Ивета Витко

Вистеллия из рода Вискотти

Глава 1

Ужин в доме графа Вителлия Вискотти

Ужин в огромной столовой графа Вителлия Вискотти проходил в гробовой тишине.

Множество свечей ярко освещали длинный прямоугольный деревянный стол, уставленный разными яствами. Слуги бесшумно подносили всё новые и новые блюда, но благородное семейство Вискотти на еду совсем не обращало внимания. Занимавшие свои привычные места за столом граф, его жена и три дочки не только игнорировали еду. Они также старались не смотреть на пустое кресло, в котором обычно сидел Викджен, единственный сын графа Вителлия.

Вителлий Вискотти, как и положено хозяину дома, занимал место во главе стола. На его тарелке тосковала аппетитная перепелиная ножка, а рядом с тарелкой вышколенный слуга поставил хрустальный бокал и налил в него любимого вина графа, доставленного контрабандой из соседнего королевства. В свете свечей вино искрилось, приглашая графа сделать хотя бы один глоток, однако Вителлий Вискотти не спешил начать наслаждаться любимым напитком. Он задумчиво водил безымянным пальцем левой руки по огромному тёмно-красному рубину, вставленному в серебряную оправу фамильного перстня, который граф никогда не снимал с мизинца правой руки. Вителлию Вискотти полгода назад исполнилось семьдесят лет, однако он был всё ещё бодр, энергичен, полон сил и интереса к жизни, хотя события последнего месяца изрядно добавили седины в стремительно редеющую шевелюру Вителлия.

Жена графа, леди Самира, величественно восседала в кресле за столом напротив мужа. Графиня Вискотти в юные годы была необычайно хороша. Тонкий стан, правильные черты лица, лучезарная улыбка, синие глаза-океаны под поволокой густых чёрных ресниц, пепельно-белые, мягкие волосы — вот чем Самира Клоден двадцать пять лет назад пленила графа Вителлия. Даже сейчас, вступив в пору увядания, жена графа Вителлия Вискотти вызывала у окружающих восхищение своим внешним видом. Родив практически один за одним четверых детей, она каким-то немыслимым образом сумела сохранить свою точёную фигуру. Графиня была образцовой женой, а также прекрасной матерью. Она никогда не вмешивалась в дела мужа, легко находила слова утешения или поддержки для детей и никогда не теряла оптимизма. Однако уже месяц, как чувство оптимиза начало покидать леди Самиру. Теперь улыбка редко озаряла её по-прежнему красивое лицо, да и в синих глазах графини затаилась грусть, очень легко превращавшаяся в слёзы.

— Я перед ужином получил с посыльным письмо от твоего, Самира, брата, — наконец нарушил молчание Вителлий. — Софокл пишет, что король Вернус выбрал день для казни всех участников неудавшегося заговора. Их казнят в первый день Турнира Храбрецов. Турнир всегда начинается в последнюю субботу августа.

— Значит жить нашему несчасному сыну Викджена остаётся всего один месяц! — ахнула графиня Вискотти, и слёзы хлынули из её глаз.

Граф посмотрел на своих троих дочерей, сидевших по старшенству за столом по левую руку от отца: леди Вителлия, леди Амелия, леди Оливия.

— Мы должны что-то предпринять! Разве ты, папа, позволишь королю убить Вика? — заговорила Амелия, средняя дочь графа, встретившись взглядом с отцом.

Вителлий тяжело вздохнул и подумал, что отдал бы жизнь любой дочери за возможность освободить из королевской тюрьмы единственного сына, который скоро лишится жизни на глазах у толпы зевак.

— Время уходит! — настойчиво повторила Амелия, не дождавшись ответа от отца.

— Мы ничего не можем сделать, — чуть слышно произнёс Вителлий.

— Значит Викджена казнят? — всхлипнула младшая дочка графа, леди Оливия.

— Дорогой, должен быть выход, — нерешительно произнесла леди Самира. — Ты же не позволишь нашему мальчику умереть? Он ведь наследник Вискотти!

— Я не могу спасти Викджена! Нужно смириться! — повысил голос граф Вителлий и так сурово посмотрел на жену, что она поспешила склонить голову, дабы избежать этого взгляда.

— Как же так, папа⁈ — резко, с вызовом возмутилась старшая дочь графа, леди Вистеллия. — Это ведь ты втянул Викджена в дурацкую авантюру, из-за которой его повесят. Он всего лишь выполнял твои указания, передавая деньги заговорщикам.

Вителлий Вискотти поморщился и раздражённо оправдался:

— Я ошибся: сделал ставку не на того! Брат покинувшей этот мир королевы Элианы, Барнус Патолли, был так убедителен. Он словно околдовал меня. Клянусь: я не знал, что даю деньги заговорщикам! Я был уверен, что это оплата определенных услуг.

— Взятка, — уточнила Амелия.

— Да, взятка за протекцию, — признался Вителлий. — Негодяй Барнус обещал, что, если я дам ему денег, то Викджен получит должность в королевском казначействе, а со мной заключат пятилетний контракт на поставку джута для нужд дворца. С этим контрактом я мог бы удвоить свою ежегодную прибыль!

— Твоя неуёмная жажда денег, дорогой папенька, погубила всех нас, — не сдержалась от укора Амелия.

— Однако во время покушения, который затеял Барнус, король не пострадал, а погиб его сын, принц Тимес. Сам Барнус Патолли успел на коробле уплыть в своё королевство, но в прошлом месяце умер дома от неизвестной болезни. Наш король Вернус Тэтиус Клисий жив-здоров и жаждет отомстить за смерть сына, — ядовито напомнила отцу Вистеллия.

— Лучше бы мы внезапно стали нищими, чем жить с клеймом предателей! — в сердцах выкрикнула Амелия.

— Бедные мои девочки. Путь в высшее светское общество теперь для вас закрыт, — леди Самира поднесла к глазам маленький белый платочек, расшитый по краям кружевом, и промокнула им подступившие слёзы.

— Мы никогда не выйдем замуж! Никто не захочет взять в жёны сестёр предателя, — ужаснулась младшая дочка графа.

— Оливия, о чём ты переживаешь! — упрекнула сестру Амелия. — Мы всего лишь состаримся старыми девами, а Викджен через месяц умрёт!

Леди Самира снова промокнула платочком слёзы, и в столовой опять повисла гробовая тишина.

Вителлий Вискотти обвёл взглядом дочерей. Совсем молоденькие. Старшей только на прошлой неделе исполнился двадцать один год. Средней — восемнадцать. Младшей — шестнадцать. Юные графини с надеждой смотрели на отца, но их судьба совсем не волновала Вителлия. В семье Вискотти ценились только мальчики. Они наследовали титул и состояние. Девочки были товаром, размернной монетой, которой можно было всегда пожертвовать. Вот и сейчас граф Вискотти готов был пожертвовать дочками, чтобы спасти своего единственного сына — двадцатитрёхлетнего Викджена, уже месяц находившегося в королевской тюрьме и не казнённого только потому, что король не мог выбрать подходящий день казни.

Вителлий взял в руку бокал с вином, залпом осушил его, опустил голову и, чтобы избежать встречи с взглядами дочерей или жены, снова начал пристально рассматривать свой перстень с рубином. Графу было неприятно видеть заплаканную жену, его раздражали печальные лица юных графинь, вот только изменить ситуацию Вителлий не мог. Он с досадой признавал, что связаться с Барнусом Патолли для пристройства Викджена на хорошую должность и расширения бизнеса было роковой ошибкой. Теперь приходилось за эту ошибку расплачиваться.

— Может король пощадит Викджена, если мы все упадём к ногам Его Светлости и объясним, что Барнус Патолли обманул отца? — с надеждой спросила Оливия. — Наш брат не убивал принца и не покушался на короля. Он всего лишь передал деньги заговорщикам.

— Не надейся, сестрёнка, — Амелия бросила полный гнева взгляд на отца. — Король даже не станет нас слушать. Он потерял единственного наследника. У нас нет шансов на прощение.

— Амелия права, — согласно кивнул Вителлий Вискотти. — Прощения нам не будет. Викджена казнят, а вы, девочки, об удачном замужестве можете забыть. В жёны сестёр предателя никто не возмёт, даже если они насдедницы древнего рода. Вам ещё повезло, что Викджен взял вину на себя и моё имя нигде не всплыло. Если бы король узнал, что это я дал деньги заговорщикам, то мы лишились бы всего: замка, титула, денег. Меня бы тоже повесили, а вам пришлось бы зарабатывать себе на жизнь, как обычным простолюдинкам. Благодаря стойкости Викджена, который заявил, что я не знал о его связи с заговорщиками, вы будете жить здесь, пока жив я. Потом, после моей смерти, дом и земли отойдут королю, потому что у Вискотти не будет наследника мужского пола, а вам придётся доживать свой век при каком-нибудь монастыре, который будет распоряжаться моими деньгами.

— Это так несправедливо! — в отчаянии воскликнула Оливия.

— Дурацкое правило наследования всего только мужчинами! Его нужно отменить! В других семьях Джукора женщины могут наследовать имущество, — поддержала сестру Амелия.

— Не я придумал это правило, не мне его отменять, — проворчал граф Вискотти и погрузился в размышления.

С начала ужина он обдумывал совет, который дал в письме брат леди Самиры: граф Софокл Клоден рекомендовал срочно использовать Вистеллию, чтобы попытаться спасти жизнь Викджена.

Граф покосился на старшую дочь. Вистеллия, или Виви, как обычно звали её в семье, единственная из его дочерей не унаследовала от матери фамильных черт семейства Клоденов: пепельно-белых волос и синих глаз. Если Вителлия что-то и взяла от леди Самиры, то только точёную фигуру. В остальном старшая дочь графа была истинной Вискотти: кареглазая шатенка, как отец, с цепким, пронзительным взглядом, волевым подбородком и острым умом. Именно Вистеллию выбрала, умирая, себе в приемницы ведьма Адара, сестра Вителлия. Виви исполнилось десять, когда тётушка тайно передала ей свой колдовской дар. Теперь, похоже, пришло время этим даром воспользоваться.

— Мы все понимаем, что наша семья находится в практически безнадёжном положении, — громко произнёс граф и чуть тише добавил, — но ты, Вистеллия, возможно, можешь помочь всем нам, если…

— Всё что угодно, отец! — с горячностью перебила его Вистеллия. — Я сделаю всё что угодно для тебя, мамы, брата и сестёр.

— Хвала небесам, — прошептала леди Самира. — Я вижу, дорогой, ты что-то придумал.

Граф Вителлий гордо вскинул голову и торжественно объявил свой план:

— Вистеллия отправится в королевский дворец, наймётся там на работу служанкой и найдёт возможность помочь нашему дорогому Вику совершить побег из тюрьмы!

— Виви будет служанкой! — Оливия презрительно сморщила свой хорошенький носик.

— Для блага семьи можно немного побыть служанкой. Правда, Виви? — Вителлий посмотрел на старшую дочку, желая убедиться, что она с ним согласна.

— Ты абсолютно прав, папа, — поддержала отца Вистеллия.

Леди Самира с сомнением покачала головой:

— На службу в королевский дворец берут только по рекомендациям.

— Уверен, дорогая, что твой брат поможет нам решить эту маленькую проблему, — успокоил жену граф. — Не зря же Софокл является главой Совета Избранных и проводит на совещаниях в королевском дворце не меньше десяти дней каждый месяц.

— Даже если Вистеллии удастся попасть в замок короля и организовать побег Вика из тюрьмы, как это спасёт нас? Викджен по-прежнему будет считаться предателем, — разочарованно выдохнула Амелия.

— Это очень поможет нам! — Вителлий стукнул кулаком по столу. — Наследник рода Вискотти будет жив! Моему мальчику придётся скрываться, однако он будет жив. Возможно, через несколько лет король Вернус сменит гнев на милость. Тогда Викджен сможет вернуться домой! Главное — моего наследника не повесят в столице Джукора на Чёрной площади в первый день турнира Храбрецов. Род Вискотти не закончится на мне.

— Наш сын по твоей милости в тюрьме, а теперь ты дочь посылаешь на верную смерть! — леди Самира гневно сжала кулаки. — Я не позволю!

— Всё нормально, мама, — успокоила её Вистеллия. — Если есть хотя бы крохотный шанс спасти Вика, мы должны этот шанс использовать.

— Что если сестрицу опознают во дворце? — с волнением спросила отца Оливия.

— Не опознают, — граф Вискотти пристально посмотрел на свою старшую дочь. — Я ведь прав, Виви?

— Прав, отец, — хитро улыбнулась Вителлия.

— Так и знал, что не зря тратил деньги на эти старые книги, которыми ты забила целую комнату в подвале! — побарабанил пальцами по столу довольный Вителлий.

— Это ведь были книги по агрономиии. Вистеллия и Викджен пытались вырастить морозоусточивый сорт джука, — нахмурилась леди Самира.

— Не совсем так, моя дорогая, — ухмыльнулся Вителлий. — Над выведением морозоустойчивого сорта джука работал Викджен, а Вистеллия в подвале практиковала свои особенные способности.

— Какие такие особенные способности? — ещё больше нахмурилась леди Самира.

— Дело в том, дорогая, — осторожно начал Вителлий, — что моя сестра Адара. Ты ведь помнишь её?

— Конечно я помню твою сумасшедшую сестру, которая после смерти мужа отказалась жить с нами, а уехала в Богом забытое имение, расположенное в горах, — поморщилась графиня.

— Моя сестра отправилась жить с горы, чтобы обезопасить нас, — мягко пояснил жене граф Вителлий. — Тогда ведь начались гонения на ведьм и колдунов.

— Ты хочешь сказать, что твоя сестра была ведьмой⁈ — ужаснулась леди Самира.

— Именно так, — кивнул Вителлий. — Адара практиковала колдовство, а перед смертью она прислала ко мне гонца и попросила приехать с Вистеллией. Помнишь я уехал тогда к сестре вместе с Виви?

— Помню. Вистеллия в детстве просто грезила горами. Ты сказал, что едешь к сестре и возьмёшь с собой в поездку Виви, чтобы она погуляла в горах, — дрожащим голосом ответила графиня мужа.

— Видишь ли…Адара была одинока. Кроме нас у моей сестры никого не было. Перед смертью Адара хотела видеть не только меня, но и Виви, — мямлил Вителлий, боясь сказать супруге, что одна из её дочерей стала с его согласия и содействия ведьмой.

— Тётушка Адара передала мне свой дар, — не выдержав нерешительности отца, ответила за него Вистеллия.

— Передала свой дар⁈ — одновременно удивлённо воскликнули Амелия и Оливия.

— Чем ты думал, когда разрешил Адаре передать дар Виви? Колдовство практически под запретом в Джукоре, — выговаривала мужу Самира. — Хвала небесам, что Вистеллия не обучалась колдовству. Передача дара ничего не значит.

— Я обучалась и умею пользоваться даром тётушки Адары, — заверила всех Вистеллия. — Отец позволил мне практиковаться в подвале, и один из слуг папеньки покупал для меня книги по обучению колдовству.

— Ты поощрял занятия колдовством? За моей спиной делал из дочки ведьму, зная, что в королевстве это не приветствуется! — в голосе обычно спокойной и покладистой графини Самиры зазвучали стальные нотки, которые граф Вителлий очень не любил, потому что они предвещали бурю.

Вителлий закашлялся и подозвал слугу, требуя от него налить ещё вина в бокал.

— Ага! Я знала, что ты врёшь, говоря о проведении в подвале опытов по выведению нового сорта джука! — с восхищеннием глядя на Вистеллию, воскликнула Оливия.

— Да, я скрывала от вас правду для вашего же блага, — признала Вистеллия. — Только отец и Викджен знали, чем я занималась в подвале. Вик помогал мне в приготовлении зельев. Я не сильна в зельеварении, но зато в магии перевоплощения я очень хороша, поэтому в королевский замок легко смогу проникнуть, применив иллюзию.

— Что это значит? — уточнила леди Самира.

— Я смогу с помощью магии изменить свою внешность, создать иллюзию, что я не я, а, например, пожилая служанка, — пояснила Вистеллия.

— Ты сможешь держать эту иллюзию несколько дней? — деловито допытывался у дочки Вителлий Вискотти.

— Легко! — снисходительно улыбнулась Вистеллия. — Я буду выглядеть так, что даже вы не узнаете меня при встрече, не только несколько дней, но и недель, и месяцев, если потребуется.

— В королевский замок отправляться опасно, — всё ещё сомневалась леди Самира. — Король Вернус панически боится ведьм и колдунов. Ты знаешь это, Вителлий, не хуже меня! Замок охраняют специально обученные псы, волкодавы, которые чувствуют магическую силу и готовы в мгновение ока перегрызть горло любому, в ком почувствуют эту силу!

— Я хочу попробовать спасти брата, — Вистеллия умоляюще посмотрела на мать. — Обещаю быть очень осторожной.

— Я не знаю, Виви, — вздохнула леди Самира, но граф Вителлий уже почувствовал в голосе жены сомнение и оживился.

— Раз Вистеллия хочет попробовать спасти Викджена, значит начнём действовать! — объявил он домочадцам. — Завтра рано утром я отправлюсь по делам в столицу. Ты, Виви, поедешь со мной. По дороге заглянем в гости к Софоклу. Попросим его помочь тебе попасть в королевский замок.

— Тогда мне нужно срочно начинать собираться в дорогу! — весело, с энтузиазмом воскликнула Вистеллия, а мать и сёстры с волнением посмотрели на неё: они считали идею проникновения в замок короля в качестве служанки совершенно безумной.

Глава 2

Джук, Джукор, Вискотти

Родовой замок графа Вителлия Вискотти находился у западной границы королевства Джукор вдали от больших городов. С одной стороны это был плюс: зима здесь, в небольшой долине, с трех сторон окружённой горами, была менее холодной, чем на остальной территории королевства, что благоприятно сказывалось на росте джука.

Джук — высокое растение, имеющее светло-коричневый стебель и цветущее маленькими фиолетовыми соцветиями. Именно благодаря джуку королевство Джукор много столетий тому назад получило своё название. Джук выращивали на территории всего Джукора и использовали для разных целей. Корни его применяли в медицине, цветы — в косметологии, а стебли перерабатывали в нити, из которых получалась красивая ткань.

Лучше всего джук рос на западных землях в горах и примыкавших к горам равнинах, которые были богаты глиной.

Большая часть горных западных земель уже более двухсот лет принадлежала семейству Вискотти. Именно на выращивании и продаже джука перекупщикам, поставлявшим сырьё на заводы по переработке, предки нынешнего графа Вителлия сколотили своё состояние. Отец Вителлия, став у руля семейного бизнеса пошёл дальше: он приобрёл несколько полей у подножья гор, построил большой завод, на котором тонкие стебли джука превращались сперва в прочные нити, а затем в ткань.

Вителлий после смерти отца нарастил производственные мощности завода, построил фабрику по пошиву изделий из джука и открыл магазины по продаже тканей и одежды во всех крупных городах королевства, включая столицу Джукора — красивый город Мирею. Таким образом весь процесс от выращивания джука на огромных полях до превращения его в тяжелые рулоны тонкой, переливающейся всеми цветами радуги ткани, а потом изготовление из этой ткани элегантных платьев, сорочек, костюмов, скатертей, постельного белья теперь проходил под чутким контролем Вителлия Вискотти, принося своему владельцу весьма солидный ежегодный доход, позволявший всему семейству Вискотти с уверенностью смотреть в завтрашний день.

Не смотря на обилие денег, граф Вителлий предпочитал вести довольно скромный образ жизни. Он много работал, сторонился светского общества, своих домашних держал в строгости, требуя почтительного отношения к себе и уважения к традициям рода Вискотти, о которых никогда не забывал и которые свято чтил.

Дарий, предок Вителлия и родоначальник всей династии Вискотти, был пятым сыном мелкого дворянина. Отец Дария рано умер, оставив сыновьям в наследство маленькое поместье, которое пришлось заложить, чтобы покрыть долги, оставшиеся после умершего. В поисках лучшей доли Дарий нанялся рядовым пехотинцем в королевскую армию. Служба у короля хорошо оплачивалась. Дарий оказался толковым в воинском деле и быстро продвигался вверх по армейской карьерной лестнице. Однажды, во время эпичного сражения с огромным полчищем ассуров, Дарий, к тому времени командир роты пехотинцев, случайно оказался возле короля и спас ему жизнь, за что получил в качестве благодарности графский титул, а в придачу к нему маленькую заброшенную долину в горах у западных границ королевства, где незамедлительно начал строительство поместья. Через год после начала стройки посреди горной долины, пересечённой ручьём, вырос уютный дом. Дарий оставил военную службу и поселился в горах, чтобы начать выращивать джук. В первый же год Дарий Вискотти получил хорошую прибыль от продажи урожая джука. Через два года прибыль позволила ему жениться на девушке из богатой, но не слишком родовитой семьи. О девушке ходили слухи, что она ведьма, однако это не остановило Дарья от женитьбы. Став семейным человеком, он продолжил укреплять своё финансовое положение. За приданное жены Дарий прикупил ещё немного земли в горах и разбил там новые поля, которые тоже засеял джуком. Год за годом прибыль Дария Вискотти всё возрастала и возрастала, а семья увеличивалась: жена родила сперва дочь, потом, через два года, сына. Когда дети выросли, Дарий удачно выдал замуж дочь, а все дела передал сыну, чтобы самому провести остаток жизни в своём доме в горах в окружении книг. Сын Дария не захотел жить в горах. Он купил участок земли в долине и начал строительство дома на небольшом холме. Дарий поддержал желание сына жить в долине, но сам спускаться с гор отказался, заявив, что умрёт в своём доме. Жена и дети пытались переубедить его, однако к концу жизни старик Дарий Вискотти стал очень упрямым, а после смерти жены нелюдимым и набожным. Последней блажью старика Дария Вискотти стало строительство небольшого каменного монастыря в горах недалеко от дома. Зачем ему понадобился монастырь — старик не говорил, но упрямо контролировал процесс строительства, даже тогда, когда стал совсем неважно себя чувствовать. Умирая, Дарий повелел, чтобы строительство монастыря закончил его сын, что тот и сделал в память об отце.

Монастырь в горах был последней блажью старика Дария, но не единственной. Отойдя от дел, он проводил много времени за чтением книг, записывал на бумагу свои размышления об устройстве мира и доказывал всем, что роль женщины — быть опорой своему мужу. Исходя из своих взглядов, он пожелал, чтобы наследование после него происходило только по мужской линии. Дарий повелел, чтобы «правило наследования сыновьями» было нерушимо во веки веков. Если же случится такое, что потомок не оставит после себя сына, то земли Вискотти должны вернуться назад королю, а всё иное имущество следовало передать церкви.

Шли годы. Потомки Дария Вискотти успешно приумножали наследство, оставленное родоначальником. Постепенно дом Вискотти на холме в долине превратился в замок, а у подножья холма, на котором стоял замок Вискотти, вырос небольшой городок Крастос, который жители королевства Джукор часто в шутку называли Городом-Отшельником из-за отдалённости Крастоса от всех других городов королевства. Такое расположение Крастоса имело не только минусы, но и плюс: купцы из соседних стран, расположенных за горами, предпочитали закупать джук именно здесь. Сюда, переодолев горные перевалы, каждый день приезжали сотни торговцев с иноземными товарами, а уезжали они, загрузив свои повозки тканями и одеждой из джука, а так же фруктами, овощами, которых было просто огромное количество на рыноке Крастоса.

Замок Вискотти, как страж, возвышался над Крастосом и его рынком. Семейство Вискотти имело возможность сбывать свой джук и изделия из него на местном рынке быстро и дешевле, чем конкуренты, которые привозили товары в Крастос из других частей Джукора.

Если в плане ведения бизнеса расположение земель Вискотти можно было назвать идеальным, то по части доступа к развлечениям они явно подкачали: до крупных городов от замка Вискотти было далеко, а поэтому разогнать скуку, если она закралась в душу и душа требовала посещения бала, было трудно. До ближайшего крупного города, Лифета, приходилось ехать в экипаже, запряжённом молодой сильной лошадью три часа, а до столицы Джукора Миреи нужно было трястись в экипаже восемь часов. Поэтому дети графа Вителия Вискотти обычно развлекали себя не танцами на балах, а прогулками по джуковым полям, чтением, музицированием и науками. Вителлий хоть и относился прохладно к дочкам, но под давлением жены и её брата графа Софокла Клодена не поскупился на хороших учителей не только для единственного сына Викджена, но и для девочек. Таким образом дочки Вителия были прекрасно образованы, имели широкий кругозор, могли поддержать любую светскую беседу. В сочетании с миленькими личиками, точёными фигурками и приличным приданным, которое Вителий назначил каждой из них, юные графини Вискотти могли надеяться однажды получить предложение руки и сердца от отпрысков знатных семей Джукора и уехать из замка отца к мужьям в большие города, где жизнь была не столь монотонной, как в их родном доме. Однако причисление Викджена к числу тех, кто хотел убить короля Вернуса, привёл к тому, что будущее всех Вискотти стало весьма туманным.

Глава 3

Вечер перед отъездом

Вистеллия была твёрдо уверенна, что не Викджен был причиной всех неприятностей, свалившихся на их семью, а Вителлий. Именно об отце думала Вистеллия, медленно со свечой в руке шагая по длинной галерее, которая соединяла жилое крыло замка с библиотекой. Юная графиня злилась на отца. Виви не могла понять, как осторожный и рассудительный Вителлий попался на удочку Барнуса Патолли, имевшего репутацию авантюриста. А главное, что вызывало недоумение у Вистеллии: почему отец рискнул впутать в свои тёмные делишки любимого сына?

— Папа, хоть и был недоволен увеличением налогов и странными законами, издаваемыми королём Вернусом, но никогда не высказывался против самодержца. Викджен тоже не был противником короля Вернуса Тэтиуса Клисия. Брат мечтал получить должность в королевском казначейство. Не мог Вик поддержать идею свержения короля, — рассуждала Вистеллия, приближаясь к библиотеке. — По всему выходит, что отец сказал правду за ужином: его обманом впутали в заговор против короля.

Вистеллия остановилась у двери библиотеки, взялась за ручку в форме пасти льва и потянула на себя тяжёлую деревянную дверь. Дверь с недовольным скрипом отворилась, пропуская юную графиню в библиотеку.

— Я так и знала, что ты здесь, Амелия, — улыбнулась Вистеллия сестре, которая сидела на большом зеленом диване и читала книгу при свете яркой толстой свечи.

— Я собиралась зайти к тебе позже, — улыбнулась в совет Амелия. — Думала, что ты занята сборами в дорогу.

— Уже закончила собирать вещи. Взяла только самое необходимое, — Вистелия подошла к дивану, поставила свою свечу на маленький столик и села рядом с сестрой.

Солнце уже давно село, в библиотеке царил сумрак. Сёстры взялись за руки.

— Вистеллия, я очень боюсь за тебя, — прошептала Амелия. — Всё очень серьёзно. Если тебя схватят в королевском дворце, то казнят вместе с Викдженом.

— Постараюсь, чтобы этого не произошло, — пообещала Вистеллия.

— Я немного злюсь на тебя за то, что ты скрывала от меня свои занятия колдовством в подвале замка, — вздохнула Амелия.

— Я держала это я секрете от тебя, Оливии и маменьки только ради вашей безопасности. Ты же знаешь, что занятия колдовством не поощряются нашим королём, — мягко пояснила Вистеллия.

— Но Викджену ты призналась! — обиженно надула губки Амелия.

— Викждену о полученном мною от тётушки Адарии даре рассказал отец, когда семь лет тому назад наш папенька схватил воспаление лёгких и думал, что умирает, а потому кинулся передавать дела Вику, — быстро прошептала Вистеллия и скорчила смешную рожицу, выражая своё отношение к сказанному.

Амелия улыбнулась:

— Я помню, как папа тогда благодарил Бога за сына! О нас папенька совсем не вспоминал. Даже не позволял подходить к его постели. Только наследник имел право сидеть у кровати больного.

— Нам не повезло родиться девочками в семье, где ценятся мальчики, — констатировала Вистеллия.

— Дурацкое правило наследования только сыновьями! — вздохнула Амелия. — Я хотела бы, чтобы однажды это правило осталось в прошлом.

— Может Викжден, когда придёт его время стать на место главы рода Вискотти, найдёт в себе смелость отменить «правило Дария,» — Вистеллия нахмурилась, вспомнив о брате. — Сейчас главное спасти Вика.

— Тебе не страшно отправляться в королевский дворец? — Амелия с любопытством посмотрела на сестру.

— Немного страшно, но в то же время жутко интересно, — призналась Вистеллия. — Я всегда мечтала побывать во дворце короля.

Дверь библиотеки снова со скрипом открылась, и в неё вошла Оливия.

— Мамочка, я тебе говорила, что они обе здесь! — придерживая дверь, весело крикнула младшая из сестёр Вискотти.

— Что бы я без тебя делала, дорогая, — в библиотеку вошла леди Самира со свечой в руке.

Амелия и Вистеллия встали, сделали несколько шагов навстречу вошедшим и почтительно склонили головы перед матерью.

— Девочка моя, — графиня присоединила свою свечу к двум другим, уже стоявшим на круглом столике возле зелёного дивага, подошла к своей старшей дочери и крепко обняла её. — Я буду молиться за тебя каждый день. Береги себя. Будь осторожна!

— Мы все будем за тебя молиться, каждый раз, когда молимся за Викджена, — Оливия подбежала и прижалась к Вистелии.

— И всё это происходит из-за глупого поступка отца! — вздохнула Амелия.

— Что поделаешь, дорогая, — графиня Самира с печатью посмотрела на дочерей. — Нам остаётся только надеяться на Вистеллию.

— Хватит печали! Я попаду в королевский дворец и спасу Викджена! — Вистеллия взяла мать за руку и потянула за собой к большому зелёному дивану, Амелия и Оливия подтащили к дивану два кресла, чтобы сесть в них.

— Мамочка, расскажи нам о королевском дворце или о столице Джукора! Я так люблю слушать твои рассказы! — начала просить Оливия, когда графиня Самира удобно разместилась на диване. — Сёстры хотя бы по одному разу были в Миреи, а меня отец никогда с собой не брал!

— Ты уже сто раз слышала от меня о королевском дворце и столице, — напомнила леди Самира младшей дочери.

— Мы с удовольствием ещё раз послушаем о дворце короля Вернуса, — заверила мать Вистеллия, присев рядом с ней на диван. — К тому же мне будет полезно послушать.

— Хорошо, — сдалась графиня и, слегка прикрыв глаза, словно окунаясь в воспоминания, начала говорить, а дочки, затаив дыхание, внимательно её слушали. — Королевский дворец в Миреи просто огромен. В нём не счесть сколько комнат. Окружён дворец прекрасным садом. В том саду есть большой пруд, а посреди пруда — фонтан в виде двух мирад, запрокинувших вверх головы. Моя мать говорила, что когда-то в королевском саду жило много мирад.

— Как это возможно, ведь мирады опасны! — запротестовала Анелия.

— Я никогда не видела живих мирад, — после некоторого молчания ответила леди Самира. — Во времена моей молодости они уже были редкостью, однако, если честно, никогда не слышала, что они опасны.

— Почему тогда королевский закон требует любого, кто увидит птицу с синим оперением попытаться убить её? — удивилась Амелия.

— Я не знаю, — покачала головой графиня.

— Странный закон, — Вистеллия задумчиво накрутили на указательный палец правой руки локон. — Я читала в книгах, что раньше в Джукоре было много мирад. Даже столица королевства, Мирея, получила своё название от прилетевших с Туманного моря птиц с голубым опереньем.

— Может мирады мирадам рознь, — предположила леди Самира. — В любом случае, когда я в молодости была в королевском дворце на балах, то никаких птиц с голубым опереньем в саду не видела. Только фонтан с мирадами, да и он, говорят, давно уже сломан.

— Раскажи про королевские балы! — одновременно попросили Анелия и Оливия, которым тема мирад надоела.

Графиня Вискотти улыбнулась:

— Самое красивое место во дворце — это зеркальный зал с белыми колоннами, соединёнными между собой арками. Всего в зале десять арок. На каждой арке закреплена круглая люстра, украшенная хрустальными сосульками. Перед началом бала, люстры опускают и зажигают в них все свечи, а затем возвращают зажжённые люстры на их места под потолком. Одна стена зала полностью покрыта зеркалами, крыша прозрачная, окна в зале огромные. Отблески свечей играют в хрустальных сосульках, отражаются в зеркалах, окнах, а сверху на всё это великолепие смотрят луна и звёзды. Это очень красиво! Напротив входной двери в этот зал на время бала перемещают из тронного зала два королевский трона: один для короля, второй для королевы. Троны железные, очень старые. Они обиты красной бархатной тканью. Пол от тронов до двери устилают красной ковровой дорожкой. Король и королева занимают свои места на тронах и приветствуют гостей.

— Как бы я хотела оказаться на королевском балу! — перебила мать Оливия. — И короля Вернуса я хотела бы увидеть.

— Ты же видела короля и принца Тимеса три года назад на балу в доме дядюшки Софокла Клодена, — напомнила сестре Амелия.

— Тогда я была слишком мала. Ничего не помню, — призналась Оливия. — Вот бы сейчас попасть на королевский бал!

— Милая, король больше года не давал балов в своём дворце, — вздохнула графиня Вискотти. — А теперь, когда и принца Тимеса больше нет в живых, я думаю, что о королевских балах можно забыть. После смерти королевы Элианы король Вернус три года не давал балов.

— Что случилось с королевой Элианой? — заинтересовалась Вистеллия.

— Никто не знает. Ходили слухи, что к её смерти приложили руку ведьмы и колдуны. С тех пор король Вернус Тэтиус Клисий стал бояться людей, владеющих колдовством. Колдунам и ведьмам запрещено появляться в королевском дворце. Вот почему я волнуюсь за тебя, моя Виви.

— Пожалуйста, сестрица, будь осторожна во дворце, — попросила Вистеллию впечатленная услышанным Оливия.

— Я не боюсь опасностей, — заверила всех Вистеллия.

— Ты самая храбрая из нас, — с восхищением произнесла Амелия. — Если кто-то и может спасти Викджена, то это ты!

— Ну, всё, мои хорошие, пора ложиться спать. Вистеллии завтра рано вставать, — объявила графиня Самира.

Сёстры Вискотти вслед за матерью покинули библиотеку, все вместе дошли до жилых комнат и, расставаясь, по очереди крепко обняли Вистеллию, пожелав ей спокойной ночи.

Войдя в свою комнату, Виви не легла в постель. Она долго сидела на подоконнике, глядя на звёздное небо и вдыхая тёплый летний воздух. Вистеллия Вискотти предчувствовала, что в её жизни грядут большие перемены. Это предчувствие пугало, но в тоже время заставляло сердце трепетать от восторга.

Уснула юная графиня поздно и спала беспокойно. Ей снился большой мрачный замок на берегу то ли озера, то ли болота. Вистеллия чётко осознавала, что никогда раньше не видела этого замка, но сон юной графини Вискотти был беспокойным не из-за этого. Виви пугало другое: замок хором многочисленных мужских и женских голосов молил о помощи.

Глава 4

Отъезд

Ещё до восхода солнца лорд Вискотти и Вистеллия выехали из ворот своего замка в добротном чёрном экипаже, оставив во дворе леди Самиру, Оливию и Анелию, которые затаив дыхание с тревогой смотрели вслед экипажу, так как боялись, что больше не увидят Вистеллию живой.

Вителлия сама едва дышала, но не от страха за будущее, а от волнения. Ещё бы: это был второй раз в её жизни, когда она надолго покидала стены родного дома.

Первый раз такой отъезд случился одиннадцать лет назад. Тогда Адария Вискотти прислала гонца с письмом, в котором писала, что предчувствует свою смерть и хотела бы передать магический дар старшей дочери брата. Вителлий не очень обрадовался перспективе иметь в доме ведьму, тем более, что король Вернус вдруг решил взять магию под контроль: он начал требовать от всех, кто владел магическими искусствами, уведомить об этом специальные отделы по изучению колдовства, созданные во всех городах королевства. Адария, получившая магический дар от бабушки уже будучи замужем, категорически отказалась сообщать королю о своих необычных способностях, и, чтобы не навлечь неприятностей на дом брата, в который она должна была вернуться после внезапной кончины мужа, уехала в старинное имение Вискотти, сохранившееся ещё со времён Дария. Там ведьма прожила затворницей всю оставшуюся жизнь. Граф Вителлий объявил всем интересовавшимся, что сестра не смогла оправиться от смерти супруга, поэтому живёт уединённо и скорбит. Такое положение дел не вызвало вопросов. Вителлий облегчённо выдохнул и забыл о сестре до тех пор, пока гонец, принесший от неё письмо, снова не вскрыл проблему наследования колдовского дара.

Эта проблема преследовала род Вискотти уже много поколений и составляла самую большую тайну семейства. Иногда домочадцы долгие годы даже не догадывались, что живут бок о бок с колдуном или ведьмой. Все Вискотти, к которым переходил магический дар, старались не афишировать свои необычные способности, поэтому за пределами семейного круга никто даже не подозревал о наличии в уважаемом, благородном семействе Вискотти тех, кто варит магические зелья, знает заклятья, может чувствовать боль живых существ, останавливать словом кровотечение, или слышать голоса умерших.

Одиннадцать лет назад, получив письмо от Адарии, Вителлий Вискотти сперва без особой радости принял решение сестры сделать его старшую дочь ведьмой, и даже обдумывал пути, как не допустить этого. Однако, поразмыслив, граф Вителлий решил позволить своей старшей дочке принять дар и отвёз десятилетнюю Вителлию в горы к умирающей тётушке.

— Уже много поколений колдовство тайно присутствует в нашей семье. Не мне от него отказываться, — подумал он одиннадцать лет назад, а теперь, глядя на сидевшую напротив него Вистеллию убедился, что сделал правильный выбор: сейчас старшая дочь была последней надеждой на сохранение рода Вискотти.

Вистеллия не смотрела на отца. Она знала, что Вителлий жертвует ею, и была готова на эту жертву ради брата. Викджен на протяжении всего детства, отрочества и юности являлся лучшим другом Вистеллии. Ему она часто доверяла те свои мысли и секреты, которыми даже не делилась с сёстрами. Только Вик знал, когда он узнал, что отец разрешил пятнадцатилетней Вистеллии изучать магические книги в подвале особняка, удостоился чести быть помощником во время магических практик. Теперь он приговорён к смерти, и Вистеллия готова на всё, чтобы вытащить брата из тюрьмы. Она согласна с отцом: главное — Викжден должен остаться живым, а с остальными проблемами можно разобраться позже.

Вителлия достала из ридикюля маленькую книжку, которую перед отъездом всучила ей Оливия, и погрузились в чтение, чтобы скоротать время в пути. Вителлий молча смотрел в окно экипажа.

Книга оказалась любовным романом. О страстных чувствах юной принцессы к ловеласу принцу. Вистеллия читала историю без особого интереса. В отличие от младшей сестры, которая была сентиментальной и впечатлительной, Виви предпочитала романтике реализм. Она никогда не была влюблена, считала рассказы о любви, разрывающей сердце, полнейшей чушью и совершенно не торопилась стать замужней дамой. Отец тоже не форсировал события, не желая расставаться с деньгами, выделенными для приданного Вистеллии. Таким образом, старшая дочка Вителлия Вискотти жила спокойной размеренной жизнью, используя свой разум для изучения колдовства, и совершенно не желала никаких изменений в своей жизни. Однако теперь Вистеллии предстояло много изменений, поэтому всю дорогу до дома графа Софокла Клодена она больше думала, чем читала.

Через четыре часа пути перед глазами отца и дочери Вискотти предстал большой город Лифет. Этот город был знаменит на весь Джукор своими ткацкими фабриками, где джук бесперебойно превращался в роскошную ткань, которую прямо со складов большими партиями покупали торговцы соседних королевств, а ушлые владельцы фабрик так и норовили увести покупателей друг у друга. Поэтому граф Софокл Клоден, владевший самой большой ткацкой фабрикой Лифета, предпочитал лично следить за производством и продажей тканей, опасаясь недополучить прибыль.

Роскошный особняк Софокла располагался в центре Лифета. Именно в ворота этого особняка завернул экипаж Вителлия Вискотти.

— Готов поспорить на весь нынешний урожай джука, что Софокл только встал, — выходя из экипажа, проворчал Вителлий, рассматривая дом шурина.

— Дядюшка с его репутацией может себе позволить спать до обеда, — шутливо заметила Вистеллия, вслед за отцом выбираясь на свежий воздух.

Вителлий был согласен с дочкой. Софокл Клоден являлся далеко не последним человеком не только в родном городе, но и во всём Джукоре. Его мнение настолько высоко ценилось, что даже король прислушивался к советам Софокла Клодена. Вителлий Вискотти уважал шурина за умение лавировать среди интриг высшего общества и оставаться при любых обстоятельствах на плаву. Граф Вискотти довольно редко посещал дом Софокла Клодена, предпочитая приглашать знатного родственника в гости в свой замок или позволять жене с детьми гостить в шикарном особняке Софокла. Выезжая в столицу по делам, Вителлий обычно не задерживался в Лифете, чтобы, если нужно, заночевать в другом большом городе — Смужре, который располагался на полпути к Мирее, однако в сложившихся обстоятельствах остановка в Лифете была необходимостью: без помощи графа Клодена осуществить план по проникновению Вистеллии в королевский дворец было невозможно.

Когда экипаж Вискотти остановился у парадного входа в дом Софокла, отец и дочь вышли из него и остановились, ожидая появления дворецкого.

— Надеюсь, дядюшка не укатил по делам в столицу, — тихо проговорила Вистеллия.

— Я на это тоже очень надеюсь, — ответил Вителлий, с тревогой глядя на железную дверь трёхэтажного особняка. — Без помощи Софокла тебе не попасть в королевский замок.

В этот момент парадная дверь особняка резко распахнулась и из неё вышел не дворецкий, а сам хозяин дома. Выглядел Софокл Клоден так, как и положено выглядеть недавно покинувшему постель состоятельному сорокапятилетнему холостому мужчине: слегка сонным, облачённым в расшитый яркими причудливыми узорами халат с запахом и с толстой сигарой в руке. Его длинные, чуть ниже плеч, белые волосы были стянуты на затылке в тугой хвост.

— Какие люди! Совершенно не ожидал гостей! Я только что выпил свой утренний кофе и собирался наведаться на фабрику, но вы нарушили мои планы! — воскликнул Софокл и с насмешкой спросил. — Что привело вас, путники, в мой дом?

— Чем насмехаться, уважаемый дядюшка, лучше пригласи нас на кофе. Мы встали затемно и четыре часа тряслись в экипаже, пока ты, рискну предположить, что не один, нежился в постели и наслаждался утренним кофе, — в тон Софоклу ответила Вистеллия.

— Виви, приличная девушка не должна так говорить даже с дядей, — возмутился Виттелий, затем окинул шурина оценивающим взглядом и добавил, — хотя по сути твои слова абсолютно точны.

Софокл запокинул голову вверх и расхохотался. Граф Вискотти осуждающе покачал головой: по его стойкому убеждению мужчине в возрасте за сорок, да ещё занимающему почетный пост в Совете Избранных подобает вести себя более серьёзно.

Тем временем граф Софокл Клоден, отсмеявшись, распахнул перед гостями парадную дверь своего дома:

— Прошу, дорогие родственники. Я непременно окажу вам достойный приём: накормлю завтраком и развлеку беседой, хотя, если честно, я рискую своей репутацией, принимая вас у себя в доме. Вы ведь теперь семья предателя.

— Именно об этом я и хотел с тобой поговорить, Софокл. В письме ты дал мне совет, — начал Вителлий.

Софокл Клоден мгновенно стал серьёзным и взмахом руки остановил графа Вискотти:

— О делах мы поговорим позже в моём кабинете. Здесь, Вителлий, даже у стен есть уши. Проходите в дом.

Отец и дочь поспешили принять приглашение и спустя несколько минут оказались в богатой гостиной Софокла Клодена. Здесь они ожидали, пока не появился вышколенный дворецкий не объявил, что завтрак подан.

Глава 5

У Софокла Клодена

Завтракали Вителлий, Вистеллия и Софокл на небольшой летней террасе. Вистеллия налегала на пышный омлет, запивая его ароматным чаем, заваренным из сбора трав, и вполуха слушала, как отец обсуждал с Софоклом прошлогоднюю выручку, полученную за урожай джука, выросшие налоги, нелепый закон, предписывавший разрушать любые птитьи гнёзда, запланированную на осень покупку нового жеребца.

Когда с завтраком было покончено, все трое переместились в кабинет хозяина дома, расположенный на втором этаже в конце длинного коридора.

— Итак, — закрыв дверь на замок, Клоден выразительно посмотрел на графа Вискотти. — Ты решил спасти сына при помощи Вистеллии?

— Да, — нервно сглотнув, кивнул Вителлий. — Не имею понятия откуда ты знаешь о необычных способностях моей дочери, но ты прав: я хочу отправить Вистеллию спасать Викджена. Именно поэтому я здесь и прошу тебя помочь мне.

Софокл поцокал языком:

— Ситуация, которая сложилась вокруг Вика, практически безнадёжная. Буду откровенен: я считаю, что Викджена можно начинать оплакивать.

— Пока брат жив, мы не будем оплакивать его, — подала голос Вистеллия.

— Дорогая племянница, — покачал головой граф Клоден, — ты молода и не понимаешь многих вещей. Твой отец совершил ошибку. Теперь он расплачивается за это.

— Ты, Софокл, виноват в моей ошибке! — горестно воскликнул Вителлий Вискотти. — Барнус Патолли, из-за которого мой сын в тюрьме, представился мне твоим другом. Встретил я его в твоём доме.

— Не смей меня обвинять! Я предан королю! — нахмурился Софокл Клоден.

— Я тоже! Сам не понимаю, как влез во всё это! Чем больше думаю, тем больше уверяюсь в мысли, что без колдовства тут не обошлось. Может ты подослал ко мне дружка-колдуна? — с подозрением посмотрев на шурина, спросил Вителлий.

— Зачем мне это? — пожал плечами Софокл.

— Я не знаю, — вздохнул граф Вискотти.

— Мне совершенно не на руку, чтобы семья моей сестры была в числе заговорщиков, хотевших убить короля, — отверг обвинения Софокл. — Ты, Самира и ваши дети — мои единственные родственники. В каких бы интригах я не учавствовал, но семья — это святое для меня.

— Тебе пора остепениться и завести собственную семью: жену, детей, — начал поучать Софокла Вителлий.

— Семейные узы — это не для меня, — отмахнулся Клоден. — Мне нравится тот образ жизни, который я веду.

— А как же продолжение рода? Хочешь стать последним графом Клоденом? — упрекнул родственника Вителлий.

— Нет. Я не настолько эгоистичен, — засмеялся Софокл. — Свой долг перед родом исполню: на старости лет женюсь на какой-нибудь юной красотке, и она родит мне сына. Так что не волнуйся за мой род. Тебе стоит озаботиться проблемой спасения своего наследника.

Вистеллия, внимательно слушавшая разговор мужчин, вдруг спросила:

— А кто стал бы королём, при условии, что заговор, организованный Барнусом Патолли, удался и покушение на короля прошло успешно?

— В том то и загвоздка! — развёл руками Софокл. — Барнус Патолли, организовавший заговор и покушение на нашего короля, не имел ни единого шанса занять королевский трон Джукора. Вот если бы была жива его сестра, королева Элиана, то она теоретически могла претендовать на трон после смерти мужа и сына, но Ревены нет в живых. Принц Тимес убит во время покушения на его отца. Если король умрёт, то власть перейдёт к племяннику короля, малышу Кариэлу, которому нет и десяти лет. Как вы помните, родители мальчика, брат короля и его жена, погибли полгода назад при загадочных обстоятельствах во время пожара в их летнем замке, расположенном в горах. Других прямых наследников кроме Кариэла у нашего короля нет.

