Кэтрин Болфинч

Еще один шанс на любовь

Часть 1. Отпуск, новые-старые чувства

Глава 1

Погода этим летом давала понять, что солнечные дни, беззаботность и радость немного задерживаются. Моросил противный дождь, маленькими каплями больно ударяя по голове и плечам. Но, конечно, это не могло забрать у жителей города надежды на то, чтобы оставить серость будней и холода хотя бы на несколько отпускных недель.

Молодая девушка, огибая прохожих, быстро переставляла ноги, пытаясь совладать со своими ужасно тонкими и высокими шпильками на каблуках. В голове крутилась просто масса нецензурных слов в сторону самой себя. Ну кто же в такую погоду надевает такие туфли и вдобавок ставит машину не на парковке офиса, а аж через две улицы от нее.

И если парковка объяснялась огромными пробками с утра, то высокие каблуки, туфли, юбки и блузки за три года уже очень прочно обосновались в гардеробе Руби Батлер.

После смерти тетушки — единственного близкого человека Руби — девушка заняла пост руководителя в компании по поставкам антиквариата. Поэтому Руби тщательно работала над своим имиджем, поэтому забыла короткие платья, джинсы и спортивный стиль даже на выходных. Она не могла подвести Энн. Снова.

Цокот каблуков перебивал звук дождя, Руби перебирала ногами, стараясь быстрее оказаться в машине и не запачкать грязью бежевый тренч. С волос обильными потоками стекала вода, размазывая по лицу макияж, одежда неприятно липла к коже, вызывая желание побыстрее снять все это с себя и завернуться в большое мягкое полотенце.

Отличительной особенность Руби Батлер была способность попадать в неловкие ситуации, поэтому, выходивший из-за угла соседней улицы молодой человек, очень занятый чем-то в своем телефоне, не обратил внимания на быстрый перестук ее туфель. А Руби чисто физически не могла его заметить, закрывая руками голову от назойливых капель дождя.

Все произошло быстро и до жути банально, словно на какой-то миг оба стали героями любовного романа. Какова вероятность встретить бывшего, уже года три живя в другой стране? Почти нулевая. Но вот Руби на полном ходу влетела в, смачно ругнувшегося, парня. Она пошатнулась, но от падения ее спас незнакомец, потянув на себя. Руби впечаталась в его грудь, уже готовясь то ли извиниться, то ли, наоборот, нагрубить. Девушка оторвала взгляд от черной рубашки, подняла глаза, которые мгновенно раскрылись в удивлении, напоровшись на взгляд голубых глаз.

Сердце зашлось в бешеном ритме, потому что сейчас на нее смотрел призрак из прошлого, образ, который она каждую ночь давила в себе, не желая думать о своих чувствах

Руби отскочила, будто ошпарившись.

— Александр? — голос прозвучал намного неувереннее, чем ей бы хотелось.

— Руби? До сих пор не научилась смотреть по сторонам?! — он слегка улыбнулся, растягивая губы в саркастичной ухмылке. И совсем не изменился — все те же русые волосы, зачесанные на бок, привычная классическая рубашка черного цвета, обтягивающая рельеф мышц, брюки в тон и тот же невыносимый холод в голубых глазах — и все это Руби предпочла бы забыть.

Прошло три года с их последней встречи. Ее жизнь полностью поменялась, буквально перевернувшись с ног на голову. Пришлось быстро повзрослеть, взять ответственность над целым штатом людей и компанией. Но в груди что-то болезненно, с каким-то глупым страхом, защемило, когда его голос добрался до ее уха сквозь шум дождя. По коже побежали мурашки. От холода или от его близости?

— Что ты здесь делаешь?

— Приехал на шоппинг, думая, какую бы компанию еще к рукам прибрать, — усмехнулся он, — Может, твою? Что скажешь? — Александр блеснул белоснежной улыбкой, Руби закатила глаза. Почти как раньше.

— Очень остроумно. — ответила Батлер, заставляя себя смотреть ему прямо в глаза. Хотелось отвести взгляд, убежать от прошлого, что застигло ее врасплох, вскрыло старые раны, заставляя их кровоточить. Зачем он снова появился в ее жизни? Для чего?

— Успокойся, Руби. У меня всего лишь встреча с партнерами, я не собираюсь грабить тебя. — он на минуту замолчал, оглядывая ее с головы до ног и задерживая взгляд на груди, просвечивающейся под тонкой и мокрой тканью блузки. — По правде говоря, я не знал, что ты здесь живешь.

Правда ли? Она ведь говорила ему куда поедет. Даже просила уехать с ней, а потом все изменилось. В один момент решение просто появилось в голове, показавшись самым правильным и логичным. Руби сощурила глаза, затем, будто очнувшись, кивнула. Алекс задержал на ней задумчивый взгляд.

— Мне пора. — тихо произнесла девушка. Дождь усиливался, крупными каплями ударяя по голове, как бы подстегивая ее решимость убраться отсюда как можно быстрее. — Была рада видеть тебя. — она еще раз кивнула, собираясь обойти парня и только сейчас понимая, что почти не дышала все это время.

Но внезапно его рука коснулась ее запястья, останавливая. Руби подняла глаза на Кинга, снова встречаясь с голубыми льдинками, пробирающими до дрожи, словно она и сейчас стояла среди снежных сугробов в одном нижнем белье.

— Что-то еще? — почти шепотом спросила Руби спустя несколько секунд. Всего одно касание, а столько чувств. Всего лишь прикосновение, от которого по коже побежал табун мурашек, а в душе проснулся спящий вулкан со всеми чувствами, извергая эмоции, словно потоки лавы, сжигающие все на своем пути. Девушка же нервно сглотнула, гордо вздернула подбородок, будто ладони ни капли не тряслись, а язык не пытался заплетаться.

— Да, навигатор завез меня не туда, хотел спросить дорогу. — ни одной эмоции на лице, зато где-то глубоко внутри целый пожар невысказанных обид, чувств и слез. Причем у обоих. Но оба слишком горды, чтобы признавать свои слабости и идти на честный разговор друг с другом. Да и нуждались ли они в этом спустя столько времени? Сейчас эта встреча была лишь случайным столкновением незнакомых людей.

— Может, уже отпустишь меня? — вздернула бровь Руби, намекая на то, что он все еще смыкал пальцы вокруг ее запястья, заставляя нервы скакать по всему организму. Александр глянул вниз, затем резко разжал руку., — Спасибо. Показывай, что у тебя там. — проговорила девушка, парень показал ей экран своего телефона. Девушка нахмурилась, внимательно рассматривая карту.

— Это совсем в другой части города, туда сейчас добираться по пробкам часа четыре.

— Вот срань! — громко выругался Кинг, Руби воззрилась на него в полном недоумении. Раньше он никогда не ругался. Только глупо шутил.

— Если хочешь, можешь переждать у меня время пробок, затем спокойно уедешь. Я живу через пару улиц. — Алекс двусмысленно усмехнулся. — Только переждать, Кинг!

— А кто говорил о чем-то большем, маленькая извращенка? — девушка уже подготовила гневную тираду на этот счет, когда Александр по-издевательски ее опередил. — Не в этот раз, Руби. Спасибо за помощь. — он подмигнул и, язвительно ухмыльнувшись, обошел ее, двинувшись дальше по улице.

Руби нервно выдохнула, подмечая то, как сильно тряслись ладони и колени, но она сделала шаг, затем еще один и еще несколько. А потом нырнула на водительское сидение своей машины, прячась от всего мира сразу.

— Ни в етот раз, Руби. Вот хрень! — девушка гневно ударила по рулю ладонями. Воспоминания, которые она спрятала глубоко в себя, сейчас вырывались наружу, причиняя боль. Боль, которая была тщательно скрыта под обломками прошлой жизни.

Батлер повернула ключ, мотор старенького, но любимого синего шевроле завелся, выпуская в воздух дым из выхлопной трубы. Дождь громко стучал по крыше автомобиля, каждый раз возвращая девушку в реальность из своих воспоминаний. Как там бывает в книгах — обстановка вокруг героя олицетворяет его внутренний мир? Нифига не правда. Руби усмехнулась своим мыслям. В ее душе сейчас бушевал пожар, а не лили дожди.

***

В полной тишине подъезда, раздавшийся щелчок дверного замка прозвучал словно приговор. Включенный в коридоре свет больно ударил по глазам, но девушка лишь зажмурилась на несколько секунд, чтобы потом сбросить плащ и черные лодочки в одну мокрую кучу в углу.

Словно во сне, она прошла в ванную, включила горячую воду, наблюдая за тем, как пар тоненькой струйкой исходил от непрерывного потока.

Девушка шумно выдохнула, провела пальцами по воде, создавая небольшие круги. Бесконечно можно смотреть на три вещи — как горит огонь, как бежит вода и на то, как работают другие люди. Удивительно, как Батлер в свои двадцать пять лет собрала все эти три вещи за один день — в ее душе горит огонь невысказанных чувств и обид. В ванну сейчас набирается вода, созерцание которой очень успокаивает. А работающих людей она, в принципе, видит каждый день.

Руби добавила пенную бомбочку в воду, затем поднялась, направившись в домашний бар и оставляя после себя небольшие влажные следы на полу. Сегодня ей обязательно нужно было выпить.

Когда вода в ванной набралась, Руби скинула с себя остатки одежды, сделала большой глоток из стакана с виски и опустилась в пену, сразу окунаясь с головой. Чувства это не выключило, но зато подарило расслабление, растекшееся маленькими волнами по телу.

Глаза сами по себе закрылись, а воспоминания, воспользовавшись моментом, нырнули в сознание, перетряхивая моменты прошлого как вещи в старом шкафу.

— Уходи, Алекс, — с горечью в голосе произнесла девушка, не найдя в себе сил поднять взгляд на парня. Было страшно увидеть равнодушие в голубых глазах, — Прошу тебя, уйди! — крик мгновенно превратился в хрип — слабость, за которую в будущем она еще долгое время будет себя ненавидеть. Слезы застилали глаза, заставляя девушку буквально задыхаться. Кинг посмотрел на девушку в последний раз. Сердце болезненно сжалось, когда он произнес тихое «прости». Руби, разозленная этим «прости», резко вскочила с пола, хватая первое, что попалось под руку. Черная туфля полетела в стену, когда Александр закрыл за собой дверь.

Одинокая слеза скатилась по щеке, но девушка тут же стерла ее пальцами, не разрешая себе плакать о прошлом. Это было три года назад. Теперь это не имело никакого смысла.

***

Новый день, новая Руби Батлер. На лице ни следа вчерашних слез. Теперь она снова суровая бизнес-леди, без труда наступающая на головы конкурентов.

За то время, что девушка управляет компанией ее часто сравнивали с тетушкой, говоря о том, как сильно они похожи. И сначала Руби отрицала свою причастность к тому стальному характеру Энн, а со временем научилась видеть в зеркале точно такой же суровый взгляд изумрудных глаз.

Девушка уже привыкла каждый день выглядеть шикарно, поэтому надела бежевое атласное платье, черный пиджак, любимые туфли на высоком каблуке, яркий макияж — красная помада, всех оттенков и брендов, стала буквально частью ее личности, скрывая за собой настоящую Руби Батлер.

Она взглянула в зеркало, одобрительно улыбнулась, настраиваясь на рабочий день. Отражение мелькнуло в ответ грустинкой в глазах, но тут же переключилось на привычный режим “без чувств”. Больше никакого прошлого.

Спустя примерно полтора часа Руби зашла в приемную своего офиса, из-за высокой стенки стола появилась черная макушка секретарши, а затем любопытный взгляд Евы.

— Доброе утро, мисс Батлер, — прощебетала девушка, рассматривая начальницу, — Совещание в девять утра, я все подготовила, — Руби глянула на нее, рассматривая густо покрытые румянами щеки, подведенные черной тушью ресницы, аккуратный носик и черное каре.

— Вот черт! — ругнулась Руби, из-за чего Ева стремительно побледнела, пытаясь воспроизвести все свои косяки в голове. — Я про него совсем забыла. — продолжила девушка, направляясь в сторону кабинета. — И да, Ева, я же просила — просто Руби.

Секретарша незаметно выдохнула. Конечно, Руби она не боялась — эта бизнес-леди не была жестокой, но ей уж очень нравилось здесь находиться. Ева работала на Батлер уже около года и за это время успела зарекомендовать себя, как отличный сотрудник и, наверное, как подруга, в нужный момент времени достающая сигареты и бутылку вина.

Дверь кабинета громко хлопнула, отделяя Руби от приемной. Она бросила сумку на стол, подключенный лэптоп тихо пискнул уведомлением. До совещания оставалось всего пятнадцать минут, поэтому девушка открыла нужные файлы, хотя бы ради приличия читая содержание отчетов.

— Мисс Батлер, то есть Руби, осталось три минуты до начала. — из открытой двери выглянула Ева, оповещая о скором начале встречи. Руби коротко кивнула, собрала документы в кучу, взяла лэптоп и вышла из кабинета.

Всю дорогу до конференц-зала она думала о предстоящем совещании, думая о том, как же сильно устала от постоянных встреч, разговоров и бесконечного вороха документов, которыми Ева каждое утро заваливала ее стол.

Батлер толкнула дверь в нужное помещение, заметив, что одно место из десяти уже занято. Девушка машинально поздоровалась, не отвлекаясь от телефона. Подошла к своему месту в центре стола, опустив на столешницу лэптоп, папку с документами и телефон.

— Доброго утра, мисс Батлер. — уверенный голос с едва слышимой усмешкой заставил вздрогнуть, мгновенно вызывая желание стать невидимой.

— Что ты здесь делаешь?! — выдала девушка, быстрее чем успела подумать и прикусить язык. Вся привычная выдержка трещала по швам.

— А манерам бы вам еще поучиться. — ехидно заметил молодой человек.

— Все-таки решил меня ограбить, Кинг? — складывая руки на груди, спросила Руби.

Он не успел ответить, их разговор прервался вошедшими в зал людьми. Батлер мгновенно взяла себя в руки, заставляя дрожащие ладони успокоиться, сжимая их в кулаки. Этого она не ожидала. Его она не ожидала.

Только сегодня утром Руби решила снова закопать это прошлое. Не думать о том, что Алекс находился сейчас так близко к ней. В том же самом городе. Она буквально давила в себе желание написать ему, и вот, сейчас Кинг сидел напротив нее в ее офисе и какого-то черта так нахально улыбался!

— Доброе утро всем! Если все собрались, то можем начинать. — произнесла девушка, строгим взглядом проходясь по собравшимся.

— Перед тем, как начнем, я бы хотел представить моего нового партнера — Александра Кингом. Он здесь по моей просьбе, чтобы оценить масштабы моих инвестиций. — прервал Руби грузный мужчина, рукой указывая на Александра, а затем на помещение. Руби подавила в себе желание скривиться. Уж очень ее раздражал мистер Макгинес, но Батлер лишь сдержанно кивнула, давая ему высказаться.

— Приятно познакомиться, мистер Кинг. Добро пожаловать.

— Спасибо за теплый прием. — саркастично произнес Александр. Однако поняла его иронизирующий тон только Руби, которая с дельным спокойствием включила презентацию на большом экране, а затем удалилась в отчетность компаний.

Батлер сосредоточенно рассказывала о каких-то плюсах, минусах, прибавках, акциях. Сама не понимала, как ее язык все это произносит, учитывая, что мысли витали где-то в другом месте.

Снова вспоминая прошлое — его руки на спине, влажные поцелуи в шею, сладкие стоны, нарушающие тишину ночи и дня, бегущие по телу мурашки, из-за которых мгновенно затвердевали соски. И сейчас он сидел здесь, в чертовом пиджаке, который она постоянно с него срывала, не находя сил для терпения. Его внимательный взгляд буквально прожигал спину, казалось, что в любой момент Алекс мог заглянуть в ее голову и увидеть самые развратные и пошлые картинки, рисующиеся воображением — вот они в страстном поцелуе прямо на этом столе, вот она на коленях, расстегивает ремень на брюках, а вот прямо около окна и ни капли страха, что кто-то может увидеть.

И как снаружи Руби все еще сохраняла спокойный вид? Как при всех этих мыслях дыхание не срывалось на стоны?

Девушка на секунду оторвалась от презентации, обвела глазами зал, будто специально желая заметить его наглый взгляд. Почему-то Руби была уверена в том, что Алекс знал, о чем она думала, потому что на его губах рисовалась самодовольная ухмылка, заставляющая щеки девушки покраснеть.

Батлер тихо прокашлялась, отпила воды из стакана, заставляя себя больше не поворачиваться, не смотреть в его сторону и выметая из головы мысли, из-за которых так некстати возбуждение накапливалось внизу живота. И до самого конца презентации ее внимание было сосредоточено на бесконечных графиках, только иногда подкидывая воспоминания, от которых так и хотелось закусить губу и кинуть на мужчину умоляющий взгляд.

— Мисс Батлер, чудесная презентация. — произнес молодой человек, возникший рядом, отчего Руби мило улыбнулась, вспоминая его имя.

— Спасибо, мистер Джозеф.

— Просто Стефан, прошу Вас.

— Хорошо, Стефан. — кокетливая улыбка возникла на лице девушки. Казалось, она уже лет сто не общалась с кем-то мужского пола в таком обращении. — В таком случае, Руби. — она протянула руку, однако Стефан вместо того, чтобы пожать ее, нежно поцеловал тыльную сторону ладони.

— Не хотелось бы прерывать вашу идиллию, господа, но у меня есть пара вопросов к мисс Батлер. — сложив руки на груди, нагло вклинился в разговор Кинг. Руби метнула на него гневный взгляд, мгновенно перекладывая свою злость и за воспоминания, и за новые фантазии, и за то, что он снова появился в ее жизни. — Личных.

Удивительно, как одно слово может заставить человека исчезнуть с поля зрения в мгновение ока. Именно таким образом и убежал Стефан. Кинг иронично выгнул бровь в его сторону. Руби же отзеркалила его позу, также сложив руки на груди.

— Чего тебе?

— А чему-то ты все-таки научилась за эти три года. — одобрительно хмыкнул парень. — Хотел попрощаться, Руби.

Девушка слегка опешила, в растерянности опуская руки. Изучающий взгляд Александра скользнул по ее озабоченному лицу.

— Ты все-таки тоже чему-то научился, я смотрю. — она на секунду задумалась, а затем ядовито произнесла. — Например, прощаться.

Батлер обогнула его, выходя в коридор и уже виня себя за эти слова. Показала, что не пофиг. Покажа свою слабость и то, что он все еще что-то задевал внутри. Она не должна была этого говорить. Алекс Кинг для нее уже ничего не значил.

— Руби, подожди! — раздался позади громкий возглас, мгновенно привлекший внимание сотрудников офиса, чьи любопытные взгляды сосредоточились на начальнице и неизвестном мужчине. Вот только Руби продолжала идти вперед, не обращая внимания ни на что, продолжая идти вперед.

Александр устало закатил глаза, кажется, и не было тех трех лет, что они не виделись. Она все также была невообразимо горда. Мужчина быстрым шагом догнал девушку, хватая за запястье и разворачивая к себе.

— Руби, прошу! — девушка нервно вырвала руку. На лице самая настоящая злость, в душе ураган. Удивительно, но у него тот же диагноз.

— Давай поговорим. — от этих слов Руби вспыхнула лишь сильнее, гневно приблизившись к нему.

— Говорить нужно было три года назад, Кинг. А сейчас ты сваливаешься мне на голову, прямо перед отпуском. Это одна из твоих идиотских шуток?! — яростно прошипела девушка прямо ему в лицо. Александр на секунду потерял все эмоции, кроме удивления.

Руби развернулась, продолжив свой путь по коридору, яростно вбивая шпильку туфель в кафельную плитку офиса. Александр растерянно смотрел вслед девушке, думая о том, как сильно она изменилась. Точнее, как сильно они изменились и, правда, став друг для друга чужими.

— Чего встали?! Живо за работу! — гаркнула Руби себе за спину. Толпа быстро оживилась, разбегаясь в сторону, словно кучка тараканов. Кинг тряхнул головой, развернулся в сторону лифта. Больше он здесь находиться не хотел. Сейчас необходим бурбон и сигарета.

Руби вошла в приемную, едва ли не извергая нецензурные слова вслух. Изумленная Ева снова выглянула из-за стола.

— Как прошло совещание?

— Не сейчас, Ева! И закажи себе уже новый стол! — гаркнула разозленная Батлер, буквально влетев в свой кабинет и сразу же закрыв дверь на замок изнутри.

Короткий писк пульта управления, жалюзи плавно опустились вниз. Руби подошла к небольшому столику около дивана, откупорила бутылку с янтарной жидкостью, заполняя ей бокал. Второй рукой достала из сумки пачку сигарет. Нервно чиркнула зажигалкой. Горький дым ворвался в легкие, унося на выходе все тяжелые мысли и чувства. Одним глотком осушила стакан. Внутри разлилось приятное тепло. Первая и единственная приятная вещь за сегодняшний день. А ведь до его конца еще пять часов.

Глава 2

День слишком долго подходил к концу. Руби даже успела устать — и это при том, что остаток рабочего времени просто просидела на диване, иногда заглядывая в открытые документы на экране лэптопа.

Когда все-таки стрелка часов медленно подползла к моменту, когда можно было оставить эти жуткие белые стены, офис уже был пуст, встретив холодом, темнотой и одиночеством. Последнее особенно сильно отдавалось в сердце Руби. Именно такой была ее жизнь — одинокой. Конечно, была и любимая работа, и деньги, буквально мир у ног, но для себя она уже давно поняла, что счастье не только в этом. И девушка отдала бы все деньги мира, лишь бы хоть на секунду вернуть тетушку.

Ей все твердили жить дальше. Жить ради себя и для себя. Но Руби так не могла. Она подвела Энн тогда, не смогла защитить. А затем не смогла сохранить отношения с любимым человеком. С человеком, который понимал ее, поддерживал. Вот так просто не смогла. Так она подвела Энн второй раз, не воспользовавшись ее принципом: «Если тебе что-то нравится, то борись за это изо всех сил». Поэтому бизнес Энн занимал все время Руби, отнимая шанс на личную жизнь, полную свободу и счастье. Она не хотела подвести тетушку еще раз. Просто не было возможности искать подруг, ходить по пятницам в бары и флиртовать с мужчинами.

Но все изменилось год назад, когда в компанию пришла Ева, которой можно было доверить свое замещение. Она часто вспоминала день, когда приняла девушку на работу. Тогда эта дерзкая девчонка раздражала своей настойчивостью, отсутствием границ и прямолинейностью, а сейчас была единственной подругой.

— Почему я должна принять именно вас, мисс Райт? — безучастно спросила Руби, вновь просматривая бумаги. Это был уже шестой человек за три часа собеседований. Прошлый секретарь Руби ушла в декретный отпуск, поэтому уже около месяца Батлер пыталась найти себе помощника.

— А кого еще? Со всем уважением, мисс Батлер, но мало кто захочет с вами работать, учитывая слухи, что о вас ходят. — спокойно произнесла Ева, уверенно встречая мгновенно заинтересовавшийся взгляд Руби.

— Да? И откуда же вам эти слухи известны?

— Вы публичная персона, мисс Батлер, и я вхожа в высшее общество, поэтому навести справки о будущем работодателе, не составило труда.

— Если вы входите в это общество, как заявляете, то и денег у вас достаточно. Зачем тогда вам должность секретаря? — с наглой ухмылкой спросила Руби. Тон этой девушки все больше начинал раздражать. Усталость сказывалась на девушке, вынуждая ее буквально закрывать глаза.

— Затем же зачем и вы получали образование по специальности архитектура, а не бизнес. Все мы в этом мире хотим добиться чего-то сами. А эта работа находится недалеко от моего дома. Плюс я хорошо образована и, как я уже говорила, у меня есть связи, наше с вами сотрудничество будет взаимовыгодно, мисс Батлер. — Ева мило похлопала ресничками, расслабленно откидываясь на спинку кресла. Руби с вызовом осмотрела девушку. Казалось, только сейчас она рассмотрела ее должным образом. Хитрая усмешка возникла на ее лице.

— Вы приняты, мисс Райт. — Руби поднялась из своего кресла, протягивая руку Еве для рукопожатия. Райт последовала ее примеру.

Девушка не подвела, старательно изучая внутреннюю кухню компании, и как-то совершенно точно угадывая настроение начальницы и ее вкусы — черный кофе без добавок, слойка с вишней — если Ева заглядывала в кофейню по пути на работу, то обязательно брала этот набор и для Руби. Удивительно, но Руби прикипела к ней. У них даже появились общие шутки, разговоры о бренности бытия, о личном. Иногда время обеденного перерыва они проводили вместе, смеялись, делились эмоциями, историями из жизни. И в такие моменты девушка по-настоящему жила.

Именно поэтому месяц назад Ева уговорила свою начальницу поехать в отпуск, расслабиться, отдохнуть. Все-таки три года без отпуска и нормальных выходных тяжело. Как ни странно, но Руби согласилась — на следующий день забронировала билеты и номер в отеле.

Поэтому план на сегодня состоял в том, чтобы закончить рабочий день, сдать Еве документацию и с чистой совестью отправиться прямиком в аэропорт, откуда самолет отвезет ее прямиком к теплу и морю на целых два месяца.

Поэтому сейчас девушка быстро кидала вещи в чемодан, нервно поглядывая на время. Впервые за продолжительное время своей карьеры она опаздывала, а потому платья совершенно варварским и безжалостным способом отправлялись на дно чемодана.

Перечислив в голове весь список необходимых вещей и удовлетворенно кивнув, девушка вновь посмотрела на время, а потом, спешно подхватив сумку, выбежала из квартиры.

***

— С этого момента я в отпуске! По пустякам не беспокоить. Мозги не выносить. — проговорила Руби, показываясь в приемной из своего кабинета. Ева вылезла из-за стола. Батлер мило улыбнулась, подходя к рабочему месту секретарши. — Надеюсь, к моему возвращению, у тебя будет нормальный стол, Ева.

Рабочий день уже, наконец-то, подошел к концу, вызывая то ли панику от неизбежности, то ли страх неизвестности. Отменить поездку уже было нельзя, да и это казалось очень глупым, но оставлять вот так все то, над чем долгие годы трудилась Руби тоже было тяжело.

— Зря ты так, мне он так нравится, можно прятаться за ним и пить вино. — съехидничала Ева в ответ.

— Я в тебя верю, Ева. Знаю, что ты со всем справишься и, надеюсь, компания не развалится за время моего отсутствия. — Райт кивнула, выйдя из-за стола, крепко сжала Руби в объятиях. По-свойски, словно они уже очень давние друзья, встретившиеся в обеденный перерыв на кофе. Руби удивилась, но все обняла девушку в ответ, понимая, что Ева единственная, кто действительно переживал о ее самочувствии и моральном состоянии.

— А я надеюсь, что ты отлично отдохнешь!

— Лучше не бывает, Ева. Там, куда я еду, не отдохнуть просто не удастся. — Ева согласно кивнула, садясь за рабочее место.

— Тогда удачи, мисс Батлер, — Руби хищно блеснула глазами в сторону помощницы, которая невинно хлопала ресницами, будто ничего не произошло. Райт одними губами прошептала «иди уже», после чего Руби махнула рукой, направляясь в сторону лифта.

***

Руби нервно огляделась по сторонам — здание аэропорта, признаться, никак не способствовало успокоению итак расшатанных с давних времен нервов. Огромные летающие машины не вызывали положительных эмоций у девушки, наоборот, вырывали из глубин ее сознания первобытный, сковывающий все тело ужас. Именно поэтому Руби, как только оставила машину на парковке, откуда ее потом заберет водитель, пригубила небольшую бутылочку вина, надеясь, что это поможет расслабиться. Вообще, в обычном случае ей бы эта бутылочка помогла, но учитывая события последних дней… ей понадобилась бы не маленькая бутылка. И не вино.

Девушка прошла в зону ожидания бизнес класса. Внезапная тишина, которой лишено остальное здание, поглотила ее сознание. Спасением от бесконечных мыслей была музыка в наушниках и просмотр фото места ее обитания на целых два с половиной месяца. Ее успокаивали картинки отеля, бескрайнего моря, пальм, залитого солнцем пляжа.

Руби планировала, часть отпуска провести ничего не делая около бассейна, иногда прерываясь на поедание фруктов и коктейли. С огромным количеством алкоголя. А вторую часть отпуска в поисках приключений, экскурсий, красивых мест и вечеринок. Нужно было отпустить и работу, и постоянный стресс. Благо, у нее не осталось родственников, твердящих о том, что пора замуж.

Противный голос вторгся в ее мысли, объявив рейс Руби до тропического острова Пхукет, заставляя девушку, устало подняться с удобного кресла. Батлер огляделась в поисках табло выходов.

Девушка разглядывала встречающихся на пути людей, снующих туда-сюда, словно они были лишь дополнением к этому месту, словно это какой-то закон вселенной — полный аэропорт людей.

Сумка с ноутбуком неудобно оттягивала плечо, небольшая дамская сумочка висела на другом плече, норовя вот-вот соскользнуть.

— Вот черт! — ругнулась девушка, когда сумка все же свалилась с ее плеча.

— Тише, девушка, здесь дети. — заметил молодой человек из очереди. Руби застыла при звуке знакомого голоса, буквально понимание выражение о ставших дыбом волосах. Зато все мысли разом покинули голову, оставляя там звенящую пустоту. Девушка быстро повернулась, натыкаясь на взгляд голубых глаз. Точно этакое дежавю. Ситуация повторилась почти один в один.

— Кинг?! — воскликнула она, чувствуя, как сердце резко ускорилось, а паника, от непонимания дальнейших действий накрывала так сильно, что хотелось бросить всю эту затею с отпуском и вернуться в привычное и удобное кресло в кабинете.

— Собственной персоной. — ехидно заявил парень, с упоением глядя на ошарашенное лицо Руби.

— Ты что здесь делаешь?

— Это, конечно, не твое дело, но я все-таки воспитанный джентльмен, — начал Александр, когда тихое «ага, воспитанный викингами» Руби донеслось до его уха. — Руби, оставь юмор для профи.

— И ты последуй своему совету, Александр.

Девушка деловито поправила сумку, поворачиваясь обратно лицом к очереди. Сзади послышался громкий выдох. Длинные пальцы отодвинули прядь волос, открывая шею. Горячий шепот коснулся ее уха, посылая миллионы мурашек по всему телу, точно разряд электричества.

— Я еду в заслуженный отпуск и очень надеюсь, что твое любопытство не будет видно из моего отеля. — с усмешкой произнес Александр, отодвигаясь от Руби на добрых полметра. Девушка вздрогнула, но не повернулась. Ее подбородок гордо взметнулся вверх, даже несмотря на то, что хотелось сжаться и просто спрятаться в свой кокон. Она не позволит ему снова появиться в своей жизни и переворошить все. Не позволит. Больше никогда.

Руби протянула посадочный талон улыбающейся девушке. Кивнула на ее пригласительный жест. Затем прошла по коридору, соединяющему аэропорт и самолет. Девушка тряхнула головой, делая глубокий вдох и отпуская вместе с ним все тяжелые мысли и оставляя в голове лишь море, пальмы, коктейли и отдых. Никаких Александров.

Через пару минут она утонула в мягком кресле бизнес класса. Стюардесса учтиво принесла плед — кондиционер работал исправно, заставляя кожу девушки покрываться мурашками. Руби оглядела салон, перед тем, как удовлетворительно хмыкнуть и натянуть плед по самые плечи. В этой части она была одна. Видимо, взлетевшие цены на отдых отпугнули многих любителей тропиков, потому что самолет был наполовину пуст. Батлер закрыла глаза — лететь предстояло четырнадцать часов. В ее планы входил полноценный сон, книга и, может быть, пара серий любимого сериала.

Стюардесса объявила о скором взлете, провела инструктаж и скрылась за шторкой. Самолет быстро набирал скорость. Девушка вцепилась в подлокотники кресла, когда шасси оторвалось от земли. В моменты взлета и посадки она всегда чувствовала себя неуютно. Ведь, если верить статистике, больше всего самолетов разбивается именно в эти моменты.

Руби задержала дыхание, сердце бешено стучало до тех пор, пока самолет не выровнялся параллельно земле и капитан не сообщил об удачном взлете и температуре за бортом. Наконец, девушка успокоилась, отпустила подлокотники и закрыла глаза, медленно проваливаясь в сон.

— Долго еще? — нетерпеливо спросила Руби, идущая под руку с Александром. Она периодически спотыкалась из-за завязанных глаз, но парень уверенно придерживал ее за талию, не давая свалиться в грязь.

— Потерпи, кнопка, почти пришли. — ласковый голос и его присутствие успокаивали, не давая панике и нелюбви к сюрпризам взять верх. Девушка коротко кивнула, переступая с ноги на ногу.

Через пару минут Александр остановился, развернул Руби в нужном ему направлении. Медленно повязка упала с ее глаз. Батлер прищурилась из-за непривычно яркого света. А когда со всех сторон раздалось громкое «С Рождеством!», чуть не подпрыгнула от неожиданности.

Когда глаза, наконец, привыкли к свету, Руби рассмотрела заснеженную поляну в саду, большую ель с игрушками, теплый спальник прямо на снегу, горящие свечи по кругу и гору подарков под елкой. Справа от нее сидели Иви и Ноа, улыбающиеся во всех тридцать два. Руби неверяще хлопала ресницами, пока Александр не «испортил» этот момент.

— Что слова благодарности закончились? — Руби пихнула его в бок, разворачиваясь к нему лицом.

— К тебе у меня личная благодарность, Александр. — она мягко коснулась его губ своими, стараясь передать все те чувства, что испытывала в этот момент. Мурашки побежали по телу, заставляя сильнее прижиматься к Алексу в поисках тепла, запуская пальцы в его волосы на затылке, притягивая ближе.

— Я знаю, что ты не хотела праздновать, но это твой любимый праздник и я не мог оставить тебя без подарка, кнопка. — оторвавшись от девушки, прошептал парень так, чтобы слышала это только она. Руби вытерла уголок глаз, в котором уже скапливались слезы, повернулась к Иви и Ноа, благодарно улыбнулась, а затем с разбегу плюхнулась на них с объятиями.

— Ты меня раздавишь! Какая же ты все-таки тяжелая! — раздалось вразнобой. А потом громкий смех разразил пространство.

— Спасибо, ребята! — воскликнула Руби, освобождая друзей от тяжести своего тела. Она приземлилась на противоположный край спальника. Александр сел рядом, обвивая ее талию рукой, притягивая ближе к себе.

Иви достала из корзинки термос, разлила по стаканчикам, передавая их каждому. Ароматный глинтвейн согревал даже сквозь толстое стекло.

— С рождеством! — произнес целый хор голосов. Отовсюду раздались пожелания счастья, любви, здоровья. Каждый пытался перекричать друг друга, чтобы успеть сказать заветные слова ровно в полночь.

— Я люблю тебя, Руби Батлер. — раздался тихий шепот возле уха девушки. Она вздрогнула. Замерла. Какое-то новое чувство разлилось внутри нее, а затем она улыбнулась. Просто улыбнулась. но это была не обычная улыбка. Так улыбаются только те, кто безмерно счастлив и влюблен.

Тягучий, нежный поцелуй, с ноткой страсти, с каждой секундой разгорался еще сильнее, словно пожар. Такой же, какой был сейчас в груди у Руби. Точнее, у двух влюбленных друг в друга людей.

Давно забытое чувство счастья, легкости, наполнило грудную клетку, заставляя старых потрепанных бабочек махать крыльями, набираясь сил для преображения. Время лечит. Дружба лечит. Любовь лечит. Вот какой была ее правда в этот счастливый момент.

Руби резко открыла глаза. Это сон. Всего лишь сон. Сбившееся дыхание, заставляло грудную клетку быстро подниматься и опускаться. Слезы застыли в ее глазах, мешая разглядеть перед собой хоть что-то. Для нее это был не просто сон. Это было ее счастливое прошлое. Дыра разверзлась там, где еще вчера буйствовал вулкан во всю силу. Необъяснимое чувство потери, охватило Руби. Одиночество, к которому она уже привыкла, сейчас почему-то ощущалось особенно остро. Поэтому в этот момент девушка позволила соленым слезам стекать по щекам, оставляя мокрые дорожки. Плакать можно только наедине с собой. С каких-то пор это стало ее непреложным обетом. А пресловутые бабочки валялись где-то на дне с поломанными крыльями и душами, прокуренные и убитые частым употреблением полусладкого.

***

Руби аккуратно переставляла ноги, спускаясь по трапу. Соленый раскаленный воздух приятно заполнял легкие. В сравнении с пыльным Нью-Йорком, в котором Руби и живет последние пять лет, Пхукет — райский остров. Хотя это без сравнения так и есть. Пальмы, слегка колышущиеся от морского бриза. Горячий асфальт, обжигающий ступни даже сквозь босоножки. Сама атмосфера острова настраивала на позитивный лад и шикарный отпуск.

К сожалению, перемещения Руби не заканчивались одним самолетом. До отеля предстояло ехать еще около двадцати минут. Поэтому девушка подобрала багаж с ленты, а затем шустро засеменила к выходу, где ее уже ждала машина от отеля.

Водитель, не разговорчивый мужчина, уверенно вел машину, петляя среди других таких же. Казалось, жизнь на этом острове резко замедлилась. После бешеной энергии Нью-Йорка Батлер было даже как-то неуютно смотреть на все эти размеренно качающиеся пальмы, неспешно идущих людей, туристов смотрящих по сторонам и крупные волны, набегающие на белый песок.

Единственное, что, пожалуй, оставалось прежним — шум. Тайские водители создавали очень много шума из-за выбора транспорта для передвижения. Большинство тайцев ездили на мотоциклах, мопедах из-за узких улочек и высоких цен на автомобили. Поэтому шум и пыль все-таки здесь присутствовали.

Машина плавно заехала на стоянку пятизвездочного отеля. Большая вывеска красиво выделялась на фоне светлого здания, откуда сразу же выбежал администратор и стюарт. Первый поприветствовал Руби, дружелюбно улыбаясь. А второй подхватил чемодан у водителя и скрылся за дверьми отели, куда еще через секунду провели девушку.

Девушка изумленно оглядела просторный холл в светлых тонах. Ей на удивление нравилось это место, хоть она и находилась здесь всего несколько минут. Сладковатое предвкушение отдыха распирало изнутри. Хотелось поскорее оказаться в своем номере, принять душ и плюхнуться на большую, мягкую кровать.

Администратор коротко рассказал о правилах в отеле, расписании обедов и дополнительных экскурсиях, пока девушка заполняла карту с данными. Затем ей вручили ключ-карту и проводили в номер. Батлер в нетерпении поблагодарила персонал, захлопнула дверь. Чемодан уже дожидался свою хозяйку, сиротливо стоя у стены. Руби, наконец, осмотрелась. Большой. Хотя нет, огромный номер со своей лоджией, видом на дворик отеля с бассейном и зоной отдыха. Но это было еще не все. За бассейном открывался вид на бескрайнее лазурное море.

Девушка счастливо улыбнулась, когда вдохнула морской воздух. Этот балкон точно станет ее любимым местом на время отдыха. Руби уже решила для себя, что каждый вечер она будет проводить здесь за ужином и бокалом холодного шампанского. Все-таки она в отпуске, так что может себе позволить.

***

Короткий стук в дверь разбудил мирно спящую на большом диване девушку. Девушка медленно открыла глаза, сначала не сразу сообразив, где она находилась и вообще кем являлась, сонно потянулась, проклиная про себя человека, который решил заявиться к ней в такое время. И не важно, что сейчас всего лишь восемь вечера, ведь она уже спала! Девушка поднялась с кровати, поправляя сорочку, открыла дверь. Сонно зевнула в кулак, а затем ее глаза раскрылись в немом шоке.

— ТЫ?!

Глава 3

— Ты?!

— Мне, конечно, приятна такая реакция. — колко подметил Алекс. — Но может ты прекратишь так реагировать каждый раз, когда меня видишь? — бровь Алекса иронично поползла вверх, а на губах нарисовалась наглая ухмылка.

