Светлана Бурдинская

Связанная сказка

Посвящается дочери Гале

Глава № 1. Потерялся

Рыжик потерялся во время прогулки. Ещё минутку назад он лепил вместе со своим братом снеговик, а потом разгоряченная Галя затолкала варежки в карман и побежала домой. Брат оказался в глубине кармана, а Рыжик выглядывал оттуда и видел следы, которые оставляли красные Галины сапожки. Вдруг что-то блеснуло, Галя остановилась, присела, поглядела — тьфу, бумажка! — и побежала дальше, оставив вывалившегося из кармана Рыжика на снегу. Ему сразу забило рот тающим комочком. Он успел только крикнуть: «Погодите! Забыли меня!» и увидеть, как Галя скрылась за поворотом.

Рыжик впервые остался один, без своего брата, без Гали. Постепенно темнело, пошёл снег. Он начал потихоньку заносить Рыжика, ещё около получаса тот виднелся из-под тонкой снежной пленки, а потом словно начал затухать далекий огонёк в ночи. Рыжик поворочался в сугробе и уснул, утомлённый печалью…

Очнулся он от того, что его кто-то грубо тряхнул. Рыжик мгновенно вынырнул из сна. Его держала большая рабочая перчатка, почти новая, но с синей кляксой, похожей на какое-то членистоногое. Вторая перчатка с запачканным той же краской указательным пальцем стояла рядом, задумчиво рассматривая Рыжика.

— Ну что, малец, выкинули тебя? — спросила первая перчатка сиплым мужским голосом. — Я Краб Крабыч. А ты?

— Потерялся, — сказал Рыжик.

— Да знаем, как ты потерялся, я видела, как девчонка тебя выкинула. Ты ей стал не нужен, — визгливым женским голосом сказала вторая перчатка. — Я Указка.

Рыжик старался держаться изо всех сил, но потом все же всхлипнул.

— Ничего, пойдём с нами, малец. А то скоро дворники придут, сразу тебя в помойку выкинут, на свалку увезут. А оттуда уже в город нет возврата. Оттуда можно попасть только на Перевязку.

Рыжик поплёлся за странной парочкой, которая на ходу перекидывалась короткими фразами. На улице было пустынно, ещё не настал час дворников и собачников, фонари горели устало, предчувствуя скорый отдых. Кирпичные дома окончились, потянулись деревянные старые двухэтажные дома, около которых не было тротуаров. Рыжик споткнулся об огрызок яблока, пока вставал, его провожатые исчезли. Рыжик начал оглядываться по сторонам, потом тихонько звать: «Краб Крабыч, тётя Указка, вы где?» Тень от дома лежала особенно густо около одного сугроба. И Рыжик не сразу заметил, как из-за него вынырнул кот. Пожалуй, серый. Довольно пушистый, но слегка свалявшийся.

— Привет, — сказал деловито кот. — Ты потерялся?

— Да, — неуверенно ответил Рыжик. Он уже сейчас сомневался в том, что просто выпал из Галиного кармана.

— Пошли со мной, — пригласил кот. И повернулся, не дожидаясь, пока Рыжик ответит.

Рыжик и не собирался идти с котом, уж больно тот был подозрительным и неприглядным. В тот момент откуда-то из-под земли раздался скрипучий голос Краба Крабыча: «Э, малец, ты где?» Рыжик бросился на голос и увидел, что из подвала деревянного дома его манит синий палец. Кот фыркнул и быстро заговорил: «Не ходи туда, пошли со мной, пошли скорее. Я тебе помогу». Кот разинул пасть, словно собирался схватить Рыжика. Рыжик прыгнул вниз. Указка поддержала его и, высунувшись наружу, заорала: «Пошёл вон, связной чёрт!» Порыв ветра кинул на неё обертку конфетки с издевательским названием «Кис-кис». Указка, отплевываясь и чертыхаясь, упала в подвал, держа мальчика. Там было темно и тепло, даже влажно, как в оранжерее Ботанического сада, куда Рыжик когда-то ездил вместе с Галей и её мамой. Он вздохнул.

Краб Крабыч уверенно пробирался между трубами, обломками мебели, ветошью. Указка шла за ним, ведя Рыжика. Он спотыкался. Впереди замаячил огонёк, жёлтый и тёплый. Троица вошла в маленькую комнатку без дверей, единственным входом в которую оказалась дырка из общего подвала. С одной из стен свисала на пыльном проводе не менее пыльная лампочка, она освещала довольно большое пустое помещение с большим ящиком посередине, по углам громоздилась тьма, там кто-то шевелился.

Краб Крабыч залез на ящик и провозгласил: «Народ, у нас пополнение». Со всех углов к ящику стали собираться перчатки, варежки, рукавицы, разных цветов и размеров. Из-под ящика вылезла изящная кожаная женская перчатка, в слабом свете лампы блеснули стразы на обшлаге, впрочем, мех, выглядывавший изнутри, был драненький. Но она выглядела просто красавицей на фоне остальных. Большинство обитателей подвала были старенькие, рваные, чумазые. Они уставились на Рыжика. Он заметил позади всех беленькую тоненькую узкую вязаную перчаточку, словно светившуюся в темноте. Народ посмотрел на Рыжика и разошёлся по своим углам.

— Ну что, малец, рассказывай. Кто ты? Кто тебя выкинул? — сказал Краб Крабыч, позёвывая.

Около него, как понял Рыжик, собралось избранное общество.

— Меня Рыжик зовут. У меня есть брат. Мы с ним у Гали жили. Вчера на горку ходили вместе, лепили снеговика, а потом я выпал из кармана.

— Запомни, малец, люди нам не друзья. Они пользуются нами, а потом, когда мы становимся не нужны, выбрасывают. И твоего брата, наверное, выбросили уже.

— Но такого не может быть, Галя нас очень любит… — сказал Рыжик.

Но тут заговорила кожаная перчатка, которую звали Алла Аркадьевна.

— Погляди на меня, какая я прекрасная, на мне стразы, я из чистой кожи. Но все равно меня выкинули, стоило моей сестре пропасть где-то в банке или на автомойке. У моей хозяйки было девять пар перчаток. Она нас меняла, как, как… перчатки. Люди не зря так говорят. И стоило на ком-то из нас появиться трещинке или потертости, её объявляли старой и выбрасывали. Такова судьба красивой женщины. А ты просто пацан. Кому ты нужен? Пацанов много.

— Но мы тебя в обиду не дадим. Ты нам теперь нужен, — проскрипела Указка и с дружеским видом пребольно ткнула Рыжика в бок синим пальцем.

Алла Аркадьевна начала долго и занудно описывать, как им хорошо здесь, в заброшенном подвале Южного управления ЖКХ. Её речь изобиловала незнакомыми словами типа «водоотведение» и «сваровски». Рыжик почти засыпал, слушая все это. Краб Крабыч поднял его и отнёс в тихий уголок, где уже сопели маленькие перчатки и варежки, кто свернувшись клубком, кто раскинувшись. Рыжик ткнулся в чей-то тёплый бок и уснул.

Глава № 2. Новая жизнь

Когда Рыжик проснулся, было так же темно. Рядом с ним сидела узкая беленькая варежка, расшитая перламутровыми бусинками, похожими на жемчужины.

— Я Варя, — сказала она просто и приветливо. — Ты долго спал. Устал очень? Расстроился? Ничего, просыпайся. Скоро нас отправят на задание. Ты пойдёшь со мной, я уже опытная.

— Какое задание? — Рыжик даже и представлял, что он может делать, кроме как греть Галины ручки.

В углу Рыжик и Варя были не одни. Вокруг толпились другие ребятишки, побольше и поменьше. Один, зелёный, с надорванным большим пальцем, почти взрослый, смотрелся вожаком, покрикивая на мелюзгу. Но и он замолчал, когда к ним проковылял Краб Крабыч.

— Итак, прошлой ночью мы привели двух новых членов нашей большой семьи — это Рыжик и Малышка, — он кивнул на крошечную пуховую варежку, она походила на мохнатый бутон степного подснежника сон-травы, и важно продолжил: — Поэтому ещё раз давайте вспомним, кто мы и зачем. Мир изначально был устроен несправедливо, сделав человека хозяином варежек, перчаток и рукавиц, подчинив наше племя тому, кому нет дела до нас. О нас заботятся, пока есть в нас нужда. Как только она исчезает, всё, мы летим на помойку, а оттуда уже нет возврата. Поэтому наша главная цель — собрать всех обиженных, чтобы захватить этот мир, изгнать из него человека. И мы не одни на свете. У нас есть могущественные друзья, которые нам помогут. Вы маленькие, но и вы можете помочь общему делу, внести свою долю в общую копилку. Мы все собираем на улицах деньги, чтобы выкупить город у людей, изгнать их отсюда и самим стать хозяевами.

Краб Крабыч перешёл к практической стороне. Он разбил ребят по двое и к каждому приставил взрослого. Варе и Рыжику достался Длинный — вязанная, непонятного цвета перчатка с дыркой на указательном пальце. Он называл себя философом и в целом был нудным, но не злым. Протиснувшись за ним по трубам, ребята вышли на улицу. Опять было темно. Но это была уже другая ночь. Не ветреная, а почти уже весенняя.

Оказывается, пока Рыжик спал, пришло тепло, которое почти съело оставшиеся сугробы. Кое-где обнажилась земля — грязная, мокрая, заваленная мусором, пахнущая остро и свежо. Длинный повёл детей вдоль домов, там, где было больше земли. Не прошли они и нескольких метров, как он воскликнул: «Вот она!» Он показал пальцем с дыркой на монетку, слабо блестевшую под светом фонаря. Длинный подхватил монету, засунул внутрь себя и поплелся дальше.

Рыжик и Варя шли следом за Длинным, каждый смотрел в свою сторону, чтобы не пропустить монетку. Было очень скучно, и Варя начала шёпотом рассказывать своему новому другу, как она оказалась в клане. Оказывается, Варя тоже потерялась, её история была похожей на Рыжикову. Она жила у одной хорошей девочки, которая была чрезвычайно рассеянной. Осенью, когда выпал первый снег, девочка во дворе выронила Варю, а её сестра осталась в кармане. Бедная Варя, оставшись одна, долго бродила по дворам, пытаясь найти нужный, но всё не получалось. Ночью её испугала стая собак, носившаяся в околотке. Так прошли два дня и две ночи. Когда было светло, Варя старалась не попадаться на глаза другим людям, чтобы они её не забрали к себе. А девочка всё не находилась.

И однажды на Варю набрела Алла Аркадьевна. Варя пошла за ней, доверившись, хотя взрослая перчатка и не обещала, что поможет найти дом. Напротив, она убедила рукавичку, что поскольку хозяйка её не искала, она ей не нужна. Впрочем, идти Варе было больше некуда, к тому времени её охватило горькое отчаянье. За зиму она вполне привыкла к новой жизни, завела друзей среди других малышей, только очень скучала по своей маленькой хозяйке.

Ночь оказалась не очень удачной. Длинный нашёл ещё только одну монетку, и Рыжик — одну, маленькую, жёлтенькую. Варя, увы, ни одной, за это её сильно ругал Краб Крабыч. Варежка только молчала, теребя жемчужинку и не отводя взгляда от грязного пола. А Рыжику он сказал только, хмыкнув: «Ну ладно, посмотрим, что дальше из тебя выйдет, малец».

Ночи и дни совершенно перепутались для Рыжика. Все дни он, вместе со всем кланом, проводил в душном, темном подвале, освещаемом только тусклой лампочкой под потолком. Играл с другими маленькими варежками и перчатками, болтал с ними, часто просто лежал в уголке и тосковал по Гале и своему брату. Он то злился на девочку, что она его выронила, то плакал от нежности к ней. Больше всего он боялся за брата — что его одного выбросят в мусор, путь только в одно место — на свалку, откуда, как говорят, нет ни для кого возврата. Краб Крабыч рисовал это место как ад, полный опасности для любой перчатки или варежки, в котором легко сгинуть — быть насмерть распущенным или сгнить, то есть раньше времени уйти на Перевязку к Верховным Спицам. После наступало полное забвение.

Рыжик впервые услышал о существовании таких богов, как Верховные Спицы, от Дедушки — старой серой варежки, который всё время поминал их. По словам старика, от них было начало всему вязаному сущему и ему же — конец. Верховные спицы вывязывают каждую варежку, каждую перчатку, кроме кожаных, у тех свои боги, и отпускают в большой мир людей. Кому какая достанется судьба, никто заранее не знает.

— Но ясно одно — когда придёт конец твоей нити жизни, ты отправишься к Верховным спицам на Перевязку, — говорил он медленно и торжественно и поднимал большой палец к потолку.

— Это больно? — спросил кто-то из малышей.

— Этого не избежать никому, — туманно ответил Дедушка.

Что такое конкретно — Перевязка и что там происходит с варежками, Дедушка толком разъяснить не мог. Но, судя по нему, это, как минимум, отдых и покой, которого так не хватало Дедушке при жизни. Рыжик очень сочувствовал старику и понял его богов как избавителей от страданий.

Его же страдания могли закончиться только встречей с Галей и братом. И когда по ночам Рыжик ходил на поиски денег в компании Вари и других ребят, он смотрел не только на землю, но и по сторонам, ожидая увидеть где-нибудь брата. Рыжику везло — он часто находил монетки и порой подбрасывал их своей подруге, которая не отличалась внимательностью. Ему было жалко, когда взрослые ругали Варю.

