1000 и 1 жизнь (книга 3)

Глава 1

1 ноября 1991 года, Чоппер-мэнор

В центральном зале Чоппер-мэнора, там, где три месяца проходило общее собрание, теперь находилась лишь верхушка Рода. Сам Сергей в теле Гарольда Чоппера, главы Рода и клана, и все те же трое его дядюшек, Альфард, Тристан и Джейкоб, а также две тетушки, Агата и Барбара. Глава службы безопасности, Квентин Дорсет, тоже присутствовал, тихо сидел в сторонке и что-то там себе записывал.

— Ладно, хватит делить шкуру неубитого дракона! — сердито рявкнул Альфард, прерывая жаркий спор о перспективах и преференциях становления Гарольда Императором. — Ты, Гарольд, сам-то что думаешь⁈

— Думаю, что надо порвать с Академией, — задумчиво изрек вслух Сергей.

Нет, он не вздрагивал в ужасе от мысли, что весь БАМ — личный мэнор Гамильтона. Сам Сергей быстро устал следить за Чоппер-мэнором, а ведь тот был намного меньше академии, уступал в численности обитателей чуть ли не в сотню раз, да и причины следить за всем вокруг были куда как весомее обычных. Но нет, суток, а то и меньше, хватило, чтобы свалить все обратно на хранителя-Дживса, магический искусственный интеллект Источника.

Уловив мысленную команду, Дживс появился рядом, ставя перед Сергеем огромную дымящуюся кружку.

— Порвать? — на высокой ноте спросила, едва не взвизгнула, Агата Чоппер, глава пресс-службы клана. — Племянник, ты конечно любимец Матери-Магии, но это уже чересчур! Это будет скандал! Император без диплома Академии!

— Любимцем Магии я стал и без диплома, — пожал плечами Сергей, думая о своем. — Ведь это же условие становления Императором, не так ли?

— Все так, — сердито пыхнул табачным дымом Тристан Чоппер, — но к чему эти трудности? Скандалы, сопротивление других Священных Родов, необходимость объясняться? Если Император передумает? У Матери-Магии, да живет она вечно, может быть несколько любимцев!

Вот это резонный довод, подумал Сергей рассеянно. Ссориться с другими Родами точно не следовало, ведь они точно скорее поддержат Гамильтона, героя Освобождения, бессменного ректора БАМ и сильнейшего мага мира, нежели молодого Императора без связей. Любимец Магии? Так и Гамильтон любимец… Сергей даже чуть прищурился от озарения. Вот оно! Так Гамильтона не одолеть, конечно, но если всем показать, что он больше не любимец Матери, это уже будет что-то, не так ли?

— Гарольд!

— Да что вы раскричались на парня, — неожиданно заступился Джейкоб Чоппер, — на него столько свалилось — не унести, а вы подгоняете! Он и Родом-то толком не управлял, а вы!

— Вот именно! — ткнул пальцем Альфард. — А ему всей Священной Магической Британской Империей править!

— Кстати, если Гарольд уходит из Чопперов, то, стало быть, снова ты, Альфард, будешь во главе?

— Ты и сравнила, — сердито огрызнулся Альфард. — Главу-по-праву и любимца Матери и меня!

— Так не сразу же править, — возразил Джейкоб. — Император его подучит, погоняет туда-сюда с поручениями, покажет изнанку.

— А мы до того времени будем в подвешенном состоянии? — еще сильнее разозлился Альфард.

— Так пусть он тебя ритуалами подтянет, — предложила Барбара, разглядывавшая в зеркало уголки глаз. — А, Гарольд, подтянешь силу дяде?

Сергей отхлебнул кофе и ответил:

— Может, вы не будете торопиться и дослушаете меня? С Академией надо порвать, в том смысле, что Академию надо закончить. Два курса экстерном я уже сдал, к концу года надо сдать за все шесть, получить диплом и помахать ручкой альма-матер.

— Вот, это уже правильные речи, — одобрил Альфард. — Выбрал, в чем будешь специализироваться?

— В нескольких вещах, — немного уклончиво ответил Сергей, ибо сам еще не решил.

Точнее говоря, решил, но до осознания факта связи Гамильтона и Академии, так что теперь предстояло все переосмыслить заново. Мысленная команда Дживсу и тот передал приказ магическим слугам — выбрать книги по магии образов, а также сообщить о ее необходимости Гертруде Гефахрер. Дживс в ответ прислал ощущение недостаточной численности слуг.

Вот еще проблемка, подумал Сергей. Свой мэнор надо укреплять и усиливать. Наверняка, Гамильтон не стеснялся таким заниматься, да студенты, в своих практиках ритуальных жертвоприношений укрепляли БАМ каждый год. Сотни студентов, представители всех Священных Родов. Это Чопперы немного подкачали, одна Саманта там была, а из остальных Родов студентов было больше. И вся эта мощь шла на укрепление Академии, а стало быть и Гамильтона.

Неужели остальные об этом не знали?

Конечно же, знали, но ведь это же Альфред Гамильтон! Герой Освобождения! Маг, который вместе с Герхардом Хофманном, отринул запреты, повел магов за собой, привел их во власть! Академия же не просто место учебы, это еще и оплот, последняя цитадель, которая должна устоять, даже если простаки, обычные люди, восстанут и снова начнут магоцид.

Проблемка.

— Неважно. Главное то, что я не намерен бросать Академию посреди учебного года, — примирительно произнес Сергей. — Легальное окончание, диплом, Рождественский бал у Императора, Турнир, все будет в лучшем виде.

— Ах да, ты же еще и в Сборную Академии попал, — сообщил сквозь табачный дым дядя Альфард. — Решил за один год все переделать?

— До семнадцати лет ничего не делал, надо наверстывать, — ответил Сергей дипломатично.

Внутри бушевали чувства, среди которых преобладало возмущение. Решил! Как будто он сам решил! Не мог этот Гамильтон оказаться не таким сильным! Правда, тогда с ним разобрались бы прошлые посланцы Матери-Магии, а сам Сергей так и сгинул бы в безвестности смерти, но все равно! На такого рейд-босса надо собирать «элитную пати», и то не факт, что поможет.

— Турнир это хорошо, турнир — это маботы, а маботы — это Чопперы, — глубокомысленно выдал дядя Тристан, который раз этими самыми маботами и занимался. — Надо только победить и заказы в кармане.

— Да они и так будут у нас в кармане, когда Гарольд станет императором, — ответил Альфард. — Ведь так?

— Конечно, — искренне согласился Сергей.

Привычная, понятная магическому миру вокруг схема — новый Император усиливает свой бывший клан. Для самого Сергея — возможность нарастить численность элитных, индивидуальных маботов. Не факт, что поможет против Гамильтона, но лишним точно не будет.

— Вот на этом нам и надо сосредотачиваться. Джейкоб верно заметил — опыта управления нет. Вассалов немного набрал, это хорошо, это опыт, но все равно не тот, — рассуждал вслух Альфард. — Думаю, надо сделать так. Гарольду даем возможность спокойно закончить БАМ, у него и так дел будет выше головы, четыре курса и диплом, Турнир, бал на Рождество.

— Он, кстати, важнее, — вмешалась Агата. — Учебу можно и растянуть, ничего с ней не сделается.

Кроме потери еще сотни жизней, угрюмо подумал Сергей. Хотя, если не дергать тигра за усы? Нет-нет, с этим торопиться не стоило. Возвращаясь к прежней мысли, Гамильтон не мог и не следил за всей Академией круглосуточно, для этого у него имелась служба контроля. Вот ее, в отличие от самого Гамильтона, вполне можно было обмануть.

И тогда уже можно было где-то робко, краешком сознания, задуматься о полноценном покушении.

— Но если Гарольд провалит бал и помолвку с Кристиной, то этого уже не исправить ни одним дипломом. Отличнейшая возможность для повышения известности и в то же время шанс провалить все. В нашей работе такое постоянно, — неожиданно выдала тетушка Агата.

— Верно замечено, — дружно согласились остальные дядюшки и тетушки и посмотрели на Гарольда.

Сергей мысленно скривился, к ощущению дежавю от прошлых собраний теперь добавили еще нотки «элитного приёма, на котором будет объявлено о возвращении главы Рода». Только теперь Сергей понимал, что от этого не отвертеться. Если он хотел одолеть Гамильтона, то нужны были союзники, связи, мощь, поддержка Императора, в конце концов! Шанс одолеть ректора БАМ в одиночку, находясь в элитном маботе оставался, но не зря же Мать-Магия вручила Сергею тысячу жизней для этого подвига? Девяносто одну он уже потратил, ну да ничего, теперь будет экономнее.

— Излагайте, — предложил Сергей.

— Вот так просто? — нахмурился Альфард. — Никаких возражений, криков, что тебе этого не надо?

— Дядя, я же не возражал против женитьбы, просто хотел учиться магии. Здесь же будет помолвка, а женитьба уже потом, после моих подвигов, которыми я планирую заняться по окончании БАМ.

— Подвигов? Хм, ладно, до них тоже доберемся. Итак, во-первых, тебе нужно уже раз и до конца уяснить, что ты звезда первой величины. Глава Рода и Клана, любимец Матери-Магии, будущий Император и много чего еще. За тобой будут следить всегда, в любой момент времени, если ты не на территории своего мэнора, тебя могут снимать и подслушивать, за тобой могут следить. Не надо возражать, ты осознаешь это разумом, а должен впитать внутрь себя, чтобы это стало естественным для тебя, словно дыхание.

— Впитать что? — переспросил Сергей.

— Умение вести себя, не теряя лица и не позоря род Чопперов. Даже маги не идеальны, чего уж говорить о простаках и инциденты все равно будут, но. Их должно быть как можно меньше, — дядя Альфард подчеркнул тоном последние слова. — Это же умение пригодится тебе и потом, когда станешь Императором, согласен?

Сергей задумался, осознав, что как-то даже не представлял, что будет после победы над Гамильтоном. Вначале все казалось очень легким. Потом очень сложным. Теперь? Слава и известность ему точно требовались, а скандалы? Пожалуй, что нет.

— Согласен.

— Своих людей мы сейчас в Академию не проведем, но всегда есть варианты, — побарабанил пальцами по столу дядя Альфард.

Некоторое время старшие Чопперы обменивались взглядами и многозначительно выдыхали дымы. Сергей ждал, уже примерно догадываясь, что будет и мысленно сдвигая планы.

— Значит так, Гарольд, — объявил Альфард за всех, когда молчаливое собрание завершилось. — В следующие два месяца урежешь занятия до минимума.

— Я выберу специализацию и к Рождеству сдам экстерном третий курс, — объявил Сергей в ответ. — Это не обсуждается.

— Хорошо-хорошо, Гарриэт докладывала о твоем разгоне, коэффициента должно хватить. Гидеону заплатишь еще, пусть занимается только тобой, а не юных студенток за жопы хватает. Договоришься с этой, как ее, Райтер, будешь у нее брать уроки.

— Райтер? — переспросил медленно Сергей.

Подход к Гамильтону? Да. Соблазнить, как Эльзу Ворлок? Неясно. Возможности? Несомненно.

— Она — глава канцелярии Гамильтона, что есть, то есть, так и ты не гном из норы, — хмыкнул Альфард. — Как глава ты должен уметь договариваться, вести переговоры и прочее, потренируешься в легких условиях.

Сергей припомнил все свои поблажки в Академии, из-за статуса главы Священного Рода, и кивнул.

— Выделит специалистов, задачу в общих чертах сформулировали, подробно ее распишет Агата.

Тетушка лишь кивнула молча.

— Чтобы не просто имена-фамилии, Рода, поклоны и улыбки, а всегда и везде вести себя так, чтобы не опозориться самому и не опозорить Чопперов. Два месяца под пятидесятикратным разгоном, этого должно хватить. Во втором полугодии еще закрепишь, потренируешься.

Сергей рефлекторно хотел возразить, но остановился в последнее мгновение. Опять все тот же навязший до хруста на зубах вопрос войны с Гамильтоном. Если он хотел поддержки и союзников, то ему требовалось быть одним из магов, а не воевать с системой.

— Будет непросто, но сам понимаешь.

— Понимаю, дядя, — ответил Сергей спокойно. — Я приложу все усилия.

— Вот и отлично. С первой женой, стало быть, вопрос решился автоматически. Лора Палмер выпадает.

— Почему это? — возмутился Сергей.

Не ляжет под Кристину? Мысли Сергея метнулись на мгновение не в том направлении, но и только.

— У вас помолвка, а до женитьбы пройдет еще неизвестно сколько времени.

— Так и она замуж пойдет не за какого-то там пятого наследника, — заметила Барбара.

— Палмеры потребуют сроков, а мы не сможем их дать! Здесь все зависит от Императора, Гарольду надо пройти обучение — руководство кланов, потом уроки у Фейна, все это может тянуться лет десять, да что там, я почти уверен, так оно и будет! Не будут, не смогут Палмеры столько ждать! Поэтому вопрос о вторых и третьих женах пока что остается открытым…

— Нет, — бросил Сергей, принимая решение. — Второй женой будет Бетти Малькольм, она согласна ждать столько, сколько потребуется и мы уже заключили негласный союз.

Сергей ожидал возвращений и возмущений, но вместо этого встретил понимающие взгляды и уважительные кивки.

— Неплохо, неплохо, — одобрил Альфард, — похоже, Малькольмы тоже не прочь еще скрепить союз и вместе проплыть через будущую бурю. Вакансия третьей жены открыта и тут мы в выигрышной позиции. Обязательства не давят, статус Гарольда известен, можно еще раз устроить хорошую рыбалку. Заранее прикинуть кандидатуры, возможно с кем-то по оружейной части сойтись или старую вражду закрыть. Возможно, Гарольд кого-то найдет, идеального и готового ждать.

Сергей лишь пожал плечами. Все вот это уж точно будет ждать до конца учебного года.

Бездна времени, за которое все тысячу раз успеет перемениться.

Глава 2

1 ноября 1991 года, по дороге в БАМ

— Заскучал или уже учишься держать лицо? — насмешливо спросила Саманта.

Сергей, рассеянно взиравший в окно маголета (потому что все равно надо куда-то смотреть, пока думаешь о своем), медленно перевел взгляд на сестру. Та блудливо улыбалась сквозь бокал с вином.

— Думаю о будущем, — ответил Сергей. — Тебе бы не мешало заняться тем же.

Подействовало, Саманта чуть побледнела.

— Я…

— Дядя Альфард рассказывал мне о твоем честолюбии, — заговорил Сергей, разглядывая Саманту, словно видел ее в первый раз. — Если ты настолько готова прокладывать себе дорогу телом, то это очень хорошо.

Саманта вопросительно изогнула брови, чуть повернула голову, словно демонстрируя профиль.

— Нам предстоит опасное дело, — произнес он, — но и награда очень высока.

Без подробностей, пусть думает, что речь идет об императорском троне. В принципе, правда, даже с поддержкой Кристофера Фейна, нынешнего императора, Сергею будет не так просто пробиться на вершину.

— Нам — это мне и моей команде, — продолжал он в тишине (потому что все остальные летели в двух других маголетах, заодно транспортировавших контейнер с «Молнией»), — и те, кто входит в мою команду, будут щедро вознаграждены. Невозможно устоять на двух уплывающих в разные стороны досках, в какой-то момент все умение раздвигать ноги не спасет и все же придется выбирать, за какую доску ты схватишься. Или упадешь в воду и пойдешь на дно.

— Я с тобой, братец, — глухо, без намеков на игривость, отозвалась Саманта, — даже дяде тебя сдала по минимуму, ну, сам понимаешь.

— Понимаю, — не стал возражать Сергей. — Хорошо, тогда для начала измени свое поведение. Всю эту игривость оставь для других, а на мне ее использовать не надо. Еще раз и ты не в команде.

— Поняла.

Сказать, что она не возбуждала Сергея, означало бы нагло соврать. Да что там, он мог даже жениться на ней, взять третьей или четвертой женой, если бы потребовалось. Если. Пока что все это следовало отодвинуть в будущее, а Саманту использовать по назначению, как оружие обольщения мужчин и женщин, в полном соответствии с уроками Гидеона.

Потом, в будущем, она и Сергей наверняка переспят и не раз, но мысль эта, ранее заставлявшая кровь кипеть, теперь вызывала лишь легкий, вялый интерес. Похоже, «гормональный пик» разгона все-таки прошел, как и обещала Нинон. Потом, по ее словам, должно было последовать еще несколько всплесков, но ничего сравнимого с начальным выбросом.

— Ты заканчиваешь в этом году БАМ.

— Заканчиваю, — вздохнула Саманта. — Вот, пишу диплом.

— Строительство зачарованных домов?

— Полевые укрепления в различных средах, возведение, заколдовка, использование различных материалов, утечки магии на стыках, магический сопромат и прочее, — еще раз вздохнула Саманта.

— А, всякие композиты и сэндвич-панели, — сумничал Сергей.

И тут же подумал, что такое пригодилось бы и ему самому, в «Молнии» и других маботах. Сложносоставная броня из разных материалов, да каждый лист с особой заколдовкой, спаянные силой Чопперов в единый «сэндвич». Правда, он тут же вспомнил про магический сопромат и несовместимость материалов, но расстроиться не успел, так как увидел сияющий взор Саманты.

Казалось, она сейчас разорвет на себе одежду и отдастся ему прямо в маголете.

— Серьезно? — насмешливо спросил он.

Саманту чуть попустило и она яростно принялась за работу, что-то переписывая, набрасывая, бормоча под нос и размахивая руками. Сергей, так и не поняв, что это было, снова со вздохом уставился в окно.

Да, магический сопромат и маботы. Талант пилота есть, место в сборной есть, да и вообще, маботы — это символ мощи магов и фирменный знак Чопперов. Поэтому специализацию в маботах надо брать обязательно.

Во-вторых, артефакторика, из-за силы крови. В-третьих, боевая магия, опять же из-за Гамильтона и будущей войны. В-четвертых, в четвертых… всевозможные перемещения, чтобы не зависеть от маботов, если потребуется. Но так рассуждать — придется учить все школы магии. Нет, не так, брать специализации и углубленно изучать все-все школы магии, сколько их там, полсотни? Сотня вместе с «запрещенными»?

Целительство, особенно себя.

Сергей вздохнул и покосился на Саманту, которая что-то писала, засунув вторую руку куда-то между ног и даже не замечая того. Даже ему, при всей скорости разгона и талантах в магии не потянуть много направлений. Да, он неоднократно размышлял о них, снова возвращался и снова сомневался, отбрасывал и возвращался и сейчас вот тоже зашел на тысячный, пожалуй, круг.

Меньше мыслей, больше дела?

Страшно, да. Дело новое, а противник могуч. Даже с магией возврата во времени, просто так такие ошибки не исправить. Зельеварение, оно же алхимия, тоже не помешало бы. И магия крови. А также… Сергей выдохнув, чуть повел рукой, словно отказываясь. Все было четко, выверенно, стройно, пока не пришел Кристофер и не испортил всю малину сообщением о Гамильтоне и Академии-мэноре.

Правда, если бы Сергей чуть отвлекся, то и сам бы все понял.

От маботов, артефакторики и боевой магии деться никуда не вышло бы. Целительство могло оказаться решающей соломинкой в секунды сражения с Гамильтоном.

Выдохнув, Сергей сложил пальцы на обеих руках «щепотью», расположил их друг напротив друга, представляя, как из одной руки в другую бьет невидимый заряд энергии. Чуть прикрыл глаза, сосредотачиваясь и концентрируясь.

Помогло, он сумел отстраниться, замедлиться и сконцентрироваться. Одна из опасностей разгона — помимо всех прочих — такое вот «суматошное» состояние, когда мысли мечутся, тело мечется, а маг не может успокоиться. Только сам себя будоражит и так и погибает или сходит с ума.

— Ответ, конечно же, был предельно прост, — пробормотал Сергей, приоткрывая глаза.

— Что? — переспросила Саманта, приподнимая голову.

Взор ее был слегка затуманен, мысли, похоже, тоже блуждали где-то далеко. Возможно, ей грезилась мировая слава и открытие нового направления, создание новой магии. Сам Сергей в этом сомневался, местные маги ловко приспосабливали себе на службу изобретения простаков, соединяли одно с другим.

Техномагия. Пожалуй, ее тоже стоило включить в программу.

Все остальное можно было изучить позже. Без разгона будет труднее, но зато придет опыт, понимание, да и нет смысла специализированно углубляться во все школы магии. Еще с десяток в дополнение к первым пяти, все ради одной цели — Гамильтона.

Ну и самого себя, конечно, в роли Императора.

— Ничего, занимайся, — ответил он.

Саманта углубилась в себя и расчеты, комбинируя записи и магию.

— Вот, может же делом заниматься, сдерживая плоть, — пробормотал Сергей под нос.

Он знал, что несправедлив, Саманта все же сдерживала себя, тот же диплом писала, занималась светской жизнью. Мысли Сергея опять прыгнули в сторону, благо с предметами он определился, парадигмой действий в отношении Гамильтона тоже. Светская жизнь и другие Священные Рода. Да, он бегал от них, учеба и все такое, но не пора ли теперь сделать кульбит и разворот на сто восемьдесят градусов? Гормон ушел, сила пришла, понимание немного тоже, опыт пьянок из прошлой жизни есть.

Светская жизнь в БАМ, чем не тренировка умения держать лицо, в облегченном режиме?

— И повод есть, — задумчиво обратился он к окну. — Прямо императорский.

Рода и связи с ними все это тоже было передумано по сто раз и Сергей усилием воли согнал мысли с привычного круга. Он даже понял причину — ему просто было страшно. Прошлые поражения от рук Гамильтона только лишь усугубляли ситуацию. А повторения, одно и то же, раз за разом, успокаивали.

Медитация. Концентрация. Уверенность.

— Братец? — обратилась Саманта.

— Что?

— Ты всю дорогу о чем-то думаешь. О чем?

— Если бы миром правил Отец-маг и все его любимицы были женщинами, — усмехнулся Сергей, отвлекаясь от мыслей о своем, — а правили одни только Императрицы. Представила? И вот Императрица вызвала тебя и сказала, что ты станешь следующей. Неужели ты бы вообще не задумалась?

Лицо Саманты скривилось как-то вульгарно, по-простонародному, что ли, только высморкаться и сплюнуть на пол оставалось.

— Я бы точно не ломала голову над тем, как мне устроить Империю, — сказала Саманта.

— А я и не ломаю.

— Да-а-а-а-а? — озадаченно протянула она. — Прикидываешь, сколько магесс поимеешь?

Сергей аж хрюкнул в ответ.

— Хотел бы, так они в очереди бы стояли, — сообщил он и вспомнил Гертруду. — Раздвинув булки, с тюбиком смазки в руках.

— О, точно! Ты думаешь о женах! — обрадовалась Саманта. — Оно и понятно, дело на всю жизнь, точно, ты же думал о будущем! Ха! Так, ну первая Кристина Фейн, это понятно, второй ты возьмешь Бетти, да?

— Скорее всего.

— Стало быть, ты думал о третьей жене. Да, дело непростое, непростое.

Даже самые лучшие маги способны понять тебя не так, подумал Сергей. А объяснить ты ничего не можешь, так как твой противник страшен, могуч, коварен, хитер и опытен и может похитить информацию даже из их голов. Но что, если этой информации там не будет? Рассказать о Гамильтоне, обсудить и стереть память. Но кто пойдет на такое?

Нет-нет, тайну надо было хранить до окончания БАМ и только потом. Может быть.

— Вот у тебя диплом по полевым сборно-разборным магическим укреплениям, — ответил ей Сергей. — Как ты думаешь, какая магия на войне самая главная?

— Боевая! — выпалила Саманта.

— То есть твое возведение укреплений не в счет? Это же строительная магия.

— Хм-м-м, наверное, в счет. Но вон, сколько школ магии! И каждой есть место на войне. Магией ремонта чинить, артефакторика и чары — для оружия, кулинария, магия копирования и размножения, для боеприпасов и еды, а еще порталы и телепорты, для перемещений. И магия полетов, конечно же. Магия погоды, своим солнышко, а врагам дождь и град. Ментальная магия, для подчинения и порабощения. И биомагия. Химерология, новые породы для войны выводить. И магия ночи, чтобы противники слепли. Целительство, лечить своих и калечить других. Алхимия, конечно же, всякие там взрывчатые смеси и газы. Оружие зачарованное и всякие там транаты и трансмутирующие пули, чтобы вражеские солдаты в монстров превращались. Големы, опять же, автоматоны обязательно нужны и волшебные существа, куда же без них, а значит, нужны маги из школ, занимающихся ими, и еще, разумеется…

— Хватит, — оборвал ее Сергей. — Ты же сама сказала — всем школам магии есть место на войне, от иллюзий до магии времени.

— Магию времени на войне не применяют, — машинально отозвалась Саманта.

— Разве? — усомнился Сергей. — С чего бы это вдруг?

— Из-за того, что дар магии времени невероятно редок. Ходят слухи, что Первая Магическая из-за этого и началась, обнаружили ребенка с магическим даром работы со временем и…

— Стоп-стоп-стоп, — оборвал ее Сергей. — На каждый чих в мире есть магия, на каждую фигню сила крови, а магию времени так никто и не развил?

Смутно припомнилось, что Мать-Магия вроде бы что-то про редкость магии времени говорила. Вроде бы. В тот момент меньше всего он думал о детальном запоминании каждого слова.

— Ты просто еще не добрался, это пятый курс истории магии, — понимающе кивнула Саманта. — В общем, дар магии времени всегда был исчезающе редок и поэтому ни одного рода с силой крови работы со временем так и не появилось. Просто не на ком было жениться или выходить замуж, закрепляя силу крови. Но когда в Европу доставили знания крови, о-о-о-о-о. Простаки насочиняли сказок о замках, погруженных в сон на сто лет, с уколами в пальчик принцесс — это отголоски борьбы с тем магом времени, чьи заклинания снимались только его кровью. Он отчаянно пытался увеличить свою силу жертвами и едва не захватил весь мир.

— В одиночку? — усомнился Сергей.

Саманта лишь усмехнулась, делая жест рукой, мол, почитай сам в книгах.

— Ладно, я понял, его победили и убили, чтобы не творил ерунды, — сказал Сергей. — Но остальные-то маги времени? Из колоний там?

— Какие остальные, братец? Какие еще колонии? Если в поколении рождается хотя бы один маг времени, один на весь мир, то это уже означает, что весь мир будет снова трястись в лихорадке борьбы за него! Если его сумеют вовремя найти, если его не убьют шпионы других стран, если его не убьют нашедшие, чтобы избежать потрясений!

— Все равно, — не сдавался Сергей. — Если дар так редок, надо его в камеру и размножаться.

— Так и делали и делают, — кивнула Саманта. — Но дети еще не гарантируют ничего, пока магия не перейдет в силу крови, а это дело нескольких поколений. Совсем не факт, что дети мага времени наследуют его дар, а время идет и конкуренты не дремлют. Тем не менее, маг времени — это сильнейший козырь и если он и существует, то сидит где-то за семью засовами спецслужб и одно знание о его существовании является государственной тайной. А ты говоришь — на войну его выпускать!

— Так его как раз для войн и надо использовать, — хмыкнул Сергей. — Напал — неудачно, откатился во времени.

Смешок должен был скрыть его нервозность. Если о его возможности возврата во времени узнают, то все, сам сядет за семь засовов. Но раз маги времени так редки, вряд ли кто-то заподозрит Гарольда Чоппера, не так ли?

Но все равно, пожалуй, об этом секрете стоило помалкивать.

Глава 3

2 ноября 1991 года, БАМ

— Все вы уже встречались с Гарольдом Чоппером, — говорил Оллин Вульф, капитан сборной Академии. — Теперь он вернулся, чтобы войти в нашу дружную команду.

— В основной состав? — лениво спросил Пол Андерсон.

Кровники Чопперов, а именно Эдвард Лагранж, Ариша Хаксли и Алекс Кроу, молчали, глядя в сторону. Кровная месть на территории БАМ была запрещена и для собственного же спокойствия рекомендовалось не общаться с теми, кому собрался мстить, или отделываться вежливыми, нейтральными фразами. Как вот, например, поступала Ида Грейсон, тоже состоявшая в сборной. У Грейсонов с Андерсонами была кровная месть, поэтому эти двое внутри команды всегда общались коротко и вежливо.

Так могла бы выглядеть лакированная, лубочная картинка. В реальности же все было немного иначе. Алекса Кроу лишь недавно выпустили целители, так сильно его приложил Сергей во время дуэли в первые же дни в БАМ. С Аришей Хаксли они тоже подрались, но черты не переступали. Эдвард наверняка хотел бы отомстить за Колина Лагранжа, которого Сергей сразил еще летом, но с местью не торопился.

Пожалуй, тут стоило непрерывно держать не только лицо, но и наблюдать за спиной, чтобы в нее не ударили.

— Если Гарольд хорошо себя покажет, то перейдет и в основной состав, — спокойно ответил Оллин. — У нас здесь нет заслуг, связей или положения, есть то, что нужно для командной работы и победы в Турнире.

Сергей поглядывал на пилотов сборной, отмечая, что никто даже не думает ухмыляться. Хорошо, верят капитану. Взгляд его выхватил девушку, стоявшую слева. Юлия Лонгхэд, одна из немногих уцелевших, одна из двух Лонгхэдов, оставшихся в БАМ.

Странно, подумал Сергей, почему не она была у императора на приеме? Без таланта пилота в сборной нечего делать, он уже убедился в этом. Талант пилота, а значит, есть и магическая сила. Пожалуй, об этом стоило разузнать или спросить ее саму, просто в качестве упражнения в новой дисциплине: «жизнь среди Священных Родов». Фигурка у Юлии опять же была ничего так, даже под летным комбинезоном, правда косы до пояса не имелось.

— Задатки у него хорошие, упражнения он все сделал, и зачет сдал лично мне, — продолжал тем временем Оллин «пятиминутку знакомства». — Любимец Матери-Магии, как вы все, наверняка, слышали.

Взгляды, исполненные зависти и жажды отщипнуть кусочек, со стороны обычных магов и «новой крови». Семь человек, четверо парней и три девушки, то есть треть сборной, по сути. Командная работа под руководством Вульфа, товарищество, братство и сестринство — это прекрасно, но как они ведут себя вне сборной? Или остальные маги сборной, из Священных Родов, уже поделили всех и записали в вассалы, как сам Сергей прибрал себе О’Дизли и Гефахрер?

Взгляд его невольно обратился на оставшихся. Дункан Малькольм, та еще темная лошадка, на которую пришлось потратить несколько жизней, но потом все обернулось даже к лучшему. Робин Прудент, с ним Сергей знаком был только шапочно, как и с Роландом Ивори. Оба смотрелись подтянуто, мускулисто так, явно не пренебрегали упражнениями, если не косметической магией.

Анжела Прейер, бледная и беловолосая, со злым, совсем не ангельским взглядом. Прейеры были союзниками Чопперов, наверное, не стоило шутить с ней про ангелов. Поговорить про охоты на девушек, которых выпускали в лес?

Марк Долиш и Юджин Палмер о чем-то неслышно шептались друг с другом, впрочем, с ними Сергей тоже был знаком лишь поверхностно. Что поделать, жизнь затворника, сознательное отстранение и соблюдении дистанции, приведшее даже к взрыву слухов (спасибо Дункану, что помог погасить) и при этом, как теперь видел Сергей, он все сделал правильно. Взрыв гормонов и мозгового безумия прошел, теперь можно было переходить и к социальной части.

— Закончили со знакомством, — хлопнул в ладоши Оллин, — начали разминку!

Обычную разминку, без всякой магии. В здоровом теле здоровый дух и здоровая магия, как любил повторять Вульф. Еще одно проявление дуализма мира магов, машинально отметил Сергей, пока они бежали нестройной толпой.

Среднестатистический, обычный маг, легко мог обойтись без всего этого. Физическую силу ему заменяли заклинания, а если и пришлось бы залезть в мабота, то капсула скомпенсировала бы все перегрузки. Но при этом лучшим, сильнейшим из магов, летавшим в ИМ, индивидуальных маботах, приходилось держать себя в хорошей физической форме. Да-да, без всякой магии. Чтобы лучше держать перегрузки, быстрее соображать и двигаться, повышать ту «базу», которую усиливала магия.

— Так, отжимаемся, отжимаемся, не ловчим, Линда! Ровнее тело! Ты укрепляешь выносливость трицепсов, а не гибкость зада! Марк! Не надо ловчить с подушкой магии, потом в бою это тебя не спасет!

Затем последовали упражнения на укрепление тела магией. Насколько мог судить Сергей, сейчас проходил расширенный вариант тренировки, именно из-за самого Сергея-Гарольда. Не просто тесты на умение летать, как в первый день, а именно совместная тренировка, от разминки до полетов. В остальное время Оллин, надо полагать, оставлял индивидуальные упражнения вне тренировок, контролируя только результат и проводя контрольные зачеты.

Во всяком случае, так сделал бы сам Сергей.

— Молодцы! Повернули головы вправо! — крикнул Оллин.

Сергей посмотрел, уперевшись взглядом в затылок Ариши Хаксли.

— Это ваш напарник на сегодня! Отрабатываем полеты парами! Все по тренировочным маботам, бегом, бегом, бегом!

Все рванули с места, словно земля загорелась под ногами, Сергей оказался в отстающих. Возможно, это тоже входило в соревнования Турнира? Сам Сергей пока что слышал только о самом зрелищном и кровавом его элементе, финальной битве без правил — сборная на сборную.

Пожалуй, стоило почитать подробнее, если время и силы будут.

— Усложняем задачу! Отрабатываем действия в паре! — прикрикнул Оллин. — Все на исходную!

Десять пар отлетели обратно в начало полигона.

— Неплохо держишься, — похвалила его Ариша по отдельному каналу связи. — Раньше ты хуже летал.

— Раньше я сам был хуже, — проворчал Сергей.

Новообретенное спокойствие действительно помогало, несмотря на продолжавшийся разгон. Пускай мабот был тренировочным и старым, но Сергей «ощутил» его с первого же мгновения, закладывал виражи, понимал, что и кто вокруг.

— Разве можно хвалить кровников? — спросил он, тут же осознав, как неуклюже это прозвучало.

— А ты и правда странный, Гарольд, — еле слышно рассмеялась Ариша. — Кого еще хвалить, как не врагов?

Оллин объяснял задачу — типовую, насколько понимал Сергей. Пары ведущий-ведомый летят через полигон. Ведущий бьется с тем, что летит в пару по воздуху, ведомый прикрывает тыл и сбивает то, что летит снизу.

— Врагов же надо ругать?

— Зачем? — искренне удивилась Ариша.

— Начали! — скомандовал Оллин.

Вначале Сергей отнесся пренебрежительно к упражнению, но буквально пару секунд спустя понял, насколько ошибается. В «Чайке» да, там он бы даже не вспотел, а то и не заметил бы этого обстрела. Здесь же приходилось вертеться, как на сковородке, пытаясь прикрыть себя и Аришу. Той тоже приходилось несладко, откуда-то с края полигона почти рекой летели какие-то шары, похоже, изображавшие снаряды.

Хаксли даже поставила щит на пару секунд, но тут же среди шаров вынырнул настоящий магический заряд, разнесший щит в энергоклочья. Сергей пропустил пару «выстрелов» и подвижность его мабота резко упала, и еще пять секунд спустя все было закончено, их просто задавило, разорвало и взорвало. Маботы плюхнулись с высоты в тридцать футов (отработка падений), как мешки с железом.

— А чего меня тогда в первый раз сражаться заставляли? — проворчал Сергей. — Одна такая тренировка и я бы сам сбежал!

— Оллин тебя переоценил, с ним постоянно такое, — сообщила Ариша. — Увидит хорошего пилота и все, его переклинивает, одни только мысли о сборной и победе. Считает, что раз маг летает хорошо, то и все остальное у него выходит хорошо, а оно выходит не слишком хорошо. Увлекающаяся натура.

— Что разлеглись? — навис над ними мабот Вульфа. — На исходную!

Во второй раз дело прошло веселее, в основном, конечно, потому что Сергей втянулся. Затем они сражались пара на пару, летали командой, отрабатывали общий штурм укрепления и проводили индивидуальные дуэли. Сергей смотрел и запоминал, мотал на несуществующий ус.

Попутно немного думал об Арише и ее словах.

Хвалить врагов, тем самым возвышая свои победы над ними? Убивать без злости и гнева, не теряя головы в любой ситуации? Что-то в этом было, в помощь, так сказать, убийству Гамильтона.

— Как напарник ты выступал лучше себя-дуэлянта, — задумчиво изрекла Ариша, вылезая из мабота.

В лице и движениях ее читалось легкое утомление. Сергей, можно сказать, тоже притомился, в основном от ограниченности тренировочного мабота. До вылезания на карачках было еще далеко, хотя Вульф погонял, погонял их от души.

— Либо ты действительно добился потрясающего прогресса за эти два месяца. А ты не только странный, Гарольд, но еще и опасный. Это хорошо. Тем больше чести побить такого врага.

И ушла, скорее всего мыться. Сергей смотрел ей вслед, словно завороженный покачиванием бедер, обтянутых комбинезоном, на самом деле думая о «портативном доме-палатке», некогда одолженном Рупертом Огром. Дом-палатка и возможность помыться «прямо в окопе», в сочетании со специальностью Саманты и идеей полевых сборно-разборных укреплений, могли послужить отличной темой для диплома.

Выбранное же направление — разгон в нестабильном состоянии, особенности тренировок и системы сброса энергии в маботах — тянуло скорее на целую докторскую, а не выпускной диплом. Но и плюсы были соответствующие, так что тут стоило еще поразмыслить. Не слишком долго, уже требовалось определиться со специализациями, сдать бумаги, завязать контакт с Райтер и да, браться за диплом. При таком объеме и ограниченности времени иначе просто не успеть.

— Понравилась? — спросил Дункан.

Вот уж кто выглядел как всегда свежим, совсем не уставшим и не вспотевшим. Обаятельная улыбка, располагающий к себе вид, стоит и у Дункана взять пару социальных уроков, подумал Сергей.

— Она же кровник, ты чего.

— Зря ты так, — серьезно ответил Дункан. — Поиметь кровника так, чтобы тот влюбился и потом опозорился, это прямо целый спорт среди Священных Родов. Нервишки щекочет и возбуждает, опять же. Император, твой будущий тесть, негласно поощряет, дескать, влюбятся двое, а там глядишь и рода перестали быть кровниками.

Сергей посмотрел удивленно, потом кивнул. Не могла же вражда тянуться вечно, так? Колин Лагранж, помнится, кричал в тот день, что кровная месть закончится. Но Сергей сам убил его — закончилась ли на этом месть между Чопперами и Лагранжами? На фоне истории с возвращением тела Бёртона было не до того, а потом просто вылетело из головы.

— Ты молодец, чувствуется, не только в книгах эти два месяца копался, — похвалил его Дункан.

— Как там Бетти? — спросил Сергей, меняя тему.

Пропасть, отделявшая его от остальных, была преодолима. Тренировки, терпение и стремление к цели.

— Улыбается второй день и что-то там твердит о твоем будущем величии. Разумеется, если нужна будет моя помощь, не стесняйся. Мы уже практически не чужие друг другу люди.

— Конечно, — заверил его Сергей с ответной вежливой улыбкой.

Надо было идти в душ или вообще валить в особняк, а не разговоры заводить, подумал он, завидев стремительно приближающегося Оллина.

— Гарольд, что сидим? — возмутился капитан. — Мабота проверить, отремонтировать и на место! Потом еще нужно провести разбор полетов, ну это так говорится, в целом разбор тренировки и заняться исправлением слабых мест! В следующий раз опять будут индивидуальные дуэли, после них тоже будет разбор!

Оллин пребывал в радостном возбуждении.

— Конечно, тренировка сегодня была немного облегченная, для втягивания, думаю, остальные в сборной это тоже поняли, но промолчали. Хороший знак. Да, Линда?

— Капитан Вульф, а со мной вы проведете индивидуальный разбор? — произнесла та, с откровенным намеком.

На Сергея-Гарольда она смотрела примерно так же, дерзко-приглашающе. Мол, давай, красавчик, приложи усилие, а я тебе сразу дам. Внешность ее слегка подкачала — на взгляд Сергея — местным такие выступающие скулы и легкая вытянутость лица, наоборот, только нравились еще сильнее. Уши казались заостренными, словно она косметической магией превращала себя в эльфийку. Белоснежные зубы, опять же непонятно, сами по себе или от магии.

Прическа вот у нее была хорошая, волнообразная и воздушная, Сергею такие нравились.

— Линда Бонд, — представил ее Оллин. — Новая кровь.

— А я Бонд. Джеймс Бонд, — машинально ответил Сергей и только потом сообразил, чего ляпнул.

Шутку не поняли, Флеминг здесь не написал своей бондианы и уж киносаги по ней тоже не вышло. Имелся, правда, его аналог, маг, разумеется, тоже специальный агент, Джимми Холмс. Внук Шерлока Холмса, унаследовавший «силу крови» дедушки, в остальном лекала построения саги примерно совпадали, с поправкой на мир победивших магов. Пилот, интуит, боевик, красавчик, к ногам которого падали самые красивые женщины и мужчины, смертельные опасности, попытки захвата мира, восстания простаков, секретные лаборатории с сумасшедшими учеными, как правило, ищущими способы нейтрализации магии наукой и прочее в том же духе.

— Хмпф-ф-ф, — фыркнула Линда и удалилась.

— Спасибо, дружище, а то бы не отстала! — хохотнул Оллин, хлопая Сергея по плечу. — Ловко ты это придумал, надо будет запомнить! Бонд. Джеймс Бонд. Ха-ха-ха! Буду ее теперь подкалывать! Так что давай, занимайся маботом и возвращайся, пройдемся по сегодняшнему занятию!

Глава 4

3 ноября 1991 года

Анна ничуть не изменилась с прошлого раза. Сама она, правда, его не помнила, зато вот Сергей до сих пор видел, как наяву, эти свои смешные попытки пробиться силой к Гамильтону. Как будто, ха-ха, он пробьется и тут же одним мизинцем убьет ректора. Дряхлого дедушку-ректора. От воспоминаний о попытках покушения вживую впору было содрогнуться, настолько ужасно там все закончилось.

— Глава Гарольд, — улыбнулась Анна Райтер, — всегда рада вас видеть. Надо полагать, вас привело ко мне дело, касающееся традиционного императорского бала-приема на Рождество?

— И еще желание увидеть вас, мисс Райтер, — улыбнулся в ответ Сергей, — а может даже и попробовать переманить к себе, очаровательная глава администрации мне не помешала бы.

А заодно и подобраться максимально близко к Гамильтону. Ровесница Эльзы, Анна на порядок превосходила ее в красоте, выразительности лица, умении подчеркнуть фигуру, оставаясь в рамках традиционной униформы с мантией и гербом Академии. Да, подумал Сергей, было бы забавно провернуть с Анной такой же трюк, как и с Эльзой и вообще разыграть тут «Холодное сердце».

— Боюсь, даже волшебная палочка Императоров в ваших руках не заставит меня оставить работу на Альфреда Гамильтона.

— Хорошо, тогда я повторю свое предложение потом, когда стану императором, — стараясь говорить небрежно, согласился Сергей.

Также он вручил ей заявление, сообщающее, что Гарольд Чоппер милостиво изволил выбрать четыре направления для специализации. От техномагии, поколебавшись, Сергей все же отказался. Думал и целительство факультативно поставить, но через две секунды пришли протрезвление и воспоминания, кто его противник. Артефакторику исключил, решив, что сила крови поможет обойтись факультативами и взял магию преобразований.

— Я дам ход заявлению, но уверяю вас, глава Гарольд, действуй вы в обычном порядке, главы факультетов не отказали бы вам, — в голосе Анны слышалось легкое удивление.

— Это еще не все, — Сергей протянул второе заявление.

Просьба утвердить тему диплома и дать разрешение начать заниматься им прямо сейчас. Подписи Полли Портер и Молли МакАлистер. Целительство и маботы, диплом по разгону и магии в условиях нестабильности, а также исследование способов снизить риски, особенно выбросов. В перспективе создание новой методики разгона, работающей как раз в условиях нестабильности ядра, позволяющей стабилизировать его, повысить мощность, раньше начать освоение и закрепление магии и так далее, и так далее.

— Вы выбрали специализацию в четырех школах, глава Гарольд, — вежливо сообщила Анна. — Формально тема вашего будущего диплома затрагивает все четыре школы, тут все верно.

А выбрал бы пять, пришлось бы и техномагию совать? Сергей мысленно махнул рукой, уж приборы к процессу пристроить удалось бы, вот вам и техномагия.

— Но по правилам нужны подписи и согласие всех четырех глав.

— Этого я не знал, — искренне ответил Сергей.

А никто не подсказал, так как и они не знали. Никто еще не влезал на подобные территории, куда Сергей вламывался в сапогах своих прав главы Рода и любимца Магии. Но основатели Академии, похоже, были очень дотошны и предусмотрели все.

— Профессор Моника Макферсон, глава факультета магии преобразования, строга и придирчива во всем, что касается ее предмета, — словно размышляя вслух, произнесла Анна. — Одногла… профессор Пуатье…

— Пуатье? — вырвалось у Сергея. — Простите.

— Грег сокращенно от Грегуар и да, его фамилия Пуатье, нет, он не француз. Зная Одноглазого, могу уверенно сказать, как все будет — он вам бросит «станешь моим учеником — подпишу», а потом вытрет вам землю.

Дуэльный круг, как сказал бы Филипп Филлори, но, увы, Сергей знал, что именно землю. Или камню. В общем, то, что будет под ногами в тот момент. Потому что, по мнению Грега боевой маг готов сражаться всегда и везде.

— Если вам нужен мой совет, глава Гарольд, начните диплом в следующем году, — сказала Анна. — Специализацию выбрать вам это не помешает, вы успеете познакомиться и сойтись с Моникой и Грегом, и вы легко и просто получите подписи, как с Портер и МакАлистер.

Разумный совет, даже более того — правильный.

— Прошу прощения, мисс Райтер…

— Анна, к чему эти формальности.

— Хорошо, тогда я для вас Гарольд. Так вот, Анна, я должен начать сейчас, чтобы успеть к концу учебного года.

— О, — Анна изобразила на лице легкое удивление. — Хорошо, я дам вам временное разрешение, а вы в течение месяца получите согласие, хорошо?

— Хорошо.

— Ректор Гамильтон предвидел ваши возможные затруднения и заранее распорядился идти вам навстречу, Гарольд, — со сладчайшей улыбкой сообщила Анна.

Сладость была вызвана, похоже, именно предвидением Гамильтона. Эге, да она, похоже, его любит, мысленно присвистнул Сергей. Что с этим делать, он не знал, но любая мелочь могла пригодиться.

— Разумеется, у всего есть границы.

— Месяца мне хватит, — заверил ее Сергей. — И последний вопрос, который вы угадали сразу, рождественский бал-приём у Императора.

— Вам нужен наставник, — качнула головой Анна.

— Не только для бала, — тут же добавил Сергей.

И протянул еще один лист.

Анна взглянула с добродушной иронией и в этом Сергей был с ней согласен. Словно он говорить разучился, только умение писать на листах. Но в подобных делах, как ему жестко растолковал дядя Альфард перед отъездом, лучше перестараться, чем потом рвать волосы.

— Вы же в курсе моего прошлого?

— Даже садовые гномы в курсе, — машинально отозвалась Анна расхожей поговоркой. — Да, это будет непросто.

— Дядя, возможно, слегка перегнул палку, — заметил Сергей.

— Его можно понять, — все тем же отсутствующим тоном отозвалась Анна. — Вы же не ходите на занятия, Гарольд, да?

— Да, я занимаюсь самостоятельно и сдаю экзамены по мере изучения материала.

Говорить про свое желание «закончить 3-й курс к Рождеству» он не стал.

— Это облегчает задачу, конечно. Вы дружны с профессором Гидеоном, он был бы идеален, но одно дело частные уроки, а другое бросить всю кафедру и находиться рядом с вами круглосуточно.

Анна помолчала и добавила с двусмысленной улыбкой.

— Хотя, Гидеон от такого не отказался бы, конечно.

— На что это вы намекаете? — нахмурился Сергей.

Он знал о пристрастиях «златокудрого Гидеона», но сам профессор, к счастью, понимал, что к чему и держал эти свои пристрастия при себе.

— Лучшие красотки Академии готовы сложить себя к вашим ногам, Гарольд, а то, от чего отказались вы, охотно подберет наш профессор любви. Вот и все.

— Вы сказали круглосуточно?

— Вы же собираетесь вживаться и жить, это процесс непрерывный как бы, — чуть развела руками Анна. — Не волнуйтесь, на то я и глава администрации, что у меня всегда есть нужные специалисты под рукой, за то меня и ценит ректор. На самом деле ваш запрос не так уж уникален, многие Священные Рода желают помочь своим новым вассалам освоиться и покупают подобные услуги наставничества. Не в таком объеме, конечно, но суть примерно та же. Не волнуйтесь, Гарольд, завтра я пришлю вам специалиста, уверяю, вы останетесь им или ей довольны.

— Меня пугает эта неопределенность пола.

— Специалисты есть, среди них надо еще выбрать. Вы опасаетесь, что они будут домогаться вас? Но это запрещено правилами!

— Да-да, конечно. Благодарю вас, Анна, за уделенное время, — поднялся Сергей.

Ага, видел он это запрещено правилами. Сдача зачетов Гидеону и прочие игрища. Но и выбора-то особого нет, не так ли? Император пока что оставался сильнейшим шансом Сергея победить Гамильтона, да и на женитьбу на внучке Кристофера внезапно как-то сами собой нанизались остальные планы по брачным союзам, привлечению других родов и прочему. Еще неделю назад Сергей не знал, что будет, а теперь будущее, словно само собой выстраивалось, застывало, как бетон в форме, принимало ясные очертания.

И это, признаться, немного пугало.

Выйдя из «здания Гамильтона», Сергей далеко не ушел, ведь кафедра боевой магии находилась — рукой подать. Неожиданно вспомнился эпизод из первого дня в Академии, церемония распределения. Появление Одноглазого Грега и слова Дункана, дескать, Грег всегда появляется незадолго до Гамильтона.

— Нет, это гадание, — мотнул головой Сергей, — только время зря потрачу.

Магия времени и пророчества сейчас не помешали бы — кабы знать наверняка, что убьет Гамильтона да как, уже можно было бы подогнать задачу под ответ. Попутно, скорее всего, создав самоисполняющееся пророчество, но кого когда волновали такие мелочи?

Поэтому он просто прошел к входу в здание и, уточнив где искать профессора Грегуара Пуатье (мгновенное замешательство на лицах, настолько прилипла кличка Одноглазый), проследовал в зал. Войти не смог, вскрыть заклинания тоже, но там, где не справлялась отмычка, всегда помогал молот.

Сергей, сосредоточившись на ощущении выброса — схожем с эякуляцией при оргазме, что есть, то есть — взбурлил свое внутреннее «озеро», пока оно не стало насыщенного, багрового цвета, и потом выбросил фонтан заряда, стремясь превратить двери в зал в несокрушимые.

Энергия хлынула потоком, ударила тараном, превращая двери в зал в раскаленную массу, словно процесс передачи сопровождался еще и нагревом. Можно было использовать и другие способы, но Сергей решил сразу поразить Грега.

Возможно, даже буквально.

— На пол! — донесся возглас Грега.

Раскаленную дверь сорвало с петель, бросило прямо на студентов, которые, впрочем, уже успели упасть и укрыться защитными чарами. Сам Грег метнул навстречу двери несколько заклинаний, но та прошибла их, даже не заметив, столько энергии Сергей вкачал в нее. Две батареи в кармане на спине, кажется, пошли трещинами и готовы были взорваться.

Левая рука Грега взметнулась металлической змеей, просто схватила дверь, словно настоящая змея цыпленка, и перенаправила полет в потолок, где немедленно вспыхнула какая-то магическая ловушка. Взвыли сирены, Сергей физически ощутил, как усилился поток энергии в ловушку, стремясь удержать заряженную дверь, не дать ей вырваться и взорваться.

— Как минимум оригинально, — оценил Грег. — Робски! Прореха в щитах! Дуэйн! Кто так закрывается? Не перенаправь я дверь, ты был бы уже мертв! Да вы все были бы мертвы, столько энергии глава Гарольд влил в эту несчастную дверь.

Сергей немного смутился. Ему всего-то хотелось наверняка выбить дверь и впечатлить Грега. О том, что там сразу за ней могут стоять студенты, он как-то и не подумал.

— Вот вам хороший урок, что бдительность должна быть постоянной! — рявкнул Грег. — А вы расслабились, повернулись к двери спинами и никто даже не посмотрел, откуда магией так разит! Еще бы, вы же в безопасной Академии, где вам сопельки подберут, жопы подотрут, да⁈

Студенты молчали, не спеша вылезать из защитных «коконов».

— Вот в такие моменты и гибнет большинство дурачков, уверившихся в собственной безопасности! Точно так же и на войне, — Грег переключился на новую лекцию, словно забыв о Сергее и выбитой двери, — чуть расслабился и ты труп! Даже там где вы лично сожгли все до горизонта, все равно небезопасно! Личные щиты должны быть активированы всегда! Постоянная бдительность! Где не можешь следить сам, поставь заклинание!

Сергей смотрел завороженно, вяло пытаясь вспомнить, кто кого учил — Альфред Гамильтон Грега или наоборот? Следование такому «пути бдительности» многое объясняло в той сцене в кабинете Гамильтона. Помимо его связи с Источником БАМ, еще и бдительность, непрерывная, постоянная бдительность.

Над этим стоило поразмыслить.

— Вот сейчас у нас открыт тыл! — Грег вернулся к теме двери и повернулся к Сергея. — Что надо делать в таких случаях? Что? Правильно! Прикрыть тыл, пока вас туда не поимел противник по самые гланды!

Сергей обратил внимание, что никто даже не думает смеяться. Да что там, он и сам уже сто раз пожалел о своем идиотском решении взломать замок. Подождал бы конца лекции, ничего бы не случилось!

— Кто сломал, тот пусть и чинит, — пробурчал какой-то толстячок.

— Узнаю лентяя Вилли, — обрадовался Грег, — даже с магией работать не хочет!

Он уже оказался рядом, треснул несколько раз ногой, но защитный кокон неведомого Вилли выдержал.

— Неплохо, — уже добродушнее произнес Грег, поворачиваясь спиной к Вилли и лицом к Сергею.

По лицу Вилли стекал пот, а рука дернулась, словно за палочкой, но замерла на половине пути.

— На войне, конечно, нет большей глупости, чем ждать, что тот, кто сломал твое укрытие, его же и починит, но мы к несчастью еще не на войне, — Грег уже стоял рядом с Сергей.

Сверху свалились две половинки двери, а подвывание сирен, наконец, затихло.

— Да вы и правда любимец Матери, глава Гарольд, — произнес Грег чуть ли не в лицо Сергею. — Столько энергии влить без заклинания, а вы даже не вспотели. Почините за десять секунд и считайте, что вы приняты.

Молчаливое заклинание и жест, половинки дверей помчались на место, благо вся вкачанная туда энергия уже была нейтрализована или рассеянна. Пока они летели, Сергей отправил молча вослед три заклинания. Магия преобразования: восстановление, укрепление, сращивание. И затем припечатал еще и сгустком энергии, добавляя артефактных свойств и распознавания Грега.

— Восемь секунд, — качнул головой Грег. — Неплохо для новичка. Считай, что ты принят.

Услышав эти слова, Сергей не сдержал легкой, облегченной улыбки.

Глава 5

— Добрый день, мисс Ворлок, — произнес Сергей нейтрально-дружелюбно.

Ничто не должно было выдавать их «особых» отношений (которые, как подозревал Сергей, никого особо не волновали), но внутри на мгновение взметнулась волна возбуждения. Эльза ответила бесстрастно.

— Добрый день, глава Гарольд.

Рядом с ней, словно слегка прячась за Эльзой, стоял невысокий юный маг, весь выбритый, начищенный, отглаженный и с рвением в глазах. Юный стажер, похоже, которому Эльза решила его передать, дабы не встречаться больше.

— Знакомьтесь, глава Гарольд, это Амос Броуди из рода Броуди, его прислала Анна Райтер.

Все сразу стало на свои места и Сергей еще раз пробежался оценивающим взором. Паренек согнулся в глубоком поклоне, а выпрямившись, сказал:

— Весь род Броуди состоит из меня и моего отца.

— Прежде чем мы перейдем к основному вопросу, мне надо будет кое-что объяснить и поэтому, глава Гарольд, если вы не возражаете, я хотела бы перенести нас всех в одно из специальных служебных помещений службы контроля.

— Не возражаю, — ответил Сергей.

Мгновение спустя они оказались в большом зале, без окон и дверей. Стояли столы и стулья, которые Эльза парой заклинаний превратила в кресла и низкие столики, а потом еще и призвала чая с конфетами.

— Амос стажируется у профессора Пимблтона, крупнейшего британского маговеда, специалиста по изучению общества магов, — сказала Ворлок.

Социолог на магический манер перевел для себя Сергей.

— Профессор и сам хотел приехать, — пояснил Амос, — но его присутствие выглядело бы чужеродно и нанесло бы ущерб вашему престижу, глава Гарольд.

— Чужеродно? — нахмурился Сергей. — Профессор в Академии?

— Видите ли, в чем дело, — обаятельно улыбнулся Амос, — чтобы подсказывать и наставлять, мне придется быть рядом с вами круглосуточно. Я сыграю роль вашего вассала и немного доверенного советника, вроде вашего брата, Барри Тука. Сам профессор Пимблтон тоже мог бы сыграть эту роль, несомненно, но он выделялся бы возрастом среди молодых представителей Священных Родов.

— Разумно, — признал Сергей.

Хотя, вопросы, где он взял нового вассала все равно будут. Но их, тут же сообразил Сергей, можно списать на Императора и сопутствующие дела.

— А служба контроля тогда?

— Круглосуточно, — повторила Эльза. — Вам нужно будет дать Амосу допуск в свой особняк, он будет навещать вместе с вами приемы в мэнорах других священных Родов, будет смотреть и слушать, подсказывать и наставлять.

— Понял, — отозвался Сергей.

Служба контроля попутно хочет засунуть своего шпиона в недоступную им среду? Вполне возможно.

— Разумеется, Амос принесет необходимые клятвы о неразглашении, а все имена и фамилии в будущей работе будут вычеркнуты или изменены. Вы можете пригласить специалистов со стороны Рода Чоппер для проверки и контроля.

— Я доверяю службе контроля Академии и лично вам, мисс Ворлок, — с легкой улыбкой ответил Сергей.

Да плевать, шпион он там или нет. Раскрывать «тайну Гамильтона» Сергей все равно пока не собирался, все остальное укладывалось в рабочие и учебные процессы. Увидит что-то у других Родов? Еще раз плевать! Пока он там выпустит свою работу, уже давно все решится.

Да и ниточку с Эльзой надо сохранить, надо, для будущей операции «монтирование образа».

— Тогда нам надо будет уладить много скучных формальностей и после этого Амос может сразу приступить к работе.

— Два месяца исследований, понимаю, — кивнул Сергей.

На самом деле меньше, полтора? Да, полтора месяца. Должно хватить, если разгон не ослабнет.

Когда все бумаги были подписаны, клятвы принесены, а служебные вопросы урегулированы, Эльза отослала Амоса на «оформление». Сергей не знал, записывается здесь все или нет, но зачем-то же она отослала Броуди?

— Мисс Ворлок, наше сотрудничество в прошлом было весьма плодотворным и приятным, — с самой дружелюбной улыбкой изрек он. — Льщу себе надеждой на его продолжение.

— Мне было приятно общаться с вами, глава Гарольд, — отозвалась Эльза сухо, — но хотелось бы как раз обратного. Ведь общение со мной и службой контроля будет означать, что вы снова что-то нарушили.

— Почему же, еще возможны моменты вроде сегодняшнего. Я привез недостроенного мабота и намерен доделать его, с помощью декана МакАлистер и потом мне обязательно потребуется разрешение на испытание.

— Я бы посоветовала вам, глава Гарольд, подавать заранее запросы в службу на разрешение. При соблюдении всех формальностей не будет никаких трудностей.

Понятно, подумал Сергей, решила отгородиться и сбежать. То ли эхо несостоявшихся смертей где-то отдалось, то ли сама себя испугалась, прорыва страсти и фетишей. Натравить на нее Барри? Брата жалко. Но зато он не попадает под запреты и клятвы, так как не студент Академии. Нет, наверняка и на этот счет есть уловка.

Один из уроков Гидеона всплыл в памяти и Сергей повеселел. Да, пусть отдаляется и закрывается, отлично, как раз на этом к ней и можно будет подъехать. Потом, когда он изучит образистику, придумает, доделает способы взлома. А если не доделает, то можно все оставить, как есть.

— Благодарю вас за совет, мисс Ворлок, я обязательно им воспользуюсь, — ответил Сергей, нарочито сухо.

И на том они и замолчали, а потом расстались.

Диски летели к особняку Чопперов на берегу озера.

— Амос, ты, я так понимаю, будешь изучать жизнь священных Родов изнутри, с моей помощью? — спросил Сергей.

Конечно, о таком и многом другом стоило бы спрашивать заранее, но если уж попросил Райтер найти специалиста, было бы глупо отвергать его с порога, не так ли? Заодно повод еще раз обратиться к Анне, возможно, нанести ей визит. Хотя нет, ее таким не пронять, она же правая рука Гамильтона, значит, повидала виды.

— Просто наблюдать, глава Гарольд, наблюдать и записывать, а уже потом, когда я вернусь к профессору, разложим все по полочкам, систематизируем и я сяду писать работу.

О чем там можно писать и чем маги Священных Родов отличаются от обычных, Сергей не представлял, так и не блистал он никогда в социологии, обществоведении и прочих подобных науках.

— И ты мне будешь говорить, как себя вести?

— Нет, глава Гарольд, — покачал головой Амос.

Первое впечатление схлынуло и Сергей видел, что ошибся с его возрастом. Не юный маг, не ровесник Сергея-Гарольда. Скорее лет двадцать пять, самое время закончить БАМ и пойти в аспирантуру. Наверное.

— Я буду давать вам советы, если скажете и описывать, как устроено общество магов, что им движет и куда оно движется. Знание принципов общества поможет вам понять, как действовать самому. Как именно действовать, решать вы будете уже сами. Зазубривать механически действия в той или иной ситуации нет смысла, да и не нужен для этого наставник.

Хотя учебник этикета не помешает выучить наизусть, подумал Сергей. Расширить познания, оставшиеся с лета.

— Мне пришлось вкратце ознакомиться с обстоятельствами вашей жизни, — слегка виноватым голосом сообщил Амос.

Тут можно было только отмахнуться. Еще дядя Альфард предупреждал, что все так и будет. Каждую секунду жизни изучат, запишут, рассмотрят, для будущих попыток повлиять. Изольда, неожиданно кольнуло изнутри. Да, ее любил Парри Тук, не Гарольд Чоппер, но какая разница? И она на землях Лагранжей.

Сообщение Дорсету о проведении спецоперации? А как же жены? Обязательства? Любить ее за Парри или уповать, что тот растворится в их котле из трех людей в одном теле?

— Сразу что-то посоветуешь? — спросил Сергей.

— Да, — ответил Амос. — Вы правильно сделали, что не стали устраивать пышный приём по поводу событий Хэллоуина.

Просто возиться не хотелось и познаний не хватало.

— Маги в этом отношении не слишком отличаются от простаков, не любят тех, кто хвастается будущими успехами, — пояснил Амос.

— А еще маги, по крайней мере, Священных Родов, считают простаков кем-то вроде говорящих обезьянок, а сравнение с ними почитают за оскорбление.

Самого Сергея царапали эти «простаки», но указывать на то Амосу не стал.

— С учетом вашего прошлого, вы просто никак не могли и не можете разделять этот взгляд, — ответил Амос.

Твердо, уверенно, без подобострастия, это Сергею понравилось. Если наставник будет прогибаться под него, то толку с такого обучения не будет.

— И это, надо заметить, тоже очень хорошо. Вы не кинулись бездумно подражать и копировать, уподобляясь тем самым обезьянкам, а уверенно и гордо шествуете по собственному пути. Не скрываете своего прошлого, но и не считаете его чем-то оскорбительным или постыдным. Не стали устраивать приём, но готовитесь к балу у Императора.

— Это хорошо?

— Это хорошо, — подтвердил Амос. — Это ваш образ в обществе. Помимо общепринятых норм, у магов, находящихся на вершинах, у каждого есть свой образ. Вы уже очертили контуры своего и в будущем вам будет легче ему следовать, не надо будет себя принуждать и вести искусственно. Вообще, подражание…

Но лекцию Амосу пришлось прервать, так как они прибыли к особняку Чопперов. Сергей внес его в охранную систему, дал допуски, но не везде. Амос — шпион? Пусть будет так. Образистикой, значит, надо будет заниматься в мастерской и учебном зале, там советы Броуди не потребуются, за отсутствием общества.

Пока он возился с системами, прибыла Нинон.

— Уже? — мимолетно удивился Сергей.

Насыщенный день, столько дел, но все равно график надо будет еще и еще уплотнить, подумал он. Навестить Макферсон за разрешением и браться за диплом. Составить график по учебникам третьего курса. Молния и МакАлистер. Разместить в общей мастерской, но поставить особые контуры, это еще работы. Сборная и тренировки, Оллин расписал программу, Олимпийским играм впору. Разгон и прочие процедуры.

— Давай по-быстрому. Саманта, это Амос Броуди, мой новый вассал, оттуда, — он указал взглядом в потолок. — Помоги ему разместиться.

По-хорошему стоило бы совместить Нинон и лекцию Амоса, но до таких высот бесстыдства Сергей еще не дошел. Хорошо, хоть затраты времени на «снятие гормонального напряжения» теперь должны были упасть.

Нинон поднялась с колен, отпуская грудь, которая качнулась вниз и тут же устремилась вверх.

— Жаль, — изрекла она томно, облизывая губы.

— Эту часть, кстати, тоже нужно описать в дипломе, — сказал Сергей, слезая со стола и натягивая трусы.

Нинон не спешила тянуться за лифчиком и прочей одеждой, стояла во всей своей обнаженной красоте, оттененной кружевными трусиками и чулками. Увы, все приедается и зрелище, раньше «сносившее башню» Сергею, теперь вызывало только легкое привычное возбуждение.

— Бедные будущие главы, — притворно опечалилась Нинон.

— Ну да, бедные, — саркастично отозвался Сергей.

— Так посторонних не допустят, это вы один такой оригинал, — ответила Нинон, наклоняясь за одеждой.

Вот тут у Сергея слегка зачесались руки, но он сдержался. Пускай гормоны и успокоились, но общий потенциал его оставался таким, что обычный секс был просто прямо заказан. До заключения магических браков, конечно.

— А чем сильнее маг или магесса, тем они, как правило, красивее, — продолжила объяснять Нинон, выпрямляясь и начиная одеваться. — Да и не даст таким процедура ничего, не у всех же есть ваш потенциал. Стало быть, ублажать будущих глав будут слабенькие и страшные, кому ядро раскачивать надо будет.

«Значит, баба не урод», неожиданно вспомнилась Сергею окончание пошлого присловья из прошлой жизни. Нинон была права, конечно, но в состоянии затуманенности гормонами, внешность значения не имела. Да и всегда можно было развернуть «усиляемую» к себе спиной или прикрыть глаза или еще что.

— В том состоянии это значения иметь не будет, — заверил он Нинон. — Да и в жены потом набиваться не будут.

Тут до него дошло, что раз посторонних не допустят, то, скорее всего, заниматься ублажением будут родственницы, и он молчаливо сплюнул. Потом добавил вслух.

— Плевать, короче. Нам бы свою часть сделать.

— Как скажете, — не стала спорить Нинон. — Ваш разгон вышел на стабильное плато, организм у вас тоже стабилизировался и его больше не лихорадит. Говорить о стабильности ядра еще рано, так как разгон, собственно, продолжается, но сейчас я порекомендовала бы, до конца года, оставить все именно так и понаблюдать.

— Можно разогнать еще сильнее?

— Можно, — не стала юлить Нинон, — я только за.

И снова облизнула губы. Вот кого стоило бы брать третьей женой, вяло подумал Сергей. Или в наложницы и любимые фаворитки. Но потом.

— Но это опять будет нестабильность, потребуются корректировки, возможны выбросы, возможен срыв разгона, так как мы углубились в неизведанную и неизученную пока еще область.

А срыв разгона — это гарантия срыва всех планов, перевел для себя Сергей.

— Ладно, до Рождества оставим все, как есть, не хватало еще другие дела сорвать, — проворчал Сергей. — Оделась? Давай остальные процедуры и пойдем, познакомлю тебя и остальных с Амосом Броуди, если Саманта его не съела.

Глава 6

— Ты же вроде говорил, что мне надо следовать своему пути, — тихо сказал Сергей.

— Именно так, — подтвердил Амос. — История с вассалом, с намеком, что я навязан вам сверху, от Императора, нужна для магов других священных Родов. Если прямо сказать, что вы будете учиться, дабы вжиться в общество, то внимание качнется в сторону вашего прошлого. Если прямо сказать, что я буду наблюдать за ними, то они оскорбятся. А так история вполне укладывается в рамки вашей будущей помолвки и особого внимания императора, так что никто и ухом не поведет. Правда, теперь вас меньше будут осаждать красивые девушки и парни, вы уж извините.

— Извините⁈ — воскликнул Сергей в избытке чувств. — Да это ж просто замечательно!

Во взгляде Амоса он прочитал, что тот не отказался бы занять место Сергея в этом вопросе. Чтобы его осаждали охотницы за рукой, сердцем и прочими органами в придачу к магическому браку.

Как раз появились О’Дизли шумной рыжей толпой и огромный зал как-то сразу стал ярче и меньше. Сергей обвел взглядом собравшихся, свою недокоманду, связанную теперь с ним не только общими интересами, но и клятвами личного служения. Шестеро рыжих братьев О’Дизли и их сестра Джил, с задатками пилота мабота и желанием стать принцессой. Как-то вот так попал удачно Сергей, в свой единственный год в Академии, когда весь их семейный клан тут собрался.

Гертруда Гефахрер, новая кровь и любительница знаний, «продавшаяся» Гарольду Чопперу за разгон. Скорее всего, на это закрыли глаза из-за особого статуса самого Сергея, а так вербовка вассалов с первого курса не поощрялась. Делать вид, что это его такой особый курс и стиль поведения, как предлагал Амос? Проще всего не заострять внимание.

Дэбби Уоррен, со слабым даром пророчеств и предвидения опасностей, связанная с Гарольдом незримой нитью, как он имел глупость разбудить ее дар при помощи родового источника. А до этого еще и спас от охоты, которую возглавлял Дункан Малькольм. Ну, Дункан вроде приложил усилия, чтобы понравиться Дэбби, так что с этой стороны все тоже вроде бы было в порядке.

Саманта Чоппер, двоюродная сестра и наставница, ну с этой и так все было ясно, как и с Барри Туком, братом и телохранителем. Избыток магесс с успехом компенсировали братья О’Дизли. В вопросах магической мощи и знаний, команда пока еще была так себе, тут предстояло работать и работать.

Но все же — личные, преданные именно ему, Гарольду Чопперу, маги.

Нинон, конечно, не давала вассальной клятвы, но знакомство с ней было гораздо более глубоким и интимным, чем со всей остальной командой, вместе взятой. Тоже, в каком-то смысле, свой человек.

— Это Амос Броуди, мой новый вассал и немного советник.

Он хотел сказать «не спешите возмущаться», но никто и не спешил. Все разглядывали Амоса, все, кроме Саманты, которая уже познакомилась с ним.

— Он будет рядом со мной, практически всегда, минимум до Рождества, — Сергей чуть выделил это слово голосом, намекая, откуда дует ветер, — но, возможно и дольше. Это ничего не меняет, все остается как раньше, только рядом со мной будет еще и Амос. Если у вас будут какие-то личные разговоры или связанные с родовыми тайнами, то говорите об этом прямо, не надо играться в намеки, ясно?

Нестройный хор голосов сообщил, что им все понятно и они все исполнят в точности. Сергей же подумал, что слово «всегда» можно трактовать очень широко, вплоть до присутствия в душе и в туалете. Но какая разница? Главное, что сообщил, чтобы команда не устраивала интриг и не пыталась подсидеть Амоса и без того забот будет выше крыши.

— Это первый повод для собрания, плавно перетекающий во второй. До Рождества я буду очень серьезно занят. Настолько серьезно, что другим проектам придется серьезно подвинуться.

Тренировки и магию заменить на приёмы и болтовню. Казалось бы, пустая трата времени, ан нет.

— В качестве компенсации у нас тут чаще будут проходить разные мероприятия.

Наверное. Самому Сергею представлялась только одна разновидность мероприятий: собраться, выпить и поболтать, может, потанцевать, да пообжиматься в других комнатах. Но наверняка общественная активность не ограничивалась только этими занятиями, не так ли?

— Поэтому, — он пошел взглядом по собравшимся, — все могут просто продолжать учебу и занятия дипломом, как и раньше! Саманта — на тебе мероприятия и приёмы, а также приглашения в особняки других Родов. Не надо закатывать глаза, можешь сама туда не ходить.

Удивительно, а вроде казалась такой жадной до удовольствий.

— Да не в этом дело, братец, — искривила губы Саманта. — Только все смирились, что ты засел в особняке, как магический рак-отшельник, перестали присылать приглашения, а ты раз и вылез из своей норки! Теперь снова будет суета и беготня, подарки и знаки внимания, а также подкаты.

Лицо ее приняло мечтательное выражение. Похоже, взятки за «приглашения Гарольда» она собиралась брать двумя руками, не брезгуя ничем. Впору было начинать беспокоиться о дипломе, сумеет ли Саманта его написать, в этом вихре удовольствий?

— Да много чего будет, — оборвала она сама себя.

— Джил, — перевел взгляд дальше Сергей, — с тобой у нас будут тренировки, в маботах. Оллин Вульф верит моим похвалам, но я тут сам переосмыслил многое на тренировке со сборной Академии и скажу, ты не тянешь.

Не успела рыжая Джил побледнеть, как Сергей беспощадно добавил:

— Я не тяну. А должен. Так что будем тренироваться до изнеможения, помимо занятий со сборной.

А так как времени нехватка, ее придется компенсировать интенсивностью. Как это сделать, Сергей еще не знал, но знал, у кого можно спросить.

— Благодарю вас, милорд, — наклонила голову Джил.

С Гефахрер и так все было ясно, образистику Сергей упоминать не стал. Даже в Чоппер-мэноре не стоило ее упоминать и поручать Гертруде сбор книг, но что поделать?

— Возможно, разгон для нее? — повернулся он к Нинон.

Та лишь покачала головой, как всегда «не все маги вы, глава Гарольд».

— Я бы порекомендовала заняться им летом, без интенсивных тренировок, в покое, неге и наслаждении, — задумчиво-томно изрекла Нинон, глядя на Джил. — Так ее потенциал раскроется шире, мощнее.

— Хорошо, отложим до лета.

С Дэбби тоже все было ясно, разве что чаще на приемы брать, с Дунканом сталкивать. Как все просто, радостно подумал Сергей, чих-пых и все взяли под козырек и занялись делами. Не то, чтобы у него сразу высвободилась уйма времени, нет, но что-то отыграть получилось. Выходные тоже в дело, бордели — нахрен, выпивку, кроме раутов, тоже нахрен, для разгрузки есть Нинон.

Неясно только было, выдержит ли он такой режим «робота-зомби» или сломается? Можно было представить, что снова сессия на носу, но там кратковременный рывок, а тут требовалось пахать до конца учебного года. Оставалось только радоваться, что обычная учеба, лекции, семинары и домашние задания отсутствовали. С ними Сергей как раз бы шесть лет тут и просидел, мхом покрылся, да сдох бы от скуки.

— По этой же причине я пока не планирую набирать новых вассалов, — добавил Сергей.

Разве что из других Священных Родов, но лучше бы такого не думать даже в шутку. Успеется еще, с личными вассалами. Этих бы до конца спаять да закалить, уже было бы что-то.

— Разумеется, если у вас какое-то горящее неотложное дело, смело обращайтесь, не забывайте, что личный вассалитет действует в обе стороны, — напомнил Сергей. — Сомневаетесь, спросите у Саманты, она опытный маг и тоже Чоппер.

Саманта расплылась в улыбке, но тут же поджала губы. Все же магических и обычных слуг здорово не хватало, а завоз их был сейчас невозможен. Только на следующий год, тогда как Сергей планировал все закончить до того времени. Амбициозно, дерзко, до развязывания пупков, но что поделать — с таким противником, как Гамильтон, иначе никак не выходило.

Либо тратить на него всю жизнь, десятки лет, с примерно тем же результатом.

Интересно, внезапно подумал Сергей, а что будет, если Гамильтон просто сам умрет? Ну вот, возраст, от старости там сердечко прихватило или в бою его кто прихлопнет, реакции дедушке не хватит. Что тогда? Будет ли считаться контракт выполненным или нет? Тут, пожалуй, следовало вопросить Мать-Магию. О многом следовало бы ее вопросить, включая такой момент — почему не послала она знамение, дескать, убей Гамильтона — спаси Британию? Она не могла убивать напрямую, только засылать свои аватары? Ну и пусть! Знамения же можно отправлять? Посылочки там, светящиеся надписи и все такое.

— На этом все, занимайтесь своими делами, — сказал Сергей.

Пошел к себе, Амос и Барри последовали за ним. Кто-то сказал бы, что стоит отправиться в огромный собор за зданиями факультетов, но Сергей отлично знал, что Мать-Магия может явиться в любом месте. Хоть на Источнике, хоть в соборе, хоть посреди степи. Чего он не знал, так это того, стоит ли к ней взывать с подобным вопросом? Кажется, богиня просила не дергать ее по мелочам.

— Какова роль магликанской церкви в обществе магов? — спросил Сергей у новоявленного наставника.

Коридоры были все так же пусты и запылены. То ли строители были оптимисты, то ли при возведении решили сразу заложить всё с запасом на вообще любую ситуацию.

Или, подумал Сергей, с расчетом на то, что тут будут обороняться.

— Она является одним из стержней, скрепляющих общество, — ответил Амос. — Разве вы не ходили в церковь, когда жили у Туков?

— Ходили, — первым ответил Барри.

Сергей медлил, застигнутый волной воспоминаний. Не своих, конечно, Парри. Христос, оторвавший одну руку от креста и потрясающий ею, словно грозя палачам. В руке зажата палочка. Вместо отца-духа Мать-Магия, собственно физическая и одновременно с этим виртуальная мать Христа-мага. Молитвы. Жертвоприношения. Кровь в чашках, не тело господне, а настоящая кровь.

— Я, возможно, не совсем верно выразился, — медленно произнес Сергей.

О чем спросить? Насколько среднестатистический маг верит в Мать-Магию? Глупо, ведь и так ясно, что глубоко верит. Как произошла трансформация? Тоже глупо. Пускай Сергей и не блистал обширными историческими и религиозными познаниями, но даже имеющегося хватало, чтобы понять: маги взяли христианство, слегка модифицировали и создали собственную церковь. А уж англиканская там церковь была, католичество или православие — разница в мелких деталях.

— А о чем тогда, милорд? — поинтересовался Амос.

— Да мне бы самому понять. Мы ходили в церковь, да. Люди и маги верят в Мать-Магию, хорошо. Церковники же тоже маги?

— Под крылом императора, да, — кивнул Амос. — Поэтому среди них обычно мало магов священных Родов.

Они разговаривали, стоя посреди коридора, и Сергей подумал, что стоило бы организовать вопросы и ответы Амоса просто как часть занятий.

— Но почему сейчас я не вижу вокруг религиозного рвения?

— Потому что вы в Академии и окружены в основном молодежью из Священных Родов. Обычные маги и новая кровь ходят в церковь, но вы нет и поэтому не видите их, — пояснил Амос. — К тому же среди молодежи Священных Родов в последнее время модно показное неверие. Мол, мы дети Матери и потому творим, что хотим, а если что не так, она лично нам скажет.

— А она говорит? — чуть оживился Сергей.

— Изредка и обычно только со своими любимцами. Боги простаков вообще не отвечали, но это не мешало простакам им молиться. То есть, если мы берем веру в Мать-Магию, то она не равна церкви имени ее, — оживился Амос, начиная погружаться в объяснения.

Сергей уже пожалел, что спросил, ибо и сам не мог сформулировать внятно, чего же хотел. И еще понял, что не стоит справить Мать-Магию, лучше отложить на тот момент, если вдруг Гамильтон сляжет. А до того ломиться к поставленной цели, как и было запланировано.

— Хорошо, — устало вздохнул Сергей. — Вот с меня спали печати, поставленные Гамильтоном, и теперь я больше не хожу в церковь и все такое прочее, так как не ощущаю в этом нужды. Как на это посмотрит общество?

— Будь вы обычным магом, милорд, это уже был бы повод заподозрить вас в измене, предательстве, желании восстать против Матери-Магии или причинить ей зло.

— А ректор Гамильтон верит в Мать-Магию?

— Конечно! Регулярно появляется на службах и…

Чтобы его не заподозрили, сообразил Сергей.

— А Владыка Смерти?

— Н-не знаю, — растерялся Амос. — Наверное, верит. Хотя он и его ближайшие соратники отлучены от церкви. Но как я уже говорил, личная вера не равна церкви, да и сам он всегда может замаскироваться и посетить службу или еще что, вам, наверное, лучше обратиться в имперскую безопасность.

— Так что там со мной?

— О, как я уже сказал, если бы вы были обычным магом! Но вы необычный и отсутствие желания сходить в церковь и помолиться объясняется легко и просто.

— Да?

— Да, милорд. Вы же — любимец Матери-Магии, она и так вас слышит круглосуточно!

Сергей сделал задумчивое лицо, а потом просто мысленно махнул рукой. Не надо насиловать себя и ходить в церковь? Ну и отлично!

Глава 7

Моника Макферсон, высокая, тощая, старая, смотрела на Гарольда сквозь толстые линзы очков так, словно с ней заговорил один из предметов, над которыми она ставила эксперименты.

— Магия Превращения не терпит отступлений от правил, — слегка скрипучим, раздражающим голосом заявила она. — Вы выбрали мой предмет — прекрасно, но вы должны будете следовать правилам!

— А правила гласят, что нельзя выбирать тему диплома, пока ты не сдал экзамены за пять курсов, — подхватил Сергей почти веселым голосом. — Но для Глав Священных Родов в правилах сделано исключение, в том же разделе, подпункты 23 и 24.

Моника еще раз посмотрела на него сверху вниз и замерла, словно мысленно связываясь с кем-то. Сам Сергей не помнил наизусть устава Академии и всех этих подпунктов, так как не видел в том особой нужды. Надо будет — выучит или посмотрит в исходниках.

— И остальные три декана уже дали свое согласие, — добавил Сергей.

Моника еле слышно фыркнула, затем спросила:

— Профессор Пуатье тоже дал согласие?

Похоже, даже в мыслях она не называла его Одноглазым. Ходили слухи, что Скрипучая Превращалка влюблена в Грега, но доказательств так никто представить и не смог.

— Да, он даже принял меня в ученики, — любезно отозвался Сергей.

В голове немедленно промелькнула сцена знакомства и прихода к Грегу, ненужный взрыв двери и последующий разговор с ним. В общем, можно было и не выпендриваться, Грег и так взял бы его. Не только из-за просьбы Гамильтона, но и из желания «поработать с любимцем Матери-Магии и вылепить из него боевика», как заявил сам Грег. Остальным занятиям пришлось еще подвинуться, потому что Грег даже слушать ничего не стал, сунул в руки расписание практических уроков, заявив, мол, теорию Гарольд пусть сам учит, а Грег проверит в ходе боев.

Опять и снова — возможность, которую нельзя было упускать, но ради которой теперь предстояло рвать себе жилы и тратить время, в ущерб остальным делам.

— Чем магия превращений отличается от артефакторики?

— Магия превращений изменяет физическую и химическую структуру объекта, тогда как артефакторика, оставляя объект неизменным, добавляет в него различные волшебные свойства, которые могут быть использованы тем, кто берет в руки данный объект, — ответил Сергей.

Тогда как зачарование объекта добавляло в него заклинания, но не давало возможности их использовать посторонним. Тонковатая грань, по мнению Сергея, но устраивать дебаты и ниспровергать основы магических наук он уж точно не собирался.

— Можно ли превратить неживое в живое?

— Да, но это уже высшие ступени магии превращений, так как при этом требуется не просто преобразовать неживую материю в живую, но еще и снабдить ее всеми функциями живого организма, не ошибившись в них, иначе превращенное создание умрет на месте. Сложнее этого только превращение неживой материи в магический организм.

И еще бывало, этим процессом пользовались для создания нежити, пока не поняли, что все выходит слишком ненадежно и затратно. Гораздо проще было магическим зарядом вдохнуть имитацию жизни в труп, заставив его что-то там делать, если так уж требовалось. В настоящее время некромантия находилась в упадке, а предпочтение отдавалось использованию големов и сложных артефактных конструкций, программируемых на определенные действия.

— Почему превращениями нельзя исцелять?

— Можно, — ответил Сергей, который слышал об этом как-то от Нинон, — причем практически чем угодно, достаточно точно преобразовать прикладываемый предмет в часть исцеляемого организма. Парадокс здесь заключается в том, что для подобного преобразования необходимо знать основы строения организмов и разбираться в целительской магии, заклинаниями которой можно провести исцеление быстрее и надежнее. Поэтому магия превращений используется только в самых тяжелых случаях, при поражениях организмов проклятиями и так называемой «черной магией» и чаще всего подобные попытки заканчиваются смертью.

В теории все было верно, просто и понятно: вот часть организма, она поражена проклятием, преобразуем и убираем. На практике преобразование живого магического в неживое убивало организм, как правило. Все известные случаи исцеления сводились к тому, что проклятие было не слишком сильным, поражена была маленькая часть организма, и ее просто принудительно преобразовывали, вырывали или уничтожали и потом долго залечивали созданную дырку.

Преобразовать только магию проклятия в нечто безвредное, не тронув остального организма, еще пока никому не удалось. Хотя опыты в этом направлении велись и со слов Нинон у Сергея осталось впечатление чего-то знакомого, напоминающего борьбу с раком в родном мире. Химиотерапия, облучение, облысение, никакой гарантии результатов и прочее. Неудивительно, что многие маги, словившие проклятия на войне, предпочитали не связываться с таким лечением — к тому же еще и весьма дорогостоящим.

— Ладно, основами теории вы владеете, — неохотно признала Макферсон. — Знаете ли вы заклинания магии превращения?

— Разумеется, — улыбнулся Сергей, — ведь теория без практики мертва.

Макферсон чуть поджала губы, услышав свое любимое высказывание. Возможно, она подхватила его у Одноглазого Грега.

— Допустим, вам надо перенести этот стол, — указала она.

Сергей немедленно выпрямил пальцы, словно показывал руками параллельные прямые и пробормотал

— Хури теепу — каата! — превращая стол в симпатичную тележку.

Воображение чуть подвело и получилась не тележка даже, а нечто вроде сервировочного столика, но какая разница? Взял и покатил одной рукой, легко и просто.

