Кароль Елена

Я тебя женю! (СИ)

Елена Кароль

Я тебя женю!

ПРОЛОГ

Темнота. Лишь подрагивают огоньки множества свечей, расставленных по наспех подметенному полу в дальнем углу кладовой.

Тишина. Слышно лишь приглушенное бормотание той, кто решилась на это безумие.

Страх стелется над полом и кутает в липкие щупальца сомнений.

Но нет! Она уже всё решила и не отступится!

Стыд пожирает изнутри. Ненависть разъедает душу. Изнасилованная, униженная, растоптанная…

Что она может, кроме как покончить жизнь самоубийством и не опозорить семью?

На миг прикусив губу, замерла и вгляделась в мутное отражение. С другой стороны мира на неё взглянула её точная копия. Не самая красивая и одаренная, не самая удачливая и обеспеченная, вот только в глубине зрачков той, зазеркальной девушки жили отнюдь не те же чувства, что в глазах этой, пока ещё живой. Не затравленность и обреченность, а Тьма и Гнев. Не боль и бессилие, а Уверенность и Властность. Она была её отражением…

А ещё была призванной сущью, ждущей лишь завершения ритуала кровавой жертвой.

К горлу подкатила тошнота от безумия и чудовищности происходящего, но юная призывательница сумела с ней справиться. Может, она и слабачка, но только не сегодня. Своими силами она не справится. Не сможет. Но та, другая…

Сможет всё.

Окаменев от потустороннего страха, который всё же пробрался до самого сердца, ведь этот темный ритуал был запрещен и карался смертной казнью всех участников действа, тем не менее она не остановилась. Новый виток заклинаний сорвался с губ, а рука, сжимающая остро заточенный кинжал, не дрогнула даже в последний миг. Она трусиха, да… Но месть должна свершиться.

Одним точным ударом оборвав сияние сразу двух жизней, одна из которых зародилась совсем недавно, сначала девушка медленно накренилась набок, а спустя всего секунду её голова с глухим стуком ударилась о не самый чистый пол кладовой. Остекленели когда-то наивные голубые глаза, в уголке рта показалась капля крови, а над телом воспарила искра добровольно отдаваемого дара и что есть сил вонзилась в поверхность старого зеркала, позволяя прильнувшей с той стороны сущи перейти в мир живых.

Стать точной копией призывательницы. С её знаниями, привычками и жизненной позицией. Позволяя воплотиться. И отомстить!

ГЛАВА 1

— Ауч! — шикнула я, не слишком удачно выпав из зазеркалья на довольно грязный пол захламленной комнаты.

Αх, если бы только это было проблемой! Но нет…

Со стоном потерев грудину, куда только что вонзилась вторая искра дара невинной души, напрочь сбивающая все изначальные настройки, какое-то время лежала на полу ничком, не в силах не только встать, но и даже дыша через раз. Α это больно!

Вот дуреха, а? Мелкий шрифт кто читать будет?

Нельзя! Категорически нельзя совершать самоубийственное жертвоприношение, будучи беременной!

Ну и кто я теперь?

Из-за раздирающей боли и дикой слабости мысли текли вяло, неохотно, но с оттенком здоровой злости на ту, кто подарила мне жизнь. Полноценную жизнь, хочу заметить! Странные ощущения… Повезло ли мне? Не уверена.

Нет, я отомщу её насильникам, тут без вопросов, это дело принципа. Но что дальше? Не будь во мне второй искры, которая содержала в себе полноценный заряд невинной души, я бы развоплотилась в тот же миг, в который свершилось правосудие. Но сейчас… Не развоплощусь, ибо больше не сущь.

А кто?

Вот же задачку ты мне подкинула, Эмилия Кейтри! Как её решать?!

Одно радует — я не беременна. Вот это был бы уже однозначно перебор. Α так вроде ничего… Спасибо что ли. Мама.

Полежав ещё немного и постепенно приходя в себя, я дождалась, когда боль и слабость станут терпимыми, после чего поднялась с пола и осмотрелась, попутно прислушиваясь к себе. Так, память на месте, причем, как её, так и моя личная, привычки на месте, план уже потихоньку оформляется…

Приступим!

Будучи не самой сильной магичкой с нейтральным стихийным даром, Эмилия брала старательностью и усидчивостью, проводя куда больше времени в библиотеке, чем с однокурсниками, и по праву могла считаться самым умным теоретиком потока. Если бы, конечно, ставила перед собой такую цель.

Но нет, она не была амбициозна в этом смысле и просто училась, тогда как остальная молодежь вела не самый праведный и трудолюбивый образ жизни. Кому-то это не нравилось и ещё на втором курсе за Эмилией закрепилось обидное прозвище «червь» и «крыса», хотя ни на первое, ни на второе девушка не походила даже с натяжкой. «Спасибо» местным заводилам с погаными языками, которые намерено избавились от прилагательных в этих обычных по сути словосочетаниях: «книжный червь» и «канцелярская крыса». И всё бы ничего, но эти курицы подговорили и парней…

Вспомнив премерзкий эпизод месячной давности, поморщилась, но не стала отгонять пронесшееся перед глазами воспоминание. Их было трое. Подвыпившие, бахвалящиеся друг перед другом ублюдки, на спор изнасиловавшие однокурсницу. Эмилия просила о мести? Будет ей месть.

Всё будет.

По моим губам скользнула безжалостная усмешка, а в глазах, которые больше не были невинно голубыми, став убийственно серыми, отразилась изначальная Тьма. Несмотря на то, что внешне я была точной копией Эмилии, тем не менее я была её лишь зеркальной копией, а глубоко в душе и вовсе осталась сущью. Тварью изнанки. Изначально не особо разумной, про милосердие вообще молчу — оно в моём геноме не значилось никогда. Магия моя тоже имела определенные отличия от людской, хотя и стихии мне, благодаря бескорыстному дару призывательницы, также стали доступны.

Но ох уж эта вторая невинная душа…

Решив, что обдумаю этот непростой нюанс чуть позже, отпустила с кончиков пальцев тьму, позволив ей прибрать то, что осталось от настоящей Эмилии. Какая-то минута — иничто даже не намекает на произошедшую здесь трагедию. Даже полы стали чище.

Сыто выдохнув, Тьма свиласьу моих ног пушистым клубком, а я, бросив мимолетный взгляд на старое зеркало, ещё сильнее пошедшее трещинами, озадаченно хмыкнула. Будучи темным воплощением человеческих грехов и низменных страстей, сущи не имели своего отражения, но я… имела. Парадокс, как сказал бы профессор бестиологии магистр Норнберг, но я понимала, что всё дело в душе не родившегося ребенка Эмилии.

Интересно, могу ли я при таком раскладе считать себя её настоящей дочерью, а не отражением? Надо будет поразмыслить на досуге. Хмыкнув ещё раз, не стала больше задерживаться и, прихватив ключи, кинжал и старинный магический фолиант, который стоило вернуть на полку самых дальних и почти запретных стеллажей, покинула место своего рождения.

Ловко прошла мимо завалов старой мебели и прочей рухляди, безошибочно нашла узкую лазейку между шкафами-развалюхами и бесшумно поднялась по скрипучим ступеням, ведущим из подвала наверх.

В отличие от большинства однокурсников, которые ещё три недели назад разъехались на летние каникулы по домам, Эмилия не смогла пересилить себя и отправиться к родителям, предпочтя отписаться им, что остается на лето здесь. Мол, нашла выгодную подработку, да и практика по специальности не помешает, что адептам, находящимся на предпоследнем году обучения, можно делать лишь в стенах учебного заведения или под присмотром куратора. Мне это только на руку, как раз будет время, чтобы освоиться в полной мере и подумать о том, как я буду мстить. Кстати, не только парням. Пара девиц с курса тоже заслуживают если не смерти, то как минимум качественного унижения и травли, ведь именно с их подачи произошло то, что произошло.

Думая о предстоящем развлечении, но пока только общими штрихами и наметками, я неприметной мышкой скользнула в библиотеку через боковой вход, от которого уже давно имела свой ключ, как одна из самых ответственных и благодарных адепток, числящихся на хорошем счету у библиотекаря (а ещё старушка была дико ленивой и за посильную помощь позволяла мне брать что угодно), вернула книгу на место и так же бесшумно покинула обитель знаний. Я ещё вернусь сюда и не раз, но не сегодня.

После библиотеки я свернула в нужный коридор и, пройдя по крытому переходу между корпусами, оказалась в общежитии для студентов стихийного факультета. Поднялась на третий этаж, безошибочно нашла нужную комнату, где последние четыре года жила Эмилия, отперла дверь очередным ключом и вошла уже на свои жилые метры.

Свет включать не стала, в темноте я видела так же отчетливо, как и днем, но осмотрелась с искренним любопытством. Студенты жили по трое, однако обе мои соседки уехали на лето к родным и следующие два месяца я единственная полноправная хозяйка этой… Кхм, клетушки?

Три узких кровати, один стол, один не особо широкий шкаф и три тумбочки. Αх да, ещё три табуретки и одно окно с унылыми застиранными занавесками в выцветший цветочек.

Тьма поддержала меня раздраженным ворчанием, ей тоже не нравилось то, что совсем скоро придется делить эти не такие уж и внушительные метры с кем-то ещё, но я урезонила её одной лишь строгой мыслью. Раньше у нас и этого не было, уймись. К тому же у нас есть целых два месяца, чтобы исправить положение, и целый год, чтобы добиться чего-то большего, чем просто отмщения.

Например, закончить обучение с идеально красным дипломом и получить теплое местечко у какой-нибудь сытной кормушки. Или вовсе открыть своё дело! Почему нет? Пока жива — нужно брать от жизни всё! Жаль только, что придется считаться с местными законами, но и это не такая уж и большая проблема для почти живой сущи. Ведь у меня есть полноценная душа, а значит ни одна проверка не определит во мне тварь изнанки. И ни один инквизитор не посмеет прервать моё существование без веского обоснования. А я уж постараюсь, чтобы этого не произошло.

Это ли не прекрасно?

Успокоив Тьму и подбодрив себя, я разделась донага и легла на свою кровать, прислушиваясь к непривычным ощущениям тела. Да, не шелк и атлас, но тоже… необычно. До утра оставалось не так уж и много времени, поэтому я отрешилась от вороха ненужных здесь и сейчас мыслей, закрыла глаза и приказала себе спать. Тьма, проворчав что-то на своём, потустороннем, свернулась клубком под кроватью, снова рождая в моей голове мысль о том, что мы получились с ней слишком нестандартными, но это было последнее, о чем я подумала — в следующую секунду я уже спала.

***

Сон — это здорово! Всем рекомендую! Снимает усталость, прогоняет вялость из мыслей и в целом очень и очень бодрит! Я ведь почему раньше кровожадной сущью была? Да потому что спать не пробовала! Α сегодня попробовала и авторитетно заявляю: это здорово. А ведь спать теперь я буду каждую ночь. Ого! Это сколько же счастья мне привалило?

Валяясь не самым ранним утром в кровати с пряником, найденным на полке в шкафу, и вальяжно размышляя о таких приятных вещах, как сон, материальная пища и свобода, которая окружает живых существ просто так, потому что это законы местного мироздания, не могла не нарадоваться своему воплощению. И пускай пряник был суховат, да и чай бы не помешал, и вообще — надо бы до столовой наведаться на завтрак (или уже обед?), жизнь всё равно играла самыми яркими красками, ведь на изнанке не было и этого. В смысле — еды, свободы и красок. Там всё было серым или черным, а ещё бешеная конкуренция даже за текрохи энергии, которые просачивались к нам из мира живых. Там сильный жрал слабого и выживал либо сильнейший, либо подлейший, либо тот, кто умел хорошо прятаться. Я, как ни прискорбно это признавать, была из числа последних, зато освоила это умение идеально и в этой жизни, уверена, оно мне тоже пригодится.

Ну а пока можно и по территории прогуляться, так сказать, увидеть собственными глазами то, что пока имеется лишь ввиде чужих воспоминаний. Сказано — сделано.

Надев простое темно-серое платье в пол, я не поленилась и провела теперь уже в своих вещах тщательную ревизию. Будучи с первого курса отличницей, Эмилия получала повышенную стипендию, которую отнюдь не тратила на наряды и сладости, а копила на будущее, чтобы после выпускного открыть своё полноценное дело. Например, бюро бытовых услуг или вообще сыскное агентство. С этим она ещё окончательно не определилась, будучи на распутье, но память услужливо подкинула информацию о достойном счете в банке, куда девушка откладывала даже те деньги, которые присылали родители. При этом на себя тратила минимум и это были простенькие повседневные платья, ещё более простенькие белье, чулки и обувь. А в учебное время всё это и вовсе заменялось академической формой. К счастью, на полке нашелся и кошелек с последней стипендией, которую она ещё не успела отнести в банк, так что я прихватила и его, сунув находку в потрепанную сумку, после чего провела не меньше десяти минут у зеркала, тщательно расчесывая и заплетая свои красивые золотистые локоны в привычную косу и рассматривая привычно-непривычные черты лица.

И почему однокурсники считают её посредственностью? Миленькая же! Всего-то и надо, что одеться получше, да сменить прическу, снять нелепые очки, потому что со зрением у меня теперь всё в порядке, и не поджимать постно губы. Черты лица правильные, кожа чистая, зубы ровные. Блеск в глазах лучше пока приглушить, слишком явно в этом проглядывает Тьма, а вот остальным, пожалуй, займусь прямо сегодня.

И я занялась!

Прикинув по времени, что завтрак уже пропустила, а до обеда не скоро, я не стала заходить в столовую и сразу отправилась за пределы академии. Благодаря памяти Эмилии, доставшейся мне в полном объеме, я знала, что академия магических искусств Антарракш (названа в честь дракона-основателя) располагается на восточной окраине не столичного, но тоже очень большого торгового города под названием Кентербург. Климат в этой местности ровный: летом не очень жарко, а зимой почти не холодно и снег лежит от силы несколько недель в канун самой длинной ночи. Страной Айсаравией правит император-дракон, но это не вторая ипостась, а… скажем так, проявление магии у одаренного силой существа. Своего рода призрачный фамилиар, как моя Тьма, выбравшая для прогулки по городу облик пушистой черной кошки. Кроме людей и магов в Айсаравии живут и другие расы: оборотни, гномы, эльфы, вампиры и даже демоны. Последних немного, их родина располагается на соседнем континенте, но глобальных военных конфликтов на планете нет уже давненько и общины тех или иных нелюдей встречаются повсеместно.

Кроме нелюдей, в незапамятные времена пришедших на эти земли из других миров, проникают в данный слой реальности и мои родичи: твари изнанки. С ними принято бороться безо всяких переговоров, ибо нет у сущей и монстров стыда, чести и совести, и договориться о чем-либо с теми, для кого чужая искра — изысканный деликатес, не предоставляется возможным.

Кстати, попадись мне сейчас (ну или в будущем) кто-то из сородичей, уничтожу, не раздумывая. Нет среди нас родни, друзей и приятелей, есть только здоровая конкуренция и непреложный закон: жив тот, кто сильнее.

Ну а пока можно побаловать себя сытным завтраком в миленьком кафе, с чувством посмаковать кремовое пирожное, а затем отправиться за покупками, о которых раньше Эмилия даже не мечтала. Не видела смысла. Но почему? Это же так здорово! Вкусная еда, красивые вещи! Да, это всё стоит денег, но зачем ещё они нужны, если не для трат на себя любимую? Ха!

И я тратила.

Белье, чулки, очаровательное зеленое платье лишь чуть ниже колена, удобная модная обувь, невесомая кофточка, новая стильная сумочка, миленькие наручные часики… Кофе в стаканчике на вынос!

Умудрившись купить всё, что хотела, и при этом не потратившись подчистую, обратно в общежитие я возвращалась с великолепным настроением. Любовалась на чистую брусчатку улицы и добротные каменные дома с подоконниками, на которых благоухали цветы, улыбалась солнцу, которое больше никогда не причинит мне боли, счастливо щурилась на блики в водных струях фонтана и провожала лукавым и ничуть не голодным взглядом конные экипажи и беспечных горожан. Я больше не нуждалась в их жизненной энергии, а в моей груди больше не тянуло сосущим чувством потустороннего холода и голода. Я была живой! Как они!

И это было здорово!

Беспрепятственно пройдя через академические ворота, которые были зачарованы пропускать лишь адептов и преподавателей академии, сначала я занесла старые вещи в комнату, затем сходила до столовой, где сытно покрепилась стандартным (и по сравнению с кафе — не особо вкусным) ужином в компании всего десятка таких же студентов, как и я, не поехавших домой на лето. Кто-то досдавал заваленные экзамены, кто-то задержался на отработку, а кто-то и вовсе был сиротой и ехать ему было попросту некуда. Например, как однокурснику Харви. Невзрачному прыщавому пареньку, которого Эмилия, конечно, знала, но особо не общалась.

Вот и сейчас я лишь мимолетно кивнула парню и заняла другой столик, сев лицом к окну, чтобы снова полюбоваться бескрайним синим небом, которого на изнанке просто не было. Как же удивителен и ярок этот мир! Просто невероятно!

Положительные эмоции были для меня новы, но очень приятны, так что даже еда не казалась сильно посредственной, а благодаря новым лицам в памяти мелькали новые подробности в том числе об академии и даже самой Эмилии. Всего в академии было четыре факультета: стихийный, целительский, факультеты некромантов и артефакторов. Стихийный делился ещё на две ветви: бытовиков и боевиков, причем Эмилия обучалась на первом, а её обидчики на втором, но половина лекций шла общим потоком и виделись они часто. Обучение длилось пять лет и оставался лишь последний год, который, я уверена, отучусь с блеском. Почему нет? Я ничуть не глупее оригинала и, даже будучи её зеркальной копией, сохранила все до единого умения и величину дара. Надо будет только за лето попрактиковаться в некоторых вещах и может даже подзаработать…Мне понравилось тратить!

Мысли плавно переключились на дела насущные и я вспомнила, что изредка Эмилия брала частные заказы на поиск пропавших вещей, ещё на втором курсе выучив зубодробительную формулу заклинания, найденную в одной древней книжонке, которое далось ей только потому, что девчонка оказалась амбидекстером, способным плести сложнокомпонентные магические формулы одновременно обеими руками. И так в этом поднаторела, что не реже раза в месяц даже в учебные дни заглядывала в центральный сыскной участок, где её уже давно привечали, как свою. Почему нет? Ведь не будет же уважаемый лейтенант тратить время на поиск второй кружевной перчатки не менее уважаемой леди Блинсент, а вот адептка-недоучка — очень даже. И не уважить леди нельзя, ибо зять её — министр, амуж и вовсе мэр. И таких леди в городе хватало, как хватало и головной боли от этих леди для лейтенанта. Зато у лейтенанта была она, умница Эмилия! За перчатки, естественно, перепадали гроши, а то и вовсе сухое «спасибо, милочка», но иногда бывало что-то и посерьезнее: полноценный серебряный за найденный любимый зонт, дорогую резную трость, памятную шаль, потерянную в парке собачку Сиси и всё в таком духе. Куда серьезнее денег была нарабатываемая репутация лучшей ищейки района и Эмилия ею очень дорожила. Самым памятным был случай по поиску ребенка, потерявшегося на прогулке, но там адептка была на подхвате у детектива Форестли, всё же дело посерьезнее, чем перчатка. Впрочем, и тут получилось проявить себя с наилучшей стороны: именно её поисковик указал точное место, хотя и пришлось пользоваться заемной силой лейтенанта, потому что своего резерва на поиск по всему городу девушке элементарно не хватило.

Хм, а он был вкусным… даже жаль, что уже в годах и счастливо женат. Можно было бы с ним замутить!

Даже хихикнула этим нелепым мыслям, зачем-то пришедшим в мою златокудрую голову, но в то же время развила её дальше. А нужны ли мне отношения с мужчиной, как таковые? И я сейчас не про секс и иные слюнявые лобызания, которые из-за изнасилования отзывались в душе не трепетом, описываемымв любовных романах, а тлетворной горечью, а про ухаживания и подарки. Подарки — это приятно! Был у Эмми в детстве мальчик, с которым она дружила, и он частенько дарил ей или цветочки с родительской клумбы, или печеньки всё с той же родительской кухни. Сколько им было? Лет по пять, не больше. Потом мальчик куда-то переехал, сама Эмилия повзрослела, пробудился дар и позже девушке было уже не до дружбы с мальчиками и отношений в принципе. Пусть и небольшой, но стабильный дар она развивала с упорством настоящего маньяка, порой не замечая того, что творилось вокруг неё.

Ай, не буду о плохом.

Буду о хорошем!

Помечтав ещё немного о будущем, в котором мне жилось просто замечательно, я не забыла отнести грязную посуду в нужное окошко и не отказала себе в удовольствии прогуляться по парку академии. Οн был не очень большим и граничил с полигоном для боевиков, но на этих весьма уютных метрах росли и ясени, и клены, и даже дуб-исполин, который моментально заворожил меня своей монументальностью и крупной природной искрой. Хм, а ведь стихийники при необходимости могут подпитываться силами и у природы…

Немного поковырявшись в памяти и вспомнив, как это делается, я бесстрашно приблизилась к дереву, обняла широкий ствол руками и прислонилась щекой к шершавой коре. Прикрыв глаза, пустила внутрь дерева крошечный импульс-просьбу и в следующий миг уже счастливо щурилась от весьма ощутимого отклика. Не сравнить с мощью человеческой искры, но тоже очень приятное ощущение живительной прохлады. Всё равно что попить освежающего ягодного морса в солнечный день! Не сытно, но приятно.

Помня, что природа весьма трепетно относится к подобной подпитке и способна запоминать тех, кто и как этим пользуется, под конец я послала дереву ещё один импульс, на этот раз благодарный. С меня не убудет, а ему приятно. Я бы не назвала его полноценно разумным, но то, что оно имеет базовые инстинкты и память, понимала. Понимала и то, что жизнь мне предстоит длинная, разнообразная и стоит заранее заручиться поддержкой и положительным отношением тех, кто может мне в этом помочь.

Уходить за грань ближайшую сотню лет я не планирую!

Пообщавшись с дубом и ощущая небывалый душевный подъем, остаток вечера я посвятила изучению конспектов, корректировке почерка (Эмми была амбидекстером, но моя зеркальность вносила в элементарный быт определенные коррективы) и строительству гениальных планов на самое ближайшее будущее. Завтра с самого утра, пожалуй, отправлюсь в участок, вдруг найдется для меня какая-нибудь денежная подработка. Сидеть в офисе круглые сутки точно не для меня и после выпуска я ни за что не пойду на государственную службу, да и в контору по оказанию бытовых услуг не особо тянет, а вот устроиться в какое-нибудь сыскное агентство будет интересным вариантом. Я люблю прятаться, но ещё больше я люблю искать! Так почему бы и не совместить приятное с полезным? Полезным в том плане, что это может приносить серьезный доход! Если верить памяти Эмилии, в городе с населением в почти пятьсот тысяч жителей есть аж три таких агентства. Открывать своё сразу после выпуска — гиблая затея. У меня нет ни громкого имени, ни наработанной клиентуры, да и пол подкачал (мужчинам в этом плане доверяют почему-то больше, чем женщинам), но никто не помешает мне устроиться сначала кем-то вроде помощника на полставки и вникнуть в это дело изнутри. А не понравится — займусь чем-нибудь другим. Мне всего двадцать один! Весь мир у моих ног!

И чего я точно делать не буду, так это возвращаться к родителям Эмилии. Зачем? Οни могут заметить то, чего не следует, да и в принципе нечего мне там делать. Зажиточные, но всё же фермеры, живущие в селе Малиновки, что в двух днях конного пути на юг, родители ждали свою доченьку домой с дипломом только затем, чтобы выдать её поудачнее замуж за сына мясника или кузнеца. Мол, деды их тут жили и прадеды, и внукам тоже тут жить. И жена-бытовичка — это престижно. Почти как бабушка-знахарка, ага. Фи! Ещё я всяким мясникам и кузнецам их носки не стирала! Магией, ага! Сами пусть справляются. К тому же у меня есть ещё братья и сестры, вот пусть они и отдуваются.

А я буду жить для себя. Ради себя. И во имя себя!

— Ш-ш-ш… — заворочалась у ног Тьма, блеснув в мою сторону недовольным желтым глазом, и я усмехнулась этой ворчунье. Ну и ради тебя, подружка. Только не шипи.

В итоге мой первый полноценный день жизни закончился мятной конфеткой и увлекательной книжкой про приключения, купленной во время вылазки в город, а снилось мне бескрайнее синее небо и такое ласковое, огромное, но совершенно не обжигающее солнце.

Как же хорошо быть живой!

ГЛАВА 2

Новый день я встретила блаженной улыбкой и сладким потягиванием. Наверное, никогда не устану повторять: как замечательно быть живой! Видеть, слышать, чувствовать! Дышать и наслаждаться каждым мгновением! Знать, что никто не нападет уже в следующую секунду и не сожрет, не оставив после тебя даже воспоминания.

Напевая себе под нос популярную мелодию без слов, я надела новое платье и заплела волосы в косу, но не простую, а с яркой лентой и немного выпуская отдельные пряди, чтобы смотрелось пышнее. Подсмотрела вчера у одной девицы, что прогуливалась в торговых рядах, и мне очень понравилось, как это выглядит. Получилось не сразу, но упорства мне было не занимать и уже через двадцать минут я любовалась на своё отражение в небольшом зеркале. Ну красавица же!

Тьма, снова ставшая кошкой (кажется, она тоже определилась с основным обликом), насмешливо расфыркалась, но моё замечательное настроение невозможно было испортить такой ерундой, и из комнаты я вышла, всё ещё напевая. Сходила на завтрак и взяла уверенный курс на центральный участок. Если память мне не отказывала, сегодня снова дежурил лейтенант Дэвид Форестли, который был пятидесятилетним упитанным весельчаком и балагуром и никогда не лез за словом в карман, но при этом ни разу не позволил усомниться в своей порядочности. Магический дар у лейтенанта был внушительным, в своё время господин Форестли закончил академию по боевому направлению и в молодости был «ого-го», зажигая в первых рядах инквизиции, но семейная жизнь внесла коррективы и в карьеру, и в ширину талии, так что десять лет назад лейтенант перевелся в обычные сыскари и стал одним из лучших детективов отдела, расследуя в основном убийства и грабежи. Мелкие правонарушения и заявления о пропажах в районе тоже шли через участок, но расследовались в основном другими сотрудниками, но как-то так вышло, что именно к нему Эмилия впервые обратилась с просьбой о возможности пройти в отделе практику, а детектив возьми — и согласись.

Естественно, у центрального участка был свой начальник, комиссар Ральф Вискански, привлекательный статный демон с сильным стихийным даром, но его Эмилия видела лишь раз и то — мельком. Такие незначительные нюансы, как практиканты, комиссара не интересовали и он перекидывал их на подчиненных.

На улице сегодня снова сияло солнышко, до участка я дошла всего за двадцать минут прогулочным шагом, а внутри меня уже поджидала новая приятность — сияющий во все тридцать два зуба детектив Форестли, восседающий за своим рабочим столом в кабинетике, почти до потолка заваленным бумагами уже отработанных дел, и потрясающий в мою сторону ворохомзаявлений.

— Эмми, девочка моя! Ну наконец-то! Я уже думал в розыск подавать! Γде потерялась, счастье моё? А ну-ка… Да ты в новом платье! Ох, краса-а! А ну-ка, покрутись! Ну точно краса! С чего бы, а? Влюбилась поди? Жениха завела? Ну и кто этот гаденыш? Назови имя — и я засажу его на пятнадцать суток за то, что украл тебя у нас! — тарахтя без остановки и не прекращая трясти бумагами, детектив так смешно топорщил усы, что я не удержалась и расхохоталась, не в силах вставить ни слова в его бесконечную тираду.

Посмеявшись вместе со мной и лишь раз пытливо покосившись на Тьму, которая деловито присела у моей левой ноги, лейтенант снова хитро уставился на меня и пришлось «каяться».

— Никаких женихов и влюбленностей, окститесь, детектив! Я вся ваша ещё как минимум год. Кстати, горю желанием принести пользу обществу. Лучше, конечно, за деньги. Есть варианты?

— За деньги, говоришь? — хитро и, как мне показалось, одобрительно прищурился Форестли и быстро перебрал пальцем зажатые в руке листы. — Α вот и есть. Только давай сначала парочку таких, общественно-полезных, и скорее всего даже не за «спасибо». Подсобишь?

— Ну как вам отказать, когда вы так убедительно просите? — вздохнула я, не стесняясь слегка переигрывать, и на правах почти коллеги (мы сотрудничали уже почти два года!) уселась за свободный стол, где работал его напарник детектив Герберт Шульц, но сегодня у мужчины был выходной. Протянула вперед руку и чинно кивнула: — Давайте сюда ваши общественно-полезные дела, разберу.

— Ты ж моя пчелка! — искренне умилился лейтенант и тут же всучил мне половину той кипы, которая его беспокоила. — На, работай! Кстати, думал, ты на всё лето к родне подалась. Или как?

— Не, — отмахнулась, уже вчитываясь в кривые строчки заявления о пропаже детского велосипеда прямо со двора частного дома. — Съездила ненадолго и обратно вернулась. Дома скучно, одни коровы, да родители с планами на удачное замужество то ли за мясника, то ли за кузнеца. А оно мне надо? У вас интереснее. Так что ближайшие два месяца буду к вам захаживать регулярно.

— Ну да, ну да, — иронично похмыкал детектив. — Тут-то выбор поболее будет, да?

— И то верно, — не стала спорить с мужчиной, выуживая из памяти Эмилии информацию о любви детектива к рассуждениям о том, где истинное место женщины. Знамо где: на хозяйстве! Но при этом лейтенанту было ничуть не совестно пользоваться моей почти бескорыстной помощью в поиске таких мелких вещей, как шкатулки, шали, велосипеды и даже ботинки. Кстати, его любимую кружку я тоже искала, причем аж три раза и находила то в соседнем кабинете, то на общей кухне в верхнем шкафчике, а то и вовсе в уборной. — Вот сейчас похожу по вашим заявкам и как найду себе богатого и щедрого жениха! Как решу, что работа сыскарем не для меня! Что делать-то без меня будете?

— А вот угрожать не надо, солнышко, — погрозили мне пальцем с отеческим брюзжанием. — И женихаться тоже не спеши. Жениховство — оно такое, дело серьезное. Сначала имя мне и полный расклад, а потом уж мы с коллегами решим, достоин или нет. Мы тебя кому попало отдавать не собираемся, так и знай.

Не став фыркать, что чего уж точно делать не собираюсь, так это интересоваться чужим мнением и ждать одобрения своего выбора, предпочла сосредоточиться на заявлениях. Праздничный чайный сервиз на двенадцать персон, кот, розы с клумбы, соломенная шляпка и детский велосипед — фронт работ поражал и обескураживал, но Эмилия и прежде бралась за подобные дела, возьмусь и я. Даже интересно, справлюсь ли так же быстро, как она, или нет?

А вот сейчас и выясним!

— Ну что? Берешься? — немного напряженно уточнил лейтенант, выдавая свою нервозность посерьезневшим взглядом.

— Конечно, — отозвалась с ледяной невозмутимостью. — Вообще не проблема.

— Ты ж моя прелесть! — просиял детектив и зычно крикнул в сторону распахнутой двери: — Констебль! Подь сюды!

По коридору тут же загрохотали тяжелые сапоги и в проеме показался веснушчатый нос констебля Марка Полянских, молодого оборотня, с которым я частенько ходила по таким вот вызовам. Ходила бы и одна, но это было не по уставу, ведь я даже практиканткой больше не числилась, трудясь в участке скорее на общественных началах, чем официально, а протокол о найденной вещи должен быть составлен по всем правилам, чем и занимался как раз констебль. Не лейтенанта ведь к этому привлекать!

— Звали, детектив Форестли?

— Сопроводишь нашу заюшку по адресам, проконтролируешь, — отдал привычный приказ лейтенант, пока мы с Марком кивали друг другу, как старые знакомые. — Сильно не усердствуйте и допоздна не затягивайте, что не успеете — оставляйте на завтра-послезавтра. — И уже для меня произнёс: — Приходи завтра к десяти, съездим в одно место, тоже дело по твоему профилю, но уже посерьезнее, чем велосипед. Может и подзаработать получится. Всё, давайте.

Моментально воспряв духом и даже не став выпытывать у детектива подробности (знала, не расскажет), я поудобнее перехватила бумаги и поторопилась на выход. Тьма прошмыгнула за мной, зачем-то угрожающе шикнув на констебля (парень аж отшатнулся), но на крыльце мы всё равно притормозили: и спутника дожидаясь, и заново просматривая адреса, чтобы грамотно составить маршрут.

— Хорошо выглядишь, тебе очень идет зеленый, — смущенно пробормотал Марк, глядя на меня откровенно сверху вниз и так, словно впервые видел. — И прическа такая… Милая.

В отличие от него — дылды, вымахавшей под два метра, я не отличалась высоким ростом и едва дотягивала макушкой до его плеча даже с учетом небольшого каблучка на туфлях.

— Спасибо. Да, решила немного освежить гардероб к лету, — ответила по возможности легкомысленно и нейтрально, не собираясь «крутить хвостом» перед этим оборотнем.

Какой бы заучкой ни была Эмилия, не видя смысла в отношениях и даже дружбе (ведь это отнимало время, а магия куда как интереснее!), даже она имела представление о таких базовых вещах, как элементарное общение, флирт и мужской интерес. Даже несколько любовных романов прочитала, чтобы понимать, что это такое, об анатомическом атласе и вовсе молчу.

В общем, всё я понимала.

И то, что сейчас двадцатипятилетний парень (или будет правильнее — мужчина?) присматривается ко мне именно так, как присматриваются мужчины к женщинам, видела. Но поощрять не собиралась. Смысл? Мне не нужна ни легкая интрижка, ни серьезные отношения. Красиво ухаживать этот деревенский парень вряд ли умеет, да и дорогие подарки ему не по карману.

Цинично? Уж простите, какая есть!

— Ладно, идем. Сначала на Лиловую, семь, выясним, куда они подевали сервиз.

Без особого труда выдерживая высокий заданный темп и бессовестно перекладывая тяжесть груза переговоров с потерпевшими на констебля, чтобы без проволочек заниматься непосредственно поиском пропавших вещей, я всё равно провозилась с взятыми у лейтенанта делами до позднего вечера, чтобы только не оставлять ничего не завершенного на завтра. Дольше всего мы искали кота, этот проказник сбежал за дамой своего кошачьего сердца чуть ли не на другой конец города, но тут неоценимую помощь оказала Тьма, целенаправленно выгнав гулену из вонючей подворотни прямо в мои объятия, а там уже только и оставалось, что спеленать его ловчим арканом и доставить на порог дома заламывающей руки хозяйке.

Сервиз нашелся на антресоли у невестки в неприметной коробке, шляпку съела коза и от нее остались лишь клочки синей ленты, розы обнаружились в вазе соседки напротив, а велосипед — у мальчишек-сорванцов с параллельной улицы. Как детектив и предрекал, заработать сегодня не получилось, а гаденыш-кот и вовсе располосовал руку констеблю до крови, но хозяйка хвостатого негодника накормила нас потрясающими пирожками и лично я считала, что день удался. Мало того, что попрактиковалась в непростом заклинании, попутно проявляя отличные дедуктивные способности, так ещё и поела вкусно. А царапины… заживут. Тем более на оборотне. Умнее надо быть, проворнее!

— Провожу, — вдруг заявил Марк, когда мы дошли до участка, и оказалось, что стемнело настолько, что уже зажглись фонари. — Ты в академию?

Поначалу озадачилась, но почти сразу вспомнила, что среди живых вроде так принято — присматривать за тем, кто младше и слабее, хотя всё равно попробовала отказаться.

— Ой, да что тут идти? Сама справлюсь.

— Провожу, — заупрямился оборотень и глянул на меня чуть исподлобья. — Эмми, вот ты вроде умная девушка, а иногда как ребенок совсем. Сколько тебе уже? Двадцать?

— Двадцать один, — произнесла с легкой оторопью, совершенно не понимая, к чему он клонит.

— И до сих пор не понимаешь, как опасно ходить красивой девушке по ночам одной? — На меня глянули с почти суровым прищуром, хотя до лейтенанта ему было ещё очень далеко. — Или давно сводки грабежей и убийств не просматривала?

Приглушенно хмыкнув и не став язвить, что да — давно, и вообще, ещё не ночь, да и я больше не девушка, к тому же обладающая магией тьмы, лишь коротко кивнула и молча пошла в нужном направлении, позволяя констеблю пристроиться рядом.

К счастью, Марк оказался достаточно благоразумен, чтобы идти молча и не брать меня под руку, словно мы и вовсе какая-нибудь сладкая парочка, а на воротах просто коротко распрощался и развернулся, бодро зашагав обратно.

Ощущения от его поступка были… Непривычными. Неопределенными. Не скажу, что приятными, но… Нет, не понимаю. Наверное, он всё-таки хороший малый, этот констебль Полянских, но точно не герой моего романа.

Иронично подмигнув Тьме, которая на мои мысли лишь иронично расфыркалась, я достала из кулька уже остывший пирожок, которых нам ещё и с собой вручили, и с аппетитом вгрызлась в румяный бок домашней выпечки. М-м, вкуш-шнота!

Интересно, куда мы поедем завтра?

Смысла гадать об этом не было, так что остаток вечера я посвятила нехитрой уборке и стирке, прикинув, что для полноценной смены гардероба мне необходимо ещё два платья и дико удобные брюки, которые я видела сегодня на одной девице. Марк что-то фыркнул о распутстве, но я оценила ту легкость, с которой обладательница брюк бежала. К брюкам нужно будет подобрать блузки и какой-нибудь жилет с кармашками, а к осени стоит побеспокоиться о жакете или курточке.

Обдумывая это, заодно перебрала свои конспекты прошлых лет и те библиотечные книги, где встречались ужасно сложные, но дико полезные стихийные заклинания, часть из которых до сих пор была не зазубрена до конца (непорядок!), а там и ночь подкралась.

И снова утро, и снова доброе! Сверившись с наручными часиками и убедившись, что ощущения меня не обманывают и уже почти девять (о, а я не жаворонок!), я поспешила со сборами, доев на завтрак последний вчерашний пирожок, чтобы не тратить время на столовую. Вычурно заплетаться не стала, но платье снова надела зеленое, и без пяти минут десять уже подходила к участку.

Детектива нашла в кабинете — мужчина расслабленно попивал ароматный кофе, читая наши вчерашние отчеты, составленные рукой констебля, и, судя по всему, никуда не спешил. Едва не возмутилась подобному подходу к работе, но лейтенант Форестли меня опередил, грозно наставив на меня свой мясистый палец.

— Голубушка, я кому вчера сказал — не усердствовать?

— Кому? — невинно хлопнула расничками.

— Тебе! — ещё сильнее посуровел детектив. — Или забыла, как прошлым летом от истощения чуть к моим ногам не пала? Повторения захотелось?

— А где связь? — не поняла его претензий, потому что связи действительно не было. — Детектив, не ерундите. Никакого истощения и близко вчера не предвиделось, круг поиска ограничивался парой кварталов, не больше, да и времени отдохнуть было достаточно. В конце концов, вот она я, перед вами. Живая и здоровая. И между прочим, дико желающая принести пользу обществу как минимум в вашем лице. Мы едем или как?

— Ох, будь я твоим отцом… — проворчал себе под нос лейтенант, осуждающе качая головой. — Где словечек-то таких набралась, егоза? «Ерундите»! Месяц всего не виделись, а тебя как подменили. Шибко бойкая стала, да самостоятельная. Что зрение поправила — это ты молодец, я тебе давно говорил к целителям обратиться, но в остальном откуда что взялось? Понимаю, повзрослела и всё такое, но и меру знай! Поняла меня? Не вздумай такого при лорде сказать! Не позорь мою седую голову!

— При лорде? — сделала я стойку, впиваясь в детектива преданным взглядом. — Мы едем помогать кому-то из лордов?

— А вот и едем, — ехидно подтвердил свои слова Форестли, грузно поднимаясь из-за стола и водружая на свою сверкающую лысину модную фетровую шляпу. — И не какому-то, а самому лорду Бекельсберри!

На всякий случай сделала умное лицо, хотя фамилия лорда мне ни о чем не сказала, и это каким-то загадочным образом понял детектив. Цокнул, покачал головой, закатил глаза и только после всех этих ужимок пояснил:

— Лорд Бекельсберри владеет издательством и фабрикой бумажной продукции, его состояние и активы исчисляются миллионами, а единственный наследник входит в десятку завидных холостяков всей страны. Правда, занимается ерундой…

— Какой? — не могла я не спросить, следуя за идущим на выход детективом послушным хвостиком.

— Частным сыском, — хохотнул детектив, чем мгновенно ввел меня в ступор. Я даже остановилась, глупо хлопая ресницами, а Форестли обернулся через плечо и понятливо похмыкал. — Не тут, в столице. Да и размолвка у них какая-то, я не вникал. Знаю только, что отец с сыном не в ладах и старший лорд Бекельсберри предпочел обратиться к официальным властям, а не в частную контору сына. Так ты идешь или нет? Экипаж ждать не будет.

— Иду! — выпалила и снова рванула за детективом, решив, что обдумаю услышанное позже. Например, в экипаже. И там же задам тысячу уточняющих вопросов!

Экипаж нас и впрямь ждал, причем даже не конный, а новомодный — на магической тяге. С довольно низкой посадкой и толстыми колесами, обтянутыми чем-то упругим, с мягкими сидениями, обитыми красивой бордовой тканью, с черными лакированными дверцами и даже водителем в строгой ливрее.

То, что это экипаж лорда, я поняла сразу, у городской полиции на такие изыски просто нет средств, вот только все мои надежды на обстоятельную беседу рассыпались прахом: стоило нам с детективом сесть на заднее сиденье, как Форестли тут же приложил палец к губам и многозначительно покосился на затылок шофера. Глупой я не была и сразу поняла, к чему эта пантомима, так что пришлось унимать своё любопытство и переключаться на другое.

Например, на изучение мобиля!

Ехали мы недолго, около часа, причем с весьма ощутимой скоростью, сумев за это время выбраться за город, где скорее всего располагалось поместье лорда (или фабрика?), но за это время я изучила лишь окружающее меня пространство, почти сразу сообразив, что ветром нас не сдувает потому, что мобиль окружен каким-то невидимым воздушным куполом.

Не рискуя сканировать плетения на ходу, я предпочла полюбоваться видами и насладиться мягкостью сиденья, да успокоить нервничающую Тьму, которой совершенно не понравилась эта потрясающая поездка.

Как я и предполагала, шофер привез нас в загородное поместье, которое было… кхм, весьма внушительным. Почти дворец!

«А он амбициозен и самолюбив», подумалось мне при взгляде на четырехэтажные хоромы с высокими башнями из светло-серого камня прямиком из прошлых веков. Кроме самого здания впечатление производил и окружающий его парк с идеально подстриженным газоном, цветущими кустарниками и дорожками, выложенными мозаичной плиткой. Всё это расположилось на десятках гектар и от ворот нам пришлось ехать минут десять, чтобы только увидеть дом.

И вроде дорого-богато, но… Как-то бездушно, что ли? Словно сделано лишь для того, чтобы вызвать шок и трепет у окружающих, но не жить тут и не пользоваться.

Интересно, большая у лорда семья? Хотя… Единственный наследник, живущий в столице — это о чем-то говорит, да?

Впрочем, не будем делать преждевременные выводы, сначала взглянем на лорда!

Прежде Эмилии не доводилось иметь дел с настоящими лордами (обучались их дети в академии, но это было не то), а в любовных романах они были сплошь брутальными красавчиками, готовыми на какие угодно подвиги во имя своей прекрасной леди, даже если она некрасивая бедная сиротка, но реальность оказалась угрюма и безжалостна.

Во-первых, нас встретил не лорд, а дворецкий. Высокий и тощий, как жердь, он глянул на нас, как на попрошаек, и сухо предложил следовать за ним в гостиную. Там, в неуютно холодной и вычурной, но такой пустой комнате, нас продержали минут двадцать, не предложив ни чаю, ни чего-то другого, а на каждый мой вопросительный, а к концу ожидания и возмущенный взгляд детектив лишь сердито качал головой и прикладывал палец к губам. Словно тут нас кто-то мог подслушать! Да нет тут никого кроме нас, Тьма свидетель!

На двадцать третьей минуте к нам заглянул лакей, который оказался таким же заносчивым, как дворецкий, и через губу приказал следовать за ним в кабинет.

И уже та-а-ам…

Нда, не так я себе лорда-красавчика представляла. Не так.

Да ему лет уже под сотню, не меньше! Мумия в музее — и та краше выглядит! И любезнее. А сколько тогда наследнику? Тьфу!

— Кого ты мне притащил, Форестли? — противным голосом проскрипел одетый в бордовый бархатный халат старик, восседающий за внушительным рабочим столом.

Несмотря на пафосность помещения, внушительную мебель, огромный камин и основательные стеллажи, полные книг, среди которых мой опытный глаз сразу выцепил ряд магическихфолиантов, эта комната походила скорее на склеп, чем на кабинет. И не обстановкой, нет…

Запахом! Запахом близкой смерти и неумолимого тлена.

— Лучшего сыскаря города, как и договаривались, — бодро заявил детектив, подмигивая мне левым глазом. Мол, не дрейфь, заюш, прорвемся.

— Сыскаря? — презрительно процедил лорд, буравя меня выцветшими белесыми зрачками, которые раньше были то ли серыми, то ли вовсе голубыми. Подался перед, отчего халат на его груди слегка разъехался в стороны, но, к счастью, явил не впалую грудь, а всего лишь белую рубашку.

И слава богам! Такой стресс я бы не пережила!

— Эта девчонка — обещанный тобой сыскарь?! — тем временем юродствовал старик, шамкая тонкими губами. — За две недели поисков ты нашел мне… это?!

Тут уже я не выдержала. Пускай он хоть тысячу раз лорд, но я не «это»! У меня, между прочим, имя есть! И гордость!

— Во-первых, здравствуйте, — отчеканила я звонко, бесстрашно глядя в полумертвые глаза противного старикана. — Во-вторых, я не «это», а мисс Эмилия Кейтри. В-третьих, до свидания, вы отвратительны и невоспитаны так же, как ваша заносчивая прислуга. Провожать не надо, путь я запомнила.

После чего развернулась и, не обращая внимания на дикие глаза лейтенанта, прошла к двери.

— Не торопись… — прошелестел-приказал лорд мне в спину, а мимо пронеслась волна ощутимой силы, запершая дверь. Обернулась через плечо, с вызовом приподнимая бровь, а идущая рядом Тьма угрожающе выгнула спину и зашипела на самодура. Не уверена, что мы его впечатлили, но тонкие обескровленные губы слегка скривились в подобии ухмылки. — Дерзкая. Мне нравится. Подойди.

Даже и не думая выполнять отнюдь не просьбу, лишь обернулась полностью и сложила руки на груди.

Секунда, другая… Воздух загустел, отчетливее потянуло смрадом, давая понять, что лорду подвластны именно силы смерти, а не какие-либо другие, но я была куда более созданием тьмы, чем он, и особого дискомфорта мне это не причинило. Разве что запах противный и только.

Уверена, он и это сообразил практически моментально, потому что снова усмехнулся (ещё омерзительнее, чем прежде!), и подчеркнуто вежливо произнес:

— Пожалуйста, мисс Кейтри. Будьте любезны подойти ближе. Я уже стар, не вынуждайте меня повышать голос и напрягать зрение.

Издевается же. Но…

Ладно, подойду.

Кабинет был огромен, под стать всему дому, так что пришлось сделать шагов пятнадцать, прежде чем я остановилась в трех метрах от стола по едва уловимому жесту лорда. Замерла под его неприятно пытливым взглядом, но даже не передернулась, когда была изучена с макушки до самых мысков туфлей.

Всё-таки я очень любопытна и не прочь узнать, что он потерял. Ну, кроме совести. Её, как мне кажется, у лорда не водилось изначально. Вот кто настоящая сущь!

— Итак… мисс Кейтри, — моё имя просмаковали с каким-то неприятным подтекстом, но и тогда я не повела бровью, решив просто не воспринимать этого доходягу всерьез, — найдите мне перстень. Родовой. С гербовой печатью. Сделан из алпатида, на гербе изображен череп со щупальцами. Глаза черепа выполнены из черных алмазов. — Меня прожгли подозрительно насмешливым взглядом и с нескрываемой издевкой закончили: — Справитесь?

— Попробую, — произнесла сухо, подозревая в задании немалый подвох и банальную проверку моих способностей.

Чтобы этот арахнид и потерял родовую печать? Да скорее небо рухнет на землю! Лежит наверняка где-нибудь поблизости. Может, в кармане, может в верхнем ящике стола. На крайний случай в сейфе или в спальне. Χотя вряд ли в спальне…

На всякий случай бросила пытливый взгляд на его скрюченные артритом пальцы, но колец на них не было. Ни одного. Не поленилась и перетекла в магическое зрение, первым делом снова проверив его пальцы, а затем стол. Вдруг он просто скрыл вещь мороком? Но снова ничего.

— Когда вы им пользовались в последний раз? Или в принципе видели? — задала уточняющий вопрос, который был самым частым в моей не такой уж и большой практике.

— На днях, — неопределенно отмахнулся старикан, вальяжно откидываясь на спинку кресла. — Недавно.

Такой себе ответ, если честно, но всё лучше, чем «год назад».

Мысленно прикинув, что мужская печатка может весить грамм десять-пятнадцать, округлила погрешность до двадцати и только после этого начала плести формулу поиска, задавая в неё известные параметры: размер, вес, материал. Надеюсь, у лорда не разбросаны по особняку ювелирные украшения из этого редкого и довольно дорогого металла, иначе поиск вряд ли быстро завершится успехом. Хотя…

Уже привычно сосредоточившись на задаче и мимолетно радуясь, что успела вчера в этом попрактиковаться, отчетливо услышала озадаченный хмык старикана, который и не думал сидеть тихо. А ведь наверняка знает, гад, что во время таких сложносоставных заклинаний магу необходима тщательная концентрация на задаче и в идеале полнейшая тишина!

И всё равно я справилась, создав идеальную конструкцию поисковика, после чего плавно запустила спрута в работу, подпитывая целостность структуры тонким ручейком магии. Очень… очень тонким! Почти ювелирного качества. Всё-таки резерв у меня не бездонный, а подвох чуется немалый.

И я не ошиблась.

Позволяя магическому спруту-поисковику делать своё дело и постепенно простирать свои щупальца всё дальше от центра магической конструкции, зажатой в моей руке, прикрыла глаза, отслеживая его работу магическим зрением. Я должна понять, куда его тянет, раньше, чем у меня закончится резерв.

Кабинет, коридор, этаж… Второй, все четыре. Парк.

Нет, глухо.

Нигде нет, но… Подвох. В чем подвох?

Усилием воли свернув щупальца поискового спрута обратно, что отняло куда больше сил, чем обычное развеивание, снова запустила поиск, но уже куда более плотный и настроенный чуть иначе. Тайник. Ищи тайник! Эта мумия просто обязана иметь в доме амагичный тайник, а то и не один!

И что бы вы думали? Он-таки был! Прямо в кабинете за картиной с изображением горных пиков и летящего в облаках дракона!

Чувствуя, что ещё немного — и пойдет носом кровь, не стала надеяться на удачу и усложнила спрута, вливая в него каплю тьмы. Первую, вторую, третью… Хватит. Хватит для того, чтобы обойти амагичность сейфа и кое-что проверить.

Есть!

Победно усмехнулась и тут же поморщилась, стирая пальцем теплую влагу из-под носа и инстинктивно слизывая, и только потом понимая, что сделала. Мысленно чертыхнувшись, открыла глаза, моментально встречаясь взглядом с лордом, почему-то жадно подавшимся ко мне, но предпочла не бороться взглядами, а окончательно развеять спрута и, отвернувшись от старикана, найти в сумочке носовой платок.

— Ваш перстень в сейфе за картиной, лорд Бекельсберри, — произнесла сухо, аккуратно стирая кровь из-под носа и проходя к креслу у стеллажа с книгами, которое показалось мне удобнее прочих. — Проверять будете?

— Неплохо, — скупо усмехнулся старикан, тем самым подтверждая, что это действительно была проверка, а не реальная потеря вещи. — Но не так быстро, как хотелось бы. И резерв маловат. Впрочем… Действительно неплохо. По крайней мере небанально. Форестли, введи свою протеже в курс дела.

Шумно выдохнув, словно всё это время в принципе не дышал, детектив взял слово и грамотно, какумел в тех случаях, когда это требовалось, описал стоящую передо мной задачу.

Вкратце: найти наследнику жену.

— Простите? — опешила, причем искренне и всерьез. — Жену? Она у него потерялась что ли?

Лорд смерил меня взглядом «глупее ничего не слышал», а лейтенант понимающе вздохнул, но промолчал.

— Она не находилась, — скрипуче съязвил лорд, кривя губы. — Мой правнук — бессовестный разгильдяй, забывший о долге и чести рода. Εщё ни один Бекельсберри не ходил в холостяках после тридцати, а этому уже тридцать два — и он до сих пор не женат! Возмутительно! Думаете, мне нравится так жить, мисс Кейтри? Ошибаетесь! Мне до смерти надоело это немощное тело и я благословлю тот день, когда этот оболтус свяжет себя узами брака, которые освободят меня от бремени бытия!

— Чего? — брякнула я.

— Того, — презрительно скривился старикан, явно передразнивая, после чего снова откинулся на спинку и глянул на меня… как-то нехорошо. — На мне проклятье, мисс Кейтри. Пока не женю правнука — не умру. Не спрашивайте кто и как это пожелал, не ваше дело. Ваша задача — женить Сэверина.

— А вам не кажется, что это задача для свахи? — поинтересовалась в ответ, когда справилась с другими негативными эмоциями. — Я ищу пропавшие вещи, а не совесть и чувство долга отдельно взятых безответственных наследников.

— Хорошо сказано, — усмехнулся лорд. — Но нет. Мне подходите именно вы. Цена вопроса… Скажем, десять тысяч золотом.

— Нет.

— Двадцать тысяч.

Суммы звучали астрономические, но я снова мотнула головой.

— Пятьдесят.

Соблазнительно, но…

— Нет.

— Сто.

— Вы в своём уме? — уточнила отнюдь не почтительно. — За эти деньги вы можете нанять полк отборных невест и они сами женят его на себе, на совесть отрабатывая каждый медяк.

— А надо по любви, — желчно парировал старикан, глядя на меня всё более странно. Подумал, прищурился… И кивнул сам себе. — Χорошо, двести. И дом в городе на ваш выбор.

— Я не сваха, — упрямо мотнула головой и встала с кресла, понимая, что говорить нам больше не о чем. — Спасибо, что уделили внимание, лорд Бекельсберри, прощайте.

— Мисс Кейтри! — прозвучало мне в спину грозное, но на этот раз без магического запирания дверей. Обернулась, всё же стоило напоследок проявить к деду хотя бы минимальную вежливость, и услышала не менее угрожающее: — Зря.

— Возможно, — пожала плечами. — Но вы хотите от меня невозможного, а я за такие дела не берусь. Всего хорошего.

ГЛАВА 3

Как ни странно, обратно в город нас тоже отвезли, причем без проволочек, хотя я бы ничуть не удивилась, если бы нас с детективом выставили за порог и отправили домой пешком. Но нет, мобиль ждал у крыльца и молчаливый водительдоставил нас четко к участку. За всю поездкуФорестли не произнес ни звука, но когда мы прошли в его кабинет и лейтенант грузно осел в своё любимое кресло, натужно скрипнувшее под немалым весом сыскаря, мужчина не выдержал:

— Заюш, ну как так, а?

— Серьезно? — уставилась на него с нескрываемым возмущением. — Вы-то уж меня не разочаровывайте, детектив! Ну правда! Это работа для профессиональной свахи! В конце концов — пусть живет! Пять-десять лет — и женится его правнук! Все женятся рано или поздно! Зачем заставлять насильно? Вообще-то это преступление, если что!

Посмотрев на меня долгим, совершенно нечитаемым взглядом, лейтенант тяжело вздохнул и отвел взгляд.

— Вот права ты, стрекоза… Но и старика мне жалко, понимаешь? Он хоть и гадкий на первый взгляд, но натура благородная, этого не отнять. И благотворительные фонды у него, и прочее — всё на совесть делает. Да только это ведь уже не жизнь, а существование. Ему уже к пятистам, насколько помню, да только и сильнейшие маги столько не живут, максимум до трехсот. Представляешь? Двести лет просыпаться каждое утро такой развалюхой и точно знать, что это не конец.

— К пятистам? — не поверила, пытаясь пересчитать, сколько тогда может быть правнуку, если его отец и дед женились до тридцати. И всё равно что-то не сходилось.

— Что не так? — насмешливо уточнил Форестли.

— А внуку тогда сколько? — уточнила заторможенно.

— Тридцать два, слышала же.

— Ну… да-а, — протянула, досадуя на свою внезапную забывчивость. Подумала ещё. И ещё… Нет, не сходится. Хотя… — У них и с рождаемостью проблемы что ли?

— Судя по всему, — развел руками детектив.

— А где остальные? — Я всё пыталась понять эту странную семейку и пускайточно знала, что ни за какие миллионы не буду заниматься сводничеством (ну бред же!), любопытство не отпускало. — Отец наследника, дед?

— Так умерли, — фыркнул лейтенант, словно это было очевидно. — Причем хочу заметить, в нормальном почтенном возрасте за сотню. Кстати, младший Бекельсберри унаследовал темный дар прадеда и точно проживет не меньше трехсот. — Подумал и со вздохом добавил: — Вот и не торопится связать себя обязательствами, поганец…

- Α отец с дедом, получается, не унаследовали? — не унималась я.

На это детектив лишь развел руками. Мы вместе немного помолчали, но тут в коридоре кто-то громко протопал мимо и детектив, встрепенувшись, уставился на меня с привычным хитрым прищуром.

— Ладно, егоза, от денег ты сама отказалась, так что теперь давай просто работу работать. Не прошел еще запал? — И хитренько так помахал в воздухе второй половиной вчерашней стопки.

— А вот и не прошел, — заявила запальчиво, для себя решив, что деньги — это, конечно, хорошо, но практика нужнее. И, хочу отдельно заметить, практика по делу!

— Ну тогда за работу!

Следующие два дня мне было не до скуки. Кошелек и сумочка, столовое серебро и старинный канделябр, утерянный при переезде памятный сборник стихов и девичий дневник, собачка и хомячок, ручной хорек и даже крыса! А на сладкое дедов тайник и приятный сердцу гонорар аж в двадцать пять золотых. Как моя месячная стипендия!

С животными мне удачно помогала Тьма, с остальным я неплохо справлялась сама, так что закрыв последнее срочное дело и честно заслужив похвалу от детектива, я отпраздновала свой успех сытным ужином в кафе и весь следующий день посвятила себе и приятным сердцу тратам. На себя!

Одежда, маникюр, парикмахерская, кафе — за один день я спустила пятнадцать золотых и к вечеру была уставшая, но счастливая. А еще поняла, что должна зарабатывать больше. Намного больше!

Страшно сказать, даже задумалась о предложении женить Бекельсберри-младшего, но вовремя напомнила себе, что я тут, а он в столице, да и учеба на носу, как и сладкая месть обидчикам, так что не стоит даже думать об этом.

А стоит думать о другом.

Где взять много денег? Желательно быстро и законно. Можно даже не очень быстро и не совсем законно, но всё равно много.

Интересно, сколько стоит дом?

Не откладывая дело в долгий ящик, всю следующую неделю я посвятила тщательному анализу рынка недвижимости и услуг. Поняла, что просто не будет и после выпуска из академии в этом городе попросту нечего ловить, если, конечно, не хочу прозябать на посредственной должности за посредственную зарплату.

А еще можно предложить свои услуги на теневом рынке, но это довольно скользкая дорожка, которая может как обогатить, так и до тюрьмы довести, причем самым коротким путем.

Я честно думала об этом несколько дней! Почти четыре. Но подумав ещё, поняла, что не хочу вверять свою бесценную жизнь и судьбу в чужие, отнюдь не надежные руки, и оставила эту мысль, как несостоятельную. Придется зарабатывать официально и законно. Ну или иначе, но только самостоятельно и предусмотрев всё до мелочей. И не сейчас. Точно не сейчас.

Сейчас мне необходимо набираться опыта и знаний, больше общаться с людьми и нелюдями, чтобы понимать их мотивы и психологию в целом, а ещё обрастать полезными связями. Это в мире живых не менее ценно, чем информация, сила и деньги.

В итоге лето пролетело незаметно. Я стала увереннее в себе и выучила несколько новых магических конструкций из тех самых книг, которые лежали «на будущее». Вызубрила все кодексы от корки до корки. На шесть процентов прокачала магический резерв, щедро пользуясь тьмой, когда никто не видел. Научилась искать не только вещи и животных, но и темные разрывы пространства, что пригодилось бы мне, если бы я решила работать на инквизицию. Упаси Небо! Заработала (и потратила!) больше пятидесяти золотых, о чем ни капли не жалела. Хотя нет, жалела. Что не заработала больше!

Ну да какие мои годы?

При этом я категорически не трогала деньги, которые лежали в банке, да еще и положила на счет стипендию за два оставшихся летних месяца. Эти деньги пригодятся мне, когда придется озадачиться выбором жилья после выпуска, пусть будут.

Близилась осень. Я уже предвкушала тот день, когда отомщу тем тварям, которые погубили мою призывательницу, разработав многоступенчатый план по их угнетению и последующему убийству. Я уже обновила свой осенний гардероб, прикупив даже пальто и сапожки с мехом на позднюю осень. Я почти поклонником обзавелась! Хотя это было уже чересчур и десяток едких замечаний в стиле старикана успешно отвадили от меня подозрительно слащавого вампира, в доме которого я нашла закатившуюся под половицу золотую запонку.

В общем, всё было хорошо!

Если бы не странный случай у ворот академии утром буквально за день до начала занятий…

Я шла в отличном настроении и честно никого не трогала. Зеленела трава, голубело небо, сияло роскошное, ещё летнее солнце. На моей голове была миленькая соломенная шляпка, в душе пели птицы, а в мечтах я резала на кровавые лоскуты насильников, двоих из которых я уже видела на территории академии.

До ворот академии оставались считанные метры, когда пространство прямо передо мной пошло знакомой рябью разрыва и из щели хлынула тьма. Не раздумывая ни мгновения, я сформировала в ладони самый убойный огненный пульсар, на который только была способна (из щели выше моего роста вряд ли могло вылезти что-то мелкое и безобидное!), и запустила его в щель. Вот только за миг до того, как моя стихийная магия отправила в небытие монстра, посмевшего прийти в этот мир, щель превратилась в персональную портальную арку и из неё вышел…

Ой, не вышел.

В общем, был «бум». Εдва успела щитом прикрыться! А ещё был мат. Конкретный такой, сочный и по — мужски не сдержанный.

Упс.

Попытка сбежать, пока мужчина не пришел в себя, успехом не увенчалась — я едва ли успела сделать шаг в сторону, как была обездвижена силой, превосходящей мою в разы. Темной силой!

Догадавшись, что умудрилась принять темный портал за потустороннюю щель (один в один, между прочим!), и понимая, что могу лишь умолять о снисхождении, я заранее потупилась и приняла несчастный вид. Обычно люди на это велись. Особенно мужчины. Детектив так уж точно, ведь именно на нем я отрабатывала все эти женские уловки, периодически вычитывая их из одной умной книжки.

— Ну и кто ты такая? — зло поинтересовался возвышающийся надо мной мужчина, заслонив собою солнце.

Οт него пахло паленым и тьмой, что внезапно оказалось очень вкусно, а я как на зло была голодной и, наверное, только поэтому я не удержалась и облизнулась, непроизвольно выходя из образа. Сообразила, да уже поздно, но всё равно виновато поморгала, пытаясь выглядеть безобидно и жалко, а еще изо всех сил рассматривая стоящего передо мной… Кхм, магистра? Иначе что бы ему тут делать у академии? Только почему он такой молодой? От силы лет тридцать. Α сил — на пятерых!

Любопытно!

— Я с тобой разговариваю, — ещё жестче отчеканил широкоплечий брюнет с глазами цвета осеннего неба и непривычно длинными волосами, убранными в низкий хвост, брезгливо изучая то меня, то горелый рукав своего стильного антрацитово-черного пиджака. Причем и то, и другое — с одинаковым выражением лица. — Οглохла?

— Простите, — пролепетала уничижительно, хотя в груди уже клокотало здоровое раздражение наэтого хама. — Мне показалось, что это темный разрыв с изнанки…

— Показалось ей, — презрительно цыкнул мужчина и мне достался очередной неприязненный взгляд, но на этот раз с оттенком недоверия. — Скажи ещё, что видишь их.

— Чую, — не удержалась и педантично поправила незнакомца.

— Адептка? — Черная левая бровь уже с нескрываемым интересом приподнялась на полсантиметра выше правой.

— Учусь, — кивнула, соглашаясь.

— Курс, факультет?

— А вам, простите, зачем? — прищурилась на него со здоровым опасением.

— Докладную на тебя декану напишу, — беззлобно и, как мне показалось, не всерьез, заявил брюнет. — Ты в курсе, сколько стоит мой костюм?

— А вы в курсе, что телепортация в неустановленных законом местах запрещена? — окрысилась на него в ответ, потому что тема денег была для меня личным пунктиком. — Между прочим, за это полагается штраф в триста золотых!

— М-м, юридически подкованная студентка магической академии… Что-то новенькое, — с какой-то стати развеселился хам и приподнял моё лицо за подбородок выше, словно желая рассмотреть. И всё бы ничего, да только я до сих пор была обездвижена и не могла дать ему даже минимальный отпор. Только укусить, да и то — сомнительно. А вот он, явно чувствуя свою безнаказанность, приблизил своё лицо к моему и, словно обнюхивая, провел самым кончиком носа по щеке, скуле, шее и зачем-то по ключицам, вызывая неконтролируемую нервную дрожь. Точно нервную, Небом клянусь! — Умная, сильная, чувствительная… Да, это я удачно зашел. И много вас там сейчас таких?

— Таких, как я, больше ни одной, — прошипела, зверея окончательно и понимая, что друзьями нам точно не стать.

Убью! Точно убью гада! Никогда еще меня так не унижали!

— Ну, это ты себе льстишь, — пренебрежительно хмыкнул гад, отпуская моё лицо и отходя на шаг, словно хотел получше рассмотреть, но уже издали. Даже цыкнул пренебрежительно, добавляя: — Да, все так говорят, а по факту… ладно, иди уже, «нитакая». И не попадайся мне больше на глаза, чудовище. Я не всегда так снисходителен.

— Что?! — Сказать, что у меня пропал дар речи — не сказать ничего.

Я чудовище?! Я?! Да я только вчера на маникюр ходила! Позавчера у косметолога была! Да мне ночной крем для лица в золотой обошелся! А шляпка в два! Про платье вообще молчу, изумрудный-синий в этом сезоне — самый писк моды! Да мне на рынке комплименты вслед так и летят каждый раз, как я там появляюсь! На меня не женатый комиссар внимание обращать начал!

— А проблемы со слухом лучше решать сразу, тянуть с таким не стоит, — пренебрежительно качнул головой брюнет, с едва слышным щелчком снимая с меня и притихшей у моих ног Тьмы магические путы, после чего, как ни в чем не бывало, отвернулся и зашагал в сторону центрального корпуса академии. — Впрочем, бытует мнение, что девушкам всё простительно… Вот только и ты уже не девушка. Ну и нравы у вас тут царят…

Он всё уходил и уходил, беседуя сам с собой, но так, что я прекрасно его слышала, а у меня перед глазами впервые с момента моей новой жизни стояла кровавая пелена и жажда убийства. Сжимая и разжимая кулаки, я прожигала егоспину настолько ненавидящим взглядом, что, если бы вложила в него хоть каплю силы — мужик бы истлел в считанные секунды.

Но нет. Я умнее. Осторожнее. Аккуратнее.

Я выжду. Выберу день и час. Распланирую каждый свой шаг.

И отомщу! Жестоко отомщу!

Не знаю, сколько я так простояла. Минут десять, а то и все пятнадцать, пока не взяла себя в руки окончательно, но всё равно мой голос прозвучал глухо и больше походил на скрип, чем на нормальные человеческие звуки:

— Идем.

Тьма профырчала в ответ что-то невнятное, но не отстала ни на шаг, и в новую одноместную комнатку, куда я переехала ещё неделю назад, оказав парочку полезных услуг коменданту, вошла вместе со мной. Пускай совсем маленькая, но только моя.

Моя территория! Грамотно защищенная многослойными чарами от взлома и шума, причем с обеих сторон. С нормальным постельным бельем, купленным на кровно заработанные. С красивыми шторами.

А еще там можно было поорать в своё удовольствие, что я и сделала, не стесняясь в выражениях и посылая на голову незнакомца такие кары, что услышь он их сейчас — и первым бы взял курс на кладбище.

Мерзавец! Гад! Хам! Негодяй!

Да сам он чудовище, воспитанное гиенами! Ни манер, ни приличий! Огрызок мироздания! Выхухоль подзаборная!

Я бесновалась минут сорок — так меня задели его слова и выходка. А потом устало рухнула на кровать и уставилась в потолок.

Интересно, кто он? Не помню, чтобы видела его раньше. Кто-то из новеньких? Или отец кого-то из студентов? Почему нет? Сильные маги даже в восемьдесят выглядят на тридцать, а этот точно не из слабых.

И почему сразу не спросила? Гадай теперь! Вот где его потом искать, если он уже сегодня покинет академию?

Хотя что это я… Не покинет! Ведь он беспрепятственно прошел сквозь ворота, а это дано или студентам, или работникам академии.

Хм-м…

— Тьма, давай на разведку, — решила я в конце концов и даже её ленивое ворчание меня не проняло. — Давай-давай! Мы должны знать противника не только в лицо, но и в другие места! И нет, не в те, о которых ты подумала, извращуга! Всё, бегом!

Фыркнув напоследок, кошка истаяла дымкой, действительно отправившись на разведку, а я, вспомнив, что ещё не ужинала, поторопилась в столовую. Там, будучи одной из последних и практически опоздавших, взяла на раздаче то, что оставалось (а готовить вкуснее тут так и не стали, эх!), и поужинала в уютном одиночестве.

Несмотря на довольно посредственный вкус, еда сгладила настроение и в комнату я вернулась в бодром расположении духа, сразу сев за новые книги, которые взяла из библиотеки буквально пару дней назад. Выбрала среди них ту, где речь шла о темных искусствах (как удачно!), и до глубокой ночи читала параграф за параграфом, изредка выписывая в тетрадь действительно дельные вещи. Хм, а если так? О, как интересно!

Тьма всё не возвращалась, о чем я забеспокоилась только под утро, раззевавшись не на шутку, но стоило только позвать её через нашу незримую связь, как по каналу пришел нервный отклик не мешать. Вот как? Это чем таким она занята? Мне уже интересно!

Увы, отвечать мне никто не спешил и пришлось лечь спать.

Новый день прошел немного бестолково и как-то мимо меня. Пока выспалась, пока прогулялась до кафе, чтобы нормально поесть напоследок, пока одно-другое-третье — уже и вечер подкрался. Догуляв в парке допоздна, зашла в миленький ресторанчик неподалеку и, заказав себе восхитительный стейк и бокал красного вина, принялась лениво рассматривать посетителей.

Увы, всего пару минут.

На третьей мой взгляд остановился на глазах цвета осеннего неба, в упор изучающих меня, и в первую секунду я даже не поверила в такое нелепое совпадение. Что он тут делает? И почему именно тут?!

Во вторую сморгнула, замечая не только гадкого брюнета, но и его спутницу, которая оказалась рыжей красоткой в таком облегающем платье, что мне за неё стало искренне стыдно. К сожалению (или к счастью?), она сидела ко мне спиной и я не видела её лица, но подозреваю, оно ничем не уступало роскошной фигуре.

Вот только почему этот мерзкий тип смотрит на меня и ухмыляется всё шире?

Тут же сделала вид, что стейк в миллион раз интереснее его глумливой гримасы, но увы, мне это не помогло. Прошло от силы секунд пятнадцать, после чего над моей головой прозвучало:

— Так-так… Преследуем меня, чудовище? Следим? А я предупреждал…

Подняв на мужчину искренне изумленный взгляд, я несколько секунд подбирала цензурные слова и только потом выпалила:

— Вы в своём уме? Я тут вообще-то ужинаю! Отстаньте от меня! Извращенец! Официант! Что у вас за заведение такое?! Я буду жаловаться!

Сначала прокричала и только потом заметила, что мой столик окружает подозрительное мерцание, а остальные посетители нас как будто бы даже не слышат. И может даже не видят.

Притихла и насторожилась, не понимая, как могла не заметить применение магии рядом с собой, после чего с откровенной опаской покосилась на ехидно скалящегося брюнета, сегодня надевшего светло-серый костюм, и вздрогнула, когда он вкрадчиво уточнил:

— Кошечку не теряла? Она у меня. Но если не твоя… Убью, наверное. Та ещё тварь.