— Если малыш Кариэл станет королём, твоя власть, как главы Совета Избранных, будет безграничной, — ухмыльнулся Вителлий.

— Думай, что говоришь! — разозлился граф Софокл. — Смерть короля и восхождение на трон малолетнего наследника принесут смуту в королевство, ослабят нас!

— Ладно, не злись. Лучше расскажи, какая обстановка сейчас в столице и в королевском дворце, — попросил Вителлий.

— В Мирее относительно спокойно. По крайней мере внешне. Во дворце всё иначе: король Вернис всё ещё скорбит по сыну и практически не покидает своих покоев. Вся власть сосредоточена в руках начальника службы королевской охраны лорда Алойза Совитара. Теперь без его ведома даже муха не может просочиться в королевский дворец.

— К чему такие меры предосторожности? — удивилась Вистеллия. — Барнус Патолли мёртв, его пособники в тюрьме.

— Ты задала очень правильный вопрос, моя дорогая племянница, — Софокл сцепил пальцы рук в замок и задумчиво смотрел перед собой. — Возможно, за покушением на короля стоял не брат умершей королевы Ревены, а кто-то другой?

— Хочешь сказать, что Барнус Патолли, его сообщники и я стали простыми пешками в чьей-то игре, — насторожился граф Вискотти.

— И этот кто-то — очень умный, коварный и всё ещё ищет возможность убить короля, — кивнул Софокл. — Это единственное логичное объяснение, которое я могу дать всему, что происходит во дворце.

— В таком случае ты просто обязан мне помочь, так как очевидно, что я и Викджен стали жертвами неизвестного негодяя! — решительно заявил Вителлий.

— Сперва скажи, что ты задумал, а я подумаю, смогу ли помочь, — тихо произнёс граф Клоден.

Лорд Вискотти наклонился вперёд и прошептал:

— Вистеллия изменит внешность, проникнет во дворец и поможет Викджену бежать.

— Изменит внешность? Значит мои предположения верны: Вистеллия — ведьма, — кивнул Софокл.

— Я переняла магический дар от тёти Адарии одиннадцать лет назад, — призналась Вистеллия.

— И вы скрыли это от меня! — пожурил родственников Софокл.

— Скрыли и скрыли, — проворчал Вителлий, — Ты ведь всё равно об этом как-то узнал.

— Я не знал точно, но догадывался, потому что много лет назад был дружен с мужем Адарии. Однажды он высказал мне свои подозрения, что жена — ведьма. После смерти твоей сестры, я предположил переход магического дара от Адарии к твоей, Вителлий, старшей дочери, потому что именно Вистеллия больше всего подходит на роль ведьмы.

— Почему? — хором спросили отец и дочь.

— Потому что Вистеллия единственная прочитала все книги в моей библиотеке, — отшутился Софокл и начал расхаживать по библиотеке, обдумывая ситуацию.

Гости замерли в креслах, стараясь не мешать хозяину дома размышлять.

— Если Вителлия настроена решительно, то есть один вариант, но он очень рисковый, — наконец произнёс граф Клоден.

— Я согласна на этот вариант, — заверила дядюшку Вистеллия.

Софокл оценивающе посмотрел на племянницу:

— Ты сможешь изменить свою внешность?

— Да. Я владею искусством иллюзии, — утвердительно кивнула Вистеллия.

— Это хорошо, — пробормотал граф Клоден, затем сел на диван и, видимо приняв окончательное решение, начал быстро говорить. — Два дня назад я был в Мирее. Остановился как всегда в гостинном дворе «Приют Странника.» Это хорошее респектабельное место недалеко от королевского дворца. Только я вошёл в свою комнату и выпил бокал белого вина, как за окном раздались крики. Я взглянул на улицу и увидел жуткую картину: бедно одетая простолюдинка лет сорока истекала кровью, распластавшись посреди дороги, а рядом стоял почтовый экипаж и толпа зевак наблюдала за агонией умирающей. Среди толпы я заметил моего слугу Тора. Тор очень толковый малый. Он быстро соображает и бывает весьма полезен в, скажем так, щепетильных делах. Я заинтересовался: почему он крутится возле умирающей? Ответ на этот вопрос был получен мной от Тора буквально через пять минут: он постучал в дверь моей комнаты и вручил мне мятую бумажку, которая оказалась рекомендательным письмом некой Стелле Дюбон от её кузена, торговца лошадьми Гершана Лопара. Письмо предназначалось королевскому повару Гордену. Гершан писал, что муж его родственницы Стеллы Дюбон покончил с собой, проиграв на скачках дом и теперь несчастная Стелла вынуждена искать работу. Гершан напоминал королевскому повару Гордену о дружбе и просил для Стеллы Дюбон найти место кухонной рабочей на королевской кухне. Самое интересное заключается в том, что внизу письма стояла подпись начальника королевской стражи Алойза Совитара и его резолюция: «Принять в качестве посудомойки.» Мой слуга Тор клянётся, что видел, как эта Стелла Дюбон в чудесном настроении вышла из ворот королевского дворца и торопливо шла по обочине, а потом, не убедившись в безопасности, вдруг начала переходить дорогу и угодила под колёса почтового экипажа.

— Даже если ты запомнил, как выглядела Стелла Дюбон, и Вистеллия попытается принять её облик, то не сможет точно воплотить внешний вид умершей, потому что никогда её не видела, — прервал Софокла Вителий.

— Нет необходимости в точной копии Стеллы Дюбон, — снисходительно улыбнулся граф Клоден. — Достаточно небольшого сходства. Я ещё не закончил рассказ. Слушайте дальше. Прочитав это чудесное рекомендательное письмо, я послал Тора узнать, куда увезли умирающу Стеллу. Оказалось, что её доставили в лечебницу для бедных на окраине Миреи, где она и скончалась, не приходя в сознание: почтовые лошади проломили Стелле Дюбон череп, а колёса экипажа раздавили грудную клетку. У бедняги не было ни единого шанса выжить. Уже на следующий день её похоронили, как неизвестную, потому что при ней не было никаких документов, в могиле с десятью нищими, которые умерли накануне. Узнав об этом, я задержался в столице и отправил Тора по дешёвым отелям, надеясь, что Стелла остановилась в каком-нибудь из них. Моему слуге повезло: в убогой ночлежке «Райский Сад» подтвердили, что некая дама лет сорока оплатила комнату на один день и говорила хозяйке о намерении устроиться на работу на кухню в королевском замке. В подтверждение своих слов дама показывала рекомендательное письмо, написанное кузеном, — Софокл с торжеством посмотрел на Вителлия. — Таким образом мы можем констатировать, что родственников или знакомых в Мирее у Стеллы Дюбон не было, а следовательно Вистеллия может занять её место!

— Не могу. Отец прав: я ведь не знаю, как она выглядела, чтобы применить иллюзию, — растерянно напомнила Софоклу Вистеллия.

— Дослушай меня, а потом будешь принимать решение, — граф Клоден встал, подошёл к стене, отодвинул большую картину, на которой был изображён летний горный пейзаж, и постучал по скрывавшемуся за картиной сейфу. — Стелла Дюбон здесь!

Граф Вителлий нахмурился:

— Ты разыгрываешь нас? Сам ведь сказал, что Стеллу Дюбон похоронили в общей могиле, как неизвестную нищенку.

Софокл Клоден хитро улыбнулся, открыл сейф, достал из него два листа бумаги, а потом сказал:

— Мой слуга Тор имеет хорошую память на лица, но, к сожалению, он не слишком хороший художник.

С этими словами граф Клоден протянул Вистеллии рисунок, на котором простым карандашом была изображена женщина: печальные глаза, тонкие губы, маленький нос, широкие скулы, высокий лоб.

— Тор не гарантирует стопроцентного сходства, однако заверяет, что основные черты лица он изобразил вполне точно, — произнёс Софокл Клоден, из-за плеча Вистеллии рассматривая рисунок своего слуги. — К тому же повар Гершан, если он общался с мадам Дюбон, то врядли хорошо запомнил её.

— Алойз Совитар, начальник королевской стражи, тоже общался с мадам Дюбон, и уж он наверняка обладает фотографической памятью на лица, — напомнил Вителлий.

— Алойзу Совитару Вистеллии в любом случае не стоит попадаться на глаза, — очень серьёзно ответил Софокл. — Точно так же, как ей не стоит приближаться к королевским покоям.

— Почему? — не поняла Вистеллия. — Мне ведь нужно найти, где держат Викджена.

— Королевская тюрьма находится в подвале. Кухня занимает первый, полуподвальный этаж. Чтобы найти брата, тебе нужно спуститься на один этаж вниз, а не подниматься вверх, — пояснил граф Клоден племяннице и начал рассуждать. — Если удастся попасть на кухню, не торопись начинать поиски Вика. Сперва осмотрись. Найди способ познакомиться с каким-нибудь тюремным охранником, а дальше действуй по обстоятельствам. Главное помни: выше кухонного этажа не суйся. Король панически боится ведьм и колдунов, поэтому замок охраняют волкодавы: полу-собаки, полу-волки, натасканные на поиски людей с магическими способностями. Так как твой папенька скрывал от короля тот факт, что ты умеешь колдовать, и не сообщил об этом в специальную комиссию, то, если волкодавы тебя обнаружат в замке, думаю, им позволят тебя растерзать.

Вистеллия вздрогнула, представив, как её нежную кожу протыкают волчьи клыки.

— Или тебя этапируют в старый замок Каринор, превращённый в тюрьму для ведьм и колдунов, — после паузы продолжил говорить Софокл. — Каринор — это жуткое место, из которого ни один заключённый ещё не выходил в живым.

— Зачем ты пугаешь ребёнка! — возмутился Вителлий Вискотти.

— Моя племянница должна знать о всех опасностях, с которыми ей возможно придётся столкнуться, — холодно заметил Софокл.

— Дядюшка, я понимаю риски! — заверила графа Клодена Вистеллия. — Чего я не понимаю, так как мне объяснить королевскому повару Гордену своё возвращение на кухню только через три дня после первого появления там и что делать, когда я найду Вика.

— С поваром всё легко: скажешь, что когда Алойз Совитар одобрил тебя в качестве посудомойки, то ты у него отпросилась на два дня съездить к кузену Гершану за вещами, потому что приехала без всего, так как не надеялась получить работу. Вот с вызволением Викджена всё намного сложнее. Ты сможешь изменить его внешность с помощью иллюзии? — уточнил Софокл.

— Не знаю. Я читала, как это сделать, но никогда не пробовала, — призналась Вистеллия.

— Попробуй сейчас на мне, — предложил граф Вискотти.

Вистеллия с готовностью повернулась к отцу.

— Не будем напрасно тратить силы Вистеллии. Они ей ещё пригодятся, — властно запретил эксперимент Софокл и, подойдя к письменному столу, вытащил из-под столешницы ржавый ключ.

— От чего этот ключ? — заинтересовался Вителлий.

— Я уже года три, как на всякий случай держу за собой комнату в маленькой ночлежке для бедняков, расположенной у порта в Мирее. Называется ночлежка «Золотая подкова.» Это ключ от моей комнаты. Она на чердаке. Если тебе, Вистеллия, удастся найти брата и вывести его из королевского замка, отправь Вика в «Золотую подкову.» В моей комнате Викджен найдёт сундук с одеждой. У сундука есть двойное дно, где спрятаны деньги. Пусть Вик переоденется, заберёт деньги из сундука, сядет на любой отплывающий из порта корабль и покинет Джукор.

Вителлий согласно кивнул, потом подошёл к шурину и порывисто обнял его:

— Спасибо, Софокл!

— Мы ведь семья, — тихо ответил граф Клоден. — Надеюсь, что будь я в беде, ты тоже попытался бы мне помочь.

— Даже не сомневайся, — заверил его граф Вискотти и обратился к дочери. — Прощайся с дядюшкой. Нам пора отправляться в дальнейший путь, чтобы приехать в Мирею сегодня вечером.

Вителлия крепко сжала в руке портрет Стеллы Дюбон, подошла к Софоклу и присела перед ним в глубоком реверансе:

— Не могу высказать словами, как благодарна тебе, дядя!

Граф Клоден взял Вистеллию за подбородок, приподнял её голову и заглянул в глаза:

— Я верю в тебя, дорогая племянница. Будем надеяться, что всё нами задуманное удастся и Викджен не закончит свои дни на Чёрной площади.

— Обещаю сделать всё возможное, чтобы спасти брата, — заверила дядюшку Вистеллия.

— Да поможет тебе Бог! — Софокл Клоден перекрестил племянницу и протянул ей ключ от комнаты в ночлежке «Золотая подкова,» а также рекомендательное письмо, написанное для Стеллы Дюбон её кузеном.

Глава 6

В столице

Когда экипаж Вителлия Вискотти покинул гостеприимный дом Софокла Клодена, граф Вителлий практически сразу уснул, а Вистеллия запрятала в карман платья ключ, полученный от дядюшки, и принялась изучать рисунок Тора, стараясь представить себе, какой была Стелла Дюбон при жизни. Покойницу Вистеллия почему-то видела в своём воображении совершенно седой и очень худой. Седина являлась непосредственным результатом жизни с любителем азартных игр мужем Иласом, а на худобу намекали впалые щёки на портрете. Вистеллия вглядывалась в каждый штрих рисунка Тора, гадая о том, какой была жизнь неизвестной женщины. Множество морщин вокруг глаз и на лбу давали понять, как бедняжке Стелле Дюбон было нелегко выносить мужа-игрока. Возможно, его смерть стала своего рода избавлением от тягот для Стеллы, и новоявленная вдова, отправляясь в столицу, надеялась начать в Мирее новую, более счастливую жизнь. Подумав о смерти неизвестного ей Иласа Дюбона, а так же случайной кончине его жены, Вистеллия ужаснулись тому факту, что сама ввязалась в очень ризковую авантюру, но тут же велела себе отбросить все страхи в сторону и быть смелой ради брата. С этой мыслью она закончила изучение портрета, немного полюбовалась в окно экипажа на красивую зелёную равнину, конца и края которой не было видно, а затем развернула рекомендательное письмо, где в первую очередь её привлекла размашистая подпись Алойза Совитара.

— Человек, поставивший эту подпись, очень уверен в себе, — решила она.

Затем Вистеллия сосредоточилась на тексте письма:

" Дорогой друг Отар Горден, надеюсь, что моё письмо, переданное со Стрелой Дюбон, найдёт тебя в прекрасном здравии и благоденствии. С радостью сообщаю, что сам я здоров, а семья моя пополнилась двумя внуками с тех пор, как ты пять лет назад навещал мой скромный дом. В память о нашей дружбе, драгоценный Отар, прошу пристроить где-нибудь на королевской кухне Стеллу Дюбон, даму, которая принесла тебе это письмо. Бедняжка приходится мне кузиной и после смерти супруга осталась совершенно без средств к существованию. Беспутный Илас Дюбон свёл счёты с жизнью, проиграв все свои сбережения и дом. Пожалуйста, помоги Стелле с работой. Иначе ей придётся просить милостыню.

Всегда думающий о тебе,

Гершан Лопар"

Вистеллия трижды перечитала послание Гершана Лопара, потом положила рисунок Тора и рекомендательное письмо в маленький ридикуль, после чего начала обдумывать свои действия по спасению брата. Она была согласна с Софоклом Коленом, что самое трудное — это найти Вика в королевской тюрьме. Утешало Вистеллию только то, что на поиски у неё было вполне достаточно времени, хотя страшный всемогущий начальник королевской стражи Алойз Совитар мог добраться до неё раньше, чем Вистеллия спасёт брата. Это пугало.

Чтобы отвлечься от страшных мыслей об Алойзе Совитаре, Вистеллия посмотрела в окно, где привычный ей пейзаж начал меняться: огромные поля джука уступили место зелёным лугам, на которых паслись стада хморов — быков, мясо которых было очень нежным, а поэтому пользовалось большой популярностью среди всех слоёв населения королевства Джукор. Время от времени среди полей попадались высокие зелёные холмы, и постепенно этих холмов становилось всё больше, что указывало на приближение экипажа к центральной части королевства, где на берегу Туманного моря раскинулась столица Мирея.

Вистеллия любовалась холмами, пока её не сморил сон. Весь остаток пути до столицы дочка графа Вискотти проспала.

В столицу экипаж графа Вителлия въехал около девяти вечера. Не смотря на поздний час город встретил отца и дочь Вискотти суетой и шумом.

Вистелля, только один раз ранее посещавшая Мирею, с интересом смотрела в окно экипажа. Всё вокруг её восхищало: большие улицы, высокие дома, огромное количество различных экипажей и ещё большее число спешащих куда-то пешеходов. Ритм жизни этого города был не похож на ритм жизни Крастаса или Лифета.

— Ах, отец, мне так нравится здесь! — с восторгом в голосе воскликнула Вистеллия. — Я прямо чувствую силу Миреи! Почему ты не позволял нам с маменькой приезжать сюда? Почему сам не любишь этот красивый город?

— За суету и шум я не люблю Мирею. В столице всё слишком быстро для меня. Даже магазин здесь я открыл самым последним из всех своих торговых точек. Не смотря на все выгоды, Мирея не для меня, — Вителлий строго посмотрел на дочь, которая, слушая его, продолжала разглядывать улицы через окно экипажа, и ворчливо добавил. — Мирея опасна для юных девиц! Здесь слишком много разврата! Будь осторожна. Помни: ты Вистеллия из рода Вискотти, а не какая-нибудь глупышка, которую любой дурак может обвести вокруг пальца.

Вистеллия оторвалась от окна.

— Ты волнуешься за меня? — удивлённо спросила она отца.

Граф Вискотти прикрыл рот рукой и изобразил приступ кашля, чтобы скрыть смущение. Он не волновался за Вистеллию, а вдруг почувствовал вину перед ней. Судьба дочерей никогда особо не заботила Вителлия, а их воспитание он делегировал супруге. Каждой дочке граф Вискотти выделил достойное приданное, но очень надеялся оттянуть замужество дочерей, чтобы деньги подольше оставались в семье. Именно из-за этой меркантильной цели он редко позволял жене вывозить дочерей на балы, чтобы они не попадались на глаза потенциальным женихам, а так же не брал девочек с собой, когда ездил по делам бизнеса в разные города королевства. Из-за вынужденного затворничества ни одна из дочерей графа Вителлия еще не получала предложения выйти замуж. Жену графа это очень волновало. Вителлий, наоборот, в тайне радовался такому положению дел. Он отмахивался от частых разговоров жены по поводу того, что хотя бы старшую дочь нужно чаще вывозить в свет, и был совершенно не против, если бы все дочки остались старыми девами (хотя он понимал, что с красотой девочек и его деньгами это совсем несбыточная мечта).

Никогда Вителлий не заботился о чувствах дочерей, не утруждал себя вопросом «Есть ли у дочерей какие-то мечты или желания?» и теперь, глядя на Вистеллию, он ощущал вину перед ней за то, что фактически отправляет на смерть невинное юное создание, совсем ещё не видевшее жизни. Каким бы чёрствым ни было сердце старого графа, но он не желал плохого собственной дочке.

— Видит Бог, я отдал бы весь нынешний урожай джука, чтоб только освободить Викджена, не посылая тебя в королевский замок, — пробормотал граф Вискотти.

— Я обещаю быть осторожной, — пришла на выручку отцу Вистеллия.

— Хорошо, — Вителлий удовлетворённо кивнул, а затем указал на окно. — Это самая большая площадь Миреи. Чёрная площадь.

Вистеллия выглянула в окно: экипаж въезжал на огромную круглую площадь, которая была вымощена чёрными булыжниками. Посреди площади был установлен большой прямоугольный помост с тремя висельницами. Люди проходили мимо виселец, словно не замечали их, а вот Вистеллия не могла оторвать взгляда от жутких верёвок с петлями на концах. Верёвки слегка раскачивались на ветру, словно они были живыми.

— Я не допущу, чтобы Вик был здесь повешен, — прошептала Вистеллия.

— Любой ценой вызволи моего мальчика. Не дай ему умереть! — попросил справившийся чувством вины Вителлий.

— Я сделаю всё, что потребуется для того, чтобы Викджен остался в живых, — заверила отца Вистеллия.

Граф Вискотти был очень доволен ответом дочери.

— Останови у постоянного двора, — велел он кучеру, а потом обратился к Вистеллии. — Сними здесь комнату, переночуй. Завтра отправляйся во дворец. Постарайся попасть в тюрьму и вытащить оттуда Викджена. Надеюсь, что не зря покупал тебе книги о колдовстве.

Граф Вискотти пристально посмотрел в глаза дочери. Вистеллия, как ни пыталась, не заметила в этом взгляде ни капли отцовской любви. Только холод и расчёт.

— Я поняла, отец, — тихо произнесла Вистеллия, а потом решительно добавила. — Пошли кучера узнать, есть ли свободные комнаты в этом постоялом дворе.

Граф Вителлий остановил экипаж, вышел из него и поманил к себе кучера, поправлявшего попругу.

— Спроси у трактирщика про свободные комнаты. Живо! — велел он кучеру, указывая на постоялый двор.

В это же время Вистеллия ещё раз посмотрела на портрет Стеллы Дюбон, полученный от Софокла Клодена, провела рукой перед своим лицом и незаметно выскользнула из экипажа. Она благоразумно решила, что даже отцу не стоит знать, в каком образе его дочь войдёт в королевский дворец.

— Никто не должен опознать в морщинистой, измождённой Стелле Дюбон цветущую красавицу из рода Вискотти, — подумала Вистеллия, торопливо уходя от экипажа отца, захватив с собой только ридикюль и дорожный чемодан, в котором лежали два старых платья.

Граф Вискотти дождался кучер, который доложил своему хозяину, что свободные комнаты в постоялом дворе имеются. Виттелий заглянул в экипаж, увидел, что Вистеллии там нет, и, с облегчением выдохнув, велел кучеру ехать к популярному среди состоятельных людей постоялому двору «Приют странника,» где граф планировал остановиться на ночь, чтобы завтра, проинспектировав работу своего магазина, отправиться назад домой.

Сидя у камина в одной из лучших комнат «Приюта странника,» граф Вителлий Вискотти позволил себе расслабиться и выпить вина, здраво рассудив, что основную миссию поездки он уже выполнил, а дальше остаётся только ждать развития событий и надеяться на скорое вызволение его дорогого мальчика Викджена из королевской тюрьмы.

Глава 7

Новая посудомойка

Покинув экипажа отца в образе Стеллы Дюбон, Вителлия решила не следовать совету папеньки и не ночевать в постоялом дворе, а сразу же направиться в королевский дворец. Она пересекла Чёрную площадь, с содроганием пройдя возле висельниц, и взяла курс на королевский дворец, острые шпили четырёх башней которого были хорошо видны из любой точки Миреи.

Сперва Вителлия шла нерешительно, с опаской глядя под ноги, но постепенно любопытство взяло верх: она начала вертеть головой во все стороны, с интересом рассматривая освещённые фонарями улицы столицы. В Миреи ей нравилось. Жизнь здесь совсем не походила на жизнь Крастоса, где всё замирало, как только закрывался рынок. Жители столицы словно не замечали, что ночь подступала к городу: парочки прогуливались по улицам, из таверн доносились весёлые голоса гуляющих, экипажи везли своих пассажиров, шустрые мальчишки-посыльные со всех ног неслись куда-то по делам. Словом, жизнь в городе кипела.

Вителлия впитывала в себя эту жизнь и чувствовала, что становится частью Миреи. Её даже не смущало то низкое социальное положение, которое невольно пришлось на время занять. Дочь графа Вителлия наоборот была рада примерить на себя образ простолюдинки и применить магические способности для спасения брата. Вителлию совершенно не беспокоило то, что она выглядит не так, как подобает выглядеть девушке из благородного семейства. Любой, обративший на неё внимание, сразу понял бы, перед ним несчастная женщина, не обладающая финансовым достатком. Ещё в доме дядюшки Софокла Вистеллия сменила свой богатый наряд на платье, выкупленные графом Клоденом у его кухарки. Кухарка так же любезно предоставила своему хозяину, не задавая лишних вопросов, ещё два старых платья и предметы гигиены: мыло, расчёску, полотенце, ночную сорочку, баночку лавандовых духов. Весь этот нехитрый скарб был помещён в старый чемодан, приобретённый Софоклом Клоденом у жены его дворецкого. В потрёпанном, но не утратившим красоты бархатом ридикюле (личной собственности Вистеллии) лежало рекомендательное письмо от торговца лошадьми Гершана Лопара, ржавый ключ от комнаты в ночлежке для бедняков «Золотая подкова,» немного денег и портрет Стеллы Дюбон.

Вистеллии потребовалось не более сорока минут, чтобы достигнуть ворот дворца короля Вернуса. Она пересекла перекидной деревянный мост через небольшой ров с водой, который был вырыт вокруг дворца много лет назад, когда набеги ассуров на Мирею были обычным делом.

— Куда прёшь! — преградили Вистеллии дорогу два стражника возле больших кованных дворцовых ворот.

— На королевскую кухню! Я — новая посудомойка. Меня нанял Алойз Совитар, — подперев талию рукой, гордо заявила Вистеллия.

Стражники без интереса посмотрели на новую чернорабочую.

— Ступай к восточным воротам. Это парадный вход, — один из стражников махнул рукой, указывая нужный путь.

Ещё пятнадцать минут пришлось идти Вистеллии вдоль высокого каменного забора, чтобы попасть к восточным воротам королевского дворца. Эти ворота не были такими большими и красивыми, как предыдущие, но охранялись даже более усиленно, чем парадные. Четыре стражника один за другим придирчиво изучили рекомендательное письмо и подпись Алойза Совитара, прежде чем пропустить Вистеллию на территорию дворца.

— Куда идти знаешь? — уточнил у Вистеллии один из стражников, отдавая письмо.

— Не помню. Два дня назад, когда господин Совитар со мной беседовал, такого страху натерпелась, что только вот эти ворота в памяти и остались, — убедительно соврала Вистеллия.

— Прямо иди, потом по лестнице спустить на один пролет вниз, — сквозь зубы дал указание один из стражников.

— Главное не спустись на два лестничных пролёта вниз, а то в подвал попадёшь, а там у нас тюрьма! — добавил другой.

— Если попадёшь в тюрьму, то тебя там тюремщик Кадух скормит своим ручным крысам! — крикнул третий, и все они дружно захохотали.

Вистеллия вздрогнула, представив, как ручные крысы тюремного надзирателя впиваются в её тело, и побледнела от ужаса, потому что с самого раннего детства старшая дочь графа Вискотти жутко боялась боли, которую ей могли причинить укусы животных. Появился этот страх после того, как по недосмотру няньки трёхлетняя Вистеллия была атакована огромным цепным псом. Случилось это тёплым летним днём. Собака ела свой обед, а малышка Вистеллия из любопытства слишком близко подошла к животному, и, хотя нянька успела стать между ней и разъярённым псом, вид огромных клыков сторожевой собаки навсегда врезался в память девочки. С того момента страх испытать боль от укуса какой-нибудь живности вызывал в сознании Вистеллии панику.

— Вдруг крысы тюремщика уже загрызли Викджена? — с содержанием подумала Вистеллия, но тут же прогнала эту мысль: если король решил повесить её брата на Чёрной площади в первый день Турнира храбрецов, то по крайней мере смерть от зубов страшных крыс ему точно не грозила.

Вистеллия торопливо пересекла пустой двор, толкнула рукой тяжёлую дверь и оказалась внутри дворца перед лестницей. Пролёты лестницы освещала одна толстая свеча, вставленная в подсвечник, расположенный на стене на уровне глаз Вистеллии, но света этой свечи хватало только на то, чтобы осветить несколько ступеней, ведущих вверх и вниз. Дальше темнота поглощала лестницу. Вистеллия немного поколебалась, думая, имеет ли она право взять из подсвечника свечу, но не решилась воспользоваться свечой и, держась за каменную стену, начала спускаться вниз в темноту.

Она успела сделать три шага, когда лестница снизу осветилась ярким светом.

— Кто здесь крадётся, как мышь? — спросил появившийся из темноты мужчина, держа в руке подсвечник с тремя горящими свечами.

— Я на кухню иду, — пролепетала Вистеллия, щурясь от яркого света.

— Кто это «я»? — мужчина поднял подсвечник повыше, и это позволило Вистеллии рассмотреть незнакомца: среднего роста, полный, абсолютно лысый.

— Отвечай немедленно! Иначе я стражу позову! — требовал мужчина.

— Не надо стражу, — дрожащим голосом попросила Вистеллия и представилась. — Меня зовут Стелла Дюбон. Господин Алойз Совитар разрешил мне работать посудомойкой на королевской кухне.

— Разрешил? А я думал, что он отказал тебе, — мужчина нахмурился. — Где ж ты два дня пропадала?

— За вещами ездила к кузену Гершану Лопару. Я ведь не верила, что работу получу, и вещей с собой не брала, — врала Вистеллия. — Господин Совитар разрешил мне съездить за вещами.

— Привет, надеюсь, от меня моему старинному другу Гершану передала? — уже более дружелюбно спросил мужчина.

— Конечно, господин Горден, — снова соврала Вистеллия, поняв, что перед ней главный королевский повар.

— Иди за мной, — Отар Горден повернулся и начал спускаться. — К работе приступает завтра в пять утра. Я всегда прихожу на кухню к шести и желаю видеть плиты и печи вычищенными от золы. Поняла?

— Поняла, — кивнула Вистеллия, следуя за поваром, — но я думала, что меня наняли мыть посуду, а не золу выгребать.

— Одно другому не мешает, — Горден закончил спускаться и теперь шёл по широкому коридору. — Утром — уборка кухни, а днём будешь мыть посуду. Имей в виду: в комнату свою вечером можешь уйти только после того, как все котлы и кастрюли перемоешь.

Горден свернул с лестницы, прошёл мимо мраморной статуи льва, охранявший вход в длинный тёмный коридор со множеством дверей.

— Это жилые комнаты королевской прислуги, кухонных рабочих и садовников. Ты будешь жить в комнате с Таурой Стродди. Выше этого этажа тебе подниматься запрещено, — пояснил он. — Понятно, — отозвалась Вистеллия. Немного пройдя по тёмному коридору, освещая его своими тремя свечами, Отар Горден остановился возле двери и постучал в неё.

— Кто там? — раздался из-за двери сонный женский голос.

— Таура, это я, Горден. Открывай дверь, — крикнул повар, шёпотом пояснив Вистеллии. — Старуха Стродди глуховата, но на кухне расторопна, вот и держу её здесь, не выгоняю, хотя мог бы найти работника помоложе.

— Что привело Вас, господин Горден, ко мне в такой поздний час, — приоткрыв дверь, спросила маленькая старуха.

— У тебя новая соседка, — объявил Горден.

Старуха подслеповато сощурилась, посмотрев за спину повара, где стояла Вистеллия.

— Посудомойка новая? — удивлённо прошамкала Таура Стродди. — Так быстро нашлась замена прежней бедняжке?

— Свято место пусто не бывает! — хохотнул Горден. — Принимай новую соседку и завтра утром помоги ей с работой на кухне. Объясни, как что делать.

Старуха торопливо широко распахнула дверь, приглашая Вистеллию войти в комнату. Главный королевский повар самодовольно ухмыльнулся и важно продолжил путь по коридору.

— Спокойной ночи! — сказала ему вслед старуха Стродди, после чего закрыла дверь.

Вистеллия оказалась в маленькой комнате, освещённой огарком свечи. Огарок стоял на деревянной тумбочке возле кровать. В тусклом свете можно было рассмотреть шкаф, ещё одну кровать, стоящую напротив первой, стол у окна и ещё одну тумбу у двери. На этой тумбе стоял таз, возле него кувшин с водой и маленькое полотенце.

— Как тебя зовут, милочка? — спросила старуха Стродди.

— Стелла Дюбон, — тихо ответила Вистеллия, шокированная условиями, в которых ей предстояло жить.

— Вот твоя кровать, — Таура Стродди махнула рукой и прошаркала к своей кровати. — Туши свечу и ложись спать. Завтра познакомимся. Тебе вставать рано.

Вистеллия поспешила выполнить указание: вытащила из чемодана ночную сорочку, погасила свечу, в темноте переоделась ко сну.

— Вы спите? — шёпотом спросила она старуху Стродди, ложась в кровать.

— Сплю, — пороворчала Таура.

— Прежняя посудомойка с вами жила? — поинтересовалась Вистеллия.

— Жила болезная, пока не умерла, — сонно пробормотала старуха Стродди.

Вистеллия скрутилась в постеле калачиком и задала следующий вопрос:

— От чего она умерла?

— Так розгами до смерти запороли её, потому как господин Горден застал глупую девку за воровством продуктов. Говорила я ей: «Не бери чужого!» А она мне в ответ: " Что ж это мы на кухне работаем и голодаем. У короля не убудет, если я сыра немного съем." Вот и поела! — вздохнула Таура Стродди и почти сразу захрапела.

Вистеллия ещё долго лежала без сна, думая о прежней посудомойке-воровке и поваре Гордене. Судьба предшественницы сильно впечатлила Вистеллию: воровство — это, конечно, плохо, но чтобы убить человека за кусок сыра! Можно было выгнать работницу, однако Горден выбрал другой метод наказания, что указывало на его крутой нрав. Теперь Вистеллия со страхом ждала утра, опасаясь, что рассмотрев её при свете дня, главный королевский повар, конечно же беседовавший два дня назад с настоящей Стеллой Дюбон, распознает обман и прикажет запороть самозванку до смерти.

— В темноте, когда коридоры освещали только свечи, Горден не мог чётко видеть моё лицо. Вдруг информация дядюшки Софокла о плохой памяти Отара Гордена на лица окажется ложной, и, посмотрев на меня утром, главный королевский повар поймёт, что перед ним не кузина его старинного друга, а совершенно другой человек, — с такой тревожной мыслью Вистеллия уснула.

Глава 8

На королевской кухне

Вистеллия напрасно волновалась по поводу главного королевского повара: ему и дела не было до новой посудомойки. Отар Горден утром даже не взглянул на драившую огромный котёл новую работницу. Зато его помощники-повара сразу же поняли, что новая посудомойка никогда раньше не имела дела с мытьём посуды. Началось всё с того, что старуха Таура Стродди ещё до восхода солнца разбудила Висстеллию, привела на кухню, показала и рассказала, как там всё устроено, после чего велела ей вычистить золу из большой плиты. Вистеллия, никогда раньше не занимавшаяся такой работой, растерянно смотрела на ведро и лопатку с длинной ручкой, которые протягивала ей Таура.

— Чего ты пялишься, как на диковинку? — заворчала старуха Стродди. — Плиту от золы раньше никогда не чистила?

— Нет, — забывшись, призналась Вистеллия. — В моём доме это делали слуги.

— Видно ты была раньше при деньгах, — ухмыльнулась Таура.

— Да, — Вистеллия опомнилась и бросилась играть роль роль вдовы Стеллы Дюбон. — Мой умерший муж был из состоятельной семьи. Его родители владеют несколькими пекарнями. Я жила в собственном большом доме, у меня было несколько слуг, экипаж и даже повариха!

— Что ж ты пришла к нам на кухню? — удивилась Таура Стродди.

Вистеллия опустила голову и проговорила трагическим голосом:

— Мой муж Илас проиграл всё до копейки, включая наш дом, на скачках, а потом повесился. Мои родители умерли. Родня мужа винит меня в случившемся с Иласом. Говорят, что их сын стал делать ставки на скачках, потому что был несчастен со мной.

— С чего это он был несчастен? — заинтересовалась старуха.

— Илас хотел иметь большую семью, а я за двадцать лет брака не родила ребёнка. Один раз была беременна, но сынок мой мёртвым родился, — на ходу придумала ложь Вистеллия и закрыла лицо руками, сделав вид, что скрывает слёзы.

— Полно тебе, горемычная, прошлое вспоминать, — замахала руками Таура Стродди, но чувствовалось по интонации, что история новой кухонной работницы тронула старуху. — Что было, то прошло. Денег у тебя больше нет и на жизнь самой придётся зарабатывать. Сейчас я плиту чистить буду, а ты учись, как надо всё делать. Покончим с плитой, потом покажу тебе, как котлы мыть.

Чистка плиты от золы оказалась делом нехитрым. Вистеллия быстро поняла, как следует выгребать чёрно-серую золу длинной лопаткой в ведро. С мытьём посуды всё было намного хуже. Вид жирных грязных котлов, протвеней и кастрюль вызывал у Вистеллии приступ брезгливости. Только мысли о брате помогали ей брать в руки тряпку и мыть их, но делала Вистеллия это так медленно, что все повара злились и Тауре Стродди приходилось периодически помогать новенькой и в первый день, и во второй, и в третий. Недовольство медлительностью Стеллы наростало с каждым днём, но главный королевский повар Горден не реагировал на поступавшие жалобы. Однако Вистеллия понимала: такое положение дел не будет длиться долго. Она изо всех сил старалась мыть посуду качественнее и быстрее, вот только получалось это у неё совсем плохо.

— Помяни моё слово: выгонят тебя из королевской кухни, — пророчила Таура Стродди.

Вистеллия знала, что старуха права. Это пугало. Ведь находясь на королевской кухне в образе Стеллы Дюбон Вистеллия совершенно ничего не узнала о местонахождении брата, так как дальше кухни никуда не выходила, а на самой королевской кухне ей не удалось ни с кем кроме старухи Стродди завязать доверительные отношения. Повара и подсобные рабочие только бросали Вистеллии приказы. Помощники поваров открыто посмеивались над ней, узнав от Тауры Стродди печальную историю жизни Стеллы Дюбон. Главный королевский повар игнорировал свою протеже. Вистеллия попыталась выведать что-нибудь у старухи Стродди о людях, пытавшихся убить короля. В третий вечер своего нахождения во дворце, вернувшись в комнату после тяжёлого рабочего дня, Вистеллия спросила свою соседку:

— Госпожа Стродди, почему здесь столько охраны?

— Король Вернус Тетиус Клисий боится, что его снова попытаются убить, — тихо ответила старуха.

— Уже казнили тех, кто покушался на жизнь короля? — взволнованно спросила Вистеллия, обрадованная тем, что разговор так легко вышел на нужную ей тему.

— Нет. Эти эти бандиты пока живы. Казнь состоится на Чёрной площади в первый день Турнира храбрецов, — с раздражением произнесла старуха и чуть слышно пояснила. — Так жалко принца Тимеса ни за что ни про что погибшего во время покушения на короля Вернуса. Такой славный был принц: умный, справедливый, храбрый. Не в отца пошёл. Король горазд только деньги собирать с подданных, да заговоры во всём видеть.

— Мне казалось, что люди любят короля, — не подумав, ляпнула Вистеллия.

— Сразу видно, что ты из богатеньких, — противно захихикала Таура Стродди. — Простой народ стонет под властью короля Вернуса. Налоги растут, продукты дорожают.

— Да, — согласилась с ней Вистеллия. — Налоги очень выросли. Мой отец, тоесть муж, упоминал об этом.

— Раньше всё не так было. Я ведь помню короля Вернуса другим. Хороший правитель был. Это после смерти жены он стал затворником и самодуром. Одна надежда была на то, что принц Тимес его сменит. Теперь совсем никакой надежды нет, — вздохнула Таура Стродди. — С каждым днём король всё реже покидает свои покои. За последний месяц удвоил стражу замка. Только его министры, начальник охраны Алойз Совитар и его слуга старик Рангор имеют право видеться с королём.

— Где находятся те люди, которые покушались на короля? — сменила тему Вистеллия.

— Так у нас в подвале сидят. Под кухней — подвал, а в нём королевская тюрьма. Там этих пятерых бандитов и держат, — пояснила старуха Стродди.

Сердце Вистеллии учащённо забилось. Теперь она знала, где её брат. Оставалось придумать, как проникнуть в королевскую тюрьму и вызволить Викджена. Только для начала следовало удержаться на позиции посудомойки. Следующие три дня Вистеллия старалась как можно лучше мыть котлы и кастрюли. Она до изнеможения драила чугунную поверхность жёсткой ветошью, потом смывала чёрную копоть и бралась за мягкую тряпку, посыпанную содой, чтобы удалить жир. Нежная кожа на руках Вистеллии потрескалась, все мышцы болели от непривычного труда, но несмотря на все старания повара продолжали бранить Стеллу Дюбон за нерасторопность в работе. Главному королевскому повару непременно пришлось бы уволить кузину своего друга, но неожиданно посудомойка получила помощника.

Случилось это ровно через неделю после того, как Вистеллия начала работать на кухне. Была небольшая передышка между завтраком и обедом. Повара расслабленно болтали, их помощники делали нарезку и прочие необходимые заготовки для блюд, которые планировалось приготовить в ближайшие несколько часов. Вистеллия усердно драила противень, совершенно нежелавший отмываться. Старуха Стродди сидела рядом на табуретке, пила из маленькой чашечки лавандовый чай и давала советы:

— Сильнее три. Что ты его гладить⁈ Соды больше посыпь. Золой потри!

Дверь кухни резко отворилась и главный королевский повар Отар Горден втолкнул в кухонное помещение невысокого худого паренька лет четырнадцати-пятнадцати. Внешний вид паренькп говорил, что он явно не страдал от обилия денег: давно нестриженные волосы были собраны в хвост на затылке, старые холщёвые штаны едва доставали до щиколотки, совершенно сбитые, подранные ботинки явно достались мальчишке от какого-то прежнего владельца, так же, как и бывшая когда-то белой, но полинявшая от стирок рубаха, которая парню была велика и болталась на худом теле, как на вешалке.

— Будешь знать, как спать до обеда! У меня не заспишься! Я тебя, лежебока, быстро перевоспитаю, — ворчал главный королевский повар.

— Чего, господин Горден, кричишь на мальчишку? — полюбопытствовала Таура Стродди.

— Вот, один важный человек дал мне своего слугу на перевоспитание. Жалуется, что этот негодник рано вставать не имеет желания, — пояснил Отар Горден и обратился к пареньку. — Будешь помогать посуду мыть. Живо принимайся за работу!

— Я курьером у хозяина был, — заскулил мальчишка. — Обучен блюда к столу подавать. Куда мне посуду мыть⁈ Это женское дело.

— Перечишь⁈ Розг давно не пробовал? — заорал главный королевский повар. — Сказано тебе, что станешь мыть посуду, значит так тому и быть! Стелла Дюбон, объясни этому желторотому наглецу, что надо делать.

— Гляньте: у нас славная команда по мытью посуды образовалась: вдова и курьер! — весело крикнул один из поваров.

— Не стой колом! Иди работать курьер! — гневно сверкнул глазами Отар Горден и в воспитательных целях залепил новому работнику оплеуху.

Паренёк сутулился и под всеобщий смех побрёл к углу, где стояла Вистеллия.

— Вот и славно вышло! — старуха Стродди встала с табуретки. — Теперь уж проблема грязной посуды решится!

Она медленно побрела с кружечкой чая в руках к окну, чтобы в относительной тишине закончить чаепитие.

— Привет, — шепнул Вистеллии мальчишка, когда оказался рядом с ней. — Я — Тор.

Вистеллия нахмурилась, пытаясь вспомнить, где уже слышала это имя, но усталость и боль в спине мешали это сделать.

— Ты — Стелла Дюбон, — широко улыбнулся юнец, обнажив красивые белые зубы и тихо пояснил. — Я тебя сразу узнал, потому что ты выглядишь именно так, как будто сошла с моего рисунка.

— Тор! — Вистеллия мгновенно вспомнила своего дядюшку, графа Софокла Клодена, упоминавшего смышлёного слугу Тора.

— Хозяин прислал меня помочь тебе в деле, — шепнул Тор и снова улыбнулся.

— Софокл во дворце? — с надеждой спросила Вистеллия.

— Уже уехал, но вернётся, — начав ловко надраивать старый чугун, прошептал Тор.

— Кончай болтать! — прикрикнул на него Отар Горден.

— После ужина все разойдутся по комнатам, а нам надо будет гору посуды перемыть. Тогда поговорим, — скороговоркой пробормотала Вистеллия, принимаясь за мытьё очередной кастрюли.

Тор согласно кивнул.

Глава 9

Тор

— Мой брат здесь. Старуха Стродди, с которой я живу в комнате, сказала, что всех пятерых заговорщиков держат в королевской тюрьме. Это в подвале, прямо под кухней, — тихо рассказывала Тору Вистеллия вечером, когда на королевской кухне никого кроме них двоих не осталось. — Проблема в том, как Викджена из тюрьмы освободить. Я не покидаю кухню, а после работы старуха Стродди в комнате глаз с меня не спускает.

— Положение сложное, — согласился Тор.

— Даже если мне удастся спуститься на этаж ниже в подвал, то там ведь охрана, и до камеры брата я всё равно не доберусь, — сокрушалась Вистеллия.

— Рано нос вешать, — Тор подмигнул Вистеллии. — Теперь у Вас есть я. Найдём выход из положения!

Вистеллия с сомнением отнеслась к оптимистическому обещанию мальчишки «найти выход из положения,» но уже на следующий день она поняла: слуга Софокла Клодена был не так прост, каким казался на первый взгляд. Вовремя передышки между завтраком и обедом, когда Вистеллия была завалена кастрюлями и прочей грязной посудой, а повара отдыхали, Тор вдруг исчез из кухни, пошептавшись перед этим с помощниками поваров. Вернулся он часа через три. Прежде чем приступить к мытью посуды, Тор снова пошептался с помощниками поваров и каждому из ни сунул в руку по небольшому бумажному пакетику, которые извлёк из карманов штанов. Помощники поваров удивлённо переглядывались, но от подношений мальчишки не отказались. Остаток дня Тор с энтузиазмом драил грязные котлы и кастрюли, а работники королевской то и дело с удивлением посматривали на него.

Вистеллию снедало любопытство: что же такое Тор дал помощникам поваров, что их отношение к новому посудомойщику так изменилось в лучшую сторону? Спросить Тора она не решалась, а он весь день держался с ней подчёркнуто холодно. Только вечером, когда кухня опустела, Тор рассказал Вистеллии, что знает, где в Мирее можно добыть замечательный ассурский табак.

— Король два месяца назад издал указ, запрещающий торговые отношения с ассурами. Ассурским табаком теперь торгуют только из-под прилавка, — объяснял мальчишка. — Я сказал работникам кухни, что могу добыть ассурский табак высшего качества. Они мне не поверили, но сбегать к торговцу табаком разрешили, а когда убедились, что я не трепло и табак принёс отменный, то теперь смотрят на меня другими глазами. Думаю, что я каждый день смогу покидать кухню. Это очень хорошо, потому что мне нужно осмотреться и доложить хозяину о порядке дел.

— Когда ты увидишь дядюшку Софокла? — заволновалась Вистеллия.

— В пятницу.

— Надеюсь, что он подаст нам идею, как освободить Викджена, — печально вздохнула Вистеллия.

— Хозяин обязательно поможет нам успешно справиться с делом, — уверил Вистеллию Тор, и теперь она его словам верила, поэтому начала с нетерпением ждать пятницы.

Во вторник Тор снова исчезал на пару часов, чтобы принести ассурского табака самому Отару Гордену, а в среду за табаком его послали королевские стражники, охранявшие вход в замок. В четверг Тора не было на кухне почти весь день. Вечером он рассказал Вистеллии, что наконец-то смог завязать отношения с тюремщиком Кадухом.

— У него действительно есть ручные крысы? — спросила Вистеллия, вспомнив слова, сказанные одним из стражников, когда она появилась перед воротами замка.