Однажды на исходе ночи, когда небо стало светлее фонарей, Варя и Рыжик познакомились с Кепкой. Когда-то, видимо, она была ярко-голубой с жёлтыми цветами, которые ещё пытались пробиться сквозь тусклый налёт времени, осевший на легкую летнюю ткань. Сначала дети её не заметили, потому что Кепка висела на штакетнике.

— Привет! Вы не видели мальчика Вову? — раздалось откуда-то сверху.

— Привет. А какой он? — вежливо спросил Рыжик. Он видел много мальчиков, когда играл с Галей во дворе. Вдруг среди них был и Вова.

— Маленький, худенький, с веснушками. А волосики белые и очень-очень мягкие, как тополиный пух. Он в шортиках любит ходить.

Мальчиков в шортиках Рыжик и Варя никогда не видели, потому что зимой в Сибири носят теплую одежду.

— Нет, — сказали они.

— Если увидите мальчика Вову, скажите ему, что я тут его жду, — попросила Кепка.

— Хорошо, если увидим.

Всё шло к тому, что мальчиков и девочек в шортах варежки действительно могли увидеть. Пришла настоящая весна. Потеплело. Выросла травка. Рыжик увидел её впервые. До этого он всё тёплое время года спал вместе с братом и другими зимними вещами в большой уютной коробке в шкафу, видя во сне снег и лед. А тут трава. Сначала она была маленькой и тонкой, а потом очень быстро выросла выше мальчика. Она напоминала ему зелёные нити, и Рыжик с Варей придумывали, какую варежку можно было бы связать из таких нитей. Трава приятно щекотала животик, вкусно и остро пахла свежестью. Однако долго играть с ней было нельзя, надо было искать монеты, за детьми строго присматривали.

Больше всего Рыжик любил ходить с Длинным, тот хотя и нудил, но не придирался. Алла Аркадьевна вечно трещала о том, как она раньше была красивой и избалованной особой, которую никто не оценил. Указка не давала никому передохнуть, ведь она считала, что работа — это самое важное в жизни каждого.

Впрочем, многих взрослых обитателей подвала Рыжик даже жалел, почти все они были совсем потухшие и отчаявшиеся. Особенно Дедушку, который был настолько ветхим, что распускался на ходу. Он ковылял и охал, а Рыжик подхватывал нитки, которые волочились за Дедушкой. В подвале он вместе с другими детьми помогал кое-как ввязать нитки обратно, но они рвались или распускались снова. Дедушка стонал, но и ему приходилось каждую ночь ходить на поиски монет и порой даже приносить что-то.

— Краб Крабыч, — сказал как-то Рыжик, обращаясь к главному. — Может, не стоит отпускать Дедушку на поиски? Он такой старый, что вот-вот отправится на Перевязку к Верховным спицам.

Краб Крабыч с яростью посмотрел на малыша. Его пальцы дёрнулись, как будто он хотел ударить его, но сдержался. Только неизвестное членистоногое на его ладони приняло угрожающую позу.

— Это не твоё дело, — сказал он грубо. — Мы все обязаны собирать монеты, чтобы выкупить город у мерзких людишек и зажить на свободе, и старики — не исключение. Иди отсюда, малец, а то накостыляю.

Ночи тянулись, похожие друг на друга, как старые монеты. И лишь один случай немного разнообразил рутину. Он произошёл, когда Рыжик снова попал в команду с Дедушкой. В один из глухих часов, когда, кажется, всё живое не только уснуло, но и умерло на время, Дедушка шепнул мальчику: «Рыжик, помоги мне, пожалуйста, ради Вязальных спиц! Мне надо отойти на минутку, просто отдохнуть, ты отвлеки Краб Крабыча, будь добрым». Дедушка поплёлся к большой урне, стоящей в углу двора. Рыжику показалось, что за ней кто-то прячется, такой же серый, как и сам Дедушка.

Мальчик тут же подскочил к Крабу Крабычу, который шел со своей командой неподалеку, и стал его расспрашивать о том, что будет, когда весь город перейдёт к ним, а люди будут изгнаны. Он знал, что это единственная тема, на которую рабочая перчатка может говорить бесконечно, не злясь. Он не ошибся. Краб Крабыч остановился, задумчиво посмотрел на мальчика и сказал:

— Ты знаешь, почему я здесь? Я был создан для работы, видишь, вот эта часть у меня — прорезиненная, чтобы долго не стиралась, вот тут я могу плотно обхватывать руку, чтобы не спадать, нить у меня скручена, чтобы защищать человека, а на пальцах — пупырышки, чтобы не скользить. Меня и Указку после рождения купили для стройки большого дома. Как я был рад и горд, когда меня впервые взяли работать…

— А куда? — пискнул Рыжик, когда Краб Крабыч замолчал, задумавшись. Надо было потянуть время.

— Я думал, что буду приносить пользу людям, помогать им строить прекрасные дома и другие здания. Но в первый же день человек, который меня и Указку надел, залез в краску — вот синие пятна. И сразу же выкинул. Хотя у нас все было целое — и крученые нити, и пупырышки, и резинка, и мы могли работать долго-долго… И как после этого я могу любить людей? Нам, перчаткам и варежкам, не нужны люди, их дома, их машины, мы сами по себе! И чего пристал, малец? Чего болтаешься без дела? С кем ты? Где Дедушка?

Дедушка тут же показался из-за дальней урны, с трудом катя перед собой большую монету. Он казался очень довольным и шептал: «Вот он я, за монеткой сходил, вот он я». Краб Крабыч дал Рыжику подзатыльник, не болезненный, но обидный, и повёл свою команду дальше.

Глава № 3. Мсье Портмоне

В конце мая полил дождь. Весь клан безвылазно сидел в подвале, ожидая, пока он закончится, а земля хоть немного просохнет. Делать было особенно нечего, поскольку шумные игры среди детей не поощрялись. Алла Аркадьевна визжала на них, призывая к тишине и упирая на мигрени, которые есть у каждой порядочной женщины со стразами. Так что приходилось тихо сидеть и разговаривать. Трубы в подвале стали уже холодными, с улицы несло сыростью, и дети жались друг к другу, пытаясь согреться.

И очередной ночью Рыжик и Варя не спали, а шёпотом рассказывали друг другу о своей старой жизни. В подвале было тихо, только по ту сторону ящика слышались неясные голоса Краба Крабыча, Указки и Аллы Аркадьевны. Они спорили. Потом от ящика отделились их тени. Взрослые прошли мимо малышей, те примолкли, а главарь цыкнул на своих спутников: «Тише, нам нужно уйти незамеченными».

На последнем слове Рыжик навострил уши. Он толкнул в бок Варю и прошептал: «Пойдём за ними». Варежка тут же вскочила. Идти пришлось осторожно и очень долго. Сначала все пролезли в проём, через который была протянута большая труба, потом долго шли вдоль стены, с которой сыпалась известка, так что Рыжик чуть было не чихнул, но удержался. Затем пришлось подниматься вверх по винтовой лестнице, причём, Варежка зацепилась большим пальчиком за какую-то железяку и айкнула, но взрослые, которые пыхтели, взбираясь наверх, ничего не услышали. Лестница завершилась полуоткрытой дверью, в которую и зашли взрослые. Дети подкрались и прислушались.

— Мсье Портмоне, доброго вам вечера, — проскрипел Краб Крабыч.

— Бон суар, — сказала Алла Аркадьевна таким голосом, словно только что сделала глубокий реверанс.

В ответ послышался глухой, как будто чавкающий голос:

— Приветствую вас, мон ами. Да пусть будут благосклонны к вам Верховные спицы. Как наши общие с вами дела? Прошла весна. Вы выполнили обещанное?

— Мсье Портмоне, у нас всё в порядке. Мы собрали два больших мешка монет и несколько купюр, всё лежит в нашей кладовке под охраной, так что можете отправлять своих молодцов, чтобы забрать их.

— Мон ами, мы с вами сделали ещё один шаг к тому, чтобы вместе обрести свободу от этих мерзких людишек! — чавкающий голос стал торжественным.

Рыжик не удержался и заглянул за дверь. Там было почти светло: с потолка на перекрученном проводе видела жёлтая лампочка. Краб Крабыч, Алла Аркадьевна и Указка стояли около ящика, на котором восседал большой кошелёк, примерно такой же, как у Галиной бабушки. Он был очень толстый и тёмно-коричневый, лоснился, а когда говорил, его железные губы смачно причмокивали. Очень противно, решил мальчик. Чтобы рассмотреть получше, Рыжик высунулся чуть дальше и все-таки чихнул. Мгновенно все повернулись к нему.

— Кес ке се? Кто это? — первым опомнился и заорал мсье Портмоне. — Хватайте его! Наша тайна раскрыта. Схватить его, распустить на ниточки! Разорвать на клочки!

Все, кроме мсье, бросились к Рыжику. Он метнулся от них к лестнице и дальше вниз, Варя — за ним. Позади слышались шаги и грозные крики Краба Крабыча и визг Указки. На площадке внизу лестницы Рыжик оттолкнул девочку к стене, на мешок, прыгнул сам, и они моментально спряталась в его складках. Дети тряслись от страха, они слышали, как мимо пробежали взрослые. Когда шаги утихли, Рыжик прошептал: «Варя, мне надо бежать отсюда, спасаться, а тебя никто не видел, ты потихоньку возвращайся в подвал. Я пойду. Искать Галю». Не слушая возражений девочки, Рыжик вылез из-за мешка, нырнул в какую-то дырку и пошёл по тёмному-тёмному ходу в неизвестность.

Глава № 4. Один на улице

Когда Рыжик выбрался на улицу, всё еще была ночь. Но на исходе. Даже ветерок не составлял ночи компанию, только Рыжик. Он брёл вдоль стены дома и думал о том, как же он найдёт свою маленькую хозяйку. Вокруг все было незнакомым и страшным. Внезапно он заметил тень с длинным хвостом и спрятался в водосточную трубу. Через минутку мимо пробежал тот самый кот, которого Указка во время предыдущей встречи назвала связным чёртом. Кот остановился, повёл носом и помчался дальше.

Рыжик выждал ещё немного. Убедившись, что кота нигде нет, он побрёл по отмостке дома. Рыжик размышлял над тем, что он увидел. Он много раз слышал слова Краб Крабыча о том, что они собирают деньги, чтобы выкупить город у людей и жить свободно. Тогда Рыжик просто подчинялся заведенному порядку, поскольку другого выхода у него не было. Но он страшно не хотел, чтобы люди, все-все люди уходили из города. По крайней мере, он хотел бы быть с Галей и своим братом. Рыжик во время долгих ночных походов мечтал, как в момент продажи города он выбежит из толпы варежек и перчаток к своей любимой девочке, как она его подхватит с радостью и положит в тёплый карман, заберет с собой. Пожалуй, он взял бы с собой и Варю-Варежку. Вдруг и ей найдётся пара.

А тут оказывается, что они собирают деньги не просто так, а для мсье Портмоне и клана потерянных кошельков. Ну что ж, в любом деле нужны помощники и союзники, но почему мсье и все остальные так разозлились, когда увидели мальчика? Почему они хотели так страшно наказать его — распустить на ниточки? Почему дело делается втайне? И вообще, почему именно кошельки забирают деньги, которые находят перчатки и варежки? Ответов на вопросы не было.

Он задумался так сильно, что не заметил, как наступило утро и появились первые люди на улице — собачники и бегуны. Мальчик заметался, судорожно ища, куда бы спрятаться. Но не успел. Услышал сзади шаги и упал. Затем его подхватил человек с метлой. «Надо же, в мае варежка валяется, — сказал человек. — Интересно, кто её тут потерял? Вроде жарко уже». Он размахнулся, и Рыжик полетел в большой мусорный контейнер, наполненный почти полностью. Он шмякнулся на что-то мягкое и вонючее.

— Ой, ты меня задавил, — пропищал мятый носовой платок с рисунком милого щенка, на ухе которого красовалась дыра.

— Прости, я нечаянно, меня бросили, — извинился Рыжик, слезая с платка. Он подумал, что платок очень кстати. Ему можно пожаловаться и поплакаться.

И действительно, платок, которой звали Щен, живо заинтересовался Рыжиком. Помогая друг другу, они выбрались из мусорного контейнера и пошли к ближайшему дому. Там из водосточной трубы лилась дождевая вода. Щен и Рыжик наскоро помылись, оглядываясь по сторонам. Потом они нырнули под скамейку в углу двора. Мальчики решили пересидеть там весь день, чтобы никто их не заметил и снова не попытался отправить на свалку.

— Какому клану ты принадлежишь? — спросил Щен, внимательно рассматривая Рыжика.

Тот осторожно начал рассказал ему всю свою историю, но почему-то умолчал о мсье Портмоне, а соврал, что просто убежал, чтобы искать свою маленькую хозяйку. Щен трясся, как любопытная собака, морщил мокрую мордочку. Он был таким милым и доброжелательным.

— Не плачь, — сказал ему Щен. — Как стемнеет, я тебя отведу в очень хорошее место, там тебе помогут.

— Спасибо, Щен, — ответил ему Рыжик. — А сам ты как оказался на улице. Ты же тоже должен жить у людей и служить им?