Она думала, что забыла, перестала чувствовать, но нет это оказалось очередной ложью, которой она кормила саму себя. Тот год, что они были вместе никуда не делся из ее памяти. Те чувства, что Руби испытывала к нему тоже, кажется, никуда не делись. Когда человека не видишь долгое время, правда, все обиды и симпатия забываются, но стоит ему появиться рядом — все это снова выплывает на поверхность, заставляя нервно бегать глазами по привычным, но в тоже время изменившимся, чертам лица, искать что-то новое в характере, во взгляде, в словах. И сейчас он ворвался в ее жизнь, с ноги открыв дверь ее чувств и боли.

Батлер недовольно сжала кулаки, но гордо подняла подбородок. Кажется, спокойный отпуск отложился на неопределенный срок.

— Чего изволите, мистер Кинг? — лже-любезно произнесла девушка. Алекс одобрительно хмыкнул.

— Зашел соли попросить. — девушка удивленно вскинула брови. Что-что, а с солью проблем на острове нет. Значит, тупые шуточки Кинга никуда не делись. Руби зло сдвинула брови к переносице, что сделало ее лицо немного угрожающим. Ну, насколько это было возможно. Получился такой себе надутый хомячок.

Александр еле сдержал улыбку при виде ее нахмуренного выражения лица. Буквально на секунду Руби почти увидела ласковую улыбку Алекса, такую же, как на Рождество. Сердце болезненно сжалось, как обычно напоминая, что они потеряли.

— На самом деле, я хотел пригласить тебя на ужин. Ничего такого, не подумай, увидел твое имя в списке гостей. — сказал Алекс, когда лицо Руби вытянулось от удивления, а глаза стали размером с монетку. — Скоро у нас будет общий партнер, а я не хочу жертвовать им из-за наших размолвок.

Батлер задумалась, затем уверенно кивнула. Он был прав. Как бы ее не бесил Кинг, мистер Макгинес или она сама. Она не могла жертвовать благополучием компании из-за своих обид и чувств. Тетушка бы такого не одобрила.

— Отлично, зайду за тобой в восемь. — Руби снова кивнула. На несколько мгновений она застыла, продолжая смотреть на то, как его спина медленно удаляется по коридору, а затем скрывается в дверях лифта. Девушка нервно сглотнула вставший в горле ком, когда воспоминание появилось в ее мыслях, переворачивая все внутренности, выкручивая чувства на максимум.

Александр нежно поцеловал Руби в нос, затем ласково улыбнулся. Еще живые бабочки в животе Руби гордо воспарили к небесам, заставляя и саму девушку взлететь на седьмое, от счастья, небо.

— Зайду за тобой в восемь, кнопка. Будь готова. — проговорил парень, а затем плавно двинулся по коридору в сторону своей комнаты. Руби счастливо улыбалась ему вслед, облокачиваясь на дверной косяк.

В этот момент ощущение абсолютного счастья и огромной любви заполнило ее душу настолько, что казалось, что таких чувств она раньше никогда не испытывала. От этого хотелось плакать, прыгать, танцевать, бесконечно целоваться, полностью отдаваясь любви, а еще хотелось жить.

Наверное, она бы так и стояла, пока он не вернулся бы за ней в восемь часов. Но у Иви были другие планы на подругу, поэтому через секунду обе, под громкий смех, закрылись в комнате Руби.

— Никогда не видела тебя такой. — загадочно произнесла Иви, усаживая Руби за туалетный столик. Батлер мельком взглянула на подругу через зеркало, а через всего секунду ее лицо залилось краской. — Да, ты влюбилась, подруга!

— Может быть…

***

Почти восемь. Девушка добавляла последние штрихи в свой образ. Ничего сложного и тяжелого, все-таки она на отдыхе в жаркой стране — легкий голубой сарафан с глубоким вырезом, нюдовая помада и тушь на глазах, волосы завиты в естественные небрежные кудри из-за влажности.

Глупо было бы говорить о том, что сердце колотилось просто так. Она волновалась. Так сильно, что казалось, будто Руби собирается на первое свидание в жизни. А ведь этот ужин даже нельзя назвать свиданием. Просто ужин и только. И если бы Алекс попросил, не вспоминал того, чего не нужно, Руби не проявляла бы никаких эмоций в его сторону. Все-таки она верила в то, что профессионал своего дела, и могла бы справиться с ворохом эмоций, которые падают на нее в присутствии Кинга.

Руби поднялась из-за небольшого столика, когда раздался настойчивый стук в дверь. Нервно выдохнула, поправила несуществующие складки на платье.

— Представь, что это переговоры, Руби. — шепотом произнесла она самой себе, когда поворачивала замок на двери. Глубокий вдох. Открытая дверь.

— Привет. — улыбнулась девушка.

— Приятно видеть тебя в хорошем настроении. — признался Алекс. Такая честность, признаться, обезоружила. Батлер нахмурилась, стараясь вернуть себе серьезный вид. Ничего не вышло. — Прекрасно выглядишь. — дежурный комплимент, но почему-то Руби захотелось расплыться в глупой улыбке и растечься лужицей по полу.

Нужно было срочно отвести внимание. Она осмотрела Алекса — хлопковая белая рубашка, брюки ей в тон. Он определенно выглядел не хуже, чем Руби. Девушка задержала взгляд на груди, опустила глаза ниже, что было огромной ошибкой. Щеки девушки мгновенно покрылись румянцем. А единственной мыслью в ее сознании сейчас было то, как бы увидеть его обнаженным. И чтобы он был рядом с ней… и на ней… и в ней…

— Ты тоже ничего. — выдавила из себя она, стараясь скрыть хрипоту в голосе, возникшую из-за непрерывных картинок их обнаженных тел в кровати. Воспоминания и фантазии объединились и теперь работали против нее. Вечер обещал быть… интересным.

— Кнопка, ты допустила слишком много ошибок во фразе «Алекс, ты прекрасен»! — с усмешкой проговорил Алекс, кажется, не заметив своей оговорки. Душа Руби буквально упала, вышла из тела, ушла в пятки — называйте, как хотите, ведь факт того, что сейчас ее здорово шарахнуло внутренней молнией — неоспорим.

Девушка тряхнула головой, когда Алекс приглашающим жестом подтолкнул ее за талию. От места соприкосновения побежали мурашки, посылая разряды той же молнии, что уже была внутри нее. Дохлые бабочки слегка пошевелили порванными крыльями, поворачивая маленькие головы в сторону Александра, с полным надежды взглядом. В полной темноте мелькнул луч света. Но к большому разочарованию бабочек, они были быстро приструнены Руби. Больше ей не хотелось обжигаться и топить их в алкоголе и сигаретах.

Красоту вечернего Пхукета не просто передать словами. Это особая атмосфера. Здесь обостряются сразу все чувства разом — одиночество, счастье, свобода, радость, ощущение мира. Так и сейчас двое молодых людей шли не спеша по берегу. По их жестам можно было сказать, что они познакомились совсем недавно — небольшое стеснение, напряженность, молчание на протяжении всего пути. Только редкие переглядывания, румянец на щеках девушки и самодовольная усмешка на лице парня. Именно так выглядит молодость… или влюбленность. Выбирайте сами. Но чаще всего это синонимы. Молодость — влюбленность в жизнь.

Небольшой ресторанчик, затерянный среди жилых районов острова, встретил посетителей негромкой музыкой, вкусными запахами и улыбающимися официантами.

Алекс отодвинул стул для Руби, из-за чего на ее губах расцвела благодарная улыбка. Такая, которой хочется улыбнуться в ответ.

— Ты же понимаешь, что приведя меня сюда, сам вырыл себя яму? — с поднятой бровью спросила Руби. Сейчас она, как никогда, упивалась своей властью. Наконец-то главенствующая роль в этой игре перешла к ней.

— Да? И какую же? — ехидно подметил Алекс, одновременно с этим подзывая официанта.

— Тебе придется отвечать на все мои вопросы, Кинг. — спокойно ответила Руби, а после тыкнула пальцем в первую попавшуюся строчку в меню. Александр расслабленно откинулся на спинку кресла. Сдаваться так быстро было не в его стиле. И все это понимали.

— Хорошо. — неожиданно произнес Алекс. К облегчению девушки как раз принесли бокал с вином, из которого она сразу же сделала большой глоток. Такой быстрой капитуляции Кинга она не ожидала. — Не налегай на спиртное, Руби, мы оба знаем, как это на тебя действует. — ехидно произнес Алекс, натягивая на лицо усмешку.

Батлер одарила его злым взглядом, судорожно пытаясь придумать в голове каверзные вопросы, чтобы поставить его в неловкое положение. Маленькая месть — лучше любого ужина. Хоть, на самом деле, она так не считала, но Кинг своим присутствием так действовал на нервы, что это нельзя было оставлять просто так. Неожиданно девушка повторила эмоцию Александра — на ее лице появилась точь-в-точь такая же ухмылка.

— Ты здесь один? — Алекс медленно кивнул. — Почему? — сдаваться это точно не в ее правилах. Парень слегка напрягся, подаваясь вперед и упирая локти в стол. Положил подбородок на сведенные ладони. Насмешливый взгляд сменился серьезным.

— А ты почему?

— Сейчас речь не обо мне, Ал. — знала на что давить. Всего несколько слов и вот он уже начинает злиться. Сжатая челюсть, брови сведены к переносице. Как же ей нравилось действовать ему на нервы. Руби победно улыбнулась, отпивая вино. В этот вечер точно вела она.

— Не смог найти того, кого буду любить, понимать и заботиться. Никто не вызывал у меня таких чувств. — Алекс нервно сглотнул, а затем посмотрел девушке прямо в глаза, буквально крича: «Никто кроме тебя!». От таких взглядов обычно рушатся города, а потом вновь строятся, буквально возводясь кирпичик за кирпичиком. Ради такого создаются миры, вселенные, пишутся песни и книги. Так и было. Раньше. Руби вся сжалась под этим взглядом, а былая уверенность улетучилась. Стало даже неловко наблюдать за его откровением.

— Поэтому и я тоже, больше не хочу любить. — тихий шепот Руби прорезал сознание, погруженных в мысли молодых людей. Изучающий взгляд Алекса бегал по ее лицу — грустные глаза, опущенные в стол, ладони, нервно теребящие салфетку на коленях. Такая родная и такая далекая. Руби и Алекс — такие похожие, но при этом такие далекие друг от друга.

— Давай не будем о грустном, кнопка. — мгновение и во взгляде Руби пропали все грустные нотки, а голос приобрел уверенность, граничащую со злостью, словно Кинг нажал переключатель ее эмоций.

— Не называй меня так! Это в прошлом.

— Ладно-ладно, тебе бы поучиться терпению. — Алекс поднял ладони в примирительном жесте. Хотя, конечно, фразы его не вызывали желания мириться, поэтому Руби начала обдумывать свои следующие вопросы.

— Зачем ты приехал в Нью-Йорк?

— Я же говорил, что у меня была встреча с партнерами. — Алекс сделал небольшую паузу. — Более того, Макгинес на встрече представил меня. Ты жутко невнимательна для бизнес-леди, Руби.

— Это, что, вечер, как унизить Руби Батлер? — колко подначивала девушка, пытаясь выведать ответ на вопрос, который мучил ее с самой первой их встречи.

— Я не знал, что ты там живешь, если ты об этом. — заметил Алекс. Руби лишь снисходительно улыбнулась. Здесь она для того, чтобы слушать и распознавать ложь.

— О да, это же так трудно не заметить «Батлер энд партнерс» в первой строчке всех отчетов Макгинеса. Ты жутко невнимателен, Ал. — издевательски перековеркала Руби, отпивая еще один глоток вина.

— Что ты хочешь услышать? — вопрос Алекса был прерван подошедшим официантом. Руби сразу же потянулась к своей тарелке с креветками. По правде сказать, она жутко проголодалась. Да и сейчас было необходимо спрятать куда-то дрожащие от волнения руки. Дальше держать планку равнодушия у нее вряд ли получится, тем более, после выпитого.

Александр на попытки перевести тему и закончить разговор лишь снисходительно кивнул самому себе, следуя примеру Руби, двигая тарелку ближе к себе. Молча, так молча.

Возникшая за столиком тишина прерывалась лишь стуком вилок о тарелки, и звоном бокалов, когда их ставят на стол. Внезапные откровения. Открытые двери старых чувств. Перевернутые души. Конечно, приятно знать, что ты был особенным для человека. Но вместе с этим и огромный груз ноющей боли давит на ребра, напоминая о том, что ты не смог это сохранить. А сейчас вообще желание снова пускаться в пучину этих чувств, эмоций и близости было потеряно. Не хотелось верить в то, что человек, которого ты любил всем сердцем, мог оказаться не тем. Не хочется понимать, что где-то там ждет чувство, которое будет лучше этого в миллионы раз. Нет, такого просто не может быть.

Руби перевела задумчивый взгляд на Александра. Вроде он все тот же, но что-то в нем изменилось. Движения стали более резкими, взгляд еще более холодным. Больше не было озорного огонька в глазах, который появлялся, когда Кинг пытался шутить. Глупо было отрицать, она скучала по тем временам, по нему, по Ноа и Иви. А главное, она понимала, что сама отреклась от них. Ирония жизни — она так боялась их потерять, что исчезла сама.

Алекс отодвинул тарелку от себя, откидываясь на кресло. Поймал застывший взгляд Руби, отчего она дернулась, стыдливо опуская глаза в стол и повторяя за Кингом. Буквально через секунду возле столика возник официант. Руби потянулась за сумочкой, но Кинг ее опередил, сунув в книжку счета несколько купюр. Девушка недоуменно воззрилась на него в ожидании объяснений.

— Ни одна женщина со мной на ужине не доставала кошелек, Руби. — язвительно произнес Алекс, наблюдая за тем, как лицо девушки заливается краской.

— Если ты хотел похвастаться, то выбрал не того слушателя. — ухмыльнулась в ответ она, протягивая руку через стол и засовывая в нагрудный карман Алекса деньги. — Я не буду входить в число этих женщин, Ал.

Злой отблеск мелькнул в зеленых глазах, когда она похлопала по карману, нагло смотря в холодные голубые глаза Кинга. Мгновенно уголок губ Алекса пополз вверх, а рука крепко сжала запястье Руби. Девушка дернулась, пытаясь освободиться из его хватки.

— Ты кое-что перепутала, кнопка, я не стриптизер.

— Да? Извини, видимо выпила лишнего. — невинно хлопая ресницами произнесла Руби, а затем освободив руку из его хватки, отпила из бокала. — Можем идти?

Девушка поднялась из-за стола, поправляя складки на платье и думая о том, какого хрена она творила. Просто как можно было додуматься до этого. Неужели вместе с отпуском и мозг оставила? План "не показывать чувства" провалился.

Парень последовал ее примеру, забрал со стола телефон и, кивнув Руби в сторону выхода, прошел вперед. Девушка усмехнулась себе под нос, гордо поднимая подбородок.

Алекс придержал дверь, выпуская Руби. Теплый ночной воздух окутал девушку, после прохладного зала с кондиционерами. От перепада температуры появились небольшие мурашки, из-за чего девушка немного поежилась. Кинг тем временем прошел мимо нее, направляясь в сторону небольшой набережной. Руби непонимающе уставилась на его удаляющуюся спину, огляделась вокруг — никого. Придется идти за ним. Не сказать, что ей этого не хотелось. Хотелось. Этот вечер вернул ее в те времена, когда жизнь была совсем другой и зацепиться за это чувство, продлить вечер, было тем, что может вернуть хоть немного красок в жизнь.

Руби двинулась вслед за ним по небольшой улочке, ведущей к морю. Когда она догнала Алекса, он стоял, облокотившись о перила небольшого заборчика, отделявшего улицу от пляжа. Задумчивый взгляд, не отрываясь, смотрел на мирное темно-синее море. Луна оставляла красивую дорожку на водной глади. Уличные фонари освещали одинокую фигуру Алекса, удивительно тихого и спокойного. Руби остановилась в отдалении, замерла, наблюдая за этой картиной. Она все смотрела и смотрела, упиваясь каким-то странным чувством, возникшем в груди. Ее будто вернули на несколько лет назад. Ничего не происходило, и никто не уходил. Они все те же и жизнь все та же. Иллюзия. Но ведь какая заманчивая, заставляющая упиваться, хотеть вновь окунуться в это отчаяние, когда до боли в душе хочется быть рядом, целовать, обнимать.

Руби пришла в движение, когда Александр посмотрел на нее через плечо, зная, что она пошла за ним. Батлер остановилась около него, копируя его позу.

— Жизнь не предсказуема, правда? — тихо спросила девушка, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в ночной мгле.

— Такова ее натура.

— Или, может, берет наши мысли за основу.

— Да уж, умеешь ты окунуть в прошлое, Руби. Наши разговоры о высоком. — с задумчивой усмешкой произнес Алекс, продолжая созерцать море.

— У нас был целый клуб философов. — горько рассмеялась она.

— Нет. — твердо ответил мужчина. — Никто, кроме нас, не мог копать так глубоко. — она кивнула, переводя взгляд на Александра, внимательно рассматривающего ее профиль.

Лицо покрылось румянцем. Руби выпрямилась, пытаясь скрыть возникшую неловкость.

Кинг последовал ее примеру, останавливаясь напротив нее. Молчаливый диалог. Глаза в глаза. Один шаг, его руки, обвившие тонкую талию. Ее ладони, потерявшиеся в волосах. Губы, целующие другие губы. Нежно. Бережно. Пытаясь сохранить то равновесие, что установилось между ними, словно поднятый белый флаг, сдача всех позиций.

Но все полетело в бездну, когда руки опустились ниже талии, сжали ягодицы до боли. Расстояние сократилось до каких-то миллиметров, не оставляя даже крупицы воздуха. Когда легкие начали гореть. Когда все чувства смешались в один большой клубок, готовый вот-вот лопнуть. Она скучала. Он скучал. Так нельзя. Но всем плевать.

Бабочки в животе ликующе раскрыли крылья, словно в них снова вдохнули жизнь, показали, что еще ничего не кончено. Но девушка резко отстранилась, воздух разрезал звук пощечины. И удивление, появившееся на лицах.

— Что это нахрен было, Алекс?! — крик девушки, срывающийся на хрип. Все в точности, как тогда. — Думаешь, можешь исчезнуть, а потом спустя три года заявиться, как ни в чем не бывало и целовать меня?! Какого хрена?! — поток эмоций. Поток слез. Поток новой боли. Очередная ошибка. Руби встряхнула головой, пытаясь вынести это воспоминание из своей головы, а когда не получилось, она, не взглянув на парня, ушла, оставляя Алекса в полной тишине.

Слезы застилали глаза, буквально выворачивая душу наизнанку, перекручивая и возвращая на место новую, разорванную в клочья. Туфли эхом отстукивали каждый ее раздраженный шаг. Что бы она себе не говорила, но нет, ничего не в прошлом. Людям свойственно ошибаться. Иногда по несколько раз.

Резкий рывок, заставил Руби развернуться. Злость заполнила все ее тело, поднимаясь из самых глубин сущности, когда она увидела перед собой виновника своих слез.

— Хочешь сделать мне еще больнее, Кинг? — тихо произнесла девушка, когда на смену всем эмоциям пришли усталость и равнодушие, когда слез просто не осталось. Александр отрицательно покачал головой перед тем, как запустить пальцы в волосы девушки, притягивая к себе. Еще один поцелуй. На грани безумия и страсти. От отчаяния до сумасшествия один шаг. И этот шаг они только что сделали. Руби плавилась в его руках, подаваясь навстречу, прижимаясь ближе. Теперь это его игра. И он одерживал победу.

Сердце бешено стучало, когда они оторвались друг от друга, чтобы на несколько секунд посмотреть друг другу в глаза, принимая какое-то решение. Это сильнее чувств. Это сильнее их. Это сильнее всего. Как люди выпрыгивали в окна, так и Руби упала в его теплые объятья, вспоминая все, что между ними было и стирая все эти годы. Она не сильная. И все внутри сломалось, когда они одновременно произнесли тихое:

— К тебе или ко мне?

***

Открытая дверь. Проигнорированный выключатель света — он ни к чему. Освещения, проникающего в открытое окно достаточно, чтобы видеть друг друга. Алекс одним рывком прижал Руби к стене, чтобы затем посадить на комод, стянув с нее туфли и попутно целуя внутреннюю сторону бедра, вызывая томное желание внизу живота и пробуждая умерших бабочек. Девушка закусила губу, давя в себе громкий стон.

Чувства перекручены, перевернуты. Сердце буквально вырывалось, когда он снова поцеловал ее жадно, развязно, боясь, что она исчезнет, растворится прямо в воздухе, словно мираж, иллюзия или несуществующая мечта. Но этого она делать точно не планировала, потому что тянулась к нему всем своим существом, всеми жестами и желанием, притягивая за шею ближе к себе, зарываясь пальцами в волосы, целуя, будто в последний раз.

Алекс провел дорожку поцелуев от уха к ключицам, все же вырывая из девушки нетерпеливый стон, подхватил ее на руки, чтобы через несколько секунд опустить на кровать.

Холодные простыни создавали контраст температур, из-за чего по коже бежали мурашки, заставляя еще сильнее прижиматься к парню, желая почувствовать его ближе.

Руби немного приподнялась, чтобы стянуть платье. Алекс на секунду замер, наблюдая за тем, как она это делала. Медленно, будто дразня. Томно смотрела прямо в глаза, прикусывала губу, отбрасывая ткань в сторону, а потом сжимая тонкими пальцами грудь, оттягивая сосок и наблюдая за его реакцией. Так хотелось видеть это восхищение, страсть, желание в его глазах. Так хотелось упиваться тем, что он ее хотел. Контроль потерян окончательно, когда сильные руки сжали талию, опустились ниже.

— Руби, это что шелк?! — злобный шепот Алекса отрезвил, заставляя вновь вынырнуть в реальность и встретить колкое замечание таким же ответом.

— Из всех только тебе одному не нравится мое белье, Алекс. — произнесла девушка.

— Мне нравится, когда на тебе вообще нет белья. — шепот опалил кожу возле ее уха, запуская новую волну мурашек и молний внутри. Узел внизу живота еще сильнее затянулся, уже не прося, а требуя его.

Руби прогнулась в пояснице, когда Алекс проник в нее. Громкий стон отразился от стен комнаты. Полное доверие. Удовольствие, которого никто из них не ожидал, но неистово, до ломки во всем теле, желал.

Протяжные стоны, обнаженные тела и души, открытые друг другу. Огромный пожар, в котором они рисковали сгореть полностью, без права на возрождение. Так нельзя, но им плевать. Они здесь и сейчас, упивались своей близостью, пытаясь нагнать то, что было упущено за все время их разлуки. И плевать, что это всего на один раз. Поддались слабости, сдались во власть своей страсти.

Всего один миг. Момент, решающий все. Громкий стон. Напряженное тело. Удовольствие, растекающееся в каждой клеточке тела. Нехватка воздуха, когда они жадно целовали друг друга, до боли, до укусов, буквально до крови. Жадность, выходящая за рамки всего дозволенного. У них никогда не было рамок. По этому они и скучали. Здесь и сейчас жизнь. Здесь и сейчас только они.

— Я скучал, Руби. — тихий голос на грани потери сознания. На грани — вот и вся их жизнь.

— Я тоже скучала.

Глава 4

Из открытого окна слышался шум моря и громкоголосых туристов, привыкших на отдыхе подниматься рано и просиживать время до обеда около бассейна. Солнце мелкими горячими лучами пробиралось в комнату, морской легкий ветерок раздувал занавески в разные стороны и игрался в раскиданных по подушке рыжих волосах девушки. Длинные ресницы слегка подрагивали, выдавая хрупкость сна в этот самый момент.

Утро подкралось незаметно, оставляя все события в темноте ночи. Руби пошевелилась, наткнулась на что-то большое и мягкое, распахнула глаза, перевернулась на бок, тут же ткнувшись в шею Александра. Нелепая и до боли наивная улыбка расплылась по ее лицу, когда рука скользнула на его торс.

Алекс приоткрыл один глаз, наблюдая за тем, как девушка рассматривает свою руку на его теле. А в голове лишь мысль о том, какой же это прекрасный момент, словно возврат в прошлое, где они еще были друг у друга, существовали вместе и просыпались так почти каждый день. Это, кажется, давно забытое ощущение дома.

— Следишь за мной? — тихо спросила Руби, боясь спугнуть возникшую уютную тишину.

— Наблюдаю. — поправил Алекс, приобнимая девушку.

— Позавтракаем?

— И что, ты даже не сбежишь? — удивленно спросил Алекс, опуская взгляд на расслабленную Руби, лежащую на его груди и выводящую невидимые узоры на коже.

— А почему я должна сбегать?

— То есть ты не считаешь произошедшее ошибкой?

— Тебе было хорошо. Мне было хорошо. — рассуждала Руби вслух, попутно загибая пальцы, как бы отсчитывая факты, — Я бы сказала, даже очень хорошо. Мы оба в отпуске и оба свободны. Да, у нас есть общее прошлое, но кого это сейчас волнует? — теперь брови Алекса полетели наверх. Неожиданный поворот. — Так что я просто предлагаю оставить это здесь. Небольшой курортный роман, — спокойно произнесла Руби, рассматривая лицо Александра, на котором смешались все возможные чувства и эмоции. Такого он точно не ожидал, а потому даже потерял дар речи, и в любой другой момент, с любой другой бы девушкой, не раздумывая, согласился бы, но ведь это была Руби…

— То есть ничего серьезного? — мысли крутились в его голове, пытаясь сформировать хоть единый нормальный вопрос. Но вырвалось, что вырвалось.

— Ну да, никаких обязательств, море эмоций, приятная компания и классный секс. — подытожила Руби, последние слова произнося Алексу почти в губы. Он на секунду задумался, затем кивнул. Притянул девушку за шею ближе к себе, соединяя губы в поцелуе. Руби улыбнулась сквозь поцелуй, снова чувствуя оживших в животе бабочек. Со вчерашней ночи она решила жить здесь и сейчас, не оглядываясь на будущее и прошлое, в конце концов, только лишь этот миг имел ценность и важность. Хватит, больше она не допустит эту ошибку — продумывать наперед. Сейчас она счастлива и этого достаточно.

— Мы обязательно позавтракаем, но после того, как я закончу с тобой, кнопка. — Руби игриво улыбнулась, усаживаясь на парне сверху, провела по его груди ногтем.

— Как скажешь, папочка Алекс.

***

Александр сидел на небольшом балкончике, наблюдая за отдыхающими около бассейна людьми. Чашка ароматного кофе дымилась рядом на столике. Мысли крутились одна за другой. Когда же он успел свернуть на эту сторону своей жизни? Правильно ли все это? С одной стороны позиция Руби ему весьма понятна — между ними не может быть никаких отношений вне курорта. В скором времени станут партнерами по бизнесу. Да и живут они не то, что в разных городах — в разных странах. Однажды они уже пытались и ничего не вышло. Есть ли смысл повторять это еще и сейчас? Вряд ли. Поэтому он и согласился на ее условия. Ему нравилось ее общество, нравилась она сама. И даже больше — когда-то они любили друг друга, и прошли через многое, а это просто так не выкинешь из жизни.

Позади раздались тихие шаги, а затем появилась и сама Руби, придерживая лиф ярко-алого бикини одной рукой. Картинка Алекса на ее балконе с чашкой кофе отчего-то безумно сильно напомнила то, как он тайком от всех пробирался в ее спальню в особняке тетушки, куда однажды приехал со своим партнером, который оказался любовником Энн. Удивление Руби от этого открытия было настолько сильным, что даже случайный поцелуй с Алексом за ширмой не вызвал такую бурю эмоций. Пересилило все это только смерть тетушки, о которой девушка еще год плакала, пытаясь разбираться с бизнесом, наследством и отношениями.

Руби тряхнула головой, выбрасывая эти мысли из головы. Она уже оплакала все эти события. По несколько часов в день рыдая на плече Александра, а затем миллион раз извиняясь за свою слабость. А сейчас и вовсе поехала в свой первый, за три года, отпуск.

— Завяжешь? — мягко спросила девушка, Алекс кивнул в ответ, поднимаясь с кресла. Руби развернулась спиной к нему, передавая завязки ему в руки. Алекс затянул веревочки на шее, спустился пальцами к нижним завязкам. Взглядом прочертил линию позвоночника, останавливаясь на изгибах ее тела. В глаза бросилась деталь, которой точно раньше не было. Парень подозрительно сощурил глаза, пытаясь понять, не почудилось ли ему это. Нет, зрение все еще не подводило.

— Руби, это что тату?! — воскликнул Алекс. И правда, на границе поясницы и резинки купальника была аккуратная небольшая надпись на французском языке, соблазнительно выглядывающая из-под ткани, когда Руби наклонялась. И как он раньше ее не заметил? Да уж, сегодня день удиви Александра Кинга. Руби негромко рассмеялась.

— Да. Écoute ton coeur*. — произнесла она, когда Алекс, отодвинул волосы с ее шеи, оставил небольшой поцелуй, чуть прикусывая нежную кожу. Руби закусила губу, пытаясь не застонать. Бабочки со дна ее души издали радостный клич, бросаясь собирать инструменты для починки своих крыльев. Кажется, они снова хотели летать.

— Теперь мне захотелось развязать твой купальник, кнопка.

— Тогда все твои усилия улетят в мусор, Алекс.

— Я готов ими пожертвовать. — ответил он, оставляя еще один поцелуй на ее шее. Звук шлепка разнесся по комнате, Руби недовольно зашипела, потирая зудящую ягодицу.

— Давай быстрее, Руби, а то придется отдыхать стоя. Сколько можно ждать! — как ни в чем не бывало, проворчал Алекс, поторапливая девушку. Руби закатила глаза, впрочем, не сдерживая улыбки и натягивая соломенную шляпу на голову. Такой отпуск ей определенно был по душе.

— Ну наконец-то! — с благоговением произнес Алекс, придерживая дверь перед девушкой. Руби в отместку пихнула его локтем в бок, когда проходила мимо. Кинг лишь слегка качнул головой, закрывая дверь.

Никто из них еще не был на территории отеля днем — Руби проспала вчера добрую половину дня, пытаясь отойти от долгого перелета, Алекс разбирал вещи и отвечал на накопившиеся письма, поэтому оба сейчас разглядывали окружающее их пространство.

Береговая линия, на которой располагался отель, открывала прекрасный вид с зоны отдыха на собственный белоснежный пляж и лазурное море. Здание самого отеля располагалось перед зоной бассейна. Так получалось — чтобы попасть в зону отдыха, нужно было сначала пройти через отель, а чтобы попасть к морю — через зону отдыха. Частный пляж — всегда преимущество пятизвездочных отелей. Никакого мусора, посторонних людей, можно не беспокоиться, что кто-то позаимствует твои вещи, пока ты сам отвернулся рассматривать небольшой тропический лес сбоку или залюбовался прекрасным видом закатного солнца.

Руби невольно замедлилась, рассматривая море, легкие волны накатывающие на песок, в котором игрались маленькие путешественники, их родители громко смеялись и счастливо переговаривались, сидя на белых деревянных шезлонгах под зонтиками.

Батлер улыбнулась своим мыслям — все-таки ее жизнь не была плохой. Да, со своими тяжелыми моментами, утратами, болью, но не плохой. Она понимала, что у нее просто нет права на то, чтобы жаловаться, плакать, прикрываться какими-то несчастьями из-за страха перед счастьем и тем, что оно закончится. И сейчас у девушки было все для того, чтобы быть счастливой. И для того, чтобы жить.

Морской ветер растрепал рыжие волосы, путая их и перекручивая. Алекс, который все это время был позади нее, закашлялся, когда непослушные пряди попали ему в лицо. Он одной рукой попытался прибрать их, но только все усугубил. Небольшая прядка зацепилась за пуговицу его футболки, отчего Руби тихо вскрикнула. Несильная боль в затылке заставила ее замереть.

— Руби, если не хочешь остаться без волос, то в следующий раз убирай их. — устало произнес Алекс, пытаясь распутать узел. — Стой смирно! — Руби послушно успокоилась, терпеливо смотря в одну сторону. Такая покорность от этой, местами дикой, кошечки даже развеселила Александра. Уголок губ пополз вверх, являя миру дерзкую ухмылку.

— Вот бы ты всегда так слушалась. — шепотом произнес Алекс, отчего щеки девушки, и без того заметно порозовевшие, покраснели еще больше, напоминая спелый помидор.

Кинг пару раз потянул за пуговичку, затем за волосы, перекручивая их вокруг места происшествия. Несколько ловких движений, и к девушке вернулась возможность двигаться.

— Ну вот ты снова свободна, кнопка. — победно произнес Александр, разворачивая девушку к себе лицом. Она благодарно улыбнулась, чмокнув его в губы. — И все?

— А может, ты специально ко мне прицепился, потому что я такая непослушная? Решил сравнять шансы, так сказать. — игриво спросила Руби, расстилая большое пляжное полотенце на лежаке под зонтиком. Алекс в ответ тихо хмыкнул, располагаясь на соседнем лежаке, с жадностью наблюдая за тем, как девушка стянула с себя узкое платье, приковывая взгляды большинства отдыхающих здесь мужчин. А посмотреть было на что — пышная грудь, узкая талия, округлые бедра и совершенно невероятная, словно бархат, кожа. Парень ревностно рассматривал каждый сантиметр ее тела, боясь пропустить что-то еще, кроме тату. Но в реальности, все же понимал, что пропустил он что-то явно внутри себя.

Как же ему скучалось. Сам не осознавал насколько сильно. Не понимал или не хотел понимать. Но теперь, наблюдая за ней, скучалось. По ее рыжим волосам, лезущим, куда не нужно, по тонкой красивой фигурке, звонкому смеху, ярким зеленым глазам, которые она закатывает каждый раз, когда он шутит. И скучалось очень сильно. До боли. До дрожи. До безумия.

Батлер поймала задумчивый взгляд на своей фигуре, пощелкала пальцами перед его лицом, привлекая внимание. Протянула бутылочку с надписью «масло для загара», когда, наконец, отвлекла парня от мыслей. Алекс в ответ двусмысленно усмехнулся. Руби закатила глаза, пытаясь сдержать улыбку.

Она скучала. Очень сильно. Все то время, что притворялась цельной, свободной, независимой. Скучала. По его холодным голубым глазам, в которых она всегда видела ответы на свои глупые вопросы, дерзкой ухмылке, шуткам, от которых хочется одновременно смеяться и закатывать глаза. Скучала. До выкрученных чувств. До опьянения. До ломки внутри.

Алекс намазал спину девушки маслом, шлепнул по правой ягодице, перекатился на свой лежак. Руби стянула очки на кончик носа, наблюдая за его действиями. Кинг довольно растянулся на шезлонге, подложив руки под голову и не обращая внимания на вопросительный взгляд девушки. Девушка уставилась на мышцы пресса, что даже в расслабленном состоянии сильно выделялись. В голове сразу же возник образ того, как она ноготком очерчивает каждую деталь его тела, соблазнительно закусывая губу, а потом прокладывает дорожку поцелуев тем же маршрутом.

Руби тряхнула головой, выбрасывая эти мысли из головы, чувствуя, как внизу живота сладко затянуло, заставляя еще более интенсивно фантазировать. И, была бы ее воля, не терпя ни минуты, девушка бы взяла его прямо здесь. И плевать, что и как.

Девушка уже открыла рот, чтобы выпалить очередную колкость, но ее перебила настойчивая трель звонка. Батлер раздраженно отвернулась, засовывая тонкую ладонь в пляжную сумку.

— Руби! — раздалось радостное с той стороны экрана, Батлер еще пару секунд наблюдала за белым потолком, затем его фоне появилась Ева с улыбкой до ушей. — Как тебе отдыхается? — нараспев произнесла девушка, уставившись на начальницу.

— Что-то случилось? — взволнованно спросила девушка, строя в своей голове миллион теорий о том, что все пошло не так и уже мысленно покупая билет обратно на завтрашний день.

— Нет-нет, решила узнать как дела у любимой начальницы. Может быть, она, наконец, забыла о всех своих делах и ушла в отрыв. — Ева мечтательно прикрыла сильно подведенные черной подводкой веки, потом приоткрыла один глаз, наблюдая за реакцией Руби.

— О да, Ева, она ушла в такой отрыв, что ты себе и представить не можешь! — пробурчал Алекс, переводя взгляд голубых глаз на девушку. Батлер закатила глаза, пихнула его в бок, что не скрылось от внимательной Евы.

— О БОЖЕ МОЙ! — из динамика раздался оглушительный писк, заставляющий Руби скривиться, а Кинга довольно ухмыльнуться. — Ты там не одна! Руби, кто этот красавчик? — Ева, довольная, как слон, поставила телефон, подперла подбородок руками, как бы намекая на рассказ.

— Точно, я тот еще красавчик! — перекатываясь на бок подначивал Алекс.

— Ты от меня ничего не дождешься, Ева! Ты только поэтому позвонила? — раздраженно пробормотала Руби, пытаясь перевести тему. Ева закатила глаза, понимая, что ничего не добьется. Батлер — настоящая скала, высеченная грубыми руками вселенной. В миг эмоции на лице Евы сменились. Являя собой полную серьезность, девушка проговорила.

— Меня очень тревожит мистер Макгинес. — всего несколько слов потребовалось для того, чтобы Руби заинтересованно уставилась в экран. — Сейчас, пока тебя нет, он звонит каждый день, узнает статистику компаний. Руби, мне кажется, здесь что-то нечисто. — почти прошептала Ева прямо в динамик. Алекс интригующе навострил уши, пытаясь услышать все подробности.

Батлер задумчиво нахмурилась. Шестеренки в голове активно крутились, пытаясь выстроиться в одну цепочку. Затем суровый взгляд переметнулся на Кинга. Девушка в удивлении раскрыла глаза, уставившись на беспечного парня.

— Спасибо, что сообщила, Ева. Перезвоню. — девушка, не глядя, скинула звонок. — Алекс, у меня к тебе есть пара вопросов.

Глава 5

— Алекс, у меня к тебе есть пара вопросов. — серьезно проговорила девушка, сжимая смартфон в руке. Очки небрежно полетели на рядом стоявший столик. Взгляд зеленых глаз мгновенно потемнел от злости, что она сейчас испытывала. Какой же дурой она была. Как можно было не понять этого?! Хотя другая ее часть все же надеялась на то, что она ошиблась в своих выводах и сейчас все решится, оказавшись просто незначительной глупостью. Не потому, что она была наивна и все еще носила розовые очки, а потому, что не хотелось снова терять своих бабочек, не хотелось отпускать это чувство жизни.

— Я весь внимание. — проговорил Алекс, лежа с закрытыми глазами. Казалось, он не уловил злость в ее интонации, либо же прикинулся, что не услышал.

— Почему именно Макгинес? — вопрос застал парня врасплох, от неожиданности он раскрыл глаза, уставившись в ткань пляжного зонтика.

— К чему этот вопрос?

— Ты ведь слышал мой разговор с Евой, может, ты действительно решил меня обокрасть? — уверенно проговорила девушка, буквально впиваясь взглядом в напряженное лицо Кинга. Кажется, она потянула за нужную ниточку — он нахмурился, мгновенно стирая веселость с лица и оставляя там только полную сосредоточенность, с которой он обычно ходил на переговоры и встречи.

Где-то там, в глубине души, Руби надеялась, что он не имеет отношения к странному поведению Макгинеса, но факты ведь перед ней: он приехал в Нью-Йорк, они якобы случайно встретились, и оп, на следующий день Алекс новый партнер Макгинеса. Конечно, верилось в это с трудом — девушка зацепилась за призрачное ощущение счастья, которое возникло рядом с ним. И терять это чувство жизни упрямо не хотелось.

— Руби, тогда какой смысл мне приезжать в Нью-Йорк лично, если я мог сделать это из Швеции, не видя тебя, твою компанию и партнеров?

— Логично, но я жду правду. — отбила девушка, продолжая сверлить Кинга взглядом. Либо он все расскажет как есть, либо ей придется уже завтра садиться в самолет до Нью-Йорка, чтобы найти ответы на свои вопросы самостоятельно.

— Я сказал тебе правду. — спокойно ответил Кинг, закрывая глаза. Руби еще раз скользнула по нему злым взглядом, взяла телефон в руки, пытаясь не выдавать своего волнения перед ним. Нашла в телефонной книге контакт Евы. Кнопка вызов, долгие гудки. На той стороне послышался бодрый голос девушки.

