Хозяйка поместья Бэзил-Холл

Глава 1

Новый Орлеан, 1791 год.

Хэйл Далтон сидел в просторной гостиной своего новоорлеанского дома. Он удобно откинулся на мягкую спинку дивана, обтянутую темно-синим бархатом. Опустив руку на подлокотник, он, сам того не замечая, стучал по нему своими длинными красивыми пальцами, будто отбивал ритм. На его лице блуждала ленивая полуулыбка, явно указывающая на прекрасное расположение духа.

— Так и что же сообщает в письме мистер Оррел, душеприказчик твоего дядюшки? — негромко поинтересовался его друг Нэд Мадисон. Его светло-каштановые брови, взметнулись вверх, выражая очевидную заинтересованность. За время их общения, Нэд успел хорошо изучить своего друга Хэйла, и теперь мог с полной уверенностью сказать, что в письме, которое мистер Оррел выслал ему из Лондона пару месяцев назад, содержалось что-то по-настоящему стόящее.

— Двоюродного дядюшки, прошу заметить! И, что немаловажно, ныне покойного! — Хэйл скорбно склонил голову вниз, отчего несколько прядей его светлых мягких волос упали на глаза. Он тут же поправил их рукой.

— О! Pardonnez-moi! (Прошу прощения! (фр.)), — Нэд сделал изящный поклон. Он пока не мог понять, что за спектакль тут устраивал Хэйл, но решил подыграть ему.

Хэйл и Нэд познакомились в далеком детстве. Им обоим тогда было лет по восемь, не больше. Бабка и дед Нэда, Джейн и Моррис, которых, к слову, тот не видел ни разу в жизни, обосновались в Новом Орлеане жарким летом 1718 года. Великолепный особняк на Драйвер-Сквер был дарован им самим Филиппом II, герцогом Орлеанским, за верную службу Морриса Мадисона. После того, как сначала Джейн, а затем и Моррис скоропостижно скончались, особняк по праву наследования перешел их старшему сыну, отцу Нэда, Оуэну Мадисону. А весной 1762 года в этом самом особняке на свет появился долгожданный наследник, малютка Нэд.

Родители же Хэйла переселились в Новый Орлеан из Натчеза, когда Хэйлу было не больше года. Его отец, Найджел Далтон, будучи человеком дальновидным и имея от природы аналитический склад ума, вскоре по прибытию в Новый Орлеан, основал там портовую компанию «Далтон Корп». Уже через год дела компании пошли высоко в гору, тем самым озолотив семейство Далтонов. Мать Хэйла, Люсинда, думая о будущем своего единственного и горячо любимого сына, настояла их на переезде с окраины Нового Орлеана в один из его престижных районов. Найджел, который души не чаял в своей красавице жене, приобрел для нее старинное поместье Киллиан-Хилл, которое принадлежало семейству Далтонов и по сей день.

Вращаясь в одних и тех же кругах, Хэйл и Нэд стали посещать престижную школу для мальчиков, под руководством мсье Дюпонтé. Маленький и щуплый Нэд в детстве слыл тихим и робким ребенком. Он прилежно учился и не доставлял хлопот своим родителям. Чего нельзя было сказать о Хэйле. Смышленый, не по годам развитый мальчик, он часто использовал свой незаурядный ум не по назначению. Мсье Жиль, их учитель, находя на своем столе или стуле следы очередной проделки Хэйла, частенько наказывал его, приговаривая при этом:

— Je vais te sevrer! (Я отучу тебя проказничать! (фр.)).

Они бы так никогда и не подружились, уж слишком разными темпераментами обладали, и слишком разнились их интересы. Но однажды осенью, когда Нэд возвращался домой из школы, соседские мальчишки, креолы, решили наподдать ему. Рослые, они оказались на целую голову выше Нэда, и исход схватки, казалось бы, был очевиден.

— Tu vas l’avoir, sale américaine! (Сейчас ты получишь, грязный америкашка! (фр.)), — кричали они, загоняя Нэда в глухой переулок, из которого не было выхода. Выбив школьные принадлежности из его трясущихся рук, они стали смеяться, обступая его со всех сторон. Безусловно, Нэда ожидала не одна пара синяков, тумаки и, возможно, даже разбитый нос. Но на беду хулиганов, в тот самый переулок забрел Хэйл Далтон. Словно почувствовав намечавшуюся трепку, он встал на защиту Нэда, сказав, что нечестно нападать впятером на одного. Мальчишки тогда лишь посмеялись над Хэйлом. Они никак не ожидали, что американец сможет дать им достойный отпор, ведь их было в два раза больше!

И Нэду и Хэйлу, им обоим уже стукнуло по двадцать девять лет, но дружба, вынесенная ими тогда, из глухого переулка, они смогли сохранить по сей день.

Поняв, что Хэйл не собирается продолжать, Нэд, не удержавшись, воскликнул:

— Ну же, mon ami! Мне из тебя каждое слово придется вытягивать калеными щипцами?

Расхохотавшись низким грудным смехом, Хэйл, легонько хлопнул себя ладонью по колену, обтянутому черной тканью брюк. Его забавляла вся эта ситуация.

— Какой ты нетерпеливый, Нэд! — пожурил он друга. — Так вот, вчера я имел честь получить письмо из Лондона от некоего мистера Оррела, в котором излагалась последняя воля моего достопочтенного дядюшки, ныне почившего Лоренса Палмера, герцога Олдонского.

Он сделал небольшую паузу, устремив взгляд своих насмешливых голубых глаз на Нэда. Тот, в свою очередь, сделал жест рукой, требуя продолжить. Ему не терпелось узнать, что же было в том злосчастном письме!

— Герцог Олдонский всю свою жизнь прожил в Лондоне, слывя заядлым холостяком. Мысли о женитьбе никогда не посещали его умную голову. Но когда ему стукнуло пятьдесят два года, он надумал жениться, взяв в жены вдову с маленьким ребенком. Девочкой.

Произнося эти слова, Хэйл неосознанно поморщился, словно говорил о чем-то мерзком и неприятном. Нэд хмыкнул. Просто поразительно, как невинные разговоры о женитьбе могут привести человека в крайнее замешательство!

Тем временем, не обратив никакого внимания на ухмылку Нэда, Хэйл продолжил:

— Его любимая женушка, невзрачная миссис Сибила, прожив с ним счастливые, но недолгие два года, скончалась, оставив на дядю свою маленькую дочурку. Дядюшка, будучи человеком благородным, и, разумеется, во имя любви к своей обожаемой жене, пожалел сироту и продолжил воспитывать после смерти ее бедной матушки, словно родную дочь.

Нэд подался вперед, ловя каждое слово Хэйла, который, казалось, собирался рассказать все подробности личной жизни его покойного дяди.

— Так вот. Как я узнал из письма мистера Оррела, два месяца тому назад, дядюшка отдал Богу душу. Так как родных детей у него нет, то своей последней волей он распорядился, чтобы титул герцога Одлонского отошел мне, вместе с поместьем Бэзил-Холл, которое, как ты знаешь, находиться в Лондоне.

— И это все? — прищурив карие глаза, поинтересовался Нэд.

Он смутно помнил дядю Хэйла, мистера Палмера, лицезрев его лишь пару раз, но не мог поверить, что такой жесткий и пронырливый человек просто так отдал титул герцога Хэйлу, о котором, между прочим, был не самого высокого мнения.

— О! Как ты проницателен, mon ami! Безусловно, нет! — снова засмеялся Хэйл, но от Нэда не укрылось, что на сей раз улыбка не коснулась голубых глаз его приятеля. Хэйла что-то тяготило во всей этой истории.

«Так! Так! А вот это уже интересно! Что же придумал его дядюшка, раз решил так расщедриться и сразу на титул?» — думал про себя Нэд, внимательно вглядываясь в лицо друга.

— Мой достопочтенный дядюшка назначил меня опекуном маленькой сиротки. Я должен подыскать для нее достойного спутника и удачно выдать замуж этот нежнейший цветок, который он взращивал несколько лет.

Когда Хэйл закончил говорить, в комнате воцарилась полнейшая тишина, а спустя несколько ударов сердца Нэд разразился приступом безудержного смеха. Он хохотал заразительно, откинув голову назад. Он так тряс головой, что, казалось, еще немного, и она отвалится от его шеи. На его глазах выступили прозрачные капли слез, которые Нэд не успевал вытирать рукавом своего темно-зеленого сюртука. Успокоившись, он поднял глаза на Хэйла, но, не сдержавшись, рассмеялся вновь.

— Я очень рад, мой друг, что смог развеселить тебя! — раздраженно бросил Хэйл, когда Нэд, наконец, перестал смеяться.

— Прости, Хэйл! Просто, ты уверен, что твой дядя хорошо тебя знал? Он не побоялся оставить бедную сиротку на тебя? Он, что же, ненавидел несчастное создание, раз решил доверить ее такому опекуну, как ты? — улыбаясь во все тридцать два зуба, спросил Нэд. Он хотел поаплодировать мистеру Палмеру стόя. Это же надо такое придумать — Хэйл Далтон опекун сироты! Да у этого старого скряги было отменное чувство юмора!

— Я и сам никак не возьму в толк, отчего он решил назначить опекуном именно меня, а не моего отца, скажем? Он ведь прекрасно знал о моей репутации в обществе. Сам столько раз пытался, как он любил выражаться, вразумить меня, что бы я, его нерадивый, никчемный двоюродный племянник, взялся, наконец, за голову и не позорил честь семьи! Но! Не будем о грустном! Как только я выдам девицу замуж, то эта тяжкая ноша ляжет на плечи ее бедняги-мужа! — поднимаясь с дивана, быстро произнес Хэйл. Он стал расхаживать по светлой гостиной, мельтеша у Нэда перед глазами.

— А сколько лет сиротке? Не слишком ли ты торопишься? — поинтересовался Нэд, пытаясь сосредоточиться на лице Хэйла.

— О, мой друг! Сиротке уже девятнадцать стукнуло! Надеюсь, еще не слишком поздно, и кто-нибудь, да возьмет ее в жены. Не могу понять, о чем дядюшка раньше думал? Хотя, учитывая, кем была ее мать… — Хэйл не договорил, останавливаясь, наконец, напротив Нэда.

— А кем была ее мать? — приподняв брови вверх, спросил Нэд.

— Если честно, я никогда не понимал, почему дядя женился на этой женщине, Сибиле. Она никогда не отличалась крепким здоровьем, постоянно болела, да и красавицей ее нельзя было назвать, скорее наоборот. Слишком бледная кожа, невзрачные голубые глаза, в которых постоянно сквозила какая-то отрешенность от этой жизни. А ее светлые волосы, собранные на макушке, были постоянно завиты в кудри, которые ей совершенно не шли! — лицо Хэйла скривилось. Он словно в данный момент видел перед собой лицо Сибилы Палмер, так подробно описывая его.

— Oh mon Dieu! (О, мой Бог! (фр.)), — поддел его друг. — Надеюсь, сиротка хоть чуточку симпатичней мамаши, а то до конца дней тебе быть ее опекуном!

— За нее назначено приличное приданое, в виде крупной суммы денег, которая будет выплачиваться ежемесячно, пока девице не стукнет двадцать пять лет. И, как ты уже наверно догадался, я отдам ее за первого встречного, что позарится на наследство, которое дядя оставил для нее, — выдал равнодушным голосом Хэйл.

— Ба! А ты что же, ни разу ее не видел⁈ — вновь засмеявшись, спросил Нэд. — Хорош опекун!

— Нет, я не имел чести видеть мисс Бетани Палмер. Она училась в каком-то частном пансионате благородных девиц, и во время моих кратких визитов в Бэзил-Холл, не бывала дома, — пожав плечами, ответил Хэйл. Он хотел поскорее закончить обсуждать его новую головную боль, так некстати подкинутую дядей Лоренсом. Ему стоило поспешить в Верити-клуб. Взглянув на часы, что держал сейчас в руках, он нахмурился. Чейз Эмерсон и Дюк Хауелл, вероятнее всего уже находились в клубе, и ждут их появления с минуты на минуту, а Нэд, не смолкая, засыпает его глупыми вопросами!

— Мисс Бетани, — проговорил Нэд, словно пробуя имя на вкус. — А мне нравится, как звучит!

— Друг мой! Еще немного, и ты станешь просить ее руки, и учти, я возражать не стану! — засмеялся Хэйл. — Нужно срочно уладить все дела до отъезда. Не хочу, чтобы что-то помешало моей поездке в Лондон.

— Ты отправляешься в Лондон? Я должен непременно поехать с тобой! Я просто обязан увидеть мисс Палмер, ну и, само собой, то, как ты управишься с ролью опекуна! — усмехнулся Нэд, предвкушая эту поездку.

— У тебя что, нет никаких дел в Новом Орлеане? — нахмурившись, спросил Хэйл. Он хотел поскорее закончить эту историю с опекунством, в которую втянул его покойный дядя. — Не думаю, что пробуду там слишком долго. В мои планы не входит носиться с мисс Палмер дольше пары месяцев.

— Пара месяцев — это не такой уж большой срок. Думаю, отец сможет обойтись здесь без меня, — улыбнувшись, произнес Нэд. — Не могу отказать себе в удовольствии лишний раз побывать в Лондоне.

— Хорошо, будет тебе Лондон! — сдался, в конце концов, Хэйл. — Мисс Палмер нужно непременно оповестить о нашем приезде. Думаю, письма, содержащего пару лаконичных фраз, будет достаточно. Друг мой, ты позволишь мне исполнить свой долг?

Нэд учтиво кивнул в знак согласия, и Хэйл, откланявшись, направился по коридору прямиком в кабинет. Письмо нужно было отправить как можно скорее, что бы оно успело придти еще до их приезда в Лондон. Он хотел избавить себя от лишних разговоров и возможных истерик мисс Палмер, намекнув в письме о своих планах, относительно ее замужества. Легкая улыбка вновь тронула его губы. Усевшись за большой деревянный стол, он стал выводить твердым почерком следующий текст:

' Дорогая мисс Палмер!

Я с прискорбием узнал печальное известие о кончине моего дяди Лоренса Палмера, достопочтимого герцога Одлонского. Прошу Вас, примите мои искренние соболезнования по сему поводу. Горечь утраты навсегда поселилась в моем сердце, как, я уверен, и в вашем.

Получив письмо от мистера Оррела, я сразу же решил приступить к порученному мне делу, исполнив роль вашего опекуна в полной мере, как бы того и хотел мистер Лоренс Палмер. Чтобы не порочить ваше честное имя, заставляя вас жить в моем поместье Бэзил-Холл дольше, чем того требуют обстоятельства (и, безусловно, приличия!), я постараюсь устроить ваше счастье как можно скорее. Я, как человек чести и слова, не намерен откладывать свою прямую обязанность, и исполню ее сразу же по прибытию в Лондон.

С уважением, ваш опекун и нынешний владелец Бэзил-Холла Хэйл Далтон.

P. S. Я надеюсь, это письмо дойдет до вас скорее, чем я прибуду в Лондон'.

Перечитав еще раз, Хэйл удовлетворенно улыбнулся. Да, это письмо, ясно говорит о его намерениях. Он лишь понадеялся, что мисс Палмер не обделена умом, как ее покойная мать, и сможет понять, что он не станет долго терпеть ее присутствие в поместье. Пусть поторопится, и перед его приездом подыщет себе женишка получше. Несомненно, это было в ее же интересах.

Выйдя из кабинета, он передал письмо Рэндалу, их дворецкому, с просьбой отправить его в самое ближайшее время.

— Конечно, мистер Далтон, непременно сделаю, — отозвался дворецкий, беря письмо в свои пальцы, слегка подрагивающие от старости. Хэйл в очередной раз подумал о том, что пора бы найти нового дворецкого, вместо престарелого Рэндала. Нужно будет поговорить об этом с матерью. Она постоянно вставала на защиту Рэндала, ссылаясь на то, что он служит здесь уже давно. Это не аргумент. По крайней мере, для него, Хэйла.

Направляясь уверенной походкой в гостиную, где его ожидал Нэд, Хэйл решил, что займется этим вопросом, как только вернется из Лондона.

* * *

Старый Рендал вышел из рабочего кабинета, держа в руке конверт с письмом. Он неторопливо шаркал по светлому коридору Киллиан-Хилла, прокручивая в голове просьбу мистера Хэйла, что бы, не дай бог, не забыть ее! В последнее время Рэндал стал слишком рассеянным. Но что поделать — возраст брал свое! Он столько лет прилежно служил в этом доме, выполняя обязанности дворецкого, что уже сбился со счета. Рэндал поступил на службу в Киллиан-Хилл, когда мистер Хэйл был еще маленьким мальчиком. Как давно это было!

Он спустился по лестнице на первый этаж, направляясь прямиком на кухню. Следовало убедиться, что обед, как всегда, будет подан вовремя. Зайдя в комнату, он сложил конверт с письмом в карман своих коричневых брюк, чтобы не потерять его.

— Рэндал, не беспокойтесь! Обед почти готов, — сказала тучная кухарка Мэри, выдворяя Рэндала из кухни. Закрыв за ним дверь, она буркнула себе под нос:

— Вот же, старый дурак!

Так бесцеремонно выпровоженный за пределы кухни, Рэндал все еще хмурился. Эта нахальная кухарка сбила его с какой-то смутной мысли! Он что-то должен был сделать для мистера Хэйла. Что-то очень важное. Вот только бы вспомнить, что именно?..

Глава 2

Лондон, 1791 год.

— И что, твой опекун так еще и не объявлялся? Даже письмá не отправил? — удивленно спросила Вивиан Уилберг, расположившись в гостиной Бэзил-Холла, родового поместья семейства Палмер. Ее большие голубые глаза распахнулись, когда она задала этот вопрос. Изящная рука, в которой она держала чашку с чаем, на мгновение зависла в воздухе.

— Нет, Вивиан. Со смерти мистера Лоренса прошло уже целых четыре месяца, а от него до сих пор не было никаких вестей. Я ведь точно знаю, что мистер Оррел отправил все необходимые документы в Новый Орлеан. Я просто теряюсь в догадках, отчего мистер Далтон никак не отреагировал? — задумчиво произнесла Бетани Палмер, сделав глоток зеленого чая с мятой из маленькой фарфоровой чашки. Она сидела рядом с Вивиан на маленьком диванчике, обитом зеленым сукном.

Светлая, со вкусом обставленная, гостиная в поместье Бэзил-Холла прекрасно подходила для их бесед. Вивиан Уилберг жила по соседству с Бетани Палмер, и бывала частой гостьей в поместье Бэзил-Холл. Это определенно поспособствовало их сближению. Строптивая красавица Бетани плохо сходилась с другими девицами своего возраста, но вот мисс Вивиан пришлась ей по нраву. Нежная кроткая блондинка с большими голубыми глазами, своим спокойным характером она вызывала в Бетани чувство умиротворения. Молодая девица, двадцати лет от роду, Вивиан не состояла в браке и даже не была помолвлена, что всегда удивляло покойную мать Бетани, миссис Сибилу Палмер. Ведь, по ее мнению, Вивиан могла бы стать образцовой женой. Казалось, Сибила больше понимала Вивиан, нежели свою дочь, Бетани.

