Хозяйка проклятого поместья

1

Эта ночь была темна. Мягко падал снег, покрывая пушистым ковром зимнюю дорогу и меховой плащ одинокого всадника.

До поместья "Волчье логово" оставалось совсем немного. Мудрый путник остановился бы засветло в таверне и заночевал в комнатах, услужливо предоставляемых хозяином за пару монет, но герцог Йоллер спешил.

Неделю назад дома на свет появился его второй внук, но он так и не стал свидетелем этого события, как и главным гостем торжества. Такова была традиция.

Старшему, Эвану, было уже десять — почти мужчина. Славный парень — гордость деда и будущий наследник рода.

Второго малыша только предстояло увидеть.

Пять лет прошло с его последнего визита в семью. В свое время передав бразды управления землями сыну Йоган Йоллер покинул родные края и отправился ко двору служить короне. Чего только не случилось за это время: предотвращение государственного переворота, отравление королевы, убийство наследника престола, ядовитые фаворитки короля… Сейчас пришло время осесть в поместье и тихо воспитывать внуков. Пенсия. Но герцог не возражал — пришло его время.

— Прр, — он натянул поводья.

Конь попытался взбрыкнуть, но под крепкой рукой моментально успокоился.

Что-то было не так. Слишком тихо. Словно природа замерла в ожидании чего-то.

Поправив шапку на голове Йоллер потихоньку подстегнул Ворона и они продолжили путь.

На душе затаилась тревога.

Свист над ухом раздался неожиданно. Это стрела рассекала воздух. Это было очевидно, но все же ездок надеялся, что его эта участь минует. Известно всем, что приближенные короля долго не живут после ухода со службы. Слишком много тайн ему известно. Слишком многое он может рассказать. Никого не волнует, что преданность Йогана была безоговорочной. Что греха таить, пять лет назад он сам организовал покушение на своего предшественника, опять-таки по указу сиятельной персоны.

Нужно просто живым добраться до земель, а там уж он знал как справиться со всеми неприятностями.

Очередной свист. Путник, ударил ногами мощные бока, призывая ускориться, пригнулся пониже и прижался к спине коня.

Сейчас, весь в черном на фоне белоснежного снега он был отличной целью. Да и возраст берет своё уже.

В пятьдесят пять лет он был еще полон сил, но далеко не так ловок как раньше.

Левое плечо обожгло и парализовало от боли.

А стрелок вовсе не так плох как показалось в начале. Но все равно не достаточно хорош, как должен был бы.

Кажется, выбора особого нет и все таки придется заночевать на постоялом дворе. Благо дорога была прямой и гостиница была в десяти минутах от основной дорожной линии.

Умело направив коня в нужную сторону, Йоган пустил его в галоп уже не осторожничая.

Сонный хозяин гостиницы на улице покуривал трубку даже не думая о ночных постояльцах, но завидев знакомые цвета на попоне коня встрепенулся и начал было кланяться, как заметил неладное.

— Ваша Светлость, что ж это с Вами, — он принялся стягивать своего господина со спины животного.

Следующая пара дней прошла в горячке для Йогана. Простуда и рана сильно ударили по состоянию, но заботливые руки супруги хозяина гостиницы, миловидной хохотушки Гайрэ, чудесным образом вырвали его из лап смерти.

Еще через неделю герцог, расплатившись за неустанные заботы золотом, был снова в седле.

— Ваша Светлость, — кричала с порога маленькая женщина, — Купите детям по игрушке!

Он улыбнулся.

А что, и вправду, едет к детям и без гостинцев.

Рыночек находился на соседней улочке — заехать было недолго.

Пятница — ярмарочный день. Все местные жители и выходили на городскую площадь и торговали продуктами и безделушками.

Люд сновал туда-сюда. Это был маленький мир в мире.

Купив Эвану набор для резьбы по дереву, а новорожденному деревянную погремушку, внутри которой были металлические шарики, герцог засобирался в путь. Родные должны обрадоваться, хоть он не предупреждал заранее.

Внимание мужчины привлекло представление на импровизированной сцене. Там толстяк, управляя деревянным мечом вел "войско" из псов. Насмешка над властью. Но вмешиваться не имело смысла. Не сейчас.

Но вот взмах "меча" и актер бьет плашмя по голове псу. Тот взвыл и зарычал. Это стерпеть Йоллер уже не мог.

Ловко спрыгнув с Ворона он остановил занесенную для повторного удара руку. Животное посмотрело на герцога с благодарностью.

Вперед выбежала старая цыганка. Вероятно, она и заправляла этим балаганом.

— Как посмел ты, прерывать выступление?!

— Не будет на моей земле бесчинств. Не будет и беспочвенной жестокости! Ни к чему животину обижать!

Старуха не стала дослушивать — прошептала что-то в сжатый кулак и, раскрыв ладонь, подула. Пепельное облако рассеялось сначала, а потом словно по волшебству собралось снова и устремилось к Йогану.

— Любишь псину? — она захохотала и зло продолжила, — Твой род обречен ходить в шерсти как только кровь окрасит руки, пока невинная рука не смоет её.

Герцог отмахнулся.

— Пошла вон, старая.

Перехватив за ошейник пса, он повел его к Ворону, бранясь на цыганку.

Но пора возвращаться домой.

Ловко запрыгнув на коня и перехватив покрепче здоровой рукой поводья, Йоган пустил коня по площади на выезд, а пес засеменил следом за ним…

2 Годы спустя.

Стоя на помосте, я не знала куда деть глаза. Было стыдно стоять перед соседями босоногой и простоволосой. Но должно было быть стыдно отцу. Это он должен отводить взор, а не мы.

Только вчера тело нашей матери закопали в мёрзлую землю, а сегодня он продает нас, чтобы было на что купить выпивку завтра.

С суровой реальностью мне пришлось познакомиться очень рано. Родитель алкоголик — горе в семье. Мать в вечных слезах — тоже не в радость.

— Подходи, честной народ! Смотри какие девицы, в хозяйстве любая пригодится! — выкрикивал папочка.

— За что он с нами так? — утирая слёзы, и прижавшись ко мне, вопрошала семилетняя Вилма.

Я посмотрела на нее строго. Нечего слезы лить. Не сегодня. Для этого будет еще много времени потом.

Пятеро по лавкам не под силу родичу, поэтому он принял не противоречащее совести решение — избавиться от трех дочерей.

— Не придется приданное вам искать, еще и заработаю, — приговаривал отец, ведя на поводу нас словно скот утром ранним.

Отбросив в сторону мысли, я крепче сжала хрупкое плечико сестрёнки.

— Не плачь, всё образуется. Мы попадем туда, где нам больше не придется голодать.

На руках заворочалась Алва. Она еще маленькая, понимает лишь то, что сейчас холодно и кушать хочется. Но эти пытки могли продолжаться долго. Одна надежда, что купят нас быстро и один человек. Я просто не вынесу расставания с сестрами.

Поплотнее прикрыв своей накидкой малышек, я прижала их теснее к себе. Вместе мы сила.

Мимо проходили люди, в том числе и соседи. Кто-то косо посматривал в нашу сторону, а кто-то сочувственно.

— Бедняжки, — приговаривала разносчица с постоялого двора.

Многим было жаль, но никто и не сдвинулся с места, чтобы прекратить этот балаган. А что, торговля, в том числе и людьми законом не поощряется, но и не возбраняется.

Гнев начинал закипать во мне.

Как же так?

Почему мама так рано покинула нас? Непрошенные слезы навернулись на глазах. Я их быстро смахнула. Нечего девочкам их видеть. Это сломает их.

С каждой минутой становилось все холоднее. Алва тихонько захныкала.

— Угомони ее, — рыкнул отец.

Я принялась покачивать и напевать "нашу" мелодию. Ту, что мама пела.

— Почём отдаешь? — донеслось до моего уха.

Я подняла голову. Высокий и худощавый мужчина в меховой накидке с капюшоном смотрел прямо мне в глаза. Кровь застыла в жилах от этого взгляда.

— Всего шесть золотых.

— За всех?

— За каждую, — папочка не хотел упустить выгоду.

Богатый господин мог заплатить такие деньги. Мог… Но хотел ли?

— Мне все не к чему. Беру старшую.

— Но как же так? — возмутился наш горе-торгаш, — Что мне потом с малыми делать?

— Не моя забота. Отдаешь?

Родитель взвешивал все "за" и "против". Продаст меня одну и останется сам смотреть за младшими. Не продаст — не на что будет гулять вечером.

На шесть золотых можно было закупить еды впрок на всю зиму или три коровы, а он о выпивке думал.

Его кадык нервно дернулся.

— Давай пятнадцать и они все твои.

— К чему мне они все? Сам посуди, их кормить и растить? Зачем мне эти хлопоты?

— Так старшая, Арлайн и займется их воспитанием.

— Но зачем мне это? Она может и без них заниматься порядком в моем доме.

Я была готова уже броситься в ноги господину, лишь бы забрал нас троих. Но не выдержала, и слезы покатились градом по щекам. Словно почувствовав это девочки притихли. Даже Алва перестала дрожать.

— Десять и ты забираешь всех. По рукам? — столько надежды было вложено в слова отца. Неумелый торгаш. В его мыслях он уже с друзьями отмечает успешную сделку.

— Шесть и я забираю всех. И никак иначе.

Пары секунд было достаточно для согласия.

— Эх, господин, умеешь убедить ты бедного сельчанина, забирай.

— Бедный сельчанин не стал бы последнее богатство продавать на базаре, — заключил покупатель, откинув капюшон с головы.

Перед нами предстал наш господин. Владелец этих земель. Йоллер. Его волосы были цвета снега, а глаза словно лёд. Говорят, что он проклят был когда-то и теперь ищет покой. Вообще его личность была окутана слухами и домыслами. Что есть реальность, а что сельский вымысел, мы не знали. Но побаивались его все.

Родитель начал кланяться. Еще никогда нам не приходилось видеть Йоллера так близко.

— За мной, — скомандовал он.

Позади слышались благодарственные речи, а мы несмело ковыляли за нашим владельцем.

Мои негнущиеся от холода ноги заледенели. В такую суровую зиму ходить босиком не пристало никому, даже оборванцу. Алва была плотно закутана в мамин платок из собачьей шерсти, а ножки Вилмы замотаны шарфами.

Отец не дал времени на сборы по утру и наказал ничего не брать, в том числе и обувь с платками, разве что расщедрился на разрешение надеть накидки.

Отворив дверь на постоялый двор старый герцог пригласил жестом нас следовать за ним.

Теплый воздух ударил в лицо, а ароматы просто сбивали с ног.

— Гайрэ, — крикнул он, — Помоги нам.

Из боковой двери выбежала бойкая вдова — владелица заведения и прижала руки к щекам.

— Да что ж это такое, — причитала она, — Дети, и в таком состоянии. Господин, что угодно Вам будет?

— Для начала, отмыть, отогреть и накормить. А потом распорядиться об одежде и повозке. Команда была простой, но властный голос не давал возможности промедления.

Ну что же, спасибо доброму господину, что мы вместе хотя бы.

3

Вскоре телега, запряженная гнедой мирно катила по направлению к поместью. Алва, насытившись была убаюканная мерным покачиванием. Вилма укутавшись поплотнее в теплую накидку разглядывала носки новой обувки. Впервые за пару лет я ощутила спокойствие. Было совсем не страшно от ожидания, что там впереди. Мы сыты, согреты и вместе — это самое важное. Герцог был не многословен. В гостинице он коротко осведомился о нашем самочувствии и отсел подальше, вверяя нас заботам доброй Гайрэ. К концу поездки мы оказались у самого поместья "Волчье логово".Говорящее название, как и сам хозяин оно создавало особое впечатление. Это было огромное здание, строительством которого занимался род Йоллер много веков подряд, по крайней мере так говорили в деревне. Мы вылезли из телеги и застыли разинув рты. Вилма со свойственной ей детской непосредственностью заявила:- Ну всё, теперь я принцесса. — Погоди, малышка, нам тут другая роль уготована. Было страшно даже подумать какая. Три девочки в доме старого герцога, где давно не было гостей… В лучшем случае станем поломойками, о худшем я боялась говорить. — Ну что ж, прошу, — Йоллер сделал приглашающий знак ловко, что несвойственно его возрасту спрыгивая с вороного коня, — Проходите. Я нерешительно, но сделала первая шаги и вошла внутрь. Сестры послушно заковыляли рядом. В холле нас встретила улыбчивая женщина. Это оказалась экономка. — Морна, будь добра проводи детей в детскую. И… — он оглянулся на нас, — Подбери им что-нибудь из одежды. — Ох, господин… — она бросила сочувственный взгляд на него и переключила все внимание на нас, — Ну что ж, девочки, добро пожаловать домой. Она взяла на руки Алву и что-то бойко щебетала ведя нас вверх по лестнице. Мы с Вилмой старались внимательно слушать, но потрясающее убранство поместья впечатляло и очень сильно отвлекало. — Как ты думаешь, нас съедят? — шепнула сестрица. — Глупости всё это, — отмахнулась я. — Арлайн, говорят они прокляты, — она подняла пальчик вверх, указывая на картину, где демон на руках несет бездыханную деву в белом. — Вот негодники, — воскликнула Морна. Мы подняли глаза и застыли от страха. На нас неслись два волка. Один большой, второй поменьше, но сути это не меняло. Еще секунда и они бросятся на нас. Я прижала к себе Вилму, и мы приготовились стать завтраком. — О, девочки не бойтесь — наши Эван и Олей вас не тронут. Я открыла глаза. Сердце все еще неистово стучало, но уже без прежнего страха. Два волка прыгали поскуливая вокруг нас. — Собачка, — впервые за это время произнесла Алва и потянула ручки к животным. — Не надо, — я перехватила малютку, — Могут покусать. — Да, бросьте. Наши мальчики никого не обидят Они заскучали и хотят играть, — экономка счастливо улыбаясь погладила питомцев, — Эван, подождите, я сейчас размещу девочек и поиграю с вами. А пока спуститесь к деду. Мы с Вилмой удивленно переглянулись, но промолчали. Она разговаривала с ними как с людьми. Слышала я, что разумные бывают животные, но не на столько. Словно поняв женщину "мальчики" побежали завиляв хвостами вниз по лестнице. — А вот и ваши комнаты. Как оказалось для нас теперь отведено три просторные комнаты. Я оглядела одну и подсчитала, что весь наш домик был такого размера, как эта. Остальные были не меньше. Пока Морна не умолкая рассказывала что да как Вилма и Алва бросились все щупать и обнимать. Детский восторг заполнил пространство. Но какова расплата? — Спасибо, в этом случае чудесно, — поблагодарила я. Голос предательски дрогнул. — А может по чаю и познакомимся? У нас прекрасные сборы на любой вкус. Девочки, — она повернулась к малышкам, — Вы какой сбор любите? — Малину и кексы, — выкрикнула Алва, все еще прижимаясь щекой к пушистому пледу на постели. — И я! — Подтвердила Вилма. — Ну что ж, тогда я побегу за угощениями, а вы располагайтесь. Она ушла, а я обняла сестер. Нужно как то попросить чтобы нас оставили в одной комнате, не дело расставаться. Да и привычнее спать вместе. В комнату вбежали волки. А следом шел герцог и Морна с подносом. — Ну что же, давайте знакомиться, — предложил он. — А правда, что это заколдованный замок? — Вилма никогда не была тактичной. — Отчасти да, в этом доме слишком долго было тихо и малолюдно. — А где твоя семья? — я была готова провалиться под землю от вопроса Алвы. Три года, а уже блещет. — Моя семья, — он рассеянно оглядел комнату и задержал взгляд на волчатах, — Моя семья здесь сейчас, в этой комнате. — И мы твоя семья? — И вы теперь моя семья, — подтвердил он. Его взгляд остановился на мне. Изучающе. Но страха не было, скорее любопытство. — Можно нам не расставаться. Он кивнул. — Но есть условие. Расскажите мне о себе. Что ж ему такого рассказать? — Мы жили в обычной семье. Отец пил, а мать… старалась и делала вид, что так и должно быть. Все как у всех. Нас было пятеро, а теперь мы втроем, — начала я, но Алва перебила:- А еще у нас пахло всегда булочками и пирогами. — А я завтра тоже испеку, — подыграла экономка, — И буду печь каждый день, если вы мне поможете. Девочки радостно закивали. — Ваша мама умерла? — продолжил Йоллер, я кивнула. — Да вот, только вчера. Старшие братья нужны в хозяйстве… — А вы балласт? Я не знала значения этого слова, но под льдистым взглядом, кивнула. — А мы лишние траты и хлопоты. — А как же долги? — Их не так много и Йан и Коган уже их стараются отработать. Герцог понимающе улыбнулся. Что-то в его взгляде промелькнуло родное и теплое. — Меня зовут Йоган Йоллер — шестой герцог Волчьего логова на Утесе. И я надеюсь, что вам здесь… будет спокойно. Загадочные слова. — Мне нужно подготовить вам гардероб. Сколько вам лет? — Морна катала на руках Алву и внимательно слушала нашу беседу. — Мне десять, Вилме — семь, а Алве — три. — Посмотри, я умею считать до трех, — малышка показала на худеньких пальчиках, лишенных детской пухлости — три. Все рассмеялись. Мы принялись пить вкусный сбор чая с листиками и ягодами малины, заедая их еще теплыми кексами. Йоллер был с нами. Шутил и улыбался. Такой должна была быть семья. Счастливая семья. А потом нам принесли бадью и наполнили ее горячей водой — поистине дорогое удовольствие. Пока мы по очередности купались Морна принесла нам пушистые полотенца и теплые халаты. Пока она наводила порядок в комнате мы мирно уснули в кровати крепко обнявшись и вдыхая запах чистых простыней и лаванды. А ночью мне снились сны. Жуткие. Те самые, от которых перехватывает дыхание, и из груди рвется крик.

4

— Доброе утро. Как спалось, девочки? — в комнату впорхнула Морна. Утро было солнечным и радостным. Сестры играли на ковре у весело потрескивающего камина. — Спасибо, хорошо. А мысленно я вернулась в ночной кошмар. Сон был все еще перед глазами, словно я его прожила и не раз. Темный лес. Карета, запряженная шестеркой чалых. На козлах сидит мальчишка и правит. Веселый смех разносится далеко. А потом все обрывается. И кровь. Много крови…И только сверток на руках мертвой женщины, окрашенный кровью шевелится…Кажется, волосы встали и зашевелились на голове вновь. Стряхнув с себя воспоминание, я выдавила из себя улыбку. — И мы, — Алва захлопала в ладоши. Вроде все хорошо. — Я вам тут вещи подготовила. Девчачьих нет, конечно, но я надеюсь, что эти подойдут. Экономка разложила три брючных комплекта сшитых из дорогой ткани. Здесь были белоснежные рубашки из батиста и бархатные костюмы. Я непроизвольно потянулась к ним рукой. — А чьи они? — Это одежда внуков Его Светлости. — А вдруг им не понравится то, что мы ее одевали? Я б на их месте точно была недовольна, если бы мои наряды надевали нищие оборванки. В открытую дверь протиснулись две морды, посмотрели на нас с надеждой. Я похлопала по одеялу около себя и они наперегонки бросились ко мне. — О, не стоит беспокоиться. Они не будут против. Правда, мальчики? В очередной раз я удивилась отношению к животным в доме. — Спасибо, — Алва подбежала к женщине и обняла ее своими маленькими ручками. — Какая ты хорошенькая, — ущипнув малышку за щечку Морна начала нас наряжать. Я, конечно, справилась сама. Было необычно надевать мальчишечьи одежды, но немного покрутившись перед большим зеркалом в резной раме и ощутив комфорт в передвижении, я была готова всю жизнь носить их не снимая. На завтрак мы отправились на кухню в компании лающего Эвана и радостно подпрыгивающего Олея. Они и вправду были как дети. Как только мы добрались до кухни на первом этаже, то сразу были сражены ароматами трав и ванили. От одного запаха в животах заурчало. Веселая кухарка накрыла нам на маленьком столике у окна, где обычно располагались слуги. Сдобные булочки с вареньем, кислая пастила, вазочка с заварным кремом, ломтики сыра и ветчина. Но главное — вкусный яблочный компот. Девочки не могли себя сдерживать и накинулись на еду, словно сроду не ели. Что поделать, малышки. — А ты что зеваешь? Налетай! А я что? Я ничего- Задумалась, — проговорила я, пропуская между пальцев гладкую шерсть Эвана, Еще немного и он заурчит как кот, — Герцог любит животных? Морна и Фанни, наша повариха, переглянулись. — Очень. Помню жил у нас старый пес. Его Сиятельство спас от цыган. Так вот, добрый был и благодарный. Ходил везде хвостом, да с внуками играл… Эх, были времена. — А сейчас внуки не приезжают погостить? — видимо это был неудобный вопрос, потому что повисла гнетущая тишина, которую нарушил сам Йоллер. — Они пока не могут с нами сесть за стол, но надеюсь, что наступит день, когда вся семья соединится вновь. Загадочно. — Они уехали? — Можно сказать и так. Женщины тихо стояли в сторонке и внимательно вслушивались в нашу короткую беседу. — А можно откровенный вопрос? — Конечно. Для тебя все что угодно, Арлайн. — Зачем мы тут? Нет, я понимаю, Вы увидели нас и Вам стало жалко, решили спасти, но всё же? Он задумался. Серые глаза отражали грусть. — Я не люблю когда обижают тех, кто не может себя защитить. Когда-то за это я был проклят. Но я не чувствую своей вины. Я сделал то что должно. — А мы…? — я не унималась. Нужно всё поподробнее узнать. — А вы моё спасение от одиночества. — Когда мы прибыли, то целых три комнаты были готовы принять гостей. Вы знали, что вернетесь не один? Хозяин рассмеялся. — Нет. В поместье всегда готовы все комнаты второго этажа. Но не переживай, сейчас для младших готовят детскую. Для сестриц? — А я? — Если ты достаточно взрослая, то оставайся в комнате, что сейчас занимаешь. А вообще, в детской всего две кровати. Завтрак закончился, и Его Сиятельство провел нам экскурсию. Как оказалось поместье почти полностью пустовало. Были заняты только моя и его комната на втором этаже, на третьем комнаты Морны, Фанни и конюха — Крега. Детская была одна и она активно подготавливалась экономкой к переселению девочек. Весь второй этаж был в спальнях, а еще здесь были столовая утренняя, обедня, малая гостиная и семейная библиотека. Вот последняя меня очень заинтересовала. Но эту мысль я оставила на "потом".На первом этаже располагались большой каминный зал, большая гостиная, кабинет герцога, кухня и подсобные помещения. Большое поместье и так мало народу. Но были времена, когда жизнь кипела на каждом сантиметре пространства. Так странно и грустно это осознавать. — Для чего мы тут? — спросила я, когда сестры обустраивались в своей новой комнате. — Вы — моё спасение. — Я не понимаю, почему Вас надо спасать? — Каждого человека нужно спасать. От одиночества. — Вы так сильно одиноки, что понадобилось три девочки? — Нет, просто вы так же одиноки, как и я. Но, помните, что вы — семья. А теперь и мы семья. Хотелось в это верить. Но ощущение тайны преследовало меня, как и сон.

5

— Ну всё, девочки, успокаиваемся, — я старалась сделать голос строгим, — Приходим в себя и ложимся спать. Сна, конечно, ни в одном глазу. Сегодня они ночуют одни и мне не хотелось оставлять их, но нельзя жить в мире и не жить по его правилам. — А ты нам почитаешь? — Ну вы же знаете, что читаю я плохо. Да и ночь на дворе. Спать пора, совушки. — Ну, пожалуйста, — заныли сестрицы. — Ладно, только за книгой схожу. А вы, марш по постелям. Они заливисто засмеялись. Само собой никто не будет исполнять, но попытаться стоило. Я припомнила, что видела в библиотеке много ярких обложек, возможно и сказки найдутся среди них. Эван уткнулся носом мне в бедро, подталкивая на выход. — Ты меня проводишь? — в знак согласия этот красивый серый волк лизнул мне руку, — Ты ж мой герой. Я аккуратно погладила зверя. Его присутствие меня успокаивало и грело. Словно какая-то связь зарождалась и крепла внутри — в самом сердце и душе. Дорога до цели не заняла много времени тем более в компании такого прекрасного спутника. Страх к дикому животному быстро прошел. Чувствую мы с ним подружимся. Нужной книги не нашлось, зато я нашла историю семьи Йоллер. Ее и взяла. Когда я вошла в детскую, то девочки во всю тискали Олея, а он и рад был. Девичий смех и лай волчонка раздавались на всё поместье. — Ну всё, по постелям, — скомандовала я, — А то читать не буду. Все сразу бросились по кроваткам проникшись угрозой. Олей взобрался к маленькой Алве, заполнив остававшуюся часть свободного места. Она крепко обняла его за шею и прижалась. — Мы готовы, — торжественно объявила Вилма. Ну что ж, погнали. — Орлиный род берет своё начало с Раскола Империи и уничтожения всех одарённых. Магия покинула этот мир, но земля все еще хранит ее следы. Дабы укрепить свою истинность Йоллеры связали себя узами с Волфаргмами. "Волчье логово" — приданное дочери покойного герцога Волфа, — хм, занятно. Читала я медленно и с трудом, — История этой любви живет в сердцах потомков до сих пор. Интересно, а герцог знает эту историю и живет ли она в его сердце? Далее шло повествование как одаренная Анна обладающая чистой энергией и сердцем соединилась с Орлами. Душа и руки ее тянулись к врачеванию, но после смерти отца родичам необходимо было избавиться от неугодной наследницы. Обручили ее с Йоллером старшим. Непокорная девушка сбежала из дома, а в странствиях своих повстречала мужчину, в которого влюбилась. Но вот напасть, родственники настигли и, конечно, вернули беглянку. А в день свадьбы Анна была поражена признав в своем женихе возлюбленного из рук которого она была вырвана…Оторвавшись от книги я заметила, что сестры уже мирно спали. Ручки Алвы все еще обнимали волчонка. Олей во сне подергивал лапкой. Поправив одеяла я пошла к себе, размышляя о прочитанной истории. За мной увязался Эван. А мысли занимала история прочитанная только что. Понимаю, что краткость сестра таланта, но очень много пробелов оставалось. А как ее нашли? А почему одаренных уничтожили? Да и кто это вообще? Эх, может когда-нибудь я смогу узнать это у нынешнего герцога. — Не спится? — раздался голос из темноты. — Простите, книгу брала девочкам почитать. Они сказки любят, а тут… — я показала свою находку, — Только история. Легенды. Герцог взял из моих рук книгу и посмотрел на кожаный переплет. Приложил ко лбу, словно вознося молитву, поминая предков. — Я думаю, что это скучное чтиво. Я завтра поищу вам сказки. Должны где-то быть. В этом доме когда-то были дети, — его голос стал грустным, а во взгляде засверкали льдинки. Я благодарно кивнула. — Вы очень добры. — Это и погубило меня. Тебе не стоит меня бояться или переживать о сестрах. Я никого не собираюсь обижать. — Тем не менее, я хотела бы узнать, каковы мои обязанности тут? Не даром Вы хотели купить только меня. Он рассмеялся и лед в его глазах словно бы дал трещину. — Это была просто уловка. Быть на базаре и не торговаться — грех. На самом деле я когда вас увидел, понял, что всех заберу. Как ты понимаешь, я сейчас совсем один и не знаю, доживу ли до дня, когда вернется моя семья. А так хоть веселее доживать свой век. Да уж, весело, ничего не скажешь. С одной стороны было обидно, что он торговался, ведь отец мог не уступить, но с другой — слишком высокая цена за нищих крестьянок. — Знаете, все равно спасибо. За нас за всех. Он положил мне руку на плечо и сжал легонько его. — За это не принято благодарить. Ты должна помнить, что если мои мальчики не вернутся, то тебе здесь быть хозяйкой. — Хозяйкой "Волчьего логова"?Его слова изумляли и вселяли страх. Кто я и кто они — герцогский род Орлов. — Да, я должен знать, что есть кому дождаться моих внуков. В своё время ты передашь своим наследникам поместье и расскажешь им эту историю. И так до тех пор, пока проклятье не спадет. Какой уж теперь сон, когда такие вещи рассказывают. Но сон пришел. Тот самый про трагедию в лесу…

6 Десять лет спустя

— Арлайн, где ты бродишь, там стол накрыт. Завтрак давно стынет, — послышались крики семнадцатилетней Вилмы, — Опять над своими доходными книгами чахнешь…Шло время и мы освоились в огромном поместье с его укладом и ритмом. Хоть стареющий герцог и придерживался мнения, что дети не должны трудиться, но мы все равно старались помочь чем можем. Алва любила с Фанни рано утром ходить на птичник собирать яйца для завтрака и выпечки, а потом кормить птиц и добавлять соломы в насесты. А уж когда приходила пора выводиться птенцам, то большей квочки, чем она было не сыскать. За годы ее любовь к хозяйству только выросла и она уговорила Йогана подарить ей отару овец и пару коров да бычка. Он поражался этой тяге, но баловал как мог. Вилма взяла на себя постепенно все вопросы урожая и без того плодородные земли стали теперь прибыльными. Она лучше многих крестьян разбиралась в вопросах очередности посадки и выращиванию рассады из семян. А потом на том самом рыночке, где когда-то нас продал отец мы открыли лавку для развлечения и реализации товара. Ассортимент был большой и все выращено своими руками. Поначалу Крегг занимался сбытом продукции, но потом взял из деревни помощника. Я понимала во всем, чем занимались сестры, но держала дистанцию давая им место для самореализации. Нас очень вдохновлял простор для своих увлечений. Йоллер за это время стал близким по настоящему человеком и иногда казалось, что лед в его глазах вот-вот и растает. Мы каждый день благодарили Бога за то, что тогда отец отвел нас на площадь и то позорное испытание подарило нам дом, а главное любящего и заботливого деда. Когда я прибежала в столовую, то завтрак был уже накрыт, а девочки о чем то весело щебетали с дедом. Он то и дело посмеивался. Так отрадно видеть семью в сборе. Это редкость последнее время. Сестры все чаще рано утром сбегают по делам, прихватив с собой узелки с едой. Благодаря нашим трудам на столе красовалось множество угощений с собственной фермы: сыры, молоко, творог со сметаной и вареньем, маленькие пышечки и мясные рулетики. Конечно, никто не забывал и о наших мальчиках…Мой взгляд остановился на них. За прошедшие годы они не сильно изменились, разве что глаза стали серьезнее. — Ну где ты вечно ходишь, — заметив меня Вилма не сдержалась. — Я просто радуюсь, что все вместе сегодня собрались. Как раньше… — Я уезжаю не навсегда. — Понимаю, но все равно грустно. Я никогда не допускала мысли, что сестры могут покинуть меня. Покинуть нас… Но сегодня пришло время проститься с Вилмой. Пусть временно, но не менее тяжело. — Будешь скучать? — она так красиво изогнула бровь. Так умеет только она, — Я всего-то еду на сельскохозяйственную выставку. Буду там показывать свои проекты по теплицам и презентую способы круглогодичного выращивания томатов. Уму непостижимо — так быстро выросла. Есть свои планы и мечты… — Я помню ты говорила о временной поездке, а не о том, чтобы покинуть нас на совсем. — Арлайн, пойми, мы не можем вечно быть вместе. Нам нужно расти и рано или поздно мы выпорхнем из гнезда, но случится это позже, — примирительно заявила Вилма. — Рано или поздно, — этом повторила я. Дед, до этого молча наблюдавший за всей перепалкой встал. — Ари, тебе нужно понять, что они тоже заслуживают найти свое место под солнцем. Ты на столько сама замкнулась в заботах о нас, что не видишь ничего вокруг. Может тебе тоже съездить куда-нибудь, отдохнуть? Конечно, мне хотелось окунуться в новый мир, побывать в столице, примерить платья от знаменитых модисток, но я всегда помнила кто я и откуда. К сожалению, сестрицы об этом позабыли. — Я подумаю над этим. Завтрак прошел в приятной обстановке. Эван, как всегда, крутился около ноги и выпрашивал кусочки пожирнее и повкуснее, а потом пришло время прощаться. Мы стояли у порога. Карета с шестеркой в "чулочках" уже ждала и нервно била копытом. — Я не прощаюсь, — сестра крепко обняла меня, — Я говорю до скорого свидания. Я люблю вас и обязательно вернусь. — Удачи, девочка моя. Ты обязательно завоюешь доверие и продвинешь свои идеи. Я верю в тебя, — Вилма бросилась на шею деду. Мы просто не могли с Алвой стоять в стороне и в след за ней повисли на нем. Морна, Фанни и даже Крегг утирали слезы в сторонке. Эта взбалмошная девчонка никого не оставляла равнодушным. Как теперь без нее справляться? Наёмный кучер поторопил и атмосфера семейности была нарушена. Вилма, бросив прощальный взгляд полный грусти, села в карету, утирая влажные дорожки на щеках. Эван и Олей бросились наперегонки с лошадьми весело подпрыгивая. — Она вернется, — герцог сжал мое плечо. — Я знаю. Алва побежала догонять наших питомцев, оставив меня разгонять тоску дедули. — Мы семья и она это помнит, но и ей необходимо дышать полной грудью без твоего присмотра. Я медленно кивнула. Все понимаю, но тяжелые мысли не отпускают, как и ежедневный кошмар. Снова перед внутренним взором встала та страшная картина. С годами она стала ярче и четче. Добавилось много деталей, но все еще многое было непонятным. Этот еженощный ужас преследовал меня, а утешение я находила в хлопотах по поместью и заботе о близких. — Я справлюсь. Йоллер посмотрел на меня со всей серьезностью и выдал совершенно кощунственное предложение. — Может тебе замуж выйти?