— Без палочки? — редкие, слегка седые брови Моники приподнялись на «одну линию».

— Да все как-то так и не взялся их осваивать, — смутился Сергей, даже рукой потянулся почесать в затылке.

Ну, что за волшебный мир без волшебных палочек, правда? Они даже были у Сергея, в пространственных карманах, но как-то вот каждый раз выходило, что проще пальцем ткнуть, чем за палочкой лезть.

— Постойте, постойте, — нахмурилась Макферсон, — кажется, я слышала о вас. Гарольд Чоппер, да-да, глава рода Чоппер и любимец Матери-Магии?

— Да, это я, — со скромным видом признался Сергей.

В экзаменационных комиссиях за первые два курса Макферсон, кстати, не было. Возможно, она, как и Грег, не считала нужным снисходить до таких мелочей. Тут скорее стоило бы удивиться, что она вообще слышала о Гарольде Чоппере.

Макферсон же снова начала разглядывать Сергея, только в этот раз оттенок ее внимания был иным. Словно она увидела нечто новое из любимой магии превращений, новое, не изученное и способное принести ей Нобелевскую премию. В этом мире она тоже была, мутировав в премию Гамильтона-Хофманна, за выдающийся вклад в магию, в различных областях.

— Очень интересно, — задумчиво изрекла Макферсон. — И вы взяли одной специализаций магию превращений?

— Именно так.

— Очень интересно. Целительство, боевая магия, маботостроение и превращения. Скажите, Гарольд, вам не кажется, что вы разбрасываетесь?

— Нет, не кажется. Магия мне дается легко, а эти области нужны для диплома.

— Диплома, — опять повторила Макферсон. — А потом вы не думали специализироваться в магии превращений? Вы могли бы поднять алфизику на невиданную высоту.

— Мог бы, — без ложной скромности ответил Сергей, — но скорее всего мне придется заниматься другими делами, не связанными с учебой.

Править кланом, а потом и Империей, совершать подвиги, добывать жён. Гамильтона вот убивать, опять же.

— Это неправильно, — нахмурилась Моника. — Ваш потенциал огромен, его надо употребить на благое дело.

Конечно, вздохнул мысленно Сергей, как я сразу не сообразил? Целители получили исследование разгона, МакАлистер — работника с маботами и возможность покопаться в «Молнии» и «Чайке». Грег — куклу для битья и будущего «лучшего боевика Империи», то есть своего преемника (на этот счет у Сергея были сомнения, но он благоразумно не стал их высказывать вслух).

— К сожалению, я не могу уделить вам все свое время, но чем смогу — помогу.

Макферсон задумалась, а Сергей подумал о стоящем неподалеку Амосе и его очередной лекции о магическом сообществе и исследователях. Общая «травма» двух сотен лет в укрытиях и осознания того, что они едва не уступили все простакам, до сих пор не прошла и продолжала влиять на магический социум. Исследования новых направлений, развитие старых, изъятие лучших, самых перспективных наук у простаков и скрещивание их с магией. Потому что все становится лучше с магией, даже наука.

Соответственно, фанатичные исследователи, вроде Макферсон, воспринимались обществом как подвижники и герои, те, кто спасает всех. Неявно, конечно, но настроения эти были весьма ощутимы. То, что Гамильтон возглавлял именно Академию, крупнейший центр магической науки, только добавляло таким настроениям веса. Имелись, разумеется, и центры исследований Императора, клановые или просто спонсируемые крупными городами, но Академию, по понятным причинам, никто из них переплюнуть не мог.

Соответственно, подпитываемые такой поддержкой, люди вроде Макферсон еще фанатичнее кидались на исследования своей магии и открытие в ней новых горизонтов, считали донесение этих знаний до других магов практически священной миссией, одобренной Мать-Магией. И общество их в этом поддерживало. Так что ссориться с ней Сергею было не с руки, а вот если поддержать и внести вклад в науку — вышло бы очень почетно и хорошо.

— Тяжело выбрать, — неожиданно призналась Моника. — Столько направлений, где помощь любимца Матери была бы просто неоценима.

— А давайте я займусь, под вашим чутким руководством, конечно, как раз темой исцеления проклятий через превращения? — предложил Сергей. — Оно и с целительством смыкается и для диплома мне тоже будет полезно, с перспективой на автоматизацию лечения.

Встраивание в маботов медицинских модулей. Такое и сейчас кое-где практиковалось, но редко и мало. Сложные модули съедали полезный объем, требовали защиты и, если уж доходило до них дело, то это, как правило, означало потерю и пробитие капсулы. Шприцы и зелья, в карманах на теле пилота или бронеячейке в спинке кресла были надежнее.

— Очень разумная идея, — одобрила Макферсон.

Затем она подписала нужные бумаги и они расстались, внешне довольные друг другом. Правда, когда Сергей вернулся в особняк Чопперов, улыбка сползла с его лица, сменившись гримасой.

— Должен заметить, — тут же вступил Амос с очередной лекцией, — никакого общественного требования учиться с такой скоростью нет. К Главам Родов предъявляют повышенные требования, это есть и они сами зачастую поступают так же, как вы, рвут жилы добровольно, но именно общественные ожидания в этом вопросе весьма расплывчаты.

— Спасибо, — проворчал Сергей из кресла.

В обществе еще отсутствовал запрос на убийство Гамильтона, так что не во всем стоило ориентироваться на социум. Эх, взорвать бы к хренам всю Академию! И тут же мозг дорисовал последствия такого взрыва, в совокупности с тем, что Сергею предстояло стать Императором. Резкое ослабление, потеря престижа, потеря страха перед Британской Империей, не говоря уже о том, что подобный взрыв легко мог отодвинуть вдаль само становление императором.

Возможно, взорвать уже после того, как он вступит во власть? Но если он будет императором, к чему взрывать Академию? Не-е-е-ет, тогда он просто прикажет арестовать Гамильтона и дело с концом.

— Все же стоило бы разделить Академию и магонаучный центр, — проворчал он под нос.

— Во-первых, это традиция, а в магическом обществе очень почитают традиции, — тут же заговорил Амос, решив, что обращаются к нему, — но при этом стараются не пренебрегать новым и идти вперед, чтобы не застыть на месте, как это чуть не случилось перед Освобождением.

Дуализм магов, да-да, чуть раздраженно подумал Сергей.

— Во-вторых, исследования сразу воплощаются на практике, преподаются студентам и проверяются ими на прочность и усвояемость, и в-третьих, все это защищается из одного Источника.

Точно, подумал Сергей, про Источники я и забыл. Все уже давно поделено и разобрано, а вынеси отдельно исследовательский центр, так его защищать надо будет, откуда-то брать мощный Источник. Пожертвовать один из императорского фонда, попутно ослабив Гамильтона? Опять же, если до такого дело дойдет, к чему интриги, один приказ и Гамильтон будет арестован.

Потом мысли Сергея перетекли к традициям и ожиданиям в свете сказанного Амосом. Получалось, что популярность соревнований маботов, от простейших до Турнира Академий, тоже была связана с «родовой травмой» Освобождения. Желание не отдавать власть простакам, с одной стороны, и маботы, как квинтэссенция боевой мощи магов, с другой стороны.

То есть Турнир и Сборную бросать было ну никак нельзя.

— Ты молодец, Амос, — искренне произнес Сергей, поднимаясь. — Занимайся своими записями и оформлением, а у меня тренировка со Сборной.

— Возможно, мне нужно сопровождать вас?

— Возможно, но Оллин точно будет против, — искривил губы Сергей.

Или попробует запихать Броуди в мабота, у того ничего не выйдет, и Вульф долго будет разоряться, что нечего дескать тащить всех попало, даже если ты хоть сто раз любимец Магии. Поэтому Сергей даже Джил О’Дизли на тренировки Сборной не рискнул привести. Хотя, мнение Амоса о социуме сборной, особенно в разрезе необходимости уживаться рядом куче кровников из Священных Родов, было бы очень любопытно и интересно.

Его лекции и замечания и правда помогали Сергею лучше понять, что происходит вокруг, что стоит за теми или иными событиями и разговорами. Возможно, в один прекрасный день они даже помогут вжиться до конца и полностью сойти за своего.

Глава 8

Сергей медленно застегивал рубашку, Саманта водила палочкой по ногтям, то ли подпиливая их, то ли накрашивая.

— Это обязательно? — спросил он, глядя на какую-то вычурную мантию с фитюльками.

— Ага, и подарок тоже, — небрежно отозвалась Саманта, не поднимая взгляда. — Ты ж к будущей жене идешь, а не в лес зайцев пострелять. Пускай до помолвки еще рано, негоже вперед Императора забегать, но положено так.

Традиции, понимающе подумал Сергей, вспомнив лекции Амоса. Сам Броуди разве что из штанов не выпрыгивал, спеша попасть на свой первый приём в особняке священного Рода. Точнее говоря, в особняке Малькольмов, где Гарольду предстояло уединиться с Бетти под пристальным присмотром Дункана. Не для секса, конечно, а потому что так положено. Помолвки и свадьбы — все-все только после Кристины Фейн.

— Жалеешь, что не взял Палмер? — неожиданно спросила Саманта.

— Немного, — честно ответил Сергей, разглядывая себя в зеркало.

Парри Тук, признаться честно, смотрелся лучше, чем Сергей Распопов. Он был моложе, увереннее в себе, красивее и мускулистее. Хотя ладно красота, со всеми этими зелеными глазами, была частью облика Гарольда Чоппера. Но неважно, главное, что результат нравился самому Сергею.

— Так бери ее третьей женой. Или четвертой. Твоего потенциала хватит на дюжину и еще останется.

— Дядя Альфард объяснял мне, что не выйдет ничего.

— Дядя Альфард частенько ерунду несет, уж извини, путая интересы клана и собственные выдумки!

Сергей не ответил, но объяснение дяди вспомнил. Если бы Гарольд сразу сошелся с Лорой, еще на том приеме летом, проблем бы не возникло — возможно, даже внучка Императора пошла бы второй женой или было бы две первых, неважно.

— Сама ерунды не неси. Не будут Палмеры столько ждать, пока я к ним приду такой красивый пару лет спустя.

— Не будут, ну и что? Уморит пару мужей да к тебе метнется четвертой женой, — пожала плечами Саманта.

Любимой младшей женой, содрогнулся от волны вожделения и надежды Сергей.

— Почему четвертой? — спросил он.

— Потому что две уже есть, а еще одну дядя тебе сосватает. Из тех же Фармеров, раз уж они клан номер один в рейтинге, благодаря поддержке Императора.

— А они согласятся?

— Почему бы и нет? Ну да, ты будешь поддерживать Чопперов, но если жена у тебя будет из Фармеров, клану и Роду только поддержка. Моментально они своих позиций не сдадут, будут бултыхаться на первых позициях. Ну же, братец, не тупи! Дядя хотел тебя выгодно продать летом, а ты уперся и соскочил! Теперь все то же самое, только продавать тебя будут третьей жене! Не самая почетная позиция, но раз ты любимец Матери и ездил к Императору, то с таких позиций тебя можно продать любому Роду! Даже какому-нибудь заграничному!

— Французскому, — съязвил Сергей.

А в случае войны вышло бы сплошное «о-ля-ля!»

— В мире хватает сильных «игроков», помимо наших трех сверхдержав, так что зря ты так. И, кстати, взял бы и позвонил дяде, да стукнул палочкой, с вопросом, ты глава Рода или где?

— Звонки и зеркалосвязь идут через артефакты Академии, а значит, возможна утечка данных.

— При клятвах персонала Академии?

Сергей аж отвернулся от зеркала и посмотрел на сестру внимательно, дескать, эти клятвы только ленивый еще не обходил!

— Так вот и дождешься, что выберут тебе третью жену. А ты сам кого бы выбрал? Ну, не считая Палмер?

— Юлию Лонгхэд, — подумав, ответил Сергей.

Саманта посмотрела с интересом, Амос что-то быстро записывал. Еще, кстати, один фактор против звонков — присутствие Броуди. На самом деле, конечно, истинная причина заключалась в том, что говорить с дядей Альфардом было тупо не о чем. Лоры Палмер не будет, а третья жена… да не плевать ли, кто? Тут еще первыми двумя не успел обзавестись и непонятно, какой характер будет у той Кристины.

— Объяснишь? Или это назло дяде, вместо жены из Фармеров, клана номер один, взять жену из клана номер пятьдесят?

— Император не даст их уничтожить, рано или поздно Лонгхэды поднимутся обратно. Лучше вложиться сейчас по минимуму и получить потом по максимуму. Да и внешность у нее нормальная, в одной Сборной состоим.

Саманта ухмыльнулась с таким видом, мол, понимаю-понимаю, фетиш у вас, братец, на секс с воздухе, надо бы запомнить! На самом деле, конечно, дело было не в сексе, а в факте нахождения в Сборной. Еще один талантливый пилот не помешает.

— Думаешь, ты один такой умный? Да и не она глава клана.

— Неважно. Мы поможем им, получим еще одного доброго союзника. И, главное, они сейчас в таком положении, что могут и подождать год, два, три. В отличие от Палмеров.

— Вот это серьезный довод, — согласилась Саманта, поднимаясь. — Ну что, налюбовался и собрался?

— Да уже полчаса как! Тебе же приспичило поговорить о моих будущих женах!

— Не забывай, — Саманта подошла к нему вплотную, поправила что-то в районе воротника, — мне с ними тоже предстоит долго и плодотворно общаться. А социальной смазки в виде брака и секса не будет.

— Раньше это тебя никогда не волновало.

— Волновало, — вздохнула Саманта, — но ты мой билет наверх. Поэтому я стараюсь.

Сергей только кивнул в ответ и они отправились к Малькольмам.

Ничего такого сверхэкстраординарного у Малькольмов не происходило. Знакомые и незнакомые лица различных представителей Священных Родов, музыка, игры, от живых шахмат до преферанса, разговоры, разбиение на группки по интересам.

Но вот при виде мантии на Сергее почти каждый замирал на дополнительную долю секунды, явно сопоставляя ее вид и обстоятельства, и визит к Малькольмам, и шкатулку с подарком в руках. Амос едва ли удостаивался взгляда от одного из трех гостей Дункана, ибо с Броуди все было ясно. Одет в цвета Чопперов, почтительный вид, следует на правильной дистанции, вассал или новый телохранитель или и то, и другое вместе.

— Теперь весь вечер будут гадать о твоих будущих женах и строить предположения о союзах, — тихо усмехнулась Саманта. — Пойду, вброшу пару сплетен!

— Скажи, что я к Арише Хаксли неровно дышу, — брякнул Сергей.

— Что, правда? — чуть повернулась Саманта.

Сергей только улыбнулся в ответ, стараясь, чтобы это выглядело загадочно. Не будь у него других проблем, возможно, задница Ариши, обтянутая комбинезоном, и перевесила бы кровную месть.

— Амос, иди с Самантой, все, как договаривались, — сказал Сергей.

К ним уже шел Дункан, с неизменной радушной улыбкой, обаятельным видом. Но Сергею каждый раз невольно вспоминался Дункан верхом на шестиноге на той охоте, жесткий взгляд, сильнейшая магия. Теперь, с высоты трех с лишним месяцев в магмире, Сергей понимал, что Дункан ничего такого особого и не предпринимал. Даже сдерживался. Но все равно, воспоминание возвращалось снова и снова, словно на что-то намекая.

— Гарольд, давно не виделись, — усмехнулся Дункан.

Как раз по формальной церемонии ему бы следовало вести себя иначе. Но Дункан (сам того не подозревая) демонстрировал разницу между Гарольдом, пытающимся вжиться в общество, и собой, живущим и являющимся частью магического социума. Соблюдать традиции? Да. Изменить, если необходимо? Легко!

— С Дэбби все в порядке?

— Она очень расстроилась, что не смогла прийти, но у нее масса домашних заданий и слабость, из-за попыток что-то там напророчить.

Интересно, подумал Сергей, секс у них только когда Дэбби посещает особняк Малькольмов? Этакий дежурный жест вины?

— Теперь и я опечален, — уголки губ Дункана чуть опустились, на лице мелькнуло разочарование. — Надо будет навестить ее и опечалиться вместе. А пока что, идем к Бетти.

Они подошли к Бетти, которая сегодня была в провокационно открытом зеленом платье. Сергей молча протянул ей подарок, а Бетти молча взяла. Легкий жест и шкатулка раскрылась, в воздух вылетело кольцо с изумрудом, под цвет платья. Окружающие что-то там охали и ахали, но Сергей смотрел только на Бетти, пытаясь заглянуть за фасад и понять, кто же ему достался в жены.

В очередной раз, подумал Сергей, все приносится в жертву цели. Кристина нужна, за ней император. Бетти нужна, за ней Малькольмы и деньги, да и сама она искренне клялась поддерживать Гарольда во всем. Женат он пока еще не был, а тут внезапно и резко речь дошла уже практически до третьей жены. Или целой дюжины, если Саманта не посмеялась над ним опять.

Что он с ними будет делать? Какие у них будут отношения друг с другом, между женами? Нужно ли их будет трахать по расписанию, что в таких случаях предписывает этикет? То, что магическое общество спокойно смотрит на несколько жен или мужей, Сергей уже знал, но опять же, гарем из жен встречался намного чаще, чем гарем из мужей. При формальном и фактическом равенстве — у каждого есть палочка в руке — при владычестве Матери (не отца) Магии, общество склонялось в сторону патриархальности, как объяснял ему император совсем недавно.

Такой вот, понимаешь, дуализм во всем.

— Камень в кольце не просто украшение, — тихо произнес Сергей, ибо мыслями такое не передавалось. — Искусственный безоар против отравлений, легкие функции исцеления и преобразования, ядов или воды, если ты окажешься под ней и тебе будет не хватать воздуха.

— Изумительно, — широко улыбнулась Бетти, надевая кольцо на палец.

Конечно же, оно село, как влитое, функция подгонки по размеру включилась сама. Кольцо само по себе не означало еще помолвки, но Сергей-Гарольд сейчас демонстрировал, что принимает предложение Бетти и подтверждает все прошлые обязательства. И она, приняв кольцо, тоже подтверждала свое предложение и обязательства.

Причем, подумал Сергей, патриархальность проявлялась и в этом — обычно мужчина женщине дарил подарок, а наоборот, намного реже. Будь тут подлинное равноправие, не имело бы значения кто кому. Не то, чтобы этот уклон в патриархальность его сильно задевал, просто сказывался эффект прикладываемых усилий, попыток понять и вжиться в общество, поэтому мысли и соскальзывали то и дело в известном направлении.

— Вы быстро движетесь, Гарольд, но я постараюсь от вас не отстать.

Точно, быстро, штаны бы не порвать в прыжке, подумал Сергей. Спросить у Бетти совета по поводу третьей жены? Не рановато ли? С чего вообще все, включая его самого, уверились, что у него обязательно будет три жены? Возможно, хватит и Кристины с Бетти?

— Вообще-то полагается поговорить о погоде и обсудить последние новости, но к чему правила, если их нельзя нарушить? — еще раз улыбнулась Бетти, в этот раз с изрядной долей лукавства.

— Все ли правила нужно нарушать? — спросил в ответ Сергей.

В этом социальном танце они сдвинулись к «барной стойке», где меланхолично взирающий на суету вокруг бармен смешивал всем желающим любые коктейли. Свита сопровождения Бетти и самого Гарольда сдвинулась вслед за ними. Постоянное присутствие рядом других людей, не из команды, немного раздражало, но Сергей сдерживался, напоминая себе, что такова теперь его жизнь. Постоянное внимание, поклонники, а особенно поклонницы, хождение по пятам, фотографирование издалека и попытки пожать руку.

Бетти относилась ко всему этому не в пример спокойнее.

— Если правило нельзя нарушить, — объявила Бетти, принимая бокал, в котором переливались семь цветов радуги, послойно, — то оно слишком скучное и недостойно существования!

— Я запомню, — пробормотал Сергей.

Когда дело дойдет до правила «нельзя убивать Гамильтона». Сейчас было еще рано, но вот потом, возможно, дойдет и до такого. Возможно, даже нужно будет закатить пробный шар на одну жизнь, объявить женам о своей высокой миссии от самой Матери-Магии. Сила и союзники, нужно качать личную силу, нужно набирать союзников, ибо, перефразируя классику, толпой и Гамильтона бить приятнее.

Бетти же хотела величия? Будет ей величие.

— Ты уже планируешь, как мы в будущем будем нарушать правила? — продолжала то ли флиртовать, то ли вести светскую беседу Бетти.

Нет, в прошлом Сергей неоднократно ухлестывал за девушками и представлял, что к чему, но с будущей женой? В принципе, она пока ему не жена, даже помолвки еще не было, уговор о союзе и подарок только. Но в то же время будущее было ясно и четко предопределено. Вот Рождество, вот бал, вот объявление о помолвке с Кристиной Фейн, внучкой Императора. Дальше объявление о помолвке с Бетти, то ли сразу по возвращении в Академию, то ли после каникул. Затем третья жена, согласная ждать. Наверное.

Турнир и победа на нем. Окончание Академии с отличием. Возглавить Род. Подвиги и свадьба с Кристиной. Затем женитьба на Бетти. Где-то там же война, предсказанная Дэбби. Или вначале война и подвиги, а уже благодаря им женитьба на Кристине. Титул Императора. Где-то в процессе было бы неплохо втиснуть еще убийство Гамильтона.

От такой предопределенности внезапно все внутри зачесалось и заныло и резко захотелось напиться и оторваться, как в старые добрые студенческие времена. Но Сергей усилием воли сдержался, улыбнулся Бетти и сказал

— Конечно. В этом мы с тобой, похоже, родственные души, две половинки одного целого.

И Бетти расплылась в ответной многообещающей улыбке.

Глава 9

Вопреки утверждениям Саманты, в теле Грега при движении ничего не звякало. Возможно, он глушил звук заклинаниями?

— Глупости! — отрезал Грег, едва услышав о звяканье. — Придумать их мог только тот, кто никогда ничего тяжелее палочки в руках не держал. Если что-то звякает, значит, оно плохо подогнано или готово сломаться! Любая мелочь может привести к гибели, а разболтавшиеся протезы — не мелочь.

Сказано это было спокойно, без лишней аффектации. Да и сам Грег всегда был спокойным, едва ли не сонным, даже когда заваливал Сергея заклинаниями, атакуя, казалось, со всех сторон.

— Здесь обычно спрашивают, почему я не выращу себе новые конечности, — сообщил Грег.

Половина зубов его были металлическими, причем тоже какими-то артефактами, как подсказывала Сергею сила крови Чопперов.

— Я взял специализацией целительство, — сообщил Сергей, поднимаясь, — и нахожусь под разгоном, так что немного слышал по этой теме. Настолько сильные проклятия?

— На войне редко бьют вполсилы, — еще раз оскалился Грег, — а мы попали тогда в самую задницу. Но из любой ситуации можно извлечь пользу, было бы желание.

— Я знаю, что ваши протезы — артефакты и техномагические импланты, но разве они сильнее и лучше родной плоти мага?

— Они разнообразнее и несут в себе функции, на которые мне не нужно отвлекаться.

Сергей глубокомысленно прогудел носом, так как сомневался, что это действительно лучше. Если бы увешивание артефактами помогало, маги бы так и делали.

— Чужие артефакты — это слабость, их всегда можно подчинить или взорвать, или еще что. Любой уважающий себя маг увешивает себя только собственными артефактами, — сообщил Грег, — а они требуют времени и сил на изготовление.

Не будь Сергей уверен в собственной ментальной защите (даже Гамильтон не сразу сломал!), так подумал бы, что Грег читает мысли. Но нет, скорее всего, опыт и неоднократное повторение подобной ситуации.

— Поэтому маги предпочитают полагаться на силу крови и заклинания, а артефактами лишь прикрывать слабости или создавать себе какие-то удобства. Вам, Чопперам, в этом вопросе лучше всех, но это не значит, что надо бежать и увешиваться артефактами. Наоборот, пока что обходишься без них, ясно?

— Ясно, — вздохнул Сергей.

Каждый день по часу он занимался с Грегом, индивидуально. Тот гонял безжалостно, не забывая спрашивать теорию и задавать домашние задания. Цель была обозначена просто и незамысловато — подтянуть Сергея до уровня «учеников Грега», то есть до уровня пятого курса, чтобы включить его в общую группу и не усложнять жизнь.

— Так, перевели дух и хватит. Палочки в руки и на исходную, — скомандовал Грег.

Сергей лишь вздохнул, беря в руки новую пару палочек. Попытки работать в привычном стиле приводили к тому, что палочки плавились и взрывались в его руках, не выдерживая напора энергии. Костыли, в общем, а не подспорье. Грег, однако же, был неумолим, и прямо натыкал Сергея носом в его ошибки, словно котенка, налившего лужу в углу. В ход пошло все и избыточность используемой им энергии и неумение дозировать ее, и то, что ему могут перебить или проклясть руки и то, что боевой маг должен уметь пользоваться всем, что находится под рукой, от магической мега-ракеты до булыжника.

Было очень неприятно и стыдно.

— Нападай, — опять предложил Грег.

Сергей не стал с ходу бить во всю мощь, от этого Грег его уже отучил. Вместо этого он прибег к силе крови, направляя энергию через ноги в пол, преобразуя покрытие в проводник и тут же посылая туда заклинание из магии преобразования, чтобы все превратилось в лед.

— Тухинга о муа! — выкрикнул Сергей, вскидывая палочку над головой, словно кинжал.

Второй палочкой он попробовал невербально послать в Грега заклинание ослепления. Грег словно бы подпрыгнул и завис на месте, сероватые волосы его чуть приподнялись, как будто Сергей бил электричеством. Вообще, по замыслу Сергея явный удар молотом силы должен был привести к тому, что Грег просто отступил бы в сторону, поскользнулся и упал.

БАМ!!

Заряд силы врезался в пол, раскалывая его на кучу ледышек, Сергей машинально вскинул руку, прикрывая лицо от них и тут же осознал свою ошибку. Но замедлить движение руки не успел, хотя оно, пожалуй, ничем и не помогло бы. Грег использовал палочки, да, но они были встроены в его руки и по движению их угадать заклинание не всегда получалось. К тому же колдовал он молча и весьма неочевидно.

Тем не менее, Сергей еще попробовал защититься, стандартным, не устаревающим трюком, энергия на энергию. Не щит в его прямом значении, не заклинание, просто импульс энергии, перебивающий вражеские заклинания, рассеивающий их или отклоняющий. Затратный, но действенный способ.

Тюк!

Заклинание ударила Сергея под коленки нежно, почти ласково. Пробило «пассивную защиту», энергопотенциал его тела, и разлилось в ногах. Те немедленно подкосились и упали, а вместе с ними упал и Сергей.

— Мощная атака вначале и попытка решить все за один удар — это стандартная ошибка новичков, — сказал Грег, подлетая ближе. — Но это не значит, что надо немедленно пытаться изобрести атаку из десяти заклинаний. Идея была, конечно, остроумна, но ты потратил на нее слишком много энергии.

Он указал на свой глаз-имплант. Сергей лежал, не чувствуя ног и пытаясь диагностировать, что происходит. Заклинания исцеления и диагностики уверяли, что с его организмом все в порядке.

— Умение дозировать энергию, дозировать, — повторил Грег с нажимом, опускаясь на землю.

Превращать лед в пол и чинить его он не стал, это предстояло сделать Сергею. Сам Сергей посмотрел на Грега снизу вверх, словно ребенок на великана, осознавая пропасть между ними. А ведь Грег был ослаблен, протезами, да просто отсутствием частей родного тела. Он был моложе и неопытнее Гамильтона, хоть Грега и считали лучшим боевиком Империи.

Сергей превосходил Грега в голой, абстрактной магической силе, но на практике все это преимущество было ни о чем. Гамильтон же не уступал Сергею и в силе. Впору было заплакать от такого ощущения собственного бессилия.

— Поэтому надо учиться использовать палочку. Еще по часу самостоятельных упражнений каждый день. С палочкой в руке.

— Да, профессор, — выдохнул Сергей, мысленно стискивая зубы.

Столько дел, столько дел, где ему выкроить еще час? Ложиться позже?

— Ну, вставай уже, — оскалился Грег.

— Не могу, ноги не слушаются.

— Разве это препятствие для боевого мага? Ты можешь взлететь, ты можешь импульсом управлять ногами извне, а еще ты можешь понять, что тебя поразило и рассеять все контрзаклинанием. Или провести рассеивание изнутри.

— Взлететь? Я не умею летать!

— Это все равно, что сидеть в маботе, только без мабота, — сообщил Грег. — В бою все решает скорость и мобильность, а если ты не умеешь летать и телепортироваться, то ты ограничен двумя измерениями.

Сергей хотел сказать, что это программа пятого курса, но промолчал. А вот Грег молчать не стал.

— Противника не интересует, что ты умеешь, а что нет. Он бьет и убивает, вот и всё. Или ты, или он.

— Невозможно предусмотреть всё на все случаи жизни, — произнес Сергей и прозвучало это немного жалко.

— Невозможно, но у тебя отсутствовал даже стандартный щит. Понадеялся на пассивную защиту? Вложился полностью в атаку? Раскрылся и подставился и теперь лежишь, понять не можешь. Это заклинание Пьяных Ног, оно шуточное и потому не указано в учебнике боевой магии. И диагностикой не определяется, так как не несет в себе алкоголя и не травмирует, собственно, ноги.

С указаниями Грега, Сергей все же справился с «исцелением» пьяных ног и поднялся. Затем еще два раунда его валяли и били, и он расплавил еще несколько палочек. Специализированных для боевой магии, с чешуйкой дракона внутри, обточенной под форму кристалла-призмы, для лучшей фокусировки. Раньше еще частенько использовались рубины, с подводкой символизма, дескать, красные, как огонь, а огонь самая что ни на есть боевая стихия.

— Неплохо, — скупо одобрил Грег в конце, — но этого недостаточно!

— Да я четыре месяца назад даже не знал, что у меня есть магия!

— Поэтому и говорю, что неплохо. Но недостаточно. Ты же торопишься? Значит, беги вдвое быстрее!

Тут он был прав, конечно. Неприятно прав. Сергей сам же затеял бег на месте, с попыткой закончить Академию за год, стало быть, нечего жаловаться, стиснул зубы и работай. Без миссии по убийству Гамильтона, можно было бы и растянуть все на два года, насладиться и отдохнуть.

Затем Сергей отправился смыть пот, не забыв прикрыть входы и выходы щитами. Все же Грег немного повредился головой на войне, со всей этой бдительностью и паранойей. Парадокс заключался в том, что его пример легко можно было транслировать на Гамильтона и, таким образом, хоть немного да вообразить, как себя ведет ректор, к чему он готов, а к чему нет.

Выходило, что готов он ко всему. Гамильтон читал спецкурсы для избранных студентов пятого и шестого курсов, можно было попробовать записаться туда. Или проскользнуть вместе с молодыми преподавателями, им Гамильтон тоже что-то объяснял факультативно.

— Или просто не страдать фигней, а учиться, — напомнил самому себе Сергей.

Учеба, тренировки, практикумы, тренировки, учеба, образистика и лекции Амоса, уроки Макферсон и «подкручивание гаек» под присмотром МакАлистер, и теперь вот Сергею предстояло идти на практику по целительству, раз уж взялся. При этом изучение теории никто не отменял, просто Сергей учил ее самостоятельно, затем сдавал на ходу зачеты, в общем, крутился, как белка в колесе.

— Побил тебя Грег? — с сочувствием в голосе спросила Нинон.

— Потренировал, — проворчал Сергей, натягивая белую медицинскую мантию.

А не было бы потенциала, разгона, просьбы Гамильтона, так и смотреть бы в сторону Сергея не стал. Пожалуй, стоило провести самому себе черту. Покушение на Гамильтона, личное, без маботов, ядов, взрывчатки и прочего, так вот о таком покушении можно было начать думать только когда он хоть раз одолеет Грега в честном поединке.

— Ты исцелил себя?

— Конечно. Пол тоже починил. Но он применил ко мне какое-то заклинание пьяных ног, а я его даже диагностировать не смог!

Здание больницы не ломилось от пациентов, но и не пустовало. Студенты активно калечили себя, на учебе и в отдыхе, так что всегда было на ком практиковаться. Сергей смутно помнил, что в родном мире вроде такое тоже практикуется: студенты-медики учатся и лечат, их водят на практикумы и все такое.

— Конечно, оно же специально было сделано как шуточное, чтобы его определить не смогли!

Нинон неожиданно добродушно подмигнула:

— Многие известные маги пали жертвами подобных заклинаний.

— Только не говори, что мне придется учить магию шуток, — засопел Сергей.

— Учить — нет, да ее и нет в программе Академии.

Еще одна «запретная» магия, подумал Сергей. Мысли его метнулись к хранилищу библиотеки и тут же устремились обратно. Нет-нет, терпение, спокойствие, методичность. Вначале взломать службу контроля, потом соваться в запретные места. Вначале нарастить личную силу, потом напрыгивать на Гамильтона.

— Как состояние? Выбросов не было?

— Еще батарея сгорела, резковато заклинание бросил, — неохотно признался Сергей.

Пока что программа действовала, Полли Портер оплачивала все расходы, не моргнув и глазом. Дядя Альфард одобрил такой подход, попутно еще правда намекнув, что часть расходов покрывается из «фонда Чопперов». При всех тех льготах, скидках и преференциях, что предоставлялись Священным Родам в Академии, каждый из них ежегодно отчислял определенные суммы в фонды БАМ. Независимо от того, сколько представителей Рода там училось и как.

— Тебе нужно поработать над щитами, на одном потенциале далеко не уедешь, — сказала Нинон.

Только если из уст Грега это звучало сурово, словно приказ, то из уст Нинон почти сексуально. Словно эти самые уста уже смыкались на определенных частях организма и нежно их «исцеляли».

— Одноглазый сказал то же самое.

— Ну так слушай его.

— Я и слушаю! Что мне, разорваться, что ли? Не успеваю, даже с разгоном! — прозвучало резковато, конечно. — Нужно или дальше усиливать разгон или как-то себя ускорять еще и магией целительства!

— Заклинания-стимуляторы опасны, на них легко можно подсесть, — привычно вздохнула Нинон, останавливаясь перед дверью.

Никаких сверхсложных случаев, пока что Сергей тренировал диагностику и малые, легкие исцеления. В перспективе он видел все это как возможность лечить самого себя и других от чего угодно. Ну и диплом, конечно, с разгоном в нестабильном состоянии.

— Поговори с Портер, — надавил Сергей.

В палате находились трое, первокурсник со сломанной рукой, второкурсник, сжимающий живот и не видящий никого и ничего вокруг, и какая-то взрослая девица, без униформы Академии. Лицо ее было раздуто, словно она сунула его в осинник.

— Чесотка от любовной мази, осложненная легким проклятьем и развившимся, в результате чрезмерного использования кругов превращения, метаморфозом тканей, — шепнула ему Нинон, с усмешечкой в голосе.

То есть, попросту говоря, девица из борделя.

— Еще предложи ее поцеловать, чтобы лягушка превратилась в принцессу, — проворчал Сергей, складывая пальцы и запуская заклинание диагностики.

Глава 10

— Понимаете, Гарольд, — вещал вдохновенно Амос, — ведь это по сути то самое цикличное повторение истории, но с переходом на новый виток, где старое повторяется, но в новом качестве! Ведь как было при феодализме? Право наследования, когда власть, земли и деньги передавались по факту рождения в нужной семье. Зачатие при свидетелях, для гарантий, что кровь никем и ничем не разбавлена. Относительная самостоятельность феодалов, правящих своими областями, с королем где-то там далеко, да и король тот, лишь первый среди равных!

Сергей, в принципе, и так все это знал, но возражать не спешил. Пусть говорит, пока есть вдохновение. Источник вдохновения — Саманта Чоппер, в каком-то домашнем недохалате, да еще и небрежно запахнутом и тапочках на босу ногу — сидела в кресле и, изредка позевывая, читала какой-то толстый сборник статей, делая выписки для себя, а то и просто фотографируя магофоном нужные места.

— Затем пришел капитализм, деньги, золото, аристократия утратила значение или теряла его на глазах, а если кто и сохранял власть, то связана она была уже скорее с деньгами и накоплениями предков, землями и шахтами, и прочим, по сути, тоже деньгами.

Саманта кинула в сторону Амоса быстрый оценивающий взгляд, но тут же снова уткнулась в тексты. Броуди, однако, не пропустил такого момента и вдохновился еще больше.

— Но после Освобождения история зашла на новый виток, вернувшись к феодализму. Неофеодализму или магическому феодализму, если хотите. Раньше это был лорд в замке, теперь маг в мэноре. Простаки вокруг его подданные, ну и так далее, думаю, все параллели вы можете и так провести.

Сергей задумчиво кивнул. Была в словах Амоса какая-то сермяжная правда.

— Соответственно и культ личной силы, только вместе мечей палочки, дуэли и призывы держать ответ за свои слова, доверие к слову вместо контрактов и так далее.

А не бесконечные тяжбы и юристы, закончил мысленно его слова Сергей.

— Старая аристократия, предки которой по праву получили свое положение, практически выродилась и выдохлась, утратила свое изначальное значение. Но вот этот новый виток вывел вперед новую аристократию, Священные Рода, которые возродили традиции служения и хождения в атаки первыми, и так далее. Император, как раньше король, который был первым среди равных, теперь, на новом витке, фактически избирается Матерью-Магией.

— Странные ты речи ведешь, — заметила Саманта.

— Милорд Гарольд приказал говорить все, как есть, не искажая и не утаивая.

— Если всегда говорить только правду, — Саманта качнула ногой, так что тапок повис на одном пальце, — то легко можно лишиться вообще возможности говорить.

Броуди слегка побледнел, а Сергей поспешил на выручку.

— От того, что он промолчит, отношения в обществе не изменятся! Кстати, в средние века при феодализме традиция затыкать неугодных была ого-го как распространена!

— Да она всегда была, — меланхолично отозвалась Саманта. — Просто, братец, этот человек тебя учит, а ты впитываешь. Брякнешь еще что потом, не отмоемся.

— Не брякну, — отрезал Сергей.

Внутри он такой уверенности не испытывал, но какая разница? Все равно надо было все скрывать, а наружу выдавать только то, что требовалось для дела.

— Продолжай, Амос, — повел он рукой.

— Соответственно этому изменилось и общество, деньги снова утратили главенствующую роль.

Саманта не выдержала и рассмеялась, громко и заливисто.

— Сестрица, я понимаю, ты подсела шпионить для дяди или чтобы потом разнести сплетню, но тебе не кажется, что это перебор?

Саманта попыталась остановиться, не смогла, и тогда Сергей бросил в нее заклинание, просто погасив все звуки.

— Право сильного и необходимость лично держать ответ за слова привели также и к появлению этикета и галантности в том виде, который у простаков обычно ассоциируется с аристократией, хотя по факту это не совсем верно, — опять оживился Амос. — Постоянные конфликты феодалов друг с другом и необходимость уживаться, как-то существовать взаимно и давать отпор внешним врагам привели к формализации разговоров и выстраиванию норм общения, для того, чтобы сгладить такие моменты, когда одно неосторожное слово могло привести к войне. В то же время, сразу возникла и противоположность, слова и поступки, которые объявлялись непростительными и обида за которые смывалась только кровью.

— Кровная месть?

— В том числе, — кивнул Амос. — Родоплеменные отношения, но, повторюсь, в новом качестве, на новом витке. Сейчас Священным Родам нет нужды что-то доказывать, сила крови говорит сама за себя. При этом аристократия пополняется новой кровью, те, кто пробился вперед благодаря личным заслугам. Затем эти личные заслуги и пробужденная сила крови вполне может перейти в семью, род, закрепиться, силу можно развить жертвоприношениями и постепенно выбиться еще выше.

— Да уж, — проворчал Сергей, настроение которого опять испортилось от упоминания жертвоприношений.

Влезать в эту тему не хотелось, но он знал, что придется. Сила, сила, больше силы, а больше силы — это больше крови, ну и так далее. Чтобы хоть как-то отвлечься, он провел рукой по воздуху, снимая с Саманты заклинание молчания. Та и сама пыталась его перебить, но не выходило.

— В общем, я не согласна с этой фразой про деньги! — громко заявила она.

— Простите, миледи, — покаянным голосом ответил Амос.

— Разве деньги не используются?

— Я и не говорил, что они не используются. Они утратили главенствующую роль. Вы бы продали Чоппер-мэнор? Силу крови?

Саманта ударила заклинанием и Амоса сбросило с места, швырнуло об стену с громким, отвратительным хрустом. Сергей не успел предотвратить удар, но все же среагировал, снова приглушил сестру и метнул исцеляющее и кровеостанавливающее заклинание в Амоса.

— Бидите, биледи, — произнес Амос упрямо, зажимая нос рукой, но потом отпустил, — есть вещи, которые для вас не продаются за деньги, сама мысль об этом является для вас настолько оскорбительной, что вы реагируете, не задумываясь. Об этом я и говорю, что у денег нет главенствующей роли. Честь. Род. Сила Крови. Магия и Мать-Магия. Император. Но не деньги.

Саманта посмотрела на него так, словно собиралась еще раз врезать сковородкой. Сергей же мысленно почесал в затылке — по словам Амоса выходило, что ему надо вживаться в феодальное общество. Но с современными технологиями. Принцесса в наличии тоже имелась, вместо белого коня — мабот. Правда и сам он выходил не крестьянин, а какой-нибудь герцог и сын герцога.

— Благодарю, Амос, можешь быть свободен, — и Сергей наградил его еще одним исцеляющим заклинанием.

Едва Броуди вышел, как Саманта взвилась.

— Благодарю⁈ Братец, да он тут нас всех оскорблял, а ты!

— Не заметил оскорблений.

— Ну да, конечно, ведь ты…

Саманта осеклась, тяжело дыша и гневно смотря на Сергея-Гарольда.

— … воспитан простаками, ну да, ну да, — закончил за нее Сергей. — Только вот он говорил по делу и по моему приказу, а ты вмешалась. Ну, не правят здесь деньги и что с того?

— При Дункане такого не ляпни, — мрачно посоветовала Саманта, — поссоритесь на всю жизнь.

— Да, но заметь, не деньги у него правят, а сила крови Малькольмов — деньги. Сила крови — важнее. И мое слово важнее. Разбаловались от мягкого отношения, а нужно как Амос говорит — чтобы феодал всех в руке держал! И его слово — закон!

— Да ну тебя, братец, — отмахнулась Саманта. — Феодализм, капитализм, ерунда все это. Маги во власти, вот что важно! Какой строй захотим, такой и будет!

Сергей лишь пожал плечами, потому что и сам разбирался в вопросе слабо. Да никак не разбирался, честно говоря. Кто там кого сменяет, как и куда, какая в сущности разница? В ближайшее время все равно все останется, как есть, а после убийства Гамильтона можно будет и подумать обо всем остальном.

— Так что ты все равно приструни этого Амоса.

— Нет. И тебе запрещаю его трогать. Ты же его убить могла!

— Пусть следит за языком и радуется, что жив остался.

Надо бы ему защитный артефакт сделать, подумал Сергей.

— Все равно запрещаю! Я лично просил Анну Райтер о помощи и она подобрала хорошего специалиста, а ты теперь позоришь меня!

Это подействовало, Саманта задумалась, затем расплылась в хитрой улыбке.

— Как предсказуемо, — проворчал Сергей.

— Ты против?

— Да плевать, только до магического брака не доходите.

Все равно Саманту он не удержит, не находиться же рядом с ней круглосуточно, не ловить за трусы, если ей приспичит потрахаться с Амосом? Тот не присутствовал рядом на тренировках, так что Саманта легко найдет момент и сделает свое дело, а попутно чего-то там вправит мозги. Вроде бы Броуди хотел внимания красоток из Священных Родов? Или это уже сам Сергей нафантазировал? Неважно.

— Не дойдем. Извини, братец, но ему и правда надо сбавить накал, иначе он опозорит уже тебя. Здесь и сейчас ладно, мы в семейном кругу, все всё знают, всё понимают, а если на приеме каком? Да вот хотя бы следующем, через два дня вечеринка у Фармеров будет, Анита отмечает день рождения. А он там начнет свои лекции читать?

— Да не начнет, — отмахнулся Сергей. — Делай, как знаешь, но он мне нужен вменяемый и способный работать и учить. И не думающий о тебе каждую секунду.

— Ладно, ладно, — проворчала Саманта, — что, первый раз что ли? Вон с Дизли же разошлись и ничего.

Даже магического брака не случилось, добавил мысленно Сергей. Все же этот его мега-ультра-гипер-супер-пупер потенциал местами был очень неудобен. Вроде бы после магических браков все должно было пройти, особенно, если все же подобрать третью жену, сильную магичку. Парри внутри встрепенулся было про Изабеллу, но тут же увял и затих. На сильную магичку любовь его детства и юности никак не тянула.

— Опять этот ханжеский простаческий взгляд, — вздохнула Саманта. — Братец, ты же вон себе целительницу не старушку выбрал, да? А жениться на ней не собираешься!

— Может и женюсь, — усмехнулся Сергей, — когда у нее срок контракта с Академией истечет.

— Ладно, пример был некорректен. Просто смотри на все проще! Ты же любишь вкусно поесть, хорошо выпить, полетать в достойном маботе? Почему секс обязательно должен выбиваться из этого ряда?

— Если я поем, то магический брак не случится, — хохотнул Сергей.

Но тут же вспомнил, что в древности вроде так и было, разделенная еда связывала какими-то там узами, из-за чего и появился обычай предлагать «хлеб-соль». Впрочем, вряд ли Саманта о таком помнила.

— Все равно, к этому надо относиться проще! — не унималась Саманта. — Еще одно удовольствие, не хуже других, почему бы и не побаловать себя?

— А я разве возражал вслух?

— Но ты так посмотрел!

— И еще подумал, — иронично добавил Сергей, — но ты же не прочла мои мысли?

А здесь и не надо никому письменных подтверждений в трех экземплярах, заверенных у нотариуса, снова пришла мысль, навеянная лекциями Амоса.

— Но ты посмотрел! — настаивала Саманта.

— Сама виновата, что создала себе такую репутацию, — ответил он почти что словами Грега. — Знаешь, вначале ты работаешь на репутацию, а потом она на тебя! Я же не против твоих постельных развлечений, но ты собралась использовать секс для манипуляции тем, кто учит меня.

Вспомнилась Эльза. Нет, это другое, решил Сергей.

— Ладно, ладно, я поняла, — проворчала Саманта. — Хочешь, в твоем присутствии все сделаю, чтобы ты не подозревал ничего потом нехорошего? Сядешь там за ширмой или еще чего?

— Да хватит уже!

— Вот и я про то же! Просто развлечение, совмещение приятного с полезным, а ты завелся, как сломанный мабот, чих-пых, тух-пух, словно сам на мне жениться собрался!

Происходи дело во времена затворничества так бы и было, подумал Сергей. Ради сохранения силы крови и все такое.

— Это я по-твоему ревнивый мавр, сам не гам и другим не дам? Я тебе еще раз повторяю…

— Все, все, я поняла! Пальцем не прикоснусь к твоему Амосу, хоть спи с ним! — разозлилась Саманта, вскакивая.

— Сядь! Я тебе говорил — не лезь и не трогай! Я лучше знаю! Полезла и получила, а теперь еще и обиженную из себя строишь?

Типично женское поведение? Наверное.

— Лекцию мне испортила, себе учебу сорвала, может тебя вообще под замок посадить? Будешь писать свой диплом, не отвлекаясь!

— Ну и посади. Сам потом себе приемы организовывай и о вечеринках сплетничай. Хорошо, что нас в Академии всего двое, так бы ты и всех остальных под замок посадил, да, братец?

Сергей подавил в себе желание хлестнуть ее наотмашь, чтобы не наглела и не дурела.

— Надену на тебя пояс верности, как в средние века, — пообещал он. — И на рот тоже. Заколдую силой крови и попытайся потом перебить.

Саманта покаянно повесила голову, потом вообще встала на колени. Бунт на корабле был подавлен, но сама эта вспышка, да, тут было о чем поразмыслить.

Глава 11

— Сегодня у нас ваше любимое упражнение — свалка! — радостно объявил Оллин, когда пробежка и разминка закончились.

Пилоты сборной тихо застонали.

— Что такое свалка? — тихо спросил Сергей у ближайшего.

Ближайшей, так как это оказалась Юлия Лонгхэд.

— Случайным образом формируются команды и потом бой всех против всех, — ответила так сердито, как будто Сергей-Гарольд был лично виноват во всем происходящем.

Возможно, с ней стоило поговорить (а то и намекнуть на позицию третьей жены), но тут Вульф хлопнул в ладоши.

— Разбились!

Сергей оказался в команде с Джеком Пулом, магом из обычного, не священного рода. Говорил он обычно мало и тихо, в полетах предпочитал работать от защиты и постоянно задерживался, возясь со своим индивидуальным маботом, чуть ли не ручной постройки. Третьим в их команду записали Рассела Кейси, из «новой крови». Рассел был красив, уверен в себе и в будущем, пускай его пятый курс только начался, но он, по слухам, уже был принят в вассалы к Саннидейлам.

Сергей с ними особо не общался, да, летали вместе на общих тренировках, но и только. Теперь, когда каждый вскочил в свой ИМ (индивидуальный мабот), сразу стала видна разница. «Чайка» превосходила маботы Джека и Рассела на голову, да что там на три корпуса во всем, скорости, защите, вооружении возможностях.

— Начали!

Собственно, времени сработаться, познакомиться и выработать хоть какую-то тактику, у них не было. Оллин моментально разбил их на команды, чуть ли не пинками погнал к маботам и тут же начал подгонять на взлет, сразу объявив начало боя.

— Прикрывайте мне спину! — крикнул Сергей.

Он отразил выстрел Дункана и тут же послал в ответ две ракеты, после чего попробовал обойти Малькольма сбоку. Не вышло, Дункан тоже сместился, подставляя «Чайку» под прямой залп мабота Ариши, сочетание электромагнитных пушек с их силой крови.

Сергей бросил мабота вниз, отстреливая энергосети, предназначенные для борьбы с пиксиборгами. Выстрел оказался отчасти смягчен, но и только, «Чайку» встряхнуло и подбросило, на некоторое время вышли из строя экраны и радары.

Сергей немедленно сделал корпус прозрачным, выдал несколько очередей из пулеметов, просто спугнуть чей-то мабот, сунувшийся ближе, помчался вдоль земли, вздымая пыль и стараясь укрыться в ней. Погоня не отставала.

— Сказал же, прикрывать мне спину! — прорычал Сергей.

Ручища мабота зачерпнула земли и Сергей включил «режим перегрузки», подавая в руку утроенное количество энергии, выплескивая фонтан из своего внутреннего багрового озера. Рывок и бросок за спину горсти взрыв-земли.

Дадададададададах!

За спиной словно кто-то быстро лопал пузырьки, так что стаккато их хлопков сливалось в единый поток звуков. Не глядя, что там случилось, Сергей взмыл выше, уклонился от ракеты сбоку, без всяких затей пнул ногой, швыряя мабот Пола Андерсона вниз, навстречу Арише и Дункану.

БАБАХ!

— Критическое повреждение плечевого сустава, — любезно сообщил женский голос.

— Я же отключил тебя! — прорычал Сергей.

Пускай это и был голос Розы Чоппер, матери его нового тела, но отвлекаться в бою еще и на голос от мабота? Поэтому Сергей выключил все, что нашел, но, как выяснилось, кое-что и упустил. Например, критические повреждения, потому что до этого дня он их просто не получал.

Он увел «Чайку» вниз и вправо, уходя от выстрелов, в этот раз не стал сдерживаться и активировал плазмоизлучатель, совмещенный с чарами. Секунду спустя нестерпимо светящийся шар помчался прямо в мабот Алекса Кроу, который в свалке попробовал достать Сергея. Формально, если бой всех со всеми, то Алекс был в своем праве, но по факту, скорее всего решил взять реванш за прошлое поражение.

Щиты мабота вспыхнули, но шар плазмы проломился, потеряв свои щитовые чары, и ударил мабота Кроу в бок. Бок расплавился и потек, мабот пошел вниз чуть под углом и тут же получил две ракеты в оба бока, от чего его зашатало и завертело еще сильнее. Сам Сергей тем временем уже снова удирал, уходя от обстрела Андерсона и Грейсон, которые словно решили отложить в сторону кровную месть ради того, чтобы достать его.

— Сюрприз!

Сергей, вынырнув из облака дыма, налетел прямо на мабот Вульфа, который без всякой жалости разрядил в него тройной залп из чарометов. Щитовые чары, отменить защиту врага, кислотная пленка, сожрать броню врага, и вдобавок к этому еще и капсулы с пиксиборгами! Те прорвались наружу, облепив «Чайку», словно мухи кусок меда, тут же начали терзать, разбирать и ломать все подряд.

— Точно!

Колено «Чайки» врезалось в живот мабота Вульфа и в это же мгновение Сергей активировал выброс шипов-излучателей. Шип в колене пробил что-то в маботе Вульфа и тут же сильнейший разряд электрочар окутал «Чайку», поджаривая пиксиборгов прямо в их бронях.

Еще вспышка! Сергей торопливо отстрелил часть шипов, нырнул ниже, прикрываясь маботом Вульфа, который камнем рухнул оземь. Поэтому попытка прикрыться им провалилась и Сергей получил залп от мабота Марка Долиша, который хладнокровно выстрелил в спину, как раз в поврежденную ранее область в плече.

— Вот так!

Сергей торопливо летел спиной вперед, перестреливаясь с Долишем и Хаксли, и пропустил удар от Лагранжа, мабот которого был снабжен резервуаром воды и двумя широкими шлангами. Сила крови Лагранжей придала воде дополнительного ускорения и мощи, и экран состояния «Чайки» заморгал красным, сигнализируя о повреждениях. Эдвард целился в оружие и у него получилось.

Система ремонта и чары исправления может и исправили бы часть повреждений, но для этого требовалось время, а времени у Сергея не было. Талант пилота подсказывал ему, что делать, но он просто не успевал, так как сам устал, да и «Чайка» действовала не в полную силу. Еще два пропущенных удара и «Чайка» полетела вниз, рухнув на твердую, пыльную землю полигона, словно метеорит с небес.

— Натуральная свалка, — пробормотал Сергей, глядя, как вокруг с небес валятся маботы.

Он отстрелил два сегмента брони, проделывая себе выход в боку, и рядом немедленно появился целитель. Мужчина средних лет, чье лицо было знакомо по посещениям факультета, но сейчас Сергей никак не мог сопоставить это лицо с именем и фамилией.

— Глава Гарольд, давайте со мной, — сказал целитель.

Сергей не стал сопротивляться, в ушах звенело, руки и ноги словно налились металлом. Остальные пилоты попадавших маботов, собранные возле импровизированного целительского пункта, выглядели не лучше. Точнее говоря, они выглядели хуже, так как Сергея защитила «Чайка» и отменного качества полетный комбинезон.

Целители равнодушно и привычно пришивали чарами обратно оторванные пальцы, устраняли переломы и сквозные раны, убирали кровотечения и синяки. Здесь же находились и Джек с Расселом.

— Вы как? — спросил у них Сергей, садясь рядом.

— Как дерьмо, — ответил за них Вульф, полулежавший в каком-то особом гамаке рядом. — Потому что ты их бросил в самом начале! А в попытках удержаться за твоей спиной, они сразу получили по три залпа каждый!

— Спокойнее, — целитель направил две палочки на Вульфа, окутывая его чем-то теплым и сияющим.

— Да как я могу быть спокойнее, когда он завалил всё! Столько тренировались, казалось бы, должен быть результат! — горячился Вульф.

Целитель усилил поток теплой, целительской магии, попутно все же заткнув капитана сборной.

— Это правда? — мрачно спросил Сергей у Джека и Рассела.

— Ну… да, — пожал плечами Джек.

— Мы решили, что вы знаете, что делать, вы же глава Рода и все такое, — добавил Рассел.

Сергей вздохнул и пошлепал губами. Пожалуй, в тренировках с Джил больше времени следовало уделить не спаррингам, а сработанности.

— Не страдай, Гарольд, — развязно посоветовала Анджела Прейер.

Ее тоже лечили, в прорезях одежды и бинтов мелькали живот и грудь.

— В первой свалке все срутся, исключений еще не было. Оллин еще специально всегда ставит с теми, с кем меньше всего работал, чтобы пилот обгадился по самые ноздри, да потом рухнул с высоты головой об землю. Приемчики у него такие!

— И вам тоже вредно болтать! — снова возмутился тот же самый целитель. — Что такое!

Если это и был педагогический прием, то он подействовал, подумал Сергей. Ему было стыдно.

— В общем, я привык летать один и все это — моя ошибка, — сказал он.

— Да мы тоже могли бы сообразить, — пожал плечами Джек и тут же сморщился от боли. — Что нашим маботам с вашими не тягаться.

Что-то было в его словах, зародыш какой-то идеи, но Сергей сейчас не сообразил бы, что именно. Стоило потом вернуться мысленно и обдумать, понять, что же именно.

— А что, на Турнире такое тоже будет?

— Против команд других Академий — да. Не считая общей свалки отряд на отряд в конце, — ответил Джек.

Поэтому каждый должен уметь летать с каждым и вся сборная должна уметь летать, как единое целое, подумал Сергей. В конце концов, основной состав сборной — дюжина пилотов и маботов — а их тут двадцать один, вместе с самим Вульфом.

И еще это, наверное, хороший социализирующий и сплачивающий рода момент, подумал он устало и сонно.

— Взбадривание? — спросил целитель.

— Благодарю, я сам, — ответил Сергей, чуть приподнимаясь.

Вывернуть пальцы, направить на себя, устремить энергию, преобразуя ее в целительское заклинание. Сразу стало лучше, но не чрезмерно, как раз нужная, правильная бодрость. Целитель лишь качнул головой, подошел к Расселу.

— Так кто меня в плечо достал-то? — спросил он.

— Юлия, — ответила появившаяся Ариша. — Молодец, подруга! Что, Чоппер, не устоял твой мабот против моей электропушки, а?

— Как тебе моя взрыв-пыль? — с вызовом ответил Сергей.

Возможно, он все же перестарался с бодростью. Хотелось лезть в драку и махать кулаками, магичить и сражаться.

— Пф-ф-ф, жалкая импровизация, — оскалилась Ариша.

— Да тебе и такой хватило. Или пойдешь жаловаться, как Алекс, что слишком жестко ударил?

— Кто жестко ударил? Ты? — возмутился Алекс. — Броню слегка оплавил, а тут же возомнил себя убийцей маботов!

— Ладно, в следующий раз сразимся, да? — спросил Сергей. — Мы трое и вы трое, где там Лагранж?

— Сразимся, — не стал возражать Алекс. — Можно даже не на тренировке, а прямо отдельно устроим дружескую дуэль.

— Вы как? — повернулся Сергей к Джеку и Расселу.

Те посмотрели с сомнением.

— Ваши маботы я подлатаю, — добавил Сергей.

— Даже если ты им новенькие сделаешь, не поможет! — насмешливо добавила Ариша.

— Она права, — вздохнул Джек.

— Хаксли — союзники Саннидейлов, — добавил Рассел.

Сергей бросил взгляд на Дункана, но тот, разумеется, уже ловко ушел в сторону, чтобы не влезать в чужую ссору.

— Плоховато у тебя с союзниками, Чоппер.

— Аккуратней со словами, — возмутилась Анджела. — Я встану с ним в паре!

— И я, — неожиданно добавил Юджин Палмер.

Укол надежды — привет от Лоры? — тут же угасший. Скорее всего, у него просто были счеты к кому-то из троицы кровников Чопперов.

— Отлично, — Вульф сломал-таки заклинание немоты, — а я присмотрю, чтобы правила не нарушались.

И дружеский поединок не превращался в кровную месть. Грань была весьма размыта, того же Алекса Сергей отправил на месяц в больничку на дуэли и никто и глазом не повел. Да что там, даже тут, на обычной тренировке внутри сборной, потребовалась бригада из трех целителей!

Вот бы Гамильтона выманить, да убить незаметно так, подумал Сергей.

Кто-то мог бы сказать, что убийство Гамильтона превратилось для него в идею-фикс, но Сергей знал причину. Нет, не задание Матери-Магии. Просто едва стало понятно, что нападать на Гамильтона бесполезно, по крайней мере, в БАМ, как сразу начали чесаться кулаки напасть. Словно назло всем что-то доказать.

— Матч предлагаю провести уже в следующем году, так как мне надо готовиться к Рождественскому балу.

Как ни странно, смешков и обвинений в трусости не последовало. Зависть, может, но и только. Все понимали, что с императором лучше не шутить, будь ты хоть сто раз глава Священного Рода и любимец Матери-Магии. Стоило бы добавить, что до матча лучше бы им взаимно сдерживаться с кровной местью, но это точно так же мог оказаться faux de pas (ложный шаг, фр). Выражение на французском, напомнило Сергею о том, что ему еще языки учить, хотя бы немецкий и французский.

Может, в будущем году приступить или освоить заклинания языков?

— Не надорвись, Гарольд, а то побеждать будет неинтересно, — насмешливо посоветовала Ариша. — Сегодня ты наконец-то хоть какие-то зачатки чего-то интересного показал, будет печально, если и это растеряешь.

Сергей пропустил ее шпильку мимо ушей, посмотрел на Анджелу и Юджина.

— Ты же улучшишь нам маботов, да? — расплылась в улыбке Анджела.

Сергей и ее слова пропустил мимо ушей, подковылял к Юлии, которой как раз заканчивали вливать несколько зелий страшного вида.

— Я только хотел сказать, что не держу зла за выстрел, — произнес он.

— Вот спасибо, благодетель, — зло-иронично отозвалась Юлия. — Что дальше, поможешь нашему Роду подняться?

— Если таково будет ваше желание, миледи, — выстрелил в ответ Сергей.

Тоже ложный шаг, так и до помолвки договориться можно, но Юлия лишь замерла.

— А ты, стало быть, снизойдешь до нищей дурочки, затем прибрав Священный Род к рукам? Гарольд, ты не первый с этой фигней, так что иди-ка ты… в свой мэнор!

Сергей хотел возразить, но тоже остановился. Бескорыстно помогать Лонгхэдам? Да его дяди сожрут с потрохами и маботом!

— Ну и пойду, не пожалей потом, — огрызнулся он и ушел.

Похоже, не бывать его третьей жене из Лонгхэдов. Да и плевать.

Глава 12

— Гарольд, Гарольд, Гарольд, — голос Гидеона сочился медом и патокой, — совсем забыл старика!

Объятие его было крепким, даже местами наводящим на подозрение.

— Поздравляю! — с чувством произнес профессор любовной магии, отстраняясь. — Уверен, ты не забудешь потом, кто дал тебе пару скромных уроков!

Ах вот оно что, подумал Сергей. То ли думает, что его уроки помогли пролезть к Императору, то ли делает вид, что так думает, потому что это выгодно. Сказать, врет Гидеон или говорит искренне, просто не получалось. Памятуя об уроках Гидеона, этого пожилого ловеласа и грозы юных студенток, можно было почти уверенно утверждать, что он почти всегда говорит почти правду.

— Конечно, профессор, я даже думал взять специализацию в вашем предмете, но, увы, — Сергей с сожалением развел руками. — Столько дел, что пришлось ограничить все-все.

— Можешь просто заходить в гости, двери моего дома всегда открыты, — широко развел руками Гидеон, словно собираясь охватить этот самый дом.

Стать Императором и назначить его главным любовным магом, со смешком подумал Сергей, пусть помрет от любимого занятия.

— Но сейчас мне и правда нужен ваш совет, — произнес Сергей и остановился.

Паранойя взыграла с новой силой. Спрашивать совета об Эльзе Ворлок? Потом это могло оказаться той уликой, благодаря которой Сергея найдут. Клятвы профессоров — да, они лихо обходили их, но это еще ничего не означало. Прямой вопрос мог насторожить и активировать клятву, непрямой мог остаться без правильного ответа.

Пожертвовать жизнью, выяснив все у Гидеона? Мгновение Сергей колебался, все же тратить жизнь не на убийство Гамильтона казалось расточительством. Да и поможет ли совет Гидеона?

— Надеюсь, ваш дом не прослушивается?

— Службой контроля? — подхватил Гидеон. — Прослушивается, конечно! У меня же здесь не особняк Священного Рода!

Сергей невольно ожидал подмигивания, указания на какой-нибудь искажающий артефакт, но нет, похоже, Гидеон просто не заморачивался тем, что за ним следят. Развлекался со студентами и студентками, следя лишь за формальным соблюдением клятв.

Еще Сергей ожидал подмигивания, связанного с тем, что Гидеону будет известно о нем и Эльзе, но нет. Похоже, тот визит в бордель все же остался в тайне. Повторить его?

И он дождался подмигивания, но связано оно было с другим.

— Не особняк, — повторил Гидеон.

Ах вот оно что, опять подумал Сергей. И правда, профессор любовной магии всегда страстно добивался связей с высшим обществом, так почему бы и не пригласить его на парочку приёмов? На чужие, конечно, не выйдет, так почему бы не организовать свой? Чисто для Гидеона, пусть повертит там своим жалом, соблазнит парочку студенток, даст самому Сергею совет, как лучше снова соблазнить Ворлок?

— Конечно-конечно, — кивнул Сергей. — Рад был повидать вас, профессор.

Они раскланялись и диск понес Сергея обратно в особняк Чопперов. Дороги, приветствий других студентов и прохода к себе в «лабораторию» он даже не заметил, глубоко задумавшись над проблемой и вертя ее в голове. Слова Гидеона об особняке натолкнули его на новую мысль. Если служба контроля не следит за особняками, то почему бы не прикинуться частью особняка?

Как с «мантией-невидимкой», но гораздо лучше, ибо там приходилось ограничивать себя, а тут не придется, ибо система будет воспринимать его, как часть особняка. Дальше включаются правила исключения и всё, запись не ведется. То, что часть особняка ходит по Академии? А кто об этом узнает, если запись не ведется?

Но что, если там псевдоинтеллектуальный искуственный интеллект, вроде Дживса? Тогда он может и обратить внимание на эту странность. Загрузить образ можно было с терминала деканов, не Одноглазого Грега, конечно, но МакАлистер или Макферсон вполне подошли бы. Обе старушки не страдали паранойей Грега, вокруг обычно было полно артефактов и магических вещей, и уж с ними Сергей бы управился силой крови Чопперов.

Но требовались детали работы службы контроля, а это означало Эльзу Ворлок. Сама Эльза решила с ним порвать, возможно, пришла пора разыграть страсть и невозможность жить без нее? Сыграть на ее пристрастиях к мамочкам и сыночкам и шлепкам по попе? Собственно, для этого Сергею и требовался совет Гидеона, чтобы понять, как лучше ее вернуть. Ненадолго, чтобы через ее магофон влезть в службу контроля.

Сергей встал и прошелся по лаборатории, перекидывая из руки в руку деревянный шарик, заготовку под артефакт, и невольно впечатывая в нее какое-то заклинание. Пожалуй, он зашел не оттуда, да, не оттуда. Обещать Эльзе место третьей жены? Просто признаться, что мечтает о повторении? Пожалуй, стандартные подкаты Гидеона тут не сработали бы, а против нестандартных у нее стояла защита. Но стояла ли такая же защита на ее магофоне?

— Итак, давайте еще раз пройдемся по порядку, — сказал он сам себе.

Сергей сел и придвинул к себе лист бумаги. Магофон Эльзы по умолчанию должен обладать «повышенными правами», как и она сама. Но при этом и повышенная защита на нем тоже должна стоять, не так ли? Да, обязательно, чтобы никто посторонний не смог воспользоваться им. Наверняка там стоят проверки, что его должна держать в руках сама Эльза и прочее бла-бла. Неважно.

С этого магофона она может отменять, назначать, раздавать метки и что там еще делает служба контроля. Но самое главное — высокий порог вхождения в систему. Стало быть, нужно как-то исхитриться подержать магофон Эльзы в руках достаточное время, чтобы сила крови Чопперов успела подчинить его. И чтобы Эльза при этом ничего не заподозрила.

Сергей нарисовал несколько стрелок, выстраивая блок-схему. Возможно, взлом стоило разбить на несколько частей, допустим с магофона Эльзы только дать разрешения, а основной образ загрузить с терминала одного из деканов. И с отложенным временем запуска, при этом срабатывание только на открытие допуска самому Гарольду. Или просто присвоение ему временной метки «невидимости», пока он проникает в центр службы контроля.

Нет, подумал Сергей, зачеркивая все широкими движениями. Вживую — надежнее всего, физический доступ — самый могучий, но он же и самый опасный. Если там применялась хотя бы половина паранойи Грега, то там не пройдешь. В библиотеке все сработало, по совокупности причин, но в здании Гамильтона? Нет.

Образистика была лишь недавно изобретенной школой магии, основанной, опять же, помимо магии еще и на изобретениях обычных людей. Трехмерное телевидение с примесью менталистики, воздействие на разум с передачей картинки. Пожалуй, решил Сергей, основное направление удара выбрано верно, новое направление магии, не все еще понимают его опасности. Как на заре интернета мало кто заморачивался защитой, так и с образистикой все пока что пребывало в зачаточном состоянии.

Но разбить взлом и правда не помешало бы, просто действовать следовало немного иначе.

Сергей придвинул новый лист, еще раз начертил квадрат наверху, подписав его «Эльза Ворлок» и затем задумался. Да, все упиралось в Эльзу, и прошлый контакт должен был облегчить нынешний. Разумеется, просто присваивать терминалам особняка Чопперов повышенный статус было бы глупо. Стало быть, требовался запасной магофон, а то и просто присвоить права какому-нибудь библиотечному терминалу, да чтобы они сработали посреди ночи. Например.

Но для этого вначале требовалось как-то исхитриться овладеть магофоном Эльзы.

— И потом не насторожить системы защиты на той стороне, — вздохнул Сергей, рисуя еще один квадрат.

Да, защита от образов пока что находилась в зачаточном состоянии, но вот вредные воздействия на разум проверялись. С другой стороны, он же не собирался воздействовать на разум? Просто под прикрытием образа послать команду присвоить админские права такому-то терминалу или магофону, так? Так. А уже потом с него производить взлом, да какой-то там взлом, просто войти в систему и назначить Гарольду Чопперу признак «часть особняка Священного Рода». Даже можно потом списать на сбой системы, не так ли?

— И на это сразу обратят внимание, — возразил самому себе Сергей, зачеркивая квадратики.

Слишком уж он на виду. Нет, он опять зашел не оттуда. Наверняка, к службе контроля обращались и другие службы Академии, кто-то да заметит, что Гарольд Чоппер притворяется частью особняка. Стало быть, нужно что-то иное, не так ли? Не магофон, однозначно, нет.

Сергей хлопнул себя по лбу и застрочил по бумаге. Служба контроля определяла зачарованные предметы, стало быть, из этого и следовало исходить, с упором на силу крови Чопперов. Не магофон, нет, перстень, кольцо, зачарованный шарик, что-то, что он сможет носить при себе, не вызывая подозрений. Нет, даже не так. Зачарованный предмет, который, при выносе за пределы особняка Чопперов, обнаруживается службой контроля и автоматически активирует программу сокрытия. Срабатывание по условию, обнаружен предмет, значит, его носитель «часть особняка Священного Рода» и его не надо записывать, и еще он обладает правами администратора системы.

Вот, это было уже лучше и позволяло не светить своей невидимостью всегда, а только в нужные моменты. Стало быть, магофон Эльзы — вход в систему — назначение прав терминалу или магофону — и с него уже назначение прав предмету, с подтиранием записей и последующей аннигиляцией. Стало быть, нужно заранее приобрести магофон, нет, нужен еще артефакт, который просто сработает в нужное время рядом с терминалом, которому будут назначены нужные права. Он подключится к службе контроля с администраторскими правами, запишет определение третьего предмета, подотрет записи и самоликвидируется. А артефакт можно подкинуть заранее, днем посетив библиотеку.

— Во-о-о-о-от, — удовлетворенное протянул Сергей, — не зря учился. — А Гидеону и правда нужно премию дать!

— Премию этому старому сластолюбцу? — раздался от входа голос Саманты. — Братец? Ты что, наконец, решился расширить спектр еды?

— Как ты вошла?

— Дверь была приоткрыта, заглянула, а ты что-то пишешь, бормочешь, машешь руками.

Вот так и проваливаются планы, подумал Сергей. Понадеялся на защиту и провалил ее.

— Любовную поэму Гидеону пишешь, да? Ты же к нему ездил с визитом? Вспыхнули чувства и все такое? Поверь, я не подкалываю тебя и только рада за вас! А то ты весь прямо извелся!

Стереть ей память? Прикинуться, что влюблен в Гидеона? Упомянуть Эльзу? Саманта поди не выдаст? Даже даст совет или выступит посредником? Потому что по схеме Сергея выходило так: вначале подготовить все, а потом, во время секса с Эльзой взломать ее магофон, причем так, чтобы она ничего этого не видела. Придется, конечно, извернуться и подвигать бедрами, но варианты имелись, имелись.

Вот только на каком грифоне к ней снова подкатить без нарушения правил?

— Ты ошибаешься, — сухо ответил Сергей.

— Тогда за что премию Гидеону?

— За его советы и образование, особенно в части семейной жизни.

— О! — глаза Саманты чуть округлились. — Уже?

— Ты что? — Сергей хотел постучать по голове, но сдержался. — Еще даже помолвку не объявляли!

Можно было просто оборвать Саманту и отослать ее прочь, но Сергей, застигнутый врасплох, как-то не сразу сообразил. Да и потом, кто сказал, что он не может послать Кристине какую-нибудь мини-поэму в стихах? Уж срифмовать пару строчек он сможет, а что выйдет плохо, так еще лучше — доказательство искренности намерений! Или послать поэму Эльзе? Связываться с любовными зельями уж точно не стоило.

— Все равно, рада за тебя, братец, — улыбнулась Саманта, подмигнула и пошла дальше.

Якобы случайно мимо проходила, ага-ага, верю, зло подумал Сергей. Пожалуй, стоило отгородить себе часть особняка, натурально отгородить, стены, двери, заколдовка силой крови, чтобы гарантированно никто не вошел и не увидел лишнего. Никого туда не пускать, даже верного Барри, преданного всей душой и клятвой.

— Вот так думаешь, что твоя защита достаточна, а она недостаточна, — ухмыльнулся Сергей. — И ты все наворачиваешь ее и наворачиваешь, становишься мега-параноиком, а потом в защите все равно обнаруживается брешь.

Взгляд его упал на листок. Да, план был хорош, не без огрехов, но вот на него можно было и потратить жизнь. Если что-то пойдет не так с магофоном, как с зельями и магией подчинения, придется откатиться. Да, на этот случай тоже стоило подготовиться. Артефакт с силой крови Чопперов? Нет, не пойдет, что в руку он магофон возьмет, что артефактом зарядит, сигнализация сработает. Но если сила крови Чопперов не сработает, стало быть его главный козырь пропадет, и тогда он просто отменит и придумает новый план.

Не разрывая связи с Эльзой, его главным источником доступа к службе контроля.

— Физическое нахождение — под зданием ректора, можно зайти оттуда, — сделал он пометку.

Сам думал, что опасно, да, но если удаленный доступ и правда параноидально защищен, выхода не останется. Либо так, либо вообще не лезть к службе контроля.

— Терминалы деканов, можно зайти оттуда, — сделал он еще пометку. — И туннель доступа.

Пройти его под магической невидимостью? Нет, но если запустить туда мини-мабота?

— Я уже загоняюсь и заговариваюсь, — помотал головой Сергей. — Нужно все же больше отдыхать.

Где только время на отдых взять? Отоспаться после Академии, разве что. Да, пожалуй. Он влезал на полностью новую территорию — и, чего уж там, воспоминания о весьма извращенном сексе с Эльзой немного да будоражили кровь — так что без промашек не обойдется. Потратит пару жизней, скорректирует, добьется допуска и «невидимости» для службы контроля, а там видно будет. Возможность убить Гамильтона автоматически не появится, но если он сумеет хотя бы мощно колдовать и проникать в здания, уже что-то.

Осталось только как-то уговорить Эльзу и заколдовать ее магофон, не выдав себя.

Глава 13

— Привет, — раздался сзади знакомый голос.

— Привет, — ответил Сергей вначале куда-то в потроха мабота модели «Эдинбург» и только потом уже вылез из них, распрямился и оглянулся, машинально утирая руки.

Пол Андерсон вскинул руку в вялом приветствии, потом сообщил:

— Будем теперь работать вместе.

Взгляд Сергея вначале невольно метнулся в направлении отгороженного в ремонтном цеху уголка, где разместили «Молнию», но потом до него дошло. Просто Пол выбрал одной из специализаций маботостроение, вот их и поставили вместе, по совокупности причин. Пятый курс, точно, Андерсон учился на пятом курсе. На следующий год диплом и ему будет уже не до сборной, но какая разница? Все равно в следующем году Сергея тут уже не будет.

— Вместе? — переспросил он.

— Распоряжение МакАлистер, — чуть развел руками Пол. — Дескать, бери шефство, научишь Гарольда, да и сам кое-чему научишься.

— А ты так не считаешь? — чуть настороженно спросил Сергей.

В принципе, неплохой шанс наладить какие-то мосты помимо Сборной и приёмов. Социальная часть его плана, мягко говоря, хромала на обе ноги. Сколько ни тверди себе, что ты звезда первой величины, если нет привычки к подобной общественной жизни, ни у тебя, ни у твоих соседей по голове, Парри и Гарольда, то все неизбежно будет даваться очень тяжело. Возможно, уделяй Сергей «социалке» всё свое свободное время, вышло бы лучше, но он физически не мог этого сделать. Легкая жизнь с изучением общих предметов по первым двум курсам канула в лету, над учебниками уже кое-где приходилось сидеть всерьез, плюс практика, плюс работы на каждого из деканов, плюс тренировки, плюс разгон и медицинские дела, и времени не оставалось вообще.

— Без обид, Гарольд, но никакой разгон не заменит годы обучения, — спокойно ответил Пол, — а что касается твоей силы крови — то там я точно ничему не научусь.

Равно как и сам Сергей-Гарольд ничего не почерпнет из силы крови Андерсонов, того, что в программе Академии именовалось биомагией. Память смутно подсказывала, что из-за этого в свое время у них и началась кровная вражда с Грейсонами, из-за Кровавой Свадьбы, на которой Грейсоны заподозрили, что им подсунули не ту невесту. Измененную силой крови Андерсонов. И пошло-поехало, после чего на свадьбы и важные приёмы перестали в обязательном порядке приглашать все священные Рода, только союзников, друзей и нейтралов, но никак не врагов, особенно кровных.

— Но ты все равно пришел.

— Конечно, — Пол посмотрел на него немного изумленно, — она же мой руководитель, мне еще ее факультет заканчивать и диплом писать! Не все же птицы такого высокого полета, как ты, Гарольд!

Но даже Сергей-Гарольд не смог бы надавить на преподавателей и деканов. Запугать легкими намеками, при известной хитрости, еще можно было бы, но ровно до того момента, как кто-то из них пожаловался бы декану своего факультета. Или Гамильтону. Или донес бы кто-то из студентов. Или все обнаружила бы служба контроля.

— Не хотел тебя обидеть, — вскинул руки Сергей, — еще три с небольшим месяца назад я был обычным простаком-горожанином, жителем Брайтона, и с завистью взирал на всех магов снизу вверх.

Пол неожиданно одобрительно коротко рассмеялся.

— Да, нечасто услышишь такое в нашем кругу, — пояснил он. — Хотя, если кто и может себе позволить говорить «я был простаком», так это ты, Гарольд. Вместо того чтобы морщить носы и не подавать руки, все только дополнительно восхитятся. Прямо как я.

И протянул руку, а Сергей ее пожал.

— Вообще, наш декан выделяла мне своего помощника, Тристана Долгоффа, — сообщил Сергей, — но тот опять куда-то пропал.

— Потому фто доферяю фам, флава Фарольд, — вынырнул сбоку Тристан, что-то торопливо жуя.

Увидев Пола Андерсона, он еще торопливее сглотнул, казалось, сейчас подавится, и поклонился, попутно вытирая руки о рабочий комбинезон (в чем-то напоминавший полетные, по крайней мере, степенями защиты).

— Технику безопасности вы знаете, в основах предмета разбираетесь, а дел столько, что поесть и в туалет отбежать иногда некогда.

— Это да, дел много, — согласился Пол.

Сергей насторожился, моментально припомнив пророчество Дэбби. Пожалуй, следовало повторить сеанс «истинного пророчества», с принятием всех мер предосторожности. И без минетов с выбросами энергии прямо в голову, нет, теперь без всей этой нестабильной гормональной пьесы можно и нужно было обходиться. Просто положить руки на шею или живот, подать энергии, контролируя поток.

— Что-то случилось? — уточнил он.

— Еще летом, — Пол посмотрел слегка удивленно. — Мы же сотню раз обсуждали Лонгхэдов!

В контексте специфики Сборной, да, но обсуждали. Может ли отряд лучших пилотов в лучших маботах взять штурмом мэнор с Источником, если внутри засел Глава? Может и не Глава-по-Праву, а Глава-по-Крови, вроде дяди Альфарда, но все равно глава с активной связью с Источником? Раньше считалось, что это невозможно, но падение Лонгхэдов снова открыло тему, будоражило сознание пилотов.

Разумеется, никто из них не желал уничтожать чужие Источники, но сама возможность совершить то, что считалось невозможным, вписать свое имя в историю магии и пилотов, влекла и манила. Аналогично и с Турниром, насколько мог судить Сергей в меру своих небольших социальных сил. Возможность победы над лучшими пилотами других магических сверхдержав (ну и еще немного кровной мести и просто мести за прошлые войны), возможность самому стать лучшим, вот что манило пилотов Сборной. Для обычных магов и новой крови это еще, к тому же был отличный социальный лифт, возможность прыгнуть высоко и далеко.

— Лонгхэдов обсуждали, — согласился Сергей. — Но мне казалось, что все меры сразу приняли?

— Розыск и сотрудничество с другими странами — да, но ведь убийц так и не поймали, — пояснил Пол.

— А-а-а-а, — протянул Сергей, до которого начало медленно доходить. — Раз убийцу или убийц не поймали, то неясно, как именно он или они пробились к Источнику, а стало быть, нужно обновить всю-всю защиту, так?

— Именно, — с горечью в голосе согласился Тристан. — Ну, какой дурак будет нападать на Источник Академии⁈ Тут же ректор Гамильтон! Даже Владыка Смерти ни разу не осмеливался штурмовать нас! Но нет, нужно же сразу устроить инвентаризацию систем защиты, вырвав всех из летнего отпуска, а потом ужаснуться и долго орать, что две трети маботов Академии какие-то развалины! А еще бы им не быть развалинами, когда нам сразу поставляют уже старые и изношенные модели, из расчета, что студенты их все равно разнесут! Годами никто особо не вкладывался в ремонт, только те маботы, на которых занимались сборные факультетов, да то, что чинили студенты нашего факультета во время практики! А виноваты остались почему-то все мы и теперь сверху на нас орут, чтобы мы быстро-быстро-быстро все починили, но при этом ни пенса денег не потратили, а то бюджет у Академии, видите ли, ограниченный!

Выпалив гневную тираду на одном дыхании, Тристан совершил несколько глубоких вдохов и выдохов и произнес уже спокойно.

— Прошу прощения, вспылил немного.

По-настоящему его достали, сочувственно подумал Сергей, все прошлые занятия Тристан был более-менее спокоен, выдержан и так далее. Возможно, просто накопилось, вначале еще были силы держаться, а потом исчезли.

— В жизни не поверю, что у БАМ нет денег, — сказал Сергей.

— И что все были не в курсе состояния маботов Академии, — кивнул Пол. — Чуть что — отчет, отчет, отчеты. Служба контроля всех мух, пролетающих мимо, записывает.

Он переглянулся с Сергеем и тот ощутил какую-то ниточку общности с Андерсоном. Слабенькую, конечно, ниточку, ведь все не любили службу контроля, но все же.

— Записывает, — чуть дернул головой Тристан. — Но мы не можем просто так взять и списать всех маботов, а взамен купить новых.

Что-то они там темнили. А может Гамильтон решил объявить учения «БАМ-91», с имитацией осады врагами, когда внешним ресурсам просто неоткуда взяться. А может старых маботов ставили на консервацию и прятали в огромные склады под Академией. Придумать можно было практически что угодно, но насколько эти придумки соответствовали правде? Сергею не хотелось разбираться, если честно. Даже если местный персонал, работающий с маботами, воровал, ну не плевать ли?

На себя времени не хватает, еще в чужие проблемы такого рода вникать!

— В общем, поэтому декан МакАлистер поставила вас вместе. Знания и сила, по совокупности повышение скорости работы. И отработка навыков.

— А как же мой проект? — чуть нахмурился Сергей.

Он знал, что вопрос крайне несправедлив, ведь он хотел добиться двух крайностей: чтобы за него доделали «Молнию», но при этом все сохранилось в тайне и никто ничего нигде не испортил.

— Наши специалисты готовы приступить к работе над ним в любой момент, — неожиданно улыбнулся Долгофф и развел руками. — Уж точно интереснее, чем с серийным старьем возиться.

Только вначале подпишите отказы от ответственности и снимите запреты, поставленные силой крови Чопперов, о чем уже неоднократно говорила сама Молли МакАлистер. Сергею же, как той девице из поговорки «и хотелось, и кололось». Понимание, что он сам вряд ли осилит работы подобной сложности, смешивалось с желанием оставить все при себе, доделать самому, быть уверенным в «Молнии» на сто четыре процента.

А пока что «Молния» продолжала пылиться, только теперь в уголке ремонтного цеха Академии, а не мастерской Чопперов в родовом мэноре.

— Индивидуальный мабот? — заинтересовался Андерсон.

— Родители делали, — не слишком охотно, но все же ответил Сергей. — И недоделали.

— Ты же вроде и на «Чайке» неплохо летаешь, — чуть прищурился Пол. — Еще лучше?

Сергей просто кивнул в ответ.

— Нелегко тогда тебе придется, про Джонатана Чоппера я слышал неоднократно. У тебя же нет желания проектировать маботов?

Желание или нет, но проектирование маботов было, в сущности, такой же наукой, как и проектирование чего-нибудь другого. Появилась задумка, начертил, добавил, что хотел, потом увидел, что не влезает, перечертил, прошелся магической совместимостью и сопроматом, еще провел расчеты, добавил, изменил, попытавшись втиснуться в стоимость, вес, габариты и характеристики, ну и так далее, длинный список проблем при практическом воплощении.

— Желания нет, а необходимость есть.

К этой необходимости еще не помешало бы немного отцовского таланта, мысленно добавил Сергей. Потому что талант и тяжелый труд приводили к прорывам только вместе, но не по отдельности.

— В общем, тебе нужно сесть и разобраться в документации, — вздохнул Пол.

— Документации, — слегка деревянным голосом повторил Сергей.

Впору было взвыть от собственной тупости. Конечно же! Не из носа же родители выковыряли такого сложного мабота! Малейшая ошибка в расчетах и схемах и все оказалось бы запорото, а следовательно, эти самые расчеты и схемы должны были иметься в наличии. В мастерской в мэноре? Скорее всего. В каком-нибудь отдельном сейфе, который он не заприметил, так как не искал. Все ходил вокруг «Молнии», вздыхал, а инструкцию поискать даже не подумал!