— Ох, это очень горькая история, — прошептал платочек. — Люди уже не хотят, чтобы платки из ткани служили им и жили с ними. Когда-то нас было много! Ни одного ребёнка не отпускали их дома, не положив в карман носовой платок. Ни одна женщина не выходила без нас в сумочке. Все мужчины носили нас в нагрудном кармане. История нашего рода древняя и славная. Мы отважно вели свои войска во всех войнах против простуд и гриппа и побеждали. У нас есть настоящие герои. Про них сложены легенды, написаны песни. Нас красиво вышивали и дарили друг другу в знак любви и верности. Люди прославляли нас. Но настали другие времена. И на смену платочкам из материи пришли бумажные, без роду и племени, без истории и памяти, ловкие и одноразовые. Они оказались очень удобными, их не надо стирать и хранить. Так люди стали все реже и реже пользоваться нами. Меня, например, выкинули после того, как ребенок один раз высморкался на улице. Он хотел сунуть меня в карман, но его мама сказала, что это негигиенично, и бросила меня в урну… Впрочем, это было давно. И я уже не плачу. Но помню и буду помнить!

Щен замолчал и отвернулся. А Рыжик так устал от переживаний и скитаний, что свернулся в клубочек и уснул. Спал весь серый тёплый майский день, иногда просыпаясь и глядя, как Щен задумчиво смотрит на него и шевелит рваным ухом. Один раз Рыжик не увидел Щена, но был таким сонным, что тут же закрыл глаза.

В уже густых сумерках Щен с Рыжиком осторожно вынырнули из-под скамейки. Носовой платок шёл уверенно, болтая о чём попало. Когда мальчишки завернули за угол очередного дома, очень старого, облезлого, Щен нырнул в щель его фундамента. Рыжик чуть замешкался. Он почему-то не хотел туда идти, но сделал над собой усилие и двинулся вперёд. Едва вечерний свет померк, как на Рыжика со всех сторон кто-то навалился. Его схватили сразу несколько жестких пальцев, так сильно, что он не смог дышать.

«Попался, голубчик. Мы тебя распустим, чтобы никому ничего не сказал», — прошипел один из нападавших, и Рыжик узнал голос Указки. А потом почувствовал резкий запах краски, который всегда исходил от Краба Крабыча. Рыжику стало ясно, что он снова попал в старый клан. Мальчик пытался вырваться, но не смог, он почувствовал, что его куда-то потащили. Ему было очень страшно.

Внезапно на толпу налетел мохнатый вихрь. Рыжик почувствовал, как разжались цепкие пальцы, он смог вздохнуть и оглядеться. Кот, которого назвали связным чёртом, отчаянно дрался с кланом. Верхом на нём сидел Краб Крабыч, пытаясь сжать коту шею, тот мотал головой, раскидывая по сторонам варежки и перчатки, которые упорно вставали и снова бросались на него. Затем кот схватил зубами тускло блеснувшую стразами Аллу Аркадьевну, та заорала так, что на пару секунд драка замерла. Рыжик воспользовался паузой, чтобы броситься к щели и вынырнуть на улицу. Он стремглав побежал, куда глаза глядят, не смотря по сторонам, не таясь, рискуя попасть кому-нибудь на глаза.

Он бежал долго, пока не упёрся в высокую кирпичную стену, вдоль которой росли густые кусты, уже выбросившие первые листочки и начинавшие походить на зеленое облачко. Мальчик забился в них поглубже и глубоко вздохнул. Была уже почти ночь.

Устроившись на старом пакете, Рыжик напряженно думал о случившемся и не мог понять, что произошло. Почему Щен привёл его к старому клану, нарочно или случайно? Откуда взялся кот, почему он дрался? И главное — что делать дальше?

Вскоре стало совсем темно и тихо. Мерцающие между ветвями кустов огни человеческого жилья погасли, лай собак и шум машин растворились в темноте. Тогда Рыжик услышал странное позвякивание. И два голоса, явно нечеловеческие, которые говорили о чём-то непонятном.

«Мы исследовали сегодня квадрат А45, обнаружен ключик от чемодана, отправили его в штаб, почистить, смазать. И всё, увы», — сказал дребезжащий металлический голос. «Значит, завтра переходим к квадрату А46», — ответил ему глубокий и звучный. «Сегодня нет туч на небе, будем снова делать вычисления, звёзды должны указать нам путь к Священной Скважине», — торжественно проговорил глухой голос.

Рыжик слышал, как отдаляются голоса, и вдруг ощутил себя страшно одиноким. Он не знал, что ему делать, когда наступит рассвет. Жить в кустах невозможно. Мальчик вышел из них и, стараясь не шуметь, побрел за голосами. Они удалялись во двор, который освещала один тусклый фонарь. Рыжик притаился за осколком кирпича и выглянул. Он увидел три ключа. Один был приземистый, толстенький, с большой головой. Два других находились на одной связке. Первый — огромный, могучий, грубо сделанный. Второй — маленький почтовый ключик, выкрашенный в белый цвет. Связаны они были стальной цепочкой. Она свободно свисала с головы большого и ложилась маленькой кучкой на голову второго. Ключи столпились под фонарем и что-то рассматривали на клочке бумаги.

Рыжик выглянул подальше, и приземистый ключ заметил движение. Он что-то прошептал другим ключам, те обернулись к мальчику. Он попытался броситься бежать, но высокий ключ очень спокойно сказал ему: «Здравствуй, малыш. Не бойся нас. Мы не обижаем никого. Иди сюда». Маленький смахнул с головы цепочку и поманил Рыжика. При ближайшем рассмотрении оказалось, что все три ключа — старые, особенно маленький. Белая краска местами пожелтела, сбилась в морщинки, а самая макушка головы, куда падала цепочка, от постоянного трения была блестящей. Ключи не стали даже расспрашивать Рыжика, не представились, просто пригласили пойти с ними в какой-то штаб. Больше идти ему было некуда. К тому же он проникся каким-то безотчетным доверием к ключам. Они были не злые перчатки, не коварные носовые платки и не подозрительные коты. Значит, был шанс, что действительно не обидят.

Глава № 5. В штабе у ключей

Штаб у ключей находился на чердаке старенького деревянного двухэтажного дома. Поднялись они туда по небольшой лестнице сбоку, по которой, судя по всему, никто не ходил, затем прошли по краю крыши и нырнули в слуховое окно. На чердаке было сухо, но не пыльно.

Около дальней стены стоял огромный старинный буфет из тёмного дерева и такой же сундук. Когда ключи с Рыжиком вошли, распахнулись все дверцы и оттуда со звоном высыпался целый поток ключей, от самых маленьких, по пояс мальчику, до таких огромных, что ему пришлось задрать голову.

Они окружили их и заговорили в разных тональностях, Рыжику показалось, что заиграла какая-то очень хаотичная, но приятная музыка. Высокий ключ крикнул: «Общий сбор», и ключи раздвинулись, отошли назад, образуя широкий круг, в центре которого остались два ключа на цепочке. Рыжик отступил вместе с приземистым, тот начал тут же бормотать ему: «Смотри, это наши предводители. Высокого зовут Гараж, потому что он когда-то открывал большой гараж, где стояло много-много машин. Гараж был большим начальником, без него люди не могли садиться за руль, ехать и работать. Потом гараж сгорел, замок от него сломали, а Гараж стал ненужным и ушёл. А маленького, седого зовут Астроном. Он раньше простым был, открывал почтовый ящик. Жил у старого человека, который много выписывал газет и журналов, так что Астроном работал каждый день. Человек умер, наследники продали квартиру, а новый хозяин выкинул его, потому что не выписывал и не читал ничего, и почтовый ящик был ему не нужен».

Приземистый не успел рассказать, что было дальше, как ключи умолкли, слово взял Гараж. «Давайте подведём итоги дня — кто и где был, что видели, что нашли. Бригадиры, по очереди», — звучно сказал он. В центр круга стали выходит разные ключи и рассказывать что-то непонятное, вроде «осмотрен квадрат Р-76, там только мусор». При этом ключи шагали по полу и что-то вычерчивали по нему. Рыжик присмотрелся и заметил, что на деревянном полу была нарисована огромная карта города, на весь пол, части её терялись в углах, только под старинным комодом, который, очевидно, служил жильем для ключей, карты не было, да под сундуком. Тут мальчик заметил, что в самом дальнем и теплом углу что-то сверкает, но не сумел рассмотреть.

Отчёты бригадиров продолжались довольно долго, поэтому Рыжик стал рассматривать окружающие ключи. Они были очень разные по размерам, цвету и формам. Несколько ключей выглядели так необычно, что мальчик даже не мог представить, какие замки они открывают. Особенно выделялся изящный ключик, у которого на связке был блестящий брелок.

Наконец, отчёты закончились. Гараж помолчал, а потом торжественно сказал: «Возблагодарим же богов, да пошлют они нам Священную Скважину, чтобы мир здешний обрёл то, что жаждет». Все ключи начали звенеть все громче и громче: «Да пошлют, да пошлют!» И медленно двинулись в дальний угол. Мальчик осторожно пошёл за ними.

В углу, на который Рыжик раньше обратил внимание, на стене висела картина в тяжёлом золотом окладе, на которой была изображена огромная замочная скважина. Из неё лился нарисованный яркий золотой свет, за которым угадывались какие-то силуэты. Гараж что-то пел, ему вторил приземистый, у которого оказался высокий тонкий голос, остальные ключи в некоторых моментах хором кричали: «Да пошлют». Мелодия была очень странная, она захватывала и уносила куда-то, Рыжик не мог оторвать глаз от льющегося света, в какой-то момент ему даже показалось, что он туда шагнул и теперь плывёт в сияющем потоке к чему-то прекрасному, спокойному…

Рыжик очнулся, когда его тронул приземистый. Стояла тишина, ключи молча расходились. «Что это было?» — прошептал мальчик. «Мы расскажем», — услышал он голос из-за спины.

— Видим, у тебя много вопросов, мальчик. Спрашивай, ты попал в такое место, где найдешь все ответы, потому что ты попал в клан мудрецов. Кто ты? Как оказался один на улице? — торжественно сказал Гараж.

— Я Рыжик, — робко сказал мальчик. — Я потерялся. И не знаю, как попасть домой, к братику и Гале. А ещё я хочу спросить, что я сейчас видел? И кто такие кошельки? И почему им служат другие варежки и перчатки? И кто вы такие? И зачем что-то ищете? И еще, наверное, что-нибудь спрошу. Позже.

— Ого, похоже, ты уже повидал многое в жизни. Пошли с нами смотреть на звёзды, мы тебе всё расскажем.

Эту ночь Рыжик не забыл никогда, потому ему открылось то, что о чем не имел никакого понятия. Около второго слухового окна стояло то, что Астроном назвал телескопом. Длинная тонкая труба одним концом упиралась в небо, которое в этот поздний час было густо-синим и бездонным, а звездочки так и сияли, напоминая свет, идущий от загадочной картины со скважиной.

Звёзды Рыжик уже видел — когда возвращался с Галей зимними вечерами домой и позже, когда собирал ночами монетки на улице. Но тогда никто не мог ему объяснить, что это такое. Краб Крабыч, когда он его спросил, только рявкнул: «Просто дырки в небе и всё». А Дедушка добавил, что сквозь эти дырки Верховные спицы следят за делами земными, чтобы оценить жизнь каждого, кто в свой срок придёт к ним на Перевязку. А мальчик представил, что ночью город просто накрывают тёмным вязаным колпаком, через дырки в которые пробиваются маленькие лучики солнца. Рыжику нравились звёзды, и он немного побаивался, что Верховные спицы возьмут да и завяжут когда-нибудь дырочки в колпаке, и звёзд больше не будет.

Но ключи показали ему, чем на самом деле являются звёзды. Пока Гараж и Астроном делали какие-то расчёты на бумаге, Рыжику разрешили посмотреть в нижний конец трубки. Он глянул и просто обомлел. Маленькие звёзды внезапно приблизились так стремительно, что мальчик даже отпрянул, боясь, что они врежутся в него. Но потом снова с жадностью прильнул к телескопу. Звёзды висели большими золотыми шарами, сверкая и переливаясь, образуя причудливые сочетания. Рыжик не мог отвести глаз, пока его не тронули за плечо.

После телескопа чердак показался ему тёмным и скучным. Астроном прильнул к телескопу и начал диктовать Гаражу какие-то цифры, он их записывал, потом он менял положение и снова диктовал. В промежутках он начал рассказывать Рыжику нечто такое, что от чего у него перехватило дыхание не меньше, чем от звёзд.

Как оказалось, ключи составляют клан жрецов, которые ищут Священную Скважину и мессию — ключа Того-Кто-Откроет, который к ней подойдёт.

— Священная Скважина ведёт в мир, где все потерянные и выброшенные людьми вещи найдут то, что они ищут: рукавички — своих братьев и сестер, ключи — замки, которым они предназначены, кошельки — деньги, которые заполнят их доверху, а носовые платки обретут первоначальную чистоту, — рассказывал Астроном.

Ключи планомерно день за днём, год за годом прочесывали город, ища Священную Скважину. Как она выглядит, никто не знал, может, она огромна, во все небо, может, совсем крошечная, и открыть ее сможет чемоданный ключик. С поиском Того-Кто-Откроет было то же самое: какой он, когда и откуда придёт, никто не имел ни малейшего понятия, поэтому клан вбирал в себя все ключи, которые находились. Ведь когда будет найдена Священная Скважина, каждый из них будет иметь шанс её открыть. Пока Гараж руководил поисками на земле, Астроном искал подсказку среди звёзд.