Сама же Бетани ни внутренне, ни уж тем более, внешне не походила на мать, являясь ее полной противоположностью. Она пошла в отца, покойного мистера Фредрика. От него ей достались твердость характера, чрезмерное упрямство и железная непоколебимость, которые были так не свойственны ее мягкосердечной матери. В довесок к этому от отца она унаследовала темные волосы, серые глаза и прямой нос, кончик которого был мило вздернут кверху. А вот благородным цветом кожи, Бетани была обязана своей матери.

Поклонников ее красоты находилось не мало, но вот только ни один из них не смог по настоящему затронуть хоть какие-то струны души Бетани. Ее сердце по-прежнему оставалось холодным рядом с любым из них. Она не торопилась выходить замуж, пусть даже ее возраст, по меркам нынешнего времени, был слишком неприличным для замужества. Мистер Палмер, будучи человеком разумным и по-своему любившим Бетани, не вынуждал ее принимать необдуманные решения, о которых она бы в дальнейшем могла горько пожалеть. Бетани жила, наслаждаясь жизнью. Вот только смерть мистера Палмера, грянувшая так внезапно, нарушила ее размеренное течение.

В завещании мистера Палмера было предельно ясно написано, что ее нынешний опекун, мистер Хэйл Далтон, должен устроить семейную жизнь Бетани, выдав девушку замуж. Услышав последнюю волю усопшего, Бетани едва ли обрадовалась. Скорее, наоборот. Она хотела выйти замуж за человека благородного, способного позаботиться о ней и понять ее. Она не хотела торопиться. Тем более мистер Далтон, кем бы он там ни был, ее совершенно не знает! Кого он подберет ей в мужья? Бетани даже не хотела думать об этом, и старалась гнать прочь тяжелые мысли.

— Может, письмо от мистера Оррела еще не дошло? — сделала предположение Вивиан, что бы хоть немного развеять страхи подруги.

— Сомневаюсь! — фыркнула Бетани. — Письмо было отправлено довольно давно! Видимо, у мистера Далтона есть более важные дела.

— Возможно, ты права, но когда-нибудь он все же должен явиться сюда! — захихикала Вивиан, опуская полупустую чашку на маленький столик, стоявший возле дивана.

— Да! Ты безусловно права! Я только не могу понять, почему мистер Лоренс назначил моим опекуном именно мистера Далтона? — Бетани нахмурила свои темные, идеальной формы брови. — У этого мужчины дурная слава!

— Что ты хочешь этим сказать, Бетани? — голубые глаза Вивиан еще больше расширились, и теперь стали похожи на два огромных блюдца, что стояли под их чашками.

— Он повеса! — сказала Бетани, слегка понизив голос.

Громкое «Ах!» сорвалось с губ Вивиан. Она отпрянула от Бетани, будто то слово, которое только что слетело с губ Бетани, могло каким-то образом замарать ее.

— Может мистер Лоренс не знал об этом? — взволнованно спросила Вивиан. Ее щеки мгновенно стали пунцовыми от волнения.

— Вивиан, да об этом весь Лондон знает, и это притом, что мистер Далтон не проживает здесь постоянно! Как, скажи, пожалуйста, его дядя мог не знать сего факта? — снова фыркнула Бетани. Иногда она поражалась недальновидности Вивиан.

— Бетани, он же вываляет твое имя в грязи! — прикрыв рот ладонью, вымолвила Вивиан. Она боялась, что мать запретит ей общаться с Бетани, как только ее опекун покажется на пороге Бэзил-Холла.

— Ничего подобного! Я не позволю ему это сделать! — вздернув подбородок вверх, отрезала Бетани. — Я не стану появляться в приличном обществе с этим человеком! В завещании сказано, что он должен подыскать мне надлежащего мужа. И ему вовсе не обязательно находиться здесь, в Лондоне. Мистер Далтон может спокойно жить в Новом Орлеане, а как только я приму предложение благородного и уважаемого человека, непременно сообщу ему об этом.

Губы Бетани растянулись в обворожительной улыбке, сделавшей ее лицо еще красивее.

— А если он не согласиться? — снова задала вопрос Вивиан.

— В конце концов, ты же не думаешь, что он потащит меня к алтарю силком? — в свою очередь спросила Бетани, изогнув темную бровь.

После того, как огласили завещание мистера Палмера, она задумывалась об этом не однократно. Зная репутацию мистера Далтона, Бетани приходила к неутешительному выводу, что он захочет поскорее выдать ее замуж, тем самым избавив себя от тяжкого бремени опекунства. Она снова сделал глоток чая, задержав белую чашку возле губ. В завещании четко указано, что поместье семейства Палмер должно перейти в руки мистера Далтона. А это означает, что Бетани вскоре придется покинуть этот дом. Она так любила Бэзил-Холл! Все самые счастливые воспоминания детства связаны у нее с этим местом, поскольку они переехали сюда вместе с матерью почти семнадцать лет назад. Да она выросла здесь! А теперь дом достанется этому кутиле и моту! Бетани передернула плечами от возмущения.

Девушки посидели какое-то время в тишине, думая каждая о своем.

— Скажи, а миссис Глэдис уже передала тебе приглашение на ежегодный осенний благотворительный бал? Не могу поверить, что он состоится уже в эту субботу! Так скоро! — решив сменить неприятную тему, поинтересовалась Вивиан, и их разговор плавно перетек в другое русло, оставив мистера Далтона в Новом Орлеане.

Чай был давно выпит, и Бетани, взяв в руки маленький фарфоровый чайник, вновь разлила ароматный напиток по чашкам. В это время Вивиан в мельчайших подробностях описывала платье, в котором она планировала пойти на тот самый бал к миссис Глэдис.

Когда Вивиан поднялась с удобного дивана и подошла к окну, в комнате появился дворецкий Ллойд. Прочистив горло, он известил девушек своим чрезмерно громким голосом:

— Мисс Бетани, пожаловал мистер Хэйл Далтон.

От удивления Бетани уставилась на дворецкого. Вивиан, как была, застыла около окна, не успев вернуться обратно на диван. В это время в комнату, не дожидаясь позволения, вошел молодой человек. Звуки его уверенных шагов доносились в комнату еще из коридора. Светлые волосы обрамляли его лицо непослушными прядями, придавая ему дерзкий, почти мальчишеский вид. Он перевел взгляд своих голубых глаз с дворецкого на застывшую возле окна фигурку Вивиан, которая так и не решилась сдвинуться с места. Он растянул свои чувственные губы в саркастической улыбке, сосредоточив все свое внимание на Вивиан.

— Мисс Палмер, позвольте представиться — Хэйл Далтон, ваш опекун. Очень рад знакомству. Сожалею, что при столь трагичных обстоятельствах, — в его словах прозвучала плохо скрытая насмешка, которая заставила Вивиан вспыхнуть от растерянности, а вот Бетани, напротив, от возмущения. Оставаясь незамеченной, она могла спокойно рассмотреть своего опекуна, пока он думал, что ведет беседу с именно ней.

Безусловно, она могла назвать мистера Далтона весьма привлекательным мужчиной. Скользя взглядом по его мужественному профилю, Бетани отметила в его внешности прямой нос с небольшой горбинкой, ярко-голубые глаза, красиво обрамленные густыми ресницами, и полные чувственные губы, растянутые в данный момент в циничной улыбке. Мужчина был высокого роста, и если бы Бетани встала рядом с ним, то вероятно смогла бы достать макушкой ему только до груди. Широкие плечи, обтянутые синим сюртуком, занимали собой внушительное пространство комнаты.

Бедняжка Вивиан стояла вся красная, не зная, куда ей бежать. Ее высокая грудь, обтянутая скромным платьем бледно-голубого цвета, часто приподнималась и опускалась в такт ее дыханию. Растерявшись, она не могла вымолвить ни слова. Даже словá о том, что она не является Бетани Палмер, казалось, застряли у нее в горле.

А наглый блондин продолжал разглядывать ее, словно породистую скаковую лошадь, которую можно продать подороже. Бетани заскрежетала зубами от досады. Да он же попросту оценивает, насколько быстро сможет избавиться от девицы! На нее словно вылили ушат ледяной воды. Если раньше Бетани тешила себя надеждами на удачный исход их встречи, то сейчас, смотря на мужчину, она поняла, что все ее надежды оказались призрачными. Что ж, пришла пора посмотреть правде в глаза: мистер Далтон однозначно выдаст ее замуж за первого встречного без всяческих промедлений!

Пока Хэйл Далтон разглядывал, словно насекомое, Вивиан, в комнату пожаловал еще один молодой человек. Вероятнее всего, он был ровесником мистера Далтона. Его каштановые волосы были зачесаны назад, карие глаза бегло осмотрели гостиную, в которой словно статуя, застыла Вивиан. Он оказался значительно ниже ростом, и не так широк в плечах, как мистер Далтон.

Он переводил растерянный взгляд с Хэйла на Вивиан, будто боясь нарушить их молчаливый диалог. Бросив взгляд на вновь вошедшего мужчину, мистер Далтон протянул:

— Мисс Палмер, разрешите представить Нэда Мадисона. Я надеюсь, вы не станете возражать против его присутствия в Бэзил-Холл? Мистер Мадисон оказался столь любезен, что согласился составить мне компанию.

— Рад встречи, мисс Палмер, — учтиво поклонился Нэд.

Виван стояла чуть жива, переводя взволнованный взгляд с мистера Далтона на мистера Мадисона и обратно.

Увидев это затравленное выражение на ее лице, Хэйл едва сдержал вопль отчаяния. Вот так дядюшка Палмер! Решил посмеется над ним после смерти? Он никогда в жизни не выдаст замуж это трясущееся от страха создание! Да и внешний вид мисс Бетани едва ли делал ей чести. Она и впрямь пошла в свою мамашу Сибилу, такая же бледная и невзрачная! Только большие голубые глаза выделялись на испуганном лице. А что это за платье на ней? У монахини позаимствовала? О нет, мисс Бетани, так дело не пойдет! Хэйл уже мысленно приводил ее в надлежащий вид, который позволит ему поскорее выдать ее замуж, как она, наконец, открыла свой рот:

— Но я…

— Да, мисс Палмер? Вы не ожидали увидеть меня столь скоро в Лондоне? Разве вы не получали моего письма? Странно, я отправил его давно. По моим подсчетам оно уже должно быть здесь, — Хэйл нахмурил свои светлые брови. Может, старый Рэндал все же забыл выполнить его поручение?

— Но, мистер Далтон… — снова попыталась объясниться Вивиан.

Хэйл бросил раздраженный взгляд на Вивиан, и слова, готовые сорваться с ее языка, так и остались невысказанными. Нэд, заметив ее попытки что-то сказать, несмело улыбнулся девушке, словно подбадривая ее. Бетани заметила сожаление в его карих глазах, в то время, как ее опекун смотрел с неким разочарованием.

Решив, что увидела достаточно, Бетани с громким стуком опустила пустую чашку на столик, чем привлекла к себе всеобщее внимание. Мистер Далтон и мистер Мадисон обернулись на звук, раздавшийся позади них.

— Мистер Далтон, мисс Вивиан всего лишь пытается объяснить вам, что она не Бетани Палмер, — холодно улыбнувшись, медленно произнесла Бетани.

О, ей доставило истинное удовольствие то замешательство, что отразилось на его надменном лице! Выражение презрения на лице Хэйла сменилось недоумением. Словно забыв о присутствии в комнате Вивиан, он повернулся в сторону Бетани. Внимательный взгляд голубых глаз теперь был прикован к ней.

— Мисс Бетани Палмер — это я, мистер Далтон — представилась Бетани ошарашенным мужчинам.

— Вот значит как! — вымолвил, наконец, Хэйл, когда некое оцепенение спало с него.

Хэйл сделал шаг вперед, в сторону Бетани. Что за прелестное создание! Такую девушку не трудно будет выдать замуж. Странно, что до сих пор никто не попросил ее руки. Она совершенно не походила на свою мать! Он отметил, что девушка оказалась миниатюрной, видимо, не выше ее подруги, мисс Виктории, кажется. Копна темных волос, собранных на затылке в замысловатую прическу, открывали ее красивое лицо. Глаза цвета потемневшего грозового неба внимательно смотрели на него. Портрет завершал небольшой прямой нос, слегка вздернутый кверху, и полные розовые губки, так и приковывающие к себе все внимание. Одета она была в простое муслиновое платье лилового цвета, выгодно гармонировавшее с ее фарфорового цвета кожей.

Поняв, что разглядывает ее неприлично долго, Хэйл откашлялся:

— Прошу прощения, мисс Бетани, за такую оплошность с моей стороны. Вышло совершенно непростительное недоразумение! Могу оправдаться лишь тем, что мы раньше с вами никогда не встречались!

— Что ж, мистер Далтон, мне не за что вас прощать. А вот мисс Вивиан, непременно, хотела бы услышать извинения, — поднимаясь с дивана, произнесла Бетани, и Хэйл отметил, что на счет роста он оказался прав. Девушка оказалась невысокой и стройной, как тростинка.

— Разумеется! Мисс Вивиан, примите мои искренние извинения! — повернувшись к ней, произнес Хэйл. Девушка зарделась, услышав эти слова в свой адрес, а Бетани заметила, что прежняя надменность поубавилась из его голоса, будто ее никогда и не было.

— Мистер Далтон, вашего письма, как вы уже наверное догадались, я не получала, и, простите, к вашему приезду оказалась совершенна не подготовлена, — произнесла Бетани, подойдя к Хэйлу на расстояние вытянутой руки.

— Если вас это не слишком затруднит, то мы с мистером Мадисоном хотели бы остановиться здесь, в Бэзил-Холл, — улыбнувшись, сказал Хэйл, который смотрел на Бетани сверху вниз.

Он даже представить себе не мог сколь очаровательная компания окажется у него в этом поместье! Ах, ты старый лис, мистер Лоренс! Возможно, эта история с опекунством не такая уж и скверная, как могло показаться на первый взгляд!

Глава 3

Следующим пасмурным утром, часов в девять, Хэйл, надев на себя черные брюки и рубашку голубого цвета, которая так подходила к его глазам, спустился на первый этаж к завтраку. Он удивился, когда застал в гостиной в такую рань Бетани. Удобно устроившись на мягком диване, она, в полном одиночестве, пила кофе. Девушка задумчиво смотрела в сторону окна, периодически поднося маленькую кофейную чашку к своим пухлым губам, и сделав очередной глоток, легко опускала ее на белое фарфоровое блюдце. Полностью поглощенная своими мыслями, она даже не заметила, что больше не одна в комнате. Хэйл стоял, прислонившись к дверному проему так, что оставался вне поля зрения девушки. Его руки были сложены на груди. Какое-то время он, словно зачарованный, наблюдал за ней. Ее небольшая округлой формы грудь, так и норовила выскользнуть из корсажа платья, нежно-персикового цвета, когда она наклонялась вперед, чтобы поставить чашку на глянцевую поверхность стола. С большим трудом стряхнув с себя странное наваждение, вызванное этим зрелищем, Хэйл откашлялся, привлекая к себе внимание Бетани:

— Мисс Палмер, доброе утро!

Его низкий голос прозвучал слишком громко, нарушая утреннюю тишину комнаты, и от неожиданности Бетани пролила несколько капель кофе на стол. Она тут же поспешила стереть их белой кружевной салфеткой, что лежала на подносе.

— Мистер Далтон, — легкая улыбка тронула изгиб ее губ, когда Бетани кивнула ему в знак приветствия.

— Надеюсь, я не помешал вам? — пройдя вглубь комнаты, уточнил Хэйл.

— Ничуть! — живо отозвалась Бетани, и жестом предложила ему присоединиться.

— А вы ранняя пташка, мисс Бетани. Я надеюсь, вы позволите мне так вас называть? — поинтересовался Хэйл, присаживаясь напротив Бетани в кресло. Он вытянул свои длинные ноги в сторону девушки, и его ступни почти касались маленьких ступней Бетани.

— Как вам будет угодно, мистер Далтон. Может, распорядится, чтобы подали завтрак? — уточнила Бетани, опустив свою пустую чашку на столик.

— Не стоит беспокоиться. Я, пожалуй, выпью вместе с вами кофе, если вы не возражаете, конечно? — он приподнял брови вверх, спрашивая у нее разрешения.

Ведя с ней беседу, Хэйл не переставал рассматривать девушку. Ее лицо выглядело свежим после сна. Легкий румянец покрывал ее нежные щеки. Вероятнее всего, она даже не предполагала, насколько очаровательна была в этом воздушном платье.

— Это ведь теперь ваш дом, мистер Далтон, и вы вольны здесь делать все, что вам угодно, — вымолвив это, Бетани медленно приподнялась с дивана, собираясь оставить его одного в комнате.

— Об этом я и хотел с вами побеседовать, мисс Бетани, — улыбнувшись, произнес Хэйл, жестом руки прося ее вернутся на место. Нехотя, Бетани вновь опустилась на мягкий диван, сложив свои руки на коленях. Хэйл ненадолго задержал свой взгляд на ее тоненьких пальчиках, сложеных вместе. Бетани молчала, не нарушая тишину, которая воцарилась в комнате. Хэйл тоже не торопился пояснить суть разговора, будто наслаждаясь ее обществом. Он, не спеша, налил себе кофе в белую чашку, и, откинувшись на спинку кресла, стал маленькими глотками пить его.

Наконец, не выдержав длительной паузы, Бетани бросила на него недовольный взгляд из-под полуопущенных пушистых ресниц и сухо поинтересовалась:

— Мистер Далтон, может, вы все же поведаете мне о том, что заставило вас подняться в такую рань и искать встречи со мной?

Подавшись вперед, Хэйл опустил чашку на столик, и лениво улыбнулся, слегка приподняв уголки губ вверх. У мисс Бетани, оказывается, имеются коготки?

— Вам настолько неприятно мое общество? Я все-таки являюсь вашим опекуном, мисс Бетани, а это означает, что нам придется часто встречаться, — бросил он, смотря ей прямо в глаза. Его любезный тон ничуть не обманул Бетани. Она понимала, что говорил он сейчас вполне серьезно.

Она промолчала, не зная, что ответить на это. Конечно, они будут часто видеться! По крайней мере, до тех пор, пока она не переедет из Бэзил-Холла.

— Или у вас есть какие-то спешные дела, от которых я вас отвлекаю, мисс Бетани? — лениво поинтересовался Хэйл. Он не выпускал ее из поля зрения ни на секунду.