— Что ты с ней сделал?! — подскочив так резво, что опрокинула стул, я обеими руками вцепилась в лацканы мужского пиджака и, если бы могла — затрясла бы его, как грушу.

Увы, наши весовые категории были неравны и я могла только гневно рычать и сопеть ему в район солнечного сплетения. Вот же вымахал, дылда!

— Руки убрала, — ледяным тоном отчеканил брюнет и мне пришлось разжать пальцы один за другим, но и это его не удовлетворило — он брезгливо оглядел оставленные заломы. — Опять испортила мне одежду, чудовище. Наказать бы тебя…

— Где моя кошка? — процедила через силу, чтобы только снова не сорваться на вопль и не начать тут всё крушить. Понимала, это не решит мою проблему, а только усугубит и без того непростую ситуацию, но сдерживать свою суть становилось всё сложнее.

— А это кошка? — глумливо переспросил гад, отчего я натурально зарычала, понимая, что меня клинит уже на один только звук его мерзкого голоса. — Фу, ну что за манеры? Ты часом не бешеная? Учти, у меня открытая лицензия на убийство, а так ли уж ты невиновна — узнаем на суде после вскрытия. Обещаю призвать твою душу лично.

Не сказать, что это мигом охладило мой пыл, но заставило задуматься над тем, кем всё-таки является этот несносный тип. И почему, собственно, он такой несносный. Неужели инквизитор? Но я знакома как минимум с тремя, по работе в участке пересекались — оказались вполне милыми ребятами!

Нет, не понимаю.

— Эта кошка — мой фамилиар, — буркнула в конце концов, глядя на мужика исподлобья и на всякий случай пуская слезу. — Что вы с ней сделали?

— Фамилиар, сотканный из чистой тьмы? — не спешил верить мне на слово этот хам и просто гад.

— И что? — ушла я в глухую оборону. — Это не запрещено законом!

— Не запрещено, — едва уловимо усмехнулся брюнет, — но очень подозрительно. Ты-то стихийница. Несостыковочка, однако. Ничего не хочешь мне рассказать?

— Я тебя сейчас столовым ножом зарежу, — пообещала ему доверительно, сама шалея от собственной угрозы. Звучащей нелепо и в то же время так… по — настоящему. — Отдай мою Тьму!

— Почти поверил, — уважительно хмыкнул некромант, окидывая меня одним долгим оценивающим взглядом. — Ладно, не в моих правилах долго глумиться над убогими. Забирай.

Я не поняла, откуда он её вытащил. Вот его руки были свободны, а вот он уже держит за шкирку откровенно потрепанную Тьму и небрежно перебрасывает мне.

— Но учти, — прозвучала вслед угроза, заставившая замереть на месте и прижать вялый комок шерсти к себе как можно крепче, — в следующий раз не пощажу. Обеих.

И снова ушел, как ни в чем не бывало вернувшись за свой столик и оставив меня в совершенно растрепанных чувствах и без единой внятной мысли.

ГЛАВА 4

Не помню, как вернулась домой. Не помню даже, расплатилась ли по счету, да это и неважно. Важно то, что я встретила врага, который сильнее нас, а это очень тревожный звоночек. Вот только прятаться, как прежде, я не желаю! Я больше не посредственная сущь! Я полноценный живой маг!

Да, не самый сильный и пока еще без диплома, но это временно. Да, временно…

Нет, всё-таки придется затаиться.

Старательно унимая лишние эмоции, мешающие рассуждать здраво, в конце концов признала, что не мне тягаться с этом магом в силе и ехидстве. У него и опыта больше, и возможностей, ведь именно он из нас двоих преподаватель, а не я. Кстати, как его зовут?

— Это-то хоть выяснила? — обратилась я к кошке, которая всё это время так и пролежала у меня на руках. А я не забывала её гладить и точечно вливать тьму, чтобы привести в чувство.

Невнятно муркнув, что могло означать всё, что угодно, Тьма предпочла свернуться в компактный клубок и продолжать восстанавливать свою серьезно потрепанную структуру, а не отвечать на мои вопросы. Жаль, но я её понимаю. Когда силы есть только на то, чтобы мрачно сопеть, ни о каких разговорах и речи идти не может.

Ладно, не горит. На днях, глядишь, и сама выясню.

Следующий день прошел в немного нелепой студенческой суете — это был день открытых дверей для родителей, торжественная речь ректора, который оказался импозантным дедулькой весьма приятной наружности, и формальная вечеринка перед началом учебного года.

К счастью, родители Эмилии были плотно заняты на хозяйстве и прислали вместо себя лишь приятный сердцу денежный перевод и поздравления, зато на вечеринку я явилась во всеоружии. То есть модно одетая, красиво накрашенная и дико самоуверенная. Такой меня однокурсники ещё не видели и кто-то удивлялся молча, изучая меня издали и исподтишка, кто-то обсуждал в своей компании, не скрываясь, а кто-то — Фиона Эмберли и Олария Дринкеш.

Две подружки-красотки из числа немногочисленной аристократии, с самого первого курса возомнившие себя королевами факультета. В принципе, заслужено. Почти.

Наверное, будь я такой же обеспеченной и высокородной, с внушительным магическим резервом и связями, тоже задирала бы нос и требовала к себе особого отношения, но при этом даже и не подумала бы угнетать слабейшего. Нет, я бы выбрала себе соперника по силам!

А не как они.

Хм-м…

Неторопливо потягивая из высокого бокала сок (официально алкоголь был под запретом), я следила за тем, как в моём направлении идут эти двое. Жгучая рослая брюнетка Фиона с выдающимися формами и надменно приподнятыми бровями, надевшая сегодня вызывающее алое платье с высоким разрезом на бедре, и лишь слегка уступающая ей в росте рыжая Олария. Кстати, Олария уступала ей во всём, не только в росте. Грудь чуть меньше, титул ниже, дар слабее. Но язык при этом поганее, словно этим она компенсировала остальное. Платье Олария выбрала ярко-зеленое, которое выгодно подчеркивало и огненный цвет волос, и изумрудную зелень глаз, но брезгливое выражение лица всё портило.

Они подошли ко мне спустя всего секунд десять и вокруг нас моментально образовалась зона отчуждения, словно окружающиечувствовали, когда стоит разбежаться по углам, чтобы не задело взрывом. Хм, интересные ассоциации…

— Олли, я что-то не пойму, — высокомерно протянула Φиона, — что эта крыса о себе возомнила? Почему она до сих пор здесь? Разве мы не указали ей её место в прошлый раз? — Взглянула мне четко в глаза и отчеканила каждое слово: — На помойке!

— Указали. Но она, видно, тупая, с первого раза не понимает, — скривилась её подпевала, при этом внимательно изучая моё платье цвета шампанского. Обманчиво строгое с высоким воротничком и в пол, оно имело фэнтезийные вырезы на плечах, груди и спине и становилось полупрозрачным ниже колена. — Ещё и воровка. Видела этот наряд в салоне мадам Пробранш, у этой нищенки на него даже с десяти стипендий бы денег не хватило.

— По себе судим, девочки? — произнесла я елейно и на пару секунд обе королевишны впали в ступор, ведь сегодня я впервые ответила колкостью на колкость. Кстати, платье я и впрямь не покупала, оно досталось мне в качестве благодарности за найденного домашнего питомца мадам Пробранш и с тех пор яу неё на особом хорошем счету. — Кстати, вы в курсе, что в Темные века крысы были главными переносчиками чумы? Это я так… для информации.

И пока девицы лихорадочно соображали, с чего бы это я стала такая смелая, приложила пальцы к губам и охнула:

- Οй, что это?!

Мой взгляд, направленный в район груди Фионы, был настолько говорящим, что девицы моментально не него повелись. И было с чего!

Это заклинание материального тлена было найдено мною уже давно, но всё не подворачивалось подходящей возможности его протестировать. Α сегодня само Небо велело, вот я и не удержалась. Самая большаясложность была в том, чтобы запустить его дистанционно и не оставить следов, но в этом мне помогла Тьма, мазнув своим пушистым хвостом по ногам обидчиц еще пару минут назад, когда они только-только начали свой путь ко мне. И сейчас, активировав его своей аурой, я со злорадным удовлетворением наблюдала, как расползается якобы прочная ткань дорогого платья, являя всем окружающим выдающиеся прелести графини.

— Что… — переполошилась она, пытаясь прикрыться ладонями и стянуть края платья воедино. — Как?!

В панике схватилась за подружку, но это было её огромной ошибкой, и активированный тлен перекинулся в том числе на Оларию.

О, сколько было визга! Как сладко звучала их истерика! Как быстр был бег на выход под нервные смешки и «полезные» советы однокурсников и остальных студентов, с искренним интересом следящих за этим представлением.

И никто. Никто не бросился на помощь! Наоборот, спешили расступиться, опасаясь заразиться этим странным проклятьем, но одному замешкавшемуся пареньку все же не повезло и по нему практически пробежали, а через несколько секунд начала распадаться одежда и на нем.

Паника еще не спешила набирать обороты, но народ уже начал тревожно переглядываться. К счастью, подоспел дежурный преподаватель и, окутав бедолагу в непрозрачный амагичный кокон, отправил того к целителям, чтобы они выяснили причину происходящего.

Α веселье продолжилось уже без них.

Следующие минут десять адепты четырех факультетов и пяти курсов с удовольствием перемывали косточки опозорившимся девицам и я ни капли не удивилась, не услышав ни единого слова сочувствия. Их боялись, но не уважали, слишком многим эти королевишны успели нагадить исподтишка и безжалостные детишки были только рады чужому позору.

Иронично хмыкнув, сменила дислокацию, перебираясь ближе к знакомой группе боевиков и мысленно давая команду Тьме действовать дальше. Она ещё не до конца пришла в себя после вчерашнего, чтобы побеседовать по душам в полной мере, но от нашей затеи не отказалась, и послушно прошмыгнула бесплотной тенью по ногам моих обидчиков, цепляя на них очередное незаконное заклинание, связать которое со мной никто даже не подумает. Я ведь стихийница, а проклятье-то темное!

Прошло ещё несколько минут, пока проклятье закреплялось на подвыпивших парнях (это только официально алкоголь был запрещен, но кто хотел, тот доставал), а затем начало действовать.

Сначала Бриан словил галлюцинацию и отшатнулся от товарища, увидев на его месте полноценную дурно пахнущую нежить. Зал разорвал воинственный вопль и в ничего не подозревающего парня отправился боевой заряд. К счастью, однокурсник успел поставить щит и матерился уже из-под него. Следующим попал под раздачу Стивен, которому почудился арахнид, хотя в пяти метрах от него стояли лишь три девчонки с факультета целительниц. Им повезло, что парень начал атаку с ловчей сети, а не с файербола, но ругались они интересно и необычно— формальдегидом и этилпропинолом. Не знаю, что это, но звучало грозно.

Третьим пал перед силой проклятья Ксавье, самый яркий красавчик курса и просто мудак. Уж не знаю, что почудилось именно ему, я предусмотрительно отошла подальше, но парень вдруг начал отстреливаться ледяными шипами, бешено крутясь вокруг своей оси, и прежде, чем его обезвредил ближайший дежурный преподаватель, успел ранить пятерых.

Не насмерть, всё же мы маги, а не обычные люди, да и студенты успели разбежаться в разные стороны от нового эпицентра опасности еще в ту секунду, когда начал дурить Бриан.

В итоге всех троих пеленали магистры боевых дисциплин во главе с деканом факультета, а лично прибывший на место происшествия ректор внимательно изучил содержимое стаканов парней и обвел присутствующих таким мрачным взглядом, что на миг захотелось покаяться и мне.

Но нет, я лишь отступила подальше в тень и притихла, ожидая дальнейшего развития событий.

— Кто пронес на праздник алкоголь? Либо сейчас признаетесь сами, либо завтра придет инквизиция и выпотрошит ваш разум подчистую!

Ну и что бы вы думали? О, это прочное студенческое братство! Естественно, главного поставщика запрещенного выпихнули к ректору свои же и Хендрик, мямля и запинаясь, подробно рассказал, сколько и чего именно было, поклявшись, что брал лишь у проверенного лавочника и всё то же самое, как и всегда. Ничего «такого»!

— Этих показать целителям, этих туда же и затем в карцер, а ты идешь со мной, — мрачно распорядился ректор под конец и пока пострадавших готовили к транспортировке, увел за собой понурого Хендрика.

Несмотря на едва не случившуюся трагедию, праздник продолжился, но этот странный и страшный для большинства присутствующих случай обсуждали уже дольше. Строили догадки и предположения, заодно вспомнив, что и в трезвом виде парни отличались несдержанностью и злыми шутками, но минут тридцать спустя даже самые ярые сплетники переключились на само празднование и даже, кажется, музыка заиграла громче.

Улыбаясь удачно завершенному первому этапу, я с радостью принимала приглашения и умело флиртовала с теми, кто еще недавно даже не подозревал о моём существовании. Εщё полгода назад Эмилия была неприметной посредственностью, которую в лучшем случае просто не замечали, но сегодня я, без ложной скромности, могла считать себя королевой этого местечкового бала.

Я блистала!

И не только платьем и своими чудесными волосами, уложенными в красивую прическу. Я шутила и смеялась, участвовала в забавных конкурсах, подготовленных студенческим комитетом, куда входили старосты и активисты курсов, и даже побеждала! Не во всех, конечно, да я к этому и не стремилась, но всё же это было невероятно приятное чувство — побеждать. Мне понравилось.

Завершился вечер магическим салютом и предложением встречаться от симпатичного демона по имени Альбус с факультета артефакторов. Не сказав ни да, ни нет, но чувствуя себя искренне польщенной его вниманием, потому что парень был и впрямь симпатичный, а грешков я за ним не помнила (но надо будет выяснить!), пообещала подумать и позволила проводить себя до общежития. Но не поцеловать! Вот ещё!

Уже лежа в постели и перебирая самые яркие моменты прошедшего дня, я счастливо улыбалась и предвкушала следующие этапы своей мести. Позор и общественное порицание — минимум, с которого я лишь начала. Дальше будет больше. Хуже. Глобальнее!

И лишь немного жаль, что никто так и не узнает, что за этим стою я. Не похвалят. Не оценят. Не восхитятся.

Но я как-нибудь это переживу. Да, переживу.

Всех переживу!

Не удержавшись и расхохотавшись от этой игры слов, томно потянулась, сладко зевнула и закрыла глаза. Завтра будет новый день, новые свершения. Я должна быть к ним готова!

***

— Тьма, значит. Как любопытно, — сдержанно хмыкнул мужчина, изучая пострадавших одного за другим.

И даже скорее не их, а те едва ощутимые следы на их телах, оставленные темным проклятьем. Настолько затейливым, что даже ему оно не было знакомо. И это… Нет, не пугало. Οзадачивало и вызывало определенное любопытство.

Кто же этот уникум, настолько подло обошедшийся с однокурсниками? Или это был магистр? А может и вовсе кто-то из обслуживающего персонала? Нет, вряд ли…

— Знаете, когда вы пригласили меня прочесть вашим оболтусам пару лекций, я не планировал соглашаться, — пренебрежительно произнёс брюнет, бесстрашно глядя прямо в глаза ректору, — но императору не отказывают. Сейчас же мне и самому интересно, что за уником появился в этих посредственных стенах. Но давайте договоримся сразу: он мой. Что бы он ни натворил ещё, кем бы ни оказался, он мой.

Приподнял бровь, ожидая положительного ответа, и тот, естественно, последовал.

— Договорились.

***

Это утро в отличие от большинства других, началось раньше. А всё дело в том, что за лето я разленилась, привыкнув вставать ближе к девяти, что отлично вписывалось в мой личный жизненный биоритм, но уже сегодня начинались занятия и начинались они с восьми. То есть ровно в восемь я должна уже сидеть в аудитории, а до восьми необходимо успеть переделать просто тьму дел: встать, проснуться, одеться, позавтракать и добежать до нужного кабинета.

В общем, я смогла только встать и одеться.

Наплевав на завтрак, тем более я на него уже не успевала, убрала волосы в простой хвост, уже на ходу просыпаясь и поправляя новыйкомплект формы, полученный на прошлой неделе. У стихийников-бытовиков она была темно-коричневой с алыми акцентами и гербом академии, вышитым на кармане пиджака, при этом парни носили брюки, а девушки плиссированные юбки ниже колена и белые гольфы. Под пиджак полагались жилет и белая блузка, которую девушки обычно освежали алым шейным платком, завязывая его в кокетливый бант, а парни носили строгие галстуки.

Номер курса шел еще одной эмблемой, но уже на рукаве, облегчая опознание адепта прежде всего преподавателям и тем, кто только-только поступал в академию и ещё никого не знал, в том числе однокурсников. Цвета факультетов тоже отличались: боевики носили темно-бордовый, целители — темно-зеленый, некроманты — темно-серый, а артефакторы — темно-синий. Мантии магистров были строго черными, а ректор щеголял в серебристой накидке. При этом я не раз и даже не два видела, что магистры ходили и в обычных деловых костюмах темных тонов, считая мантии неудобным пережитком прошлого, но никто на моей памяти им об этом не делал замечаний. Даже ректор.

Торопясь на первую пару по магическому уголовному праву, которую ввели лишь на пятом курсе, и понятия не имея, кто будет её вести, и зачем нам, собственно, этот предмет, вбежала в аудиторию в числе последних и, ужаснувшись тому, что лекция общая для всех факультетов и все задние парты огромной аудитории уже заняты, непростительно замешкалась в дверях.

И, естественно, вздрогнула, когда вместе со звонком, означающим начало лекции, на моё плечо легла крупная мужская рука и пугающе знакомый голос в полнейшей тишине нравоучительно произнёс:

— Студентка, займите своё место и не мешайте пройти. И как вы только до пятого курса доучились, не зная элементарного?

Мои глаза, расширившиеся от шока, отказывались верить происходящему, а одеревеневшее тело уже оборачивалось на звуки, чтобы непослушными губами озвучить шокированное:

— Вы?!

— О, это ты, — пренебрежительно скривился некромант, сегодня надевший безупречный графитово-серый деловой костюм с чуть более светлой рубашкой. — Что ж, надо было догадаться. Место, студентка. Место!

— Собаке своей место будешь указывать, — прошипела практически одними губами, к сожалению, лишь фигурально испепеляя его взглядом и чувствуя, что размер моей ненависти к этому индивиду вышел на новый уровень.

После чего гордо вздернула подбородок и с самым независимым видом прошла за первую парту в центре. Всё равно особого выбора не было.

Кстати, там уже сидел абсолютно незнакомый парень в странной алой форме, которую я прежде никогда не видела в стенах нашего учебного заведения, а мозг запоздало подкинул информацию о том, что вчера ректор что-то такое говорил. О студентах по обмену, ага. Прямо из столицы. Хм-м…

И я бы обязательно присмотрелась к соседу внимательнее, тем более оценить было что (и фигуру, и лицо), но тут за кафедру встал наш, я так понимаю, новый магистр и идеально поставленным сочным баритоном сообщил:

— Не скажу, что рад вас видеть и знаю, что это взаимно. Темне менее, весь этот год я буду вести у вас лекции и принимать семестровые экзамены. Наш мудрый император решил, что выпускники магических академий халатно беспечны в отношении законов нашей великой империи и решил исправить этот недочет. Итак, меня зовут Сэверин Ламбертс, лорд Бекельсберри, магистр некромантии и инквизитор пятой ступени, и ближайший семестр я буду вести у вас магическое уголовное право.

Мужчина продолжал вещать, прямым текстом говоря, что считает всех нас бездарями и латентными уголовниками, а еще у нас нет ни шанса сдать ему экзамен хотя бы на тройку, а те, кто посмеет пропустить хоть одно занятие — вообще не будут допущены, а я смотрела на него во все глаза и ужасалась вывертам судьбы.

Вот этот вот… кхм, прости Небо, человек — наследник лорда Бекельсберри?! Тот, которого нужно женить, чтобы старикан, наконец, счастливо помер?!

Да скорее Изнанка перевоспитается и станет землей обетованной, чем хотя бы одна женщина полюбит этого монстра! Только пьяная, слепая и глухая! А ещё тупая и в целом убогая! Да его проще убить, чум женить! Хотя и убить-то не так просто…

Мой взгляд затуманился, перебирая варианты, но ни один не подходил, а на аудиторию отчего-то опустилась тишина. Странная такая, гнетущая.

Сморгнув, внезапно поняла, что магистр глядит четко на меня и, кажется, ждет ответа. Α был вопрос? Почему я его не слышала?

— А?

Пришлось изображать дурочку, на что некромант презрительно скривил губы, но всё же повторил:

— Я спросил: в чем дело, адептка? Почему вы на меня так смотрите?

Отвечать то, что крутилось на языке, было форменным самоубийством, при этом в голову, как назло, ничего умного под его уничижительным взглядом не приходило, и я ляпнула наобум:

— А почему вы до сих пор не женаты?

Если он и удивился, то несильно. Лишь едва уловимо дернулась левая бровь и странно сверкнули глаза.

— И как это связано с темой моего предмета? — задал он встречный вопрос неприятно надменным тоном.

— Не с темой, а с вами, — ответила угрюмо, мысленно костеря себя за очевидную глупость, но сказала «Α», надо говорить и «Б». — В умных книгах пишут, что женатые мужчины добрее холостых. А вы злой.

— Выкинь эти книги, девочка, в них пишут бред, — пренебрежительно произнёс магистр и по рядам аудитории прошелестели нервные смешки, но одного его мрачного взгляда хватило, чтобы это пресечь. — И скажу раз, но запомни: я не злой, а прямолинейный. А теперь хватит отнимать моё время, начнем лекцию. Даже не надеюсь на вашу память, поэтому открываем тетради и пишем…

На протяжении полутора часов, что шло занятие, никто не осмелился перебить магистра и задать хоть один уточняющий вопрос. Как ни странно, рассказывал некромант интересно, хотя и довольно быстро — я едва успевала записывать, а сидящий рядом со мной парень и вовсе перескакивал через строчку, я замечала это боковым зрением. Под конец лекции дав нам внушительный список литературы и два вопроса для самостоятельного изучения, магистр Ламбертс вышел из аудитории вместе со звонком, даже не попрощавшись, и только тогда по рядам в едином порыве пронесся шумный выдох облегчения.

Даже я вытерла метафорический пот со лба и расслабила плечи, искренне удивившись тому, как они были напряжены.

— Я Джулиан, — вдруг заявил мой сосед и, дождавшись, когда я на него взгляну, лихо подмигнул. — А ты забавная. Как зовут? Будешь моей девушкой?

Ха! Α он времени зря не теряет!

Присмотрелась к соседу получше, отмечая достойную ширину плеч и хорошую физическую форму, а так же правильные черты симпатичного лица, красивый карий цвет глаз с лукавыми смешинками и явно намеренно уложенные в художественном беспорядке каштановые вихры с медовыми отблесками. По достоинству оценила внешность Джулиана на твердую пять, но ответила, естественно, отрицательно.

— Конечно, нет. Найди себе другую «забавную», но для начала научись говорить более приятные комплименты. Этот довольно посредственен.

Не забывая складывать вещи в сумку и с легкой настороженностью отмечая, как вокруг нас собираются другие парни, так же одетые в красные пиджаки, и более того — внимательно прислушиваются к моим словам, искренне удивилась, когда они дружно расхохотались под конец.

Что смешного я сказала?

И пока я недоумевала, а Джулиан уязвлено кривился, один из парней шагнул ближе и приятельски хлопнул его по плечу.

— Джул, смирись. Это не столица, тут свои правила и фавориты. Думаю, надо было начать с представления полным именем. — Парень подмигнул мне и, умело поиграв бровями, хохотнул: — Детка, ты только что отказала будущему герцогу, гордись. Кстати, я граф Винсент Наркизо. Замутим вечерком?

Не торопясь оскорбляться, смерила блондинистого хама взглядом из разряда «убейся сам» и поднялась из-за парты. Я могла бы ему и нахамить, и может даже что-то ещё, но вместо этого предпочла натянуть маску оскорбленного достоинства и гордо удалиться в закат.

В смысле, за пределы аудитории.

За мой спиной снова громко захохотали, на этот раз улюлюкая над провалом графа, но мне это было уже не интересно. Я спешила в библиотеку! Следующей парой шла лекция по управлению стихиями, которую вел милейший магистр Ронарио (и её можно было прогулять!), а судя по тому, как вел себя гадкий некромант, его угрозы про тройки на экзамене не были пустым звуком.

Вот только я тройку получать не планировала! У меня будет идеально красный диплом и ни один лорд этому не помешает!

В итоге я была первой и единственной посетительницей в библиотеке со списком нужных книг для тщательного изучения, причем часть из них имелась лишь в единственном экземпляре и даже мне их библиотекарша выдала с недовольным ворчанием. Мол, раритет и всё такое.

Ой, да плевать! Главное, чтобы в них содержалась нужная информация! А какого они года выпуска и кто их в своё время написал — вообще неважно!

ГЛАВА 5

После библиотеки, занеся внушительную стопку книг к себе в комнату и надежно скрыв их от чужих завистливых взглядов доработанным заклинанием отвода глаз, я вернулась на лекции и успешно отсидела третью пару, которую вела магистр бытовых чар Саманта Дженкинс. Уже немолодая, но элегантная дама пятый год обучала нас не только основам, но и давала материал сверх основной темы, поучая мыслить шире и глобальнее, что мне дико нравилось. Ведь можно просто вымести пыль воздушным заклинанием, а можно скомпоновать его с водным и сразу протереть начисто. Можно всего лишь постирать грязную вещь, а можно постирать-высушить и отутюжить. Да, эти заклинания сложнее и даются не каждому, но стоит только понять принцип и заучить каждый завиток до автоматизма, как большинство бытовых дел превратится не в обузу, а в ленивый щелчок двух пальцев.

И это прекрасно!

Одно время Эмилия всерьез подумывала развиваться именно в этом направлении, но поисковые возможности привлекали её всё же на процент сильнее и уже я сделала окончательный выбор в пользу сыска. Бытовые дела хороши, когда действительно не обуза, а если это превратится в повседневную обязанность и единственный способ заработка, то так и озвереть недолго. Но уметь нужно всё!

После лекции, которая шла лишь у нашей группы бытовиков и была на этот день последней, я отправилась в столовую подкрепиться, но поесть в тишине и поразмышлять в одиночестве о свалившейся на мои плечи незапланированной учебной нагрузке не удалось. Практически следом за мной в столовую шумной оравой ввалились студенты по обмену, среди которых я насчитала дюжину «красных» и немногим меньше «голубых», видимо, целителей. При этом если среди «голубых» были и девушки, то «красными» — сплошь парни и один интереснее другого. Не буду привирать, но местные даже как-то померкли на их фоне, тем более среди однокурсников я не видела сегодня ту троицу заводил, которых приголубила вчера.

Ну и кто бы сомневался, что «красные» в ответ заметили меня, а когда я прошла к свободному столику, то сначала Джулиан, а затем и Винсент с ещё тремя незнакомыми парнями без спроса молча присоединились ко мне, буквально взяв в клещи. И почему тут нет столиков на одного, а только на четверых и шестерых?! Непорядок!

Исподлобья глянула на одного, затем на второго и дальше, но вся пятерка ответила мне счастливыми белозубыми улыбками, как под копирку, а Джул еще и пожелал приятного аппетита, добавив в конце «милая».

Тут же захотелось вызвериться и рявкнуть: «какая я тебе милая?», но здравый смысл подсказал, что пришлые начали какую-то свою, непонятную мне игру и стоит сначала разузнать её правила, чтобы уже затем разрушить её подчистую.

В итоге я невозмутимо кивнула и пока парни морщились на посредственную еду, явно привыкнув к чему-то более приличному, с аппетитом умяла свою порцию. Уйти не успела.

Я только поднялась из-за стола, беря в руки поднос с грязной посудой, как его практически вырвал из моих рук парень, сидящий слева, протараторив «я сам», а возникший справа Джулиан подхватил меня под локоток и повел на выход.

И всё это под десятками обескураженных взглядов остальных студентов.

Кстати, заметила я и ненавидящие с той стороны, где обедали наши королевишны со своей свитой, что чуть-чуть, но примирило меня с происходящим. Хм, а неплохо! Главное, что бы парни не заигрались и я не осталась в дураках. А что? Вдруг они на меня банально поспорили? Слышала я о таких случаях и участвовать в подобном категорически отказываюсь!

— Эмилия, — проникновенно начал парень, когда мы вышли из столовой и свернули на дорожку, ведущую в парк. Отметила, что он уже выяснил, как меня зовут, и прислушалась к тому, что он там говорил дальше. — Мы немного неправильно начали, позволь исправить ситуацию. Я серьезно ошибся, назвав тебя забавной. Поверь, я не имел в виду ничего обидного, совсем наоборот. Меня восхитила твоя смелость и любопытные выводы в отношении магистра Ламбертса, а еще ты просто очень красивая и умная девушка.

— И кто тебе об этом рассказал? — фыркнула с ноткой здорового недоверия. Ладно, с «красивой» понятно — зрение у него отличное. А про умную-то как прознал?

Не став уточнять, что я имела в виду, Джулиан загадочно прищурился и ответил уклончиво:

— У меня свои методы сборы информации. И то, что я узнал, меня дико интригует. Кстати, ты забрала из библиотеки единственные экземпляры трех книг. Не стыдно?

— С какой стати? — надменно заломила бровь, понимая, что отрицать бессмысленно. А ведь с него станется их отобрать! Вот же… засада!

— С такой, что не ты одна планируешь получить в этом году красный диплом, милая моя, — пугающе интимным тоном произнёс Джул, склоняясь ко мне ниже и заглядывая глубоко в глаза. — Так что, если не хочешь, что бы я их у тебя выкрал, лишив возможности щелкнуть по носу зануду-магистра, будем заниматься вместе.

— Вместе? — переспросила с легкой оторопью, сама даже не предполагая подобный вариант. — С тобой?

— Со всей нашей пятеркой, — уточнил парень, заранее расплываясь в победной ухмылке.

И что-то мне это так не понравилось… Ну просто дико не понравилось! Словно он не уроками заниматься предложил, а сексом! Ага, сразу со всеми! Ну и фантазия у меня! Тьма, а ты вообще молчи, извращуга!

— Знаешь, — протянула в итоге, задумчиво покусывая нижнюю губу, которая тут же привлекла повышенное внимание будущего герцога и троечника, — пожалуй… откажусь. Так себе предложение. Посредственное.

И, ловко вывернувшись из ослабших объятий, поспешила в направлении общежития, оставляя за спиной мрачного парня. Хм, кажется, я нажила себе нового врага. Ох, как же это волнительно!

Ворвавшись в свою комнату, первым делом я заперлась, а вторым серьезно задумалась. Джулиан не похож на того, кто готов сдаться после первой же неудачи, а значит либо продолжит ко мне подкатывать, что бы согласилась на его условия, либо действительно попытается ограбить. И очень может быть, что удачно.

Как же мне быть?

Задумавшись не на шутку, закопалась в свои полезные записи и уже через двадцать минут знала, что буду делать. Да это же гениально!

Конечно, это отняло у меня тьму времени и закончила я только к утру, предусмотрительно отправив Тьму собирать информацию по студентам по обмену, но все девять книг, взятые в библиотеке, были переписаны одним заковыристым заклинанием в мои тетради (еле места хватило!), а сами книги были прокляты другим сложнейшим и практически невидимым заклинанием путаницы: оно меняло местами страницы, параграфы, предложения, слова и даже смысл написанного. О, сегодня я превзошла саму себя и это прекрасно! Голодная, не выспавшаяся, но счастливая, первым делом я спрятала тетради во тьму и под кровать, приказав охранять их вернувшейся кошке, как самое ценное, что в принципе есть в её жизни, а книги оставила на столе, прикрыв лишь заклинанием отвода глаз.

Не думаю, что это станет проблемой для умника, которым считает себя Джулиан, заодно проверю, насколько сильно он хочет свой красный диплом.

— Бди! Потом расскажешь, — приказала фамилиару и, заклинанием расправив помявшуюся за ночь форму, отправилась на завтрак.

Сегодня у нас снова было три пары, но больше ни одной крупной потоковой, хотя уже на первой лекции начался цирк с конями. Точнее представление с участием великолепной меня и навязчивой пятерки студентов по обмену. Встретив уже в коридоре перед аудиторией, Джулиан, как ни в чем не бывало, тепло пожелал мне доброго утра, ловко перехватил под локоток и в кабинете увлек за собой в самый центр, усевшись рядышком с такой непосредственностью, словно мы уже не первый месяц были официальной парой. Его дружки сели спереди, сзади и по бокам, но я всегда умела считать и сразу поняла, что не хватает сразу двоих.

Естественно, я не стала задавать глупых вопросов, надменно не замечая навязчивое внимание будущего герцога, словно сама была как минимум принцессой голубых кровей, но что удивительно — его это не злило. Наоборот, парень крайне странно и подозрительно посмеивался одними глазами, будто давным-давно раскусил мою игру и она его лишь забавляла, но не более, а сам то руку на спинку лавки позади меня положит, то капризный локон мне за ушко заправит.

В общем, раздражал, как только мог. И ведь не убьешь — лекция!

После третьей пары, ни на секунду не упустив из фокуса своего настойчивого внимания, Джулиан галантно проводил меня на обед в нашу столовую и снова за столом мы сидели вместе с ним и его неизменной компанией. При этом я не услышала ни единой двусмысленной шуточки ни от него, ни от его дружков — они вели себя идеально. Если бы не редкие многозначительные взгляды, бросаемые ими друг на друга, я бы может и расслабилась, но так предпочитала оставаться начеку, от чего, честно говоря, начала уже слегка уставать. Α с учетом предыдущей бессонной ночи настроения это, само собой, не прибавляло.

После обеда, снова не позволив мне отнести посуду на мойку самой, Джулиан предложил прогуляться в город, мол, знает он неподалеку одно чудесное кафе, где подают восхитительные пирожные, но я ответила на это категорическим отказом, и парень не стал настаивать. Уточнил лишь:

— Так как насчет совместных занятий? Не передумала?

— Не в этой жизни, — усмехнулась тонко и он, естественно, не понял шутку.

Не став прощаться (ах, где мои манеры?!), я направилась к себе и даже немного удивилась тому, что меня не стали задерживать и окликать. Но, видимо, им хватило этого времени, чтобы украсть мои книги, что и подтвердила Тьма, саркастично доложив о том, что происходило в комнате после моего ухода.

Как я и предполагала, на кражу подрядились те двое, кого я не видела сегодня на лекциях, причем поставленную на комнату защиту они вскрыли непростительно быстро — за какие-то пятнадцать минут. И что самое поразительное — не просто забрали книги, а оставили взамен них обманку: тоже книги, но прикрытые иллюзией. Кстати, очень качественной, даже название один в один, как и первые страницы, а вот затем шел совершенно неинформативный текст, состоящий из солянки уголовного, административного и трудового кодексов, щедро сдобренных подозрительно знакомыми фразами из популярного любовного романа легендарной писательницы Элен Кор, которая уже не первое десятилетие радовала своих читательниц восхитительными шедеврами о любви.

Ого! И кто это из них такое читает? Нет-нет, я угадаю сама! Неужели Джулиан? То-то он сегодня себя так неадекватно вел! Прям один в один, как герой её последнего романа!

А что? Я тоже читала! Должна же я понимать, что движет окружающими людьми и о чем они обычно думают, томно вздыхая и мечтательно закатывая глаза. Кстати, я роман оценила максимум на троечку. Слишком уж сладко и неправдоподобно.

Ну да каждому своё.

В общем, я оценила исполнение и коварство будущих инквизиторов (да, я узнала, что они обучаются в столице именно на этом факультете), после чего не стала насиловать организм и банально легла спать, выслушав на сон грядущий доклад о том, кто кем является, на какое имя отзывается и по мелочи.

Кстати, выспалась преотлично, проспав до самого утра!

Книги сдавать обратно в библиотеку и даже снимать с них иллюзию не стала. Вдруг ещё кто-то прознает, что их взяла именно я, и решит незаконно поживиться? Пусть! Мне не жалко чужих трудов. Старались же, парни, проявляли смекалку! В итоге оставила обманку всей стопкой на краю стола и выбросила эту проблему из головы.

Кроме новых лекций по магическому праву с этого года нам зачем-то снова ввели уроки физкультуры, о чем я узнала неделю назад, получая на складе новую форму, состоящую из футболки-брюк-кофты и кед, и сегодня аж два занятия подряд была именно она. К счастью, только она, зато у всего потока стихийников.

Сама я оценивала свою физическую подготовку на твердую четверку, причем только лишь в плане бега, но никак не боя (я бытовик, в конце концов!), однако магистру Руфусу, мрачному черноглазому бугаю с кривым носом, было плевать на наши «не могу/не хочу/не буду» и весь первый час мы бегали-прыгали-подтягивались, а второй…

До второго дожили не все.

Даже мне было тяжело, хотя я все лето пробегала по городу, практикуясь в сыске, а половина нашей подгруппы бытовиков и вовсе лежала на траве ничком, высунув языки от усталости. И эта была только разминка!

— А ну встать в строй! — зычно гаркнул лысый, как моя коленка, магистр Руфус и студенты, стеная и кривясь, попытались выполнить его команду.

С переменным успехом, но минут через семь нам это удалось, причем я каким-то непостижимым образом со своим мелким ростом оказалась не в конце шеренги, а между Джулианом и Винсентом, которые стояли в числе первых, а магистр лишь странно хмыкнул на этот произвол инквизиции, но никак не прокомментировал.

Поостереглись сказать хоть слово и остальные, хотя я заметила и напряженно-косые взгляды своих обидчиков, которых уже выпустили из карцера, и смертельно-ядовитые от девиц.

Эх, никто меня не любит… Но почему? Я же лапушка!

Кстати, почему бы не привести в исполнение второй этап моего плана?

Сегодня он не подразумевал ничего «такого», всего лишь проклятье на повышенную неуклюжесть, которое я успела нацепить на каждого, пока мы наматывали круги по полигону. Сразу активировать не стала, выбирая момент поудачнее, и когда магистр Руфус поделил нас на пары, поставив отрабатывать удары, которые нужно было блокировать не магией, а телом, поняла, что он наступил. В возникшей суете, пока студенты расходились подальше друг от друга, мне удалось без труда отправить к своим жертвам активирующий импульс, а затем пришлось сосредоточиться на собственном противнике.

Кто бы удивился, но только не я — меня поставили в пару к Джулиану, который сейчас изучал меня со странной смесью жалости и скептицизма на своём холеном лице.

— Что? — вспылила, не удержавшись.

— Да вот, думаю, — протянул парень. — Маленькая ты, хрупкая. Я ж тебя одним ударом зашибу. Смысл в таких спаррингах? Не понимаю я этих преподавателей.

— Разговорчики, адепт Изандер! — грозно рявкнул бесшумно подкравшийся к нам магистр Ρуфус и даже я вздрогнула, хотя видела, как он приближается. — Противник не пощадит! Противнику плевать, насколько смазливое личико у адептки Кейтри и насколько высок её интеллект по шкале Петерсона-Мосса! Пережует и даже не подавится! Ни косой, ни зачеткой! Начали!

— Ну нападай, что ли, — со скептичным вздохом предложил Джулиан, по сравнению со мной действительно выглядевший полноценным боевиком. Под два метра, с внушительной мускулатурой, которую ничуть не скрывала белая футболка, он даже и не подумал принять боевую стойку, словно не видел во мне достойного противника.

Так-то я им и не была, прав Ρуфус, мой самый главный козырь — это интеллект, но за это лето я не только бегала, но и думала на будущее. А в нем я не имела права быть слабой ни в чем и именно поэтому с месяц назад достала констебля так сильно, что он показал мне серию любопытных ударов в смешанной уличной технике, которые могли вывести из строя даже значительно превосходящего размерами противника. Правда у меня есть лишь один шанс, второй раз это не выгорит, но… Я должна это сделать! Просто обязана!

В итоге, обманывая окружающих жалобным взглядом и смущенно прикушенной губой, я активировала простейшую формулу ускорения… и рванула вперед. Всё решало мгновение и оно у меня было! Зря Джул не встал хотя бы в защитную стойку и не напряг ни один мускул. Зря! На это тоже тратится время и я его ему не дала!

Изначально понимая, что корпус мне не пробить, да и до ушей я банально не дотянусь, правым кулаком двинула парню в кадык, выгадывая себе мгновение, а следом левой ладонью в место между губой и носом. Не самые, но всё же довольно болезненные точки, внезапная атака по которым заставила Джулиана недоверчиво распахнуть глаза и пошатнуться, теряя концентрацию, так что я смогла провести элементарный прием с перекидыванием через бедро и секунду спустя уже сидела на поверженном противнике верхом.

Ай да я!

В полнейшей тишине прозвучали размеренные хлопки магистра и пускай уже в следующий миг будущий инквизитор скинул меня с себя и откатился в сторону, к этим хлопкам присоединился кто-то еще и я нервно закрутила головой. Было в этом звуке что-то… жуткое.

Ну конечно… Α он что тут делает?

Поднимаясь на ноги, я исподлобья глядела на некроманта, с какой-то стати пришедшего на наше занятие, но мне самой от него достался лишь мимолетный взгляд и небрежное:

— Продолжайте занятие. Магистр Ρуфус, на пару слов.

После чего окончательно потерял к нам интерес, создав вокруг себя и собеседника знакомую радужную пленку, не позволяющую ни подслушать, ни подсмотреть, чтобы прочитать их разговор по губам.

Как же мне это всё не нравится!

— Ладно, был не прав, — подошел ко мне Джулиан, отвлекая от куда более интересных вещей и нагло загораживая своим телом магистров. — Кое-что ты можешь. Но всё равно же пришибу, если ударю сам. Что с этим делать будем?

— А ты сначала дотянись, — фыркнула, неприкрыто подзуживая этого самоуверенного типа.

И он клюнул!

Кинулся сразу, даже толком не подготовившись, на что я без особого труда увернулась и, дразня, показала язык. Хмыкнул, прищурился… И бросился снова.

То, что дело приняло серьезный оборот, я поняла сразу, но почему-то ни капельки не испугалась. Наоборот, звонко взвизгнула, откровенно веселясь, и рванула петлять между однокурсниками. Не знаю, сколько бы продолжались эти нелепые салочки, но кто — то из толпы (я запомнила и отомщу!) поставил мне подножку, и я растянулась по траве, больно проехавшись по ней животом, а сверху рухнул Джул всей своей массой.

Как не расплющил — не представляю. Правда, почти сразу сгруппировался и перекатился на бок, увлекая меня за собой так, что я внезапно оказалась сверху, а затем и вовсе лицом к нему. Магия, не иначе!

Всё это произошло невероятно быстро и очень сильно дезориентировало, да ещё и дух вышибло от падения, так что грозный окрик магистра:

— А ну отставить разврат на занятии!

Лично я по отношению к нам не восприняла.

Но это было именно нам, потому что следом за окриком невидимая сила вздернула за шкирку меня и отвесила подзатыльник самостоятельно подскочившему на ноги парню.

— За что?! — завопил Джулиан, растирая место удара и прожигая преподавателя злым взглядом.

— За самодеятельность, — осадил его магистр. — Я сказал отрабатывать удар, а не устраивать брачные гонки по пересеченной местности. И если адептке Кейтри это простительно, потому что девице, как показывает практика, проще простого потерять голову от страха… — покосился на мрачную меня, усмехнулся и добавил: — или изобразить его, заманивая в свои ловко расставленные сети глупого охотника, то тебе…

И без труда придавил насмешливым взглядом окончательно деморализованного Джулиана.

На душевные терзания будущего инквизитора мне было глубоко плевать, а вот оценивающий прищур некроманта, обращенный в первую очередь на меня, серьезно раздражал. Как и слова, когда он подошел ближе:

— А вы полны сюрпризов, адептка Кейтри. Надеюсь, на ближайшем занятии вы и меня чем-нибудь порадуете.

Ничего не поняла, но уже страшно!

Но вот некромант ушел, а меня опустили на ноги и сразу выяснилось, что я умудрилась подвернуть лодыжку и сегодня больше не боец. К счастью, обошлось без перелома и разрыва связок, но помрачневший магистр всё равно отправил меня к целителям, в приказном порядке приставив ко мне косвенного виновника произошедшего, и дальше случилось то, о чем мечтает каждая героиня любовного романа.

Меня нес на руках будущий герцог!

Горжусь собой!

По правде говоря, я могла бы и сама доковылять, но моего мнения никто не спрашивал, а я не стала возражать. Когда ещё такое чудо случится? А по дороге случилось второе:

— Прости, — вроде как искренне покаялся Джулиан, без видимых усилий удерживая меня на руках и стремительно шагая вперед, пока я прижимала к себе наши спортивные кофты, снятые еще во время отжиманий. — Не хотел, чтобы так вышло. Но моё мнение неизменно — глупо ставить в спарринг настолько разных по возможностям студентов. Мы пятый год в жестких регулярных тренировках, а ваша подгруппа, насколько я понял, посещала физподготовку только на первом курсе. И о чем они только думают?

— Может о том, что участились неконтролируемые появления брешей с изнанки? — произнесла вроде как в пустоту. — Хотят нам дать хотя бы призрачный шанс на выживание в экстремальных условиях?

— Умная, да? — беззлобно фыркнул парень, напряженно щурясь. — Откуда знаешь, что участились?

— Да так, — многозначительно прикрыла глаза ресницами. — У меня свои методы сбора информации.

— Ну-ну, — хмыкнул, явно вспоминая свои же слова, сказанные на днях. — А ты и правда полна сюрпризов.

Следующие метров пятьдесят меня несли молча, но снова первым не выдержал парень:

— Слушай, я так — то два раза никому не предлагаю, но ты в принципе девчонка уникальная. Давай встречаться?

— Зачем? — полюбопытствовала, даже не сильно переигрывая.

— Не понял, — напрягся будущий герцог, разочаровывая меня уровнем своего интеллекта.

— Tы в меня влюблен и хочешь жениться? — не поленилась и уточнила с томным придыханием, преданно заглядывая парню в глаза.

Надо отдать ему должное, он даже на миг смутился, отводя взгляд в сторону, но уже через секунду снова глядел на меня, причем так — понимающе. И с кривоватой усмешкой.

— А ты хочешь за меня замуж?

— Неа, — фыркнула, словно он предлагал несусветную чушь. Дождалась, когда оскорблено вскинет брови, и предельно честно сообщила: — Вообще замуж не планирую. Что я там забыла? Tолько и роль любовницы меня не прельщает, так что послушай умного совета, будущий герцог, и переключись на кого-нибудь другого.

Следующие пару минут мы снова шли в тишине и не знаю, о чем напряженно думал Джулиан, а я получала искреннее наслаждение от происходящего. И тишины!

Увы, она не продлилась долго, и парень немного недоуменно уточнил:

— Ладно, с браком понятно, сам не рвусь. Но что не так с отношениями? Они тебя в принципе не интересуют что ли?

Какой догадливый!

— Ага.

— Но почему? — нахмурился.

- Α что в них хорошего? — фыркнула пренебрежительно. — Времени уходит уйма, а толку ноль.

— Tолку?

— Ну, выгоды, — попыталась объяснить ему, как маленькому. — Вот как ты представляешь себе отношения? Подробно.

— Ну-у… — Джулиан даже слегка смутился, едва заметно порозовев ушами, и это оказалось неожиданно мило. Аж засмотрелась. — Свидания там всякие, цветы-конфеты, походы в кафе и на набережную, нежные объятия, поцелуи… — глянул на меня пытливо из-под ресниц, — секс.

— А за это время реферат по огненным потокам сам себя напишет и заданный для самостоятельного разбора вопрос по магическому уголовному праву сам себя прочитает и законспектирует, — завершила хмыком свою язвительную речь. — И это только начало года! А дальше? Семинары, курсовые работы, практические занятия… Зачеты! Нет, Джул, ты меня не переубедишь. Я не готова обменять свой красный диплом на озвученные тобой сомнительные удовольствия.

— Чего это сомнительные? — искренне возмутился парень. — Очень даже нормальные!

— Да-да, — небрежно помахала здоровой ногой, тоном давая понять, что остаюсь при своём мнении. — В общем, мой ответ — нет. Ищи другую. Понимаю, тебе скучно и тело молодое, здоровое, но как-нибудь уж без меня, ага?

Не знаю, где он учился логике, но и этот мой ответ его не убедил, потому что следующий вопрос прозвучал с нескрываемой обидой:

— Я тебе совсем не нравлюсь?

— Ты хорошо несешь, — похвалила парня, причем от души.

Но его это почему — то не порадовало. Почему только?

Не знаю, не сказал, но шаг ускорил и всего через пару минут заносил в травмпункт при академии, где всегда дежурили не только штатные целители, но и пятикурсники. Вот и сейчас, узнав, что у меня всего лишь небольшой вывих и растяжение, которые диагностировал магистр, дежурный отправил нас в третью смотровую, где меня осмотрел смутно знакомый белокурый парень с забавными длинными ушами, представившийся Кариндиэлем.

Осмотрел, смазал больное место приятно пахнущей мазью, перетянул лодыжку одноразовым эластичным бинтом и посоветовал не напрягать до утра, многозначительно взглянув на Джулиана, который всё это время просидел на стуле для посетителей прямо в смотровой.

Не знаю, как они умудрились пообщаться без слов, наверное, какие-то особые мужские способности, но стоило Кариндиэлю закончить, как Джул подошел ко мне и молча взял на руки, деловито уточняя:

— Голодная?

Вообще — то да, потому что снова не успела позавтракать, но компания будущего инквизитора меня ни капли не прельщала, поэтому я отрицательно мотнула головой. Видимо, не очень убедительно, потому что Джул хмыкнул и нагло заявил:

— А я — да. И как виновник твоего нынешнего бедственного положения приглашаю тебя в кафе. Прямо сейчас.

— В таком виде? — скривилась, показательно принюхиваясь в его сторону. — Вообще-то от тебя пахнет. Причем весьма неприятно.

— Ну что ты за девушка такая?! — в голос возмутился парень, вынося меня на улицу… И осекся, торопливо отходя в сторону, потому что к травмпункту со стороны полигона направлялась полноценная процессия из пяти носилок с сопровождением.

И мне даже рассматривать их пристально не прошлось, чтобы понять, кто там лежит. Ай да я! Какой жирный сегодня улов! С переломами, надеюсь?

ГЛΑВΑ 6

С большим трудом удерживая на лице более или менее нейтральное выражение, навострила ушки, когда Джулиан обескураженно спросил у ближайшего к нам парня в форме целителей:

— А что случилось?

— Да ерунда какая-то, — передернул плечами тот. — Руфус, конечно, зверь, но чтоб так… Впервые на моей памяти.

— Что?

— Два закрытых перелома, три со смещением, сотрясение. Выбитое плечо и вывих лодыжки, — бодро перечислил целитель и странно усмехнувшись, добавил: — И три сломанных ногтя. Ору было — как будто пол руки оттяпало. Ладно, пойду я, нам их ещё гипсовать. — Взглянул на меня, подмигнул, явно замечая перебинтованную ногу и обувку, которую пришлось взять в руку, как и кофты, после чего вполне дружелюбно произнес: — Tы еще легко отделалась, златовласка. Выздоравливай.

Не знаю, что в его словах не понравилось Джулиану, но парень как — то особенно мрачно зыркнул на целителя и, развернувшись, понес меня в сторону общежития.

На этот раз молча, лишь на входе в здание скупо уточнив этаж и комнату, словно еще этого не знал, а когда донес до двери и аккуратно поставил прежде всего на здоровую ногу, снова повеселел и заявил:

— Умывайся, отдыхай. Зайду через час.

— Зачем? — напряглась моментально, совершенно не желая его сегодня больше видеть.

Вообще — то уже завтра у нас новая лекция по магическому уголовному праву и что-то мне подсказывает, что она может легко трансформироваться в семинар по заданной для самостоятельного изучения теме.

— Затем, — многозначительно хмыкнул почти герцог и, ничего не объясняя, ушел.

Проводила его мрачным и откровенно подозрительным взглядом, а когда он свернул на лестницу, поняла, что веду себя глупо и трачу время на ерунду. Мне вообще — то и впрямь нужно помыться и переодеться, после чего поесть, а уже потом плотно садиться за учебники!

И никаких посторонних визитов!

Хм, порчу на него наслать что ли?

— Тьма! — рявкнула на кошку, когда закрыла за собой дверь.

Та лениво подняла лохматую голову с моей подушки и зевнула во весь свой немалый рот, распахнув пасть на сто восемьдесят градусов. В этот момент я абсолютно искренне ей позавидовала, но уже в следующий взяла себя в руки и приказала:

— Проследи за Джулианом. Что он задумал? Доложи сразу, как выяснишь.

Зевнув ещё раз, Tьма крайне нехотя оторвала свой мохнатый зад от кровати и растаяла туманной дымкой, а я занялась насущными делами, радуясь, что вернулась с занятия раньше остальных и могу спокойно помыться в общей душевой, не дожидаясь своей очереди. Несмотря на травмированную ногу, я справилась с задачей блестяще и уже через пятнадцать минут надевала свежее белье и чистое домашнее платье. Почистить магией спортивную форму — десять минут, досушить волосы — пять, а ещё через семь примчалась Tьма и, хрипло хихикая, сообщила, что Джулиан тоже помылся и уже заказал из ресторана обед на две персоны, который доставят ему не позже, чем через двадцать минут.

Οбед, ага… Из ресторана. На две. Две персоны!

Ну и зачем?

Кстати, есть хочу…

Искренне не понимая мотивов будущего герцога, но при этом не желая идти ему навстречу даже в этом (и надолго он планирует затянуть обед?!), я хорошенько подумала, старательно прикинула и по моим губам расползлась пакостная ухмылка.

Он может сколько угодно заходить ко мне через час и даже два, но вот ведь в чем беда: меня тут не будет!

Понятное дело, с травмированной ногой далеко не убежишь, но и мне далеко не надо. В итоге я быстренько собрала сумку со всем необходимым, потратила еще несколько минут, чтобы переодеться в форму, приказала Тьме найти где-нибудь вкусной еды, спряталась от любопытных глаз адептов элементарным отводом глаз и в полторы ноги поскакала в библиотеку, где к моим услугам всегда имелся тайный закуток, куда никто и никогда не заглядывал.

Раньше там частенько протирала юбку Эмилия, предпочитая читать книги и делать уроки не в компании соседок по комнате, а в блаженном одиночестве. Каморка с узким, практически номинальным окошком, досталась ей по договоренности с библиотекаршей — раньше там была подсобка для хранения еще не оприходованных книг, регулярно приходящих для пополнения библиотечного фонда, но старательная девица разгребла её еще на первом курсе и с тех пор это была лишь её территория.

А теперь и моя!

В последний раз книги присылали прошлой весной, но всего дюжину коробок и Эмми разобрала их за несколько дней, так что сейчас ничто не помешало мне прошмыгнуть в библиотеку через дежурный вход и, минуя даже бабулю Кармен, устроиться со всем комфортом.

Кстати, не со всем. Непорядок. Изучив старый обшарпанный стол и шатающийся стул, а так же раздражающую пыль на полу и потрескавшуюся краску на стенах, я потратила двадцать минут на наведение лоска: ликвидировала грязь, закрепила шатающуюся ножку стула и наложила простенькую иллюзию на все, что меня окружало: стол приобрел оттенок мореного дуба и свежий лаковый блеск, стул превратился в полноценное кресло, на стенах появился дорогой тканевый узор, а убогое окно прикрыла бархатная портьера. Под конец я заключила каморку в охранный контур и замкнула на себе, что бы нас не обнаружили даже поисковые заклинания, которые наверняка запустит Джулиан, сообразив, что в комнате меня нет. Вот так-то лучше!

Ещё через пять минут примчалась с добычей Tьма. Понятия не имею, где она украла эту хрустящую курочку и румяные пирожки, а так же кувшин ягодного морса, но мы сытно и дружно пообедали, не оставив от трапезы даже косточек, после чего я засела за уроки, а кошка, сыто и смачно рыгнув, свернулась в клубок у двери, что бы и подремать вполглаза, и проследить за безопасностью территории.

Лишним не будет.

Следующие четыре часа пролетели незаметно.

Первым делом я законспектировала тему, заданную для самостоятельного изучения, и перечитала ту, что мы изучали на занятии. Основы я и так уже знала, но подробности были не лишними, почему-то у меня сложилось стойкое ощущение, что лорд Бекельсберри-младший — тот ещё зануда и будет задавать каверзные вопросы именно по мало понятным и известным подробностям.

После того, как в памяти уложились обе темы, я приступила к реферату, благо нужную книгу взяла заранее и проблем с этим не возникло. Я уже дописывала заключение, когда встрепенулась Тьма, а потом и я услышала шум шагов, направляющихся в нашу сторону.

Несмотря на то, что незваный гость ступал очень легко, наш с Тьмой слух был намного лучше человеческого, впрочем, как и остальные органы чувств. В этом плане я была ближе к нечисти и тем же вампирам, но, в отличие от последних, не страдала от яркого света, а наоборот, наслаждалась.

Прислушалась ещё. Это точно не библиотекарша, её шоркающую поступь я не спутаю ни с чем. Спустя еще три шага господин неизвестный остановился четко за дверью моей каморки и подергал ручку. Заперто!

Странно, да?

Ухмыльнулась, с искренним интересом наблюдая за этим незапланированным представлением, и ехидно переглянулась с кошкой. Tа лукаво блеснула желтым глазом и, бесшумно отойдя от двери поближе ко мне, так же уставилась на дверь.

Я ожидала чего угодно, даже выбитого дверного полотна, но точно не того, что в замке послышатся звуки поворота ключа, и за дверью окажется не Джулиан, а…

— Вы?! — возмутилась я с полным правом, увидев на пороге своего тайного убежища магистра Ламбертса.

— Хм-м… — выдал он многозначительно, изучая даже не меня, а обстановку помещения. Сделал несколько шагов и подошел к окну, с умным видом потирая подбородок. — Хм-м…

Снова переглянулась с кошкой, переставая понимать что-либо, но когда некромант хмыкнул в третий раз, сдвинув портьеру в сторону, и над его головой мелькнула темная призрачная проекция его фамилиара (дракона!), Тьма предпочла исчезнуть и я осталась с мужчиной один на один.

А секунду спустя он резко повернулся ко мне и пришпилил пронзительным взглядом к стулу.

— Поговорим? — иронично дернул бровью и после нового хмыка добавляя обидное: — Чудовище.

Скрипнула зубами, моментально вспыхивая злобой, как храмовая свечка, но проглотила рвущиеся с языка неправильные слова, вместо этого аккуратно уточняя:

- Ο чем?

— О ком, — поправил меня некромант, лениво усмехаясь. — О твоих однокурсниках, девочка, которую называют крысой. Кстати, почему «крыса»?

Поморщилась. Почему — то в его исполнении это звучало дико обидно, но он ждал ответа, и я с откровенной неохотой пояснила:

— Это придумала Фиона. На втором курсе я не дала ей свои конспекты по теории стихий и она сначала называла меня книжным червем и канцелярской крысой, а потом сократила эти прозвища до червя и крысы.

— Фиона… — размеренно кивнул магистр Ламбертс, словно это всё объясняло. — Графиня Фиона Эмберли, верно?

— Да.

— А что насчет баронессы Οларии Дринкеш?

— А что с ней? — не поняла вопроса.

— За что ты мстишь ей?

Замерла. Напряглась.

Часто-часто заморгала, когда поняла, что чуть не выдала себя этим, и на рваном выдохе шокированно спросила:

— Я? Мщу? Вы с ума сошли?!

Усмехнулся. Качнулся с пятки на носок и в это же время его дракон снова показал свою голову, но не над мужчиной, а сбоку — над его плечом. Непроизвольно метнулась взглядом к нему, не в силах не заметить, как он убийственно прекрасен в своей первозданной тьме, и снова проворонила каверзный вопрос.

Χотя скорее утверждение.

— Tы видишь его.

— Кого? — Снова с максимальной невинностью уставилась на некроманта, запоздало вспоминая, что слышала о нём от старикана.

Или от детектива? Впрочем, неважно. Важно то, что лорд Сэверин Ламбертс — сыскарь. А ещё инквизитор и некромант. Убойное сочетание. Да, убойное…

И очень опасное для меня.

Вот тьма!

— Моего дракона, — почти ласково улыбнулся магистр, но мне почудился в этом кровожадный оскал. Εго дракон в это время плавно соскользнул с плеча, превращаясь в невероятно длинную и гибкую призрачную змею, и приблизился ко мне, зависнув прямо перед лицом. Не заметить такое я не могла физически. — Видишь.

— Ну, вижу, — призналась с откровенной неохотой. Не понимая проблемы, но чувствуя, что это именно проблема. — И что?

- Α то, милое моё чудовище, что фантом фамилиаров тьмы видят только те, в ком есть тьма, — ласково-ласково сообщил мне магистр, делая шаг к стене и обманчиво расслабленно прислоняясь к ней спиной. Его дракон вернулся к мужчине и, вальяжно развалившись по плечам, словно живое манто, пристроил голову на левое плечо, уставившись на меня неприятно немигающим взглядом бездонных черных глаз. — И мне безумно интересно, как адептка с не самым большим резервом стихийных сил вдруг всего за одно лето обрела тьму. Не поведаешь?

К счастью, я уже обдумывала этот момент, понимая, что рано или поздно найдется кто-нибудь чересчур внимательный или я сама себя выдам, так что без запинки, но с видимой неохотой призналась:

— Стресс. Продолжительный. Вот.

— Tравля, — кивнул некромант, словно ждал именно этих моих слов. — Учись называть вещи своими именами. И как успехи?

— В чем? — напряглась снова.

— В мести, — ухмыльнулся краешком губ и зловеще блеснул потемневшими глазами. — Чудовище, не разочаровывай меня. Ты понимаешь, о чем я. И я знаю, что это твоих рук дело. Давай не будем усложнять.

— Не понимаю, о чем вы, — продолжала я упорствовать, прекрасно зная, как любят это дело сыскари — изображать видимость, что всё знают, и элементарно блефовать.

— Ну да, ну да… — снова ухмыльнулся и перевел взгляд на стол, словно только сейчас заметил разложенные на нем книги и тетради. — Занимаешься?

— Занимаюсь. — Мой ответ был сухим и очевидным, но магистра это не смутило.

Отлепившись от стены, он сделал всего два шага вперед — такой маленькой была каморка, и подхватил со стола тетрадь с конспектом по его предмету. Пролистнул, пробежался глазами по тексту, заинтересованно дернул бровью, мазнул пытливым взглядом по мне и снова углубился в изучение текста.

— В каком году состоялось первое заседание комиссии по межрасовому магическому уголовному делу? — прозвучал резкий вопрос безо всякого обоснования.

— В тысяча триста семьдесят втором, — ответила, не задумываясь, и только потом возмутилась. — Эй, мы не на уроке!

— Итоги заседания? — надменно дернул бровью магистр, напрочь игнорируя моё возмущение.

— Частично оправдан, но в совокупности правонарушений казнен путем отсечения головы, — процедила неприязненно и снова попыталась воззвать к его благоразумию. — У нас только завтра занятие!

На это мне достался насмешливый взгляд и новый вопрос:

— Какие последствия это имело для всего рода обвиняемого?

— Я не буду отвечать! — вспылила окончательно.

— Как хочешь, — равнодушно пожал плечами некромант, возвращая тетрадь на стол и, казалось, полностью теряя интерес к этой теме. Но не ко мне. — Так что там с твоей тьмой?

И так мне захотелось в этот момент вцепиться в его горло, что, кажется, это отразилось в моих глазах, на что магистр Ламбертс лишь насмешливо дернул бровью, будто намеренно подзуживая, и вкрадчиво спросил:

— Бешу?

— Бесиш-шь, — прошипела, соглашаясь с очевидным и едва не теряя остатки благоразумия.

— Здорово, правда? — ухмыльнулся некромант во весь рот, заставляя подозревать себя в душевном расстройстве, и вдруг низко наклонился над столом, едва не касаясь своим носом моего. — Здорово, чувствовать? Жить? Правда?

Резко отшатнулась от мужчины, ощутив, как разум топит неконтролируемой паникой. Он знает! Знает!!

Но вместо того, что бы добить, магистр медленно выпрямился, а на его губах играла таинственная и откровенно пугающая, но в то же время непостижимо завораживающая усмешка. Поняла, что мой взгляд прилип к его губам и даже паника отступила куда-то на второй план, а его слова доносятся до меня откуда — то издалека.

— Не засиживайся допоздна, чудовище. Завтра у тебя не будет ни шанса на уход от моих вопросов без последствий.

Мужчина ушел, а я ещё минут десять сидела в откровенном ступоре, не понимая, что это такое сейчас было. Так он знает или нет? А если знает, то что? Зачем он всё это время меня провоцировал?

Я боюсь его! Правда боюсь!

Я всего лишь маленькая и почти безобидная сущь! А он…

Прикусив губу до крови, непроизвольно слизнула выступившую капельку и она — то меня и отрезвила.

Не знает. Не знает главного! Иначе бы убил, не раздумывая.

Инквизиция иначе не поступает.

И всё же…

Неужели месть придется отложить? Обидно. Но если продолжу, он снова получит в свои руки улики. Крохи, остатки, намеки… Но всё равно улики против меня.

Нет. Нельзя рисковать.

А что, если… отвлечь? Но чем? Или… кем?

Женить!

Мысль, только что пришедшая в мою гениальную голову, была безумна настолько, что могла и впрямь выгореть. Женить! Женить этого мерзавца и тогда ему точно станет не до преподавания и расследования! Женить на такой женщине, которая займет всё его время и мысли!

Но где взять такую?

Снова прикусила губу, морщась. Α ведь я не знаю его предпочтений. Блондинки или брюнетки? Пофигуристее или потоньше? Может, что-то экзотическое по типу вампирши? Или гномки?

Вспомнила женщину из ресторана и дико пожалела, что не видела её лица. Хм-м… Его любовница? Постоянная или временная? А может и вовсе уже невеста?

Последняя мысль почему-то вызвала откровенное неприятие. Магистр Ламбертс не был похож на мужчину, которого могла бы всерьез увлечь женщина с настолько дурным вкусом в одежде. Нет, он не такой…

Поймав это любопытное рассуждение за хвост, попыталась его развить. А какой он, этот хамоватый магистр Ламбертс?

Как он сам мне заявил? Не злой, а прямолинейный.

А еще?

Любит ставить в неловкие ситуации, но не любит долго глумиться. Не интересуется слабым противником, предпочитает иметь дело с сильным. Хм-м… Что ещё? Любит загадки! Точно любит, иначе бы не работал в сыске. Обожает логически рассуждать и докапываться до истины. Не чужд самолюбования — его одежда всегда безупречна. Богат. Нетерпим к чужим слабостям. Считает большинство окружающих посредственностью. Магически силен.

Вспомнила его дракона.

Очень силен!

Ну и где я откопаю эту самоубийцу-мазохистку, которая согласится на подобное безумие?

С досадой цыкнула, понимая, что такой женщины просто не существует в природе.

Не существует… Ха!

По моим губам расползлась пакостная усмешка, но подумав ещё, я сморщила нос. Нет, не пойдет. Даже если призванная суккуба и влюбит его в себя, то необходима свадебная церемония, а на это дух разврата не согласится. Просто не сможет пережить церемонию в храме. И останется магистр вдовцом прямо на церемонии!

Хохотнула с нервной истеричностью и снова задумалась. Увы, ничего толкового в голову не шло, а вот время — наоборот, поэтому я сосредоточилась на реферате и сначала дописала последнее предложение, после чего собрала всё в сумку и мысленно уточнив у Тьмы, где сейчас ошивается Джулиан (в моей комнате!), снова скривилась.

И неймется ему? Ну что за непутевый будущий герцог мне попался?! Ну вот не хочу я с ним иметь общих дел! Не-хо-чу! Как донести до него эту простую мысль так, чтобы он понял и отстал?

Окинула скептичным взглядом каморку, но тут же отбросила мысль остаться тут на ночь, как несостоятельную. Вот ещё! У меня вообще-то комната есть! А всякие посторонние личности пусть выметаются оттуда, пока целы! Да я ректору на него пожалуюсь, вот!

Кстати, мысль.

Но пока не особо умная. По факту мне нечего ему предъявить, мои домыслы не в счет. Джулиан всегда может заявить, что всего лишь заботится о попавшей в беду однокурснице, а дверь в комнату была в принципе открыта. И ничего такого он не хотел. Вообще ничего такого.

Тц! Как же непросто быть живой и скованной человеческими условностями!

Интересно, что имел в виду магистр?

Так, думая обо всём и ни о чем, я первым делом дошла до столовой и не очень вкусно, но сытно поужинала. Не знаю, кто донес Джулиану о моем появлении среди студентов (и это при том, что я припозднилась и в столовой почти никого не было!), но я еще допивала чай, когда за мой столик пугающе плавно уселся его светлейшество будущий герцог Шантаросский, и грозно, словно имел на это полное право, спросил:

— Где была?

Сначала я допила чай. Затем поставила кружку на стол. Следом смерила парня недоуменным взглядом, чтобы сам понял всю нелепость своего вопроса.

Не понял.

Тогда я прохладно произнесла:

— Не твое дело.

Но и это не донесло до Джулиана мою мысль, потому что он медленно наклонил голову набок, гипнотизируя меня своим мрачным взглядом, и делая ударение на каждое слово, отчеканил:

— Это. Моё. Дело.

— Какое? — уточнила скептично.

— Ты.

— У-у-у… — глянула на него, как на душевнобольного. — Всё-таки влюбился? Слушай, я, конечно, сочувствую и всё такое, но пойми уже…

— Не влюбился! — рыкнул парень, перебивая. — У тебя нога повреждена! Совсем не волнует собственное здоровье?!

— Волнует, — кивнула спокойно, всё еще не понимая, чего он так психует. — Но ты верно заметил, это моё здоровье. Только моё. Не магистра, не твоё. Моё. И тебя оно не касается. Всё, тема закрыта. Сгинь.

Последнее я точно зря сказала. Но кто бы знал, как он меня уже раздражает!

— Ты действительно хочешь видеть меня в своих врагах, детка? — с ядовитой лаской поинтересовался боевик.

— Джу-у-ул! — протянула так проникновенно, что умудрилась сбить с него весь воинственный настрой. Парень аж сморгнул и уставился на меня с возмущением. — Я тебя не хочу. Никак. Ни в каком виде. Понимаешь? А? Ну почему ты не понимаешь меня? Я же на всеобщем говорю! Небо! Ну как ещё донести до тебя эту простую мысль? Ты мне никто! Никак! Не за чем! Вообще!

— Не ори, — процедил, выпрямившись на стуле так, словно позвоночник заклинило. — Я понял. Но зря ты так… Я же просто… Ладно. Понял.

С этими словами Джулиан встал из-за стола, с противным скрипом сдвинув стул, и наконец оставил меня одну.

Ну слава Небу! Хоть один догадливый попался! Фух!

И вроде добилась того, к чему стремилась, но осадочек после ухода парня остался какой-то… серый. Странно. Ай, не хочу об этом думать!

В итоге, прибрав за собой грязную посуду, я аккуратно поковыляла в свою комнату. А куда ещё? Во-первых, уже вечерело, во-вторых, я не в том состоянии, что бы прогуливаться в других направлениях. Да и небо начали затягивать свинцовые тучи, обещая к ночи полноценный ливень, что тоже не прибавляло энтузиазма.

Нет, дождь мне нравился. Очень! Влажные капли были еще одним чудом реального мира и в первый раз попав под дождь я гуляла под ним часа два, пока не продрогла и не начала чихать. Потом, конечно, вспомнила, что это не так уж и безопасно, заварила себе на ночь лечебный травяной сбор, но меньше от этого любить дождь не стала.

Α вообще во всём надо знать меру и тогда всё-всё будет хорошо.

У меня.

Войдя в свою комнату, дверь которой была заперта на замок, как я и оставляла, я меньше всего ожидала увидеть в ней то, что увидела. Α именно коробочку дорогущих ресторанных пирожных на своём столе. О том, что они именно из ресторана и безумно дорогие, доложила Тьма, недвусмысленно облизываясь на коробку, но благоразумно дожидаясь разрешения.

Жадничать не стала и, по — честному поделив угощение (их было четыре штуки и все разные), с удовольствием продегустировала свою порцию. М-м, и впрямь вкусно! Надо будет при случае повторить.

Пока ела, внимательно изучила комнату и свои вещи, которые на первый взгляд лежали на своих местах, но всё равно обиделась. Ужин-то Джул унес! Хотя мог бы и оставить, я б его завтра с утра съела. Но чего нет, того нет, и я, полистав перед сном одну умную книжку по защитным плетениям (ходят тут всякие!), легла спать пораньше, убаюканная шумом дождя.

ГЛАВА 7

Утром дождь ещё шел, но не слишком сильный и хватило простейшего водяного полога, что бы добраться сначала до столовой, а затем и до аудиторий посуху. Занятие у магистра Ламбертса стояло в расписании второй парой, но уже на первой я ощутила себя крайне странно.

Изгоем.

Вся дюжина студентов по обмену, словно сговорившись (хотя почему словно?), сначала дождалась звонка и того, что я сяду за первую парту, чтобы лучше видеть и слышать лекцию магистра Ронарио, а затем демонстративно прошли мимо и расселись где-то в центре, причем не кучно, а грамотно рассредоточившись по аудитории.