7

— Абсурд! Нелепость! — негодовала я жалуясь Эвану, — Только ты меня понимаешь. Замуж? Замуж…Кому нужнакрестьянка, которую герцог называет своей внучкой? Мы с волком сидели под могучим раскидистым дубом, что находился за конюшней. Для меня это было место уединения. Когда где можно и поплакать и посмеяться, главное — с лучшим пушисто-клыкастым другом. Может все вокруг и забыли кто мы на самом деле, да и мы сами начали забывать, но я помню. Мы простые девчонки с рыночной площади. Сироты, проданные отцом. Столько раз я думала какая будет встреча с ним. Как я презрительно посмотрю ему в глаза. Может быть, даже плюну в его сторону… Но он так ни разу больше не появлялся за все это время. Тот позорный день стал последней нашей сценой в память. Вилма первое время еще бредила мыслью, что хотя бы братьям не плевать, но и они не пылали желанием с нами общаться и никак не осуждали поведение отца. Алва и вовсе ни разу не вспомнила. Слишком маленькой была. Мы бережно хранили обрывки воспоминаний о маме. О тепле и доброте, любви… А я старалась стереть ее слабость. Она так любила отца, что позволяла вытирать о себя ноги. — Не выйду замуж ни-ког-да! Слышишь, Эван, никогда. Никто так со мной не будет поступать. Я не склонюсь ни перед одним мужчиной! Только рука об руку и только по любви, — возможно я и была наследницей поместья и земель, но не дурой. Жёлтые глаза пушистого товарища светились пониманием и любовью. Вот такого нужно выбирать мужа: любящего, преданного, веселого и теплого. Того, кто радуется каждой встрече и спит каждую ночь рядом, стараясь отогнать ночные кошмары. В чью шерсть можно уткнуться и забыть об усталости и грусти. — Вот объясни мне, с чего это дед решил, что мне пора замуж? Может я надоела ему уже? Может мы все ему уже надоели? Он так просто отпустил Вилму… — Простите? — раздалось позади, и я обернулась на мужской голос. Эван недовольно зарычал. Без агрессии, скорее предупреждая, чтобы близко не приближались. Оперевшись о ствол голубоглазый пришелец наблюдал за моими откровениями. — Могу я чем-то помочь? — я встала, как и положено приветствовать путника или гостя. Наличие брюк еще не освобождает от этикета. — Хм… Помочь? Вероятно, Вы здесь работаете, — он окинул взглядом мой наряд, — Проводите же меня и напоите. Наглец! — С чего это я абы кого в дом поведу? Уж простите, мил господин, но представьтесь для начала. — Волф, Нейл Волф, маркиз Волфаргм. Теперь я здесь господин. Вот это поворот. Интересно, а герцог Йоллер знает, что тут не просто наследник, а новый хозяин объявился? — Ну что же, Волф, Нейл Волф, пошли коль не шутишь, — хихикнула я в рукав. Пожалуй оставлю это на потом. Пусть дед повеселится. Дорога не была далекой, поэтому вскоре мы оказались уже на пороге поместья. Всё это время я чувствовала его взгляд на своей пятой точке. Не приятно, но переживу и потерплю, ради того, чтобы лицезреть его лицо при встрече с Йоганом. — Я бы на Вашем месте так не пялилась на местных девушек, — не удержалась я от замечания когда мы уже вошли в дом. Старый герцог в это время любил потягивать травяной сбор с крошечными заварными пирожными в утренней, значит поведу ка я пришлого именно туда. — Я здесь хозяин и смотрю куда, хочу и сколько хочу."Хочуха" не выросла так со мной разговаривать! Но пожалуй потерплю еще минуту. — Морна, — позвала я, та появилась через считанные секунды, — Распорядись, чтобы нашего… хм… хозяина, накормили. Экономка посмотрела на меня как на сумасшедшую, но получив кивок в знак согласия, недоверчиво улыбнулась и подыграла:- Как скаже…те, госпожа Арлайн. Гость окинул меня уже более заинтересованным взглядом. — Надо полагать, Вы любовница моего покойного родственника? Недурно. Вкус у старика, однако, был. Но не слишком молода ли? Я была готова взорваться хохотом. Слезы выступили на ресницах от сдерживаемого порыва. Если поначалу я решила, что дед решил сосватать этого голубоглазого и несколько негодовала, то сейчас комичность ситуации меня просто разрывала на части. Интересно, а с чего он взял, что герцог умер? Он, вроде еще достаточно силен и ловок. К тому же ни сколько не изменился со дня нашей встречи. А прошло добрых десять лет. Вон, недавно с охоты с Креггом притащили тушу оленя. Меткость как в юности — на высоте. — Завидуйте молча, маркиз Волфаргм. — Ну от чего же… И у меня есть к Вам, госпожа Арлайн, предложение. Уверен Вы его оцените, — с издевкой произнес он. — Ни чуть не сомневаюсь, — сил "кокетливо" улыбнуться не было. Тяжело говорить, улыбаться и подавлять спазмы хохота в груди. — Какое еще предложение? — грозно раздалось из приоткрытой двери, но не как ожидалось из утренней столовой, а из более близко находящейся к нам библиотеки. Сейчас не выдержу. Из проёма показался дед. Одетый во все черное, подтянутый, высокий и с абсолютно белыми волосами. Его льдистые глаза застыли на лице мужчины. Ну всё, больше не могу…Я взорвалась громким и отнюдь не девичьим хохотом. От неожиданности Морна, что догнала нас, выронила поднос с угощением. — Как же так… — сетовал визитер. Суровый взгляд герцога Йогана Йоллера мог заморозить океан. Ну что ж, наглец, сейчас тебе предстоит спуститься с небес на землю.

8

— Так кто, говоришь, пустил слух о моей смерти? А он и не говорил об этом, но под холодным взглядом герцога Йоллера вариантов для отказа быть просто не могло. — Вы живы! Радость то какая! До нас дошли сведения, что Вы погибли. — Как? — Болт арбалета или стрела… Уж и не помню. Поместье является наследием рода Волфаргм… — он развел руками. Дед знает свое дело. Не зря пять лет при короне прослужил. Ведет гостя в гостиную, а сам оплетает как паук паутиной, задавая вопросы. Морна уже накрывала на маленький столик у камина: чай, плюшки, пончики… — Занятно, а давно ли? Мужчина замялся подбирая слова. Он уже понял, что попал, но не понимал насколько и оценивал риски. А риск был — сейчас Эван смотрел прищуром желтых глаз на маркиза, размышляя какая часть вкуснее: окорок или голень… — Тише-тише, Эван. Отравишься еще гадость разную кусать, — посоветовала я любимцу. — Что простите? — услышал гость. — Не прощаю. — Вы что-то сказали? — Нет, что Вы! У Вас слуховые галлюцинации, — не удержалась от колкости маркизу. — Мне показалось, что Вы назвали этого громилу волка Эваном. И что? — Его зовут Эван. Это мой самый любимый мужчина, — я послала самую теплую улыбку своему питомцу и потрепала за уши. Идеальный образец моей мечты. Я бросила взгляд на герцога. Йоллер нервничал. И чего только? Неужели новости, что где-то кто-то неизвестный распространяет кошмарные слухи о его смерти? Вот только кому это нужно? У нас нет врагов, хотя и друзей тоже. После того как родня Йогана исчезла он замкнулся в себе, но лишь до встречи с нами на том рынке. Сейчас кошмар того времени уже не так сильно терзал, но до сих пор я ощущала, как стою на промёрзшей доске босыми ногами. — Эван… — проговорил Волф, словно что-то вспоминая. — А Вы, — дед обратился к гостю, — Я полагаю не можете задержаться. Маркизу не пристало оставлять свои угодья на долго. — Меня так гостеприимно встретили, что я только рад задержаться на пару дней. Что-то мне не нравится его заинтересованный взгляд, блуждающий по мне. Ой, как не нравится. Катился бы по добру поздорову. Это еще он с Алвой не встречался… Но за нее не стоило переживать. Эта рыжая бестия кого угодно приведет в чувство опустив на землю грешную. — Ну что же, рад, — герцог хлопнул в ладоши и изогнул губы в подобие улыбки, — Отличная новость. А теперь расскажите мне подробности, что же заставило Вас сорваться к нам. Конечно, моя смерть достаточно уважительная причина, но я уверен, есть еще что-то…Ага, Йоган не в восторге от визитера, но в то же время хочет узнать больше об инциденте. Слишком уж я хорошо его знаю. — Если вы не против, то я покину вас, — я улыбнулась самой милой улыбкой и чмокнула старика в щеку. Вышла, а сама перевариваю услышанное. Надо найти сестру и пошушукаться. К тому же мысли о его домыслах не оставляли меня. Вот прицепился к моему красавчику волку, как банный лист к… Ладно, такие мысли не достойны названой герцогской внучкой. Интересно, что будет, когда дед узнает, что этот дурак вздумал черт знает что о наших отношениях. Я и любовница? Ну нет! Остановившись перед зеркалом в холле я присмотрелась. Ничего особенного: зеленый бархатный брючный костюм, песцовый жилет, высокие кожаные сапоги до колен с пряжками…А может не в одежде дело? Окинув более внимательным взглядом свое отражение я отметила блестящие волосы, рассыпанные непослушной рыжеватой копной до пояса, глаза цвета весенней молодой листвы, пухлые губы, в этом случае пожалуй перебор, конечно… Ни один из соседей и селян еще не обращал особого внимания особого на мою скромную персону, разве что шляпу снимали в знак уважения. Многие позабыли кто я. Отогнав невеселые мысли я бросилась на поиски Алвы. За мной семенил Эван. Ему тоже незваный гость не нравился. Вот она солидарность или чуйка? А может все в совокупности. Надеюсь этот тип быстро уберется восвояси и больше не переступит порога наших земель. — Ах, вот и ты! — воскликнула позади сестра, — Я видела тебя с мужчиной. Сознавайся, дед все таки нашел и притащил тебе жениха? — Будет тебе глупости нести. Если ты о том типе, что притащился к нам, то это маркиз Волфаргм. Тот еще хам, скажу я тебе. Она пожала плечиками, перекинув тугую пшеничную косу через плечо. — Ну красивый же, так что чего ерепениться. Бери что дают. — Хочешь сказать, что я большего недостойна? — меня начал раздражать уже не только гость, но и Алва. — Нет, хочу сказать, что в этой глуши все равно больше никого не сыскать. Она конечно права, но уж лучше одной, чем с этим… — Не каждой нужен принц, — я попыталась вразумить сестру. — Конечно, но я на меньшее чем король не согласна. — Ох уж и язык у тебя! Лучше иди куда шла и займись чем нибудь полезным. — Там Росси окотилась. Теперь у нас три котенка. Мордочки вытянутые, так что у нас на три крысолова больше в семье. — Олей тоже не плохо крыс ловит. — Не, он у меня благородный мальчик. Ему крысы не нравятся, просто мне помогает. Он больше поохотиться горазд. Мы завтра кстати на охоту собрались. Может ты составишь нам компанию? Эван все это время смирно сидящий начал пританцовывать на месте. — Думаешь? — решила спросить у него совета. Громкий рык и прыжок говорили сами за себя. Засиделся мой любимец. Я еще ничего не успела сказать, а хитрюга-сестра уже хлопнув в ладоши возвестила:- Ура! Завтра охота! Ну что с ней поделаешь? Эх, возраст! — Ты с ней сговорился? — Эван опустил голову на пол и заскулил, — Поняла, это она тебя уговорила. Я не сержусь, не думай. Я — делаю выводы.

9

Весь день меня заставили таскаться с этим зазнайкой. Покажи ему то, покажи ему это… Пару раз в голове пронеслась идея отвести на болота и забыть о бедолаге. Словно читая мои мысли, Эван шел между нами. Спасал от греха. Когда пришло время ужина я облегченно выдохнула. Мой персональный ад закончился. Раздав распоряжения по дому я отправилась на кухню. Как-то так сложилось, что каждый вечер я заглядывала к Фанни. Вместе мы проверяли запасы и составляли список покупок. Эван привычно семенил рядом с ногой, оставаясь бесшумной тенью всегда и везде. Не знаю как такое произошло, но еще тогда — десять лет назад, мой жуткий страх перерос в любовь к этому прекрасному волку. Любимец отвечал взаимностью и всегда радовал и оберегал, был неизменным помощником на охоте и мягкой подушкой в кровати. — У нас хороший урожай яблок, — рассказывала кухарка, — Можем продавать свежими или варенье… — А может сидр? — предложила я. — Дороже стоит и хлопот не особо много. Сколько можем выделить? — Можно и его. У меня где-то рецепт завалялся… — Фанни рассеянно начала поиск по полочкам. — Я нашла, — я протянула ей лист, что нашла на днях на чердаке, — Вроде семейный. Она присмотрелась. Слезы выступили на глазах. — Фанни, я не хотела тебя расстраивать. — Что ты, дорогая, я не расстроена. Это… Это просто воспоминания. Это рецепт маркизы Йоллер. Где ты нашла его? — В сундуках наверху. Маркизы? — Да, покойная супруга сына Его Светлости. Хорошая была, — кухарка всхлипнула, старательно утирая слезы краем фартука, — Прекрасная хозяйка, любящая и заботливая… Такая трагедия…Ничего не понимая, я усадила женщину на стул и подала воды. — Ты успокаивайся, а я пойду сама в кладовые пока и подсчитаю сколько нам нужно на сидр яблок. Конечно, я знала, что у деда была семья: сын, невестка, внуки… Нам мало о них рассказывали. В поместье было несколько картин с их изображениями. Надо будет сходить в библиотеку и зажечь свечу. Это древняя традиция. Заблудившиеся души легче найдут путь, если в доме горит свеча для них как маяк. Но пока меня ждал погреб и фрукты. Ежегодно мы поставляем на рыночек по несколько десятков ящиков с плодами, а к концу сезона готовим припасы: повидло и сушку. Спрос в холодную зиму на них так же велик. Из кухни вела к цели небольшая дверь и лестница. Температурный режим здесь должен быть всегда примерно одинаковым для сохранности продуктов. Каждое помещение было отведено под определенный вид. Например, в одном помещении мы хранили сыры в бочках с крепким солевым раствором. А на полочках вызревали твердые сорта. В другом — овощи и фрукты свежие. В третьем сушеные ягоды и травы. Это помещение находилось сразу за печью и здесь было темно и жарко. Нашей гордостью был винный погреб. Он находился прямо в земляном углублении. Именно здесь потом будет храниться сидр. До моего уха донесся шорох, а затем сдавленный писк и смех. Это насторожило. Обычно здесь бывают только кухонные работницы или хозяева. Я нервно оглянулась назад. Эвана нигде не было. Он остался с дедом отдыхать, тот любил с ним вести беседы как с разумным человеком. Одной идти было страшно, но если в нашем доме разбойник или грабитель, то я должна защитить всех. Постучав по голенищу сапога и нащупав нож с удлинённой рукоятью и обоюдоострым узким лезвием — подарок Йогана на пятнадцатилетие. Всегда ношу с собой, но обычно он нужен был для разных мелочей. И вот настал тот час, что кинжал покажет себя в деле. Пока я кралась к заветной двери, откуда доносились звуки, внутренне молилась, чтобы это была лишь игра воображения. Но чем ближе я была, тем громче раздавались "охи". Неужели кому-то плохо? Не выпуская ножа из руки, я с ноги открыла дверь. Картина, что предстала передо мной немало удивила и озадачила. Наш наипрекраснейший гость трудился не покладая…Я была прекрасно осведомлена о тонкостях любви, общение с работниками поместья и шумные праздники развязывали многим языки. Но дело одно знать теорию, другое — увидеть, я уж молчу о практике. Сначала хотелось убежать, стыдливо прикрыв глаза. А потом… — Маркиз-Как-Вас-Там, как это понимать?! — в голос я вложила сталь, чтобы звучать более грозно. Я здесь хозяйка этого проклятого поместья. — О, моя милая… Ты все неверно поняла… Я просто… Она сама…Стандартная мужская отговорка, бабы говорят. Я бросила хмурый взгляд на горничную. — Вы уволены, — отчеканив я развернулась на носках и пошла к своим фруктам, оставив парочку приводить свой внешний вид в порядок. А в душе назревала буря. Даже у этой вертихвостки личная жизнь, а я…В этом мире мужчины пользуют женщин, а затем выкидывают либо сажают дома рожать, пока мило развлекаются на стороне. Нет, я не для семейной жизни, по крайней мере, не для такой. Занятая своими мыслями я и не заметила, как сзади ко мне подкрался Волфаргм. Он нагло схватил меня за локоть и развернул к себе лицом, выворачивая руку. — Детка, не горячись. Скоро я буду здесь хозяином. Тебе лучше быть поласковей, тогда возможно не вылетишь отсюда после смерти старика, — угрожающе зашипел этот гад мне в ухо, обдавая парами настойки. Я толкнула его со всей силы, как только он ослабил хватку, понадеявшись на мой страх. — Как бы не так! Скорее ад замерзнет, чем ты, проходимец, здесь обоснуешься. — Это мы еще посмотрим. Для бывшей любовницы старого герцога здесь может не найтись места. — Ах ты, скотина! — я выплюнула слова в его искаженное гневом лицо. Это было оскорбительно. Но я найду против него оружие. Словно почувствовав мои эмоции рядом послышался лай. Эван уже спешил на помощь и скрёб закрытую дверь в погреб. Мой мальчик, мой спаситель. Окинув маркиза презрительным взглядом. Я убрала кинжал обратно в ножны, прикрепленные к голенищу сапога. — Детка, умей правильно расставлять приоритеты. Уж лучше домик, который я буду изредка посещать, чем жизнь в отчуждении. Кому ты нужна?! — У меня для тебя много сюрпризов. Но всему свое время. С этими словами я развернулась и направилась к выходу. Сидр подождет. Эван рычал за дверью. — Я здесь, со мной все в порядке, — поспешила я успокоить волка, — Но этот гад еще поплатится за каждое свое слово.

10

Обстановка за ужином была напряженной. Мне было неуютно в компании Нейла. Перед глазами все еще всплывала недавняя картина. Подали горячее и можно было перестать издеваться над листиком салата в тарелке, а приступить к еде, лишь бы не видеть этих наглых глаз. Дед вел себя как истинный дипломат — попросту молчал и наблюдал. — Четыре набора приборов? — удивился Волф. — Верно, — заметил герцог, — Алва скоро подойдет и ты с ней познакомишься. — А Алва это…? — не успел он договорить, как в столовую стремительно влетела наша бестия. — Представляешь, — начала она с порога, обращаясь ко мне. — Там эта судомойка во всю рассказывает, что ты злобная мегера и уволила ее ни за что… Ой! Прошу прощения, Алва — сестра Арлайн, — она присела в приветственном реверансе. Не то чтобы идеальном, но для нашего захолустья довольно неплохо. Вероятно, на кухне и репетировала прежде чем бежать к нам, где и услышала жалобы провинившейся девицы. Гнев и раздражение начали клокотать в груди. Вот же гадина. Ее наняли совсем недавно в помощь стареющей Фанни. Тем более кухарка сейчас много занималась заготовками и ей необходима была дополнительная рабочая сила. — Я ее действительно уволила, — только и произнесла я, искоса бросая взгляд на маркиза. Йоллер заметил и начал пристально за нами наблюдать. Молча. — Но за что? А ведь действительно "за что"? — За невыполнение должностных обязанностей в рабочее время, — отмахнулась я и продолжила трапезу. Алва наконец таки уселась на свое место, но все еще косилась в мою сторону. А мне оставалось лишь игнорировать и размышлять о своем — о женском и насущном. В рецепте говорилось, что нужно сок ящика яблок… — А Вы всегда берете на себя хлопоты по дому? — в мои мысли вклинился противный голос загостившегося наглеца. Хотелось ответить что-то колкое и ругательное, но я лишь улыбнулась одними уголками губ, взгляд же оставался серьезным. Наглая ухмылка не сходила с его лица. Так и хотелось взять чашу с соусом и опустить ему на голову. — Арлайн моя внучка и наследница, — слова деда прозвучали как гром среди ясного неба. — Как?! — это было не то чтобы удивление, скорее крик возмущения Нейла, — Она же… — Все документы соответствующие подписаны еще много лет назад и хранятся у моего нотариуса. Новый король сам заверил их в присутствии свидетелей и передал на хранение один из экземпляров в архив. Шах и мат, милорд! Актер он был хороший, но от меня не скрылись ни тень, пробежавшая по его лицу, ни побелевшие губы, растянутые в оскале. Он старался изобразить улыбку, но ничего не выходило. — А разве это возможно? Это вообще законно? — Мальчик мой, конечно. Я оформил опеку над девочками и теперь они мои наследницы. Это может изменить лишь одно — возвращение моих внуков. Дед всегда говорил о них, но никогда не называл имен. Это было странно и логического объяснения этому я не находила. Разве что… Библиотека на втором этаже хранила след каждого члена этой семьи. Нужно просто поискать. Очень забавно, что зная об этом, я ни разу не вспомнила о ней, как и о семейном древе. Много раз мы проходили мимо портрета сына герцога, его жены и внука, но надпись была тщательно затерта. Оставалась только дата. Эта картина была нарисована двадцать лет назад. Примечательно, что в день моего рождения. Помню как столько раз мы играли возле нее и воображали как было бы, если бы они все еще жили здесь. Возможно мы бы так и остались стоять на том помосте на рынке или были бы разделены…Сейчас вспоминать и гадать не хотелось. — Но Ваши внуки не вернутся, всем это известно. Ходят слухи, что это проклятье. Но Волфаргмы считают, что они погибли вместе с Вашим сыном. — Я знаю. Многие считают меня чокнутым стариком. И что навоображал себе не пойми чего, но уверяю тебя — это не так. Повисла тишина. За это время я хотя бы узнала взгляд со стороны. Мы никогда не обсуждали эту тему. Даже слуги не шептались. Как то раз Морна лишь случайно обронила, что это была прекрасная семья и хорошо, что мальчики живы. В общем странная и запутанная история, в которой хотелось разобраться. Но не сейчас. — О, я не считаю тебя таким, — заступилась Алва, — Верно, Ари? Терпеть не могу когда меня так называют. — Конечно, — вымученно улыбнулась окружающим. Кажется, пора заканчивать этот маскарад и убегать. Хорошо бы сегодня лечь пораньше, чтобы выспаться перед охотой. — Я конечно тоже согласен, — этот лицемер Нейл поддакнул, — Вы создаете впечатление мудрого человека. Дед лишь кивнул. — Спасибо. — А если госпожа Арлайн вздумает покинуть поместье? — не унимался маркиз. — Только вперед ногами, — не удержалась я от вспышки. — Вы женщина, а это значит что рано или поздно Вам нужно будет завести семью и уйти в дом мужа. — Как бы не так! Пора у Морны попросить на ночь настой для крепкого сна и спокойных нервов. А то шалят понемногу. — Арлайн с мужем будут жить тут и ее дети наследуют все это, — дед обвел пространство, показывая масштабность моего наследства, — До тех пор пока не вернутся мои мальчики. Конечно, меня к тому моменту в живых уже не будет, но я уверен, что о поместье будет кому позаботиться. Волф задумчиво кивнул. Этот гад не о чем хорошем думать не может. Явно замышляет какую то каверзу. Ну ничего, я тут и со всем справлюсь.

11

Утро выдалось теплым и солнечным. Золотые лучи пронизывали легкую тюль, колышущуюся от ветерка с открытого окна. Рядом раздался всхрап и я дернулась. Моему большому и сильному волку часто снились кошмары. Если когда-то он по ночам успокаивал меня, даря тепло и защиту, то теперь я стала замечать, что в нем живут свои демоны. И возможно страшнее моих. — Проснись и пой! — в комнату влетела Алва, — Пора вставать! Нас ждут приключения! На ней были черные кожаные бриджи, меховой жилет и серая льняная рубашка. На голове красовалась, выбивающаяся из стиля кокетливая шляпка. В сапогах можно было поймать свое отражение словно в зеркале. Она что, всю ночь их чистила?! — Ты куда это собралась такая? — не удержалась я от вопроса. — На охоту, конечно. Кстати, как и ты. Вставай, — скомандовала она, стягивая с нас одеяло. Эван хмуро посмотрел на причину раннего подъема. Оценив риски для жизни послушно поднялся, потянулся на полу и гордо удалился из комнаты, оставив нас наедине. — Ал, может не сегодня? Она капризно надула губки от чего сразу захотелось ей уступить. Но я постаралась взять волю в кулак. Не сработало. — Может и "не сегодня", но не в этот раз. Охота будет сегодня! Обещала вроде… Ну ладно, все же лучше, чем весь день таскаться с этим надоедливым маркизом. Быстро накинув на себя брючный замшевый охотничий костюм и заколов волосы на затылке, я отправилась вслед за сестрой, что-то весело напевающей. — Давай забегу на кухню. Нужно перекусить захватить. — О, не переживайте, дорогая, я уже наполнил корзинку. Этого я боялась больше всего. Алва решила взять с собой этого мерзкого Волфа. За что небеса так беспощадны?! — И Вам доброе утро, — мое настроение стремительно начало падать. Может притвориться, что у меня нога болит… или рука…Словно почувствовав мой настрой рядом возник мой волк. Он задорно вилял хвостом и пританцовывал. Сдаюсь. — Позавтракаем на ходу, ты ж не против? — просияла сестрёнка. Против! — подумалось. — Как будто у меня может быть свое мнение. Сестра с Нейлом шли впереди, о чем то перешептывались. Олей семенил смирно за ними. Он вообще последнее время был спокойным и грустным. Это настораживало. Сегодня после охоты обязательно загляну в избушку к старой Хигг, чтобы осмотрела его. Эван вроде бодр и здоров, хотя и его можно отвести. Мало ли… Ночные кошмары волка меня настораживали. Питомцы были словно члены семьи — также дороги и близки. С Эваном мы были уж и вовсе не разлей вода. Всегда рядом — всегда вместе. На ступеньках поместья нас уже поджидал дед. — Только не говори, что и ты с нами на охоту собрался? — я окинула его скептическим взглядом. — О, нет. Я не в форме, чтобы баловаться такими вещами. Но ты у нас прекрасный стрелок, уверен, что ты справишься, как всегда. Так же, я бы попросил тебя присмотреть за нашим гостем. Мне бы не хотелось, чтобы он находился без присмотра, — добавил он уже шепотом, чтобы слышно было только мне, — Олей, Эван — домой! Хм… — А почему им нельзя? — Мне так будет спокойнее. Вот говорит вроде уверенно, а сам глаз с маркиза не сводит. Видимо, что-то подозревает, как и я. Ну что же, значит сегодня мы справимся сами… Я надеюсь. Еще никогда я не бывала в лесу без Эвана. Нельзя было так же оставлять Алву и этого упыря. Категорически. Сев на лошадей, мы отправились прямиком к лесу, который находился в получасе рысью, на восточной границе земель поместья. Обычно здесь пасли скот и отары овец уже мирно щепали травку, а пастух тихонько посапывал под одиноким деревом на лугу. Лошади интуитивно перешли на шаг у кромки леса. Здесь обитало множество мелких животных, но можно было нарваться и на кабана. Сегодня я планировала обойтись парой зайцев к ужину. Собаки умело выискивали след и вели нас прямо к норам. Не прошло и пары часов как совместными усилиями мы добыли пару зайцев. — Давайте продолжим, — предложила сестрица. Ее захватывал азарт, у меня же был свой козырь — спокойствие и расчет. А еще я верила, что все это только ради пропитания, а не забавы ради. У меня никогда не возникало мысли убить больше чем нам нужно, даже впрок. — Может немного прогуляемся? Проветрим головы? — неожиданно предложил маркиз. — О, это было бы чудесно! — Алва сияла радостью быстро отвлекшись. Конечно, никого не остановил мой хмурый взгляд. Спустившись с лошадей мы привязали их поводья к дереву. Прогулка обещала быть долгой и скучной. — Господа, я не успела позавтракать, может остановиться на пикник, — с надеждой спросила я. — Отличная идея, — от чего-то поддержал Нейл. Мы разложились под большим и мшистым стволом дуба. Сыр, ветчина и свежий утренний хлеб от Морны… Что может быть лучше?! — Госпожа Алва, расскажите о себе, — маркиз закинул удочку, — А то вид у госпожи Арлайн такой, что и молоко скиснет. Они громко рассмеялись. Не разделяла я этого веселья. — Ну что Вам о нас рассказать. Мы сироты, которых… — она сейчас все ему выложит, этого допустить я не могла. — Мы дальние родственницы герцога Йоллера. Когда нашей мамы не стало, то он взял опеку над нами, — во время вмешалась я, — Милорд, а что Вы можете о себе рассказать. Он задумался. — Я принадлежу древнему славному роду волков. Говорят, что когда-то мы могли в них обращаться и наводили ужас на врагов. Алва захлопала в ладоши. — Ой, а мы читали легенду об Анне и Йоллере. — Да, интересная история, как первый герцог совратил нашу добрую Энн. Кажется, в нашем экземпляре все было все иначе. — А напомните как в Ваших летописях история развивается, — я сделала скучающий вид, чтобы разговорить его. Нейл клюнул на удочку:- История старая как мир. Анна была нежна и мила, но слишком уж доверчива. Ее обручили с одним, но она сбежала. Жених отрекся от нее. Когда семья настигла беглянку, то она была скомпрометирована. Конечно, сначала разъяренный отец хотел убить наглеца, но слезы Анны растопили его сердце, и он дал согласие на брак. — А как же упоминание, что она до последнего не знала, кто ее муж? — Да, действительно. Глава рода не желал сразу раскрывать все карты. Поэтому появление Йоллера в храме стало сюрпризом для девушки. — Вы хотите сказать, что отец решил измучить дочь, до последнего не рассказывая, что она соединится с возлюбленный? Но это же издевательство! — кажется до Алвы дошло, что не все в этом мире просто. — Это должно было стать уроком девушке, что за не послушание надо платить, — маркиз не находил в поступках героев ничего ненормального. — На сколько я помню, жена переходит в подчинение мужа, по факту становясь его… Вещью. Только один вопрос, а к чему ей в браке слушаться отца? Разве что…Догадка осенила меня: глава рода решил, что его честь и фамилию осквернили. Он жаждал мести. Король незадолго до этого сделал Йоллера герцогом, пожаловав большие угодья и плодородные земли. Это был идеальный план. Нужно было просто выдать замуж дочь, а после этого сделать её вдовой и прибрать к рукам всё имущество, которое она унаследует. — Ну что вы, госпожа Арлайн, все вовсе не так как кажется. Отец был в гневе, но любил свою дочь. — А как же тогда у Йоллеров оказалось во владении Волчье логово? Йоллеры — орлы! — К концу жизни Волфа у него не осталось других наследников. Анна передала все второму сыну, предку нынешнему герцогу. — А фамилия? — Внутренние перемещения фамилии я не знаю. Чужая семья всегда неизвестная пучина. Тут было над чем подумать. Но однозначно одно — Волфаргмы коварны.

