг, которые, впрочем, не обращают на нас внимания, то просто разделался бы с ним с помощью одного лишь точного удара. Но убийства мне сейчас ни к чему, они лишь усложнят мою задачу.

— Хорошо, — изображаю неуверенность в голосе.

Сую руку в карман, а сам наполняю кулак маной. Концентрируюсь на мужчине, на его самых свежих мыслях и воспоминаниях последних минут. Рывок — дергаю его на себя. Захват, подножка, бросок и вот он уже летит спиной вниз. Подхватываю его, теперь уже высвободившейся, тяну на себя. Взмах — удар. Слабый энергетический и одновременно с тем ментальный удар приходится ему точно в лоб. Удар не ранит, тем более не убьет, зато точно выбьет последние воспоминания из головы. Проще говоря, этой встречи не было, мужчина про меня не вспомнит.

Оставил его валяться на асфальте и побежал прочь. Прохожие кричали мне вслед, кто-то просил вызывать скорую, а кто-то грозился догнать меня и проучить.

Но в итоге никто меня так и не догнал. Затерялся в переулках, а затем сел в автобус и отправился в гостиницу. Мне еще предстояло переварить очень много идей. Решить, что я буду делать дальше.

Глава 17

Уже утром дал своим бойцам приказ найти среди заброшек место, пригодное для допроса. Они сразу поняли, что я от них хочу и что имею в виду. Майк спросил лишь примерное место, где нужно искать. Все остальное он знал: и про шумоизоляцию, и про возможных свидетелей. Опыта у него, как и у бойцов, достаточно. Они справятся с настолько простой задачей.

Что касается белой магии — то про это мне еще думать и думать, уже молчу о том, что на освоение магии всех цветов уйдут годы. Однако я придумал, как действовать дальше в тех небольших рамках, которые сам для себя определил. Если я приехал разбираться с Ветровыми и темным прошлым своего рода, то с этим и нужно закончить. Я уже выяснил достаточно, но еще не все.

Перед тем, как решать, что делать с Ветровыми, нужно понять их мотивы. Узнать, как именно сейчас они используют фиолетовую Нору, если вообще используют. Я уже не знаю, что думать, и где искать правду, именно поэтому решил все взять в свои руки. Хах, как всегда.

Начну с того, что выясню, что именно Ветровы делают с фиолетовой Норой. Уже эти знания помогут пролить свет на их мотивы, станет ясно, с какой целью они истребляли Голем. Если Ветровы лишь сдерживают фиолетовую Нору и убивают кротов, то они действительно хотели прекратить все то, чем занимаются Голем. Если же они сами подкармливают Нору новыми смертями, то с ними у меня будет совсем другой разговор и уже совершенно плевать, хотят того жители района или нет. Как там говорится, убивший дракона сам становится драконом? Вот и посмотрим, кем стали Ветровы.

Майк и пара человек уже ждали в «комнате» для допроса. Осталось только отловить одного из бойцов, что выйдет из того самого гаража, под которым скрывается фиолетовая Нора. Собственно, сейчас именно этим и занимаюсь.

Я сидел в кустах и уже пятый час ждал, когда из гаража появится хоть кто-то. Не могут же люди рода находиться там круглосуточно. На самом деле могут, у них там наверняка все схвачено и продумано, но рабочие смены никто не отменял.

Буду ждать, пока не дождусь. В противном случае, ничего не получится. Если не поймать «языка», то ко всему остальному лучше не приступать. Все-таки нужно же узнать, что меня ждет под гаражом. Может, там такое, что мне одному туда и не стоит соваться. Хотя, после пережитого, меня мало что остановит.

Еще спустя три часа дверь гаража открылась. Стальной лязг я не слышал, как и скрип. А то, что она открылась, понял, благодаря обостренной чувствительности. Ведь я же сижу не у самого гаража.

Из него вышел мужчина, не бест и не маг. Совершенно один. И в этом мне крупно повезло. Будь он не один, задача заметно усложнилась бы. А так, нападу на него из засады. Вырублю и притащу на допрос. Потом нужно будет ему стереть память и надеяться, что он ничего не вспомнит, и что его начальство тоже ничего не заподозрит. Не хотелось спровоцировать усиление охраны Норы.

Подождал, пока он дошел до кустов, в которых я прятался. Приготовился и выпрыгнул на него. Хотел сразу врезать ментальным энергоударом, чтобы вырубить без лишнего шума и травм, но не получилось. Мужчина увернулся и выхватил пистолет.

Но выстрел так и не прозвучал. Пришлось быстро ударить его со всей силы. Вырубить мужчину оказалось совсем просто. Однако и его реакции нужно отдать должное — опытный боец. Посмотрим, как он поведет себя на допросе. Вопросов у меня к нему не так много, да и ответы он знать должен, ведь часто бывает под гаражом.

Направил усиление на мышцы рук, ног, а главное, спины — межпозвонковые грыжи мне не нужны. Мужик этот гораздо тяжелее меня, впрочем, к этому я уже почти привык.

— Возьмите и свяжите его, — сбросил мужика с плеча в руки двух своих бойцов.

Они уже подготовили стул со спинкой и веревку. Пытать мы его не будет, во всяком случае так, как это делают бандиты. Никаких иголок под ногти или утюгов на спину. Все, что нужно, я выпытаю из него с помощью своей новой ментальной способности, заодно и потренируюсь. Сам не заметил, как открыл ее в себе и уже начал применять.

— Готово, — сказал Майк и показал на связанного мужчину, — даже дернуться не сможет.

— Отлично, тогда ускорю процесс. На всякий случай наденьте маски.

Сам я тоже надел. Лишний раз подстраховаться никогда не бывает лишним. Не думаю, что этот мужик хоть что-то вспомнит после нашей с ней беседы. Еще, наверное, будет думать о том, а когда это он разбил губу.

Приступаем. Направил в него ману и помог очнуться. Он нахмурился и посмотрел на всех нас. Должно быть, уже прекрасно понимает, что его ждет.

— И чего вы хотите? — сразу спросил он.

— У меня к тебе несколько вопросов. Ответишь на все и будешь жив, здоров и даже не вспомнишь, что мы с тобой встречались.

— Не знаю, кто ты, — фыркнул он, — но, похоже, маг, а значит, аристократ. Твоим родителям не понравится.

— Заткнись, — совершенно спокойно сказал ему, — не трать наше время. Много людей под гаражом?

— Смотря, что есть много. Три, четыре, — это уже не один, но и не куча.

— Философа поймали, получается, — усмехнулся Майк.

— Не пытайся меня заболтать.

— А я не пытаюсь… я это и делаю.

— Ясно. По-хорошему не хочешь.

Направил в него маны. Заставил стать более покорным и спросил:

— Много людей под гаражом?

— Около двадцати… когда больше, когда меньше.

— Там находится фиолетовая Нора?

— А вот этого не скажу. Что такое…

— Ясно, — я направил в него дополнительно маны и сделал еще более сговорчивым.

— Да, под гаражом фиолетовая Нора.

— Вот видишь, какой ты послушный, — усмехнулся я.

— Не понимаю… я же не хотел говорить.

— Не хотел? А может, хотел, но просто не понимал.

— Эм…

— Говорю еще раз. Давай по-доброму или я у тебя в мозгах такой беспорядок учиню, что до конца жизни будешь по психбольницам болтаться.

— Спрашивай, — он нахмурился и напрягся, понял, что пахнет жареным.

— Да, собственно, вопросов осталось не так уж и много. Всего один. Для чего Нора Ветровым?

— Они исследуют ее.

— Хотят превратить в черную?

— Нет. Для этого им пришлось бы убивать невинных детей. Ветровы — самый благородный и гуманный род Царска. Я рад служить ему.

Ничего не понимаю. Они действительно так хороши, что отказались от идеи стать сильнейшими магами. Если это так, то похвально. Однако оставить все, как есть, не могу. Фиолетовая Нора рано или поздно соблазнит Ветровых, может, через несколько поколений. А может, и вовсе она когда-нибудь попадет в лапы другого рода, который не побоится взять тяжелый груз на душу в обмен на невероятную магическую силу.

— С тебя хватит, — сказал мужику и легко зарядил ему в лоб ментальным ударом, — очнется через несколько часов. Побудьте с ним.

Я взял нужное снаряжение для взлома и отправился прямо к гаражу. Ждать нечего. Фиолетовую Нору нужно закрыть, так я не только сделаю этот мир чуточку лучше, но и громко заявлю о себе. Если бы о Норе знал весь город, то было лучше, но и того потрясения, что испытают Ветровы, мне вполне хватит. Может, даже удастся о чем-то договориться, но пока не хочу загадывать наперед.

А почему просто не пошел к Ветровым и не сказал, что хочу закрыть Нору? Так а разве хоть один маг-аристократ этого мира поверит в то, что молодой пацан на такое способен. Тем более, все усложняет то, что Ветровы, да и их люди точно меня узнают. Кроме того, они ведь могут и не согласиться распрощаться с захваченной Норой. Кто знает, какие у них на нее планы, даже если они вроде бы не собираются превращать ее в черную.