У меня не имелось глаз на затылке, но слух был отменный, и я расслышала где-то недоуменные, а где-то и злорадные шепотки. Кто-то даже предположил, что парни добились своего (это чего, интересно?) и с этого дня я в их понимании «отработанный материал».

Определение мне дико не понравилось, сплетников я запомнила, но отвлекаться от лекции не стала и с интересом выслушала тему по смешению потоков для создания универсального щита, способного выдержать, как магический, так и физический удар.

Пообещав нам практическое занятие уже на следующей неделе, магистр немного ностальгически окунулся в воспоминания бурной молодости, когда служил на границе с государством оборотней и ловил контрабандистов, а там и звонок прозвенел.

Я ещё собирала вещи в сумку, когда рядом с моей партой остановились они — королевы нашего курса. Не усвоившие урок и даже не подозревающие, что все их проблемы в них самих (ну и от меня немного), с загипсованными руками (у Оларии правое предплечье, у Фионы левая целиком), они всё равно пытались глядеть на меня свысока и с претензией.

— Так, червь, — процедила через губу брюнетка, — тетрадь с лекцией по магическому уголовному праву на стол. Я её забираю.

Выгнув бровь, посмотрела на неё, как на блаженную. Мне и говорить ничего не пришлось, а Фиона уже сорвалась на вопль:

— Тетрадь, дрянь! Живо!

— Что происходит?

Ни она, ни я не ожидали после того показательного игнорирования, что все двенадцать инквизиторов соберутся вокруг нас и Джулиан вмешается в эту милую девичью размолвку с самым решительным выражением лица.

— О, Джул, — моментально сменила тон графиня Эмберли и стрельнула в него глазками, явно флиртуя, — ничего такого. Забыла свою тетрадь с лекцией магистра Ламбертса, а че… Эмилия очень хочет отдать мне свою.

— Чушь, — скривила губы, бесстрашно обличая Фиону во лжи. ― Не хочу и не дам. Α теперь расступитесь, вы мешаете мне пройти.

— Ты… — снова зашипела змеей брюнетка, но рядом с будущим герцогом срываться на оскорбления не стала. Видимо, еще не до конца понимала, зачем он подошел: защитить или поглумиться за компанию. Вместо этого смерила меня просто убийственным взглядом и ограничилась кровожадным обещанием: — Пожалеешь!

Я сама ограничились лишь скептичным взглядом, что не понравилось ни ей, ни менее сдержанной на язык Οларии и рыжая ядовито процедила:

— Смотрю, урок крысе на пользу не пошел… Что ж, повторим.

— Баронесса Дринкеш, — строгим, будто бы даже менторским тоном обратился к ней Джулиан и остальные даже, кажется, дышать перестали, ловя каждое его слово, — почему вы оскорбляете эту девушку и угрожаете ей?

— Я? — нервно хихикнула Олария. Будучи гадиной по сути, она очень тонко чувствовала смену ветра и сейчас мгновенно сообразила, что необходимо затаиться. ― Нет-нет, ничего такого. Вам показалось.

Не сдержалась, хмыкнула. Вам? Она называет Джулиана на вы? Вот же… мразь двуличная.

— Да? — недоверчиво дернул бровью будущий герцог, даже не взглянув на меня. — Что ж, пусть будет так. Но давайте договоримся, дамы: никаких оскорблений, вымогательств и угроз по отношению к однокурсникам. Это низко и недостойно вас. А ещё уголовно наказуемо.

И вроде обычным тоном говорил, почти дружеским, но что-то странное при этом витало в воздухе, отчего обе не такие уж и трусливые девицы слегка спали с лица и активно закивали.

Вот это харизма! Тоже так хочу!

- Ρад, что мы друг друга поняли, — скупо, одними губами улыбнулся Джулиан и отправился на выход, сочтя разговор оконченным.

Εго свита (иначе и не назвать) вышла за ним и только тогда отмерли остальные, в том числе и королевишны. Причем если Фиона задумчиво прикусила губу, продолжая смотреть вслед ушедшему парню, то Олария снова прожгла меня ненавидящим взглядом и практически одними губами пообещала мне:

- Οн не всегда будет рядом, червь. Ты своё получишь.

И снова я ограничилась пренебрежительным взглядом, давая понять этой убогой, что тявкать — всё, что ей остается.

Но вот, наконец, ушли и они, да и мне тоже задерживаться не стоило — перемены не бесконечные, а магистр Ламбертс на первой лекции прямо сказал, что опоздавших в аудиторию не пускает и это приравнивается к полноценному прогулу.

Так что бегом!

К счастью, за ночь поврежденная лодыжка прошла и я ворвалась в нужную аудиторию в числе последних буквально со звонком, но без опоздания. Магистра еще не было, как и свободных мест ни в центре, ни на галерке. Лишь одно-единственное за первой партой рядом с Джулианом. Удивилась, конечно, но в отличие от него я никому никаких невидимых манифестов не выставляла, поэтому спокойно прошла на свободное место и достала свою тетрадь.

В ту же секунду в кабинет вошел некромант, что я ощутила в первую очередь по сгустившемуся в воздухе напряжению и установившееся тишине, но сама постаралась не дергаться, хотя и заметила, как ускорилось биение моего собственного сердца.

Не став ни здороваться, ни желать нам доброго утра, магистр прошел за кафедру, обвел нас мрачновато-предвкушающим взглядом, отчего кто-то с задних парт отчетливо икнул, криво усмехнулся и заговорил:

— На прошлом занятии я давал тему для самостоятельного изучения. Сейчас мы с вами выясним, кто и как к ней подготовился. Адепт Вуйлис!

— А? — нервно отозвался названный парень.

— В каком году состоялось первое заседание комиссии по межрасовому магическому уголовному делу? — невозмутимо повторил магистр Ламбертс тот самый вопрос, который задавал мне вчера.

— А… Э… В тысяча м-м… — явно не зная правильный ответ, Вуйлис тянул и пыжился, в конце концов промямлив что-то вроде: — Стопицотом.

— Бред, — скучающим тоном констатировал преподаватель. — Адепт Шеппард.

— Да?

— Каковы были итоги заседания, состоявшегося в тысяча триста семьдесят втором году?

И снова вопрос, который я уже слышала. Более того, на который отвечала! Чувствуя, как растет напряжение и буквально предвидя, какой вопрос станет следующим, вполуха слушала очередной невнятный и неправильный ответ однокурсника, вердикт по которому снова был отрицательным.

— Адептка Кейтри, — прозвучало моё имя.

Вскинула на магистра искренне удивленный взгляд и то ли почудилось мне, то ли и впрямь я увидела, как над его плечом поднялась сумрачная голова его дракона и смачно облизнулась, но по позвоночнику прошла волна необъяснимой дрожи. Страха или необъяснимого предвкушения — я не поняла, магистр заговорил снова:

— Какие последствия итоги заседания имели для всего рода обвиняемого?

Я знала! Знала, что он это спросит!

Удовлетворенно улыбнулась, словно только что выиграла невидимый, но очень ценный приз, и звонко ответила:

— Всё денежно конвертируемое имущество рода, замешанного в подготовке свержения правящего монарха соседней страны, перешло в казну пострадавшего государства, супруга обвиняемого была сослана в монастырь с запретом покидать его стены, малолетний сын, лишенный титула и имени рода, ушел в услужение монарха, а совершеннолетнюю дочь выдали замуж за придворного. Территории отошли в ведение нашего государства и впоследствии были переданы новым вассалам.

— Всё? — с едва уловимым недовольством прищурился магистр, а его дракон почему-то отрицательно мотнул головой.

Задумалась. Что он имеет в виду? Ах, да! Он же про весь род спрашивал!

— Остальных родственников суд посчитал невиновными и на их судьбу процесс никак не повлиял.

На это некромант лишь скупо кивнул, отчего-то забыв похвалить (он вообще умеет это делать?!) и продолжил опрос уже других адептов. Более или менее внятно сумел ответить лишь один из десяти, в том числе опозорились и наши королевишны, а следующий вопрос достался моему соседу.

— Адепт Изандер.

— Слушаю вас, магистр, — невозмутимо отозвался Джулиан, чем вызвал странное недовольство некроманта, чьи глаза блеснули особенно мрачным светом.

Не понимаю, как, но я умудрялась угадывать его эмоции даже по этим крошечным нюансам и находила это дико увлекательным занятием.

— Какую резолюцию приняли присяжные заседатели на комиссии в тысяча пятьсот тридцать втором году по делу Холлидея-Туаро?

— Резонансную, — коротко кивнул будущий инквизитор, но на этом не остановился. — Все улики были против обвиняемого, но его оправдали в первом чтении. Α всё из-за уникальной магии теневого внушения, которой он воспользовался. Это вскрылось позже, но обвиняемому уже удалось покинуть пределы страны и избежать наказания, и с тех пор комиссия присяжных признана не единственной, но альтернативной мерой. На текущий день обвиняемые присутствуют на суде лишь в амагичных кандалах и каждое дело, в котором замешан маг, рассматривает суд в присутствии инквизиции, способной определить наличие воздействия на окружающих. При этом инквизиторов должно быть не меньше трёх: стихийник, некромант и артефактор.

— Неплохо.

Он его похвалил?! Он его похвалил!

А меня? Меня он почему не похвалил? Я ведь тоже ответила правильно!

В общем, я обиделась.

До конца занятия оставалось всего ничего, когда магистр объявил начало новой темы, набросал тезисов и перечислил десяток вопросов, которые мы должны раскрыть самостоятельно. О том, что он спросит их на следующем занятии, не прозвучало ни слова, но многие это и так поняли. И кто-то даже возмутился:

— В библиотеке нет книг по вашему предмету!

— Это моя проблема? — высокомерно уточнил некромант и едва уловимо кивнул в мою сторону. — Берите пример с Кейтри и Изандера. Как-то же они подготовились.

Сразу после его слов прозвенел звонок и преподаватель вышел из аудитории. Поторопилась на выход и я, чувствуя сразу десятки злых и просто сердитых взглядов в спину. Ну спасибо, ну удружил! Меня и так не любят за то, что умнее остальных (и не я в этом виновата!), а с этого дня, чувствую, их неприязнь выйдет на новый уровень.

Кстати, может и вышла, но в течение дня демонстративно не замечающий меня Джулиан каким-то мистическим образом маячил поблизости и никто не рискнул предъявлять мне претензий напрямую. Даже неразлучная парочка королев ненавидела меня издали, хотя в столовой кто-то из толпы хотел подставить мне воздушную подножку, когда я шла с полным подносом еды, но я вовремя заметила проблему и ликвидировала её встречным заклинанием.

Следующие два дня были выходными и если субботу я посвятила урокам, тщательно изучив заданную тему и не забыв перечитать лекции по стихийным щитам, то с самого утра воскресенья помчалась в участок — сегодня снова дежурил мой обожаемый детектив и, судя по присланной в пятницу записке, у него была для меня подработка.

— Тук-тук, можно? — заглянула к нему, дождавшись, когда из кабинета выйдет ранняя посетительница.

— Приветствую, — устало махнул мне рукой Форестли, жадно припадая к неизменной кружке кофе. — Фух, все соки из меня выпила, стервь!

— Кто?

— Да-а, — поморщился лейтенант и кивнул на дверь. — Она. Многоуважаемая миссис Муариф. Вдова и просто склочная баба, скучающая без дела. — Глянул на меня и виновато скривил губы: — Без обид, заюш, но вы, бабы — такие…

— Да, мы, бабы — такие, — искренне посочувствовала ему, не став дожидаться явно нецензурного окончания. — А что конкретно она хотела? Может, я смогу помочь?

— Да тут не в поиске дело, — поморщился детектив. — Мерещится ей. Всякое. То убийца ночью в дом проберется, но не убьет, а просто простоит в изголовье, сопя над ухом всю ночь. То сахар с солью неведомые враги поменяют, то водопроводная вода тиной пахнет, то тени подозрительные в окно второго этажа заглядывают… В общем, бред.

— Уверены? — прищурилась, потому что очень уж это походило на насланную сущь нижнего порядка. Я в этом профи, по молодости сама таким баловалась. Детектив твердо кивнул, но я не успокоилась: — А сегодня что случилось?

— Молоко прокисло, — в сердцах сплюнул на пол мужчина. — Якобы свежее. Только я уже отправлял к ней нашего штатного мага — чист фон. Понимаешь? Чист!

А вот и понимаю. Мелкая сущь, наведывающаяся лишь изредка, не фонит. Почти нефонит. Главное, знать, куда смотреть и на что.

— И всё-таки я бы сходила к ней, — приняла непростое решение в первую очередь потому, что это и впрямь был не мой профиль. Но тоже в каком-то плане родной.

— Ну сходи, — без особой охоты кивнул Форестли и запоздало оживился. — О, а звал-то я тебя что? Вот!

Передав мне из рук в руки сразу три заявления о пропаже домашних животных и два о мелких, но ценных бытовых вещах, детектив добавил:

— Слушай, я тут подумал и с шефом обсудил, он не против. Давай к нам официально? Хотя бы на четверть ставки по выходным? И тебе стабильная монета с полноценным значком, и нам меньше головной боли. Что думаешь? Это лето было самым спокойным за все время моей службы, да и остальные заметили. Вроде и мелочь, а когда стопками копится, то не до смеха. Выручай, лапуль, а я за тебя словечко замолвлю в любом месте, какое выберешь после получения диплома. Ты знаешь, у меня много где хороших знакомых.

— На четверть ставки? — задумалась над действительно дельным предложением. И не в части денег, а в плане официального стажа и последующих рекомендаций.

— С отработкой по времени не грузись, — поспешил успокоить меня детектив. — У нас же что главное? Чтобы дела были благополучно закрыты, а нужные часы я тебе нарисую. Я тут на досуге подсчитал, по успешно завершенным делам можно и на полставки натянуть, но пока шеф согласился только на четверть. К тому же учеба у тебя началась, все дела. Девчонка ты шустрая, это я уже заметил. Сыскарем, правда, сама понимаешь, не возьму, но сержантом — оформлю, почему нет? Без формы, правда, но на кой она тебе? Образование у тебя профильное, оценки — загляденье, а опыта и вовсе поболее, чем у некоторых наших второгодок. Ну что? Соглашайся, заюш.

— А вот и соглашусь!

Искренне обрадовавшись, детектив пообещал оформить всё лично — от меня требовалось лишь заявление. После чего напомнил о заявлениях и клятвенно заверил, что уже к вечеру будет готов и приказ о зачислении в штат, и даже магический значок.

Это было… Интересное ощущение. Знать, что я стану официальным представителем закона. Не полноценным сыскарем и совсем даже не инквизитором, но… Сержант Сущь! Звучит? О да!

Так, хихикая про себя, а иногда и вслух, и старательно не обращая внимания на сопровождающего меня констебля, я на позитиве раскрыла половину дел, а вторую мне помогла отловить кошка. Время близилось к шести вечера, когда я заглянула по последнему адресу, где проживала миссис Муариф, и первым делом изучила дом издалека. Большой, добротный и основательный, в два этажа с третьим мансардным, он мог принадлежать лавочнику средней руки как минимум с тремя детьми, но как сказал детектив, еще не очень пожилая женщина проживала в нём одна.

Подозрительно!

Вежливо постучав и терпеливо дождавшись, когда мне откроют, я заранее натянула на лицо свою самую дружелюбную улыбку, но, когда дверь открылась с противным скрипом, она слегка дрогнула. Просто женщина, стоящая на пороге, больше всего напоминала… ведьму! Сказочную такую взаправдашнюю ведьму: всклокоченные седые волосы, многослойное платье невзрачных тонов, яркие длинные бусы в несколько рядов, крючковатый нос с бородавкой на самом его кончике и черные глаза, глядящие с подозрением. При этом смуглая оливковая кожа выглядела не очень старой, морщин было не особо много, лет так на шестьдесят человеческих, но общее ощущение выходило неоднозначным. Кустистые брови, тонкие губы, широкий подбородок — даже не привлекательна, про «красавицу» и вовсе молчу. Кажется, она была полукровкой то ли орка, то ли гоблина, а среди них особых красавцев никогда не встречалось. Вот жеугораздило!

А ещё она была слабенькой магичкой с темным даром.

— Что надо? — поинтересовалась женщина скрипучим голосом.

— Здравствуйте! — несмотря на не самое положительное впечатление от встречи, мой голос не дрогнул. — Сержант Кейтри и констебль Полянских, — я махнула рукой на Марка. — Вы оставили в участке заявление, хотим осмотреть место преступления.

— Место преступления они хотят, — пренебрежительно фыркнула дама, но шагнула в сторону, приглашая войти. — Ну, смотрите… Сержант, значит? Что-то я тебя раньше в участке не видела. Звать как?

— Эмилия, — снова улыбнулась я, уже зная, что лучше улыбаться, причем всегда и везде. — Меня только сегодня приняли в штат, но я сотрудничаю с детективом Форестли уже не первый год и вы можете доверить мне свою проблему. Расскажите, пожалуйста, о ней поподробнее. Что именно сегодня произошло?

— Молоко, — мрачно скривилась жутковатая миссис, разворачиваясь и первая проходя на кухню. — В шесть утра его принес молочник и оно было идеально свежим, я всегда проверяю. В шесть пятнадцать я хотела приготовить омлет, но молоко оказалось скисшим.

— Могу я на него взглянуть?

— Я его вылила. ― На меня посмотрели так, словно я сказала несусветную чушь.

— А тара?

— Кувшин? — нахмурилась женщина.

— Да, кувшин, в котором было молоко. Могу я на него взглянуть?

— Ну на, — хмыкнула потерпевшая, входя на кухню и первым делом подходя к раковине, рядом с которой стоял шкафчик. Распахнув его дверцы, женщина достала глиняный кувшин и протянула мне. — Думаешь, в нем дело?

— Не совсем, — ответила уклончиво, переходя на магическое зрение и выискивая хоть что-то, за что я смогу зацепить поисковое заклинание.

Εсть!

— Скажите, вы с кем-то ссорились в последнее время?

— Я? — высокомерно вздернула брови вдова.

— Да, вы, — подтвердила строго и миссис Муариф, иронично хмыкнув, задумалась.

Пока женщина решала, рассказывать или нет (это читалось по ее лицу), я неторопливо плела поисковое заклинание, рассчитанное на сущь, попутно вплетая в него ловушку, что бы тварь, почуяв во мне угрозу, не сбежала.

— Ну, было дело, — нехотя призналась женщина, когда я почти закончила. — С невесткой у меня не складывается. Думаешь, она?

— Далеко невестка живет? — уточнила чуть отстраненно, сосредоточив основное внимание на ключевом узле ловчей сети.

— На окраине, — пренебрежительно хмыкнула дама. — Сынок у меня бестолочь. Купили мы с мужем им дом на соседней улице, лавку открыть помогли, да только и пяти лет не прошло, как Федосий прогорел и дом за долги продал, только и хватило, что на хибару на окраине. А невестка всё на мои метры зарится, мол, мне одной многовато будет, а им в самый раз. Только смысл? И его ценить не будут, раз до сих пор своими силами ничего заработать не смогли. Почитай уж лет десять прошло с тех пор, а воз и ныне там. Мы-то с мужем, земля ему пухом, с медной монетки начинали, всё своими руками и усилиями… А они на все готовое хотят!

Терпеливо выслушав не такие уж и редкие откровения своих клиентов, среди которых дамы за пятьдесят составляли превалирующее большинство, сочувственно покивала и попросила отойти в сторону, освобождая центр кухни. Бросила мимолетный взгляд на кошку, мысленно давая ей приказ быть наготове, и медленно раскрутила поискового спрута, настроив его на поиск и сущи, и предмета, к которому ту привязали. Иначе сущь на одном месте не удержать.

Результат появился почти сразу. Всё-таки дом у миссис Муариф был намного меньше дома лорда (и зачем я о нем вспомнила?!), так что из угла, где стояло ведро для мусора, сначала потянуло потусторонним холодом, затем появился туманный сгусток с мерзким запахом, а потом и ловчая сеть сработала, пеленая не самую маленькую и слабую сущь, которая выглядела, как склизкая бурая клякса размером с курицу.

— Что это?! — обескуражено выпалила женщина, передергиваясь от отвращения, пока я медленно подтаскивала к себе воздушным арканом эту дрянь.

— Сущь, — озвучила очевидное. — Призванная недругом и привязанная к вашему дому, что бы пакостила только здесь. Давненько призванная, кстати, где-то с полгода назад.

— Семь месяцев! — с жаром выпалила вдова, прожигая тварь изнанки ненавидящим взглядом. — Семь месяцев назад это началось, как сейчас помню! Эмилия, убей её! А лучше… Нет! Отправь обратно!

— Согласно протоколу, пойманная на месте преступления тварь подлежит немедленному уничтожению, — вмешался констебль Полянских, не давая мне ни шанса поступить не по закону. — Но мы обязательно выясним, кто это сделал, и он ответит по всей строгости закона. Сержант?

— Да-да, — пробормотала слегка отстраненно, водя над сущью руками, чтобы понять, где лежит сдерживающая её вещь.

Есть!

— Охраняй, — приказала кошке, а сама снова развернула спрута и прошла к двери, которая вела на задний двор небольшого участка.

Спустилась по ступенькам добротного крыльца, изучила его крепкие доски, уделив особое внимание последней ступеньке, куда указывали щупальца поисковика, и, спросив разрешения у хозяйки, воспользовалась помощью констебля, который одними голыми руками без видимых усилий выдернул нужную доску из пазов.

— А вот и якорь, — озвучила очевидное, показывая прежде всего миссис Муариф потемневшую от времени и сырости серебряную брошку. — Ваше?

— Моя, — спала с лица женщина и взглянула на меня жалобными глазами, в которых стояли слезы. — Я ж её сыну дала…

Зачем она это сделала, я спрашивать не стала, но вдова, словно желая выговориться, сама вывалила на меня подробности: около года назад сын в очередной раз пришел просить денег, которых ему вечно не хватало, а когда мать отказала, то пожаловался: мол у любимой супруги день рождения, а он даже подарок сделать ей не может. Тогда что-то и подтолкнуло миссис Муариф дать ему это брошку. Сама она ею уже давно не пользовалась, все равно лежала без дела, а тут вроде как сразу обоим приятное сделала. Всё-таки родные, какими бы глупыми ни были. А тут вон оно как…

Слушая причитания женщины, окончательно разочаровавшейся в родственниках, я аккуратно подхватила брошку пальцами, предварительно надев амагичные перчатки, которые всегда носила с собой в сумочке для таких случаев, и сплела вокруг улики новое поисковое заклинание. На этот раз оно должно было указать мне на того, кто подложил сюда эту вещь, но так как предполагаемый преступник находился далеко, я не стала создавать привычного спрута, а сняла с вещицы остаточный след нескольких аур и разложила её на составляющие. Аур оказалось четыре и одна из них принадлежала самой миссис Муариф, вторая была родная ей по кровии я предположила, что это сын, а две других скорее всего невестки и того человека, который помогал ей в этом запрещенном ритуале. Но я могла и ошибаться.

Навскидку припомнив, что это уже полноценное подсудное дело с реальной уголовной статьей, поняла, что придется передавать её в ведение детектива, потому что моих полномочий на это недостаточно. Объяснив это расстроенной женщине и заверив, что детектив Φорестли обязательно найдет преступника, на всякий случай проверила дом и на другие проявления потустороннего, нашла в погребе типичную плесень, которая разрасталась в местах длительного проживания сущи, а на чердаке засекла подозрительные темные эманации и, спросив разрешения у хозяйки, нашла в одном из углов ещё один подклад с темным ритуалом, рассчитанный на дестабилизацию пространства и призыв мелких темных тварей.

Εго мы с констеблем тоже изъяли и я посоветовала хозяйке очистить весь дом полынью и каленой четверговой солью — простейший, но действенный минимум в таких случаях. Время близилось к восьми, желудок уже не в первый раз напомнил, что мы еще толком не обедали, перехватив с констеблем по пирожку в районе рынка, когда гонялись за очередным домашним котом, нюхнувшим воздуха свободы, но на этот раз к моим безмолвным страданиям очень громко и однозначно присоединился желудок Марка.

Дико смутившись, оборотень отвел взгляд, но всплеснувшая руками хозяйка чуть ли не силой уволокла нас на кухню и усадила за стол, заявляя, что ужин — меньшее, чем она сможет нас отблагодарить.

А мы что? Мы не сопротивлялись. Я так уж точно. Тем более еды у миссис Муариф оказалось много, даже с учетом того, что намеренно она еще ничего не готовила. Это и утренние оладьи, и обеденный суп с клецками, и даже жаркое, оставшееся с прошлого вечера.

— Муж у меня, — стеснительно призналась мадам, за эти часы кардинально изменив к нам отношение с настороженного на признательное (даже Тьме досталось блюдце со сметаной и кусок сырого мяса), — большой был любитель вкусно и много поесть. Уж двенадцать лет как вдова, а всё не отучусь много готовить… Весной мансардную комнату сдавала студенту, да уже съехал, пятый курс закончив, а другого пока не нашла никого. Может, у вас есть кто на примете? Я много не запрошу, главное, чтоб порядочный был и хозяйственный. Ну там… полку прибить, дверь поправить. Дом — он в мужской руке нуждается, без этого никак.

Пообещав страшненькой снаружи, но доброй внутри вдове, что узнаю среди своих и если что, отправлю желающих к ней, искренне поблагодарила за сытный ужин, и вместе с констеблем отправилась в участок — сдавать улики. Там, несмотря на позднее время, мы всё равно застали и дежурного, и детектива, который сегодня работал в том числе в ночь, похвастались удачно завершенным делом, за что нас похвалили, а затем и поругали (я видела, который час?!), после чего торжественно вручили значок, выгнали домой и приказали констеблю проводить меня чуть ли не до кровати.

Может и возмутилась бы, но предпочла посмеяться, глядя на пунцовые уши оборотня, который в отличие от меня всё никак не мог привыкнуть к панибратской манере речи детектива, и мы послушно отправились в академию. К тому же ворота всё равно не пропустили Марка на территорию и я, заверив его, что на этих магических метрах со мной точно ничего плохого не случится, поспешила в общежитие.

Настроение было отличным, сегодня я превзошла саму себя, поучаствовав в полноценном расследовании, и пускай дальше его будет вести детектив, я тоже внесла в это немалую лепту. Время близилось к десяти, до официального отбоя оставалось лишь чуть больше часа, когда я подошла к двери своей комнаты и заподозрила неладное.

Пахло гарью.

ΓЛΑВА 8

Напряженно переглянувшись с Тьмой, я еще не до конца отработанным жестом накинула на себя щиты и отправила её на разведку, преодолев последние метры в одиночестве. Спустя секунду по мысленной связи до меня донесся вопль фамилиара, полный ярости и первозданной злобы, на что я медлить не стала и выбила дверь воздушной волной. Где враг?!

Врага не было.

Ничего не было.

Ни кровати, ни штор, ни стола.

Ни-че-го.

Одна лишь закопченная комната, напрочь выжженная магическим пламенем.

Убью. Найду — и убью. Прямо сейчас!

Чувствуя, как меня колотит от гнева, сжала руки в кулаки и закрыла глаза, чтобы клокочущая в них тьма не выбралась наружу. Вы заигрались, сучки. Вещи. Деньги. Книги. Конспекты! Рефераты!!! Их я вам не прощу.

— Фу, чем так воняет? — выглянула из комнаты напротив смутно знакомая девушка с факультета целителей и принюхалась. Заметила меня, что-то такое поняла и подошла ближе. — О, боги! Ужас какой! Кто это сделал? Срочно зови коменданта!

Коменданта, да…

Поморщившись, потому что предпочла бы обойтись своими силами и без всего этого, медленно кивнула.

— Да, позови, пожалуйста. Кажется, мне нехорошо…

На самом деле я хотела избавиться от свидетеля, чтобы снять слепки аур, оставленных преступниками (или преступником), но целительница оказалась чересчур жалостлива и, крикнув однокурсниц, чтобы бежали за комендантом, перехватила меня за плечи и потянула в свою комнату.

И вроде худенькая, не выше меня, но силищи — на троих.

Мысленно попросив Тьму заняться сбором информации за меня, позволила Αринике (я вспомнила её имя) увести себя в комнату и напоить чаем с успокаивающей травкой. Я ещё гипнотизировала мрачным взглядом последние чаинки, когда прибежала запыхавшаяся комендант, в два счета оценившая ущерб, а еще минут через десять в коридоре было не протолкнуться: на ЧП явился и завхоз, и декан, и парочка незнакомых магистров, и даже хмурый ректор подошел. Про студентов и вовсе молчу, поглазеть прибежали даже с других этажей. Ещё бы! Не каждый день комнаты палят!

К счастью, Тьма отчиталась, что взяла след и уже пошла по нему, но это точно не королевишны, и я дала ей добро на то, чтобы она приволокла поджигателя к месту преступления силой. Она могла, мы обе это знали и сейчас были слишком злы, чтобы сдерживаться.

Не знаю, что делали с моей комнатой все эти люди и зачем их тут столько в принципе, лично со мной пообщался лишь декан, задав от силы пять вопросов: где я была и с кем, что делала, когда вернулась и не подозреваю ли кого. А ещё: не виновата ли сама?

— Это как? — подняла на него мрачный взгляд, даже не пытаясь скрыть раздражение.

— Понимаю ваше негодование, адептка Кейтри, — смущенно покашлял пожилой мужчина с некрасивыми залысинами и вислыми щеками, — но всякое случается. Вдруг вы какое-нибудь особое заклинание без защиты практиковали? Знаете ведь, что в общежитии это строжайше запрещено, но всё равно многие из вас балуются…

— Это не моя вина, — отчеканила зло, чувствуя, как глаза наливаются кровью от настолько дикого предположения. Чтобы яне уследила за собственной магией? Я, круглая отличница курса?!

— Адептка, не кипятитесь, — примирительно посоветовал приблизившийся к нам ректор, окутывая меня своей аурой спокойствия и кивком отпуская декана. — Мы обязательно со всем разберемся и накажем виновных. Скажите, в комнате были все ваши вещи и документы?

— Да, — мой голос дрогнул против воли и ректор сочувственно положил мне ладонь на плечо, отчего его аура прокралась даже под кожу, забирая не только злость, но и горечь обиды.

— Очень жаль. Я понимаю ваше горе, но с этим ничего не поделать. Я проинформирую преподавателей, чтобы отнеслись к этому с пониманием, но и вы не опускайте руки. Это всего лишь вещи, попробуйте взглянуть на произошедшее с положительной стороны — вы сами не пострадали. Мы выделим вам из фонда поддержки определенную сумму, на которую вы сможете приобрести все необходимое на первое время, подойдете завтра за деньгами к моему секретарю, а дальше, надеюсь, и преступника найдем. Обещаю, он возместит вам не только материальный, но и моральный ущерб. Новую форму получите на днях, я уже распорядился. К сожалению, свободных мест в общежитии больше нет и пока комнату восстанавливают, на какое-то время придется вас к кому-нибудь подселить…

— Не надо, — мотнула головой, уже приняв для себя иное решение. — У меня есть вариант в городе. Совсем неподалеку.

— Родственники? — заботливо уточнил мужчина.

— Хорошие знакомые, — увильнула от четкого ответа, собираясь воспользоваться предложением миссис Муариф.

Почему нет? Чем я хуже парня? В бытовых делах так точно ничем! Зато у меня будет роскошная мансарда с видом на закат и возможность столоваться у радушной хозяйки!

- Ρад за вас, — искренне произнёс ректор и деловито глянул на наручные часы, то ли куда-то спеша, то ли кого-то дожидаясь, но тут в конце коридора раздался подозрительный шум и мужчина, нахмурившись, вышел из комнаты, чтобы проверить, что происходит.

Выглянула и я, заранее предупрежденная Тьмой, что это она возвращается с добычей, так что, в отличие от остальных, почти не удивилась, увидев парня с выпученными глазами и диким выражением лица, спешащим в нашем направлении на всех парах. Второкурсник, если верить нашивке на рукаве. Хм-м…

А что это у него в руках?

— Вот! — выпалил он, запинаясь буквально в трех метрах от нас и падая лицом вниз, отчего внушительная стопка книг и тетрадей, которые он нес, сначала подлетела наверх, а затем рассыпалась вокруг него бумажными птицами. — Это я! Простите! Простите меня!

Пока парень, зашуганный Тьмой, заикаясь, каялся ректору, что это он поджег мою комнату, я, через раз дыша от счастья, собирала свои сокровища. Мои тетрадочки! Мои книжечки! Мои-мои! Родненькие!!

— И всё же, адепт Флоршен, я немного вас не понял, — строго оборвал его ректор и я невольно прислушалась к беседе. — Каковы причины, побудившие вас это сделать?

— Ну… Я…

— Шантаж, — громко выдвинул весьма необычное предположение магистр Ламбертс, выходя из моей комнаты и брезгливо оттирая белоснежным платком с пальцев сажу.

А у меня возникло сразу два вопроса: как он там оказался и зачем испачкал руки?!

К сожалению, сам некромант рассказывать об этом не спешил, а я спросить не рискнула. Тем временем магистр Ламбертс подошел к нам и устремил свой тяжелый взгляд на второкурсника, отчего парень затрясся, как осиновый лист, и окончательно слился цветом лица с побеленным потолком.

— Я прав, адепт?

Закусив губу, парень обреченно закрыл глаза, но промолчал, тем самым лишь подтверждая предположение сыскаря, но в то же время давая понять, что не признается.

Интересно… И чем же его шантажировали? Что такого он натворил, что проще признаться в поджоге, чем в основном грехе?

— В глаза мне смотри! — вдруг низко рыкнул некромант, отчего даже ректор вздрогнул, а я подпрыгнула на месте. Адепт и вовсе дернулся, вскрикнул и уставился на магистра диким взглядом, а тот уже куда более спокойно потребовал: — Имя шантажиста.

— Я… Я не знаю, — непослушными губами прошептал парень и сорвался на крик: — Правда не знаю! Это была анонимная записка!

- Γде записка?

— Я её сжег!

— Идиот… — брезгливо выдохнул магистр Ламбертс иповернул голову к ректору. — Надеюсь, отчисленный идиот?

— Безусловно, — сухо подтвердил господин Верденборн. — Сегодня же отпишусь его отцу, маркизу Шайенскому, и выставлю счет за ущерб. Адепт, можете идти собирать вещи. Не забудьте сдать учебники в библиотеку. Завтра вас здесь быть не должно.

— Но… — оторопело сморгнув, парень, кажется, ещё не понимал, что уже не учится в академии, и переводил взгляд с одного преподавателя на другого, а затем почему-то и на меня. — Но я… За это отчисляют?

— Отчисляют и за меньшее, адепт, — сурово припечатал ректор, в один миг превращаясь из добродушного дедушки, утешающего меня ласковым словом, в грозного архимага, которым по факту и являлся. — Вам есть что сказать в своё оправдание? Мы вас внимательно слушаем!

— Я… — парень пытался. Лихорадочно шарил глазами по полу. Виновато заглядывал мне в лицо. Οпасливо косился через плечо и на магистра Ламбертса. Шевелил извилинами. И в конце концов обреченно признал: — Нет. Простите меня.

— Адептка Кейтри? — насмешливо обратился ко мне некромант. — Прощаете его?

— Конечно, нет! — возмутилась.

- Α как же смягчающие обстоятельства? — И ироничный кивок на собранные тетради, бережно прижимаемые мною к груди.

— Недостаточные, — поджала губы.

Кивнул, словно ничуть в этом не сомневался, и перевел скучающий взгляд на понурого второкурсника.

— Вы слышали, адепт. Можете идти собирать вещи.

«Стерва», прочла я в помрачневшем взгляде парня.

«Мы ещё не закончили», пообещала ему в ответ кровожадным прищуром и мысленно попросила Тьму устроить ему жаркую ночку кошмаров.

— Убийство — уголовно наказуемое деяние, — словно невзначай произнёс магистр Ламбертс почему-то глядя на меня.

— Адептка Кейтри, вас есть кому проводить до дома? — побеспокоился о моей безопасности ректор.

«Жрать хочу», буркнула Тьма, потратившая на поиск виновника слишком много сил и мысленно я пообещала накормить её от пуза, как только договоримся с ночлегом с миссис Муариф.

Затем заверила ректора, что дом знакомых располагается в хорошем районе и идти до него буквально пятнадцать минут, с чем я замечательно справлюсь сама, а напоследок зачем-то сказала спасибо магистру Ламбертсу.

И пошла.

Я уже вышла из общежития и прошла метров двадцать, ежась от прохладного ночного ветра, потому что не подумала этим жарким солнечным утром взять с собой кофту, когда мои плечи внезапно накрыла чужеродная тьма, согревая, а уха коснулся потусторонний шепот:

— Провожу.

Нервно покосилась налево, поняла, что это дракон магистра, и судорожно кивнула.

Не знаю, зачем он это сделал, и не совсем понимала, что чувствую, но до дома вдовы дошла в рекордно короткие сроки. К счастью, миссис Муариф еще не спала и когда я, применив всё своё красноречие, вкратце описала сложившуюся ситуацию, не углубляясь в негативные подробности, она думала от силы пять минут и пару уточняющих нюансов:

— Парней не водить, бардак не разводить. Девочка ты хорошая, мне по душе. Если всё устраивает, проходи — располагайся. Время уже позднее, остальное, думаю, обсудим завтра. Голодная?

Заверив, что нет, но чаю с теми вкусными оладушками попью, только уже у себя в комнате, в два счета под строгим взглядом домохозяйки организовала себе перекус, присовокупив к выпечке мисочку с вареньем, тем самым убедив её, что не криворучка и с элементарным бытом справляюсь.

Наверх мы поднялись вместе и миссис Муариф показала мне, что и где. Кроме просторной спальни на мансарде располагались и отдельная вместительная кладовка под всякую всячину, и даже собственный санузел. Совсем небольшой, но с унитазом, раковиной и душем, а мне больше и не надо. Выдав постельное белье и достаточно деликатно обсудив мои финансовые возможности, миссис Муариф искренне порадовалась моему желанию столоваться за её счет, так что месячная оплата выросла до полноценных десяти золотых, но я знала, что её еда своих денег стоит.

Не став затягивать, женщина оставила меняодну и только тогда дракон, всё это время пролежавший на моих плечах невидимым пуховым платком, встрепенулся и тоже исчез.

Выдохнула с искренним облегчением, неожиданно ощутив ничем не объяснимую досаду, но быстро переключилась на оладушки и остальное. Пока ела, еще раз осмотрела свою новую комнату, но уже основательно. Довольно большая, больше моей предыдущей каморки раза в три, с низким скошенным по бокам потолком и широким окном. Стены и пол деревянные, потолок беленый. Минимум мебели: широкая кровать и тумбочка, основательный шкаф, комод, стол и стул, зеркало и мягкое кресло. В центре тканый цветной ковер.

Всё очень добротное и такое — уютное, отчего я моментально ощутила себя на своём месте и с последним съеденным оладушком расслабилась окончательно. Перед сном приняла душ, вытершись полотенцем, принесенным рачительной хозяйкой, а спать легла привычно нагишом, тем более постельное белье у миссис Муариф было новое и качественное.

Несмотря на пережитый стресс, я отлично выспалась и проснулась довольно рано — отдохнувшая и полная сил на новые, неизменно великие свершения. Вернувшаяся пару часов назад Тьма самодовольно доложила, что в отличие от меня, адепт Флоршен не проспал и часа, регулярно просыпаясь в поту от кошмаров, где он горел заживо, а на его останках пировали твари изнанки. От души похвалила трудяжку и, приведя волосы в порядок заклинанием и надев вчерашнее платье, потому что ничего другого из одежды у меня пока не было, спустилась вниз, планируя сытно перекусить перед занятиями.

Несмотря на ранний час, миссис Муариф уже стояла у плиты, напевая себе что-то под нос и выглядела при этом намного лучше, чем вчера: волосы убраны в опрятный пучок, вместо многослойного балахона надето славное бирюзовое домашнее платье, а на тонких губах играет загадочная улыбка довольной жизнью женщины.

Искренне удивилась переменам, произошедшим с ней, но глупых вопросов задавать не стала, начав с главного:

— А чем это так вкусно пахнет?

— Уже проснулась, милая? — обернулась на мой вопрос вдова и доброжелательно улыбнулась, махнув в сторону стола. — Садись, уже почти готово. Прости, вчера не спросила о твоих предпочтениях, так что сделала всего понемногу.

И с ходу перечислила с полдюжины блюд, начиная с каши и жареной яичницы с беконом и заканчивая блинчиками и ватрушками.

— Вы сегодня спали вообще? — уставилась на неё в искреннем изумлении.

— Да, — отмахнулась женщина, немного криво усмехаясь. — К старости уже бессонница мучает, но сегодня хоть было чем себя занять. Не бойся, я днём отдохну, все равно дел никаких нет. Был жив мой Яцень, хотя бы в лавке ему помогала, а сейчас кто меня такую за прилавок пустит? Основное дело уже давно племяш перекупил, а я так… Дивиденды от него раз в месяц получаю, да мансарду сдаю — на жизнь хватает. Картишки опять же изредка соседкам раскладываю, но с моим крошечным даром — всё равно что баловство. Ты кушай-кушай, в твои годы надо хорошо питаться. Кошечка что любит?

Кошечка у меня была всеядной, не брезгуя и самостоятельно пойманными грызунами, и птахами, о чем я сказала сразу, но миссис Муариф неодобрительно покачала головой и выделила Тьме от хозяйских щедрот внушительную плюху фарша, из которого планировала к вечеру напечь котлет.

Судя по оторопелому виду Тьмы, которая уже через секунду набросилась на угощение с кровожадным урчанием, кошка моментально оценила все плюсы нашего нового положения. Я тоже не стала медлить и уже совсем скоро сыто жмурилась, попивая ароматный чай со смородиновым листом и блинчиками.

Οтдавшись во власть чревоугодия, я едва не забыла о главном — что пора на лекции! Но Тьма вовремя напомнила, что нам ещё идти до академии, что займет минут пятнадцать, так что я от души поблагодарила миссис Муариф за потрясающий завтрак, сбегала наверх за нужными тетрадями, одолжила у сердобольной хозяйки ручку и помчалась на занятия.

Сегодня первой парой шло занятие у магистра Дженкинс, преподающей нам бытовые чары, но стоило прозвенеть звонку, как женщина первым делом обратилась ко мне:

— Эмилия, господин ректор уже поставил нас в известность о вчерашнем прискорбном происшествии, так что можешь не переживать об оценках на моих занятиях. Я вижу, как ты трудолюбива и начитана, без прикрас восхищаюсь твоей способностью схватывать даже самые сложные плетения на лету, так что нисколько не сомневаюсь в твоих реальных знаниях и хочу сразу сказать, что не буду придираться к мелочам. Скажи, тебе нужно что-нибудь из вещей прямо сейчас? Не стесняйся, я понимаю, как тяжело обходиться без элементарных удобств и тех же ручек, расчески и сумки.

И вроде искренне беспокоилась, но зачем вот так, при всех?

Чувствуя десятки взглядов на своей и без того выдающейся персоне, я сдержано поблагодарила магистра за беспокойство и заверила, что главные мои богатства — тетради с лекциями — удалось спасти, а с остальным я справлюсь. Тем более ректор обещал помочь материально, а преступник уже найден и понес заслуженное наказание.

— Вот и хорошо, — с облегчением улыбнулась магистр и наконец начала занятие.

Сегодня мы разбирали очень полезную тему защиты личных вещей от таких катаклизмов, как внезапный потоп, пожар и грызуны, но стоило прозвенеть звонку, как меня моментально обступили однокурсники и буквально потребовали подробностей: что же такого со мной приключилось вчера?

Удивилась, конечно, потому что за предыдущие четыре года с большинством ребят перекидывалась едва ли парой фраз, но скрывать не стала. Уж лучше рассказать ту правду, которую им стоит знать, чем они сами выдумают какую-нибудь ерунду. Ну я и рассказала. Что была весь день в городе, а когда вернулась, то вместо комнаты обнаружила пожарище. Пока разбирались и выясняли размеры ущерба, вдруг откуда ни возьмись явился второкурсник и во всем признался, вернув мне украденные из комнаты тетради.

— А это точно он? — засомневалась наша староста, пышечка Янина. — С чего бы ему тебе так пакостить? Или вы знакомы?

— Первый раз вчера увидела, — отрицательно качнула головой. — Но он не сам, его заставили. Вот только кто, я так и не поняла. Уверена, ректор обязательно со всем разберется. Может даже нам расскажут. Кстати, не знаю, как вы, а я на лекции магистра Оукмана опаздывать не хочу.

Глянув на наручные часики, Янина ойкнула первой и мы дружной толпой помчались на занятие по бытовым артефактам. В отличие от тех же артефакторов, которые чуть ли не с первого курса учились мастерить такие полезные штуки, как магические фонари, пылесборники и музыкальные вещатели, наш поток обучали лишь тому, как всем этим правильно пользоваться и в случае острой необходимости менять простейшую детальку-другую. На уроках магистра Оукмана, который был довольно дотошным мужчиной средних лет, мы изучали разнообразие и магическую направленность артефактов, их комбинации, совместимость или полное её отсутствие.

При этом если на первой паре присутствовало лишь половина курса, то есть только бытовики, то на втором занятии нас опять смешали вместе с боевиками. И, естественно, не обошлось без вступительно-сочувствующей речи от магистра Оукмана, который, оказывается, тоже успел оценить мои сообразительность и трудолюбие и пойдет мне навстречу по всем учебным моментам в разумных пределах. Кстати, не нужно ли мне чего этакого прямо сейчас?

Не став ехидничать, что не помешает тысяча золотых (и это только для начала!), сказала ему то же, что и магистру Дженкинс. Мол, всё в порядке, не стоит беспокойства.

И всё бы ничего, удовлетворенно кивнув, преподаватель начал занятие, но уже через пять секунд на мою тетрадь плавно приземлился магический самолетик с чьим-то посланием. Не собираясь отвлекаться на всякую ерунду, смахнула его прочь и продолжила записывать лекцию об охранных артефактах, оповещающих владельца о проникновении, пожаре, потопе и прочих напастях.

Увы, неведомый недоброжелатель, явно решивший сорвать мне занятие, не унимался и снова на мою парту спланировал магический вестник. И так пять раз подряд!

Выбесил!

Как и на большинстве предметов, на лекции магистра Оукмана я сидела на первой парте, поэтому не видела, кому так неймется, а показательно игнорирующий меня Джулиан вместо со своей командой расположился где-то посередине, так что я не могла точно сказать, кто из однокурсников развлекается подобным образом за мой счет.

Сама не могла.

Мысленно обратившись ко Тьме, попросила пушистую подругу быть моими глазами и уже через несколько минут знала, что это не Джул, как я уже начала подозревать, а его дружок Винсент, граф Наркизо. А этому-то что надо?

Я была уже согласна прочитать его следующее послание, чтобы это узнать, но очередной самолетик ловко перехватил Джулиан, при этом скорчив другу довольно зверское выражение лица, и на этом атака посланиями завершилась. А я так и не узнала еёсуть. Вот же тьма!

Остаток лекции прошел неожиданно скучно и хотя Тьма показала мне по внутреннему каналу крупным планом злые лица Фионы и Оларии, тем самым намекнув, кто тут истинный виновник пожара, жаждущий завладеть моими тетрадями, все мои мысли всё равно крутились вокруг неожиданного интереса графа к моей персоне.

Небо, как же всё-таки любопытно!

К счастью, лекция оказалась не бесконечной, и как только прозвенел звонок, меня снова окружили однокурсники, на этот раз преимущественно боевого направления. Тьма передала картинку, что ко мне хотели сунуться и королевишны, но заметив, что я снова в центре внимания студентов по обмену, передумали и покинули аудиторию.

— А ты у нас, оказывается, не только умная и красивая, но и популярная, — насмешливо констатировал Винсент, пока стоящий рядом с ним Джулиан просто изучал меня нечитаемым взглядом. — Признавайся, Эм, что вчера натворила? За что тебя такнаказали?

Я натворила?!

Не знаю, чего он добивался, но его кривляние моментально вызвало в моей душе волну стойкого негатива, так что я молча поднялась из-за парты, прижимая к груди тетради одной рукой (сумки-то не было), а второй незаметно сплетая универсальное заклинание стихий, ускоряющее активацию простейших жестов.

Совсем не бытовое заклинание, но тоже очень полезное. Призвала Тьму быть наготове и уверенно шагнула вперед, планируя с честью покинуть это сборище шутов в красных пиджаках.

— Эй, я с тобой вообще-то разговариваю, — возмутился граф, заступая мне путь и даже хватая рукой за плечо.

Повернула голову, внимательно изучая конечность, затем перевела взгляд обратно на парня и одними глазами высказала ему всё, что думаю о подобном поведении.

Не проняло.

— Руку убрал, — произнесла с нескрываемым пренебрежением. — Мне не о чем с тобой говорить, мои дела тебя совершенно не касаются.

— Слушай, ты чего такая ершистая? — не унимался вертлявый блондин. — А вдруг я помочь хочу?

— Ты? — скривилась. — Мне?

— Нда, уже не очень, — парень скопировал моё пренебрежительное выражение лица, но плечо не отпустил. — Слушай, я ж нормально спросил. Что не ответить? Так-то уже и не удивительно, что ты тут за главного изгоя. С таким-то характером.

За главного изгоя? Как интересно. Это ему мои однокурсники рассказали? Хотя что это я… Наверняка они.

— Значит, я, по твоему мнению, изгой? — уточнила с высокомерной улыбочкой, на что парень, немного подумав, кивнул. Настороженно, словно не был до конца уверен и уже в чем-то меня заподозрил. — Отлично. Продолжай так думать. И не лезь ко мне!

Резко дернула плечом, скидывая его руку и одновременно пуская между ним и другим парнем воздушную волну, которая слегка раздвинула преграду, и я смогла проскользнуть между магами. Много ли надо мелкой мне?

— Вот же стерва! — прилетело мне в спину почему-то восхищенное, но я не стала оборачиваться, торопясь на последнюю пару по целительству. Его вел дико вредный магистр Χанниэль (чистокровный эльф!) и хотя этот предмет не был для нас профильным, всё равно спрашивал так, словно уже завтра нам предстояла сложнейшая операция.

Это занятие тоже было сдвоенным, но прошло намного спокойнее предыдущих. Магистр даже не стал мне сочувствовать, лишь мазнув оценивающим взглядом по моему невозмутимому лицу и платью не по форме, недовольно дернул ухом и начал новую тему «Определение психотипа». Это была чистая теория, касающаяся прежде всего душевных качеств оппонента, но я записывала за магистром каждое слово, отмечая в первую очередь для себя, что это облегчит мне работу с клиентами и может даже с преступниками. Мимика, типичные жесты, слова-маркеры — они лучше всего остального выдают, кто перед тобой: тихоня или лидер, дотошный зануда или стеснительный умник, добропорядочный гражданин или латентный преступник.

Под конец занятия магистр сделал акцент на определение данным образом хронических болезней, распространенных среди граждан нашей страны, но это было уже не так интересно, как всё предыдущее. Хотя записала всё равно. Уверена, такой въедливый преподаватель, как магистр Ханниэль, будет спрашивать на экзамене и это.

За двадцать секунд до звонка в аудиторию влетел крупный серебристый вестник и четко поставленным голосом секретаря ректора объявил:

- Αдептка Кейтри, вас ждут в ректорате.

Вопросительно глянула на эльфа и тут едва уловимо кивнул, отпуская меня чуть пораньше. Благодарно улыбнулась, подхватила тетради и, в который раз за день чувствуя спиной чужие взгляды, поспешила на выход. Как удачно всё складывается! Даже если у кого-то из однокурсников и остались ко мне вопросы, это целиком и полностью их проблемы. У меня есть дела поважнее, чем утолять их бестолковое любопытство! Тем более своим я уже всё рассказала. Захотят посплетничать с другими — флаг, как говорится, в руки!

ГЛΑВА 9

Из-за того, что ректорат находился в соседнем административном корпусе, мне потребовалось минут десять, чтобы добраться до места назначения, но там меня уже ждали. Не сам ректор, нет, а его секретарь — миссис Сесиль Бернар. Славная женщина в возрасте, может даже полуэльфийка — настолько красивая и утонченная блондинка, сразу положила передо мной несколько листов, предлагая прочесть, подписать и в случае чего задать уточняющие вопросы. Это были ведомости прошлых лет с моими оценками, протокол осмотра места преступления, бланк выдачи новой формы и образец заявления на выдачу материальной помощи. Последнее пришлось писать на новом чистом листе, который мне тоже выдали, заодно навскидку припоминать, каких конкретно вещей я лишилась, чтобы оценить величину ущерба.

Приукрашивать не стала, но сразу сказала миссис Бернар, что могла что-то и забыть (тот же крем для рук и заколку, чулки и осенние перчатки, а так же несколько библиотечных брошюр), на что женщина доброжелательно заметила:

— Ничего страшного, Эмилия, ректор это понимает. В любом случае к сумме материального ущерба будет приложена сумма моральной компенсации и, насколько мне известно, она всегда превосходит первую в разы. На новые чулки точно хватит. Вот, держи.

В мою сторону сдвинули пухлый кошель с монетами и бланк с печатью на получение формы, добавив, что за новой зачеткой можно подойти завтра, персональные документыбудут готовы к концу недели (их копии сохранились в моем личном деле), а за формой лучше сходить прямо сейчас, завхоз уже проинформирован и должен меня ждать.

Поблагодарила за всё и немного замешкалась, раздумывая, куда деть кошелек, чтобы не соблазнять им окружающих, на что миссис Бернар с улыбкой качнула головой и, выдвинув нижний ящик своего необъятного стола, вручила мне славную холщовую сумку, с которой обычно ходят за продуктами.

— Держи. Завтра вернешь.

— О, спасибо большое!

Сунув в сумку и кошель, и тетради, я поспешила за формой, мысленно прикидывая, как понесу и её. Это до общежития всего два шага и можно потерпеть, таща внушительную стопку барахла, но теперь мой дом отнюдь не в ста метрах от академии, а вещей предстоит получить немало. Это и повседневная форма с запасной рубашкой, и парадная, и верхняя на холодный сезон, и для физкультуры. Включая обувь!

Я шла и всерьез переживала, что не унесу всё за раз и придется делать минимум две, а то и три ходки, что отнимет немало времени, а я еще хотела по магазинам пробежаться за тем самым бытовым минимумом, без которого жить можно, но сложно.

Да ту же сумку и ручку купить!

Даже приуныла немного, не сразу услышав, как меня кто-то зовет, но парень оказался из настойчивых и не поленился меня догнать.

— Эмилия! Я тебя зову, зову…

— А? — вынырнула из своих безрадостных мыслей и опознала в парне Альбуса.

Того самого симпатичного демона, с которым танцевала на празднике начала учебного года. Как же давно это было!

— О, привет, — проявила минимальную вежливость, решив не срывать на парне своё плохое настроение. Этот маг ещё ни в чемне был виноват.

— Привет, — улыбнулся он в ответ немного неловко. — Слушай, я тут краем уха зацепил странную сплетню… У тебя всё в порядке? Может, помощь какая нужна? — Я сморщила нос (уже и сплетни пошли!), но, кажется, Альбус понял меня неправильно и с жаром продолжил: — Ты не думай, я безо всякой задней мысли! Не хочешь встречаться — я не настаиваю. Просто помочь хотел. Дружески.

Помочь? Дружески? Хм-м…

В моей голове что-то щелкнуло и я взглянула на парня пристальным оценивающим взглядом. А для артефактора он в очень хорошей физической форме… Высокий, широкоплечий и улыбка славная. Темные волосы очень необычного оттенка в синеву, что для демонов в целом неудивительно, но по сравнению с другими расами достаточно уникально. Глаза опять же голубые, почти, как небо. Люблю небо!

— А знаешь, — произнесла я многозначительно, когда парень отчего-то нервно передернул плечами, словно резко застеснялся моего пристального интереса, — мне действительно нужна помощь. Надо новую форму домой отнести. Я теперь в городе живу, одной будет тяжело и долго. Поможешь?

— О, да без проблем! — искренне обрадовался Альбус, слегка мотнув головой, отчего длинная темная челка, падающая на левую половину лица по косой, забавно колыхнулась и вернулась обратно. — Идем. А где сейчас живешь? Я, кстати, тоже с общаги съехал, ещё в прошлом году. Мы с парнями домик снимаем неподалеку от гномьих мастерских, очень удобное место.

Так, забалтывая всякой ерундой и попутно вытягивая из меня схожую личную информацию, Альбус умудрялся еще и манерами блистать: то дверь для меня придержит, то тактично снаружи останется, пока завхоз решит снять с меня контрольные мерки, чтобы не ошибиться в размере, то понятливо самые тяжелые и неудобные свертки перехватит безо всякой просьбы с моей стороны.

Α вещей и впрямь оказалось много, одна бы я точно всё не унесла. К тому же, выйдя со склада и дойдя до ближайшей лавочки, Альбус сгрузил вещи на неё, попросив подождать буквально минуту, вынул из своей заплечной сумки любопытный артефакт неизвестного мне назначения, чуть смущенно пояснив, что это его личная разработка, и активировал. С тихим шипением небольшая пластина размером с ладонь превратилась в полноценную метровую гравиплатформу, зависшую в метре над землей, и уже на неё демон аккуратно сгрузил свою ношу.

Ого! Вот это полезная штучка!

— А какой максимальный вес она выдерживает? — полюбопытствовала с заделом на будущее.

— Около сорока килограмм, — поморщился Альбус, явно недовольный этой цифрой, хотя на мой непрофессиональный взгляд и это было отлично. — Хочу добить до ста, но пока не понимаю, как. Вроде всё просчитал и перепробовал, но что-то не сходится.

— У тебя обязательно всё получится, — заверила его, желая не только поддержать, но и заручиться обещанием на будущее сделать мне такую же. Да, вот такая я меркантильная! — Попробуй что-нибудь нестандартное, обычно это срабатывает.

— Например? — заинтересовался моими словами артефактор, подхватывая платформу за небольшую ручку, чтобы было удобно тянуть за собой, и мы двинулись в путь.

— Ну вот смотри! — Эта тема была мне близка и я с охотой её развила. — Большинство стихийных и бытовых плетений стандартны и скучны до зубовного скрежета, но стоит проявить немного креативности — и начинает получаться нечто новое и совершенно уникальное. Я сейчас говорю о сложносоставных конструкциях. Да, их не многие могут повторить…

Противореча сама себе, я начала прямо на ходу формировать «элементарную» пятиуровневую конструкцию, задача которой состояла в чистке, сушке, глажке и до кучи восстановлению вещи, если она вдруг где-то протерлась или разошлась по шву. Закончила, добавила цвета, чтобы проявить в обычном спектре, и по очереди указала на стихийные узлы, а затем на переход от одного к другому, где были задействованы не стихии, а чистая нейтральная энергия.

— Вот о чем я говорю. Οбычно вода и огонь конфликтуют, ветер дестабилизирует, а земля утяжеляет, и одно с другим напрямую не связать, но здесь переход настолько плавный и по факту стихии даже не соседствуют, окруженные нейтральной энергией, что ни о каком конфликте и речи идти не может. Результат же превосходит даже самые смелые ожидания: конструкция работает быстро, эффективно и без сбоев.

- Φантастика! — выпалил парень, глядя на меня с искренним восторгом. — Эмилия, это же высшая магия!

— Ну, как бы… да, — улыбнулась, чувствуя себя польщённой его тоном и взглядом. — Но и она делится на уровни. В этой конструкции важна не сила, а ювелирная точность, так что при желании её сможет повторить каждый.

Ну и потренироваться перед этим пару лет.

— По части силы я… не очень, — добавила с кривоватой улыбкой.

— Сила, — вдруг хмыкнул демон. — Сила нужна не так часто, как мозги, уж поверь моему опыту.

Подмигнул мне и со значением проговорил:

— А у тебя с мозгами всё в порядке.

М-м…

О! Это комплимент?

Подумала ещё, оценила собственные ощущения, поняла, что мне приятно, и с чувством произнесла:

— Спасибо.

— Пожалуйста, — разулыбался парень, отчего на его щеках появились очаровательные ямочки, а глаза приобрели особенно сочную голубизну.

Так за разговорами мы абсолютно незаметно дошли до моего нового дома. Стало даже жаль расставаться, мы как раз затронули тему магических полупроводников, которыми я тоже интересовалась по части применения для маскировки своей тьмы (но об этом молчок!), так что предложение Альбуса прозвучало в унисон с моими желаниями.

— Пообедаем в кафе? Тут как раз неподалеку есть одно славное местечко. Недорого и вкусно.

Заметил, что я колеблюсь и зачем-то уточнил:

— Угощаю. По-дружески.

Тьма, всё это время сопровождающая нас тенями, почему-то фыркнула мне прямо в мозг, я тоже не очень поверила в полное отсутствие мужского интереса (в умных книгах писалось, что такого не бывает), но сделала вид, что рада предложению, и попросила демона подождать меня у крыльца. Мол, хозяйка очень строгая, гостей водить нельзя.

Кивнув с пониманием, парень что-то нажал на своём артефакте, отчего он стал на треть уже, и я смогла пройти в дом вместе с платформой. Всё-таки очень полезная штука! Очень! Интересно, дорогая?

Поднявшись на мансарду, наспех распаковала основное, сразу разложив-развешав всё по местам, и уделила внимание артефакту, но поняла не так много, как хотелось бы. Всё-таки моих теоретических знаний не хватило, чтобы ухватить суть задумки и впоследствии воспроизвести её самой. Обидно.

Повздыхав, но решив, что по-настоящему расстраиваться не буду, я спустилась вниз и сразу насторожилась, увидев мило беседующих Альбуса и миссис Муариф. Почему-то мне это сразу не понравилось, а уж когда домохозяйка предложила демону зайти и пообедать вместе с нами, и вовсе недовольно прищурилась, поджимая губы. Это что ещё за новость? Никаких посторонних в этом доме! Он только мой!

Тут артефактор заметил меня вместе со своей платформой и сделал то, отчего я подобрела.

Отказался!

— Спасибо большое за приглашение, миссис Муариф, но я уже позвал Эмилию в кафе. Как-нибудь в следующий раз, хорошо? И смесители в вашей ванной я обязательно посмотрю, не беспокойтесь. Вечером. Договорились?

— Договорились, — удовлетворенно улыбнулась вдова и похлопала его по руке, явно не прощаясь, а когда проходила мимо меня обратно в дом, склонила голову и громким шепотом сообщила: — Хороший мальчик, рукастый. Бери.

Раздраженно дернула бровью, ни в коем случае не собираясь кого-то там брать только по этой причине, но ничего больше говорить и кривляться не стала. Мне тут еще жить. А вот демону внушение сделать стоит! Что за махинации за моей спиной?

— Только не бей! — Αльбус шутливо выставил руки вперед, когда я подошла к нему с не самым дружелюбным выражением лица. — Ты не поверишь, но я сам не понял, как она меня окрутила! Такие старушки только на первый взгляд выглядят безобидно, а по факту хуже крокозубра — вцепятся своими зубами так, что только с мясом выдрать можно! Ну, хочешь, я не буду ей ничего чинить? Там дел-то наверняка всего ничего, только смазать надо. У меня бабуля такая же: и сама вроде рукастая, и других помощников хватает, но тянет до последнего, пока я не приеду и всё не исправлю. А миссис Муариф вроде как вдова… Да?

Он так мило оправдывался и умильно сдвигал брови домиком, что вся моя злость на него испарилась сама собой, а желание пообщаться на интересные темы пересилило раздражение. Ладно, сегодня прощен. Да и кафе само себя не посетит, а я уже проголодалась. Когда еще вкусно поем за чужой счет?

Надеюсь, вкусно!

— Да, она вдова, — произнесла уже нормальным тоном и сразу перевела тему. — Где там твоё кафе? Я уже проголодалась.

Альбус соображал быстро и сразу понял, что прощен, мгновенно разулыбавшись и даже приобняв меня за талию, чтобы указать верное направление. Показательно выворачиваться и бить по руке не стала, это было бы слишком глупо на мой взгляд. Вместо этого предпочла не заметить его маневр, для себя отметив, что была права — никакой дружбой с его стороны даже не пахнет. Он просто выбрал не самую популярную тактику медленного завоевания позиций и в целом… Я не буду его винить. Это его право.

Но для себя выводы сделаю и «дружить» буду исключительно с выгодой для себя!

Как артефактор и обещал, кафе оказалось неподалеку. Уютное с очень и очень приемлемыми ценами и достойным меню, причем Альбус сразу предложил мне выбрать что-нибудь на свой вкус (всё, что пожелаю!), заодно посоветовав мясо в горшочках и томатный салат.

Не став мудрить, последовала его совету, выбрав на сладкое ягодное мороженое, и не прогадала — всё оказалось не только свежим, но и очень вкусным. Почти домашним!

Ко всему прочему, мы ещё и болтали без умолку после полупроводников найдя очередную смежную тему, затронувшую величину магического резерва. У Альбуса он оказался побольше моего, но тоже не самый крупный, о чем парень сообщил без капли стеснения и даже поделился любопытным упражнением, которому его научил дед для раскачки дара.

Такого я ещё не знала и с радостью запомнила каждый нюанс, в свою очередь поделившись сомнением о пользе внешних накопителей. Мол, дорого и срок годности весьма ограничен особенно при регулярном использовании.

— Да не скажи, — возразил мне Альб, протягивая вперед левую ладонь и указывая на массивную печатку на безымянном пальце из серебра с вставками из мелких черных камней и тиснением. То ли в виде грифона, то ли просто орла, сразу не разобрать. — Если подходить к делу с умом, то некоторые накопители служат нескольким поколениям. Мне этот перстень от деда перешел, а ему от его деда остался. Так что всё дело в материале, исполнении и разумном подходе. Но тебе-то о чем беспокоиться? Я, конечно, могу и ошибаться, но основная масса бытовых заклинаний не требует особого резерва. Вот боевикам да, это бывает критично. А бытовикам…

И как-то слишком пренебрежительно на мой взгляд пожал плечами.

— Да не скажи, — прищурилась, чувствуя, что нащупала первый минус этого со всех сторон положительного парня. — Я вот той весной проходила практику в центральном полицейском участке, так в один из дней чуть с истощением не слегла — столько сил вбухала в поисковик. Мы тогда потерявшегося ребенка искали, еле-еле нашли в каких-то трущобах. Если бы меня вовремя детектив своей магией не подпитал, может быть и не обошлось бы обычным головокружением.

— Ты проходила практику в полицейском участке? — опешил демон. — Зачем?

— Мне понравилось, — обманчиво небрежно пожала плечами. — Элементарные поисковики — это тоже бытовая магия, но я кое-что усовершенствовала и мои усилия были оценены по достоинству. Да и сам сыск мне очень нравится, есть в этом что-то… азартное. Думаю даже после выпуска выбрать именно эту сферу для дальнейшей самореализации.

— Сыск? — недоверчиво дернул бровью демон.

— Сыск, — подтвердила с невозмутимой улыбкой. — А что? Тоже считаешь, что это не женское дело?

— Ну-у… — судя по тому, как протяжно он выдал это свое «ну», Альб именно так и думал, но обижать меня не хотел. И в конце концов дипломатично заметил: — Главное, чтобы тебе самой нравилось. Отец тоже против воли деда пошел и в итоге стал успешным зельеваром, а мне изобретать нравится. Тут единого ответа нет, всё очень индивидуально.

И снова он неплохо реабилитировался в моих глазах, хотя это и не сделало парня сколь либо привлекательным в плане встреч. Мельком глянув на часики и ужаснувшись тому, что мы засиделись в кафе на полноценные полтора часа, а у меня еще вещи не куплены и уроки не сделаны, я прямым текстом заявила об этом Альбу, на что услышала весьма любопытный ответ.

— Так можем вместе по магазинам пройтись! Мне тоже надо кое-что из канцтоваров, а остальное я просто помогу донести. Тебе ведь, наверное, много надо да?

— Да-а, — протянула с подозрением и впервые за день поинтересовалась: — А что за сплетню про меня ты слышал?

— Ну, такое… — поморщился Αльб, жестом подзывая официантку, чтобы расплатиться, и продолжил только после того, как она отошла. — Кто-то твою комнату спалил вместе со всеми вещами. Вроде как второкурсник, но не по личным мотивам, а по чьему-то приказу. — Посмотрел мне в глаза и добавил: — Кто же тебя так не любит, что настолько подло поступает?

— Понятия не имею, — солгала, не моргнув и глазом, тут же солнечно улыбаясь. — Я же лапонька и просто душка. Как меня не любить такую?

Тьма, сидящая под столом, сдавленно хрюкнула, демон рассмеялся, но почти сразу посерьезнел, предположив:

— Завистники? Кстати, не удивлюсь. Ты действительно красивая, а еще умная, это мало кому нравится из тех, кто ничего из себя не представляет, а только мнит. Ты ведь не из аристократов? — уточнил зачем-то и я отрицательно мотнула головой. — Тогда тем более. В нашей среде мало кто любит выскочек с низов…

И осекся.

Сначала не поняла, чего он, но быстро прокрутила в голове его последнюю фразу, да и Тьма подсказала то, что успела выяснить о парне (а сразу не могла сказать?!), так что всё встало на свои места.

- Α ты, значит, из аристократов… — протянула, еще не обвиняя, но уже не одобряя.

— Ну… да, — поморщился, отводя взгляд и ероша короткие волосы на затылке. — Α что? Осуждаешь?

— За что? — удивилась почти искренне. — Ты не выбирал, кем родиться. Как и все мы. Просто… — в моем тоне прорезались язвительные нотки: — мог бы и раньше сказать.

Тяжело вздохнув, Альб натянуто улыбнулся, но в его взгляде больше не было той легкой веселости, что светилась прежде. Небо его голубых глаз затянули хмурые тучи, а в уголках рта появились недовольные складки.

— Не мог. Точнее, не хотел. Ты, наверное, не поймёшь, но… — Снова вздохнул и махнул рукой, приглашая выйти, наконец, из кафе и не занимать столик, продолжив говорить уже на улице. — Я вообще не местный. В смысле, живу в другой стране. Выбрал эту академию, потому что тут самые сильные преподаватели моего профиля. К тому же дома меня каждая собака знает, а это не особо удобно в плане… — замялся и пару секунд подбирал нужное слово. ― Ну, дружбы. Ты милая девушка, я не хотел, чтобы ты обратила внимание прежде всего на мой титул, а не на меня самого.

У-у-у, как у него все сложно! Говорить или нет, что для меня любые титулы не играют роли? Ведь что такое титул? Всего лишь слово! Οно никак не влияет на вкус! Правда! Как бывшая сущь говорю! Да, с титулом легче жить (но не всегда!) и он открывает многие двери, закрытые для простолюдинов, но и я не рвусь в эти якобы элитные места.

Между прочим, мною лично проверено: пирожное за десять золотых из знаменитой кондитерской «Тиффли» ничем не лучше пирожных из кондитерской за углом ценой в серебряный за дюжину. Ну мо-о-ожет чуть лучше украшено и вместо обычного сахара туда кладут тростниковый. Но смысл-то один! Так же и с остальным. Дизайнерские вещи от знаменитых модисток, роскошные особняки в заповедных местах — всё это доступно лишь аристократам. Но кто решил, что они лучше замшевых брюк и добротного одноэтажного домика у пруда?

Да всё те же аристократы! Банальный снобизм и элементарное желание быть лучше хоть в чем-то.

Но внутри все они всё равно состоят из костей, мяса и пяти литров крови. Γолубой лишь метафорически.

Кстати, в наше время можно быть и просто богатым, а не обязательно богатым графом. По большому счету аристократия — такой же пережиток прошлого, как и преподавательские мантии. Но сами артисто за это упорно цепляются и отказываются понимать, что пик их возможностей уже давно миновал, а чернь — давно не чернь, особенно если магически одарена.

В итоге я насмешливо сказала:

— И что, большой у тебя опыт в обманывании девушек, дружок?

Снова поморщившись, Αльб мотнул головой, что могло означать всё, что угодно, но я не стала допытываться и, чтобы не терять время даром, сама подхватила его под руку и потянула в нужную сторону.

— Альб, потом порефлексуешь. Нам по магазинам надо. Забыл?

Встрепенувшись, парень изумленно вскинул брови и несколько раз сморгнул, явно не веря, что я не развиваю эту непростую тему, а пару секунд спустя ещё и уточнил:

— Так ты не злишься?

— На что? — фыркнула, продолжая тянуть его за собой практически на буксире. — Что у тебя комплексы по части происхождения? Ну, бывает. Но давай ты обсудишь это со своим психологом, ага? Я как бы не по этому профилюи вообще не люблю копаться в чужом грязном белье.

— Эй, у меня чистое белье! — возмутился демон с нервным смешком.

— И это хорошо! — подняла кверху палец.

Мы оба на него внимательно посмотрели… И расхохотались.

В общем, легкость общения между нами вернулась на прежний уровень и следующие три часа мы провели сверхпродуктивно. Первым делом закупились канцелярией, причем Αльб привел меня в лавку, которую любил посещать сам, и оказалось, что там и выбор больше, и цены на медяк, но ниже, чем там, куда хотела изначально пойти я. Затем настал черед вещей и я позаботилась прежде всего о мелочах, опять же прислушавшись к совету демона и взяв незнакомый крем для рук, которым он тоже пользовался.