12

После утомительного утра было приятно вернуться домой. Эван и Олей радостно бежали нам навстречу. — Ах, мой мальчик, ты соскучился? Как же я рада тебя видеть! Мой любимый волк поднялся на задние лапы и опёрся на меня, навалившись всем своим весом, — Малыш ты же меня уронишь. Алва весело смеялась и играла с Олеем. Маркиз хмуро смотрел на нашу компанию. Но мне особо не было дела до него. Нужно от него избавиться. И чем быстрее — тем лучше. — Ну как охота? — спросил дед, встречая нас у порога, — Много добычи? — Деда, ну ты же знаешь Арлайн у нас мастерица. Она поймала целых двух зайцев. Я смущённо отвела глаза. Пока наш гость побежал приводить себя в порядок после охоты, я быстро схватила Йогана и потащила его в кабинет. — А ты знал, Волфы считают, что Анну Йоллер совратил? Йоган задумался. Он сидел в большом кожаном кресле за письменным столом и смотрел на огонь в камине. После пары минут молчания, герцог заговорил:- Арлайн, как ты понимаешь история правдива только в устах говорящего. У каждой стороны есть своё мнение. Наша хроника была записана за много лет до моего рождения. Говорят, что её записывала сама Анна. Но, я уверен, что это всё лишь слухи. Хотя быть может кто-то из её детей. Но факт остаётся фактом, поместье "Волчье логово" досталось нам от рода Волфов. Сейчас мне стало совершенно понятно, что история тёмная и пока что в ней не стоит разбираться. Во всяком случае, острой необходимости в этом нет. — Деда, ты же знаешь, какая бы ни была история — мы всегда на твоей стороне и всегда тебя будем любить. Ты спас нас, дал дом, тепло и любовь. — Как только я вас увидел — у меня сердце сжалось от тоски. Вы были такие маленькие беззащитные Но бесконечно храбрые девочки, — он прижал широкую ладонь к груди. Я сразу вспомнила тот самый день когда мы стояли на площади на этих промёрзлых досках. Как отец торговался… Как было стыдно… и больно. Дети потерявшие мать заслуживают капельку любви и заботы, понимания и времени пережить то, что свалилось на них. Но отцу было сподручнее избавиться от нас с наибольшей выгодой. Старые обиды вновь вскипели во мне. От всех этих воспоминаний у меня пробежал мороз по коже. Нервно передернув плечами, я улыбнулась. — Ваша светлость, я самая верная ваша подданная, как и мои сёстры. Мы будем верой и правдой служить вам всю жизнь. Дед нахмурился. — Ты знаешь, дорогая, истинную преданность ничем не купить. Она внутри каждого из нас. Она бурлит в нашей крови. Она живёт в наших сердцах. Я верю, что в тебе есть все задатки, чтобы стать моей преемницей. Я очень надеюсь, что мои мальчики вернутся и семья снова воссоединится. Но если этого не случится при моей жизни, то я хочу чтобы ты их дождалась. А если этого не случится на твоем веку, то твои наследники. Именно поэтому я и предлагаю тебе выйти замуж. Выйти замуж? — Да за кого здесь выходить замуж? Кому я нужна такая — беспородная дворняга? А ты уверен, что такая невеста будет достойной партией? Что-то я сомневаюсь что ты бы сам в своё время выбрал себе такой хомут на шею. Это была чистая правда — это было то, что есть на самом деле. Дед только ободряющий мне улыбнулся. — поверь мне, девочка моя, Я желаю тебе только самого лучшего, но выход замуж это наилучший вариант. Тебе уже 20 лет многие в твоём возрасте уже давным-давно замужем и растят детей. А что ты? Ты с утра до ночи занимаешься поместьем, воспитанием сестёр и управлением поместьем. Пара тебе немножечко подумать о себе и обрести своё счастье. Дед был прав Я хотела свою семью, хотела своих детей. Желала стать для них примером. Но герцог возлагает на меня слишком много надежд, а я отчаянно боюсь их не оправдать. — Я соглашусь выйти замуж тогда, когда найду свою истинную любовь. — А какая она "истинная любовь"? Я прожил много лет в браке и остался вдовцом. Мы прожили чудесную жизнь. Интересную и насыщенную. Были времена когда я отчаянно любил, но любовь приходит и уходит, а уважение, доверие и понимание должны оставаться- Я понимаю, что любовь — это сложно и требует работы обеих сторон. Но и ты должен понять, что жить годами вместе без взаимного чувства — это ад, — перед глазами всплыли картины детства, отчаянная любовь мамы, измены и кулаки отца. Взрослые порой не замечают того, что видят дети. Глаза мамы были слепы, — Только сумасшедшие и глупцы способны на это согласиться. Дед посмотрел на меня хмуро. В его взгляде скользило понимание и забота. Он не станет заставлять, только предлагает. В ответ мне герцог лишь улыбнулся. — Ты бы присмотрелась к маркизу. Он, вроде, толковый парень, возможно был бы неплохой партией. Конечно, маркиз и проданная за долги и на выпивку. — Ты серьёзно? Я вижу его насквозь — он обманщик и лицемер. Я, вообще, не понимаю, зачем он сюда прибыл. — Скорее всего он хочет выслужиться и стать наследником. Мы можем помочь ему, если ты выйдешь за него замуж. Я сразу представила себе долгие годы, которые мы можем с ним провести вместе. Не спорю он довольно-таки симпатичный, но жить с таким, всё равно что приютить ядовитую змею на груди — в любой момент может ужалить. — Я, пожалуй, откажусь.

13

Этот день вышел слишком насыщенным, и чтобы расслабиться я решила отправиться в хижину старой Хигг, компанию мне составил любимый питомец. Открыла дверь, меня окутали ароматы свежей выпечки и трав, что сушились над столом. Хигг была местной знахаркой и повитухой, помогала всему поместью и близлежащим деревенькам. В давние времена за такое давно бы сожгли на костре, но наш герцог её оберегал и покровительствовал. — Добра будь, Арлайн, — поприветствовала меня она. Я улыбнулась старушке- И тебе долгих лет жизни Хигг. Как себя чувствуешь? Не болеешь ли? — В моем возрасте если ничего не болит, значит, что я уже не дышу. Я улыбнулась. Она всегда дарила тепло и ценные советы, но никогда не принимала помощи. Говорили, что искупляет вину прошлого. Старушка была цыганского племени и ее многие побаивались. Многие…. Но не мы. Слишком много добра она творила. — Что тебя гложет? — старушка начала раскладывать глиняные чашки на столе для традиционного травяного настоя, — Давно не приходила. И нельзя было поспорить с этим. Я, действительно, давно не приходила в гости. Помню как раньше, в детстве, когда мы только отыскали её хижину, то частенько забегали на чай со сдобными булками. Бывало мы с девочками собирались у очага и знахарка рассказывала старые сказки и легенды о борьбе добра и зла, любви и предательстве, традициях местного народа. Больше всего запомнилась история — то ли правда, то ли вымысел: как однажды прокляли старого герцога какого именно она не упоминала, но мы почему-то решили, что нашего деда. Само проклятие гласило что его род обратится в волков как только невинная кровь прольётся, и шкуру не снять до тех пор, пока невинная кровь не смоет её. Звучало очень загадочно и интересно. Я представляла что Эван и Олей и есть те самые обращённые родственники. Хигг всегда уходила от ответа так ли это. Со временем мы перестали донимать и нашли новые увлекательные истории. — Гложет… — растерялась я, — Олей неважно себя чувствует. Он грустит и уже не такой активный. Что-то его беспокоит. Она кивнула, принимая и обдумывая. — Это ведь не всё? Я замялась, и вправду, не всё. — Йоган жизни не даёт. За последние два дня уже не раз начинал разговор о свадьбе и женихах. Вот скажи мне, Хигг, в чём причина может быть? Неужели я настолько надоела ему, что он хочет так от меня избавиться? — Тебе не стоит об этом беспокоиться. Уверена, что герцог в тебе души не чает, как раньше любит тебя всем сердцем. Мне кажется именно поэтому он и беспокоится о твоём будущем. О будущем твоих сестёр. Он уже не молод и век наш короток. Никто не знает что будет завтра и когда нас не станет. А муж стал бы для тебя крепким плечом и опорой. Каждой женщине уготовано быть чьей-то женой, а потом и матерью. Конечно, я это понимала, но привычка и самостоятельность, а также упрямство не давали сдать своих позиций. — Ии ты туда же? Как вообще можно о таком думать? Наверное, я не вижу каких-то особых очевидных вещей, размышляю иначе. — А что же ваш маркиз? — спросила меня хозяйка. — Наш маркиз ходит, умничает и важничает, нос задирает и тискает по углам служанок. Не такого мужа я себе хочу. — А каким ты, деточка, видишь своего мужа? — терпкий напиток был уже разлит по чашкам и источал тонкий аромат цветов и меда. Я зажмурила глаза и представила себе какое-то неопределённое далёкое будущее. Перед внутренним взором встала картина, как на большом семейном празднике собираемся мы с сестрами, каждая с мужем и детьми. Рядом со мной стоит "муж", обнимает за талию, целует в висок и украдкой шепчет ласковые слова. Гармония и любовь. Вот так я вижу то самое гипотетическое будущее. — Любящим и заботливым. — Возможно, он рядом. Правда, Эван? Волк мирно сидящий у входа завилял хвостом как комнатный пёсик. — Я просто не хочу, чтобы это было принудительно, — устало выдохнула я, — Хочу встретить его и пропасть… Это лишь девичьи грезы. В реальности на мне поместье и заботы о сестрах. Мокрый нос Эвана ткнулся мне в руку, поддерживая. Он всегда ходил бесшумно и частенько пугал, но в то же время я знала, что он всегда рядом. Допив чай и еще немного поболтав с Хигг я вернулась домой. Уже стемнело и луна освещала землю. Поместье казалось каким то мистическим местом. Возле черного входа, со стороны которого я шла, висел масляный фонарь и уже догорал. Скоро выйдет Крегг и обязательно поменяет для заправки. Эван бегал рядом усиленно делая вид, что охотится на кого-то, оправдывая гордое волчье звание. Невеселыемысли в голове бродили. Нужно будет обязательно поговорить с герцогом и расставить все по местам. Никакого замужества без любви. Всё. Точка. А этого напыщенного мар…Маркиз вышел со служебного хода и крадучись побежал в сторону конюшни. Неужели решил наконец нас покинуть? Было бы здорово, но отсутствие чемодана говорило не в пользу версии. Ну что же, посмотрим, что за гадость опять замышляет.

14

Шаг за шагом я кралась вслед за подозрительным типом. И что мне на месте не сидится? Вот нужно оно мне было? Но желание вывести на чистую водуВолфапреобладало над интуицией, что кричала об опасности впереди. Эван шагал чуть впереди меня. Морда в хищном оскале. Теперь он напоминал не пушистого любимца, который греет ножки мне по ночам, а дикого зверя. Не хотела бы повстречать такого на своем пути по другую сторону. Его мягкая поступь заглушалась о сено. Я старалась тоже не производить ни звука. Маркиз крутился около стоил. И что ему там нужно? В оконном просвете блеснул серебром нож… — Знаете, а я знала, что Вы мутный тип, но не ожидала такой подлости, — начала я, догадавшись о его намерениях. — Я просто проверял лошадей, а что же Вам не спится, прекрасная дева? — Опять притворяетесь? Вы преступник! — Опасно обвинять дворянина в чем-то без доказательств. Клевета… Айяй яй! — онпоцокалязыком поддразнивая. — Для Вас это шутки или хитроумный план? Хотя признаться честно, не производите впечатлениягения. Я упёрла руки в бока и начала потихоньку наступать в его направлении. Нейл сначала интуитивно попятился, но вероятно, вспомнив об оружие в руках сменил тактику и начал обратное притеснение. Эван зарычал увидев угрозу. Слюна закапала из раскрытой пасти — вид более чем угрожающий. — Дерзишь? Люблю бойких, — он был слишком близко, а холодный металл уже скользил по моему жилету, срезая поочередно пуговки. — Одно мое слово и Вы вылетите отсюда, — попыталась я обороняться, хотя бы словесно. Он ухмыльнулся. Мерзенько. — Если бы хотела, то давно деду бы напела о моих проказах, а так… Это всего лишь заигрывания с твоей стороны. А я как честный мужчина, потом даже женюсь на тебе. Заметь, не сделаю своей любовницей, а женюсь. Это говорилось так, словно я сразу должна падать ниц и целовать носки его сапог в благодарности. Волк скалился, но ничего не предпринимал в страхе навредить. — Великая честь, соглашусь, но вынуждена отклонить предложение. Боюсь, что недостойна такой сиятельной персоны. Его хриплый смех разносился в ночной тишине конюшни. Для маркиза это было развлечение. Такое ощущение, что он проделывал такое не впервые. Слишком выверены движения. Смотрит глаза в глаза, но контролирует все помещение. — Как же я люблю таких… От вас даже запах другой… Не бледных овец, а настоящих тигриц…Р-р-р, — его рычание только распаляло этогогоре-любовника. Меня же только чудо удерживало от плевка в лицо… И острие ножа у горла, — Поиграем?" Играть" не хотелось. Но вероятно придется, чтобы дотянуться до своего оружия в голенище сапога. — Воздержусь. Его рука, игравшая до этого с остатками пуговиц на жилете, взметнулась. Пощечина обожгла мою щеку. Такого я не прощаю. Гнев закипел внутри, грозясь излиться. Эван не выдержал первым и прыгнул на Нейла. Сверкнуло серебро. А дальше было уже не понятно, что происходит. Волк трепал маркиза, стараясь попасть по горлу, тот сопротивлялся нанося удар за ударом ножом. Стряхнув с себя оцепенение, я прыгнула сверху, напрочь забыв о своем кинжале. Остановил нас только поток холодной воды, вылитый сверху. Откатившись чуть в сторону, я увидела Йогана и Крегга, стоящих над нами. Повернув голову и убедившись, что Эван дышит, потеряла сознание. Где-то доносились шум и суета, но они меня не волновали… Только бы с Эваном всё было хорошо.

15

Где-то вдалеке слышался птичий щебет, а рядом чье то дыхание. Я зашевелилась, и постель скрипнула под чьим то весом. Но не моим. Тревога накрыла меня. — Ты меня слышь? Доброе утро, соня, пора вставать, — раздался голос очен близко. Приятный мужской голос. Я медленно открыла глаза. Это была спальня. Моя. Тюль приподнялась от ветерка из открытого окна и впускала потоки свежего воздуха. — Я рад, что ты очнулась. — Ой! — я посмотрела на незнакомца в черном с фиолетовым бархатном костюме. Движения давались с трудом, я смогла лишь отодвинуться от неожиданности. Рядом со мной лежал, закинув руки за голову симпатичный парень немного постарше меня возрастом. Я всмотрелась в его лицо: темные каштановые волосы, короткая стрижка (не то что у маркиза лохмы да кудри), озорной взгляд серых ясных глаз, а по кругу от зрачка золотистая обводка, в ней словно искры мерцали. Что-то было знакомо, но что конкретно — не понятно. — Удивлена? Я давно представлял нашу встречу. Как ты удивишься, как обрадуешься… — Вы кто, простите? — Не узнала? Хотя я и не надеялся, что сразу признаешь. Я замотала отрицательно головой. — Ай, — голова загудела, и я поморщилась. Надо вспомнить, что было…Перед глазами пронеслись события вчерашнего вечера и ночи. Схватка с Волфом и ранение Эвана. Как он там? От беспокойства грудь сдавило. Он жив… Я точно помню, что видела, как он дышал…Тем временем парень услужливо поднес стакан с водой к моим губам. — Ты сильно перенервничала, — пояснил он, — Вероятно, из-за меня. Мне жаль. В его голосе действительно было сожаление и участие, что располагало. Но больше всего манили его глаза. Такие знакомые и такие теплые… и нет…Однозначно, симпатичен и очарователен, даже эта манера общения приятна. Но с чего бы мне из-за него нервничать? Загадочный тип. — Мы знакомы? — я с сомнением еще раз прошлась взглядом по его внешности. Нет. Не узнаю. — Конечно. Лет десять назад познакомились, — он сверкнул улыбкой, а мое сердце пропустило удар. Но до пояснений симпатяга не снизошёл, а я могла лишь удивленно хлопать ресницами. — Вы очередной гость или жених? Его хриплый смех и ямочки на щеках притягивали. Никогда в жизни я не смотрела на мужчину с таким интересом. Что-то в этом было. До этого дня никто не цеплял моего внимания. Никто не был так обаятелен и приветлив. Все относились либо прохладно, либо заискивающе, а он… — Смотря кем ты хочешь меня видеть… Но я бы предпочел быть просто другом… Пока что… — Как, однако, самонадеянно, — пожурила его я, — А Вы ведь еще не представились. — Вот мы и подошли к интересному. Самому интересному. Его рука скользнула по моей руке, и мелкие мурашки пробежались от затылка по спине. Эта реакция и удивила и шокировала. Было приятно, а где-то в животе запорхали бабочки. Судорожно сглотнув я попыталась взять себя в руки. — Арлайн, госпожа Волчьего логова. Парень просиял белозубой улыбкой. — Эван, маркиз Йоллер, господин Волчьего логова.

16

— Быть того не может! — возмущалась я, нервно расхаживая по комнате.

— Может, — прозвучал рядом ехидный, но беззлобный голос.

— Эван? — я всплеснула руками, — Мой Эван?!

В такое действительно было тяжело поверить. Не каждый день такое слышишь и как реагировать правильно я не понимала. С одной стороны, мне частенько казалось, что волк слишком человечен и умен, но с другой — бред душевно больного.

— Так приятно слышать, что я твой, — парень мечтательно понял глаза в верх.

— Чушь собачья!

— Хоть волчья, но сути не меняет.

Голова гудела, мысли бешено метались в голове. Ну ведь не правда! НЕвозможно просто.

— Убирайся! Ты сумасшедший! Я позову деда, он то быстро тебя вылечит, — попыталась угрожать я.

Но наглец лишь уселся поудобнее в постели и наблюдал за моими движениями и постукиванием босой ногой по мягкому ковру.

— Не стоит так переживать. Если бы я знал, что ты это так воспримешь, то не открылся бы.

— Ах, "если бы"…

В ковре скоро протопчется ворс от моей поступи.

— Иди сюда, — парень ловко перехватил меня за руку и аккуратно потянул на себя.

Его руки легли на мою талию, а сердце словно замерло.

Сквозь тонкую хлопчатобумажную ткань я ощутила жар пальцев. Этот огонь передавался мне.

До нынешнего момента неизвестная волна пробежала по телу, скручивая приятной судорогой живот.

Словно почувствовав мое состояние молодой человек и сам вздрогнул. Его взгляд на миг затуманился. Стряхнув с себя оцепенение, он встал в полный рост и притянул меня еще ближе. Свободной рукой убрав прядь моих непослушных волос, наклонился, чтобы поцеловать.

Предвкушение и страх смешались и отзывались бешеным стуком в груди.

Касание было легким и ни к чему не принуждающим, но я словно загипнотизированная не могла оторваться и дать пощечину, даже пошевелиться.

Неведомый водоворот захватил нас и не отпускал.

— Видишь, все не так уж страшно, — вывели меня из ступора слова… Эвана?

Да, страшно — это то, что мне понравилось целоваться с психом, выдающим себя за волка.

Главное сохранять разум холодным, но от чего ж так сердце бьется гулко и руки дрожат?

Чтоб отвлечься от внутреннего мандража, нужно, что то делать.

— Так как говоришь, тебя зовут?

Наглец очаровательно улыбнулся белозубой улыбкой.

— Эван, внук герцога Йоллера.

— Но как же так?

Тень пробежала по его лицу, молодой человек окунулся в воспоминания.

— Дед винит себя… Хигг винит себя… Когда-то давным-давно в селении на базаре было выступление, деталей я не знаю, но цыганка прокляла герцога и его род, обрекая ходить в волчьей шкуре, если кровь окрасит наши руки…

— Но Йоган человек! — возразила я.

— Его проклятье — смотреть на это не в силах ничего поменять. Наше проклятье быть волками.

— Но какая кровь могла…

Эван потёр виски и прикрыл глаза. Видимо тяжелая ноша была на его душе.

— Я убийца.

— Я здесь уже десять лет, а это значит… — я с сомнением посмотрела на него, — Кого ж ты мальчишкой мог убить?

Он судорожно сглотнул.

— Своих родителей… Повозка перевернулась, правил я.

— Как же…?

Эван подошел и взял меня за руку, чтобы поддержать, хотя поддержка сейчас ему была нужна больше чем мне. Он не производил впечатления сумасшедшего злобного человека. Не хотелось верить, что он сотворил это злонамеренно.

Как только он каснулся меня, то мир закружился и я снова оказалась в том самом лесу.

Карета, запряженная шестеркой чалыхскакала во весь опор, которой правил мальчишка лет девяти — десяти. Он весело смеялся и подстёгивал лошадей.

И если во снах все обрывалось на этом месте или на смерти пассажиров, то сейчас все ярко и четко встало перед глазами. Раздался детский плач, а потом карета перевернулась. Мальчик вылетел и приземлился в ближайших кустах. С трудом, но он вылез и еле перебирая ногами добрался до места крушения. Открыл дверцу… Вероятно его родители были мертвы, все было в крови, тела неестественно распластаны. Опять послышался плач, и паренек пролез в дверцу.

— Мама… папа… Мама… — но никто ему не отвечал, — Олей…

В руках мертвая женщина все еще бережно сжимала маленький белый сверток. На ткани алели расплываясь пятна крови.

Как только он взял малыша, то грянул гром и крупные капли воды пролились с неба почти мгновением позже.

— Олей, я спасу тебя.

Тело мальчишки содрогалось в судорогах, но слез не было видно под потоком с небес. Заострённые когти разрывали одеялко с малышом, по началу казалось, что он ему хочет навредить, а потом он взял его на руки словно драгоценность.

Плача слышно уже не было, только поскуливание маленького щенка. Теперь мои рыдания разносились по лесу, я отвернулась не в силах больше смотреть на оживший кошмар долгих лет — тот что заставлял просыпаться частенько в холодном поту.

Волчий вой воззвал к небу за спиной и меня выбросило из видения.

Открыв глаза я увидела, что лежу в своей постели, в ногах спит Эван, а надо мной склонились дед и Хигг.

— Что произошло до нашего здесь появления?!

17

Хигг выглядела очень озадаченной. На ее лбу пролегла глубокая морщина. Лицо герцога Йоллера стало словно высеченным из камня и не выражало никаких эмоций. Сейчас я будто бы вернулась в день, когда мы впервые встретились: такой же суровый и бледный, седой как снег.

— Девочка моя… — начала старушка, но хозяин остановил ее, подняв руку и призывая к молчанию.

— В нашей семье много тайн и загадок. Столько лет прошло, а я до сих пор не нашел ответов на многие вопросы.

— Я была там и все видела. Лес, бешеную скачку, крушение и смерть… А потом и обращение.

Сама не заметила, как по моим щекам опять потекли ручейки.

— Была? — Хигг взяла меня за руку, — Что там произошло?

— Эван мне показал, — я погладила волка по гладкой шерсти, он поднял голову и заглянул мне в самую душу, — Так это правда? Олей и Эван на самом деле твои внуки?

Старик кивнул и отошел к окну. Это обозначало лишь одно: ему слишком больно, чтобы говорить об этом и слишком стыдно показать свои эмоции.

— Девочка моя, — знахарка обняла меня крепко. От нее пахло травами и теплом, — Не надо…

Нет, сейчас пришло время всё расставить по своим местам.

— Ты об этом говорил, когда вверял мне поместье? Мне нужно дождаться когда проклятие падёт?

— Ты, твои дети, внуки… Другие наследники… Мы не знаем когда это случится. Остается только верить и ждать, — слова Йоллера казалось были резки.

Я задумалась вспоминая детали сна, но в голову лезли только мысли о руках и губах моего Эвана. Моего… Во что бы то ни стало мне нужно снять проклятье.

— Как снять проклятье?! — решительно спросила я.

— Мы пытались, но безрезультатно. Я много лет потратил на это и все бесполезно.

— Как звучало оно?

Йоган задумался, возвращаясь в далекое прошлое.

— Мой род обречен ходить в шерсти как только кровь окрасит руки, пока невинная рука не смоет её…

Хигг кивнула, утирая слезы. Для меня до сих пор оставалось загадкой ее причастность ко всей этой истории. Неужели это она?!

— Это ты их? — она судорожно вцепилась в мою руку и отрицательно замотала головой, — Тогда почему?

— Моя предшественница прокляла их, а с ее смертью бремя передалось мне. На каждом проклинающем остается отпечаток, который передается по наследству. Для тебя стара я, а я ведь ровесница твоего деда. Однажды он нашел нас. Прискакал с двумя щенками рассказывая немыслимые вещи. В это было трудно поверить, но я коснулась их и все увидела. По вине моего рода два невинных мальчика оборотились. С тех пор эта ноша пала на мои плечи.

Герцог сжал подрагивающие плечи хрупкой знахарки, подбадривая. Это был несколько… что ли интимный жест, но я не сразу придала этому значение. Мало ли…

— А что же стало с той женщиной?

— Она умерла в тот день, что мои внуки превратились в волчат. Мы знали только одно, что нам нужна невинная кровь…

В этот момент догадка осенила меня.

— Так ты купил нас для этого? Убить? Пролить кровь?

Болью в сердце отозвался его поступок. Не менее чем предательство. Хотя по сути это оно и было.

Эвану совсем не понравился мой настрой. Он подполз ко мне поближе и тихонько поскуливая уткнулся носом в грудь. И если раньше я таким мелочам значения не придавала, то сейчас, понимая, что в теле волка застрял молодой мужчина, совсем немногим старше меня, то сейчас мои щеки сразу порозовели и я попыталась увернуться.

После сегодняшнего дня откровений и всех последних событий мой мир уже не станет прежним.

— Не…

— Это правда. Но нам нужно было достать лишь пару капель. Но и они не сработали.

— Так ты нас не любил, — мой голос звучал беспристрастно и отрешенно.

— Я полюбил тебя и сестер всей душой. Когда попытка провалилась, то я ни на секунду не задумывался от вас избавиться или создать менее комфортные условия. Хотя признаюсь, иногда я перегибал палку в стремлении обучить тебя всему, что знаю сам. Но лишь для твоего же блага. Я был откровенен: я сразу сказал, что ты станешь здесь хозяйкой, чтобы дождаться моих мальчиков после моей смерти. Рано или поздно, но проклятие спадет и они снова станут людьми. Но увижу ли я их…

Создавалось ощущение, что прочную паутину сплели за нашими спинами, а мы и не заметили. Сколь же слепы мы были. Сколько же всего вокруг не замечали…

18

Сейчас моя душа разрывалась на части. Как так можно было поступить с детьми? Да и ради чего? Ради пары капель крови.

С одной стороны предательство Йогана, а с другой стороны — что бы сделала я сама, если бы речь шла о сестрах?

Ответ был прост и очевиден — я бы горы свернула ради близких людей. Так поступил бы любой любящий человек.

Погладив по шерсти Эвана, я обняла его и заглянула в желтые, словно светящиеся глаза. Он смотрел на меня с любопытством, но было еще что-то. Вот только что я не понимала. Пока что.

— Обещаю, я найду способ вытащить тебя из этой шкуры, — пообещала я другу.

Не знаю, что там было между нами… Это было нечто… Хотя было ли? Может мне просто привиделось? Нет, если все остальное увиденное было на самом деле, то и поцелуй был реальным.

В комнату просунулась обеспокоенная рыжулька-сестренка. Прическа, как обычно, оставляла желать лучшего, как и внешний вид в целом. Эдакий взъерошенный воробушек.

— Ты как?

Признаться? А если сочтет сумасшедшей или "проснувшейся"? Нет, выдавать ей волчью тайну нельзя.

Проснувшимися называли тех, в ком после изгнания магии из мира проснулся дар. Обычно после стрессовой ситуации. Чаще всего их сжигали без суда и следствия и хорошо, если палач милостив и в последний момент приложит руку к быстрой смерти, но так, чтобы народ этого не заметил.

На наших землях давненько такого не было. Помню, маленькой была и отец водил меня с братьями на такую казнь. Вершитель не был добр, а виновная не факт, что была причастна. Бывало, что завистница или рогатая жена могла нажалобиться на подозреваемую, и тогда ее судьба была решена.

С возвращением герцога казнить перестали, как и доносить на неугодных.

Десять лет спокойных гуляний на площади.

Становиться следующей в прогулке на огнище желания не было.

— Все хорошо, — выдавила из себя улыбку.

— Я переживала и написала Вилме. Ответа пока не получила, но зная ее, она сразу же отправится в путь.

— Зачем ты ее беспокоила? У нее и так без нас полно хлопот.

— Не страшно, главное, чтобы с тобой все было в порядке. Я беспокоилась, — призналась она.

Забота младшей сестры была приятна. Мне не хотелось ее огорчать и волновать своим состоянием и настроением. Она слишком мала для "взрослых" проблем.

— Как дела в поместье?

— Если ты о маркизе, то красавчик-маньяк задержан и отправлен на дознание.

Я улыбнулась. Алва всегда была проницательной и смышлёной, что в три года, что сейчас. Чаще всего ей хватало одного взгляда, чтобы она поняла, что случилось и какой совет нужен.

Вошла Морна с подносом и налила нам вкуснейшего, а главное, полезного отвара, чтобы я могла немного отдохнуть. Мы с сестрицей еще немного поболтали о поместье и ее успехах в разведении новой породы кроликов.

— Мяса больше — выручка выше! — приговаривала она, убеждая меня принять ее сторону в словесных баталиях с дедом. Они вечно спорили о чем то, но беззлобно, скорее каждый со своей колокольни смотрел на тот или иной процесс подъема хозяйства.

Затем, заметив, что я начала понемногу клевать носом, поцеловала на прощание и пошла дальше покорять этот мир, оставив меня покоряться подушке и сну.

Эван забрался под самый бок, согревая и даря покой.

— Приснись мне, — попросила я волка, погладив и стараясь не зацепить его рану.

Он поднял на меня сонный взгляд и теснее прижался.

Глаза медленно закрывались и я провалилась в сладкую негу сна.

Сон отправил меня в совершенно другую реальность. Вроде бы та же комната, те же стены и та же я, но тут было существенное отличие — здесь был Эван человеком.

Сейчас этот молодой мужчина лежал рядом и гладил мои ключицы едва касаясь пальцем. Его лёгкие движения поражали в самое сердце и рождали бурю неведомых эмоций, в которые хотелось окунуться и остаться навсегда.

— Что ты делаешь?

— Тебя смущаю, — признался он.

— Даже представлять не хочу где ты этому научился.

— У меня богатое воображение, тем более, я не заперт здесь как в темнице, а вижу мир, общаюсь с людьми, просто по другому.

Мне не хотелось думать о грустном, но все же, в голове то и дело всплывали мысли о его взаимодействии с нашим миром. Это сейчас он кажется таким милым и интригующим, а что же на деле? Может он ненормальный.

— Ты меня совращаешь? — решила спросить напрямик.

— Нет, с учетом того, что для всего мира я просто волк, то совращаешь меня ты.

Да, он сумасшедший.

— Давай держать дистанцию.

— Лестное предложение, но я воздержусь, — парировал, скорчив грустную рожицу Эван.

— А ты попробуй.

— Ты звала меня, так я весь твой. Рассказывай, — поспешил сменить тему мой собеседник.

О чем же ему рассказать?

По правде говоря мыслей целый рой бродил в голове. Опасения и надежда…

— Я хочу разрушить проклятие.

— Я тоже.

— Нам нужно придумать как.

— Мы многое перепробовали. Но однозначно кровь твоя и сестер не помогла, возможно это фигура речи — не более. Может дед слишком буквально все воспринял.

— Мы должны испробовать все варианты. Но попозже — когда ты поправишься. А сейчас тебе нужно отдыхать и набираться сил.

Молодой человек рассмеялся, и рефлекторно мои щеки порозовели. Вот сколько не пытаюсь рядом с ним быть серьезнее. Всякий раз он выдает что-то такое, от чего все мои попытки летят в тартарары.

— Отличная идея, — он на миг остановился, но лишь для того, чтобы продолжить.

— И что же тебя так сильно рассмешило? — нужно скорее расставить все точки над "Ы".

— Твоя чистосердечность и наивность. А еще тебе хотят оставить мое поместье. Давай сначала ты закончишь все дела по дому, а уж потом мы займемся моим преображением. Сейчас меня все и так устраивает.

— Но разве тебе не надоело быть таким?

— Таким это каким? Волком? Нет — к этому привыкаешь, хоть и не сразу. Я веселюсь, потому что иное мне недоступно. Только здесь я полон сил и могу ощущать себя человеком — в твоих снах, — мне показалось, что какая-то обида заскользила в его словах.

