Виталий Осокин

Отель "Жёлтая гвоздика"

1

Отель располагался в коричневом пятнадцатиэтажном здании и занимал большую часть самого верхнего этажа его. В отель вела большая коричневая металлическая дверь с домофоном. На двери не было никаких табличек и надписей. Человек звонил в домофон, называл код, и охранник открывал дверь. Гость входил в отель. Справа за стойкой сидел охранник в черной форме. Впереди тянулся коридор с синими стенами. По обеим сторонам коридора были двери, которые вели в комнаты с душем и кроватью.

Екатерина мыла пол в коридоре и ворчала.

Мимо неё прошел молодой гость и поприветствовал ее. Он был в очках и походил видом своим на студента. На нём был красивый костюм с зеленым галстуком-бабочкой.

Екатерина подошла к охраннику и сказала:

— Они все подонки. И этот тоже.

— Парень как парень, — возразил Захар, так звали охранника.

Захару было пятьдесят восемь лет, но выглядел он старше своих лет. Лицо его было морщинистым и серым.

— Что? Ты защищаешь этих извращенцев? — разозлилась Катя.

— Нет. Это называется смотреть на жизнь философски.

— Это Москва тебя испортила.

Захар пожал плечами.

Екатерина пошла мыть освободившуюся комнату.

Она нашла на полу обёртку от презерватива, подняла её и засунула в мешок для мусора, пробурчав:

— Грязные уроды.

Закончив с уборкой, Екатерина подошла к Захару.

— Как долго ты работаешь здесь?

— Шесть месяцев.

— Вам всегда платят вовремя?

— Да.

— Странно. Я разговаривала с уборщицей Леной. Она мне ничего не ответила, когда я спросила её о зарплате.

— Лена. Она странная.

— И ты это заметил. Ты хороший человек. Я вижу. У тебя есть жена?

— Да, есть. У меня два сына и пять внуков.

— Ой, как мило. Ты настоящий мужчина. Я думаю, твои близкие гордятся тобой.

— Не знаю. Я их редко вижу. Еду на работу из Тульской области. Две недели живу и работаю здесь и еду домой.

— Проклятые эксплуататоры. Я бы их всех развесила на фонарях.

— И это все за тридцать тысяч, я думаю.

— Сорок пять.

— Этого мало. А мне обещали 50 тысяч рублей в месяц.

— Неплохо.

Катерина вздохнула.

— Я хочу больше.

— У тебя большая семья?

— Дочь и внук. Мой муж умер двенадцать лет назад.

Зазвонил домофон. Захар взял трубку.

— Кто? Назовите код.

— Код 112. Это полиция, идиот. Открывай, дебил!

Голос был грубым и чересчур уверенным.

Екатерина и Захар испуганно переглянулись.

Захар открыл дверь, нажав на кнопку на столе.

Вошли сержант полиции в форме и мужчина в чёрном кожаном плаще и шляпе.

— Майор Морозов, — представился мужчина в плаще.

— Сержант Николаев, — представился сержант.

Они показали свои ксивы в раскрытом виде.

Морозову было сорок пять лет. Он был большим и страшным.

— Кто здесь главный? — спросил он.

Захар ответил дрожащим голосом:

— Здесь нет начальства. Клиенты звонят диспетчеру по телефону. Диспетчер сообщает им код — четыре цифры, потом сообщает этот код мне. Гость приходит к нам, звонит в домофон, говорит код. Если код верный, я открываю дверь.

— Это бордель? — спросил Морозов.

— Это отель.

— Зачем такая конспирация? Я не понимаю.

— Обычно наши клиенты снимают номера на час, максимум на три-четыре.

— Я понимаю, что люди приходят сюда, чтобы перепихнуться по-быстрому и явно не с женой или мужем.

Морозов обратился к сержанту.

— Сержант, какое окно?

— Третье от края.

Морозов посмотрел на Захара.

— Нас интересует третье окно с края, сторона, выходящая на улицу.

— Это должен быть номер десять. Сейчас я возьму запасной ключ. Вот он. Пойдем.

Они пошли по коридору. Катерина следовала за мужчинами.

— Что случилось? — спросил Захар.

Полицейские, похоже, не услышали вопроса, либо не считали нужным отвечать ему.

Они остановились у двери номера десять. Захар постучал в дверь.

За дверью послышался слабый гул.

Захар открыл дверь ключом.

Окно в комнате было открыто. Ветер трепал шторы.

— Вы не входите, — приказал Морозов.

Захар и Екатерина поняли, что клиент выбросился из окна.

— Кто? — спросила уборщица.

— Молодой рыжий парень, — сказал Захар.

— Матерь Божья.

Екатерина перекрестилась и спросила:

— Он жив?

— Нет, — ответил Морозов.