Будь прокляты привычки из прошлой жизни, смотреть мануалы в последнюю очередь!

В маботостроении учили читать схемы и чертежи, если надо, засядет с учебниками и разберется отдельно, что-то покажет МакАлистер или Долгоффу, но поймет, как оно все работает. Нет, как оно должно было выглядеть и работать, а уже оттуда станет понятно, чего не хватает! Да, у него нет таланта к созданию новых маботов, но уж доделать по схеме как-нибудь сможет. «Молнии» ему хватит за глаза на все, что угодно, даже на убийство Гамильтона.

— Понятно, — вздохнул Пол, — тоже не люблю морщить лоб над чертежами. Воплощение в металле и магии, а потом полеты на том, что сделал своими руками — вот подлинный восторг. А чертежи это скучно и нудно.

— Но необходимо, — строго добавил Долгофф.

— Но необходимо, — согласился Андерсон. — Так что, покажешь чертежи?

— Может, и покажу, — ответил Сергей. — Только они в Чоппер-мэноре, кажется, остались.

Неожиданно после этих слов пришло облегчение. Выкинуть проблему из головы до Рождества! Уже после бала у Императора сделать крюк в родной мэнор, прихватить чертежи и чего там не будет хватать, и тогда уже браться за «Молнию». А пока что не связываться с ней, чинить маботов старой серии да учить материалы за третий курс и в ус не дуть.

Потом может не хватить времени… да и плевать, наверное? Выступит на «Чайке» в турнире, в конце концов, Оллин не уставал повторять, что лучше свой родной мабот, пусть и двадцать раз отремонтированный, чем новенький, к которому ты еще не привык. Характеристики может и выше, но если не чувствуешь машину, то толку от них не будет, только хуже сделаешь.

— Стало быть, после Рождества и покажу, может, и подскажешь чего. И декану МакАлистер покажу, — решил для себя Сергей. — Ей вот покажу сразу, а тебе потом.

Не его же детище, чего трястись? Что воспроизведет кто-то? Без силы крови Чопперов, без защит от Розы, все равно будет бледная копия. А на таком жесте можно себе еще доверия заработать, да и «Молнию» закончить.

— Слово? — обрадовался Пол.

— Слово, — не стал отпираться Сергей.

Глава 14

— У Прудентов будет приём, по случаю дня рождения Главы Рода, Дональда Прудента, — важно изрек Сергей.

— Будет, — согласилась Саманта, — я же тебе о нем и сообщила!

— Так что, ты пойдешь?

— Зачем? — все же оторвалась от записей и подняла голову Саманта. — Ты же собирался ходить по подобным мероприятиям, вот и иди!

— Сила крови Прудентов — возведение укреплений.

— Я знаю.

— И я неплохо подружился с ними, — добавил Сергей.

Хотя знакомство началось не лучшим образом, дуэли, вначале с Анитой Прудент, потом с Робином, четвертый наследником Рода и пилотом Сборной, потом их стычка с О’Дизли. Но последовавшие совместные общественные работы и размахивания метлами на улицах поселения возле Академии помогли. Тренировки в сборной помогли и закрепили эффект. В целом, Сергей там пытался избежать перерастания конфликта в кровную месть и как-то немного, незаметно, перегнул палку в обратную сторону.

— Поздравляю.

— Они могли бы помочь тебе с дипломом.

— Как? — изумилась Саманта. — Чужой силой крови? Или ты решил меня сосватать кому-то из них? Так мы же вроде договорились, братец, что я не лезу к тебе, ты не выдаешь меня замуж.

Сергей помнил, что они договаривались совсем о другом, но списал на помехи восприятия. Главное, что Саманта и правда угомонилась, не лезла из своих трусов в его. Возможно, на нее еще влиял и диплом, желание окончить Академию с отличием.

— Странно, мне казалось, что они смогут тебе помочь, — озадачился Сергей. — Нет так нет. Кого бы тогда взять с собой?

— Верного Амоса и его сладких лекций на ушко тебе мало? — развеселились Саманта. — Дэбби тогда возьми. Или Гертруду. Или Джил. Закажи себе фантастическую эскортницу.

Проститутку с чужой внешность, проще говоря. Хотя, если от кого и можно было ожидать такого предложения, так это именно от Саманты. Стоили такие девицы недешево, так как недешевы были услуги биомага, менявшего их внешность на заказ. Зато, в отличие от кругов преобразования и иллюзий, внешность не слетала от сильных воздействий.

— Дэбби с Дунканом опять, Гертруда вся в учебе, боится лишнюю секундочку разгона потерять.

Не то, чтобы Сергей следил за своей недокомандой, просто верный Барри регулярно докладывал, как обстоят дела. Изредка они пересекались вживую, в коридорах особняка Чопперов. Вот и вся командность, показывающая, чего на самом деле стоят потуги Сергея. Но при этом клятвы были принесены, вассалы бодро самостоятельно трудились, не отвлекая, так что можно было сильно не переживать.

— Все равно так и не поняла, чего ты с этой Гефахрер возишься, — заметила Саманта.

— Жалко ее стало, — честно ответил Сергей. — Да и себя внезапно представил на ее месте.

— Это как?

— Представь, что не было никаких печатей Гамильтона и похищенного наследника, я простой и обычный парень, Парри Тук, у которого вдруг прорезался сильный дар. Настолько сильный, что мне прислали приглашение в Академию. И вот я хожу в восхищении, а все вокруг смотрят свысока, ноги подставляют, на дуэли вызывают, а мне и ответить нечем. Потерянный, одинокий, но в то же время восхищенный новым миром и возможностями вокруг.

В таком состоянии самое те вербовать куда-нибудь, неожиданно подумал Сергей. Бери тепленьким, кто пригрел, тому и будешь верен. Может, с Гефахрер то же самое пытались проделать? Но зачем? Особых талантов у нее нет, а сила и умение учиться. Да кого этим удивишь в Академии?

— Иногда ты меня прямо удивляешь, братец, — заметила Саманта. — То готов в землю кого-то вбить по ноздри за ерунду, то прямо горные вершины эмпатии и сострадания покоряешь.

Сергей не припоминал, когда это он кого-то был готов вбить по ноздри за ерунду. За важные дела — да, а за ерунду — нет, но спорить не стал.

— Чего тогда Джил О’Дизли не возьмешь?

— Да она всегда отказывается идти без братьев, а мне тащить такую толпу как-то не с руки.

Еще у Сергея осталось смутное впечатление, что семейство О’Дизли недолюбливало Священные Рода. Не все и, не показывая этого прямо, но такое вот смутное ощущение на грани сознания присутствовало. Как будто кто-то из этих Родов когда-то давно предкам О’Дизли, может даже самому Дизли, в суп плюнул или там на ногу наступил. Можно было еще, конечно, сослаться на банальное: ирландцы в британской академии, но тогда для начала следовало записать службы безопасности БАМ и подручных Гамильтона в идиоты.

Тогда как Сергей уже успел убедиться, что идиотов тут обычно не держат.

— Разве ты не хотел с ней переспать?

— Хотел бы так переспал, — удивился Сергей.

Вот так, хотел помочь Саманте, а разговор все одно свелся на баб и кто с кем спит.

— А, точно, это был Барри, извини, — отозвалась Саманта, снова опуская взор к записям.

Поболтали, отвлеклись, отдохнул и снова к занятиям, знакомо. Барри пытался подкатить к Джил? Ну, своеобразная красота в ее рыжине, дерзости и веснушках определенно имелась. Хотят развлекаться — пусть развлекаются.

С этими мыслями Сергей встал, собрался и отправился к Прудентам один, даже Амоса не взял. Лекции его по устройству общества и взаимодействию были полезны и информативны, но сейчас Сергей неожиданно ощутил полузабытое чувство. Из прошлой студенческой жизни, под названием «выпить и расслабиться».

— Тройной черный табак с плантаций Лонгхэдов в центральной Африке, — Робин провел сигариллой вдоль носа, разве что не облизал. — Теперь, считай, нескоро мы насладимся этим тонким ароматом.

— Почему? — удивленно спросил Сергей.

Он подвыпил и ему и правда, стало легче. Не из-за алкоголя, конечно, а из-за того, что уже второй час он ничего не делал, не учил, не магичил, не строил, не обдумывал, просто болтал и пил, наслаждаясь приятной веселой компанией. Опять же, с приятными девушками, но без попыток поиметь его прямо на месте.

Щелчок пальцами и огонек заплясал в воздухе. Сергей подкурил и затянулся машинально, тут же закашлявшись и немедленно прибегая к заклинанию очистки. Заклинание сработало, как часы, попутно почему-то усилив опьянение.

— Ведь колонии и Лонгхэды в них уцелели, так? Так, я сам видел такую у Императора, — произнес Сергей. — Кстати, все спросить хотел, а чего наша Юлька не глава клана? Умница, красавица, пилот опять же!

— Анита вон тоже умница, красавица и пилот, но тоже не глава клана! — неожиданно рассмеялся Робин.

Анита, словно услышав его, обернулась. Рядом стоял неизменный Карл Прудент. Сергей познакомился с ними, когда те обижали Гефахрер, а потом Гертруда уже сама подошла и навязалась в вассалы. Словно сто лет назад все было, подумал он, хотя и трех месяцев не прошло. Туман в голове приятно расслаблял, сливаясь с «туманом прошлого», наверняка вызванного разгоном и чрезмерным усердием в работе и учебе. Словно и правда один день шел за пятьдесят и тогда, по этой шкале, дуэль с Анитой состоялась почти три года назад.

— Сейчас ты скажешь мне — бери ее, — обвинил его Сергей.

— Нет, не скажу, — снова рассмеялся Робин, — местом в ряду наследников не вышел! Это ты мог бы сказать, ты же Глава Рода, а я могу только руками развести. Но если вдруг решишь скрепить наш союз, как с Малькольмами, я буду только за!

— Какой еще союз?

— Ох, Гарольд, Гарольд, летаешь и колдуешь ты лучше, чем прячешь тайны и лицо, — покачал головой Робин.

Он наклонился ближе, практически вошел в интимную зону, словно собирался поцеловать и прошептал, обдавая Сергея запахами табака и вина:

— Все знают, что у Чопперов тайный пакт с Малькольмами! Был бы открытый, может и не знали бы, но когда тайный — все сразу узнают о таких вещах!

— Кто-то разбалтывает? — изумился Сергей, поднося сигариллу ко рту на всякий случай.

Почему-то курение под выпивку казалось самой естественной в мире вещью. Возможно, потому что в прошлой жизни Сергей баловался так же, только обычными сигаретами, а не сигариллами из магического табака, каждая стоимостью в хороший автомобиль.

— Пророки и ясновидцы бдят, — сообщил Робин, — чтоб у них отнялись все их пророческие органы! Без хорошего щита от ясновидцев даже в туалет теперь не сходишь! А когда не надо, так ни хрена предсказать не могут, мекают и бекают, щиты, им, видите ли, мешают! Всякую чепуху видеть щиты им не мешают, а как результаты скачек предсказать или там Турнира, так сразу языки в жопы втягивают!

— Надо у Дэбби спросить, — решил Сергей. — Она — пророчица! Все видит насквозь! Жаль только, что с Дунканом сейчас!

— А чего жаль?

Сергей отпил еще вина и сообщил глубокомысленно:

— Того, что она не с нами.

— А да, я заметил, ты один пришел.

Заметил, едва не расхохотался Сергей. Да сам Робин же всех встречал, ну, по крайней мере, всех важных магов из Священных Родов! Трудно было не заметить такое!

— Так о чем мы говорили? Ах да, о Лонгхэдах и табаке!

— А мне казалось о Турнирах и пророчествах?

— Это еще успеем, — отмахнулся Робин. — Еще взмолишься, заплачешь кровавыми слезами из ушей, чтобы Оллин и все вокруг перестали говорить о Турнире, да будет поздно. Так, почему Юлия не глава клана?

— Вот-вот, — согласился Сергей.

Спрашивал он о другом, но какая разница? Одной из прелестей таких вечеринок было как раз не слишком связное обсуждение, вольно прыгающее туда-сюда и оставляющее без ответов массу вопросов.

— А ты разве не знал? — удивился Робин. — В Юлии мало силы крови Лонгхэдов! Всё в талант пилота ушло вместо растений, так что она там даже близко не может претендовать на власть над источником. Так что твой хитрый план жениться на ней и прибрать к рукам Род Лонгхэдов сразу провалился!

— Мой хитрый план? — изумился Сергей.

— Так все говорят, — подмигнул Робин, словно намекая, кто именно запустил слух, — даже Юля поверила, а-ха-ха-ха-ха-ха!

По крайней мере, это объясняло ее сердитые взгляды в сторону самого Сергея. Как говорится, глубокомысленно подумал Сергей, хозяйке на заметку — если ничего не смыслите в слухах и интригах, лучше обратитесь к наставнику, а то так ничего и не поймете.

— А как же Император и его запрет трогать Лонгхэдов?

— Так ты же сам скоро императором станешь и отменишь запрет!

— Скоро, — проворчал Сергей.

Настроение неожиданно резко испортилось. До этого скоро еще было, как пешком до Китая, и пьянка не приближала к цели. Как минимум, не провалить бал и не опозориться там, наверняка найдется масса желающих пустить слушок, затеять интригу, опозорить Гарольда и оттереть его в сторону.

Надо было бросать пьянку, вставать и идти трудиться.

— Подожди, — сказал он, — так отменю я запрет и что, поглощу Лонгхэдов? Так я к тому времени буду уже императором и перестану быть Чоппером!

— Да, это я не додумал, — признал Робин, выпуская колечко дыма. — Промахнулся. Все же я не был никогда императором и не ужинал с ним. Расскажешь? Особенно про его внучек?

— Расскажу, если ты все же ответишь, почему табак Лонгхэдов скоро пропадет?

— Сила крови, — просто ответил Робин. — Старшие Лонгхэды регулярно ездили по плантациям и обрабатывали их силой крови, создавая неповторимые продукты. Теперь их нет. Лонгхэды привлекут, кого смогут, наверняка всех, в ком есть хоть капля крови, пустят под усиление ритуалами. Но есть разница, когда у тебя старая, древняя сила крови, выросшая уже давно, и когда ты новодел — подкачанный с нуля кровью жертв. Да еще и знаешь, усиль пруд — будет озеро, а усиль каплю — будет несколько капель, если ты понимаешь, о чем я.

— Понимаю, — ответил Сергей.

— Вот и все, собственно. Родовой мэнор поднимут на другом источнике, но это будет уже не то. Силу крови подкачают, но и это тоже будет не то. Приемы силы крови, передававшиеся из поколение в поколение, тоже сгинули во всесжигающем пламени. Совсем уж Лонгхэды не пропадут, родят еще детей, сила крови их поднимется, но в этом промежутке, пока они будут восстанавливать утраченные позиции, мы будем давиться подделкой под их прежние продукты и ностальгически вздыхать о качестве.

— Как ты складно излагаешь, — восхитился Сергей. — Научишь?

— У тебя разве мало учителей? От Гидеона до этого твоего вассала, который все смешные байки про магический социум рассказывает.

Сергей промолчал, не желая вступать в ловушку. Он был практически уверен, что Амос ему не врет. Но Робин Прудент вырос в магмире, а еще он любил запускать слухи и сплетни. Наверняка, чего-нибудь наплел бы правдоподобного и Сергей-Гарольд стал бы посмешищем.

— Так и я о чем! Учусь у всех понемногу, наверстываю.

— Наверстываю, ха! — развеселился Робин. — Скорее летишь, как быстрый мабот! Ладно, давай про внучек Императора, а я тебе потом расскажу, как нужно правильно слухи запускать!

Ну что же, подумал Сергей, чем не социальный урок?

Глава 15

«Палочка и Посох», Холлоу

Так и не придумав, на какой химере подкатить к Эльзе, Сергей просто плюнул на экономию, подловил ее вне служебных помещений и врезал по мозгам ментальной магией, попутно закрывшись мощнейшими щитами. Этого времени хватило, чтобы выяснить всю подноготную, хотя чего там было выяснять. Несмотря на всю свою сухость и отказы, внутри Эльза трепетала и сгорала от желания повторить все еще раз, предаться запретной страсти.

Когда обе стороны не против, то остальное — уже технические детали.

Кабинка в «Палочке и Посохе», с заказом и приказом не беспокоить, появление в масках и временный круг превращения, обеспечивающий им нужную внешность. Несколько ролевых возгласов, внешность Барри и Пэгги, а также связывание обычными, не магическими веревками и загибание Эльзы лицом в стол, чтобы видела, как можно меньше.

Изъять магофон, незаметно левитировать его и приклеить себе между лопаток, чтобы Ворлок уж точно ничего не увидела, даже в те редкие мгновения, когда она оборачивалась, показывая искаженное страстью и болью лицо Пэгги Тук. Было нелегко, но такая концентрация помогла растянуть процесс, обеспечив Сергею время на обработку магофона силой крови Чопперов.

Затем бокал вина и еще один подход к снаряду, давая заранее заготовленному артефакту время установить контакт с магофоном и влить в него нужный образ, для дальнейшей передачи. Потом, когда они выйдут из-под щитов кабинки, заведения и лично Сергея-Гарольда.

— Я так и не наказала тебя, сыночек, за такое плохое обращение с мамочкой, — пробормотала изможденно Эльза-Пегги, пока Сергей в облике Барри развязывал ее.

Да, это вот, пожалуй, была самая большая проблема данного подхода. Теперь предстояло как-то длить эти странные отношения, так, чтобы Эльза не получила над ним лишней власти, но и не взбесилась, не заподозрила тайных умыслов и доступа к магофону через ее тело.

— Что за страшные вещи ты говоришь, мамочка, — отозвался он, оставаясь в рамках роли. — Теперь я буду тебя бояться и избегать!

На какое-то время этой игры хватит, а там видно будет. Пусть сама за ним бегает и добивается, хитрит и изворачивается.

Дальнейшее прошло само по себе, практически без участия Сергея — активация другого артефакта возле библиотечного терминала, отсылка образа, внедрение и изменение. Короткое текстовое сообщение на магофон Сергея-Гарольда, свидетельствующее о том, что взлом прошел успешно.

Возможно, все можно было сделать и проще, а возможно, именно благодаря принятым мерам и работе с магофоном Эльзы, все и прошло так успешно. Сергей решил, что не стоит искушать судьбу, и если потребуется еще куда залезть, то перестраховаться на три раза. Плюс, у него оставалась лазеечка, обработанный магофон Эльзы, куда он теперь мог незаметно залезть со своего, если потребуется.

Первое, что проверил Сергей — «невидимость» особняков Священных Родов. Да, служба контроля не следила за тем, что происходит внутри, только за внешними границами. Попытки как-то пробиться сквозь запреты провалились. Гамильтон, конечно, мог подглядывать, напрямую соединившись с Источником, но можно было не сомневаться, у него есть дела и интереснее.

Затем Сергей проверил свою личную невидимость, удовлетворенно обнаружив, что все работает, как часы. Небольшое украшение, браслет на руке, невидимый под одеждой, полностью исключал его из внимания службы контроля. Администраторские права позволяли заходить куда угодно, правда, с этим торопиться не стоило. Вполне возможно, что входы-выходы и посещения фиксировались отдельно, а где-то сидел маленький печальный маг и вел их учет. Ну и «невидимость» для службы контроля еще не означала обычной невидимости, а также способности проходить мимо призрачных стражей, охранных энергосгустков, которых Сергей как-то наблюдал сквозь особые очки.

— Восстановить очки, — сделал он себе пометку.

Теперь, в состоянии невидимости, он мог увешаться артефактами и сходить на Гамильтона. Или хотя бы нормально подойти к взлому, без тревоги и сирен в службе контроля.

— И я теперь могу телепортироваться и летать? — спросил он сам у себя.

Послал запрос и получил ответ, да, мог. Теперь стоило озаботиться «плащом невидимости», чтобы полеты и телепорты не попадались на глаза и камеры обычных студентов. Поползут слухи, дойдут до профессоров и никакие права доступа не спасут. Сергей сделал себе еще одну пометку, благо никаких особых проблем не предвиделось. Прототип магической невидимости он уже испытывал, когда проникал в библиотеку, оставалось соединить с оптической и тепловой невидимостью, решить проблемы зрения и слуха за пределами кокона.

Если заранее видеть стражей, то проблем никаких, колдовство его служба контроля просто не заметит.

— Потренироваться отдельно, не забывая о паранойе и бдительности.

Гамильтона служба контроля, конечно же, не видела, и Академия все еще оставалась его личным мэнором. Возможно, теперь, добившись невидимости, следовало вживую посетить центр службы контроля под зданием ректора, чтобы физически залезть в их системы, удалив следы удаленного взлома. Или чтобы заложить тонну взрывчатки.

Еще пометка.

Разумеется, Сергей работал с системой, находясь вне особняка Чопперов под «невидимостью». Для стороннего наблюдателя, он сидел на скамейке, задумчиво тыкая пальцами в магофон. Легкий отпугивающий щит не подпускал слишком уж любопытных (еще не хватало восторженных студенток, желающих набиться в третьи жены), в остальном же… Сергей сделал себе еще пометку, сделать вид, что его интересует рыбалка, остров в центре озера и контакты с русалами.

— И карту, — пробормотал он невольно, обнаружив искомую карту.

Логично же, да, все равно системы следят, так почему бы не составить общую карту всех, кто находится на территории Академии и Холлоу, раз уж та включена в общую систему? Видеозаписей, кто там чем занимается в борделях, например, не велось, но значки показывали, кто где находится. Всплески нарушений, пометки, классификация, Сергей аж напрягся на мгновение, но потом увидел, что происходит. Изменения магического фона, чрезмерные выплески энергии, все то, за что его самого гоняли в прошлые разы.

Стало быть, подача разрешений, размышлял он, внесение временных меток по людям и площади. Есть кто-то, кого просто не регистрируют, как например самих сотрудников службы контроля и часть профессоров. Отправить запрос деканам можно было, но обнаружить их на карте — нет.

Пару мгновений спустя он понял, что ошибался насчет видеозаписей. Просто он неудачно выбрал объект, начав с борделей. Впору было задуматься, а чего он вообще с них начал? Сработал старый рефлекс — зашел в интернет, иди за порнухой?

— Да тут пяти жизней не хватит, все это просмотреть, — пробормотал Сергей.

Везде, где велось наблюдение — на территории Академии и Холлоу, в части зданий, включая общежития студентов, на полигонах — велась и видеозапись. Работая с картой, можно было сразу выбрать и видеозаписи из определенной точки, за какой-то промежуток времени. Или просто смотреть в «режиме реального времени», что происходит. Архив видеозаписей за много лет, Сергей ткнул наугад.

Какая-то аллея неподалеку от общежитий, вечер, ходили студенты, пролетали на дисках. Ничего особенного так и не произошло. Зачем все это хранить? С замиранием сердца он обратился ко дню взлома библиотеки, на некоторое время выпав из реальности, щелкая и щелкая все новые видеофайлы, убеждаясь в собственной небрежности. Несколько раз он попался на камеры, без лица, но было бы желание искать и разбираться.

Стереть? Сергей с удивлением обнаружил, что да, он может стереть эти записи.

То ли разделение прав и безопасности тут было реализовано плохо, то ли он себе задрал права до небес, выше только Гамильтон. Скорее всего, второе, решил Сергей. Чтобы оставаться невидимкой, нужно было иметь права приказывать всей системе, вот и вышло то, что вышло. Чуть поколебавшись, он все же щелкнул «удалить». Раз за такое время никто не заинтересовался, то и дальше не заинтересуется, а потом уже никто концов не найдет, почему стерты именно эти файлы.

— М-да, — изрек он задумчиво некоторое время спустя.

Совсем не порнуха, ибо в реальной жизни никто софитами не подсвечивал и на камеру голой грудью не сверкал. Ну да, студенты трахались, скорее всего не подозревая о камерах вокруг, но подергивания двух тел в одежде как-то не возбуждали фантазии. Попадались видеозаписи, где студенты пили и явно не газировку, что-то колдовали украдкой, но опять же, все это были «дела давно минувших дней, преданья старины глубокой».

Сергей посмотрел по сторонам — столпотворения не наблюдалось — размышляя о том, пригодятся ли ему видеозаписи. В теории — да, компромат на будущее. На практике же возникали сомнения. Допустим, он мог слить все эти видеозаписи, где-то изыскав себе компьютер и соответствующие емкости, а потом вывезя их за пределы БАМ.

Но кто будет их смотреть? Сейчас такое Сергей смог бы доверить буквально паре человек и то, им пришлось бы объяснять про убийство Гамильтона. Пускай клятвы личного вассалитета и гарантировали известную безопасность, но они не означали, что можно сообщать Гертруде и Барри все-все свои секреты. Никаких гарантий, что там вообще обнаружится компромат, а если и обнаружится, что его удастся использовать. Скорее самому Гарольду Чопперу следовало бы опасаться подобных видеосъемок.

Да и не стоило забывать, что права человека тут зависели от силы магии и положения этого самого человека.

— Ладно, не стоит связываться, — решил Сергей, вычеркивая пункт.

Не говоря уже о том, что подобное массовое копирование могли заметить и начать разбираться. Невидимость не гарантировала неуязвимости и неподсудности, особенно на территории БАМ. Пожалуй, Гарольд еще мог отделаться только исключением, за подобный взлом, но опять же, скандал, слухи, разбирательства, зачем императору Кристоферу Фейну такой проблемный зять?

Нет-нет, опять и снова, к проблеме следовало подходить исходя из основной цели — убийства Гамильтона. Система записывала ректора? Нет. Система записывала приближенных к нему лиц? Нет. Да и на примере Эльзы было четко видно, что в какой-то момент расхлябанность клятв, позволяющая обходить их на уровне профессор-студенты, просто заканчивалась. Даже найди он какую-то компрометирующую запись… Сергей остановился и задумчиво почесал нос.

А какой она должна быть, эта самая компрометирующая запись, ну, допустим Полли Портер? Секс? Так им тут никого не удивишь, достаточно послушать Саманту и ее рассказы о борделях. Связь со студентом? Так сам процесс обхода клятв предполагает умение скрываться. Даже ведись в «Палочке и Посохе» запись, что, кто-то смог бы уличить Гарольда Чоппера? Нет, на видеозаписи его брат Барри Тук пялил маму, Пэгги Тук, и то, в среде магов к инцесту относились с пониманием. А круги превращения, зелья и магия делали любую внешность доступной.

Убийство? Возможно. Но для этого следовало бы убить на камеру кого-то очень высокопоставленного, да еще и потом доказать подлинность обликов. Предательство страны? Вот это было ближе и теплее. Сотрудничество с Владыкой Смерти? Вообще горячо, вот только никто из тех, через кого можно достать Гамильтона, с Владыкой Смерти сотрудничать не стал бы. По крайней мере, в БАМ, так что такой вариант следовало бы отложить на потом, на время после окончания Академии.

Так что, подводя черту размышлениям, невидимостью, картой, слежением и возможностями службы контроля следовало воспользоваться. Их видеоархивом — нет. Возможно, подключаться онлайн к камерам, для уточнения каких-то моментов, но не более. Поработать над артефактами, усиливающими незаметность и мощь Сергея-Гарольда в режиме «невидимости».

Отработать по заметкам, заняться магией перемещений, а также разобраться со щитами. Разумеется, служба контроля следила и за щитами по всей Академии, особенно за тем, не пытается ли кто-то их взломать. Сергей вызвал схематическую карту щитов, сразу ощутив резь в глазах, слезы и острое желание моргать, столько их тут было. В теории Сергей и так это знал, общие щиты БАМ, щиты на каждом здании, персональные щиты на студентах и какие-то частичные щиты, перекрывающие полигоны, делящиеся на секции-территории.

Сергей увеличил карту, думая о том, что надо бы как-то завести сигнал внутрь особняка, куда не достигали сигналы от службы контроля, и подсоединить все к большому экрану, рассматривать и работать в масштабе, с удобствами. Возможно, размещать магофон за пределами особняка, где-нибудь в озере, а в особняк завести толстый кабель. Но как управлять магофоном в озере?

Вопрос с персональными щитами прояснился почти сразу, все те же измерения энергий, оценка заклинаний и на их основе указание щитов. Возможно, это могло бы помочь раньше, но теперь все желающие дуэлей как-то утихли и больше не задирали носы перед «воспитанным простаками». Дуэли и уроки у Филиппа Филлори тоже пришлось сократить, а точнее говоря, просто выкинуть в окно, и теперь Сергей обнаружил, что скучает по ним и их простоте. Встали в стойку, поколдовали, один победил, легко, просто, изящно и голова не болит.

— Но все же, все же, — поиграл бровями Сергей, попутно пытаясь издать зловещий смех темного Властелина.

Вышло не очень, но критиков рядом не имелось. Все же это была победа. Сочетание силы крови и магии этого мира и знаний того, ибо местным такой взлом через образы просто не пришел бы в голову. Пожалуй, следовало и дальше продолжать изучение образистики, для будущих взломов. Невидимость, возможность использовать артефакты, слежка, открывшиеся возможности покушения на Гамильтона, да, ради такого стоило заморачиваться с Эльзой Ворлок.

Теперь оставалось только, как всегда, воплотить планы в жизнь и победить. Убить Гамильтона.

Глава 16

Во тьме ночной и полумраке фонарей, здание ректора выглядело вдвойне зловеще. Настоящим логовом Темного Властелина. Сергей понимал, что это у него воображение шалит, причем шалит в сторону набора самых дурных штампов, но ничего с собой поделать не мог. Казалось, еще немного и услышишь зловещий смех и хруст поедаемых зажаренных заживо младенцев.

— Куда летим?

— К границе Академии, проветримся и сразу обратно.

Камеры не видели Сергея, плащ-невидимка надежно скрывал от взоров, вкупе с игрой теней и тьмы, но все равно, эти два пьяных студента на дисках словно задели оголенный нерв. Казалось, что сейчас увидят, заметят, а то и привлекут службу контроля. На головы себе, а значит и Сергею.

Обошлось.

Здание ректора было запечатано щитами, вокруг парили энергостражи. Сейчас, в ночной тьме, они казались каким-то сгустками радуги, размазанными широкой кистью по темному холсту. В целом, стражи летали и вокруг других зданий, но только ключевых и особо важных.

— Вакатуэра, — почти нежно шепнул Сергей, прикладывая палец к замку.

Тот был закрыт механически и попутно еще содержал магическую оболочку, наблюдение и сигнализация за тем, кто попытается вскрыть замок. Сила крови Чопперов подчинила артефактную часть, не дав сработать сигнализации, когда заклинание повернуло язычок замка. Надо заметить, попытка открыть замок механически, без магии, точно так же привела бы к срабатыванию сигнализации. Не самая изощренная ловушка, но кому другому хватило бы.

Прокравшись коридорами, Сергей достиг входа в башню ректора.

— Твою ж химеру, — вырвалось у него беззвучное.

Химера с кусками камня? Оживленная горгулья? Биоголем? Стоявшее перед ним создание было наполовину живым, наполовину каменным. Сочилось флюидами артефактов и одновременно с этим излучало тепло и магию живого организма. При этом почти наверняка, подумал Сергей, атакуй его целительской магией, та разлетится о камень. Ударь подавлением артефактов, так не сработает на живой плоти.

При этом создание просто стояло, не реагируя на Сергея.

Шумно войти в башню — насторожить Гамильтона. Просто так войти горгулья не даст, это ясно. Выйти из здания и подлететь снаружи? Там полно щитов и стражей. Спуститься вниз и заминировать все здание? Возможно, но что если Гамильтона нет в здании? Тогда может выйти очень нехорошо, пока разберутся, кто где был, пока сам Сергей выглянет из своего особняка, обеспечивая алиби, все может пройти точку возврата. Или, попросту говоря, откатившись назад во времени, он все равно окажется в моменте после взрыва, когда будет уже ничего не исправить.

Нет, бить следовало наверняка, убедившись, что Гамильтон здесь.

Где-то фоном, в глубине души, Сергей невольно восхищался ректором. Даже это предусмотрел, взлом службы контроля и вход в здание. Ключ и пароль наверняка у самого ректора, остальное ему сообщают удаленно или он сам телепортируется, куда нужно. Шумный взлом отпадает, остается только обман. Вопрос в том, насколько хорошо соображает этот голем с крыльями?

Сергей чуть похолодел, сообразив, что перед ним может быть магический слуга Источника, который давно уже поднял тревогу. В следующее мгновение в спину ему ударило заклинание, скользнуло по щиту в стену. Сергей не успел даже ударить или уклониться, так как заклинание предназначалось для отвлечения внимания. Но понял он это уже позже, когда парализованной болванкой мягко грохнулся о ковер пола.

Где-то с секунду он дожидался явления Гамильтона, но вместо этого сверху нависла туша голема. Дожидаться и выяснять, что именно там горгулья ему вколет или чем окатит из магии, Сергей не стал, активировав дар «легкой смерти».

Вспышка, темнота и он пришел в себя перед дверью в здание ректора.

— Ну нахер, — пробормотал он вместо заклинания, отступая прочь.

Даже не узнал, был ли Гамильтона дома, а жизнь потерял. Автономная система охраны, не учтенная службой контроля, ибо не по чину им следить за боссом. А также нарушение безопасности и паранойи.

Сергей попятился еще, снова скрываясь в тенях.

Возможно, просто не следовало напрыгивать на Гамильтона в сердце его мэнора, месте величайшей силы. Возможно, вообще не стоило напрыгивать на него внутри мэнора, то есть Академии. Но тут в действие вступал другой фактор — потраченных сил и времени. Неужели все эти интриги с Эльзой были зря? Ухищрения в сексе и взломе? Необходимость теперь как-то длить отношения, чтобы она ничего не заподозрила, все это зря?

Да что там, вот так отступаться — это первый шаг к тому, чтобы вообще положить болт на миссию Матери-Магии. Отступить, по тем или иным причинам, и потом лишиться всего, магии, места Главы Рода, потенциального титула Императора и прочих привилегий, к которым Сергей уже как-то незаметно привык.

Некоторое время он стоял на месте, колеблясь, затем все же развернулся и отправился обратно к Чоппер-мэнору. В прошлый визит горгульи не было, но его телепортировали прямо в башню. Доступ у него теперь есть, возможно, попробовать с этой стороны? Да, так и надо сделать. Тайно наведаться в библиотеку, взять книги по магии пространства, чтобы никто и не знал, что Гарольд Чоппер умеет летать и телепортироваться.

Параноить так параноить.

Добравшись до особняка, Сергей лег и попытался уснуть, но сон не шел. Что, если разрешение на телепортацию дает сам Гамильтон? Как одолеть такого биоголема? Как определить, дома ли Гамильтон или покурить куда-то ушел порталом? Вопросы роились, вызывая желание оглушить самого себя заклинанием. Вместо этого Сергей, поворочавшись, поднялся и пошел к себе в мастерскую.

Чем тратить время, ворочаясь, не лучше ли тратить его на дела, утомляя разум?

На следующий день

— Ты какой-то сонный, — сразу подметил Грег.

— Есть такое, — не стал отрицать Сергей, подавляя зевок, — засиделся над расчетами и учебниками маботостроения.

Шумел и работал. К дверям мастерской даже приходила сонная Дэбби, в небрежно завязанном халатике, который, по всем законам жанра, разумеется, раскрылся, являя миру и камерам ее тело. Сергей, под острую вспышку желания, припомнил тот единственный раз, когда переспал с Дэбби и как она выдала в ответ пророчество о Третьей Мировой.

В ночи она выглядела вдвое соблазнительнее, казалось, впусти и проблема растворится в нежности секса. Скорее всего, она ощутила какую-то опасность, нашептывал разум, впусти ее, но Сергей сдержался. Это было бы нечестно по отношению к Дункану, только наладившему контакт, да и к самой Дэбби тоже. Поэтому он помял грудь рукой, отключил камеры и снова ударился в работу.

— Обычно я не поощряю подобного, — сказал Грег, раскрывая чемоданчик с палочками, — потому что боевой маг всегда должен быть собран, подтянут и готов к действию.

— Так это что, вообще не думать? — изумился Сергей.

— Для начала, не искажать мои слова. Собран, подтянут и готов к действию! То есть спать по ночам, а не над научными проблемами биться. Знаешь, как говорят, невозможно усидеть на двух драконах сразу! Или ты ученый-маг, или все же боевик.

— Можно же совмещать.

— Можно. Но тогда ты будешь плохой ученый и плохой боевик, так что потом обязательно скажут «Вырастил Одноглазый какую-то ерунду, не ученик, а не пойми кто». Я же хочу сделать из тебя лучшего боевика Империи! Своего преемника!

Сергей невольно озадаченно моргнул. Какого еще преемника? Грег помирать собрался? Или что-то себе вообразил не то, под соусом «ты же хотел быть моим учеником, так будь лучшим»? При этом отказыватся вслух было ну вообще не с руки, в свете убийства Гамильтона.

— Я планирую к концу этого учебного года защитить диплом и покинуть Академию, — осторожно сказал Сергей.

Грег посмотрел удивленно, затем на лице его отразилось недоумение.

— Я же разрешение у вас подписывал, чтобы раньше начать работу с дипломом! — воскликнул он.

И работа эта двигалась, но не так быстро, как хотелось бы Сергею. Частично повторялись медицинские записи Нинон, замеры по разгону, указания проблем с выбросами и нестабильным ядром. Частично то, что Сергей испытывал сам, в работе с магией и приемы медитации и концентрации, обозначение той проблемы, которую он планировал решить в дипломе.

Впрочем, время еще имелось, паниковать было рано.

— Мне показалось, что это уловка, дабы набиться в ученики, — нахмурился Грег. — Ладно, старею, видимо. Тогда давай поговорим начистоту. Мои планы ты услышал.

— Признаться честно, мне очень хочется стать вашим преемником и лучшим боевиком Империи, — ответил Сергей, прикладывая руку к сердцу. — Но еще честнее будет добавить, что у меня масса дел, которые я не могу бросить и отменить. Закончить учебу за один год — тоже очень важно, как и управление Родом, и помолвка с внучкой Императора, и…

— Ты не елозь, — перебил его Грег. — Дела — это дела, с ними все ясно, любимец Матери-Магии физически не может отращивать задницу, лежа на диване. Потому что Мать выбирает самых могучих и деятельных!

Вот здесь Сергей бы поспорил. Возможно, наоборот, они становились могучими и деятельными, потому что их выбирала Мать-Магия. Как с самим Сергеем получилось, только в облегченном варианте.

— Но мне важны твои намерения. Ты хочешь стать моим преемником?

— Да!

— Значит, будем тренироваться до упора, — радостно оскалился Грег.

Половина зубов были металлическими. Ими Грег мог перекусить почти любой, не-магический материал, мог превращать их в одноразовое оружие, мог выплюнуть и сплавить в единый небольшой артефакт магии металла, с успехом заменяющий нож, пилу и кучу других инструментов. Также они отвлекали внимание и могли, при некоторой ловкости и тренировке, усиливать солнечные зайчики, ослепляя врагов.

Собственно, в этом был весь Одноглазый. Половина его тела состояла из имплантов и артефактов широкого профиля. Слабость, в обычных условиях, которую он сумел превратить в силу. Даже Сергей, со старшей палочкой Рода Чоппер в руках, не смог бы разом выбить все его артефакты и ответный удар был бы страшен. Многопрофильность артефактов и автономность их действий позволяла Грегу работать в широком спектре, перекрывающем возможности обычного мага.

Ну и артефакты можно было просто убрать или выбросить, заменив другими, подготовить, так сказать, сюрприз для врагов, уверенных, что они знают, чего ждать от Грега.

— Мы и так уже тренируемся до упора, — не слишком вежливо сообщил Сергей. — Больше времени на тренировки я могу выделить, только урезав сон или еду, или купание.

От чего пострадают ум, тело и социальная жизнь. Выигрыш — крайне сомнителен.

— Не надо ничего урезать, с этого же начался разговор, — усмехнулся Грег. — Тренируешься ты, я вижу, с полной отдачей, что же, пока на том и остановимся. Но!

Он даже многозначительно вскинул палец искусственной руки. Та, как уже видел Сергей, могла удлиняться. хватать с нечеловеческой силой, могла даже душить и при этом заклинания средней мощи с нее просто соскальзывали. В каждый из пальцев была встроена отдельная мини-пушка или чаромет, на манер маботов. Указательный палец, который сейчас вскидывал Одноглазый, мог работать огнеметом.

— Мы продолжим эти тренировки после того, как ты закончишь Академию. Каждый день по часу, а то и два, пока ты не станешь лучшим боевиком Империи.

Сергей снова озадаченно моргнул. После окончания Академии его ждали дела Рода и клана (не говоря уже о Гамильтоне), он рассчитывал прокатиться по миру, попутно знакомясь с делами и нарабатывая всякие там навыки, необходимые Императору.

— Нет? Тогда я буду ездить с тобой!

Еще лучше, кисло подумал Сергей. Уважаемый наставник, не изволите ли отвернуться, пока я буду убивать вашего наставника?

— Тоже нет?

— Дела Чопперов, — развел руками Сергей.

— Плохо, плохо, очень плохо, — Грег несколько раз нетерпеливо притопнул ногой. — Я уже настроился, программу занятий расписал, даже с вашим этим Вульфом согласовал.

— С Оллином? Разве он не был против?

По мнению Оллина — все, что мешало подготовке к Турниру, следовало сжечь и выбросить. И тут такое?

— Был, но я ему указал, что ты новичок в магических боях и дуэлях без правил. Да-да, Филипп там тебя поднатаскал немного, но этого недостаточно.

Сергей, собиравшийся оскорбиться за Филиппа Филлори, дуэлянта и превосходного учителя, передумал и промолчал.

— Магический бой всегда бой, хоть в маботе, хоть с палочкой в руке, хоть без нее. Какие-то там инстинкты и таланты пока что тебя вытаскивали, но на Турнире этого будет недостаточно. Оллин выслушал меня и согласился, припомнив твои действия на тренировках. И вдруг такое!

Грег от возмущения аж рукой себя хлопнул по бедру.

— Да я даже с Гамильтоном согласовал! Он все одобрил! Разрешил тренировки в полную мощь! А ты меня так подвел!

— Так я ж не прохлаждаться собираюсь, а выполнять задание Императора! — вспылил немного Сергей.

Да, после бала должно было освободиться немного времени, но его Сергей собирался потратить на диплом и доводку «Молнии» перед Турниром. Если вообще что-то выйдет, хотя декан МакАлистер была настроена оптимистично.

— Ректор Гамильтон разрешил? — спросил он уже спокойным голосом.

— Так! Не каждый год в Академии любимцы Матери учатся, да еще со специализацией в боевой магии!

Ах вот почему он себе ерунды навоображал, неожиданно понял Сергей. Хотелось что-то сказать и пообещать, но он промолчал.

— Ладно, — огорченно махнул протезом Грег. — Давай тренировку и так столько времени впустую потеряли!

Глава 17

Убедившись, что с наскока Гамильтона не взять, Сергей махнул рукой, перестал тратить время на размышления, как его убить, время на подглядывание через системы службы контроля и время на изготовление различных артефактов сокрытия. И без них дел хватало, от рассвета до заката он крутился, как белка в колесе, отдыхая переключением с одной деятельности на другую и перемежая их чтением теории. Рутина вкупе с ощущением нужности дел засасывали быстро и из этого потока Сергей «выключился» уже только в начале декабря.

Сломал модель «Молнии», над которой трудился три дня подряд и словно очнулся.

— Может, оно и к лучшему, — задумчиво сообщил он своему отражению в зеркале. — Время прошло, теперь никто не найдет концов того взлома.

То, встрепанное и все такое же зеленоглазое, смотрело осуждающе, дескать, тыжстудент, а ведешь себя, словно матерый ботаник! Оглянулся, но спрашивать, что именно к лучшему, было некому. Сергей смутно припомнил, что все же реализовал свой проект огораживания мастерской и лаборатории, и с тех пор трудился тут в тишине и покое.

Вот это, пожалуй, было не к лучшему. Легко можно было заработаться и переработать, сделать что-то не то, где-то промахнуться и потом никто не смог бы добраться. Но и показывать свои «разработки» означало сразу вызвать вопросы — против кого они? А где ты, братец, взял такой доступ? А почему у тебя на столе лежат книги из той секции библиотеки, куда не пускают студентов?

— Вот это я заработался, — пробормотал Сергей, беря в руки ближайшую книгу.

«Пирамида и ее символизм в жертвоприношениях», было написано на обложке. Имелась там и картинка залитой кровью пирамиды, над которой парило сияющее нечто, то ли маг, приносящий жертвы, то ли сама Мать-Магия. Пришло и смутное воспоминание, как через несколько дней после неудачного покушения на Гамильтона, он не мог заснуть и отправился в библиотеку, в поисках очередных «запрещенных» разделов магии и способов быстро набрать силу. Пришел, набрал книг и ушел, по дороге обратно сообразив, что имейся тут такие способы, так Гамильтон ими давно уже воспользовался бы.

Возвращаться не стал, книги оставил и с тех пор неспешно их читал. Вроде бы. В памяти содержимое почему-то не всплывало, несмотря на все разгоны и улучшения. Стоило бы сесть, сосредоточиться и вспомнить все, от содержимого книг до событий ноября, но Сергей неожиданно ощутил какую-то странную усталость. Словно потянул мышцы на тренировках, заучился, впал в зимнюю апатию и спячку, все сразу.

— Ладно, — вздохнул он, — сделаем перерыв.

Ведь он мог сделать перерыв? Взяв магофон в руки, Сергей выяснил, что может, в расписании его значилось «самостоятельная работа в мастерской». То есть работа над своими проектами.

— Так, — Сергей прошел на кухню и оглянулся.

Возиться не хотелось и если уж переключаться — так переключаться, навестить Холлоу, поесть и выпить в приятной обстановке. Поболтать с интересными людьми.

— Кстати, к вопросу о них, — Сергей еще раз оглянулся. — А где Амос?

— Ты же его отпустил, братец, — отозвалась откуда-то Саманта.

— Я?!!

Потом Сергей вспомнил, что да, отпустил. Погрузившись в занятия и тренировки, он опять выпал из череды приемов, раутов и вечеринок, решив сэкономить на том, к чему не испытывал склонности. В прошлой жизни он бы из них не вылезал, это да, а здесь, где имелся особняк, еда, развлечения и магия, как-то не тянуло. Возможно, еще и потому, что не требовалось исполнять обязательных ритуалов по привлечению самок, те и без того слетались к нему и готовы были отдаться.

— И ты меня не остановила?

— Чтобы ты опять бухтел про шпионаж на дядю и диверсии? — раздалось насмешливое в ответ.

Саманта появилась в дверях огромной кухни, в какой-то вычурной, с вырезами, мантии. В руках она держала книжку.

— Ты еще…

— Не надо, я уже вспомнил, — чуть вскинул руку Сергей.

Да, точно, Амос явился сюда изучать срез общества в виде студентов Священных Родов, а Сергей о том забыл. Плюс к тому же все совпало неудачно, книги о жертвоприношениях, поиски силы и лекция о магликанской церкви и жертвоприношениях. Тошнота, озноб и нежелание жить в таком обществе, отказ от светской жизни и как результат, Амос остался не у дел. На тренировки его Сергей с собой не брал, в мастерскую не пускал.

Спрашивать, переспала ли с ним Саманта, Сергей не стал.

— А-ха-ха-ха, — неожиданно рассмеялась Саманта, — братец, ты бы видел свое лицо! Да не делся никуда твой Амос, не дрожи, сидит в одной из комнат в особняке, строчит с такой скоростью, что бумага заворачивается!

— А как же?

— Дункан приглашал Дэбби пару раз, ну этот исследователь и ходил с ними за компанию.

Неожиданно вспомнилась сцена из прошлого, где Дункан и Саманта на пару имели эту самую Дэбби, и Сергей понял, что организму хочется встряхнуться по полной. Нинон раз в день превратилась в такую рутину, что даже не вспоминалось ничего яркого.

— Потом садился и строчил свои исследования, счастливый, как не знаю, кто.

— А вам он лекции не читал?

— Пытался ко мне подкатить, но так и не справился, — зевнула Саманта. — Скучный он.

Остальная команда, наверное, тоже чем-то занималась. Например, училась в Академии.

— Так чего ты выполз, Гарольд? У тебя обычно в это время занятия, аж особняк трясется от магии.

— Сломал модель и как будто очнулся, — признался Сергей.

В такие «трудовые запои» он раньше не уходил, что есть, то есть. Так и магию он раньше не изучал и возможности, ну, какие там возможности у студента? Надо полагать, если бы не привилегии Главы Рода и необходимость ходить на лекции, Сергей бы и сейчас скучал и страдал.

— Бывает, — еще раз зевнула Саманта и удалилась.

Сергей даже удивился на мгновение, хотел ее окликнуть, но потом передумал. Не стоило усугублять и без того непростую ситуацию. Амоса звать, пожалуй, тоже не стоило. Пускай Сергею-Гарольду и не положено было стыдиться, но он знал, что будет стыдиться, где-то в глубине души, и что один только вид Амоса будет снова и снова напоминать ему о провале. К тому же, слушать сейчас лекцию что-то совсем не хотелось.

Потом, все потом.

Барри нашелся на подземном стрельбище, совмещенном с полосой препятствий. Раньше тут было просто нечто вроде ритуального зала с укрепленными стенами, но Сергей переделал его, чтобы Барри мог упражняться.

— Милорд?

— Сегодня никаких милордов, — махнул рукой Сергей.

Пусть и не по этикету с правилами, но и плевать! Он уже успел понять, что в магическом социуме, если ты сам лично силен и могуч или твой клан силен и могуч, можно на многое наплевать и все утрутся. Последствия, конечно, будут, но потом. Да и формально, Гарольд Чоппер был в своем праве, тут даже нарушения не имелось.

— Только ты и я, два брата, как в старые времена. Поедим, выпьем и поболтаем.

— Хорошо, Парри, — ответил Барри после некоторой паузы. — Сейчас, я только соберусь.

Для ускорения он применил какие-то очищающие заклинания, вроде тех, что они использовали во время бегства до Суррея с земель Лагранжей.

Оружие с собой Барри, тем не менее, взял.

— Я перетренировался и пересидел внутри мастерской, — пояснил небрежно Сергей, пока диски несли их в Холлоу. — Решил развеяться.

— Главное, что ты стремился к цели, Парри, — спокойно ответил Барри.

— Да и завтра продолжу.

Стремился к цели — громкие слова. Скорее, медленно полз к ней, пыхтя и изображая улитку.

— Мы все беспокоились за тебя, — сказал Барри.

Диски притормозили возле «Палочки и Посоха». Для Гарольда Чоппера там, разумеется, нашлась свободная кабинка, хотя вокруг было как-то подозрительно многолюдно. Сергей даже не сразу сообразил, что на дворе воскресенье и студенты радостно кутят и веселятся. Возможно, даже посетили церковь с утра, а потом пошли веселиться, благо теперь это не считалось чем-то взаимоисключающим.

— Беспокоились? — переспросил Сергей, читая меню.

Для начала он заказал себе какой-то «мясной драконий суп тысячи специй», салат-пюре из цитрусовых и вина, слабого, молодого вина урожая этого года. Барри тоже что-то заказал, а ответил только когда улыбающаяся во все тридцать два зуба официантка удалилась, призывно двигая бёдрами.

— Конечно. Ты говорил, что погрузишься в работу, но никто не предполагал, что настолько!

В голове всплывали детали и Сергей слегка смущенно кашлянул. Правда, бросил всех, весьма некрасиво. Словно добился вассальной клятвы и все, можно забыть о своих людях.

— Ты что-то постоянно бормотал на ходу, магичил, да так, что особняк ходуном ходил и возвращался с тренировок, словно, прости Мать-Магия, тебя там убили и подняли в виде нежити!

— Ого, — вырвалось у Сергея. — Это я увлекся, да, некрасиво как-то вышло. Понимаю ваше беспокойство.

— Мы пытались поговорить с Нинон, но она лишь улыбалась и уверяла, что с тобой все в порядке и само пройдет.

Пыталась подбить на продолжение разгона? Нет. Наоборот, упирала на стабильность и выдержку, хотя бы до Рождества. Вместе они работали над медицинской частью диплома и еще занимались факультативно по целительской магии. Несколько раз Сергей нагибал ее и торопливо имел сзади, после чего они, не успев натянуть трусы, возобновляли занятия.

— А Саманта?

— Саманта, — Барри задумчиво покрутил в руках вилку, вонзил ее в картофелину. — Саманта вообще нас даже слушать не стала и посоветовала заниматься своими делами. Дескать, нечего дергать Главу Рода по пустякам.

Также, Барри пытался поговорить с ним лично, но Сергей отмахивался, так как его отвлекали от работы. Возможно ли, что это были происки Одноглазого, решившего хоть так натренировать преемника? Или неизученный эффект разгона? Тогда становилось понятно, чего Нинон не торопилась — изучала просто.

— В чем-то она, конечно, права, — ответил Сергей, делая глоток вина.

Кислое, резкое, с какими-то сторонними запахами. Самое то, чтобы отвлечься и переключиться!

— Проблема в том, что непонятна грань, где заканчиваются пустяки и начинаются серьезные проблемы и уход в себя, — задумчиво рассуждал Сергей.

Суп оказался так себе, какая-то индийская ерунда с приправами. Но все же, он бил в нос и желудок, вырывал из рутины, пробуждал воспоминания. Если уж быть точным, то Сергей и так помнил, что происходило, но все сливалось в настолько одинаковую полосу дней и ночей, что все казалось одинаковым.

— Гертруда тоже рвалась помочь, но потом слегла, когда у нее закончился разгон, — сообщил Барри, — и, кажется, уважаемая Нинон, ее переубедила.

Переспала, «сорвав вишенку» Гертруды? Сергей отметил, что мысли его все чаще и чаще обращаются к сексу, намекая на неудовлетворенность. Психологическую, не физическую. Или желание разнообразия и нарушения рутины.

Например.

— Что-то еще, глава Гарольд? — спросила официантка.

— Да, тебя, дорогая, — ответил Сергей развязно.

Некрасивых в «Палочке» не держали, но до холеной красоты родовитых магичек ей было далеко. Даже до Нинон было далеко. Прекрасно, подумал Сергей, как раз отвлечься несовершенством. Или все же сходить в бордель да превратиться в кого-то другого, для полноты процесса?

— Блюда будут готовы через десять минут, а я уже готова, — охотно отозвалась официантка, Алиса, руки которой уже тянулись к пуговичкам.

Она глянула в сторону Барри, словно оценивая, присоединится ли тот к ним. В этой готовности отдаться было что-то неправильное и неуместное, и Сергей вскинул руку.

— Я пошутил, тебя не надо.

— Если передумаете — только скажите, — блудливо улыбнулась Алиса и удалилась, покачивая бедрами.

— Вот ты дал! — хохотнул Барри. — Вот уж не думал, что этот подкат хоть раз сработает!

Точно-точно, припомнил Сергей, Парри пытался так неуклюже подкатывать к девушкам и каждый раз пролетал мимо. А вот Барри доставалось женского внимания, еще как доставалось. Возможно, он выигрышно смотрелся как раз на фоне гормонально озабоченного младшего братца.

— И у тебя же две потенциальные жены, — уже серьезно сказал Барри.

— Не возбраняется, — отмахнулся Сергей.

Формально, пока все оставалось в тени и без магических браков. Наверное.

— Хотя ты же теперь большая шишка, так что, пожалуй, не в счет. Вон как она сразу готова была ноги раздвинуть!

Сергей только кивнул в ответ, ибо ноги раздвигали перед Гарольдом Чоппером, любимцем Матери и Главой Священного Рода. У него могла быть внешность, как у крокодила, и все равно, девки делали бы вид, что извиваются и сгорают от страсти.

— Значит, надо проверить, исключив богатство и положение в обществе, — неожиданно загорелся Сергей.

— Изменить внешность?

— Хотя бы так. Нет, превратиться нужно в Парри и потом уже проверять. Для чистоты эксперимента! И вот тогда будет ясно, работает ли этот подкат или все дело в положении Гарольда Чоппера? Для совсем уж чистоты эксперимента, все это надо проворачивать вне Академии и Холлоу, чтобы уж совсем никто не догадался!

— Вы собрались нарушить правила Академии, глава Гарольд? — прозвучал от входа холодный, почти ледяной голос Эльзы Ворлок. — Боюсь, что служба контроля не может такого допустить!

Глава 18

Эльза сверкнула глазами и бросила свысока:

— Вы арестованы и проследуете со мной!

Уроки Гидеона не прошли даром, Сергей неожиданно увидел все ясно и четко, словно предыдущий «трудовой запой» обострил его способности. Едва заметное подергивание носа, чуть сильнее собранные морщинки в уголках глаз и на пожилом лице Эльзы. Легкое подрагивание пальцев, маскируемое под охват ими палочки, чуть прерывистое дыхание. Ощущение магической энергии, исходящее от Ворлок, словно магические феромоны, запах самки, готовой к спариванию, но при этом желающей еще и взять верх в любовном поединке.

— На каком основании? — поинтересовался Сергей, нарочито небрежно разваливаясь в кресле. — Я еще пока ничего не нарушил.

Ворлок, похоже, изрядно припекло за эти дни. Странно, чего она не позвонила, не перехватила во время полета на тренировки? Боролась с собой и проиграла? Или специально ждала, пока Гарольд выдвинется хоть куда-то, кроме полигонов? А потом телепортировалась беззвучно и взялась подслушивать? Бред какой-то!

— Поэтому вы будете всего лишь помещены под домашний арест. До конца следствия.

Незамысловатая игра, но для обхода клятв достаточно. Во время «следствия» Эльза, надо полагать, будет применять «пытки», хотя, возможно и без кавычек, и добывать информацию. В конце концов, Гидеону прямо дома студентки отсасывали, делая вид, что зачет сдают, так чего Эльзе стесняться?

— Да? — сделал вид, что удивлен, Сергей. — Вы меня лично проводите домой?

Мгновение растерянности. Похоже, он где-то выбился из сценария. Пускай служба контроля и не наблюдала за особняками Священных Родов, уж внутрь они точно могли войти. Хотя бы с разрешения Гамильтона, стоявшего внутри Академии выше прав любых родов.

— Нет, так как вы занимаете высокое положение, то будете находиться под арестом у меня дома, — объяснила Эльза.

Или она ждала, пока я выйду куда-то с братом, подумал Сергей, бросая взгляд на Барри. Ведь тот и без того был в курсе их связи, возможно лишь отчасти, но был. А два мальчика — это два мальчика. Но в то же время, чем не способ решения проблемы? Рискованный, но способ. И Сергей-Гарольд уедет, а остальные останутся учиться, благосклонность службы контроля им пригодится.

— Я здесь не один, — сказал Сергей, указывая на Барри и подмигивая ему.

— Ваш личный вассал может сопровождать вас, на тех же условиях, что и вы сами, — как-то странно косноязычно объявила Эльза.

Пальцы ее подрагивали все сильнее, словно сил терпеть больше не было. Возможно, ей тоже приелась рутина борделей, подумал Сергей, вставая. Все же развлечение и уж лучше, чем с официанткой, острее и полезнее, если смотреть на перспективу. А профессионалки из борделей, ну что профессионалки? Как ни крути, а оргазм всегда одинаков.

— Хорошо, действуйте, раз так надо, — пожал плечами Сергей.

— Ваши палочки! — пафосно потребовала Эльза.

Сергей обратил внимание, что посетители «Палочки и Посоха» вообще никак не реагируют на эту сцену. То ли боятся Эльзы, то ли она выставила какую-то завесу, не желая афишировать «арест Гарольда Чоппера». Одно дело милая ролевая игра, а другое съемки ее другими посетителями.

— У меня только Старшая Палочка Рода, но я вам ее не отдам, — усмехнулся Сергей.

— А я вообще не маг, — добавил Барри.

К счастью, он верно понял намек и не стал хвататься за оружие. Эльза повела палочкой и руки их украсили наручники, подтверждая подозрения Гарольда. Краткое мгновение переноса и они оказались в довольно милом пыточном подземелье, где Эльза их сразу приковала за наручники к каким-то толстым цепям. Прямо в камне пола был выжжен стационарный круг преобразования и Сергей ощутил, что внешность его меняется.

— Мама? — удивился Барри.

Впору было рассмеяться от этой затянувшейся бдсм-инцестной ролевой игры, но Сергей видел, что Эльза, превратившаяся в Пегги Тук, предельно серьезна и дрожит от возбуждения.

— Какое-то все не слишком домашнее, — проворчал Сергей, активируя силу крови.

— Зато арест, — хрипло рассмеялась Эльза. — Ах, Гарольд, Гарольд, когда ты в прошлый раз сказал, что будешь меня бояться и избегать, я же не знала, что ты не шутишь!

Сергей ощущал на себе пристальный взгляд «брата Барри».

— Мне кажется… — медленно начал он.

— Не волнуйся, — улыбнулась Эльза-Пегги, проводя рукой вдоль тела.

Одежда ее изменилась, сменившись высокими сапогами, платьем, с вырезами до бедра с двух сторон, под которым не было нижнего белья. Торс прикрывала жилетка, практически не скрывающая живота и грудей.

— Мы не на территории Академии, это небольшой мой особнячок за ее пределами. Здесь не действуют клятвы, так что можно говорить свободно. Вначале меня возбуждала эта игра.

Она подходила ближе, поигрывая небольшой плёткой в руках. Обувь ее изменялась, появился длинный каблук и Эльза стала выше ростом, а лицо Пегги, казалось, вытянулось еще сильнее.

— Потом пришли обида и непонимание, злость, гнев. Я ходила в бордели, пытаясь забыть тебя, но это был лишь суррогат, не дававший удовлетворения!

— Так развяжи меня и я дам тебе его, — хрипло произнес Сергей.

Ему тут же заткнули рот, сунув туда грудь с проколотым соском. Сергей не стал стесняться и укусил изо всех сил, а Эльза-Пегги взвыла от боли и удовлетворения, отскочила. С соска капала кровь и видно было, что она изменила эту часть Пегги Тук, увеличив ее вдвое.

— Оба прошлых раза ты избегал наказания, плохой мальчишка! Но теперь я отомщу тебе за все!

Она бросила взгляд на Барри и добавила с улыбкой.

— Тебе, сыночек, тоже достанется! За то, что покрывал своего непутевого братца! А потом я научу вас любить друг друга и сама полюблю в ответ!

Судя по коллекции страпонов, подготовилась Эльза основательно, но кое-чего не учла в запале. Во-первых, на такие ролевые игры Сергей не соглашался, а во-вторых, за эти месяцы он и сам кое-чему научился. Поэтому, когда Эльза подошла ближе, стиснула рукой его яйца, Сергей без затей боднул ее лбом в нос, тут же высвободил ногу и добавил коленом, а потом разорвал оковы и пробил еще и с руки.

— Х-ха, х-ха, — сдавленно хрипела Эльза, держась за живот и сгибаясь пополам.

Сергей повел рукой, срывая оковы с Барри.

— Зачем ты ее так? — спросил он.

— Она же хотела боли, вот и получила, — Сергей ухватил «Пэгги» за волосы, дернул, задирая ее голову. — Ну, правда, что, нельзя было попросить? Я бы пошел навстречу!

— Умоляю, — прохрипела та в ответ.

Мелькнула мысль, что Эльза так и задумывала все, ничего она не ошиблась и все знала о способностях Гарольда. Тем не менее, пьесу следовало доиграть до конца и следующим актом значилась удовлетворенная Эльза. Он еще повел рукой и с нее сорвало одежду, являя взорам тело Пэгги Тук.

— Ложись, — скомандовал он Барри, создавая матрац, и толкая на него голую Пэгги.

Похоже, не одного Парри посещали фантазии о мамочке, и два тела слились воедино без предварительных ласк, благо Барри не грозил магический брак. Сергей навис сверху, прицелился и вошел, из рта Пэгги вырвался стон боли. Туго, очень туго и больно, приятно и неожиданно неловко. Сергей несколько раз качнул бедрами, Эльза-Пэгги пыталась подмахивать, но все равно, это было не то.

Ни разу в жизни до этого Сергей не занимался сексом втроем и реальность опять отличалась от порно. Приятно, но и слишком больно, и к тому же Сергей то и дело встречался взглядом с Барри. Не говоря уже о том, что он соприкасался с братом внутри Эльзы, пускай и через перегородку, и все это сильно попахивало извращениями. То, что Эльза была в облике их мамы, тоже как-то неожиданно расхолаживало. Сергей помнил слова Саманты о вкусной и разнообразной еде и в другой раз попировал бы, но здесь и сейчас слишком много всего оказалось собрано в винегрет и это привело к обратному эффекту.

— Ну же? Что встали? — забилась, словно в судорогах Эльза. — Давайте! Накажите меня!

Барри неожиданно излился и торопливо вышел, выскользнул прочь, а Сергей в несколько мощных движений, повторяя себе мысленно, что надо, надо для дела, тоже довершил начатое и тоже торопливо вышел. Внутри было неловко и гадко, хоть беги прочь да становись асексуалом! Сергей мысленно решил для себя, что отныне втроем только с двумя девушками, пусть им будет неловко, а не ему.

Вот как Эльзе-Пегги сейчас, ей явно было хорошо, она даже встать не пыталась.

— Да-а-а, — тихо стонала она, — вот это настоящее! Не подделка!

Сергей встретился взглядом с Барри, который стоял неподалеку, прикрываясь одеждой. Жест и одежда Сергея тоже подлетела и прикрыла чресла.

— Милорд, — смущенно сказал он.

— Не-не-не, — неожиданно развеселился Сергей, — сказано же было, вассал получит все наравне с лордом. Вот, получил. Доволен?

Барри кивнул, а потом сказал задумчиво:

— Странное ощущение, как будто какую-то бомжиху из диких нашел и поимел. Приятно, запретный плод и в то же время противно и ощущение, что вшей нахватался.

— Вот-вот, — хмыкнул Сергей.

Пожалуй, изначально не стоило потакать извращенным желаниям Эльзы, тогда они не разгорелись бы в такое пламя. Поди ж ты, не только вынесла их за территорию БАМ, чтобы от клятв уйти, но и круг подготовила, и кандалы немалой силы (кто другой, не Гарольд, так и не сломал бы их), и плетки со страпонами, хотя какое ей в том могло быть удовлетворение? Власти и имения? Пожалуй.

Сергей повел рукой, ставя щит от подслушивания.

— Но в то же время, нужно, чтобы ты ее и дальше имел.

Сергей чуть прищурился, складывая руки «лодочкой» и устремляя поток энергии в круг преобразования в полу.

— Вакакореа, — выдохнул он заклинание отмены.

Снова ощущение покалывания в лице, а Пэгги Тук на полу сменилась Эльзой Ворлок. Барри не сдержал облегченного вдоха, но в то же время ощущалось, что он снова начинал возбуждаться.

— Так ты убрал кандалы?

— Подчинил силой крови, а потом просто преобразовал невербально, — дернул рукой Сергей.

Мелочь, ерунда, не заслуживающая внимания.

— Что? Как? — словно очнулась Эльза.

Она попыталась подняться, попыталась вскинуть палочку, но Сергей прижал ее к полу простым импульсом энергии. Попутно и почистил еще, потому что ясно было — ничего не закончено и удовлетворять Эльзу все же придется.

Причем так, чтобы ей понравилось.

— Вот нельзя было попросить по-человечески? — спросил Сергей со вздохом. — Поиграли бы, как белые люди.

— Мне показалось, что вам нравится такое! — чуть не плакала Эльза.

Возможно, это тоже было игрой.

— Когда я нахожусь с нужной стороны. Мы, конечно, можем и поиграть, только развлекаться с мамочкой будет другой сын, — Сергей кивнул на Барри и присел рядом. — А если мамочка будет себя хорошо вести, то к нему в гости будет заходить брат Парри, ясно?

Эльза закивала, потом сказала торопливо.

— Ясно, господин.

Сергей сплюнул молчаливо, поднимаясь. На душе было удивительно мерзотно, словно в яму с нечистотами наступил. Лучше бы и дальше пребывал в «трудовом запое» или, как минимум, не соглашался бы на эти игры! Зачем он вообще связался с Эльзой? Никогда он не был ловеласом, так чего же в ней так все заполыхало, что она решилась даже вытащить их за пределы Академии, наверняка подчистив все следы?

Невеселые размышления эти ворочались в голове, пока Барри завершал начатое. Повторять неловкую ситуацию втроем Сергей не захотел, да и слово же дал. Пускай только самому себе, но какая, в сущности, разница? Эльза восприняла все это без понимания, пришлось ее самому подвесить на стенку и приказать Барри отстегать ее, как следует.

— И что теперь? — спросил Барри, пока Эльза висела в кандалах, содрогаясь от наслаждения.

— Теперь у тебя есть женщина, — рассеянно отозвался Сергей, — с которой ты можешь спать, так как ты не студент Академии.

— Нет, я о другом.

— Прикажи ей сделать подтяжку, пусть сожмет, где надо, и увеличит в других местах. Откажется — накажешь, уверен, она потом тебе еще и ноги за это целовать будет, — ответил Сергей, продолжая думать о своем и прикидывать расклады. — Или на лицо ей тряпочку вешай.

— И я опять о другом. Что происходит? К чему все это?

— Барри, — положил Сергей ему руку на плечо, — поверь, так надо.

Рассказать ему о Гамильтоне? Возможно. Прикрыться Источником Чоппер-мэнора, рассказать, если кто и поймет, то это Барри. Поверит и последует, не задавая вопросов. Но он все же обычный человек. Даже увешай его защитами, все равно кто-то может залезть в голову. Может, даже не Гамильтон, с чего бы всесильному ректору лазить в головы обычным людям? Но у Чопперов и Гарольда хватало врагов, а Барри всегда был рядом.

Пожалуй, стоило его еще раз увешать артефактами защиты, помимо стандартных.

— Когда наступит время, я все расскажу тебе, обещаю.

Когда Гамильтон будет убит, например. Возможно, с помощью Эльзы, сейчас висящей на стене. Чего она вообще полезла? Не могла организовать такое же представление себе в борделе? Или на то и был расчет, обвинить ложно, попробовать напасть и получить втрое больше в ответ?

— Благодарю за оказанную честь, милорд, — поклонился Барри, прижимая руку к сердцу. — Поверьте, я не разочарую вас и сделаю все, что в моих силах, чтобы уважаемая мисс Ворлок осталась довольна.

— Главное, не позволяй ей оказаться сзади, — проворчал Сергей.

Замучает еще бедного Барри, нет уж, пусть сама страдает, если ей так нравится.

А там видно будет.

Глава 19

Чемпионат Академии по боям маботов давно уже начался, постепенно проводились отборочные туры, определялись те, кто сойдется уже в 1/16 финала. В теории участники Сборной Академии могли играть еще и за команды факультетов, но на практике практически никто этим не занимался. Все равно, что окончить школу, а потом прийти и попробовать учиться вместе с первыми классами. Или вообще, вернуться в детсад и там доминировать в песочнице.

Сборная Академии не участвовала в чемпионате, но Оллин постоянно устраивал «тренировки». То есть научным методом случайного тыка выбирал нескольких пилотов Сборной и выставлял их против команды того или иного факультета.

Дальше, как правило, следовало избиение команды факультета, что, по замыслу, должно было придавать им злости, командности, указывать на ошибки и чего-то еще там, Сергей даже не пытался вникать. В целом систему за сложность, непонятность и вычурность не критиковал, на бои с имитаторами и ограничителями не жаловался. Помогал другим в ремонте их маботов, из тех, кто соглашался, чтобы их ИМ трогал кто-то из другого Рода. Пускай Оллин и декларировал братство и сестринство, но подобные вещи — личный мабот это личный — были вбиты в подкорку.

Да и сам Сергей еще долго размышлял бы, реши, кто залезть в его «Чайку». С «Молнией» было как-то психологически проще, так как мабот оставался не доделан. Но в то же время, Сергей неоднократно ловил себя на подергивании, когда Молли МакАлистер (только она!) изучала что-то внутри. Генетическая память предков тела, Чопперов? Просто жадность?

При этом же, в серийные маботы, собранные другими людьми, ремонтируемые другими людьми, Сергей и остальные как-то садились без проблем и без подергиваний. Психологические выверты сознания, в общем. Тем не менее, помимо семерки просто магов и новой крови, он как-то постепенно сблизился с Анджелой Прейер и Юджином Палмером, на почве будущего поединка с троицей кровников.

Также, завязалось какое-то подобие дружбы с Робином Прудентом и Полом Андерсоном, благодаря совместной работе и ремонту маботов. Собственно, Робин и Пол сейчас стояли рядом, явившись поглазеть на будущую «тренировку боем» с Рупертом Огром.

— Я так и знал, — насмешливо сказал Робин. — По ночам наш Оллин перекидывается в волка.

— Такова сила крови Вульфов, — отозвался Пол, — и ты к чему это?

— А потом бегает по особнякам других родов и кусает там магов. Укушенный превращается в оборотня, который выглядит как обычный маг, но при этом испытывает нестерпимую жажду тренировок. Постепенно жажда становится все сильнее, он уже не может контролировать себя и превращается в фаната тренировок, не вылезающего из мабота.

Все это Робин рассказывал, постепенно понижая голос, словно в детской страшилке. Пол беззвучно хохотал, затем обратился к своей силе крови, меняя тело, превращаясь в карикатурного мохнатого оборотня на двух ногах и со здоровенными клыками. Даже сделал вид, что садится и воет на луну.

— Но не волнуйся, Гарольд, — хлопнул его по плечу Робин. — Говорят, Саннидейлы и не такое лечат! Будешь снова здоров, бросишь тренировки и учебу, и пойдешь по кабакам и борделям!

Сергей лишь усмехнулся, но ответил не сразу. Подколка была дружеской, с намеком на тот «трудовой запой», в который впал Сергей-Гарольд, раз, и с намеком на то, что он вытащил их тренироваться, вне обычного графика, это два.

— Приглашаешь? — спросил он.

— А чего бы и нет? — спросил в ответ Робин. — Соберемся да повеселимся.

— Старшие не поймут, — указал Пол, превращаясь обратно, в обычного человека.

Ну как обычного, с мышцами и кубиками пресса, без жира и прочих мешающих вещей. Сергей бы может и позавидовал, но его тело сейчас не уступало в данном вопросе. Побочное следствие «трудового запоя», как удалось выяснить ему и Нинон, неизвестный ранее эффект, так как еще никто не занимался разгоном нестабильных любимцев Матери-Магии до пятидесятикратного коэффициента. Нечто вроде обратной положительной связи, разгон помогал учиться и трудиться, и концентрация на учебе и труде вызывала воздействие энергий в теле, еще больше усиливающее эту самую концентрацию.

Так могло бы длиться до бесконечности или конца разгона, но к счастью, Нинон настояла на «выдерживании плато», призвала не спешить с дальнейшим разгоном и в какой-то момент Сергей «очнулся». Нинон заверяла его, что все было под контролем и случись чего, она бы уж вырвала его из «трудового запоя», долго просила прощения в разных позах. Побочное следствие — тело не просто пришло в оптимальную форму, оно стало крепче, мускулистее, выносливее — просто потому что иначе не удавалось удерживать концентрацию.

Так что в конечном итоге Сергей простил Нинон, но взял с нее клятву, что больше такого не повторится.

— Пф-ф-ф, старшие, — фыркнул Робин. — Мы же в Академии! Старший здесь Гамильтон, а он сказал, нечего мол, тут враждовать, надо дружить и учиться!

— Но рано или поздно Академия закончится, — вздохнул Пол. — Для нас скорее рано.

Посмотрел на Сергея, который уже говорил им, что собирается закончить всю программу за год, и еще раз вздохнул. Робин учился на четвертом курсе, Пол на пятом.

— Для нас всех скорее рано.

Робин лишь пожал плечами, так как спорили на эту тему они уже неоднократно. Прудент выражал очень распространенное среди студентов Священных Родов мнение, что надо веселиться здесь и сейчас, а враждовать можно будет и потом, после Академии. В общем, обычный студенческий подход, с поправкой на магию и знатность.

Амос чего-то там объяснял на этот счет, но Сергей и сам знал правду. Когда тебя с раннего детства зажимают, тренируют и твердят о величии и долге, то рано или поздно пружину срывает. Студенчество — момент, когда ты вырываешься из-под опеки и надзора взрослых и старших. Воспитание и понимание своего долга не позволяли студентам Священных Родов совсем уж удариться во все тяжкие (а кто ударялся, вылетал прочь), но в то же время, пьянки-гулянки, приёмы, беспорядочные половые связи и пропаганда радостей секса, легкие наркотики, забивание магического болта на учебу, все это присутствовало в полный рост.

— Необязательно же сжигать Холлоу? — спросил Робин в воздух. — Можно просто посидеть втроем, ну сестричек подтянуть, если в бордель не ходить. Никаких обязательств и клятв.

Кроме, собственно, самого факта общей попойки, которая, как известно, сближает, отметил мысленно Сергей. И сестрички, да, этакая игра с дальним прицелом. Прямо сейчас на магический брак никто из них не полезет, не станет забегать вперед Императора, но чего бы не попробовать зацепиться за место третьей жены Гарольда Чоппера?

С этим общественным давлением, начавшимся еще летом с попыток залезть ему в трусы, Сергей выработал простую концепцию — посылать далеко всех, кто нагло пытался пробиться ближе. Приятельские шапочные отношения и раскланивания — да, но ближе — ни-ни, только для избранных. Репутация затворника и ботаника (серия выходов в свет ничего особо не изменила, разве что слухи пресекла), вкупе с тем, что Сергей не ходил на лекции и не вращался в студенческой среде, помогли. Все поняли, что нечего пытаться давить и успокоились.

— Тогда вообще никуда ходить не надо, можно у меня собраться, — оживился Пол. — Сделаем вид, что дружили против Грейсонов, вообще никто и слова не скажет!

— Бери пример с Гарольда, вот он на старших не оглядывается!

— Так он сам — Глава Рода, кто ему что скажет?

Сергей лишь усмехнулся и переглянулся понимающе с Робином, затем добавил:

— Скажут, еще как скажут. Не по поводу вечеринки, конечно, но если потребуется, дядюшки и тетушки съедят мозг без всякой магии. У тебя вроде и все права есть, и титулы, а послать их прямо не получается, все же родственники. И непонятно, кем заменять, чтобы клан и род не развалились.

— Ну да, ну да, пожалуйся на тяжелую жизнь Главы-по-Праву, любимца Матери, — мрачно усмехнулся Пол.

Ценой убийства Гамильтона, весело подумал Сергей. Сообщить ему, так, поди убежит с визгом. Вот еще один момент, из-за чего Мать-Магия могла обратиться к обитателям других миров, продолжала течь в этом направлении мысль. Так как обитатели других миров не впитывали страх и пиетет перед Гамильтоном с молоком матери. Парри его боялся и почитал, да, но Парри сидел на заднем фоне и вылезал вперед редко, в основном при мыслях, связанных с его ненаглядной Изабеллой.

— А я вот пожалуюсь на то, что мы стоим тут и теряем попусту время, — добавил Робин Прудент.

Сергей лишь пожал плечами. Да, он договорился с Рупертом Огром на определенное время, но поди пойми этого полувеликана! Пробасил «Хырашо бриду», а на время мог и махнуть своей полувеликанской ручищей. Анджела Прейер и Юджин Палмер тоже запаздывали, надо заметить.

Словно услышав их мысли, Руперт и остальные появились на горизонте.

Не успел никто и глазом моргнуть, как он промчался огромным снегоходом, остановился напротив. Маботы Анджелы и Юджина чуть парили, явно уже готовые к тренировке и бою, оставалось только самому Сергею-Гарольду залезть в «Чайку».

— Арольд Тчоппэр зывал, Руберд пришол! — объявил он.

— Вот это правильный настрой, — хохотнул Робин. — Тоже, что ли, присоединиться?

Пол сразу качнул головой, дескать, не стоит портить мабота ради чужой ссоры. Сергей не слишком обольщался, насчет крепкой дружбы, Анджелу Прейер, возможно, вел долг союзницы Чопперов. Юджин, скорее всего, имел свои претензии к кому-то из троицы кровников Чопперов: Хаксли, Кроу и Лагранжам. И помогать чинить их маботов, после того, как Руперт отрубит им руки-ноги своим мега-топором, конечно же, предстояло Гарольду Чопперу.

Но оно того стоило. Наверное.

— Мы хотим, чтобы ты сразился с нами, Руперт. С нами тремя, — уточнил Сергей.

Указал на Робина Прудента и Пола Андерсона.

— Эти двое просто постоят в сторонке наблюдателями.

— Арольд Тчоппэр друг Руберд! Арольд Тчоппэр друг великий мак Олфрэд Гомилтон!

— Да-да, сразимся по-дружески, — кивнул Сергей. — Но во всю силу.

Руперт нахмурился, пытаясь осмыслить концепцию. Сергей вздохнул, все же слишком мало они общались, не перестроился сразу на нужный стиль. Возможно, сражайся Руперт на каждой тренировке со Сборной, было бы легче. Но он приходил два раза, ломал всем маботов и Оллин Вульф каждый раз потом пребывал в раздрае. С одной стороны, тренировка выходила что надо, полностью приближенная к реальности. С другой, все маботы потом требовалось чинить, да еще как, концепцию безопасной тренировки Руперт понимал слабо и бил, чтобы сломать.

— Как на тренировках! Маботы — ломать, нас не убивать!

— А, дак бы зразу и козал, — прогудел Руперт. — Можна.

И достал свой топор.

— Гарольд, когда ты звал нас на правильную тренировку, — задумчиво заметила Анджела, — ты же шутил, да? Руперт могуч, спору нет, но наши противники будут в маботах.

Причем у троицы противников, все силы крови были боевыми, позволяющими дополнять маботов. Сила же крови Палмеров, работа с драгоценными камнями, как и сила крови Чопперов, давала им преимущество в оснастке маботов, но не более. Сила крови Прейеров — поиск — тоже не несла в себе боевого компонента.

— Наша цель — выживание, а потом укрепление слабых мест в маботах, — пояснил Сергей.

Робин тем временем прибег к силе крови Прудентов, создав себе и Полу укрепление, чтобы пережить буйство стихий во время битвы. С ними, как и с Анджелой и Юджином, Сергей сошелся дальше шапочных приятельских отношений и поэтому они сейчас присутствовали на полигоне.

— Если что, Робин и Пол подскажут, — указал он.

— Дывайде ужэ драдца! — заявил Руперт.

Сергей залез в «Чайку», думая о том, что мир исподволь все же влияет на него. Ну что ему, вот ему персонально, эта троица кровников и поединок с ними? По идее должно быть плевать, но идея как-то не работала. Хотелось побить их. «По дружески», конечно же.

Возможно, кровникам хотелось того же, подстроить гадостей Гарольду.

— Все мы помним, что было на общих тренировках с Рупертом, — сказал Сергей, — поэтому, повторяю, наша цель выжить и не остаться без маботов.

— Кто сдался заранее, тот уже проиграл! — азартно выкрикнула Анджела. — Ну и что, что он нас разделал⁈ Теперь мы в своих маботах!

Сергей не стал рассказывать о той истории во время забега до Чоппер-мэнора и засаде Лагранжей, потому что по большому счету Анджела была права.

— И лишимся их, если потеряем голову, — обстоятельно напомнил Юджин.

Он и сам был такой обстоятельный и обманчиво неторопливый, чем только увеличивал симпатии Сергея в отношении Палмеров. Будь что будет, неожиданно решил он, если не встречу на рождественском приёме у Императора Лору, то просто напишу ей и расскажу все, как есть. Бетти Малькольм согласна была ждать, может и подвинется с места второй жены, а может, и нет, неважно. Либо они будут вместе, либо нет и все тут, хватит уже терзаться и гадать, недостойно это.

Надо идти и действовать, или готовиться, а потом действовать.

— Йа набадау! — объявил Руперт, вскидывая топор и стремительно кидаясь вперед.

Вот тебе и спланировал все, мелькнула последняя раздельная мысль в голове Сергея, прежде чем он рухнул в пучины выживания, инстинктов, рефлексов и направляющей магии.

Глава 20

25 декабря 1991 года, БАМ

— Поверить не могу, что этот день настал, — чуть не всхлипнула Саманта, крутясь перед зеркалом.

Все было очень просто, каждый Глава Священного Рода мог взять с собой двух сопровождающих. Сергей даже звонил дяде Альфарду, но тот лишь отмахнулся и пыхтя в трубку заявил, дескать, это звездный час Гарольда, бери, племянник, кого хочешь.

Сергей подумал и решил, что с ним отправятся Саманта и Барри. Собирать ради этого команду и что-то отдельно объявлять или объяснять не стал, но тонко намекнул, дескать, на следующий год возьмет с собой Гертруду и Дэбби.

Про О’Дизли заикаться не стал, но не потому, что решил их исключать, а из-за того, что за два года все могло сто раз измениться. Да и сам Сергей планировал подняться и пробиться выше, стать настоящим зятем Императора. Стало быть, чаще визиты во дворец, возможность проводить туда своих людей и прочие мелкие вознаграждения.

— Неужели ты ни разу там не была? — машинально спросил Сергей, тоже глядя в зеркало.

Никогда он не любил костюмы и не умел их носить, но сейчас согласился бы даже на классическую тройку или двойку. Пиджак и брюки, с ними хотя бы все ясно. Но нет, приём у Императора — это же традиция, а по традиции положено носить мантии, башмаки эти с загнутыми носками, вышитую рубаху и прочие нелепости, из-за которых Сергей ощущал себя сейчас разряженным петухом.

Инерция мышления, такая инерция, что впору было обозвать себя тормозом. Он знал о приёме, он готовился к нему, но даже в голову не пришло, что там будет традиционная одежда. И никто не намекнул, не подсказал, что надо готовиться носить ее. А танцы? Если там будут танцы? Вдруг все, как и с одеждой, думали, что Гарольд в курсе и не подсказывали? То, что Сергей потратил часть декабря на второй «трудовой запой», ослабленную версию первого, вообще не могло служить оправданием.

— Откуда? — фыркнула Саманта. — Дядя Альфард же возглавлял клан и Род! Конечно, он брал с собой других дядюшек и тетушек, а мне прямым текстом говорил, что я слишком много кручу задницей и вообще веду себя неприлично! Ха! Выкуси, дядюшка!

— Но при этом он дал мне право выбора, странно, — задумчиво произнес Сергей.

Слова Саманты перекликались с прошлыми размышлениями о свободе в студенчестве и рассказами молодых магов из других Священных Родов. Кто-то делал что-то неугодное старшим, кто-то просто наслаждался свободой, отринув запреты, при этом Глав Родов, как справедливо заметил Пол, среди них не было.

Поэтому представители «золотой молодежи» нередко оставались без магических денег и помощи, но обычно не унывали, а просто прибегали к помощи приятелей из других Родов. Торговали именем Рода и Клана, жили в кредит под будущие услуги, а то и просто торговали собой. Хочешь пообедать с наследником Лагранжей? Гони монеты, взамен получая перспективу подняться выше, обратить на себя внимание сильных мира сего. Так что рядовые маги и проныры из «новой крови» охотно платили.