— Правда, — подтвердил Тор. — Четыре штуки. Сам Кадух очень мерзкий тип. Я покупал для него сегодня ассурский табак и вино. Кадух готовится в субботу праздновать День рождения. Он сказал, что мои услуги ему ещё понадобятся на этой неделе.

— Как думаешь: можно Кадуха подкупить?

— Нет, нельзя, — покачал головой Тор. — Тюремщик очень боится потерять своё место.

— Тогда одна надежда на дядюшку Софокла, — решила Вистеллия.

— Завтра я надеюсь вырваться из кухни в город. Там, в условленном месте, меня будет ждать хозяин, и я уверен, что вернусь от него с хорошими вестями для Вас, — Тор ободряюще улыбнулся Вистеллии, после чего вышел из кухни.

Всю пятницу Вистеллия была сама не своя. Она остервенело драила посуду, время от времени поглядывая на Тора, который никуда из кухни не отлучался. Было уже четыре часа после полудня, когда Отар Горден громко сказал:

— Тор, иди сюда! Дельце есть для тебя одно!

Вистеллия облегчённо выдохнула, проследив взглядом, как главный королевский повар сунул в руку Тора небольшой кошелёк и мальчишка стрелой вылетел из кухни.

Тор вернулся только после ужина. Он вместе с кошельком отдал что-то маленькое Отару Гордену.

— Молодец, парень! — похвалил его повар. — Поешь и можешь отдыхать.

— Я не устал! — заверил Тор Гордена. — С удовольствием помою пару кастрюль.

— Глупый! Если есть возможность отлинять от работы, надо этой возможностью пользоваться! — хохотнул один из помощников главного королевского повара.

— Был бы я умный — не попал бы на эту кухню, — важно заметил Тор.

— Это ты точно сказал, — согласился с ним Отар Горден. — Мог бы подавать своему хозяину утренний кофе, а подаёшь табак мне.

— Лучше уж подавать табак Вам, чем принимать пищу из рук Кадуха, — звонко ответил Тор, и все засмеялись.

Вистеллия в это время домывала огромный противень, мечтая побыстрее остаться на пустой кухне в компании Тора.

Глава 10

План Софокла Клодена

— Не томи! — умоляла Вистеллия Тора, когда кухня опустела. — Есть хорошие новости?

— Всякие новости есть, — ушёл от прямого ответа Тор. — Вам лучше присесть.

Вистеллия села на большой деревянный стул у окна, на котором любила отдыхать Таура Стродди. Тор взял один из стульев, стоявших у стены, поставил его рядом со стулом Вистеллии, но сам остался стоять.

— Хозяин сказал, что казнь Вашего брата может состояться раньше, чем ожидалось, — переминаясь с ноги на ногу, печально сказал он. — Король не хочет омрачать Турнир Храбрецов казнями. Это может вызвать недовольство народа, а король боится народных волнений.

— Значит у нас совсем мало времени, чтобы вызволить Викджена! — ужаснулась Вистеллия.

— Хорошая новость: мы освободим вашего брата прямо завтра, — прошептал Тор и, бережно достав из-за пазухи какую-то бумажный свиток, сел на стул рядом с Вистеллией.

— Что это? — Вистеллия указала глазами на свиток.

— Карта, при помощи которой мы поможем Вашему брату, — торжественно произнёс Тор. — Хозяин очень рисковал, добывая её.

— Что за карта?

— В замке есть тайные ходы. Они находятся между стен. Некоторые ходы завалены, другие — с ловушками. Полная карта всех ходов хранится в сейфе в кабинете короля. Король Вернус бережёт её, как зеницу ока!

— Дядюшке удалось раздобыть эту карту? — изумилась Вистеллия.

— Да, но карту нужно вернуть в сейф как можно скорее. У Вас не больше часа, чтобы её запомнить, — Тор протянул карту Вистеллии. — Наш план таков: завтра тюремщик Кадух будет праздновать свой День рождения.

— День рождения? — эхом повторила Вистеллия. — Прямо в тюрьме?

— Да, его сменщик заболел и не поправится до завтра, — Тор подмигнул Вистеллии. — Поэтому праздник пройдёт в тюрьме. Уверен, что меня попросят добыть ассурский табак и вино. Я всё доставлю, после чего надеюсь остаться на празднике. В это время Вы по тайному ходу пройдёте к камерам, освободите Викджена и выведете брата из замка по тайному ходу.

— Мы до сих пор не знаем, в какой камере Вик. К тому же камеры закрыты. Даже если я найду Вика, как я открою камеру?

— Номер камеры и ключ — это мои проблемы. Я решу их, — уверенно заявил Тор. — Ваша забота — выучить прямо сейчас расположение тайный ходов, ведущих в тюрьму, и того, который выводит из тюрьмы за пределы замка. Завтра, когда Таура Стродди уснёт, вы пройдёте по тайным ходам в тюремный подвал, чтобы освободить брата.

— Я выучу карту, — пообещала Вистеллия. — Но есть проблема: старуха Стродди спит очень чутко. Я не смогу выйти из комнаты. Она обязательно проснётся.

— Это самая малая из наших проблем, — ухмыльнулся Тор. — Я заметил, что Таура Стродди всегда во время ужина выпивает чашку травяного чая. Я добуду снотворное и добавлю его в вечерний чай старухе. Всю ночь она будет спать, как младенец!

— Тор, если мы разузнаем номер камеры и у нас будет ключ, то тебе незачем быть на Дне рождения Кадуха. Давай вместе пройдём по тайному ходу, вызволим Викджена и уйдём из замка.

— Нет. Вы будете выручать брата, а я — страховать вас обоих. Нужно, чтобы никого не было возле камер, когда Вы проникните в тюрьму. К тому же мы не знаем, где именно в тюрьме расположена дверь тайного хода. Дайте карту!

Вистеллия тут же протянула Тору требуемое.

— Смотрите, — мальчишка деловито развернул свиток, провёл правой рукой по карте и ткнул пальцем в какую-то точку. — Всё довольно просто: Вы войдёте в тайной вход здесь. Это прямо в коридоре с жилыми комнатами за мраморной статуей льва.

— Там нет двери, — с сомнением покачала головой Вистеллия, вспомнив, как каждое утро и вечер, идя по коридору, всегда любовалась изумительно красивой статуей.

— Есть, — Тор снова ткнул пальцем в карту. — Вот отмечено, что нужно нажать что-то в ухе льва.

Вистеллия присмотрелась и заметила маленький красный крестик прямо рядом с левым ухом нарисованного на карте миниатюрного белого льва.

— Дальше идёте прямо до разветвления прохода, поворачиваете направо, потом ещё раз направо. Дальше будут ступеньки вниз. Видите?

Вистеллия кивнула.

— Спуститесь по ступенькам и упрётесь в дверь. Это уже выход в тюремный подвал. К сожалению, здесь не указано, как открыть дверь. Только нарисован факел. Думаю, что это подсказка. Разберётесь на месте. Есть вопросы?

— Нет, — покачала головой Вистеллия. — Всё выглядит довольно просто. Прямо. Два раза направо, ступеньки, открыть дверь.

— Идём дальше, — Тор снова повёл пальцем по карте. — Когда освободите брата, вернётесь в тайный ход и последуете по нему прямо до разветвления. Потом поворачиваете налево и идёте, пока не услышите шум воды. Видите? Здесь нарисована река.

— Под замком есть река? — удивилась Вистеллия.

— Маленький ручей. Он течёт внутри тюремной стены. Вода в нём очень плохого качества. Но это неважно. Важно, что ручей вытекает наружу вот здесь, — Тор сделал указательным пальцем круг на карте. Это возле главных ворот, но уже за территорией королевского замка.

— Ручей вливается в ров с водой! — догадалась Вистеллия.

— Да. Я уже был там сегодня. Место выхода ручья закрыто железной решёткой, но я подпилил в ней прутья.

— Как мы преодолеем ров? — заволновалась Вистеллия.

— Переплывёте. Он неглубокий, — Тор посмотрел в тёмное окно позади Вистеллии. — Сегодня на рынке торговцы говорили, что погода меняется и завтра будет дождь. Нам повезёт, если это так!

— Почему? — не поняла Вистеллия.

— Тучи закроют луну, а дождь смоет все Ваши следы, — пояснил Тор.

— Ладно, — согласилась Вистеллия. — А что делать, когда мы переплывём ров?

— Когда переберётесь на другую сторону рва, увидите маленькую часовню. Под крыльцом часовни я спрячу два плаща и деньги на оплату экипажа. Укроетесь сухими плащами, пойдёте к рыночной площади и наймёте экипаж, который отвезёт вас туда, куда хозяин велел Вам привезти брата. Дальше Вы знаете, что делать.

— Неплохой план, — сказала Вистеллия, осмыслив услышанное.

— На всякий случай посмотрите на карту ещё раз, — попросилТор.

Вистеллия взяла у него из рук карту, внимательно посмотрела на те коридоры, по которым ей предстояло завтра идти, а затем пробежала взглядом по соседним коридорам.

— Что это такое красивое? — она указала рукой на странный маленький прямоугольник посреди карты, внутри которого был изображён месяц.

— Наверное это Зеркальный зал, — предположил Тор иснил. — В Зеркальном зале крыша прозрачная. На ней — хрустальные люстры, одна стена зала вся в зеркалах, а напротив — стена с огромными окнами. Говорят, что это самый красивый зал во дворце.

— Туда можно попасть при помощи тайных коридоров, — заметила Вистеллия. — Смотри, вход в этот Зеркальный зал тоже отмечен факелом, как и в тюремном подвале.

Тор посмотрел туда, куда указывала Вистеллия, и покачал головой:

— В Зеркальный зал лучше не попадать. Он находится в той части дворца, которая патрулируется волкадавами. Они, если чуют ведьму или колдуна, то сразу убивают их. Таков приказ короля.

Вистеллия вздрогнула.

— Посмотрите последний раз на карту, — попросил Тор. — Мне уже нужно вернуть её хозяину.

— Передавай привет от меня дядюшке Софоклу, — попросила Вистеллия, когда, оглядев ещё раз свой завтрашний маршрут, отдала карту Тору.

— Пренепременно! — сверкнул он белозубой улыбкой. — А Вы отправляйтесь в постель и постарайтесь выспаться. Завтра будет трудный день.

Вистеллия помахала рукой вслед убежавшему из кухни Тору, затем загасила все свечи, оставив одну для себя, и пошла в свою комнату.

Войдя в коридор с жилыми комнатами, она остановилась перед статуей льва. В ответе свечи лев выглядел величественно и устрашающе.

— Завтра я пройду по тайному ходу и спасу брата, а ты мне поможешь, — прошептала Вистеллия, подмигнув льву.

Глава 11

Зеркальный зал

Весь следующий день Вистеллия нервничала. Убирая утром на кухне, она с надеждой поглядывала в окна, ожидая начала дождя. Небо над Миреей было затянуто тучами, но дождь не начинался.

Больше чем сухие улицы столицы Вистеллию волновал тот факт, что Тор весь день не появлялся на кухне, и она облегчённо выдохнула лишь тогда, когда мальчишка заглянул в кухонное помещение перед ужином. Тор пошептался с Отаром Горденом и снова исчез, чтобы вернуться к самому концу трапезы.

— Садись за стол, — велел ему главный королевский повар и махнул рукой, чтобы один из помощников дал Тору тарелку.

Таура Стродди в это время, уже пила свой травяной чай, сидя у окна.

— Погода ни к чёрту сегодня, — посмотрев в окно, отметил Тор. — Холодно, ветер прямо с ног сбивает. Думаю, ночью дождь пойдёт.

— Не будет дождя, — покачала головой старуха Стродди. — Меня в сон не клонит, значит дождь не пойдёт.

— Ой, паук! — крикнул Тор и, сорвавшись с места, подбежал к окну, резко махнул рукой перед Таурой Стродди, а та от тспуга выронила из рук чашку с чаем прямо себе на передник.

— Что ты творишь, паршивец! — закричала Таура, глядя на мокрое пятно, которое просочилось сквозь передник на платье.

— Не ругай парня, — заступился за Тора один из поваров. — Он просто хотел спасти тебя от паука.

— Мне от этого не легче, — Таура Стродди встала и медленно пошла к выходу из кухни.

— Нехорошо вышло, — сконфуженно почесал голову Тор, подсаживаясь к столу, чтобы поужинать. — Надо извиниться перед старухой. Пожалуй отнесу ей после ужина чашечку чая и попрошу прощения.

— Обойдётся, — резко произнёс Отар Горден. — Доедай ужин и пулей лети в тюрьму. Тебя Кадух ждёт.

— Уже бегу, — Тор, съев только ложку чёрного риса, подхватился из-за стола, взял зелёную чашку, стоявшую перед Горденом, плеснул туда воды из стоявшего тут же, на столе, чайника, добавил листьев сухой мяты, пучок которой висел у окна, и важно заявил. — Я не привык обижать женщин, особенно пожилых.

— Ладно, — сдался главный королевский повар. — Забеги сперва к Тауре, а потом ступай к Кадуху.

Вистеллия за всем происходящим наблюдала из угла кухни, занимаясь мытьём посуды: чести сидеть за столом вместе со всеми во время ужинов она так и не удостоилась.

— Сегодня, Стелла, никто не поможет тебе с посудой, — заявил Отар Горден после ужина, сваливая на стол перед Вистеллией гору тарелок в дополнение к тем кастрюлям, которые она мыла. — Так что давай, работай живее, если хочешь до начала новых суток спать пойти.

Вистеллия кивнула и сделала вид, что ускорилась, но на самом деле она не торопилась закончить работу, ожидая возвращения Тора.

Парнишка появился на кухне ближе к полуночи. Вистеллия уже помыла всю посуду и просто сидела у окна на любимом стуле Тауры Стродди.

— Викджен в камере номер шесть. Вот ключ. Надеюсь, что старуха Стродди выпила мой чай. Удачи Вам, — скороговоркой проговорил Тор, сунул в руку Висстеллию ключ и убежал.

Вистеллия вернулась в свою комнату. Старуха Стродди ещё не спала. Она сидела на кровати, допивая что-то из зелёной чашки, и зевала.

— В сон сильно клонит, — пробормотала Таура. — Видимо всё же пойдёт дождь.

— Надеюсь, — подумала Вистеллия, опускаясь на кровать.

— Устала? — спросила её Таура Стродди.

— Да, даже нет сил раздеться. Положу так немного, — ответила почти правду Вистеллия.

— Полежи, — старуха растянулась на своей кровати и уже через минуту начала храпеть.

— Вистеллия для надёжности ещё выждала немного, потом взяла свечу и вышла из комнаты.

Она взяла свечу, прошла коридор, остановилась у мраморной статуи льва, обошла статую по кругу, с опаской пошарила в левом ухе льва, нашла там рычаг и надавила на него. Тот час небольшая часть стены коридора позади льва отъехала чуть назад, образовав проход.

Вистеллия, смело шагнув в этот проход, оказалась в узком коридоре. Она сделала два шага вперёд по каменному полу. Под ногой что-то цёлкнуло и стена позади Вистеллии снова стала ровной. Проход закрылся.

— Так. Теперь прямо, потом два раза направо. Ступеньки вниз, и я окажусь в тюрьме.

Вистеллия медленно шла по пустому тёмному проходу. Толстая свеча хорошо освещала путь. Вот проход разделился в двух направлениях: направо и налево. Вистеллия свернула направо. Она успела сделать всего два шага, когда послышался шорох. Вистеллия вздрогнула, рванула врерёд, зацепилась за камень и упала. Свеча выпала из её руки, но не погасла, хотя пламя задолжало.

— Гори, гори! — умоляла свечу Вистеллия, вставая на ноги.

Едва она выпрямилась, как огромная летучая мышь выпорхнула из темноты прямо на неё. Вистеллия закричала, подняла руки вверх, прикрывая лицо, и выронила свечу. Секунду спустя свеча погасла. Всё вокруг поглотила темнота. Вистеллия застонала от бессильной злобы на саму себя, потом опустилась на колени и начала шарить по полу в надежде отыскать свечу. Не смотря на все усилия, свечу найти не удалось. Она словно растворилась в темноте.

Несколько минут Вистеллия беспомощно била кулаками по каменному полу, затем встала, вытянула вперёд руки и медленно пошла вперёд, сожалея о том, что накануне не рассмотрела подробно расположение всех тайных коридоров.

— Я смогу! — подбадривала себя Вистеллия. — На карте вроде бы не было никаких поворотов кроме нужного мне направо. Потом будут ступеньки вниз.

Вистеллия сообразила, что может пропустить поворот направо, если будет идти с вытянутыми вперёд руками, поэтому правую руку она отвела в сторону и коснулась ею стены. Так она и продолжила свой путь в темноте по тайному проходу: левая рука вперёд, а правая скользила по стене. Когда стена закончилась, Вистеллия, довольная своей сообразительностью, повернула направо и пошагала ещё медленней, ожидая ступеней, ведущих вниз. Однако спуска вниз всё не было.

Вистеллия уже начала волноваться, когда ударилась ногой о какой-то выступ. Она наклонилась, ощупала выступ и обрадовалась: ступенька!

Вистеллия поднялась на неё. Снова ударилась ногой о что-то: вторая ступенька. Такое положение дел заставило Вистеллию нахмуриться: ступеньки почему-то вели не вниз, а вверх. Однако отступать было поздно. Поднявшись по пяти ступенькам, она продолжила путь. Через десять шагов проход закончился. Пошарив в темноте перед собой руками, Вистеллия наткнулась на дверь, но как её открыть, она не знала. Вспомнив о нарисованном факеле, Вистеллия исследовала стену и нашла то, что искала: в одну из каменных стен было вмуровано что-то железное, по форме напоминающее факел. Приложив небольшое усилие юная леди потянула невидимый факел вниз, и дверь открылась. Вистеллия робко выглянула из-за неё и замерла.

Такой красоты она ещё никогда не видела: зал с зеркалами на стенах. Потолка, казалось, не было. Все тучи, затянувшие небо были чётко видны.

— Зеркальный зал! — догадалась Вистеллия и в этот момент из-за тучи выплыла полная луна.

Зеркальный зал засверкал, словно огромный бриллиант. Луна залила своим светом всё небольшое пространство зала, заглядывая в него через прозрачную крышу из какого-то материала, странно светившегося серебрянным светом.

— Крыша сделана из люмерия — очень редкого камня, пропускающего только лунный свет и полностью поглощающего солнечные лучи! — догадалась Вистеллия. — Днём крыша этого зала становится непрозрачной!

Сделанное открытие привело Вистеллию в восторг. Она даже на мгновение забыла, что покидать тайный проход опасно и осторожно шагнула в зал. Дверь за ней бесшумно закрылась дверь, но Вистеллия, очарованная красотой Зеркального зала, этого не заметила. Она сделала несколько шагов и остановилась.

— Зеркала отражают серебряный свет люмерия, поэтому здесь всё блестит! — восторгалась Вистеллия. — Рискну предположить, что это место даже красивее, чем бальный зал, о котором мне и сёстрам рассказывала матушка.

Вистеллия улыбнулась своему отражению в огромном зеркале, присела в реверансе, а потом закружилась в вальсе. Она представляла, что танцует с галантным кавалером, который не может оторвать от неё влюблённого взгляда.

— Р-р-р, — вдруг раздалось за спиной Вистеллии.

Она остановилась, резко обернулась и зажала рот руками, чтобы подавить крик: у входа в зал стоял охранник, а рядом с ним, оскалившись, рычал огромный чёрный пёс. Человек и собака отражались во всех зеркалах, словно их было не двое, а десятки, и это ещё больше пугало. Вистеллия бросила взгляд туда, где должна была быть дверь, ведущая в тайный ход, но никакой двери нигде не было. Только зеркала.

— Мадам! — громко произнёс охранник звонким юношеским голосом. — Волкодав опознал в вас ведьму. Следуя приказу короля, я должен дать волкодаву вас убить.

— Пожалуйста, оставьте меня в живых, — прошептала Вистеллия, но охранник уже спустил волкодава с поводка.

Собака-волк, продолжая рычать, медленно направилась к своей жертве, на ходу нюхая воздух. Шерсть на её холке стала дыбом.

Вистеллия понимала, что ей лучше закрыть глаза и приготовиться к смерти, потому что сейчас пёс сделает прыжок, вопьётся в её шею или в любую другую часть тела, чтобы растерзать.

Между волкодавом и его жертвой было не больше трёх шагов, но Вистеллия не закрывала глаза: она, не моргая, смотрела на разъярённого хищника, вся напряглась и приготовилась почувствовать ту боль, которую придётся испытать перед смертью.

Перед глазами Вистеллии промелькнуло воспоминание: она — совсем крошка, и другая собака идёт на неё…

— Давай, прыгай, — прошептала Вистеллия. — Убей меня. Я готова к боли.

Волкодав, вместо того, чтобы сделать финальный прыжок и прикончить свою жертву, остановился, перестал рычать и просто смотрел на Вистеллию. Шерсть на его холке уже не стояла дыбом. Он по-прежнему выглядел устрашающе, но нападать не собирался.

— Что за ерунда? — озадачился охранник, который от двери наблюдал за происходящим. — Убей её, Щур! Она — ведьма.

Волкодав не двинулся с места.

— Ничего не понимаю, — пробормотал охранник. — Ведьма или нет?

Он подошёл к волкодаву, удивлённо посмотрел на пса и неуверенно обратился к Вистеллии:

— Идите за мной, мадам.

Вистеллия провела рукой по лицу, убедилась, что случайно от страха не сняла с себя иллюзию и быстро забормотала:

— Я не ведьма, а посудомойка. Меня зовут Стелла Дюбон. Я работаю на кухне. За день так намаялась, что чуть дышу. Сама не знаю, как сюда попала. Вышла из кухни, шла к себе в коморку и видимо не туда свернула. Отпустите, меня.

— Я не имею полномочий кого-либо отпускать, — важно заявил охранник. — Что с вами делать, решит начальник королевской стражи Алойз Совитар. Идите за мной, а Щур пойдёт за вами.

Вистеллия от ужаса не могла двинуться с места: предстать перед Алойзом Совитаром — это был её худший кошмар!

— Лучше бы Щур загрыз меня, — подумала Вистеллия, шагая за молодым охранником королевского замка, а волкодав дышал ей в спину.

Так они вышли из Зеркального зала, прошли по длинному, освещённому факелами коридору и оказались в большом тёмном холле, где за большим столом, стоявшим посреди холла, сидели два пожилых охоанника и при свете огромной свечи играли в карты. Вдоль одной из стен холла стояли тарелки с кусками мяса. Возле тарелок сидели два волкодава. При появлении Вистеллии волкодавы оскалились и зарычали.

— Ты привёл ведьму, Чес! — стражники побросали карты и вскочили из-за стола, а их волкодавы уже летели, чтобы растерзать жертву, но Щур вышел вперёд из-за спины Вистеллии. Он грозно зарычал. Волкодавы замерли.

— Видите, что творится! — развёл руками молодой охоанник, которого коллеги назвали Чесом.

— Щур защищает ведьму, — почесал голову один пожилой стражник.

— Ведьма околдовала волкодава? — удивился второй. — Но это невозможно! Ведьмы не могут воздействовать на волкодавов.

— Тем более на Щура. Он просто звереет, если учуял ведьму или колдуна, — добавил Чес и попросил пожилых охранников. — Просмотрите за ведьмой. Я пойду доложу господину Совитару.

— О чём доложишь? — прогремел зычный голос, и в холл вошёл высокий мужчина с белыми волосами.

При его появлении охранники вытянулись по стойке смирно.

— Я задержал ведьму, господин Совитар! — бодро отрапортовал Чес.

— Алойз Совитар, — ужаснулась Вистеллия и ей потребовалось собрать всю силу воли в кулак, чтобы не лишиться чувств.

— Волкодав её уже убил? — Совитар подошёл к столу. Теперь Вистеллия могла хорошо рассмотреть его: начальнику королевской стражи было лет пятьдесят. Волосы Алойза Совитара были белыми из-за большого количества седины. Только возле висков сохранился их натуральный чёрный цвет. Лицо Совитара, испещерённое рытвинами, как последствие какой-то болезни, не выражало никаких эмоций. Множество морщин под глазами, шрам на лбу, жёсткий взгляд.

— Ведьма жива. Волкодав не тронул её. Наоборот, Щур ведьму защищает, — рассказал начальнику Чес.

— Такое бывает, — кивнул Алойз Совитар. — Отведи ведьму в подвал. Не кормить и не поить её!

— Слушаюсь! — живо отреагировал на приказ Чес и шепнул Вистеллии. — Пошли!

Вистеллия ссутулилась, опустила голову, стараясь как можно быстрее пройти мимо Совитара, который даже не посмотрел на неё: ведьма не заинтересовала начальника королевской стражи.

Глава 12

В королевской тюрьме

Вистеллия под конвоем Чеса и волкодава Щура покинула холл.

— Сейчас, Щур, сдадим ведьму Кадуху и пойдём спать, — мечтательно сказал охранник своему псу-монстру, подсвечивая тёмный коридор факелом, а потом обратился к Вистеллии. — Лучше б Вас волкодав разорвал, чем попасть живой в руки господина Совитара. Он, наверное, устроит публичную казнь.

Вистеллия вздрогнула, понимая, что охранник прав, но в то же время не падала духом.

— Сейчас в королевской тюрьме идёт празднование Дня рождения Кадуха и хитрец Тор должен быть где-то там. Может Тор придумает, как меня спасти, — надеялась Вистеллия, однако надежды её не сбылись: когда Чес привёл свою пленницу в подвал, там было темно и тихо. Только унылый толстый старик сидел за столом и кормил четырёх огромных крыс куском мяса, приговаривая: «Ешьте, мои красавицу, пусть хоть у вас будет праздник.»

— Кадух, у меня для тебя новенькая, — весело сказал Чес. — Ведьма. Господин Совитар приказал её в камере запереть.

— Приказал — запрём, — хмуро отозвался Кадух.

— Что с тобой? — удивился Чес. — Заболел?

— Здоров я! — вставая из-за стола, проворчал Кадух. — День рождения у меня сегодня.

— Поздравляю! — воскликнул Чес. — Наливай вина! Моя смена окончена и я с радостью выпью за тебя!

— Нечего наливать, — развёл руками Кадух. — Всё изъял Алойз Совитар. Принесла его нелёгкая с инспекцией, а у меня тут застолье. Он орал, как сумасшедший, всех разогнал, вино и провиант забрал.

— Не повезло тебе, — посочувствовал Чес тюремщику.

— Веди ведьму в третью камеру, — Кадух встал и заковылял к двери одной из камер.

— Совитар сказал не давать ведьме воды и не кормить её, — запихивая Вистеллию в узкий дверной проём, сообщил тюремщику Чес.

— Понял, — Кадух, захлопнув дверь камеры, провернул в замке ключ, но до того, как оказаться в темноте камеры, Вистеллия успела рассмотреть, что она из себя представляет: маленький квадрат с матрасом на полу у стены, дыра-туалет в противоположном углу, от того, где лежал матрас. Над дырой кружили жирные мухи. Окна не было. Свет поступал только от факелов, которые освещали коридор, а когда дверь камеры закрылась, всё вокруг погрузилось в темноту.

Вистеллия наощуть добралась до матраса и расплакалась от обиды на себя, за то, что потеряла бдительность и очутилась в руках Алойза Совитара. Теперь не было никакой надежды спасти Викджена, который томился совсем рядом.

Плакала Вистеллия долго, пока сон не сморил её.

Проснувшись, она села и прислушалась. Из коридора не доносилось ни звука. Время шло. Наконец за дверью послышались шаги. Вистеллия ждала, что Алойз Совитар придёт к ней, но начальник королевской стражи не появлялся. Только маленькое окошко в двери отворилось и тюремщик Кадух насмешливо произнёс:

— Время ужина, но ведьму кормить не велено.

— Ужина? — с ужасом прошептала Вистеллия. — Я провела здесь ночь и целый день.

Она легла на матрас, и назойливые мысли захватили её:

— Почему Совитар не приходит? Может он забыл обо мне? Хотя он не выглядел, как человек, который что-то забывает. Может Алойз Совитар хочет просто уморить меня голодом? Нет, это слишком просто.

Чтобы отвлечься от мыслей об Алойзе Совитаре, Вистеллия начала вспоминать дом: мать, сестёр, отца, огромные поля джука, рынок Крастаса. Она даже всплакнула, желая оказаться в отцовском замке, но вытерла слёзы, услышав, как в двери камеры щёлкнул замок.

— Совитар! — решила Вистеллия, однако снова оказалась неправа: в камеру ввалился Кадух с крысой на плече и поставил на пол железную кружку.

— Господин Совитар милостиво разрешил дать ведьме воды, — объявил он и тут же вышел, закрыв за собой дверь.

В камере снова стало темно. Вистеллия, у которой во рту всё пересохло, встала, чтобы найти в темноте кружку с водой, но передумал и снова села на матрас: мало ли что Совитар добавил в воду. Пить было опасно.

— Раз начальник королевской стражи рассщедрился на воду, значит скоро и сам сюда пожалует, — рассудила Вистеллия и принялась ждать.

Утомившись от ожидания, она снова уснула. Сперва Вистеллии снились две птицы с голубым оперением. Они кружили в голубом небе. Потом птицы исчезли, небо стало чёрным и трансформировалось в подвал. Вистеллия видела Алойза Совитара, сидящего на карточках перед ней и спрашивающего:

— Что с тобой не так, Стелла Дюбон?

От этого вопроса Вистеллия вздрогнула, открыла глаза и увидела лицо Совитара прямо перед собой. Камера была освещена яркими факелами, за спиной начальника королевской стражи стоял Чес, а сам Алойз, присев на корточки, рассматривал Вистеллию.

— Что же всё таки с тобой не так, Стелла Дюбон? — задумчиво произнёс он.

Вистеллия испуганно прикоснулась к лицу, желая убедиться, что во сне случайно не сняла с себя иллюзию и облегчённо выдохнула, почувствовав под пальцами сухую кожу Стеллы Дюбон.

Алойз Совитар, во все глаза следивший за действиями Вистеллии, самодовольно ухмыльнулся, кивнул, словно согласился сам с собой, и выпрямился во весь рост.

— Значит Вы — Стелла Дюбон. Несчастная вдова, приехавшая с юга в Мирею в поисках работы.

— Именно так, господин Совитар. Вы ведь уже беседовали со мной и разрешили мне работать посудомойки на кухне, — Вистеллия встала.

Теперь она стояла прямо напротив Совитара, едва достававая до его плеча и, гордо вскинув вверх голову, смотрела начальнику королевской стражи в глаза.

— Я помню, что мы встречались, — Совитар снова ухмыльнулся.

— Понимаете, произошло недоразумение, — начала объяснять Вистеллия. — Я просто заблудились и оказалась в красивом зале. Устала мыть котлы, шла в свою комнату, думала о своей жизни и свернула не туда. Я простая несчастная вдова. Умоляю: пощадите меня.

— Приказ короля: любая ведьма или колдун, которые рискнут появиться во дворце, должны быть растерзаны волкодавами, — покачал головой Совитар и сменил тему. — Вы не выпили воду, которую Вам принесли. Два дня без воды. Ваш организм обезвожен. Вы едва держитесь на ногах.

— Два дня? — прошептала Вистеллия. — Я провела здесь два дня⁈

— Да, — Совитар подошёл к стоявшей на полу у двери кружке, поднял её, вернулся к Вистеллии. — Прошу.

Вистеллия покачала головой, отказываясь от подношения.

— Понимаю. Вы считаете, что я хочу Вас отравить, — с насмешкой произнёс Алойз Совитар и протянул кружку стражнику. — Чес, окажи любезность: сделай из этого кубка пару глотков.

Охранник нерешительно подошёл к начальнику королевской стражи, с опаской взял кружку и сделал из неё два глотка, а затем вернул кружку Алойзу Совитару.

— Вот видите: с Чесом ничего плохого не случилось, — Совитар протянул кружку Вителлии.

В этот раз она взяла её. Пить очень хотелось. Вистеллия с опаской поднесла кружку к губам, желая сделать всего один глоток, но интуиция просто кричала, что пить не стоит. Да и Совитар слишком пристально следил за её действиями. Почему он так уговаривает выпить воды? Вистеллия решила не рисковать. Она перевернула кружку вверх дном и вылила воду на пол.

— Значит так Вы поступили, — разочарованно произнёс Алойз Совитар. — Ну, что ж. Выбора Вы мне не оставили. Чес, приведи Щура!

Стражник вышел из камеры, но тут же вернулся, ведя на поводке волкодава, который зарычал, увидев Вистеллию.

— Спусти его с поводка, — приказал Совитар.

Чес подчинился. Волкодав, почувствовав свободу, сделал два шага вперёд, шерсть на его загривке стала дыбом. Вистеллия так же, как делала в Зеркальном зале, выдохнула, ожидая нападения, и вся сосредоточилась собираясь почувствовать боль. Волкодав замер.

— Вот, господин Совитар, так же было и ночью в Зеркальном зале, — прошептал Чес.

— Ведьма устанавливает контакт с волкодавом. Такое иногда бывает. Редкий дар, — пояснил страничку Алойз Совитар.

— Я контролирую животное-монстра? — восхитилась Вистеллия, наблюдая, как волкодав успокаивается.

— Как Вы это делаете? — изумился Чес.

— Не знаю, — призналась Вистеллия и приказала волкодаву. — Сидеть.

Пёс зарычал, но приказ выполнил.

— Это невероятно! — Чес смотрел на Вистеллию, раскрыв рот от удивления.

— Рот закрой, а то муха залетит, — прикрикнул Совитар и пояснил. — Она не осознаёт, что вызвало её связь с псом, таким образом контакт — простая случайность.

— Боль! — догадалась Вистелиллия. — Меня со Щуром связала боль. Я ожидала в Зеркальном зале и сейчас, что он причинит мне боль, а Волкодав, наверняка, испытывает боль.

— Вот и ответ, — во взгляде Совитара промелькнуло уважение. — Вы умны, Стелла Дюбон.

— Что у пса болит? — спросил Чес.

— Выясним это позже. Уведи Шура и приведи другого волкодава. Пора заканчивать здесь.

— Подождите, — попросила Вистеллия. — Раз уж мы связаны, позвольте помочь Шуру. Вы не можете отказать мне в последнем желании.

Алойз Совитар нехотя кивнул:

— Попробуйте.

Вистеллия подошла в волкодаву, стала перед ним на колени:

— Что у тебя болит?

Пёс молчал.

— Голова, шея, — Вистеллия вытянула правую руку, пытаясь почувствовать боль животного. — Может лапа болит?

После этих слов она почувствовала укол в левой ноге, а волкодав слегка дёрнулся.

— Лапа! — прошептала Вистеллия. — Колет в лапе.

— Умереть не встать! — восхитился Чес, но тут же замолчал, потому что Совитар едва слышно шепнул «не мешай ей.»

Тем временем Вистеллия провела рукой над левой передней лапой Шура и перешла к изучению правой.

— Здесь! — шепнула она, снова почувствовав укол в своей ноге. — Дай лапу!

Щур поднял лапу, Вистеллия начала осторожно ощупывать её.

В самом низу она почувствовала что-то плотное.

— Кажется нашла! — сообщила она и, раздвинув шерсть, ловко подцепила нечто тонкое.

Осторожно, чтобы не усиливать боль, Вистеллия начала вынимать инородный предмет, который впился в тело Щура. Волкодав тяжело дышал, но не шевелился.

— Почти достала, — успокаивала его Вистеллия, продолжая тянуть предмет, похожий на большую иголку, только эта иголка была чёрной и со странными зарубинами-крючками, а закончилась она двумя острыми зубцами.

— Всё! — Вистеллия встала, подняла вверх руку, гордо продемонстрируя Совитару свою добычу, и спросила. — Что это такое?

— Это высохший росток фабона, — вместо начальника королевской стражи ответил Чес.

— Росток фабона? Какое-то растение? — удивилась Вистеллия. — Никогда не слышала о таком.

— Фабон достигает в высоту пяти метров. Растёт только на юге Джукора, — забирая у Вистеллии трофей, рассказал Алойз Совитар и снова ухмыльнулся. — Как южанка может никогда не слышать о фабоне?

Вистеллия смущённо потупилась. Волкодав осторожно наступил на левую переднюю лапу и вильнул хвостом.

— Ему больше не больно, — объявила Вистеллия.

— Хорошо, — Алойз Совитар положил сухой фабон в карман.

— Вести другого волкодава? — уточнил Чес, пристёгивая ошейник Щура к поводку.

— Не надо. Я передумал. Госпожа Дюбон пойдёт со мной, — Совитар направился к двери и поманил Вистеллию за собой.

Оказавшись в коридоре, он подошёл к столу Кадуха, взял кружку, которая висела на гвозде над столом, затем налил в эту кружку воды из кувшина, стоявшего на столе, и, сполоснув кружку, выплеснул воду на пол, после чего снова наполнил кружку.

— Пейте, — велел он Вистеллии. — Не хватало ещё, чтобы Вы лишились чувств от обезвоживания. Накормлю вас чуть позже.

Вистеллия схватила кружку и с жадностью опустошила её.

— Господин, вы забираете ведьму? — заискивающе глядя в глаза Совитару, спросил наблюдавший за происходящим тюремщик.

— Да. Она идёт со мной, а ты никому не скажешь о том, что произошло в её камере, и мы забудем об одной вечеринке, — строго посмотрев на тюремщика, сказал Совитар.

— Буду нем, как рыба, — пообещал Кадух, склонившись перед начальником королевской стражи.

— Ты тоже, Чес, держи язык за зубами, — Совитар метнул грозный взгляд на охранника. — Скажешь кому-нибудь почему ведьма жива — и ты покойник.

— Я по-по-нял, — заикаясь заверил Совитара Чес.

Алойз Совитар удовлетворённо кивнул и направился к лестнице, ведущей наверх из подвала, на ходу приказав Чесу:

— Сейчас иди отдыхай и Щуру дай отдохнуть.

Охранник, удивлённо посмотрев вслед Совитару, робко напомнил:

— Моя смена только началась.

— Я велел отдыхать! Что не ясно в моём приказе? — обернувшись, проревел Совитар, а затем указал пальцем в Вистеллию. — Стелла Дюбон, Вы идёте со мной.

Напуганная происходящим, Вистеллия поспешила за Совитаром, а Кадух и Чес озадаченно переглянулись. Они не понимали, почему начальник королевской стражи в нарушение приказа короля оставил ведьму в живых.

— Какую смерть Вы, господин Совитар, приготовили мне, если не позволили умереть от клыков волкодава? — поинтересовалась Вистеллия, когда подвальный, полуподвальный и первый этаж остались позади. — Хотите завести на крышу и сбросить с неё?

— Смерть откладывается, любезная Стелла. Я беру Вас к себе в услужение, — ответил Алойз, не посмотрев на свою спутницу.

— Но у меня уже есть работа, — заволновалась Вистеллия. — Мне нравится мыть котлы, кастрюли и противни.

— Я ходил на кухню, задавал там о вас вопросы. Вашей работой недовольны: делаете Вы всё медленно, поэтому теперь Вы моя служанка, — объявил Совитар.

Вистеллия недовольно нахмурилась. Она понимала, что, поднимаясь всё выше за начальником королевской стражи, становится всё дальше от подвала тюрьмы, где по-прежнему остаётся в заточении её брат.

— Вот, — Совитар резким движением открыл тяжёлую дверь на верхнем, четвёртом, этаже дворца. — Это мои покои: кабинет, библиотека, гостиная, спальня. В конце коридора — комната моего слуги Рангора. Между гостиной и библиотекой есть пустая гостевая комната. В ней мы поселим Вас.

Глава 13

Жизнь в покоях Совитара

Уже неделю Вистеллия жила в большой, светлой комнате, выделенной ей Алойзом Совитаром. Окна комнаты выходили на прекрасный королевский сад. Вистеллия могла видеть через них пруд, в середине которого находился фонтан в виде двух прекрасных синих птиц с длинными шеями. Птицы стояли друг напротив друга, запрокинув вверх головы. Именно об этом фонтане с двумя мирадами рассказывала графиня Самира Вискотти вечером, накануне отъезда своей старшей дочери из дома, и теперь, глядя на фонтан, который никогда не работал, несчастная Вистеллия всегда вспоминала мать.

Обстановка в комнате Вистеллии была вычурной: огромная кровать под тяжёлым балдахином, диван, два кресла, камин, на полу — мягкий ковёр. К комнате примыкали ванная и гардеробная.

— Это комната для гостей господина Алойза, а не для служанки, — ворчал Рангор, единственный слуга начальника королевской охраны, которому (так решил Алойз Совитар) Вистеллия должна была подчиняться.

Когда начальник королевской охраны впервые представил Стеллу Дюбон своему слуге Рангору, то этот маленький медлительный старик угрюмо пробубнил:

— Чем я не угодил Вам, господин?

— Рангор, к тебе претензий нет, — заверил его Совитар. — Я просто хочу облегчить твою жизнь. Ты ведь жаловался, что спина болит. Служанка здесь, чтобы помогать тебе, а не заменить тебя.

— Благодарю за заботу, — закивал Рангор, однако благодарным он не выглядел.

Отношение старика к Стелле Дюбон изначально было подчёркнуто холодным, а после того, как Рангор узнал, что до этого она мыла посуду на королевской кухне, то вообще невзлюбил.

— Взять себе в покои служанку из кухни! Это немыслимо! — возмущался он. — Ладно бы молодую да смазливую, а эта Стелла Дюбон вся потрёпанная!

Рангор не поленился спуститься в кухню и распросить там о неизвестно откуда взявшейся Стелле Дюбон. Получив от главного королевского повара и его помощников совсем нелестную характеристику недолго проработавшей под их руководством мойщицы посудв, слуга Совитара и вовсе ополчился против новой служанки своего господина, поэтому начал по полной нагружать её каждый день работой.

В обязанности Вистеллии входило убирать комнаты, кабинет и библиотеку.

Полы мыть оказалось легче, чем посуду. Алойз Совитар только ночевал в выделенных ему покоях. Днём там царила гробовая тишина. Вистеллии это нравилось. Она старательно намывала полы, вытирала пыль, но каждый раз Рангор оставался недоволен работой служанка.

— Правду сказал Отар Горден: ленивая ты и неповоротливая, — ворчал он. — Зря тебя господин Совитар взял к себе. Твоё место на кухне. Мыть котлы — это единственное, что можно тебе доверить.

Вистеллия злилась. Ей приходилось использовать всё своё самообладание, чтобы не спорить со старым слугой. Она остро чувствовала, как день за днём уходит время, приближая день казни Викджена, и это приводило её в ужас, потому что никакого плана по пасению брата у Вистеллии не было, как не было и связи с Тором.

Оказавшись служанкой начальника королевской стражи, Вистеллия боялась, что Алойз Совитар придумал какой-то изощрённый способ смерти для неё, но он при встречах не обращал на свою новую служанку никакого внимания. Всего один раз, вымыв пол в библиотеке и возвращаясь к себе, Вистеллия столкнулась с Совитаром в коридоре. В ту встречу он с издёвкой в голосе спросил, как ей нравится новая должность. Обычно же начальник королевской охраны проходил мимо, не одарив сдужанку даже белым взглядом.

Зато Рангор не спускал глаз с Вистеллии.

От стресса Вистеллия практически перестала спать по ночам. Лёжа в постели, она часами думала, как спасти брата, и засыпала только под утро, а как только солнце вставало, Рангор будил её стуком в дверь, и начинался новый безрадостный день в заточении.

Вторая неделя не принесла изменений. Рангор вредничал, грозился пожаловаться Совитару на нерадивую служанку. Вистелля старалась как можно лучше выполнять все приказы старика, чтобы только Рангор оставил её в покое, но каждый раз несносный слуга Алойза Совитара находил к чему придраться и придумывал наказания. Так за плохо вымытый пол в коридоре старик приказал помыть стеклянные дверцы книжных шкафов в библиотеке. Вистеллия потратила на это весь день и вечер. Натирая стёкла в большой уютной библиотеке, она обратила внимание на высокий шкаф, стоявший у окна. За стеклянными дверцами этого шкафа не было книг. Там на полках стояли разные бутылочки: высокие, низкие, толстые, узкие, обычные и причудливой формы. Некоторые бутылочки были пустые, но большинство наполнены жидкостью. Вистеллия немного полюбовалась на странную коллекцию Алойза Совитара и продолжила натирать до блеска стёкла библиотечных шкафов. Только когда за окнами заулыбалась жёлтая луна, уставшая служанка закончила свою работу и вышла из библиотеки с ведром в руке. По коридору навстречу Вистеллии, прихрамывая, шагал Рангор:

— Закончила?

— Да, — склонив голову со всем возможным почтением ответила Вистеллия.

— Ты же до того, как сюда попасть, на кухне работала, — вдруг задумчиво произнёс Рангор.

— Очень недолго, — ожидая подвоха, подтвердила Вистеллия.

— Тогда иди на кухню и принеси господину Совитару его чай, — велел Рангор. — У меня сегодня спина сильно болит. Совсем не могу по лестнице ходить.

Вистеллия с состраданием посмотрела на старика. Он действительно выглядел неважно даже в темноте коридора.

— Знаешь, как дойти до кухни? — строго спросил Рангор.

— Я смутно помню путь. Господин Совитар шёл очень быстро, когда вёл меня в свои покои, — торопливо пояснила Вистеллия.

— Оставь ведро и следуй за мной, — вздохнул Рангор. — Расскажу, как попасть на кухню. Спустишься на четыре этажа, пройдёшь по коридору и увидишь кухню. Скажешь Отару Гордену, чтобы заварил чай, как обычно.

Рангор сперва вошёл в библиотеку, критически осмотрел вымытые Вистеллией стеклянные дверцы книжных шкафов, недовольно поморщился, но промолчал и, выйдя в коридор, проковылял в кабинет Совитара, где взял с маленького круглого столика, размещённого у камина, чёрный поднос, на котором стоял белый в синие цветы изящный заварочный чайничек и синяя чайная чашка на белом блюдце.

— Принесёшь чай и оставишь здесь, на столике возле камина, — велел он, отдавая поднос Стелле Дюбон. — Господин Совитар сказал, что вернётся поздно сегодня. Может он и не станет чаёвничать. Кто его знает… Совитар очень изменился в последнее время.

Рангор медленно заковылял по коридору в сторону выхода из покоев Алойза Совитара. Вистеллиа двинулась за ним, обрадованная появившейся возможности попасть на кухню, где она надеялась увидеть Тора.

— Иди, да проследи, чтобы Отар Горден сахарницу на поднос поставил. Он вечно норовит забыть про сахар, — напутствовал Вистеллию старый слуга.

— Обязательно прослежу, — заверила его Вистеллия и начала медленно спускаться с подносом в руках вниз по лестнице, радуясь возможности оказаться на королевской кухне.

— Может удастся увидеть Тора и поговорить с ним. Возможно Тор встречался с дядюшкой Софоклом и они придумали новый план по спасению Викджена, — надеялась Вистеллия.

На кухне её появление повара и их помощники встретили удивлёнными возгласами:

— Стелла Дюбон! С чего это ты к нам пожаловала⁈

— Мы думали, что тебя выгнали, а ты оказывается теперь служанка самого Совитара, — всплеснула руками старуха Стродди.

Вистеллия осмотрелась и сердце её забилось быстрее: в углу кухни она увидела Тора, который мыл кастрюлю. Парнишка сделал вид, что появление служанки Совитара его не интересует. Он, как ни в чём ни бывало, интенсивно тёр чёрный налёт копоти и не отвлекался, хотя вся остальная работа на кухне остановилась: все хотели послушать, что скажет Стелла Дюбон.

— Как ты сумела подняться так высоко, и что привело тебя сюда? — спросил Втстеллию главный королевский повар.