Решение я уже принял. Отступать не вижу смысла, да и не в моем это стиле. Повозиться со вскрытием гаража пришлось чуть больше, чем я планировал. Без магии бы не справился, все-таки не старый жигуль угнать собираюсь, а прикрыть Нору, что принадлежит большим дядям.

На шум, что удивительно, совсем никто не прибежал. И тому два объяснения. Первое: все люди Ветровых слишком глубоко под землей и не услышали. Но такого быть не может. Конечно, не услышать они могли, вот только датчики и прочие системы безопасности никто не отменял. А они у богатого рода точно в обиходе, а тем более в таком месте.

Второе: решили дать бой там, где им удобнее, то есть внизу. Может, уже вовсю готовятся обороняться. И это логично. Никто ведь из бойцов, что здесь находятся, не подумает, что на них напал лишь один молодой парень. Наверняка посчитали, что только действительно опасным врагам хватит наглости сюда лезть.

Нужно поторопиться. Скорее всего, подкрепление уже едет. Времени у меня мало. Жалко, что я без смарт-доспехов, зато исполинский меч в, так скажем, свернутом состоянии у меня с собой, помимо этого есть магия и пистолет. В общем, все то, чего с головой хватит для успешного выполнения задачи.

Спустился по бетонной лестнице на минус первый. Пахнет сыростью, у стен стоят столы со стульями. У дальней даже диван и рядом телевизор. Комната отдыха. Быстро же они отсюда слиняли, когда почувствовали, что сейчас что-то будет. Осмотрелся дальше и увидел двери лифта.

Ясно. Просто так к Норе не спустишься. Лестницы тупо нет. Действительно, кто такая эта ваша техника безопасности. Нажал большую серебристую кнопку, а сам начал поглощать синюю ману из аккумов в рюкзаке за спиной. Готов спорить, они не очень рады тому, что лифт начал подниматься.

Наверняка уже все их оружия смотрят в стороны лифта. Думают, что смогут так просто со мной разделаться? Наивные. Впрочем, этот город со мной еще не знаком. А еще задачу усложняет то, что я хочу обойтись без убийств. Это позволит не обострять потенциальный конфликт с Ветровыми, да и бойцы вряд ли в чем-то виноваты, ведь лишь служат своим аристо.

Лифт поднялся на мой этаж. Вошел в него и нажал единственную кнопку, которая ни чем не обозначалась. Пока ехал, медитировал, гонял энергию по магическим артериям. Настраивал себя гасить пули и принимать их энергии. Готовился наносить энергоудары, которые будут не убивать, а вырубать.

3… 2… 1…

Поехали. Двери не успевают до конца открыться, а я уже выскакиваю наружу. Хоть для чего-то мне пригодились мои небольшие габариты.

Бойцы сразу же открывают по мне огонь. В ушах звенит, пахнет дымом. Ярких вспышек так много, что щурюсь и ни черта не вижу. Зато чувствую.

Прыгаю к первой жертве. Взмах, удар — и вот он уже вырубился. Поглощаю энергию пуль с небывалой легкостью. Несколько защитных оболочек совсем не оставляют им шанса ранить меня, а ведь из стволов вылетают зачарованные пули.

Бегу к следующей группе бойцов. Влетаю в них с двух ног — еще двое отправляются спать. Прыжок, кувырок. Захват и несколько точных ударов. Мозг еще трех бойцов не выдерживает, и те сваливаются с ног, роняя оружие.

Секундная передышка и вижу фиолетовую Нору во всей красе. Как для фиолетовой, она слишком темная и светится не так ярко, как синяя или оранжевая Норы, что я видел прежде. Да, вот и доказательство всего того, в чем я еще недавно сомневался.

Разворот, удар с ноги под колено. Боец умудряется схватиться за товарища и устоять. Пробиваю сначала одного, затем другого. Оба валятся с ног. Пули все еще звенят о мою магическую броню. Разворачиваюсь и с пяти метров отправляю в стрелка ментальный энергоудар. Вырубается, как миленький.

Обостренной чувствительностью ощущаю беста. Он рядом, разворачиваюсь и вижу, что в меня летит большой серый шар. Ловлю его голыми руками. Все же не совсем голыми, ведь защитная пленка в несколько слоев покрывает все тело.

Кидаю магический шар обратно в беста. Он ловит его. Хмурится и едва успевает поглотить перед взрывом. Интересно, а смогу ли я рассеивать бестовские заклинания? Уверен в этом наверняка. Он бежит на меня и выпускает из рук два острых клинка.

В меня стреляют, а я по-прежнему неуязвим. Мне плевать. Концентрируюсь на бесте, подпускаю его так близко, насколько только могу. Блокирую первый клинок рукой — искры летят во все стороны, защитные оболочки максимум получают неглубокую царапину. Блокирую второй. С разворота пробиваю ментальным энергетическим ударом бесту в лицо.

Он вздрагивает. Клинки, что тянулись из его рук, в секунду рассеиваются. Но почему-то силы удара не хватает и бест не вырубается. Должно быть, у их мозгов более высокая сопротивляемость к внешнему воздействию. Ударю сильнее, для меня это не проблема.

Снова блокирую, но теперь уже колющий удар. Буквально ловлю клинок одной рукой, второй блокирую так, что даже удается сломать о колено. Провожу захват, беру под руки и перекидываю через себя. Только он поднимается на ноги, как получается второй энергоментальный удар. Этого хватает с лихвой. «Серый маг» падает, как и должен.

Бойцы продолжают обстреливать меня. Но они уже не действуют так слаженно, как раньше. Разбежались по всем темным углам, как тараканы. Придется потратить время, чтобы выковырять каждого из них. Надо поторопиться, иначе Ветровы успеют прислать сюда «тяжелую артиллерию» и вот тогда у меня точно будут трудности. Я, конечно, очень сильный маг с крепким воинским духом, но это еще не значит, что я абсолютно непобедимый. Трупами можно закидать, кого угодно.

Бегу к первому попавшемуся на глаза бойцу. Защищаюсь от пуль, пробиваю энергоментальным ударом. Вырубаю бойца, теперь следующий. Как-то это скучно. Черт, только сейчас понял, что если закрою фиолетовую Нору, то очень усложню себе освоение магии всех цветов. Выбора все равно нет. Разве что могу взять с собой опасных самоцветов. Нет, лучше не брать. Они могут рвануть в любой момент.

Продолжаю носиться по подземной пещере. Практически каждые две секунды нахожу новую цель и отправляю ее в мир снов. Обостренная чувствительность сообщает мне о тех бойцах, которые перестали стрелять и спрятались так хорошо, что и не разглядеть их во мраке.

Достаю каждого из них и вырубаю. В конце концов, бойцы закончились, рано или поздно это должно было произойти. Подхожу к Норе и концентрируюсь на ней. Насколько же необычные чувства, а норное излучение — совсем что-то новое.

А может, рискнуть и попытаться освоить фиолетовую магию? Что бы сказал Владислав?.. Нет, нельзя рисковать. Фиолетовую Нору найти будет проще, чем сразится с теми, кто сюда скоро приедет.

Поглощаю еще больше энергии из аккумов, что в рюкзаке за спиной. Создаю огромную ауру, развеивающую магию. Направляю ее точно в Нору. В воздухе пахнет озоном, вовсю трещат хаотичные выбросы энергии.

Аура начинает рассеивать фиолетовую Нору. Сначала она становится не такой темной, затем насыщенно-фиолетовой, а уже после теряет цвет и начинает растворяться. Но Нора не так проста, как кажется. Она совсем не хочет быть развеянной по воздуху и начинает сопротивляться. Хватило бы мне сил ее одолеть! Вот уж никогда не думал, что и с Норами буду сражаться.

Приходится поглощать еще больше энергии из аккумов за спиной. Наседаю на Нору развеивающей аурой, и она уступает. К сожалению, ненадолго. Стоило лишь немного снизить напор, как погасшие участки Норы снова наливаются светом. Она будто бы регенерирует. Во всяком случае хватается за жизнь или, вернее — существование, как любое живое создание. Природа Нор — вот, что нужно постичь человечеству.

Направляю антимагическую ауру с новой силой. Если не смогу сейчас закрыть Нору, то второй попытки может не быть. Ветровы запросто могут поставить здесь такую охрану, что я и не вывезу. Потому нельзя отступать, нужно завершить начатое. Упорство — вот, чего мне точно хватит, придумать бы еще, где взять дополнительный источник энергии.

А может?.. Нет, я ведь совсем не умею работать с фиолетовой энергией. За пару минут точно не научусь ее подчинять. Нужно придумать что-то другое. Бест. У меня под рукой есть только бест и обычные люди. Что такое человек — если упростить до нужной мне степени, то это ведь природный генератор энергии. Ест, пьет и получает ресурс, который тратит на свои нужды. Что, если, просто предположим, я бы смог его вытянуть, как ману? Звучит бредово, но после всего того, чему я недавно научился, удивить меня будет сложно.

Попробовать решил все же с беста. У него есть еще и «серая магия», которая и не совсем истинная магия. Может, подчинить ее будет проще, чем цветную. Надо пробовать. Оставил мощную антимагическую ауру возле Норы, так, чтобы она не давала ей разрастаться. А сам быстро сбегал до беста, подхватил его и притащил к Норе.