Разумеется, имелись и те, кто торговал своим телом, находя в том развлечение и источник дохода.

Когда Сергей недавно столкнулся с этой стороной жизни Священных Родов в Академии, он вначале даже не знал, что думать по этому поводу. Потом вспомнил рассказы Саманты и махнул рукой. У него-то денег хватало и продавать себя не требовалось. Возможно, Амос был прав и магический неокапитализм стремительно двигался на смену магическому неофеодализму.

Сергей бы не отказался, чтобы тот уже наступил. Купил бы смерть Гамильтона и дело с концом.

— Ты — глава Рода, — со странной улыбкой на губах заметила Саманта. — Если он будет за тебя решать, то в каком свете это выставит Чопперов?

— Наверное, в плохом, — согласился Сергей. — Но мне почему-то казалось, что юных барышень, так сказать, выводят в свет и представляют на всяких там балах?

Сказал и тут же понял, что не знает, как с этим обстоят дела. Какие-то балы и приёмы определенно проводились. Пускай магическая аристократия и не признавалась в том, но многое они переняли у прошлой аристократии, из обычных людей. Только добавили магии, условного равноправия полов, жертвоприношений и сбавили накал этикета.

— Так и есть, только не у Императора, — кивнула Саманта. — Не забывай, что он как бы антагонистичен Священным Родам и не может, открыто выказывать расположение кому-то из них. Поэтому на Рождество всегда приглашаются все Главы, пускай они и кровники друг другу.

— Не может⁈ — воскликнул Сергей. — Не может⁈

— Тише, тише, ты теряешь лицо, — Саманта невозмутимо подкрасила губы и крутнулась. — Идеально! Да, Фармеры теперь клан номер один, ну и что? Кристофер Фейн никогда не выделял их открыто, а то, что происходит за ширмой, остается за ширмой, даже если все всё знают.

Сергей выдохнул, остывая, так как неоднократно сталкивался именно с таким принципом функционирования общества магов. Клятвы те же взять, в Академии, или торговлю Родов друг с другом.

— Поэтому приём у Императора он в рейтинге стоит выше всех. Если ты на него попал, то ты либо глава Рода, либо приближен к нему и занимаешь важное положение, раз тебя взяли. Твое место в негласной табели о рангах сразу идет вверх. Мне казалось, что ты в курсе, братец?

— Да откуда, все думали, что я в курсе, и никто не объяснил.

— Так ты взял меня не из-за помощи тебе и авансом под будущие заслуги? — удивилась Саманта. — А Барри не из-за того, что он эту пожилую крысу Ворлок удовлетворяет?

Сергей помолчал несколько секунд.

— Он мне брат, вообще-то, — сказал почти спокойно, подавив гнев. — А ты — сестра.

Да, Барри удовлетворял Эльзу, но толку с того было, как с козла молока. О Гамильтоне и служебных тайнах она не болтала, даже когда ее били плеткой, разыгрывая сценку допроса. Сергей слишком поздно сообразил, что все ценное от Эльзы узнавал, только врезав ей по мозгам «запретной» магией или просто обманув и поколдовав за ее спиной.

Промах, в общем, вышел с ней, да такой, что не отменить уже теперь.

— Я, кстати, так и не поняла, что это за история с Эльзой Ворлок.

— Вот и отлично. Раз ты не поняла, то и остальные не поймут.

— Но…

— Хватит, — твердо оборвал ее Сергей. — Или тебя лишить поездки?

— Нет-нет! Всё, вообще молчу! — в голосе Саманты слышался страх.

Опять какие-то игры в общественный статус и рейтинг, подумал Сергей. Даже после пяти месяцев здесь, учебы и лекций Амоса, наблюдения и участия вживую, некоторые моменты, естественные как дыхание для местных, он просто не понимал. Или не знал о них.

— Всё, я готова! Давай уже отправимся!

— Не попрощавшись с остальными? — не удержался от подколки Сергей.

— Да чего там прощаться? Уже завтра вернемся!

Сергей неожиданно понял. Одно дело — не взять с собой Саманту, заменив ее на какую-нибудь Дэбби, а другое выгнать уже из императорского дворца. Поэтому и засуетилась, быстрее прибыть, как-то закрепиться или вообще сбежать внутрь дворца, чтобы выгнать не успели.

— Эх, сестрица, ну что ты суетишься? — вздохнул Сергей.

— Ну а чего ты сразу к угрозам?

— Так ты же не знаешь, когда надо остановиться и не совать свой нос в чужие тайны.

«Тайна Ворлок» была безопасна, пока Сергей помалкивал о Гамильтоне и своем взломе системы службы контроля. Правда, в ответ начинались пересуды и слухи, и странно, что сама служба контроля еще не взяла Эльзу за грудки, дескать, чего это вы, мадам, так открыто тут с братом Гарольда Чоппера спите? А где такие вопросы, там и проверки всех причастных, а где проверки, там и возможно и раскрытие администраторского доступа Гарольда Чоппера. В теории все было чисто, ни одно действие Сергея не записывалось, но на практике, на этом его могли и подловить, пожалуй.

— Ладно, я бы и сам не удержался, наверное, начни ты с каким-нибудь Одноглазым Грегом или там Кевином Карлайлом крутить, обязательно поинтересовался бы, к чему все это.

— Так к чему все это? — невинно поинтересовалась Саманта. — Только про великую любовь не втирай, ладно?

— Ладно, не буду, — не стал спорить Сергей. — Идем.

К черту эту Ворлок, думал он раздраженно на ходу. Визгу много, шерсти мало. Либо брать ее в тот домик за пределами Академии и врубать пыточную на полную мощность, либо махнуть уже рукой. Невидимость есть, уже отлично, случайно не выдашь себя. А Гамильтон, ведь он… Сергей чуть не споткнулся на ходу, вспомнив, что на приеме будет и Гамильтон.

— Милорд, еще раз благодарю вас за оказанную мне честь, — церемонно поклонился Барри.

Вот он выглядел как раз правильно, по мнению Сергея. Классический костюм, галстук, туфли, все, как и должно быть. Умом Сергей, конечно, понимал, что все наоборот. Именно он, Гарольд Чоппер, в мантии и туфлях с загнутыми носками, церемониальной остроконечной раззолоченной шапке, выглядит сейчас «как положено» и вызывает зависть у окружающих. Но понимание умом, как всегда, не мешало испытывать дискомфорт и раздражение.

Возможно, на приеме у Императора это могло дорого обойтись Сергею-Гарольду.

— Милорд! — почти выбежала Дэбби. — Вам угрожает опасность!

Сергей остановился и замер. Стоило ему прекратить свои жалкие попытки покушений на Гамильтона, как и Дэбби перестала выдавать предупреждения. Теперь он собирался на приём, где будет Гамильтон… покушение провалится? Может, тогда вообще не совершать покушений? Твердо решить и не совершать? Но вдруг подвернется удобный момент, а? А?

— Дэбби, — сказал он, — я не могу просто так взять и отказаться от приема у Императора.

— Но опасность! Опасность! — Дэбби чуть не плакала и пыталась вцепиться в него.

Сергей отвел ее руки, вгляделся. Где-то в глубине души Дэбби, наверное, все еще оставалась той девушкой с охоты, пытающейся спасти всех.

— Ты предупредила меня, я буду настороже, — заверил ее Сергей.

Они прошли к выходу из особняка.

— Служба контроля, — почти церемонно, почти сухо произнесла Эльза, стоявшая за воротами особняка, — в моем лице желает вам, Гарольд Чоппер, вести себя так же безупречно, как в Академии.

Сергей едва не хрюкнул от смеха и несоответствия ее слов реальности. Да и сама Эльза, хоть и не нарушала правил, не входила внутрь особняка Чопперов, но это не мешало ей вести себя совсем неправильно. Сергей мысленно обругал себя, ведь решил же махнуть рукой на Эльзу и тут же снова принялся думать о ней!

— Приготовьтесь к переносу, — сказала она.

Мгновение и они оказались в обширном зале на входе в здание ректора. Сам ректор Гамильтон, в сопровождении Одноглазого Грега и Анны Райтер, уже находился тут, говорил о чем-то негромко. Возможно, давал указания, чтобы в его отсутствие студенты не разнесли Академию.

Увидев их, Гамильтон тут же прервался и прошел вперед.

— Глава Гарольд, — кивнул он. — Милая Саманта.

Легкая улыбка и Саманта покраснела, как не краснела никогда. Смотрелся Гамильтон, конечно, импозантно, мантия на нем странно гармонировала с могучим телом борца и сверкающей лысиной. Ощущение мощи, исходящее от него, казалось, стало еще сильнее, с момента их последней встречи вживую.

Такой редкий момент, но в то же время такой неудобный для нападения!

Даже если забыть о мощи и скорости Гамильтона, один только Одноглазый Грег рядом чего стоит! С его глазом-имплантом, датчиками, сразу ощутит набор энергии, думать и колебаться не будет, ударит насмерть. Гамильтон тем временем великолепно проигнорировал Барри, из-за чего Сергею неожиданно стало обидно.

Ударить, подтверждая предвидение Дэбби, грозящую ему опасность. Смерть — это опасно.

— Мы отправимся во дворец Императора вместе, — сообщил Гамильтон.

Удивился не только Сергей, но и все остальные.

— Такого раньше не было, — заметила осторожно Анна.

— Так и Глава-по-Праву Священного Рода, любимец Матери, у нас еще не учился, — ухмыльнулся Гамильтон.

Выглядело его лицо при этом зловеще. Зато стало понятно, почему их задержали. Сам Сергей хотел вылететь еще вчера, добраться до Чоппер-мэнора и оттуда скакнуть в особняк в Лондоне, из него прибыв к Императору в маголете.

— Фаворитизм, — бросил Одноглазый.

— Ерунда, — небрежно отмахнулся Гамильтон. — Да и не абы кто, будущий зять и будущий Император.

— Об этом еще рано говорить, — пискнул Сергей.

Но внутри все ликовало, кровожадно ухмылялось и танцевало победный гопак. Раз Гамильтон сказал, то так и будет! Сам себе выроет могилу, ибо став Императором, Сергей его прикончит! Или еще до того прикончит, а потом станет Императором! А кто против, того Мать-Магия сверху отоварит прямо в тыковку!

— Хорошо, рано так рано, — не стал спорить Гамильтон.

Они переместились, оказавшись в какой-то комнате без окон без дверей и Сергей прямо ощутил, как у него трещит и скрипит все внутри головы, в попытках запомнить каждую, даже самую мельчайшую деталь. Явно какой-то внутренний, личный, доверенный портал Гамильтона. Если потом прыгнуть к нему, можно будет оказаться внутри башни и личных покоев!

Гамильтон еще раз взмахнул руками, и они вчетвером оказались во дворце Императора.

Глава 21

Нельзя сказать, что близость Гамильтона сводила с ума, но все же мысли Сергея переключились. Он действовал практически как робот или голем, заученно раскланивался, улыбался, приветствовал, отмечал, кто перед ним, а мысли крутились только вокруг ректора и его убийства.

Все, как он хотел — Гамильтон оказался вне Академии, но легче от этого не стало. То есть мало было выманить Гамильтона наружу, надо было еще подловить его без свидетелей, не дать сбежать и суметь одолеть. Приглашения в мэноры Родов он не принимал, на публике если и появлялся, то на таких вот мероприятиях, вроде этого бала, где полно публики и хрен ты его убьешь просто так. Публично вызвать на дуэль? Да, прошлые посланцы Матери так и делали, с известным результатом.

— Кристина, вы обворожительны, — произнес он, ничуть не кривя душой.

В прошлый раз он ее видел в купальнике, практически обнаженной. Сейчас на Кристине Фейн было тяжелое даже на вид платье из парчи, словно глухая штора, и вдобавок к нему еще и мантия на плечах. Ни клочка кожи, кроме шеи и лица, а на голове еще и какая-то тиара, словно удерживающая воедино сложную, объемную прическу.

Но все равно, она была обворожительна.

— А вам идет традиционная мантия, Гарольд, — улыбнулась Кристина в ответ.

Еще раскланивания, словно заскриптованная сцена в игре, короткая речь Императора о традициях и приёме, приветствия всем собравшимся и представление самого Гарольда ему. Главы Родов внимали, улыбались и хлопали. Все они были в возрасте, минимум вдвое старше Гарольда, соотношение мужчин и женщин примерно три к одному. В числе последних была и Белинда Лагранж, которая следила за Гарольдом, не отрывая взгляда.

Имя ее означало «красивая змея» и именно такой она и была, носила неофициальное прозвище Белладонна. Такая же красивая, ядовитая и доводящая до бешенства. Ощущая ее взгляд, Сергей неожиданно понял, что ничего не закончилось со смертью Колина Лагранжа. Белинда не простила ему проживания на землях Лагранжей, и будет мстить, со всей исступленностью обманутой женщины и мощью женщины, являющейся Главой Священного Рода.

Как сам Сергей караулил Гамильтона, так и Лагранж будет караулить его, поджидая, пока он покинет Академию, Чоппер-мэнор, земли Рода или дворец Императора, окажется где-то на чужой земле, где Гарольда Чоппера можно будет подловить и убить.

— Да начнется бал! — провозгласил Кристофер Фейн. — Откроют его Гарольд Чоппер, Глава-по-праву Священного Рода Чопперов и любимец Матери-Магии…

Никакой реакции среди собравшихся, все уже были в курсе статусов и титулов Гарольда. Взгляд Белинды не переменился и это было плохо, плохо, очень плохо. Но в то же время развязывало руки, неожиданно зашептал внутри Парри, война, открытая война и Изольда. Напасть на Брайтон, схватить ее, вскинуть на плечо мабота и утащить к себе.

— А также моя внучка, Кристина Фейн, ведь она и Гарольд Чоппер — помолвлены!

И это не стало ошеломляющей новостью. Пускай Главы Родов и зашептались, но ощущалось, что они знали заранее или догадывались. Возможно, не знали, кто именно из внучек Кристофера станет женой Гарольда Чоппера, но знали, что кто-то станет.

— Начинайте, дети мои, — уже совсем не пафосно обратился император к Сергею и Кристине.

Они послушались и начали. Нечто вроде осовремененного вальса, где можно и нужно было прижимать партнершу к себе, кружиться с ней и при этом проявлять чудеса ловкости, чтобы не наступить друг другу на мантии и туфли.

— От вас веет силой, Гарольд, — прошептала Кристина.

Наверняка она просто не хотела, чтобы ее слышали, но из-за шепота и близости тел и лиц, прозвучало все томно и весьма интимно.

— Это потому что я под разгоном, — ответил Сергей.

Из-за необходимости концентрироваться на танце наблюдающие за ними сливались в некую единую полосу лиц и костюмов. Может, оно и к лучшему, подумал Сергей, меньше ощущения, что я здесь лишний. Не из-за взглядов окружающих, нет, он сам по себе ощущал себя здесь лишним. Чувствительность к магическим энергиям неожиданно сыграла злую шутку, ведь вокруг было слишком много этих самых энергий.

Силы крови собравшихся, заклинания, артефакты на них и системы самого дворца, тоже заклинания и артефакты и ощущения энергии чужого источника. От Кристины тоже веяло этой энергией, но слабенько так, даже почти приятно.

— Нет, иной силой, — задумчиво ответила Кристина. — Магической, конечно, но в то же время не концентрированной энергией из батарей мабота, чем-то иным. Словно вы рождены для величия и его в вас столько, что эта магия вырывается наружу.

— Бетти говорила о том же самом, — вырвалось у Сергея невольно.

— Бетти, — брови Кристины чуть шевельнулись.

Только сейчас Сергей разглядел, что у нее карие глаза.

— Бетти Малькольм, надо полагать?

— Она самая.

— Она мне нравится, — прямо заявила Кристина, — пусть будет.

— А если бы не нравилась?

— Тогда я не стала бы претендовать на первую брачную ночь с ней, а взамен устроила бы небольшую тайную войну.

— То есть вы знали, что ей обещано место второй жены, — подытожил Сергей.

— А вы не так глупы, как вас пытаются выставить, Гарольд, — улыбнулась Кристина. — Конечно же, я собирала информацию о вас… хорошо, службы дедушки собирали, я просто заглянула туда одним глазком.

— И вы так спокойно говорите об этом?

— Вы же мой будущий муж, — улыбка Кристины стала еще шире. — Я должна буду слушаться вас и ничего не скрывать.

При том, что она старше на несколько лет и влиятельнее, а также наверняка получила особое образование, как внучка Императора, подумал Сергей. В голову тут же полезли другие вопросы — а что происходит с семьей прошлого Императора, когда приходит новый? Поэтому Кристофер Фейн считается сыном Конвея Фейна, хотя таковым и не является, для преемственности, чтобы не казнить и не разгонять всех этих внучек, тетушек и дедушек? Клан Императора? И почему Кристина не училась в Академии?

— Тогда скажите мне, почему вы не учились в Академии.

— Может и училась, а вы просто не застали? — кокетливо улыбнулась Кристина.

— Вы слишком молоды для этого, а я не ощущаю вас ни грана косметической магии.

— О, вы даже умеете делать комплименты, прямолинейно, но от того вдвойне приятно, — выдохнула Кристина, прижимаясь еще сильнее. — Ах, какой от вас аромат силы, Гарольд, я едва сдерживаюсь, чтобы не скрепить наш брак прямо сейчас!

Сергей чуть не отшатнулся, представив, как Император потом ему голову открутит. Кристина не стала смеяться или улыбаться, похоже, ее действительно возбуждали какие-то там невидимые флюиды. Причем это не были уловки «охотниц за головами», Сергей выучил их все еще летом, да и уроки Гидеона и собственные усиленные чувства утверждали, что Кристина по-настоящему возбуждена.

— И вы ощущаете магию, что же, смешно было бы ожидать иного от любимца Матери-Магии, — задумчиво продолжала Кристина, похоже, совладав с собой. — Теперь мне страшно от одной мысли, что вы могли выбрать Эшли!

— Император предлагал руки вас обеих, — вспомнил Сергей.

— Дедушка любит неуместные шутки, а потом смотрит на реакцию и радуется. Я не училась в Академии потому что не хотела.

— Да? — озадаченно спросил Сергей.

Его мысли о том, что именно эти невидимые флюиды могли так ударить в голову Эльзе Ворлок, переключились обратно на Кристину и Академию.

— Слишком скучно и предсказуемо, внимание всех этих магов, поклоны преподавателей, лекции, да и время, шесть лет проводить там? Скучно и долго. Но у нас есть возможность учиться отдельно и мы ей воспользовались. Я слышала, что вы хотите закончить Академию за один год?

— Хочу.

— Правильно, — одобрила Кристина, — нечего там сидеть столько лет! Поскорее заканчивайте Академию, совершайте подвиги и мы заключим магический брак! Я уже вся горю!

— Есть способы… — не слишком уверенно заговорил Сергей.

— Есть, но не в мэноре же дедушки! Да и ваша мощь, Гарольд, боюсь, что после объявления помолвки любой наш контакт может привести к магическому браку.

— Разве это плохо? Если все равно к нему все и придет?

— Не положено, — объяснила Кристина. — Вы еще не совершили подвигов, не показали себя, дедушка не научил вас секретам управления Империей и не принял в семью.

— В семью, — задумчиво повторил Сергей. — Стало быть, вы будете моей женой и племянницей одновременно?

— Или сестрой, что вероятнее, — кивнула Кристина. — Инцест — это кровосмешение, а кровь угодна Матери-Магии.

Что же, это многое объясняет, подумал Сергей.

— Разумеется, из-за выбора императоров из любимцев настоящий инцест тут не возможен, — спокойно объясняла Кристина, — но хотя бы его подобие обеспечить надо обязательно. Инки и ацтеки, хоть и кровожадные дикари, но в этом вопросе разбирались лучше всех. Разумеется, простакам инцест заказан, на то они и простаки, но те, в чьих жилах текут кровь и магия, должны их смешивать, дабы кровь и магия становились сильнее!

Веяло от ее слов чем-то диким, первобытным и странно возбуждающим. В то же время, Сергею хотелось скривиться и сплюнуть, темы инцеста, крови и боли, можно сказать, навязли в зубах. И это он еще не заглядывал и не нырял глубоко в темные уголки магического социума. Плодитесь и размножайтесь, преломленное через призму общества с магическими браками, порождало вседозволенность. Извращениями их назвать, пожалуй, нельзя было, так как извращения — что-то запретное, а в магическом социуме, по крайней мере на верхушке пирамиды можно было всё.

— К тому же сохраняются семья и род Императоров, так что у тебя будет масса новых родственников.

— Я еще и со старыми-то толком не познакомился, — проворчал Сергей.

Может и к лучшему, подумал он. Сразу запрыгнуть в императорский поезд, убить Гамильтона и «жить припиваючи», не болея душой за Чопперов.

— А-ха-ха-ха, — рассмеялась Кристина, чуть запрокидывая голову и демонстрируя шею. — Гарольд, прекратите, я же сказала, что еле сдерживаюсь, а вы меня провоцируете!

Игра на публику и в то же время чистая правда. Сергей снова ощутил, что прикасается к какому-то чужому ему миру. Словно Парри, вошедший в магический мир.

— Ничего подобного, просто говорю правду, раз уж мы будущие супруги и у нас не должно быть тайн.

— Главе семьи можно, — объяснила Кристина. — Это мы должны покорно подчиняться и сгибаться перед ним.

— Бросьте, Кристина, вам не идет роль покорной жены, — чуть раздраженно сказал Сергей.

Какая-то хитрая игра? Под видом покорности взять власть в свои руки?

— Вы будете терпеть властную жену, которая еще и старше вас? — удивилась Кристина.

— Если вы собираетесь подавлять и доминировать, то нет, не буду, у меня нет времени и сил на эти игры. Но соратницы и помощницы, те, кто способен действовать самостоятельно, но в общих интересах — это я могу только приветствовать.

— Дедушка не ошибся в вас, — расплылась в самодовольной улыбке Кристина.

Странное дело, очарование ее, гармония без примеси магии, никуда не делись, но теперь они вызывали лишь теплое чувство в груди. Без спешки и желания немедленно овладеть этой самкой, сделать ее своей. Это было очень хорошо, ведь до женитьбы и первой брачной ночи, похоже, оставалось изрядно времени. Подвиги, ха. Разгромить Лагранжей — это подвиг?

— Непросто будет набрать десяток соратниц, но раз уж вы доверяете мне, я что-нибудь придумаю.

— Десяток?

— Да, пожалуй, я ошиблась и вы легко возьмете дюжину, — согласилась Кристина. — У дедушки их дюжина, правда все старые и безвкусные.

— Сколько вообще жен можно брать? — нахмурился Сергей.

Его промашка, стоило бы поинтересоваться этим вопросом. С другой стороны, куда торопиться, когда и так все выяснилось бы по ходу пьесы? Вот он и не торопился, сосредоточившись на более насущных вопросах.

— Столько, сколько позволит магический потенциал, — сообщила Кристина. — Жен или мужей, если потенциал позволяет. Многие сильные магессы так и делают, набирают себе гарем из красавцев, слабых в магическом плане. Так мне рассказывали, по крайней мере.

— И моего потенциала хватит на дюжину жен?

— Часть вашей магии равная моей будет связана браком, остальное останется следующим женам. Если брать слабых магесс, то вас, Гарольд, хватит на то, чтобы превзойти царя Соломона с его тысячей жен!

Небеса не разверзлись и молнии не ударили, но все же Сергей ощутил, что озадачен.

— Поэтому в браке тот, у кого остается магия, и считается главнее. Но это ничего, — снова улыбнулась Кристина, возбужденно и предвкушающе, — девочек я тоже люблю и если вы позволите мне, Гарольд, то я буду помогать вам и в первые брачные ночи!

Еще одна фетишистка, подумал Сергей устало, общество извращенцев, чтоб его.

— Это право еще надо заслужить, — сообщил он Кристине, раз уж подвернулся удобный момент.

— О, поверьте, Гарольд, я заслужу его и вы не пожалеете о своем выборе.

Взгляды их встретились, молчаливо скрепляя будущий союз.

Глава 22

Обязательным был только первый танец, а приглашения всегда следовали от сильного слабому. Для упорядочивания системы маги Священных Родов разработали рейтинг этой самой силы и увлеченно соревновались за места в нем. Как сказал бы Амос, удовлетворяли верхушку своей пирамиды потребностей.

Поэтому Сергей просто сделал морду кирпичом и начал было протискиваться к выходу, но ему тут же напомнили, что он еще сопляк во всех этих делах и показали, почему к выбору спутников следует подходить тщательно.

— Сожалею, уважаемая глава рода Лагранж, — вежливо произнес Барри, склоняя голову, — но я вынужден отклонить ваше приглашение на танец.

Оскорбление, только завуалированное. От обычного человека главе Священного Рода, так вообще смертельное оскорбление, которое смывается только кровью. С учетом обстоятельств жизни Барри и отношений Чопперов и Лагранжей, получалось нечто запредельное и невыразимое. В то же время, Барри поступил именно так, как его воспитывали, служил Гарольду Чопперу, не думая о себе.

Ведь согласись он на танец, пострадал бы в первую очередь именно имидж Гарольда.

— Зачем вам мой брат, Белинда? — вопросил Сергей, останавливаясь рядом.

По этикету Главы Священных Родов могли именовать друг друга по имени, без титулов и прочего. Да и к Императору обращаться в упрощенной форме. По факту же, при обращении к женщине вдвое с лишним старше его (Белинде недавно отпраздновала сорок первый день рождения), слова Гарольда прозвучали оскорблением.

— Потанцевать с ним. Расспросить. Предложить вернуться на земли Лагранжей, — с хищной улыбкой ответила Белинда. — Красивый молоденький мальчик всегда пригодится. Ведь он уже жил там и видел, что правление Лагранжей справедливо.

Семья Туков регулярно ходила в церковь и возносила молитвы Матери-Магии, а также хвалы Лагранжам. Белинду тоже славили, искренне, от души. Теперь от этого воспоминания Сергею стало немного тошно.

— Вы враждуете с моим господином, Гарольдом Чоппером, — вежливо ответил Барри, — так что я никогда не соглашусь.

При этом Барри тоже искренне возносил хвалу Лагранжам и в разговорах парней регулярно проскакивало классическое «я бы засадил», в отношении девушек из Рода Лагранж. Оставалось только восхититься таким преданным служением и закрыть собой Барри.

— Что ты, Барри, вся вражда осталась за стенами этого дворца, — ответила Белинда, продолжая хищно, плотоядно улыбаться. — Один лишь танец.

— Обязательно, едва лишь вы объявите во всеуслышание, что вражда и кровная месть между нашими Родами закончились после поединка между мной и Колином Лагранжем, — ответил Сергей, прикрывая рукой Барри. — Тогда мой брат примет ваше приглашение.

А до того момент все претензии Белинда могла направлять лично ему, так как именно Гарольду Чопперу присягал Барри Тук. Этикет и правила, мать их за ногу. Вроде как они должны были предотвращать смертоубийства, но пока что все шло к обратному. Хотя, Белинда первая начала.

— Думаю, мы начали разговор не с той ноты, — обворожительно улыбнулась Белинда. — Почему бы нам не присесть где-нибудь в сторонке и не обсудить все за бокалом вина?

— А и в самом деле, почему бы и нет? — улыбнулся в ответ Сергей.

Они прошли в некое подобие алькова, словно бы ниши в стене, с диванчиками и подушками и даже шторами. Закрывать их, конечно, не стали, но Сергей повел рукой, бормоча формулы щитов. Мгновение спустя Белинда Лагранж поставила свои, да еще и браслет с руки сорвала, кинув в центр низенького столика. Улыбаясь, достала бутылку вина и два бокала.

Сергей, улыбнувшись в ответ, разлил, не прикасаясь к бутылке. Взял в руки бокал, подавая две волны энергии. Одну из магии превращений, для нейтрализации всего, кроме вина, вторую просто энергией, выжигая возможные следы и проклятия.

— Неплохо, — заметила Белинда, — но это всего лишь вино.

Она улеглась в вольной, соблазнительной позе, подперев голову кулаком. Платье ее изменилось, превратившись в обычную одежду. Нечто похожее демонстрировала Сергею Саманта, но у Белинды точно вышло лучше. Зрелая, сочная женщина, с крепкими наливными яблоками грудей и стройными, прямыми ногами, томным взором и блудливой улыбочкой, лежащая и словно приглашающая ее взять.

Сергей отпил вина и уселся напротив, закинув ногу на ногу.

— В мире сейчас неспокойно, — сообщила Белинда спокойно, — только на таких вот приемах и удается забыть о проблемах.

— Разве на приемах не принято сплетничать и пересказывать свежие новости? — в тон ей ответил Сергей.

Отпил еще вина. Так себе было вино, слишком кислое, слишком терпкое. Возможно, выжигание из него яда или афродизиаков, убило и вкус. Возможно, Сергей просто не разбирался в этих гурманских делах, да и не хотел в них разбираться. Некогда.

— Новость ничего не стоит, если она известна всем, — сказала Белинда, делая еще глоток, — а беспокойная обстановка в мире общеизвестна.

Она чуть сдвинула ногу, приоткрывая ее. Сергей едва удержался от предложения сразу стриптиз станцевать, в котором он будет монеты в трусы совать, пока те от тяжести не порвутся. Нет, все же в правилах этикета и светской беседы что-то да есть, подумал он. Хотя бы помогает сдержать порывы. Да и тянуть паузу, выжидая, кто сдастся первым и перейдет к делу, тоже было весело. Пока.

— Я не слежу за обстановкой в мире, — небрежно заметил Сергей. — Некогда.

На самом деле время он, конечно, выкроил бы, если захотел. Но к чему лишний раз волноваться и зря горячить кровь? И без того поводов для расстройства хватало, взять хотя бы повисшее в воздухе убийство Гамильтона. Впрочем, теперь, после получения координат его личного портала, дело могло и сдвинуться с мертвой точки.

— Если вы не занимаетесь политикой, тогда политика займется вами, — голос Белинды чуть изменился, она, похоже, цитировала какую-то местную мудрость. — Вот вами, Гарольд, она уже занялась.

— Пока что мне все нравится, — Сергей скрыл улыбку за бокалом вина.

Если не яд, то что? Споить его? Для этого одной бутылки не хватит. Или у нее припасены еще в пространственных карманах? А вытащит их она уже когда Гарольд подопьет и утратит бдительность?

— С политикой, как с вином, вначале приятно, а потом похмелье.

— Так просто пить надо уметь. Или уметь останавливаться.

— Вам, Гарольд, уже не удастся остановиться, — сообщила Белинда с двусмысленной усмешечкой.

Сергей обратил внимание, что вырез в ее платье постепенно становится глубже, а ноги оголяются все сильнее. В этом ее замысел? Магический брак вперед Кристины, недовольство Императора, немилость в отношении Чопперов? Как-то слишком уж просто. Или она решила не хитрить с «юнцом», сделав ставку на вечную неудовлетворённость подростков? Слишком глупо.

— Потому что политика занялась вами. Сегодня вы — будущий жених Кристины, завтра император пошлет вас затыкать дыры в бортах своего корабля.

— Мне все равно придется затыкать их, когда я стану императором.

— А вы уверены, что им станете?

Сергей ответил не сразу, размышляя, куда же клонит Белинда? Или она просто заговаривает ему зубы, а основное — это вот обнажение тела? Тело знатное, кто спорит, ни одной морщинки, крепкое и опытное, да вот только, что с того? Можно на обратной дороге в БАМ завернуть в Чоппер-мэнор, да нагнуть служанку с внешностью Белинды. Приятно и безопасно.

— Даже если не стану, что с того? — пожал он плечами.

Белинда рассмеялась хрипло.

— Неожиданный ответ. Многие бы, как минимум, взволновались.

— Меньше знаешь — крепче спишь.

— Незнание — смерти подобно, — парировала Белинда азартно.

— Во многих знаниях — многие печали, — не уступил Сергей.

— То есть вы, Гарольд, старательно отворачиваетесь от знания и потому счастливы?

— Я не могу повлиять на происходящее, так чего расстраиваться? — пожал он плечами.

Игра на публику, пускай публика и состояла из одной опасной женщины. Искреннее равнодушие к вопросу иногда лучший способ спрятать свой интерес. На самом-то деле Сергей еще как волновался, впадение в немилость у императора — вернейший способ провалить миссию с Гамильтоном.

— Интересная мысль.

Повисла пауза, каждый сделал по два небольших глотка. Сергей уже даже не пытался делать вид, что его интересует грудь Белинды и разглядывал стену за ее спиной. Скука.

— Так вы не спросите меня, Гарольд?

— Я же сказал, что мне неинтересно, к чему повторяться?

Все же Белинда промахнулась, не сумела зацепить его якобы тайной. Сергей все равно не понимал, к чему привел бы его интерес. Она начала бы вымогать что-то в обмен за информацию? Глупо. Сергей пошел бы и спросил Кристину, а то самого императора.

— Конфликт из-за Нолана Лонгхэда разрастается! — провозгласила Белинда, взмахивая бокалом.

Вино пролилось на ее платье. Сергею сразу представился штамп с раздеванием или просьбой помочь ей, но Белинда, не моргнув и глазом, прибегла к силе крови Лагранжей, власти над водой. Большая красная капля улетела куда-то прочь.

Внутри Сергея все омертвело на мгновение. Она пропитала вино силой крови? И сейчас будет управлять им изнутри? Глупости, он же сжег все своей энергией. Да и не перебила бы Белинда его пассивную защиту из потенциала и энергии, бродящей внутри.

— И что?

— Кого император пошлет нести свою волю? — спросила в ответ Белинда.

Ах вот о каких подвигах они толковали, неожиданно понял все и успокоился Сергей. Жаль было отвлекаться на войну, конечно, но если так требовалось для победы над Гамильтоном. Во время войны убивать Гамильтона. Возможности шире, но и попахивает хорошей такой изменой, трибуналом и казнью. Нет, Белинда не могла знать о миссии Сергея.

— Пошлет — донесу, — еще раз пожал плечами Сергей. — Ладно, может, хватит уже этих игр? В мире неспокойно, все волнуются из-за гибели Лонгхэдов, Инки там чего-то затевают, негры режут друг друга, а Китай соседей, Франция и Германия готовятся на нас напасть или чего там они собираются делать. Все режут и убивают друг друга, идет нормальная цивилизованная жизнь.

Белинда усмехнулась, демонстрируя белые зубы. Ей бы загорелую кожу, подумал Сергей, была бы привлекательнее вдвое, а так бледновата.

— Это никак не объясняет вашего приглашения моего брата на танец.

— Может, он мне и правда понравился? Красивый такой мальчик. Да и вы, Гарольд, тоже.

— Хотите покончить с кровной местью и стать моей четвертой женой?

— Третьей, Гарольд, третьей, — мечтательно улыбнулась Белинда, — а то и первой. Не буду, конечно, забегать вперед внучки императора, но могла бы и забежать.

— Нет, — качнул головой Сергей.

— То есть вы бы не взяли меня женой, Гарольд?

— Для прекращения кровной вражды и для пользы Рода — возможно. Судя по тому, как вы настойчиво демонстрируете мне свое тело, вам хочется секса со мной больше, чем мне с вами.

Белинда снова рассмеялась хрипло и села, платье ее вернулось к прежним размерам, с лица исчезло блудливое выражение.

— Неплохо, — сказала она. — Выдержка, рассудительность, осторожность, отсутствие желание грести и подминать под себя всех встречных самок. Не идеально, конечно, но для вашего возраста, Гарольд, прямо-таки изумительно. Если жизнь среди простаков дает такие результаты, надо посылать туда в обязательном порядке.

— Посылайте, — кивнул Сергей.

Авось да испортится парочка Лагранжей, все легче будет.

— То есть это была просто проверка? — уточнил он немного запоздало.

— Нет смысла договариваться с тем, кто не в состоянии себя сдерживать. В истории есть примеры тех, кто становился главами родов в юном возрасте и, как правило, ничего хорошего из этого не выходило.

Белинда вздохнула и выдержала паузу. Сергей тоже ждал, старательно уговаривая себя не поддаваться на лесть. Но все равно, было приятно, и Белинда сразу перестала казаться таким уж чудовищем.

— Я не просто так заговорила о неспокойных временах, Гарольд. Надвигаются еще более неспокойные времена и активная вражда сейчас невыгодна нашим Родам.

Она замолчала, словно предлагая Гарольду заполнить паузу. На языке у Сергея вертелись острые подколки, в голове бродили мысли, что Лагранжи испугались его в противниках и надо давить, пока есть возможность. Потом он вспомнил, что став императором, перестанет быть Чоппером, стало быть, фактор мести за род отпадет. Да и какой прок лично ему в этой вражде? Гамильтон! Вот что важно!

— Согласен, — ответил Сергей.

На лице Белинды все же промелькнуло удивление. Сергей не стал заострять на том внимание и жевать мысленную жвачку про отличия от местных и причину отправки его Матерью-Магией.

Снова напоминать про убийство Колина Лагранжа он тоже не стал.

— Взаимная клятва, — предложила Белинда и Сергей не стал отказываться.

Их окутало багровое сияние, свидетельствующее, что Мать-Магия услышала их клятву и зафиксировала ее.

— Ух, — нервно сказала Белинда. — Опасно вести дела с любимцами Матери.

И рассмеялась, немного принужденно.

— Разумеется, это еще не все, — сказала она, откидываясь на спинку диванчика. — Нужно будет провести переговоры, верхушка вашего Рода, Гарольд, и моего, чтобы все знали — активная вражда прекращена, чтобы никто не делал ненужных движений и не задавал идиотских вопросов. Потом, когда волна из-за Лонгхэдов схлынет, мы возобновим вражду. Или прекратим ее.

А будет это уже после войны, усмехнулся мысленно Сергей, и я выпаду из раскладов, так как пойду на повышение. Ловко, изящно, хитро. Но так как это отвечало и его планам, он кивнул и сказал:

— Договорились.

Глава 23

Белинда удалилась, одарив его напоследок многообещающим взглядом. Было бы смешно, подумал Сергей, прикладывая руку к шторе и проделывая в ней дырочку, поглотить пару Священных Родов, Лонгхэдов и Лагранжей, через женитьбу.

Но нет, не дадут, равновесие сил, сохранение Родов. Вон Майкл Дайсон, все такой же одутловатый, того и гляди удар хватит. Род Дайсонов просел, но существует, как раз потому что запрещено их уничтожать. Такой скандал из-за Лонгхэдов, страшно представить, что начнется, если Гарольд Чоппер явит свои претензии на поглощение двух Священных Родов.

Вот взять третью жену из Дайсонов было бы вполне уместно, мелькнула мысль.

Танцы продолжались и Саманта пользовалась огромным успехом, так же, как и Барри. Сейчас он танцевал с какой-то дамой, судя по цветам и знакам, из свиты одной из императриц. Все, как и говорила Саманта, главы Родов — уже в возрасте, с собой брали таких же советников, и это, по сути, был блистательный прием старикашек и пожилых людей.

— Неплохо, — одобрил Сергей.

Кто хотел — еще танцевал, благо юных фрейлин и всяких там «молоденьких мальчиков» — гвардейцев вокруг хватало. Наверняка уже несколько удалились в подобные же альковы, дабы там насладиться друг другом. Кто же рассказывал Гарольду о клубе любителей секса, старающихся переспать в каждом из родовых мэноров? Интересно, Академия и дворец Императора считались?

Остальные разбились на кучки, что-то обсуждали друг с другом, наверняка заключали союзы и замышляли интриги, а может, и скармливали ложную информацию императорской службе контроля. Карты и шахматы, еще какие-то настольные и трехмерные игры, с примесью магии, и Сергей чуть устало вздохнул. Он знал в общих чертах о них, но еще там в Академии решил не тратить время на изучение, отложил на потом.

Присоединиться к одной из болтающих групп?

— Хм-м, — промычал он под нос.

Привычка бормотать могла дорого ему стоить. Основной разговор их может и не подслушали, благодаря браслету Белинды, но сейчас? Его вполне могли слушать и записывать, просто на всякий случай. Сергей нашел взглядом Белинду, опять отметил, что она напоминает ему тугое, налитое соком яблоко, и понял, что сдавать назад бесполезно.

Во-первых, они обменялись клятвами и Мать-Магия подтвердила их, во-вторых, прекращение активной вражды и правда выгодно обеим Родам, по крайней мере, в преддверии Третьей Мировой. Стало быть, надо все это выбросить из головы и не пережевывать до бесконечности, а потом поставить дядю Альфарда перед фактом.

С этой мыслью он накинул на себя заклинание увода внимания и выскользнул из алькова. Если кто и заметил его, то не обратил внимания, и Сергей отдалился от общей толпы. Глупо, конечно, ведь именно к приему и социальной его части он столько готовился, собирался демонстрировать себя и завязывать связи, искать союзников против Гамильтона.

Но Белинда сбила с верного пути.

Решив, что глупо было бы метаться, Сергей неспешно пошел по коридорам дворца, делая вид, что прогуливается и смотрит достопримечательности. Наверняка, кто другой пришел бы в восторг от всех этих ковров, картин на стенах, росписи стен и прочего, но Сергей слабо разбирался в подобном и взирал без особого интереса. Взломать местную службу контроля и получить возможность видеть всех, а самому оставаться невидимым, вот это было бы интересно.

Чужое внимание он ощущал, но как то отдаленно, словно кто-то крался за спиной и следил за ним в подзорную трубу. Вертеть головой и оглядываться было бы глупо, поэтому Сергей поступил чуть иначе, свернул в ближайший зал, затем еще один и еще, и еще, и, в конце концов, ощущение внимания пропало. Но и сам он безнадежно заблудился, очутившись… где-то.

— Я заблудился, — сообщил он вслух.

Но никто из воздуха вываливаться не стал, возможно, служба контроля тут не так уж и следила? Своим чувством энергии Сергей ощущал системы дворца, но касаться и подчинять их не спешил. Почти наверняка сразу припишут государственную измену и три дня расстрела. Вот если бы прийти сюда под «невидимостью», а уже потом подчинить, пожалуй, над этим стоило поразмыслить. Что годилось для Гамильтона, то сгодилось бы и для дворца императора.

Слух его уловил звуки, потянуло сильной магией и Сергей свернул налево.

Выглянул и отпрянул, кутаясь в «мантию невидимости», барьер, не пропускающий его магию наружу. Присел, дабы взгляд не ощущался напрямую, осторожно выглянул, всмотрелся. Гамильтон, голый и могучий, драл какую-то девицу с такой силой, словно хотел ее спиной протереть дырку в стене. Девица громко стонала, охватив его ногами, и секундой позже Сергей узнал ее.

Эшли, вторая внучка Императора, из числа явленных ему на смотринах на Хэллоуин.

Сергей понял, что бездумно пялится на сеанс порно, на мощные ноги Гамильтона и его задницу, дергающуюся в такт движениям бедер, и отпрянул. Мысль выбежать и пристроиться третьим, внеся «элемент неожиданности», была настолько глупой и идиотской, что он едва не закашлялся, подавляя смех.

Тут же собрался с мыслями, пытаясь придумать что-то. Гамильтон голый, занят Эшли, та охватывает его ногами, Сергея не заметили, нет, пожалуй, удобнее момента для покушения просто не будет! Императорская служба контроля? Обязательно засечет! Но хотя бы разок убить Гамильтона, а? Чисто для личного самоудовлетворения, чтобы показать, что такое возможно?

Была еще мысль вызвать его на дуэль за честь Эшли, но тут же ушла, устыдившись собственной глупости. Мало того, что Эшли была не против, так еще и вызов на дуэль — время для Гамильтона подготовиться. С этими мыслями, Сергей чуть вдохнул, концентрируя энергию в руках, но стараясь, чтобы та не вышла за пределы «барьера невидимости».

Никаких выкриков или прыжков из-за угла, Сергей опять осторожно высунулся, складывая руки лодочкой и устремляя общий луч энергии в спину Гамильтону и одновременно с этим резко увеличивая подачу энергии. Он уже раскрыл рот, празднуя победу, но радость была преждевременной. Вспыхнули три слоя щитов, заклинание Сергея пробило их, но все же щиты дали Гамильтону мгновение, за которое он успел разорвать захват ног Эшли, выскользнуть из нее и отпрыгнуть в сторону.

— Га… — возглас Эшли, скользящей вниз по стене оборвался, когда заклинание Сергея разнесло ей голову.

Терять уже нечего, еще удар! Гамильтон сместился, ушел под потолок и словно растворился в нем, Сергей, не глядя, хлестнул за спину, но промахнулся. Удар Гамильтона вспорол стену сбоку от Сергея и левый бок обдало смертельным холодом. Гамильтон, все такой же голый и страшный, выломился оттуда, подобно терминатору, одновременно с появлением магов Императора и каких-то боевых големов.

— Га… — но Сергей не стал дослушивать возглас своего имени, обратившись к дару легкой смерти.

Сергей понял, что бездумно пялится на сеанс порно, на мощные ноги Гамильтона и его задницу, дергающуюся в такт движениям бедер, и отпрянул.

Сердце бешено колотилось в груди от воспоминаний. Невероятно! Даже в такой позиции!

— Альфре-е-е-ед, — застонала Эшли и выкрикнула. — АЛЬФРЕ-Е-Е-ЕД!!!

Пожалуй, в таких раскладах был только один способ достать его, самому оказаться на месте Эшли. И то, не факт, наверняка, Гамильтон и тогда успел бы среагировать, что-то да сделал бы. Гад такой! Сообщить Императору? А что, собственно, сообщать? Вот была бы Эшли помолвлена с Гарольдом, но тогда Гамильтон отодрал бы Кристину. Или еще кого-нибудь, так глупо он не подставился бы точно.

Чего он вообще за Эшли взялся, разве Гамильтон не по мальчикам?

Мысли неслись потоком, но Сергей понял, что запал прошел. Понял, что не станет выпрыгивать из-за угла, пробуя вариации различных заклинаний, пробуя достать Гамильтона. Чего они вообще вот так открыто, не спрятавшись за стенами и окнами?

— Как это возбуждает, вот так, словно на глазах у всех, — донесся голос Эшли, словно услышавшей мысли Сергея и отвечавшей на них. — Ты же не прикрывал нас щитами, Альфред?

— Нет, — ответил Гамильтон.

Сергей вспотел на мгновение, но тут же вспомнил, что и сам не пальцем делан. Уж ощутил бы сигналки Гамильтона, нейтрализовал бы их или обошел.

— Жаль, что у нас не выйдет магического брака, — говорила Эшли, шелестя одеждой.

— Я стар.

— Ты лучше всех молодых вместе взятых! Когда дед пригласил меня на смотрины к этому Гарольду, у меня аж обмерло все внутри! Но твой совет зарыться в песок помог, а теперь можно уже не скрываться, он с Кристиной!

Гамильтон что-то ответил, но Сергей уже не слышал, ощущая себя полнейшим дураком. Неужели он настолько предсказуем? Обвели вокруг пальца! Император в курсе? Но даже если да, то, что с того? Магического брака не будет, Эшли сама сказала, остальному тут, в мире борделей и превращений, не придавали особого значения.

Даже, пожалуй, наоборот, могли выставить как повод для гордости, дескать, сам Гамильтон ее драл!

Сергей молча отступил, усиливая щиты и барьер, развернулся и пошел прочь. Ловить здесь было нечего, кроме возможно зыбкого шанса подставить Гамильтона, сдав его и Эшли императору Фейну. Сомнительно зыбкого шанса, но, похоже, с Гамильтоном иных и не будет. Обработать Эшли? Не выйдет. Подсунуть ему какого-нибудь «сладкого мальчика», заранее заряженного в бомбу? Наверняка проверяет!

— Я заблудился! — громко в воздух сказал Сергей.

— Глава Гарольд, — теперь вот появился кто-то из магических слуг дворца.

Он перенес Сергея обратно, в главный зал, где продолжался приём. Сказать, где он побывал, Сергей не взялся бы, хотя и смог бы показать визуально, провести по залам. Но имело ли это значение? Пожалуй, что и нет. Поэтому он придал лицу максимально нейтральное выражение и отправился к императору Кристоферу Фейну.

— Гарольд, Гарольд, — с интонациями добродушного дедушки покачал головой Кристофер. — Надо будет тебе устроить парочку экскурсий, чтобы не заблуждался так больше.

Кристина, стоявшая рядом, улыбнулась, дескать, не обращай внимания на дедушку, он так шутит.

— Ничего, это было познавательно, — сообщил Сергей. — Даже знакомых встретил, нашего ректора Гамильтона и вашу внучку, Эшли.

Когда так и не научился плести словесные кружева, проще просто сообщить, чем пытаться подвести разговор издалека.

— Вот же егоза, — все так же добродушно покачал головой Кристофер, — все ей неймется.

— А я говорила, — сказала Кристина, — надо было их поженить еще год назад!

Год! Гамильтон уже давно подбирался к власти, Эшли, карманный император Гарольд Чоппер и прочее. Мысли проскакали табуном, но в озере глупости скрываться не стали. От предложений титула императора Гамильтон оказался, но вдруг ему претила прямая власть и он хотел всем управлять из-за кулис?

— Кристина, ты умна, конечно, для своих лет, — сообщил ей император, — но иногда такие глупости несешь!

— Да знаю я, что магический брак невозможен, — отмахнулась та, — так просто поженились бы!

— Как простаки что ли? Гамильтон и не в магическом браке? Ты в своем уме? — построжел голос Кристофера, взгляд стал тяжелым. — За меньшее могут вызвать на дуэль!

А дуэль с Гамильтоном — верная смерть, подумал Сергей, ощущая открывающуюся возможность. Магический брак с Кристиной, повторение ее слов, оскорбление, дуэль с Гамильтоном, где у него будет выбор оружия! Не сразу, конечно, придется еще ждать, но все же возможность! Скованный традициями Гамильтон не сможет не ответить и, зная его ответ, можно заранее все подготовить и предусмотреть!

— Пусть развлекаются, — тон императора стал добродушным, — всех слуг из той части дворца мои безопасники убрали, так что пусть.

Вот и объяснение пустых коридоров, подумал Сергей устало. Похоже, не стоило лезть в эти игры двух могущественных стариков. Знал ли Гамильтон? Знал, потому и не ставил щитов, чтобы сделать приятное Эшли. Достать его через Эшли? Возможно, раз они уже год встречаются, но вначале надо заключить магический брак с ее сестрой.

Впору было хвататься за голову и рвать на себе волосы, настолько все это было зыбко, ненадежно и требовало кучи времени и усилий. Понятно, что император хорошо относится к Гамильтону, но такое снисходительное отношение к сексу с внучкой?

— А если бы я выбрал Эшли? — спросил Сергей, махнув рукой на осторожность.

Ведь император ему вообще обеих обещал, не так ли?

— Тогда они расстались бы, — жестко ответил Кристофер, — магический брак — не шутки.

Ясно было, что продолжать обсуждение — лишь возбуждать подозрения, и Сергей склонил голову. Девственность тут все равно не ценили, а если что, то магическая пластика могла восстановить и подтянуть что угодно, хоть каждый день снова якобы девственницу люби.

Выбери он Эшли, через нее можно было бы попробовать достать Гамильтона, но старый хрыч и тут подстраховался, обвел всех вокруг пальца. Легко, изящно, просто. Как Белинда самого Гарольда? Возможно.

— Но ты все выбрал правильно, — прошептала Кристина ему в ухо, прижимаясь телом. — Ты молодец, Гарольд!

С точки зрения магического общества и семьи императора — несомненно. Пока внешне все остается в рамках приличия, остальное — неважно. Поэтому Сергей попробовал выкинуть из головы зрелище Гамильтона и Эшли, мысленно переключаясь на следующую идею покушения — его личный портал. Если туда вообще удастся попасть, наверняка там щиты в четыре, пять, дюжину слоев.

— Ты вот, Гарольд, удалялся с Белиндой Лагранж, — словно бы шутливо заметил Кристофер, — Кристине тоже стоит волноваться?

Шутка шуткой, а намек прозвучал более чем грозно. Дескать, не только Гамильтон уединяется, и раз уж обвиняешь других, будь готов и к обвинениям в свой адрес.

— Что вы, Ваше Величество, — снова поклонился Сергей. — Никаких поводов для волнения.

Глава 24

— Вот и отлично, — повел рукой Кристофер. — Веселись, танцуй, строй интриги против императора.

Сергей замер, не зная, как реагировать, а император неожиданно рассмеялся.

— Да, ситуация у тебя более чем двусмысленная, Гарольд, — сообщил он весело. — Как глава Рода Чопперов, да еще и из первой десятки рейтинга, ты просто обязан заключать союзы и плести интриги против Императора.

— Эм-м-м, — глупо промычал Сергей.

— Это один из основополагающих столпов системы, — продолжил император, — борьба Священных Родов против меня, интриги, союзы, попытки стать сильнее и прочее. Они становятся сильнее и вместе с ними крепчает и становится сильнее Империя, а значит и император. Что скажешь? Только честно?

— Какая-то неустойчивая система, — честно ответил Сергей.

— Ох, Гарольд, Гарольд, ну какой политик отвечает честно, даже если его об этом попросили? — ухмылялся Кристофер.

Стоявшая рядом Кристина лишь закатила глаза, взяла Сергея-Гарольда за руку, словно стремясь поддержать. В зале продолжалось веселье, но все же Сергей ощущал устремленное на них внимание, взгляды, магию, попытки подслушать.

— Ты прав и не прав одновременно, — заявил император.

Ага, вот он дуализм, почти что обрадовался Сергей.

— Система неустойчива, если брать только отдельный ее элемент, интриги Священных Родов с целью ослабить Императора и возвыситься самим. Но если брать всё в совокупности, то именно по этой причине император всегда выбирается из числа любимцев Матери. Мало того, что это придает ему мощи, необходимой для противостояния Родам, так еще и усиливает косвенно, через жертвоприношения. Поэтому, Священные Рода, стремясь ослабить Императора, лишь усиливают всю систему, а стало быть и Императора.

— Неужели они не знают об этом? — Сергей невольно снова бросил взгляд в зал.

Может, главы Священных Родов и не были любимцами Матери, может им и не хватало утонченности и изящества прошлой аристократии, но зато они являлись практиками. Сергей уже успел убедиться в этом на примере дядюшек и тетушек Гарольда.

— Конечно же, знают, — невозмутимо ответил Кристофер. — Но такова наша британская традиция, чтобы просто стоять на месте, нужно бежать вдвое быстрее. Кто не интригует и не усиливается, тот стоит на месте и его отбрасывает назад в рейтинге и силе. Эта стая волков, бегущая в атаку на императора, не забывает и друг друга кусать за бока, ослабляя и стараясь вырваться вперед, чтобы соседи их самих закусали за пятки и хвост, отбрасывая назад.

— Бесконечный бег к цели, — прошептал Сергей.

— Делающий всех в целом сильнее, — кивнул Кристофер. — Обычно я такого не говорю, но ради любимой внучки (взгляд в сторону Кристины), считай, что это первая лекция в целой череде подобных ей. Прежде чем передавать бразды правления, я должен быть уверен, что ты удержишь их в руках. Помимо лекций будут и практические занятия, но о них пока еще рано говорить. Закончи Академию, прояви себя и приступим. Думаю, ты и сам не намерен медлить.

— Нет, Ваше Величество, — снова склонил голову Сергей. — Не намерен.

— Ты сдал экзамены за три курса Академии, — констатировал Кристофер.

Сергей только поклонился еще раз. В этом отношении все шло по плану. Диплом и «Молния» слегка провисали, но это было поправимо, высвободится немного времени, затрачиваемого на подготовку к балу. Практически проваленную подготовку, если так подумать. Чтобы идти в зал, общаться и интриговать, следовало владеть обстановкой в Роду и клане, знать о планах Чопперов и строить свои, видеть общую стратегию развития.

Сергей же спихнул все на дядю Альфарда и что он мог сказать другим главам? Постойте, я позвоню дяде и все узнаю? Ладно, Белинда, тут удалось выкрутиться, но в остальном лучше не рисковать.

— Стало быть, справишься с помощью в ритуале «шестидесяти».

Формально, этот ритуал относился к числу «повышенной сакральности» (пять раз по дюжине, шестьдесят как священное число, отражение секунд, минут, часов и в целом времени, и так далее), так что третьекурсник исполнить его вообще никак не смог бы, даже будучи отличником в подготовке. Самостоятельно его сумел провести бы пятикурсник, со специализацией в ритуалистике и жертвенной магии, но в том и заключался подвох, что Кристофер говорил о помощи, второстепенной роли.

При этом не спрашивал, а констатировал, возможно, даже проверял Гарольда.

— Да, Ваше Величество, — вынужденно склонил голову Сергей.

Выбор был небогат. Либо он делает то, что требует император, проходит испытания и сам становится императором, либо отправляется восвояси и воюет с Гамильтоном самостоятельно. Что из этого получится, наглядно демонстрировали прошлые посланцы Матери-Магии.

— Посмотрим, посмотрим, — задумчиво изрек Кристофер. — Идите и веселитесь, дети мои.

Игры, разговоры и интриги отпадали, уединения в альковах тоже, так что оставались только танцы.

— Ты понравился дедушке, — доверительно шепнула Кристина. — И в прошлый раз, и сейчас, уж я то знаю его реакции! Даже лекцию тебе небольшую прочитал.

— То есть он не разозлился на меня? Из-за ректора Гамильтона?

— Если бы дед злился каждый раз, как ему жалуются на Гамильтона, давно уже нажил бы себе язву, — прыснула Кристина.

Они кружились среди других пар и Сергей снова ощущал внимание, попытки подслушать их. Стоило бы поставить легкий щит, но, возможно, стоило вернуться к урокам нахождения на публике. Он провалил их, бросив вечеринки там, в Академии, хотя еще оставалось полгода, чтобы наверстать упущенное.

— Часто жалуются? — поинтересовался Сергей, благо ситуация располагала.

Те, кто жалуется, его естественные союзники против Гамильтона. Завалить толпой слона, оторвать ему хобот, подставить их, возможно, именно этого и не хватало Сергею в его покушениях — пушечного мяса, которого не жалко?

— Постоянно. Но завуалированно, чтобы не злить деда и самого Гамильтона, — Кристина продолжала ухмыляться, словно жалобы доставляли ей радость. — Вроде того, как ты сейчас пытался пожаловаться на него и Эшли.

Плохо дело, понял Сергей. Такие завуалированные жалобы ничего не стоили. Нет, ему требовались те, кто выступал бы прямо против Гамильтона, и Сергей тут же сообразил, что все подобные маги давно уже закончились. Последние, кто рискнул — посланцы Матери — и известно, что с ними стало.

— Ревнуешь? — прошептала Кристина на ухо.

— Нет, что ты, — начал оправдываться Сергей, — просто, как-то…

— Гарольд, твоя наивность при твоей силе так возбуждает, — продолжала шептать ему на ухо Кристина, — что просто сил нет сдерживаться. Но знай, если бы ты выбрал нас обеих, я не стала бы ревновать, так как люблю Эшли и не только, как сестру.

Вот теперь возбудился Сергей, тут же изменив себе одежду, чтобы было не так заметно. Попытавшись отвлечься, он вспомнил, что бросил на произвол судьбы Саманту и Барри, и ему стало стыдно, возбуждение слегка спало. Тоже мне, Глава Рода и глава команды, корил он себя, бросил своих людей, ну кто так поступает⁈

— Ты на что-то намекаешь? — прошептал ей в ответ Сергей.

Фигура в танце, когда оба партнера держали головы на плечах друг у друга, способствовала такому интимному шепоту.

— Нет, ты уже сделал выбор и не стоит спорить с судьбой. Я бы подумала, что ты ревнуешь к Гамильтону, но знаю, что жизнь среди простаков привила тебе «правильные ценности».

Кавычки вокруг двух последних слов ощущались прямо физически, равно как и насмешка в них. Вот еще способ, подумал Сергей отстраненно, изобразить влюбленность в Гамильтона и сблизиться с ним, подождать, пока он расслабится и потом убить.

Но Сергей знал, что никогда так не поступит.

— Я просто растерялся немного, — пояснил он. — Ведь это же сам Гамильтон! И руку Эшли предлагал мне твой дедушка, так что показалось, что надо сообщить.

— Да, это обычное дело, фигуры такого масштаба, как Гамильтон, словно бы и не люди уже, — задумчиво ответила Кристина, продолжая прижиматься к Сергею. — Тебе тоже все это предстоит, ведь император — он выше обычных людей.

— Да?

— Конечно. Он не может кашлять или сморкаться, не ходит в туалет, а дети у него появляются божественным чудом. Думаю, дедушка тебе еще не раз пожалуется на все это, необходимость возвышаться и сохранять образ, ореол загадочности и величественности. Как он там говорит, невозможно обычным магом побыть, сразу разочаруются или попробуют съесть.

— Гхм, — вырвалось у Сергея.

— Вместе с большой властью приходит и большая зависть, — хихикнула Кристина. — Но не волнуйся, дедушка обычно сам ест всех, кого пожелает.

Возможно, не стоит лезть на эту вершину, подумал Сергей, одновременно с этим осознавая, что отказаться он уже не сможет. Девяносто девять из ста назвали бы его дураком, а то и кем-то нецензурным, за одну только мысль отказаться от власти императора. Не просто императора, владыки Британской Империи, одной из трех самых могущественных держав на земле и в космосе.

— Так что не волнуйся, ничего не будет. Главное, не пытайся как-то Гамильтона шантажировать, он не дед, не поймет.

— Я что, похож на самоубийцу? — весьма натурально возмутился Сергей.

И тут же подумал, что именно на него он и похож. Возможно, стоило проявить больше настойчиво в попытках убийства? Големохимеру можно было обойти, щиты взломать, десяток-другой жизней наверняка позволили бы ему вскрыть всю систему защиты здания.

Но в глубине души Сергей, как он понял только сейчас, боялся. Прошлое посещение кабинета Гамильтона и то, чем оно закончилось. Проникновение спереди и сзади, Гамильтон был весьма убедителен в своих попытках. И теперь Сергей боялся, что у него все получится, еще до того, как он успеет воспользоваться даром легкой смерти.

Самоубийственные, губительные для миссии настроения, но все же.

— Конечно же, нет, — заверила его Кристина. — Уверена, что ты все понял.

— Понял, — кивнул Сергей, решив не уточнять, сколько раз пытались шантажировать Гамильтона. — А что там с ритуалом?

Кристина посмотрела на него долгим, удивленным взглядом, в котором читалось «ты собираешься стать императором и не знаешь таких вещей?» Потом она вспомнила о прошлом Гарольда, точнее говоря то, что он был Парри Туком. Жил среди простаков, как любили говорить маги.

Сергей уже понял, что многие вещи магического социума просто не сообщают обычным людям, по совокупности причин. В глазах магов простаки не слишком далеко ушли от животных и вы же не всем делитесь со своей собакой или кошкой? Присутствовал там и второй слой, опасений простаков — тяжелого наследия прошлого, когда обычные люди едва не истребили всех магов. И третий, сокрытие информации, дабы люди не волновались зазря из-за пустяков, не пытались подражать и вообще.

— Клан Императора — вся Империя, — сообщила Кристина, — и чтобы клан процветал, император приносит жертвы за всех. Разумеется, чиновники от его имени тоже проводят ритуалы, но так как император во главе, его жертвоприношение самое важное. Прием на Рождество, на котором обязательно присутствуют все главы Священных Родов, сопровождается и ритуалом жертвоприношения. Главы Родов отдают частичку своей энергии, получают взамен общей, укрепляя и символизируя свою связь с империей и подтверждая договор, заключенный после Освобождения. Поэтому присутствует и участвует также и Альфред Гамильтон.

А Мать-Магия могла бы и покарать его во время ритуала, опять мрачно подумал Сергей, понимая, что требует невозможного. Такая хитрая лиса, как Гамильтон, наверняка подстраховывался и убийство его уничтожило бы и остальных участников ритуала. Обезглавило бы империю, убило бы избранных магов, чего Мать-Магия пыталась избежать всеми силами.

— Обычно дед проводил ритуал «чертовой дюжины», тринадцать жертв, при том что участников пятьдесят два, то есть четыре раза по тринадцать, — продолжала объяснять Кристина, — но в этом году изменил решение. Да-да, из-за тебя, Гарольд, не сомневайся, я же говорю, ты ему понравился! Главное, в ритуале не оплошай и считай, что первое испытание ты прошел!

Помощники в ритуале должны были фиксировать жертв и вовремя подносить их тому, кто проводит ритуал, подсказала память. А потом убирать их, складывая тела священной пирамидой или в одной из трех особых форм, надписей, восхваляющих Мать-Магию. Плавное, непрерывное течение ритуала, исток крови и силы, способы добиться усиления, память подсказывала, а Сергея тошнило.

Но он старательно удерживал лицо невозмутимым. Попала собака в колесо, пищи да беги, в какой же книге в прошлой жизни он читал эту житейскую мудрость? Неважно.

— Я постараюсь, — пообещал он Кристине. — Сама понимаешь, теорию знаю, а практики мало.

— Ты же любимец Матери! Все должно получаться с первого раза!

— Только на то и уповаю, — притворно вздохнул Сергей.

Вообще-то не все, не все. Звучало, конечно, красиво, но магия и правда была, как пирамида. Не сложив основание, не усвоив базовые понятия, никогда не вышло бы забраться выше, сложить следующие ярусы. Но при этом да, в складывании пирамиды знаний шагал он без осечек, осваивал и все получалось, если он понимал, что именно колдует, почему и как.

— Уверена, ты станешь великим императором, при котором Британия покорит весь мир, все миры!

— Лесть?

— Правда, — ответила Кристина, улыбаясь и глядя ему прямо в глаза. — Ты думаешь, что я шутила, когда говорила об исходящем от тебя аромате величия? Так не думай, я не шутила. Тебе суждены великие дела!

О чем говорила и Бетти, тут же подумал Сергей. Странно, что другие красотки, пытавшиеся добиться его руки и прочих органов, о таком не толковали. Не знали? Не ощущали? Или Бетти и Кристина ему просто врут?

— Рад за себя, — дипломатично улыбнулся Сергей. — Еще танец?

Глава 25

В чем основная проблема безделья — невозможно прерваться на отдых, иронично подумал Сергей. Начались рождественско-новогодние каникулы, но для него, в сущности, ничего не изменилось, так как он и раньше не ходил на лекции и занятия.

— А что, что еще там было, на балу? — спрашивала Дэбби.

— А кто там был из известных магов? — вопрошала Гертруда.

— Все Главы священных Родов? — зачем-то уточняла Джил.

Сергей смотрел на них, не понимая, чего они все от него хотят. Ведь и так сказал, что были танцы, приятные разговоры, ужин и объединяющий ритуал, чего им еще? Потом в голове всплыли уроки Гидеона и неожиданно все стало на свои места. Девушки хотели посмотреть на роскошь, платья и знатных самцов-кавалеров.

Возможно, Саманта смогла бы удовлетворить их любопытство, но Саманта дрыхла без задних ног, похоже, удовлетворив себя с ног до головы на этом приёме. Барри никого кроме Белинды Лагранж не заинтересовал, да и то, это был лишь способ подобраться к самому Гарольду. Оскорблений в свой адрес он не слышал, приемом остался доволен.

— Погодите, — вскинул он руку.

Легкое заклинание разъятия, отрезать кусок стола, зажать в руке. Формула преобразования, углерод из древесины в углерод алмаза, так проще и легче, придать структуры, влить энергии, чтобы продержалось какое-то время.

— Ого! — выдохнула Джил, созерцая огромный алмаз в руке Сергея.

— Магически сотворенные драгоценные камни нестабильны и не принимаются в качестве оплаты, — занудно заметила Гефахрер.

Она тоже жадно рассматривала алмаз, но, похоже, скорее, с магической точки зрения, то ли завидуя, то ли пытаясь понять, как это Сергей сделал. Занятия с Макферсон, несмотря на всю их краткость, оказались чрезвычайно полезны, но Сергей еще не закончил.

Снова сжать кулак, тактильный контакт с хранилищем, концентрация, ментальная магия на самого себя, выделить воспоминания, указать ограничения, обрезая звук. Обрезать видео, убрать Гамильтона и Эшли. По-хорошему вообще стереть бы этот эпизод из памяти, подумал Сергей, импульсом воли копируя воспоминание и впечатывая его в алмаз.

— И теперь немного образистики, — добавил он с улыбкой.

В сочетании с магией иллюзий, общее направление в воздух, а не на человека. Алмаз словно бы засветился, излучая беззвучную голограмму воспоминаний о бале.

— Ого, какая красивая, — восхищенно произнесла Дэбби. — Это внучка императора Фейна?

— Да, это Кристина Фейн, — кивнул Сергей. — Теперь мы помолвлены.

Увы, метод был ограничен его воспоминаниями. Мысль его переключилась дальше на каких-нибудь големохимер или существующих магических созданий, способных выступать камерами. Хотя нет, пожалуй, проще было приспособить настоящие камеры, да провести съемку. Таскать с собой какого-нибудь магического питомца, способного подрабатывать еще и камерой? Не слишком ли сложно?

— Я так рада за вас, милорд, — прослезилась Дэбби, а затем всхлипнула. — Мне так жаль, что я подвела вас!

Сергей нахмурился, но уточнять не стал. Желать счастья с Дунканом — тоже. Первый наследник Малькольмов не мог взять какую-то безродную Уоррен первой женой, даже будь она хоть сто раз предсказательницей. Вначале Дункан обзаведется несколькими подобающими его статусу женами, возможно даже одной из них будет Саманта Чоппер, и только потом, если останется немного потенциала, сможет взять «на сдачу» Дэбби.

Смог бы, если бы не клятва верности Дэбби, если бы не ее прямая связь с Гарольдом, благодаря активации дара через Источник. Так что женой Дункана ей не бывать, но она хотя бы перестала бояться Малькольма. И все равно, ощущение, что не она подвела Сергея, а наоборот, он ее, почему-то окрепло.

— Хватит плакать, смотрите свой бал! — резковато заявил он, поднося руку к виску.

Барышни так и сделали, ахая и охая над какими-то моментами, рассматривая жадно Императора. К ним присоединился Амос Броуди, который, похоже, хотел о чем-то поговорить, но не решался, так как Сергей придал себе нарочито задумчивый и хмурый вид.

Впрочем, ему было о чем подумать.

Долго, очень долго он готовился к этому этапу, где-то промахнулся, в чем-то справился. Пускай лекции Амоса оказались бесполезны без понимания дел Чопперов, но они придали понимания общества в целом. Какие-то детали поведения Сергей и так заучил, Кристофер Фейн остался им доволен, новая жена воспылала страстью. Ритуал… ритуал вспоминать не хотелось, хотя Сергей справился и там.

Можно было поставить галочку «предварительные условия выполнены» и идти дальше.

Гамильтон! Основная задача, проблема и головная боль, вершина, которую опять не удалось покорить, даже зайдя, хм, с тыла. Все те принципы, о которых ему толковал Одноглазый Грег: постоянная бдительность, готовность ко всему, закрытие слабостей предметами или щитами, все это Гамильтон соблюдал. Даже в момент страсти, хотя известно было, что Эшли потребовала мнимой открытости и отсутствия магии вокруг.

Сергей чуть сдвинулся, подпер голову рукой, словно бы разглядывая троицу девиц и Амоса, квохтавших вокруг изображения из алмаза. На самом деле он опять перебирал скудные варианты покушений на Гамильтона. Уже больше года ректор спит с внучкой Императора. Учитывая общее состояние дел в магическом мире, наверняка спал и с самим императором, но это, пожалуй, сейчас не имело значения. Спит с Эшли, а значит, можно попробовать достать Гамильтона через нее.

Но для этого вначале нужно жениться на Кристине и приблизиться ко двору.

Поэтому мысленно Сергей перенес идею в ящик, помеченный «после Академии». Там уже накопилось разного, ибо проще было скидывать туда все подряд, а за разбор и упорядочение браться уже после окончания БАМ. Возможно, у себя дома, в здании и башне, Гамильтон ослаблял паранойю, но оставалась проблема проникновения туда. Тихого проникновения, без поднятия тревоги и допуск к службе контроля здесь оставался бесполезен.

Стало быть, три варианта: первый, изучение защит на здании методом научного тыка. Второй, изучение пространственной магии и попытки добраться до портала Гамильтона, с которого они отправлялись на прием к императору. Третий, взлом Эльзы, раз уж та сама радостно прибежала, раскрыв объятия и раздвинув ноги. Почему, кстати?

Сергей решил не углубляться в тему, зная, чем все закончится — воображением похабных картинок и возбуждением. Ненужная трата времени и сил на то, что и так понятно. Он знал, ответ на поставленный вопрос есть, его можно найти, но решил заняться им потом. Возможно, даже совместив, с взломом Эльзы.

Да, все три варианта попыток покушения на Гамильтона страдали одними и теми же недостатками: атаки на ректора в его мэноре и затраты жизней. Изучение и взлом защит на зданиях вначале стоило отработать на полигоне, стоило проработать программу БАМ, хотя бы программу Академии, если уж быть совсем точным. Портал Гамильтона стоило попробовать, но не больше двух жизней на него, наверняка там какие-то хитрости, которые с налету не удастся понять.

Следовательно, оставались только Эльза и служба контроля. Возможно, кто-то из профессоров, если удалось бы обойти их клятвы, как-то запрограммировать их незаметно на взрыв возле Гамильтона или атаки ректора в спину. Стало быть, Эльза и служебные секреты защит преподавательского состава. Конечно, изначально не стоило связываться с ней и играть в «сыночки-матери», но раз уж связался, раз уж все сплелось в такой клубок, то не стоило пренебрегать такой возможностью.

Сергей торопливо подвел черту, опасаясь опять свалиться в мысленную порнографию.

Следующие пункты были понятны и переплетены между собой. Учеба, сдача экзаменов за следующие курсы и диплом, все это к середине июня. Сборная, Турнир и «Молния». Где-то между ними социальная часть, с визитами и приёмами, разговорами и попытками найти союзников против Гамильтона.

Турнир проходил в начале мая, длясь десять дней и начинаясь с тридцатого апреля на первое мая, так называемую Вальпургиеву ночь. Буйство магических энергий, помогающее создать остров для сражений, в общем как перед Хэллоуином, только с разницей в полгода. Сроки Турнира определялись сроком жизни острова или наоборот, Сергею сейчас лень было вспоминать предысторию. Ну и конечно, жертвоприношения к началу и концу Турнира, затем оргия победы и прочие дела.

Стало быть, почти четыре месяца, подумал Сергей, прикидывая сроки. Но и сложность учебной программы возрастала, год от года, да и в дипломе уже не выехать было на прошлых замерах. Стало быть, по два месяца на каждый курс, со сдачей экзаменов. Мало. С учетом Сборной, тренировок, «Молнии» и всего остального, просто невероятно мало.

И затем, после Турнира — полтора месяца на доделку диплома и предметы шестого курса, если там какие-то будут. Неважно. Диплом с отличием, окончить Академию за год и в то же время выиграть Турнир — вот будущие вехи, к которым следовало готовиться, как до этого ранее он готовился к приёму. Битва за будущее, если выражаться пафосно или, по классике «лучше сейчас год потерять, а потом за пять минут долететь».

— Эх, красиво было, — вздохнула Дэбби. — Еще бы со звуком!

— Да ты что, — тихо возмутилась Гефахрер, — это вообще, не знаю, программа пятого курса! Каждый из элементов, а милорд их еще и соединил между собой!

— Да, Гарольд очень умен, — согласилась Дэбби.

— И прекрасен в маботе, — мечтательно добавил Джил.

Сергея посетило нехорошее предчувствие, что сейчас на него набросятся втроем.

— Вам вообще не положено было бы видеть такое, — проворчал он, — поэтому я на всякий случай убрал звук. Не желаю объясняться со службой контроля и имперской безопасностью.

— Со службой контроля можно и договориться, — двусмысленно усмехнулась Джил, явно намекая на Эльзу.

— Это не шутки, — рыкнул Сергей. — То, что я делаю вам поблажки, не означает, что можно идти и подставлять меня, даже из самых благих побуждений!

Все три девицы побледнели, игривые настроения пропали, сгинули, как не бывало. Отлично, подумал сердито Сергей, при этом понимая, что сам виноват. Устроил тут демократию и права человека, закручивая гайки только в отношении Саманты.

— Это было познавательно, — добавил Амос. — Милорд, если я напишу краткий обзор и включу его в свою работу?

— Покажешь ее мне перед публикацией, — жестко сказал Сергей.

Заодно будет интересно почитать, чего там социологи думают о священных Родах.

— Мои советы и лекции помогли же вам? — уточнил робко Амос.

— Да-да, все было прекрасно, я сообщу об этом мисс Райтер, — отмахнулся Сергей.

Еще одна область, которую придется бросить, во имя других целей. Точно так же он бросил дуэли и занятия с Филлори, бросил попытки подружиться с Рупертом, бросил артефакторику и техномагию. Потом, все потом, когда будет время.

— Прошу вас засвидетельствовать мое глубочайшее почтение мисс Саманте Чоппер и передать мое восхищение ею, — неожиданно официально заявил Амос, сгибаясь в поклоне.

Влюбился в нее? Возможно. Дала ли ему Саманта? Да не плевать ли? Теперь Амос уедет и высвободится немного времени. Социологию и маговедение можно будет продолжить факультативно после Академии.

— Обязательно.

Сергей подозвал к себе алмаз и превратил его обратно в кусок дерева, приставил и соединил со столешницей, можно сказать, спаял молекулярно. Маги до конца не понимали всей мощи магии превращений, считали, что их магия выше. В чем-то так оно и было, по энергиям, по возможностям магия превосходила обычную науку. Но вот их сочетание, алхимия и алфизика, как их называли, техномагия, вот за ними было будущее.

Еще один проект и специализация на время «после Академии».

— Милорд, — кротко сказала Нинон, наклоняя голову. — Должна вам сообщить, что мисс Гефахрер закончила свой разгон.

— Что-то важное?

— Нет, все стандартно. Она сама была очень огорчена и я ее… немного утешила.

— Опять тактильно-оральным способом? — усмехнулся Сергей.

Нинон опять наклонила голову, пряча довольную улыбку.

— Разгон Дэбби?

Сможет ли она тогда выдать еще истинное пророчество? Скомбинировать оба метода? Пожалуй.

— Нестабильность инициации и волнения после поглощения слишком большого заряда энергии стихли, — дипломатично ответила Нинон. — В теории его можно начинать в любой момент.

— На практике?

— Я бы посоветовала подождать до лета. Как минимум.

— Сама Дэбби?

— Готова.

Сергей задумался на мгновение, пытаясь взвесить риски. Пожалуй, в этом вопросе следовало отдать предпочтение долговременной стратегии. А что касается инициации пророчества вливанием огромного количества энергии, то этот метод и так сработал, без разгона. И вызвал возмущения в магической системе Дэбби, так что, пожалуй, разгон был даже нежелателен.

Вот если бы Дэбби умела поглощать, как Нинон и усиливаться.

— Раз ты советуешь отложить, тогда отложим.

— Как пожелаете, милорд.

— Нинон?

— Да, милорд?

— А вот мой разгон надо продолжить. К апрелю надо бы выйти на новое плато и остановиться там, так как впереди еще Турнир.

— Милорд.

— Я знаю все риски и тоже готов, — проворчал Сергей.

Задачи на следующее полугодие были выполнимы, но только если ускориться еще. Нестабильность, риски, батареи батарей маботов за спиной, ну вот что стоило Гамильтону сдохнуть там, во дворце?

— Только не говори, что тебе этого не хочется!

Поглощая «выбросы энергии», как она их называла, Нинон как-то усваивала семя и излишки энергии Гарольда и сама становилась сильнее. Поэтому к «лечебным сеансам» она подходила с особым энтузиазмом. Эту часть еще предстояло включить в диплом и описать казенными терминами.

— Я переживаю за вас, милорд, — искренне отозвалась Нинон. — Вы загоняете себя!

Вот кого стоило бы брать третьей женой, невольно подумал Сергей. Красива, умела, целительница и силу себе подкачала. Да и привык он как-то за эти полгода к Нинон, словно действительно женился.

— Значит, следи, чтобы не загнал, — проворчал он.

— Это мой долг, милорд, — серьезным тоном заверила его Нинон, призывно распахивая манящие алые губы.

Глава 26

Молли МакАлистер посмотрела на расстеленные чертежи, сдвинула их и приподняла.

— И это все? — спросила она.

Как и прочие реплики Молли, эта прозвучала грозно и обвиняюще. Сергей уже отчасти привык к такой манере общения, словно с мини-маботом, но все равно, приходилось нелегко. Казалось, сейчас Молли достанет из бездонного кармана гаечный ключ и треснет его… ну не по голове, не дотянулась бы просто, но врезала бы Гарольду-Сергею между ног или в живот.

— Согласен, мало, — кивнул он, — но и эти чудом нашел!

Молли извлекла сигарету, прикурила от огонька на пальце, посмотрела сердито, выдыхая дым.

— Словно родители уничтожали все или прятали где-то еще! Частей от «Молнии» не хватает, документации не хватает, а Дживса — это дух Источника — они не привлекали.

— Джонатан всегда был себе на уме, — сердито выдохнула Молли. — Все норовил спрятать свои разработки, все ему казалось, что весь мир мечтает их украсть. Прятал, таился, делал сам, когда можно было все легче и проще провернуть, с помощью друзей и наставников. Без обид, Гарольд.

— Да я и не помню их, — ответил Сергей.

Никогда раньше Молли МакАлистер не говорила о родителях Гарольда. Ни плохо, ни хорошо, вообще никак. Может, потому что до сих пор злилась?

— Тайник искать — дело дохлое, — припечатала Молли рукой, — так что давай работать с тем, что есть.

— Почему дохлое?

— Ты забыл, кто твоя мать? Ах да, извини, — сухо махнула окурком Молли. — Вот чтоб мне больше никогда не браться за маботов, тайник тот запечатан силой Розы Чоппер, поэтому ты его и не находишь силой крови. Или не замечаешь.

Сергей не стал говорить, что он и не искал особо. Так, в мастерской мэнора чуть поискал, да и все.

— Джонатан был талантлив, — Молли извлекла еще одну сигарету, — а теперь могу сказать, что даже был немного безумно гениален. Хотелось бы горделиво заявить, дескать, моя школа, но врать не буду — она здесь лишь отчасти. Наверчено всякого, поэтому я взяла на себя смелость привлечь двух помощников. Тристана Долгоффа и Пола Андерсона, благо они уже работали с тобой и с Полом ты в Сборной. Ведь ты хочешь восстановить «Молнию» для Турнира, да?

— Да, — кивнул Сергей, уже думавший над этим вопросом.

Отличное прикрытие, легенда для тренировок на «Молнии» и прочих дел, которые, возможно, помогут ему добраться до Гамильтона. Тот может быть и силен, может даже снесет отряд серийных маботов, но не Молнию, особенно с Гарольдом внутри! Не слишком красиво для имиджа, признаваться, что глава рода Чоппер не может достроить какого-то мабота, но не плевать ли? Вон, Гамильтон, делает, что хочет, потому что силен и может, и все только восхищенно аплодируют.

— Разумеется, они поклялись не раскрывать тайн и чертежей, так что, — Молли взмахнула сигаретой.

— Я верю вам, профессор МакАлистер, — официальным голосом заявил Сергей, чуть склоняя голову.

Заодно и с еще одной целью определился. Если и брать кого-то из деканов за горло, то только МакАлистер! Без маботов она ничто, а доступы у нее точно такие же, как и у остальных, деканские. Моника Макферсон была старше и казалась безобиднее, но во время тренировок Сергей видел, что она может и мысленно потел. Не Одноглазый Грег, нечто иное, словно она взглядом гнула реальность, как хотела. Полли Портер тоже была опасна, на свой лад, лучшая целительница, хрен ее знает, ткнет пальцем и отключит Гарольда, как живой организм. Проснешься с уже выпотрошенной головой и болью в заднице.

Самый свежий из кошмаров Сергея — нарваться на ловушку и оказаться без сознания в руках у Гамильтона. Чтение памяти, проникновение, стирание разума и в результате — неспособность активировать дар легкой смерти и откатиться на момент «последней удачной загрузки». С этим надо было что-то делать и он делал, трудился над системами безопасности, включая натуральную «бомбу мертвеца», которую намеревался приживить внутрь, так сказать, проведя на самом себе операцию.

Паранойя? Да. Страх? Несомненно. Но с Гамильтоном, похоже, иначе не получалось.

— Благодарю вас за доверие, глава Гарольд, — грозно улыбнулась Молли в ответ. — Тогда давайте приступим уже к настоящей работе. Вы читали чертежи?

— Посмотрел, пока летел из Чоппер-мэнора обратно в Академию, — честно ответил Сергей.

Нет, все было не так безнадежно. Половину он понял, наверняка еще четверть уловил бы, вчитайся в чертежи в спокойной обстановке, а не в компании Саманты. Сестрица то ли закинулась легкой наркотой, то ли выпила на приеме, то ли просто пребывала в радостной эйфории (а может все сразу), успев с кем-то важным там перепихнуться в алькове.

Сергей замер, неожиданно вспомнив «эпизод из далекого прошлого». Саманта и близнецы О’Дизли. Почему не состоялся магический брак? Сестрица владела какими-то приемами защиты? Пожалуй, следовало взять ее за грудки и допросить, как следует, ибо при всей приятности альтернативных способов, Сергей зверски соскучился по обычному сексу.

— Не все понял, — признался он, — но и не сидел над ними толком.

Можно было не сомневаться, посиди он, потрать время, вчитайся, то разобрался бы. Речь в чертежах шла как раз о начинке отсутствующей в «Молнии» части и об энергосистеме, не совсем батарее, скорее огромных магических конденсаторах, одновременно с этим являющихся пластинами внутренней брони. Не просто накачка или поддержание энергии, а возможность нивелирования ударов, словно бы размазывания их, с одновременной зарядкой и ответным ударом. Или прием энергии пилота и скачкообразное их увеличение.

— Сомнительное решение, — ткнула пальцем с желтоватым, слегка обломанным ногтем МакАлистер, — чреватое взрывом внутри мабота. По крайней мере, обычно так.

Она обогнула стол, на котором были расстелены чертежи, подошла к мониторам возле «Молнии». На мониторах крутились какие-то кривые, скакали импульсы, вычерчивались синусоиды.

— Но в то же время, смотри, — она подняла одну из изогнутых пластин, дала Сергею в руки.

Тот взял, ощущая знакомое, теплое дыхание силы крови Чопперов.

— Чувствуешь?

— Да.

— Понимаешь?

Сергей задумался, затем ответил честно.

— Нет.

Молли ухмыльнулась, словно ответ был чем-то простым и известным даже ребенку ясельной группы.

— Я вот тоже не понимала, пока чертежи не увидела. По пластине, правда, кое о чем догадалась.

Подошел Долгофф, тоже уставился на мониторы.

— Датчики третьей цепи в ноги и прогон проводимости, — приказала ему Молли.

Тристан бросил взгляд на Гарольда-Сергея, получив в ответ кивок. Не совсем по правилам, но зато без обид. Долгофф проследовал к «Молнии», подвешенной в воздухе на кранах и тросах и начал копаться в ногах.

— Как я уже говорила, — повторила Молли, — талант и отчасти гений, а гений — это тот, кто умеет находить новые пути. Или открывать старые, казалось бы, закрытые. Да-да-да, теперь я это ясно вижу!