— Начальник королевской охраны искал себе служанку, а я случайно попалась ему на глаза, — пояснила Вистеллия. — Мне приказано принести чай для Алойза Совитара. Его слуга Рангор сказал, что вы, господин Горрден, знаете, какой чай нужен.

— А что случилось со стариком Рангором? — забирая у Вистеллии поднос, спросил Отар Горден. — Он всегда лично приходит за чаем.

— Спину потянул, — ответила Стелла, покосившись на Тора, который по-прежнему мыл кастрюлю.

— Вода закипела, — объявила Таура Стродди, снимая с плиты чайник.

Вистеллиа подождала, пока Горден заварил чай, поставил чайник на поднос рядом с синей чашкой, добавил сахарницу и положил возле неё маленькую серебряную ложку.

— Ступай, Стелла! — велел он.

Вистелия бросила последний взгляд на Торра, подхватила поднос и вышла из кухни.

Она успела подняться на один этаж, когда Тор догнал её.

— Как ты? — шепнула ему Вистеллия.

— Я-то нормально. Как Вы? — Тор потянул Вистеллию за руку в боковой коридор. — Почему очутились на этаже Совитара?

— Я перепутала коридоры, когда отправилась спасать Викджена, и попала в Зеркальный зал. Там на меня наткнулся охранник и отвёл к Совитару, который сперва отправил в тюрьму, а потом взял в служанки, — пояснила Вистеллия.

— Хорошо, что Вы не дошли до тюремного подвала по тайному ходу. Всё равно вызволить Вашего брата из камеры не вышло бы: вечеринку Кадуха разогнал Алойз Совитар.

— Я слышала об этом, — кивнула головой Вистеллия.

— Быть служанкой Совитара опасно для Вас, — с жаром зашептал Тор. — Если он узнает, что Вы ведьма…

— Совитар знает, что я ведьма, — перебив своего сообщника, сообщила ему Вистеллия.

— Тогда почему он не натравил на Вас волкодавов? — удивился Тор.

— Этого я не знаю, — пожала плечами Вистеллия и вкратце рассказала Тору о том, как очутилась в услужении у начальника королевской стражи.

— Плохо дело, — решил Тор. — Вам нужно бежать из дворца. Будет большой скандал, если Совитар поймёт, что Вы никакая не Стелла Дюбон, а дочь графа Вителлия Вискотти.

— Я должна спасти Викджена, — отказалась Вистеллия.

— Боюсь, что Вашего брата ничто уже не спасёт, — печально произнёс Тор. — Его увезли в другую тюрьму.

— Какую? Давно? — волновалась Вистеллия.

— Два дня назад всех заговорщиков перевели в замок Каринор. Замок находится недалеко от Миреи у Гиблого озера. Когда-то это был любимый замок короля Изгиря Клисия. Вы знаете ужасную историю замка Каринор?

— Нет, — покачала головой Вистеллия. — Дядюшка Софокл, отправляя меня в королевский дворец, упоминал, что Каринор — это ужасная тюрьма.

— Сейчас тюрьма, а когда-то был замок короля Изгиря, — просвятил Вистеллию Тор.

— Честно сказать, я о короле Изгире помню только то, что он очень недолго правил Джукором двесте лет тому назад, — призналась Вистеллия.

— Потому что про несчастного Изгиря стараются не вспоминать, — таинственным голосом прошептал Тор.

— Почему? — Вистеллия хоть и торопилась вернуться в покои Совитара, но не могла отказать себе в удовольствии побыть немного в компании Тора и послушать интересную историю.

Тор быстро зашептал:

— Изгирь стал королём Джукора, когда его отец Зосимус Тимес Клисий погиб в битве с ассурами. Ассуры тогда захватили много земель на юге Джукора. Изгирю удалось собрать новое войско и прогнать ассуров с наших земель. Чтобы закрепить хрупкий мир, он взял в жёны дочь царя ассуров, которая, родив королю сына Аспера, умерла сразу после родов. Изгирь со всеми почестями похоронил супругу, а сразу за этим с размахом неделю праздновал рождение наследника и свою свободу от нелюбимой жены. Однако Ассуры были недовольны сложившимся положением дел. Они требовали короля Джукора выбрать себе новую жену ассурийку. Изгирь отказался, заявив, не собирается больше жениться. Двадцать лет королевский дворец был без хозяйки, а потом там появилась красавица королева Анинья. Изгирь привёз её из Кереба, столицы королевства Плувии, где повстречал на балу у короля. Анинья была из знатного, но обедневшего княжеского рода. Хотя родители не могли дать за дочку хорошего приданного, но двадцатилетняя княжна не имела отбоя от женихов, потому что была красива той дьявольской красотой, которая сводит мужчин с ума: высокая, стройная, кареглазая и черноволосая, она околдовывала любого мужчину с одного взгляда. Король Изгирь, увидев Анинью, сразу потерял покой. Он влюбился, как юнец, и, нераздумывая, сделал Анинье предложение стать его королевой. Анинья согласилась, но поставила условие: Изгирю нужно был построить для неё новый замок, и этот замок обязательно должен располагаться на берегу озера. Вернувшись в Миреею, Изгирь приказал срочно возвести замок-крепость у озера недалеко от столицы. Работа кипела день и ночь. Когда замок был готов, король приехал его осмотреть. Расположение, убранство комнат, внешний вид замка — всё так понравилось королю, что он назвал замок Каринором. Это на древнеджукорском языке означало…

— Место, где царит покой, — перебила его Вистеллия и пояснила. — Я знаю древнеждукорский язык.

— Всё правильно: спокойное место — Тор с уважением посмотрел на Вистеллию, потом продолжил рассказ. — Король Изгирь женился на Анинье. Анинья родила Изгирю сына Сибара и дочь Мариэли. Король, королева и их дети жили спокойной жизнью в Кариноре, приезжая во дворец в Мирее только на балы. Однако не долго было спокойно в Кариноре. Онажды ночью Изгирь проснулся от жуткого крика: кричала служанка в детской комнате. Король бросился туда и ужаснулся: его дети лежали в кроватях мёртвые. Кто-то перерезал горло обоим наследникам короля. Посреди комнаты на полу сидела королева Анинья. В руках она держала любимый кинжал короля Изгиря. Другого такого кинжала не существовало во всём мире. Его рукоядка была усыпана драгоценными каменьями, а получил этот кинжал Изгирь от своего деда, а тот от своего деда. Анинья выкрала у мужа кинжал, убила им детей и, сидя посреди комнаты с окровавленным орудием убийства в руках, оплакивала смерть наследников престола. Увидев мужа, она закричала, вскочила и бросилась на него, пытаясь убить. Король выбил кинжал из рук жены, только она не успокоилась, а стала осыпать его проклятиями. Изгирь понял, что жена сошла с ума. Он начал увещевать Анинью, однако в неё словно демон вселился. Королева, подняв с пола кинжал, бросилась на мужа. Он защищался. В пылу борьбы Изгирь, отбирая кинжал, случайно вонзил его в сердце Аниньи. Смерть королевы была мгновенной.

— Король убил жену? — ужаснулась Вистеллия.

— Это была случайность, — пояснил Тор и торопливо закончил рассказ. — Невинно убиенных наследников несчастный отец приказал похоронить в саду Каринора. Для этого там построили специальный могильный склеп. Тело Аниньи король запретил предавать земле. «Она не должна лежать в одной земле с малышами, которых убила,» — вот что сказал убитый горем король, и тело королевы бросили в озеро. После ужасной трагедии Изгирь заперся в своей спальне и никого не хотел видеть, а в замке тем временем начали происходить странные вещи: внезапно гасли свечи, кто-то бил зеркала. Слуги начали умирать. Их находили мёртвыми по утрам в постелях с перерезанным горлом. Говорили, что дух королевы Аниньи жаждет крови. Король прожил месяц после смерти детей и жены.

— Как Изгирь умер? — прошептала шокированная услышанным Вистеллия.

— Я не знаю, — признался Тор. — Говорят, что утонул.

— Что было дальше? — нетерпеливо потребовала продолжения Вистеллия.

— После Изгиря на трон взошёл его сын — Аспер Клисий. Замок перешёл в распоряжение нового короля. Сперва король Аспер решил сделать его своей летней резиденцией, но слуги один за другим или тонули в озере или умирали в своих постелях. Король пригласил в замок колдуна, который, переночевав в комнате, где умерли дети Изгиря, сказал, что душа королевы Аниньи не упокоилась и будет продолжать забирать людские жизни. Тогда король Аспер решил сделать из замка тюрьму. С тех пор назначение замка Каринор не менялось. Сейчас это самая страшная тюрьма во всём Джукоре. Там обычно держат ведьм и колдунов.

— А теперь там мой бедный Викджен! — ужаснулась Вистеллия.

— Говорю же: Вашему несчастному брату уже не помочь. Спасайте себя, — Тор снова осмотрелся. — Мне нужно возвращаться на кухню.

— Спасибо тебе за всё, — поблагодарила Вистеллия слугу своего дядюшки.

— Вы очень храбрая! Мне жаль, что я ничем не могу помочь Вам. Берегите себя. Для Вас опасно быть так близко к Совитару. Умоляю: покиньте замок при первой же возможности, — с жаром произнёс Тор, прежде, чем со всех ног припустил в сторону кухни.

Вистеллия посмотрела ему вслед, уже приняв решение: она последует совету Тора и сбежит из замка сегодня же ночью.

— Дождусь, пока все уснут, сбегу вниз на кухню. Дорогу я знаю. Если кого-то встречу, то скажу, что Алойз Совитар приказал принести еду. От кухни сверну в коридор с жилыми комнатами, снова воспользуюсь дверью за статуей льва, чтобы попасть в тайный проход. В этот раз я буду внимательна и смогу найти выход из замка, — планировала Вистеллия, поднимаясь в покои Совитара.

Оказавшись на нужном этаже, она прошла в кабинет начальника королевской стражи, оставила чай, как было велено, на столике у камина, и ушла к себе в комнату, чтобы ночью совершить побег.

Глава 14

Помоги мне!

Войдя в свою комнату, Вистеллия, не зажигая свечи, села в кресло. Рядом, на подоконнике, стоял её ужин, который Рангор принёс несколькими часами ранее: ломоть хлеба, кусок холодного мяса и молоко. Аппетита не было.

Вистеллия посмотрела в окно. Солнце уже зашло, но тьма ещё не разлилась по саду. В полумраке она ещё могла видеть очертания фонтана. Вистеллия напрягла зрение, пытаясь рассмотреть двух каменных мирад, стоявших друг напротив друга, запрокинув головы, но с каждой минутой птицы всё больше и больше тонули в темноте. Когда за окном стало совсем темно, она, не раздеваясь, легла на кровать и стала ждать полночи, чтобы сбежать из дворца. Время тянулось медленно. Измученная работой, а также предыдущей бессонной ночью, Вистеллия незаметно для себя уснула.

Проснулась она резко. Вокруг было темно.

— Помоги! — услышала Вистеллиа тихий шёпот.

Она села на кровати.

— Помоги мне, — снова прошептал кто-то.

Вистеллиа вскочила. Она была уверена, что слышит голос брата.

— Где ты, Вик? Я помогу тебе, — произнесла Вистелиа и тихо выскользнула из комнаты.

В коридоре было темно.

— Иди в кабинет Совитара! — шёпот прозвучал громче.

Вистеллиа нерешительно направилась к кабинету Алойза Совитара. Открыв тяжёлую дверь, она поскользнула внутрь и замерла: в кресле возле камина вполоборота к двери сидел начальник королевской охраны. Вистеллиа попятилась к двери, собираясь уйти, пока её не заметили, но остановилась. Алойз Совитар не двигался. Вистеллия заметила, что рука Совитара безжизненно свисала с кресла, а синяя чашка, в которую она полчаса назад налила чай, лежала на полу возле кресла.

Медленно, затаив дыхание, Вистеллия подошла к креслу. Глаза Алойза были открыты и смотрели, не мигая, на огонь в камине.

— Господин Совитар, — прошептала она. — Это я, Стелла Дюбон. Вы меня слышите?

Ответа не последовало.

Вистеллиа наклонилась, коснулась свисающей руки начальника королевской охраны. Рука была холодной.

— Помоги, — снова услышала она и поняла, что шёпот звучит только в её голове и принадлежит не Викджену, а Совитару.

— Как помочь? Вы же мертвы, — озадаченно уставилась Вистеллиа в глаза Совитара.

— Библиотека. Противоядие, — прозвучало в голове.

— Вас отравили, — наконец догадалась Вистеллиа и нахмурилась, размышляя, — похоже на парализующий яд чёрной змеи. Есть час, чтобы принять противоядие. После этого тело окаменеет.

— Дай мне противоядие, — потребовал шёпот от Вистеллии. — Оно в библиотеке.

— Я не очень хороша в зельях. Как я найду нужное? — Вистеллиа вспомнила большой шкаф со множеством склянок в библиотеке.

— Драконий коготь. Принеси, — пронеслось в голове.

— Хорошо. Сейчас.

Вистеллиа выбежала из кабинета, пробежала по коридору, резко отворив дверь, влетела в библиотеку и остановилась перед шкафом со склянками. Лунный свет падал на шкаф. Баночки, бутылочки, стеклянные пузырьки переливались в лунном свете.

Бутылочка в форме драконьего когтя лежала на средней полке слева. Вистеллиа открыла дверцу шкафа, схватила бутылочку и побежала назад в кабинет Совитара.

Там ничего не изменилось. По-прежнему пламя пылало в камине, а Алойз, не мигая, смотрел на него.

— Вот. Принесла, — сказала Вистеллиа, откручивая верхнюю часть когтя. — Надеюсь, что это то, что нужно.

Она поднесла противоядие к губам Совитара, с силой надавила рукой на челюсть, чтобы приоткрыть рот и замерла. Мысль о том, что предоставился шанс спасти брата, молнией пронеслась в мозгу Вистелли.

— Если я вам не помогу, Алоиз, вы умрёте страшной смертью: ваше тело окаменеет, а сознание останется ясным, но этого никто не будет знать, — с жаром прошептала она. — Вас похоронят со всеми почестями. Вы будете видеть весь похоронный ритуал, лёжа в гробу, будете слышать, как земля стучит о крышку гроба, а потом Вас ждёт страшная смерть от удушья. Но всего этого можно избежать, если вы обещаете, что Викджен Вискотти не будет казнён.

Совитар молчал.

— Обещайте, что Викджен Вискотти не будет казнён! — требовала Вистеллия.

Ответа не последовало.

Вистеллиа медлила.

Она наклонилась и смотрела в бездонные карие глаза Совитара, когда с начальником королевской охраны начали происходить странные вещи: морщины разглаживались, цвет глаз сменился на серый, губы стали тоньше, волосы из седых превратились в светло-русые, тело вытянулось. Через секунду перед Вистеллией лежал совершенно другой человек. Молодой, красивый, но всё такой же неподвижный.

— Принц Тимес! — ахнула Вистеллия.

Она несколько раз удивлённо моргнула, силясь осознать, что происходящее не сон, а реальность, потом спохватилась и влила содержимое драконьего когтя в рот принца.

— Глотай, пожалуйста, глотай, — умоляла она, наблюдая за неподвижным Тимесом.

Через несколько бесконечно долгих секунд Вистеллия наконец заметила слабое движение мышц на шее принца, а спустя минуту он пошевелил рукой.

— Получилось! — восторженно прошептала Вистеллия, когда принц перевёл взгляд с камина на неё.

— Вы могли бы быть и более расторопны, — проворчал принц Тимес.

— Это вместо благодарности! — возмутилась Вистеллия, но тут же опомнилась и склонилась в глубоком реверансе. — Конечно, Ваше Высочество, моё поведение было неподобающим. Прошу меня извинить и принять моё восхищение по мастерству создания иллюзий.

Принц нахмурился, поднял руку и резко махнул ею перед своим лицом, снова превращаясь в начальника королевской охраны Алойза Совитара.

Едва превращение завершилось, дверь кабинета распахнулась и со свечой в руке вошёл Рангор. Выглядел он комично в ночном колпаке и халате.

— Господин Совитар, я услышал шум… — начал старик.

— Меня пытались отравить, Рангор, — вставая с кресла, заявил принц в образе Совитара. — Парализующий яд чёрной змеи был в моём чае или нанесён на чашку. Стелла Дюбон успела принести противоядие.

— Она! — старик вытянул руку и дрожащим пальцем указал на Вистеллию. — Она Вас отравила. Я виноват, господин: отправил её за чаем сегодня. Негодяйка!

— Господин Совитар, клянусь, что не причастна к отравлению, — в испуге воскликнула Вистеллиа и добавила, глядя на Рангора. — Если это я отравительница, то зачем мне было спасать господина?

— Может на это были причины, — строго заметил Совитар, сверля Вистеллию взглядом.

— Посмотрите, мой господин, — дрожащим от возмущения голосом заголосил Рангор, — Стелла Дюбон полностью одета! Значит спать не ложилась. Ты отравила!

Только в этот момент Вистеллия осознала, как произошедшее выглядит со стороны. Рангор был прав: всё указывало на то, что именно она добавила яд в чай.

— Я не делала этого. Поверьте мне, — в отчаяньи прошептала Вистеллия.

Совитар подошёл к окну. Он задумчиво смотрел на луну.

— Ступайте к себе, Стелла Дюбон, — наконец сказал начальник королевской охраны, а потом добавил. — Рангор, распорядись, чтобы Чес с волкодавом охранял вход в комнату мадам Дюбон.

Рангор энергично закивал головой.

— Господин! — в отчаянии воскликнула Вистеллия.

Совитар резко повернулся к ней лицом: брови сдвинуты, в глазах свирепый блеск.

— Что непонятно в моём приказе? — прорычал он, и Вистеллия прикусила язык, поняв: маг был в ярости, спорить с ним бесполезно.

Она, тяжело вздохнув, опустила голову и вслед за Рангором покинула библиотеку.

— Господин Совитар слишком мягко обошёлся с тобой, — проворчал Рангор, ковыляя по коридору. — Я бы тебя немедленно отправил в тюрьму.

Вистеллиа не спорила. Она была опустошена и впервые с того момента, как очутилася в королевском замке, чувствовала полнейшее разочарование, потому что не только не спасла брата, но и сама уже второй раз за месяц находилась на волоске от смерти. Принц, конечно же, казнит её. Не только потому, что всё указывает на Стеллу Дюбон как на отравительницу, но так же потому, что нахождение принца Тимеса в образе Совитара — это тайна, а Вистеллия случайно её узнала.

Глава 15

Во власти мнимого Алойза Совитара

Придя в свою комнату, Вистеллия села на пол возле кровати и горько заплакала: теперь, когда за дверью комнаты будет стоять охранник с волкодавом, о побеге даже не стоило помышлять. Вистеллия испытывала страх за свою жизнь, за жизнь брата, родителей, сестёр.

— Я попала в переплёт, — признала она. — Это было плохой идеей требовать у отравленного принца освободить Викджена. Теперь мнимый Алойз Совитар приложит максимум усилий, чтобы понять, как ведьма Стелла Дюбон связана с Викдженом Вискотти. Вдруг принц решит подвергнуть меня пыткам!

Вистеллия живо представила, как ей вводят иголки под ногти или окунают головой в бочку с ледяной водой, а может быть её подвергнут наказанию розгами или чего доброго отправят в эту ужасную тюрьму Каринор, о которой рассказывал Тор.

Уснула Вистеллия только на рассвете, полностью измотанная своими страхами, а проснулась от стука двери: Рангор принёс завтрак.

— Ешь и ступай в библиотеку, — грубо приказал он. — Господин Совитар желает тебя видеть.

Вистеллия вскочила, едва за Рангором закрылась дверь, спешно оделась и вышла из комнаты, не притронувшись к завтраку.

Она облегчённо выдохнула, не увидев у своей двери охраны, но интуиция подсказывала ей, что мнимый Алойз Совитар слов на ветер не бросает и волкодав где-то рядом. Вистеллия покрутила головой. Так и есть: Чес со Щуром стояли у входа в покои начальника королевской стражи!

Вистеллия, ожидая тяжёлого разговора, пошла на встречу с принцем Тимесом в обличьи начальника королевской охраны.

— Вы неважно выглядите, Стелла Дюбон, — заметил Совитар, когда она предстала перед ним в библиотеке. — Завтракали?

— Какое Вам дело? — гордо выпрямившись, с вызовом спросила Вистеллия.

— Вы правы. Мне нет никакого дела, — согласился Алойз Совитар и подошёл к письменному столу, который стоял у окна.

— Что Вы намерены сделать со мной, принц Тимес? — спросила Вистеллия.

Совитар резко развернулся и, стремительным шагом подойдя к Вистеллии, властно произнёс:

— Прежде всего я желаю Вас допросить. Начнём незамедлительно: что Вы делали в зеркальном зале, когда Вас там при помощи волкодава нашёл охранник?

— Ничего. Я заблудилась.

— Это ложь, — принц в образе Совитара нахмурился. — Попробуем иначе. Ваше имя?

— Стелла Дюбон.

— Откуда Вы?

— С юга. Мой муж покончил с собой… Детей у нас не было. Отец мужа, в доме которого мы жили, выгнал меня, потому что всегда ненавидел мои магические способности. Я пришла в столицу, — на ходу сочиняла Вистеллия.

— Всё ложь, Стелла Дюбон! — вздохнул Совитар.

— Нет, это правда, — пролепетала Вистеллия, понимая, что обмануть принца не удастся.

— Даю последний шанс: кто Вы и зачем проникли в замок? — спросил принц Тимес.

Вистеллия молчала, обдумывая ситуацию. Мнимый Совитар был в бешенстве. Продолжать играть роль Стеллы Дюбон было опасно, и Вистеллия решила, что лучше сказать правду.

— Моё имя Вистеллия Вискотти. Я старшая дочь графа Вителлия Вискотти. В королевский дворец я пришла, чтобы спасти от смерти моего брата Викджена, — чётко произнесла она.

Совитар выглядел удивлённый.

— Старшая дочь Вителлия Вискотти, — пробормотал он.

— Именно так! — Вистеллия прищурилась. — Или Вы полагали, что единственный в Джукоре владеете заклятьем иллюзии?

— И отец отпустил Вас, леди Вистеллия, на столь опасное мероприятие по спасению брата? — спросил Алойз Совитар, оставив без внимания последнюю реплику Вистеллии.

— В нашем роду жизнь женщин ничего не значит. Викджен — единственный наследник мужского пола. Если он умрёт, род Вискотти прервётся. Я должна спасти брата, — пояснила Вистеллия.

— Всё это конечно очень интересно, но вынужден Вас разочаровать: Ваш брат будет повешен в ближайшее время, а Вы отправитесь в тюрьму и благодарите небеса, что я сохранил Вам жизнь, лгунья.

— Вы — бессердечный деспот! — в сердцах выкрикнула Вистеллия.

— Вот как? Значит это я виноват в том, что Ваш брат давал деньги заговорщикам, покушавшимся на жизнь короля Джукора? — ядовито уточнил принц. — Я виноват, что старшая дочь знатного семейства не только не сообщила о своих довольно сильных магических способностях, как того требует закон, но и, нацепив на себя личину некой Стеллы Дюбон, проникла в королевский замок с неизвестной целью.

— С известной целью! Я хотела спасти брата! — прошипела Вистеллия.

— А может убить короля? — предположил принц Тимес.

— Я не желаю зла королю! И мой брат не желал зла ни кололю, ни кому бы то ни было ещё. Барнус Патолли обманул моего брата, — Вистеллия вздохнула. — И моего отца.

Совитар молчал. Он изучал Вистеллию.

— Чтобы решиться сменить покои замка лорда Вителлия Вискотти на кухню королевского замка, нужно обладать храбростью, — задумчиво произнёс мнимый начальник королевской охраны. — Решено: пока продолжу держать Вас в заточении здесь. Вы по-прежнему останетесь в распоряжении моего слуги Рангора и будете выполнять все его поручения.

— Почему Вы передумали отправлять меня в тюрьму? — чувствуя одновременно и облегчение, и разочарование от услышанного, спросила Вистеллия.

Принц ответил не сразу.

— Дело в том, что я всё ещё не знаю, кто стоит за покушением на короля, — наконец сказал он. — Возможно Вы связаны с тем человеком. На всякий случай будете моим заложником.

— Я думала, что все заговорщики найдены, — растерянно произнесла Вистеллия.

— Это не так.

— Странно, — теперь уже Вистеллия с интересом смотрела на принца в образе Алоиза Совитара. — Король поручил Вам расследовать покушение?

— Конечно. Я ведь отвечаю за охрану, — ухмыльнулся мнимый начальник королевской охраны.

— Король не знает, кто Вы на самом деле⁈ — изумилась своей догадке Вистеллия.

— Нет, — покачал головой принц. — Я сниму с себя иллюзию перед отцом, когда человек, который стоит за покушением, будет найден.

— Настоящий Алойз Совитар был рядом с королём во время нападения, а значит Вас, раз Вы сейчас играете его роль следует подозревать, — заметила Вистеллия.

— Король не сомневается в моей преданности, — заверил её принц.

— Я не знаю Вас так хорошо, как король, и могу ошибаться, но Вы — маг, а следовательно легко можете обмануть, — возразила Вистеллия.

Совитар взял Вистеллию рукой за подбородок:

— Не будем обсуждать меня. Вернёмся к Вам. Ваши способности по созданию иллюзии меня восхитили, Вистеллия Вискотти. Кстати, Вы были знакомы с настоящей Стеллой Дюбон?

— Нет. Я видела только её портрет.

— У вас получилось довольно похоже на оригинал. В первую встречу, в темноте, я даже не заподозрил подвоха. Только удивился: как не распознал в Стелле Дюбон ведьму, когда разрешил ей работать на королевской кухне.

— Не нужно льстить, — Вистеллия отвела руку принца от своего лица. — Я знаю, что моё сходство со Стеллой Дюбон весьма отдалённое, но это не из-за того, что я плохо владею искусством наложения иллюзии, а потому что Тор совершенно неважный художник.

— Тор? Штустрый слуга Софокла Клодена? — мнимый Алойз Совитар усмехнулся.

— Да, — кивнула Вистеллия.

— Мальчишка в замке?

— Работает с недавних пор на кухне. Софокл так наказал его за провинность, а главный королевский повор Отар Горден не посмел отказать графу Клодену, — теперь уже губы Вистеллии слегка дрогнули от усмешки.

— Я должен был давно догадаться, кто стоит за всем этим спектаклем! — засмеялся Совитар. — Граф Софокл Клоден!

— Не гневайтесь на дядюшку, — попросила Вистеллия. — Он просто пытался помочь мне вызволить Викджена.

— Я не злюсь, — заверил Вистеллию Совитар. — Если бы не его идея, мне бы не посчастливилось познакомиться с Вами.

— Со Стеллой Дюбон, — поправила принца Вистеллия.

— Мне нравится Стелла Дюбон, но я слышал, что всё девушки рода Вискотти необычайно хороши хороши. Покажите мне своё лицо? — потребовал Совитар.

— У Вас есть сила снять заклятие. Воспользуйтесь ей, — с вызовом ответила Вистеллия.

— Хочу, чтобы это сделалали Вы, Вистеллия! — с нотками повеления произнёс Совитар.

— Не забывайтесь, начальник королевской охраны: я покорно выслушиваю Ваши слова только потому, что для Вас я сутулая мадам Дюбон, — дерзко заявила Вистеллия.

— Хорошо. Я подожду, — не стал принц Тимес. — Так даже интереснее.

Он прошёлся по библиотеке, задержался у камина, потом, видимо, приняв какое-то решение, вернулся к столу и приказал:

— Ступайте, Стелла Дюбон, к себе в комнату. Увидимся позже.

Вистеллия сделала подчёркнуто вежливый реверанс и вышла из библиотеки.

В коридоре, прямо возле двери библиотеки, она столкнулась с Рангором.

— Твоя охрана уже заняла свой пост, — прохрипел он, махнув рукой.

Вистеллия глянула в том направлении, куда указал старый слуга и увидела Чеса, который держал на поводке Щура. Волкодав оскалился, почуяв ведьму, но не зарычал.

— Доброе утро, мадам, — почтительно склонил голову Чес. — Теперь мой пост прямо здесь.

— И поэтому утро совсем не доброе, — проскальзывая в комнату, пробормотала Вистеллия.

Глава 16

Поездка в Каринор

Оказавшись в комнате, Вистеллия в изнеможении опустилась в кресло, утомлённая беседой с мнимым Алойзом Совитаром, и задумалась.

Сидя в мягком кресле, Вистеллия думала о принце Тимесе. Он вызывал в ней странные чувства. С одной стороны Вистеллия ощущала огромную магическую силу, исходившую от него. Это немного пугало. С другой стороны ей было очевидно, что Тимес обладал незаурядным умом. Это восхищало. Странность ситуации, невозможность понять грядущее будущее — такая обстановка приводила Вистеллию в замешательство. Единственное, что Вистеллия Вискотти чётко понимала: мнимый Алойз Совитар возбуждал в ней странные, до этого неведомые, волнующие сердце чувства.

— Во время покушения умер настоящий начальник королевской охраны, а принц Тимес занял его место, однако не сказал об этом отцу, — думала Вистеллия, и сразу же много вопросов возникало в голове. — Почему принц скрыл от короля, что жив? Как Тимесу удалось выдать мёртвого Алойза Совитара за себя? Что мнимый начальник королевской охраны планирует делать с ней, своей заложницей?

От размышлений Вистеллию отвлёк лай Щура. Секундой позже дверь в её комнату распахнулась и принц Тимес в образе Алойза Совитара остановился на пороге.

— Следуйте за мной, Стелла Дюбон! — приказал он.

— Куда? — дрогнувшим голосом спросила Вистеллия.

Алойз Совитар не ответил.

Они вышли из замка, сели в красивый чёрный экипаж и поехали по людным улицам Миреи. Когда экипаж проезжал по большой площади, в которой Вистеллия узнала Чёрную площадь, то она обратила внимание, что там начали возводить эшафот.

— Куда мы едем? — повторила свой вопрос Вистеллия.

— В тюрьму, — равнодушно ответил мнимый Совитар.

Его слова заставили Вистеллию напрячься.

— Какую тюрьму? — тихо уточнила она.

— Заговорщиков, незарегистрированных магов и ведьм содержат под усиленной охраной в старом замке недалеко от Миреи, — получила она новый холодный ответ.

— Каринор! — воскликнула Вистеллия.

— Именно туда мы и направляемся, — кивнул мнимый начальник королевской стражи.

Стелла отвернулась, чтобы не показать спутнику волнение: скоро она снова окажется совсем рядом с Викдженом.

Всю дорогу Вистеллия смотрела в окно, за которым проносились большие и маленькие улицы Джукора.

Выбравшись из Миреи, кони поскакали ещё быстрее. Теперь за окном эктпажа был огромный луг, за которым начинался лес.

— Лес небольшой. Прямо за ним — Каринор, — заметив с каким интересом Вистеллия смотрит в окно, пояснил Алойз Совитар.

— Раз уж Вы везёте меня тюрьму, принц Тимес, то делайте отдоложение: помолчите, — прошептала Вистеллия, не отрываясь от окна.

— Как Вам будет угодно, Стелла Дюбон, — иронично произнёс принц, подчёркнуто указав на то, что видит перед собой именно бедную вдову, а не дочь графа Вителлия Вискотти.

Вистеллия нахмурилась и хотела уже сказать какую-нибудь колкость, но увидела, что на некоторых лесных деревьях висят пустые клетки.

— Зачем они сдесь? — непроизвольно вырвался у Вистеллии вопрос.

— О чём Вы? — мнимый Алойз Совитар выглянул в окно экипажа.

— Клетки, — Вистеллия указала рукой на ближайшее дерево.

— Это ловушки, — снисходительно улыбнулся принц. — Король приказал их повесить. Так он ловит мирад.

— Разве мирады водятся в Джукоре? — услышанное так заинтересовало Вистеллию, что она оторвалась от окна и посмотрела на своего спутника, который выглядел задумчивым.

— Их нет, потому что всех несчастных птиц, которых смогли найти, истребили, — пояснил Совитар.

— Почему⁈ Чем не угодили королю Вернусу эти красивые птицы? Они ведь символ Джукора! — взволнованно воскликнула Вистеллия.

— Вина мирад лишь в том, что птицы стали частью древнего пророчества, которое гласит: «Как только в Джукоре будут истреблены все мирады, колдуны и ведьмы потеряют магические способности.»

— Кто сделал это пророчество? — Вистеллия выглядела возмущённой.

— Один колдун, после того, как провёл ночь в замке Каринор. Это произошло очень давно, но, как видите, птиц с голубым оперением до сих пор пытаются истребить.

— Значит, ещё есть мирады в Джукоре, — глядя в глаза принцу, произнесла Вистеллия.

— Если верить пророчеству, раз мы с Вами, использую заклятье иллюзии, приняли образы других людей, значит где-то в Джукоре ещё есть мирады, — согласился мнимый Совитар.

— Моя мама говорила, что этих птиц давно никто не видел, — вспомнила Вистеллия.

— Всё так. Мирад сейчас можно встретить только очень высоко в горах, а ещё в этом лесу. Непонятно почему, но они иногда прилетают сюда. Обязательно парами. Поэтому здесь столько ловушек, — пояснил принц. — Охота на мирад ведётся постоянно.

— Жалко птиц, — вздохнула Вистеллия.

— Всё было бы иначе, если бы не пророчество, — хмуро произнёс Тимес.

— Может колдун, сделавший его, ошибся? — осторожно поинтересовалась Вистеллия.

— Я не знаю, но открою Вас секрет: каждый король Джукора во времена своего правления в какой-то момент начинал пытаться истребить мирад, как это делает сейчас мой отец, — мнимый Алойз Совитар кивнул головой в сторону окна.

Вистеллия повернула голову. Они уже проехали лес, и теперь экипаж двигался по голому вспаханному полю, а впереди возвышался огромный замка из серого камня.

— Это мёртвое поле. Здесь ничего не растёт, даже сорная трава, а впереди Каринор. Замок, который строился для счастья и спокойной семейной жизни, а стал пристанищем горя и зла, — пояснил Тимес.

— Я чувствую страх и чью-то боль, — прошептала Вистеллия, глядя на стены замка.

— Я чувствую то же самое каждый раз, когда приезжаю сюда, — признался принц Тимес.

— А ещё кажется, что замок просит о помощи, — помолчав с минуту, объявила Вистеллия и смутилась. — Но это же бред!

— Почему бред? — пожал плечами мнимый начальник королевской стражи. — Всё логично: узники замка взывают о помощи, и Вы, благодаря магическим способностям, слышите это.

— Нет, голоса, которые я слышу, не принадлежат заточённым в Кариноре людяи, — мысленно не согласилась с Совитаром Вистеллия, но вслух этого не сказала.

Тем временем экипаж въехал в ворота Каринора и остановился. Совитар и Вистеллия прошли ко входу в замок. Толстый тюремщик вышел им навстречу и почтительно склонился перед Совитаром:

— Добро пожаловать!

— Проводите меня и мою спутницу в крайнюю камеру в боковой башне, — распорядился мнимый начальник королевской охраны.

— Как прикажете, господин Совитар, — с почтением произнёс тюремщик.

Он торопливо зашагал по заросшей травой дорожке за замок, приглашая следовать за ним.

Алойз и Вистеллия не заставили себя ждать. Они, идя за тюремщиком, завернули за угол и Вистеллия испуганно вскрикнула:

— Озеро⁈

— Да, это Гиблое озеро Каринора. Оно унесло много жизней. Когда-то озеро было совсем небольшим. Говорят, что тот островок с могильным склепом на нём, — Алойз Совитар указал рукой на середину озера, — раньше стоял на берегу. По каким-то причинам озеро разливается и становится всё больше и больше. Возможно, однажды оно захватит замок.

Поражённая увиденным, Вистеллия с ужасом переводила взгляд с Каринора на озеро и обратно, вспоминая свой сон, а так же рассказ Тора о жутких событиях, произошедших в Кариноре двести лет назад.

— В чём дело? — удивился Совитар.

— Каринор и это озеро снились мне не так давно, — призналась Вистеллия. — Когда мы подъехали, я не узнала замок, потому что во сне видела его со стороны озера. Как такое возможно? Я ведь не знала ничего о Кариноре.

Мнимый начальник королевской охраны наклонился и шепнул:

— И не такое возможно, если обладаешь некоторыми способностями.

Вистеллия смутилась: объяснение было вполне правдоподобно. Она ведь ведьма, а ведьмы могут предчувствовать грядущее. Вот и приснился ей Каринор в ночь перед отъездом из дома, потому что суждено было сюда попасть.

— Нас ждут, — поторопил Вистеллию спутник, а тюремщик уже отпирал дверь боковой башни.

Вистеллия с опаской вошла вслед за тюремщиком в башню.

— Смелее, — подбодрил её принц.

Они поднялись по старой скрипучей деревянной лестнице и остановились перед маленькой дверью. Тюремщик открыл эту дверь.

— Входите, Стелла, — последовал приказ от принца Тимеса.

Вистеллия повиновалась: вошла в камеру, и дверь за ней тут же захлопнулась.

Глава 17

Со мной все кончено

В комнате-камере, куда попала Вистеллия, царил полумрак. Свет через узкое с решёткой окно под потолком давал мало света, поэтому Стелла Вискотти не сразу заметила фигуру человека в камере, а поняла, что не одна, только тогда, когда этот человек шагнул к ней.

— Кто здесь? — испуганно спросила Вистеллия.

— Виви⁈ — удивлённо прозвучал в полумраке до боли знакомый голос.

— Викджен, — Вистеллия махнула рукой перед своим лицом, снимая иллюзорный образ Стеллы Дюбон, и бросилась в объятия брата.

— Как ты попала сюда, милая сестрёнка? — заключая её в объятия, спросил Викджен.

— Долгая история, — выдохнула Вистеллия. — Как ты?

— Со мной всё кончено, — обречённо произнёс Вик. — Король изменил день казни. Сегодня на закате меня повесят.

— Нет! — Вистеллия подалась вперёд и прижалась к плечу брата.

— Не надо плакать, дорогая сестра, — погладил её по голове Вик. — Я не боюсь смерти.

— Ты её не заслужил! — воскликнула Вистеллия. — Отец приказывал тебе передавать деньги.

— Это уже неважно, Виви.

— Вик, милый, я так хотела тебя спасти, но у меня ничего не вышло. Прости меня, — Стелла прижалась к брату.

— О чём ты? Меня невозможно спасти! Я рад, что нам удалось проститься. К тому же, честно говоря, лучше смерть, чем ещё одна ночь в этом месте. Меня привезли сюда в середине прошлой ночи и я чуть не сошёл с ума, пока не взошло солнце, — Викджен вздрогнул. — Представляешь, мне снилось, как мужчина вычурным кинжалом, рукоятка которого усыпана драгоценными каменьями, лишил жизни двоих детей, мальчика и девочку, когда они мирно спали в кроватях.

— Не думай о снах! — Вистеллия с нежностью провела рукой по щеке брата, пробормотав успокаивающее заклинание. — Это место очень странное. Здесь много горя.

— Горе, — задумчиво проговорил Викджен, заметно успокоившись. — Мама будет очень горевать по мне. Отца жаль и тебя, и младших сестёр. Передай им всем, что я люблю их, наш замок. Попроси маму сильно не изводить себя.

Вистеллия едва сдерживала дущившие её рыдания.

Дверь камеры открылась. Вошла высокая мощная женщина-надзирательница.

— Прошу посетительницу покинуть камеру! — требовательно крикнула она, хотя в крике не было необходимости.

— Вик, милый, — Вистеллия прижала ладони к лицу брата.

— Не говори ничего, — прошептал Викджен. — Всё хорошо. Передай отцу, что я принял смерть с высоко поднятой головой, как и подобает любому мужчине из рода Вискотти.

Вистеллия перекрестила брата, и молча вышла из комнаты-камеры, перед этим вернув себе образ Стеллы Дюбон.

В коридоре её ожидал мнимый Алойз Совитар. Взмахом руки он приказал надзирательнице остаться возле камеры, а Вистеллии следовать за ним, и тихо отметил, спускаясь вниз по лестнице;

— Ваша беседа с Викдженом Вискотти была такой сентиментальной.

— Вы подслушивали! — возмутилась Вистеллия.

— Я давно привык не принимать на веру слова людей, поэтому должен был убедиться в том, что Вы мне не врёте и проникли в королевский дворец ради спасения брата, — без тени смущения пояснил принц Тимес.

— Убедились? — гневалась Вистеллия.

— Услышанное вполне утвердило меня в мысли, что у Вас с братом прочная взаимная привязанность, — принц открыл перед Вистеллией тяжёлую дверь. — У меня больше нет оснований не доверять Вашим словам о желании пожертвовать собой ради единственного брата.

— Я ненавижу Вас, — прошептала Стелла, выходя из Каринора.

— Не моя вина, леди Вистеллия, что Ваш брат спонсировал покушение на моего отца и меня, — так же тихо ответил мнимый Совитар. — По крайней мере Вы простились с братом и должны быть мне за это благодарны.

Вистеллия глянула на суровое лицо Алойза Совитара и разрыдалась.

— Возьмите себя в руки. Мы не одни, — потребовал он, глазами указав на торопливо шагавшего к ним тюремщика.

Вистеллия вытерла слёзы.

— Что-то ещё, господин Совитар? — услужливо уточнил тюремщик, приблизившись.

— Это всё. Мы уезжаем! — рявкнул мнимый Алойз Совитар.

— Если я ещё чем-то могу помочь… — бормотал тюремщик, но Вистеллия и Тимес его не слушали. Они спешили покинуть Каринор.

Всю дорогу назад в королевский замок Вистеллия молчала и смотрела в окно. Принц Тимес в образе Совитара тоже молчал.

— Охрана проводит Вас в вашу комнату, — заявил он, когда экипаж остановился.

Выходя из экипажа, Вистеллия посмотрела в карие глаза начальника королевской охраны:

— Юрат сказал, что его лишат жизни сегодня на закате. Я желаю присутствовать на казни Викджена, — заявила она.

Тимес изумлённо изогнул брови и протянул руку, чтобы помочь Стелле выйти из эктпажа:

— Вы уверены?

— Абсолютно, — Вистеллия проигнорировала протянутую руку, ступила на подножку экипажа, затем на землю и важно напомнила. — Не пристало начальнику королевской охраны подавать руку обыкновенной служанке.

— Вот здесь Вы правы, — сверкнул злобно глазами Совитар, подзывая стражника, стоявшего невдалеке у ворот дворца. — Проводите мою спутницу в её комнату в моих покоях и предупредите охранника Чеса, чтобы он не выпускал её никуда ни при каких обстоятельствах.

— Будет сделано! — заверил своего начальника стражник.

Мнимый Совитар удовлетворённо кивнул, но тут же нахмурился и добавил:

— Впрочем, составьте Чесу компанию. Охраняйте мою спутницу. Отвечаете головой за сохранность Стеллы Дюбон.

Охранник весь вытянулся в струну. Вистеллия смерила принца в образе Алойза Совитара презрительным взглядом прежде чем уйти.

Оказавшись в своей комнате, она опустилась на кровать, и время остановилось. Раз за разом Вистеллия прокручивала в голове встречу с братом. Ей хотелось рыдать от бессилия и злобы, но истощённый волнением организм не был способен ни на что кроме апатии.

На закате дверь комнаты открылась. Тот же охранник, который привёл Вистеллию утром в комнату, велел следовать за ним. Они вышли из дворца, сели в экипаж, приехали на какую-то улицу в центре Миреи и остановились у четырёхэтажного деревянного дома, по-видимому нежилого, потому что окна его были небрежно заколочены досками. Охранник и Вистеллия вошли в дом и поднялись по лестнице на третий этаж.

— Пройдите сюда, — попросил охранник, указывая на большую деревянную дверь, расположенную в конце коридора.

Вистеллия вошла в указанную комнату и увидела мнимого Алойза Совитара. Он стоял у окна.

— Зачем я здесь?

— Вы хотели увидеть казнь, — напомнил он.

Стелла рванулась к окну. Оно выходило на Чёрную площадь. Посреди площади стоял эшафот с висельницами. Вся площадь была заполнена людьми.

— Толпа любит казнь, — брезгливо поморщившись, произнёс Совитар.

— Как Вы, принц Тимес, сумели выжить во время покушения? Использовали магию? — спросила Стелла, рассматривая площадь.

— Нет. Совитар накрыл меня своим телом, когда экипаж короля, возле которого мы стояли, загорелся и всё вокруг оказалось в дыму. Я сориентировался в ситуации и закрыл нас взаимным заклятием иллюзии. Так он стал мной и был похоронен, а я занял место Алоиза.

— Невероятно! — восхитилась Вистеллия. — Я читала о двойной иллюзии. Это очень сложное заклятье. Вы до сих пор его держите?

— После похорон я снял взаимную иллюзию, потому что её тяжело поддерживать и воспользовался заклятьем обычной иллюзии, — принц приблизился к Вистеллии.

— Почему Вы решили занять место начальника королевской охраны?

— Я должен найти настоящего убийцу. Человека, который стоит за покушением, — тихо, но очень твёрдо ответил Тимес.

— Это был брат вашей матери, Барнус Патолли, — напомнила Вистеллия.

— Мой дядя — такая же пешка, как Ваши отец и брат, как эти несчастные, которых сейчас казнят. Поверьте мне на слово, Вистеллия, я найду того, кто заварил всю эту кашу и убью его.

— Пока что Вы не преуспели, — напомнила Вистеллия. — Ваш противник на шаг вперёди.

— Это временно, — заверил принц в образе Совитара.

В этот момент толпа на площади оживилась: на эшафот начали выходить приговорённые к смерти заговорщики. Вистеллия вскрикнула и пошатнулась.

— Успокойтесь, — приобнииая её за плечи, прошептал мнимый Совитар, — Вашего брата там нет. Он совершил побег час назад. Рискну предположить, что сейчас Викджен Вискотти в одном экипаже с Софоклом Клоденом покидает столицу.

— Спасибо, принц Тимес, — с жаром прошептала Вистеллия.

— Не благодарите. Я заключил сделку с вашим отцом: в обмен на Викджена получил Вас в полную собственность. Завтра Ваша семья объявит, что Вы уехали путешествовать по соседним королевствам, потому как дома на Вас напала хандра из-за неприятностей, в которые попала Ваше семейство.

— Отправилась путешествовать без сопровождения отца или матери? Это непозволительно для незамужней молодой графини, — заметила Вистеллия.

— Да. Об этом будут шептаться в высшем обществе. Ваша репутация слегка пострадает, однако это совсем ничтожная плата за жизнь юного Викджена. Согласны?

— Я не возражаю, но не понимаю: зачем я Вам?

— Раз уж так вышло, что Вы знаете мою тайну, то отпускать Вас опасно, — пояснил принц Тимес. — Для Вашей же безопасности. Сейчас Вам лучше оставаться Стеллой Дюбон. И, конечно, Вас будут усиленно охранять, как любовницу Совитара.

— Даже не мечтайте, что я стану Вашей любовницей, — щёки Вистеллии запылали красной краской. — Вы мне противны. Даже не знаю в каком образе больше Вас сейчас ненавижу: как начальника королевской охраны или как принца.

— У вас будет время разобраться, — заверил её принц Тимес.

На площади раздался жуткий женский крик. Вистеллия повернула голову к окну, но Тимес, всё ещё придерживавший Вистеллию за плечи, резко рванул её на себя, накрывая губы Вистеллии своими губами.

— Вам не стоит смотреть на смерть, — бормотал он между жаркими поцелуями. — Несчастным не помочь, а напрасные переживания только навредят. Вы измотаны и слабы. Я чувствую это.

— Отпустите меня сию же минуту! — потребовала Стелла, пытаясь освободиться из крепких объятий принца.

