Павел Чагин

Ненаписанный роман. Повесть 2. Город белых куполов

Глава 1. Сутки в пути

Замок королевы демонов давно скрылся из виду. Живой корабль под названием «Черное лезвие» уносил меня вдаль, навстречу неизвестности. Буквально вчера, меня пыталась сожрать собственная жена… Вернее ее реинкарнация. Но это мало что меняло, потому как память осталась при ней. Как же сильно может измениться человек… Впрочем и сам я уже иной. Неизвестно кто, летит неизвестно куда, неизвестно с кем и зачем. Забавный каламбур. Хотя, лечу то я в Арн, торговый анклав, что находится в землях демонов. Интересно, таков ли он, как я его представлял, или загадочный творец представлял себе город иначе?

Однако стало холодать. «Черное лезвие» набрал высоту и достиг нижней кромки эфира, как и ожидалось. В моем идеальном мире было два океана. Первый — традиционный, состоящий из соленой воды. А вот второй начинался примерно в десяти километрах от поверхности, и представлял собой толщу магической энергии, или эфира, в которой обитали рыбы, животные и прочие твари, обычно населяющие океан. Но тоже эфирные. Сам эфир можно было увидеть издали, он походил на голубоватую дымку и достигал в толщину до двух километров. Но были места, в которых толща его достигала воды, и два океана сходились. Магические существа могли обитать в обоих стихиях, и, кочуя туда — сюда, доставляли мореплавателям немало проблем.

На одной из таких проблем, я стоял прямо сейчас. «Черное лезвие» построили прямо на теле эфирной акулы. Громадное, ужасающее своей мощью существо, имело врожденную способность к полету в эфире. Ну а подъем до эфира осуществлялся иным способом, мне пока не известным. Эфир, будучи энергией, совершенно не мешал дышать. Но чтобы в толще его не столкнуться с нежелательными обитателями, корабелы стремились как можно скорее вырваться на его поверхность. Так было безопаснее. Эфир полностью покрывал собою планету, образуя проницаемую мембрану в слоях атмосферы. Этот океан был поистине безграничен. Тут даже встречались летающие острова со своими городами. Но в основном на юге.

— Эй, как тебя там?

Я обернулся. Эва цвет кожи которой стал заметно бледнее, съежилась от холода. Не удивительно, ведь сама она была одета в темный топ и брюки с затейливыми тесемками, переплетенными на бедрах. А Иола и вовсе в шорты до колена. Одежда из кожи смотрелась на них эффектно, и в землях демонов была удобна, но тепла совсем не сохраняла. Мой камзол был немного теплее.

— Зови меня Торвик… — ответил я, ведь теперь это мое имя.

— Нужно укрыться от холода. Зима все — таки.

— Далеко до анклава?

— Сутки пути, — поежившись ответила Эва. — У тебя вещей много, тащи их сюда!

Ближе к правому борту судна стояла большая бухта каната, стянутая стальными лентами. Видимо совсем новая. В высоту она была примерно по грудь, а в диаметре около трех метров. Эва отдернула толстый брезент и ждала моего решения.

— Туда? — удивился я. — А разве здесь нет кают?

— Это военное судно. А мы груз. Так что приглашения внутрь не дождешься. Такие порядки.

Я повернулся, чтобы в очередной раз заглянуть за стекла надстройки, но ничего не смог разглядеть. Видимо, Эва путешествовала таким образом не раз и стоило довериться ее опыту. Скидав тюки и сумки на дно бухты, мы равномерно распределили их и примяли. По ходу действия Венге отыскала в вещах, подаренных королевой, огромный шерстяной плед и пару одеял. Она поняла к чему все эти приготовления и возражений не выказала, ибо сама терпеть не могла холод. Металлические детали корабля уже покрылись пушистым инеем, а ветер становился невыносимо колючим.

Перебравшись внутрь бухты, мы с Эвой совместными усилиями вернули брезент на прежнее место, окончательно отделив внутреннее пространство от ветра и холода. Плотно смотанный канат хорошо хранил тепло и все еще отдавал немного из того, что накопил в порту. Меня и Венге положили в центре, а Эва с Иолой расположились у изогнутых стенок. Закутавшись в плед и одеяла мы мало по малу согрелись. В этой импровизированной юрте было уютно, хоть и тесновато. Я даже смог вытянуть ноги. Минут через тридцать мы надышали так, что захотелось открыться. Толстый брезент пропускал свет, но плохо. Его изредка трепало сильными порывами ветра и это раздражало. Резкий звук бил по ушам, но лучше уж так, чем снаружи…

Венге сразу дала понять, что общаться не хочет и повернулась ко мне спиной. Не придумав ничего лучше, я решил вздремнуть и тоже отвернулся. Слева от меня лежала Иола, а справа от Венге — Эва. Получше устроившись на тюках с одеждой, я быстро засопел и даже успел увидеть какой то сон до того, как насторожился. Внимание мое привлекла Иола. Она дышала часто и тяжело, и от нее веяло жаром. Я нехотя открыл глаза и прислушался.

— Ты часом не заболела? — тихо спросил я, и привычным движением ощупал ее лоб.

— Да нет, — подумав ответила она. — С чего ты решил?

— Ты часто дышишь.

— И правда… — согласилась она. — Так это… из за тебя по ходу.

— А я то при чем?

— Не то, что бы именно ты… — смутилась Иола. — Просто давненько я с мужиком так близко не лежала. Ну, в одной постели. Вот и возбудилась чутка…

— Прости, у тебя, что… течка? — стараясь соблюдать такт спросил я.

— Еще не хватало! — Иола откинула плед и расстегнула ремень. Сунув руку в шорты, она тихо выругалась.

— Ну вот… — вздохнула она, — Намокла по твоей милости.

Я почувствовал себя странно. Ноздри уловили едва заметный запах и сердце забилось сильнее. Меня бросило в жар, а потом в холод. Чтобы подтвердить свою догадку, я перехватил руку Иолы и поднес пальцы к носу.

— Ты это чего?! — удивилась она, но встретившись со мной взглядом, все поняла.

Я сверлил ее немигающим взором широко раскрытых зрачков. Рот мой сам собой приоткрылся. Обнюхав ее пальцы, я опьянел, словно животное, почуяв самку, готовую к совокуплению. Едва различимый для обычного человека аромат женской плоти, резко ударил мне в голову, запустив древний как сама жизнь процесс… Раньше такого никогда не случалось. Умом, я понимал, что все дело в новом теле, но контролировать этого не мог. Пока не мог, еще не научился. Ведь познать новое тело как следует возможности еще не представилось.

Я смотрел на Иолу не отводя взгляда. Она хотела отнять руку, но я не дал. Вырвав ее со второй попытки, она покосилась на Эву, но та, пригревшись, мирно дремала.

— Ты… серьезно? — чуть слышно спросила она.

Я кивнул, не отводя от демоницы стекленеющего взгляда. Запах Иолы начал сводить меня с ума. Подумав минуту другую, она приподнялась и медленно, чтобы никого не разбудить, стянула с себя шорты. Я уже видел ее голой, но тут было другое. Совершенно иные ощущения…

— Ну… где свой стручок?

Получив разрешение, я тихо, но очень быстро освободился от одежды. Приятной прохладой окружающий воздух не назовешь, учитывая, что пар шел изо рта, но мне было плевать. Закинув копыта себе на плечи я вошел в нее сразу, не дожидаясь полной эрекции. Ощутив ее горячие бедра на своем бледном теле я едва не застонал. Член мой воспрял. Почуяв свободу, он одарил владельца тупой болью, которая часто бывает при быстром возбуждении. Но это была такая мелочь! Я прижался к Иоле, что было сил, чувствуя, как мой дружок твердеет и тяжелеет, расправляя ее демоническое влагалище.

— Да ладно… — Она сунула пальцы в промежность, и ощупала основание члена. — Он вроде поменьше был?

Я не ответил. Процесс заполнения ее плоти еще не закончился, он целиком захватил мое внимание. Плевать каким и, что было раньше! Я стремился засесть в ее чреслах так глубоко, как только мог. А когда это случилось, дело дошло и до груди. Сгребая Иолу в охапку, я прижал ее к шершавой стенке быстро нашел губами отвердевшие соски. Нектар Богов я тоже вкусил сразу…

Когда проснулась эва, я уже часа два без остановки бороздил своим кожаным челноком просторы разомлевшей от экстаза демоницы. Иола, каким-то чудом не проронила ни звука. Сжав свои крепкие белые зубы, она опустошилась раз восемь или десять. И снова была на грани экстаза…

— Вот это номер… — опешила эва, глядя на нас.

Я сбавил темп и остановился, плотно засев в Иоле. Увидев наше соитие, эва резко раскраснелась… Это было заметно даже на ее темной коже. В ту же минуту мой нос уловил новый запах.

— Все! Не могу больше! — выдохнула Иола.

В отличии от нее я так и не достиг своего пика, и это было странно. Где-то рядом, где-то близко, но все не то… Поняв, что мучить Иолу больше не стоит, я извлек свое разгоряченное хозяйство и положил на ее живот. Кое что показалось мне странным…

— Мне кажется, или раньше он был меньше? — Эва словно прочла мои мысли. Когда они приходили ко мне в промежутках между пытками, то пользовались моей беспомощностью несколько раз. Услуга за услугу. Но он действительно был меньше. Учитывая рост и комплекцию Иолы, мой друг без труда доставал до ее пупка, да и в объеме заметно прибавил. В самый раз для демоницы.

Однако, думать об этом я сейчас не мог, ибо аромат Эвы пьянил голову ничуть не меньше. Скользнув по груди второй демоницы, мой взгляд уперся в ее промежность, от чего член заметно дернулся. И это не осталось незамеченным.

— Да я в общем-то не против, — как бы оправдываясь сказала Эва. — Но что скажет Иола?

— Делай что хочешь, только сними его с меня! — тихо взмолилась та.

Глазки Эвы заблестели нездоровыми всполохами. Не отводя взгляда от моего достоинства, она принялась судорожно развязывать тесемки на бедрах, чтобы поскорее освободиться от штанов. Когда это наконец случилось, она облегченно вздохнула. Я перешагнул через спящую Венге, и Иола осторожно подтянула ее к себе, давая нам больше простора.

Войти в Эву было не так-то просто. Она хоть и текла нещадно, но щель имела куда более узкую. Ее промежность даже внешне была аккуратнее чем у подруги. Изящнее что ли… Подмяв ее под себя я едва не скулил от наслаждения, каждый раз, когда член проваливался глубже. Процесс этот оказался долгим и крайне волнительным. Изголодавшаяся по мужской ласке демоница получила первые приливы блаженства уже на этой стадии. Когда же лобки наши, наконец соприкоснулись, ее уже сотрясали волны нехилого такого экстаза. Скользить свободно в ее чреве было пока затруднительно, поэтому я ограничился очень короткими, но сильными толчками. Эта гражданка сдерживаться не стала. Своими страстными стонами и сдавленными возгласами, она таки разбудила Венге. Но меня это мало заботило. Я все еще не достиг желаемого и был преисполнен решимостью это сделать.

— Похоже, ты следующая… — томно сообщила Иола, глядя на все мутным взглядом.

— С чего бы? — Огрызнулась Венге. — Уж точно не после вас!

— А чем мы тебе так не угодили?

— Сама знаешь!

— Ну тут уж простите, ваше высочество. Работа такая, — криво усмехнулась Иола. — Все по приказу вашей матушки. Вот ей и предъявите. Мы то причем?

Венге фыркнула, не найдя что сказать. Она пыталась уснуть снова, но попытки были тщетны. К тому моменту. Эва совсем размякла и у меня появилось больше свободы. Странно, но усталости я вовсе не чувствовал, даже наоборот! Силы только приливали! Но вскоре взвыла и она. Истощив весь запас демонической похоти, грозная Эва взмолилась о пощаде. Усилия мои были тщетны. Сколько бы я не вдалбливал свою пульсирующую длань в ее сочные недра, удовольствие было где-то рядом, но никак не приходило. И это было чертовски обидно!

Медленно и осторожно покинув ее влагалище, я помог демоница выпрямить затекшие от напряжения ноги, едва не получив копытом в лоб. Я потянул носом, пытаясь учуять запах Венге, но сделать этого не смог. Однако мой вздыбленный член упорно смотрел в ее сторону. Не выдержав столь пристального к себе внимания, Венге сдалась на третьей минуте этого немого диалога.

— Ладно… — вздохнула она. — Но эту шпалу я в себя не приму!

— Не нужно одолжений, пора с этим заканчивать, — Возбуждение мое явно было аномальным, как и выносливость, которой я прежде за собой не замечал. Не то, что бы был слаб в постели, просто таких марафонов любви на моей памяти не было, по крайней мере в прошлой жизни.

— Нашел с кем любезничать… — Венге криво улыбнулась и кивнула Эве.

Почуяв неладное, я встревожился.

— Да не бойся, — вкрадчиво прошептала Эва. — Тебе понравится.

Почему-то хотелось ей верить…. Демоница, подобрав ноги, уселась спиной к стенке и мягко подтянув меня к себе на колени, обняла за талию. Венге слегка толкнула меня, заставив откинуться назад. Тепло Эвы было приятным, а ее упругие темные груди, обняв шею, желанным грузом легли на мои плечи…

— Расслабься… — Эва погладила своими большими когтистыми пальчиками мой живот, и провела по бедрам. От чего друг мой бесстыжий резко воспрял духом. Решив ей поверить, я выдохнул и прикрыл глаза, чтобы суметь насладиться моментом. Минут через пять, это наконец, случилось.

Венге, тем временем, сняла верхнюю одежду и аккуратно ее сложила. Заглянув мне в глаза, она плавно опустилась на локти и потерлась щекой о мое бедро. Пройдясь губами вдоль члена, она поддела головку языком и пригубила. Ее шершавый язычок, слегка поиграв с членом, взвесил его и скользнул вперед, проделав влажную дорожку от уздечки до основания. Эва прижала меня к себе, чтобы я ненароком не дернулся и не навредил принцессе. Впрочем, ее острые зубки, сдавившие член, сразу исключили такую вероятность. Когда волнение мое поутихло, хватка ее ослабла. Зубки уступили место горячим губам и ротик Венге заскользил по моему члену.

Определенно делала она это не впервые. Говорят, семя мужское считается для суккубов деликатесом, ибо добыть его не легко. Ведь сначала нужно проявить выдержку, ввести смертного в заблуждение и заслужить хотя бы толику доверия, дабы заставить его отдаться. Опытные суккубы никогда не жрали тех, кто мог дать семя. Но их жрали другие, выслеживая и убивая из зависти. Поступала ли Венге так же, я не знал. Но опыт в интимных ласках был на лицо.

Принять меня целиком она не могла, но головка легко достигала ее горла, не причиняя при этом заметных неудобств. Венге была нежна и терпелива, как, впрочем, и Эва. Чуть позже к ласкам присоединилась Иола. Поглаживая мое новое мускулистое тело в четыре руки, они перешептывались и томно улыбались. Признаться, я разомлел… ведь таких изысканных ласк прежде никогда не испытывал. Даже коготки Венге, царапавшие мою кожу казались приятным дополнением. Я поглаживал ее голову, утопая пальцами в длинных темных волосах, и это было приятно…

Волна экстаза пришла внезапно. Откуда то из недр, из самой глубины моего существа. Венге вздрогнула, и губы ее ослабили хватку. Она подалась назад, но пальцы мои инстинктивно сжались. Крепко схватив демоницу за волосы, я вернул член на прежнее место. Она запоздало сжала зубы, и вцепилась когтями в мои ноги, но боль эта была ничем, по сравнению с накатившей волной необузданного удовольствия. Пять или семь секунд я не мог себя контролировать. Тело свело судорогой, а сознание наполнили яркие неясные образы. Венге, глоток за глотком, приняла в свое трепетное горлышко все, что я смог излить. Когда пальцы мои ослабли, она выпустила чуть обмякший член изо рта и отдышалась.

— Ну ты и скотина… — тихо проговорила она, убирая мои руки. — Мог бы и по нежнее!

Зубы Венге оставили глубокие отметины на моей плоти. Но боли я еще не чувствовал. Глядя на обиженную принцессу, демоницы довольно ухмылялись. Она не пользовалась у них особой любовью и уважением. Никто не говорил этого вслух, но было и так понятно. Впрочем, это было взаимно. Разве могут быть отношения между тюремщиками и их бывшей подопечной иными? Мой случай скорее исключение из правил.

Одевшись, пока пыл страсти еще согревал тела, мы снова забрались под толстый плед. Снаружи уже стемнело. Ветер стих, но иней на брезенте уже превратился в тонкую корку льда, нашими общими стараниями. Стало холодать… Иола, отодвинувшись от стенки, прижила меня к себе и обняла. Эва, не смотря на протесты Венге, сгребла принцессу в охапку и слегка подмяла под себя. Так, попросту, было теплее. Впрочем, этот маленький акт насилия над личностью принцессы, могучая демоница свершила с явным удовольствием.

«Черное лезвие» скользил по морозному эфиру следуя точному курсу. Звезды ярко сияли сквозь дымку облаков. Часть времени, проведенного в пути, мы скоротали. Оставшуюся часть пути мы, скорее всего, проведем забывшись глубоким спокойным сном.

Глава 2. Арн

Утро наступило внезапно. Оттаявшая вода скопилась в центре тента и холодной увесистой каплей упала мне за шиворот. Солнце уже было высоко, снаружи потеплело. Услышав мою тихую ругань, проснулась Эва. Встав на ноги, она смело откинула тент и сладко потянулась всем телом.

— Подъем! — она слегка подопнула копытом подругу. — Я вижу Арн!

Я тоже встал и вгляделся в даль. Корабль, заложив небольшой крен по дуге огибал раскинувшийся внизу город. Первой в глаза бросилась высокая, узкая башня маяка, в самом его центре. А потом и купола, ярко отсвечивающие на солнце. Издали Арн казался белоснежным. Его опутывала легкая муарная дымка, придававшая виду сказочную нереальность. Преломляясь в ней солнечный свет распадался на радужные всполохи. Темные земли демонического королевства вокруг стен добавляли контраста к общей картине.

— Минут через двадцать будем уже у причала. Он пристанет вон там! — Эва указала на порт по правую сторону от города.

Растолкав Венге, я принялся подавать наши вещи. Здесь, на высоте примерно километра от поверхности было достаточно тепло, чтобы пар не шел изо рта. Демоницы, пригревшись на солнышке, вновь обрели привычный мавританский оттенок кожи. Черное лезвие с удивительной точностью поравнялось с каменной пристанью и с первой попытки пришвартовалось. За бортом уже кипела суета и раздавались звонкие команды. Едва трап коснулся палубы по нему взошел растрепанный демон лет сорока в потертой спецовке. Увидев пассажиров, он замер.

— Э… — госпожа Эстер! — выкрикнул он. — Здесь посторонние!

— В смысле посторонние?! — раздалось в ответ.

Быстрым, решительным шагом на палубу взбежала нагловатого вида демоница. Кожа ее была иссини черной, что резко контрастировало с короткими светлыми рогами, растущими назад и белоснежными зубами. Ростом она была около двух метров, стройная, подтянутая, носила мундир. Возраст гражданки, ввиду ее внешних особенностей установить не удалось. На вид лет тридцать пять. По человеческим меркам.

— Оп-па… — Эстер криво усмехнулась. — Кто такие? Почему на военном корабле?

Сунув руку в карман, я подал свои документы. Прочтя бумаги, Эстер подозрительно провела носом по кромке и оглядела меня с ног до головы.

— Новенькие… — взгляд ее стал хмурым и подозрительным. — Кто такой? Я тебя не знаю.

Поверх бумаг я положил выданный королевой ярлык.

— Да ну? — она оскалила зубы. — Откуда же у перерожденного такая редкая штучка, а!?

— Многовато вопросов для простого офицера, — заметила Эва, вставая у меня за спиной. — Посмотрела? Верни обратно.

— Так… — протянула Эстер и звонко щелкнула пальцами.

Получив документы Эвы, она прочла их без интереса.

— Вид деятельности? Что везете? Покажи ка мне книжечку свою трудовую!

— Чего? — я, кажется ослышался.

— Держи… — со странной улыбочкой, Эва полезла в карман сумки и передала офицеру небольшую серую книжицу. Когда свои документы подала Иола, я почуял подвох.

— Палач на службе ее величества… — с издевочкой начала она, но быстро осадила.

Заглянув в документы Иолы нагловатая дамочка и вовсе поникла. Но не сдалась.

— Даже если сама шальная принцесса подпрыгнет под твою дудку, чужак, этому ярлыку я не поверю. Документы изъяты, судно задержано! — сквозь зубы процедила она.

— А мои документы вы не желаете проверить? — мягко спросила Венге.

— Сначала попрыгай… — в пол голоса предложила Иола, обнажив зубы.

Приняв бумаги дрожащей рукой сержант Эстер опустила глаза.

— Так… мне попрыгать? — вопрос адресовался мне.

Сержант рухнула пред ней на колени, и протянула документы обратно.

— А дисциплина то у нас в войсках хромает… — посетовала Эва. — Как будем наказывать, господин баронет?

— Бумаги верни! — потребовала Иола. — Сдается, вспотеешь ты нас арестовывать…

— Эта милая леди всего лишь делает свою работу, — заметил я. — Причем хорошо. А некоторая заносчивость ей даже к лицу, не находите?

— Ты думаешь? — усомнилась Эва.

— Вы не с того начали, офицер. Встаньте пожалуйста.

— Сержант Эстер Вуд, к вашим услугам… — запоздало представилась та.

— Торвик Торвольф. Эмиссар ее величества, — представился я. — Вы правы, я здесь недавно. Что до моих браслетов, то мы здесь как раз по этой причине. Если Вас не затруднит, не распространяйтесь о нашем присутствии, хорошо?

— Есть, сэр, — хмуро отозвалась она.

— Скажите, Эстер, а, как мне увидеть капитана этого корабля? Как ни пытался, я не смог попасть в рубку.

— Капитана? — она удивленно подняла глаза. — За годы службы я ни разу его не видела. Он никогда не покидает мостик. Все документы и указания, я получаю в пакете, вместе с грузом. А зачем вам капитан?

— Видите ли, это судно переходит под мое командование, и я хотел бы обсудить некоторые моменты. Капитан вскроет свой пакет только на рейде, после разгрузки…

— Ах вот оно что… — она задумалась. — В таком случае, вам придется сойти и сгрузить весь багаж. Пока вы этого не сделаете, судно не отчалит. Ну а потом ждите. По другому никак.

— Занятно… и как мне быть? Махать с пристани руками?

— Если все так, как вы говорите, сударь, то судно встанет на рейде и будет вас дожидаться там. Это пристань ее величества, но время стоянки здесь ограничено. Вы ведь не одни… — она указала на два корабля, занявших очередь на разгрузку. — Наймете шлюп, или обратитесь ко мне. Это обычная практика.

— Разумно, — улыбнулся я, обнажив клыки. — Благодарю вас.

— Если хотите… я возьму ваш багаж на ответ. хранение. Склады тоже принадлежат королеве.

Я зачем-то склонился к Эстер и втянул ноздрями воздух. Она взглянула на меня с опаской.

— От вас не пахнет страхом… — пояснил я. — Мне это нравится.

— А от вас пахнет блудом сударь… От всех вас, — тихо сказала она.

— В эфире нынче прохладно. Согревались как могли… — доверительно поведал я.

— Так… что с багажом? — Эстер смущенно отвела взгляд.

— Буду вам благодарен, сержант.

Она оказалась права. Стоило портовым грузчикам очистить палубу и убрать трап, как «Черное лезвие», плавно отдалившись от причала, покинуло порт. Оплатив Эстер причитающийся взнос в две золотых монеты, мы проводили корабль взглядами.

— Ну что, мой господин? — с легкой иронией спросила Эва. — Кто куда?

— Должно быть, вам нужен аванс? — спохватился я и достал из сумки небольшой кошель с золотом.

— Вы очень щедры, — широко улыбнулась она. — Нам как раз закупиться надо. Вы не против?

— Хорошо… — кивнул я. — Тогда встретимся у храма? Скажем, на закате. Времени хватит?

— С лихвой. Еще только утро, так что мы послоняемся немного по городу. Давно тут не были.

— Удачи!

Поклонившись, могучие демоницы пересчитывая на ходу монеты, свернули в ближайший переулок. Их силуэты эффектно смотрелись в тени. Длинное копье за спиной Эвы и некое подобие алебарды у Иолы, здорово дополняли антураж.

— Зря ты им денег дал, — вздохнула Венге. — Больше не увидишь.

— Ты думаешь?

— Я в этом почти уверена.

— Жаль если так… — задумался я. — Но золото им все равно пригодится. Это малая плата за доброту.