Интересно, если я начну вытягивать из него энергию, то это повлияет на его здоровье. Допустим, да и что с того? Мне прекратить и просто сложить руки? То есть, признать, что весь проделанный путь — зря? Нет уж, боевиков я убивал пачками, так что жизнь этого беста не встанет у меня на пути, слишком много поставлено на карту.

Концентрируюсь на его спящем теле, одновременно с тем на рассеивающей ауре. Нора сопротивляется, но я сильнее. По крайней мере, пока у меня не закончится энергия. Начинают вытягивать ее из беста. Получается. А разве могло быть иначе? На всякий случай слежу и за его здоровьем.

Антимагическая аура увеличивается, Нора становится все менее темной и насыщенной цветом. Энергии, которую вытянул из беста, вроде бы хватает, чтобы сделать финальный рывок и закрыть Нору. Вдруг понимаю, что аура, рассеивающая магию, слабеет. Нет, она остается на прежнем уровне, это Нора сопротивляется жестче. Зараза, да сколько же в ней силы.

Вспоминаю, как сражался фиолетовой кометой и округлым лезвием. Назвать это фиолетовой магией все еще нельзя, в крайнем случае осознанным ее применением. А потому мне это ни чем не помогает. Если не надавлю, как следует, то рискую проиграть в схватке с Норой. Решаю рискнуть и вытягиваю норную ману. Организм сразу вопит болью, обостренная чувствительность так и кричит: хватит.

Магические артерии забиваются. Нет, фиолетовая магия мне неподвластна. Прекращаю тянуть из Норы ману в себя. Нужно срочно что-то придумать. Кроме беста здесь есть и обычные люди.

За пару минут притащил пять вырубленных тел. Этого точно должно хватить, с учетом, что смогу найти ману там, где ее нет. Но и я — не обычный маг, а легендарный. Ведь я не столько мастер заклинаний, сколько профессионал по работе с энергией. Вот мне и нужно вытянуть некий ресурс из людей и превратить его в ману.

Пробую и… пробую. Вдруг ощущаю прилив сил, а за счет чувствительности понимаю, что людям становится хуже. Они буквально теряют свои силы, мышечную массу да и в целом будто бы начинают ускоренно стариться. Не так, чтобы превратиться в старика, нет, это почти незаметно, но я прекрасно чувствую.

Вдруг начинаю брать над Норой верх. Получается. Вытягиваю из беста и бойцов больше энергии, пропускаю через себя — и сразу в ауру. Она разрастается, становится мощнее. Да, продолжай. Насыщаю ее Силой. Нора «сдувается», она уже не сопротивляется так, как раньше. Темного и насыщенного цветов в ней становится меньше, она тускнеет.

Опасность! — кричит обостренная чувствительность.

Не знаю, что меня ждет. Срываю с пояса костыль-рукоятку и смотрю по сторонам. Лифт на месте, новых врагов нет, старые не очнулись. Но это чувство меня еще никогда не подводило. Вдруг чувствую со стороны Норы выброс энергии и понимаю, что сейчас что-то будет…

Из нее выскакивает фиолетовый крот! Зараза! Направляю ману из ауры в исполинский меч. В секунду вырастает четырехметровое синее лезвие. Да вот только и у крота есть меч! Причем немногим меньше моего.

Тварь похожа на эволюционировавшую гориллу, которая к тому же напялила доспехи. Сама по себе она фиолетовая, а броня гораздо более темного оттенка.

— УХОДИ!

Голос настолько грубый и чужеродный, что ужасом звучит внутри. Направляю ману на усиление всего тела. Создаю магические щиты и запускаю отдачу.

Громкий треск! Наши мечи сталкиваются, синие и фиолетовые искры смешиваются, отчего появляются красные. Крот хмурится и рычит, он давит на свой меч, возвышается надо мной. Но я не намерен отступать. Давлю на меч, смотрю ему в глаза, а сам черпаю энергию из вырубленных бойцов.

Слишком много пройдено, чтобы какая-то фиолетовая обезьяна помешала мне. Резко перестаю налегать на меч — отпрыгиваю в сторону. В паре метрах от меня фиолетовый клинок рассекает одного из бойцов на две части. Кости и кровь летят во все стороны. Жалкое его, но хорошо, что на его месте был не я.

Направляю острие точно в фиолетового монстра. Он не успевает перехватить меч и выставить блок или парировать. Удар… Черт! Скотина приседает, и синее острие лишь вонзается в толстый, почти черный наплечник. Броню мне точно не пробить.

Силы скоро закончатся. Хотя бойцов здесь достаточно, смогу их использовать, как батарейки. Крот перехватывает меч и направляет в меня. Без труда его блочу своим, правда, чуть не отлетаю назад. С трудом сохраняю равновесие.

Рывок — прыжок. И вот я уже лечу на гориллоподобную тварь сверху вниз. Направляю меч ей в незащищенную голову и стреляю магическим синим острием. Он врезается точно в морду, рассекает ее, от самого удара голова еще и опрокидывается назад, шея едва не рвется, но выдерживает.

Следом за магическим лезвием в голову врезается настоящее и теперь уже окончательно рассекает ее на две части. Приземляюсь за монстром. Только успеваю обернуться, как в меня на всей скорости несется фиолетовый меч.

Блок! Еще чуть-чуть я бы не успел. Голова монстра не регенерирует, так и остается лишь нижней челюстью. Но почему он не сдох⁈ Атакует меня, как проклятый демон. Наносит по несколько ударов в секунду, едва хватает реакции и сил, чтобы все их блочить.

В какой-то момент монстр решает сменить тактику. Вот он, мой шанс. Бегу к нему, прыгаю и скольжу на локте. Пролетаю у него между ног. Вскакиваю за спиной. И, что есть мочи, направляю меч вверх. Он врезается в монстра и практически разрезает его на две части.

Вдруг крот резко разворачивается, да так, что вырывает рукоятку-костыль из рук, хорошо хоть кисти не оторвал. Зараза! Удерживаю меч в его теле исключительно за счет магии. Причем не просто держу, а заставляю его подниматься все выше — рассекать фиолетовую плоть.

Монстр кидает в меня свой меч. Едва успеваю увернуться. Приближаюсь к нему и направляю десятки энергоударов. Причем из разряда тех, что за раз могут переломать несколько бойцов сразу.

Какая-то часть уходит мимо, еще часть — в броню. Оставшиеся попадают точно в цель. Слегка ранят монстра, но, главное — не дают ему вытащить из себя меч. Еще немного и перерублю его грудную клетку.

Продолжаю кружить вокруг него и «покусывать» энергоударами. Он теряется. Во-первых, больше меня не видит, а, во-вторых, не знает, атаковать или пытаться вытащить меч. Этим и пользуюсь.

Синий клинок между тем погружается все глубже в грудную клетку. Еще немного, и он пройдет точку невозврата, и тогда монстру ничего не остается, кроме как развалиться на две части.

А пока… прыгаю! Уворачиваюсь от его атак, не позволяю вытащить меч. Обрушиваю на него целый град энергоударов. Закидываю синими сферами, смачно поливаю дождем. Жалко, что не владею оранжевой магией второго типа, ведь она для фиолетовой — антипод.

Плевать. Справлюсь и так. Бегаю мимо бойцов и вытягиваю из них силу. Направляю ее на боевые заклинания и закидываю совсем уже «поплывшего» монстра. Он теряется в пространстве. Не знает, за что хвататься. Меч больше вытащить не в состоянии, даже, если я не буду мешать.

Его броня трещит по швам. Я так его потрепал, что некоторая просто отваливается вместе с кусками фиолетовой плоти. Все. Пора. Я накопил достаточно маны, чтобы нанести смертельный удар.

Подскакиваю к монстру. Направляю в него синий «дождь», а сам хватаюсь за рукоятку-костыль. Что есть силы направляю ее вверх. Напитываю магический клинок маны, тяну Силой вверх. Монстр дергается в судорогах. Его руки и ноги не слушаются. По моим рукам стекает красная магическая кровь, искры летят во все стороны. Нагрудная броня не выдерживается и с грохотом разлетается на куски.

Больше ничего не сдерживает меч. Давлю на него и рассекаю крота на две части. Это была сложная битва, но самое сложное впереди. Мне все еще нужно закрыть Нору до приезда Ветровых, или кого они там могут отправить.

Пробегаю по полю боя, выкачивая из бойцов энергию. Трансформирую ее и направляю на рассеивающую ауру. Всю энергию, что осталась в мече — туда же. Крохи, которые не потратил из аккумов, так же направляю в ауру.

Нора жалобно пищит, выкидывает из себя самоцветы… и кротов размеров с котят. Серьезно? Топчу этих фиолетовых тварей, похожих на огромных жуков, а сам все напитываю ауру Силой. Еще немного и Нора окончательно сдастся, она уже больше похожа на розовую, чем фиолетовую. А от черноты и следа не осталось.

