Алиса Болдырева

Служанка его высочества

Пролог

Лошадь, подгоняемая всадником, с бешеной скоростью неслась вперёд. Казалось, дробный топот, высекаемый её копытами, звучал в каждом уголке векового леса, и маленькие перепуганные птички, заслышав его, срывались со своих насиженных мест и разлетались в разные стороны, будоража густые зелёные кроны.

Крепко вцепившись тонкими, ещё совсем юными пальцами в поводья, мальчишка ловко управлял резвым скакуном. Пряди русых волос падали ему на лицо, карие глаза лихорадочно горели. Кровь, словно кипяток, так и бурлила в его жилах. Шумная погоня полностью захватила его, и, лошадь, ощущая настрой седока, неслась всё быстрее.

Пришпорив вороного, он рванул вперёд, страшась затеряться в веренице всадников. Между деревьями показался небольшой ручеёк, и как только лошадь достигла его, из-под копыт стали вылетать холодные брызги. Мелкие капли оседали на его лице, впитываясь в разгорячённую кожу.

Он уже практически мог дотянуться рукой до крупа лошади отца, но тот, пришпорив свою гнедую кобылу, вырвался вперёд, оставляя его позади. Не отрывая сосредоточенного взгляда от спины отца, обтянутой добротным сукном пурпурного цвета, он посильнее ухватился за поводья. Склонив корпус, он почти прижался к лошадиной холке, и подстегнул вороного. Он не имел права уронить себя в глазах отца. Лошадь громко фыркала, вырываясь вперёд, и вот он уже скакал рядом с отцом, оставив придворную знать позади.

Меж зелёных деревьев мелькнул здоровенный кабан. Пытаясь спастись от преследования, он кружил в густом лесу, но этим лишь загонял себя в западню. Выбившись из сил, зверь начинал терять скорость. Его участь была предрешена.

Истоптав своими копытами макушки бледно-голубых цветов, что виднелись среди сочной зелёной травы, кабан заскочил в самую чащу леса, вынуждая всадников спешиться. Остановив лошадь, мальчишка ловко соскочил на землю. Собаки громко лаяли, и рвались вперёд. Они чуяли добычу.

Идя плечом к плечу с отцом, он держал свою рогатину наготове. Звуки их шагов заглушал мягкий покров травы и мха. Возле вывороченных дубов ищейка свирепо заливалась лаем.

Заслышав едва различимый шум слева от себя, отец среагировал молниеносно. Он ринулся на этот звук, и, вскинув руку вверх, одним выверенным ударом поразил дикого зверя. Глухо взвизгнув, кабан, словно подкошенный, завалился на землю.

— Прекрасный удар, ваше величество!

— Великолепно, ваше величество!

— У зверя не было ни единого шанса! — послышалось со всех сторон.

Их тут же окружила толпа придворных, сменивших свои парадные камзолы на одежду для верховой езды, и складывалось ощущение, что на эту охоту с королем отправился весь двор.

Ищейка продолжала громко лаять, и псарь, отделившейся от толпы, придержал её.

— В одиночку сразить такого огромного зверя! — громогласно провозгласил лорд Керр, подходя ближе к королю. Все присутствующие одобрительно закивали головами, поддерживая его льстивые слова.

Его величество Вильгельм I, подойдя к кабану, пнул мёртвую тушку ногой. Кровь тонкой струйкой вытекала наружу, впитываясь в зелёный мох. Он посмотрел на сына, и жестом подозвал того к себе.

— Уильям, смотри, какой трофей! Нравиться? — спросил король, глядя на сына.

Мальчик кивнул, отчего пшеничные кудри колыхнулись, и подошёл ближе к кабану. Рогатина всё ещё была крепко зажата в его руке, и поэтому, заслышав неподалёку от мёртвой тушки тихий шелестящий звук, он вскинул оружие и двинулся в сторону этого звука. Ищейка ни на минуту не смолкала, пытаясь вырваться из рук псаря. Король молчаливым жестом остановил остальных участников охоты, дескать, пусть принц сам попробует.

Мягко ступая по зелёному ковру, мальчик подкрался к кустам, обильно усыпанным какими-то красными переспевшими ягодами, и уже занёс руку для удара, но в самый последний момент остановился. Опустив рогатину, он оторопело уставился на маленькую девчушку, что пряталась в пышных зарослях.

Огромные синие глаза, словно драгоценные камни, блестели в свете рассеянных солнечных лучей, что пробивались в гущу леса сквозь кроны деревьев. Девочка сидела на земле, облачённая в изысканное платье из голубого бархата, которое теперь стало изодранным и грязным, и, по всей видимости, пряталась. На чумазом лице отчётливо читался страх, отчего мальчишку пронзило щемящее чувство жалости. Что она здесь делает? Как оказалась одна в лесу?

— Ваше высочество! А вот и ваш трофей! — воскликнул герцог Локхард, чем вызвал раскатистый грудной смех короля. К нему тут же присоединились остальные придворные, и Уильям совсем смутился. На смену жалости пришла злость, руки сжались в кулаки. Он бросил сердитый взгляд на сжавшуюся малышку, ставшую причиной его позора, и, густо покраснев, отвернулся. Глупая девчонка! Она всё испортила! Первая охота, вместе в его гордостью, погублены раз и навсегда!

— Вот чудеса! Как она здесь очутилась? — задумчиво протянул король, разглядывая девочку. — Герцог Броди, возьмём её с собой. Она поедет вместе с вами, — распорядился король, и направился к своей лошади.

Уильям видел, что девчонка тряслась от страха, когда герцог Броди стал приближаться к ней, как к перепуганному зверьку. В её синих глазах плескалась паника. Кряхтя и охая, герцог Броди весь неуклюже изогнулся, наклоняясь к ней через заросли кустов. Он взял девочку за руку, и зашагал с ней прочь из леса. Она не посмела отпираться. Тонкие ножки в атласных туфельках выглядывали из-под подола платья, перепачканного красными ягодами. Она обернулась, бросив на Уильяма растерянный взгляд синих глаз.

Уильям смотрел им вслед до тех пор, пока деревья не скрыли от него их силуэты за своими широкими стволами. Он уже собирался идти к своей лошади, как его внимание неожиданно что-то привлекло. В густой траве, там, где совсем недавно сидела девчонка, лежал маленький кулон. Нагнувшись, он поднял его с земли. Синие алмазы, почти того же оттенка, что и её глаза, заиграли разноцветными бликами в свете солнечных лучей. Из-за густых деревьев раздался чей-то громкий крик, зовущий его по имени, и Уильям зашагал прочь из леса, на ходу засовывая кулон в карман своей бархатной куртки.

Когда процессия достигла Бейли-Эршира, главного замка королевства, герцог Броди обратился к королю.

— Ваше величество, что делать с девочкой? — спросил он, указав на ребёнка, что тихо сидела на его лошади, понурив белокурую головку.

— Ах, да, маленький найдёныш, — нахмурился король. — Пусть герцогиня Броди позаботиться о ней, — отмахнулся он, и направился в сторону замка, всем своим видом показывая, что разговор окончен. За ним проследовал его сын, крепко сжимая пальцами найденный кулон в кармане своей куртки. Он обернулся, бросив насупленный взгляд на девочку, и отчего-то смутился, встретив её синие, словно драгоценные камни этого кулона, глаза.

Тяжело вздохнув, герцог Броди повёл свою лошадь в сторону замка. Что его там сейчас ожидает?

Увидев девочку, герцогиня Броди всплеснула лебяжьими руками. Её пухлые губы брезгливо оттопырились, курносый нос сморщился.

— О, милорд! Что это за рваньё на ней? Где вы её нашли? И что его величество приказал мне делать с ней? — сокрушалась она, увидев перед собой маленькую девочку, что привёл её муж.

— Не знаю, миледи, придумайте что-нибудь. Вы же у меня такая умница! — польстил ей герцог Броди, и поспешил ретироваться из её покоев.

— Как тебя зовут? — спросила герцогиня, когда они остались вдвоём.

Она приблизилась к девочке. Карие глаза плавно заскользили вверх-вниз по тоненькому телу. На вид ей было лет пять, не больше. Её платье было рваным и грязным, но, вне всякого сомнения, пошитым на заказ. Да и голубой бархат был невероятно хорош. Добротный и дорогой, уж герцогиня знала в этом толк! Она, как никто другой в замке, разбиралась в моде. Большие ярко-синие глаза, обрамленные длинными изогнутыми ресницами, смотрели прямо, только немного испуганно. Золотистые волосы, не видевшие долгое время гребня, были всклокочены и спутаны.

Герцогиня прищурилась, склонив голову набок. Нет, девчонка определённо была не так проста. Может, она из знатной семьи? Вполне возможно. Но только скажите на милость, что она делала в лесу? Как она там оказалась?

— Как тебя зовут? — повторила свой вопрос герцогиня, двигаясь по комнате. Накрахмаленные юбки мягко шуршали.

— Софи, миледи, — ответила девочка.

У неё была правильная речь, так не свойственная речи простой невежественной селянки. Догадки герцогини подтвердились.

— И как ты же оказалась в лесу, Софи? — вновь спросила герцогиня, вскинув вверх тонкую бровь. Девочка не ответила, низко склонив голову. — Где твои родители? Кто твой отец? Лорд? Или герцог?

Но сколько бы герцогиня Броди не спрашивала, девочка продолжала молчать.

— Идём, Софи, посмотрим, что с тобой делать, — тяжело вздохнув, произнесла герцогиня, уводя ребёнка из своих покоев.

Глава I

Шотландия, двенадцать лет спустя.

Вдоль узкой дороги, что тянулась между высоких холмов, густо покрытых зелёной травой, неторопливо двигалась деревянная повозка. Колёса, из-под которых вылетала сухая буроватая земля, медленно вращались, издавая приглушённый скрип. Выше по склону стелился ковёр из цветов, поражающий буйством насыщенных красок: белых, розовых, пурпурных. Яростный ветер шотландских просторов теребил их разноцветные макушки, развеивая сладкий аромат по округе.

Сидя внутри повозки, Софи довольно улыбалась. Она не могла поверить своему счастью, что, наконец, покинула аббатство Мелроуз, расположенное в маленьком одноимённом шотландском городке. Даже тряска по ухабистой дороге не могла испортить ей настроение. О, как было ненавистно ей находиться в унылых стенах аббатства, со всеми его строгими правилами, уставами, приложениями, и служителями в домотканых серых рясах! Но разве кого-то интересовало её мнение?

Герцогиня Броди сначала сослала её на кухню, где Софи какое-то время помогала старой, слегка подслеповатой поварихе Аббигайл, а затем решив, что хорошенькая Софи стала привлекать к себе слишком много мужского внимания, и ей следует воспитываться подальше от двора с его распущенностью и вседозволенностью, отправила её в аббатство.

Под размеренный скрип колёс воспоминания сплошным потоком нахлынули на Софи, возвращая её на семь лет назад. В один из дней, когда она помогала Абби запекать рябчиков, герцогиня Броди вызвала её к себе и завела тот разговор, что навсегда перевернул её привычный уклад жизни.

— Софи, душечка, пойди сюда! — позвала её герцогиня. — Какой ты стала взрослой! И весьма хорошенькой! — Оглядев Софи с ног до головы, протянула она. — С каждым днём твоя красота лишь расцветает, моя милая! Аббигайл сказала, что кухонные мальчишки уже стали заглядываться на тебя, — мелодично рассмеялась она. — Вскоре один из них вскружит твою юную несмышлёную головку, и итог всего этого будет весьма печален! — Герцогиня тяжело вздохнула, но Софи чувствовала, что это всё напускное. — Именно поэтому я приняла решение отправить тебя в аббатство Мелроуз. Там довольно строгие правила, но это убережёт тебя от бед и горестей в будущем.

Губы Софи задрожали, не прошеные слёзы выступили на глаза. Она уже открыла рот, собираясь возразить, но герцогиня остановила её, подняв вверх руку. Карие глаза злобно вспыхнули.

— Не спорь и не перебивай! Сейчас всё это кажется тебе ужасным и даже несправедливым, но в дальнейшем ты поймешь, что я была права, приняв такое решение! А теперь ступай! Ступай и приготовься к отъезду! Живо! — Герцогиня даже притопнула ногой от негодования.

Софи тогда убежала от неё вся в слезах, и, боясь ослушаться, собрала свои немногочисленные пожитки. На следующий день на рассвете Софи вместе с тремя такими же несчастными девочками как она, покинули Бейли-Эршир, отправившись в аббатство Мелроуз.

Семь долгих лет она жила в его стенах, изучая святое писание, и посещая уроки рукоделия, что преподавала чопорная сестра Розали. Софи не доставало усидчивости, и стежки из-под её руки выходили кривыми и косыми. Она не выносила эти уроки, а лицо сестры Розали было будто создано для того, чтобы выражать своё недовольство. Тонкие губы, что были вечно поджаты, и укоризненный взгляд бесцветных глаз приводили Софи в отчаяние. В такие моменты ей особенно сильно хотелось бросить шитьё на холодный каменный пол и бежать из аббатства как можно дальше. Лишь шахматы по ночам (которые, к слову, были под строжайшим запретом, и за нарушение полагалась порка) оставались её единственным развлечением и отдушиной.

По окончанию обучения Софи предстояло сделать выбор — принять постриг или вернуться назад в Бейли-Эршир, и служить при дворе его величества Вильгельма I. Софи не представляла, как можно добровольно запереть себя в стенах ненавистного аббатства, лишённого простых радостей жизни, поэтому выбор для неё выбор был очевиден.

Софи тряхнула головой, прогоняя воспоминания, и перевела взгляд на своих спутниц. Они возвращались все вместе, ни одна из четверых не осталась в аббатстве. Правда семь лет назад повозка увозила маленьких перепуганных девочек, сейчас же Софи видела перед собой прекрасных юных девушек.

Подъезжая к замку, Софи подивилась его величию и красоте. Из её головы почти стёрся образ этого исполинского сооружения с каменным навесным мостом, и множеством больших и маленьких башен. Их остроконечные крыши тянулись высоко вверх к облакам, что нависали низко над замком.

— Смотри, Софи, мы уже почти приехали! Осталось пересечь мост, — щебетала Кирсти, взяв Софи за руку.

Взглянув на неё, Софи улыбнулась. Кирсти, Несса и Элспет были выходцами из обедневших семей. Их миловидная внешность и довольно кроткий нрав повлияли на выбор королевского управляющего, лично занимавшегося отбором служанок для правящей семьи (а это, нужно признать, весьма ответственное дело, не терпящее оплошностей).

Софи не могла похвастаться своим происхождением, поскольку её прошлое так и осталось загадкой для всех, включая саму Софи. Но предприимчивая герцогиня Броди, так страстно желавшая сбросить со своих плеч обузу в лице малышки Софи, показала девочку управляющему Милберну. Тому красавица Софи пришлась по душе, и, не смотря ни на какие увещевания Аббигайл, девочке пришлось отправиться в аббатство вместе с прочими претендентками.

Въехав через главные ворота в Бейли-Эршир, повозка продолжила движение по мощённой камнем дороге. Жизнь внутри кипела. Всюду сновали люди, создавая толкотню, и вознице пришлось натянуть поводья, сдерживая размеренный ход лошадей.

Софи вертела головой из стороны в сторону, рассматривая случайных прохожих, которые, казалось, не обращали на них никакого внимания, продолжая заниматься своими делами. По двору замка бегали и прыгали дети. В тени высокой каменной стены заливалась лаем собака, задрав косматую голову кверху.

Подъехав к замку со стороны чёрного входа, повозка замедлила своё движение, а затем и вовсе остановилась, и девушки вышли из неё. Им навстречу торопливо шла женщина, одетая в простое платье оливкового цвета. Софи взглянула на неё. Кажется, раньше она не встречала её в замке. На вид ей было лет сорок. Небольшого роста, с идеально уложенной прической, из которой не выбивалось не единого волоска каштанового цвета. Карие глаза смотрели внимательно, даже строго. Тонкие губы были плотно сжаты.

— Проходите, скорее! Я Гленна, помощница королевского управляющего, — высоким голосом отчеканила женщина и, толкнув вперёд массивные деревянные двери, вошла в замок. Воздух внутри оказался стылым. — Вы будете работать в западном крыле. Всё нужно делать быстро, расторопно и не утомлять его величество расспросами, понятно? — она бросила на них предостерегающий взгляд, и выгнула каштановую бровь дугой. — Надеюсь, в аббатстве всю глупость из ваших голов вытравили розгами и молитвами.

Отвернувшись, Гленна с самодовольным видом стала поучать их что можно, а чего ни в коем случае нельзя делать в Бейли-Эршир. Это был целый свод правил и наставлений, наверно, больше чем в аббатстве! На лице Софи проступила удручающая гримаса.

Ох, как же она справиться со всем этим?

Следующий день выдался на редкость суматошным. Спозаранку их разбудила Гленна, ураганом ворвавшись в общую спальню, в которой они вчера разместились. Сдвинув в сторону тяжёлые портьеры цвета сочной травы, она впустила в комнату первые розоватые лучи восходящего солнца.

Не смотря на то, что в аббатстве они всегда поднимались с рассветом, сегодняшний подъём дался Софи нелегко. Она нехотя выбралась из-под одеяла. Обнажённых рук коснулся по-утреннему прохладный воздух комнаты, заставивший её зябко поёжиться. Под зорким взором Гленны она облачилась в светло-серое платье, копну длинных золотистых волос убрала в косу.

Их уже ожидал ранний завтрак в общей кухне на первом этаже, где принимали пищу замковые слуги. Кухня представляла собой просторную комнату с вытянутым деревянным столом, вокруг которого располагались стулья с высокими спинками. За столом легко могло уместиться человек тридцать.

Как только с завтраком было покончено, Гленна принялась показывать им Бейли-Эршир. Девушки молчаливо переходили за ней из западного крыла в восточное, из одной комнаты в другую, из захламлённой кладовой в холодный погреб. Она провела их по каждой витой лестнице, по каждому тёмному закоулку замка, и уже к вечеру ноги Софи горели огнём. Ей казалось, она ещё ни разу в жизни столько не ходила.