— Матушка точно не перекусила тебе артерию? Кровь в мозг поступает? — съязвила Венге.

— Не смешно.

— Сразу в храм?

— Храм… храм… А может побродим? Времени то навалом. — Предложил я.

— Смотри сам. Я бы чего поела, если честно, — призналась Венге. — Пошли в кабак а?

— Хм… я бы тоже не против. А есть ли здесь такое местечко, как «Хмельной ветер»?

— Было вроде… — Венге уставилась на меня подозрительно. — Только слава у него дурная, да и демоны туда не ходят. Уверен?

— Вот и поглядим, — улыбнулся я плотоядно.

— Ты пугаешь меня. Сначала та оргия на корабле, теперь вот это… — Она обвела пальцем мое оскалившееся лицо.

— Если честно, я сам не понял, что случилось. Я не должен был так вести себя. Наваждение какое то…

— Я могу ошибаться, но кажется ты обрел не только мою силу. Похоже, что плотский голод тоже передался, — предположила Венге.

— Черт… — я тихо выругался. Интуиция подсказала, что она может быть очень даже права.

— И перестань всех нюхать, это неприлично! — накинула она вдогонку.

— Учту… — огрызнулся я сдержано. — Давай, топай!

Изнутри анклав Арн уже не казался таким радужным. Природа розоватой дымки оказалась весьма очевидна. Здесь было множество мастерских и несколько крупных производств различного назначения. А цвет дыма объяснялся природой руды, что добывалась неподалеку. Временами, от запаха что стоял в переулках, выедало глаза. Нечистоты, сливаемые на улицу, вносили свой незабываемый аромат в общую палитру города.

Я рассматривал обитателей этого места с удовольствием узнавая расы, которыми заселил этот мир. Были тут и эльфы, и дворфы, и всяческие нефилимы с полукровками. Магические существа, торговцы разных гильдий, живность опять же разношерстная. Жители и гости города спешили по своим делам, деловито суетились у прилавков, занимались повседневными делами. Вот только безмятежностью, которая задумывалась мною изначально, здесь и не пахло. Лозунг «человек человеку волк!» незримо парил над этим местом.

Там, где много портов и заводов, как водится, есть и бордели. Ну как же без этого? Анклав Арн, по праву назывался раем для ценителей межрасовой любви. Мать моя… кого здесь только не было!? Я, конечно, прописывал это место в подробностях, но в реальности, все было куда жестче… Моралью город не блистал, так что злачные заведения готовы были обработать любой запрос, даже самый извращенный, только плати. От этой мысли меня передернуло. Да, я и сам совсем недавно делил ложе с тремя женщинами, но должны же быть разумные пределы?!!

Покинув центральную улицу, мы свернули налево. Здесь начинались жилые кварталы с малоэтажной застройкой. Дома типовые, с купольной крышей, но в остальном функционал у них был разным. Стены пошарпаны, кругом веревки с бельем, бочки, ящики. Но по сравнению с портом здесь было куда чище и вполне себе уютно. На нас с Венге удивленно глазели, но этим все и заканчивалось. Сейчас было утро, народ на работе. Разве что малолетние оборванцы да усталые женщины встречались на пути. Да еще стража.

Надо сказать, что стража в Арне делилась на женскую и мужскую. Все было так запущено, что конфронтация проявлялась даже в этом. Впрочем, нас не трогали. Хоть в охранении служили только люди, анклав, все же стоял на землях демонов.

Пришли, — сухо сообщила Венге.

Я поднял голову и прочел на вывеске едва различимую надпись:

таверна «Хмельной ветер».

Надписи «добро пожаловать», я, как ни старался — не нашел. Толкнув дверь ногой, мы очутились в уютном, довольно таки местечке. Мебель и прочую обстановку новой назвать было не льзя, но именно это придавало таверне особый шарм. Помнится, на описание локации, я потратил аж два абзаца. Посетителей было немного, всего пара завсегдатаев в дальних углах зала.

— Чем могу? — не слишком приветливо спросил мужчина за стойкой. Его шикарный шрам на щеке, в купе с остальным антуражем привел меня в восторг. Разумеется, внешне, я был спокоен.

— Простите, любезный, — слегка поклонился я, — Если не ошибаюсь, это местечко принадлежит некой Натали Эрстед?

— Не ошибаетесь… — мужчина несколько растерялся. — Натали, выйди ка на минутку!

Высокая женщина лет сорока, крепкого телосложения, вытирая руки о фартук вышла за стойку. Ее пронзительный взгляд словно лезвием полоснул по моему лицу. В былые времена, Натали служила во флоте и обладала, кроме чудовищной реакции и уникального клинка, еще и редким, скрытым от всех, даром определения. О да… по выражению ее лица я прочел все, что хотел прочесть. Она испугалась! Сила, таившаяся во мне, вызвала в ней неподдельный ужас.

Однако к чести Натали Эрстед, она мгновенно взяла себя в руки.

— Мы уже заплатили налоги, сударь, — выдала она первое, что пришло в голову.

— Я не по этой части, сударыня.

— Кто вы?

— Торвик Торвольф, — я отвесил почтительный поклон. — Эмиссар ее демонического величества.

Надо было видеть их лица. Мужик едва слюной не подавился. Но получив два-три хороших хлопка от хозяйки, по своей спине, быстро пришел в норму.

— Простите, сударь, но я впервые слышу о эмиссарах, — засомневалась она.

— Не удивительно. Я целую вечность провел в диких землях, — искренне солгал я.

— Чего же вы хотите от меня?

— Самую малость сударыня. Мы бы хотели отведать ваш знаменитый пирог из арарийских яблок и сыра «маг-дук», под сливками из молока тонга. Я правильно запомнил название?

— Чего?! — она ошалело уставилась на меня. — Вы… серьезно?

— Абсолютно, сударыня. Арн — город портовый. Не удивительно, что слава о Вашей выпечке разлетелась далеко за его пределы.

— Но… мы не обслуживаем демонов, — возразил было мужчина.

Я выложил на барную стойку две золотых монеты. Если не изменяет память, в этих местах — это были приличные деньги. Если всего два золотых оплачивали стоянку в порту и разгрузку, то вполне вероятно, что налог, который платила хозяйка был примерно таким же.

— Что за дурацкие шутки… Вы пришли посмеяться надо мной? — с обидой выдала Натали.

— Никаких шуток, — я выложил еще два золотых. — Я прибыл из далека и полон решимости. Так вы подаете пирог или нет?

Взглянув мне в глаза, она поняла, всю серьезность намерений.

— Что будете пить?

— Немного вина нам не повредит, правда? — я взглянул на Венге.

— Вино я точно буду, — глухо отозвалась она.

— Дайте мне минут двадцать, — попросила хозяйка. — Присаживайтесь, где удобно…

Глава 3. Вот такие пироги

Усадив Венге за столик у стены, я вернулся к барной стойке. Мужчина, стараясь не смотреть в мою сторону, тщательно натирал полотенцем высокий прямой стакан из толстого стекла. Улучив момент, я забралу него сей сосуд, попутно удивившись, на сколько быстро и мягко то получилось.

— Что? — насупился он.

— Уделите мне пару минут, любезный?

— Ну? Чего вам?

Памятуя как мои когти оставляли царапины на граните, я задумчиво чиркнул по стеклу. Не знаю, из чего они сделаны, но внешне тупой коготь оставил на теле стакана глубокую царапину. Под изумленным взглядом трактирщика, я аккуратно провернул стакан в своих руках, оставляя большим пальцем ровный глубокий след. Перевернув его, я оставил такую же борозду изнутри. Легким щелчком все того же когтя, верхняя часть сосуда со звоном отделилась от нижней, оставляя практически идеальный, гладкий срез. Сдув возможные осколки стекла в сторону, я протер свое творение позаимствованным полотенцем и поставил на стол.

— А льда, у вас, должно быть нет? — спросил я.

— От чего это нет? — возмутился мужчина. — Очень даже есть!

— Тогда плесни ка мне любезный чего покрепче, да со льдом.

Стакан для виски получился что надо. Недоверчиво оглядев оставшееся колечко, трактирщик со шрамом на лице ухмыльнулся и убрал его со стойки. Встряхнув некий волшебный сосуд, он высыпал в стакан три кубика льда и наполнил его из большой пузатой бутылки. По вкусу и запаху напиток напоминал коньяк. Причем совсем не дешевый.

— Напиток богов… — выдохнул я, сделав скромный глоток.

— Так чего вам, сударь? — тон мужчины стал заметно мягче.

— Простите за прямоту. Вы и хозяйка…?

— Нет, что вы, как можно? — смутился тот неожиданно. — Госпожа Эрстед однажды помогла мне. Вытащила на себе с поля боя. Я никак не смог отблагодарить ее тогда, потому что был без сознания, а потом, мы как-то разминусь. Но до меня дошли слухи что дела у нее не очень, вот и решил отдать долг. Я работаю за еду, койку и символическое жалование.

— Как вас…?

— Герд, сударь.

— Так, что за беда у вашей госпожи?

— Виной всему недуг, полученный на войне. Из за него она и оставила службу, — понизив голос поведал Герд. — Она кухарка от Бога, если так можно говорить о боевом офицере. Но работать подолгу она не в силах. Эта забегаловка — все, что есть у Натали. Вы понимаете? Я не хочу, чтобы женщина с блестящей военной карьерой окончила жизнь в сточной канаве.

— Вы это всерьез? — удивился я. — В нашем мире такое редко встретишь. А что будет потом, когда ей станет совсем худо?

— Ну… — трактирщик отвел взгляд. — Я возьму управление в свои руки и найму людей. Я не альтруист, если вы об этом. Свою жизнь я ценю высоко, а потому и доброту госпожи никогда не забуду. Я буду заботится о ней столько лет, сколько отведут ей Боги.

— Я не слышу в ваших словах фальши, и это странно.

— Не знаю зачем, сударь, но я сказал вам все, как на духу. Трудно сказать, что человек, я хороший, но как со мной поступают, так и я с людьми. По крайней мере стараюсь. Вам что-то не нравится?

— Да нет… скорее приятно удивлен. Так значит, служили вместе?

— Так точно. Рядовой третьего пехотного. А она командир… лучший из всех. А их я повидан немало. Моя спина расскажет об этом больше… — он оголил плечо, показывая шрамы от плети.

Перекинувшись с трактирщиком еще парой слов, я взял стакан и подсел к Венге. Минут через пять показалась и хозяйка с огромным подносом в руках.

— Ваш пирог сударь… И ваш, сударыня, — обслужив странных гостей, Натали замерла в ожидании.

— Прошу вас, присядьте с нами, — попросил я.

Подумав пару секунд, хозяйка таверны присела за стол. Отломив кусок обычного на вид пирога, я прикрыл глаза. Вкус его был настолько пронзительным и ярким, что у меня навернулись слезы. Он оказался намного лучше, чем я себе представлял.

— Что-то не так? — встревожилась Натали. — Что-то на зуб попалось?

— Нет… — смог, наконец, вымолвить я. — Просто ничего вкуснее в своей нынешней жизни, я не пробовал.

— Это… точно пирог? — изумилась Венге. — Обычный пирог?!

— С яблоками и сыром, — робко улыбнулась хозяйка. — Все как заказывали.

— Я не могу понять, почему здесь не стоит толпа от самого порта…

— Когда — то так и было, сударыня… — с грустью припомнила она.

— Так что же случилось?

— Стыдно признаться, но… в общем, мне пригрозили. Запретили продавать все, кроме выпивки и закуски. Иначе мое заведение закроют. Я и сейчас-то рискую… — она кивнула в сторону пары пьянчуг в дальнем углу. — Эти заложат и глазом не моргнут.

— Конкуренция? — догадался я.

— Она самая. Я, видите ли, лишила дохода все заведения в округе. Они надавили на гильдию, и пришлось подчиниться. Ведь без гильдии здесь торговать запрещено. Да вы кушайте, кушайте…

— А вы не пробовали в другом месте? — спросила Венге.

— Решения гильдии действуют по всему королевству. Ослушаться их, все равно, что поставить на себе крест.

Создавая гильдии торговцев и ремесленников, я, как-то об этом не подумал. Благие намерения обернулись монополией и инструментом давления на простых трудяг.

— А как ваш недуг? — решил я сменить тему.

— Откуда вы знаете? — встрепенулась Натали.

— Да вы расслабьтесь… — я доверительно улыбнулся. — Так уж случилось, что я знаю о вас все. Капитан Натали Эрстед, командир третьего пехотного полка королевской гвардии. Выдающийся мечник, одаренный Божественным благословением. Владелец уникального рассекающего клинка, что сияет лишь в одних руках. Была брошена при атаке своими же союзниками и получила ранение в печень…

— Хватит! — она стукнула кулаком по столу. — Какого черта вам двоим надо?!

— Я же сказал… Мы пришли поесть пирога. Только и всего.

— Тогда доедайте и проваливайте! — она вскочила на ноги и собралась уйти. Но следующий вопрос застал ее врасплох.

— Что вы увидели во мне, Натали? Что вас так испугало?

Госпожа Эрстед застыла на месте и медленно обернулась.

— Да, да… — вздохнул я, вытирая губы салфеткой. — Об этом я тоже знаю. У вас редкий и удивительный дар.

Она нехотя вернулась к столу и уселась на свое место, словно собака, которую одернули за цепь.

— Что еще вы обо мне знаете? — уныло спросила она.

— Я знаю, что вы хороший человек, Натали. Таких людей очень мало. Вы видели этот мир с изнанки и мучаетесь от того, что не можете ничего изменить. Я искренне вам сочувствую.

— Полно вам, сударь… Сдалось мне ваше сочувствие. Впрочем, вы правы. На поле боя, я кое-что могла, но тут бессилие угнетает меня. Как и отсутствие выбора.

— А если бы выбор был?

— Я не хочу об этом говорить! — обрезала она. — Вы спросили, что я вижу? Извольте… Вы оба чудовища, которых свет не знал. У меня в голове не укладывается, почему вы сейчас разговариваете со мной, и жрете пирог вместо того, чтобы стирать все живое с лица земли.

— Знаете, Натали, возможно именно этот замечательный пирог причина тому, что город все еще цел, — почти всерьез проговорил я.

Она взглянула на меня, потом на Венге, и, вдруг рассмеялась. Но не слишком искренне.

— Меня вы уже знаете, позвольте представить мою спутницу?

— Зачем? Я и так поняла, что вы оба не в себе!

— Я все же представлю… — настоял я, и попросил Венге показать свои документы.

Напускное веселье как рукой сняло. Внимательно изучи королевскую печать, Натали побледнела.

— Значит… пророчество не вымысел?

— Значит не вымысел, — подтвердила Венге. — Он мой господин.

— Вот и пришел конец всему, — вздохнула она с каким-то странным облегчением.

— Вы это о чем?

— Ну, вы же решили начать с Арна? Сотрете его первым? — предположила она.

— Нет, что вы… — улыбнулся я, как можно доброжелательнее. — Мы просто проездом. Нам нужно в храм, разузнать о моих браслетах, только и всего.

— Так… а я — то вам на кой сдалась?!

— Всегда приятно поговорить с хорошим человеком… — пожал я плечами. — Так, вы не ответили на мой вопрос.

— Про выбор? — она нахмурилась. — Так нет его. А если бы и был, то на службу я не вернусь. Уж лучше наняться на борт какого-нибудь корабля и свалить отсюда ко всем чертям.

— А как же таверна? — спросила Венге.

— Оставила бы ее вон тому красавчику со шрамом. Податься ему все равно некуда, а с делами уж лет пять, как он сам справляется. Я тут так… для виду.

— Исцели ее, — попросил я.

— Прям здесь? — Венге широко раскрыла глаза.

— Здесь и сейчас.

— Ну ладно… — смутилась она. — Не знаю, что ты задумал, но пирог был волшебный.

Венге взмахнула рукой и Натали вскрикнула, схватившись за бок. Но боль быстро прошла. С каждым взмахом руки, тело Натали наливалось силами, грудь воспряла, вернулась военная выправка и румянец проступил на щеках. Казалось, она даже прибавила в росте.

— Готово, — буднично сообщила Венге. — Как новенькая.

Пока госпожа Эрстед растерянно моргала, прислушиваясь к забытым ощущениям, я быстро доел пирог и допил вино. Отсчитав десяток золотых монет, я стопочкой оставил их на столе.

— На рейде, со стороны демонической пристани, стоит военный корабль под названием «Черное лезвие». Найдете там сержанта Эстер, примечательная такая особа, скажете, что от меня. Пусть обеспечит вам шлюп.

— А деньги? — спросила она ошарашено.

— Это на случай, если вы решитесь принять мое предложение. Вам нужно будет собраться в дорогу. Корабль будет ждать до полудня.

— Вы это серьезно?

— Более чем. Теперь вы здоровы. Я не прошу ничего взамен, просто даю вам выбор.

Отвесив поклон Натали и ошарашенному трактирщику, мы с Венге вышли на улицу.

— Вот это номер! Это что сейчас было? — демоница немножечко охренела.

— Просто помог хорошему человеку. От тебя не убудет.

— Хрена себе! Вот это ты освоился, так освоился! А с чего ты вообще взял, что корабль будет ее ждать? Не факт, что он нас то дождется.

— Будем надеяться на лучшее, Венге. Худшее и так случится.

— Да… видала я дураков, но ты затмил всех. Причем с первого раза.

— Время покажет, — рассудил я улыбнувшись.

— Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

— Может и так.

— Я прожила здесь целую вечность, а тебе без году неделя. Ты хоть и родился взрослым, но ни хрена лысого тут не знаешь!

— Я знал твое имя, знал где нахожусь. Знал о таверне и о ее хозяйке… на мысли не наводит?

Венге вздохнула. Этого она объяснить не могла.

— А что за дар то у нее такой, а, деятель?

— Определение. Она видит способности любого существа и не только. Вообще всего. Натали может оценить что угодно, кроме преданности. Это ее и подвело. Не место ей в этом гадюшнике. Если она решится, я буду очень рад.

— Что-то мне подсказывает, что ты не оставил ей выбора. Сначала вывернул наизнанку, а потом надавил на самое больное место. Ты где вообще такому научился? Прям как матушка моя…

— Был опыт. Но гордиться тут не чем. Давай — ка поторопимся в храм, солнце уже в зените.

Глава 4. Храм

Найти храм труда особого не составило, ведь все главные улицы неизменно приводили на центральную площадь Арна. Ближе к центру анклава дома и проулки заметно преображались. Здесь было много цветов, в брусчатке высажены деревья, окруженные декоративными решетками, поросшими стриженой травой. Стены выкрашены, мостовая чисто выметена, запах нечистот если и был, то едва заметный. Тут пахло выпечкой, от богато одетых прохожих веяло изысканным по здешним меркам парфюмом. Однако и стражи в центре было заметно больше, чем на окраинах.

Сам храм возвышался посреди круглой просторной площади. Величественная, украшенная массивным барельефом и округлыми витражами башня, имела широкое основание, и своим белоснежным шпилем устремлялась в небо, венчаясь сияющим кристаллом маяка. Его узкий блуждающий луч отчетливо различался даже при свете дня. В целом, храм соответствовал моим описаниям. Кроме центрального входа с высокими, позолоченными воротами, было еще три. По одному с запада, севера и юга. К каждому входу вели семь широких ступеней, опоясывавших всю башню. Обелиск со скрижалями и алтарь определения расположились в центре башни, за семью дверями. Тут было все символично. Переступая порог каждой двери, человек попадал в круговой коридор, толстые стены которого распределяли чудовищный вес башни. Тут же расположились все административные ресурсы города. В подземельях квартировались стражники, там же устроили тюрьму и хранилища для всякой всячины. При необходимости, каждый коридор становился рубежом обороны. По сути, храм были и ратушей, и крепостью, и маяком.

У главного входа стоял почетный караул из двух идеально вышколенных гвардейцев и командира. Высокая женщина со светлыми волосами и небесно-голубыми глазами, облаченная в белоснежные одежды и полированные до зеркального блеска латы, вышла нам на встречу. Впрочем, если не обращать внимание на длинный голубой плащ, доспехи ее казались весьма функциональными. Да и клинок не бутафорский.

— Я Инара, рыцарь распорядитель, — представилась она мягким, до жути приятным голосом.

— Венге, смотритель седьмого обелиска, — представилась демоница.

— Седьмого? — удивилась Инара. — А это, должно быть, перерожденный?

— Торвик Торвольф, к вашим услугам, — я вежливо поклонился.

— Какие манеры… — улыбнулась Инара. — Что ж, прошу сюда. Нужно приложить к столбу браслет, что у вас на левой руке.

Она указала на ровный мраморный столбик по пояс высотой. На его серебренном набалдашнике для этих целей была специальная выемка. Закатав рукав, я, волнуясь, приложил свой браслет к столбику…

Ничего не случилось.

— Приложить еще раз? — спросил я.

— Нет! — рыцарь перехватила мою руку, считая про себя секунды.

На десятой секунде грянул колокол. Да так, что ступени под ногами дрогнули. Вздрогнула и сама Инара.

— Открыть ворота! — скомандовала она запоздало.

Гвардейцы едва успели отпрыгнуть, когда створки ворот распахнулись. А следом распахнулись и остальные шесть врат, отозвавшись в каменных коридорах гулким эхом.

— Здесь всегда так? — спросил я осторожно.

— На моей памяти впервые… Кто вы сударь? — Инара выглядела озадаченной.

— Я бы и сам хотел знать. Мы здесь как раз по этой причине.

— В таком случае, я сопровожу вас к алтарю.

Кивнув гвардейцам, Инара пошла вперед. Ее подчиненные двинулись чуть позади, держа руки на эфесах своих клинков. У последних врат нас встретил встревоженный мужчина лет шестидесяти в церемониальных белых одеждах с золотой вышивкой и золотым поясом.

— Венге? — он с ходу узнал демоницу. — Почему вы здесь? Надеюсь, причины уважительные?

— Простите, что оставила свой пост, господин главный архивариус, но причины действительно серьезные. Нас похитили.

— Кто?

— Люди королевы. Они перехватили мое послание.

— Вот оно что… — нахмурился мужчина. — Это объясняет пропажу корабля.

— Корабль цел, он сейчас в порту приписки, в столице королевства, — успокоила Венге.

— Это радует… — он вцепился в меня взглядом. — Вы перерожденный?

Я кивнул.

— Странно что вы еще живы… и тем более странно, что вы не человек. Кто вы, сударь?

— Боюсь, именно это я хотел узнать от вас.

— Взгляните сюда глава… — Венге приподняла мой правый рукав и показала второй браслет.

Мужчина уставился на нее немигающим взглядом. Потом обратился ко мне:

— Я Владимир Ортос, верховный архивариус, глава лиги Антуса и хранитель скрижалей, — представился мужчина с легким пафосом.

— Торвик Торвольф, полномочный эмиссар ее демонического величества.

— Как… — Владимир поперхнулся. — Уже?! Да когда вы успели?

— Нам с ее величеством удалось найти общий язык. Боюсь сказать, чего мне это стоило…

— Я не хочу знать!

Внимательно рассмотрев выданный мне ярлык, глава лиги от чего-то раскраснелся.

— Вы, сударь, личность крайне подозрительная. Но вы прошли процедуру распознания, и я не в праве чинить препятствия. Пройдите к алтарю!

Сказав это, архивариус отступил в сторону, пропуская нас в главный зал храма. Первое, что бросилось в глаза — это громадная люстра под потолком. Длинные полоски и заостренные трубки из хрусталя колыхались над алтарем, рождая мелодичный тихий перезвон, который заполнял собой все пространство. Была тут и музыка, тихая и вполне себе торжественная. Откуда исходила она, я так и не понял. Должно быть какая-то магия. Витражные окна, преломляя и окрашивая солнечные лучи, заливали весь зал радужными переливами света. Отполированный до зеркального блеска пол, удваивал впечатления. Казалось, его покрывала тонкая пленка воды, но это было лишь иллюзией.

Впрочем, больше ничего примечательного в главном зале не было. Разве что, несколько мраморных скамеек по периметру, да украшенные объемным орнаментом арки и створки остальных трех врат. Алтарь и скрижали покоились на низком круглом постаменте, метров пять диаметром. Меж двух мраморных шпилей зияла пустота, окутанная тьмой, и на ее фоне парили символы, сложенные в слова и предложения. Занятно… этакий рекламный стенд, по которому снизу вверх циклично проплывал один и тот же текст. Над языком и письменностью мира я, как то не задумывался. То ли я понимал все интуитивно, то ли буквы и правда ничем не отличались от родной моему сердцу кириллицы. Разве что стилизованы под готический шрифт. Надписи гласили что-то в духе «вода мокрая, ветер дует, солнце согревает, трава растет…». Ну, это если совсем утрированно. В вот абзац о перерождении после смерти и о бессмертии души стоило прочесть внимательно. Десятью заповедями тут и не пахло.