Не могу поверить, что очевидный вопрос способен кого то задеть. Виной тому моя прямолинейность.

— Прости, — я взяла его за руку в порыве, — Я не хотела ничего такого сказать. Просто я беспокоюсь и хочу помочь.

— Помоги сначала поместью. Приготовьте запасы на зиму и на продажу, а уж потом и до меня доберемся.

— Но как же ты?

— Я справлюсь. Как раз рана затянется.

Он приподнял свободную рубашку. Ранение больше не кровоточило, но безобразно искореженная кожа, словно измятая была покрыта спекшейся кровью и чем то черным.

— Ложись, — скомандовала я.

— Хм, ты, наверное, забыла, что сейчас я не волк, и простым "лежать" ты не отделаешься.

Вот и вернулся его язвительно шуточный тон.

Я осмотрелась. Ничего не было для обработки раны. Но все же ее нужно было обработать.

— Хочу осмотреть тебя. Мне нужно убедиться, что нет заражения.

— Там, в реальности, Хигг уже все обработала и я иду на поправку, так что тебе не стоит беспокоиться.

Легко сказать.

Кто-то тронул меня за плечо и меня вынесло из сна. Я проснулась и открыла глаза.

Надо мной склонилась обеспокоенная сестра. В ее глазах был ужас.

— Олей… Олей, он… Он там.

19

Пока я бежала, то перебрала все возможные варианты, что же могло случиться с маленьким Олеем.

Мысли сумбурно плясали в голове, переваривая информацию, услышанную от Эвана.

Если раньше я думала, что слишком много драмы в моей жизни, то теперь и вовсе уровень стресса зашкаливал.

Маркиз, что пытался нас прикончить, любимый волк — человек… Слишком много эмоциональных пинков за последнее время.

Олей лежал совсем ослабший и поникший на постеле сестры. Весь его вид говорил о том, что он болен и это серьезно. Уверенность в принятом решении о разрушении проклятия во мне еще более окрепла.

— Беги за Хигг, срочно! Расскажи ей все! — приказала сестре. Алва бросилась к двери, — Лошадь захвати — так быстрей.

Не знаю, услышала ли она мои последние слова, но очень надеюсь, что да.

Всё тело волчонка горело и лихорадило.

Я далека от медицины и врачевании животных, как и ничего не понимаю в проклятиях, но какой-то минимум нужно сделать. Не хотелось верить, что у Олея нет будущего.

— Морна! — закричала я, — Воду и полотенца!

Уже через минуту старая экономка принесла все необходимое и вместе со мной принялась обтирать малыша.

Раз за разом мы бегали менять воду, как только она нагревалась.

— Что происходит? — на бегу снимая сумку влетела Хигг с небывалой для старушки бодростью.

— У него жар.

— Вы все правильно сделали, а теперь принесите мне кипятка и покиньте комнату!

Она уже начала на тумбе раскладывать травы и флакончики с настоями.

Ведьма? Да, пусть так, но зато поможет волку.

— Я останусь, — тон Алвы говорил о непреклонности в принятом решении.

Олей ее любимец. Она с ним всю жизнь и ни за что не покинет его в трудную минуту, как не покинула бы я своего Эвана.

Дед сидел побледневший еще больше в библиотеке. В руках он крутил бокал с рубиновой жидкостью. Неужели докатился, что пьет?

— Не смотри на меня так. Это гранатовый сок. Улучшает кровообращение, и повышает тонус.

— Тогда налей и мне, — герцог выполнил просьбу.

— Олею нездоровится и я боюсь, что…

— Все будет хорошо, — его потерянный взгляд изучал тлеющие в камине угольки, — Я его не потеряю. Она обратила их, чтобы я жил и мучился. Пока я жив — живы они.

— Так все завязано на тебе? — он кивнул, — Тогда что было бы, если бы маркиз тебя убил? Олей и Эван бы погибли?

Йоган сделал небольшой глоток терпкого напитка и погрузился в размышления.

— Пока жив — они живут в обличье волков. Ты заметила, что за десять лет они не сильно изменились? Если с них не снять проклятье, то с моей смертью могут погибнуть и они.

— А как же тогда-то, что ты мне в наследство оставляешь поместье, чтобы я сохранила поместье для них? Ты всегда говорил так…

— Говорил и верю в это, но сейчас я уже ни в чем не уверен. Но они должны жить.

— "Могут" и "погибнут" разные вещи. Нам нужно найти выход, но пока нужно терпеливо ждать, когда Хигг сделает свое дело.

Ожидание всегда меня утомляло, а сейчас просто нервировало. Сидеть и ждать, когда другие в деле — невыносимо.

Чтобы не чувствовать себя неприкаянной я отправилась помогать с сортировкой яблок.

Спустившись вниз заметила как снуют работницы.

Здесь было целое яблочное раздолье.

— Решила отвлечься?

— А что толку от меня там? — пожала я плечами, когда ко мне подошла Фанни.

— Ну тут то твоя помощь всегда пригодится, в этом яблочном раю.

Я еще раз осмотрела поле боя и закатав рукава приступила.

Крупные сочные плоды отправлялись в один ящик, битые в другой, из которого сделают сидр.

Так незаметно день подошел к концу, а вестей все не было, только бледная Алва изредка через кухню бегала на двор за водой в колодец.

Уверена, что если бы случилось непоправимое, то мы бы об этом уже узнали, — Фанни обняла меня, поддерживая, — Сходи — отдохни и покорми Эвана.

Я кивнула, вытирая руки о фартук.

Сегодня сделано много работы. Я с удовольствием оглядела сорок ящиков с плодами.

Половина почти уйдет на сидр и варенье.

Прочее будет в сетках висеть некоторое время в подвале, а затем бережно обернуто бумагой и тряпицей, после чего помещено в ящики с песком до нужного часа.

Ну а к приготовлению сидра мы приступим завтра.

Приняв у поварихи еду для себя и Эвана я отправилась на верх. Нужно поговорить с ним, хотя бы попробовать. Может он сможет помочь, что с Олеем происходит…

20

Олей понемногу выздоравливал, а работа в поместье кипела.

Когда в распоряжении столь обширные земли нельзя надеяться на кого то, нужно делать все самостоятельно.

Ежедневная беседа с секретарем и управляющим занимала почти пол дня у нас с Йоганом.

Старик начал понемногу сдавать. Загадочная болезнь внука его подкосила. И несмотря на видимый эффект лечения, оставалось загадкой ее состояние.

С каждым разом Эван все чаще и смелей оказывался в видениях и снах, так, что я уже перестала понимать, где реальность, а где сон.

— Чем занимаешься? — дед застал меня над бухгалтерским гросбухом.

— Да так. Счета проверяю.

— У нас есть управляющий для таких дел, — заметил он.

— Есть. Но чтобы ни у кого не возникало желания засунуть руку в наш карман, я предпочитаю все проверять.

— Он сам тебя обучил учету. Неужели не доверяешь?

— Отчего же, доверяю, но проверяю. Ты что-то хотел?

Йоллер никогда просто так не беспокоил меня в кабинете. Если он пришел, значит есть какое-то важное дело.

— Да, сегодня прибыл посланник от Его Величества. Мне нужно явиться ко двору. Завтра выезжаю и Крегга забираю с собой.

Наш конюх славился не только суперспособностью общего языка с любой животиной, но и прекрасным умением владения оружием. Любым.

— Что-то случилось?

— Возможно, — ответил Йоган.

Его уклончивый ответ мне не понравился. Очень надеюсь, что ничего серьезного.

— Надолго?

— Не знаю.

— Что-то с Вилмой? — тяжелый вздох послужил мне ответом, — Что с ней.

— Ничего особенного, просто мелкие неурядицы.

"Мелкие неурядицы"?!

— Я тебе не верю. Сомневаюсь, что король будет вызывать давно забытого вассала для чаепития и решения мелочей. Она жива? — от нахлынувших эмоций я подскочила на месте, опрокинув стул.

— Да, с ней все хорошо.

— Тогда в чем же дело? Ее кто-то обидел?

— Арлайн, дорогая, успокойся. Ну сама посуди, кто ее обидит? Она сама и святого сведет в могилу.

— Вилма кого-то убила? — каждое его слово внушало ужас.

— Нет же! — уже не выдержал дедуля, — Что ты пристала? Я сам почти ничего не знаю.

— Но что-то же было в письме от короля!

— Было. Наша Вилма выходит замуж!

— Это невозможно! — вскричала я.

Дед лишь устало потер виски. Он уже не столь молод, чтобы отправляться в такие долгие и энергозатратные поездки.

— Дорогая. Я и сам не знаю как такое могло произойти, но король сообщает, что наследник покорен в самое сердце и жаждет связать свою жизнь с нашей красавицей.

— Ей семнадцать!

— Он понимает. Их Величество и планирует обсудить этот вопрос. До совершеннолетия осталось совсем немного и они готовы подождать.

В голове не укладывался этот бред. Как так, моя маленькая сестренка и замуж… Неужели невозможно ничего предпринять?

— Я должна отправиться с тобой! — мой настрой был решительным и осознанным.

— Ты не можешь этого сделать. Они вызывают только меня, — герцог протянул сложенный лист послания.

Я пробежалась по тексту. Так, приветствие… коротко о чувствах наследника, принца Мирея и уважаемой Вилмы Йоллер…

Хм… "Уважаемая" и "госпожа" — две разные вещи. Король конечно дипломатичен, но явно указывает на неравенство невесты, хотя открыто не возражает.

И вообще помню я, ходили слухи, что наследник умер, кто ж тогда этот тип?

— Деда, ты рассказывал, что принц умер еще много лет назад, кто ж тогда сватается?

— Младший сын короля. По сути бастард. Это единственное, почему он не особо возражает против свадьбы. Если б был его законный сын, то ни о каком браке речи не могло бы быть.

— Но здесь речь о наследнике престола, — тихонько заметила я.

— Верно. За неимением иных вариантов, король признал Мирея наследником. Сын отличается непростым характером в отца и умом в мать.

Я не стала уточнять о личности его матери, было достаточно знаний о родичах. Нам такого родства с головой хватит.

Я не могла найти себе места. Да уж, простолюдинка и бастард, что может быть интереснее. Но вопрос был в другом. Ясное дело на престол ни один дурак не посадит крестьянку, пусть и под опекой самого герцога Йоллера. Ни одной короне не нужны дети-наследники от дворняжки. А кровь не водица…

— Они ее убьют… — мой голос доносился словно издалека.

Дед посерел в лице. Скулы обострились, а морщинки стали заметнее.

— Ты взрослая девочка и все понимаешь. Это просто ход. Сейчас, когда Мирей молод и горяч, правитель пойдет на уступку и даст согласие на брак. Будет пышное торжество. Им посоветуют не торопиться с потомством, а насладиться молодостью. Ну а потом, нашу Вилму уберут. Либо подставят так, что не выкрутиться, либо несчастный случай какой-нибудь произойдет. Столько вариантов, на самом деле. Принц будет безутешен, но ему вовремя подсунут правильную невесту…

Я в шоке слушала его слова и в голове будто бы что-то перемкнуло.

— Но ты же что-нибудь сделаешь?

— Я постараюсь найти варианты, ну а пока я отправлюсь ко двору, чтобы все разузнать, а ты… Не сходи с ума и веди хозяйство.

Как после таких вестей тихо сидеть я не понимала, но верила, что Йоллер справится и мы спасем нашу Вилму.

Главное, чтобы Алва ни о чем не узнала. Для нее это будет удар.

21

Чтобы хоть как то прояснить голову, я отправилась искать куда себя деть. Очень хотелось быть полезной и нужной, но я не знала как быть.

Йоган активно собирался в путь. Ему нужно было основательно подготовиться и иметь с собой в припасе сотни мелочей для разных вариантов развития событий.

Пока план был прибыть и выслушать позицию короля. Но главное, забрать Вилму. Это, конечно, не решало проблемы, а лишь давало отсрочку. Нам надо было понять как быть. И делать это нужно сообща.

Но что если сестра влюблена и не увидит дальше собственного носа? Я вот мечтаю так влюбиться, чтобы дух захватывало и сердце стучало так сильно…

Вспомнился Эван. Мой бедный Эван. Сейчас ему тяжело. Рана была глубокой, но хорошо затягивалась — это успокаивало. На наше общение в снах у него уходило слишком много энергии, поэтому теперь он редко снился, но я продолжала мечтать…

Я вышла во двор и заприметила младшую сестренку. Алва вычисляла нужные пропорции специальной смеси корма для уток, чтобы они были более мясистые и менее жирными. Мне бы ее заботы, хотя с другой стороны, ее труд приносит поместью немалый доход, что помогает в развитии.

Благодаря ей наша ферма процветает.

Она вскинула голову и нахмурилась, рассматривая облака, потом повернула ко мне голову и улыбнулась.

— О, Арлайн, что за вести из столицы гонец доставил?

И что ей ответить? Я старалась не думать об этом до этой минуты.

— Дед утром отбывает ко двору.

— Что-то серьезное или служба? — продолжала любопытствовать сестрица.

— Дела государственные, — я постаралась придать голосу спокойствие. Незачем ее тревожить.

Алва задумалась. Но лишь на минуту, чтобы выдать:

— А я хотела бы оказаться при дворе и встретить там своего принца. Ты только представь, — она мечтательно выдохнула, — Нарядное платье, а ты кружишься по бальной зале с парнем в маске, а потом бой часов и гости снимают маски, а это он… Принц. Он встает на колено и делает предложение…

Я рассмеялась.

— Прям так сразу и делает? Даже не узнав как тебя зовут?

— К чему условности, когда это любовь с первого взгляда?

Эх, моя мечтательница.

Размышления Алвы о любви были наивны и добры. Ее чистое сердечко верило в чепуху про предназначенного суженого. Ну а суровая реальность показывала нам брак родителей. Пил, бил, изменял, а в конце уморил и детей продал. Да уж, шикарная и сказочная жизнь. Но то была жизнь простых крестьян. А мы опекаемые герцогские внучки, но ни для кого не секрет кто мы есть на самом деле.

Мне тоже отчаянно хотелось любви и так, чтобы навсегда и на руках носил. Как там говорят, и в горе и в радости, в болезни и здравии, в богатстве и бедность…

Но девичьи мечты не для меня. На мне поместье и счета, а свободное время можно посвятить прогулке на лошадке или чтению книг.

Кстати, о лошадях…

Я вбежала в конюшню, словно за мной гнался сам темный дух, но от своих же мыслей не убежать.

Выбрав норовистую молодую кобылку, что купила недавно на разведение Алва. Я вывела ее во двор. Прогулка нам обеим сейчас не помешает.

Кобылка понемногу взбрыкивала и вредничала, показывая аристократичный характер. Не для того ее красавицу растили, чтобы она дев сумасшедших катала.

— Ну что, красотка, давай к лесу, — шепнула я ей на ухо и ударила по бокам, как только мы выехали со двора.

Мы неслись словно ветер, ровно с такой же скоростью проносились в голове мысли.

От кого я бегу? Просто завидую сестре? Может не правда все и там действительно любовь, а я зачем-то все усложняю? Но Йоллер согласился с тем, что возможно все будет иметь печальный конец.

Не хочу думать об этом! Не хо-чу!

Лес, что относился к нашим землям был особенным — словно место силы, где сотни лет назад местные жители поклонялись идолам и божествам. Старые Боги канули в лету, а он все еще здесь, столь же прекрасный и величественный.

Я любила сюда приходить, потому что здесь красиво в любое время года. Услышать шелест листьев, хруст покачиваемых ветром веток… А запахи… От них кружилась голова.

Сейчас природа только просыпалась. Было тепло, но сквозь кроны деревьев только отдельные лучи света, попадали сюда.

Да, слишком далеко я забралась.

В зарослях что-то промелькнуло и я присмотрелась. Неужели разбойники?

— Вам помочь, — меня окликнул незнакомец, что выехал на белом жеребце из гущи.

Я оглядела его внимательно.

Нет, не знакомы, точно. В нашей округе я знала каждую мышь, а этого типа я видела впервые.

— Благодарю, но мы уже собрались домой.

— Красивая лошадка, — сменил он тему.

Было не по себе уже от того, что в лесу я кого то встретила, не говоря уже о повышенном внимании незнакомца.

— Верно, но если Вы конекрад-разбойник, поспешу Вас огорчить, — я сделала серьезное выражение лица и угрожающе сдвинула брови, — Я ее Вам не отдам.

Мужчина недоуменно посмотрел на меня, но пару секунд спустя просто рассмеялся.

Так значит, просто рассмеяться мне в лицо?!

— У вас хорошенькая кобылка и я готов заплатить в дальнейшем за ее приплод ту сумму, что Вы назовете. Но красть…? — он продолжал говорить смеясь, — Я не краду у девушек ничего кроме сердец!

Каков нахал! Но от чего-то щеки покрылись румянцем.

— Бойтесь лучше того, что я растопчу Ваше! — огрызнулась я и пустила Звездочку в сторону дома, оставляя загадочного мужчину позади.

От чего-то интерес к его персоне возник у меня. Кто это и что он делает на наших землях? На моих землях!

Обычно знатные путники посылали гонца, дабы сообщить о визите или ночевке на нашей территории своих господ. А вот об этом мне не докладывали. Хотя возможно дед в курсе. Стоит спросить у него и немедленно.

Вот так выбралась, чтобы развеяться а нарвалась на еще большие думы.

22

Дед был в приподнятом настроении и раздавал указания прислуге.

— Я хочу с тобой поговорить, — он поймал меня за руку и отвел в сторонку, подальше от лишних глаз и ушей. Несмотря на то, что в поместье обитали только "свои" всё же чего-то опасался, — Меня не будет пару месяцев. Тебе нужно просто спокойно и дальше вести дела словно я никуда не уезжал. Волфы и другие соседствующие герцоги прознав, что управляет девчонка захотят напасть. В лучшем случае угонят отару овец, в худшем…

— Не стоит об этом думать. Наши мысли материальны и не стоит навлекать беду перед поездкой. Дорога и так не будет простой и легкой.

Он согласно кивнул, нахмурив брови.

Сейчас он больше напоминал того самого Йогана, с которым я схлестнулась взглядами на площади много лет назад. Собранный и серьезный.

— Позаботься о моих мальчиках. Меня сейчас беспокоят оба и я не могу их забрать.

Это я понимала и без него.

— А может все же я отправлюсь вместо тебя? Если со мной что-нибудь случится, у тебя останется Алва. При должном усердии ты успеешь ее всему обучить. Моя жизнь не так ценна как твоя.

— Тебя даже слушать при дворе не станут. Пока что ты только моя признанная воспитанница, только после моей смерти ты станешь хозяйкой этого проклятого поместья, и твое слово будет что-то значить. А пока…

Оно и понятно. Век бесправных женщин, но что ж поделать. Йоллер и так прослыл не только проклятым герцогом, но и весьма эксцентричным. Окружающие поражались подобному подходу. Мало того, что взял сирот с улицы у крестьянина, фактически купив рабынь, так еще и сделал их наследницами и оставил за каждой приданное.

— Но ведь можно попытаться? — с надеждой в голосе произнесла, а сама замерла в ожидании ответа.

— Даже думать забудь! — отрезал строго Йоган, — Не дело девице путешествовать одной. Нет, я сказал.

Да, он умеет быть жестким, но справедливости ради стоит отметить, что не зря.

Я опустила голову, признавая поражение.

— Но если ты не вернешься к сроку, клянусь, что последую за тобой, — почти шепотом произнесла и хотела было развернувшись уйти, но ловкие руки перехватили меня и прижали к себе.

— Ты моя наследница, на тебя вся надежда. Я просто не могу никому больше это доверить. За свою жизнь я совершил немало ошибок и не хочу их множить.

В этот момент я поняла, что не знаю какие опасности его подстерегают, но мы возможно в последний раз так стоим. Волна печали нахлынула на меня и я тихонько всхлипнула в сюртук деда.

— Просто будь осторожен.

— Как и ты. Не вешай нос, я обязательно вернусь ради вашей троицы и внуков, — он улыбнулся и это вселило надежду, что все будет хорошо.

Отогнав грусть и смахнув слезы, я улыбнулась.

— А ты случайно к нам на земли не зазывал никаких улыбчивых ухажеров?

Взгляд Йоллера стал цепким и внимательным.

— Каких еще ухажеров?

— Да так, пустяки, повстречала одного типа в лесу на прогулке. Он вроде безобидный, но и Волф поначалу таковым казался.

Дед отступил и устало вздохнул, усевшись в кресло.

— Будь внимательна. А я оставлю тебе здесь охрану и в деревне найму людей, чтоб присматривали. Лишним не будет.

23

Вот уже несколько недель от деда не было вестей. Совершенно никаких.

— Опять ждешь? — сзади подкралась сестрица и выбила из размышлений, — Не стоит так беспокоиться. В дипломатии ему нет равных.

— Да при чем здесь это? Ты же помнишь, он рассказывал о покушениях на него после службы.

— Не стоило ему об этом говорить. Тем более детям и на ночь, — она пожала мне плечо, стараясь успокоить.

Что-то я совсем раскисла, если младшая сестренка меня уже успокаивает. Дожили!

Сестра после пары минут общения по душам встрепенулась и побежала по своим делам. Вечно пропадает где-то, а я осталась придаваться невеселым размышлениям.

Отправиться в путь за дедом казалось заманчивым. Только так я смогу быть спокойной. Вот только не пристало юным девушкам путешествовать в одиночку, мало ли что по пути случиться может… А если переодеться мальчиком?

Но голос рассудка требовательно вопил о необходимости оставаться дома. Тем более, что дед наказал присматривать за мальчиками, да и сестра еще мала. Вот только сердце требовало действий.

На этот сезон все от меня зависящие дела уже сделаны, осталась самая малость.

Вскочив на лошадь, я отправилась развеяться и привести мысли в порядок. В очередной раз.

Ну почему все не может быть как по накатанной? Почему вечные сложности?

Столько вопросов и так мало ответов.

Уже у самой деревни меня приветливо встречали заливистым лаем местные псы, виляя хвостами.

Привязав бодрую лошадку у гостиницы, я обтерла ей бока пучком сены и долила водицы в корыто. Пускай отдохнет.

Седая Гайрэ с улыбкой вышла меня встречать. Столько времени прошло, а она так и осталась для меня той самой сказочной феей, о которой ходят легенды в народе, что творит чудеса по доброте душевной.

— Доброго денёчка, госпожа, — поздоровалась женщина, — Давненько Вас не видывала.

— Доброго, — я поклонилась ей в знак уважения и почета за давнее участие в спасении, — Не приходилось как-то.

— Ой, а у меня столько новостей. Ну проходи же, не стой на пороге.

Я проскользнула в небольшую гостиную постоялого двора через деревянную дверь. В нос ударили наивкуснейшие ароматы тушеного мяса с овощами. В животе заурчало, протестуя и требуя пищи.

— Накормишь?

— Садись у окна, а я сейчас все принесу. Вот только сготовилось.

Благодарно кивнув, я заняла указанное место. Откинувшись на спинку деревянной скамейки, начала рассматривать улицу. Люди сновали туда-сюда, занятые своими делами. Их жизнь была словно налаженный механизм. Все жители деревушки ежедневно совершали одни и те же действия с сезонной лишь разницей.

— А вот и кушанья, — Гайрэ уже спешила с подносом на перевес.

На столе словно по волшебству оказались жаркое, чудесный запах которого витал повсюду, соленья, румяные булочки свежего хлеба и квас. Хотелось наброситься, откинув правила приличий.

— Спасибо, — вдыхая ароматы, только и проговорила.

— Ешь. Совсем не кормят у вас в поместье.

Пожав плечами на слова доброй хохотушки, я приступила пробовать. Все было чудесно. Готовить так как хозяйка гостиницы мало кто мог на наших землях. Обычно дети с нежностью вспоминают материнскую стряпню, а я всегда буду помнить тот день, когда Йоган купил нас и привел сюда.

Обстановка с годами поменялась не сильно, разве что лавки сменили удобные скамейки со спинкой.

Немного насытившись, я откинулась назад и довольно улыбнулась.

— Как дела идут у тебя? Никто не обижает?

Женщина зарделась.

— Еще совсем недавно думала закрываться и возвращать хозяйство на двор. Конечно, отвыкла уже свинарники чистить, да корову по утру доить, но дело-то житейское.

— И что же поменялось?

— Недавно к нам прибыли гости. Герцогу я написала, но письмо так и осталось неотвеченным. Двое мужчин прибыли. Хороши собой, воспитаны и платят золотом.

Восторгов Гайрэ я не разделяла и напряглась. А не тот ли это пришлый, которого я приняла за конокрада?

— А можно о них поподробнее? Герцог отбыл в столицу и письмо могло затеряться, но мне очень интересно узнать что к чему.

— А чего ж узнавать? — женщина махнула кому-то в окно и улыбнулась, — Вот же они.

Дверь скрипнула, а на пороге появились двое. Высокий мужчина средних лет и… он. Конокрад. Что же, пришло время выяснить подробнее о цели их визита.

24

Гайрэ, хлопнув себя по лбу бросилась к гостям, что-то рассказывая и активно жестикулируя руками. Ее глаза загорелись интересом. Неужто дела пошли в гору или после стольких лет вдовства женщина снова жаждет любви? Хотя кто ее не хочет?

Мысли сами собой вернулись к Эвану. Был бы он человеком могли бы мы быть вместе? Вот только он отчего-то больше не приходит во снах. Неужели потерял интерес? Хотя и мне сейчас со всеми треволнениями заниматься нужно более насущными делами.

Хозяйка постоялого двора под руку повела того, что постарше на кухню. Как я поняла, то ли нож заточился, то ли лезвие отлетело и ей срочно нужно было привести инструмент в порядок. А мужчина и рад стараться, судя по довольному виду.

Пока Гайрэ возилась на кухне, собирая на стол гостям наших земель, ко мне подсел этот загадочный парень. Я смерила его внимательным, но цепким взглядом.

Нет, он не был похож на конокрада или какого-то преступника, скорее на пирата, что бороздил морские просторы долгие годы, а теперь весь такой интересный сошел на берег бередить девичьи сердца и материнские души.

— Может нормально познакомимся, да выпьем по кружке сидра? — сияя улыбкой начал разговор он.

— Тогда уж по отвару. У хозяйки есть чудесный рецепт — нервишки успокаивает.

— Я Вам не враг. И предложение по покупке потомства от Вашей кобылки все еще в силе. Мы здесь проездом и долго не задержимся, будьте уверены. Месяц, от силы два.

Его слова не то, чтобы дарили какую-то уверенность, но во всяком случае опасений не вызывали.

— Тогда расскажите, кто Вы и откуда. Чем планируете у нас заниматься целый месяц?

— Тогда начнем со знакомства. Меня зовут Камерон, а его, — парень кивнул в сторону кухни, — Льюс. Он мой отец. Мы прибыли сюда для важной миссии. Ходят слухи, что в вашей округе есть проклятые и мы прибыли за ними.

Занятно однако.

Интересно, какой чудак такой слух пустил?

Местные знают о славе нашего поместья, но никогда чужаку даже с дуру не ляпнут. Своеобразные понятия о чести. Сами хаять могли сколько угодно, но чужим в обиду не давали.

Что ж, разговор обещает быть интересным.

— Арлайн, — представилась я и потянулась к кувшину с сидром, — Не пойму понять, зачем они Вам?

— Ну как, король приказал совершить отлов и уничтожение каждого, кто подвергся проклятию в королевстве. Он уже вызвал местного герцога для разъяснительной беседы, а возможно и последующего ареста. Мы прибыли для зачистки.

Огромных усилий стоило остаться невозмутимой. Хотелось выплеснуть содержимое кружки прямо в лицо наглецу, но нужно было это просто выдержать.

Интересно, а Гайрэ знает о цели их визита?

— Кому они мешают?

Камерон пожал плечами, делая глоток.

Как же хорошо, что я не поддалась импульсу и не понеслась сломя голову с языком на перевес на поиски дела. Еще не известно чем могло бы все в таком случае закончиться. А пока я здесь и должна держать оборону.

— Возможно, всему причиной помолвка наследника престола и одной из семейства Йоллер. Точных данных, конечно, никто нам не давал, но ходят подобные слухи в столице. Говорят малышка красива и умна, занимается сельскохозяйственными новшествами и с первого же взгляда поразила принца. А так как первенец королевской четы погиб, то второй сын стал единственной отрадой. Да и то, наш господин думает головой и будущей невестке уже месяц как прививают добрые манеры, коими она не сумела обзавестись дома.

Занятно. А сестрица делает успехи при дворе. Сомнительно, что она позволила себе ляпнуть семейную легенду о проклятии. Хотя в пылу любви… Чего не расскажешь под луной возлюбленному.

Оставалось надеяться, что прибывшие охотники не узнают моего истинного имени и принадлежности роду. Осталось об этом сообщить Гайрэ. Так не хотелось разбивать ее сердце относительно ухажера, но выбора не оставалось.

— Очень интересно, но засиделась я что-то уже. Пора и домой возвращаться. Попрощаюсь только с хозяйкой.

— А мы еще увидимся? — Камерон привстал, предпринимая попытку сыграть в хорошего кавалера.

— Возможно. Вы ведь месяц еще у нас погостите, — пожала плечами и выдавила из себя улыбку.

Еще никогда в жизни я не скакала так быстро.

Нужно поговорить с Алвой и домочадцами. Им необходимо рассказать, что по нашу душу здесь охоту объявляют.

Теперь для нас важно выстоять до возвращения герцога. Вся эта охота на проклятых должна обойти стороной. Вот только, что делать если все-таки пройдет всё не так гладко?

Оставалось гадать и верить в лучшее.

— Морна, распорядись, чтобы все обитатели поместья и работники собрались в гостиной, — бросила я на ходу экономке и сама поспешила туда же.

Уже через несколько минут зала была наполнена народом.

— Присаживайтесь, — я встала посреди комнаты.

Лица у всех были потерянные и немного смущенные. Не каждый день хозяйка приглашает на беседы. И это они еще повода не знают.

Последней вбежали Алва и Олей.

— Дорогие мои, — нерешительно начала я, сцепив от нервов руки в замок, — Каждый из вас не просто работник. Все мы здесь как одна семья. Сегодня я побывала в деревне и узнала, что не всё так гладко, как нам казалось. Пожалуй стоит начать сначала… Каждый знает, что за слухи витают вокруг нас: поместье проклято, как и его жители. Поспешу вас заверить, что это не так. Вот только многим этого не объяснить. Сейчас пара охотников на проклятых с визитом в наших землях. Надеяться на их солидарность не приходится. Именно поэтому прошу вас быть осторожнее в словах и поступках.

— Что же с дедушкой?! — вскочила сестрёнка.

Я тяжело вздохнула. Вот мы и подобрались к самой неприятной части разговора. Как им правильно рассказать я и сама не понимала, но Йоган всегда говорил, что правильно то, что правдиво и что идет от самого сердца.

— Я не знаю. Мне сообщили, что его пригласили во дворец для беседы, но кто знает как сложится. Возможно его арестуют, если он не даст им те ответы, которые им подходят. Сейчас никто не говорит о справедливости. Стоит принять тот факт, что королевский указ должен свято быть исполнен. Вилма невеста самого принца. Это последний из детей короля. Поговаривают, что и не родной, но признанный. Теперь ей пророчат судьбу королевы. Этим занимаются лучшие учителя королевства. Я не знаю, что она им сказала, но ситуация складывается не в нашу пользу.

— Но я не понимаю, причем здесь мы? — все так же негодовала Алва, поглаживая длинную шерсть Олея.

— Говорят, что наши волки прокляты. Король решил искоренить все, что как-то связано с магией.

Да, я врала, что нет никакого проклятья. Но что было делать? Немногие здесь понимали, где правда, а где ложь. Главное убедить своих же в нашей правоте, а уж они и перед другими отстоят если что.

Работники поместья начали переговариваться между собой и согласно кивать. Что ж, нужного эффекта я добилась. Их поддержка очень важна сейчас, как никогда.

— Что же будет с нами без герцога Йоллера? — выступила вперед Морна.

Она говорила от имени всех служащих. Ведь это то, что их больше всего беспокоило.

Конечно, безопасность поместья важна, но и свои должности и заработок они не упускали из виду. Ведь у многих семьи, что нужно кормить.

— Ничего для нас не изменится. Всё остается по-прежнему. Вашим родным нечего бояться. У кого все же есть опасения, прошу позже зайти ко мне в кабинет за трехмесячным содержанием.

Работники понемногу успокаивались, бросая на нас с сестрой печальные взгляды.

Но вешать нос мы не станем. Ни сейчас, ни когда бы то ни было еще.