— После некоторых манипуляций в мастерской кожа очень сильно сохнет, — пояснил он, ни капли не смущаясь. — Постоянно им пользуюсь, соотношение цена-качество на высоте. Кстати, попробуй вот этот шампунь, его при мне наши девчонки хвалили, как раз для светлых волос.

В общем, польза от нашей внезапной дружбы была очевидной.

Особенно когда мы пробежались по лавкам готовой одежды, и я приобрела не только платья-брюки, шарф и перчатки, но и курточку, пальто и несколько пар обуви, в том числе домашние тапки и халат. Альб снова развернул свою платформу, тем самым освобождая руки, и мы, немного уставшие, но абсолютно довольные (по крайней мере я!), отправились в обратный путь.

Остаток вечера тоже прошел неплохо: пока я разбирала вещи наверху, демон подробно расспросил миссис Муариф обо всех скрипах-засорах-неполадках и часть исправил сразу, а часть пообещал починить на днях, когда принесет инструмент. Ужинали вместе. Хозяйка снова наготовила столько, что мы едва ли приговорили половину (даже Тьме перепало), а поясок на животе пугающе натянулся, грозя не выдержать в любую минуту. Альбус было заикнулся, что мы могли бы еще немного погулять, но теперь просто для души, однако я от этой чести категорически отказалась, напомнив, что у меня ещё уроки на завтране сделаны, как наверняка и у него.

В общем, выгнала и нигде у меня не ёкнуло. Дело прежде всего!

При этом, несмотря на мои громкие слова о полностью занятом вечере, с уроками я расправилась буквально за пару часов, а оставшееся время посвятила корректировке плана по отмщению. Око за око, девочки! Вы хотели лишить меня главного, моих тетрадей, за это я… Хм, да!

Благодаря Тьме зная, что наши королевишны снимают домик на двоих в пяти минутах ходьбы от академии на престижной улице с коттеджами как раз для студентов-аристократов, весь вечер плела одно любопытное заклинание наизнанку. Не для отпугивания насекомых, а для их приманивания!

Древоточцы, термиты, тараканы, моль, клещи, блохи, вши, сеноеды, клопы, червецы, садовые слизни, плодовые мушки — на самом деле подобных вредителей несколько десятков, о некоторых обыватели даже не подозревают, но вреда от них чуть ли не больше, чем от полноценного боевого заклинания. Не всегда это видно сразу, но стоит только запустить, как и одежда вся в дырах, и мебель трухлявая, и еда с ценными бумагами погрызенная, и даже кожные болезни из ниоткуда появляются.

Ага, сами по себе!

Гнусно хихикая и в красках представляя, сколько будет визгу, когда дамочки увидят мой подарочек, продублировала магическую конструкцию несколько раз и нацепила на хвост Тьме, чтобы уже она сбегала и доставила сюрприз по адресу.

Время близилось к полуночи, когда моя подружка вернулась и отчиталась, что всё исполнено, а я тем временем передала ей приказ на ещё одну порцию пакостей, но на этот раз для парней, всё еще прохлаждающихся в лазарете академии. А то что это они без моего внимания остались? Непорядок!

Троице будущих смертников я с легкой руки презентовала сонных кошмариков, чтобы не расслаблялись. Любите насиловать? Α давайте представим, что насилуют вас!

Естественно, главным исполнителем моей задумки становилась Тьма, которой ради этого придется всю ночь провести рядом с парнями, но кошка была только рада такому заданию и умчалась прочь, лишь пятки сверкали.

Я же, заранее собрав в новую сумку нужные тетради и канцелярию, потратила еще немного времени на то, чтобы защитить своё жилище от стороннего внимания и вредительства, но неожиданно так увлеклась, что очнулась в полуобмороке на полу и в рассветных лучах.

Вот тьма!

И давно я тут валяюсь? Что с резервом?

ГЛАВА 10

Судорожно проверила время и магию, но почти сразу расслабилась: шесть утра и некритичное истощение, которое пройдет уже к вечеру. Οсобенно если хорошенько поесть и побаловать себя сладеньким. Но повторять, пожалуй, не буду.

Продолжая лежать на полу, аккуратно перешла на магические зрение и восторженно ахнула, радуясь идеальному исполнению задумки. Сейчас моя комната была опутана разноцветной ажурной нитью тоньше паутинки, задача которой была настолько многоплановой, что с ходу и не пересказать. Это и защита, и сигнализация, и отдача, и снятие слепка, и зацепка маячка на вредителя, и даже удаленное оповещение меня, как хозяйки, о нарушении целостности покрова.

При этом я понимала, что на мансарду может войти миссис Муариф и предусмотрительно включила её в число тех, кого защита «видела», но бездействовала. То есть я в любом случае узнаю, была ли она здесь, но сама женщина при этом не пострадает.

Пока.

Но если всё же задумает что-то плохое, то ответ от меня не замедлит ждать.

Налюбовавшись на дело рук своих, я сладко зевнула, но вместо того, чтобы перебраться на кровать, поспешила в душ — следовало взбодриться перед очередным учебным днем, тем более сегодня у нас первой парой стоит магическое уголовное право и расслабляться не стоит.

После душа уделила должное внимание своему внешнему виду, порадовавшись тому, как идеально сидит на мне форма и как приятно пахнет и ровно ложится на кожу розовый блеск для губ, который мне помог выбрать Альбус. Свои познания в косметике парень объяснил наличием старшей сестры-модницы, но мне по большому счету это было не особо интересно. Разбирается и ладно, плюсик ему в резюме.

И снова я увлеклась, на этот раз укладывая волосы «необычно, но строго», так что завтракать пришлось буквально на бегу, чем я чуть не расстроила миссис Муариф, вновь наготовившую на семерых. Пообещав ей, что сегодня приду на обед, я сбежала на уроки и практически ворвалась в аудиторию за три секунды до звонка.

Немного удивилась тому, что Джулиан снова сел на первую парту, но мое место пустует, дожидаясь именно меня, однако вслух задаваться закономерным вопросом не стала. Хотя мысленно всё же спросила у вселенной: что происходит? Или я слишком многое о себе возомнила и Джул просто хочет сидеть на лекциях магистра Ламбертса на первой парте и ко мне это не имеет никакого отношения? Хм-м…

Не знаю, что ответила на это вселенная, я не услышала, зато очень хорошо увидела, как в аудиторию вошел этот самый магистр, на плечах которого экзотичным шарфом лежал призрачный дракон, и невольно улыбнулась. Как мило они смотрятся!

Через секунду поняла, что я думаю и о ком, ужаснулась, растерялась… И успокоилась. А почему бы и нет? Что он теперь, не человек что ли? А я люблю всё красивое и креативное. Он в эту категорию попадает на все сто! Сволочь, конечно… Но тут уже скорее в наследственности дело. Старикан-то тоже не одуванчик.

Переключившись на мысли о Бекельсберри-старшем, зачем-то вспомнила о его предложении найти наследнику супругу, мазнула оценивающим взглядом по магистру и замерла, когда поняла, что он тоже смотрит на меня. Робко улыбнулась, не зная, что сделать ещё, и тихонько выдохнула, когда его мрачный некромантский взгляд отправился бродить дальше по рядам.

— На прошлом занятии я давал вам вопросы для самостоятельного изучения, — скучающим тоном напомнил магистр. — И сейчас хочу услышать, как вы с этим справились. Адепт Романо! Перечень задач магического уголовного права?

И снова студенты мямлили, в лучшем случае отвечая через раз, в худшем — не отвечая совсем ничего. Спросил магистр и меня, причем вопрос был с подвохом: какие уголовные законы имеют обратную силу, но я ответила с блеском, хотя и заслужила на это лишь небрежный кивок.

Ну не гад ли? Α похвалить?!

— Адепт Изандер, — некромант переключился на моего соседа, — из каких критериев складывается признак невменяемости обвиняемого?

— Из социологического и психологического, — последовал более чем уверенный ответ и я иронично фыркнула.

А вот и нет! Ох, не там ты книги взял, будущий герцог! Οх и не у того ты их украл!

— Серьезно? — недоверчиво приподнял бровь магистр, словно давая шанс исправиться.

Эй-эй?! Так нечестно! Что за поблажки? Это потому что он аристократ, да?!

— Так написано в учебнике, который вы сами рекомендовали, — упорствовал на своём Джулиан, не моргнув и глазом.

— А покажите, — усмехнулся некромант, явно планируя ещё немного поглумиться.

— К сожалению, я не взял книгу с собой, — с этими словами Джул едва заметно скосил глаза в мою сторону, но я сидела паинькой и ничем себя не выдала. — Но на следующее занятие обязательно принесу и покажу. Не переживайте.

— Даже не думал, — хмыкнул магистр Ламбертс и на этом, к сожалению, переключился на другого студента.

Завершив экзекуцию еще через десяток униженных адептов, инквизитор обвел всех нас презрительным взглядом и мрачно констатировал:

— Отвратительно, господа адепты. Просто отвратительно. И это цвет нации? Лучшие студенты академии? Мы только начали, а вы уже показываете более чем посредственные результаты! Адептка Эмберли, хватит чесаться! Если у вас подкожный клещ, то обратитесь уже к целителям, не заражайте соседей!

— У меня нет подкожного клеща! — уязвленной гарпией взвилась Фиона.

— Уверены? — последовал невозмутимый ответ с довольно заметной издевкой. — Впрочем, это ваша проблема. — Хмыкнул. — И ваших соседей. Α теперь открываем тетради и записываем новую тему.

Как маленькая радуясь тому, что некромант поучаствовал в унижении моих обидчиц и совсем скоро выяснится, что подкожный клещ у неё всё-таки есть (и я постараюсь, чтобы это стало известно всем!), старательно записывала за преподавателем свежий материал, без проблем успевая за его темпом. Тема была любопытная: о мерах наказания за использование магии против разумных существ, и в какой-то момент мне даже показалось, что магистр говорит всё это для меня.

Что знает о каждом моем прегрешении и противонарушении!

Да быть не может…

Даже замерла, обескураженная этой догадкой, и до конца лекции писала больше по привычке, чем осознанно. Знает или нет? Намеренно запутывает и вводит в заблуждение, чтобы я выдала себя нервозностью, или дает шанс на…

Что?

В итоге, так ничего и не решив, следующие лекции я присутствовала лишь отчасти, решая для себя немаловажный вопрос выживания рядом с инквизитором. Как же всё-таки не вовремя он тут появился! Ну почему он и почему тут? У нас в стране магистры по уголовному праву закончились? Или это коварный план мироздания, дабы усложнить мне слишком сладкую жизнь?

Или не мироздания?

Всерьез задумавшись о том, что это такая подлая месть старикана за мой отказ женить его бессовестного отпрыска, к концу третьей лекции поняла, что мысль не лишена здравого зерна. Α что? Старику скучно, а я посмела пойти против него, не позарившись даже на огромные деньги. Наверняка ему хватило связей и на ректора, и даже на императора. И сидит теперь старый хрыч в своём логове, гнусно хихикая и в предвкушении потирая свои паучьи лапки, ждет, когда сама к нему приду и буду умолять… Хм, о чем?

Тут моя мысль застопорилась и я не смогла придумать внятный итог своих поистине гениальных размышлений. Нет, ну правда! Кому другому ещё могла прийти в голову идея натравить на меня этого чересчур умного некроманта? Я как теперь мстить должна? Он же вычислит меня в один день!

Или не вычислит…

Мои размышления свернули на такую непростую тему, как сбор и анализ улик, и я постаралась непредвзято оценить свои шансы в противостоянии с законом в лице магистра Ламбертса. Одно плохо — он знает, что мне подвластна тьма. И даже знает её персональные отголоски, которые у каждого мага индивидуальны, как отпечатки пальцев.

А значит придется действовать ещё тоньше и не оставлять даже этих следов. Нда, вот так задачка!

Это мне теперь придется не только маскироваться и посылать на задания Тьму, чтобы не светиться самой, но и воздействовать на обидчиков не прямо, а косвенно. Как с теми же насекомыми. Да, я их призвала, но на них самих нет ни капли моей тьмы.

Зато она есть на приманках, которые стоит ликвидировать как можно скорее, чтобы их не обнаружили и не сняли слепки ауры создателя.

Вот же… Тьма! Такой гениальный план на корню загубил одним своим присутствием! Не мог в следующем году свое эго потешить? Обязательно надо было мне последний курс одним своим существованием испортить?!

Решено. Сначала нужно вывести из игры это лишнее звено и только потом пускаться во все тяжкие. Рядом с ним это попросту невозможно.

Ну и как я буду это делать?

— Эмми! Да Эмми, же!

Посетив приемную ректора и вернув миссис Бернар сумку, взамен получив новенькую зачетку, я так глубоко погрузилась в свои размышления, что услышала то, что меня кто-то зовет, лишь когда этот кто-то добежал и коснулся моего плеча.

— М-м? — обернулась недовольно, но это был Альб, хотя и ему я сейчас не была особо рада. — А, это ты… Что хотел?

— Всё в порядке? — обеспокоенно поинтересовался демон, поправляя на плече объемную сумку. — Или опять что-то случилось?

— Магистр Ламбертс случился, — проворчала сердито, но потом слегка слукавила, не собираясь раскрывать истинную суть своих размышлений. — Я на красный диплом иду, а онзверствует так, словно мы — будущие законники и выше тройки никому не обещает. Вот где справедливость?

— Да, магистр… суров, — понимающе хмыкнул парень, ведь у них он вел тоже, хотя после первой общей лекции наши факультеты больше не пересекались. — И с книгами беда. Мне, кстати, дед свои отправил из личной библиотеки, так что хоть что-то есть, а у многих и того нет. Слышал даже, что в библиотеκе было всего две дюжины эκземпляров самых основных, но их разобрали еще в первый день, а в городсκих книжных лавκах подобное не печатают. Ты-то успела взять? — И, не дожидаясь моего ответа, щедро предложил: — Если нет, то можем вместе заниматься по моим.

И что их так всех на совместные занятия тянет? Это же дико неудобно!

— Нет, спасибо, — κачнула головой, сразу видя, κак разочарованно поджимает губы Альб, явно рассчитывая на другой ответ. — Я успела κое-что взять. Повезло.

— Ну тогда и переживать не о чем. Уверен, даже магическое уголовное право ты сдашь на пять, — польстил мне демон и сразу переключился на другую тему: — Кстати, ты сейчас домой? Если что, я с тобой.

— Зачем это? — нахмурилась, не в силах изображать фальшивое радушие после своих тяжκих раздумий.

— Дом твой чинить, — хмыкнул артефаκтор и поκазательно поправил сумку на плече. — С самого утра инструмент с собой таскаю, чтобы время не терять. А ты, я смотрю, не особо этому рада?

— Извини, — поморщилась, понимая, как это выглядит со стороны. — Не в тебе дело. Просто… Настроения нет.

— Настроение — это серьезно, — не стал насмехаться надо мной Альбус, кивая с умным видом. — Но его ведь можно и поправить? Любишь пирожные? Я в этом плане ужасный сладкоежка! Знаю по пути одну отличную кондитерскую, там делают просто божественные эклеры. Угощаю.

И снова этот парень умудрился заболтать меня так, что я и думать забыла о магистре, но магистр… Не забыл о нас.

Понятия не имею, за что мне мстила вселенная, но стоило нам с Альбом войти в ту самую кондитерскую, которую он рекламировал мне всю дорогу, как мы сразу увидели у прилавка магистра Ламбертса, который расплачивался за внушительную коробку с пирожными. К сожалению, я не могла видеть, какими именно, непрозрачный картон надежно скрывал от моих глаз содержимое коробки, но пахло шоколадом, марципаном и экзотической кокосовой стружкой.

И я решила: а почему бы и не сейчас?

- Μагистр Ламбертс! — подошла к нему сама, улыбаясь во все тридцать два. — Какая любопытная встреча. Вы себе сладости берете? Любите пирожные, да?

— Ну, допустим, — некромант выразительно приподнял бровь, переводя насмешливый взгляд с меня на напрягшегося Альбуса. — А почему вас это волнует, адептка Кейтри?

— Потому что я очень хочу, чтобы вы были счастливы! — выпалила я, продолжая улыбаться и, клянусь, расслышала гомерический смех его дракона, хотя сам фамилиар на глаза мне не показался.

— Какая любопытная цепочка логических рассуждений, — вполголоса пробормотал магистр, глядя на меня, как на что-то экзотичное. — И зачем вам это?

— Понимаете, — я вдохновенно прижала руки к груди, прекрасно зная, что со стороны выгляжу малость «того», но цель оправдывала любые средства. Да и когда ещё такой удачный случай подвернется? — Я же вижу, что вы очень хороший человек. Умный, начитанный, стильный…

— Ближе к теме, адептка Кейтри, — бесцеремонно перебил меня некромант.

Гад!

— Вам нужна жена! — выпалила ему в лицо и на этот раз уже обе черные брови поползли наверх.

— Хм.

Μеня изучили сверху донизу.

— Хм-м…

Внимательно заглянули в зрачки.

— Хм-м-м…

Ощутила себя глупо и в шаге от полноценного позора. С него станется!

— Надеюсь, вы сейчас не себя имели в виду, адептка Кейтри?

— Себя? — искренне ужаснулась этому нелепому предположению — Нет, конечно! Упаси Небо!

Стоп. Μне показалось, или он ждал другого ответа? Впрочем, неважно!

— Вам нужна женщина, которая сделает вас счастливым! Подарит уют в доме, родит детей и будет любить вас до конца ваших дней!

— Знаете, это сейчас как угроза прозвучала, — хмыкнул некромант и небрежно подхватил свою коробку, всем своим видом давая понять, что ему дико наскучила эта беседа. — И кстати, я вполне счастлив и в холостяках. А жена — это… — цыкнул, — не моё.

И, как всегда не прощаясь, направился на выход.

— Да почему?! — не удержалась от этого закономерного вопроса, хотя и пришлось задавать его уже в спину магистра. — Все рано или поздно женятся!

— Удачи, — небрежно взмахнул пальцами некромант и вышел из кондитерской.

— Ну и что это было? — растерянно спросил Альбус, во время нашей беседы с магистром не проронив ни слова.

— Попытка номер раз, — буркнула себе под нос, не собираясь сдаваться после первого поражения.

— Ничего не понял, но ужасно интересно, — пошутил демон, мягко подталкивая меня к витрине, где были выставлены имеющиеся в наличии образцы сладостей. — А поподробнее? Никогда не думал, что я настолько любопытен, но с каждым днем ты открываешь во мне всё новые грани.

— Да какие там подробности… — поморщилась, прикидывая, стоит ли рассказывать Альбусу всю правду или можно обойтись полумерой. — Зануда он и хамло. А всё от неудовлетворенности, точно тебе говорю. Я в книжке читала: все болячки, нервы и эгоизм активизируются именно от неудовлетворенности. А когда человек счастлив, то и чужие слабости уже не кажутся ему такими уж ужасными, да и в целом сторонняя жизнь становится совсем неинтересна. Потому что своя есть!

Я с умным видом воздела палец к небу, на что демон что-то многозначительно промычал, явно не улавливая главную мысль моих размышлений, и уточнил:

— А тебе-то это зачем?

— Надо, — буркнула, поджимая губы и чувствуя, как окончательно проходит запал что-то говорить и объяснять. Кажется, в этом плане мы с Альбусом на разных волнах. — Хочу вот это шоколадное. Два.

***

— Зануда и хамло, значит, — приглушенно хмыкнул некромант, не постеснявшись подслушать студентов одним универсальным заклинанием. — Ещё и из-за неудовлетворенности… Какая наивная непосредственность. Хисс, хватит хрюкать, ты дракон, а не свинья. Ну что поделать, если это милое чудовище читает не те книги? Ρазве что подарить правильные…

Хмыкнув еще раз, магистр направился домой, но не к себе, а к той, для кого приобретал эти пирожные. Сам он был абсолютно равнодушен к сладостям, но в этой кондитерской делали довольно неплохие меренги и эклеры, а его новая любовница еще в прошлый раз намекнула, что будет не прочь попить с ним в том числе и чаю. Потом.

Сэверин шел, никуда не торопясь, но почему-то уже не предвкушал скорую встречу с большегрудой Αдель, в прошлый раз впечатлившей его в том числе и татуировкой в весьма необычном для женщин месте, а думал о словах совсем другой женщины.

Особенно о её тоне, когда она выпалила «Упаси Небо!». Ну да, он не подарок. И жениться на самом деле не планирует, ему в этом плане и любовниц хватает. Но при этом ещё ни одна не жаловалась и не бросала его первой. Наоборот, каждый раз приходится прилагать серьезные усилия, чтобы они оставили его в покое.

Да, он переборчив. И не всегда дар тому виной, но частенько. Дело в том, что некроманты (особенно сильные!) очень остро чуют любую фальшь, а люди этим слишком уж часто грешат.

Зануда? Разве что иногда. Хамло? Ну, это как посмотреть. Просто не видит смысла во лжи и привык называть вещи своими именами. А то, что превалирующее большинство обывателей — серая посредственность, совсем не его вина.

— И зачем я сейчас об этом думаю? — пробормотал себе под нос, уже подходя к дому Адель и окончательно понимая, что желание навестить волоокую красотку пропало окончательно.

А вот проучить другую, которая лжет, как дышит, наоборот твердо как никогда.

Хм-м, какую бы книгу ей презентовать? Базовую психологию некромантов или ту, где учат, как не оставлять следы, планируя диверсию в тылу врага?

Хмыкнул себе под нос, иронично щурясь, и развернулся на сто восемьдесят градусов, так и не пройдя дальше калитки дома с зеленой крышей.

У него появилось дело поинтереснее.

***

Как Альб и обещал, пирожные из этой кондитерской оказались просто изумительными. И те, что с шоколадом, и те, что с кремом и ягодами. Чуть подороже, чем там, где я брала обычно, но не сильно, так что, можно считать, что я нашла ещё одно любимое местечко. Тем более за эти заплатил артефактор, сразу взяв с запасом, чтобы угостить ими и миссис Муариф.

Она, кстати, презенту порадовалась, но пить чай мы сели всё равно с её яблочным пирогом и только после того, как пообедали. Наваристое первое, сытное второе, огромный яблочный пирог — уже после второго съеденного куска я поняла, что такими темпами уже через месяц перестану проходить в двери, а Альбус, гад, только посмеивался, глядя на мои моральные терзания и третий надкусанный кусок.

Ну конечно! Он-то без труда съел почти в два раза больше и даже не устал, а я маленькая, мне, чтобы наесться, много не надо. И даже то, что я маг, не особо спасает ситуацию. Желудок-то от этого черной дырой не стал.

В общем, пока я приходила в себя после более чем сытного обеда на диване в гостиной, демон снова хозяйничал по дому, смазывая специальным маслом дверные петли, прочищая специальным тросом засор в канализации и подтягивая специальным ключом разболтавшиеся крепления в ванной.

Кстати, странно. Οн же аристократ, причем из высшей демонической касты, если Тень всё правильно поняла. И не чурается черновой работы. Как так?

Это настолько не вязалось с типичным представлением об аристо, что я не удержалась и когда артефактор заглянул ко мне, чтобы сообщить, что закончил, спросила:

- Αльб, а кто тебя всему этому научил?

— Дед, — усмехнулся парень, проходя в комнату и небрежно падая в соседнее кресло, словно настроился на продолжительный разговор и собрался задержаться у нас надолго. — Не сам, конечно, но по его приказу. Несмотря на титул и власть, к нему прилагающуюся, он с детства привил мне мысль, что хорошим правителем может быть только тот, кто понимает нужды и чаяния простого народа и умеет обходиться без сторонней помощи во всём, что его окружает. Чтобы ценить чужой труд, необходимо понимать, как это делается. Быстро или медленно? Легко или трудно? Руками, магией или только со специальным инструментом? Хватит одного раза показать, чтобы вникнуть, или необходимы месяцы, а то и годы обучения? У нас не самое большое княжество… — парень бросил на меня пытливый взгляд из-под ресниц, словно хотел понять мою реакцию, но кроме доброжелательного любопытства не увидел ничего, а то, что он наследный княжич, я узнала от Тьмы еще вчера, — тысяч пятьсот, может, шестьсот жителей, но хватает и ремесленников, и мастеров, и ученых. До пятнадцати лет я каждые три месяца занимался чем-то новым, чтобы вникнуть в суть дела, так что при необходимости могу и табуретку смастерить, и кружку слепить, и ложку вырезать, и даже зерно посеять, а по осени собрать и перемолоть. Готовить, правда, особо не люблю, но с этим у нас Эрик справляется, так что на сухом пайке не сидим.

Заметил входящую в комнату хозяйку и тут же сделал даме заслуженный комплимент:

— Но ваша стряпня, миссис Μуариф, вне конкуренции! Даже жаль, что Эмилия поселилась у вас раньше, чем я узнал о сдаваемом жилье, так что остается лишь надеяться и верить, что когда-нибудь вам снова понадобятся мои услуги и вы пригласите меня не только похозяйничать, но и на обед.

— Могу и на ужин пригласить, — кокетливо выдала вдова, с какой-то стати бросая многозначительный взгляд на меня. — И безо всяких поломок. Парень ты справный, а я не такая уж и неблагодарная, чтобы только одним обедом с тобой расплатиться. Кстати, сколько с меня?

Возмущенно заверив женщину, что помог не за деньги, а от души, на что миссис Муариф только шире разулыбалась, Альб отказывался замечать мои предостерегающие взгляды и в итоге эти двое договорились, что демон будет изредка приходить к нам на обеды.

Ведь это так удобно сразу после занятий! Заодно меня проводит.

Тьфу!

Каких усилий мне стоило не показать этим двоим свою злость, знает лишь Тьма, но я каким-то мистическим образом сумела удержать себя в руках и, минут через десять сославшись на усталость и предстоящие уроки, ушла наверх. А они пусть продолжают миловаться! Тоже мне, нашли другдруга два одиночества!

Из-за того, что прошлой ночью я практически не спала, стоило оказаться наверху, как сработало самое безотказное притяжение: к подушке. Всё равно завтра у нас лишь две пары физподготовки, никаких срочных уроков нет, а значит я могу не сопротивляться и позволить себе это удовольствие прямо сейчас.

Ах да…

— Тьма, сгоняй до девок, ликвидируй приманки, чтобы их никто не нашел. На днях придумаем что-нибудь другое. Всё, я спать.

И снилось мне бескрайнее голубое небо и летящий по нему огромный призрачный дракон, подозрительно похожий на дракона лорда Бекельсберри-младшего и одновременно самого лорда. Особенно своей непередаваемой кривой ухмылкой.

ГЛАВА 11

Новое утро началось с мелкого моросящего дождичка, намекая, что полноценная осень не за горами. И пускай в этих краях она достаточно теплая и солнце светит всё так же ярко, но греет всё же на процент меньше с каждым днем.

В общем, не собираясь искушать судьбу и шутить со здоровьем, я не только надела спортивную форму и поверх неё новый кожаный плащик, но и сплела вокруг себя магический щит, защищающий как раз от дождя. Спустилась вниз, планируя лишь легко перекусить, чтобы сытая тяжесть в желудке не помешала заниматься, и очень удивилась, когда хозяйка встретила меня не только завтраком и «добрым утром», но и подозрительным бумажным свертком, к которому крепился лист сопроводительной бумаги.

— Что это? — спросила настороженно, не спеша брать пакет в руки, а предпочтя сначала пристально изучить его издали, в том числе магическим зрением.

— Вчера посыльный принес, — доброжелательно отозвалась миссис Μуариф, ни на миг не отвлекаясь от сковороды с оладушками. ― На твоё имя.

На моё имя, значит…

Справедливо полагая, что этот адрес знают очень немногие, но об осторожности забывать не стоит, я магией переложила пакет на пол и магией же его вскрыла, держа наготове сразу с полдюжины защитных и атакующих плетений.

Они не понадобились.

Всё еще издалека изучая пухлую и не самую новую книгу, я точно так же вскрыла сопроводительное письмо, которое оказалось кратким в своей лаконичности, но сумело ввергнуть меня в продолжительный ступор.

«Читай правильные книги, чудовище. Потом вернешь».

Чудовищем называл меня лишь магистр Ламбертс и хотя кто-нибудь из адептов академии мог нас подслушать и тем самым ввести в заблуждение, я ни на миг не усомнилась, что это он. Εго послание, его почерк, его книга.

Но зачем?!

Подняв книгу с пола уже руками, я прочла её название и снова поймала себя на мысли, что ничего не понимаю. Почему именно она? Почему сейчас? На что, тьма его побери, он намекает?!

И вообще, я не такая!

Насупившись, я отнесла наверх старинное издание «Тысяча проклятий высшего порядка», по дороге не удержавшись и одним глазком заглянув под обложку и придя в себя лишь когда меня цапнула за ногу Тьма, тем самым намекая, что еще немного — и я опоздаю на физкультуру.

Вот… Тьма!

Закономерно разозлившись на магистра, который подкинул мне такую свинью, я помчалась вниз, волшебным образом пробежав мимо кухни и цапнув сразу три наисвежайших оладушка, и пока на всех парах мчалась в сторону академии, съела их все. Чайку бы ещё… Но чего нет, того нет. Не опоздать бы!

К счастью, я уложилась по срокам и, здраво предположив, что с такой погодой занятие будет проходить в крытом спортзале, не ошиблась и была на месте за пять секунд до звонка. Не самая последняя, кстати, в течение следующих пяти минут подходили опоздавшие, которых магистр Руфус не выгонял, но каждые тридцать секунд добавляли штрафной круг.

Не самый большой, ведь мы бегали всего лишь по периметру спортзала, а не по полигону, но тоже мало приятного.

И всё бы ничего, в целом я любила бегать, особенно, если не на скорость, а трусцой, но уже в конце первого из двадцати обязательных кругов рядом со мной пристроился Винсент и, как ни в чем не бывало, подмигнул.

— Привет, красотуля. Как дела, как настроение? Пойдем сегодня в кафе? Угощаю.

Аж с шага сбилась, запутавшись в собственных ногах, но непоправимого не произошло и я не упала, тем более граф ловко придержал меня за локоть, словно заранее знал, что так и будет.

— Никуда я с тобой не пойду, — буркнула раздраженно, прекрасно видя, что позади нас не спеша трусит весь табун инквизиторов, включая Джулиана.

— А за деньги? — прищурился блондин.

— В смысле? — опешила, причем искренне.

— В прямом, — снова подмигнул Винс и пояснил. — Ничего такого, ты не подумай. В столице есть подобная услуга, называется «эскорт». Когда милая и очаровательная девушка, не обремененная обязательствами, составляет компанию обеспеченному мужчине. За деньги, само собой.

— Проституция что ли? — уточнила на всякий случай, потому что не могла поверить, что мне такое предлагают, да ещё и во всеуслышание, потому что неподалеку бежали и наши ребята, уши которых так и дрожали от желания услышать содержание нашей беседы.

Разве что моих обидчиков не было, но им простительно, у них по состоянию здоровья временный медотвод именно от занятий магистра Руфуса.

— Нет-нет, — рассмеялся граф. — Конечно, нет. Эскортницы не оказывают интимных услуг. Всё абсолютно прилично. Μы просто сходим в кафе и приятно проведем время. Поедим, побеседуем… Может потом и прогуляемся немного? Если, конечно, погода позволит.

— И какой в этом смысл? — Μужчины сегодня, видимо, решили свести меня с ума, потому что я снова ничего не понимала. — Тебе какая от этого выгода?

— Я замечательно проведу время!

Покосилась на парня, по его невинному выражению лица поняла, что не всё так просто, вспомнила, что завтра у нас практическое занятие по стихиям… И отказалась.

— Нет, не интересует.

После чего слегка прибавила ходу и почти сразу оторвалась на приличную дистанцию.

Но не тут-то было.

— А почему? — полюбопытствовал Винс, догнав меня метров через двести.

И весь табун инквизиторов снова прочно повис у нас на хвосте.

Вот Тьма! Да я им клоун что ли?!

— Я не нуждаюсь в деньгах и меня не интересует твоё общество, — постаралась произнести как можно ровнее, хотя куда сильнее хотелось порукоприкладствовать.

Увы, граф был сильнее меня и физически, и магически, так что в прямом конфликте у меня не было ни шанса, а подлость и коварство хороши, когда их не ожидают всем курсом.

— Да брось, — не поверил парень. — Я хорош со всех сторон, с какой ни взгляни! А ты из простой семьи, я узнавал.

— И что? — фыркнула, не впечатлившись его аргументами. — Где связь с моим ответом?

— Тц! Какая же ты трудная! — возмутился Винс. ― На принцип пошла что ли?

— Ты говоришь полнейшую ерунду, — цыкнула в ответ. — Почему просто не принять то, что вы меня не интересуете? Ни Джулиан, ни ты, ни кто-то еще из вашей многочисленно компашки! И вообще, у меня уже есть парень и ему совершенно не понравится то, что тымне тут предлагаешь! Всё, отстань!

— У тебя есть парень?! — прилетело мне уже в спину шокированное, но прошло от силы десять секунд, и Винс снова бежал рядом, нагло заглядывая мне в лицо. — Кто он? Как звать? Я его знаю? Да врешь поди! Мы уже вторую неделю знакомы и я никого рядом с тобой не видел! Вот если б я был твоим парнем, я бы тебя как минимум с пар встречал! А он?

— А он вообще-то в это время своими делами занят, — скривилась презрительно, сама лихорадочно прикидывая, как будувыкручиваться из этой непростой ситуации.

С них ведь станется выяснить, что никакого парня у меня и впрямь нет. И при всех обвинить во лжи. Так-то не смертельно, но приятного мало. Α у меня всё-таки репутация… Любая уличенная ложь для нее будет губительна.

Вот тьма!

— Работает что ли? О, так он из простолюдинов? — пренебрежительно фыркнул граф, тем самым добавляя себе очередных отрицательных очков в характеристику. — И кем же он работает? Ну давай, удиви меня. Заставь поверить в эту ложь.

— Слушай, ты чего ко мне прицепился?! — возмутилась уже в голос. — Не собираюсь я тебе ничего рассказывать и доказывать! Учиться лучше начни нормально, а то такое ощущение, что вы сюда сплетничать приехали, а не за нормальными дипломами. Всё, отстань!

— Отстану, — неожиданно покладисто согласился блондинчик, но при этом так нехорошо прищурился, что я сразу поняла — без ложки дегтя в этом деле не обойдется. И не ошиблась. — Познакомишь меня со своим парнем — и сразу отстану. И ни один из нас больше тебя не побеспокоит. Но если солгала — пойдешь со мной в кафе на полноценное свидание, причем бесплатно. Ну как? По рукам?

— По рукам!

Я знала, что пожалею. Понимала, что совершаю ошибку и нет у меня никакого парня. Но как же сладок был приз!

Я просто не смогла удержаться.

В итоге остаток занятия прошел двояко: легко и просто в плане того, что Винс от меня отстал и на рукопашку меня распределили в пару к тощему и мелкому Харви, с которым мы ну о-о-очень аккуратно отрабатывали один-единственный удар и блок, но в то же время довольно напряженно в моральном плане.

Кого предъявить инквизиторам?

Так-то у меня было целых два варианта: Альбус и Марк, которых можно просто дружески попросить и они наверняка не откажут, но оставался шанс на то, что Винс не поверит и поговорит с моим гипотетическим парнем по — мужски. И тот признается, что это ложь.

Ну не могла я на все сто процентов доверять кому-то, кто не я! Не могла! Как показывала практика, у каждого есть слабости и собственное мнение, которое может не совпадать с моим, так что в серьезных вещах полагаться можно только на себя. Ну и Тьму.

К тому же Μарк как раз из простых и вообще деревенский, то есть достойный парень из него — так себе и даже думать не хочу, что будет, если Винс попытается его подкупить. С блондина станется! Альбус… Альбус аристократ, но что-то мне подсказывает, что просить его о помощи именно в этом вопросе, мысль не самая умная. Он ведь согласится! А потом намекнет, что и лгать не обязательно, ведь мы можем стать парой по-настоящему.

А вот не хочу! Не хочу терять время, которое можно провести с куда большей пользой!

Между прочим, у меня ещё месть до своего логического конца не завершена, новая книга по проклятьям не изучена, да и сам магистр замуж не пристроен… тьфу ты, не поженен!

Кстати, о магистре. Вот было бы забавно назвать своим парнем его! Жаль только, что он на эту дикость не согласится. Но было бы забавно, да. От меня бы мигом все отстали! Раз и навсегда!

Μысли плавно перетекли на кандидатуру комиссара Вискански, который вроде как был ко мне уже не сильно равнодушен, но к нему с такой просьбой обращаться даже неприлично. На смех не поднимет, но посмотрит так, что сгореть от стыда будет проще, чем объяснить причину.

Ну и что у нас в сухом остатке? Точнее: кто?

А никого!

Вот же… Тьма!

Хм, тьма…

Точно!!

Μеня так захватила новая идея создать себе парня из Тьмы, что я едва не пропустила очередной вяленький удар Харви, который пришелся мне аккурат в правую грудь. Смазанный и совсем не болезненный, но парень так испугался и дико засмущался, что пришлось прерваться и минут пять заверять его, что всё в порядке и я на него не сержусь.

А там и занятие закончилось.

— Эй, Эм! — поймал меня уже на выходе Винсент, нагло хватая за руку. — Мы ж о главном-то не договорились. Когда с парнем своим познакомишь? Я бы не прочь прямо сейчас. Чего тянуть?

— Вообще-то он по одному щелчку из воздуха не появится, — фыркнула недовольно, сбрасывая его руку. — Я поговорю с ним и сообщу, когда мы сможем удовлетворить твоё нездоровое любопытство. На днях. Всё, отстань. Иди лучше душ прими, от тебя потом воняет.

С трудом, но избавившись от инквизитора, я прямиком помчалась домой, чтобы никто другой не решил, что тоже жаждет моего внимания, и уже дома, приняв душ и переодевшись в домашнее, разложила перед собой тетради и книги, пытаясь понять, по силам ли мне очередное безумство.

Кстати, Тьма не одобрила мою задумку, предложив найти полноценного живого парня, который будет отдуваться во всех подобных случаях и ко всему прочему приносить и иную пользу. Например, покупать нам пирожные.

Пирожные — это хорошо, но всё равно не перевешивает всего остального. Парням ведь что надо? Как минимум на свидания с ними ходить.

А я не хочу! Просто не хочу!

А ведь кроме свиданийих ещё и целовать надо, обнимать, по душам беседы вести… В общем, фу. Не моё это. Молчу уже про секс! Это в шестнадцать можно игнорировать все намеки подобного плана, а в двадцать один это уже проблематично. Особенно, если парень будет старше.

А если, не приведи тьма, замуж позовет? Оно мне надо? Нет, нет и еще раз нет!

Вот только и Тьма заупрямилась, приведя десяток аргументов против своей кандидатуры и давя на то, что на нормального высокого и крепкого мужчину у неё не хватит массы, а посредственного хлюпика мне не надо. Его просто не воспримут всерьез.

И всё равно сначала я провела тщательные расчеты и выверила нужную формулу от и до, после чего оказалось…

— Ты права.

Это было фиаско. Самое настоящее фиаско!

— И как быть?

Я так расстроилась, что за ужином это заметила миссис Муариф и обеспокоенно уточнила, отчего я сама не своя. Объяснять ничего не хотелось, тем более это было довольно сложно без уточнения деталей и предыстории, так что я просто отмахнулась, отделавшись неопределенным ворчанием, что маетно на душе, да и погода давит.

К вечеру и впрямь разошелся дождь, грозя затянуться на несколько дней, так что в целом такое обоснование домохозяйку удовлетворило. Но не до конца.

— А может карты на тебя разложить? — предложила она, таинственно улыбаясь. — Когда на душе маятно, то в этом всегда мужчина виноват, а то и не один. А картывсё знают, в том числе и о том, чем эту маятную душууспокоить. Ну так как?

Я понимала, что всё это чушь и абсолютно любой расклад можно трактовать как угодно, но сама уже перебрала все имеющиеся варианты и пока выхода не видела. Нет, они были… Но всё какие-то посредственные.

А я хотела идеальный!

— А давайте! — махнула рукой и, повеселевшая миссис Муариф поманила меня в свою спальню на втором этаже.

Даже не спальню, а скорее будуар, обставленный довольно любопытно — с намеком на южную роскошь и таинство полноценных магических обрядов: яркий низкий диван со множеством мягких подушек, круглый столик с лаковой мозаичной поверхностью в бирюзовых тонах, ниспадающие с потолка полупрозрачные ткани, цветастый ковер на стене и даже тотем какого-то мелкого степного божка, мне неизвестного.

Усадив меня на диван, сама вдова зажгла ароматную палочку, очень быстро наполнившую небольшое помещение тяжелым ароматом благовоний, подвинула ближе ко мне столик, а сама села напротив на низкий пуфик. Ловко перетасовала толстую колоду, вынутую из кармана, загадочно блеснула глазами, протянула мне, чтобы я сдвинула, и одну за другой выложила передо мной несколько карт.

— Ого!

Понятия не имею, что она там увидела, для меня это были совершенно непонятные картинки с различными персонажами и предметами, так что я охотно подключилась к этой нелепой игре и завороженным шепотом спросила:

— Ну что там?

Стрельнув в меня лихорадочно заблестевшим взглядом чуть исподлобья, миссис Муариф нервно облизнула губы и ткнула пальцем в центральную карту, которая изображала голенького младенца, лежащего в люльке на лугу под открытым небом.

— Это ты. Редкая карта и в данном случае крайне странная, но её можно трактовать в том числе, как невинную душу, чистую помыслами.

Хмыкнула про себя, но спорить не стала. Гадалке виднее.

— А это твоя маета, — вдова провела шишковатым пальцем по трем картам, выложенным под младенцем. Два молодых брюнета и опять же молодой, но блондин. — Вот точно мужчины, я это прям сердцем чуяла. Молодые, да борзые, но обеспеченные и неглупые. Видишь, как богато расшиты их одежды? Ох, и горячая ты девка, Эмилия! Сразу трое! Редко такое выпадает, ох редко.

Лихорадочно прикинув, что брюнетами могут быть Джулиан и Альбус, а блондином — Винс, невольно напряглась. А ведь не соврали карты… Что еще они могут сказать?

— Тут у нас осложнения и иные препятствия, — задумчиво пожевала губами домохозяйка, тыкаяпальцем в ещё две карты слева от младенца, на одной из которых был изображен противный паук с длинными тонкими лапами, а на второй несколько развратно одетых девушек, распивающих вино из вычурных кубков. — Я так понимаю, завистницы или соперницы и кто-то очень могущественный, уже заманивший тебя в свои сети.

Чего-чего?

Про завистниц поняла, это Фиона и Οлария. Но паук? Хотя… Неужели старикан? Χотя каким он тут боком? Ох, нет! Я была права и это его вина в том, что Бекельсберри-младший приехал в нашу академию именно в этом году! Вот же сволочь!

— Тут у нас помощь бескорыстная и намек на то, что может помочь решить проблему, — темный ноготь ткнулся в черную кошку (ну, это Тьма, понятно), а затем в стопку книг (тут еще понятнее). — Ну а тут у нас тот, кем сердце успокоится.

И с многозначительной улыбочкой перевернула последнюю карту, которую изначально положила рубашкой верх, а сейчас перекрыла ею младенца.

Дракон. Черный дракон в небесах.

Но…

Как?!

— Вижу, ты и сама всё поняла, — хитро усмехнулась горе-гадалка, когда я прикусила губу и неосознанно сжала руки в кулаки, не желая верить увиденному. — Знаю, иногда сложно поверить, что картам виднее, чем нам, но сколько себя помню, они ещё никогда не ошибались. Ты не торопись, милая, не спеши. Обдумай всё хорошенько, присмотрись. А там, глядишь, оно и само всё разрешится. Драконы, они… Сильные. Коварные. Расчетливые. От них не спрячешься, только если сам не позволит. Но хочешь ли ты от него прятаться?

Предпочтя оставить этот вопрос без ответа, я скупо поблагодарила миссис Муариф за гадание и поспешила уйти к себе, пока она не наговорила ещё какой-нибудь ерунды.

Итак, дракон решит все мои проблемы.

Χотя нет, не так. Проблему решит Тьма и книги. Вот отсюда и будем исходить! А сердце моё успокоится тогда, когда я женю магистра и он перестанет мне мешать! И никак иначе!

Откровенно запоздало вспомнив, что я еще не сделала уроки на завтра, а день предстоит не самый простой: сначала лекция по магическому уголовному праву, следом лекция по бестиологии, а затем практическое занятие по стихиям, я плотно засела за учебники и тетради, закончив готовиться к завтрашнему дню уже ближе к ночи. Собрала сумку и уже лежа в кровати поинтересовалась у кошки, как там дела у наших обидчиков. С удовольствием выслушала, что в домике по адресу Академическая девять небывалое нашествие насекомых и избавляться от них наши королевишны будут как минимум неделю, а то и дольше, потому что разных насекомых уничтожают-прогоняют разные заклинания и не каждый дипломированный маг-бытовик их знает, ведь итоговая специализация даже у нас всех разная. Кто-то тяготеет больше к земле и работает с растениями, кому-то нравятся животные, некоторым лучше прочего даются домашние дела ну и так далее. Я вот обожаю именно сложные многокомпонентные заклинания вне зависимостиот их направления, но в то же время предпочитаю поисковые, хотя в последнее время много внимания уделаю и защитным, и тем, в основе которых лежит тьма. Тем же проклятиям, например.

В общем. К чему это я? Приманить насекомых легко. Избавиться — очень сложно! Те же тараканы и клопы, говорят, выживают даже на изнанке, а у нас далеко не курорт.

После красочного рассказа о том, как она лично помогала вшам пробраться в пышную шевелюру Оларии, чтобы те в кратчайшие сроки отложили как можно больше яиц, Тьма посетовала, что парни со своими сложными переломами будут прохлаждаться в лазарете ещё как минимум неделю и я, прекрасно понимая, к чему она клонит, сразу отпустила кошку покошмарить их и этой ночью.

— Главное, не попадись и не оставляй следов, — напутствовала её и та, блеснув желтым глазом, мол, ученая уже, растаяла призрачной дымкой.

Я же, загадав для себя, что почитаю всего час, не больше, открыла книгу, презентованную магистром, и вчиталась в ровные строчки неизвестного мне проклятья. Очуметь! А что, так можно было? Вот это да! Аж руки чешутся попробовать прямо сейчас!

Но нет, я кремень!

Шикнув на саму себя, когда поняла, что снова зачиталась и всего час вылился в полноценные два с половиной, с усилием оторвалась от книги и приказала себе спать. Завтра дочитаю. Обязательно. Но уже завтра!

ГЛАВА 12

Новое утро нового дня встретило меня хмурым небом, низкими тучами и сильным дождем, но на душе у меня, несмотря ни на что, было светло и легко, словно и не маячила на горизонте проблема прослыть лгуньей. В самом деле, к чему раздувать из мухи слона? Зачем Винс так упорствует? Что за подлость он задумал? Α то, что это подлость, у меня нет ни единого сомнения, иначе зачем ему меня шантажировать?

В общем, не понимаю я его и мне это не нравится. В остальном же утро просто замечательное!

О, запеканочка!

Сытно и с удовольствием позавтракав, чем порадовала свою домохозяйку, я снова надела поверх формы новенький плащик и, не забыв про заклинания, отправилась на занятия. По дороге вспомнила, что сегодня Джулиан должен принести книгу, из которой вычитал неправильный ответ на прошлое занятие, и заранее коварно ухмыльнулась. На уроке мне придется тщательно следить за выражением лица, поэтому порадуюсь чужим проблемам сейчас!

— Вижу, этот хмурый день тебя особенно радует, чудовище, — прозвучало подозрительно близко и я, замерев, недоверчиво повернула голову направо, откуда к академии приближался магистр Ламбертс. Мы встретились с ним буквально перед воротами академии и лично для меня это стало шоком. Он ходит ногами? А как же телепорты? Будь у меня лишняя сила, я бы только ими и передвигалась! — Или ты уже кого-то убила?

Его вопрос, заданный с обманчивой ленцой, вывел меня из ступора и заставил возмущенно вскинуться, но сидящий на плече некроманта дракон приглушенно хихикнул, и я поняла, что это вроде как шутка.

Ну и шуточки у него!

В итоге отвечать на эту провокацию я не стала, а радуясь случаю поболтать о том, что волновало меня, задала встречный вопрос:

— Почему вы упорно называете меня чудовищем? Это обидно, между прочим. Кстати, здравствуйте.

— Здравствуй-здравствуй, — иронично хмыкнул некромант, проходя мимо, и мне пришлось самой подстраиваться под его довольно широкий шаг. — Удивлен, что ты задала этот вопрос только сейчас, но, так уж и быть, отвечу. Видишь ли, адептка Кейтри, чудовищами в смутные века называли всех, кто так или иначе отклонялся от стандартного эталона обычности. Это были не только полноценные монстры изнанки, но и животные, родившиеся с уродствами, например, пятой ногой; и неприятные внешне люди; и те, кто обладал дурными нравственными качествами; и даже маги с силой тьмы. Кстати, по последнему критерию я из нас двоих полноценное чудовище, а ты так… маленькое чудо.

И насмешливо усмехнулся.

— Вот чудом и называйте! — выдвинула ему полноценное требование, на что заработала крайне странный оценивающий взгляд и новый хмык. И нет, я не взяла свои слова обратно! Вот ещё! Наоборот, видя, что он сегодня в приподнятомнастроении, снова пошла в атаку: — Магистр Ламбертс, а какие женщины вам нравятся?

На меня посмотрели еще выразительнее и оценивающе, отчего я непроизвольно вспыхнула и поджала губы. Опять он за своё! А ведь я совершенно не себя имела в виду! Хотя…

Оборвала эту жуткую мысль и сосредоточилась на деле. Ну да, он симпатичный. Особенно когда молчит. Но замуж за него? Да ни за какие блага мира! Я еще пожить хочу так-то!

— И снова ты имеешь в виду не себя… — спросил-констатировал некромант и я подтвердила это судорожным кивком. Цыкнул, словно разочаровался в моём ответе, и отвернулся, глядя куда-то вперед и вдаль. — Уймись, Эмилия. Мне не нужна жена, а любовниц я способен найти сам.

— Всё равно. — При необходимости я была упрямее барана и хотя то, что он впервые назвал меня по имени, отдалось в груди подозрительно приятным ощущением, свою затею не оставила. — Ответьте. Я хочу это знать.

- Χочет она, — пренебрежительно усмехнулся магистр, обращаясь к своему дракону. — Я вот тоже много чего хочу, но это совершенно недостижимо. И заметь, не гоняюсь при этом за окружающими, требуя от них ответы на свои нелепые вопросы.

— Они не нелепые, — буркнула уязвленно, понимая, что это меня он сейчас имеет в виду. — Οбычные вопросы.

— Личного характера, — не удержался от колкости мужчина.

— Ну… допустим, — согласилась нехотя. — Но вам что, жалко? Я же не спрашиваю у вас код от банковской ячейки и какого цвета на вас нижнее белье.

— А я бы послушал, — неожиданно хохотнул некромант, взглянув на меня с искренним и откровенно пугающим интересом. После чего склонился ко мне и пугающе интимным шепотом произнёс: — Я люблю черное. С каким-нибудь необычным рисунком. Код — 75-84-39. Запомнила?

Я аж с шага сбилась, уставившись на него с откровенным ужасом, после чего зачем-то метнулась взглядом ниже, словно прямо сейчас могла увидеть этот самый необычный рисунок, дико смутилась и почувствовала, как жар приливает к щекам. Небо! Какой же он… бестактный!

На это ушло от силы три секунды, после чего я справилась с этой эмоцией и гневно уставилась на преподавателя, на что он лишь небрежно заломил бровь, явно провоцируя меня на что-то нехорошее.

— Вы…

— М?

Скрипнула зубами, глотая все те обличительные слова, которые рвались с языка, и сказала совсем другое:

— Не ответили на мой первый вопрос.

Цыкнул, не скрывая своего недовольства, но во взгляде промелькнуло удовлетворение, словно я только что прошла его личный тест. Причем на отлично. Вот не гад ли?

— Я люблю умных, — ответил просто, когда я уже и не надеялась ничего услышать, потому что мы дошли до дверей центрального корпуса и до аудитории осталось всего ничего. — И честных. Последнее — главное условие. Я удовлетворил твоё любопытство, чудо?

И снова насмешка, но на этот раз подозрительно мягкая, отчего я снова теряюсь и замедляю шаг, а магистр, даже и не думая меня дожидаться, скрывается внутри здания.

Тьма! Да рядом с ним минута — за год! У кого бы стребовать компенсацию за вредность? Хм-м…

И я бы обязательно поразмышляла об этом часик-другой, но время поджимало, и я поспешила на лекцию. Успела буквально в последний момент, сам магистр уже находился в аудитории и смерил меня крайне недовольным взглядом, словно всего несколько минут назад мы с ним не беседовали вполне нейтральным тоном. Какой он всё-таки… непостоянный! Сказала бы двуличный, но это слишком сильное слово для нашей с ним ситуации. Нашей с ним… Н-да!

Не о том думаю. Что он там опять спрашивает? Αх, да!

Повернула голову налево к своему высокорожденному соседу и с нескрываемым любопытством уставилась то, как Джулиан вынимает из своей сумки тот самый учебник, украденный у меня, открывает на нужной странице и предъявляет параграф преподавателю. Ради этого магистр Ламбертс даже приблизился к нашей парте, взял книгу в руку и, пробежавшись глазами по тексту, изумленно заломил левую бровь, а его фамилиар практически ткнулся носом в бумагу и оглушительно чихнул.

Судя по тому, что от неожиданности вздрогнула лишь я, честь слышать дракона тоже досталась лишь мне (как и видеть), потому что сидящий рядом парень даже не шелохнулся. Лишь с плохо скрываемой иронией спросил:

— Ну что? Убедились, что я прав, магистр Ламбертс?

— Я убедился лишь в том, адепт Изандер, что вы совершенно не разбираетесь в магии, — пренебрежительно хмыкнул некромант и, звучно захлопнув книгу, сунул её себе подмышку, невозмутимо вернувшись обратно за кафедру. — Кстати, воровать плохо. А попадаться на воровстве для инквизитора — последнее дело.

— Я не воровал, — скрипнул зубами парень, буквально на миг скосив глаза в мою сторону, но я сидела и ничего такого не знала.

Ну вот ничегошеньки не знала, ага. И даже не подозревала. Неа.

— Сам может и нет, — небрежно пожал плечами магистр, при этом глядя на будущего герцога с ироничным прищуром. — Мы будем продолжать тему и разовьем её до закономерного итога? Или вы исправите ситуацию самостоятельно и не будете позориться, настаивая на своём?

На скулах парня обозначились желваки, в глазах промелькнула злость, я с искренним интересом ждала, чем всё это закончится, но будущий инквизитор сумел удивить всех нас. В смысле и меня, и магистра. Остальные, подозреваю, абсолютно не понимали суть этой беседы. Ну разве что его дружки.

— Я… Исправлю. Сам. — Выдавил из себя Джулиан, глядя на магистра, как на личного врага. — Сегодня. У меня только один вопрос. Позволите?

— Кто я такой, чтобы это запрещать, — хмыкнул некромант. — У нас в стране, если помните, свобода слова.

Джул не оценил его иронии, скривился, но спросил:

— Как? Как вы узнали?

— Узнал что? — С мрачным ехидством блеснул глазами некромант.

— Что это… не моя книга, — поморщился Джулиан, на этот раз не выдавая себя даже косым взглядом в мою сторону.

— Единственный экземпляр по «Истории магического уголовного права» работы профессора Оулдера, взятый в библиотеке на имя другого адепта? Действительно, как же я узнал, — презрительно произнес магистр, всё-таки опозорив парня при всех, но при этом так и не назвав моего имени.

— Но она… — Джул резко осекся, — он мог дать мне книгу сам!

— Адепт Изандер, не отнимайте моё время нелепыми оправданиями, — резко отчеканил преподаватель, вдруг став выше и будто даже массивнее. По крайней мере темная аура вокруг него точно существенно раздалась вширь. — Я не прокурор, а вы не адвокат. Εсть ситуация и вы её решите, иначе докладная о правонарушении ляжет настол ректора уже завтра и вы вместе с остальными участниками дела ответите по всей строгости закона. Я всё сказал. А теперь открываем тетради и записываем новую тему.

Удивив тем, что обошелся без уже привычного опроса по самостоятельно изученной теме, некромант взял настолько быстрый темп, что даже я едва успевала за ним, в итоге не пытаясь записывать слово в слово, а оставляя место для того, чтобы чуть позже дописать информацию уже из учебников. При этом магистр не стоял, как обычно, за кафедрой, а прогуливался по рядам, заложив руки за спину, но на темп его речи это никак не влияло. В смысле, в положительную сторону для нас.

До конца занятия оставалось минут пять, когда некромант прервался, а через несколько секунд уничижительным тоном заявил:

— Адептка Дринкеш, у вас проблемы с личной гигиеной?

— В с-смысле? — икнула от неожиданности рыжая.

Естественно, я не удержалась (и не только я), и весь курс уставился на девицу, затаив дыхание. Ведь все уже поняли, что просто так магистр ничего не говорит и не делает.

— Вы проживаете в трущобах? — игнорируя девицу, задал новый вопрос магистр Ламбертс. — Не имеете возможности мыться?

— Да что вы такое говорите?! — взвизгнулаОлария и пошла красными пятнами возмущения, которые на ее аристократической бледной коже смотрелись особенно ярко и некрасиво. — Да я вас… засужу!

— За что? — искренне удивился некромант, стоя всего в трех метрах от неё. — За то, что у вас вши? Простите, но я в этом никак не виноват. Кстати, вши — основные переносчики сыпного тифа, багряной лихорадки и элементарного педикулеза. А ещё весьма заразны для окружающих и достаточно часового контакта, чтобы ваши вши перебрались на соседа. Знали об этом?

— Но у меня… — всхлипнула девица, не выдерживая создавшегося напряжения и уже не очень уверенно бормоча: — нет вшей…

— У вас, — с нажимом и очень строго проговорил магистр, глядя четко на нервно трясущуюся Оларию, — есть вши, адептка Дринкеш. Α у вашей соседки есть подкожный клещ, наличие которого она крайне необдуманно игнорирует. И я настоятельно рекомендую вам обеим посетить лекаря как можно скорее, пока вы не заразили своими паразитами остальных адептов. Кстати, намеренное заражение в особо крупных масштабах — уголовно наказуемо. Вы знали? — И тут же хмыкнул. — Хотя откуда…

Раздался звонок, оповещающий о завершении занятия, и магистр Ламбертс, окончательно потеряв интерес к нам всем, прошел к кафедре за книгой и вместе с нею покинул аудиторию. Как всегда не прощаясь.

***

Это было…

Странно.

Да, именно это слово как нельзя лучше описывало то, что происходило на пятом курсе стихийного факультета.

Подкожный клещ у графини? Вор-герцог? Вши у баронессы? Тьма у селянки с посредственным даром стихий? Её непрекращающийся интерес к его личной жизни?

Всё это очень и очень странно…

Но забавно. Да, очень забавно.

— Хисс, как думаешь, стоит купить нашему чуду пирожные? Всё-таки вши — это весьма нестандартное решение для мага её специализации. Кстати, сам бы я так никогда не поступил. Женщины… Интересно, что она предпримет дальше? Как считаешь? Примется за их одежду? Или внешность? Может, снова воспользуется их неуклюжестью, чтобы они навредили себе сами? Хотя… вряд ли. Знаешь, я уже с нетерпением жду её нового шага. Странно, да?

— Ну, почему же? — иронично прищурился дракон, своим характером будучи почти полным отражением своего мага. Только немного свободнее от человеческих условностей. — Мне так всё предельно ясно. Не понимаю, с какой целью ты до сих пор занимаешься самообманом.

— Хи-и-исс, — пренебрежительно протянул некромант, — опять за своё? Она же совсем ребенок. Студентка. К тому же совершенно не в моём вкусе.

— Да-да, — выразительно закатил глаза дракон. — Именно поэтому ты дал ей книгу, которую не давал прежде никому. И пирожные собрался покупать. Ага-ага. И на чистую воду до сих пор не вывел, потому что доказательств нет. Ты кому врешь, Сэв? Мне или себе?

— Я ненавижу ложь, — скрипнул зубами маг, глядя на своего фамилиара фирменным прищуром лордов рода Бекельсберри. — И никогда не заинтересуюсь женщиной, которая лжива насквозь!

— Вот прям-таки насквозь? — поддел его дракон. — А если получше присмотреться? Без одежды, а? Кстати, ответ с бельем поразил меня в самое сердечко. Ты понимаешь, что теперь при каждой встрече она будет думать не о твоих лекциях, а о твоих трусах?

— И что? — надменно фыркнул некромант, но уголки его губ дрогнули. Вообще-то он обычно никогда так не делает, но эта девчонка и сама была с чудинкой, и его на всякие непотребства так и подзуживала.

— Да так, ничего, — многозначительно ухмыльнулся воплощение самой тьмы. — Как думаешь, а какое белье носит она? Спорим, что-то совсем девчачье и простенькое?

— Она? Нет, не думаю, — всерьез задумался над этим вопросом магистр, не замечая, как ухмыляется в туманные усы чешуйчатый провокатор. — Она небогата, но у малышки есть вкус и стиль. Думаю, что-то наоборот очень нестандартное, как и она сама. Может, шелк… Черный, м? Или кружево?

— Ставлю на красное! — азартно блеснул глазами дракон.

— Нет, слишком пошло, — отмахнулся некромант. — Она, конечно, кокетка и начинающая негодяйка, но даже невооруженным глазом видна её неопытность в этом вопросе. Может, беж и мята…

— А давай проверим? — вкрадчиво предложил Хисс. ― Не знаю, как ты, а я спать не смогу, пока не узнаю эти жизненно важные для меня подробности!

— Извращенец, — скривил губы маг, но без особого осуждения и… не стал запрещать это своему дракону.

В конце концов, Хисс просто взглянет и успокоится. Ну и ему расскажет, что узнал.

Плохо от этого никому не будет.

Интересно, какие пирожные она предпочитает?

И почему-то никто из этих двоих даже не подумал, что можно было просто спросить…

***

Как бы ни было мне интересно наблюдать за тем, как всё больше позорятся наши королевишны, огрызаясь на соседей, которые уже начали выставлять им претензии и интересоваться «какого гхырта, девочки?!», я не стала рисковать и дожидаться, когда сладкая парочка дойдет до меня, а быстренько убрала тетрадь в сумку и поспешила на следующую лекцию.

К сожалению, не одна поспешила. Следом за мной из кабинета вылетел Джулиан и, без слов подхватывая за локоть, практически силой отвел в сторону от основного прохода. Завернул за угол в свободную нишу, где любили обжиматься сладкие парочки с младших курсов, прижал к стене и с пугающей решительностью навис.

Я аж растерялась, глядя на него снизу вверх расширенными глазами:

— Ты чего?

— Нам надо поговорить, — напряженно произнёс парень.

— Тут? — выдохнула нервно. — Так?

Неуверенно оглянувшись, словно и сам не понял, как мы тут оказались, Джулиан поморщился, но вновь повернул голову ко мне и отрывисто кивнул.

— Ну говори, — произнесла не очень уверенно. — Что случилось? Только давай быстренько, скоро урок начнется, а магистр Норнберг опоздавших не любит.

— Быстренько, — неприязненно хмыкнул парень, снова морщась. — В общем, я… — резко выдохнул и договорил: — Мы с парнями выкрали все твои книги по магическому уголовному праву и подменили их пустышками. Та книга, которую забрал магистр, она твоя.

— М-м, — протянула многозначительно. — Понятно. И что дальше?

— Ты, — прищурился недоверчиво, — не злишься? Или… Ты знала!

— Конечно, знала, — фыркнула, не видя смысла скрывать и притворяться. — Ты меня совсем за дуру-то не держи. Кстати, фальшивка неплохая, но содержание посредственное. Кто из вас увлекается любовными романами?

А парень… смутился.

— Да я не осуждаю, — хихикнула, больно уж потешно он смущался. — Ты, главное, романы Этель Руж не читай, там совсем дичь пишут.

Джул сочно покраснел кончиками ушей.

— Оу… — я неловко почесала кончик носа. — Ладно. Ну ты всё сказал, что хотел?

— В основном. — Джул глянул на меня исподлобья и снова удивил. — Извини. Это задумывалось, как шутка, но вышло не смешно и некрасиво. Думал, проучу, но у тебя теперь и без меня проблем хватает… В общем, извини. Верну книги завтра. Не против?

— Верни, — кивнула, соглашаясь.

— Мир? — зачем-то уточнил парень, пытливо заглядывая мне в глаза.

— Да мы вроде и не на войне, — усмехнулась.

— Опять за своё, — скривил губы, не прекращая глядеть мне в глаза, словно хотел найти там что-то особенное. — Эмилия, почему ты… такая?

— Какая? — приподняла брови и сама заметила, что вышло это излишне кокетливо. Мысленно поморщилась, потому что совершенно не хотела привлекать к себе ненужное мужское внимание, но Джулиан уже понимающе улыбался и зачем-то наклонялся ниже. Словно хотел… — Стоп-стоп! Ты что это задумал, Джул?! Вообще-то у меня парень есть!

- Α, ну да, парень… — скептично протянул будущий инквизитор, криво усмехаясь. — Которого никто не видел. Когда, кстати, нас познакомишь? Не одному Винсу дико интересно на него взглянуть.

— У вас с Винсом крайне нездоровая тяга поучаствовать в моей личной жизни, — произнесла недовольно, пихая парня в грудь, чтобы отстранился и позволил пройти. — У меня начинают закрадываться нехорошие подозрения…

Решив, что мы и впрямь закончили обсуждать основной вопрос, а сейчас можно и на лекцию пойти, Джулиан не только отодвинулся, но и не стал снова хватать меня за руку, хотя и пристроился рядышком, нагло интересуясь:

— Какие у тебя подозрения, Эмми?

— Что вы не просто так хотите познакомиться с моим парнем, — проворчала с насмешливым фырком и недовольно добавила: — А чтобы отбить!

— Ну да, — хохотнул Джул… И осекся. — Так, стоп. Ты сейчас что имела в виду?

— То, что ещё немного — и мы опоздаем на урок, извращенец! — засмеялась и припустила со всех ног прочь, потому что время и впрямь поджимало.

Α следом бежал Джулиан и грозно сопел, явно решая непростой вопрос: прибить меня сейчас или немного потом. Но разве моя вина в том, что они с Винсом и впрямь извращенцы? Вот зачем им мой парень? Да он даже мне не нужен!

В итоге, даже несмотря на наш почти профессиональный забег, мы с Джулом едва не опоздали на занятие, ввалившись в аудиторию вместе со звонком под крайне неодобрительный взгляд магистра Норнберга и различной степени заинтересованности взгляды остальных.

К счастью, я не увидела ни Фиону, ни Оларию, которые явно решили последовать совету магистра Ламбертса, а то бедняжек бы точно удар хватил. А мне они еще живыми нужны! Я с ними еще не закончила!

— Давай сюда, — снова цапнул меня за локоть Джулиан, утягивая к свободной первой парте у окна, когда я замешкалась, планируявообще-то сесть на вторую в центре рядом с Харви. Но не успела.

Не рискуя вызывать еще большее недовольство преподавателя тем, что мы всё ещё не сидим, я молча позволила парню решить за нас обоих, но в голове себе пометочку уже сделала. Надо это прекращать. Не знаю, что они задумали (а надо бы узнать!), но мне это категорически не нравится.

Любовью тут и близко не пахнет, а всё остальное мне еще менее выгодно. Влюбленными хотя бы манипулировать можно (о чем пишут в умных книгах!), а с теми, кто сам играет в манипуляторов, лучше вообще не связываться. Только не в моём случае. Лишнее внимание общественности мне точно ни к чему, а из-за этих аристо, чувствую, все разговоры однокурсников крутятся лишь вокруг меня.

Нет, мне лестно… Но не в таком контексте!

Кстати, урок мы отсидели нормально. Нам никто не мешал самолетиками, Джул старательно записывал за магистром, не отвлекаясь на меня, а я точно так же старательно слушала преподавателя, выбравшего сегодня тему про тварей изнанки третьего порядка. Почти про меня, ага.

Это было довольно познавательно, но, если бы кто спросил меня, я бы уточнила пару-другую нюансов, однако меня никто не спрашивал и я не спешила лезть, куда не следует.

После урока, всё ещё проверяя мои нервы на прочность, Джул снова прилип ко мне, как репей, отобрав сумку и взяв под локоток, на что окружающие смотрели со всё возрастающим интересом, уже наверняка замучившись гадать, что же нас с будущим герцогом на самом деле связывает. То ли он меня уже бросил, но потом передумал, то ли я его хотела бросить, но он не дает, то ли я уже беременна и скоро свадьба, то ли ещё какая ерунда… Эй, я всё слышу, между прочим!

Кажется, Джул тоже не страдал глухотой, потому что недовольно поджал губы и ускорил шаг, старательно разрывая дистанцию между нами и основным потоком студентов, и почему-то даже Винсент не торопился нас догонять.

Из-за того, что практическое занятие по стихиям проходило в другом корпусе в специально оборудованном крытом зале для отработки заклинаний, у нас не было ни минутки на то, чтобы отвлечься от увлекательного дела под названием «ходьба», но все эти десять минут, что мы шли, будущий герцог меня не отпускал.

Хотя я пыталась!

— Джул, у меня закрадываются странные подозрения.

— Какие? — парень скосил на меня заинтересованный взгляд, не сбавляя шага.

— Ты всё-таки в меня влюблен.

Фыркнул. Да еще так… пренебрежительно!

Ну всё, я обиделась.

— Тогда… — я помедлила, дожидаясь, когда парень снова на меня взглянет, — вы на меня поспорили?

— Бред, — фыркнул Джулиан, но зрачки в глазах дрогнули.

Αга! Не поспорили, но близко…

— Вы поспорили на моего парня? — ужаснулась.

— Чего? — опешил Джул, резко замирая и меня аж занесло, потому что руку мою он так и не отпустил. — Эмилия, думай, что говоришь! Я так-то девушек не бью, но ты просто напрашиваешься на трепку!

— Ну а что еще я должна думать?! — возмутилась в ответ. — Что у вас там в головах творится, что вы никак не можете оставить меня в покое? И вообще, хватит меня уже за руки хватать без спроса! Тебя где манерам учили? В джунглях Мензании?

— Ладно-ладно, чего опять завелась? — проворчал Джулиан, снова продолжая движение к нужной аудитории, но руку мою так и не отпуская. — Просто… Потерпи.

— Зачем? — насторожилась.

— Так надо, — последовал загадочный ответ.

Ну о-о-очень загадочный! Я аж в догадках потерялась, потому что даже примерно не могла предположить, зачем мне это всё терпеть.

Тьма! Я опять заинтригована!

ГЛАВА 13

А на практическом занятии всё и разрешилось. Стоило всем нам собраться в зале, как магистр сделал объявление:

— Сегодня делимся на пары. Выбирайте напарника с умом, потому что до конца года будете тренироваться только с ним. Единственное ограничение: боевики выбирают бытовиков. Смотрю, Кейтри и Изандер уже определились? Замечательно. — И, не позволяя мне возразить ни словечка, щедрым жестом пригласил подойти к нему ближе. — Отличный вариант симбиоза ума и силы. С вас и начнем.

Подарив Джулиану многообещающий взгляд (так вот, каков был его коварный план!), на что будущий герцог ответил мне широкой белозубой улыбкой и нервно дернувшимся правым веком, я расправила плечи и с достоинством прошла поближе к магистру. Наконец отпустивший мою руку Джул шел следом.

Ну а дальше было занятие. На нашем примере преподаватель показал, как грамотно ставить щиты даже с минимальным резервом и на что обращать особое внимание, если противник чересчур силен. В течение занятия указывал на бреши и недочеты, кого-то хвалил, кого-то ругал, кого-то контролировал от и до, но так или иначе получалось у всех. Всё-таки пятый курс — самые тупые и бездарные уже отчислены.

Я, как и следовало полагать, в нашей связке отрабатывала щиты, хотя с удовольствием бы отработала и удар по этому самодовольному типу.

Меня использовали! Меня тупо использовали! Да, не в сексуальном плане, но тоже унизительно! Как… как вещь! Схватил первым, потому что остальные наши бытовики… ну, будем честными, не такие начитанные, умные, изобретательные и изворотливые, как я. Середнячки. Впрочем, та же Янина, наша староста, оказалась девушкой не промах и первая вцепилась в Винсента, а остальные девчата первым делом разобрали красавцев-инквизиторов и только потом нехотя обратили внимание на наших, собственных боевиков. Кстати, кое-кому пары не хватило, ведь отсутствовали минимум пятеро: все мои обидчики, но магистр сам распределил оставшихся бытовиков попарно, заверяя, что не так важна специализация, как практика.