Оказалось, что он когда-то жил именно в этом доме со своим человеком. Тот выписывал, помимо прочего, научный журнал по астрономии. Когда человек умер, а Астроном оказался на улице, он решил не уходить от своего дома, нашёл дорогу на чердак, а там увидел огромный сундук, в котором оказались эти журналы за многие-многие годы, а также другая интересная литература. Долго время Астроном жил один, читая всё подряд и размышляя о жизни, о её несправедливости и смысле. Тогда-то в одном из журналов ему попалась большая картина с сияющей замочной скважиной. И его осенило. Он понял, для чего был создан и весь мир. Для гармонии, которую достичь можно только там, за сияющей скважиной.

В одиночку с такой задачей было не справиться, поэтому Астроном покинул чердак и пошёл искать союзников, друзей, которые разделили бы его устремления. Так он нашёл Гаража. Тот жил на руинах гаража, в котором когда-то служил. Во время пожара им открыли замок и отшвырнули в кусты. Там он к утру заржавел. Думал, что от летящих от пожарных машин брызг, а на самом деле — от невыплаканных слёз. Когда его нашёл Астроном, Гараж выглядел скверно и не хотел ничего слушать. Но Астроном рассказал ему, что Священная Скважина приведёт его к гаражу, тому самому, и к замку, с которым Гараж провёл всю свою жизнь. Многие дни и ночи они провели вместе, читая и размышляя, а когда поняли все, решили никогда не расставаться, чтобы ни случилось. Тогда ключи нашли кусочек стальной цепочки и приковали себя к ней.

Так появился клан ключей. Основатели создали алтарь Священной Скважины и начали искать союзников. Оказалось, что люди теряют и выбрасывают массу ключей, они были всюду, многие из них отчаялись и не хотели ничего слушать. Гараж рассказал, что по городу до сих пор бродит много диких ключей, которые проповедуют отказ от всего, они ни во что не верят и призывают быть вольными бродягами. Ими иногда пользуется клан кошельков, которым надо передать информацию из одной части города в другую. Иногда дикие ключи нападают на людские замки и ломают их.

Расспросить про клан кошельков и про клан потерянных перчаток и варежек, в котором Рыжик недавно жил, он не успел. Небо стремительно начало светлеть, звёзды таять, и ключи завершили ночную работу. Они отправились думать над вычислениями, которые только что сделали, а Рыжика отвели спать в буфет. Там ему показали на местечко у стены, куда мальчик пробрался тихонько. Ключи ночевали не лежа, а вися на многочисленных крючках, вбитых во все внутренние стенки буфета. Рыжик свернулся клубочком, закрыл глаза и снова увидел звёзды, звёзды, звёзды…

Глава № 6. В доброй семье

Рыжик провёл в племени ключей пару дней. Днём, когда все уходили на поиски, он с разрешения Астронома забирался в старый сундук и читал там журналы. Ему открылись такие интересные знания, что мальчик задумался о том, как бы ему попасть к космонавтам и улететь с ними в космос — увидеть поблизости звёзды, может, побывать на Луне и Марсе. Смущала его только догадка, что космонавты таких варежек, как он, не носят. «Наверное, у космонавтов особые варежки или перчатки, сделанные специально для них и прошедшие большую подготовку», — думал он. И всё равно больше всего ему хотелось к своему братику и Гале.

Астроном привёл его к карте города и попросил показать, где жила семья мальчика. Но Рыжик заплутал в паутине дорог, улиц и проездов. Он так и не смог понять, где его дом. И тогда ключи решили проводить в семью добрых варежек и перчаток, чтобы они помогли ему. «Впрочем, мы можешь остаться с нами, мы тебя полюбили, ты добрый и умный мальчик. А когда мы найдём Священную Скважину и Того-Кто-Откроет, ты попадёшь с нами в лучший из миров», — сказал ему Гараж. Астроном обещал дать ему блестящее образование и сделать учёным. Но Рыжику хотелось домой.

На третий день вечером, когда Рыжик сидел около слухового окна и ждал начала наблюдений за звёздами, к нему подошли Гараж и Астроном. «Ну что ж, пошли», — сказали они. Из-за них возникла большая усатая морда кота. Рыжик громко вскрикнул, кот отпрянул и заворчал: «Чего кричать-то? Ишь, нервный какой. Пошли уже, некогда». Мальчик вопросительно посмотреть на друзей. «Не бойся, Рыжик, этот кот хороший, его зовут Связной, он помогает семье добрых варежек и нам иногда, мы попросили его отвести тебя к Белой и ее друзьям», — сказал Астроном. Кот, видя, что мальчик ему до сих пор не верит, сухо напомнил ему, как при первой встрече не пускал его в клан недобрых, как отбил его потом от Краба Крабыча, когда носовой платок Щен вероломно привёл к нему. Чем дольше говорил кот, впрочем, не стирая с морды скучающего выражения, тем больше Рыжик понимал, что Связной — друг и на самом деле постоянно помогал ему.

Потом кот подмигнул ему, и мальчик погладил его за острым серым ухом. «Ну, вот и поладили. Удачи тебе», — прогудел Гараж. Он, как самый высокий из ключей, помог Рыжику взобраться на кота. Мальчик погрузился в теплый и мягкий мех и с удовольствием прильнул к спине Связного. Тот прощально махнул хвостом и выбежал в слуховое окно, потом по крыше, спустился по лестнице и помчался по двору, нырнул в какую-то дыру в заборе. А затем Рыжик потерял ориентир. Бежали они недолго.

Остановились около новенького девятиэтажного дома, кот повёл носом и нырнул в подвал. Как же он отличался от того подвала, где жил клан Краба Крабыча! Здесь не валялся хлам, все стены, потолок и пол были чисты и покрашены, трубы целыми и красивыми. Кот пробрался в одну из комнат и потряс спиной, приглашая Рыжика сойти с него. Рыжик скользнул по пушистому кошачьему боку и попал в такие же пушистые объятия.

Большая белая варежка крепко держала его и улыбалась. За ней стояла огромная рукавица из чёрного курчавого бараньего меха, кругом толпились другие рукавицы и варежки, от мала до велика. Все наперебой бросились знакомиться с Рыжиком. Подхватившая его рукавица была главной в семье, её звали Белая. Чёрный назвался дядькой Бато. Больше всего в клане было детей разного размера и цветов, они затормошили Рыжика и увели его в свой угол комнаты, где они спали и играли. Его никто не расспрашивал, но с ним сразу стали дружить. И он подумал, что наконец-то попал к своим. И снова вспомнил Варю, как бы ей было здесь хорошо и весело!

Рыжик привык, что в старом клане все работали по ночам. В этой семье все было по-другому. Ночью всех ребятишек укладывали спать, а что делали днём, Белая объяснили мальчику следующим утром.

Как оказалось, главная забота семьи было возвращение потерянных варежек, перчаток и рукавиц, в основном маленьких, домой, к их хозяевам-людям. Этим занимались взрослые, а дети активно помогали. Была создана целая система! Пропавшие дети показывали, где они жили раньше, иногда на это уходило много времени, но, как правило, найти дом всё же удавалось, потому что семье активно помогала бригада Связного и клан ключей, которые отлично знали город и умели создавать карты. Кот и несколько его друзей, таких же бродячих, как и он, возили на себе варежки и перчатки по всему городу. Коты же подбирали только что потерянных и приводили в семью, запоминая, где нашли их. Они снимали варежки и рукавички с заборов и кустов, куда их вешали сердобольные люди. Коты днями находились в засаде, высматривая, когда пройдёт нужный человек, и подкидывали ему на пути потерянную варежку, имитируя случайную находку. Такой дружной командой удавалось найти дом почти всем.

Почти. Но не всем. Большинство взрослых в семье свой дом не искали по разным причинам. Например, дядька Бато. В город он вообще попал случайно, он родился и жил в далёкой степной деревне, а его хозяин привозил в город мясо, сало и молоко на продажу. В одну из таких поездок он загулял и потерял рукавицу. Дядька Бато долго мыкался в городе в одиночку, пережил массу приключений, а потом познакомился с ключами. Он активно помогал им искать Того-Кто-Откроет и Священную Скважину, но не остался с ними, потому что встретился с Белой.

Кто она была такая и почему руководила семьей, которая помогала пропавшим вернуться домой, никто не знал. Тонкая светлая варежка, нитки которой уже немного выцвели, а узор напоминал первые легкие морщинки, никому не рассказывала о своём прошлом. Хотя все остальные постоянно только об этом и говорили — о том, как жили дома, с хозяевами, о том, что делали, о том, как хотят вернуться. Белую уже никто и не расспрашивал.

В то утро Рыжик проснулся счастливым среди своих. Его разбудило ласковое прикосновение старенькой серой варежки, Татьяны Даниловны, как она представилась. Оказалось, что в этот день запланирована операция по возвращению домой маленькой белой рукавички, расшитой голубым бисером, которую все звали Снежинкой. Рыжика брали с собой как новичка, чтобы он мог сам все увидеть.

Через час в подвал спустились три кота. Белая кошечка взяла на себя Белую и Снежинку, дядька Бато сел вместе с Рыжиком на Связного. На третьего кота сели ещё два взрослых.

Коты выскользнули на улицу и побежали, стараясь скрываться от людских глаз. Скоро они прибежали к небольшому зданию, к которому стекались взрослые люди с детьми. Рыжик знал, что это детский сад, но не тот, в который ходила Галя. Он вспомнил, как тепло и уютно было лежать в кабинке с нарисованным солнышком, а потом идти гулять вместе с девочкой и её друзьями во двор.

Все выгрузились за забором. Связной куда-то деловито побежал. Вернулся он через минутку. «Идут, идут», — прошептал он. Рыжик высунулся и увидел, как по дорожке идёт женщина с дочкой за ручку. Откуда-то сбоку от них выскочил серый кот и привлёк внимание девочки. Белая тут схватила Снежинку за ручку и выбежала на дорожку. Там она погладила маленькую и оставила одну. Серый кот тут же исчез. А девочка, пройдя ещё несколько шагов, увидела беленькую варежку. «Мама, посмотри, это же моя варежка, моя потерянная варежка», — закричала она. Схватила Снежинку и стала рассматривать и гладить, потом аккуратно сложила в сумочку и, счастливая, пошла дальше. Так Снежинка попала домой.

Рыжик думал о том, что и ему помогут вернуться домой. Только надо вспомнить, где же он жил, надо крепко подумать и вспомнить.

Уже вовсю стояло лето, операции по возвращению детей домой больше уже не проводили — найти по жаре зимнюю варежку было для людей необычным делом, вызывающим подозрение. Вся семья готовилась к будущим холодам, благо, в этом городе они наступали уже в октябре. Это было первое лето в жизни Рыжика, которое он увидел.

Правда, на улицу приходилось ходить в основном по ночам, но и тихими жаркими днями, когда в городе оставалось мало людей, особенно вездесущих и всевидящих детей, он порой выбирался из дома и сидел в зелёной пахучей траве, щурясь на солнце, слушая пение птиц и жужжание насекомых. Особенно ему понравились цветы, все — от первых одуванчиков и ароматной сирени до роскошных пионов.

Пару раз Рыжик с новыми друзьями видел издалека, как рукавички и варежки из клана Краба Крабыча собирают деньги для кошельков, но боялся к ним подходить.

А ещё иногда он на Связном ездил в гости к ключам, вместе с ними наблюдал звёзды. В августе они созрели, потяжелели и зазолотились. И мальчику казалось, что вот-вот звёзды начнут падать на Землю. Когда он увидел это в первый раз, то даже закричал. Но Гараж ему объяснил, что это метеоры, которые не долетают до Земли и сгорают. «Впрочем, ты можешь загадать желание, люди так делают», — сказал ключ. И мальчик загадал то, о чем думал все последние месяцы.

Ведь, несмотря на все чудеса и красоты лета Рыжик очень ждал холодов. Он хотел домой — к брату, к Гале. Дядька Бато дал честное слово, что обязательно отыщет его дом. А дядьке Рыжик верил. Он был очень добрый. И рассказывал много удивительных историй про то, как он жил и работал чабаном в степях. И про волков, и про сильные ветра, которые сносили скот, и про выносливых лохматых лошадей. Городской мальчик, который только несколько раз был на Байкале, где любовался на прозрачные, сверкающие на солнце льдины, старался запомнить эти рассказы, чтобы потом поразить ими своего брата и других родственников.

За падающими звёздами пришёл черед падающих листьев. Наступила осень. Ещё более яркая и короткая, чем лето. Она бурно отцвела за несколько недель, а потом по утрам на лужах стал появляться лёд, люди достали из шкафов варежки и перчатки.

Глава № 7. Первые неудачи

В октябре начались новые операции. И семья Белой стала терпеть неудачу за неудачей. Сначала не получилось отправить домой Юленьку, розовую варежку с маленькой дырочкой на пальчике. Рыжик ехал на Связном, как обычно. И в самый важный момент в кота кто-то бросил камешек, он рявкнул от боли и неожиданности. Юленька бросилась в кусты на другой стороне дороги. Сразу за ней побежать не могли, потому что по дороге прошла девочка и её мама, потом повалило много людей. Пришлось ждать чуть ли не полчаса, чтобы забрать из кустов Юленьку. Но она как сквозь землю провалилась.

Чуть позже из семьи пропал Облачко, так его звали за пушистую нежно-голубую окраску. Несмотря на то, что Облачко выглядел как невинный малыш, на самом деле он был хулиганистым, задиристым. Рыжику он напоминал брата, поэтому мальчики подружились. Всё лето они провели почти неразлучно. Пару раз даже заработали от Белой выговор, когда выходили на улицу днем и чуть не попались на глаза дворнику.

— Вы понимаете, что он бы отправил вас на свалку, откуда никто и никогда не возвращается? — выговаривала она им. — Это самое ужасное место на свете, где нет никакой надежды. А мы вас хотим вернуть домой, к родным. Понимаете?