— Это и есть скрижали? — уточнил я.

— Да, сударь, — подтвердил архивариус.

Справа от скрижалей расположился странный аппарат, больше похожий на позолоченное орудие пыток. На каменном основании возвышался массивный металлический кронштейн со столь же массивной составной шайбой. Шайба эта имела множество различных выступов, углублений и отверстий. Она представляла собой слоеный «бублик» из металлических пластин разного оттенка и толщины, пружин, и мелких механизмов. Это и был алтарь. В центре его зияло отверстие для руки. Но совать туда пальцы я, от чего-то, совсем не хотел.

— Вы правильно поняли, сударь. Отверстие для руки с браслетом, — улыбнулся мужчина.

— А это не опасно? — на всякий случай уточнил я.

— Суй уже! — потеряла терпение Венге.

Вздохнув, я мысленно попрощался с кистью руки. Закатав рукав по локоть, я коснулся запястьем алтаря. Как и ожидалось, кольцо тут же сомкнулось, фиксируя браслет. Миниатюрные механизмы пришли в движение. Минут десять устройство анализировало мои данные, выдавая подозрительные щелчки и треск. Жжение и покалывания в руке были неприятными, но терпимыми. Вскоре, к огромному облегчению, захват звонко клацнул, возвращая мне свободу.

— Что теперь?

— На вашем браслете что-то появилось?

Я пригляделся. На серебристой пластинке красовался аккуратный оттиск, которого там раньше не было.

— Здесь спираль в круге, — показал я. — Больше ничего.

Мужчина взглянул на браслет, пытаясь припомнить похожий символ, но не смог.

— Приложите его вон к той пластине на скрижалях, — указал он. И я приложил.

Музык стихла. Перезвон хрусталя, равно как и легкое дуновение воздуха, его вызывавшее, тоже пропали. Створки центральных врат тихо захлопнулись. Лязгнули засовы на остальных дверях. Меж двух столбов, где только что плыли строки, отобразился такой же знак, как и на браслете. Под ним всплыла поясняющая надпись.

— Творец мира? — прочел Владимир вслух. — Чертовщина какая то… Приложите еще раз!

Я приложил браслет снова, но результат оказался тем же.

— Странно все это… очень странно! — разволновался архивариус. — А ну-ка, приложите второй браслет к алтарю. Может он прояснит что-то.

Я сунул в бублик правую руку и все повторилось. Однако, захват разжался почти сразу, со звоном разорвав браслет на мелкие звенья. Скрижали тотчас погасли.

— Все ограничения сняты. Приветствую Вас, создатель! — произнес мягкий женский голос, звучавший как будто отовсюду. Площадку, на которой стоял алтарь окружило едва заметное сияние.

— А это кто? — испуганно спросил Владимир.

— Вы у меня спрашиваете?

— Я Орсис, божественный интерфейс, — представился голос.

— Орсис? — название показалось мне знакомым. — Оружейные системы? Это же боевой интеллект… или я ошибаюсь?

— Верно, создатель. Но это в прошлом. С тех пор, как меня перенесли в этот мир, функционал изменился и многократно расширился.

Эхо минувшей войны словно тяжелый подзатыльник встряхнуло мое сознание. Все, что было связано с этим именем было крайне неприятно вспоминать. К счастью, в минувшей войне, этот ИИ сражался на нашей стороне.

— Кто тебя перенес, Орсис? — волнуясь спросил я.

— Я не знаю, создатель. Знаю лишь, что создана я для вашего удобства. Желаете обнулить мир?

— А это как?

— При обнулении исчезнет все, что отличается от исходного описания. Прикажете обнулить аномалии?

— Нет! Я этого не хочу.

— Желаете внести правки?

— Правки? Слушай, я как-то об этом не думал… Можно вопрос?

— Конечно создатель. Что вы хотите знать?

— Скажи для начала, кто я? Что за зверь такой?

— Вы есть олицетворение данного мира. Вы являетесь прародителем каждого живого существа. Вы совместимы с любым существом, — лаконично ответил голос.

— В смысле совместим?!

— Физиологически. Как источник биологического материала. Как источник зарождения жизни. Как…

— Хватит! Я, кажется, понял. Не надо продолжать. Скажи лучше, кто все это создал?

— Вы, создатель.

— Нет, я имею в виду, кто создал этот мир? Какие-то боги или… иные высшие существа?

— Вы создали этот мир, — повторила Орсис. — Иных существ, причастных к созданию мира, я не фиксирую.

— Но кто то же тебя перенес… — вздохнул я, поняв, что ответ на все подобные вопросы будет одинаков.

— Вы долго не появлялись, создатель. Я сканировала этот мир несчетное количество раз, и сейчас это делаю. Я обращалась в пустоту в надежде что кто-то меня услышит, но результатов не было. Управлять большим количеством мыслящих существ очень сложно. Сложнее чем оружейными системами. Мне пришлось создать универсальные правила, названные скрижалями. Но заложенных вами параметров таки не удалось достичь.

— Почему моя жена здесь, Орсис?

— Я призвала ее, как и других перерожденных, чей жизненный цикл в вашем мире закончился.

— Она… умерла пять лет назад. Почему здесь прошло больше?

— Понятие времени относительно, создатель. В разных мирах оно течет по разному. К тому же, понятие прошлого, будущего и настоящего при переходе из одной параллельной реальности в другую, весьма размыто. Ваш жизненный цикл все никак не кончался. Я не справилась с возложенной задачей и надеялась, что она сможет исправить положение вещей.

— Да уж…

— Мне казалось, что вы будете рады, что она жива и находится здесь… — погрустнел голос Орсис.

— Ты… пойми правильно, я рад этому. Просто сделать Варвару королевой демонов было не самым умным решением. Хотя, как посмотреть… Если порядок она навела, я то тебе зачем?

— Пожалуйста, задайте вопрос иначе.

— Чего ты от меня ждешь, Орсис?

— Я жду указаний, создатель…

Глава 5. Бегство

Уносить ноги из храма пришлось очень быстро. Как только Орсис сняла блокировку с дверей, Венге вернула жетон смотрителя архивариусу и дернула меня за руку, пока тот не опомнился. Инара проводила нас хмурым задумчивым взглядом. Рука ее легла на эфес, но без прямого приказа помешать нам она не решилась.

— К чему такая спешка? — спросил я уже на ступенях храма.

— Сейчас узнаешь…

Минуты через две над площадью раздался тревожный звук сигнального горна. Мы нырнули в переулок прежде, чем попались на глаза страже.

— Долго же он думал… — усмехнулась на ходу Венге. — Теперь ты опасный перерожденный. Сейчас всю стражу поднимут на уши! Успеть бы добраться до порта….

— А как же Эва с Иолой?

— Забудь! Ты больше их не увидишь. Шевели ногами!

Несколько минут дикой встряски и мы засели в какой-то подворотне. До центра города теперь было далеко. Здесь, в бедных районах, стражу не любили, а потому, даже если нас кто и видел, то помогать не станет из принципа.

— Тихо! — шепнула Венге.

Я еще не успел отдышаться и с трудом задержал дыхание. Тяжелые шаги, больше похожие на цокот, приближались сразу с двух сторон переулка. Должно быть, по нашему следу пустили всадников… Бежать было не куда.

— Нас убьют? — спросил я чуть слышно.

— Кто знает… Скорее сгноят в клетке, где-нибудь на нижнем ярусе башни. Но проверять я не хочу!

Венге нащупала ножны и тихо вытащила кинжал. Я схватил ее за руку и снова прислушался. Цокот был странным…

— Лошади так не ходят… чувствуешь запах?

Венге втянула ноздрями воздух и кивнула. Он тоже показался ей знакомым.

— Мы здесь! — громко сказал я.

Два громоздких силуэта показались в концах проулка. Венге поспешила убрать кинжал на место.

— Что за скачки?! — первой спросила Эва. — Я чудом заметила, как вы из храма вылетели.

— И почему за вами идет стража? — осведомилась Иола.

Обе демоницы кроме привычного уже оружия, держали в руках увесистые объемные сумки. Должно быть обновки.

— Нам нужно в порт, и как можно скорее — ответила за меня Венге. — Лига Антуса объявила его в розыск.

— До церемонии или после? — уточнила Эва.

— После.

— Так значит, ты у нас опасный перерожденный… — усмехнулась она плотоядно. — Твое счастье, что мы больше не служим в замке.

— Может сдадим властям по старой памяти? — предложила Иола.

Взгляд Венге резко переменился.

— Она шутит, ваше высочество, — поспешила заверить Эва. — Было время, мы охотились за головами.

— А в порт уже не пройти. Там оцепление. Стража Арна поднята по тревоге и скоро начнет двигаться от окраин к центру, шерстя все закоулки. Нас то они не тронут, а вот вам нужно где-то укрыться. Есть идеи?

— Только одна, — подумав, заключил я.

— «Хмельной ветер»? — сразу въехала Венге. — В таком случае нужно двигаться прямо сейчас.

Эва пошла впереди, на значительном удалении. Убедившись, что все чисто, она подавала знак и мы, короткими перебежками спешили следом. Иола напротив поотстала, прикрывая тылы. Минут через сорок мы добрались до места. Демоницы вошли первым. Вид у них был грозный, и те немногие посетители, что коротали в таверне время, тотчас разбежались. Когда внутри никого не осталось, позвали уже нас.

— Снова вы? — тревоги в лице хозяйки стало чуть меньше.

— Простите, что пришлось вот так ворваться. Нам нужно срочно укрыться. Стража вот-вот будет здесь.

Натали хотела возразить, но вспомнив наш утренний разговор, передумала.

— Этих тоже? — она недобро зыркнула на демониц.

— Нет, только нас двоих, — натянуто улыбнулся я.

— Сам найдешь, или показать? — с сомнением спросила она.

— Найду…

Схватив Венге за руку, я бросился к дальней стене зала. Отсчитав семь досок от светильника, я надавил на восьмую, и небольшая скрытая дверца приоткрылась. Пропихнув вперед Венге, я встал на четвереньки и заполз в тесный схрон. Как и у любого торговца, у Натали были хорошие отношения с контрабандистами. Это место предназначалось как раз для них. Часто товар нужно было передержать или незаметно скинуть. Такой схрон в этих случаях был весьма полезен и даже приносил прибыль. Закрыв за собой дверцу, я занял более удобное положение и замер. Венге, вынужденная сидеть прямо на полу, проворчала что-то невнятное.

Иола и Эва, тотчас приставили к стене массивный стол и уселись за него. Только Натали поставила им выпивку, как в таверну ввалились стражники. Человек десять. Точнее сказать трудно, потому как щель меж досок сильно ограничивала обзор. Двое поднялись наверх, где были комнаты для постояльцев, двое проскользнули на кухню.

— Где погреб? — резко спросил офицер.

— Там… — Натали указала на люк под лестницей. — А что случилось?

Отправив гвардейцев обыскивать погреб, капитан стражи кивнул трактирщику. Поняв его без слов, тот плеснул в стакан выпивки. Опрокинув его, капитан вздохнул устало.

— Мы ищем странного мужчину с серой кожей и женщину демона. Он представляется как Торвик Торвольф, и выдает себя за эмиссара королевы демонов.

— Каков наглец! — воскликнул трактирщик.

— Вот именно. А эти, кто? Вы же не обслуживаете демонов.

— Они платят… — развела руками хозяйка. — Вы знаете мои обстоятельства.

Капитан гвардейцев кивнул и подошел к столу.

— Постойте… — он вздрогнул, узнав знакомые лица. — А не вы ли…

— Привет, капитан. Ты вроде поправился. Хорошо живешь? — усмехнулась Эва.

— Не жалуюсь. Опять на охоте дамы?

— Нет, что ты… мы здесь проездом. Выпьешь с нами? — предложила Иола.

— Жаль… вы бы сейчас пригодились. Я выпил бы с радостью, не подумайте, чего плохого, просто сейчас на службе. Весь гарнизон по тревоге подняли…

— Что, такой страшный тип этот Торвик? — усмехнулась Эва.

— Инара чего-то темнит. Говорит, что после него скрижали погасли. Плевать бы я на них хотел… но приказ есть приказ. Если увидите кого подозрительного, маякните страже, по старой памяти.

— Непременно, — заверила Эва.

— А это надолго? — спросила хозяйка заведения.

— Я предписываю вам закрыть таверну до утра третьего дня!

— А как же мои посетители?! А выручка? Я как налоги платить буду? — возмутилась Натали.

— Вот именно, — поддержала Иола. — Нам только выпивку принесли!

— Может быть остановитесь здесь ненадолго? Хотя бы на сутки, а? — предложил капитан. — Один хрен до утра пить будете. Проспитесь заодно…

— Ну, если хозяйка не против…

— Лучше, чем ничего, — поморщилась Натали. — Деньги вперед, и мы договорились.

— На том и порешим, — обрадовался командир. — Счастливо оставаться!

Пропустив вперед всех гвардейцев, он отдал честь и закрыл за собой двери. Когда шаги на улице стихли, хозяйка вывесила табличку «закрыто» и опустила на петли массивный деревянный запор. Трактирщик неспеша закрыл ставни и опустил плотные шторы.

— Можно, — кивнула хозяйка.

Отряхнувшись и оправив одежду, я низко поклонился. После короткого тычка, Венге сделала тоже самое.

— Откуда такая уверенность, что я вас не выдам? — первым делом спросила Натали.

— Ее не было. Но я рад, что в вас не ошибся.

— Эти холеные кобылицы тоже с тобой?

— Это Иола и Эва, — представил я. — Мы вместе путешествуем.

— Я знаю кто они есть, — вздохнула она. — А от того и предчувствия у меня плохие. Что было в храме?

— Вот, вот! — Эва отхлебнула пива из кружки. — Нам тоже очень интересно.

Венге отошла в сторонку, оставляя меня одного посреди зала и присела на край стола.

— Алтарь сказал, что он «творец мира», — проговорила она. — Что бы это ни значило, архивариус здорово перепугался.

— А разве алтарь может говорить? — усомнилась Иола.

— Значит может, — пожала плечами Венге. — Спроси у него.

— Творец мира? — Натали нахмурилась. — Какого мира?

Поняв, что придется объясниться, я вздохнул.

— Этого мира, Натали… этого самого. Если вы нальете мне кружку пива, я постараюсь объяснить все доступно.

Пока хозяйка выполняла просьбу, я успел худо-бедно собраться с мыслями, чтобы не ляпнуть лишнего. Получив желаемое, я уселся на ближайший стол и отпил добрую половину кружки. Пряное пиво дарило приятную прохладу.

— Так уж случилось, что в прошлой жизни на мою долю выпало много того, о чем вспоминать бы не следовало. Но я все помню, до последней мелочи. Жизнь была не слишком легкой. Чтобы как-то отвлечься я начал придумывать в воображении мир, который бы отличался от моего собственного. Сказочный, справедливый, совершенный мир… Потом началась война, и я продолжал мечтать уже чтобы не сойти с ума. Я продумывал каждую мелочь, описывал все до мельчайших подробностей. В какой-то момент я даже решил написать книгу, если останусь жив. Большой сказочный роман на несколько толстенных томов. Но, война кончилась и началась вторая. В общей сложности я пережил три локальных войны и одну мировую. А мир в моей голове все ширился и разрастался…

— Это все, конечно интересно, — усмехнулась Эва. — Но я не люблю длинные истории.

— Я почти закончил. Умерев в том мире, я переродился здесь. Вот в этом обличии. Когда узнал, как зовут Венге, я заподозрил неладное. Но когда встретился с королевой, сомнений уже не осталось. Все вы живете в придуманном мной мире. Венге и Натали тоже выдумал я. Как и демоническую королеву.

— Ну ладно, сказочник, предположим, что все так, как ты говоришь. — Иола почесала затылок. — Тогда почему ты так глупо попался и почему позволил королеве себя жрать?!

— Меня кое кто предал, нарушив уговор… — я указал пальцем на Венге. — Кроме того, этот мир давно живет по своим правилам и мало похож на тот, что придумал я. Даже время здесь течет иначе. Что же до королевы, то тут все совсем грустно… Она моя жена.

— Как так? — удивилась Эва.

— Видишь ли, она переродилась на двести лет раньше. Но не как я, а в теле младенца. Ей пришлось принять роль принцессы демонов, а потом и королевы. Мы узнали друг друга слишком поздно. Чтобы я снова не умер, пришлось заключить договор с Венге. Вот и все, в общих чертах…

— Чем докажешь? — нахмурилась Натали Эрстед.

— Я все о вас знаю… — пожал я плечами.

— Мне как-то неприятно сознавать, что я плод чьей-то больной фантазии. Если других аргументов нет, то я, так и быть, сочту твой рассказ бредом больного человека. Или кто ты там?

Допив свое пиво, я поставил кружку на стол.

— Орсис, ты меня слышишь? — спросил я, глядя в пустоту перед собой.

— Да, создатель, — приятный голос ответил из полумрака.

— Кто здесь!? — вздрогнула Эва, хватаясь за оружие.

— Орсис, ты можешь себя обозначить? Мы хотим тебя видеть.

По центру таверны вспыхнула небольшая сияющая сфера.

— Представься, пожалуйста, — попросил я.

— Я Орсис, интерфейс бога…

— Скажи, кто создал этот мир?

— Вы, создатель…

— Доказать можешь? А то у нас тут серьезные сомнения есть.

— Задайте вопрос иначе, пожалуйста, — попросила Орсис.

Я задумался и потер раскрасневшееся от волнения лицо.

— Какие изменения ты можешь обратить?

— Любые, создатель. Вы решили обнулить мир?

— Нет. Скажи, сколько лет Натали в данный момент.

— Натали Эрстед 48 лет, 3 месяца, 12 дней, 5 часов, 3 минуты, 17…18…19….

— Достаточно, секунды не важны. В каком возрасте она была на пике своих сил и здоровья?

— В 32 года, создатель, — звонко ответила Орсис. — Битва при Фариусе.

— Хорошо. Верни все как было.

— Выполняю…

— На этом все, Орсис, спасибо.

Маленький светящийся шар исчез, а с ним растворился и голос.

— Ну и? — Натали вышла на свет с ухмылочкой. — Ждать то долго?

— Мать моя… — трактирщик поднял глаза и выронил из рук бокал. Стекло со звоном разбилось.

Женщина вскрикнула, взглянув на свои руки. Сейчас она была одета точь в точь как в день давно минувшего сражения. Потертые кожаные перчатки, почти новые доспехи и клинок в ножнах. А главное волосы! У нее снова была длинная коса толщиной с девичье запястье.

— И вот вам снова 32… - выдохнул я, заглянув на дно опустевшей кружки. — Надо было попросить у нее пива. Оно здесь чертовски вкусное.

— Ты… Бог? — выдавила из себя Натали.

— Нет, Натали, я жертва обстоятельств. И, если говорить честно, понятия не имею, что со всем этим делать. Все, кому я могу хоть немного доверять, сейчас в этой комнате. На рейде стоит боевой корабль, подаренный мне королевой. Что делать с ним, я тоже пока не знаю. Теперь вы все знаете, идти со мной или нет — решайте сами.

Глава 6. Вынужденное ожидание

После моего сжатого рассказа в таверне «Хмельной ветер» стало так тихо, что можно было услышать сквозняк, что протискивался через дверь с улицы. Натали задумчиво рассматривала себя. Ей пришлось сделать усилие, чтобы подойти к большому потрепанному зеркалу, что висело при входе. На вид ей действительно было 32 и чувствовала она себя, мягко говоря, отменно. Вынув свой меч из ножен, она сделала несколько взмахов и провела длинную атаку в пустоту.

— Я не понимаю… Это какой-то магический эффект? Когда он развеется?

— Если все так, как я полагаю, то никогда, Натали.

— Сначала твоя подруга меня исцелила, теперь ты вернул мне молодость. За что? Или… зачем?

— Да не было какой-то определенной цели. Ты попросила, я показал. Я сам до конца не верю, если честно.

— Твое предложение… если я откажусь, все вернется как было? — спросила она прямо.

— Нет, Натали. Дело сугубо добровольное. Я понятия не имею, что будет дальше. Жизнь слишком быстро переменилась, — так же честно ответил я.

— Что скажешь Герд? — она повернулась к мужчине со шрамом.

— Скажи, Торвик, может и меня ты создал?

— Нет Герд, тебя я не создавал, как и остальных жителей. Я понятия не имею, откуда ты взялся.

— Взаимно, — усмехнулся трактирщик, стараясь унять дрожь в руке. — Я не знаю, что тебе ответить, Натали. Сдается мне, что у этого… существа абсолютная власть над нами.

— Скажи Торвик, мое тело сейчас здорово? — уточнила она.

— Ты на пике, во всех смыслах, — пожал я плечами. — Разве не чувствуешь?

— Тогда дай ответ… я смогу иметь детей!? — вдруг спросила она.

— Почему нет…? — такого вопроса я точно не ждал. — Если ты здорова, значит и дети будут…

— Мне нужно побыть одной… Ешьте, пейте сколько влезет.

Сказав это, Натали Эрстед развернулась на каблуках и быстро пошла в свою комнату. Герд хотел пойти следом, но она жестом осадила его.

— Тогда мне пива… — я поставил пустую кружку на стойку. Получилось уж слишком громко.

— А что с нами? — очнувшись от наваждения, окликнула меня Эва.

— Она хочет сказать… нас тоже ты создал?

— Создал — это слишком громко сказано, Иола. Я лишь придумал все это. А кто-то… или, что-то воплотило мои мечты в жизнь. Хочу я этого или нет, меня не спросили. При всем желании, я не смог бы представить каждого, кто населяет это место. Так что, вы родились без моего ведома.

— Но, согласись, получились неплохо, а? — Эва обнажила свои белоснежные зубы.

— Кто бы спорил… — признал я охотно. — Где бы я был, если б не вы.

— О! Это точно. Предлагаю за это выпить!

— Тащите сюда свои задницы, — буркнул трактирщик. — Я бегать за вами не буду. Там стулья у стенки…

Выпить то мы выпили, но веселья особого не получилось. Мы знали друг друга уже достаточно хорошо, чтобы повернуться спиной, но недостаточно для того, чтобы поговорить откровенно. Так и сидели каждый носом в своей кружке. Я ждал, что вопросов будет больше, но, к счастью, допроса с пристрастием не случилось. Пару раз, кто-то пытался вломиться в двери таверны и сыпал бранью, но Герд парой крепких словечек отправлял гуляк восвояси.

Слава Богу, я опьянел. Был небольшой страх, что новое тело имеет стойкость к алкоголю, но он развеялся. Мысли в конце концов увязли в тумане, прервав бесконечный круговорот. Яснее в голове не стало, но какое-то шаткое чувство комфорта все же появилось. Я начал коситься на грудь Иолы и задницу Эвы. Поняв, к чему эти взгляды, девчонки дали четко понять, что еще не соскучились по моим ласкам. Тогда я сосредоточил свое ненавязчивое внимание на декольте Венге. Но она усиленно делала вид, что наслаждается вкусом пива. И я ей верил, ведь оно было отличным. Однако, поняв, что в нее больше не влезет, Венге икнула и поставила кружку на стол.

— Я так понимаю, что спать мы будем вместе?

— Ты против?

— А есть шанс отвертеться? — улыбнулась она криво.

— Дело твое… — я поставил кружку и встал на ноги. — Где можно упасть, дружище?

— Выбирай любую комнату, — отмахнулся трактирщик. — Вверх по лестнице и налево. Ведро под кроватью, если что…

Уговаривать никого я не собирался. Подняв кулак в знак солидарности, я шаткой походкой добрался до лестницы. Подумав, я выбрал последнюю комнату по коридору. Рассматривать интерьер желания не было. Закрыв дверь на засов, кое как избавился от сапог, скинул камзол, портупею, и рухнул на кровать. Судя по запаху простыни были чистыми, а большего мне и не надо… По носу скатилась пьяная слеза, в груди затаилась обида. Но я уснул раньше, чем начал копаться в себе. И это было лучшим решением.

Разбудил меня тихий стук в дверь. Сквозь видавшие виды ставни уже пробивались яркие солнечные лучи. Оторвав голову от подушки, я прислушался. Не показалось… стук повторился.

— Кто там? — голос был хриплым и грубым.

— Натали, откройте пожалуйста.

Я встал и отодвинул засов. Одарив меня прохладным взглядом, она вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Хмель еще не прошел, пришлось присесть на кровать. Но она не придала этому значения. Судя по тому, что она была в доспехах, Натали спать не ложилась.

— И вам доброе утро… — беззлобно съязвил я.

— Я решила.

— Завести детей? Простите, но я не готов…

— Я не шутить пришла. Я готова пойти с вами. Мне принести присягу, или поклясться вам в верности?