— Обязательно. Только дам вам немного силы. Думаю, Вы способны получить мою силу через поцелуй, раз услышали мой зов о помощи.

Принц Тимес ещё сильнее сжал Вистеллию в своих объятиях и продолжил страстно целовать.

Вистеллия задохнулась от нахлынувших эмоций. Впервые в жизни мужчина целовал её. Причём делал это жадно, грубо, одновременно с поцелуем лаская левой рукой её шею, а правой сжимая талию. Ноги Вистеллии подкосились, она обхватила руками плечи мнимого Совитара и ответила на поцелуй, подумав, что ей было бы приятнее получать поцелуи от принца в его настоящем виде, а заклятье иллюзии сейчас только мешает.

— Останови меня, Виви, — раздался шёпот в голове Вистеллии, — иначе я подумаю, что тебе всё это нравится.

Вистеллия собрала все силы и оттолкнула принца.

— Как Вы смеете говорить мне «ты»!

— Смею! — улыбался Тимес. — Ведь теперь ты моя. Напоминаю: отец отдал мне тебя, что позволяет нам отбросить формальности и перейти на «ты.»

— Правила этикета не позволяют нам перейти на «ты»! — важно заявила Вистеллия и одарила принца надменным взглядом. — Эти же правила запрещают Вам, Тимес, называть меня Виви!

— Так называл тебя брат, — улыбнулся принц.

— Виви я только для родных! — воскликнула она.

— Мы можем попытаться стать близкими друг другу, — принц многозначительно посмотрел на Вистеллию, а она размахнулась и влепила Совитару пощёчину.

— Спасибо, леди Вистеллия, — пробормотал принц, поглаживая щёку, — это вернуло меня к реальности.

— Простите, Ваше Высочество, — сконфуженно пробормотала Вистеллия. — Вы меня спровоцировали.

— Не буду спорить и возьму вину за произошедшее на себя, — легко согласился принц, — но всё же не забывай, Виви: ты моя. И не вздумай сбежать. Я всегда могу найти твоего брата. Это не составит большого труда.

— Что меня ждёт? — уточнила Вистеллия.

— Участь любовницы Совитара, — ухмыльнулся принц Тимес.

Вистеллия повернулась к окну и посмотрела на пять висельниц с телами на них.

— Вы страшный человек, принц.

— Возможно, — согласился Тимес, — но ты делаешь меня лучше. И, как я вижу, ты легко получаешь мою силу. Выглядишь намного лучше. Можно сказать, что для своего возраста ты выглядишь великолепно.

Вистеллия сжала губы в гневе:

— Мне не нужна Ваша сила!

— Не нужна, но не помешает, — подмигнул мнимый Совитар и строго добавил. — Ты по-прежнему будешь под охраной. Так нужно для твоей безопасности. Прими это, как должное. Я предупрежу Рангора, что тебе можно брать книги из библиотеки. Там много книг по противоядиям. Насколько я помню, у тебя пробел в знаниях по этой теме. Читай, изучай вопросы, а я покажу на практике, как делать некоторые противоядия. В подвале имеется небольшая лаборатория. Там мы можем уединиться.

— Боюсь, что король Вернус будет против, — заметила Вистеллия.

— Есть способы попасть в лабораторию без ведома короля, — подмигнув ей, заговорчески прошептал принц в образе Совитара.

Глава 18

Желание принца Тимеса

Следующие шесть дней Вистеллия чувствовала себя самой счастливой на свете, потому что каждый вечер проводила в компании принца Тимеса. Он обычно присылал за ней старика Рангора около десяти вечера.

— Господин Совитар желает видеть тебя в библиотеке, — голосом, полным негодования, произносил Рангор, появляясь в дверях комнаты Вистеллии, и узница, проводившая день под стражей, радостно улыбалась, выходя из своей комфортной темницы.

Принц Тимес всегда встречал Вистеллию в библиотеке одинаково: прежде всего он проворачивал ключ в двери, чтобы никто не мог внезапно испортить позднюю встречу, затем взмахом руки снимал иллюзию с себя, после чего интересовался:

— Как прошёл день, моя драгоценная пленница?

Щёки Вистеллии всегда покрывал румянец после услышанного, и она отвечала:

— Я умерла бы с тоски, принц, если бы не была уверенна, что Вы скрасите мой вечер новым уроком.

— Тогда вперёд, Виви. Не будем медлить, — принц Тимес подходил к камину, нажимал на нём секретный рычаг, спрятанный за надкаминным выступом, и часть одного из книжных шкафов бесшумно отъезжала в сторону, обнажая зево тайного хода, по которому Тимес и Вистеллия, взяв по свече, спускались в подвал. Там, в небольшом подвале, у принца была организованна лаборатория, где он практиковался в изготовлении ядов, противоядий и зельеварении.

Следующие несколько часов Тимес рассказывал Вистеллии о разных баночках и колбочках, наполненных травами, жидкостями и вообще непонятно чем. Вистеллия внимательно слушала, стараясь запомнить как можно больше. За шесть дней они успели снова наполнить противоядием баночку в форме драконьего коготя, а также изготовить ядовитое зелье, которое было способно убить человека, если в течении пяти минут не принять противоядие.

Вистеллия пребывала просто в восторге от происходящего. Одна только вещь смущала старшую дочку графа Вителлия Вискотти: всё время наедине с принцем она оставалась в образе Стеллы Дюбон. Тимес никогда не просил свою пленницу снять иллюзию. Это немного озадачивало Вистеллию, но она решила не заострять на этом своего внимания и оставить всё как есть, хотя Вистеллии очень хотелось предстать перед принцем в своём реальном облике.

Для изготовления снотворного был выделен отдельный, седьмой вечер. Начался этот вечер в подвальной лаборатории не совсем привычно. Тимес не стал сразу же рассказывать о травах, как делал это обычно. Он молча сделал несколько кругов по лаборатории, потом остановился перед Вистеллией.

— Вас что-то беспокоит, — заволновалась Вистеллия.

— Именно так, — кивнул принц. — Целую неделю я открываю перед тобой мои тайны, Виви, но в замен не получаю ничего.

— Что же Вы хотите получить? — уточнила Вистеллия. — Я обязана Вам жизнью брата и своей собственной. Вы вправе требовать от меня всего, что Вам заблагорассудится. Желаете снять с меня заклятие иллюзии или потребуете, чтобы я сама его сняла?

— Нет, — покачал головой Тимес. — Ты можешь оставаться со мной Стеллой Дюбон столько, сколько пожелаешь. Я уже говорил, что не тороплю тебя. Снимешь иллюзию, когда сама этого захочешь. Я готов ждать. Повторяю: так даже интереснее.

— Что же тогда Вы хотите от меня получить? — озадачилась Вистеллия.

— Я хочу получить твою дружбу, — с жаром воскликнул Тимес.

— Она есть у Вас, принц, — заверила Тимеса Вистеллия.

— Нет, ты холодна, Виви, — вздохнул Тимес. — Ни разу ты не вышла за рамки требуемого при общении со мной этикета.

— И это Ваше желание⁈ — улыбнулась Вистеллия. — Хотите, чтобы я нарушила этикет?

— Да, — Тимес нервно сглотнул. — Я желаю, чтобы ты не делала передо мной реверансы, когда мы наедине и перестала употреблять «Вы, Ваше Высочество.»

— Не склонять голову в реверансе и перейти на «ты»? — уточнила Вистеллия.

— Именно! — кивнул принц.

— Ты всегда добиваешься желаемого, Тимес! — улыбнулась Вистеллия.

— Я принц, Виви! — просиял Тимес.

— Тогда мне ничего не осьаётся, как выполнить твоё желание, — развела руками Вистеллия.

— Прекрасно! Я рад, что наши отношения перешли на новый уровень! — оживился Тимес, действительно выглядевший счастливым. — Теперь перейдём к изготовлению снотворного.

Целый час Вистеллия слушала пояснения принца и наблюдала за тем, как он смешивал ингредиенты, необходимые для напитка, погружающего в крепкий сон.

— Ты плохо спишь? — поинтересовалась Вистеллия, когда снотворное было готово.

— После встречи с тобой я действительно начал испытывать проблемы со сном, — улыбнулся Тимес, — но снотворное я планировал дать Щуру.

— Зачем? — недоумевала Вистеллия.

— Понимаешь, Виви, — начал объяснения Тимес. — Так как я колдун, то волкодавы реагируют на меня соответственно. Алойз Совитар придумал всадить каждому волкодаву в левую лапу семечко фабона, вымоченное в моей крови. Когда моя кровь проникала в кровь волкодавов, и они перестали воспринимать меня, как врага. Конечно, они чувствуют, что я колдун, но не реагируют на меня.

— Это придумал Совитар?

— Да, когда король из-за своей усилившейся паронои по поводу колдунов и ведьм приказал привезти во дворец волкодавов. Раньше они были только в Кариноре.

— Ты был близок с начальником королевской охраны?

— Очень близок. Алойз учил меня, как быть хорошим войном, а мама, как совладать с магической силой: быть колдуном и оставаться человеком.

— Король не знает, что ты унаследовал способности матери? — удивилась Вистеллия.

— Он узнал об этом десять лет назад, — Тимес нахмурился. — Мы были на охоте. Отец порезал руку и я остановил заклинанием кровь. С этого всё и началось. Он заставил мать признаться, что она обучала меня колдовству, — Тимес замолчал.

— Волкодавы испытывают боль от семян фабона? — быстро сменила тему Вистеллия, видя, что принц стал мрачным от накативших воспоминаний.

— Нет. Волкодавы не должны чувствовать семечко фабона, — оживился Тимес, с благодарностью посмотрев на Вистеллию. — Щуру Совитар, видимо, не слишком удачно воткнул его в лапу.

— Ты усыпишь Шура и вернёшь семечко в лапу?

— Сперва хотел, но теперь решил отказался от этой идеи, — Тимес с нежностью посмотрел на Вистеллию. — Щур чувствует тебя своей, поэтому ничего менять не буду.

— Но он реагирует на тебя, — напомнила Вистеллия.

— Я это как нибудь переживу, Виви. Однако приятно, что ты волнуешься обо мне, — с иронией произнёс Тимес.

— Я беспокоюсь о судьбе волкодава, — смутилась Вистеллия, осознав, что в её последняя фраза была действительно полна тревоги за принца.

— И я тоже, — улыбнулся Тимес. — Ведь именно благодаря Щуру состоялось наше знакомство.

Этот разговор Вистеллия вспоминала, вернувшись в свою комнату. Она лежала в кровати, думала о Тимесе и не могла уснуть.

— Всего за одну неделю я по уши влюбилась в принца, — признавалась себе Вистеллия.

Глава 19

Покушение на короля Вернуса

Новая неделя началась для Вистеллии со стычки с Рангором.

— Думаешь, что околдовала моего господина и будешь крутить им? — поставив поднос с кашей на стол, спросил старик утром. — Не надейся на это!

— Хочешь от меня избавиться, чтобы ещё раз попытаться отравить Алоиза Совитара? — усмехнулась Вистеллия.

— Ведьма, — пробормотал старый слуга. — Скоро ты окажешься там, где должна.

Вистеллия не восприняла угрозу серьёзно, но вечером она вспомнила сказанные Рангором слова, когда Тимес в образе Алойза Совитара просто влетел в её комнату.

— Следуй за мной, — велел он Вистеллии и вышел из комнаты.

Вистеллия торопливо встала из кресла, понимая, что случилось что-то экстраординарное.

— Мне нужно уехать, — объявил Совитар в коридоре по пути в библиотеку.

Вистеллия обернулась: возле двери её комнаты не стояли Чес и Щур.

— Твоя охрана едет со мной — Алойз Совитар открыл дверь юиблиотеки перед спутницей.

— Что случилось? — заволновалась Вистеллия.

— Король посылает меня на границу. Ходят слухи, что ассуры хотят на нас напасть. Следует проверить информацию, — пояснил Тимес.

— Почему ехать надо тебе? — допытывалась Вистеллия. — Ты — начальник королевской охраны, а не полководец.

— Такова воля короля! — невозмутимо ответил мнимый Совитар и, взмахнув рукой, превратился в принца Тимеса.

— Вдруг с тобой что-то случится, — испуганно произнесла Вистеллия.

— Со мной всё будет хорошо, — Тимес озабоченно посмотрел на взволнованную Вистеллию. — Я переживаю за тебя. Щура не будет, чтобы охранять тебя.

— Кому я нужна! — пожала плечами Вистеллия.

— В любом случае не покидай моих покоев, слушайся Рангора. Чтобы не заскучать — читай книги по зельеваренью. Их много в библиотеке в угловом шкафу. Время пролетил быстро. Хотя знаешь что… — Тимес задумался, принимая решение, — я на всякий случай покажу тебе, как покинуть дворец по тайному проходу, если возникнет опасность.

Они снова закрыли на ключ библиотеку, как делали каждый вечер, потом при помощи рычага, спрятанного за надкаминным выступом, заставили часть книжного шкафа отъехать в сторону и вошли в тайный проход. Принц Тимес захватил свечу. Вистеллия послушно шла за ним, стараясь запомнить все повороты.

— Вот эта дверь выходит ко рву с водой, который окружает замок, — Тимес указал на дверь впереди себя, закрытую на железную задвижку.

Он отодвинул задвижку и свежий ветер дохнул в лицо Вистеллии.

— Ты запомнила, как сюда попасть, — закрыв дверь, уточнил Тимес.

— Уверенна, что «да,» но мне это не понадобится. Я буду покорно ждать Вас, принц, в своей комнате, покидая её только для того, чтобы посетить библиотеку.

— Очень на это надеюсь, — принц уже шагал прочь от двери, желая как можно скорее вернуться в библиотеку.

— Жаль, что приходится расставаться с тобой, Виви, — улыбнулся он, когда снова оказался в библиотеке.

— Вы ведь скоро вернётесь, — Вистеллия набросила на себя иллюзию, снова став сутулой Стеллой Дюбон.

— Зависит от обстоятельств, — Тимес тоже применил заклятие, превращая себя в Алойза Совитара. — В любом случае, будь благоразумна. Я надеюсь по возвращению застать тебя в добром здравии и услышать, что ты прекрасно провела в компании книг.

Вистеллия тяжело вздохнула, позволила себе ещё один долгий взгляд на принца, после чего удалилась в свою комнату.

Следующий день она не покидала комнаты. Потом стала выходить по вечерам в библиотеку. Рангор всегда следил за перемещениями Вистеллии.

— Я отвечаю за тебя перед хозяином, — пояснил он Вистеллии. — Охраны ведь у выхода из покоев больше нет.

Так продолжалось пять дней.

На шестой день Рангор, принеся ужин в комнату Вистеллии, полюбопытствовал:

— Пойдёшь сегодня в библиотеку?

— Пойду, но позже, — отозвалась Вистеллия и ей показалось, что старик вдруг оживился, поэтому она уточнила. — Вы против?

— Иди на здоровье, — отмахнулся он, однако, когда через два часа встретил Вистеллию в коридоре, то недовольно заворчал, — Куда это ты идёшь на ночь глядя?

— В библиотеку. Хочу почитать что-нибудь перед сном. Я ведь спросила у тебя разрешения. Забыл? — с издёвкой воскликнула Вистеллия.

— Возьми книгу и немедленно возвращайся в свою комнату! — велел Рангор.

— Я сама решу, где буду читать! Совитар не запрещал мне посещать библиотеку.

— Господин Алойз велел тебе слушаться меня! — напомнил Рангор.

Вистеллия гневно сверкнула глазами, но промолчала и продолжила путь к библиотеке.

Вистеллия вошла в библиотеку, задержалась у камина, вспомнила, как спасла здесь от смерти Тимеса.

— Не верится, что ещё совсем недавно я жила в доме отца и не была знакома с Тимесом, — подумала она и, подойдя к крайнему шкафу, заполненному книгами о зельеварении, вытащила наугад одну, вернулась к камину, чтобы читать в кресле.

Прочитав пару первых страниц, она положила книгу на кофейный столик, стоявший рядом и, глядя на огонь, предалась грусти. Грустила Вистеллия по дому, родным, а больше всего по принцу Тимесу. Из состояния грусти Вистеллию вывел звук открывающейся двери.

— Это наверняка Рангор, — мелькнула мысль в голове Вистеллии.

Со стариком встречаться совсем не хотелось. Ещё больше не хотелось слушать нотации Рангора о том, что он не позволял читать в библиотеке, поэтому Вистеллия метнулась к окну и спряталась за тяжёлой шторой.

Дверь в библиотеку открылась. Рангор, прихрамывая, вошёл в неё, остановился, огляделся, потом закрыл дверь на ключ изнутри и подошёл к шкафу, в котором хранились яды и противоядия, открыл стеклянную двёрку и стал перебирать склянки.

— Что он делает? — задалась вопросом Вистеллия, подсматривавшая за старым слугой через щёлку в шторе.

Рангор тем временем взял что-то из шкафа, затем проковылял к камину, уверенно протянул руку туда, где скрывался рычаг, отодвигавший часть шкафа.

— Куда Рангор хочет попасть при помощи потайного хода? — озадачилась вопросом Вистеллия, наблюдая за действиями старого слуги.

Тем временем Рангор скрылся в проходе за отъехавшим в сторону книжным шкафом. Вистеллия колебалась. Она осознавала, что идти за Рангором опасно.

— Я знаю тайные проходы, в любой момент могу вернуться сюда или вообще покинуть дворец, — убеждала она себя.

Убеждения подействовали: Вистеллия выбралась из своего укрытия, прошмыгнула в проход и тихо по нему пошла. Она знала, что проход долго не имеет никаких ответвлений, поэтому даже в темноте двигалась спокойно и уверенно.

Очень скоро она увидела впереди тень, которая в отсвете свечи выглядела очень длинной.

— Рангор! — Вистеллия замедлила шаг.

Старик остановился, вставил свечу в факел-держатель у какой-то маленькой двери, открыл дверь и скрылся за ней.

Дверь медленно закрылась.

Вистеллия подошла к ней, осмотрелась.

Она почти сразу заметила небольшое отверстие в стене, через которое проступал свет и прильнула к нему.

Вистеллия через отверстие увидела комнату, освещённую множеством свечей. Посреди комнаты стояла кровать. Её украшал тяжёлый балдахин. Рядом с кроватью стояла тумбочка, на ней кружка.

Вистеллия отчётливо видела, как Рангор вылил в чашку содержимое какого-то пузырька.

— Он взял яд в библиотеке Совитара и добавил его в кружку.

Тем временем Рангор подошёл к окну в комнате и выбросил колбочку, после чего, проковыляв к большой деревянной двери, покинул комнату.

Вистеллия оценила обстановку: войти в комнату, взять кружку и вернуться назад в потайной ход займёт меньше минуты. Конечно, был риск, что кто-то именно в это время войдёт в комнату.

— Даже если это случится, я успею скрыться за дверью потайного хода, — размышляла Вистеллия.

Соблазн нарушить планы Рангора был так велик, что Вистеллия решила действовать.

Она нажала на факел-жержатель, дверь бесшумно открылась.

Стрелой Вистеллия метнулась в комнату схватила кружку и в этом момент дверь комнаты широко распахнулась. На пороге стоял король в окружении пяти охранников, двое из которых держали на цепях волкодавов.

— Ни с места! — крикнул один из охранников. — Двинешься — псы загрызут тебя. Волкодавы, словно в подтверждение слов охранника, зарычал.

Руки Вистеллии задрожали от страха. Кружка выпала из них и разбилась. Светло-коричневая жидкость разлилась по полу.

— Попридержите псов, — велел король охранникам.

Те оттащили разъярённых псов слегка назад.

— Так, так, — протянул король. — Служанка, на которую реагируют волкодавы, в моей опочивальне, куда вход посторонним запрещён. Причём попала ты сюда, как я вижу, через потайной ход. Главный вопрос: для чего же ты пришла?

Вистеллия смотрела на короля и молчала. Она впервые видела Вернуса так близко. Король был невысоким, полным. Его движения были резкими. Взгляд — жёстким и, как показалось Вистеллии, безумным.

— Отвечай! — потребовал король Вернус Тетиус Клисий.

Волкодавы снова зарычал.

Вистеллия приподняла голову и теперь уже вся задрожала, как осиновый лист, от страха: из-за спины короля выглядывал довольный Рангор.

— Это та ведьма, Стелла Дюбон, которая околдовала господина Совитара, — услужливо доложил старик…

— Зачем ты пришла сюда, ведьма? — сурово спросил король.

Вистеллия молчала.

— Ваше Величество, ведьма пришла сюда, чтобы убить Вас, — шептал Рангор. — Посмотрите: она разбила чашку, в которой был Ваш чай! Ведьма явно подмешала туда яд! Она уже пыталась отправить господина Совитара таким образом.

— Это неправда! Я не травила Алойза Совитара. А сюда пришла следом за Рангором из библиотеки Алойза Совитара по тайному проходу в стене. Это Рангор взял яд из шкафа в библиотеке и подлил его в чашку, которая стояла на этой тумбочке. Я даже не знала, чья это спальня!

— Всё ложь от первого до последнего слова! — нагло заявил Рангор и склонил голову перед королём. — Я всем сердцем верен Вам, Ваше Величество!

— Верю тебе, мой старый слуга! Ты много раз доказывал мне свою преданность, поэтому я не сомневаюсь в правдивости твоих слов! — король посмотрел на Вистеллию, потом на разбитую чашку, разлитый по полу чай и принял решение. — В королевскую тюрьму её.

Глава 20

Снова в королевской тюрьме

— Подождите, — закричала Вистеллия, наконец придя в себя. — Я не хотела отравить Вас, Ваше Величество. Это Рангор!

— Сейчас ты, ведьма, кого угодно будешь обвинять! — раздражённо произнёс король Вернус и в его глазах вспыхнул недобрый огонёк, словно король наслаждался происходящим.

— Стелла Дюбон врёт! Я даже не был в Вашей опочивальне, мой король, — заявил Рангор и весь его вид выражал ликование.

— Увести её! — махнул рукой Вернус.

Охранник схватил Вистеллию и потащил к выходу.

— Это Рангор хотел Вас отправить! — продолжала кричать Вистеллия, но король не обращал на её крики никакого внимания. Он уже успел подойти к окну и теперь смотрел в него на ночную тьму.

Рангор же, стоя за спиной короля, злорадно ухмылялся.

— Услышьте меня! Старый слуга Алойза Совитара стоит за покушением на Вас, Ваше Величество! — выкрикнула Вистеллия.

Король развернулся и захохотал. Этот смех снова сковал Вистеллию. Она подумала, что стоявший у окна король, лицо которого в отсветах свечей приобрело зловещий вид, похож на сумасшедшего.

— Иди! — подтолкнул Вистеллию к двери охранник.

Он грубо выводок свою пленницу в коридор, потом повёл по лестнице.

Проходя по первому этажу, охранник был вынужден остановиться, ожидая, пока два королевских солдата под конвоем спускали в подвал пятерых мужчин. Вистеллия в это время с надеждой смотрела на вход в кухню, ожидая увидеть какого-нибудь знакомого. Надежда увенчалась успехом: не смотря на позднее время на пороге кухни появился главный королевский повар Отар Горден.

— Что здесь происходит? — с любопытством спросил он.

— Ничего о чём тебе надо знать, — грубо ответил ему один из солдат. — Убирайся назад в свою кухню.

Из-за спины Гордена выглянул Тор.

— Как ты разговариваешь с главным королевским поваром! — возмутился парнишка.

— Сегодня повар, а завтра висельник! — хохотнул охранник, сопровождавший Вистеллию, чем обратил на себя и свою пленницу внимание.

— Стелла Дюбон! — ахнул Отар Горден, а у Тора от ужаса стали такими большими глаза, что казалось, они сейчас лопнут.

— Чего уставились! — разозлился охранник и толкнул Вистеллию в спину. — Пошевеливайся, ведьма!

— Ай-яй-яй. Творится что-то неладное, — пробормотал главный королевский повар и скрылся в стенах кухни.

Тор не последовал за ним, а продолжал во все глаза смотреть на Вистеллию, словно его парализовало.

— Тор, собщи Совитару, что я в беде. Он отблагодарит тебя, — прошептала Вистеллия, когда в сопровождении охранника начала спускаться по лестнице в подвал.

Слуга Софокла Клодена едва заметно кивнул. Это было последнее, что увидела Вистеллия перед тем, как оказаться в подвале.

— Стелла Дюбон! — Кадух встретил охранника и Втстеллию у входа в свои вдадения. — Ты снова ко мне в гости попала! Наскучила Совитару?

— Ведьма пыталась отравить короля! — толкнув Вистеллию в спину, отчеканил охранник.

— В этот раз ты живой мои владения не покинешь, — став серьёзным, сквозь зубы со злорадством произнёс Кадух.

— Куда её?

— У меня все камеры забиты до отказа горожанами. Свободна только одна — дальняя камера. Я её обычно держу для специальных гостей, — тюремщик пошёл впереди, показывая путь.

— Не думаю, что она у тебя задержится, — втолкнув Вистеллию в камеру, сказал охранник. — Король либо прикажет казнить её, либо отправит в Каринор.

— Не велика разница, — отозвался Кадух. — Что то, что другое — результат один: смерть.

Вистеллия задрожала от этих слов.

Всю ночь Вителлия прорыдала, а утром, когда дверь камеры открылась, она увидела старуху Тауру Стродди.

— Вот, Стелла Дюбон, я принесла тебе завтрак, — объявила Таура. — Отар Горден сообщил на кухне о том, что ты во владениях Кадуха, а Кадух нам рассказал, что ты хотела отравить короля, и мы решили покормить тебя.

— Я не хотела отравить короля, — внесла ясность в разговор Вистеллия.

— Хотела, не хотела. Какая уже теперь разница. Кадух говорит, что тебя в Каринор отправят, а оттуда назад живыми не возвращаются, — с трагизмом в голосе проговорила Таура и шёпотом спросила. — Ты правда ведьма?

— Правда, но я ничего плохого не делала, — заверила её Вистеллия.

— На свою беду ты, Стелла Дюбон, в королевский дворец попала. Завидовали тебе все из-за того, что Совитар покровителем твоим стал, — причитала старуха Стродди. — Ты его, поди, приворожила.

— Я Алойза Совитара не привораживала, и на жизнь короля Вернуса не покушалась, — тяжело вздохнула Вистеллия, понимая, что ей не верят.

Таура Стродди оглянулась, убедилась, что Кадух отошёл к соседней камере, а потом зашептала:

— Честно говоря, все бы только с облегчением вздохнули, если бы ты король умер. Он в последнее время странные вещи творит. Представляешь, в каждой таверне, в каждом постоялом дворе теперь сидит слухач и слушает разговоры людей. Если кто-то плохо говорит про Вернуса или его правление, этого несчастного сразу же хватают, сажают сюда, во владения Кадуха, и каждый понедельник на Чёрной площади прилюдно бьют плетью. Двадцать ударов.

— Жестоко, — оценила услышанное Вистеллия.

— Только это мало помогает. Люди устали от поборов, новых налогов. Вчера Вернус издал новый указ: вход на рынок и в торговые лавки платный.

— Глупость, возмутилась Вистеллия.

— Полнейшая, — согласилась с ней Таура Стродди. — А ещё Вернус даёт большие деньги каждому, кто принесёт ему мёртвую мираду. Совсем спятил!

— Деньги в обмен на птиц, — печально усмехнулась Вистеллия.

— Даже бедные птицы в чём-то провинились перед Вернусом, — осуждающе покачала головой Таура Стродди. Надо было тебе всё же быть поизворотливей и отравить короля.

— Я не покушалась на жизнь Вернуса. Это Рангор. Он подлил яд в чай короля. Пусть Тор скажет это Алойзу Совитару, — умоляла старуху Вистеллия, даже не взглянув на еду.

— Передам мальчишке твои слова, когда он вернётся, — громко заверила её Таура Стродди и быстро зашептала. — Тор уже сбежал из замка, чтобы сообщить Совитару о беде, в которую ты попала.

— Хорошо, — облегчённо выдохнула Вистеллия.

— Поешь в последний раз нормальной еды. Кадух говорит, что тебя отправляют в Каринор сегодня, — с сочувствием попросила Таура.

— Не хочу, — отказалась Вистеллия.

— Думаешь, что меня подослали отравить тебя, а я ведь от чистого сердца, — обиделась старуха Стродди.

— Я правда не хочу есть, — вздохнула Вистеллия. — Какая еда, если я скоро окажусь в Кариноре⁈

— Всё. Уходи. Я не хочу себе проблем! — позади Тауры Стродди появился Кадух с крысами на плечах.

Оставшись одна, Вистеллия всё же немного поковырялась в тушёной капусте, принесённой Таурой и съела маленькую сдобную булочку.

Весь день Вистеллия слушала голоса, доносившиеся из соседних камер.

— За что нас держат здесь? — кричал один заключённый звонким молодым голосом.

— За правду! — отвечал ему хриплый старческий голос из другой камеры.

— Успокойтесь! Нечего кричать! Не я вас сюда посадил! Если не замолчите, отправлю всех в Каринор! — возмущался Кадух, прохаживаясь по коридору.

На некоторое время всё затихало, но потом узники королевской тюрьмы снова начинали роптать, требуя еды, воды и свободы.

— Я теряю терпение! — орал в ответ Кадух. — Замолчите сейчас же!

— Всем рты не заткнёшь! — выкрикнул кто-то в соседней камере.

На лестнице послышались шаги, и грубый мужской голос произнёс:

— Кадух, я за Стеллой Дюбон.

Вистеллия вздрогнула, поняв, что пришло её время отправиться в Каринор, но в отличие от прошлого раза, когда её туда возил мнимый Алойз Совитар, теперь она должна была стать там узницей.

Глава 21

Ужасы Каринора

Два охранника вошли в камеру, оттеснив Кадуха, который открыл им дверь. Они связали Вистеллии руки, вывели из тюрьмы-подвала и повели к повозке, ожидавшей пленницу во дворе.

Возле повозки Вистеллия увидела старика Рангора.

— Я всегда знал, что ты — ведьма, Стелла Дюбон, и плохо кончишь свои дни, — покачал головой он, глядя, как Вистелли охранники запихивают в повозку.

— Чтоб тебе пусто было, Рангор! — прошипела из повозки Вистеллия.

— Я не боюсь проклятий, — отмахнулся старый слуга. — Моя мать была ведьмой. Она защитила меня сильным заговором от любых проклятий.

— Но не от смерти! Смерти ты боишься, а она уже рядом, — злобно выкрикнула Вистеллия, поддавшись соблазну напугать старика.

Рангор нервно сглотнул:

— Врёшь! Мой смертный час ещё далеко. Я долго буду служить своему королю, а вот ты подохнешь в Кариноре. Там никто дольше двух недель не живёт!

Дверь повозки закрылась, и Вистеллию повезли на окраину столицы, потом через лес, Мёртвое поле и, наконец, доставили в страшный замок Каринорн, где в муках томились, медленно умирая, все осуждённые ведьмы и колдуны.

Каринор, едва только повозка вкатилась в его двор, встретил Вистеллию мольбой о помощи. Солнце уже почти село. Ветра не было, но в воздух Вистеллия ощущала какое-то странное напряжение, словно вот-вот должно было начаться что-то страшное.

— Всё так же, как было в мой приезд сюда с принцем Тимесом, — сделала вывод Вистеллия, рассматривая замок, который выглядел величественно на стыке дня и ночи.

— Вот, новенькая! — проинформировал уже знакомого Вистеллии невысокого полного тюремщика один из королевских охранников, привезших Вистеллию. — Ведьма Стелла Дюбон. Задержана при попытки отравить короля. Не церемоньтесь особо с ней.

— Понятно, — кивнул тюремщик и внимательно присмотрелся к Вистеллии. — Это ты недавно у нас была с Алойзом Мовитаром?

— Наверняка она, — ответил за Вистеллию один охранник. — Эта ведьма — любовница Совитара. Алойз от неё без ума.

— Понятно, — тюремщик потёр рука об руку, словно предвкушал какое-то удовольствие. — Тогда отправим ведьму в такую камеру, где она и пяти дней не продержится.

Втстеллию вытащили из повозки и тюремщик повёл её по коридорам старинного замка.

Вистеллия думала, что её, как когда-то Викджена, отправят в боковую башню, но ошиблась. Тюремшик начал подниматься по широкой лестнице, расположенной в центральной части замка. На втором этаже он свернул в коридор, чтобы открыть одну из дверей.

— Заходи! — приказал он Вистеллии.

Камера, а вернее огромная пустая комната, куда заточили Вистеллию была совершенно пустой. Здесь даже не было на полу какой-либо тряпки, на которую можно было бы прилечь. Окно, забитое досками, выходило на озеро. Щели в досках были достаточно большие. Свет заходящего солнца проникал сквозь них, оставляя на стенах и полу длинные полосы.

— Готовься стать совсем седой к утру, Ведьма! — боязливо оглядываясь, сказал тюремщик и нервно хохотнул. — Утром будешь молить о другой камере! Ночью зря не кричи, не моли о помощи. В Кариноре по ночам из охраны — только призраки.

— Заключённых Каринора не охраняют ночью? — уточнила Вистеллия.

— В охране заключённых после заката солнца нет необходимости, — уже из-за двери крикнул тюремщик.

Оставшись одна Вистеллия подошла к окну и посмотрела в большую щель между досками. Снаружи солнце уже почти скрылось за лесом. Его подгоняла большая чёрная туча, надвигающаяся с востока и уже закрывшая собой почти всё небо, кроме той части, где догорало солнце. Огромное озеро с маленьким островком посередине выглядело наполовину освещённым, наполовину тёмным. Вистеллия присмотрелась к странному каменному сооружению на островке.

— Это могильный склеп, — узнала она строение и вздрогнула, потому что позади неё скрипнул пол.

Вистеллия резко обернулась, но никого не увидела, однако взглядом зацепилась за выцарапаную чем-то острым на стене надпись, которая гласила: «Они приходят в полночь.»

Ужас охватил Вистеллию:

— Кто приходит? — прошептала она и дала сама себе ответ. — Духи.

Тем временем солнце скрылось за лесом, в комнате-камере стало темно.

— Нужно просто лечь и заснуть, — решила Вистеллия.

Она опустилась на пол, закрыла глаза, но странные звуки, которыми начал наполняться Каринор не давали спать. Где-то кто-то захохотал, сразу за смехом раздался дикий крик, потом шаги и скрип половиц за дверью.

— И это ещё не полночь, — пробормотала Вистеллия, скручиваясь на полу колачиком.

Так она и лежал, слушая страшные звуки Каринора, пока совершенно не стемнело.

— Уже, наверное, полночь, — решила она, когда со всех сторон начали раздаваться крики, а потом на неё навалился сон.

Во сне она видела измождённых людей, которые тянули к ней руки и повторяли одно и тоже: «Живая, живая, дай силы, дай силы!» Вистеллия во сне пыталась отталкивать всех, кто хватал её за руки, ноги, но получалось это плохо.

— Хватит! — закричала Вистеллия и проснулась.

— Помоги мне, и ты спасёшь их всех! — вдруг услышала Вистеллия женский голос.

— Кто ты? — испуганно шепнула она, чувствуя сильную слабость.

— Каринор просит о помощи. Ты слышишь Каринор? — снова тот же голос.

— Я слышу, но не знаю, как помочь! — призналась Вистеллия, и в этот момент сквозь щель в досках окна в комнату проник свет луны, выплывшей из-за тучи.

В лунном свете, который лёг на пол прямо у ног Вистеллии, она смогла разглядеть надпись выцарапаную на половой доске: «Страх мешает увидеть истину.»

— Страх мешает, — прошептала Вистеллия и тяжело встала с пола. — Нельзя бояться.

Она прислушалась. В комнате было тихо. Никаких звуков.

— Все, кто меня слышит: нельзя спать! — вдруг раздался громкий крик какого-то заключённого.

Звуки Каринора резко вернулись: замок на разные лады молил о помощи.

Вистеллия пыталась побороть страх.

— Тор найдёт принца Тимеса. Тимес спасёт меня, — мысленно уверяла себя Вистеллия. Словно а ответ на эти уверения кто-то где-то рядом, может за стеной в соседней комнате, захохотал.

До самого утра Вистеллия не спала, слушая Каринор и наблюдая за тем, как ночь сменяется туманным утром. Постепенно все звуки стихли.

За дверью послышались шаги, потом в замке провернулся ключ и в комнату вошла высокая мощная надзирательница.

— Как прошла первая ночь? — полюбопытствовала она.

Вистеллия прикоснулась к лицу, проверяя, на месте ли иллюзия.

— Всё ещё не седая, — иронично прокомментировала движения Вистеллии надзирательница.

Вистеллия успокоилась и спросила:

— Что это за звуки были здесь ночью?

Надзирательница на минуту вышла за дверь, потом вернулась с кандалами, заковала в них Вистеллию и только после этого ответила:

— Если верить рассказам заключённых, то духи Каринора питаются колдовской силой, которую могут взять, когда ты спишь.

— Вот почему заключённый ночью кричал, что нельзя спать, — сделала вывод Вистеллия.

— Попробуй следовать его совету. Посмотрим, надолго ли тебя хватит, — ухмыльнулась надзирательница и крикнула. — Иди за мной!

— Куда?

— Работать! — рявкнула надзирательница.

Вистеллия, закованная в тяжёлые кандалы, медленно брела в верх по лестнице.

— Куда ты меня ведёшь?

— На свежий воздух. Днём узники Каринора работают на крыше, а ночью спят в своих комнатах.

Взобравшись на крышу, Вистеллия осмотрелась. Плоской была лишь центральная часть крыши Каринора. Крыши двух боковых башень были в форме шпилей.

На крыше уже находилось пять женщин и двое мужчин. Выглядели узники Каринора ужасно: седые, измождённые, с затравленными взглядами. Перед каждым из заключённых стояли три деревянные кадки. Одна кадка была наполнена камнями, две другие — пустые.

— Садись здесь, — приказала Вистеллии надзирательница, указав на место в центре крыши.

Вистеллия послушно села, посмотрев на стоявшую рядом кадку с камнями и две другие, пустые.

— Вот твоя работа, — надзирательница указала на камни. — Сортируй их. Большие в одну кадку, маленькие в другую, а среднего размера оставляй там, где лежат?

— Зачем это делать? — не поняла Вистеллия.

— Чтобы скучно не было, — буркнула надзирательница.

— А завтрак?

— Завтрак заключённые Каринора получают вместе с ужином. Обедом не кормим. Переговариваться нельзя. Прекращать работу нельзя. За неповиновение получишь удар хлыстом, — надзирательница вытащила из-за пояса длинный толстый хлыст.

— Что будет, когда я закончу сортировку камней?

— Увидишь.

Вистеллия начала перебирать камни. Солнце тем временем поднималось всё выше и припекало всё жарче.

— Пить, — простонал один из мужчин, за что тут же получил вместо воды удар хлыста от надзирательницы.

Время тянулось медленно. Уже было далеко за полдень, когда Вистеллия закончила сортировать камни.

Падзирательница подошла, ссыпала все камни назад в центральную кадку.

— Начинай сначала! — крикнула она.

Вистеллия застонала, поняв в чём заключается суть работы, и начала снова перекладывать камни из одной кадки в две другие, но теперь она делала это как можно медленнее, стараясь тратить поменьше силы на бестолковую работу.

Только когда солнце начало клониться к закату узников Каринора начали уводить в камеры. Для этого на крышу поднялись два незнакомы Вистеллии тюремщика, потому что сами заключённые спуститься с крыши не могли.

— Я не выдержу здесь и пары дней, — подумала Вистеллия, опускаясь на прохладный деревянный пол своей комнаты, куда её затащили тюремщики и сняли кандалы.

Надзирательница принесла большую железную кружку, наполненную водой, небольшой кусок вареного мяса и ломоть чёрствого хлеба.

— Не забывай: это ужин и завтрак, — напомнила она, закрывая дверь комнаты-камеры.

Вистеллия бросилась к воде и выпила почти всю. Есть не хотелось.

— Нужно поспать до полуночи, — решила Вистеллия, но сон не шёл, а вот с наступлением темноты глаза начали слипаться. Вистеллия не заметила, как уснула. Снова ей снились люди, желавшие прикоснуться к ней. Сперва Вистеллия, как и накануне отталкивала их, но очень скоро сил на это уже не было.

— Надо проснуться, — думала Вистеллия и не могла.

Люди во сне пропали так же резко, как появились. Теперь Вистеллии снилась её комната, но не пустая, а обставленная красивой мебелью. В комнате у окна на мягкой кушетке сидела очень красивая черноволосая женщина и двое детей: мальчик лет восьми и девочка лет пяти. Женщина читала детям книгу, а они внимательно слушали её.

— Мамочка, папа нас не любит! — вдруг сказала девочка.

— Ты ошибаешься, — покачала головой женщина.

— Мама, Мариэли права: он никогда не играет с нами, — поддержал сестру мальчик.

— Сибар, ваш папа король. У него много дел, — женщина погладила детей по головам. — Бегите на улицу. Поиграйте в саду. На закате там очень красиво.

Дети послушно выбежали из комнаты, а женщина подошла к стене, нажала три раза на неприметный камень и он вывалился. Из образовавшейся дыры черноволосая женщина извлекла кольцо: белый ободок, украшенный большим лунным камнем.

— Всё будет хорошо, — прошептала она, любуясь кольцом.

За дверью послышались голоса. Женщина быстро положила кольцо в тайник и закрыла тайник камнем…

На этом сон оборвался. Вистеллия открыла глаза. Чувствовала она себя совершенно слабой. Сил не было даже на то, чтобы пошевелить рукой.

— Надо поесть, — решила Вистеллия.

Она долго собиралась с силами, наконец смогла протянуть руку к лежавшему рядом мясу, откусила немного, прожевала, почувствовала себя лучше, смогла сесть, взять в руки хлеб. До самого рассвета Вистеллия мелкими крошками отламывала немножко от ломтя хлеба, откусывала совсем чуть-чуть от мяса и долго жевала каждый кусочек, каждую крошку. К утру она чувствовала себя достаточно сильной, чтобы подняться в кандалах на крышу вслед за надзирательницей.

— Ты хорошо держишься. Даже не поседела, — с восхищением сказала надзирательница, когда Вистеллия начала медленно перебирать камни.

— Зачем нас на день заковывают в кандалы? — спросила её Вистеллия, видя, что надзирательница не прочь поговорить.

— Чтобы вы с крыши не сиганули, — ответила та и направилась к сидевшей неподалёку заключённой, которая перестала перебирать камни, чтобы ударить несчастную хлыстом.

День тянулся медленно. Вистеллия надеялась, что Тимес приедет за ней, но вечером снова оказалась в комнате-камере, где её уже ждала кружка воды, кусок мяса и ломоть чёрствого хлеба, а ночью снова снились те же сны, звучали жуткие звуки Коридора и его мольба о помощи.

Глава 22

Тайник в стене

Так прошло ещё два дня. На третий день Вистеллия не смогла сама подняться на крышу, поэтому её туда затащили тюремщики.

На крыше тоже произошли изменения: мужчин не стало, а женщин прибавилось: три новенькие перебирали камни.

Вистеллию опустили у её кадок с камнями, и она начала монотонно их перебирать, время от времени останавливаясь, за что получала от надзирательницы удар хлыстом. От этих ударов болело всё тело. Вистеллия уже не думала ни о чём кроме того, чтобы просто дожить до вечера.

— Тимес, — мысленно то и дело звала она принца, вспомнив, как услышала зов принца, когда он был отправлен. — Услышь меня.

Вистеллия надеялась, что Тимес вот-вот появится в Кариноре, однако принц Тимес в образе Алойза Совитара всё не появлялся. Очередной день близился к концу.

Когда пришло время возвращаться в камеры, одна из женщин, увидев, что надзирательница отвлеклась, встала и медленно пошла к краю крыши.

— Куда собралась, ведьма! — заорал на неё пришедший на крышу тюремщик. — Хочешь легко избавиться от страданий? Не выйдет!

Он подбежал к желавшей сброситься с крыши заключённой, ударом руки в спину заставил опуститься на колени, а подоспевшая ему на помощь надзирательница начала бить бедняжку хлыстом.

— Остановись! — тюремщик перехватил руку надзирательницы. — Ты сейчас забьёшь её до смерти, а она этого и хочет.

— Убейте, — простонала женщина.

Вистеллия, наблюдавшая за происходящим, потеряла сознание.

В себя она пришла только в камере. Кандалы были сняты, вода, мясо и хлеб, как обычно, ждали её на полу.

— Я больше не вынесу, — заплакала Вистеллия.

— Кольцо! — пронеслось у неё в голове.

Вистеллия перестала плакать. Она посмотрела на стену позади себя. Три дня во сне прекрасная черноволосая женщина вынимала кольцо из тайника в стене.

Перед глазами Вистеллии всплыла картинка из сна: стена, камни, женщина.

— Вот тот камень, на который женщина из сна нажимала, — Вистеллия собрала все силы, чтобы подползти к стене, встала, держась за стену и нажала на камень в трёх местах, как это делала во сне хозяйка кольца.

Камень вывалился. Пошарив в образовавшейся дыре, Вистеллия вытащила из неё не кольцо, а небольшой кинжал, рукоядка которого была усыпана драгоценными каменьями.

— Вот он, выход, — Вистеллия, как заворожённая, смотрела на кинжал. — Один удар в сердце — и конец страданиям.

В комнате стало совершенно тихо. Все звуки Каринора смолкли в одну секунду. Замок словно замер, выжидая дальнейших действий Вистеллии, которая медленно подняла вверх руки с зажатым в них кинжалом. Она целилась в сердце.

— Смерть — это избавление от страданий, — пробормотала Вистеллия, собираясь сделать резкое движение руками вперёд.

— Ложь! — взвыл на разные лады Каринор.

Руки Вистеллии задрожали, кинжал со звоном упал на пол, а она обессиленно опустилась на колени.

— Кольцо! — завывал Каринор.

Вистеллия собрала последние силы, встала, снова начала исследовать рукой тайник в стене и в глубине его наткнулась на что-то круглое. Она вытащила находку и не сдержала восхищённого вздоха: прелесное кольцо с лунным камнем поблёскивало в тусклом свете луны.

Втстеллия осторожно надела кольцо на средний палец левой руки, и вдруг почувствовала, как отступает боль от ударов хлыстом, а тело наполняется силой. Сразу захотелось пить и есть. Вистеллия на ощупь нашла еду, жадно на неё набросилась, потом выпила всю воду.

— Спасибо тебе, Каринор! — прошептала она, опускаясь на пол, чтобы уснуть глубоким, спокойным сном.

Всю ночь кольцо было на пальце Вистеллии и никакие звуки не тревожили её. Даже приснившийся сон был очень светлым: черноволосая женщина в белом платье вертела в руках красивую тиару, а потом шла по проходу, украшенному белыми цветами к алтарю, где её ждал высокий мужчина, чертами лица напомнивший Вистеллии принца Тимеса.

Утром, до появления надзирательницы, Вистеллия спрятала назад в тайник кольцо и кинжал.

— На работу! — привычно прокричала надзирательница, открыв дверь.

Вистеллия, в это время стоявшая у окна, повернулась и медленно, но уверенно пошла к двери.

— Выглядишь так, словно смогла отдохнуть за ночь, — заковывая узницу в кандалы, удтвлённо отметила надзирательница.

— Не смыкала глаз, — соврала Вистеллия. — Духи не давали покоя.

Надзирательница недоверчиво покачала головой, но ничего не сказала.

За день на крыше Вистеллия ослабла, но вечером кольцо снова помогло ей вернуть силы. К кинжалу Вистеллия в эту ночь не рискнула прикоснуться. Более того: она боялась даже думать о нём. Кольцо же, напротив, вызывало у Вистеллии только позитивные чувства. Им Вистеллия любовалась, стоя у окна, и уснула с украшением на пальце. Только ранним утром она вернула кольцо в тайник.