Мальчики молчали и кивали. Но потом, когда они остались одни, Облачко рассказал, что бывают такие случаи, что дома никто не ждёт пропавшую варежку, потому что первую выбрасывают.

— Люди, говорят, бывают очень злыми, они просто от нас избавляются и все, — сказал Облачко.

— Моя Галя и её родители не такие, они бы никогда так не поступили, — ответил Рыжик.

— Откуда же ты знаешь?

Рыжик очень испугался, всю ночь думал, что будет, если это окажется правдой.

Однажды Облачко сказал:

— Слушай, если родители твоей девочки такие добрые, может, мы с тобой сами их поищем. И они меня к себе тоже возьмут? Раз такие добрые.

— А как мы пойдём одни? — изумился Рыжик. — Белая не разрешает. И дядька Бато говорит, что очень много опасностей на улице. Собаки, дворники, машины, кошельки. И клан Краб Крабыча. Конечно, у него там есть очень хорошие варежки и перчатки, но можно же попасться к кому-нибудь злому.

— Мы очень осторожно! Просто пойдём и поищем. Представляешь, как обрадуется твоя девочка, если ты найдёшься сам, — убеждал Облачко.

Рыжик представил, как он прильнёт к Галиной нежной ручке, а второй она будет его гладить вот так — по шерсти. А потом он встретится с братом, который по нему, наверное, очень соскучился.

— Ну, если осторожно, давай!

Мальчишки убежали под утро, когда все ещё спали. Стояла оттепель, и капли падали с крыш. Облачко был ловкий, а вот Рыжику пару раз на макушку прилетело. Он отряхивался, подражая коту Связному, вызывая у друга новый прилив смеха. Мальчишки так заигрались, что не заметили, куда зашли.

Рыжик остановился и огляделся. Место ему показалось знакомым.

— Привет! — услышал он откуда-то сверху. — Вы случайно не видели мальчика Вову? Маленького, с белыми волосами, в шортиках.

Кепка висела на том же штакетнике, она совсем выцвела на буйном солнце, с одного края немного надорвалась, словно её кто-то дергал, но так и не смог сорвать.

— Это ты, Кепка! — обрадовался Рыжик. — Ты помнишь меня?

— Нет, — сказала Кепка. — Я Вову жду.

— Если увижу, скажу ему, — пообещал Рыжик.

Неожиданно на них выскочил трехцветный котёнок с отчаянно выпученными глазами. Послышался лай собак.

— Помогите мне! — запищал котёнок.

— Сюда, сюда!

Рыжик и Облачко проскользнули сквозь штакетник и помогли котёнку. Две собаки смогли протиснуть только нос, порычали, пытались перепрыгнуть и убежали. Стоящая дыбом шерсть котёнка опустилась, и он стал совсем крошечный и жалкий. То есть она. Стало видно, что под розовым носиком у неё два чёрных пятнышка.

— Меня зовут Нотка, — рассказал котёнок. — Я жила с мамой, а она уже давно ушла за едой и не вернулась. Вот я и пошла её искать. А тут собаки. Что же мне делать?

— Пойдём с нами, — предложил Рыжик. — Я знаю отличных котов, которые тебе будут рады. И позаботятся о тебе. Ты же такая кроха!

— Я грозная кошка, я могу себя защитить, — Нотка резко подняла лапку, но еле устояла, ее большая голова перевешивала туловище.

— Рыжик, — перебил его Облачко. — Какие коты? Мы же пошли искать твою Галю. Пусть эта Нотка идёт куда хочет, а мы дальше отправимся.

— Я не могу её бросить, она же погибнет.

Рыжик и Облачко повели Нотку к котам, Связной будто ждал их за углом, чтобы отругать за самостоятельный уход из племени. Он даже попытался схватить мальчишек, чтобы оттрепать, но те со смехом увернулись. Они знали, что Связной, несмотря на свою жуткую деловитость, кот добрый.

В семье уже были озабочены исчезновением Рыжика и Облачко, и каждому от взрослых досталось по солидной порции наставлений. Татьяна Даниловна смотрела ласково, говорила мягче всех, но от её тихих слов Облачко словно оседал, из него на глазах уходила весёлость.

Вскоре Облачко пропал. Просто однажды утром его не оказалось на месте. Его, конечно, искали, попросили помощи у клана ключей, но бесполезно. Белая позвала Рыжика и долго беседовала. В итоге Рыжика перестали брать на операции. Шли дни, ни Юленьку, ни Облачка найти не удавалось. Мальчик плакал, утешала его Татьяна Даниловна, она шептала, что бывают не только злые люди, но и злые варежки, хотя некоторые из них притворяются добрыми и справедливыми.

И хотя Рыжику такие слова не нравились, он все же с благодарностью принимал ласку старушки. Тем более что другие члены семьи начали его сторониться. С ним, конечно, разговаривали, но как-то отстранённо, кроме дядьки Бато, который остался таким же доброжелательным и спокойным, как всегда. Он говорил: «Ты, паря, не расстраивайся, всё выяснится, все пройдёт. Скоро пойдём искать твой дом». Но Рыжик этого не дождался.

Однажды утром его разбудило энергичное потряхивание. Рыжик открыл глаза и увидел, как вокруг него собралась вся семья. Белая строго сказала мальчику:

— Это что такое?

Она указала на несколько монеток, что лежали рядом с мальчиком.

— Не знаю, я не видел, — прошептал он.

— Ты ходил ночью собирать деньги? Для кого? Для клана кошельков? — спросила она.

Рыжик начал оправдываться. И хотя он был невиновен, чувствовал, что ему не верят. Белая попросила его не выходить из дома до вечера, до большого собрания, на котором все будут обсуждать случившееся.

— Ты понимаешь, как это все странно выглядит? — сказала она. — И ваш с Облачком уход, и эти деньги. Я тебя ни в чем не виню, я знаю, какой ты добрый и хороший. Но нам надо разобраться как следует. Что-то мне не нравится, как в семье идут дела.

Потом все разошлись по делам, а Рыжик сидел в уголке около входа и напряжённо думал о том, что случилось. Ему казалось, что его подставляют. Но кто? Кто бы это мог быть? Все в семье были друзьями, почти родными. Внезапно перед ним возникла мордочка Связного. Кот сначала вытер шершавым языком слёзы, а потом спросил: «Что случилось?» Мальчик зарылся в мягкую пахучую шерстку кота и всё ему шепотом рассказал. Связной пошевелил усами и сказал: «Ясно, что у вас завелся предатель. И мы его вычислим. Поехали со мной». Вечер и ночь мальчик провёл у котов, в их уютном подвале, который был завален странными предметами. Например, там стояли две гладильные доски. Кошки любили, развалившись, спать на них. Утюгов они не держали.

Связной куда-то уходил, приходил, вообще был в страшных хлопотах. Рыжик немного поиграл с Ноткой, которая успела стать всеобщей любимицей и обзавестись кучей игрушек. Её маму пока не нашли, и кошечка грустила, но была полна надежд.

Уже ночью Связной подошёл к мальчику. «Завтра будет операция по возвращению Ягодки домой, я заранее тебя отнесу на место, заберешься на дерево, оттуда будет всё видно, так что смотри во все глаза. Может, вмешается предатель», — прошептал кот. Он также рассказал, что в семье все встревожены из-за его пропажи. Многие думают, что он предатель, которого вычислили, поэтому он бежал. Не верит этому и больше всего убивается дядька Бато, он даже собирает команду, чтобы пойти искать Рыжика и уже сообщил ключам.

Мальчик был сильно возмущён тем, что его подозревают в предательстве и хотел немедленно бежать в семью. Но кот лёг рядом и замурлыкал, мол, сейчас никто не поверит, так что лучше сначала вычислить предателя.

— Скажи, а как ты сам оказался на улице? Родился? — спросил Рыжик, немного успокоившись.

— Я родился на улице. Но мои родители были домашние. Они жили в разных семьях и были очень счастливы. Маму котёнком взяла к себе молодая семья, жена её ласкала, играла с ней. Но когда у них появился маленький ребёнок, ей рассказали, что кошки очень опасны, могут навредить малышу, что от них непременно будет аллергия. И тогда мою маму просто выкинули на улицу, вот так вынесли, провезли на трамвае несколько остановок и оставили в каком-то чужом дворе. Мама не могла поверить в то, что её предали, пыталась вернуться, но потом встретила моего будущего папу.

— Он тоже был уличный кот?

— Да, его тоже выбросили на улицу, потому что хозяин уехал жить в другой город, а его не забрал с собой. Однажды хозяин вышел из квартиры с чемоданом и котом, просто отпустил его около подъезда и сел в такси. Мой папа долго жил около дома, а потом понял, что его предали. И пошёл странствовать. Хорошо, что он нашёл мою маму. Ведь в итоге родились я и две моих сестры.

— Моя девочка Галя очень любит кошек и часто просит родителей завести ей котёнка.

— Я знаю, что есть много котов и кошек, которые живут с людьми счастливо до конца своих дней. Но некоторым не везёт. Хорошо, что мы можем жить без людей, а вот вы, варежки, не можете. Поэтому не беспокойся, я обязательно верну тебя к Гале и брату.

— И Ноткину маму найдёте?

— Я очень постараюсь.

Рыжик, успокоенный, заснул, притулившись к кошачьему боку.

Глава № 8. Разоблачение

Операция проходила днём. Девочка, у которой раньше жила Ягодка, училась во вторую смену, в школу шла после обеда. Путь пролегал по длинной аллее, где летом было много пахучей сирени, но и сейчас, в октябре, было зелено — на кустах осталось ещё достаточно листьев, крепких, но уже побуревших по краям. Рыжик, которого привёз сюда кот, вскарабкался на самый густой куст и удобно устроился на развилке веток. Ему была видна вся аллея, а его снизу не видел никто.

Мальчик сидел в сирени около часа, напряженно вглядываясь в проходящих мимо людей (а вдруг пройдёт Галя и её родители? бывают же чудеса). Он заметил, как мелькнул неподалеку Щен, тот самый носовой платок, который попытался отвести его в клан собирателей монет. Рыжик насторожился. Он хотел даже по-быстрому сбегать и разобраться как следует с этим Щеном, но потом вспомнил, что ему нельзя покидать куст.

Спустя пять минут мальчик заметил Связного и ещё одного кота, которые везли Белую, Ягодку и пару взрослых варежек из семьи. Они спрятались в кустах, к которым издалека подходили женщина с девочкой. Ягодку ссадили на землю и уже собрались отвести на аллейную дорожку, как вдруг случилось внезапное. Из-за угла выскочил огромный лохматый пёс и бросился к котам и их всадникам. Связной и его друг встали на дыбы и зашипели изо всех сил, чудесным образом увеличившись вдвое. Пес лаял, прыгал, но близко не подходил, варежки успели забраться на котов. Через пару минут уже была тишина, и по аллее неспешно прошла в школу девочка, к которой так и не вернулась её любимая Ягодка.

Рыжик быстро слез с сирени и побежал, прячась в траве, вдоль стены дома — следом за неспешно ушедшей собакой. Он осторожно заглянул за угол и увидел невероятное. Там стояли пёс и Татьяна Даниловна. Она по-свойски чесала собаку за ухом, что-то тихо говорила, пёс кивал кудлатой головой, потом они разошлись в разные стороны.

Рыжик бросился бежать к логову котов. Связной уже был там и шумно переживал сегодняшнюю неудачу. Кот прыгал со стороны в сторону и шипел от возмущения: «Откуда взялась эта собака! Прямо в самый неподходящий момент!» Рыжик все рассказал. По мере того, как он говорил, кот становился все спокойней, а его глаза — всё злее. «Ах, вот оно что! — пробормотал он. — Ну давай, поехали к нашим».

Когда Рыжик въехал на Связном в дом, первую, кого он увидел, была Ягодка. Она громко, надрывно плакала. Рядом стояли другие дети и смотрели на нее с сочувствием. А Татьяна Даниловна что-то успокоительно ей шептала.

Кот пробежал дальше, в угол, где совещались взрослые. Рыжик спрыгнул с кота на пол.

— Рыжик, ты где пропадал? Как хорошо, что ты вернулся, а то мы думали самое страшное, что ты погиб или тебя отправили на свалку, — бросилась Белая.

— Он был со мной, — сказал Связной. — Но это сейчас неважно, потому что Рыжик нашёл предателя.

Мальчик торопливо, но очень тихо, чтобы не услышали другие дети и Татьяна Даниловна, рассказал о том, что видел сегодня, сидя на сирени.

— Это точно? — переспросила недоуменно Белая. — Татьяна Даниловна такая добрая. Да ты и сам знаешь!

Рыжик закивал, у него были такие отчаянные глаза, он боялся, что ему не поверят.

— Позовите Татьяну Даниловну, — сказала Белая.

Старушка подошла к ним, сохраняя озабоченно-жалостливое выражение.

— О, Рыжик, мальчик, ты вернулся, наконец-то, — начала причитать она, но Белая её перебила.

— Татьяна Даниловна, нам сейчас Рыжик рассказал, что это вы напустили собаку на сегодняшнюю спасательную экспедицию, в итоге она сорвалась? Правда ли это? — строго спросила Белая.

— Да вы что! — очень быстро и жалобно ответила старушка. — Какие собаки? Я их боюсь. И вообще, я так люблю детей, как же я могу желать зла нашей милой Ягодке.