Несмотря на мою злость, в целом занятие прошло продуктивно. Всё-таки магистр был прав, одобрив мне в пару сильнейшего боевика курса, и я не только по достоинству оценила крепость своего многослойного стихийного щита, но и прощупала величину магического дара Джулиана. Заодно нашла в плетении пару недочетов, которые можно было укрепить тьмой или наоборот, ею же ослабить, если такими щитами будет прикрываться противник. Хм, как бы это проверить на практике?

— Закончили! — объявил магистр Ронарио и я с сожалением развеяла щит, на поддержание которого в течение этого часа потратила от силы треть своего не особо большого резерва. — Не расстраивайтесь, на следующем занятии вы поменяетесь ролями и я покажу, как найти мельчайшие бреши в этой на первый взгляд монолитной структуре, чтобы справиться с противникомдаже своими не самыми большими силами. Все большие молодцы, до свидания.

Похватав сумки и верхнюю одежду, возбужденно переговариваясь, однокурсники как обычно создали небольшой затор в дверях, но это не помешало уже знакомому серебристому вестнику пролететь над их головами и во всеуслышание объявить:

— Адептка Кейтри, вас ждут в ректорате.

Не знаю, как остальные (сморщивший нос Джул и скрививший губы Винс), а я порадовалась тому, что снова отрываюсь от коллектива. Да с таким коллективом и врагов никаких не надо! В общем, я молча отобрала свою сумку у будущего герцога, который снова возомнил себя моим парнем, и, ни с кем не попрощавшись в стиле магистра Ламбертса, в одиночестве потопала в центральный корпус, тогда как остальные отправились кто в столовую, а кто по домам.

В ректорате, как я и предполагала, меня ждало приятное известие в виде письма-извинения от отца Невилла, маркиза Шайенского и весьма внушительная денежная компенсация за утраченные вещи и моральный ущерб. Настолько внушительная, что была выписана чеком в виде потрясающе круглой суммы с тремя нулями. Αж в две тысячи золотых!

Даже по меркам аристократов весьма неплохая сумма, а для меня так и вовсе… нет, не астрономическая, но тоже приятная. На эти деньги можно было без проблем приобрести добротный дом в деревне и скотину для хозяйства, можно открыть лавку на окраине города, а можно просто потратить на себя любимую.

Хм-м, и как же я поступлю?

От души поблагодарив приятную во всех отношениях миссис Бернар, секретаршу ректора, и заодно забрав уже готовые личные документы, я убрала всё в сумку и, отпустив мечты на волю, вышла из приемной.

И сразу день растерял половину своих красок.

— А вы что тут делаете? — прищурилась с нескрываемым подозрением, увидев в коридоре прямо напротив ректората сладкую парочку будущих инквизиторов.

— Так тебя ждем, радость наша, — кровожадно оскалился граф. Будущий герцог лишь кривовато усмехнулся, но опровергать слова друга не стал. — Сегодня уже четверг. Когда мы твоего парня увидим? Кстати, по пятницам в «Шоколаднице» делают просто роскошные десерты из свежей клубники с взбитыми сливками. Понимаешь, к чему я?

И ужасно пошло поиграл бровями. Фу!

— Спасибо, обязательно попрошу своего парня меня туда сводить, — усмехнулась.

Если Винс и опешил, то вида не подал. Наоборот, радостно щелкнул пальцами и наставил их на меня.

— Точно! Слушай, отличная идея. Там и встретимся. Завтра в пять. Приходи со своим парнем и мы там тоже будем.

— Оба? — Мои брови медленно, но очень выразительно поползли наверх. — В кафе для влюбленных пар?

Джул закатил глаза, Винс расхохотался и звучно шлепнул друга по плечу. Ну а мне достался выразительный взгляд и игривое подмигивание.

— А ты горячая штучка, Эм. Практически дрянная девчонка. Всё, как я люблю. Мне нравится ход твоих мыслей. Обещаю, я буду с тобой нежен. Всё, до завтра. — И уже другим, неприятно жестким тоном с ехидным прищуром добавил: — Придешь без парня — проиграешь. Совсем не придешь — дико разочаруешь. Но ты же не трусиха, Кейтри?

После чего лихо подмигнул и направился к лестнице, насвистывая что-то смутно знакомое и совершенно неприличное.

Проводив этих двоих клоунов откровенно раздраженным взглядом, тем не менее признала, что моя ложь и впрямь немного вышла из-под контроля. Но как быть? Чего я точно не собиралась делать, так это идти на поводу у Винсента, но как разрешить эту непростую ситуацию, просто не представляла. Понос на них что ли наслать? Чтобы вместо походов по кафе с унитаза не слезали! А то угрожают тут, понимаешь, маленькой и невинной мне… Взяли моду!

Для себя решив, что если до завтра так ничего и не придумаю, то именно так и поступлю, первым делом сходила в банк и, обналичив чек, положила практически все деньги на счет, оставив себе лишь десяток золотых на приятные сердцу расходы. По дороге домой заглянула в лавку готовой одежды и приобрела дико удобные замшевые брючки на осень, а к ним высокие полусапожки в тон, которые сели на мою миниатюрную ножку, как влитые.

Как всегда покупки повысили градус моего настроения до уровня «жизнь хороша, как ни крути», такчто даже обнаруженный на кухне хозяйского дома Αльб его не испортил. Ну, любит парень вкусно поесть. Что теперь, не кормить его что ли?

Я даже поболтала с ним с искренним удовольствием, обсудив изученное плетение по щитам, заодно дегустируя изумительный грушевый пирог, постряпанный миссис Муариф. После чая, естественно, выставила парня прочь, сославшись на то, что буду писать реферат. Да, с остатками пирога! Нет, не дам! Моё! Между прочим, честно оплаченное. Сама, естественно, первым делом засела за презентованный магистром Ламбертсом фолиант, потому что понятия не имела, когда он потребует его обратно. А у меня ещё как минимум две трети не прочитано и не законспектировано!

Скучающую Тьму я отправила на разведку к будущим инквизиторам, чтобы наконец узнать, где они живут и с кем, вдруг понадобится срочно напакостить, а я даже не знаю, где.

И снова я зачиталась до глубокой ночи, очнувшись, лишь когда начала отчаянно зевать. Видя, что до конца книги еще примерно четверть, то есть читать и читать, а понимание сути уже оставляет желать лучшего, я решительно убрала фолиант на стол, а сама завернула в ванную комнату, чтобы принять перед сном душ.

За эти дни я уже привыкла думать, что мой новый дом — это моя крепость и периодически ходила по комнате нагишом. Особенно после душа и перед сном, потому что не видела смысла одеваться, ведь спала голой. Вот и сейчас, лишь накинув на голову полотенце, чтобы промокнуть им влажные пряди перед полноценной сушкой, я прошла из ванной комнаты в спальню, откровенно позевывая, и практически на ощупь устроилась на кровати, разбирая волосы пальцами и заодно суша их известным бытовым заклинанием.

Наверное, я была чересчур погружена в свои мысли, потому что далеко не сразу почувствовала чьё-то стороннее внимание, тем более оно не несло в себе угрозы. Недовольно хмурясь, потому что это точно была не Тьма, но что-то очень схожее, а защитное плетение не подавало никаких признаков присутствия постороннего, на всякий случай я создала вокруг себя тот самый многослойный стихийный щит, который мы изучали сегодня, но ко всему прочему влила в него и тьму.

Кем бы ни был невидимый наблюдатель, он явно мне не друг!

Внешне, старательно изображая дикую сонливость, я закончила сушить волосы, что оказалось безумно сложно делать параллельно с плетением щитов (но я справилась!), после чего как можно грациознее поднялась с кровати, медленно прошла к шкафу, плавно покачивая бедрами, почти сразу засекла точное местонахождение наблюдателя…

И ударила по нему чистой тьмой, вкладывая в один-единственный удар всю свою мощь.

— Ауч! — недовольно вякнул угол, в котором начал проявляться призрачный дракон, недовольно дергая подпаленным хвостом. — Больно, между прочим!

— Ты-ы-ы?! — протянула обескуражено, но при этом не забывая формировать в ладонях новый энергетический сгусток. — Какого гхырта?!

— Ой, да ладно тебе, — с едва заметным смущением фыркнул чужой фамилиар, выразительно закатывая глаза и не менее выразительно прикрывая их кончиком хвоста. Но лишь для вида. — Кстати, не хочешь одеться?

— С какой стати? — прищурилась зло. — Я у себя дома. А вот ты… Что ты тут делаешь? Следишь? Тебя магистр послал? Отвечай. Ну что за день такой? Вокруг меня одни извращенцы!

— Серьезно? — искренне заинтересовался дракон и скользнул ближе ко мне, совершенно не страшась того, что в моих руках переливается мертвенным светом тьма. Ну да, судя по тому, что на его хвосте подпалин уже не видно, она ему совершенно не страшна. Вот же… Тьма! — А кто ещё тебя донимает? Ρасскажи, а? Мне же интересно!

— Ничего я не буду тебе рассказывать, гадкий ты шнурок! — возмутилась с полным правом, развеивая пульсар и возвращаясь на кровать. — Проваливай давай.

— Ну Эм-мочка-а-а, — неожиданно заканючил дракон, ловкой змеей заползая накровать и нагло располагаясь поверх одеяла прямо на моей груди, чтобы ткнуться своей бесстыжей мордой мне прямо в лицо. — Расскажи. Ρасскажи-расскажи! Раз уж не показываешь своё белье, расскажи хотя бы это!

— Зачем тебе моё белье? — опешила я, даже забыв разозлиться на этого проныру. Да он хуже моей Тьмы. Та хотя бы не канючит.

— Ну как же! — с жаром выпалил фамилиар. — Сэв же тебе про своё рассказал, а ты нам про своё нет! Вот мы и подумали…

— Стоп-стоп! — Ткнула ему в морду ладонь, приглушая этот поток сознания. — Вы подумали?! Вы с Сэвом?! В смысле с магистром Ламбертсом?!

— Ну да! — быстро-быстро закивал дракон, слегка отстраняясь, чтобы моя ладонь ему не мешала. — А ты голая! Вот прям совсем голая. Ну вот как так?!

— Поправь меня, пожалуйста, если я ошибаюсь, — произнесла зло. — Магистр Ламбертс отправил тебя шпионить за мной, чтобы узнать, какого цвета на мне белье?

— Ну-у, — подозрительно заюлил фамилиар, — не совсем так, но в целом да.

— Извращенцы! — выпалила в сердцах и попыталась скинуть с себя этого гада.

Но куда там. Он лишь слегка подлетел, продолжая скалиться уже сверху.

— Да, мы такие, — горделиво выпятил грудь дракон. — Но ты от темы не отходи. Кто тут такой бессмертный, что пытается отнять себе нашу славу? Ты только скажи, я их одной левой в нокаут отправлю!

Естественно, я не поверила. Но прищурилась. Затем задумалась…

И рассказала. Почему нет? Этот дракон — создание тьмы. И он с удовольствием напакостит всем, кто ему не по нутру. Я вот вроде как у него в любимицах… Но это не точно. В любом случае я ничего не теряю кроме репутации и парочки неприятных минут в обществе Винса. Но может, всё-таки есть шанс этого избежать?

— Вот гады! — под конец моего рассказа искренне возмутился дракон, который между делом сообщил, что вообще-то его зовут Χисс, а не «эй, ты» и «гадкий шнурок». — Слу-у-ушай, а давай их проучим! Да-да, проучим так, что навсегда запомнят!

— Это как же? — скептично сдвинула брови.

— Ты пойдешь в это кафе с Сэвом!

Кажется, я подавилась воздухом. Чуть не насмерть!

Кое-как откашлявшись и смахнув выступившие на глазах слезы, я с возмущением уставилась на этого призрачного безумца.

— Сбрендил? Нет, я понимаю, они этим точно шокируются, но как ты себе это представляешь? Да меня магистр на смех поднимает — и это в лучшем случае!

— Ну, допустим, я его уговорю, — ощерился в коварной ухмылке призрачный фамилиар. — Но за это ты просто обязана сказать мне, какого цвета белье носишь!

— Точно уговоришь? — прищурилась, не спеша верить этому проходимцу. Да у него на морде всё написано!

— Клянусь честью рода! — запальчиво заявил Хисс, приподнимая кверху кончик хвоста. — Завтра в пять Сэверин пойдет с тобой в это кафе и подтвердит, что вы встречаетесь. Заметь, ни слова лжи. — Прищурился, ехидно хихикнув, и добавил: — Встречаться-то можно для самого разного.

— Ну, допустим, — я была всё ещё не убеждена разумностью этой затеи до конца. — Α если они спросят, мой ли он парень? Что тогда? Или начнут уточнять подробности? Магистр Ламбертс сам сказал, что не терпит ложь, и я очень сильно сомневаюсь, что будет лгать ради меня.

— А он и не будет, — хитро ухмыльнулся дракон. — Доверься мне, Эмилия, всё будет в лучшем виде. Ну так как? Какого цвета бельишко?

— Ой, да далось оно тебе! — фыркнула раздраженно. — Сам глянь, если оно тебе так не дает покоя. Верхний ящик комода, открывай и любуйся!

Судя по тому, с какой скоростью Хисс метнулся к комоду, для него это действительно было делом высочайшей важности и всего через несколько секунд с той стороны комнаты донеслось счастливое приглушенное бормотание, к которому я невольно прислушалась:

— Лазу-урное! Индиго! Желтенькое! Вах, какая прелесть. Ой, какие миленькие кружавчики! А какие крошечные… Вах-вах. Всё, чудо-расчудесное, договоренность в силе. Завтра без двадцати пять жди магистра у фонтана, что на пересечении Рыночной и Башмачников! Дальше пойдете вместе. Споки-ноки! Пока-пока!

Исчезнув с едва различимым хлопком, дракон оставил после себя столько вопросов, что еще минут сорок я только ворочалась, не понимая, как согласилась на это безумие. Сон прошел, как не бывало, зато я сумела найти крошечную брешь в защите комнаты, как раз подходящую для проникновений созданий тьмы, но сразу латать её не стала — это отняло бы и время, и силы. Да и концентрацию необходимо сохранять до самого конца, а у меня сейчас в душе полноценнаякосмическая буря. Как-нибудь на днях, но точно не сейчас.

А-а-а, у меня завтра свидание с лордом Бекельсберри-младшим! Магистром некромантии и инквизитором пятой ступени!

Что я натворила?!

***

— Что-что ты ей пообещал?! — Сэверин Ламбертс, лорд Бекельсберри, магистр некромантии и инквизитор пятой ступени смотрел на своего фамилиара и не верил своим ушам. — Поклявшись честью рода?! Ты в своём уме? Да она лжива насквозь! Меня тошнит от её лжи, понимаешь?!

— Ой, не преувеличивай, — небрежно отмахнулся Хисс, хотя и отлетел от хозяина подальше. — Οна девочка, а девочки любят все немножечко… приукрашивать. К тому же твой метаболизм совсем не такой слабый, как ты прикидываешься. Или уже забыл, как работал в инквизиции ещё каких-то три года назад? И вообще, кончай ныть. Кто только утром жаловался, что Адель уже не привлекает? А тут такой шанс! М-м, такое белье…

— Кстати, о белье, — хмыкнул некромант. Нет, не смирившись с самоуправством фамилиара, но не видя смысла в дальнейшем препирательстве. Он еще припомнит Хиссу эту выходку, но как-нибудь потом, при более удобном случае. Сейчас же стоит решить текущую проблему. Как бы пафосно это ни звучало, честь рода для него — не пустой звук. Сходит, не переломится. И не без пользы для себя. К тому же учебник можно вернуть… Чем не повод? — Ради чего я страдаю? Поделись знанием.

— А ты страдаешь? — не поверил дракон и подлетел ближе, внимательно вглядываясь в знакомое до последней черточки лицо. — Α от чего ты страдаешь?

— Хисс!

— Тц, не шуми. ― На всякий случай фамилиар снова отлетел подальше и уже из-под потолка донельзя довольным голосом сообщил: — Она носит все оттенки голубого, синего и желтого! С кружевами! Всё, как ты любишь! Правда, здорово? У вас столько всего общего! Кстати, я бы потискал её киску…

- Χисс!!

— Ой, ну что орать? Что так орать, я спрашиваю? Не ту киску. Кстати, ты из нас главный извращенец, так и знай. Я сейчас вообще-то её фамилиара имел в виду. Α ты что?

— Ой, всё, — устало отмахнулся от своего болтливого дракона некромант, прекрасно зная, что этот поток сознания ничем не заткнуть, пока сам не выговорится. — Иди уже… Я спать.

— А я пойду! Я возьму — и пойду! — деловито забурчал дракон. — И ты пойдешь! Мы оба пойдем, да? Без двадцати пять у фонтана. Запомнил? Без двадцати пять!

— Хисс!!!

— Ушел!

***

Естественно, после такой ночной встряски я не выспалась. Естественно, была раздражена сверх меры и даже свежий сытный завтрак сегодня вызвал у меня лишь глухое недовольство. Кажется, я уже поправилась. Кошмар! Я не хочу быть толстой!

В общем, стойко проигнорировав половину тех изысков, которые в очередной раз наготовила миссис Муариф (кажется, пораискать новый дом!) и сообщив, что на обед сегодня не приду — задержусь в библиотеке допоздна, я подхватила сумку, мрачно изучила хмурое небо, активировала щит от дождя и потопала на занятия, по дороге ворча на вернувшуюся лишь под утро Тьму, что меня в её отсутствие обижают и вообще — подбивают на глупости.

Тьма почему-то моих моральных терзаний не разделяла и в целом была подозрительно довольна, хоть и не призналась, почему.

Сегодня у нас снова было три пары: бестиология, артефактное дело и целительство, но, если кто-то меня спросит, о чем на них шла речь, даже двух слов ответить не смогу. Нет, я записывала… Но это шло инстинктивно, по привычке, выработанной годами, смысл же лекций я не улавливала напрочь.

Я думала!

Α может, плюнуть и не ходить? Подумаешь, назовут лгуньей… Да кем меня только за эти четыре года ни называли! И ничего, живее всех живых. А Винсент со своей глупой затеей пусть катится куда подальше. Четыре года якобы изгоем прожила, и пятый переживу.

Так я думала на первой паре. И на второй. И даже на третьей. В конце концов, это самый глупый спор в моей жизни. И самый нелепый. А у меня, между прочим, есть дела намного важнее, чем тешить эго какого-то там графа! Решено!

— Эй, Эм! — догнал меня в дверях аудитории насмешливый оклик Винсента и я неохотно обернулась. — В пять в кафе, помнишь? Жду тебя, моя сладкая булочка. И даже не вздумай не прийти!

Окатив блондинистого прилипалу особенно мрачным взглядом, перевела не менее мрачный на подошедшего ко мне Джулиана и неприязненно рыкнула:

— Что ещё?

— Кто-то сегодня не в духе? — иронично пошутил будущий герцог, но, когда я окончательно скривилась, примирительно поднял руки. — Не злись, я всего лишь хотел вернуть тебе книги. Они у меня с собой, — похлопал по ремешку объемной заплечной сумки. — Помочь донести до дома?

— Донести? — прищурилась, почти моментально решая для себя этот непростой нюанс. Уж домой вести этого типа я точно не собиралась. — Α давай. Пошли.

Приняв вид независимый и гордый, я взяла курс на библиотеку. Кстати, парень далеко не сразу понял, куда мы идем, всё пытаясь завязать беседу о предстоящей практике по целительству на следующей неделе, где нас снова поделили по парам (угадайте, кого с кем?), но я стоически не замечала все его попытки и невозмутимо отмалчивалась.

В библиотеке, сразу подойдя к дремлющей в полглаза библиотекарше, я почти ровно попросила Джулиана выложить книги на стойку, невозмутимо полистала каждую, словно желала убедиться в их целостности (а на самом деле снимая проклятье путаницы), после чего попросила бабулю Кармен вычеркнуть их из моего формуляра. Мол, сдаю.

Это почему-то так удивило моего спутника, что я без труда воспользовалась его растерянностью и привычно прошмыгнула между стеллажами вглубь библиотеки, на ходу сообщив её полновластной хозяйке, что пришла позаниматься. Мол, как обычно.

Джулиан было спохватился и двинулся следом, но его моментально остановил возмущенный окрик:

— Куды-ы-ы?!

И будущему герцогу не оставалось ничего другого, кроме как оставить меня сегодня в покое.

Я же, набрав стопку самых разных книг, которые давно ждали моего внимания, прошла в свою каморку и, стойко игнорируя легкое чувство голода (худеть надо!), расположилась за столом.

Час читала, два читала… В четыре начала нервно елозить на стуле, в половину пятого раскусала губы до нездоровых припухлостей, без двадцати начала нервно мять пальцы…

Α еще через две минуты дверь моей каморки резко распахнулась безо всякого предупреждения и на пороге появился ну очень недовольный магистр Ламбертс, одетый в стильный кожаный плащ поверх неизменно дорогого костюма. Сегодня в серебристо-голубых тонах.

ΓЛΑВА 14

— Адептка Кейти, — произнёс он строго, входя в комнату. — Вы забыли о нашей встрече или намеренно её проигнорировали? Или считаете, мне нечем себя занять, кроме как ждать вас в заранее оговоренное время в условленном месте?

Сидящий на его плече дракон осуждающе поцокал и укорил меня одним взглядом.

Тьма угрожающе зашипела, но, когда эти двое обратили на неё внимание — приглушенно мявкнула и предпочла сбежать, оставив меня одну. Предательница!

— Я… — прижав книгу к груди, я во все глаза глядела на этих двоих и медленно заливалась краской стыда, — забыла…

Честно! Забыла! Почему-то я отлично помнила, что должна прийти в кафе, чтобы потешить самолюбие Винсента, графа Накизо, и негодовала на это целый день, но при этом почему-то умудрилась забыть главное: что прийти я туда должна в компании магистра.

Будем честны, я не верила, что Χисс его уговорит.

А он уговорил.

— Хм-м, не лжете… — удивленно протянул лорд Бекельсберри-младший и слегка наклонил голову. — Знаете, я уязвлен. Что такое вы читаете, что позабыли обо мне?

Отняла от груди книгу, потому что её название напрочь вылетело из головы, но некромант сделал ещё шаг и прочел по обложке сам.

— Психология магически одаренных аристократов? Недурно. Но лично мне в этом плане больше нравятся выкладки профессора Феофана Рейда. Кстати, есть у меня один экземпляр его трудов, могу дать почитать. С возвратом, естественно. А сейчас, раз уж я здесь, идемте.

— А может, не надо? — попыталась я отказаться от этой сомнительной чести.

— Тебе нравится быть лгуньей? — недовольно приподнял брови некромант, снова перейдя на ты.

— Но мы же… — Мне было дико неловко, но я всё равно это сказала: — Вы не мой парень. Так что это всё равно ложь. Вам-то это зачем?

— Ну-у, — насмешливо протянул мужчина, — может за тем, чтобы узнать, какое белье надето на тебе сегодня?

— Что?! — Я совершенно неприлично выпучила на него глаза, потеряв дар речи.

Так это не фамилиар у него дурно воспитан, а сам лорд пример подает?

— Ах да, ещё книгу вернуть. — Из ниоткуда появился последний девятый учебник и лег передо мной на стол. — Заодно был бы рад обсудить необычное плетение, задействованное в данном случае. И ещё… — мой желудок, таки не получивший свой заслуженный обед, утробно буркнул, что, конечно же, не ушло от внимания магистра и он понимающе усмехнулся, — мы могли бы вкусно поесть, обсуждая всё это. Слышал, в «Шоколаднице» не только десерты достойные, но и горячие блюда. Так как? Мне продолжать тебя уговаривать, чудо, или не будем терять время? Кстати, тебе еще нужно успеть переодеться. Ты ведь не пойдешь на встречу со своим парнем в форме?

— Я…

Я глядела на него и не понимала. Категорически не понимала! А он стоял напротив, терпеливо ждал и едва заметно усмехался. Лишь губами. Глаза же…

Какие всё-таки красивые у него глаза! Ярко-синие!

Вспомнив, что сегодня на мне как раз ярко-синее белье, поняла, что снова сочно краснею, но тут же на себя разозлилась. Что за дела? Что за предательская и совершеннонеуместная реакция тела? В конце концов, это всё неправда! Да, мы встречаемся, но не ради романтики, а ради книг! Да, только ради них!

— Хорошо. — Кое-как справившись с ненужными эмоциями, я решительно поднялась из-за стола, сунула возвращенную книгу в сумку, оставляя прочие в комнатке (все равно тут никого кроме меня не бывает), надела курточку и отрывисто кивнула. — Вы правы, сделаем это.

— Ты.

— А?

- Γовори мне сегодня ты, Эмилия. — Уголки губ магистра едва заметно дрогнули, но взгляд при этом существенно смягчился. — И называй по имени. Согласись, будет странно называть своего парня «магистр».

— Но вы не мой…

Некромант вскинул руку.

Послушно умолкла, вздохнула… И кивнула.

— Хорошо. Сегодня ты — Сэверин. Кстати, очень редкое имя в наших краях. Это что-то на иностранном? — не упустила я случая узнать его ближе.

Чем не повод? Мне ведь его еще женить!

— Да, моя мать была демоницей, — последовал невозмутимый ответ и меня аккуратно перехватили под локоток, параллельно активируя межпространственный портал, который вывел нас прямо на крыльцо моего дома. — У тебя десять минут. Постарайся уложиться в это время.

— Хорошо, — кивнула снова и зачем-то заверила: — Я быстро!

После чего поспешила войти в дом и подняться наверх. Там немного суетливо распахнула шкаф, несмотря на всю свою внешнюю невозмутимость ощущая немалое волнение и даже полноценный стресс, и как-то так само получилось, что выбрала не платье, на которое глядела изначально, а… брюки.

В конце концов, погибать, так с эпатажем!

К брюкам (и белью!) отлично подошла новая синяя блузка с крупными воланами по вороту, по губам я мазнула ярко-розовым блеском, а остальное в изменении не нуждалось. В итоге я прекрасно уложилась в заявленные десять минут и когда спустилась вниз, снова накинув на плечи модную кожаную курточку, то удостоилась от магистра очень и очень задумчивого взгляда.

Снова дико смутилась, особенно, когда его интерес надолго задержался гораздо ниже талии (вот умеют же некоторые!), но комментариев никаких не последовало (даже от дракона), и я тайком выдохнула. Вместо вполне ожидаемых скабрезностей и двусмысленностей некромант вежливо предложил мне локоть, после чего снова воспользовался порталом и вывел нас буквально в десяти метрах от заявленного кафе.

Неосознанно вцепившись в его руку сильнее, чем стоило, почти сразу ощутила на своём виске теплое дыхание спутника, и следом мне на ушко прозвучало:

— Ну и чего ты испугалась, чудо? Это всего лишь люди. Заметь, не самые умные, раз решились на шантаж. Кстати, я всё еще не услышал ответ на свой вопрос.

— Какой? — повернула к нему голову, невольно отмечая, что наши лица в который раз слишком близко друг к другу, но сейчас меня это не пугает. Я в таком непрекращающемся стрессе по их милости, что это уже почти привычно.

— Ты до сих пор не сказала, какое сегодня на тебе белье, — игриво подмигнул мне этот… этот извращенец!

И распахнул дверь кафе, пропуская меня чуть вперед.

Из-за его возмутительного заявления я даже не сразу заметила, что не самый большой зал на полтора десятка столиков забит битком, так была сердита на спутника, но стоило нам сделать ещё несколько шагов, как стало подозрительно тихо и я, с откровенным удивлением узнавая в посетителях практически весь наш курс, сейчас жадно/шокированно/возмущенно взирающий на нашу пару, едва ли расслышала слова некроманта, сказанные не так уж и тихо.

— Нда, когда мне говорили, что это кафе дико популярно среди молодежи, я не сильно верил. Хорошо, что заранее заказал отдельный кабинет. Чудо, идем, нам сюда.

После чего приобнял за талию и потянул к неприметной лестнице слева от входа, где уже дежурил расторопный официант, отправленный нас сопроводить.

— Стоп-стоп, подождите! — не выдержал Винсент, пробираясь к нам от одного из самых дальних длинных столиков, где расположилась вся их компашка. — Магистр Ламбертс, буквально на пару слов!

Замедлившись, мой спутник с нескрываемым недовольством развернулся к студенту и выразительно приподнял бровь.

— Слушаю вас, адепт Наркизо. В чем дело?

— Вы действительно встречаетесь? — с ходу выпалил блондин, при этом глядя в первую очередь на меня. Да так возмущенно, словно я ему изменила. — Реально?

— Адепт Наркизо, — ледяным тоном отчеканил некромант, — проблемы со зрением необходимо решать до того, как они станут критичны, магу вашего уровня это должно быть известно. А еще стоит подучить этикет и не задавать вопросы, которые вас не касаются. Но так и быть, отвечу… — С этими словами он умудрился обвести одним долгим и откровенно вымораживающим взглядом всех присутствующих, после чего снова взглянул на Винса. — Да, мы с Эмилией встречаемся. И любой, кто посмеет и дальше докучать ей своим неуместным вниманием, будет иметь дело со мной. Всем всё ясно? А сейчас прошу простить, нас ждет приятный вечер в компании друг друга. Чудо, идем.

Покусывая губу, чтобы только не выдать себя гомерическим хохотом (ах, какие у них всех были лица!), я ощущала себя на седьмом небе от счастья. Казалось бы, что такого? Но нет! Это было… необъяснимо! Невозможно! Дико! Ужасно приятно!

Мы уже были на середине лестницы, когда нам в спины донеслось приглушенное бормотание графа:

— Чудо?!

Но больше он вроде ничего не сказал, а потом было уже неважно — мы дошли до того самого, заранее заказанного кабинета, куда нас очень вежливо сопровождал молчаливый официант, и я охотно переключилась на изучение незнакомого пространства.

Не самая большая комнатка с окном и видом на зеленый внутренний дворик с пышными кустами глицинии, была красиво отделана деревянными панелями нескольких оттенков бежевого и коричневого, яркими акцентами выделялись подушки на мягком диване и сочно-зеленый тюль, желтые настенные светильники создавали атмосферу легкой таинственности, а с полочек на нас лукаво взирали статуэтки пухлых котиков.

В центре стоял круглый столик, у стены — мягкий диванчик надвоих, а напротив несколько кресел.

Приняв у меня верхнюю одежду и отдав на растерзание диван, сам некромант предпочел кресло и, выслушав у официанта все положенные в таких случаях пожелания и предложения (позвать его, как определимся с выбором по меню), небрежным жестом отправил его прочь.

Кстати, его дракон куда-то подевался ещё до того, как мы вошли в кафе, и сейчас в этой комнатке мы остались одни. Он, я и моя дикая благодарность.

— Спасибо!

— М-м?

— Спасибо, — повторила уже не так горячо, скорее с признательностью. — Я понимаю, что для вас это было…

— Тебя, — не слишком тактично поправил меня магистр.

Удивилась, конечно, ведь мы были одни, но послушно исправилась, хотя и немного сбилась с мысли. О чём это я? Ах, да.

— И всё-таки, — прищурилась, пытаясь понять по его невозмутимому лицу, — почему ты мне помог?

— А не надо было?

— Это не ответ, — качнула головой.

— Потому что могу, — небрежно пожал плечами, даже не взглянув на меня, а продолжая изучать меню. — Потому что ненавижу ложь, но куда больше презираю шантаж. А ещё тех, кто до него опускается, не в силах получить желаемое законно. Как думаешь, чего они добивались? Ведь не для того, чтобы просто назвать тебя лгуньей.

— Я не знаю, — вздохнула, тоже суя нос в меню, потому что стоило определиться с блюдами поскорее, а уже потом тратить время на разговоры. Ведь эти самые блюда еще будут готовить, а кушать хочется всё сильнее с каждой минутой. — Я уже всякое думала, но пока особого результата нет. Джулиан уже заполучил меня в напарники на практические занятия по стихиям и целительству, но мне кажется, это совсем незначительное достижение для такой подозрительной махинации. Тем более Винс до сих пор никакой выгоды с этого не поимел. Ну, сходила бы я с ним в кафе. Адальше? Нет, тут что-то… другое. Но что, я не знаю. Как думаешь, утка в брусничном соусе — это вкусно?

— Очень вкусно, — без заминки подтвердил Сэверин, продолжая листать своё меню. — Что ж, значит, выясню сам.

— Зачем? — вскинула на него пытливый взгляд.

— Потому что могу, — едва уловимо усмехнулся некромант, но глаза при этом оставались серьезными. — Кстати, возьми к утке салат с грушей и миндалем, отменное сочетание. Что будешь на десерт?

С десертом мы, как ни странно, определялись вместе. Слишком большой выбор, как оказалось, тоже плохо, а сам лорд признался, что не большой любитель сладкого, так что мне достались мягкие вафли с тремя шариками мороженого (шоколадным, фисташковым и клубничным), политые шоколадным сиропом и украшенные лесными ягодами, а себе Сэверин взял кофейный заварной крем с соленой карамелью. Вроде и десерт, но не особо сладкий.

Пока ждали первое, неожиданно разговорились о книгах и я, неохотно признавшись, что действительно наложила на учебник проклятье путаницы, потому что знала о готовящейся краже, в ответ услышала чудесный совет:

— Слишком мягко, Эмилия. В следующий раз защищай своё более жестко и изощренно. Например, долгосрочным проклятием сыпи, синьки и кишечного расстройства. Эти и десяток многих других проклятий невозможно снять по причине того, что они относятся к категории временных и официально одобренных противокражных, но неудобств доставляют немало.

— Вы… — ахнула, но под его осуждающим взглядом поправилась: — Ты даешь мне советы по тому, как испортить жизнь окружающим? Ты, инквизитор и законник?!

— Ну, во-первых, не законник, — мимолетно усмехнулся лорд, — я уже больше трех лет не работаю на государство, а преподавание — это так, временная уступка императору. А во-вторых, я учу тебя законно портить жизнь окружающим. Чувствуешь разницу?

— М-м, да-а… — протянула, впрочем, не сильно уверенно. — А зачем?

— Хочешь за решетку? — иронично приподнял бровь некромант и я нервно мотнула головой. — Вот и я не хочу тебя там видеть. О, наш ужин. Приятного аппетита, Эмилия.

Ловко уйдя от расспросов и в целом так и не озвучив главное, тем не менее магистр умудрился посадить в мою душу ростки сомнения. Должна ли я мстить обидчикам до смерти? Как ни крути, а это уголовщина. Но сыпь и понос — это такая чушьпо сравнению с тем, что натворили они…

— Вижу, я тебя не убедил, — качнул головой Сэверин, когда нам уже принесли десерт, а я всё еще раздумывала, как быть, чтобы и отомстить, и не попасться. — Может, поделишься информацией о том, что тебя угнетает? А я подскажу достойное решение…

И так заманчиво это прозвучало, так вкрадчиво, что я снова уставилась на собеседника во все глаза, пытаясь понять, не отказывает ли мне слух. Он меня… Он это самое… Флиртует со мной?! Да нет, показалось…

— Ты сейчас похожа на очаровательного совенка.

Или нет?

В общем, я не постеснялась уточнить:

— Ты со мной флиртуешь?

— Разве?

— Что за манера отвечать вопросом на вопрос?!

— Профдеформация, — пожал небрежно плечами маг, тонко усмехаясь. — Очень помогает дезориентировать собеседника и добиться желаемого. Учись.

— Обязательно, — кивнула со всей серьезностью. — Кстати, синее.

— М-м?

— Синее, как твои глаза. — С этими словами я откинулась на спинку дивана и насмешливо прищурилась, дожидаясь, когда он вспомнит, на какой вопрос я наконец ответила. Или не вспомнит?

Судя по резко расширившимся зрачкам, память у него хорошая. И с логикой всё отлично. Но почему мне не нравится это коварная ухмылочка?

— О,теперь ты со мной флиртуешь?

Его выразительно приподнятая бровь говорила сама за себя, но я тоже вошла во вкус и не так выразительно, но тоже заломила свою.

— Разве?

— Молодец, пять, — сочно рассмеялся Сэверин и даже пару раз хлопнул в ладоши. — Но ты же понимаешь, что такими темпами мы ни к чему не придем, кроме как к закономерному итогу флирта? И да, я оценил сравнение. А ещё не прочь увидеть. Позволишь?

Я с ним точно совой стану! Ну нельзя же быть таким… Таким…

— Ты ужасно пошлый! — выпалила в конце концов, чтобы только не сказать что покрепче. — Конечно, не позволю!

— Жаль, — совсемне расстроенным тоном произнёс некромант, пожимая плечами. ― Но я хотя бы попробовал. Кстати, на каком этапе изучение книги о проклятьях? Может, что-то непонятно или помочь с практикой? Ты не стесняйся, я всегда открыт к обсуждению.

— Правда? — удивилась в который раз за вечер.

— Конечно. Чему ты удивляешься?

— Ну… — Я даже не сразу смогла сформулировать мысль, но всё равно постаралась. — Ты не производишь впечатление человека, который охотно общается с окружающими. Твоя, — усмехнулась, — честность и прямолинейность чаще всего похожи на банальное хамство и создают о тебе отрицательное впечатление.

— Поверь, я знаю, — предельно серьезно кивнул мужчина. — И делаю это намеренно. Видишь ли… — мне достался продолжительный и совершенно нечитаемый взгляд, — ложь имеет почти десяток привкусов, но все они отвратительны. Имея темный дар уровня архимага, я чую ложь инстинктивно. Всегда. К этому невозможно привыкнуть и тем более наслаждаться, а люди так устроены, что иногдалгут даже в нелепых мелочах. — Вздохнул, прекрасно видя моё вытянувшееся лицо и очередные «совиные» глаза, и с усмешкой развел руками. — Мне дискомфортно среди людей, чудо, и своим поганым характером я минимизирую их желание со мной общаться. Только и всего. А теперь прекрати думать обо мне хорошо и расскажи, что конкретно подсыпала парням в алкоголь на празднике. Почему я ничего не обнаружил? Мне правда интересно.

Возмущенно булькнув, потому что действительно почти подумала о нём хорошо и даже с жалостью, предпочла снова сосредоточиться на своём десерте. Тем более мороженое слегка подтаяло до той самой — нужной консистенции, приятной на вкус, и следовало разобраться с ним поскорее.

— Кстати, очень хороший вариант ухода от лживого ответа, — одобрительно покивал на мой маневр магистр через пару минут, когда я доела. — Я оценил, честно. Ты наелась? Или заказать тебе что-нибудь ещё?

— Нет-нет, — я даже слегка испугалась, невольно хватаясь за ощутимо округлившийся живот. — Всё было безумно вкусно, но даже многовато. Я объелась. — И потом еще зачем-то пожаловалась: — Моя домохозяйка тоже очень вкусно готовит, и я уже поправилась на полноценный килограмм. Не представляю, куда теперь съезжать…

— Сильно вкусно готовит? — недоверчиво прищурился маг.

— И много, — кивнула мрачно.

— И живет при этом одна?

Не знаю, зачем Сэверин начал об этом расспрашивать, но скрывать мне было нечего, и я рассказала некроманту не только о самой миссис Муариф, но и предысторию нашего знакомства, и то, что я теперь полноценный сержант на четверть ставки, и даже то, что после выпуска собираюсь уехать в столицу, чтобы устроиться в какое-нибудь детективное агентство и трудиться на поприще частного сыска.

— Вот это поворот, — искренне изумился маг. — И как же тебя угораздило, чудо?

— В смысле? — не поняла его вопроса.

— Сыск — не женское дело, — качнул головой, тем самым моментально портя мне настроение и вызывая глухое раздражение. — Эмилия, без обид, но я прав. Просто поверь. Сыск — это не только шляпки и хомячки, но и похищенные дети, семейные реликвии и даже завещания, что частенько сопровождается ложью всех замешанных в это дело сторон, душевной грязью, кровью и смертью. Ты действительно этого желаешь?

— Я действительно этого желаю, — произнесла сухо и взглянула ему в глаза. — А ты шовинист.

— Что поделать, — ничуть не обиделся маг. — Кто-то же должен придерживаться традиционных ценностей в этом напрочь лживом мире. Почему бы и не я? Хм, надеюсь ты не из тех активисток, которые отрицают брак, как главную семейную ценность?

- Α даже если и так? — с вызовом приподняла подбородок. — Сам-то почему не женишься?

— Эмилия, я уже объяснил, — поморщился Сэверин. — Я не хочу жить с тем, кто лжет. А рано или поздно, но это случается. И чем дальше, тем лжи лишь больше. — Усмехнулся, но не особо весело. — К томуже мне всего тридцать два, куда спешить?

— А как же старик? — брякнула и сразу поняла, что зря.

Лицо мужчины, сидящего напротив, моментально закаменело, но не всё — левая бровь медленно поползла наверх, а в глазах застыла колкая вьюга.

— Какой старик, Эмилия?

— Твой, — улыбнулась виновато. — Прадедушка. Лорд Бекельсберри-старший.

— Вот как… — холодно хмыкнул мужчина. — Вы знакомы?

— Ну как бы… Да, — кивнула неохотно и, чувствуя совершенно необъяснимую вину, рассказала о нашей с ним единственной встрече. — Но я не согласилась, правда! Это же глупо. Ну да, я ему сочувствую, всё-таки такая старость не каждому в радость, но и ты… Почему просто не жениться?

— Потому что он заслужил своё проклятье, а своей жизнью я буду распоряжаться сам, — недовольно отбрил некромант, хотя уже не глядел на меня злобным скрубсом, периодически постукивая пальцами по столу. — Теперь понятна твоя нелепая настойчивость… Хотя нет, не до конца. Если ты не согласилась, то… какого гхырта?!

И так выразительно глянул, что мне снова стало не по себе и я вспомнила, что Сэверин он для меня только сегодня, а уже завтра он снова станет магистром Ламбертсом и просто вредным сыскарем, мешающим мне мстить.

А вот не скажу!

— Эмилия? — напомнил о своём вопросе маг.

— Ой, да и не женись ты! Больно надо! — вспылила в ответ. — И вообще, мне домой пора!

— Гениально, — пару раз хлопнул в ладоши лорд, без интереса глядя, как я вскакиваю из-за стола и, сдернув с вешалки курточку, иду к двери, которая захлопнулась четко перед моим носом. — Хорошая попытка, но нет.

— Эй, выпусти меня! — развернулась к нему, возмущенно упирая руки в бока. — Это незаконно, в конце концов!

— Это благоразумно, чудо, — насмешливо фыркнул некромант, также поднимаясь из-за стола и беря с вешалки своё пальто, только, в отличие от меня, делая это аристократически плавно идаже в каком-то роде небрежно. — Могу поставить на кон что угодно, но внизу до сих пор караулят наш выход твои неугомонные поклонники. Не стоит их разочаровывать. Только, пожалуйста, хотя бы на пару минут изобрази на своём лице что-нибудь более дружелюбное. Сможешь?

Напомнив своими словами о той причине, по которой мы тут на самом деле встретились, маг снова сумел меня смутить и даже пристыдить. А ведь он прав. Если бы я выбежала сейчас прочь одна с сердитым выражением лица, парни бы обязательно что-нибудь заподозрили. Так же… Может и обойдется.

Впрочем, уже завтра мы перестанем «встречаться» и всё вернётся на круги своя, зато парни уже не будут ко мне лезть со своими глупостями. И мне, кажется, будет даже… Жаль?

— К слову, — вывел меня из легкой задумчивости Сэверин, уже одевшись и оставив на столике чек по заранее принесенному счету, — я бы выпил ещё чаю с чем-нибудь не сильно сладким. Как думаешь, у твоей домохозяйки найдется угощение для позднего гостя?

— Чаю? У меня? — Я в который раз за вечер ощутила себя двойственно. — Ты сейчас напрашиваешься ко мне домой на чай?

— Точно.

— Ну ты и…

— Прямолинеен и неотразим? — усмехнулся Сэверин.

— Нагл и беспардонен! — фыркнула в ответ, но смешок скрыть не сумела. И с искренним интересом спросила: — Как у тебя так получается?

— Опыт, — наставительно поднял палец магистр. ― Не можешь одолеть врага? Дезориентируй.

— Эй, мы не враги, — протянула под конец с легкой неуверенностью, нервно шаря глазами по его лицу.

— И я очень этому рад, чудо, — мягко улыбнулся маг, делая шаг ко мне и совсем легонько, буквально самыми кончиками пальцев трогая мой подбородок, чтобы слегка приподнять.

Чувствуя, что ещё секунда — и он меня поцелует, я не торопилась отшатываться. Наоборот, затаила дыхание и даже, кажется, стук сердца стал реже, чтобы не упустить этот момент. Но…

— Идём.

Так и не поцеловав, чем снова привел в замешательство, некромант подхватил меня под руку и повел вниз, где действительно караулили наше возвращение как минимум все будущие инквизиторы. Заметила я и других ребят с курса, но всё же их было поменьше — часть уже разошлась, не дождавшись. Зато отлично увидела, каким угрюмым взглядом проводил нас Джулиан и как мрачно скривился Винсент.

Настроение тут же вернулось на отметку «превосходное» и предложение мага пройтись до моего дома пешком я приняла с удовольствием. Надо же как-то растрясать тот жир, который так и жаждет оккупировать мои бока! А ведь нам еще чай с ним пить…

ГЛАВА 15

Несмотря на это, казалось бы, насильно навязанное решение, я не ощущала на мага злости. Наоборот, пребывала в подозрительно приподнятом настроении и гадала, что же он задумал. гвзгбаз Α он задумал, тьмой клянусь! Этот мужчина вообще ничего не делает просто так!

Как бы то ни было, прогулялись мы отлично и даже неприятная тяжесть из желудка ушла, но чего я делать точно в ближайшее время не собиралась, так это есть и пить. О чем и сообщила спутнику за пять метров до крыльца.

— Ничего страшного, — небрежно отмахнулся некромант. — Поверь, я не из стеснительных. Просто пригласи меня на чай и познакомь с хозяйкой.

— Так ты к ней в гости идешь, а не ко мне? — догадалась наконец. — Но… Зачем?

— Тебе ещё подсказки нужны? — иронично приподнял брови Сэверин. — Чудо, не глупи. Это же очевидно.

Очевидно? Да как бы не так!

Тем не менее я задумалась. Зачем ему моя хозяйка? И чай с булочками… Хм-м. Он заинтересовался ею, когда я сказала, что она вкусно и много готовит. Так? Так.

И что получается?

— Тебя дома не кормят? — посмотрела на мужчину почти с жалостью, но всё же немного наигранной. — Так, погоди. А где ты вообще живешь?

— Бинго, — щелкнул пальцами магистр, поднимаясь по ступеням крыльца и деловито стуча в дверь. — Думаю… Здесь.

— Сто-о-оп! Как здесь? Здесь живу я! — возмутилась искренне и громко.

— На мансарде, — невозмутимо кивнул Сэверин, тем самым давая понять, что Хисс рассказал ему не только о цвете моего нижнего белья. — При этом остальной дом пустует.

Тут дверь распахнулась, являя нам домохозяйку, деловито вытирающую о передник испачканные в муке руки и окидывающую нас слегка удивленным взглядом.

— Уверен, — невозмутимо продолжил некромант, — уважаемая миссис Муариф не откажет в приюте нуждающемуся. Например, за двадцать золотых в месяц с учетом полного пансиона. Кстати, я ем много. М-м, пахнет пирожками. С капустой, верно?

— Это кто? — оторопело поинтересовалась у меня вдова.

— Мой э-э… — замялась.

— Магистр по международному магическому праву Сэверин Ламбертс, — чинно представился маг. — Командирован из столицы в академию Антарракш и уже третью неделю проживаю в гостинице, питаясь, чем попало. А вы на чем тесто замешиваете? На воде, молоке или кефире?

— На кефире, конечно, — еще больше растерялась женщина.

— Изумительно, — смешно причмокнул губами маг и изобразил глазами и лицом такое, что мне стало за него искренне стыдно. Словно всего час назад мы с ним не сидели в кофе и не ели досыта! — Прямо как моя бабушка! Наверное, безумно вкусно. Угостите?

— Ох, да конечно! — моментально растаяла миссис Муариф.

В итоге я и глазом моргнуть не успела, а эти двое уже обсуждали двадцать семь способов замеса теста и снявший пальто магистр восседал за кухонным столом, как у себя дома. Посмотрев на это безобразие, поняла, что откровенно лишняя на этой конференции, посвященной таинствам кулинарии, и хотела уже уйти, чтобы не мешать этим двоим ворковать о тринадцати способах защипывания рыбных пирогов, но была каким-то непостижимым образом перехвачена за руку и усажена на колени магистру.

На колени?!

— Сэверин! — прошипела практически на ультразвуке, когда вдова, понимающе усмехнувшись, отвернулась к духовке, вынимая из нее противень с готовой партией печеных пирожков. — Ты что себе позволяешь?! Пусти!

Рада бы и сама соскочить, но он как-то ловко удерживал меня за талию всего одной рукой, заодно слегка придавив вторым бедром, что просто встать и уйти, не потеряв при этом достоинство, я уже не могла.

— Потом, — тоже очень тихо, но категорично ответил маг. — Посиди со мной. Ρазве ты не хочешь узнать, чем всё закончится?

— Да было бы в чем сомневаться, — буркнула всё так же шепотом, не желая, чтобы нашу размолвку подслушивала домохозяйка. Она и так изо всех сил изображала занятость и гремела посудой, аж неловко. — Ты всегда добиваешься своего. И не стыдно тебе?

- Α почему мне должно быть стыдно? — удивился некромант, причем в голос, и миссис Муариф не выдержала — повернулась к нам, явно ожидая такого же громкого пояснения. И Сэверин её ожидания не подвел. — Эмилия интересуется, не стыдно ли мне набиваться к вам в квартиранты. Но видите ли, в чем дело, миссис Муариф… Мне не стыдно. Представляете?

Добродушно рассмеявшись, вдова покачала головой и, глядя на меня с неприятной снисходительностью, произнесла:

— Девочка моя, мужчина на то и мужчина, что должен добиваться желаемого всеми силами. А иначе какой с него прок? Взять моего сына! Тюфяк тюфяком, типичный подкаблучник, несмотря на все наши с супругом старания. И что? Счастлив он? Счастлива его жена? Таки нет, я тебе скажу! А будь он пробивным и бойким, как твой магистр, уже давно бы себе и дом добротный справил, и лавку вторую открыл, и всё остальное. А ваше предложение мне по нутру, магистр Ламбертс, — обратилась она уже к нему. — Сама я на втором этаже живу, там все мои комнаты, так что первый в вашем полном распоряжении. Ну, за исключением кухни, само собой. Согласны на такое?

— И трехразовое питание! — азартно выпалил маг.

— Да хоть пятиразовое, — рассмеялась женщина.

И тут я поняла, что он всерьез.

Вот… Тьма!

— Одно только условие у меня будет, — вдруг посерьезнела женщина, сдвинув свои некрасивые кустистые брови. — Но категоричное.

— Да?

— Никакого разврата в моём доме, — сурово припечатала вдова и многозначительно кивнула на руку мага, удерживающую меня за талию. — Εсли какие планы на девочку имеете, то только после свадьбы. Ясно вам, господинмаг? В этом доме распущенности не бывать!

— Не беспокойтесь, — с едва заметной усмешкой заверил её некромант. — Я умею держать себя в руках.

— Только при этом почему-то держишь меня, — не удержалась я от колкости.

— А чтоподелать? — усмешка мага стала шире, а в глазах промелькнули искры с трудом сдерживаемого веселья, словно он получал искреннее наслаждение от нашей перепалки. — Кто-то же должен держать и тебя, чудо. Почему бы и не я?

— Так, всё, — рассердилась я, хотя и сама не совсем поняла на что. То ли на его очередную двусмысленность, то ли на то, как ностальгически вздохнула миссис Муариф, даже и не думая делать ему замечание. — Отпусти, мне уроки делать надо.

— Завтра суббота, — возразил Сэверин.

— И что? Уроки сами себя не сделают! Пусти!

На этот раз быстро получив долгожданную свободу и уже убегая по лестнице наверх, я слышала, как предалась очередным воспоминаниям домохозяйка. Мол, был бы жив её супруг, она бы сутки напролет у него на коленях сидела… Эх, молодежь…

Тьфу! Вот пусть и развлекают друг друга! Ну что за женщина?! То Альбус ей краны и двери чинит, то Сэверин подозрительными познаниями в стряпне зубы заговаривает! Α она и рада! Какая двуличная женщина! Фу-фу-фу! И еще что-то смеет говорить о распущенности! Да я ни в жизнь! С ним?! Ни-ког-да!

Уже валяясь на кровати (какие уроки в таком настроении?!), я вдруг вспомнила, как он меня едва не поцеловал, а я почему-то не была против. Ужас!

Ну ужас же!

Как у него вообще это получается? Уму непостижимо!

Я бы и дальше поужасалась тому, как много в моей жизни стало лорда Бекельсберри-младшего, но тут в дверь постучали и он сам довольно громко произнёс:

— Эмилия, надеюсь, ты раздета? Я вхожу.

Слегка приподнялась на локтях, пытаясь понять, случайно ли он забыл частицу «не» или намеренно, но долго гадать не пришлось — незапертая дверь распахнулась. При этом внутрь мужчина заходить не спешил, с интересом изучая пространство, словно… Ах да, он же архимаг. И наверняка видит всю мою «паутину».

Прикусив губу и прищурившись, я ждала его дальнейших действий, но мужчина удивил и тут.

Нашел взглядом меня, сдержанно улыбнулся и вежливо спросил:

— Пустишь?

— Зачем?

— Поговорить.

— О чем? — прищурилась ещё сильнее.

— Хотел бы о том, как прекрасны твои глаза, когда ты так забавно злишься, но будем обо мне. Не против?

Мои глаза прекрасны? Вот пустобрех!

— А если против? — поджала губы.

— Нам всё равно нужно поговорить, — пожал плечами маг. — И будет лучше, если мы сделаем это как можно раньше. Разве ты так не считаешь?

— Ну, допустим, — я всё ещё злилась и вместе с тем ощущала легкое злорадство от того, что держу аж архимага на пороге. Прямо чувство собственного величия пробудилось! Дико приятное ощущение. — И о чем нам с тобой разговаривать?

Прекрасно видя, что я намеренно упускаю тот немаловажный нюанс, что до сих пор не пригласила его в комнату и не сняла с неё магическую защиту, некромант с усмешкой покачал головой… И сел прямо на пороге, любопытным образом скрестив ноги.

Тожесела, удивившись тому, как просто он принял это крошечное, но всё же поражение, и с легким ехидством уточнила:

— Удобно?

— Да, вполне, — маг был невозмутим, как скала. — Так вот, обо мне. Надеюсь, ты не подумала, что, поселившись в одном доме с тобой, я желаю каким-либо образом ущемить твои права?

— Нет, конечно, — хмыкнула. — Да и как ты себе это представляешь?

— О? — кажется, он удивился. — Что ж, тем лучше. Тогда второй вопрос: как ты относишься к внебрачным связям?

Мои брови сегодня побили рекорд передвижения туда-сюда по моему лбу, но, переждав первую вспышку изумления, я всё-таки аккуратно уточнила:

— Кого с кем и в каком контексте?

— Тебя и меня. Любовная связь без обязательств, — последовал невозмутимый ответ.

— Не-е… — протянула с недоверием и откровенным опасением, а потом еще и руками на него замахала. — Не-не-не! Не надо!

- Α вот сейчас… Обидно было, — качнул головой Сэверин, пытливо щурясь. — Я настолько ужасен? Неплохо же общались. В чем дело? Или я зря не поцеловал тебя в кафе и ты обиделась?

— При чем тут кафе?! — вспыхнула я, злясь на него за то, что вспомнил этот постыдный эпизод. — И ничего не зря! Не надо меня целовать. Ничего не надо!

— Ты меня… боишься? — его удивление было настолько искренним, что я снова насупилась и даже разозлилась.

Выискался умник! А вот и не боюсь! Больше…

Кстати, да. Не боюсь.

Но становиться его любовницей? Нет, это уже перебор!

— Я тебя не боюсь, — заявила в конце концов, с трудом вспоминая, что вообще нас связывает. — Я тебя женю!

— О, боги! За что? — изумился маг. — Я же ничего плохого тебе не сделал!

Сначала мне показалось, что он всерьез. Но затем я заметила, как подрагивают уголки его губ, и поняла, что он снова надо мной издевается. Ах так?

— А вот чтобы не сделал, затем и женю!

— Ну вот, уже и угрозы пошли, — опечалился некромант, но снова слишком напоказ и я снова ему не поверила. — Чудо, за что ты так со мной?

— Ты! — начала запальчиво и тут же осеклась, сообразив, что не стоит вопить о своих намерениях на весь дом и в присутствии того, кто в силах мне помешать. — Ничего. Забудь.

— Я? — наклонил голову мужчина, явно ожидая продолжения.

— Я же сказала: забудь! — рыкнула зло и встала с кровати, чтобы дойти до двери и закрыть её перед мужским носом. А то сидит тут, понимаешь, всё настроение мне портит! — Иди уже, домохозяйку очаровывай своими ажурными защипами!

— Эми-илия, — с осуждением поморщился магистр, так же поднимаясь на ноги и выставляя ладонь вперед, так что я при всём желании не смогла закрыть дверь больше, чем наполовину. — Ну что за ребячество? Я ведь совершенно серьезен. И заметь, хочу помочь тебе абсолютно бескорыстно. Почему ты не хочешь мне поверить и довериться?

— Хочешь помочь? — зацепилась за его слова. — Тогда не мешай!

— Не мешать что?

— Мстить!

— Кому? — В отличие от меня некромант был спокоен, зато я кипятилась за двоих, уже успев наговорить лишнего.

И пока не случилось худшее, пока я не выпалила и подробности, которые ему точно не нужно знать, я поступила единственным возможным образом: тактически отступила в кладовую.

Почему туда? Сама не знаю! Правда. Наверное, стоило в ванную комнату, там я могла хотя бы душ принять, но дверь в кладовую оказалась ближе, а мне очень-очень хотелось грохнуть хоть чем-то и уйти от него в другое помещение. Χотя бы в такое, полтора на два метра.

Кстати, не так уж и мало. А с учетом того, что тут какой-то старый пуфик стоит и прочий хлам хранится, в том числе какие-то книги (любовные романы? Φу!), то в целом…

Да, скоротать часик-другой можно.

Не ахти, но можно.

И как я докатилась до жизни такой? Не понимаю.

***

Пятнадцать минут спустя.

— Тебе там удобно?

— Очень!

— Не смущает отсутствие света?

— Ни капли!

***

Сорок минут спустя.

— Эмилия, я начинаю беспокоиться.

— Отстань. У меня тут вампир в любви признается. Красиво, между прочим!

— Кто?!

— Вампир! Сиротке! Любовь у них! Вот!

— О, боги…

***

Час спустя.

— А спать ты тоже там будешь?

— А ты?

— Нет, конечно. Посижу еще немного и пойду.

— Вот и иди! Α у нас свадьба и тройня!

— Какой ужас…

***

Полтора часа спустя.

— Вообще-то уже поздно.

— Я в курсе.

— Чудо, выходи уже, не смешно. У меня ноги затекли. Кстати, хочешь пирожок? Нет? А булочку? Свежая. Эмилия-а-а… Попьем вместе чаю? Перед сном, м? Кстати, как там тройня? Переживаю за вампира.

— Гр-р-р!

***

И всё-таки я не выдержала первая. К тому же любовные романы тридцатилетней давности были так скучны, что я по диагонали пролистала почти десяток и все они были написаны, как под копирку. Сиротка и вампир, бродяжка и оборотень, кухарка и дракон… Добила меня парочка воровка и инквизитор, растопивший жесткое сердце своей возлюбленной тем, что пек ей по утрам булочки, а тут как назло Сэверин со своими уговорами… И булочками!

А еще они пахли! И после кафе времени прошло порядком…

В общем, вышла я из кладовки, сурово поджимая губы и прожигая поднимающегося на ноги магистра злобным взглядом, при этом совершенно не понимая, чего он ко мне привязался. И ладно бы он первый! Так нет!

Где тут медом намазано? Покажите уже! Я отмою это место до зеркального блеска и первозданной чистоты!

— Я понял, надо было начинать с булочек, — тем временем улыбнулся Сэверин, довольно щурясь. — Кстати, есть на ночь совсем не вредно, если потом не спать, а…

— Избавь меня от подробностей! — возмущенно вскинула руку, проходя мимо него и беря курс на кухню, откуда возмутительно вкусно пахло ванилью и помадкой.

— Но почему? — удивился некромант, пристраиваясь рядом. — Есть уйма увлекательных дел. Например, можно разобрать формулу Хортинга-Хикса. Или подискутировать о решении суда одна тысяча семьсот сорок девятого года, когда был оправдан серийный маньяк, оказавшийся племянником правителя. Οбсудить ряд самых известных поисковых заклинаний, их преимущества и недостатки. Кстати, твой щит не идеален, в курсе?

— В курсе, — буркнула. — Твой дракон его даже не заметил. Но я уже нашла дыру и залатаю её в самое ближайшее время.

— Одну дыру? — невозмутимо уточнил маг.

Я аж с шага сбилась. Что он имеет в виду?

— Одну-у, — протянула с подозрением, косясь на спутника. — Хочешь сказать, их там больше?

— Я обнаружил минимум три, — безо всякого самодовольства констатировал некромант и я с досадой поморщилась, на что Сэверин поспешил меня заверить. — Но идея неплоха, а исполнение почти отличное. Просто тебе опыта и резерва не хватило. Да?

— Ты меня утешаешь? — уточнила недоверчиво, садясь за стол, куда меня мягко подтолкнул маг.

— Можно и так сказать, — пожал он плечами, начиная невероятно ловко накрывать на стол и заваривать чай, безошибочно находя в шкафчиках и буфете всё необходимое. — И наверное… — кинул на меня пытливый взгляд из-под ресниц, — хочу помочь. Во всём. Почему ты отказываешься?

Почему-почему…

— Мстить ты мне тоже поможешь? — усмехнулась криво.

— Кому и за что? — деловито уточнил магистр, заканчивая сервировать стол и садясь напротив.

— Ты знаешь кому, — прищурилась, решив поиграть в его любимую игру «Угадайку».

— Крофтон, Бейтс, Фрейзер, — маг начал педантично перечислять сначала фамилии парней, внимательно отслеживая мою реакцию, а закончил графиней и баронессой, — Эмберли и Дринкеш. Всё?

— Всё, — кивнула отрывисто.

— И за что?

— А ты как думаешь? — На этот раз не только усмешка вышла злой, но и тон. Несмотря на то, что лично я ничего из этого уже не застала, вся память и боль настоящей Эмилии теперь были моими.

А вот злоба на этих тварей — моей собственной.

— Травля — минимум. Но… — Сэверин не сводил с меня пронзительного взгляда, словно это помогало ему нащупывать правду. — Не только. Домогательства?

Я невесело хмыкнула.

— Насилие, — кивнул уверенно и в уголках губ мага появились жесткие складки, а взгляд нехорошо потемнел. — Почему не обратилась в полицию? Это ведь не вчера произошло?

— Весной, — поморщилась, но скрывать не стала, ведь он уже и так всё понял. А я не Эмилия. Я терпеть и прощать не буду. — Мне было… Стыдно. А потом уже и поздно.

— А затем пробудилась тьма… — понимающе кивнул маг, откидываясь на спинку стула, но всё ещё не сводя с меня пронзительного взгляда. — Знаешь, на твоём месте я бы их просто убил. Всех. Но ты… Чего ждешь?

— Убить пятерых аристократов и тем самым подписать себе смертный приговор? — хохотнула нервно, недоверчиво уставившись на некроманта. — Сэверин, это ты — лорд и архимаг! Я же дочь простых фермеров и… и дар у меня посредственный.

— Если бы не тьма, — напомнил некромант.

— Если бы не тьма, — повторила за ним, взглянув исподлобья. — И что теперь?

— Булочку?

— Булочку? — снова повторила за ним, недоверчиво наклоняя голову.

— Булочку, — уверенно подтвердил некромант, беря в руки эту самую булочку и щедро намазывая клубничным джемом. — Держи. Когда не знаешь, как поступить, нужно взять паузу. И как минимум булочку.

— Я знаю, как поступить, — прищурилась, но булочку взяла.

— И как же?

— Сначала я женю тебя.

— Опять? — скептично хмыкнул некромант. — Эмилия, хватит. Шутка затянулась и перестала быть смешной.

— Это не шутка, — мотнула головой и отхватила щедрый кусок от свежайшей сдобы, аж прищурившись от удовольствия. — Это мой план!

— Хреновый план, — хмыкнул маг, намазывая джем уже на вторую булочку, но для себя. — Поговорим лучше о мести.

— Нет, — заупрямилась уже я. — Поговорим о тебе, как ты и хотел. Какие женщины тебе нравятся? Блондинки или брюнетки? Высокие или низкие? Как сильно важно происхождение и магический потенциал?

Смерив меня мрачным взглядом и сначала доев свою булочку до конца и щедро запив, только после этого Сэверин слегка наклонил голову набок, чуть подался вперед и вкрадчиво заявил:

- Α если я скажу, что мне нравишься ты, чудо? Выйдешь за меня замуж?

— Йа-а-а?! — выдавила сипло, чувствуя, как застревает в горле крошка, грозящая стать причиной моей нелепой смерти. Натужно закашлялась аж до слез и только после того как прокашлялась, запив всё это чаем, с полным правом обвинила собеседника в злодействе: — За что ты так со мной?

— А ты? — скривил губы мужчина, всё это время спокойно просидевший напротив и даже не попытавшийся облегчить мои страдания.

— Я счастья тебе хочу!

— Эмилия, — поморщился. — Твоя ложь имеет привкус старого миндаля. Как цианид. Не надо, а?

Шикнула, позабыв, что передо мной сидит не просто приставучий мужчина, а сильнейший маг современности, но почему-то особого пиетета это у меня уже не вызывало. Слишком много мы с ним сегодня общались, слишком запросто. Тем более он успел снять пиджак и закатал рукава светлой рубашки, окончательно превратившись из строгого преподавателя в самого обычного мужчину. Привлекательного мужчину.

Но его слова… Οн же пошутил, надеюсь?

— Как я могу тебе нравиться, если ты ненавидишь ложь? — взглянула на него чуть исподлобья.

— Сам в шоке, — развел руками Сэверин и его губы тронула кривоватая усмешка. — Но это правда. С тобой интересно и легко общаться. Ты очень умная и сообразительная, славная внешне и загадочная внутри. А еще в тебе есть тьма… Ρазве этого мало, чтобы нравиться?

— При чем тут тьма? — не поняла его уточнения.

— А ты не знаешь? — некромант слегка приподнял брови, на что я отрицательно качнула головой. — Тьма всегда манит, это непреложный закон мироздания. Об этом не пишут в книгах, но лично для меня это очевидно. Удивлен, что ты не поняла это раньше.

— Манит… — проговорила медленно и вскинула на мужчину обескураженный взгляд. — Так Джул с Винсом прицепились ко мне именно поэтому?

— Может быть отчасти, — пожал плечами. — Но вряд ли это главная причина. Не беспокойся, я разберусь, тебя они больше не побеспокоят. Так что там с твоим ответом? Выйдешь за меня замуж?

— Да ну тебя! — возмутилась уже в голос, радуясь, что больше не ем и не помру, подавившись.

— Но почему? — кажется, Сэверин не обиделся, однако в его глазах замелькала ничем не прикрытая злая ирония. — Я богат и титулован. Влиятелен и, не побоюсь этого слова, красив. Что ещё тебе надо, чудо?

— Да не надо мне ничего! — Я даже отодвинулась от него на всякий случай, причем вместе со стулом. — Я просто замуж не хочу. Ни за тебя, ни в принципе.

— Вот и я не хочу, — жестко отчеканил маг, глядя на меня неприятно тяжелым взглядом. — Так что закроем этот вопрос с обеих сторон. Договорились?

— Но…

— А снова об этом заговоришь — женюсь на тебе.

— Договорились! Ни словечка! — выпалила и подскочила со стула, решив снова сбежать от этого безумца, пока он не приступил от угроз к действу. — Всё. Я спать!

***

— Н-да, это было сильно. Угрожать жениться, — шокировано качал головой Хисс. — Надо будет записать этот способ в методичку и посоветовать применять при пытках на допросе. Как думаешь, на сколько единиц повысится процент добровольных признательных показаний? Предсказываю, что сразу до ста!

Не мешая фамилиару зубоскалить, маг вальяжно раскинулся в кресле, без особого интереса листая сборник разрешенных для использования проклятий, за которые не полагалось особых наказаний, но пока не находил то самое, которое можно было предложить Эмилии. Все они были так или иначе скучны, просты и слабы для её мести. Нет. Ей нужно что-то такое… особенное. Как она сама.

Нет, ну надо же! Сбежала от него и его предложения жениться! Ну что за девчонка? Да узнай об этом император — первый бы на смех поднял! Наследник миллионного состояния, архимаг с темным даром, третья строчка в рейтинге самых завидных холостяков страны, наконец!

И такое…

— Ты меня слушаешь? — недовольно уточнил Хисс, подлетая ближе и маша хвостом прямо перед носом хозяина. — Я вообще-то обстановку докладываю!

— М-м?

— Ой, всё! — надулся дракон, но надолго его не хватило, и уже через пятнадцать секунд призрачный шпион торопливо затараторил: — Пацаны-то не промах! Раздобыли где-то программу курса и выяснили, что почти по всем предметам в этом году идет распределение на пары для качественной отработки практического материала, в том числе и по твоему предмету. А сынок герцогский получил от папаши задание присмотреться к выпускникам и заранее завербовать лучших. Вот он в наше чудо и вцепился своими лапищами загребущими. Но мы же никому её не отдадим? А? — И начал пытливо заглядывать в хмурое лицо хозяина. — Она нам самим пригодится, да? Ты же хотел расширить штат сотрудников в своем бюро. Почему бы не позвать её к нам? И при деле, и под присмотром.

— Женщина в сыске? — скривил губы некромант, поднимая скептичный взгляд на дракона. — Хисс, ты знаешь моё мнение. Она может быть сколь угодно умна и сообразительна, но это не та грязь, с которой нужно сталкиваться женщине.

— Сэв, — непривычно серьезным тоном возразил ему далеко не глупый фамилиар, — она ведь всё равно будет этим заниматься, упрямства ей, как и тебе, не занимать. Но откажешься ты — и её приберёт к рукам кто-нибудь менее щепетильный. Ты этого хочешь?

Дернув уголком рта, но оставив этот провокационный вопрос без ответа, некромант предпочел спросить:

— Что по графу? Каков его интерес к Эмилии?

— О,тут всё сложно и просто одновременно, — разочарованно протянул Хисс, не дождавшись желанного признания от своего хозяина. — Винс — парень многогранный. Где-то умный, где-то дурак, где-то верный друг и товарищ, а где-то неисправимый бабник. Она ему просто понравилась, как я понял, а методы у него… Ну, не самые типичные. Опять же — уязвленная гордость. На принцип пошел парень. Γлупо, да? Но сам знаешь, из таких получаются самые сложные и непредсказуемые противники. Такие и друзей подвинут, и закон, если придется. Надо его непрестанно на контроле держать, чтобы вовремя одернуть. Ну или озадачить кем-то другим. Только кем? Ума не приложу. Интереснее и непостижимее нашего чуда я ещё пока ни одной девушки не встречал.

И хитренько прищурился, снова ожидая ответ на свою провокацию.

— Разберемся, — едва заметно скрипнул зубами маг, вновь разочаровав дракона своей почти легендарной сдержанностью.

Ну вот как его расшевелить?! Как?!

Неужели он один видит, как тянет друг к другу этих двоих?

ГЛАВА 16

Суббота началась поздновато, но я не спешила вставать. Выходной же, почему бы и не поваляться в своё удовольствие? Тем более после вчерашней встряски я снова долго не могла уснуть и всё прокручивала в голове наш разговор. Зачем он мне угрожал? Тем более… так?!

Блефовал? Скорее всего. Но вышло убедительно, этого не отнять. А вот интересно, если я всё-таки наберусь смелости и снова начну склонять его к поиску супруги, он действительно выполнит свою угрозу? Мы же друг другу по факту никто! И ложь… Что он будет делать с этим? Или…

Женится, но жить вместе не будем? Смысл тогда в браке?

Тьма, как же с ним сложно!

В итоге, повалявшись еще часик, но так ни до чего и не додумавшись, я поняла, что день не бесконечный и пора бы заняться делом. Тем более есть чем. Как-никак я теперь сержант и меня не было в участке целых пять дней! Как они там без меня, бедненькие? Надеюсь, стены еще на месте?

Не поленившись и выглянув в окошко до того, как начала одеваться, я порадовалась закончившемуся дождю и снова втиснулась в брючки, за вчерашний день влюбившись в них окончательно. В сотню раз удобнее платья!

К брюкам надела мягкий джемпер нежного голубого цвета, убрала волосы в простой хвост и спустилась вниз на завтрак. И так удачно вышло, что позавтракала одна в блаженном одиночестве, лишь краем уха слушая, как мурчит-фырчит над своей миской с молоком сытая Тьма, вернувшаяся домой лишь подутро.

Я не особо интересовалась, где шлялась эта блудливая кошка, потому что прекрасно знала, что в случае чего она примчится мне на помощь в считанные секунды. Ну а так как её помощь мне вчера не потребовалась, то и говорить не о чем.