— Как тебе удаётся не сойти с ума в этой комнате? — спросила её надзирательница, как только вошла в комнату-камеру.

— Я чувствую Каринор. Он даёт мне силы, — в этот раз не стала врать Вистеллия и зловеще улыбнулась.

Надзирательница поёжилась от страха.

Весь день, работая на крыше, Вистеллия ждала, когда солнце пойдёт к закату и можно будет, оказавшись в камере, надеть на палец кольцо с лунным камнем.

Однако вечером, когда тюремщики растащили всех узниц Каринора по их камерам, надзирательница принесла на крышу кружку воды, хлеб, мясо и сказала Вистеллии:

— Сегодня ты ночуешь здесь. Посмотрим, как ты будешь себя чувствовать завтра утром.

Тюремщики вернулись на крышу и приковали Вистеллию к стене. Вистеллия нашла в себе силы выпить воду, но к еде не прикоснулась.

Ночь на крыше была самой ужасной из всех ночей, проведённых в Кариноре. Вистеллия не только видела во сне людей, желавших прикоснуться к ней, но и чувствовала боль каждого из них. Молодые, среднего возраста, пожилые, совсем старые — все они страдали. Каринор на все лады взывал о помощи. Холодный ветер рвал на Вистеллии платье, проникал под него и сковывал не меньше чем страх. Вистеллия засыпала, просыпалась, а потом уже перестала отличать сон от яви. Именно в этот момент ей явилась черноволосая владелица кольца с лунным камнем. В этот раз она выглядела очень жутко: водоросли запутались в длинных волосах, платье было покрыто тиной и пятнами крови.

— Как мои дети? — спросила она.

— Не знаю, — простонала Вистеллия, понимая, что общается с духом.

Такой ответ разозлил женщину.

— Я хочу быть с моими малышами, — крикнула она. — Слышишь? Помоги мне!

— Я от всего сердца хочу тебе помочь, но не знаю как, — выкрикнула в ответ Вистеллия.

— Используй кольцо, — произнесла черноволосая женщина и стала пятиться к крыше.

— Кто ты? — протянула к ней руки Вистеллия.

Каринор вдруг затих. Даже ветер перестал дуть.

— Я — королева Анинья! — крикнула женщина и исчезла.

Вистеллия почувствовала, что последние силы покидают её.

— Если выберусь из Каринора живой, то сделаю всё, чтобы помочь тебе, — прошептала Вистеллия. — Главное: подскажи, чем я могу тебе помочь.

В ответ на свои слова она снова услышала голос королевы Аниньи:

— Верни в Каринор покой!

— Я не знаю, что мне нужно для этого сделать, — с сожалением ответила Вистеллия. — Подскажи, как вернуть покой этому страшному месту.

Ответа не последовало.

Вистеллия от бессилия и разочарования разрыдалась. Она плакала до тех пор, пока сон не начал захватывать её в плен.

Перед тем, как провалиться в пропасть губительного сна, Вистеллия выкрикнула имя единственного человека, который мог вызволить её из плена Каринора.

— Тимес!

Ответом ей был зловещий хохот…

Утром надзирательница, поднявшись на крышу, нашла Вистеллию, мирно спящей, и удивилась, не заметив никаких изменений во внешности узницы.

— Ты первая, кто пережил ночь на крыше Каринора, — сказала она, разбудив Вистеллию.

— Отведи меня в камеру, — чуть слышно прошептала Вистеллия.

— Вечером отведу, а сейчас время работать, — надзирательница подтащила к Вистеллии три деревянных кадки, а потом указала на нетронутые хлеб и мясо. — Поешь сначала.

Вистеллия так ослабла за ночь на крыше, что еда ей не пошла. От хлеба и мяса начало мутить.

— Я больше не могу, — простонала Вистеллия, с ужасом осознав, что с трудом держит иллюзию. Только страх быть узнанной и опозорить семью поддерживал в ней силы.

Она закрыла глаза, осторожно легла, раскинув руки в стороны, словно пыталась обнять Каринор.

— Прости меня. Я не справилась, — бормотала она, обращаясь к давно умершей королеве Анинье.

— Вставай, ведьма! — заорала надзирательница, ударяя Вистеллию плетью. — Время работать! Вставай работать!

Стелла не двинулась. Она даже не дёргалась под ударами плетью. Сил не было.

— Прекратить! — донеслось до Вистеллии, словно издалека.

Удары плетью тут же прекратились.

— Виви, ты меня слышишь? Открой глаза, посмотри на меня, — звучал у Вистеллии в голове голос Тимеса.

— Ты услышал, — пробормотала она.

— Открой глаза. Я здесь, рядом с тобой, — убеждал голос принца.

Вистеллия приложила усилие, открыла глаза и увидела склонённого над ней взволнованного Алойза Совитара.

— Нет сил держать иллюзию, — шепнула она.

Совитар наклонился, страстно поцеловал её в сухие потрескавшиеся губы, и Вистеллия почувствовала, как сила ураганом наполнила её избитое, измождённое голодом тело.

— Я так виноват перед тобой, — пробормотал принц Тимес в обличии Совитара, осторожно поднимая Вистеллию с нагретой сонцем каменной крыши — Теперь уже всё позади. Никто не причинит тебе вреда…

Совитар шагал к выходу из Каринора, бережно неся на руках свою ношу. Тюремщики в страхе расступались под его гневным взглядом. Выглядел мнимый начальник королевской охраны так, словно готов был разорвать любого, кто станет у него на пути.

Вистеллия прижалась к своему спасителю и хотела только одного: побыстрее оказаться как можно дальше от Каринора.

Очутившись в экипаже, Вистеллия облегчённо выдохнула:

— Я уже не верила, что ты меня спасёшь. Ты слышал, как я тебя звала?

— Я не слышал тебя, Виви. Ни одну ведьму, заточённую в Кариноре, никто не может услышать. На замок-тюрьму наложены специальные заклятия.

— Как ты узнал, что я здесь? — продолжила распросы Вистеллия, расслабленно откидываясь на мягкие подушки, лежавшие на сиденье.

— Тор прискакал ко мне и сообщил, что ты осуждена на смерть, — сбрасывая с себя иллюзию, рассказывал принц. — Я выехал из крепости Варан, как только это узнал. Боялся опоздать. Никогда бы не простил себе, если бы с тобой что-то случилось.

— Я не пыталась отравить короля, — заверила Тимеса Стелла.

— Я знаю. Не волнуйся, — успокоил её принц.

— Как твоя поездка?

— Ничего заслуживающего внимания, — Тимес погладил по щеке бледную Вистеллию, — но по дороге в крепость я заглянул в дом графа Софокла Клодена. В гостиной Софокла я видел портрет, на котором ты изображена с сёстрами. Вы все трое просто красавицы. Почему лорд Вискотти не привозил вас на балы?

— Отец считал поездки на балы слишком утомительными, — пояснила Вистеллия и слабо улыбнулась, — однако Вы, Ваше Высочество, видели меня на балу в доме дядюшки Софокла три года назад.

— Жаль, что я тебя тогда не заметил, — Тимес, не отрываясь, смотрел на Вистеллию.

— Я была представлена Вам и королю, но вряд ли вы это помните. Слишком много дам тогда пытались сыскать ваше расположение, — напомнила Тимесу Вистеллия.

— Зато ни одна из этих дам не может похвастаться тем, что я нёсся её спасать через всё королевство, — принц взял Вистеллию за руку. — Мне придётся сегодня открыться королю. Только так я спасу тебя от смерти.

— Не меня, а Стеллу Дюбон, — вздохнула Вистеллия. — Потому что старшая дочка Вителлия Вискотти путешествует по соседним королевствам.

— Сын короля Вернуса вообще мёртв, — отметил Тимес и тут же добавил. — С нами всё будет хорошо: я воскресну, расскажу отцу, кто скрывается за образом Стеллы Дюбон, и ты вернёшься домой.

— Для начала нужно разоблачить Рангора, — напомнила Вистеллия. — Король не поверил моим словам, что старик пытался его отравить.

— Я верю тебе, — заверил её принц, — и сумею убедить отца.

— Рангор вряд ли действовал один. За ним кто-то стоит, — Вистеллия приподнялась. — И этот кто-то очень опасен. Он просто сумасшедший.

— Мы заставим Рангора назвать имя этого сумасшедшего. — Тимес погладил Вистеллию по волосам. — Спектакль затянулся. Я хочу стать самим собой и увидеть тебя, милая Виви, без иллюзии. Ты ведь много раз видела меня в моём истинном облике.

— Это самая малая из проблем, — Вистеллия подняла руку, намереваясь снять иллюзию, но принц остановил её.

— Сейчас не время. Мы почти приехали во дворец.

— Вы боитесь, что я окажусь хуже своего изображения на портрете?

— Нет. Я не хочу вспоминать, что увидел Вистеллию Вискотти впервые, будучи в образе начальника королевской стражи.

Вистеллия положила голову на плечо принца:

— Я сестра сбежавшего изменщика. Только так Вы, принц, можете увидеть меня.

— Сегодня изменщик, а завтра храбрый герой, — экипаж въехал на территорию королевского дворца. — Я приготовлю зелье, которое залечит твои раны. Когда ты восстановишь свои силы, мы пойдём к королю. Надеюсь, ему не сразу донесут, что Совитар увёз ведьму из Каринора.

Экипаж остановился. Принц снова с помощью заклинания превратился в Алойза Совитара и ободряюще улыбнулся Вистелле:

— Сможешь дойти до своей комнаты?

— Вы мне дали столько силы, что я не только до комнаты дойду, но велю приготовить мне ванну с ароматическими маслами.

— Это всего лишь небольшая толика того, чем я поделюсь с тобой, Виви, но сперва восстанови силы. Ты мне необходима полностью здоровой и сильной, — Совитар-принц вышел из экипажа и подал руку Стелле Дюбон.

Вистеллия оперлась на сильную руку своего принца и гордо вышла из экипажа.

— Даже не скажешь, что двадцать минут назад ты умирала, — шепнул Совитар, с восхищением глядя на Вистеллию.

— Не хочу, чтобы Рангор увидел меня сломленной, — пояснила она.

— Старик тебя больше не потревожит, — заверил Вистеллию мнимый Совитар. — Тебя никто больше не потревожит.

Вистеллия встретилась взглядом с Совитаром.

— Ты слишком дорого стоишь, — пояснил он. — В сложившихся обстоятельствах я могу доверять только тебе.

— Я полностью в твоём распоряжении, — заверила его Вистеллия.

Поднявшись на этаж, где располагались комнаты Совитара, Вистеллия к своему великому удовольствия увидела старика Рангора, который медленно брёл по коридору. Рангор тоже заметил Алойза Совитара и Вистеллию, поэтому почтительно склонился:

— Рад видеть Вас, господин Совитар, в добром здравии, а ведьму вы зря спасли.

— С этой минуты, Рангор, тебе запрещено входить в комнату Стеллы Дюбон, — отчеканил принц, проходя мимо старика.

— Как вы не понимаете, господин Совитар, что эта злодейка околдовала вас, — горестно вздохнул старый слуга и, шаркая, продолжил свой путь.

Втстеллию он мало заботил, потому что у входа в свою комнату она увидела Чеса с волкодавом Щуром.

— Не думала, что буду рада охране, — улыбнулась она.

Чес почтительно отдал честь Совитару и кивнул Вистеллии, открывая перед ней дверь комнаты, а Щур, как обычно, оскалил зубы, но не зарычал.

— Отдыхай. Скоро принесу мазь и, пожалуй, пришлю служанку, — осмотрев комнату, на прощание сказал принц в образе начальника королевской охраны.

Вистеллия благодарно кивнула, присаживаясь на кровать.

Глава 23

В последний раз

Оставшись одна, Вистеллия легла на кровать и осмотрелась. За время, что она провела в Кариноре, в комнате что-то изменилось. Втстеллия напряглась, прислушалась к своим ощущениям. Она не чувствовала себя в безопасности.

Встав, Вистеллия медленно обошла комнату. Проходя возле окна, она почувствовала покалывание в сердце. Остановилась. Ничего необычного. Обычное окно. Стелла отодвинула плотную штору и удивилась: в самом углу подоконника стоял маленький вазон с белой пеларгонией на подоконнике…Раньше его не было. Кто же принёс растение? Может Тимес? Вистеллия задумчиво рассматривала пеларгонию, когда в дверь постучали, и на пороге появилась маленькая юркая девушка-служанка. Эту девушку Стелла уже видела раньше. Она иногда помогала Рангору с уборкой.

— Господин Совитар прислал меня приготовить Вам ванну. Моё имя Гирна.

— Ванна будет как нельзя кстати, Гирна, — кивнула Стелла, присаживаясь в кресло.

— Отдыхайте. Я быстро всё приготовлю, — служанка отправилась в ванную комнату.

Вистеллия закрыла глаза. Служанка суетилась, готовя ванную. Она несколько раз подходила к Вистеллии, уточняя, какие ароматические масла добавить в воду. Вистеллия, не открывая глаз отвечала.

Наконец служанка оставила её в покое.

Вистеллия попыталась расслабиться, но мысль о внезапно появившемся цветке не отпускал её. Если это подарок Тимиуса, то почему он был спрятан за шторой? Чем больше Стелла думала о цветке, тем большее беспокойство нарастало в душе.

— Ваша ванна готова, мадам, — услышала Стелла голос служанки.

Прежде, чем пойти в ванную, Вистеллия снова подошла к окну и заглянула за портьеру. Пеларгонии не было.

— Где цветок? — строго спросила она служанку.

— Какой цветок? — побледнев, прошептала она.

— Который стоял здесь.

— Я перенесла его в ванную.

— Зачем?

— Там больше света.

Стелла развернулась, пересекла комнату, открыла дверь, намереваясь выйти, но незнакомый пожилой охранник преградил ей дорогу:

— Вы не можете покинуть покои!

— Почему? — возмутилась Стелла.

— Приказ господина Совитара.

Стелла повернула голову и поняла, что помимо незнакомого стражника её охраняет прежний молодой солдат с волкодавом и ещё два стражника, вооружённые мечами.

— Мне нужно срочно переговорить с Алойзом Совитаром! — повысила голос Стелла.

— Вернитесь в комнату. Я доложу о вашей просьбе господину начальнику королевской стражи.

— Я сама о себе доложу! Немедленно пропустите меня! — злилась Вистеллия.

Стражники с мечами приблизились и стали по обе стороны от своего напарника, показывая, что ни при каких обстоятельствах не позволят пленник покинуть её комнату.

— Стелла! — коридор огласил грозный крик Совитара. — Что происходит?

Стражники отступили.

— Я хочу это же спросить у тебя! — раздражённая Вистеллия, гневно сверкая глазами и размахивая руками, направилась к Алойзу Совитару. — Зачем столько стражи у двери моей комнаты? Почему мне не дают выйти?

Мнимый Совитар схватил Вистеллию под локоть и потащил за собой.

— На пять минут нельзя одну оставить, — ворчал он, запихивая Вистеллию в дверь библиотеки. — Охрана для твоей безопасности!

— Я не думаю, что в комнате безопасно! — заявила Вистеллия и начала рассказ о странном цветке, а также неменее странном поведении служанки.

Тимес, не дослушав, рванул прочь из библиотеки. Вистеллия вышла вслед за ним.

— Служанка Гирна не покидала комнату? — спросил принц пожилого охранника.

— Она вышла буквально минуту назад, — доложил тот.

— Было у неё что-то в руках? — вмешалась Вистеллия.

— Маленький вазон с белым цветком, — чётко отрапортовал охранник.

— Найди её! Всё переверни, но приведи её ко мне! — взревел принц в образе Совитара.

Охранник поманил пальцем одного из коллег, и они вдвоём бегом побежали по коридору.

Тимес вошёл в комнату Вистеллии.

— Я не чувствую никакой опасности или магии здесь, — обходя комнату, заявил он.

— Да, — согласилась Вистеллия. — Сейчас всё нормально.

— Вот мазь, которая залечит раны, — принц протянул Стелле маленькую баночку. — Я разберусь со служанкой, решу неотложные вопросы и зайду к тебе вечером.

— Ты встретишься с королём Вернусом? — волновалась Вистеллия.

— Я попросил об аудиенции, но пока король не пожелал меня принять, — нахмурился Тимес.

— Он ведь знает, что ты вернул меня из Каринора во дворец? — дрогнувшим от страха голосом, спросила Вистеллия.

— Такие новости докладывают очень быстро, — принц ободряюще улыбнулся Вистеллии. — Всё будет хорошо! Доверься мне.

Вистеллия согласно кивнула, и Тимес спешно ушёл.

Когда дверь за принцем Тимесом закрылась, Вистеллия ещё раз обошла комнату, заглянула в ванную. Опасность больше не чувствовалась.

Стелла понежилась в ванной, потом долго втирала мазь в своё тело, с удивлением наблюдая, как порезы от кандалов и плетей исчезают прямо на глазах.

В дверь постучали: охранник принёс ужин.

Покончив с ужином, Стелла уселась в кресло и стала ждать своего принца. Тимиус ей нравился. Решительный, волевой, красивый, но больше всего Висстелию восхищали его магические способности.

— Нет худа без добра, — рассуждал она. — если бы не этот заговор, Тимес никогда бы не заметил меня.

Дверь отворилась и принц в образе Совитара вошёл в комнату, плотно закрыв за собой дверь.

— Как поживает моя служанка Гирна? — осведомилась Вистеллия.

— Она мертва. Охранники нашли её час назад повешенной в северной башне дворца, — коротко ответил Тимес, сбрасывая с себя иллюзию.

Вистеллия встала, подошла к нему и всмотрелась в серые глаза принца.

— Ты расстроен, — констатировал она.

— Кто бы ни был мой враг, он очень умён и изобретателен, — развёл руками принц.

— И он готов убивать, — добавила Вистеллия.

— Да. Даже не представляю, кто это, — задумчиво произнёс Тимес.

— Ты разгадаешь этот ребус, — заверила его Вистеллия.

— Конечно, если ты мне поможешь, — Тимес улыбнулся.

— Я от всего сердца хочу помочь, но не знаю как, — вздохнула Вистеллия, подумав, что совсем недавно произнесла эту фразу на крыше Каринора, обращаясь к духу королевы Аниньи.

— Для начала нужно открыться королю и допросить Рангора, — планировал Тимес. — После будет ясно, как действовать дальше.

— Вероятно, я вижу Алойза Совитара в последний раз? — озорно улыбнулась Вистеллия. — Когда не станет начальника королевской стражи, я буду по нему скучать.

— Начинаю думать, что ты питаешь чувства к моей иллюзии, — пробормотал Тимес.

— А я думаю, что тебе так нравится Стелла Дюбон, что ты не хочешь видеть моё настоящее лицо! — дерзко произнесла Вистеллия.

— Очень хочу! — запротестовал принц.

— Тогда, — Стелла подняла руку, собираясь разрушить иллюзию.

— Позволь мне это сделать, — остановил её Тимес.

Он медленно провёл рукой перед лицом Вистеллии, разрушая её чары и с восторгом наблюдал, как перед ним возникает образ юной красавицы Вистеллии Вискотти.

— Ты в тысячу раз лучше своего изображения на портрете, — прошептал он.

— Правда?

— Истинная правда! — прошептал принц. — Ты даже прекраснее, чем я себе представлял.

— Значит ты не просил меня снять иллюзию раньше, потому что боялся разочароваться? — сердито нахмурила брови Вистеллия.

— Должен признать, что в твоих словах есть доля правды, — смутился Тимес. — Я боялся испытать разочарование, потому что уже однажды такой конфуз со мной произошёл. В тот день, когда произошло покушение на моего отца, он должен был объявить о моей помолвке с дочкой графа Тевара Эдвера.

— С Анви? — Вистеллия широко раскрыла глаза. — Говорят на первая красавица во всём Джукоре!

— Я был наслышан о красоте юной Анви Эдвера. Кроме того её род такой же древний, как мой. Это идеальный во всех отношениях брачный союз. За месяц до того злополучного деня, закончившегося смертью Алойза Совитара, я и он нанесли визит графу Тевару Эдвера. Следует сказать, что до этого я не имел чести лицезреть красавицу Эдвера, но был уверен, что мы поладим.

— Она не понравилась тебе? — удивилась Вистеллия.

— Я был разочарован. Её красота показалась мне блёклой, беседа вглняла в скуку. Выйдя из дома графа Тевара Эдверы я констатировал, что буду просто терпеть будущую жену, потому что мой брак с ней выгоден для Джукора.

— Ты, Тимес, был окружён красавицами, поэтому и не оценил Анви, — предположила Вистеллия.

— Дело не в этом! — запротестовал принц. — Я понимаю, что юная Эдвера необычайно хороша, но красота внешняя в моём понимании должна сочетаться с внутренней красотой. Именно это я вижу в тебе, Виви! Ты необычайно красива. Намного красивее, чем образ, который я себе представлял, глядя на сутулую Стеллу Дюбон.

— Это ты ещё меня не видел в фамильных бриллиантами, — кокетничала Вистеллия.

— У меня будет время увидеть тебя в них, когда мы вычислил нашего врага, — пообещал принц.

— Может, пока мы не нашли этого врага, нам лучше не снимать с себя иллюзии? — слегка прикусив нижнюю губу, невинно спросила Вистеллия.

— Ну уж нет, Виви. Теперь я желаю видеть твоё лицо каждый день, — принц наклонился и, сжав Стеллу в объятиях, страстно поцеловал.

— Ты довольна действием мази? — спросил он, поглаживая Стеллу по плечу.

— Да. Мазь необыкновенная. Я хочу знать её состав.

— Всему своё время, Виви. Сперва тебе следует углубить знания в противоядиях, — тоном строгого наставника произнёс Тимес.

Вистеллия недовольно сморщила носик. Заметив это, принц пообещал:

— Я обучу тебя всем магическим трюкам, которые знаю сам.

— Очень хочу знать: как ты меняешь цвет глаз, делая иллюзию, — оживилась Вистеллия.

Тимус засмеялся:

— Это очень легко. Я научу тебя, но только после противоядий.

— Дались тебе эти противоядия!

— Ты не сильна в них, а значит легко уязвима, — пояснил Тимес.

Вистеллия обиженно надула губки:

— Когда ты злишься, то становишься ещё красивее, — Тимес разжал объятья и опустился в кресло. — Знаешь, во время поездки на границу Джукора я думал о тебе. Ты мне так и не рассказала, как стала ведьмой. Расскажи сейчас.

Вистеллия опустилась на ковёр перед креслом, в котором сидел Тимес и начала говорить:

— Тётушка Адара, сестра моего отца, передала мне перед смертью магический дар, но не обучила, как его использовать. Сперва мне магия была совершенно неинтересна, но всё изменилось, когда мне исполнилось пятнадцать. Я почувствовала в себе силу, осознала, что являюсь особенной, признала себя ведьмой.

— Ты уникальная, Виви, — задумчиво произнёс принц. — Другой такой просто не существует.

Вистеллия немного смутилась.

— Ты это говоришь всем ведьмам, которых встречаешь в жизни? — шутливо спросила она.

— Нет, только тем, которых спасаю из Каринора, — отшутился в ответ Тимес.

— Теперь твоя очередь, — Вистеллия испытывающе посмотрела на принца. — Почему король истребляет магию в Джукоре?

— Я не знаю, — Тимес немного помолчал, а потом сказал. — Отец не был раньше таким, как сейчас. Я помню, что он очень любил мать, а потом что-то случилось и они стали жить в разных частях замка, стараясь встречаться как можно реже.

— Тебя учила колдовству мама? — предположила Вистеллия.

— Да. Большую часть знаний я получил от неё.

— Софокл говорил, что никто не знает, как умерла королева, — вспомнила Вистеллия.

— Моя мать умерла год назад.

— Не понимаю, — Вистеллия нахмурилась. — Королева Элиана умерла пять лет назад.

— Пять лет назад отец заточил мою мать в Каринор.

— Почему⁈

— Я знаю ответ только со слов отца: она пыталась отравить его, — растягивая слова, проговорил Тимес.

— Зачем?

— Хотела, чтобы я стал королём, — пожал плечами принц.

— Тимес, ты и так станешь королём! — недоумевала Вистеллия.

— Мать считала, что отец плохой правитель.

— Это звучит странно.

Принц согласно кивнул головой:

— Мне так же показалось. Я был на нашей северной границе, когда всё случилось. Примчался в замок, как только получил сообщение отца о том, что он заточил королеву в Каринор, однако, когда я приехал в Мирею, мать уже кто-то увёз из тюрьмы в неизвестном направлении.

— Откуда же ты знаешь, что она умерла год назад? — допытывалась Вистеллия.

— Мама пробралась в замок в образе нищенки, изменив себя иллюзией, подкараулила отца, когда он вышел из кареты и кинулась к нему. Волкодав, натасканный на ведьм, среагировал мгновенно. Умирая, она произнесла странную фразу: «проклятье можно снять.»

— Какое проклятье? — не отставала Вистеллия, очень заинтересовавшаяся услышанным.

— Этого я не знаю, — признался принц.

Вистеллия задумчиво прикусила нижнюю губу:

— Всё странно, Тимес.

— Я был рядом с отцом, когда волкодав перегрыз маме горло, и до сих пор мне иногда снится громадный тёмно-серый пёс, который впивается в горло моей матери. Теперь ты понимаешь, какой ужас я испытал, узнав, что ты в Кариноре…

В дверь комнаты постучали. Прежде, чем Вистеллия подняла руку, чтобы набросить на себя иллюзию, Тимиус сделал взмах рукой, изменив свой облик и облик Стеллы.

— Как ты это делаешь⁈ — восхищённо прошептала Вистеллия.

— Моя мама была экстраординарной ведьмой, — улыбнулся Совитар и крикнул грозным голосом. — Войдите!

На пороге появился Чес:

— Господин Совитар, король требует Вас немедленно привести ведьму Стеллу Дюбон в тронный зал.

— Понятно, — Совитар взглядом приказал охраннику удалиться, а потом встал и помог встать Вистеллии.

— Королю, видимо, наконец-то доложили о том, что я тебя увёз из Каринора.

— Что ты намерен делать?

— Выход только один: раскрыть отцу правду.

— О том, что Рангор хотел убить тебя и его?

— И это тоже, — принц взял Вистеллию за руку. — Ничего не бойся.

— Рядом с тобой, Тимес, мне никогда не страшно, — улыбнулась Вистеллия.

— Тогда вперёд, — скомандовал принц Тимес, открывая дверь, чтобы по пустым коридорам королевского замка в последний раз прошли хмурый начальник королевской охраны Алойз Совитар и слегка сутулая Стелла Дюбон.

Глава 24

Казнить нельзя. Помиловать!

Казнить нельзя. Помиловать!

Войдя в тронный зал, Вистеллия слегка испугалась. Казалось, что все слуги замка собрались здесь. Среди множества незнакомых лиц она успела заметить Тауру Стродди, Отара Гордена, Чеса в компании волкодава Щура и, главное, Тора. Слуга Софокла Клодена стоял у двери. Выглядел он очень взволнованным.

— Совитар, подведи ведьму поближе ко мне, — крикнул король Вернус, величественно воседавший на троне.

Тимес в образе Совитара медленно двинулся вперёд, а Вистеллия последовала за ним.

— Ведьма Стелла Дюбон, как ты посмела вернуться во дворец? — властно произнёс король.

— Я привёз её сюда, потому что Стелла Дюбон не заслуживает смерти. Он не совершила ничего дурного! — громко произнёс мнимый начальник королевской охраны.

— Ошибаешься, Алойз, — король Вернус указал рукой на Вистеллию. — Эта ведьма пробралась в королевскую спальню с намерением отравить меня.

— Стелла Дюбон утверждает, что следовала за Рангором из моей библиотеки по тайному ходу, потому что видела, как Рангор украл у меня яд, — возразил Совитар.

— Ложь! — заорал Рангор, стоявший недалеко от трона.

Он выбежал из толпы слуг, упал на колени перед королём и запричитал:

— Ведьма лжёт! Я предан своему королю! Стелла Дюбон околдовала господина Совитара, поэтому он верит её словам.

— Встань, старый верный слуга, — махнул рукой король. — Я верю тебе, а не ведьме.

— Благодарю, Ваше Величество, — пробормотал, вставая, Рангор и торжествующе посмотрел на Вистеллию.

— Моё решение твёрдо, — король бросил грозный взгляд на Алойза Совитара. — Стелла Дюбон должна умереть.

— Мой король! — воскликнул Совитар. — Я настаиваю, что Стелла Дюбон невиновна в злодеянии, в котором ты её обвиняешь!

— Твоё мнение меня мало волнует! — раздражённо ответил король.

— Уверен, что это не так! — с этими словами Алойз Совитар провёл рукой перед своим лицом, и все в зале ахнули: начальник королевской стражи превратился в принца Тимеса.

— Сын! — воскликнул шокированный король, вставая с трона.

— Отец, я прошу тебя быть милостивым по отношению к Стелле Дюбон, потому что ты ненароком можешь лишить жизни наследницу знатного семейства. Семейства, которое всем сердцем предано тебе, — Тимес взмахнул рукой, убирая иллюзию с Вистеллии, и все присутствующие в зале снова ахнули, глядя, как сутулая Стелла Дюбон за несколько секунд превратилась в стройную молодую девушку.

— Позволь тебе представить, отец, Вистеллию из старинного рода Вискотти, — торжественно произнёс Тимес.

— Дочка графа Виттелия, сестра предателя, который сбежал из-под стражи в день казни! — грозно восклткнул король.

— Это не так, — покачал головой принц Тимес. — Тебя намеренно ввели в заблуждение. Викджен Вискотти предан тебе всем сердцем. Я подарил ему жизнь.

— Кто же тогда организовал покушение? — король прищурился и с интересом смотрел на сына. — Назови мне имя!

Тимес ничуть не смутился:

— Я пока не знаю имени, но точно могу сказать: это был тот, кто знал всё о перемещении Алойза Совитара, потому что убить хотели именно его!

— Вот как, — король тяжело опустился на трон.

— Именно так. Никакого заговора против тебя не было. Я намеренно занял место Совитара, чтобы провести расследование. Чем больше я разбирался в произошедшем, тем больше понимал, что кто-то заставлял нас думать, что убить хотят тебя, но на самом деле этот человек убивал людей вокруг тебя.

— Зачем убивать людей вокруг меня? — устало спросил король Вернус.

— Я узнаю ответ на этот вопрос, когда доберусь до злодея. Он ответит за всё, что натворил, — пообещал отцу Тимес.

— Ответит за всё…Ты ничего не знаешь, мой бедный мальчик, — пробормотал король.

— Я знаю имя пособника злодея. Этот человек пытался отравить меня, поняв, что я не Алойз Совитар, — принц указал рукой на Рангора, стоявшего недалеко от трона.

— Клянусь: я предан королю! — выкрикнул взволнованно Рангор.

Король сделал знак рукой охраннику, стоявшему у трона, и он метнул маленький кортик прямо в сердце старика.

Рангор умер мгновенно. На лице его застыло удивлённое выражение.

— Зачем ты убил его, отец? — удивился Тимес.

— Собаке собачья смерть, — король встал. — В честь того, что мой сын жив, я дарую жизнь Вистеллии Вискотти, милую её брата и приказываю сегодня выкатить на улицы Миреи двадцать бочек вина, а во дворце будет праздничный пир!

Слуги одобрительно загудели.

Король обвёл взглядом тронный зал и повелел:

— Сейчас расходитесь. Тимес, останься. Нам нужно поговорить.

— Иди назад в покои Совитара. Жди меня там в библиотеке, — шепнул принц Вистеллии перед тем, как уединиться с отцом.

Вистеллия, уходя из тронного зала, в покои Совитара подошла к стоявшему у двери Тору.

— Спасибо тебе!

— Рад, что смог быть полезным, — широко улыбнулся слуга Софокла Клодена.

— Передай дядюшке хорошие новости, а он пусть сообщит моей семье, что Викджен вне опасности, — попросила парнишку Вистеллия.

— Всё сделаю! — заверил её Тор.

Довольная Вистеллия в сопровождении Чеса и Шура проследовала в библиотеку Совитара.

— Леди Вистеллия, позвольте высказать Вам своё восхищение, — прошептал по пути в покои Совитара Чес.

— Мне повезло, что Щур не загрыз в нашу первую встречу, — шутливо ответила Вистеллия.

В библиотеке она довольно долго томилась в ожидании Тимеса.

Когда принц вошёл в библиотеку, Вистеллия сразу заметила, что он печален.

— Как всё прошло? — осторожно спросила Вистеллия.

— Отец тяжело болен, — тихо сказал Тимес. — Я был слепцом, не замечая этого.

— Нужно позвать лучших докторов, — подсказала Вистеллия.

— Мы так и сделаем, Виви, — Тимес прошёлся по библиотеке взад-вперёд, потом остановился перед Вистеллией, с грустью посмотрел ей в глаза. — Тебе нужно сегодня же вернуться домой.

— Как скажешь.

— Всё обвинения с твоего брата будут официально сняты сегодня же, — продолжил принц.

— Мы ещё увидимся? — с надеждой спросила Вистеллия.

— Вся семья Вискотти будет приглашена на мою коронацию.

— И это всё? — не сдержала разочарования Вистеллия.

— Я будущий король, Вистеллия, — с безразличием в голосе произнёс Тимес. — Мой долг служить Джукору.

— Понимаю, — кивнула Вистеллия.

— Я никогда не забуду время, проведённое рядом с тобой, — Тимес протянул вперёд руку, желая коснуться Вистеллии, но тут же одёрнул себя. — На этом всё. Желаю Вам, леди Вистеллия, счастья. Вы свободны. Мой экипаж к Вашим услугам.

— В экипаже нет необходимости, — Вистеллия вышла из библиотеки и больно прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать слёзы.

Она прошла мимо Чеса и Щура, шепнув:

— Прощайте.

— Леди Вистеллия, Вы вернётесь? — взволнованно крикнул ей вслед Чес.

— Боюсь, что нет, — ответила ему Вистеллия.

Она беспрепятственно покинула замок, а оказавшись за его пределами растерянно осмотрелась, раздумывая, что делать. Самым оптимальным ей показалось пойти в ночлежку «Золотая подкова,» о комнате в котором когда-то говорил ей Софокл Клоден, взять там деньги и вернуться домой.

Вистеллия побрела по улицам. Она как раз пересекла Чёрную площадь, когда её окликнул знакомый голос.

— Леди Вистеллия! Что Вы здесь делаете?

— Тор, — облегчённо выдохнула Вистеллия и спросила. — Дядюшка Софокл в Мирее?

— Да. Недалеко отсюда.

— Проводи меня к нему.

Тор указал рукой направо:

— Следуйте за мной!

Софокла Клодена Вистеллия увидела издалека. Он стоял возле красивого каменного дома и задумчиво смотрел перед собой, незамечая ничего вокруг.

— Дядюшка! — позвала его Вистеллия.

— Моя дорогая Виви, как же я рад тебя видеть живой! — Софокл шагнул в сторону Вистеллии и повторил вопрос своего слуги. — Что ты здесь делаешь?

— Мои дела в королевском замке закончены. Отвези меня домой, — попросила Вистеллия.

— Ты появилась вовремя. Я жду экипаж, чтобы отправиться к твоему отцу, — Софокл указал рукой на роскошный экипаж, заряжённый двумя молодыми лошадьми, который вывернул из-за угла. Граф тихо отдал распоряжение Тору оставаться в королевском замке, а потом обратился к Вистеллии:

— Ты не голодна? Может поужинаем сперва?

— Я не хочу есть, — отказалась Вистеллия и направилась к остановившемся у обочины дороги экипажу. — Давай побыстрее уедем отсюда.

Софокл помог Вистеллии сесть в экипаж, потом сам разместился напротив неё, и лошади тут же помчались по улицам Миреи, увозя Вистеллию всё дальше от королевского дворца и принца Тимеса.

— Всё хорошо? — уточнил Софокл.

Вистеллия утвердительно кивнула.

— Я волновался за тебя всё время, которое ты провела во дворце короля. Особенно пришлось понервничать во время твоего пребывания в Кариноре. От туда редко выходят живыми.

— Мне повезло, что твой слуга Тор весьма расторопный и смышлёный парень, — улыбнулась Вистеллия и поинтересовалась. — У меня дома всё хорошо?

— Да. Всё живы-здоровы. Викджен томится в горном поместье, где раньше жила твоя тётушка Адара. Теперь мы его вызволим из заточения.

— Отец будет рад, — констатировала Вистеллия.

— Почему ты грустная? — удивился Софокл. — Всё ведь вышло как нельзя лучше: Вик может вернуться домой. Или ты не рада увидеть родных?

— Рада конечно, — без эмоций произнесла Вистеллия.

— Что же тогда?

— Просто на сердце неспокойно. Словно я не закончила дела в Мирее.

— Это из-за нервов, дорогая Виви. Ты прошла через слишком тяжёлые испытания. Дома все волнения сразу пройдут, — заверил её Софокл Клоден.

— Очень на это надеюсь, — вымученно улыбнулась Вистеллия.

Глава 25

Вернулась!

Во двор замка графа Вителлия Вискотти экипаж привёз Софокла и Вистеллию ранним утром.

Вистеллия вышла из экипажа и осмотрелась: вокруг всё было родным и знакомым.

— Я так рада снова быть дома, — призналась она Софоклу Клодену. — Только боюсь, что обо мне не слишком говорят в городе.

— Всё плохое позади, моя славная Виви, — подбодрил её граф Клоден. — Конечно, твою репутацию больше нельзя назвать кристально чистой после столь долгого отсутствия дома, но деньги Вителлия исправят положение.

В этот момент парадная дверь распахнулась и из неё торопливо вышел сам граф Вителлий Вискотти в халате и тапочках.

— Дочка! — закричал он. — Вернулась!

— Не просто вернулась, а вернулась с хорошими новостями, — громко объявил Софокл. — Викджен помилован и может вернуться домой.

— Виви, моя славная Вистеллия, — обычно сдержанный в эмоциях Виттеллий подскочил к старшей дочке и сжал её в объятиях. — Ты спасла нас всех! Я просто не верю своим ушам. Викджен помилован. Мой мальчик может вернуться домой. Я сейчас же пошлю к нему гонца с радостной вестью.

Виттеллий начал оглядываться в поисках кого-нибудь из слуг, а из замка с радостным визгом вылетели Амелия и Оливия. Они одновременно обняли Вистеллию.

— Девочки, не задушить Виви! — засмеялся Софокл.

— Где она? Где моя дочь! — на пороге появилась леди Самира.

— Мама! — Вистеллия выпуталась из объятий сестёр и бросилась к матери.

— Дорогая, как я рада, что ты вернулась! — графиня Самира обняла дочку.

Виттеллий в это время отдавал молодому слуге приказ скакать в горное имение и передать Викджену требование отца немедленно вернуться домой.

— Вечером будет праздничный ужин в честь возвращения моей старшей дочери, — сообщил Вителлий столпившимся на крыльце слугам. — А сейчас я хочу видеть на столе завтрак.

— И приготовьте ванну для леди Вистеллии, — добавил Софокл Клоден.

Слуги засуетились, сёстры утащили Вистеллию в дом, Вителлий позвал Софокла в библиотеку, чтобы наедине поговорить о делах.

Весь день в замке графа Вителлия Вискотти царила суета: все готовились к праздничному ужину. Были посланы приглашения всем знатным семьям Крастоса, приехал Викджен, Втстеллию заставили надеть её лучшее платье. Даже Софокл Клоден решил отложить свой отъезд в Мирею, чтобы отпраздновать с семейством Вискотти конец всех неприятностей.

Ужин вышел отменным. Все были веселы, и только Вистеллия выглядела слегка рассеянной и немного печальной. Она только в общих чертах рассказала родным, что освободить Викджена смогла с помощью принца Тимеса, который вовсе не умер во время покушения на короля Вернуса. О том, что ей довелось быть узницей королевской тюрьмы и Каринора, Вистеллия умолчала, не желая волновать родных. Софокл Клоден, которому она по дороге домой рассказала всё без утайки о своей жизни в королевском дворце, согласился с племянницей.

— Есть вещи, которые лучше не предавать огласке, — разумно заметил он. — Принц жив, Викджен жив, ты — дома. На этом поставим точку и забудем эту жуткую историю.

— Ах, дядюшка, — вздохнула Вистеллия. — Если бы это было так легко сделать!

Тогда Софокл ничего не сказал, а, уезжая из замка Вискотти, он при прощании шепнул Вистеллии:

— Я догадываюсь, дорогая Виви, почему ты так печальна, и хочу тебе напомнить, что принц Тимес — будущий король. Его жизнь принадлежит Джукору.

— Ну и пусть служит, — фыркнула Вистелля.

— Очень советую тебе перестать хандрить. Может быть тебе пойдёт на пользу пожить немного в горах на едине с природой? — предположил граф Софокл.

— Это прекрасная идея, дядюшка, — согласилась Вистеллия. — Викджен говорил, что дом моей тётушки Адары в горах прочный и тёплый, а рядом живут монахи-отшельники в маленькой церкви.

— Я сейчас похлопочу, чтобы сестра и Вителлий не мешали твоему желанию уединиться, — подмигнул Софокл Клоден плеияннице.

Граф Вискотти совершенно не обрадовался желанию старшей дочери уехать в горы и жить там затворницей.

— К чему это бегство? Ворчал он. Мы не сделали ничего плохого. Король понимает, что имя Вискотти было незаслуженно опорочено. Мы должны наоборот больше мелькать в свете.

— Я устала, папа. Не хочу нигде мелькать, — пояснила своё желание Вистеллия.

Виттеллий согласно закивал головой;

— Понимаю, моя драгоценная. Тебе было тяжело. Возможно, ты злишься на меня за то, что твоя репутация испорчена…

— Я не злюсь, папа. Моя репутация меня не сильно заботит, — тяжело вздохнула Вистеллия. — Просто позволь мне немного побыть одной, разобраться в себе.

Однако Вителлий не торопился дать согласие на отъезд старшей дочери в горы, хотя признавал, что пожить в тишине может быть полезно для Вистеллии, пока он не уладит некоторые дела относительно её будущего.

Графиня Самира встала на сторону Вистеллии и требовала от мужа разрешения на отдых в горах для старшей дочки:

— Виви столько сделала для семьи, что ты обязан выполнять любое её желание.

Оливия и Амелия в один голос возражали матери:

— Это плохое желание! Виви вернулась такая печальная. Её нужно развлекать: возить на балы, посещать званные обеды и ужины.

Сестёр поддерживал Викджен:

— В горах тоска! Каждый день одно и тоже. Не нужно Виви туда ехать.

Вистеллия продолжала настаивать на своём, покорно принимая все старания семьи её развлечь: каждый день составляла компанию Викджену во время конной прогулки, ходила с графиней Самирой в дорогие лавки, чтобы выбрать самую лучшую ткань для новых платьев, вечерами читала книги с сёстрами в библиотеке. Делая всё это, Виви постоянно думала о принце Тимесе. Эти мысли не давали ей покоя. Именно они заставляли Вистеллию желать уединения в горах. День за днём она настойчиво требовала от отца позволения уехать в горное поместье, и добилась своего после того, как в замок Вискотти прискакал посыльный от короля Вернуса с письмом, в котором говорилось, что Викджен назначен помощником королевского казначея. Вик спешно покинул дом, а граф Виттеллий на радостях одобрил отъезд Виви в горы.

Когда начали собирать вещи Вистеллии, графиня Самира решила купить дочке новую дорожную сумку и отправилась в сопровождении служанки в лучшую лавку, торговавшую сумками.

Вернулась графиня Вискотти домой точно к ужину, когда граф и все юные графини уже сидели за столом в столовой.

— Я такую хорошую новость услышала, выбирая дорожную сумку для Вистеллии, — сказала она, занимая своё место за столом напротив мужа. — Принц Тимес скоро объявит о помолвке с красавицей Авни Эдверой.

— Видимо после свадьбы король передаст трон сыну, — предположил Виттеллий. — Пора уже передать власть. Король последнее время много чудаковатых законов придумывает.

— Хороший выбор сделал принц. Берёт в жёны девушку себе под стать: из древнего знатного рода, — продолжила разговор леди Самира.

— Будет королевская свадьба! — радостно захлопала в ладоши Оливия. — Папа, нас пригласят на свадьбу принца Тимеса?

— Абсолютно уверен, что мы получим приглашение на официальную церемонию, — рассуждал Виттеллий. — Наш Викджен трудится в королевском дворце, Вистеллия удостоилась чести познакомиться с самим принцем Тимесом. Возможно, нас даже пригласят на праздничный ужин и бал по случаю свадьбы.

— Это было бы великолепно! — графиня Самира мечтательно прикрыла глаза. — Такой шанс для наших девочек показать себя!

— Виви, а ты часто встречала принца Тимеса во дворце? — спросила у сестры Амелия.

— Иногда, — коротко ответила Вистеллия.

— Он правда хорош собой? — поинтересовалась Оливия.

— Правда, — кивнула Вистеллия и с тоской думала. — Значит он женится.

— Расскажи о нём, — попросила Амелия.

— Принц Тимес умный, очень уверенный в себе, здравомыслящий, решительный, надёжный, — перечисляла Вистеллия.

— Говорят, что он воскрес из мёртвых, — выпучив глаза, таинственно произнесла Оливия.

— Это чушь, — Вистеллия встала из-за стола. — Я не буду ужинать. Голова болит. Пойду прилягу.

— Пожалуй горный воздух — это действительно то, что нужно Виви, — задумчиво произнёс Виттеллий, когда его старшая дочь покинула столовую.

— Ей нужно побыть одной и привести мысли и чувства в порядок, дорогой, — сказала мужу графиня Самира.

— Виви очень изменилась после своего пребывания в королевском дворце, — поделилась своим мнением Оливия.

— Мне кажется, она не всё нам рассказала, — высказала своё наблюдение Амелия.

— Виви расскажет нам больше, если захочет. Давайте не будем на неё давить, а просто поддержим, — предложила леди Самира, и все с ней согласились.

Глава 26

Монастырь в горах

Следующим утром Вистеллию провожали в горное поместье.

— Пообещай, что останешься в горах только до зимы, — напрощание попросил Виттеллий.

— Почему? — удивилась Вителлия.

— Я собираюсь устроить твою судьбу и мне необходимо твоё присутствие здесь, дома, — обтекаемо пояснил он.

— Хочешь выдать меня замуж, — догадалась Вистеллия.

— Ты возражаешь? — занервничал граф.

— Мне всё равно, — пожала плечами Вистеллия, показывая своё безразличие.

— Вот и ладненько, — обрадовался Вителлий.

Он снарядил Вистеллию всем необходимым для жизни в горах, выделил ей тех же слуг, которые находились в горном поместье с Викдженом: кухарку, служанку и их мужей.

Получив от Вистеллии повторное подтверждение, что она не возражает против брака, отец позволил ей уехать.

Графиня Самира крепко обняла Виви при прощании:

— Наслаждайся природой, дорогая.

Оливия и Амелия, провожая сестру, просили её поскорее вернуться домой.

Вистеллия заверила сестёр, что не задержится долго в горах, но сама была несказанно рада покинуть отчий дом. Ей хотелось тишины и покоя, чтобы залечить разбитое Тимесом сердце.

Холодный горный воздух напомнил Вистеллии, что уже осень. В долине её дыхание ещё не ощущалось, а здесь, в горах, она уже царила во всю.

Первые две недели Вистеллия не выходила из дома. Она бродила из комнаты в комнату, вспоминая, как много лет назад уже была в этом доме, когда умирающая ведьма передала ей силу.