— Ева, закажи мне билет на завтра до Нью-Йорка, пожалуйста, — быстро проговорила Руби, не отрывая внимательного взгляда с Алекса. Ева бросила короткое «я поняла», сбросила вызов. Александр подорвался с места, садясь рядом с Руби, обеспокоенно вглядываясь в ее сердитое лицо.

— Ты куда собралась?

— Не слышал что ли? — невозмутимо отозвалась девушка, — В Нью-Йорк.

— Кнопка, ты остаешься здесь. — твердо ответил Алекс, кладя руку девушке на колено. — Ты обещала мне курортный роман. Забыла? — Кинг натянул дерзкую ухмылку, пытаясь успокоить девушку, но она лишь спихнула его руку с колена, поднялась, забирая очки со столика, посмотрела Алексу в глаза. На секунду показалось, что она совершает большую ошибку. Но нет. В ее взгляде не было ничего, кроме равнодушия. В его арктически-холодном голубом — много смешанных чувств, на которые никто из них не обратил внимания.

— Я не позволю себя обманывать даже в несерьезных отношениях, Александр. — строго произнесла девушка, забирая свою сумку и попутно проглатывая горечь от мысли, что она оказалась права. Противное чувство, потому что именно в этой ситуации правой она быть не хотела.

— Подожди, Руби! — парень схватил ее за запястье, останавливая. Руби перевела полный злобы взгляд на него, вырывая руку.

— У тебя минута, чтобы объясниться.

— Я не знал, — начал Алекс. Руби закатила глаза, разворачиваясь чтобы уйти. Таких «не знал» за свою жизнь она слышала уже миллион раз, и почему-то каждый раз оно оказывалось «знал и сделал намеренно», — Не знал, что ты будешь здесь. Но знал про Нью-Йорк. — девушка резко остановилась, не в силах повернуться к нему лицом. — Ты ведь говорила тогда, куда уезжаешь, Руби. — голос парня стал тише. Он опустил голову, смотря в пол, — Макгинес задолжал мне крупную сумму, поэтому искал пути отхода. На самом деле, он не мой новый партнер. Он продает мне свою компанию. Полностью. Включая акции и твоей компании, — парень замолчал ожидая реакции. Руби же зажмурилась, пытаясь стереть из памяти все, что он только что сказал. Внутри что-то больно разорвалось. Недавно ожившие бабочки снова полетели на дно, хватаясь за ребра и царапая их изнутри. Не было сил оборачиваться, смотреть на него. Она до боли сжала ладони в кулаки, быстро удаляясь в свой номер и пытаясь не расплакаться. И как в этой ситуации считать себя правой или нет?

***

— Да, Ева, просмотри еще раз его отчетность и запроси у банка детальный список расходов. — устало проговорила Руби в экран, откидываясь на подушки. Ева, склонив голову к столу, усердно записывала поручения начальницы, пытаясь уместить это все еще и в своей голове.

Батлер лежала на просторной кровати прямо под кондиционером, настроенным на минимальную температуру. Сегодняшний день получился слишком жарким даже для тропиков, поэтому Руби закрылась в номере, словно он мог обезопасить ее и от мира, и от собственных чувств. Сигарета в руке дымилась, оставляя в комнате запах табака. На прикроватной тумбе стояла открытая бутылочка из мини-бара. По-другому сегодня ей не справиться.

Ей нужно было очень срочно созвониться с Евой, чтобы проверить все еще раз и прийти хоть к какому-то выводу. А, если повезет, так вообще решить всю проблему. Проблемой это, конечно, трудно назвать, но быть обманутой и использованной оказалось не очень приятно. Поэтому оставалось лишь прокручивать в голове последние события, тем самым, подначивая червячка недоверия, который уже наводил шорох в ее спутанном сознании.

Руби нервно выдохнула, пытаясь привести уже не трезвые мысли в порядок. Голова раскалывалась от их обилия внутри. Нужно было прийти к какому-то решению. Но сейчас все казалось каким-то странным, нереальным и вообще невозможным. Словно все происходит во сне: и отпуск, и Александр, и их «отношения», и Макгинес со своим поведением. Хрен его разберешь!

Девушка ущипнула себя за руку, проверяя реальность происходящего. Увы, кроме, небольшой боли на предплечье она ничего не почувствовала. Значит, не сон. А жаль. Так хотелось проснуться и понять, что ничего не нужно решать, беспокоиться, думать. Просто жить, наслаждаясь прекрасным солнечным отпуском, холодной водичкой в бассейне, белоснежным песком на пляже и сладким шампанским со льдом. Да, именно так она и представляла свой отпуск. В ее планах не было пункта валяться в номере, охлажденным до температуры Арктики, с бутылочкой из мини-бара в одной руке и сигаретой в другой, пытаясь разложить свои смешанные чувства по полочкам и вместе с этим решать проблемы компании.

Руби отпила прямо из горлышка, рассматривая белый потолок, на фоне которого дым сигареты витиеватыми движениями резво крутился, через мгновение, исчезая под холодным воздухом кондиционера. Плотно закрытые шторы совсем не пропускали солнечного света, создавая мрачную атмосферу. Наверное, сейчас можно сказать, что внешний мир отражает внутренний. Именно так сейчас она себя и чувствовала — холод, пронизывающий все тело, темнота, с которой она уже давно успела смириться и полное одиночество, ставшее синонимом ее жизни.

Раздавшийся стук в дверь, заставил девушку вздрогнуть и пролить на себя содержимое бутылки — она как раз собиралась сделать глоток. Выругавшись, девушка поднялась с кровати. По пути к двери натягивая на себя бордовый шелковый халат, пытаясь прикрыть такого же цвета нижнее белье.

Единственным человеком, который мог заявиться к ней вот так вечером, был Кинг. И сейчас она просто молила всех и вся о том, чтобы это оказался не он. Кто угодно, кроме Александра. Его видеть она была не готова. Сперва нужно дождаться ответа Евы по отчетам из банка, а уже потом о чем-то говорить с ним. Да, так она и сделает. Просто попросит его уйти.

Девушка провернула замок, раздался тихий щелчок. Руби открыла дверь, с легким ужасом на лице шумно выдохнула. На пороге стоял немного удивленный официант из кафе на первом этаже. Она совсем забыла о том, что в номера люкс официанты приходят в номер за час до ужина, принимая заказы, чтобы к тому времени, как гости спустились, еда уже была готова.

Батлер натянула улыбку на лицо, отказалась от ужина. Официант слегка старомодно поклонился и отправился к следующему номеру. Девушка закрыла дверь, еще раз выдохнув. Липкий страх, сковавший ее легкие, стал медленно уходить, освобождая место спокойствию. Все-таки выпитый алкоголь хорошо работал, постепенно расслабляя тело. Наконец-то, это ощущение заполнило ее, даря тот самый долгожданный отдых.

Девушка даже не успела отойти от двери на достаточное расстояние, как в нее снова постучали. Руби подумала, что вернулся официант, распахнула дверь, уже открыв рот, чтобы снова поблагодарить и культурно отправить его куда подальше. Но к ее удивлению, на пороге стоял совсем не официант. Белые кеды, светлые льняные брюки и в тон им рубашка.

Невероятно хорош.

Батлер тряхнула головой, выбрасывая эти мысли и натягивая на лицо суровую маску безразличия.

Руби подняла глаза, встречаясь с арктически холодными глазами. От этого пронизывающего взгляда, казалось, стало на пару градусов холоднее. Она слегка поежилась. Перед ней стоял Александр, внимательно всматривающийся в ее лицо, пытаясь держать взгляд, не опуская его чуть ниже на, выглядывающее из-под халата, бордовое кружево бюстгальтера.

— Ты что-то хотел? — строго спросила девушка, сдерживая рвущееся на волю волнение. Странно, она провела уже, наверное, тысячу совещаний и деловых встреч. Руби перестала нервничать уже давно, но рядом с ним вся эта напускная серьезность таяла, как кусочек льда на жарком тайском солнце.

— Поговорить.

— Ты уже достаточно сказал, Александр. — Руби закатила глаза, закрывая дверь. Алекс упер ладонь в поверхность, ожидая, когда девушка сдастся и выслушает его. Батлер злобно сверкнула зелеными глазами, растерянно опустила плечи, понимая, что бороться с ним нет смысла. Даже, если она хлопнет дверью со всех сил, этого будет не достаточно, чтобы он перестал ее держать.

Девушка обхватила дверь двумя руками, пытаясь скрыть дрожь. Сейчас, будучи еще не совсем трезвой, все чувства обострились в разы, выкручивая ее душу, буквально плетя из нее фенечки. Паршиво — пожалуй, отличное слово, чтобы описать ее внутреннее состояние.

Пока Ева играла в детектива в Нью-Йорке. Руби напивалась и сходила с ума в Таиланде, пытаясь обуздать свой страх. Конечно, она боялась. Все люди чего-то боятся, кто-то пауков, кто-то уколов, кто-то предательств и измен. Руби не была исключением. Она боялась, что ее использовали, обманули, а все ее чувства лишь наваждение и призраки прошлого.

Девушка открыла дверь шире, приглашая Алекс внутрь. Кинг осмотрел пространство, будто был здесь в первый раз.

— Извини, здесь не убрано. — прошептала Руби, понимая, что «не убрано» — еще слабо сказано — плед валялся на полу, постель наполовину расстелена, пострадавшая от виски подушка, тумбочка с кучкой фантиков, пустых бутылочек и почти полной пепельницей.

— Вечеринка с тараканами? — насмешливо спросил Алекс, оглядываясь через плечо и садясь на край диванчика возле небольшого столика. Руби глупо хлопала глазами, соображая, что именно он имел ввиду.

— Чего?

— Ну, с тараканами из твоей головы, — Алекс небрежно указал на пустые бутылочки и полную пепельницу. Руби закатила глаза, складывая руки на груди.

— Если ты пришел ради этого, то можешь уходить.

— Нет, не ради этого, — мгновенно замолчал Алекс, перевел взгляд в стену. Сейчас он был настолько серьезен, что Руби невольно засмотрелась на его нахмуренный профиль. Сердце предательски подпрыгнуло, а затем застучало настолько быстро, что девушка даже забывала дышать, — Я идиот, — неожиданно заявил он, подняв взгляд на Руби. Она в полном шоке уставилась на него, пытаясь понять не посетила ли ее любимое животное алкоголиков и галлюцинации, но Кинг выглядел вполне реальным.

— Громкое заявление, наверное, снег пойдет. В тропиках.

— Не признавать, что ты идиот — идиотский поступок, Руби. И сейчас я пытаюсь извиниться, так что не язви, пожалуйста. — она замолчала, присаживаясь на край кровати. Стало интересно, что именно он хотел сказать, — Извини, что я сразу не сказал правду. Я думал, что ты в курсе положения его дел, — он поднял внимательный взгляд на девушку, которая старательно набирала текст в экране телефона. Голубые глаза потемнели от осознания того, что она его не слушала. То есть он, как настоящий идиот, распинался перед ней, а она сидит тут и улыбается в телефон!

— Руби, ты вообще меня слушала?! — воскликнул Александр, пытаясь привлечь ее внимание. Девушка подняла один палец вверх, призывая его к тишине. Алекс удивленно поднял брови. Его еще никто так беспардонно не затыкал. От возмущения он даже растерялся, открывая и закрывая рот, не находя слов. — Что может быть интереснее, чем мои извинения?! — раздраженно спросил Алекс, поднимаясь с дивана. Руби, наконец, подняла взгляд на удивленного парня. Зеленые глаза озорно блеснули. Девушка дерзко ухмыльнулась.

— Твой оправдательный приговор, — Алекс непонимающе уставился на девушку, ожидая продолжения. Руби прерывисто выдохнула, еще раз перечитывая текст сообщения от Евы. — Моя помощница навела о вас справки, ты не врал, — на секунду в номере возникла тишина. С лица Алекса ушло напряжение. Казалось, только сейчас он смог расслабиться. Кинг подняла внимательный взгляд на мужчину, ища ответ на вопрос, который сейчас крутился в ее голове. Что делать дальше?

— Но я все равно не знаю, как относиться к тому, что ты скрывал это от меня, прикрываясь какой-то случайностью.

— Понять и простить, кнопка. Понять и простить. — прошептал Алекс, подходя ближе к девушке. Запустил пальцы в ее ярко-рыжие волосы, притянул ближе. От места соприкосновения по телу Руби расползлись предательские молнии. Добрались до ее сердца, устраивая там переполох. Знали, куда бить.

Вся жизнь, как противоречие. Нельзя прощать, но прощает. Нельзя быть вместе, но все равно вместе. Словно гром среди ясного летнего неба. И ничего с этим не поделаешь. Даже, если это обман. Даже если потом будет больно. Даже если потом она снова будет тихо умирать в своей ванной с сигаретой в руке. Даже если пресловутые бабочки больше никогда не поднимут голов. Все это опускается под простым словом «потом». Потом будет потом. Даже если за это придется платить по весьма не скромным счетам.

Руби подалась навстречу. Этого хватило, чтобы крышу снесло у обоих. Короткое движение губ. Накал страсти до предела. Кажется, сейчас сам воздух начнет искрить, создавая все те же молнии, что внутри них. Опасно. Невозможно. Нельзя. Нет! Можно.

Грубые руки схватились за тонкий пояс халата, развязывая и без того хлипкий бант. Шелк медленно упал на пол, открывая всю красоту девушки. Тонкое бордовое кружево закрывало все самое интересное, даря простор для воображения. Алекс ухмыльнулся, восхищенно рассматривая фигуру девушки. Нет, не надоест. Она его. Он ее. И это не изменится. Это не изменилось даже спустя столько лет разлуки. Стоит ли говорить о чем-то еще? Вряд ли.

Девушка поймала внимательный взгляд голубых глаз на себе, медленными движениями завела руки за спину, расстегивая застежку лифа, отправляя кусок ткани на пол вслед за халатом. Александр на мгновение замер, а затем сжал девушку в своих руках так сильно, будто готов обнять ее всем своим существом, вжать в себя.

Горячий поцелуй в шею, податливый стон девушки, шепот, обжигающий нежное ушко, сильные руки, сжимающие бедра.

— Если не прекратишь так стонать, то весь отель будет знать, чем мы тут занимаемся.

Руби протестующе обхватила руками его шею, притягивая ближе к себе для поцелуя. Границы стерты. Приличия забыты. Уже ни ее, ни его не волнуют громкие стоны, заполнившие все пространство комнаты. Есть только его руки, бродящие по ее телу, которое буквально плавится под напористыми движениями мужчины.

Алекс развернул девушку спиной к себе, обхватывая ее одной рукой под грудью, а другой, стягивая трусики. Руби нетерпеливо вжалась спиной в его грудь, откидывая голову ему на плечо. Он аккуратно погладил ее бедро, чтобы затем слегка ущипнуть нежную кожу. Руби повернула голову, наблюдая, как Алекс рассматривал ее тело, пожирая взглядом каждый сантиметр. Сердце бешено стучит, грозясь покинуть тело вместе с остатками еле живой души. Все это, как и всегда, на грани.

Он опустил ее коленями на кровать. Предплечьями девушка уперлась на подушку. Александр пару минут смотрел на открывшуюся перед ним картину, Руби нетерпеливо обернулась через плечо, слегка прикусив нижнюю губу. Тату на пояснице сейчас выглядело еще более соблазнительно, чем в тот момент, когда он первый раз ее увидел. Влажный поцелуй опустился на краешек красивой надписи, а следом язык повторил каждый контур рисунка, отчего девушку словно прошибло зарядом молнии. Она сильнее прогнулась в пояснице, а с пухлых губ слетел приглушенный стон.

Алекс в одно движение стянул с себя футболку, отправляя ее к остальной кучке вещей, следом отправились и брюки. Неожиданно звонкий шлепок обрушился на ягодицу девушки, она громко вскрикнула, а затем расплылась в улыбке, нетерпеливо поерзав на кровати.

Глухие стоны отразились от стен, когда два разгоряченных тела стали еще ближе, чем были. Пути назад нет. Абсолютный кайф. Они словно наркотик, который обязателен на завтрак, обед и ужин. По-другому не выжить. Просто и жизни без этого нет. Удовольствие, которое стараются получить быстрее, но все же растягивают.

Руби подалась ближе к нему. Алекс будто назло ей замер, двумя руками сжимая ее талию.

— Не торопись, Руби, мы не опаздываем. — насмешливый шепот будто издалека долетел до девушки. Она лишь опустил голову на подушку, заглушая ей громкий стон.

Под протестующий звук Руби, Алекс перевернул девушку, усаживая сверху. Теперь она вела, задавала ритм, который ее устраивал. Стоны. Пошлые шлепки мокрых тел. Вывернутые наизнанку чувства. Прокуренный номер. Сбитое в хлам дыхание. Все это смешалось, даря невозможное удовольствие, удовлетворение, расслабление. Покруче любых сигарет. Покруче вопиюще дорогих виски. Покруче люксовых отелей всего мира.

Руби, тяжело дыша, легла на Кинга. Он обхватил ее руками за талию, прижал к себе. Громкие вздохи перемешались в точности, как и чувства. Каким бы разными они ни были, внутри них сейчас одинаковые чувства. Девушка сползла на бок, кладя голову на плечо парня. Алекс хитро ухмыльнулся и, поиграв бровями, произнес:

— Примирительный секс самый лучший, — Руби закатила глаза, сжимая маленький кулачок.

— Кинг, я тебя ненавижу, — девушка театрально прикрыла глаза, закинула ногу на парня. Он лишь усмехнулся. И дураку понятно, что это лишь наглая, провокационная ложь. Все, что угодно, но не ненависть.

— Наши чувства взаимны, Батлер.

***

Улица была совершенно пуста. В такой час ни единой живой душе не захочется бесцельно бродить по острову. Никому, кроме, разве что громко смеющейся влюбленной пары. Два безумца, что решили жить здесь и сейчас, не оборачиваясь на реальную жизнь. Только она. Только он. Только то, что они друг к другу чувствуют.

Руби разбудила Александра перед самым рассветом, ссылаясь на то, что им срочно нужно попасть в какое-то важное место. Ругаясь и проклиная все на свете, парень поднялся с кровати, натягивая на себя одежду. Девушка бегала с телефоном в руках, пытаясь что-то говорить голосовому помощнику. Все это слишком напоминало школьное время, когда встаешь к первому уроку зимой, а за окном полная темень. И настолько там ужасно, что хотелось завернуться в одеяло и не выходить из дома еще несколько лет. Правда, здесь хотелось уткнуться в плечо девушки, прижаться к ней, словно спасательному кругу и не возвращаться в реальный мир. После того, как ему пришлось рассказать ей правду, чувство вины, совершенно ему не свойственное, возникало внутри, съедая все то хорошее, что там было.

Руби предпочла не думать об этом. Их «роман» всего на два месяца. После этого они разъедутся, и останутся лишь партнерами, которые видятся на отчетных совещаниях раз в полгода.

Уличные фонари после темной ночи начали постепенно отключаться, передавая власть в руки солнечных лучей, которые уже добрались до рыжих волос девушки, переливаясь красивым медным оттенком. Руби в нежно-розовой шелковой юбке и в тон ей кардигану шла под руку с Александром, изредка перебрасываясь с ним незначительными фразами. Молчать было комфортно. Сигарета медленно тлела в руке, дым стремился вверх, словно несбыточные надежды.

Руби заметно приободрилась, когда они подошли к небольшому арочному мосту, увитому какими-то тропическими растениями. Девушка восхищенно рассматривала сооружение несколько секунд, затем потянула Александра за руку, заходя на мост. Руби покружилась вокруг себя, любуясь сводами строения архитектуры — резные деревянные шпили уходили прямо из перил ввысь, соединяясь в одной точке и создавая купол над всем сооружением. Растения обвивали всю постройку, добавляя загадочности в обычный деревянный мост. Лианы пышно росли вдоль шпиль, словно живая зеленая крыша. Все это напоминало сказку. Именно так в волшебной стране фей и выглядят мосты.

Батлер перевела восторженный взгляд на Алекса. Сейчас она чувствовала себя ребенком, который все еще верит в чудеса. Парень ласково улыбнулся, наблюдая за быстро сменяющимися на ее лице эмоциями. Что-то теплое разлилось внутри. Ощущение «дома» снова повторилось.

— Это мост поцелуев, — тихо произнесла Руби, наконец, останавливая взгляд зеленых глаз на нем. — Но мы здесь целоваться не будем, — в шутку дополнила девушка.

— Почему это? — Алекс притянул девушку к себе за запястье, обвивая второй рукой ее талию. Заглянул в глаза, пытаясь разгадать загадку под именем «Руби Батлер». Мягко коснулся губами ее носа, затем опустился на губы. Нежный, плавный поцелуй. Совсем не похожий на другие. Неторопливый, аккуратный, дарящий спокойствие. Такой, который не хочется поспешно обрывать. После, которого хочется лишь смущенно улыбнуться с порозовевшими щеками. Взяться за руки и идти вперед, молча изучая мир вокруг.

Руби смущенно улыбнулась, уткнувшись носом в грудь Алекса. Он обнял ее, пряча в своих объятьях. Такой далекий и вместе с тем родной запах чего-то невыносимо холодного, но при этом любимого, окутал девушку со всех сторон, неосознанно возвращая в прошлое. Не изменилось ничего. Но все же теперь все по-другому.

Руби забралась на кровать с ногами, громко смеясь. Алекс вбежал в комнату вслед за ней. Хищная походка мужчины, заставила девушку вжаться в подушки, выставив руки вперед для защиты. Кинг лишь хмыкнул, обходя кровать с другой стороны. Руби дернулась, пытаясь убежать, но не успела. Александр схватил ее за запястье, притягивая к себе.

— Все, кнопка, прекрати! — девушка резко расслабилась, утягивая парня за собой на кровать. Он, поддавшись, упал, привлек девушку за талию, зарылся носом в ее волосы. Руби успокоилась, приступ смеха сошел на нет, уступая место уюту, который она ощущала в его объятиях. Запах чего-то невыносимо холодного, но любимого окружил ее. Она сильнее прижалась к нему, стараясь вжаться в него всем телом и никогда не отпускать.

— Ты мой дом, Алекс. Как бы сильно ты меня не раздражал. — прошептала она. Сердце замерло, когда она не услышала от него ответа. Щеки порозовели, почему-то стало неловко, она дернулась, пытаясь выбраться, но он лишь крепче сжал ее в руках. Ответа не требовалось. Все было понятно без слов.

Глава 6

Мысли. Бесконечная суета мыслей в голове. Никакого сна не предвидится. Калейдоскоп домыслов, подозрений, промелькивающего счастья и обрывки каких-то чувств. Луна почти достигла середины неба, полностью растворяя прошедший день и вместе с забирая все эмоции.

Рыжие волосы разметались по подушке, создавая подобие хаоса. Тлеющий аленький огонек изредка мелькал в темноте комнаты, подсвечивая появляющийся дым. Изумрудно-зеленые глаза рассматривали звездное небо, что виднелось из-за приоткрытой шторы.

Пожалуй, вот и пришел тот час, когда все прошлое, настоящее и будущее смешалось в один большой комок, разворачивая целую бойню внутри. Страхи. Сомнения. Вопросы. Миллион вопросов, на которые пока нет ответов. Конечно, думать о будущем, когда сейчас все хорошо, дело последнее. Но такова человеческая натура — усложнять жизнь, бояться и быть в комфорте. И порой человек так и погибает внутри своих мыслей. А порой выбирается и становится счастлив, но рано или поздно все равно возвращается хоть на минуту к бесконечному скитанию по миру своей безграничной души. От этого не убежать. От этого не скрыться. С этим сложно бороться. Но возможно. А нужно ли?

Девушка закашлялась, когда ночную тишину прорезал короткий стук в дверь. В следующую секунду дверь открылась, являя за собой Кинга. Он осторожно просунул голову в появившуюся щель, осматривая пространство комнаты. Руби повернула голову, наблюдая за его действиями. Чему-то уверенно кивнув, он вошел в комнату, одетый лишь в одни шорты. Батлер засмотрелась на тихую, почти крадущуюся в темноте, фигуру Алекса, отчего-то в груди разлилось еле заметное тепло. Наблюдать за ним, да еще и полураздетым, было интересно.

— Обкрадывать меня все еще плохая идея, — нарочито серьезно проговорила Руби. Александр почти подпрыгнул на месте, уставившись на говорящую в углу кровати, тень. Девушка, усмехнувшись, махнула головой, как бы приглашая его к себе.

— Хочешь довести меня до сердечного приступа?! — воскликнул Алекс, подходя к девушке. Она лишь тихо рассмеялась. — Я думал ты спишь, кнопка, — уже нежнее произнес парень, забираясь на кровать. Оставил на губах девушки легкий поцелуй, от которого по всему чувствам разом прошел разряд тока, заглянул в зеленые глаза, которые сейчас, казалось, заблестели еще ярче. Руби нежно улыбнулась, переплетая пальцы их рук.

— Слишком много мыслей в голове, — девушка опустила голову ему на плечо. Спокойствие окутало ее, даря то самое расслабление, которое появлялось только в момент единения с любимым человеком. Пусть и любимым на столь короткий срок. Алекс пригладил волосы Руби, ласково поцеловал в макушку. Это последнее, что Руби почувствовала перед тем, как провалилась в сон.

***

Александр поочередно открыл глаза. Провел рукой по второй половине кровати. Пусто. Резко сел, облокотившись на спинку кровати. Руби в кровати не было. Алекс прислушался, надеясь, что из ванной комнаты будет слышен шум воды. Ничего.

Вряд ли она, конечно, сбежала из собственного номера. Но это же Руби. Все может быть. От нее буквально можно было ожидать чего угодно. Он до сих пор помнил, как она решила, что слишком горда для того, чтобы мужчина первым уходил из ее кровати, поэтому среди ночи выбралась из его рук, ускользнув в другую комнату. Правда, тогда Александр переиграл ее, и проснулась Руби все равно в его объятиях.

Обычно Алекс — оплот спокойствия и хладнокровия. Сначала мозг, потом чувства — его девиз по жизни. Логика превыше всего. Но сейчас, не найдя ее в кровати, он, признаться честно, заволновался. Хоть для этого и не было особых причин. Может, на это повлияло их общее прошлое, когда он также проснулся и не нашел ее в своей кровати, а потом осознал, что вчера все кончилось, что Руби ушла из его жизни. Как тогда казалось, навсегда. Ситуация почти повторилась, отличие лишь в том, что вчера ничего не кончилось.

Алекс выдохнул, вставая с кровати. В глаза бросился телефон, на экране которого, словно красный флаг, висело одно непрочитанное сообщение: «Доброе утро, жду тебя у бассейна». По лицу парня растеклась улыбка, он тихо рассмеялся над самим собой, направляясь в ванную комнату.

***

Спустя каких-то десять минут Алекс спустился к зоне отдыха, огляделся в поисках знакомой фигурки. Взгляд почти сразу зацепился за алое бикини на лежаке — Руби лежала на животе, разговаривая по телефону. Ее стройная ножка покачивалась в воздухе. Иногда девушка приподнималась на локтях, отчего ткань купальника натягивалась, показывая завитки татуировки. Рядом на столике стояла тарелка, к которой она периодически тянулась, тонкими пальцами подхватывая кусочки фруктов.

Девушка громко рассмеялась в трубку, парень, словно очнулся. Понял, что завис на несколько секунд, наблюдая за ее действиями. Тряхнул головой, выбрасывая возникшие образы. Глупо отрицать. Он хотел ее. Хотел сейчас. Хотел, когда она счастливо смеялась, когда закатывала глаза, когда обнимала его, когда серьезный взгляд зеленых глаз блестел от его комплиментов и прикосновений. Хотел всегда. Буквально всегда. Особенно, когда ее красный купальник отчего-то так резко выделялся на фоне других расцветок.

— Да, Стефан, спасибо. Я подумаю насчет ужина, — машинально кивнула девушка, закусывая губу. Алекс подозрительно нахмурился, останавливая серьезный взгляд голубых глаз на профиле девушки. — Да, до свидания. — Руби сбросила вызов, повернула голову в сторону недавно подошедшего Алекса.

— Доброе утро! Как спалось? — радостная улыбка расползлась по лицу девушки.

— Спалось хорошо. Убежала к любовнику? — язвительно поинтересовался Алекс, натягивая солнцезащитные очки. Девушка закатила глаза, но улыбка с лица никуда не ушла. Это ревность? Пусть так. Ей было приятно. В кои-то веки логический мозг Александра поддался эмоциям, что ее очень радовало.

— О да, нужно было позвонить сразу двум. Я, знаешь ли, дама красивая и свободная. — подыграла она. Алекс фыркнул, сведя брови к переносице и рассматривая довольное лицо девушки. Руби пересела к парню, когда не услышала от него ответа. Долго смотрела на него, пытаясь то ли насладиться триумфом, то ли успокоить. Потом нежно поцеловала. Соскучилась. Не виделись всего несколько часов, а чувство потери возникло почти сразу же. Болезнь? Или все же любовь?

Кинг расслабился под мягкими прикосновениями Руби, схватил за запястье, закидывая ее руки себе на шею. Соскучился. Сильно. До безумия.

— Если ты не перестанешь меня так целовать, кнопка, то нас выгонят с отеля вообще, — слегка охрипшим голосом прошептал Алекс, отстраняясь от девушки. — Больше не убегай от меня, а то накажу, — нежность быстро сменилась привычной дерзкой ухмылкой. Руби закатила глаза, возвращаясь на свое место.

— Ты невыносим, Кинг.

— Но я тебе нравлюсь.

— М-м-м. не без этого, — призналась она, слегка пожимая плечами.

— Так что хотел этот твой Стефан?

— Позвал на ужин.

— И ты согласилась?

— Сказала, что подумаю. Ты ведь слышал, — Алекс скрестил руки на груди, всем своим видом показывая недовольство. Руби едва сдерживала смех, уж очень комично он сейчас выглядел. — Ты ревнуешь? — ехидно поинтересовалась девушка. Кинг отвернулся от нее, направляясь в сторону бассейна. Словно поджидая момент, зазвонил телефон Руби.

— Если это Стефан и ты возьмешь трубку — накажу! — повернувшись к ней, произнес Алекс. От этого заявления все органы девушки словно поменялись местами, вызывая знакомое чувства предвкушения. Руби закинула в рот вишенку, ответила на звонок.

— Да, Ева. — парень закатил глаза, опускаясь в прохладную воду.

— Привет, босс! — радостное восклицание черноволосой девушки раздалось со стороны экрана. — Как нынче погодка на одном из самых дорогих курортов мира?

— Выпадают осадки в виде приглашения от партнеров. — припечатала Руби, всматриваясь в горизонт. Ева пискнула, а затем оглушительно рассмеялась.

— Только не говори мне, что это Стефан. — Руби едва заметно кивнула, чем вызвала новый приступ смеха у девушки. — О боже! Он пытался сделать это целых полгода! И что ты ответила?

— Что подумаю. Не будь так строга к парню, я все-таки его начальница. — девушка по ту сторону экрана активно закивала, выражая согласие.

— Я думала, что скорее ты выйдешь замуж, чем он это сделает. — Руби рассмеялась, не заметив, как сзади подошел Кинг. Полюбовавшись на беззаботную девушку, он потряс мокрыми волосами над ее спиной, отправляя капельки воды в путешествие по загорелому телу. Батлер вздрогнула от неожиданности, повернулась к Алексу. Зеленые глаза полыхнули злостью.

— О боже! Так вот что у тебя за красавчик! — пискнула Ева, таращась в камеру. Руби прикусила губу.

— Спасибо за комплимент, голубоглазка, — кивнул Алекс в экран, устраиваясь на соседнем лежаке. Щеки Руби мгновенно покрылись румянцем.

— Ничего не у меня!

— Тогда можно мне его номер? — Ева невинно похлопала ресницами.

— Для тебя, что угодно!

— Обойдешься! — одновременно произнесли Алекс и Руби. Девушка гневно уставилась на него.

Теперь ревность добралась и до нее. Конечно, она понимала, что Ева лишь дразнила ее. Это было нормально в их отношениях, они постоянно друг друга подначивали. И понимала, что Алекс тоже сделал это нарочно, возможно отплачивая таким образом за свой недавний приступ ревности. Конечно, она все это понимала, но чувство собственичества так и пожирало ее изнутри.

Александр внимательно посмотрел на девушку, пытаясь прочесть ее эмоции, что сейчас было сделать сложнее, чем обычно. Там сейчас целый калейдоскоп. Хоть бери кисти и рисуй.

— А что? Ни себе, ни людям! — дерзко ухмыльнувшись, добавил Алекс. Руби встрепенулась, сложив руки на груди.

— Мне. — гордо приподняла подбородок. Не ее вынудили это сказать, а она снизошла до этого ответа. — Мне и только мне. — уверенно произнесла девушка, губами обхватывая трубочку коктейля алыми губами. Алекс завис на секунду, наблюдая, как девушка отпивает тропический коктейль, как солнечные очки держат рыжие волосы, переливающиеся на свету, как она элегантными движениями возвращает стакан на столик, а затем поправляет чашечки бюстгальтера. Мозг отключился окончательно. В работу включился совершенно другой отдел. Вот и вся хваленая хладнокровность Кинга разваливалась при виде Руби в ярко-алом бикини, поедающей фрукты.

— Кинг, прикрой ротик, а то муха залетит! — со смехом произнесла Руби, наблюдая за зависшим Алексом. Он цокнул языком, складывая руки на груди. Батлер рассмеялась, подаваясь вперед к парню. — Можем пойти в номер. — намекнула девушка, опуская взгляд на натянувшуюся ткань пляжных шорт. Зеленые глаза игриво рассматривали быстро сменяющиеся эмоции на его лице. Неожиданность. Растерянность. Предвкушение. Уже знакомая им обоим страсть.

Парень обхватил девушку за шею, притягивая ближе к себе, оставляя влажный поцелуй на пухлых губах. Буквально затягивая пару в вихрь чувств, отключая мозг, вынося на передний план лишь эмоции. Инстинкт в чистом виде. Желание обладать не просто на физическом уровне — на уровне самих душ.

— Ты точно заслужила наказание.

— Хорошо, папочка Алекс.

***

Темнота комнаты окутала вошедших молодых людей, сходящих с ума от желания. Она, тянущаяся к нему. Он, прижимающий ее ближе, пытаясь словно обнять ее душой.

— Ты очень плохая девочка, Руби. — прошептал Алекс почти ей в губы. Дыхание сбилось, зеленые глаза заблестели от возбуждения. — Опустись на колени. — девушка послушно опустилась на мягкую ткань ковра. Он обошел Руби, рассматривая ее со всех сторон.

Волнение. Миллионы мурашек разбегающихся по телу от каждого прикосновения грубых пальцев. Возбуждение, накапливающееся внутри. Покорность, которую она раньше никогда не показывала. Сейчас хотелось играть по его правилам. Ведь она знала, что к чему приведут эти правила.

Мужская ладонь опустилась на волосы девушки, слегка поглаживая их, затем скользнула к шее, ключицам, вызывая маленькие молнии внутри девушки и еле сдерживаемое желание внутри самого себя. Ладонь переместилась на грудь девушки, поглаживая чувствительную кожу сквозь тонкую ткань бикини. Руби закусила губу, сдерживая стон, подаваясь всем телом к его руке. Прося. Нет, моля о большем.

Алекс потянул за лямку купальника, стягивая ее по плечу. Тонкие пальцы скользнули под ткань, обхватывая аккуратную грудь девушки. Возбужденный стон разнесся по комнате. Александр опустился на колени рядом с девушкой, отодвигая волосы с ее шеи. Горячий шепот обжег ухо, вызывая еще один миллион мурашек по ее телу.

— Если ты будешь так себя вести, то я не сдержусь. — а затем влажный поцелуй коснулся кожи на шее, вырывая нетерпеливый стон. Мужская ладонь с нажимом обвела тату на пояснице Руби, иногда опускаясь немного ниже под ткань купальника. Уж очень она сводила его с ума. И девушка. И тату.

— Алекс, пожалуйста… — прошептала Руби, наклоняясь ближе к нему. Алекс подхватил ее на руки, перекладывая на кровать. Из прикроватной тумбочки показалась черная атласная лента, которой он связал руки девушки сзади.

Руби игриво приподняла бедра, когда его ладонь звонко опустилась на правую ягодицу. За первым шлепком последовал еще один, чуть сильнее предыдущего. Батлер лишь сильнее прогнулась в пояснице, закусила губу, уже даже не пытаясь сдерживать стон. Ей это нравилось. Нравилось отдавать власть в его руки, подчиняться. Да, сначала выпендриваться, задирать, а потом вот так лежать на кровати, получая удовольствие от его действий.

Ему нравилось наблюдать, как она подставляет бедра под руку, смотрит своими зелеными глазами через плечо, прося о большем, слушать ее нетерпеливые стоны. Однажды она точно сведет его с ума. А пока есть лишь одно. Наслаждение. Безграничное. Такое, которым нельзя насытиться. Такое, которого хочется еще и еще.

Вот почему ни у нее, ни у него за все пять лет не было серьезных отношений. Вкусив однажды это чувство безумия, потом не можешь перестать думать о нем. Может, это любовь. Может, зависимость. Главное, чтобы им было хорошо, как сейчас. А сейчас им очень хорошо.

Осыпая плечи девушки поцелуями. Алекс оказался внутри нее. Руби еще сильнее прогнулась, пуская его глубже. Полный возбуждения стон, смешанные голоса обоих. Парень прикрыл глаза, пытаясь запечатлеть этот момент в своей памяти. Слишком много удовольствия. Настолько слишком, что кажется нереальным. Но нет, это реальность. Их реальность.

Безумство, которое подпитывало их обоих. Им нравилось смотреть на то, как они приносят нескончаемое блаженство друг другу. Ему нравилось смотреть, как она заглушала стон, утыкаясь в подушки, ощущение, как она напрягалась под его действиями, как старалась быть ближе. Ей нравилось смотреть, как он прикрывает глаза, поглаживая ее бедра и талию, как он целует ее плечи, как миллионы узлов внутри нее натягиваются перед тем, как разорваться внутри.

— Да-да-да. — почти крича произнесла девушка, устало откидываясь на подушки, все еще чувствуя вибрацию внутри себя. Парень рухнул рядом, развязывая ленту на ее запястьях. Алекс перевернулся на бок, наблюдая за Руби. Сбитое дыхание, прикрытые глаза, приоткрытые губы. Он знал о чем она сейчас думала. Проживала момент их близости снова. В мыслях. Знал, потому что сам думал о том же.

Глава 7

Руби мельтешила в комнате, чтобы собрать вещи в руках и выбросить официально на пол. С момента, когда телефон издал пикающий звук, оповещающий о новом сообщении, прошло уже около двух часов.

Алекса не было с самого утра, поэтому девушка завтракала в одиночестве, а потом растеклась лужицей по кровати в номере, думая, куда мог запропаститься Кинг. Было скучно. Просто невыносимо скучно. Все планы на отпуск с появлением Александра мгновенно изменились. Теперь Руби не знала, чем себя занять в его отсутствие. Конечно, это было неправильно и все такое, но девушка не могла поделать с этим сжирающим чувством, которое, как назло, подначивала ничего полного тишина.

Именно в одну из этих мозгоштурмовых минут тишина, наконец, спала. Всего одно сообщение. Несколько слов. Сердце побежало вперед по всей планете, пытаясь пережить это в ближайшем будущем.

Всего лишь сообщение. От него. Разлад в спокойствии внесен. Психологи полагают, что это неправильно, так не должно быть. Должно быть спокойно, мирно, удобно. Но кому есть это дело, когда вместе так хорошо? Правильно. Никому.

«Будь готова к семи, кнопка»

Первый вопрос: готова к чему?! Второй вопрос: что делать?! Третий вопрос: что надеть?!

В поисках ответов на них Руби и побежала по комнате. Тяжело. Тяжело найти подходящую кофточку к шелковой бежевой юбке. Тяжело решить — красить губы или нет. Тяжело понять, что он снова задумался и для чего. Но по сравнению со всеми контактами лишь это пустяки, которые при встрече совершенно не будут иметь значения. Она знала, что ее не будут осуждать, пытаться переделать или высмеивать. Знала, что с ней будут. Просто будут. Пусть даже и на такой короткий срок. Этого сейчас достаточно.