— Дело в том, мистер Далтон, что мне необходимо подготовится к осеннему балу. Дел невероятно много, а бал состоится уже совсем скоро. В мои планы не входило просидеть в этой гостиной целый день, и поэтому я была бы вам крайне признательна, если бы вы поторопились, — холодно улыбнувшись, отрезала Бетани.

— Хм-м? Осенний бал, который каждый год устраивает миссис Глэдис? — прищурив глаза, осведомился Хэйл.

— Какой вы проницательный! Но, насколько я знаю, вы не получали приглашение на этот бал, разве нет? — в притворном сожалении проговорила Бетани.

— Тушé, мисс Бетани! — засмеялся Хэйл. Ему, определенно, нравился острый язычок его подопечной!

— Может, наконец, подойдем к цели нашего разговора? — вскинув вверх темную бровь, спросила Бетани.

— Хорошо. Я хотел бы вернуться к завещанию мистера Лоренса Палмера, которое нам не удалось обсудить вчера. Я не сомневаюсь, что мистер Оррел озвучил все…условия, которые необходимо будет выполнить, согласно этому завещанию. Как вам, так, разумеется, и мне, — четко произнес Хэйл, не сводя внимательного взгляда с Бетани. По тому, как вспыхнули ее щеки, Хэйл понял, что Бетани в курсе каждой точки и запятой в том злосчастном завещании, которое составил его двоюродный дядя. Кивнув головой, Хэйл продолжил: — Я уверен, что мне будет легче исполнить мою часть договора, если я буду знать о том, что думаете по этому поводу вы, дорогая мисс Бетани.

Бетани долго молчала, теребя бледными пальцами подол своего персикового платья. Этот непроизвольный жест выдал ее волнение. Хэйл хмыкнул. Значит, мисс Бетани не так спокойна, как хочет казаться.

Наконец, собравшись с мыслями, она подняла на Хэйла свои серые глаза, и отчеканила:

— Что ж, мистер Далтон, раз вы настаиваете! — Бетани глубоко вдохнула, а затем снова продолжила уже более громко и твердо: — Я уверена, что мистер Лоренс не хотел ничего дурного, составив завещание таким образом, что мне в скором времени предстоит замужество. И вы, безусловно, руководствуясь страстным желанием исполнить свой долг перед покойным дядей, поторопитесь с устройством моего брака! Но если уж вы изволили узнать мое мнение по этому поводу, то могу вас смело заверить, что не слишком тороплюсь под венец! Хотя, вряд ли это что-то изменит!

Хэйл заметил, что ее пальцы, сложенные на коленях, дрогнули, когда она произносила свой монолог. Договорив, Бетани резко поднялась с дивана и направилась к выходу.

Она остановилась, когда Хэйл преградил ей путь, внезапно оказавшись перед ней. По сравнению с ним, она была точно маленький ребенок, едва доставая ему до груди. На ее щеках горели два ярких пятна, выдавая с головой ее эмоции: от смущения и замешательства до злости. С шумом втянув воздух, Бетани отступила назад. Ее глаза яростно полыхнули, что не укрылось от взгляда Хэйла. Он изумился тому, сколько страсти таила в себе эта миниатюрная брюнетка, которая в данный момент стояла перед ним, упрямо сжав свои розовые губы!

Не совладав с собой, Хэйл сделал шаг вперед, чтобы сократить расстояние между ними, которое, казалось ему, непозволительно огромным. Бетани застыла, боясь пошевелится.

— Мисс Бетани, я нисколько не тороплю вас, поверьте! — пылко проговорил Хэйл, приближаясь к ней. Их уже разделяли считанные сантиметры, и она могла видеть свое застывшее отражение в его глазах, мерцавших, как синие озера.

— Я вам благодарна за это, мистер Далтон, — кое-как выдавила из себя Бетани. Ее сердце бешено барабанило, выдавая сильное волнение. Бетани казалось, что Хэйл тоже слышит этот громкий нарастающий стук. Она испугалась, когда он подошел к ней настолько близко. Кто знает, что у него на уме? Это же Хэйл Далтон, повеса и авантюрист! Нужно быть с ним предельно острожной, тем более, что они оказались одни в этой комнате! Заметив выражение его лица, Бетани поспешила отойти от него на безопасное расстояние, устремившись в сторону двери.

— Значит, у меня есть немного времени?

— Само собой, мисс Бетани. Я не настолько черств и бездушен, как вам могло показаться, — уже более спокойно ответил Хэйл.

Он, наконец, смог взять себя в руки, и вернулся обратно на диван. Эта маленькая леди престранно на него действовала. Было в ней что-то, что притягивало его с непреодолимой силой. Еще чуть-чуть и он, не сдержавшись, набросился бы на нее, чтобы попробовать на вкус ее сладкие, словно ягоды, губы. А если бы их застали в столь компрометирующем ее положении? Слухи об этом мгновенно расползлись бы по всем окрестностям Лондона, и репутация мисс Бетани была бы окончательно загублена. Ведь женитьба не входила в его планы в ближайшее время! Ни на мисс Бетани, ни на любой другой девице. И о чем он только думал?

— Я рада этому обстоятельству, мистер Далтон, — уверено проговорила Бетани, взявшись за ручку двери.

Отворив ее, девушка едва не столкнулась с Нэдом Мадисоном, который, к ее удивлению, оказался за дверью. Кивнув ему в знак приветствия, она пропустила Нэда в гостиную. Замешкавшись, Бетани взглянула на Хэйла, и тихо, чтобы услышал только он, спросила:

— Сколько у меня есть времени, мистер Далтон?

— Вы можете не торопиться, мисс Бетани. Я подожду, — так же тихо ответил Хэйл. Облегчение, отразившееся на ее лице, не укрылось от мужчин. Кивнув, Бетани, вышла из комнаты, стуча каблучками своих домашних туфель по паркету.

Когда звуки ее шагов стихли, и мужчины остались одни, каштановые брови Нэда насмешливо взметнулись вверх.

— А как же та пресловутая пара месяцев, на которые следовало рассчитывать мисс Палмер? — усмехнулся он, смотря на своего друга.

— Знаешь, я вдруг вспомнил, что у меня есть парочка неоконченных дел, ради которых я мог бы задержаться в Лондоне немного дольше, чем планировал изначально, — будто оправдываясь перед Нэдом, проговорил Хэйл.

— А эта сиротка, мисс Палмер, очень не дурна собой, ты так не находишь, mon ami? — будто бы невзначай задал вопрос Нэд, удобно располагаясь на диване, где некоторое время назад сидела Бетани. — Может, мне и впрямь стоит попросить ее руки? Что скажешь на это? Помнится, в Новом Орлеане ты говорил, что не станешь препятствовать этому.

— Нет, не стану. Но только в том случае, если мисс Бетани окажет тебе такую честь, — пробубнил Хэйл, взглянув на Нэда так, словно видел его впервые в жизни.

— Что ж, mon ami, думаю, стоит попытаться! Такой красавицы жены мне больше не сыскать во всем Лондоне! — растянув губы в улыбке, пропел Нэд. Он заметил, как на скулах Хэйла заходили желваки от его слов, и, приподняв брови кверху, поинтересовался:

— Что за выражение лица? Это же в твоих интересах выдать девушку замуж как можно быстрее, разве нет? Мы все получим то, что так страстно хотим. Я — красавицу жену, мисс Палмер — преданного и заботливого мужа, ну а ты, как и мечтал, титул герцога и поместье Бэзил-Холл в придачу. И, кроме того, будешь свободен от ответственности за мисс Палмер. Я возьму эту ответственность на себя.

— Я уже устал слушать твою болтовню, Нэд, — его слова были насквозь пропитаны раздражением, что было так не свойственно Хэйлу в отношении своего друга. Взяв себя в руки, он сказал уже спокойно: — Если сегодня вечером ты не намерен осчастливить мисс Бетани, делая ей предложение, то я бы хотел отправиться в Мэйтланд-клуб.

— Непременно! — поддержал его Нэд.

— Отлично! — проворчал Хэйл и вышел из гостиной, хлопнув с силой дверьми. Нэд, ухмыляясь, смотрел ему вслед еще некоторое время. Ему показалось, или это было действительно так? Хэйл ревновал мисс Палмер? Вот так дела! Это нужно было непременно проверить! Кажется, кому-то в сердце попала стрела Амура?

Глава 4

С того момента, как Хэйл вышел из гостиной, и часов до семи вечера, время пролетело незаметно. После обеда он зашел в рабочий кабинет Лоренса Палмера. Кабинет поражал своими внушительными размерами. Хэйл провозился здесь несколько часов кряду, пытаясь просмотреть бумаги, что остались там после смерти дядюшки, но не нашел среди них ничего стоящего. Старые расписки, давно утратившие силу, закладные, векселя, в общем, ничего, что могло бы вызвать его интерес.

Завещание, которое составил мистер Палмер, он нашел в сейфе, в стене за картиной, с изображением гончих, и внимательно изучил его, но там было ровно тоже, что сообщил в своем письме мистер Оррел и, ни строчкой больше. Никаких новых подробностей он не выяснил, тщательно изучив его.

Там же, в сейфе, он увидел документы на поместье Бэзил-Холл, предусмотрительно оформленные на его имя. Значит, дом уже по праву принадлежит ему. Хэйл хмыкнул. Дядюшка Лоренс, который был чрезмерно щепетилен в таких делах, непременно остался бы доволен мистером Оррелом. Он не зря ест свой хлеб. Все документы были в полном порядке, и составлены предельно четко и ясно. Ну что ж, оставалось решить вопрос с мисс Бетани, и Хэйл заживет своей прежней жизнью, но уже в статусе герцога. Скорее всего, он даже переедет жить в Лондон. Отец вряд ли станет препятствовать этому.

Но вот что делать с мисс Бетани? В последней беседе она ясно дала понять, что не слишком торопиться замуж, и он имел неосторожность уверить ее, что будет ждать. Но вот только чего ждать? И сколько продлится это ожидание?

Его мысли постоянно возвращались к этой чертовке Бетани, которая, казалось, прочно засела в его мыслях. Хэйл не видел ее с самого утра, после их встречи в гостиной, и от дворецкого Ллойда узнал, что девушка покинула поместье сразу после завтрака, отправившись к мисс Вивиан, которая жила по соседству.

Что ж, в этом были определенные плюсы. По крайней мере, для него. Он решил, чем меньше они будут пересекаться с мисс Бетани, тем лучше. Но отчего-то на протяжении всего дня взглядом он пытался отыскать в доме ее маленькую стройную фигурку, облаченную в платье персикового цвета. И к глубочайшему сожалению, до вечера девушка так и не вернулась в Бэзил-Холл.

Ближе к восьми часам вечера, Хэйл с Нэдом сели в просторный экипаж, запряженный тройкой великолепных вороных скакунов, и, как и обговаривали ранее, отправились в Мэйтланд-клуб.

— Я был в этом клубе почти год назад. Надеюсь, там не произошло никаких существенных изменений, — задумчиво произнес Хэйл, поглядывая в окно. Они проезжали по оживленным улицам Лондона, где под пасмурным небом мелькали немногочисленные прохожие, неспешно идущие по своим делам.

— Да что там могло поменяться? — отмахнулся Нэд. — Очень надеюсь застать там Лероя Фэйла. Ну, или, в крайнем случае, отправлю к нему завтра весточку. Давно не видел этого здоровяка!

Спустя четверть часа, кучер остановил возле подъезда Мэйтланд-клуба, который встретил их таким привычным гулом голосов. Выйдя из экипажа, мужчины направились в сторону большого белого здания, вход в которое заслоняла массивная деревянная дверь. Позади раздавался цокот лошадиных копыт, который заглушал собой все прочие звуки вокруг. Взявшись за большую кованую ручку, Нэд отварил дверь, и, ступив за порог, они оказались в большом, ярко освещенном вестибюле. Быстро миновав его, они направились по длинному коридору в основной зал, то и дело, встречая по пути старых приятелей. Хэйлу казалось, что они шли слишком долго, и он устал кивать головой в знак приветствия.

— Ты прав, здесь за год ничего не изменилось! Все те же лица! — усмехнулся Хэйл, стоило им оказаться в зале, который нещадно застилали клубы сигарного дыма. Казалось, сегодня здесь собралась добрая половина мужского населения Лондона.

В интерьере в основном использовались темно-коричневые цвета и благородные оттенки бордо, отчего комната выглядела по-настоящему уютно и современно. По периметру у стен были расставлены небольшие столы из натурального дерева, окруженные мягкими креслами, в которых вальяжно восседали изыскано одетые джентльмены. Сквозь огромные окна, зашторенные плотными занавесками цвета осенней листвы, в комнату не проникала сгущающаяся темнота улицы. На столах, среди игральных карт, стояли бокалы, наполненные горячительными напитками: ароматным портвейном, сладким вином, рубинового цвета, терпким коньяком.

Заметив, наконец, знакомое лицо в этой разношерстной толпе, Хэйл, улыбнувшись, направился вперед. Нэд шел следом, и тоже успел разглядеть их старого приятеля, брюнета Лероя Фэйла, который сидел в самом дальнем углу, заняв большое удобное кресло.

— Вот так сюрприз! Кого я вижу! — поднимаясь со своего места, пробасил здоровяк Лерой. Его громоздкая фигура нависла над столом, когда он поднялся в полный рост. По его лицу, которое расплылось в добродушной улыбке, было видно, что он рад видеть Хэйла и Нэда, своих старинных приятелей. — Какими судьбами вы оказались в Лондоне? Почему не сообщили о приезде?

За столом оставались свободные места, и Лерой, кивнув на пустующие кресла, пригласил друзей присоединиться к их карточной игре. Всего за столом, не считая Лероя, сидело три человека.

Справа от него сидел светловолосый Ирвин Кирк, мот и кутила. Он уже не первый год проматывал деньги своей семьи, делая крупные ставки и играя в азартные игры. Жалкое зрелище. Едва перевалило за четверть девятого, а Ирвин уже надрался в стельку. Его водянистые серые глаза заволокла сетка красных прожилок. Хэйл догадался, что Ирвин находился в клубе довольно давно, возможно даже со вчерашнего дня не покидал заведение.

Слева от Лероя, откинув голову назад, сидел хороший приятель Ирвина, брюнет Джонатан Грэм, двадцати пяти лет отроду. Он был не так расточителен, как его друг, но и у его семьи не было тех средств, которыми располагала семья Ирвина. По всей видимости, Грэм не злоупотреблял с горячительным, так как был трезв. Джонатан частенько приглядывал за Ирвином, чтобы тот не вляпался в какую-нибудь неприятную историю. Оба были холосты. Они вели довольно праздный образ жизни, и, судя по всему, он им был по душе.

Третьего седовласого джентльмена, что сидел напротив Лероя, звали Питер Джермэйн. Хэйл смутно его помнил, встречая всего пару раз в этом закрытом клубе. Но что-то вертелось в его голове, относительно этого джентльмена. Вот только что? Как бы Хэйл не старался, он не мог вспомнить.

Опускаясь в свободное кресло, Хэйл поймал на себе недовольный взгляд Ирвина, который неуклюже держал карты в своих руках.

— Я думаю, ты уже слышал о смерти моего двоюродного дядюшки Лоренса Палмера. Меня привели в Лондон кое-какие дела, связанные с этим печальным событием, — ответил Хэйл, расположившись рядом с мистером Джермэйном в большое кожаное кресло, цвета спелых вишен.

— О! Мы определенно слышали! Как же! — прошамкал Ирвин. Его язык заплетался, когда он, ухмыляясь, говорил. — Кажется, титул герцога Одлонского перейдет тебе, Хэйл? Я ничего не напутал? Ха!

— Как быстро распространяются сплетни в Лондоне! Но ты прав! Титул по завещанию Лоренса Палмера достанется мне, — откинувшись на спинку кресла, проговорил Хэйл.

Он смерил Ирвина презрительным взглядом, удивляясь, как этот заядлый картежник еще не спустил все состояние своей семьи? Ведь у него, кажется, была младшая сестра, которая еще не успела выйти замуж.

— Прими мои соболезнования, Хэйл. Я тоже слышал о смерти мистера Палмера, — отозвался Лерой.

Кивнув в знак признательности, Хэйл взял в руки бокал, наполненный янтарной жидкостью.

— А что же малютка Бетани? Досталась тебе по наследству? — хрюкнул Ирвин. — Я слышал, что старый Лоренс не пристроил ее после смерти мамаши. Оно и понятно!

— Ты необычайно осведомлен, о том, что происходить в Лондоне, приятель. Тем не менее, судьба мисс Палмер не должна тебя волновать, — парировал Хэйл.

— Ха! Отчего же? — Ирвин неприятно засмеялся. — Может, я вздумаю просить ее руки. За нее же наверняка назначено приданое, и скорее всего не маленькое!

Нэд заметил, что костяшки пальцев Хэйла побелели, когда он сжал стакан с коньяком.

— Тебе не стоит волноваться об этом, Ирвин. Вряд ли мисс Палмер примет твое щедрое предложение! — отрезал Хэйл.

Лицо Ирвина исказила злобная гримаса. Он стал что-то нечленораздельно бормотать, пытаясь подняться с кресла. Его попытки не увенчались успехом, и он неуклюже рухнул обратно, расплескав на себя вино.

— Ирвин, мой друг, ты видимо утомился сегодня! — усмехнулся Лерой.

— Так, приятель, тебе, кажется, пора домой! — произнес Джонатан, и стал выводить упирающегося Ирвина из-за стола.

Его громкие возгласы протеста слышали все собравшиеся в клубе. Кое-кто откровенно посмеивался над его жалкими попытками остаться за столом. Спешно попрощавшись, Джонатан повел Ирвина через зал в сторону выхода, и, когда за ними, наконец, захлопнулась входная дверь, все вздохнули с облегчением.

— Как видишь, кое-что не меняется! — улыбнувшись уголками губ, пробасил Лерой.

— Да, я заметил! — рассмеялся Хэйл, сделав глоток из своего бокала.

— Так и что там за история с мисс Палмер? Я заинтригован! — потерев руки, спросил Лерой. Он сложил карты стопкой и отложил их в сторону.

— Ничего, что тебя могло бы заинтересовать, — отмахнулся Хэйл. Ему не хотелось говорить о мисс Бетани.

— Ну не томи, друг мой! Я жажду пикантных подробностей! — не отставал Лерой.

— Дядя всего лишь назначил меня опекуном мисс Палмер, — тихо произнес Хэйл. Как только эти слова слетели с его губ, Лерой разразился громогласным смехом, и теперь все собравшиеся стали оборачиваться в их сторону.

— Ну, ты и влип! Дружище, если нужна будет помощь, обращайся! — перестав смеяться, озвучил Лерой. — Может, сыграем в вист? Нас как раз четверо.