Вистеллия отмечала, что в доме за все годы, прошедшие после смерти хозяйки ничего не изменилось. Та же мебель, те же картины на стенах, книги на книжных полках.

Атмосфера какой-то торжественной тоски царила в доме. Эта атмосфера была очень созвучна с состоянием души, которое испытывала Вистеллия. Может поэтому уже на вторую ночь Вистеллия начала видеть странные сны. В этих снах всегда присутствовала королева Анинья в окровавленном, разорванном платье.

— Это решит все проблемы! — уверяла ласковым голосом Анинья. — У тебя есть всё, чтобы помочь Каринору.

Как нужно помогать замку и какие такие проблемы эта помощь решит, королева Анинья не объясняла в снах. Вистеллия решила, что сны — это последствия её пребывания в Кариноре, и старалась не обращать на них внимания.

На третьей неделе заточение в доме начало тяготить Вистеллию, и она решила прогуляться.

— Сходите, взбодритесь, — поддержала её служанка. — Сколько можно сидеть в четырёх стенах. Ваш брат, когда жил здесь, каждый день ходил на прогулку до старого монастыря и обратно.

— Здесь есть монастырь? — удивилась Вистеллия.

— Есть. Идите вдоль ручья в сторону дороги, потом по дороге и вскоре увидите его.

Вистеллия решила, что обязана посмотреть на монастырь и направилась к ручью, протекавшему сразу позади дома.

— Только не пугайтесь, когда увидите монахов. Они безобидные, — напутствовала хозяйку служанка.

— Точно: Викджен рассказывал, что здесь живут монахи, — вспомнила Вистеллия. — Их много?

— Два. Старик и его ученик, — рассказывала служанка. — Они, видимо, раньше жили в этом доме, потому что замок на входной двери был сбит, когда мы приехали сюда, а в печке лежали дрова.

— Викджен с монахами общался?

— Нет, молодой хозяин говорил, что они только в самом начале спросили его о короле Вернусе и принце Тимесе, а потом избегали общения.

Рассказ о монахах заинтересовал Вистеллию даже больше, чем информация о монастыре, и она направилась к ручью.

Путь вдоль ручья был каменистым, поэтому, выйдя на дорогу, Вистеллия почувствовала себя уставшей. Она осмотрелась, заметила вдалеке справа каменное сооружение и пошла к нему.

Вблизи монастырь выглядел ещё хуже, чем издали. Крыша его в нескольких местах была разрушена, окна заколочены досками.

— Как здесь можно жить? — удивилась Вистеллия.

Она подошла к двери и остановилась.

— Нечасто встретишь в наших местах путника, а тем более даму, — послышался голос позади неё.

Вистеллия обернулась. Возле угла монастыря стоял старик в длинном сером балахоне, подпоясанном верёвкой.

— Моё имя Вистеллия Вискотти. Я живу здесь недалеко.

— Новая Вискотти. Что стало с молодым Вискотти, который жил здесь до тебя.

— Мой брат Викджен вернулся домой и уже уехал в Мирею, чтобы служить в казначействе короля Вернуса.

— Король жив?

— Да, — крикнула Вистеллия, думая, что старик глуховат.

— А принц Тимес? Это правда, что он мёртв? — старик подошёл поближе к Вистеллии и внимательно её рассматривал.

— С Тимесом всё хорошо. Принц жив! — громко сказала Вистеллия.

— Илай! — позвал старик.

— Да, мастер, — из-за угла вышел высокий мужчина лет сорока.

— Вот эта юная ведьма Вискотти говорит, что принц жив, — старик указал рукой на Вистеллию. Стало быть не всё потеряно. Проклятье всё ещё можно снять.

— Хвала небесам, мастер, — согласно кивнул Илай. — Теперь пойдёмте внутрь. Здесь прохладно.

— Погоди, — отмахнулся старик и обратился к Вистеллии. — Может мирады вернулись в Мирею?

— Нет, — честно ответила Вистеллия.

— Жаль, — вздохнул старик. — Другая ведьма Вискотти пророчила, стоя вот прямо на том же месте, где ты сейчас стоишь, что счастье вернётся в королевский дворец, когда туда вернутся мирады.

— Какая другая ведьма и какое такое проклятье Вы упомянули? — громко спросила Вистеллия, но старик не ответил. Он медленно прошагал назад к углу монастыря и скрылся за ним.

— Не нужно кричать. Мастер прекрасно слышит, — с усмешкой сказал Илай, прежде чем последовал за стариком.

— Какие-то они странные. Совсем не похожи на монахов, — решила Вистеллия и поспешила домой.

Дома она нет-нет да и вспоминала мастера. Вистеллии не довала покоя мысль: как старик понял, что я ведьма, а так же её снедало любопытство по поводу проклятья, поэтому на следующий день она снова отправилась к монастырю, прихватив с собой корзинку, наполненную едой.

Мастера она увидела издалека: он стоял на большом камне перед входной дверью в монастырь.

— Добрый день! — подойдя, поприветствовала старика Вистеллия.

— И тебе желаю добра, ведьма Вискотти, — важно сказал старик.

— Я принесла немного продуктов, — Вистеллия указала на корзинку.

— Благодарю, — старик присел на камень.

— Как Вы поняли, что я ведьма? — присев рядом с ним, спросила Вистеллия.

— Чувствую твою силу, — старик повернул голову, посмотрел на Вистеллию и задумчиво произнёс. — Сила есть, а вот знаний не хватает. Ведьмы, которые приходили сюда до тебя, знали и умели намного больше.

— Вы можете меня научить? — осторожно спросила Вистеллия.

— Я — нет. Слишком стар, а мой ученик Илай может.

— Вы разрешите ему меня учить?

— Он готов стать мастером, — утвердительно кивнул старик.

— Когда можно начать обучение? — загорелась Вистеллия.

— Не торопись ведьма Вискотти, — остудил её запал старик. — Сперва тебе нужно начать читать летопись Джукора.

— Летопись Джукора? — переспросила Вистеллия.

— Её самую, — утвердительно кивнул старик. — Монахи, жившие в этом монастыре, называли себя хранителями силы. Они вели записи, в которых рассказывали о всём, что происходило в Джукоре.

— Сейчас записи не ведутся?

— Ведутся, хотя монахов хранителей больше нет.

— Что с ними стало?

— Почти всех монахов убил король Аспер, когда начал борьбу с колдовством.

— Аспер тоже пытался истребить колдовство, как это делает наш король? — изумилась Вистеллия.

— С некоторых пор все короли Джукора начинают вести борьбу с колдовством под конец своего правления. Одни делают это тихо, другие громко, но итог всегда один: короли уходят, а магическая сила продолжает жить в их детях. Так было и, поверь мне, ведьма Вискотти, так будет.

— Вы потомок монахов хранителей?

— И да и нет. Когда солдаты короля Аспера пришли, чтобы разрушить монастырь, монахи хранители уже знали, что их ждёт смерть. Они тянули жребий, чтобы решить, кто останется жить, дабы сохранить летопись и передать знания. Выбранный волей случая монах был замурован вместе с летописью в подвале. Ему оставили еды и лопату. Там он сидел всё время, пока солдаты разрушали стены, убранство монастыря и убивали его братьев. Когда всё стихло, монах начал рыть подкоп. Через этот подкоп он выбрался из своего заточения, чтобы навсегда покинуть разрушенный монастырь и найти себе ученика, который бы стал следующим хранителем летописи. С тех пор так и повелось: мастер находит ученика, который получает знания и становится хранителем летописи Джукора, продолжая писать её.

— Сейчас Вы хранитель, — догадалась Вистеллия.

— Всё так.

— Летопись здесь, в монастыре?

Старик кивнул, а потом крикнул:

— Илай!

— Да, мастер, — из-за двери вышел ученик старика.

— Принеси летопись Джукора. Ведьма Вискотти желает прочесть её.

— Может не стоит давать ей летопись. Предыдущая ведьма, которой Вы дали прочесть книгу, умерла вскоре после этого, — высказал сомнение Илай.

— Я принял решение! Принеси летопись Джукора, — повелел старик.

Вистеллия видела, что Илай не согласен с решением мастера, но ослушаться ученик не посмел и скрылся за воротами монастыря.

— Вы давно живёте в монастыре?

— Тринадцать лет.

— Почему пришли сюда?

— Мне приснился сон, в котором очень сильная ведьма велела вернуться в монастырь. Я решил, что должен исполнить её волю.

— Монастырь разрушен и не приспособлен для жизни. Я приглашаю Вас, мастер, и Илая в свой дом.

— Спасибо, но никуда из монастыря ни я, ни мой ученик не уйдём.

— Но вы ведь жили раньше в моём доме.

— Ошибаешься. Мы никогда не жили в твоём доме. Когда я и Илай пришли в монастырь, в твоём доме жила другая ведьма. Старая, мудрая ведьма Вискотти.

— Моя тётушка Адара.

— Потом она умерла и дом пустовал, а пять лет назад её место заняла другая ведьма.

— Другая ведьма? Это невозможно! — возразила Вистеллия. — Дом стоял пустым все годы после смерти моей тётушки, пока сюда не приехал Викджен.

— Это не так, — старик улыбнулся, словно вспомнил что-то приятное.

— Как звали ту ведьму, что поселилась здесь пять лет назад? — спросила Вистеллия.

— Её имя Элиана.

— Королева Элиана! — ахнула Вистеллия.

— Очень сильная была ведьма. Её привёз сюда высокий военный с белыми волосами.

— Алойз Совитар, — догадалась Вистеллия.

— Ведьма Элиана сперва не замечала меня и Илая. Она не покидала дома. Военный с белыми волосами навещал её раз в несколько месяцев: привозил еду и дрова. Только через три года Элиана впервые пришла к монастырю и заговорила со мной. Потом она часто приходила беседовать. Я долго не хотел давать ей читать летопись. Я чувствовал, что в душе Элиана живёт страх. Однако в одну из зимних ночей я увидел сон, в котором сильная ведьма, велевшая мне прийти сюда, приказала дать летопись Элиане. Она прочитала её, вернула и больше я ведьму Элиану не видел. Слышал, что умерла она страшной смертью.

— Мне вы даёте летопись Джукора, потому что Вам велела это сделать ведьма из снов.

— Да. Я давно жду тебя.

Из ворот монастыря вышел Илай. Он подошёл к своему учителю и передал ему толстую книгу в потрёпанном переплёте. Старик бережно взял летопись, провёл по ней рукой.

— Вот. Не торопись. Читай вдумчиво. Вернёшь Илаю, когда всё прочитаешь, — он протянул летопись Вистеллии, а сам при помощи ученика встал и пошёл к полуразрушенным воротам монастыря.

— Вы знаете имя ведьмы из своих снов? — спросила Вистеллия, рассматривая летопись.

— Да, она назвала мне его. Анинья.

Вистеллия вздрогнула, обернулась и испуганно смотрела вслед мастеру и его ученику, пока они не скрылись за воротами монастыря. Затем отправилась домой, крепко прижав к себе летопись Джукора.

Дома Вистеллия заперлась в своей комнате и стала листать летопись. Первые записи были очень старыми. Чернило сильно выгорело, поэтому целые обзацы было невозможно прочитать.

Вистеллия отказалась от ужина и читала летопись до глубокой ночи. Утром, наспех позавтракав, она отправилась к монастырю.

— Я хочу поговорить с мастером, — сказала она Илаю, встретившему её возле ворот.

— Мастер не велел его беспокоить, — отказал во встрече Илай.

Вистеллия печально вздохнула.

— Но мастер разрешил мне беседовать с тобой и учить тебя. Желаешь начать обучение?

— Да, — с готовностью кивнула Вистеллия.

— Тогда каждый день приходи в это же время сюда, к монастырю. Я буду ждать тебя и учить колдовству.

— Можно мне научиться, как накладывать заклятье иллюзии на другого человека?

— Это не сложно, если в тебе достаточно магической силы. Гораздо сложнее снять иллюзию, — усмехнулся Илай.

— Начнём прямо сейчас? — загорелась Вистеллия.

— Если ты хочешь начать с иллюзии, то так тому и быть, — согласился Илай.

Следующие три часа Вистеллия внимательно слушала своего мастера, запоминала нужные слова, движения, пробовала накладывать иллюзию на Илая, пытаясь превратить его в старика мастера и пришла в восторг, когда наконец у неё это получилось.

— Ты способная, — похвалил Вистеллию Илай. — Приходи завтра. Будем разбирать противоядия.

— Обязательно приду, — заверила его Вистеллия, уходя.

— Ты начала читать летопись Джукора? — крикнул он ей вслед.

— Да, но многое не могу разобрать из-за выцвевших чернил и странной манеры письма тех писцов, что писали летопись.

— Не торопись. Вдумчиво читай, — напутствовал её Илай.

С того дня так и повелось: утром Вистеллия занималась магией с Илаем у ворот монастыря, а вечером читала летопись Джукора. Иногда старик мастер выходил из монастыря, чтобы понаблюдать, как его ученик ведёт занятия магией, и ответить на вопросы вопросы Вистеллии по поводу летописи Джукора.

Через месяц, Вистеллия чувствовала себя очень опытной ведьмой. Она поднаторела не только в противоядиях, но и в зельевареньи.

Установившийся размеренный ритм жизни вполне устраивал Вистеллию. Даже её грусть по Тимесу слегка притупилась, хотя вспоминала Виви принца каждый раз, садясь за чтение летописи.

Глава 27

Важный гость в доме Вителлия Вискотти

Пока Вистеллия наслаждалась одиночеством в горах, её отец развернул бурную деятельность по устройству будущего своей старшей дочери. Он несколько раз ездил за советом к Софоклу Клодену, дважды отлучался на пару дней в Мирею. Вернувшись из последней поездки, он сообщил жене:

— Будущее Вистеллии будет самым наилучшим.

— Что ты имеешь ввиду? — заволновалась графиня Вискотти.

— Я встречался кое с кем в Мирее и достиг определённых договорённостей, — напустил ещё больше тумана Вителлий. — Скоро все разговоры о Вистеллии прекратятся.

— Ну переживай, дорогой, — отвечала ему леди Самира. — Люди любят болтать. Вот сейчас все обсуждают принца Тимеса. Везде говорят, что он воскрес из мёртвых.

— Да, в Мирее тоже на каждом углу судачат о Тимесе. Чернь называет его «Принц, воскресший из мёрвых». Однако люди рады принцу. Король Вернус перестал чудить, отменил налог на вход на рынки и в лавки, слухачи исчезли из таверен, — рассказывал Виттеллий. — Жизнь налаживается. Когда я устрою будущее Вистеллии, то всё станет совсем замечательно!

— Что ты задумал?

— Выдам Виви замуж за Севара, сына графа Двара Давона.

— Севар Давон — мог стать прекрасной партией для Вистеллии, но Граф Двар не даст согласия на свадьбу своего единственного сына с девушкой, репутация которой запятнана, — возразила мужу Самира.

— Если принцу нормально умереть и воскреснуть, то и для девушки из благородного семейства путешествие по соседним королевствам без сопровождения — это небольшой грех! — ухмыльнулся Виттеллий и с видом заговорщика добавил. — У Двара большие проблемы с деньгами. Он залез в долги. Я переговорил с ним, когда ездил в Мирею и предложил соединить Севара и Вистеллию. Сперва он скривил нос, но когда услышал сумму приданного, которое я даю Виви, то загорелся идеей объявить о помолвке сына с нашей Вистеллией как можно скорее.

— О, дорогой! Это замечательная новость! — обрадовалась леди Самира. Семейство Давонов весьма уважаемое в Джукоре, Юдар — завидный жених. Я слышала, что он хорошо образован, имеет прекрасные манеры. Думаю, что Вистеллия найдёт его общество приятным и интересным.

— Я желаю моей Виви счастья, — расслабленно улыбнулся Вителлий. — Я же говорю тебе, что жизнь налаживается, дорогая супруга. Викджен служит в казначействе, Виви станет женой Севара Давона, урожай джука лучше, чем я предполагал.

— Главное, чтобы больше ничего не случилось, — улыбнулась мужу графиня Самира.

— Что ещё может случиться? — отмахнулся он, однако следующим утром граф Вителлий понял, что случиться может даже то, чего совсем не ожидаешь.

Семейство Вискотти привычно завтракало в столовой, когда во дворе послышался шум.

— Кто это пожаловал? — Вителлий встал из-за стола, подошёл к окну и присмотрелся. Во дворе спешивались с лошадей десять всадников. Один из всадников стоял на крыльце и разговаривал с дворецким.

— Это принц Тимес с солдатами!

Леди Самира, Амелия и Оливия вскочили из-за стола, поспешив к окну.

— Куда Вы летите⁈ — засуетился Вителлий. — Все идём встречать важного гостя.

Семейство Вискотти вышло в холл, где их уже ожидал принц Тимес.

— Доброе утро! — произнёс он, обращаясь к главе дома, как того требовал этикет.

— Принц, я и моя семья так рады Вашему приезду! — запинаясь от волнения, проговорил граф Вителлий Вискотти. — Это такая честь видеть Вас в нашем доме! Позвольте представить Вам мою супругу Самиру, а так же дочерей: Амелию и Оливию.

Принц Тимес кивнул дамам, которые склонились перед ним в реверансе и спросил Вителлия:

— Я не вижу Вашей старшей дочери. Ей не здоровится?

— Моя Вителлия сейчас отдыхает в нашем горном имении, — Виттеллий склонился — Позвольте пригласить Вас, Ваше Высочество, позавтракать у нас.

— Я вынужден отказаться. У меня неотложные дела на границе Джукора, но хочу переговорить с Вами, граф Вителлий, наедине, — Тимес требовательно посмотрел на графа Вискотти.

— Конечно, конечно. Я всё понимаю. Дела не терпят отлагательств. Хочу заметить, что с тех пор как Вы воскресли, — Виттеллий закашлялся. — Я хотел сказать: вернулись из странствия, жизнь в Джукоре стала лучше.

Тимес с интересом посмотрел на Вителлия Вискотти:

— Граф Вителлия, вы ведь выращиваете джук?

— И выращиваю, и перерабатываю, и продаю, — засветился от удовольствия Виттеллий Вискотти, так как была затронута его любимая тема.

— У меня есть к Вам несколько вопросов по поводу продажи джука, — Тимес нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — Где мы можем переговорить?

— В библиотеке. Это совсем рядом, — довольный Виттеллий указал рукой на коридор справа.

— Прошу простить меня за вторжение, дамы. Желаю Вам хорошего дня, — обратился Тимес к дамам, а они снова склонили головы и присели в глубоком реверансе.

— Мамочка, принц такой замечательный, — прошептала Оливия, когда Тимес исчез в глубине коридора.

— Не верю, что будущий король Джукора приехал к папе, чтобы поговорить о делах, — восхищённо выдохнула Амелия.

— Ты права, дорогая: это экстраординарное событие, — задумчиво произнесла графиня Самира и, помолчав, добавила, — И мне кажется, что продажа джука имеет косвенное отношение к цели этого визита.

— Что ты хочешь сказать? — заинтересовалась Амелия.

— Только то, что уже сказала, — загадочно улыбнулась леди Самира.

Тем временем Виттеллий в тишине библиотеки рассказывал Тимесу, что урожай джука просто замечательный.

— Я планирую переработать две-трети урожая, а остальное продать перекупщикам. Конечно, выгоднее иметь дело напрямую с покупателем, но сейчас так тяжело избежать посредников, хотя… — важно вещал он.

— Что Вы скажете на предложение поставлять ткань из джука для нужд королевского дворца? — перебил его Тимес.

— Это, это…Я мечтаю об этом, — задохнулся от восторга Вителлий.

— Король желает сменить поставщика джутовой ткани и я предложу Вашу кандидатуру, — Тимес внимательно рассматривал библиотеку.

— Покорнейше благодарю, — Виттеллий едва сдерживал довольную улыбку.

— Так же хочу сказать, что Ваш сын Викджен зарекомендовал себя наилучшим образом, как помощник королевского казначея.

— Эти слова — услада для отцовского сердца, — пролепетал граф Вискотти и склонил голову. — Моя семья всегда была передана королю Вернусу. Уверяю Вас!

Тимес снисходительно кивнул, принимая уверения, потом нервно облизал губы и спросил:

— Граф, Вы отослали Вистеллию в горы, потому что боитесь людских разговоров?

— Нет, что Вы, принц! Я заткнул людям рты. Кому-то угрозами, кому-то дал денег. Виви сама пожелала уехать в наше горное имение. Вы возможно знаете, что её переубедить невозможно. Такая упрямица!

— У неё твёрдый характер, — согласился Тимес.

— Вся в меня, — гордо выпятил вперёд подбородок Виттеллий Вискотти.

Тимес посмотрел в окно, за которым ярко светило осеннее солнце, потом перевёл взгляд на Вителлия:

— Хочу, чтобы Вы знали: я обязан Вистеллии жизнью и хочу быть уверен, что с ней всё хорошо.

— Принц Тимес, поверьте, я сделаю всё, чтобы моя Виви была счастлива! Признаюсь Вам, что уже предпринял некоторые шаги для счастливого будущего своей старшей дочери.

— Вы весьма предприимчивы, граф, — Тимес нахмурился.

— Устроить счастье Виви — это мой отцовский долг, — важничал старый граф.

— И что же Вы намерены сделать для Вистеллии? — уточнил принц.

— Выдать её замуж за Севара Давона! — выпалил Виттеллий.

— Она согласна?

— Вистеллия не возражает, — заверил принца граф.

— Что ж…Севар — весьма достойный юноша, — задумчиво пооизнёс Тимес.

— Прекрасный молодой человек. Семья знатная и уважаемая, — закивал головой Виттеллий.

— Севару очень повезёт получить в жёны такую замечательную девушку, как Вистеллия, — Тимес кивнул графу и большими шагами направился к выходу из библиотеки, а Вителлий Вискотти последовал за ним.

Глава 28

Я обязательно вернусь

На улице стало совсем холодно. Вистеллия уговаривала Илая и мастера перебраться к ней в дом, но они отказывались.

— Я хочу умереть в монастыре, — однажды сказал ей старик, и больше эту тему Вистеллия не поднимала.

Ночи становились длиннее, дни короче. День за днём Вистеллия приближалась к концу летописи. Чернила уже не были выцвевшие, подчёрк писцов стал совершенно разборчивым, а записи всё меньше и меньше по объёму. Иногда рассказ о половине столетия умещался в три предложения: «Король правил жёстко, но справедливо, расширяя территорию Джукора. Король умер. Да здравствует новый король.» Порой писец отзывался о десятилетии одной фразой: «Голод и тьма.»

Описание правления короля Зосимуса Тимеса Клисия были очень скупы: «Тяжкое время переживал народ Джукора. Ассуры нападали, мы отбивались. Слёзы стали привычным делом в каждом доме.»

Дальше другой летописец по имени Фариз продолжал повествование, описывая смерть Зосимуса и вступление на трон его сына Изгиря: "Молодой король смог остановить ассуров. Долгожданный мир воцарил в Джукоре. Чтобы закрепить мир, Изгирь взял в жёны дочь царя ассуров, которая, родив королю сына Аспера, умерла сразу после родов. Изгирь со всеми почестями похоронил супругу, а сразу за этим с размахом неделю праздновал рождение наследника и свою свободу от нелюбимой жены. Однако Ассуры были недовольны сложившимся положением дел. Они требовали короля Джукора выбрать себе новую жену ассурийку. Изгирь отказался, заявив, не собирается больше жениться. Двадцать лет королевский дворец был без хозяйки, а потом там появилась красавица королева Анинья. Изгирь привёз её из соседнего королевства, называемого Плувией, где повстречал на балу у короля. Анинья была из знатного, но обедневшего княжеского рода. Хоть родители не могли дать за дочку хорошего приданного, но двадцатилетняя княжна не имела отбоя от женихов, потому что была красива той дьявольской красотой, которая сводит мужчин с ума: высокая, стройная, кареглазая и черноволосая, она околдовывала любого мужчину с одного взгляда. Король Изгирь, увидев её, сразу потерял покой. Он влюбился, как юнец и нераздумывая сделал Анинье предложение стать его королевой. Анинья согласилась, но поставила условие построить новый замок. Этот замок обязательно должен стоять на берегу озера. Изгирь тут же принялся за строительство и скоро неподалёку от Миреи, на берегу маленького озера вырос замок Каринор, а король женился на Анинье и зажил спокойной жизнью. Анинья родила Изгирю сына Сибара и дочь Мариэли. Она жила с детьми в Кариноре, приезжая во дворец только на балы. Изгирь тоже предпочитал тихий Каринор шумному дворцу. Однако не долго было спокойно в Кариноре. Старший сын короля, Аспер, тоже попал под чары Аниньи. Он настойчиво добивался её за спиной у отца, а когда понял, что королева хранит верность мужу, то начал нашёптовать отцу о неверности мачехи. Король Изгирь Клисий имел горячий необузданный нрав, был очень ревнив и демпотичен. Везде и всюду он видел предательство. Слова сына возбудили в нём подозрения. Он начал следить за женой и заметил, что она проводит много времени с охранником Фаризом, которого среди прочих слуг привезла с собой из Кереба, столицы королевства Плувии. Изгирь решил, что жена неверна ему. Аспер всё подливал и подливал масла в огонь, заявляя, что детей Анинья родила от охранника. Гнев обуял короля. Однажды ночью он подкараулил момент, когда нянька королевских наследников отлучилась, прошёл в детскую комнату, где малыши мирно спали в кроваткпх и в порыве гнева он заколол кинжалом своих сына и дочь. Вернувшаяся служанка подняла крик. Анинья ворвалась в комнату детей и обезумела от горя. Она обнимала сына, целовала дочь и грозила всеми возможными карами убийце. В этот момент в детскую вошёл Изгирь и обвинил Анинью в убийстве детей. Королева схватила с пола окровавленный кинжал, которым были убиты её дети, бросилась на мужа, желая лишить его жизни, но Изгирь оказался сильнее: он перехватил руку жены, выхватил кинжал и всадил ей его в живот.

— Это тебе за измены, — прошипел он. — Думаешь я не знал, что ты изменяешь мне с Фаризом.

— Я ведьма, а Фариз мой учитель, — прохрипела Анинья и, собрав последние силы перед тем, как покинуть этот мир, прокляла род Клисиев страшным проклятьем. — Всё наследники твоего рода будут терять рассудок, восходя на престол. Так будет продолжаться до тех пор, пока один из них не вернёт в Каринор покой.

Король Изгирь испугался проклятья. Он рассказал о нём своему сыну Асперу. Вместе они направились к охраннику Фаризу, но его и след простыл: никто не видел, как Фариз покинул Каринор, никто не знал, куда он направился. Колдун-учитель просто исчез.

Аспер уверял отца, что от проклятья ведьмы Аниньи можно избавиться, если бросить её тело в воду. Изгирь так и сделал: убитых детей похоронил в маленьком склепе на берегу озера, а тело их матери, словно в насмешку, бросил в озеро.

После смерти Аниньи Изгирь прожил всего месяц. Этот месяц он день за днём терял рассудок и в конце концов однажды на закате сел в лодку, выехал на середину Каринорского озера и бросился в воду. Хоть озеро было неглубоким, тело короля так и не нашли.

После него на трон взошёл новый король Аспер Клисий. После смерти отца он больше всего на свете боялся, что проклятье Аниньи коснётся его, однако никаких признаков того, что проклятье Аниньи перешло не него, не было двадцать лет правления. За это время Аспер успел жениться, у него родился сын, а жена умерла. Аспер почти забыл о проклятьи, как вдруг понял, что теряет рассудок. Осознав это, он стал вести затворнический образ жизни и издавать законы, жестоко карающие за колдовство. Сын недоумевал, что происходит. Аспер скрывал своё безумие так долго, как мог, а потом, понимая, что тьма поглощает его, рассказал обо всём сыну. Аспер боялся, что народ восстанет, если узнает о проклятье Аниньи, поэтому он велел сыну убить всех, кто знал о проклятье, и рассказывать о проклятье только прямому наследнику, будущему королю, и только перед передачей власти от отца к сыну или перед смертью отца, если он сумел пробыть на троне до этого часа. С наследника бралось слово, что он никому кроме своего сына-наследника престола не расскажет о проклятье королевы Аниньи. Так же король Аспер наказал всем своим потомкам королям бороться с колдовством, полагая, что если в Джукоре исчезнет колдовство, то проклятье Аниньи не будет действовать."

Далее шла запись, сделанная другим подчерком: «Монастырь разрушен. Монахи-хранители убиты. Выжил только я. Король Аспер умер. На трон взошёл его сын Изгирь ll.»

Поражённая Вистеллия дважды перечитала последние две записи.

— Тимес узнал о проклятьи от отца, — пробормотала она.

За окном уже темнело, но Вистеллия накинула на плечи плащ и не смотря на протесты слуг бросилась к монастырю.

— Илай! Илай! — прокричала она, подойдя к воротам, и стала ждать.

Она была уверена, что её услышали. Так и вышло. Прошло несколько долгих минут и из-за ворот вышел со свечой в руке Илай.

— Хорошо, что ты пришла. Мастер ждёт тебя. Иди за мной, — тихо сказал он.

Они прошли монастырский двор, потом спустились в подвал. Там, в маленькой комнате, заваленной книгами, на кровати лежал с закрытыми глазами мастер.

— Что с ним? — испуганно прошептала Вистеллия.

Илай молчал.

— Нет, нет! — забормотала Вистеллия, подходя к кровати старика. — Вы не можете умереть.

— Ведьма Вистеллия Вискотти, — позвал старик.

— Я здесь, — Вистеллия опустилась на колени у кровати.

— Ты знаешь, чего хочет ведьма Анинья? — прохрипел мастер.

— Да.

— Ты прочитала про её проклятье в летописе? — старик открыл глаза.

— Прочитала и умоляю Вас сказать, как снять проклятье. Принц Тимес скоро станет королём. Он не заслуживает безумия, — вытирая слёзы, говорила старику Вистеллия.

Мастер долго молчал, а потом велел Илаю:

— Покажи ей послание Фариза.

Илай подошёл к книжным полкам, долго копался, перебирая книги, потом вернулся к кровати и протянул Вистеллии старый жёлтый лист бумаги.

Вистеллия, развернув его, сразу узнала почерк: послание на бумаге было написано тем же человеком, который сделал в летописи запись, повествующую об убийстве детей и жены короля Изгиря.

— Проклятье Аниньи можно разрушить, если потомок Изгиря соединит мать и детей, — вслух прочла Вистеллия и с недоумением уточнила. — Как это сделать?

— Тимес должен соединить ведьму с её детьми — собрав последние силы, — просипел старик.

— Но я не понимаю как он может это сделать? Тела детей покоятся в могильном склепе посреди озера, тело их матери где-то в озере, — расстроенно воскликнула Вистеллия.

Старик сделал вдох, силясь что-то сказать, и испустил дух. Илай подошёл к кровати, закрыл глаза своему мастеру, а потом сказал:

— Иди домой. Я должен побыть с ним наедине.

— Я приду завтра, — пообещала Вистеллия, чувствуя, что должна оставить Илая наедине с учителем.

Вернувшись домой, она снова принялась читать летопись в надежде найти ответ на вопрос, как снять проклятье, но там больше не было ни слова о королеве Анинье и её проклятьи.

Всю ночь Вистеллия не могла уснуть, а ранним утром опять ушла в монастырь, захватив с собой корзинку с едой и положив на дно корзинки летопись Джукора.

Илая она нашла во дворе. Он сколачивал из досок гроб.

— Помоги, — Илай указал на длинную доску, которую хотел прибить к другой, короткой, доске.

Вистеллия поставила корзинку на землю и придержала рукой требуемую доску. Потом помогала сделать крышку для гроба.

Когда всё было закончено, они отнесли гроб за северную стену монастыря, где на холме Илай вырыл яму. Гроб поставили на широкую доску, положенную над ямой.

— Жди здесь, — велел Илай Вистеллии, а сам вернулся в монастырь, чтобы на руках принести своего учителя к его последнему пристанищу.

— Спи спокойно, мастер. Ты достойно прожил свою жизнь, — уложив учителя в гроб и заколотив крышку, сказал Илай.

Потом он поьянул за доску, на которой стоял гроб и тот с грохотом провалился в яму. Илай взял в руки лопату, начал монотонно засыпать яму. Когда всё было кончено, он сказал:

— Пришёл мой черёд писать летопись Джукора. Надеюсь, что я справлюсь с возложенной на меня миссией быть хранителем.

Вистеллия с сочувствием смотрела на мрачного Илая.

— Не нужно меня жалеть, — заверил её новый летописец. — Я встречусь с мастером в другом мире, когда придёт время.

— Пойдём в монастырь, — попросила Вистеллия. — Тебе нужно поесть. Я принесла еду.

Илай согласно кивнул.

В монастыре, в маленькой комнате, заваленной книгами, где накануне умер мастер, Вистеллия вылаживала на стол из корзины продукты.

— Я принесла летопись, — она протянула летопись Джукора Илаю.

— Дочитала?

— Да, но хочу через некоторое время прочитать твои записи. Ты останешься здесь?

— Я буду в монастыре, пока не появится другое место, где я со своими знаниями буду необходим.

— Тогда мы продолжим моё обучение?

— Если ты этого хочешь.

— Я хочу снять проклятье с Тимеса.

— Ты же слышала мастера: только сам наследник из рода Клисиев может снять проклятье.

— Я хочу вернуться в Каринор, чтобы понять, как это можно сделать.

— Не думаю, что Каринор скажет, — с сомнением покачал головой Илай.

— Он говорит со мной. Каринор мне показал, своё сокровище: клинок, украшенный драгоценными камнями — растерянно пожала плечами Вистеллия.

— Кинжал короля Изгиря? — удивился Илай.

Он засуетился, подошёл к книжному шкафу, вытащил огромный старый фолиант и открыл его.

— Вот этот кинжал?

Вистеллия подошла поближе и увидела тот же кинжал, который держала в руках в Кариноре.

— Да, — тихо сказала она.

Илай с восхищением пробормотал:

— Невероятно. Согласно летописи именно этим кинжалом Изгирь убил детей и жену.

— Это может помочь снять проклятье?

— Да! На клинке кровь матери и детей соединина в единое целое. Тимес или его отец должны принести кинжал на могилу детей Аниньи. Так проклятье будет разрушено.

— И это всё! — воскликнула Вистеллия. — Принести кинжал на могилу детей. Так просто? — волновалась Вистеллия.

— Не ищи сложности там, где их нет, — нравоучительно произнёс Илай.

Вистеллия склонила голову.

— Спасибо тебе, мастер! — с почтением произнесла она и направилась к двери.

— Уже уходишь? — окликнул её Илай.

— Мне нужно срочно попасть в Мирею, — пояснила Вистеллия.

— Твоё обучение ещё не оконченно, — крикнул ей вслед Илай. — Когда закончишь дела в Мирее, возвращайся сюда. Я буду тебя ждать.

— Я обязательно вернусь, — крикнула в ответ Вистеллия, покидая подвал.

Глава 29

Помнишь ли ты меня?

Вернувшись из монастыря в свой горный дом, Вистеллия объявила слугам, что желает немедленно вернуться в замок отца, что последних весьма обрадовало.

В замке Вителлия Вискотти поднялся переполох, когда экипаж привёз туда Вистеллию.

Леди Самира, Оливия, Амелия и сам граф Вителлий вышли во двор.

— Дочка, ты как раз к ужину приехала, — улыбался Вителлий.

— Какой ужин! — воскликнула леди Самира. — Сейчас распоряжусь, чтобы приготовили ванну для Вистеллии, а потом уже ужин.

— К нам три недели назад приезжал принц Тимес. Ты права: он такой красавчик, — затрещала Оливия.

— Папа, скажи: где сейчас дядюшка Софокл? — обнимая отца, спросила Вистеллия.

— У себя дома в Лифете.

— Тогда не надо ни ванной, ни ужина. Распоядись, отец, чтобы в экипаж запрягли быстрых лошадей. Мне срочно нужно переговорить с дядюшкой.

— Может переночуешь дома, а завтра все вместе съездим к Софоклу в гости, — предложила леди Самира.

— Завтра, мама, если дядюшка согласится мне помочь, я планирую быть в Мирее.

Вителлий переглянулся с женой. Они чувствовали в Вистеллии такую решимость, что не посмели её задерживать.

— Сейчас получишь моих лучших лошадей, — согласно кивнул Вителлий.

— Я соберу тебе в дорогу немного еды, — объявила леди Самира.

— А я принесу тебе другое платье, — весело воскликнула Амелия. — Твоё платье слишком старое и грязное, чтобы ехать в нём в Мирею.

— Что же делать мне? — озадачилась Оливия.

— А ты будешь развлекать меня, — Вистеллия обняла младшую сестру. — И расскажешь, зачем принц Тимес посетил нас.

— Он ехал куда-то по делам. Вроде бы в крепость на границе. К нам заглянул, чтобы обсудить с отцом возможность поставок джута в королевский дворец.

— Тимес спрашивал обо мне?

— Да он немного расстроился, когда узнал, что ты отдыхаешь в горах.

— Принц просто очарователен, — заметила вышедшая на крыльцо с сумкой в руках Амелия.

— Из него выйдет отличный король, — отозвался вернувшийся с конюшни Вителлий.

Вистеллия с любовью смотрела на своих родных, которые готовили для неё экипаж.

Уже через час этот экипаж уносил Вистеллию прочь от замка отца, а ещё через четыре часа она вошла в дом Софокла Клодена, который был поднят слугами с кровати и спустился встречать Вистеллию, накинув халат на ночное одеяние.

— Милая Виви, я конечно радушный хозяин и рад твоему приезду, но какого чёрта ты явилась ко мне в двенадцать ночи⁈ — проворчал он вместо приветствия.

— У меня к тебе срочное дело. Оно касается принца Тимеса, — пояснила Вистеллия.

— Проходи в кабинет, — перешёл на деловой тон Софокл.

Оказавшись в кабинете один на один с дядюшкой, Вистеллия начала сбивчиво рассказывать ему о королеве Анинье, её проклятье, Кариноре, кольце с лунным камнем, летописе Джукора, старике мастере и Илае.

— Ладно, допустим я тебе верю, хотя ни о каком проклятье Аниньи никогда не слышал, — сказал граф Клоден, выслушав племянницу. — Чего ты от меня хочешь.

— Проведи меня в королевский дворец. Мне надо рассказать Тимесу, как он может снять проклятье.

— Нет, я не буду рисковать своей репутацией и поведу тебя к принцу без кольца Аниньи, — помолчав, решил Софокл. — Вдруг кольцо — это плод твоего воображения. В Кариноре и не такое возможно. Я слышал, что один заключённый уверял тюремщиков, что у них на головах растут рога, хотя никаких рогов, естественно, не было.

— Кинжал с рукояткой, украшенной драгоценными камнями есть! — упрямилась Вистеллия. — Он в тайнике. Там ещё кольцо с лунным камнем.

— Тогда сначала ты заберёшь еэкинжал из Каринора, а потом уже я повезу тебя к принцу, — объявил своё решение Софокл.

— Как я заберу кинжал? Ты меня слышишь: он в тайнике, а тайник в стене камеры.

— Моя дорогая племянница, твой любимый дядюшка далеко не последний человек в Джукоре, — усмехнулся Софокл Клоден. — Поверь: моих связей хватит, чтобы на несколько минут открыть дверь камеры Каринора.

— Когда мы выезжаем в Мирею? — уточнила Вистеллия.

— Прямо сейчас, — решил граф Клоден.

Слуги перенесли вещи Вистеллии в роскошный экипаж Софокла, а сам граф Клоден тем временем собрался в дорогу.

Как только кони выехали со двора, Вистеллия, удобно расположившись на мягком сидении, уснула спокойным крепким сном.

Проснулась она только утром.

— Скоро будем в Кариноре, — сообщил ей Софокл.

— Ты спал?

— Нет. Всю ночь размышлял о том, как можно жить, зная, что впереди тебя ждёт безумие.

— Мне кажется, что жить с этим знанием тяжело. Поэтому и принял король Аспер решение не говорить о проклятье будущим королям до определённого момента. У меня сложилось впечатление после прочтения летописи Джукора, что Аспер был мудрым человеком, — высказала своё мнение Вистеллия.

— Теперь для меня многие поступки короля Вернуса обрели смысл, — признался Софокл.

Когда экипаж Софокла въехал во двор Каринора, Вистеллия спросила:

— Ты ведь дружил с Совитаром?

— Да.

— Скажи мне, дядюшка Софокл, это ведь посоветовал Алойзу Совитару место, где могла бы укрыться королева Элиана?

— Всё так. Когда Алойз пришёл ко мне с вопросом, где спрятать королеву Элиану, которую он тайно вывез из Каринора, я сразу подумал о пустующем домике в горах, которым Вителлий не пользовался с того момента, как его сестра умерла. Именно туда Алойз Совитар отвёз королеву.

Вителлия с интересом посмотрела на Софокла:

— Ты знаешь намного больше, чем кажется.

— Я с юных лет лавирую между различными враждующими кланами, постоянно затевающими какие-то интриги, и сам часто интригую, но всегда стараюсь оставаться на стороне разума и справедливости, — философски произнёс граф Софокл, глядя на стены Каринора. — Возможно поэтому мне удаётся держаться так долго на плаву среди власть имеющих. Однако сейчас речь не обо мне. Мы в Кариноре, и я хочу увидеть кинжал и кольцо. Следуй за мной, Виви.

Выйдя вслед за дядюшкой из экипажа, Вистеллия укрыла голову капюшоном: на улице моросил дождь.

— Капюшон не снимай, — предупредил её Софокл. — Когда я буду говорить с начальником тюрьмы, опусти голову и смотри в землю. Я не хочу, чтобы кто-либо видел твоё лицо.

— Могу набросить на себя иллюзию, — предложила Вистеллия.

— Это уж как пожелаешь, — пожал плечами Софокл.

Вистеллия решила не менять внешность, а просто, как велел Софокл, натянула поглубже капюшон и опустила голову.

Сделала она это вовремя, потому что из замка выкатился толстяк в форме тюремщика.

— Граф Клоден, что привело Вас сюда, — заискивающе произнёс тюремщик.

— Моей спутнице нужно войти в одну из камер Каринора и это должно остаться между нами, — Софокл протянул тюремщику увесистый кошелёк. — Получишь ещё столько же, когда мы будем уезжать.

— В какую камеру? — пряча кошелёк в карман, поинтересовался толстяк.

— Камера в средней части замка на втором этаже, — вмешалась Вистеллия. — Конкретнее скажу позднее.

Тюремщик кивнул.

Они втроём прошли внутрь замка. Вистеллия отчётливо услышала уже знакомую ей мольбу о помощи.

Тюремщик, позвякивая ключами медленно шёл по коридору, всё время оглядываясь и пытаясь рассмотреть скрытое под капюшоном лицо Вистеллии.

— Во время дождя узники замка продолжают сортировать камни на крыше? — спросила его Вистеллия.

— Да, — толстяк удивлённо округлил глаза. — А откуда вам известно, как проводят день заключённые?

— Приснилось, — глядя себе под ноги, ответила Вистеллия.

Софокл усмехнулся, а тюремщик испуганно икнул. Он больше не оглядывался на Софокла и его спутницу, а торопливо поднимался по лестнице впереди них.

— Какая дверь Вас интересует? — уточнил толстяк, поднявшись на второй этаж.

Вистеллия подошла к нужной двери и указала на неё рукой.

— О, это особенная комната, — оживился толстяк. — Я тридцать лет работаю в Кариноре и только две узницы из всех, кто ночевал в этой комнате, смогли не сойти с ума. Более того, обе эти ведьмы покинули Каринор необычным образом, хотя находились здесь в разное время.

— Каким образом? — заинтересовался Софокл.

— Их унёс на руках начальник королевской охраны Алойз Совитар, — прошептал тюремщик, открывая дверь.

Вистеллия вздрогнула, услышав, как ключ проворачивается в замке. Ей стало страшно.

— Войти с тобой? — спросил Клоден, осматривая из коридора пустую комнату.

— Нет. Я сама, — Вистеллия храбро переступила порог своей бывшей камеры, подошла к нужной стене, в долю секунды отыскала необходимый ей камень, трижды нажала на него.

Камень со стуком упал на пол. Вистеллия быстро вытащила из тайника сперва кольцо и надела его на средний палец левой руки, а потом кинжал, который тут же спрятала его под плащом, и вышла из камеры.

— Что Вы взяли из тайника? — спросил её тюремщик.

— Тебе заплатили за то, чтобы ты не задавал вопросов, — рявкнул Клоден.

— Молчи или умрёшь, — зловеще прошептала Вистеллия, глядя себе под ноги.

Толстяк снова испуганно икнул и засуетился:

— Прошу следовать за мной!

Во дворе граф Клоден помог Вистеллии сесть в экипаж, всунул тюремщику в руку ещё один увесистый кошелёк, сам вскочил на подножку экипажа и велел кучеру:

— Гони в королевский дворец!

Экипаж резко тронулся с места, Софокл на ходу сел на мягкую скамейку внутри него и закрыл дверь.

— Это было впечатляюще, — объявил он Вистеллии.

— И обошлось тебе очень дорого, — улыбнулась Вистеллия, снимая капюшон.

— Деньги — это всего лишь презренный метал, а вот вещи, которые были в тайнике королевы Аниньи — уникальные. Можно взглянуть на эти раритеты?

Вистеллия протянула вперёд левую руку, демонстрируя кольцо, а, когда Софокл его рассмотрел, вытащила из складок плаща кинжал Изгиря и протянула его дядюшке.

— Великолепная вещь! — Софокл с минуту любовался кинжалом, а потом вернул его племяннице.

— Что дальше? — спросила дядюшку Вистеллия.

— Встреча с принцем Тимесом! — подмигнул ей Клоден.

— Ты уверен, что сможешь провести меня в королевский дворец? — сомневалась Вистеллия. — Я ведь ведьма, а там ведьм убивают при помощи волкодавов.

— Доверься мне, Виви. У твоего дядюшки есть план, а ещё во дворце находится Тор. Всё получится, — успокоил её граф Клоден.

Когда экипаж Софокла Клодена въехал в ворота королевского дворца, Вистеллия заметила, что колличество стражников и волкодавов там увеличилось.

— Измени внешность, — не попросил, а приказал Софокл. — Не хватало ещё, чтобы тебя кто-нибудь узнал.

Вистеллия провела рукой перед своим лицом и нацепила на себя образ юной дочки хозяйки таверны, в которой полчаса тому они с дядюшкой завтракали.

— Прекрасный выбор, — усмехнулся Софокл, но тут же стал серьёзным. — Кинжал спрячем среди подушек в экипаже. Я не хочу, чтобы нас обвинили в покушении на жизнь короля.

— Кольцо тоже нужно оставить здесь? — Вистеллия провела пальцем по лунному камню, ощущая силу, исходящую от него.

— Кольцо можешь не снимать. Оно не привлечёт внимания охраны, — Софокл с беспокойством смотрел двух охранников и двух волкодавов, которые стояли у входной двери.

— Думаешь удастся попасть во дворец и увидеться с Тимесом, — беспокоилась Вистеллия, выходя из экипажа.

— Я приложу максимум усилий, но гарантировать ничего не могу. Ты же понимаешь, что обстановка во дворце напряжённая.

Вистеллия это понимала. Она видела, как на неё среагировали волкодавы, которых охранники едва удерживали на цепях.

— Ведьма приглашена самим королём! — соврал Софокл, чтобы успокоить растерявшихся охранников, и те оттащили волкодавов подальше от Вистеллии.

— Иди за мной, — шепнул Софокл.

Они вошли в замок, поднялись по широкой лестнице на второй этаж и оказались в красивом коридоре, стены которого были расписаны цветами.

— Господин! Я не ожидал Вашего приезда сегодня, — из бокового коридора выбежал Тор, одетый в красивый наряд слуги богатого хозяина.