После ужина, когда Софи помогала совсем юной служанке Ислин убирать посуду со стола, Гленна снова обратилась к ней.

— Софи, ступай к управляющему Милберну, нужно отнести ему ключи. Ты найдёшь его в восточном крыле. Как выйдешь к лестнице, поднимись по ней на этаж выше, и пройди по коридору до самого конца. Ступай, а то он не любит ждать! Да, и поменьше болтай, он это не больно-то жалует, — напутствовала Гленна, вкладывая ей в руки увесистую связку ключей.

Софи перевела взгляд на свою ладонь. Глупо было надеяться, что сегодняшний день так быстро закончится. Крепко сжимая ключи, она вышла из столовой.

Смеркалось, и замок окутал тусклый полумрак, и лишь факелы, расположенные вдоль стен, освещали коридор. Софи медленно брела вперёд, следую тем путём, что указала ей Гленна. После серой и однообразной остановки аббатства внутреннее убранство замка поражало её своим великолепием. Высокие сводчатые потолки, витражные стёкла, мозаичный пол. На стенах висели умело вытканные гобелены, изображавшие различные сцены из жизни короля.

В коридоре было пусто и безмолвно. Софи быстро добралась до витой лестницы. Поднявшись по ней на второй этаж, она услышала приглушённые голоса, что доносились из коридора. Оглядевшись по сторонам, она никого не заметила, но голоса не смолкали. Любопытство взяло над ней верх, и, бесшумно ступая, Софи направилась дальше. Дойдя до деревянных дверей, что были неплотно прикрыты, она остановилась. Сомнений не оставалось, грубоватые мужские голоса доносились оттуда. Створка двери скрывала её от говоривших, и, припав к ней, Софи заглянула внутрь.

Перед ней раскинулся просторный зал, освещённый светом множества свечей. Их оранжевые языки, слегка потрескивая, тянулись вверх. В противоположном конце комнаты, в кресле с высокой спинкой, сидел человек. Мужчина. Ковровая дорожка алого цвета тянулась от дверей прямо к мыскам его начищенных до блеска туфель. Синий бархатный камзол облегал его плечи, а горделивая осанка выдавала высокое положение. Перед ним, о чём-то говоря и усиленно жестикулируя, столпилось несколько мужчин, которых Софи не знала и видела впервые.

«Король» — ошарашено подумала она, попятившись задом.

Она успела сделать пару шагов, прежде чем наткнуться на кого-то, кто сейчас стоял позади, и лишь рука, закрывшая ей рот, не позволила Софи закричать от испуга.

Глава II

Липкий страх коснулся её своими ледяными пальцами. Воздух перестал поступать в лёгкие, в глазах потемнело, и Софи едва не лишилась чувств.

Неизвестный стал медленно отступать назад, уводя Софи за собой. Испугавшись, она принялась усиленно вырываться, но силы были не равны. Он без труда сломил её сопротивление, и спустя несколько мучительных минут они оказались в каком-то закутке, напоминающем нишу. Они отошли достаточно далеко от двери, чтобы кто-то мог услышать её крики. Свет от факелов сюда не доставал, и ниша оставалась укрыта сероватым полумраком. Здесь было темно и безлюдно.

Сердце Софи барабанило в груди, словно собиралось выскочить оттуда.

Убрав ладонь от её лица, незнакомец слегка подтолкнул Софи к стене. Пальцы коснулись холодного камня. Софи глубоко вдохнула, наполняя лёгкие кислородом, и, резко развернувшись, уставилась на него обезумевшим от страха взглядом.

Напротив неё стоял молодой мужчина. Ей пришлось поднять голову вверх, чтобы разглядеть его лицо, поскольку незнакомец был значительно выше. Наверно, на целую голову. Если бы не страх, охвативший сейчас Софи, то она непременно восхитилась бы его утончённой красотой. Пронзительные карие глаза, обрамлённые рядом пушистых ресниц, высокие красиво очерченные скулы, полные чувственные губы, густые пшеничного цвета волосы.

— Что ты там делала? Шпионила за королём? — наконец, спросил незнакомец, перестав разглядывать Софи. У него оказался приятный гортанный голос. Когда Софи ничего не ответила, он свёл свои брови на переносице. — Ты что, повредилась головой и теперь не слышишь? Отвечай!

Софи дёрнулась, словно ей влепили звонкую пощёчину. Краска стыда тронула её щёки, сделав их похожими на два красных наливных яблока. Придя, наконец, в себя, она окинула его внимательным взглядом. На молодом человеке были неприметный тёмный камзол и брюки к нему в тон. Он явно не принадлежал ни к одной из знатных семей, чьи фамильные гербы Софи выучила наизусть, находясь в стенах аббатства. Вскинув вверх подбородок, Софи шагнула вперёд. Страх поубавился. Её грудь от частого дыхания вздымалась под тонким сукном платья.

— Вам показалось, милорд! Пропустите меня! — отрезала Софи.

Она собиралась пройти мимо, но мужчина схватил её за локоть, вынуждая остановится.

— Сколько спеси в таком маленьком теле! — сказал он, заскользив по телу Софи откровенно нахальным взглядом, и ей отчаянно захотелось прикрыться руками. — Я тебя здесь раньше не видел, — его взгляд сделался задумчивым.

— Я служу его величеству, и не обязана отвечать на ваши вопросы! — вспыхнув от негодования, резко выпалила она. Он не сдвинулся с места, продолжая удерживать Софи в нише. Кожу под его пальцами стало покалывать. — Пустите немедленно или я закричу! — её голос завибрировал от волнения.

— Ах, вон оно что! Самому королю, значит? — спросил он, и Софи показалось, что в его карих глазах вспыхнули озорные искорки, вмиг преобразившие его лицо.

— Именно, милорд!

— Так ты, должно быть, одна из тех служанок, что прибыли вчера в Бейли-Эршир? — уголки его губ слегка дёрнулись вверх. — Что ж, тогда не смею тебя задерживать, — мужчина отвесил ей шутливый поклон, и щёки Софи сделались ещё краснее. Синие глаза широко распахнулись от негодования.

— А вы, должно быть, придворный шут? — не удержавшись, обронила Софи.

Высвободив свою руку, она прошла мимо наглеца, но услышав тихий смех, что послышался за её спиной, пустилась бежать со всех ног к управляющему. Всю дорогу она оборачивалась. Ей всё чудилось, что мужчина следует за ней и вот-вот настигнет.

Выполнив поручение Гленны, Софи вернулась обратно, никому и словом не обмолвившись о своём злоключении, а когда пришло время ложиться в постель, она и вовсе выбросила мысли о незнакомце из своей головы. Вряд ли им доведётся ещё когда-нибудь встретиться. А если это всё же произойдёт, Софи дала себе зарок, что будет держаться от него как можно дальше.

На следующий день Софи проснулась, едва только ласковый рассвет позолотил кроны деревьев. Воздух улицы приникал в комнату сквозь приоткрытые окна, принося с собой утреннюю прохладу. Остальные ещё безмятежно спали, лёжа в своих кроватях. Стараясь не шуметь, Софи принялась приводить себя в порядок.

Едва она закончила, двери спальни с громким стуком отворились, и на пороге показалась Гленна, щёки которой сейчас алели как маков цвет. Кирсти, чья кровать находилось ближе к двери, резко подскочила, и лишь чудом не свалившись на холодный пол.

— Что происходит? — прохрипела она, ощупывая комнату заспанным взглядом серых глаз.

— Поднимайтесь и приводите себя в порядок! Живее! Живее! Да что вы копаетесь? У нас нет времени! Королева ждёт нас в своих покоях! — кричала Гленна, подгоняя девушек.

— Прямо сейчас? — удивилась Софи.

— Разумеется! — рявкнула Гленна, поджав тонкие губы.

Переглядываясь между собой, девушки принялись собираться. На лицах каждой застыл невысказанный вопрос. Что успело произойти за ночь? К чему такая срочность и спешка? Молчаливое напряжение витало в воздухе, и, казалось, его можно было потрогать руками. Собравшись, они так же молча вышли из спальни, и направилась в покои королевы Эммы.

Замок ещё спал, укрывшись одеялом из янтарных лучей солнца. В коридорах было тихо и пусто, слышался лишь звук их равномерных шагов. Чем ближе они подходили, тем тревожнее становилось Софи. Миновав длинный извилистый коридор, они оказались в покоях её величества.

Комната поразила Софи своими гигантскими размерами. Дубовая мебель была расставлена по периметру, арочные окна с боков прикрывали портьеры кремового цвета. В воздухе витал резкий дурманящий запах цветов, и у Софи закружилась голова.

Королева Эмма сидела напротив большого зеркала в раме из палисандрового дерева. Умелые руки служанок колдовали над её причёской, завивая светлые волосы. Лицо королевы всё ещё оставалось молодым и свежим, лишь тонкая сетка морщинок возле глаз выдавала её возраст.

— Гленна, мой сын посчитал, что ему не достаточно тех служанок, что есть у него сейчас. Ему нужна ещё одна, — не отводя взгляда от отражения в зеркале, сказала королева. У неё был мягкий голос.

— Как скажете, ваше величество. Думаю, Леонора вполне с этим справиться, — отозвалась Гленна.

Въедливый запах проник глубоко в лёгкие Софи, и головокружение усилилось. Ей со страшной силой захотелось подойти к окну, и вдохнуть свежий воздух улицы.

— Нет, он распорядился, чтобы девушка была из вновь прибывших. Будь добра, выбери наиболее расторопную среди них. Я на тебя полагаюсь.

Софи стояла, едва держась на ногах. В висках стучало и пульсировало. Дышать стало тяжело, и ей показалось, что платье слишком тесно сжимает её в талии. И зачем она так сильно затянула пояс? Ей захотелось развязать его.

— Я подберу для его высочества самую проворную и ответственную среди них, — пообещала Гленна.

Улыбнувшись, королева жестом показала, что они могут быть свободны. Поклонившись, девушки уже собирались покинуть комнату, но внезапно за их спинами послышался мужской голос, заставивший их замереть на месте.

— Матушка, позвольте мне самому выбрать.

Софи почудилось, что она слышала этот голос раньше. Вот только где? Почему он казался ей смутно знакомым? Она никак не могла вспомнить. Голова шла кругом. Звуки нарастающих шагов слышались всё отчётливее, и отдавались резкой болью в висках Софи. Она слегка пошатнулась, но, к счастью, этого никто не заметил.

Звуки шагов смолкли, когда мужчина остановился. Прямо возле Софи. Перед её взором, устремлённым в пол, появились мыски его кожаных туфель. Подняв взгляд выше, Софи увидела крепкие мужские ноги, обтянутые узкими брюками. Сделав глубокий вдох, Софи хотела взглянуть в лицо наследному принцу, но в тот же миг пошатнулась. Кровь зашумела в ушах, перед глазами расплылись цветные круги, и сознание Софи померкло…

Лукавая улыбка, что секунду назад украшала губы принца, моментально сползла. Вместо неё на его лице появилось растерянное выражение. Он видел, как побледнели щёки девушки, когда она стала медленно оседать на пол. Лишь в последний момент он успел поймать её хрупкое тело.

— Господь милосердный! — выдохнула Гленна, склонившись над Софи. Её глаза расширились, она замахала руками. — Кирсти, ступай за Эдвардом, нужно перенести её в комнату.

— Нет, постой. Я сам. Показывай, куда? — сказал он, подхватив Софи на руки.

Она была такой лёгкой и хрупкой, почти невесомой. Следуя за насмерть перепуганной Гленной, принц вышел из покоев матери. Королева Эмма, не поменявшись в лице, молчаливо провожала эту процессию, а её служанка, засмотревшись, едва не спалила ей локоны.

Оказавшись в общей спальне, принц осторожно опустил Софи на кровать. Вокруг суетилась Гленна. Причитая и охая, она бросилась за лекарем, и он остался в одиночестве у кровати Софи.

Она лежала неподвижно. Золотистые волосы рассыпались по плечам и подушке. Не сдержавшись, он протянул руку, осторожно коснувшись их. Мягкие. Он ещё вчера почувствовал это. Он вспомнил, как после его грубых слов вспыхнули её глаза. Синие-синие, цвета разбушевавшегося океана. Он видел такие глаза всего раз в жизни. Неужели это она?

Софи тихо вздохнула, пошевелившись в постели. Её полные губы были слегка приоткрыты, длинные ресницы отбрасывали на лицо узорные тени. Маленькая голубоватая венка едва заметно билась у виска, грудь поднималась и опускалась в такт с её размеренным дыханием.

Он не мог заставить себя отвести от неё взгляд. Только заслышав голоса за дверью, он поднялся с кровати и направился к выходу. У двери он обернулся, чтобы ещё раз взглянуть на неё, а затем вышел.

Ему навстречу попался лекарь. Гленна, заламывая руки, осталась ждать в коридоре.

— Я хочу, чтобы у меня служила она, — сказал принц, указав на закрытую дверь. — Как только придёт в себя, сообщи ей об этом.

Гленна склонилась в изящном реверансе, так низко, словно хотела коснуться лбом пола. Подол её платья лёг на каменные плиты. Когда она поднялась, принца рядом уже не было, а она всё стояла, уставившись в пустой коридор.

«Вот так чудеса! — удивилась Гленна. — Чудеса, да и только!»

Глава III

Придя в себя, Софи обнаружила, что находится в спальне. Окна были распахнуты настежь, впуская в комнату вольный воздух улицы. Полуденный свет солнца стелился по каменному полу, разбрасывая в разные стороны яркие блики.

На стуле возле двери, в неестественно напряжённой позе, сидела Гленна. Заметив, что Софи очнулась, она подскочила со своего места и всплеснула руками.

— Милостивый господь! Я уж думала, что ты пролежишь до вечера! Ох, и напугала же ты нас, Софи! — причитала Гленна, расхаживая из угла в угол. Блаженную тишину комнаты разрезали звуки её шагов.

Софи приподнялась.

— Что случилось? — её голос звучал сипло.

— Ты ничего не помнишь? — удивилась Гленна, покачав головой. — Ты лишилась чувств прямо в покоях королевы. На твоё счастье туда вовремя вошёл принц Уильям!

— Его высочество? — переспросила Софи.

— Ты же свалилась прямо ему в руки! — воскликнула Гленна, выпучив глаза.

«Не может быть! — ужаснулась Софи. — Что же он, наверное, подумал обо мне? Что я самая нерадивая служанка, которая служит в замке!»

Она откинулась на подушки, устремив застывший взгляд в потолок. Должно быть принц пришёл в ярость, когда она обмякла в его руках. Ещё бы! А её величество? Она теперь решит, что из рук Софи невзначай может выпасть горячий чайник и прямо ей на колени!

От досады Софи стиснула зубы. Ну почему всё так глупо обернулось!

Скорее всего, её отправят мыть кухонную утварь, или, ещё хуже, чистить туалеты в замке. Она не вынесет этого! А может её сошлют на конюшни, выносить лошадиный навоз. Картинки, вырисовывающиеся в её сознании, были одна ужаснее другой, и глаза Софи наполнились слезами. Отвернувшись от Гленны, она утёрла лицо рукой. Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь заметил, что она тут разводит сырость!

— Видимо, взыграла его чуткая натура. Что уж говорить, его высочество всегда отличался милосердием, так его воспитала мать, — слова Гленны донеслись до Софи, будто сквозь толщу воды. — Он велел тебе передать, что выбрал тебя.

Резко обернувшись, она уставилась на Гленну обезумевшим взглядом.

— Что? Что вы сказали, Гленна? — выпалила она, приоткрыв рот. Ей показалось, что слух подводит её.

— Ох, видимо не ушла твоя хворь! — рассердилась Гленна. — Моли господа о здоровье его высочества! Моя б воля, я бы тебя на конюшню отправила, подальше от замка! — ткнув в её сторону указательным пальцем, проговорила Гленна. — И зачем только ему эта бестолковая? Быть беде! Я ещё наслушаюсь от управляющего Милберна! Ох, чувствует моё бедное сердце! Быть беде!

С уст Гленны продолжали слетать ворчливые слова, но Софи их не услышала. Мысли, подобно хороводу, завертелись в её голове. Его высочество выбрал её? Почему? Отчего? Она пыталась отыскать хоть одну стоящую причину, но, нет, так и не смогла найти. Может, он и впрямь был столь великодушен, как говорила Гленна?

Софи искренне рассмеялась, проведя руками по лицу.

Быстро вскочив с кровати, она подбежала к Гленне и, положив одну руку на то место, где когда-то была талия, закружила женщину по комнате, в неком подобии танца.

— Ох, ненормальная! Его высочество велел тебе отдыхать, а ты танцевать удумала! — ворчала Гленна, не поспевая за движениями Софи.

Сделав ещё круг по комнате, Софи отпустила её и подошла к кровати. Закружившись, Гленна едва устояла на ногах. Её грудь вздымалась от частого дыхания.

— Свои обязанности возьмёшься исполнять завтра, — строго сказала Гленна.

Кивнув, Софи улеглась в кровать, изображая полную покорность. Губы Гленны недовольно поджались, и она вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

Оставшись одна, Софи рассмеялась в полный голос. Её сердце, как и стены этой комнаты, наполнились радостью. К Софи снова вернулось прекрасное расположение духа. Она ни разу не видела его высочество, но уже готова была поклясться, что он самый добрый и справедливый человек на всём белом свете. Иначе и быть не может!

Весь день, пока она сидела в своей спальне, её не покидали мысли об этом. Зоркая Гленна частенько наведывалась проверить, всё ли у Софи в порядке, и не приключилось ли с ней очередной беды. Но как только она находила Софи в добром здравии, сразу же ретировалась вон из комнаты.

Ближе к вечеру к ней зашла Кирсти. Следует отметить, что выглядела она уставшей.

— За весь день я даже ни разу не присела! Гленна коршуном кружит за нашими спинами и всё поучает! Не так положила! Не так принесла! Не так убрала! — жаловалась Кирсти.

— Хуже сестры Розали? — поинтересовалась Софи, взяв её за руку.