Когда все присутствующие за столом кивнули, Лерой взял в руки колоду карт и принялся раздавать.

— Кажется, я должен пригласить вас на благотворительный осенний бал, раз уж вы являетесь опекуном мисс Палмер. А то как-то неудобно ей будет идти одной, без вас! — прокряхтел Питер Джермэйн. — Попрошу миссис Глэдис, чтобы она внесла вас в список гостей.

Только сейчас Хэйл вспомнил, что Питер Джермэйн является супругом миссис Глэдис. Легкая улыбка коснулась его губ. Что там говорила мисс Бетани про этот бал? Что его не приглашали? Кажется, кое-кого ждет не очень приятный сюрприз.

Натянув на лицо самую приторную улыбку, на которую он был способен, Хэйл елейно произнес:

— Буду вам премногим обязан, достопочтенный сэр!

Глава 5

Среди ночи Бетани что-то разбудило. Открыв глаза, она прислушалась. Оказалось, что за окном барабанил дождь, отбивая по крыше свой невеселый мотив. Все-таки пасмурное небо обрушилось на землю дождем. Закутавшись посильнее в кокон из мягкого одеяла, Бетани стала потихоньку проваливаться в безмятежный сон, убаюканная монотонным стуком дождя.

Сколько на этот раз продлился ее сон, Бетани не знала, но проснулась она вновь от странного шума. Широко распахнув глаза, она уставилась в кромешную темноту комнаты. Что за звуки разбудили ее? Снова дождь? Определенно нет. Шум, что помешал ей спать, доносился откуда-то снизу. Сев в кровати, она откинула в сторону край теплого одеяла, и стала напряженно прислушиваться. В комнате царила непроглядная темнота. Черные проемы окон, за которыми сейчас бушевало настоящее ненастье, еще больше окутывали комнату мраком, заставляя девушку съежиться от страха. Может, в поместье забрались грабители? Даже сидя в кровати и укутанная пуховым одеялом, она вся похолодела от этой мысли. Когда был жив мистер Палмер, такого ни разу не было. Но может кто-то, прознав о том, что в поместье живет лишь беззащитная девушка, решил нагрянуть сюда в поисках легкой наживы?

Когда снизу раздался отчетливый взрыв хохота, Бетани, плотно сжав губы, резко поднялась с кровати. На смену страху пришла злость. Никакие это не грабители, а самые обыкновенные пьяницы! Узнав голоса, которые доносились с первого этажа, Бетани догадалась, что это явился новый хозяин поместья, мистер Далтон, на пару со своим новоорлеанским дружком, мистером Нэдом, и вздумали развлекаться посреди глубокой ночи! А то, что сейчас была именно ночь, Бетани ничуть не сомневалась! Наверняка, напившись в своем дрянном клубе, они решили продолжить веселье здесь! Их даже не останавливало то, что все нормальные люди в это время давно уже спят! Бетани надеялась лишь на то, что у мистера Далтона хватило благоразумия не притащить в дом кого-нибудь еще из этого клуба!

Выставив руки перед собой, чтобы не наткнутся на что-нибудь на ходу, она прошла к двери и, нащупав железную ручку, отворила ее. Дверь легко подалась вперед, не издав ни единого звука. Оказавшись в коридоре, Бетани зажмурила глаза от света, который бил ей прямо в лицо, и некоторое время стояла, привыкая к яркому освещению.

Очередной взрыв смеха словно подталкивал ее идти вперед, и Бетани, направилась в сторону лестницы, что вела на первый этаж. Повернув налево, девушка остановилась возле больших мраморных ступеней, которые тянулись прямиком до самого низа. Встав на самую верхнюю ступеньку, Бетани вцепилась пальцами в холодные перила лестницы, и осторожно выглянула вниз. Первый этаж сейчас раскинулся перед ней, как на ладони. Твердый мрамор лестницы холодил ее маленькие ступни, и девушка запоздало подумала о том, что ее ноги босые.

В просторном холле, вальяжно развалившись в дорогих кожаных креслах, сидели Хэйл и Нэд, о чем-то оживлено беседуя. На столе, рядом с ними, стояла откупоренная бутылка, и, судя по цвету напитка, щедро разлитому по бокалам, Бетани могла предположить, что они пьют коньяк. Скривившись от отвращения, она стала наблюдать за мужчинами. До нее долетали лишь незначительные обрывки фраз, и девушка не могла понять, о чем они беседовали. В следующий момент, услышав видимо что-то забавное из уст Нэда, Хэйл разразился очередным приступом смеха, откинув свою голову назад. Его грудной, ласкающий слух смех прошелся по каждому нервному окончанию, что имелся в теле Бетани, и она, точно завороженная этим смехом, склонилась еще ниже к периллам, чтобы не упустить ни одного волнующего звука.

Сама того не осознавая, она залюбовалась его четко очерченным профилем. Да, сейчас Бетани сходилась во мнении с Вивиан в том, что ее опекун, мистер Хэйл Далтон, очень привлекательный мужчина. Даже слишком привлекательный. Несколько прядей светлых волос, упали ему на лоб, и Хэйл поправил их, откинув назад своими длинными пальцами. Ворот его белоснежной рубашки, был небрежно расстегнут, открывая взору крепкую грудь.

Она поймала себя на странной мысли, что смотреть на мистера Мадисона ей совершенно не хотелось, хотя внешне он тоже был довольно хорош собой.

Его смех резко оборвался. Словно почувствовав на себе ее внимательный взгляд, Хэйл неожиданно повернул голову в сторону широкой лестницы, на которой, словно воришка, сейчас пряталась Бетани. Стоило ему только заметить Бетани, как его губы мгновенно растянулись в кривоватой ухмылке. Застигнутая врасплох, она смутилась. Ее рот слегка приоткрылся, застыв в виде буквы «О», а щеки моментально сделались пунцовыми. Сделав несколько несмелых шагов назад, она стремглав бросилась бежать по коридору в спасительную темноту своей комнаты.

Этот несчастный коридор показался Бетани самым длинным расстоянием в ее жизни, которое ей приходилось когда-либо преодолевать! Ее бедное сердце стучало так громко, что заглушало своим стуком все остальные звуки. Бетани чудилось, что она слышит торопливые шаги, раздающиеся за ее спиной. Боже! Она молилась лишь о том, чтобы мистер Далтон не бросился вслед за ней! От мысли, что он может так поступить, Бетани припустилась еще быстрее.

Когда до двери оставалось не более пяти шагов, она почувствовала, что ее кто-то хватает за руку, чуть повыше локтя.

— Куда же вы так торопитесь, мисс Бетани? Я едва успеваю за вами! — раздался насмешливый голос Хэйла почти возле самого ее уха. Он развернул девушку к себе лицом, но руку с ее локтя убрать не торопился. Кожу, в том месте, где он прикасался к ней своими горячими пальцами, нещадно покалывало. Они стояли в такой опасной близости друг против друга, что она ощущала его горячее дыхание на своем лице.

Бетани едва не задохнулась от смущения и унижения. Выйдя из своей комнаты, она даже не потрудилась накинуть на себя что-нибудь сверху, и теперь стояла перед Хэйлом в одной тоненькой ночной сорочке белого цвета, открывающей так много его пылающему взору. Казалось, от Хэйла данный факт тоже не укрылся, и теперь он беззастенчиво разглядывал Бетани. От его пристального взгляда она вся покрылась мурашками. В эту минуту она готова была провалиться сквозь землю, лишь бы не стоять сейчас здесь, перед ним, и не краснеть. Проклиная свое непомерное любопытство, она закусила нижнюю губу.

— Подслушивали, мисс Бетани? — спросил он осипшим голосом, который жаркой волной прошелся по всему ее телу. Бетани казалось, что она разучилась дышать.

— Я… Я… — из ее горла выходили только жалкие писки.

— Да, мисс Бетани? Что вы? Подслушивали? — ей показалось, что произнеся эти слова, Хэйл придвинулся еще ближе.

— Нет! Я просто… Я случайно… — она задыхалась от его близости. В ее голове все перемешалось и перепуталось.

— Или вы кого-то ждали, мисс Бетани? — еще одни вопрос, и он оказался снова на шаг ближе к ней.

— Нет! Что вы! Я никого не ждала! — задохнулась Бетани от возмущения. Как он мог подумать, что она кого-то ждет? И кого он имел в виду? Уж не себя ли?

Хэйл ни на минуту не отрывал взгляд от лица Бетани. Его голубые глаза превратились в два глубоких озера, которые затягивали девушку на самое дно. Еще несколько шагов вглубь, и она не сможет выплыть обратно.

— Скоро ты станешь ждать так своего мужа, малышка Бетани, — тихо произнес Хэйл, и девушке пришлось напрячь слух, чтобы услышать его слова.

Неожиданно Хэйл провел костяшками пальцев по ее скулам, отчего она вспыхнула словно спичка. Будто очнувшись от сна, Бетани сделала шаг назад, отступая от Хэйла. Что это на нее нашло? Стоит практически нагая перед малознакомым мужчиной! А он что себе позволяет? Кто ему разрешал касаться ее? И что за фамильярность? Тряхнув головой, точно пытаясь сбросить с себя этот морок, Бетани гневно произнесла:

— Уж поверьте, мистер Далтон, я выберу себе в мужья достойного человека, который не станет сидеть в клубе до поздней ночи, а потом, вернувшись домой пьяным, примется будить весь дом своим смехом и слишком громкими разговорами!

Она плотно сжала губы в тонкую линию, собираясь уйти от него. Но Хэйл снова схватил девушку за руку, да так резко, что она тихо ахнула. Оказавшись прижатой к его большому телу, Бетани попыталась вырваться, но Хэйл держал крепко. Она почувствовала его горячее дыхание на своей щеке, когда он прошептал ей на ухо:

— Может, и не выберете! Не забывайте, что ваш брак во многом зависит от меня, маленькая злючка!

— Да как вы смеете⁈ — раскрыв широко глаза, прошептала девушка.

Не помня себя от возмущения, Бетани принялась колотить своими маленькими кулачками по его широкой груди. Она хотела выплеснуть всю злость, что клокотала в ее душе.

Зачем только мистер Лоренс назначил ей в опекуны такого презренного человека! У него нет ни чести, ни достоинства, ни грамма уважения к женщинам!

Казалось, что все ее удары не причиняют ему ни малейшего неудобства. Он стоял, не пытаясь закрыться от нее. Когда силы Бетани были практически на исходе, он схватил ее руки, которые все еще были сжаты в кулаки, и крепко прижал девушку к себе.

— Довольно, мисс Бетани! — словно усмиряя взбрыкнувшую лошадь, произнес он.

— Пустите меня! Немедленно пустите! — отпиралась девушка, чувствую как в его груди, к которой она оказалась насильно прижата, громко барабанит сердце.

— Я отпущу, если вы пообещаете, что не станете снова выпускать свои коготки! — улыбнувшись, отозвался Хэйл. Ему нравилось чувствовать рядом с собой ее трепещущее тело, и, будь его воля, он не стал бы ее отпускать вовсе.

— Хорошо! Я обещаю! Только пустите! — выдохнула Бетани.

Хэйл разжал кольцо своих рук, в которых все еще извивалась Бетани, пытаясь вырваться, и нехотя отпустил девушку. Почувствовав свободу, она рванула вперед, стараясь поскорее укрыться в своей комнате.

— Спокойной ночи, маленькая чертовка! — бросил ей вслед Хэйл.

Его пожелания заглушил громкий стук, когда Бетани со всей силы захлопнула дверь своей комнаты. Послышался звук закрывающегося замка. Тихо рассмеявшись, Хэйл побрел в сторону мраморной лестницы, в холл, где его давно заждался Нэд.

Сколько необузданного огня было в этой девушке! Хэйлу нравилось поддразнивать мисс Бетани и видеть, как загораются ее полные жизни глаза. Ее упругое нежное тело, которое он так крепко прижимал всего несколько секунд назад к себе, едва не свело его с ума. Он громко сглотнул, вспомнив, как под тонкой тканью кружевной сорочки мисс Бетани отчетливо вырисовывалась ее полная округлая грудь с нежно-розовыми вершинками. Хэйл едва не застонал от переполнявшего его желания.

В голове нарисовалась яркая картинка, как она вот в таком же виде станет покорно ждать своего мужа в кровати, и Хэйл, сам того не осознавая, от злости заскрежетал зубами.

Он медленно спускался по ступенькам вниз, напряженно при этом думая.

Он медленно спускался вниз по ступенькам лестницы.

«Что же вы со мной делаете, мисс Бетани?» — пульсировала хмурая мысль в его голове.

Но и другая, более пугающая мысль, ни на минуту не отпускала его.

«Что же прикажешь мне делать с тобой, маленькая злючка?»

Глава 6

С той дождливой ночи минуло несколько дней. Бетани страшилась предстоящей встречи с мистером Далтоном. Как она посмотрит на него, после всего, что произошло в том злосчастном коридоре? Она сама не понимала, что на нее нашло? Она, словно обезумела от его слов! А он? Он тоже хорош! Зачем он ее дразнил?

С тех пор она предпочитала проводить все свое время в особняке семейства Уилбергов, в таком привычном для нее обществе Вивиан и ее матери, миссис Нэтали. После раннего завтрака, чтобы ненароком не встретиться с мистером Мадисоном и, уж тем более с мистером Далтоном, Бетани поднималась к себе в комнату, и как только позволяли правила приличия, наносила визит своим добропорядочным соседям. Иногда она засиживалась у Уилбергов допоздна. Бетани надеялась, что к тому времени, как она вернется домой, мистер Далтон вместе с мистером Мадисоном, покинут поместье, отправившись в очередной паршивый клуб.

Кроткая и тактичная Вивиан ни словом не обмолвилась о том, что Бетани в последние несколько дней (а именно с того самого момента, как в городе объявился ее опекун!) стала у них частым гостем. Она, не вдаваясь в подробности, сделала свои умозаключения, решив, что общество мистера Далтона, по какой-то причине Бетани неприятно и невыносимо. Ведь раньше девушка очень любила проводить тихие семейные вечера дома, в Бэзил-Холле.

Мать же Вивиан, миссис Нэтали, к сожалению, не обладая, столь чутким и тактичным нравом, что была присуща ее дочери, могла задать порой неуместный вопрос относительно ее опекуна. Миссис Нэтали просто распирало от любопытства!

— Милая, а почему ты не приходишь к нам с мистером Далтоном? Мне бы очень хотелось с ним познакомиться, а то я слышала об этом джентльмене только со слов Вивиан. Но, ты же понимаешь, что так сложно судить о человеке, нужно познакомится с ним лично! — выдала она как-то после обеда, с надеждой смотря на Бетани.

— Боюсь, миссис Нэтали, что мистер Далтон в данный момент слишком занят, решая вопросы, связанные с получением наследства и титула, чтобы наносить визиты вежливости, — ответила Бетани, скривив свои губы в неком подобии улыбки. Про себя она усмехнулась. Мистер Далтон, разумеется, очень занят, но отнюдь не важными делами, а посещением игорных и питейных заведений. Хотя миссис Нэтали она об этом, конечно же, не поведала.

— О, какая жалость! Может, стоить пригласить его к нам хотя бы на чай? Как ты считаешь, он не откажется уделить немного времени своим новым соседям? — с надеждой в голосе осведомилась миссис Нэтали.

Неопределенно пожав плечами, Бетани перевела их беседу на тему предстоящего осеннего бала у миссис Глэдис, и, казалось, миссис Нэтали в ту же секунду забыла и о мистере Далтоне, и о своем приглашении на чай.

Бетани едва не получила несварение желудка, стоило ей представить, что она заявится к приличным людям в обществе своего опекуна. Этого отвратительного и гадкого человека! Она даже в мыслях не допускала этого! С ним ее связывало только странное завещание, словно в насмешку над ней, составленное мистером Лоренсом, и ничего более! Стоит ей только выйти замуж, как их пути навсегда разойдутся. Ее вынужденное замужество теперь не казалось ей таким уж неудачным выходом из сложившейся ситуации.

Позже миссис Нэтали пыталась еще пару раз завести разговор о мистере Далтоне, но Бетани отвечала уклончиво, и женщина оставила всякие попытки что-либо вытянуть из нее, поняв всю их тщетность. Возможно, юная Вивиан как-то поспособствовала данному обстоятельству. А может быть, миссис Нэтали сама к пришла к выводу, что ей не стоит совать нос не в свои дела. Но как бы там не было, больше в доме Уилбергов имя мистера Далтона не упоминалось, чему Бетани была несказанно рада.

Между тем, от мистера Далтона тоже не укрылся факт того, что Бетани нарочно избегает его. Он не единожды замечал, что она убегает из дома, едва поднявшись с кровати. Словно ей была ненавистна сама мысль нахождения здесь. И он прекрасно понимал, что бежала она именно от него! К своему изумлению, он осознал, что данное обстоятельство его совершенно не радует. Более того, оно огорчает его.

Утром в пятницу Хэйл специально спустился вниз пораньше. Он был полон твердой решимости обсудить с ней данный вопрос. К счастью, он все правильно рассчитал, и успел застать мисс Бетани одну в гостиной до того, как она успела ускользнуть из Бэзил-Холла.

— Мисс Бетани, может я вас чем-то обидел? — вместо приветствия спросил он. Заметив, как от неожиданности она дернулась, услышав его голос, Хэйл мысленно улыбнулся.

«Что, маленькая колючка, не успела сбежать? Теперь тебе придется поговорить со мной! Хочешь ты того или нет!»

— С чего вы это взяли, мистер Далтон? — вопросом на вопрос ответила девушка, взяв себя в руки.

— Мисс Бетани, не стоит ломать эту комедию! Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю! — он уже начинал выходить из себя. Ему хотелось подойти и хорошенько встряхнуть эту несносную особу, чтобы в ее хорошенькой головке все встало на свои места. Но он продолжал стоять на месте, возле двери, закрывая собой выход из гостиной.

— Мистер Далтон, я понятия не имею, что вы там себе надумали, но…

Слова замерли на ее губах, стоило ей заметить, как хмурый Хэйл направляется в ее сторону. Его вид не предвещал ничего хорошего.

— Еще скажите, что вы не собираетесь сегодня снова сбежать! — сведя брови на переносице, выпалил Хэйл.

Он стоял, огромной глыбой нависая над Бетани, и сейчас она казалась себе невероятно маленькой и хрупкой. Хотя внешне она старалась держаться уверенно, даже надменно, но Хэйл заметил, что дыхание девушки участилось, выдавая волнение.

— Мне что же, запрещено навещать моих друзей? — изогнув темную бровь, усмехнулась Бетани. Она ожидала, что он сейчас стушуется и оставит этот неприятный и никому ненужный разговор, но слова, которое дальше произнес Хэйл, заставили Бетани вздрогнуть.