И она сама расхохоталась безумно грозно, вскидывая вверх маленькие ручонки, потрясая ими, словно собиралась ухватить небо и сдернуть его на землю.

— Прошу прощения, — сухо откашлялась Молли, — иногда на меня находит от восторга. Так что, Гарольд, что ты чувствуешь в этой пластине?

— Бронепластина, металл обработан силой крови, скорее всего Дайсонов.

Не настолько он разбирался в силах крови, но догадка не хуже других.

— Пластина дополнительно укреплена, — «прощупывал» ее Сергей магией и силой крови, — внешний слой сверхпрочный, внутри смесь, металл с какими-то вкраплениями. Словно бы узор.

— Ритуальная печать, — добавила горделиво Молли. — Визуально не обнаружимая, только по узорам проводимости!

— Э-м-м-м, — сбился с мысли Сергей. — В общем, все это целиком обработано поверх силой крови Чопперов и впечатано какое-то заклинание.

— Какое?

Молли словно бы знала заранее ответ, пыталась подвести Сергея-Гарольда к нему. Какое там могло быть заклинание? Только если подать энергии да силы крови и активировать. Но МакАлистер этого не делала, а ответ знала. Как? Вычислила, благодаря своим познаниям в маботостроении и понимании того, что перед ней. Плюс тесты и чертежи, частичные, но и их Молли хватило.

— Декан МакАлистер, Гарольд, — появился Пол Андерсон.

К великому облегчению Сергея выяснилось, что Пол тоже не вкуривает, что же такого гениального в этой системе, а то впору было почувствовать себя самым тупым из собравшихся.

— Такое решение применялось в серии «Плеть», во времена Первой Магической, после чего, собственно, от него и отказались, — рассказывал Пол. — Изначальной идеей конденсатора или трансформатора было резкое повышение выдаваемого магического импульса. Предполагалось, что маги со слабыми силами, смогут за счет такого скачкообразного усиления, стрелять не хуже сильных.

— И в чем заключалась ошибка? — поинтересовался Сергей.

— В энергии и законе ее сохранения. Да, конденсаторы-трансформаторы усиливали энергию, но та скачкообразно выходила из-под контроля и жгла все вокруг. Проблему пытались решить, изменяя оружие маботов, делая их основу из магических проводников, своеобразные громоотводы, только наружу. Выяснилось, что тогда энергия просто разряжается наружу. Начали ставить заклинания и чарометы, те, в свою очередь, тоже не выдерживали скачков или просто являлись слабым местом. Проводимость-то работает в обе стороны! Энергоразряд со стороны врага и платы летели, горели, взрывались, убивая пилотов и уничтожая все внутри. Тогда же, кстати, появились первые бронекомбинезоны и зародыши капсул.

— Все верно, — кивнула МакАлистер, — такова была заря массового маботостроения. Опыты, эксперименты, слабости и ошибки, сейчас описанные в школьных учебниках, тогда были в новинку. Молодость, молодость. Потом по этому пути пытались ходить еще несколько раз, но в конечном итоге отказались, так как требовалось или чрезмерно усиливать броню, дабы защитить эти хрупкие элементы, либо рисковать взрывами внутри мабота. Капсулы, гель, заклинания, комбинезоны, защита пилота шагнула далеко вперед, потому что пришло понимание — серийного мабота можно собрать и зачаровать за день, а вот пилота к нему надо готовить годами. Безопасность пилота коснулась и оружия, стволы из магических проводников начали защищать броней, изолировать, чтобы выстрелы снаружи не приводили к прямому пробою внутрь, потом вообще отделили. Ладно, лекцию по истории маботов можно прослушать и потом.

Тристан закончил присоединять датчики и присоединился к остальным.

— Ну, хоть ты-то видишь? — спросила у него Молли.

Долгофф аккуратно, осторожно всмотрелся в чертежи, потом в «Молнию». Сергей знал, что они не нарочно, что Тристан нервничает и не хочет опозориться перед начальством. Но все равно, хотелось сорвать с себя несуществующую шапку, шваркнуть о пол и заорать, раздирая рубаху на груди «Да не томите вы уже!»

— Возможно, — сказал Долгофф.

— Возможно, — проворчала МакАлистер. — Опять хвост поджал? Боишься, что ругать буду? Правильно боишься, буду! Ты же мой помощник! На кого мне дела и студентов оставлять, если в помощниках одни осторожные Тристаны? Где храбрые Изольды⁈

При этих словах она метнула взгляд в сторону Пола и Гарольда, словно собиралась их превратить в Изольд. В общем, краткий момент «увлеченный декан читает лекцию» закончился, началось привычное «суровая Молли грозно стращает всех вокруг».

— Значит так, — Молли ткнула пальцем в Гарольда и Пола, — время у вас до конца года. Разобраться и понять, что же такое тут сделано. Не разберетесь — проект закрываем.

— Но…

— Никаких но! Своего мабота надо понимать до последнего винтика!

— Но…

— Второй раз никаких но! Надо понимать!

Сергей, собиравшийся сообщить, что он вполне себе летает на «Чайке», не понимая ее до последнего винтика, вздохнул и оставил при себе слова. В чем-то МакАлистер была права, конечно. «Чайка» до сих пор обходилась без крупных повреждений, пару раз меняли, но стандартными блоками, не задевавшими ничего уникального. В одном месте Сергей заново обработал все силой крови Чопперов, впечатал заклинания.

Но в Турнире никто сдерживаться не будет, а ремонтировать надо будет на ходу, ну максимум времени будет до следующего дня, до следующего испытания. Без глубокого понимания устройства мабота не починить, не заменить, не подобрать аналоги, ибо уникальную основу точно заменить не выйдет. Только если заранее подготовить и все привезти с собой, но… для этого тоже требовалось понимать, из чего состоит «Молния».

— Не управитесь — значит, нечего рисковать жизнями на Турнире, — громко ворчала Молли. — Зря вообще связались, такой уникальный проект и угробить его в каком-то Турнире! Полетишь в «Чайке»!

Сергей опять хотел возразить, но заметил, что Пол легко качает головой, дескать, не связывайся.

— Не забывай, что «Молнию» еще надо доделывать, — продолжала греметь МакАлистер, — а это время, силы, компоненты, заколдовка, нет уж, хватит, я еще терпела, понимая, что прием у Императора — это сверхважно, но теперь хватит! Или демонстрируй, что сможешь, или никакой моей помощи, доделаешь все потом!

Пауза.

— Андерсон! Раз ты не разобрался, то поможешь Чопперу. Может, вдвоем и осилите! Как раз каникулы, сможешь посвятить этому все свое время! Приборы, мониторы, весь зал в вашем распоряжении!

И МакАлистер, поманив за собой Долгоффа, ушла, сердито что-то вздыхая.

— Не обращай внимания, — сказал Пол, — на нашу старушку иногда находит. Видать, сильно ее зацепило то, что она не сразу поняла, а потом все же поняла!

Судя по его хитрому виду, он тоже кое-что понял.

— Сейчас я тебе все расскажу, — и правда сказал Пол.

— Погоди, — остановил его Сергей. — МакАлистер права, мне надо самому разобраться. Давай вместе разберемся, это будет правильно, ведь мы в одной команде?

— Давай, — согласился Андерсон и они пошли к столу с чертежами.

Глава 27

Голос почти над ухом вырвал Сергея из «рабочего транса»:

— Сразу видно, перед нами почти семейный человек!

Сергей поднял взгляд, едва не уткнувшись в белоснежную улыбку Анджелы Прейер.

— Что? — переспросил он.

Спрашивать, как его нашли, не стал, явно Анджела постаралась силой крови. И этот многозначительный взгляд, неужели она тоже включилась в «охоту за головой Гарольда»? При всей своей красоте, Анджела до того вела себя, как боевая подруга и Сергея это только устраивало. Не надо напрягаться, пребывать в вечной готовности отшить очередную охотницу, ожидать какого-то подвоха, заклинания или зелья в чай или еще чего.

— Говорю, заработался ты!! — заорала ему в лицо Анджела. — Опять обо всем забыл!!

Сергей невольно бросил взгляд на «Молнию», потом вокруг. Кто-то там возился с маботами в дальнему углу, но до прежней многолюдности было еще далеко.

— У тебя дуэль с тремя кровниками, а ты тут сидишь и грезишь наяву о будущих женах! — Анджела уперла руки в боки, посмотрела грозно, чисто дева-воительница.

— Ничего не о женах, — обиделся Сергей. — С маботом разбираюсь.

Первый из экзаменов МакАлистер они все-таки сдали, разобрались с весьма странным решением родителей. Превращать весь корпус в одну огромную капсулу, с функцией авторемонта за счет чужой энергии? Никто даже не брался за такое, а Джонатан и Роза Чопперы сумели, соединив силы крови и кучу уникальных компонентов. В результате теперь Сергей стоял перед проблемой, где бы взять второй комплект родителей, чтобы те закончили внутреннюю обшивку, ибо пластины, каждая из которых несла ритуальную печать, при этом соединялись еще и в одну огромную трехмерную фигуру, воздействовавшую на всю «Молнию».

— Хочешь стать третьей женой? — вырвалось у него.

— П-ф-ф-ф, — выдохнула Анджела, — мечтай-мечтай. Хочешь стать моим первым мужем? Молчишь? Все, твой маголет уже исчез за горизонтом. Потом может и развлечемся, когда ты уже точно в магический брак не вступишь. И чего это ты завел разговор о женах? Признавайся, грезил о них⁈

Стоявший чуть позади нее Юджин Палмер ухмылялся немного нервно, бросая взгляды в спину Анджеле. Как всегда при виде него, в Сергее вспыхнула одна только мысль — Лора! Почти полгода прошло, а тот танец и симпатия, основанная на сочувствии, продолжали разъедать ему душу. Чего, спрашивается, сдерживался? Потому что старшие Чопперы были против? Да не плевать ли на них? Позвонить! Написать! Жениться!

Сергей привычно сдержал бурю чувств, незаметно выдохнул.

— Тебя так волнуют мои жены, уж не ревнуешь ли ты?

— Ревную, — признала Анджела. — У нас дуэль на носу, а ты о ней совсем не думаешь!

— Не дуэль, а дружеский поединок.

— С тремя кровниками. Одного из которых ты на месяц к целителям отправил. Дружеский поединок, да, точно, именно такими они и бывают, — голос Анджелы резко сменился, засочился сарказмом. — Думаешь, пару раз полетал с нами и все, больше ничего не надо?

— Думаю, что надо, — не стал спорить Сергей. — Но мы и на тренировках Сборной успеваем немного полетать вместе, не так ли?

— Этого недостаточно! Мы должны разделать их под орех!

Тут явно было что-то личное. Возможно, даже связанное с замужеством самой Анджелы, иначе с чего бы она так усиленно касалась этой темы? Можно было посочувствовать ей, выпить, расспросить, даже попробовать соблазнить и переспать без обязательств. Но Сергей выбрал менее затратный вариант — вообще не пытаться выяснить ее «тайну».

— Должны так должны, — сказал он. — Может, тогда дуэль проведем за пределами БАМ? Там, где нет правил, касающихся запрета кровной мести?

— Нам запрещено покидать Академию, — напомнил Юджин.

Сергей мысленно нахмурился, ощущая, что промахнулся. Эльза и визиты за пределы БАМ, выход из-под контроля службы контроля стали настолько привычными, что он ляпнул о нарушении, даже не задумавшись. Что сказал бы по этому поводу Одноглазый Грег? Сказал бы свое любимое: «Ты убит, Гарольд!», ну, в общем, имя было неважно, потому что ключевым являлось — «ты убит».

— И это дружеский поединок! — ухмыльнулась победно Анджела. — Но при этом мы должны вбить их в землю!

— Боевой дух Алекса Кроу подорван, а с Белиндой Лагранж у нас временное перемирие, — проворчал Сергей.

Ох и не обрадовался же дядя Альфард таким новостям, а за ним и все остальные дяди. Но когда эмоции схлынули и взаимный ор стих, верхушка Чопперов все же признала правоту Сергея. Даже извинились, магические козлы старые!

Что же касается Ариши Хаксли, то она, кажется, строила Сергею глазки в последнее время.

— Так что можно вбить их в землю по пояс, а не по ноздри, — продолжал рассуждать Сергей. — Или вообще просто подраться, спустить пар, да жить себе спокойно дальше.

— Хорошо, — неожиданно выдыхает Анджела, — по пояс тоже сойдет. Но для этого надо тренироваться! Бросай все это и пошли на полигон!

— Ты уверена, что у тебя в роду не было Вульфов? — проворчал Сергей, поднимаясь.

Юджин снова зашелся в смехе. Палмеры, помимо сидения в Индии, были уникальны еще и тем, что старались дружить со всеми или, как минимум, не доводить до кровной вражды. Не уступали трусливо, вели свою политику, тоже занимали место на вершине рейтинга Священных Родов.

Чуть потягиваясь и разминая тело, Сергей думал о том, что каждый преследует свои интересы. Анджеле вот интересно кого-то из троицы кровников вбить по ноздри в землю. Кто-то там обещал на ней жениться или не там потрогал, неважно. В открытую она не выступала, но ловко влезла в чужой конфликт, якобы поддержать союзника, Гарольда Чоппера, причем вместо обычных магов, которые теперь по идее будут ей благодарны.

Вот чему стоило бы учиться, интригам, маневрированию, стравливанию, умению завоевывать чужую благодарность и услуги, выворачивать все так, чтобы люди считали, дескать, они тебе должны. Приносили клятвы не вредить и потом умирали, если враг пытается добраться через них до тебя. Набрать свою бригаду союзников и сойтись с Гамильтоном в отнюдь не дружеской дуэли. Как-то вот социальная часть прихрамывает на обе ноги, продолжал размышлять Сергей, но в этой части, в отличие от магии, год за сто наверстать не выйдет.

— И он опять задумался, — сердито заметила Анджела.

— Слушай, у меня масса проектов, я не могу зацикливаться на одной дуэли, которая ничего не решает! — разозлился Сергей. — Подеремся, проиграем даже, может быть, и что? Никаких особых условий проигравшим не ставилось!

— Потому что ставка стандартная, — заметил Юджин своим обычным мягким голосом. — Баллы неофициального рейтинга.

Стоило бы взволноваться, в этом рейтинге студентов Сергей стоял практически на первом месте, но нет, ничего в душе не ворохнулось. В прошлой жизни он мог нервничать перед экзаменами, переживать из-за студенческой жизни, каких-то бытовых моментов. В этой он просто шел и сдавал экзамены.

Рейтинг был важен, спору нет, он следовал за магом из Академии во взрослую жизнь. Никто в этом не признавался, многие старательно делали вид, что не интересуются им, не следят, многие гневно отрицали на словах и призывали отказаться от рейтингов, утверждали, что эта игра разъедает общество и подрывает традиции. По факту это был аналог средневековой репутации, чести и общественного мнения, но в несколько ином ракурсе и сейчас Сергею не хотелось думать на эту тему.

Ты мог зарезать хоть тысячу людей, простаков, и на рейтинг это вообще не повлияло бы, но хоть одна оплошность на магической дуэли и сразу начинались изменения. Личная сила, место в Роду и клане, дуэли, количество жен или мужей, поступки, магический социум, как тот «большой брат», наблюдал, оценивал и взвешивал, выносил вердикт. Разумеется, если ты силен, то можно было достать из широких штанин и положить даже на рейтинг, но именно Сергей-Гарольд не мог этого сделать. Не мог, если хотел все же добыть себе союзников против Гамильтона.

И опять, никакого душевного волнения.

— Вы, кстати, могли просто сообщить мне обо всем этом, изменил бы расписание.

— Мы думали, — Анджела бросила взгляд на Юджина. — Я думала, что ты и так в курсе! Что не будешь пренебрегать ТАКОЙ дуэлью ради других проектов. Сам вытащил Руперта Огра на тренировку, я думала, теперь он будет регулярно нас кромсать, а ты!

Сергей лишь пожал плечами. Он пытался гнаться не за двумя зайцами, за десятью разом. Конечно, хороший маг справился бы и с сотней, хоть зайцев, хоть кроликов, но мог ли он считать себя хорошим магом? Пожалуй, что и нет. Потенциально хорошим магом — да, но потенциал тот еще реализовать надо. Браться за что-то одно, а не за десяток дел.

Но в то же время такие перспективы, доделать «Молнию» и зажигать уже на ней, опробовать на кровниках, затем на Турнире вытащить ее из рукава, как козырный туз. Перемирие в активной вражде, заказы на маботов, реклама через «Молнию», выиграть Турнир — еще раз произвести хорошее впечатление на императора. Словно шестеренки в часовом механизме, одно цепляет другое и переходит в третье.

— Все молчишь? — продолжала сердиться Анджела.

— Анджи, он же сказал, нет активной вражды, — примирительно заметил Юджин. — И Академию за год закончить, это тебе не огонек наколдовать!

— Кстати, все хотел спросить, зачем вы девушек в лес выпускаете и на них охотитесь? — спросил Сергей.

— Чтобы зверски изнасиловать и съесть, конечно же! — громко воскликнула Анджела. — Правда, Гарольд? И ты еще говоришь, что не зациклен?

Если кто тут и был зациклен, то сама Анджела, но отчасти Сергей ее понимал. Когда кажется, что другие люди обязательно должны сделать что-то, и ты ждешь, вежливо, чтобы не мешать, ждешь, когда они сделают свою часть. А потом теряешь терпение и идешь разбираться, попутно выясняя, что они и не думали делать свою часть, даже не подозревали о ней! Появляется желание не просто орать и размахивать руками, а еще и побить.

— Они отрабатывают так Силу Крови, учат приемы ее использования, — опять примирительно вступил Юджин. — Их сила крови — поиск и вот они вначале ищут просто девушек, которым тяжелее убегать, а потом…

— Хватит! — рыкнула Анджела. — Я тут за тебя вступаюсь, а ты!

— А я говорил, что не надо. Изменил и изменил, — развел руками Юджин. — У нас свободная империя и уж тем более свободная сборная.

Сергей лишь закатил глаза. Нет, он тоже частенько мысленно сбивался «на баб», но старался держать все при себе. Студенты же вываливали все вслух, но озабоченным и зацикленным почему-то оставался именно Гарольд! Логика? Разум? Справедливость? Забудьте, только эмоции, магия и гормоны! Воспитание летит к черту, а у многих воспитание и сдерживающие границы вообще остались за пределами БАМ, в родном мэноре.

Впору усмехаться и гудеть «эх, молодеж-ж-ж-ж».

— Гарольд, — снова повернулась к нему Анджела.

— Может, хватит уже? — не выдержал Сергей. — Вот он ангар, там маботы, сейчас будет тренировка, наверняка какой-то из полигонов пустует, а даже если нет, сразимся втроем против чьей-нибудь сборной. Да хоть некромантов! Вон, Юлия, хоть и Лонгхэд, а вся сила в талант пилота ушла, почему у сборных факультетов не может быть так же?

— Вот это правильный настрой! — неожиданно одобрила Анджела. — Но ты, говорят, заимел хорошие связи в службе контроля?

— Особенно мне нравится выбор слов, — ответил Сергей. — Но вот намеки — совсем не нравятся. У нас же свободная империя? Два человека любят друг друга, никаких нарушений. Если бы нарушения были, то их бы сразу засекли и пресекли.

— То есть, нет?

— Я еще даже не услышал, что именно нет, — пожал плечами Сергей, касаясь ладонью «Чайки».

Та откликнулась, наверное, потому что была завершена, в отличие от «Молнии». Но Сергею нравилось думать, что где-то там внутри мабота самозародилась частичка механической души.

— Ты — любимец Матери, — голос Анджелы стал вкрадчивым, — ты ассистировал Императору в ритуале жертвоприношения на Рождество. И все Главы Родов отметили твою безупречную технику, мастерское исполнение, вкладывание души в ритуал.

Сергей страшным усилием воли подавил желание рассмеяться зло и пнуть ее в лицо.

— Что, если перед поединком мы… ты проведешь небольшой ритуал? На шесть жертв, ерунда, никто ничего и не заметит, а даже если заметит, то у тебя же связи. Если надо, я помогу.

Вот только этого еще не хватало, устало подумал Сергей, втягивать Анджелу в эту историю с Эльзой Ворлок. Многие развратничали по углам, но пока внешние приличия и клятвы соблюдались, все старательно не замечали друг друга.

— Я тебя и так могу накачать энергией, — протянул руку Сергей.

— Нет! — Анджела аж отпрыгнула. — Еще не хватало, чтобы меня разорвало!

— Тебя и так разорвет, когда всплывет эта история с жертвоприношением и накачкой энергией, — нахмурился Сергей. — Давайте уже тренироваться, так будет вернее, надежнее и без нарушения правил.

Глава 28

Разговор или скорее ругань с Анджелой все не шли из головы Сергея. Не все так просто было с жертвоприношениями, давно прошли те времена, когда перерезание нескольких глоток могло дать решающее преимущество в бою и в жизни. Вспоминался раз за разом ритуал у Императора, где он подавал жертв, направлял магией тела под взмахи острого ритуального ножа.

— Ритуалы, ритуалы, — бормотал он, бродя в ночи и почесывая живот.

Сон все не шел, дурные мысли о перерезании глоток не отпускали. Услужливая память, разогнанная магией, подсовывала детали: количество жертв, размеры пирамид, расчеты того, что будет, если Гамильтон сойдет с ума и пустит под нож всю Академию. Временная накачка энергией — то, чего хотела добиться Анджела — и постоянные усиления, ритуалы крови в источниках, глобальные воздействия, сеть из пирамид, складывающаяся в общую ритуальную фигуру.

Хотелось заорать и высверлить все это из головы.

— Да к черту все это, — пробормотал Сергей и оглушил себя заклинанием.

Делать этого во время разгона категорически не рекомендовали, но опять же, многое из классики было просто неприменимо к Гарольду-Сергею, потому что учебники описывали обычных магов и схемы для коэффициентов, не превышающих дюжину.

На следующий день мысли вернулись. Сергей даже знал, что происходит, он читал об этом в книгах по истории магии (правдивых книгах, а не историях для простаков), слышал об этом в лекциях от Амоса и да что там, сам неоднократно возвращался к этим мыслям, когда думал, как бы прибить Гамильтона. СОС — Стремление Обладания Силой или Соблазн Овладения Силой, как его еще расшифровывали.

— Да ничего ведь не изменилось, ты! — закричал в сердцах Сергей своему отражению в зеркале.

Или отражению Гарольда, без разницы. Шизофрении с двумя суб-личностями так и не случилось, они постепенно сливались втроем в нечто новое, Сергея-Гарольда-Парри, а старая жизнь и внешность подергивались дымкой, словно сон. Казалось, что у него всегда были зеленые глаза, такое могучее подтянутое тело, встрепанная прическа.

Такая магическая мощь, для усиления которой потребовалось бы принести в жертву десять тысяч магов. Можно и сотню, но таких, самых отборных, Глав-по-Праву Священных Родов, не меньше. Сергей, когда первый раз сделал подсчеты, даже не поверил, решил, что ошибся, пересчитал на три раза и потом кинулся к справочникам. Нашел там объяснения, поговорил со старым профессором Дональдсоном и вроде бы успокоился.

Но, как выяснилось, успокоение было ложным.

Построить пирамиду на десять тысяч жертв, все расписать фигурами и знаками, лично убить всех, залив их кровью пирамиду с ног до головы, не прекращая читать молитвы Матери-Магии, и он, лично он, Гарольд Чоппер, станет сильнее.

— И толку с той силы!

Изображение в зеркале смотрело безумно, словно там кривлялся призрак. Сгусток энергии, душа, остающаяся от мага после его смерти и то, только если провести специальные ритуалы и сам маг при жизни был согласен перейти в такую форму. Но в то же время призраки являлись неоспоримым доказательством, одним из основополагающих камней новых церквей, магического христианства, расцветшего после Освобождения. Доказательством того, что у магов есть душа, а у обычных людей нет, доказательством превосходства магов над людьми, ну и так далее.

Сергей даже думал одно время перевербовать призраков Академии на свою сторону, но ничего не вышло. Просто в силу их природы и клятв, данных еще при жизни. Сергей мог бы их уничтожить, да, прогнать — легко, мог бы даже подчинить, но скрыть в тайне подчинение бы не вышло. Как с Ворлок, в общем, только вместо Эльзы призраки.

Хотя соответствующими приемами Сергей овладел, по крайней мере, в теории.

— Спокойствие, только спокойствие, — пробормотал Сергей, охватывая голову руками.

Одной из причин такого безумия и беспокойства могло быть следующее усиление разгона, хотя, казалось бы, дальше уже некуда. Снова бурление крови и мыслей, гормонов, магии, всего внутри, прорывающееся наружу такими вот возгласами, непрошенными раздумьями.

Дыхание и концентрация, успокоение. Методичный проход по прошлым мыслям, с напоминанием, что личная мощь — это лишь потенциал, который нужно еще суметь реализовать. У Гарольда хватало личной мощи, чтобы в теории убить Гамильтона, но на практике ректор так ни разу и не подставился толком. Поэтому прочь из головы мысли о ритуалах и жертвоприношениях. Прочь.

Возобновить упражнения на спокойствие, помогло в прошлый раз, поможет и в этот.

Распятая и голая Эльза лежала лицом вниз в каменном круге, прикованная за руки и ноги. Сергей взирал на нее с отвращением, ибо все эти садомазо игры ему давно уже надоели и прискучили. Иногда он вымещал на Эльзе злость за то, что никак не мог достать Гамильтона, но всячески сдерживался и поэтому никакого удовлетворения и облегчения при этом не получал.

— Господин, — глухо простонала Эльза. — Мне холодно.

А еще вся эта «скрытая страсть» сводилась к одному и тому же, секс и боль, боль и секс. Ни поболтать толком, ни сведений секретных узнать, ни-че-го. Сама Эльза, конечно, была довольна, как кошка, обожравшаяся сливок, расцветала от порки к порке, словно годами копила в себе тайные желания, а теперь вот они вышли наружу.

Бред, конечно.

— Господин, — снова простонала Ворлок.

Они находились в том домике Эльзы, что располагался за пределами Академии. Удобно, конечно, плюс Эльза, с каждым таким сеансом, незаконным внесением Гарольда Чоппера в пропуска, все глубже увязала в незаконных действиях. Меньше шансов, что сама побежит жаловаться, если что, скорее наоборот, будет изо всех сил скрывать и помогать.

То, что Гарольд и без того «невидим» для служб контроля, она так и не обнаружила. Возможно, потому что Сергей предусмотрительно завязал все на шарик-ключ, без него оставаясь «видимым». А тот факт, что ее и Гарольда (или Барри, неважно), до сих пор не повязали за измену, являлся следствием покровительства Гамильтона. Неявного, можно даже сказать, почти скрытого, не обнаружимого обычным взором. Сергей потратил три жизни в прошлой попытке, вломился физически в сами системы контроля под зданием ректора и в сознание еще одного высокопоставленного мага службы, и только тогда нашел эту ниточку.

Даже не так, затертый след от ниточки. Гамильтон внес изменения в протоколы, а затем зачистил за собой следы. Аналогично и с руководством службы, приказы и стертая память о них, впрочем, с их же согласия. Возможно, поэтому остались следы, на основе которых Сергей и смог все восстановить. Мозги, правда, сжег, не рассчитав мощи, но так как все равно предстояло делать откат, он не стал зацикливаться на том.

Попросту говоря, Гамильтон знал о его связи с Эльзой, возможно, даже сам подталкивал к ней, разрешил ее и одобрил где-то там за кулисами и совершенно не собирался обращать внимания на нарушения Гарольда, которые предстояло покрывать Эльзе.

Но ни Гарольду, ни Эльзе при этом не сказал ни слова.

Разумеется, про домик Эльзы он тоже знал, не мог не знать, хотя и не оставлял объяснительных записок. Знал, что они будут навещать его и… Гамильтону было плевать. Или он даже одобрял эту связь вне правил. Зачем-то. Зачем, Сергей так и не придумал, кроме прежней версии, что Гамильтону зачем-то нужен будущий карманный император. Так себе была версия, плохая, в которой многое не сходилось. Да и шантажировать Гарольда этой связью?

Только, если Гамильтон — идиот, а идиотом он точно не был.

— Сейчас мы поиграем в допрос, — вздохнул Сергей.

Жест, заклинание, импульс. Цепи отсоединились, браслеты на руках и ногах Эльзы остались, склеились воедино, словно ее несли на невидимой ветке. Еще скучающий жест и ее потащило прямо к Сергею, которому лень было вставать с кресла.

— Вы так добры, господин, — простонала Эльза, выворачивая шею, чтобы заглянуть ему в лицо.

Одним ударом, невидимым ходом, Гамильтон перечеркнул все усилия Сергея-Гарольда в попытках подобраться к нему. Вроде как, кинул Эльзу, как подачку с барского плеча, типа, нарушай, сколько влезет, гордись своей изворотливостью и храбростью, умением нарушать и обходить. И сам факт, что он ее кинул (пускай и не афишируя) указывал на то, что Гамильтон не считал подобное угрозой себе.

Да, он не знал о миссии Гарольда Чоппера, иначе не давал бы таких поблажек, да что там, давно бы уже убил, но это ничего не меняло. Предусмотрительный параноик вроде Гамильтона или Одноглазого Грега не мог не учитывать возможности, что Эльза выдаст информацию, допуски, что-то еще. И при этом он не считал такую выдачу угрозой!

Впору было схватиться руками за голову и выдрать себе клок волос.

— Добр, добр, — проворчал Сергей.

Как там Гамильтон делал? Воздействие изнутри? Пальцы левой руки он сунул в рот Эльзе, правая вонзилась ей между ног, в оба отверстия, словно замыкая магическую цепь. Не успела Эльза удивиться или обрадоваться, как Сергей послал импульс ментальной магии, взлома и проникновения в воспоминания. После действий Гамильтона не исключено было, что и Эльзе в мозги он тоже залез, только скрыл всё.

Торопливый «полет» сквозь ее воспоминания и чувства, ощущение их, как своих. Одиночество, пустота и работа. Воздействие магией, но не со стороны Гамильтона, нет. Со стороны самого Гарольда. Не просто ощущение величия, а пульсирующее такое, тянущее состояние, желание принадлежать Гарольду и быть с ним. Словно воздействие любовной магии, да, но неявное, без заклинаний, распыление пресловутых феромонов или что-то в этом духе.

Никаких следов Гамильтона, но и без них Эльза устремилась на «запах», как мотылек к свече.

Эльзу накаляло энергией изнутри, словно в ответ на ее стоны, что холодно, а Сергей сидел, переваривая полученную информацию, даже пальцы вытаскивать не стал, зная, что его убьет взрывом.

— Сейчас мы поиграем в допрос, — вздохнул Сергей.

Иная печать, прямо под Эльзой. Щиты на особняк. Щиты на зал. Удар заклинанием, словно оглушающим молотком на бойне. Магия подчинения и доминирования.

— Повторяй вслед за мной, — сказал он, оказываясь рядом с Эльзой и запрокидывая ее голову.

Слова подчинения полились из него и Эльза повторяла их. Так обычно не делали, потому что потом, в форме призрака, клятвы слетали и получался злой на вас врага, знающий, что его подчинили перед смертью. И к тому же свободный от клятв. Положим, хороший маг мог оградиться от призраков, но и хороший призрак легко мог удрать, а потом рассказать всем о том, что случилось.

Но Сергею и не требовалось идеального, добровольного исполнения, только эрзац, так как время его было ограничено. Гамильтон может и разрешал им играться в шпили-вили и немного нарушать правила, но убийство Эльзы точно не сошло бы с рук. С нелегким сердцем Сергей готовил эти сцены, но он должен был убедиться, что Гамильтон ничего не заложил в саму Эльзу, не превратил ее в «спящего агента».

— … тинана!

Удар обрушился на Эльзу и ее тело выгнуло дугой и распылило, словно скорлупу грецкого ореха, оставив лишь середину — призрака. По полу уже бежали искры, вычерчивая сложную фигуру, ритуальный знак подчинения и оглушенный клятвами, данными при жизни, призрак висел на месте. Сергей выкрикнул формулу, сложив правую руку в сложный знак и призрак вздрогнул, подлетел ближе, готовый подчиняться.

Телесная оболочка, дававшая клятвы, слетела с Эльзы и теперь она могла говорить свободно.

Минута потребовалась службам Академии, чтобы среагировать, возможно, из-за статуса Эльзы и близости ее домика к БАМ. Еще минуту они ломали щиты Сергея, так как тот не поскупился на заклинания. Излишние трудозатраты, в сущности, так как призрак Эльзы уложился с ответами в десять секунд. Ничего не было, Гамильтон не приходил, не колдовал, все подчинение Гарольду добровольно и с песней.

Решив, что терять все равно нечего, Сергей отдал приказ и призрак перенес его в БАМ, прямо к ангару маботов Сборной. Прыжок в «Чайку», взлет на полной скорости… прерванный в самом начале броском такого знакомого топора.

— Умры!! — взревел Руперт Огр.

Ага, «друк Тчоппэр», успел с иронией подумать Сергей, сумев все-таки избежать атаки полувеликана. Руперт не колебался и не сомневался, размахивал еще одним топором с такой скоростью, что даже талант пилота подводил. Попытка взлететь закончилась тем, что «Чайку» еще раз подбили, расстрел Руперта не дал результатов и закончилось все вполне ожидаемо.

Не дожидаясь, пока его разрубят, Сергей активировал дар легкой смерти.

— Сейчас мы поиграем в допрос, — вздохнул Сергей.

Коснулся браслета на руке, вызывая Барри, и с легким вздохом поднялся.

— Вы так жестоки, господин, — простонала Эльза с разрумянившимися щечками.

Сергей лишь закатил мысленно глаза. С паршивой Эльзы хоть шерсти клок, перефразируя классику, так что в перспективе от нее еще могла быть польза. Хотя бы информацией о Гамильтоне. Но здесь и сейчас проект «Ворлок» можно было считать закрытым. Покушения на Гамильтона прекратить, в здание к нему не лазить. Невидимостью пользоваться, но умеренно.

— Допроси ее как следует, — приказал он громко Барри, — уверен, что она много чего скрывает!

И тут же шепнул неслышно:

— Потерпи до конца учебного года, так надо.

Барри лишь склонил голову, дескать, надо так надо. Сергей же вздохнул и пошел прочь, думая о том, что Гамильтон трижды гад и за такую потерю времени, сил и жизней стоило бы его отдельно убить. Дважды.

Глава 29

Кевин Карлайл, преподаватель магознания, единственный, чью лекцию Гарольд Чоппер посетил, во время «обучения» на первом и втором курсах. Молодой — едва закончил Академию, как остался в ней преподавать и занимался этим делом буквально второй год. Немного нервный, немного суетливый, всего раз вступил в связь со студенткой и та сама проявила инициативу, решив все за Кевина. Лоялен к Гамильтону, в любовную связь с ним не вступал, живет в Холлоу, как и многие другие преподаватели.

Идеальный кандидат в смертники, шахиды, камикадзе, название неважно, против Гамильтона.

— Если бы, если бы, — задумчиво протянул Сергей, отрываясь от экрана магофона и глядя на озеро.

Подобные же досье служба контроля держала на всех студентов и преподавателей Академии, но толку? Сергей ощущал себя кем-то вроде разогнавшегося танкера, который вроде и меняет курс, а вроде и продолжает переть вперед по инерции. Решил, отказался от покушений на Гамильтона в Академии, списал Ворлок, ан нет, организм все продолжал прикидывать и придумывать, подсовывать варианты.

Вот этот, с Карлайлом, надо заметить, был не так уж и плох, если не считать маленькой проблемки обхода клятв и «зарядки» Кевина на убийство Гамильтона. Вспомнил о нем Сергей потому, что как раз решил заняться магознанием, а мозг просто свернул в привычное русло, опять увиливая от работы. Тело тут же подсунуло магофон, досье службы контроля, указание, что Кевин как раз читает лекцию и так далее, благо Сергей выбрался за пределы особняка, на остров посреди озера.

Один, «без ансамбля», так как все остальные находились на занятиях.

— Да уж, замах на миллион, удар на копейку, — переиначил Сергей поговорку, мысленно переключаясь.

Та же проблема, что и с «трудовыми запоями», мозг и тело так и норовили вернуться к привычным задачам, начать снова бесплодно ходить по кругу. Эту часть тоже следовало отразить в дипломе, а может и оставить Нинон для ее исследования «разгона с высокими коэффициентами».

Сергей сосредоточился, вызывая в памяти магознание, общий предмет, изучавшийся на первых двух курсах.

Освобождение, захват власти магами в Британии и Германии, чуть позже подключилась и Франция. В других страха маги тоже восстали, но позже, что называется, ринулись вослед и оттого никто из них не стал сверхдержавой нового мира. Также, пускай это и было оскорбительно для магов, положение сверхдержав определило то, что Англия, Германия и Франция еще до Освобождения были самыми могучими и передовыми странами.

В результате Европу поделили между собой, Франция забрала себе юг, Италию и Испанию и иже с ними, Германия прибрала к рукам Восточную Европу, столкнувшись с Францией и Англией в борьбе за влияние на Балканы и Турцию, выход к Средиземному морю. Швейцария и тут осталась нейтральной, опять же из-за денег, но уже магических. Британия сохранила влияние на Скандинавию, но все же сталкивалась там с Германией.

Роль некоей буферной и переговорной зоны выпала странам Бенилюкса, которые в итоге сплавились в одно небольшое королевство, даже сохранявшее видимость самостоятельности. Разумеется, Британия, немного проиграв на континенте, взяла свое колониями по всему миру, и в итоге установился паритет, при поддержке еще нескольких могущественных «игроков» по всему миру, вроде империй Инков и Ацтеков, возродившейся империи зулусов и Бенина и прочих в Африке, Поднебесной и так далее.

Еще гремели битвы по всему миру, но видно было, что маги одолевают, и в это время оказались заложены основы нынешней британской государственности. Первый Император, объявление тех родов, что пошли за Гамильтоном — Священными (а остальным, как и странам в Европе, осталось только занять подчиненную позицию, покусывая локти), трехстороннее соглашение между ними, договора с волшебными существами, договор о создании Академии, распределении прав и обязанностей.

Практически то же самое происходило в Берлине и это неудивительно, Гамильтон и Хофманн начали восстание одновременно, действовали по единой программе. И вообще были любовниками. Мысли Сергея тут же вильнули на привычную дорожку, мозг начал прикидывать, как бы осуществить покушение через Хофманна. Руки начали набирать заметку, дескать, разобраться в той истории с семьей Гамильтона, возможно, поискать других его родственников, попробовать воздействовать через них. Или напрямую, или магией подобия, или магией крови, или просто взять их в заложники.

— И мы видим, как Гарольд Чоппер идет на рекорд, в тройном тулупе с переворотом он прыгает с вышки на сотню футов и мастерски входит прямо в бассейн с граблями! — вздохнул Сергей.

Мысли его о практически одновременном основании Академий в разных странах (Франция подключилась чуть позже, но благодаря мощи и авторитету Фламеля, тоже стала сверхдержавой) смешались, когда он ощутил прикосновение к разуму. На мгновение замер, представив картинку, как из воды озера, словно из Северного моря, где предстояло проходить Турниру, выныривает прекрасная дева в чешуе и с вот такими вторичными половыми признаками.

Усилил щиты, осознав, что это не его мысли.

— А что, — пробормотал Сергей, — это будет даже интересно.

Сколько он уже в Академии, а волшебных существ так толком и не повидал. Руперт, конечно же, не в счет. Но вот он заповедник БАМ, рукой подать, а Сергей засел в особняке и так до него и не дошел. На островок вот выбрался, «подышать свежим воздухом», впервые за сколько? Четыре месяца? Когда он тут встречался с О’Дизли?

Почему бы и не посмотреть на русалов, раз те решили вступить в контакт?

— Сейчас, сейчас, — пробормотал Сергей.

Превратить веточку в цепочку, сплавить с камнем, впечатав в него заклинание гравитации. Еще одну веточку в повязку и заклинание дыхания под водой в нее. Сделать воздушный пузырь вокруг себя? Нет, затратно и тяжело, а нарушится концентрация, так и пузырь пропадет. Заклинание дыхания, преобразующее воду в воздух, заменяющее собой жабры, оно надежнее. Одежду в гидрокостюм и добавить защиты.

Снова прикосновение к ментальным щитам и Сергей послал ответную картинку, вход в озеро.

Воды сомкнулись над его головой, Сергей слегка шевелил руками, обувь превратилась в ласты, но плыть пока особо не требовалась. Так, подгребать, пока заклинание гравитации в камне на шее продолжало вжимать его тело вниз.

— Буль-буль-буль! — сообщила русалка, появляясь где-то рядом.

Давление на разум усилилось. Сергей помнил, что воздействие на разум песнями и движениями это сила крови русалов, поэтому старательно поддерживал и усиливал ментальные щиты, опасаясь поддаться хоть на мгновение. По-хорошему вообще не стоило нырять, но — как он неожиданно понял — мозг просто ухватился за подходящий повод увильнуть от размышлений о Турнире. К тому же он и правда, как-то странно пренебрегал волшебными существами. Словно достопримечательностью или зоопарком возле дома, когда думаешь «а, потом схожу, оно же рядом!»

— Буль-буль-буль, красавица, — сообщил в ответ Сергей.

Прогнись его щиты, она, возможно, действительно показалась бы ему красивой и он возмечтал бы заделать ей головастиков. Сейчас, слегка шевеля руками и ногами в воде, Сергей отчетливо видел эти огромные рыбьи глаза, зеленоватую кожу и чешую, могучий хвост. Рыба с сиськами, короче. Привлекательная на свой лад, но не настолько, чтобы выныривать из гидрокостюма.

— Буль-буль-буль!

— Ага, ты не знаешь нашего языка, а я не знаю русалочьего, — задумчиво хмыкнул Сергей.

Вот что надо было учить, языки противника, подумал он. Первая дельная мысль. Хрен знает, правда, где взять время на них, но надо, надо. Французский и немецкий, пока он под разгоном. Возможно, еще парочку языков, из числа самых распространенных, на будущее.

— Буль-буль!

К русалке присоединились два русала, могучих и тоже обнаженных сверху. У одного в руках была волшебная палочка, другой сжимал трезубец, в котором Сергей сразу ощутил артефакт.

— Это магия, — усмехнулся он, снова обращаясь к менталистике.

И немного образистике. Ментальный посыл, несущий в себе целый образ, отправка всем троим. Сам Сергей на берегу островка, занятия, появление русалки и призыв его в воду. Зачем?

Он чуть ослабил защиту, готовый взвинтить ее обратно, но этого не потребовалось. Ответный образ, волнение воды в озере, волнение мысленного эфира — центр волн сам Сергей. Русалка — разведчик или кто-то вроде пограничника, эту часть Сергей не совсем понял — реакция на волнение мысленного эфира вокруг.

Они некоторое время объяснялись образами и Сергей опять ощутил кислый привкус во рту.

Даже как-то не совсем понятно было, как такое выражать словами. Недоработки из-за недостаточной параноидальности и плохого учета собственной чрезмерной мощи? Что-то такое. Обычные маги были не так чувствительны к менталистике, поэтому не звенели сигнализации, не падали вокруг с головной болью студенты и преподаватели, не волновалась служба контроля (ведь Сергей не всегда ходил под «невидимостью»). Собственных щитов и защит особняка Чопперов хватало, чтобы прорывающаяся мощь Гарольда не баламутила обитателей озера.

Потребовалось выплыть на островок, чтобы русалы в воде ощутили воздействие своей силой крови и раскрыли Сергею глаза. Да, он поддерживал собственные ментальные щиты, но недостаточно сильные и часть мощи прорывалась наружу, в какой-то степени оставляя его уязвимым. Сергею казалось, что он перегибает палку с защитами и паранойей, а выяснилось, что наоборот, недогибает. К счастью, никто не спешил бить ему по мозгам через эту брешь в защите.

И еще, эта прорывающаяся наружу мощь, несла в себе желания и воздействие Сергея-Гарольда. Ощущение величия. Летом этого еще не было. Потом он даже смотреть не хотел на этих «охотниц за его рукой», но те, на кого он обращал внимание, на кого взирал с подлинным вожделением, те получали свою часть магического воздействия и начинали вожделеть Гарольда в ответ. Например, Эльза Ворлок. Например, Кристина Фейн. Например, наверное, и остальные девушки рядом с Гарольдом, хотя тут Сергей не взялся бы сказать, сколько в них было подлинной страсти, а сколько вассального прогиба под лорда.

— Тебе нужно быть аккуратнее, Гарольд! — вещала русалка. — Такая мощь, словно фонарь в ночи, никогда не знаешь, кто приплывет на его свет!

Точнее говоря, она слала образы, но Сергей как-то так быстро приспособился и они словно бы общались, не зная языка друг друга. С кем-то другим, не русалами с их силой крови, такое не прошло бы, но в целом — весьма перспективное направление, подумал Сергей. Совместить одно с другим, запаять в артефакт и вуаля, универсальный переводчик готов! Главное, подогнать все так, чтобы пользоваться мог любой, даже не знающий этих разделов магии, и чтобы амулет перевода не создавал уязвимости своим наличием. А то получится, что он, пересылая образы туда-сюда, является открытым мостом внутрь сознания, по которому можно вломиться внутрь без каких-либо проблем.

При этом не стоило забывать, что просачивающаяся за щиты часть подсознательной магии Сергея легко одолевала пассивные защиты окружающих, внушала им ответную страсть к нему. Поэтому Ариша Хаксли строила ему глазки? Да ну, бред какой-то, ну оценил визуально пару раз ее сзади и всё.

Лора, а почему не зацепило Лору Палмер⁈

— Благодарю вас за науку, мудрые обитатели озера, — поклонился Сергей. — Я буду аккуратнее.

Усилить щиты, чтобы никто не вломился. Усилить щиты, чтобы не вызывать к себе влечения разных личностей. Еще не хватало, отбивать лавры у Гидеона! Даже без них, стоит только щелкнуть пальцами и завалит телами желающих отсосать Гарольду Чопперу, не знаешь, куда деться от них.

После окончания разгона мощь излучения должна упасть, подумал он. Говорить о том Нинон? Нет. Формально-то он в библиотеку не залезал, разделов всех этих, с менталистикой, магией призраков и прочими делами, не изучал. Да, разрешение Гамильтона нарушать есть, но именно оно и пугает. Лучше не показывать своих возможностей, да что там, лучше вообще на озеро не плавать, а «свежим воздухом» наслаждаться на берегу в пределах особняка.

— Народ Глубин признателен в ответ за понимание, — махнула хвостом русалка.

Возможно, она была местным менталистом, а эти двое амбалов — телохранителями? Русалы уже скрылись в глубинах, а Сергей почесал в затылке задумчиво. Еще один эпизод из его нынешней жизни, все бегом-бегом, некогда остановиться и поговорить, из кустов или воды выпрыгивают незнакомцы и тут же скрываются, а цель ближе не становится.

Он коснулся камня на цепочке, ослабляя заклинание гравитации, и выпустил пузырьки изо рта. Кессонная болезнь, слишком резкий подъем, в результате чего то ли кровь растворялась в воде, то ли воздух в крови, Сергей уже не помнил. Помнил, что надо подниматься, не обгоняя собственные пузырьки. Турнир будет проходить на искусственном острове в Северном море, пожалуй, заклинания, связанные с дыханием под водой и нахождением в воде, будут полезны.

Первые несколько раз, услужливо переключилась память, Турниры проводились как раз в королевстве на месте Бенилюкса, но потом отказались, по совокупности причин. Закладки в землю заранее, подкупы чиновников, жульничество (без обнаружения исполнителя, конечно) и чрезмерная разрушительность поединков могучих магов в могучих маботах. Поэтому, во избежание, сделали особый артефакт, Тройной Шар, как его еще называли, так как Гамильтон, Хофманн и Фламель создавали его втроем.

В ночь буйства стихий и шабаша ведьм, в Вальпургиеву ночь Шар заряжался энергией и создавал в Северном море остров, на котором и проходил Турнир. А еще Шар был артефактом. С этой мыслью, ухмыляясь, Сергей выбрался из воды и принялся за обратные трансформации одежды и вещей, не прекращая представлять себе, что произойдет, если сила крови Чопперов подчинит ему Шар.

Глава 30

1 марта 1992 года, БАМ

Заклинание возникло из ниоткуда, причем за спиной Сергея. Он ощутил его за мгновение до удара, не глазами, а «энергочувством» и поздно уже было отбивать. Сергей влил больше энергии в первый из щитов, самый слабый в силу своей универсальности, одновременно с этим смещаясь, приседая и уходя вбок, ориентируясь по ощущению местоположения заклинания.

Не помогло, заклинание вильнуло следом, но увязло на секунду в щите, давая Сергею время развернуться и понять, с чем он имеет дело, ударить контрзаклинанием, рассеивая атаку.

— Неплохо, неплохо, — одобрительно проворчал Одноглазый, наблюдавший со стороны. — Но недостаточно.

Сергей мысленно вздохнул, эту фразу Грег твердил весь последний месяц. До этого, правда, он лишь ворчал, что все плохо, так что какой-то прогресс имелся. Еще Сергей подозревал, что Грег из тех людей, которые вечно ворчат, вечно всем недовольны и признают лишь идеальное исполнение. Но и потом все равно немножечко да ворчат.

— Такое хорошо, когда ты в дуэли один на один, есть время попрыгать, развернуться, наколдовать контрзаклинание в ответ, — пристукнул протезом Грег, подходя ближе. — И то, стоило бы двигаться резвее, противник он тоже стоять на месте не будет, думаешь, выпустил одно заклинание и все? Нет, такое только идиоты, склонные к театральности устраивают, дескать, обмен заклинаниями по одному. Тьфу! Ерунда все это! Ты либо сражаешься, либо кривляешься на потеху публике и во втором случае ты — труп!

Любимый рефрен Грега «ты убит» или «ты — труп», универсальный, на все случаи жизни. При этом Сергей видел, что сам Одноглазый искренне не понимает, почему окружающие не соответствуют его стандартам. Даже не так, Грег просто не задумывался, желают ли окружающие его военных синдромов и паранойи, и щедро делился с ними своей мудростью. Студенты вынужденно внимали, пытались повторить, у них не получалось толком, Грег ругал их и ворчал, и цикл повторялся и повторялся.

Возможно, со временем, при хорошем уходе, помощи целителей и мозгоправов, Грег стал бы нормальным, одним из множества магов, живших мирно. Но Грег не ходил к целителям и мозгоправам, регулярно ездил на всякие локальные войны, коих в избытке гремело по всему миру, общался с Гамильтоном, который только подогревал его паранойю и учил студентов БАМ выживать и биться.

— В бою, — продолжал свою привычную песню Грег, — нет места благородству, вызовам и раскланиваниям. Увидел врага — убей! Подставился враг — убей! Можешь помочь соратнику — помоги и убей врага! Потом он прикроет тебя, убьет твоего врага. Скорость, координация, обзор, маг должен видеть и чуять все вокруг! У тебя неплохо получается, Гарольд, для четвертого курса. С одним заклинанием. В бою их будет много!

— Но не в спину же, — пробурчал Сергей.

— Боевой маг должен быть готов ко всему! — стукнул протезом Грег.

Страшная вещь, пусть и напоминала больше по своему виду лапу дракона, нежели обычную ногу. Сканирование почвы, закладка мин, опора, позволяющая ходить по любым стенам, удлиняющаяся, как и рука, со встроенными лезвиями и чем-то огнестрельным, с пространственным карманом для выпивки и зелий, в общем многофункциональность в каждом протезе.

— Вдруг ты ворвешься в ряды врага? — риторически вопросил он. — Тогда вокруг будут только враги, а значит, удары посыплются и в спину! Что главное в таких случаях?

— Мобильность без потери картины боя! — выкрикнул Сергей, разве что во фрунт не вытянулся.

— Неплохо, — снова одобрил Грег, — теорию ты выучил. А практику?

Сергей помедлил секунду, взвешивая варианты.

— Я не просканировал поле боя, поэтому не рискнул телепортироваться куда-то. Не взлетел, так как сконцентрировался на щите и распознании атакующего заклинания. Поэтому прибег к обычной мобильности, на ногах.

— Сам назовешь свои ошибки?

— Не просканировал поле боя, — повторил Сергей. — Но если щиты против телепорта поставят прямо в бою?

— Для этого ты должен видеть все поле боя, держать картину в голове, ощущать энергии и сканировать, регулярно сканировать!

На самом деле все было не так страшно, но Одноглазый не принимал компромиссов. Никаких «оплошал, чуть замедлился, тут оглушило на долю секунды», каждая ошибка по умолчанию считалась смертельной. Правда, в настоящем магическом бою, без маботов, Сергей не бывал, так что возможно, там все и обстояло так, как рассказывал Грег.

— Еще?

— Нужно было взлетать? — неуверенно предположил Сергей.

В спину ему прилетело «прилипающее проклятие», оно последовало бы за ним и в воздух. Не самая смертельная штука, но зато самонаводящаяся и ухудшающая состояние мага. В бою же, чуть пропала концентрация и внимательно, как ты — правильно — труп.

— Думать нужно было! Хотя нет, в бою уже поздно думать, там надо действовать! — рассердился Грег. — Как ты думаешь, почему я запустил только одно заклинание?

— С двумя в спину я бы не справился, — неохотно признал Сергей.

При атаке в лоб там да, был бы шанс. Опознать заклинания по движениям палочки, движениям губ, жестам, отразить или ударить на опережение, не давая врагу закончить заклинание. Да что там, просто выставить общий щит или ударить заклинанием рассеивания, просто ослабляя атаку.

— Именно, — ткнул пальцем Грег. — Но я верил, что ты сможешь почуять и отразить заклинание в спину. Это вообще-то программа пятого курса.

— Я вчера сдал экзамены за четвертый, — ответил Сергей, — так что формально уже учусь на пятом.

— Форма-а-ально, — насмешливо протянул Грег. — В бою не бывает формально. И зачем я отправил тебе заклинание в спину?

— Чтобы я тренировался.

— Чтобы ты тренировался.

Грег помолчал, оглянулся, словно ни разу в жизни не видел изрытой земли и снега полигона вокруг.

— А скажи мне, Гарольд, тренировать надо только то, что я даю?

— Нет, тренировать надо всё, — ответил Сергей, уже начиная понимать, куда клонит Грег. — Я и так тренируюсь изо всех сил! Пространственную магию вот освоил! Не до конца, не до автоматизма, но другие и этого не могут!

— А еще другие не могут умереть за тебя. То есть, могут, конечно, если телами своими закроют, но ты понял, о чем я!

— Понял, наставник.

«Нечего ссылаться на других, самому надо уметь!» еще одно из любимых присловий Грега. Сергей бы поспорил, ну на хрена ему, скажем, уметь шить? Но опять же, ясно было, что имеет в виду Одноглазый, умение сражаться. И другие за Гарольда Чоппера не умрут, ну да тут как раз нормально он и сам за себя еще почти девятьсот раз может умереть.

— Теперь вернемся к начальному вопросу. Нужно было взлетать?

— Нет, — признал Сергей. — Я бы не справился с анализом заклинания, защитой и контратакой, не доведя свое умение летать до автоматизма. В реальном бою все было бы еще тяжелее.

— Неплохо, — в очередной раз признал Грег. — Все же в тебе есть задатки!

Вот только летать вживую, без мабота, без артефактов, без опор и палочек, было реально тяжело. Пожалуй, первый раз за всю свою историю в Академии, Сергей столкнулся с «тяжелым» исполнением заклинания. Кто-то, конечно, сказал бы, что он зажрался. Там, где другие бились по полгода, он справлялся с первого раза. Большая часть магов не умела летать вживую и изрядная часть не умела телепортироваться. О порталах на дальние расстояния и говорить не приходилось.

Но к чему было уметь, когда имелись маголеты, стационарная сеть порталов, «маботы и извозчики», условно говоря? Жизнь в Академии, где транспорт сводился к дискам, тоже не способствовала развитию нужных навыков. Впрочем, эту часть Сергей держал при себе, решив приберечь на потом. Так себе козырь, конечно, максимум козырная двоечка, а то и вовсе не она, ведь заявить с ее помощью «Гамильтон нарочно уничтожает образование в Британии» не выйдет, на смех поднимут.

— Стало быть, ты действовал как?

— Как? — тупо переспросил Сергей.

— Верно, но неполно! — вскинул указательный палец Грег. — Ты знал, что будет опасность, даже где-то в глубине магического ядра знал, что она будет смертельной. Приложил все усилия, чтобы ее обнаружить и отразить.

Тут можно было кривить губы в злой пародии на усмешку. Одноглазый, сам того не желая, несколько раз убил Сергея, который потом, конечно, проходил испытание и молчал о своих «откатах», делая вид, что «приложил все усилия». Но все равно, было неприятно.

Вдвойне неприятно из-за того, что Грег уступал Гамильтону.

Кристофер Фейн и до него Конвей Фейн стали императорами лишь потому, что Гамильтон не стал занимать их места. Одноглазый Грег считался и являлся лучшим боевиком Британской Империи лишь потому, что Гамильтон не стал претендовать на это место. Одноглазый не скрывал этого от Гарольда-Сергея, следуя своему принципу, что ложь и недооценка врага может оказаться смертельной. В отношении Гарольда и Гамильтона такой подход приобретал особый оттенок иронии.

— Отразил, пускай и потратив зазря лишку сил и времени, после чего и успокоился. Даже не предположил, что может прилететь еще одно заклинание, не пытался усилить оборону, из расчета, что будут атаковать со всех сторон. Ты знал, что вокруг нет врагов, но что я говорил много раз?

— В бою такого не будет. Но я и правда не ощущал заклинаний вокруг!

— Точно? — хмыкнул Грег.

Сергей тут же собрался, едва ли не сжался и мысленно выкрикнул заклинание диагностики, тут же переходя к следующему, заклинанию рассеяния. Импульс подхватил и развеял по ветру клочок бумаги, словно бы случайно прилипший к спине. Прилипший хитро, самым краешком, с минимизацией контакта даже не с телом, с одеждой. Наверняка еще и со свойствами хамелеона и магической нейтральности, хотя последнее нет — заклинание диагностики нашло же его?

— Знаешь, что это было? Немецкая магмина, у нее длинное название, которое тебе ничего не скажет, но это одно слово, в переводе означающее «мощный град из окровавленных кусков мяса», немцы любят такие длинные зубодробительные конструкции. Потому что после взрыва этой штучки, реагирующей на присутствие рядом не менее двух магов, натурально идет град из мяса. Поэтому по инструкции положено обрабатывать раненых заклинаниями рассеивания, а также по возможности уничтожать одежду. Но в горячке боя и военных действий зачастую бывает не до того, раненого спешно телепортируют в госпиталь, где к нему подбегает кто-то из медперсонала и…

— Мина срабатывает, — мрачно закончил Сергей, представив себе соответствующую картину.

Как ни странно, своя Гаагская конвенция тут была, благо Гаага как раз располагалась в «переговорном королевстве», возникшем на месте Бенилюкса. Запрещала она в основном всякую магическую дрянь, но подобные мины к ним точно не относились.

— Мина срабатывает. Возможно даже в тот момент, когда ты расслабился, решив, что отбил все опасности и подошел к друзьям, чтобы стрельнуть у них сигаретку. Двойная атака, даже если проклятие в спину тебя не достанет, то мина все равно приклеится. А если и достанет проклятие, то тогда мина сработает, когда тебя понесут в госпиталь. А ты расслабился, решив, что ничего больше не ощущаешь. Твои ощущения, твои органы чувств, они хороши для того, кто ни разу не воевал, но они не абсолютны.

Грег помолчал, словно собираясь с мыслями.

Знакомое состояние, он всегда так делал. Пробное упражнение или два, с опорой на прошлый опыт, затем объяснения, разбор на примерах, попытка подтолкнуть Гарольда к верному ответу. Подробный разбор теории, если надо, объяснение причин и потом практика, практика, много практики, с вкраплениями прошлых уроков.

— Всегда жди подвоха, всегда! Такое трудно понять тому, кто не проходил на деле, — завел привычную шарманку Грег.

Интересно, подстава с магическим браком считается или нет, подумал Сергей.

— Я, возможно, слишком многого с тебя спрашиваю, но время ограничено, а я и правда хочу, чтобы ты стал лучшим, — неожиданно мягко сказал Грег.

Так мягко, что впору было заорать «кто ты такой и как сумел подменить Одноглазого?»

— Вывезти бы тебя недельки на две на боевой полигон, а еще лучше прямо на войну! — мечтательно произнес Одноглазый.

Сергей неожиданно понял, что не хочет на войну. Не из-за страха, нет. Он не хотел на войну под руководством Одноглазого. Не хотел становиться таким же одержимым параноиком, который ради одной цели убил в себе все остальное. Да, это помогло бы убить Гамильтона. Возможно помогло бы. С такой одержимостью, рискнул бы Сергей потратить еще хоть одну жизнь? За каждую цеплялся бы жадно, обеими руками, растягивая сроки, и в конечном итоге провалил бы задание Матери-Магии.

— Война будет, — сказал он неожиданно для самого себя.

— Вот в этом ты прав, Гарольд, — кивнул Одноглазый. — Войны всегда были, есть и будут. Хорошо, что ты понял это, прямо молодец! Теперь давай на исходную. Все понял?

— Да, наставник, — склонил голову Сергей.

Он знал, что шанс задеть Гамильтона в личной драке у него появится только тогда, когда он хоть раз одолеет Грега в поединке. Но теперь Сергей неожиданно засомневался, а стоит ли оно того? Так ли уж ему нужно превосходить Одноглазого и самому становиться Грегом?

Глава 31

8 марта 1992 года, БАМ

В голове Сергея назойливо крутилась одна и та же фраза «в этот международный женский день я собрал вас, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие». Словно заевшая пластинка, под шипение, хрипы и какую-то сбивчивую старую мелодию, все эти протяжные медленные завывания. Вызвана она, конечно, была наличием женской троицы, Гертруды, Дэбби и Джил, хотя и все остальные братья О’Дизли тоже присутствовали.

— Милорд Гарольд? — обеспокоенно спросила Дэбби, чуть наклоняя голову и вглядываясь в него.

— Знаете, я вас всех подвел, — сказал Сергей спокойно, глядя на свою личную команду.

Желание сложить руки за спиной он подавил, остался стоять в спокойной, расслабленной позе. Стоявшие напротив девять магов, наоборот, напряглись, нахмурились, разве что лбы чесать не начали.

— Я обещал вам тренировки, учебу и возвышение, а в итоге вообще не вижу вас и не забочусь, — продолжал говорить Сергей, — хотя и принимал вассальные клятвы.

Все же иногда инерция мышления была ну очень сильна. Он так настроился на окончание Академии за один год, столько усилий и времени вложил, что как-то даже не подумал об остальных. Возможно, еще Саманта, тоже заканчивавшая БАМ в этом году, этим внесла свой вклад в твердое заблуждение. Что, дескать, Сергей закончит БАМ и уйдет, а команда последует за ним.

И лишь вчера его внезапно стукнуло, что никто не уйдет, женская троица так вообще первый курс заканчивает и им еще пять лет учиться. Академию вроде бы заканчивал старший из братьев О’Дизли, Билл, но один брат — не команда. А сама неуверенность с этим «вроде бы заканчивал» ясно указывала, насколько хорошо Сергей заботится о своей команде, вникает в ее интересы и прошлое людей, которые ему служат.

Все оправдания в виде учебы, Турнира, императора и прочего не оправдывали Сергея-Гарольда.

— Несколько дней назад, милорд, вы помогали мне с освоением материала! — возмутилась Гефахрер.

— А мне помогали выровнять поток внутренней энергии! — добавила Дэбби.

— Тренировались с нами, передавая мудрость Одноглазого! — вступили близнецы Филл и Хилл.

— И со мной, помогая пилотировать маботов, — заметила Джил.

Остальные братья О’Дизли тоже загалдели, дескать, Гарольд им и с учебой помогал и от службы контроля прикрывал и вообще, у них авторитет и тонус повысились прямо невероятно! Несмотря на принесенную вассальную клятву, жили они по-прежнему в общежитиях-особняках для магов, и почему тоже ставили это в заслугу Гарольду.

Почему, Сергей так и не понял, а расспрашивать и выяснять подробности не было ни сил, ни желания. Возможно, стоило потом спросить у Саманты, заодно опять ей припомнив близнецов. Да и в целом он мог только озадаченно моргать, ибо в упор не помнил всего того, что ему ставили в заслугу. Проблемы с головой и памятью из-за разгона?

— Хорошо, хорошо, — повел он рукой и возгласы стихли.

Нет, не проблемы с головой и памятью. Просто все настолько перешло в разряд рутины, что даже не запоминалось. Сергей день-деньской крутился со своими проблемами, попутно мимоходом помогая всем и даже не запоминая этого. Но для них все это выглядело заботой и вниманием, и прочее ля-ля-ля.

— Это не отменяет того факта, что я твердо намерен закончить Академию в этом году, если вдруг кто еще не знает. Саманта тоже уедет. Возможно, кто-то из молодых Чопперов поступит, но не факт и, стало быть, вы лишитесь доступа в этот особняк. Конечно, я компенсирую это, снимете отдельный особняк на всех, но факт остается фактом, меня здесь не будет. Не смогу помогать вам лично.

— Милорд, вы слишком требовательны к себе, — ответил за всех Билл, чуть выступая вперед.

Нет, все же он учится на пятом курсе, неожиданно вспомнил Сергей, испытав странную радость от этого факта.

— Вы и без того много сделали для нас, я бы даже сказал слишком много, практически ничего не требуя взамен.

Сергей хотел возразить, но неожиданно понял — не поймут. Все смотрели на него, ну не как на чокнутого профессора, оторвавшегося от реальности, но где-то рядом. Как на ушибленного воспитанием у простаков, вот так будет точнее.

Пожалуй, стоило остановиться. Сожаления Сергея были основаны на факте собственного промаха с годами учебы и том, что он планировал сколотить команду. То есть, еще одном промахе в планах. Но остальные или не знали об этих промахах или они для них не являлись таковыми! Об убийстве Гамильтона они не знали и похоже, еще долго не узнают, только после окончания Академии, как минимум.

— Хорошо, вернете потом, когда мы будет творить совместные славные дела, — повел рукой Сергей. — Но есть вещи, которые надо произнести вслух, пускай они даже и очевидны для всех.

Все склонили головы перед этой «мудростью веков», а Сергей слегка поморщился. Но опять же, есть вещи, которые следовало сказать, пускай они даже и были неприятны лично ему.

— Гертруда, Дэбби, Джил — задержитесь.

Пара смешков и обменов взглядами между братьями Дизли, дескать, милорд решил устроить оргию. Или это подумал сам Сергей, тут же приписав свои мысли Дизли? Возможно, просто весна пришла, чего уж там. С этими мыслями Сергей сел в кресло, подпер голову рукой.

— Разговор будет конфиденциален, — сказал он, щелчком пальцев ставя щит против подслушивания.

А можно было просто пригласить всех по отдельности, подумал он, и тут же отмахнулся. Просто выпал удобный момент, так чего уж.

— Как пожелаете, милорд, — кротко потупила взор Дэбби.

— Что у вас с Дунканом?

— Мы любим друг друга, — призналась Дэбби, — простите, милорд. Я клялась в ненависти к нему, но затем поняла, что не могу и не хочу его ненавидеть. Наоборот! Люблю всем сердцем!

Голос ее слегка дрожал, в глазах пылала страсть, Дэбби сложила руки перед собой, словно в молитвенном жесте.

— И все это благодаря вам, милорд! Вы пробудили мой дар, взяли с собой в Академию, достучались до меня, призвав дать Дункану шанс!

Сергей смотрел озадаченно, пытаясь вспомнить, как из искры ненависти разгорелось пламя такой любви. Вспоминалось слабо, наверное, Дэбби и Дункан просто не хотели беспокоить его.

— Я охотно отпустил бы тебя, Дэбби, — перешел к неприятной части Сергей, решив не тянуть дракона за хвост, — но есть техническая проблема. Твой пророческий дар и связь со мной сквозь щиты.

— Я понимаю, милорд, — склонила голову Дэбби, — и буду с вами.

— Серьезно?

— Он — наследник Священного Рода, а я — обычная слабая магесса. Мне не быть его женой, — Дэбби говорила, склонив голову, из-за чего слова выходили сдавленными. — Я согласна была служить ему и так, но Дункан против! Говорит, что видеть меня в таком состоянии будет просто невыносимо!

— Я поговорю с ним, — Сергей постучал пальцами по подлокотнику кресла. — Бетти будет моей второй женой, наши Рода заключили пакт, возможно, что-то да удастся организовать, без унижений и нарушений безопасности.

— Милорд! — Дэбби упала на колени. — Для вас я готова на всё!

— Хорошо, потому что в апреле я хотел бы провести один ритуал, — он снова постучал пальцами. — Не совсем приличный.

— Мое тело в полном вашем распоряжении, милорд, — тут же ответила Дэбби.

— А как же Дункан?

— Ох, милорд, — Дэбби снова потупила взор, щечки ее заалели. — Вы зрите прямо в мою душу. Я не осмеливаюсь просить, но если бы вы и Дункан…

— Нет, — вырвалось у Сергея.

Еще не хватало повторения сцены с Барри и Эльзой! Да и прочих извращений тоже. Нет уж, решил так решил.

— Как пожелаете, милорд, — выдохнула Дэбби, похоже, возбудившаяся не на шутку.

— В апреле, примерно в середине, — повторил Сергей, не желая длить эту неловкую сцену.

Ладно там весело развлечься, но с Дунканом они вроде серьезно подружились и теперь спать с Дэбби? Сергей знал, что Дункан лишь отмахнется, дескать, пустяк, а то и правда согласится втроем. Дэбби охотно раздвинет ноги, ну и так далее. Но сам Сергей не собирался относиться к этому, как к пустяку! Хотя ритуал предстоял и правда весьма неприличный, с раздеваниями и подачей энергии внутрь.

— Я подвела вас, милорд! — первой заявила Гефахрер, даже не дождавшись установки щита.

Джил прыснула под нос, тут же отвернулась, пряча веснушчатое лицо.

— Сегодня день соревнований, кто кого больше подвел? — усмехнулся Сергей.

— Но это правда! Я училась! Я старалась! Но все равно подвела вас! — Гертруда чуть не плакала. — Разгон у меня оказался слабенький и в знаниях я вам не помогла, наоборот, вы тратите на меня время!

Вот жеж шекспировские страсти, прямо опасно собирать всех и в чем-то признаваться, весело подумал Сергей. Гертруда была своя, не прямо боевой подруг с сиськами, а своя в том смысле, что Сергей — студент с Земли и Парри Тук — обычный парень, без магии — ее хорошо понимали. Эту жажду знаний, желание подняться выше, охватить весь новый мир магии, отплатить добром за добро.

— Ты еще скажи, что зря трачу, — негромко посоветовал Сергей.

Гефахрер уже открыла рот, но тут же закрыла. Сергей мысленно дорисовал ей косички, фартук, огромную кружку пива в каждую руку. Нет, на фройляйн с Октоберфеста она все равно не тянула, телом не вышла.

— Извините, милорд, — потупилась Гертруда.

Каких-то матримониальных планов и проблем с ней не предвиделось. Возможно, даже и к лучшему. Советник и голос разума, не отравленный почитанием «Главы Священного Рода» (произносить с придыханием и причмокиванием), ему бы пригодился. Но еще пять лет учебы! Пожалуй, Гефахрер можно было списать за скобки, в графу «будущие активы», да и забыть о ней на пять лет. Максимум, чем она могла пригодиться, новостями из Академии о Гамильтоне, но Сергей уже убедился на личном опыте — если ректор захочет куда-то тайно выехать, то хрен кто об этом узнает заранее.

— Поэтому не надо всего вот этого, учись усердно, в будущем твои знания обязательно пригодятся!

Тут, Сергей, конечно, немного лукавил, ибо в знаниях он Гертруду точно обошел. Но, что ему, самому все делать? Колдовать за всех, учиться за всех, сражаться за всех?

— Вы слишком великодушны, милорд, — покаянно ответила Гертруда.

Тем не менее, чувствовалось, что она приободрилась и взвеселилась. Взять ее третьей женой, свернули мысли на привычную тропку. Зачем? Чтобы рядом был кто-то, лишь недавно получивший магию! Шокировать Кристину Фейн, опять же. Хотя нет, вот если бы Гертруда была из обычных людей, без магии, тогда да, остальные жены и магическое общество оказалось бы шокировано, а так. Новая кровь считалась весьма почетной, вспомнить хотя бы Розу Чоппер.

— Вот, уже лучше, молодец, не унывай, — еще подбодрил ее Сергей.

— Так что, похоже, мне не бывать третьей женой, — констатировала Джил.

— А ты бы хотела ей стать? — спросил Сергей. — Мне казалось, что тебе нравится Барри.

— Барри? — вот теперь рыжая искренне удивилась. — Первый раз слышу!

Опять что-то где-то напутал, подумал устало Сергей. Возможно, Барри так и не сказал ей ничего, или его любовь к Джил просто придумалась в голове у Сергея. Или еще что-то.

— Я многим нравлюсь, — без тени стеснения призналась Джил, — а вот мне как-то никто. Кроме вас, милорд, конечно.

Сергей не отвечал, словно размышлял, годится ли она в третьи жены. На самом деле слегка досадовал, так как ответ Джил смешал ему планы. Все так стройно выходило, Барри любимую девушку, да еще и магичку, в жены! Самой Джил и О’Дизли в целом дополнительная привязка. Летом ее к мастеру Ксенжику, в отряд «Топоров», а на следующий год в Сборную Академии, на место самого Сергея.

— Ну и еще немного ваша сестра, Саманта, — продолжала Джил, — но ей пришлись не по нраву мои веснушки.

Сергей коротко хохотнул. Поручить ей вместе с Парри изводить Эльзу Ворлок? А там авось и сойдутся с Барри? Или просто придержать ее в запасе, как Гертруду, списав в «будущие активы»? Хороший пилот всегда нужен, но первый курс! Еще пять лет учебы, а за пять лет еще неясно, как там все повернется с Гамильтоном.

— Третья жена, — задумчиво повторил Сергей. — Понимаешь, лично я не против, в отличие от сестры, мне рыжие нравятся.

При этом мысли оттарабанить саму Джил приходили и уходили, не задерживаясь. Возможно, потом, как-нибудь.

— Но теперь каждая жена — потенциальная будущая императрица и все будут сравнивать с другими кандидатками, с их возможностями, силой магии и силой крови, пользой и связями.

— Я и говорю, не бывать мне третьей женой, — кивнула Джил.

Сергей едва не предложил ей место какой-нибудь седьмой жены, но сдержался.

— Но ты можешь стать первой, — произнес он. — Присмотрись к Барри. Да, он не маг, но он мой брат. Не по крови, но это не имеет значения.

— Жена брата Императора, — повторила Джил, на лице которой появилось задумчивое выражение.

Глава 32

Апрель 1992 года, БАМ

Удивительно, но «Молния» все же была закончена и готова к работе. Неудачные попытки создания изогнутых внутренних пластин, пробой энергии оружейных систем, попытки соединить мелкие фигуры в одну общую, зачарование до изнеможения и перевод материалов на недостающие части. Сергей вздрогнул, отгоняя холодок в теле и отчаяние внутри.

Казалось, что работа никогда не закончится, что они не успеют. Даже с помощью Молли МакАлистер и других мастеров маботостроения, с мощью самого Гарольда, бесперебойными поставками дополнительных частей и материалов из родового мэнора Чопперов. Да и то, все же до оригинала не дотянули, получилась этакая «Бета-Молния». Универсальный радар в голове повторить не удалось, туда вставили оружия, броня в той части, что была недоделана, так и осталась ослабленной. Правая часть груди и правое плечо с частью руки — нет, броня в целом там была замечательной, но уступала внутренней обшивке остального мабота. Сам Сергей сумел свести общую ритуальную фигуру ремонта, не без помощи профессоров ритуалистики и еще Моники Макферсон, помогшей с преобразованиями, но она в итоге тоже получилась ослабленной на эту правую часть. Неидеальная стыковка, выполнение из других материалов, в результате тут потеря мощности, там потеря синхронизации, тут мелкое «бутылочное горлышко», ну и так далее.

— М-да, — изрек Сергей глубокомысленно, покидая особняк Чопперов.

Он направлялся в ангар с маботами Сборной, для очередной тренировки вместе с Анджелой и Юджином. Кровники ждали дуэли и затягивать ее на время «после Турнира» было бы просто неприлично. Теперь вставал вопрос, сумеет ли Сергей разом освоить «Молнию» и оправдается ли его ставка на уникальность мабота.

Опять же, парадокс создания и ремонта никто не отменял. Да, «Молния» позволяла многое, но где брать замену, когда исходные части сломаются? Проще было самому сотворить ее копию, да вот беда, расчеты показывали, что тогда она уступала бы не только исходной «Молнии», но и «Чайке». Стало быть, требовалось искать материалы, людей с силами крови, талантливых конструкторов, в общем, воспроизводить копию пары Джонатана и Розы Чоппер. Либо отказываться от проекта, но Сергей уже слишком многое вложил в него. Уникальный мабот для уникального мага, «Молния» для любимца Матери, было в этом что-то правильное.

Вытащив на лету магофон и проверив, что «шарик невидимости» с ним, Сергей подключился к ангару.

— Странно она смотрится, — говорила Анджела Прейер.

Странно, обычно они всегда опаздывали, что же в этот раз? Не терпелось посмотреть новый ИМ?

— А мне нравится, — ответил Юджин. — Этакая маленькая, верткая Молния, которая сильнее всех! Прямо ощущаешь всю эту мощь, сконцентрированную в маленьком объеме. Так заводит.

— Это намек?

— Это прямое предложение! Ну а что, на остальных маботах мы так развлекались!

Правда, при этом Юджин все равно нервно оглядывался в сторону входа.

— Да-да, напрягайся, — усмехнулась Анджела, хватая его за левую ягодицу и крепко сжимая, — а вдруг войдет Гарольд!

— Думаешь, он знает о нас?

— Думаю, что тебе стоит заткнуться и открыть рот, — властно распорядилась Анджела, кладя руку на голову Юджина и опуская его на колени.

Сергей замедлил диск, отвернул его в сторону, направляя к одному из тихих уголков на берегу озера. Да, он вылетел раньше назначенного срока встречи, так он хотел еще поработать с «Молнией» в одиночестве, зная, что Анджела и Юджин постоянно опаздывают! Из-за этого они опаздывали?

Сергей даже не заметил, как свернул и присел на скамейку, машинально, автоматически отгородившись щитами (но не теми, которые могли бы помешать работе магофона), растерянно моргая при виде того, что происходило в ангаре. Анджела то ли ходила к биомагам, то ли носила на теле татуировку или артефакт преобразования, но в общем, в нижней части она не отличалась от мужчина.

Перегнув Юджина через голову «Молнии», да так, что тот висел, фактически головой вниз, Анджела, висящая в воздухе, мощными, размашистыми движениями привычно входила в него на всю длину. Юджин ерзал, потираясь пахом о голову «Молнии» и Сергей закатил глаза, представив, что они делали все это на маботах других пилотов Сборной.

— Что, Эдвард так тебя не удовлетворял, а? — неожиданно сквозь постанывания спросила Анджела.

— Нет, ты лучше, — простонал Юджин. — А к чему ты его вспомнила?

— Поимеем его в дуэли, и он обещал, что даст, мы поспорили! Отомщу за тебя, ха-ха-ха! Вместе отомстим! А там, глядишь, и Гарольда нагну!

Я тебя сам нагну, подумал зло Сергей, все же отключая трансляцию. Сразу надо было это сделать, но опять растерялся, не ожидал, не сработал привычный шаблон. Нет, он видел, что Юджин и Анджела ближе, чем обычные напарники-пилоты, но не подозревал, что до такой степени. Наплевать, в общем-то, он из Священного Рода, она из Священного Рода, могут развлекаться, как хотят, лишь бы не магическим браком.

Но все равно внутри бурлила злость и немного страх. Словно бы хотелось вскочить и подложить сковородку сзади в штаны, для гарантии защиты. Ну, нагнет Анджела Эдварда Лагранжа, так что с того? Белинда сдержала свое слово, активная вражда стихла. Сделать себе запись? Зачем? Компроматом это было бы, шепчи Юджин или Эдвард, что императора убьет, а так, ну тоже компромат, но очень слабенький. И вызывающий вопросы, как Сергей-Гарольд смог получить доступ к камерам службы контроля.

Хотя нет, ответ и так понятен, Эльза Ворлок, а стало быть, она совершила служебное преступление и прочее ля-ля-ля с ханжескими и лицемерными мотивами. Как раз тот случай, когда делать вид, что ничего не случилось, выгодно обеим сторонам.

— Да пусть делают, что хотят! — вспылил Сергей.

Оглянулся — вокруг никого, но озеро слишком близко. Проверил щиты — вроде в порядке, русалы не спешили всплывать и ругаться. Но все равно он встал и передислоцировался чуть дальше, просто создав себе беседку и завесу вокруг нее на пустом месте. Преобразовал, следуя урокам Макферсон, опять же, едва ли не на автомате, словно бумажку привычно в урну выбросил.

Парочка студентов в отдалении что-то там ахнула, тайком полезла за магофонами.

Сергея так и тянуло снова подключиться к камерам, проверить, закончили ли эти два кролика тереться о его «Молнию», но он сдерживался. Вроде бы и должен был уже привыкнуть, но магический мир регулярно совал под нос сюрпризы.

— Плевать, — пробормотал Сергей под нос, силясь убедить себя, что так и есть.

Все равно дуэль состоится, а искать сейчас новых союзников? Исключено. Да и неплохо они сработались на тренировках, хотя агрессивный стиль Анджелы и ее шуточки теперь становились немного понятнее. Хорошо хоть за задницу не пыталась ухватить! Или ждала момента победы? Неважно, все это было неважно! Тренировки, дуэль с кровниками, экзамены за пятый курс, закрыть все долги перед Турниром и потом сам Турнир. Дуэль как раз и должна была показать, готов Сергей выступать в Турнире на «Молнии» или нет. Ну, сношаются напарники в обратном порядке и что с того?

Хорошо хоть в кентавров или там гарпий не превращаются! Или русалок!

— Скоро все это закончится. Скоро.

Два месяца осталось, не больше. Часть времени уйдет на Турнир, там будет не до размышлений. По возвращении диплом, диплом и еще раз диплом, есть над чем работать, но все посильно. Тренировки со Сборной после Турнира сразу пойдут далеко лесом, так что подобные инциденты не повторятся. Всего-то продержаться до конца месяца, Вальпургиева ночь, создание острова в Северном Море и все прочее.

Вначале, услышав о создании острова из ниоткуда, Сергей ужаснулся и восхитился. Затем начал разбираться и, словно с магией фокусов, все очарование слетело. Изящно, экономно, просто — призыв земли со дна моря, размножение ее заклинаниями копирования, частичное преобразование воды и воздуха в землю, все во имя того, чтобы никто заранее не наставил магических закладок. Магическим остров не являлся, к артефактам не относился, земля на нем вполне поддавалась силе крови — как раз из-за магии превращений, творившей настоящую землю. Плюс превращение было временным и по окончании Турнира остров просто исчезал, превратившись обратно в воду, воздух и несколько комков земли со дна морского.

Самое главное — ни у одной из сторон не было преимущества над другой, в силу родных стен, заранее наставленных закладок или помощи местных, или еще чего. Нейтральный остров, ландшафт на котором меняли уже сами судьи, зорко приглядывавшие друг за другом, чтобы все оставалось в пределах правил Турнира. Испытания включали в себя не только дуэли, но и всякие там ловушки, засады, битвы с различными врагами, как правило магическими конструктами. Жили в палатках, расширенных изнутри, и обустроенных на манер дворцов, как раз для того, чтобы не обустраивать инфраструктуру на самом острове и избегать возможности, что кто-то поможет своим заранее или наставит ловушек или еще чего.

Десять дней испытаний, в конце общая битва тех, кто еще остался на ногах и с целым маботом. Оллин Вульф прямо кипятком исходил одно время, радостно потирал руки, что Гарольд Чоппер выбрал специализацией маботостроение. Затем Сергей его в отдельной беседе попросил убавить накал энтузиазма, просто сказав, что сделает все для победы сборной Британии.

Как давно это было, словно не в прошлой, а позапрошлой жизни.

— Ладно, хватит, — вздохнул он, набирая номер Анджелы.

— Да? — почти моментально ответила та.

Сергей не стал вслушиваться, сношаются они там еще за кадром или нет.

— Задержался немного, над дипломом работал. Уже вылетаю к ангару.

— А, хорошо, мы сами только-только пришли, — не моргнув и глазом соврала Анджела.

Сергей тут же припомнил, что такие разговоры случались неоднократно. Похожа, парочка Анджела-Юджин находила особое возбуждение в том, чтобы прятаться, скрывать и тереться гениталиями о чужих роботов. Не самое великое из извращений (да что там, по меркам магического мира вообще не извращение), но все же почему-то Сергею вдруг стало неприятно.

Самое обидное, что они действительно неплохо сошлись на тренировках и по дружески общались, хотя тему Лоры он старался обходить стороной. С Полом Андерсоном он тоже неплохо сошелся, на почве работы над «Молнией» (а с Идой Грейсон, соответственно, общался сухо и нейтрально), но представить, чтобы тот терся причиндалами о мабота? Да еще и чужого? Легко так врал, где находится? Зачем все это было Анджеле?

Диск летел до ангара с маботами Сборной недолго, но Сергей успел остыть и снова вспомнил, что нечего вытаскивать грязь на свет, ибо в ответ он и сам запачкается. Гамильтон, может, и прикрывал Гарольда Чоппера, но тайно, подчистив за собой все следы. Если же всплывут прямые нарушения, то Эльза сразу отправится в жертвенный круг, докладывать о нарушениях напрямую Матери-Магии (и британские маги поаплодируют, бо она работала в службе контроля Академии), а Гарольд. Нет, Гарольд избежит такого, все же клятв он не давал, формально Эльза спала с Барри, ну и так далее, но репутация окажется изрядно подмочена. Возможно, даже помолвка с Кристиной будет разорвана.

— А мы тут твоей «Молнией» любуемся! — сообщил Юджин Палмер весело.

Навскидку никаких следов соития не наблюдалось. Ни на магах, ни на «Молнии». Стоило бы ставить защиту даже внутри ангара, прятать внутрь бокса, но кто бы знал! Да и «Чайка» там стояла. А как же тогда эта парочка свисала с других маботов? Ведь явно свисала, с такой сноровкой все делали! Взламывали боксы? Ждали таких вот моментов, как с «Молнией», когда мабот оставался без защиты и присмотра?

— Нечего любоваться, — проворчал Сергей. — Пробовать надо, тестировать. Лишь бы не оказалось, что я полгода трудов в трубу выбросил.

Строго говоря, не выбросил. Опыт работы над «Молнией», опыт зачарования того, к чему он парой месяцев ранее даже не знал, как подступиться — это было очень хорошо и полезно. На гения и таланта в маботостроении Сергей все еще не тянул, но на крепкого ремесленника — вполне. Вот только опыт создания, все инстинкты и рефлексы не могли ему заранее подсказать, как поведет себя «Молния» в деле.