— О! По сравнению с Гленной сестра Розали лишь тихий штиль на море! — нахмурившись, произнесла Кирсти. — Идём, Гленна велела тебе спуститься к ужину.

Софи не нужно было повторять дважды. Услышав, что, наконец, сможет покинуть эту комнату, она быстро соскочила с кровати и привела себя в порядок, и уже через пару минут они вместе с Кирсти спускалась вниз по витой лестнице. В свете горящих факелов, развешанных вдоль стен, их тени казались вытянутыми и рваными.

Они в считанные минуты достигли дверей кухни на первом этаже. За столом уже никого не было, лишь одинокий огарок свечи стоял в самом его центре, тускло освещая пространство вокруг, а молоденькая посудомойка Ислин собирала грязные тарелки.

— Прости, Софи, но тебе придётся ужинать в одиночестве, — виновато сказала Кирсти, и, сославшись на то, что её ждут в покоях короля, удалилась.

Тяжело вздохнув, Софи опустилась на стул. Перед ней тут же появилась полная тарелка, которую поставила Ислин. В животе у Софи тут же громко заурчало, а желудок болезненно сжался, напоминая о том, что за весь день она практически ничего не съела. Софи покосилась на Ислин, и, взяв из тарелки небольшой кусочек мяса, принялась его осторожно жевать. Не хватало, чтобы её вывернуло прямо на стол.

Закончив ужин, Софи покинула опустевшую кухню.

Желания возвращаться в спальню было не больше, чем у загнанной лошади скакать вперёд, поэтому Софи решила не торопиться. Она стала медленно подниматься вверх по лестнице.

Лестница вывела её к узкому коридору, ярко освещенному множеством факелов. Оранжевые языки пламени тянулись вверх, шипя и потрескивая.

Вдоль каменной стены были развешены гобелены, множество гобеленов, приковывающих к себе её внимание изобилием красок и мастерством исполнения. Подняв руку, Софи провела ею по твердым и холодным камням, а затем коснулась одного из полотен. Пальцы легли на гладкий шёлк. В голове сразу всплыли уроки рукоделия. Ей, как наяву, представилось лицо сестры Розали. Вот она цокнула, смотря на завершённую работу Софи.

— Это никуда не годиться, Софи, — ворчала та, недовольно поджимая свои тонкие губы. — Такую вышивку даже под ноги нельзя бросить!

Софи отстранилась от стены, как и от невесёлых воспоминаний. Она уже собралась идти дальше, но неожиданно застыла на месте, словно вкопанная. В коридоре мелькнул чей-то силуэт.

«Гленна!» — сразу подумала Софи, приготовившись к знатной выволочке.

Присмотревшись, Софи попятилась задом. Перед ней стоял вчерашний незнакомец. Её руки вмиг похолодели, а спина от страха покрылась испариной. Слишком поздно Софи осознала, что кроме них в коридоре никого не было. Она стала медленно отступать. Ноги дрожали, и, делая очередной шаг, Софи молилась лишь о том, чтобы не свалиться на пол.

— Постой! Я не сделаю тебе ничего плохого, — заверил её мужчина, словно прочитав мысли.

«Как же!» — усмехнулась она про себя, не спуская с него настороженного взгляда.

Шаг за шагом она пятилась в сторону лестницы. Незнакомец не отставал, идя вслед за ней. Коридор оглашали звуки их тихих шагов и сбившегося дыхания Софи.

Она была почти у цели, боковым зрением заметив верхнюю ступеньку. Ещё шаг и… Софи зацепилась мыском туфли за длинный подол платья, и стала падать.

Пол с каждой секундой приближался, она уже видела серый камень перед глазами. Но неожиданно её падение прекратилось, когда сильные мужские руки подхватили Софи, и сжались на её талии.

Подняв голову, Софи увидела перед собой лицо незнакомца. Взгляд карих глаз блуждал по её лицу, тёплое дыхание касалось щеки. Некоторое время они молчали, разглядывая друг друга, а затем губы незнакомца дрогнули в задорной улыбке.

— Так и норовишь попасть кому-нибудь в руки. С утра принцу, вечером — мне.

Глава IV

Софи растерянно смотрела на незнакомца. Её лицо вытянулось. Откуда ему известно о случае с принцем? От кого он об этом узнал? Опомнившись, она отстранилась от него. Он не стал противиться, покорно разжав руки.

— Прости, если напугал тебя вчера, — вполне искренне произнёс он. — Между прочим, здесь запечатлели охоту его величества, — будто между делом добавил он, махнув на гобелен, который минуту назад с таким интересом рассматривала Софи.

Она прищурилась. Он что, следил за ней?

— В тот день его величество вместе со своим двором охотился на дикого вепря, обитающего в здешних лесах. Он преследовал зверя весь день, а ближе к вечеру загнал выбившееся из сил животное в ловушку, и вогнал рогатину ему прямо в сердце, — рассказывал мужчина. — Когда король вернулся с охоты, королева приказала лучшим рукодельницам изготовить этот чудесный гобелен.

Софи с интересом слушала его, не желая перебивать. Незнакомец сделал несколько шагов назад, остановившись возле другого гобелена, с изображением праздничного пиршества. Краски полотна переливались в свете горящих факелов.

— Весной, года три тому назад, в Шотландию с дружеским визитом пожаловал король Англии. По такому случаю Вильгельм I закатил пир, который длился неделю. А на этом гобелене изображен лишь небольшой фрагмент с того празднества, — продолжил рассказывать он, не отводя от Софи взгляда.

— Откуда вы столько знаете о жизни короля? — удивилась она.

— Я уже довольно давно нахожусь при дворе, можно сказать, с самого рождения, — чему-то усмехнувшись, отозвался мужчина.

«Рассказывает так, словно был на том пиру! — размышляла про себя Софи. — Только вот это вряд ли, — она окинула беглым взглядом его простой наряд, боясь, что он заметит. — И всё-таки кто он?»

Он обратил свой взор на гобелены, и Софи, наконец, смогла без утайки взглянула на него. Он был невероятно хорошо собой, как сказала бы сестра Марджи, господь послал его на землю, дабы искушать. У него были красивые, нежные руки, словно не знавшие тяжёлой работы, и Софи с невероятной силой захотелось проверить, такие ли они мягкие на ощупь, какими кажутся. Не отдавая отчёта в своих действиях, уже она протянула руку, чтобы коснуться его ладони, но в последний момент сумела сдержать этот поистине глупый порыв. Сцепив пальцы, Софи мысленно обругала себя. Что это с ней? Что за вольности она себе позволяет? Её щёки зарделись, словно маки. Хорошо, что он ничего не заметил.

— Я могу показать тебе замок. Если хочешь, конечно, — неожиданно услышала она его голос. Карие глаза смотрели выжидающе.

Всего на секунду у Софи возникло непреодолимое желание согласиться, но оно так же быстро испарилось, словно роса под лучами утреннего солнца.

— Простите, но мне уже пора, — ответила Софи.

— Так скоро?

Софи показалось, что он огорчился.

— Да, я… — Она замешкалась. — Меня уже ждут.

— Назови хотя бы своё имя, — попросил он.

Немного подумав, она кивнула.

— Софи, — Бросив на него долгий взгляд своих синих глаз, она стала спускаться вниз по лестнице, направляясь в свою комнату.

Обратный путь занял у неё не слишком много время, и вскоре Софи оказалась у дверей спальни. Зайдя внутрь, она застала там Гленну. Сцепив руки в замок, та расхаживала из угла в угол. Накрахмаленные юбки мягко шуршали.

— Господь милосердный! И где тебя только носит, изволь узнать? — сердито выпалила Гленна. Не дав вставить и слово в свое оправдание, она принялась вычитывать: — Его высочество разрешил тебе не работать сегодня, а ты разгуливаешь по замку, словно приехала сюда погостить! Негодница! А если бы он тебя увидел?

Софи не сдержалась и прыснула от смеха. Она с трудом представляла себе наследного принца, разгуливающего по замку в поисках нерадивых слуг. Должно быть, у него есть более занятные дела.

— Право слово, ничего смешного здесь нет! Его высочество приказал тебе явиться к нему немедленно, а я нигде не могу тебя найти! — произнесла Гленна, уставившись на Софи.

Софи уставилась на неё в ответ. Веселье мигом испарилось.

— Но как же так! Его высочество освободил меня сегодня от работы, — произнесла Софи. Её голос дрогнул.

— Вот сейчас пойдешь к нему и узнаешь, почему он передумал. Ступай! Не заставляй его ждать! — шикнула Гленна, подталкивая Софи к двери.

Растерянная и обескураженная Софи направилась в покои принца. Она шла тихими извилистыми коридорами, сокращая путь. В её голове вертелись навязчивые мысли. Странно всё это. С чего вдруг он передумал? Может, он видел её? Потом она отбросила эту мысль. Вряд ли он знает всех своих служанок в лицо. Она терялась в догадках. С каждым шагом её волнение лишь усиливалось, и к тому моменту, как Софи добралась до нужной двери, она уже едва держалась на ногах. Её сердце бешено колотилось в груди, грозясь выскочить наружу.

«Не хватало снова свалиться перед ним в обморок!» — она грустно усмехнулась, и глубоко вдохнула.

Осторожно толкнув створы двери, Софи вошла внутрь. Просторная светлая комната встретила её тишиной. Ей навстречу тут же вышла худощавая темноволосая женщина, лицо которой выражало крайнее недоумение. Софи видела её в замке, сразу по приезду, и сейчас отчаянно пыталась вспомнить её имя. Мария? Мариса?

— Поторопись, его высочество уже ждёт тебя! Всё необходимое ты найдёшь внутри. Надеюсь, вода в лохани ещё не успела остыть, — цокнула женщина, а Софи внезапно вспомнила её имя. Марика. Недовольно проворчав, что у молодых девиц пусто в голове, Марика открыла дверь и вышла из комнаты.

Оставшись одна, Софи поспешила к двери, что вела к умывальне принца. Постучав, она беззвучно отворила створку, и оказалась в небольшой тускло освещённой комнате, которую наполняли густые клубы пара. Он окутал Софи со всех сторон, испариной оседая на коже. Осмотревшись, она заметила большую лохань, что стояла в центре комнаты.

В ней, откинув назад голову, сидел мужчина. С волос капала вода, оставляя на полу мокрые пятна. У него были широкие плечи, а сильные мужские руки лежали поверх лохани. Софи ещё ни разу не видела обнажённого мужчину, и краска стыда окрасила её щёки в розовый цвет. К счастью, его наготу ниже пояса скрывает мыльная вода.

— Не очень-то ты торопилась к своему принцу, — послышался тихий голос из лохани, а Софи на миг застыла. Голос показался ей таким до боли знакомым. — Ты такая нерасторопная или решила дождаться, пока вода окончательно остынет?

В его голосе послышалась лёгкая усмешка, которая привела Софи в чувство и заставила сойти с места.

— Простите, ваше высочество, — отозвалась Софи.

Она взяла в руки кусок ткани и принялась намыливать его ароматным мылом.

— Как твоё здоровье? Надеюсь, ты отдохнула? — спросил принц.

И снова эти знакомые интонации в голосе. Почему голос кажется ей таким знакомым? Это вопрос не давал ей покоя. Ответ вертелся на самом кончике языка, казалось, ещё немного, и он легко слетит с него.

В комнате послышался плеск воды.

— Да, благодарю, вы очень великодушны, ваше высочество, — тихо ответила Софи, опускаясь возле лохани.

Теперь она оказалась с ним вровень. От воды, что была на полу, платье тут же сделалось мокрым. Софи принялась намыливать кожу спины, ощущая, как под её пальцами перекатываются крепкие упругие мышцы. Склонив голову вперёд, мужчина с шумом втянул воздух через нос.

Софи перешла к его рукам. Он молчал, не поднимая головы, пока Софи наносила пену, опускаясь от плеча к кисти. Добравшись до ладони, она задержала на ней взгляд. Ладонь оказалась красивой, с длинными изящными пальцами.

— Надеюсь, ты весь день провела в постели? — с лёгкой хрипотцой в голосе, спросил принц.

— Да, ваше высочество, — прошептала Софи.

Щёки горели, выдавая ложь, только что сорвавшуюся с губ Софи. В этот момент она порадовалась плотным клубам пара, что окружали их. Она взяла его пальцы в свою ладонь и принялась их намыливать. Закончив, Софи хотела опустить его руку обратно в лохань, но не успела. Сжав её пальцы, он потянул Софи на себя, и, потеряв равновесие, она завалилась вперёд.

— И не совестно тебе врать своему принцу, Софи? — спросил он, вперив в неё выразительный взгляд карих глаз.

Они оказались лицом к лицу. Софи смотрела на него, широко распахнув глаза, и не могла вымолвить ни слова. Только сейчас она поняла, почему его голос казался ей таким знакомым.

Не может быть…

Глава V

Шок, растерянность и обида замелькали на её лице, поочерёдно сменяя друг друга. Странный незнакомец в одежде придворного и принц Уильям — один и тот же человек. Софи шумно сглотнула. Вот откуда его неисчерпаемые познания о жизни короля. Да если бы ей сказали, что Гленна — мать королевы Эммы, она была бы меньше удивлена.

Осознав, что все ещё сидит, тесно прижавшись к его обнажённой груди, Софи резко оттолкнулась и, потеряв равновесие, завалилась назад. Мокрое платье сделалось тяжёлым и липло к телу.

— Осторожней, Софи, — сказал принц.

Вода расплескалась на пол, когда он поднялся из лохани.

Жалобно пискнув, Софи поспешила закрыть глаза, чем вызвала его тихий смех. Она слышала, что принц перемещается по комнате, но не решалась взглянуть на него.

— Ты можешь открыть глаза, — прозвучал его насмешливый голос.

С гулко колотящимся сердцем Софи приоткрыла глаза. К счастью, Уильям скрыл свою наготу под белой простынёй, туго обернув её вокруг бёдер. Несколько капелек воды продолжали стекать по его обнажённой груди, и лишь усилием воли Софи заставила себя отвести взгляд. Она посмотрела принцу в лицо, и, заметив на нём отголоски веселья, растерялась.

В неудержимом порыве она назвала его придворным шутом. От этой мысли Софи вся похолодела. Теперь он прикажет наказать её?

Поняв, что продолжает сидеть на мокром полу, она поспешила подняться. Уильям протянул ей руку.

— Благодарю, ваше высочество, — промямлила Софи.

Его ладонь была тёплой и слегка влажной от воды. Он не спешил отнимать её.

Софи молчала, будто лишившись дара речи. Два дня он водил её за нос, откровенно потешаясь. Почему не развеял её сомнения сразу? Отчего морочил голову? Как глупо она должно быть выглядела! Унижение и обида смешались в ней. Лицо Софи скривилось, когда она пыталась сдержаться и не заплакать, но вряд ли принцу есть дело до слез служанки.

Вздернув подбородок вверх, Софи посмотрела ему прямо в глаза.

— Вам что-то ещё нужно, ваше высочество? — спросила она. Её голос дрогнул.

— Да, нужно, — ответил принц, подойдя к ней так близко, что она почувствовала исходивший от него запах мыла, которое ещё недавно сама держала в руках. — Чтобы ты перестала хмуриться, Софи.

Софи отвела взгляд.

— Как прикажете, ваше высочество, — прозвучал её тихий ответ.

Уильям приподнял её лицо за подбородок, заставив снова взглянуть на него. На его лице всего на секунду отразилось раскаяние, но оно быстро исчезло, и Софи решила, что ей просто почудилось.

— Ты можешь идти, Софи.

Поклонившись, она вышла, тихо закрыв за собой двери. В полной тишине она дошла до спальни и улеглась в кровать. Тоскливые мысли посетили её голову.

Сон долго не шёл, и, провертевшись практически до рассвета, Софи, наконец, сомкнула глаза.

Как и следовало предполагать, на утро Софи проснулась с жуткой головной болью. Свет, что проникал в комнату сквозь окна, бил по глазам, и Софи захотелось прикрыть портьеры.

Вокруг гуляла сонная тишина, и Софи поняла, что в комнате кроме неё никого не было. Все уже спустились вниз.

Собравшись, она поспешила на кухню. Сегодня здесь было многолюдно. Найдя среди слуг Кирсти, Нессу и Элспет, Софи села рядом с ними.

— Плохо выглядишь. Видимо, принц совсем тебя не жалеет? — хихикнув, сказала Элспет вместо приветствия.

Кирсти бросила на неё укоризненный взгляд.

— Попридержи язык, Элспет! — шикнула на неё Кирсти. — Я уверена, что наш принц добрый и справедливый, и не стал бы так поступать! Кроме того, помимо Софи у него есть ещё слуги.

— Я всего лишь плохо спала, — отозвалась Софи, пытаясь подтвердить свои слова улыбкой.

Софи обернулась к двери, как раз чтобы заметить, как в кухню вплыла Гленна. Длинное оливковое платье касалось пола при ходьбе. Её глаза быстро отыскали за столом Софи.

Гленна подошла ближе.

— Софи, поторопись, его высочество не любит ждать свой завтрак. — Каждое громкое слово, сказанное Гленной, отдавалось ноющей пульсацией в голове Софи. — И зачем ему ты? — Гленна поджала губы. — Стоило назначить на эту должность Нессу, она более проворная и ответственная.

Софи нечего было возразить. Впервые её мысли оказались схожими со словами Гленны.

Немногим позже Софи несла завтрак его высочеству. Извилистая лестница вывела её к коридору, в самом конце которого располагались покои принца. Пройдя половину пути, Софи услышала тихие прерывистые голоса, что доносились откуда-то из-за угла. Затаив дыхание, Софи спряталась в затенённой нише стены, и прислушалась.

— Вскоре править станет он, и я должен быть уверен, что он выберет в жены именно мою дочь. Родившийся от этого брака наследник навсегда укрепит моё положение в королевстве. Мне нужен этот наследник! — шептал трескучий мужской голос. В нём отчётливо звучало нетерпение.