Все разбрелись, но Алва задержалась.

Она подошла к окну и о сем-то призадумалась, вздернув аккуратный носик к небу.

— Ты думаешь мы справимся? — тихонько спросила моя маленькая и проницательная девочка.

— Справимся.

25

Дни потекли один за вторым, поражая своей однообразностью. Лишний раз все жители поместья старались даже носа не показывать с территории. А уж о том, чтобы с увеселительной прогулкой отправиться в деревню и речи — не могло даже быть.

Все заготовки на зиму уже были помещены в погреб и ждали своего часа.

От деда вестей все не было. Отчаиваться было рано и я старалась гнать печальные мысли прочь.

Незачем мне заражать своими горестями сестру еще. Как и других работников поместья.

Я сидела в уютной тенистой беседке и наслаждалась умиротворением. Не факт, что завтра будет столь же тихо. Не факт, что "завтра" вообще наступит. Мысли принимали не правильный ход.

— А Вы не говорили, что живете в поместье, — застал врасплох голос, что я больше всего боялась услышать.

— А Вас сюда и не приглашали, — фыркнула я, внутренне насторожившись. — Да и кто Вы такой, чтобы я вела с Вами подобные беседы? Жизнь нашего маленького мирка — наша личная жизнь. Мы не обязаны в нее посвящать посторонних.

Ну вот не к месту он тут. Может даже к беде.

Осталось убедить его тонко, что ему здесь не рады.

— Я бы на Вашем месте особо не сопротивлялся длани правосудия, — чуть ли не со смехом начал мужчина, — Приказ короля… Слышали что это такое?

Я ухмыльнулась. Да уж… Прекрасная оговорка к любому бесчинству.

— Уж правосудие ли? Судить кого будете? Вымышленных проклятых? Или может быть меня?! — уже сорвавшись на крик, я готова была броситься на него с кулаками и еле сдерживала себя от порыва.

— Вас? Что же, Вы прокляты? — он словно издевался.

— Да, — я выдержала паузу, — Мое личное проклятие — это Вы.

Взяв со стола сочное красное яблоко, нахал почти разлегся на лавке, закинув ногу на ногу.

— А меня сводит с ума Ваша красота. Можно ли сказать, что и я проклят?

Что-то не нравилось мне какой оборот принимал этот разговор.

— Давайте не будем…

Щебет птиц и мое нервное сопение нарушил громкий лай Эвана.

Только не это!

— Эв…

Чуть было не прикрикнув на него, я во время остановилась.

— Эверт! — исправилась.

Волк резко остановился в полуметре от моей ноги.

Я уже знала, почему он так непонимающе смотрит на меня. Нужно будет потом ему рассказать обо всём. А то с его проделками, предполагать, что внутри скрывается взрослый мужчина достаточно сложно. Но это нам только на руку.

Главное их с братом нужно подготовить.

— Какое интересное имя у волка… — задумчиво проговорил собеседник, — Как Вы его приручили?

Приручила? Это вообще возможно?!

— А его никто и не приручал. Дед нашел сначала одного волчонка в лесу, а спустя годы я нашла второго, — не моргнув и глазом солгала.

Нет. Мне не было стыдно. Я спасала семью.

— Знаете, — он как-то странно на меня посмотрел, — А Вы удивительная девушка. Пойти в лес… найти волчонка… не побояться разъяренной матери… Рисковать будете?

Думает, поймал?

— О, нет. В нашей местности велась активная охота на волков. Говорят, местных фермеров объедали, скот грызли. Найти в лесу малышей — почти обыденное дело. Вот только живыми — скорей удача.

Попытки свести опасный разговор к светскому — та еще — задачка.

— Вы не оставляете мне выбора, — пальцы Камерона ловко пробежали по моей руке, словно заигрывая, — Но я докопаюсь до истины.

Уж в этом я очень сомневаюсь.

Камерон перехватил меня крепче и прижал к себе.

— Что сейчас будешь делать? — его голос стал хрипловатым, скорее даже осипшим.

Мурашки пробежали по коже, принося неприятный липкий страх, закрадываясь в самую душу.

— Эван! — крикнула я изо всех сил.

Это произошло рефлекторно. Сама не ожидала, что так произойдет. Волк подбежал и грозно зарычал.

— Эван? — переспросил "пират", ни чуть не ослабляя хватки, — Кажется, так завали внука самого герцога Йоллера.

— Верно, — не стала юлить.

Проще извратить правду, чем выпутываться из паутины лжи.

— Не хочешь рассказать? — захват стал сильнее, а мне все страшнее.

— Что тут рассказывать?

Камерон как-то нехорошо улыбнулся, Эван только больше занервничал. Пена выступила изо рта.

— Правду.

— Что здесь происходит? — сестренка появилась совершенно не вовремя.

— Беги! — выкрикнула я ей.

Мужчина меня оттолкнул к лавке, бросившись за Алвой. Конечно, силы и скорость были не равны. Он схватил ее за рыжую косу и дернул на себя.

Реакция волка была молниеносной.

Одним прыжком он настиг нападающего и вцепился ему в ногу. Я в ужасе прижала ладони ко рту. Страх словно парализовал все мое существо, не позволяя даже сделать вдох.

Камерон закричал от боли и отбросил сестру в сторону. Она словно кукла просто отлетела в сторону.

Как будто бы время замедлилось. Даже лист, падающий с дерева закружился и тихонько опустился на землю.

Что-то сверкнуло на солнце и до меня дошло: это нож.

Никакого выбора не стояло. Показалось, что где-то я уже это видела и проживала. Дежавю?

Я кинулась на мужчину. Но он оказался быстрей.

Больно не было. Время и вовсе остановилось.

Громко заскулил Эван.

А я смотрела в ясное безоблачное небо. Причудливые облака не могли определиться с точной формой и меняли ее. Высоко пролетали птицы…

Я почувствовала мокрый язык на своей щеке.

Камерон удалялся. Он бежал без оглядки.

Посчитал, что убил?

Так странно… Йоган рассказывал, что прежде, чем уйти убийца обычно прощупывает пульс жертвы. Но мужчина почему-то не посчитал нужным ни добить меня, не проверить сестру.

Может оно и к лучшему.

— Алва, — прохрипела я, не в силах повернуть даже голову, — Ты как?

Ответа не было.

Страх сковывал и не давал продохнуть. Я сделала вдох, а выдохнуть уже не смогла. Или не помнила, что смогла.

Звенящая тишина и непроглядная темнота послужили спасением.

26

Перед глазами мелькали красные искры, вытягиваясь и переплетаясь в замысловатые косы.

Красный туман опускался, и у самой поверхности скручивался.

Где это я? Что-то не похоже на наше с Эваном "убежище". Скорее на пруд у заброшенной шахты, что неподалеку от поместья.

Резко сменилась картинка и вот, я уже стою в лесу. Все тот же туман… Крик и плач…

Нет! Этого не может быть!с Не хочу снова оказаться на месте аварии и гибели родственников Йоллеров.

Сквозь дымку, я увидела шедшую впереди женщину. Рассмотреть что-то большее не было возможности, но я вдруг поняла, что мне необходимо ее догнать.

Зачем? Я не знала. Это было какое-то непонятное чувство, или даже тяга. Нужно узнать, почему это цыганское проклятие так играет со мной.

Постоянные передряги, в которые меня заносит, не оставляли шансов для нормальной жизни.

Нужно было раз и навсегда с этим покончить.

Преисполненная решимости я побежала, но сколько бы усилий не прилагала, все догнать ее не могла.

— Подождите… Постойте! — я хотела докричаться до нее, но голос утопал в тумане.

Ноги заплетались в корнях деревьев, я падала, вставала и вновь бежала, чтобы снова упасть и начать всё сначала…

Слёзы отчаяния застилали глаза, но я старалась превозмочь себя и снова встать на ноги. Сил почти не оставалось, но нужно было выбираться от сюда, иначе и вовсе можно сойти с ума.

Словно сквозь толщу воды доносились голоса. Их было немного, но все разные.

Кажется, я узнала голос… Эвана. Того самого — настоящего. Опять брежу?

— Ты меня слышишь? — обеспокоенный голос моего волка врезался в сознание.

Так хотелось ему ответить, но я почему-то не могла.

Всё внимание приковывала дама в плаще и капюшоне, что всё удалялась от меня.

Собрав волю в кулак, я сделала последний рывок и побежала. Тонкие ветви деревьев хлестали по лицу, осыпаясь листьями. Было больно…

Если больно, то жива, — заключила я и прибавила скорости.

Незнакомка пропала и я затормозила, озираясь по сторонам.

— Арлайн, ты слышишь меня? — голос Эвана становился всё громче, но я лишь отмахнулась.

Не сейчас. Есть более приоритетные задачи.

Куда же подевалась эта женщина?

Я бросилась к дереву. Может она спряталась, заметив слежку?

Хотя, как можно было не заметить, если я ей еще и орала вдогонку?

— Куда ж ты подевалась? — отчаялась я отыскать ее.

Что ж, пора искать выход из бездны собственного подсознания. А это дело не простое.

Я развернулась и уперлась носом к носу с незнакомкой.

Осознание ужаса и потерянности нахлынуло, накрыв с головой.

Капюшон плотно укутывал ее, не давая увидеть ни глаз, ни лица.

Сердце гулко застучало, грозясь выскочить из груди. Как же так?!

— Кто ты? — только и спросила ее.

— … Ты… — глухо ответила она.

— Ты живешь здесь?

— … Здесь… — эхом вторила она.

Это какое-то издевательство.

— Поможешь?

Женщина словно замерла, задумавшись на миг.

— Помогу, — она откинула капюшон, и я остолбенела.

Передо мной была… я. Или моя копия.

Она протянула руку, я попятилась.

— Не бойся, — прошептала… Я?

Её касание было легким и невесомым. Что-то подсказывало, что я должна это пережить и что-то понять.

Голос Эвана врезался в сознание и всё резко оборвалось, но я успела кое-что понять.

27

В глаза ударил яркий свет и я на миг ослепла. Это вызвало сначала приступ паники, но потом умиротворение.

Так вероятно должно быть. Жизнь имеет свои полосы: есть светлые, а есть темные. После любого света приходит тьма. Она живет в нас и поглощает наше сознание. Не сразу, а постепенно проникает своими щупальцами в наши головы и завладевает.

— Ну, наконец-то очнулась, — выдохнул кто-то рядом.

Темнота рассеялась, а передо мной на резном дедовом стуле сидел мужчина из моих видений.

Сейчас я уже не понимала, где реальность, а где сон. Он настоящий или это вторая фаза "даров" подсознания? Игры разума?

— Ты мне снишься? — прошептала, понимая, что даже руку не могу поднять от бессилия, чтобы коснуться Эвана.

Да и он ли это вообще?

Он улыбнулся и ямочка на подбородке стала четко видна.

— Это не сон, — прошептал он снова. Голос стал почти хриплым от волнения, которое словно пронизывало воздух.

Его пальцы очертили контур моего лица, и тут пришло осознание, что все это происходит в правду — реально.

Легкие прикосновения дарили какое-то странное сочетание чувств. С одной стороны — вон он, живой и здоровый сидит у моей постели, а с другой — щемящее чувство пустоты и утраты. Я потеряла единственного лучшего друга, хоть и пушистого.

Вот только недавно он, виляя хвостом будил меня лаем по утрам, лизал ладони под столом, когда я не хотела есть кашу на завтрак и прятала чашку от дедовых глаз долой.

Внезапно в голову пришла странная, но логичная мысль.

— Если ты человек, то как же… А как же Олей и Йоган?

Эван резко поднялся и стул с грохотом упал на пол.

Молодой мужчина заломил руки, его лицо исказилось от боли, а глаза увлажнились.

— Олей здесь. С ним всё в порядке, но он все еще… волк… Ты думаешь дед, — он запнулся, — Умер?

Сама только мысль, о том, что с герцогом могло что-то случиться приносила нестерпимую боль, что словно заноза засела в сердце и не отпускала.

Слезы сами собой потекли по щекам. Их надо утереть, но сил не было.

— Не плачь, я рядом. Я с тобой, — старался успокоить Эван, но это не помогало.

— Как же ты смог обратиться?

— Не знаю. Ты помнишь, мне было не так много лет, когда проклятие настигло нас с братом. В его подробности я никогда особо не вдавался. Надежды на спасение не было, поэтому и бередить раны не было нужды. Мне кажется там было что-то о том, что невинная кровь смоет наше проклятие.

Эван посмотрел на меня долгим внимательным взглядом.

— Какая ж у меня невинная кровь, — хмыкнула не оставаясь в долгу, — Я точно так же как и все тут погрязла во лжи.

— Возможно там было что-то еще или имеет иной смысл. Во всей этой истории хорошо соображал дед. Я не хочу даже предполагать, что с ним что-то могло случиться. Уверен, что сняла проклятие именно ты. Если бы с герцогом что-то случилось, то Олей бы уже стал человеком.

А в этих словах был смысл.

Тогда нужно радоваться, но отчего-то не получалось. Уж слишком велико было потрясение.

— Я рада, что ты снова на своих двух… Но мне нужно отдохнуть.

Сил было еще пока слишком мало, чтобы продолжать этот трудный разговор.

— Как тебе будет угодно, — с легкой грустинкой в голосе произнес Эван, кланяясь и пятясь назад, — Помни, это твое поместье и ты здесь главная.

Молодой человек ушел, а до меня вдруг дошло, о чем я должна была бы переживать будь такой же, как все прочие знатные барышни — беспокоилась бы о наследстве. Вот только отчего-то эта тема меня совершенно не интересовала. Не жили богато и не нужно. Сейчас самое важно, чтобы все благополучно разрешилось с Олеем, герцогом и Вилмой. А уж все остальное — мелочи.

28

Эван Йоллер

Покидал покои Арлайн я в смятении. Конечно, постарался не подать виду, что меня задело ее равнодушие. Хотя девушка так много пережила, что понятное дело, пребывала в некотором шоке.

Сейчас, после ранения она казалась на столько хрупкой и ранимой. Сердце замирало в страхе, что я могу чем-то ей навредить, даже одним своим присутствием.

Быть волком было гораздо проще: чувствовать мир вокруг себя, ощущать нутром опасность…

Были, конечно же, и минусы, но положительных моментов все же больше.

В шкуре зверя я был в безопасности, а сейчас…

Увидеть Арлайн, коснуться ее белой бледной кожи стало настоящей радостью и пыткой, но я выдержал и даже не подал виду.

Она — моё проклятие, она — моя погибель.

Я столько лет мечтал сбросить оковы проклятия, что даже не обращал внимания на существенную и важную деталь — инструментом была любимая подруга, единственная девушка, на которую хотелось смотреть, отсеяв все прочее как ненужный мусор.

Но сейчас было мало стать самому человеком. Я прыгнул на ее защиту не ради двух ног, а ради нее самой, ради той маленькой ниточки, что связывала нас долгие годы. Как так случилось, что спасла меня она я до сих пор не понимал.

— А ты Эван? — в кабинет пробралась маленькая плутовка и забралась на небольшой диванчик.

Для своих юных лет она была слишком умна, несмотря на то, что умело изображала детскую непосредственность.

— Верно, — кивнул, делая глоток душистого чая.

— Тогда у меня к тебе дело, — она сложила ручки на коленках, приняв самый невинный вид. — Мне нужно, чтобы ты снял проклятие с Олея. А то, что ж это получается, ты достанешься Арлайн, а мне страдать от одиночества? Не честно!

Да уж, в силе духа ей не занимать. Это ж надо же, что удумала.

— Ну, для начала, я не вещь, чтобы доставаться кому-то. Ну, а во-вторых, а не слишком ли ты мала, чтобы строить столь интересные планы на едва обозримое будущее?

— Фи, — отмахнулась Алва, — Когда-то в прошлом в моем возрасте замуж выдавали уже, а сейчас все нянчатся и носятся как с ребенком.

Замуж? Это надо же?

— Давай тогда договоримся так, сначала мы с тобой выстроим план по снятию проклятия с Олея, а уж потом решим, кто и за кого замуж пойдет. Но предупреждаю сразу, сестре ни слова — она явно наш план не одобрит и чего доброго запрет в темнице. И это в лучшем случае.

— А в худшем?

Все внимание юной интриганки было приковано ко мне. Создавалось ощущение, что я бабочка под иглой коллекционера. Помню однажды мы с дедом принимали в гостях престарелого графа, который возил с собой картину из живых трупов прекрасных капустниц… Давно меня так не возмущали людские поступки, но тогда пришлось сдержаться, чтобы не загрызть давнего приятеля герцога.

Издевательства над самой природой человеком никогда ничем хорошим не заканчивались.

Каждое вмешательство обязательно влечет к ответственности за свои поступки.

— А в худшем — оставит без сладкого.

Девчушка нахмурилась и хмыкнула в свойственной только ей манере, но затем улыбнулась и расправив плечики встала, поклонилась и направилась к двери.

У самого выхода она немного задержалась и обернулась:

— Несмотря на то, что ты будущий герцог Йоллер… если уже не стал им, мне будет абсолютно наплевать на сей прискорбный факт. И я не успокоюсь, пока моего любимого Олея не вернут в человеческий лик. Очень надеюсь, что ты сделаешь для этого все возможное. Ты ведь пока не знаешь с кем связался.

Угроза? Очень интересно. И все-таки последнее слово осталось за ней. Вот она-то уж точно больше похожа на будущую герцогиню Йоллер.

Перекинув косу с плеча на спину, Алва удалилась, оставив меня размышлять о разговоре.

29

Ноги подкашивались, но нужно было вставать и начинать понемногу заниматься привычными делами. Пока Йогана нет — я здесь Хозяйка.

Права Эвана никто не оспаривает, но ему еще учиться и учиться, как правильно управлять поместьем. Если захочет — я помогу восполнить этот пробел, а нет… Что ж, ни одного хозяина не заставить быть еще и управляющим без желания. А если нужно будет, то я могу всегда исполнять свои прежние обязанности.

Как только я смогла принять устойчивое положение, то потихоньку добралась до библиотеки, где обычно просматривала счета и вела бухгалтерию.

Засев за учетными книгами, услышала голоса. Это была Алва. Она о чем то говорила кому-то в кабинете, что находился напротив.

Любопытство взяло верх. Крадучись, пошатываясь я доковыляла до двери.

Голоса звучали приглушенно, но было понятно, что моя маленькая сестренка угрожает Эвану расправой. Скрипнула дверь, и я поспешила спрятаться в тени своего убежища.

Что ж, занимательно.

Малышка собралась замуж за Олея и была готова на все ради его спасения.

Сила духа — это всегда хорошо. Возможно стоит подумать над этим, но не сейчас.

Я засела за бумаги и погрузилась в изучение корреспонденции для начала. Потом можно проверить и остальное.

Письмо от Вольфа привлекло внимание.

"Дорогая наша госпожа Арлайн, мы выражаем сожаление по поводу ареста герцога. Вы всегда можете рассчитывать на нашу помощь. По первому же зову, я лично прибуду к Вам для управления герцогством.

Вечно верный Вам друг, Волфгарм Волф."

Что ж, попытка засчитана, но пусть ищет другую наивную дурочку.

Ну конечно, куда ж нам, хлипким и нежным девам заниматься подобными делами…

Спасибо ему, конечно, но мы и сами в состоянии разобраться со всем.

Ответное письмо было коротким и лаконичным, как дед учил вести перепись с такими вот друзьями:

"Дорогой наш друг, благодарим за поддержку. Сейчас дела идут хорошо и мы сами справляемся с выпавшими на нашу долю злоключениями. В случае необходимости рады, что можем рассчитывать на Вашу поддержку и помощь."

Запечатав конверт, я поставила восковую печать и присыпала песком. Сдунув, отложила его для отправки.

Следующее письмо оказалось не менее интересным. Соседнее к северу герцогство тоже предлагало поддержку, но на этот раз через брак. Нет, ну вот, как просто у некоторых хватает наглости на такие вещи?

Пока я обдумывала ответ в библиотеку вошел Эван. Он был удивлен.

— Ты так скоро встала с постели? Может не стоило?

— Возможно, но пока я жива, то буду делать все необходимое для процветания нашего поместья.

Я устало откинулась на резную, оббитую бархатом спинку стула и прикрыла глаза.

Это же мой друг…

Верный пушистый друг… Просто сейчас выглядит он немного по другому. Но он же все еще остается тем самым Эваном.

— На тебя многое так много всего навалилось. Мне кажется нужно время, чтобы со всем этим свыкнуться и набраться сил.

Он прав. Вот только шило, что сидит во мне никогда не даст сидеть сложа руки.

— Как только все разрешится я обязательно поеду отдохнуть на юг.

— К морю?

— К морю, — улыбнулась в ответ, — А пока работа продолжается.

— Чем ты так озадачена? — Эван придвинул стул для посетителя ко мне поближе и уселся, приготовившись помогать.

Я была немало удивлена, но кивнула поощряя.

— Да вот… Герцог Северн предлагает заключить брак.

Я передала письмо другу и он погрузился в изучение тех нескольких строк, что размашисто были написаны на бумаге.

— Наглец!

Тут он прав. Снова.

— Они словно коршуны, — горестно выдохнула я.

— Тогда нам стоит дать объявление.

— Какое же?

Объявление — очень редкое ознакомление всех и короля с каким-то событием или происшествием. Обычно дается при смерти главы рода, его наследников, свадьбы или рождении ребенка в основной линии. У нас вроде ничего не предвидится подобного.

— О том, что внук герцога Йогана Йоллера — Эван Йоллер вернулся с затянувшейся поездки и обучения в заморских странах и женится.

А вот это было больно. Интересно, где он так скоро успел себе найти невесту. Нет, конечно, я знала, что большинство аристократов помолвлены чуть ли не с пеленок, но помнится "невеста" этого конкретного наследника вышла замуж еще очень давно. Нас приглашали на церемонию. Ей было даже меньше лет, чем мне. Бледная, хрупкая, но с гордо поднятой головой она стояла у алтаря, пока ее отец клялся вместо нее перед семьей жениха.

Тот брак навсегда, казалось, отобьет у меня желание самой повторить тот подвиг.

Девушка была юна, лет шестнадцать. Йоган тогда сказал, что семья невесты из опасений отдает ее замуж так рано, но переедет жить к жениху и стать в полной мере ему женой только через пару лет, а сейчас это скорее формальность и оформление бумаг.

Но мне все равно было жаль ее.

— Интересно, на ком? — не смогла просто удержаться от усмешки.

Эван рассмеялся. От этого стало еще обиднее.

— На тебе, конечно.

— Это сумасшествие! — вскричала я, резко подрываясь.

Голова пошла кругом, а в висках запульсировало.

— Дорогая, тебе не стоит переживать. Помни, мы с тобой друзья, хоть мои чувства носят несколько иной характер, я все равно готов с тобой дружить, хоть до скончания времен. Это такой… ход на опережение. Если с дедом что-нибудь случится, то толпы женихов на следующий же день начнут обивать порог нашего поместья. А оно нам нужно? А если будет очередной прецедент покушения? А если он будет успешным?

Эван выжидательно смотрел мне в глаза, и я уже не узнавала его. Это не тот смешливый парень из снов, и уж тем более не волк, виляющий как щенок хвостом. Это уверенный в себе взрослый мужчина, который знает о политике, оказывается больше меня. Все верно, его учили лучшие — Йоган.

— Но можно ведь просто отказать. Они успокоятся…

— Я расскажу как все будет, хочешь? — я неуверенно кивнула, сглотнув ком в горле, — Мы должны прекрасно понимать, что положение герцога сейчас очень шаткое. Мы не знаем, что с ним и никто не спешит делиться информацией. Сначала ты будешь получать письма, позже, женихи станут съезжаться сюда, наблюдать… В один прекрасный момент у кого нибудь из них просто лопнет терпение. Есть для девушки вещи похуже смерти, поэтому не стоит недооценивать незнакомцев. Сейчас ты для всех желанная добыча. А как только печати будут поставлены, то от тебя быстро избавятся. Простолюдинка по крови никому особо не нужна. Возможно, если у противника будет голова на плечах, то он даст тебе возможность родить наследника. Причем пол не будет иметь значения, а потом придушит тихо в спаленке.

Эван замолчал.

Гнетущая тишина и только редкое потрескивание поленьев в камине. Вот только холодно было все равно. От его слов.

— Но ведь это только предположения., — я постаралась взять себя в руки.

Глаза Эвана свернули в отблеске снопа искр камина. Да что ж так холодно-то?

— Да. Пока только предположения. А ты хочешь на практике проверить? — он подождал пока я отрицательно покачаю головой и продолжил, — Вернемся к деду. Я его очень люблю. Он столько лет искал для нас спасения, но нужно включить разум. Так вот он и говорит мне, что если с герцогом что-нибудь случится, то мои права на поместье попробуют оспорить через тебя. Ты станешь марионеткой, а меня найдут с ножом под ребрами где-нибудь в лесу. Поэтому мы будем действовать на опережение. Убьем двух зайцев одним выстрелом.

Конечно, Эван прав. Вот только не о таком предложении я мечтала.

А я вообще о нем мечтала? Вроде нет, но и не сомневалась, что наступит теплый осенний денек, когда зацветет вереск и я пойду к алтарю с букетиком этих ароматных цветов…

— Ты же помнишь, что я говорила о свадьбах раньше? Мое мнение не изменилось. Я выйду замуж только по взаимной любви.

Поймав недоуменный взгляд Эвана, я поспешила отвести взгляд. Сейчас во мне бурлили обида, страх и недоверие.

Это уже не тот верный лохматый друг. Это взрослый расчетливый мужчина, — напомнила я себе. Вот только боль меньше от этого не стала. Наоборот, грудь сдавило от чувства несправедливости. Не хочу быть разменной монетой. То одни используют, то другие…

— Я не прошу тебя по-настоящему становиться моей женой. Мы послужим прикрытием друг для друга.

Мужчина протянул руки и взял мою ладонь.

— Не думаю, что это хорошая идея…

— Такие холодные, — заметил он, поглаживая мои пальцы, стараясь согреть.

Это было волнительно, но я не сдамся так просто. Понимаю, что ласковое слово и кошке приятно, но не в этот раз. Мало меня умаслить, я стану частью мужчины только при условии взаимной любви. А пока не обозреваемом горизонте такая не маячила.

— Мне лучше прилечь. Слишком много информации.

— Ты права.

Эван встал и подошел ко мне, подал руку. Я осторожно вложила ледяные пальцы в его ладонь.

Неожиданно он подхватил меня на руки и понес.

Это было столь фривольно, что я не сразу нашлась, что и сказать. А когда придумала, то было уже поздно. Меня уже аккуратно сгружали на постель.

— Сладких снов Арлайн, — Эван легонько коснулся губами моего лба, — Пусть тебе приснюсь я.

— Наглец!

Ответом мне был только громкий хохот и хлопнувшая дверь за секунду до того, как подушка ударила в нее.

30 Дворец

— Ваше Величество, — в обеденную залу ворвался запыхавшийся советник, — Только что прибыло письмо из "Волчьего логова".

Мужчина средних лет восседающий за столов в полном одиночестве, если не считать визитера и охрану, нахмурился. Он почувствовал, что новости его уже не радуют, даже не открывая послания.

— Да? — король махнул рукой, дозволяя приблизиться, — От кого же?

Стражники расступились, пропуская бодрого старика, ноги которого от бега уже начали путаться в длинной черной рясе с золотыми нашивками.

— Автор письма одна из наследниц герцога, Арлайн Мар Йоллер, сестра нашей… госпожи Вилмы.

Вилка так и повисла в воздухе от удивления. На лице короля застыло жесткое выражение.

Этого он не предусмотрел. Надеялся, что охотники сделают свое дело, уничтожив всех жителей поместья.

А ведь всё, казалось, будет просто.

Эта наглая выскочка ворвалась как ураган в его жизнь и существование всего королевства, покорив единственного оставшегося в живых ребенка. Сын был добр и уж слишком порядочен, чтобы потом занять его место на троне. Но Сидорик и это предусмотрел. Он хотел насильно ужесточить мягкотелого отпрыска — закалить характер.

Сначала должна была из всей семьи Йоллеров остаться только ненавистная девчонка. Она будет убита горем, что все погибли от действия проклятия, о котором ей известно. О работе охотников она знать не должна. Затем скромная свадьба. Можно сказать, тайная, чтобы не привлекать много шума к истории.

А потом через пару месяцев, принц застанет супругу в постели в объятиях с другим мужчиной. Возможно это будет конюх… или садовник… Любой служащий…

Это будет ударом для Хорта. Финалом станет обвинение в государственной измене и ведовстве, а затем прилюдно казнь. Будет тяжело. Но сын выстоит и станет закаленней.

Не идти ведь, в самом деле, войной на южные земли, чтобы стать настоящим мужчиной!

Сидорик аккуратно надломил печать и прочитал послание. От каждой строчки король становился все более хмурым, а кровь от нового приступа гнева начинала закипать.

"Дорогой дедушка, герцог Йоллер, от тебя долго нет вестей. Выражаю надежду на доброе здравие и скорейшее Ваше возвращение в "Волчье логово".

У нас для тебя прекрасная новость, Эван вернулся. Вы не представляете на сколько мы счастливы. Ваша давняя мечта сбылась и любимый внук воротился на родные земли. Олей пока еще не окончил обучение и к сожалению не вернулся, но придет и его час.

Вы же знаете, что я не мастер письма, по сему просто прошу Вас дать свое благословение на наш брак.

Любовь внезапно нас настигла и мы не в силах были ей противостоять.

Прошу Вас так же прибыть ровно через месяц, к Перезимку на наше торжество. Мэрия зарегистрирует наш брак заранее, но отметить это событие мы бы хотели в кругу семьи.

Ваша любящая внучка, Арлайн Йоллер".

Король готов был кого-нибудь убить собственноручно к моменту дочитывания письма.

Это письмо было необходимо передать в руки герцога. Он не был пленником, скорее гостем в отдельных апартаментах. Причем вполне комфортабельных. Слишком рискованно убивать герцога — часть влиятельного клана. Мало ли скольким вассалам это может не понравится, и на сколько массовым будет бунт. А вот придержать как козырь и потом им сыграть… Сердце старика может и вовсе не выдержать, если погибнет вся его семья.

— Мы напишем ответ? — прервал мысли советник.

— Нет. Передайте письмо герцогу, а его ответ принесите мне для ознакомления. Тогда и решим, что будем делать дальше.

Герцог сидел на небольшой мягкой софе и пил утренний чай, когда в дверь постучали. Это было необычно. В такое раннее время его еще не беспокоили.

Негласный узник, о чем он само собой не жаловался Вилме, когда та приходила навестить его или вывести на короткую прогулку в сад.

Сегодня все было странно.

Вот и сейчас внучка со своим женихом внезапно решили с утра посетить его и обсудить детали свадьбы.

Это была прекрасная пара. Умный, уверенный в себе принц производил правильное впечатление на будущего родственника и уравновешивал импульсивную юную невесту.

— Войдите, — выкрикнула Вилма, откладывая чашку на краешек стола.

В гостиную вошел высокий слуга в золотой ливрее, на подносе было одинокое письмо.

Сердце Йогана больно кольнуло и он поморщился. Неужели в поместье что-то случилось?

Дрожащей рукой он потянулся к письму.

Так и есть. Отправитель Арлайн.

Секундное промедление и послание уже выхватила Вилма.

— Моя дорогая девочка, оно для меня, — мягко пожурил дед ее.

— Это сестрица пишет. Ну, можно я прочту?

Останавливать ее было уже поздно. Печать была надломлена, а письмо уже прочитано сотрудниками тайной канцелярии или самим королем задолго до того, как его принесли. Лист быстро появился в руках у девушки, но она ждала пока кивнет герцог.

— Читай, торопыга.

Быстро пробежавшись по посланию, девушка открыла рот от удивления, а затем ее губы расплылись в улыбке.

— Она выходит замуж! — воскликнула Вилма.

Только не это! Ее окрутил какой-то местный хлыщ или что еще хуже кто-то из Волфов или Севернов.

Герцог протянул руку и девушка подала письмо, а сама, пребывая все еще в шокированном состоянии начала быстро допивать свой чай.

— Подумать только, дорогая, твоя сестра выходит замуж, как и ты, — порадовался Хорт, — Можно ведь устроить во дворце обе свадьбы одновременно!

— О, нет! Я хочу, чтобы моя свадьба стала моей, а торжество Арлайн только ее. Нечего смешивать огонь и воду! — упрямо заявила дева, пока Йоллер изучал письмо.