Девушка, словно торнадо промчалась по комнате, затем резко остановилась, разглядывая себя в большом зеркале. Устало покачав голову, расстегнула молнию на юбке. Тонкий шелк скользнул по ноге на пол. Теперь она вообще почти без одежды. Может, так и пойти? Конечно, Алекс бы оценил, но вряд ли ее откровения пришлись бы по вкусу резидентам островов.

Она, уже в который раз за сегодня, подошла к шкафу, выискивая очередную тканевую жертву ее срабатываниям против моды.

Рука взметнулась к вешалке и вытащила вещь из шкафа. Синее хлопковое платье. Отлично. То, что нужно. Не слишком просто, не слишком вычурно. Красота в простоте — да? В самый раз. И почему она сразу его не надела?

Руби бросила взгляд на часы, все еще стоя в зеркале. Осталось еще полтора часа. Девушка устало ухаживала, плюхаясь на кровати прямо в постели.

***

Александр Кинг — успешный бизнесмен тридцати лет. Ни разу не был женат. Детей тоже не имеет. По правде говоря, он и не совсем рассматривал возможность стать родителем в будущем. Его дети — это бизнес. Требует внимания, ответственности, полной включенности в процесс развития. Так что воспитанием он сыт по горло. Да, это чистый эгоизм.

Однако к браку он относится совсем по-другому. Брак для него что-то священное. Обязательно. У его родителей был счастливый брак. Они всегда были для него воплощением любви, которую мы переживаем за годы совместной жизни. Пройти все трудности и испытания жизни. Остаются вместе, закрывая глаза на недостатки друг друга. Это единение душ. Да, сейчас таких мужчин раз и два обчелся. Это правда, но исключения есть всегда. Конечно, это не отменяет продолжительности романов на одну ночь, свиданий ради свиданий и общения. Никогда не знаешь, какая из девушек западает в душу, но пока что лишь одна заставила задуматься о его женитьбе.

Три года назад мама заставила приехать его в Лондон вместе с партнером. Там он познакомился с Руби и ее тетушкой — Энн, которой в скором времени не стало. Руби очень тяжело переживала смерть близкого ей человека. Развились панические атаки, которые преследовали девушку на протяжении трех месяцев. Постоянная тревога и страх одиночества. Все это время он был рядом с Руби в качестве поддержки, опоры, друга и вообще спутника жизни, если можно это так назвать. Они были вместе целый год, пока несколько событий, собравшихся в одном большом узле, не развели их по разным сторонам жизни.

Пока они снова не встретились. Случайно. Первая их встреча действительно не была запланирована. Он знал, что покупает долю ее компании. Знал, что они обязательно встретятся в Нью-Йорке.

Но не знал, что Руби решит взять отпуск, поехать на тот же остров, в тот же отель, что и он. В жизни отличное чувство юмора. Однажды они убежали друг от друга, а сейчас, наоборот, бегут навстречу, пытаясь не упустить ни единой секунды. Да, ирония в этом определенно была. Череда не случайных случайностей снова привела их в объятья друг другу.

Алекс взглянул на время в экран телефона. Короткий вздох, чистящий голову от ненужных мыслей. Одно сообщение. Всего несколько слов. Улыбка озарила его лицо. Он знал, что сейчас она забегает по номеру в поисках одежды, а затем рухнет на кровать в полной отчаянии, но к назначенному времени все равно будет выглядеть, как богиня. Некоторые привычки не менялись даже спустя много лет.

Длинные пальцы пробежались по клавиатуре и выдвинулись на экран с предложениями и цифрами. Теперь мысли были полностью заняты работой.

***

— Ноа, ты не понимаешь! — прокричала Руби, едва сдерживая слезы, заблестевшие в углах глаз. — Я не могу остаться! Не могу! — девушка рухнула на кровать рядом с ним. Ноа сочувственно обняла ее за плечи, слегка поглаживая открытый участок кожи.

Стало спокойно. Слезы безмолвным плачем полились на лицо, прикрывая влажные дорожки.

Она все плакала и плакала, пытаясь сквозь слезы выдавить боль из сердца. Выдрать душу с корнем, ведь она была коренной и полностью приросла к Кингу. Всем своим существом. Нужно было собраться, взять себя в руки, но она лишь лежала в объятьях друга, не находя в себе сил подняться и пойти дальше. Оказывается, что все хорошее разом закончилось.

***

— О боже, Руби! — воскликнула Иви, пропуская Ноа, держащего Руби под руку. Девушка тяжело стояла, опираясь на парня. Иви прошла по ступенькам к столику с алкоголиком. Одним движением откупорила бутылку виски, наполнив стакан жидкостью. Без звука протянула его Руби, которая в одно мгновение опустошила его.

Иви растерянно посмотрела на подругу, затем на другого. Оба молчали. Ноа изредка поглаживал плечо девушки. Она молча смотрела в одну точку. Красные от слез глаза, мешки под глазами, размазанная тушь и совершенно пустой взгляд. Абсолютно ничего. Зеленые глаза больше не горели, в них больше не было видно того огня — жажды жизни. полное равнодушие и боль.

***

— Ты уверен, что хочешь уехать? — Кажется, в миллионный раз спросила Иви, поглаживая волосы Руби. Зеленые глаза злобно взметнулись в сторону подруги.

— Да, Иви, я принял решение. Не нужно спрашивать меня об этом постоянно. — Слишком жёстко, — ответила Руби. Иви поджала губы, взглянув на Ноа. Он мягко улыбнулся. И от этой улыбки все мгновенно рухнуло вниз, заставив себя пожалеть о своем положении.

— Мы просто хотим быть уверены, что ты делаешь правильный выбор. — Ноа посмотрела на подругу, пытаясь предугадать ее ответ. Батлер раздраженно выдохнул. Нет, она не передумает. Просто не позволяй себе эту слабость.

— Даже если это ошибка, то это моя ошибка. Не ваш. Это моя жизнь. Не нужно меня контролировать! — Руби вернулась в сторону очереди на регистрацию, отсекая все эти мысли и пытаясь друзей отговорить ее.

Рейс «Лондон-Нью-Йорк» через два часа. Она вернулась спиной к двери, и разговор окончен. Боль рвала душу, ядовитыми щупальцами расползаясь по всему телу.

Лучше так. Пусть им будет больно. Пусть ей будет больно. Но она больше не может носить в их жизни лишь жалость к ней, боль и страдания. Больше так нельзя. Он не может обречь Ийи на постоянный выбор между другом детства и подругой, которую обрела лишь недавно. Он не может добиться победы между Ней и Александром. Так нельзя. Это нечестно — обрекать их на жизнь меж двух огней. Лучше она уйдет. Исчезнет из их жизни. Просто уйдет, не прощаясь. Так будет лучше для всех. Не будут постоянные воспоминания о нем. Он не будет напоминать о ней.

Она одна наедине со своей болью. Все, как всегда.

Руби подняла голову с подушки, когда телефон издал сигнал, оповещающий о новом сообщении. Девушка подорвалась с кроватью, прогоняя назойливые мысли из головы. Сейчас не время для прошлого. На самом деле для прошлого не никогда время, но раз за разом оно настигало любого, забирая в свою паутину, из которой иногда очень сложно выбраться.

Руби натянула на ноги белые босоножки без каблука. Поэтому столик схватила небольшую соломенную сумку. Вышла из номера, пытаясь закрыть маленькую дрожь ладоней.

каждую их встречу, как будто первая — сердце стучит, выплясывая чечетку, дыхание становится ослабленным, а все те же бабочки, подрываются, буквально сносятся все внутри и нажимают на кнопку отключения мыслей. Наверное, поэтому девица сейчас так сильно волновалась.

Руби выпорхнула из дверей отеля как бабочка. Широкая улыбка расползлась по ее лицу, когда Алекс предстал в ее поле зрения.

Александр Кинг- явление строгое и классическое, и сейчас не определил свои вкусы. Черная, исходящая плавными линиями по всему корпусу, машина. Голубая, оттеняющая глаза, рубашка. Белые брюки и кеды. Хитрый взгляд ледяных глаз пробежал по фигуре девушки, прижимаясь к поясам. Он одобряюще ухмыльнулся, сложив руки на груди.

Может он быть менее шикарным? — Промелькнуло в голове девушки перед тем, как она нежно прильнула к Алексу, о прижимая тягучий поцелуй к его губам. Сильные руки по-хозяйски сжали ее талию. Она собственноручно запустила пальцы в темные волосы, перебирая пряди.

Всего день. Один день. Даже не сутки. А скучалось до невозможности. Не хватает сильных рук на теле. Прикосновения, которые каждый раз вызывали все новые и новые чувства. Не обеспечьте его дурацких шуточек и наглой ухмылки. Не поддержать. Совершенно.

И ему тоже не помочь. Ее зеленые глаза с загадочным огнем. Нежных поцелуев пухлых губ, перерастающих в настоящий пожар, сносящий все на своем пути. Не ощущайте ощущения ее в своих руках. Ее слишком мало. До безумия мало.

Девушка оторвалась от его губы. Шутливо улыбнулась, ущипнула его за ягодицу, звонко смеясь. Алекс закатил глаза, потирая немного изучающее место. Руби уселась на пассажирское место, наблюдая за тем, как парень обошел машину.

Заинтересованно посмотрела на Алекса, появившегося рядом. Задержала взгляд на выпирающих через рубашку мышц груди. Волна возбуждения возникла откуда-то постепенно, выкидывая все мысли из головы.

А может ну этот поворот, а?

— И мы куда?

— Терпение, кнопка, терпение. — загадочно повторил Алекс, заводя машину. Руби устало следила, откинувшись на спинку сиденья.

Король коротко смотрит на девушку. По-хозяйски опустил ладонь на ее колено, поглаживая нежную крышку. Рука блуждала по ноге, иногда задирая ткань платья, оголяя бедро. А внутри уже буря не просто просит, а требует ее стоны и вздохи.

Можете взять ее прямо тут, а?

***

Солнце ярким диском уходило за горизонт, солнечный свет загорался впереди. Алекс уверенно вел машину, изредка поглядывая на Руби, внимательно рассматривая пейзаж за окном. По правде говоря, там действительно было на что посмотреть — дорога шла вдоль моря, приобретающего розовый цвет из-за садившегося солнца. Высокие пальмы слегка покачивались в такое же время. И Руби вписывалась в эту картину, как бы она и есть ее часть. Рыжие волнистые волосы, как и всегда, переливались на свет, приобретая приглушенный янтарный цвет.

Небо стало почти синим, когда Алексся остановился на пустой парковке. Руби с любопытством вытянула шею, оглядываясь.

Поочерёдно хлопнули две двери, выпуская вечерний воздух из машины молодых людей. Алекс протянул руку, девушка, которая тут же пожала свою маленькую ладонью.

— Теперь ты скажешь, куда мы идем? — полюбопытствовала Руби. Король ухмыльнулся, загадочно пожав плечами.

— Ты невыносим!

— Зато ты, можно подумать, само воплощение, терпения!

Девушка лишь закатила глаза, продолжая молчать за мужчиной. Просто доверилась ему. Вряд ли он оставил ее обсуждение чужой страны на пустой улице. Хотя… Это же Алекс. Взгляд помрачнел, рисуя в голове эту картину — она одна стоит на этой улице, вздрагивая от каждого шороха. Да, не очень приятно.

Алекс дернул девушку на себя, подхватывая за руки. Руби пискнула, обхватила руками его шею. Именно в этот момент он вынес ее на безлюдный пляж. Морские волны легко накатывали на песчаный берег, подсвечивая лунным светом.

Руби спрыгнула с рук Александра, завороженно рассматривая картину. Восторг, не прячась, плесал озорным огоньком в ее глаза. Ее счастливая улыбка буквально грела его сердце, напоминая об их прошлом. Ради этого всё и было задумано. Ради них.

Девушка бросилась ему на шею, крепко держась за руки. Одно касание губы. Вихрь чувств, сносящий всё на своём пути. Волна возбуждения, охватывающая все тело. Волнение до дрожи в коленях, до прерывистого общения, до нежности, граничащей с животной страстью. До любви и обратно.

— Идем купаться. — прошептала девушка, снимая босоножки и опуская ноги во все еще теплый песок. Александр невольно цокнул, дергая девушку на себя за запястье. Вернул ее в свои объятия, пряча от всего мира. Ее слишком мало.

— Ну, идем?! — повторила вопрос Руби, внимательно-вверх рассматривая Алекса. Холодный взгляд голубых глаз скользил по горизонту, плавно ускользнув в ночное небо, обрамленное россыпью звезды.

— Идем, кнопка, не отвяжешься ведь. — в шутку сказал Алекс, выпуская человека из крепких объятий. Руби медленно подошла к воде, по пути стягивая платье и нижнее белье.

В этом была своя романтика. Мечта многих — купание под луной с человеком, в которого ты страстно влюблена. Руби об этом не воин, но получил. В этом ли не счастье — не знать, что ты ждёшь в будущем, открывая все возможности? А потом порадовался произошедшему, чувствуя, как в душе разливалось тепло от каждого взгляда, слова, жеста нежности.

Алекс жадным взглядом наблюдал за девушкой, которая плавными движениями показалась кромке воды. Абсолютно обнаженная фигура подсвеченная луной, волосы разлетаются на ветер. Так хотелось запечатать этот момент. Сохранить в себе память, как бы отрывок из любимого фильма.

Щелчок камеры телефона, и он уже любит ее и на фото, и в жизни.

— Не наступи на морского ежа, Батлер! — язвительный голос Кинга разрезал тишину пустого пляжа, но, кстати, не разрушил волшебство этого мгновения. Руби вернулась к нему, осторожно входя в воду и чувствуя, как плавно окутывала теплом каждую клеточку тела. Это было ни с чем не сравнимое чувство. Совсем иначе, чем днем. И дело не только в том, что она полностью обнажена. Сейчас это больше походило на какое-то таинство, за которым наблюдали и он.

Александр нервно прокашлялся, рассматривая каждую деталь, тщательно все ремонтируя. А когда Руби подошла к берегу. Он и вовсе подумал о том, что она самая настоящая ведьма, потому что нельзя было оторвать взгляд от представленной картины — капельки воды стекали по телу, аккуратно очерчивая каждый ее изгиб и поблескивая в лунах. Буквально за выдержкой смотреть и смотреть. Загрузите эту картину себе на память, смешав с чувствами, эмоциями и касаниями друг к другу.

И это их лето. Лето, полное безумие, страсть и нежность. Одно лето на двоих.

Глава 8

Руби и Алекс вернулись в отель уже после рассвета, просто и почти молча разошлись по номерам, словно не было никаких признаний, общего прошлого, сметающих все нормы и обиды чувств — все стерлось под палящими лучами тайского солнца. Ночь тихо сменилась утром, забирая с собой то тихое, свободное, счастливое мгновение совместной тихой, почти счастливой, грусти. Такой, от которой хочется улыбаться, крепче прижиматься друг к другу. Целовать до умопомрачения. Терять голову от прикосновений под россыпью звезд на небосводе. Под яркой полной луной, которая невольно стала свидетелем их хрупкого равновесия и гармонии. В этот момент они не спорили, не ругались, не было язвительных комментариев и шуток. Они просто наслаждались спокойной беседой обо всем сразу — устройстве мира, изменениях в самих себя, работе. Единственно, не затрагивали тему прошлого, словно его никогда и не было.

Утро же смыло всю гармонию ночи, унесло течением времени спокойствие мерцающих созвездий. И точно также дни сменялись ночами, оставляя в прошлом воспоминания, счастливые моменты и чувства друг к другу. Осталось всего три недели отпуска. Всего три недели до возвращения в суровую реальность. До возвращения в привычный образ жизни. Всего три недели с ним. Три незабываемых недели, до дрожи в коленках, до перевернутых легких, до сумасшествия от одного взгляда.

Руби перевернулась на кровати, сталкиваясь с изучающим взглядом Алекса, внимательно рассматривающим каждую черточку ее лица, каждый дюйм кожи, впитывая, запоминая ее такой спокойной, счастливой, умиротворенной.

Скоро все закончится. Придет конец их маленькой курортной жизни. Не без грусти. Но без сожалений. Нет ни одной мысли о том, что этого не нужно было делать. Нужно было. Обязательно. Без сомнений. Без страхов.

Зеленые глаза девушки встретились со взглядом Алекса. Руби взяла его за руку, переплетя пальцы в замок, а потом оставила нежный, почти невесомый поцелуй на тыльной стороне его ладони. Жест полный доверия, нежности, уважения, такой простой, но необходимый им двоим.

Он не удивился, лишь придвинул ее ближе, укладывая себе на грудь. Руби послушно переложила голову, слушая мерное сердцебиение мужчины.

Тишина, прерывалась лишь их дыханием, шумом работающего кондиционера, всплесками воды в бассейне, на который выходили окна номера.

Атмосфера совершенно не предполагала грусти. Но, так или иначе, она присутствовала. Осознание, что в жизни нет ничего постоянного и все заканчивается. Рано или поздно, но заканчивается. За одно лето или за один год, за десять лет или за всю жизнь, но всему приходит конец. Впрочем, и сама жизнь когда-то заканчивается. Стоило ли об этом грустить? Вряд ли. Сохранить воспоминания без страха, обид? Непременно. Помнить о боли. Стоит ли? Помнить только, как опыт.

***

Прошло почти полгода со смерти тетушки. Руби почти научилась жить. Почти. Весь этот год рядом с ней находился Алекс, были друзья. Поддерживали, вытирали слезы и заставляли поверить в то, что оплакивать потерю нормально, что это не слабость, а человечность. Что слезы — это жизнь.

И Руби благодарила судьбу за то, что они все есть в ее жизни. Хотелось бы, чтобы так было всегда — просыпаться и понимать, что они рядом, успокоят, подарят мир и покой душе, поймут и не осудят.

Вот только осознание, что ты живешь не свою жизнь всегда приходит неожиданно. Прошел почти год со смерти тетушки. Друзья по-прежнему рядом с ней. Но теперь этого недостаточно. Руби приняла бизнес Энн, успешно развивала его, осваивая новые горизонты, и, словно акула, поедала конкурентов.

Они всегда были рядом. Всегда помогали ей. Но, наверное, в один из таких моментов она поняла, что слишком зависит от них, а ее жизнь больше не ее жизнь. Не принадлежит Руби. Словно в один миг она потеряла управление и теперь плыла по течению, согласно кивая каждому событию. Конечно, это правильно, за всем не уследишь, но и бросать все на самотек нельзя. В один миг она поняла это, решая взять ответственность за свою жизнь. Так в ее планах возникло решение о переезде в Нью-Йорк.

И от этого желания в груди растеклась лишь решимость, ощущение возвращения к нужному руслу жизни. Возвращение к Руби, которая могла сама, которая не убегала за спины друзей, а защищала их сама. И решение было принято быстро. Вернуться к себе казалось самой главной задачей на ближайшее будущее, невзирая на то, какие последствия за этим придут. Осталось только обсудить это с ним.

***

— Алекс, я должна уехать, — тихо произнесла девушка, чувствуя, как от этих слов все внутри переворачивалось, сжималось до ощутимой боли и отчаяния. Но она понимала, что так больше не может. Что должна уйти. — Больше не могу полагаться на других, — Руби обреченно опустила голову, пытаясь сдержать подступающие слезы. Тяжело. Она не думала, что будет настолько тяжело. И ей бы так хотелось, что он нашел решение. Да, эгоистично надеялась на то, что он поедет с ней.

— Я понимаю, Руби, — Алекс присел рядом с ней на кровати, нежно обхватывая ее ладони. — Но я не могу всё бросить. Не могу подставить Иви, — он замолчал, пытаясь переваривать то, что сам же только что и сказал. — Почему именно Нью-Йорк?

— Город возможностей. Большинство инвесторов живут там. Я хочу вывести компанию на новый уровень. Выйти за пределы Англии. Ты должен это понимать, Алекс, — зеленые глаза с надеждой впились в профиль мужчины — челюсть плотно сжата, взгляд направлен в пустоту. Руби одернула руки, охватив себя за плечи, словно ища в этом жесте защиту. От самой себя.

— Я понимаю, — отозвался парень, боясь смотреть в ее лицо, боясь, что если увидит ее слезы, то все преграды и выстроенные стены рухнут. — Почему мы не можем быть на расстоянии? Почему не можем приезжать друг к другу? — взгляд голубых глаз не отрывался от узора на ковре, боясь, что встретится еще и с той решимостью в глазах, с которой Руби начала разговор.

— Ты знаешь, что я не верю в это. Нам будет больно, — отрешенно произнесла девушка, душой пытаясь выйти из этого мира, не проживать этот момент. Почему так болит? Почему внутри рвет на части?

— Знаю.

Руби закрыла глаза, надеясь, что, когда она их откроет, Алекс исчезнет из комнаты, а разговор окажется просто сном или фантазией. Но, увы.

— Что ты предлагаешь? — тихий бархатный голос добирался до ее сознания, заставляя вернуться в мир.

— Я не знаю. Я хочу, чтобы ты решил за меня, — устало произнесла Руби, обрывая все то светлое, что было в ней. Одинокая слеза скатилась по ее щеке, оставляя соленую дорожку. Она подорвалась с кровати, отходя к окну. Не в силах смотреть на него. Алекс обреченно ухмыльнулся, не думая о том, что кому-то из них проще.

— Уезжай, Руби.

Девушка замерла. Осознание сказанного дошло до нее с опозданием. Он хотел, чтобы она уехала. Руби горько улыбнулась, едва сдерживая поток слез. Хотелось разрыдаться. Хотелось бросаться вещами в него. Заставить забрать свои слова назад. Рухнуть в его объятия и не отпускать. Но она лишь продолжала стоять, вглядываясь в дорожки дождя на стекле.

— Хорошо, — голос дрожал, выдавая нелегкость выбора, — уходи, Алекс, — мучительно произнесла девушка. — Прошу тебя, уйди! — крик сорвался на хрип, слезы застилали глаза, заставляя ее буквально задыхаться. Кинг посмотрел на Руби в последний раз. Сердце болезненно сжалось, когда он произнес тихое «прости». Руби, разозленная этим «прости», резко вскочила с пола, хватая первое, что попалось под руку. Черная туфля полетела в стену, когда Александр закрыл за собой дверь.

***

— Почему ты сказал тогда, чтобы я уехала? — ее дрожащий голос разрезал тишину комнаты. Алекс вздрогнул, опустил взгляд на зеленые, почти заслезившиеся, глаза Руби. Минутная пауза, внимательный взгляд голубых глаз, учащенное сердцебиение.

— Не мог отобрать у тебя возможность добиться того, о чем ты мечтаешь.

Простой ответ, но достающий всю спрятанную когда-то боль. Руби зажмурилась, прогоняя непрошеные слезы. Алекс крепче прижал ее к себе, оставив нежный поцелуй на макушке.

— Почему не поехал со мной? — Руби вернула внимательный взгляд, боясь услышать ответ и в тоже время желая услышать его. Алекс растерялся. Вопрос действительно неожиданный, — Только ответь честно, прошу. Прошло уже столько времени.

Алекс прерывисто выдохнул.

— Ты ведь знаешь почему.

— Я знаю, что это неправда. Алекс, которого я знаю, сделал бы всё, чтобы поехать со мной. Так что тут есть какая-то причина.

— Логично, — тихо отозвался Кинг. Избегая ее внимательно взгляда. Ведь она права. Тогда действительно произошло еще кое-что. Но нужно ли после стольких лет поднимать эту тему? Стоит ли вообще говорить об этом? Ворошить прошлое хоть и в поиске истины?

Погода за окном уже давно сменилась. Передавая право владению темным тучам и громко стучащему дождю. Тропический дождь — самое удивительное явление природы. Крупные капли, резво ударялись о землю, потоки воды большими ручьями стекали с тротуаров на проезжую часть. А потом все резко заканчивалось. Снова выглядывало солнце, возвращая прежний вид каждой вещи.

— Как Иви и Ноа? — Руби искусно перевела тему, когда молчание слишком затянулось, рискуя перерасти в напряжение. Алекс выдохнул, словно до этого момента не дышал вообще.

— Я и Иви вернулись в Швецию, нельзя было оставлять бизнес без долгого просмотра. Ноа переехал в Америку.

— Вы общаетесь? — тихо спросила Руби. Алекс ухмыльнулся, но без привычной шутки во взгляде. Слишком серьёзно.

— Сначала общались хорошо. Теперь стабильно поздравляем друг друга с праздниками. Когда ты уехала, пропало то, что всех нас держало вместе.

Девушка изумленно открыла глаза, осознавая все им сказанное. Испытывала ли она чувство вины? Нет, уже поздно сожалеть о том, что было сделано. И сделано оно было очень давно. Но отчего-то ком в горле не давал спокойно дышать, а глаза наполнялись соленой жидкостью.

Казалось бы, хотела как лучше. Не хотела ставить их перед выбором, а получилось, что разрушила их дружбу. Перестала быть связующим звеном в их стабильном механизме общения. Но сейчас плакать слишком рано. Есть еще один вопрос, который волнует её не меньше.

— Почему ты не поехал со мной? Почему не позвал с собой?

Руби села на край кровати, закрывая лицо руками. Вытерла несколько капель непрошеных слез. Ответы на эти вопросы казались почти жизненно важными, словно показатели монитора, словно без этой правды она не сможет пойти вперед, выжить, мечтать. Алекс устало опустил голову на изголовье кровати.

Девушка вздрогнула, когда раздался его голос. Полный боли. Сожаления. Страха. От одного только его тона можно было разрыдаться, броситься на улицу, рухнуть на колени, теряя всякий смысл.

— Мама тогда сильно заболела, ей нужна была моя помощь, — проговорил мужчина, чувствуя, как легкие сдавило от желания закурить, — я просто не мог ее оставить.

— Почему ты не сказал мне?

— Ты бы поехала со мной, — он горько усмехнулся, оглядев обнаженную спину девушки, едва прикрытую белым одеялом, — Бросила бы всё и поехала.

— Да! Именно так я бы и поступила! — взорвалась девушка, поворачиваясь к мужчине лицом, — Не оставила бы любимого человека в такой ситуации.

— Я не мог отобрать у тебя возможность исполнить мечту! — повышая голос, ответил мужчина, вспоминая то, как сильно болело сердце от понимания, что выбора особо и нет. И можно было что-то придумать, сделать, решить, но это возможно было сейчас, не тогда. — Ты бы видела, как горели твои глаза, когда ты рассказывала мне о своем плане.

— Участь человека, который любит — разделять участь того, кого он любит.

Зеленые глаза злобно блеснули перед тем, как Руби, вскочив, натянула платье и рванула к двери. Пустой холл встретил ее полной тишиной, не слышно было даже звуков дождя, словно в противовес одолевающим эмоциям, которым уже просто не хватало места. Все уже разошлись по своим номерам, кто-то досматривал десятый сон. А девушка рассерженно переставляла ноги, стараясь как можно быстрее оказаться на улице. Свежий воздух — определенно то, что ей сейчас нужно.

Она толкнула большую дверь, ведущую на задний двор. Крупные капли дождя отбивали ритм по белой мраморной плитке. Она вышла на улицу, нарушая идиллию.

Руби тяжело задышала, подняла лицо к небу. Плевать, что капли причиняли боль, попадая на открытые участки кожи. Вот бы эта вода залила пустоту в ее душе. Вымыла, вырвала с корнем. Больше не доставляя никаких неприятных ощущений.

Поэтому за это время она ни с кем не встречалась. Поэтому из всех она общалась только с Евой. Поэтому все свое время посвящала работе. Во избежание боли. Во избежание чувств. Чтобы не чувствовать ничего.

Руби вглядывалась вдаль, в черноту, которая должна быть морем — полная тьма, словно мир в одну секунду отразил ее душу.

Резкий рывок за запястье заставил ее развернуться, прямо как дежавю, попадание в прошлое. Она подняла глаза лишь для того, чтобы увидеть его. Чтобы снова упасть в бездну без возможности выплыть.

Она буквально упала в его объятья. Он обхватил ее лицо руками, впиваясь в губы поцелуем. Не нежно. Не страстно. Скорее горько. Со всей той болью, которую они прожили. Со всеми чувствами, что испытали за это лето. С теми эмоциями, что им ещё предстояло испытать.

Бабочки в животе девушки скручивались, рискуя превратиться в кокон и оставить ее навсегда. Слишком много чувств. Слишком много всего внутри нее. Слезы застилали глаза. Все то, что она прятала в себе, вырывалось наружу, рискуя смыть привычный уклад жизни, твердость. И даже ни один тропический дождь не сравнится с тем, что сейчас там. Она хваталась за него, словно за спасательный круг. А он держал ее, не давая упасть, рухнуть в омут из боли, вины и сожаления.

Руби, успокоившись, ткнулась лбом в его грудь, проживая все то, что еще прожито не было, давая волю себе настоящей. Алекс успокаивающе гладил по спине, прижимая к себе, словно она самое дорогое сокровище, самое ценное, что есть в мире. И ведь скоро их ждет еще больше боли. Снова переживать расставание. По второму кругу. Ситуация повторяется, а они снова оставляют друг друга.

Глава 9

Руби растеряно бросала вещи в чемодан. Два с половиной месяца лета прошли. Оставляя после себя ощущение, что это все было сном. Чувство, что она просто моргнула и наваждение, "отношения" с Алексом — все это будто происходило не с ней, и в тоже время было настолько реальным, что дарило ощущение чего-то хрупкого, нежного, страстного, что хотелось задержать, оставить на подольше, не возвращаясь в реальность.

Девушка остервенело бросила кофточку на кровать. Достала из бокового кармана белой сумочки пачку сигарет. Щелчок сигареты. Вдох. Выдох. Аккуратная струйка серого дыма уносила вместе с собой переживания, что сейчас теплились в душе девушки.

Конечно, они договаривались. Только два месяца и все. Два месяца отдыха вместе. Потом они становятся лишь партнерами по бизнесу. Изредка встречаются на общих полугодовых совещаниях, учтиво кивают друг другу в знак приветствия и на этом расходятся.

Руби зажмурилась, пытаясь выбросить эту картинку из головы. Ей категорически это не нравилось. Хотелось забрать свои слова назад. Вернуться во времени и надавать себе по голове. Не потому, что она о чем-то жалела. А потому, что ей не хотелось это заканчивать. Не хотелось оставлять частичку своей души и каких-то чувств к Александру на острове. Совершенно не хотелось.

Но придется.

Придется снова вырывать какую-то часть себя. Перестраиваться. Не вздрагивать от его пробирающегося под кожу голоса. Отвыкать от его арктического взгляда, направленного только на нее, будто в этом мире больше и нет женщин. Поправка. Таких женщин, как она.

Уроки любви всегда самые тяжелые. А может, она просто невротик, которой нужны такие качели. А может, это и была любовь в их понимании. Но любовь ли?..

***

Шасси коснулось холодного асфальта. Самолет покатился по посадочной полосе. Рейс Пхукет-Нью-Йорк совершил удачную посадку в аэропорту мегаполиса.

В кожаном кресле бизнес-класса Руби слегка дрожала, пока самолет плавно возвращал пассажиров на землю. Она всеми силами пыталась скрыть свой страх от сидящего рядом Александра. Хватит на сегодня и того, что она с ним почти не разговаривала, хотя сама и предложила потом вернуть лишь деловые отношения. Оказалось, это сложнее сделать, чем сказать.

Девушка вжалась в кресло, зажмурив глаза. Кинг, сидя в соседнем кресле, крепко держал ее за руку. Внимательный взгляд всматривался в каждую черточку ее лица, улавливая изменения в эмоциях.

— Ты в порядке? — девушка лишь отрицательно махнула головой, продолжая цепляться за его руку. Он знал, что боится, знал, что ей тяжело, поэтому не отпускал. Ведь отпуск еще не окончен. У него еще есть время, чтобы заботиться о ней, целовать и обнимать, вжимая в себя, словно пытаясь обнять ребрами, всем своим существом. У него еще было несколько часов.

В конце концов, они договорились, что доедут до ее квартиры и обсудят все там. Расставят все точки по местам. Возможно, снова причинив друг другу столько боли, сколько до этого никогда не испытывали.

А всему виной лишь случайность. Или хорошо продуманный план?

***

Квартира встретила их холодной пустотой. Темнота окутывала каждый сантиметр комнаты. Руби даже и не подозревала, что они вернутся настолько поздно. На улице уже стемнело. Город зажегся миллионными переливами ярких фонарей. Темные тучи, укрывающие и так уставшее солнце, делали атмосферу еще более мрачной, вторя душевному состоянию Руби и Александра. Пробки все-таки знали толк в перемещениях во времени.

Руби открыла дверь, пропуская вперед Алекса. Парень бросил сумки в коридоре, рассматривая уставшую девушку. Что-то внутри болезненно сжалось при виде запутанных рыжих волосы, острых плечей, выглядывающих из-под топа на тонких бретелях.

Отчаянно не хотелось уходить. Отчаянно не хотелось ее оставлять.

Алекс тряхнул головой, выбрасывая мысли из головы. Он здесь не за этим.

Руби, словно почувствовав его изучающий взгляд, кивнула в сторону гостиной.

Мягкий свет напольных ламп осветил комнату. Александр удивленно вскинул брови. Вот чего, но точно не этого он ожидал от квартиры Батлер — темные серые тона холодно сочетались с черными. Изредка в пространстве мелькал изумрудный, почти в цвет глаз девушки, декор — подушки на черном диване, подсвечники на стеклянном столе, бархатные шторы на панорамном окне, открывающим вид на Нью-Йорк.

Он завороженно уставился на город, задумываясь о том, что квартира, по крайней мере, комната истинно отражала внутренний мир девушки. На эти месяцы он и забыл, что здесь она суровая бизнес леди, а не озорная девушка, готовая купаться голышом в ночной тишине.

Сейчас такая далекая и словно чужая.

И ни слова. Руби не сказала ему ни слова с самого утра. Хотя они уже успели пересечь половину земного шара и оказаться в другой стране.

Алекс немного скованно опустился на край дивана, наблюдая за действиями Батлер. Попутно отбрасывая так некстати всплывающие воспоминания.

— Вот черт! — ругнулась девушка, когда сумка все же свалилась с ее плеча, благо приземлилась на локоть.

— Тише, девушка, здесь дети, — заметил молодой человек из очереди. Руби застыла при звуке знакомого голоса. Мысли о сумке в мгновение ока испарились из ее головы. Батлер быстро повернулась, натыкаясь на взгляд голубых глаз. Точно этакое дежавю. Ситуация повторилась почти один в один.

— Кинг?!

— Собственной персоной, — ехидно заявил парень, с упоением глядя на ошарашенное лицо девушки.

Воспоминания. Одно словно — столько боли. Стоит ли говорить о том, что она в эту же секунду вспоминала?

Руби потянулась за сумочкой, но Алекс ее опередил, сунув в книжку счета несколько купюр. Батлер недоуменно воззрилась на него в ожидании объяснений.

— Ни одна женщина со мной на ужине не доставала кошелек, Руби, — язвительно произнес Алекс, наблюдая за тем, как ее лицо заливается краской.

— Если ты хотел похвастаться, то выбрал не того слушателя, — ухмыльнулась в ответ Руби, протягивая руку через стол и засовывая в нагрудный карман Алекса деньги. — Я не буду входить в число этих женщин, Ал.

Злой отблеск мелькнул в зеленых глазах, когда она похлопала по карману, нагло смотря в холодные голубые глаза Кинга. Мгновенно уголок губ Алекса пополз вверх, а рука крепко сжала запястье девушки. Девушка дернулась, пытаясь освободиться из его хватки.

— Ты кое-что перепутала, кнопка, я не стриптизер.

— Да? Извини, видимо выпила лишнего, — невинно хлопая ресницами, произнесла Руби, а затем освободив руку из его хватки, отпила из бокала. — Можем идти?

Нет слов. Лишь пораженно вывернутые наружу души.

— Хочешь сделать мне еще больнее? — тихо произнесла девушка, когда на смену всем эмоциям пришло равнодушие, когда слез просто не осталось. Кинг отрицательно качнул головой перед тем, как запустить пальцы в волосы девушки, притягивая к себе. Еще один поцелуй. На грани безумия и страсти. От отчаяния до сумасшествия один шаг. И этот шаг они только что сделали. Руби плавилась в его руках, подаваясь навстречу, прижимаясь ближе. Теперь это его игра. И он одерживал победу.

Сердце бешено стучало, когда они отрывались друг от друга, недоуменные взгляды скользили по чертам лиц. Это сильнее чувств. Это сильнее их. Это сильнее всего. Как люди выпрыгивали в окна, так и Руби падала в его теплые объятья, вспоминая все, что между ними и стирая все эти годы.

Удивительно, но оба взяли себя в руки, выдергивая сознание из пучины прошлого. Иронично, но прошлое — единственное, что у них остается. Единственное, что у них всегда было.

Девушка подошла к небольшому столику, на котором стояли хрустальные графины и стаканы в таком же стиле, откупорила одну из бутылок, разлила янтарную жидкость в два бокала. Один отдала Алексу.

Спешно перевела взгляд, боясь смотреть на него. Ведь знала, что один только взгляд голубых глаз и она нырнет в этот омут с головой. Бросит всё и отправится за ним куда угодно. А так нельзя.

А в голове лишь один вопрос — почему?

И такой же спешный ответ — ответственность.

Руби устремила зеленые глаза в большое панорамное окно, рассматривая огни ночного города. Где-то вдалеке раздавалась сирена, напоминая о том, что Нью-Йорк никогда не спит. Словно вечные друзья они шли рука об руку — этот город и воющий звук. И мало кто понимал, что где-то там сейчас, вероятно, умирает душа.

Она пыталась настроить себя на нужную волну, но руки тряслись, ком стоял в горле, а в глазах то и дело собирались слезы, которые она тщетно давила. Сейчас ей придется сказать то, что она репетировала в мыслях целый день. Руби должна это сделать. Иначе нельзя.

— Ты хоть раз пожалел о своем решении? — тяжелую тишину комнаты разрезал пустой голос девушки. Именно пустой. Не хранящий в себе ничего, ни скрытого смысла, ни любопытства, ни укора. Ничего.

Не уточнила, о каком решении говорит. Но он все понял. Понял практически без слов.

Кривая усмешка озарила лицо парня перед тем, как он ответил.

— Да. И много раз. — Руби усмехнулась. Иронично. Понимал ее. Буквально чувствовал тоже самое. Но, как и она, ничего не предпринимал. Может, они вовсе не заслуживали свой шанс на счастье?

— Ты знаешь, мою позицию.

— Знаю.

— Почему ты здесь?

— Надеюсь, что ты передумаешь.

— Не передумаю.

Короткий обмен репликами. И снова тишина. Каждый в своих мыслях. Расставаться, когда все плохо, больно. Прощаться, когда все хорошо, еще больнее. Это словно адский огонь, выжигающий все внутри. Но они взрослые люди и принимали выбор друг друга, чего бы им это ни стоило. Ведь, как говорят, если любишь — отпусти? А правда ли?

— Прошу, Алекс, не мучай меня, — он залпом опрокинул в себя содержимое бокала. Немного поморщился, то ли от ее просьбы, то ли от обжигающей жидкости. Голос Руби срывался, словно еще секунда и боль захватит ее с головой, опрокидывая в мир груды слез. Горячих. Обжигающих. Болезненных слез.

— Почему, Руби?

Девушка тихо сглотнула непрошеные слезы, коротко выдохнула.

— Я не могу, Алекс. Я просто все потеряю.

— А сейчас ты ничего не теряешь? — Кинг язвительно поднял бровь, ядовитая ухмылка нарисовалась на его губах. Руби не видела, но чувствовала.

— Ты знаешь, что я не приемлю отношения на расстоянии, — девушка гневно обернулась. В зеленых глазах полыхнула ярость. Точнее боль, которую она пыталась заглушить злостью. На себя. На него. На мир. — Почему ты не можешь понять меня?

— О! Я-то как раз прекрасно тебя понимаю, — нарочито спокойно произнес Алекс, ставя бокал на стол с громким стуком. Девушка вздрогнула от резкого звука, вмиг успокаиваясь. Обессиленно упала в кресло, прикрыв глаза ладонью. Это казалось сильнее ее, сильнее него. Это было сильнее мира, который рушился на глазах, закапывая под обломками их двоих.