— Не беспокойтесь, милорд! Ваша дочь весьма хороша собой, и кроме того, она из знатного рода. Более достойную партию ему не сыскать во всём королевстве, уж поверьте мне! Родство с вами укрепит его позиции как правителя Шотландии, учитывая ваше влияние в королевстве. Нам следует лишь осторожно подтолкнуть к принятию верного решения, — прозвучал льстивый ответ.

Дальше голоса смолкли. Софи затаила дыхание, боясь выдать своё присутствие.

По тому, что коридор огласили звуки стремительных шагов, Софи поняла — говорившие вышли из своего укрытия. Софи вжалась в стену. Поднос, что она прижимала к себе, металлическим краем впился ей в живот. Она стояла до тех пор, пока не стихли последние звуки. Только убедившись, что осталась в коридоре одна, Софи вышла из ниши.

Она посмотрела в обе стороны коридора. Никого.

«Лучше поспешить, пока они не вздумали вернуться!» — пронеслось в её голове.

Сжав посильнее поднос, она засеменила вперёд.

Подслушанный разговор вселил в неё какое-то смутное чувство тревоги. Они говорили о принце Уильяме, в этом не было никаких сомнений. Может, следует его предупредить? Но что она ему скажет? Она ведь не знает имён говоривших, она даже лиц их не видела. А если ему грозит опасность?

Разрываемая противоречивыми чувствами, она подошла к покоям принца.

Он ещё лежал в постели, откинувшись на подушки. Его внешний вид — растрёпанные волосы, зевота, которую он с трудом пытался подавить — говорили о том, что проснулся он не более получаса тому назад. Он выглядел так… обычно, и в эту минуту совершенно не походил на одного из влиятельнейших людей Шотландии.

Софи остановилась у дверей.

— Подойди сюда, ближе, — сказал он. Его голос был хриплым ото сна.

Оставаясь в поле зрения его карих глаз, Софи приблизилась к кровати. С тихим стуком поднос опустился на прикроватный столик. Она уже собиралась покинуть комнату, но Уильям не позволил. Он несильно сжал её запястье.

От этого невинного прикосновения сердце взлетело куда-то в горло и заклокотало там.

— Ты должна попробовать еду, разве тебя не предупреждали? — спросил он, вглядываясь в её лицо.

Кожа под его пальцами горела огнём.

— Нет, мне было велено только принести её, — растерялась Софи.

В ту же секунду её обуяло негодование. Почему Гленна ничего не сказала об этом? Она успела озвучить так много правил, но об этом будто позабыла.

Уильям улыбнулся какой-то мальчишеской улыбкой.

— Теперь ты знаешь.

Высвободив её руку, он взял с тарелки дольку яблока, и подал его Софи. Она принялась жевать под его пристальным взглядом. Яблоко было великолепным! Медовое и сочное, оно так и таяло во рту.

— Что скажешь? Тебе понравилось? — спросил он, подавшись вперёд.

— Яблоко чудесное, ваше высочество, — ответила Софи.

Взяв ещё дольку, он отправил её себе в рот и аппетитно захрустел.

— Ты права, оно замечательное.

— Я могу идти?

«Или прикажете мне съесть за вас весь завтрак?» — усмехнулась она про себя.

Уильям кивнул, беря очередную дольку.

Софи уже почти подошла к двери, когда услышала за спиной его голос.

— Софи, между прочим, для дегустации в Бейли-Эршир есть специальный человек, и всю еду, прежде, чем она попала тебе в руки, он уже попробовал, — будто между делом обронил он.

Софи обернулась, заметив, что его глаза горят весельем.

Она не смогла сдержать своё негодование, и, захлёбываясь словами, произнесла:

— Вы специально это сделали! Вы знали, что мне ничего не известно об это! Признайтесь честно, ваше высочество, вам доставляет удовольствие насмехаться надо мной? Тогда в коридоре, когда вы притворялись другим человеком, и вот сейчас…

Софи замолчала, поняв, что наговорила лишнего. Её щёки горели, а губы дрожали.

— Честно? — Всё веселье стёрлось с его лица. Он серьёзно посмотрел на неё, и негодование, что сейчас обуревало Софи, поубавилось. — С твоим появлением в замке моя жизнь стала чуточку интереснее, Софи.

От его слов Софи растерялась. Она смотрела ему в глаза, пытаясь уловить в них хотя бы искру веселья, но её там не было.

Неужели он сказал правду?

Она открыла и тут же закрыла рот. Так и не найдясь с ответом, Софи отворила двери, и выскочила из покоев.

Она торопливо шла к себе, и звуки её шагов сопровождал лишь бешеный аккомпанемент её собственного сердца.

Глава VI

К позднему вечеру смолкли отдалённые крики караульных на смотровой башне. На стенах замка зажгли факелы, а в комнатах — свечи. Они ярко горели, отбрасывая от себя свет и тепло. В оконные проёмы заглядывал серебристый диск луны.

В сгустившихся сумерках Софи неторопливо брела в сторону спальни.

В коридорах замка было пусто и тихо. Бейли-Эршир готовился ко сну.

Добравшись до лестницы, Софи стала подниматься наверх. Крутые ступени всё никак не заканчивались. Наконец, лестница вывела её в тёмный коридор, из которого до спальни оставалось всего несколько шагов. В полной тишине она преодолела их.

Она уже стояла у дверей спальни, когда услышала за спиной быстрые шаги, а следом и знакомый голос:

— Софи, постой!

Обернувшись, она увидела принца Уильяма. Её брови взлетели на лоб — он снова разрядился в чёрный костюм придворного. Софи не сумела скрыть удивления, проступившего на её лице.

— Ваше высочество? Почему на вас…

Она не договорила. Приглушённые голоса и смех, послышавшиеся из-за дверей спальни, перевали её. Уильям скосил взгляд на дверь, а затем взял Софи за руку, переплетя их пальцы.

— Идём со мной, — позвал он.

Софи не успела ничего ответить, поскольку в следующее мгновение Уильям потянул её за собой.

Путаными коридорами они добрались до первого этажа, и оказались около дверей чёрного входа. Отворив их, они вышли во двор.

Лица Софи коснулся воздух улицы, наполненный запахом летней свежести, и цветов, и она с наслаждением вдохнула его.

Не размыкая рук, Уильям повёл её куда-то в сторону от дверей. Они брели по вымощенной камнем дорожке, что убегала вперёд и скрывалась в темноте, окружавшей их.

Какое-то время они оба молчали, словно боясь развеять очарование момента. Софи думала о том, что ей приятно прикосновение его руки. Даже слишком. Она бросила беглый взгляд на Уильяма. Интересно, о чём думал он? Софи старалась разгадать, но сумрак скрывал его лицо. Поняв всю тщетность своих попыток, она оставила это занятие.

— Почему вы так одеты? — спросила, наконец, Софи, потревожив тишину ночи.

Она увидела, как в темноте блеснули его жемчужные зубы.

— Так легче затеряться среди придворных, — ответил он. — Иной раз мне хочется пройтись по замку, не ощущая, как в спину дышит дюжина вооружённых до зубов охранников. Так я чувствую некоторую… — он замялся — свободу. Но отец считает это безрассудством.

Уильям усмехнулся, но Софи послышалось что-то грустное в этом смехе.

— Уверяю, из вас вышел бы самый настоящий придворный! Меня вы ловко провели.

Теперь он рассмеялся вполне искренне, и от его смеха внутри Софи что-то затрепетало.

— Сегодня вечером ты не пришла ко мне, — перестав смеяться, сказал он. В его голосе ей почудился лёгкий упрёк. — Почему?

Софи кивнула, а Уильям остановился, вынуждая остановиться и её. Теперь они стояли друг против друга. Его взгляд блуждал по её лицу, словно он пытался отыскать там ответ на свой вопрос.

— Гленна поручила мне одно важное дело.

— Но ты моя служанка, Софи! — Он нахмурился. — Или прикажешь мне сражаться за твоё внимание?

Он сделал к ней шаг, сокращая расстояние между ними, и Софи внезапно стало нечем дышать. Он стоял непозволительно близко. Его глаза блестели в свете серебристой луны, что подмигивала им с небосклона.

«Что я здесь делаю? — внезапно пронеслось в её голове. — О чём я только думаю? Для него это всего лишь игра, затеянная, чтобы развеять скуку на некоторое время! А что станет со мной? Неужели какое-то время делить ложе с наследным принцем это то, о чём я мечтала?»

Эта леденящая мысль будто отрезвила её.

— Я помню об этом, ваше высочество. Я ваша служанка, одна из многих. Надеюсь, что и вы не станете об этом забывать. — Она высвободила свою руку из его руки, и повернула обратно, в сторону замка.

За спиной она услышала его тягостный вздох, но не посмела обернуться. Ни к чему это.

Она шла, устремив взгляд себе под ноги, и не видела, что звёзды посылали ей свой свет.

Следующее утро в Бейли-Эршир началось как обычно с завтрака. В общей кухне за столом велись шумные разговоры — замковые слуги обсуждали последние сплетни и слухи.

В воздухе разливался аромат свежевыпеченного хлеба, а от жаровни тянуло запахом жареного лука. Стук оловянных тарелок о стол порой заглушал пустую болтовню.

Внезапно тяжёлые створы дверей распахнулись, и в кухню ворвалась Гленна, развеивая атмосферу уюта и спокойствия. Она подошла к кухаркам и зашикала на них. Голос звучал резко и сердито. Её лицо раскраснелось то ли от гнева, то ли от жара, исходившего от жаровен. Обведя напоследок пространство кухни гневным взглядом, она выскочила вон.

— Что это с Гленной? — спросила Кирсти, удивлённо глядя на только что закрывшиеся с грохотом двери.

— Так в Бейли-Эршир намечается праздник, — ответила Элспет, глядя через стол на девушек.

— Праздник? С чего ты взяла? — Несса с недоверием сощурила глаза.

— Вы что не слышали? — Она склонилась к ним совсем близко, и зашептала: — Ходят слухи, будто его высочество собирается под венец, и в замок уже едет претендентка на роль его супруги и королевы — дочь лорда Синклера, которого ожидают со дня на день. У него обширные земли на западе королевства, а ещё он невероятно богат! Конечно, не настолько, как герцог Аркарт, но, поговаривают, состояние у него такое, что не пересчитать! Так что его дочь весьма выгодная партия для его высочества.

Элспет многозначительно качнула головой.

За столом всего на секунду повисло изумлённое молчание, а затем на Элспет нескончаемым потоком полились вопросы.

Софи молчала. Она отчего-то сразу вспомнила подслушанный накануне разговор. Что ж, по крайней мере, это не мог быть лорд Синклер, поскольку его ещё нет в замке. Осознание этого слегка развеяло тревогу, что владела Софи до недавних пор. Но лишь слегка.

Вечером следующего дня Софи направлялась в покои его высочества. Гленна сказала, что он неважно себя чувствует и приказал доставить ужин в его комнату. Эта новость озадачила Софи, ведь часом ранее она заходила к Уильяму, и он не жаловался на плохое самочувствие.

Комната встретила Софи непривычной тишиной и лёгким полумраком. Окна были зашторены, а единственным источником света оставалась плавящаяся свеча. Красноватое пламя тянулось вверх, его блики заплясали на лице принца, как только он поднял на Софи мрачный взгляд.

— Ну что же ты, Софи, проходи, — сказал Уильям.

Он сидел за столом. Перед ним стояла шахматная доска, а в руках он вертел деревянную фигурку. Пешку.

В комнате царила гнетущая атмосфера, казалось, сам воздух был пропитан тихой грустью.

Софи прошла вглубь комнаты и опустила поднос на прикроватный столик.

— Ответь, Софи, почему каждый так и норовит дать мне "мудрый" совет? Почему каждый стремиться навязать мне своё мнение, ссылаясь на то, что так будет лучше? Для кого лучше? Для меня? Или для других?

Уильям не повернулся к ней. Он задавал свои вопросы, устремив взгляд в призрачную пустоту. Его лицо превратилось в застывшую маску, а голос казался глухим и далёким. Таким Софи его ещё не видела.

— Вероятно от того, что вы будущий король, и речь идёт не только о вас, но и об интересах всего королевства, — ответила Софи, подходя к нему.

Он злобно рассмеялся и впервые за время её нахождения в комнате, взглянул на Софи. Его взгляд напугал Софи. Он был таким тяжёлым, словно на плечи Уильяма разом опустились все холмы Шотландии.

— О, да! Интересы королевства превыше всего! Я помню! — Его голос сочился ядом. — Я усвоил это ещё с детства, наряду с умением ходить, милая Софи.

Сказав это, он опустил пешку на игровое поле.

Софи нахмурилась, смотря на чёрно-белые клетки.

— Если уж мы заговорили о ходьбе… Вы уверены, что это верный ход? — Софи кивнула на поле.

— Ты умеешь играть в шахматы? — удивился он.

— Немного, ваше высочество.

— Тогда сыграй со мной партию, — неожиданно сказал он.

В его ещё совсем недавно безжизненном голосе Софи уловила просящие нотки.

— Хорошо, — ответила она. — Только просто так я играть не стану.

От удивления он выгнул бровь.

— И на что же ты предлагаешь играть?

Его взгляд заскользил вверх-вниз по её фигуре, осматривая тонкую талию и высокую грудь девушки. Софи смутилась, но не попятилась под этим взглядом.

— Мне нечего предложить вам, ваше высочество, у вас есть всё. Но мы можем сыграть на желание. — Софи посмотрела на него своими синими-синими глазами, что мерцали в свете одинокой свечи, и Уильям невольно залюбовался их глубиной. — Проигравший исполнит любое желание победителя.

— Любое? И неважно сколь безрассудным оно будет? — с явным интересом спросил Уильям. Он подался к ней ближе, вглядываясь в её лицо. Софи уверенно кивнула в ответ. — Хорошо. Должен признать, ты меня заинтриговала.

Расставив шахматные фигуры на доске, они начали партию.

Смотря на Софи, Уильям видел перед собой лишь её красоту, и никак не мог предположить, что за всей этой красотой скрывается нечто большее. Что за плавными и мягкими чертами лица прячется достойный и жёсткий соперник, и через время Софи заставила его пожалеть об этом.

По мере игры его лицо вытягивалось.

— И кто же, позволь узнать, научил тебя играть?

Уильям переставил свою ладью. Ничего не ответив, Софи сделала свой ход.

— Не ответишь своему принцу? — вновь спросил он, внимательно смотря на неё. Ему казалось, он мог слышать мысли в её голове, так отчётливо она думала.

— Сама научилась, — отозвалась Софи, просчитывая свой следующий шаг.

Он многозначительно кашлянул.

— И где же?

— В аббатстве, разумеется.

— Значит, ты обучалась в аббатстве Мелроуз?

Он прекрасно осознавал, что в этой партии ему не победить.

— Да. Меня отправили туда, когда мне было десять. В стенах аббатства было не так много развлечений, как у вас в замке, поэтому нам приходилось самим их придумывать. — Софи подняла на него взгляд, полный восторга. — Мат вашему королю, ваше высочество.

Он сидел и не знал, плакать ему или смеяться в этот момент.

— А ты серьёзный противник. Поздравляю! — наконец, произнёс он. В его голосе звучало неподдельное уважение.

Её рука всё ещё лежала поверх стола, и принц накрыл её сверху своей ладонью.

— И каково же будет твоё желание, Софи? Рубины? Изумруды? Может, бриллианты?

Уголки губ Софи поползли вверх.

— Нет, ваши драгоценности меня совершенно не прельщают, ваше высочество. Разрешите мне подумать?

— Думай, только не слишком долго. Не терпится узнать, что же может попросить у принца Софи, — протянул Уильям.

Он не отводил от неё взгляда ни на мгновение, следка поглаживая её ладонь своими пальцами, и глупое сердце Софи пустилось вскачь.

«Ну почему я всегда теряюсь рядом с ним?» — рассердилась она.

— Я, пожалуй, пойду, ваше высочество.

Софи поднялась со своего места, едва не задев шахматную доску. Лишь бы не упасть, молилась она про себя. Она хотела скорее покинуть эту комнату, наполненную давящим воздухом взаимного притяжения.

Уильям не стал её останавливать.

В полной тишине она шла по опустевшим коридорам замка, окутанным сероватым полумраком, ощущая, как на руке всё ещё горит след от его прикосновения.

На следующий день в Бейли-Эршир с самого утра творилось что-то невообразимое. Слуги бегали взад-вперёд, вычищали комнаты, трясли бельё, украшали залы, натирали полы.

Как выяснилось, Элспет оказалась права, и в замок действительно направлялся лорд Синклер со всеми домочадцами, включая его очаровательную дочь Эйлин. По такому случаю, королевский управляющий распорядился, чтобы к их приезду были подготовлены гостевые комнаты, а сам замок должен блистать не хуже короны Вильгельма I.

— Я же вам говорила! — с гордостью в голосе выпалила Элспет, когда они встретились на кухне. — Поговаривают, что она невероятно хороша собой, эта леди Синклер. Теперь принц жениться на дочери лорда Синклера, и тебе, Софи, придётся прислуживать ещё и ей.

Элспет захихикала, а Кирсти шикнула на неё, заставляя замолчать.

— Не болтай ерунды, Элспет! Леди Синклер приедет со своими слугами, и помощь Софи ей вряд ли потребуются, — сказала Кирсти.

Софи промолчала, молясь о том, чтобы в этот раз Элспет ошиблась.

Глава VII

Лорда Синклера ожидали со дня на день и, к вечеру третьего дня он, наконец, прибыл. На высоких башнях замка затрубили в горн, настежь распахнули ворота. Слуги выстроились возле окон, наблюдая, как пёстрая и шумная процессия въезжает в Бейли-Эршир.

Софи подошла к распахнутому окну на третьем этаже, возле которого, разинув рты, уже стояли Кирсти, Несса и Элспет. С этого места главные ворота и двор замка просматривались как на ладони.

Оставив позади каменный мост, в замок хлынул большой отряд. В лучах ослепительного солнца их полированные доспехи блестели ярче золота и серебра. Впереди ехали знаменосцы, и шотландский ветер трепал над их головами знамёна, зелёные с жёлтым. Следом, верхом на великолепной вороной лошади, ехал лорд Синклер. Тёмный плащ наполовину скрывал его грузное тело. Рядом с ним, гордо подняв голову, ехал стройный молодой мужчина, с чёрными, точно смоль волосами. Он уверенно держался в седле, смотря прямо перед собой.