— У меня дела в замке. Принц Тимес, надеюсь, не в отъезде? — не останавливаясь, спросил граф Клоден.

— Принц сейчас в покоях отца, а потом поедет на обед в дом своей невесты, — пояснил Тор.

— Замечательно, просто великолепно! Обстоятельства благоволят к нам, — кивнул Клоден.

— А кто это с вами? — тихо спросил Тор.

— Не узнаёшь? Дорогой кафтан слуги идёт тебе больше, чем роба посудомойщика, — приподняла брови Вистеллия, и Тор склонил голову в почтительном поклоне, узнав её голос.

— Подождём здесь, — Софокл свернул в небольшой зал. — Тор, доложи, когда принц покинет покои короля, — Тор кивнул и тут же исчез за дверью, а Софокл начал ходить по залу, размышляя. — Королю, сейчас доложат, что я привёз во дворец ведьму. Нам обязательно нужно увидеть первым принца, а не короля. Если это не удастся…

Договорить Софокл не успел. Дверь зала резко распахнулась и в неё вошёл принц Тимес в сопровождении Чеса и Шура.

— Что происходит, граф Клоден? — возмущённо спросил Тимес, пристально посмотрев на молодую спутницу Софокла. — Как ты посмел привести в замок ведьму? Король в бешенстве. Ты ведь знаешь отношение моего отца к ведьмам и колдунам. К чему эта провокация? Надоело жить?

— Прошу меня простить, принц, — голос Клодена слегка дрогнул от волнения.

— Это я попросила графа помочь попасть мне во дворец! — Вистеллия взмахнула рукой и сняла с себя иллюзию.

— Вы умеете удивлять, леди Вистеллия, — принц Тимес ухмыльнулся и тут же снова приобрёл суровый вид. — Оставьте меня наедине с леди Вискотти.

Чес выволок за дверь Щура, который не хотел уходить и рвался к Вистеллии. Софокл покинул зал сразу вслед за охранником.

— Граф Клоден, проследите, чтобы сюда никто не вошёл. Я ни коим образом не хочу скомпрометировать Вашу племянницу. Её жениху это может не понравиться.

— Вас никто не потревожит, — заверил принца Софокл Клоден, плотно закрывая за собой дверь.

— Прелестная Виви, я очень рад тебя видеть, — принц взял в свои огромные руки ручки Вистеллии и нежно сжал их.

— Зачем ты приезжал к моему отцу? — вместо приветствия спросила Вистеллия.

— Чтобы увидеть тебя!

— И сообщить мне о том, что намерен жениться на красавице Анви? — с иронией произнесла Вистеллия.

Тимес нахмурился:

— Это я тоже хотел с тобой обсудить, но цель визита была другой.

— Не нужно врать: скажи прямо, что любишь её! — зашипела Вистеллия.

— Нет никакой любви. Только долг продолжить род, — заверил Вистеллию Тимес.

— Ну и продолжай свой род с Анви. Мне нет никакого дела до этого, — гневно сверкнула глазами Вистеллия.

— Ты просто великолепна, когда злишься, — Тимес наклонился и с издёвкой произнёс. — Не понимаю твоего возмущения: ты сама без пяти минут замужняя дама.

— Я даже не помолвлена!

— Однако все договорённости с семейством Давонов достигнуты. Меня об этом информировал твой отец, — лицо Тимеса стало совсем мрачным.

— Если ты недоволен тем, что я стану женой Севраса Давона, то почему бы тебе не взять меня в жёны?

— Это невозможно, — тихо произнёс Тимес.

— Конечно, ты не можешь жениться на девушке с неидеальной репутацией, — съязвила Вистеллия.

— Это здесь совершенно ни при чём, — медленно произннёс Тимес и вдруг, заключив Вистеллию в объятия, страстно зашептал. — Виви, есть причина по которой я не могу сделать тебя своей женой, но мы можем быть вместе. Откажись от брака с Севаром. Взамен я предлагаю тебе стать моей. У тебя будет всё: деньги, власть…

— Ты хочешь, чтобы я согласилась стать твоей любовницей? — усмехнулась Вистеллия.

— Любовницей, содержанкой. Называй, как хочешь. Главное: я положу к твоим ногам всё, что у меня есть, но не свяжу тебя никакими обязательствами. Ты будешь вольна уйти от меня в любой момент.

— Тимес, ты уже предлагал мне статус любовницы, когда играл роль Алойза Совитара. Я тебе дала тогда ответ и своего мнения я не изменила.

Принц разжал объятия и кивнул:

— Конечно, глупо было рассчитывать, что ты согласишься на моё предложение.

— Давай наконец закончим обсуждение наших взаимоотношений и перейдём к тому, для чего я всю ночь тряслась в экипаже, чтобы приехать в Мирею.

— Я тебя внимательно слушаю Виви, — Тимес гордо вскинул голову и с высока посмотрел на Вистеллию, а она залюбовалась им: принц умел держать удар и принимать отказ с той гордостью, которая присуща всем представителям королевского рода.

— Говори! У меня мало времени! — поторопил Тимес Вистеллию.

— Я знаю, как снять проклятье королевы Аниньи.

— Ты знаешь о проклятьи? Откуда⁈ — принц выглядел шокированным.

— Я ведьма, Тимес, а ведьмы знают намного больше, чем простые люди.

— Моя милая Виви, — пробормотал принц. — Ты просто сводишь меня с ума!

— Мне это доставляет удовольствие, — улыбнулась Вистеллия, но тут же стала серьёзной. — Для того, чтобы снять проклятье, нужно соединить мать с детьми.

— Королеву Анинью и её детей, — принц нахмурился. — Как это сделать?

— Надо поместить один кинжал, принадлежавший когда-то королю Изгирю в склеп, в котором похоронены его дети.

— Ты говоришь о кинжале, рукоядка которого украшена драгоценными каменьями? — спросил Тимес, дрогнувшим от волнения голосом.

— Именнно о нём, — подтвердила Вистеллия.

— Где взять этот кинжал? — Тимес разволновался ещё больше.

— Он спрятан среди подушек в экипаже дядюшки Софокла, — невинно улыбнулась Вистеллия.

— А где кинжал был до того, как попал в этот экипаж?

— В тайнике в одной из комнат Каринора. Он лежал там вот с этим кольцом, — с этими словами Вистеллия вытащила из кармана платья кольцо с лунным камнем.

— Обручальное кольцо королевы Аниньи. Король Изгирь сам сделал его для своей невесты, — прошептал Тимес. — Я читал о кольце с лунным камнем и кинжале Изгиря в послании короля Аспера, которое он написал для всех потомков, восходящих на престол. Это послание отец дал мне прочесть, когда признался, что теряет остатки рассудка из-за проклятья королевы Аниньи.

— Ты можешь покончить с этим проклятьем. Нужно просто положить кинжал в могильный склеп детей Изгиря, — мягко, но твёрдо настаивала Вистеллия.

— Дети Аниньи похоронены в Кариноре. — принц взял в свою руку руку Вистеллии, прикоснулся к кольцу, провёл пальцем по лунному камню и принял решение. — Мы прямо сейчас едем в Каринор.

Глава 30

Отец за сына

Выйдя из зала в просторный коридор, Тимес обратился к Софоклу Клодену, который с беспечным видом подпирал стену.

— Могу я, граф, воспользоваться Вашим экипажем для поездки?

— Только при условии, что я и моя племянница будем вас сопровождать, — весьма любезным, но в то же время категоричным тоном ответил Софокл.

— Меня это устраивает, — заверил Клодена Тимес, и все трое в спешке покинули королевский дворец.

Пока ехали в Каринор в экипаже Софокла Клодена, Тимес всё время вертел в руках кинжал Изгиря.

— Неужели именно им были убиты дети королевы Аниньи? — спросил он, когда проехали гиблое поле.

— Очень похоже на то, что это именно тот кинжал, о котором говорится в предании, — ответил ему Софокл Клоден.

Каринор, как обычно, встретил гостей мольбой о помощи.

— Вы это слышите? — поёжилась Вистеллия, выйдя из экипажа.

— О чём ты говоришь? — Софокл потянулся. — Здесь тихо, как в могиле.

— Вовсе нет, — возразил Тимес. — Каринор молит о помощи.

— Он просит вернуть ему покой, — добавила Вистеллия.

— Вам, молодые люди, виднее, — смутился Софокл Клоден и шагнул в сторону, предоставляя принцу Тимесу право говорить с полным тюремщиком, который уже бежал к экипажу.

— Принц, как я Вам рад! Изволите произвести инспекцию? — затароторил он, склонив голову перед Тимесом.

— Мы желаем осмотреть территорию вокруг замка.

— Как Вам будет угодно. Ваши спутники уже имели удовольствие сегодня осмотреть внутреннее убранство Каринора, — тюремщик покосился на Софокла Клодена и Вистеллию, сообразив, что именно для них двумя часами ранее открывал дверь самой жуткой комнаты-камеры Каринора.

— Много болтаешь! — сквозь зубы процедил Тимес.

— Молчу! — тюремщик съёжился.

— Правильное решение, — похвалил его принц и приказал. — Ты молча следуй за нами в ожидании моих указов, а мы посмотрим на озеро.

Тимес, Вистеллия и Софокл Клоден одновременно двинулись к замку, завернули за его угол и подошли к озеру.

— Разливается и разливается. С каждым годом подходит всё ближе к замку, — подал голос тюремщик, остановившийся за спиной Софокла.

Вистеллия смотрела на огромное озеро и маленький островок посреди него. На островке одиноко стоял обветшалый фамильный склеп.

— Не могу поверить, что когда-то озеро не доходило до склепа, — пробормотала Вистеллия.

— Говорят, что под озером сильные ключи, из-за которых вода всё пребывает.

— Почему озеро не поглотило склеп? — задумчиво произнёс Софокл. — Как мы видим, островок не на возвышенности, а на сколько я могу судить, величина его не изменилась со времён моей молодости, когда мой давно почивший в Бозе папа привёз меня сюда на экскурсию.

— Умеете Вы, граф Клоден, задать каверзный вопрос! — поморщился Тимес.

— За склепом кто-то ухаживает? — спросила Вистеллия, отвлекаясь от созерцания водной глади и переводя взгляд на принца.

— Раньше ухаживали, но с тех пор, как озеро затопило землю вокруг склепа это стало невозможно. Пройти там не получается: любого, кто пытался, засасывает, словно это болото.

— А на лодке? — заинтересовался Софокл.

— Всех, кто пытался достичь склепа при помощи лодки, тоже нет в живых. Ходят слухи, что в склепе спрятан клад и многие храбрецы из числа слуг пытались туда проникнуть, но стоило им проплыть половину нужного расстояния, как лодки начинало крутить и они тонули.

— Тимес, стало быть это плохая затея отправиться туда, — вздохнула Вистеллия.

— Если это шанс избавиться от проклятья королевы Аниньи, то я не упущу его, — Тимес повернулся лицом к тюремщику и приказал. — Лодку мне!

Тюремщик поковылял к замку и не прошло и десяти минут, как два стражника притащили лодку.

— Опустите на воду! — велел Тимес.

— Давайте отправим кого-нибудь из заключённых, — предложил Софокл.

— Это дело касается моего рода и я соединю ведьму с детьми, раз она того хочет, — отказался Тимес.

— Ошибаешься. Это сделаю я, — раздался громкий голос короля.

Софокл, Тимес и Вистеллия одновременно обернулись.

— Что ты здесь делаешь, отец? — удивился Тимес.

— Я подслушал твой разговор с назойливой девицей Вискотти и приехал сюда, чтобы снять проклятье, — чётко ответил король.

— Нет, отец, — отказался Тимес. — Это небезопасно. Ты немолод и сил доплыть до склепа у тебя не хватит.

— Не смей возражать королю! — воскликнул Вернус и обратился к Вистеллии. — Дай мне кинжал Изгиря.

— Ваше Величество, — Вистеллия, присев в реверансе, протянула королю требуемое.

— Хорошо, что у меня хватило ума не дать волкодаву загрызть тебя, ведьма, когда ты оказалась в моей спальне, — медленно произнёс король, рассматривая кинжал.

— Я уверяю, что никогда не хотела причинить вам зло, + начала Вистеллия.

— Молчи и слушай! — сверкнул глазами король. — Я прекрасно знаю, что ты не хотела меня отравить. Не покушался на мою жизнь и твой брат, а так же другие заговорщики. И то и другое было мистификацией, которую устроил я. Покушение, в котором погиб Алойз Совитар, было организованно на Алойза Совитара. Он стал слишком близок с моим сыном, покрывал его занятия колдовством, пришлось организовать покушение на меня и убить Алойза, а за одно обвинить в этом Барнуса Патолли, который крутился в замке и распрашивал о смерти сестры.

— Барнус Патолли не собирал деньги на покушение? Вы казнили пятерых ни в чём неповинных людей! — ужаснулась Вистеллия.

— И потратил все деньги, которые собрал Барнус, чтобы заплатить за его убийство. Смешно. Правда? — король захохотал.

— Вы сумасшедший! — прошептала Вистеллия.

— Проклятый, безумный, — Король стал очень серьёзным. — Всё, чего я хотел, — это чтобы Тимес бросил колдовство. Когда я узнал, что жена тайно учила моего сына колдовать, я выгнал её и запретил приближаться к Тимесу. Но было поздно: он уже увлёкся зельями. Я серьёзно поговорил с ним и потребовал прекратить заниматься ерундой. Он обещал. Несколько лет всё было хорошо. Мальчик меня радовал, а потом он снова занялся своими опытами в подвале, где это же делала его мать. Алойз Совитар помогал ему! Я просто хотел убрать Алойза! Однако сын оказался рядом с Совитаром и применил это дурацкие заклятие иллюзии.

— Он поменял свою внешность с внешностью Совитара.

— Именно так. И начал расследовать покушение.

— Вы этого не ожидали.

— Старик Рангор сказал мне, что видит странности в поведении своего хозяина. Я сразу понял в чём дело. Пришлось защищаться.

— Смерть брата и его семьи тоже ваших рук дело.

— Нет. Брат с женой погибли во время урагана, когда возвращались домой, — ? посмотрел на сына. — Я сделал много плохого в своей жизни. Мне нет оправдания.

— Ты не контролировал себя, отец. Всему виной проклятье, — не согласился Тимес.

— Я мог дольше сопротивляться мраку в моей голове, — покаянно вздохнул король и, сняв со своей груди круглый медальон, протянул его Тимесу. — Это любимое украшение твоей матери. Оно было на Элиане, когда я приказал…Когда она умерла. Пусть медальон останется у тебя как память, если я не вернусь.

— Я обещаю беречь его, — Тимес сжал украшение в руке.

— Хочу, чтобы ты знал, сын: я любил Элиану больше всего на свете. Убив её, я убил себя.

— Ты не мог противостоять проклятью, — с сожалением напомнил отцу Тимес.

— Мне нет оправдания. Надеюсь, что ты не повторишь моей судьбы, — сказав это, король обнял сына, забрал из его рук кинжал Изгиря и сел в лодку.

— Возьмите это, — Вистеллия сняла с пальца кольцо с лунным камнем.

— Обоучальное кольцо королевы Аниньи, — Вернус одел кольцо на свой мизинец. — Ты произвела впечатление на меня, Вистеллия Вискотти.

— Удачи Вам, Ваше Величество, — Вистеллия склонила голову перед королём.

Вернус усмехнулся:

— Боюсь, что твоё пожелание не поможет, но всё же благодарю.

Он кивнул сыну. Тимес оттолкнул лодку от берега, и она медленно поплыла к островку с могильным склепом.

— Пока что всё идёт хорошо, — прокомментировал происходящее Софокл Клоден.

— Хоть бы он доплыл, — прошептала Вистеллия.

Король благополучно достиг островка, как того и желала Вистеллия. Он долго стоял у могильного склепа, потом вошёл в него, а минут через пять вышел и торопливо сел в лодку.

— Может всё обойдётся. Озеро спокойное, — тихо произнёс Тимес.

Вистеллия с сочувствием посмотрела на принца. Она чувствовала, что Каринор не оставит Вернуса в живых.

Лодка короля была на полпути к берегу, когда вокруг неё забурлила вода, образовав водоворот.

Всё было кончено меньше чем за две минуты. Ложка перевернулась, король Вернус скрылся под водой, но перед этим он успел встать в лодке на ноги и помахать рукой сыну.

— Озеро сожрало короля, — истерично закричал тюремщик.

Вистеллия подошла к Тимесу и взяла его за руку:

— Прими мои соболезнования.

Тимес благодарно сжал в ответ руку Вистеллии.

— Король умер. Да здравствует король, — Софокл склонился в поклоне. — Король Тимес.

Вслед за графом Клоденом перед Тимесом преклонили колено солдаты и тюремщики, а Вистеллия сделала реверанс.

— Мой отец достойно принял смерть, уготованную ему судьбой, — задумчиво произнёс Тимес, наконец оторвав взгляд от воды и повернувшись к подданным.

— Слава королю Тимесу! — выкрикнул тюремщик.

— Софокл, проследите, чтобы леди Вистеллия немедленно отправилась домой, затем явитесь во дворец, — громко произнёс он.

— Как Вам будет угодно, Ваше Величество.

Тимес бросил последний взгляд на озеро, потом шепнул «Спасибо тебе, Виви,» и зашагал в сторону замка, отдавая на ходу распоряжение.

— Всех узников Каринора перевести в королевскую тюрьму. Я желаю сегодня же видеть имена всех, кто находился здесь и за что их сослали сюда. Да, ещё: снимите все ловушки на мирад.

— В лесу по пути к Каринору? — уточнил один из солдат.

— По всему Джукору, — не оборачиваясь, ответил Тимес.

— Он будет великим королём, — с восхищением глядя Тимесу вслед, предрёк Софокл Клоден.

Солдаты словно очнулись и поспешили за Тимесом, тюремщики бросились за солдатами, а Вистеллия больно кусала нижнюю губу, чтобы сдержать слёзы.

— Что такое, моя драгоценная племянница? — удивился Софокл.

— Он снова сослал меня домой! — в отчаянии воскликнула Вистеллия.

— Виви, ты смотришь на него, как на мужчину, а Тимес — король Джукора. У него сейчас много дел. Уверен, что он отблагодарит тебя за помощь. Приглашение на коронацию ты точно получишь. Пойдём в экипаж. Ты возвращаешься домой.

Вистеллия не сопротивлялась. Она посмотрела на Каринор, отметила, что замок не просит больше о помощи, потом прошла к экипажу, стоявшему во дворе, села и с печалью подумала, что помогать королям совсем неблагодарное дело. Максимум, что можно получить в награду — это место любовницы или содержанки.

Софокл проехал с Вистеллией в экипаже до выезда из Миреи, приказал слуге-вознице ехать очень аккуратно, после чего купил Вистеллии еды в ближайшей таверне и нанял себе экипаж, чтобы вернуться в королевский дворец.

Вистеллия помахала дядюшке из окна экипажа, потом задёрнула занавеску, после чего позволила себе слёзы.

Глава 31

Коронация

На коронацию Вистеллия в отличие от своих сестёр собиралась с большой неохотой. Она была рада за Джукор, который обретал нового, молодого и здравомыслящего короля, но с грустью думала, что теряет навсегда Тимеса.

Вистеллия то и дело вспоминала его слова: «Я не принадлежу себе. Моя жизнь — Джукор. Мне нужно сделать всё возможное, чтобы жители моей страны жили спокойно и счастливо.»

— Конечно, он должен думать о долге перед страной, — размышляла Вистеллия, складывая в большой дорожный сундук красивое тёмно-бардовое платье, в котором планировала посетить коронацию. — Для блага Джукора Тимес должен жениться на знатной, благородной девушке, репутация которой кристальней самого дорогого бриллианта в королевской сокровищнице. О моей репутации этого сказать нельзя. Я ведь воскресшая из мёртвых ведьма из рода Вискотти. Поэтому он, прощаясь со мной в Кариноре, потребовал от дядюшки Софокла срочно увести меня домой к отцу.

— Виви, ты готова? — в комнату заглянула Оливия. — Я жду не дождусь, когда мы уже отправимся в путь.

— Пожалуй готова, — Вистеллия посмотрела на дорожный сундук и закрыла его.

— Отец велел тебе взять фамильные бриллианты. Он хочет, чтобы Давоны увидели тебя во всей красе.

— Хорошо, возьму, — без энтузиазма отозвалась Вистеллия.

— Ты не рада? — удивилась Оливия. — Это ведь первый раз, когда ты увидишь Сивара Давона. Говорят, что он очень красив. А ещё говорят, что он почти был помолвлен с красавицей Анви Эдвера, но к ней посватался принц Тимес и Ствару пришлось отступить.

— Откуда ты всё это знаешь? — удивилась Вистеллия.

— Мне рассказал слуга дядюшки Софокла, Тор. Он жил в королевском дворце и знает много интересного.

— Тор сдесь? — удивилась Вистеллия.

— Да. Дядюшка Софокл прислал за нами свой роскошный экипаж и Тор приехал на нём, чтобы передать что-то отцу. А ещё экипаж сопровождают три солдата королевской гвардии.

— Попроси Тора зайти в библиотеку, — властно велела Вистеллия, выходя из комнаты.

— Хорошо, — отозвалась озадаченная поведением сестры Оливия.

Вистеллия спустилась по лестнице в коридор второго этажа и быстро зашагала в библиотеку. На душе у неё было неспокойно. Почему Софокл прислал экипаж и Тора? Зачем экипаж охраняют солдаты?

Вистеллия нервно расхаживала по библиотеке, ожидая прихода Тора.

— Вы хотели меня видеть, леди Вистеллия, — войдя и поклонившись, с почтением произнёс Тор.

— Скажи мне: что происходит? — взволнованно спросила Вистеллия.

— Ровным счётом ничего, — Тор улыбнулся своей ослепительной улыбкой.

— Тогда почему ты здесь? Софокл не стал бы присылать тебя просто так!

— Король Тимес подписал указ, в котором назначает Вашего отца поставщиком джута для нужд королевского дворца. Я привёз указ.

— Это всё? — разочарованно выдохнула Вистеллия.

— А что подумали Вы? — лукаво прищурился Тор.

— Ничего, — тряхнула головой Вистеллия. — Ступай.

— В королевском замке ходят слухи, что Тимес женится через неделю после коронации, — произнёс Тор прежде, чем снова исчез за дверью.

Вистеллия подошла к окну. Она чувствовала себя несчастной. Она пыталась не думать о Тимесе, но не могла. Завтра он станет королём, а если верить словам Тора, то и королевская свадьба совсем не за горами.

Дверь библиотеки открылась и через порог тяжело перешагнул Вителлий.

— Этот шустрый Тор сказал мне, что ты сдесь, — граф подошёл к картине, висевшей на стене, отодвинул её в сторону и открыл маленьким ключом, который носил на шее на золотой цепочке и с которым не расставался даже ночью, небольшой сейф. — Вот, возьми-ка безделушки. Надень их на коронацию.

Он достал из сейфа железную коробку и протянул её Вистеллии.

— Оливия сказала, что Софокл прислал за нами экипаж.

— Очень щедро с его стороны, — Вителлий закрыл сейф.

— Ещё она сказала, что три королевских солдата сопровождают экипаж.

— Да, по-видимому Тимес боится тебя. Тебя теперь много кто боится, — озадаченно протянул Вителлий и тут же добавил. — Надеюсь, что Давоны не передумают на счёт твоей помолвки с Сиваром. Перед коронацией я хочу переговорить со стариком Дваром Давоном и представить тебя Сивару. Ты уж будь с ним поласковей.

— Отец, можно я не поеду на коронацию, — попросила Вистеллия.

— Исключено! Мы поедем, девочка моя, и ты будешь там блистать. Я испортил твою оепутацию, отправив тебя в королевский дворец спасать Вика, я и исправлю всё, ведь именно тебе вся семья обязана нашим счастьем. Викджен служит в казначействе, а я, как и мечтал, буду поставлять джут в королевский дворец, — Вителлий понизил голос. — Уже подписан приказ об этом.

— Я знаю. Тор мне сказал, — кивнула Вистеллия.

— Этот мальчишка так болтлив, но в то же время такой проворный. Повезло Софоклу иметь такого прыткого слугу, — Виттелий пошёл к двери. — Выезжаем через час, дорогая. Хочу к ночи быть в Мирее. Вик уже занял нам комнаты в?. Ты же понимаешь, что на коронацию в столицу едет куча зевак, так что снять комнату в постоялом дворе большая проблема. Стоит, наверное, рассмотреть вопрос покупки дома в Мирее, раз я поставляю джут королю, а мой сын служит при дворце.

Дорога до Миреи показалась Вистеллии как никогда утомительной, ночь, проведённая в уютной комнате дорогого постоялого двора, — бесконечно долгой, утро перед коронацией — жутко раздражающим.

На церемонию коронации к большой старинной церкви, стоявшей на Чёрной площади, экипаж привёз Вителлия Вискотти и всё его семейство заранее.

— Нужно пообщаться с Давонами, — пояснил граф Вистеллии.

Старик Двар Давон, его жена и сын Севар уже стояли у входа в церковь. Они придирчиво осмотрели Вистеллию, облачённую изумительное платье нежно-розового цвета.

Пока Виттеллий и Викджен общались с графом Дваром, а леди Самира, Амелия и Оливия обменивались комплиментами с его женой, к Вистеллии подошёл Севар.

— Здравствуйте, леди Вистеллия, — поприветствовал он без пяти минут свою невесту. — Вы выглядите изумительно.

— Добрый день, — Вистеллия склонила голову.

— Прекрасный день для коронации.

— Совершенно с Вами согласна.

— Ваш и мой отцы считают, что наш с Вами брачный союз будет выгоден для обеих семей.

— Вы так не считаете?

— Не в моих правилах перечить отцу.

— Что ж, выходит, Вы готовы жениться на девушке, которая в одиночестве путешествовала по соседним королевствам? — насмешливо спросила Вистеллия.

— Вы производите впечатление разумной дамы. Полагаю, что мы сможем договориться о совместном проживании таким образом, чтобы это было удобно и мне, и Вам.

— Как Вы себе это представляете? — нахмурилась Вистеллия.

— Мы можем жить в разных домах и встречаться только для выполнения необходимых светских формальностей. Подумайте об этом на досуге.

— Обязательно подумаю, — пролепетала ошарашенная прямотой и напором Вистеллия.

— Пора занять свои места, — объявил Двар Давон, и оба семейства двинулись ко входу в церковь. Вокруг было множество дорогих экипажей, а солдаты сдерживали толпу горожан, которых становилось на площади всё больше и больше.

— Кажется, что все жители Мирееи пришли посмотреть на коронацию, — ухмыльнулся Севар Давон.

— Не только Мирееи. Во всех постоялых дворах и даже дешёвых ночлежках нет мест, — рассказал Викджен.

— Тимес решил обойтись только официальными мероприятиями во время коронации, потому что скорбит по отцу. Банкета в замке не будет, — сказал граф Двар Давон.

— Похвально, — кивнул Вителлий и протянул пригласительный билет слуге у входа.

— Ваши места вот здесь, граф Вискотти, — посмотрев в свой лист, слуга указал на последний ряд справа от прохода.

— Боюсь Вителлий, что с твоего места коронация будет видна слишком плохо, — усмехнулся Двар Давон и проследовал врерёд по проходу: места семейства были во втором ряду слева от прохода.

— Наши места в последнем ряду! — возмутился Вителлий. — Мне, главе одного из древнейших родов Джукора, не нашлось места ближе, чем в последнем ряду, чтобы увидеть, как молодой король приносит клятву.

— Скажи спасибо, что нас не посадили на балкон вместе с простолюдинами, — усмехнулся Викджен.

Церемония началась без задержек. Тимес выглядел очень солидно в длинной королевской мантии с короной на голове и скипетром в руке.

После принесённой клятвы, молодой король произнёс короткую речь:

— Сегодня для меня начинается новая жизнь, полная ответственности за каждое слово и каждое дело. Я обещаю править страной, думая о благополучии каждого жителя Джукора. Одному трудно нести бремя власти. Стране нужна королева!

Зал одобрительно загудел. Вистеллия с раздражением посмотрела на Анви Эдвера, сидевшую в первом ряду рядом с отцом.

— Сейчас Тимес объявит о свадьбе с красавицей Анви, — прошептала восхищённая Оливия.

— Держись, детка, — шепнула леди Самира и крепко сжала руку Вистеллии.

— Да, стране нужна королева, а мне жена, — повторил Тимес и начал спускаться в зал.

— Он идёт к Анви? — Вистеллия закрыла глаза, не желая видеть происходящее.

— Что это всё значит? — услышала она удивлённый шёпот пробежавший по соседней лавке.

— Куда идёт король?

Вистеллия открыла глаза: Тимес уже минул первые ряды и уверенно двигался вперёд.

— Он уходит? — удивилась Амелия.

— Нет, — улыбнулась Вистеллия. — Он идёт к нам.

— К нам? — заволновался Вителлий. — Почему к нам.

— Кажется я знаю ответ на твой вопрос, папа, — Викджен посмотрел на зардевшуюся от смущения Вистеллию. — Король будет просить у тебя руки Виви.

— Господи, — прошептала леди Самира. — Неужели ты прав, Вик.

Однако Викджен ошибся.

— Леди Вистеллия, прошу Вас следовать за мной, — подойдя к последнему ряду, Тимес протянул руку Вистеллии.

Ничего не понимая, Вистеллия вложила руку в руку Тимеса и пошла за ним назад на платформу, где он только что произносил клятву.

В зале царило гробовое молчание.

Проходя мимо второго ряда Вистеллия посмотрела на семейство Давонов, на лицах которых отчётливо отпечатались изумление.

Такое же изумление было на лицах всех членов семьи Эдвера.

— Они все шокированы, — не без удовлетворения констатировала Вистеллия, поднимаясь за Тимесом по ступенькам.

— Вот моя королева! — объявил молодой король, снова представ перед подданными. — Наша свадьба состоится через неделю.

— Да здравствует король и его избранница! — крикнул кто-то с балкона.

Зал загудел.

— Всё не так уж плохо, дорогая Виви, — шепнул Вистеллии Тимес. — Нас не освистали, знать рукоплещет. Через неделю ты будешь моей навсегда.

Вистеллия натянуто улыбнулась.

— Мне нужно выйти на балкон. Следуй за мной, — Тимес согнул руку в локте, приглашая Вистеллию взять его под руку.

Вистеллия приняла приглашение. Они покинули зал, в сопровождении охраны, а так же пятерых лакеев поднялись по лестнице и оказались перед дверью на балкон.

— Выйди со мной, но стой позади, — успел сказать Тимес, пока лакеи открывали балконную дверь и поправляли мантию.

Как только Тимес вышел на балкон, Чёрную площадь огласил крик ликующей толпы.

— Да здравствует Король!

— Слава королю Тимесу!

— Наш король!

Из-за спины Тимеса Вистеллия видела, что вся площадь, а так же подходы к ней заполнены людьми. Толпа была такой огромной, что казалась людским морем, которое бурлило.

Тимес приветственно махал руками минут пять, потом ушёл с балкона.

— Сейчас беседа с министрами, — тут же объявил неизвестно откуда возникший камердинер.

— Отведите леди Вистеллию к её семье, — приказал Тимес одному из солдат, потом попросил Вистеллию. — Подожди меня внизу. Я хочу уладить все формальности с твоим отцом прямо сейчас.

Вистеллия спустилась вслед за солдатом вниз, а Тимес остался вверху.

— Виви! поздравляю тебя, — бросилась на шею Вистеллии Оливия.

— Спасибо, — Вистеллия осмотрелась: в зале кроме её родных никого не было.

— Дорогая, ты будешь королевой Джукора! — восхитились леди Самира.

— Наверное буду, если отец не откажет Тимесу. Официально король моей руки не просил, — растерянно ответила Вистеллия.

— Подожди. Что значит «наверное буду»? — Вителлий затряс головой. — Я не могу отказать Тимесу.

— Ты не хочешь выходить замуж за короля? — ахнула Амелия.

— Хочу, но… — неуверенно начала Вистеллия.

— Никаких «но»! — пришёл в себя Вителлий. — Ты станешь королевой.

— В чём дело, дорогая? — приобняла дочку леди Самира.

— Я не уверена, что король любит меня, — смущённо призналась Вистеллия. — Он никогда не признавался мне в любви.

— Любовь — это не для королей! — фыркнул Вителлий, но тут же замолчал под гневным взглядом жены.

— Прошу прощения, что заставил ждать, — в зал спустился Тимес.

— Всё в порядке. Мы не торопимся — заверил его Вителлий.

— Церемония коронации была просто великолепной, — заверил короля Викджен.

— Даже с последнего ряда, — вставила Оливия и мать дёрнула её за платье, призывая думать, прежде чем говорить.

— Я не хотел привлекать к вам заранее повышенного внимания, поэтому велел посадить в последний ряд, — пояснил Тимес и обратился к Вителлию. — Граф Вискотти, соблюдая все формальности, хочу официально попросить у Вас руки Вистеллии.

— Конечно же я согласен, — торопливо заверил короля Вителлий. — Это честь для нас породниться с Вами.

— Хорошо, — король посмотрел на часы. — Подготовка к церемонии бракосочетания уже начата. Нас обвенчают через неделю в двенадцать дня здесь же, а праздничное торжество пройдёт во дворце. Если есть какие-то вопросы или пожелания, то…

— Почему венчание в двенадцать? — перебила Тимеса Вистеллия.

— Это традиция: все короли Джукора сочетаются браком в полдень, но если ты хочешь выбрать другое время, я не возражаю.

— Полдень вполне подойдёт, — смутилась Вистеллия.

— Мой король, во дворце Вас ожидают послы соседних стран, чтобы поздравить, — возвестил снова словно из ниоткуда возникший камердинер. — Карета уже у крыльца церкви.

— Сейчас, — Тимес настороженно посмотрел на Вистеллию. — Граф Вителлий, Вы не возражаете, если я переговорю с Вистеллией тет-а-тет.

— Совершенно не возражаю.

Вистеллия сделала несколько шагов в сторону Тимеса, а все Вискотти, охрана и камердинер торопливо двинулись к выходу.

— В чём дело, Виви? — тихо спросил Тимес.

— Ты не спросил, хочу ли я стать твоей женой, — выпалила Вистеллия.

— А ты не хочешь? Твоё сердце покорил красавец Ствар Давон?

— Сивар здесь не при чём. Я просто хочу участвовать в решении своей судьбы, а не наблюдать со стороны, как ты уже всё решил за меня.

— Причина точно в этом, а не в молодом Вавоне? — продолжая хмуриться, уточнил Тимес.

— Сколько можно повторять: мне не интересен Ствар, — холодно ответила Вистеллия.

Тимес взял её за подбородок, приподнял голову и заглянул в глаза.

— Я тебе тоже не интересен, Виви? — чуть дрогнувшим от волнения голосом спросил он.

— Бессердечный Тимес, ты ведь знаешь, что завладел моим сердцем, и я готова ради тебя даже умереть, — прошептала Вистеллия.

— Тогда начинай думать о платье, в котором пойдёшь под венец. В твоём распоряжении лучшие портные, — совсем другим, полным нежности голосом произнёс Тимес и провёл большим пальцем по щеке Вистеллии от чего у неё по всему телу пробежали мурашки.

Тимес, заметив, какой эффект произвело его незамысловатое движение ухмыльнулся:

— До встречи здесь же через неделю, моя славная Виви.

Он развернулся и быстрым шагом направился к выходу. За ним последовали солдаты-охранники и капельмейстер.

— Виви, что сказал тебе король? — подбежала к сестре Оливия.

— Чтобы я начинала думать о подвенечном платье, — призналась Вистеллия.

— Нам нужна лучшая ткань, — заволновалась леди Самира.

— Вистеллия должна сиять ярче бриллиантов! — воскликнула Амелия.

Глава 32

Королевская свадьба

Предсвадебная неделя пролетела, как один миг.

В Мирею семейство Вискотти приехало вечером накануне бракосочетания. Софокл Клоден снял для родственников целый постоялый двор, а король озаботился охраной своей невесты и прислал подарок — изумительной красоты тиару: несколько больших бриллиантов в центре образовывали луну, а слева и справа возле луны, словно звёзды, сверкали бриллианты поменьше. В записке, приложенной к подарку, говорилось, что в этой тиаре когда-то шла под венец его мать.

— И не только она, — Вистеллия вспомнила сон, приснившийся ей в Кариноре, где она видела свадьбу короля Изгиря: на голове Аниньи была именно эта тиара.

Отправляясь спать, Вистеллия положила тиару на тумбочку возле кровати. Она долго смотрела на россыпь бриллиантов при свете свечи, а засыпая, пробормотала:

— Благословите меня, великие ведьмы Анинья и Элиана.

Ночью Вистеллии приснился сон, в котором Анинья играла на лужайке Каринора со своими детьми, а Элиана шла возле Каринорского озера за руку со своим королём Вернусом.

Свадебное утро было полно хлопот.

Все суетились вокруг Вистеллии, а она была само спокойствие.

— Как ты можешь не нервничать, когда твоя жизнь меняется коренным образом? — удивилась Амелия, делая причёску сестре-невесте.

— Я сама не понимаю, почему так спокойна, — призналась Вистеллия.

— Когда я выходила замуж за Вашего отца, то жутко волновалась, — с видом заговорщицы сообщила дочкам леди Самира.

— И я буду дрожать, выходя замуж, — заявила Оливия.

— Мала ты ещё для замужества! — крикнул из соседней комнаты Викджен.

— Хватит болтать! Опоздаем! — прикрикнул на всех Вителлий, который нервничал больше всех.

— Вистеллия невеста. Она может позволить себе опоздать в церковь. Пусть жених понервничает у алтаря, — веселился Софокл Клоден.

— Что ты несёшь! — злился Вистеллий. — Заставлять короля ждать⁈ Это немыслимо!

К церкви на Чёрной площади, заполненной до отказа людьми, Вистеллия приехала ровно в полдень. Толпа встретила появление невесты короля Тимеса радостными криками.

— Ты выглядишь просто ослепительно, — восторженно прошептал Тимес, когда Вителлий подвёл дочь к алтарю и вложил её руку в руку короля.

Всё что было дальше Вителлия помнила плохо. В чувства её привёл целомудренный поцелуй Тимеса.

— Теперь протокольные обязанности, — напомнил ей новоиспечённый супруг. — Надеюсь, что ты читала о них в письме, которое мой камердинер послал тебе.

— Пробежалась по верхам. Слишком занудно, — поморщилась Вистеллия.

— Согласен, — Тимес взял жену за руку. — Просто следуй за мной.

Они приняли поздравления от знати, потом приветствовали толпу с того же балкона, на который неделю назад после коронации Тимес выходил первым, а Вистеллия стояла за его спиной. Теперь они стояли рядом и людское море на Чёрной площади было просто в восторге от этого.

Далее была встреча с министрами, чаепитие с послами, знакомство королевы с дворцовыми слугами. Эта часть протокольных мероприятий запомнилась Вистеллии больше, чем министры и послы. Обслуживающий персонал королевского дворца встретил её огромным тортом. Торт лично испёк главный королевский повар Отар Горден.

— Мы от всего сердца поздравляем короля Тимеса и королеву Вителлию со свадьбой. Желаем счастья, — заикаясь от волнения вещал Горден.

— И детишек желаем, — добавила старуха Таура Стродди.

— И всегда быть милостивыми со своими подданными, — выкрикнул Тор, стоявший позади всех.

— Мы с супругой благодарим вас за торт и все блюда, которыми гости будут наслаждаться на праздничном ужине, — громко объявил Тимес и добавил, обращаясь к Тору, — а с тобой у меня будет отдельный разговор, потому что своей сообразительностью ты заслужил награду, когда помогал королеве Вистеллии в нелёгкое время.

Слуги с завистью посмотрели на Тора.

Закончив с протокольной частью, Тимес и Вистеллия провели немного времени наедине друг с другом, а затем молодая королева отправилась на смену наряда. Для торжественного банкета у неё было другое платье: ярко-синее воздушное, лёгкое.

— Ты выглядишь, словно мирада, спустившаяся с небес на землю, — прошептал Вистеллии на ухо Тимес, когда она вошла в зал.

Ужин и бал по случаю бракосочетания короля Тимеса были организованы с большим пафосом.

Вистеллия очень утомилась улыбаться, принимать поздравления и желала одного: чтобы торжество поскорее закончилось.

Заметив усталость на лице жены, король Тимес предложил:

— Давай ненадолго оставим это торжество. Хочу показать тебе фонтан с мирадами. Я приказал починить его. Ремонт закончили только вчера.

Вистеллия согласно кивнула.

Они вышли в сад и пошли по тёмной аллее в сторону фонтана.

— Ты слышишь это? — обеспокоенно спросила Вистеллия, прислушиваясь к странным звукам, похожим на лёгкий монотонный свист.

— Птицы поют? — с сомнением в голосе произнёс Тимес.

— Никогда не слышала такого пения, — озадаченно пробормотала Вистеллия.

Они прошли ещё немного и завернули в узкую аллею, ведущую к фонтану.

— Тимес, — Вистеллия посмотрела на молодого короля, который в свете луны выглядел чудо как хорошо: высокий, уверенный, властный. — Вдруг мы не сняли проклятье?

— Уверен, что история с проклятьем королевы Аниньи осталась в прошлом, — Тимес указал рукой куда-то вперёд. — Смотри.

Вистеллия посмотрела в указанную сторону и ахнула:

— Вот кто издаёт эти странные звуки!

Она улыбалась переводя взгляд с одной на другую мираду, которые стояли в фонтане почти в таких же позах, как и изображавшие их каменные скульптуры. Птицы то и дело пили воду, а потом щёлкали клювами, издавая звуки, похожие на свист.

— Сколько же их! — восхищённо произнёс Тимес, и Вистеллия только в этот момент заметила, что на ветвях деревьев вокруг фонтана тоже сидят мирады.

— Если верить пророчеству моей тётушки, мирады должны вернуть во дворец счастье, — улыбнулась Вистеллия.

— И магия продолжит жить в Джукоре. Мы позаботимся об этом, — согласно кивнул выглядевший очень довольным Тимес.

— Я думаю, что Каринор не должен оставаться тюрьмой. Сделаем там магическую школу. Я даже знаю, кого нужно пригласить на должность директора. Только его будет сложно уговорить, — оживилась Вистеллия.

— И кого?

Вистеллия коротко рассказала Тимесу об Илае, живущем заброшенного монастыре в горах.

— Завтра же распоряжусь о том, чтобы началось переустройство Каринора и нужно съездить в горы за директором. Думаю, что он не сможет отказать своим королю и королеве, — согласился Тимес. — Нам с тобой пришлось самим постигать магическую науку. Мы знаем, как это тяжело и как важна роль хорошего наставника.

— Вот тут ты совершенно прав, — Вистеллия повернулась лицом к мужу, приложила руки к его щекам и таинственно произнесла. — Хочешь я тебе покажу, чему меня научил Илай?

— Звучит очень интригующе, — улыбнулся король.

— Ты готов? — Вистеллия взмахнула рукой и в одну секунду превратила себя в Стеллу Дюбон, а Тимеса в Алойза Совитара.

— Я в полном восхищении, — пробормотал Тимес, проведя рукой по своему резко постаревшему лицу.

— И в зельях я теперь весьма хороша! — с гордостью призналась Вистеллия.

— Драгоценная Вистеллия, с первой минуты нашего знакомства я понял, что ты уникальная. Твоя красота, твой ум, твоя храбрость и целеустремлённость навсегда покорили моё сердце. Ты — жемчужина Джукора. Я люблю тебя, — Тимес провёл рукой перед лицом Вистеллии, возвращая ей юность, после чего вторым взмахом руки вернул себе свою внешность.

— Хорошо, что ты это сказал, потому что я никогда не слышала от тебя ни слова о чувствах.

— Разве мои действия не доказательство того, что моя любовь к тебе безгранична?

— Ты держал меня на расстоянии с тех пор, как перестал быть Алойзом Мовитаром.

— И делал это исключительно для того, чтобы защитить тебя. Отец рассказал мне о проклятьи Аниньи. Я не мог позволить себе счастье иметь тебя в качестве жены, зная, что год за годом буду приближаться к полному безумии. Я не хотел повторять историю своих родителей, не мог смириться с мыслью, что стану безумцем и причиню тебе боль. Поэтому отослал тебя домой в?. Однако жизнь без тебя потеряла всякий смысл. Каждый день я боролся с желанием бросить всё и поехать в дом твоего отца. В конечном итоге я так и поступил. Приехал к Вистеллию в гости, чтобы увидеть тебя, рассказать о проклятьи и предложить роль моей тайной содержанки, любовницы, потому что так ты могла бы меня покинуть в любой момент, когда я стану опасен. Однако в замке Вителлия тебя не было. Твой отец сказал, что планирует выдать тебя замуж за молодого Давона и ты не возражаешь против брака.

— После этого ты объявил о помолвке.

— Да. Я решил, что так будет лучше для всех. Однако увидев тебя во дворце, чувства снова взяли власть над разумом.

— И ты всё же предложил мне роль любовницы, — улыбнулась Вистеллия.

— Не забывай: надо мной тогда всё ещё давлело проклятье ведьмы Аниньи.

— Почему ты услал меня назад в дом отца после того, как мы сняли проклятье.

— Из тех же соображений безопасности. О помолвке с Анви было объявлено. Мне нужно было сперва занять престол, а потом уже разорвать помолвку и жениться на тебе.

— Поэтому ты приставил к нам охрану?

— Да, хотел быть уверен, что ты в безопасности.

— Отец решил, что ты боишься меня, — улыбнулась Вистеллия.

— Я боюсь не тебя, а остаться без тебя, — Тимес взял Вистеллию за руки. — Ты готова разделить со мной бремя власти?

— Сто тысяч раз «да.» Рядом с тобой я готова ко всему, мой король! — заверила мужа Вистеллия.

— Моя королева! — Тимес крепко сжал в руках руки жены.

В этот момент в небе послышалось хлопанье множества крыльев. Тимес и Вистеллия посмотрели вверх: десятки мирад одновременно взлетели в небо и, образовав круг, теперь летали над их головами, словно благославляя союз колдуна и ведьмы.

Вистеллия и Тимес завороженно следили за полётом птиц, отчётливо понимая, что в летописи Джукора начата новая страница, и писать эту страницу предстоит именно им.

Content

Ивета Витко
Вистеллия из рода Вискотти

Глава 1 Ужин в доме графа Вителлия Вискотти

Глава 2 Джук, Джукор, Вискотти

Глава 3 Вечер перед отъездом

Глава 4 Отъезд

Глава 5 У Софокла Клодена

Глава 6 В столице

Глава 7 Новая посудомойка

Глава 8 На королевской кухне

Глава 9 Тор

Глава 10 План Софокла Клодена

Глава 11 Зеркальный зал

Глава 12 В королевской тюрьме

Глава 13 Жизнь в покоях Совитара

Глава 14 Помоги мне!

Глава 15 Во власти мнимого Алойза Совитара

Глава 16 Поездка в Каринор

Глава 17 Со мной все кончено

Глава 18 Желание принца Тимеса

Глава 19 Покушение на короля Вернуса

Глава 20 Снова в королевской тюрьме

Глава 21 Ужасы Каринора

Глава 22 Тайник в стене

Глава 23 В последний раз

Глава 24 Казнить нельзя. Помиловать!

Глава 25 Вернулась!

Глава 26 Монастырь в горах

Глава 27 Важный гость в доме Вителлия Вискотти

Глава 28 Я обязательно вернусь

Глава 29 Помнишь ли ты меня?

Глава 30 Отец за сына

Глава 31 Коронация

Глава 32 Королевская свадьба