В нем говорилось, что Эван вернулся. Возможно это была какая-то ошибка… Хотя Арлайн упрямая и дотошная, она не пропустила бы лжеца в поместье. Да и Эван уже не раз являлся ей во снах. А это значит она знала с кем имеет дело. Это точно внук. Это точно Эван.

— Это… прекрасные новости, — только и смог вымолвить пораженный герцог, откидываясь на спинку софы.

— Когда же торжество? — хлопнула в ладоши неугомонная Вилма.

— Надеюсь, скоро, — только и ответил Йоллер.

Он не стал рассказывать внучке, о том, что их на нем не будет. Очевидно, что король и его приближенные из тайной канцелярии ни за что уже не отпустят ни невесту принца, ни герцога, ни даже принца.

Попытаться, конечно, стоило, но…

Это было первое письмо из дома, что получил Йоган. Он был уверен, что были еще, вот только до него они не доходили. Король не дурак и понимал, что рано или поздно своему теоретически возможному родственнику он должен будет подсунуть какие-то крохи связи с домом.

— Ну же! — Девушка вскочила и начала метаться по комнате, — Дедушка, тебе просто необходимо оставить меня и вернуться домой. Всю жизнь я помню как ты говорил, что скоро вернется Эван и Олей… Да ты даже волков назвал в их честь, чтобы было не так одиноко! Ты должен вернуться домой!

Должен. Во что бы то ни стало.

Но и оставлять Вилму одну на растерзание этим коварным людям нельзя было.

Словно поняв внутренние разногласия герцога, принц поднялся и поймал в объятия юную невесту.

— Дорогая, распорядись о чае.

— Но мы ведь только… — девушка непонимающе захлопала ресницами.

— И мы хотим еще, — он нежно поцеловал ее в кончик носа и улыбнулся, — Тебе пора привыкать к послушанию.

— Деспот! — выкрикнула бунтарка, но подчинилась

Как только дверь за Вилмой закрылась, принц постоял еще пару секунд глядя на выход, а затем повернулся к герцогу:

— Что ж, обсудим Ваш побег.

— О, я уже слишком стар для этого, — улыбнулся Йоган, вот только в глазах не было и тени веселья, — Не будем злить Вашего отца.

— Я даже не знаю кого стоит больше опасаться, отца, если Вам удастся покинуть замок или Вилму, если Вам это не удастся.

А вот это было в точку.

— Хорт, Вы ведь понимаете, в каком положении я нахожусь?

— Я не на столько глуп, как считает сам король. Наивность давно смыта ошибками юности. И если я не проигрываю земли в карты и не горю войнами и захватами новых территорий, то это не значит вовсе, что я не понимаю как обстоят дела на самом деле. Вилму, разумеется, пока еще рано посвящать во все хитрости дворцовой жизни. Да и выбрал я ее за чистоту души и спонтанность. Потом это все сотрется и она станет такой же, как и все. Но я надеюсь, что случится это через очень много лет и мы успеем побыть настоящей семьей.

— Не очень радужные мысли, Вы не находите? — Йоллера поразило, что будущий родственник на столько проницателен и он начал внимательнее к нему присматриваться.

Возможно Хорт не безнадежный романтик, какое производил впечатление.

— Не исключено. Но Вам не стоит беспокоиться об этой внучке — о нем позабочусь я и мои люди. Мы не дадим ее в обиду. Здесь нет веры ни единому человеку, кроме круга доверенных лиц. Не стоит о ней переживать. А вот с другими сестрами и самим поместьем может случиться очень многое. Поверьте, я знаю своего отца. Уже посланы охотники за проклятыми. Они уже у Ваших стен, а возможно и внутри них. Вам надо срочно вернуться домой!

— И что же Вы предлагаете?

Дверь распахнулась, а на пороге появилась Вилма со служанкой.

— А вот и чай!

31

Прошел почти что месяц с тех пор как мы с Эваном отправили письмо во дворец. Я была категорически против, чтобы рассылать всем объявления и поэтому мы ограничились только королем.

Эван был уверен, что все письма адресованные дуду ему либо вовсе не доходят, либо их будут обязательно читать.

Меня, конечно, посетила мысль, что этим посланием мы только спровоцируем корону на более активные действия, но товарищ был уверен, что так нужно.

Откуда только нахватался — не понятно. Ясное дело дипломатии и теориям заговора в волчьей шкуре не учат.

От прямого вопроса наглец коварно ушел, заявив, что подобные разговоры напоминают ему, что о поцелуе со мной он только мечтал, поэтому самое время это исправить.

Угроза, конечно, подействовала и я просто убежала, словно какая-то маленькая девочка на первом свидании.

А ведь, если все пойдет не по плану, то нам действительно придется пожениться.

Эта мысль не вызывала никакого отторжения, но что-то в этом было преступное. Словно, я замуж пойду за собственного кузена.

Само собой Эван был хорош и вызывал массу смешанных чувств, вот только бороться с ними я не прекращала ни на минуту.

— Он в тебя по уши влюблен, — вещала пронырливая и всесущая сестрица.

Откуда только ей о таком знать?

Нас учили вести хозяйство, заниматься счетами и домом, управлять слугами и наемными работниками, делать зимние заготовки и много чего еще. Да вот только никто и никогда не рассказывал как отличить истинное чувство от надуманного.

Однажды я почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы провести вечер у камина в библиотеке не за счетами да книгами учета, а за простым романом, что нашелся когда-то на чердаке.

Мягкая обложка и страницы пахли пылью, но я все же решила в нее заглянуть хотя бы одним глазком.

Сюжет настолько увлек, что очнулась я уже перечитывая эпилог, утирая щеки от слез.

Как это красиво, когда герои, преодолев все испытания проникаются истинным чувством и обретают свое заслуженное счастье.

Будет ли так когда-нибудь в моей жизни пока не ясно. Зато есть к чему стремиться.

— Не помешаю? В комнату вошел Эван. В руках он нес бокалы, а из кармана торчало горлышко бутылки.

— Я не пью, — уверенно заявила, глядя прямо в глаза.

— А я пока и не предлагал.

Молодой человек уселся прямо на ковер напротив камина и поставил пузатый бутыль моего сидра.

— Он еще не выстоял нужное время, — резонно указала на его оплошность.

— Но пить-то уже можно, — не отставал мужчина.

Тут то особо не поспоришь. Пить и в самом деле можно.

Эван наполнил оба бокала и поставил на ковер.

В камине весело потрескивали поленья, что он собственноручно чуть ранее наколол и принес сюда. Зрелище было интересным, как бледный и хрупкий с виду мужчина, которого я видела еще месяц назад постепенно оброс мышцами и браво играл ими на солнце, орудуя топором.

— У меня даже закуска есть. — он вынул из кармана сочное яблоко.

Уверена., что стащил его из того же погреба, где и хранился сидр.

— Тогда пожалуй я его и съем.

— Мы так давно не говорили по душам, — зачем-то начал Эван щепетильную тему, — Может, это стоит исправить?

Я только лишь рассеянно улыбнулась.

Весь месяц я тщательно старалась его избегать, не попадаясь лишний раз на глаза, чтобы не вызвать тонны неудобных вопросов. Хотя на самом деле все дело было в самом Эване. В том как глухо стучало сердце в его присутствии, как потели ладони, а нервы были натянуты словно струны на инструменте барда.

— Ты прав. Это моя вина. Я просто хотела дать тебе немного свободы, чтобы ты не думал, что остался моим…

— Другом?

— Волком!

Глаза стали понемногу наполняться слезами. Это было тяжело.

Сложно в один миг перестроить весь внутренний мир, даже если внешний меняется с бешеной скоростью

— Я не хочу, чтобы что-то менялось между нами. С хвостом я или без, но ты дорогой мне человек и я хочу всегда быть рядом.

Наверное, это и послужило точкой невозврата.

Я разрыдалась. Слезы боли и радости.

Эван вскочил и бросился ко мне, стирая нежными словами и поцелуями все грани.

— Я тебя не оставлю. Я люблю тебя. Любил и буду любить!

Это было так неожиданно.

Вообще никогда не имела странной привычки раскисать на глазах у свидетелей. Моменты слабости могла позволить себе только в тишине и одиночестве, за плотно закрытыми дверями спальни.

Имея младших сестер, как-то само собой становишься примером для подражания, а никак не плаксой. Тем более, когда над головой довлеет долг перед герцогом.

Вот только сейчас и сестра фактически осталась только одна, и деда нет рядом, да и обязанности перед поместьем может взять на себя Эван.

Молодой человек продолжал гладить меня по спине, что-то нашептывая на ухо, словно успокаивая как ребенка.

Сейчас ближе него никого не было.

Алва еще слишком мала, чтобы что-то понять, а друзьями обзавестись так и не случилось.

Никого кроме Эвана и не осталось.

Его признание прозвучало как гром среди ясного неба, но вместе с тем и пришло облегчение.

Значит тогда во сне я ничего себе не придумала. Это был действительно он. Такой родной, но уже гораздо более близкий, чем просто друг.

Я подняла на него заплаканные глаза.

— А я люблю кажется тебя. По-настоящему, — шмыгнула носом.

— Когда будет "по-настоящему" тебе казаться не будет. Любовь не может казаться. Она просто есть. Как данность.

Я кивнула, окончательно выплакав все горести и печали.

— Спасибо.

— Я всегда буду рядом, — чмокнул он в кончик носа и улыбнулся.

— Знаю, — выдохнула я

Отчего-то сразу стало так спокойно и хорошо, что глаза непроизвольно закрылись и я так и задремала у Эвана на коленях, убаюканная его лаской и теплом.

Когда открыла глаза, то поняла, что лежу на диванчике в библиотеке, укутанная в мягкий плед. Мерно горит пламя в камине, изредка выдавая веселые искорки.

Неужели он меня покинул? Неужели он ушел?

Я села и осмотрелась.

Вот только было очень темно.

— Уже проснулась? — донеслось со стороны рабочего стола.

— Я тебя не заметила. Почему сидишь в темноте?

— У волчьей шкуры остались побочные эффекты.

— Какие же?

— Например, я вижу в темноте… Да и еще так по мелочи.

Слишком уж загадочно звучало. Это несколько нервировало. Я с ним была откровенна, а у него были от меня тайны.

— Мы же договорились рассказывать друг другу всё, — грустно выдохнула я.

В темноте блеснули желтые глаза и я замерла.

— Есть некоторые вещи, которые тебе не нужно знать. Легче от этого не станет. Всё только усложнится еще сильнее.

В этот момент я поняла, что какими не были бы его секреты — не важно. Главное, чтобы их не было, а я уж всё выдержу. Мы вместе устоим против любого шторма и урагана.

— Наша сила в единстве.

Я встала и сделала шаг. Перемещаться по освещенной камином части библиотеки было не сложно, Но через пару метров простиралась кромешная тьма. А он там один и думает, что так будет лучше.

Еще пара шагов и я почти у цели уперлась в стол.

Осталось совсем немного — буквально руку протянуть.

— Не нужно, — почти прорычал Эван.

— Но и ты не убегаешь, а остаешься на месте. Это значит, что ты и сам понимаешь — мне лучше знать всё.

— Тогда смотри!

Внезапно раздался грохот. Это, вероятно, упал стул, когда мой друг вскакивал.

Он быстро переместился в зону, полумрака, но его лицо всё еще оставалось в тени.

— Мы вместе — помни. Ты и я! — постаралась подбодрить его как могла.

— Помню, — выдохнул Эван и сделал еще шаг вперед.

Крик неожиданности вырвался из груди, но я быстро захлопнула рот руками. Представляю как это смотрелось.

— Ты…

— Да.

— Так мы же…

— Сняли проклятие? Видимо это как-то иначе работает и оно либо ослабло, но не снято до конца, либо его совсем невозможно снять.

По голосу было понятно, что он расстроен. Желтые волчьи глаза с болью смотрели прямо на меня. Словно он боялся, что еще миг и я сбегу визжа от ужаса.

Да, это было необычно. Шерсть на лице, клыки, оскал, удлиненные когти… Но он оставался все еще похожим на человека.

— Прими тогда это. Мы найдем какой-то выход, — все что могла сказать на сей счет.

— Найдем? А нужно ли? Я человек. Пусть и не до конца, но все же человек. Уже этому я рад. Больше всего на свете, боялся, что такой я тебе не буду нужен. Что ты начнешь бояться, избегать…

— Я похожа на трусиху? Не переживай — мы найдем выход. А если нет… Ну что ж, так тому и быть.

— Днем я человек, а вот по ночам…

— Знаешь, — припомнила, — А я когда-то читала о людях-волках. Они были изгнаны и жили в лесу, пока их и вовсе не истребили. Но упоминания о них есть в книгах деда. Эти летописи здесь — В "Волчьем логове". Говорят, что и род берет свое начало от укушенного волком. Но Йоган всегда говорил, что это чушь, потому что Йоллеры — из крылатого рода.

— Думаешь это правда?

— Сомневаюсь. Скорее сказки для запугивания соседей. Кстати они работают. К нам до сих пор никто не пожаловал.

Эван рассмеялся, показав свои клыки.

И как он только не вспарывает себе такими орудиями губы?

Бредовые мысли стали уже почти нормальными для меня. — грустно усмехнулась.

Хорошо хоть не схожу с ума.

— Может пойдем ужинать? — неожиданно предложил Эван.

— А если тебя кто-нибудь таким увидит? Нет, никому не нужно этого знать. Оставайся тут, а я сама совершу небольшой налет на кухню.

Молодой человек кивнул. Он не пытался приблизиться, понимая, что если на словах я и приняла все достаточно просто, то все равно требуется время для полного осознания и привыкания к его новому образу. Вот придет новый день и снова будет все хорошо.

Быстро управившись на кухне, я накидала на небольшой поднос всего понемногу: сыр, хлеб, холодное отварное мясо, фрукты и ягоды.

Небольшой перекус на ночь глядя будет достаточным, чтобы подкрепить свои силы и еще немного поболтать.

32

Всю ночь до самого рассвета мы проболтали о всякой мелочи. Эван оказалось много всего знает. Да, он все эти годы наблюдал и внимательно слушал.

Удивительно, конечно, но чего только не освоишь, когда не имеешь нормальной возможности общаться с окружающими тебя людьми.

Было и смешно и грустно одновременно, что даже жаль было возвращаться к себе, чтобы хотя бы немного поспать.

Молодой человек проводил меня до двери и чмокнул в лоб по-братски, затем развернувшись ушел к себе.

Сейчас он жил в комнате Вилмы. Судя по рассказам избыток персикового цвета в комнате его слегка раздражал, но он уже почти смирился. Каждую ночь он заглядывал в комнату Алвы, чтобы проверить как Олей, но брат был грустным.

Да, тяжело оставаться одному. Но мы обязательно найдем способ спасти и его.

О "ночной" внешности мы не говорили совсем. Я не хотела затрагивать больную тему.

Впервые за долгое время я заснула достаточно быстро и кошмары больше не снились.

Рана почти зажила и доставляла мало хлопот, разве что немного чесалась, но это мелочи.

Проснулась я только после полудня. Солнце уже стояло высоко, а по кровати прыгала неугомонная сестренка.

— Вставай, соня! И чем ты только всю ночь занималась? — допытывалась она.

— В библиотеке с Эваном болтала.

— Только болтала? — не успокаивалась маленькая заноза.

— Только болтала, — сонно подтвердила я, выползая из-под одеяла.

Пока негодница продолжала испытывать на прочность мое терпение и кровать, я привела себя в порядок, освежившись водой из графина.

Накинув халат, посмотрела на комод. Там стояли пустые тарелки и кружка.

— Это что еще?

— А. это? Это Эван принес тебе завтрак час назад, но я так проголодалась, пока ждала твоего пробуждения, что все съела, — рассмеялась сестра.

— И ни крошки не оставила?

— Неа, — продолжала она смеяться, уворачиваясь от летящей прямо в нее подушки. — Ладно, сдаюсь. Ты пока одевайся, а я распоряжусь о завтраке в столовой.

Алва выскочила из комнаты и была такова, оставив только хаос в комнате.

— А посуду? — крикнула ей вдогонку, но она уже не слышала.

Уборкой я привыкла в своей комнате заниматься сама, приучив к этому и сестер, чтобы никогда не забывали, что можно быстро из крестьянок стать богатыми наследницами, но еще быстрее можно потерять всё.

Заправив постель и собрав посуду на поднос, я разложила всё по своим местам. Вот теперь можно переодеваться и спускаться.

Сегодня я выбрала брючный костюм. Погода была хорошей и можно было после завтрака немного покататься на лошади. Давненько меня не было в гостях у Гайрэ. Тем более нужно узнать как далеко сбежали охотники.

— Можно? — раздался стук в дверь и я поспешила открыть ее.

На пороге стоял Эван в черном костюме деда.

— Да, проходи.

— Куда-то собираешься?

— Да, сначала завтрак, а потом в деревню. Хочу убедиться, что охотники больше нас не побеспокоят.

— Это хорошо, тогда я с тобой, — не совсем поняла зачем, но кивнула. — А как же возражения?

— А нужно?

— Хотя бы ради приличия.

Я улыбнулась. Ну, раз ему будет приятно…

— Тогда тебе не стоит со мной ехать. В деревне могут не понять.

— А мы скажем, что я вернулся. И мне нужно заказать одежду новую, а то не всё, что есть у дедушки в шкафу моего фасона и размера.

Да уж. Это точно.

— Тогда хорошо. Нам нужно придумать убедительную историю твоего возвращения в родные просторы.

— Мы скажем то же самое, что и в письме королю. Мне надоело все и я прибыл, чтобы жениться. Тут встретил тебя и понял, что влюбился по уши. Теперь ты моя невеста и мы планируем свадьбу.

Я нервно сглотнула.

Плохая была затея со свадьбой. И что-то мне подсказывало, что в итоге она нас и погубит.

— Уверен? Обратного пути уже может не быть, — напомнила ему.

— Да. Пути назад уже нет с тех пор как мы отправили письмо деду.

Даже не представляю, что подумает герцог потом обо всей этой затее.

Само собой он обрадуется, что с внуком, хотя бы одним все хорошо. Вот только невеста у него не родовитая.

Важность сохранения чистоты крови хоть и не оговаривалась вслух, но по умолчанию никто не женился на простолюдинках. Скорее использовали временно для утех. Столько примеров было. Даже сам герцог не без греха.

Почти у каждого знатного лорда в деревне была любовница, а в замке жена. Конечно, Йоллер и другие всегда скрывали это, но шила в мешке не утаить.

— Эван, — уже в столовой я не смогла сдержать мучивших меня мыслей, — А если так случится, что ты женишься… Ты будешь изменять жене?

Молодой человек застыл с вилкой на пол пути от цели.

— Какая-то странная тема, не находишь?

— Тебе же нетрудно ответить… По дружбе, — надавила на него.

— Смотря какая жена. Но если говорить о том планирую ли, то нет — не планирую. Хотел бы? Нет — не хотел. Заведу ли? Не исключено. Всё будет зависеть от того по какой причине я женюсь и на ком.

— А разве имеет значение все это? Ты ведь можешь причинить кому-то боль.

Эван старательно делал вид, что увлечен едой, но явно старался увильнуть от ответа. Но все таки сдался и посмотрел мне прямо в глаза.

— Мой отец не изменял матери. Я хоть был и ребенком, но уже достаточно взрослым, чтобы и до меня дошли слухи, даже после их смерти никто во всей деревне ни словом не обмолвился о любовнице отца. Только жена — моя мама. Не все изменяют. Я не оправдываю тех, кто это делает, но и не могу гарантировать, что не пополню ряды изменщиков. Я только недавно стал человеком. У меня уже есть невеста и обязательства. Давай не будем думать о каких-то вероятностях.

Я кивнула и вернулась к еде.

В целом его ответ меня полностью устроил.

— Поехали? — спросил Эван, отставляя в сторону вилку.

— Поехали.

33

В деревне жизнь била ключом. Никаких тревог, кроме повседневных. Простая жизнь и никакой охоты.

У постоялого двора, мы привязали лошадей и вошли.

Гайрэ, как обычно, суетилась на кухне, поглядывая в сторону зала.

Завидев нас, она бросилась вперед.

— Доброго денечка! — женщина во все глаза рассматривала моего спутника.

— Здравствуй Гайрэ, знакомься — это Эван Йоллер.

— О! Малыш Эван? Я помню Вас еще совсем мальчиком, а сейчас Вы превратились во взрослого крепкого мужчину. Рада, что Вы вернулись домой.

Эван как галантный кавалер поклонился хозяйке и улыбнулся.

— Я тоже помню, как мы с отцом приезжали к Вам с супругом выпить квасу и отведать фирменного пирога.

Женщина зарделась, смущенно отводя глаза в сторону.

— А может ты и сейчас нальешь нам чего-нибудь, чтобы освежиться с дороги? — вклинилась я.

Хозяйка сразу засуетилась и отвлеклась от нас, а я оттащила Эвана немного в сторонку.

— Помни легенду и ничего лишнего не болтни, — зашипела на него.

— Будет сделано, моя госпожа, — отшутился наглец.

Гайрэ уже бежала с двумя деревянными кружками к нам.

— Угощайтесь. Знаете, так сложно привыкнуть к мысли, что Вы уже взрослый мужчина. Да еще и такой красавчик, — расплылась она в искренней улыбке.

Позже мы вышли из постоялого двора в хорошем настроении, подпитанные большим количеством забавных историй и казусов, которые случались с Эваном в детстве. Всё это герцог рассказывал милой хозяйке гостиницы, когда наведывался в гости.

— Тут неподалеку лавка модистки, — напомнила я ему о цели вылазки, когда Гайрэ отвлеклась на кого-то из посетителей.

— Мне бы портного. Все эти шляпки, да чулочки не в моем вкусе, хотя признаюсь, ничего не имею против, если ты познакомишь меня поближе с женским гардеробом, — подмигнул несносный тип, за что и получил по уху.

Мы рассмеялись и стало так хорошо на душе, что казалось совершенно обыденным.

Эван ушел, а на меня почти накинулась хозяйка.

— И как?

— Что ты имеешь в виду?

— Да по нему видно, что он по тебе сходит с ума. Что планируешь делать? Я тебе по опыту скажу, пока мужчина горит нужно брать его и вести под венец! — дала очень "дельный совет" она.

— Да мы того… уже как-то… Обручились.

— А Его Светлость одобрил? — женщина обеспокоенно посмотрела на меня, прижимая руки к пухлым щекам.

— Мы написали ему письмо. Это все случилось так неожиданно. Он приехал, только спрыгну с коня… А потом спас меня от охотника. И понеслось. Ухаживания, намёки…

— Да, я заметила как мило вы шушукаетесь, — улыбнулась Гайрэ. — Так и видно, что влюблен. Но ты будто держишь его на расстоянии.

Я устало прикрыла глаза. Ложь за ложью порождает всё большую ложь. Из этой трясины не выбраться.

— Ты же понимаешь, что если дать мужчине все, что он хочет, тогда ему быстро наскучит эта игра. А вообще, я к тебе по другому делу пришла. Мне вот, что нужно узнать… Камерон все еще в деревне или…

— Камерон? А-а, ты об охотнике?

— Да, — что-то я уже сомневалась, что стоило об этом говорить.

— Его ж волки загрызли в лесу. Когда ж это было… — она забарабанила пальцами о столешницу и задумалась, вспоминая, — Кажется с месяц назад.

— Месяц?

Я была в ужасе. Выходило, что сразу практически после нападения на нас его загрызли волки. Что-то кажется, что я даже знаю какие.

Оставалось только прижать одного конкретного волка к стене и выпытать все подробности. Еще совсем недавно я и подумать не могла бы, что Эван на такое способен, но после того как ночью увидела, что он может обращаться на половину, теперь сомнений совершенно никаких не было.

— Спасибо, — горячо поблагодарила я Гайрэ и попрощалась с ней, направившись в сторону лавки портного.

У нас в деревне он был только один и спутать его обиталище с каким бы то ни было еще было сложно.

Лошадь брать я не стала, а пошла пешком, благо идти было не далеко.

Впереди суетились люди, слышались какие-то выкрики.

Что-то подсказывало, что именно там я и найду Эвана.

Так оно и оказалось.

Народ ликовал и радовался возвращению блудного сына своего господина. Никто и не вспоминал о проклятие — о том, за что все боялись и избегали контакта с герцогом Йоллером.

Возможно, есть надежда, что "Волчье логово" когда-нибудь станет дружным и процветающим местом. Да вот только если Эван убийца, то ничего не выйдет.

— Я думала ты что-то опять натворил, — подкралась к Эвану и ухватила его за локоть, чтобы не потерять в окружающей толпе. — И как они вообще о тебе узнали? Или может быть ты бегал и орал "я внук герцога Йоллера"?

— Все намного проще, колючка. Меня узнал портной, он-то и позвал остальных.

— Но как? — сейчас явно не время для обсуждения убийства охотника.

— Я очень похож на отца, говорят.

Что ж, я видела лишь один их семейный портрет, и сходство имелось. Возможно художник не идеально изобразил, но достаточно хорошо.

Деревенские продолжали поздравлять Эвана с возвращением, жали руку и говорили теплые слова. Все. Кроме моего родного брата.

Он просто стоял в стороне и косился на всё это столпотворение.

Я поймала его взгляд, но он не отвел глаз.

Что-то не понравилось мне в этом взгляде.

Я оторвалась от Эвана и пошла к Коггану.

— Ну что, сестрёнка, удобно устроилась?

— Твоими молитвами, брат, — парировала.

— Важная такая была, нос задирала, а сейчас всё — прибыл наследничек и вернешься к нам конюшни чистить со своими оборванками. Мы ж добрые, не боись, примем обратно. Вот только комфорта больше того не будет.

Ладно еще оскорблять меня, но сестер…

— Ты бы поостерегся. Никто и никогда не делал тайны из нашего происхождения. Все местные и соседи в курсе кто мы и откуда. Но что-то, когда отец волок нас на рынок, то ни один из вас не спорил с ним. Даже потом никто не пришел просто спросить живы ли мы, как живем и нуждаемся ли мы в вас. А мы нуждались. Когда-то я думала, что вы жертвы обстоятельств и гнета отца, а вы ведь ничем не отличались, верно? Вам было плевать на нашу троицу… На слезы маленькой Алвы, на страх Вилмы… Нас босыми вели по промерзшей земле, без кафтанов, хорошо хоть накидку разрешили взять…

Гнев закипал во мне все с новой и новой силой и грозился обернуться прилюдным скандалом.

— Не плохо там тебе мозг промыли. Должна была стать поломойкой, а стала хозяйкой, — иронично заметил Когган, — Но ничего, новый господин все расставит на свои места. По нему видно, что мириться с твоим самоуправством он не будет и никакие прелести его не соблазнят.

А тут он ошибался.

Мне и поместье-то нужно было только ради блага сестер. Сейчас, когда вернулся Эван, то можно было бы спокойно удалиться в охотничий домик. Руки есть, голова тоже — прожили бы как-то.

— А ты за нас не переживай. Тебя должны другие хлопоты заботить: закупка нового поголовья, слыхала Йан пропил всех овец. Посев озимых… Ну что я тебе говорю, ты и сам должен понимать, не первый день живешь. А вот так — подсчитывая чужие крохи сам не обогатишься.

Брат неопределенно хмыкнул, кивнул и молча удалился, оставив меня в скверном настроении.

Но тут же подоспел Эван, провожая взглядом спину моего брата.

— Кто это был? — не отрываясь от созерцания уходящего спросил он.

— Это Ког. Когган — мой родной брат. Не переживай всё в порядке, мы просто побеседовали.

— По тебе не заметно, что беседа была приятной.

— Да, — согласилась я. — Он не может простить, что мы хорошо в этой жизни устроились и у нас все легко пошло, а не через унижения и побои. А я не уверена, что мгу простить их безразличие и пренебрежение к нам.

Эван ничего не сказал, только слегка приобнял, словно защищая и давая понять всем окружающим, что теперь я под его защитой.

Одно дело разумная дева, а совсем другое — наследник по крови. Чистой крови Йоллеров.

Толпа воодушевилась и зааплодировала нам.

— Они одобрили мой выбор, — выдохнул Эван мне в висок.

— Уверен?

— Конечно.

34

Дни сменяли один другой. Небо стало напоминать о скорой непогодице и празднике посвященному окончанию полевых работ, когда все убрано с поля, озимые засеяны, а кладовые полны припасов.

— О чем задумалась? — нарушил мое уединение в пожухшей виноградной беседке Эван. — Ты весь день где-то скрываешься. Случилось что?

— Случилось… Скоро наша свадьба.

— Знаю. А произошло-то что?

— Еще не произошло, но скоро, если ничего не изменить нам нужно будет пожениться. А это, если помнишь, в наши планы не входило, — я начала закипать.

Парень молча сел на край скамьи и взял мою руку в свою.

— Ну неужели так сложно стать моей женой? Я противен тебе?

Дело было не в противности и не в сложности вопроса, а скорей в неравности этого брака. Одно дело из крестьянки в мелкую дворянку, хоть и не по крови и совершенно другое дело выйти замуж за герцогского наследника. Это уже совершенно иной уровень.

Нет, конечно, Вилме законы не писаны. Захотела принца — взяла принца, но какова расплата?

Вслух говорить об этом я боялась. Возможно, проведя достаточно много лет в шкуре волка Эван и не знает общепринятых правил, но рассудок то у него имеется.

— А что, если ты найдешь более достойную кандидатуру на роль жены?

— Роль? Ты пойми, мы не в театре. Роли здесь не расписаны. Это жизнь и каждый из нас ее творец. Если мы с тобой хотим построить крепкие доверительные отношения, основанные на любви и дружбе, то стоит попробовать, — горячо заверил молодой человек, припадая губами к моей ладони.

Он сказал "на любви"? Что о ней он может знать? Каждая девочка с малолетства мечтает встретить того самого принца, который станет опорой и надеждой, крепким плечом, защитником и просто любимым человеком.

Бесспорно, чувства к Эвану у меня есть, но столь сильны ли они, чтобы связывать себя на всю жизнь узами, которые в силах разорвать только смерть?

— Я просто не хочу, чтобы мы ошиблись с выбором.

— Ты просто скажи, если тебе нужно время…

Мужчина начал нервно расхаживать по беседке, взлохмачивая копну волос.

— Я думаю мы можем попытаться, — нерешительно предложила ему, в надежде, что до него дойдет причина моих опасений, но нет.

— Я люблю тебя. Ты была моим другом, защитницей… Арлайн, ты покорила меня с первого взгляда еще будучи девочкой. Разумная не по годам, старалась все верно рассчитать. Неужели сейчас ты чего-то опасаешься? Боишься?

— Да, — наконец-то решила ему признаться. — Я боюсь, что герцог не одобрит твоего выбора, народ осудит или ты сам спустя год-два решишь найти утешение на стороне, — почти выкрикнула ему в лицо и вдруг на душе полегчало.

— Такие мелочи?

— Мелочи? А еще я боюсь жить с убийцей!

Это вырвалось само собой и я не смогла остановиться под действием эмоций. Слишком вспыльчивой всегда была. Вот скажу глупость, а потом жалею, но слов не воротишь, как и боли от их жалящей силы.

— Вот значит как? Я думал ты приняла, что я был юн… даже слишком и смерть родителей до сих пор тяжелым бременем лежит на моих плечах. Я не хотел… Безмерно скучаю и проклинаю себя за самонадеянность. Вот только былого не воротишь…

Сердце сжалось от сожаления.

— Я не хотела…

— Ты сказала именно то, что хотела.

Понурый Эван развернулся и приподняв свисающую низко лозу вышел прочь, оставив меня мучиться от чувства вины.

— Ну не это я имела в виду! А смерть Камерона. Его ведь загрызли! — выкрикнула я вдогонку, вот только маркиз Йоллер даже не обернулся.

Наверное, просто не услышал.

— Твоего охотника убили? — из зарослей показалась золотистая голова сестры.

Вот же любопытное создание, решила подсмотреть, а оказалась случайной свидетельницей тяжелого разговора.

— Да. Его загрызли волки, поговаривают в деревне.

— А с чего ты взяла, что это Эван? Он меньше всего похож на хладнокровного убийцу.

— А на мстителя и борца за правду?

Алва призадумалась, теребя нижнюю губу, но вдруг взгляд ее прояснился и она окончательно вылезла, усаживаясь на лавку.

— А если его убили другие охотники и хотели выдать за волка, чтобы…

— Был лишний повод нас обвинить? — продолжила ее мысль.

Девочка кивнула.

Это гениально

— Возможно?