Есть! Антимагическая аура пробивает некий барьер, и все. Нора окончательно сдается и исчезает прямо на моих глазах. Она схлопывается с характерным магическим щелчком, что так приятен для моих ушей, хоть и слышу его впервые.

Погибло всего трое бойцов, и то один из них по вине фиолетового крота. А теперь пора делать ноги. Не понимаю, почему Ветровы так долго сюда добираются. Может, были заняты чем-то более важным и не ожидали, что кому-то хватит яиц сюда забраться? Неважно, мне же лучше.

Перед уходом оставил под кнопкой лифта записку со своим номером. А еще нарисовал рожицу голема по памяти. Получилось неплохо, примерно такую я и видел на обложке того паспорта, что нашел, когда попал в этот мир.

Лифт поднял меня на минус первый. Сразу же «осмотрелся» при помощи обостренной чувствительности. В трехстах метрах вокруг совсем нет людей. А что это значит? Во-первых, что Ветровы — тормоза. Во-вторых, спокойно могу отсюда свалить, и никто меня не остановит.

* * *

Добрался до гостиницы без неприятностей. Своим бойцам сказал, что больше дел у меня для них нет, а потому пусть либо развлекаются, либо возвращаются в Борск. Ветровы мне до сих пор не позвонили, но в любом случае лезть на них со своим элитным отрядом не собираюсь, мужики тупого этого не вывезут. Напрасные смерти мне ни к чему, а в Борске можно найти им занятие. Помочь тем же Джину и Джону, не забесплатно, разумеется.

Не позвонили Ветровы и утром. Я уже начал за них переживать, хех. Они точно получили записку. Наверное, разбираются сейчас в том, как их служба безопасности могла такое допустить. А мне что делать? В гостинице просто так валяться. Я решил не терять время зря и поехал в самый дорогой магазин протезов, какой только есть в Царске.

Денег у меня, конечно, не полные карманы, но хватит. А свои слова я всегда держу. Хотя Жак сейчас настолько изменился, что отсутствие руки его почти не тревожит. Тем более, у него же появилась Жанель. Впрочем, он все равно будет рад высокотехнологичному протезу и найдет ему применение.

Приехал в магазин и сразу обрисовал продавцу, что и для чего мне нужно. Он с недоверием посмотрел на меня. Спросил, для чего мне протез. А приедут ли мои родители? Стоило на него чуть надавить с помощью ментальной магии и показать пачки денег, как он перестал задавать лишние вопросы и отвел меня в нужный зал.

Здесь были самые разнообразные протезы любых цветов и размеров. Некоторые были нужны специально для того, чтобы заменить руку. То есть они имели телесный цвет, покрытие, что почти неотличимо от кожи. Другой вариант — почти такой же протез, вот только без кожи, а наоборот, излишне пафосный. Блестящий, хромированный метал, возможность менять вставки-украшения и тому подобное.

Был и еще один тип протезов — боевые. Думаю, Жаку такой точно покупать не стоит. Вот был бы он опытным прожженным бойцом, так другой разговор. У него просто нет необходимости в боевом протезе, а, сказать по правде, он им, скорее, поранится, чем пустит на что-то полезное.

Решил подпортить сюрприз, но купить то, что понравится Жаку. Набрал ему и спросил между делом, какой бы он хотел протез. Так и думал. Жак попросил боевой, с бензопилой, базукой, огнеметом… ох уж это детство в одном месте. Если не хочет скрывать отсутствие руки, а больше хвастаться протезом, то я знаю, что ему купить. Хромированный, блестящий в солнечных лучах протез, которые имеет подсветку и море дополнительных функций, от встроенного циферблата на запястье, до встроенного usb-разъема.

Купил руку и по почте отправил в поместье Волгиных. Если в этом мире почта России работает так же хорошо, как и в прошлом, то имею все шансы вернуться раньше своей же посылки.

После отправился покупать подарки Соне. В модной одежде этого мира не очень разбираюсь, а потому пришлось надеяться на вкус молоденьких консультанток. Лишних вопросов они не задавали, должно быть привыкли, что к ним заезжают дети богатеньких родителей. Кроме платьев и прочего купил еще смартфон, самый новый, таких еще в Борске нет.

Позже посетил книжный магазин и купил стопку медицинских учебников, именно таких, какие используют в университетах. Купить весь перечень по программе не получилось, слишком это много книг, Цапля бы их читал лет пят. Если будет нужно, то куплю еще, а пока ему хватит и базы.

Купил разной мелочевки и Виктору с Юрием, другим воспитанникам Фрэнка и ему самому. До самого вечера ждал звонка, но телефон так и не зазвонил. Решил, что нужно съездить в местный воентрог и посмотреть какие бывают там смартдоспехи. Оказалось, что рановато мне ездить в такие заведения. И речь не о возрасте, просто купить боевой костюм за двести миллионов — для меня это пока что-то из разряда фантастики. Огнестрельное и холодное оружие там было дешевое и дорогое, причем, если дорогое, то настолько, что можно на это же сумму купить неплохой автомобиль.

Тачки я уже решил не смотреть. С моим капиталом меня погонят из автосалона, стоит мне в него только войти, хех. Поэтому вернулся в гостиницу, заказал вкусной еды и принялся ждать звонка.

* * *

На следующий день все же раздался телефонный звонок. В тот момент я подбирал себе новую одежду, ведь из старой уже умудрился вырасти.

— Слушая.

— Добрый день. Это Дэвис Голем?

— Допустим.

Уже и имя мое выяснили? Впрочем, ничего удивительного. Покопали немного и нарыли то, что все Скаевы мертвы. А там дело за малым. Черт!

— Мы бы…

— Перезвоните! — сказал в трубку и сразу набрал Соне. Если они хоть пальцем ее тронули, не знаю, что с ними сделаю.

— Привет, Дэвис, — радостно ответила она, — ты давно не звонил. Как у тебя дела?

— У меня? Все хорошо. А у тебя, к вам никакие большие дяди не приезжали?

— Нет.

— Точно?

— Точно-точно, — убеждала меня Соня. — Виктор занимается своими делами, у него никаких проблем. Мы все своими делами заняты…

— Фух, — выдохнул я.

— А что?

— Не бери в голову, — по-доброму сказал я. — Как продвигается проект?

— О, ты знаешь, супер!

Пару минут Соня рассказывала мне о том, чего они добились вместе с Василием. Молодцы, причем оба, такими темпами мы откроем ресторан раньше запланированного срока. Но долго разговаривать мне некогда, пообещал Соне перезвонить позже и попрощался.

Как же хорошо, что Ветровы не стали прижимать Волгиных, а ведь могли бы, причем очень просто. При всем уважении к Виктору и остальным, у него ноль шансов против Ветровых. Собственно, Владислав мне об этом прямо и говорил.

Кроме того действия Ветровых намекают на то, что они настроены дружелюбно. Уверен, если бы они хотели меня прикончить, то уже давно бы начали с Волгиных или, как минимум, попытались взять их в плен, чтобы выманить меня из тени. Они этого не сделали, думаю, специально хотят показать, что не враги. Доверяю ли я им теперь? Нет, но жест ценю. Возможно, мы сможем договориться, узнать бы еще, что они думают по поводу моей способности.

Вернулся в примерочную и продолжил намерять костюмы. Перезвонили мне минут через двадцать.

— Простите, вам удобно сейчас говорить? — не могу вспомнить, кому принадлежит этот голос. А может, и не знал никогда этого человека.

— Да, удобно, — ответил я и сразу спросил: — С кем говорю?

— Арсений, сын главы рода Ветровых. Я бы…

— Позвольте, — бесцеремонно пробил я, — если вы хотите со мной что-то обсудить, то передайте трубку главе рода. Только с ним я готов вести переговоры.

— Отлично!

— Так просто?

— Вы оказали нам большую услугу.

— Ближе к сути, когда мне позвонят?

— Михаил Иванович не будет вам перезванивать…

— Так, не понял, — буркнул я.

— Вы не дали мне договорить, — ни капли раздражения в голосе, скорее, наоборот, — мой отец — Михаил Иванович, не будет вам перезванивать. Он желает встретиться с вами лично.

О, даже так. Похоже, я все-таки не прогадал, когда решил закрыть Нору. Как говорится, одним выстрелом двух зайцев. И Нору закрыл и на прямой диалог с Ветровыми вышел.

— Где и когда?

— Завтра в шесть вечера, на центральной площади Царска.

— Вы же понимаете, о чем я хочу спросить?

— Эм… мы понимаем, что вся ваша семья…

— Была истреблена, как стая бешеных волков.

— Но другого выбора у нас не было. Вы ведь прекрасно осведомлены о том, чем занимался ваш род. Конечно, вы не несете за них ответственность, ведь вам даже не исполнилось восемнадцати. Более того, вы зак… простите, это уже не телефонный разговор. И отец хотел бы поговорить об этом на встрече.

Вот так извинения за перебитую родню. Плевать. Меня это уже никак не задевает, но свой вопрос я так и не задал.

— Вы можете гарантировать мою безопасность?

— Разумеется! У отца для вас есть очень выгодное предложение. А еще, своим поступком вы уже заслужили вознаграждение. Вы нам интересны из-за своей способности. И лишаться ее, пусть она и принадлежит вам, мы не намерены. Кроме того, встреча будет в людном месте. Царевы нам не простят, если мы устроим что-то незаконное.