Чтобы определять, как будет летать мабот, лишь взглянув на него, ему предстояло пройти еще очень долгий путь пилота. Возможно, это было физически невозможно, так определять с одного взгляда. Возможно, как с Грегом, Сергею в какой-то момент предстояло понять, что не стоит увлекаться этим путем. Возможно.

— Ну что стоите, голубки? — прикрикнул он. — Давайте в маботов, тренироваться будем!

Подколка насчет голубков была оправдана контекстом и Сергей с удовлетворением отметил, что Юджин даже встревожился немного. А вот Анджела даже не дернулась, лишь улыбнулась нагло, словно уже представляла, как поимеет кого-то. То ли Эдварда Лагранжа, ли Гарольда Чоппера.

Стоило бы проиграть только ради того, чтобы Эдвард ее загнул или что он там собирался сделать с Анджелой. Но репутация! Подготовка! Отношения с командой! Стоило ли наживать себе новых врагов, проигрывая старым? Определенно не стоило.

Поэтому Сергей сдержался, активировал «Молнию» и та отозвалась легко, просто и естественно. Не было мабота, не требовались инстинкты и талант пилота. «Молния» была частью Сергея, его второй половинкой, тем, чего ему так не хватало в жизни.

Сергей захохотал и вскинул руки, ощущая, как его переполняет счастье.

Глава 33

Чемпионат Академии являлся урезанной версией Турнира, откуда взяли самую зрелищную часть, сражение отряд на отряд и, в некоторых случаях, поединки один на один. Без испытаний, ловушек, препятствий, сражений с кем-то другим, нет, маботы на маботов. Подлатанные серийные или новенькие, или индивидуальные, тут уж команда каждого факультета старалась, в меру сил и пилотов, но все маботы обязательно с ограничителями.

Поэтому, несмотря на кучу разбиваемых каждый год маботов, сами пилоты-студенты гибли очень редко.

В Турнире не было ограничений, но они компенсировались мастерством пилотом, броней маботов, средствами и системами защиты. И все же пилоты гибли там чаще. Мысли об этом текли в голове Сергея, так как разум его привычно соскользнул, что называется на «соседнюю тему». Близкую к «дружескому поединку», дуэли с кровниками, но все же отличающуюся.

— Участникам выйти в центр, — донеслась команда Оллина Вульфа.

Рядом с ним стоял Филипп Филлори, как напоминание о первых днях в Академии, наивных, жестоких и по-своему безоблачных. Словно Сергей был тогда еще дошколенком, который стремительно вырос и дорос до сегодняшнего дня. Старшеклассника перед выпускным? Пожалуй. Турнир — диплом и здравствуй, взрослая жизнь.

— Сейчас мы их, — пробормотала Анджела под нос.

Ни капли суеверности в ней не было, только нацеленность на победу, на лидерство, на доминирование. После того эпизода с Юджином, Сергей приглядывался к Анджеле и часто ловил себя на ощущении, что она напоминает ему этакую амазонку. Могучую, мускулистую, самостоятельную, таскающую к себе в пещеру мужиков, а потом выпинывающую их прочь.

— Напоминаю, — мягко заметил Филипп Филлори, — что, пускай я и приглашен, но это не дуэль, а дружеский поединок пилотов одной Сборной. Пожмите друг другу руки и пообещайте сражаться без жестокости в сердцах.

Все шесть участников находились в своих индивидуальных маботах и руки их сейчас столкнулись с грохотом. «Молния» уступала в росте остальным маботам, но слабостью это являлось только в глазах тех, кто не разбирался в вопросе. Сергей ощущал завистливые взгляды тех, кто разбирался в вопросе, и слегка встревоженные от противников по поединку.

Не зря, значит, делал вид, что «Молнию» починить не удалось, подвешивал муляж в ремонтном цеху, накидывал иллюзию на настоящую «Молнию» во время тренировок. Сюрприз-сюрприз. Теперь еще противников по Турниру немного удивить и будет вообще хорошо.

— Обещаю сражаться без жестокости в сердце, — сказал Сергей, ощущая изменения в энергиях вокруг.

Ариша Хаксли в своем «Разряднике» (вообще было что-то ироничное в сражении в «Молнии» против той, чья сила крови работа с электричеством и этими самыми молниями) тихо ахнула, попыталась отдернуть руку, но не смогла. Багровый вихрь окутал «Молнию» и «Разрядник», на мгновение Сергей даже испугался, что сейчас ответ от Матери-Магии свяжет их какими-то узами. Возможно, даже этим чертовым магическим браком, от одного упоминания которого начинали ныть зубы.

— Обещаю, — выдохнула Ариша, говоря так, словно из нее насильно выдавливали слова, — сражаться без жестокости в сердце.

Багровый вихрь окутал всех шестерых, прихватил и судей. И затем исчез.

— Ну, Чоппер, — опять выдохнула Ариша, в этот раз облегченно.

— Я вообще ни при чем, — честно ответил Сергей.

— Ты — любимец Матери-Магии, — вмешалась Анджела и голос ее звенел от холодной ярости, — она являет свою волю миру через тебя!

Вот оно че, Михалыч, подумал Сергей, приподнимая брови. Собирались, значит, все-таки устроить побоище, а Мать-Магия вмешалась и предупредила, дескать, нефиг. Приятно, конечно, только где она была, когда Сергей на Гамильтона безуспешно набегал уже которую жизнь подряд? Или вляпывался в ненужные магические браки, да так, что приходилось откатывать все при помощи смерти?

— И она ее явила, — вмешался Оллин Вульф.

В голосе его тоже слышалось облегчение. Пускай он и не препятствовал подготовке к дуэли, но и относился без одобрения. Чем ближе к Турниру, тем больше становилось этого неодобрения и Сергей мог его понять. Лишиться одного из пилотов или индивидуальных маботов перед самым соревнованием? Бывало, и из-за меньшего проигрывали Турниры.

Теперь же, после обещания, нет, клятвы, скрепленной Матерью-Магией, уже никто не рискнет превращать противника в кровавую кашу. Сам Сергей, надо заметить, ожесточения не испытывал изначально. Алекса он и так побил, с Лагранжами замирился, Ариша была красива, чего уж там. Кровная месть в голове и прочих частях тела опять же не бурлила.

— Расходитесь на исходные и начинайте в любой момент, — добавил Оллин.

Полигон был накрыт щитами, на трибунах уже было полно народу, как всегда. Даже обычные дуэли вечно собирали толпы, чего уж говорить о поединке три на три, да еще в маботах, да еще пилотов Сборной Академии? Время опять же выбрали во второй половине дня. Сергея бы устроила и первая половина, да вот беда, все остальные учились и ходили на лекции и занятия.

По трибунам словно бы прокатилась волна и Сергей увидел, что там, в центре, появился Гамильтон. Если кто-то еще мог видеть и ощущать энергии, то сейчас он, несомненно, ощутил выброс эмоций и магии из «Молнии», столб, бьющий в небо. Сергей облизал моментально пересохшие губы, послал заклинание охлаждения по вспотевшему телу, сжал руки в кулаки, пытаясь унять дрожь.

Привычный табун «вот он Гамильтон — вокруг полно людей — надо рискнуть — это его мэнор — другого шанса не будет — системы защиты и контроля сработают — плевать, надо проверить, удастся ли достать — зазря потраченная жизнь — ничего не зазря, что-то же должно его взять — решил не покушаться — такой шанс!» мыслей пронесся в голове, вбивая копыта в извилины.

Перефразируя классику «убивать или не убивать, вот в чем вопрос».

— Да, при ректоре точно не забалуешь, — донеслось ворчание Анджелы.

— А ты собиралась забаловать? — резко спросил Сергей. — У нас Турнир на носу!

— Да не собиралась я никому вредить, — ворчливо ответила Анджела, — так, поиметь немножко, наказать за самоуверенность.

Сергей не столько услышал, сколько ощутил смешок Юджина. Сам он прикинулся, словно не понял намека, ведь Гарольд Чоппер не наблюдал за ангаром, так? Так. Но Гамильтон! Впервые с Рождества он вот так появился на публике рядом с Сергеем. И сейчас Сергей находился в «Молнии», послушной, теплой, живой «Молнии», не маботе, а его второй половинке, выполняющей приказы еще до их отдачи.

— Вот и хорошо. Спокойно сразимся и закроем этот вопрос, а потом вместе, плечом к плечу, выступим и победим в Турнире, — произнес Сергей.

— Да, спокойно, — еле слышно проворчала Анджела.

Все же амазонка, подумал Сергей со смешком. Доминирование по-женски, с яростью, злостью, криком и эмоциями. Мужчина бы остался холоден, нагнул, подоминировал, пошел дальше. Но промолчала, не стала орать про кровников, уже хорошо.

Мгновение паузы перед поединком, взвешивание вариантов и возможностей, и Сергей воспользовался им для атаки. Рывок, атака сверху вниз, пролетая над маботами соперников, и тут же резкий уход к земле, удар по ногам, и снова рывок, вбок и вверх, разворачивание лицом к себе, спинами к Анджеле и Юджину. Попутно еще покрасоваться и обратить на себя внимание Гамильтона.

Ректор смотрел спокойно, возможно, тщательно сдерживая ярость. Воспоминания о Джонатане и Розе Чоппер, такого подхода Сергей еще не пробовал, но никогда не поздно, особенно с пользой для дела! Лагранж взмыл в воздух, помчался к «Ищейке» Анджелы, тогда как Кроу ударил силой крови, вздымая пыль и закрывая обзор. Из облака выскочил «Разрядник» Ариши, прямо на «Молнию», спеша подавить и оглушить.

Чары пробития металла, шары плазмы, еще чары, искажение восприятия или что-то такое, и тут же электроболо в ноги, связать и пробить «Молнию» разрядом, выжечь электронику и лишить подвижности. Сергей даже сдвигаться не стал, решив, что если «Молния» отработает, как положено, то атаке на Гамильтона — быть!

Рискованно — да, но зрелищно и проверка, так что, можно сказать, все по плану.

Заклинание пробития металла столкнулось с защитой «Молнии», оказалось поглощено и реверсировано, направлено на укрепление металла, что помогло отбить шары плазмы, часть энергии которых оказалась, в в свою очередь, поглощена и направлена в импульс рассеивания, сбивший чары искажения восприятия. Разумеется, подобное работало только в корпусе, превращенном усилиями старших Чопперов и Гарольда-Сергея, в одну огромную защитно-преобразующую капсулу.

Электроболо прилетело, пытаясь связать ноги и пробить их зарядами электричества. Артефакт, да, но с силой крови Хаксли, моментального действия, без возможности нейтрализации на лету. И все же Сергей не сдвинулся с места, желая проверить защиту до конца. Боло захлестнуло ноги и Сергей ощутил вложенные в него заклинания, невольно хмыкая и думая, что сам Грег не побрезговал бы таким. Удар, захлестывание, стягивание, активация заклинания на неразрушимость в шнуре и одновременно с этим активация взрыва в шарах. Не просто взрыва, взрыва от удара о корпус мабота, направленного на пробитие корпуса, открытие дороги электроразряду, созданному силой крови.

Такой было не отвести обычным заземлением, так как он наполовину состоял из магии и силы крови.

— Гар-р-рольд! — донесся раскатистый рык Анджелы. — Да я тебя сама поимею за такое!!!

Что-то там треснуло и хрустнуло на ее стороне, но Сергей не стал отвлекаться. Ноги «Молнии» словно бы ощетинились шипами, между которыми заиграли заряды, ранее содержавшиеся в боло. Системы поглощения и преобразования, ремонта, не поместились бы в ногах (или те превратились бы в бочонки), поэтому здесь стояла иная защита. Система сброса энергии, реализованная Сергеем в рамках отработки диплома, часть системы нивелирования выбросов.

— И вот так!

Из облака вынырнул «Ворон» Алекса Кроу, который, как и все остальные, похоже, пребывал в полной уверенности, что «Молния» обездвижена, а сам Гарольд Чоппер оглушен или растерялся, в общем бездействует. Сергей оскалился, легко взлетая и подбивая «Ворона», оказываясь на нем и пуская в ход шипы, на которых еще играли разряды силы крови Хаксли. Наплечные артефактные орудия раскрылись, выплевывая в спину «Ворону» два комка артефактной взрыв-жвачки, чрезвычайно липкого соединения, на основе жевательной резинки, заряженного «по методу Гарольда».

Телепортация за спину «Разрядника», удар гравипушкой, вжимая мабота в землю, с одновременным подбитием ног, дабы те разъехались и подломились. Защиты «Разрядника» не устояли и Сергей тут же добавил еще, пробивая защиты и отсекая маботу Ариши руки, сразу обе, двойным выстрелом. За мгновение до этого в воздухе грохнуло и рядом с «Разрядником» упал «Ворон», также лишенный рук и ног.

«Молния» уже телепортировалась за спину «Потоку» Эдварда Лагранжа, который наседал на «Ищейку» Анджелы и «Сапфир» Юджина. Активно использовал силу крови Лагранжей, управление водой, бил, подсекал, не давал опомниться… а, вот оно что, подумал Сергей, не сразу разглядевший подробности. «Ищейка» валялась на земле, внутри валялась Анджела, нарушившая клятву «биться без ожесточения» и получившая ответочку.

Сергей без затей направил «Молнию» вперед, проломил магические щиты, снес завесу воды, принял в упор выстрел «Потока», позволивший тут же направить энергию на ремонт пострадавшего и отбросил Лагранжа к земле. Гравипушка, объемный удар, который мог позволить себе, пожалуй, только Гарольд, с его огромнейшими запасами магии, и «Поток» не успел увернуться.

Спустя две секунды все было кончено и Сергей взлетел, направился к трибуне, вскидывая руки мабота, словно боксер-победитель на ринге. «Шарик невидимости» он с собой не брал, дабы не тревожить зазря службу контроля, следящую за поединком, но это не имело значения, власть и админский доступ все равно оставались при нем!

Маги на трибунах вскочили, трясли руками, орали приветствия Гарольду, что-то там бубнил в ухе Филлори про безоговорочную победу Чоппера, а сам Сергей вел «Молнию» и тыкал пальцами в магофон. Надо было встроить управление в мабота, но кто бы знал, что Гамильтон явится лично?

Ощущая, что не успевает, Сергей рванул «Молнию» вперед, проламывая щиты и давая залп, торопливо, опасаясь, что Гамильтон удерет. Не удрал, успел прикрыть трибуны заклинанием и чем-то ударил в ответ, нет, иначе активировал щиты полигона и те обездвижили «Молнию». Ненадолго, буквально на несколько секунд, но их хватило Гамильтону, чтобы притащить Руперта, магов службы контроля, активировать защитных маботов и орудия, и в общем уничтожить «Молнию».

Вспышка и тьма.

Сергей придержал «Молнию», сосредоточившись на магофоне и снятии щита полигона.

— Гарольд Чоппер заслуженно победил! — провозгласил Гамильтон, лениво поднимаясь. — Похлопаем ему!

Щит спал и в этот раз ректор не успел прикрыть трибуны. Но он успел выставить защиту и телепортироваться прочь. Сергей едва не взвыл, ну не мог он поставить антипортальные чары до снятия щита полигона, не мог! Трибуна еще разлеталась кусками мяса и дерева и волшебных палочек, когда системы защиты БАМ начали противодействие.

Пять минут продержался Сергей, отбиваясь от всех и вся, но так и не нашел Гамильтона.

Вспышка и тьма.

Сергей придержал «Молнию», пытаясь придумать, как достать Гамильтона, чтобы тот ничего не заподозрил.

— Гарольд Чоппер заслуженно победил! — провозгласил Гамильтон, лениво поднимаясь. — Похлопаем ему!

Трибуны снова взорвались аплодисментами, а Гамильтон, махнув приветственно рукой Сергею, исчез, словно и не было его. Сергей впился зубами в рукав комбинезона, до крови и онемения, заорал приглушенно, выплескивая свое отчаяние.

Чертов ректор! Опять улизнул, гад такой!

Глава 34

28 апреля 1992 года, БАМ

— Ах, милорд, — игриво хихикнула и дернулась от прикосновения Дэбби.

Сергей лишь сверкнул глазами, поднимая температуру пальцев, дабы те не доставляли дискомфорта. Полностью обнаженная Дэбби стояла на коленях, чуть наклонившись вперед и повернувшись спиной к Сергею, чтобы тому было удобнее. Нельзя сказать, что ее поза и отсутствие одежды не вызывали у него определенных мыслей, но все же она была и оставалась девушкой Дункана.

Да и ритуал прорицания был важнее, чем какое-то там соитие.

— Извините, — пробормотала Дэбби.

— Ничего, — ответил Сергей, снова касаясь ее. — Нормально?

— Да.

В пустоте ритуального зала слова чуть резонировали, отдавались эхом. Сергей покосился на разрисованные стены, пол и потолок, нет, в фигурах не могло быть ошибок, он все перепроверил три раза. Перетянул, до Турнира оставалось всего два дня, но такого еще никто никогда не делал и Сергей боялся ошибиться. Разные зелья, фигуры и знаки, заклинания и ритуалы для прорицателей существовали, но внутрь круга всегда входил только пророк.

— Первое зелье, — флакон сорвался с места, лишаясь пробки во время полета, подлетел к губам Дэбби.

Сергей обмакнул пальцы в кровь, начал чертить на обнаженной спине Дэбби знак концентрации, глаз в пирамиде.

— Второе зелье, — левой рукой он подносил по воздуху флаконы, вливал их в Дэбби.

— Третье зелье.

Первые два одурманили Дэбби и она покачнулась, пролила часть третьего, молочно-белой жидкости, потекшей струйкой по подбородку и между грудей, вниз по животу. Сергей, левитировавший зеркало, направил заклинание, собравшее жидкость и отправившее в обратную дорогу к Дэбби, прямо в приоткрытый рот. Выпить все до капли, впрочем, было не так важно, как не запачкать пол, не испортить сложнейшую фигуру.

Руки Сергея сдвинулись, он охватил Дэбби, рисуя еще два знака, в районе солнечного сплетения и промежности. Одурманенная зельями Дэбби мычала и немного покачивалась.

— Те вакатуэра и те канохи туатори, — ритмично заговорил Сергей, накачивая заклинание энергией.

Указательный и средний палец правой руки вонзились Дэбби в промежность и анус, указательный и средний левой руки вошли ей в рот, и Дэбби выгнулась, захихикала сдавленно. Дуга магического разряда пронзила ее изнутри, замыкая круг, соединяя Сергея и Дэбби воедино, сливая их вместе (и усиливая прошлую связь через Источник) и делая его единым целым с прорицателем.

Не просто так пророк в одиночку входил в круг, сидел в пещере, уединялся в бункере, неважно. Уединение, концентрация, отсутствия магических помех со стороны других магов, живых существ — вот что было ключевым. Сергей обошел это препятствие, попутно найдя способ накачивать Дэбби энергией и присутствовать рядом, слышать ее пророчество (хотя зачарованный против магических помех диктофон, в сущности, тоже подошел бы).

Дэбби забилась и затряслась, словно в припадке, затем затихла, достигнув транса. Сергей торопливо убрал пальцы из всех отверстий, чтобы не мешать изречению пророчества, не сбивать концентрацию. В накачке энергией был и еще один косвенный момент — в теории пророчество Дэбби должно было коснуться именно Сергея, то есть Гарольда Чоппера.

— Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела, — изрекла Дэбби, замершая в одной позе.

Текст звучал знакомо, как-то не по-пророчески что ли? Она цитировала что-то на память? Затея не удалась? Прерывать ее сейчас было опасно, в первую очередь для самой Дэбби, и Сергей ждал, тупо глядя ей в затылок.

— Второй Ангел вострубил, и как бы большая гора, пылающая огнем, низверглась в море; и третья часть моря сделалась кровью, и умерла третья часть одушевленных тварей, живущих в море, и третья часть судов погибла.

Нет, это точно было не пророчество. Сергей отлично помнил первое пророчество, выданное Дэбби в схожих обстоятельствах (что и натолкнуло его на мысль модификации ритуала), и там просто и без затей говорилось, будет война, три участника — один победитель. Но вот эти поминания третьей части, честно говоря, напрягали.

— Третий Ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод. Имя сей звезде «полынь»; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки.

Сергей замер, ошеломленный, ибо, наконец, опознал источник «пророчества». Дэбби, ни много ни мало, цитировала Библию! Откровения Иоанна Богослова, услужливо подсказала наконец-то проснувшаяся память, пророчества апокалипсиса. Сергей не читал Библии в прошлой жизни, не добрался ее посмотреть и в этой (а все порывы с магликанской церковью так и умерли после слов Амоса, дескать, можно и не ходить, урона репутации и имиджу не будет), а цитату знал исключительно потому, что ее любили поминать в связи с Чернобылем. Дескать, полынь — это Чернобыль, и вода оказалась отравлена радиацией и так далее.

Взять библию и прочитать эту часть, решил Сергей, сравнить.

— Горе, горе, горе придет всем живущим, когда в небесах вострубит Ангел и обрушит звезды на землю! — пафосно провозгласила Дэбби и отмерла.

Тут же обернулась к Сергею, спросила жадно:

— Ну как, милорд, получилось? Получилось?

— Получилось, — медленно ответил Сергей, все еще не пришедший толком в себя. — Только, кажется, не то, что я хотел.

Он, честно говоря, рассчитывал на пророчество о Турнире. Не просто ощущение опасности о Дэбби, толку с того ощущения, когда и так было известно — опасность будет! Нет, пророчество об опасностях Турнира, его исходе, любая деталь могла оказаться жизненно важной.

— Но получилось, ты молодец, Дэбби, — кивнул он.

Только повторять ритуал, пожалуй, было бессмысленно. Цитат из Библии он мог надергать и без двухнедельной подготовки.

— Так часто бывает с пророчествами, милорд, — улыбнулась обрадованная Дэбби. — Давайте, я подниму вам настроение!

Развернулась и подалась вперед, ласковая и теплая. Полностью обнаженная. Сергей промедлил мгновение, охваченный новым сомнением. В прошлый раз пророчество Дэбби выдала именно так. Теперь Сергей под новым разгоном и пускай гормоны больше не бушуют, но магия сейчас нестабильна. Рискнуть?

Рука Сергея сдвинулась вперед и Дэбби замерла, стиснутая магией со всех сторон.

— Давайте поиграем в злого разбойника и строптивую ясновидящую, — ухмыльнулась она.

— Дэбби, — вполне серьезным тоном произнес Сергей, поднимаясь.

Правой рукой он удерживал Уоррен на месте, левой стирал фигуру с пола. Затем поднес к ней одежду и освободил из захвата. Дэбби, вздохнув, принялась одеваться.

— Я влюбилась в вас еще там, в лесу, во время нашей первой встречи, — произнесла она, не поднимая головы.

— Дэбби, — серьезным тоном повторил Сергей. — Ты же понимаешь?

— Понимаю, милорд, — ответила та, все еще глядя в пол. — Не беспокою вас, не докучаю, стараюсь не мешать, сообщать об опасностях, едва те появятся. Но иногда… в таких вот ситуациях… ведь невозможно сдержаться… так хочется ощутить не только ваши пальцы и взгляд.

Сергей едва не хлопнул себя по лбу. Дурак! Быстро выставил перед собой параллельно друг другу кисти рук и ударил двумя заклинаниями одновременно, вымывая и рассеивая излишки энергий и зелий из организма Дэбби. Их должно было смыть пророчеством, но то оказалось ненастоящим, вот Дэбби сейчас и несло! Окажись на месте Сергея та же Гефахрер, так Дэбби сейчас бы ей в любви признавалась и точно так же жаждала бы отдаться и слиться с ней.

— Милорд? — подняла пылающий страстью взор. — Один разок?

Сергей, чертыхнувшись, ловко выбросил из пространственных карманов на руках палочки, снова ударил двумя заклинаниями, фокусируя воздействие на голове, сердце и промежности Дэбби. Уоррен покачнулась и упала, глухо охнув.

Сергей, тяжело дыша, опустил руки с палочками, мысленно благодаря Одноглазого за науку.

— Милорд? — спросила Дэбби с пола. — Я, кажется…

— Ни слова! — резко оборвал ее Сергей. — Не надо. Ты — молодец, запомни, это главное!

Во время Турнира или после победы обсудить эту тему с Дунканом, подумал он.

— Спасибо, милорд, — слабо улыбнулась Дэбби. — А почему я уже одета?

— Это магия, — серьезно сказал Сергей, помогая ей подняться.

Проводил ковыляющую Дэбби взглядом. Пророчество не удалось, скорее всего, из-за того, что он был рядом. Неважно. Будет еще время, возможно, будут еще истинные пророчества, но потом. А сейчас следовало выкинуть все из головы и сосредоточиться на дипломе и Турнире, особенно Турнире.

Сцена с Дэбби после ритуала неожиданно напомнила схожие события, последовавшие за тем дружеским поединком с кровниками. Нормально все обошлось, вражда не вспыхнула по новой, никто не затаил злобы на Гарольда Чоппера (а если и затаил, то очень умело ее спрятал), а сам Сергей не стал ее разжигать и злорадствовать. Но некоторые вещи оттуда, вроде случайно увиденной сцены с Анджелой, Юджином и Эдвардом Лагранжем, Сергей предпочел бы выжечь из воспоминаний.

В теории он даже мог такое проделать, ментальная магия на самого себя, стирание нескольких воспоминаний и дело в шляпе. На практике же Сергей так и не рискнул, слишком легко можно было остаться без половины памяти. Доверить кому-то другому такую процедуру он тоже не мог, по понятным причинам. В магическом мире подобная услуга была известна, но не слишком популярна и использовалась чаще всего в целительской магии, да и то, исключительно с полного согласия самого пациента. Слишком уж легко стирание парочки незначительных воспоминаний могло превратиться в ментальное порабощение и стирание личности.

Была и сцена с Аришей Хаксли, которая тоже крутила голой задницей перед Гарольдом.

— Тьфу ты, — сплюнул Сергей. — Что ни дай, все одно сведет на баб, или как там это звучало.

«Пророчество» Дэбби он, тем не менее, аккуратно записал.

29 апреля 1992 года, БАМ

— Вообще, так не делается, но ты, Гарольд, похоже, решил стать рекордсменом по количеству исключений. Начиная с Главы-по-Праву Священного Рода, которых тут ни разу не училось, ну и так далее, — помахал рукой Оллин.

— Делается или нет, но экзамены за пятый курс я сдал, — ответил Сергей устало.

Опять специально для него, уже почти привычно собрали комиссию, которой Сергей-Гарольд сдал в пулеметном темпе все предметы за полдня. Без перерывов. Так, кстати говоря, тоже не делалось, но здесь уж больно время поджимало. К счастью, часть предметов не шла дальше четвертого курса, а пятый считался уже преддверием диплома, временем выбора темы, налеганием на специализацию и прочим в том же духе.

Если так подумать — глупость, но Сергея почему-то заело и он так и продолжал выполнять прежнюю задачу: сдать экзамены по всем предметам Академии. Необязательно на «отлично» (хотя и это удалось), но сдать.

— Будешь ругаться и отбирать выпивку?

— Нет, — пожал плечами Оллин и добавил. — Смысл? У тебя специализация в целительстве, а у Скрипучей Превращалки, по слухам, от упоминания твоего имени на лице скулы сводит.

— Да?

— Ну да, — ухмыльнулся Вульф в ответ, приглаживая волосы. — Пытается улыбку изобразить, только забыла, как это делается, вот и пугает окружающих.

Сергей ухмыльнулся в ответ.

— Так что не сомневаюсь — тебе кружку пива себе создать, как пальцами щелкнуть, — продолжил Вульф, — и если ты не спился к этому времени, то в руках себя держать умеешь.

— Мотивационная речь? — слегка приподнял брови Сергей.

— Вроде того. Это твой первый и, похоже, последний Турнир. Нервничаешь?

— Не без этого, — пожал плечами Сергей.

Кто не нервничает перед незнакомыми опасными делами? Тот, кто прошел их столько, что все стало рутиной. Сергею было еще далеко до подобного, но у него был козырь — запасные жизни. Поэтому он нервничал, но умеренно.

— И это правильно, не боятся только дураки и мертвые, — искривил губы Оллин, то ли сам дойдя до такой мысли, то ли позаимствовав ее у Одноглазого. — Партию в махматы?

— Не, — чуть не отшатнулся Сергей. — И без того в голове океан плещется, океан знаний, в котором ритуалы зулусов гоняются за восстанием великанов в двадцать третьем году, а над ними парят пирамиды для жертвоприношений, разрисованные чертежами маботов и уравнениями превращений.

— Лихо шпаришь, явно не так пьян, как хочешь показаться, — опять оскалился Оллин, но настаивать не стал.

Махматы — магические шахматы, по крайней мере так было вначале. Потом к ним добавили еще маботов, заклинаний, анимацию фигурок мини-големов, переговоры, торги, броски кубиков, случайный выбор начальных заклинаний, потом расширение поля и сейчас они больше напоминали стратегию в духе каких-нибудь «Героев меча и магии», нежели исходную игру. Некоторые партии, по слухам, длились месяцами, а умелые игроки в махматы, дескать, становились полководцами, стратегами, даже императорами.

Сергей, впрочем, все равно не стал их изучать.

— Я понимаю, — неожиданно сменил тон Вульф, — для тебя Турнир лишь еще одна ступенька на лестнице вверх, на пути к величию, трону и власти над миром. Но для меня — это сама жизнь! В следующем году я еще может, поучаствую в Турнире, если смогу как ты, писать диплом и тренироваться, и все.

Сергей неожиданно проникся и не стал возражать словам о власти над миром или указывать, что после БАМ жизнь не заканчивается. Оллин, похоже, не шутил, совсем не шутил, и сейчас Сергей легко мог приобрести еще одного потенциального союзника. Сильного и умелого.

— Не могу обещать, что мы выиграем Турнир, но знай, я жажду победы не меньше тебя, — сказал ему Сергей, чуть перегнувшись через стол.

Оллин оскалился радостно и они чокнулись кружками с пивом.

Глава 35

1 мая 1992 года, БАМ — остров Турнира в Северном море

Крышка контейнера захлопнулась, скрывая «Молнию» и Сергей неожиданно ощутил себя так, словно от него отрезали часть тела. Раньше Сергей слышал рассказы о пилотах, сходивших с ума после потери маботов или кончавших жизнь самоубийством, но не верил, считая преувеличением.

Теперь он неожиданно понял их.

Оглянулся, пытаясь отогнать холодок одиночества, увидел, что остальные пилоты испытывали нечто схожее. Глупо, конечно, они же будут рядом с контейнерами, они же оставляли маботов в ангаре каждый день и ничуть не страдали.

— Выше головы, бодрее взгляд! — прикрикнул Оллин. — Транспортировка маботов — стандартная процедура! Можно было бы их отправлять порталами, так бы и делали!

— А я бы прямо в контейнере и полетел, — проворчал слева Пол Андерсон. — Залег бы в кабине, а если что, так сразу бы врагам бы выдал!

Стоявший чуть дальше Алекс Кроу кивнул, пригладил волосы с самым воинственным видом, как будто уже сражался с врагами. Саботаж и диверсии, порча маботов в пути нет-нет да случались. Иногда даже не по злому умыслу. Самым громким и нашумевшим был случай со сборной Франции, так и сгинувшей бесследно в пути, в начале шестидесятых.

— Чего разнылись, как девчонки? — воинственно подбоченилась Ида Грейсон. — С нами Одноглазый, полдюжины маботов, да и мы сами маги не из последних! С нами Гарольд Чоппер!

Говорила она это, конечно, чтобы поддеть кровника Пола, но взгляд, направленный на Гарольда, был исполнен намека и обещания. Сергей привычно пропустил его мимо, слишком уж много таких взглядов ему доставалось, несмотря на жизнь затворника. Да и сама Ида внешностью не слишком удалась. Груди почти нет, задница так себе, нос, словно слегка приплющенный, как у мопса, редкие брови узкой полоской, производящие отталкивающее впечатление.

— Правильный настрой! — похвалил ее Вульф. — Именно так, с нами Гарольд!

— А я вот этого и боюсь, — проворчала под нос Ариша Хаксли. — Где любимец Матери, там самые опасные дела.

Сергей лишь усмехнулся. Опасные дела! Опасно — это драпать от Лагранжей на их земле, не владея магией. А здесь так, ерунда.

— Ну что, кто еще хочет поворчать на дорожку? — спросил Оллин, обводя всех взглядом.

Кран уже подхватил контейнер, грузя его на платформу фуры. Автоколонне предстояло выехать за пределы Академии, в ближайший городок в полудюжине миль. Благодаря соседству с Академией, в городке имелся аэропорт и полосы его вчера были расширены и укреплены, чтобы принять огромный транспортник. Затем взлет и два часа до Острова, где, в свою очередь уже обустраивали принимающий аэропорт.

Отработанная годами процедура.

— Это примета такая, — шепнула Сергею Анджела, — обязательно нужно поворчать на дорожку. Поворчи, пусть наш волчок порадуется.

— Слушай, а ведь твое имя в переводе означает «Ангел», — ответил ей Сергей, мысли которого переключились в ином направлении.

«Вострубит Ангел», да нет, бред какой-то. Нет, вострубить Анджела могла, но уничтожить треть земель? Сергей давно бы уже выбросил из головы это «пророчество» Дэбби, благо то, практически дословно цитировало Библию, откровения Богослова. За исключением последней строчки, которую Дэбби переиначила. К тому же в оригинале ангелов было семь, Дэбби же говорила о трех, и именно это и беспокоило Сергея.

Повторяющийся рефрен «треть» и «три» перекликался с прошлым пророчеством и тем, что в наличии имелось три сверхдержавы, между которыми предстояло вспыхнуть войне. Возможно, стоило приложить усилия для сохранения мира? Неясно было, когда легче будет убивать Гамильтона, во время войны или мира.

— Означает и что? — странно посмотрела на него Анджела. — Предлагаешь сходить помолиться за полет и Турнир?

Сергей не ответил, посмотрел на остальных. Все тот же состав, двадцать пилотов плюс капитан Оллин Вульф. Четырнадцать из них, ровно две трети, из Священных Родов, еще треть из обычных магов и новой крови. У всех, кроме Линды Бонд и самого Сергея-Гарольда, уже есть опыт Турниров, летали в прошлом году.

— Нет, Чоппер, эй! Нечего отворачиваться! — дернула его Анджела.

Сергей лишь вздохнул мысленно. Вечно так, утратишь на секунду контроль, вырвется что-то из внутренних мыслей и все, не отстанут. Но ведь Дэбби не помнила случившегося! Самый верный признак изреченного пророчества, так указывалось во всех учебниках.

— Просто подумал, что ты прекрасна, в полном соответствии с твоим именем, — улыбнулся Сергей.

Уроки Гидеона Лоддарда, не знаешь, куда вести разговор, своди его на красоту и магию собеседницы.

— Это намек? — усмехнулась Анджела. — Знаешь, Гарольд, не слишком-то ты уклюж в общении с девушками. Впрочем, если ты так очарован моей красотой, можешь пойти в мой гарем. Даже возьму тебя первым мужем!

Интересно, такое вообще возможно, подумал Сергей машинально. Вначале набираешь жен по магическому браку, затем идешь к кому-то более сильному уже в качестве подчиненного. И что тогда с прежними женами? Они становятся женами-штрих, производными от тебя в браке?

— Впрочем, это означало бы конфликт с Императором, твоим Родом и Матерью-Магией, а даже я не настолько самоуверенна, — ухмыльнулась Анджела. — Но если хочешь, я так уж и быть, готова дать тебе поработать языком!

Сергей мысленно содрогнулся. Вот еще не хватало. Возможно, с языка у него сорвалось бы что-нибудь про Эдварда и Юджина, открывая новый виток конфликта, теперь уже с Прейерами, но рядом вовремя появился Вульф.

— Для затворника — дипломника, Гарольд, ты провоцируешь слишком много разговоров об отношениях!

— Ничего не могу поделать со своей природной харизмой, — оскалился Сергей. — А ты мог бы и дать нам полететь на Турнир прямо в своих маботах! Не серийная же штамповка летит, у каждого ИМ! Некоторые даже улучшены мной! И почему нельзя воспользоваться порталами? Телепортироваться маботы могут!

— Могут! — радостно согласился Оллин, с таким видом, словно Сергей хвалил его три часа подряд.

Взгляд Анджелы прямо говорил «я же сказала — он обрадуется!»

— Только маботы от порталов все равно портятся! А если лететь туда, то устанут пилоты, бывали уже прецеденты!

— А еще можно было заранее привозить туда маботов и пилотов на каком-нибудь контейнеровозе, — продолжал ворчать Сергей, — чтобы сразу после создания Острова, заселяться и отдыхать!

— Традиция! Нечего ворчать!

Настроение Оллина подскочило прямо на глазах, а так как контейнеры уже погрузили, приказал выдвигаться вослед грузовикам.

— Все равно не понимаю, — проворчал Сергей.

Это было сродни тренировкам с ограничителями маботов. Казалось бы, там на Турнире будут бить насмерть, так и тренироваться надо так же! Но нет, не положено, традиция, методики обучения, хрен знает, что там еще. Чтобы вникать глубоко в эту систему, воевать с ней, улучшать, требовались время и силы, которых не было у вечно занятого Сергея.

— А если хочешь, можешь прикоснуться ко мне в полете, — прошептала Анджела вкрадчиво.

— Послушай, ты!

— Да?

— Мы поссоримся, — сказал Сергей, пытаясь взять себя в руки.

Раздавался какой-то шум и он с удивлением обнаружил, что чуть ли не вся Академия высыпала провожать их. Выстроившись вдоль дороги, они махали пилотам Сборной, кричали приветствия и пожелания разделать противников под орех. Даже странно, что не появился сам Гамильтон, не толкнул речь с трибуны.

— Да? — повторила Анджела.

— Да, — отрезал Сергей.

Нелегко было сдерживаться с врагами, а с союзниками сдерживаться оказалось еще труднее. С языка так и рвалось предложение пари на Турнир, дескать, кто больше вклада в победу внесет, тот другого и загнет. И ведь всего лишь ляпнул про Ангела! Прав был… кто же говорил Сергею, что он все равно не готов к выходу в общество? Саманта?

Впрочем, Анджела лишь пожала плечами и не стала развивать тему.

Одноглазый Грег внимательно наблюдал, как грузовики въезжают в брюхо огромного транспортного самолета. Шесть маботов серии «Ла-Манш», приспособленных к действиям в воде, стояли спинами к самолету, наставив пулеметы во все стороны.

Сергей наблюдал за Грегом, но искоса, не концентрируясь на нем, чтобы Одноглазый не разворчался, дескать, его лучший ученик так и не научился скрывать свое внимание.

— О чем думаешь? — спросил Робин Прудент, присаживаясь рядом.

— О безопасности, — честно ответил Сергей.

Маботы не проходили через порталы и не влезали в расширенное чарами пространство, так как внутри у них что-то портилось. Доставка самолетом была вполне логична, быстрее, чем кораблем, без особой потери безопасности. Укрепленный магией самолет, половина пассажиров сама умеет летать и телепортироваться, маботы, приспособленные для нахождения в воде, в конце концов, Одноглазый Грег, как последняя линия обороны.

— Думаешь, это из-за Лонгхэдов? — спросил Робин.

Сергей посмотрел на него ошеломленно, ощущая желание рассмеяться облегченно. Конечно же! Две трети сборной — наследники из первой пятерки, чего уж говорить про Гарольда! Разумеется, наверху решили перестраховаться, чтобы не повторилась история Лонгхэдов.

— Ты прав, это из-за Лонгхэдов, — кивнул Сергей.

Они оба невольно посмотрели на Юлию Лонгхэд, та посмотрела в ответ с вызовом.

— Не завидую я ей, — сообщил доверительно Робин.

— Почему?

— Все лето она будет накачивать себе силу, не выпуская ритуального ножа из рук, а это не то же самое, что стрелять из мабота. Потом наверняка магический брак, с заранее определенным партнером, по ребенку каждый год, ну и так далее, сам знаешь, как это бывает.

Сергей не знал, но неожиданно понял, что Юлию и планы на нее можно выкинуть в унитаз. Точно, восстановление Рода и клана! Усиление силы крови, гарем из мужей, слабее нее, подтягивание силы детям. Замужество за Гарольдом, при всех возможных бонусах, никак не вписывалось в эти планы.

— Жаль, конечно, — вздохнул Робин, — я уж думал ей предложить второй женой стать.

— Да ты еще первую не уговорил, — хохотнул Сергей.

— А если бы ты мне помог!

— Робин, мы, конечно, друзья-приятели и у нас, возможно, будет военный союз, укрепления отлично сочетаются с маботами, — витиевато ответил Сергей, — но я обещал Саманте, что не буду лезть в ее любовные дела.

— Да помню я, — с досадой отозвался Робин, по-простецки вытер нос. — Слово дал, слово нарушать нельзя, это верно. Только все как-то… никак.

— Лучше думай о Турнире, — посоветовал Сергей.

«Открытие», что вся эта паранойя из-за Лонгхэдов, неожиданно принесла ему душевное облегчение. Узнай о таком Одноглазый, так отругал бы со всех сторон и был бы полностью прав. Нельзя было исключать других опасностей, это раз, кто-то же погубил Лонгхэдов, это два. Турнир никуда не делся, это три.

— Тем более что я все придумал, — пообещал Сергей, которого продолжала переполнять легкость.

— Слушаю, — оживился Робин.

Сергей покосился на него, подумав, что на месте Саманты тоже морщил бы нос от такой внешности. Нет, Робин не был уродом, в конце концов, наследник Священного Рода не из последних, но все же, имелось в нем что-то отталкивающее. Асимметрия черт лица, огромная родинка над левым глазом, словно бородавка, ну и так далее.

— Победа в Турнире — это понятно, слава там, но и взаимовыручка, можно сказать, боевая дружба. Заканчиваем Академию и говорим о союзе между Прудентами и Чопперами. Между делом обязательно зайдет речь о скреплении союза брачными узами.

— У меня есть троюродная сестра, Даниелла, — заметил Робин.

— И я даже, кажется, ее видел, — не удержался от усмешки Сергей.

Почти девять месяцев прошло с того сумасшедшего приема, где его осаждали охотницы за головами! Сам Сергей за это время словно три жизни прожил. Сейчас бы он даже не вспотел на том приеме, гормоны давно не бушевали, затмевая разум, нестабильность прошла, магия развилась. Возможно, даже нагнул бы парочку красоток, исключительно для собственного удовольствия, без магического брака.

Лора!

— Но вообще я больше намекал на тебя и Саманту, — махнул рукой Сергей. — Не первые наследники, да, так и союз такой же, исключительно в преддверии грядущих проблем.

Робин посмотрел встревоженно, но спрашивать, будут ли проблемы, не стал. Они, да и не только они, уже неоднократно обсуждали эту тему. Быть или не быть войне — вопрос волновал многих, и Сергей каждый раз прикидывался таким же неосведомленным студентом, как и прочие.

— Отлично все сходится, правда? Старшее поколение, мои дядюшки и тетушки ухватятся за него, начнут давить на Саманту, а я, если что, напомню, что обещал не лезть в ее дела.

— Ненадежно как-то, — вздохнул Робин, — но все же лучше, чем ничего.

Вот так вот, подумал Сергей, вроде и о бабах разговор, а вроде и о грядущем союзе договорились. Даже если Саманта упрется, то договор-то будет с Дональдом Прудентом, главой Рода! А сам Сергей, если что, просто руками разведет, дескать «ну не шмогла я», переложив вину на дядю Альфарда и прочих.

— Если хочешь, я прямо ей все скажу, — предложил Сергей.

— Да нет, не надо, — вздохнул Робин, — я уже говорил.

А Саманта дала от ворот поворот, так как он для нее стал слишком мелок, неожиданно понял Сергей. Еще бы, двоюродная сестра будущего Императора, одна из его команды, принцесса в общем, которой принца подавай. Ха, это стоило учесть на будущее.

Подали сигнал и они пошли садиться в транспортный самолет. «Ла-Манши» протопали внутрь и Сергей тут же понял, что недооценил паранойю Одноглазого. Звено истребителей и маботов сопровождало их всю дорогу.

Два с небольшим часа спустя самолет зашел на посадку и они оказались на Острове.

Глава 36

Едва коснувшись земли Острова, Сергей ощутил отголоски бушевавших здесь недавно энергий сотворения, преобразования и умножения. Работать с такой материей было легче и труднее одновременно, к счастью, не ему предстояло заниматься возведением полигонов и препятствий.

— А ведь мы могли прибыть сюда порталом, — задумчиво сообщил он в пространство, взмывая ввысь.

Запретов Академии здесь не было, чего бы и не взлететь и не осмотреться? Заклинание усиления взора помогало всматриваться вдаль, но все равно, окраины Острова словно бы расплывались в дымке магических энергий. Никто не спешил перехватывать Гарольда Чоппера, никто не спешил взлетать и сердито объяснять ему что-то, да этого и не требовалось, Сергей и сам знал ответы.

Сопровождать контейнеры не требовалось, достаточно было проверять целостность печатей на силе крови и, если они оказывались нарушены, тогда уже поднимать скандал. Можно было прибыть и порталами, собственно, подавляющее число гостей, наблюдателей и зрителей, именно так и прибывали обычно. Но.

Традиция.

Когда Гамильтон, Хофманн и Фламель еще лично творили Остров, Сборные прибывали самолетами и кораблями, и все это моментально обратилось в традицию. В принципе, ничего страшного, если так подумать, ну два часа в дороге, ерунда, всегда можно сделать вид, что это сплачивающий команду момент. Или время на привыкание к мысли, что Турнир вот-вот начнется и все будет всерьез.

Интересно, подумал Сергей, есть ли такие традиции, на которых можно подловить Гамильтона?

Горы, леса, реки, озеро, кусочек то ли степи, то ли пустыни, подобия дорог и небольшой жилой городок. В самом деле, если уж Шар создает целый остров, чего бы сразу и не разнообразить все? Координаты острова выбирались примерно-случайным образом, методом тыка, дабы исключить вариант предварительного жульничества с водами и землей на дне в том месте.

Все тот же дуализм магов, честь, доблесть, пусть победит достойнейший, но в то же время не зазорно обмануть и обхитрить заранее, словчить и так далее. Взаимоотношения Священных Родов и Императора во многом базировались на тех же принципах. Слово, союзы, пакты, скрепление брачными узами, но в то же время удары в спину, обман, хитрость, подставы.

— А вот и противники, — пробормотал Сергей, увидев еще один самолет, заходящий на посадку.

На мгновение появилось искушение ударить, обрушить сильнейшее боевое заклинание, испепеляющее все на месте. Глупо, конечно, победу за такое не присудят, наоборот, будут судить и лишат всего. Вот если бы Сергей сумел исхитриться и нейтрализовать их незаметно, вот тогда он и сборная БАМ по праву считались бы победителями.

Вздохнув, он начал снижаться, прямо к контейнеру с «Молнией». Идея раздразнить Гамильтона намеком, показом «Молнии» окончилась ничем и уже позже Сергей осознал свою глупость. Пускай ректор и вел дела с родителями Гарольда, но видеть Молнию он никак не мог, та ведь так и осталась незаконченной! Гамильтон не явился их проводить, его не будет на Турнире, но может оно и к лучшему. Меньше отвлечений и соблазнов, желания взлететь в ночи и выполнить, наконец, миссию Матери-Магии.

— Что высмотрел? — весело крикнул ему Дункан.

— Сборная Германии летит, — сообщил ему Сергей.

Самолет был раскрашен в цвета их флага, черно-бело-красный.

— Не так страшна сборная, как ее фанаты, — изрек старую шутку Дункан.

Первые турниры, когда еще все только устанавливалось, вслед за Сборными приезжали команды поддержки, толпы фанатов. Махали флагами, орали, подбадривали и дрались с фанатами других Сборных. Учитывая, что приезжали маги, драки вспыхивали такие, что пару раз пострадали даже пилоты сборных, прямо в маботах.

После этого их перестали пускать, организовали прямые трансляции с Турнира, во время которых жизнь в странах, бывало, замирала. Чтобы потом взорваться погромами, шествиями, беспорядками. Лучше всех себя вели, как ни странно, гости Турнира, прибывающие на Остров, чтобы наблюдать все вживую.

— Ничего, разделаем их под орех, — пообещал Сергей, хотя сам такой уверенности не испытывал.

Удивительно, но Британская Империя в этом вопросе была демократичнее своих соседей, допускала обычных магов и новую кровь в сборную Академии, лишь бы талантов пилота хватало. В Германии все было строже, гораздо строже. Четыре дюжины Священных Родов, из которых отбирали две дюжины пилотов Сборной, основной состав и полный запасной. Может, они и уступали немного в талантах пилотов (и то вряд ли), с лихвой компенсируя наличием у каждого пилота силы крови.

Старой, мощной, усиленной ритуалами силы крови.

Ведь в Турнире, как не уставал напоминать всем Вульф, можно было пользоваться всем: маботами, силой крови, своими заклинаниями, сражаться, даже лишившись робота (правда, только до конца испытания). В этом году в составе сборной Франции не было Пассажей, артефакторов, союзников и конкурентов по силе крови Чопперов. Зато в сборной Германии имелся представитель Рода Шредер.

Надо заметить, узнав о Роде Шредер, немецких артефакторов, Сергей еще несколько дней хихикал и улыбался, напевая под нос неизвестную здесь песенку «Мы не жалкие букашки, супер ниндзя-черепашки». Пару раз заказывал пиццу, все пытался представить, кто же подойдет на роль Сплинтера, а потом его вроде отпустило.

— Пошевеливайтесь! — прикрикнул Оллин. — Активируем маботов, проверяем и заселяемся! В полдень — обед, потом жеребьевка!

— А ведь могли просто прилететь заранее, — не удержался Сергей.

Нестабильность энергий после сотворения острова пару раз испортила маботов, после чего отказались от немедленного заселения, но все же. Технологии и магия шагнули далеко вперед, взять хотя бы «Молнию», воплощавшую то, что ранее считалось невозможным и опасным. Самим заселиться, а маботов подержать пару часов хотя бы в изолированных магических контейнерах! Это не расширение пространства, не порталы, так что роботам внутри точно ничего не угрожало.

— Не любишь полеты в самолетах? — понимающе спросил Дункан. — Я вот тоже терпеть не могу! То ли дело, маголеты, со всеми удобствами и в скорости не слишком большие потери. А если уж надо быстро, так всегда есть порталы.

— Надо полагать, маголеты сложнее охранять, — отозвался Сергей.

Маботы завелись без проблем, никаких поломок в пути не случилось, да и происшествий, надо заметить, тоже. Не крались в воздухе террористы, не появлялся неизвестный убийца Лонгхэдов, даже птицы не приближались. При этом Сергей отлично представлял, что сказал бы Одноглазый, заикнись кто о чрезмерности мер безопасности. Дескать, именно благодаря им все прошло гладко, а стоило бы расслабиться и где-то что-то не сделать, как все они стали бы трупами.

Сборная БАМ взлетела и медленно полетела к месту заселения.

— Может, стены зачаровать? — предложил Сергей. — Мне нетрудно.

Одноглазый даже поворачиваться не стал (лишь обратил внимание своего глазного импланта, дающего обзор на все триста шестьдесят градусов), ответил:

— Твое дело — Турнир. Наше дело — охрана.

Пока Сборная разгружалась, Одноглазый успел перегнать сюда маботов, сопровождавших в полете, начертить три охранных контура, возвести стены и периметр, а также выставить палатки-дома. Каждая из них была отдельно укреплена и защищена, а также находилась внутри особого ритуального круга. Подчиненные Одноглазого носились целеустремленно, возводя ангар для маботов и мини-церковь.

— Хотя нет, — сказал Грег, указывая как раз на церковь. — Помолись Матери, о благословении и защите.

Поселение БАМ больше напоминало сейчас какой-то военный лагерь. Впрочем, Сергей видел, что это никого не удивляет и более того, чуть поодаль возводились еще два таких же. Флаги Франции и Германии реяли рядом с ними, а маги суетились и завистливо поглядывали на Одноглазого, старались скопировать все один в один.

Для гостей Турнира, конечно же, расставляли палатки отдельно, в стороне.

— Помолиться? — растерянно переспросил Сергей.

— Что, вне Британии ты не любимец Матери? — подколол его Грег, все так же стоя спиной.

Когда он закончит, тут будет целая крепость, подумал Сергей. Сказать Одноглазому, что никогда не молился Матери? Да и как ее просить о чем-то, когда в ответ можно услышать: «ты сначала с предыдущим заданием закончи, все просишь и просишь, а толку никакого нет».

— С кем меня поселят? — спросил он.

— Что значит с кем? — удивленно повернулся Грег. — Всех селят по одному, мой дом — моя крепость, не слышал разве? Или ты сам хочешь поселиться с кем-то?

Вот что значит, выбило из колеи, подумал Сергей, пытаясь собраться. Надо же было такую глупость ляпнуть!

— Нет, не хочу.

— Чего тогда спрашиваешь? — нахмурился Одноглазый, окончательно переключаясь на Сергея-Гарольда.

Внимательный взгляд, живого глаза и импланта, поток внимания и сканирующей магии. Самое обидное, что Сергею даже сказать было нечего. «Лучший и любимый ученик» Одноглазого просто не мог допускать подобных промахов.

— Немного не в себе после перелета, — буркнул он, — пойду, займусь исцелением.

И замер, не зная, какая из палаток его.

— Они все одинаковые, — подсказал Одноглазый, качая головой, — тебе, как главе Рода, право выбора любой. Ох, Гарольд, сейчас не время и не место, но после Турнира жди разбора ситуации.

— Да, наставник, — склонил голову Сергей.

Одноглазый и так был им не слишком доволен, так как в какой-то момент Сергей переосмыслил приоритеты и сбавил накал тренировок и одержимости боевой магией. Собственно, он даже попробовал объяснить Грегу, издалека и завуалированно, но лучше бы этого не делал. Грег, захваченный своей мечтой, даже не попробовал понять, лишь разозлился еще сильнее. Из учеников не выгнал, но можно сказать между ними с того момента пробежала черная кошка.

С другой стороны, подумал Сергей, направляясь в ближайшую палатку, удобный момент, дабы порвать с Одноглазым. Турнир уже будет закончен, тренироваться можно и отдельно, да и времени больше останется на диплом. Глупо, конечно, вначале рваться в ученики, потом убегать, но сколько таких глупостей он совершил за время учебы в БАМ? Массу, так что одной больше, одной меньше — плевать. Все равно Одноглазый — маг Гамильтона, никогда его не предаст и подобраться к ректору через Грега не выйдет, слишком параноидален.

Изнутри палатка больше напоминала двухэтажный особняк. Чуть ужаться и расширить вход, и сюда можно было бы втиснуть даже мабота, если не бояться его повреждений. Сергей не стал особо всматриваться пока, швырнул пару сканирующих заклинаний, да коснулся пространственного кармана на левой руке.

Преобразовать пол, создавая семиконечную звезду и вписать туда знак целительской магии. Четыре зелья, диагностика, исцеление, затем укрепление и повторение заклинаний разгона. Нинон с собой взять не получилось, но Сергей уже достаточно разбирался в целительской магии, чтобы самостоятельно работать над собой.

— Ну и хитрюга же ты, Нинон, — пробормотал он, заклинанием приводя гормоны в норму.

Уорд могла поступать точно так же, но она, как всегда, предпочла орально-тактильный способ. А сам Сергей не отказывался, потому что… ну кто отказался бы от такого? Рассчитывала ли Нинон на магический брак? Нет, слишком умна, слишком опытна. А вот личную силу себе подкачала, воспользовавшись неопытностью Гарольда Чоппера.

Плевать? Плевать.

«Молния» была в порядке, сам он в порядке, сборная в порядке. Сходить посмотреть на противников? В голове тут же всплыли портреты, описания, характеристики маботов, силы крови, все то, что Вульф заставлял их зубрить, дабы от зубов отлетало. Дескать, врагов надо знать еще лучше, чем друзей, всегда знать, чем они могут ударить, узнавать их в темноте за милю, ну и так далее. Оллин Вульф не всегда умел останавливаться самостоятельно и его, бывало, уносило в такие дали, что пилоты сборной потом посмеивались еще неделю.

— Однажды, — вздохнул Сергей, — однажды наступит день, когда все это закончится.

С этой утешающей мыслью он направился в церковь. Не стоило злить Одноглазого раньше времени, а вот все остальное. Скажет, что помолился, все равно же не проверит!

Внутри церкви, часовенки, было удивительно тихо и пусто. Заклинания, заглушающие звук и вибрации, определил Сергей. Алтарь для жертвоприношений Матери, маг Христос, сорвавший одну руку с креста. Традиционный витраж, яркий, ослепляющий и не несущий в себе ничьего изображения. Символ Матери-Магии и в то же время Богородица, Дева Мария из изначальной религии.

— Отче наш? — почесал в затылке Сергей. — Или должно звучать «мать наша»?

Откровения Богослова недавно вот прочитал, но на молитвы они не тянули. Сергей уже приоткрыл было рот, чтобы выразить свое возмущение, но тут же его закрыл. Паранойя, бдительность, внимание. Неизвестно, кто может подслушивать, кто может случайно услышать. Ментальные щиты и обращаться только мысленно.

— Гарольд? — раздался удивленный возглас.

Сергей, не успевший сосредоточиться на мысленном обращении к Матери, посмотрел на Юлию Лонгхэд. Та, похоже, молилась искренне, только почему-то став за алтарем.

— Эм-м-м, — смутился Сергей. — Одноглазый просил помолиться, вот я и того.

— Наверное, это знак, — ответила Юлия. — Ни разу я не видела тебя в церкви, но стоило мне взмолиться о процветании и возрождении Рода, как Матерь отправила тебя, своего любимца, сюда.

— Придержи коней, подруга, — вырвалось у Сергея невольно.

Желание молиться и обращаться моментально пропало. Еще как ответит, как прикажет срочно взять Юлию прямо здесь, на алтаре! Опять начнутся пересуды, что Чопперы задумали сожрать Лонгхэдов и кого там еще ему приписывали в жены?

— Давай помолимся ей вместе, — потупила взор Юлия. — Уверена, Матерь не оставит твою молитву без ответа. Особенно, если она будет посвящена первой заповеди, плодитесь и размножайтесь.

Вот этого я и боюсь, опять подумал Сергей. Божеству, может, и плевать на императора и его внучек, а вот Сергею тут еще жить и жить. Юлия надвигалась, сверкая глазами.

— Махара коре, — выдохнул Сергей, складывая правую руку щепотью.

Ударил и только потом понял, что сделал. Не успел ужаснуться, как взгляд Юлии затуманился, свежие воспоминания смешались, расплываясь и стираясь.

— Гарольд? — рассеянно спросила она. — Что ты тут делаешь?

— Зашел сказать, что там палатки готовы.

— Пусть их, мне любая сойдет. Иди, Гарольд, а я еще помолюсь, — кротким голосом произнесла Лонгхэд.

«В церковь — ни ногой!» решил Сергей, выходя и смахивая пот со лба.

Глава 37

Император, да будет всегда могуч и силен,

По воле Матери правит нами он!

Империя Британская, где Солнце не заходит,

К величию ее владыка наш проводит!

Гимн Британской Империи всегда казался Сергею неуместно пафосным и нескладным. Ровно до текущего момента, когда он услышал гимны Франции и Германии, исполнявшиеся одновременно с британским. Получилась дикая какофония, зато никто вроде как не оказался ущемлен. Но все равно слова про то, как Германия железной пятой подомнет весь мир, продолжали звенеть в ушах Сергея.

— Семидесятый ежегодный Турнир Академий объявляется открытым! — вышел вперед какой-то важный маг.

— Распорядитель Турнира, он тут главный, — шепнул Дункан.

Нелегко, наверное, выбрать того, кому могли бы доверять все три стороны, подумал Сергей. От Распорядителя веяло какой-то магией, похоже, клятвами и обетами.

— Пусть капитаны команд выйдут вперед!

Сергей поймал краем глаза движение, да, в воздухе парили камеры. Онлайн-трансляция, кто бы сомневался. Парочка летающих штуковин, похоже, целилась ему прямо в лицо, ну да, кто бы сомневался. Делать вид, что не замечаю их, дал себе установку Сергей, но помогло слабо, хотелось хлестнуть заклинанием по площади, чтобы камеры не мельтешили.

— Все вы знаете правила Турнира, — голос распорядителя, похоже, был усилен магией, гремел над головами. — Дюжина магов — основной состав, остальные в резерве. Правило только одно — побеждает сильнейший! В то же время, не могу не напомнить вам слова отцов-основателей, героев Освобождения, Альфреда Гамильтона, Герхарда Хофманна и Николаса Фламеля.

Судя по лицам остальных пилотов, напоминали им об этом каждый год. С другой стороны, ну, сколько Турниров они могли видеть? Два-три, не больше, это Сергей сразу в Сборную вскочил, а обычно туда брали уже третьекурсников и то, если те прыгали выше головы в чемпионате Академии, ярко показывали себя. Стало быть, четвертый да пятый курс, на один Турнир больше, чем у Сергея. Хотя, Оллин, конечно молодец, думал Сергей, подобрал костяк, обеспечил смену пилотов без потери качества.

— Все маги — братья и сестры друг другу, у которых одна общая мать, — тем временем пафосно вещал распорядитель, — а кровь магов — самая драгоценная жидкость в мире!

Сергей опять поймал движение камер и старательно удержал лицо неподвижным, хотя ему очень хотелось скривиться. Под разговоры о братстве и сестринстве, цене крови, эти самые отцы-основатели устроили уже две мировые магические войны и пролили крови магов столько, что хватило бы океан заполнить. Поэтому Мать-Магия гневалась на Гамильтона? Возможно. Если исходить из этого посыла, тогда задача Сергея, косвенная, конечно, не допустить третьей магической.

— И на этом я объявляю день первый! Бои троек!

— Твою ж через алтарь, — вырвалось у Дункана.

Летающая платформа, которую сопровождали четыре мага, упакованные в броню, фактически экзоскелеты, приблизилась к Распорядителю. Шар! Сергей подался вперед, вглядываясь в него, словно пришел к гадалке. Внутри Шара словно бы клубился туман, вспыхивали разряды. Он уловил движение со стороны сборной Франции, невольно бросил взгляд.

Сборная Франции, как и британская, состояла из двадцати одного пилота. Треть — девушки (это же соотношение сохранялось и в сборной Германии). Две из них что-то шептали друг другу, указывая на Гарольда и хихикали. Слабостью и изнеженностью там, конечно же, и не пахло, скорее они смахивали на Анджелу, готовую отдоминировать любого. Красота? В пределах. Германские фройляйн тоже смотрелись воинственно, скорее валькириями, нежели девушками, если можно так выразиться.

— Сейчас шар сделает свой выбор! — провозгласил распорядитель. — Первый бой: Луи Габен, Франция…

Священный Род, тридцать пятый из полусотни, сила крови — алхимия и зельеварение, пятый курс французской Академии, в бою придерживается тактики ударов по площадям, ИМ снабжен распылителями зелий, одна из слабостей следит за левой стороной хуже, чем за правой, пронеслось в голове у Сергея.

— … Ольдвиг Циммерман, Германия… — продолжал распорядитель, глядя куда-то в шар.

Священный Род, третий из сорока восьми, сила крови — боевая магия, четвертый курс Академии, а также первый наследник, в бою прет напролом, но головы не теряет, одна из основных слабостей — в ИМ перекос в средства атаки в ущерб защите. Один из лидеров Сборной, опасный соперник, в числе первоочередных целей.

— … Гарольд Чоппер, Британия! Пилоты — в маботы! Полигон — холмы!

Свободные бои троек, каждый сам за себя, думал Сергей, устремляясь к «Молнии» в ангаре за спиной (площадь, где они стояли, находилась между тремя палаточными городками сборных), случайный выбор. Полигон — холмы, видимость по земле ограничена, взлети и подставишься под удар остальных. Сразу в бой, чтобы никто не успел подготовиться заранее, после первого боя, будет объявлена вторая тройка.

— Гарольд Чоппер, — прозвучал почти механический голос, — даю целеуказания.

Полигон располагался примерно в половине миле отсюда и уже был снабжен необходимыми щитами, системой артефактов и колонн по периметру.

Сергей летел по целеуказателю, словно бы виртуальной карте, соответствующей настоящей. Делалось это для того, чтобы пилоты вошли на полигон с разных сторон. Якобы уравнивание шансов, по факту добавление зрелищности, не более. Легко можно было получить проигрышную позицию на полигоне, но здесь, конечно, все было сделано по уму. Создатели полигонов не знали, для чего их будут использовать, не участвовали в целеуказаниях и отборе. Бывало, часть полигонов вообще не трогали весь Турнир, и, наоборот, на некоторых из них приходилось сражаться в пейзажах словно после массированной бомбежки. Бывало, их меняли каждую ночь. Случайно, все случайно, без подсказок пилотам и сборным.

Мысли Сергея текли привычным потоком где-то рядом с задачей.

Волнения почти не было, слияние с «Молнией» приносило спокойствие и уверенность, веру в то, что пока они вместе, их никто не победит. Опасная, самоубийственная самоуверенность, как сказал бы Одноглазый, но сейчас она была полезна. Приметы и суеверия, что первый бой решает за весь Турнир? Ерунда! Но остальные верили в них, так что Сергею точно нужно победить, усилить своих, ослабить врага морально.

Где-то там вспыхивали экраны для зрителей и пилотов сборных, где-то там наверняка надрывались комментаторы, торопливо рассказывая об участниках. Оллин почти наверняка потрясал кулаками и призывал Гарольда Чоппера не забыть чего-то там. Неважно. Все равно никто не вещал в маботы сражающихся, потому что это запрещалось правилами.

— Только ты, я и взвод поддержки, — пробормотал Сергей, пролетая сквозь щиты.

Поздно беспокоиться, что они слишком слабы, это проблемы устроителей Турнира! Датчики, радары, сенсоры, задействовать всё! Раскинуть собственное энергочувство во все стороны! Впереди высились два каменистых холма, за ними угадывалась ложбинка, возможно даже мини-река.

— Попался, — не удержался от еще одной реплики Сергей.

Магический фон вокруг был нестабильным, датчики пищали, радары сбоили, но энергочувство не подвело. Всплеск там, впереди и слева и Сергей тут же послал «Молнию» вперед, телепортируясь по одному лишь ощущению.

Ольдвиг был хорош, очень хорош, чего уж там. Успел врезать тремя заклинаниями, подрезать лазерным лучом и обрушить целую пачку ракет в то мгновение, пока «Молния» висела над его головой. Его «Борец», с непомерно удлиненными руками, словно самец гориллы, уже сдвигался, уходил из-под атаки, а воздух над головой словно бы закипал. Там концентрировались два заклинания силы крови, при том, что «Борец» даже не думал прекращать обстрела и в следующее мгновение обрушил бы на «Молнию» еще больше зарядов и заклинаний.

Вот только Сергей начал стрелять еще до телепортации.

Столб ревущего огня и плазмы, чар и гравитационного удара рухнул с небес, накрывая все вокруг, включая не только «Борца», но и саму «Молнию». Поглощение энергии ударов, преобразование, ремонт, уход коротким телепортом в сторону. Да, Сергей раскрыл один из важнейших козырей «Молнии», ее способность к многократному телепорту, то, что до сих пор считалось уделом специализированных разведчиков и курьеров, но слишком уж опасным противников был Циммерман.

Опытный пилот, экстра-реакция, сила крови с боевой магией, этакий Оллин Вульф в сочетании с Одноглазым и приправленный сверху каким-нибудь Лагранжем. Поэтому Сергей сразу пошел ва-банк, используя мощь «Молнии» и ее способность выдерживать удары, дабы ударить во всю мощь самому, по слабости Циммермана, слабым защитам «Борца».

Талант пилота или чувство опасности сработали, Сергей увел «Молнию» вправо, огибая место удара, уходя от выстрелов «Фонтана» Габена. Не зря телепортировался в воздух, не только ушел от взрыва, но еще и второго противника приманил, якобы выдав себя. Зрелище оплавленной земли, вбитого в землю «Борца» и катапультирующегося Циммермана было сладким и приятным, но, увы, насладиться им ну никак не получалось. Скорость и еще раз скорость, пока Габен не понял, что происходит, пока оставался в плену иллюзии, что Чоппер подставился по неопытности.

Но неожиданно Луи придерживался того же принципа и «Фонтан» был уже рядом, вынырнув из-за холма с лесочком на вершине. Прямо на «Борца» и катапультирующегося Циммермана, и Сергей тут же телепортировался за спину «Фонтана», пользуясь мгновением, пока Луи отвлекся. Ловушки на спине мабота выстрелили, шары с зельями, ага, аэрозоль из алкагеста!

Разумеется, универсальный растворитель не растворял прямо все подряд, иначе каждая попытка его создания приводила бы к катастрофе и разъеданию колб, полов, зданий и дальше вниз, до центра Земли. Но все же эта субстанция коричневатого цвета, разъедала заклинания, щиты, магию, броню, словно «царская водка» в химии, только еще и с магией. Если бы не исключительная сложность и дороговизна получения, алкагестом точно пользовались бы все террористы и бандиты, его бы заливали в каждую пулю и снаряд.

Но маги Рода с силой крови в алхимии, конечно же, могли его себе позволить.

— Попался, — повторил Сергей, яростно выстреливая домашней заготовкой.

Три диска влипли в спину «Фонтана», который уже начинал разворачиваться. Сработала защита мабота, разряд по артефактам-дискам, отстрел секции брони, но было уже поздно. Особое заклинание, разработанное в давние времени, попытка притяжения алкагеста, этакое удерживание его в магическом поле, словно плазмы в электромагнитном.

И теперь облако растворителя ударило в «Фонтан» и сквозь него, притянутое дисками.

Не слишком большая опасность, но все равно, Луи растерялся на секунду, отвлекся на нейтрализацию дисков и алкагеста, и «Молния» беспрепятственно навалилась сверху, раскрывая правую руку и выбрасывая из нее, словно козырь из рукава, огромный топор.

— Руби, не глядя!! — взревел Сергей на публику.

Еще одна домашняя заготовка, топор Руперта Огра. Не буквально, конечно, копия, но весьма умелая, а Руперту топор зачаровывал сам Гамильтон. Причем в первую очередь именно против брони маботов, этого нагромождения прочнейших сплавов и заклинаний.

Поэтому неудивительно, что топор вспорол «Фонтан», словно картонку, перерубая энергокабели и системы управления. Топор вошел ровно в центр мабота, туда, в торс, буквально в сердце, потому что сердцем являлся пилот. Сергей сам не знал, что выйдет так хорошо, но удар останавливать не стал.

ПФУХ!!

«Фонтан» взорвался выбросом зелий, одновременно с этим выстреливая Луи прочь. Стандартная практика, «последняя атака», как она называлась, взрыв мабота или такой вот выброс, чтобы прикрыть отстрел пилота прочь. Даже те, кто умел телепортироваться, пользовались такой системой, по очевидным причинам.

«Молния», повинуясь воле Сергея, рванула прочь, левая рука раскрылась, как цветок, выставив толстое дуло преобразователя, тут же выстрелившего зарядом заклинания превращения. Помогло лишь отчасти, зелья несли в себе слишком много магии, но импульс сбило, и дождь пролился на землю, разъедая все на ней, превращая в одну огромную обугленную проплешину. Сергей, отметив этот момент, приземлился на склон холма, а «Фонтан» упал, разваливаясь на две половинки, словно орех под ударом молотка. Сергей постоял секунду, а затем вскинул руку с топором к небесам и небеса ответили разрядом молнии (нехитрый прием, хоть он и не Хаксли).

— Во славу Британии!! — еще громче взревел Сергей, опять играя на публику.

Была у него идиотская мысль изобразить нечто вроде «Да здравствует Лелуш», из аниме «Код Гиасс», тем более что там толпы кричали также и «Да здравствует Британия», но потом Сергей отказался. В этом мире никакой негативной коннотации жесты и выкрики «Хайль» не несли, но все же пересилить себя он не смог. Поэтому выбрал нечто близкое, патриотическое даже.

В следующие разы еще славу императору прокричать и будет вообще нормально.

— Гарольд Чоппер, Британия, одержал безоговорочную победу в первом поединке троек! — прозвучал в ушах голос.

На экранах снова вспыхнули целеуказания, выход с полигона. Скорее всего, Шар выбрал бы для следующего поединка другой полигон, но случалось, что выпадал тот же самый. В любом случае, на сегодня для Гарольда Турнир закончился. Одно испытание в день, слишком уж часто они заканчивались разбитыми в хлам маботами, и устроители Турнира давали остаток дня на их ремонт. Правил тут было два — ремонт силами самих пилотов и никаких замен маботов, какого робота заявил на Турнир, в том и сражайся. Не сумел починить? Выбыл! Следующий!

Но сейчас это, пожалуй, не имело значения.

Комбинезон впитал пот, активировал заклинания, выводящие его прочь. Массаж мышц, предложение вколоть стимулятор, от которого Сергей отказался. Его потряхивало слегка, но именно что слегка. Бои с Одноглазым бывали и сложнее, жестче, в плане нервов и напряжения. Раньше Сергей этого не понимал, не видел и только теперь, сойдясь с кем-то не из БАМ, неожиданно осознал разницу.

Он направил «Молнию» прочь с полигона, ощущая ту странную смесь радости и напряжения, что обычно сопровождала подобные победы. В смысле, безоговорочная победа, игра на публику, собственное состояние — все хорошо и прекрасно, но расслабляться рано, впереди еще девять дней испытаний и сражений.

Но все же, все же.

Подготовка и часы, дни, недели тренировок не пропали даром. Он помнил, что умеют враги, он рассчитал и воплотил в жизнь победную тактику, он не оплошал и не потерял самообладания.

Настоящая победа над настоящими врагами.

Глава 38

— Ничего, ничего, подлатаем, еще постреляешь во врагов золотыми монетками! — преувеличенно бодро заявил Сергей, засунув голову внутрь мабота Малькольмов.

— Как же он меня так, — опять простонал Дункан откуда-то из-под повязок.

Вопреки всем суевериям и приметам, первый успешный бой и победа Гарольда, не принесли удачи британской сборной. Свободный бой троек всегда считался одним из сложнейших испытаний, в силу как раз нечетного числа, дисбаланса и необходимости лавировать, нападать, но в то же время и защищаться, мысленно договариваться о союзах и так далее.

— Как, как, — раздался сердитый голос Оллина. — Вот ты зачем с Андреасом врукопашную сцепился, а? С силой крови Зименов-то!

— Я сцепился? — проворчал Дункан. — Да он сам со мной сцепился!

— Вот в это время Патрик Гуле вас и подловил! Обоих! Сидит сейчас Андреас в германском лагере, такая же мумия в бинтах, так же за голову держится! Уму непостижимо! Да плевать, что у вас силы крови ближнего действия, а у Гуле — дальнего! Плевать! Что главное на поле боя?

— Мобильность. Не давать подстрелить себя издалека.

— Вот! А вы сцепились, как два барана, он вас и разделал! Как баранов!

Сергей нащупал пробой в кабелях, начал латать на ощупь, создавая изолирующую обшивку.

— У нас с Зименами кровное немирье, еще с прошлой войны, — глухо признался Малькольм.

— Да знаю я! Вон, с Чоппера бери пример! Три кровника в сборной, три! Всего-то разок дружеский поединок устроили, все живы, ни один мабот не пострадал! А вы! Эх!

В голосе Вульфа слышалось искренне расстройство.

— Сейчас, — вынырнул из недр мабота Сергей. — Активируй.

Дункан активировал и мабот загудел, затрясся, затем все стихло и работа стала ровной. Сергей почесал в затылке, посмотрел на Пола Андерсона.

— Где-то дисбаланс по энергии, — ответил тот. — Нужен нормальный стенд для регулировки.

— Нет у нас стенда, — проворчал Сергей, хотя все и так это знали.

Еще одна особенность Турнира, имитация войны и умения справляться с проблемами. Никаких тебе ремонтных цехов, испытательных стендов, гор оборудования, которыми пользовалась та же МакАлистер. Свои руки да умения, запчасти, что с собой привез, или то, что на месте соорудил. Полевой ремонт, урезанная версия.

На месте, хм, подумал Сергей.

— Можно сделать, но потребуется время, — сказал он. — И помощь Пола.

Преобразование и заколдовка силой крови. Грубо, да, полевая версия, точно, но хоть что-то. Андерсон, похоже, тоже уловил эту мысль, кивнул. Он был хорош в маботах, разбирался, пускай и хуже Долгоффа и самой МакАлистер, в диагностике и ремонте. А сам Сергей обеспечит базу, исходные приборы, их заколдовку, что-то да получится.

— Сильно нас разделали? — спросил тем временем Дункан.

— А, — с досадой махнул рукой тот, — даже говорить не хочется. Ладно там, Марку нашему Долишу мабота всмятку растоптали, даже Отвертка Молли не починила бы. Но ведь Роланда собирались убить и чуть не убили!

— Что? — вскинулся Сергей.

Нет, с Роландом Ивори они не были близки, но все же — свой! Пилот из сборной! Тренировки, подготовка, общение, хоть и скупое, все вот это вот. Силой крови, умением общаться с кем угодно, от растений до магических животных и каких-нибудь пигмеев, не бахвалился, знатностью Рода не давил, общался и вел себя всегда спокойно, сдержанно. Даже ни разу не прошелся по «воспитанию простаков» у Гарольда.

— Спокойно, — рыкнул сквозь зубы Оллин. — Спокойно, Гарольд! Ты же знаешь правила.

— Знаю, — тоже сквозь зубы ответил Сергей.

Древнее, как сам мир — наших бьют! — теперь вызывало в нем ярость, застилало глаза багровым.

— И знаю, что убийство не запрещено правилами.

Да, бывало и так, что маги клали годы жизни, добивались места в Сборных, ради того лишь, чтобы убить кого-то во время Турнира. И Сергей понимал этого неведомого Андреаса и Дункана — вот перед тобой кровник, убей его и ничего не будет! Можно! Кто удержался бы? Возможно, третий, как его там — Гуле? — спас им обоим жизни, а то так и погибли бы, вцепившись в глотки друг другу.

Не смертельно, если можно так выразиться, но все же.

Турнир провозглашался не только как имитация войны и разрядка, но еще и способ преодолеть разногласия и найти мир. Но в то же время, никаких правил, кроме одного — победить. При этом, замыслив убийство и не сумев довести его до конца, легко можно было нажить врага. Аналогично и с убийством, да, кровная месть из-за смерти на Турнире не объявлялась, но все равно, Род убитого не смотрел на такое с улыбкой и сквозь раскрытые пальцы. Еще один сдерживающий фактор.

Дуализм магов, типичный и уже даже отчасти привычный.

— Гарольд. Не так-то просто убить мага Священного Рода.

Сергей лишь усмехнулся презрительно.

— Кто?

— Жаклин Кардиналь, — неохотно ответил Вульф, явно жалея, что вообще упомянул Рональда.

Кардиналь, двенадцатые в рейтинге, сила крови — менталистика, эмпатия и внушения. Возможно, именно так она и победила Роланда, что-то там ему внушила и победила. Про них же ходили слухи, что Кардиналь в родстве с русалами, как раз из-за силы крови.

— Посмотрим, — сказал Сергей, чуть наклоняя голову. — Может, мы и встретимся в поединке.

Жаклин ведь могла и не дойти до финала, выбыть из-за ран, из-за уничтоженного мабота. Да что там, даже в финальной свалке Гарольду легко могло оказаться не до нее, под натиском других врагов. Сергей прямо-таки читал эти мысли на лице Оллина, который странно переживал за Гарольда Чоппера. Вульфы тоже священный род, казалось бы, им выгоден еще один враг у Чопперов, тем более, что Гарольд участвует только в этом Турнире.

Точно, Оллин переживал за сам Турнир и что Гарольд, поддавшись мести, подведет сборную.

— Это твой первый Турнир, Гарольд, спокойнее, — снова завел прежнюю пластинку Оллин.

В самом деле, чего я завелся, подумал Сергей, выдыхая и накладывая на себя заклинание успокоения. Страх за Роланда? Нет! Страх за себя? Нет, жизни еще есть. Страх за «Молнию»! Точно. Плохо, за мабота бояться — в Турнире не сражаться, как гласила магическая мудрость. Не сменишь уже, заявлена «Молния». Выйти из Турнира? Невозможно, он должен победить!

Стало быть, выход один — побеждать всех раньше, чем они повредят «Молнию».

— Хорошо, капитан, как скажешь, — проворчал он.

Сергей вернулся к ремонту, заклинанием подозвал к себе расходные пластины, запустил преобразование, вкупе с подачей силы крови и созданием заготовки под пластину брони. Ничего сверхъестественного, заклинания укрепления и несокрушимости, сварка с остальной броней, закрытие дыры. Увы, для создания проводящей магию подложки, как в «Молнии», у него не было материалов. Попросить Юджина Палмера? Нет, нужно быстро и надежно, вложить стандартный комплект заклинаний и будет хорошо.

— Кого-то еще выбили? — спросил Дункан.

— А, — Оллин махнул рукой и сердито пошел прочь.

Выбыли еще двое: Рассел Кейси, которым некогда незадачливо управлял Сергей-Гарольд вечность назад, и Бенджамин Уильямса, из рода Уильямс. Почетного старого рода, маги которого промедлили или струсили семьдесят пять лет назад и не попали в число Священных. Первому испортили мабота, не в хлам, но и не так, чтобы восстановить за день, второго сильно покалечили. Опять же, не до смерти, но и не один день лечиться.

Тогда как каждый день требовалось выставлять дюжину пилотов и маботов, и потому Оллин вынужденно произвел замену. Семь проигранных боев из двенадцати тоже не добавляли радости.

Разумеется, полноценный Лас-Вегас тут никто не разворачивал, но «палаточный квартал развлечений» имелся, и Сергей отправился туда развеяться. Не ради выпивки или табака, это он мог сотворить щелчком пальцев, а ради атмосферы беззаботного отдыха, чтобы выбить из головы тяжелые мысли.

Вышло наоборот, вернулся еще более взвинченный и пылающий.

Будь проклят усиленный слух, усиленные чувства! Комментарии гостей Турнира, дескать, Британия навалила в штанишки, мягко говоря, и даже Гарольд Чоппер их не спасет, вызывали бешенство и желание рвать и метать. Вызвать их всех на дуэль и вбить в землю по уши. Закаявшись ходить развлекаться, Сергей хрустнул шеей и решительным шагом направился в ангар, выбивать дурные мысли работой.

Антенны выпрямились с хрустом, энерговоды загудели мерно и, казалось, «Ищейка» сверкнула броней в ночи и свете фонарей в ангаре.

— Благодарю, но ты же понимаешь, что все равно нет, — неожиданно прохрипела Анджела в ухо.

Ей пробили легкое, изрядно повредили плечо. В команде были целители и помимо Гарольда, так что к утру все должно было зажить. Как полевой ремонт, только медицина, имитация условий войны без подкреплений и помощи. Лишившиеся своих маботов еще могли помогать товарищам, лечить, таскать, ремонтировать. В том числе и свои смятые в хлам маботы, для замены, когда не будет хватать уже и на основную дюжину.

— Помалкивай, а то не заживет, — сердито ткнул отверткой за плечо Сергей. — Что нет?

— Не буду твоей женой! Но…

Сергея словно прострелило злостью, он развернулся, одновременно с этим выпрямляясь, сгреб Анджелу за грудки, с трудом удержавшись, чтобы не сжать ей плечо до нового раздробления.

— Послушай, ты!! — прошипел он в лицо Анджеле. — Доминанта с хуем! Не все вращается вокруг отношений и браков!

— Да? — язвительно прошипела Анджела. — Поэтому ты меня за грудь схватил? Давно мечтал полапать?

Сергей отбросил ее, сплюнул презрительно. В ночной тиши и пустоте ангара даже плевок вышел громким.

— Когда на уме только ебля, то все выглядит как член, да?

— Чоппер, ну не умеешь ты материться, — свысока бросила Анджела, — не умеешь! Для затворника и одиночки, ты как-то поздновато воспылал любовью к команде, не находишь?

— Лучше поздно, чем никогда!

Злость Сергея усилилась — чего это он не умеет материться? Очень даже умеет! Но при этом что, обматерить Анджелу в качестве доказательства? Глупо. Бросать ремонт ее мабота? Какие-то детские обидки получаются. То, что Анджела была не права насчет команды и дружбы с ней и знала о том — подначка? Попытка заставить его оправдываться? Плевать!

— Не хочешь быть обязанной? Так я, Гарольд Чоппер, даю слово, что Анджела Прейер ничего мне не должна за Турнир, сборную Академии и учебу в ней! И даже за дружеский поединок, по итогам которого она смогла поиметь Эдварда Лагранжа.

Анджела побледнела и собиралась что-то прохрипеть, но умолкла, увидев, как Сергея-Гарольда опять окутывает багровое облако. Знак внимания Матери-Магии, будь она неладна!

— Гарольд, ты не так понял, — пролепетала еще сильнее побледневшая Анджела.

Куда только делась уверенная в себе доминанта? От этой мгновенной метаморфозы злость еще усилилась и Сергей с трудом подавил желание ухватить Анджелу за лицо, хрястнуть о броню ее же мабота и как следует отдоминировать. Побить ногами, вымещая всю злость, боль и разочарование этого дня.

Но вместо этого он просто развернулся и ушел.

— Жаклин Кардиналь, — повторил Сергей на выдохе, словно избавляясь от гнева и ярости в крови. — Жаклин Кардиналь.

Он стоял в центре своей палатки-дома, сцепив руки на затылке и потягиваясь.

Прошло три дня Турнира. Второй день был посвящен командной работе, слетанности отряда, совместным атакам на врага (големы, фантомы и иллюзии), без пересечения с другими сборными. Но даже так пара маботов и изрядный кусок острова оказались испорчены. Линда Бонд сломала себе руку. Сборные Германии и Франции тоже там понесли какие-то потери.

Третий день, одиночные задания. Прокрасться, подстрелить, выкрасть, напасть, замаскироваться, сразиться. Один из пилотов сборной Германии повредил себе мабота и взорвался вместе с ним, то ли до последнего собираясь спасти робота, то ли растерявшись. Первая смерть Турнира. Пилот из Франции покалечился до невозможности участвовать в Турнире. В сборной БАМ выбыл Робин Прудент, переоценивший силу крови — работу с укреплениями. Но он хотя бы жив остался.

Зелья, заклинания — обновление разгона, целебные процедуры.

— Жаклин Кардиналь, — снова повторил Сергей, потягиваясь и размышляя.

Возможно, общее ожесточение Турнира было связано с историей Лонгхэдов и истерией вокруг нее. Самый накал уже схлынул, все-таки почти девять месяцев прошло, но вот страх никуда не делся. Кто-то научился убивать Священные Рода и их Источники, и три сверхдержавы втайне валили вину друг на друга. Теперь этот подспудный страх выплескивался в Турнире.

Для таких мыслей имелась причина, ведь общее ожесточение Турнира превышало прошлые года чуть ли не в два раза. При этом сам Сергей-Гарольд блистал и гремел, громил и сносил, «Молния» буквально стала сенсацией Турнира, привлекающей то самое удвоенное количество, только камер и внимания. Возможно, ожесточение отчасти было связано и с этим, со страхом перед Гарольдом Чоппером и его «Молнией».