— Если вы продолжите в том же духе, то да, я запрещу вам это, мисс Бетани, — отрезал он, как ни в чем не бывало.

Ее лицо сделалось бледным, когда она осознала, что он говорил совершенно серьезно. Бетани резко поднялась с дивана, на котором сидела, и, сузив глаза, прошипела:

— Вы не посмеете!

— Еще как посмею, мисс Бетани! Хотите проверить? — теперь настал его черед выгибать бровь дугой.

Они стояли друг напротив друга, словно разъяренные гладиаторы. Каждый хотел настоять на своем, и ни Хэйл, ни Бетани не хотели уступать в этой схватке.

Они так и не узнали, чьей бы победой закончился их молчаливый поединок, ведь в следующий момент в гостиную вошел Нэд, и прервал его.

— Хэйл, так что на счет… — Начал было Нэд, но напряжение, возникшее между Хэйлом и Бетани, можно было резать ножом, и мужчина мгновенно сконфузился. — Простите, я вам помешал?

— Нет, мистер Мадисон, вы ничуть не помешали. Я как раз собиралась уходить, — отведя, наконец, свой гневный взгляд от Хэйла, сухо произнесла Бетани.

— Мисс Бетани, мы еще вернемся к этому разговору, — мрачно предупредил ее Хэйл.

Ничего не ответив, она направилась прямиком в сторону двери, гордо вздернув вверх подбородок. Но, как бы внешне она не храбрилась, от Хэйла не укрылись, ни дрожь ее рук, ни слезы, застилавшие ее прекрасные глаза, заставившие его сильно пожалеть о своих словах, сказанных им в порыве злости.

Стоило мисс Бетани закрыть за собой дверь, как Хэйл, громко выдохнув, рухнул на диван. Рукой он взъерошил свои светлые волосы, все еще находясь в напряжении. Очередной их разговор перерос в ожесточенную перепалку! Эта красивая несносная злючка просто сводила его с ума своим упрямством! Но почему же тогда слезы, внезапно выступившие на ее глазах, заставили его сердце болезненно сжаться?

— Прости, mon ami, если я помешал вам! — голос Нэда вывел его из задумчивого состояния. Подняв, наконец, на него глаза, Хэйл заметил, что Нэд все еще стоит возле двери, через которую только что выскочила Бетани.

— Ты нисколько не помешал, брось! — отмахнулся он от своего приятеля. Меньше всего ему сейчас хотелось вести беседы.

— Ну, хорошо, значит, мне просто показалось, — загадочно улыбнувшись, проговорил Нэд. — Послушай, я тут все хорошо обдумал по поводу мисс Палмер. Если ты не возражаешь, то я хотел бы попросить ее руки. Сначала у тебя, разумеется, как у ее опекуна!

— Что? Ты же ее совершенно не знаешь! — резко поднявшись с дивана, пробурчал Хэйл. Он стал напряженно расхаживать по комнате. Почему Нэд просто не оставит эту затею со свадьбой? Что ему мисс Бетани?

— Это совершенно ничего не значит! Она невероятно хороша собой и к тому же из знатной семьи. Что еще нужно? Кроме того, после свадьбы у нас будет достаточно времени, что бы узнать друг друга лучше, — вскинув кверху брови, совершенно серьезно ответил Нэд.

— Боюсь, ты будешь разочарован! Она просто невыносимая, несносная упрямица, каких только поискать! — взорвался Хэйл, не смотря на Нэда. Тот, в свою очередь, усмехнулся.

— Возможно, со мной она станет совершенно другой? Может, это ты на нее так влияешь? — продолжал гнуть свое Нэд, не сводя внимательного взгляда с Хэйла.

— Мисс Бетани другой? Ха! Не смеши меня, Нэд! — продолжая расхаживать по комнате, все больше распалялся Хэйл.

— Я бы не стал делать таких поспешных выводов, Хэйл. Ведь дело в твоем личном отношении к мисс Палмер?

Услышав этот вопрос, Хэйл, наконец, перестал мерить шагами комнату и остановился напротив Нэда. Он внимательно смотрел на приятеля, словно что-то взвешивая в своей голове.

— Не думаю, что это хорошая идея, Нэд, — после долгого молчания, произнес Хэйл.

— Вот как? Что-то мне подсказывает, что дело все-таки в твоем отношении к мисс Палмер! Она тебе нравится! — тихо рассмеявшись, выдал Нэд. — Ну и кого же ты выберешь ей в мужья?

— Нравится? Не смеши меня! А на счет мужа я еще не решил, — уклонился от ответа Хэйл. Он быстрым шагом направился в сторону двери, но затем остановился, услышав брошенные ему вслед слова Нэда:

— А мне кажется, что ты уже давно все решил на счет мисс Бетани, разве я не прав?

— Не понимаю, о чем это ты? Помнится, мы собирались ехать к Лерою? Надеюсь, внезапная любовь к мисс Бетани не выбила тебя из колеи, и ты не передумал? — когда Нэд отрицательно покачал головой, Хэйл продолжил: — Что ж, отлично. Тогда, позволь, я только возьму перчатки, и мы можем ехать.

С этими словами Хэйл вышел из гостиной, оставив Нэда одного.

«Если кого и выбила из колеи внезапная любовь, то это тебя, мой дорогой друг!» — подумал Нэд, усмехнувшись.

Он иногда просто поражался недальновидности Хэйла! Ах, любовь, любовь!

Его и без того хорошее настроение стало в разы лучше, и Нэд, насвистывая себе под нос веселый мотивчик, направился вслед за Хэйлом.

* * *

Новый Орлеан, особняк Киллиан-Хилл, 1791 год.

Прачка Сьюзи, не молодая, довольно плотного телосложения женщина, шествовала по длинному коридору Киллиан-Хилла. Нахмурив свои темные, почти черного цвета брови, она бегло осматривала коридор в поисках дворецкого.

— Куда мог запропаститься этот старый маразматик? — прошептала она, поворачивая по коридору направо.

Впереди, почти возле самой лестницы, замаячила, наконец, знакомая, слегка сгорбленная фигура пожилого джентльмена. Сьюзи облегченно выдохнула. Значит, ей не придется подниматься на второй этаж, а потом еще долго переводить дыхание, мучаясь сильной одышкой.

— Рэндал, я вас искала, — довольно грубо буркнула женщина, доставая что-то из кармана своего рабочего кремового цвета платья. — Вот, я нашла это письмо в кармане ваших брюк. Я уже чуть не постирала их! В следующий раз, постарайтесь все вытащить из карманов. У меня нет времени возиться и проверять за каждым, ей-богу!

Взяв из ее пухлых рук конверт, Рэндал стал его внимательно рассматривать. Заметив на обороте лондонский адрес, он нахмурил свои кустистые брови. Что это за письмо? Но сколько бы он ни старался, никак не мог вспомнить! Судя по почерку, письмо написано мистером Хэйлом. Может, хозяин просил его отправить, а он, Рэндал, позабыл? Ох, память уже совсем не та стала!

Решив не испытывать судьбу, Рэндал отправится к мальчишке посыльному. Он надеялся, что не слишком задержал письмо мистера Хэйла. Может еще не слишком поздно?

Глава 7

В тот ужасный день, когда мистер Далтон своими угрозами практически заставил ее остаться дома, Бетани, запершись в своей комнате, думала. Она думала о том, что ее жизнь окончательно и бесповоротно испорчена! И если вскоре она сможет выйти из-под влияния мистера Далтона, то только для того, чтобы вновь оказаться под влияние мужчины, своего мужа! Это несправедливо!

Она отправила к Вивиан записку с мальчишкой посыльным. В ней сообщала, что плохо себя чувствует и не сможет сегодня присоединиться к ней и миссис Нэтали. Ниже она написала, что к вечеру субботы, как и было обговорено ранее, поедет вместе с ними на осенний бал к миссис Глэдис. Мистер Далтон не может запретить ей ехать, поскольку свое согласие миссис Глэдис она дала уже довольно давно. В те спокойные и, казалось, такие далекие времена, когда еще не знала своего черствого опекуна.

Остаток дня Бетани провела в своей комнате на втором этаже, не желая никого видеть. Но все же вечером, как бы она не отпиралась, ей пришлось спуститься к ужину, ведь мистер Далтон буквально настоял на ее присутствии. Сначала он передал свое распоряжение через ее молоденькую горничную Элен, но когда Бетани, сославшись на плохое самочувствие, отказалась спускаться, Хэйл лично явился к ней в комнату.

— Мисс Бетани, вы решили уморить себя голодом? — вскинув кверху брови, поинтересовался он. В его голосе не было злости, скорее он прозвучал устало.

— Я себя неважно чувствую, — отозвалась девушка, застигнутая врасплох его внезапным появлением. Ее покрасневшие от стыда щеки сказали ему все без слов.

Тяжело вздохнув, Хэйл опустился на небольшое кресло бежевого цвета, что стояло в углу, и устало потер переносицу пальцами. Затем, посмотрев на Бетани внимательным взглядом, он тихо произнес:

— Мисс Бетани, я так устал от наших вечных распрей! Может, заключим временное перемирие? — он улыбнулся. Уголки его губ слегка приподнялись вверх. — Нам ведь с вами нужно закончить одно довольно важное дело, и я просто уверен, что сделать это будет гораздо проще, если мы сможем хотя бы вежливо общаться друг с другом.

Бетани очень удивилась, услышав из его уст эти слова. Она никак не ожидала, что такой человек как Хэйл первый пойдет на уступки. Немного подумав, Бетани пришла к заключению, что стоит принять его столь любезное предложение. Вполне возможно, в дальнейшем она даже сможет уговорить Хэйла, повременить с ее замужеством. Может, он расщедрится и на это! Определенно, в его предложении был некий смысл, и Бетани, наконец, кивнула.

— Хорошо, мистер Далтон. Перемирие, — робко улыбнувшись, произнесла девушка.

— Я рад, мисс Бетани! Действительно рад! — поднимаясь с кресла, ответил Хэйл. — И теперь, раз мы с вами все решили, может, вы все же спуститесь к столу?

Получив еще один утвердительный кивок, Хэйл вышел из комнаты и направился вниз. Он говорил вполне искренне. Он был рад, пусть временному, но все же, перемирию. Ему совершенно не хотелось враждовать с прекрасной Бетани. Ее искренняя улыбка, адресованная ему впервые с момента прибытия в Лондон, заставила его сердце пуститься вскачь.

Как и обещала, через несколько минут Бетани спустилась вниз и, разумеется, обнаружила, что мистер Далтон вместе с мистером Мадисоном уже сидели за накрытым к ужину столом.

Вежливо кивнув Нэду в знак приветствия, Бетани села напротив Хэйла. Поймав на себе его внимательный взгляд, она принялась ковырять вилкой в тарелке, совершенно не чувствуя вкуса еды. Девушка предпочла бы находиться сейчас подальше отсюда (например, наверху, в своей комнате!). Она смущалась, ловя все время на себе взгляд мистера Далтона.

Беседа за столом протекла довольно вяло. Говорил в основном Нэд Мадисон, и как бы он ни старался вовлечь в разговор Бетани и Хэйла, у него ничего не получалось. Хэйл с Бетани, словно первооткрыватели, с осторожность поглядывали друг на друга через обеденный стол, который в данный момент служил некой преградой между ними. Бетани всего лишь раз за время ужина напрямую обратилась к Хэйлу, робко задав вопрос, по поводу завтрашнего бала:

— Мистер Далтон, я надеюсь, смогу пойти завтра на бал? Я уже пообещала миссис Глэдис, и будет невежливо отказаться в самый последний момент.

Хэйл некоторое время молча изучал ее лицо, и между ними повисла напряженная тишина, от которой даже Нэд нервно заерзал на своем стуле. Когда Бетани уже решила, что Хэйл ей откажет в такой мелочи, он, наконец, кивнул.

— Безусловно, мисс Бетани, вы можете пойти. Не будем огорчать миссис Глэдис, — шутливым тоном произнес Хэйл.

В его глазах сейчас плясали озорные чертенята, и это не укрылось от девушки. Что он задумал? Завтра скажет, что пошутил? Пусть они и заключили перемирие, но Бетани решила, что с таким человеком как мистер Далтон ни в коем случае не стоит расслабляться. Она будет наготове!

— О, мисс Бетани вы знаете, а ведь нас тоже… — начал было говорить Нэд, но в ту же самую минуту бокал с вином, который стоял возле Хэйла, опрокинулся, и рубинового цвета жидкость расплескалась по всему столу.

Скрипнув ножками стула по полу, Бетани поднялась из-за стола, потому что вскоре струйка терпкого напитка потекла через весь стол в ее сторону, грозя испачкать ее светлое платье.

— Я прошу прощения. Случайно задел бокал рукой, — извинился Хэйл, но по его лицу Бетани поняла, что ему совершенно не жаль. Более того, ей даже показалось, что он сделал это нарочно!

— Я, пожалуй, оставлю вас, — тихо произнесла Бетани, найдя подходящий предлог, чтобы покинуть их, и вышла из столовой.

По широкой мраморной лестнице Бетани поднялась в свою комнату, предварительно захватив с собой томик Шекспира из обширной библиотеки, что располагалась на первом этаже Бэзил-Холла, и уже до конца дня не спускалась вниз.

В субботу, едва наступил вечер, Бетани торопливо поднялась к себе в комнату. Пришло время собираться на бал, ведь ровно в восемь за ней заедет экипаж Вивиан и миссис Нэтали, для того, чтобы доставить дам в особняк Джермэйнов. Пока горничная Элен колдовала над ее прической, завивая копну темных густых волос в красивые локоны, мысли Бетани плавно уносили ее из реальности, возвращая к событиям сегодняшнего дня.

Сегодня она снова не пошла к Уилбергам, решив, как и вчера, остаться в Бэзил-Холле. Более того, Бетани, сама того не предполагая, провела практически целый день в обществе мистера Далтона. И что самоеудивительное, они ни разу не повздорили!

Бетани, как в прежние времена, когда дорогой мистер Лоренс был еще жив, занималась своими привычными делами, беспрепятственно перемещаясь по Бэзил-Холлу. Но в какую бы часть дома она не направилась, мистер Далтон, будто совершенно случайно, оказывался там же, рядом с ней.

Когда Бетани после обеда, решила выпить горячий чай в гостиной, уютно устроившись на маленьком зеленом диванчике, Хэйл пришел в ту же самую гостиную, держа в руках выпуск «Ежедневных вестей». Расположившись в большом кресле напротив Бетани, он, как ни в чем не бывало, углубился в изучение последних новостей, словно в Бэзил-Холле не осталось других комнат. Стоило ей оказаться в библиотеке, как мистеру Далтону срочно понадобилась какая-то книга, которую через полчаса Бетани нашла рядом с той же газетой, что он с таким интересом читал ранее в гостиной. И так на протяжении всего дня!

Сначала она чувствовала себя неловко в его обществе, и каждый раз, когда замечала мужчину неподалеку, хотела броситься бежать вон из комнаты. Но постепенно она привыкла к его молчаливому присутствию рядом с собой. Ведь Хэйл не пытался заговорить с ней, выводя на эмоции, или отвлекать от чего-то. Нет! Ничего подобного! Девушке показалось, что он нарочно ищет ее общества, используя любую возможность, чтобы оказаться рядом. Но какие цели преследовал мистер Далтон? Это оставалось для Бетани загадкой, которую ей непременно хотелось разгадать.

Порой, когда она неожиданно поднимала глаза вверх, оторвавшись на минуту от своего занятия, то успевала поймать на себе его странный задумчивый взгляд из-под полуопущенных ресниц. Она хотела хотя бы слегка приоткрыть занавес его тайных мыслей и узнать, о чем он думает в тот момент, когдавот так разглядывает ее?

Ближе к вечеру, когда мистер Далтон внезапно уехал из поместья по каким-то срочным делам, Бетани, сидя одна в гостиной, поймала себя на мысли, что обводит глазами пустую комнату, пытаясь отыскать в ней Хэйла. И всякий раз, когда дверь в гостиную открывалась, она замирала в волнительном ожидании, что сейчас увидит перед собой его красивое лицо.

Но до ее отъезда Хэйл так и не появился в Бэзил-Холле, и отчего-то радость от предстоящего праздника больше не казалась Бетани такой уж пьянящей. Будучи предельно честной сама с собой, Бетани подумала, что этому балу она предпочла бы провести тихий вечер дома, в компании мистера Далтона. Она мгновенно вспыхнула от изумления, осознав, что ведь и правда так считает!

Из тревожных раздумий ее вывел тихий голосок Элен. Склонившись к Бетани, она произнесла:

— Мисс Бетани, все готово! Я вам еще нужна?

— Нет, Элен, спасибо! Дальше я справлюсь сама, не волнуйся! — рассеяно улыбнувшись, ответила Бетани.

Склонив свою белокурую головку вбок, Элен бесшумно удалилась из комнаты, оставив Бетани наедине с зеркалом.

Оттуда на нее смотрела яркая красавица, в роскошном бархатном платье цвета спелой вишни. Глубокое круглое декольте, задрапированное тончайшим кружевом, открывало всю красоту ее нежных плеч. Темные волосы, так искусно собранные Элен в замысловатую прическу, блестящими локонами обрамляли сияющее лицо. Что уж говорить, выглядела она просто великолепно!

Бетани почему-то захотелось, чтобы ее сейчас увидел мистер Далтон. Интересно, что бы он сказал? Потом, словно придя в себя, она спешно отошла от зеркала, чтобы не видеть в нем своего отражения, которое наводило ее на такие странные мысли!

Дабы не заставлять Уилбергов ждать слишком долго, Бетани спустилась вниз, поближе к выходу, где она застала мистера Мадисона. Расположившись в удобном кресле, она сидел, наслаждаясь полным одиночеством. При виде девушки, его лицо мгновенно изменилось, и Нэд тут же поднялся на ноги.

— Добрый вечер, мисс Палмер! — в его взгляде Бетани уловила неподдельное восхищение, и это заставило ее искренне улыбнуться ему. — Я уверен, на балу вы будите самой прекрасной гостьей!

— Мистер Мадисон, вы мне льстите! — негромко рассмеялась она в ответ.

— Что вы! Нисколько! — взволнованно произнес Нэд. — Я надеюсь, вы удостоите меня такой чести и хотя бы один танец…

Не успел Нэд закончить фразу, как в гостиную вошел чопорный дворецкий и известил Бетани, что экипаж Уилбергов уже дожидается ее возле крыльца.

— Простите, мистер Мадисон, мне пора идти. — проговорила Бетани, и не дослушав окончание его фразы, направилась в сторону входной двери, осторожно придерживая край своей пышной юбки.

— Да что ж за невезение! Уже во второй раз мне мешают поведать мисс Палмер о том, что нас тоже пригласили на этот бал! — нахмурив брови, огорченно пробубнил себе под нос Нэд.