— Мало, — уверенно сказал я, — пусть Михаил… — как там его отчество? — придет один.

— Думаю, отец согласится. Спасибо, что выслушали.

* * *

Вот и наступило пять вечера. Самое время отправляться в путь, на центральную площадь Царска. Интересно, что Михаил Ветров может мне предложить? Лично я уже знаю, что у него попрошу, но ведь и ему что-то от меня будет нужно, и я даже знаю что.

Глава 18

+ Эпилог

Михаила я узнал сразу. В памяти сохранилось его лицо, а когда я подходил к столику, он улыбнулся и махнул мне рукой. Если бы я не знал, что это глава одного из самых влиятельных родов Царска, то принял бы мужчину за простодушного дядюшку с не самыми модными усами. Лишний вес портил весь его образ, но сила аристократов — это не только про мышцы, есть еще магия и ум.

Интеллект у Михаила острый. Это я знал, как само собой разумеющееся. Обостренная чувствительность сообщила мне о его магической Силе. С виду простой, слегка полный мужчина, но, боже, какая же в нем скрывается Сила. Совсем неудивительно, что он не побоялся прийти на встречу один. Впрочем, если его род занимается только тем, чем следует заниматься уважающему себя и своих подданных роду, то ничего странного в его поступке нет, ведь вряд ли найдется тот, кто захочет его смерти. Что до меня, то я решил не объявлять Ветровым войну, ибо это пустое, совершенно бессмысленное кровопролитие, которое не приведет ни к чему хорошему.

— Добрый день, Михаил Иванович, — поздоровался я и уселся за столик.

— Добрый, Дэвис, добрый. Очень рад тебя видеть, несмотря на все произошедшее.

— Простите, пока того же сказать не могу. Но я ценю, что вы решили не вмешивать Волгиных.

— А зачем же их вмешивать? — улыбнулся Михаил. — Мои люди и без их помощи собрали достаточно информации. Сначала ты нашел и убил Старьевщика, затем помогал Владиславу Владимировичу Волгину разобраться с преступностью в городе… Сразился с Брюсом — зеленым магом и вышел победителем… Даже в клинике ты умудрялся спасать людей, которые точно умерли бы от зеленого Яда… Затем победил высшего крота, кажется, это была гигантских размеров анаконда.

— Можете не продолжать, — фыркнул я.

— Нет, позволь, еще пару моментов, — он отправил в рот ложку насыщено-красного борща, — между делом ты освоил синюю магию, пулял во врагов бесцветные и фиолетовые заклинания. Потом случилось самое важное, ты закрыл фиолетовую Нору. Объясни, пожалуйста, мне, откуда в настолько молодом парнишке, как ты, такая воля к жизни и справедливости? Откуда в тебе легендарный магический дар?

— Вы задаете столько вопросов, — заметил я, — не на все я могу ответить, потому что просто не знаю ответа.

— Хорошо, все это второстепенно. Нам предстоит с тобой столько всего обсудить, закажи себе что-нибудь, — Михаил жестом подозвал официантку.

— Что будете заказывать, господин?

Сначала подумал, что она обратилась к Михаилу, а нет, ко мне. Озвучил ей заказ, и мы вернулись к разговору.

— Перед тем, как начнем, ответьте честно на один мой вопрос.

— Спрашивай, мне от тебя скрывать нечего.

— С какой целью вы истребили Голем? Вы побоялись, что они станут сильнее вас, или все дело в жертвоприношениях. Раньше я предполагал, что вам, возможно, захотелось отнять у них фиолетовую Нору, но вот убедился, что это не так.

— Давай по порядку, — снова улыбнулся Михаил, почесал усы и закинул в рот кусочек чеснока, — мы оценили твой поступок. Очевидно, что ты специально не хотел убивать бойцов, что сторожили Нору. Мы это ценим, правда, спасибо тебе не только за закрытие Норы, но и за те жизни, что ты сохранил.

— Живы были бы все, если бы из Норы не вылез разумный крот, — объяснил я, — пришлось с ним повозиться.

— Да, фиолетовая Нора — это тебе не оранжевая или синяя… — подметил и Михаил, — так я продолжу отвечать на твой вопрос. Понимаешь ли, Дэвис, мир далеко не черно-белый и ответить на твой вопрос однозначно я не могу. Все равно, что сказать, что появилось раньше: курица или яйцо, — Михаил задумался.

— Еще динозавры вылуплялись из яиц, — усмехнулся я, — курицы, насколько, я уверен, вы знаете, появились гораздо позже динозавров.

— Ох-хо, — Михаил прикрыл глаза и засмеялся, — а ты у нас эрудит? Что же? Отлично, ценю в людях остроумие, хорошо ты меня подколол. Возвращаюсь к вопросу, — он закинул в рот еще ложку борща, — ритуальные убийства детей, для меня — это дикость. Мерзко даже думать о том, что такое может существовать в нашем мире, в двадцать первом веке. Но не это первопричина, хотя и она тоже… Видишь, я же говорю, простого ответа нет. Дело в том… Если бы Голем продолжили ритуалы, то создали бы черную Нору и стали сильнейшими магами в Царске. А как думаешь, зачем им становиться сильнейшими? Ты уж прости, что я так откровенно обсуждают твою мертвую семью…

— Ничего, плевать. Меня больше с ними ничто не связывает, по крайней мере, мне претит сама мысль о том, что таким путем можно стать сильнее… А зачем им становиться сильнейшими магами? Я думаю, сильнейшие маги сделали бы свой род самым влиятельным в городе, самым богатым.

— Влиятельность? Из чего она состоит?

— Мощь магов. Количество бойцов в армии. Территория, — сказал я и задумался, — кажется, понял. Вы хотите сказать, что Голем начали бы войну с другими родами?

— Уверен в этом. А как ты понимаешь, они бы никогда не остановились. Люди, что убивали детей ради собственных эгоистических интересов… да им было бы плевать на всех, а земель и богатств для таких много не бывает.

— Получается, вы спасали вовсе не детей, а предотвращали тот… — я замялся.

— П****ц, что грозит Царску, а затем и другим городам, — объяснил Михаил, — но я, конечно, рад, что нам удалось остановить и исчезновения детей. Это очень приятный бонус. Впрочем, детские жертвы на фоне того, что могли устроить Голем, показались бы лишь мелкой пакостью.

— Да, я хорошо понимаю вас. Так что вы хотели мне предложить?

— Заключить союз.

Я чуть было не поперхнулся.

— Ваш род после этого не засмеют? — прямо спросил я.

— Плевать, — улыбнулся Михаил, — мы-то с тобой прекрасно знаем, чего ты стоишь.

— Вы хотите превратить меня в цепного пса, который будет закрывать фиолетовые Норы?

— Вовсе нет, вернее… Дэвис, ты о нас не лучшего мнения. Я же говорю, заключить союз. А он предполагает равноправие сторон. Мы готовы платить тебе большие деньги, все, что от тебя требуется, так это закрывать фиолетовые Норы. Я даже не прошу тебя участвовать в сражениях с их владельцами.

— Заманчиво, — хитро улыбнулся я, — и вы хотите все делать втайне. Я буду тайным оружием?

— Да, — неуверенно ответил Михаил.

— Нет. Меня это не устраивает.

— Большие деньги, Дэвис. Очень большие.

— Не все в этом мире можно купить за деньги.

— И что ты хочешь?

— Первое. Вы возвращаете мне все то, что мое по праву. Второе, своими людьми вы помогаете мне на первых порах. Третье, вы курируете мои общественные отношения с народом моих земель. А там, когда меня примут, когда я искуплю грехи своей семьи, мы сможем поговорить о нашем союзе. Я даже не буду просить за свои услуги много денег. Кроме того, вы ведь виноваты передо мной. Оставили маленького Дэвиса совсем одного, еще и наняли Скаевых.

— Я тебя услышал, — ответил Михаил и задумался. — Думаешь, люди примут тебя?

— Я признаю вину своего рода, попрошу за него прощение и скажу, что той фиолетовой Норы больше нет.

— Уверен, что хочешь о ней говорить? Мало кто из простых людей знал о Норе, о жертвоприношениях — еще меньше.

— Только так и никак иначе можно расположить себе людей и попытаться возродить род.

— А ты подумал о врагах? Представь, сколько людей захотят тебя использовать или убить, когда узнают, что ты умеешь закрывать Норы?

— Оу! — усмехнулся я. — Я умею не только это. Впрочем, вы правы. Во всеуслышание можно и не объявлять, что я умею закрывать Норы. Однако я точно пообещаю помочь тем, кто пострадал от лап моей родни.

— Хороший ты человек, Дэвис. Слишком хороший для этого мира.

— Сказать честно, — начал я и посмотрел Михаилу в глаза, — совсем недавно я только и мечтал, чтобы убить вас и весь ваш род. Но затем я начал копать, некоторые вещи начали проясняться. И вы правы, мир действительно не черно-белый, в нем полно оттенков. Зло соседствует с добром, и вместе они тесно переплетаются. Но, если я смогу сделать хоть немного больше добра, то уже все не зря.