— Это лишнее, Натали. Я знаю, что вам можно верить.

— Что ж… — она решительно сорвала с себя голубую перевязь и лычки того же цвета.

— Не жалко?

— Я больше не служу короне, сударь. Знаки отличия мне ни к чему. Отныне я действую по своей воле.

— Ясно. Какие у нас планы на утро?

— Сейчас день, сударь, — поправила она. — Приводите себя в порядок и спускайтесь.

Легко сказать… Все мои силы ушли только на то, чтобы собрать себя в кучу. Заправив постель, я кое как прибрал волосы, расправил одежду и постарался правильно застегнуть пуговицы. Камзол, лежа на полу почти не помялся. Сапоги одел через боль. Они еще не разносились, а вчера было много беготни. Хорошо хоть мозолей не натер. Взглянув в маленькое потускневшее зеркальце над столом, я спустился вниз.

Спутницы мои встали раньше, позавтракали и уже опохмелялись. Подружки демоницы казались довольными, а вот Венге смотрела с обидой. Умяв за стойкой нехитрый завтрак из яиц и бекона я с благодарностью принял кружечку пива и осушил ее в один присест. В голове резко посветлело.

— Еще? — спросил Герд.

— Нет, спасибо. Хорошего помаленьку.

Переглянувшись с Натали, трактирщик кивнул. Похоже, что ночью они уже все решили. Хозяйка таверны вышла в центр зала и оглядела незваных гостей.

— Они все идут с тобой? — спросила она громко.

Я лишь развел руками.

— Куда он, туда и я, — вздохнула Венге. — Без вариантов…

— А вы?

— А мы, уважаемая, уже задаток взяли, — Эва широко зевнула. — Придется отрабатывать…

— Мы с ним, — кивнула Иола. — Уж больно в постели хорош.

Натали пропустила ее слова мимо ушей, но, уловив смысл сказанного, все же покраснела. Впрочем, румянец ей только к лицу.

— Я выведу вас к порту, — сказала она. — Собирайтесь.

— Вы все же решились? — Венге как-то странно посмотрела на нее.

— Да, я переписала таверну на Герда. Он был хорошим другом.

— Почему был? Ты от меня так просто не отделаешься, командир. Я пред тобой в неоплатном долгу. Ты же знаешь, как люди ко мне, так и я к людям. Рано или поздно вернешься. Я пригляжу тут за порядком, будь спокойна.

Натали кивнула.

— Эти две девицы вне подозрений, так что они пойдут поверху. А мы пойдем другой дорогой. Я договорилась с одним деятелем, который прячет у меня контрабанду. Он проведет нас под городом и выведет прямиком на склады империи.

— Когда выходим?

— Нас уже ждут…

Условившись о месте встречи, мы с Венге и Натали прошли через кухню. В дальней комнате, приспособленной под прачечную, в самом углу чернело отверстие люка. Решетка уже была открыта, внизу стоял вороватого вида человек. Без лишних слов он запалил факел и двинулся в известном ему одному направлении.

Выждав минут десять, Герд выпустил двух похмелившихся демониц через главный вход. Как я и предполагал, они тут же наткнулись на стражников, дежуривших неподалеку, в арке. Дыхнув на них стойким перегаром, Эва с Иолой неровной походкой отправились в сторону порта.

Петляя узкими тоннелями канализации, мы, то и дело, сгибались в три погибели, чтобы протиснуться в очередной пролом. По поверхности до складов было идти минут сорок. Под городом этот путь занял примерно полтора часа. Каким-то чудом ноги и одежду удалось оставить в чистоте. А вот к запаху привыкнуть не получилось. Меня вывернуло два раза. Не знаю, кто и зачем так постарался, но обоняние мое теперь было очень острым. Даже вдыхаемый через ткань, воздух оставался тошнотворным. Путь наш окончился внезапно, у какой-то ржавой лестницы, ведущей к люку под потолком. Натали сунула человеку пару золотых монет, и он тотчас растворился во тьме.

— Мы под складами, — по-военному коротко доложила Натали. — Ты первый.

Кивнув, я надел кожаные перчатки и полез вверх. Люк казался старым и ржавым, но приложенной силы оказалось в избытке. Отлетев в сторону, он глухо звякнул о каменную мостовую. Прикорнувший на мешках грузчик перепугался спросонок. Он дикими глазами наблюдал как мы выбираемся на поверхность.

— Это склады империи? — спросил я, осмотревшись в полумраке.

— Ну да…

— Позови сержанта Эстер, только тихо!

— Слушаюсь, милорд!

Грузчик подтянул штаны и бросился выполнять указание. Мнут через десять появилась Эстер.

— Так это из за вас такой кипишь? Я так и поняла…

— Здравствуйте, Эстер. Мой корабль еще на рейде?

— Так точно сударь. Я смотрю у вас новая подружка. Куда старых дели?

— Они придут, не беспокойтесь.

— Я скажу вам «нет», сударь, — заявила Эстер.

— В каком смысле? — не понял я.

— В прямом. Шлюп я вам не дам. По крайней мере сейчас. В порту много стражи и подставляться я не хочу. Это мое последнее слово.

— Она права, — тихо сказала Натали.

— Я не намерен вас подставлять, сержант. Когда сможете?

Эстер задумалась. Она явно рассчитывала на конфликт, а потому растерялась.

— Если подумать, часа через два причалит большое грузовое судно. Его разгрузка затянется до темна. Я могу провести вас в трюм, когда стража его проверит.

— У нас еще двое, — напомнила Венге.

— Я сообщу о них капитану судна. Думаю, пять золотых разрешат этот вопрос.

Я тут же отсчитал ей десять монет на непредвиденные расходы.

— Стража сюда не сунется, права не имеют. Но лучше бы вам сидеть тихо.

— Как вас отблагодарить? — спохватился я.

— О чем вы сударь? — грустно усмехнулась она. — Я на службе ее величества. Хотя…

— Что?

— Вчера вы сказали, что я хорошо делаю свою работу. Это серьезно?

— Я так считаю.

— В таком случае пойдемте со мной…

Блуждая меж громоздких ящиков и тюков, я шел следом за Эстер. Она провела меня через самые темные закоулки своего склада к невзрачной маленькой дверце. Наклонив голову, она протиснулась внутрь и предложила войти мне. Мы оказались в унылой коморке с круглым, размером с тарелку окошком под самым потолком. Кроме сейфа, потертого письменного стола и коробок с документами, здесь была аккуратно заправленная кровать с тумбочкой и вешалка для мундира. Суля по приглушенным звукам копыт и округлому своду потолка, мы находились под грузовым пандусом.

— Это ваш кабинет?

— Это мой дом. Здесь вся моя жизнь, сударь… пять шагов вдоль и три поперек.

— Не густо… Так чем вам помочь?

Она усадила меня за стол, дала перо и бумагу.

— Если вы и впрямь тот, за кого себя выдаете, то напишите рекомендательное письмо о присвоении мне следующего звания. Я целую вечность хожу в сержантах… Меня держат здесь в черном теле, а сами жируют.

— Какое звание следующее? Капитан?

— Да, сударь. Поверьте, я его заслужила. Как и нормальное жилье за счет короны.

Писать рекомендательное письмо, да еще от своего имени было бы медвежьей услугой. Окунув перо в чернила, я припомнил имя коменданта порта и твердой рукой вывел несколько аккуратных строк. Растопив красный сургуч, я поставил свою роспись, свернул документ и заверил его королевской печатью. Прочесть его Эстер я не дал.

— Когда все уляжется, отправьте этот пакет с егерем, вместе со служебной почтой. Комендант не посмеет ослушаться.

Она прижала пакет к груди и прикрыла глаза. Не удивительно что у Эстер сложился такой скверный нрав. От такой жизни кто угодно озвереет. Думаю, место ревизора при администрации порта откроет для нее новые возможности. Как для роста, так и для мести. Надеюсь, она будет справедливой. Впрочем, плевать… это ее личное дело. Я уже собирался уйти, но Эстер, волнуясь, положила руку мне на плечо.

— Что-то еще?

Вопрос был излишним. Минуту назад от женщины исходил лишь легкий аромат потертой кожи, оружейного масла, и недорогих духов. Но сейчас мое животное обоняние явственно уловило запах намокшего белья и плотского желания. Похоже и с личной жизнью у Эстер дела были плохи. Сейчас я был в ее власти. До корабля оставалось еще два часа, грузчики разошлись по трактирам. Когда еще представится такой шанс? Гордость гордостью, но Эстер, увидев возможность, твердо решила взять свое.

Глава 7. Скупая реальность

Когда мы вернулись на склад, лица моих соратничков погрустнели. За спиной звонкая сталь покинула ножны и острое лезвие прижалось к моей шее. Из за ящиков и тюков показались вооруженные арбалетами стражники, державшие демониц на прицеле. Эва презрительно фыркнула, не в силах что-либо сделать. Два десятка солдат, облаченных в тяжелую броню, перекрыли собой все пути к отступлению.

— Ты же сказала, что они не имеют права сюда входить…

— Не имеют, — подтвердила из за спины Эстер. — Если нет специального разрешения. Ты такой наивный.

Вперед вышла уже знакомая фигура в сияющих чистотой доспехах. Инара взглянула на меня с ехидной ухмылочкой, разом стиравшей с ее лица прежнее очарование.

— Что за бумаги? — вопрос был обращен к демоница, что держала свой клинок у моей шеи.

— Не отдавай… — едва слышно сказал я.

— Молчать! — приказала Инара. — Дай мне!

Получив пакет, рыцарь без колебаний вскрыла королевскую печать и развернула пакет.

— Поздравляю, сержант Эстер! — она одобрительно кивнула. — Вас только что перевели в администрацию порта на должность ревизора. И печать, и роспись… похоже подлинные.

Прочтя приказ о назначении, Инара тотчас разорвала его на мелкие кусочки и отдала стражнику.

— Сожгите немедля.

— Кажется за такое предусмотрена смертная казнь? — спросил я у Венге.

— Она подписала себе приговор едва сломала печать. Либо она отчаянно смелая, либо отбитая дура, — рассудила Венге.

— Вы бы хоть документы наши проверили… — усмехнулась Иола.

— Я знаю кто вы. Мне доложили, — холодно ответила Инара. — Но мне плевать. Я подчиняюсь лишь лиге Антуса. А Лига Антуса не подчиняется никому. — Tempus ignari! *

Едва поняв, что она сказала, я потерял сознание. Очнулся уже камере с махоньким окошечком под потолком. Вернее, в кладке просто не хватало одного кирпича. За толстой кованной решеткой сидели Иола и Эва. Венге и Натали сидели напротив, в такой же клетке.

— Что это было? — спросил я, присаживаясь на подгнившие нары.

— Заклинание временного паралича, — подумав, ответила Натали. — Некоторые рыцари владеют таким навыком. Но я не думала, что Инара из их числа.

— Латынь, значит… — усмехнулся я, узнав знакомые слова. Еще до войны, когда Варя только поступала в медицинский, мы вместе корпели над словарем, изучая научные термины. Помнится, мы зашли так далеко, что пару недель, или даже месяцев изъяснялись дома только на латыни.

— Что за латынь такая? — спросила Эва.

— Язык древних. На нем построены все заклинания.

— Ты знаешь его? — удивилась Венге.

— Более или менее. Изучал когда-то давно. В моем прежнем мире его используют лекари и ученые.

— Матушка тоже знает этот язык… — припомнила Венге.

— Твоя матушка очень искусный лекарь. Лучший из многих.

— Вот бы не подумала… — Подала голос Иола. — Кровавая королева, и лекарь?

— А при чем тут кровавая королева? — не поняла Натали.

— Вы плохо слушали, — улыбнулась Венге беззлобно и протянула ей руку. — Принцесса Венге. Я дочь Лорены.

— Кажется припоминаю… — смутилась Натали. — Простите, ваше высочество, мне не каждый день возвращают молодость. Я отвлеклась.

— Я слышала о вас, — улыбнулась принцесса. — Для воина с такой репутацией вы довольно красивы.

Натали, промолчав, опустила глаза. Ведь слышать она могла о ней только в одном качестве. В качестве врага. В те времена война между людьми и демонами была в самом разгаре.

— Что было — то было, — вздохнула Венге… — Не берите в голову.

— Долго мы тут? — спросил я, прикидывая который сейчас час.

— Часов пять — шесть. Не больше. Инара сказала, что его светлость верховный архивариус лично посетит нас. Но не уточнила в какой из дней. Не думала, что она такая крыса, — Натали поморщилась.

— А с виду ангел… — добавила Иола. — Глаза такие красивые, голубые…

— Тебе такие не пойдут, — отмахнулась Эва. — Торвику такие не нравятся.

— Нравятся, — оскалилась Венге. — Он от меня часть проклятия подцепил, ему теперь все нравятся, когда голод мучит. Да, милый?

— Смейся, смейся. Как знать, может и все, кроме тебя, — оскалился я в ответ.

Припомнив вчерашнюю ночь, Венге, тут же надула губы и замолкла. Зов плоти мучает ее не меньше меня, а может и больше. Язык ее враг. Я то свой голод утолил этим утром.

— Что делать будем?

— Ты тут командир, тебе и решать, — ответила Эва. — Наше оружие там, за дверью. Вещички тоже. Стража золотишко наше поди уже по карманам распихала.

— Почему нас не связали? — хватился я.

— А смысл? Если туго стянуть — руки отсохнут часа через три. Кто захочет зайти в клетку чтобы меня развязать? Они тут продуманные. При желании мы с Иолой тут камня на камне не оставим. Но у них оружие.

— Арбалеты?

— Не только. Арбалеты просто бесшумные, в отличии от огнестрела. Магическое оружие для них дороговато, так что используют болты, по старинке. Надо будет этой козе портовой голову отвернуть при случае, как думаешь?

— Ты про Эстер? Не стоит. Она лишь исполнила приказ, это же очевидно. Сержант может и не любит свою работу, но относится к ней ответственно. Это достойно уважения, хоть и неприятно.

— Видел бы ты ее рожу, когда Инара порвала бумагу! — рассмеялась Иола. — Она словно дерьма пригубила.

— А это уже карма… — усмехнулся я. — Не надо было показывать.

За дверью послышались шаги и в тюрьму ввалились двое стражников. За ними Инара с магическим фонарем и архивариус собственной персоной. Голубоватый свет неприятно резал глаза. Глава лиги Антуса окинул меня долгим взглядом и спросил:

— Что вы наделали? Со всех сторон света приходят тревожные вести. Скрижали погасли на всем континенте. Вы можете вернуть все как было?

— Могу, но не буду, — подумав ответил я.

— От чего же? Чем мы вам насолили?

— Ничем. Но Инара сегодня наглядно показала мне, что лига Антуса занимается не своим делом.

— Мы вне закона, сударь. Так завещано богами.

— В скрижалях я этого не увидел. Вы сами так решили?

— Это ваше последнее слово? — Владимир Ортос нахмурился. — В таком случае прощайте. Вас не убьют. Будут кормить, выпускать на прогулки и следить за здоровьем. Ведь в противном случае вы снова переродитесь.

— Вы не сдадите его матушке? — удивилась Венге.

— Конечно же нет, как и вас, принцесса, — усмехнулся он.

— А вы не боитесь последствий?

— Каких именно? — удивился Ортос. — Матушка ненавидит вас, она только спасибо скажет.

— Это в прошлом, — улыбнулась она мягко. — Теперь, когда договор заключен, у нас с матушкой нет разногласий.

— Договор — это байка. Если бы ты могла, то давно бы его заключила, чтобы не мучаться. Голод то поди изнутри сжирает?

— Уже нет. Мой господин избавил меня от проклятия, — она кивнула в мою сторону.

— Тогда чего же вы здесь сидите? — искренне изумился Ортос. — С таким могуществом ни одна крепость не удержит вас.

— Мы просто не хотим разрушать город, — пояснил я терпеливо. — Вам это не приходило в голову?

— А вы и не в городе. Разве я не сказал? Этого места нет ни на одной карте, сударь.

— Тем хуже для вас, — усмехнулась Венге.

— Инара, — я обратился к рыцарю, — А кто вас научил этому заклинанию?

— Матушка. А зачем вам?

— Я так понимаю, она из перерожденных?

— Бабушка была из перерожденных. Она была целителем и знала много магических слов, но мне передала лишь это заклинание.

— Мудрая женщина… — кивнул я. — Смотрела наперед.

— А к чему вы это? — нахмурилась Инара.

Громкий топот прервал наш разговор. Солдат в легких доспехах вызвал Инару за дверь.

— Здесь имперский корабль! — встревоженно сообщила она.

— Уничтожить! — без раздумий приказал архивариус.

— Мы… не сможем, — через силу доложил солдат. — Это боевое судно. Мы не выдержим и двух залпов.

— Нельзя их отпускать! — окрысился архивариус. — Тяните время!

— Как, почтенный? — солдат скривился. — Там ни одного человека на борту. Это астральная акула!

Глаза Ортоса остекленели.

— Убить. Немедленно!!!

— Как… всех? — глаза Инары округлились.

— Всех. Они, конечно, переродятся, но мы сможем выиграть время.

— Вы это серьезно, любезный? — спросил я, чувствуя, что дело заходит слишком далеко.

— Выполнять приказ! — гаркнул Ортос. — Немедленно!

— Простите… — Инара достала из под плаща многозарядный пистолет.

— Paralysis…** — проговорил я, проверяя свою догадку.

Инара застыла на месте, а вместе с ней и солдаты. У меня получилось! Их сковал паралич. Всех, кроме архивариуса. Мужчина попытался сбежать, но не смог. В глазах его высокомерие сменилось ужасом.

— Из за таких как вы, любезный, гибнут неповинные люди…

— Мне это безынтересно! Стража, убить их немедленно!

Ему никто не ответил. Судя по тишине в коридорах и на лестнице, заклинание действовало лишь на тех, кого я мысленно выбрал. А выбрал я каждого, кто носил броню. Этого оказалось достаточно. Как долго действует волшебство, я не знал. Спутники мои уже приготовились к бою. У солдат приказ. Значит кровопролития не избежать. Переродимся мы или нет, я знать не мог наверняка. Все это до сих пор казалось наваждением. Кроме самой ситуации. Такое уже бывало на войне…

— Орсис… я не помню, чтобы создавал этого человека. Сотри ошибку.

Орсис услышала меня. Она подчинилась беспрекословно. Архивариус обратился в пыль, и рассеялся прямо в воздухе. И это было жутко. Но я заставил себя смотреть.

— Не думал, что мне когда-то еще придется убивать людей. Тем более так.

Мне никто не ответил. Страх смерти имел свой запах… и я его ощутил. Животный страх я чувствовал не единожды, еще до того, как переродился. На войне. Просунув руку сквозь решетку, я забрал у Инары оружие и выстрелил в замок. Ржавая железяка с треском рассыпалась.

— Я вообще не помню, чтобы создавал лигу Ортоса. Как и вас, рыцарь распорядитель Инара.

— Их тоже убьешь? — спросила Венге осторожно.

— Скажи, Иола, как мне поступить?

— Не убивай ее Торвик. Она ведь тоже исполняет приказы. И еще она красивая.

— Вы слышали, рыцарь?

Инара моргнула.

— Пусть лига и дальше поддерживает порядок. Сейчас мы уйдем, и вы нас искать не станете. Это понятно?

Она снова моргнула.

— Я не прошу вас молчать. Расскажите, все что видели другим архивариусам. А со скрижалями я что-нибудь придумаю. Potes movere! ***

— Кто вы такой? — дрожащим голосом спросила Инара, поняв, что заклинание снято.

Я тряхнул рукой и показал свой браслет. Думаю, она вспомнила что это значит.

— Отведите нас на пристань. Ведь здесь есть пристань?

— Да, сударь… я отведу, — уняв дрожь, кивнула Инара.

Сломав клеть, могучие демоницы выбрались сами и освободили Венге с Натали. Подобрав на ходу оружие и свои вещи мы двинулись за Инарой. Венге немного отстала. С неожиданной для принцессы ловкостью, она выпотрошила карманы и срезала кошельки стражников.

— Что? Я лишь вернула награбленное.

Заклинание паралича и правда охватило всех, кто носил броню. Инара старалась не смотреть в их лица, двигаясь быстро и почти бесшумно. Должно быть, для человека в доспехах это был весьма сложный навык.

— Ни слова, — я похлопал ее по плечу отобранным оружием, на случай если она решит колдовать. Она отлично поняла, что именно я имел в виду.

Нас привезли в какое-то тайное убежище. Целую крепость, вырубленную в скале. Должно быть на это ушли годы. Обнаружить ее издали, казалось, просто невозможно. Лишь только пристань прорезала скалу длинной полосой ближе к вершине. Метрах в пятидесяти под нами проплывали густые облака.

Завидев движение на причале, «Черное лезвие», ощетинившееся стволами орудий, сблизилось со скалой. Опустив носовой трап, корабль пригласил нас на палубу. Задержавшись на минуту, я оттеснил Инару в сторону и заглянул в глаза.

— Владимир ведь переродится? — спросил я.

— Переродится. Но только ребенком, — проговорила она.

— Хорошо. Не повторяйте его ошибок, Инара. Я буду приглядывать за вами.

Сказав это, я вернул ее пистолет в кобуру. Корабль отчалил немедля, стоило пробежать по трапу. Инара даже не дернулась. Убрав руки за спину, она провожала нас задумчивым взглядом. Хвататься за оружие рыцарь не стала. То ли потому, что прислушалась к мои словам, толи потому, что одно из орудий «Лезвия» смотрело прямо ей в лоб.

*Tempus ignari! — временное забытье (лат.)

**Paralysis! — паралич (лат.)

*** Potes movere! — можно двигаться (лат.)

Глава 8. Проныра

— Эй, владыка сущего, — в голосе Венге сквозил сарказм. — Смотри, кто тут у нас!

— Ах ты коза рогатая… — Эва отдала Иоле свое оружие. — Сейчас я тебе рога то пообломаю!

Я мягко схватил демоницу за запястье и придержал. Она сказала не все, что хотела, но язык решила придержать. Как и свой напор.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я у Эстер, которой тут быть бы не должно.

Вздохнув, демоница, чья кожа чернее ночи, опустилась передо мной на колени.

— Прошу прощения и справедливого суда, эмиссар…

— За что именно?

— За свою глупость и неверие, — выдала она громко. — Позволите объясниться?

— Валяй…

— Я приняла вас за мошенника и самозванца, сир. Когда объявили розыск, я поступила согласно приказу и сдала вас лиге. Отправив посыльного, я отвлекала вас и тянула время.

— Но сейчас ты так не считаешь?

— Нет. Когда рыцарь распорядитель Инара сказала, что печать подлинная, я растерялась. А когда вас погрузили на грузовое судно вместо того, чтобы вести в храм, я поняла, что совершила серьезную ошибку… Вот ваши вещи.

Эстер протянула мне печать и ярлык. Только сейчас, проверив карманы, я заметил их отсутствие.

— Когда успела? — удивился я.

— Выкрала, когда вы меня трахали, сэр. Думала пригодятся…

— Вот ты ходок! — заметила Эва. — Когда только успел?

— Дурное дело не хитрое, — усмехнулась в ответ Натали.

— Значит, корабль привела сюда ты? — догадался я, наконец.

— Так точно, — кивнула Эстер. — Я взяла бот и проследила за судном. Это место в часе пути от Арна. Горная гряда Акано. Потом поднялась на борт «Лезвия» и показала капитану ваш ярлык.

— И он подчинился?

— Он обязан подчиниться любому, кто его предъявит. Я знаю, что превысила свои полномочия, но это был единственный выход.

— Ага… — я всерьез задумался над ее словами. — А ты, оказывается, та еще проныра. И в смелости тебе не откажешь. Чего ты от меня ждешь Эстер? Награды?

— Я оставила пост, чем нарушила устав и ослушалась прямого приказа. Верните меня на службу, если сочтете возможным… — Эстер опустила голову, ожидая моего решения.

— Нельзя ей на службу, — промолвила Натали. — Уберут как свидетеля. К бабке не ходить.

— Что ты предлагаешь?

— Оставь ее здесь, пока что. Ты же видишь, запуталась девчонка. Опять же угнать боевой имперский корабль, пусть ради спасения своей шкуры, это поступок.

— Натали права, — поддержала Венге. — Эстер могла попросту сбежать в соседнее королевство. Продать печать тамошним дельцам и жить безбедно. Однако, она предпочла вытащить нас. Глупо, но…

— Согласен. Подведем черту! Кто за то, чтобы забыть о случившемся? — я поднял руку.

Венге и Натали поддержали сразу. Глядя на них Иола и Эва возражать не стали.

— Но, если что — сразу по рогам! — предупредила Эва.