— Извини, я знаю, — прошептала девушка, поднимая взгляд на Алекса. На этот раз голубые глаза отдавали холодом. Таким, от которого у нее буквально замерзли легкие. Стало трудно дышать, но Руби не отвела взгляд. Упрямо смотрела на него, пытаясь разглядеть хоть что-то. Во взгляде лишь решимость. А в душе лишь мольба. Останься. Не уходи.

Но все мимо. Алекс кивнул головой, хмуро улыбнулся. Руби вымученно улыбнулась в ответ, пытаясь не думать о том, что его безразличный взгляд вырвал душу. Молчаливый диалог, означающий, что все закончилось.

Александр скрылся в темноте коридора. Хлопнула входная дверь. Затем из коридора явилась Ева, пораженно смотря на начальницу, которая уже плавно соскользнула с кресла, заливаясь бесшумными слезами. Ева бросилась к девушке, с усилием поднимая ее на диван. Наполнила бокал виски, всунула в руки Батлер, прижав голову к себе. Слова не нужны. Нужна поддержка.

Где-то на задворках сознания Батлер хлопнула входная дверь, запуская новый цикл бесконечных слез.

В конце концов, у них всегда остается только прошлое.

ЧАСТЬ 2. Работа, сложности, чувства

Глава 10

Ярко-алые губы. Высокая шпилька чёрных туфель. Рыжие волосы аккуратно уложены волнами. Черная юбка элегантно подчеркивала каждый изгиб тела девушки, а вырез белой шелковой блузки открывал красивый вид на грудь. Последний штрих — взмах кисточки туши для ресниц.

Новый день. Прошлое в прошлом. Руби глубоко вздохнула, приводя в порядок мысли. Она не волновалась. Ни капли. Сейчас она пойдет в офис. Улыбнется Еве в приемной, они поболтают, а потом она усядется за проверку накладных, кипы договоров и отчетности за все время, что ее не было. Да, именно так она и поступит.

И ее совершенно не будет волновать, что там будет Кинг. И он будет ходить, раздражать своим видом, заигрывать с другими, улыбаться своей очаровательной улыбкой и дерзко ухмыляться.

Руби тряхнула головой, выбрасывая эти мысли из головы и возвращаясь в реальность. Она ведь сама бросила его. Сама решила разорвать отношения. Поэтому она пойдет на работу и не будет обращать внимания на его флирт с другими, раздражающую привычку все время шутить и гребаную ухмылку.

Девушка улыбнулась отражению в зеркале, буквально выжигая слова «Мне все равно» на внутренней стороне век, чтобы напоминать себе об этом каждый раз, как будет моргать. Никакого Кинг. Никаких чувств.

В детстве Руби всегда старалась стать старше, жить своей жизнью, быть взрослой. А в итоге оказалось, что за каждым решением или действием следовали последствия. А их, зачастую, нужно разгребать. Либо просто не замечать. И сейчас она придерживалась самого простого варианта — второго.

***

Безупречно отглаженная рубашка. Темно-синий галстук. Запонки. Пиджак в тон галстуку и классические брюки. Немного геля на почти высохшие после душа русые волосы. Терпкий мужской парфюм.

Идеально — пожалуй, правильное слово, чтобы описать Александра Кинга. Можно сказать, синоним его самого.

Конечно, не все в его жизни складывалось таким образом, к большому его сожалению. Но ведь без этого было бы слишком скучно и неинтересно жить.

Он был согласен и с тем мнением, что идеала просто напросто не существует. Но, кто сказал, что стремиться к этому нельзя? Особенно, когда перед носом есть самый настоящий пример идеальности — родители.

Алекс навсегда запомнил какой была мама, когда его отец был жив. Она словно сама жила, подпитываясь энергией их отношений. Именно отношений. Смотришь по отдельности — два обычных человека. Смотришь на них вместе — и нет ничего более красивого, искрящегося, влюбленного, немного безумного, а главное, правильного. Вместе они всегда выглядели правильно, словно так и было, так есть и так будет. И правильно не в контексте «скучно», скорее правильно — до боли в душе, до дрожи, до самой бесконечности.

Кинг-младший вырос с четким пониманием идеальности в отношениях, жизни, бизнесе. Его родители были для него примером буквально во всем. И так продолжалось даже после смерти отца. Память все еще жила в нем, каждый раз напоминая о целях, мечтах и дорогих сердцу моментах. Ему иногда казалось, что мама сейчас живет только ради этих воспоминаний. Она не вышла замуж во второй раз, признаться, Алекс даже ни разу не видел ее с кем-то на ужине или просто смеющейся. Только бизнес и ничего более. Но для сына Мари всегда оставалась матерью, его поддержкой и опорой. Поэтому он и стремился к идеальности, к лучшей жизни, к своим целям. Он знал, что может быть по-другому.

Александр тряхнул головой, когда в мыслях неожиданно всплыл образ Руби. Как она, развалившись на шезлонге, потягивала очередную голубую лагуну, а потом пыталась одолеть его в словесных перепалках или начинала заигрывать.

Он скучал. Думал о том, как ее красивые пальцы с золотым колечком на среднем, которое она всегда носила, завязывают галстук, затем губы целуют его, расплываясь в счастливой улыбке, как она желает ему хорошего дня на работе и подходит к зеркалу, чтобы накрасить губы красной помадой.

Хорошая картинка. Жаль, что неправда.

Интересно почему он остался в Нью-Йорке? Почему не вернулся в Швецию? К бизнесу. К Иви и маме. К обычной жизни. Он и сам не знал. Может, не хотел. Может, не мог. Может, новый бизнес требовал внимания. Но в данный момент, возвращаться почему-то не хотелось.

Вгляделся в зеркало, рассматривая себя. Нет, это не большое эго. Он просто признал одну навязчивую мысль. Ему не все равно. Хоть и придется играть для всего и всех. А что делать? Надеяться, верить и ждать. Переболит. Отпустит. Простит.

***

Синий шевроле заехал на парковку бизнес-центра. Руби заглушила мотор, оставляя руки на руле. Девушка шумно выдохнула — пора взять себя в руки и пойти в свой страх. Именно так она и поступит.

Батлер взяла небольшую белую сумочку, кинула туда ключи от машины, улыбнулась себе, настраиваясь на нужный лад. Открыла дверь машины, возле которой, словно по щелчку пальцев, материализовался мужчина.

— Доброе утро! — раздалось радостное над ухом. Батлер невольно вздрогнула, испугавшись, но виду не подала, лишь приветливо улыбнулась в ответ.

— Доброе утро, Стефан.

— Мисс Батлер, чудесная презентация. — произнес молодой человек, возникший рядом, отчего Руби мило улыбнулась, вспоминая его имя.

— Спасибо, мистер Джозеф.

— Просто Стефан, прошу Вас.

— Хорошо, Стефан. — кокетливая улыбка возникла на лице девушки. Казалось, она уже лет сто не общалась с кем-то мужского пола в таком обращении. — В таком случае, Руби. — она протянула руку, однако Стефан вместо того, чтобы пожать ее, нежно поцеловал тыльную сторону ладони.

Он подал руку, помогая девушке выйти из машины. Она кивнула, внимательно рассматривая Стефана. Симпатичный молодой человек, вроде бы, тридцати лет. Тридцати? Руби задумалась, она не сказала бы, что он выглядит на свой возраст. Хоть и тип внешности мистера Джозефа, по идее, должен прибавлять года к его возрасту, он все равно выглядел, как мальчишка: темные, почти черные, волосы; карие глаза, которые забавно отблескивали из-за очков, иногда озарялись озорными огоньками, словно он долго придумывал шутку и ему не терпелось с ней поделиться; высокий рост — Руби едва доставала ему до ключиц, но, конечно, каблуки добавляли ей роста, поэтому она могла спокойно смотреть на Стефана, не задирая голову.

Девушка невольно задумалась, сравнивая его с Алексом. Кинг не был таким высоким, а его глаза не хранили тайны души, лишь томное молчание скандинавских льдов, которые темнели, когда он злился или возбуждался. А русые волосы всегда были прямые и аккуратно уложены, у Стефана же волосы завивались, отнимая еще пару лет у его возраста.

И все же, они неплохо смотрелись с Кингом. Ее рыжие волосы, распластанные по его груди. Руки, сжимающие друг друга каждый раз, когда они куда-то ходили. Объятия, в которых каждый находил свой дом. Было так хорошо. Может и не стоило все прекращать?

Руби изумилась своей мысли, слишком откровенно и неожиданно она возникла. Тряхнула головой, возвращая внимание на речь Стефана, который, к счастью, даже не заметил появившийся румянец на щеках девушки и ее «отсутствие» в реальном мире.

— И вот он мне говорит: «Давай ты посмотришь внимательнее, я уверен, что ты это пропустил!». А я понимаю, что смотрел это уже миллион раз, в общем, так и работали. — подвел итог своей речи Стефан, когда они подошли к почти полностью забитому лифту. Оставалось немного места, как раз для них.

Руби осмотрела пространство, прикидывая стоит ли ехать сейчас или лучше подождать и поехать с комфортом. Но вместо ответа ощутила руку на талии, подталкивающую ее ко входу. Она неловко улыбнулась Стефану, прошла вперед, чувствуя, что что-то должно произойти.

— Доброе утро. — чей-то голос разрядил возникшую тишину. Батлер выпучила глаза, понимая кому принадлежал этот голос. Предчувствие не подвело. Сердце бешено застучало, а в голове осталась лишь одна мысль: только не он. Она всей душой хотела отсрочить эту встречу, кинуть куда-нибудь подальше, но судьба снова не спрашивала, выкидывая в воду, словно не умеющего плавать ребенка.

— Доброе, мистер Кинг, — Руби была бы не Руби, если бы вовремя не взяла себя в руки. Бодро улыбнулась, поудобнее устраиваясь на том крохотном кусочке места, что ей досталось. Стефан встал рядом, загораживая Александра боком, зато открывая ему прекрасный вид на Батлер.

— Ты уже подумала над моим предложением на ужин? — почти шепотом спросил Стефан. Хотя это вряд ли помогло — в таком маленьком пространстве все слышали их разговор.

— Ммм, у-гу — неопределенно начала Руби, затем задумалась, — Извини, ужин никак не могу обещать. Спроси у Евы мое расписание, пусть поставит обед на любой удобный тебе день, — глухо произнесла девушка, не особо заморачиваясь с тем, чтобы оставить этот диалог только между ними.

В толпе кто-то громко кашлянул, пытаясь скрыть смешок. Почему-то Руби понадобилась всего секунда, чтобы понять, кто это был. Какого хрена? Злость мгновенно закипела в ней, как же хотелось ему врезать. Или поцеловать. Или врезать, а затем поцеловать. С окончанием отпуска симпатия превратилась в ненависть, буквально делая из них пресловутое "от ненависти до любви".

В лифте снова разрасталась тишина — еще немного спящие сотрудники, тихая мелодия из динамика, Руби, листающая ленту новостей и делающая вид, что не ощущала насмешливого взгляда Алекса, направленного на нее. Рядом Стефан, загораживающий Кинга от взгляда девушки. И Слава Богу, иначе она начала бы пялиться на него, как ненормальная. А это было бы не лучшее средство поддержания репутации среди сотрудников. Хотя предложение Стефана почти при всем офисе тоже ее никак не улучшало.

Телефон издал пикающий звук, оповещая о новом сообщении. Девушка замерла с телефоном в руке. Читать его определенно не хотелось — имя отправителя высветилось на экране — Александр Кинг.

Руби сдвинула значок вправо, убирая сообщение с панели управления. Прочитает, как будет одна.

Но не успела она заблокировать устройство, как телефон снова пикнул, а затем еще несколько раз. Девушка раздраженно закатила глаза, открывая диалог.

от Александр Кинг: «Бесконечно мило, сравнивать расписание подружки, чтобы сходить на свидание😪»

от Александр Кинг: «Я знаю, что ты видишь мои сообщения. Это ведь смешная шутка!»

от Александр Кинг: «Батлер, прекрати меня игнорировать.»

Девушка еще раз вчиталась в текст. Как же он ее раздражал. Почему нельзя было спокойно уйти, не трогая ни старых ран, ни их прошлое, ни ее будущее? Неужели это так трудно?! Руби закатила глаза, задумалась над ответом, потом решила ничего не отвечать, убрала телефон в сумочку. Затем, с шумных выдохом, снова достала и принялась что-то усердно печатать. Когда сообщение было готово, она победно улыбнулась, успокоилась и убрала телефон обратно.

Кинг ухмыльнулся, наблюдая за терзаниями девушки. Значит, он оказался прав. А это, в свою очередь, означало, что его план сработает. Александр смотрел, как Руби что-то очень сосредоточенно печатала, от усердия чуть ли не высунув кончик языка. От ее смешливого вида в груди потеплело. Такая она милая в этот момент. Злая, но милая. Как чихуахуа.

Телефон завибрировал, отвлекая от мыслей, которые Алекс уже совершенно перестал контролировать. Еще чуть-чуть и он не ограничился бы одними сообщениями, стал бы выяснять с ней отношения прямо на глазах всего здания.

от Руби Батлер: «Да, Кинг, именно так поступают взрослые люди — учитывают желания друг друга, подстраивают время, но откуда тебе об этом знать? И если тебе хоть немного дорого то, что между нами было, прекрати мне писать и раздражать по каждому поводу. Пожалуйста»

от Александр Кинг: «Это же манипуляция!»

от Руби Батлер: «Именно»

Александр усмехнулся, спрятал телефон в карман брюк. Девушка покраснела, задумчиво прикусив губу. Довольная улыбка растеклась по лицу мужчины, меньшего он от нее и не ожидал. Да, игра началась. Теперь ему предстояло знакомство с мисс Руби Батлер— владелицей многомиллионного бизнеса и настоящей железной леди.

***

Руби влетела в приемную своего кабинета. Из-за стола радостно подскочила Ева. К слову, нового стола, который девушка все-таки сменила — матовый чёрный, с полочками, но теперь они располагались ниже, не закрывая обзор девушке.

— Руби! — брюнетка подскочила к Батлер, обхватывая ее двумя руками, будто они и не виделись всего три дня назад. Руби обняла девушку в ответ. Удивительно, как ее в тот же миг окутало теплом и уютом, словно она вернулась в привычный и живой дом. Руби прикрыла глаза, пытаясь оставить это ощущение еще ненадолго.

— Готова поработать? — бодро спросила Ева, подходя к столу. — Накладные за август, оригиналы договоров за три месяца на твоем столе, ждут подписи. Это твое расписание на неделю. Завтра совещание на новый месяц в девять утра. — девушка задумалась, выискивая в голове нужную мысль, ускользающую от нее. — А, да! Мистер Джозеф спрашивал, когда можно занять твой обед.

Ева кокетливо улыбнулась, наблюдая за слегка растерянной Руби, которая почти сразу же закатила глаза, складывая информацию по полочкам в голове.

— Да, определи ему какой-нибудь день, — девушка небрежно махнула рукой, забирая со стола красный ежедневник с расписанием. — И спасибо, Ева. — Руби благодарно улыбнулась, норовя поскорее скрыться в дверях своего кабинета.

— Мы должны об этом поговорить!

— Обязательно!

— А еще у меня есть новости обо мне и том красавчике! — прокричала в спину девушки Ева. Дверь в кабинет захлопнулась и девушка счастливо улыбнулась. Действительно была рада, что Руби в порядке. Что после той ночи она нашла в себе силы и вышла на работу. Смогла это сделать. Снова.

Глава 11

— Руби, ты, что здесь ночевала?! — брови Евы медленно поползли вверх, голубые глаза вовсю рассматривали спящую на столе начальницу. Руби резко открыла глаза, подскакивая с места. Она действительно уснула на работе.

Ева едва сдерживала смех от растрепанного вида девушки: взъерошенные волосы торчали в разные стороны, красная помада размазалась, помятая блузка съехала на бок, туфли остались где-то под столом, а Батлер стояла босиком на небольшом коврике, нервно покусывая губу.

— Похоже на то, засиделась с проверкой почты, — пробормотала девушка, прикладывая руку ко лбу, затем подошла к зеркалу, оценивая ущерб от сна на рабочем месте.

— Не успела вернуться, а уже себя загрузила! — возмутилась Ева, подходя ближе и по-свойски поправляя рыжие волосы.

— Такова цена за почти трехмесячный отпуск, — ответила, скривившись, Руби, — при упоминании лета, нахлынули воспоминания, превращая нынешнюю ситуацию в пыль. Стало больно. Стало плевать на небрежный вид, на усталость от недостатка сна, на обеды, на вежливость. Хотелось просто утопиться в своей грусти. Прожить эту ситуацию и потом со спокойной душой вернуться к привычной жизни.

Настроение продолжало стремительно падать. Точнее сказать улетало с такой же скоростью, как проходит жизнь. Навсегда и безвозвратно.

— Ты же помнишь, что сегодня у тебя обед со Стефаном? — ехидно напомнила Ева, наблюдая за тем, как лицо Руби меняло выражение от сильной безысходности до неожиданного удивления. — А еще, хочешь ты этого или нет, но после работы мы идем ко мне и хорошенечко напиваемся!

Очень не вовремя. Вот он — закон подлости в действии. Честно говоря, настроение совсем не располагало идти куда-то, улыбаться, быть вежливой. Тем более, ее ждало еще около четырех встреч.

Дверь кабинета хлопнула, впуская посетителя. Батлер зажмурилась, поворачиваясь лицом к двери.

— Руби, мне нужны накладные за последний месяц. Евы нет на месте, поэтому я пошел сразу к тебе, — начал было Кинг, параллельно что-то печатая в телефоне. Девушка замерла, надеясь, что сейчас он не поднимет голову, и она останется без его шуточек. Руби начала рыскать по столу, ища нужную папку. Где-то в углу Ева прикрыла рот рукой, аж похрюкивая от усердия сдержать хохот.

— Ого, у кого-то была веселая ночка? — весело заметил Алекс, оглядывая Руби с головы до ног. Девушка перестала искать, напряженно застыла. Внутри нее злость заполнила каждую клеточку тела, не оставляя ничего для более светлых чувств и расплываясь праведным гневом по всем клеточкам тела. Как можно было выбесить за две секунды? Спросите у Алекса чек-лист.

— Пошел вон, Кинг.

— Ладно, зайду позже, — Батлер запустила в его сторону ручку, от которой парень легко увернулся, скрываясь за дверью.

Руби шумно выдохнула, успокаивая разбушевавшиеся чувства. Хотелось провалиться под землю. Или почистить ему память. Конечно, лучше второй вариант, тогда она навсегда избавится от его комментариев по любому не смешному поводу. Заманчиво, но не время.

— Ева, перенеси все встречи на час позже, — девушка уперлась руками в стол, изучая расписание на сегодняшний день. — Мне надо привести себя в порядок. Эту папку передашь Кингу, если объявится, — Ева коротко кивнула и, хихикая, вышла из кабинета.

Руби устало опустилась на кресло, притягивая почти пустую кружку с кофе к себе. Доза кофеина сейчас просто необходима. Девушка допила остатки бодрящего, но отвратительно холодно и выветрившегося напитка, подошла к шкафу, снимая с плечиков черное офисное платье. После одного неудачного случая с предшественницей Евы, Руби всегда хранила запасную одежду в своем кабинете. Как говорится, лучше перестраховаться.

Безупречность. Слово, олицетворяющее Руби Батлер на рабочем месте. Всего лишь час, а она уже готова наводить порядки, быть суровой начальницей и сходить на обед с директором одного из филиалов ее компании. Ничего ведь не останавливало.

Девушка взглянула на себя в зеркало, оценивая изменения — волосы приведены в порядок, объемным каскадом спадают на плечи, помада вернулась на место, а вместо смятой блузки черное платье выше колена. Элегантность и простота.

***

Две встречи позади. Отчеты проверены и отправлены. Договоры прочитаны, подписаны и отправлены юристам. Руби зашла в кабинет, на ходу сбрасывая узкие туфли. Ноги ужасно ныли и единственное, чего сейчас хотелось — лечь на кожаный черный диванчик в приемной, налить себе виски и закурить.

Бессонная ночь и встреча с одним наглым и самоуверенным сексистом выжала из нее последние силы. Может, отменить обед со Стефаном и просто отдохнуть? Нет, не вариант. Она обещала. А свои обещания Руби Батлер выполняла, чего бы ей это не стоило.

Девушка развалилась в кресле для посетителей, закидывая ноги на стол. Моральных сил совсем не было. Хотя это странно, ведь только что вернулась из отпуска и, в принципе, хорошо там отдохнула. А по факту энергия просто уходила не на те мысли, бессмысленно растрачиваясь по пустякам.

Руби прикрыла глаза, расслабленно покачивая стакан с водой в руке. Микрофон на столе зашипел, потом заговорил голосом секретаря.

— Руби, мистер Джозеф ожидает тебя в приемной, — снова раздалось шипение, затем оглушающая тишина. Батлер поднялась с кресла, надевая туфли на ноги. Тряхнула головой, выбрасывая оттуда ненужные мысли. Хмурое лицо озарила яркая улыбка, и Руби вышла в приемную.

Стефан стоял, облокотившись на стол Евы, что-то увлеченно ей рассказывая. Руби втянула побольше воздуха в легкие. Она и подумать не могла, что этот скромный, с первого взгляда, молодой человек, на самом деле такой болтун.

Девушка покашляла, привлекая внимание. Ева мгновенно поднялась из-за стола с широкой улыбкой. Стефан медленно обернулся, восторженно разглядывая Руби.

— Привет, — мило улыбнулась девушка, пытаясь не закатить глаза от его восторженного вида. Удивительно. Она идет на обед с мужчиной, который чуть ли не подрагивает от близкого нахождения рядом с ней, а ее это даже не трогало. Внутри ничего не замирало. Никакого предвкушения или реального интереса. Бабочки лениво поднимали головы, осматривая обстановку, а затем, не найдя ничего интересного, снова ложились спать.

— Руби, ты просто прекрасна! — воскликнул Стефан, подходя ближе. — Прошу, — пропустил девушку в открытую дверь. Руби обернулась на Еву, ища в ее глазах поддержку или возможность остаться здесь. Но она лишь одобрительно кивнула и Батлер, звонко стуча каблуками, пропала из зоны ее видимости.

***

Алекс открыл дверь, пропуская милую блондинку вперед. Девушка соблазнительно улыбнулась, закусила губу, провела красным ногтем по его торсу. Кинг нервно усмехнулся в ответ, убирая ее руку от себя. Она обиженно надула губы, но все же вошла в небольшой уютный ресторанчик недалеко от офиса.

Александр приветственно кивнул администратору. Девушка, которую он уже даже и не пытался слушать, что-то эмоционально рассказывала.

— Алекс! Ты вообще слушаешь меня? — возмущенно заметила она, подняв взгляд зеленых глаз на мужчину.

— Да, Миранда, я очень внимательно тебя слушаю, — Кинг придирчиво осмотрел девушку: светлые волосы до талии, пухлые губы, аккуратный носик на круглом лице, большая грудь, откровенно выглядывающая из глубокого декольте. Чем-то она напоминала куклу с большими зелеными глазами, которые, к слову, совсем не были похожи на глаза Руби. У Батлер они изумрудные, а у Миранды больше похожи на оливковые, без озорного огонька и жажды жизни. Лишь немой упрек из-за того, что он плохо ее слушал. А ведь все довольно просто. Слушать ее просто не хотелось.

И зачем он только согласился на эту пытку под названием «обед»? Секс его не интересовал. Точнее, интересовал, но точно не с ней. Наверное, ему просто скучно обедать в одиночестве, когда чувства затмевали все доводы разума. Когда мысли кружились в голове, словно хомячок, старающийся сбежать из клетки. Когда вместо стейка хочется заказать стакан с виски или чем-то покрепче.

— Ты определилась с тем, что будешь? — скупо осведомился парень, заглядывая в меню. Похоже, это единственный обед с женщиной, когда ему хотелось сбежать.

Будто издеваясь над ним, жизнь послала еще один «сюрприз». Алекс поднял взгляд, ожидая ответ от Миранды, но девушка задумчиво рассматривала вход. Мужчина проследил за ее взглядом, удивленно поднимая брови. Вот уж действительно совпадение. Смеющая Руби в черном платье с декольте, входила в ресторан вместе с парнем из лифта, который очень любезно сначала открыл перед ней дверь, второй рукой придерживая за талию, затем галантно помог снять бежевый плащ.

Взгляд Алекса бегал от ее счастливого лица, на ладонь мужчины и обратно. И он понятия не имел, на что ему в первую очередь нужно обращать внимание — на улыбку, которую он не видел уже давно или же на руку мужчины, который держал его Руби. Мозг упорно подсовывал обновленную информацию — она уже не его. А сердце упрямо закрывало правду огромными буквами, выжигая на себе слово моя.

Всего секунда и они встретились взглядами. Она замерла на входе, с лица убежали все краски, оставляя лишь бледный оттенок, на котором ее изумрудные глаза еще больше выделялись большими блестящими изумрудами. Мурашки пробежали по его шее, скрываясь за воротником рубашки. Он тяжело сглотнул, снова опустив взгляд на талию. Руби будто вся сжалась, откинув волосы назад, затем быстро прошла вперед из-за чего рука, вроде бы, мистера Джозефа, зависла в воздухе. Батлер гордо расправила плечи, бросила еще один взгляд на Алекса, но уже совершенно другой — дерзкий, вызывающий, наглый. Как назло, девушка села за столик, стоящий по диагонали к столику Кинга, и теперь она находилась как на ладони. Про обед можно было смело забыть.

— Как думаешь, между ними что-то есть? — заинтересовано спросила девушка напротив него, чуть подавшись вперед. Алекс закашлялся, округлив глаза.

— Даже, если и есть, то это не наше дело, — хотя в мыслях у него лишь надежда на то, что у Руби и этого студента Оксфорда правда ничего не было.

Руби бездумно качала ногой, рассматривая меню. Напротив сидел Стефан, занимаясь тем же самым. Ламинированная книжка скрывала его лицо почти полностью. Поэтому Руби изредка кидала изучающие взгляды на спутницу Алекса, которая очень недвусмысленно поправляла декольте и дотрагивалась до его руки. Какого хрена он вообще привел ее с собой?

Злость. Хотя, правильнее сказать, бешенство, затапливало ее сознание. И сколько бы она не убеждала в себя в том, что ей все равно, ничего не получалось. Руби то и дело их рассматривала. Один раз даже напоролась на насмешливый взгляд ледяных глаз Кинга, поправляющего галстук. В следующий раз опустила глаза ниже, наблюдая за тем, как блондинка накрыла ладонь Алекса своей. Губы Руби скривились, но через секунду она снова мило улыбнулась, отвечая на вопрос Стефана.

Но ее очень повеселил момент, когда она снова посмотрела в сторону, а Алекс в этот момент спрятал свою ладонь от девушки. Батлер победно улыбнулась, вспоминая, что от ее рук он никогда не прятался. Настроение слегка поднялось, а потом вновь упало. Теперь она никогда не коснется его с таким подтекстом.

— Ты в порядке? — низкий голос Стефана вывел ее из мыслей. Руби растерянно улыбнулась.

— Да, просто задумалась, — парень расслабленно откинулся на спинку стула, изучающе рассматривая девушку. Он давно не приглашал никого на обед, ни кого не пытался узнать получше. Руби была для него непонятным, интересным и загадочным человеком. Стефан был заинтригован, ему хотелось разгадать эту головоломку, узнать, кто же такая Руби Батлер.

— Предлагаю вопрос-ответ, чтобы ты не убегала от меня в свои мысли.

— Зачем? — Батлер заинтересовано подалась вперед. С момента, как они вышли из офиса, ее все же интересовала причина, по которой она здесь находится.

— Хочу узнать тебя поближе. Ты мне интересна, — признался Стефан, наблюдая за ее бегающим взглядом. Неужели Руби смущала его честность? Вгляделся в ее лицо, выискивая нужные ему ответы, но мелькнувшее волнение вмиг сменилось привычной каменной маской. Может быть, ее что-то беспокоило?

— Ну так что?

— Я согласна, — кивнула девушка, соединяя руки в замок. Принимать вызов — вот чему ее учила тетушка. Не сдаваться и не избегать проблем.

— Что тебя сейчас тревожит?

— Ничего. Не думаешь, что забрел не в тот лес? — иронично заметила Батлер, намекая на нарушение личного пространства. В конце концов, они не так хорошо знакомы, чтобы она рассказывала о том, что совершенно точно ее не беспокоят, рассматривающие прямо сейчас голубые глаза красавчика за столиком по диагонали. Да и вряд ли бы Стефан обрадовался тому факту, что девушка, которую он привел в ресторан, думает о другом.

— Извини, мне показалось, что ты чем-то расстроена.

— Тебе показалось, — подытожила Руби, понимая, что ее ответ мог прозвучать чересчур резко. — Извини, не хотела так грубо. Может, начнем с вопросов полегче? — мирно предложила девушка. Стефан кивнул, поправляя очки.

— Любимая книга?

— Грозовой перевал, — не задумываясь ответила Руби. Стефан мрачно усмехнулся, обдумывая следующий вопрос. Он уже открыл рот, чтобы спросить снова, но Батлер его опередила, параллельно перемешивая салат, который, две минуты назад, появился на ее столе.

— Почему я? — девушка вздернула бровь, приподняла подбородок. Одним вопросом бросила ему вызов. Она знала, как бы ответил на этот вопрос Кинг. И было интересно узнать, что вообще о ней думал мистер Джозеф. Конечно, это последнее дело — сравнивать мужчину с бывшим, но что поделать, если этот самый бывший с завидным упорством лез в ее голову?

— Ты умна, красива, независима, уверена в себе. Одним словом ты — лидер. — пожал плечами Джозеф, словно Руби только что не пыталась застать его врасплох. Девушка улыбнулась, скрыв улыбку за бокалом вина.

Стефан отодвинул пустую тарелку от себя. Руби последовала его примеру, потянулась за сумочкой.

— Даже не думай, Руби. Это ведь было мое приглашение так, что я все оплачу.

— Это ведь был дружеский обед.

— Очень жаль, что ты так думаешь, но все же позволь мне.

— Ладно, первый и последний раз, — нарочито серьезно произнесла девушка, из-за чего Стефан легко рассмеялся, оставил пару купюр на столе. Руби поднялась из-за стола, случайно бросила взгляд на столик Алекса. В который раз девушка убедилась в том, что у Вселенной отменное чувство юмора — Александр и блондинка поднимались из-за стола. Очень хотелось хлопнуть себя по лицу от нелепости ситуации. Батлер помедлила, надеясь, что они быстро уйдут. Но нет. Алекс совсем не торопился. Вот он посмеялся с очередной истории спутницы, вот сунул телефон в карман брюк, вот подставил локоть.

— Ты идешь? — поторопил Стефан. Руби растерянно шагнула вперед, понимая, что в дверях они непременно встретятся. Сейчас она буквально проклинала свои туфли — из-за высокого каблука ноги почти не сгибались, девушка опасалась, что в любой момент может упасть прямо под ноги Кингу. Вот же будет забавно: пала к ногам, умоляла на коленях. Она уже предвидела «комплименты», которые на нее посыпятся в этом случае.

— Какая встреча! — ехидно начал Алекс, явно собираясь закончить фразу тем, что определенно вызовет на его лице дерзкую ухмылку. От звучания бархатного голоса, бабочки заинтересовано подняли головы, прислушались. Батлер же закатила глаза, мгновенно его перебивая.

— Не скажу, что приятная. До свидания. — девушка вздернула подбородок, направляясь к двери. Легкое касание к запястью вызвало бесконечно много маленьких молний от места соприкосновения. Миллионы, не так давно оживших бабочек, расправили крылья, с радостью принимая летающие искры. Руби развернулась, утопая во взгляде Алекса.

— Что, скоро карета превратится в тыкву? — прошептал парень, рассматривая ее нахмуренное лицо.

— Скорее король превратится в козла, — Батлер многозначительно подняла левую бровь, намек был легко понят. Алекс рассмеялся, опустив голову, от чего несколько прядей выпало из идеальной укладки. Захотелось протянуть руку и поправить. Но Руби вовремя себя одернула, сложив руки на груди. Бабочки счастливо вздохнули, мило складывая ручки под подбородком, залюбовались.

— Считаешь меня королем? — шепотом осведомился Алекс, растягивая уголок губ в ухмылке.

— Скорее козлом, — припечатала девушка.

— Алекс, ну мы идем? — наивный, тонкий голосок прервал спор. Батлер кинула взгляд на подошедшую блондинку. Руби опустила руки, только сейчас осознавая, что все это время они были не одни. Румянец залил щеки девушки. Ситуация класс. Ситуация sos.

Алекс поднял руку, Миранда обиженно поджала губы, поворачиваясь боком к мужчине, который по-свойски положил руку ей на талию, натянул на лицо привычную ухмылку.

— Мы еще не закончили, — кивнул Алекс, подводя заметно повеселевшую блондинку. Руби даже не сразу нашла ответ. Явная провокация с его стороны, а она, как школьница повелась. Захотелось хлопнуть себя по лицу еще раз.

— Закончили, — поставила точку девушка. Парень лишь улыбнулся, качнув головой. И он, и она понимали, что до этой самой точки еще очень далеко.

***

Влетать на крыльях злости в приемную перед своим кабинетом уже входило у Руби в привычку. Ева, будто почувствовав настроение подруги, выглянула из-за стола. Действительно девушка очень зла. Неужели со Стефаном все так плохо?

— Собирайся, Ева, мы уходим прямо сейчас!

— Но до конца рабочего дня еще три часа, — пропищала Ева, но под суровым взглядом Руби сразу замолчала. Злить Батлер, когда уже зла было очень опасно для жизни. И для дальнейшей работы тоже.

— Я нас отпускаю, у тебя пять минут! — Руби села на кожаный диванчик для посетителей, устало прикрыла глаза. Устала от злости, от непонимания, куда двигаться дальше, устала от усталости и желания, чтобы все стало по-другому. Упорно не хотела признаваться самой себе в том, что от ревности буквально сносило крышу. От этого становилось еще хуже. Не в том плане, что она страдала и не могла без него жить. А в том, что это тяжело — расставаться, ревновать того, кого ревновать не нужно, испытывать чувства к кому не нужно. А главное, понимать, что все это происходит лишь по ее вине.

— Кинг? — осведомилась Ева, сбрасывая с ног туфли прямо под стол. Со стороны диванчика раздалось неразборчивое мычание, которое девушка поняла, как «да».

Секретарша надела другие туфли, схватила сумочку и уже через две минуты стояла перед Руби в полной готовности.

— Как хорошо, когда подруга твой начальник, — Ева мечтательно прикрыла глаза. Батлер недовольно фыркнула, поднимаясь с дивана.

— Пошли уже, а то заставлю работать сверхурочно.

— Возьмем такси?

***

— Милости прошу к моему скромному шалашу, — учтиво проговорила Ева, впуская Руби в квартиру.

— Да уж, скажи это тем, у кого нет квартиры в собственности. Тогда у тебя точно появится скромный шалаш и сотни ненавистников, считающих, что ты зажралась.

Руби оглядела квартиру подруги. Все в светлых тонах — бежевые обои, молочный ламинат, светлая мебель, в общем, полная противоположность квартиры Батлер.

Когда она первый раз пришла в гости, даже удивилась. Всегда бойкая и острая на язык Ева никак не вязалась с этим нежным интерьером. При виде беленьких подушек, пушистых пледов Руби невольно вспоминала Иви — ей всегда нравилось все милое и пушистое. Как-то раз она даже купила в подарок Руби такой свитер, что прозвище Алекса «кнопка» приобрело реальный смысл. Воспоминание, приносящее уют и выносящее душу из тела.

Девушка плюхнулась на угловой светло-бежевый диван. Ева упала рядом, кладя голову на колени подруги.

— Я вся внимание, — Руби потянулась к боковому столику, где Ева хранила кое-что покрепче чая. Разлила по бокалам красное вино. Задумчиво уставилась в одну точку, перебирая черные волосы Евы. Говорить ничего не хотелось. Точнее, рассказывать просто нечего. Пустота. Да, очередной спор. Ничего необычного. Он свободный человек, как и она. И его рука на талии той блондинки ее никак не трогала. А может, стоило все рассказать Еве? Она поймет. И поддержит.

— Не хочешь — не говори. Можем просто посидеть в тишине, — тихо предложила Ева, будто прочитав мысли подруги. Руби прерывисто выдохнула, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Все-таки ей противопоказано думать о прошлом. Очень дорого оно ей обходится.

— Я просто не знаю с чего начать.

— Начни с того, почему ты просто не можешь быть с голубоглазым красавчиком? — подсказала девушка, — у вас же целый секс-отпуск был, — Руби насмешливо фыркнула, отпивая из бокала.

— Он что, настолько плох? — удивилась Ева, едва сдерживая смех. Батлер чуть не плюнула вино обратно от неожиданности, расхохоталась, вызывая этим улыбку подруги. Ее миссия по поднятию настроения выполнена.

— Нет, он ослепительно горяч. Но я сделала так, что мы вместе мы вряд ли будем. — обреченно призналась Руби, опустошив бокал.

— Если ты про то, что бросила его, едва сойдя с самолета на землю, то это поправимо. У меня как-то был бывший, с которым у нас был просто…

— Дело не в этом, — перебила Батлер. Почему-то сегодня она весь день перебивала людей. — Извини. Просто там все серьезнее. — сердце сжалось. Сейчас Руби просто раскроет все карты. Хранить эту информацию дольше было бы глупо.

— Хорошо, отложим историю про бывшего, но она бы тебе понравилась. — Ева села, оказываясь лицом к лицу к подруге. Сжала ее ладони в поддерживающем жесте. Изумрудные глаза заслезились. Еще немного и она расплачется. Тяжело знать правду в одиночку, не иметь возможности поделиться ей с человеком, который стал тебе дорог.

— Ты ведь знаешь, что Кинг выкупил долю Макгинеса? — дождавшись кивка от подруги, продолжила.

— Я во всех договорах стала прописывать пункт про отношения. Между партнерами запрещаются любые отношения, кроме рабочих, иначе доли делятся между другими акционерами, либо инвестора отзывают выплаты. В общем, там все так юридически запутано, я это все-таки составляла целый год. — Руби замолчала, рассматривая округлившиеся до размера монетки глаза Евы, прикинув что-то в голове, оправдалась. — Я ведь молодая, красивая девушка! Надо было перестраховаться.

Ева звонко рассмеялась от обиженного вида напротив. Затем погладила ее ладони, поддерживая.

— Да, откуда же ты знала, когда Кинг свалится на тебя с потолка!

— Он вышел из-за угла!

— Ага, точно, — брюнетка снова рассмеялась. Руби подхватила веселое настроение подруги. В жизни ведь мало безвыходных ситуаций, правильно?

— В общем, если бы он сказал мне про то, что выкупает долю, то я составила бы новый договор, но я об этом не знала и теперь, если кто-то узнает про наш, как ты сказала, секс-отпуск, то я останусь без компании, — Руби посерьезнела, останавливая внимательный взгляд на Еве. — Тебя ведь не надо просить держать язык за зубами? — червячок сомнения прокрался в ее голову, наводя шорох.

— Ты обижаешь меня такими вопросами, Руби.

— Извини, просто все договоры конфиденциальны и это мне тоже грозит штрафом. — Ева понимающе обняла, прижимая к плечу, отчего еле уловимое чувство уюта и спокойствия растеклось в груди.

— А этот договор никак нельзя изменить? — Руби отрицательно покачала головой, всхлипнула, рвано вдохнула, а потом вино дошло до нервных окончаний, расслабляя тело и мысли.

— Он ведь сегодня привел какую-то девушку на обед! Ты бы ее видела, Ева! Ну и что, что я была со Стефаном. Он ведь знал, что это мой любимый ресторан! Как специально пришел туда, а потом еще выбесил. Как он меня бесит, Ева! — разразилась целой тирадой девушкой, а потом зашлась слезами, прерываясь, чтобы сделать очередной глоток из стакана с виски. Вот так плавно от вина к чему-то покрепче.

А ведь кто-то говорил, что сильные не плачут. Плачут. Намного больнее и громче, чем остальные.