— Взгляните! Это, должно быть, милорд Каллум, сын лорда Синклера, — указав взглядом на брюнета, протянула Элспет. Её ресницы затрепетали. — Поговаривают, у него весьма щедрое сердце и огромный успех у женщин. И не мудрено! Какой же он красивый!

Три пары глаз в изумлении уставились на неё, на время позабыв о процессии.

— Откуда тебе об этом известно, Элспет? — воскликнула Кирсти.

У Элспет хватило совести покраснеть.

— Мне Леонора рассказывала. Она помнит прошлый визит милорда Каллума. Тогда он разбил не одно девичье сердце, — ответила Элспет.

— Надеюсь, ты понимаешь, что от него следует держаться как можно дальше? — Кирсти многозначительно посмотрела на неё.

Элспет промолчала, закусив губу. Покачав головой, Кирсти вновь обратилась к окну.

Засмеявшись, Софи тоже продолжила наблюдать за гостями. Они повернулись как раз в тот момент, когда возле входа в замок остановилась крытая повозка, сработанная из полированного дерева, и из неё, осторожно ступая на мощеную дорожку, вышла молодая особа.

«Леди Элайн» — сразу подумала Софи, и внезапно её охватило странное, до сих пор незнакомое ей чувство.

Леди Элайн оказалась стройной девушкой невысокого роста, с тонкой талией и пышной грудью, которая отчётливо виднелась в вырезе её изумрудного платья, явно пошитого по последней моде. С высоты третьего этажа казалось, что её платье совсем невесомое. Оно колыхалось при ходьбе, создавая ощущение, будто леди Эйлин не идёт, а парит над землёй.

Софи перевела взгляд на подол своей юбки. Сегодня по случаю приезда гостей всех слуг переодели. Ей досталось ярко-синее платье из мягкой ткани, юбка которого красиво сборилась на талии. Понизу и рукавам платье было расшито серебристой тесьмой. Безусловно, платье отличалось некоторой красотой, но в сравнении с роскошным бархатом леди Эйлин всё равно выглядело старой вылинявшей тряпкой.

Софи отбросила эти мысли прочь. Откуда в ней это взялось?

Длинные шелковистые волосы леди Эйлин, такого же аспидно-чёрного оттенка, что и у её брата, блестели на солнце, и гладкой вуалью покрывали спину до самой талии. В каждом плавном движении и лёгком наклоне головы прослеживалась поистине королевская грация.

— Ведь не соврали! И впрямь невероятно хороша! — Несса озвучила одну на всех мысль, и вздохнув, подпёрла рукой подбородок.

— Не поспоришь. Вот ведь повезло! Ей досталось всё: и красота, и богатство, а вскоре и принц пополнит этот список! — проговорила Элспет, практически по пояс высунувшись из окна.

Софи отошла от окна. Элспет права. Леди Эйлин была прекрасна, и корона будет ей к лицу.

— Идём, нас ждёт работа, которой, кстати, прибавилось с приездом гостей, — проговорила Кирсти.

Сказав это, она вместе с Нессой и Элспет, удалилась.

Остальные слуги тоже стали расходиться.

Софи бросила беглый взгляд в окно. Двор успел опустеть, гости прошли в замок, а их лошадей повели на конюшни. Она отошла от окна, и, плотно закрыв ставни, пошла вниз.

Тяжёлый вздох сорвался с её губ. Нынешняя ночь обещала быть долгой.

Час спустя гости собрались под сводами просторного чертога Бейли-Эршир. В зале пахло жареным мясом и пряными травами, лучшее вино из королевских погребов лилось рекой.

За столами, хаотично расставленными по всему периметру, люди короля соседствовали с людьми лорда Синклера. В зале слышались звуки арфы, а юный певец распевал слова баллады о любви и верности. Гости ели и пили. Воздух в зале так и вибрировал от звуков громких голосов и взрывов хохота.

Софи прошла в зал.

Серая колонна скрывала её от глаз посторонних, не мешая ей с интересом разглядывать людей лорда Синклера. Лорд сидел на деревянном помосте по правую руку от короля, ведя с ним оживленную беседу. В кратких перерывах между фразами он неустанно жевал, словно не ел несколько дней. То был раздобревший мужчина в годах, с чёрными волосами, слегка серебрёными сединой. Его лицо раскраснелось от духоты в зале, и на дорогом бархате темнели пятна пота.

Рядом с лордом сидел молодой человек приятной наружности, и если верить словам Элспет, то был его сын, милорд Каллум. Лицом он очень походил на своего отца. Тот же разрез глаз, тот же прямой нос.

Взгляд Софи сместился правее, на леди Эйлин. Она успела переодеться. Теперь на ней красовалось платье цвета спелой вишни, которое подходило ей ещё лучше прежнего. Наклонившись к Уильяму, который седел рядом с ней, леди Эйлин что-то сказала ему, выставив вперёд свои округлые формы, обтянутые бархатом. На красивом лице Уильяма блуждала учтивая улыбка.

Эта картина набила оскомину на зубах Софи, и она отвела взгляд.

Неожиданно послышался дробный стук медных кружек о стол, который тут же подхватили во всех концах зала. Лорд Синклер, промочив глотку сладким вином, держал слово.

Далее тост сменялся тостом.

«За короля!»

«За лорда Синклера!»

Снова «За короля!»

Устав слушать их пьяные речи, Софи направилась в сторону кухни, но на выходе из зала столкнулась нос к носу с Кирсти. На ней было платье персикового цвета, которое делало её похожей на изящную куклу.

— Гленна велела отнести на стол принца вино. Лучше поспеши. Ты же знаешь, она сейчас не в том настроении, чтобы ей перечить, — сказала Кирсти, протянув Софи глиняный кувшин.

Софи прекрасно понимала, о чём толкует Кирсти. Гленна с самого утра ворчала на всех без разбора. Совсем недавно досталось юной посудомойке Ислин, и поэтому никто не желал лишний раз попадаться Гленне на глаза.

В зале было душно и шумно.

Ловко маневрируя между столами, Софи стала пробираться к помосту, на котором король принимал лорда Синклера и его детей.

За столом милорд Каллум рассказывал какую-то историю, развлекая принца Уильяма и леди Эйлин. Его грубоватый смех разлетался по всему залу, и заглушал звуки арфы.

Подойдя ближе, Софи стала молчаливо наполнять их кубки.

Разговор за столом оборвался, и в тот же момент милорд Каллум перевёл влажный взгляд своих серых глаз на Софи, заскользив по её хрупкой фигуре вверх-вниз. Она легко прочитала интерес в его глазах. На ум стразу пришли слова Элспет о его репутации.

— Ваше высочество, в вашем замке всё прекрасно! Даже слуги у вас очаровательны! — проговорил милорд Каллум. У него оказался густой басовитый голос.

Софи не видела, но ощутила на себе взгляд Уильяма.

— А по мне так обычные уличные девки, как в любом трактире, — хмыкнула леди Эйлин. — Вот погоди, под утро сам сможешь в этом убедиться, дорогой братец.

Слова леди Эйлин обожгли Софи хуже калёного железа.

Она бросила на Софи взгляд, полный презрения и брезгливости. Её пухлые губы скривились, отчего вся красота с её лица мгновенно сошла, и она стала походить на жабу.

— Могу вас заверить, леди Эйлин, к Софи это не относиться, — услышала она слова Уильяма. На его лице покоилась улыбка, но в голосе звенела сталь.

Леди Эйлин дёрнулась, словно лошадь, огретая хлыстом.

— Право, сестрица, ты слишком скора в суждениях! — засмеялся милорд Каллум, стараясь разрядить возникшее за столом напряжение.

— Прошу простить меня, ваше высочество, я никогда не отличалась особым терпением, — произнесла леди Эйлин, одарив Уильяма своей самой очаровательной улыбкой.

Когда Софи отходила от помоста, её пальцы, сжимавшие ручку кувшина, будто одеревенели. Она шла по коридору, едва не обронив кувшин, который для чего-то унесла обратно с собой, вместо того, чтобы оставить его на столе.

Злость и обида обуревали её.

«Ведьма!» — подумала Софи, вспоминая лицо леди Эйлин.

Позади послышались торопливые шаги, заставившие Софи вынырнуть из своих мрачных мыслей и обернуться.

«Принц Уильям. Что он здесь делает в коридоре для слуг?» — удивилась Софи.

Приблизившись к ней на расстоянии вытянутой руки, он остановился. Его взгляд блуждал по её лицу.

— Ваше высочество? — Софи крепче прижала к себе кувшин с вином.

— Софи… — Её имя тихим вздохом слетело с его губ. Казалось, он и сам не понимал, зачем пошёл за ней. Потом, будто придя в себя, он сказал: — Не принимай слова леди Эйлин всерьёз.

— Что вы, я и не думала!

Он кивнул, и уже собирался уходить, но неожиданно остановился. Его взгляд заскользил по её платью.

— Ты чýдно выглядишь, Софи.

Не произнеся больше ни слова, он развернулся и ушёл так же быстро, как и появился, оставив Софи растерянно смотреть ему вслед.

Глава VIII

Софи вернулась в пропахшую жареным мясом кухню, ощущая смятение, растерянность и… неизъяснимый трепет. Слова Уильяма продолжали звучать в её голове. Снова и снова.

Её щёки зарделись, словно заря, стоило припомнить его взгляд. Столько всего было в том взгляде: томительная нежность, искреннее беспокойство, нескрываемое восхищение…

Софи прижалась спиной к каменной стене, ощущая её шероховатость, и постаралась унять бешеный стук своего глупого сердца.

Кувшин так и прилип к её рукам, и в какой-то момент ей показалось, что твёрдая глина треснет под её пальцами, так сильно она сжимала. Опомнившись, она переправила его на стол.

В кухне было шумно и душно.

Крики, смех и перебранки подвыпивших слуг не смолкали. Пока Гленна отвлеклась (а ей было на что!), они успели где-то раздобыть и поживиться пряным элем.

К слову, Гленну она застала возле грубо сколоченного стола, расположенного в центре кухни. Та отдавала последние распоряжения на счет жареного с грибами и яблоками кабана, что аппетитно лежал на подносе, а медовая глазурь стекала по его спине и бокам. Когда нерадивые кухарки едва не опрокинули кабана на каменный пол, Гленна разразилась отборной бранью. Её лицо стало красным, руки затряслись.

У Софи возникло непреодолимое желание покинуть кухню, но в зал возвращаться хотелось и того меньше. Вряд ли она стерпит нападки леди Эйлин снова.

Её мысли прервало появление Кирсти, в серых глазах которой плескалось озорное веселье.

— А этот лорд Синклер вовсе не дурак! — Она опустилась на стул. — Пока я находилась в зале, он всё соловьем распевал королю и королеве, как хороша и прелестна его дочь, и что женщины в его роду плодовиты, словно кошки!

Кирсти разразилась заливистым смехом, а Софи вспомнила своё "знакомство" с прелестной леди Эйлин. Тихая злость снова протянула к ней свои руки. Сколь очаровательна эта женщина снаружи, столь же она отвратительна изнутри!

— Между прочим, милорд Каллум решил не нарушать традиций, — усмехнулась Несса. — Я видела, как он бросал пылкие взгляды через стол на леди Катрину, но отец не спускает с неё глаз. Вероятно, наслышан о репутации милорда Каллума.

Послышался их тихий смех, который был моментально оборван разъярённым взглядом Гленны. Они замолчали, и разбрелись в разные стороны.

После полуночи время тянулось бесконечно долго.

Софи всё ждала, когда утихнут последние аккорды музыки, и гости разойдутся на ночлег, но стрелки часов давно перевалили за три часа ночи, а гомон в зале не смолкал. Подвыпившие глотки продолжали выкрикивать тосты, громко стучали медные кубки, опускаясь на стол.

Ближе к четырём кухня опустела, остались только кухарки и несколько молоденьких служанок. Ислин уже спала, завалившись ближе к очагу.

Софи выглянула в зал. Помост опустел. Король с королевой покинули пир. Принца Уильяма, впрочем, как и леди Эйлин с братом, она тоже не заметила.

Неизбывная усталость навалилась на неё. Зевая, Софи вышла из кухни.

Стремясь сократить расстояние, она пошла через зал.

Пройдя за одной из колонн, что служили опорой для второго этажа, Софи повернула направо и упёрлась в витую лестницу. Каменные ступени тянулись вверх, а стенные факелы ярко освещали ей путь.

Лестница вывела Софи к длинному коридору, ведущему к спальням. Даже сквозь стены, толщиной в полметра, ей был слышен шум, доносившийся с первого этажа.

От усталости Софи едва могла держать глаза открытыми.

Пройдя уже половину пути, Софи неожиданно услышала шаркающие звуки, что раздавались за её спиной. Обернувшись, она заметила милорда Каллума, шедшего позади неё нетвёрдой походкой. На рукаве его красивого камзола серого цвета виднелись пятна от вина. Решив, что он перебрал, и теперь ищет покои, что были отведены ему, Софи продолжила свой путь.

Один из факелов, расположенных вдоль стены, потух, и в том месте, где коридор был менее всего освещен, милорд Каллум поравнялся с ней. Не успела Софи опомниться, как он, сделав ловкий манёвр, преградил ей путь.

Софи вздрогнула, когда его липкий взгляд принялся развязно блуждать по её телу, и ей казалось, что это его потные ладони ощупывают её. Чувство брезгливости охватило её. Софи попыталась обойти милорда Каллума, но он, рванувшись, прижал её к стене. На его губах появилась наглая ухмылка, не предвещающая ничего хорошего.

В душе Софи зашевелился тошнотворный страх.

— Милорд Каллум, вы напугали меня, — прохрипела Софи, пытаясь скрыть страх и отвращение в голосе.

— Что ты, Софи, не стоит меня бояться. — Он икнул.

Ей в нос ударила отвратительная смесь из запахов лука, вина, и рыбы, и Софи замутило.

— Простите, милорд, я должна идти. Его высочество может позвать меня в любой момент, — солгала Софи, надеясь, что он не разоблачит её обман.

— Не волнуйся, он сейчас слегка, — милорд Каллум неприятно усмехнулся, — занят. Вряд ли ему потребуется твоя помощь до утра.

Он придвинулся ещё ближе к ней.

Его взгляд опустился с её лица на грудь. Липкий, ищущий взгляд. Внезапно он схватил Софи и прижал её к холодной каменной стене. Она оказалась в ловушке. Может он и был пьян, но это ничуть не ослабило его, скорее наоборот. Он прижимался так сильно, и Софи решила, что он сейчас её задушит. Его лицо находилось всего в паре сантиметров от её лица, выдыхая спиртовые пары.

Тошнота усилилась.

— Софи, ещё там, за столом ты взбудоражила мою кровь.

Золотистый локон волос оказался в его пальцах. Поднеся его к своему лицу, он вдохнул сладкий аромат. Утробно зарычав, точно животное, он сжал её тонкую талию.

Волна дикого ужаса накрыла её, сбивая с ног.

— Милорд, прошу вас! — выдохнула Софи.

Ей перестало хватать воздуха.

— О, Софи! Я оказываю тебе великую честь, дорогая! Ведь совсем скоро моя сестрица станет королевой, а у тебя будет надёжный покровитель в моём лице. Если не станешь упрямиться, конечно, — проговорил он, уткнувшись носом ей в шею.

Софи охватила паника. Здесь, в тёмном коридоре, они были совершенно одни. Вряд ли кто-то поднимется сюда в ближайшее время, а до тех пор…

Когда он провёл своим шершавым языком вдоль изгиба её шеи, очередной приступ тошноты подкатил к горлу. Собрав все свои силы, Софи попыталась оттолкнуть его каменное тело от себя. Бесполезно! Он стоял, точно приклеенный, слюнявя её своим зловонным ртом, а его руки, больно щипая, шарили по её телу. На глаза Софи навернулись слёзы, когда она поняла, что ей не совладать с ним.

— Умоляю, не надо! — всхлипнув, проговорила Софи.

— Не упрямься, Софи! — рыкнул он. — Я всё сделаю быстро. Потом сама будешь бегать за мной!

Затем он отстранился от её шеи, и больно схватив Софи за волосы, приник к её губам. Софи жалобно пискнула, упираясь руками ему в грудь.

«Нет! Нет! Нет!» — вопил громкий голос в её голове, но никто не слышал его.

Помощи ждать не откуда…

— Милорд Каллум, не могли бы вы спуститься вниз? Ваш лорд отец ожидает вас, — послышалось справа от них.

Уильям!

Нехотя оторвавшись от её истерзанных губ, Каллум перевёл затуманенный взгляд на Уильяма. Руки принца были сжаты в кулаки, так сильно, что костяшки пальцев побелели.

— Ваше высочество, совсем скоро я присоединюсь к вам, — ответил милорд Каллум.

Губы Уильяма сжались.

— Вас ждут внизу. Незамедлительно.

В голосе принца звенела сталь.

Милорд Каллум отстранился от Софи, явно не желая этого, но ослушаться принца он не мог. Отвесив поклон, он направился вдоль коридора, насвистывая себе под нос развесёлую мелодию.

Софи дрожала. От пережитого ужаса. От мерзких прикосновений.

Когда милорд Каллум скрылся из виду, Уильям приблизился к ней. Он осторожно приподнял её лицо за подбородок, заглядывая в глаза.

— Спасибо, — едва слышно прошептала Софи. — Но как вы…

— Я предполагал, что этим всё закончиться, — отозвался Уильям.

В его карих глазах сейчас смешалось столько всего — и страх, и беспокойство, и волнение.

Не в силах выносить его участливый взгляд, Софи зарыдала. Тонкими ручейками слёзы скользили по её побледневшим щекам, оставляя влажные дорожки.

— Все хорошо, Софи, — тихо шептал Уильям, прижимая её к себе.

Прикосновение его рук успокаивало, и она доверчиво прильнула к его груди.