За ночь лужи подсохли, но не до конца, так что к участку я шла короткими перебежками и перепрыжками, заодно размявшись, и в здание входила с разрумянившимся щеками и задорной улыбкой на губах. Между делом звонко поздоровалась с комиссаром, который попался мне на глаза, и очень сильно удивилась, когда он чинно кивнул в ответ и махнул рукой, подзывая к себе.

— Здравствуйте, — произнесла уже немного настороженно, подойдя ближе.

— Доброе утро, Эмилия, — доброжелательно произнёс комиссар, глядя на меня с высоты своего немалого роста. — Разговор есть. Пройдём в мой кабинет.

Растерявшись окончательно (я ведь ничего не натворила, нет?), я проследовала за мужчиной на второй этаж и с легкой опаской вошла в весьма просторный и представительный кабинет, вместе с комиссаром пройдя мимо его немолодой секретарши — миссис Брумвилл. Она была некрасивой и склочной, но свои обязанности выполняла идеально, точно так же идеально гоняя навязчивых посетителей от комиссара, тем самым бдительно охраняя его покой. Вот и сейчас меня смерили откровенно зловещим взглядом, словно я хотела покуситься на самое святое, что есть в этом мире, но так как меня позвал к себе сам шеф, то на взгляде дело и закончилось.

Какая всё-таки неприятная женщина!

— Присаживайся, Эмилия. — Зато комиссар был сегодня сама доброта, предложив мне удобное кресло поближе к своему рабочему столу. Сам же прошел к окну и, по-свойски присев на низкий подоконник, несколько секунд изучал меня своими темно-карими глазами.

Присмотрелась и я к нему, невольно сравнивая с другим мужчиной — магистром Ламбертсом. В отличие от некроманта, комиссар был выше и массивнее, все же чистокровный демон, а ещё его каштановые волосы с медным отливом были коротко стрижены, подбородок широк и упрям, а взгляд так и пробирал до печенок. Но губы красивые, как и глаза. Хотя совсем не синие…

Зато темно-серая форма с золотыми знаками отличия на плечах и груди сидела на нем великолепно, выгодно подчеркивая широкие плечи и узкие бедра, и ни капли не скрывая объемный бицепс.

Но глаза не синие, да…

— Начну с главного, — наконец заговорил мужчина, едва заметно улыбаясь. — К нам в участок поступил ежегодный запрос на потребность в практикантах выпускного курса. По срокам это конец зимы — весна, но сама понимаешь, запросы приходят сильно заранее, чтобы мы успели дать ответ. Обычно этим занимается миссис Брумвилл, но в этом году я решил сам проконтролировать этот момент… и для начала хочу услышать твой ответ. Хочешь к нам на практику?

— Кем? — уточнила немаловажный нюанс, потому что фактически и не прекращала стажироваться.

— Вакантно место детектива, — небрежно произнёс комиссар, а моё сердечко застучало активнее. — Старший лейтенант Харбински подумывает о пенсии, тебе как раз хватит времени, чтобы получить диплом и набраться опыта под его началом. За эти годы ты показала себя ответственным и исполнительным сотрудником, которому не чужда справедливость и незаурядный подход к делу. Я ценю это. Что думаешь?

— Это… очень… — я облизнула губы, — заманчиво. Но…

— Но? — недовольно прищурился демон, словно ожидал, что я соглашусь безо всяких обиняков.

— Я подумываю о переезде в столицу, сэр, — ответила честно, при этом взглянув ему в глаза. — И не хочу вас зря обнадеживать. Знаю, не так просто набрать в команду достойных, но я…

— Сомневаешься, что достойна? — приподнял свои густые брови комиссар, чем вызвал мой немного нервный смех.

— Нет-нет! — развеселилась еще больше. — Я знаю, что достойна. Просто…

— Уже присмотрела местечко получше? — снова предположил демон, уже слегка хмурясь.

— Что? — удивилась. — О, нет. Нет. Не в этом дело.

— А в чем тогда? — поторопил меня с ответом мужчина, выдвигая новую гипотезу. — Ты выходишь замуж и муж против твоего увлечения?

— Упаси Небо! — уставилась на него широко распахнутыми глазами, гадая, с чего бы это все окружающие так резко начали интересоваться моей личной жизнью. А то и участвовать в ней! — Вообще замуж не планирую!

— Вообще? — Теперь уже густые брови демона поползли наверх. — Совсем вообще?

— В идеале, — кивнула предельно серьезно. — Но давайте не будем об этом. На самом деле я уже думала о своём будущем и, честно говоря, понимаю, что с моими знаниями и возможностями в Кентербурге мне будет тесно.

— Амбиции — это хорошо, — хмыкнул демон, понимающе щурясь. — Но без связей и достойного финансирования они редко дают достойные плоды. Столица — дорогой город. Уверена, что потянешь? А у нас подъемные молодым специалистам, казенное жильё… да и тебя тут уже многие знают. А в столице? Женщине-следователю не так-то просто пробиться. Я сам слышал лишь о трёх случаях на всю страну и те дамы даже не люди. Не боишься, что взяла слишком высокую планку?

— А вы умеете поддержать, сэр, — хмыкнула с иронией. — Но да, я в себе уверена. Пожалуй, как и вы во мне, иначе бы не отговаривали так явно. В общем, спасибо за предложение, я правда его оценила. Но нет. Я пойду, хорошо?

— Жаль. Очень жаль, — качнул головой комиссар, а в его взгляде промелькнуло что-то странное, что я уже не раз замечала, но в иных ситуациях. — Поужинаем вечером вместе?

— Простите? — опешила от столь резкого перехода.

— Ты мне нравишься, Эмилия, — без обиняков заявил демон, улыбнувшись шире, словно его откровенно забавляла моя растерянность. — И уверен, уже заметила это. Судя по твоим словам, времени у меня не так много, как хотелось бы, так что не вижу смысла скрывать дальше. Да, ты не ослышалась: я приглашаю тебя на свидание.

— Сэр… — пробормотала нервно, чувствуя, как рвется из груди истерический смех, — мне лестно, правда…

— Опять «но»? — посуровел демон, недовольно хмурясь.

— Да, — улыбнулась откровенно натянуто. — Простите. Не в вас дело. Я пойду, хорошо?

— У тебя есть парень? — не пожелал отпустить меня комиссар так просто.

— Да, — солгала без зазрения совести, при этом глядя ему в глаза, чтобыдаже мысли не допустил, что я лгу. — Мы только недавно начали встречаться, но он мне очень нравится.

— Это ведь не Полянских?

— О, нет-нет, — усмехнулась. — Не он. Но я не хочу обсуждать свою личную жизнь, простите. Так я пойду?

— Иди, — откровенно нехотя кивнул мужчина, но напоследок добавил: — И всё же подумай о моём предложении. Насчет практики. Время ещё есть, а для тебя местечко я всегда найду.

— Спасибо.

Поспешив уйти из кабинета комиссара и поскорее миновать его ручную гарпию, я практически скатилась по лестнице вниз, рухнув в заботливо подставленные объятия детектива Форестли. О, как удачно! Он-то мне и нужен!

— Хей-хей, стрекоза! Чуть не пришибла старика! Куда мчишь, не разбирая пути?

— К вам, конечно! — рассмеялась, сбрасывая напряжение. — Так рвусь работать, ужас просто! Надеюсь, вы меня сегодня порадуете чем-нибудь особенным?

— А почему сверху рвешься, а не как все приличные люди — через двери? — с подозрением прищурился лейтенант.

— Комиссар к себе приглашал, предложение делал, — призналась, не видя смысла скрывать то, что детектив мог и сам знать.

— Прям-таки предложение? — хохотнул усач, насмешливо щурясь, но не забывая при этом идти к своему кабинету. — И что? Когда свадьба?

— Да ну вас! — возмутилась в голос и даже шлепнула мужчину по плечуза такие предположения. — Другое он мне предложение делал! По поводу выпускной практики.

— А, это, — поскучнел детектив, грузно присаживаясь за свой стол. — А я-то уже размечтался… Впрочем, и так недурно. Детектив Кейтри. Звучит, а?

— Ну, вообще-то, — хмыкнула иронично, присаживаясь напротив, — я отказалась.

— Как отказалась? — выпалил мужчина, едва не выронив кружку с крепким кофе, которую только-только взял и отсалютовал мне ею. — Почему отказалась?

— Я в столицу поеду, — ответила уже уверенно, понимая, что теперь точно уеду. — В частный сыск. Государственная служба всем хороша, но больно уж гибкости вам не хватает, да и возможности ограничены. Не подумайте, я вам искренне благодарна за возможность попрактиковаться и подработать, но… Каков мой потолок здесь? Детские велосипеды? Корзина яблок? В пятый раз сбежавшая болонка мадам Питергрю? Это скучно, понимаете?

— Девочка моя, — понимающе вздохнул детектив, глядя на меня с отеческой теплотой. — Сыск — это не то, что в бульварных романчиках пишут. Сыск — это прежде всего грязь. Человеческая грязь. Ложь, зависть, корысть. Убийства, не приведи боги. Помнишь то дело с вдовой и привязанной к ее дому сущью? Вчера только суд состоялся. Так родной сынок в главных обвиняемых со своей амбициозной женушкой. Собственную мать в могилу свести хотели за то, что жильем не делится. Зато теперь сами в тюрьму сядут, причем надолго. Хорошо хоть детей у них нет, хоть кто-то без вины не пострадает. Тебе серьезно это надо? Оставайся с нами, а? Мы ж тебя уже всем отделом любим и ценим, заюш. Как мы тут без тебя?

Прекрасно видя, что детектив бессовестно давит на жалость и сознательность, не спешила поддаваться, хотя наследие настоящей Эмилии всё равно давало о себе знать возникшей легкой неуверенностью.

Но нет! Я её успешно задавила и легкомысленно улыбнулась.

— Детектив, а давайте просто поработаем? До практики ещё тьма времени, вдруг и впрямь передумаю? Только на жалость не давите, ладно? Вам это не идет. Вы и сам еще — ого-го! Гроза района и гордость отдела! Кстати, как супруга? Как дети?

Ловко переключив внимание лейтенанта Форестли на семью, мы какое-то время дружески поболтали о личном (не моём — лейтенанта), после чего он запоздало спохватился и вручил мне с полдюжины заявлений о пропажах.

Ничего нового и особо интересного, всё как всегда, но я с радостью ими занялась, честно отрабатывая звание сержанта и лучшей женщины-ищейки участка. Да что там участка? Всего города!

Просто сравнивать мне себя было не с кем, других женщин-ищеек в Кентербурге просто не было.

Как бы то ни было, я успешно отработала все до единого дела, по быстрому забежав на обед домой и помчавшись дальше, и к вечеру даже осталось время на то, чтобы самостоятельно составить протоколы по каждому делу. Я ведь теперь полноценный сержант и напарник-констебль мне уже не положен. С первым протоколом помог детектив, подсказав пару нюансов, а с остальными я разобралась сама. Но и это мне было только в удовольствие — практика нужна во всём. Зато потом, когда отправлюсь в свободное плавание, я уже буду знать и уметь всё необходимое.

Неожиданно бумажная волокита отняла больше времени, чем я планировала, так что домой шла уже в легких сумерках, но искренне довольная собой. Завтра воскресенье и я совершенно свободна, успев переделать все недельные дела за один день.

Хм, чем бы мне себя занять? Может, сходить в салон красоты? Давно я не уделяла внимание волосам и ноготочкам. Или записаться на массаж к умелице Маргарите? У женщины просто волшебные руки! Ну и небольшой целительский дар, не без этого. А может пробежаться по магазинам и купить себе новую сумочку? Видела сегодня мельком в витрине миленькую вещицу роскошного синего цвета! Как раз к моему новому осеннему пальто.

Решено!

С утра по магазинам, затем на ноготочки, а вечером на массаж! Это будет идеальный день!

***

— Ты поздно, — чуть ли не на пороге дома встретил меня магистр, причем не только претензией, но и недовольным взглядом.

Я только-только вошла, ещё даже не успев снять уличную обувь, а он уже с видом сурового папаши стоял в дверях гостиной и недовольно щурился. Αж растерялась. Потом правда почти сразу рассердилась и строго проговорила:

— Вообще-то я работала. А ещё, помнится, кое-кто обещал, что не будет ущемлять мои права!

— Я не ущемляю, а беспокоюсь, — качнул головой маг, проходя следом за мной на кухню. В простой домашней одежде: мягких брюках и светлой рубашке с коротким рукавом (ещё и босой!), он даже близко не напоминал того сурового магистра Ламбертса, каким выглядел на занятиях, так что и воспринимала я его, как… всего лишь мужчину. Соседа. — Время довольно позднее, а ты — девушка молодая, красивая…

— Обучающаяся на пятом курсе магической академии, да еще и с темным даром, — перебила его, небрежно расфыркавшись. — Хватит! Я серьезно! У меня есть магия, у меня есть фамилиар. Да меня тут уже каждая собака знает, в конце концов! Это мой район, понимаешь? И ничего здесь со мной случиться не может. Всё, закрыли тему, не порть мне аппетит. Это всё?

— Я всего лишь проявляю заботу, — сухо проговорил некромант, явно оскорбившись, — а ты уже скандалишь. Тяжелый день?

— День? — покосилась на него с недовольством, за секунду до этого сунув нос по трем кастрюлям в холодильном шкафу. — День отличный. А вот ты приставучий.

— А ты хамка.

— Я быстро учусь, а преподаватель — лучший в этом деле.

— Да и ты ученица хорошая, — с неожиданным уважением согласился маг и я даже обернулась, не веря, что слышу от него полноценный комплимент. — Что?

— Да так… — неопределенно повела плечами, снова сосредотачиваясь на еде, тем более выбрать было из чего. Аж глаза разбежались!

Тем не менее, я остановила выбор на пюрешке с рыбными котлетками, присовокупив к ним салат из свежих овощей, и почти без недовольства проследила за тем, как Сэверин тоже садится за стол, налив себе чаю и подогрев вчерашние пирожки.

— Как прошел день?

Приподняла брови, не понимая, зачем ему это знать, но всё же ответила:

— Увлекательно. Как всегда.

— Все живы?

— Увы.

— Подобрал для тебя кое-что любопытное, — таинственно блеснул глазами маг, при этом уделяя куда больше внимания пирожкам, чем мне, но умудряясь и интриговать. — Всё законно, но не без последствий для кролей.

— Для кого? — не поняла, при чем тут кролики.

— Есть в темной магии такое определение, — без тени насмешки пояснил некромант. — Кроль — тот, на ком отрабатывают магическое воздействие. Другими словами: жертва. Естественно, разумная. Судя по твоему удивлению, основы ты не изучала.

— Ну… — поморщилась, уличенная в незнании элементарного. — Да, было немного не до того.

Тут же вскинула на него пытливый взгляд и, видя, как мужчина внимательно смотрит на меня в ответ, решила немного понаглеть. Χотел помогать? Пусть помогает! Но на моих условиях.

— Магистр Ламбертс…

— Мы уже на вы?

— Не мешай!

— Хорошо, — улыбнулся краешком губ.

— Магистр Ламбертс, — начала я снова, — а вы не могли бы составить для меня индивидуальную программу для ускоренного обучения темной магией? Мне для общего развития.

— Мог бы, — размеренно кивнул некромант, продолжая таинственно улыбаться и тем самым настораживая. — Но видишь ли, адептка Кейтри, мои услуги довольно дорого стоят. Особенно в частном порядке.

— Сколько? — нахмурилась, прикидывая, с какой суммой готова расстаться. — У меня есть деньги, отец Невилла хорошо откупился.

— Я разве что-то сказал о деньгах? — заломил бровь маг.

- Α что тогда? — удивилась. — У меня ничего другого ценного нет.

— Чудо, у тебя есть самое ценное, что в принципе бывает в жизни каждого разумного существа, — покачал головой Сэверин. — У тебя есть ты. Твои мозги, желания и амбиции. Поверь, в твоём случае это уже немало. Α у меня к тебе предложение.

— Ка… какое, — я аж поперхнулась, почему-то вспомнив утреннее предложение комиссара. Нет, только не это! И вообще, что за привычка вести серьезные беседы, когда я ем? Так и помереть недолго! Подавившись, ага!

Какая бесславная кончина для сущи! А ведь я только-только в люди выбилась! Я слишком молода, чтобы умирать!

Кажется, что-то такое понял и магистр, потому что слегка поморщился и, качнув головой, даже извинился:

— Прости, не хотел. Поешь сначала, потом поговорим.

Поела я быстро. Ещё бы! С таким-то стимулом! И всё же! Небо, умоляю, только не предложение о свидании! Я просто… Разочаруюсь в нем!

— Итак, — деловито кивнул магистр, когда яне только поела, но и выпила чай с булочкой, а он зачем-то пригласил меня в гостиную на диван, сам расположившись в кресле, словно разговор предстоял небыстрый и обстоятельный. — Поправь меня, если я ошибаюсь, но ты желаешь строить карьеру в сыске.

— Верно.

— И при этом совершенствоваться в темной магии.

— Да.

— Рассматриваешь переезд в другой город после окончания академии?

Насторожилась, но кивнула.

— Отлично. Тогда вот моё предложение: выпускная практика в моем сыскном бюро с последующим трудоустройством там же. Οно в столице, если ты еще не в курсе.

Я распахнула глаза, не веря своим ушам и везению. Он… Οн приглашает меня к себе? В смысле в столицу? И сразу в сыскное бюро? Небо! Но…

В чем подвох?

Заметив, как я недоверчиво щурюсь, некромант понимающе усмехнулся.

— Ты, наверное, уже знаешь, что этот семестр для пятого курса — последний, где вы полноценно посещаете занятия. Последнее полугодие вы все будете проходить практику в самых разных местах, приславших в академию свои запросы на специалистов. Кого-то из вас будут спрашивать об их предпочтениях, кого-то направят по распределению без учета личного желания. Я согласился читать лекции по магическому праву в том числе с тем расчетом, чтобы присмотреть кого-нибудь из особенно одаренных выпускников для себя. В моём бюро уже трудится семь детективов и больше десяти сотрудников иного толка, но я планирую расширяться, и для этого мне необходимы те, кто готов работать неза деньги, а на совесть. Кстати, деньги тоже будут и весьма достойные, но их ещё нужно заслужить. Что думаешь, Эмилия?

Нервно облизнув губы и чувствуя, что это мой шанс выбиться если не в королевы, то сразу в ладьи, всё равно спросила:

— Почему я?

— Я вижу в тебе потенциал, — произнёс маг, словно это всё объясняло. — Ты точно знаешь, чего хочешь, умеешь отстаивать свои интересы, схватываешь основы на лету и не боишься расширять довольно зыбкие границы существующего закона. Скажу сразу, я сам недоволен многими существующими статьями большинства кодексов и научился обходить многие из них. Могунаучить. Интересно?

— Мне нужно за это продать вам душу? — усмехнулась нервно.

— Нет, чудо, — смягчился некромант, но в его синих глазах промелькнула сама тьма. — Тебе нужно всего лишь довериться мне. Стать полноценным членом моей команды. Не воспринимать мои слова в штыки. — Меня пронзили особенно суровым взглядом. — Не лгать. Я не требую выворачивать душу наизнанку, но должен быть уверен, что ты не подставишь меня и команду своими поступками и прошлым. Я дам тебе знания, работу и достойный доход, но и спрошу за это немало. Как тебе такое предложение?

— Это очень… очень… щедрое предложение, — кое-как подобрала я верное слово, чувствуя себя непривычно. Вроде и радостно, но в то же время настороженно. Я банально не верила в такую удачу! — Я могу подумать?

— Конечно, — скупо улыбнулся маг. — Я не тороплю. В любом случае мне необходимо ещё пять практикантов и я буду выбирать их не спеша до конца семестра. Ты можешь сообщить мне о своём решении в любой момент и я приму его, какими бы оно ни было. Это только твоя жизнь, Эмилия, и только тебе решать, каким станет твоё будущее. Помни об этом всегда. Спасибо, что выслушала. Ах, да…

Плавно поднявшись с кресла и уйдя в свою комнату, Сэверин вернулся в гостиную буквально через минуту и протянул мне очередную книгу с несколькими яркими закладками.

— Отметил несколько мест, обрати на них внимание. Надеюсь, тебе понравится.

Недоверчиво взяв в руки довольно потрепанный томик в мягкой кожаной обложке со стершимся названием, я не удержалась и сразу распахнула его на первой же закладке. Оу… Это… Не книга!

Жадно вчитавшись в рукописный текст, написанный тем самым почерком, который был мне уже знаком по коротким запискам Сэверина, я только через пару минут оторвалась от увлекательного чтения и вскинула капельку шальной взгляд на мага, вернувшегося в кресло и уже оттуда внимательно за мной наблюдающего.

— Это твои личные записи?

— Да.

— И ты… даешь их мне?

— Да.

— Ты… — закусила губу, не представляя, как сказать спасибо, чтобы это прозвучало от души, и зачем-то брякнула: — Ты такой милый!

Озадаченно дернув бровями, словно тоже не ожидал подобного поворота, некромант слегка прищурился, едва заметно наклонил голову и, пока я досадливо морщилась (ну что я сказала?!), с недоверчивым хмыком констатировал:

— Не лжешь. Неожиданно. И приятно. Что ж… Ρад, что угодил. Просвещайся, чудо.

После чего подозрительно резво ушел в свою комнату, а я, проследив за ним слегка заторможенным взглядом, снова погрузилась в чтение. О, как же это всё мне… подходит!

Как настроить окружающих против кроля? Просто позволь ему говорить правду! Как дать понять окружающим, кто есть кроль на самом деле? Просто помоги ему быть самим собой! Раскрепощение в его самой максимальной форме. Вседозволенность. Это даже не проклятия, а так, небольшое воздействие на те самые рамки внутренних условностей, которые у каждого свои. Именно они останавливают нас в тех случаях, когда мы точно знаем, что за их нарушение нам грозит кара. Но что, если мы об этом… Забудем? Или больше не будем считать важным?

Понятное дело, по — настоящему добрый и совестливый человек не станет в один момент отъявленным убийцей. Но тот, кто подл изначально, непременно пустится во все тяжкие.

Вот только…

Додумав эту логическую цепочку до конца, поняла, что если парни пойдут вразнос, то может не поздоровиться слишком многим из тех, кто ни в чем не виноват. Хочу ли я этого? Пожалуй, нет. Не потому, что мне их жаль, а по совсем другой причине. Это вызовет слишком большой резонанс и привлечет к моей мести лишнее внимание. Нет, это не мой путь.

Так, а это закладка о чем?

Окончательно уйдя с головой в увлекательное чтение, я не заметила, как вечер плавно перетек в ночь и только вышедший из своей комнаты маг, иронично напомнивший о необходимости спать по ночам, вынудил меня уйти к себе, но и там я не сразу легла в кровать, сначала дочитав тему до конца. Читала бы и дальше, но время и впрямь было уже позднее, а на завтра у меня планы. И чтобы их успеть, нужно встать не слишком поздно.

Заодно обдумаю всё то, что прочла сегодня. С местью торопиться не стоит. Слишком большой шанс ошибиться в мелочах и испортить итог. Сладкий. Долгожданный. Закономерный.

Справедливый!

***

— Милый? Она сказала «милый»? Серьезно? О-о-о! — в экстазе закатил глаза Хисс.

— Уймись.

— А ты ей что сказал?

— Хисс…

— Нет, ну что? Ρассказал, какие у неё потрясающие глаза цвета грозового неба? А губы, как лепестки роз? А волосы, что мягче шелка и ярче меда?

- Χисс!

— Сэв, ты зануда.

— Я некромант.

— Некромант, — пробурчал на это в целом справедливое возражение дракон, но всё равно нашел что сказать. — Α вот в книге Элен Кор «Плутовка и некромант», он ей пирожки сам пек! А ты?

— А я их ем.

— Тьфу! Почему ты совсем не романтик?!

- Χисс, я некромант. Какая романтика?

— Точно! Пригласи её в следующий раз на кладбище! Заодно темные плетения попрактикуете без опаски быть пойманными. А? Как тебе повод?

— Хи-и-исс… Ты неисправим!

— А то ж! И пирожки не забудь! Пирожки — святое! Элен Кор лгать не будет!

ГЛАВА 17

Воскресенье, как я и планировала, прошло безупречно. Погода радовала солнечным и ясным днем, лавки радовали разнообразием товаров и приемлемыми ценами, а мастерицы наличием свободного времени и своим мастерством. В итоге я закончила чуть раньше, чем планировала, при этом приобретя не только сумочку и еще одни фантастические брючки, но и шарфик с перчатками на холодный сезон, а ноготочки мне покрыли модным лаком цвета топленой карамели.

Не забывая, что у меня еще не сделаны уроки на понедельник, придя домой и разобрав покупки, сначала я уделила внимание им и только потом снова сунула нос в личные записи магистра, потихоньку корректируя свой изначальный план с учетом новых данных и ограничений.

Точно знаю, с этого момента маг будет следить за каждым моим шагом с особым вниманием, и если оступлюсь в его понимании, то не видать мне ни практики, ни работы в его бюро. А может и свободы не видать.

Но как удержаться? Проклятия — это хорошо, просто замечательно! Но кувалдой по башке надежнее.

Где найти тот баланс, который устроит и его, и меня?

Хм, а если…

Снова закопавшись в книгу, которую он дал мне первой, нашла нужное место и несколько раз перечитала. Да, не очень законно, но надо еще доказать. Заодно выясню размер его лояльности и проверю, так ли я хороша в деле всей своей прошлой жизни. Умению прятаться!

Вот только на этот раз прятаться надо не мне самой, а прятать свою магию и её персональный отпечаток. Проклятье тотального невезения очень и очень сложное, не каждый сможет его воспроизвести, но главная проблема в том, что мне необходимо напитать его силой не напрямую, а как-нибудь иначе. И в идеале создать не самой. Не своими руками.

Вот задачка!

Впрочем, я принимаю этот вызов! К тому же время ещё есть и пускай пока походят честными. Это будет даже забавно.

Счастливо рассмеявшись, я призвала Тьму и первым делом отправила её на разведку. Как там мои будущие отщепенцы поживают? Как ни странно, поживали они неплохо: парней уже выписали из лазарета, где им с помощью магии ускоренно зарастили переломы, и уже в понедельник они приступят к лекциям, хотя пока и были освобождены от физкультуры, а баронесса и графиня, вынужденно сменив место жительства, оккупированное насекомыми, уже избавились и от вшей, и от подкожного клеща.

Что ж, я и не надеялась, что это продлится слишком долго. Впрочем, мне хватило и того, что об их проблеме слышали остальные. В исполнении Сэверина это было безупречно.

Но пора усложнить им жизнь снова.

Соблюдая всю необходимую технику безопасности и пользуясь лишь тьмой, я создала пять магических конструкций на патологическую честность и уже привычным образом нацепив их на кончик хвоста Тьмы, отправила по адресам.

Какой-то час — и вернувшаяся кошка с удовольствием отчиталась об идеально проведенной операции и вечер заиграл особенно яркими красками. Ах, как прекрасно жить!

После этого я откровенно запоздало вспомнила, что у меня на комнате стоит весьма дырявая защита и, сосредоточившись на поиске брешей, потратила на это непростое дело больше часа.

И ничего! В смысле не нашла те две, о которых намекнул маг. Как так? Я что-то не учитываю или он меня обманул? Хотя зачем?

Несмотря на довольно позднее время, я никак не могла успокоиться и просто лечь спать и в итоге поступила самым оптимальным образом: спустилась вниз и постучалась в спальню Сэверина. В конце концов, это его вина! Надо было сразу говорить!

— Да?

Он выглядел сонным и растрепанным, а еще ужасно милым и… немножечко голым, выглянув ко мне в одних пижамных брюках, но вместо того, чтобы смутиться и отвернуться, я с откровенным интересом уставилась на его довольно рельефный торс. Χм… Откуда у него столько мышц? Он ведь не боевик. Или я что-то не знаю о некромантах?

— Эмилия? — напомнил о себе маг, звонко щелкая пальцами. — Моё лицо выше.

— Я в курсе, — кивнула невозмутимо, сама спустившись к нему в одном халате по колено, но он хотя бы был застегнут. — А почему ты такой…

— Какой?

— Ну… такой. — Я попыталась руками изобразить все те мышцы, которые сейчас видела, но почему-то забыла, как они называются. — Рельефный!

— А-а… — иронично хмыкнул мужчина, — я-то думал… Но вообще занимаюсь пару раз в неделю для поддержания формы. Поверь моему опыту, в сыскном деле она тоже важна. Ты заэтим пришла?

— Точно! — Теперь уже я щелкнула пальцами, вспоминая причину своего визита вниз. — Γде дыры?

— Какие дыры? — нахмурился маг.

— Дыры в защите, — цокнула, ведь он чуть ли не впервые не понял очевидного. Только ли потому, что уже спал? — Расскажи, мне надо.

— Эмилия, время двенадцать ночи! — в целом справедливо возмутился маг. — Завтра понедельник и не тебе одной к первой паре. Спать иди.

— Но мне правда надо! — уставилась на него, используя, казалось бы, безотказный метод хлопания ресничками.

— Это дело далеко не пяти минут, — недовольно нахмурился Сэверин.

— Но ты же всё равно уже не спишь, — я утроила усилия и стала ещё милее. — Ну пожа-а-алуйста! Ты обещал помогать!

— А ты и рада мне об этом напомнить, — хмыкнул некромант и отрывисто кивнул. — Ладно, идем. Только давай договоримся на будущее: всему своё время. По ночам я обычно сплю и очень не люблю, когда мне мешают это делать.

— Я постараюсь запомнить, — заверила его, аж слегка подпрыгивая от нетерпения по дороге на свою мансарду.

При этом маг сумел меня обогнать и шел на две-три ступеньки впереди, отчего его зад так и маячил у меня перед глазами, тем самым невольно переключая внимание с куда более насущной темы на такую… не насущную. Но дико симпатичную. И как я раньше этого не замечала?

— А попу ты тоже тренируешь? — брякнула я быстрее, чем подумала.

— Что? — притормозил некромант и откровенно удивленно обернулся.

— Попа… твоя… — Я запоздало прикусила губу, только сейчас сообразив, как не слишком прилично всё это звучит. На самом деле мне действительно любопытно, но человеческая психология и мораль… В общем, упс. — Красивая.

— Красивая, значит? — странно усмехнулся мужчина и спустился ко мне на одну ступеньку, вставая практически вплотную. — Ты её так хорошо рассмотрела?

— Я не то имела в виду, — буркнула, чувствуя, что краснею. — В смысле — то, но не так. Я просто… Констатировала. Факт. И вообще!

Вскинув голову выше, потому что сейчас он возвышался надо мной особенно, пошла в атаку:

— Ты почему не оделся? Это неприлично, в конце концов!

— Ты в курсе, что сейчас дико не последовательна? — В отличие от меня мужчина не спешил кричать. Наоборот, говорил тихо и насмешливо. — Сама пришла ко мне в полупрозрачном халатике по колено, сама вытащила сонного из постели, сама чуть ли не силой потащила к себе наверх… Заметь, я не против. Но что я должен думать после твоего весьма… кхм, приятного заявления?

— Что мне не чуждо прекрасное! — вздернула подбородок ещё выше. — И вообще, мы теряем время! Пошли быстрее, мне уже спать пора, а мы еще ничего не сделали.

— Н-да, кажется, я поторопился называть тебя чудом, — с досадой цыкнул маг, делая шаг в сторону и жестом пропуская меня вперед. — Ты полноценное чудовище, Эмилия. Поздравляю, растешь.

Нахмурилась, не совсем понимая, сарказм это или всё-таки комплимент. С этим магом ни в чем нельзя быть уверенной до конца! Но вперед прошла, тем более идти оставалось всего ничего, буквально десяток ступеней.

Немного замешкалась перед дверью, не зная, стоит ли включать в контур параметры Сэверина или он воспользуется брешью и сумеет пройти так, однако маг предусмотрел и это, попросив меня сам:

— Ослабь карающую часть, я пройду и покажу проблему изнутри, так будет нагляднее.

Кивнула, молча проделав все нужные манипуляции за несколько минут, которые некромант терпеливо ждал, стоя в трех метрах от меня, но как только закончила, без заминки прошел в комнату, сел на пол и похлопал рукой перед собой.

— Садись спиной ко мне, так будет быстрее.

Удивилась, конечно, потому что не поняла, что именно он задумал, но не доверять магистру у меня причины не было, поэтому я поступила так, как он просил: села на пол спиной к нему. Не слишком близко, всё же приличия мне не были чужды, да и его провоцировать лишний раз нестоило, но некромант снова всё решил сам и секунду спустя по обе стороны от моих бедер оказались его вытянутые ноги, а моей разом напрягшейся спины коснулась его грудь.

— Что ты…

— Так надо, — резко оборвал моё возмущение Сэверин и уже мягче добавил: — Эмилия, доверься, ничего предосудительного я делать не планирую. Поверь, для домогательств и секса есть куда более удобные позы. — Хмыкнул, кладя свои прохладные пальцы мне на виски, при этом вряд ли видя мои пунцовые щеки, и едва слышно, практически себе под нос добавил: — Но если очень хочешь, то потом могу и показать…

Решив сделать вид, что ничего не слышала, я нервно сглотнула, как-то махом ощутив всё трепетное наследие настоящей Эмилии и откровенно запоздало сообразив, что недостаточно серьезно одета для бесед в этот поздний час у меня в спальне. Вот Тьма! Почему я раньше об этом не подумала?!

— Расслабься, — последовал мудрый, но совершенно невыполнимый совет. — Закрой глаза и смотри на комнату магическим зрением. Следи за моими астральными руками. Видишь?

Закрыть глаза у меня получилось. Остальное… Не сразу.

Пришлось несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть, прежде чем я сумела взять под контроль взбунтовавшееся воображение, но стоило только перейти на магическое зрение и оглядеться, как у меня снова пропал дар речи.

— Ох, Небо…

— Тьма, — педантично поправил меня магистр, чьи астральные руки оказались полноценными щупальцами спрута в невообразимом количестве.

И что-то мне это так напомнило моё поисковое заклинание, что я не удержалась и выпалила:

— А тебе известна формула поискового спрута? Так похоже!

Странно хмыкнув, Сэверин с легким недоверием уточнил:

— Ты сумела её воспроизвести?

— Шутишь? — Я даже оскорбилась. — Я только ею и пользуюсь! Между прочим, даже сумела усовершенствовать!

— Какое… смелое заявление, — пробормотал мне практически на ухо магистр, отчего по телу побежали нервные мурашки и я непроизвольно поежилась, что не ушло от мужского внимания. — Но обсудим это позже, хорошо? Сейчас смотри четко наверх, где ты создала центральный стихийный узел.

Невидимые обычным глазом щупальца разбежались в стороны и лишь два остались на месте, начав вытанцовывать завораживающий танец, скользя четко по моей призрачной паутинке.

— Здесь и здесь. Тонко. Если не знать, куда смотреть, то увидеть невозможно, но вы будете разбирать схожие плетения уже через месяц, и если ваш магистр не поленится, то расскажет и о слабых сторонах данной печати. Для верности продублируй тьмой и немного смести в сторону, тогда бреши перекроют друг друга и создадут прочный монолит. Сам я в схожих случаях предпочитаю тройной дубль с вариативным смещением. Да, сил требует много, но сама понимаешь, для меня это не проблема.

Сэверин рассказывал и показывал на удивление такие очевидные вещи, что я слушала и поражалась, как не поняла это сама. Это же элементарно! Но, видимо, не очень, раз я не сумела дойти своим умом. Обидно, конечно, но в целом не очень.

— А теперь, раз уж я всё равно здесь, давай залатаем основную дыру. Запитайся от меня исделай это.

На моё солнечное сплетение четко под грудь легла его правая ладонь, показавшаяся вдруг необычайно горячей и в меня безо всякого предупреждения потекла его сила. Судорожно вдохнула и едва не захлебнулась от непривычной ширины потока чистейшей тьмы. Ох, Небо! Как же это… Вкусно!

Успев за эти месяцы своего телесного существования позабыть, как пьянит чужая сила, особенно в таких масштабах, первые несколько секунд я была так дезориентирована, что могла только принимать и впитывать, всё остальное было сильнее меня.

— Эмилия? — насторожился Сэверин, видя, что я медлю и ничего не предпринимаю. — Ты в порядке?

— Н-да-а-а… — протянула откровенно заплетающимся языком и откинулась на его грудь, кладя свои руки на его бедра и слегка сжимая пальцы, при этом бессознательно выпуская когти, как кошка. — В идеа-а-альном…

— Что-то не заме… — осекся и зашипел маг, когда я, не рассчитав сил, воспользовалась когтями по прямому назначению. — Эмилия!

— М-м? — Я запрокинула-повернула к нему голову, счастливо улыбаясь и потираясь щекой о его подбородок. — Да-а?

— И эту садистку я называл чудом, — пробормотал Сэверин, убирая ладонь с моей груди, чтобы попробовать отцепить от себя мои когти. — У меня лишь один вопрос, чудовище: кто из твоих предков был чистокровным монстром?

— Йа-а-а… йе-есть… су-у-учь! — мурлыкнула, плохо соображая, о чем он, но мне нравилось, как пах маг. Ванилью и темным… очень темным шоколадом!

— Знаешь, почти не удивлен, — продолжал говорить Сэверин скорее сам с собой, чем со мной, но на удивление удачно избавляясь от моих когтей в своём теле, при этом действуя не только руками, но и астральными щупальцами, которыми пеленал меня надежнее любых пут. — Давай-ка спать, девочка. Что-то у нас с тобой сегодня не задалось…

— Не уходи-и-и, — заканючила, когда мужчина переложил меня на кровать, а сам отстранился, при этом даже и не думая меня распутывать. Это было настолько неправильно, что я щедро зачерпнула заёмной силы из груди и, полоснув воздушным лезвием, высвободила в первую очередь руки, которыми моментально провела грамотный захват его правой ноги в районе бедра. — Моё!

— Кхм… Эмилия.

— М-р-р!

— Кошмар.

— Попочка!

— Почему пьяная ты, а стыдно мне?

— Моя пре-е-елесть!

— Ясно. Сам виноват. Ладно. Останусь. Но утром тебя ждет трепка.

— Мр-р-р!

***

— Спит?

— Кажется, спит.

— Чего это её так?

— Если б я знал!

— А вы неплохо смотритесь вместе…

— Хисс!

— Я просто констатирую факт. Кстати, она без белья.

— Я заметил. Α ты не смотри.

— А ты возбужден.

— Я тебя сейчас развею.

— Ушел!

***

Мне снилось что-то хорошее. Огромное. Теплое. Вкусное. Мя-ягкое… Но местами твердое. Я уже очень давно не ощущала того запредельного голода, который является извечным спутником всех тварей изнанки, но всё равно не удержалась и лизнула свою огромную вкусняшку. Мне можно. Она ведь моя. М-м…

— Мне одному непонятно, что ты сейчас делаешь? — прозвучало за миг до того, как я вонзила зубы в вылизанную вкусняшку.

Сонно проморгавшись, подняла голову на звук, с искренним удивлением увидела перед собой в предрассветных сумерках Сэверина, на котором частично лежала, и непонимающе пробормотала:

- Α что ты тут делаешь?

— Действительно, — хмыкнул маг. — Что же я тут делаю? Неужели ни одного предположения?

— Не-ет… — протянула настороженно, при этом лихорадочно пиная с какой-то стати отказавшую память, но она ничем не могла мне помочь.

— Даже так?

Он вроде не сердился, но сама ситуация выглядела настолько абсурдно, что я не знала, что и думать. А учитывая то, что всего пять минут я самозабвенно лизала его плечо…

В общем, упс.

— Кстати, ты не могла бы с меня слезть? Не спорю, мне приятно, но слегка дискомфортно. И я отчего-то сомневаюсь, что ты пожелаешь это исправить.

— Что? — уставилась на него, не понимая, о чем он.

— Будешь моей любовницей? — с пугающей серьезностью спросил меня маг.

— Нет! — отшатнулась от него аж на другой край кровати.

— Почему-то именно так я и думал, — проворчал мужчина, медленно садясь ко мне спиной и опуская ноги на пол, но пока не торопясь вставать. — Вечером обсудим то, что произошло. И пожалуйста… — Обернувшись на меня через плечо, Сэверин сурово сдвинул брови. — Не наделай глупостей. У меня нет к тебе претензий, но надо понять, что произошло, чтобы не допустить этого впредь. Всё поняла?

Естественно, я пребывала в полнейшей растерянности, но предпочла кивнуть, на что некромант недовольно поморщился, а затем криво усмехнулся.

— Миндаль и шоколад… Интересное сочетание. Ладно, отдыхай.

Маг ушел, оставляя меня одну в полнейшей растерянности. Время было еще слишком раннее, чтобы вставать и собираться на лекции, так что я вернулась в центр кровати, закуталась в одеяло и принялась думать.

Как? Как это произошло?

Подлая память отказывалась участвовать в процессе. Тьмы, которая могла в этом помочь, тоже на горизонте не наблюдалось, но я напряглась и выцарапала из закромов своего коматозного мозга парочку эпизодов. Мутных, смазанных, но достаточно подробных, чтобы я ужаснулась… И задумалась.

Я ведь себя ничем не выдала, нет? Или выдала, но он не поверил? Не понял, что так может быть? Хм-м… Но как же это было… Сладко!

Хотя нет. Не то слово. Сытно? Опьяняюще? Дурманно?

Пытаясь подобрать верное определение тем фантастическим ощущениям, возникшим во мне после подпитки его силой, я свернулась в компактный клубочек, для полноты ощущений обняв себя руками и зажмурившись. М-м! Всё-таки как многого лишены люди!

Интересно, меня пьянила чужая сила или конкретно тьма? Так будет всегда и со всеми? Или всё дело в мощности потока? Это что теперь получается, в случае истощения мне нельзя запитываться от других магов, чтобы не потерять над собой контроль? Но это же… Нехорошо! Очень и очень нехорошо!

Развив эту мысль до конца, поняла, что необходимо в самое ближайшее время провести ряд экспериментов и всерьез задуматься о персональном магическом накопителе. Может даже нескольких. Да, недешевое удовольствие, но жизнь у меня одна и она бесценна. Α деньги у меня пока есть.

Хм-м… Кстати, что-то я давненько Альбуса не видела! Вот кого можно потрясти на приятности и полезности по дружеской цене! На что угодно готова спорить, у него есть всё!

Повеселев и успокоившись (Сэверин сам сказал, что у него нет ко мне претензий), заодно мельком глянув на часики и увидев, что пора вставать, сегодня я уделила своей внешности максимум внимания, уложив волосы в симпатичную прическу с локонами и даже нанеся на лицо макияж. Совсем легкий, буквально подкрасила ресницы и освежила губы розовым блеском, но сразу и глаза стали ярче, и губы аппетитнее. Χихикнула, покрасовавшись перед зеркалом, надела форменный пиджак, подхватила сумку и спустилась вниз.

Магистр уже сидел за столом, завтракая, домохозяйки на горизонте не наблюдалось, так что я доброжелательно кивнула магу, налила себе чаю и присела к нему за стол, где на большом блюде жаждали нашего внимания свежие оладушки с медом.

— Доброе утро, — чинно кивнул Сэверин, словно мы с ним не виделись всего пару часов назад. В моей кровати, ага. — Пришла в себя?

— Да, вполне, — постаралась ответить как можно невозмутимее, не слишком радуясь тому, что он поднял эту непростую тему прямо сейчас. — Я не могу это объяснить и плохо помню, что было вчера, но… Извини. Раньше подобного никогда не происходило.

— Частенько подпитываешься от других? — заинтересованно приподнял брови магистр.

И как-то двусмысленно это прозвучало, что я насупилась, но ответила:

— Нет. Буквально пару раз. Но это были стихийники и ничего подобного я не ощущала.

— Кто? — зачем-то потребовал конкретного ответа некромант.

Сначала не хотела отвечать, но потом вспомнила о нашей договоренности и, вздохнув, не стала скрывать. К тому же особой тайны в этом не было, мне просто не нравился его требовательный тон.

— На втором курсе магистр Ронарио, когда я перенапряглась на практическом занятии, и в прошлом году лейтенант Форестли — искали ребенка и мне не хватило собственного резерва для подпитки поисковика.

— Значит, дело в тьме, — задумчиво кивнул сам себе маг, окидывая меня пытливым взглядом. — Ладно, подумаю об этом в течение дня, а вечером обсудим детально. У тебя сколько сегодня пар?

— Три, как обычно.

— Потом куда?

Снова напряглась, эта его преподавательская требовательность раздражала меня просто неимоверно, но маг ждал ответа, и я неохотно произнесла:

— Надо взять пару книг в библиотеке, кое с кем встретиться, потом домой.

— С кем?

— Кое с кем, — прищурилась.

— Эмилия, — на меня взглянули строго и с легким недовольством, — ну что за нелепая таинственность? Если я спрашиваю, значит это важно.

— Это вмешательство в мою личную жизнь, — заупрямилась.

Хмыкнул.

— Чудо, тебе не кажется, что немного неуместно говорить о тайнах личной жизни после этой ночи, проведенной в одной постели?

— Это случайность! — вспылила, глядя на него с искренним возмущением. — Тем более ничего такого между нами не было!

— Ты десять минут вылизывала моё плечо, — иронично прищурился маг. — Поверь, ещё ни одна женщина не делала со мной это. Кстати, мне понравилось. Повторим как-нибудь?

— Ой, всё! — Чувствуя, как горят уши, я подскочила с места, позабыв о недоеденном завтраке. — Ты… ужасен!

— Сочту за комплимент, — невозмутимо усмехнулся некромант, нагло перехватывая меня в дверях воздушной петлей и не позволяя уйти. — Эмилия, с кем ты встречаешься?

— С Альбусом! — рыкнула, понимая, что иначе мне просто не уйти.

— С Альбусом Джаркхадом? — моментально нахмурился магистр. — Зачем?

— Затем, — шикнула, снова откровенноогрызаясь. — Он мой друг!

— Единственный наследник князя Толедо?

— Между прочим, — я с вызовом вздернула подбородок, — это его единственный недостаток!

Некромант озадаченно хмыкнул и через пару секунд произнес:

— Любопытно, не лжешь. Ладно. Только недолго. Жду тебя к ужину, не опаздывай.

— Тиран, — буркнула себе под нос, когда маг освободил меня от магических пут и я могла идти.

— Я полон всевозможных достоинств, чудо. Иди, а то опоздаешь.

Вообще-то я уже и так шла, но на этих словах замедлилась и с подозрением обернулась. Οтметила, что он сам даже не думает никуда спешить, продолжая завтракать, и зачем-то хмуро уточнила:

— А ты?

— А я, адептка Кейтри, — едва уловимо усмехнулся маг, — воспользуюсь своим преимуществом и статусом.

— М? — приподняла брови, уже сама требуя конкретики.

Что за привычка нагнетать таинственности?

— Порталом я пойду, чудо. Порталом.

Завистливо насупившись, но даже и не думая напрашиваться в компанию (ещё чего?!), я развернулась и поспешила на выход. Ну и ладно! Ну и пусть! Между прочим, мог бы и сам предложить! Но я и ножками могу, мне привычно! А он… Пускай жиром заплывает, вот!

ΓЛΑВА18

Прогулка пошла мне на пользу. Пока шла, поняла, что начинаю непозволительно забываться в присутствии человека, в силах которого отнять у меня жизнь. Воспринимаю его, не как врага, а как… Друга? Хотя нет. Не уверена, что в нашем случае уместно употреблять именно это слово, но никакое другое на ум пока не шло, и мысленно я окрестила Сэверина «сосед». Вредный, приставучий, хамоватый, но абсолютно безобидный. И вроде понимала, что это крайне опасный самообман, но в то же время не могла не признать, что всё это время, которое мы провели под одной крышей, он помог мне куда больше, чем навредил.

Вот только он еще не знает главного…

А что будет, когда узнает? Решит, что это несущественный нюанс вроде родинки, или вспомнит, что вообще-то инквизитор пятой ступени и вынесет смертный приговор без права на обжалование?

Но как же заманчиво его предложение о практике и последующем трудоустройстве! Практически моя мечта один в один!

Смогу ли я не выдать себя? Смогу ли придерживаться его требований и не сорваться? Ведь по факту я не такая уж и кровожадная, а те пять смертников, за которых просила Эмилия… Ну, это дело принципа.

Хотя какие могут быть принципы у сущи?

У сущи с полноценной душой человека, ага. Его памятью, моралью, стыдом и совестью. Слава Тьме, они щедро разбавлены моей собственной беспринципностью, иначе и речи идти не могло о мести.

Кстати, как там мои кроли поживают?

Мысленно позвав снова где-то загулявшую Тьму, чтобы на всякий случай находилась поблизости, я с удовольствием отсидела первую пару, которую вела магистр Дженкинс лишь у нашей подгруппы бытовиков. Сегодня мы разбирали спаренные стихийные плетения розыска потерявшихся личных вещей, что для меня было проще простого, но я всё равно всё внимательно записала и выполнила, припомнив один позабытый любопытный нюанс, что все личные вещи мага довольно быстро пропитываются его аурой, и поэтому их найти проще самому, но в то же время по этой самой вещи можно найти и мага. Так сказать: подобное к подобному. Всё зависит от приложенных усилий.

Именно по этому принципу работают инквизиторы, снимая слепок с вредоносной магической формулы и по остаточным следам определяя-находя мага, его выполнившего.

Снова сделала себе пометочку на память: проработать данный нюанс, чтобы качественно подчистить за собой, когда перейду к новому этапу мести, а там и урок закончился.

Второй парой у нас значилась монстрология с магистром Норнбергом, но стоило мне только войти в аудиторию, где уже расположились боевики, подошедшие раньше, как большинство разговоров стихло и всё их внимание сосредоточилось на мне.

Я была к этому готова, ведь и на первой паре до меня долетали перешептывания однокурсников о моём «парне», но сейчас дело приняло куда более любопытный оборот. Куда менее сдержанные на эмоции боевики были в своём репертуаре и если Джулиан, сидящий на прежнем месте у окна, просто смерил меня по — мужски оценивающим взглядом, наверняка заметив и прическу, и макияж, то Винсент, расположившийся в центре аудитории, протяжно присвистнул и с вызовом прокомментировал:

— Эм, а ты сегодня прям красотка. Для кого стараешься? У нас же сегодня нет его занятия.

— И что? — произнесла я невозмутимо, спокойно проходя дальше и садясь на своё место рядом с будущим герцогом. Искать другое? Обойдутся! — Вообще-то мы уже виделись утром и ему всё понравилось.

По крайней мере иного я от него не услышала.

— А о чем речь? — вроде как почти дружески полюбопытствовала Фиона, графиня Эмберли, подходя ко мне ближе в компании своей подпевалы.

— Так вы ещё не в курсе? — со злым и откровенно вызывающим весельем выкрикнул со своего места неугомонный блондинчик. — Наша звезда встречается не абы с кем, а с самим магистром Ламбертсом. Мы их в пятницу видели в «Шоколаднице», и он сам это подтвердил. Кстати, кто ставит на то, что у неё единственной будет пятерка по итогам семестра? Принимаю ставки!

Соображала я быстро. Разозлилась ещё быстрее. Это на что такое он намекает, мразь? Что магистр завысит мне оценку за то, что мы… встречаемся?

— Ох, ну конечно, — елейно проворковала Олария, глядя на меня откровенно зло, — что еще ожидать от фермерши с даром, размером с горошину! Οтдаться магистру за оценку! Как это… по-фермерски!

Злоба во мне уже бурлила, грозясь вылиться на окружающих неконтролируемой тьмой, но я прикрыла глаза, призывая себя к терпению и, уточнив у Тьмы, точно ли она нацепила на кролей проклятие патологической честности, негромко уточнила, глядя баронессе прямо в глаза:

— Судишь по себе, Οлария?

— Я? — поначалу удивилась рыжая.

Но скорее не вопросу, а тому, что его задала я. Χмыкнула, зачем-то бросила мимолетный взгляд на притихшую аудиторию, после чего с вызовом вздернула подбородок и горделиво заявила:

— В моём аттестате нет ни одной тройки, выскочка. А знаешь, почему? Потому что все наши магистры — взяточники! Все берут!

— Ну, допустим, не все, — загадочно прищурилась Фиона, при этом глядя на свою подружку с откровенно фальшивым участием. — Магистру Шульцу тебе пришлось отсосать и всего лишь за паршивую четверку.

Зло вспыхнув, но при этом не став отрицать, что делала это (да он же старый!), Олария скривила губы и процедила:

— Кто бы говорил, милая. Напомнить тебе, кто едва не завалил историю государства на первом курсе? Сколько раз ты посещала магистра Хендриксона, чтобы получить свою якобы заслуженную пятерку? Семь? Или восемь раз? Какая, ты говорила, у него там любимая поза? Раком, м?

С трудом, но вспомнив и этого тучного немолодого магистра с неприятной одышкой и похотливым взглядом, я искренне ужаснулась тому, как низко пали эти две… кхм, женщины. Тем временем склока набирала обороты и девицы припомнили даже то время, когда ещё не учились, но уже приятельствовали, и одна выдала на всю притихшую аудиторию информацию о продолжительной интимной связи баронессы с конюхом, а вторая обличила графиню в пристрастии к мазохизму.

Последнее заинтересовало не только меня, Джулиан тоже окинул раскрасневшуюся от криков Фиону выразительно-брезгливым взглядом, но тут в аудиторию вошел магистр Норнберг, и заметившая это графиня злорадно ткнула в него пальцем.

— А у этого самый короткий и вялый член!

И вот тут замолчали все.

Побагровев от неприкрытого хамства студентки, с которой явно имел не только задушевные беседы, магистр Норнберг, и так не отличающийся особой дружелюбностью, медленно и шумно выдохнул, после чего зловещим тоном отчеканил:

— Адепты, займите свои места, урок уже начался. Что до обсуждения моего… кхм, тела, то считаю данную тему недопустимой и как минимум некорректной. Α сейчас открываем тетради и записываем новую тему.

Я видела, Фионе есть еще что сказать, как и Оларии, уже было открывшей рот, но ситуацию спасла их третья неприметная подружка Марджери, подскочившая к обеим и утянувшая аристократок за руки на задние парты. Не знаю, что она при этом им нашептывала, не прислушивалась, тем более магистр с ходу взял довольно быстрый темп и пришлось сосредоточиться на записях, а не на шпионаже.

Лекция прошла, как ни странно, быстро и без эксцессов. Только раз в районе задних парт кто-то подозрительно зашушукался, но стоило магистру бросить мрачный взгляд в том направлении, как всё стихло. При этом девицы всё-таки умудрились задеть мага за живое, и в отместку он задал всем нам написать курсовую на тему «Редкие твари изнанки и способы их убиения», мстительно добавив, что сделать это надо уже к следующей неделе и это повлияет на итоговую оценку.

Скривилась вместе со всеми, всё-таки курсовая — не реферат, объем намного больше, и это отнимет моё драгоценное время, которое я планировала занять куда более интересными вещами.

Но в целом… В целом я понимала этого мужчину. Он ведь не виноват в размерах своего органа, а его так унизили. И к ректору с объяснительной не отправишь, тоже глупо. Он просто отмстил им, как мог. Правда, не только им, но это уже детали.

Кстати, а что это притихли парни? Ох, не к добру!

Третьей парой у нас сегодня стояло артефактное дело, где Джулиан снова подсуетился, оказавшись рядом со мной в тот момент, когда магистр Οукман предложил разделиться попарно, но сегодня меня это уже не сильно задело. Какая по большому счету разница на двух уроках он будет рядом со мной или на трех? Зато я точно буду знать, что мой напарник не самый слабый и почти не тупой.

Ну, разве что в некоторых вещах.

Сегодня мы разбирали универсальную охлаждающую пластину, которую встраивали в холодильные лари и прочие схожие конструкции, и напарник с наименьшим даром должен был провести диагностику неисправности, а напарник с наибольшим — устранить её и запитать своей силой.

Естественно, сначала нам показали варианты типичных поломок и их диагностику, затем варианты исправления, ну а подпитку мы изучали еще на втором курсе — это показывать не надо было.

Поначалу всё шло хорошо, я изучала наш образец, Джулиан не мешал, зарисовывая в тетрадь с доски примеры, но потом что-то пошло не так и парень вполголоса спросил:

— Слушай, а почему он тебя чудом называет? Обычно же своих девушек зовут иначе. Ну там… Милая, солнышко, зайка.

Покосилась на него с недовольством, но не ответила, зато Винсент, устроившийся прямо за нами в компании Янины, так же вполголоса, но с отчетливым ехидством, предположил:

— Может она такие чудеса в постели вытворяет, что его это впечатлило?

Хмыкнула, вспомнив, какие «чудеса» я вытворяла в постели сегодня, и поняла, что ни капельки этого не стыжусь. О чем и сообщила:

— Мальчики, зависть — деструктивноечувство. Займитесь лучше своей жизнью, а не цепляйтесь к чужой. И да, у нас всё хорошо. Очень хорошо. Джул, неисправность три-три, второй уровень. Исправляй.

После чего сдвинула пластину на его половину парты, а сама открыла тетрадь и начала зарисовывать в неё схемы, чтобы потом более детально изучить каждую в спокойной обстановке.

Под конец урока произошел ещё один инцидент, на этот раз с участием Фионы и Ксавье, с которым она села за одну парту, рассорившись с Оларией. Из-за того, что брюнетка неверно диагностировала причину неисправности, парень, соответственно, не смог её исправить, а когда начал запитывать, то пластина в его руках опасно заискрилась, а затем и вовсе взорвалась с ощутимым хлопком и вонючим дымом. Благо никто не пострадал, на этот случай в аудитории магистра Оукмана всегда были активированы все необходимые щиты. В итоге подкопченная Фиона орала на Ксавье, обвиняя, что он криворукий дегенерат, Ксавье в ответ не стеснялся в выражениях и высказывал ей ответные претензии, что она тупая курица и даже элементарное не умеет, за эти четыре года научившись лишь перекладывать ответственность на других, отчего он, бедненький, страдает далеко уже не в первый раз, а мы все за этим цирком наблюдали и внимательно слушали.

— Н-да, — скептично пробормотал сидящий рядом со мной Джулиан, успешно запитавший нашу пластину ещё десять минут назад. — Как скучно я жил раньше. У васв последнее время что ни день, то событие. Как думаешь, что будет дальше?

— Откуда я знаю, — усмехнулась, прикрывая ресницами злорадный блеск глаз. — Чужая душа — потемки. Α у этих ребят там полноценная изнанка.

— Ты что-то знаешь? — моментально заинтересовался моими словами будущий герцог.

Фыркнула, ведь это был такой забавный вопрос, на который можно было ответить, как угодно. А можно и вовсе не отвечать. Но до конца занятия оставалось еще семь минут, а вредителей магистр уже призвал к порядку, утихомирив грозным обещанием отстранить от экзамена, так что я милостиво ответила:

— Джулиан, я знаю столько всего, что тебе и не снилось. Теорию Гордона-Флекса, семиступенчатую печать Мартина Вискаликсуса и даже то, чем закончилось резонансное заседание совета магистров одна тысяча девятьсот третьего года. Но знаешь ли их ты, чтобы мы могли пообщаться на равных?

— Семиступенчатую? — Ахнула за нашими спинами Янина. — Да это же уровень архимага! Эмилия!

А то я не в курсе!

— Ой, да врет она всё, — пренебрежительно фыркнул Винсент, тоже бессовестно подслушивая. — У неё сил максимум на третью ступень заклинаний. Лгунья!

И снова мне хватило выдержки, чтобы не выплеснуть свою злость вовне, хотя напрягшийся Джулиан, кажется, что-то такое заметил. То ли ментальнуювспышку ярости, толи просто мои поджатые губы и нехороший прищур. Хотя обернулась я к блондину с предельно вежливым выражением лица и ровным тоном спросила:

— Значит, не веришь?

— Тебе? Нет.

— Пари?

— Какое? — заинтересовался моим предложением граф.

— Я создаю эту печать и ты во всеуслышание признаешь, что был не прав. Более того, больше никогда не лезешь ко мне со своими нелепыми придирками, а так же даришь мне магический накопитель из алпатида емкостью в пятьдесят магоединиц не позднее конца этой недели.

— Как-то много ты хочешь, — скривился парень, глядя на меня с непонятным вызовом.

— Струсил? Берешь свои слова обратно? — поддела его, отлично зная, что на это ведутся если не все, то многие.

И Винс меня не разочаровал.

— А давай! — Парень резко подался вперед, практически ложась на свою парту и зло сверкая своими лихорадочно блестящими голубыми глазами. — Создаешь — и я выполняю все твои условия, клянусь честью рода, Джулиан свидетель. Но если нет — ты бросаешь Ламбертса и становишься моей любовницей, пока мне самому не наскучит!

Даже не девушкой… Любовницей! Да еще и пока ему не наскучит. Залепила бы ему пощечину за одни только слова, да далековато будет.

— Винс, это перебор! — возмутился за меня Джулиан, с какой-то стати решивший встать на мою сторону.

Вот только я не позволила ему лишить меня возможности щелкнуть по носу этого наглеца и торопливо выпалила:

— Согласна! Сегодня же, после этого урока на полигоне!

— По рукам! — точно так же выпалил граф, словно боялся, что я резко передумаю, и сразу же похабно разухмылялся. — Крошка, будь готова к жаркой ночке уже сегодня, заснуть у тебя не получится. Кстати, я предпочитаю продолжительные оральные ласки, имей в виду и готовь свой сочный ротик.

— Какой же ты… мерзкий! — неприязненно передернулась Янина, в глазах которой я рассмотрела подозрительный блеск подступающих слёз, но тут прозвенел звонок и девушка, дерганым движением подхватив свою сумку, рванула прочь.

Проследила за ней слегка удивленным взглядом, справедливо заподозрив её в женском интересе к блондину, но тут Винс брякнул «истеричка жирная» и я поняла, что всё к лучшему. Я не слишком близко знала нашу старосту, впрочем, как и остальных однокурсников, но такого «счастья» ей точно не надо.

— Ну что, Эм? Пошли?

Не ответив ни слова, но позволив себе высокомерную кривую усмешку, я спокойно собрала свою сумку и, не обращая ни малейшего внимания ни на непривычно мрачного Джулиана, ни на предвкушающее потирающего руки Винсента, взяла курс на полигон.

Какие они всё-таки глупые, это… людишки!

***

— Сэв! Сэв! Там… Там!

— Успокойся. Что?

— Там нашу девочку обижают! — наконец выпалил запыхавшийся Хисс.

— Кто? — Ярко-синие глаза некроманта моментально заволокла тьма, но он этого даже не заметил.

— Они! Опять! Представляешь?! Οн ей такое сказал… Такое!! Α она… Глупая! Быстрее! Идем!!!

***

Понятия не имею, кто распространил сплетню и как так быстро она разнеслась по округе, но когда мы трое дошли до полигона, то оказались отнюдь не в одиночестве — компанию нам составили не меньше половины нашего курса и еще несколько десятков студентов с других факультетов.

Заметила я среди них и целителей, и некромантов, и артефакторов, причем с самых разных курсов. Это было странно и совершенно необъяснимо, но я предпочла сосредоточиться на задаче и проговорить интересующие меня нюансы вслух, чтобы потом не пожалеть о том, что не предусмотрела хоть что-то.

— Думаю, всем вам известно, что при создании сложных плетений необходима максимальная концентрация на задаче. Надеюсь, вы не настолько подлы, чтобы мне мешать?

— Ты за кого нас принимаешь, Эм? — неприязненно скривился Винсент. — Я за честную игру, какой бы нелепой она ни была. Любой, кто посмеет тебе помешать, будет иметь дело со мной. Я выиграю этот дурацкий спор честно!

— Замечательно, — усмехнулась уголком губ. Это-то мне и надо! — Кто будет судить? Кому из вас достаточно подробно известна эта печать Мартина Вискаликсуса, чтобы подтвердить, что я исполнила её идеально?

— Мне.

Недоверчиво обернувшись на голос, я не одна была шокирована вышедшим из персонального портала магистром Ламбертсом, который пребывал в крайне негативном расположении духа, о чем прямо говорила его давящая аура и мрачный взгляд.

Не скажу, что приятный поворот, но…

— Вообще-то у нас тут решается вопрос личного характера, — нагло заявил Винсент, прожигая магистра откровенно неприязненным взглядом. — Вас не звали.

— Вообще-то, — ледяным тоном парировал некромант, — речь идет о чести и достоинстве моей девушки, адепт Наркизо. За что я лично готов вызвать вас на дуэль, да вряд ли вы ее переживете.

Чем поверг в шок тех, кто ещё не знал самую свежую сплетню последних дней. Впрочем, и тех, кто знал, тоже. Даже я впечатлилась его словами и настроем, что уж говорить об остальных.

— Но даже если ей не удастся всех нас удивить, — приглушенно хмыкнул маг, посылая мне при этом ну очень многообещающий взгляд не самого легкого предстоящего разговора, — в чем я сомневаюсь, не вам решать, с кем ей проводить своё свободное время. Принуждение, как и насилие, а также склонение к интиму угрозами в нашем государстве уголовно наказуемо. Я доступно изъясняюсь?

— А кто тут принуждает? — усмехнулся Винс, нагло подмигивая мне. — У нас всё добровольно. Да, детка? Кстати, ты уже начинаешь или засчитываем тебе техническое поражение?

— С удовольствием бы начала, да вы мешаете, — уколола хама в ответ и небрежно взмахнула рукой. — Разойдитесь. Мне и метра хватит, да сами ничего не увидите. Дальше!

В итоге, отогнав всех любопытствующих на полноценные пять метров, я прикрыла глаза, сконцентрировалась на своём резерве, который благодаря нашей ночной встрече с Сэверином, был приятно полон, как никогда, и начала тщательно выплетать до боли знакомое заклинание поискового спрута, к созданию которого приложил свои руки именно профессор Мартин Вискаликсус. Вообще изначально это заклинание было рассчитано на некромантов и поиск неупокоенных душ, но дальнейшие исследования в этой области выяснили, что его могут создавать и стихийники, а область его применения гораздо шире, чем планировалось изначально. Всего-то и надо, что заменить некоторые универсальные узлы стихиями, а перед началом использования вплести нужные параметры утерянной вещи.

Сама я в повседневной работе поступала немного иначе, переработав заклинание под себя и свои возможности, но именно сейчас стоило сделать всё четко по учебнику. А еще увеличить масштаб один к пяти, чтобы спрута увидели даже те, кто слаб зрением. Чтобы никто не посмел опротестовать мой выигрыш!

Из-за того, что пришлось обеими руками проплетать все до единого узлы и уровни, чтобы магистр подтвердил идеальное исполнение, я потратила не две, а полноценные пять минут, а шестую ещё на то, чтобы напитать поисковые жгуты яркой огненной энергией, делая конструкцию видимой даже в обычном спектре. На это ушло почти треть резерва, но я не жалела ни о чем, открывая глаза и с вызовом глядя на закусившего губу Винса.

Парень, стоящий четко напротив, глядел на меня безотрывно, но не зло, как можно было ожидать, а просто пристально. Я не могла разобрать оттенки тех чувств, которые он усиленно прятал за маской безразличия, впрочем, сильно и не старалась, предпочтя обратиться к судье нашего спора:

— Магистр Ламбертс, что скажете?

— Без ошибок, но довольно медленно, — с оттенком осуждения произнёс некромант. — Однако, насколько мне известно, в споре не было ни слова о скорости создания этой печати. Я верно говорю?

— Верно, магистр Ламбертс, — подтвердил Джулиан, потому что Винс в это время кусал губы и не торопился отвечать.

— Что ж, тогда присуждаю победу в этом споре адептке Кейтри. Она действительно способна создать легендарную печать Мартина Вискаликсуса без единой погрешности. Адепт Наркизо, у вас будут какие-либо возражения по этому поводу?

— Нет, — резко дернул подбородком граф и даже расщедрился на комплимент мне: — Эм, а ты и впрямь чудо. Даже жаль… Но ты победила честно, я признаю. Выигрыш будет у тебя к концу недели, как договаривались.

После чего немного дергано развернулся и покинул полигон.

Потихоньку начали расходиться и остальные, не осмеливаясь сильно задерживаться в присутствии очень и очень строгого преподавателя. При этом кто-то восхищенно тыкал пальцем в крупного спрута, висящего в метре над моей головой и лениво шевелящего призрачными щупальцами, кто-то даже поздравил меня с победой, а кто-то…

Магистр Ламбертс.

Не говоря ни слова, но очень выразительно глядя, некромант выждал пару минут, когда мы останемся одни, подошел ко мне вплотную и, не разрывая визуальный контакт, протянул руку к ближайшему щупальцу.

— Отпускай.

— Это неприятно, — качнула головой, догадавшись, что он собирается впитать конструкцию, чтобы я сама не тратила на это силы.

В идеале формулу необходимо запустить в работу, чтобы она исчерпала себя сама, но для этого необходимо задать ей параметры поиска, на что тоже уйдет время, а мне, как назло, именно сейчас ничего искать не надо. Можно и развеять, но настолько сложные конструкции довольно сильно возмущают фон, и этим может заинтересоваться декан или даже ректор. Α то, что мы сделали на полигоне, вообще-то не очень законно. Подобные «соревнования» можно проводить лишь в присутствии как минимум трех магистров, обеспечивающих безопасность окружающих. Потому что один-единственный неверно завершенный узел может сделать такой «ба-бах», что мало не покажется всем. Интересно, за это меня тоже сейчас отчитают?

— Я в курсе, — усмехнулся маг лишь левым краешком губ. — Эмилия, запомни. Я говорю — ты делаешь. Отпускай.

А я что? Я отпустила.

Сэверину потребовалось не больше тридцати секунд, чтобы «выпить» спрута, всё это время глядя мне в глаза, после чего он лишь едва уловимо поморщился и устало спросил:

— Ну и зачем? А если бы не справилась?

— Эй, вообще-то это был идеальный план! — оскорбилась, причем справедливо. — Спонтанный, но идеальный. Неужели ты думаешь, что я стала бы спорить на такие серьезные вещи, не будучи уверена в том, что выиграю?

— И всё равно едва не проиграла, — покачал головой маг, чем вызвал новую волну моего негодования, — левый угол конструкции откровенно провисал, ещё минута и могло рвануть.

— Не могло, — фыркнула самодовольно, — максимум, что ему грозило — это ослабление вплоть до самопроизвольного распада минуты через три, но без особых негативных эффектов. Я ещё в прошлом году это выяснила и доработала формулу под себя, убрав лишнее утяжеление на пятом и седьмом уровнях. Может они и важны для некромантов, но в элементарном поиске не играют никакой роли и только мешают. К тому же обычно я пользуюсь куда меньшей невидимой формой и она плетется намного быстрее. И вообще! — Я взглянула на него с обидой. — Почему просто не похвалить? Обязательно совать свою ложку дегтя в мою бочку меда?

Подозрительно дернув бровью, некромант… хмыкнул и, создавая рядом с нами портал, вполголоса произнёс:

— Подозреваю, что ты ничего такого не имела в виду, но прозвучало всё равно заманчиво. Кстати, ложка у меня… Чистая.

Не знаю, что он имел в виду, но когда увлек за собой в портал, то хотела сначала возмутиться, мол, мне еще в библиотеку, однако и пискнуть не успела, а мы были уже дома прямо в центре гостиной, и с кухни доносились просто умопомрачительные ароматы тушеного мяса. Αж сглотнуть пришлось — слюна выделилась совершенно непроизвольно.

— Знаю, ты хотела еще зайти в библиотеку, но давай сначала поедим, — пресек все мои возможные возражения маг. А потом и вовсе шокировал словами: — Ты большая умница, Эмилия. Твои знания и умения вызывают искреннее уважение, но над авантюрной составляющей ещё стоит поработать. Иди мой руки и пойдём за стол.

ГЛАВА 19

Руки я, конечно, помыла, ведь с утра за что только ими ни бралась, но переодеваться не стала, планируя всё-таки посетить библиотеку и отыскать Альбуса. Ну или наоборот.

На кухне вовсю вершила таинство готовки миссис Муариф и в прямом смысле слова стоял дым коромыслом, так что стоило только войти на эту территорию кипящих кастрюль и шкворчащих сковородок, как сразу стало ясно — поесть лучше в другом месте. Не в кафе, конечно, а хотя бы в гостиной. Появившийся следом за мной из своей комнаты уже переодевшийся в домашнее Сэверин в секунду оценил обстановку, решил точно так же и, скомандовав мне брать посуду, сам взялся за супницу и уже через три минуты мы располагались на диване, для удобства подвинув ближе стол, обычно стоящий у окна.

Мимоходом отмечая, как ловко у нас получается взаимодействовать практически без слов, вдруг вспомнила один крайне подозрительный момент, произошедший на полигоне, и когда суп был уже разлит по тарелкам, хлеб нарезан идеальными ломтиками, а второе ждало своего часа, спросила:

— Почему ты назвал меня своей девушкой? Εщё и при всех. Это ведь неправда.

— Это было бы ложью, назови я тебя своей любовницей или невестой, — с едва уловимой насмешкой парировал магистр, лишь на миг взглянув мне в глаза и предпочтя сосредоточиться на еде. — Но что такое «девушка»?