Он взял с тумбочки телефон парня.

— Сейчас мы узнаем, почему он это сделал. Я уверен, что тут не обошлось без женщины.

— Или мужчины, — заметил сержант и ехидно улыбнулся.

— Женщины. Ольга. Тридцать неотвеченных звонков. Они ещё переписывались и созванивались в мессенджере, — сказал Морозов.

— Умереть из-за женщины — как глупо, — заметил сержант.

— Вы не романтик, Николаев. Вы этого никогда не поймете, — сказал Морозов.

2

Прошло два дня.

Екатерина мыла пол в коридоре гостиницы.

Захар сидел на ресепшене и разгадывал кроссворд.

Катерина подошла к нему.

— Какой вопрос?

— Столица Испании.

— Мадрид.

— Точно — подходит.

Катерина покачала головой.

— Как ты учился в школе?

— У меня были хорошие оценки по труду и физкультуре.

— Это очень заметно.

— Как ты училась?

— Было время, когда я работала учителем химии и биологии.

— Ух ты.

— Я думаю о названии отеля. Кто это придумал? Жёлтая гвоздика. Жёлтый цвет означает измену. Гвоздики обычно несут на кладбище. Что за дичь?

— Возможно, наши хозяева не знали, что символизируют эти предметы.

— Ты думаешь, они идиоты? Это правда. Так уж получилось, что богатые могут оказаться дураками. Где справедливость в этом мире?

Екатерина пошла убрать в кладовку швабру, ведро и тряпку. Она остановилась у двенадцатого номера. Здесь отчетливо были слышны голоса.

Мужской голос говорил:

— Где ты, мой дорогая? Как долго ты ещё будешь мыться?

Послышались шаги и звук открывающейся двери душа.

— Я хочу быть для тебя самой чистой девочкой на свете, — ответил писклявый женский голос.

— Ах, ты моё счастье. Как же ты красива. Как Марго Робби.

— Лучше.

— Ну, конечно, ты лучше всех, как я могу тебя с кем-то сравнивать?

— Ты обещал сделать меня начальником отдела снабжения.

— Да, обещал и сделаю это.

— Ты меня не обманешь?

Наступила пауза. После мужчина сказал:

— Если только ты будешь себя вести, как умничка, в постели. Тогда точно не обману.

— Ах ты, поросёнок.

Екатерина плюнула и пошла дальше.

Через пятнадцать минут она подошла к Захару.

— Я знаю, как здесь разбогатеть, — сказала она заговорщицким тоном.

На лице Захара ясно читался большой вопросительный знак. Екатерина рассказала:

— Мы расскажем прессе о самоубийстве молодого человека.

— После этого нас уволят, — возразил Захар.

— Никто не узнает.

— Хозяева поймут, что эту информацию знал только персонал.

— И полицейские.

— Кому может быть интересно самоубийство неизвестного молодого человека?

— Тогда мы узнаем какую-нибудь увлекательную историю наших клиентов и продадим её прессе.

3

После трёх выходных дней Екатерина пришла на работу в плохом настроении. Захар сидел на ресепшене.

— Разве они тебя не меняют? Почему? — спросила его Катерина.

— Мой сменщик заболел.

Екатерина мыла пол в коридоре и ругалась:

— Сволочи, негодяи, извращенцы.

— На кого ты ругаешься? — спросил её Захар.

— Как на кого?

Екатерина остановилась у стойки ресепшена.

— На этих уродов, которые здесь трахаются.

— Это жизнь. Смирись с этим.

— Ты такой же, как они, и, вероятно, изменял своей жене.

— Только один раз. Я тогда был пьян. Она ничего не узнала. А ты? Ты никогда не изменяла мужу?

— Нет! Я не шлюха! Муж мне тоже был не нужен: мне не нравилось заниматься с ним сексом.

— Ему не повезло.

— Это мне не повезло с этим дураком.

— Он был глуп?

— Он был учителем математики, но этот человек был глупым. Он увлекался экологией и общественной деятельностью, а его семья была на последнем месте в его системе координат.

— Вы были разведены?

— Нет не успели — он умер. Серьёзное заболевание. Мне никогда не везло с мужчинами. Я встречала только слабаков. Муж моей дочери тоже был уродом. Слабый, бесполезный. Хорошо, что они расстались.

— Ты строгая.

— Я боец. Это правда.

— Будешь собирать материал для прессы? Помнишь, ты говорила, что у тебя есть идеи…

— Теперь у меня другой план. Я соберу материал, чтобы шантажировать того, кто здесь изменяет своей жене.

— Как ты это сделаешь?

— Очень просто. Я поставлю в комнату телефон с диктофоном, затем незаметно сфотографирую засранца на свой телефон и потребую с него деньги.