Сколько они так простояли, она не знала. Казалось, время потеряло счёт. Неожиданно ей почудилось, что в коридоре раздаются тихие шаги, и она отстранилась.

Уильям нехотя ослабил хватку своих рук.

— Простите, ваше высочество.

Софи отошла от Уильяма насколько позволяла холодная стена позади неё.

— Ступай в свою комнату, — сказал он ей, вновь сократив расстояние между ними. Их лица сейчас разделяло всего несколько сантиметров. Карие глаза смотрели ласково. — И, Софи, запри за собой дверь. Прошу.

Её не нужно было долго упрашивать. Кивнув, Софи поспешила к себе в спальню.

Дойдя до поворота, она обернулась, и к своему изумлению обнаружила, что Уильям всё ещё стоит в тускло освещённом коридоре, и провожает её озадаченным взглядом.

Глава IX

Долго спать ей не пришлось — молчаливое утро подкралось незаметно.

В приоткрытое окно заглядывали робкие лучи солнца. Они мягко стелились, золотя узкий подоконник, серые плиты пола, шершавую поверхность мебели. Вольный ветер разгуливал в зелёных кронах деревьев, и они мягко перешептывались между собой.

Покинув постель, Софи отправилась в покои его высочества.

Извилистые коридоры пустовали, на кухне было непривычно тихо, оттуда не доносился весёлый гомон слуг. Усталые кухарки склонились над жаровнями, помешивая бараний гуляш. Их лица раскраснелись, а рот кривился, сдерживая зевоту.

Под сводами просторного чертога Бейли-Эршир остались самые выносливые среди гостей. Кого-то настиг безмятежный сон, прямо на месте, а кто-то ещё наполнял кубок терпким вином, и горланил тост, но уже не так громко. Языки заплетались. Кислый запах вина и пота пропитал собой воздух в зале. Дворовые собаки сновали между столами, высовывали мокрые носы, в надежде стащить лакомый кусочек у зазевавшегося гостя.

Софи оставила позади просторный зал.

Извилистая лестница привела её к длинному коридору. Сейчас коридор был ярко освещён стенными факелами, да и милорд Каллум, должно быть, ещё отсыпался после разгульной ночи. Элспет говорила, что он просидел за столом до самого рассвета, пока его не отвели в отведённые ему покои. И всё же… дурное воспоминание тугим узлом скрутило ей желудок.

Некоторое время Софи стояла, страшась сделать шаг, а затем торопливо пошла вперёд.

Оказавшись возле нужной двери, Софи постучала. Не получив ответа, она постучала снова, но за дверью не раздалось ни звука. Странно. Может, его высочество ещё не просыпался?

«А может, он и вовсе не приходил на ночь к себе» — пронеслось в её голове, но она запретила себе думать об этом.

Это совершенно не её заботы.

Отворив массивную дверь, Софи прошла внутрь. В комнате было подозрительно тихо. Расшторенные окна пропускали внутрь ослепительные лучи солнца, которые наполняли комнату ярким светом. Гигантская кровать была расправлена, измятые простыни выглядывали из-под отогнутого края одеяла. Ночная рубаха Уильяма лежала здесь же.

Софи прошла к массивному дубовому столу, примостившемуся у дальней стены, и опустила поднос на его гладкую поверхность. Стол был практически пустым, только несколько книг, да бумага для письма нарушали его идеальную чистоту.

Софи уже хотела отойти, как вдруг какой-то синеватый отблеск привлёк её внимание. Её голова низко склонилась над столом, а взгляд зацепился за аккуратный кулон, что лежал между книгами.

Пальцы сами собой потянулись вперёд, и коснулись твёрдых граней, согретых тёплыми лучами солнца.

Кулон имел форму треугольника, вершины которого инкрустированы большими синими алмазами невероятной красоты, а дорожки из маленьких белых камней, витиевато переплетающихся между собой, тянулись от вершины к вершине, соединяя их друг с другом. В лучах солнца синие алмазы заискрили и засверкали, и тысячами ярких бликов разлетелись по комнате.

Странное и необъяснимое чувство затрепетало в душе Софи — она видела этот кулон раньше! Вот только где и когда?

Софи нахмурилась, силясь вспомнить. Нет, не выходило!

Но она видела, определённо видела…

Положив кулон в свою ладонь, Софи провела по нему пальцами, ощущая гладкость и прочность драгоценных камней. Цепкий взгляд безостановочно скользил по их граням, будто вбирая в себя яркость цвета и невероятную красоту.

Кулон был женским. Может, это свадебный подарок для будущей королевы? Представив, что кулон станет украшать лебединую шею леди Эйлин, Софи похолодела от ужаса. Её шея заслуживает лишь холодные руки, которые посильнее сожмутся на ней!

Рассердившись, Софи хотела положить кулон на место, но неожиданно он скользнул между пальцев и, отскочив от стола с тихим стуком, приземлился куда-то на пол. Вздох негодования слетел с её губ. Софи бросила настороженный взгляд на входную дверь, но та оставалась закрытой.

Взгляд снова сместился под стол в поисках кулона, но его нигде не было видно! В панике Софи опустилась на колени и, стала шарить по каменному полу руками. Наконец, она заметила кулон, тот отлетел к дальней стене. Пригнув голову, Софи забралась под стол и схватила прыткий кулон руками. Она уже хотела подняться на ноги, но в этот момент возле двери послышались голоса. Кто-то приближался!

Софи замерла на месте.

Щёлкнул замок, и двери отворились. В комнате раздались звуки стремительных шагов.

Выглянув из-за своего укрытия, Софи увидела Уильяма и королеву Эмму. Она облачилась в платье изумительной красоты из голубовато-зелёного шёлка, золотистые волосы были забраны в замысловатую причёску.

Принц сменил вчерашний роскошный костюм из тёмно-синего бархата на камзол попроще, под мягкой тканью которого его спина казалась натянутой, словно тетива лука.

Софи вжалась в угол под столом, затаив дыхание.

— Мальчик мой, ты не можешь всё время избегать этого разговора, — услышала она мягкий голос королевы, как только за их спинами закрылись двери.

Королева прошлась по комнате, накрахмаленные юбки приятно зашуршали.

— Я и не избегаю его, матушка, — устало ответил Уильям. Это разговор явно не доставлял ему удовольствия. — Я уже вам говорил, и могу ещё раз повторить — леди Эйлин не станет моей женой!

— А кто станет?

— Не знаю, — буркнул Уильям. — Право, сын, ты рассуждаешь как несмышлёный мальчишка, хотя тебе уже двадцать два! Неужели ты хочешь остаться без наследника? В таком случае, корона быстро слетит с твоей головы, в то время как именитые лорды будут рвать твоё королевство на части! Ты этого хочешь? — В голосе королевы впервые прозвучали сердитые нотки.

— Разумеется, нет, — сухо произнёс Уильям. Его лицо исказила мучительная гримаса.

Он знал — мать права!

— Тогда ты обязан жениться!

— Но не на этой, — Уильям замялся, — девице!

Его голос был полон отвращения.

— Что не так с леди Эйлин? Она достаточно хороша собой и из знатного рода, — сказала королева.

— А ещё заносчива, глупа и вульгарна! — усмехнувшись, ответил он.

— Мальчик мой! — Королева рассмеялась. — Поберегись таких мыслей! Её ум тебя должен интересовать в последнюю очередь! Главное, что у её лорда-отца есть власть и влияние в Шотландии, что несомненно укрепит твою власть! — Королева помолчала какое-то время. — А некоторая заносчивость не повредит будущей королеве.

— В тебе я этого не замечал.

Королева Эмма всплеснула руками, перстни блеснули на её пальцах.

— Ещё немного, и ты скажешь, что женишься только по любви! — возмутилась она. — Королевский брак, заключённый по любви, вряд ли станет удачным! Её положение в обществе — вот что действительно важно! Конечно, предпочтительнее было бы жениться на дочери герцога Броди, или герцога Мависса. — Королева тяжело вздохнула. — Как жаль, что дочь герцога Аркарта умерла, вот уж кто бы смог составить тебе достойную пару! Его состояние сравнимо разве что с нашим! Но…

Комнату огласил стук каблучков, когда королева Эмма подошла к Уильяму.

— Тем не менее, в твоих интересах выбрать девушку из знатного рода, которая сможет родить тебе здорового наследника. В королевстве их много, а выбрать нужно всего одну! Я большего от тебя не прошу, мой милый!

Послышался шелест бумаги.

— Что это? — удивился Уильям.

— Всего лишь список претенденток, которые могут составить тебе достойную партию. — Она протянула ему сложенный лист пергамента. — Ознакомься с ним, раз уж тебе не мила леди Эйлин. Но может…

Уильям не дал ей закончить, выхватывая лист из её пальцев.

— Леди Эйлин не станет будущей королевой, и это мое последнее слово! — отрезал он.

— Тогда мой список будет кстати. — У него появилось непреодолимое желание изорвать список матери в клочья. — Советую не затягивать с принятием решения. Мы с отцом не вечны!

— Матушка, да вам всего то…

На этот раз королева оборвала его, подняв руку вверх.

— Я помню, сколько мне лет! — Она подошла к двери. — Не забудь про список.

Спустя мгновение дверь за ней захлопнулась.

Уильям стоял, сжимая в руках пергамент. Софи слышала его тяжелое дыхание даже через расстояние, разделяющее их.

Развернув лист, Уильям забегал глазами по километровому списку имён. Леди Мередит, леди Катрина, леди Алисинья…

Казалось, этим списком можно выстелить дорожку, что тянулась бы от главных ворот до дверей его покоев, настолько длинным он был. Уильям горько усмехнулся. Мать постаралась на славу!

Не просмотрев его даже до середины, Уильям скомкал пергамент. Затем он подошёл к камину, и, разведя огонь, бросил список туда. Сухая бумага занялась сразу. Вверх потянулся прогорклый дым.

Он уже не помнил имён тех девушек, что внесла в список мать. Да разве это имело значение? Ни с одной из них он не станет счастлив. Ни одну из них он не любил. Возможно, мать права, и любовь случается только в книгах, но…

Он плотно сомкнул губы, смотря, как вместе с бумагой горят его мечты.

Как только огонь потух, Уильям покинул комнату.

Дождавшись, когда звуки его размеренных шагов смолкнут, Софи вышла из своего укрытия. Она вернула кулон на место и ринулась прочь из комнаты, не в силах вынести запах жжёного пергамента, перемежавшегося с запахом сгустившейся тоски.

Глава X

Утро следующего дня выдалось особенно солнечным и тёплым, в связи с чем знатные леди и лорды хлынули во двор нарядной толпой. Яркие платья из тончайшего шёлка, пёстрые камзолы, полупрозрачные вуали то и дело мелькали под распахнутыми настежь окнами Бейли-Эршира. Замковый люд неспешно прогуливался, туда-сюда сновали неуклюжие повозки, бегали собаки, заливаясь лаем.

Остроконечные крыши башен утопали в янтарных лучах солнца, и отбрасывали вокруг себя ослепляющие блики.

Софи направлялась в сторону розария, радуясь появившейся возможности оказаться вне стен замка.

Насквозь пропитанный винными парами воздух внутри замка изрядно раздражал. Софи казалось, он забился глубоко в каждую щель серого камня, и не выветриться оттуда уже никогда.

Вымощенная камнем дорожка, по которой шла Софи, убегала вдаль, и самый зоркий глаз не мог разглядеть, где она заканчивалась. Лучи солнца играли в золотистых волосах Софи, а ветер нежно теребил их своими прозрачными пальцами.

До розария её величества королевы Эммы оставалось недолго. То, что она движется в верном направлении, можно было понять по сладковатому аромату роз, усиливающемуся с каждым шагом.

Воздух благоухал.

Дорожка делала крутой поворот, а за ним открывался изумительный вид.

Розарий оказался невероятно больших размеров, и имел форму лабиринта. Живая изгородь высотой с человека отделяла розовые кусты один от другого. То были дивной красоты розы! У Софи всё зарябило и замельтешило в глазах от разнообразия красок и оттенков: нежно-розовые, ярко-алые, молочно-белые, насыщенно-пурпурные… Софи казалось, что она смотрит на пестрый ковёр, который выткали лучшие мастерицы и расстелили перед ней.

Она остановилась возле разросшегося во все стороны ярко алого куста. Цветки были большими, с нежными лепестками, изогнутыми по краям. Решив, что они станут прекрасным украшением для покоев его высочества, Софи принялась срезать их, и спустя четверть часа у неё в руках оказался удивительной красоты букет.

К тому времени солнце поднялось ещё выше, его тёплые лучи приятно ласкали кожу.

Возвращаться обратно не было никакого желания. Сейчас бы неспешно пройтись по розарию, любуясь живописным пейзажем, но…

Эти мысли были прерваны голосами, что послышались из-за зелёной изгороди. Софи выглянула.

По широкой тропинке, пролегающей между розовых кустов, неспешно двигались две женщины. Одну из них Софи узнала сразу. То была леди Эйлин, а вот вторую даму Софи видела впервые. Леди Эйлин сложно было не заметить. Она облачилась в платье того же насыщенного алого оттенка, что и розы в руках Софи. Платье было роскошным, и, по мнению Софи, мало подходило для раннего утра. Её спутница, тоже брюнетка, была одета праздно, но немного проще, в синий бархат.

Пройдя вперёд, они остановились возле белого куста роз. Леди Эйлин стала жеманно расправлять складки своего чересчур пышного платья.

— Как ты думаешь, его высочеству понравиться? — спросила леди Эйлин, продолжая прихорашиваться.

— Разумеется, дорогая кузина! — отозвалась её спутница.

«Должно быть, это леди Лорна» — подумала Софи, поглядывая на них со своего укрытия.

— Да, я тоже так думаю, Лорна, — довольно произнесла леди Эйлин, подтверждая догадку Софи. — Уверена, Уильям вскоре пригласит меня на верховую прогулку, а дальше не замедлит последовать и предложение о замужестве.

Леди Эйлин кокетливо заморгала.

— И во время пира он был так обходителен со мной. Только вот…

Леди Эйлин скривила губы, снова превращаясь в жабу.

— Дорогая Эйлин, что тебя расстроило? — Леди Лорна схватила её за руку.

— Одна выскочка, что вздумала тягаться со мной!

— Выскочка? — леди Лорна удивлённо смотрела на леди Эйлин. — Что за выскочка?

— Грязная служанка Уильяма!

— Разве можно сравнивать себя с какой-то там служанкой, Эйлин? — Леди Лорна рассмеялась. Её смех больше походил на визг дикого кабана.

— Я видела, как она вешалась ему на шею прямо в коридоре замка! — возмутилась леди Эйлин.

Леди Лорна громко ахнула, прикрыв рот ладошкой, а Софи замерла. Сомнений не оставалось, речь шла о ней.

— И всё же, Эйлин, она тебе не соперница! — придя в себя, сказала леди Лорна.

— Разумеется! — рассердилась леди Эйлин. — Эта девка лишь согревает его постель, и не более!

Руки Софи сжались, и острый шип проколол нежную кожу. Чтобы не закричать, она закусила губу.

«Вот ведь отвратительная ведьма!» — подумала Софи.

Значит, ей тогда не показалось, что в коридоре кто-то был.

— Нужно сделать так, чтобы она перестала путаться у меня под ногами! — снова сказала леди Эйлин.

— Можно подкинуть ей одно из своих колечек, — предложила леди Лорна.

Леди Эйлин на некоторое время задумалась, а потом со зловещей улыбкой обернулась к своей спутнице.

— Неплохая мысль. И пусть "воровка" посидит в подземелье, а как только я стану королевой, сразу приструню блудницу! — Её слова так и сочились ядом.

Софи не могла поверить своим ушам. Подлость этой красавицы просто не знала границ! Затем Софи вспомнила подслушанный разговор принца с его матерью, и волнение немного улеглось. Лишь в своих мечтах леди Эйлин станет королевой.

Внезапно ход её мыслей прервал громкий крик леди Эйлин.

— Как же больно! Больно! — вопила она, схватившись за руку.

Софи показалось, что её крики всполошили всех в Бейли-Эршир.

— Что там? — кружила вокруг неё леди Лорна, пытаясь взглянуть на руку. — Это же пчела!

— Ай! Отстань! — потребовала леди Эйлин, и леди Лорна послушалась.

Леди Эйлин зашагала по извилистой тропинке. Слишком пышное платье волочилось за ней и, словно якорь, тянуло назад, и Софи готова была поклясться, в тот момент леди Эйлин пожалела, что выбрала его для утренней прогулки.

Наблюдая, как эти двое покидают розарий, Софи едва сдерживала смех. Вместе они смотрелись весьма нелепо — леди Эйлин, которую ужалила пчела, и леди Лорна, что бежала вслед за ней, словно комнатная собачонка.

Только вот теперь Софи следует быть с ними крайне осторожной.

_______________________________________

К концу недели было принято решение отправиться на охоту, но в ночь перед поездкой разразился сильнейший ливень. Ни о какой охоте, естественно, больше речи не шло.

Дождь не прекратился и на следующий день, загнав всех обитателей замка под надёжную защиту его каменных стен.

Охоту было решено перенести на более подходящее время, а вместо охоты король снова устраивал пир.

Ближе к вечеру Софи помогала Уильяму одеваться. Бархатный камзол каштанового цвета сидел, словно влитой, ряд золотистых пуговиц тянулся вдоль груди.

— Ваше высочество, перестаньте вертеться! — упрекнула его Софи. — Я почти закончила.

— А это значит, что вскоре мне придётся спуститься вниз, — он тяжело вздохнул. — Сыпать учтивыми комплиментами направо и налево, расточать любезные улыбки, приглашать дам на танцы! Бррр!

Уильяма брезгливо повёл плечами, а Софи тихо засмеялась.

— Хоть кого-то это забавляет, — буркнул он, наблюдая, как ловко двигаются её пальцы.

Софи повернулась к нему лицом, и принялась застёгивать пуговицы.

— Неужели вы совсем не любите развлечения, ваше высочество? — удивилась Софи.

— Развлечения? — Уильям усмехнулся. — Знаешь, сидеть рядом с леди Эйлин и выслушивать её болтовню, так себе развлечение!