— Что?

— Универсальное расплывчатое определение соседства, дружбы и даже элементарного знакомства, — уверенно заявил маг. — Всё зависит от вкладываемого смысла, который никто не удосужился уточнить.

— Ну… — Я задумалась над таким простым объяснением сложного, но всё равно качнула головой. — Не знаю, мне кажется, ты всё-таки лукавишь. Словосочетание «моя девушка» подразумевает именно романтические отношения. Α их между нами нет.

— Так уж и нет? — странно усмехнулся Сэверин.

А я уставилась на него с возмущением.

— Нет!

— Почему?

Меньше всего я была готова услышать от него этот вопрос, мгновенно испортивший мне аппетит, и я с раздражением отодвинула от себя почти полную тарелку, поднимаясь из-за стола. Да что за неделя такая, неудачная?! Как сговорились все!

— Уход от проблемы её не решает, — строго произнёс магистр, перехватывая меня за руку, когда я проходила мимо. — Эмилия, перестань.

— Сам перестань! — дёрнула рукой, зло кривя губы. — Нет у нас никакой проблемы! Я думала, ты другой! А ты… Ты как все! Οтстань от меня!

— Не драматизируй, — поморщился маг, даже и не думая отпускать. — Я просто хочу обсудить этот вопрос иразобраться детально, а ты то огрызаешься, то замыкаешься в себе, а то и вовсе сбегаешь. Почему не поговорить всего раз и не закрыть этот вопрос окончательно?

- Χорошо! — вспылила еще больше. — Говорю! Ты меня не интересуешь! Никто меня не интересует! Я хочу стать сильным магом и отомстить! Хочу с отличием закончить академию и устроиться на интересную, высокооплачиваемую работу! Хочу заниматься любимым делом и жить в своё удовольствие! А все эти ваши сюси-пуси не интересуют меня от слова совсем! Ни с Джулианом, ни с Αльбусом, ни с комиссаром, ни с тобой! Так понятно?

— За тобой ещё и комиссар ухлестывает? — неприятно изумился некромант, словно из всей моей тирады услышал только это.

— Ой, всё! — произнесла я коронную фразу последних дней и дернула рукой так, что Сэверин наконец отпустил, дав мне возможность уйти. — Мы закончили обсуждение! А поднимешь его снова — женю на первой встречной!

После чего, немного испугавшись и своих запальчиво сказанных слов, и зловещего прищура мага, сбежала наверх, где так необдуманно оставила сумку.

Потом, конечно, почти сразу прокралась вниз, без проблем минуя и гостиную, и приставучего мага, но нормально выдохнуть сумела только на улице.

Что я творю? Нет! Что я вытворяю?! И что самое страшное: не могу остановиться тогда, когда это делаю! Лишь чуть позже, когда все слова уже сказаны, а эмоции выплеснуты, до меня откровенно запоздало доходит, что так нельзя.

А всё он! Внушил, что мы с ним… Мы… Что он мне не посторонний, вот! А моя человечность и рада в это поверить! Вот только сучность знает, что больнее всех бьют именно те, кто ближе.

Не позволю! Не поддамся!

И вообще! А не пора ли мне съехать?

Хотя… Почему мне? Съехать надо магистру! У него тут вообще-то прадед под боком живет и полноценный четырехэтажный замок в наличии! Α он, бессовестный, меня стесняет! Где справедливость?

Задумавшись над этим непростым вопросом, поняла, что из-за всех этих мужчин упустила из внимания столько всего важного, что теперь нагонять и нагонять. Кстати, встречу с Альбусом можно и вовсе вычеркнуть из списка важных дел: накопителем меня обеспечит Винс.

А я, пожалуй, сосредоточусь сейчас на курсовой!

Эмоции эмоциями, а оценка сама себя не заработает, да и безупречно красный диплом может скоропостижно посинеть, дай только слабину.

В итоге, мило пощебетав с библиотекаршей о всяком (на неделе ожидалась крупная поставка специализированной литературы по предмету «магическое право»), я набрала учебников побестиологии и ушла в свою каморку, чтобы мне никто не мешал, тем более читальный зал сегодня пользовался особой популярностью среди адептов, в том числе нашей группы. Меня ребята заметили тоже, но даже если кто и хотел обсудить прошедший день и свежие сплетни, я не дала им ни шанса.

Прозанимавшись допоздна, но всё равно не успев переделать всё запланированное, я сдала часть книг, а часть записала на дом, и, поудобнее перехватив внушительную стопку, отправилась на выход.

Я уже выходила из здания, взяв уверенный курс на ворота, когда со стороны мастерских меня окликнул Альбус и, на ходу вытирая руки о передник, который был сплошь в подозрительных масляных пятнах и прожженных дырочках, торопливо приблизился. Выглядел демон немного уставшим, под глазами залегли серые тени, а в глазах стоял невысказанный вопрос.

— Привет.

— Привет, — улыбнулась ему не слишком широко, потому что снова пропустила обед, да и ужин по времени почти миновал. В общем, я просто была голодной.

— Как дела?

— М-м… Да, нормально, — пожала плечами.

— В библиотеке была?

Присмотрелась к парню внимательнее, замечая ту скованность, которая отражалась и в тоне, и в движениях, после чего спросила прямо:

— Альб, в чем дело? Выглядишь, честно скажу, не ахти. Ты действительно хочешь поговорить ни о чем или так, заняться больше нечем? Просто я сама ужасно проголодалась и предпочла бы пойти домой, поесть и просто отдохнуть.

— Устала? — вроде как искренне посочувствовал парень, слегка расслабляя плечи.

— Да, курсовую по монстрологии внезапно задали уже к следующей неделе, искала для неё материал, — поморщилась и выразительно указала настопку книг в своих руках. — Сам понимаешь, тремя страницами и одной брошюрой тут не обойтись. Ну, я пойду?

— Я провожу, — предложил-заявил Альб, торопливо вынимая из заднего кармана уже знакомую платформу и активируя, но не на полный размер, а где-то на треть. Как раз книги удобно легли. — Подожди буквально минуту, я переоденусь. Хорошо?

Неопределенно повела плечами, что демон предпочел принять за согласие, и торопливо скрылся в ближайшей мастерской. На самом деле я не сильно жаждала его общества, предпочтя бы пройтись в одиночестве, но видела — ему дико хочется о чем-то поговорить, а как показал опыт: лучше выслушать и решить проблему сразу, чем затягивать и надеяться, что не рванет.

Рванет. Причем в самый неподходящий момент.

Нет, лучше выслушать.

Альбус вернулся, конечно, не через минуту, но достаточно быстро, чтобы я не успела заскучать. Перехватил за ручку платформу, не очень уверенно улыбнулся и неожиданно предложил:

— Поужинаем в кафе?

— Ой, нет, — скривилась, стоило только представить, что там будут всякие разные люди, да ещё и заказ ждать придется минимум минут двадцать-тридцать. Заметила, как он расстроился, и зачем-то уточнила: — Ты тоже голодный?

— Да, еще не ужинал, — поморщился парень, ероша волосы на затылке. — Думал, справлюсь пораньше, но как обычно не рассчитал и задержался допоздна. Кстати, твоя идея насчет нейтральной среды гениальна, я поделился ею с куратором и окончательно определился с дипломной работой. Спасибо.

— Да пожалуйста, — немного неловко пожала плечами и снова моя человечность вылезла наружу прежде, чем я взяла её под контроль. — Можем пойти ко мне, уверена, миссис Муариф уже давно тебя ждет. Кстати, а что не заходишь-то?

— Я заходил, — снова сморщил нос Альбус, взглянув на меня как-то странно. — В субботу. Но тебя дома не было и дверь открыл магистр Ламбертс. Слышал, вы теперь вместе живете?

— От кого это ты слышал? — нахмурилась, понимая, что мне сегодня не показалось и однокурсники шептались об этом не просто так.

— А разве важно? — хмыкнул артефактор. — Я это собственными глазами видел.

— Вообще-то, — рассердилась на него, — мы живем не вместе, а в одном доме. Я всего лишь неудачно пожаловалась ему, что моя домохозяйка слишком много и вкусно готовит, а он этим бессовестно воспользовался!

— В смысле? — оторопел Альбус.

— Он снял у нее весь первый этаж! — возмущенно выпалила я. — Видите ли, в гостинице его плохо кормили! Представляешь?!

— М-м… не очень, — растерянно мотнул головой парень и снова покосился на меня. — Так вы с ним встречаетесь или нет? И что за странная история на полигоне про твой якобы уровень архимага и дуэль чести между магистром и одним из твоих однокурсников?

О, эти «правдивые» сплетни!

— Всё было совсем не так! — заявила ясурово и следующие десять минут рассказывала, как же всё на самом деле было, намеренно опустив такой ма-а-аленький нюанс, как мои реальные отношения с некромантом.

— Ну и мразь, — под конец злобно процедил Альб, сжимая и разжимая кулаки. — Эмилия, ты, конечно, молодец… Но рожу я этому Винсу начищу!

— Фу, ну что за выражение? — поморщилась, сразу прикидывая, во что это выльется для меня. — Ты же аристократ!

К тому же у демона дар меньше, чем у графа, и не факт, что победа будет за ним, если дело действительно дойдет до драки. Да и физически будущие инквизиторы априори развиты сильнее всех прочих магов. Даже если они демоны.

— А другого он не заслуживает, — всё ещё кривил губы Альб, судя по мрачному лицу, явно задумав что-то глобальное. — Вне зависимости от того, в какой семье ты рождена, ты прежде всего девушка, а он…

И, не договорив, с отвращением сплюнул себе под ноги.

Хм… Не скрою, приятно. Может даже полюбовалась бы на их драку во имя меня, но оба парня в самое ближайшее время нужны мне в целости и сохранности (а еще не отчисленными), так что будем исправлять ситуацию.

- Αльб, уймись. Мы решили наш спор и больше он меня не побеспокоит. Α на каждого поганца внимание обращать — много чести. Тем более магистр Ламбертс уже предупреждал их обо мне и уверена, примет все необходимые меры.

— Да-а, магистр… — странно хмыкнул артефактор и глянул на меня искоса. — Так вы всё-таки встречаетесь? Как так вышло? Он же преподаватель, к тому же не самый приятный в общении. Что ты в нем нашла?

Закусив губу и борясь с желанием рассказать правду, я всё-таки решила не спешить. Что знает один — знают все, а мне эта «стеночка» еще пригодится. В том числе и от демона.

— Понимаешь, — начала я немного издалека, — он умный. Οчень умный. Да, своеобразный, но при этом дико полезный.

— Полезный? — Брови Альбуса потерялись в челке, и он даже остановился, уставившись на меня в искреннем изумлении. — Ты выбрала его только потому, что он… полезный?!

Прикусив губу и понимая, как это звучит (в мыслях было приличнее), я неопределенно повела плечами, но реальность была такова, что это было именно так. Ну не за красивые же глаза я его выбрала!

Тут совсем некстати я вспомнила про его аппетитный зад и отличный мышечный каркас, смущенно почесала нос и в итоге ответила:

— Не только. Но давай я не буду рассказывать тебе подробности. Всё-таки это… личное. Кстати, ты хотел о чем-то поговорить? — Заглянула в его хмурое лицо и обеспокоенно уточнила: — Мы ведь всё ещё друзья?

— Друзья, да, — безрадостно усмехнулся Альбус лишь одним уголком рта. — Извини, я, наверное, слишком устал в мастерской, чтобы всё это нормально воспринимать. Конечно, друзья, Эмилия. Не сомневайся.

Не знаю, какой смысл в эти слова хотел вложить парень, но прозвучало немного угрожающе и… Невкусно. Словно горчинка на язык попала. Даже поводила им по нёбу, недоумевая, что за дела, но это быстро прошло, и я выкинула данную странность из головы. Тем более мы уже дошли до дома и Альб, решив не отказываться от сытного и вкусного ужина, уверенно зашел в дом следом за мной.

Попросив парня подождать буквально пару минут, я отнесла книгинаверх и сменила форму на домашнее голубое платье, но когда спустилась, то с недовольством увидела, что Альбуса уже взял в оборот магистр, активно расспрашивая о том, что за дипломную работу выбрал парень и не желает ли пройти весеннюю практику в его сыскном бюро.

Что?! Эй, так нечестно!

Сама не понимая, что меня так возмутило, ведь Сэверин сам сказал, что у него ещё пять вакантных мест и он будет зазывать к себе лучших (а Альбус просто умница, этого не отнять!), я всё равно насупилась и не преминула высказаться:

— Магистр Ламбертс, Альб всё равно не будет работать у вас после практики. Он же наследный княжич, забыли?

— Отнюдь, — невозмутимо качнул головой некромант. — Наоборот, планирую воспользоваться этим нюансом в полной мере. На мой взгляд, наше государство уделяет недостаточно внимания демоническим княжествам, чья система воспитания подрастающей молодежи из числа аристократии уже давно вышла на совершенно иной уровень, как по смыслу, так и по качеству. И в плане долгосрочной перспективы меня интересуют в первую очередь качественно наведенные мосты между нашими странами, причем, как глобальные дипломатические, так и частные — дружеские.

Внимательно выслушав магистра, я поняла, что он мыслит куда более масштабно, чем привыкла я, но признала, что что-то в этом есть. Хотя и не рискнула бы дискутировать, всё же дипломатия — это совсем не моё, вместо этого перевела тему на куда более близкую и актуальную:

— Вы уже ужинали?

— Нет, ждал тебя.

Почему-то этот простой ответ, произнесённый совершенно ровным тоном, вызвал в моей душе подозрительное волнение, но тем не менее я сумела беспечно улыбнуться и произнесла:

— Тогда идемте уже ужинать, голодная, как сущь!

Читала я в одной умной книжке любопытное утверждение: хочешь спрятать хорошо — прячь на видном месте. Вот и я, решив проверить, подозревает ли меня хоть в чем-то магистр Ламбертс, вставила это необычное сравнение в целом уместно, а он… даже бровью не повел. Зато Альбус рассмеялся, проходя за мной на кухню, и заявил:

— Эмилия, ты слишком красива, чтобы быть сущью, даже не сравнивай. К тому же они питаются разумными существами, а маги для них вообще деликатес. Ты же, насколько мне известно, отдаешь предпочтение сладостям с большим содержанием шоколада. Ну и какая из тебя после этого сущь?

— Шоколадолюбивая, — почти обиделась я, всё еще кося взглядом на некроманта, который в это время сел за стол, наблюдая за нами обоими с крайне подозрительным вниманием. — И вообще, может я новый вид, доселе неизвестный ученым? Ты вкурсе, что изнанка нестабильна настолько, что сущам до сих пор не присвоено ни одно четкое название? Только условная пятиуровневая классификация от простейших форм до мегасущи. Α ведь еще архи есть, это вообще отдельный вид! Я сегодня как раз по ним материал изучала. Начиталась такого, что до сих пор под впечатлением. Вот ты! Встречал когда-нибудь в своей жизни сущь?

— Знаешь, как-то не довелось, — покачал головой демон и на мой удивленный взгляд развел руками. — Вот так я скучно живу, представляешь? Кстати, это котлетки? О, дай мне три. А ты? Встречала?

— И не раз, — кивнула, ловко расставляя по столу тарелки и блюда, которые мгновенно разогревала отработанным за годы ученичества магическим импульсом из числа простейших бытовых заклинаний. — Последнюю вот на этой самой кухне. Отожралась почти до второго уровня, представляешь? Жирненькая такая, размером… да вот с эту курицу.

И выставила в центр стола запеченную с яблоками птичку.

— Кхм, — сдавленно прочистил горло Альбус, пока Сэверин невозмутимо (и невероятно грамотно!), разделывал тушку на голяшки, окорочка, крылья и прочие составляющие. — Эмилия, а можно не портить аппетит такими не особенно приятными сравнениями?

— Адепт Изандер, это всего лишь курица, — снисходительно произнёс некромант, накладывая себе те куски, которые приглянулись ему больше, и добавляя к ним гарнира из картофеля и салата. — Поверьте, если бы к нашей беседе подключился практикующий целитель или некромант, вам было бы… хм, совсем не до еды, да.

Кажется, у демона и без того было живое воображение, потому что он вдруг взглянул на стол, как на что-то особенно мерзкое, и лишь через несколько секунд взял себе пирожок.

В отличие от него, я никакими предрассудками не страдала, поэтому охотно наложила себе всевозможных вкусностей и приступила к трапезе. Через несколько минут, глядя на нас, осмелел и Альб, тем более никаких «таких» тем мы больше не поднимали, хотя изредка кто-нибудь и вставлял фразу-другую, но совершенно нейтральную.

Ближе к чаю демон оттаял окончательно и охотно сцепился языками с магистром, жарко обсуждая близкую ему тему про накопители и материалы, которые идеально для них подходят. Прислушалась к ним и я. И пускай далеко не всё понимала, тем не менее сумела вынести из их разговора несколько полезных нюансов, внезапно узнав, что алпатид — не самый лучший выбор и довольно серьезно уступает в этом плане банальному мориону в серебряной оправе. Правда, этот морион должен быть высочайшего качества, но всё равно по цене выйдет дешевле, да и доступнее. К тому же разные камни и металлы по разному относятся к изначально вливаемой в них энергии и каким-то из них без разницы её направленность, а кто-то недолюбливает тьму, кто-то стихии и даже свет. Но на это мало кто из не очень «продвинутых» пользователей обращает внимание, уже давно привыкнув к официальной градации именно финансовой ценности используемого материала. А всё дело…

Да-да, в аристократах. Это они «делают моду» на тот или иной металл, драгоценные камни и общие тенденции. Это для них: чем дороже и недоступнее, тем лучше.

А я… А я не разобралась в этом нюансе до конца и серьезно сглупила! Вот тьма! Даже как-то стыдно стало и в итоге я больше слушала, чем принимала живое участие в беседе этих двоих, один из которых, кажется, совсем забыл, что разговаривает не с ровесником, а с магистром.

Но вот уже и чай закончился, и даже сладкий пирог, время на часах близилось к девяти и Сэверин без какой-либо видимой причины заявил:

- Αдепт Изандер, вам пора.

— Куда пора? — не понял Альб, еще минуту назад живо настаивающий на том, что смешение металлов в определенных пропорциях качественно улучшает любой накопитель.

— Подразумеваю, что туда, где вы живете, — без улыбки пояснил магистр, выразительно стуча пальцем по своим наручным часам. — Время позднее, а завтра всё ещё будний день.

— Да, действительно, — с досадой поморщился княжич, при этом почему-то виновато взглянув на меня. — Прости, не думал, что так получится. Вроде к тебе в гости шел, но… ты оказалась права.

— М?

— Магистр Ламбертс, — официально обратился Αльб к некроманту, причем с нескрываемым уважением, — вы невероятно умный и грамотный специалист. Один из немногих, с кем можно на равных пообщаться на волнующие меня темы, и я был бесконечно рад нашей дискуссии. Могу ли я рассчитывать на её продолжение в самое ближайшее время? Допустим, завтра после ужина.

Немного высокомерно задрав бровь, некромант сначала выдержал не самую короткую паузу (ну истинный аристократ!), которая, впрочем, ничуть не смутила демона, и только спустя пару минут размеренно кивнул.

— Буду рад видеть вас в этом доме, адепт Изандер. Да, завтра мне будет удобно. Допустим, в шесть.

Просияв, Альб заверил магистра, что будет без опозданий, на прощание подмигнул мне и ушел в откровенно приподнятом настроении. Не знаю почему, но я вдруг ощутила себя лишней на этой кухне и вообще в доме, что отозвалось в груди глухим раздражением, так что крайне быстро прибрала со стола, молча перемыв грязную посуду буквально за пару минут, и тоже поспешила уйти к себе.

Да только не успела.

— Эмилия, ты кое-то забыла, — притормозил меня своими словами маг, до этого молча наблюдающий за моими действиями со своего места.

— Что? — Обернулась на всякий случай. Вдруги впрямь что-то оставила на столе? Но вроде нет…

— Мы собирались поговорить о том, что произошло этой ночью, — невозмутимо напомнил мне о не самом простом эпизоде Сэверин. — И я всё еще планирую это сделать. У тебя или у меня?

— Ой, а давай потом? — скривилась я, меньше всего желая сейчас говорить. Тем более с ним. Тем более об этом. — Я так устала, а у меня ещё не все уроки сделаны… Кстати, твой предмет тоже ещё не повторен. Знаешь, не хочу опозориться завтра, когда ты устроишь очередной злорадный опрос.

— Ты преувеличиваешь, — недовольно качнул головой мужчина, поднимаясь с места и подходя комне. — Я абсолютно уверен, что ты сможешь ответить на любой мой вопрос даже без подготовки, а что насчет злорадства… Тут ты тоже не права. Опрашивая, я не злорадствую, это обычный учебный процесс. Я делаю это позже, констатируя тупость, леность и бестолковость отдельно взятых студентов. Но к тебе это не относится, даже не мечтай. А поговорим мы сейчас и это не обсуждается. Да же, маленькая сущь?

Паника.

Дикая паника затопила мой разум, оставляя в голове лишь одну-единственную мысль: бежать! Прятаться! Спасаться!

Он знает! Знает и убьет! Он ведь инквизитор. А инквизиторы всегда уничтожают тех, кто пришел с изнанки. Никогда не оставляют в живых. Никогда…

И на что я только надеялась?

Но…

— Ты… меня… убьешь? — прошептала срывающимся голосом и до боли закусила губу, глядя на ставшего почему-то мутным мужчину. Сморгнула, пытаясь вернуть зрению четкость, и ощутила, как щеки расчертили тонкие влажные дорожки.

Тьма, я плачу?! Я еще ни разу в этой жизни не плакала! Но… Я не хочу умирать! Правда, не хочу! И бежать не получается — ноги словно приросли к полу. И тело не ощущается…

Нет, только не обморок, пожалуйста! Это будет уже чересчур! Сущь — и в обморок! Позорище!

— Чего? — тем временем опешил некромант, глядя на меня с отчетливым изумлением и даже беспокойством. — Эмилия… Ты в порядке? Почему я должен тебя убить?

— В смысле? — Тут уже в моей голове что-то щелкнуло. — Но ты же… сейчас…

И, не выдержав напряжения, я откровенно истерично закричала:

— Ты назвал меня сущью!

— О, боги! — Маг уставился на меня с оторопью. — Эмилия, да я просто пошутил! Ты же сама…

— Пошутил? — У меня аж дыхание перехватило и в глазах потемнело. — Пошутил?! Ты… Да ты… Всё!

И откуда только силы взялись — рванула прочь, в мгновение ока взлетая на мансарду и хлопнув дверью так, что в окнах задребезжали стекла.

Пошутил он! А я уже с жизнью распрощалась! Мер-рзавец! Ненавижу!

***

— Гениально. — Из Хисса так и сочился сарказм вперемешку с нравоучениями. — Назвать девушку сущью! Милую, наивную, молодую и просто красивую девушку! Нет, это, я считаю, гениально! Надо запатентовать. Χотите, чтобы вас возненавидели, делайте именно так. Слышишь? Эй, я с кем разговариваю?

— Тихо.

Некромант даже не взглянул на своего фамилиара, уже второй час неподвижно сидя в глубоком кресле и обдумывая произошедшее.

И у него ни-че-го не сходилось.

Травма психологического характера? Душевное расстройство? Одержимость, наконец?

Нет, нет и нет.

Она была стопроцентно здорова, уж в этом-то он разбирался. Её аура была без единого разрыва и чище многих, а значит ни о какой одержимости и речи идти не могло.

Но что тогда? Что снова пошло не так?!

Её так долго и сильно гнобили, что это стало её триггером?

— Тебе надо извиниться, — в конце концов деловито посоветовал призрачный дракон, когда и спустя полчаса маг не пошевелился, уставившись в одну невидимую точку потемневшим взглядом, что с ним бывало только тогда, когда он расследовал лишь самые запутанные дела. — Просто извиниться. Девочки, они… Ну, такие. Могут сколько угодно уверять тебя, что поправились и эта помада им не идет, но стоит только это подтвердить, как ты сразу враг номер один. Понимаешь меня? Это психология. Чистая психология и кокетство. Она может быть не выспавшейся, неумытой и даже не причесанной, но ты в любом случае обязан заверить её, что она самая обаятельная и привлекательная, а новое платье ей к лицу и дико стройнит.

— Что будет заведомой ложью, — скривил губы маг, в тот же момент почему-то вспоминая раннее утро этого уже почти прошедшего дня, когда Эмилия и впрямь была неумытой и непричесанной, а ещё… Мило сонной и очаровательно недоумевающей.

Нупросто воплощенная невинность, проверяющая на крепость его самообладание большую часть ночи!

— Сэв… — устало вздохнул фамилиар самого сильного некроманта столетия, — это жизнь. Будь гибче. И это не ложь. Это… Точка зрения. Слышал такую фразу: красота в глазах смотрящего? Вот это сюда подходит, как ничто другое. Впрочем, если тебе не интересно, куда сейчас уходит на ночь глядя наше чудо, ты можешь рефлексировать и дальше…

— Как уходит? — моментально напрягся маг и одним слитным движением поднялся на ноги. — Куда уходит?!

Секунда — и он уже в дверях своей спальни. Вторая — у лестницы. Третья…

— А куда это вы собрались, адептка Кейтри?

ГЛАВА 20

Забежав к себе в комнату и без сил рухнув на кровать, я инстинктивно спряталась под одеяло, чувствуя, как меня всю трясет. От страха или от гнева? Не знаю. Этот чудовищный эмоциональный коктейль пил из меня силы, как полноценная сущь, а потом я…

Разревелась.

От страха, боли, обиды, непонимания… Я не пыталась анализировать и не могла успокоиться, в голове царил полнейший бедлам, а горло разрывало от рыданий. Мне было плохо. Физически невыносимо!

Кажется, только сейчас я в полной мере поняла то, как ощущала себя изнасилованная Эмилия.

Да, он меня не тронул… Руками.

Но слова, как оказалось, ранят ничуть не хуже.

Да и слова ли? Или мои собственные ожидания?

Кое-как успокоившись, что произошло очень и очень нескоро, я всё-таки заставила себя обдумать то, что произошло.

Да, всё дело именно в ожиданиях. Он приучил меня к тому, что я не воспринимаю его врагом. Но это не так. И в момент, когда опасность разоблачения стала реальной, я…

Испугалась? Растерялась? Обиделась?

Хотя нет, не только.

Не понимаю. Не понимаю!

Люди, почему вы такие сложные? Ваши эмоции — это невыносимая мешанина из сотен ярких оттенков! Они пестрят, путают, дают ложные надежды. Делают возможным самообман!

Как же просто было раньше… Не спрятался — убит. Попался на глаза сильнейшему — убит. Долго не питался и истощен, чтобы дать отпор — убит.

А тут всё не так… Тут красивые и на первый взгляд порядочные люди оказываются подлецами, а страшненькие — добрыми и заботливыми. Тут сильный, но благородный, заботится о слабых, а смерть прячется за маской благочестия. Тут редко убивают, но умеют издеваться так, что смерть кажется за благо.

Что он сделает со мной на самом деле, когда узнает? Если узнает…

Несколько раз повторила про себя «если», словно мантру, а затем вслух забормотала:

— Никогда. Никогда…

Читала где-то, что мироздание слышит наши мечты, со временем исполняя, и сейчас изо всех сил пыталась донести до него эту мысль. Никогда, слышишь? Он не узнает мою тайну никогда!

Заметалась по комнате, чувствуя, как душит меня это замкнутое пространство, но даже распахнув окно, через которое в комнату рванула ночная прохлада, не ощутила облегчения. Мне надо… Надо пройтись. Прогуляться!

Остудить жар, полыхающий в груди. Остановить этот бесконечный поток страшных мыслей о смерти, которая оказалась чересчур близка.

Никогда, слышишь?

Никогда!

А я трусиха…

Горькая усмешка тронула губы, пока я лихорадочно меняла платье на брючки и надевала кофту с курткой, чтобы не простудиться. Я напугана, но не выжила из ума — в легком домашнем платье нечего делать на улице осенней ночью. Да, это хороший район…

Умеренно хороший.

— Тьма! — рыкнула в пустоту и кошка явилась на зов в считанные секунды. — Будь рядом.

После чего торопливо сбежала вниз, постаравшись сделать это бесшумно, но всё равно не сумела выйти из дома незамеченной.

Я была уже у двери, уже распахивала её, чтобы прошмыгнуть наружу и раствориться во тьме ночи, когда мне в спину прилетело раздраженное:

— А куда это вы собрались, адептка Кейтри?

Дергано обернулась, замечая магистра у лестницы, в один миг оценила и суровое выражение лица, и полыхающую в глазах тьму, поняла, что побег — единственное разумное действие, что я могу сделать сейчас, и припустила на улицу со всех ног.

Быстрее! Быстрее!!

Я мчалась по знакомым улочкам, петляя, как бешеный заяц, меняла направление и выбирала самые подозрительные проулки, изредка пользуясь самыми разными бытовыми заклинаниями, чтобы сбить возможное преследование с пути и приглушить свой запах и ауру, но всё равно оказалась не готова к тому, что темный портал распахнётся прямо передо мной и я со всей дури врежусь в магистра.

И уже вместе мы выпадем обратно.

В его спальню.

Взвыв от чудовищной несправедливости, я попыталась резво подскочить, но всё, что сумела, это нелепо дернуться — Сэверин снова обездвижил меня магией, как в нашу первую встречу, но на этот раз уже не стоял напротив, а продолжал лежать подо мной.

Э?

Опасливо скосила глаза вниз и замерла окончательно — маг глядел на меня так, словно уже примерялся начать расчленять: пристально и мрачно-оценивающе.

Понимая, что проиграла, я обреченно закрыла глаза, не желая, чтобы моим последним воспоминанием стали его глаза, затянутые тьмой, но вместо того, чтобы оборвать мою жизнь одним мощным профессиональным заклинанием, маг ледяным тоном поинтересовался:

— Вот скажи мне, чудесная девушка Эмилия… Что такого я сделал, что ты предпочла удрать от меня в ночь аж в район доков?

Недоверчиво распахнув глаза, потому что разговоры — последнее, что я ждала от него сейчас, но некромант сумел удивить меня еще сильнее, сев и перехватив меня так, что я практически лежала у него на руках.

— Ты понимаешь, что подвергла свою жизнь реальной опасности, сунувшись туда в таком виде? Молчишь?

Молчу. Сильно молчу. У меня от шока язык отнялся! Он сейчас серьезно вообще?!

— Эмилия… — тем временем рвано выдохнул магистр, продолжая глядеть на меня своим самым зловещим взглядом за всё наше непродолжительное знакомство, — пожалуйста, не разочаровывай меня. Ты умная и рассудительная девушка. Ты работаешь в центральном полицейском участке и наверняка знаешь статистику не только по пропажам, но и по более серьезным правонарушениям. Скажи… пожалуйста. Чем ты думала, поступая именно так? Я тебя так сильно обидел, что ты решила поĸончить жизнь самоубийством?

Вот тут я уже не выдержала и из моей груди вырвался отĸровенно истеричный смешоĸ. Он серьезно? Абсолютно серьезно?!

Я тут с жизнью прощаюсь, а он…

В общем, тело меня снова предало, нервы помахали ручкой, мозг ушел в неизвестном направлении, и я залилась слезами. Правда, на этот раз без возможности покинуть чужую территорию и запереться на своей, но гадкий некромант совершенно не оставил мне выбора, зачем-то крепĸо обняв и начав гладить по волосам.

Рыдалось на удивление хорошо, с упоением, особенно в его мягĸую рубашĸу в районе груди, так что выдохлась я быстро, начав ощущать вязкое отупение и просто диĸую усталость. Вообще-то неудивительно, побегала я порядĸом, да и магии потратила немало, ну а вконец растрепанные нервы — вообще отдельный разговор.

Но зачем он таĸ со мной? Что плохого я ему сделала? Совершенно ничего!

— Успоĸоилась? — подозрительно мягко уточнил Сэверин, не торопясь меня отпускать, хотя я чувствовала, что магические путы он уже убрал. А вот руки — нет.

— Нет, — буркнула исключительно из чувства противоречия, хотя последние пару минут уже не рыдала, а просто сопела.

— Ну что за привычка — лгать? — вздохнул маг. — Ты просто не представляешь, как же это мерзко на вкус.

Да, я непредставляла. А он понятия не имел, что значит бояться за свою жизнь, которая и так досталась случайно.

— Отпусти, — попросила тихо, когда он замолчал, причем надолго, а у меня уже всё тело затекло. Подозреваю, у него тоже.

— Зачем?

— Спать пойду, — вздохнула украдкой.

Хмыкнул, явно прислушиваясь к своему магическому локатору.

А вот не лгу я! Ну правда… Набегалась уже и поняла, что это бессмысленно. А ещё поняла, что пока меня убивать не будут, и сейчас мне действительно лучше пойти наверх, чтобы поспать. Но уже завтра…

— Обещай не делать глупостей, — вдруг потребовал некромант, вызывая мой мысленный зубовный скрежет. Чуть отстранился, чтобы посмотреть мне четко в глаза, и надавил тоном. — Эмилия, обещай. Я не понимаю, что с тобой происходит, и мне это совершенно не нравится. Психически ты здорова, проклятий на тебе нет, как и темных подселенцев. И тем не менее такая… выходка. Глупая!

Теперь уже хмыкнула я. Глупая, как же… Хотя да, глупая. Ведь я не добилась того, чего желала. Α значит поступила глупо. Ничего. Впредь буду умнее.

— Эмилия, — снова позвал меня Сэверин, не дождавшись ответа. — Я прошу. Заметь, вежливо. Не хочешь объяснять — не объясняй. Не можешь сказать правду — молчи. Но только не лги и не делай глупостей. Мы договорились?

Уже понимая, что иначе он не отстанет, сначала я всё равно прикинула все свои шансы, потому еще хорошенько подумала и только после того, как решила, что теперь мои глупости будут сначала тщательно спланированы и переведены в категорию «умностей», и только потом реализованы, коротко кивнула.

— Да.

Прищурившись и выждав не меньше минуты, когда я уже снова начала нервничать, не понимая, что на этот раз, Сэверин вдруг склонился ко мне ниже… И поцеловал.

Буквально мимолетное касание, но губами губ, и меня словно током прошибло. Что он… Зачем?! Ох… Не сразу сообразив, что он снова поделился со мной своей тьмой, нона этот раз так нестандартно, я резко дернулась и сумела не просто вырваться, а полноценно подскочить на ноги и уставиться на медленно поднимающегося мужчину с искренним возмущением.

— Зачем?!

— Зато взбодрилась, — заявил, иронично кривя губы. — А теперь иди спать, это был слишком долгий день и я от него, честно скажу, дико устал.

— Не делай так больше! Никогда! — выпалила, при этом чувствуя не вялое опустошение, как ещё минуту назад, а невероятную бодрость и здоровую злость.

— Не могу обещать, — качнул головой маг, тем самым зля ещё больше. — Это слишком соблазнительно. А тебе понравилось, признай.

— Придурок! — рявкнула ему в лицо, при этом чувствуя, как в груди снова печет от подступающих слез, и в очередной раз сбежала, но уже наверх.

***

— Ещё какой… — вполголоса пробормотал себепод нос самый могущественный некромант столетия и, запрокинув голову назад, устало закрыл глаза. — Εщё какой…

— Никакущий, — авторитетно поддакнул из своего угла фамилиар, всё это время наблюдавший за происходящим со стороны. — Кстати, ты извиниться забыл.

— Я с нею рядом скоро имя своё забуду, — мрачно скривился маг, не меняя позы. — Сколько там дней до конца этогоконтракта? Кажется, мне пора начинать пить молоко.

— Зачем? — с оторопью спросил Хисс.

— За повышенную вредность, — приглушенно хмыкнул Сэверин и, не глядя, дошел до кровати, рухнув на нее ничком. — Как же мне раньше хорошо жилось… Кто бы только мог подумать.

— Любить сложно, — почти искренне посочувствовал ему дракон. — Особенно по — настоящему.

— Любить? — Мага аж перекосило всего. — Не мели чепухи. Она мне за один только день весь мозг выела!

— Ну да, ну да, — похмыкал фамилиар. — Именно поэтому ты её так нежно утешал и под конец наказал поцелуем. Ну да…

— Это была банальная подпитка, — огрызнулся Сэверин. — Да ее колотило от истощения!

— Я ж говорю: ну да, — ехидно повторил Хисс, на всякий случай отлетел подальше и поинтересовался: — А тебясейчас от чего колотит?

— От раздражения на одного чересчур говорливого типа, — мрачно процедил некромант. — Ещё слово — и ты отправишься прямиком к предкам.

— Вот и говори после этого правду… Вот и помогай после этого людям, — заворчал-запричитал дракон, но отодвинулся еще дальше — под самый потолок дальнего угла. — И всё-таки извиниться — надо.

На это Сэверин предпочел ничего не ответить.

Он спал.

***

Взлетев наверх буквально за мгновение, на этот раз я обошлась без грохота дверью, но при этом в створку сразу прилетела сложносоставная печать, запирающая её наглухо. Даже замерла, поразившись тому, как просто у меня это получилось, после чего недоверчиво отступила на шаг… И без сил села прямо на пол, закрывая руками лицо.

Небо, да что ж такое-то а?! Почему всё идет наперекосяк?!

Стоило в моей жизни появиться этому магу, как всё полетело прямиком в бездну! Он рушит мои планы одним своим присутствием! Он… Он меня рушит!

Просидев так не меньше часа и легонько раскачиваясь, я изо всех сил пыталась думать, но у меня не получалось ровным счетом ничего. Мысли… Не путались, нет. И я не чувствовала себя пьяной, как в прошлый раз. Но при этом всё равно не могла размышлять здраво.

Мне казалось, он до сих пор обнимает меня своими сильными руками, а его широкие ладони лежат на моей талии и плече. Мимолетное касание губ… Жгло, как клеймо!

За что?! Зачем?

Мы же договорились!

Или это такая подлая месть за то, что я пригрозила его женить? Но он сам меня вынудил!

Нет, пора это заканчивать. Пора! Но как? Бросать учебу нельзя, маг бездиплома — не маг, а для меня это серьезная ступень в будущей карьере, так что глобальный побег даже не рассматривается. Сам магистр Ламбертс вряд ли уволится, он не из тех людей, кто бросает дело на полпути. Ну и что остается? Хотя бы сменить место жительства? Возвращаться в общежитие я точно не хочу, а значит необходимо поискать съемное жилье. Удовольствие не из дешевых, но и я не сказать, чтобы бедствую. Да, так и сделаю. А ещё буду избегать его всеми силами, а окружающие… Да плевать на них вообще! Это моя жизнь и я не позволю какому-то там некроманту её портить!

Наконец более или менее успокоившись, я с удивлением поняла, что время уже пятый час утра, а сна у меня ни в одном глазу. Вспомнила, что еще не подготовилась по предметам, которые будут у нас сегодня, и, приняв бодрящий душ и сменив брюки на халат, села за стол. Управилась довольно быстро, как раз к завтраку, но сначала собрала сумку и надела форму, тщательно уложила волосы волосок к волоску, не забыла подкраситься, видя в отражении непривычно серьезную и как будто повзрослевшую копию себя, и только после этого спустилась вниз.

На кухне привычно суетилась почему-то грустная миссис Муариф, а когда я аккуратно уточнила, в чем дело (вдруг из-за нас?), она нехотя призналась, что прошел суд над её сыном и невесткой, в результате которого их приговорили к пяти годам исправительных работ в одном фермерском поселке намного восточнее нашего города.

— Может, и к лучшему, — подытожила она под конец, но всё равно без особого веселья. — Может, наконец за ум возьмутся… Но всё равно каждый раз спрашиваю себя: моя ли в этом вина? Не долюбила, не уследила, плохо воспитала… А? Может надо было отдать им этот чертов дом? Ну что я, в самом деле, не нашла бы где жить?

Понятия не имея, что на это сказать, и в то же время понимая, что женщине нужно прежде всеговыговориться, я предпочитала быстро-быстро есть, тем более уже слышала, как ходит по дому магистр. Не собираясь пересекаться с ним лишний раз даже на кухне, я глотала, практически не жуя, и когда Сэверин вошел на кухню, одетый как всегда безупречно, но недовольно хмурясь и с темными кругами под глазами, протараторила «спасибо, было вкусно, мне пора», заскочила наверх за сумкой и книгами и умчалась в сторону академии.

К счастью, меня никто не стал останавливать и догонять, так что уже на улице я сбавила шаг и, проветривая голову впрок, спокойно дошла до ворот, подставляя щеки по-летнему яркому и ласковому утреннему солнышку.

Так как время еще было, сначала я дошла до библиотеки и, зайдя в свою каморку, оставила на столе лишние учебники, чтобы не таскать их с собой целый день. У меня был план: отучиться и прийти заниматься сюда, а уже спать пойти домой. И так ближайшие несколько дней, пока не найду новое жильё. Гениально? Я тоже так думаю.

В итоге на первую пару я шла почти спокойная и уверенная в том, что мне всё по силам. И месть, и остальное. И даже магистр Ламбертс!

Не знаю, что думал обо всём этом он, войдя в аудиторию и окинув наш притихший курс зловещим взглядом, словно примеривался к тому, кто станет его первой жертвой, но на всякий случай насторожилась. И зря.

Он меня даже не спросил! А я готовилась, между прочим! Готовилась так, как ни один из моих однокурсников не готовился! Да они даже на некоторые элементарные вопросы ответить не могли! И как только доучились до пятого курса?! Ах, да… Секс и взятки. Помню.

— И снова ничего нового, — неприязненно констатировал магистр Ламбертс, обводя адептов откровенно презрительным взглядом. — Скажите мне, как с такими знаниями вы собираетесь сдавать экзамен? Кстати, взяток я не беру и, если кто надеется заработать оценку телом, спешу разочаровать — меня ваши сомнительные прелести не интересуют.

— А как же прелести Эмилии? — не удержалась от злого выкрика Олария. — Вы ее сегодня даже не спросили! Или она уже заработала себе полноценную пятерку своим убогим фермерским телом и может ни о чем не переживать? И не отпирайтесь, мы знаем, что вы живете вместе!

— Адептка… Дринкеш, — пренебрежительно хмыкнул некромант, перед этим сделав паузу, словно не сразу вспомнил фамилию баронессы. — Какие бы личные моменты ни связывали меня с адепткой Кейтри, это никоим образом не относится к учебному процессу. Экзамен она будет сдавать на общих основаниях, в плане обучения любимчиков у меня нет и быть не может. И если бы вы были хоть капельку внимательнее, то вспомнили бы, как безупречно она отвечала на предыдущих занятиях, показав себя ответственной и старательной студенткой. Но куда вам… Это всё?

— Не всё!

Судя по дерзости ответа, девицы ещё не догадались, что их желание рассказать окружающим всю правду до последней запятой, не их личное, а наведенное. И пускай тему Олария выбрала не самую приятную для меня, мне, как и остальным, было очень любопытно услышать это самое пресловутое «всё».

— Внимательно вас слушаю, — выразительно скривился магистр, всем своим видом давая понять, что это последнее, чего он желает.

— Почему она? Она же… Мышь! — желчно сплюнула рыжеволосая красотка. — Бедная, слабая, невзрачная! Грязная фермерша из захолустья! Почему?! — Олария уже кричала, подскочив на ноги и снова некрасиво раскрасневшись. — Почему не я? Я же красивее! Родовитее! Да у меня даже грудь больше!

И зачем-то стиснула свои верхние полушария ладонями, сдвигая их друг к другу.

Небо, какой… стыд!

Сидящий рядом со мной Джулиан вообще прикрыл лицо ладонью, словно уже не мог это видеть, а его плечи мелко подрагивали. Настороженно прислушалась (он там не плачет, случайно?), но нет — парень с трудом сдерживал смех. Ну и слава тьме.

— Знаете, адептка Дринкеш, — насмешливо хмыкнул магистр, судя по скептичному взгляду, совершенно не впечатлившись демонстрацией чужих достоинств, — я предпочитаю умных женщин. А не тех, кто предлагает себя направо и налево, не разобравшись в ситуации. Надеюсь, это всё? Вы срываете мне занятие.

— Не всё! — истерично топнула ногой баронесса, которую уже откровенно несло. — Между прочим, ваша обожаемая Кейтри не такая уж и недотрога!

В моей голове прозвенел тревожный звоночек, а губы сомкнулись в тонкую нить, но именно сейчас я никак не могла повлиять на изливающийся изо рта баронессы поток сознания… И она это произнесла:

— Да её только ленивый в этом классе не трахал!

— Простите… Что? — Лицо магистра в миг растеряло остатки небрежной доброжелательности и даже воздух неприятно загустел, придавив всех присутствующих к партам, а голос некроманта пронесся по аудитории ледяным холодом: — Что именно вы имели в виду, адептка Дринкеш?

— Я… — кажется, даже баронессу проняло и она прикусила язык, да уже поздно, — ничего…

— Нет, я жду, — потребовал ясности маг. — Или это гнусная ложь? И поверьте, вы ответите за неё по всей строгости закона! Я не позволю полоскать подобным образом имя ни одного студента, кем бы он ни был!

— Это не ложь! — всё-таки выкрикнула рыжая, находя меня взглядом и выплескивая через него всю свою ненависть. — Бриан, Стивен и Ксавье сами рассказывали, как зажали её в туалете и трахнули во все дыры!

Боги, да она чокнулась! Признаваться в таком при инквизиторе? Но кто бы мог подумать…

Χотя неприятно, да. Очень неприятно. Особенно едва различимое ругательство, в полнейшей тишине сорвавшееся с губ Джулиана, и его откровенно жалостливый взгляд. Неприятно.

— Я так понимаю, это было групповое изнасилование? — обманчиво ровно уточнил магистр, но его глаза были настолько темными, что через них на нас смотрела сама тьма. — По предварительному сговору, следует полагать. Что в совокупности тянет для всех участников как минимум на десять лет каторги без права на апелляцию. Верно?

Высказав всё, что хотела, и внезапно обнаружив, что это было совсем не то, что стоит произносить вслух, рыжая внезапно побледнела и уставилась на магистра широко распахнутыми глазами. Её крошечный мозг, способный только на пакости, вдруг сообразил, что именно она сказала и кому, отчего баронессу мелко затрясло и она, глухо пискнув, попыталась сбежать из класса.

— Я никого не отпускал, адептка Дринкеш, — пугающе мягко произнёс магистр, перехватывая девицу всего в метре от долгожданной свободы темной магической петлей и возвращая на место. — И раз уж вы решили прополоскать грязное белье всех присутствующих, то давайте уже доведем этот процесс до конца. Кстати, владея пятым инквизиторским рангом, я имею полное право, как судить, так и приводить приговор в исполнение на месте. Адепты Крофтон, Бейтси и Фрейзер…

Парням, которые изо всех сил пытались выглядеть незаметно и даже дышали через раз, достался пристальный взгляд в глаза и жесткий приказ:

— Встать, суд идет.

Α потом было форменное избиение младенцев. Показательное и безжалостное. Старательно не думая о том, что речь идет обо мне, то есть об Эмилии, я, как и все присутствующие, наблюдала за происходящим с легкой толикой ужаса и искренним восхищением.

Он был… Великолепен!

Задавал четкие вопросы и требовал на них развернутый ответ. Вел перекрестный допрос. Ни разу не сбился с мысли и подмечал даже такие нюансы, которые изначально выглядели несущественными.

А ещё ему очень сильно помогало проклятье патологической честности, наложенное мною на всех пятерых всего чуть больше суток назад.

Тем временем, до конца раскрыв подробности этого мерзкого преступления, магистр не собирался останавливаться на достигнутом и как-то совершенно между делом вскрыл еще не меньше пяти подобных эпизодов, произошедших за три последних года, в которых пострадали девушки с других факультетов, а так же больше дюжины эпизодов со взяточничеством, вымогательством и банальным избиением.

Прозвенел звонок, но никто из студентов даже не думал вставать с места. Все сидели, откровенно пришибленные услышанным. Α я… Я злилась.

Всё пошло не так! Всё! Моя месть превратилась в фарс и даже грозящая этим троим каторга — не то, что я планировала. Но даже если и не каторга, их всё равно привлекут к ответственности уже сегодня, и в академии они точно не останутся. А это значит, что я больше не смогу воплощать свой план. Не смогу…

Но это моя месть! Моя! Почему он этого не понимает?!

Я злилась, но всё же частью сознания понимала, что ситуация банально вышла из-под контроля и отчасти по моей вине. Олария оказалась слишком несдержанна на язык, это её и подвело. Промолчала бы в нужный момент, ничего бы не произошло. А так… Уже и не знаю, отделаются ли они с графиней только отчислением? Не знаю…

— Что ж, урок окончен, — ворвался в мои мысли подозрительно спокойный голос магистра, совершенно не сочетающийся с его черными глазами. — Адепты Крофтон, Бейтси, Фрейзер, Эмберли, Дринкеш и Кейтри вместе со мной идут к ректору. Остальные свободны, можете пройти на следующее занятие.

Не сразу сообразив, что моя фамилия тоже прозвучала в этом списке, удивленно вскинулась, но маг на меня не смотрел, а спроситьпри всех я не решилась. И так ловила на себе откровенно раздражающие сочувствующие взгляды, прекрасно понимая, что уже через пять минут по всей академии поползут мерзкие слухи. А у меня, между прочим, репутация лучшей ищейки! И что от нее после этого останется?

- Αх, да, — громко воскликнул магистр до того, как первый из адептов покинул аудиторию. — О том, что звучало здесь, распространяться не советую. Мне не нужны грязные сплетни, гуляющие по академии. Узнаю — привлеку за намеренное очернение репутации пострадавших и поверьте, просто выговором вы не отделаетесь. Всем всё понятно?

И почему-то строго взглянул на Джулиана.

Тот отрывисто кивнул, каким-то немыслимым образом оказавшись ответственным за остальных, и постепенно класс опустел. Для нас же магистр Ламбертс открыл полноценный портал и если я прошла в него сама, то остальные явно под принуждением, больно уж деревянной была их поступь.

ГЛАВА 21

Ну а дальше всё как-то завертелось и закрутилось так бурно, что я успевала только хлопать ресницами. И откровенно скучать. Сначала меня попросили подождать в приемной, пока сам магистр вместе с обвиняемыми общался с ректором. Затем к ректору прошел один магистр, почти сразу следом другой и третий. Через полчаса примчался незнакомый немолодой мужчина в вычурном камзоле, подозреваю, что кто-то из родителей этих пятерых. В течение следующего часа у ректора кто только ни побывал: не меньше дюжины студентов, еще пяток преподавателей и тьма совсем неизвестных мне личностей.

Я всё это время сидела в приемной и лишь провожала входящих-выходящих заинтересованным взглядом. И уйти-то никто не разрешал, а когда я заикнулась об этом миссис Бернар, то она категорически запретила самовольничать. Мол, магистр сказал сидеть и ждать, значит надо сидеть и ждать.

— Чаю?

— Я бы уже пообедала, — проворчала устало, так как с момента моего сюда прихода прошло не меньше трех часов и уроки я точно прогуляла. И ладно бы был толк! Так я просто сидела!

— Адептка Кейтри, — вдруг ожил стационарный переговорник, расположенный на столе секретаря, заговорив голосом ректора, — пройдите в мой кабинет.

— Ну вот, не зря сидела, — приободрила меня миссис Бернар. — Иди. Уверена, это ненадолго, а потом и поешь.

Не знаю, не знаю… Гложут меня смутные сомнения.

Тем не менее, я вошла в кабинет самого главного начальника этой академии и, одним внимательным взглядом оценив то, как расположились остальные: пятеро моих обидчиков на стульях у левой стены в ряд, несколько незнакомых импозантных мужчин в креслах поуютнее напротив и магистр Ламбертс по центру, а ректор за своим рабочим столом у окна, первым делом поздоровалась с ректором.

— Здравствуйте, адептка Кейтри, — едва заметно улыбнулся мне мужчина, доброжелательно кивая в ответ. — Скажите, готовы ли вы подтвердить всё, что с вами делали эти… — верхняя губа мужчины неприязненно дернулась, словно он хотел оскалиться, но сдержался, — люди, на официальном суде?

— Да, — ответила коротко.

Ну а что мне делать? Не в отказ же идти. Нет, облегчать им жизнь я точно не собираюсь.

- Γотовы ли вы пойти на мировую в случае, если эти… кхм, люди выплатят вам компенсацию за моральный ущерб?

Что?

Я так сильно не ожидала услышать отнего эти слова, что первые пару секунд просто пыталась их осмыслить, после чего резко дернула головой и категорически отрезала:

— Нет!

— Даже за внушительную компенсацию? — спросил кто-то из мужчин, глядя на меня так пристально, что я недовольно передернула плечами. Какой… мерзкий тип!

— Мне не нужны их деньги, — ответила, при этом глядя на ректора, — если это станет единственной ценой их наказания.

Заманчиво, конечно… Но что-то мне подсказывает, что отчислят их в любом случае, а искать этих пятерых по всей стране, чтобы наказать лично, мне как-то не хочется. А жить когда, простите?

— Спасибо, адептка Кейтри, я понял вашу позицию, — мягко улыбнулся мне ректор. — Можете идти.

И снова я сначала замерла, не веря, что всё так просто и быстро закончилось, но, когда мужчина выжидающе приподнял брови, тем самым интересуясь, что мне непонятно, я сбивчиво попрощалась и вышла.

Совершенно не понимая, зачем ради этого меня продержали в приемной столько времени, хотя могли спросить первой, я немного заторможено вышла из здания и подняла лицо к небу. Неужели всё закончилось? Так… нелепо.

А как же месть? Как же их тщательно распланированная смерть? Каторга — это… несерьезно. Совершенно несерьезно. К тому же, учитывая их аристократическую родню, я совсем не удивлюсь, если они подкупят и судью, и присяжных, и остальных пострадавших, и в итоге вовсе избегут наказания.

Нет, людям в этом серьезном деле доверять нельзя.

Но что я могу?

Не в силах оставаться на месте и уж тем более идти в библиотеку и заниматься, я вышла с территории академии и просто пошла прямо. Мне требовалась пауза. Серьезная пауза и переосмысление произошедшего.

Сущей призывают ради мести и просто пакостей. В нас нет жалости и сострадания, нам безразличны материальные блага и положение в обществе. Есть четко поставленная задача и есть закономерный итог.

Затем развоплощение и: привет, изнанка, давно не виделись.

Но сейчас…

У меня отняли главную цель.

Но не жизнь.

Хмыкнула.

И почему мне так невесело? А всё эти люди с их душой… Как же это мешает!

Χм. А если… Избавиться от неё? Нет, ну а что? Пожила со всеми этими дурацкими эмоциями, совестью и моральными терзаниями — и хватит. Мне не понравилось, честно. Они только мешают жить. Столько проблем от них!

Эта мысль так меня захватила, что я зашла в первое попавшееся кофе, чтобы утолить мешающий думать голод, и просидела в нём порядка двух часов, обедая и тщательно обдумывая свои дальнейшие шаги. Да, должно получиться. Но ради этого придется хорошенько постараться и сделать так, чтобы потом никто ничего не понял. Или выждать еще немного? Слишком резкая смена характера может насторожить окружающих. Они и так подозревают меня… кхм, в чем-то, ведь я стала намного смелее и ярче, но в этот раз большинство не видели меня целое лето, а как поётся в популярной песне: лето — это маленькая жизнь. Моя новая маленькая жизнь.

Сейчас же я изменюсь снова и снова довольно кардинально. На что списать изменения? Очередной стресс? Ну, можно и так сказать. Всё же прилюдное разбирательство такой щепетильной ситуации — тот ещё стресс.

Но что делать с магистром? Я запомнила его вчерашние слова о моём здоровье и чистоте ауры. Значит, что он присматривался к ним намеренно, а это, на минуточку, не так уж и просто.

Но только не для архимага.

Поймет ли он, что у меня больше нет души?

Поймет.

Дер-р-рьмо!

Снова приуныла, понимая, что пока Сэверин рядом, я не стану так рисковать, а значит как минимум до конца зимы жить мне с душой. Затем экзамены, ну а практику я точно у него проходить не буду. Нет, не заставит. Жаль, конечно, тогда и работать у него не получится, но его бюро не единственное в столице, уж как-нибудь устроюсь. Или вообще к демонам уеду! Или к оборотням! А что? Они тоже люди и тоже теряют вещи, а то и что-нибудь посерьезнее.

Зато там меня никто не будет преследовать только потому, что, видите ли, помочь захотелось! Хороший план?

Да гениальный!

В итоге, временно смирившись с тем, что нужно снова затаиться и всего лишь выждать некоторое время, первым делом я прошла в городскую администрацию, через которую официально проходили объявления о сдаче комнат, квартир и домов в аренду, но сходу ничего приличного мне подобрать не смогли: либо на окраине города, что до академии целый час пешком топать, либо по цене неприемлемо, либо условия весьма и весьма посредственные.

Не собираясь унывать и оставив специалисту свои пожелания, я вернулась в библиотеку академии и, хотя время уже близилось к вечеру, всё равно успела неплохо позаниматься, уделив большую часть времени курсовой по монстрам.

Заодно пообщалась с вечно шляющейся по своим кошачьим делам Тьмой, озадачив подругу важным делом: доложить об итогах разбирательства. Я должна знать, где они и чем наказаны, потому что если всё-таки нет, то не поленюсь и дотянусь до каждого. Месть этим пятерым — это не просто звук, это моя первоочередная цель!

В районе девяти, когда желудок совсем не тихо намекнул, что я снова забыла о главном, пришлось прерваться и пойти домой. Там, не включая свет и крадясь как мышка, я первым делом забралась в холодильник, наложила себе в тарелку побольше всего, с расчетом в том числе на завтрак, и так же мышкой поднялась к себе.

Разогреть без печки для бытовика не проблема, как и накрыть остатки еды на ночь охлаждающим щитом, так что ужин, как и завтрак на следующий день прошли в блаженном одиночестве и умиротворяющей тишине. Тем более вернувшаяся с докладом Тьма отчиталась, что все пятеро моих обидчиков не только отчислены из академии без права на восстановление ни в одно магическое учебное заведение страны, но и заключены под домашний арест, пока длится официальное досудебное разбирательство.

Я бы, конечно, предпочла услышать, что они ждут суда в тюрьме, но это же аристократы… Им закон, как мы все знаем, не писан.

Тем не менее, я решила пока никуда не спешить и сначала дождаться решения суда, а потом, если оно меня не устроит, принимать необходимые меры.

Пока же можно и поучиться.

Удивительное дело, но… Учеба разом забрала всё моё время, причем я еще как-то успела помочь библиотекарше и всего за неделю разобрать двадцать коробок книг, присланных по запросу магистра Ламбертса, чтобы студентам было по чему заниматься. Кстати, после этого успеваемость существенно повысилась. Ко всему прочему у нас сменилось три преподавателя и они, как с цепи сорвавшись, задавали столько, что даже я едва за ними успевала, а остальные и вовсе тихо выли от нагрузки. Предупрежденные магистром Ламбертсом однокурсники старательно не поднимали в моем присутствии запретную тему, а вскоре и она стала неактуальна — все говорили только о том, каким извергом оказался новенький магистр бестиологии Адам Брикман, заменивший скоропостижно уволившегося магистра Норнберга.

Нет, он не отменил курсовую. Теперь он задавал на каждое занятие по реферату! Без предупреждения устраивал семинары и опросы! Поднял темы, изученные на прежних курсах, часть из которых подзабыла даже я!

А ведь такой милый и симпатичный внешне… Высокий и стройный блондин с удивительно голубыми глазами! Ну просто конфетка, а не магистр!

Проклясть его что ли?

Кстати, я этого не говорила! А вот остальные, куда менее сдержанные мои однокурсники, обсуждали этот вопрос уже вслух и почти всерьез. При этом даже у меня кто-то спрашивал подходящую литературу для самостоятельного изучения, но я, естественно, на провокацию не поддалась. Вот ещё! Я и тьма? Да между нами нет ничего общего!

На что Джулиан подозрительно хмыкнул, а Винс прищурился, но многозначительно промолчал. Винс теперь вообще всегда молчал в моём присутствии, хотя из-за того, что я почти по всем предметам числилась в напарниках будущего герцога, а граф помирился с Яниной, мы вчетвером проводили довольно много времени вместе, но, как ни странно, занимались исключительно уроками.

И лично меня всё устраивало.

С магистром Ламбертсом тоже всё было неоднозначно. Нет, мы встречались на его занятиях и даже иногда пересекались дома, но если в первом случае я держала четкую дистанцию преподаватель-ученица (и он тоже), то во втором старалась как можно быстрее покинуть зону его видимости, а он не останавливал. Мы вроде как и существовали на одной территории, но в параллельных реальностях. При этом в гостиной периодически появлялись книги по темной магии четко по списку, который появился там первым. Α я что? Я забирала и занималась! Но тишком и безо всяких «спасибо», точно так же возвращая изученный материал через гостиную.

Периодически заглядывающий к нам то на обед, то на ужин Альб как-то спросил, что между нами происходит, но я жестко отрезала, что это не его дело, и демон больше не спрашивал, хотя реже заходить не стал. Но уже не ко мне, алишь на ужины и к магистру.

Винс выполнил своё обещание и к пятнице у меня на руках был вожделенный накопитель, который я продала уже в субботу и взамен него нашла в городе три других, не менее эффективных, но более подходящих под мою задумку. Заодно, наконец, залатала дыры в защите своей комнаты, окончательно решив никуда не съезжать, тем более подходящих вариантов до сих пор не было.

Совершенно незаметно прошел месяц, затем другой…

Каждые выходные я работала в полицейском участке, всё глубже вникая в повседневные будни стражей порядка, и пару раз даже поучаствовала в задержании преступников. Естественно, никто не бросал меня на передовую в одиночестве, но в полиции всегда работало не так уж и много магов, так что любая «особая» помощь была кстати и детектив Форестли, видя, что я легко справляюсь с мелочевкой, потихоньку усложнял мне задания. Видимо, надеялся, что я или проникнусь к нему благодарностью и останусь работать именно в их участке, либо вовсе передумаю и, как все нормальные женщины, выйду замуж.

Α вот фиг ему!

Наступила зима. Ну, как зима… Пару раз даже шел снег, но к полудню всё равно таял, хотя окружающие и сменили куртки на пальто, а модницы щеголяли меховыми воротниками и пушистыми шалями.

Я тоже была не чужда прекрасного и с удовольствием носила свое новенькое голубое пальто и серебристые кожаные сапожки с голубоватым мехом заполярной лисы.

До конца семестра оставался какой-то месяц, когда все наши преподаватели, словно сговорившись, увеличили нагрузку ещё, и теперь я практически жила в библиотеке, не рискуя своим красным дипломом. Это было дело принципа! Сплю мало? Ерунда. Поесть не успеваю? Стройнее буду! Забыла дойти до участка? Ну, простите! Ставьте прогул, диплом мне важнее.

Не знаю, как так вышло, но однажды для отработки практического задания нам с Джулианом требовалось тихое и укромное место, так что пришлось приглашать его в свою тайную каморку в библиотеке, а уже через неделю мы занимались в ней вчетвером: я и Джул, Янина и Винс, причем Янина ещё и успевала контролировать, чтобы все были сыты, а Джулиан стабильно подкармливал нас то шоколадными конфетами, то пирожными, но никто из парней ни разу не заикнулся ни о чём таком. Думаю, им тоже было совсем не до отношений.

При этом в один из дней, уже и не вспомню какой точно (все они слились для меня в один бесконечный урок), меня отозвала в сторонку магистр Дженкинс и поинтересовалась, не хочу ли я отправиться на практику в столичное бюро бытовых слуг и взять в качестве дипломной работы тему сложнокомпонентных бытовых плетений, а ее своим куратором.

Сначала я в принципе не могла понять, что она от меня хочет, но потом всё-таки вспомнила, что после экзаменов нас ждет продолжительная практика, а затем и дипломную работу писать надо… И отказалась. Ну в самом деле! Я и быт? Никогда!

Заодно вспомнила, что о будущей практике говорили комиссар и магистр, после чего дошла до секретаря ректора, миссис Бернар, и нагло поинтересовалась, какие у нас в принципе будут варианты. Если женщина и удивилась, то вида не показала. Наоборот, похвалила меня за предусмотрительность и безо всяких обиняков позволила ознакомиться со списком учреждений, которые подали заявку на выпускников.

Были тут и коммунальные службы города, и ритуальные, и прочие. Был даже запрос из столицы (два!), но мне приглянулся лишь один и четко по моему профилю.

Княжеству Лайдаросскому, с которым у нас был заключен официальный договор о дружбе и сотрудничестве, требовался сыскарь!

С трудом припомнив, что это довольно большое демоническое княжество, расположенное на втором континенте этого мира, я убедительно попросила милейшую Сесиль придержать это местечко для меня и первым делом выяснила по княжеству всё.

И мне понравилось!

Территория сравнима с одной шестой нашей страны, численность населения порядка десяти миллионов существ, причем самых разных рас, адекватный князь в том самом зрелом возрасте, когда придурь юности уже отыграла своё, а до маразма старости ещё далеко. И самое главное — схожий климат! То есть теплое лето, мягкая зима и длинное морское побережье.

Море! Никогда не была на море и дико хочу его увидеть!

В общем, уже на следующий день вернувшись в ректорат и узнав, что для того, чтобы меня взяли на практику именно туда, мне необходимо всего лишь написать заявление, я сделала это буквально за пару минут и поняла, что счастье всё-таки есть! К тому же через ректора мне передали из суда чек на весьма внушительную сумму — ту самую компенсацию морального вреда, которую суд назначил помимо основного приговора.

А ведь его вынесли буквально позавчера и присутствующая на суде Тьма деловито отчиталась, что даже несмотря на то, что некоторые пострадавшие пошли на мировую, получив от родителей обвиняемых немалые откупные, всем троим парням назначили высшую меру наказания и не только пожизненно запечатали магический дар, но и приговорили к двенадцати годам каторги на одном из самых опасных карьеров страны по добыче редкого радиоактивного вещества, которое важно для артефакторов. Обе девицы «отделались» лишь запечатыванием дара и крупным денежным штрафом, отца графини сняли с высокой государственной должности, а отец баронессы прямо на суде официально отрекся от дочери и лишил её и титула, и содержания.

Кстати, меня на суд никто не приглашал, мои интересы (без моего ведома!) представлял магистр Ламбертс и не знаю уж, чем он таким покорил мою кошку, но Тьма отозвалась о нём с исключительным уважением.

Α вот приговор, на мой взгляд, для графини и баронессы получился всё-таки мягковатым. Впрочем, сомневаюсь, что девицы переживут с достоинством даже это. Только не с их характером и воспитанием. Предсказываю: и года не пройдёт, как вляпаются в очередную сомнительную историю, но на этот раз фатально.

Кстати, так и случилось, но меня на тот момент в стране уже не было: Фиона нашла богатого любовника, который в один из дней приревновал её к конюху и забил хлыстом до смерти, а Οлария связалась с криминалом и однажды просто пропала без вести. Нанятый родственниками некромант констатировал смерть. Парни тоже долго не протянули: Бриан повесился еще в камере, Стивен неудачно ударился головой в драке между заключенными и умер от кровоизлияния в мозг, а Ксавье сорвался в шахту и разбился насмерть уже через месяц своего заключения, о чем мне доложилась Тьма, бдительно следящая за судьбой всех наших обидчиков.

Что ж… Я не всплакнула. Собакам — собачья смерть.

Но это когда еще будет…

А пока меня ждали экзамены и это было нервно!

ГЛАВΑ 22

Сегодня был последний день занятий, по трем предметам из восьми в моей зачетке стояли заслуженно заработанные пятерки, поставленные досрочно, и «зачет» по физкультуре, с завтрашнего дня начиналась целая неделя зимних каникул, а затем до конца месяца мы будем сдавать экзамены и определяться с практикой, кураторами и дипломными работами. И если насчет последнего у меня не было ни единственного сомнения: я сделала ставку на качественно новое видение семиступенчатой печати-спрута профессора Мартина Вискаликсуса, то с куратором всё было намного сложнее. В идеале мне стоило обратиться с этим вопросом к магистру Ламбертсу, но по правде говоря, он был последним преподавателем в академии, к кому я вообще хотела обращаться, и теперь стоило решить, будет ли это магистр Дженкинс или магистр Ронарио. И самое главное — согласятся ли они, всё-таки это не совсем их профиль.

Как бы то ни было, время у меня ещё есть, а пока…

Я прислушалась к тому, что обсуждали парни, пригласившие нас с Яниной в кафе отпраздновать последний учебный день, на что я тоже зачем-то согласилась, хотя сама не поняла, как.

— Можем в принципе и девчонок взять, большой компанией всегда интереснее, — явно продолжил уже ранее озвученную мысль Джулиан и обратился ко мне. — Что скажешь?

— На что?

— Ты опять не слушала, — вздохнул-констатировал будущий герцог, глядя на меня с осуждением. — Сейчас-то с чего? Учеба закончилась, до экзаменов полноценная неделя. Выдохни! Ты, кстати, как к праздникам относишься?

— Это к каким? — удивилась, причем неподдельно, и попыталась вспомнить, какие они бывают в принципе. Αх, да… Люди же любят праздновать так называемый «Новый год», то-то я смотрю, кафе так странно украшено…

— Да ко всем, — неопределенно усмехнулся Джул. — Вот, допустим, через два дня Новый год и я как раз предлагал Винсу пригласить вас с Яниной ко мне в загородное поместье, что в Альвийских горах. У нас там курортная зона и не только горнолыжные трассы, но и термальные источники. Что думаешь?

— О, нет, это без меня, — отмахнулась небрежно.

Во-первых, на лыжах я кататься не умела и не собиралась тратить время на это крайне странное занятие, а во-вторых, в принципе не доверяла ни Джулу, ни Винсу. Даже с учетом успешно завершенного семестра. Не доверяла и точка. А уж ехать куда-то с ними двумя? Точно нет. Никогда.

— Почему?

— Потому, — усмехнулась, предпочтя уделить внимание вкусному десерту. — У меня на эти дни совершенно другие планы.

— С магистром? — прищурился Джул.

— С каким магистром? — не сразу поняла, с чего он взял такой странный тон, а потом уже было поздно.

— Вы с ним больше не встречаетесь, — обличил меня парень, проявив феноменальную догадливость, а я просто не стала спорить.

Какая теперь уже разница?

— Ну, допустим. — Пожала плечами. — И что?

— И давно вы расстались?

— Не твоё дело.

- Α давайте вы хотя бы сегодня не будете ругаться? — умоляюще взглянула на нас Янина. — Такой день хороший! И Джулиан, Эмилия совершенно права, её личная жизнь нас не касается. Может, она к родителям поедет? Я вот по своим уже дико соскучилась. Это полугодие было таким напряженным, что я даже на выходные к ним выбраться не могла, хотя они живут всего лишь в Беррузе.

Вспомнив, что это некрупный городок в дне пути от Кентербурга, неопределенно качнула головой и снова сосредоточилась на десерте. И ни с кем я не ругаюсь, я просто расставляю акценты и обозначаю свою позицию.

— Так, значит, к родителям поедешь? — не унимался Джулиан.

Хмыкнула. Вот уж куда меня точно не заманить, так к родителям, ведь они только и ждут, чтобы снова завести свои опостылевшие речи о мяснике и кузнеце.

— Нет. У меня с родителями нет особого взаимопонимания.

— Даже так? Тогда почему отказываешься от моего предложения? Это будет здорово, обещаю. Белоснежные горы, разноуровневые трасы в том числе для новичков, персональный инструктор и лучшие гостевые покои в нашем особняке, — зачем-то активно соблазнял меня Джулиан, а мне всё меньше это нравилось.

И тогда я, вздохнув, решительно отодвинула от себя тарелочку с десертом, где оставалось где-то еще треть, и преспокойно произнесла:

— Тебе честно сказать, что я обо всём этом думаю?

— Конечно.

— Я тебе не доверяю. — Посмотрела на него, на Винса и даже на Янину. — Никому из вас. Без обид, ребята, но это факт. Вы можете сколько угодно думать, что я зарвавшаяся выскочка, возомнившая о себе невесть что, но и сами не без греха. То, что последние месяцы мы занимались вместе, было моим осознанным решением ради повышения эффективности обучения, а не из-за того, что вы мне нравитесь. Но учеба завершена и… Пора прощаться. Поверьте, скучать не буду.

В последний раз взглянула на помрачневшего Джулиана, равнодушно мазнула глазами по хмурому Винсу, иронично подмигнула явно обидевшейся Янине и, не забыв сказать спасибо за угощение, ушла.

Дружить с теми, кто начал общение со мной только ради того, чтобы воспользоваться мной и моими знаниями? Доверять им? Нет, я не так глупа. У нас нет ничего общего: ни круга общения, ни интересов, ни будущего. Да, я пользовалась ими тоже. Но заметьте, не я первая начала, я просто вывернула ситуацию в свою пользу. Смогла, справилась.

И ни о чем не жалею.

Кстати, день сегодня и впрямь был погожий: морозный, но солнечный, а бескрайнее синее небо поражало своей глубиной и сочностью, так что я не спешила домой, решив пройтись по парку и может быть заглянуть в парочку любимых лавок.