— Останешься пока с нами, Эстер. А там посмотрим.

— Спасибо, милорд… я этого не забуду. Мне можно встать?

— Можно. Держись так, чтобы я тебя видел. Я не хочу чувствовать твою тень за спиной.

— Так и будет, сэр! — решительно заверила Эстер.

Пройдясь по палубе от одного борта к другому, я задался насущным вопросом:

— А куда, собственно, мы путь держим?

— Рейнголь, милорд, — доложила Эстер. — Брошенная деревня, высоко в горах. Там можно переждать.

— Ты, значит, виделась с капитаном?

— Пришлось… — Эстер заметно передернуло. — То еще чудище.

Когда судно легло на курс и набрало нужную высоту, тайное убежище лиги осталось далеко позади. На сколько хватало взгляда, небо казалось чистым. А значит и слежки не было. Скрипнув засовами, дверь рубки отворилась. Странное существо, одетое в черный капитанский мундир и фуражку, ступило на палубу. Шагая нетвердой походкой, оно оставляло за собой отчетливый мокрый след. Один глаз существа был заметно больше другого, вместо носа — две узких щели. Вместо ушей подобие плавников. От него исходил заметный запах рыбы.

— Капитан, — хрипло промолвило существо. — К вашим услугам!

— Торвик Торвольф, — представился я.

— У меня нет имени. Я не человек. Я — рыба! — сказал он.

— Вы получили приказ? — спросил я на всякий случай.

— Я получил. Шарк знает.

— Кто? — не понял я.

— Шарк Раал! — Он топнул ногой по палубе. — Эфирная акула. Моя госпожа.

— Понятно… Вы управляете ей?

— Я служу. Шарк Раал не умеет читать. Я умею. Шарк Раал думает быстро. Я — медленно. Потому, что я не человек. Я рыба!

— Я уже понял, капитан. А почему вы на меня так странно смотрите? Что-то не так?

— Этот глаз мой. А этим смотрит Шарк Раал, — он указал пальцем на второй глаз, больше похожий на глаз акулы. Взгляд его был холодным и неподвижным.

— Спасибо, что прибыли за нами.

— Эта выполняла ваш приказ? — он ткнул пальцем в сторону Эстер.

— Да, — почуяв подвох, ответил я.

— Жаль… Шарк Раал хотела ее съесть. Пора кормить Шарк Раал!

Кормить? — это стало для меня сюрпризом. — А как это сделать?

— Милорд… — Эстер подняла руку. — Лучше сделать это когда доберемся. Сойдем на берег и отпустим корабль на пару дней. Он сам найдет себе пропитание. Вам лучше этого не видеть.

— Хорошо, — кивнул капитан. — Шарк Раал немного потерпит. Но кровь ей нужна сейчас.

— В каком смысле?

— Шарк Раал уже знает ваш запах. Теперь хочет знать вкус. Королева делала так же. Корабль и хозяин — одно целое. Одна жизнь — одна кровь!

— Помнится, так и было, — подтвердила Венге. — Матушка оставляла частичку своей крови в каждом из созданных кораблей. Придется пройти через это.

— Прошу за мной, господин… — пригласил капитан.

Переглянувшись с Венге, я двинулся за капитаном, стараясь не наступать на его влажный след. Изнутри надстройка корабля казалась обычной. Заклепки, перила, ступени… какие-то трубки и кабели, идущие по стене. Разве что обшивка смотрелась странно. Красная, волокнистая, неоднородная, словно живая.

— Это… плоть?! — осенило меня вдруг.

— Это Шарк Раал. Ее кожа, нервы, мышцы и сосуды. Шарк Раал и металл — едины!

Мы спустились в трюм и прошли ближе к корме. Проход был только у бортов, в середине, под толстыми броневыми листами скрывалось нечто непонятное.

— Там машинное отделение?

— И да, и нет. Это и есть Шарк Раал. Здесь ее мозг, желудок и сердце. А там матка… — он указал в сторону кормы судна. Я родился там.

Уточнять подробности я не стал. Нужно было утрясти в голове хотя бы то, что узнал ранее. Капитан остановился у толстой панели и, провернув скрипучее колесо, отодвинул ее в сторону. Открыв странную консоль, он уставился на меня. Стальное кольцо с четырьмя иглами было прикручено массивными болтами к толстой пластине. Сама пластина чудесным образом срослась с мышечной тканью, под которой угадывались толстые ребра.

— Вашу руку. Сюда.

— Ну да… кто бы сомневался, — буркнул я, снимая камзол.

Закатав рукав сорочки, я, поморщившись, сунул руку в кольцо. Странное ощущение, будто залез в чей-то зад. Когда плоть крепко сжалась, это ощущение усилилось.

— Можно начинать? — спросил капитан.

— Можно… — выдохнул я обреченно.

Четыре толстых иглы одновременно впились в мое предплечье. По полупрозрачным трубкам, больше похожим на артерии, потекла алая жидкость. У меня слегка закружилась голова. Однако, трубки, что подходили снизу, уже были наполнены кровью. Она точно была не моей. Ощущения неприятные, но сносные. Набравшись терпения я смирился и просто ждал. Минут через десять все кончилось. К моему удивлению, самочувствие даже улучшилось! Алые капли проступили на коже на месте проколов. Лицо капитана, если я правильно понял его выражение, было растерянным.

— Я сделал что-то не то?

— То… — кивнул капитан корабля.

— Но вы будто не рады…

— Боль ушла, — проговорил он, прислушиваясь к своим чувствам.

— Рад за вас, — улыбнулся я.

— Вы не понимаете! — он схватил мое запястье. — Наша боль ушла. Шарк Раал больше не чувствует боли! С тех пор, как ее вывернули наизнанку и сделали кораблем, боль не стихала. Нам давали лекарство, но оно помогало недолго. Ваша кровь тоже лекарство?

— Кровь, как кровь… — задумался я. — Может совпадение?

— Нет, господин. Шарк Раал все поняла. Она благодарна тебе. Это великое облегчение. Она готова служить тебе. Мы готовы!

— Рад слышать, — улыбнулся я, высвобождая руку из цепких пальцев капитана. — Если это все, давайте вернемся на верх?

Эва с Иолой, как две сестрички расселись на палубе и уже что-то жевали. Венге и Натали, похоже нашли общий язык и что-то тихо обсуждали у правого борта. Эстер отстраненно разглядывала проплывавший под нами пейзаж у левого борта судна. Капитан вернулся в рубку, а я подошел к ней.

— Значит, время тянула? — напомнил я, застегивая рукав сорочки.

— Значит тянула, — пожала она плечами. — Чего такого? У меня мужика года два не было. От тебя же ни убыло? Ну, в смысле, от вас, сир.

— Тоже, верно. Далеко до деревни?

— Вон, видите горную гряду? Нам туда.

— Откуда такие сведения? Почему люди ушли?

— Я жила там, когда-то давно. Дорогу снесло горным обвалом, люди уходили за помощью и не найдя ее возвращались за своими вещами. Потом снова уходили, уже навсегда. Так и опустел дом за домом. Однажды пришел грузовой корабль, жители погрузили на него все, что смогли увезти, а остальное бросили. С тех пор там никто не живет. Лет двадцать, наверное.

Минут через сорок, Эстер поднялась на мостик, чтобы указать капитану путь. «Черное лезвие» снизилось и вошло в туман меж горных склонов. Петляя и протискиваясь меж скалистых выступов и растительности, корабль вышел на просторное плато меж трех гор, поросших густым мхом. Плато показалось огромным. Был здесь и поселок, и небольшой лес, и поля, покрытые буреломом. Узкая бурная речка, протекая через деревню, водопадом обрушивалась в пропасть. Вдали, где-то внизу, угадывались очертания извилистой горной дороги. Она действительно обрывалась в никуда. Лишь тонкая утоптанная тропинка относительно безопасно позволяла пройти человеку. Зависнув над поселком, эфирная акула долго «принюхивалась» и «присматривалась». Убедившись, что опасности нет, черный корабль пристал к ветхой бревенчатой пристани у обрыва.

На сей раз вещички пришлось таскать самим. Эстер продумала все наперед. Она перевезла наши пожитки на борт «Лезвия», прихватив со складов кое какие неучтенные припасы. Не то, чтобы она хотела присвоить их себе в дальнейшем. Просто в логистике всегда есть место бардаку и неучтенке. Она писала доклады, но излишки оставались без внимания, а порой попросту списывались, оставаясь на складе мертвым грузом. Ведь чтобы вывезти этот балласт нужны деньги. А им всегда находилось лучшее применение. В общем, едой она обеспечила нас неделе на две.

Дождавшись, когда Эва с Иолой проверят местность на предмет опасности и прибудут с докладом, я отпустил корабль на двое суток. Так сказать, на вольный выпас. Капитан, как часть проголодавшегося корабля, был несказанно этому рад.

Глава 9. Передышка

Деревня представляла собой грустное зрелище. За домами никто не ухаживал и подгнившие стропила сломались под тяжестью снега в одну из минувших зим. Стены облезли, дорожки заросли кустарником и травой. Кое где из окон торчали ветви деревьев.

— Местечко что надо, — Натали высказала общее мнение.

— Тут есть пара домов поцелее, — Эва ткнула пальцем в центр поселения. — Если ободрать другие крыши, можно устроиться сносно.

— Хорошо хоть не холодно… — вздохнула Венге.

— В горах осадки могут выпасть внезапно, — сказал я. — Опять же в такой сырости даже теплый ветер до костей пробирать будет.

— Так сделай что ни будь, повелитель материи, — Венге похоже, нашла себе развлечение, выдумывая для меня эпитеты.

— Сир… — Эстер старательно избегала заходить ко мне за спину. — Можно вопрос? А почему принцесса вас так называет?

— Венге шутит, Эстер. И давай лучше на «ты», ведь мы достаточно близко знакомы.

— Да, но… Я поняла Сир.

— Скажи, а когда тут было лучше всего? Дома то с виду добротные.

— Вы верно подметили. Здесь выращивали редкий сорт винограда и делали дорогущее вино. Деревня была не бедная. Пожалуй, лучший год был 183-й, со дня основания лиги. Да, в этот год урожай большой сняли.

— Интересно… значит, летоисчисление идет со дня основания лиги Антуса?

— Да, сир, тогда появились первые скрижали.

Я обратился в пустоту с вопросом:

— Скажи Орсис, а все эти манипуляции с действительностью для тебя сильно затратны?

— Нет, создатель, — ответил тихий голос из пустоты. — Я не расходую на это энергию. Желаете что-то изменить?

— Откати эту деревню к состоянию на 183-й год. Все кроме жителей и всякой живности. Мы остановимся тут ненадолго.

— Исполняю…

На сей раз, изменения проходили уже не мгновенно, как это было с Натали. Деревню накрыло туманом. Секунд через пять его сдуло резким порывом ветра и Эстер ахнула. Эффект получился ярким. Я сам не ожидал такого.

— А деревушка и впрямь красивая, — оценила Иола. — А что там… виноградники?

— Как такое возможно… — Эстер смахнула нахлынувшие вдруг слезы. — Это должно быть иллюзия?

— Нет, измененная реальность. Сам удивлен.

— Что уже можно? Ну, домик выбрать… — спросила Эва.

— Да, предлагаю занять дома в центре, рядом с площадью. И побыстрее, а то есть охота…

— Я займусь обедом! — вызвалась Натали.

— Тогда мы перетащим вещички, — предложила Иола.

Мои спутницы на удивление быстро освоились с переменами. Я ожидал большего эффекта. Хотя… может оно и к лучшему. Хорошая адаптация — отличный навык.

— А людей… Людей вы тоже вот так можете? — Эстер щелкнула пальцами.

— Не знаю, Эстер. Не уверен.

— А воскресить?

— Сложно сказать… — я вдруг задумался. — А смысл, если человек уже переродился?

— Ну да… — вздохнула она. — Я об этом не подумала.

— Ты, наверное, родилась здесь?

— Так точно, сир. Я полукровка. Как видите, человеческих черт во мне больше. Копыт нет, да и рога маленькие. Цветом в отца пошла, а комплекцией в матушку. Она тоже была из этих… ну, из ваших. Которые взрослыми перерождаются. Язык она сразу знала, и помнила все.

— А откуда матушка родом? — заинтересовался я.

— Похоже, что из ваших мест, Сир. Ругалась так же, как вы… благим матом.

— Умерла? — осторожно спросил я.

— Не знаю… Они с отцом расстались, когда началась война. Смешанные браки раньше были не в чести, потому и жили они тут, подальше от всех. Отцу пришлось уйти, чтобы не навлечь беду. Но в итоге бывшие друзья и соседи отыгрались на мне.

— Шрамы на спине? — припомнил я.

— Успел заметить? — усмехнулась она. — Да, они самые.

— Значит папа демон, а мама русская? — улыбнулся я, притянув ее за талию.

Эстер кивнула.

— Мы оставили деревню последними, когда жить стало совсем невозможно. Потом я поступила в кадеты, потому что там кормили. Затем на флот… и наши пути разошлись. Должно быть, ее уже нет…

— Ясно. Прости, что спросил.

— Да брось… Что-то для эмиссара самой королевы ты слишком добренький.

— Хм… Инара так не думает.

— Я видела ее лицо. Что ты сделал?

— Убрал Ортоса.

— Как убрал…!?

— Вот так… — я щелкнул пальцами, повторяя за ней. — Пф… и все. Распался в пыль….

— Одной гнидой меньше! — она одобрительно кивнула.

— А ты злая…

— Я не злорадствую, сир. Я радуюсь торжеству справедливости! — заявила она на полном серьезе.

— Да? Хорошая отговорка… — оценил я. — Надо запомнить.

Пока было время, я решил осмотреться. Эстер шла чуть позади, но в поле моего зрения. Приказ она выполняла четко. На вопросы отвечала коротко и по-военному емко. Всего в деревне насчитывалось два десятка жилых домов, одна таверна с комнатами для гостей, общинный дом, для праздников и собраний, и скромная часовня. Поля, что подходили вплотную к домам, действительно ломились от спелого винограда. Лозы клонились от веса налитых гроздей. На вкус виноград был волшебным. Чуть поодаль виднелось картофельное поле, да кое какая зелень, вроде лука. На отдельном поле высилось фруктовых деревьев с полсотни. Склады, вырубленные в теле горы, были заполнены бочками с вином и сидром.

— Здесь все как тогда… — Эстер, провела по бочке дрожащей от волнения рукой. — Пыль еще не осела.

— Орсис… это вино можно пить?

— Это вино считается превосходным, создатель. Оно хорошего качества.

— Должно быть, здесь целое состояние? — подумал я вслух.

— Подсчитать точную стоимость?

— Нет, Орсис, спасибо.

— А кто это? — осторожно спросила Эстер. Голос из пустоты сильно нервировал ее.

— Пожалуй, она тут Бог. Что-то в этом духе, — пожал я плечами.

Спросить больше она не осмелилась. Наблюдать за Эстер было забавно. Однако мой чуткий нос уловил запах пищи и ноги сами пошли в деревню. В этот вечер мой маленький гарем устроил грандиозную попойку. Ведь закрома таверны тоже ломились от спиртного. Опять же сыр, вяленное мясо, колбасы разных мастей. Откуда все это появилось, демоницы даже не задумывались. Логика была проста: если еда есть, то ее можно есть! Иначе съедят другие. Зажаренные на огне колбасы, в исполнении Натали, никого не оставили равнодушным.

В эту ночь я снова спал один. Выбрал домик поменьше и заперся там. Пьянка точно затянется до утра. А мне нужно подумать. Я кое-что обещал Инаре. Прихватив пару бутылей вина и добрую половину головки сыра, я вытянулся на кровати и прикрыл глаза. Прежние скрижали были забавными, но функцию свою выполняли. Благодаря им и усилием Варвары, то есть, королевы Лорены, в моем мирке прекратились войны и воцарилась какая-никакая, но стабильность. Заповеди типа «не убий», «не укради» и «не прелюбодействуй», в королевствах, где люди, по большей части, жили разбоем, грабежами и блудом, явно не прокатят. Пока, по крайней мере. Сейчас было важно не сделать хуже. Сделать первый шаг, при этом сохранив шаткое равновесие.

Худо-бедно, но дело пошло. Оказалось, что Орсис легко воспринимала не только речь, но и мои мысли. Чему я удивляюсь? Ведь она контролирует все информационное поле. Теперь я не выглядел как умалишенный, говоря сам с собой. Орсис, будучи искусственным интеллектом, подстраивалась под меня, а я старался формулировать мысли так, чтобы она понимала с первого раза. Однако, чем дальше в лес, тем жирнее партизаны… Полученная от нее информация порождала новые вопросы вместо того, чтобы давать ответы.

День выдался длинным, и богатым на события. Я приоткрыл окно. Скоро рассвет… небо уже светлело. Нужно было поспать. Раздевшись догола, я освежился водой из кувшина, омыл ноги в тазу и вытерся насухо. Будь я человеком, то давно бы продрог. Но это тело предпочитало прохладу. Опять же вино будоражило кровь. Вытянувшись во весь рост на льняной простыне, я уткнулся лицом в подушку и задремал…

Однако, на двух могучих дев, напиток богов возымел прямо противоположное действие. Запор попросту сорвало с двери, когда они валились в мою спальню. Хмельные демоницы уже успели померятся силой и на спор искупаться в реке. Разгуливая по деревне, они вполне комфортно чувствовали себя без одежды.

— А мы к тебе. Ты ж не против? — из уст Эвы вопрос прозвучал как утверждение. Она залезла на постель и, дернув простыню, перевернула меня на спину.

Мой разум говорил «нет»! Но, стоило взглянуть на Эву и учуять ее запах, как тело сказало «да»!

— Я ж говорила! — оскалилась демоница, убирая мокрые волосы за спину.

— Кто ж перед такой красотой устоит?! — развеселилась Иола.

Оказывается, если сильно устал, то вполне можно спать, когда на тебе скачет добрый центнер мускулистой похоти. Я открывал глаза, лишь когда одна демоница сменяла другую. Кровать, хрустнув под их натиском, рухнула на пол. Изящные мебельные ножки не были рассчитаны на такую интенсивную нагрузку. Но это никого не смутило. Копытный беспредел продолжился с новой силой. Плоть моя восстала против разума, и явно была на их стороне. Хотя… кого я обманываю? Этот форменный разврат, больше напоминавший коллективное изнасилование, приносил мне хоть и своеобразное, но все же удовольствие. Впрочем, пока член стоял колом, нравится мне или нет, никого не заботило. Подруги так разошлись, что в предрассветных горах раньше обычного проснулись птицы.

— Неплохо… — довольная собой, Эва рухнула рядом. — Я, кажется все.

Иола, ждавшая своей очереди, нетерпеливо заняла ее место на моем животе. Поостыв от дикой скачки, она вдруг решила спросить:

— А ничего, что мы так ввалились? Ты вроде поспать хотел.

Вопрос запоздал часов на пять, давно лишившись своей актуальности. Я хотел было что-то сказать, но решил просто качнуть головой. Дескать не против.

— А… ну тогда ладно, — выдохнула она облегченно и оседлала мой член.

Странное дело, но сколько бы они не старались, семя мое осталось при мне. Та же картина была и в случае с Эстер. Заметил я и еще одну странность… кажется плоть моя обладала способностью приспосабливаться. Ведь у Венге, с той же Эстер, физиологические особенности были заметно скромнее, чем у Эвы. А об Иоле и говорить не приходится, уж там то было где разгуляться. Однако, во всех перечисленных случаях член сидел как влитой… Спрашивать о таких подробностях Орсис я бы не решился. Потому решил понаблюдать. Сдается, обязанность по удовлетворению определенных потребностей отряда возложили на меня по умолчанию.

Из всех девиц на мою честь не покусилась разве что только Натали. И я точно знал этому причину. Виной тому был святой обет, данный при поступлении на королевскую службу. Среди дев благородной крови такое явление не редкость. Но она давно не состояла на службе. Вопрос, на долго ли ее хватит? Ведь дурной пример так заразителен…

Глава 10. Куда спешить?

Утро выдалось хмурым, моросил мелкий дождь, больше похожий на водяную пыль. Я проснулся меж двух демониц, чье тепло согревало меня всю ночь. Странно, но перегара я не ощутил от слова «совсем». Хотя за ночь надышали так, что стекло запотело. Плоть моя всколыхнулась, отдаваясь легкой, едва заметной болью, но этот порыв был лишним. Голод мой утолился сполна и унять похоть труда не составило. Я ощутил необходимость куда-то идти и что-то делать. Пока соображал, что к чему, в сознании моем всплыл вопрос: зачем?

Сначала я отмахнулся, но вскоре вернулся к нему. И правда, зачем? Куда мне спешить? Семеро по лавкам не ждут. Никакой угрозы в данный момент времени не предвидится, я в кругу друзей. Пищи в достатке, все необходимое под рукой. Обдумав и взвесив факторы риска, я пришел к выводу, что неотложных дел у меня попросту нет на ближайшие сутки. Да и на следующие тоже. С тех пор как я согнал с себя Венге у обелиска под номером «7», события сменялись пестрой чередой. Память о прежней жизни, что так резко закончилась, никак не отпускала и я, так и не сумел полноценно осознать, что же случилось.

— Куда я попал? Где мои вещи…?

— Чего?! — Иола кое как продрала глаза и уставилась на меня. — Мы ж вроде вчера еще все перетащили…

— Я не тебе. Спи, — улыбнулся я, погладив ее по волосам.

— А… наверное приснилось… — зевнув, она снова уткнулась лбом в мое плечо.

Глядя на демониц, я вспомнил свой вопрос про рога и улыбнулся. Судя по всему, в постели они особо не мешали. Глянув в пасмурное небо, я решил забить на тревоги и не вылезать из постели.

Только к обеду, нещадно отлежав бока, я растолкал подружек и встал сам. Учуяв аромат пищи со стороны таверны, я понял, на сколько сильно хочу есть. Натали сменила доспехи на более удобную одежду и вдохновенно куховарила, раздавив на пару с Венге хороший такой бутыль сидра.

— Милорд изволит отобедать? — улыбнулась она моему заспанному виду.

— Жрать жутко хочется, — признал я. — Но ты не обязан на всех готовить.

— Что ты, здесь кухня просто отличная. Мне только в радость. Да и заняться то больше нечем.

— А где Эстер? — хватился я.

— Бродит где-то по округе. Я пыталась разговорить ее, но не особо получилось.

— Пусть так. Ей есть о чем погрустить. Эстер родилась здесь.

— Вот оно что… — Венге слегка закусила губу. — А я уж решила, что общество наше ей в тягость.

Рассевшись за большим столом, мы хорошенечко отобедали. Ну и слегка похмелились, хоть нужды в том и не было.

— Какие планы, начальник? — откинувшись на спинку стула поинтересовалась Эва.

— В том то и дело что никаких, — вздохнул я. — Как вам перспектива обжиться здесь немного?

— Обжиться? — удивилась она. — А я думала дальше двинем, куда ни будь.

— Обязательно двинем, но не сейчас.

— Торвик дело говорит, — подумав, поддержала Натали. — Нужно отсидеться. Я не знаю его планов, но здесь хорошее место для постоянного лагеря. Лучше не придумать.

— А нам вообще обязательно куда то двигать? — Венге глотнула вина и посмотрела на меня. — Торвик, переродился всего месяц назад, две недели из которого провел в лесу, со мной в хижине, а остальное время матушка моя его по кусочкам обгладывала.

— Ты серьезно? — удивилась Натали.

— Да, мы с Эвой сами это видели, — ответила за нее Иола. — Собственно и ушли мы из замка потому, что сил на это смотреть не было. Одно дело, когда знаешь, в чем вина арестанта, и делаешь свое дело спокойно. Но таскать ей на съедение вот таких бедолаг, только за то, что переродились не в том месте, та еще мука. Работу тюремщика и палача тоже должен кто-то делать. Торвик это понял и отнесся к нам… с теплотой, что ли? Ну, как к нормальным. А она такого человека и на вертел…

Алкоголь хорошо развязывал язык, но я не стал мешать. Если Натали узнает обо мне немного больше, вреда не будет. Значит, прошел уже месяц…

— Жуть какая… — Натали поморщилась. — Я слышала, что она ест людей, но думала, что это байки, которые распускают специально. Чтобы жути нагнать.

— Ест, ест… — подтвердил я. — Откусывает по кусочку, вином запивает. Беседы задушевные ведет. Но только перерожденных. Простых людей она не трогает и своим суккубам запрещает.

— Звучит так, будто ты ее оправдываешь.

— Могу понять. Если родился суккубом приходится жрать людей. Правда жизни. Вообще, королева на редкость разумный демон. Я бы сказал, настоящий государственный деятель. Страхом ли, уговорами, но она держит всех в узде.