Софи бросила на него осторожный взгляд. Что ж, она не могла не согласиться с ним. Лично у неё речи леди Эйлин не вызывали ничего кроме скуки и раздражения.

— Она ведь довольно красива и знатна, разве этого не достаточно? — спросила Софи.

— Для меня нет, не достаточно! — Он внимательно посмотрел на Софи. — Неужели же я создаю впечатление человека, которому польстит общество этой трещотки?

Пальцы Софи достигли ворота его камзола.

— Нет, но…

Он не дал ей договорить.

— Да мне претит сама мысль, что такая женщина как леди Эйлин станет моей женой! — В его голосе было столько негодования, что Софи невольно подняла на него взгляд.

— Тогда, ваше высочество, вы могли бы присмотреться к её кузине, леди Лорне, — сказала Софи.

Он перевёл на Софи недоумевающий взгляд, но как только заметил искорки веселья в её глазах, тут же улыбнулся.

— Хорошо, что тебя не слышит моя мать! Ей бы эта идея пришлась по душе!

Софи рассмеялась, а Уильям не мог отвести от неё взгляда. Золотистая прядка волос упала ей на лицо, а синие глаза весело сверкали. В мире не было и не будет никого красивее её…

Перестав смеяться, Софи поймала на себе его пристальный взгляд. В нём не было ни капли веселья, лишь проникновенная нежность. Только сейчас она осознала, что они стоят непозволительно близко друг к другу. Сердце затрепетало в груди.

Подняв руку, он заправил прядь волос, выбившуюся из её прически, ей за ухо. Её щеки мгновенно сделались розовыми, а дыхание сбилось.

Софи отвела взгляд.

— Жаль, что будущий король должен руководствоваться холодным рассудком, а не зовом собственного сердца.

К концу фразы его голос сделался совсем тихим.

— Жаль… — Слова, обличающие её чувства, сорвались с губ прежде, чем она успела их обдумать.

Он едва различил её шёпот за бешеным стуком собственного сердца.

Застегнув верхнюю пуговицу, Софи хотела отойти, но неожиданно Уильям притянул её ближе к себе за талию.

Он мягко приподнял её лицо за подбородок, вынуждая посмотреть на него. Забыв об осторожности, она затерялась в мягком свете его карих глаз. Пальцы бережно касались её лица, оставляя на коже пылающие следы. Рваный вздох слетел с её губ.

«Я пропала!» — было её последней мыслью, прежде чем Уильям поцеловал её.

Его губы на вкус оказались как то сочное яблоко, которым он однажды угостил её, и Софи прикрыла глаза от удовольствия. Он целовал нежно, лаская её рот своим языком. Ноги Софи задрожали, и если бы он не держал её так крепко, то она непременно бы рухнула на пол. Он запустил руку ей в волосы, и они рассыпались по плечам Софи мягким покрывалом.

Поцелуй становился глубже, их тела теснее прижимались друг к другу. Внизу живота разлился томительный и тягучий жар.

Софи задрожала.

Внезапно в её затуманенное страстью сознание стали проникать звуки, доносившиеся откуда-то снизу. Слышались громкие голоса и песни, а ещё Софи уловила шум дождя, что поливал за стенами Бейли-Эршир. Она будто почувствовала, как его холодные капли проникают в комнату и оседают на её разгорячённое лицо.

Они всё ещё были здесь, в замке. Он принц, а она его служанка. И внизу его уже ожидали.

Эта мысль придала ей силы, когда она мягко, но уверенно отстранилась от Уильяма.

— Софи? — прохрипел он.

Собрав всю волю в кулак, она заставила себя взглянуть ему в глаза.

— Вас ждут внизу, ваше высочество, — глухо отозвалась Софи. — Не следует опаздывать.

Он уже открыл рот, желая возразить, но Софи не позволила ему этого сделать.

— Я вас однажды просила не забывать о моём положении в замке, и прошу об этом снова.

Его плечи поникли.

— Скажи, Софи, как я могу забыть, если ты постоянно напоминаешь об этом? — Мучительная гримаса исказила его лицо, и он поспешил прочь из комнаты.

Он бездумно брёл по пустынным коридорам Бейли-Эршира. Вокруг было тихо и тоскливо. Он не хотел идти вниз, не хотел видеть лицо матери, которая задалась целью пренепременно женить его, не хотел видеть раскрасневшееся и лоснящееся лицо лорда Синклера, который вечно жевал, не хотел видеть лицо леди Эйлин с её плотоядной улыбкой. Он уже было решил спуститься на псарню, но громкий стук дождя по крыше напомнил ему, что за стенами льёт как из ведра.

Горькая усмешка сорвалась с его губ. Казалось, даже погода сегодня была настроена против него.

Ссутулив плечи под мягким бархатом, он побрёл вдоль коридора.

Миновав витую лестницу, он оказался на первом этаже. Просторный чертог Бейли-Эршира встретил его громкой музыкой и смехом. Оказавшись на помосте, он нацепил на лицо маску притворной учтивости и опустился за стол рядом с леди Эйлин. Её пухлые губы тут же растянулись в соблазнительной улыбке.

Уильям едва сдержался, чтобы не броситься оттуда прочь. Видимо, пора заканчивать этот затянувшийся спектакль.

Глава XI

К вечеру второго дня дождь, наконец, прекратился, а по замку среди слуг поползли сплетни, будто леди Эйлин пришлась не по душе его высочеству, и он заявил ей об этом прямо.

Это был полный конфуз!

Скандал!

Прощай репутация!

Лорд Синклер ходил мрачнее тучи. Замковая знать притворно охала и ахала, мусоля эту тему на каждом углу, но в тайне все они злорадствовали и в предвкушении потирали руки, надеясь, что принц в будущем обратит внимание на их чадо.

Ведь леди Эйлин выдворили из длинной очереди на престол.

К слову, сама леди Эйлин давала повод верить этим слухам — уже сутки никто не видел её вне стен отведённых ей покоев. Леди Лорна (следует отдать ей должное) старалась, как могла, уверяя каждого, что леди Эйлин просто нездоровится, но этим отговоркам никто не верил. Ещё бы! Для всех было очевидно — леди Эйлин не желает становиться объектом всеобщих насмешек.

А их было не мало!

Зайдя как-то после обеда в кухню, Софи застала там Элспет, Кирсти и Нессу. Сгрудившись у стола, они о чём-то взволнованно переговаривались.

— Я сама слышала! — воскликнула Элспет, сверкая глазами. — Леди Эйлин кричала отцу, что такого позора она ещё ни разу не испытывала. А потом она зарыдала навзрыд. Лорд Синклер, конечно, попытался её успокоить, но она оказалась безутешна.

— Это должно быть ужасно! — сказала Несса, оттопырив нижнюю губу, будто собиралась расплакаться.

— Леонора сказала, будто лорд Синклер приказал своим слугам спешно собираться в дорогу, — прошептала Элспет.

— Кто же теперь станет женой его высочества? — задумалась Несса.

— Поговаривают, что королева Эмма составила список претенденток, — хихикнув, ответила Элспет. — Длинный список!

«Который сгинул в пламени!» — устало подумала Софи, но оставила эту мысль при себе.

Следующим утром Элспет сообщила Софи, что лорд Синклер отбыл из Бейли-Эршир на рассвете, а принц Уильям остановил свой выбор на дочери герцога Броди, белокурой красавице леди Катрине.

Девушка была весьма хороша собой, скромна, благовоспитанна, и… необычайна грустна.

Герцогиня Броди списывала всё на волнение перед свадьбой, но вскоре Софи открылись истинные причины этой грусти.

Был поздний вечер, когда Софи возвращалась из покоев его высочества. Коридоры замка окутала сумрачная тишина.

Изгибаясь, каменная лестница вывела её в узкий коридор.

Последнее время после визитов к Уильяму, Софи делалась задумчивой и невнимательной, и этот раз не стал исключением. Пребывая в раздумьях, она не заметила, что пропустила нужный ей поворот. Обратная дорога заняла бы много времени, поэтому Софи решила воспользоваться другой лестницей, той, что располагалась в противоположной стороне коридора.

Дойдя до прачечной, Софи повернула за угол и оказалась неподалёку от лестницы. Пройдя каких-то пару метров, она услышала приглушённые голоса, что доносились из небольшой ниши в стене. Пройти незамеченной мило говоривших у неё не было возможности, поэтому Софи решила вернуться обратно. Она уже собиралась повернуть, но тихий взволнованный шёпот заставил её передумать.

Софи замерла.

— Даже не вздумай никому об этом сказать! Ты поняла меня? — послышался мужской голос, и Софи сразу же узнала его. Как-то раз она уже слышала его, прячась в нише.

«Герцог Броди!» — подумала Софи.

— Но я не люблю его, отец! — всхлипнув, раздался тоненький женский голосок.

«Леди Катрина!» — угадала Софи.

Герцог зловеще усмехнулся

— Любовь? Да кого интересует твоя любовь! — зло зашипел он.

— Меня! Я люблю другого, отец! — взмолилась леди Катрина.

Она продолжила жалобно всхлипывать.

— Может, он тоже принц? — В голосе герцога слышалась издёвка. Немного помолчав, он продолжил: — Я едва не выпустил удачу из рук, когда в замок невзначай нагрянул лорд Синклер! Будь он неладен! К счастью, его вульгарная дочь сама всё испортила! Ха! — Имя лорда он практически выплюнул. — Ты будешь делать то, что я скажу тебе! Ты выйдешь за него замуж!

Всхлипывая, леди Катрина попыталась что-то возразить, но Софи не смогла разобрать ни слова из-за рыданий. Внезапно коридор огласил звук звонкой пощёчины, и Софи вздрогнула. Тихо вскрикнув, леди Катрина прекратила рыдать.

Руки Софи похолодели.

— Даже мыслей не допускай таких! Ты выйдешь замуж, и точка! А если нет, я упрячу тебя за стенами аббатства! Выбирать тебе, Катрина!

В голосе герцога звучала неприкрытая угроза, заставившая Софи ужаснуться.

— Да, отец, — безжизненно прошептала Катрина. — Я выйду за него замуж.

— Вот и умница. А теперь ступай! — отозвался герцог.

В коридоре послышался звук нарастающих шагов, и Софи поняла, что идут в её сторону. Чтобы не быть пойманной, она вышла навстречу, словно только что свернула в этот коридор. К ней стремительно приближалась леди Катрины, ссутулив плечи. Когда они поравнялись, Софи смогла разглядеть бледное лицо леди Катрины, на котором алел красный след от пощечины, что минуту назад ей влепил отец.

На следующий день Софи проснулась за час до рассвета, когда тускло-серое небо ещё застилало горизонт.

Мирно спящий Бейли-Эршир проснулся вместе с ней — король собирался поохотиться. Проёмы окон, словно впалые глазницы, чернели на стенах замка, пока яркий огонь зажженных факелов и свечей не осветил их. В кухне на чугунных сковородках шипел бекон, разбрызгивая капли жира в разные стороны.

Осёдланные лошади уже стояли во дворе замка, и нетерпеливо били копытом.

Полусонная Софи, превозмогая зевоту, спешила в покои его высочества, чтобы помочь ему одеться. Но, как выяснилось, она опоздала — Уильям уже успел облачиться в тёмно-коричневый дорожный костюм, и теперь застёгивал пряжку плаща.

— Ваше высочество, позвольте мне.

Она подошла к нему, и взялась тонкими пальцами за замочек.

— Брось, Софи, уж одеться-то я как-нибудь в состоянии! — возразил он.

Широкая улыбка растянула его губы, глаза горели в предвкушении.

— Я ничуть в этом не сомневаюсь, — сказала Софи, поглядывая на него.

Уильям нетерпеливо вертел головой.

— Наконец-то, можно выбраться за стены замка и вдохнуть вольный ветер густых лесов полной грудью, — произнёс принц. — Клянусь, если бы дождь снова вмешался в наши планы, я бы отправился на охоту один!

Софи рассмеялась, подавая ему перчатки.

— Это было бы весьма безрассудно с вашей стороны!

Уильям на мгновение задумался, устремив взгляд в пустоту.

— Знаешь, Софи, а тебя ведь тоже нашли в королевском лесу. — Он перевёл взгляд своих карих глаз на неё. — Интересно, какие безрассудства толкнули маленькую девочку отправиться в одиночестве в лес?

— Боюсь, мы никогда не узнаем об этом, ваше высочество.

Софи грустно улыбнулась, и это не укрылось от Уильяма. Как бы он хотел развеять все печали, что таились в её душе!

Между тем, Софи, будто стряхнув с себя остатки грусти, окинула его наряд оценивающим взглядом, удовлетворённо кивнула и направилась в сторону выхода.

— Софи, постой, — окликнул он её почти возле самых дверей.

После этого Уильям молча подошел к своему столу, и, открыв выдвижной ящик, достал что-то. Он приблизился к Софи и неожиданно взял её за руку. Ладонь, затянутая плотной кожей перчатки, мягко коснулась её пальцев, а затем слегка сжала их.

— Мне следовало давно это сделать, но я всё не решался, — сказал он, и неожиданно Софи почувствовала какую-то тяжесть в своей ладони. — Это принадлежит тебе, Софи.

Он разомкнул их руки и сделал шаг назад, а Софи перевела непонимающий взгляд на свою раскрытую ладонь, в которой лежал кулон, что ещё совсем недавно она нашла на его столе. От удивления её брови взлетели вверх. Ярко-синие камни переливисто мерцали, будто подмигивая ей. Она переводила взгляд с кулона на лицо принца, и обратно.

Почему он сказал, что кулон принадлежит ей?

— Ваше высочество, зачем мне это? — удивилась она.

— Кулон лежал рядом с тобой в королевском лесу, — сказал Уильям, накрыв её ладонь своей рукой. — Смею предположить, что он твой, Софи

Её рот округлился.

— Но все решат, что я его украла!

— Я не позволю! — отрезал он. — Бери, он твой!

Внизу под окнами замка послышался звук горна.

— Мне пора, — произнёс Уильям.

Он окинул Софи долгим взглядом, словно старался вобрать в себя её образ, и поспешил во двор.

Сжимая кулон в руке, Софи медленно приблизилась к окну.

Сумбурные мысли одолевали её. Откуда у неё мог взяться такой дорогой кулон? Кто мог его ей подарить? А может, будучи маленьким ребёнком, она его просто у кого-то украла? А вдруг сейчас обнаружиться человек, который является настоящим хозяином этого чудесного кулона? Что тогда будет с ней? А что, если…

Её мысли оборвались. Она увидела, как во двор уверенной походкой вышел Уильям. Софи не могла оторвать пристального взгляда от его статной фигуры, облачённой в дорожный костюм. Он приблизился к большому конному отряду, и ловко вскочил в седло своей пегой лошади. Снова заслышался звук горна, и всадники пришпорили своих лошадей.

Ворота распахнулись настежь. Вольный ветер развивал над их головами знамёна насыщенного пурпурного цвета.

Софи провожала их взглядом, прислонившись к окну. Уже возле самых ворот Уильям обернулся, и ей показалось, что он посмотрел прямо на неё.

Глава XII

К концу лета всю Шотландию взбудоражила ошеломляющая новость — принц Уильям жениться! Эта новость быстро облетела всё королевство, и достигли даже самых отдаленных его уголков, и в Бейли-Эршир, подобно водам шумной реки, стали стекаться все именитые лорды и леди.

Свадьба была назначена на пятнадцатое число месяца. Софи казалось, будто дни понеслись сплошной чередой, и с каждым последующим днём, что неминуемо приближал их к этой дате, в замке становилось оживлённее. Столько народу в Бейли-Эршир Софи ещё не видела. Казалось, вся Шотландия собралась под его надёжными стенами.

Возможно, так оно и было!

Зал украсили, повсюду, куда их только можно было поместить, стояли подсвечники, со стропил свисали канделябры, везде горели факелы.

Вечерами под сводами огромного чертога устраивались шумные застолья. Порой они затягивались до самого утра. Столы ломились от всевозможных яств и сладкого вина, музыка звучала не смолкая.

Казалось, сам воздух в замке был пропитан атмосферой праздника.

Уильям и Катрина сидели теперь рядом. На любые расспросы они послушно кивали головами, и вежливо улыбались, и лишь Софи знала, что на самом деле скрывается за улыбками этих двоих. Герцог и герцогиня Броди перебрались поближе к королю, прямо на помост. Их лица светились неподдельной радостью. Да и кто бы мог их осудить за это?

В Бейли-Эршир теперь только и было что разговоров о предстоящем торжестве. На каждом углу мусолилась эта тема и гостями замка, и слугами. Последние, к слову сказать, делали это довольно часто, стоило им заметить лёгкий намёк на нервозность леди Катрины.

— Что-то леди Катрина сегодня совсем бледная, — сказала однажды за столом Несса. — Может, ей нездоровится? Я слышала, у многих невест случается лёгкое недомогание перед свадьбой.

— А по-моему, тут дело совершенно в другом, — наклонившись вперёд, тихо проговорила Элспет. Несса и Кирсти подались к ней через стол. На их лицах проступил живой интерес. — Я тут слышала от Леоноры, будто леди Катрина влюблена в другого!

Их ошарашенные возгласы привлекли внимание кухарок, что стояли у жаровен.

Несса прикрыла рот рукой, и на её лице остались видны только широко распахнутые глаза.

Софи молчала. О, она могла бы с лёгкостью подтвердить слова Элспет, но это совершенно точно погубит репутацию леди Катрины, и заденет гордость Уильяма.

— Тише вы! — шикнула на них Элспет, заметив пристальный взгляд кухарок. — Она не равнодушна к милорду Григеру. Он, между прочим, даже просил её руки, — шептала Элспет. — Но герцог Броди отказал ему. Поговаривают, будто герцог чуть с ума не сошёл, когда в замок нагрянул лорд Синклер с дочерью, и именно он приложил руку к тому, чтобы выдворить их поскорее из замка! Герцог давно планировал брак леди Катрины с принцем Уильямом.