Связной во время этих слов бесшумно, на мягких лапках, подошел сзади к Татьяне Даниловне и повел носом. Шерсть на его загривке встала дыбом.

— От вас пахнет псиной, — прошипел кот. — А это вот что? Это же собачья шерсть. Фу-у-у!

И правда, на боку у старушки остались несколько чёрных длинных грубых шерстинок, каких не было ни одного кота в клане Связного. Все внимательно стали рассматривать эту шерсть. Старушка неожиданно отпрыгнула в сторону.

Её взгляд отчётливо изменился, она заговорила очень спокойным и уверенным голосом, в котором не осталось ни следа от обычного присюсюкивания.

— Да, это я. Раскрыли-таки. Это всё мерзкий мальчишка, — она кивнула в сторону Рыжика. — Он как пришел к нам, я сразу поняла, что с ним будет много хлопот! И не ошиблась.

Рыжик напугался и спрятался за дядьку Бато, с таким уже родным и привычным густым запахом бараньей шерсти.

— Как вы могли, Татьяна Даниловна? — спросил дядька.

— Ненавижу людей! Всю жизнь я на них работала, сначала я была пуховой шалью, потом меня перевязали в варежку. Всю жизнь я спасала людей от морозов, 20 лет. А что сделали, когда я состарилась? — взвизгнула Татьяна Даниловна. — Просто выкинули меня, мою сестру, брата, люди вышли на улицу и бросили нас в мусорный контейнер. Сестра так плакала, она была совсем рваной, её никогда не чинили. Сестра сразу сдалась и решила уйти в последний мусорный путь добровольно. Но я и мой брат — нет, я сильно разозлилась, я поняла, какие люди предатели, захотела им отомстить. Мне это придало сил, я смогла выбраться из мусорного контейнера. Я брела ночью под дождем, мокрая и несчастная, и придумывала способы мести. Но что я могла одна? Хорошо, что мне попались такие перчатки, которые также хотят навсегда избавиться от этих проклятых людей. Я стала искать с ними деньги, чтобы купить город.

— Но почему же вы потом пришли к нам? — спросила Белая.

По мере того, как Татьяна Даниловна рассказывала, у Белой потухал гнев в глазах, оставалась только боль. И даже сочувствие, показалось Рыжику, но он решил, что ошибся.

— Нам нужно много денег, — ответила старушка. — Очень много, как говорит мсье Портмоне, потому что люди жадные. Значит, нужно много варежек, перчаток и рукавиц, чтобы их собирать. И меня отправили к вам, чтобы я переманивала детей к нам.

— Значит, пропажа Облачка — ваше дело? — спросил дядька Бато, нахмурившись.

А Белая тут же припомнила Юленьку и ещё нескольких детей, которых Рыжик не знал.

— Моё дело, да, я хорошо умею дела делать, — согласилась старушка. — А если бы вы знали, сколько детей я находила на улице и приводила не к вам, а к нам!

— Уходите, немедленно уходите, — тихо сказала Белая. — И молите Верховные Спицы, что мы просто вас отпускаем.

— Как отпускаем? — взъерепенился Связной. — Да я сам её раздеру на клочки. А ну, расступитесь!

Белая посмотрела на кота, и тот сразу сник, только хвост яростно выделывал пируэты.

Татьяна Даниловна молча развернулась и пошла прочь. Дети было кинулись за ней, не понимая, что произошло, но старушка злобно прикрикнула на них, так что они застыли на месте.

— Выходи, Рыжик, — сказала Белая. — Прости, что мы тебя подозревали. Ты хороший.

Рыжик не знал, как сдержаться, чтобы не заплакать, пока дядька Бато крепко обнимал его, смущённо приговаривая: «Ну, не хнычь, паря всё хорошо же». Тот кивнул и побежал к друзьям.

Глава № 9. Операция «Варя»

Жизнь в семье потекла по-прежнему, Рыжик чувствовал себя отлично, но периодически вспоминал всё случившееся, Татьяну Даниловну и Варю. И мальчик понимал, что она не вернётся домой, пока живёт в клане Краба Крабыча и трудится на ненасытного мсье Портмоне. Мальчик рассказал про свою подругу дядьке Бато. Тот задумался. А потом воскликнул: «А давай мы её заберём к себе? Ведь уводила туда старушка наших детей. Значит, это возможно». Рыжик очень обрадовался. Они рассказали о своих планах Связному. Кот, который вообще был довольно авантюрной личностью, с радостью согласился помочь.

Но как? Дорогу в клан перчаток кот, конечно, знал. Но нечего было думать об открытом нападении, их бы схватили, даже богатырь дядька Бато не смог бы отбиться от всех врагов. И тогда Рыжик предложил выследить Варю ночью, когда Краб Крабыч пошлет всех искать деньги. Так и решили.

На следующий вечер дядька Бато сказал Белой, что поведёт мальчика в гости к ключам — смотреть очередной звездопад. Они вышли и завернули за угол, спрятавшись в кустах. Через короткое время за ними пришел Связной. Они вместе прокрались к убежищу другого клана и затаились. Осень уже заканчивалась, день был совсем короткий. Подмораживало, и дядька Бато прислонил к себе Рыжика. От него густо пахло теплом и почему-то сеном.

Из подвала потянулись перчатки и варежки. Одной их последних шла Варя вместе с Аллой Аркадьевной. Кот двинулся за ними первым, он буквально слился с темнотой, идущие следом дядька Бато и Рыжик чуть не потеряли его из вида. Но вот мелькнула серая тень в одном из дворов, и они поспешили туда.

Во дворе они огляделись. Снега было немного, и Рыжик сразу видел Варю. Она обходила урну, внимательно смотря на землю. Алла Аркадьевна лениво стояла у забора.

— Иди, Варя знает только тебя, — шепнул дядька Бато мальчику.

— А ты отвлеки перчатку, — сказал Рыжик. — Только она такая противная тётенька.

— Какая же тётенька? — встрепенулся дядька Бато. — Это же настоящая леди!

Тень, в которой прятался Связной, мерзко хихикнула.

Дядька Бато молодцевато выправился и решительно направился прямо к Алле Аркадьевне. Но почти дойдя до неё, вдруг засмущался и только смог выдавить из себя:

— Скажите, а как пройти к реке?

Перчатка резко обернулась к нему и удивилась.

— К реке? Не знаю. Она где-то далеко-далеко, я бывала около реки, но давно, так что не помню. Я была за рулем ав-то-мо-би-ля, так что некогда было смотреть по сторонам.

— За рулём? Ого, да мы коллеги, водители. Я в своё время держал вожжи, когда мой человек ехал на санях, запряженных лошадьми, — сказал дядька Бато.

— Вожжами? А что это такое? — удивилась перчатка. — Какая-то модная марка автомобиля?

Завязалась беседа, которая живо заинтересовала обе стороны. В это время Рыжик через кусты прокрался к урне и подождал, пока Варя сама выйдет на него. Девочка, увидев его, вскрикнула, но мальчик жестом попросил молчать. К счастью, Алла Аркадьевна не услышала, так как дядька Бато басил изо всех сил, а она заливисто смеялась.

— Варя, привет, я так рад тебя видеть, — сказал Рыжик.

— Где ты жил всё это время, что делал? — прошептала девочка и бросилась его обнимать, потом отстранилась.

— Со мной всё хорошо, я тебе всё расскажу, а сейчас пойдём со мной туда, где тебе помогут вернуться домой, — горячо стал убеждать мальчик. — Ты мне верь, пожалуйста. Побежали!

Дети бросились к кустам, где их ждал кот. Через минуту к ним присоединился дядька Бато, и Связной мчался изо всех лап, словно погоняемый истошным криком перчатки, которая обнаружила, что девочка пропала, а кавалер, хоть и неотёсанный, но весьма любезный, убежал. «Как и все мужчины, предатель!» — орала Алла Аркадьевна.

Варя сначала боялась ехать на коте. Но, сидя между Рыжиком и дядькой Бато, она быстро успокоилась и даже тихонько смеялась. Мальчик слышал. И ему стало тепло от этого смеха.

Девочку очень хорошо приняли в семье, она сразу подружилась с Ягодкой, та подарила ей красивую бусинку. Белая, конечно, отругала дядьку Бато за то, что они ничего не сказал о спасательной операции. Но была рада. Она долго разговаривала с девочкой, расспрашивая её о том, где она жила, кто были её хозяева. А потом пообещала, что семья приложит все усилия, чтобы вернуть её домой.

Рыжик просто не мог нарадоваться тому, что Варя теперь жила в его семье, значит, получила шанс вернуться домой. Он быстро познакомил её со всеми, рассказал всё, что с ним произошло с тех пор, как он убежал из другого клана. Варя, в свою очередь, поделилась тем, как жила всё это время. Краб Крабыч рассвирепел от того, что Рыжик узнал, для кого варежки, рукавицы и перчатки собирают деньги. Он ругался на детей, не разрешал им играть и болтать, так что жизнь стала совсем невыносимой. Варя очень боялась вожака клана, поэтому никому не рассказала, что она тоже знает эту тайну.

— А недавно к нам пришла старая варежка — Татьяна Даниловна, взрослые совещались, потом громко ругались. И я слышала, как произносили твоё имя, — рассказала девочка. — Я за тебя переживала, ведь не знала, где ты, что с тобой.

— Татьяна Даниловна была агентом Краба Крабыча в нашей семье, — ответил Рыжик и подробно все рассказал. Девочка только ахала, а потом молча обняла мальчика.

Через несколько дней Рыжик отпросился у Белой и отвёл свою подругу к ключам. Ей показали звёзды через телескоп, а потом она вместе с мальчиком наблюдала, как ключи молятся Священной Скважине. Детям разрешили остаться до утра.

Но проснуться им пришлось раньше срока. Было совсем темно, когда Рыжик сквозь сон услышал громкий металлический лязг. Ключи покинули свои гвоздики и бросились бежать. Оказалось, Гараж и Астроном созвали общее собрание, потому что к ним пришел необычный гость. Он был ключом, но старинным, большим, ажурным, с вензелями. Держался очень надменно, но в то же время было видно, что испуган.

— Ключи! Слушайте! — крикнул Астроном.

Стало очень тихо, лишь слышались звонкие позвякивания в толпе, когда проснувшиеся позже ключи старались пробиться поближе к гостю.

— Ключи, собратья, — начал тихо Вензельный, но потом голос его окреп и зазвучал гулко. — Я всю жизнь работал в большом старинном сундуке, таком старинном, что уже был заслуженным ключом, когда ваши прадеды и прабабки ещё были железной рудой во глубине сибирских… мммм… руд. Я служил в доме богатого купца, чьё имя до сих пор почитают в городе как благотворителя. Видели бы вы, какие ткани лежали во мне, шелка китайские набивные, атласы… ммммм! Но к делу, делу. Последние десятилетия служил я в музее, ибо купцы нынче не те, предпочитают шкафы-купе, а не сундуки, надёжные и вместительные. Ну, зато внимания ко мне стократ больше, каждый день люди ходят, смотрят и восхищаются. И Иннокентьевна тряпочкой протирает. А тут недавно — ремонт затеяли, вот меня и вынесли в подвал, около входа поставили. Оттуда меня с сундуком и похитили, ночью пришли грубые люди, схватили и вынесли быстро, благо, пустой я стою, без шелков. А принесли в другой подвал, поставили у стеночки и вышли. Я смотрю, там много сундуков, и старинные есть, а все не такие как мой. Загадка похищения открылась быстро. Нас захватил клан кошельков, у которых главный — французский типчик, мсье Портмоне. Помню я, как в давешнее время ругали этих французов и их Наполеона. Он потом плохо кончил, говорят… Мсье Портмоне сундуки нужны для того, чтобы хранить деньги. Откуда у него столько денег, я не знаю. Давно не видел, с революции. А тогда и картошку приходилось хранить, и… ммм… дерюгу.

— Я знаю, откуда деньги! — крикнул Рыжик и не заметил, как выскочил вперёд. — Это для кошельков собирают варежки, рукавицы и перчатки из другого клана, чтобы выкупить город у людей, чтобы в нём остались жить только потерянные вещи, одни, сами, главные.

— Да, да, я видел, как приходили полные кошельки, они приносили деньги — монеты и бумажные… ммм… аккредитивы. Все складывалось в сундуки. Они все были почти полными, так что начали складывать в мой сундук. Меня хватали. Неприятно. А потом у них было общее собрание, я всё слышал. Они хотят, как только люди продадут им город, все потерявшиеся вещи сложить в сундуки и навеки замуровать в подвалах, а нас, ключей, бросить в большую реку. Мы посоветовались с сундуком и другими и решили, что нас это не устраивает. Мы не тюрьмы, не… мммм… каторжные нары. Мы хотим служить людям, а не быть душителями свободы. И тогда ключ от большого чемодана рассказал про ваш клан, вы его знаете, наверное, он хотел бы к вам уйти, но не может бросить свой чемодан, говорит, какой-то знаменитый писатель забыл его, когда ехал мимо на Сахалин. И мы решили, что кто-то должен пойти и рассказать обо всем. Выбор пал на меня — как самого уважаемого, что неудивительно.

Вензельный замолчал, а толпа ключей начала звенеть на все лады, обсуждая услышанное. Все были возмущены. Неизбежно возник вопрос — а что делать?

— Надо всем-всем рассказать, чтобы варежки, рукавицы и перчатки перестали собирать деньги для кошельков, тогда они не смогут выкупить у людей город, — послышался робкий голосок Вари.

— Точно! — подпрыгнул Рыжик. — Пойдёмте в нашу семью и расскажем!