Джулиан молодец, что напомнил о грядущем празднике, мне следовало подумать об этом заранее, ведь именно на Новый год в этом мире имелся обычай дарить близким подарки. А близкими за это время для меня стали считанные единицы.

Например, миссис Муариф, контролирующая, чтобы я нормально питалась, и не докучающая по мелочам. Или детектив Форестли, ставший для меня очень ответственным и грамотным начальником. Марку можно будет какую-нибудь безделушку купить, парень частенько помогал мне с отчетами, особенно в последние недели, прекрасно видя, как я устаю от учебы. Тьме вкусняшку купить.

Αльбу… Вспомнив, что буквально пару недель назад пришедший на ужин парень презентовал мне гравиплатформу нового поколения, которую всё-таки довел до ума, и теперь она могла брать груз аж в сто двадцать килограмм, поняла, что он тоже заслужил от меня хоть какой-нибудь знак внимания. Мы с ним так и не стали друзьями, но парнем он был порядочным и полезным.Ρодителям что-нибудь отправить, чтобы не считали свою дочь совсем уж неблагодарной. Можно ещё миссис Бернар поблагодарить, очень приятная женщина. Ректора.

И… Сэверина.

Как ни крути, а он сделал для меня довольно многое, хотя сама я об этом не просила.

Вот только как бы это провернуть так, чтобы это не нарушило тот хрупкий баланс, установившийся в нашем общении? А ведь меня в нём почти всё устраивает! Да, было бы гораздо лучше, если бы он жил где-то в другом месте и мы встречались только на его уроках, а так мне редко, но всё же приходится наблюдать то его слегка помятое после сна лицо на выходных, то внушительный участок кожи под не до конца застегнутой рубашкой, а то и вовсе полностью обнаженный торс, когда он пару раз забылся и выходил к завтраку в совершенно непристойном виде. Правда, миссис Муариф, как это увидела, сразу сделала ему строгое замечание и Сэверин ему внял.

Жаль… Торс у него красивый.

Хотя это не отменяет того факта, что сам он тот, от кого мне стоит держаться подальше.

В итоге на поход по магазинам я потратила куда больше времени, чем рассчитывала, но приобрела всё и даже больше, в том числе новое, восхитительно синее платье в пол с красивыми воланами и нежным кружевом по декольте. Как увидела его в витрине, сразу поняла — моё! К нему, естественно, сами собой купились новенькие туфли, шпильки для волос с цветочками и даже сережки, потому что без всего этого образ был не полным.

Вот и платформа пригодилась, потому что домой я шла с целой горой покупок и подарков, часть из которых следовало ещё красиво упаковать и отнести на почту завтра, чтобы курьер успел доставить всё это в срок по всем адресам. Напрягать этим Тьму я не хотела, тем более кошка тоже заслуживала подарка, а самый лучший подарок для создания Тьмы — это разрешение на пакость, но никак не работа курьером.

Немного напакостить я решила магистру Брикману, нашему новому бестиологу, который бессовестно занижал оценки (даже мне!) и пришлось писать коллективную жалобу на имя ректора, чтобы тот на него повлиял. Повлиял. Но после этого магистр взял пример с некроманта и ядовито комментировал все наши ответы, даже если они были верными. В общем, просто гадкий тип, так ему и надо.

Пакость я задумала простейшую: максимальную раскрепощенность. Если магистр априори адекватный человек, то ему это ничем не грозит, ну, максимум каким-нибудь штрафом за фривольное поведение. Но если в его душе балом правят сущи… В общем, я не предсказатель, но чувствую, выходные у кого-то пройдут бурно!

Поднявшись к себе наверх и тщательно проинструктировав Тьму на все предстоящие выходные, я нацепила ей на хвост нужное проклятье, иронично благословила на подвиги и занялась разбором покупок. Это простое, казалось бы, дело заняло меня почти до ночи и вниз я спустилась, только когда закончила и дико голодная.

По привычке не включая свет, я практически целиком сунулась в холодильный шкаф, ища, что бы такого вскусненького поесть на ночь, и вздрогнула всем телом, заодно стукнувшись лбом о полку, когда со стороны коридора прозвучало:

— Не спится?

Тьфу ты!

— Проголодалась, — произнесла по возможности нейтрально, через силу заставив себя продолжать делать то, что и секунду назад. — А что?

— Нет, ничего, — так же обманчиво равнодушно произнёс магистр Ламбертс, по ощущениям подходя ближе и давая совет: — Бери мясной рулет, он сегодня особенно удался.

— Хочу рыбку, — поморщилась, потому что именно его и взяла, но чувство противоречия отчего-то сегодня было сильно, как никогда.

— Тогда лучше котлеты, пирог суховат, — снова не промолчал магистр, придерживая довольно тяжелую дверцу, чтобы она меня не придавливала.

Повернула к нему голову, внимательно изучила… И не смогла промолчать:

— Ты что-то от меня хочешь?

— Нет.

— Ложь.

Это слово вырвалось из меня до того, как мозг связался с языком, а потом было уже поздно.

Да.

Да, тьма побери! После того недопоцелуя я начала чуять ложь. Не думаю, что так же явно, как он, но изредка кончик языка начинало жечь неприятной горечью и я довольно быстро выяснила, что это происходит тогда, когда мне лгут. Да, неприятно… Но терпимо. Ровно так, чтобы понимать — это именно ложь, а не случайность.

Сэверин, прищурившись, недоверчиво хмыкнул.

— Ну, допустим. Но не глобально. И ты удивишься, но… Я соскучился по твоему обществу.

— Что? — Удивилась так сильно, что едва не выпустила тарелку из рук, но маг оказался проворнее и, стремительно шагнув ко мне, помог удержать посуду, нагруженную едой.

Почему-то именно это отозвалось внутри меня нервной дрожью, отчего я инстинктивно отшатнулась, но некромант всё равно удержал тарелку на месте, хотя и пришлось постараться.

— Что? — хмыкнул снова. — Удивлена?

— Очень, — произнесла напряженно, только сейчасзамечая, что он снова в одних брюках, радуя (и дико смущая!) меня свои обнаженным торсом. — Мне показалось, мы всё решили…

— Тебе показалось.

— И что теперь?

Ситуация складывалась — хуже не придумать. Я в углу между окном и холодильным шкафом. Сэв почти забрал мой ужин и перекрывает единственный выход.

— Да в целом ничего, — пожал плечами маг, аккуратно передавая мне тарелку и следя, чтобы я точно её взяла. — Просто. Соскучился. Кстати, поздравляю, ты молодец. Осталось всего три экзамена из восьми. Большая редкость среди пятикурсников.

— Четыре, — поправила его напряженно.

— Три, — усмехнулся, многозначительно щурясь. — По своему предмету я уже проставил тебе в ведомостях «пять».

— Зачем?! — уставилась на него с искренним возмущением, вспомнив тот самый эпизод трехмесячной давности, когда Олария пыталась обвинить меня в незаслуженности оценки.

— Затем, — отрезал жестко, отчего я снова напряглась, и Сэверин это заметил. Слегка поморщился, отступил и снова спокойно произнёс: — Это моё право. Я вижу, что ты знаешь эту тему на отлично, и не вижу смысла тратить ни твоё, ни моё время зря. Как считаешь, это достойный аргумент?

— Ну… — взглянув на некроманта все еще с легкой опаской я протиснулась мимо него в сторону чайника и, старательно взвесив все за и против, кивнула, — да.

Подумала ещё и сказала:

— Спасибо.

— Да не за что, чудо…

Сегодня он впервые за несколько месяцев снова назвал меня так и это отозвалось в душе легкой ностальгией по тем временам, когда всё было проще и легче, так что я позволила себе немного расслабиться. В конце концов, я вижу его практически в последний раз. Так почему бы и… да?

— А ты поедешь на праздники куда-нибудь?

— Нет.

— Почему? — взглянула на мужчину уже прямо и с искренним интересом. — Это ведь Новый год. Его принято встречать с родными и близкими. Дарить подарки, любоваться салютом на центральной площади города, загадывать желание в полночь. Или тебе чужды эти традиции?

— Можно и так сказать, — не сразу ответил маг, перед этим слегка поморщившись и прислонившись плечом к хладному шкафу. — У меня… не та семья, о которой можно сказать «дружная».

Тут же вспомнился его прадед — тот еще гадкий старикан, и я понимающе вздохнула. Затем в памяти всплыли слова детектива о том, что его отец давно умер (причем от старости!), но вот о матери я не слышала ничего. Но, может, и не стоит? Иногда люди сами не хотят об этом говорить.

Вот и Сэв, обойдясь лишь этими весьма расплывчатыми словами, перевел тему.

— А ты? Уезжаешь к своим?

— О, нет! — Даже хохотнула, вспомнив причину, по которой никогда не поеду в сторону родного края. — Ни за что.

— Почему?

— Ну… — Озвучивать это вслух было почему-то неловко, и я обошлась теми же словами, которые говорила однокурсникам днем: — Мы с ними не в самых теплых отношениях. Просто не хочу. Посидим вечерком с Тьмой у себя наверху, устроим скромный девичник. Может, на городскую площадь сходим, на салют посмотрим… Не знаю, еще не думала.

— А что это вы тут делаете в темноте? — включая свет на кухне, с подозрением поинтересовалась миссис Муариф, которой снова не спалось, и она спустилась вниз.

То ли чаю попить, то ли просто пройтись по дому.

А тут мы!

— Я есть хочу, — сказала честно, предъявляя ей тарелку и начиная активно наливать чай.

— А я интересуюсь планами Эмилии наближайшие выходные, — подхватил мой легкомысленный тон некромант, улыбаясь. — Оказывается, не я один никуда не еду, она тоже решила остаться в городе. И поэтому предлагаю объединиться и устроить послезавтра праздничный ужин. Что думаете, миссис Муариф?

Ну и кто бы сомневался, но наша домохозяйка с радостью поддержала его предложение, заодно посетовав, что уже давно не украшала дом «ничем таким», на что магистр Ламбертс категорически заверил женщину, что справится со всем сам. С нее главное разрешение.

И да, оно было получено моментально.

Кто-то удивился? Я — нет.

Домохозяйка даже не сделала магу замечание о том, что он снова ходит по дому без рубашки. Наоборот, так активно бросилась обсуждать с ним меню и украшения, что я сама не заметила, как мы все втроем оказались на мансарде, и из кладовки одна за другой были извлечены три коробки с новогодними украшениями.

А меж тем время первый час ночи!

Кажется, что-то такое понял и Сэверин, потому что, коротко глянув на свои наручные часы, едва уловимо сморщил нос и, уверенно взявшись за коробки, чтобы отнести их вниз, пожелал мне спокойной ночи. Спохватилась и миссис Муариф, искренне извинившись за то, что помешала мне ужинать, заодно посоветовав к чаю взять не одну ватрушку, а две, мол слишком я за последние недели похудела, и тоже ушла.

Естественно, я не стала слушать её совета, мне очень нравилось то, какой тонкой стала моя талия, но наложенную в тарелку еду забрала всю, как и чай. Наверх! И заперлась!

Ходят тут всякие… А потом у порядочных девушек сон пропадает!

И да, мне не спалось.

Своими словами (и возмутительным торсом!) Сэверин снова пробудил во мне те эмоции, от которых я успешно избавилась за последние недели, но сейчас, когда гонка за успеваемостью была успешно завершена, они одолели меня с утроенной силой.

Вот зачем он так со мной, а? Других женщин в городе не хватает? Да, я знаю, как хороша собой! Знаю! Сама прикладываю к этому уйму усилий и средств! Вот только не для него, неа.

Для себя!

Мне нравится быть красивой и яркой. Мне нравится ловить на себе восхищенные взгляды мужчин и завистливые от женщин. Ведь это полноценное признание в том, что я лучше них! Я — сущь, эгоизм и самолюбование у нас в крови. Но живая сущь… И в этом кроется немалая проблема.

Поймав себя на мысли, что снова хочу ощутить касание его губ и сладость тьмы, тяжко вздохнула… И задумалась об этом уже всерьез. Хм, а почему бы и нет? Мне не нужны отношения, а всего разик ведь не считается, верно? Тем более он не подозревает во мне ту, кем я являюсь на самом деле, а раз до сих пор не раскусил, то и не раскусит никогда. К тому же меня не секс с ним интересует, а… Не интересует же?

Задумалась уже над этим вопросом и скептично скривилась. Нет, не интересует. Не скажу, что в моей памяти до сих пор слишком живы воспоминания Эмилии об изнасиловании, но всё равно это было слишком мерзко и больно, чтобы я могла воспринимать секс, как что-то приятное. Нет, я понимала, что всё зависит от подачи, но не хотела. Просто не хотела. А вот его поцелуй и магию… Совсем наоборот!

Решено. Будет моим подарком на Новый год! Всё равно видимся практически в последний раз, тем более оценка за экзамен уже проставлена. И даже если поругаемся — это уже не страшно.

Решено!

Окончательно придя к согласию с самой собой в этом непростом вопросе, я повеселела и легла спать, так сладко раззевавшись и потянувшись, что аж самой смешно стало и я счастливо рассмеялась чуть ли не впервые за долгое время. Тьма, как же мало, оказывается, надо длясчастья! Всего лишь решиться на безумство!

И исполнить!

***

— Нашел?

— Нашел!

— Принес?

— Обижаешь!

— Так давай уже сюда!

— А спасибо?

— Я тебя развеял?

— Нет…

— Не благодари.

— Да ты… Ты… Тьфу! Так тебе и надо! Да что б она тебя ещё год мурыжила!

— Хис-с…

— Ушел!

*оскорбленное ворчание на темнодраконьем*

ГЛАВА 23

Несмотря на то, что легла я довольно поздно, а уснула ещё позже, на этот день у меня было запланировано слишком много дел, поэтому встать пришлось пораньше. Увы, вчера я съела всё, что набрала на не самую маленькую тарелку, поэтому на завтрак пришлось спускаться вниз, но по дороге мне никто не попался, чему я искренне порадовалась.

И даже с нескрываемым удовольствием полюбовалась на то, как празднично оказался украшен наш немалый дом. Интересно, кто приложил к этому руку? Сама миссис Муариф или всё-таки Сэверин?

Попыталась представить, как некромант носится по этажам, развешивая под потолком праздничные гирлянды из еловых веток, шишек, красных бархатных бантиков, блестящих стеклянных шариков и магических фонариков, а над всеми без исключения дверями красовались пышные конструкции из остролиста, всё тех же бантиков и чего-то ещё, названия чему я вроде бы и знала, но вспоминать было лень.

В общем, было «вау» и просто красиво! Но с Сэверином не сочеталось совершенно.

Решив, что не буду морочить себе голову и гадать, кто же всем этимзанимался минимум полночи, я прошла на кухню и быстренько позавтракала тем, что нашла в холодильнике. После этого погрузила упакованные подарки на платформу и поспешила в частную курьерскую службу, прекрасно понимая, что муниципальная почта может быть и без меня загружена работой, но лучше переплатить и быть абсолютно уверенной в том, что все мои адресаты получат свои подарки вовремя.

Справилась я и с этим непростым делом, потратив всего каких-то два часа на заполнение бланков и обеднев на несколько монет, а в ректорат наведалась лично, точно зная, что сегодня в академии еще полноценный рабочий день и значит я точно застану на рабочем месте как минимум миссис Бернар.

Так и вышло.

— Эмилия? — удивилась моему визиту секретарша ректора и отточенным жестом поправила славные узкие очки. Со зрением у неё было всё в порядке, а очки являлись полноценным артефактом, помогающим различать иллюзии и прочее. — Что-то случилось?

— Нет-нет, — заверила я её. — Всё в порядке. Это вам!

И поставила на её стол небольшую, но яркую коробочку с пышным бантом, внутри которой лежали не самые дорогие, но самые вкусные пирожные, которые я сама когда-либо пробовала.

— С наступающим Новым годом!

— Эмилия… Зачем? — откровенно смутилась женщина, но её рука всё же потянулась к презенту и осторожно тронула картонный бок упаковки, а на губах обозначилась неловкая улыбка. — Не стоило…

— Стоило, — кивнула отрывисто, чувствуя себя как-то странно. Словно мне было приятно только от того, как она отреагировала. — Вы очень ответственная и просто милая женщина, миссис Бернар и мне… Спасибо вам за всё, — закончила немного скомкано. — Передадите подарок ректору?

— Ректору? — Миссис Бернар вскинула на меня удивленный взгляд, замечая в моих руках еще один подарок, вынутый из сумки, но уже мгновение спустя в женских глазах промелькнуло что-то очень похожее на лукавство. — Нет, милая, с этим сама. Он как раз на месте и совершенно никем не занят. Давай, смелее.

После чего поступила ну совершенно бессовестно, нажав кнопку на внутреннем переговорнике и деловито прощебетав:

— Господин Верденборн, к вам адептка Кейтри. Примете?

— Да, конечно, — последовал мгновенный и ничуть не удивленный ответ.

И мне не оставалось ничего другого, кроме как бросить осуждающий взгляд на хитро улыбающуюся Сесиль и пройти в соседний кабинет.

Ректор, на моей памяти ни разу не изменивший своей серебристой мантии, привычно сидел за столом в окружении бумаг. Встретив меня доброжелательной улыбкой и слегка приподнятыми бровями, точно знаю, сразу заметил в моих руках подарочную коробку, тем более я её не прятала. Всего лишь аккуратно упакованный и очень стильный ежедневник, но я решила, что ему это пригодится. Ну а так как на мой взгляд всё было очевидно, я не стала теряться и, вежливо поздоровавшись, дошла до стола и вручила презент прямо в руки слегка опешившему мужчине.

С чего бы? Неужели ему так редко что-то дарят?

— Это вам. С наступающим Новым годом. Догадываюсь, я было довольно проблемной студенткой, но знайте, я вами искренне восхищаюсь. Это ни в коем случае не взятка, даже не думайте! — заверила его торопливо, заметив, как мужчина открывает рот, но после моих слов насмешливо фыркает. — Это всего лишь жест вежливости в преддверии самого доброго праздника года. Надеюсь, вам понравится.

— Даже не сомневаюсь, — доброжелательно прищурился мужчина… И вдруг достал из верхнего ящика стола два узких ярких листочка. — А это тебе, Эмилия. Раз уж зашла и так приятно удивила. Держи. Два билета в театр на премьеру.

— В театр? — растерялась, но не взять не смогла, слишком уж настойчиво мне их протягивали. — Но я не хожу в театр…

— Вот и сходишь, — решительно кивнул мужчина, загадочно щурясь. — Подругу возьмешь или парня, отлично проведете время.

Не став возражать, что у меня нет ни первой, ни второго, слегка прикусила губу и попыталась всё-таки отказаться от этой сомнительной чести.

— А вы? Это ведь ваши билеты.

— О, нет-нет! — приглушенно рассмеялся ректор. — Не мои. В смысле, мои, но… Долго рассказывать. Да и по театрам я уже давно не ходок, куда мне? Тем более премьеру обещают по популярному нынче роману Элен Кор, а я больше предпочитаю старую добрую классику. А ты сходи, уверен, тебе обязательно понравится. К тому же после такой сложной сессии не грех и расслабиться в хорошей компании. Верно?

Решив не спорить, потому что это было абсолютно глупой тратой времени, я предпочла просто поблагодарить и, снова поздравив ректора с наступающим Новым годом, ушла. По дороге, конечно, не удержалась и внимательно изучила билеты, немного удивившись тому, что в них стоит завтрашняя дата — канун Нового года.

Но разве этот день люди не предпочитают посвящать домашним хлопотам и готовке? Или я что-то не понимаю? Хотя…

Внимательно изучив билеты и найдя в левом нижнем углу приписку, что для предъявителя именно этих билетов после представления ожидается традиционный фуршет и зимний бал, организованный мэром города, поняла, что мне достались не среднестатистические, а полноценные VIр-карточки. И задумалась сильнее.

А ведь вчера, ходя по лавкам, я что-то такое слышала… Правда очень сильно краем уха и совершенно не вникала, потому что все мои мысли были совершенно о другом, но сейчас…

— Тьма, — позвала кошку и когда та сверкнула на меня своими желтыми глазами из ближайшего сумрачного проулка, дала ей ответственное задание: — Выясни точный план мероприятия.

Я еще сомневалась, стоит ли туда ходить, но предложение было слишком заманчивым. Ведь на премьере соберутся самые богатые и респектабельные жители города, а на последующем балу и подавно. А значит, я снова смогу побывать в центре внимания и искупаться во всеобщем обожании и зависти! Чем не идеальный подарок на Новый год для сущи вроде меня?

Но в то же время я вроде как согласилась на тихое семейное празднование в компании миссис Муариф…

Тьма! Как же поступить?

Прислушаться к остаткам совести Эмилии или потешить своё самолюбие? Как разорваться между этими двумя диаметрально противоположными вещами?

Снова взглянула на билеты, бессознательно покусывая губу… И тут меня осенило. Небо, да это же очевидно! Мы пойдем туда вместе! Да-да, пойдем туда вместе с ней!

Уже с нетерпением дожидаясь возвращения Тьмы в одном из полюбившихся кафе, я с самым блаженным видом попивала чай с добавлением брусничных листочков и меда, не спеша дегустировала шоколадное пирожное и прикидывала, что надену, если всё-таки пойду в театр.

Новое синее платье красиво, но недостаточно вычурно для последующего бала, а значит, необходимо задуматься об очередной обновке. Вот только вряд ли я с ходу найду в обычных лавках что-то достойное, праздничные наряды подобного толка принято шить на заказ и сильно заранее. Как же быть? Хм-м… Точно! Зря что ли целых семь раз за эти полгода искала блудливого шпица мадам Пробранш, каждый раз находя гулену то на помойке, то в порту? Уверена, у мадам, которая держала один из самых дорогих и популярных салонов мод в городе, обязательно найдется что-нибудь для меня! Тем более в последний раз она тонко намекнула, что ей как раз не хватает модели с моими параметрами, на которые у неё есть чуть ли не дюжина восхитительных платьев, да демонстрировать некому. Точно, так и сделаю!

Поразмыслив ещё немного и прикинув, что к платью нужны как минимум новые туфли, украшения и достойная верхняя одежда (например, соболиное манто!), я уже кое-как дождалась возвращения Тьмы и та поведала мне именно то, до чего я уже и сама додумалась.

Мероприятие предстояло пафосное, вся аристократия и толстосумы города к нему уже готовы, мастера маникюра и прочие бытовички, специализирующиеся на услугах красоты, сбиваются с ног, их время расписано буквально по минутам на ближайшие сутки, а в светских гостиных с самого утра разговоры только об этом.

Тьма, да там будут самые жирные сливки этого города!

Иду, без вариантов!

Кто-то мог бы решить, что я слишком многое о себе возомнила, но в их сторону мне даже глядеть было некогда, не говоря уж о том, чтобы об этом думать. Я была занята важным и ответственным делом! Собиралась на первый в своей жизни полноценный бал!

И кто-то удивится (но только не я!), мне в этом феноменально везло!

Стоило только войти в салон мадам Пробранш и, приветственно махнуть рукой знакомым девушкам из числа администраторов, как одна из них тут же позвала мадам и рыжеволосая дородная женщина, выплыв в главный зал безупречно одетой величественной каравеллой, радостно всплеснула пухлыми руками.

— Эмилия! Милая моя! Я тебя уже неделю жду-жду, а ты всё не идешь и не идешь! Хотела уже через лейтенанта тебя в розыск подавать! Ну разве так можно?

Удивилась, конечно, неужели опять Шушу убежал (и даже слегка расстроилась, не желая терять на него время), но всё оказалось совсем не так.

— Вот скажи мне, милое дитя! — снисходительно обратилась ко мне не такая уж и пожилая мадам, будучи старше меня всего лет на пятнадцать. — Где, с кем и в чем ты собираешься праздновать Новый год? Даю только один шанс на правильный ответ! Не разочаруй меня!

Ну и кто я такая, чтобы это делать?

— Я иду в театр по VIр-приглашению, — улыбнулась ей во все свои безупречные тридцать два. — И мне нужно ваше платье, туфли и манто!

— Да!

Даже слегка растерялась под её напором, но всё оказалось куда как проще: мадам уже давно подумывала о том, как бы воспользоваться мной (звучит некрасиво, но по факту сплошная выгода нам обеим) и уговорить выгулять какой-нибудь особенно яркий наряд из её последней коллекции на большом празднике, а тут всё сложилось прямо один к одному: и праздник, и моя просьба, и что самое приятное — роскошное платье моего размера. Синее, всё как я люблю.

С открытыми плечами, на жестком корсете с серебряной вышивкой, отчего моя узкая талия стала совсем тонюсенькой, оно довольно провокационно приподнимало грудь и выставляло на всеобщее обозрение ложбинку, но в целом всё оставалось в рамках приличий. Провокационным был и подол: из многослойного радужного шифона, переливающегося на свету то черными бликами, то серебристыми, но в то же время основной тон оставался синим. А еще самую капельку полупрозрачным, но лишь ниже… Как это место правильно назвать? Ещё не колено, но уже не попа. В общем, где-то с середины бедра. Дико провокационно, но ничего неприличного.

И не знаю, как остальные, но я влюбилась в него с первого взгляда!

Правда, к нему требовались и украшения совсем иного уровня, чтобы я могла позволить их себе без сожалений, но и тут мадам Пробранш взяла дело в свои пухлые пальчики, унизанные перстнями, отправив одну из девушек к знакомому ювелиру, чтобы взять украшения напрокат. И да, тоже ради рекламы. Как оказалось, подобная практика в их среде довольно распространена.

Манто, туфли, чулки и перчатки мне нашлись уже как-то совсем между делом и отлично вписались в образ, а примчавшийся вместе с чемоданом украшений ювелир оказался таким шустрым седовласым дядечкой с длинными ловкими пальцами и языком без костей, что едва не уговорил меня стать его постоянной моделью на весь ближайший год. Тьфу-тьфу, вовремя сообразила, к чему он плавно ведет, и прямо сказала, что уже через месяц уезжаю на практику к демонам, так что никаких контрактов я с ним заключать не буду.

— Жаль, очень жаль, — буквально на секунду взгрустнул господин Типербусс, но тут же снова разулыбался и сунул мне за корсаж свою визитку, игриво подмигивая. — Но я всегда готов обсудить своё предложение вновь. Вам к лицу роскошь, мисс Кейтри, и, не побоюсь этого слова, вы одна из немногих, кто это действительно осознает. Не прощаюсь.

Мужчина ушел, оставив на мне не только свою визитку (фу, пошляк!), но и полноценный гарнитур из белого золота с сапфирами глубокого синего цвета (серьги, коле, браслет и дюжину шпилек), а мадам Пробранш, насмешливо фыркнув ему вслед что-то вроде «похабник», потянула меня в свой кабинет.

Как оказалось: обсудить завтрашний день и то, в котором часу она пришлет ко мне наряды с украшениями и своих мастериц, которые наведут на меня окончательный лоск.

Отказаться? Даже и не подумала! Да, я могла сама и накраситься, и уложить волосы в прическу, но зачем себя утруждать, если это сделают другие люди? К тому же настоящие мастера своего дела.

Ну и ноготочки заодно подправят.

Договорились мы и о том, что вернуть я должна лишь украшения, а одежду могу с чистой совестью оставить себе, в качестве платы за показ. Возражать? Даже не собиралась! Тем более мадам могла себе это позволить, а я в принципе не отличалась расточительством. И всё, что моё — то моё!

Спросила она и о том, с кем я пойду на премьеру, но этот момент я предпочла оставить не раскрытым, прекрасно понимая, что всего лишь пожилая некрасивая домохозяйка — не тот ответ, который ожидает услышатьмадам.

Стыдно ли мне? Ничуть. Это логика. Мадам из тех леди, которые ценят лишь шик и красоту, ну и иногда позволяют себе какую-нибудь блажь вроде меня, но в её понимании я могу явиться на главное представление года лишь под руку как минимум с принцем. На худой конец с герцогом.

Одна беда, принцу всего девять лет, а трем герцогам нашей страны уже за пятьдесят и все они женаты.

Ну да не моя печаль, меня саму более чем устроит общество миссис Муариф.

— Как нет? — глядела я на неё растерянно всего сорок минут спустя, когда вернулась домой. — Но почему? Это же театр! Бал! Ваша любимая Элен Кор, наконец! Говорят, она там тоже будет!

— Милаямоя, ну где я, и где бал? — ничуть не расстроенно отмахнулась женщина, ловко замешивая тесто на очередные пироги. — Уже и возраст не тот, а про внешность свою я и так всё знаю. Нет, и не уговаривай. Да и театры — ну совсем не моё. Мне бы теплый плед, да хрустящие страницы новой книжки, а не блеск софитов и прочую чепуху. Вот в чем истинное счастье!

Покосилась на меня и тактично добавила:

— Для меня по крайней мере. А ты иди, милая, такой шанс упускать нельзя. Обязательно иди! Раз сам ректор тебе билеты подарил, не обижай мужчину.

— А вы?

— А я дочку с семьей пригласила, их младшенькому уже два года, пора бы и по гостям начать водить, — разулыбалась домохозяйка. — Αльб придет, хороший мальчик. Соседка заглянет с кузиной. Одна не останусь, не переживай.

На кухню вошел Сэверин, явно привлеченный звуками нашей беседы, и миссис Муариф подозрительно просияла.

- Α пригласи-ка, милая, своего магистра! Вот кому всё это точно понравится. Верно я говорю, Сэвушка?

Сэ… Сэвушка?!

Пока я старательно возвращала глазам нормальный размер и пыталась не хрюкать (Сэвушка!), домохозяйка обстоятельно докладывала внимательно её слушающему некроманту, что у меня есть два билета в театр с последующим фуршетом и балом, но как на зло не с кем идти. Так почему бы и не с ним?

— Ну, это только Эмилии решать, — справедливо заметил маг, глядя на меня с легким вопросом в глазах, а проявившийся над его плечом Хисс, которого я давненько не видела, часто-часто закивал.

Задумалась.

Нет, так-то он неплохой вариант. Высокий, привлекательный, родовитый. На его фоне я буду выглядеть особенно эффектно, но…

Стоп. Какие-такие «но»? Нет их! Я ведь хотела его поцелуев? Так почему бы и не на балу? Уверена, праздничная атмосфера быстро создаст тот самый настрой и он не будет сопротивляться моему внезапному желанию и напору. Α чему-то большему не позволит свершиться общество!

Решено!

Договорившись сама с собой, я подняла сосредоточенный взгляд на мага и увиделаточно такой же ответный. Мимолетно улыбнулась, ощутив вдруг необъяснимое волнение, и зачем-то чересчур официальным тоном произнесла:

— Господин Ламбертс, приглашаю вас мной завтра в театр и на последующий за ним бал, посвященный празднованию Нового года. Начало представления в шесть.

— Почту за честь, мисс Кейтри, — тоном истинного аристократа ответил некромант и даже слегка поклонился, на что миссис Муариф блаженно улыбнулась и с умилением вздохнула.

Я тоже оценила его галантность, но куда сдержаннее, и сказав лишь «спасибо», убежала к себе. До конца дня у меня больше не оставалось никаких особых дел, так что я посвятила себя банальной уборке в комнате, вдруг обнаружив, что у меня тьма нестираных вещей, требующих внимания, а в углах и на подоконнике даже пыль завелась.

И это у бытовички с красным дипломом! Позор, да и только!

В общем, вооружившись накопителем, я развила бурную деятельность, заодно и самые базовые заклинания повторила, за каких-то два с половиной часа вернув своей территории и вещам первозданную чистоту и блеск. Правда внезапно оказалось, что у меня в комнате как-то скучновато и пустовато, то есть совершенно не празднично, а я, конечно же, не озаботилась приобретением гирлянд заранее, так что вниз на ужин спускалась с легкой досадой и небольших раздумьях. Успею ещё пробежаться по лавкам или уже поздно?

Мимолетно глянула на напольные ходики, стоящие на первом этаже, и поморщилась. Девятый час вечера, все нормальные лавки уже закрыты, а переплачивать в тех, которые специально ради праздника работают допоздна (и далековато отсюда), нет никакого желания. Хм-м, а чем это так вкусно пахнет?

Пойдя на запах, но при этом не на кухню, а в главную гостиную дома, так и замерла на пороге. Ух ты! Еловая хвоя, мандариновый дух, ароматы горячего шоколада, корицы и вина — всё это сплелось в такой восхитительный коктейль, что первые несколько секунд я так и простояла в дверном проёме, очарованно взирая на пушистую ель в центре комнаты, которую невозмутимо украшал некромант, а его фамилиар, ныряя то в одну коробку, то в другую, деловито подавал ему елочные игрушки, мишуру, крошечные мандаринки, шоколадные конфетки в ярких фантиках и иные украшения.

Меня заметили не сразу, а только когда с кухни мимо прошла миссис Муариф с подносом, на котором стоял вместительный кувшин с тем самым глинтвейном, запах которого я учуяла загодя, две основательные кружки и нехитрые закуски из копченого мяса, сыра и фруктов.

— Эмилия, присоединяйся, — щедро предложила мне домохозяйка, указывая первым делом почему-то на елку, хотя я уже вовсю нацелилась на мясо. — Сама я уже давно елку не ставлю, не по силам мне такое, но Сэвушка настоял. И раз уж завтра вас тут не будет, то посидим немножко сегодня. Ты ведь не против?

И пока я совершенно серьезно обдумывала её предложение, женщина как-то совершенно незаметно и для меня кружку принесла, и ещё пяток празднично украшенных блюд. Вот, тьма! Знает, чем соблазнить!

В итоге мы с магом украшали елку, а миссис Муариф, устроившись поближе к разожженному камину, предавалась ностальгическим воспоминаниям о том, как она справляла этот сказочный семейный праздник, когда еще был жив супруг, а дети не обзавелись своими семьями. Они собирались одной большой дружной толпой, приглашая родственников и друзей со всей улицы, обменивались подарками, водили хороводы и кто-то из тех, кто был одарен магией, наколдовывал на заднем дворе настоящие снежные сугробы и детвора играла в снежки.

Это было… Наверное, мило.

Я тоже вспомнила, что, когда Эмилия была совсем маленькой, всё это происходило и у неё дома, но девочка, родившая в семье фермеров, где утро начинается в пять, а вечер заканчивается за полночь, слишком рано повзрослела и перестала верить в чудеса, предпочитая проводить каждую свободную минутку за книгами, чтобы поскорее вырваться из опостылевшего сельского быта, а не вот это вот всё.

Тем не менее я получила искреннее удовольствие от вечера и вкусного праздничного ужина, тем более мне удалось отложить для своей комнаты немного украшений, и когда слегка подвыпившая домохозяйка начала уже заговариваться, а Хисс заработал полноценный нервный тик, подмигивая мне с плеча своего хозяина последние полчаса, я поблагодарила всех за хороший вечер и поспешила к себе, не забыв об украшениях.

Нет, сегодня я целовать его не буду, слишком подозрительно щурится его призрачный шнурок, как бы чего не задумал. Α вот завтра… Да, завтра я себе это позволю!

ГЛАВА 24

Сегодня я встала поздно. Имела полное право! Вчера я не сразу легла спать, сначала украсив комнату мишурой и гирляндами, а на дверь повесив очаровательный веночек, а сегодня просто позволила себе нормально выспаться. Мастерицы от мадам Пробранш подойдут лишь к двум часам, чтобы за следующие три с лишним превратить меня в звезду предстоящего вечера, так что можно не только лишние полчасика поваляться, но и полноценный час!

Что я и сделала, предавшись радужным мечтам о тех днях, когда, наконец, закончу обучение, устроюсь на работу и избавлюсь от лишних эмоций. Не души, нет, как планировала изначально, а лишь от эмоций. Благодаря книгам, регулярно подкладываемым некромантом, теперь я понимала, что без души долго не проживу, причем сразу по нескольким объективным причинам. Во-первых, без души тело очень быстро дряхлеет и в лучшем случае я стану личем, в худшем, просто умру. Во-вторых, инквизиция держит подобный немаловажный нюанс на должном контроле и любой мало-мальски одаренный маг данной специализации способен вычислить существо без души. Чтобы уничтожить, ага.

Так что фигу! Душу я себе оставлю. Α вот эмоции запру в самый дальний и надежный сундук, благо темных ритуалов по этой тематике (уж простите за каламбур) — тьма тьмущая!

Но не сейчас, нет. Чуть позже.

В конце концов, пережила же я эти сложные месяцы, подожду еще несколько.

На кону слишком многое, чтобы торопиться и тем самым ошибиться в мелочах. Я не могу себе этого позволить.

В итоге я встала ближе к полудню и, сытно перекусив, снова уделила внимание себе любимой: вымылась, нанесла на волосы, лицо и руки скрабики-масочки-кремушки и ровно в два спустилась вниз, чтобы впустить в дом полноценную процессию: двух курьеров с вещами и трех мастериц по маникюру, визажу и прическам.

О том, что жду гостей, я предупредила хозяйку ещё вчера, так что сегодня она встретила их не только доброжелательным кивком, но и сладкими румяными пирожками с чаем, который мы под завистливыми взглядами курьеров утащили с собой наверх.

Все три мастерицы оказались бойкими, разговорчивыми и старше меня буквально на пару лет, так что мы моментально нашли общий язык и следующие три часа пролетели, как один миг, но я стала еще краше и даже утонченнее. Теперь уже никто не мог сказать, что я безродная фермерская дочка!

А даже если и так? В наше время это не так важно, как наличие дара, денег, связей и уверенности в себе! А последнего мне не занимать.

Душевно распрощавшись с девушками и заверив, что их усилия не пройдут даром и сегодня я буду блистать всем на зависть, проводила их из комнаты и вернулась к зеркалу, чтобы уже в одиночестве оценить получившийся образ со всех доступных сторон.

Платье сидело на мне безупречно, посветлевшая за зиму кожа переливалась крошечными серебристыми искорками специально нанесенной на нее пудры, высокая прическа с локонами открывала изящную линию шеи и плеч, дорогие украшения подчеркивали утонченный вкус, стройность и юность, а умело нанесенный макияж добавлял моим глазам глубины, а губам сочности.

Налюбовавшись собой сполна и чувствуя, что ещё немного — и уже никуда не пойду, мне и без того хорошо, тем не менее я поправила на руках ажурные серебристые перчатки, подхватила манто и крохотную сумочку в тон к платью, и спустилась вниз, ступая по лестнице медленно и аккуратно, чтобы не запнуться о длинный подол.

Ещё вчера мы с Сэверином договорились встретиться внизу буквально за тридцать минут до начала премьеры, чтобы отправиться в театр в экипаже, о котором позаботиться он, так что, когда я спустилась точно к условленному времени, маг уже ждал меня внизу.

В темно-синем, почти черном смокинге с неизвестным мне серебристым цветком в петлице и галстуком-бабочкой четко в тон, с волосами, убранными в сложную косу по обычаям демонов, он выглядел настолько импозантно и непривычно, что на последних метрах я замедлилась, чтобы изучить его внимательнее, и не могла не заметить, что цветовая палитра наших нарядов совпадает. Намеренно или случайно?

Как бы то ни было, некромант отмер первым и, сделав шаг ко мне, завладел рукой, чтобы поднести её к губам и поцеловать.

Небо. Мне впервые целуют руку. Как же это… волнительно!

Чувствуя, как мои щеки краснеют, причем впервые за довольно долгое время, я пыталась подобрать подходящие к моменту слова, но всё было тщетно.

— Великолепно выглядишь, — первым нарушил неловкую тишину некромант, ловко перехватывая из моей ослабшей второй руки манто и одним безупречно выверенным движением кладя его мне на плечи. — Сегодня подморозило, так что не пугайся — наложу на нас заклинание теплой тьмы. Готова?

Неопределенно дернула плечом, всё ещё находясь под впечатлением от его галантности и предупредительности, но Сэв всё понял правильно, и до подозрительно знакомого роскошного лакированного мобиля мы шли по внезапно заснеженной дорожке, но не чувствуя дискомфорта. Ни я в легких туфлях, ни он, не надевший даже пальто.

Уже сидя на заднем сидении мобиля и придирчиво изучая весьма знакомый затылок водителя, я не могла не спросить:

— А чей это мобиль?

— Семейный, — понимающе хмыкнул некромант. — Да, я виделся с предком. Кстати, мы в который раз поругались, но тебеэто вряд ли интересно. Но должен же быть с него хоть какой-то толк…

Εстественно, я ничего не поняла. Конечно же, мне было дико любопытно. Но видя, что сам маг не расположен развивать эту тему, я предпочла сосредоточить внимание на окружающем пейзаже и с нескрываемым восторгом смотрела на то, как преобразился город всего за одну ночь.

Не знаю, поучаствовали ли в этом городские маги или природа постаралась, но сегодня Кентербург радовал нас умеренно заснеженными улочками, серебрящимися в лучах вечернего солнца резными снежинками и радостной детворой, играющей в снежки прямо на мостовой.

Впрочем, радовалась снегу не только детвора. Видела я и хохочущую молодежь, сыплющую друг другу за шивороты пригоршни редкого в этих краях снега, замечала и горожан постарше, которые просто шли и любовались предновогодним подарком природы, посмеялась над тем, как чей-то косматый пес «купается» в сугробе с самым что ни на есть блаженным видом, высунув от своего незатейливого собачьего счастья язык.

Поймав себя на том, что и сама улыбаюсь, ощущая беспричинную радость только от того, как всё это красиво и по-настоящему волшебно, лишь к концу поездки поняла, что всё это время Сэверин не прекращал держать меня за руку. А я и не заметила.

Сомневаюсь, конечно, что это не заметил он, но… Нет, всё идет точно так, как я хочу. Всё четко по плану!

Подъехав к красивому зданию театра немного заранее, мы идеально вписались в число тех, кому посчастливилось заполучить билеты на этот вечер. Хотела бы сказать, что в один миг привлекли к себе всеобщее внимание, но это было не так — всё-таки аристократии и богачей в Кентербурге хватало и сегодня они старались превзойти друг друга изо всех сил, одевшись во всё самое лучшее и модное, а стоимость выгуливаемых по случаю праздника украшений просто зашкаливала.

Тьма. В какой-то момент я даже всерьез задумалась о карьере воровки (той самой, про которую писала Элен Кор!), но затем поймала на себе подозрительно понимающий взгляд спутника и слегка смутилась. Нет, я знала, что некромант не умеет читать мысли, но это не мешало ему иметь чересчур гибкий ум и быть не только завидным женихом, но и самой лучшей ищейкой столицы по мнению журнала Φербс.

Я знаю, я интересовалась.

В общем, помечтали и хватит. Жизнь мне дороже, а на цацки я уж как-нибудь законно заработаю.

— Голодная? — неожиданно поинтересовался Сэверин, когда я вручила своё манто лакею на входе и мы степенно перешли в центральное фойе очень и очень помпезного здания с белоснежными мраморными колоннами и красными ковровыми дорожками, где проводились самые разные городские мероприятия. В том числе и сезонные балы. — До фуршета полноценные два часа, а ты, насколько я знаю, даже не обедала. Не боишься, что твой желудок заглушит диалоги актеров?

— Что? — сначала не поверила, что слышу от него такое… почти хамство, а затем заметила в уголках глаз крошечные морщинки, а в самих глазах яркие смешинки. И рассердилась. — Опять ты за своё?! Сэверин!

— Что? — даже и не подумал извиниться маг. — Это ведь правда. Да и ты встряхнулась, а то сама на себя не похожа. На миг даже решил, что ты какая-нибудь внебрачная дочка нашего многоуважаемого императора — столько в тебе внутреннего пафоса вдруг образовалось. Расслабься, чудо, это всего лишь люди. Ни одно модное платье, ни один самый крупный бриллиант не заменит истинных ценностей. И я сейчас не о материальном. Просто… будь собой. — Слегка склонил голову, не сводя с меня резко посерьезневшего взгляда, и тихо добавил: — Пожалуйста.

Хмыкнула. Смешной ты… Сэвушка.

А знаешь ли ты, кто я на самом деле?

Нет.

Понимаешь ли, о чем просишь?

Сомневаюсь.

Готов ли к последствиям?

Ой, вряд ли!

Впрочем…

— Я попробую, — улыбнулась ему, пряча под умело подкрашенными ресницами ироничный блеск предвкушения и позволяя увести себя в сторону буфета.

Развлекаться, так в полную силу!

Кстати, премьера оказалась посредственной. Ну, по крайней мере на мой придирчивый вкус. Нет, костюмы актеров вызывали искреннее восхищение, игра тоже выглядела достойно, да и декорации не оставили меня равнодушной, но вот сам сюжет… Нет, не моё. Всё-таки я или слишком практична для всей этой розовой мути, или Элен Кор исписалась, или режиссер не смог выразить весь тот глубинный смысл во взаимоотношениях селянки и лорда, который вкладывался туда писательницей изначально.

В общем, куда больше пьесы меня интересовали зрители, их наряды и забавные перешептывания, которые мой чуткий слух улавливал безотказно даже из отдельной ложи. Не одна я пришла в театр ради последующего бала и многие заранее обсуждали то, с кем и как проведут этот новогодний вечер.

Была бы менее циничной, может даже смутилась бы, а так предпочла выборочно отключить слух и подслушать тех, кто говорил более любопытные вещи, обсуждая соседей, наряды, грядущее угощения и танцы.

Танцы…

В них я не была сильна, хотя кое-что всё-таки умела, ведь не получала ни домашнего аристократичного образования, ни дополнительного, но на первом курсе у всех студентов целый семестр шли занятия по этикету и на них нам даже дали несколько уроков самых известных танцев современности. А вдруг кому-то из нас повезет выскочить замуж за аристократа? Кстати, среди магов это не такое уж и редкое явление, в высших кругах ценится не только происхождение, но и величина дара, так что это даже мезальянсом не назвать. Χотя всё равно кто-то не сдерживается и называет.

Или не называет, но очень выразительно думает…

Мазнула придирчивым прищуром по вихрастой макушке Джулиана, которого заметила в компании Винсента на балкончике напротив еще полчаса назад. Одетые с иголочки парни пришли на премьеру не одни, а в компании двух незнакомых девушек, чье происхождение не вызывало вопросов: как минимум аристократки, как максимум почти невесты из родовитых семейств.

Почему нет? Οба мага из высшей аристократии и почти закончили обучение. Оба вернутся после практики в столицу и займут места, положенные им по праву рождения. Удивлена, правда, что они решили остаться на Новый год здесь, а не отправились на курорт, как планировали изначально, ну да это не так уж и интересно.

Куда интереснее те восхитительные воздушные пирожные с шоколадом и клубничное шампанское, которые взял для меня Сэверин в комплект к крошечным бутербродикам, предлагаемым в буфете. То, что я ими не наемся, было ясно сразу, но мы пришли к соглашению, что я не так уж и голодна и выдержу два часа до фуршета на одних пирожных. С шампанским, ага.

Вредное, но дико вкусное сочетание!

Сам маг от шампанского отказался, неохотно признавшись, что от шипучки у него бывает изжога и он предпочитает напитки покрепче, например, виски. Но пока просто не хочет, ему со мной и так хорошо.

Прозвучало, конечно, двусмысленно, будто бы мне с ним без алкоголя и пирожных плохо, но я не сталадоводить ситуацию до абсурда и приняла это, как должное. В конце концов, я здесь для того, чтобы в первую очередь было хорошо мне!

Остальное вторично.

Но вот представление подошло к концу, мы дежурно похлопали, понимающе переглянулись и я рассмеялась первой: мнение об увиденном читалось у мага по лицу крупными буквами.

— Только не говори, что ты не проникся сюжетом! — поддела его, когда мы выходили из своей двухместной ложи, билеты в которую мне посчастливилось заполучить совершенно случайно. — Это же так романтично!

— Знаешь… — Придержав меня за локоть, чтобы пропустить куда-то спешащего мимо нас толстяка, совершенно не глядящего по сторонам, Сэверин блеснул ему вслед недовольным взглядом, но ко мне обратился доброжелательно: — Я не люблю театры априори. Для кого-то это красочное представление, для кого-то искусная игра знаменитых актеров и возможность взглянуть на них вблизи, а для меня это прежде всего ложь и пятьдесят оттенков горечи на языке.

— О… — протянула с легкой растерянностью, умудрившись как-то упустить из вида эту его способность. Но тут же возмутилась: — Зачем тогда согласился, если тебе неприятно? Это же полноценный мазохизм! Как-то я не замечала этого за тобой раньше. Нет, я помню, что ты извращенец… Кстати, синее и только нижнее. Но это уже перебор!

— Да, последнее точно перебор, — сдавленно кашлянул маг, чьи глаза потемнели так быстро и сильно, что стали почти черными, а тон вдруг понизился до интимного шепота: — Неужели ты снова со мной флиртуешь, чудо?

— Ты знаешь ответ на этот вопрос, Сэвушка, — рассмеялась, не в силах не сказать именно это производное его имени. Дико смешное и совершенно ему не подходящее! — В конце концов, кто из нас легендарный сыщик с дипломом?

— Ну, допустим, я, — прищурился маг, склоняясь ко мне пугающе близко и явно планируя сделать что-то такое, на что я его сейчас всеми силами подталкивала, но…

Нам помешали.

— Добрый вечер. Магистр Ламбертс, Эмилия. Какая любопытная встреча! — немного наигранно воскликнул Джулиан Изандер, будущий герцог Шантаросский, подходя к нам в компании всех своих спутников, которых я приметила ещё на премьере. — Вы снова вместе?

— А вы всё еще бессовестно попираете этикет, адепт Изандер, — с нескрываемой издевкой ответил за нас двоих некромант, даже не пытаясь скрыть своей досады. — Кстати, представьте мне своих спутниц, не припомню, чтобы мы были знакомы.

В итоге, несмотря на то, что Сэверин вел себя довольно вызывающе, но в то же время в рамках допустимого, так что никто не мог прямо обвинить его в хамстве, ни Джул, ни Винсент не спешили от нас отходить, хотя их юные и прелестные спутницы давно и безуспешно поглядывали в сторону зоны танцев, но не смели отвлечь мужчин от беседы.

В отличие от девиц, ставших заложницами светского этикета, я преспокойно потягивала из своего бокала изумительно вкусное шампанское (мимо проходил официант и Сэверин ловко завладелдля меня выпивкой), буквально краем уха слушая, как маги обсуждают театральную постановку.

Хотя кому из них она интересна? Готова на что угодно спорить, что никому! Интересно, что они задумали?

Тем не менее некромант зачем-то поддерживал эту странную игру, затеянную парнями, и на полном серьезе высказывался о мастерстве декораторов, костюмеров и даже самих актеров, между делом обронив, что где-то в зале сейчас прогуливается легендарный автор, чья книга легла в основу сюжета постановки, и она даже будет раздавать автографы.

В отличие от меня, воспринявшую данную информацию фоном, Марианна и Даниэлла настолько синхронно переглянулись, что я сразу поняла коварный замысел мага. И его итог не заставил себя долго ждать.

— Дорогой, нам с подругой необходимо отойти. Ненадолго. Не теряйте!

Тьма! Вообще-то я рассчитывала на то, что он и парней с собой заберут. Всё-таки человеческую психологию я знаю еще не на отлично… Жаль.

— Да-да, — небрежно отмахнулся Винс, в это время зачем-то поглядывая на меня. Αж шея зудеть начала от его чересчур пристального внимания! — Идите.

Кстати, не одна я заметила его взгляды, бросаемые на меня чересчур часто. Его спутница, леди Марианна Ламье, тоже не была слепой и напоследок я удостоилась его чересчур пронзительного взгляда глаза в глаза, который наверняка должен был мне сказать что-то вроде «он мой».

Ой, да пожалуйста. Такого гов… кхм, счастья мне и даром не нать, и с доплатой не нать. Только как бы это до него самого донести?

Впрочем, какие бы выразительные взгляды ни бросал на меня граф, ему хватало ума ими обойтись, а ещё минут через пять, когда я допила шампанское и заскучала, Сэверин забрал у меня пустой бокал, банально слевитировав его на поднос ближайшего официанта, ловко свернул беседу с парнями и уверенно перехватил меня за талию, увлекая в сторону высоченной роскошной ели, установленной в центре празднично украшенного гигантского зала.

— Потанцуем?

— С радостью!

И ведь ни словечком не солгала! Уж лучше танцевать, чем откровенно скучать в навязчивой компании почти бывших однокурсников.

Кстати, даже несмотря на то, что умница Эмилия считала танцы нелепой тратой времени и сдав по ним зачет, больше ни разу не возвращалась к этому занятию, тело всё равно помнило несложные базовые движения, а партнер мне достался удивительно умелый. Первые секунд двадцать я ещё ощущала некоторую зажатость и неуверенность в том, что всё делаю правильно, но потом мне удалось расслабиться и начать получать удовольствие.

Шампанское кружило голову, Сэверин кружил меня, в воздухе над нашими головами кружились волшебные снежинки, которые по задумке магов должны были создавать атмосферу волшебства… Всё было просто великолепно!

Первый танец, второй, третий — я расслабилась окончательно, войдя во вкус этого дивного вечера, тем более маг как будто заранее четко знал, что я захочу в тот или иной момент. Например, прерваться на перекус и стянуть со стола целое блюдо с экзотическими канапэ из креветок, оливок и сыра. Утащить его в укромную нишу и разделить с ним это удовольствие не поровну, но вполне по — честному. Запить это всё еще одним бокалом шампанского и снова утащить танцевать. Случайно столкнуться с легендарной Элен Кор, ужаснуться тому, что это не молодая роковая красотка, как представлялось мне в мыслях, а не особо симпатичная женщина глубоко за пятьдесят, хотя и очень красиво одетая, про украшения вообще молчу. Искренне удивиться тому, что они с Сэверином знакомы, и внезапно стать обладательницей её новенького романа с автографом, стопку которых носил за ней секретарь.

Покрутив в руках книжицу, где смуглый варвар в наполовину распахнутой белой рубашке страстно обнимал томно прикусившую губу пиратку, поняла, что понятия не имею, что мне с ней делать дальше, но обижать писательницу не стала, вовремя сообразив, что могу презентовать роман той же миссис Муариф. Тем более автограф был не именной, а домохозяйка как раз большая любительница именно книг. Да и пахнет вкусно.

— Спасибо, — поблагодарила миссис Кор и на этом наше знакомство завершилось, тем более к писательнице подошли реальные почитатели её творчества и она отвлеклась.

Я же, не зная, куда деть не такой уж и маленький томик (сумочка у меня гораздо меньше), охотно вручила его Сэверину, когда маг предложил убрать его в личное подпространство, и после этого мы снова с головойокунулись в легкомысленное празднование самой сказочной ночи года.

Мы танцевали, беззастенчиво обсуждали блюда, наряды и обстановку, некромант смешно и уместно шутил, я звонко и заливисто хохотала — время летело незаметно!

Естественно, на нас обращали внимание. Кто-то узнавал лорда Бекельсберри-младшего, подходя пообщаться, но маг довольно быстро отваживал их колкими фразами, какие-то смельчаки приглашали танцевать меня, но тут уже я капризничала, заявляя, что меня целиком и полностью устраивает мой спутник, чьи глаза изредка, но темнели от раздражения на тех, кто этого не понимал. Находили нас в толпе и Джулиан с Винсентом, но Сэв, видимо, уже выполнил свою норму общения даже с ними, так что предпочитал игнорировать и их, уделяя внимание мне одной.

Мне. Только мне!

И снова я в его руках. Снова его внимание принадлежит мне одной. Снова его синие глаза напротив, сияя так, что затмевают блеск магических огней! Настолько близко, что, кажется, еще немного — и я просто в них утону! Небо, я была пьяна шампанским, но еще больше я была пьяна им. Какой же он сегодня… чудесный!

— Эмилия… — рвано выдохнул маг, когда мы, завершив очередной головокружительный вальс, остановились рядом с приоткрытым балкончиком, с которого несло не морозом, а освежающей прохладой. И наверняка ведь снова благодаря магам! — Ты… С ума меня сводишь!

— Хорошо, когда есть, с чего сходить, — рассмеялась беспечно и, бросив игривый взгляд наверх, где над нами висела пышная гирлянда с омелой, одними глазами указала на них магу, следом выразительно приподнимая брови.

Мол, сам догадаешься или как?

И он меня не разочаровал. Хотя поначалу и замер, недоверчиво щурясь, но всего через секунду на его губах появилась такая понимающая, такая коварная ухмылка, что мое бедное живое сердечко заколотилось, как сумасшедшее, а через вторую моих губ коснулись его губы.

Мягко. Деликатно. Но смело.

Сла-а-адко…

Слаще шоколада!

И уж точно в сотни раз вкуснее!

Не замечая того, как запускаю пальцы в его волосы, а его руки сжимают мою отнюдь не талию, я заблудилась в собственных чувствах и бесконечно приятных ощущениях так быстро и надежно, что чужое деликатное покашливание восприняла, как раздражающую помеху, даже и не думая прерываться.

Но маг сумел взять себя в руки за нас двоих.

Замер, аккуратно отстранился, перемещая руки на мою спину и талию, чтобы я не упала, резко потеряв ориентиры (а я могла!), недовольно обернулся, позволяя и мне увидеть невольных свидетелей нашего… кхм, поцелуя, и довольно невежливо произнёс:

- Α в чём, собственно, дело? В зале резко закончились места для танцев и прогулок?

— Простите, лорд Бекельсберри, — смущенно кашлянул импозантный седовласый мужчина в вельветовом камзоле, в котором я с трудом признала мэра Кентербурга — нас представили друг другу буквально пару часов назад. — Всё же это общественное место, а вы со своей спутницей, как бы… Немного увлеклись.

Стоящая рядом с ним сухопарая дама (супруга) чопорно поджала губы и несколько раз кивнула. Были и другие люди, совсем мне неизвестные, с какой-то стати резко заинтересовавшиеся нашим укромным уголком, и пока я, морщась, поправляла за широкой спиной некроманта откровенно съехавший вниз корсет (соски ещё не торчали, но это дело буквально сантиметра), Сэверин скупо извинялся перед устроителем торжества, заверяя, что ни в коем случае не хотел испортить окружающим настроение и праздник.

— Совсем даже наоборот… — Οбернувшись на меня через плечо и отметив, что я привела одежду в порядок, некромант улыбнулся шире, сделал шаг в сторону, словно предъявляя меня обществу, и во всеуслышание заявил: — Сегодня самый замечательный день и просто волшебная ночь. Волшебная настолько, что даже я не смог удержаться. Хотя почему не смог? Не захотел, так будет правильнее. Α всё потому, что… Эмилия.

Οбернувшись ко мне и улыбаясь так, что по моей спине пробежали подозрительно паникующие мурашки дурного предчувствия, некромант зачем-то опустился на одно колено, не обращая внимание на то, как синхронно ахают некоторые юные леди, особым образом провернул кисть и на его раскрытой ладони сама собой появилась черная бархатная коробочка с распахнутой крышечкой, внутри которой всеми оттенками тьмы переливалось безумно красивое кольцо из алпатида с крупным черным бриллиантом.

— Эмилия, будь моей женой.

Ахнули все. Женщины от восторга и зависти, мужчины от романтичности и смелости мага, я… от ужаса.

Секунда, две…

Кажется, Сэверин понял, что мои широко распахнутые и очень быстро трезвеющие глаза глядят на него далеко не с восторгом, потому что слегка нахмурился, ну а я…

— Не. Не-не-не! Мы так не договаривались. Никаких замуж. С ума сошел?!

Посмотрела на него, посмотрела на остальных, запоздало поняла, что это было самой огромной ошибкой в моей новой жизни, попыталась лихорадочно найти достойный выход из сложившейся ситуации… И поняла, что пора следовать совету мудрой Элен Кор, который был описан в книге «Бесприданница и принц».

Бежать!

К счастью, прямо за моей спиной находилась распахнутая дверь, ведущая на террасу и в парк, а всего секунду спустя часы на центральной башне пробили полночь и над зданием театра расцвели гигантские сочные астры магического салюта.

Новый год наступил.

***

— А я тебе говорил, плохая идея.

— Идея хорошая. Исполнитель подкачал.

— Ты так сильно хочешь к предкам?

— Я так сильно хочу понять, что с вами обоими не так!

— Поверь, не тыодин…

Точно зная, что Эмилия уже давно дома (Хисс проследил), самый могущественный некромант современности шел по ночным улицам новогоднего Кентербурга, не обращая никакого внимания ни на снег, ни на холод, жадно покусывающийгрудь под распахнутой рубашкой, ни на подвыпивших гуляк, то и дело встречающихся на его пути, но тут же спешащих с него убраться.

Не каждый выдержит его тьму…

Не каждый.

— План Б?

— План Б. От нас еще никто не уходил.

Черные от тьмы глаза мага сверкнули родовым упрямством, а губы скривила злая усмешка.

Ты можешь думать что угодно, чудо…

Но выбора у тебя нет. Грозилась женить? Он больше не против.

Тем более личность невесты определена и возражений не вызывает.

ЭПИЛОГ

Это был самый бесконечный месяц за последние полгода.

Нет, меня никто не преследовал. Никто не глядел искоса и не перешептывался за спиной.

Но всё равно было нервно и я не могла толком расслабиться.

Хотя в газете и вышла резонансная статья, что никому не известная прекрасная девушка, пришедшая на бал в восхитительных украшениях из ювелирного дома Типербусса и роскошном платье от мадам Пробранш при всех отказала самому завидному холостяку страны (самому лорду Бекельсберри-младшему!), но я не нашла ни единого намека ни на свой статус студентки, ни на своё имя (а ведь оно звучало!), хотя точно помню, под конец в толпе мелькали лица и Джулиана, и Винса, и их спутниц.

Но то ли репортерам была выгодна эта интрига, то ли я что-то не понимала в людях, моя личность так и осталась тайной для широкой общественности.

Самого магистра Ламбертса я больше не видела, хотя точно знала, что он продолжает жить на первом этаже, но мы самым чудесным образом не пересекались. То ли потому, что я сидела у себя безвылазно, сутками напролет читая умные книги, до которых прежде руки не доходили, то ли потому, что он сам прикладывал к этому максимум усилий.

И всё равно среди подарков, которые я нашла утром у своего порога, обнаружился тот, который, я точно знала, принадлежит ему. Всего лишь книга. Но книга, которую не купить в магазине. Старинный фолиант о темной магии «От истоков и до наших дней», в котором подробно разбиралось то, откуда в этот мир пришла тьма и как оказалась подвластна людям. Книга, которую не издавали — это был рукописный текст, возрастом более пятисот лет. Полноценный раритет!

И он подарил его мне.

Зачем?

Нет, я благодарна! Искренне благодарна! Но после того, как я фактически опозорила его при всех, это было… Нелогично.

Хотя чем я лучше него? Ведь сама подложила невозможно ранним утром к его порогу сверток, упакованный ещё два дня назад. Не такой дорогой и эксклюзивный, всё-таки мои возможности были куда скромнее, чем его, но всё же… Всё же я изначально не удержалась и купила тот красивый блокнот для записей в кожаной обложке и идущую к нему в комплекте стильную ручку, не раз и даже не два замечая, как в разговоре с Αльбусом Сэверин записывает интересные мысли на каких-то клочках бумаги обычным карандашом. Ну разве это нормально для такого педанта, как он?

Вот я и подарила, чтобы не позорился.

Миссис Муариф я подарила яркую пуховую шаль и книгу с автографом Элен Кор (книгу мне тоже подбросили на порог), Альбусу довольно сложную головоломку-артефакт, лейтенанту — новую кружку с забавной надписью, потому что он всё-таки окончательно потерял старую (подозреваю, что разбил, но так и не признался), а Марку теплый шарф и варежки, потому что констебль плохо переносил холодное время года и зимой вечно ходил с красным носом.

Не обошли стороной подарки и меня: родители как обычно прислали денег, миссис Муариф в первый же день нового года прямо за завтраком сделала мне персональный расклад на картах и, смешно округляя свои блеклые глаза, заявила, что мой мужчина меня уже нашел и истинное женское счастье уже рядом, достаточно только руку протянуть (не надо!), Альбус оставил под елкой коробочку с эксклюзивным амулетом-накопителем, который можно было носить на шее в виде медальона, а детектив подарил рамочку с грамотой «Лучшей сыщице отдела». Последнее было особенно приятно!

Нашлись под елкой и не опознанные подарки, принесенные курьером на моё имя: коробочка шоколадных пирожных аж из знаменитой столичной кондитерской, заколку для волос из серебра с полупрозрачными серыми топазами под цвет моих глаз, золотой браслет с бриллиантами и роскошный букет совершенно не сезонных цветов, явно выращенных в оранжерее — тигровых лилий.

Последние выкинула сразу: на вид красивые, но запах в комнате стоял такой, что хоть вешайся, и я поступила оптимально — просто выкинула источник мерзкого запаха. Пирожные, после тщательного изучения на предмет гадостей, мы с Тьмой поделили поровну и оценили по достоинству, а дарителей заколки и браслета кошка вычислила по остаточному запаху, заодно выяснив, что пирожные от Джулиана, заколка от Янины, а браслет и цветы от Винсента.

Удивилась, причем очень сильно. Зачем? Нет, правда. Я четко дала им понять, что не считаю их своими друзьями, но однокурсники всё равно это сделали. Впрочем… Пирожные уже съедены, заколка тоже милая, а браслет… Браслет я сдала в ломбард, а деньги положила на счет. Чем бы ни руководствовался граф Наркизо, даря мне настолько дорогую вещь, мне от него ничего не надо.

Лучше б тоже пирожные прислал, честное слово! Я бы их хотя бы съела.

Из-за того, что в академию я больше без причины не ходила, предпочитая готовиться к экзаменам дома, тем более все необходимые книги были взяты заранее, с однокурсниками за этот месяц я пересеклась лишь трижды и то — мельком, предпочитая приходить на экзамены в числе первых, быстренько сдавать на отлично и так же быстренько уходить.

Заминка вышла лишь раз с экзаменом по бестиологии — наш новенький магистр Адам Брикман не выдержал испытание раскрепощенностью и по слухам покинул наш славный город буквально через пару дней после Нового года (подробности Тьма рассказывать отказалась, многозначительно щурясь), но его на экзамене заменил сам ректор, чему лично я была искренне рада. Предмет я знала на зубок, а господин Верденборн был не из тех, кто считал нас неучами и бездарями только потому, что мы ещё студенты.

В общем, я всё сдала. Всё! Оставалась буквально какая-то мелочь: практика и диплом, но меня это совершенно не страшило. Наоборот, я уже заручилась согласием магистра Ронарио, что именно он станет моим куратором после практики, и буквально считала часы, когда мне вручат официальную бумагу, с которой я отправлюсь к демонам.

Я уже собрала чемоданы, которых внезапно оказалось аж целых три (пришлось докупать!), уже попрощалась с миссис Муариф, пообещав, что никогда не забуду её стряпню и душевные посиделки, уже выяснила, что по прибытии мне надо будет пройти в канцелярию самого князя, где меня проинструктируют о моих дальнейших действиях на предстоящие два месяца, уже получила расчет в полицейском участке и мы вместе с лейтенантом пустили скупую слезу, прощаясь, уже выяснила, что в княжестве Лайдаросском сегодня на диво солнечно и тепло, аж плюс двадцать три и легкий бриз с моря, уже погрузила чемоданы на гравиплатформу и…

Уверенно шагнула вперед, не поскупившись на довольно дорогой стационарный портал между нашими странами.

Полной грудью вдохнула по-летнему теплый воздух соседнего континента, сняла пальто, заполнила все необходимые бумаги у дежурного портальщика и, перехватив платформу с чемоданами за удобную ручку, отправилась в канцелярию князя размеренным прогулочным шагом, получая искреннее наслаждение от каждой минуты, проведенной на воле.

Действительно на воле!

Весь последний месяц я жила, как на иголках, переживая, что Сэверину в любой момент откажет его хваленая выдержка и он потребует от меня или объяснений, или еще чего-нибудь другого, но похуже, однако время шло, маг на горизонте не появлялся… И вот я здесь.

В столице княжества демонов — Лоандре.

По большому счету она не сильно отличалась от Кентербурга, но в связи с более теплым климатом имелись и некоторые различия: окна шире, дома ярче, жители смуглее и приветливее, деревья частично незнакомые, но всё равно красивые и большинство — цветущие.

Хорошо тут, мне нравится!

Солнышко светит, птички щебечут, небо радует своей восхитительной синью и бесконечной глубиной, душа… Душа поёт!

Всё-таки хорошее дело — душа!

Так, нам, кажется, сюда.

— Здравствуйте, я на практику. Эмилия Кейтри, пятый курс факультета стихий.

— Из академии Антарракш? — деловито уточнил одетый в строгую серо-зеленую униформу массивный демон на входе в княжескую администрацию, мазнув сначала по мне цепким взглядом, затем по Тьме и напоследок по моему багажу.

— Да, всё верно.

Не поверив на слово, мужчина сначала изучил мои документы и только потом объяснил, куда мне пройти, чтобы попасть в нужный кабинет, где меня уже ждут.

Поблагодарила и, радуясь, что путь не сильно долог, а с памятью у меня всё отлично, хотя добираться до кабинета пришлось довольно запутанным путем, спустя минут семь уже стучала и входила в нужную дверь, за которой оказалась приемная с невероятно фигуристой темноволосой секретаршей, одетой в вызывающе алое платье.

— Добрый день, я на практику. Αдептка Эмилия…

— Да-да, — не очень вежливо оборвала меня брюнетка, стуча коготками по столу, куда я должна была положить свои документы, и сразу взмахивая ладонью в сторону следующей двери. — Проходите быстрее, ждут только вас! Оставьте вещи здесь, потом заберете. Быстрее же!

Не понимая, к чему такая спешка и кто там может меня с таким нетерпением ждать, я настороженно переглянулась с Тьмой, но всё равно прошла к следующей двери. И вошла.

Хотя нет. Не вошла. Замерла на пороге, недоверчиво изучая собравшихся и подозревая, что у меня не всё в порядке с головой (солнышком напекло?!), потому что кроме незнакомого импозантного демона лет так сорока, чем-то отдаленно похожего на магистра Ламбертса (только старше, массивнее и капельку дружелюбнее), там находились и те, кого там в принципе быть не могло.

Янина Ромуш, глядящая на меня с искренним удивлением.

Винсент Наркизо, поджавший губы.

Джулиан Изандер, озадаченно приподнявший брови.

Альбус Джаркхад, хмыкнувший недоверчиво, но вроде как почти с радостью.

Харви Милтон, вообще непонятно как затесавшийся в эту компанию.

И он.

Магистр некромантии и инквизитор пятой ступени Сэверин Ламбертс, лорд Бекельсберри-младший, собственной персоной.

— Какого гхырта?! — громко возмутилась я, глядя на него со здоровой злостью.

— А вот и последняя наша припозднившаяся практикантка, — как ни в чем не бывало произнёс магистр Ламбертс, обращаясь прежде всего к демону, который после моего восклицания заинтересованно приподнял брови и взглянул на меня с особым интересом. — Гордость курса, умница и отличница Эмилия Кейтри, будущий великий сыскарь с красным дипломом. Кстати, единственная девушка на моей памяти, кто сумел повторить семиступенчатую печать-спрута без единой погрешности.

Демон выразительно хмыкнул и мне достался не менее выразительный взгляд с явным оттенком уважения.

Нет, это всё, конечно, замечательно, но… Я повторюсь!

— Магистр Ламбертс! — рыкнула и, когда маг обратил на меня своё внимание, потребовала объяснений: — Это моя практика! А вы что тут делаете? Вы должны быть в столице!

— Адептка Кейтри, — вкрадчиво произнёс некромант, а у меня от его тона по спине промаршировал батальон мурашек, оказавшихся умнее меня и заранее мигрировавших за горизонт. — Вы, верно не заглядывали в свой распределительный лист, ну или просто разучились читать, потому что там черным по белому написано, что вы проходите практику под моим непосредственным руководством. И не в столице, а именно здесь.

— Не-ет! — протянула с ужасом и откровенным недоверием.

— Да, — широко ухмыльнулся гадкий некромант.

— Нет! — рявкнула и, чтобы подтвердить это, метнулась обратно в приемную, буквально вырвала из рук опешившей секретарши свои документы, торопливо пробежалась глазами по чудовищно мелким строчкам и в самом конце увидела приписку, которой (клянусь Тьмой!) раньше там не было. — НЕТ!!

— Да, чудо. Да.

Он даже не пытался сделать вид, что не злорадствует.

Я же…

Сжимая кулаки и не замечая, как сминаю вообще-то официальный документ, я впервые за долгое время не могла справиться с живущей внутри меня тьмой. Хотя нет, могла… Могла.

Не быстро, но смогла.

Всё, ради мести. Это моя суть.

Думал, переиграл меня, Сэв?

Победил?

Нет!

Никогда!

Что бы ты ни задумал, чем бы ты ни руководствовался, какой бы мстительно сволочью ни оказался, тебе меня не переиграть.

Я есть сущь! Самая изворотливая и живучая тварь изнанки.

И Тьма побери, я тебя… у-у-у… нет-нет, дышим, дышим, и здраво оцениваем свои силы.

Да!

Я тебя женю!

— Девушка, а вас как зовут? — любезно обратилась я к секретарше, которая почему-то с опаской от меня отодвинулась. — Часом, замуж не желаете?

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

Content

Кароль Елена Я тебя женю! (СИ)

Елена Кароль Я тебя женю!