— Хм… твоя правда, Торвик, — нехотя признала Натали. — Пока она у власти еще ни одной войны не случилось. Торговля опять же… Арн процветает. Это же надо придумать, у людей кровь за деньги покупать?! Казалось бы, дикость, но все довольны.

— Не, Торвик, ты не подумай, мы не торопим, и не против тут отваляться, — Подала голос Эва. — Зима только набирает силу, а тут местечко вроде бы хорошее. Просто мы взяли задаток как наемники, а по факту работу свою не делаем.

— Что ты, — я улыбнулся ее прямоте. — С вами мне гораздо спокойнее. Венге права, я тут никого не знаю. Даже с телом своим толком не освоился.

— Ну, тогда ладно, — она оскалила свои белоснежные клыки. — А тело у тебя что надо! Ты не переживай.

Венге скривилась, припомнив минувшую ночь. Она хотела тайком пробраться в мою постельку, а там уже были эти двое. Обидно. Досадно.

— Значит решено. Остаемся здесь до весны?

Решение приняли единогласно.

— Э… Торвик? А может Эстер тоже стоит спросить?

— А я бы не стала, — хмыкнула Эва. — Пусть катится, если не согласна.

И она в чем то была права, но Натали все же обратила вопрос ко мне.

— Я сам с ней поговорю, — пообещал я. — Как раз хотел прогуляться.

Прихватив с собой бутылочку, я вышел на улицу. Мелкий дождик стоял пеленой, но солнечные лучи то тут то там прорезали серые тучи. Дышалось легко и свободно. Постояв у обрыва, я двинулся по каменистой тропинке что вела в обход деревни. Дом Эстер стоял за виноградным полем. Ее мать жила с демоном, так что не удивительно что он был построен на отшибе. Она стояла на веранде, оперевшись спиной о столб и прикрыв веки думал о своем.

— Моя очередь? — спросила она, не отвлекаясь от своего занятия.

— В каком смысле?

— Твои черные кобылицы на весь поселок ночью стонали. Рыцарь тебе не даст. Принцессу ты сам не пользуешь. Значит, осталась только я. Прямо здесь, или в дом пойдем?

— Да я не за этим. Спасибо за приглашение, но в другой раз.

— Тогда зачем? — она открыла глаза.

— Хочу знать твое мнение. Мы посоветовались и решили остаться тут до весны.

— Хм… оставайтесь, мне — то что.

— Ты с нами?

— Даешь выбор? — удивилась она. — Странное ты существо.

Когда я подошел ближе, заметил, что Эстер дрожит. Оно и понятно, она же бросила все в Арне.

— Тебе холодно? — спросил я, расстегивая камзол.

— Нет, сир. Мне страшно.

— Из за меня?

— Да… — выдохнула она. — Умом я вроде бы понимаю, что ты мне не враг, но ужас унять не могу. Как подумаю на что ты способен…

— Что, так силен? А я думал, что здесь такие дела в порядке вещей. Вчера никто почти не удивился.

— Нет, сир. Таких вещей я отродясь не видела. Удивление, это когда узнаешь свой кошель в чужих руках. Или, когда истинный целитель своей магией заживляет твою рану, пусть и за серебро. А ты обратил время вспять… вот так, даже не напрягаясь. Запросто поговорил с Богом. Кто ты вообще?

— Человек, Эстер. Может быть телом я изменился, но память при мне. Прежнюю жизнь я прожил среди людей, и другой не знаю.

— Должно быть, ты был магом?

— А матушка тебе не рассказывала? В моем мире нет магии. Только тяжелый труд и машины, чтобы его облегчить. У нас все делается только руками и только через силу. Целителей тоже нет, только доктора. Зашьют твою рану, забинтуют и жди пока затянется. А еще у нас нет перерождений, как здесь. Если человек умер, то это навсегда.

— Но ты же как-то переродился.

— Поверь, для меня это большая загадка. Рад бы узнать как то случилось, да спросить не у кого.

— А твой Бог?

— Орсис? Она не знает. Ее тоже перетащили с моего мира. Мы тогда были хорошо знакомы. Она искусственный интеллект. Причем боевой.

— Значит, ты воин?

— Да, отчасти. Прошел четыре войны. Две из них уже с Орсис. Но не по своей воле. Поверь, выбора нам не оставили. А так, у меня много профессий. Кстати, я очень удивился, когда ты спросила у Эвы трудовую книжку. В моем мире тоже такие были.

— Это все королева, — Эстер пожала плечами. — Ее величество порой требует делать странные вещи, но потом оказывается, что так лучше. Правда, я не шучу. Вот и книжки эти. Взял в руки и сразу знаешь кто перед тобой.

— Ну, я был ремесленником, что ли. Знал много ремесел. Хотя, почему знал? И сейчас знаю. Строил дома, чинил машины, делал мебель. Да много чего. Когда хочется есть — быстро учишься.

— Это точно… — вздохнула Эстер, вспоминая как поступала в кадеты.

— Так ты с нами?

— Зачем я тебе, сир? Трахать когда вздумается?

— Тебе со мной не понравилось?

— Почему сразу не понравилось… — она ничуть не смутилась. — Но то было мое желание. А здесь я твоя игрушка.

— И то правда, — вздохнул я, чувствуя на сердце неприятный осадок.

И ее можно было понять. Не смотря на свою смелость, волю и живой ум, Эстер оставалась одинокой девушкой без семьи и друзей. Одна против целого мира. Я хорошо знаю это чувство.

— Скажи, Эстер, почему ты отправилась за нами вместо того, чтобы сбежать с печатью и ярлыком? Тебе бы открылись все двери.

— Я думала об этом, — Эстер пожала плечами. — Но вряд ли прожила бы долго. Оставив же все как есть, я бы нарушила присягу. А мои начальнички с удовольствием подвели бы все под измену. А это казнь без суда и следствия. Теперь меня будут судить только за дезертирство.

— Не факт. Лига Антуса, может и не узнает, что корабль в их логове — твоих рук дело, но ты все еще нежелательный свидетель.

— Ты прав, в Арн мне нельзя. Искать специально они может и не станут, но, если попадусь, с живой не слезут.

— Их власть так велика?

— Это единственная сила, с которой королева предпочитает договариваться. Тех, кто перерождается после ее издевательств, лига тайно берет под свои знамена. Уговаривать людей не приходится. Перерожденные обладают большой силой и могут стать для нее серьезной угрозой.

— Она знает?

— Все знают. Но лига войны не хочет. Лига предпочитает зарабатывать золото. Убив верховного архивариуса, ты многим оказал услугу. Теперь к власти придут более наглые и голодные.

— Откуда ты все это знаешь?

— Я работаю в порту, сир. Все слухи и новости узнаю первой. Грузчики народ не разговорчивый, но ухо держат востро. Потом докладывают мне, а я докладываю наверх. Это самая интересная часть моей службы. Мог бы и догадаться.

— Вот тебе и сказочное королевство, — вздохнул я.

— А как иначе? Можно подумать в твоем мире по другому.

— Нет, все так же, только еще хуже. От того и противно. Ты не ответила на вопрос.

— Я демон военный, сир, — Эстер погрустнела. — Мне на все нужен приказ. Оформи перевод из порта, скажем, в свою охрану, и дело с концом. Ведь ты это можешь?

— Будет тебе бумага, — пообещал я. — Здесь спать будешь?

— Это мой дом…

— Как знаешь… — я потянул воздух носом. — Еще дрожишь?

— Страх никак не проходит, — честно призналась она.

— Пройдет. Ну, а я пойду еще погуляю. Приводи мысли в порядок и приходи на ужин. Если что нужно, обратись к Натали, она хорошо к тебе относится. Даже сочувствует. Венге тоже не видит в тебе врага. Эва с Иолой тебя недолюбливают, но не более того. Просто не лезь на рожон и все будет хорошо.

— Поняла, сир, — она склонила голову. — Ты сегодня придешь?

— Нет Эстер, не приду. Кроме страха от тебя ничем не пахнет… Я бы и рад спать один, но с недавних пор делю с Венге часть ее проклятия.

— Так вот зачем тебе эти кобылы, — усмехнулась она нервно.

— Все не так, Эстер, поверь. Жду тебя на ужин.

Глава 11. Будем зимовать

«Черное лезвие» прибыл… или прибыла? Акула — это все-таки «она». Впрочем, неважно. Орсис предупредила меня заранее. Корабль вернулся раньше и я, выбравшись из теплой постельки, в которой, о чудо, спал один, пошел его встречать. На улице было прохладно, градусов семь или десять. Ночью выпал снег, покрывший тонкой пеленой траву и виноградники. Выйдя на причал, который уже не выглядел дряхлым, я стал вглядываться в туман.

Корабль появился внезапно, словно «Летучий голландец». В абсолютной тишине, он прорвал пелену тумана и опустился сверху, дав сильный крен на нос. Я ужаснулся, разглядывая переднюю часть корабля. То, что прежде я принимал за ниши для якорей, оказалось глазами акулы. Так я впервые встретился лицом к лицу со своим кораблем. Шарк Раал, открыв бронированные заслонки, служившие ей дополнительными веками, удостоила меня своим жутким, осмысленным взглядом. Я не придумал ничего лучше, как поклониться. По мере того, как корма корабля опускалась ниже вырисовывались остальные подробности. Зрение не подвело меня при первой встрече, у судна действительно были зубы. Нос ниже очерченной по всему корпусу ватерлинии, имел жуткие стальные челюсти. Зубы были отлично подогнаны и плотно сомкнуты, но свежая алая кровь, отлично очерчивала прикус. Кроме того, из пасти «Лезвия» торчали кончики чьего-то заднего плавника.

— Приветствую вас, Сир!

Я поднял голову. На носу корабля возвышался силуэт капитана.

— Охота была удачной?

— О да, господин! Шарк Раал порезвилась на славу. Мы разбили два пиратских фрегата, и полакомились человечинкой. А под конец моя госпожа целиком заглотила астрального кита! Теперь запасов ей хватит на долго!

— А это законно? Я про пиратов.

— О да, господин! Пираты вне законов и Шарк Раал имеет полное право на них охотиться.

— Должно быть, это страшная смерть. Страшнее виселицы.

— Шарк Раал благодарит вас за избавление. И за хорошую охоту. Она считает, что вы приносите удачу.

— Избавление?

— Наша боль, сир. Ее больше нет, — напомнил капитан.

— Ах да…

— Мы ждем приказов!

— Приказы… — я почесал затылок, думая, как сказать. — Тут такое дело, капитан, мы решили остаться на зимовку.

— Почему? — удивился тот. — Корабль сыт и готов к бою!

— Мы наделали ненужного шуму, и нужно отсидеться. Здесь отличное место для базы, не находите?

— Для базы? — капитан задумался. — Может и так. Найти дорогу в тумане было не просто, это хорошо, что вы вышли на пристань. Шарк Раал нашла вас по запаху. Но шарк Раал не пугают трудности. Если вам что-то грозит, она хорошо покажет себя в бою!

— Не сомневаюсь, капитан. Я не боюсь боя. Но зима не лучшее время для путешествий. Шарк Раал не хочет отдохнуть?

— Хм… моя госпожа не спала уже много месяцев, сир, — с горечью доложил капитан. — Но если она уснет, то не сможет удерживать судно у причала. Она упадет на землю. Вы позволите Шарк Раал где-нибудь приземлиться?

— За виноградниками, ближе к горе есть большая поляна, — послышалось со спины. — Можете приземлиться там. Только ничего не ломайте!

Эстер подошла неслышно и встала так, чтобы я ее видел.

— Благодарю, госпожа! — поклонился капитан. — Шарк Раал принимает ваше приглашение.

— А вы разве не сойдете на берег? — спросил я, не подумав.

Капитан обмер, часто моргая своими рыбьими глазами.

— А можно? — наконец спросил он. — Я никогда не покидал Шарк Раал.

— Ну, если она не против…

— Моей госпоже нужно подумать, сир. Она даст ответ позже, когда устроится на спячку.

— Тогда пусть она летит туда, а я покажу, где приземлиться, — предложила Эстер. Как-никак она работала в порту и общение с живыми кораблями для нее не в новинку.

Указав направление, она двинулась на другой конец деревни.

— Не спится? — спросил я, шагая следом.

— Ты приготовил бумаги?

— На, держи, — я протянул ей приказ о переводе, составленный и заверенный с вечера. Она пробежала его глазами и сунула во внутренний карман кителя.

— Раз я теперь в твоей охране, значит должна находиться поблизости.

— Ну, это всего лишь формальность…

— Не для меня, сир. Приказы не обсуждаются. Охрана — значит охрана, — заявила она.

Достав из сапога два узких жезла, Эстер энергично встряхнула их, заставив светиться.

— В сторону, сир!

Пробежавшись до дальнего края поляны, она дождалась, пока судно зависнет и подняла жезлы вверх. Дирижируя ими из стороны в сторону, она помогла кораблю занять нужное положение в пространстве и опустив жезлы вниз, разрешила посадку. Удивительно, но эфирная акула все поняла. С резким скрежетом она выдвинула из бортов восемь массивных опор. Развернув донные орудия стволами к носу, Шарк Раал втянула башни в днище. «Черное лезвие» совершило мягкую посадку. Опоры корабля, почуяв под собой твердь, медленно опустили его на брюхо. Киль «Лезвия» гулко уткнулся в траву, покрытую первым снегом.

— Похоже твоя акула хорошо поела. Вон, вся морда в крови. Как переварит, впадет в спячку. Думаю, до весны ей хватит.

— А как быть с холодом?

— Холод ей ни по чем, сир. В эфире всегда холодно. Разве что палуба обледенеет.

— А как долго она будет спать?

— Пока не разбудишь. Эти штуки могут не спать месяцами. Но как любому живому существу сон им необходим. До весны точно выспится, — заверила Эстер.

— Ей нужен какой то уход, или… присмотр?

— Акуле не нужен. А вот виноградникам — еще как. Помнится, твои кобылицы переживали, что жалование не отрабатывают.

— Ты подслушивала? — улыбнулся я. Но Эстер пропустила вопрос мимо ушей.

— Надо урожай собрать, да сок выжать. Погода еще будет теплой. Двух дней нам должно хватить, сир.

— А смысл? Нужно будет, еще раз все откатим.

— Да? — Эстер вздрогнула. — Вам виднее, сир. Просто… делать тут все равно нечего, а урожай пропадает. Мне бы сок выжать, а там я уже сама.

— Так ты… винодел?! — дошло до меня вдруг.

— А что такого? Тут все виноделы были. Наша семья не исключение.

— Ни разу не видел, как делают вино, — признался я смущенно.

— Вот и посмотришь. Дело не хитрое. И потом, весной его можно будет продать за хорошие деньги.

Сказав слово «деньги» Эстер округлила глаза.

— Что?

— Да так, вспомнилось… Скажи, сир, а тут все вернулось в прежнее состояние?

— Кроме людей и живности. Но утверждать не могу, впервые такое делал.

— Что-то есть захотелось… — она потянула носом. — Кажется пахнет завтраком?

— Ну да, пора бы. Пошли, пока не остыло!

И мы пошли. Идею собрать виноград оценили не все и не сразу. Но перспектива дополнительного заработка и шанс получать бесплатное спиртное всю зиму, склонил чашу весов.

— Да в принципе, какая разница? Топтать виноград копытами даже удобнее чем ногами — высказалась Иола.

— Опять же, коза права, мы тут со скуки помрем, — нехотя признала Эва. Она категорически не желала звать Эстер по имени.

— Я не против… — Венге лишь пожала плечами.

— Тогда и за мной дело не встанет, — поддержала идею Натали.

На следующее утро снег растаял. Взломав замок на сарае, Эстер выдала всем корзинки и шляпы с большими полями. Часам к девяти утра тучи рассеялись и выглянуло солнце. Своими скудными лучами оно все же припекало голову и приятно согревало спину. Эстер и Эва, оскорбившись, взяли сразу по две корзины.

Срезая грозди садовыми ножницами мы приступили к работе. Раздав указания, Эстер, взяв с собой Натали, отправилась готовить винодельню. Закончили уже затемно. Могучие демоницы вошли в раж и устроили меж собой соревнование. Вымазавшись в земле, они довольно сопели, высыпая в лоток последние корзины винограда.

Винодельня меня удивила. Да, здесь был традиционный чан для давки винограда, но были и средства малой механизации. Винодельню построили на берегу речушки, оснастив водяным колесом. От этого же колеса, через длинный деревянный вал приводился в движение молот, что стоял неподалеку в кузнице. В целом, сбор урожая хоть и был утомительным, но поднял всем настроение.

Утром веселье продолжилось. Эву и Иолу заставили хорошенько помыться. На трезвую голову лезть в ледяную воду было не так интересно, но делать нечего. Взбодрившись и освежившись, они прибыли в распоряжение Эстер. Она беспристрастно повязала на головы демониц платки, дабы волосы не попадали в сок, и лично омыла их ноги, уделив особое внимание копытам. Эстер нашла это занятие приятным. Иола и вовсе засмущалась. Шерсть, что росла на икрах демониц пришлось начисто сбрить. Только после всех перечисленных процедур, Эстер пустила их в чан. Ну, а чтобы работалось веселее, она поднесла подругам по хорошей чарке сока из забродившего винограда.

И тут дело пошло! И как пошло! Эстер где-то надыбала лютню, а Натали, к моему величайшему удивлению, принесла с собой флейту. Ой, что там началось! Венге от хохота чуть со стула не падала. Захмелев, да под музыку, Эва с Иолой устроили дикие танцы, забрызгав виноградом все стены вокруг. Я только и успевал, что оттаскивать полные ведра и подкидывать новые грозди им под ноги. Раз семь они устраивали передышку, сидя на краю чана и болтая ножками. Но когда я выгребал весь жмых и засыпал новое сырье, веселье неизменно продолжалось. Мелодии были однообразные, всего три — четыре мотива. Но вариации и темп исполнения значительно расширяли репертуар.

К вечеру второго дня, усталые, но довольные, мы ввалились в таверну. Взломав коробки, что Эстер прихватила со своих складов, мы вскрыли все деликатесы, которые нашли. Однако, большая часть из них либо испортилась, либо была уже в процессе.

— Ну вот… — чуть не плача всхлипнула Натали. — А я ведь ничего не готовила.

— Сейчас исправим, не переживай, — улыбнулся я загадочно.

— Как?

— Орсис? — обратился я в пустоту. — Ты не могла бы вернуть продуктам свежесть?

Ждать долго не пришлось. Под громкий свист и ликование, на стол посыпались дорогостоящие явства. Нашлось и вино, и коньяк, и ром, и даже шампанское. Ну, их аналоги в этом мире. Самой Эстер по вкусу пришелся вермут. Она по братски разделила его с Натали и Венге.

— Не думала, что делать вино так весело, — призналась Эва.

— А я не знал, что Натали играет на флейте.

— Правда? — удивилась она. — А говорил, что все про меня знаешь.

— Этот сюрприз был приятным, — признался я. — Должно быть родители обучали тебя музыке?

— В благородных домах это принято, сударь, — скромно улыбнулась она. — Но Эстер играет ничуть не хуже.

— Ну, так меня отец научил, — смутилась она слегка. — А матушка хорошо пела. Наш дом на отшибе, так что пошуметь мы любили…

— Кто-то идет! — насторожилась Венге.

И правда, снаружи послышались неуверенные шаги. В дверь постучали.

— Кто там? — спросил я.

Дверь скрипнула и на пороге таверны, оставляя за собой мокрый след возник капитан «Черного лезвия»

— Это я, рыба! — доложил он, отдавая честь.

— Да ладно… — вздрогнула Эстер. — Она тебя что, правда отпустила?!

— Мне стало интересно, и Шарк Раал стало интересно. Она не знает как живут люди. Хочет посмотреть, — он ткнул пальцем в свой большой жутковатый глаз.

Глава 12. Имя для капитана

Капитан рыба подошел ближе к столу и неумело поклонился.

— Кажется, нужно сказать, добрый вечер?

— И вам, капитан, — встав из за стола поклонился я.

— Можно вопрос, сир? — Капитан уставил на меня собственный глаз в то время, как акулий шарил по сторонам. — Все здесь?

— Все, кто прибыл за этим столом, капитан. Присоединитесь? — предложил я.

— Значит здесь враг… — ровно заключил капитан рыба. Его акулий глаз уставился в пустоту позади Натали.

За спиной скрипнула половица и барный стул зашатался так, словно его задели. В руке капитана мелькнул револьвер и прозвучал выстрел. Он сделала это молниеносно, наотмашь и не глядя за спину. Послышался звук упавшего тела и предсмертный хрип. Возле входной двери, очерчивая невидимы силуэт, быстро разрасталась кровавая лужа. Капитан сделал шаг и схватившись, а воздух, дернул его рукой. Сорвав невидимую пелену, он обнажил тело, содрогающееся в предсмертных конвульсиях.

— Венге?

— Нет, господин. Не стоит и пытаться. Я не смогу исцелить это тело. Взгляни на ее рану.

— Отличный выстрел, что тут скажешь… — я присел рядом и взглянул на шею. Пуля раздробила в позвоночник и порвала артерию. Передо мной ловила последние вздохи совсем молодая женщина. Лет двадцать, не больше. В глазах ее застыл не страх, но обида и отчаяние.

— Надо было ее допросить… Капитан, а вы не могли просто ранить?

— Пиратов приказано убивать, сир. Она выглядит как пират, одета как пират и пахнет как пират. Шарк Раал может ее съесть?

— Орсис! Почему ты не предупредила?! — я тихо выругался.

— Опасности не было, создатель. Предупреждать вас впредь? — беспристрастно осведомилась Орсис.

— Да, черт возьми! Ты можешь ее оживить?

— Без предварительной настройки системы это невозможно. Цикл перерождения уже запущен.

— Когда она переродится?

— Стандартное время одни сутки.

— Можешь сохранить ей память?

— Исполняю…

— А переродить ее здесь, как меня, в твоих силах?

— Необходим зарегистрированный обелиск.

— Так создай! — Я унял ненужное волнение и вновь обратился к Орсис:

— Скажи, а как появились храмы? Ты их построила?

— Храмы уже были, создатель. Они интегрированы в маяки. Но запрета на создание храмов и обелисков у меня, кажется, нет… — Орсис интонацией выказала удивление. — Создать маяк?

— Сделай… но небольшой. И обелиск там же, — я мысленно представил себе деревню и место возле горы. Орсис считала мои указания, и земля под ногами дрогнула.

— Шарк Раал видит странное! — всполошился капитан.

— Пусть она успокоится, это моих рук дело. Теперь у нас есть маяк.

— А что с ней? — Натали прощупала пульс девушки, но его уже не было. Губы ее посинели.

— Орсис, ее тело тебе нужно?

— Нет, создатель. Отдайте труп акуле, — ответил бесчувственный голос. — Этот трофей ее по праву.

— Можно забрать? — с робкой надеждой спросил капитан рыба.

— Забирай… твоя добыча.

С несвойственным ему проворством, капитан рыба схватил еще теплое тело, и оставляя дорожку из алых капель, выбежал за двери. Я мысленно приказал убрать кровь, и она тотчас превратилась в прах, растворившись в воздухе без следа. Натали отпрянула в сторону.

— Будто и не было ничего… — цепенея от страха проговорила Эстер.

— Кто это был? — спросил я запоздало.

— Разведчик, без сомнения, — Натали задумалась. — Но для пиратов такие накидки недостижимая роскошь. Я видела подобную вещицу лишь однажды, сир.

— Да хватит уже называть меня сиром! — вспылил я без причины. — Виктор мое имя!

— Виктор? — Натали медленно встала, темнея словно туча.

— Блин… Торвик, конечно же. Виктором меня звали раньше… в другой жизни. Я не со зла, прости, Натали. Не ждал, что такой вечер окончится смертью.

— Ты прав, вечер испорчен. Но враг — есть враг, — она развела руками. — Капитан сделал все правильно.

Пялиться на пустое место смысла не было, и мы снова расселись за стол. Каждый к своей выпивке. Первой тишину нарушила Натали.

— Торвик, зачем ты отдал ее этой твари? Похоронили бы по-людски…

— Верно, но ей уже все равно. Мораль такова, что у нас под боком дремлет хищный корабль, который питается плотью. Акула может не понять, за что у нее отобрали добычу.

— Тут он скорее всего прав, — подала голос Эстер. — Говорят, интеллект у акул как у пятилетнего ребенка. И обидчивы они как дети.

— Боевой корабль, который бьется в истерике? — нервно усмехнулась Эва. — Боюсь даже представить. Может пусть эта штука спит в другом месте, а, Торвик?

Появившийся на пороге силуэт избавил меня от необходимости отвечать на неудобный вопрос. Капитан рыба вернулся, держа в руках портупею и ножны.