Глава 8

В роскошный особняк семьи Джермэйнов они прибыли как раз вовремя. Экипаж Уилбергов, запряженный тройкой породистых вороных скакунов, остановился возле парадного входа, и услужливый лакей, облаченный в ярко красную ливрею, отворил дверцы, помогая дамам выйти.

Войдя через широкие глянцевые двери в центральный зал, где собственно и проходило торжество, Бетани будто попала в сказку. В воздухе витал тонкий аромат белых роз, которыми искусно был украшен весь зал. Группа музыкантов, что расположилась возле самой дальней от входа стены, тихонько играла ненавязчивую мелодию, которая совершенно не мешала вести светские разговоры и вдоволь посплетничать. В дальнейшем, когда начнутся танцы, они, конечно, станут играть куда громче. Но сейчас их музыка расслабляла, задавая нужный темп этому вечеру.

По периметру зала стояли маленькие круглые столы, щедро заполненные всевозможными закусками, начиная от крохотных сладких пирожных с фруктами и заканчивая блюдами из сочного мяса. Вышколенные слуги в парадных ливреях черного цвета, ловко маневрировали между небольшими группами гостей, разнося на своих серебряных подносах прохладительные и спиртные напитки. По хрустальным бокалам были щедро разлиты пунш и холодный лимонад, портвейн и вино. Угощения и выпивка могли удовлетворить самый взыскательный вкус.

Бетани казалось, что здесь собрался если не весь Лондон, то уж точно добрая его половина! Праздно одетые мужчины и женщины хаотично перемещались по залу, создавая какофонию из ярких красок. Тонкое кружево, нежный шелк, блестящий атлас и мягкий бархат всевозможных цветов и оттенков перемешались между собой.

В зале присутствовали люди всех возрастов. И совсем юные создания, для которых этот бал был первым, а значит невероятно волнующим, и светские матроны и вдовы, под чьим зорким оком находились здесь все эти молоденькие девицы и неопытные юнцы. Бетани же отлично себя чувствовала в компании Вивиан и ее матери, миссис Нэтали, которая присматривала за обеими девушками, не хуже настоящей компаньонки.

Для танцев специально выделили целый светлый и просторный холл, предварительно вынеся оттуда всю мебель, чтобы не мешала. Теперь здесь с легкостью уместятся сразу несколько пар. Джермэйны, как всегда, не поскупились, и смогли создать великолепные декорации для осеннего бала. Миссис Глэдис задрала планку еще выше, чем в прошлом году, и теперь любой, кто станет устраивать бал в Лондоне, должен будет очень постараться, чтобы перепрыгнуть ее.

Между тем, сама хозяйка вечера уже спешила к ним навстречу, чтобы лично поприветствовать вновь прибывших гостей.

— Миссис Нэтали! Я так рада, что вы смогли почтить нас своим присутствием! — искренне улыбаясь, пропела миссис Глэдис.

Ее шелковое платье цвета спелой пшеницы мягко струилось, когда женщина двигалась. Русые волосы были собранны в низкий пучок на затылке, а несколько прядок спадали на ее лебединую шею. Большие карие глаза светились живым блеском. Бетани точно не знала, сколько лет этой женщине, но выглядела она все еще молодо. Вероятно, ее муж, мистер Питер был много старше своей красавицы жены.

— Миссис Глэдис! Какой чудесный праздник! — восторженно ответила Нэтали, возвращая ответную улыбку хозяйке дома.

— Мисс Палмер, голубушка, а где же мистер Далтон? — округлив свои карие глаза, удивленно поинтересовалась миссис Глэдис. — Я была уверена, что Питер пригласил его!

Некоторое время она задумчиво смотрела на Бетани, нахмурив свои брови, а потом, словно спохватившись, с громким вздохом добавила:

— Наверно, я снова что-то напутала!

Миссис Глэдис взяла по-свойски под руку миссис Нэтали, что-то тихонько нашептывая той на ухо. Они незаметно отделились от Бетани и Вивиан, прямиком направляясь в ту сторону, где расположились словоохотливые матроны. Бетани была уверена, что они отправились туда, дабы послушать последние сплетни, которыми полнился Лондон, и хорошенько перемыть кому-нибудь косточки. Ведь кто мог знать городские сплетни лучше, чем эти дамы?

— А мистер Далтон тебе не говорил, что его пригласили? — спросила Вивиан, когда они остались стоять посреди зала вдвоем. На девушке было атласное нежно-голубое платье, которое выгодно подчеркивало цвет ее глаз и белизну покатых плеч.

— Нет, первый раз об этом слышу. По крайней мере, меня он не поставил в известность, — задумчиво ответила Бетани, хотя какое-то смутное сомнение все же зародилось в ней. Может она что-то упустила из виду? Слова миссис Глэдис заставили ее призадуматься. Но чем больше она напрягалась, тем сильнее начинала у нее болеть голова. В конце концов, отбросив в сторону все ненужные мысли, она стала как Вивиан, наслаждаться этим чудесным вечером. А немного позже начались танцы, и вереница галантных кавалеров, желающих потанцевать с Бетани, вовсе отвлекла ее от мыслей о мистере Далтоне.

Веселый праздник был в самом разгаре, когда мужчины, наконец, оказались на крыльце особняка мистера Джермэйна, который так любезно пригласил их. Поздно закончив срочные дела, которые заставили его внезапно покинуть такое желанное общество мисс Бетани, Хэйл вернулся в Бэзил-Холл и, облачившись в свой лучший темно-синий костюм, который выгодно подчеркивал его хорошо сложенную фигуру, отправился на бал.

Зал встретил их звуками кадрили, под которую энергично двигались пары, скользя по паркетному полу, точно по льду. Музыканты надрывались, виртуозно исполняя мелодию. Здесь полным ходом шло веселье, и Хэйл стал оглядываться по сторонам. Он сам точно не знал, кого пытается здесь отыскать, пока его глаза не выхватили из толпы изящную фигурку, одетую в яркое платье. Мисс Бетани легко кружилась в танце, задорно улыбаясь своему партнеру. Ее упругие локоны, обрамляющие красивое лицо, подпрыгивали в такт ее движениям. Ее партнером был мистер Питер Джермэйн, который светился как начищенный медный грош, ведя в танце такую красавицу.

— Посмотри только! А она невероятно хороша! — произнес Нэд, проследив за взглядом Хэйла.

— Ты о мисс Бетани? — переспросил Хэйл. Он все еще продолжал смотреть в сторону девушки, не в силах отвести от нее взгляд.

— Да, именно о ней. Мы должны подойти, поприветствовать дам, — нетерпеливо произнес Нэд.

— Пожалуй, ты прав, — отозвался Хэйл, и размашистым шагом направился в сторону Бетани, которая уже стояла рядом с Вивиан, пытаясь перевести дыхание после кадрили.

— Бетани, кажется, мисс Глэдис оказалась права! — пропищала Вивиан, не отрывая взгляда от мужчин, которые двигались в их сторону.

— О чем ты говоришь, Вивиан? — нахмурившись, спросила Бетани. Она все еще пребывала в легкой эйфории после танца, и не могла разобрать слов Вивиан.

— Я говорю, что мистера Далтона все же пригласили на бал! — прошептала она ей практически на самое ухо, но было уже слишком поздно. Теперь Бетани и сама видела Хэйла. Он внезапно предстал перед ней. Ахнув от неожиданности, она широко распахнула свои глаза.

— Мисс Вивиан, мисс Бетани! — поприветствовал девушек Хэйл, низко склонив голову. Следом за ним, улыбаясь, подошел Нэд.

Кивнув девушкам в знак приветствия, Нэд неожиданно произнес:

— Мисс Бетани, следующий танец мазурка, и если вы никому не обещали, то…

— С превеликим удовольствием, мистер Мадисон! — слегка растянув губы в улыбке, перебила его Бетани.

Заиграла знакомая мелодия, и Нэд, галантно подав руку Бетани, повел ее в сторону просторного холла, где уже расположились остальные пары. Уходя, Бетани успела поймать на себе недовольный взгляд, который Хэйл бросил в их им вслед.

К ее удивлению, мистер Мадисон оказался прекрасным партнером, который ни разу за время танца не наступил ей на подол платья, о чем она, не раздумывая, сообщила ему.

— Спасибо, мисс Палмер! Это от того, что я танцую с вами! — рассмеялся в ответ Нэд.

— А вы не говорили, что вас тоже пригласили на бал, — упрекнула она его.

— О, мисс Бетани, я пытался, честное слово, но мне постоянно что-то мешало! — произнес мистер Мадисон.

«А что же мистер Далтон? У него была тысяча возможностей рассказать мне, но он промолчал!» — подумала Бетани, закусив от досады губу.

Когда танец закончился, Нэд, по традиции, проводил Бетани к прекрасно сервированному столу, который специально для гостей накрыли в просторной столовой.

За столом протекала живая непринужденная беседа, изредка сопровождаемая взрывами заливистого смеха. Но Бетани было совсем не весело. Даже отстраненный разговор, в который пытался вовлечь ее сидящий рядом Нэд, не доставлял девушке удовольствие. Она, на протяжении всего ужина, то и дело ловила на себе хмурый взгляд Хэйла, который сидел напротив. Казалось, мистер Далтон был чем-то недоволен. О причинах его недовольства Бетани не догадывалась.

Бетани вспыхнула от негодования. Это ей стоило сердиться на него! Его наверняка пригласили уже давно, может даже сразу по приезду в Лондон, а он словом не обмолвился! Как глупо она, должно быть, выглядит сейчас в глазах миссис Глэдис, которая точно знала, что мистер Далтон принял их приглашение. Наверняка, мистер Далтон от души посмеялся над ней! Боже, как же глупо она себя сейчас чувствовала!

Остаток вечера прошел, будто в тумане. Она плохо помнила, как после ужина вновь танцевала с мистером Мадисоном завершающий бал танец котильон, а после, вместе с Вивиан и миссис Нэтали, отправилась домой.

Все что ей сейчас хотелось, это подняться в свою комнату и лечь спать! Но ее планам, видимо, не суждено было осуществиться. Стоило Бетани оказаться на втором этаже, почти возле дверей своей комнаты, как ее остановил такой знакомый голос мистера Далтона:

— Мисс Бетани, постойте! Нам нужно поговорить.

— Мистер Далтон, может, отложим наш разговор до утра? Я сейчас не в том состоянии, чтобы вести светские беседы! — устало выдохнула она.

— И, тем не менее, вам все же придется выслушать меня, хотите вы того или нет! — отрезал он, подходя к ней слишком близко.

Они снова оказались вдвоем в коридоре, показавшимся Бетани сейчас слишком тесным для них двоих.

— Вот как? — отозвалась Бетани, сложив руки на груди. — Что ж, в таком случае, я вас слушаю, раз вы не оставили мне выбора!

— Думаю, вашу свадьбу больше нельзя откладывать, — сказал Хэйл, и его слова, словно пощечина, заставили Бетани вздрогнуть. Она ожидала услышать все, что угодно, но только не это. — Я решил, за кого вы выйдете замуж.

Ее лицо стало моментально белым. Казалось, его покинули все яркие краски. Взяв себя в руки, Бетани выпалила:

— Да? И за кого же? Хотя, нет! Не говорите! Это не важно!

Сжав руки в кулачки, Бетани едва сдерживала слезы, готовые пролиться в любой момент. Но она не станет плакать перед ним! Ни за что! Круто развернувшись, Бетани уже хотела войти в свою комнату, но взявшись за ручку на двери, она неожиданно остановилась. С плохо скрываемой яростью в голосе она бросила Хэйлу:

— Знаете, в моем вынужденно замужестве будет одно неоспоримое преимущество — я, наконец, смогу избавится от вас!

— Да неужели? — криво усмехнулся Хэйл, подходя к ней. Он стоял к ней непозволительно близко. — На вашем месте я бы не делал столь поспешных выводов, мисс Бетани!..

Глава 9

— Что вы хотите этим сказать, мистер Далтон? — затаив дыхание, произнесла Бетани. Весь внешний вид Хэйла говорил о том, что его ответ ей наверняка не понравится. Что он задумал? Кого выбрал ей в мужья? Уж не мистера ли Мадисона? Он, конечно, человек не плохой, но пары танцев на балу явно не достаточно, чтобы выйти за него замуж! Пожалуй, она не рискнула бы на столь опрометчивый шаг, даже для того, что бы избавиться от общества мистера Далтона!

Как бы Бетани не старалась это скрыть, но Хэйл все же заметил, что в ее серых глазах промелькнула тень страха. Она застыла в ожидании его ответа, вся обратившись вслух. Интересно, как она отреагирует на то, что он намеривался сообщить ей? Он надеялся, что девушка воспримет его решение… сносно. Так будет лучше для всех. В первую очередь, для нее самой. Решив больше не мучить ни ее, ни себя, Хэйл, громко сглотнув, произнес:

— Всего лишь то, мисс Бетани, что вашим мужем стану я.

Ее большие, словно диск луны глаза, застыли в легком недоумении. Бетани уставилась на Хэйла, будто ни слова не поняла из только что услышанного. Он смотрела в ответ, плотно сжав губы, тем самым выражая свою решимость и непреклонность в данном вопросе. Да, уж точно не на такую реакцию он рассчитывал! Бетани сейчас выглядела так, словно ее ударили по голове чем-то невероятно увесистым! То тяжелое напряжение, которое повисло между ними, казалось, можно было потрогать рукой.

— Да вы с ума сошли! — наконец, смогла выдавить из себя Бетани. Ее голос был хриплым, а слова прозвучали слишком резко. Она мотала головой из стороны в сторону, словно все еще не осознав того, что Хэйл сказал ей. — Вы с ума сошли!

— Могу вас уверить, моя дорогая, что я совершенно в здравом уме! — взяв ее за плечи, отрезал Хэйл. Ее слова отчего-то сильно задели его, и мужчина нахмурился.

— Я… Я… Я… Вы никогда не станете моим мужем, мистер Далтон! Никогда! — воскликнула девушка, яростно пытаясь вырваться из его хватки. Однако Хэйл держал крепко, и Бетани оставалась в его руках.

— Могу я узнать, чем вас так не устраивает моя кандидатура, мисс Бетани? — усмехнувшись, поинтересовался он.

— Я не люблю вас! По-моему, это самая очевидная причина, мистер Далтон! — выпалила Бетани.

Услышав ее ответ, Хэйл засмеялся, точно она рассказала ему какую-то забавную шутку. Он продолжал сжимать плечи Бетани своими руками, мягко поглаживая их пальцами. Девушка больше не пыталась вырваться, покорно застыв в его руках.

— Любовь? Какое отношение к любви имеет брак? — приподняв брови вверх, уточнил Хэйл. — Это сказки для глупых барышень и не более, мисс Бетани. Но вы ведь не глупенькая кокетка, я прав?

Бетани моментально вспыхнула, услышав его пренебрежительные слова.

— Мистер Далтон, может для вас любовь и не имеет никакого значения, но для меня это ключевой момент в браке. Я не пойду замуж за мужчину, которого не люблю! Да что там не люблю! Буду честна с вами, мистер Далтон! Вы мне неприятны! — выставив вперед подбородок, отчеканила Бетани. Хэйл видел, что ее глаза метают молнии, готовые покарать за те слова, которые он только что произнес.

— И все же боюсь, у вас нет выбора! — отрезал Хэйл, слегка встряхнув девушку. — И я ни в коем случае не претендую на вашу… любовь, мисс Бетани! Боже упаси! Мне будет достаточно вашего глубокого уважения.

— Уважения? Да ни за что! Вы мне противны! — практически выплюнула она ему в лицо. Бетани заметила, как заходили желваки на его скулах от этих слов, и с трудом сдержала злорадную улыбку, готовую появиться на ее губах. Что, не понравилось, мистер Далтон? То-то же!

— Я заставлю вас забрать свои слова обратно, маленькая злючка! — пообещал он, неожиданно привлекая Бетани к себе. Она никак не успела отреагировать, потому что в следующий момент Хэйл прижал свои губы к ее губам, заставляя девушку замолчать. От такого напора Бетани растерялась, ведь ее еще ни разу в жизни не целовал мужчина! Веки сами собой закрылись, точно движимые каким-то древним природным инстинктом.

Руки Хэйла опустились на ее тонкую талию, и с силой прижали девушку к себе. Он целовал ее так страстно, так пылко, и спустя некоторое время, Бетани, наконец, перестала сопротивляться. Сама того не понимая, она ответила на этот пьянящий поцелуй, который вскружил ей голову. Ее губы приоткрылись навстречу ему, позволяя его языку исследовать сладость ее рта. Что за нежная пытка! Бетани даже не предполагала, что обычный поцелуй этого мужчины сможет разжечь бушующий пожар в ее крови. Ее руки сами собой зарылись в его мягкие волосы на затылке, перебирая пальчиками непослушные пряди. Ноги превратились во что-то слишком мягкое, очень напоминающее вату, и едва держали ее.

Когда с губ Бетани сорвался тихий сладостный стон наслаждения, Хэйл сжал ее еще крепче. Будто этот стон подстегнул его. Ее грудь, внезапно ставшая такой чувствительной, терлась сквозь тонкий бархат платья о его крепкую грудь, заставляя Бетани мечтать о куда большем, чем один поцелуй. Низ живота сладостно пульсировал. Казалось, в ее жилах сейчас течет не кровь, а раскаленная лава.

Хэйл уже едва мог сдерживать себя. Тело Бетани, трепещущее в его руках, заставляло позабыть его о всяких правилах приличия. Он чувствовал, что она сгорает от страсти вместе с ним. Что бы там ни говорила мисс Бетани, но ее тело утверждало обратное. Она хотела его, не меньше, чем он хотел ее! Он понимал, что должен остановиться. Понимал, но не мог! Прикоснувшись к ее губам последний раз, Хэйл, наконец, отстранился от Бетани.

Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Ее губы оставались приоткрытыми и слегка припухшими от поцелуя. Ее глаза застилала пелена страсти. Бетани непонимающе смотрели на Хэйла.

— Не так уж я вам и противен, мисс Бетани, как вы пытаетесь это преподнести! — проговорил Хэйл.

Когда до нее, наконец, дошел смысл фразы, которую он только что, словно в укор, бросил ей в лицо, Бетани будто очнулась ото сна. Собрав все силы, что у нее еще осталась, девушка уперлась ладонями ему в грудь, ощущая, как перекатываются крепкие мышцы под ее пальцами. Видимо, она совсем потеряла рассудок и забыла, с кем именно стоит сейчас в коридоре! Чем иначе еще можно объяснить то, что она позволила мистеру Далтону такие вольности? Это же мистер Далтон! Ничего хорошего от него ждать не приходится! И он в очередной раз подтвердил это!