— Так охотник один б… — я запнулась, припоминая, что их было двое.

— Ты Генний! — я чмокнула сестру в нос и бросилась догонять Эвана пока не наломал дров.

35

Эван сидел у камина в гостиной, когда я нашла его и шевелил поленья кочергой, о чем-то размышляя.

— Можно? — я постучала, в страхе, что он и говорить после громкого объявления со мной не захочет.

— Входи. Это ведь и твой дом тоже.

Молодой человек избегал смотреть мне в глаза.

— Прости меня, — я приблизилась медленно. — Когда мы были в деревне, то Гайрэ сказала, что примерно с месяц назад Камерон был убит в лесу. Кажется, его загрызли волки… С твоими родителями была случайность. Я не хотела напоминать тебе о трагедии.

Я опустилась на колени рядом с ним и взяла за запястье. Он замер.

— Ты в серьез решила, что я мог устроить охоту на того негодяя? — Эван посмотрел на меня. Его губы искривила усмешка. — Нет. Не спорю, я хотел это сделать. Даже планировал в подробностях воображая как это сделаю. Но ты была такой хрупкой и беззащитной, что я отложил месть на потом.

Опустив повинно голову, я не знала чем дополнить свои слова. Мне было жаль. Всю степени моего раскаяния за вылетевшие слова невозможно было передать.

Как же было спокойно, когда герцог был здесь.

Вот и кончилось детство.

Вот и кончилась спокойная жизнь.

— Арлайн, — тихо позвал Эван, притягивая мою руку к своей груди, — Я хочу, чтобы между нами никогда не было недопониманий и лжи. Хочу, чтобы ты доверяла мне. Если тебя что-то волнует или терзают какие-то сомнения, то стоит об этом прямо сказать. Не нужно выводить на эмоции и бросаться обвинениями. Хорошо?

Я кивнула.

— Да.

— Если ты сомневаешься в желанности брака со мной, то об этом тоже следует сказать прямо, не таясь.

Как ему всё объяснить?

— Не об этом я переживаю, — нерешительно начала, — Ты прекрасен, словно сошел прямиком из моего сна. Однажды проснувшись по утру, я поняла, что ты и есть тот самый мужчина… Объяснить достаточно сложно, но ты тот самый.

— Тогда к чему эти сомнения?

— Ты наследник герцога — маркиз Йоллер. В тебе смешалась кровь нескольких важных семей королевства. Я простая девушка — обычная крестьянка. Красивой истории любви не получится, только трагическая.

Эван притянул к себе еще ближе и обнял крепче.

Чувство умиротворения и защищенности окутали меня.

— Просто доверься мне. Я знаю, что возможно общество и не будет приветствовать этот союз, но его одобряет моё сердце. В этом не должно быть никаких сомнений. Звезд с неба не могу обещать, но я клянусь, что сделаю все возможное, чтобы мы были счастливы. Это возможно только если ты позволишь мне это.

Одинокая слеза покатилась по моей щеке. Такие трогательные слова, а я словно глупая гусыня даже не знала что ответить.

Наверное, в такой ситуации лучше промолчать.

Губы Эвана нашли мои и несмело прикоснулись, будто бы пробуя на вкус. Рука скользнула по спине к талии. Этот поцелуй выражал крайнюю степень нежности — никакого напора и требований.

Любовь ли это? Во всяком случае неплохое начало.

Где-то поблизости раздались хлопки и я отпрянула от молодого человека.

В дверном проеме стояла Алва и аплодировала улыбаясь.

— Ну, наконец-то. Когда, говорите, свадьба?

Уткнувшись носом в рубашку Эвана, я спрятала лицо, что пылало от смущения и стыда.

— Скоро, — рассмеялся "жених".

36 Герцог Йоллер

Одинокий всадник в черном плаще скакал несколько дней, прерываясь лишь на сон в тавернах и постоялых дворах, стараясь остаться незамеченным для всех.

Уже совсем скоро к нему присоединятся еще пара путников, которые задержались из-за проблем с лошадями.

Подъездная аллея была на удивление оживлена. Жизнь кипела в его отсутствие. Герцог Йоллер постарался вспомнить какое же сегодня число… Точно. Свадьба Арлайн и Эвана должна состояться в полдень, если все идет по плану.

Йоган взглянул в небо. Час почти настал.

Никто не обращал внимания на странника, все были заняты собственными хлопотами и мыслями.

Традиционно в праздники семья Йоллеров накрывала для знатных гостей в поместье, а для крестьян — в деревне на площади. Судя по телегам, которые активно грузились старые традиции пара решила соблюсти.

Герцог сбросил низкий капюшон, и седые волосы разметались на ветру.

Поводья коня бросив первому попавшемуся на пути, Йоллер и не заметил как побледнел слуга и начал отвешивать поклоны.

Сейчас господина этих земель интересовало больше всего на свете совершенно иное. Правда ли, что Эван обрел лик человека?

Радость и предвкушение переполняли пожилого мужчину. Силы последний месяц начали совсем его покидать в дали от родового дома, вдали от семьи.

Раздались голоса в прихожей.

Это были Алва и Арлайн. Они, как обычно, спорили и не могли найти компромисса.

— А я говорю, что ты должна сидеть в комнате и носа не показывать до самой церемонии, — топнула ножкой младшая из сестер.

Алва сегодня была на удивление хороша. Волосы заплетены в косы и приколоты в замысловатую прическу. Наследницы же не было видно из-за угла. Но тон у нее был очень недовольный.

— Я не могу сидеть сложа руки, когда решается моя жизнь. Уже совсем скоро придет Эван, а у нас еще ничего не готово!

— Он взрослый мальчик и заранее всем отдал распоряжения, — настаивала маленькая плутовка, — Морна все сделает как нельзя лучше. Не переживай, а теперь быстро в свою комнату. Мы за тобой пришлем!

Донеслось приглушенное шипение и топот ног. Вероятно, Арлайн, посопротивлявшись все таки сдалась на милость победительнице и выполнила приказ.

Герцог бесшумной тенью скользнул в гостинную.

Сейчас еще не время показываться семье. Сначала нужно повидаться с Эваном. Убедиться в том, что это именно он, а не то, что любимая внучка выходит замуж за какого-то проходимца, который ее шантажирует или даже угрожает.

— Дедушка!

Йоган медленно повернулся на девичий звонкий голосок и приложил указательный палец к губам, призывая к тишине свою главную, но юную союзницу.

37

Утро началось с нервной дрожи.

Было что-то сродни предвкушению. Словно должно случиться нечто важное и знаменательное. Открыв глаза я поняла — это день моей свадьбы.

Вставать совершенно не хотелось, но если пустить всё на самотек и довериться Эвану, то ничего хорошего не выйдет.

Внутренний голос твердил, что всё будет хорошо и жених справится со всем, но привычка контролировать большинство процессов не давала усидеть на месте.

Надев простое серое шерстяное платье и причесавшись, я отправилась смотреть как продвигается подготовка.

Еще вчера были сколочены столы на площади в деревне, чтобы жители могли порадоваться вместе с нами этому дню. Бочки с вином, элем и сидром доставить должны были на рассвете из погребов, в туши баранины уже освежёваны и ждут своего часа на вертеле.

В поместье планировался небольшой праздник для узкого круга. Приглашен был судья, который и будет регистрировать брак и Алва. Так же в этот день мы решили, что Морна, Крегг и прочие служащие тоже должны разделить с нами это торжество.

Было и радостно и печально. Одни из самых близких людей сейчас были не рядом. Вилма и герцог всё еще не известно, когда смогут вернуться, да и смогут ли вообще.

— Переживаешь? — вместо приветствия перешла в наступление Алва, которая перехватила меня около лестницы.

— Нет, — отрезала я, в попытке избежать дальнейшего разговора.

Обойти живое препятствие не получилось, сестра преградила путь и не давала пройти дальше.

— А ну марш в свою комнату. Сиди и жди, когда придет время и я приду помочь тебе принарядиться. О платье позаботились Гайрэ и Эван.

Я скрипнула зубами.

Как же можно было забыть о платье?!

— Я не могу сидеть сложа руки, когда решается моя жизнь. Уже совсем скоро придет Эван, а у нас еще ничего не готово!

— Он взрослый мальчик и заранее всем отдал распоряжения. Морна все сделает как нельзя лучше. Не переживай, а теперь быстро в свою комнату, — сестренка притопнула ножкой, выражая полную готовность стоять на своем до последнего. — Мы за тобой пришлем!

— Сговорились, что ли? — почти прошипела я, и круто развернувшись пошла искать другие пути контроля ситуации.

Ощущение беспомощности не давало усидеть на месте, но пока вариантов не находилось, и я вернулась в комнату.

Стены спальни давили, но я взяла себя в руки.

— Госпожа? — раздался стук в дверь.

Я открыла. На пороге стояла Гайрэ.

— Уже "госпожа"? — улыбнулась я.

— Замуж за наследника герцогского рода — это Вам не мешки ворочать, — рассмеялась она. — Я пришла помочь. Морна сейчас очень занята, раздает всем поручения и выполняет наставления юной Алвы, а мы с тобой займемся твоим внешним видом. Невеста и жена в такой радостный день должна выглядеть достойно!

А затем началась суета.

Принесли воду, Гайрэ помогла мне искупаться и просушить длинные волосы. Затем Морна привела модистку, которая торжественно несла платье.

Оно было прекрасно. Пыльно-розовый креп был расшит мелкими жемчужинками. Низкий корсаж украшен оборкой кипенно-белого кружева. Широкий кожаный ремешок и меховая накидка завершали наряд.

— Тебе сегодня положено быть с распущенными волосами, — проговорила помощница с улыбкой, проводя по волосам гребнем. — Но это ведь не значит, что и их мы не можем украсить.

Гайрэ заплела по бокам тонкие косички и украсила их серебряными нитями с бусинами из хрусталя.

На пальцы оделись пара колец, а скоро еще одно украсит безымянный.

Подавив судорожный вздох, я поняла, что нервно тереблю свисающую с пояса цепочку и постаралась взять себя в руки.

Неужели для всех свадьба такой сумасшедший день?

— Пора! — в комнату просунулась голова Алвы.

Сейчас она уже переоделась и стала еще более красивой и… Взрослой? Как я могла не заметить, что малышка подросла?

— Уже?

— Не переживай. Тебя ждут и к нам специально прибыли гости, чтобы разделить с тобой и Эваном этот день.

Долго мучиться в догадках не пришлось. Распахнулась дверь, и на пороге появился герцог Йоллер.

— Дедушка! — я бросилась обнимать его.

Обычно не сильно щедрый на объятия он прижал меня к себе.

— Красавица, — восхищенно заметил он. — А теперь нам пора отправляться в зал, чтобы соединить тебя с Эваном.

Гайрэ и Алва пошли вперед занимать места на лавках, а мы еще с минуту постояли и пошли.

— Нервничаешь? — Йоган крепко сжал мою руку.

— Не то слово.

— Так и должно быть. Я разговаривал с Эваном. Он счастлив и очень надеется, что сможет сделать таковой и тебя. Я никогда бы не дал согласия, если бы он не заверил как сильно тебя любит и хочет быть рядом. Но я могу всё отменить, потребовать отмены договора и запретить брак, если ты мне скажешь, что не готова или не хочешь выходить за него замуж.

Уткнувшись носом в грудь деду, я зарыдала, выплескивая всё накопившееся напряжение и боль.

— Вас так долго не было… Я не знала, что и думать… Одобришь ли ты…

— Ну всё, успокойся. Я ничего не имею против, если ты сама этого хочешь. Эвану нужна опора и поддержка. Он, конечно, был немым наблюдателем всё это время, но и ему нужна помощь. Никто не знает это поместье и его жителей лучше тебя. Никто и никогда не любил "Волчье логово" так же как ты, даже я.

Я замерла. Теперь выплеснув всё, что так накипело стало легче на душе и я могла со спокойной душой идти вперед, не оборачиваясь назад.

38

Я шла по пустому коридору рука об руку с герцогом Йоллером.

Сейчас все были в главной зале. Мы собрали дорогих и близких людей: Гайрэ и других жителей и работников поместья.

Музыки не было, как и не было никакого лишнего шума, который бы отвлекал.

Все чувства смешались. Складывалось впечатление, что я участвую в каком-то спектакле приезжих артистов, вот только главная актриса действа я.

Смущение? Да, пожалуй большего я еще никогда в своей жизни еще не ощущала, но рука дедушки, которая крепко сжимала мою ладонь, дарила ощущение защищенности и правильности сделанного выбора.

— Ты готова? — в последний раз спросил он.

Теперь я точно знала, что поступаю верно. Эван самый близкий и дорогой мне человек. Он всегда был рядом. Защищал и был опорой. Я люблю его и это самое главное.

— Да, — улыбнулась я.

Церемония проходила в основной гостиной поместья. Сегодня она сияла чистотой и благоухала поздними розами.

Стол был отодвинут, а стулья стояли посреди.

Вот только перед собой теперь я видела только волшебные глаза Эвана. Он смотрел прямо на меня одновременно с нежностью и удивлением.

Неужели сомневался, что я дойду?

Ради него я смогу всё что угодно. Он часть моей семьи, а у нас есть понятие клана. Мы единое целое и в этом наша сила.

Слуги сидели на последних рядах. Присутствовать в качестве гостей на господской свадьбе было событием и все собрались, чтобы увидеть это. Стать частью церемонии.

В первом ряду сидели Алва. У ее ноги как всегда был Олей. А еще была пара. Лиц я не видела, но сестру ни с кем другим перепутать не могла. Вероятно, мужчина, что сидел рядом, был нашим принцем.

Девушка медленно повернулась. Да! Это была она — Вилма. Первым порывом было отбросить скромный букет и ринуться к сестре, рассказать о всех своих горестях и переживаниях, но я с удивлением отметила, что сейчас на душе легко и спокойно.

Гордо подняв голову, я улыбнулась гостям и судье и отпустила руку герцога Йоллера, делая последние шаги навстречу новой жизни.

Йоган занял место между внучек и улыбнулся ободряюще.

Я кивнула в знак благодарности за поддержку.

Пальцы Эвана переплелись с моими и мы медленно повернулись к судье.

— Сегодня радостный день для всех нас, — начал он, — Мы связываем нерушимыми узами два страждущих сердца и благословляем их на долгую семейную жизнь…

Он говорил и говорил, а у меня перед глазами был только он — Эван.

Сегодня наши руки соединят навечно, мы выпьем вино из одного кубка, а затем проведем всю оставшуюся жизнь вместе.

Говорят, что счастливыми могут быть только те супруги, которые всю жизнь проведут на одной подушке. Это следовало понимать как напутствие на долгую совместную жизнь, где что бы ни произошло мы всегда будем засыпать и просыпаться вместе. Можно ссориться и мириться, но быть неразлучными. Ни в этом ли счастье?

Это ли не любовь?

— Невеста? — глаза судьи выжидательно уставились на меня.

— Да?

— Вы согласны?

— Да! — я произнесла это громко и четко, сама не ожидала такого энтузиазма.

— Маркиз Йоллер, согласны ли Вы взять в жены госпожу Арлайн?

А вот и порция унижения, которую выпустил судья. Он не сказал, что я тоже часть семьи Йоллер, а просто госпожа.

Обидно? Нет.

Это было совершенно не важно и вовсе не потому, что сегодня я стану по-настоящему хозяйкой этого поместья, а потому, что я люблю этого мужчину и мне вовсе не важно всё остальное.

— Да, — спокойно ответил Эван, — Я беру свою любимую в жены.

Оказывается и от него не ускользнула шпилька судьи.

— Тогда властью данной мне королём и комитетом, объявляю вас мужем и женой, — чиновник взял ленту и мы протянули свои руки, — Поцелуйте жену, маркиз Йоллер.

Губы Эвана были горячими и влажными. Они накрыли мои, и весь мир завертелся в чувственном водовороте. Обычно на свадебных церемониях мужчины целомудренно чмокают молодую супругу, но вероятно, моему мужу это было не известно. Тем лучше!

Раздались аплодисменты и гости встали приветствуя новую семью..

39 Эван Йоллер

Арлайн оказалась чудесной хозяйкой.

Каждое утро она вставала на рассвете и начинала день с хлопот по дому. Много дел приходилось на раннее утро еще до завтрака, чтобы всё успеть.

Жизнь жены наследника рода не должна была сильно повлиять на нее, но супруга отчего-то решила, что теперь должна не посрамить имя Йоллеров и начала вставать еще раньше, а ложиться позже.

И это навело бы меня на мысли о том, что Арлайн попросту меня избегает. Вот только я знал, на сколько ответственно она относится ко всему, особенно к тому, что стала не названной внучкой знатного человека, а настоящей женой следующего герцога Йоллера.

Вроде бы живи в удовольствие, тыкай пальцем в пыль и экономка всё остальное сделает сама. Вот только моя хозяйка проклятого поместья решительно отказывалась перепоручать кому-либо свои обязанности и клялась, что ей не сложно и не зазорно вместе с горничной и Морной копаться в корзинах с бельем, да с тряпкой пыль под шкафами гонять.

Особое внимание она уделяла работе кухни и подаче блюд. Всё должно было быть вкусно и выглядеть идеально, не говоря уже о том, чтобы сам принц не брезговал садиться с нами за стол.

Хорт оказался славным парнем, который понравился всем. Особенно юной бунтарке Алве, которая, кажется, влюбилась в сиятельного наследника. В целом, это не мешало старшим сестрам только посмеиваться над самой младшей.

— Дорогая, может присядешь наконец-то? — не смог удержаться, пока наблюдал за "пчёлкой".

Она смахнула влажную прядь с лица и только крепче вцепилась в стремянку левой рукой, пока правой протирала от пыли хрустальные капли люстры.

— Мог бы и помочь, — резонно заметила она, бросив косой взгляд на меня. — Ты же не хочешь, чтобы мы прославились на всю округу как "свинское логово"?

Спорить с Арлайн было бесполезно. Это всё равно, что бороться с ураганом: опасно, а толку всё равно никакого нет.

— Мог бы, — согласился я, ретируясь, — Но не сейчас.

На это утро у нас с Олем и Алвой были запланированы свои дела.

На улице было свежо. Дул прохладный северный ветер, принося с собою раннюю зиму. Небо же посерело, снег был готов вот-вот сорваться, но пока еще давал нам немного насладиться неспешными прогулками.

— Неужели ничего нельзя сделать? — допытывалась девочка.

Я потрепал Олея за ухо и посмотрел в эти совсем уже взрослые глаза.

— Не знаю, но если есть хоть какой-то шанс… Я вообще не понимаю, почему проклятие коснулось и его тоже. Да, на моих руках есть грех, но почему попал под раздачу еще и он, до сих пор не могу даже представить.

Этот вопрос мучил меня всё время. Почему он? Он н был виновником аварии, а кровью испачкан собственной матери, что не пожалела своей жизни, спасая дитя.

Ее подвиг был воистину героический. Отдать свою жизнь смог бы не каждый мужчина, не то, что хрупкая нежная мама. Хотя… На то она и мама.

Сам не заметил как глаза увлажнились. Взрослый, а до сих пор вспоминая родителей не мог удержаться от печали и скорби.

— Я хочу помочь тебе… Вам.

В чистосердечии Алвы сомневаться не приходилось. Я знал, что она искренне хочет помочь и видит в этом своеобразный долг.

— Я был бы благодарен, если мы не будем расстраивать твою сестру и не станем рисковать твоей жизнью.

Надеюсь, что мои слова возымеют действие, хотя… Зная характер сестер Мар, надежды особой не было на успех.

— Я знаю больше, чем вы себе даже можете представить. Не стоит недооценивать меня, — пригрозила пальцем юная особа. — У Олея тоже есть секреты.

Что ж, у каждого в этом проклятом поместье есть как минимум по одному скелету в шкафу.

40

После ночей, наполненных страстью и любовью, утром хотелось весь мир обнять и воспарить к небесам. Пусть опыта у нас не достаточно, зато это щедро компенсировали пыл и желание любить и быть любимыми.

Мне казалось это естественное чувство любого разумного существа.

Хотелось соответствовать своему новому статусу, но почему-то складывалось впечатление, что я занимаю чье то место. Кого то более родовитого.

Сомнения насчет Эвана отпали, но почему-то хотелось стать лучшей во всем.

Муж все время твердил, что тряпки удел горничных, а мне было обидно до жути. Это моё поместье и первостепенная задача заботиться о нем. И если нужно, то и гонять пыль тряпкой тоже!

— Может ты уже угомонишься? — в очередной раз подкрался Эван, когда я протирала пыль с рам картин.

— Я занимаюсь любимым делом, — отрезала, упираю руки в боки.

— А я из-за твоих "любимых дел" жену не вижу сутками. Может пойдем прокатимся на лошадях? Или может, поедем к старой Фанни. Она уже месяц как болеет и ты давно к ней не заходила.

Он был пра, ударив в больное место.

Я так стремилась навести полнейший порядок, что совершенно забыла о своих же людях, о которых надо заботиться.

Бросив тряпку на пол, я села на ступеньку, над которой висела злополучная картина с изображением птицы и волка — знаков соединения родов в единое целое.

Волки. Да, с этим проклятием мы так долго боролись, что уже и не пересчитать седин у Йогана, которые он заработал в поисках решения. Обида на деда отступила, но червячок все еще грыз где-то внутри.

Эван заметил перемену в моем настроении и сел рядом, взял руку в свои теплые большие ладони и начал поглаживать.

— Прости меня, — прошептала я, — Мне просто хочется стать для тебя самой лучшей.

— Ты же прекрасно знаешь, что для меня ты самая лучшая.

— Знаю, но хочу стать одной единственной и чтобы…

Муж не стал дослушивать мой поток печальных мыслей, а просто крепко прижал к себе.

— Я люблю тебя. Совершенство или нет, но ты моя, а я весь твой. Надеюсь, что никаких сомнений у тебя нет. А иначе…

— Иначе что?

— Я буду доказывать тебе свою любовь ежедневно, или даже ежечасно.

Я улыбнулась.

Вот он — идеальный муж. О чем только можно мечтать? Разве что, о том, чтобы по ночам он не обращался в полузверя. Но в последнее время засыпать в когтистых объятиях стало не так жутко.

— Тогда в путь, а то боюсь, что с твоими доказательствами мы еще долго из комнаты не выберемся, — весело пожурила Эвана, выскальзывая из его объятий.

Быстро одевшись, я забежала на кухню и набрала полную корзинку провизии, чтобы Фанни немного порадовать.

Раньше она заведывала кухней, но теперь это непростое дело легло на хрупкие плечики ее помощницы и дочери.

Старушка в последнее время совсем сдала. Но что поделать — возраст. От него не убежишь, а молодость быстро проходит.

Дорога была близкой.

Быстро домчав с Эваном до деревни, мы спрыгнули с лошадей и направились к узкой калитке, спрятанной в невысокой каменной оградке, обвитой плющом.

Постучали. Дверь вскоре распахнулась, на пороге стоял мальчуган с щербатой улыбкой.

— Ба! — закричал он. — К тебе гости!

И бросился наутек. Послышались шаркающие шаги и появилась Фанни. Она держалась за спину. Было видно, что шаги ей даются с трудом.

Муж подбежал и приобнял, чтобы помочь ей выйти.

— Маркиз Йоллер, — обрадовалась она, — Госпожа Йоллер.

По ушам резануло. Не привыкла я пока к таким обращениям.

— Здравствуй, — я склонила голову, в знак уважения.

Так принято поступать перед старшими. Совершенно не важно, что она работала в поместье. Главное, это оставаться человеком в любой ситуации. Тем более, что большую часть детства мы прятались на кухне в ожидании чудесных пирогов да рогаликов от кухарки. Она частенько нас находила и угощала. Герцог-то все время был занят и не мог дать постоянного внимания подрастающим проказницам.

— Фанни как здоровье? Может, можем чем-то помочь, — обеспокоенно спросил Эван, заглядывая в зеленые блеклые глаза.

— От старости нет лекарства, — заметила женщина, — Но я рада, что теперь моя Мегг работает вместо меня. Работа хорошая, место теплое.

Тут не поспоришь. В зимнюю стужу часто сквозняки ходили по поместья, зато на кухне всегда было тепло и уютно.

— Может переберешься в поместье? Там мы сможем позаботиться о тебе, — предложила, уже понимая, что последует отказ.

— Нет. Спасибо. Но я посвятила "Волчьему логову" почти всю свою жизнь. Теперь пора на покой и заниматься правнуками, — она кивнула в сторону хрупкой девушки во дворе, что развешивала белье, — Скоро у меня появится первый. Не хочу пропустить этот момент. Внуки все пролетели мимо.

Я понимающе улыбнулась. Достойное желание.

Еще немного поболтав и обменявшись новостями со свадьбы и о происходящем в поместье, мы тепло распрощались и собрались в обратный путь.

— А ты хотела бы завести детей? — неожиданно спросил муж.

Я немного опешила. Хотя в деревне было полно сорванцов и милых девчушек. Понятное дело, что Эван проникся обстановкой.

— Когда-нибудь, возможно, да, — уклончиво ответила ему.

— А от меня?

Этот вопрос застал меня врасплох.

— А как же иначе, ведь ты мой муж.

Молодой мужчина задумался. Было видно, что его что-то беспокоит, но он пока не торопился говорить. А это значит, что мне придется вытягивать эту информацию.

41

Каждый новый день дарил какие-то все новые и новые хозяйственные вопросы и я всё никак не могла уделить время сёстрам. Хотелось вернуть те былые времена, но… Мы выросли.

Однажды утром застала Вилму, грустно смотрящую в небо, сидящей в беседке. Взглядом она провожала стайку взъерошенных воробьев, гонимых местным рыжим котом-охотником. Я не смогла пройти мимо. Она выглядела не просто печальной, а словно ее отправляли на плаху.

— Грустим? — я постаралась придать голосу больше шутливости и бодрости.

— Немного, — пожала она плечами, переводя на меня взгляд. В пушистых ресницах застыли несорванные слезинки. — Пора возвращаться во дворец. Нас долго не было, и я уверена, что скоро за нами целый королевский конвой прискачет с флагами, гербами и "именем короля". Хотелось бы избежать всего этого и чинно отбыть самостоятельно, чем потом краснеть перед всеми.

Нам так и не удалось нормально поговорить с момента ее возвращения в родные пенаты. Я слишком сильно увлеклась наведением идеальной чистоты и порядка в поместье, а она просто стояла тихо в сторонке. Вот она "забота" старшей сестры…

Неужели выходя замуж, заботы о родных и близких отходят на второй план?

— Как жилось тебе там? Обижали?

— Шутишь? Нет конечно. Скорее слишком сильно опекали, учили и пытались вытравить горский акцент, но я вроде справилась и не сломалась.

— Он тебя любит?

Вилма поняла о ком речь сразу, конечно же, о наследнике короля.

— Не знаю, но между нами что-то происходит. Это волшебное чувство заставляет замирать каждый раз когда он входит и краснеть, когда касается. Я словно лечу рядом с ним и очень надеюсь, что не в бездну, — сестра невесело рассмеялась, отводя взгляд в сторону.

Я порывисто прижала ее к себе. Хотелось утешить и найти верные слова, но знать бы какие.

— Ты сильная. Гораздо крепче, чем каждой из нас снилось. Ты выдержишь всё, если Хорт будет рядом и не просто в качестве какого-то элемента интерьера, а настоящим любящим и заботливым мужчиной. Но двор таит немало опасностей. Я просто уверена, что дедушка того же мнения.

— Я знаю зачем он отправился к королю. Это было сразу очевидно. Не такая я уж и глупышка. Плетутся интриги и заговоры. Каждый хочет выслужиться. Многие желают прогнуть Хорта или перетянуть на свою сторону. Говорят старый король сошел с ума в своей жажде власти и безграничной силы. Ему не выгоден наш брак. Скорее он женит сына на лягушке, чем отдаст плебейке. Но скоро мне восемнадцать и тогда нас ждут новые испытания. Тяжело жить осознавая, что пока нам разрешено быть вместе, создавая иллюзию близости к народу.

Только сейчас я поняла на сколько тяжело приходилось все это время сестре. Без поддержки и близких рядом практически вывивать среди змеиного царства.

— Прости меня. Я должна была настоять и никуда тебя не отпускать.

— Шутишь что ли? Эта поездка и фестиваль свели меня с самым замечательным мужчиной на свете. Я по началу сомневалась, ведь он старше на семь лет. Но нам так хорошо и комфортно вместе. Нет никаких треволнений и переживаний. Словно мы уже лет сто знакомы, не меньше.

Я улыбнулась. Сестра была влюблена, нужно было просто порадоваться, но мешало переживание за нее и ее будущее.

— Мы все преодолеем вместе.

— Что ты задумала?

Я поднялась со скамьи и бросила теплый взгляд на Вилму.

— Мне нужно кое-что обсудить с Эваном и… Прояви терпение, сестрица.

В голове уже формировался план. Оставалось только убедить мужа в правильности принятого решения или заставить принять участие в затее.

42

— Мне кажется, что скоро я буду просить Олея найти тебя по запаху, — раздалось над самым ухом, когда я проверяла кладовые.

— Не знала, что способность общаться сохранилась между вами, — задумчиво произнесла, стараясь не отвлечься и не сбиться со счета.

— Ты поразительна, — восхитился Эван, настойчиво перебирая выбившиеся пряди из пучка. — Я все же надеюсь, что не сильно потревожил твой покой и ты способна уделить мне немного времени.

Обреченно выдохнув, я перевела взгляд на мужа. С ним спорить было бесполезно. А перепроверка готовности к зимней поре была скорее отговорка от его общества, пока я не придумаю как лучше преподнести свои мысли, которые появились после разговора с сестрой. От Эвана все равно не укрыться, ночью он все равно поймает меня.

— Я не пряталась, правда, — виновато потупила взор, — Просто мне нужно было немного времени, чтобы собраться и проветрить голову.

— Неужели любящему и честному мужу нельзя побыть немного в обществе своей молодой супруги?

— Можно и нужно!

Я приподнялась на цыпочки и коснулась теплых губ мужчины. Его не нужно было приглашать к столу — Эван всегда был голоден. Во всех смыслах этого слова. Его жадный рот не щадил, сминая и подчиняя.

— Сюда могут войти, — пискнула я, в попытке освободиться, которую немедленно пресекли.

— И что? Мы не делаем ничего плохого, — только крепче сжав в объятиях, сиплым голосом выдал муж. — Я просто целую свою законную жену, а у нее нет выбора — она отвечает на поцелуи.

От такой самоуверенности захотелось просто дать ему по лбу, но я лишь сильнее прижалась и уткнулась носом в широкую грудь.

— Ты сильно изменился.

— Это хорошо или плохо?

— Я еще пока не разобралась, но думаю, что на это нужно время.

— Его у нас много — целая вечность.

От слов Эвана по телу разлилось тепло.

— Я люблю тебя, — только и смогла выдохнуть, растроганная почти до слез.

Такие простые слова, а творят настоящие чудеса.

— Мне до смерти надоело тебя разыскивать по всему поместью днями напролет. Возможно, нам, стоит отправиться в путешествие? Может, поедем на юг?

Я коварно улыбнулась. Вот, мы уже на пол шага к победе.

— Возможно ты прав, но тут еще столько дел, что голова кругом. Мне некому все препоручить. Управляющий заниматься не может и деревней и самим поместьем, да и глаз до глаз нужен за всем этим… Ну не на Алву же мне все оставлять! Как ты себе это представляешь?!

Упорно изображая некоторую долю возмущения, я старалась не переиграть.

— Алва умная девочка. Самой ей ничем не нужно заниматься, просто следить за управляющим и Олеем своим зорким взглядом.

Я прикрыла глаза от удовольствия. План не был на столько хорошо продуман, но сейчас всё складывалось как нельзя кстати.

— Я знаю, что возможно сейчас не подходящий момент, но…

— Говори же уже, — в нетерпении стиснул сильнее талию Эван. — Я готов к любым твоим задумкам.

Что ж, сам напросился!

— Я хочу вместе с Вилмой и дедом отправиться ко двору… Чтобы мы вместе посетили двор.

— Но зачем?

— Сестре возможно угрожает опасность, а ты ключик к раскрытию тайны проклятия. Мы всем покажем, что ты не проклят, да и никогда не был. Ты учился на юге и вернулся в лоно семьи, где повстречал меня. Разве не это наша легенда?

Эван отступил на шаг и без его рук я вдруг почувствовала холод и одиночество. Вот он рядом, но пустота. Уже одного его присутствия становилось мало. С каждым днем хотелось все больше и больше, хотя в запаре я совершенно забывала о том, каково это чувствовать всю гамму ощущений близости.