— Достойно, как для парня твоих лет.

— Значит, договорились?

— Да, — Михаил протянул руку, — я верну тебе все земли, помогу восстановить род и, почему-то я даже не сомневаюсь, что народ полюбит тебя.

— Супер, — улыбнулся я и крепко пожал ему руку.

Михаил сказал, что ему нужно время на подготовку документов и людей, которые буду работать со мной и на меня первое время. Однако он уточнил, что с речью перед народом можно выступить уже завтра, он все подготовит и обещает, что людей будет много.

* * *

— Я Дэвис Голем. И я, как вы видите, жив. Единственный выживший из рода Голем.

Многотысячная толпа! Люди смотрели на меня и, мягко сказать, охреневали. Они совершенно не были готовы к тому, что я появлюсь на сцене. Во-первых, он ждали концерт группы Pink Floyd, чей постер на билборде натолкнул меня на поистине гениальную идею о том, как можно освоить, или, вернее сказать, впервые создать белую магию.

Во-вторых, народ все-таки думал, что все Голем мертвы. А тут появляюсь я — совсем молодой пацан, и сообщаю, что жив. Затягивать речь нельзя, нужно сказать самое важное и закругляться.

— Мой род виноват перед вами! Перед всеми вами, — я показываю рукой на случайных людей в толпе, — кому-то задерживали зарплаты, кто-то по их вине потерял близких людей. Я не собираюсь ковыряться в грязном белье своих родственничков. Думаю, вы прекрасно понимаете, о чем я говорю. Некоторые слухи о моем роде, увы, правдивы. Я хочу возродить свой род, очистить его репутацию и сделать все, чтобы вы, жители мох земель, были счастливы!

Люди все еще не знали, как реагировать. Одни хмурились и недовольно ворчали, другие улыбались и вот-вот готовы были начать мне хлопать. А я и поверить не мог, что вот так просто добьюсь расположения хотя бы пары десятков людей.

— Чтобы доказать вам, что я не отношусь к тем Голем, которых вы знали, я обещаю помочь каждому, кто пострадал от рук моей семьи. Вам нужно будет обратиться в специальный центр, где с вами поговорит специалист. Возможно, написать заявление… Ну куда без сраной бюрократии в современном мире⁈ — отшутился я, нельзя много говорить перед такой публикой, люди начнут скучать, а подобные неуместные высказывания, наоборот, привлекут их внимание ко мне, и я смогу продолжить. — Более того, фиолетовая Нора больше не существует и за это стоит благодарить меня. Впрочем, я не прошу благодарности, ведь сделал то, что должен. Спасибо за внимание! А теперь наслаждайтесь концертом.

Толпа взорвалась овациями. Люди хлопали и радовались. Хорошо, что их собралось так много. Теперь нужные именно мне слухи, хотя не совсем это и слухи, поползут по району. Чем больше людей узнает о моих намерениях, тем лучше.

Когда я уходил со сцены, сердце бешено колотилось. Мурашки бегали по спине. Думаю, не зря мы с Михаилом решили, что начать мне стоит именно с такого обращения.

* * *

Ветровы, как и обещал Михаил, взялись за работу. Они вовсю готовили «почву» для смены власти. Чем эти несколько дней занимался я? Искал себе жилье, возвращаться в то поместье совсем не хотелось. Еще выступал перед людьми. Произвести первое впечатление можно лишь раз, и я с этим шикарно справился. Однако на все свои последующие обращения к людям выходил с заранее подготовленной речью. После нее отвечал на вопросы.

Позвонил Майку и велел ему вернуться со спецотрядом в полном составе. Теперь для них у меня будет работа. Как и для меня самого, у меня теперь дел столько, что свободного времени практически не будет.

Обсудил все с Михаилом по телефону и договорился с ним, что на пару дней могу съездить в Борск. Есть у меня там некоторые незаконченные дела. Попрощаться со всеми, теперь-то мы будем видеться гораздо реже. В перспективе, думаю, заключить союз и с Волгиными, только уже совсем на других условиях и на гораздо больший срок. Виктор тому будет только рад, мы с ним привыкли помогать друг друга. Главное, зачем я ехал в Борск — это встретиться с Соней и забрать ее в Царск.

Именно с нас и начнется наш новый род.

* * *

— Поверить не могу! — удивлялся Виктор. — Охренеть, как же ты этих Ветровых прогнул.

— Нет, они теперь мои союзники.

— И что, люди приняли тебя? — спросил Юрий.

— Не все, но мы над этим работает.

— То есть, ты приехал попрощаться теперь уже навсегда? — спросила жена Юрия.

— Да.

— А как же Соня? — спросила Татьяна.

— А Соня поедет со мной, если, конечно, захочет. Так когда она будет дома?

— О, — усмехнулся Виктор, — она с твоим этим ресторатором работает, прикинь, пока тебя не было, они умудрились целую команду собрать.

— Это хорошо.

— Нет. Ты же шутишь? — удивлялся Юрий. — Ты, правда, Нору закрыл?

— Это секрет. Большой секрет, который и позволил мне договориться с Ветровыми, — объяснил я.

Знали бы они, что я уже заказал на дом в Царске самоцветы всех цветов. Кроме, конечно, черных — они мне не нужны, а фиолетовые будут ослабленные. Все-таки не хочется подорваться, когда буду изучать магию всех цветов.

* * *

К вечеру приехала и Соня. Кинулась мне в объятия и сходу начала осматривать. Наверное, привыкла, что если я куда-то уехал, то обязательно буду сражаться. И действительно, но это в прошлом, я надеюсь, во всяком случае, мне больше нет надобности на кого-либо нападать, вражеских родов у меня не осталось.

— Хочу забрать тебя с собой в Царск, — сказал я, после того, как поведал о своих приключениях.

— А учеба? А ресторан? — Соня радовалась, но не решалась. — Я же должна все закончить.

— Так это значит «да»? — улыбнулся я.

— Конечно, я поеду с тобой, — она кинулась меня целовать, — только нужно защитить диплом и открыть «Лесной». Кстати, ты будешь на открытии?

— Думаю, да, пару дней в своем плотном графике я найду. Соберемся там все, как на той вечеринке.

— Да, это было бы замечательно. Может, сходим куда-нибудь, пока ты снова не уехал?

— Обязательно, только завтра. А сейчас давай вернемся в поместье, я вам всем привез подарки.

— Уи-и-и, — Соня вскочила, взяла меня за руку, — давай же, мне уже не терпится пример… кхм… ты же купил что-то, что можно примерить.

— Ну, разумеется.

— Обожаю тебя!

* * *

На следующий день утром отправился к Фрэнку и его воспитанникам. Пришлось взять человека Волгиных и его машину, ведь мой водитель отправился в Царск вместе со спецотрядом. Перед встречей заехал на почту, получил там протез. Как удачно, что он так вовремя пришел.

Попросил водителя отнести сумки в общежитие. Подарков я накупил достаточно. Дети, хотя не совсем они уже и дети, скорее, юноши и девушки, были рады меня видеть.

— Дэвис приехал! — выкрикнул Марк и все побежали из своих комнат в центральную.

Бородатый здоровяк Жак уже сидел в ней. Он подошел ко мне и поздоровался. Да, жмет руку, что надо.

— Я привез всем вам подарки.

— Ура! — Жак радовался, как ребенок. А я подумывал, что, возможно, именно такой личный телохранитель мне и пригодится. Для вида, разумеется, правда, придется его подучить, лет так пять.

— Супер! — Денис улыбался.

— Так ты скоро уедешь? — спросила Вики.

— Да, я вернулся на пару дней. В Царске мне еще свой род восстанавливать.

— Ты договорился с Ветровыми? — спросил Фрэнк. — Без сражений и крови?

— Да, — ответил я, — давайте без деталей, не для того мы все собрались.

Поднял коробку и вручил ее Жаку. Как же он обрадовался, это нужно было видеть. Сразу же подсоединил протез и долбанул по стене. Да так, что пробил ее насквозь.

— Упс! — он виновато пожал плечами.

— Жа-а-ак! — закричал Фрэнк.

Все рассмеялись и вдруг в дверь постучали.

— Шухер, это мегера! — сказал Жак и побежал в дальнюю комнату.

Открыл дверь, сунул ей пачку денег и сказал, что мы все уладим. Не хотелось портить всем настроение. Да и пусть учатся делать ремонт, как позже выяснилось, они уже скоро планируют отсюда переезжать.

— Лёня, а это тебе, — я вручил ему коробку, полную книг по медицине, те самые университетские учебники.

— Спасибо! — как же радовался молодой медбрат.

После раздал подарки все остальным: Фрэнку, Денису, Марку, Джефу, Вики, Мэри, Даше. В общем, ни про кого не забыл. Все были счастливы, но особенно Жак. Еще немного мы посидели и пообщались, хотелось посидеть с ними подольше, но у меня сегодня свидание с Соней. И на него нельзя опоздать, хех.

Сказал всем, что в любой момент буду рад видеть их в Царске. Потребовал у них обещание, что если случится беда, то обязательно они будут должны ко мне обратиться. На том и попрощались.