Смерив его самым презрительным взглядом, который имелся в ее арсенале, Бетани поспешила в свою комнату, холодно бросив ему на ходу:

— Я не стану вашей женой, мистер Далтон! Даже не надейтесь!

Когда перед ним с силой захлопнулись двери ее комнаты, Хэйл побрел вниз, задумчиво смотря себе под ноги. Он и предположить не мог, что простой поцелуй с маленькой чертовкой доставит ему такое наслаждение. Он шел вниз, преисполненной твердой решимости, что мисс Бетани определенно должна стать его женой. Как бы она ни отпиралась, и что бы ни говорила. В конце концов, Нэд прав! Когда-то ему все же придется обзавестись женой. Так почему бы не сделать это прямо сейчас? Представив их страстные перепалки и споры с мисс Бетани, которые они потом смогут решать за закрытыми дверьми их общей спальни, Хэйл довольно улыбнулся и едва не потер руки от предвкушения.

Да, эта определенно лучшее решение, что он принял в последнее время!

А любовь? Да кому нужна была эта любовь? Уж точно не Хэйлу!

* * *

Мужчина сидел в Мэйтланд-клубе, подперев хмельную голову руками. Едва пробило пять часов вечера, а он уже успел изрядно напиться. Но сейчас для этого имелся повод, ведь он проигрался в пух и прах! Как же так вышло, что он все проиграл?

Оглядевшись по сторонам, он только сейчас заметил, что в клубе кроме него остались всего пара человек. Наверно, ему тоже следовало давно уйти домой, но как назло в клуб заявился этот пройдоха Лайнел Маккензи!

Протянув свою дрожащую руку вперед, он схватил со стола полупустой стакан и залпом осушил те жалкие остатки, что еще оставались на дне. Крепкий напиток мгновенно обжег горло, растекаясь по венам жидким пламенем. Громко выдохнув, он с силой опустил руку на стол, едва не разбив теперь уже пустой стакан вдребезги.

Чертов Лайнел! Он всегда выходил из игры победителем! Вот и сегодня удача снова была на его стороне! Как же он его ненавидел! Этот проходимец еще имел наглость насмехаться над ним! Сжав руки в кулаки, он затрясся от бессильной злобы.

Он снова посмотрел по сторонам, пытаясь отыскать знакомое лицо. Куда, черт возьми, подевался Джонатан? Он точно помнит, что в клуб они приехали вместе. Наверняка отправился домой, даже не предупредив его! Мог бы и остановить его, когда он сел играть с этим прохвостом Лайнелом в вист! Да! Это он, Джонатан, во всем виноват! А еще друг называется!

Небо за окнами заволокло серыми тучами, обещая обрушится на землю ливнем в самое ближайшее время. Да уж, погодка была под стать его настроению, такая же дрянная!

Он с невозмутимым видом наблюдал, как последние посетители покидают Мэйтладн-клуб, по всей видимости, спеша к себе домой. Ну и пусть катятся отсюда, жалкие неудачники!

Мужчина медленно опустил голову на сложенные руки, и сам того не замечая, крепко заснул, прямо там, на грязном столе, в Мэйтланд-клубе.

Проснулся он от того, что кто-то сильно тряс его за плечо, явно пытаясь привести в чувства. Он нехотя открыл глаза и поднял слишком тяжелую голову, которая просто раскалывалась от боли. Выдохнув воздух сквозь сжатые зубы, и обдав своего vis-à-vis ядреным запахом перегара, мужчина попытался сфокусировать взгляд на человеке, что стоял сейчас перед ним.

— Джонатан? Какого черта ты меня разбудил? — прохрипел он, разглядев, наконец, того, кто посмел так бесцеремонно выдернуть его из прекрасного забытья. Сморщив свое лицо, мужчина потер пальцами переносицу.

— Ты что, не был еще дома? — спросил Джонатан, внимательно вглядываясь в покрасневшие глаза своего давнего друга. — Ты сказал, что тоже собираешься домой, и пойдешь сразу после меня!

— Я и собирался! Кажется… — неуверенно произнес мужчина. — Джонатан, здесь был этот чертов Лайнел!

— Ты снова играл с ним? И сколько ты проиграл на этот раз? — нахмурившись, поинтересовался Джонатан.

— Все! Я проиграл все! Остался только дом, — выдохнул мужчина.

— О чем ты только думал! Что теперь будет с твоей матерью и сестрой? О них ты не подумал? — взревел Джонатан, смотря с негодованием на своего нерадивого приятеля.

— Я не мог не сыграть с ним, ты же знаешь! Он посчитал бы меня жалким неудачником! — разбрызгивая слюну вокруг себя, ответил ему мужчина.

— Что ты несешь? Как ты теперь собираешься выкручиваться из всего этого? Кто будет оплачивать твои карточные долги? — уже более спокойно задал вопрос Джонатан. Он понимал, что его друг попросту безнадежен!

— Знаешь, у меня есть одна идея по этому поводу, но ты должен мне помочь! — загадочно проговорил мужчина. Он воровато осмотрелся по сторонам и, убедившись, что их никто не слышит, склонился к самому уху Джонатана.

— Ты с ума сошел? Я в этом не участвую! И тебе не советую! Это просто безумие! — дослушав до конца его план, воскликнул Джонатан.

— Да не ори ты! Если не хочешь, можешь не помогать! Сам справлюсь! — яростно прошипел мужчина. Он бросил на Джонатана презрительный взгляд, и, поднявшись из-за стола, направился в сторону выхода нетвердой походкой.

Пусть Джонатан дальше сидит и трясется от страха! Он и без него справится!

Глава 10

Всю ночь Бетани не могла сомкнуть глаз, преследуемая тревожными мыслями. Она проворочалась с боку на бок в своей кровати почти до самого рассвета, обдумывая слова Хэйла, сказанные им после бала. Может, это всего лишь очередная неудачная шуточка мистера Далтона? В самом деле, он же не мог всерьез говорить об их свадьбе? Или все-таки мог?

А что, если он все же не шутил? Что тогда? Может ли она отвергнуть его предложение? Что-то в глубине души ей подсказывало, что нет, не может.

И еще его поцелуй… Подумав о нем, Бетани непроизвольно прикоснулась пальцами к своим губам, словно на них еще остался след. Она до сих пор помнила, какие порочные чувства пробудили в ней нежные губы Хэйла. Стоило со всей откровенностью признаться себе, что ее невероятно влекло к мистеру Далтону! Но чтобы стать его женой? Как можно жить с человеком, который не любит ее и никогда не сможет полюбить? Ведь любовь для него это просто детские глупости. Нет! Это определенно не по ней! С такими безрадостными мыслями она, наконец, провалилась в беспокойный сон.

Бетани показалось, что она только сомкнула тяжелые веки, а слабый рассвет, что забрезжил за окном, молчаливо возвестил о начале нового дня. Следующее утро встретило ее дождливой погодой и жуткой головной болью, которая яростно пульсировала в висках.

Нехотя Бетани спустилась к завтраку, но в столовой, к счастью, никого не оказалось. Позже, со слов дворецкого, она узнала, что мистер Далтон в компании мистера Мадисона покинул Бэзил-Холл ровно час назад. Все тот же дворецкий ей поведал, что вернуться они планировали ближе к вечеру. От облегчения Бетани смогла, наконец, вдохнуть полной грудью. Ей даже показалось, что ее головная боль слегка поутихла.

Значит, сегодня можно не беспокоиться о том, что она невзначай наткнется на своего «жениха» где-нибудь посреди гостиной. Бетани фыркнула, подумав об этом.

Практически сразу после завтрака она получила записку от Вивиан, с просьбой составить им с миссис Нэтали компанию за обедом, который был запланирован на пять часов. Так же Вивиан сообщала, что мистер Уилберг, глава семейства, будет отсутствовать несколько дней по каким-то срочным делам, и еще посетовала на плохую погоду, что совершенно не добавляла радости в эти и без того унылые дни. В завершении она приписала, что ее мать, миссис Нэтали, настоятельно просит присоединиться к ним и мистера Далтона, если он, конечно, не слишком занят.

Отложив записку, Бетани едва не закатила глаза. Миссис Нэтали оказалась довольно предприимчивой особой, и на балу у миссис Глэдис не упустила возможности познакомиться с мистером Далтоном, клятвенно заявив, что он теперь всегда желанный гость в ее доме. Жаль будет разочаровывать миссис Нэтали, которая не устояла перед чарами мистера Далтона!

Покончив с легким завтраком, Бетани расположилась на мягком диване в гостиной с томиком сонетов, и принялась читать. Она так увлеклась, погрузившись в книжный мир любви, что не сразу заметила, как в комнату вошел Ллойд.

— Мисс Бетани, вам письмо, — учтиво провозгласил он, подавая девушке конверт нежно-кремового цвета.

— Спасибо, Ллойд, — поблагодарила его Бетани.

Она нахмурилась, и небольшая складочка залегла у нее на лбу. От кого, интересно, это письмо? Взглянув на адрес отправителя, Бетани очень удивилась. Письмо от мистера Далтона? Весьма необычно и интересно! Уж не то ли это письмо, которое он, якобы, отправил ей перед своим отъездом в Лондон? Очень своевременно!

Глубоко погрузившись в свои мысли, Бетани не сразу услышала настойчивый вопрос Ллойда, который он повторил уже несколько раз.

— Мисс Бетани, я говорю, что ленч готов. Накрывать на стол? — уже в который раз переспросил дворецкий.

— А… Да, конечно, я через минуту подойду, — рассеяно отмахнулась она.

Стоило только дворецкому покинуть гостиную, как Бетани тут же нетерпеливо вскрыла конверт. Действительно, письмо было датировано еще августом, когда мистер Далтон находился в Новом Орлеане. На белом листе бумаги четким каллиграфическим почерком были аккуратно выведены ровные строки. Удобно откинувшись на спинку дивана, Бетани углубилась в чтение. По мере того, как она продвигалась к концу письма, ее губы все плотнее и плотнее сжимались в тонкую линию. Закончив читать, Бетани с силой сжала руку, в которой все еще находилось письмо, безжалостно скомкав исписанный лист.

От злости ее щеки вспыхнули. Вот значит, что он собирался сделать, как только приедет в Лондон — устроить ее счастье как можно скорее! Что бы ей, не дай бог, не пришлось жить в его поместье дольше, чем того требуют обстоятельства! И главное прикрылся такой благородной целью — дабы не порочить ее честное имя! Мерзкий, несносный тип!

Бетани яростно отшвырнула от себя скомканное письмо на бархатную поверхность дивана, и стремглав выскочила из гостиной. Она не обратила внимания на Ллойда, который кричал ей вслед что-то о ленче, и поднялась к себе в комнату. Меньше всего она сейчас думала о еде!

Ее душили слезы обиды, и, бросившись на кровать, она разрыдалась. Сколько Бетани так пролежала, коря мистера Далтона за его жестокие строки в письме, она точно не знала. Когда слезы, наконец, иссякли, оставив после себя опустошение, Бетани поднялась с кровати и покрасневшими глазами взглянула на часы. Стрелки на часах показывали пол пятого. Через полчаса ее ждут в доме Уилбергов. А у Бетани сейчас не было абсолютно никакого настроения куда-либо идти. Но если подумать, то встреча с мистером Далтоном тоже не доставит ей совершенно никакого удовольствия.

Предпочтя встрече с Хэйлом общество Уилбергов, Бетани позвала Элен. Проворная горничная помогла ей быстро переодеться в темно-синее муслиновое платье, и закрепила тяжелые локоны на затылке.

— Мисс Бетани, на улице сыро. Вот, это вам пригодится, — тихо проговорила Элен, накидывая на плечи Бетани теплый плащ с капюшоном в цвет платья. Поблагодарив, Бетани спустилась по мраморной лестнице вниз, и вышла за дверь.

Погода окончательно испортилась. Мелкий дождь моросил безостановочно, и, судя по всему, он зарядил на весь день. До особняка Уилбергов было рукой подать, и Бетани решила, если она поторопиться, то не слишком промокнет.

Спустившись с крыльца, она накинула на голову свободный капюшон плаща и прибавила шаг. Мелкие капельки дождя падали на ее покрасневшее от слез лицо.

Когда она успела отойти на некоторое расстояние от Бэлил-Холла, то заметила небольшой экипаж. Еще минуту назад он стоял на противоположной стороне улицы, а теперь медленно двигался в ее сторону. Видимо, извозчик кого-то дожидался. Оглядевшись по сторонам, Бетани убедилась, что кроме нее вокруг не было ни души. Погода явно не располагала к приятным неспешным прогулкам. Бетани чувствовала, что ее довольно теплый плащ начинает промокать. Побоявшись промокнуть до нитки, она прибавила шаг.

Особняк Уилбергов уже маячил на горизонте, как неожиданно все тот же экипаж, что она видела возле Бэзил-Холла, подъехал к ней вплотную и остановился. Не успела она опомниться, как из экипажа вышел высокий молодой мужчина и преградил ей путь. Его светлые волосы на голове были неряшливо всклокочены. Внимательно присмотревшись к нему, девушка поняла, что уже раньше где-то видела этого мужчину, но никак не могла вспомнить его имени.

— Добрый день, мисс Палмер! Вот так сюрприз! — поприветствовал ее блондин, нахально улыбнувшись.

— Простите, но я очень спешу! — отозвалась Бетани, и попыталась обойти мужчину. Но он не позволил ей, преградив путь. Теперь она оказалась зажата с двух сторон. С одной стороны располагался экипаж, а с другой — малознакомый джентльмен. Если его, конечно, можно было так назвать. Его неопрятный вид вызывал в ней чувство брезгливости.

— На улице ужасная погода, которая не располагает к прогулкам хорошеньких леди! Позвольте, я доставлю вас до места назначения, — услужливо предложил ей мужчина, открывая дверцу экипажа.

— Благодарю, но я уже пришла! — отшатнувшись, твердо сказала Бетани.

Она сделала еще одну попытку обойти мужчину, но он внезапно схватил ее и прижал какую-то грязную тряпку к ее лицу, полностью закрывая нос и рот девушки. Все произошло буквально в считанные секунды, и она даже не успела крикнуть.

— Мисс Бетани, как не вежливо с вашей стороны! Я всего лишь хотел помочь! — донесся до нее как сквозь вату его обманчиво-нежный голос.

От этой тряпки чем-то странно пахло, и ее нос защекотало. Неожиданно осознание, кем был этот мужчина, и где она его раньше видела, накрыло ее, но было поздно.

Она бессмысленно дернулась еще несколько раз в его крепких руках, но тщетно. Веки Бетани стали слишком тяжелыми, чтобы она держала их открытыми. Перед ее мутнеющим взором вдруг вплыло мужественное лицо Хэйла, и она, плавно погружаясь в темноту, подумала, что он обязательно ее найдет…

* * *

Тем временем Хэйл с Нэдом уже полчаса как сидели за столом в Мэйтланд-клубе, куда их пригласил Лерой. Сам здоровяк расположился напротив, медленно потягивая янтарный напиток из бокала. Было около шести часов вечера, и в клуб потихоньку начинали стягиваться джентльмены, спешившие покинуть свои дома на некоторое время.

— Ты все-таки надумал жениться? — пророкотал громкий голос Лероя по залу клуба, а затем он разразился раскатистым смехом, который стал привлекать к их столу излишнее внимание.

— Я так же отреагировал на это его заявление! — усмехнувшись, отозвался Нэд.

— Мисс Палмер все-таки тронула твое черствое сердце? Вот уж никак не ожидал! — снова рассмеялся Лерой.

— Да, приятель, кажется, я готов к этому браку! — усмехнувшись, проговорил Хэйл. Когда он произнес эти слова, то осознал, что нисколько не покривил душой. Он хотел этой свадьбы.

— Да я тебя не узнаю, Хэйл! — присвистнул Лерой, вновь делая глоток из своего бокала.

За оживленной беседой, они не заметили, как к их столику подошел управляющий клубом, мистер Дженкинс.

— Прошу прощения, господа! — произнес он, стараясь привлечь к себе внимание. — Мистер Далтон, один джентльмен настоятельно просит вас пройти в холл клуба. Он ожидает вас там. Просил передать, что дело очень важное.

— Что ж, я вынужден вас покинуть на время, господа! — произнес Хэйл и направился в сторону холла, где его дожидался таинственный незнакомец. Идя по коридору Мэйтланд-клуба, он даже не догадывался, что в просторном помещении холла его уже ожидает Джонатан Грэм. Он стоял, и весь его внешний вид просто кричал о том, что мужчина чем-то слишком возбужден и взволнован. Стоило только Хэйлу поравняться с ним, как Грэм вместо приветствия сразу же выпалил:

— Хэйл, я бы не стал тебя тревожить, но дело чрезвычайно важное. Возможно, еще не поздно все исправить!

— О чем ты говоришь? — удивленно спросил Хэйл, в изумлении уставившись на него. Он еще ни разу не видел Джонатана в таком состоянии. — Что случилось, приятель?

— Все дело в Ирвине… Видишь ли, он вчера крупно проигрался в карты Лайнелу Маккензи.

— Странно, что это не произошло раньше! Но для чего ты мне это рассказываешь? — нахмурился Хэйл.

— Он от кого-то узнал, что за мисс Палмер причитается приличное содержание, и что бы поправить свое пошатнувшееся материальное положение…

— Причем здесь мисс Палмер? — перебил его Хэйл.

— Он собирался сочетаться браком с девушкой…

— Что? Что ты несешь, Джонатан? — снова не дослушав, воскликнул Хэйл. Его руки мгновенно сжались в кулаки.

— Он вчера мне сам сказал об этом! — взволнованно отозвался Джонатан. — Я боюсь, как бы он не наделал глупостей!

— Каких, например? — в голосе Хэйла прозвучала сталь.

— Боюсь, как бы он не похитил мисс Палмер, — промямлил в ответ Джонатан.

— Куда он мог ее отвезти, если бы вздумал похитить? — прорычал Хэйл, готовый сорваться на поиски Бетани. Он, конечно, надеялся, что Джонатан все преувеличивает, и у этого негодяя Ирвина не хватит смелости пойти на такой шаг, но все же…

— Возможно, он мог ее отвезти в старый особняк своей тетки, миссис Тильзы, что расположен на Гровер-сквер, — немного поразмыслив, ответил Джонатан, и Хэйл, едва дослушав, поспешил по направлению к выходу.

От Мэйтланд-клуба до дома он ехал с уверенностью, что обнаружит Бетани в Бэзил-Холле, но тревожное предчувствие не покидало его всю дорогу. А что если этот болван Ирвин и впрямь задумал такую низость? Безысходность легко может толкнуть человека на необдуманные поступки! Впервые за долгое время дорога до Бэзил-Холла показалась ему невероятно долгой.

— Ллойд⁉ Ллойд⁉ — крикнул Хэйл, как только оказался в просторном холле поместья. — Куда он подевался?