— Как узнать его номер телефона или адрес?

— Я пройду за ним до его дома, и так узнаю его адрес.

— А потом? Ты придёшь к нему домой, чтобы шантажировать его?

— По адресу можно узнать номер телефона человека. Нужно будет только обратиться к специалистам. Или можно бросить письмо в почтовый ящик.

— Мать, ты, наверное, начиталась детективов… Как ты уйдешь с работы? Кто вместо тебя будет мыть полы?

— Ты мне поможешь.

— Нет! Нет! Ты ненормальная.

— У нас всё получится. И ты будешь мне благодарен, потому что бросишь эту дурацкую работу. У тебя будут деньги.

Зазвонил домофон. Гость назвал код. Захар открыл дверь.

Вошел полный мужчина в очках с толстыми стёклами, клетчатом пиджаке и галстуке-бабочке с двадцатилетней девушкой в синей куртке. Мужчина злобно усмехнулся. Ему было шестьдесят три года.

Екатерина смотрела на них с презрением и ненавистью.

4

На следующий день, около часа дня Екатерина подошла к Захару.

— Всё, работаем, мужик в серой куртке и кепке.

— Я не понимаю, с каким парнем мы работаем?

Захар отложил бесплатную газету, которую обычно раздают в метро.

— Светловолосый, на вид лет сорока. Сейчас он в пятом номере вместе с блондинкой. Я положила там диктофон под кровать.

— Ты сумасшедшая, Екатерина. Успокойся, я тебя прошу.

Катерина приложила указательный палец к губам и пошла мыть туалет.

Через час она уже слонялась под номером пять со шваброй и ведром. Когда клиент со своей спутницей вышел из комнаты, Екатерина достала из кармана халата телефон и направила его на них.

— Ой, я не вижу номера, не понимаю, кто мне звонил, — сказала она и незаметно сфотографировала мужчину и женщину.

Гости покинули отель. Екатерина бросилась в раздевалку за стойкой регистрации, накинула куртку и помчалась к выходу. Она сама нажала кнопку на стойке регистрации, чтобы открыть дверь.

— Что ты делаешь?! — Захар испугался.

— Ты остаёшься за меня. Вымоешь полы и уберёшь номера, — скомандовала Екатерина.

— Стой! Сумасшедшая!

Но Катерина уже бежала вниз по лестнице, пытаясь обогнать лифт.

Она выдохнула на первом этаже и огляделась. У любовников было достаточно времени, чтобы уйти далеко. Но Екатерине повезло. Мужчина курил у входа в здание и разговаривал с блондинкой. Потом они пошли на трамвайную остановку. Екатерина последовала за ними. Мужчина и блондинка ехали на трамвае до станции метро. Потом на метро они проехали четыре остановки.

После любовники вышли из метро и расстались. Мужчина прошёл еще полкилометра и вошел в белое восьмиэтажное здание. Екатерина бросилась за ним в лифт. На ней был платок и солнцезащитные очки. Её внешний вид не вызвал подозрений у мужчины, несмотря на то, что была поздняя осень. На пятом этаже мужчина вышел. Он пошел налево, прошел по коридору и вошёл в одну из дверей справа. Катерина потопталась на месте, затем подошла и открыла дверь. Её встретил охранник в белой рубашке и галстуке. За ним была большая комната с рядами столов с компьютерами.

— Друг, что здесь? — спросила Катерина.

— Кто тебе нужен?

— Вы знаете, кто этот человек, который вошел прямо передо мной?

— А ты кто?

— Я? Мне просто любопытно.

— Я не уполномочен передавать информацию посторонним лицам. Пожалуйста, выйди.

Екатерина вышла и несколько часов ждала преследуемого ей мужчину внизу у входа в здание, где тот работал. Он ушёл только в семь часов вечера, когда уже стемнело. И снова Екатерина следовала за ним в метро и на улицах. Мужчина прошёл во двор дома, где встретил пожилого мужчину, который катал на инвалидной коляске женщину в белой шапочке. Он поздоровался с мужчиной и поцеловал женщину в щёку. Похоже, она была того же возраста, что и он.

В половине девятого вечера Екатерина нажала кнопку домофона отеля.

— Код? — спросил Захар.

— Это я, Катя.

Захар впустил её и набросился тут же на неё с ругательствами:

— Что ты делаешь? Я устал за тебя убирать комнаты. Хозяева узнают о твоих проделках и выгонят нас!

— Не волнуйся, всё идёт по плану. Я выследила его. У меня есть его адрес: номер дома и квартиры.

Екатерина более подробно рассказала об увиденном.

— Эта женщина-инвалид — его жена? — спросил Захар.

— Очевидно, да.

— Тогда всё понятно, почему мужчина изменяет — он не хочет бросать жену и ему нужен секс на стороне.