Уже через час мы сидели с Соней в ресторане. Все еще не в моем «Лесном», ведь он не готов, но тоже в неплохом заведении. Разговаривали с ней и ни о чем, и обо всем. Наверное, она уже подумывала о свадьбе, а я не хотел с этим спешить. У меня и так полно дел, уже через неделю я должен буду закрыть одну из фиолетовых Нор, которая находится где-то под Петроградом.

— Поскорее бы уже все закончить и поехать с тобой в Царск.

— Оглянуться не успеешь, как мы уже будем жить с тобой вдвоем в одном поместье.

— А прислуга? — усмехнулась Соня.

— И прислуга будет, — улыбнулся я, — что, тоже не любишь мыть посуду, как брат?

— Не хотелось бы, — она пожала плечами, — я хочу больше времени уделить рисованию, дизайну.

— Времени у тебя будет предостаточно, только не забудь, что и мы с тобой должны развлекаться. Поехали ко мне?

— Зачем? — хитро улыбнулась Соня.

— А вот затем, хех. Хочу забрать оттуда «картину», которую нарисовали дети Юрия. А может быть, и кое-зачем еще.

— Ну, поехали, — глаза Сони радостно сверкнули.

* * *

Я сидел у себя в имении, вернее, в тренировочном зале, что находился на его территории. Передо мной стояли одиннадцать ящиков. Каждый был доверху набит самоцветами. Почти на каждый основной цвет приходилось по два оттенка. Оранжевой магией первого порядка и синей второго я уже владел. Слегка фиолетовой. Осталось освоить еще очень много, магию пяти цветов — девяти оттенков. На этой уйдут годы, но оно того стоит.

Через неделю я уже в третий раз поеду вместе с Ветровыми на другой конец света. В амазонском лесу нашли фиолетовую Нору и ладно бы она там просто была. Род, что её нашел, начал проводить темные ритуалы и жертвоприношения. Так бывает всегда, когда кто-то находит фиолетовую Нору.

А я единственный в мире маг, способный закрывать Норы. Как бы мы с Ветровыми ни старались, об этой моей способности все равно все узнали. И когда я говорю все, то имею в виду буквально все человечество на земле. За одну закрытую фиолетовую Нору нам с Ветровыми платили такие деньги, что их было тупо некуда девать. Люди моих земель были счастливы, что именно я стал главой их старшего рода. Денег у меня было столько, что я нанял два других рода только для того, чтобы они защищали жителей от кротов из двух Нор на моих землях.

Никакие Норы, кроме фиолетовых, я не закрывал. Мы с Ветровыми считали, что это может сильно изменить мир в худшую сторону. Про свои попытки освоить все цвета, чтобы трансформировать свою легендарную способность в белую магию, я никому не говорил, ну, может, кроме Сони. В любом случае это будет фурор. Маг, который не только закрывает Норы в свои неполные восемнадцать, но и владеет белой магией.

Что до рода Голем, то я полностью очистил его репутацию. Так скажем, «отработал» все грехи своей семьи. Люди, которые пострадали по вине моих родственников, получили все, о чем у меня просили.

То поместье, в котором жили Голем, я решил не сносить, а, наоборот, оставить. Да не просто, а превратить теперь уже в полноценный музей. Визуальный рассказ о том, что бывает, если род решает, что ему нужно овладеть черной магией. Я лично проследил, чтобы скульптуру в виде черной Норы сделали огромной и внушающей ужас. Поставили даже небольшие статуи в виде черных магов и черных кротов.

Разумеется, все это должно нести посыл. А потому без экскурсовода на территорию нельзя, а возле каждого «экспоната» находится табличка, которая поясняет. Еще я лично проследил, чтобы в подвале поместья создали очень реалистичную скульптуру из воска в виде мальчика, которого видел в детстве. Сам не видел, но говорят, что люди, которые выходят из подвала плачут. Значит, все не зря. Музей существует, и пока это будет так, люди будут ходить в него и убеждаться, насколько ужасно бывает желание магов стать сильнейшими.

Из интересного и то, что особенно бьет по людям, это целая композиция на заднем дворе, которая наглядно показывает, какие именно проводят ритуалы маги, чтобы превратить фиолетовую Нору в черную.

Именно сейчас радует то, что Соня приедет за два дня перед командировкой. Мы успеем провести время с ней вместе. Свожу ее в настоящий театр, а потом покажу наше поместье.

* * *

Черные маги — новая угроза, что нависла над миром. Рано или поздно это должно было случиться. Ведь мы с Ветровыми не всесильные и вовремя разбираться с магами, что решили стать сильнее всех, не успеваем.

А потому, да простит меня Соня, мне нужно больше времени уделять своему развитию. Развивать магию всех цветов и открыть уже в себе дар белой магии. Уверен, рано или поздно мы с Ветровыми прикончим всех подонков и закроем все фиолетовые Норы, а до тех пор…

Я — тот, кто с фиолетовыми Норами на «ты»! Тот, кто ни перед чем не остановится! Тот, от упоминания чьего имени будут вздрагивать черные маги!

Эпилог. Дэвис Голем

Прошло двадцать лет с того дня, когда я поставил себе цель — освоить белую магию. Освоил ли я ее? Разумеется. Да не просто освоил, а вывел свою белую магию на принципиально новый уровень. К своим почти сорока годам я стал сильнейшим магом на земле. Запросто мог в одиночку вырезать весь род черных магов, а уже утром нежиться в постели с Соней.

Правда, поспать до обеда почти никогда не удавалось. Мои сын и дочь слишком активные малые. Мальчика мы с Соней назвали Владиславом, думаю, понятно, в честь кого. А вот выбрать имя для дочки я разрешил своей любимой жене. Соня назвала ее — Елизаветой.

Наш род, состоявший из четырех человек — двух взрослых и двух детей — прославился на весь Царск. Иначе и быть не могло. Ведь я единственный в мире маг, что владеет магией всех цветов, белой и могу закрывать Норы. Кстати, не только закрывать, но об этом позже.

Соня стала профессиональной художницей и дизайнером. Ее картины покупали богачи со всего мира, выставки ее творчества тоже устраивали по всему миру. Уже молчу о том, во скольких проектах она поучаствовала и к скольким приложила руку.

Люди на наших землях жили счастливо, а большего мне и не надо. Семья моя тоже ни в чем не нуждалась. Мы часто ездили на море или в теплые, тропические страны. Но, чаще всего, ездили в Борск. Это место для нас с Соней значило очень много.

Норы. Лет десять я этому учился, но все же смог менять цвет Нор. Но и на этом все не закончилось. Еще лет через пять я совершил очередной прорыв. Смог не просто менять цвета Нор, а превращать их в Белые. Белые Норы — их особенности и способности еще изучаются. Ученые сходятся в том, что индекс этих Нор еще выше, чем у черных. А самое главное — белые Норы способны творить лишь добро. Из них никогда не лезут кроты, их самоцветы в десятки раз сильнее любых аккумуляторов, что изобрело человечество. И самая удивительная способность белых Нор — излечивать человека от любой болезни. Если болезни не слишком опасные, то достаточно белого норного излучения, если этого мало, то можно зайти в саму Нору.

Внутри она напоминает небо, облака. Там все белое, мягкое и пушистое. Ни капельки зла.

В общем, я добился всего того, о чем и мечтал. У меня есть любимая жена, замечательные дети. Люди, живущие на моих землях, счастливы. Кроме того, вместе с Ветровыми и теперь уже и Волгиными мы практически полностью истребили всех черных магов. Однако пару раз в год фиолетовые Норы открывают, и все повторяется. Думаю, рано или поздно фиолетовые Норы перестанут появляться на Земле, но для этого нужно глобально победить войны, голод и… открыть побольше белых Нор.

Сдается мне, что мое дело продолжат и дети. Обостренная чувствительность подсказывает, что умение пользоваться белой магией у них едва ли не записано на подкорке. Наш род будет первым, но, думаю не единственным, кто овладеет белой магией. Почему не единственным, да потому, что у меня есть дочка и в моем роду она, скорее всего, не останется. Но это даже хорошо.

Думаю, именно с нас по миру начнет распространяться белая магия. Ведь на двух детях мы с Соней решили не останавливаться. А если еще и они последуют нашему примеру, то через какие-нибудь несколько тысяч лет белая магия станет такой же обычной, как и любая другая. Хех, скорее всего, про меня тогда уже все забудут. Но не будем о грустном. Сейчас я у вершины мира и должен ценить это.

Эпилог. Виктор Волгин

Виктор женился через год после того, как Соня уехала в Царск. Еще через год у них с Катей родился маленький наследник. Виктор тоже назвал его Владиславом. Потом, через несколько лет наши с ним сыновья подружились, формально они и так были родственниками, но еще и стали хорошими друзьями. И не раз подкалывали своих родителей, за «оригинальность». Однако они знали, в честь кого были названы и всегда с гордостью называли свое имя.

Сам Виктор возмужал, стал настоящим главой рода. Его влияние распространялось сразу на три города: Борск, Синехолмск, Кирпичевск-2. Во всех городах любили и уважали Виктора Волгина.