Глава 12

Что-то громко пищало прямо в ухо, нарушая долгожданный душевный покой и вызывая приступ головной боли. Девушка со стоном протянула руку к источнику звука, пытаясь остановить пытку. Мельком взглянула на цифры на экране телефона. Сначала непонимание, потом удивление, затем шок. Да, впервые в жизни, Руби Батлер проспала.

— Ева! — с другой стороны дивана что-то зашевелилось, раздался жалобный стон, а потом из-под пушистого пледа появилась черная макушка Евы.

— Почему ты кричишь? — еле выговорила девушка, падая обратно на подушки. Если честно, Батлер понимала состояние подруги и ей очень нравилась идея рухнуть на диван и проспать еще половину жизни, но жизнь — это работа, а работа — это жизнь. По крайней мере, в понимании Руби. Хоть в последнее время она и предавала свои принципы.

— Мы опаздываем! — от громкого возгласа девушки поморщились, крик отозвался в голове тупой болью. Да, от похмелья не застрахован никто. Особенно, если вам больше двадцати пяти…

Фраза подействовала отрезвляюще — уже через секунду Ева подскочила, как ошпаренная, промчалась мимо Руби в ванную комнату, словно секунду назад ее не беспокоила ни головная боль, ни желание заснуть вечным сном. Батлер прошла на кухню, включила кофе-машину, чувствуя, как глаза с каждым разом все труднее открывались.

На улице ветер остервенело срывал листья с деревьев, дождь крупными каплями стучал в окно. Девушка засмотрелась на прохожих под разноцветными зонтиками, спешащих на работу. Сколько из них действительно счастливы? Вопрос всплыл сам собой, поражая своей откровенностью. С каких пор Руби вообще о таком задумывалась? Жизнь и, правда, непредсказуема. Еще два месяца назад ее не волновали другие люди, счастье, любовь, а теперь она с грустным видом наблюдала за серым городом, думала о счастье, своем внутреннем мире и о том, что нужно что-то менять в привычном укладе жизни.

Руби никогда не одобряла действий тетушки. Конечно, каждый человек имеет право жить так, как ему хочется. Но и каждый может не соглашаться с этим правом. Вот и Руби не соглашалась с образом жизни Энн, можно сказать, даже боялась повторения ее судьбы — бизнес, одиночество, забытая далеко в юности любовь и племянница, так не вовремя свалившаяся на голову. Энн любила девочку всем сердцем, желала дать Руби все самое лучшее, и давала, делая для этого буквально все. Практически заменила ей мать. Но так рано ушла, что сейчас, находясь на распутье, Руби просто не знала, как поступить, у кого попросить совета и просто выплакаться. Как бы ей ни хотелось, Ева не сможет заменить всех, не сможет всегда быть рядом. И сейчас, наблюдая за каплями дождя, оставляющими круги на больших лужах, Руби отчетливо понимала, что надеяться можно только на себя, а потому она должна быть сильной. На ней ответственность не только за себя, но и за огромную компанию, за своих подчиненных и клиентов. И если тетушка ее подвела, так некстати попавшись под руку смерти, это не значит, что Руби тоже должна подвести ее, развалив компанию.

Ева обняла девушку со спины, положив голову на плечо. Такой обычный жест, но необходимый именно сейчас. Сколько поддержки в простом касании.

Кофе-машина пискнула, прерывая момент. Словно по сигналу, ненужные мысли отключились. Девушки ожили: Ева разлила кофе по кружкам, Руби заняла ванную комнату.

И все же, когда говорят о дружбе, ее значимость нисколько не преувеличивают. Она важна так же сильно, как сама жизнь. Если, конечно, ее не заменяет.

— А Кинг знает об условиях договора? — тихо спросила Ева, когда Руби вернулась на кухню. Батлер задумалась, забираясь на высокий барный стул.

— Вряд ли он его читал. У него же целых три юриста, — она пожала плечами, делая глоток кофе. Всем известная тактика — делай вид, что тебе все равно, даже если внутри при одном упоминании о нем все переворачивается с ног на голову, а обнаглевшие бабочки тычут копьями тебе в ребра.

***

Все же иногда приятно опаздывать — лифт почти пустой, не нужно толкаться и прижиматься к плохо знакомым людям, жертвуя своим личным пространством. Девушки спокойно разместились, тихо переговариваясь, Ева по памяти пыталась воссоздать расписание Батлер. Получалось откровенно плохо. Хотя кто ее будет за это осуждать? Сама Руби никогда не запоминала числа из ежедневника, потому что он всегда был под рукой и открыт на нужной странице. Но сейчас, как назло, его не было. А память нагло подсовывала информацию о какой-то утренней встрече, про которую, ни босс, ни ее секретарь вспомнить не могли.

— Придержите дверь! — несколько сотрудников почти бежали с парковки, пытаясь успеть в лифт, двери которого плавно начали закрываться, но в последний момент они ворвались в тесное пространство, сдвигая других людей.

Руби, словно неваляшка, толкнулась назад, упершись спиной в чью-то твердую грудь. Поерзала, чтобы хоть как-то вернуться в исходное положение, но этим сделала только хуже — ягодицы прижались к, очевидно, парню туда, куда прижиматься, в принципе, не должны были. Лицо залила краска, стало неловко. Руби замерла, через мгновение еще раз попыталась встать немного дальше. Выражение «попытка — не пытка», приобрело новое, не совсем приличное, понимание.

— Кнопка, неужели непонятно, что ты делаешь только хуже? — девушка потрясенно застыла. И как она могла не заметить Кинга позади себя? И сейчас она прижималась к нему, чувствуя совсем не то, что должна была. Волна негодования, мешаясь с явным возбуждением, прошлась по телу, заставляя ее еще раз дернуться. Сильная рука, обвившись вокруг талии, вернула назад, сокращая расстояние между телами еще больше, вышибая весь воздух из легких.

— Да что ты делаешь? — сквозь зубы прошептала девушка, пытаясь отстраниться, но он не дал ей этого сделать. Тонкие пальцы коснулись бедра, соблазнительно выглядывающего из разреза на юбке. Нежно очертили треугольный вырез, вызывая миллионы мурашек по телу. Пробежались по стройной ножке, поднимая вырез выше. И еще выше. Вычерчивая круги на загорелой коже.

Руби томно выдохнула. Закусила губу. Зачем отрицать очевидное? Ей не хватало его касаний. И сейчас, в лифте полном народу, она наслаждалась этими секундами. Хоть и здравая часть ее личности кричала во всю, заставляя это прекратить. Батлер вцепилась в его руку на талии пальцами, сбрасывая ее с себя. Как оказалось, очень зря. Потому что ладонь легла на другое бедро, придерживая девушку рядом с Алексом. Что-то уперлось в ее ягодицы, бабочки внутри сладострастно заскулили, требуя большего, обнажили вилы, царапая сердце. Руби снова дернулась.

— Ты делаешь мне приятно, Руби, — горячий шепот обжег шею, рука Алекса скользнула к пояснице, прогибая немного сильнее. Мозг уже давно перестал работать и думать о том, что стоит кому-то повернуть голову влево, так картина откроется удивительная: глава компании в немного непристойных объятиях нового партнера. Но кого это волновало, да? Когда душа выворачивалась наизнанку. Когда каждая клеточка тела реагировала на прикосновения к обнаженной коже. Когда губы уже искусаны до крови от желания и сдерживаемых стонов. Кому важны приличия, когда хочется сорвать с нее юбку. Когда ее ненавязчивый запах сводил с ума.

Алекс сжал ее бедро с такой силой, что девушка невольно пискнула аккурат в то время, как динамик оповестил о прибытии на нужный этаж. Парень провел ладонью по ее талии, сжал. Руби вылетела из лифта, мгновенно скрываясь за дверью дамской комнаты. Что сейчас было? Бабочки взбунтовались, требуя продолжения. Девушка привычно задавила их в себе. Плеснула холодной водой на щеки, пытаясь убрать красноту. Да, остыть сейчас точно не помешало бы.

Она устало облокотилась на столешницу раковины. Тряхнула головой. Ну почему каждый раз, как она приведет в относительный порядок свое моральное состояние, происходит что-то такое? Почему жизнь просто не может оставить ее в покое и дать спокойно работать как раньше?

Батлер еще раз намочила щеки, вышла из временного убежища, направилась в кабинет с острым желанием побыть одной. Влетела в приемную, не обращая внимания на вопросительный взгляд Евы, обронила небрежное: «Не беспокоить» и скрылась за дверью кабинета, проворачивая ключ в замке.

Чиркнула зажигалкой, откидываясь назад в кресле и прикрывая глаза, кожа покрылась мурашками, когда в голове всплыли образы летних ночей. А возле разреза на бедре жгло, будто он и сейчас ее там касался. Сигарета медленно тлела в пальцах — девушка так и не сделала ни одной затяжки. Левая рука скользнула на грудь, сжимая округлость. Пальцы скользнули под ткань бюстгальтера, рисуя кружочки на тонкой коже. Движения отозвались теплом внизу живота.

Руби затушила сигарету, так и не закурив. Подняла вырез на юбке полностью оголяя ногу. Плавно провела дорожку от колена до красного кружева трусиков. Пальцами нежно погладила внутреннюю сторону бедра, отчего живот еще сильнее затянуло, а с губ сорвался прерывистый выдох. Девушка вспомнила его поцелуи на шее, грубые руки, сжимающие талию, а потом направляющие ее бедра в нужном ему ритме. Еще один выдох. Как наяву ощутила его присутствие, властный шепот на ухо, руки, сжимающие шею, грудь. Проникла под ткань трусиков, представляя пальцы Алекса на месте своих. Прогнулась в пояснице, когда, наконец, добралась до чувствительной точки. Мозг отключился, даря телу необходимую разрядку, посылая еще больше мыслей, возбуждая еще больше нервных клеток, превращая девушку в один большой ком желания.

Движения стали более рваные, быстрые, дыхание еще прерывистей, тяжелее. Стройные ноги сильнее раздвинулись. Спина выгнулась дугой, ожидая необходимое в данный момент наслаждение. Томный стон разрезал тишину кабинета. Было плевать, что Ева в приемной могла это услышать. Удовольствие, растекшееся внутри, было важнее всего, заглушало весь здравый смысл.

Пульсация крови в организме явно ощущалась, а расслабленность заполнила все тело. Девушка устало развалилась в кресле, прикрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Картинки близости с Алексом все еще мелькали в ее мыслях, посылая новую волну возбуждения, которую Руби целомудренно задавила. Облизнула потрескавшиеся губы, настраиваясь на работу.

Придвинула кресло к рабочему столу. Небольшой белый конверт привлек ее внимание — обычно почта приходила на ресепшн на первом этаже, потом отправлялась Еве, которая сортировала письма по важности. И то это было очень редким явлением — чаще всего ей писали на электронную почту.

Руби рассмотрела конверт: не вскрыт, обратного адреса нет, лишь инициалы Руби и адрес ее офиса. Девушка взяла нож для писем, отрывая клейкую ленту. Внутри обычный лист бумаги, сложенный втрое. Она развернула листок, из него на пол посыпались фотокарточки. Батлер напряженно застыла, рассматривая рассыпавшиеся фото на полу. Руби и Александр весело позируют около бассейна своего отеля на Пхукете. Вот она обнимает его и тянется поцеловать. На следующей они соединяют губы в поцелуе и Алекс улыбается, притягивая ее ближе.

Страх липкими щупальцами расползался по телу, сковывая движения. Руби лихорадочно собрала фото, спрятала обратно в конверт. Застыла, как каменное изваяние, осознавая, что кто-то, очевидно, знает их маленький секрет. Эти фото ведь были лишь у нее и Кинга. От этого стало не по себе. Девушка покрылась холодным потом, судорожно пытаясь продумать дальнейшие действия. Никаких требований и угроз в письме не было. Словно кто-то издевается над ней, показывая свое превосходство, заявляя, что он (или она) в курсе всего происходящего. И, в конце концов, берет часть ее жизни в свои руки, лишая выбора и свободы. А в мире нет ничего страшнее, чем потерять контроль над своей жизнью. Особенно, когда терять больше нечего. И Руби отлично подходила под эту категорию людей — она могла потерять только себя.

Батлер поставила локти на стол, положила голову на сцепленные руки. Ни одного решения в мыслях почему-то не появлялось. Лишь разрастающаяся паника и горячие слезы, оставляющие разводы на бумаге. Похоже, жизнь устроила действительно безвыходную ситуацию.

***

Дождь колотил по панорамным окнам небольшого светлого кабинета. Мужчина задумчиво крутил ручку в пальцах. Мысли сменялись одна за другой, мозг упорно анализировал ситуацию в лифте. Главный вопрос — для чего он это сделал? Почему просто не отодвинул ее подальше? Ситуация выходила из-под контроля каждый раз, как Руби оказывалась к нему непозволительно близко. А он, как маленький мальчик, позволял этому сумасшествию происходить. Это ведь ненормально. Психологи из каждого угла твердят о том, что это нездорово. Но как жить спокойно, когда земля уходит из-под ног от ее внимательного взгляда, от прикосновений и томных вздохов? Ответ так и не находился, а мысли лишь сильнее спутывались.

Алекс отбросил попытки понять себя. Выходило плохо. В голове так и крутилось то, как Руби выбежала из лифта. А до этого еще сотни раз отдалялась от него, уходила, убегала, выгоняла его. Почему? Почему Батлер все время отталкивает его? Боится? Но ведь раньше они уже были вместе, причем довольно долго.

Кинг покачал головой. Вряд ли это причина. Хотя их может быть несколько, а может и ни одной. Возможно, она просто равнодушна к нему. Тоже не то. Зачем тогда предложила провести отпуск вместе? Ради секса? Нет, тогда бы не водила его к мосту поцелуев, не соглашалась бы оставлять разговор до дома, а сделала бы это еще на острове. Да и ее реакция сегодня в лифте говорит в пользу того, что что-то она чувствует. Но что тогда происходит? Пожалуй, он, наконец, пришел к нужному вопросу. Что происходит и почему. Или он просто придурок, которому нравится качаться на эмоциональных качелях. И не просто качаться, а делать самое настоящее гребаное солнышко и при этом счастливо улыбаться каждой возможности побыть рядом с девушкой или прикоснуться к ней.

Алекс подхватил ключи от машины. Сунул телефон в карман. Все-таки хватит на сегодня работы и душащей атмосферы офиса. Да и погода не мотивировала, а скорее угнетала. Так что Алекс нашел кучу отговорок, которые заглушили чувство вины внутри. Сосредоточиться все равно никак не получалось. И как он с такой концентрацией построил многомиллионный бизнес? Интересный вопрос.

***

Руби выбежала из лифта, щелкая на кнопочку на брелке сигнализации. Машина, ждущая хозяйку на парковке со вчерашнего вечера, пискнула, привлекая ее внимание. Батлер приземлилась на водительское сиденье.

Да, она бессовестно сбежала посреди рабочего дня. Забрала конверт с фото и ушла. Нужно убрать их из офиса, чтобы кто-то случайно не наткнулся. Решение так и не приходило в голову. И единственное место, где она хотела сейчас быть — рядом с Энн.

Девушка провернула ключ в зажигании. Машина слишком громко загудела, затем замолчала. Батлер выругалась себе под нос. Попробовала еще раз завести старушку. Ничего не вышло. Руби устало опустила голову на руль. Сил злиться на жизнь не осталось. Да и вообще испытывать хоть какие-то чувства тоже.

Придется взять такси, раз малышка отказывалась вести девушку домой. Руби заблокировала машину, пытаясь понять, где же она в жизни так оступилась и за какие проступки теперь расплачивается. Точнее, не теперь, а всю жизнь. Сначала смерть родителей, потом Энн. Потом тяжелое расставание с Алексом и потеря всех друзей. Сейчас в личной жизни снова происходит бардак, а над головой нависла угроза потерять компанию.

Девушка вышла под дождь, который, словно издеваясь, начал лить с удвоенной силой. Руби прикрыла голову сумкой. Зачем брать зонт, если на парковке тебя ждет машина? А у жизни, как всегда, свои планы. Почему-то в последнее время Батлер буквально преследует дождь. Словно сама природа чувствует ее внутреннее состояние. Романтично звучит, да? По факту же просто год выдался дождливый.

Привычно громкий Нью-Йорк сейчас поражал своей тишиной — машин на дороге почти не было, люди не бежали к метро и остановкам, только шум дождя разрезал тишину большой улицы. Поймать такси сейчас будет не простой задачей.

Настроение стремительно летело еще дальше вниз с каждой минутой ожидания. Ни одного такси, лишь равнодушно проезжающие машины. Одежду уже можно было выжимать. Хотелось кричать, проклинать весь мир. Злость вернулась и ощущение безысходности вместе с ней.

Черный автомобиль, плавно обтекаемый мягкими линиями, затормозил около тротуара. Дверь открылась изнутри, откуда появилась голова Кинга. Алекс кивнул на пассажирское сиденье. Руби отрицательно помотала головой, отходя подальше от машины. Парень закатил глаза.

— Не заставляй запихивать тебя в машину силой! — проговорил Алекс, перекрикивая дождь.

— Я не сяду в твою машину! — включила самую неверную тактику — избегание.

— Отбрось гордость, Батлер. Ты промокла, заболеешь, кто будет следить за компанией? Ева, которая отвлекается на конфетки от твоего дружка? Или будешь следить за всем по скайпу? — подначивал парень. Руби заинтересовано повернула к нему голову. Алекс пожал плечами.

— Ну не хочешь, не надо. — расслабленно протянул парень, потянулся, чтобы закрыть дверь. Батлер закатила глаза.

— Ладно, ладно! — девушка села в машину, стряхивая с себя воду. Кинг ухмыльнулся, нажимая на педаль газа, когда она захлопнула дверь. — Про какие конфетки ты говорил? — Алекс рассмеялся, не отрывая взгляд от дороги. А Руби не могла оторвать глаз от него — руки сжимающие руль, уверенные движения. В голове всплыли сегодняшние воспоминания. Лицо покраснело. Кинг бросил взгляд на девушку, расплылся в улыбке. Такое чувство, будто он видел ее насквозь.

— Так ты будешь отвечать? — переспросила Батлер, отвлекая в первую очередь себя.

— Подумай своей прелестной головой, кнопка, — уклончиво ответил Алекс, сворачивая на нужную улицу. Руби задумалась, перебирая догадки. На лице возникло искреннее удивление, потом понимание.

— Ева подкорректировала мое расписание за конфеты? — Кинг кивнул, подтверждая ее теорию. — Но откуда ты об этом знаешь? — парень пожал плечами, загадочно улыбнулся.

— У меня свои источники. — Руби закатила глаза. К чему это притворное превосходство?

Машина затормозила у подъезда девушки. Она благодарно улыбнулась Александру, выпрыгивая из машины. Дождь потихоньку сбавлял обороты. Руби забежала в дом, мечтая скорее оказаться в тишине и тепле.

Уже возле квартиры заметила, что забыла сумку в машине Кинга. Сумку, в которой остались ключи от квартиры и телефон. Хорошо, что она оставляла запасные ключи консьержу. Но больше всего ее волновали не ключи. Главное, что было в сумке и сейчас находилось в машине Кинга — те фото. Краски отлили от ее лица, заставляя замереть на лестничной клетке. Уже привычное чувство страха сковало ее тело, отключая здравый смысл, включая панику и запуская калейдоскоп мыслей о людях, которые знали или могли узнать о этих фото. И круг лиц стремительно сужался до трех человек — сама Руби, Кинг и… Ева, которая могла проболтаться Стефану.

***

Алекс остановил машину, глянул на пассажирское сиденье, где еще десять минут назад была Руби. Заметил на полу сумку. Улыбнулся, вспоминая ее рассеянность. Странное тепло разлилось в груди, сменяясь неожиданной грустью. Вроде знаешь человека от и до, а он для тебя уже давным-давно чужой и, вероятно, является уже совсем другим.

Он поднял сумку, перекладывая ее на сиденье. Из нее выпал белый конверт. Кинг уже собирался убрать его обратно, но внимание привлек цветной уголок, торчащий из открытой бумаги. Алекс потянул за краешек фото, потрясенно замирая с фото в руке. Он и Руби счастливо целуются, она запустила руки в его волосы, притягивает его ближе, а он сжимает ее талию. Он просмотрел остальные фото из конверта. Брови сдвинулись к переносице, выдавая задумчивость на лице парня.

Глава 13

Нервный цокот каблуков по плитке разрезал тишину еще не заполненного людьми офиса. Руби напряженно сжимала ладони в кулаки, оставляя следы полумесяцев на коже. В мыслях же возносила молитвы о том, чтобы Кингу не стало известно о фотографиях. Почему-то очень не хотелось ставить его в известность, заставлять читать договор, рискуя самой остаться на улице.

Девушка не была уверена в том, что он уже на месте, но сидеть в своем кабинете она просто не могла. Руби прибрала все ящики в своем столу, перебрала документы, черновики. Залезла на верхние полки шкафов вдоль стен. Выпила кружку кофе. Или пять. Сейчас она вряд ли вспомнит, но вот трясущиеся руки, излишняя напряженность в теле выдавали переизбыток кофеина в организме. Но на это совершенно все равно, когда на кону стояла не только репутация, но и жизнь в целом.

Руби толкнула дверь приемной Кинга. Секретарши на рабочем месте не было. Она прошла дальше, открывая его кабинет. Оказалось не заперто. Девушка вошла внутрь, застыла на месте, наблюдая за тем, как Александр спал, развалившись в кресле, сложив руки в замок на животе. Руби склонила голову в бок, засмотревшись на него.

Знакомая сумочка на столе привлекла внимание, словно шепча ей «хватай меня и уходим!». Батлер помедлила, переступила с ноги на ногу, обдумывая дальнейшие действия. Будить Алекса не очень хотелось, как и узнавать о том, известно ли ему что-то или нет.

— Чего застыла, Батлер? — мужчина приоткрыл один глаз, рассматривая мгновенно покрасневшую Руби.

— Как ты узнал, что это я? — поинтересовалась девушка, подходя ближе.

— Только тебе позволено врываться без стука, — Руби еще сильнее покраснела, повела плечами, скрывая неловкость. Да, было неловко это слышать после того, что между ними происходило.

— Не смущайся, кнопка. Ты забыла у меня сумку, — Алекс кивнул на лежащий аксессуар женского гардероба.

— Да, — единственное, что смогла выдавить из себя девушка. Нервно взяла сумочку со стола, вглядываясь в лицо Кинга. Все как всегда. Он ничего не знает? Видимо, так и есть. Руби мгновенно расслабилась, напряжение спало. Девушка развернулась, чтобы уйти, но уже около двери на запястье опустилась теплая рука. Он всегда заставлял смотреть на себе только через этот жест, каждый раз вызывая этим действием мурашки.

— Что-то еще? — Батлер подняла бровь, бросив ему вызов.

— Почему ты сказала мне уйти? — вопрос, заставляющий замереть. Впасть в ступор, потому что ответа не было даже у Руби. Алекс вглядывался в уставшее лицо девушки, пытаясь отыскать там необходимые ему ответы, но там лишь непроницаемая стена. — Помнишь, на острове ты спросила меня о том же, а я честно тебе ответил? — Руби закрыла глаза, пытаясь сбросить это наваждение, уйти от этих вопросов. От встречи, зашедшей не на ту дорогу.

— Я не могу ответить, Алекс, — жалобно пискнула девушка, вырвав руку из стальной хватки, но этим делая только хуже и оказываясь оказывается ближе к нему. Мужчина шумно вдохнул, откровенно наслаждаясь запахом дорогого парфюма девушки. Бабочки радостно подскочили со своих кроватей, отключая рычаги, отвечающие за разум.

— Нахрен все! — Руби подалась вперед, разворачиваясь вплотную к нему. Все-таки вырвала руку, сумочка полетела на пол, фотографии рассыпались веером по ковролину. А ей все равно. Она притянула его к себе за шею. Впилась в давно желанные губы поцелуем, стирая подчистую все свои страхи, ужасы и мнения. Есть только он, она, их страстно сплетающиеся губы. Есть только момент. Момент, переворачивающий жизнь.

Дыхание прерывалось, губы искусаны до крови от желания. Прошла всего неделя, а по ощущениям целый год. Зачем думать о чем-то важном, если можно отдаться моменту без сомнений? Затем, что в любую минуту может зайти любопытная особа, бегающая за начальником.

— Мистер Кинг?! — громкий возглас с порога подействовал отрезвляюще. Они отпрыгнули друг от друга, будто от удара током. Хотя в контексте чувств так оно и было. Руби повернулась лицом к двери, Алекс последовал ее примеру. Каково же было их удивление, когда на пороге показалось растерянное лицо девушки из ресторана. Блондинка обиженно надула губы, переводя взгляд с Руби на Алекса и обратно.

Руби едва сдерживала смех от абсурдности ситуации и нервного напряжения. Батлер пытается не рассмеяться. А смех просился наружу отнюдь не радостный.

Девушка, сорвавшись, тут же выбежала за дверь, Алекс повернулся к Руби, в поддерживающем жесте сжав предплечье. Девушка подняла серьезный взгляд изумрудных глаз, полыхающих злостью, на него.

— Похоже, что я не единственная, кому можно входить без стука? — язвительно заметила она. Кинг уже приоткрыл рот, намереваясь начать оправдываться. — Догони ее и сделай так, чтобы она держала рот на замке. — угрожающе проговорила Батлер, наклоняясь, чтобы собрать фото с пола. Алекс прикрыл глаза, на секунду задумавшись, но, так и не произнеся ни слова, вышел за дверь вслед за блондинкой.

Батлер быстро заснула карточки в конверт, застегнула сумку, ругая себя за слабость, за поддакивание своим эмоциями, Кинга за беспечность, саму себя за то, что купилась на его слова, и еще раз его за пригретую на шее блондинку!

Девушка шумно выдохнулся, поклявшись самой себе, что больше никогда не поведется на его уловки, никогда не поддастся своим эмоциям рядом с ним, буквально выжигая эти слова на своем сердце. Почему-то эти отношения приносят слишком много боли, а так быть не должно.

Батлер поднялась с пола. Запрокинула голову наверх, пытаясь загнать обратно подступающие слезы, постепенно успокаиваясь. Он все-таки свободный человек. А она сама его бросила. Да, это действовало отрезвляюще. Александр — свободный человек и ничем ей не обязан. Так же, как и она ему.

Девушка скользнула глазами по потолку, все еще сдерживая слезы внутри. В глаза бросилась черная полукруглая вещь, смотрящая прямо на нее, раздражая своим мигающим красным огоньком, из-за чего сердце зашлось в бешеном ритме, вызывая огромный пласт паники и кошмара.

— Твою мать…

***

Алекс просто молился всем богам, чтобы эта маленькая любопытная девица не растрепала всем, что только что видела. Мозг все еще плохо соображал, то и дело, возвращая его в момент с Батлер. Он был не то, что удивлен, скорее, шокирован произошедшим.

Перепады настроения Руби уже не вызывали злости или бурю других эмоций. Алекс все чаще стал руководствоваться разумом, но при таких ситуациях, как эта, шестеренки в голове Батлер крутились лучше, как бы прискорбно это не звучало.

Парень остановился около зоны отдыха, когда светлая макушка в толпе привлекла внимание, бодро кивая в такт чьим-то словам. Кинг надеялся на то, что никому ничего до сих пор не известно, иначе он бы просто придушил эту девицу прямо здесь, потому что до конца жизни ругательства Батлер по этому поводу слушать не хотелось.

Там было «до конца жизни»?

— Мисс Смит, можно вас на минуту? — неожиданно вся компания разбежалась, оставляя одну Миранду посреди комнаты. Видимо, появление Кинга сотрудников немного пугало.

Миранда опустила глаза в пол, сцепив ладони в замок. Алекс сложил руки на груди, ожидая, когда она поднимет голову. Все-таки говорить глаза в глаза намного проще, чем объяснять важность молчания «в стену».

— Миранда? — обращение по имени подействовало, девушка подняла голову. А Алекс прикидывал возможное начало разговора. Только вот все способы были за гранью тупости и идиотизма. Да и как тут можно сосредоточиться на разговоре, когда память устроила целое слайд шоу поцелуя с Батлер?

— Ты ведь понимаешь, что говорить, сплетничать о том, что видела не стоит? — парень прищурился, словно хищник, выслеживающий добычу. Девушка поежилась, но кивнула.

— Поэтому ты не зашел ко мне на чай? — невинно спросила она, заставляя Алекса слегка опешить. Вот чего, а такого он не ожидал. Возможно, шантажа, сплетен по всему офису, но не этого. Мужчина моргнул, пытаясь подобраться к сути. Она серьезно?

— Я не думаю, что это нужно обсуждать. — он подошел ближе, оказываясь в нескольких сантиметрах от девушки. Обхватил ее предплечье, притянул ближе. — Если эта информация будет использована против мисс Батлер или меня, то я позабочусь о том, чтобы тебя больше не взяли ни в одну фирму, где ты обычно искала себе папиков. — угрожающий шепот раздался около ее уха. Миранда сжалась, будто пыталась испариться. Алекс небрежно оттолкнул ее.

— Ты все поняла? — жесткий взгляд очертил растерянное лицо девушки. Она еле заметно кивнула.

***

— Да тише ты, нас же поймают! — Ева шикнула на подругу, когда Руби уронила связку ключей на пол. Батлер смерила ее серьезным взглядом, призывающим заткнуться.

— Мне ведь было так хорошо жить на деньги бабушки! — почти плача прошептала Ева, выглядывая из-за угла. Руби подтолкнула ее в спину, призывая к действию. Девушка скорчила недовольное лицо, направляясь к кабинету охраны. Руби наблюдала за ней, уже проклиная себя за разработку этого плана. Ну вот кто же дернул ее, а? Конечно, страх. Причина наших действий, или не действий, всегда кроется в обычном слове из пяти букв.

Вот и Руби надоумила Еву отвлечь охрану, пока она сама проберется в комнату и удалит запись. Дожили. Владелица многомиллионного бизнеса пробирается в помещения собственного офиса. А все потому, что она не умела сдерживать свои эмоции при виде напыщенного индюка. Почему-то вспомнилось то, как он ушел за этой блондинкой. Интересно, между ними что-то было?

Батлер тряхнула головой, когда Ева незаметно махнула рукой, отводя охранника в сторону. Руби сняла с себя туфли, взяла их в руки. Тихо прокралась к двери, воровато оглядываясь по сторонам. Вот будет смешно, если сейчас вернется охранник или кто-то просто пойдет мимо. СМИ будут праздновать этот день еще очень долго — Руби Батлер крадется по своему офису, что она скрывает?.. или кого?

Просто отлично.

Руби вошла в темное помещение, несколько мониторов давали немного света, которого было достаточно для того, чтобы ориентироваться в пространстве. Батлер, конечно, не хакер, но удалить запись с серверов вполне могла. Девушка приблизилась к компьютерам, нашла резервную папку, на мгновение отвлеклась проверить камеру на посту. Никого. Руки судорожно тряслись, сердце бешено стучало, грозясь разорваться от переизбытка адреналина. Руби щелкала кнопками мыши, удаляя нужные ей временные отрезки: вот она входит в кабинет Кинга, вот забирает сумку, неожиданно они целуются.

Палец почему-то так и не опустился на заветную кнопку удаления. Руби засмотрелась на то, с каким чувством она прижималась к нему, переплетая их языки. Тело мгновенно бросило в жар, щеки покраснели, выдавая нахлынувшее возбуждение. Девушка закусила губу, чтобы хоть как-то держать себя в реальности, не поддаваясь страхам.

Руби стряхнула с себя эти мысли, возвращаясь к реальности и удаляя запись, а за ней стирая еще одну, где она крадется к двери. Кинула взгляд на монитор, оценивая обстановку снаружи. Чисто.

Надела туфли, теперь все выглядело так, будто она вошла в комнату, ища охранника, которого на месте не оказалось.

Руби выглянула в щелочку приоткрывшейся двери, осматривая обстановку. Никого. Снова воровато огляделась, когда вышла из маленького кабинета.

Неожиданно для нее. И для человека, идущего по коридору мимо поворота. Руби влетела в молодого человека и, пошатнувшись, чуть не упала. Но сильные руки в мгновение прижали к себе, не давая свалиться на пол. Батлер подняла глаза, с желанием извиниться, а в итоге попала в омут. Кто-то узнает по шагам, а кто-то по глазам. Вот и она его узнала. И узнала бы из тысячи других. Только Алекс мог так смотреть на нее: напущенная серьезность поверх огромного желания прижимать ее к себе весь день. И плевать на правила. Плевать на всех.

Батлер неловко отстранилась, поправила юбку.

— Извини, — Алекс неловко откашлялся, рассматривая ее растрепанный вид.

— Бежала от поклонника?

Руби распахнула глаза в удивлении, поджала губы, сдерживая желание послать его в далекое путешествие, куда обычно приличные леди не посылали.

— Кое-кто не обеспокоился отключением камер в своем кабинете! А я исправляла одну ошибку, чтобы она не стала достоянием общественности, пока ты бегал и успокаивал свою блондиночку! — как на духу произнесла девушка, поражаясь своей открытости. И зачем ему было знать это? Она-то в своем кабинете даже и не устанавливала камеры.

— Кто же знал, что Руби Батлер снизойдет до поцелуя со мной в моем кабинете? — язвительно заметил парень, складывая руки на груди.

— Вы еще объявление об этом развесьте! — прошипела возникшая из ниоткуда Ева. Руби удивленно перевела взгляд на подругу, согласно кивнув. Хоть сейчас и хотелось колотить Кинга со всех сил кулаками за то, что вел двойную игру. Девушка кинула на него злой взгляд, точно ставя таким способом точку. Хватит. Надоело. Постоянный бег друг к другу и обратно. Разве можно так жить?

Ева взяла подругу за локоть, уводя в сторону кабинета.

— Знаешь, Руби, с появлением тебя в моей жизни, она стала намного интереснее. Никогда не знаешь, когда на тебя свалится управление компанией или вылазка в охранный пункт. — ехидно произнесла Ева, наблюдая, как Руби закусила губу, сдерживая улыбку. Девушка тыкнула ее локтем в бок, отчего Батлер все же залилась громким смехом. Это и правда выглядело абсурдно, но жутко весело.

Ева толкнула дверь в приемную, заливисто смеясь от рассказа Батлер. Резко остановилась, когда заметила девушку в приемной.

— Здравствуйте, я могу чем-то помочь? — мгновенно переключилась на деловой режим Ева. Девушка повернулась, а брови Руби полетели вверх, когда она ее узнала.

Глава 14

— Кинг, ты просто идиот! — прикрикнула Иви на удивительно спокойного Алекса: мужчина спокойно перебирал документы на столе, изредка иронично выгибая бровь в сторону разошедшейся подруги. Вот уже десять минут, как она узнала, где, как и что он делал здесь, а после в отпуске. А главное, с кем. Хотя с другой стороны, все встало на свои места. Неожиданный отпуск, покупка новых акций неизвестной им до этого момента компании, и задержка Кинга в другой стране. Надо ли описывать удивление девушки? Шок. Неверие. Злость.

— Ты не права, — тихо заявил мужчина, откинувшись на спинку кресла.

— И в чем же?

— Я не идиот. Я стратег.

— Как все сложно, — Иви обессиленно опустилась на кресло напротив рабочего стола друга. Конечно, она никогда не была против Руби. Но навсегда запомнила состояние лучшего друга, когда та ушла. А еще больше помнила его настроения рядом с девушкой. И сейчас перед ней сидел не просто Алекс, а почти счастливый Алекс — блеск в глазах, не сползающая с лица ухмылка, уверенные движения и собранность. Давно она не видела его таким увлеченным. И с одной стороны, вроде бы надо за друга радоваться, а с другой, вдруг Руби снова причинит ему боль?

— Пять лет назад ты сначала прятался от меня, как школьник, а потом сказал, что впервые в жизни влюбился по уши. Месяц назад ты позвонил мне и сказал, что влюбился снова. И это оказалась одна и та же девушка. А сейчас ты мне говоришь, что привел какую-то другую на обед, чтобы позлить? Алекс, я начинаю сомневаться в наличии у тебя мозгов. Такое чувство, что тебе не тридцать два, а пятнадцать и у тебя бушуют гормоны!

— Гормоны у меня и, правда, бушуют при виде ее, — съехидничал мужчина, оторвавшись от бумаг.

— Ты вообще в своем уме?

— Вполне.

— Оно видно.

— Иви, я очень рад тебя видеть, но, пожалуйста, я сам разберусь в своей личной жизни. Если я что-то делаю, то не просто так. Я умею думать, — сказал, как отрезал. Иви стушевалась под строгим взглядом мужчины, будто осознав, что и правда перешла черту. — Лучше расскажи, чем вы занимались после того, как встретились. — Кинг же, заметив выражение лица подруги, смягчился.

— Она предложила мне чай, так странно было ее видеть, будто призрак из прошлого, — мужчина ничего не ответил, лишь согласно кивнул. — Прошло ведь целых пять лет, Алекс, это не так мало. — еще раз добавила девушка, пытаясь воззвать к его разуму. Одно дело — курортный роман, совсем другое оставаться в чужой стране ради того, чтобы быть рядом.

— Так, значит, ты уже попила чай и я могу не предлагать? — мастерски перевел тему Кинг, не обращая внимания на нравоучения подруги. Хватит. С него хватит. Однажды ему уже сказали, как жить и ему не понравилось. Теперь он сам выбирает свой путь, свою судьбу или что там есть еще. Ведь каждый человек лучше знает, как прожить ему его жизнь. Следовать за сердцем.

Иви осуждающе качнула головой, но промолчала. В конце концов, он взрослый мужчина. Пусть делает, что хочет. Но платки и виски она подавать ему больше не хотела.

Правду, говорят: влюбленный мужчина головой не думает.

***

Вот уже десять минут Руби непрерывно смотрела в стену. Лицо — непробиваемая маска, через которую ни одна эмоция не проглядывалась, а в душе целый ураган. Почему все происходило именно так, именно сейчас? В самый неподходящий момент из всех.

Ева притихла в углу, пытаясь предугадать чувства, дальнейшие действия подруги. Что может сделать разозленная, хотя нет, растерянная Руби? Обычно Батлер всегда была собрана, всегда знала, что делать и как, а теперь? Ни одной эмоции, как робот.

— Виски, — прошептала девушка, кажется, впервые за долгое время моргнув моргнув. Ева непонятливо наклонила голову.

— Что?

— Мне нужен виски! — чуть громче повторила девушка, наконец, оторвав от подбородка сцепленные руки. Ева подорвалась к барному столику, уже через секунду поставив перед подругой наполненный стакан. Руби залпом осушила его, со стуком поставила обратно. Краски мгновенно вернулись к лицу вместе с обжигающим чувством в горле.

— Ну как?

— Получше, можно работать, — отчеканила девушка, открыв планшет. Ева удивленно хлопнула ресницами.

— Не хочешь поговорить? — тихо спросила Ева, забрав бокал. Батлер качнула головой, принявшись выписывать что-то в ежедневник, упорно делая вид, что Евы нет рядом.

— Нет? Тогда я скажу или это только мне показалось странным? Ты ходишь, как в воду опущенная уже несколько дней, тут заявляется твоя старая подруга, и ты словно сама гостеприимность. Но ты не думала о том, что ей все известно, а это может вылиться против тебя, Руби? Не думала, почему она здесь появилась? — нескончаемым потоком выплеснула Ева на едва успокоившуюся подругу. Руби несколько раз моргнула, рассматривая девушка. Мотнула головой. Она и правда об этом не думала. А сейчас задумалась. Но совсем не об этом. Что если те фотографии были совсем не от тех, на кого она думала? Иви ведь здесь не было, они не общались, Руби даже не рассматривала ее кандидатуру для подозрений. Но что если это была она?

Батлер все-таки бросила их всех тогда, а сейчас Алекс снова здесь, они снова в этих сетях своей созависимости, чем не причины? В жизни ведь нужно быть готовым ко всему?

— Нет, Ева, она самый светлый и добрый человек, которого я знала. Иви бы так не поступила. — отбила девушка, непонятно, кого убеждала в этом больше — себя или Еву.