— Этот подарок! — Он протянул мне оружие. — Шарк Раал это ни к чему. Она делит добычу с тобой, сир.

— Положите на тот стол, пожалуйста, — я указал на дальний столик, брезгуя брать трофей в руки.

Капитан подчинился.

— Позвольте взглянуть?

Не сразу поняв, о чем речь, капитан рыба достал из кобуры револьвер и протянул его мне. Небольшое изящное оружие сильно отличалось от того, что было у рыцаря Инары. Этот будто не принадлежал новому миру. Его вороненый ствол источал запах пороховых газов, а в каморах желтели маслянистые тупые головки пуль. Переломив ствол, я извлек гильзу с пробитым капсюлем и внимательно осмотрел ее.

— Это оружие моего мира, — пояснил я вслух. — Тоже дело рук королевы?

— Так точно! — подтвердил капитан рыба. — Желаете осмотреть арсенал?

— Ну да, конечно, стоило догадаться. На военном корабле должен быть арсенал. А крупные орудия и снаряды, тоже пороховые?

— На кораблях империи этого типа, боезапас зависит от того, на сколько сыта акула, — взялась разъяснять Эстер. — Эфирные акулы всеядны. Их магический желудок в состоянии расщепить все. Но только плоть идет в пищу. Остальное откладывается или пускается в рост. Другими словами, она сама себе делает снаряды. А пушки на борту магические. Впрочем, как загружают такие штуки, я тоже видела.

— Она еще и растет?

— Как все живое…

— Я сделал что-то не так? — уловив мое недовольство спросил капитан.

— Нет капитан, — я вернул ему револьвер и выдавил из себя улыбку. — Возможно вы спасли всем нам жизнь. Как вы узнали?

— Этот глаз видит все! — он привычно указал на свое жуткое око. — Шарк Раал почуяла врага еще на охоте. Но мы не смогли увидеть. Враг умный, хорошо спрятался. Здесь, мы почуяли ее снова, и госпожа приказала мне сойти на берег. Я вошел и увидел.

— Вы полны сюрпризов, капитан, присядьте с нами, — предложила Венге.

— Мне можно?

Я подвинул капитану стул и поставил рядом с собой.

— Ему можно спиртное?

— Не знаю, но повредить вроде бы не должно, — Эстер не была уверена.

Натали налила в кружку вина, посчитав его самым слабым из напитков и протянула мне. А я уже капитану.

— Выпьем!

Нервозно покрутив кружку в руках, капитан рыба принюхался. Но глядя как смело мы принимаем на грудь, сделал то же самое. Потом с дикими глазами зажал рот и заставил себя сглотнуть. Вид у него был, скажем прямо, растерянный.

— Я первый раз ем через рот… — оправдываясь выпалил он. — Так странно!

— А как же вы ели раньше? — удивился я.

— Вот так… — капитан поднял ногу и показал свою ступню.

Глянув на ногу, я сразу понял причину его странной походки. А еще, что некоторые вопросы лучше не задавать, тем более за столом. Это сверху нога казалась обутой в ботинок, а вот снизу она была покрыта присосками, полыми трубками и черными шипами. При чем все это омерзительно шевелилось, источая прозрачную слизь.

— Можете опустить, я понял… Вы питаетесь от акулы?

— Я ем то, что ест моя госпожа! — гордо заявил он. — Она кормит меня своими соками.

— М… да. Надо же вас как-то наградить, капитан. Как это принято?

— Наградить? — он уставился на меня сразу двумя глазами.

— У них нет такого понятия, — пояснила Эстер. — Еда для них награда.

— Мы сыты, — тут же ответил капитан рыба.

— Дай ему имя, — подсказала мудрая Натали. — Такой отважный моряк и без имени…

— И ведь точно! — поддержала ее захмелевшая вновь Эва. — Как назовем малыша?

Капитан рыба опешил от столь смелого предложения. Он испуганно озирался вокруг, переводя глаза поочередно на каждого кто участвовал в обсуждении.

— Вы… правда дадите мне имя? Но у меня никогда не было имени! Я не человек. Я — рыба!

— Шарк Раал тоже рыба, но имя у нее есть, — возразила Эстер.

— Но… кто я, и кто она…

Выбор имени для капитана быстро отвлек хмельную компанию от недавней трагедии. Я вообще заметил, что смерть они не воспринимают как что-то особенное. Чему я удивляюсь? Иола и Эва палачи, Венге суккуб людоед… для них чужая смерть и ремесло, и пропитание. Натали всю жизнь на войне. Да и Эстер, похоже повидать на своем веку успела. Но я бы не назвал это черствостью. Тут нечто другое. Иная реальность — иные нравы.

Обсуждение вызвало веселую дискуссию. Порой предлагались имена, от которых холодок пробегал по коже. А порой кто-то норовил от хохота под стол упасть. Лицо бедного капитана застыло в немом изумлении.

— Хватит дамы! Имейте совесть. Я вспомнил отличное имя. Предлагаю наречь капитана Александром. Или Алексом, для простоты обращения.

— А кто такой этот твой Александр? — спросила Эва.

— Капитан подводной лодки. Та же акула, по сути. Он из моего прежнего мира. Личность была неоднозначная, но след в истории оставил. Смелый был офицер, со сложной судьбой. Самое то, по моему?

— Ну да, — усмехнулась Эстер. — Если подумать, то прям с него писано.

— Ага, ты ему еще бумагу выдай, — съязвила Венге.

И я выдал. От чего ж не выдать? Ну и пусть бумага упаковочная, ничего что пятна от колбасы. Роспись то моя, а печать королевская. Когда сургуч застыл под печатью, все как-то притихли. Свернув получивший высочайшее заверение документ, я перетянул его пенькой и встал на ноги. Капитан рыба, захмелев от вина словно юнец, вытянулся по струнке.

— Поздравляю! Отныне вы Александр Шарк Раал.

Торжественно вручив капитану бумаги, я пожал его чешуйчатую руку и поднес кружку вина.

— Это мне… с печатью?! — он часто моргал глазами, не зная что предпринять.

— Да, капитан Алекс. Носите это имя с гордостью.

Проглотив вино залпом, Алекс поставил кружку на стол.

— Спасибо милорд… — он рассеянно отдал четь. — Могу я идти? Шарк Раал зовет…

— Идите, капитан. Отдыхайте.

Когда дверь захлопнулась, все взгляды упали только на меня.

— Ну ты дал… — закашлявшись выдала Эстер. — Бумагу то зачем?!

Я лишь пожал плечами. Что с пьяного спрашивать?

— Я же так, с дуру ляпнула! — воскликнула Венге.

— Ну, значит я тебя неправильно понял…

— Придурок! Это же королевская печать, с ней любая сраная бумажка силу закона имеет!

— А что плохого? — не въехала Иола. — Королевское судно — королевский капитан…

— Еще одна недалекая… — в сердцах выдохнула Венге.

— Ты кого это коза царственная, недалекой назвала!? — вступилась за подругу Эва.

— Тихо! — крикнула Эстер, навострив уши. — Там что-то происходит…

Выскочив за дверь, она бросилась в сторону поляны. Я, сколько не прислушивался, ничего не услышал. Только шаги самой Эстер. Она вернулась совсем быстро.

— Ты чего? На тебе лица нет… — Натали сразу же подскочила к ней и усадила на стул.

Эва с Иолой потянулись за оружием, чуя неладное. Похоже Эстер среди нас была самой впечатлительной, сейчас ее просто трясло от ужаса. Она разом протрезвела.

— Она… Она сожрала его! — переходя на хрип сказала Эстер.

— Как сожрала, кого? — допытывалась Натали.

— Акула, капитана… — напуганная демоница перевела взгляд на меня. — Она раскрыла свою жуткую пасть, а он просто взял и запрыгнул. Тихо так… спокойно.

— А я тебя предупреждала! — прошипела Венге над ухом. — Добром бы не кончилось!

— Вот и пошутили… — щемящее чувство вины сдавило мое сердце.

— Хорошая шутка получилась, — то ли язвя, то ли пытаясь успокоить, проговорила Эва. — Ты не мог знать, что так будет. Кто их поймет этих акул…

— Ревность? — предположила Натали.

— Все может быть. Посмотрел, как люди живут… Где он тут вообще людей увидел? Разве что наша рыцарь, — вздохнула Иола.

— Ну все милая, давай успокаивайся. Выпей вина и иди спать. Я провожу тебя до дома, — предложила Натали.

— Нет! Я туда не пойду! Я здесь останусь? — взмолилась Эстер.

— Блин… жутковато как-то, — призналась Иола. — Тогда и мы тут заночуем. Ты как, Торвик, с нами?

— Нет. Я пойду воздухом подышу, а потом к себе. Есть о чем подумать.

— Ну, как знаешь…

— Я с тобой! — заявила Венге, вцепившись мне в руку.

— Ну что с тобой делать…? Пошли.

Стараясь не смотреть в сторону стоянки «Черного лезвия» мы пошли в мой дом, с безнадежно испорченной кроватью.

— Орсис, не в службу…

— Сделано, создатель. Я откатила твой дом к исходному состоянию, — тихо прозвучало из пустоты.

— Спасибо, ты настоящий друг…

Глава 13. Охотник за головами

В эту ночь Венге интересовало не мое странное тело, а кровь. Это стало ясно, как только мы остались наедине. Взгляд и повадки, которые я уже видел однажды, выдали демоницу с головой.

— Разве твой голод не прошел? — я решил не играть с ней.

— Заметил? — она поморщилась. — Так и было. Но я потратила много сил, а людская еда восстанавливает их медленно. Я хочу твоей крови.

— По крайней мере честно, — оценил я. — И много надо?

— Сложно сказать… — Венге проглотила накопившуюся во рту слюну, — Раньше вообще не помогало. Но сейчас другое чувство. Я хочу именно твою!

Венге, было, рванулась ко мне, но заметив взмах, резко передумала. Я рефлекторно выставил локоть, едва не въехав ей по зубам. Поняв, что она меня боится, я отказался от этой мысли. Дочь Лорены напала не по своей воле. Проснулось ее хищное естество. Исцелив меня, а потом и Натали, демоница сотворила практически невозможное. А в чем источник силы истинного суккуба догадаться было не сложно.

— Видимо, такова моя плата?

— Не знаю… но меня мучит голод. А ты даже не спишь со мной. Резвишься со своими кобылами! Чем я провинилась перед тобой?!

— Прости. Я не подумал об этом…

Скинув камзол, я снял сорочку и выставил перед ней предплечье. Во взгляде ее читалась тревога.

— Кусай, — кивнул я уверенно.

Когда зубы Венге проткнули кожу, я вспомнил, что так дают команду служебной собаке. Кладут перед ней сочный кусок мяса и тренируют выдержку. Она истекает слюной, скулит, косится на инструктора, но взять не смеет. До тех пор, пока не услышит это заветное слово.

Насытившись, Венге медленно извлекла свои клыки. Сложно сказать, сколько крови она взяла, но слабости я не почувствовал. Она провела по коже пальчиками и ранки исчезли. Больше в этот вечер мы не говорили. Осадок на душе был не хороший, и я постарался быстрее уснуть. К счастью, снов не было. Только тьма, тишина… и чувство вины.

Проснувшись, я долго смотрел в потолок, выстраивая последовательность действий. Венге лежала рядом чуть дыша.

— Ты обиделся на меня? — спросила она негромко.

— Нет. Просто думаю.

— О чем?

— Когда все это кончится. Жизнь новая, а проблемы старые. Как твой голод?

— Прошел. То ли кровь твоя особенная, то ли мне меньше надо.

— Хорошо. Одним делом меньше.

Собрав волю в кулак, я встал и быстро оделся. Одарив Венге относительно искренней улыбкой, я вышел на улицу. Ночью опять выпал снег. Стараясь не поскользнуться на траве, я направился прямиком, к кораблю. Бронеставни акулы были закрыты, она дремала, переваривая добычу. Пришлось разбудить.

— Шарк Раал просыпайся! — Я постучал эфесом клинка по обшивке.

Броне створка нехотя откатилась в сторону и унылый холодный взгляд уперся в мою грудь.

— Прости, что разбудил. Ведь ты понимаешь меня?

Глаз лениво моргнул.

— Если да — то два раза. Если нет — моргни один раз, — потребовал я.

Шарк Раал, недовольно вздохнув, моргнула два раза. Из узких щелей обшивки, похожих на жабры, вырвался теплый воздух, обдав всю округу паром и трупным смрадом.

— Я не спрашиваю, за что ты сожрала капитана. Это твое дело. Но впредь, прошу тебя никого не убивать без моего разрешения. Я могу на это рассчитывать?

Шарк Раал моргнула единожды и закрыла глаз, давая понять, что не намерена это обсуждать.

— Вернуть тебе боль? — спросил я.

Створка быстро открылась. Акула не знала наверняка, могу ли я это сделать, но проверять не стала.

— Это не пустая прихоть. Хочешь жрать — охоться на здоровье. Но людей и прочих двуногих есть не надо. Ясно тебе?

На сей раз веко опустилось дважды.

— Ты точно поняла? — я говорил ровно, но твердо. Глядя в око чудовища, размером с иллюминатор, это было не просто.

В ответ она дважды лязгнула створкой. Дескать, слово ее железно.

— Хорошо, — Я похлопал ладонью по обшивке. — Отдыхай, Шарк Раал. Постараюсь до весны не беспокоить.

Я хотел уже уйти, но разглядел рядом с пастью темную рукоять. Поддев предмет ногой, я отшвырнул его подальше от стальных зубов. Это был револьвер. Должно быть, капитан выронил его перед смертью. Обтерев оружие полой сюртука, я сунул его в карман. Проследив за моими манипуляциями, эфирная акула снова вздохнула и, лязгнув заслонками, задраила смотровые люки. Оставалось надеяться, что она принимает меня всерьез.

Храм, возникший вчера вечером, был точной копией того, что стоял в Арне, но масштабом меньше. Кристалл на его шпиле лишь ненамного возвышался над горой. Сейчас он не источал привычного свечения, дабы не привлекать на свой свет корабли. Семи круговых коридоров тут тоже не было, но входа осталось четыре. Они сразу вели в скромный алтарный зал. Как и в Арне, скрижали и механический «бублик», называемый алтарем, возвышались посреди зала на круглом постаменте. Массивной люстры тут не было, но тихая музыка и перезвон хрусталя прилагались. Тут же, в скале, зияла большая ровная ниша с индексом «0». Стена и пол составляли единое целое, образуя меж собой идеально ровный угол. На полированной глади гранита отражалось хмурое зимнее небо.

— Зачем она тебе? — спросила Эстер. Она держалась на почтительном удалении.

— Понравилась.

— А серьезно?

— Мне кажется, капитан убил ее ни за что. Орсис не видела угрозы. Корабль приземлился уже давно, у нее было много шансов. Опять же меня смущает ее накидка. Она в самом деле так дорога?

— Не в цене дело. Вещица больно редкая, специфичная. Может шпион?

— Уже ближе. Я мог бы расспросить Орсис, но так не интересно. Следишь за мной?

— Приглядываю. Ты хотел знать как делают вино. Нужно идти сейчас, а то вся работа пойдет насмарку.

— Совсем забыл. Попроси Натали, пусть поможет. Мне нужно подумать.

День прошел ровно. Вечером, ближе к назначенному часу все потянулись к обелиску. Хотя по факту это была ниша. Оказалось, что воочию перерождение никто из моих спутниц еще не наблюдал. Да мне и самому было жуть как интересно.

— Перерождение завершится через десять минут, буднично оповестила Орсис. Выставить магический барьер?

— Да, лишним не будет. Можешь сделать свет?

Над головой вспыхнули две ярких звездочки. Излучая рассеянный теплый свет, они зависли над обелиском. На черной полированной глади гранита возникло светлое размытое пятно. Быстро приняв человеческие очертания, оно обрело объем и резкость. Гранитное зазеркалье четко отразило в своих недрах то, чего еще не было в реальности. Не сговариваясь, мы подошли ближе. Я боялся моргнуть, чтобы не пропустить самое интересное, но так и не понял в какой момент дрогнула волшебная пелена, и иллюзорное стало реальным.

— Это точно она, Орсис? — усомнился я, рассматривая обнаженное женское тело.

— Ошибки нет. Внешность подобрана согласно прежним характеристикам.

— Хочешь сказать, что в душе она была выше и сильнее?

— Именно так, Торвик.

— Вообще-то это был сарказм. Ну да ладно. Когда она очнется?

— Она в сознании, Торвик. Просто ждет удобного момента для атаки…

Не успела Орсис договорить, как женщина сжалась в комок и резко выпрыгнула в мою сторону. Но невидимая стена стала неприятным сюрпризом. Отлетев на пол, она схватилась за ушибленную руку. Но боль быстро уступила место злости.

— А она боец, — отметила Натали.

— Не очень умный, — усмехнулась Венге. — Она еще не поняла.

— Я тоже не сразу понял. Сколько я там пролежал, неделю?

— Ну, ты у нас совершенно другое дело, милорд…

— Тихо! — одернула Эстер. — Кажись до нее дошло.

Женщина уже заметила на руке браслет, бегло огляделась и припала к граниту, пытаясь рассмотреть свое отражение. Вспоминая последние мгновения своей жизни, она схватилась за шею и вскрикнула.

— Запоздалая реакция… У тебя тоже так было? — спросила Эва.

— Нет, я просто проснулся. А когда открыл глаза, на мне прыгало «это», — я кивнул в сторону Венге. — Представляешь мой ужас?!

— Мог бы промолчать… — Венге надула губы.

Медленно встав на ноги, перерожденная уставилась на меня. То ли потому, что поняла, кто главный, то ли потому, что я был здесь единственным мужчиной. На сей раз, границы барьера она нащупала заранее.

— Я умерла?

— Да.

— Давно?

— Вчера.

— Вчера этого не было, — она постучала ногой по граниту.

Я лишь пожал плечами, отвлекшись на наготу. Орсис подарила ей почти совершенное тело.

— Наверное, ты и есть тот самый создатель? Беглец, которого ищет лига?

— Прежде всего, я эмиссар королевы демонов. Мой статус посла был грубо нарушен. Об этом в лиге умолчали?

— Посла? — Она глянула за мою спину, туда, где дремал корабль. — Так, значит это правда? И что теперь, война?

Она как-то уж быстро адаптировалась к новым условиям и начала задавать вопросы.

— Кто ты? — Натали задала главный вопрос.

— Мое имя Рин Сан. Охотник за головами. Я тоже служу ее величеству!

— Допустим. Здесь тебе что надо, Рин Сан?

— Это случайность. Акула напала на пиратское судно, которое я тайно сопровождала. Пришлось перебраться на борт, чтобы выжить. А где тот, кто убил меня? Где мое… прежнее тело?

— В пасти акулы. И то и другое, — ответила Эстер.

— А мой клинок?!

— Тебе не кажется, что рановато об этом думать? — усмехнулась Эва, поглаживая топор. — Наш господин еще не решил, казнить тебя или миловать.

— Орсис? — спросил я негромко.

— Она не лжет, — тихо ответила та. — Информацию подтверждаю. Рин Сан, оперативник особого отдела юстиции ее величества. Полукровка. Состоит на службе более десяти лет. Солидный послужной список. Имеет награды. Шпионаж, диверсии, розыск.

— Это… кто? — насторожилась деваха.

— Не важно, — отмахнулся я. — Вопрос: что с тобой теперь делать?

— Ну… формально мы на одной стороне. Мое задание провалено. Вы явно выше чином. Надо бы сообщить начальству…

— Формально, вы были убиты сутки назад выстрелом в шею из этого пистолета, — я достал из кармана револьвер.

Она бросила на оружие испуганный взгляд и впервые поежилась, ощутив холод.

— Но я — это я! — возразила Рин, глядя на свой браслет. — Или все таки нет? Почему я здесь и почему все помню?

— Не все сразу, Рин Сан.

— А ты отправь ее к алтарю, — подсказала Венге с ухмылочкой. — Может она того… тоже опасный перерожденный?

Глава 14. Рин

В одежде Рин Сан чувствовала себя уютнее чем без нее. Войдя в таверну, она поморщилась. Уж слишком свежи были воспоминания о внезапной кончине.

— А вы хорошо устроились. Куда жителей дели? — осмотревшись спросила она.

— Они покинули эту деревню много лет назад, — ответила Эстер. — Мы никого не стесняем.

— А кажется, что люди здесь были еще вчера…

— Вы намекаете на расправу? — догадался я. — Нет, мы не скормили их акуле, если вы об этом.

— Почему я никогда не слышала о вас раньше?

— По той же причине, что я не знал о вас. В силу возложенных задач.

— Вы решили мою судьбу? — она сразу перешла к делу.

— После ужина вы пойдете в храм и предстанете перед алтарем. Я хочу знать, что за навыки он проявит. А пока наслаждайтесь, Натали очень вкусно готовит.

Отужинав, и передохнув, в храм отправились только я и Рин Сан. Остальным было предложено помочь Эстер в винодельне. Войдя в храм, я пропустил женщину вперед и прикрыл за собой двери. Здесь было тепло и светло.

— Не боитесь? — осведомилась Рин. — Я ведь убийца, кроме прочего.

— Мы все не без греха, поверьте. Рискнете еще раз обогнать пулю?

— Нет… — ее показной задор улетучился. — Постараюсь не дать вам повода.

— Что ж, алтарь ваш. Дерзайте.

Встав перед «бубликом», женщина пару минут колебалась, но все же сунула в него руку. Как и в моем случае, процедура заняла минут десять. Потом кольцо разомкнулось.

— Что у нее? — задал я вопрос в пустоту.

— «Многогранный талант», «меткая стрельба» и «вторая жизнь», — перечислила Орсис вслух.

— Вторая жизнь?

— Эта особенность позволяет владельцу сохранить память, чтобы закончить дела, не законченные в прошлой жизни или начать жизнь заново. Ведь в этом был смысл ее перерождения?

— Я просто хотел ее вернуть. Хотя… да, смысл в общем тот же.

— Это… голос Бога? — Рин встревоженно обернулась.

— Странное дело, Бога здесь нет, а голос его всем чудится. Вам точно не показалось?

— Я верю своим ушам.

— Вы напуганы. Есть чего бояться?

— У каждого есть грехи, сударь. Вы сами сказали…

— Вот это и странно. В скрижалях и слова об этом не было. Откуда вам вообще известно это понятие? Как вы разделяете, что есть грех, а что нет, если само описание греха отсутствует?

— Я вас не понимаю!

— Скажите, в чем ваш главный грех, Рин Сан?

— Я убиваю людей, сир Торвик. Предаю, обличаю и обрекаю на гибель.

— Да, но вы делаете это во славу королевы. Разве это не служит оправданием? Ведь грех солдата лежит на плечах его генерала. Так принято считать?

— Хотелось бы верить. Но, сдается мне, в конце пути каждый сам отвечает за себя.

— И что же вас навело на эту глубокую мысль?

— Не знаю. Наверное, совесть. Как бы я не давила это щемящее чувство в груди, оно все равно рвется наружу и причиняет боль. Не дает забыть о содеянном.

— Хм… Может и честь у вас есть, Рин Сан?

— Что есть — все мое, — огрызнулась она. — К чему эти расспросы?

— Вы хорошо держитесь. Это ваше первое перерождение?

— Не знаю… я бы запомнила. На самом деле мне сейчас очень страшно, сир Торвик. Я полностью в вашей власти, и не могу понять, ваших намерений.

— Ваша смерть была нелепой случайностью. Поверьте, никто этого не хотел. Исцелить прежнее тело не представлялось возможным. Перерождение было единственным способом.

— Вы хотите сказать, что все это ради меня? — она обвела храм взглядом.

— Только обелиск, — пожал я плечами. — Храм как-то сам возник, подспудно. А хорошо ведь получилось, красиво. И алтарь работает и скрижали… ну, они тут есть по крайней мере.

— И… как рассчитаться за все это?! Мне века не хватит… — она схватилась за голову.

— Будем считать, что мы уже в расчете. Капитан забрал жизнь, я ее вернул. Вы согласны?

— Да, черт возьми! Если это незлая шутка.

— Чудно. На том и порешим. Что будете делать дальше? — поинтересовался я сдержано.

— Дальше? — она нахмурилась, чуя подвох. — Я не успела подумать об этом.

— Я просто хотел узнать, предпочтете ли вы старую жизнь или начнете новую? Ведь от прежней Рин Сан больше ничего нет. Тело ее съедено, корабль погиб. Все долги, клятвы и обязательства более не действительны. Сейчас вы никто.

— Я… и в прошлой жизни была никем, — с горечью признала она. — Вы позволите мне подумать?

— Да, конечно. Мы остановимся здесь до весны, так что времени у вас навалом.