Кроме того, именно Виктор решил, что Стругацк нужно вернуть к жизни. И первым делом… правильно, он позвонил мне и попросил превратить оранжевую Нору в белую. Уже на следующий день я выполнил его просьбу. Ничего за это не попросил, но Виктор был мне чертовски благодарен.

Стругацк действительно начали восстанавливать. Причем силой всех трех городов сразу. Сначала снесли развалины, затем расчистили площадку для строительства новых домов. Не прошло и пятнадцать лет, как мы с Виктором и нашими семьями встретились в очередной раз, но теперь уже в Стругацке. Прекрасный получился город, многие люди хотели в нем жить, а потому он разрастался с каждым годом.

Эпилог. Фрэнк и воспитанники

Фрэнк был стариком еще в тот день, когда я с ним только познакомился. Поэтому… в жизни так бывает, что старики уходят из нашей жизни. Однако я, как и все воспитанники, успел попрощаться с Фрэнком.

Незадолго до кончины он перестал ходить. Но все равно побывал на моей свадьбе и даже повеселился. Видел моего сына и радовался так, будто бы он мой настоящий дедушка. Фрэнк успел побывать почти на всех свадьбах своих воспитанников, дожил даже до того, что у некоторых из них родились дети.

Что до его воспитанников, то каждый занимался тем, в чем был хорош. Лёня, все-таки сдал школьные экзамены и умудрился поступить в МЕД. Он так погрузился в учебу, что редко виделся со старыми друзьями, зато, когда закончил и устроился на работу, был самым счастливым человеком в мире. И лучше никому не знать, что я все-таки сдержал свое слово и именно мои связи помогли Лёне поступить. Но, надо отдать должное, экзамены и зачеты он сдавал сам.

Жак все-таки спустя семь лет стал моим телохранителем. Выглядел он и, правда, грозно, я бы даже не постеснялся назвать его самым накаченным человеком России. Побеждал он абсолютно на всех бестовских соревнованиях. Костюм на нем сидел странно, но на официальных встречах именно такой человек и должен был ходить со мной, по статусу положено. Что до той красотки из лаборатории, так Жак женился на ней. У них с Жанель родился сын и назвали его Жерард. Их, конечно, дело, но слишком у них жужжащая семейка, хех.

Денис и Вики переехали в Царск. Оба работали, можно сказать, на меня. Денис был не только охотником, но и стал фермером. Причем работал он только с сетью ресторанов «Лесной», а открыл я их в Царске достаточно. Причем каждый со своей изюминкой.

Вики доросла до того, что стала управляющей одного из ресторанов. Тот же успех ждал Мэри и Дашу, они тоже стали управляющими. Как удобно, что я открыл достаточно ресторанов. Хех. Но руки к их достижениям не прикладывал. Они всего добились сами. Правда, Мэри и Даша сделали свою карьеру не так быстро, как Вики, но все равно молодцы.

Джеф и Марк не могли долго оставаться охотниками. Они открыли свой бизнес, и уже сами нанимали людей для охоты, причем не создавали слишком много больших команд, понимали, что нужно беречь природу, хоть иногда и можно пользоваться ее дарами.

Василий и Кузон тоже не сидели без дела, их бизнес развивался, как на дрожжах. Ведь они были часть моего — ресторанного. Много, конечно, денег на ресторанах не заработаешь, они мне, скорее, для души, приносят копеечку и то хорошо. А зарабатывал я другим. Должен же был хоть кто-то в этом отсталом мире изобрести интернет. Думаю, еще лет десять и можно уже выходить на пенсию, ведь стану богатейшим человеком мира. Но, что касается сражений с Норами и черными магами, то буду их истреблять, пока не помру. Это мое призвание, призвание моих детей. И мы должны стараться.

Эпилог. Все остальные

Как я и думал, Джон и Джим смогли основать свои роды. Братские роды, кроме того они их не только основали, но и неплохо так развивали. Виктора это радовало, ведь, по сути, оба рода для него дочерние, или, скорее, сыновьи.

Маркус позже объявился. Он прислал мне письмо с Кубы, в котором все разложил по полочкам и попросил прощения. Написал, что просто не мог оставаться моим помощником после всего того, что я узнал. Решил ничего ему не отвечать, хотя, все же решил потом написать письмо, в котором только поблагодарил за помощь и пожелал удачи.

Константин. Он уже давно старик, но все также делает самый вкусный в мире коктейль — пина коладу. А еще просыпается каждое утро и готовит детям Виктора завтрак и помогает им собраться в школу. А самое удивительное, отказывается выходить на пенсию. Как бы Виктор ни старался, Константин не умолим. Работа для него — смысл жизни.

Эпилог. Дети

На лето все мы отправляем своих детей в Борск. Под все мы, я имею в виду всех уже давно взрослых воспитанников Фрэнка, и нас с Соней. Дети Виктора и так там. Так вот, дети Юрия, им уже чуть больше двадцати организовывают для наших летний лагерь. Родителям хорошо и сыновья Юрия при деле. А самое главное, все мы получаем два лишних повода еще раз собраться все вместе — в начале лета, когда привозим детей в лагерь и в конце лета, когда забираем.

Все мы — большая и дружная семья. Я рад, что смог обрести столько всего в этом мире. В первую очередь я про родных и близких. Жизнь моя до сих пор наполнена риском, но я рад, что все так сложилось. Счастлив ли я⁈ Хах! Я самый счастливый человек на земле!

Эпилог. Осколок

(На самом деле был прологом, но сильно повышал порог входа в цикл)

Бесформенный, стремительно движущийся объект переливался объемными узорами и цветами из других миров. Технологии самых развитых цивилизаций в сравнении с ним — ничто.

Ратиосингуляр передвигался в пятимерном, семнадцатимерном и любых других измерениях. Порой он выглядел как старый кашалот, нацеплявший в океане прилипал и сетей, полных водорослей. Иногда он принимал форму космического корабля. Остроугольного, со швами в виде геометрических фигур и шипами, которые порой становились округлыми, будто плавились от жара ближайшей звезды.

Каждая его клетка содержала в себе больше информации, чем произвело человечество за все время существования.

Его мышление и мотивы не смог бы постичь и сам Бог…

Ратиосингуляру были подвластны все мерности и пространства всех миров, лишь время не до конца подчинилось ему, а если точнее — он не мог отправиться в прошлое. Даже самое далекое будущее не представляло для него тайны, ведь он бессмертный, а потому каждый раз оно становилось для него прошлым.

Существуют события, шанс которым случиться настолько мал, что они никогда не произойдут. Однако если пробовать что-то бесконечно, то все, что никогда бы не случилось — случится обязательно.

Бесчисленное количество раз Ратиосингуляр переходил из одной мерности в другую. Лишь однажды произошло нечто запредельное — от него откололся Осколок, который на мгновение застрял между двух миров с колоссальной разницей в мерностях.

Со скоростью света Осколок устремился из одного места в другое. Он пульсировал энергией, создавал и поглощал материю, пробивал дыры в пространстве.

Он двигался не только по бесконечным мирам с отличными мерностями, но и между ними. Осколок побывал в пространствах, о которых Ратиосингуляр лишь догадывался, но соваться туда не смел.

Прошло примерно пять миллиардов лет — и только после них Осколок выскользнул из кротовой норы, неподалеку от Млечного пути.

Он устремился прямо к Солнечной системе. Пролетел Пояс Койпера, промчался мимо редких астероидов, пока не приблизился к Луне.

Осколок летел точно на Землю, он преодолел атмосферу и уже метил в Евразию, в центральную часть России. Никакие человеческие технологии не позволили его засечь.

Величественный небоскреб, принадлежавший правящему роду Москвы, встал ровно на пути Осколка.

К несчастью для одного из его жителей — молодого мужчины, что совсем недавно показал в бою всю силу своих техник и стал истинным воином рода — Осколок попал именно в него.

Мужчина не почувствовал боль. Он вообще ничего не почувствовал. Его тело лишь расслабилось и сползло с кресла.

Осколок поглотил весь энергетический заряд мозга, а вместе с ним и разум — душу, если угодно. Он направился дальше и меньше, чем за сотую долю секунды прошел Землю насквозь. Будучи очень далеко от нее, он нырнул в брешь пространства, что должна была вести в междумирье.

Но вместо этого случилось то, что не должно было случиться. Осколок оказался не в междумирье, а в аномалии. В некоем пространстве, у которого есть границы, совершенно неприступные даже для Ратиосингуляра.

Неизвестно, сколько Осколок метался в ловушке, прежде чем разбился на несколько меньших. Один из них вскоре нашел выход — он вылетел через крошечный разрыв, похожий на портал.

Другой Осколок, что таил в себе человеческую душу, нашел не выход, а пристанище. Он попал в израненное тело совсем молодого парня. По всем законам тот никогда не должен был ожить, но случилось то, что и должно было случиться!

Осколок и душа растворились в новом теле, стали его неотделимой частью.

Их силы хватило, чтобы вдохнуть в тело новую жизнь.

Content

Непробиваемый IV

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18 + Эпилог