— Гнусно изменять инвалиду.

— Катя, ты сумасшедшая. Мужчине нужна женщина. Что он должен сделать?

— Пусть порадует своего инвалида.

— Ты просто инопланетянка какая-то, а вдруг она не захочет или не может? Катя, будь человеком.

5

Матвей с грустью поглядел на Ларису, прихорашившуюся у зеркала, вздохнул и принялся натягивать джинсы. Лариса расчёсывала длинные белокурые прямые волосы. Матвей поймал себя на мысли, что в её зелёных глазах-изумрудах было что-то колдовское.

— А ведь ты приворожила меня, Лариска, как пить дать приворожила, — сказал Матвей.

Лариса на это только улыбнулась.

Матвей встал с кровати и начал одевать рубашку. Он отдыхал с Ларисой в девятом номере отеля «Жёлтая гвоздика». Ему было сорок пять лет, а Ларисе тридцать пять. У Матвея было много седых волос. Усы его были серыми и аккуратно подстриженными. Матвей снова вздохнул.

— И что мне с этим теперь делать?

— С чем? — не поняла его мысли Лариса.

— С этой любовью, с ворожбой твоей.

— Не нравится?

— Как тебе сказать?

— Говори, как есть.

Матвей подошёл к Ларисе, схватил её, поднял на руки и закружил.

— Сейчас узнаешь, как есть.

— Отпусти! Сумасшедший!

— Нет! Я хочу ещё и ещё. И только с тобой. Получишь, ведьма.

— Не надо, котик, меня муж дома ждёт. Он прибьёт меня.

Матвей поставил Ларису на пол.

— Я его сам прибью.

— Не надо.

— Надо. Я не хочу тебя ни с кем делить.

— А дети? Они привыкли к отцу.

— Ты же говорила, что они ему не нужны.

— Ну… Говорила… Может быть, я слегка преувеличила. Иногда он играет с ними.

— Когда тебя дома нет.

— Типа того.

Матвей и Лариса вышли из номера. В коридоре уборщица отвлеклась от работы, поставила швабру к стене, достала из кармана халата телефон, и направив его на Матвея и Ларису, заговорила:

— Ой, я не вижу, что тут за фигня. Сообщение что ли пришло? Опять мошенники звонили? Ироды. Или это дочка? Не пойму никак.

Проходя мимо неё, Матвей спросил:

— Слепая что ли, бабка?

— Ой, сынок, да совсем плохая стала на зрение.

— Так надо тогда дома сидеть. Чай пенсию получаешь.

— Так проживи ты на эту пенсию.

Матвей не стал ничего ей говорить в ответ. Он выходил из отеля, небрежно бросив Захару:

— Гудбай.

— Всего хорошего. Приходите к нам ещё. Мы вам всегда рады, — выдал заученные фразы Захар, кланяясь уходящим гостям.

Матвей и Лариса сели на трамвай и поехали. Они проехали до конца маршрута и вышли.

У остановки они стояли друг против друга три минуты и молчали.

— Нельзя так долго. Нас могут заметить знакомые, — прервала молчание Лариса.

— Ведьма, — сказал Матвей.

Лариса улыбнулась.

— Я не люблю, когда ты меня так называешь.

— Любимая ведьма.

— Нет, не ведьма.

— Ведьмочка.

— Всё, по домам.

— Я люблю тебя, Лариска.

— Не надо, Матвей. А то я сейчас заплачу. У тебя жена и сын.

— Да пошла она.

— А сын?

— Он уже большой. Должен понимать, что случаются в жизни непредвиденные обстоятельства.

Они разошлись.

Матвей шёл вдоль улицы около десяти минут, потом ускорил шаг и повернул резко за торец серого панельного пятиэтажного дома. За углом Матвей прижался спиной к стене и стал ждать. Скоро он увидел, как за торец дома забегает какая-то пожилая женщина в платке и солнцезащитных очках. Матвей отскочил от стены и схватил её за грудки.

— Тебе чего от меня нужно, женщина?

Матвей приподнял женщину немного от земли.

— Отпусти, козёл! — требовала женщина.

— Кто тебя подослал?

— Никто, я сама.

Матвея отпустил следопыта на землю.

— Сама. Зачем я тебе сдался?

— Я просто тебя перепутала со своим зятем. Я думала это мой зять Колька милуется с любовницей у остановки и решила проследить за тобой. Извини, мужик, я просто обозналась.

— За мной? А почему за мной, а не за любовницей зятя?

Женщина пыталась что-то быстро сообразить.

— Затупила. Эмоции захлестнули. Хотела устроить разборку зятьку и потребовать с него деньги, чтобы не разоблачить его перед дочкой.