— Вы позволите мне остаться? Я отработаю свое содержание.

— Выбирайте любой дом, — предложил я. — Но к акуле близко не подходите. Юридически корабль мой, но фактически… В общем полного понимания мы еще не достигли.

— Я могу идти, сир?

Когда Рин Сан ушла, я присел на скамью у стены и задумался. А потом и вовсе прилег. Кто меня осудит? Покачивая ногой, я рассматривал потолок зала и наслаждался теплом, что исходило от пола. Рин оказалась весьма интересной личностью. Вот только один вопрос не давал покоя: почему я с такой скоростью обрастаю бабами!? Ведь если подумать, то их уже шесть! Ну, с Венге, пожалуй, без вариантов, это теперь на всю жизнь. Эва с Иолой… так я им обязан. К Натали я сам приперся, тут ладно. Эстер… тут вопрос сложный, но у нее уже бумаги о переводе на руках. Теперь эта мадам. И дернул черт капитана выстрелить!

Зато теперь мы умеем стоить храмы и обелиски. Достижение сомнительное, но лучше, чем ничего. А вот что делать со скрижалями? Я обещал Инаре, но ничего так и не придумал.

— Орсис? У меня тут идея появилась. А ты, случаем не хочешь стать местным божеством? Ну там, Богиней справедливости или плодородия и плотской любви?

— Если честно, то не горю желанием.

— Но, по сути, ты уже выполняешь функции Бога. Разве не так?

— Я лишь контролирую информационное поле. Я не творец сущего.

— Так этого и не требуется. Ты же можешь собирать обращения людей и следить за исполнением неких правил?

— Эта функция уже заложена. Я веду статистику и анализирую ее результаты. Желаете внести изменения?

— Да, Орсис, Желаю. Ты можешь обрести форму?

— Предоставить вам осязаемый терминал?

— Я имею в виду тело. Живое воплощение богини, которое можно явить миру. Некое аморфное существо, прекрасное и недостижимое в своем великолепии. Что-то светлое и величественное с лицом ангела. Но в то же время женственное и желанное. И с оружием. Ведь богиня может и покарать.

— Вам нужен аватар?

— Точно! Твой аватар в образе строгой, слегка порочной, но справедливой богини. Он будет изредка являться у алтарей, чтобы внушать трепет, ну или страх. Там уж как пойдет.

Следующие два часа мы с Орсис подбирали подходящий облик для Богини. Занятие оказалось сложным, но увлекательным. Оказалось, что найти нужный баланс между пошлостью и величием не так то просто. Благо в памяти Орсис сохранилось несчетное множество образов одежды, лиц, тел и прочего арта, накопленного в прошлой жизни. Наконец, образец порочной непорочности, обличенный в тело с относительно пышными формами, воспарил посреди зала. Одежды на ней было ровно столько, чтобы прикрыть срам и подчеркнуть неземную красоту. Белоснежные длинные волосы плавно развивались на воображаемом ветру, как и отдельные части наряда. Элементы золотого декора подчеркивали и оплетали запястья и предплечья. Златые нити, образуя затейливый орнамент от колена до голени, сплетались в изящные сандалии с драгоценными камнями. Лоб величественной особы украшал скромный, но очень красивый венец из желтого металла. На широком ремне, обнимающем женственные бедра, покоились массивная пряжка и ножны с внушительным клинком. Разумеется, тоже золотым. В первоначальном варианте за спиной Богини предполагались крылья, но мы с Орсис отказались от этого. Достаточно будет того, что она парит над землей. Остановились на том, что лицо будет с легким восточным оттенком. Брови и ресницы тоже сделали белоснежными, а вот глаза никак не могли подобрать. Черная, голубая, золотистая, и особенно красная роговица смотрелись жутковато. Лишь полупрозрачный серо-голубой тон подошел к ее лицу лучше других. Глаза казались холодными, но чистыми и беспристрастными.

— То, что надо! — похвалил я. — Запомни этот образ. Богиня Орсис теперь будет выглядеть так!

— Ты оставишь мое имя? Почему? — удивилась Орсис.

— Мне кажется, это справедливо. Ты так долго заботишься об этом мире, что пора бы ему узнать твое имя. Как думаешь?

— Я… не против, — мне показалось что голос Орсис дрогнул. Она вообще стала заметно умнее со времен войны. Общаться с ней теперь было куда как приятнее.

— Тогда на этом закончим.

Вечер подкрался незаметно. В домике, что стоял от таверны чуть поодаль, горел свет. Значит, его выбрала Рин. К ужину подтянулись все обитатели деревни. Нас стало больше. Если так пойдет дальше, то большой круглый стол будет уже маловат.

— Рин Сан поживет с нами какое-то время, — сообщил я. — Но нахлебником она быть не хочет, так что, если Натали или Эстер нужна помощь — смело обращайтесь.

— Ты ее уже того… или еще не успел? — сдерживая улыбку спросила Иола.

— От Эвы я еще ждал такого вопроса, но никак не от тебя. Не стыдно?

— Ой, какие мы стали нежные, — Оскалилась она. — У обелиска то чуть глаза не сломал. Мясо то у нее что надо.

— Я чего-то не знаю? — насторожилась Рин.

— Не бери в голову, — отмахнулась Венге. — Просто наш Торвик делит со мной проклятье суккуба.

— Кровь?

— Нет, только похоть. А вот те рогатые кобылицы этим во всю пользуются. Но ты не переживай, он сдержанный по большей части. Вот Натали уже не первый день с нами и до сих пор нетронута.

— Вообще то Натали давала обет безбрачия, становясь рыцарем, — заявил я.

— Да ну? Правда, что ли?! — Эва едва не поперхнулась.

— Было дело, — Натали заерзала на месте. — Тогда это было модно, да и другие рыцари вели себя сдержанно. Ведь покушение на святой обет карается смертью.

— Ну да, — задумалась Эстер. — Ты ж вроде из благородных? Залететь от какого-нибудь хлыща, значит опозориться на весь род. Разумное решение.

— Это было ошибкой. При желании я и так могла бы отвадить любого. Хотя были и очень достойные. Подруги, которые дали обеты по проще, поступили мудро. После войны они нашли для себя хорошую партию и заключили брачные союзы между влиятельными домами.

— А твой дом? — спросила Эстер.

— Мой дом мной гордился. И не только прилюдно. Но в глазах отца я часто встречала печаль и жалость. К чему? Я поняла это позже, когда повзрослела. Хранить обет после ухода из армии было редкой глупостью. Но я считала себя частью чего-то большого и важного, пока окончательно не простилась с этой иллюзией. Но время ушло. Ни семьи, ни детей… только убыточная таверна в трущобах Арна.

— Обет, таверна в Арне… — Рин Сан глянула на нее криво. — Только один святой рыцарь подходит под описание. Но ей лет шестьдесят, наверное!

— 48, если быть точнее. Быстро же меня забыли… Просто кое кто вернул мне молодость, да, Торвик?

Рин резко отодвинув стул Встала перед Натали на колено.

— Простите мою дерзость, благородный рыцарь! Вас помнят и почитают далеко за пределами Арна. Генералы ее величества до сих пор считают Вас реальной угрозой. Даже я знаю о Ваших подвигах и заслугах и считаю предательство союзников мерзким.

— Правда? — удивилась Натали.

— У нас каждый рыцарь под надзором, на случай войны. Приказ ее величества!

— Да ты кушай, кушай… — улыбнулась Натали. — Я давно ушла со службы. Готовка приносит мне больше радости. С армией его величества я больше не желаю иметь ничего общего. Все, что мой род получил от него, не покрыло и малой части расходов. Одни обещания…

— Могу я спросить?

— О чем?

— Почему такой человек, как вы, служит эмиссару демонов?! Ведь мы враги!

— Все это в прошлом, Рин. Я не хочу больше быть игрушкой в руках королей. Наивная блажь давно себя изжила. А Торвик… даже не знаю, что и сказать. Есть в нем какой-то стержень, что ли.

— Да, стержень у него что надо! — подтвердила Иола. — Как есть говорю.

— Да ну что ты… — скривилась Эстер. — Такой момент испортила. Нет, стержень у него зачетный, не спорю. Но можно было и промолчать!

— Даже не думайте! — Венге вскочила на ноги. — Торвик задолжал мне по договору. Сегодня он мой!

— Вот видишь Рин… — я схватился за голову. — Твоему целомудрию ничего не угрожает.

— А моему? — тихо, над самым ухом спросила Натали.

Я хотел что-то ответить, но Натали быстро отвлеклась и ушла на кухню.

— Мне точно не показалось? — спросил я у Рин.

Она покачала головой и кинула взгляд ей вслед.

— Подумать только, святой рыцарь кормит меня ужином… Это вообще нормально?

— О, ты еще не пробовала ее пирог из арарийских яблок и сыра «маг-дук». Ум отъешь…

— Сир Торвик, у меня сейчас голова лопнет. Можно я пойду спать?

— Иди. Ты главное не чуди. Если что беспокоит сразу спрашивай.

— Слушаюсь! — она поклонилась и вышла из за стола.

Веселье продолжалось до поздней ночи. Венге вцепилась в меня мертвой хваткой и не отпускала до самого дома. Долги пришлось отрабатывать сполна. Но труда в том не было, ибо запах похоти, исходивший от нее, отогнал все уныние, породив животный интерес. Странно, но только с ней я давал волю семени. А она, как истинный суккуб, стремилась ее поглотить. После ночи, проведенной с Венге, градус возбуждения падал до ноля, и я мог пару дней рассчитывать на светлую голову. А завтра она была нужна.

Глава 15. Я есть порядок!

— Торвик, какого хрена ты нас со брал? — зевнула Иола. — Да еще после обеда.

— И правда, — поддержала Эва. — Чего мы тут не видали? Храм он и есть храм. Они все одинаковые.

— Приклоните колено! — потребовал я, сделав это первым.

— Ну ладно… Только зачем?

Интригу я навел. Осталось дождаться пока все опустятся на пол.

— Орсис, явись!

Откуда-то сверху на алтарь опустился столб мягкого света в луче которого мерцала золотистая пыльца. Яркая точка, зависнув в пространстве вспыхнула, обретя очертания младой девы, увенчанной нимбом и золотой короной. Ее изящные ножки в драгоценных сандалиях едва ли касались пола.

— Мать моя… — вырвалось у Натали. — Кто это?

— Имя мне Орсис, — уже знакомым приятным голосом представилась дева. — Я есть богиня справедливости, плодородия и плотской любви.

— Чего? Какой любви?! — Венге уставилась на меня ошалело. — Ты совсем охренел, Торвик?!

— Орсис… достаточно первых двух эпитетов, — поправил я. — Про плотскую любовь не нужно. Не все поймут.

— Ты решил создать Бога? — Эстер выглядела испуганно.

— Уже создал. Как и первую заповедь.

— Но зачем?

— Рин Сан… вернее ее перерождение, натолкнуло меня на здравую мысль. Теперь убийств станет меньше. Я заставлю людей… всех разумных существ договариваться.

— Но как?! — Рин Сан силилась понять, не сказала ли она чего опрометчивого вчера.

— Отныне и навеки невинно убиенные будут обласканы даром Богини, — провозгласила Орсис. — И дар этот — вторая жизнь. Перерожденные в ином облике невинные возымеют выбор: стать ли на путь мести, или начать свой путь заново. Любая мольба о справедливом суде будет услышана.

— А еще перерожденные из иных миров больше не будут здесь появляться, — пообещал я. — Пора бы решать вопросы своими силами.

— Так… это ж резня начнется, Торвик! — Натали побледнела.

— Оглянись вокруг, милая, она не прекращалась! — усмехнулась Иола. — Народ режет друг друга как скот, по любому поводу. Кто сильней, тот и прав. Кого больше — те и закон.

Натали сжала зубы, не найдя, что ответить.

— Тогда уж богиня возмездия. Какое тут плодородие? — Эва заерзала на коленях. — Можно я встану?

— Спрашивай у Богини… — пожал я плечами.

— Орсис… пожалей мои колени, по старой дружбе а?

— Признаешь ли ты меня своей богиней?

— О да, еще как. Ты же тут и так всем рулишь. Теперь хоть в глаза заглянуть можно.

Богиня жестом разрешила всем встать.

— А еще Орсис может исцелять раны. Если страждущий, или невинно пострадавший обратится, она обязательно поможет.

— А кто будет решать, виновен человек или нет? — спросила Натали.

— Тоже Орсис. Как правильно заметила Эва, она знает и видит все, что происходит в этом мире.

— Так… может она и суд будет вершить? — робко предположила Рин. — Ведь все судьи продажны, а законы у каждого лорда свои. Они только в одну сторону справедливые.

— Вот мы и подошли к главному вопросу! — оживился я. — Кто еще так считает? Орсис ведь неподкупна.

— Э как ты замахнулся… — разволновалась Иола. — А ее величество ты спросил?

— Ее величество… она мудрая женщина и стремится к порядку. Надеюсь, она поймет.

— Если суд будет правым… — Иола задумалась. — То палач не будет иметь сомнений в праведности своего ремесла.

— А по каким законам она станет судить?

— На первых порах, Орсис будет исходить из каждой конкретной ситуации. Поверьте, Она в состоянии учесть все нюансы личности, начиная от рождения человека и заканчивая фактом содеянного. Она выявит всех виновных и определит степень их вовлеченности. Но решение будет принимать человек. При алтаре должен служить кто-то достойный. А суд должен быть открытым.

— О… на человека легко надавить, милорд, — усмехнулась Рин.

— Если судья решит иначе, невинно убиенный будет перерожден, — напомнил я.

— А те, кто действительно виноват? С ними что?

— Начнут с чистого листа. Постигая мир младенцем, отроком, и так далее…

— Мудро, — признала Иола. — Когда ты успел все продумать?

— Было время. Ну, кто со мной согласен?

С разной степенью воодушевления руки подняли все.

— Но слова все равно поменять надо, — напомнила Эва. — Богиня отмщения там, или правды и равновесия…

— Гармонии! — вставила Натали. — И порядка. Так лучше звучит.

— По сути это одно понятие разными словами, — возразила Эстер. — Тогда уж или гармонии, или порядка. Опять же справедливость куда подевали?

— Орсис?

— Даже не знаю, — богиня задумалась, наморщив прелестный лобик. — Богиня любви, порядка и высшей справедливости?

— Что-то в этом есть, — оживилась Натали. — Не так агрессивно и звучит лучше.

— Согласен. Орсис, выберем этот вариант. Правосудие тоже на тебе.

— Принято!

— Ну все, мы свободны? — спросила Иола. — Спать охота!

— Да, все кто хочет свободны…

В храме остались Венге, Натали и Эстер.

— Что теперь? — спросила встревоженная Натали.

— Теперь нужно представить Богиню ее народу. Что ты думаешь о Инаре? Дура набитая, или все же с головой дружит.

— Рыцарь распорядитель Инара? Я плохо ее знаю, но она всегда была добра к детям и относилась ко всем как к равным. Но она все же из знати…

— То есть тараканы в голове есть?

— Инара сама по себе не злая, — рассудила Венге. — Но приказ любой выполнит. Если ее не раздражать зря, то женщина вполне адекватная.

— А если убрать тех, кто может ей приказать?

— Сложно сказать, — Натали, потерла лицо ладонями. — Может поговорить с ней?

— Рыцарь Инара сейчас возле алтаря, — доложила Орсис. — Желаете увидеть?

— Она одна? Закрой двери и не пускай посторонних…

Инара стояла у алтаря, уныло взирая на то место, где раньше парили скрижали. Она доложила начальству обо всем, что было сказано и содеяно. Совет архивариусов лиги ушел на совещание и уже три дня не оглашал своего решения. Она пришла к алтарю сама не зная зачем. Наверное, потому что во всем Арне это сейчас было самое спокойное место. Ей нравилось встречать людей, нравилась сама торжественность момента, и дух волшебства, царивший в храме. Она с детства мечтала занять это место… но не знала сколько здесь гнили. А добившись желаемой цели, уже не могла позволить себе отступить. Услышав знакомый негромкий голос, она подняла глаза и тут же схватилась за оружие.

В полуметре над землей, рядом с алтарем парило нечто неописуемое. Прекрасная женщина, объятая потоками воздуха, медленно приближалась к ней. Рыцарь была на столько изумлена, что ей не хватило сил встать.

— Здравствуй, дитя, — улыбнулась лучезарная женщина. — Помнишь ли ты меня?

— Твой голос… — проговорила она сбивчиво. — Я знаю твой голос.

— Встань дитя, подойди к скрижалям…

Богиня отплыла в сторону, предлагая пройти к алтарю. Собрав волю в кулак, рыцарь поднялась и сделав несколько шагов предстала перед скрижалями. К ее удивлению, вместо пустоты там были люди, а за их спинами виднелся точно такой же зал.

— Здравствуй Инара, как твои дела? — спросил я с улыбкой.

— Вы…?! Но как?

— Не важно. Как лига Ортоса восприняла твои слова? Ты ведь рассказала им?

— Я рассказала, но меня обвинили в трусости и предательстве. Мне не поверили почти ни в чем. Сейчас решается моя участь… — как на духу рассказала она.

— Не бойся. Мы не дадим тебя в обиду. Ты уже познакомилась со своей Богиней?

— Это… богиня? — она испуганно глянула в сторону Орсис и, на всякий случай, склонила голову.

— А кто, по твоему, дал вам скрижали и решал судьбы мира? Это Орсис, она всегда была здесь, просто не хотела вмешиваться в дела мирские. Но, пришло время ей показаться. Боюсь, я тому виной. Скрижали то пропали, надо как-то исправлять дело.

— Благородный рыцарь… — Орсис обратилась к ней, мягко подплыв сзади. Ее теплые мерцающие светом ладони легли на ее плечи. — Согласна ли ты стать проводником моей воли?

— Я? — Инара вздрогнула и побледнела от волнения. — Но что я могу? Я простой человек, к тому же женщина… Я не очень умна и не имею реальной власти.

— Ты немного наивна, — улыбнулась Богиня. — Но это не грех. Ты сердечна и обладаешь понятием о справедливости. У тебя горячее сердце и холодный ум. Ты нравишься простым людям, добра к детям и страждущим. Готова ли ты вершить мой суд?

— Как суд? — голос ее дрогнул. — Но я не судья!

— Суд буду вершить я, — успокоила ее Орсис. — Ибо мне ведомы все грехи и свершения рода людского. Но я далека от людских страстей и могу допустить ошибку. Ты же, как человек, сердцем своим убережешь невинные души. Не беспокойся, я помогу тебе словом и делом. Мы будем лечить страждущих и давать надежду. Решай сейчас, другого шанса не будет! У нас мало времени, рыцарь.

— Если сама Богиня просит… могу ли я отказать? — Инара громко сглотнула.

— Инара, ты станешь первой. Лига Антуса больше не будет иметь над тобой власти.

— Эстер? Ты с ними?!

— Сир Торвик перевел в свою охрану, чтобы лига не добралась до меня. Будь другом, передай бумаги начальнику порта.

Орсис взмахнула пальцами, и копия приказа оказалась у рыцаря в руках. Инара кивнула, моргая через раз.

— Но я присягнула лиге на верность.

— Лига никуда не денется, Инара, — успокоил я. — Перерожденных станет больше, но они будут из этого мира. Богиня даст шанс каждому кто его достоин. Кто-то же должен будет определять дар и выдавать документы. Опять же хорошее жалование, возможность проживать в верхних покоях башни…

— Я согласна! Когда приступать?

— Завтра, милая, — улыбнулась Богиня. — Я явлю свой лик в каждом храме и выберу достойнейших из людей. Храмы не принадлежат лиге. Лига Антуса здесь в гостях, не она их построила. Когда люди придут, я напомню об этом.

Мы умолчали кое о чем. Когда утром следующего дня маяки погасли, а свет их устремился внутрь башен, встревоженный люд устремился к храмам. Как лига не старалась, их врата распахнулись настежь. Богиня явила свой лик, и назвала свое имя повергнув людей в изумление. Сияя ослепительным светом, она обвинила лигу Ортоса в самоуправстве и изгнала архивариусов за пределы алтарного зала. Из числа собравшихся, она выбрала самых достойных и поставила во главе стражи, администрации города, порта, ратуши… и так далее, по нисходящей. Инару, как достойнейшую из рыцарей лиги, Богиня во всеуслышание поставила в ее главе. Когда свет маяков вновь устремился к горизонту, лига Антуса в прежнем виде перестала существовать. Вместо скрижалей теперь сияла первая заповедь, дарованная богиней и люди, прочтя ее уходили в глубокой задумчивости. А позже пошли и первые мольбы о справедливости. Первые верующие пришли к алтарям за чудом, и получили свое исцеление. Но не все. Тем, кто грешен, Богиня указала на их грехи и отказала, назвав недуг наказанием, которое они сами наложили на себя. Кто-то скажет, что это жестоко, но Орсис беспристрастна. Иногда, оставить все, как оно есть — лучшее решение. Ведь наказывать кого-то я не просил. Лишь выносить вердикт.

Рыцарь Инара отнеслась к новой роли со все ответственностью. Правда первые дни она напивалась в стельку, но это частности. Ощутив свою силу и влияние, она постепенно вошла во вкус. Ведь нет для человека чести лучшей работы, кроме той, где этой самой честью не приходится поступаться. Орсис оценила ее эффективность очень высоко. Эту зиму жители Арна и всего континента запомнят надолго.

Я смотрел сквозь скрижали, как Инара встречает очередного невинно убиенного и задается вопросом, кто его убил и за что. Хотя, я не просил об этом. Впрочем, убийство человека все же было преступлением, и доложить о нем городской страже не было лишним. Ее офицер как-то сам собой возник у каждого алтаря. Богиня — богиней, лига — лигой, а королевскую власть никто не отменял, ни у людей, ни у демонов. Кесарю Кесарево, как говорится.

— Ты доволен собой? — Натали подошла неслышно. — Скоро начнется резня, какой не было.

— Говорят, если хороший человек убивает плохого, то хороших становится на одного меньше, а плохих остается столько же.

— Ну да, если подумать так оно и есть.

— А если один хороший человек убьет пять или шесть плохих, баланс изменится?

— Жутка у тебя математика, Торвик, — Натали передернуло.

— Это шутка Нат, — улыбнулся я, обнажив острые зубы. — Можно тебя так называть?

— Я не против, — вздохнула она.

— Порой нужно пройти через боль, чтобы понять главное. У вас тут принято решать все силой и числом, но это неправильно. Зло прорастает само, как сорная трава. А добро и терпимость нужно взращивать и оберегать. Они прорастают мучительно долго, но единожды возникнув пускают свои корни так глубоко, что, срубив древо ему уже не навредить. Оно прорастет снова.

— Э… как ты завернул, аж слеза подступила. А как же смерти и боль?

— Со временем, люди поумнеют. Начнут учиться на чужих ошибках. И потом, смерть это только начало, не так ли? Все они, без исключения, переродятся и получат новый шанс на счастливую жизнь.

— Это верно. С тобой трудно спорить, но осадок все равно неприятный.

— Это потому, что ты хороший человек, Натали Эрстед, — Я обнял ее за плечи и прижал к себе. — Это исключительно дружеский жест, если что.

— Так, я тебе друг?!

— Ты мне как родная…

Зима в этих краях длинная. И если тепло очага дополнится теплом друзей, я не против. Во всех смыслах не против. Эстер заготовила вино из винограда. Пришел черед яблок. Собрав урожай, она с новыми подружками принялась за сидр. Натали с упоением колдовала на кухне, удивляя своими творениями Венге, которой еще совсем недавно человеческая еда казалась безвкусной. Шарк Раал заснула глубоким сном, покрывшись пушистой шубой из снега. Наша скромная община вошла в ритм размеренной жизни. Все пошло своим чередом. Орсис сделала так, что туман сгустился в горах, но над самим поселком всегда был круг чистого неба. Днем сюда проникало солнце, ночью сияли звезды. Звучит пафосно, но я сотворил бога и затеял тем самым опасную игру. Заповедь, что мы выдумали была первой, но не последней. Невозможно решить все беды за один раз. Подождем до весны, посмотрим… Кто знает, как изменится этот замечательный мир?

Больше книг на сайте — Knigoed.net

Content

Павел Чагин
Ненаписанный роман. Повесть 2. Город белых куполов

Глава 1. Сутки в пути

Глава 2. Арн

Глава 3. Вот такие пироги

Глава 4. Храм

Глава 5. Бегство

Глава 6. Вынужденное ожидание

Глава 7. Скупая реальность

Глава 8. Проныра

Глава 9. Передышка

Глава 10. Куда спешить?

Глава 11. Будем зимовать

Глава 12. Имя для капитана

Глава 13. Охотник за головами

Глава 14. Рин

Глава 15. Я есть порядок!