— Так и быть, но нам следует хорошенько подготовиться.

43

— Я не одобряю твою задумку! — бушевал герцог Йоллер нервно расхаживая перед камином.

Сейчас я чувствовала себя снова меленькой нашкодившей девочкой, которую вызвали для поучительной лекции о безопасности и тяготах воспитания детей, когда "годы уже не те". Различие было лишь в том, что тогда я могла отвлечься, глядя на мерно потрескивающие поленья в камине, а сейчас мне нужно было смотреть оппоненту прямо в глаза и искать лазейки в его словах.

— От чего же? Ты полагаешь, что твое пребывание во дворце что-то изменит? Тебя снова запрут в покоях и будут наблюдать как за зверем в клетке. Я вообще удивлена, что поместье еще не взяли в кольцо королевского элитного полка и не выкурили беглецов. — я старалась говорить ровным голосом, чтобы нечем не выдать своего волнения.

Что-то мне подсказывало, что правильно будет явиться в замок и показать всем: "Вот мы и мы нормальные". Но дед сопротивлялся, считая это не то что глупой затеей, а крайне опасной. Не исключено, что так оно и было, но если есть хотя бы крохотный шанс на "свободу" от дальнейшего преследования, то я буду хвататься за него руками и ногами.

— Арлайн! — прикрикнул герцог в порыве желания придушить, вероятно, — На тебе поместье!

— Все приготовления к зиме завершены, а в комнатах на столько чисто, что скоро можно будет проводить операции. Осталось только спиртом протереть.

Спорить с ним, как и со мной было бесполезно. Это знали мы оба, но не могли упустить шанса переубедить друг друга.

— ТЫ жена, а возможно в ближайшее время станешь матерью истинного наследника поместья.

— Это поместье проклято! Вот только не цыганка виновата, а мы сами, заточив себя в его стенах. Вилма вырвалась…

— Вырвалась и попала в переплет!

Тут не поспоришь.

— Она хотя бы попыталась, — устало обронила я. — Почему ты не говоришь с Эваном. Мне казалось, что логичнее будет отговорить меня через него.

Теперь уже настала очередь дедушки громко вздыхать и потирать виски. Он не умел проигрывать. Слишком большой груз ответственности и череда высоких должностей в прошлом сделали из него закаленного человека.

— Я пытался, но он ведь не менее упертый чем ты! Он вдолбил себе в голову, что ты печешься о благополучие сестры и готова рискнуть даже собой, чтобы попытаться переманить внимание на себя с нее. Он не дурак и прекрасно понял, что ты им вертишь. Что ты ему сказала? Что внимания не хватает и хочешь отправиться в путешествие?

Герцог всегда знал меня как облупленную и мог предугадать когда-то каждый мой шаг, а сейчас просто проследить цепочку последовательных действий.

— В путешествие отправиться предложил Эван сам, а я задала просто направление этому путешествию, — улыбнулась, понимая, что итог этой перепалки уже предрешен.

Муж не только умен, но и понимающий. Кто бы сомневался. Мы знаем друг друга целую вечность.

— Не играй его чувствами, — посоветовал мне Йоган.

— Я не играю. Я живу им и заботами о поместье и нашей большой семье. Но Вилма моя сестра. Младшая. Ей тоже нужно мое внимание и забота. Я не могу гарантировать, что мы вернемся, но я хочу попытаться помочь ей.

— Чем?!

— Не знаю. Сначала нужно прибыть, разведать обстановку и только тогда действовать по обстоятельствам.

— У нее уже есть защитник! — силы покидали деда.

Я раньше не обращала столь пристального внимания, но годы брали свое. Ему было трудно выдержать долгие перепалки и споры. Как и стоять, чтобы подавлять противника размером. Тактика ведения "непростых" разговоров была проста. Нужно было подавить противника габаритами, позой и ледяным спокойствием. Но со мной его эмоции всегда брали верх.

— Я знаю. Но поддержка никогда не помешает. Ты ведь по той же причине сам бросился ее вызволять. Тебе не удалось несмотря на заслуги прошлых лет. Я — женщина и возможно найду какой-то иной подход.

Это был не продуманный план, а простая уловка.

— Женщины с королем обычно решают все вопросы через постель. Ты готова пожертвовать семейным благополучием?

— Уверена, что до этого не дойдет, — поняла прямой посыл от герцога.

— Но ты не ответила на вопрос, — заметил он, отпивая г=лоток вина из бокала на высокой тонкой ножке.

Он сдался. Факт.

— Честной жене и не следует отвечать на столь провокационные вопросы. Но уверена, что безвыходных ситуаций нет и вместе мы найдем решение. Оставайся здесь. Вместе с Алвой. О ней кому-то нужно позаботиться, как и о поместье.

44

По случаю нашего не совсем запланированного путешествия пришлось выкатывать и очищать до блеска карету. Крегг недовольно пыхтел. В слух он конечно ничего не говорил, но не нужно быть совершенным гением, чтобы понять его отношения к любым вылазкам с территории поместья. А главное, чем дальше тем больше.

Но его недовольство было лишь малой частью проблемы.

Каретой не пользовались долгие годы, поэтому ей требовалась не только мелкая чистка, но и капитальный ремонт.

— Любуешься кашей, которую заварила? — поддел меня Эван.

Бессмысленно отрицать, но я наслаждалась этой суетой. Все в движении, всё по часам.

— Я просто слежу, чтобы всё было идеально, — сложив руки на груди, я медленно повернулась к мужу и невольно залюбовалась им.

Красивый, высокий, умный, с чувством юмора… Мне повезло больше, чем почти любой женщине в наше время. Обычно браки среди крестьян заключались по симпатии или настоянию родителей пары. Конечно, мало кто мог сохранить чувства и дальше, когда приходилось рожать детей, заниматься хозяйством, еще и мужа обхаживать.

Зато в высшем обществе всё было гораздо грустнее. Союзы были скорее из договорных соображений. Две влиятельные семьи соединяли капиталы, увеличивали влияние кланов и занимались очерчиванием границ. Все ради процветания и богатств. Шансов на по-настоящему счастливый и гармоничный брак маловато, но и они есть, хоть и редкое исключение.

В нашем союзе соприкасались два мира: богатых и бедных, родовитых и чёрных. Грустно? Нет, конечно. Мы счастливы.

— О чем ты так задумалась? Неужели хочешь еще и поместье перестроить? — озорно блеснул глазами Эван.

Я невольно улыбнулась.

— Да, думаю старая черепица уже прохудилась и нужно ее заменить.

— О, нет! Этого я уж точно не переживу, — шутливо схватился за сердце муж под косые взгляды герцога Йоллера.

— Вам лишь бы шутки шутить. Никакой серьезности, — угрюмо проговорил он, постукивая тростью.

Заметившая недовольство деда Вилма, быстро оказалась возле нас и увлекла его вслед за собой.

— Он отговаривал тебя? = без тени улыбки спросила я.

— А как же иначе? Конечно. Рассказывал как это опасно и что нам нужно держаться всем вместе.

— Он прав, — резонно заметила я, кивая. — Но может я отправлюсь сама с сестрой и женихом? Ты так мало времени провел в кругу семьи…

— Подожди, — Эван приложил мне палец к губам, призывая к тишине. — Я уже говорил, но повторю, мы с тобой вместе. И в огонь и в воду, и в пыточную камеру если придется, поняла?

Я послушно кивнула.

— Люблю тебя.

— Арлайн, ты удивительное создание. Я тебя тоже люблю всем сердцем и не отпущу никуда одну.

45

Дорога была долгой. Нас трясло с неимоверной силой. Каждая клеточка тела уже к концу первого дня молила о пощаде. Теперь я понимала, почему герцог Йоллер после путешествий потом подолгу часто оставался в своих покоях.

Жаловаться я даже не думала. Это было бы признанием моей практически неоспоримой глупости. Самонадеянно было планировать и инициировать путешествие, в котором так сильно просчиталась относительно собственной немощности. Наивно было не задуматься даже о тяготах пути.

— Как себя чувствуешь? — участливо спросил Эван.

— Все отлично, — постаралась, чтобы улыбка не выглядела вымученной.

— Храбришься?

— Стараюсь.

— Когда я говорил о совместном отдыхе, я имел в виду, чтобы мы отправились вдвоём.

Обида проскользнула в его голосе. Правда держался он молодцом.

— Но ведь мы вдвоем, — я округлила удивленно глаза, прекрасно понимая на что муж намекает.

Да, Эван предполагал, что мы отправимся в путешествие вместе. Потом смирился с тем, что едем мы с Вилмой и ее женихом. А в итоге оказалось, что мы ехали всем большим семейством, оставив опального герцога дома в окружении любящих его и заботливых слуг.

Алва весело скакала верхом на молодой кобылке. Наперегонки с ней подобно ветру мчался Олей. Они выглядели счастливыми и свободными.

Чувство вины тяготило Эвана. Брат всё еще оставался волком, в то время как он почти полностью освоился в человеческом обличье.

— Я надеялся, что мы будем совершенно одни, понимаешь? Только ты и я.

Нужно было быть полной дурой, чтобы не понимать, о чём он.

— Мы просто провожаем Вилму.

Муж что-то пробурчал об упертости некоторых ослистых особ и отвернулся к окну, чтобы проследить за Алвой и братом.

— Ты думаешь, мы сможем снять проклятие с Олея? — вдруг спросил он.

Я задумалась.

Невинная кровь должна разрушить проклятие. Цыганка была слишком жестока сгубив невинные детские жизни. Пусть оба они и живы остались, но разве это можно назвать нормальным существованием?

— Не знаю. Но мне хочется верить, что он будет спасён. Пока нам остается только надежда.

Очень хотелось поддержать мужа. Говорить что-то большее не требовалось. Но и сдаваться раньше времени не имело смысла. Сомнения — это нормально.

Я придвинулась и обняла мужа, уткнувшись носом ему в грудь. От него пахло теплом и деревом. С недавних пор этот запах стал ассоциироваться только с ним и нашим домом. Не общим поместьем "Волчье логово", а с тем, который мы создадим вместе. Постоим сами своими руками, вырастим там наших общих детей…

Только сейчас я внезапно осознала, что хочу создать с ним что-то общее. Явить свету маленькую жизнь, которая будет расти, окруженная любовью и заботой.

Карету тряхнуло. Эван крепче сжал в своих объятиях, даря ощущение защищенности.

— Ты в порядке?

— Жить буду, но если я еще раз захочу в путешествие, то останови меня. Если нужно — привяжи к кровати, но только не ведись на мои уговоры.

Эван рассмеялся.

— Я догадывался, что ты просто играешь на моих чувствах. Дед не раз говорил о твоей находчивости. Ах, ты лисица.

Было стыдно, но всего лишь чуть.

Губы мужа нашли мои, а бабочки в животе запели оды в честь этого восхитительного и понимающего мужчины.

Раздался свист и наше средство передвижения резко затормозило, прервав на самом интересном моменте.

— Сиди тихо, — приказал Эван и слегка приоткрыл шторку, чтобы увидеть, что происходит снаружи, а затем принялся застегивать пуговицы на рубашке и приводить себя в порядок. Он был сосредоточен и внимательно прислушивался к звукам.

Я не привыкла подчиняться, но в данной ситуации промолчала. Проще было послушаться, чем лишний раз спорить и терять драгоценное время.

Свист прекратился, на смену ему пришли крики. Это была Алва.

Как я могла забыть?! Сестра была в опасности и е требовалась помощь. На моих глазах рука мужа начала меняться, обрастая короткой шерстью и вытягиваясь в фалангах пальцев, на которых удлинялись когти.

Хотелось спросить, как и почему, но я опять из разумности промолчала.

Я ни разу не видела его трансформацию. По ночам он обычно уходил в кабинет, чтобы я не видела и не пугалась его облика. Мне было любопытно. И однажды я все же подсмотрела как он лежит на полу, корчась от боли. Тогда я в ужасе захлопнула дверь и больше не совершала таких глупостей.

Сейчас было бы огромнейшей глупостью вмешиваться в мужские дела. Инициативная натура требовала действий, но Эван уже вышел.

Кони ржали так громко, что сердце замирало. Им было страшно.

Раздался лязг, сопровождаемый вскриками то мужскими, то сестры.

Дверь скрипнула и приоткрылась.

46

Шум, свист, грохот и выстрелы. Всё смешалось в какофонию, в которой было ничего не разобрать. Сердце стучало как бешеное, грозясь вырваться из груди, но нужно было держаться. Там мои сестры и муж… Да это вся моя семья и она в опасности!

Дверца кареты отворилась и передо мной возникла перепуганная Вилма.

— Ты в порядке? — я затащила ее во внутрь.

На сестре не было лица. Побледневшая и перепуганная, сейчас она скорее напоминала бледную тень себя же.

— Они ранили Хорта. Он сейчас с Эваном… Решил продолжить бой, чтобы отбиться.

— Много их?

Вилма прижала ладони к щекам в ужасе.

— Много. Это наёмники короля — его личный полк, который держит в страхе многих.

Теперь кое-что становилось понятным. Сидорик не мог просто так пропустить мимо себя сбежавших из резиденции дворца сына с невестой и герцога Йоллера. Он просто выжидал удачного момента, чтобы нанести удар. Не понятно только зачем ему нападать на собственного единственного законного наследника. Разве что у него есть какой-то план, который мне не известен. Печальнее, если он просто кровожадный сумасшедший, которому все равно кого косить.

— А Алва?

— В последний раз я видела, как ее пытались стащить с лошади, но Олей отгонял разбойников и… — она развела руками, пока слезы застилали глаза, — И я потеряла ее. Хорт затащил меня сюда.

Ждать было невозможно. Нужно было действовать. Сейчас и без промедления.

Я порывисто обняла сестру и приоткрыла дверцу. Наших было слишком мало и они явно проигрывали, хотя надо отметить, что Эван сражался как зверь. Одна его рука оставалась в человеческом виде и держала уверенно оружие, вторая же, с удлиненными когтями разила тех, кто приближался.

Нападающих оставалось еще достаточно много. Было не понятно, кровь, залившая всю одежду мужа принадлежала ему или противникам.

Хорт не отставал. Обе его руки были закованы в железные рукавицы и разрезали бесшумно воздух, уничтожая каждого на своем пути. Из плеча сочилась кровь, но он словно этого не замечал. Вот он настоящий будущий правитель наших земель!

Послышался крик. Это была Алва.

Собрав всю волю в кулак, я бросилась через гущу ожесточенного боя прямиком вперед.

Крик прекратился, но я успела ее увидеть. Один из негодяев напал на нее, замахнувшись клинком. Один рывок и Олей вцепился в руку мерзавцу мертвой хваткой, который немедленно завыл, стараясь скинуть волка.

Алва лежала бесчувственно на траве. Я затормозила около нее, рухнув на колени. Сестра едва дышала, но была жива. Облегченный вздох вырвался из груди. В траве сверкнул тонкий кинжал. Это было выходом.

Мне было страшно. Не каждый раз решаешься вступить в неравную схватку. Да и Эвана спасла невинная кровь. Кто знает, что станет с ним, если я запятнаю себя, возможно он снова обратится в животное. Но в выборе между сестрой и мужем я выбираю Алву.

Я аккуратно переложила голову сестры на траву и провела пальцами по ее щеке. Надеюсь, она все потом поймет, если со мной что-нибудь случится.

Ползком я добралась до кинжала и взяла его в руки, стараясь привести мысли в порядок. Дрожь била все тело. Это было похоже на лихорадку.

— Эй, — выкрикнул, скинувший с окровавленной руки наёмник короля.

Я подняла голову и заметила холодный блеск его глаз, но он уже занес надо мной свой клинок.

Я зажмурилась и сделала выпад, не желая смиряться с участью безмолвной жертвы. Просто так умирать я не собираюсь. Если и погибну, то хотя бы одного прихвачу с собой.

Раздался хрип и бульк.

Открыв глаза, увидела как грузное тело начало оседать на траву, давясь кровью.

Вот только я точно знала, что не успела нанести удар. Зато позади негодяя стояла Вилма, сжимающая в руке тонкий узкий меч. Фамильная гордость Йоллеров.

Сестра рухнула на колени. Тело содрогалось в спазмах.

Даже не представляю, что она сейчас переживала и какой ад проходила, я ведь так и не смогла этого сделать.

Кони заржали, и я подняла голову. К нам уже спешил Эван.

— Ты как? — он схватил меня за плечи и тряхнул.

— Все хорошо. Уже всё хорошо.

Силы начали покидать. Слишком много нервов. Слишком много переживаний.

— Алва где? — его обеспокоенный голос врывался в сознание, заставляя быть с ним и не падать.

— Там, лежит в траве. Она без сознания.

Подбежал Хорт и обнял Вилму. Он был весь липкий и в крови. Но его невесте не было и дела до этого. Подхватив ее на руки, он понес ее к их карете.

Как только они скрылись из виду, я поняла что что-то упускаю из виду. Что-то очень важное и значительной, но что конкретно не могла вспомнить. Туман в голове мешал думать, а бешеный стук сердца грозил разорвать грудную клетку.

— Она приходит в себе, — крикнул Эван.

Собрав себя по кусочкам, я поползла к сестре. Сейчас ее нужно поддержать и помочь.

Муж взял ее на руки словно пушинку и понёс к нашей с ним карете. Она пока находилась на грани сознания и о чем-то бредила.

Слова звучали неразборчиво и путанно. Их было не разобрать.

Достав фляжку Эван плеснул ей на лицо воды и похлопал по щекам, к которым тут же начал возвращаться румянец.

— Где Олей? — сестра открыла глаза и начала озираться по сторонам.

Мы с Эваном переглянулись.

Вот, что я выпустила из внимания. Я не видела нигде волка.

47

Я обняла Алву и принялась поглаживать ее по спине, не веря, что с нашим Олеем могло что-то плохое случиться. Вот только от чего-то в сердце закралась тревога. Я ведь видела его совсем недавно. Моя заминка и нерешительность могла стоить ему жизни. Этого бы я себе не смогла простить. Этого мне и Алва с Эваном не смогут простить.

Сестра порывалась все время вырваться и начать помогать с поисками, но я удерживала ее, пока горькие слёзы обжигали мне кожу.

— Не переживай, они найдут его. С ним обязательно будет всё в порядке.

Алва всхлипывала и всё еще билась в моих руках, не желая принимать информацию.

Вскоре она затихла и, казалось, что уснула. Напряжение взяло верх над обессиленной девушкой. Она еще такая юная, но уже любому из нас даст фору в энергии и сообразительности.

— Как она? — появился Эван.

Уставший и грязный. Его взгляд был потухшим и безжизненным.

— Спит. Нашли?

Муж ничего не ответил, а только покачал головой.

Это было тяжело. У меня словно перекрыли доступ воздуха. Грудь продолжала вздыматься, а удушье сковало горло.

— Как нам об этом ей сказать?

— Не нужно ничего говорить. Здесь нет его, — вдруг встрепенулась Алва и открыла глаза. — ОН ушел.

Мы с мужем посмотрели на нее. Голос был ровным и без эмоций.

— Что это значит? — Эван тронул ее за руку.

Сестра пересела на противоположное сидение, отстраняясь от меня и выбираясь из моих цепких объятий.

— Только то, что он ушёл.

— Но куда?

Алва опустила глаза и отвернулась. Было понятно, что говорить больше она не намерена. Всегда радостная девочка, вероятно, ушла вместе с Олеем.

Я вылезла из кареты и потянула за собой Эвана. Мы прошли вдоль дороги, которая была почти вся в кровавых каплях и лужицах. Неподалёку в ряд лежали трупы мужчин. Тут были и наши и нападающие. Над ними возвышался наследник короля, внимательно осматривая всех.

Живот свело судорогой и я, согнувшись пополам, начала плеваться. Благо за сегодня так еще ничего и не успела съесть. Слюна выделялась как у бешеной собаки не прекращая.

— Может среди них Олей? — спросила я у мужа, когда желудок перестал пытаться вытолкнуть то, чего там нет. — Его ведь можно опознать?

Эван покачал головой.

— Его здесь нет.

— Ну а вдруг? — теплилась надежда, что с ним всё хорошо, если здесь его нет, но что-то подсказывало, что…

— Нет. Его здесь нет. Трупа волка нет нигде, как и ни одного голого тела.

— Голого? — не сразу поняла о чем он толкует.

— Именно. После обращения в человека, Олей должен был лежать абсолютно голый. Живой или мёртвый.

Это дарило надежду. Я почувствовала, как гора падает с плеч. Хотя остается вопрос, где же тогда он.

— Мы сейчас отправим вас в гостиницу, а сами наймем в деревне людей и отправимся на прочёсывание вон той лесополосы. Возможно он скрылся и ему нужна помощь.

Я кивнула. Это было правильно.

— Но может мы можем помочь?

Эван чмокнул меня в макушку и подтолкнул, направляя к карете.

— Вам нужен отдых.

Уже через несколько часов мы добрались до ближайшей деревни. Приветствованием был нам лай собак, который хороводом окружил нас.

Добродушная пара владельцев постоялого двора быстро накрыла на стол в отдельной нише, чуть прикрытой тонкой занавеской, даря ощущение уединения.

Мужчины схватили по ломтю хлеба и ушли, оставив нас троих.

Ужин был обильным. На столе были и закуски и горячая мясная похлёбка, вот только в горло не лезло ни кусочка.

— Нужно поесть, — заключила Вилма, хватаясь с энтузиазмом за ложку.

На этом ее напускная бодрость пропала, потому что ложку мало взять — ей еще и есть полагается.

Алва была тиха. Откинувшись на спинку скамьи, она прикрыла глаза и о чем-то задумалась. Сейчас совсем не хотелось ее беспокоить. И так тяжело, а еще мы со своими расспросами и утешениями. Жалость ей уж точно не нужна.

— Думаешь, найдут? — тихонько спросила Вилма.

Я даже не могла представить, что ей ответить.

— Конечно, — солгала, понимая, что Олея нет уже в живых, иначе нашли бы раньше.

— Не найдут, — безжизненным голосом произнесла Алва, даже не открывая глаз. — Я же сказала, что он ушел.

— Если ты что-то знаешь, то лучше бы это сказать, — не выдержала Вилма.

Вся эта ситуация ее ужасно нервировала. Ей и самой пришлось нелегко. Пришлось выбирать и она смогла защитить нас, убив одного из негодяев. Одним древним богам известно, чего ей это стоило, и чем еще обернется в дальнейшем. Только незапятнанная душа устремится в высь, остальные так и останутся в земле. Размышлять о тяжести поступка не хотелось. Вилма поступила по совести. А я не смогла. Никудышная из меня старшая сестра. А ведь это именно я должна была всегда их оберегать и защищать.

Словно прочитав мои мысли, Вилма коснулась моей ладони и сжала ее.

— Не думай об этом. У каждого из нас своя судьба. В столице я побывала у старухи одной. Это новое модное развлечение — предсказание будущего. Она-то и сказала, что вскоре передо мной будет выбор и я должна принять жесткое решение. В тот момент мне казалось, что это относится к моим отношениям с Хортом, что нам нужно будет расстаться. Но судьба распорядилась иначе.

Я улыбнулась.

Сейчас даже представить не могла ее без жениха. Само собой им будет трудно, будут плестись интриги, но я уверена, что они найдут способ быть вместе.

Поняв, что аппетита нет ни у кого из нас, мы отложили попытки делать вид, что нам интересна еда и поднялись в съемные комнаты.

Алва уснула быстро. Прям как в детстве, мы долго лежали в постели в обнимку. Втроем. Как раньше.

— Наша сила в единстве. — вдруг сказала Вилма в сумрак комнаты.

— Жизнь иногда распоряжается иначе. Скоро ты выйдешь замуж и переберешься во дворец, а я так и останусь в "Волчьем логове".

— А Алва?

А что собственно с ней? Она не отступит и продолжит прокладывать себе дорогу вперед. НО сначала ей нужно справиться с потерей лучшего друга.

В коридоре раздался топот. Мужчины вернулись.

Дверь тихонько отворилась и мы встрепенулись.

48

— Нашли? — прошептала я, когда Эван забрал меня из комнаты спящей Алвы. Мы остановились в коридоре постоялого двора. Хотелось прижаться к мужу и хоть как-то попытаться развести тучи, которые нависли над нами.

— Нет. — Может, стоит тогда утром продолжить поиски. Ты устал, Хорт тоже. Уверена, что если утром мы соберем свои силы и наймем людей, то найдем его. Может быть, он ранен…Эван провел ладонью с нежностью по моим волосам. Его печальные глаза и грустная улыбка говорили о многом. Ему было больно и страшно. — Не будем об этом. Мы обыскали каждую травинку в прямом и переносном смысле. Он просто испарился. Мысли в голове роились. Мороз пробежал по коже. Я была уверена, что видела, как наемник отбросил Олея в сторону, когда я там появилась. Волк защищал нашу семью. — Ты ведь не сдашься?

Скрипнула дверь.

Сонная Алва замерла в проёме.

— Не ищи его. Не стоит. ОН сам вернется, когда придет его время.

Она легонько коснулась руки Эвана, стараясь передать частичку своего тепла.

Сейчас казалось, что ей известно намного больше, чем нам. А может она видела его во сне, как я тогда общалась с Эваном. Мы вс мужем переглянулись. Скорее всего сейчас мы подумали об одном и том же.

Проводив сестру обратно в спальню, я вернулась к Эвану. Он сидел на краю постели в съемной комнате и смотрел в незашторенное окно.

Полная луна хорошо освещала пространство.

Говорить ни о чем уже не требовалось. Каждого из нас снедали собственные мысли.

— Хорт решил не возвращаться во дворец. Нападение расставило все по своим местам. Они с Вилмой на рассвете скроются и больше не вернутся. Во всяком случае, пока не умрет король. Для него важно не рисковать больше Вилмой, — вдруг заговорил муж.

Оно было и понятно. Безумно грустно и печально, что для сохранения жизней нам теперь нужно будет всем разделиться.

— А мы?

— Мы не станем бежать и встретим все опасности лицом к лицу, если потребуется. Но сначала мне нужно будет отомстить за нашу семью. Ты возвращаешься в поместье и будешь ждать меня там.

Хотелось поспорить, бить кулаками в стену, но это ничего бы не изменило. Я отлично знала, что если уж он что-то решил, то этого никак не изменить.

— Если с тобой что-нибудь случится…

— Не случится. Пара нападающих успела сбежать, я просто догоню их и отправлю послание во дворец.

— А не развяжешь ли ты этим войну?

Я уже догадывалась каким именно будет это послание и мне претила сама идея мщения. Тем более, что король может воспринять это как угрозу со стороны Йоллеров. А это значило, что он с помощью помощников и верных подданных попытается стереть нас в порошок.

— У него не будет доказательств, что это сделал именно я.

Я кивнула.

Оставалось только смириться и принять достойно решение мужа.

Уткнувшись в шею мужа, я задремала окончательно обессилев. Этой ночью снов не было. Усталость не просто взяла верх над сознанием. Я практически потеряла его.

Утро встретило нас прекрасной погодой. Легкий ветерок шевелил пряди волос, выбившиеся из прически.

Эван растворился еще до того как я проснулась. Напоминанием о том, он был рядом послужила смятая подушка и расправленное одеяло.

— Я буквально на минуту, — ко мне проскользнула уже собранная Вилма, порывисто обняла и бросилась к выходу.

Судорожно накинув на себя шаль, я выбежала с постоялого двора, но от них осталась только облачко пыли по дороге.

Свой экипаж они оставили в гостинице, взяв наемный. Скорее всего они отправятся к морю и будут путешествовать. Так необычно понимать, что возможно я больше никогда не увижу свою сестру. Но если это нужно для ее безопасности, то значит оно того стоит.

Вернувшись в помещение, я занесла руку, чтобы постучать к Алве, но передумала. Сейчас ей нужен покой и тишина. Пусть отдохнет. Нам предстоит непростая дорога домой.

Наскоро переодевшись, я спустилась вниз, чтобы позавтракать. Гости гостиницы в большинстве своем все еще спали.

Выпив отвара из трав и расправившись с яичницей, я начала следить в окно за дорогой, ожидая Эвана. Беспокойство с каждой минутой все больше нарастало и не давало мыслить позитивно. Ни о какой радости речи быть не могло. Только тревога. Достаточно наша семья натерпелась.

Болью в сердце отдавала мысль, что именно мое неосмотрительное желание побыть с сестрой привело к столь печальным последствиям. С этим грузом мне еще нужно будет жить до самой смерти.

Вдруг дверь распахнулась и вошел Эван. Он улыбался. Значит все прошло гладко.

— Ты выполнил то, что задумал?

— Да. Теперь мы можем отправляться домой.

Эпилог

Доброй традицией среди жителей королевства было в эту безлунную ночь, единственную в году, зажигать свечи над камином, в память о тех кого мы потеряли и кто сам покинул нас. Это был своеобразный праздник, когда, как считали древние. Грань между нашим и другим миром истончалась и становились доступны совершенно иные материи. Надежда ни на минуту не угасала, что вскоре мы встретимся снова с Олеем, Вилмой и Хортом. Вскоре их странствия будут окончены, и они вернутся домой. С одной стороны должны были стоять свечи памяти погибшим, с другой — потерявшимся. Эван зажег свои три свечи в память о погибших родителях и исчезнувшем брате. Низко склонил голову, стараясь скрыть нахлынувшие эмоции. Я приблизилась, положив руку ему на плечо и потерлась щекой о плотную ткань сюртука.

Затем зажгла свои свечи, как маячок, чтобы этот свет указал путь домой Вилме и Хорту.

— Они вернутся, — попытался поддержать меня муж.

Его нежный взгляд и теплая улыбка дарили надежду и были огромной поддержкой. Кто бы мог подумать, что он окажется для меня не просто хвостатым другом, а смыслом жизни. Тем, кому я безоговорочно доверяю и кто подарит мне безграничное счастье.

— Знаю. Олей тоже вернется.

Мы перевели взгляд на Алву. С того дня, который изменил нашу жизнь навсегда прошло уже пять лет, а она все никак в себя прийти не может.

Каждый день то, кем раньше была шустрая и мудрая сестра теперь только ест, спит и иногда занимается своими питомцами, переложив основную часть на работников. Привычные краски покинули ее всегда сияющее лицо.

Нам было грустно наблюдать за этой картиной, но и сделать ничего мы не могли.

Герцог Йоллер мерно покачивался в кресле качалке у окна. Он всегда любил смотреть на падающие за окном снежинки, в поисках сакрального смысла этого танца.

Мы уселись за стол. Было не так много времени на тишину и покой. Пройдет всего пара часов и проснётся для кормления наш с Эваном маленький сын — Рик.

— Поднимем бокалы за наступающий год! — объявил глава нашего рода, герцог Йоган Йоллер.

Несмотря на то, что Йоган сильно сдал, он все еще оставался достаточно бодр.

Мы встали и чокнулись бокалами. Раздался звон.

Атмосфера праздника и семейности — то, за что мы боролись и то, что теперь неотъемлемая часть нас самих.

— Я люблю тебя, — шепнул на ухо Эван, нежно целуя в щеку. Румянец окрасил моб кожу и я смущенно отвела глаза в сторону. — Неужели даже спорить не будешь?

Осторожно шлепнув его по коленке, так чтоб никто из присутствующих за столом не заметил маневра, я прильнула к его плечу.

— Не в этот раз. Но стоит поспорить, кто еще из нас сильнее любит.

— Разве есть разница?

— Если любовь взаимная, то нет того, кто любит сильнее, а кто слабее, — рассмеявшись заметил дед. От него никогда не укрывалась ни одна шалость, что уж говорить, повзрослев мы все так же были для него словно открытая книга.

— Тогда выпьем за взаимную любовь. Пусть она будет вечным светом, который никогда не оставляет нас, что бы ни случилось, — муж поднялся и отвесил мне шутовской поклон.

Где-то вдалеке послышались взрывы. Это были праздничные салюты в деревне, которые организовал Эван для жителей.

Я в ужасе прикрыла глаза. Теперь-то уж точно проснется Рик и не даст нам скучать до самого утра.

Алва резко вскочила и бросилась к окну. Отодвинув тяжелую штору, она распахнула его, впуская ветер и хоровод снежинок.

— Это он!

Впервые за долгое время мы увидели ее в таком запале.

— Кто? — Йоган поднялся и подошел к девушке, обнимая ее за плечи.

— Олей.

Мы переглянулись, а с улицы донесся волчий вой.

Конец

Content

Хозяйка проклятого поместья