— Ты такая жадная и скверная тёща. Слушай, я тебя, кажется где-то уже видел, но где…

Матвей снял очки с женщины. Глаза её забегали по сторонам.

— Уборщица из отеля. Какого лешего? Ты мне всё наврала.

— Нет. Я тут живу недалеко. Ехала с работы и тебя перепутала с зятем. Правда.

Матвей достал из кармана джинсов наручники и застегнул их сзади на запястьях Екатерины.

— Ты, что творишь, засранец, отпусти меня. Это беспредел. Я буду звать на помощь.

— Кого?

— Полицию.

— Я сам оттуда.

Они прошли минут пять по дворам и Матвей остановился у красной машины-иномарки. Он открыл её и запихнул Екатерину на заднее сиденье.

— Куда ты меня повезёшь? Убивать? — спросила она.

Матвей ничего не ответил и сел за руль.

Он приехал к дому, в котором находился отель «Жёлтая гвоздика».

Поднялись на последний этаж. Матвей нажал на кнопку в домофона.

— Код? — спросил Захар.

— Открывай, дебил, полиция.

— Как? Полиция? У нас всё в порядке. Или опять кто-то выбросился из окна?

— Сейчас я тебя выброшу из окна. Открывай. Я привёз твою уборщицу, надо поговорить. Или я сейчас вызову спецназ.

Захар открыл дверь. Матвей с силой впихнул Екатерину внутрь помещения. Она всё ещё была в наручниках. Матвей обратился к охраннику:

— Расскажи-ка мне друг, что тут происходит? Какого ляда, она следила за мной? Эта старая курица.

— Я не знаю.

Матвей достал из заднего кармана джинсов ксиву и кинул её на стол ресепшена.

— Читай.

Захар взял дрожащими руками удостоверение.

— Ну, — торопил Матвей.

— Министерство внутренних дел. Майор Матвей Сергеевич Горчаков.

— Теперь ты понял с кем связался?

— Да.

— Расскажешь?

— Я не знаю, что вы хотите от меня услышать.

Екатерина дёргала руками, пытаясь освободить руки от наручников.

— Он здесь вообще не при делах.

— Я не с тобой беседую, курица. Заткнись. Дружище, ситуация складывается следующая. Ствола у меня с собой нет, но предполагаю у вас тут есть какая-нибудь настольная лампа с шнуром и вилкой. Также шнур есть у микроволновки или телевизора. Иди, отрежь его и принеси сюда.

— Зачем?

— Объясняю, я зачищу два конца шнура, а вилку воткну в розетку.

— Зачем?

— За тем, чтобы эти два конца подсоединить к твоим яйцам.

— Но для чего? Не надо.

— Надо. Ведь ты не хочешь говорить правду.

— Не надо! Я всё скажу.

— Я весь внимание. Давай.

— Она хотела узнать ваш адрес.

— На фига?

— Она подложила старый телефон с включённым диктофоном в ваш номер, потом незаметно сделала снимок в коридоре, когда вы шли по коридору со своего телефона.

— Оригинально. Смелая женщина.

— Я говорил ей, что она сумасшедшая.

— Слабак, — бросила Захару Екатерина.

— Да он оказался слабее тебя, курица, но вы всё равно оба попали. Хотела меня шантажировать? Тебе делать не хера? Насмотрелась латиноамериканских сериалов?

— Сейчас наши тоже научились снимать.

— Жаль, что про твои приключения никогда не снимут кино, хороший сюжет вырисовывается. И сколько ты хотела у меня требовать за моё молчание?

— Не знаю.

— Врёшь ты всё, старая. Придётся мне вас наказать.

— Посадите? — спросил дрожащий Захар жалобным голосом.

— Есть такой вариант, но сегодня я добрый. У вас на картах есть бабло? Наличмана я думаю, у вас мало.

— У меня на карте только две тыщи с копейками, — сказал Захар.

— У меня есть пять тысяч. Могу вам перевести их, чтобы конфликт был исчерпан, — предложила Екатерина.

Матвей засмеялся.

— Пять тысяч. Милая, как же ты дёшево меня оцениваешь.

— Каждый по сотке переводит на мою карту и мы в расчёте.

— Но у нас нет, столько… — Екатерина не успела договорить. Матвей перебил её:

— У вас всех есть кредитные карты. Я уверен в этом. Даю вам десять минут. Или оформляю на вас уголовное дело. По пятёрочке, как минимум, вы получите. Это я вам гарантирую.

6

Екатерина прислонила ухо к двери и стояла так минуты две. Наконец, она отошла и прошлась до ресепшена.

— Не хорошо подслушивать, — заметил Захар.

— А.

Екатерина махнула рукой, дескать, что объясняться с тёмным человеком.

— Что у них там интересного услышала? — спросил Захар.