— Мистер Далтон? — Дворецкий прибежал на его громкие крики.

— Где мисс Бетани? — устремив на Ллойда пытливый взгляд, выпалил он.

— Мисс Палмер ушла на обед в особняк Уилбергов. Полагаю, она все еще там, мистер Далтон. Правда, обычно она возвращается к этому времени домой, — растерявшись, ответил Ллойд. После слов дворецкого тревожное предчувствие Хэйла усилилось, заставляя его поспешить к Уилбергам.

Но и в особняке Уилбергов он не нашел Бетани, а миссис Нэтали, услужливо сообщила, что девушка вообще не появлялась у них сегодня.

— Право, я и сама удивилась, мистер Далтон, когда Бетани не появилась у нас в назначенное время! Очень странно! Обычно она так никогда не поступала! — сокрушенно качая головой, говорила миссис Нэтали, при этом внимательно рассматривая Хэйла. — А что? Что-то случилось?

— Благодарю, миссис Нэтали, — отрешенно бросил Хэйл, оставив ее вопрос без ответа, и поспешил прочь. Все его мысли были сейчас заняты Бетани. Неужели Ирвин похитил ее? От одной только мысли об этом, Хэйла бросало в ярость. Если Ирвин посмеет причинить ей вред, то он убьет его!

Вернувшись в Бэзил-Холл, Хэйл попросил конюха запрячь в карету самых резвых скакунов, которые имелись в Бэзил-Холле, и что есть мочи поскакал на север, по направлению к Гровер-сквер.

Маска твердой решимости застыла на его лице, когда Хэйл под проливным дождем управлял проворными лошадьми. Для Ирвина же будет лучше, если он не найдет Бетани на Гровер-сквер!..

Глава 11

Ее пробуждение было чудовищным. Голова нещадно раскалывалась, словно по ней стучали тяжелым молотком. Медленно открыв глаза, Бетани поморщилась. Любое движение было сродни пытки.

Где она находится? Что это за место? Последнее из того, что Бетани могла вспомнить, как молодой светловолосый мужчина, Ирвин Кирк, схватил ее. Его имя неожиданно промелькнула в ее уплывающем сознании, там, на улице, под проливным дождем. Бетани хорошо знала его младшую сестру, Алетту, с которой она училась в школе для девочек миссис Хэндрикс. Что брат Алетты задумал? Зачем он привез ее сюда?

Приподнявшись, она села на кровать и осмотрелась по сторонам. Бетани находилась не в Бэзил-Холле, и не в особняке у Уилбергов! Она оказалась в незнакомой комнате. Здесь было темно, и ощущался отвратительный запах пыли. По всей видимости, здесь давно никто не бывал.

Кровать, на которой сидела Бетани, была застелена темно-коричневым бархатным покрывалом, а сверху лежала гора маленьких декоративных подушечек. Возле большого окна, занавешенного портьерой цвета горького шоколада, стояло неуклюжее деревянное трюмо. Рядом с ним располагался маленький стульчик, все того же темно-коричневого оттенка. На полу лежал ворсистый ковер в цвет покрывала на кровати.

В комнате было довольно мрачно и сыро, как раз под стать состоянию Бетани. По крыше дома продолжал барабанить дождь.

Бетани поднялась с кровати и не торопясь подошла к двери. Покрутив металлическую ручку, и та издала жалобный стон. Конечно же, дверь оказалась прочно заперта на замок!

Стремительно подойдя к окну, она выглянула наружу. Второй этаж. Не так уж и высоко, но что там внизу, под окнами, скрывала темнота? Тяжело вздохнув, Бетани решила оставить попытки выбраться через окно. Она оказалась в самой настоящей ловушке!

Когда за дверью послышались шаги, девушка вся похолодела от ужаса. Лязгнул железный замок, и, с легким скрипом, дверь отворилась. На пороге комнаты появилась ухмыляющаяся физиономия Ирвина.

— Мисс Бетани! Вы здесь отлично смотритесь, прямо как хозяйка этого дома! — неприятно захихикал Ирвин, проходя в комнату.

— Мистер Кирк, извольте объясниться! По какому праву вы привезли меня сюда? Вы, видимо, совсем забыли о правилах приличия! Я требую, чтобы вы немедленно отпустили меня! — приказала Бетани. Ее громкий голос слегка дрожал, то ли от страха, то ли от возмущения.

— О, не волнуйтесь, моя дорогая! Я непременно вас отпущу! Когда придет время… — загадочно улыбнувшись, ответил ей Ирвин.

— Что вы имеете в виду? Я требую, что бы вы отпустили меня немедленно! Иначе, я все расскажу моему опекуну, мистеру Далтону! Когда он узнает о ваших проделках, то… — начала Бетани, но, не дослушав ее гневную тираду, Ирвин быстро подошел к девушке и с силой вцепился пальцами в ее хрупкие плечи.

— О том, что вы находитесь здесь, вместе со мной, скоро узнает весь Лондон, моя милая! — Ирвин скривил в усмешке рот. — И тогда, ваше добропорядочное имя будет уже не таким чистым. И даже ваш… опекун не сможет его обелить! Но я, как истинный джентльмен, обещаю жениться на вас!

На слове «опекун» его лицо брезгливо скривилось, будто он увидел что-то мерзкое.

— Что? Да я ни за что на свете не выйду за вас! — воскликнула Бетани, едва не задохнувшись от возмущения. И отвращения.

— Боюсь, моя дорогая, что у вас не останется выбора! Или вы думаете, найдутся еще желающие взять вас обесчещенную в жены? Да вас не пригласят ни в один приличный дом в Лондоне после этого скандала! — четко произнес Ирвин, чтобы до Бетани дошел смысл его слов.

— Так вот, что вы задумали! — осознание ледяной волной обрушилось на нее.

Поняв гнусный план Ирвина, Бетани стала вырываться из его железной хватки. Но мужчина держал ее крепко, сильно сжимая плечи своими пальцами. На нежной коже наверняка останутся следы от его рук, но это меньше всего сейчас волновало девушку. Их силы были не равны, а это значит, что он сможет осуществить задуманное!

— Ну-ну, моя милая! Не сопротивляйтесь! Все пройдет наилучшим образом! — насмехаясь над ее жалкими попытками вырваться, проговорил Ирвин. Не выпуская девушку из рук, он стал подталкивать ее в сторону кровати.

— Нет! Пустите! Пустите меня! — вырывалась Бетани, когда он уже почти дотащил ее до пыльной кровати. Неизбежность предстоящего ей унижения заставило ее сердце трепыхаться. Соленые слезы застилали глаза, мешая разглядеть наглую ухмылку ее мучителя.

Она полетела спиной на кровать, когда Ирвин с силой толкнул ее. Он уже приготовился навалиться на нее сверху, но звук разбившегося стекла, который донесся откуда-то снизу, заставил его остаться на месте. Бросив на Бетани угрожающий взгляд, Ирвин попятился к массивной двери, а уже через мгновение вышел из комнаты, предусмотрительно закрыв ее на замок.

* * *

Хэйл мчал во весь опор через мокрые улочки Лондона, и смог быстро добраться до Гровер-сквер. Особняком тетки Ирвина оказался старинный двухэтажный дом, возведенный из серого камня, за которым, по всей видимости, уже довольно давно никто не следил. Дом был погружен в кромешную темноту. Во дворе тоже не было ни одного источника света.

Спешившись, Хэйл прошел вглубь двора и остановился возле входной деревянной двери. Дернув ее на себя, он убедился, что она заперта на засов изнутри. Вокруг стояла оглушительная тишина, нарушаемая лишь шумом дождя. Судя по всему, здесь никого не было. Бросив последний взгляд на окна второго этажа, Хэйл развернулся, чтобы уйти. Вдруг, откуда-то изнутри двора послышалось лошадиное ржание. Обойдя дом по периметру, он обнаружил небольшую карету, оставленную кем-то возле черного хода.

Он сразу же признал это непримечательное средство передвижения. Значит, Ирвин сейчас здесь. Проверив черный ход, который, как назло, тоже оказался запертым, Хэйл вернулся к парадному крыльцу. От времени оно пришло в неприглядный вид. На его стук никто не открыл. Да он и не надеялся, что откроют. Подняв тяжелый камень, что валялся недалеко от полуразрушенного крыльца, Хэйл размахнулся и разбил им окно возле двери. Звон осколков, разлетевшихся во все стороны от окна, разнесся по всему дому, нарушая тишину. Дальше он щелкнул щеколдой, что сдерживала оконную раму, и отворил настежь окно. Проникнуть внутрь для него не составило большого труда, и вот Хэйл был уже на первом этаже дома тетки Ирвина. Маленькие осколки тихо скрипели под подошвой его ботинок.

Сверху, на втором этаже, послышались торопливые шаги, и спустя некоторое время перед ним показался Ирвин. Он был всклокочен. И заметно нервничал. Его опухшее от вечного пьянства лицо выражало негодование, а крылья носа яростно раздувались.

— Ты что это здесь устроил? — затрясся он от злости.

— Где мисс Палмер? — холодным тоном осведомился Хэйл.

— Какая, к черту, мисс Палмер? — слишком быстро ответил Ирвин, выдавая себя с потрохами.

— Лучше не шути со мной, Ирвин!

— Тебе стоит убраться отсюда, Хэйл!

— Я не уйду без мисс Бетани! — прорычал Хэйл и двинулся на Ирвина, сжав кулаки. Внезапно до его слуха донесся едва различимый крик. Кричала женщина. Хэйл точно знал, кому принадлежит этот голос. С гримасой отвращения на лице Ирвин посмотрел наверх, а затем перевел полный ненависти взгляд на Хэйла.

— Слишком поздно, приятель! — усмехнулся он. — Ей теперь не отмыться от позора!

— Ах ты жалкий ублюдок! — с этими словами Хэйл со всего размаху заехал по надменной физиономии Ирвина, повергая противника наземь. Видимо, удар пришелся точно в челюсть, и Ирвин, словно тряпичная кукла, без сознания завалился на пол.

Переступив через его бесчувственное тело, Хэйл вбежал по лестнице на второй этаж и поспешил на звуки голоса Бетани. В ее тихом крике было столько мольбы и отчаяния, что Хэйлу с невероятной силой захотелось вернуться вниз и врезать Ирвину еще раз! Но жалобный зов о помощи, звучавший откуда-то из-за дверей наверху, манил его сильнее.

Здесь, на втором этаже вдоль коридора, располагалось множество комнат. В какой именно была Бетани? Заметив, наконец, в замке одной из дверей торчавший ключ, он бросился туда. Проворно отворив дверь, Хэйл распахнул ее настежь, и увидел перед собой мертвенно-бледное лицо Бетани, которая словно осиновый лист на ветру, тряслась от страха. Увидев, что перед ней стоит Хэйл, Бетани, с всхлипами, доверчиво бросилась в его объятия.

— О, мистер Далтон! — разрыдалась она, едва оказавшись в его руках.

— Что он успел сделать, Бетани? — глухо спросил Хэйл, поглаживая ее по голове. Он так боялся услышать ее ответ, но в то же время ему было жизненно необходимо знать.

— Ничего! Он не успел… — новые рыдания заглушили ее слова, а Хэйл, наконец, смог нормально дышать. Волна облегчения прошлась по его напряженному телу.

— Все, все, милая! Все уже прошло! Я больше не дам тебя в обиду! — нежно шептал он ей на ушко, крепко прижимая к себе всхлипывающую Бетани. Сейчас, держа ее в своих руках, он чувствовал, такую небывалую нежность к этой девушке. Золотой цветок под названием любовь уже давно расцвел в его сердце, но Хэйл упорно отрицал это. Но больше не мог!

Когда ее слезы иссякли, Бетани подняла на Хэйла свои заплаканные глаза и прошептала:

— Увезите меня отсюда, мистер Далтон!

— Непременно, мисс Бетани! — нежно погладив ее по щеке, ответил Хэйл. Она не отпрянула от его прикосновения, и Хэйл, взяв ее за руку, повел Бетани вниз.

Они прошли мимо все еще не пришедшего в чувства Ирвина, который растянулся на полу, и вышли через парадную дверь. Его запряженная карета ожидала их возле дома, и резвые скакуны нетерпеливо били копытами, готовые немедленно пуститься в обратный путь. Усадив Бетани внутрь, сам Хэйл взобрался на кóзлы и, карета понесла их в сторону Бэзил-Холла.

О том ужасном происшествии Бетани старалась больше не вспоминать. Ирвина Кирка позже нашли в особняке его тетки. Не выдержав разорения и грядущей бедности, он пустил себе пуля в лоб.

В отношениях Хэйла и Бетани с тех пор что-то переменилось, будто сломалась какая-то невидимая преграда, некогда разделявшая их. Бетани больше не сторонилась Хэйла, и, ему даже казалось, что ей было спокойнее в его обществе.

С каждым днем, что они проводили в компании друг друга, его любовь к Бетани крепла все сильнее. Но вот чувствовала ли девушка то же самое, что и он? Хэйл не знал. И это незнание терзало его.

Его мучение было прервано в один из ноябрьских дней, когда Хэйл получил письмо из Нового Орлеана.

Отправителем данного письма являлся его отец, Найджел Далтон. Он выражал надежду, что Хэйл успешно решил все свои дела, которые вынудили его спешно отправиться в Лондон, и настоятельно просил Хэйла, (новоиспеченного герцога Одлонского!) в срочном порядке вернуться домой. Возникли некоторые вопросы в компании «Далтон Корп», которые требовали его незамедлительного присутствия здесь, в Новом Орлеане.

Хэйл сидел в просторной библиотеке Бэзил-Холла, читая только что полученное письмо. С наследством он все уладил, но вот, что касается мисс Бетани…

Вопрос с ее замужеством оставался до сих пор открытым. После того ужасного случая с Ирвином, они словно заключили молчаливое соглашение и больше не говорили о свадьбе.

Легкие шаги, раздавшиеся в библиотеке, вывели его из тревожных мыслей. Оторвавшись от письма, Хэйл заметил у стеллажа с книгами Бетани. Выбрав нужную ей книгу, она уже собиралась покинуть библиотеку со своей драгоценной ношей. Заметив Хэйла, сидевшего в кресле около окна, она остановилась.

— Мистер Далтон! Простите, я не знала, что вы здесь! — улыбнувшись, произнесла девушка.

— Ничего, я уже ухожу. Можете полностью располагать библиотекой, — ответил Хэйл, поднимаясь со своего места. На его лбу залегла небольшая складка, выдавая тревогу.

— У вас все в порядке, мистер Далтон? — поинтересовалась Бетани, всматриваясь в его напряженное лицо. За последние несколько недель, она уже успела довольно хорошо узучить Хэйла, и сейчас видела, что его определенно что-то беспокоит.

— Да, все хорошо. Просто настало то время, когда мне нужно вернуться домой. В Новый Орлеан. Я уладил здесь все вопросы, ради которых прибыл в Лондон. Ну, почти… Да и отцу нужна помощь в делах компании, — отозвался Хэйл, подходя к Бетани.

— О… — Это все что смогла выдавить из себя девушка. — Что ж, тогда желаю вам доброго пути, мистер Далтон.

— Благодарю, мисс Бетани. Вы можете и дальше оставаться в Бэзил-Холле. Я распорядился, чтобы дом оформили на ваше имя. Теперь вы хозяйка этого поместья, — сглотнув, сказал Хэйл.

Услышав его слова, Бетани снова смогла только растерянно произнести:

— О!..

Кивнув ей, Хэйл развернулся и уже собирался выйти из библиотеки, но неожиданно задержался на пороге, будто собираясь с духом. Затем он снова вернулся к Бетани. На его лице застыла маска полной решимости.

— Мисс Бетани, я не стану вас принуждать к этому браку. Я не приказываю, но прошу вас стать моей женой! И если в вашем сердце нет и капли той любви, что я испытываю к вам, то умоляю, не терзайте меня, и просто скажите, что мне не на что надеяться! — выпалил Хэйл на одном дыхании.

Бетани в изумлении смотрела на Хэйла и не могла вымолвить ни слова. Приняв ее молчание за отказ, Хэйл снова кивнул и бесцветным голосом проговорил:

— Что ж, не смею больше отнимать у вас время!

Когда его понурая фигура стала удаляться в сторону двери, Бетани окликнула его:

— Мистер Далтон, вы задали мне вопрос и, не дождавшись ответа, просто уйдете?

Подойдя к Бетани, Хэйл с надеждой вглядывался в ее глаза, ожидая ответа, как невиновный ожидает оправдательного приговора.

— Я согласна, мистер Далтон! Я люблю вас!

* * *

Две недели спустя, Лондон, 1791 год.

— Мистер Оррел, сказать честно, вы меня очень удивили, когда попросили о встрече. Я думала, что с формальностями уже давно покончено! — улыбнувшись, проговорила Бетани, расположившись на мягком диване в гостиной.

— Миссис Далтон, во-первых, примите мои искренние поздравления! Но, как вы понимаете, я здесь не только ради них. Дело все в том, что мистер Лоренс оставил для вас письмо, и велел вручить его вам, только после того, как вы сочетаетесь браком, — озвучил цель своего визита мистер Оррел, передавая в руки Бетани конверт.

— Вот как! — удивилась Бетани.

Когда поверенный покойного мистера Лоренса, мистер Оррел, попросил ее о встрече, она даже не могла предположить, для чего ему это понадобилось. Может, остались какие-то неразрешенные вопросы? Тогда это нужно решать с Хэйлом, а уж точно не с ней!

Оставшись одна в гостиной, Бетани распечатала конверт. Ее губы тронула легкая улыбка, когда она увидела такой знакомый подчерк мистера Палмера, написавшего это письмо. Стоило ей приступить к чтению, как ровные строчки поплыли перед ее глазами, подернутыми пеленой слез.

'Моя дорогая Бетани!

Когда ты получишь это письмо, то, я уверен, будешь уже счастлива в браке. Я специально оставил такие распоряжения моему поверенному мистеру Оррелу, чтобы ты ни в коем случае не упрекнула меня в сводничестве!

Возможно, когда зачитывали завещание, ты могла рассердиться на меня из-за его содержания. Ты негодовала и спрашивала, почему я назначил опекуном именно этого человека, моего двоюродного племянника Хэйла Далтона?

Все очень просто! Я знаю тебя и знаю его. Вы всегда мне представлялись двумя половинками одного целого. То, чего никогда не было у него, в достатке имеется у тебя, моя милая, и то, чего так не доставало тебе, с лихвой имеет Хэйл.

И сейчас, (я почти уверен в этом!) ты зовешься не иначе как миссис Далтон. Я знаю, что вы будете счастливы с Хэйлом, так же как я был счастлив с твоей мамой!

С любовью к тебе, Лоренс Палмер'.

Content

Хозяйка поместья Бэзил-Холл

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11