— Жизнь бывает жестока. Александр ее хороший друг. Все могло измениться. — почти шепотом возразила Ева. И была права. Руби ничего не ответила. Просто потому, что нечего было отвечать. На правду не обижаются. Правду не оспаривают. С ней соглашаются, либо молчат. Вот и Батлер молчала. Все могло измениться. Все могли измениться.

— Ладно, если ты в ней так уверена, — отозвалась Ева, выходя за дверь и оставляя Руби в одиночестве. А не она ли всему виной? Могла ли подруга с ней так поступить? Насколько в этом мире можно было доверять людям? Можно ли вообще?

Руби устало опустила голову на руки. Тяжело жить в неизвестности, делать того, чего не хочешь. Желать того, чего нельзя. Быть заложником собственных правил, принципов, выводов. Почему нельзя быть просто свободным от предрассудков, мнений, мыслей, страхов, просто делать, просто жить.

Как бы ей хотелось сейчас, чтобы проклятый Кинг вошел сюда, взял за руку и, наплевав на всех, просто увез. Чтобы они проводили все время вместе, догоняя те пять лет, что потеряли. Но это ведь невозможно. Словно звезда где-то в космосе — недосягаемо, далеко и невозможно. Можно ли безропотно следовать за сердцем или все-таки нужно думать головой? Она не знала. Казалось, все то, что Руби знала, годами возводила в себе, сейчас рушилось, поддавалось сомнениям, пересматривалось. Тяжело менять то, с чем жил большую часть жизни. Но обычно никто не спрашивал, если приходило время поменять мышление. Все происходило само собой, через рост, через боль, через любовь.

Мысли прервал короткий стук в дверь. Девушка вздрогнула, подорвавшись в кресле. Нацепила дежурную улыбку и непроницаемую маску. Все как всегда. Все как обычно.

— Войдите, — в дверях сначала появился букет, затем показалась Ева, едва держась на ногах из-за множества красных роз в крафтовой обертке. Секретарша, запыхавшись, со стуком поставила цветы на рабочий стол начальницы, театрально вытерла пот со лба.

— Только что принесли, сказали отдать лично в руки.

— От кого? — Ева пожала плечами, указала на прикрепленную записку, вышла. Решила, что доставать подругу расспросами сейчас не время, сдерживая свое любопытство. Все-таки Ева бывала тактичной и спокойной, понимала, когда нужно отступить, а когда, наоборот, надавить, чтобы человеку было проще поделиться, рассказать о чем-то. Ведь когда произносишь проблемы вслух, то они уже не кажутся столь ужасными. Человеку всегда нужен человек. Когда рядом близкие, то и проблем нет. Все они кажутся пустяковыми и легко переживаемыми. Другое дело, когда этих близких друг за другом приходится подозревать.

Руби с любопытством оглядела букет, вдохнула аромат свежих роз. На лице нарисовалась лёгкая улыбка. Батлер потянулась к записке, сгорая от любопытства.

«Они такие же прекрасные, как и ты. Надеюсь, однажды наш ужин станет не только дружеским»

Руби ухмыльнулась. Приятно. Букет от Стефана. Даже неожиданно. Насколько же она его заинтересовала, что он и на обед сводил, и ужин хочет, и букет принес? Или не она, а ее положение? Увы, такова была реальность, приходилось многих подозревать, проверять и многим отказывать, по причине того, что им нравилась не Руби, а то, что она могла им дать. Такой образ жизни, к сожалению, к доверию не слишком располагал.

Девушка еще раз вдохнула сбивающий с ног запах цветов, едва ли не обняв букет. Ладно уж, какой бы ни была мотивация Стефана, цветы ее радовали. Алекс никогда не дарил ей красных роз. Считал это банальным. Да и никогда не надеялся на ее одобрение или авось когда-то согласится. Он просто действовал. Без цветов, красивых слов. Помогал, поддерживал, был рядом, узнавал ее, интересовался, считал самой красивой, невозможной, единственной и любимой. И все это было видно в его взглядах, прикосновениях, поцелуях. Таких, в которых не сомневаешься, не теряешься, в которых отдаешься моменту, любишь, спешишь. Таких, в которых все на грани безумия и реальности. Оттого они и были самыми запоминающимися, горячими и невозможными. Он сам был невозможным, но ее. Она была невозможной, но его. Без лишних слов, высокопарных речей и пустых обещаний. Нет, слова, конечно, были. И много. От них обычно Руби краснела по самые уши, а потом с огромной страстью набрасывалась на него.

Руби выругалась, оторвавшись от букета. Вот ведь! За ней ухаживал хороший парень, а она вспоминала о бывшем, с которым вообще ничего быть не может. Ни одна бабочка внутри не радовалась этому знаку внимания, ни одна даже не подняла головы оценить масштаб, ни одной не стало интересно. Они словно прикипели к одному человеку, связали ее с ним. Зачем? Когда ее уже отпустит? Когда между ребрами перестанет щемить от невозможности быть с ним? Когда она вдохнет полной грудью счастье, свободу от чувств к нему? Когда? Если такой день настанет, то Руби занесет его в праздничные. Руби одновременно хотелось и свободы от чувств к Алексу, и его в своей жизни. Всего и сразу. Почему они не могли разойтись, либо сойтись окончательно? Хороший вопрос.

Дверь хлопнула. Руби смахнула слезу с щеки, натянула дежурную улыбку и привычную непроницаемую маску. Ни одной эмоции, ни единого блеска в глазах. Никто бы и не догадался о ее мыслях. Чистый лист. Пустота.

Как по заказу от вселенной. В кабинет легкой походкой вошел Алекс. Нарочито расслабленный, с привычной ухмылкой, которая едва заметно дрогнула при виде Руби, что наполовину скрывалась за букетом. Она не сразу подняла голову, что бы его рассмотреть. Зато Алекс внутренне зашелся самодовольством. Он никогда не дарил ей красных роз. Руби терпеть их не могла. Да, красиво, можно полюбоваться, но, по ее мнению, стандартный набор. В этом их мысли совпадали, поэтому его букеты в основном те, что отражали девушку. Нежные лилии, эустомы, пионы. Ему нравилась ее улыбка, а Руби его власть над ней. Так и нашли друг друга. Не спрашивая. Не добиваясь. Просто беря то, что принадлежало друг другу.

— Решила открыть цветочный? — подал голос мужчина, протягивая папку с документами девушке. Руби вздрогнула, ладонь с черной ручкой застыла в сантиметре от бумаги. Батлер тряхнула головой, будто собираясь с мыслями. Как чувствовал, что нужно было зайти именно сейчас. Зачем?

— Да, в жизни нужно пробовать что-то новое, не считаешь? — девушка подняла голову, двусмысленно ухмыльнулась, отчего Алекс даже растерялся.

— О да, особенно в постели, — теперь пришла очередь Руби теряться от столь бестактного поведения.

— Извращенец.

— Наверное, это передалось укусом от тебя, — развеселился мужчина, поудобнее устраиваясь в кресле напротив Руби. — А если без шуток, то нам следует поговорить о содержимом твоей сумочки, — неожиданно серьезно проговорил Алекс, не отрывая взгляда от застывшей Руби. Все внутри нее одновременно замерло, перестало работать. Одно лишь сердце гулом отдавалось в ушах. Ну почему? Зачем?

Девушка чинно сложила руки на стол, немного подалась вперед, настроившись на разговор. Может, он имел ввиду сигареты? Наивно, но надежда всегда умирала последней.

Глава 15

Девушка чинно сложила ладони на стол, немного подалась вперед, настроившись на разговор. Может, он имел ввиду сигареты? Наивно, но надежда всегда умирала последней.

— Ты о сигаретах? — глупо спросила девушка, скрестив руки в замок. Губы Алекса тронула легкая усмешка. Знал, что она будет играть до последнего и ничего не скажет. Но и он просто так сдаваться не собирался.

— С чего бы мне переживать о сигаретах? Мне наоборот, нравилось, когда запах твоего парфюма перемешивался с никотином, — ухмыльнулся Александр, подавшись вперед.

— Ну, не знаю, там больше ничего такого секретного и страшного не было, — улыбнулась Руби. Дежурная улыбка. Такая, какую она обычно дарила партнерам, клиентам и сотрудникам. Та же улыбка, которой она одаривала того напыщеного студентика Стефана в кафе. Конечно, он уже давно не был студентом, но Алекса он настолько раздражал, что парень его на дух не переносил. Вот и придумал прозвище. Правда, использовал его только у себя в голове. Ревность ли это или просто раздражение? Он не знал. Но Стефан ему не нравился. И то, что тот крутился около Руби тоже не нравилось. И очень.

— Руби, не строй из себя дурочку. Мне даже обидно, что тебе приходится играть эту роль.

— Играю же я, а не ты.

— Мне нравится, когда ты не притворяешься.

— Я и сейчас не притворяюсь.

— Руби.

— Александр?

— Скажи мне правду, пожалуйста. Зачем тебе эти фото? — Руби поджала губы, но продолжала открыто и прямо смотреть. Бровь слегка изогнулась. — Собралась повесить над кроватью и мечтать обо мне? — Кинг откинулся на спинку кресла, постучав пальцами по колену. Голубые глаза внимательно следили за каждой появляющейся эмоцией на лице девушке. Правда, она их хорошо скрывала. Если бы не промелькнувший в глазах страх, он бы поверил. Но слишком хорошо ее знал. Знал, как она выглядит, когда ей страшно: тупит взгляд в сторону, поджимает плечи, нервно поправляет волосы. Конечно, за годы ведения бизнеса Руби научилась себя контролировать, но сейчас… сейчас ее маска дала трещину.

— Собиралась сжечь, — мужчина рассмеялся, чуть запрокинув голову. Руби тряхнула головой, скрывая улыбку. Когда-то за ее острый язычок он в нее и влюбился. Ей всегда было что ответить на его странные шутки, было чем поддержать разговор.

— Хватит, откуда они у тебя? — снова неожиданно переменился. Вот только что смеялся, обнажив зубы, а теперь абсолютно серьезно смотрел на нее, с плотно поджатыми губами.

Сдаться или продолжать играть? Что ему известно? Известно ли что-то вообще? Может, она и вовсе надумала что-то своей прелестной головой? Был ли реальный риск?

Руби сощурила глаза, разглядывая Кинга, будто бы пыталась прочесть его мысли и мотивы.

Так хотелось рассказать ему все. Без утайки. Без страха. Просто взять и выложить все, что лежало грузом на душе. Но нет. Она не могла. Не могла разглашать договор. Не могла делиться своей слабостью. Не могла искать поддержки в нем. Не потому, что не хотела, а потому что боялась. Это значило потерять контроль, которого в последнее время в ее жизни и так было мало. И от этого внутри разливалось горькое, противное, ядовитое чувство беспомощности и одиночества.

— Захотела оставить в памяти хорошие моменты жизни. Осуждаешь? — Руби едко выгнула бровь в оборонительной позиции. Считала, что лучше нападать, чем защищаться.

Александр недобро прищурился, явно не поверив. Возможно, что-то знал. Но решил опустить тему. Кто знал, куда их завел бы честный разговор?

— Тебя я никогда не осуждал, — легко качнул головой Кинг, Руби удовлетворенно расслабилась. Отступил. Надолго ли? Может, это отступление только для того, чтобы потом наброситься с еще большей силой? Что за игру он вел?

***

Руби и Александр одновременно вышли в приемную, ведя неспешный разговор ни о чем. Хотя это даже разговором было трудно назвать. Так, заполнение пустоты и неловкой тишины.

Какого же было удивление, когда на их глаза попались две очень громко смеющиеся девушки. Ева и Иви весело хохотали, развалившись на диванчике для ожидания.

Руби недоуменно приподняла брови, сложив руки на груди. Алекс усмехнулся — было интересно, как поведет себя Батлер в такой ситуации. Включит начальницу или спустит это подруге с рук?

— Что здесь происходит? — спокойно поинтересовалась Руби. Ева подпрыгнула на месте, подскочила с дивана в мгновение ока, подлетела к подруге, отведя ее в сторону.

— Сегодня мы идем в клуб! — словно заговорщица прошептала Ева на ухо Руби, сжав ее предплечье. — А еще берем с собой его и Иви! — как бы невзначай обронила девушка, удерживая Руби на месте. Все внутри Батлер будто оборвалось. Одно дело пойти туда с Евой. Другое, с давно забытой подругой и непонятно кем. Именно непонятно кем, потому что Кинг им и был. Ни парень, ни друг, ни муж. Кто-то, кто заставлял бабочек в животе сходить с ума каждый раз, как оказывался рядом. И все тут.

— Ну нет!

— Ну да!

— Ева!

— Руби! — воскликнула девушка, привлекая внимание Александра и Иви. Они одновременно развернулись в сторону подруг, оторвавшись от разговора. Руби поправила волосы, делая вид, что не заметила их внимания. — Почему мы не можем хотя бы один вечер провести в хорошей компании? Она, правда, замечательный человек. Он красавчик, который, к тому же, тебе нравится. И не делай вид, что это не так. Я прошу всего один вечер. Потом вообще тебя никуда вытаскивать не буду, сиди на работе целыми сутками! Ну, пожалуйста! — Ева состроила умилительную гримасу, словно кот в сапогах. Руби нахмурилась, обдумывая предложение. С одной стороны, очень хотелось пойти. Не только из-за Алекса. Из-за него, как раз не хотелось. Обычно в его присутствии она теряла контроль, буквально плавилась от прикосновений и откровенных взглядов. Когда-то Руби мечтала о том, чтобы на нее так смотрели, а сейчас это ничего ей не давало, кроме боли между ребер от того, что они не могли быть вместе. Может, и правда, пора было принять свои чувства. Да, они не могли быть вместе. Но чувствовать ведь ей никто не мог запретить?

— Ладно, — сдавшись, кивнула Руби. Алекс, уже видимо посвященный в их план, победно ухмыльнулся. Вечер обещал быть интересным.

***

После утомительного рабочего дня совершенно не хотелось никуда идти, но пришлось. Кровать дома так и манила лечь и уснуть крепким сном до следующего утра. Но вместо этого Руби натянула на себя вечернее мини-платье с открытой спиной. Ярко-синее, на тонких лямочках и квадратным вырезом, оно подчеркнуло все, что можно было и все, что нельзя тоже. На губах красовалась привычная алая помада. Они словно шли комплектом. Настолько сильно Батлер любила этот цвет на губах. И теле Алекса… вот ведь ассоциации, а всего лишь помада.

Руби была готова придушить Еву за этот навязанный вечер в самой отвратительной компании, которая могла только собраться. Правда, отвратительной она была исключительно из-за своей неловкости. Она не общалась с Иви пять лет. С Алексом творилось не пойми что. Какое уж тут расслабление и удовольствие от отдыха? Но она все равно дождалась Еву, которая заехала за ней в половину восьмого вечера на такси, чтобы никто не остался трезвым. Отдых не отдых, если прошел без рюмки — это придумала Ева и апеллировала этим каждый раз, когда Руби отказывалась от выпивки.

Девушки одновременно вошли в помещение, заполненное люди, громкой музыкой и постоянно мигающим светом, бьющим по глазам. Руби почти сразу направилась на небольшой балкон, отчаянно хотелось свежего воздуха и немного тишины. Алекса и Иви все еще не было, поэтому Руби ничего не теряла. А если бы и были, то потери тоже оказались бы не совсем страшными.

Поток холодного осеннего воздуха подействовал отрезвляюще, ворвавшись в легкие, как спасение. Здесь никого не было. Кроме шикарного вида на ночной город — машины в потоке куда-то спешили, люди торопились домой. Всех ждала рутина и привычная суета. Так же, как и ее. Дом, работа, дом, работа. Отчеты, совещания, сделки. Все живут обычно, просто рутина у всех разная.

— Не замерзла? — до девушки донесся шепот, который она меньше всего хотела услышать. Спиной чувствовала, как он подходил ближе. Зачем он все усложнял? Руби оставила этот вопрос без ответа. И свой. И его.

Мужчина накинул на хрупкие плечи, покрывшиеся мурашками свой пиджак. Девушка легким движением закуталась в него еще сильнее. Была бы его воля, не спрятал бы красивую спину под одеждой, а смотрел бы вечно. А если немного спустить ткань синего платья, то в глаза бросилось бы тату, которое он так любил. Но, увы, осенние вечера обычно никого не щадили.

— Зачем ты пришел?

— А зачем ты согласилась на этот вечер?

— Думала, что это поможет мне отвлечься.

— Вот и я также.

— Помогло?

— Нет, — девушка тихо хмыкнула в ответ.

Слишком уж они были похожи. Где-то там внизу кипела жизнь, а они наблюдали за этим. Каждый погружен в свои мысли и у каждого они примерно об одном.

— Что ты скрываешь от меня, Руби? — охрипшим голосом спросил мужчина. Батлер дрогнула, слегка повернувшись к нему, снова чувствуя, как страх хватает за горло, прижимая к стене. И снова это желание выложить все, что накопилось.

— Почему я должна отчитываться перед тобой? — не защита — нападение. И судя по реакции, мужчина сразу это понял. Александр ухмыльнулся, повернувшись к девушке, положил руку чуть ниже ее талии.

Проникновенный шепот через несколько секунд коснулся уха девушки.

— Потому, что после всего, что между нами было, я думаю, что заслуживаю доверия, — нос Алекса на мгновение задержался около ее волос, вдохнув запах яблочного шампуня. Бабочки в животе сразу оживились, принявшись летать вокруг сердца, заставляя его биться чаще. Разве можно было так реагировать на другого человека?

— Это не значит, что я должна докладывать тебе обо всем! — возмутилась Руби, нахмурив брови.

— Нет, — согласился мужчина. — Это значит, что ты можешь прийти ко мне в любой момент и рассказать обо всем, что тебя тревожит.

Руби повернулась к Алексу лицом, столкнувшись нос к носу с ним. Изумрудные глаза пробежались по пухлым губам, острому носу, русым волосам, скулам и остановились на голубых глазах, мгновенно в них утонув. Когда-нибудь она точно сойдет с ума, смотря в этот бездонный океан. Отчаянно хотелось прикоснуться к нему, почувствовать.

Да, определенно можно было так реагировать на другого человека. Но только на него.

Кинг опустил взгляд на губы девушки, которые слегка приоткрылись, будто призывая к действию. Рука мужчины съехала еще ниже талии. Этого хватило, чтобы желание захлестнуло их обоих.

Кинг прерывисто выдохнул ей в губы. Одна рука сжала бедро девушки, вжав в себя. Другая зарылась в волосы на затылке, притянув ближе. Его губы накрыли ее, вымещая все мысли о правильности, о договоре и о том, чем все могло кончиться. Мир сузился до жадных касаний друг к другу, до прерывистых вздохов и желания. Огромного. Неуемного. Неудержимого. Будь они сейчас одни, то непременно уже были бы без одежды, даря друг другу наслаждение. Такое, которое могли получить только вместе. Только вдвоем. Только растворяясь друг в друге.

— Я могу целовать тебя так весь вечер, а могу остановиться и ждать, пока ты не расскажешь мне всего, — угрожающе прошептал Алекс, едва оторвавшись от девушки. Ему и самому было трудно сдерживаться. Особенно, когда в вырезе платье мелькало столько всего интересного, а его длина еле-еле хоть что-то прикрывала.

— Не переживай, я смогу жить без этого, — прошептала Руби, коснувшись его лица. Вторая рука медленно, дразняще очертила пряжку ремня. Пальцы, как бы невзначай, спустились вниз, заставляя мужчину прерывисто вдохнуть.

Батлер заглянула ему в глаза, которые тут же потемнели на несколько тонов. К сожалению, она не учла, что это обычно срывало крышу им обоим. Потому что в следующую секунду она потянулась к его губам, а он к ней. И правильно было бы остановиться, сбежать, но…

Но сейчас у них был лишь этот момент. Страстный поцелуй на балконе какого-то клуба, вопреки всем страхам, запретам и решении расстаться. Это было выше их, сильнее их чувств, сильнее их. Такому просто нельзя сопротивляться. В такое обычно прыгали с головой, тонули в этом безумии и наслаждались им. По-другому просто нельзя было. Именно поэтому он вжимал ее в себя. Именно поэтому она цеплялась за его плечи, притягивая ближе к себе. Распаляя, заставляя тело плавиться под этим напором, вытаскивая все потаенные желания наружу.

Вот только бывает так, что разум заглушает все остальное. И бедные израненные бабочки Батлер под его натиском сдались, укрылись в кокон, прячась от последствий.

Руби оторвалась от Кинга, сложив руки на груди. Красная помада размазалась по губам. И не только ее. Алекс облизнулся, удивленно рассматривая растерянную Руби. А внутри нее бушевал целый пожар. Хотелось снова притянуть его к себе, согреться в его объятиях, спрятавшись от целого мира. Но… нельзя. Она не могла рисковать своей жизнью ради него, не могла рисковать компанией, которую тетушка оставила на ее совести. Руби была ответственна за тысячи людей, причастных к ее бизнесу и инвестициям. Она не могла оставить это все просто так ради какого-то удовольствия.

Оттого мысль непрошенная, но такая громкая, действительно, удивила. Насколько все было бы проще, если сейчас она прыгнула с этого балкона? Ответственность исчезла бы. Глупые чувства к мужчине, к которому их нельзя было испытывать, тоже. Насколько проще стала бы ее жизнь, если бы ее самой не было?

— Я приду к тебе, Алекс. Если мне понадобится помощь. — это все, что Батлер смогла выдавить из себя перед тем, как убежать. Возможно, она не признавалась в этом даже себе, но помощь ей нужна уже сейчас.

Глава 16

Все началось с утра. С того момента, когда Руби начала перекладывать вещи в другую сумку. Сначала не было ничего примечательного: помада, кошелек, картхолдер, футляр для очков, ключи, а потом пальцы подцепили конверт. Тот самый. С фотографиями.

Она честно не хотела его открывать. Честно, не хотела смотреть на фото, вспоминать отпуск с Алексом, но все равно это сделала. Точно так же, как каждый раз падала в его объятия и целовала.

В памяти еще был свеж вчерашний вечер и поцелуй на балконе клуба. Он обещал помочь, если она попросит. Нужно ли было просить? Смогла бы показаться слабой?

Девушка встряхнула головой, спрятала конверт между книгами на стеллаже. Может быть, оттуда они перестанут жечь кожу и бередить душу.

Руби поправила волосы, подхватила новую сумку и вышла из квартиры, стараясь не вспоминать ни Алекса, ни фото, ни вчерашний поход в клуб. Это было в прошлом, а значит, у этого уже не было смысла. Но вопреки всему, хотелось снова притянуть его к себе, согреться в объятиях, спрятавшись от целого мира. Но… нельзя. Она не могла рисковать своей жизнью ради него, не могла рисковать компанией, которую тетушка оставила на ее совести.

Руби захлопнула дверь квартиры. Спустилась в лифте, впервые за долгое время ощущая, что она могла дышать спокойно. Сейчас почему-то стало все равно на фото, неудавшиеся отношения и остальные вещи. Нужно ведь меньше переживать о том, что еще не случилось, верно? Поэтому девушка вышла из лифта, проверила почтовый ящик на наличие рекламных брошюр или писем.

Сердце забилось быстрее. Еще быстрее, а потом рухнуло вниз прямо к ногам. Она что-то говорила про спокойствие? Стереть к черту. На дне почтового ящика лежал тонкий белый конверт.

Аккуратные пальцы дрожали так сильно, что едва удерживали письмо в руках. Руби сунула сумку подмышку. Оторвала ленту, задержав дыхание, вытаскивая содержимое.

Выдоха облегчения не последовало.

Это все еще были их фото из отпуска. Неужели они так много фотографировались там? Хватило аж на два письма.

Руби выдохнула. Прикрыла глаза, собираясь с духом. Тетушка всегда учила мыслить хладнокровно. Сначала разум, потом чувства.

Кажется, настал момент, когда скрывать все это стало уже невозможным.

***

Конечно, она не надеялась на свои детективные способности. Их просто не было, но ложь она чувствовала хорошо. Тем более, что в кабинете собрались некогда близкие для нее люди: Ева, Александр и Иви. Игнорировать приезд последней она не могла.

Руби, скрестив руки перед собой, мрачно оглядывала собравшихся. В груди клокотал страх. Может быть, она сошла с ума и теперь просто тащила за собой других? Тогда, может, стоило обратиться к врачу, а не доставать всех своими подозрениями?

— Ты нас позвала, чтобы полюбоваться? — иронично спросил Алекс, бесстыдно опустошая бар Батлер.

— Ты о себе слишком высокого мнения, красавчик, — отозвалась Ева. Иви тихо прыснула, мягко глянув на некогда близкую подругу.

— Что-то случилось? — тихо спросила Иви. Руби покачала головой. А что говорить? Я подозреваю тебя в шантаже? Смешно. Даже Ева при всей присущей ей безуминке повертела бы пальцем у виска.

— Я собрала вас тут, потому что вы единственные, кому я хоть немного могу доверять.

— Я польщен, — ухмыльнулся Кинг. Руби строго глянула на него, пытаясь собрать все мысли в единую линию. Получалось откровенно плохо. Правильное ли решение она приняла? Не станет ли хуже? Кинг мог на правах почти совладельца оставить ее ни с чем. Какие бы сильные ни были у человека чувства, рано или поздно ему надоедает ждать. Может, и ему надоело, что Руби постоянно убегала? Не по своей воле, но все же.

Ева могла вполне преследовать интересы своей бабушки. После связей с мафией вряд ли женщина ее возраста будет переживать из-за нечестной игры. Так что тоже вполне возможно.

Иви. Вот тут загадка. На ум приходил только Александр, как общее звено их взаимоотношений. Ее детская влюбленность и дружба сквозь века. Сейчас, конечно, они были больше друзьями, чем кем-то еще, а это значило, что у Иви было больше причин что-то предпринимать.

Руби шумно выдохнула. Стало противно от того, кого она подозревала. Стало противно от самой себя. Как она могла подозревать их? Зеленые глаза оглядели присутствующих. Решение сделать то, что она задумала вмиг стало давить на плечи, и показалось максимально глупым, но она все же произнесла то, что планировала.

— Недавно мне пришел один конверт, — Руби положила подбородок на сцепленные в замок руки. Присутствующие недоуменно глядели на девушку в ожидании продолжения. — В этом кабинете все, кто знал о нашем небольшом отпуске, — она многозначительно взглянула на всех по очереди, потом открыла новый конверт, пожалев, что первый оставила дома.

— Ты подозреваешь нас? — оскорбленно бросила Ева, нахмурив черные брови. Взгляд. Тот самый, который она искала, в котором ждала поддержки, похолодел на несколько тонов, внимательно разглядывая ее. Батлер невольно вздрогнула.

— Вряд ли, Ева, — привычно мягким голосом проговорила Иви. — Это ужасно, и Руби просто боится, — блондинка коснулась руки Батлер в жесте поддержки. Девушка прищурилась, проследив за этим жестом.

— Почему ты сразу не сказала? — его голос прозвучал так, словно льды Антарктиды двинулись в ее сторону, грозясь снести все на своем пути. Руби молчала. А что говорить? Она и его подозревала. Да и просто с ним говорить не хотела. Точнее не могла. Страх остаться без фирмы все еще висел над головой, как привязанный к дырявому мешку с песком камень. Чуть-чуть и он рухнет.

— Это могла быть глупая шутка, — пожала плечами девушка, делая вид, что это ничего не значило. Кинг напрягся, будто едва сдерживался от того, чтобы не отчитать ее, как маленькую девочку.

— Это могло быть предупреждение и для меня.

— Прислали мне, значит, для меня.

— Пожалуй, я схожу за чаем, — проговорила Ева, замечая сгущающиеся вокруг парочки тучи.

— Я тебе помогу, — кивнула Иви, вместе с девушкой вышла из кабинета.

Это подействовало спусковым крючком для Кинга. Он рывком поднялся с кресла для посетителей, подошел к Батлер, развернув ее к себе лицом. Руби подняла голову, вглядываясь в голубые глаза Александра. Она не искала в них спасения, не искала в них поддержки или желания защитить, но почему-то нашла. Батлер ткнулась лбом в его живот, тут же обезоружив и заставив растеряться.

Признаться, Руби и сама не знала, что делала, но отчего-то вцепилась тонкими руками в его пиджак. Может быть, если о проблеме знает кто-то кроме тебя, то проблема уже не проблема?

Алекс прижал ее голову к себе, мягко приглаживая волосы. И в этом простом жесте было столько невысказанных слов, нежности, признания и спокойствия, что какие-то фото, непонятный человек, стоящий за этим оказались ничем. Пустым звуком на фоне того, что он заставлял ее чувствовать. И подумалось, что если бы он сразу обо всем узнал, то стало бы еще проще. Еще легче.

— Почему ты не сказала мне? — тихо спросил мужчина, боясь нарушить возникшую идиллию.

— Как?

— Не знаю. Кинула бы их в лоб, ответила бы прямо, когда я спросил, — предлагал варианты мужчина. Руби тяжело втягивала воздух, боясь, что если хоть одна слеза скатится по щеке, то она не остановится, и будет рыдать до полного опустошения. — Поэтому ты не хочешь быть со мной?

— Нет.

— А почему?

— Не могу сказать.

— Снова тайны? — мужчина шумно выдохнул. Руби упорно молчала. Нет. О строках в договоре она не скажет. По крайней мере, пока. Не могло ли это все быть частью чьего-то плана? Отпуск, заключение договора, фото? Одного только знания об отпуске у нужных людей хватило бы для того, чтобы отправить Руби на улицу. И не важно, что она эти правила придумала. Важно, что она их нарушила.

От потребности отвечать их освободили Иви и Ева, вошедшие в кабинет. Девушки замерли на пороге, попрятав довольные улыбки. И, наверное, увидь Руби неподдельную радость на их лицах, то непременно перестала бы подозревать, но она так и сидела уткнувшись Кингу в живот, будто там ее никто не мог достать. Будто это был щит, закрывающий ее от проблем и страха.

— Ева? Иви? — тихо спросила Руби.

— Мы вам помешали? — ехидно отозвалась секретарша. Батлер вышла из своего «укрытия», строго взглянув на подругу.

— Знаете, если бы вы сходили к психотерапевту со своими проблемами в отношениях, то он бы уже стал богаче вас вместе взятых и круглогодично жил на Мальдивах, — добавила Иви.

— У нас нет отношений! — сердито отбила Руби, все еще продолжая держать ладонь на пиджаке Алекса.

— А фотки вполне даже милые. Почти молодожены, скажи же, Иви?

— Точно, так с первого взгляда и не отличишь., — подтвердила девушка. Батлер только фыркнула в ответ. А потом вмешался Алекс.

— Думаю, чай уже не нужен. Я отвезу Руби домой, — с едва заметным смешком проговорил Алекс.

— Но…

— Фото могут подождать, а тебе нужен отдых, Руби, — уже более спокойно заметил мужчина, нежно обхватывая запястья девушки. Может быть, стоило хоть раз в жизни дать слабину? Но что если она и так уже слишком часто позволяла себе слабости? Что если у нее просто не осталось лимита на слабость?

Глава 17

В машине царила полная тишина. Алекс вел машину по дождливым улочкам города. Руби притихла на пассажирском, безразлично рассматривая мелькающие за окном дома. Казалось, все слова в мире выключили. Казалось, все слова в мире кончились.

Да и что говорить в такой ситуации? Что будет правильнее всего обсудить? Непонятные фото? Договор между компаниями, который делал их отношениями невозможными? Прямым текстом сказать ему, чтобы заглянул к юристам? Бред.

Поэтому Руби предпочла молчать. Если Кинг начнет разговор первым, то она примет его попытки. Если нет, то просто выйдет из машины и пойдет домой. Зачем усложнять жизнь, верно?

Но Александр, как назло, видимо, любил сложности.

Наверное, так и было. Иначе почему он все еще находился рядом с несносной, молчаливой и скрытной девушкой?

— Поэтому ты отказалась со мной говорить? Из-за фото? — тихо спросил Алекс, осипшим голосом. Руби устало прикрыла веки, не поворачивая головы в его сторону. И как сказать про договор, не нарушая этот самый договор?

— Это странно.

— Что именно?

— Фото в моем почтовом ящике и на рабочем столе.

— Может, ты сама их распечатала и забыла? — хмыкнул мужчина, пытаясь разрядить обстановку. Ему совсем не нравилась эта ситуация. Еще больше ему не нравилась такая притихшая и неживая Руби. Она выглядела еще хуже, чем когда он появился.

— Останови машину, я выйду., — раздраженно бросила девушка. Вот ведь нашел момент для шутки. Неудачный. Абсолютно неудачный. И момент, и месяц, и год, и жизнь.

— Я пошутил.

— Шути себе в одно место, иначе я в договоре пропишу, что шутки запрещены, — фыркнула Руби. — Ты его хоть читал? — а вот это, кажется, отличный повод для того, чтобы прощупать почву.

— А там уже запрет на шутки вписан?

— С самого начала, — ухмыльнулась Руби, а внутри разверзлась пропасть, откуда проглядывала надежда на то, чтобы он туда заглянул. Пусть случайно. Пусть, подумав, про намек. Хоть что-нибудь. Но мужчины ведь не понимали намеков, да?

Хотелось биться головой о стекло машины, лишь бы проблема решилась. Больше всего она сейчас хотела, чтобы Алекс узнал об этом дурацком соглашении! Он точно смог бы решить эту ситуацию. Точно смог бы помочь ей, вывести из темного тоннеля проблем. И не то, что Руби хотела, чтобы ее спасали. Она просто устала. Чертовски устала скрывать, оберегать тайны, оглядываться и по миллиону раз все проверять. А с этими фото все казалось таким неважным, глупым и жалким, что хотелось бросить все на самотек. Авось, что-нибудь да решился. Само по себе. Вселенная разрулит.

Вот только это так не работало. Вселенная не разрулит, а еще больше закопает. Да и Руби привыкла сама решать свои проблемы. Если Александр заглянет к юристам — отлично, вдвоем проще. Не заглянет — тоже хорошо, решит сама.

Мужчина остановил машину около знакомого подъезда. Руби, наученная опытом, сразу взяла сумку.

— Я рад, что ты рассказала об этом. Спасибо, — тихо проговорил Алекс, полубоком повернувшись к Руби.

— Я хотела проверить вас, — пожала плечами она, даже не заботясь о том, как это могло прозвучать. — Ты казался подозрительнее всех, — иронично выдала Руби, замечая, как плечи Алекса напряглись. — Я пошутила. Спасибо, что подвез, — он только кивнул в ответ, возвращая внимание к дороге.

Руби вышла из машины, сразу же сунув сигарету между губ. Срочно требовалось отвлечение от всего этого невыносимого, но происходящего с ней дерьма.

Что если отправитель реально кто-то из ее близкого окружения? Что тогда она будет делать? Пойдет в полицию? С позором выгонит? Устроит скандал? Нет. Посмотрит в глаза и задаст всего один вопрос: «за что?»

Девушка шумно выдохнула, выпуская серый дым в воздух. Легче не стало. Она так и не знала, что ее ждало завтра. Будет ли новый день лучше, чем предыдущий? Могла ли на это рассчитывать? Ответов не было. Тревожности и паники тоже. Кажется, она и вовсе перестала чувствовать.

***

Следующее начало дня не отличалось ничем от остальных. Утро не выдавалось примечательным. Обычное утро в обычном офисе. Будто и не было никаких фото, преследователей, остатка горечи из-за неудавшихся отношений. Все было почти нормально: Ева принесла кофе, предусмотрительно плеснув туда виски, Алекс не появлялся, Иви тоже видно не было, а Руби села за проверку подписей, которые обещала отдать Еве еще неделю назад.

Впервые за несколько недель утро выдалось спокойным. Руби почти не думала ни о чем, кроме работы. Сейчас она бы многое отдала за то, чтобы ее жизнь вернулась к этой, с одной стороны, дурацкой рутине. С другой же стороны, эта обыденность была ее любимой и тихой гаванью, где не было опасностей. До определенного момента. До такого же момента это утро было спокойным, а потом в ее кабинет без стука ворвался Александр Кинг.

Видок был еще тот: волосы взъерошены, рукава белой рубашки закатаны до локтей, открывая вид на подкачанные руки.

Руби прикусила кончик ручки, невольно воспоминания из отпуска начали прокрадываться в мысли.

Жаль, что Алекс ее восторга не разделял.

— Я все узнал! — выдал мужчина, сложив руки на груди. Руби встряхнула головой, выбрасывая всякие мысли из головы и сосредотачиваясь на фразах мужчины.

— Я рада, — безразлично сказала девушка. — А что именно?

— Вот знаешь, — Александр по-наглому подошел к столу Руби, оперся об угол бедром, сверху-вниз глянул на девушку. Уголок губ поднялся в ехидной ухмылке. — Никогда раньше не понимал, почему мама так много времени уделяет договорам, мелким шрифтам и переговорам, а после встречи с тобой до меня дошло, — мужчина наклонился опасно близко, заглядывая в изумрудные глаза Руби. — Об этом ты не могла сказать мне столько времени? — девушка сглотнула металлический ком в горле, пыталась отодвинуться, убежать, спрятаться, укрыться от этого беспощадного, наглого льда, но не могла сделать ни вдоха, ни движения. Она будто бы застыла на месте, прикованная одним лишь взглядом. И если бы сейчас зашла хоть вся коллегия ее инвесторов, сам президент постучался бы в дверь или вернулась тетушка с того света, чтобы отчитать — Руби не сдвинулась бы ни на миллиметр. Слишком приятная легкость разлилась в груди. Слишком опьяняющим был парфюм Алекса. Слишком горячим дыхание. И слишком волнующей близость.

И как так происходило, что из умной и образованной девушки она в один миг превращалась в глупое гормонозависимое существо рядом с ним?

Правда, этот вопрос не только она задавала себе. У Алекса были почти такие же мысли. Он шел сюда, чтобы выяснить отношения, потребовать разорвать договор и переписать. А получил что? Рассеянный взгляд зеленых глаз, призывно приоткрытые пухлые губы и очаровательный вырез на блузке, в котором с его места было видно абсолютно все.

Кто-нибудь из них непременно должен взять себя в руки.

Обязательно.

Кто-нибудь.

Но никто не отодвинулся.

Наоборот, Руби выпрямилась, Алекс подался вперед. А в следующий момент, как и всегда, его губы накрыли ее. Жадно. Властно. Так, будто он наказывал ее за дни, проведенные в неведении и молчании. За часы, которые он провел вдалеке от нее. За бесконечные дни, в которых не было ее запаха и тонких пальцев, скользящих по пряжке ремня.

Руби оторвалась от его губ, затуманенным взглядом вглядывалась в голубые глаза Алекса, а потом легко ухмыльнулась, расстегивая его ремень и спуская одежду.

И всех все устраивало.

Никто не протестовал и не боялся, что в любой момент могла зайти Ева, Иви или кто-то еще из сотни сотрудников офиса. Было все равно.

Алекс выпрямился, тяжело выдыхая от нахлынувшего возбуждения. И за что ему послали эту женщину в жизнь? Что такого хорошего он сделал за свои года, что ладонь скользила по члену, немного сжимая, что острый язычок прошелся по всей длине, а потом пухлые губы оставили поцелуй на головке. Чем он заслужил ее возбужденный, похотливый взгляд? И это наслаждение от ее губ и языка, очерчивающего каждую венку?

Обычно такие действия предполагали удовольствие и удовлетворение. И если удовольствия он сейчас получал с лихвой, то с удовлетворением были проблемы. Возбуждение от каждого движения головы девушки становилось только сильнее, фантазия упорнее рисовала эротические картинки с их участием. Да и что там говорить про воображение, если весь этот момент, вся реальность выглядели как одна сплошная выдумка, в которой он зарывался пальцами в ее волосы, направляя, подсказывая и отключаясь от мира?

Алекс неохотно отстранился, чмокнул, пытающуюся отдышаться, девушку в губы. Затем почти рывком поднял ее, укладывая грудью на стол. Руби пискнула, но отчего-то узел внизу живота затянулся еще сильнее.

— Ты специально надела юбку, кнопка? — хмыкнул Александр, а потом тишину кабинета разрезал легкий шлепок.

Кинг совершенно бесстыдно задрал темную классическую юбку, огладил ягодицу, слишком медленно принялся стягивать кружевные трусики.