— Ужас ужасный. Она говорит ему, что с его фигурой он мог бы сниматься в порнухе.

— Так и сказала?

— Да.

— Представляешь, они спокойно говорят о съёмках в порнухе. До чего же докатился этот сраный мир.

Прошла неделя с того злополучного случая, когда майор Горчаков поставил Захара и Екатерина на бабки. Им нужно было закрывать долги, поэтому они договорились по телефону с руководством работать по крайней мере два месяца наперёд без выходных.

Зазвонил домофон.

— Код? — спросил Захар.

— Ноль двести три.

Захар открыл дверь. В отель вошёл мужчина в возрасте в бабочке и старомодном костюме с молодой новой девушкой. Екатерина видела этого типа уже не в первый раз и назвала его про себя профессором. Захар протянул ему ключи.

— Вам в шестой номер.

— Премного благодарен, — сказал «профессор» и противно широко улыбнулся.

Когда он и его спутница скрылись в номере, Екатерина дала ему оценку:

— Козёл.

— Таким везёт в этой жизни, — заметил пессимистично Захар.

— А не должно.

— Мы ничего не можем изменить в этом мире.

— Ещё как можем.

— Ты уже пыталась…

— Почему в прошедшем времени?

— Не понимаю к чему ты клонишь, Катерина?

— Двенадцатый номер.

— Ты опять за старое. Угомонись, Катя, нас убьют. Мы и так должны кучу денег. Ты опять будешь выслеживать кого-то? Сколько можно? Тебя жизнь ничему не учит…

— Учит. Теперь будет следить частный детектив.

— Какой детектив?

— Частный, я наняла его. Когда клиент выйдет из отеля, я скину его описание детективу и тот проследит за ним.

— Частный детектив. На какие шишы, ты его наняла?

— На кредитные. Всего тридцать тысяч. Сторговалась. Тот просил пятьдесят.

— Ты безумная. Я сейчас сбегу или доложу о твоих проделках начальству.

— Если ты не мужик, то так и сделаешь. Но ты же мужик.

— Катя! А…

— Спокойно. Они выходят.

Из двенадцатого номера вышел молодой человек симпатичной наружности с длинными русыми волнистыми волосами и девушка на вид его ровесница с кукольной смазливой физиономией. Её прикид был беднее того, в который был одет её спутник. У девицы были крашеные в жёлтый и розовый цвета волосы. Екатерина незаметно, как ей казалось, сфотографировала их, когда они проходили мимо неё.

Молодые люди вышли из отеля. Екатерина позвонила детективу и описала их.

— Теперь осталось ждать, как сработает детектив, — сказала она Захару.

— Катя, я боюсь.

— Не бойся. Я с тобой.

Около девяти часов вечера Екатерина подошла с довольным видом к ресепшену. Захар смотрел фильм в своём телефоне, нацепив старомодного типа очки.

— Всё есть у меня: координаты, адрес проживания, имя, фамилия и номера телефонов. Одного рабочего, другого левого для связи с любовницами и шлюхами. Представляешь, как работает детектив.

— И что ты собираешься делать?

— Напишу ему сообщение. Пусть заплатит мне пять тысяч долларов за компромат на него. Или лучше десятку просить?

— Ты спятила. Возможно у него нет таких денег.

— Есть. Это альфонс. Его жене пятьдесят пять лет. Он нигде не работает. Тунеядец, прожигатель жизни.

— Тем более: деньги есть у его у жены, а у него откуда им взяться.

— Захочет остаться в золотой клетке со своей кралей — найдёт. Подонок. Где-то же он находит деньги на девок и отель.

— Это не ахти какие большие деньги.

— Он живёт в особняке и привык к красивой жизни, от которой очень трудно отказаться. И ради того, чтобы остаться в этом прекрасном сказочном мире богачей, он пойдёт на любое преступление.

— Даже на убийство?

— Хоть бы и так. Мне хоть бы хны. С волками жить — по волчьи выть. Я пишу сообщение. Сколько просить. Надо брать десятку. Это для них мелочь.

— Одумайся, Катя. Проси пять хотя бы.

— Нет. Пятнадцать.

Екатерина ковырялась в мобильном.

— Что-то не получается. Интернет куда-то пропал и связь.

— И у меня.

Захар заглянул в свой телефон.

Дверь отеля открылась. Захар передёрнулся от страха. Екатерина уставилась на вход. Вошли трое мужчин в чёрных кожаных пальто и солнцезащитных очках. Впереди шёл мужчина низкий с большой головой и чёрными волосами, зачёсанными назад.

— Это не просто так у вас пропали связь и интернет, — сказал он.

— Кто вы? — спросил Захар.

— Мы от Алексея Игоревича, — сказал низкий.