— Жаклин.

Так себе внешность. Француженка, да, и что с того? Не эталон красоты так уж точно. Плевать бы на нее, выплеск злости первого дня больше не повторялся. Но Сергей «зациклился» на ней, в том смысле, что повторял ее имя и фамилию, размышляя о Турнире.

Еще семь дней, семь испытаний.

День дуэлей. День «захвата флага». День общей обороны, когда три сборные вместе сражались против одного врага. День укреплений и маскировки. День сражений с волшебными существами. День «случайной группы», когда из каждой сборной выбиралось случайное число пилотов, которым предстояло вместе выполнить одно огромное задание. И наконец «день общей свалки», финальный, когда все, кто еще оставался в составе Сборных, основном и резервном, сходились в поединке, венчавшем Турнир.

— Пока что все идет неплохо, — объявил Сергей.

После чего лег и крепко уснул.

Глава 39

Сергей сдвинулся, меняя свойства брони «Молнии», делая ее зеркальной и лазерные лучи соскользнули с руки, которой он прикрылся. Увы, подобное было осуществимо только в руках и ногах, броня торса-капсулы, как уже говорилось, несла в себе иные функции. Много функций и добавить туда мгновенное преобразование уже просто не выходило.

Тем не менее, поставить в план на «Молнию-2», возможно, не помешало бы.

— Гарольд?

— Держу их! — выдохнул Сергей.

Мимо промчалась тройка маботов, Оллин Вульф во главе, чуть ниже и сзади, прикрывая его, Эдвард Лагранж и Ида Грейсон. Сергей, сражавшийся с тройкой германских маботов, не столько проводил своих взглядом, сколько ощутил, кто летит.

— А вот и нет!

«Молния» телепортировалась наперерез, активируя щиты. Очередь зачарованных пуль из «Тевтона» столкнулась с заклинанием щита и тот не выдержал, разлетелся. «Молния» уже совершала переворот, убирая ноги с траектории обстрела, и теперь Сергей стрелял с двух рук, вися вниз головой. Закрутился юлой, одновременно с этим улетая прочь, два снаряда отлетели прочь, чары «старости металла» вцепились куда-то в бедро мабота, но тут же оказались рассеянны и отброшены прочь.

— Базу штурмуют! — прозвучал сдавленный голос, в котором Сергей едва узнал Юджина Палмера.

Отстрел сети, с шариками-гранатами, но вражеский «Зигфрид» даже не вспотел, швырнул площадное заклинание в ответ, и сеть взорвалась на земле, оставив лишь огромную воронку. Сергей увел «Молнию» влево, опять мешая «Тевтону» прорваться к базе, спасти свой флаг. К счастью, ни один из вражеских маботов не мог телепортироваться, но к несчастью и Сергей не мог никуда уйти.

Более того, уйти в защиту он тоже не мог, вынужденно наседал и связывал боем, давая Вульфу время захватить флаг и прорваться обратно. Мелькали разряды, били заклинания, летели ракеты, «Молния» вертелась и била в ответ, разбрасывала заряды нестабильной энергии, прижимала врагов к земле гравитационными ловушками, поджаривала плазмой.

Если бы не чудесные свойства ремонта, давно бы уже «Молнию» одолели.

В Турнире пока случилось лишь несколько смертей, прав был Оллин, мага Священного Рода так просто не убить. Системы защиты, эвакуации, умение телепортироваться, какие-то спасающие артефакты — уносили пилотов прочь от смертей. В бою они не отделались бы так легко, там с выходом мабота из строя ничего не заканчивалось, но Турнир, хоть и претендовал на войну между тремя сверхдержавами, но все же был и оставался лишь имитацией. Но даже в этой имитации мало кто рисковал вот так сходиться в одиночку сразу с тремя маботами.

— Уже рядом! — выкрик Анджелы Прейер.

«Молния» крутнулась, выбрасывая клубы плотного, непроницаемого дыма, насыщенного магией, непроницаемого для радаров. Сергей тут же увел мабота вниз, пробивая ногами землю, ныряя в нее и под нее, скрываясь из вида и заходя в тыл. После той ссоры в ангаре больше они не общались толком с Анджелой, да и плевать, подумал Сергей.

Минус одно развлечение, да и опять плевать, не ходил Сергей развлекаться, чинил маботы, тренировался, читал или спал. Пилоты и гости проводили весело время, оглашали округу выкриками и фейерверками, Оллин даже как-то наорал на Дункана, Линду и Пола, выпивших лишнего.

Молния вынырнула из земли, ровно за источником энергии, ведь Сергей двигал мабота вслепую, ориентируясь лишь на энергочувство, не выдавая себя работой радаров.

— Твою ж! — вырвался у него выкрик.

Лицом к «Балтике», с уже активированным мечом, искрящимся от заклинаний, словно световая сабля джедаев. Не только Оллин вдалбливал в команды общие принципы и бои редко решались за счет обстрела, даже самыми могучими заклинаниями. Мобильность, смещение, активация щитов, уходы в сторону, атаки издалека просто не могли нанести нужного урона (за исключением случаев, вроде Дункана и Андреаса). Схватки по большей части в конце сводились к такому вот, схождению на мечах и топорах, клинчу в рукопашной, ограничению мобильности, возможности ударить, как следует, выводя противника из строя.

Сергей только и успел, что вскинуть правую руку мабота, уводя энергомеч в сторону от торса. «Тевтон» и «Зигфрид» вынырнули из облака дыма, ударили, первый из двух пулеметов и огнемета, второй залпом из всех чарометов, спеша достать хоть чем-то.

Сергей попытался притянуть отрубленную руку (жаль было терять топор), но «Балтика» ответила импульсом рассеивания, сбившим чары «Молнии». Защитные чары не выдержали, град пуль застучал по корпусу, заклинание пробило ногу, устремилось по энерговодам в ней, второе задело плечо, окутывая его какой-то разновидностью монтажной пены на магический лад.

Сергей, повинуясь наитию, прыгнул вперед, прямо к отрубленной руке, а в то место, где он только что стоял, обрушилось заклинание пузырчатого расширения, раздувая землю, вздувая холмики и взрывая их. «Балтика» сместилась, энергомеч снова вспыхнул зарядом заклинаний. Сергей пригнулся, хватая правую руку мабота левой, чуть сдвинулся, и меч пробил бок «Молнии», врезавшись в энерговоды и взрезая их.

— Тебе нужна энергия — бери!! — заорал Сергей, выплескивая магию вместе с криком.

Энерговоды оплели меч, не давая ему вырваться, и Сергей устремил в них поток внутреннего, моментально вскипевшего, багряного озера. Энерговоды продержались бы секунду в таком режиме, пилоту «Балтики» хватило бы и двух десятых секунды, чтобы выдернуть меч, но Сергей не дал им этого времени.

Более того, он начал выплеск заранее и в то мгновение, когда меч вспарывал бок «Молнии», уничтожая две бесценные бронепластины, в него уже устремлялась взрыв-энергия выплеска. Сергей откинулся назад, пропуская над головой залп ракет, ударивших в грудь «Балтики», отбрасывая ее в идеальную позицию. Условные лопатки «Молнии» ударились в землю, а сам мабот ударил ногами, лягнул не хуже какого-нибудь магического жеребца, отправляя «Балтику» в полет над землей.

— БАМ!! — заорал он в эфир, давая сигнал Оллину и остальным.

Сергей крутнулся на спине, словно танцуя брэйк, сдержав шутку про то, что «Балтика» низко пошла и резанул лучом плазмы наискось. «Зигфрид» отшатнулся, Сергей перекатился, уходя от копья «Тевтона», телепортировался неловко чуть в сторону, и тут же закрылся щитами. Заклинания разлетелись под ударами «Зигфрида» и «Тевтона», даже не подумавших теряться из-за случившегося с «Балтикой».

БАБАМ-М-М-М-М-М-М-М!!!

Выплеск до небес, багровый столп, водоворот энергии, словно в каком-нибудь фильме, открытие портала в ад. Прямо на месте базы сборной Германии вспухал гриб огромного взрыва и пилоты «Зигфрида» с «Тевтоном» отвлеклись, давая Сергею драгоценное мгновение передышки.

Отрубленную руку — к ноге! Энерговоды — сварить обратно! Халтура, работа в четверть мощности, но все же работа! Топор в левую руку!

— Ты за это поплатишься! — заорали пилоты «Зигфрида» и «Тевтона», разворачивая маботов.

Кричали они по-немецки и Сергей сразу понял их.

Странное дело, он редко ходил в палатки развлечений, словно соблюдая обет первого дня — не развлекаться. На самом деле слишком много шума, криков, внимания гостей Турнира, дешевой и назойливой рекламы услуг, предложений всевозможных развлечений. Слишком велик риск нарваться на подставу, на магический брак, на удар в спину. Одноглазый несколько раз провел с ними беседы, разбирая возможные проблемы, но пока что обходилось без трупов.

В любом случае, Сергей там ощутимо напрягался, слыша речь на других языках, вроде и понятную, но в то же время требующую сознательного усилия для понимания. Словно внутренний переводчик «притормаживал» на секунду-другую, не поспевая за обстановкой, и оттого какофония разговоров вокруг становилась вдвойне утомительнее.

— Руби не глядя!! — заорал он в ответ, испытывая мгновение эмпатии.

«Балтика» уничтожена, база взорвана, возможно, погибли товарищи, соратники. Изначальный перевес сборной БАМ — так как Сергей в одиночку связал трех маботов боем — стал еще больше, проигрыш практически неизбежен. И вот он, виновник всего этого, герой сборной Британии, Гарольд Чоппер, в искалеченном маботе, прямо перед ними.

Ну как тут удержаться от атаки, поставив все на кон?

Сергей вертелся, ставил щиты, отражал удары, грозил топором, стягивая на себя их внимание. Не совсем то, что планировалось, но и плевать! Где-то фоном промчалась тройка, во главе с Оллином, и уже можно было телепортироваться прочь, но Сергей держался, просто из упрямства.

Ни разу за Турнир он не бросал мабота и сейчас не собирался!

Удар, блок, щит, телепорт, выстрел, щит, выпад топором! Сергей вертелся и крутился в воздухе, пожертвовал левым коленом и гравипушками, лишился огнеметов и куска левой руки, потерял «голову» с радарами, но еще держался, нырнув в капсулу, двигаясь на рефлексах и энергочувстве.

Вряд ли прошла и минута, но казалось — вечность. Комбинезон сражался с потом, системы охлаждения с перегревом. Сергей все чаще промахивался с количеством энергии, дрожал, пропускал удары. «Тевтону» и «Зигфриду» тоже досталось, но меньше, без особой потери в броне и оружии. Пропущенный удар мечом, срубленная рука и выведенные из строя энерговоды дорого стоили Сергею, но он еще держался и одно это показывало, насколько хороша «Молния».

— Всем пилотам! Остановиться! Остановиться!

Сергей и два его соперника успели обменяться еще несколькими ударами.

— Те, кто не остановится, будут немедленно дисквалифицированы!

Только тут до Сергея дошло и он остановился, опустил «Молнию», которая тут же припала на одну ногу, не в силах стоять самостоятельно. Дисквалификация! Пускай в Турнире и не было правил, кроме одного — победы! — но сразу после нее правила все же вступали в силу. Такая дисквалификация считалась позорной, унизительной, дескать, не сумел себя сдержать, махал кулаками после драки и все такое.

— Сборная БАМ победила! Чистая, безоговорочная победа! — провозгласил распорядитель.

Как выяснилось, сборная БАМ удержала базу, благодаря численному превосходству и тому, что в опасный момент Джек Пул, из рода Пулов, не колеблясь, прыгнул вперед. Фактически пожертвовал собой, ибо в бою такая атака стоила бы ему жизни. Здесь он отделался тремя переломами и двумя проклятиями, навсегда срезанным ухом и двумя шрамами.

Ерунда.

Навстречу «Молнии» на дуэльную арену вышел странно знакомый мабот.

— Вы только посмотрите, разве это не сам Гарольд Чоппер, гроза германской сборной, — прозвучал насмешливый голосок. — Вот мы и встретились.

Мгновение спустя Сергей понял, что нет, его системы связи не сломали. Голос звучал в голове.

— Жаклин Кардиналь, я полагаю? — небрежно спросил он в ответ.

Щиты, остановившие русалов, Жаклин словно бы и не заметила. Защиты «Молнии» тоже. Сила крови — страшная штука, сила крови старого Священного Рода — вдвойне страшная штука, но до этого момента Сергей не сталкивался с такой наглядной демонстрацией этого утверждения.

— А ты догадлив, — прозвенел в голове колокольчик смеха.

Как же другие с ней сражались? Или не сражались? Или проигрывали? Какая разница? Сергей ощутил страх и растерянность, не зная, подлинные ли это его чувства или наведенные. Желание сдаться и прекратить этот ужас незнания росло с каждой секундой.

— Можешь сдаться мирно, — предложила Жаклин, — а можешь сражаться, как ваш Роланд и закончить так же.

Роланд Ивори! Концентрация. Сосредоточение. Взвинтить щиты до предела. Русалы говорили об отголосках, возможно, ментальные щиты Сергея были просто слабы? Возможно, Кардиналь и правда были в родстве с русалами, какая разница, не отвлекаться!

Сергей мысленно снова окунулся в багровое озеро, вспомнил уроки Одноглазого и метнул заклинание ментального оглушения, словно молот. Нет, еще один багровый метеор с небес, одновременно с этим затапливая свой разум образами из фильмов ужасов, кровавых побоищ, спецэффектов и добавляя туда отчаяния и ужаса.

— Ах так! — крикнула Жаклин.

Сергею словно вонзили в голову раскаленную иглу и он перехватил ее, дернул на себя, вонзая глубже, погружая Жаклин вглубь созданной мгновением ранее завесы образов. Менталистика — опасная штука, связь разумов работает в две стороны и сейчас Сергей воспользовался этим фактом, понимая, что ему не сломать самому защиту силы крови.

Но вот если Жаклин сама его пустила — совсем другое дело!

— Убирайся прочь из моей головы! — выкрикнула Кардиналь истошно.

Но было уже поздно, Сергей ударил образами изнутри, сам еле удерживаясь от истошного вопля боли. Но все же удержался, спасибо тренировкам, и давление иглы в мозгу стало слабее, совсем исчезло. «Гадалка» Жаклин раскрылась и Кардиналь выпала на песок арены, попыталась подняться и не смогла, снова рухнула на песок, но уже без сознания.

За все время дуэли маботы не сделали ни одного выстрела.

Обычно гости наблюдали за Турниром издалека, при помощи камер и магических систем, выводивших все на экраны и в виде трехмерных образов для пущего удобства. Во всех развлекательных палатках можно было кутить и следить за Турниром, делать ставки и орать, подбадривая своих. Но сегодня, в день одиночных дуэлей, гости сидели и вживую рядом, на некоем подобии трибун и лож, возведенных на скорую руку.

Сергей уловил краем глаза движение и даже не сразу понял, что происходит.

Все, кто был на трибунах, вскочили и громко аплодировали ему. Все.

Сергей улыбнулся, наконец-то поверив, что с Турниром все закончится хорошо.

— Вот он, последний день и общая свалка, — мрачно изрек Оллин.

Сборная Британской Академии Магов завтракала вместе.

— Германия ослаблена, ее дух подорван, четыре из пяти — Франция тоже нападет вначале на них.

Мрачный тон и сварливость голоса, похоже, тоже были приметой.

— Гарольд.

— Да-да, — повел плечами Сергей, не желая слушать мрачного Вульфа. — Всех вобью в землю, не сомневайся.

Во рту, груди и животе было кисло и вязко, словно он наелся терна пополам со смолой. К счастью, неприятный разговор прервал звонок.

— Да? — поднял он магофон.

— Милорд, вам угрожает опасность! — Дэбби практически кричала.

— Я на Турнире, — ответил Сергей кисло.

— Нет, вы не понимаете! Сильнейшая опасность!

Еще бы, последний день, в который все будут пытаться убить Гарольда Чоппера. Все.

— Прямо сейчас! Милорд! Поверьте мне!

Привкус во рту! Паранойя и уроки Одноглазого вступили в дело и Сергей послал очищающие и целебные заклинания по телу, ощущая, как немеет тело и перед глазами все плывет. Стук упавших тел и угасающий слух уловил продолжающиеся возгласы Дэбби из магофона, упавшего рядом:

— Милорд Гарольд! Ответьте!

Глава 40

Зрение, слух, обоняние все гасло и тонуло в пучине, словно сам Сергей опускался на дно, но затем он достиг дна, толкнулся ногой и начал всплывать. Целительские заклинания сработали, организм боролся, пытаясь вымыть из себя яд. Выходило плохо, магические потоки путались, переплетались, вредили телу, вместо того, чтобы свободно циркулировать внутри.

Звук шагов.

— И этих тоже на площадь, — произнес чей-то голос, жесткий, словно обветренный. — Кроме этого!

Сергей ощутил, что его голову запрокидывают. К счастью, зрение еще не восстановилось, иначе он выдал бы себя. Касание пальцев.

— Еще борется, — констатация факта, — точно любимец Матери. Эн!

Вспарывание одежды, прикосновения к спине и Сергей заорал мысленно. Не от боли, нет, от ощущения пустоты и слабости. Ему разрушили пространственный карман на спине, лишили подпитки от батарей маботов.

Свист и запах кожи, пота.

— Запасливый, — все тот же первый голос. — В темпе, девочки, в темпе, время поджимает! Скоро уже начнется Турнир!

Хохот, здоровых, сильных и уверенных в себе магов. Сергей уже очнулся достаточно, чтобы понимать — их отравили чем-то, оглушающим и лишающим магии, путающим энергии в теле. Если бы не предупреждение Дэбби, он бы тоже валялся без сознания, неспособный наколдовать и искорки. Но как? Такая охрана! Одноглазый Грег и его паранойя, в конце концов!

Конечно, все они расслабились, думали о другом, столько потерь, десятый день Турнира, какая тут еще проверка пищи? Непростительно. Даже Одноглазый проморгал, но все равно, как? Сергея тащили куда-то, причем, похоже, без всякой магии, мысли вяло бултыхались в теле, словно то самое в проруби. Сожаление о разгоне было непростительно, неуместно сильным. Неужели так и прервется все? Нет! Жизни! Он может откатиться назад, не принимать яд!

Попытки обратиться к магии и дару легкой смерти не дали эффекта.

— Владыка.

Сергея бросили на землю, перед глазами плыли тени. Попытки сосредоточиться на очищении организма, приведении магии в норму, не давали результата, так как требовали работающей магии. Владыка?

— Еще борется и он отчасти в сознании.

— Наверное, это знак, — мягкий, спокойный голос, словно кто-то сидел в кресле перед камином, в домашнем халате и с бокалом вина в руке, философствуя о жизни. — Поставьте его.

Сергея вздернули, поставили, прошептав в ухо:

— Не вздумай падать!

Тени сплетались в фигуры, кровь быстрее бежала по жилам, заклинания Сергея продолжали действовать, убирая яд из организма и тем самым восстанавливая поток магии в организме. Вернулось энергочувство, рядом было полдюжины магов, один, самый сильный — перед Сергеем. Атаковать? Откатиться? Нет, магия внутри еще не работала.

— Гарольд Чоппер, — все тот же мягкий, спокойный голос, — воистину любимец Матери, если до сих пор в сознании и способен стоять на ногах.

— Чем нас отравили? — прохрипел Сергей.

Пригодится, когда он вернется. Нет, лучше всего вернуться еще до начала завтрака, но Сергей подсознательно знал, не выйдет. Хорошо еще, если вернется в момент звонка Дэбби! Броситься в атаку прямо сейчас? Нет, его обездвижат, все равно сил сопротивляться магии просто нет. Стало быть, информация!

— Нагл и смел, это хорошо, такие быстрее принимают правду, — сообщил голос, даже не думая отвечать на вопрос.

Это немного бесило.

— Как вы пробрались сюда?

— Сколько силы! — восхитился голос. — Сколько напора! Впрочем, Мать не берет иных в любимцы, уж мне ли не знать.

— Кто ты?

— Для наглеца и любимца ты не слишком-то сообразителен, — в голосе слышалась насмешка.

Вокруг раздавался стук, топот ног, слышались команды и заклинания. Маги перемещались, приносили тела опоенных, судя по всему. Сергей стоял, пытаясь вернуть себе магию, очистить организм, не столько магией, сколько волевым пожеланием.

— Отличный, отличный материал, не зря затеяли всю эту операцию. Так и быть, я отвечу на свои вопросы, но вначале ты дашь нерушимое слово, что будешь служить мне верно и без попыток обмана!

— Никогда! — выплюнул, буквально, Сергей, и только мгновением позже сообразил, что над ним просто глумятся.

— Странно, странно, — ответил голос.

Он чуть изменился, темная фигура впереди сдвинулась, похоже, уселась в кресло. Зыбкие тени скользили вокруг, принося другие тени, Сергей неожиданно понял, что сбившийся разгон, прекращение подпитки энергией мешают ему самому, порождают дополнительные волнения магии внутри. И еще он понял, что исчерпал потенциал исцеления, не хватило заклинаний, не хватило времени и сосредоточения.

— Казалось бы, выросший среди простаков должен понимать и разделять стремление убить магов, приносящих войны и страдания!

— Так ты — Владыка Смерти! — выкрикнул Сергей, срываясь с места.

Дара легкой смерти нет, нужна возможность колдовать, но кто сказал, что обязательно нужен порядок, дабы добиться своего? Багровое озеро внутри взбурлило, выбрасывая гейзеры энергии, распространяясь на все вокруг, одежду, воздух, почву под ногами, превращая тело Гарольда в одну огромную бомбу.

Темнота.

— Да-да, — отмахнулся Сергей, — всех вобью в землю.

В следующее мгновение пришло понимание и осознание. Проклятье! Недостаточно откатился назад! Но достаточно, чтобы избежать смерти, значит, надо действовать!

— Нас отравили! — заорал он. — Быстрее, исцеление на всех!

— Гарольд, — начал осторожно Оллин, — я все понимаю…

— Нет, вы не понимаете! — взвыл Сергей.

Остальные и правда не понимали, смотрели на него настороженно, даже отодвинулись немного. Впору было не только выть, но и орать. Раскрыть тайну? Или спасти всех⁈

Ни то и ни другое!

Зазвонил магофон, но было уже поздно, Сергей потерял время на выкрики, да что там, только привлек зря внимание тех, кто их опоил! Он еще успел наколдовать на себя очищение и выставить пару щитов, прежде чем заклинания врагов раскололи их, ударили прямо в грудь Сергея, неспособного сопротивляться.

— Ты его убил, дурак! Владыка будет недоволен!

— Иначе он убил бы нас! Ничего! Найдется кого еще казнить в прямом эфире!

Темнота.

— Да-да, — отмахнулся Сергей, — всех вобью в землю.

Рука его тут же описала кульбит, переходя к жестам исцеления и очищения.

— Эй, ты чего? — нахмурился Оллин.

Сергей, мысленно матерясь, не ответил, пытаясь сосредоточиться на исцелении и очищении. Время! Не хватало времени, но в то же время откат всегда приводил в точку, где еще можно было все исправить! Бежать? Он рванул прочь, выбежал из палатки-столовой, осознавая, что допустил ошибку.

Повсюду сновали маги в какой-то униформе, вроде Ку-Клукс-Клана. Как их? А, Убийцы Смерти!

— Пау ахи! — выкрикнул Сергей, испуская огонь всем телом.

Маги, тащившие тела, залезающие в маботов охраны, колдовавшие какие-то щиты, повернулись синхронно, словно были одним человеком. Страшное, жуткое зрелище, еще более страшное тем, что они синхронно выставили щит, загоняя пламя обратно. Яд уже забирал Сергея, и он не успел, просто не успел исцелиться достаточно, чтобы защититься. Пламя накатывало девятым валом, собираясь пожрать не только Сергея, но и всю сборную БАМ.

Вспышки, боль и темнота.

— Да-да, — отмахнулся Сергей, — всех вобью в землю.

Заклинание внутрь! Его немедленно вырвало, почти непрерывным потоком сине-коричневых масс, словно он и правда наелся терна пополам с этим самым.

— Отравление! — крикнул Оллин, вскакивая.

Наконец-то, подумал Сергей, устремляя внутрь себя еще два заклинания, дабы прервать рвоту. Очищение и исцеление! Готовность к бою!

Внутрь… нет, внутрь не ворвались вражеские маги с палочками наперевес и пилоты сборной БАМ не дали им героического отпора. Внутрь влетели заклинания и оглушающие заряды и те, кто еще кое-как стоял на ногах, пытаясь помочь товарищам, просто попадали замертво.

Но зато в этот раз смерть вышла легкой, безболезненной.

— Да-да, — отмахнулся Сергей, — всех вобью в землю.

Впору было запаниковать, почему ничего не работает? Сергей уже оказывался в схожей ситуации и тогда его спасло чудо, явление Руперта Огра. Телепортироваться в «Молнию» и удирать?

Пять или семь смертей спустя Сергей признал, что выхода нет, бежать бесполезно, дергаться бесполезно, вообще все бесполезно. Над ним нависали темные фигуры, опять мягкий голос Владыки Смерти чего-то там вещал о том, что Гарольд им пригодится, а Сергей умирал, обдумывая план действий. Он знал, что должен сделать и это знание его немного страшило.

Казалось, что можно обойтись полумерами, как-то словчить, отскочить, отпрыгнуть, но нет. Мрачная реальность последних смертей говорила об одном и том же. Хоть заколдуйся, исцеление потом не поможет. Сработает, но не до конца. Перемешанные энергопотоки не дадут колдовать и придется ждать, пока тебя кто-то убьет. Хитро, ловко, страшно придумано и реализовано. Как? Хрен его знает, Владыка Смерти не спешил закатывать монологов злодея, объяснять что-то. Единственное, в чем твердо уверился Сергей, что у него точно есть какие-то планы на Гарольда.

На того Гарольда, что будет бороться с ядом, вообще как-то проявит себя.

— Да-да, — отмахнулся Сергей, — всех вобью в землю.

Сцепить руки, активировать карман, замкнуть магию внутри себя в одно огромное кольцо. Молчаливое заклинание полного исцеления и очищения, сложное, но самое могучее из тех, что знал Сергей. Одновременно с изречением заклинания выплеснуть всю энергию батарей из пространственного кармана, вообще всю, подать ее в заклинание, обратить на самого себя.

— Гарольд, Гарольд, у тебя магофон надрывается, — донесся голос Пола.

Стиснуть зубы, держать лицо, не орать, не орать от пылающего огня в теле, сжигающего изнутри! Выжечь, выжечь всю заразу!

— Эй, Гарольд, что с тобой⁈

Все плыло перед глазами, расплывалось и отключалось. Не успел, подумал Сергей, падая и слыша глухой перестук рядом. Впору было взвыть от отчаяния — если уж это не помогло, то вообще ничего не поможет! Только падать на колени и молиться Матери-Магии, чтобы та послала багровых искр, выжгла яд, ну или хотя бы откатила Сергея к началу завтрака, еще до того, как он принял внутрь отравы.

Неужели Одноглазый не проверил еду?

Звук шагов.

— Отлично, этих тоже на площадь, — жесткий, обветренный голос. — Стоп. Смотри, этот еще борется.

— Может, мало выпил? — вопрос от второго голоса.

Запрокидывание головы, касание пальцев.

— Ба, да это же сам Гарольд Чоппер, звезда Турнира! — в голосе слышались сарказм и насмешка. — Как раз его-то Владыка и искал!

Опять вспоротая одежда и прикосновения, опустошение кармана на спине. В этот раз без ощущения пустоты, так как Сергей уже выплеснул всю энергию из батарей внутрь себя.

— Запасливый, — сообщил первый голос. — Ха, все разряженные!

— Смотри, на них какие-то знаки.

— Укрепление и необнаружимость, ха-ха-ха, — даже смех сочился сарказмом. — Ты что, еще не понял? Звезда Турнира, любимец Матери-Магии, Гарольд Чоппер жульничал!

И тут же без перехода голос стал жестким.

— Эй, Эм и Эр! Тащите всех! В темпе, девочки, в темпе, время поджимает!

Сергея потащили прочь, а он вслушивался и всматривался, ощущая, как внутри оживает надежда. Исцеление и очищение шли намного быстрее, чем в прошлые разы. Слух, обоняние, осязание вернулись, даже зрение почти полностью восстановилось. Колдовать было еще рано, внутри бушевали энергии, сталкивались волны, но сейчас это шло на руку, Убийцы Смерти ничего не заподозрили, решили, что это следствие отравления.

— На Турнире нет правил! — возразил второй.

Был он ниже первого на полголовы, но это единственное, что удалось пока понять. На Убийцах были балахоны и остроконечные шапки, из-за чего они очень напоминали ку-клукс-клановцев.

— Да плевать, это все равно жульничество, — отмахнулся первый.

В голосе его теперь слышалось и презрение. Тело Гарольд-Сергея тащило за ними, словно на привязи. Сергей знал это заклинание, возможно даже смог бы разорвать выбросом хаотичной энергии из тела, но решил подождать. Посмотреть, как все обернется в новых условиях, докуда он сумеет дойти, пригодится в следующей перезагрузке.

— Мощные удары! Любимец Матери-Магии, ха-ха-ха! Он всего лишь проносил с собой кучу батарей, да подключал их внутри мабота! Своей мощи не хватило, так решил сжульничать! Во время прямой трансляции так и надо объявить, дескать, Чоппер — жулик!

— Точно! — подхватил второй.

«Какой еще трансляции?» подумал Сергей. Тела, как и в прошлые разы, стаскивали на площадь, место, где объявляли о начале Турнира.

— Надо сказать Владыке, — решил первый, чуть поворачивая голову в сторону Сергея.

Профиль, нет, лицо было незнакомым. Правда и Убийц Смерти Сергей не изучал, хватало и других предметов для освоения. Кто-то из лейтенантов Владыки Смерти, несомненно, но что толку с того знания? Сергей старательно прикидывался все еще отравленным, не пришедшим в себя, похоже, помогло, первый отвернулся, не стал всматриваться.

— Думаешь, поможет?

— Думаю, Владыка должен знать! — отрезал первый.

Бывшие вояки, вспомнил Сергей. Плохо, очень плохо. Возможно, в следующий раз сразу надо будет уносить ноги, пока он не оказался на площади, в окружении других Убийц и Владыки. Сыграть карту покорности? Непонятно.

— Поставьте его, — все тот же мягкий, спокойный голос.

В этот раз Сергей увидел лицо Владыки. Мертвенно-бледное, с шрамами и отсутствующим носом, словно Владыка Смерти когда-то подхватил сифилис. Бред, конечно, венерические заболевания в этом мире отсутствовали, но отделаться от ощущения и желания захохотать в голос было очень трудно.

— Мы, любимцы Матери-Магии, гораздо крепче, чем выглядим, не правда ли, Гарольд? — спросил Владыка мягко и спокойно, но так, что было ясно, он знает о состоянии Сергея-Гарольда.

Глава 41

— Мы? — переспросил Сергей, вскидывая голову.

Раз уж его раскрыли и все равно идти на перерождение, так чего бы ни попробовать добыть информации?

— Сколько ненависти в этих глазах! — обрадовался Владыка. — Это хорошо, вместе мы выполним волю Матери!

— Мы? — опять переспросил Сергей, ощущая себя дураком.

Но так даже лучше, подумал он. Пусть лучше смотрят на него, как на дурачка, выдают информацию, чем убивают на месте, вынуждая снова проходить этот цикл. Исцеление полным зарядом батарей, похоже, вот он, ключ. Здоровье почти вернулось в норму и парадоксально — если бы не избыток энергии от батарей — Сергей смог бы уже колдовать.

— Мы, любимцы Матери, должны держаться вместе, — кивнул Владыка.

Ты бы еще Гамильтону это предложил, подумал Сергей зло. Тоже «любимец», липовый, как и сам Владыка Смерти! Хотя, если он не утратил статуса, это многое бы объясняло, например то, как ему удавалось все эти годы, под носом у Священных Родов и Императора, орудовать в метрополии, оставаясь не пойманным.

Сообщить ему волю Матери — убийство Гамильтона? Да, пожалуй, этот поверил бы, бледный маг с впавшим носом выглядел не просто безумцем. Нет, он выглядел опасным безумцем, от которого веяло силой и какой-то жутью. Опытным опасным безумцем, с отрядом боевых магов, провести их в БАМ и дело в шляпе.

Не пойдет, с досадой подумал Сергей, Гамильтона прибить — не муху прихлопнуть, их заметят, обнаружат, увидят. Союз с Владыкой Смерти против Гамильтона, героя Освобождения? Репутационные потери будут такие, что даже тысяча жизней их не исправит, только бежать куда-нибудь в Китай, да и там достанут. Найдут, постучат в дверь со словами «я — Холмс, Джимми Холмс» и всё.

— Вы — убивающий других магов, любимец Матери? — усомнился Сергей. — Не верю!

— Наглый и дерзкий, я люблю таких, — одобрил Владыка, поднимаясь.

Пока он сидел, рост как-то скрадывался. Теперь стало видно, что он на голову выше Гарольда, а ведь и Гарольд был отнюдь не карликом. Подскочивший приспешник, похоже тот, с жестким голосом, аж на цыпочки привстал, дабы дотянуться до уха Владыки. Выглядело все это как-то глупо и комично, голова закрыта капюшоном, а этот, на цыпочках, все равно там куда-то шепчет. И чего шепчет? Заклинание бы поставил.

— Хорошо, — повел рукой Владыка. — Неважно. Готовьте всех, у нас мало времени.

Знает кошка, чье мясо съела, злорадно подумал Сергей. Скоро-скоро сюда кто-нибудь да примчится, начнется шумиха, сработают какие-нибудь меры Одноглазого. В то же время пессимистичная часть Сергея указывала, что Владыка Смерти все это знает и потому и торопится.

— Да, Гарольд, у нас мало времени, — повернул к нему голову Владыка, — но его хватит, чтобы задать тебе один простой вопрос. Готов ли ты присоединиться ко мне и начать выполнять волю Матери?

Было в нем что-то притягательное. Не в смысле красоты, конечно, урод уродом, а в чем-то ином. Энергетика? Уверенность в себе безумца? Неосознанное воздействие своей магией, подобному тому, как Сергей влиял на окружающих магичек, распаляя в них страсть к себе? Смесь всего, скорее.

— Я еще не услышал доказательств, что это, в самом деле, воли Матери! — чуть повысил голос Сергей.

Тянуть время, становясь крепче и здоровей с каждой секундой, ловить крохи информации, пока можно.

— Подумай сам, Гарольд, — сказал Владыка, подходя ближе, взмахивая рукой.

Сергей ощутил, что может шевелиться, но прыгать в атаку не стал. Владыка опаснее Одноглазого, это точно. Ощущение мощи, как от Гамильтона, только ректор его не скрывал, а от Владыки оставалось ощущение чего-то ядовитого. Словно змеи, притаившейся в укрытии и готовой укусить врага, когда тот повернется спиной.

— Что огорчает Мать больше всего? — почти ласково спросил Владыка.

Обнимать за плечи не стал, но все же коснулся, разворачивая Сергея лицом к площади. Подручные Владыки, Убийцы Смерти (что за идиотское название, подумал машинально Сергей), стащили практически всех из трех лагерей. Еще подтаскивали гостей, но ясно было, что вот-вот и сюда соберут всех, кто был на острове.

Тела магов раскладывали без какой-либо системы, просто на свободные места. Некоторые лежали без сознания, другие шевелились, но так, словно их напоили до изумления. Сергей ощущал отголоски внутренних энергий в них, понимая, что дело плохо. Та же штука, что и с ним, вывод внутренней магии из строя, дисбаланс энергий в организме, неспособность колдовать. А маг неспособный магичить мало чего стоит.

Во всяком случае, когда рядом Владыка со своей бандой психопатов.

— Мать огорчает убийство ее детей, — продолжал Владыка ласковым тоном, словно говорил с неразумным малышом.

Кто спорит, он Гарольду в отцы годился, но все же тональность была выбрана неверно. Сергей встряхнулся, стряхивая гипноз голоса, очарование личности.

— Поэтому надо убить других ее детей? — саркастично спросил он.

Вышло резковато, конечно, но, зато в образе наглого, сильного и молодого.

— Надо убить тех, кто хочет убивать других детей, — произнес Владыка, разве что не засюсюкал. — И когда все маги, желающие убивать других магов, будут убиты, то останутся только добрые маги, не желающие убивать других детей! Тогда Матерь возрадуется, а на земле наступит золотой век!

Сергей сдержался, он привык сдерживаться. Но если бы он заорал вслух, то его выкрик «Это безумие!!» был бы слышен даже на Луне. Чистейшее, рафинированное и концентрированное безумие. В остальном, Владыка, похоже был здоров и тем опаснее становилось это сочетание.

Про любимца Матери Владыка явно наврал, под влиянием своего безумия.

— Интересная мысль, — кивнул Сергей, подыгрывая безумцу.

— Правда же! — вскинул руку Владыка.

Рука, показавшаяся из рукава балахона, была такого же мертвенно-бледного цвета, что и лицо. Стоило бы проштудировать источники, покопаться в биографии Владыки, вот только опять Сергей ощущал себя безнадежным опоздуном. Или даже опозданцем. Штудировать и копаться следовало до нападения, но кто бы мог знать⁈ Никто не предвидел подобного!

С другой стороны, будь Владыку так легко поймать предсказаниями, его бы уже давно поймали.

— Эта мысль пришла мне под конец Второй Магической, — Владыка снова заговорил мягко, почти мечтательно, поводя рукой, как будто дирижировал невидимым оркестром. — Жаль, что не раньше, но Мать справедлива и мудра, без ужасов той войны я не осознал бы всей глубины ее послания! Убить всех плохих магов! Они все равно намерены убивать других детей Матери, так что никакой жалости к ним! Убить их всех!

На первом «убить» голос его без перехода стал резким, чуть ли не визгливым.

— Убить! — воскликнули остальные. — Убить Смерть!

Мать моя магия, подумал Сергей ошарашенно. Не зря он ощущал магнетизм и влияние. Владыка, похоже, зомбировал всех своих, устроив натуральную секту. Ни мгновения колебаний, ни грана раздумий. Если бы не ментальные щиты самого Сергея, возможно, и он попал бы. Он и без того попал, но тут попал бы вообще на все двести процентов. Выдал бы все Владыке, рассказал о своей тысяче жизней, короче, ничем хорошим это не закончилось бы.

— Я давно уже присматривался к Турниру, этой квинтэссенции смерти и убийства детьми Матери друг друга. Не торопился. Терпение и долгая подготовка принесли свои плоды.

Рука Владыки снова обвела площадь, а Сергей чуть не заорал что-то вроде «Выдай мне свои секреты!» Как, как он сумел пробраться мимо защит, заклинаний, паранойи Одноглазого и прочих⁈ Повышенные меры безопасности из-за Лонгхэдов! Да тьфу, а не повышенные! Что же тогда творилось тут в обычный год? Заходи, кто хочет, бери, что хочет?

Сергей усилием воли подавил вспышку ярости, ощущая, что еще немного и он сорвется.

— Достойный союзник, собрат-любимец Матери. Вместе мы сможем всё! Одно небольшое испытание и мы вместе взлетим навстречу светлому будущему!

Опять этот жест рукой, только направленный в воздух, в небо. Нарочно? Или он сам не осознает его? Сюда бы Нинон, нет, даже не Нинон, а специалиста по расстройствам разума у магов, наверняка у Полли Портер имелись и такие. Посадить этого Владыку в комнату с мягкими стенами и уйти, оставив на вдумчивое препарирование специалистами.

Но самый ужас заключался в том, что Сергей не мог уйти, иначе умерли бы все на площади.

— Испытание? — переспросил Сергей.

— О, ничего такого чего бы ты уже не делал, — кивнул Владыка. — Видишь ли, там, в большом магическом мире пока никто ничего не подозревает. Миллионы магов и простаков прильнут к экранам, ожидая увидеть финал Турнира, самое зрелищное событие года!

Простаков, отметил Сергей. Ну да, с чего бы родовитому магу, Тому Энигма из славного Священного Рода Энигма, снисходить до обычных людей? Из Рода его, конечно, изгнали, но все равно, пятно на знамени рода вышло неслабым, Энигма скатились вниз. Пожалуй, они больше всех хотели бы найти своего блудного сына Тома и придушить, а голову потом принести в дар Императору.

— Они прильнут и что же они увидят? Вот эту площадь, всех этих магов, лежащих на земле, уже пришедших в себя, но неспособных пошевелиться и колдовать.

Значит, действие какой-то части яда быстро проходит, отметил Сергей. Убийцы Смерти перекладывали тела, усаживали магов, кто-то возился с камерами. Команда Владыки действовала как хорошо отлаженный механизм, даже покрикиваний, по сути, не требовалось. Каждый знал свою роль, колдовал умело и быстро, помогал другим.

— Шок! Волнение! Вскрики, что же случилось? — театрально изобразил Владыка. — И тут выхожу я! Снова шок! На телестанциях могут прервать передачу, но из жадности оставят, такая новость! Прямой эфир! Ревут сирены, отряды быстрого реагирования уже мчатся к порталам и тут я говорю, что Мать-Магия решила покарать тех, кто убивает других магов! Расстрел всех в прямом эфире! Потом мы раскланиваемся и исчезаем, а еще через пару минут появляются маги, растерянно ахают и охают, они же не знают, что трансляция продолжается и их показывают по всему миру! Как тебе такое, а, Гарольд?

— Идеально, — чуть склонил голову Сергей.

Втройне безумец. Бежать? Невозможно! Прикинуться перешедшим на его сторону? Тут же вручат оружие! Отказаться гордо? Расстреляют в прямом эфире!

— В какого из маботов мне садиться? — спросил он.

— В мабота? — переспросил Владыка, потом тихо рассмеялся. — Ты решил, что будешь расстреливать этих сбившихся с пути, предавших Мать, в прямом эфире? О нет. Не волнуйся, тебя обязательно покажут в кадре. Расстрелы и убийства сбившихся с пути, о, их еще будет столько, что земля пропитается кровью, во славу Матери!

Ну да, кто же даст оружие тому, кто еще пять минут назад был врагом, поскакали мысли Сергея, тем более мабота! Проклятье! Шанс был неплох, снять вооружение они точно не успели бы, пробиться к «Молнии», раскатать их всех в одну калитку, ибо, если где и можно было убивать, так это в схватке с Владыкой и его убийцами смерти. Оружия не даст, значит, будет другая подстава, наверняка тоже съемка на камеру.

Плевать! Успокоиться, собраться, не выдать себя. Информация — оружие, пригодится после отката.

— Это замечательно, — расплылся в искренней, теплой улыбке Сергей-Гарольд.

Вся выдержка, все уроки Гидеона ушли на этот жест. Опасный безумец Владыка, опасный, словно проник в мысли Сергея, предвидел их, предвосхитил. Ничего, пригодится.

— Я рад, что мы поняли друг друга. Испытание, которое тебе предстоит, скрепит наш союз, сделает тебя одним из нас! А!

Один из Убийц Смерти тут же оказался рядом и Сергей вдруг понял, что под этим бесформенным балахоном скрывается женщина.

— Алекса, открой лицо, — мягко попросил Владыка.

Сергей едва удержался, чтобы не отпрыгнуть. Шрамы, ожоги, рубцы, на него словно смотрел крокодил. Причем одноглазый, не в обиду Грегу. Сергей все равно отвел взгляд, неожиданно увидев, что Одноглазый лежит неподалеку, подергивается. Обрубок Одноглазого, без импланта, без протезов.

Сердце Сергея сжало нехорошим предчувствием.

— Идите, дети мои и заключите брак перед лицом Матери, именем ее я благословляю вас, — произнес Владыка, снова вскидывая руку. — А я пока побеседую с моим бывшим учеником, который старательно делает вид, что еще не пришел в себя. Эй, капитан Грегуар! Подъем!

Заряд энергии ударил в Одноглазого, вскинул его на ногу, насильно удерживая в воздухе. Сергей смотрел ошеломленно. Грег никогда не говорил, что был учеником Владыки Смерти. Это многое объясняло, в ретроспективе, но все равно.

— Ты не знал? — усмехнулся Владыка. — После моего озарения, посланного Матерью, мы разошлись во мнениях. В тот день Грег стал Одноглазым, а я безносым!

Рассмеялся и подтолкнул Сергея с Алексой куда-то в сторону. Ах да, к одной из палаток. Хорошо, что не потребовал заключить брак прямо на площади под камерами. Но стоит дрогнуть, как может дойти и до такого. Идти, изображая радость на лице и легкость походки.

Мабот и трое убийц смерти следили за Сергеем, делая вид, что не следят. Доверие? Союзники? Три ха-ха! И замысел предельно ясен, сейчас эта Алекса его поимеет и станет магической женой, так что союз с Императором будет де-факто разорван. Никакого оружия в руки, просто явление на камеру и все, Гарольд Чоппер — пособник Владыки, не докажешь потом ничего. Как так, все без сознания, а ты на ногах и магические браки заключаешь? Только и останется, что вместе с Владыкой бегать, а там промывка мозгов, индоктринация, а то и атака на Чоппер-мэнор. Успешная атака, ведь он пока еще Глава-по-Праву!

Сергей сглотнул, невольно облизывая губы.

— Уже сгораешь от нетерпения, это хорошо, — хрипло рассмеялась Алекса, вталкивая его в палатку. — Давно не вступала в магический брак!

Глава 42

Не успел Сергей сосредоточиться на заклинании, как следом в палатку шагнули двое Убийц.

— Не волнуйся, дорогой, они всего лишь засвидетельствуют наш брак, — «промурлыкала» Алекса, скидывая с себя одежду.

Мурлыканье это больше напоминало хриплое карканье пополам с шипением какой-нибудь пумы. Опасная кошечка, изукрашенная шрамами с ног до головы, не только на лице. Левая грудь больше напоминала кратер, а волосатые джунгли на ногах и выше вызывали лишь отвращение.

— Шалунишка.

Движение рукой со стороны Алексы, импульс магии, толкающий и опрокидывающий Гарольда-Сергея на спину и лишающий его одежды. Сергей не стал сопротивляться, лихорадочно пытаясь придумать выход. Да, магия его вернулась в норму, он мог колдовать, но понимал, что не успеет. Три боевика, двое из них с палочками в руках и настороже, нет, никак не успеть. Только закрыться и бежать, если такое вообще возможно, если лагерь не накрыт всевозможными анти-щитами против перемещений.

Вот так вот, делаешь вид, что за — вступай в магический брак, сражайся за Владыку Смерти. Наверняка они тут переженились не раз друг на друге, неслись мысли в голове Сергея, наблюдавшего, как Алекса невозмутимо, ничуть не стесняясь наготы, подходит ближе и встает над ним.

— Стресс, — улыбнулась Алекса, поднося ногу к паху Сергея. — Понимаю. Позволь тебе немного помочь.

Заклинание, возбуждение, словно разряд, пробивший защиты Сергея. Сила крови? Она из Священного Рода? Неважно. Да, переженились, а потом жены и мужья погибли. Или они перешли на обычных людей, ведь кто из магов считает простаков? Никто, с ними магический брак не заключишь. Алекса быстро присела, перехватила рукой и опустилась дальше на Сергея.

Вспышка, еще один разряд и словно бы облако магии вокруг.

Это было… очень странно. Словно часть магии Сергей скрутили в канат и выдернули из тела, связали в узел с канатом, тянущимся из Алексы. Та прогнулась, взвыла, словно волчица, и Сергей ощутил ее всю, не просто физически, но и магически, духовно даже. Боль, страдания, потери, желание мести, поход вслед за Владыкой и пылающее стремление к Цели, да-да, именно так, с большой буквы — уничтожению всех плохих магов.

Ощущение и понимание, сочувствие и эмпатия.

— Ах-х-х-х, — томно выдохнула Алекса, приподнимаясь и опускаясь.

Через нее и самого Сергея текло наслаждение, усиливалось, отражалось эхом в партнере и возвращалось, усиливаясь еще больше. На какое-то мгновение мелькнул страх, что сейчас его разоблачат как вселенца в это тело, но тут же сгинул, потому что теперь он воистину нашел свою вторую половинку.

Оргазм пришел мощной волной и Сергей тоже закричал, не в силах сдерживаться.

Затем волна схлынула, а Алекса прильнула к нему своим изуродованным телом, впилась поцелуем в губы. Мысли Сергея снова неслись галопом, но теперь в правильном направлении. Таков, значит, магический брак и неудивительно, что в культуре магов вокруг него наверчены горы всего. Все выражения из книг и рассказы о счастье магического брака не передавали и десятой доли этих ощущений, связи, полноты.

Возможно, в прошлый раз с Эльзой он бы испытал их, задержись в состоянии брака хоть на минуту.

— Мой повелитель, — промурлыкала Алекса.

Голос ее звучал мягко, приятно, а внутри она испытывала радость и удовлетворенность. Если она в ответ могла ощущать, что чувствует Сергей, то все становилось очень плохо. Сейчас чего-нибудь брякнет про Гамильтона и всё. Надо было уходить легкой смертью, но Сергей медлил, тянул это ощущение счастья и соития. Два мага неподалеку глазели, да и плевать на них.

— Ты должен стать новым Владыкой! — неожиданно заявила Алекса, выпрямляясь и снова начиная двигаться. — Ты! Слышите⁈

Она развернулась к двум магам, крикнула им.

— Мы убьем старого Владыку и пойдем за новым! Владыкой Жизни! Убьем Гамильтона и станем правителями мира! Через Гарольда воистину вещает Мать-Магия, вы слышите?

— Слышим, — кивнули оба синхронно.

Мгновение спустя два заклинания ударили в Алексу и Сергея, пробив навылет. Сергей захрипел возмущенно, силясь выразить словесно, как это нечестно вот так колдовать, не произнося ни звука, не поднимая палочек, не делая жестов.

А затем он опять умер.

— Уже сгораешь от нетерпения, это хорошо, — хрипло рассмеялась Алекса, вталкивая его в палатку. — Давно не вступала в магический брак!

«Мать, мать, мать!» мысленно заорал Сергей, сам не понимая, матерится он или взывает к Матери-Магии. Алекса подчинилась ему, сыграть на этом? С чего она вообще ему подчинилась? Неважно! Узнала про Гамильтона, проклятье! Нет, играть на подчинении — сохранять брак, нет, нужно обойтись без этого. Как? Как?!!

— А я так вообще не вступал ни разу, — ответил Сергей, невольно переводя взгляд на шагнувших в палатку.

— Они лишь засвидетельствуют наш брак, — сообщила Алекса, скидывая одежду.

Наглое вранье, чего уж там. Зачем свидетели, когда сама Мать-Магия связывала двух магов браком? Страховка, чтобы Гарольд Чоппер не выкинул ерунды. Не подчинится, не вступит в брак, эти двое убьют его или тяжело ранят и тоже вытащат на площадь. Казнь в прямом эфире и что там еще Владыка замышлял.

— Отлично, — он сам шагнул к Алексе, крепко обнимая ее и стискивая руками ягодицы.

Прошептал в ухо возбужденно:

— Ты прекрасна, как сама дева битвы.

Заклинание и возбуждение самого себя, но контролируемое. Объятия, способ смотреть на двух охранников, убийц Смерти. Настороже, колдуют быстро, просто так их не атаковать. Нужно внушить им, что все идет как надо, что Гарольд Чоппер безобиден.

— Ты не поможешь мне с одеждой, а то магия что-то не слушается?

И снова Алекса сделала жест, а Сергей остался без одежды и тут же сам мягко упал на спину.

— Извини, дорогая, ты не могла бы… ну, немного облизать? — делая вид, что смущается, указал он в район промежности.

— Ты так мил в своем смущении, — улыбнулась Алекса.

Страшное зрелище, шрамы сдвигались, словно наползая друг на друга, и если бы не заклинание, у Сергея сейчас все обратно упало бы. Он знал, что у него будет лишь мгновение, когда Алекса опустится на колени и оттопырит голую задницу в сторону охранников. Самому было противно разыгрывать все это, но откат к моменту входа в палатку ясно показывал, что возможности его ограничены. Телепортироваться прочь, если тут вообще можно было телепортироваться, так подручные Владыки сразу поднимут тревогу и всё, все погибнут.

Алекса, приоткрыв рот, тянулась, когда Сергей шевельнул руками, делая вид, что всего лишь хочет помочь Алексе в ее упражнении. Касание и взвинчивание возбуждения до предела, мгновенная разрядка в лицо Алексе и тут же выстрел сквозь нее, благо охранники не видели рук Сергея.

Два заклинания, не боевых, просто паралич, чтобы ничего не вылетело за пределы палатки. Сканирование и осознание — чары антителепорта! Ладони чашей, Алексу в кокон щита, одновременно отбрасывая ее в воздух. Еще щит, изнутри палатки, заглушка звуков, создание «барьера невидимости», поглощение магических вибраций, дабы никто ничего не заподозрил.

— Взрывная страсть, — не удержался Сергей от плоской шутки.

Голова Алексы разлетелась брызгами, но щит выдержал. Сам Сергей уже стоял рядом с двумя Убийцами Смерти, беззвучно ударяя в них заклинаниями. Убийцам не хватило какой-то секунды, сбросить паралич, очнуться и атаковать или хотя бы поднять тревогу.

— Сон фо риэл! — добавляя к щиту-заглушке звуковую иллюзию.

Одна рука Сергея коснулась виска, вторая вытянула палец, устремляя нить воспоминаний и образов в купол звуковой иллюзии. «Ах-х-х-х», застонала палатка голосом Алексы, «дорогой, ах-х-х-х» и тут же голос Сергея, ответные стоны страсти. Негромкие, конечно же, приглушенные, якобы они там внутри орут от страсти, не сдерживаясь, а наружу пробивается вот это вот.

Сергей коснулся ближайшей подставки-вешалки, создавая острейший меч, которым и отрубил головы двум приспешникам Владыки, дабы не колдовать лишний раз. Антителепорт-чары, плохо-плохо-плохо. Выбросить импульс и рассеять их, уйти прочь? Тревога и убийство тех, кто на площади, да, все дело в заложниках, Сергей не мог и не хотел их бросать.

Выбежать в виде голой Алексы? Сергей бросил взгляд в сторону безголового голого тела и его слегка замутило. Выйти в виде Убийцы, с маской и в балахоне? Вариант. Но что потом? Сражаться в одиночку с Владыкой и его убийцами? Не выйдет. Проклятье! Нужны были союзники… а вот это могло сработать. Могло.

Сергей раскинул руки, творя внутри палатки ритуальную фигуру, сложную смесь кругов, треугольников, священных знаков и формул перехода. Не рекомендовалось колдовать вот так, изнутри расширенного чарами пространства в обычное, так как легко можно было все сломать, но сейчас Сергей примерно на что-то такое и рассчитывал.

Преобразование и превращение, подготовка заряда, концентрирование. Перепроверить? Некогда!

— ДА-А-А-А!! — трубный выкрик Сергея прокатился над площадью, сливаясь с иллюзией выкрика Алексы.

Багровый туман с искорками, насыщенность энергией, облако и имитация удара с небес, словно сама Мать-Магия решила покарать нечестивцев!

Сергей, в балахоне и маске рванул на площадь, якобы убегая прочь от багрового облака. В характере оно или нет, неважно, сейчас всем не до него! Несясь огромными прыжками, Сергей увидел, что расчет сработал, Убийцы лихорадочно ставили щиты или разбегались, Владыка что-то там колдовал, но это уже не имело значения.

ДАДАХ!!!

Багровое облако словно взорвалось, разнося в клочья все щиты, какие тут только были. Не настоящий взрыв, а якобы хаотичный выплеск, разорвавший «молодоженов» на пике их страсти — Сергей даже изготовил муляжи из тел приспешников Владыки, имитации Алексы и Сергея, сейчас разлетающиеся кусочками во все стороны.

Дождь и град из кусочков тел и обломков палатки, с добавлением взрыв-зарядов, накрыл всю площадь. Выброс энергии, маскирующий преобразование земли под площадью и создание там пустоты, вкупе со сложнейшим рисунком, магической печатью, напитанной энергией исцеления до краев.

— Жаклин!

Сергей сделал вид, что его сбило с ног ударом, покатился, прихватив тело Жаклин Кардиналь, бессовестно лапая ее за грудь и тут же взрезая одежду, засовывая пальцы в неприличные места. Разряд! Еще разряд! Жаклин очнулась, возмущенная до последней клеточки в теле, забилась и тут же стихла, так как Сергей немедленно впечатал ей в голову огромный образ случившегося и того, что будет, того, что надо сделать самой Кардиналь, если они хотят всех спасти.

Кому другому такой заряд вскипятил бы мозги, но сила крови не подвела, спасла Жаклин и она сейчас смотрела почти в упор на Сергея, прожигая его пылающим взором. Он торопливо выдернул пальцы, посылая образы извинения и объяснения и тут же вскочил, возвращаясь к виду Убийцы Смерти. Если кто и заметил чего, то у Сергея было наготове объяснение, взрыв страсти Алексы и Гарольды, зацепивший его краешком, но все равно переполнивший гормонами.

Так себе объяснение, бред полнейший, по правде говоря, но как и с взрывом, расчет шел на то, что некогда будет вникать и задумываться, выиграть секунду и мчаться по плану дальше.

— Убить всех! — выкрик Владыки.

Импульс и активация взрыв-зарядов, щит на себя и Жаклин. Площадь снова застлало разрывами, выбросами земли, камня и частей тел, и в это же мгновение площадь начала проваливаться. Преобразование сработало, как по учебнику, тела заложников провалились и оказались внутри фигуры.

ВШШУУУУХ!!!

Выброс энергии, столб света, исцеляющего, приводящего энергии в теле в норму, сносящего все щиты на своем пути. Маяк, для тех, кто прибудет, возможно, прибудет сюда. Сергей знал, что нельзя уповать на внешнюю помощь, да что там, даже на внутреннюю нельзя уповать. Всем пальцы в задницы не сунешь, энергию не нормируешь, а само исцеление. Оставался зазор, временной лаг, пока оно сработает, пока маги поймут, где они и что они, начнут давать отпор убийцам.

Банда Владыки за это время сто раз их перебьет.

— Действуй! — послал он мыслеобраз Жаклин.

Хоть кого-то возьмет под контроль или пробудит раньше, уже хорошо. Но лучше под контроль, убийцы на ногах и не отравлены, промедлят секунду от «дружественного огня». Хотя, хрен их знает, судя по всему, та еще банда отморозков и безумцев, неудивительно, что их столько поймать не могли.

Начальный выброс энергии, якобы от страсти молодоженов, помимо маскировки преобразований, нес в себе еще одну функцию. Разрыв чар, снос щитов и Сергей телепортировался свободно, оказываясь возле Грега. Тот, все так же лишенный руки, ноги и глаза, что-то хрипел, прибитый кольями к земле, распятый, словно Христос.

— Проклятье! — вырвалось у Сергея невольно.

Но руки уже действовали, хватали колья заклинаниями и вырывали из тела Одноглазого, одновременно с этим устремляя в него заклинания исцеления и успокоения, выравнивания внутренних энергий. В ушах звенело, голова слегка закружилась, похоже, Сергей перестарался с зарядами, но что поделать? Ему требовалось накрыть всю площадь, как-то спасти или хотя бы пробудить всех, уповая, что хотя бы половина очнется.

Опасность!

Сергей пригнулся, закрылся щитом, уходя прочь вместе с Грегом. Удар Владыки пропал впустую, но Сергей знал, что это ненадолго. Секунда растерянности, не больше, и Владыка появится рядом, ударит и в этот раз не промахнется.

— Маботы! — прохрипел Грег, хватая его здоровой рукой за грудки и одновременно с этим отталкивая.

Мгновение взвешивания. Одноглазый требовался, чтобы задержать убийц смерти, но точно не в таком состоянии. Магические карманы Сергея были опустошены, палочек не имелось.

— Бегом, Гарольд!! — заорал Грег и Сергей телепортировался прочь, устремляясь к «Молнии».

Глава 43

Мысль «как он узнал меня» пришла чуть позже, мелькнула и скрылась.

Один из «Ла-Маншей» шагнул вперед, сверху навалилась невидимая тяжесть, из рук мабота вырвались яркие лучи. Сергей на бегу ударил антигравитацией, отбрасывая тяжесть и взлетая. Лучи рванули следом, но Сергей уже выиграл мгновение, успел соединить руки вместе, мысленно выкрикивая формулу зеркального щита.

Лучи скользнули в сторону, Сергей рухнул вниз, пропуская очередь из пуль над головой, и тут же ударил за спину выбросом энергии, рассеивая проклятие. Рывок вперед! Сергей мало, недостаточно тренировался, но к счастью магия разгона поддерживала мышцы в тонусе, давала ему возможность сейчас скакать и вертеться бешеной обезьяной, без потери темпа.

Руку в кулак, призыв подставки, преобразование и Сергей снова взлетел, разворачиваясь и выпуская сразу четыре ракеты из пусковой установки. Толчок, по какому-то там закону физики и тут же Сергей применил формулу облегчения веса, добавил антигравитации и помчался в противоположную сторону ангара, продолжая мысленно колдовать, благо отсутствие палочки не представляло для него проблемы.

Фух, фух, фух, фух, с легкими выдохами в его сторону помчались транаты, Сергей вскинул руку, силовым импульсом сбивая их в стороны. Ангар корежило и рвало на части, меняло, в щели сунулись двое убийц Смерти, Сергей немедленно начал стрелять из автомата, дергающегося и ходящего ходуном в его руках.

Патроны не заканчивались, но и эффекта особого не было, балахоны оказались зачарованы, отразили первую атаку, и приспешники Владыки пустили в ход магию, закрылись заклинаниями.

— Простак! — крикнул один из Убийц.

Сергей хохотнул злобно, на ходу подавая энергию в превращаемые пули. Очередь магических взрыв-пуль вспорола их щиты, как бумагу, разорвала кричавшего, ранила второго. Сергей уже телепортировался за спину маботов, надвигавшихся на него двух «Ла-Маншей» и одного «Пеликана», ударил одного в самое слабое — поясницу сзади.

Тройное заклинание, пробитие энергощита, разъятие металла, заряд, усиливающий батарею. Мгновение спустя «Ла-Манш» тряхнуло, мабот замер, а сам Сергей еще раз отпрыгнул, ударяя ногой в пол, выплескивая импульс преобразования. Пилот подбитого «Ла-Манша» телепортировался наружу, но Сергей был наготове, провел подсечку, швырнул его заклинанием прямо в «Пеликана», ощущая, как теряет понапрасну время.

Второй «Ла-Манш» отвлекся на лед под ногами, не упал, но потратил время и внимание пилота, вонзая шипы.

— Сейчас! — тихо выдохнул Сергей.

Не самая удобная позиция, но все же секундная передышка. Нельзя ждать идеальных условий, они не наступят или наступят, когда ты уже проиграл, так учил его Одноглазый. Но Сергей все же потратил время, дал втянуть себя в бесполезный бой, вместо того, чтобы сразу рваться к «Молнии»! Каждая секунда — жизни магов там, снаружи, жизни друзей и соратников, даже если забыть обо всех остальных.

Телепорт! Голова кружилась все сильнее, но Сергей порадовался, что не пожалел энергии на тот начальный выброс, накрывший и порвавший античары не только на площади, но и зацепивший все три палаточных городка сборных вокруг. Не надо было бегать и прыгать, похваляясь умением создавать оружие из чего угодно, да и плевать, подумал Сергей, ныряя в «Молнию».

Полетного комбинезона не было и опять плевать! Главное, родной мабот раскрылся заранее, уловив импульс, главное, что его не успели повредить до конца. Возможно, Владыка собирался их продать или подчинить, способ активации силой крови всегда можно было обойти, главное разбираться в маботах.

— Умрите, пидарасы!! — взревел Сергей, посылая команду.

«Ла-Манша» и «Пеликана» снесло, словно карточный домик, а Сергей ощутил прилив новых сил. Озеро внутри бурлило и ходило ходуном, глаза застило багровым, да и в третий раз плевать! Не время проявлять миролюбие и мотать сопли на кулак!

С громким хохотом Сергей вырвался наружу, обрушивая во все стороны потоки пуль и ракет, заклинаний и плазмы, вбивая врагов в землю ударами гравипушек и хлеща проклятиями из чарометов. Скорость, телепортация, удары и да, черт побери, возможность ну вообще не сдерживаться!

— Во славу твою, Мать!!! — заорал еще громче Сергей, так как предыдущий выкрик вышел жалким, с горечью мысленного осознания, что да, не умеет он материться.

Ничего, если выживет — научится!

Все больше и больше ударов обрушивалось на «Молнию» и Сергей неожиданно понял причину. Он сам замедлился и выдавал все меньше энергии, потому что вложил слишком много в начальные удары, выдохся и устал, отвык работать только на своей магии, без подпитки от батарей.

Затаиться? Экономить? Исключено!

— Ты зря поминаешь ее всуе, — прозвучал голос Владыки.

Все такой же мягкий и спокойный, не смотри, что исходил он из мабота французской сборной. «Шарлемань», в честь Карла Великого, мабот капитана сборной, Флёр де Лорм, сородичей Кроу. Он не спрашивал Алекса, настолько сильно это родство, ибо хоть они вроде и помирились, но все это было очень зыбко и расплывчато и, как подозревал сам Сергей, продлится лишь до окончания БАМ. Но, в общем, де Лормы или Делормы, как их тоже писали, были аэрокинетиками и превращались в птиц. Не ворон, а скорее каких-то птичий гарпий, возможно даже состояли в родстве с волшебными гарпиями, как Кардиналь с русалками.

Как подозревал Сергей, если покопаться, то и в Чопперах тоже можно было найти каких-нибудь волшебных существ в предках. Вообще вся эта тема с размножением, разумностью и выведением новых видов, заслуживала отдельного исследования, и уж точно не прямо сейчас!

Плохо дело, понял Сергей, разум засыпал, сознание не могло удержать мысли, соскальзывало на посторонние темы, в основном касающиеся женской груди и размножения.

— Отринь свои заблуждения, опусти мабота, покайся перед Матерью и покарай грешников! — воззвал Владыка.

Ага, типа теперь уже одним магическим браком не обойдешься, вяло подумал Сергей. Вспышка возбуждения и злости спала, наваливались апатия и безразличие. Владыка еще не поминал свою Алексу, обман с телами, возможно, все это будет потом. Вначале вынудить Гарольда Чоппера сдаться, признать поражение, а потом уже оттуда методично ломать через колено.

Вокруг еще кипела битва, но видно было, маги Британии, Франции и Германии, гости Турнира и пилоты сборных, все они проигрывают. Отравленные и опоенные, лишенные палочек и содержимого магических карманов, едва пришедшие в себя, они пытались сражаться, но проигрывали Убийцам Смерти. Здоровым, матерым и с многолетним опытом, не ведающим жалости.

— Примерно вот так, — произнес Владыка, опуская ногу мабота на голову Одноглазого Грега.

Тот сражался отважно, соорудил себе новые протезы, командовал и пытался сбить группу, чтобы защитить своих или хотя бы пробиться прочь, но все это тоже было тщетно. Владыку лишили силы крови рода Энигма, работы с пеплом и сажей (а также испепелением), но то ли у него все равно что-то да осталось или он заново развил в себе силы, за счет жертв и крови, или действительно являлся любимцем Матери.

В общем, Владыка испепелил Одноглазого вместе со щитами, куском земли и еще тремя магами рядом.

— Тебе, Мать, эта жертва сбившихся с пути и возжелавших крови ближнего своего, — произнес Владыка.

Словно проповедник, пробило Сергея осознанием. Мягкий, спокойный голос, воздействие на разум, да он же натуральный глава какой-нибудь секты из США, которые то инопланетян ждали, то с армией и ФБР сражались, то еще какие-то коленца выкидывали.

— Ты неплохо сражался, Гарольд, — обратился к нему Владыка.

Сергей не стал ждать окончания, телепортировался ему за спину, обрушил залп из всех стволов и чарометов «Молнии», выплескивая энергию в выкрике. Убить одним ударом! Тогда еще будет шанс! Раскаленное облако взметнулось грибом к небесам, Сергей ощутил опасность сзади, попробовал увернуться, но не успел. Клинок, огромный и зачарованный, наподобие топора Руперта, вошел в поясницу «Молнии», пробил все защиты, словно их и не было и Сергей заорал от боли.

Клинок взрезал ему обе ноги, практически перерубив их в коленях.

— Но ты слишком слаб, молод и…

Сергей не стал дослушивать эти нравоучения, прибег к дару легкой смерти.

— Маботы! — прохрипел Грег, хватая его здоровой рукой за грудки.

— Нет! — рявкнул Сергей, отталкивая его руку.

Он раскинул обе руки, прищелкивая пальцами, моментально творя Грегу руку и ногу, и все, что выломали враги. Не артефакты, нет, исключительно протезные затычки, чтобы он мог сражаться. Руки его уже переходили в следующую форму, складываясь чем-то средним между шариком и сердечком.

— Хе пай ки те хоки те мури! — выдохнул он, прибегая к обратному заклинанию притяжения.

Плевать, что вслух, ведь сам Одноглазый его учил — энергия в бою это всё! Тут сэкономил, там сэкономил, смотри-ка и выжил! Тело Сергея рвануло прочь, прямо к батареям, извлеченным из пространственного кармана на спине.

— Бриллио! — ударил он в полете, коротко телепортируясь выше.

Заклинания Убийц промчались ниже, один упал, разваленный на три части, а Сергей рухнул вниз, прямо к горе магических трофеев. Расчет оказался верным, сюда свалили не только батареи, но и палочки, артефакты, амулеты, зелья, все то, что нашлось у обездвиженных и отравленных.

— Лови! — крикнул Сергей, поддевая ногой упряжь с искусственным членом.

Убийца Смерти не растерялся, испепелил коротким взмахом палочки, а Сергей вынужденно нырнул за гору трофеев, тихо матерясь про себя. Выбора особого не было и он в прыжке провел руками вдоль тела, словно демонстрируя фигуру. Заклинание-стимулятор, энергия хлынула ревущим потоком, головокружение и слабость исчезли.

— Таху! — тихо выдохнул Сергей, появляясь за спиной одного из Убийц и касаясь его плеча

«Слишком долго, опять слишком долго вожусь!», мелькнула истеричная мысль, пока Убийца вспыхивал, превращаясь лишь в горстку пепла. С рук его сорвались струи огня, устремляясь к остальным врагам. Те синхронно прикрылись щитами, сверхтекучий напалм рванул во все стороны, обтекая и создавая горящий купол. Сергей прыжком влетел в кучу трофеев, хватая и сгребая, срочно вычерчивая дуги ногами, рисуя знак перемещения в помощь телепорту.

— В бой! — заорал Сергей, появляясь в центре бывшей площади.

Получившие удар исцеляющей энергии бывшие заложники ворочались и пытались сражаться, но выходило, как и в прошлый раз плохо.

— Все как один! — снова заорал Сергей, раскидывая палочки и артефакты.

Да, часть их летела в Убийц Смерти, но и плевать!

— Ререранги ауихуауио, — засвистел Сергей, словно подражая вою урагана.

Вихрь взметнул его к небесам, стягивая на себя внимание Убийц и дополнительно разбрасывая палочки и артефакты. Щит! Еще! Телепорт!

Ракеты и лазерные лучи рвали ураган, кто-то ударил заклинанием, разбрасывая пылевую тучу, и Сергей оскалился злобно, ощущая, что снова не успевает и проигрывает битву! Маботы! Прав был Грег, маботы — ключ к победе! Но не самому туда прыгать, а… точно!

— Те рео о те вхатитири! — ткнул он себя пальцами, составленными «козой», в горло.

Рухнул камнем на земле, впечатывая ладони в землю и запуская новую трансформацию, тут же вскинул левую, ставя щит, правой ударил и промахнулся, телепортировался прочь, заговорил на лету, но благодаря заклинанию голос теперь гремел и оглушал.

— Пилоты! Пилоты! Пилоты! — на трех языках, английском, французском и немецком.

Глупо? Возможно. Но что поделать, если жизнь не подкидывала ему легких задач и справляться со сложнейшими проблемами приходилось на ходу и на лету. Правая рука Сергея притянула кусок стола и он закрутился в полете, переворачиваясь и расстреливая из автомата преследователя.

Убийца Смерти сбился с ритма, не хохотнул, нет, даже не отвлекся, только сбился с ритма, но все равно успел выставить щиты. Сожаление промелькнуло в Сергее, пока взрыв-пули рвали щиты преследователя и его самого. Сожаление и легкий страх — банда Владыки была слишком хорошо обучена, слишком сильна. Не Одноглазые, так и сам Сергей ни разу Грега в бою не уделал!

с Бегите к маботам! — тем временем орало его тело на трех языках.

Телепорт! Перенос! Щит!

Дункан рванул к своему маботу, Сергею же в нос неожиданно ударило сильнейшим запахом взрывчатки, энергией смерти. Где-то фоном мозг отметил синестезию, скорее всего из-за заклинания-стимулятора, но времени останавливаться не было. Еще немного и он упадет, окончательно истощенный. Проклятье! Если бы откат унес его обратно, до печати, он сделал бы иначе, натаскал бы пилотов телепортом, пять-шесть асов в своих ИМах, они бы сумели отбросить Владыку!

— Те хури ки те кохату! — выкрикнуло тело, кружась и выжигая печати на полу ангара.

Враги еще не успели уничтожить всех маботов, но явно готовились и взяли себе только тех роботов, кого могли быстро активировать без взлома силы крови. Волна превращения ударила во все стороны, окаменяя мебель, пол, стены, взрывчатку, отчасти даже маботов, поврежденных в прошлых боях. Увы, но выбора тут особого не было, как и времени, или сильнейший удар по площади или взрыв всех маботов. Смутное удивление и ответ подсознания, в прошлый раз враги не успели все взорвать, так как Сергей сражался с ними.

— Давай! — выкрик Дункана.

Телепорт-возврат с Оллином! До пилотов дошло и они начали телепортироваться сами, побежали к ангару БАМ, а Грег и остальные их прикрывали. То и дело кто-то из магов падал под ударами Убийц Смерти, но они все же успевали прикрывать пилотов, отбивались, благодаря палочкам, что вернул им Сергей.

БАБАБАБАМ-М-М-М-М!!!

Ангары сборных Германии и Франции взорвались, швыряя всех на землю и убивая тех, кто не успел закрыться. Сергея, со звенящей головой и подгибающимися ногами тоже швырнуло, в глазах потемнело. Мгновение спустя он понял, что это маботы оказались рядом, встали стеной, закрывая свет.

— Сборная, — выдохнул Оллин Вульф. — Слушай мою команду! Руби, не глядя!!

— Руби, не глядя!! — взревели остальные пилоты в маботах, устремляясь в атаку.

Сергей упал бессильно, задыхаясь и ощущая, как по щекам бегут слезы.

Глава 44

Величие момента оказалось испорчено внезапно вынырнувшим откуда-то сзади Алексом Кроу. Сергей еще попробовал поставить щит в последнюю секунду, но оплошал, не справился. Или просто Алекс был в хорошей форме и проломил щиты своей магией, нанес удар невидимым клинком, воздушным лезвием, сразу взрезая горло Гарольду.

— Поваляйся в больничке! — напутствовал он, нанося еще один удар в грудь и скрываясь.

Сергей хрипел, понимая, что никто ничего не видел и не заметил. Маботы сборной БАМ неслись в атаку, маги не отставали, Убийцы рвались навстречу в своих маботах, и бывшая площадь, центр Острова, представляла собой сейчас картину одного огромного побоища.

Ракеты сталкивались с заклинаниями, чары пробивали броню, пули рвали камни и плоть, кто-то рубил огромным мечом, несколько магов обрушивали залпы при помощи артефактов. Маги превращались в зверей, хлестали магией, получали сталью и плазмой в ответ, все грохотало, ревело, бурлило и воздух быстро затягивало огромным облаком пыли, пепла и аэрозоля из крови.

Сейчас бы ринуться туда, подумал Сергей, ощущая, как жизнь вытекает из тела. Разметать, снести, убить. Конечно, в такой свалке не до него. Обидно. Такой момент триумфа оказался испорчен. Урок на бу…

БАБАБАБАМ-М-М-М-М!!!

Ангары сборных Германии и Франции взорвались, швыряя всех на землю и убивая тех, кто не успел закрыться. Сергея со звенящей головой тоже швырнуло, но уже в полете он сориентировался и телепортировался, прямо к «Молнии», благо та почти не пострадала. Время, время, время, поджимавшее Владыку и его приспешников, оказалось просто спасением в этом вопросе. Наверняка потом, пока шла бы казнь, Убийцы Смерти похватали бы каких-то маботов, что-то взломали бы и унесли с собой, остальное взорвали бы, скорее всего.

Как вот сейчас.

— «Молния» в строю! — заорал он, потому что хотелось орать, рвать и метать.

Урок на будущее, никогда не думай, что помирился с кровниками! Ударить бы сейчас по Кроу, размазать в кровь, но нет, нельзя, нельзя! Никто не поймет, ведь никто не видел, как он убивал Гарольда! В это мгновение Сергей неожиданно понял, как можно ненавидеть годами и десятилетиями, ждать удобного момента, улыбаться и прогибаться, чтобы потом вот так взять и перерезать горло. Никакой магический брак не сравнится, хотя и в нем была неожиданно раскрыта новая высота удовольствий.

— Сборная! — выдохнул Оллин Вульф. — Слушай команду Гарольда!

— Руби, не глядя! — заорал Сергей.

— Руби, не глядя! — заорали в ответ.

Шестеро, включая «Молнию». Оллин Вульф, Дункан Малькольм, Анджела Прейер, Ариша Хаксли и Эдвард Лагранж. Они выскочили из ангара, взмывая в воздух и словно зависая в нем. Как в тех моментах, в фильмах и мультфильмах, когда команда рвется в атаку и все переходит в режим слоу-мо, восторженно подумал Сергей.

Мгновение восторга схлынуло и в них ударила стена заклинаний и огня.

Снесла двоих, четверо прорвались, навстречу маботам врага, завертелись в безумной карусели, и под ногами их сражались маги и Убийцы Смерти, дрались буквально насмерть, иногда просто прыгая и впиваясь зубами во врага. Чуть ранее Сергей наблюдал эту вакханалию со стороны, а теперь оказался в самом ее центре!

— Подбит!

— Сверху!

— Сдохни!

— Чихоа ва тэ!

«Молнию» трясло и кидало, и Сергей сам кидал ее в безумные виражи, метал вниз сети, накрывая Убийц и магов, стрелял в белый свет, как в копеечку, ибо враги вертко уходили от его пуль и снарядов. С каждым выстрелом в голове звенело чуть сильнее, но Сергей еще держался, подавал энергию в мабота. «Молния», вторая половинка его, откликалась чутко и ласково, ставила щиты, меняла руки-ноги, ослабляя атаки, принимала удары в торс, ремонтируясь и изрыгая потоки адского пламени в ответ.

Из облака пыли и камня вынырнул мабот.

— Руби не глядя! — заорал Сергей, взмахивая топором.

«Гибралтар» не успел среагировать, налетел на топор и раскололся, выбрасывая капсулу в сторону. Сергей чуть подлетел, пропуская под собой связку убийственных чар, врезал по капсуле с ноги, отправляя обратно во тьму пылевого облака вокруг.

— Сигнал! — орал Вульф. — Кто-нибудь, дайте сигнал!

Уже не видно было земли, в кого бить, куда бить, помогая своим внизу. Сергей не столько летел, сколько реагировал на инстинктах, на энергочувстве, пропускал удары и бил в ответ, стрелял на движение, ощущая, как теряет связь с реальностью. Диссонансом резанула симпатия к Владыке — если подобное было в прошлых магических войнах, то неудивительно, что он сошел с ума. Скорее стоило бы удивиться, что не до конца.

— Гарольд Чоппер! — прогремело с небес.

Словно подслушав его мысли, появился Владыка.

В другом маботе, не «Шарлемане». «Беовульф» германской сборной, пилот Клеменс Маус, из рода Маусов, но с силой, схожей с Вульфами. Сборная, впрочем, на эту тему почти не шутила (про волков и мышей, в смысле), похоже, все исчерпали в прошлые года, и Оллин с Клеменсом постоянно были на ножах, словно одинаковость сил автоматически делала их кровными врагами. Казалось бы, наоборот, должна была сближать, но Сергей, прежде чем начать удивляться, вовремя вспомнил, что самые сильные ссоры — между родственниками и соседями.

Он метнулся в сторону, уходя от выстрелов Беовульфа, сам ударил и промахнулся. Еще и ас пилотирования!

Краешком усталого, звенящего сознания Сергей понимал, что еще в прошлый раз должен был это осознать. Когда Владыка увернулся от удара Молнии и атаковал со спины так, что Сергей не сумел среагировать. Вот так и гибнут от какой-нибудь мелочи, резонировал в ушах голос Одноглазого.

— Сразимся один на один! — крикнул Сергей. — Пусть наш поединок решит всё!

Он даже не понял, что случилось, в глазах потемнело на секунду, а в ушах загрохотал водопад. Потом до него дошло, что он летит куда-то, нет «Молния» летит куда-то, беспорядочно кувыркаясь от пропущенного удара, а в ушах грохочет хохот Владыки.

— Убейте их всех, мои верные Убийцы! — заорал он неожиданно, утратив мягкость и спокойствие голоса.

Беовульф налетел, словно молния, и Сергей не успел даже понять, что скаламбурил, пропустил три удара, лишился ноги и одной из бронепластин торса.

— Слабак! — выкрикнул Владыка. — Весь в родителей!

Изменение руки, попытка ударить, Беовульф отбил и отсек Молнии руку. Владыка не просто доминировал в этой битве, он подавлял своей энергией и мощью, и Сергей неожиданно ощутил себя перед ним еще большей мошкой, чем перед Одноглазым.

Ах да, они же были вместе на войне, мелькнула мысль.

— Звезда Турнира? Лучший⁈ Ха-ха-ха-ха! Слабак! Сама Мать велела карать слабаков! Хорошо, что я не успел убить твоих родителей, а то месяц блевал бы от убийства таких слабых слизняков!!

В Сергее словно что-то сдвинулось, хрустнуло, раскрылось и взорвалось. Обмелевшее было озеро снова взбурлило и теперь это была не мрачная багровая бездна, нет, взлетали гейзеры ярко-алой крови, жидкость прибывала на глазах и сам он словно оживал.

— Да ты сам себя обозвал! — заорал ему Сергей в ответ. — Потому что ты — мой отец!!

Пользуясь мгновением ошеломления, он выплеснул новообретенную реку крови в уцелевшую руку, нещадно перегружая там все, пропитывая магической взрыв-энергией каждый атом. Никаких заклинаний, структуры, ничего, просто вбивание энергии, словно в первый день в этом мире.

«Топор Руперта» пробил броню Беовульфа, Владыка очнулся и сдвинулся, но все равно, инверсия знаменитой фразы про отца помогла Сергею выиграть мгновение, столь нужное сейчас. Вслед за топором внутрь Беовульфа вклинилась рука, раскаленная и пылающая энергией, намертво связывая двух маботов воедино.

Враг чересчур мобилен и умел⁈ Ограничь его подвижность, поставь в такие условия, чтобы не мог применять умения! Банальность, конечно, опасная еще и тем, что противник тоже ее знал и применял. Но сейчас!

— Волею Матери, да будет так! — выкрикнул Владыка.

Жар раскаленной руки и пламя магии, текущее в теле, не помогли, Сергея моментально пробрало ознобом и страхом. Что, если Мать-Магия и правда услышит, подтвердит его слова? Следи за языком!

Мир вокруг утонул в беззвучной вспышке звезды, на самом деле громкой настолько, что у Сергея просто отказал слух, несмотря на заклинания-смягчители. Зажмуренные глаза, фильтры «Молнии», заклинания ослабления, все это словно не помогло и перед глазами Сергея плясало белое пламя.

Жар, холод, боль, забивание гвоздей в голову, в беззвучном и ослепшем мире. Сергей словно плыл где-то в космосе, в вакууме боли, не зная, что ему делать, потому что он не представлял, что происходит вокруг. Умирает ли он в расплавленной «Молнии» или та все же уцелела, только улетела куда-то в океан? Прибегнуть ли к дару легкой смерти и снова проходить через эту пытку? Сергей не знал.

Новый выброс, гейзер крови, омывающий Сергея-Гарольда, и Христос на кресте, сияющий, нависающий над ним:

— Восстань и иди! — с резким выстрелом струей липкой, тяжелой и вязкой крови в нос.

Сознание вернулось рывком и первое мгновение Сергей понимал только, что он летит куда-то, а вокруг все вопит и моргает. Кровь и грязь на лице, липкие комки в носу и рту, боль во всем теле, словно его избивали ломами, впору было упасть и свернуться в комок.

— Мака! — рявкнул Сергей и снова заорал.

Всю кровь и грязь сорвало и отбросило с тела, вместе с одеждой, а кое-где и с кусочками тела. Еще выброс, удар исцелением по телу, словно молнией боли, от головы до пят! Сергей понял, где находится и что происходит, и тут же подал энергию в летные артефакты, прерывая полет в океан и собираясь снизиться.

— Вот черт, — вырвалось у него.

Пришел ответ артефактов диагностики, затопил сознание пополам с болью. Ноги и руки у Молнии отсутствовали, выжженные взрывом, уцелела только капсула торса и то, на половину, не больше. Кровь снова потекла, заливая глаза и мешая, но Сергей уже сбил сам себя заклинанием, уронил торс «Молнии», раскрывшийся еще до удара, и вывалился из него, словно окровавленный цыпленок.

— Рождение любимца Матери, картина кровью, — раздался хриплый голос Одноглазого.

Сергей, пошатываясь, поднялся. Внутри бурлили гейзеры крови, давали энергию и он вбивал в самого себя исцеления, улучшения, восстановления, оживая прямо на глазах. Причем колдовал машинально, именно так, как всегда хотел и требовал Одноглазый, на рефлексах, оставляя мозг свободным для другого.

— Да и вы выглядите не лучше, — отозвался Сергей.

Одноглазый сейчас больше всего напоминал осьминога, которому оторвали часть щупалец, остальные завязали узлом и выбросили на берег, подыхать. Битва! Сергей молча начал соединять кончики пальцев, вкачивая энергию в заклинание великого исцеления.

— Побереги силы, — прохрипел Грег, — ты ж под допингом был!

— У меня открылось второе дыхание! — мрачно оскалился Сергей, вскидывая правую руку, словно изображая кобру в прыжке. — Хе вакаора нуи!

Излечить и спешить обратно в бой, раз уж уцелел! «Молнию» жалко было до слез, но Сергей знал, что только откатись и начни юлить в прошлом, пытаясь спасти мабота, как всё. Владыка его прибьет, откат и снова попытки спасти и спастись самому.

— Да вы издеваетесь! — заорал Сергей, пока Грега корчило и выгибало ударом великого исцеления.

Конечности ему Сергей вернуть не смог бы все равно, слишком давно их отрубило, слишком сильны были проклятия, но вот протезы изготовить, подлатать и тоже в бой. Но все эти мысли сдуло, когда облако пыли и энергии словно разорвало и оттуда вылетел Владыка Смерти.