Руби в нетерпении выдохнула, немного вильнув бедрами. Кинг усмехнулся, а затем, резко вошел, выбивая из девушки короткий вскрик.

Мужская ладонь тут же накрыла губы Руби еще сильнее размазывая красную помаду. Девушка сжала край стола, пытаясь сдерживать рвущиеся наружу стоны. И почему она не позвала его на чай вчера?

Это вряд ли бы помогло.

Алекс двигался нарочито медленно, дразня и себя, и девушку, доводя до исступления, потом ускорялся, останавливаясь на самом важном моменте. И так по кругу. Сначала Руби пыталась возмущаться, а затем упала в наслаждение с головой, совершенно потерявшись в происходящем и только подмахивала в такт его движениям. Отдавала всю себя полностью. Так же как он пытался дать ей максимум наслаждения.

Руби прикусила кожу на внутренней стороне его ладони, сдерживая крик. Алекс шумно выдохнул, толкнувшись до упора, прикрыл глаза, когда мир рассыпался белыми точками, заполняя все тело с головы до ног. Потом устало ткнулся в плечо Руби, оставив поцелуй на видневшейся в вырезе блузке кожи.

Руби оперлась на стол, пытаясь выровнять дыхание. Какое-то непонятное чувство настигло то ли с запозданием, то ли вовремя. Это точно было не сожаление. Наслаждение — да. Удовольствие — да. Удовлетворение — да, да и еще раз да.

Александр легко отступил, поправив одежду. К такому он точно готов не был. Но не сказать, что был не рад. Она повернулась лицом к мужчине. Александр долго вглядывался в лицо любимой девушки. Да, именно любимой. Теперь он точно был в этом уверен. Когда-то ведь их уже связывали отношения. Тогда и она считала его любимым мужчиной. А сейчас что? Даже не доверяла. Но вопреки здравому смыслу по его лицу расплылась довольная улыбка, вызывая недоумение Руби.

— Ты в процессе головой ударился?

— Нет, — усмехнулся мужчина, бесстыдно поправил юбку Руби, а затем сжал девушку в крепких объятиях. Батлер дернулась, не понимая, чем вызвано такое странное поведение.

— Между нами больше нет тайн? — выдохнул мужчина в рыжую макушку. Руби неразборчиво что-то пискнула, а потом плотину прорвало.

Ей пришлось отказаться от отношений с любимым мужчиной из-за дурацкой работы.

Ей пришлось играть на собственных чувствах, в угоду призрачной тетушке.

Ей пришлось жить с чувством вины.

Ей пришлось ненавидеть себя в какой-то момент.

А теперь ее еще и фото, грозящие разрушить все, к чему она шла столько времени.

Слезы градом катились по щекам, пропитывая рубашку почти насквозь. Черные разводы туши легко отпечатались на белоснежной ткани, но и ей, и ему было все равно. Это был именно тот момент, когда слезы нужны и важны.

Это был именно тот момент, когда родилось доверие. Хрупкое, маленькое, но такое важное.

Глава 18

Что такое дружба? Поддержка и понимание? Наставление на истинный путь, когда друг свернул не в ту сторону? А были ли эти «не те» стороны, если у каждого в жизни свой путь?

По каким критериям вообще определялся хороший друг? Это человек, который высказывает свое мнение, не боясь осуждения или это тот, кто может сказать, что ты все делаешь верно? А может, у каждого свое понимание лучшего друга?

Для Александра Кинга это всегда означало поддержку, помощь и понимание. Именно поэтому они с Иви так долго общались, вели совместный бизнес и ничего не скрывали.

Она никогда не ставила под сомнение его поступки и слова, поддерживала, как могла и просто молча обнимала в трудные периоды.

«Тебе лучше знать» — фраза, которую девушка всегда говорила. И Алексу это почему-то нравилось. Так появлялась уверенность в своих действиях, опора на самого себя и свои чувства.

Правда, говорила это Иви только до недавнего времени. С некоторых пор «ты просто идиот» — стало слетать с розовых губ все чаще. И вполне обоснованно. Александр и сам понимал, что все реже стал обращаться к голосу разума и все больше совершал какие-то хаотичные, непонятные действия. И это его беспокоило. Как можно доверять себе, если не знаешь свой следующий шаг? А вдруг именно этот шаг отделял его от пропасти? Вполне вероятно.

Вечернее солнце заливало небольшую гостиную съемной квартиры. Два старых друга сидели прямо на полу, упираясь спиной в диван. Перед ними стояла начатая бутылка с виски, а взгляды то и дело скрещивались в неравной битве.

Иви снова была не согласна с его решением. Ей снова хотелось ударить его в челюсть. Впервые за столько лет девушка чувствовала, что скорее привяжет его к батарее и настучит по голове, чем скажет «тебе лучше знать». В мыслях она даже гадала, не ударился ли он где-то головой, потому что поступки мужчины не имели никакого отношения к адекватности.

Конечно, она бы не сказала, что Алекс всегда вел себя как образец здравомыслия, но в последнее время, ее правда одолевали мысли.

— Ты ведешь себя как ребенок, — в который раз проговорила девушка, отпивая виски из стакана. Алекс моргнул, тряхнул головой в отрицании.

— Я должен это сделать.

— Это не выход, — ответила Иви, достав пачку сигарет. — Ты либо хочешь ей отомстить, либо уничтожить. Зачем? На твоем паршивом лице в кои-то веки появилась улыбка, ты выглядел счастливым, а сейчас что? Ты, правда, хочешь с ней так поступить? — непонимающе допытывалась девушка, пытаясь держать пьяное сознание на плаву. Ей не верилось в то, что те слова вообще вылетели из его рта. Единственный вопрос, который пришел в голову был «Ты идиот?». И сейчас, кроме него, других там не было.

Иви удивлялась, как такая глупая идея могла прийти в не глупую голову Кинга.

— Дело не в этом, Иви, — шумно выдохнул Алекс.

— А в чем тогда?

— Я и сам не знаю. Все запуталось так сильно, что я растерян, — признался мужчина, забирая из рук подруги сигарету. — Я и запутался, понимаешь, когда такое было?

— В чем?

— В ней.

— Ты уехал ради нее. Впервые за несколько лет полетел в отпуск. Купил фирму, которая тебе вообще не сдалась, чтобы потом сказать, что ты запутался?! — выдала Иви, поднимая брови. — Ты где-то головой там приложился что ли? — Алекс не ответил, смотря на неровную струйку дыма. Может быть, и приложился. Может быть, отношения с Руби вконец довели его нервную систему и его самого. Впервые в жизни у него не было ответов. Все зашло слишком далеко. Все вышло из-под контроля, и он впервые не знал, что делать.

— Я думаю, ты должен с ней поговорить.

— А она вот так возьмет, всё поймет и простит? — иронично хмыкнул Алекс.

— Однажды она оставила тебя, так почему ты думаешь, что Руби не поймет? — хороший вопрос. Он снова не ответил. Просто потому, что не знал, что говорить в такой ситуации. Все было слишком сложно, запутанно и непонятно. Или же все зависело от его восприятия ситуации. Но одно он знал точно — решение не поменяется, а потому надо было хорошенько надраться в хорошей компании.

***

Утро. Одно слово, а столько разных мыслей. Для кого-то самая ужасная часть дня. Для кого-то самая важная. Для Руби утро обычно не несло никакой эмоциональной окраски. Это был просто один из этапов рабочей жизни. Момент, проходящий в сборах и спешке. Момент, который хотелось поскорее прожить, чтобы не оставаться наедине со своими мыслями. И долгое время этот бег от себя был успешным, но ведь и имеет начало и конец, ведь так?

Этим утром Батлер открыла глаза, не ожидая минуты вечера, когда снова их закроет. Этим утром Руби засмотрелась на видневшийся в окне город. Этим утром Руби медленно собиралась, рассматривая себя в зеркале, неспешно потягивала чашку кофе, думая о том, что отпуск не такое уж и плохое занятие, а жизнь не так уж и сложна.

Она впервые за долгое время не думала о фото, рисках и возможном будущем. Ей было почти спокойно, даже несмотря на то, что Кинг не написал ни одного сообщения со вчерашнего вечера. Но она не обращала на это внимание, оставляя внутри только хорошее настроение. Ведь если о плохом не думать, то оно не случится, верно?

***

Кинг осмотрел чемодан, полупустую квартиру, из которой уже собрал все вещи. Глянул на рассыпанные по столу фотографии. Сожаление разлилось по телу выжигающей кислотой, отчего-то расплавляя и мозг, и сердце, и все остальное тело. Стало противно от самого себя. Чем он думал, когда делал это? Чем он думал сейчас, когда воплощал в жизнь задуманное?

Не думал.

Простой ответ на два простых вопроса. Он не думал. Он просто делал. Так, как считал нужным и правильным. Правда, не всегда действия человека оказывались действительно нужными. Придумал же кто-то причиненное добро и вынужденное зло. Все как везде. И Александр не был исключением.

Мужчина прошел по комнате. Взял фото со столе, на котором Руби пила любимую «голубую лагуну» и позировала. Усталая усмешка нарисовалась на губах, отчего-то заставив подумать, что его план медленно падал в коробку с названием «самые идиотские поступки Кинга».

Но почему-то отступать было поздно. Почему-то всех причин все отменить было недостаточно.

Александр набрал номер цветочного магазина, сжав пальцами переносицу, вспоминая любимые Руби лилии. Да, он будет до жути банален.

***

Документы, документы, документы — все из чего состояла жизнь Руби Батлер последние несколько лет. Бесконечные встречи, вопросы, совещания и планы. Чувства, которые по вечерам глушились в бокале с шампанским. До некоторых пор. До отпуска.

Иногда проскальзывала мысль — зачем она согласилась на авантюру Евы? Зачем поехала на этот курорт, разрушив привычный уклад жизни? Зачем?

Ей ведь было почти хорошо. Ее устраивала та жизнь. Но Руби отгоняла эти мысли, потому что все казалось хорошо.

У нее была лучшая подруга. Она почти влюблена. Теперь Руби могла исправить свои ошибки в отношениях с Иви и Алексом. Судьба давала еще один шанс, так почему девушка должна отказываться?

В дверь кабинета неожиданно постучали, заставив Руби вздрогнуть. Батлер поймала себя на том, что уплыла далеко в свои мысли. Снова.

— Войдите, — прокашлялась девушка, гадая, кого могла принести нелегкая — Ева никогда не стучалась, Кинг тоже.

— Мисс Батлер, — в кабинете робко появилась секретарь Кинга. Руби едва сдержала кислую ухмылку.

— Да? — спросила девушка, не отрываясь от очень увлекательного занятия.

— Мистер Кинг попросил передать эти бумаги.

— Почему сам не принес? — она на секунду подняла брови.

— Его нет на месте.

— А где он?

— Уехал.

— Куда? — Руби пыталась не показывать своего удивления. К счастью, получалось это с огромной легкостью — неприязнь к блондинке перевешивала.

— Не знаю, ничего не сказал.

— Бумаги на стол, — скомандовала Батлер, махнув рукой. — И позови Еву, пожалуйста, — чуть мягче добавила она, так и не понимая, почему все еще держала эту девушку в своей фирме.

Цепкий взгляд оглядел тонкую фигуру блондинки, ровные кудри и походку «от бедра». Почему эта девушка так принижала свои способности? Руби ведь знала, что та обладала и хорошей внешностью — отрицать это было бы глупо, — и высшим образованием, и воспитанием. Да и вообще дурой точно не была, но почему-то упорно ее играла. Зачем? Чтобы выгодно выйти замуж? Чтобы заработать повышение? Получить что-то такое, чего не смогла бы взять обычным способом? Хороший вопрос.

Конечно, Батлер не осуждала, все-таки не все рождались в тех же условиях, что и она. Правда, и их бы не каждый выдержал. Но Руби все равно не понимала, зачем девушки в двадцать первом веке добровольно делали из себя таких.

Впрочем, каждый живет, как хочет и зарабатывает на жизнь так же. А увольнять девушку за то, что она всего лишь умеет вертеться — поступок неуверенного в себе человека. Батлер же к таковым себя не относила.

Дверь неожиданно хлопнула, вырывая Руби из раздумий. Девушка тряхнула головой, замечая, что секретарша испарилась. Не думая, взяла телефон, набросав Кингу сообщение. Отчего-то тревожный червячок заструился по венам, распространяя яд. Интуиция врубила громкоголосую сирену, не давая проникнуть в голову ни одной здравой мысли. Что-то было не так. И либо Батлер действительно что-то чувствовала, либо ее одолела паранойя.

— Звала? — поинтересовалась появившаяся буквально через пару секунду после блондинки Ева. Руби только кивнула.

— Кинг куда-то делся.

— В смысле?

— В прямом, — заявила Руби, не замечая ироничный взгляд подруги. — Его нет на месте, на сообщения он тоже не отвечает, — продолжала девушка, пока на лице Евы улыбка становилась все шире, а глаза блестели все ярче.

— Милая моя, — прервала девушка. — То тебе надо, чтобы он исчез, то, чтобы отвечал незамедлительно и все время был рядом, — перечислила она. — Точно ли с тобой всё хорошо? — хмыкнула Ева. Руби пару раз хлопнула ресницами, понимая, что только что выдала. О да, крыша уже не потихоньку съезжала, а сорвалась с горы и теперь мчалась, даже забыв помахать рукой на прощание.

— Когда вы уже нормально поговорите? — спросила Ева, поймав взгляд Батлер, которая почему-то стремительно краснела. — Поговорите, Руби, — нарочито строго проговорила Ева. — А не переспите, — добавила она.

— Когда-нибудь это случится, — пожала плечами девушка. — Вероятно.

— О боже… — брюнетка хлопнула себя по лбу, устало садясь на кресло для посетителей. Кажется, это была заранее проигранная битва. Именно та, в которой можно было не стараться.

***

Садясь в машину, Руби почему-то снова волновалась. То из-за темной парковки. То из-за мыслей про Кинга. То из-за себя, фотографий и компании. Утреннее спокойствие стерлось под бесконечным калейдоскопом мыслей, будто у нее в голове стояла бетономешалка, и туда накидали всего и сразу, включив самый быстрый режим.

Девушка устало завела машину, выехала с парковки и почти сразу встала в пробку.

Больше неизвестности Руби ненавидела ожидание. Бесконечное, бесконтрольное и утомительное. Оно сжирало, поглощало, высасывало душу и заставляло тревожность кружить коршуном над головой среди пустыни.

Кинг ведь так и не объявился, не написал ни одного сообщения, не позвонил и ничего не сказал. Иви, которую Руби встретила в холле на выходе, тоже ничего не знала. Сказала только то, что не разговаривала с ним со вчерашнего вечера. Поэтому Батлер лишь разочарованно поджала губы, подумав, что ведет себя, как сталкер или ненормальная поклонница. Как там пишут психологи — мужчина должен быть добытчиком? Ха, смешно. Но ладно.

Руби опустила голову на руль, нервно усмехнувшись. Докатилась, дожила и абсолютно точно ничего не понимала. Как она умудрилась снова попасть в эту ловушку? Как смогла оказаться в плену своих чувств, затмевающих разум? А главное, как из этого выбраться? Ответов на эти вопросы не нашлось. Зато пробка сдвинулась с места, выпуская маленькую машинку Батлер в бесконечный поток, льющийся по улочкам города.

Спустя час Руби распахнула дверь в квартиру, нервно сбросила туфли на каблуках, облегченно выдыхая. Один ад сменился другим — полная тишина квартиры, раньше казавшаяся лучшим местом на земле, теперь почему-то давила, заставляя воображение, как в детстве, рисовать монстров.

Девушка не успела сделать и пары шагов, как в дверь позвонили. Батлер подпрыгнула, сначала испугавшись резкого звука, потом улыбнулась, подумав о том, кто это мог быть. Открыла дверь, едва сдержав выдох разочарования.

На пороге стоял курьер, держа в одной руке большой букет белых лилий, а в другой планшет для подписи.

— Вы Руби Батлер?

— Да.

— Подпишите здесь и здесь, — мужчина мрачно ткнул ручкой в бумагу. Руби дрожащей рукой подписала документ, курьер вручил букет, буркнул «до свидания» и скрылся в лифте.

Батлер закрыла дверь, посмотрела на цветы и небольшой конверт.

Сердце сжалось в предчувствии чего-то плохого. Обычно любимые цветы сейчас совсем не радовали. Они пугали. До чертиков, заставляя появиться в горле металлическому кому, перекрывали дыхание и будто бы били по голове.

Руби зажала цветы между рукой и талией, взяла записку, быстро пробегаясь взглядом по тексту.

Предчувствие было не просто так.

Брови в удивлении поползли вверх, глаза расширились, а цветы выпали, рассыпавшись по белому полу темного коридора, как символ крушения монумента под именем Руби Батлер.

«Хочу, чтобы ты скучала по мне, кнопка. Обычно говорят «не скучай», но я хочу, чтобы ты думала обо мне. Прости».

Глава 19

Кажется, Руби уже просто перестала удивляться. Жизнь уже не могла просто принести чего-то такого, от чего глаза Батлер полезли бы на лоб.

Вот и сейчас детский, а по-другому она сказать не могла, поступок Кинга не вызвал удивления или злости. Скорее огорчение, разливающееся внутри, словно сгусток непонятной темной энергии. Да, она, правда, думала, что у них есть шанс. Еще один. Тот, который она упустила много лет назад. Или, вернее сказать, они?

В любом случае, у нее просто не осталось сил на то, чтобы рвать на себе волосы, выкидывать, между прочим, красивые цветы в мусор или безудержно рыдать в ванной. Ей надоело быть сломанной, разбитой и несчастной. И если Кинг так решил, то пусть катится ко всем чертям. Руби с этого момента хотела быть для себя.

Но это, конечно, не означало того, что девушка примет сухой закон, потому что руки уже потянулись к бару, откручивая крышку бутылки виски. Ну, и, пожалуй, сигареты тоже нужно оставить. Как же она будет справляться с безудержными чувствами к самой себе без них?

Руби отпила из стакана, чувствуя, как горечь обжигает внутри, оставляя послевкусие на кончике языка, как договор с самой собой. Возможно, чуть позже Руби все осознает окончательно и найдет время для того, чтобы хорошенько обматерить Кинга, а пока девушка расслаблено сидела на диване, медленно подтягивая сигарету к алым губам, и в полной темноте виднелся только тлеющий кончик сигареты.

«Хочу, чтобы ты скучала по мне, кнопка. Обычно говорят «не скучай», но я хочу, чтобы ты думала обо мне. Прости».

Девушка громко фыркнула, выражая все свое презрение и пока что не сформировавшуюся злость.

Интересно, могли бы они что-нибудь исправить? Смогли бы быть вместе? Был ли этот самый второй шанс или Руби его придумала?

Хорошие вопросы, на которые она еще не нашла ответов. Наверное, если бы они были, то Руби и Александр и вовсе бы не расстались. Она бы жила счастливо, он, наверное, тоже. Но жизнь развела в разные стороны, отчего-то полоснув лезвием по запястьям. Больно, но не смертельно. В конце концов, это был не первый бывший парень Руби. Но, совершенно точно, не такой, как другие.

И почему она даже не удивилась? Почему не могла найти в себе хоть крупицу боли от предательства? Почему не чувствовала привычный укол под ребрами, а вместо нее только сосущую пустоту и безразличие? Неужели это все? Неужели между ними все кончено? Навсегда? Но даже, если и так, то, что? Она ведь уже прожила без него пять лет. Сможет еще пять. И еще. И еще. Это ведь просто. Работать, как обычно. Встречаться с Евой в кафе, как обычно. Делать все, что делала раньше. Это просто. Руби делала это уже сотни раз. Сможет снова.

Бокал с тихим звоном оказался на столике. Оранжевый кончик сигареты затушился о дно пепельницы. А мисс Батлер поднялась с дивана, решив, что с нее на сегодня хватит.

***

— Прямо так и написал? — удивилась Ева, отставляя кружку кофе в сторону. Оказалось, что расставание подруги приносит больше эмоций, чем свои зарождающиеся отношения.

Почти с самого утра Ева допрашивала подругу о цветах, расставании и чувствах. Ничего не могла с собой поделать. Хотелось знать, что Руби больше не скатится в то ужасное состояние, в каком была после отпуска. По мнению Евы, этого просто нельзя было допустить. Поэтому она уже пару часов сидела в кабинете начальницы и пыталась выяснить, насколько все плохо.

— Да, — коротко отозвалась Руби. — А виски нет?

— Только одиннадцать!

— Разве я время спросила? — выгнула бровь девушка, потом тяжело вздохнула, понимая, что алкогольная зависимость все же не выход. Тем более для нее. — Ладно, ты права. По расписанию что-то новое есть? — перевела тему Руби, пряча глаза за монитором.

Ну, почему она не могла выдать ни одной слезинки? Почему не могла прожить эту ситуацию, как полагается? Она ведь даже цветы не тронула. Букет так и остался стоять на барной стойке, нагло подмигивая белыми бутонами. Нормальная ли это реакция?

А что нужно было понимать? Алекс теперь владеет чуть ли не половиной ее компании. Так или иначе, они будут встречаться. Если, конечно, его не заменит Иви. В любом случае, к этому нужно привыкнуть.

— Нового ничего, — выдернула из мыслей Ева. — Ты точно в порядке?

— Удивительно, но да, — подняла взгляд Батлер. Наверное, впервые за долгое время не скрывая глаз. — Кажется, это слишком красноречиво, чтобы не понять. Раз он уехал, значит, не хочет видеть меня в своей жизни. А я не собираюсь бегать и доказывать обратное. Хватит этой боли. — призналась девушка. Ева понимающе кивнула, поддерживающе сжав руку подруги.

— Я рада, что ты в порядке, но, если что, я всегда готова выслушать и обругать всех, кого захочешь.

— Спасибо.

— О фото ничего неизвестно? — осторожно поинтересовалась Ева. Перспектива быть уволенной из-за того, что Руби потеряет фирму казалась ужасно отвратительной. Девушка переживала и за подругу, и за себя, отчего-то представляя недовольно-насмешливый взгляд бабушки и ее «я же говорила, что ты ничего не сможешь». От этих мыслей хотелось поежиться и спрятаться. А Руби… она бы просто не пережила этой потери. И Ева знала это наверняка. Последнее, что осталось от ее семьи — эта компания, имя и рыжие волосы.

Руби лишь отрицательно мотнула головой. Ничего. Именно это «ничего» сопровождало ее мысли, открытия и подозрения насчет фото. Но, если Кинг уехал, то, может быть, больше не стоило волноваться об этих карточках?

— Как твои свидания? — как бы невзначай спросила девушка, замечая, как щеки подруги покрылись розоватой краской от смущения.

— Все чудесно, — выпалила она. — Даже слишком. Мне кажется, либо я сошла с ума, либо попала в сказку. Знаю, что тебе может быть неприятно это слушать, но я давно не была так счастлива.

— Мне не может сделать неприятно счастье подруги, — отозвалась Руби, наблюдая за таким почти детским смущением Евы. Хоть что-то должно было быть хорошо. Хоть что-то должно приносить радость и разливаться теплом в душе. А разве счастье близких не повод для тепла? — Я очень рада за тебя, правда.

— Обсудим все в выходные в нашем кафе? — предложила Ева. Батлер в ответ лишь кивнула, вспоминая, их доотпускной обычай — небольшое кафе на въезде в город, где тяжело было встретить кого-то знакомого, два бокала апероля, иногда переходящие во все пять, пара диетических салатов и задушевные разговоры обо всем. Это было лучше любого отдыха. Если не считать их «клубные» выходные, конечно. — А теперь мне пора раздать твоим подчиненным и партнерам время для встреч. — мило оповестила брюнетка, поднимаясь из кресла для посетителей.

Ева вышла из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь. Батлер мгновенно выдохнула. Сколько раз за сегодня она уже услышала фразу «я рада, что ты в порядке»? Почему она должна быть не в порядке? Из-за Алекса, с которым уже трижды расставалась? Так это, наверное, уже вошло в привычку.

***

Тишина, воцарившаяся в кабинете мисс Батлер, длилась всего пару часов. За это время Руби успела прочитать и ответить на несколько писем, полистать ленту, покрутиться на стуле, словно ей снова десять и она сбежала в кабинет Аннет.

Не хотелось этого признавать, но ей было скучно. Ни больно, ни горько, ни тяжело, а просто скучно. Будто у нее не копилась куча дел в планере, будто Ева не накидывала каждую минуту новую задачу и будто ей самой не хотелось быстрее разобраться со всем и уехать домой. Там, где она была просто Руби. Без ответственности на плечах, без внимательного взгляда Евы, без всего. Там, где она оставалась тем, кто есть — девочкой, которой пришлось быстро вырасти и научиться принимать решения.

Дверь кабинета без стука открылась, вырывая Батлер из мыслей и заставляя неестественно ровно сесть в кресле.

— Ты ведь хотела чего-то без «бегать, доказывать и боли»? — с хитрой улыбкой спросила Ева. Руби пару раз моргнула, затем непонимающе кивнула, тем самым дав Еве полный ход.

Брюнетка вошла в кабинет, держа букет белых роз в пастельной упаковке.

— Вселенная тебя услышала, — кивнула секретарь. — Я уже освободила время твоего обеда для встречи с ним.

— С кем?

— Со Стефаном, конечно.

— Ты уверена, что это хорошая идея? — аккуратно поинтересовалась Руби. Отчего-то нахлынуло слишком много чувств. И страх, что это поставит точку там. И стыд, что она почти использовала его в играх с Кингом. И подозрение, что в деле с фото мог быть замешан он. И, в конце концов, она только вчера разорвала отношения. Ну, не конкретно она, но все же.

— Не смотри так, Руби, я ведь не замуж тебя за него отправляю. Всего лишь обед.

— И когда?

— Через полчаса, — хитро улыбнулась Ева, опуская цветы в вазе на край рабочего стола.

— Иногда меня удивляет, почему ты еще жива, Ева, — нарочито зло бросила Батлер, затем улыбнулась, как бы подчеркивая свои совсем не злые намерения.

— Потому что у меня ускоренная регенерация.

— Это называется алкоголизм.

— Лучше бы ты с такой скоростью поправляла помаду и размазанную тушь.

— Больше не назначай мне свиданий, — предупредила Руби, все еще не совсем понимая, как к этому отнестись. — Не хочу еще, как минимум год, общаться с кем-то.

— Прими это, как деловую встречу. Мило улыбайся, поддерживай беседу и отдохни.

И Руби почему-то приняла этот совет, когда Стефан появился у дверей ее приемной с привычными кудрями и в очках. Она мило улыбалась, много смеялась, замечая, что даже не притворяется. Ей действительно было смешно с его шуток, приятно его внимание, когда мужчина отодвигал стул или открывал перед ней дверь. Конечно, это все делал и Кинг, вот только здесь и сейчас его не было. И это совершенно и точно его выбор. Руби же сделала свой, продолжая обсуждать студенческие годы, работу и интересы. Было как-то удивительно узнать о том, что Стефан — человек искусства, любящий музеи, библиотеки, картинные галереи. И почти все, за время жизни здесь, он посетил.

Руби раз за разом ловила себя на мысли, что чувствует себя свободно. Да, без бабочек в животе, зато без страха за будущее и настоящее. Она просто была в этом самом моменте, наслаждаясь капучино и каким-то салатом, название которого даже не запомнила. Наверное, поэтому, когда девушка позволила проводить себя до дверей рабочего кабинета, она не была против совсем не дружеского поцелуя в щеку и довольно фривольного положения рук на талии. А должна ли?

Хоть и записка Кинга подразумевала совсем другое.

Она точно не будет скучать, страдать и плакать. Потому что смысла в этом уже не видела. Впервые в жизни хотелось просто жить дальше. Так, как хочется.

Может, поэтому картина так ярко улыбающейся Руби в объятиях другого мужчины вызвала в ожидающей ее Иви гамму эмоций. Точно ли стоило? Не зря ли она пришла? Кажется, у Батлер все было хорошо. Но…

— Руби, — тихо позвала блондинка, привлекая внимание. Батлер вздрогнула, едва скрывая удивление за привычной маской начальницы.

— Привет.

— Мы можем поговорить? Наедине, — красноречиво обозначила она, кивнув в сторону мужчины. Едва заметное предчувствие заколотилось где-то в груди, разносясь еле заметной дрожью по телу. Она точно была не готова видеть ее здесь. Тем более говорить.

— Кхм… я позвоню, удачного дня, — тут же сообразил Стефан и, улыбнувшись, ушел. Руби под внимательным взглядом Иви открыла дверь в кабинет, пропуская бывшую подругу внутрь.

— О чем ты хотела поговорить?

— Об Алексе, — неуверенно произнесла она, разворачиваясь к Руби лицом. Кажется, в этот момент что-то лопнуло. Хлынули потоком и воспоминания, и разговоры, и чувства. И давнее прошлое, и отпуск, смешиваясь в один большой ком, застрявший в горле и не дающий спокойно дышать. Батлер тяжело вздохнула, незаметно сжав ткань юбки на бедре.

— Нет, о нем я говорить точно не хочу.

— Но…

— Нет, Иви, он сделал свой выбор. Не о чем говорить. Он ушел. Все. На этом все. Огромная и жирная точка, — выпалила девушка, обходя блондинку и садясь в кресло. Если срочно не сесть, то она просто упадет.

Иви кусала губы почти до крови, пытаясь понять, что она делает. Считается ли это предательством друга? Простит ли ее Алекс за то, что она собиралась сказать? А Руби? Может, уйти пока не поздно? Оставить все, как есть? Они ведь взрослые люди, могут и сами справиться. Да разве могут? Два упертых барана, не видящих ничего, кроме, самих себя. Да, и не особо желающих смотреть, пока не ткнут носом. Это почему-то принесло уверенности.

— Фото. Это сделал он, — отчеканила девушка, пока сердце бездумно колотилось в ушах.

Эпилог

— Фото. Это сделал он, — уверенно произнесла девушка, садясь в кресло для посетителей.

И если Руби думала, что земля ушла из-под ног, когда Иви произнесла его имя, то в этот момент поняла, что это были просто цветочки. Сейчас из груди вырвали самый настоящий кусок души, земля разверзлась, а дыхание вышибло из легких так, что стало нечем дышать. Такого она не ожидала. Это было тяжелее и того, что он ушел. И того, что они уже дважды прощались. В первый раз ушел он. Во второй она. И в третий снова он. Вот только в этот раз Александр оставил после себя не разруху, а призрачное ощущение того, что она сможет жить дальше, чтобы потом сломать все всего лишь несколькими словами, произнесенными даже не им.

Неужели у него даже не хватило смелости признаться? Извиниться? Почему?

Почему она нашла в себе силы поговорить с ним посреди отпуска в Таиланде? Почему она нашла в себе силы сдержать обещание и уйти? А он нет?

Почему он ничего не сказал, зная, что ей приходилось переживать и чувствовать из-за этих фото?

Но, может быть, ей послышалось?

— Что? — переспросила Руби, цепляясь пальцами в стол с такой силой, что стало больно. Вот только эта боль позволяла оставаться здесь и сейчас, с непроницаемым лицом слушать все, что скажет Иви. Впитывать каждое слово и рушить свою реальность. А что еще оставалось? Как бы то ни было, Руби хотела знать правду. Всю и без остатка.

— Он наделся, что ты передумаешь насчет отношений.

— Шантажируя меня?!

— Там ведь и слова не было про шантаж, — оправдала Иви, чувствуя, что сейчас ее решение превращалось в огромную ошибку, которая еще долгое время будет преследовать и ее, и отношения с этими людьми. — Просто вы были так счастливы, и он не хотел сдаваться.

— Поэтому он сбежал, ничего не объяснив?

— А что бы он сказал, Руби? Что это он довел тебя до страха и отчаяния? Что это его вина? Что он сходит с ума от того, что не прочитал чертов договор сам, а доверился юристам? Что он должен был сделать? — в полном отчаянии проговорила блондинка, сжимая ткань брючного костюма. Так сложно было видеть железную Руби на грани слез. Так сложно было защищать Александра, понимая его вину. Так сложно было не занимать ничью позицию в битве этих двоих.

— Сказать обо всем честно, Иви. Рассказать мне! — воскликнула девушка, ощущая разливающуюся тихую злость. Хотелось выпить, ударить его, обвинять, кричать. Бить до тех пор, пока он не извинится, не обнимет, не скажет, что все хорошо. Проклятый Кинг. Как и тот день, когда она встретила его.

— Разве ты приняла бы эту правду?

— Нет, — девушка отрицательно качнула головой, чувствуя, как мир, уже в который раз, просто уплывал. Она бы не приняла ни правду, ни Кинга, ни новую реальность. Вот только жизнь не спрашивала, а пихала в руки то, что давала. Как сейчас. Батлер не просила правды, а она все равно пришла, вытолкнув дверь с ноги.

— Об этом я и говорю, — тихо подвела итог девушка, заглядывая в изумрудные глаза когда-то близкой подруги. Было жутко видеть в них это. Пустоту, боль, тяжесть. Только сейчас она легко и свободно флиртовала с хорошим парнем, а сейчас… сейчас едва сдерживала крик из-за прошлого. Разве это было справедливо? Вообще жизнь Руби в целом? Потерять родителей, тетушку, почти всех друзей. Заново обрести любовь, и так глупо все потерять.

— Я налью? — Иви махнула в сторону бара. Руби, не особо соображая, кивнула. Зажгла сигарету, все еще пытаясь понять, как относиться к этой ситуации. Дым тонкой струйкой уносился в потолок. Она так и не поднесла сигарету к губам. Зато залпом осушила бокал, который старая подруга поставила перед ней. Рабочий день снова пошел по одному месту.

Забавно, что ее все еще волновала работа.

— Как ты? — тихо спросила Иви, наблюдая за девушкой. Не сделала ли она хуже своей правдой? Но могла ли правда сделать плохо? Ранить, причинить боль, да, но разве это не лучше сладостного забвения?

— Хочу побыть одна, — коротко отозвалась Руби, даже не взглянув на Иви. Блондинка, не говоря ни слова, поднялась с кресла и тихо вышла, оставляя Батлер одну. Она понимала, такую новость тяжело переваривать, принять и даже осознать. Как это, когда любимый человек так поступает? Это был первый раз, когда Иви не поддержала Алекса. Именно поэтому и пришла. Казалось, что так будет правильно.

Вот только, видя радостную Руби, видя то, как она ожила, стало страшно вмешиваться. Но и уходить тоже. Правда, какой бы она ни была, рано или поздно всплывает. И пусть ее ненавидит Руби, пусть хоть вечность обижается Алекс, она сделала то, что должна была. То, что чувствовала будет правильным.

Руби тяжело выдохнула, собираясь с мыслями. Она все же поднесла сигарету к губам, глубоко затягиваясь.

Да, такого в своем возрасте она точно не ожидала. Неужели эти школьные интриги были частью ее жизни? Что она должна была делать с этой правдой? Понять, принять, отпустить? Простить? Пойти к нему и попробовать все вернуть? Надо ли? Можно ли? Правильно ли это?

Ответов снова не было. Сердце предательски молчало. Разум тоже притих, видимо, отходя от новостей. Почему каждый раз, когда все казалось наладилось, судьба подкидывала что-то такое?

Руби снова затянулась. Дым растворился в темноте кабинета. Она даже не заметила, как солнце медленно зашло за горизонт.

За окном медленно накрапывал дождь, напоминая, что уже осень. Время года, которое каждый раз топталось по ней. Сначала автокатастрофой, потом смертью тетушки, теперь разбитым сердцем. Оно, конечно, и рядом не стояло с той болью, заставляющей отворачиваться от зеркал, людей и спрятаться от своих чувств. Но ей просто уже было некого терять. Это и пугало. Каждое лето, в котором Батлер была счастлива, непременно заканчивалось осенью, которая приносила ужас. Может, это ее личное проклятие?

Сколько потерь уже пришлось пережить? Сколько потерянных, которых уже не вернуть? Сколько ситуаций, в которых была бессильна Руби, деньги, связи? Сколько ситуаций, в которых было поздно что-то менять?

Одинокая слеза скатилась по щеке, распластавшись маленьким пятном на белой блузке. У нее снова не было ответов. На языке крутилось лишь одно слово «много». И разве этого не достаточно для того, чтобы попытаться и не опускать руки? Могла ли она еще раз кого-то потерять?

Нет.

Ответ был коротким, но ярким, как вспышка молнии. Она больше не хотела никого терять. По крайней мере, таким способом — без объяснений, без слов и правды.

Руби опрокинула в себя остатки виски, затушила сигарету и, поднявшись с кресла, решительно направилась к кабинету Алекса, который сейчас занимала Иви. Под удивленный вид собирающейся домой Евы, утирала растекшуюся тушь, поправляла юбку, даже не обращая внимания на вопросительный взгляд подруги. Руби просто шла вперед так быстро, как позволяли туфли на каблуках и скользкая плитка на полу. Она должна была это сделать, должна была успеть.

Девушка пересекла почти опустевший коридор, влетела в приемную, игнорируя растерявшуюся секретаршу. Иви сидела за столом, нацепив очки на кончик носа, что-то увлеченно печатая.

Блондинка едва заметно вздрогнула, когда дверь кабинета резко открылась, впуская Руби, напоминавшую по виду растрепанную ведьму. На секунду уколола совесть, поместив в голову Иви мысль о том, что это ее правда довела Батлер до этого. Но после прозвучавшего вопроса, все сомнения вмиг отпали. Она сделала все правильно.

— Где он? — спросила Руби, нахмурив брови. Иви сняла очки, разглядывая девушку. Такого исхода она не ожидала. Но все же потянулась за телефоном.

***

Руби боялась растерять решимость, пока покупала билет на самолет, потом, когда он взлетал, затем во время посадки и, наконец, когда она стояла около его двери.

Девушка миллион раз видела этот момент в фильмах, книгах, и каждый раз думала, что в этом такого? Просто ведь нужно постучать, сказать все, что думаешь и жить счастливо. Оказалось все наоборот, но, узнаваемая по имени мисс Батлер, не имела бы всего, что у нее есть, если бы боялась.

Она постучала, точно от Иви зная, что Кинг дома. По правде говоря, по этой информации, он вообще не выходил из квартиры с тех пор, как уехал. На какую-то долю секунды Руби даже порадовалась тому, что он страдает. Так ему и надо было. За все то, что он заставил ее пройти. За всю недосказанность, боль и слезы. За все.

Алекс открыл почти сразу, замерев с кружкой в руке от удивления. Сердце пропустило удар, кажется, грозясь разбить оставшиеся осколки в еще большее стекло.

— Руби? — хрипло произнес он, отставляя кружку куда-то в сторону.

Девушка же вглядывалась в его лицо, отмечая темные круги под глазами, мятую пижаму и взъерошенные волосы, которые так и хотелось поправить. Но она сдержала в себе этот порыв. Почему-то при виде его вернулись воспоминания, а с ними и чувства. Все. И обида, и боль, и горечь, и какая-то любовь.

И так хотелось броситься к нему в объятия, привычно притягивая ближе к себе. Поговорить, прийти к выводу. К тому, где все хорошо и они будут вместе. Вот только вместо этого рука Руби взметнулась в воздух, чтобы с громким шлепком встретиться с его щекой.

— Заслужил, не спорю, — спокойно проговорил мужчина, приложив ладонь к покрасневшей коже. Алекс все пытался понять ее молчание, заглядывая в изумрудные глаза, в которых плескалась злость, которую он никогда там не видел.

— Ты заслужил того, чтобы я скинула тебя с окна, Кинг, — ответила Руби, а затем шагнула вперед, притягивая его к себе. Так, как ей хотелось. Так отчаянно, что было понятно, что больше она никого терять не хотела.

Алекс опустил руки ей на талию. Где-то в голове промелькнула мысль, что нужно будет высказать все Иви. Или поблагодарить.

Руби захлопнула ногой дверь. Они обязательно поговорят. Обязательно все решат, но сейчас ее переполняли чувства. Те же самые, которые заставили ее снова упасть к нему в объятия в отпуске.

Больше книг на сайте — Knigoed.net

Content

Кэтрин Болфинч
Еще один шанс на любовь

Часть 1. Отпуск, новые-старые чувства Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

ЧАСТЬ 2. Работа, сложности, чувства

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Эпилог