— Кто это? — спросила Екатерина.

— Это ваш начальник. Вам необходимо проехать с нами. В открытую дверь вошли пожилой мужчина в чёрной форме и женщина в синем халате. Это были охранник и уборщица, которые должны были заменить Захара и Екатерину.

7

В радио машины звучала русская попсовая музыка. Екатерина подумала, что бугаи, которые везли их в неизвестном направлении, к какому-то Алексею Игоревичу, скорее всего, были отставными или просто бывшими военными, возможно, спецназовцами. Екатерина и Захар сидели на заднем сиденье большой чёрной машины. Их руки были связаны, рты заклеены скотчем, на головы им надели мешки. Екатерину пронзила мысль, что она ничего не знала о своём начальстве. Абсолютно ничего. Она позвонила по номеру из бесплатной газеты, которую дали её соседке Наде в метро — купилась на хорошую цифру зарплаты и график. Ей сказали приехать в отель и всё — она была принята на работу. Она тогда ещё подумала, на фига связываться с такой шарашкиной конторой? Всё выглядело подозрительно. По смс она отправило начальству номер карты, на которую один раз ей прислали зарплату. Следующая получка должна была быть через неделю. В «Жёлтой гвоздике» авансы не выдавали сотрудникам.

Ехали часа полтора. Так показалось Екатерине. Потом их вывели. Они шли где-то. Было мало шума, из чего Катерина сделала вывод, что они за городом. Потом они вошли в дом, поднялись по лестнице, прошли ещё шагов тридцать по коридору и их завели в какое-то помещение. Маленький делегат в чёрном кожаном пальто от Алексея Ивановича снял мешки с голов уборщицы и охранника, отклеил скотч с их уст. Свет слепил глаза. Когда картинка прояснилась, Екатерина увидела просторный кабинет с белыми стенами. За столом сидел лысый мужчина в очках с сигарой. Он махнул рукой и двое бугаев ушли. На стенах висели два плазменных экрана.

— Что скажите в своё оправдание? — спросил лысый. — Что мне с вами делать?

— Мы ничего такого не делали, — заверила Екатерина.

— Ничего? — лысый взял пульт со стола и щёлкнул им.

На одной из плазм появилось серо-белое видео, где Екатерина подкладывала старый телефон с диктофоном под кровать в одном из номеров.

— А это что?

— Вы всё записываете? — удивилась Екатерина.

— Это мой отель, женщина. Вы хотите распугать всех моих клиентов? Создать дурную славу у моего детища, уничтожить его. Вы собирались шантажировать клиента отеля, постоянного, между прочим. Какое жуткое свинство.

— Я вас где-то видела.

— Вряд ли, я с такими персонами не пересекался нигде в этой жизни.

— В сериале «Проклятый рай», там был хозяин борделя такой же лысый и важный. Это вы?

— В сериале? Надо полагать, это был не хозяин борделя, но актёр. Все мы актёры, а мир — это театр. Но я не снимался в кино, я предпочитаю играть в более серьёзные игры. Так что мне прикажете с вами делать, голубчики?

— Увольте нас, — предложила Екатерина.

Лысый усмехнулся.

— Это очень легко и несправедливо. Вы будете работать у меня бесплатно. Полгода. Думаю, это будет правильно.

— Офонарел что ли совсем, эксплуататор грёбаный? — возмутилась Екатерина.

— У нас и так долги, простите нас, — просил Захар.

— Надо было мозгами думать, старый осёл, когда ты вписался в плутни этой сумасшедшей. Впрочем, откуда у тебя мозги. Не исполните мою волю — поедете на зону.

— За что? — спросила Екатерина.

— За вмешательство в частную жизнь людей.

— Не переживай, Захар, это чепуховая статья, много нам не дадут, — хорохорилась Екатерина.

— Почему не дадут? Дадут — надо будет, мы вам подкинем ствол или пакетики с веществами, чтобы судья вам побольше отгрузил.

— Ну и скотина же вы, Алексей Игоревич, — не сдержалась Екатерина.

— Только такие и выживают в бизнесе. Отвезите их обратно на работу, пусть впахивают, отрабатывают.

— Подожди, а Лена? — вспомнила Екатерина.

— Что Лена?

— Моя сменщица. Я её спрашивала про зарплату и она молчала. Ей вы тоже не платили?

— Да, она тоже наказана.

— Она-то за что?

— За то, что снимала видео на старый телефон в номерах. Дура. В этом отеле могу снимать и смотреть он-лайн за тем, как реальные люди живут и любят друг друга во всей красе, только я и те, кому я позволю это делать. Вот, можете несколько секунд насладиться.