— Это отличная идея, но не так быстро, мой друг. Не так быстро, — сказал Гараж. — Вы идите спать, а мы ещё потолкуем с нашим гостем перед его отбытием.

Ключи, переговариваясь сонно, потянулись к шкафам. Дети пошли за ними.

Глава № 10. Разгром кошельков

Наутро на Связном в семью поехали не только дети, но и Гараж и Астроном. Ночной гость давно ушёл. Известия в семье приняли возмущённо. Пока другой клан собирал деньги для кошельков и никто не посягал на свободу потерянных варежек и перчаток, было терпимо. Но теперь надо было что-то делать. Судя по информации Вензельного, в клане кошельков скопилось уже много денег. Хотя никто точно не знал (Рыжик подозревал, что и Краб Крабыч в том числе), сколько нужно денег, чтобы выкупить у людей город. Может, уже почти собрали? И вот-вот их поймают, запрут в сундуках, а ключи выкинут в реку?

Общий разговор длился долго. Дети устали и ушли играть, остались только Варя и Рыжик, которые страшно переживали. Все предлагали свои решения. Белая высказала ту же мысль, что и девочка, а именно — рассказать всё другому клану и убедить всех порвать с кошельками. Дядька Бато предлагал напасть на кошельков и разгромить его. Он воинственно прыгал и рычал, как медведь, распространяя густой бараний дух. Кот соглашался с ним и топорщил усы. Ключи настаивали на том, что все из варежки и перчатки должны бросить поиски семей для детей и отправиться искать Священную Скважину, чтобы уйти туда, в сияющий мир, все вместе, оставив этот мир тем, кто его заслуживает.

— Пока есть клан кошельков, никто из вас не будет находиться в безопасности, — в конце концов, прошипел кот.

И все, даже Белая, признали — не будет.

Операцию нападения разрабатывали до самого утра. Гараж и Астроном знали от Вензельного, где располагается клан кошельков, они пообещали собрать все ключи. Клан варежек выставил два десятка взрослых, коты — семь, детей решили не брать. Рыжик нашёл это несправедливым, он, хотя и боялся мсье Портмоне с его чавкающей речью, всё же хотел принять участие в нападении. Но Белая была неумолима. «Я за вас отвечаю перед Верховными спицами, — сказала она очень твёрдо. — Мне надо вас домой вернуть. Так что нет».

Но Рыжик знал, кого ещё не возьмут. Котёнка Нотку. Она совсем прижилась в клане бродячих котов, проявляла независимый и дерзкий характер, даже когда воевала с собственным хвостиком. Рыжик знал, что Нотка придёт в ярость, если её не возьмут воевать с кланом кошельков.

И действительно, кошечка очень возмутилась, когда утром Рыжик рассказал ей.

— Да как Связной мне ничего не сказал? Он же обещал, что научит меня быть боевой кошкой! — возмущалась Нотка.

— И я не могу быть в стороне. Я же жил в том клане, я знаю, что там много хороших варежек и перчаток, которых обманывают. Надо им помочь и рассказать всю правду про кошельков! — вторил ей Рыжик.

Они, пошептавшись, решили тайком следовать за взрослыми.

Нотка с Рыжиком изо всех сил старались не отставать от взрослых. Сидящий на спине котёнка Рыжик внимательно всматривался вдаль, чтобы не упустить котов, на которых ехали взрослые варежки и перчатки с дядькой Бато и Белой во главе. Ключи должны были прийти к логову клана кошельков сами. Уже стемнело, и в какую-то минуту Рыжик с Ноткой потеряли своих из виду. Котёнок резко побежал вперёд, уже не особо таясь, заглянул в один двор, во второй, но безуспешно. Потом они вернулись назад, покрутились около пустынной трамвайной остановке и совсем было пали духом. Время шло. «Наверное, наши уже там дерутся, а мы тут», — огорчилась Нотка.

И тут Рыжик увидел знакомый ему приземистый ключ. Он быстро направлялся за поворот, явно торопясь. Нотка резво устремилась за ним, Рыжик только успел крепче обнять её за шею.

Когда котёнок и Рыжик проникли в подвал, где стояли огромные сундуки и жили кошельки, битва была в разгаре. Дядька Бато сидел верхом на мсье Портмоне, который утратил свою важность и беспомощно открывал огромный лягушечий рот. Дядька мутузил мсье. На Связного набросились сразу два кошелька, один повис на хвосте, другой держался железным замком за загривок. Кот был яростен и весел, он крутился вокруг своей оси, и ему удалось сбросить противника с хвоста. Тот ударился о старинный сундук, а сверху на него бросилось несколько ключей из клана жрецов. Нотка и Рыжик застыли на пороге, на них кинулся длинный тощий кошелек. Кошечка отпрыгнула вбок, мальчик свалился на пол, но быстро вскочил и бросился на помощь другу. Вдвоём они уронили врага на пол, Нотка прижала его крепкой лапкой и победно оглянулась.

Битва закончилась быстро. Пленных кошельков коты согнали в дальний угол. Поверженные противники ощупывали друг друга, прикрывали прорехи. Мсье Портмоне так же продолжал разевать рот.

— Ну, побили вы нас. И что? Все равно деньги наши, закрыты в наши сундуки, и вы их не унесёте, — прошамкал он. — Мон шер ами, давайте мы с вами договоримся обо всем. Я уверен, что мы можем найти общий язык.

Нотка очень смешно раскрыла пасть и, закатив глаза, передразнила мсье, Рыжик засмеялся.

Астроном крикнул: «Друзья наши!» Из-за сундуков стали выходить незнакомые Рыжику ключи, они подошли к ключам с чердака и смешались с ними, зазвенели. В толпе выделялся Вензельный. Он повернулся к кошелькам и сказал с достоинством:

— Не пропал наш скромный труд и дум высокое стремленье! Деньги в наших сундуках, это наши замки, и мы сами будем распоряжаться всем, вместе с нашими друзьями.

— Это мои деньги! — завопил мсье.

— Подине вон, потрудитесь покинуть помещение.

Коты начали теснить кошельков к выходу. Те стали сопротивляться, тогда Связной схватил зубами мсье и выбросил его за порог, остальные бросились за своими предводителями. Через минуту кошельков в подвале уже не было. Все закричали: «Ура!», громче всех — Рыжик и Нотка. Тогда-то на них обратили внимание. Белая бросилась к детям, осмотрела и ощупала их. А когда убедилась, что они целы, пригрозила дома устроить им взбучку. Связной же только одобрительно подмигнул своей воспитаннице. Он считал, что в битвах закаляется настоящий кошачий характер.

Все участники битвы обнимались и смеялись. Но общий гомон прорезал голос Вензельного:

— Друзья мои, у нас тут обнаружился лазутчик. Что с ним прикажете делать?

Из-за самого дальнего сундука вывели Щена, очень грязного.

— Кто это? — спросила Белая.

— Я знаю его, это Щен, из клана носовых платков. Он меня привёл к Крабу Крабычу обманом, прикинулся другом. А сам! Если бы не Связной, меня бы распустили на ниточки.

Щен злобно ощерился.

— И что, вы теперь меня будете бить. Все вместе на меня одного? Ну, давай, Рыжик, иди сюда, с тобой подерёмся. Как настоящие пацаны.

— Не буду я с тобой драться, раньше хотел, а теперь нет, — ответил Рыжик.

— Трус! Трус!

— Мне тебя жалко. У тебя нет семьи и друзей, ты злишься, поэтому так себя ведешь. А теперь и твои покровители разбиты… Тебе совсем некуда пойти? Да? Может, его к нам возьмем? — Рыжик обернулся к Белой и добавил неуверенно: — Постираем…

— Я тоже его знаю, — сказал Вензельный. — Он постоянно приходил к кошелькам с донесениями, передавал информацию из клана перчаток. Он — враг!

— А вот и не надо меня к себе брать! Я сам не хочу быть с вами. Я возьму и уйду в деревню жить, там до сих пор люди пользуются носовыми платками. Меня там будут уважать… И не обижать!

Щен резко заплакал и бросился бежать. Никто его не остановил. Все молчали.

— А что нам делать с этими деньгами, уважаемые? — произнёс, наконец, Вензельный.

Ключи бросились к сундукам, открыли замки, и все увидели, что они полны деньгами — и монетками, и купюрами.

Мнения разделились, каждый предлагал свою идею. Рыжик, к которому подошёл улыбающийся дядька Бато, осмелел и выкрикнул:

— А давайте построим на эти деньги дом для всех пропавших вещей, чтобы туда приходили люди и находили то, что потеряли.

В толпе послышались одобрительные возгласы. В итоге решили собраться отдельно и как следует обсудить эту идею.

— Молодец, Рыжик, — пробасил дядька Бато. — Ты устал?

И мальчик почувствовал, что устал очень сильно. И не столько от драки, сколько от переживаний. Тогда дядька закинул его на плечо и пошёл к выходу.

Глава № 11. Объединение

— Постойте, — крикнула Белая всем вслед. — А как же клан пропавших варежек и перчаток? Кошельки же снова могут задурить их и заставить собирать для них деньги.

— Надо им все рассказать и призвать объединиться, — предложил Гараж.

Идти решили сейчас же, чтобы не терять времени даром и не давать возможность кошелькам им опередить. Зашли домой и взяли всех детей.

Подвал Южного управления ЖКХ был ровно таким, каким его помнил Рыжик, может, стало чуть темней и пыльней. Первое, что увидел мальчик, который шёл, держа Варю крепко за руку, чтобы их никто больше не разлучил, был Краб Крабыч. Он стоял на ящике и с неимоверным удивлением смотрел, как в подвал проникают все новые и новые варежки, рукавицы и коты. За ними, звеня, повалили ключи. Вскоре то тут, то там начались крики. Рыжик увидел, как Алла Аркадьевна сцепилась со знакомой ему девушкой-ключом, у которой был брелок от автомобиля, они обе пыхтели и пытались повалить друг друга на бетонный пол.

Белая вместе с дядькой Бато вскочила на ящик. Краб Крабыч дёрнулся их скинуть, но дядька преградил ему путь.

— Ты погоди маленько, паря, — пробасил он добродушно. — Послушай, что тебе скажут.

Все замерли и стали слушать. Рыжик увидел в толпе Облачко и замахал ему, мальчики начали пробираться друг к другу вместе с Варей. А потом обнялись.

— Зачем ты убежал-то? — шепнул Рыжик.

— Татьяна Даниловна сказала, что меня дома больше не ждут, — ответил Облачко.

— Ждут, не сомневайся!

Между тем Белая начала говорить. Она очень кратко и ёмко рассказала о разгроме клана алчных кошельков.

— Это все неправда, неправда! Это вы сами хотите забрать наши деньги, нас выкинуть! — завизжала в толпе Указка.

Вперёд вышли Астроном и Гараж. Их тут все знали и, видимо, уважали.

— Белая говорит всё так, как оно есть, — сказал большой ключ. — Мы сами все слышали. Более того, той ночью мы сходили с Вензельным в клан кошельков и беседовали с самим мсье Портмоне. Тот пытался убедить нас примкнуть к ним и вместе собирать деньги, а потом кинуть всех вас — запереть в сундуках, шкафах, чемоданах. Правда, я думаю, что предлагал он не от чистого сердца.

— Другие источники нам рассказали, что в планах кошельков после пленения варежек, рукавиц и перчаток — выбросить нас, ключей, в реку, чтобы никто и никогда не смог вас всех выпустить на свободу, — подхватил Астроном. Вы понимаете, что это значит?

Все молчали. Потом снова заговорила Белая.

— Я зову всех, и малышей, и взрослых, не собирать больше деньги для кошельков и перейти к нам. Мы постараемся найти всем родные семьи. А те, кто не сможет вернуться домой, просто останется с нами — помогать другим.

— Дети, вы хотите домой? — крикнул дядька Бато и раскинул широко руки. — А ну-ка, идите все ко мне.

Он спрыгнул на пол, и к нему первыми бросились Рыжик и Варя, а потом все дети без исключения. Не удержался и Облачко. Они облепили дядьку Бато и засмеялись. «Я тоже к вам», — пробормотал Дедушка и, подбирая распускающиеся нитки, двинулся в общую компанию. За ним потянулись другие взрослые из клана.

— Стойте, — негромкий вроде бы голос перебил детский гомон. Это говорил Краб Крабыч. — Теперь я скажу… Да, может быть, это и правда, я не доверяю этим лопухам, — протянул он, махнув в сторону Белой. — Но кто вам даст гарантию, что вы вернётесь домой? И что там, дома, вам будут рады? Люди давно выбросили ваших братьев и сестер, выбросят и вас. И сразу на свалку. Туда, откуда никто еще никогда не возвращался. Вы понимаете, на что вы идете? На верную смерть. Ладно, малыши безмозглые. Но вы-то, опытные и тёртые!

Движение остановилось. Снова заговорила Белая.

— Никому не рассказывала, что со мной было раньше. А сейчас расскажу. Я жила в большой семье, у моей хозяйки было четверо детей, и она была очень работящей. Что мы только с ней не делали — и на рынок, в магазин ходили, сумки носили, и ребят в детский сад и школу провожали, и на горки и в кино с ними ездили. Но однажды, уже весной, я потерялась — моя хозяйка сняла нас с сестрой и засунула в переполненную сумку, я не удержалась и выпала. Броситься за нею следом тут же я не могла, пришлось ждать вечера. Я бродила всю ночь, а утром меня нашел дворник и бросил в мусорный бак. Так я оказалась на свалке.