— Щиты забыл, — прохрипел Грег.

Словно по лбу хлопнул. Точно! Чары против телепортов и порталов! Кто другой может и не смог бы, а Владыка да, этот сумел телепортироваться прочь за мгновение. Да еще и из чужого мабота!

Разорванное облако явило страшную картину уничтоженного лагеря, но в то же время и картину надежды. Гамильтон, во главе отряда каких-то магов, нападал, громил, атаковал и с каждым взмахом его палочки падал еще один Убийца. Владыка, отброшенный было из битвы, вернулся, насел на Гамильтона.

— Да, — криво усмехнулся Грег, — нам не место в битве таких титанов.

Сергей даже не поспевал следить за ударами, все сливалось в какую-то гудящую сферу энергии, всполохов и выбросов, способных убить обычного мага на месте.

— Точнее, тебе там место, но лет через пять, если отлынивать не будешь.

— На маботе…

— Гарольд! — гаркнул Грег. — Очнись!

Да, Сергей уже и сам видел, что ляпнул глупость. Он и сам смог бы голыми руками, колдуя без палочки, вбить почти любой мабот в землю, чего уж говорить про Гамильтона и Владыку, с десятками лет опыта за плечами! И самое главное — сравнимой мощью.

Сергей охватил голову руками, впился пальцами в кожу, сгребая волосы в горсть. Как же глуп он был, рассчитывая одолеть Гамильтона в одиночку, подловить из засады! Тут надо было выводить армию! Сборную!

— Не ты первый, — сказал Грег, — не ты первый. Ничего, зато теперь ты видишь, к чему надо тянуться!

Битва не то, чтобы затихла, скорее сместилась. Гамильтон и его отряд давили Владыку и Убийц, оттесняя прочь. Видно было, как там открываются порталы, выбегают еще маги, спешат на помощь раненым, что-то колдуют. Сергей выдохнул устало, готовя новое заклинание. Магической энергии-то хватало, а вот уверенности в себе как-то не очень. Влезешь — убьют, все откатится и во второй раз Гамильтон не придет, не спасет.

Уповать на спасение от Гамильтона?!!

Никогда!

Глава 45

Напасть и ударить в спину Гамильтону! Мечты-мечты, покушение на глазах у всех, Сергей давно отказался от такой мысли. Просто зазря потраченная жизнь, а пределы возможностей… что же, вон они, сиди и наблюдай, запоминай.

— Правильный настрой, — одобрительно проворчал Грег, — но не суйся.

Сергей стоял, колдуя заклинания концентрации и сосредоточения. Запомнить каждое движение, потом разобрать, посмотреть в мысленном проекторе.

— Не твой уровень, — продолжал ворчать Грег, — пока что, но он может быть твоим! Я натаскаю тебя, потом пойдешь к Гамильтону в ученики.

— Что? — развернулся к нему Сергей.

В битву сунулись еще маботы, с обеих сторон. Анджелу Прейер приземлили моментально, Лагранж сумел врубиться откуда-то снизу, атакуя не столько маботов, сколько силой крови, хлеща водой во все стороны. Маботы приспешников Владыки падали вниз один за другим, словно экзотические бомбы. Невольно вспомнилась история камикадзе в этом мире, такие же смертники-японцы, только не в самолетах, а маботах.

— Вон они же лезут! — вскинул руку Сергей.

Владыка выбросил нечто вроде непроницаемо черного облака, которое сложилось в оскаленный, усмехающийся череп. Мгновение спустя облако разорвало, изнутри и снаружи, но Владыки и его Убийц уже не было.

— Черная Метка, — усмехнулся криво Грег, — Веселый Роджер, Оскал Смерти, у нее много имен, но суть всегда одна и та же.

— Как? Что⁈ Надо догнать! Достать! — ярился Сергей.

Его душило какой-то непонятной ему самому яростью и злобой. Разрушенный, обращенный в развалины Остров, трупы и обломки повсюду, да что там, само предательство и проникновение Владыки сюда! Неужели все так и останется безнаказанным? Маботы! Турнир! Погибшие соратники!

— Успокойся, Чоппер! — хлестнул его возгласом Грег, выдержал паузу и проворчал уже обычным голосом. — И сделай выпивки, что ли.

Сергей машинально крутнул пальцами, подзывая ближайший обломок и превращая его в два фужера с вином.

— Тут что, праздник для детей? — проворчал Грег.

Сергей соединил мизинцы, дополняя преобразование, превращая фужеры в кружки, а вино в спирт.

— Садись, — бросил Грег, указывая на камень рядом с собой.

— Надо помочь там, надо помочь вам! — воскликнул Сергей.

Грег так и лежал без руки и ноги, но его словно бы и не волновало это. Или просто вида не подавал.

— Садись, — повторил Грег, — ты и так уже помог.

Битва моментально стихла за отсутствием врага. Кто-то еще кидался в разные стороны, стремясь, как Сергей, догнать, достать Владыку. В порталы прибывали все новые маги, наблюдалась какая-то суета на земле, но по сравнению с грохотом и напряжением битвы все это было лишь рябью на поверхности после шторма.

— Не догонят, — задумчиво произнес Грег, делая большой глоток и занюхивая рукавом. — Фирменный прием Владыки, облако-щит, разрыв изнутри и телепорт прочь.

— Телепорт не побег, — отозвался Сергей, тоже делая глоток.

Отменить созданное тобой же было легче на порядок и сейчас ему в глотку лилась вода.

— Ты думаешь, Том не подготовил пути отхода? — скривил губы Одноглазый. — Подготовил, не сомневайся, он всегда был таким. Предусмотрительным.

Грег потрогал пустую глазницу и скривился.

— Непривычно, — пожаловался он. — Мы вместе разрабатывали этот прием, экстренный отход, уже потом Владыка добавил ему формы черепа, для воздействия на неокрепшие умы.

— У него получилось, — признал Сергей. — Ладно, я понял, он подготовил порталы, телепортировались группой и сразу ушли. Но порталы! Можно последовать за ним!

— И влететь в ловушку, — ответил Грег. — Хотя, с Гамильтоном он не станет рисковать, можно не сомневаться, порталы уже взорваны, а если кто последовал бы за ним в это мгновение, просто погиб. Оттолкнулся здесь, но не смог выйти там. Впрочем, наш ректор не настолько глуп.

Гамильтон, словно услышав их слова (а может и без «словно»), направился к ним. Демонстративно медленно, в красивом полете, без телепортов за спину.

— А что там с ученичеством у Гамильтона?

— Да все просто, — Грег еще раз отхлебнул спирта, пьянея на глазах. — Эх, Гарольд, все же не зря Моника от тебя аж кипятком ссытся! Тебя бы на войну, цене бы тебе не было!

Сергей даже не сразу сообразил, о чем речь. Никто не называл Монику Макферсон вот так запросто по имени и уж никто не говорил про нее «ссытся кипятком». Напоить Гамильтона, как Грега сейчас? Нет, для этого он должен доверять Сергею-Гарольду, лишиться пары конечностей в тяжелой битве, ну и все остальное. В таком состоянии проще будет не спаивать Гамильтона, а просто убить, как это сделал Алекс Кроу.

Алекс Кроу, омрачились мысли.

— Да, война это не слишком весело, — кивнул Грег, — но что поделать? Не в наших силах это изменить, хотя. Может оно и будет в твоих силах, лет через пять!

И снова засмеялся, опустошая кружку.

— А закуску можешь?

Сергей молча прищелкнул пальцами, подкидывая камешек Грегу и в полете превращая его в печенье, размером с тарелку. Гамильтон задержался возле каких-то обломков, сосредоточенно колдовал, раскидывая плиты, извлекая тела.

— Гамильфон федет офобые фурсы, — с набитым ртом, роняя крошки на землю, пояснил Грег. — Для тех, кто решил задержаться в БАМ.

Аспирантов и молодых преподавателей, перевел для себя Сергей, прихлебывая еще воды. Хотелось выпить, хотелось напиться и забыться, но не в такой ситуации! Заклинаниями глушить память было рановато, не в тех условиях, когда в их составе битва Владыки с Гамильтоном!

— Уферен, он фефя фозьмеф, — продолжал Грег, громко разгрызая и чавкая печеньем.

В пьяном состоянии он как-то резко утратил сосредоточенность, словно бы расслабился, выпуская на свободу внутреннего Одноглазого. Сергей наполнил ему кружку и поднес, состроив уважительное выражение на лице.

— А если у меня дела вне БАМ?

— Точно! — хохотнул Грег. — Тебе же еще Императором быть! Уверен, Альфред пойдет тебе навстречу! Он так тебя любит!

— Что? — нейтральным голосом спросил Сергей.

— Любит! — повторил Грег. — Гарольд то, Гарольд се, Гарольд молодец, Гарольд такой красавец, Гарольд любимец Матери, поэтому его надо любить!

Сергея пробрало легким ознобом. Ночь того злосчастного покушения лицом к лицу снова встала в памяти. Психологическая травма, как сказали бы умники, и Сергей с ними согласился бы. За прошедшие полгода он далеко шагнул в магии, в умениях, атаковал бы иначе, но все равно знал, что закончилось бы точно так же. В подвешенном состоянии нагишом и приближающийся сзади Гамильтон, собирающийся «поколдовать изнутри». Прекрасный эвфемизм, жутковатый в своем истинном смысле.

— Уверен, попроси его и он тебе не откажет! Возьмет на курсы и научит всему! Ради любимого Гарольда расстарается! — пьяно вещал Грег.

Нафиг, нафиг, подумал Сергей, ощущая, как начинает задыхаться. К демонам такие курсы! И в то же время голосок внутри нашептывал, что зря, зря, он отказывается. Один раз — не тридварас, да и не дойдет дело до такого, едва Гамильтон приблизится, как получит десять тысяч магических вольт прямо в свои неприличные места.

Сергей отогнал, заглушил голосок, разве что уши руками не зажал.

— Я подумаю, — ответил он коротко.

— Да чего там думать, соглашайся! — не унимался Грег. — Сам же все видел! Какой из меня лучший боевик Британии? Вот Альфред!

В Сергее неожиданно зародилось и резко начало крепнуть подозрение, что его, грубо говоря, «разводят». Зачем-то Гамильтону нужно было приблизить к себе Гарольда Чоппера, причем, не вызывая подозрений. Вот Грег и отыгрывал свою роль, благо обстоятельства располагали.

Зачем?

Сергей, не отрываясь, следил за Гамильтоном, тот, похоже, что-то почуял, посмотрел в их сторону. Неприятно, но лучше, чем вид уничтоженного лагеря магов. Развалины, воронки, обломки маботов и оружия, трупы и раненые, и суета новоприбывших магов вокруг. Запах мяса и дерьма, вонь столкновения заклинаний.

Зачем он Гамильтону?

А зачем нужен был Гамильтону младенец Гарольд шестнадцать, нет, почти семнадцать лет назад? Печати сокрытия, сохранение тайны Гарольда все эти годы. Печати должны были исчезнуть первого сентября, что, Гамильтон приурочил их к началу учебного года? Бред.

— Вы отлично сражались, наставник, — сказал он Одноглазому.

— Я постарел, ослаб, — ответил тот и потряс головой. — Акелла промахнулся.

В чем-то так оно и было, вот только все промахнулись. Если бы не откаты во времени, сейчас маги, прибывшие на помощь, бродили бы по колено в трупах. Владыка бы все так же свалил, но без потерь и погони. Впрочем, если бы не откаты во времени, возможно, Гарольд Чоппер был бы уже давно мертв.

— А ты всех спас, — Грег еще раз тряхнул головой. — Как не хватает артефактов!

— Я все восстановлю вам, — пообещал Сергей.

Заклинание протрезвления, частный случай заклинания очистки организма, вымывания из него ядов, токсинов, всего ненужного. Сергею-Гарольду говорили, что есть разновидности очистки и для наркотиков, да почти для чего угодно, лишь бы оно не было магическим, но он так и не рискнул. Все эти «пыхнем на один напасик, что такого», всегда вызывали у него подсознательное неприятие. Выпить — да, это дело другое.

— У меня есть запасные комплекты, — искривил губы Грег, — даже здесь был, только эти все забрали! Том слишком хорошо меня знал, а я вот расслабился и промахнулся.

При всех-то принятых мерах предосторожности? Ох, наговаривает на себя Грег, подумал Сергей, возвращаясь к подозрениям насчет Гамильтона. Зачем-то тот хотел заманить к себе ближе Гарольда Чоппера, не-е-е-ет. Точно. Не просто заманить к себе на курсы, выставить все так, чтобы Гарольд сам пришел с просьбой, точно. Оказался в позиции просящего, позиции того, кто должен. Гидеон Лоддард, правда, объяснял все с позиции любовной магии и подката к потенциальному партнеру, но общий принцип сохранялся.

Так что пусть Гамильтон идет нафиг со своими курсами.

— Он, — Сергей замолчал, формулируя вопрос.

В конце концов, когда еще выпадет такой момент? Чтобы Грег был пьян, расслаблен и без своих протезов-артефактов, то ли протрезвляющих его, то ли добавляющих паранойи?

— Владыка бился не как человек, — сказал он, — откуда это в нем? Ведь его лишили силы крови?

— Вот поэтому мы всегда и побеждали, с нашим майором, — хихикнул Грег, которого, похоже, окончательно развезло. — Всегда везде пролезет, лазейку найдет, вывернется.

Сергей вынужденно наколдовал легкое протрезвление, ибо речь Одноглазого стала совсем уж невнятной, словно он набрал полный рот камней, а в промежутки между ними налил еще и каши.

— Он поднял себе силу жертвоприношениями и ритуалами, лишившись своей силы крови — нашел способ имитировать чужую силу крови.

— Что⁈

— Поэтому он — первый подозреваемый в деле Лонгхэдов. Кровь, кровь, кровь — ключ ко всему! Лишившись своей силы крови, Том ударился в присвоения чужих. Пересадки органов, замены тел, страшные ритуалы из Южной и Центральной Америки, где все и началось. Там надо искать секрет его силы и бессмертия, — язык и слова Грега снова начали заплетаться, становились все более невнятными, — я столько раз говорил об этом, но меня не слушали! Чего ты думаешь, Убийцы его в балахонах? Они все изуродованы с ног до головы, все в метках его безумия!

— О да, — пробормотал Сергей, припомнив Алексу, — страшное зрелище. Как же они прячутся?

Еще одно протрезвление.

— Магия, это все магия, майор всегда был лучшим, разведка, диверсии, тайное проникновение, только теперь он уже два десятка лет воюет со своими! Я так хотел его поймать, остановить, отомстить за свой глаз, но не сумел, не справился.

Грег уронил голову, зажал ее между руками, в голосе звучало страшное сожаление. «Жаль, не я убил твоих родителей», зазвучал в ушах Сергея голос Владыки. Найти его? Раскрыть тайну и шантажировать ей? Союз против Гамильтона? Натравить Владыку на Гамильтона, чтобы первый убил второго?

Картины боя замелькали в воображении Сергея, всполохи заклинаний, сливающиеся в единую радугу. Союз с Владыкой опасен, предельно опасен, но при этом, парадоксально, самый лучший план убийства ректора на текущий момент. Поиски под видом мести Владыке, после турнира никто ничего не заподозрит.

Рядом появился Гамильтон и Сергей торопливо взвинтил мысленные щиты до предела.

— Грегуар, ты опять? — вопросил сердито ректор.

Владыка был мягок, обаятелен, подавлял величием и взрывался жестокостью. Альфред Гамильтон просто подавлял и Сергей опять мысленно взвыл, не понимая, как ему одолевать вот все вот это? Гору мышц, магии и опыта⁈

— Столько лет прошло, — пояснил Гамильтон Сергею, — а он все жалеет о том поединке, в котором потерял глаз.

— Это был лучший шанс достать Тома! — взвыл Грег.

Гамильтон повел рукой и Одноглазый упал, без сознания, а Сергей тут же вспотел и насторожился.

— Если его не остановить, так и будет себя бичевать, — пояснил ректор. — Но кто бы мог подумать, что Владыка решится на такую наглость?

Гамильтон покачал лысой головой, скрестил руки на груди.

— Врать не буду, Гарольд, это из-за тебя, — произнес он, — но ты — молодец! Вывернулся и спас всех.

— Всех⁈ — воскликнул Сергей и расхохотался горько. — Всех⁈

Трупы, трупы, трупы, раненые — искалеченные проклятиями и сильнейшей магией — то есть наверняка инвалиды до конца жизни. И это называется всех?

— Если бы не ты, мы нашли бы здесь только трупы, — пояснил Гамильтон. — И благодаря твоему вассалу, Дэбби Уоррен, мы смогли среагировать чуть раньше.

Сергей только дернул щекой, плюс-минус минута и все равно началась бы трансляция казни! Все бы узнали!

— Так что ты спас всех, — повторил Гамильтон и добавил, — всех, кого смог.

— Или убил всех, кого смог! — прогремел чей-то голос.

Глава 46

Происходящее казалось чем-то нереальным, сном, кошмаром, которого нет на самом деле. Судить его? Который спас всех⁈ Спас, потеряв десяток жизней⁈ В то же время Сергей понимал, что не может вскочить и крикнуть об этом, поэтому продолжал наблюдать, ничего не предпринимая. Маги двигались, колдовали, что-то говорили, но он словно погрузился под воду, почти не слышал их, смотрел словно через искажающее зеркало, пытаясь справиться с собой.

Какая-то часть внутри Сергея, новая часть, пробудившаяся вместе с алыми родниками, питающими озеро, требовала не терпеть подобного отношения. Вскочить, ударить, размазать всех на месте, всех, посмевших требовать что-то от него! От него!

— Да кто вы вообще такие? — вырвалось у него.

— Гарольд Чоппер плохо себя чувствует после сражения! — выкрикнул маг рядом.

Сергей хотел спросить, кто он такой, но вовремя прикусил язык. Одежда в цветах императора, а самое главное значок глаза, вписанного в треугольник. Личный посланник. Хорошо, император присматривает, с теплотой подумал Сергей.

— Я требую перенести эту насмешку над судилищем на другое время!

— Нет! — последовали ответные выкрики.

Франция и Германия, похоже, объединились против Британии. Сергей поискал глазами, но не нашел практически ни одного пилота из их сборных. Даже Жаклин. Убрали свидетелей?

— Поддерживаю, — неожиданно прогремел такой знакомый голос.

Сергей сжал кулаки, ощущая, как глаза буквально наливаются кровью. Гамильтон! Не смог склонить на свою сторону, так решил утопить конкурента? Где он вообще шлялся? Почему не присутствовал на Турнире?

— Простите, — нахмурился посланник Императора Британии.

— Я лично буду защищать студента своей Академии, — повел рукой Гамильтон.

Защищать? Но как? Его же тут даже не было! Сергей ощутил, что еще сильнее не понимает происходящего. Или Гамильтон будет так «защищать», что Гарольд Чоппер гарантированно утонет? Хотя, судилище, да еще с трансляцией онлайн, судя по камерам. это шанс хоть как-то зацепить ректора.

— При всем уважении к герою и легенде Освобождения, это будет давление на суд! Кто осмелится возражать самому Гамильтону? — выкрикнул представитель Франции.

Часть магов собралась рядом, выступая в роли зрителей. Камеры, подумал Сергей. Неужели они не снимали? Со склонностью Владыки к самолюбованию — точно все снимали!

— Турнир — вне трех стран! — поддержал его представитель Германии.

— Что не мешает вам выдвигать обвинения в адрес Гарольда Чоппера, — парировал Гамильтон.

— Потому что они основаны на уликах! Показаниях магов, съемках камер, а самое главное — результатах! Почему сборная Британии спаслась почти целиком, а остальные — нет? Почему…

Гамильтон повел рукой и все замолчали, а Сергей ощутил растерянность. Как так? Ведь он же спас всех! Все видели, какие еще показания? Съемки камер, ладно, но результат! Ведь он спас, даже Гамильтон признал это. Гамильтон! Неужели его проделки? Чтобы Гарольд кинулся к нему за помощью?

Сергей выдохнул тяжело, ощущая, что сходит с ума.

— Показаниях? — веско спросил Гамильтон.

Отдельного сюрреализма происходящему добавляла обстановка. Разрушенный, перепаханный битвой кусочек Острова, обломки, трупы, бригады магов-спасателей. И чуть в сторонке — суд! Да когда они вообще успели допросить свидетелей? Пока Гамильтон сражался с Владыкой, эти паразиты уже бегали и фабриковали дело? Злость встала комом в горле, подталкивая ударить, вбить землю хамов и наглецов. Сергей нарочито медленно сжал кулаки, скрывая дрожь в руках, сглотнул, стараясь убрать ком злобы.

— У нас есть самый главный свидетель — вот он! — рука Гамильтона указала на Сергея.

Стой ректор чуть ближе, так точно пальцем в нос Сергею угодил бы. Но жест и фраза все равно вышли красивыми.

— Гарольд Чоппер раскроет сознание и вы убедитесь, что он невиновен! Что он, наоборот, всех спас!

Сергей чуть не упал. Даже удар молнии с небес не поразил бы его сильнее, чем эти слова Гамильтона. Раскрытие сознания! Добровольное раскрытие, без необходимости вламываться в него, одна из техник ментальной магии, позволяющая обследовать сознание и считать необходимые образы. Принималось как доказательство невиновности, в случае обычных людей, неспособных исказить магией воспоминания. Отказ считался доказательством вины, но косвенным, так как не каждый был готов раскрыть сознание и явить все свои тайны магу-менталисту.

— НЕТ! — выкрикнул Сергей.

Раскрыть Гамильтону свою миссию, выдать секрет откатов во времени? Ни за что! Проще еще десять, двадцать, тридцать раз убить себя, пойти под суд, но только не выдать! Не то же самое, что в дуэли с Кардиналь, здесь он не спрячет ничего, так как добровольно раскроет себя и снимет щиты.

А даже если спрячет, уж Гамильтон точно увидит и узнает!

— Гарольд, — спокойно произнес ректор, — это самый верный способ, только я, представители трех Императоров и распорядитель Турнира. Мы дадим отдельную нерушимую клятву, что не раскроем никому увиденного.

— Нет! — повторил Сергей, с трудом удерживаясь, чтобы не сорваться на постыдный визг.

— Это доказательство вины! — торжествующе взревел представитель Германии.

— Глава Гарольд, одумайтесь, — прошептал представитель императора Кристофера.

Сергей не удержался, метнул в него злобный взгляд. Какое одумайтесь⁈ Да Гамильтон, наверняка, для того все и затеял, чтобы законно залезть в голову Гарольду! Даже если он ничего не подозревал, наверняка ничего не подозревал, то после зрелища приказа Матери-Магии на убийство Гамильтона… Сергей замер. Три личных посланника трех Императоров! Распорядитель Турнира! Они увидят, что сама Магия приказала ему убить Гамильтона! Такой шанс!

Дрожь прошла по телу Сергея. Дрожь понимания. Пятеро заглянут ему в сознание, но из этих пятерых только один Гамильтон. Способный сражаться с Владыкой один на один и одолевать. Против трех посланников и Распорядителя, без боевого опыта или, как минимум, давно не сражавшихся. Итог ясен и понятен, Гамильтон его убьет, откат и все по новой.

— Нет, — повторил он.

Прикусил язык, жалея об упущенной возможности. Такой возможности! А если потом собрать их и показать? Поверят?

— Мы все равно не можем верить воспоминаниям Гарольда Чоппера! — выкрикнул представитель Франции. — Он менталист, одолевший третью наследницу Рода Кардиналь в прямой дуэли!

Наступила пауза, а Сергей мысленно заехал себе по лицу. Точно не поверят. Маги и камеры наблюдали, нужно было держать лицо и выглядеть спокойным, но Сергей чувствовал — еще немного и он сорвется. Возможно, на это и был расчет, надавить на эмоциях, не дать собрать толпу адвокатов, не дать замылить улики. Припечатать прямо здесь тем, что они там надумали.

— Тогда у нас остается только один выход! — провозгласил Гамильтон. — Судилище магии! Сейчас я призову Мать и тогда мы узнаем правду!

Толпа вокруг оживилась, Сергей, надо заметить, тоже. Прямой призыв Матери-Магии, да она же прибьет Гамильтона! Мгновение спустя накатила тревога — будь так, разве стало бы божество поручать эту задачу Сергею и его предшественникам? Нет, там явно имелся подвох, но все же, если Мать явится, можно же будет попробовать убить Гамильтона, да? А она подтвердит, дескать, Сергей-Гарольд, действовал с ее разрешения и во имя всеобщего блага всех магов.

— Нет! — тот же выкрик, только не от Сергея, от представителей Германии и Франции. — Пристрастность!

Гамильтон обернулся с легкой улыбкой.

— Гарольд, — сказал он.

Судилище магии было делом обоюдоострым и опасным. Не каждый мог воззвать к Матери, а некоторых наглецов она, бывало, убивала на месте. Ответ Матери был, в сущности, равнозначен клятве «говорить правду, только правду и ничего, кроме правды». На Судилище Магии невозможно было лгать, но если уж признавали невиновным, так потом никто уже не сомневался в этой самой невиновности.

Сергей оценил изящество «вилки». Либо Гарольд невиновен, а значит, жив и признателен Гамильтону за помощь, либо он и в самом деле помогал Владыке и тут-то Мать-Магия его и покарает. А Гамильтон останется в стороне, вроде как бы и ни при чём, но в то же время в образе защитника, ректора, радеющего за студентов.

Да, пожалуй, Сергею стоило начать брать уроки по интригам и обману.

— Какой-то особый ритуал? — спросил он у Гамильтона.

Да и плевать! Мать-Магия на его стороны, жизни есть, пусть все утрутся! Гамильтон — точно гад, так что хрен ему, а не курсы после БАМ.

— Нет, воззови к Матери и попроси о ее суде праведном. Ведь вы, господа, — Гамильтон улыбнулся представителям Германии и Франции, — уверены в своих обвинениях?

На мгновение казалось, сейчас скажут «нет», отступят.

— Уверены! — выкрикнул представитель Германии.

— Мать-Магия! — воскликнул Сергей, вскидывая руки к небу. — Услышь меня! Яви свой праведный суд!

Небеса раскололо громом и молнией, вокруг Сергея и остальных взметнулось багровое облако.

— Мы считаем, — заговорил представитель Германии, — что Гарольд Чоппер вступил в сговор с Владыкой Смерти, если не был им завербован заранее, еще до становления Главой-по-Праву британского Священного Рода Чопперов! Он помог Владыке проникнуть на Турнир, приоткрыв лазейку в щитах и прикрыв! В сговоре также участвовал и Грегуар Пуатье, известный как Одноглазый Грег, ранее служивший вместе с Владыкой Смерти, Томом Энигма, во время Второй Магической! Вот доказательства!

Записи с камер, все лежат, их несут или перевозят, только Гарольд идет своими ногами. Общается с Владыкой, улыбается, соглашается.

— Показания свидетелей, видевших все это своими глазами! Подтверждение верности!

— Идите, дети мои, я благословляю вас на магический брак, — голос Владыки.

— Брака не было и нет! — не удержался от выкрика Сергей.

Багровый туман вокруг налился глубиной, подтверждая правдивость его слов. Да что там, магический брак и так легко проверялся, а Сергей просто запаниковал и не сдержался. Но эти воспоминания об Алексе, о поединке в палатке!

— Разумеется, потому что это была лишь видимость, фикция! Владыка не собирался терять своего лучшего агента, которому еще предстоит стать Императором!

Ах вот оно что, неожиданно понял Сергей. Не просто месть, но еще и выбивают конкурента.

— Поэтому был разыгран этот грандиозный кровавый спектакль, в котором Гарольд Чоппер предстал всеобщим спасителем, Владыка убил десятки родовитых магов на глазах у всех, а силы Британии его якобы прогнали!

— Не забывайтесь, — заметил Гамильтон в сторону.

— Сборные Франции и Германии практически истреблены, а Владыка торжествует! Что это, как не продолжение истории Лонгхэдов, истребление Священных Родов⁈ Сговор и спектакль, дабы выставить все так, что Франция и Германия, дескать, еще должны Британии за спасение!

Голос представителя Германии дрожал от неподдельной ярости. Вот накрутили, подумал мрачно Сергей, но и правда, не опровергнешь особо. Был бы обычный суд, хрен знает, как повернулось бы. Стало быть, Гамильтон его спас? Проклятье! Это какая-то уловка! Как ни крути, а все равно загнал Гарольда в угол, сделал своим должником!

— Возжелай Владыка магического брака на самом деле, то разве смог бы кто-то, опоенный «смертью магов», сопротивляться силе крови Лавстилл? — торжествующе провозгласил представитель Германии.

Лавстилл, мысленно изумился Сергей. Эта крокодила Алекса была из Лавстиллов? То-то она касанием ноги пробила все его защиты, моментально возбудила! Любовная магия в силе крови, это вам не… стоп, всех приспешников Владыки же отлучали от Родов? Неважно.

— Стало быть, его не опаивали, а брака и не планировалось!

Лечение? Но откуда он узнал? Предупреждение Дэбби? Знал ли Гамильтон, что она не дозвонилась? Нет, меньше слов, больше отрицания!

— Я закончил пятый курс БАМ, с одной из специализаций в целительстве, под личным руководством Полли Портер, — заговорил Сергей, — так что ощутил и распознал отравление, сразу применил заклинания в полную мощность. Меня никто не предупреждал об отравлении, в сговор с Владыкой я не вступал и вообще ни разу в жизни не общался.

— Но целительских заклинаний недостаточно для «смерти магов», — указал представитель Германии, растерянно наблюдая, как багровое облако подтверждает правдивость Сергея-Гарольда.

— Также, с начала учебного года я находился под разгоном и имел при себе шестнадцать заряженных батарей от стандартных маботов, с модифицированными корпусами, дабы взрыв их не вредил мне и другим батареям в пространственном кармане, — сообщил Сергей с улыбкой. — Всю их энергию я направил в исцеление.

«И выдержал», осталось за кадром, но от того вышло еще более грозно. Разряд такого количества энергии легко мог испепелить гору.

— Всю энергию?

— У меня был хороший наставник, который всегда учил, что лучше перестраховаться, чем быть мертвым, — Сергей указал в сторону Одноглазого, который так и лежал без сознания, с пьяной улыбкой на губах.

— Разговор с Владыкой?

— Я мог напасть на него и умереть, мог притвориться и остаться жить, дабы спасти остальных.

— Магический брак!

— Всерьез, хотя я и не знал, что эта Алекса из славного рода Лавстилл. Но я помолвлен с Кристиной Фейн, внучкой императора Британии и Бетти Малькольм, наследницей рода Малькольм, так что их красота помогла мне устоять и не допустить магического брака.

— И вы одолели двух убийц Смерти так, что никто ничего не заметил?

— Я закончил пять курсов БАМ за восемь месяцев и у меня специализации в боевой магии и превращениях, не считая маботостроения и силы крови — работы с артефактами.

Мать-Магия раз за разом подтверждала правдивость слов Сергея и это было приятно, чертовски приятно. Вытягивание лиц представителей Германии и Франции добавляло оттенков радости.

— Имитировав взрыв, я применил масштабное преобразование, печать и великое исцеление, а сам вступил в бой, дабы выиграть время. Благодаря наставнику, — снова жест в сторону Одноглазого, — я верно оценил задачу и прибег к помощи Жаклин Кардиналь, а также доставил магам их палочки и артефакты, не дал взорвать маботов сборной Британии. К сожалению, я не всесилен, поэтому не успел спасти всех, но клянусь — пытался спасти, а не убить!

Багровое облако сгустилось почти до полной непроницаемости, а небеса снова раскололо громом и молнией. Мало того, молния эта ударила в представителей Германии и Франции, не убив, но изрядно опалив и оставив какие-то метки на их лицах. Гамильтон, вскинув руку, громко и пафосно провозгласил на весь мир:

— Гарольд Чоппер — невиновен!

Глава 47

— Гарольд! — ахнул дядя Альфард. — Какими судьбами? Прямо с Острова?

— Нет, прямиком от Императора, — махнул рукой Сергей. — Где дядя Тристан?

— На новом заводе, где ж ему еще быть! Расширяемся, растем!

Альфард чуть улыбнулся, посмотрел выжидающе на племянника, дескать, давай, рассказывай, как там международная обстановка и напряженность, а стало быть и контракты на маботы?

— Мыться и есть, — скомандовал Сергей, — потом дела.

— Все будет сделано, — согнулся в поклоне Дживс.

Сергей переместился, щелчком пальцев скидывая одежду. Стандартный этап неофита, когда все делается с помощью магии, он уже давно прошел, но сейчас просто не было сил возиться. Усталость, голод, вонь, слегка заглушенная заклинаниями. Как Император ничего не высказал ему?

Ванна уже наполнялась, бурля и пенясь, исходя пузырьками. Горячая, но не чрезмерно, вода приятно охватила тело, пена пахла чем-то успокаивающим. Специальные изгибы под спину и голову, откинуться и наполовину лежать, окончательно расслабившись.

— Господин, мы поможем вам, — синхронно прощебетали три служанки, сразу принимаясь за дело.

Тоненькие рубашки на них сразу намокли и липли к телу, служанки отмывали его, а Сергей лишь устало лежал, откинувшись и глядя куда-то в потолок. Отравление, битва за жизнь, буквально, на пределе сил, два десятка смертей и снова битва, теперь за жизни других, осознание собственной никчемности перед лицом Владыки и Гамильтона, судилище, а также последующий визит к императору и будущей жене, измотали его. Физически, магически и душевно.

— Господин, зеркалосвязь с вашим дядей Тристаном Чоппером, — сообщил Дживс.

Твою мать, устало подумал Сергей, сказал же! Все верхушке Рода неймется, все им на первом месте дела. Но в то же время Сергей понимал, что и ему стоило бы перенять такой подход. Если он, конечно, все еще хочет выполнить задание Матери-Магии, которая до сих пор от него не отвернулась. А вот отвернулась бы и это судилище еще непонятно чем закончилось бы.

— Давай, — шевельнул намываемой рукой Сергей.

Зеркало подлетело, левитируя в воздухе над и перед ним, дабы Гарольду Чопперу не требовалось даже голову поднимать.

— Рад видеть, что ты в порядке, племянник, — сообщил Тристан Чоппер.

Лицо его заслоняло все зеркало, словно он собирался вылезти из него. На служанок он и взглядом не повел, смотрел только на племянника.

— И я рад вас видеть, дядя, — произнес Сергей.

Покурить в ванне? Странное желание организма, явно вызванное зрелищем дяди Тристана с сигарой.

— Вскоре к Чоппер-мэнору доставят то, что осталось от «Молнии», — продолжил Сергей.

Не хотелось ему бросать родной мабот, но в то же время, не скажешь же Императору — «подождите пару часиков, я тут с обломком мабота расстаться не могу?» Личный посланник Императора клятвенно заверил Сергея, дескать, доставят в лучшем виде, никто и пальцем не прикоснется, пришлось уступить.

— Все плохо?

— Лучше, чем могло бы быть, — искривил губы Сергей. — Еще я предложил всем в Сборной ремонт и замену их маботов, бесплатно, в качестве подарка, но они отказались.

Дядя Тристан лишь повел слегка плечами, дескать, а чего ты ожидал племянничек? Отдать своих маботов специалистам чужого Рода? Починят может и честно, но никто же не помешает им при этом все осмотреть, снять мерки, раскрыть секреты и прочее. Сергей и сам это понял еще на Острове, равно как и то, что опять явил свое «простецкое воспитание», но огорчаться не стал.

— Тем не менее, будут заказы на материалы и заготовки, со скидкой, конечно же.

— Но это все равно открывает нам новые возможности, связи с Родами, молодец, Гарольд! — обрадовался Тристан. — Так что там с «Молнией»?

— Торс уцелел, с пробоинами в нескольких местах. У меня еще осталась «Чайка», так что нужен будет новый комбинезон пилота, просто на всякий случай. Летать не собираюсь, но мало ли. «Молнию» уже не восстановить.

— Гарольд!

— Не восстановить, — повторил он с нажимом.

Поднялся, давая служанкам возможность помыть ему спину и ноги.

— Это наследие твоих родителей! Это символ!

— Символ чего?

— Символ Турнира! Ты разве не интересовался?

Сергей лишь качнул головой. Ну да, гости там что-то орали про «Молнию», но Сергей не вслушивался. После взрыва эмоций в первый вечер, старался не слушать их, не читать новости, не вникать. Задания Турнира, тренировки, ремонт, общение с другими пилотами, какая-нибудь книга на ночь и спать.

Сколько он рвался и стремился к Турниру, настраивался на победу, что, наверное, перегорел. В том смысле, что когда дело дошло до турнира, уже не испытывал восторга и трепета, только хотел, чтобы все быстрее закончилось. Ах, ну да, еще разбор выполнения заданий, тактики пилотов других сборных, особенности маботов, ерунда. Для выслушивания лекций Оллина необязательно было покидать Академию.

— Гарольд, ты в своем репертуаре, — хмыкнул Тристан.

Личный посланник императора тоже там что-то лепетал про «Молнию» и ее значение, но Сергей даже не пытался слушать. С другой стороны, что Кристофер, что Кристина про «Молнию» даже не заикались.

— Три дюжины заказов на «Молнии»! Такие, как те, в которых Гарольд Чоппер побеждает на Турнире! Кстати, племянник, ты же победил на Турнире?

Сергей лишь засопел сердито. Формально сборная БАМ победила. Формально на самый главный пьедестал предстояло взойти Гарольду Чопперу, получить Кубок. Не просто кубок, выдаваемый за победу сборной, а личный, знак особого мастерства, проявленного в турнире, личных достижений. Повод для гордости и символ, который обычно выставляли в центральном холле, лелеяли и натирали каждый день.

Но состязание последнего дня не состоялось, а победа в связи с тем, что другие команды поубивали? Требовать церемоний и кубков после таких ударов Владыки Смерти? Как-то некрасиво вышло бы.

— Формально, Турнир так и не закончился, — ответил Сергей.

— Так соберитесь да постукайте друг друга в общей свалке, в чем проблема?

Проблема в международной обстановке и напряженности, зазвучало в голове Сергея голосом императора Британии. Кристофер не был зол, не на Сергея, во всяком случае. Кристина прижималась к нему, держала за руку и сопела в ухо утешающе, словно они должны были пожениться уже завтра.

Проблема в реакции представителей Германии и Франции, особенно Германии, которые первым делом решили, что все это грандиозная ловушка со стороны Британии. Дескать, обкатали на Лонгхэдах технологию, натравили своего Владыку, убили сборные противников и попутно еще много важных, высокопоставленных магов (ибо обычным смертным, даже магам, практически невозможно было попасть в число гостей Турнира), и так далее. Бред, конечно, но когда в дело вступают эмоции и обиды, кто слушает здравый смысл?

Даже знание о судилище магии, о том, что Гарольд — любимец Матери, присутствие Гамильтона — не остановили их от обвинений, попыток вывести Британию «на чистую воду». Кристофер говорил сухо, даже не пытаясь делать вид, что он добрый дедушка, но и в грозного императора не играл, уже спасибо. Турнир, который должен был, вроде как, слегка ослабить это общее напряжение, внезапно усилил его.

— Проблема в том, что эта трехсторонняя драка может перерасти в трехстороннюю войну, — ответил Сергей, садясь обратно в ванну.

Так что победу в Турнире Гарольду не засчитали как подвиг, достаточный для женитьбы на Кристине. Не проявил, значит, дипломатической жилки, не победил так, чтобы все примирились. Кровную месть Чопперам пока никто не объявил и вряд ли объявит, но злобу точно затаили.

Парадоксально, нелепо, но факт. Если бы Владыка всех убил, злились бы на Владыку. А так Гарольд мог спасти всех, но не спас, давайте будем злиться на него! Не смотри, что в обычной жизни мы соперничаем и вообще местами у нас кровная месть и немирье, раз Гарольд не спас, значит, он и виноват! Все это Сергею объяснила Кристина, уже после встречи с ее дедушкой-императором, добавив, что гордится Гарольдом. Сгорает от нетерпения в ожидании его следующих подвигов и магического брака.

— Война так война, — повел рукой Тристан. — Больше заказов, больше возможностей для показа возможностей наших новых маботов!

— Да, новые маботы, точно.

Сергей, ощутив, что устал мыться, поднялся и служанки начали его обтирать. Теплая вода и омовение помогли, даже несмотря на разговор с дядей. Организм отдохнул, встрепенулся.

— К моменту окончания Академии нужен будет ИМ. Не мне. Джил О’Дизли, мой личный вассал, мерки и спецификации я пришлю. Ничего такого, но и не серийная болванка уж точно.

Тристан кивнул. Появилась новая, свежая и чистая одежда, оставалось только не застонать от блаженства после переодевания.

— «Молния», — продолжил Сергей, перемещаясь дальше и прихватывая зеркало с собой.

Изображение помутнело, затем связь восстановилась.

— Я высылал характеристики, мы их просто не повторим.

— Без гения Розы — да, — по лицу Тристана пробежала тень. — Но всегда есть Флинны, с их силой крови в защитах.

— Как вариант, — кивнул Сергей, принимаясь за еду. — Металл от Дайсонов, камни от Палмеров, защита от Флиннов, общая заколдовка от нас и потом еще надо будет встраивать преобразователи. Выстраивать общую печать в корпусе. Я уж не говорю об оружейных системах и компоновке!

— Наши заказчики могут себе такое позволить.

Сергей неожиданно уловил подтекст. Не просто нетерпение верхушки Рода в желании обогатиться, не просто стремление дяди Тристана повторить уникального мабота, нет. Похоже, это были еще и дорогие подарки для установления связей, для повышения рейтинга Рода и клана.

И это было на руку Сергею в его основной миссии.

— Тогда действуйте, — кивнул он, — вернусь в Академию, пришлю еще черновики от профессора МакАлистер.

— Отвертка Молли еще преподает? — неожиданно расплылся в улыбке Тристан. — Сколько мы спорили с ней и сидели над ее дипломным проектом!

По годам вроде все сходилось, но все равно, услышать такое было немного неожиданно.

— Саму «Молнию» можете разобрать, у меня будет другой мабот.

— Другой?

— Другой. Названия пока еще не придумал, пусть будет «Молния-2», — заявил Сергей. — Доработка по итогам Турнира и всего остального. Чертежи пока что только в голове, буду еще думать, рисовать, если время будет.

На этом сеанс зеркалосвязи закончился и Сергей спокойно поел, лениво размышляя о новом маботе, международной политике и прерванном разгоне. Мелькали мысли и о случившемся, буквально, сегодня, события финала Турнира, но Сергей их отгонял в сторону.

Не хотелось вспоминать собственные ошибки.

— Так что, узнали, как Владыка попал на остров? — спросил дядя Альфард.

Это было неизбежно, но Сергей мысленно все равно скривился. Пожалуй, стоило укрепиться духом и смириться с тем, что в ближайшие дни только об этом и будут судачить. Вопросы Гарольду. Если из-за каждого злиться, можно окончательно потерять контроль. Вроде не такая большая беда, раз уж разгон прервался, но все же.

— Закладка в Шар, — ответил он словами Императора.

— Но это же! Творение трех величайших магов!

— После второй магической Гамильтон и Хофманн больше не появлялись на Турнире.

Вот и вся причина отсутствия ректора, по крайней мере, внешняя.

— Распорядитель и создатели Острова увешаны клятвами, но они не распознали закладку, которую увидели бы создатели, — задумчиво произнес Альфард. — Вот, стало быть, почему Владыка в последнее время притих, готовился к операции на острове.

Сам Сергей подозревал, что закладку поставили еще во времена войны, все равно всем было не до Турнира тогда. В конце войны, когда Том решил стать Владыкой, но все еще был майором армии Британии. А притих сейчас из-за истерики с Лонгхэдами и попыток найти их убийцу.

Но говорить об этом не стал.

— В результате при создании острова появилось место, скрытое от наблюдения и с порталами, потом скрытное проникновение, воздействие через гостей Турнира, — повторил Сергей то, что ему озвучил император, — и применение бинарного яда «смерти магов».

— Что за чушь⁈ — фыркнул Альфард. — «Смерть магов» нельзя разделить на компоненты!

Сергей лишь усмехнулся саркастически, отводя взгляд. Вот эта уверенность всех и подвела, сигнализация на «смерть магов» стояла, но Владыка всех надул. Подсунул первый компонент, а в последний день — второй. Соединившись в организмах, две части бинарного яда, создали ту самую «смерть магов». Возможно даже ее аналог, что объясняло бы некоторую слабость воздействия и возможность исцеления.

А также подсовывание в последний момент.

Впрочем, Владыка и не собирался сутками держать оборону на острове. Опоили, отравили, кто не поддался или не принял — тех оглушили его подручные, и все. Прямой эфир, казнь и бегство. Быстро, четко, эффективно и эффектно.

— Хотя да, Владыка Смерти, — Альфард потер шею. — Лучше бы его прибили на войне. А ты как сумел?

— Не будем об этом, — закатил глаза Сергей. — Мне и так уже, после всех этих прыжков и скачков в попытках всех спасти, пришлось выслушивать бред про то, как я хотел всех убить, потом присутствовать на судилище магии и призывать Мать. А личные посланники императоров Германии и Франции получили клеймо на лица.

— Так им и надо! — хохотнул Альфард. — Ты молодец, Гарольд! Знаешь, что, к демонам все эти дела, давай просто выпьем. За Мать-Магию и тебя!

Сергей не стал возражать.

Глава 48

Подлетая к БАМ, Сергей заметил толпу, которая, как очень скоро выяснилось, ждала именно его. Оркестр, фанфары, фейерверки, плакаты «Гарольд Чоппер — наш герой!», выкрики из толпы, что они любят Гарольда. К счастью, в основном женскими голосами, ведь Сергею и без того было нелегко удерживать лицо.

Улыбаться и махать рукой, ощущая на себе всеобщее внимание, оказалось не так просто, как он думал. «Привыкай, это теперь твоя жизнь», несколько раз напомнил он себе. Разумеется, сборная БАМ была в первых рядах и громче всех кричала приветствия Гарольду, заводила остальную толпу. То, что осталось от Сборной и это зрелище испортило настроение Сергею.

Улыбаться и махать стало вдвое труднее.

— Те рео нуи, — демонстративно коснулся пальцем горла Сергей, активируя «Голос великана».

Затем откашлялся демонстративно и заговорил спокойно, можно сказать даже зашептал, но благодаря заклинанию голос гремел и оглушал, разносился над Академией.

— Друзья! Спасибо вам всем за эту встречу и слова благодарности! Но на самом деле благодарить надо тех, кто научил меня всему! Профессоров Академии и лично ректора Гамильтона!

Ректора здесь не было, но ему доложат, пусть порадуется, думал Сергей, низко кланяясь профессорам, особенно Макферсон, Портер и МакАлистер. Ничего, не переломится, пусть они тоже порадуются и пусть вся эта толпа отстанет от него.

— Профессор Грегуар Пуатье, — Сергей с усмешечкой прикрыл один глаз рукой и все заулыбались, — заслуживает отдельной благодарности! Он присматривал за нами, он бился за нас, он… благодаря его урокам мы выжили!

Сергей изменил голос, добавил скорби, ощущая себя актером провинциального театра, переигрывающим во всем. Но внутреннему стыду и смущению стоило умолкнуть и они молчали.

— Но выжили не все и это трагедия! Профессор Пуатье пострадал в этой бойне! Уверен, ему будет приятно, если вы поддержите его и пожелаете выздоровления!

На самом деле Одноглазый от такого скорее с ума сошел бы, с его паранойей, но Сергею надо было куда-то переключить толпу и улизнуть. Собственно, у него практически получилось, но в самом конце его перехватил Оллин Вульф.

— Ты говорил, у тебя есть хороший пилот, — сказал Вульф.

Основная толпа пока что находилась у ворот и они летели на дисках в непривычной пустоте. Оллин выглядел ужасно, словно уже собирался в погоню мести за Владыкой.

— Есть, — ответил Сергей. — Летом ей сделают ИМ, тренировки, в начале следующего года она придет на пробы.

— Хорошо, — отозвался Оллин.

— Мое предложение в силе, отказываться от своих слов не собираюсь, — напомнил Сергей.

Оллин, похоже успевший углубиться в мрачные бездны размышлений, посмотрел на него удивленно и недоуменно. Затем искривил губы, чуть наклонил голову.

— Ты и так сделал больше, чем кто-либо, Гарольд. Если бы не ты, нас бы сейчас паковали в мешки, для отправки обратно по родовым мэнорам. Мы все обязаны тебе.

Стоило бы промолчать, но Сергей не смог, слишком уж нечестно все выходило.

— Ты же знаешь, что Владыка приходил за мной? Если бы не я, то он и не напал бы! Так что вы ничем мне не обязаны!

— Твое благородство сравнимо лишь с твоей силой, Гарольд, — отозвался Оллин. — Я так понимаю, тебя можно вычеркнуть из состава сборной?

— У меня есть «Чайка», — после некоторого колебания ответил Сергей, — но сам понимаешь, я закончу Академию и покину ее, нет смысла тренироваться со мной, если меня не будет на следующем турнире.

— Да, теперь уж наверняка закончишь.

— Но если вдруг объявят окончание этого Турнира, состязания десятого дня, то я брошу всё и прибуду немедленно!

Оллин снова помрачнел и покачал головой. Они уже пролетели мимо общежитий и приближались к цепочке особняков Священных родов на берегу озера. Надо бы поговорить с русалами, подумал Сергей, потренировать ментальные щиты.

— Не объявят, — ответил Вульф после долгой паузы. — В сборных Германии и Франции еще оставались пилоты, я перекинулся с ними парой слов. Может и не долг жизни, но против тебя они на турнирное поле выходить не собирались, хотя бы из чувства признательности за спасение. Но дело даже не в этом!

Он подвигал головой, словно за шиворот попало что-то колючее.

— Политика, — объявил он. — Турнир всегда был полон политики, но все эти годы мне удавалось держать сборную немного в стороне от нее, благо ректор Гамильтон прикрывал. Его не было здесь, так как он остался на острове улаживать дела и разбираться с шаром.

Ну еще бы, подумал зло Сергей. Иррациональная злость, надо признать, потому что ну какой толк в присутствии Гамильтона в Академии? Можно подумать, он сумел бы достать здесь ректора, да ха! На острове и то было больше шансов!

— Обвинения, судилище, метки на личных представителях Императоров Германии и Франции, — Оллин говорил с трудом, словно у него болело горло, — не говоря уже о бойне, устроенной Владыкой Смерти и его приспешниками, все это означает, что мы с головой ухнули в чан с политикой. Турнир скорее всего объявят незавершенным, результаты аннулируют и состоится ли он на следующий год вообще неясно. Шар скомпрометирован, Фламель мертв, Хофманна не видели на публике после окончания Второй Магической.

— Что, на Земле мало места? — пытаясь говорить небрежно, пожал плечами Сергей.

— Для этого надо, чтобы три императора договорились между собой, — с горечью ответил Оллин и потом добавил, уже перед воротами особняка Чопперов. — Политика.

— Может, зайдешь? Наверняка там и Джил О’Дизли будет, посмотришь сразу?

Вульф улыбнулся вымученно и Сергей неожиданно понял, что капитан еле держится. Сейчас полетит к себе, будет рыдать, пить, крушить, может даже нюхать или колоть себе чего-нибудь, хотя нет, Вульф и наркотики? Может, сядет в мабота и будет летать, пока не упадет от усталости, вот так вернее. В общем, сеанс душевного горя и криков вдали от глаз.

— Извини, — сказал Сергей. — Я просто…

— Я все понимаю, — кивнул Оллин. — Это лишь часть жизни для тебя, этап на пути к величию. Но если вдруг! Если! Если ты соберешься ловить Владыку!

Сергей кивнул и молчаливый союз оказался заключен.

Стоит послать отдельные благодарности всем профессорам, подкрепляя заявление у ворот БАМ, подумал Сергей, вступая внутрь особняка и замирая. Комитет по встрече, во главе с Самантой Чоппер, согнулся в дружном поклоне и Сергей кивнул всем в ответ.

— Как я и говорила, — самодовольно заявила Саманта, — ждать долго не пришлось, толкаться локтями в толпе тоже.

За ее самодовольством и холеной красотой ощущалась тревога. Возможно, она беспокоилась за Гарольда, как за свой билет к вершинам власти. Зато тревога Барри Тука за названного брата была искренней и приятной. О’Дизли, рыжая семерка, смотрели с облегчением, похоже, им тоже требовался Гарольд для будущих планов. Радость Дэбби и переживания Гертруды тоже отдавали чем-то странным, с примесью личного. Стоило бы изумиться, когда это он научился так различать оттенки эмоций, но Сергей слишком устал.

— Если вы собрались устроить торжественную вечеринку — начинайте, а я не буду вам мешать, — махнул он рукой.

Легкая улыбка Саманты.

— Как я и говорила, милорду Гарольду нужно отдохнуть и прийти в себя.

— Ничего, радуйтесь и веселитесь, — махнул рукой Сергей. — Позже еще устроим что-нибудь официальное. Дэбби.

Дэбби Уоррен словно телепортировалась, мгновенно оказалась рядом. Они зашли в особняк и прошли на кухню.

— Я должен поблагодарить тебя отдельно, — сказал Сергей, начиная готовить себе кофе.

Все же сотворенное заклинаниями отличалось, словно в них чего-то не хватало. Возможно, это был психологический момент, но Сергей проверял, творил разные напитки, не говоря об их искусственном происхождении и люди, которым он давал пробовать, говорили о разнице во вкусе.

— Милорд, — скромно склонила голову Дэбби, — вы зря хвалите меня, я не смогла дозвониться.

— Самого факта твоего звонка оказалось достаточно, — заверил ее Сергей. — Я знал, что не будешь беспокоить меня зря, только в случае крайней необходимости, а учитывая нашу магическую связь и то, как ты ощущаешь опасность.

Он оборвал фразу, Дэбби мучительно старалась не покраснеть от радости, суетливо поправляла что-то в одежде, склонив голову.

— Ты и дальше повела себя молодцом, сообщила ректору Гамильтону.

— Я, — Дэбби еще сильнее склонила голову, уши ее пылали, — подняла вашего брата, а он Эльзу Ворлок и уже она сообщила ректору.

— Дэбби, — Сергей подошел к нее, коснулся подбородка Уоррен, заставляя ее поднять голову. — Здесь нечего стыдиться, правда. Все эти празднества и чествования, они должны быть в твою честь. Ты, именно ты ощутила опасность, предупредила и спасла всех.

Хотя, конечно, после первой же смерти Сергей бы откатился уже с полным знанием случившегося, но не станешь же об этом сообщать другим? Чуть увести похвалы в сторону Дэбби, ей приятно, всем полезно.

— Хочешь, я разорву эту связь и ты сможешь быть с Дунканом? — спросил он.

Преимущества личной пророчицы — бесценны, кто спорит, но теперь об этой их связи знал и Гамильтон. Уязвимость. Или, говоря словами Одноглазого «ты — труп!»

— Милорд, я хочу служить вам и только вам! — воскликнула Дэбби, затем облизала губы. — Но если вдруг… вот такое вот чудо случится… понимаете…

— Раскрой сознание, — вздохнул Сергей. — Думай о своем желании.

Чего теперь скрывать? Весь мир видел, как он уделал Кардиналь в прямом поединке разумов. Гамильтон, кстати, вообще об этом не заикнулся, ну да, для того и открывал дорогу «нарушителям». Выиграла от того только Эльза, в полной мере удовлетворившая свою страсть физически, а также психологически, в той части, где Сергей удовлетворял мазохистическую часть ее натуры отказами спать с ней.

Коснулся легонько сознания Дэбби.

— Гм, — кашлянул он.

— Милорд, — Дэбби согнулась так, словно хотела упереться головой в пол.

Уши, шея и лицо ее пылали. Заветное желание Дэбби, чтобы Гарольд и Дункан полюбили друг друга и стали жить вместе, а потом заключили магический брак. Не напрямую, конечно, а через саму Дэбби. Секс-сцены соответствующего наполнения прилагались.

— Даже не знаю, откуда начать объяснять, — вздохнул Сергей.

Помимо обета самому себе насчет секса втроем, еще присутствовали правила магического брака. То есть Дэбби нужно было бы как-то развить в себе потенциал выше, чем у Дункана, потом уговорить его стать ее мужем, раз она была сильнее. Две невыполнимые задачи за раз, так сказать. И уже после этого, она, в теории, могла бы прийти к Гарольду Чопперу и изъявить желание стать его женой, раз еще оставался потенциал, не связанный браком с Дунканом. Тут предстояло решить третью невыполнимую задачу, чтобы от этого магического брака Гарольда и Дэбби не отвалился Дункан.

— Не надо, милорд! — прохрипела Дэбби. — Я буду служить вам и иногда тешить себя этой прекрасной мечтой!

— Хорошо, на том и сойдемся, — вздохнул Сергей.

Разговор с Эльзой прошел легче, чем ожидалось. Собственно и разговора как такового не было, даже возгласы и выкрики отсутствовали, только страстное мычание сквозь кляп и чавкающие звуки вкупе c шлепками плоти друг о друга.

Находясь в Чоппер-мэноре, Сергей не удержался и ублажил себя компанией двух магических служанок. Вот там это было блаженство, здесь же работа. Нудная работа по тонкой промывке мозгов Эльзе, чтобы два раза в нее не входить. Легкие касания магией, благо контакт тел и «работа изнутри» присутствовали. Танец вокруг клятв, не попытка их взломать, не попытка обойти, лишь попытка как-то усилить желание сообщать о передвижениях Гамильтона.

Провальная попытка. Клятвы в части Академии были подобны свободной, изящно-ажурной беседке. Клятвы вокруг Гамильтона больше напоминали военный бункер, сваренный наглухо, затянутый намертво, не подберешься, не устроишь диверсию. Вариант тут был только один — длить отношения с Эльзой после Академии, навещать ее и регулярно трахаться, уже не в качестве студента, а попутно вызнавать тайны и секретики.

Впрочем, это можно было предвидеть. Сам жест Гамильтона, дающий послабления Эльзе и Гарольду, уже говорил обо всем этом, что ректор не видит Эльзу как источник опасности или утечки информации. Возможно, он просто захотел порадовать Эльзу на старости лет?

В общем, оно того не стоило.

— Очень интересно, — задумчиво изрекла Нинон, глядя снизу вверх. — Вы применили допинг?

— Вынужденно, — признал Сергей. — Энергии не хватало.

— Очень интересно, — повторила Нинон и облизала губы, сглотнула. — Обрыв разгона такой мощи, провал в энергии, это как раз понятно, не зря снижение обычно проводят плавно. Но допинг словно подхлестнул ваш организм, возможно, угроза смерти тоже сыграла свою роль. Но вряд ли, такие исследования уже проводились.

— И?

— Организм мобилизовался, вышел на новый уровень, его еще нужно замерить, но точно выше чем раньше, и стабилизировался. Словно и не было ничего. Еще, конечно, нужно перепроверить, но обычно мои магические вкусовые пупырышки (Нинон улыбнулась блудливо) не подводят. Можно хоть завтра начинать новый разгон.

Нестабильность, зелья, процедуры, батареи за спиной, заклинания и обновление.

— Нет, — отмахнулся Сергей. — Не надо.

Глава 49

— Чопперы готовы в два раза увеличить закупки эксклюзивного продукта Рода Лоддард, восстанавливающего геля, — небрежно произнес Сергей.

— Я передам Главе Рода ваше предложение, — таким же небрежным тоном откликнулся Гидеон Лоддард.

Глаза его чуть блеснули, Сергей ощутил радость профессора и предвкушение перспектив. Пускай Гидеон и так был не последним магом в своем Роду, такое предложение продвигало его еще выше по той невидимой социальной лестнице, которую Сергей перемахнул одним могучим прыжком.

— Также знайте, Гидеон, что лично я обязан вам за уроки, выручившие в трудную минуту, — добавил Сергей.

Укрепить связь, создать задел на будущее. Как и с Портер, МакАлистер, Одноглазым Грегом, даже с Ворлок. Пускай не получилось протянуть один стальной канат в БАМ, его можно заменить сотней нитей, таких вот связей, когда ты вроде бы должен, но на самом деле все работает тебе на пользу. Тоже уроки Гидеона.

— Алекса Лавстилл, — задумчиво повторил Гидеон, чуть покачивая бокал с коньяком. — А ведь она была моей ученицей. Хотя, вернее было бы сказать, что мы многому научились друг у друга.

Сергей не стал вскидывать удивленно брови, только кивнул. Они любили друг друга, Гидеон почерпнул приемчиков любовной магии и так далее. Возможно, кто другой и пошел бы мстить за прошлую любовь, но точно не Гидеон, каждый год охмурявший десятки новых студенток.

— Я горжусь вами, Гарольд, — сказал Гидеон, отпив глоток и посмаковав его.

Вот этому Сергей пока еще не научился и не был уверен, что надо учиться. Гурманство, изысканные блюда, оттенки вкусов различных напитков. Из всего диапазона сомелье у него лучше всего получалось только похмелье, как шутил он мысленно. Гидеон пытался привить эту свою гедонистическую жилку, учил, как жить и радоваться, но в этом вопросе Сергей оказался плохим учеником. Слишком уж сильно его сжигала изнутри другая страсть и миссия по убийству Гамильтона.

— У меня еще не было такого разностороннего ученика, — продолжал задумчиво Лоддард, — который преуспевал бы в учебе, женщинах и сборной Академии одновременно. Уверенно доминировал на поле боя и одолевал представителей других Священных Родов на их поле, побеждал их силу крови.

Сергей слегка махнул рукой, не зная, что тут можно сказать. Эти восторженные возгласы про доминирование он слышал уже неоднократно, да что там настолько часто, что они успели надоесть. И это несмотря на замкнутый образ жизни, усугубившийся из-за погружения в работу над дипломом. Изнутри Турнира доминирования как-то не ощущалось. Восторга битв и втаптывания в землю врагов тоже. Да, побеждал, да ремонтировал, да делал то, что нужно, но не более.

— Ведь так обстояло дело? — спросил Гидеон. — Когда Лавстилл повела вас заключать магический брак, вы одолели ее, не вступая в брак, и она помогла вам справиться с охраной?

— Именно так, — кивнул Сергей. — Все благодаря вашим урокам и занятиям, факультативным, но предельно полезным, профессор. Уверяю вас, что не забуду этого.

Гидеон просиял, правильно уловив намек. Однажды Сергей станет императором и потянет за собой Гидеона. Непонятно было, чем отличаются придворные дамы и женщины Священных Родов от таких же, только в Академии, но для Лоддарда разница, похоже, имелась.

Правды о случившемся о Турнире, разумеется, никто не знал, а Сергей ловко соорудил «хижину лжи», ссылаясь на звонок Дэбби, свои предчувствия, потенциал и мощь разгона, специализацию в целительстве и уроки Одноглазого. Все по заветам Гидеона, уроки у которого тоже пошли в сооружение одной из стенок «хижины лжи», сказать по большей части правду, соврав или утаив лишь самое важное.

— С удовольствием продолжил бы наши занятия, но сами понимаете, конец учебного года и диплом.

Гидеон кивнул в ответ и, в общем, расставание с профессором прошло «в теплой, дружеской атмосфере».

Не обошлось, конечно, без проблем. Организм, привыкший к даровой энергии из батарей, чуть не подвел в критическую минуту на Турнире, но все же чудом восстановился и стабилизировался. Разумеется, окружающие увидели в том чуде лишь еще одно подтверждение «Гарольд Чоппер — любимец Матери-Магии», что в общем-то было на руку.

Но вот мозг, привыкший к работе под заклинаниями, искусственному ускорению и улучшению, пришлось вправлять отдельно. Пригодился опыт из прошлой жизни, умение заставлять себя учиться, а также выросший чуть ли не на порядок базовый потенциал. Что, в свою очередь, породило новую проблему. Не такую уж страшную, но все равно немного неприятную.

Никаких отношений с обычным сексом, иначе можно было вступить в магический брак даже с обычным человеком. Разве что кентаврих или русалок каких сношать, зло подумал Сергей, слушая объяснения Нинон, дескать, потенциала хватит, чтобы даже обычного человека сделать магом. Вдвойне зависимым от самого Гарольда, ведь брак заключался через магические узы.

Парри внутри плясал боевую джигу и орал «Изольда!», не слушая возражений.

— Кровь была алой? — переспросила Нинон риторически.

Переглянулась с наставницей, Полли Портер. Главная целительница смотрела добродушно, словно Гарольд Чоппер был ее любимым внуком, приехавшим на лето в деревню, навестить бабушку.

— Думаю, можно записать как гипотезу, — кивнула Портер. — Для точного определения придется привлечь ректора Гамильтона, ведь он ставил печати.

— Не надо, — быстро сказал Сергей.

Мысленно он уже предвидел всю цепочку, что будет, включая залезание Гамильтона в его организм, для проверки с печатями. К черту все это! Обойдется Гамильтон!

— На диплом оно все равно не повлияет, там мы даем рекомендации по стандартному снижению разгона, без экстремальных прерываний, — добавил он, бросив взгляд на Нинон. — Намек на такое может привести к попыткам повторения и только ухудшит ситуацию.

— Хорошо, сделаем отдельную запись в рамках исследования Уорд, — не стала спорить Портер. — Повторить разгон до сотни все равно никто пока не сможет, а там видно будет. Любой результат все равно результат, даже если он не укладывается в статистику.

На статистику будущих разгоняемых Сергею было плевать, по правде говоря. Стряхнул идею о привлечении Гамильтона и уже хорошо. Оставшееся невысказанным ему тоже было понятно. Багровое озеро — накопившийся под печатями потенциал, застоявшаяся магия. Алое — свежее, его собственная магия, бьющая без печатей, текущая свободно. Неясным оставалось, почему для смены цвета потребовалась экстремальная встряска с кучей смертей и прерыванием разгона, но эта теоретическая проблема уж точно могла подождать.

— Диплом я почитала, весьма остроумные решения, к целительской части претензий нет, проблема только в одном, — Полли задумалась, сложив губы в «куриную жопку». — Все построено на практическом материале самого Гарольда, который, как мы уже выяснили, отличается от норм и стандартов, без обид.

Сергей лишь улыбнулся, дескать, никаких обид, при этом думая о другом. Мать-Магия не соврала, таланты в магии и мощь, куча запасных жизней, а вот убить Гамильтона так и не вышло, хоть и выделялся из стандартов. Нет, не так. Убить Гамильтона так, чтобы уцелеть самому и не вызвать подозрений, вот чего не вышло.

Он наведался в здание ректора, обойдя горгульеголема и ряд других защит, но ректора там внутри так и не нашел. Только мощную сигнализацию, на которой он и прокололся. Навестил и личный портал ректора, точнее говоря, попробовал навестить, но опять же, только поднял тревогу.

В условиях после нападения на Остров и участников Турнира, а также так и не пойманного Владыки, системы БАМ среагировали в несколько раз быстрее и мощнее. Где ночует Гамильтон, выяснить так и не удалось, подобраться через доверенных магов тоже (там Сергей даже не пытался, помня о клятвах той же Ворлок). Вот и получалось, что мощь, знания, возможности есть, а Гамильтон все равно жив и здоров.

Оставался только удар на каком-то собрании студентов Академии, но и здесь все было не слишком гладко. Удар такой мощи, который гарантированно убил бы Гамильтона, убил бы и самого Сергея, не говоря уже о том, что такой удар не провернуть по щелчку пальцев. Если оставить себе возможность сбежать, то и Гамильтон успеет сбежать, и так далее.

— Упомянуть об этом отдельно? — спросил он.

— Нет, — ответила Портер. — Вы очень помогли нам, Гарольд, с исследованиями разгона, да и рекламу неплохую создали.

Сергей изобразил легкое удивление.

— На Турнире, когда сумели исцелить всех одним заклинанием, — пояснила Портер. — Пускай тот двойной яд и оказался не настоящей «смертью магов», но он был близок к ней. Ежедневно мы получаем массу запросов и просьб со всего света, более того. Императорская канцелярия обратила на нас внимание и сделала запрос о возможности работ в этом направлении!

Сергей принял скромный вид. Нечто похожее он слышал и от МакАлистер, только в области маботов, и от Макферсон, только в области магии превращений. В какой-то момент ему даже показалось, что старушка Моника сейчас начнет ему предлагать себя (по следам все той же Ворлок), лишь бы Гарольд задержался в Академии еще на годик, но обошлось. Одноглазый вот ничего не высказывал, пока еще «лечился», то есть получал и обкатывал новые артефакты-протезы, но и он был доволен.

— Я рад, что смог помочь.

— И я помогу вам в ответ, — ответила Полли. — Выступлю на защите с отдельным указанием этого момента и заявлением, что факультет целительской магии возьмет на себя исследования нестабильного разгона.

Добровольцы найдутся, конечно же, подумал Сергей. Не из Священных Родов, так из обычных, у кого не так много денег и возможностей. Выделят не первых наследников, обученные медсестры будут отсасывать излишки энергии, укрепляя тем самым факультет. Достаточно будет явить хоть парочку успехов, как Священные Рода сами прибегут, будут совать котлеты магических денег, способные заткнуть пасть крокодилу, выкручивать руки, чтобы их наследников разогнали первыми, раньше конкурентов.

А потом в БАМ, с уже увеличенным потенциалом и стабильным ядром.

— Практические методы еще надо будет отработать, — рассуждала вслух Портер, — не каждому подойдет мабот со сбросом излишков энергии в оружие. Преобразования и развитие силы крови, боевая магия, с этим можно поработать в контакте с Источником, отточить методику.

Посмотрела на Сергея пристально и цепко.

— Разумеется, Гарольд, это уже будут исключительно наши проблемы. Возможно, мы даже так ее и назовем «методика Чоппера-Уорд» и она, если не перевернет мир, так уж точно изменит его!

Сергей в этом сильно сомневался, по правде говоря, но возражать не собирался. Магия развивалась и неслась вперед, вкупе с обычными науками, повторяя в этом двадцатый век Земли Сергея. Садиться на шпагать и рвать штаны в прыжке во время этого стремительного движения вперед магия тоже не собиралась, что не могло не радовать. Разумеется, радовать с той точки зрения, где Сергей убивал Гамильтона, становился императором и наслаждался всеми благами стремительно развивающегося общества.

— Желаю успешно защититься, — сказала Портер напоследок.

— Милорд, наши отношения развивались не лучшим образом, — глухо произнесла Ворлок.

Обнаженная, на холодном полу, с какой-то палкой за спиной и прикованными к ней руками, кандалами на ногах. Сергей посмотрел удивленно на Барри, тот лишь пожал плечами и слегка закатил глаза.

— Но я осознаю свою вину и готова загладить ее, оставить Академию и служить вам усердно.

Заботиться о вас и быть мамочкой, мысленно продолжил Сергей, потакая своим желаниям. Может даже подбить Пэгги Курс и продолжить все эту тему псевдоинцеста уже в Чоппер-мэноре, без оглядки на БАМ и клятвы. Сергей бы даже, может быть, согласился бы, неси в себе Ворлок информацию, но увы. При увольнении у нее из памяти сотрут всё, относящееся к Гамильтону и служебным тайнам и, зная ректора, сотрут без возможности восстановления.

— Без тайн и нарушений, без обхода клятв и запретов, без риска, зачем ты мне нужна? — произнес Сергей.

Эльза на полу затряслась своим дряблым телом, словно плакала. Зато от Барри веяло облегчением, похоже БДСМ-геронтофилия его порядком достала, хоть он и старался не показывать ничего.

— Но если вдруг ты найдешь способ служить мне, сумеешь снова разжечь мой интерес, оставаясь в Академии, то я подумаю над тем, чтобы что-нибудь нарушить в ответ. Например, взять тебя своей младшей женой, на побегушках.

Что тут можно нарушать в Академии? Служебные тайны и Гамильтон. Сумеет — что же, Сергей подумает. Нет — значит, нет, на том история и завершится, пусть сидит в Академии, сгорает от страсти и мальчиков по борделям затрахивает. Сгорит от нарушения клятвы? Отличная зачистка следов и Гарольд вроде бы и ни при чем.

Жестоко, но что делать, изначально не следовало связываться с Эльзой.

— Волнуешься? — спросила Саманта, поправляя какую-то складочку на мантии Сергея.

— Вот еще. Пятнадцать минут позора и диплом в кармане, — ответил он студенческой шуткой из своего мира.

— Какого еще позора? — встревожилась Саманта, «закудахтала», всплескивая руками. — Ты — Гарольд Чоппер, номер один в Академии! Ты не можешь опозориться на защите диплома!

Были на шестом курсе и еще несколько предметов, но экзамены по ним Сергей уже сдал. Защита, оценка, получение диплома, финальная оргия и домой!

— Не волнуйся, это просто шутка такая, — ответил он, добавил. — Для нерадивых студентов.

— Дурацкая шутка, — буркнула Саманта.

— Разве тебе не надо переживать за свой диплом?

— Твой важнее, — серьезно ответила Саманта, привлекла к себе Сергея и крепко поцеловала. — Иди и побеждай!

Сергей лишь улыбнулся и напоследок вскинул руку, воскликнув:

— Руби, не глядя!

Глава 50

22 июня 1992 года, Чоппер-мэнор

Сергей ощутил прикосновение и моментально проснулся, тут же осознав, что касание было не физическим.

— С возвращением в Чоппер-мэнор, хозяин, — прозвучал в голове голос Дживса.

— Ага, — ответил Сергей, зевая.

Задремал в дороге, благо обстановка располагала. Короткий импульс, «Чайка» в порядке и неподалеку. Рядом только Саманта, Дэбби и Барри, все свои. Пожалуй, стоило бы ставить щиты даже в маголете или носить на себе «аварийный комплект» артефактов, опять мелькнула мысль. Здравая, в общем-то, мысль, только слишком уж сильно от нее несло Одноглазым Грегом и его паранойей, а Сергей не хотел становиться на него похожим.

— Крыло для ваших вассалов подготовлено, хозяин, — продолжал вещать Дживс. — Осмелюсь…

— Завянь и не бухти, — скомандовал Сергей, — все будет. Готовь кандидатов.

Заклинание — сбросить сонливость, провести руками по лицу, поправить одежду. Конечно, перед своими же можно и не выпендриваться, но Сергей решил, что будет неплохо начать привыкать к чему-то такому. Всегда приводить себя в порядок, всегда выглядеть хорошо. Попытка напасть на Гамильтона в его логове вышла неудачной, хотя и полезной, вон сколько всего в магии и в жизни выучил и познал.

— Гарольд! — воскликнул дядя Альфард, крепко обнимая его и обдавая запахом магии и табака.

Затем дядя отстранился, продолжая удерживать Сергея за плечи, всмотрелся в его лицо, словно никогда не видел.

— Молодец! — провозгласил Альфард. — Саманта.

— Дядюшка, — отозвалась та.

Дэбби и Барри тоже вылезли из маголета, низко поклонились. Чуть поодаль заходил на посадку второй маголет, с «Чайкой», О’Дизли и Гертрудой Гефахрер внутри. С этой невозможностью перемещения маботов порталами и в пространственных карманах надо было что-то делать, и у Сергея уже имелась пара идей, непонятной реализуемости.

Но это потом, а сейчас следовало заняться текущими делами.

— Саманта?

— Ой, нет, — отмахнулась та, — дела — это без меня.

Сделав знак Барри, дескать, присматривай за остальными, Сергей переместил дядю и себя в центр мэнора.

— Знаешь, когда ты впервые появился здесь, — задумчиво сообщил Альфард, принимая у магической служанки рюмку магического ликера на травах, — я был очень рад. Но в то же время тревожился.

— Дыа? — немного невнятно отозвался Сергей, переодеваясь в домашнее, тапочки и халат. — О чем?

— Что ты, по своей неподготовленности к такой жизни, наломаешь дров, — ответил Альфард.

Служаночка была ну просто прелесть, так и хотелось распустить халат и заняться распутством. Впрочем, Сергей тут же понял, что ее внешность лишь отражение его желаний и отослал прелестницу прочь.

— Поэтому решили подыскать мне жену? — спросил Сергей, осторожно пробуя ликер.

Вода из источника магии, травы от Лонгхэдов, заколдовка в процессе изготовления. Не просто алкоголь, магический алкоголь, несущий в себе энергию и бодрость. Сергей знал о свойствах магической еды, неоднократно пробовал ее в БАМ, в том же «Палочке и Посохе», но тут было нечто совершенно иное.

— И это тоже, — не стал отрицать Альфард. — Поэтому я очень рассердился, когда ты пробудил эту, как ее, Добби.

— Дэбби.

— Во-во. И от союза с Палмерами отказался, рванул в Академию.

Сергей чуть прикрыл глаза, словно не желая видеть, как дядя наливает себе еще ликера. Напоминание о Палмерах и Лоре резануло прямо по сердцу, по никак не желающей заживать ране. Вдвойне больней было от того, что Лора уже взяла себе мужа и, возможно, готовилась взять второго.

Да, он не попал бы в Академию, так и вертелся бы в делах Рода под руководством дядюшек и тётушек. Не заключил бы помолвки с внучкой Императора. Много чего «не», но они были бы вместе! Магический брак, «пока смерть не разлучит вас». Почему, думал Сергей угрюмо, нельзя и то, и то. Выполнить миссию и быть с той, которая тебе нравится? Кристина, да и Бетти были хороши, но с ними он не ощутил того родства душ и мыслей, как с Лорой.

— Вот-вот, я тоже вначале опечалился, думал — такой союз сорвался! — продолжал вещать Альфард.

Сергей с трудом вынырнул из горестных, болезненных мыслей, чуть приглушил их заклинанием.

— А потом понял, что ты все правильно сделал! Знал или Мать подсказала?

Сергею не хотелось отвечать и он лишь пожал плечами, снова ощущая желание напиться. Не ликера, нет, чего-нибудь крепкого и вышибающего мозг. Появился Дживс, с поклоном поставил рядом чашку кофе.

— Кофе с ликером? — удивился дядя Альфард. — Неважно, это же твой мэнор. Так вот, потом я бурно радовался твоим успехам, но теперь снова встревожен!

— Что я опять наломаю дров? — невольно усмехнулся Сергей.

— Что ты их не наломаешь. Или, точнее, не наломаешь их как Чоппер. Такие успехи за год! Такая слава Роду и возможности, заказы, связи! Все это уйдет вместе с тобой и это меня печалит.

— Вы же знаете, дядя.

— Знаю. Но поддержка Императора это все равно не то же самое, что Глава-по-Праву, любимец Матери, закончивший Академию за год! Я рад за тебя и одновременно опечален и встревожен.

Про союз с Малькольмами он ничего не сказал, но и так было ясно, что его придется перезаключать и не факт, что на таких выгодных условиях и так далее.

— Чем теперь думаешь заняться? — спросил Альфард.

— Хороший вопрос, — ответил Сергей, выдохнув несколько раз коротко.

Тоска в душе и неясность планов, о да, «окончание университета — 2», магическая версия. Разумеется, в этом мире перспективы были шире и ярче, а возможности почти не ограничены. Вот только все они относились к той части, которая никак не была связана с убийством Гамильтона.

Будь ректора так просто убить, то давно бы враги до него добрались. У врагов, правда, не было возможности пробовать снова и снова, но и старались такие зубры, куда там Сергею-Гарольду! Так-то в теории все выглядело гладко, найти врагов Гамильтона, сбить всех в общую команду, навалиться всем вместе или хотя бы узнать их планы и то, как они пробовали убить ректора БАМ.

На практике Гамильтон и тут «прикрыл свою задницу сковородкой». Его враги — враги Британии. Без пяти минут зятю императора Кристофера вступать в контакт и заключать союз с врагами Британии? Станет врагом не хуже Владыки, только без его возможностей. Союз с Владыкой Смерти — тоже понятно, это Сергей уже проходил на Турнире. Магический брак, привязка, промывка мозгов.

После Владыки самым перспективным выглядел Хофманн. Мощь не хуже чем у Гамильтона, был с ним еще до Освобождения и так далее, и так далее. Вот только Сергей еще и осознавал, что ему нечего предложить Хофманну, нечем заинтересовать. Разве что пообещать убить Гамильтона, так для этого надо, чтобы Герхард действительно желал его смерти (а не просто слегка враждовал из-а противостояния Британии и Германии), чтобы он поверил Сергею и все ему рассказал. То есть опять, условно, а может и буквально, снимай штаны и нагибайся, только не перед Гамильтоном, а иностранным дядей.

— Судя по твоему молчанию, ты и сам не знаешь, — констатировал Альфард.

— Не знаю, — ответил Сергей.

Союз Родов против Гамильтона, но как, не сможет же он взять пятьдесят жен! Вот и получалось, что надо опять затевать танцы издалека, искать врагов ректора, но так, чтобы самого Сергея не обвинили в государственной измене. Качать личную силу, но не в ущерб остальным делам. Заниматься делами Рода и как-то еще совершать подвиги, прославлять Британию, продвигаясь к браку с Кристиной и оттуда в кандидаты в Императоры.

При этом как-то еще сколачивая команду магов, которым он сможет доверить тайну миссии Матери-Магии.

— Вначале все казалось таким легким и простым, — искренне вздохнул он.

Приехать в Академию и убить Гамильтона. Что может быть легче?

— Затем все как-то начало усложняться, размываться, никакой ясности, одни проблемы.

— Добро пожаловать во взрослый мир, Гарольд! — торжественно объявил дядя Альфард.

Сергей невольно рассмеялся, настолько это напомнило ему сцены из «Матрицы». Которую пока еще не сняли, да скорее всего и не снимут. Легко можно было бы заняться адаптацией к магическим реалиям известных Сергею шедевров кинематографа, прославиться и получить кучу денег, вот только. Да-да, Гамильтон. Снять завуалированный фильм, «Убить ректора» или что-то такое?

— Ты зря смеешься, — сердито сказал Альфард. — Только для детей мир прост и ясен, и ты был таким ребенком, когда прибыл в Чоппер-мэнор! Но ты сумел быстро повзрослеть, все осознал и не потерялся в новом для тебя, нашем магическом мире! Я горжусь тобой, племянник, а если бы твои родители были живы, они бы гордились тобой стократно!

Да, загадка гибели родителей Гарольда. Решать ее или тоже пустышка?

— Ты доделал их мабота, на нем победил в Турнире! — продолжал горделиво Альфард.

Только вот мечта о «Молнии» опять оказалась не тем, чем казалась, угрюмо подумал Сергей. Как поездка в Чоппер-мэнор за наследством. Как прием прошлым летом. Как учеба в БАМ и сама магия. Да, он доделал «Молнию», если это можно так назвать и она помогла ему, но в процессе Сергей понял, что это не то. Такое уже было с кучей вещей и наверняка еще будет.

Возможно, к убийству Гамильтона следовало относиться так же. Что оно не то, чем кажется, и попытки добиться в лоб не приведут к желаемому результату. Возможно.

— Только я не буду восстанавливать «Молнию» и сделаю себе нового мабота.

— Джонатан бы гордился, что ты пошел по его стопам!

Сергей лишь усмехнулся криво. Джонатан Чоппер разбирался в маботостроении, а вот Сергей-Гарольд — нет. Крепкий ремесленник, не более, и повторить гениальную «Молнию» не удастся. Не исключено, что родители Гарольда по этой же причине охладели к проекту и оставили мабота незавершенным.

Никакого злого умысла, никаких спрятанных в тайнике запчастей, ничего. Просто поняли, что в случае повреждений им придется все бросать и сидеть сутками над ремонтом, не занимаясь более ничем. Это уж не говоря о баснословно дорогих запчастях, с соединением нескольких сил крови и длительным временем изготовления. Да, возможна замена на обычные комплектующие, но и «Молния» тогда переставала быть молнией, становилась скорее медле-е-е-ен-н-ным разря-я-я-ядом.

— Как назовешь?

— Сэр Первый.

— Отличное название, — одобрил дядя Альфард. — Первый для первого!

Сергей лишь улыбнулся вежливо. Как и ожидалось, дядя ничего не понял, впрочем, никто в этом мире ничего не понял бы, разве что Мать-Магия, да и то сомнительно. Сэр Первый — Сэр Один — Сэр Рас — Сер Рас, Сергей Распопов. Первые три буквы его настоящих имени и фамилии. Шутка становилась тем непонятнее, что относилась к русскому языку, тогда как они сейчас находились в Британии.

Но эта непонятность никому лишь придавала шутке особой прелести.

— Так вот, племянник, если ты не знаешь, какую стезю выбрать, — Альфард замолчал, возясь с раскуриванием сигары, давая Гарольду-Сергею время подать ответную реплику или возразить.

— Много путей, но не знаю, какой будет лучше для Рода и Империи, — ответил Сергей.

— Вот! — выдохнул густую струю дыма дядя. — Слова не мальчика, но мужа! Я же говорил, что ты повзрослел! Как насчет поучиться управлять Родом и кланом?

— Вы же сами сказали, дядя, мне потом придется уйти. Лучше вы оставайтесь во главе Рода и клана, как делали это много лет.

— Нет-нет, ты не понял, точнее говоря, я плохо объяснил, — рассмеялся Альфард.

— Я не шучу, дядя, — сказал Сергей. — Подтянем вашу силу ритуалами, официально объявим где надо, власть не пострадает.

— Так и я не шучу, Гарольд! Приятно слышать такую заботу о Роде, отказываться не буду, но выслушай.

Сергей кивнул, изображая на лице внимание.

— У клана хватает земель, союзников и партнеров на всех континентах. Поездишь по нашим колониям, посмотришь на дела клана и рода, вникнешь в них, поработаешь на месте и заодно мир посмотришь. Не просто посмотришь, увидишь, чем живут маги и простаки за океаном, как выглядят владения Британии. А то многие метрополии ни разу в жизни не покидали и пытаются командовать на основании докладов. Ты же увидишь жизнь своими глазами и уверен, принесешь там немалую пользу Роду. Совершишь несколько подвигов, врежешь по зубам кому-нибудь из врагов Империи, в колониях легче действовать. И вернешься к Императору со знанием жизни, новой славой, уверен, он это учтет и начнет потом тебя учить уже власти сверху.

Какой-нибудь другой Глава раскричался бы и начал топать ногами, решив, что у него отбирают власть.

— Отличная идея, — кивнул Сергей.

Враги Британии — в колониях с ними легче не только драться, но и вступать в контакт. Враги Гамильтона.

— Вот только сколько времени на это уйдет? Не обидится Император, что помолвка затянулась?

— После того, как ты закончил Академию за год? — искренне захохотал Альфард. — Вот уж сомневаюсь!

Они обсудили детали, придя к соглашению, что Сергей закончит своего нового мабота, а потом устремится познавать мир. Дядя отбыл, а Сергей остался сидеть за столом, растягивая момент. Он знал, что призовет служанку с обликом Лоры Палмер и насладится ей вдоль и поперек, сверху и снизу, а потом отправится к алтарю и совершит там ритуал жертвоприношения, благо Дживс уже собрал всех кандидатов в магические слуги. В войне с Гамильтоном ему потребуется каждая крупица силы, как чужая, так и своя.

Но сейчас он сидел и длил момент перехода, завершения этапа.

— Обучение окончено, — оскалился он, — пришла пора сыграть по-настоящему!

Content

1000 и 1 жизнь (книга 3)

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50