Алексей Игоревич взял пульт и начал щёлкать им. На экране стало появляться видео из номеров. Кто-то занимался сексом, кто-то лежал в обнимку на кровати, кто-то пил пиво из банки и курил, кто-то голый корчил смешные рожицы перед зеркалом…

8

Прошёл месяц.

Екатерина убралась в первом номере и вышла из него. Рядом находился ресепшн. Екатерина поставила ведро, прислонила швабру к стене, вздохнула. Захар смотрел фильм в своём телефоне. Екатерина подошла к нему.

— Захар.

— Я не хочу с тобой разговаривать. Не подходи ко мне.

— Сколько уже можно дуться.

— Я не дуюсь, я хочу тебя убить.

— Ты не сможешь никого убить. Ты такой же слабый, как мой муж и мой зять.

— Стерва.

— Прости, я не хотела тебе навредить. Хорошо хоть нам оставили выходные. Я теперь пашу и в выходные: мою подъезды.

— Я никогда не сомневался в твоих талантах.

— А ты?

— Я тоже подрабатываю в выходные грузчиком на складе. Спасибо тебе…

— А как ты объяснил жене то, что теперь у тебя не будет зарплаты?

— Сказал, что в отеле случился пожар и вину повесили на меня, теперь я возмещаю ущерб хозяевам — работаю бесплатно полгода.

— Значит, не стал говорить правду жене.

— Она бы порвала тебя на мелкие лоскутки.

— Эх, не повезло нам. Уж больно ушлые достались нам начальники. Эксплуататоры сраные.

Екатерина пошла по коридору, прихватив ведро и швабру по пути у первого номера. Около восьмого номера она остановилась, поставив на пол свой рабочий инвентарь. Здесь отдыхал постоянный клиент отеля, которого Екатерина прозвала профессором. Он как обычно пришёл в этот раз с очередной молодухой. Екатерина стала к двери, прислонив к ней ухо. Голоса слышались отчётливо.

Мужской голос молвил:

— Свет, ну что ты ломаешься, как деревенская дурочка.

— Я не могу так просто раздеться полностью и лечь к вам, мне стыдно, — сопротивлялась девица.

— А на кой ляд ты пришла сюда со мной в отель?

— Вы же говорили, что мы будем готовиться к экзамену.

— К экзамену — это был намёк. Какой экзамен, может быть, в отеле? Свет, не чуди, я тебя прошу.

— Василий Васильевич, мне страшно.

— Не бойся, это совсем не больно.

Возникла пауза.

Потом мужчина предложил:

— Вот, выпей коньяк. Лучше залпом.

Девица выпила алкоголь.

— Ладно. Давай упростим процедуру. Просто пососи и всё, — выдвинул новое предложение мужчина.

— Пососи? — дрожащим голосом переспросила девица.

— Ты никогда не сосала что ли? Вот темнота…

Екатерина схватила ручку двери и крутанула её. Дверь подалась. Её забыли закрыть изнутри. Уборщица ворвалась в номер.

Профессор сидел на краю кровати в одних семейных трусах. Девица стояла напротив него в футболке и трусиках. Мужчина удивлённо поглядел на Екатерину и только успел сказать:

— Женщина, нам пока уборка не требуется. Мы ещё не уходим…

Шваброй Екатерина так двинула по физиономии профессора, что тот перелетел через изголовье кровати и свалился на пол. Уборщица настигла его и продолжила наносить по нему удары шваброй.

Через секунды в открытом дверном проёме уже стоял Захар. Увидев, что происходит в номере, он окаменел и сказал только:

— Твою мать.

Но войти от шока в номер не смог сразу и только после паузы бросился оттаскивать разбушевавшуюся уборщицу от её жертвы.

Спустя несколько часов Екатерина и Захар были уже вне стен отеля. Они сидели на скамейке в сквере. Было уже холодно и темно. Шёл снег. У них были маленькие бутылки коньяка и шоколадка. Пили молча. Наконец Захар начал вспоминать:

— Ты помнишь, что он сказал?

— Кто? — спросила Екатерина.

— Этот чувак из охраны шефа. Что он сказал, когда они приехали после того, что ты учудила в восьмом номере?

— Он сказал, что шеф приказал, чтобы мы собирали свои манатки и проваливали и никогда больше не показывались в его отеле.

— Это значит, что мы свободны? Мы не должны работать на них бесплатно?

— Получается так. Он сказал, чтобы мы больше никогда не показывались в его отеле. Это я чётко помню.

— Тогда я пошёл.

— Куда?

— За бутылкой — полной, поллитровкой. Это надо отметить.

— На какие шишы гулять собрался, чудак?

— А кредитка на что?

2023 год

Помощь, благодарность, донат автору:

Сбербанк 2202 2063 7463 1260

Content

Виталий Осокин
Отель "Жёлтая гвоздика"

1

2

3

4

5

6

7

8