По толпе прошел изумлённый шепот.

— Да, я побывала на страшной свалке. И мне пришлось пережить многое, чтобы вернуться снова в город. Я скрывалась от крыс, которые были готовы разорвать меня на мелкие клочки, побывала в плену у отверженных носовых платков, нашла и потеряла настоящих друзей… Но я вернулась. И нашла свою хозяйку, на это ушло два долгих года. Я то впадала в отчаянье и была готова уйти на Перевязку к Верховным спицам, то билась за возможность вернуться домой. Моя хозяйка, увидев меня, изумилась. И даже положила меня в карман. Но уже около подъезда швырнула в урну со словами: «А зачем мне одна?» Так я поняла, что мою сестру уже выкинули… И я могла озлобиться, возненавидеть людей. И даже мстить им. Но потом поняла, что не напрасно я выжила на свалке, не зря прошла этот тяжёлый путь. Не для всех потеряна надежда, многие из вас могут вернуться, если им помочь. Да, мне не повезло. А кому-то обязательно повезёт.

— Стоит ли жить обманчивой надеждой? — спросил Краб Крабыч. — Я предлагаю вам основать свое государство, мы сами, без всех, будем решать, как жить. Независимо от людей, кошельков и всех других. Без иллюзий о новом прекрасном мире, которыми тешат себя ключи. Кто со мной? Оставайтесь. Решайте немедленно. Сегодня мы объяснимся с кошельками и начнём свою жизнь. Остальные — идите отсюда, это наш дом. Разговор окончен.

Краб Крабыч спрыгнул с ящика и медленно, ни на кого не глядя, направился в угол подвала. За ним потянулась Указка, Татьяна Даниловна, несколько других взрослых варежек и перчаток. И ни одного ребёнка! Все они стояли около дядьки Бато.

Глава № 12. Снова дома

Уже на следующий день удача улыбнулась Варе. Взрослые нашли её дом, девочку не бросили ждать на снегу, когда пройдут мимо хозяева, а проводили прямо до двери квартиры. Рыжик видел из-за угла, как Варя вместе с Белой заходит в подъезд. Он подумал, что больше никогда её не увидит. Мальчик обрадовался и огорчился одновременно. У него никогда не было такого друга, как Варя.

…А вечером собрался на Перевязку к Верховным спицам Дедушка. Он лежал в углу и еле дышал, нитки его были почти прозрачные, при шевелении они расползались. К нему периодически подходили взрослые, но он отправлял их прочь.

— Мальчики, — позвал он. — Идите сюда.

Наблюдавшие за ним Рыжик и Облачко осторожно подошли к дедушке.

— Приведите ко мне Татьяну Даниловну, мне нужно с ней проститься, — прошептал он.

Мальчики переглянулись. Они оба знали куда идти, но Рыжику очень не хотелось возвращаться в тот подвал. Пришлось идти Облачку.

А Рыжик по знаку дедушки сел рядом.

— А почему — Татьяна Даниловна? — спросил он.

— Мы же с ней родственники, — прошептал дедушка. — Мы когда-то были одной большой шалью, пуховой. Связали её в деревне, носила бабушка в морозы. А когда она совсем состарилась, сын забрал мать в город, и шаль прихватили. Вот тут-то бабушка и распустила шаль, и связала две пары варежек. В одной был я, в другой — Татьяна Даниловна. Мы долго жили в той семье, а потом бабушку отдали в дом престарелых, она уже была совсем старенькая, больная. Сын уезжал со своей семьей за границу, мать решил не везти с собой. Она уже почти ничего не понимала, не могла сама себя как следует обслуживать. И вот как-то утром сын посадил её в машину и увёз. А вечером выкинул все вещи, нас тоже. К тому времени у меня уже не было брата. Мы тоже были стариками, которые никому не нужны. Так он и сказал, когда его жена собирала вещи нашей хозяйки: выкидывай это старьё. Татьяна Даниловна озлобилась, я так думаю. Мы долго с ней скитались вдвоём, когда наша сестра отправилась на свалку, и было очень плохо. Я даже тогда думал, что уйду на Перевязку. Но мы встретили Указку и попали к Крабу Крабычу. Там нам рассказали, что можно избавиться от людей и совсем от них не зависеть. Так мы стали собирать монеты. От меня было мало толку, я совсем стар и немощен, и меня все время попрекали этим. А Татьяна Даниловна за меня всегда заступалась, наверное, меня из-за неё и держали. А потом она ушла в другой клан, чтобы переманивать детей. Я остался в старом клане. Помнишь, ты отвлекал Краб Крабыч разговорами, когда я за урну уходил? Это сестра ко мне приходила тогда повидаться. А сейчас я ухожу на перевязку, и хочу попрощаться с Танечкой.

— А как там, на Перевязке? — спросил Рыжик. — Вам не страшно туда уходить? Что там?

— Не страшно, мальчик, не страшно. Мы все там будем. Все, и злые, и добрые, и красивые, и нет, и маленькие, и взрослые. Там нас ждут наши боги — Вязальные спицы, перед которым мы все будем держать ответ — как мы прожили земную жизнь. Если хорошо, то нас перевяжут, дадут новую жизнь. А если нет, то томиться во мгле, пока не придёт конец всех концов для всего сущего. Я думаю, что прожил хорошо. Много трудился. Правда, помогал Крабу Крабычу, но ведь я хотел как лучше, хотел помочь всем варежкам, перчаткам и рукавицам, которых также выкинули, как меня и мою Танечку. У меня не было злобы, я хотел помочь.

Вошла Татьяна Даниловна. Все отошли. Она осторожно гладила брата и что-то шептала. А потом вдруг застыла. Рыжик понял, что она успела попрощаться. К ней подошли Белая, дядька Бато и другие… Что происходит с телом варежки после того, как она уходит на Перевязку, дети так и не увидели.

Приближался Новый год. Рыжик понял это по сияющим огонькам, украсившим город. Он бродил по дворам вместе с Облачком и дядькой Бато. И вдруг увидел наряженную ёлку, ту самую, около которой он вместе с Галей и своим братом водил когда-то хоровод. Мальчик огляделся. Да, это был тот самый двор, в котором он постоянно гулял с Галей. Уже вечерело, но он явственно разглядел подъезд, такой знакомый и родной. «Это твой двор, да? — пробасил дядька Бато. — Ну, слава Верховным спицам, наконец-то нашли. Завтра с утра придем на разведку с котами, а там скоро и домой попадёшь, малец».

Всю ночь Рыжик не спал. Он так хотел домой. И очень боялся, что там уже нет его брата. И если раньше он не сомневался в том, что Галя ему очень обрадуется, то сейчас он вспоминал всех, с кем он познакомился за это время, вспоминал судьбу каждого. И Краба Крабыча и Указкой, которые работали на стройке, но были выкинуты в расцвете сил. И Алла Аркадьевна, которую выкинули, как только у неё чуть потерся пальчик и она потеряла небольшую часть своей красоты. И дедушка с Татьяной Даниловной, которых выкинули, как только они постарели. И Астроном, от которого избавились, когда его хозяин умер, и Гараж, ставшийся ненужным, как только ему стало нечего открывать. И все остальные. И Рыжику уже стало казаться, что он тоже окажется лишним в Галиной семье. Что тогда будет? Его положат в шкаф навечно, его выкинут?

Эти мысли настолько измучили мальчика, что он больше не мог лежать в темноте и тишине подвала, предаваясь им. И тогда он решил выйти на улицу. А вдруг небо чистое, и будут видны звезды, которые принесут ему покой? Рыжик тихонько выбрался из подвала, вышел на улицу и воскликнул. В пустом ноябрьском дворе, почти таком же стылом, как зимой, под фонарем, горевшим особенно тускло, он увидел Варю. Она стояла одна, прислонившись к фонарному столбу. Мальчик подбежал к ней.

— Варя, как ты? Почему ты здесь? — крикнул он, обнимая девочку. — Ты же попала домой к своей девочке.

Она грустно посмотрела на него.

— Меня выкинули, — тихо сказала Варя. — Там, в подъезде, моя маленькая хозяйка, увидев меня, сначала очень обрадовалась. А потом мама ее сказала, что мою сестру уже выкинули, значит, я тоже не нужна. Меня оставили в коридоре на ночь, а папа, уходя утром на работу, сунул меня в мусорный пакет. Я еле-еле из него выбралась до того, как приехал мусоровоз. Весь день я плакала и думала, что мне делать. Хотела вернуться к вам, но потом поняла — а незачем. Что я буду делать в клане? Меня выкинули, я не нужна. Понимаешь, совсем не нужна людям. Потом я хотела пойти к Крабу Крабычу. Он же что-то против подлых людей замышляет. Но очень уж противно с ним быть. Думала про ключи. Но я не верю, что есть сверкающий новый мир.

— Пошли к нам в семью, — закричал мальчик. — Ты нам нужна, очень нужна. Особенно мне.

— Нет, — сказала Варя, покачав головой. — Я решила другое. Я пойду искать свою сестру. На свалку. Если она ещё жива, если она не ушла на Перевязку к Верховным спицам.

— Да что ты, это очень страшное и опасное место, откуда никто никогда не возвращался, кроме Белой, да и та пережила жуткие годы.

— А мне некуда возвращаться, — ответила Варя. — Если я найду там сестру, мы вместе придём вместе. А если не найду, значит, такова моя судьба. Прощай, Рыжик, я желаю, чтобы с тобой не случилось того, что произошло со мной.

— Постой, я пойду с тобой, — сказал Рыжик. Даже неожиданно для себя самого. — Я не отпущу тебя одну. На свалке живут крысы, которые могут тебя разгрызть на ниточки, так что и Верховные спицы не перевяжут. Там легко потеряться в груде мусора, упасть на дно какого-нибудь ямы и не выбраться никогда. И вообще — как ты пойдешь одна? Это страшно и, наверное, очень далеко.

— Да, страшно, — варежка сказала и вздрогнула. — Но, говорят, там живут не только разные жуткие создания, но и такие же перчатки и варежки, как и мы, домашние. Им просто не повезло, они не успели выбраться из мусорных пакетов и контейнеров, вот их и увезли туда. Может, если я не смогу найти сестру, я постараюсь разыскать их. А если найду, то даю честное слово — мы с сестрой вернемся в семью Белой, ко всем вам, и будем помогать другим ребятам. А ты не ходи за мной. Тебя наверняка ждёт дома брат. И Галя.

Варя крепко обняла мальчика и пошла вглубь двора, где смутно темнел мусорный бачок. Рыжик понял, что её уже не остановить. Резкий порыв ледяного ветра качнут мальчика. С неимоверно тяжёлым сердцем он пошёл назад, в подвал. И забылся сном, из которого его выдернула мягкая лапка Связного. Кот промурлыкал: «Вставай, сегодня попадёшь домой». Мальчик мгновенно вспомнил прошлую ночь и хотел отказаться: лучше жить без надежды, чем пережить её крах. Вдруг его брата тоже выкинули, и Галя не возьмёт его домой. Но дядька Бато его подбадривал.

Рыжика пошли возвращать большой компанией, в которую влилась и Нотка, успевшая крепко подружиться с мальчиком после совместно пережитых приключений. Они весело болтали на ходу, когда Рыжик услышал откуда-то сверху:

— Привет! Вы не видели мальчика Вову? В шортиках. Волосы такие белые-белые. Вы не ви…

Кепка почти утратил свой цвет, но ещё отчаянно цеплялась за штакетник. Рыжика словно окунули в холодный сугроб.

— Кепка. Я не видел мальчика Вову. Но я могу тебя взять к своей девочке, её Галя зовут. Пошли со мной. Тебе будет хорошо у нас дома. Просто будешь отдыхать. А когда настанет лето, мы пойдём все вместе искать твоего мальчика Вову.

— Я не могу, — прошептала Кепка. — Я уйду, а вдруг мальчик Вова придёт, а меня нет. Он очень обидится. Он маленький.

Нотка вдруг всхлипнула, и Рыжик отвернулся. Он понимал, что вот-вот вернётся в семью, но на душе скребли собаки.

…Галя счастливо воскликнула, увидев Рыжика, схватила его и прижала к груди.

— Мама, смотри, это же моя варежка, которую я прошлой зимой потеряла! Моя любимая!

— Как хорошо, что мы вторую варежку не выбросили. Это невероятно чудесный случай, — ахнула мама.

Из-за угла выбежала Нотка, встала на цыпочки и лохматым трехцветным хвостиком обняла Галины ноги.

— Мама, какой красивый котёнок. С нотками под носом. Трехцветная, будет приносить счастье. Давай заберем её домой? Ты же обещала к Новому году мне кошечку. Ну, пожалуйста!

— Обещала. Но вот так, с улицы?

— Да ты что, с улицы — самые верные и умные.

Галя подхватила Нотку.

Когда Рыжик нырял в карман куртки, он успел увидеть под скамейкой Связного, дядьку Бато и Белую. Они махали ему. Он не знал, увидит ли он когда-нибудь своих друзей. Но не забудет никогда.

Content

Светлана Бурдинская
Связанная сказка

Глава № 1. Потерялся

Глава № 2. Новая жизнь

Глава № 3. Мсье Портмоне

Глава № 4. Один на улице

Глава № 5. В штабе у ключей

Глава № 6. В доброй семье

Глава № 7. Первые неудачи

Глава № 8. Разоблачение

Глава № 9. Операция «Варя»

Глава № 10. Разгром кошельков

Глава № 11. Объединение

Глава № 12. Снова дома