— Да, кто бы захотел выходить замуж за лорда, когда рядом есть принц! Хотя он весьма хорош собой, этот милорд Григер! Я могу понять леди Катрину! — сказала Несса.

— Так желание леди Катрины совершенно не интересуют её отца. У него свои интересы касаемо этого брака, — проговорила Элспет. — Всё-таки чуднό это!

— А ты что молчишь, Софи? Ведь ты единственная из нас, кто служит принцу. Может, он с тобой откровенничал? — приподняв брови вверх, спросила Несса.

На Софи уставилось сразу три пары глаз.

Они ожидали, что Софи сейчас расскажет какую-нибудь пикантную подробность, подслушанную ею в покоях принца, но…

Она лишь развела руками, и живой интерес на их лицах мгновенно сменился явным разочарованием.

Был ранний вечер. Солнце ещё не успело закатиться за горизонт, и отбрасывало на землю последние розоватые лучи. Их мягкий свет золотил крыши домов, отчего те казались изумрудными.

В просторном зале было тихо. Гости разбредись по комнатам, и не спешили спускаться вниз, наслаждаясь летней прохладой и блаженной тишиной после шумной ночи.

Миновав пустынный коридор, Софи не спеша шла к покоям его высочества. Ещё с утра королева Эмма распорядилась, чтобы её сыну доставили новый наряд для вечера — бледно-серый бархатный камзол с ворохом белых манжет и воротников, чёрные бриджи и новые замшевые башмаки. Софи едва сдержала смех, впервые увидев этот весьма нелепый и, в некотором роде, женственный, костюм, и лишь надеялась, что Уильям согласиться надеть его.

Оказавшись у двери, она уже потянулась к ручке, но неожиданно двери распахнулись сами собой, и на пороге показался Уильям. Его лицо удивлённо вытянулось, впрочем, как и лицо Софи, ведь на нём снова был чёрный наряд придворного.

— Ваше высочество, вы взялись за старое? — упрекнула его Софи, осмотрев с ног до головы.

Он перевёл взгляд своих карих глаз на наряд в её руках, и брезгливо поморщился.

— Боги небесные, Софи, что это?

— Ваш костюм на вечер, — ответила Софи, наблюдая, как при этом его лицо исказила гримаса неподдельного ужаса.

— Скорее убери это бархатное недоразумение!

Он выхватил "бархатное недоразумение" из её рук, и зашвырнул в комнату. Даже не взглянув, куда упал наряд, он взял ошарашенную Софи за руку, и повёл её за собой.

— Ваше высочество, но…

— Не сейчас, Софи!

Спустя несколько поворотов по коридору и пару лестниц, они оказались на первом этаже, и подошли к дверям чёрного входа.

Двери бесшумно отворились, и они вышли во двор. Уильям принялся жадно хватать воздух улицы ртом, словно в замке он задыхался.

Не отпуская руки Софи, он направился вдоль каменной дорожки, что протянулась вокруг внешней стены замка. Рядом никого не было, только солнце, что клонилось низко к горизонту, да ветер, запустивший свои прозрачные пальцы в их волосы.

Они шли долго, не нарушая тишины вечера.

— Ваше высочество, куда мы всё таки идём? — наконец, спросила Софи.

— Я хочу тебе кое-что показать, — загадочно ответил он, и бросил на Софи лукавый взгляд.

Она сощурилась, чем вызвала его широкую улыбку.

Они обошли замок сбоку и оказались возле какого-то каменного строения, двери которого сейчас были закрыты. Неожиданно из-за дверей донёсся заливистый собачий лай, и Софи сразу поняла, куда они забрели.

— Мы на псарне? — удивилась она, а Уильям лишь кивнул. — Неужели мне теперь придётся заботиться о ваших собаках?

— Для этого у меня есть псарь, милая Софи! — он довольно усмехнулся.

— Вы, принцы, народ капризный! — сказала Софи.

Отворив двери, Уильям прошёл внутрь, Софи за ним.

В нос ударила смесь запахов из мокрой собачьей шерсти и свежей соломы, и Софи захотелось зажать нос рукой.

Яркие факелы освещали пространство псарни, где в клетках содержались собаки. Стоило им учуять человека, как они тут же зашлись громким лаем и застучали хвостами о полы клеток.

Уильям прошёл немного вперёд и оказался у небольшого вольера. Отворив двери, он прошёл внутрь, Софи вслед за ним. Внутри оказались… щенки. Целых семь. И они были совсем крохотные.

— Одна из моих лучших сук недавно ощенилась, а на прошлой неделе псарь сообщил, что щенки подросли, и на них можно взглянуть, — сказал Уильям.

Софи не смогла сдержать восторженный возглас. Щенки оказались весьма занятными: гончие с золотистой, мягкой на ощупь шерстью, с изогнутыми телами и тёмными умными глазами.

— Какие они хорошенькие! — воскликнула Софи, опускаясь на колени. Щенки сразу подбежали к ней, виляя хвостами и ластясь. Софи подняла на Уильяма строгий взгляд. — Надеюсь, вы их разводите не для того, чтобы они потом становились изнеженными комнатными собачонками какой-нибудь знатной леди?

Уильям рассмеялся.

— Что ты, Софи! Это гончие собаки, их разводят для охоты и бегов.

Софи захотела погладить щенка, что подошёл к ней и ткнулся влажным носом в её ладонь. Софи рассмеялась.

— Вы часто сюда приходите? — спросила она, подняв глаза на Уильяма.

— Когда хочу побыть в одиночестве. В замке сейчас полно посторонних, но вряд ли кто-нибудь из этих неженок сунется сюда. А на псарне почти всегда тихо. Граем, псарь, не лезет с расспросами о делах королевства, — ответил Уильям, и Софи показалось, что в его голосе прозвучало раздражение. — Здесь никого нет, не считая собак, разумеется, но они не льстят, и не заискивают. Смотри, они ведь не знают, кто ты, и всё же ласковы и приветливы с тобой.

Софи улыбнулась. И впрямь.

— Теперь я знаю, где вас следует искать!

— Я не стану скрываться! — вздохнув, он опустился рядом с ней, и щенки сразу обступили его. — Если искать придёшь ты, а не герцог Броди.

Имя герцога он произнёс с таким выражением на лице, будто съел кислый лимон целиком.

— И что же успел натворить герцог Броди? — спросила Софи, гладя маленького щенка.

— Он решил, — Уильям громко фыркнул, и щенки отскочили от него, и прижались к Софи. — Раз его дочь станет будущей королевой, то он вправе распоряжаться землями, что находятся к югу от Бейли-Эршир!

«Знал бы ты, мой милый принц!» — подумала Софи, вспоминая слова герцога Броди.

А он времени даром не терял. Не успели ещё отзвучать свадебные клятвы, а герцог уже принялся вмешиваться в дела королевства! Софи ужаснулась. Она боялась представить, что же будет дальше? До куда жажда власти доведёт этого человека?

— Смотри, кажется, ты приглянулась этому крохе, — он поднял пухлого щенка на руки. — Что ж, малыш, я могу тебя понять.

Уильям грустно улыбнулся, в то время как щёки Софи покрыл румянец. Близость Уильяма волновала её, и она поднялась с колен.

В маленькое окошко, что под потолком, заглядывало сероватое небо.

— Ваше высочество, думаю, всё же пора возвращаться. Ваша матушка будет сердиться, если не обнаружит вас в зале, — сказала Софи. — И ваша… невеста тоже.

Он плотно сжал челюсти.

— Да-да, я знаю! — Уильям опустил на пол щенка. — Не будем их расстраивать!

Они вышли из вольера, и Уильям запер дверь. Щенки заскулили, оставшись одни.

Тем же путём они вернулись в замок.

Нехотя сменив наряд (к слову, в "бархатном недоразумении" принц смотрелся весьма мило), Уильям спустился в зал, где его уже заждались, а Софи отправилась в кухню.

Сегодня там, как никогда, было тихо и спокойно.

За столом, склонившись друг к другу, сидели Кирсти и Элспет. Они тихо переговаривались между собой.

— А почему Несса не с вами? — спросила Софи, опускаясь рядом с ними за стол.

— Гленна отправила её в комнату герцога Аркарта, — таинственным шёпотом поведала Элспет. Софи нисколько не поменялась в лице. Тогда Элспет выпучила глаза и удивленно выпалила: — Ты что, не знаешь историю герцога Аркарта?

— Нет, а должна? — в свою очередь удивилась Софи.

Безусловно, она уже слышала это имя раньше, однажды его упоминала королева Эмма, но Софи совершенно не придала этому значения. В тот момент, ей казалось это не столь важным.

Она перевела взгляд на Кирсти, приподнявшую голову от стола, и теперь они смотрела на Софи вдвоём. Странно смотрели.

— Герцог Аркарт живёт затворником вот уже несколько лет. Он не выезжал из своего родового замка Мерхорн, что находится в Эдинбурге, с того времени, как с его дочерью произошла страшная трагедия, — принялась рассказывать Кирсти. Софи вся обратилась вслух. — Лет десять назад, под покровом ночи, его дочь пропала прямо из своей постели. Будто испарилась! Няньки отлучились всего на минуту, как они сами говорили, а дитя и след простыл! Герцог бросил все силы на её поиски. Искали долго, перерыли всю округу и даже близлежащие деревеньки, но так и не смогли найти. А неделю спустя, неподалёку от королевского леса старый кузнец обнаружил маленькие косточки, обглоданные дикими животными. Рядом нашли и шёлковый платок. Леди Аркарт сразу признала его, ведь он лично был вышит ею для дочери. — Руки Софи похолодели. — Для всех так и осталось загадкой — кто похитил ребёнка и зачем.

Кирсти заёрзала на стуле, а Софи, напротив, не смела пошевелиться.

— Леди Аркарт была безутешна! Она сразу слегла, а через пару недель умерла, не выдержав такого потрясения, — продолжила меж тем Кирсти. — Герцог будто состарился в один миг, горе подкосило его. Он стал слаб здоровьем, и перестал покидать родовой замок.

— Вероятно, он бы и сейчас не приехал, да вот только его величество приказал прибыть всем подданным, — вставила Элспет.

Кирсти кивнула, а Софи всё никак не могла прийти в себя. Какое-то щемящее чувство охватило её.

— Говорят, герцог один из самых влиятельных и богатых людей в Шотландии, и король не хочет терять его дружбу и поддержку. Его состояние сравнимо с состоянием самого короля! — сказала Элспет, но Софи это и так знала. Королева упоминала. — Его дочь вполне могла стать женой принца Уильяма, если бы не то несчастье.

Их разговор прервало появление Нессы. Со странным блеском в глазах, она ворвалась в помещение кухни. Створы за её спиной заколыхались.

— Что случилась, Несса? — спросила Элспет. — Неужели тебя так сильно напугал герцог Аркарт?

Элспет хихикнула, а Несса молчала, впившись безумным взглядом в лицо Софи. Её трясло, рот беззвучно открывался и закрывался.

— Несса, ты что, увидела привидение в Бейли-Эршир? — спросила на этот раз Кирсти.

— Кажется… — сумела выдавить из себя Несса. — Привидение… С глазами Софи…

Глава XIII

За окнами едва занялось раннее утро, когда Софи направлялась в кухню.

В коридорах замка было тихо и прохладно. Знатные леди и лорды ещё спали, нежась на своих воздушных перинах. Софи сомневалась, что кто-то из них покинет отведённые им покои раньше полудня — вчера снова пировали до самого рассвета. Громкие разговоры и смех доносились даже сквозь толстые стены, и врывались в её сознание. Она несколько раз за ночь просыпалась, затем снова погружалась в беспокойный сон, а когда серое небо окрасила красноватая заря, и вовсе поднялась. Ей было не уснуть.

Софи зябко повела плечами.

Ещё и Несса со своими загадочными и сумбурными объяснениями. Что она хотела сказать? Что имела в виду? Софи так и не сумела понять, что же её напугало в покоях герцога Аркарта. Может, герцог был груб с Нессой?

Софи нахмурилась, и в висках снова застучало. Голова гудела и казалась тяжёлой.

Впереди показались двери кухни. Софи поспешила отворить их и прошла внутрь. После прохладного коридора, кухня встретила её неимоверной духотой, но Софи даже порадовалась этому. Лёгкий озноб оставил её тело.

Рядом с жаровней Гленна наставляла кухарок.

— За столом должно смениться не менее пятнадцати блюд! — Она строго зыркнула на одну из них. — Слышишь, Пегги? Не менее пятнадцати! Жареные рябчики, запечённые куропатки, фаршированные грибы под сливочным соусом… — перечисляла монотонно Гленна.

Когда она закончила с кухарками, её взор тут же переместился на Софи.

Ей бы ретироваться с кухни, но было слишком поздно — Гленна заметила её и теперь направлялась прямиком к ней, по дороге выискивая что-то в кармане своего накрахмаленного платья.

— Софи, ступай наверх. Вот, — Гленна наконец извлекла из кармана плотный лист пергамента, скреплённого ярко-красной печатью, и протянула его Софи. — Письмо доставили сегодня на рассвете из Мерхорна, что в Эдинбурге. Оно для герцога Аркарта. Я хотела сама отнести, но мне сейчас совершенно не до того!

Софи взяла письмо в руки. Плотная лощёная бумага ласкала пальцы.

— Покои, что отвели герцогу, на третьем этаже восточного крыла. Да, и не утомляй герцога, он этого страшно не любит! — сказала напоследок Гленна, прежде чем снова отвернуться к кухаркам.

По каменной лестнице Софи поднялась на третий этаж. Длинный-предлинный коридор пустовал.

Софи направилась вдоль него, стуча каблуками по камню.

Двери комнаты герцога уже виднелись впереди. Ещё мгновение, и рука Софи сомкнётся на кованой ручке…

Неожиданно из-за дверей комнаты послышались звуки торопливых шагов, а со следующим ударом её сердца двери и вовсе отварились, и оттуда вышел высокий хмурый мужчина с копной густых рыжеватых волос.

Софи хотела отстраниться, давая мужчине возможность пройти, но застыла на месте, точно вкопанная. Мужчина тоже замер, впившись в её лицо холодным взглядом ярко-синих глаз…

Как же так?

Софи раскрыла и снова закрыла рот, продолжая ошарашено смотреть на него. Так вот о чём говорила Несса!

Она будто в зеркало смотрелась!

Всего на секунду Софи почудилось, будто в глубине синих глаз мужчины вспыхнуло недоверие, которое моментально сменилась плохо скрываемой злостью, заставившей её вздрогнуть и отшатнуться.

Страх сковал Софи, и пальцы сами собой сильнее сжали конверт.

Отчего он так смотрит на неё?

Время шло, а Софи всё никак не могла себя заставить отвести от него взгляд. Как же так?…

Спохватившись, она склонила голову и произнесла:

— Простите, милорд!

Её лицо горело, голос дрожал от волнения.

Тем временем мужчина будто пришёл в себя.

— Ты что-то хотела? — произнёс он. По всему коридору разнёсся его густой бас.

— У меня… — Софи запнулась, заметив, как его губы неодобрительно поджались, а голова дёрнулась в сторону двери. — У меня для вас письмо, герцог Аркарт, — смогла закончить фразу Софи, не поднимая на него взгляда.

Он усмехнулся.

— Для меня? — переспросил он.

— Да, ваша светлость, — ответила Софи.

— Так давай его сюда, да поживее! — пробасил герцог Аркарт, снова обернувшись на дверь.

Софи протянула конверт.

— Безрукая! Ты же его измяла! — цокнул герцог, а щёки Софи грозились растечься по полу. — Ты что, первый день в замке?

Мужчина взглянул на адресата, и тут же сунул конверт в карман своего камзола.

— Нет, милорд, — потупив взор, ответила Софи.

— Как твоё имя? — услышала она вопрос, который заставил её растеряться. Когда молчание Софи затянулось, он раздражёно обронил: — Ты не только безрукая, но ещё и глухая к тому же!

— Софи, милорд. Моё имя Софи, — тихо проговорила она.

Подняв на него взгляд, она успела заметить, как в его глазах вспыхнул странный блеск. Было что-то жутковатое в его взгляде, что заставило Софи похолодеть от ужаса. Её переполняло дикое желание броситься бежать оттуда, но она вынуждена была оставаться на месте.

За дверьми комнаты вновь послышались звуки шагов, и герцог нервно оглянулся.

— Ты всё ещё здесь? — он схватил Софи за руку чуть повыше локтя, и поволок в сторону от двери. Его пальцы сжимали сильно, оставляя на нежной коже отметины. — Надеюсь, в следующий раз королевский управляющий пришлёт кого-нибудь посмекалистее и порасторопнее! Пошла прочь!

Он отпустил руку Софи, и она стремглав понеслась по коридору. Страх гнал её вперёд, и она смогла остановиться только у дверей кухни.

Теперь она с лёгкостью могла понять Нессу! Герцог Аркарт оказался обыкновенным грубияном!

Весь день до самого вечера Софи всё чудился голос герцога. Ей казалось, стоит только завернуть за угол, и она наткнётся на его взгляд, полный жгучей ненависти и неприкрытой злобы. Неужели всему виной мятый пергамент? Софи сложно было в это поверить.

А его глаза… Стоило Софи задуматься хоть на мгновение, как эти синие-синие омуты всплывали в её сознании.

Она коснулась рукой своего лица, случайно поймав его отражение на серебристой поверхности подноса. Просто поразительное сходство! И всё же, что его так разозлило?

В кухне раздался громогласный окрик Гленны.

Встряхнув головой, Софи отодвинула поднос в сторону. Вот бы также легко можно было избавится от ненужных мыслей!

— Софи, ты передала письмо? — спросила Гленна, подходя к ней.

— Да, — едва слышно ответила Софи. Неужели герцог Аркарт уже что-то наговорил?

— Чýдно! Нужно подняться в покои герцога снова, и забрать оттуда парадный камзол. Его следует почистить к празднику, — махнула рукой Гленна.

— Но я… — начала Софи, и тут же осеклась. Взгляд Гленны заставил её замолчать.

— Ступай! — её голос был острее лезвия ножа.

Нехотя Софи вышла из кухни. Её пробирала дрожь от возможности снова столкнуться нос к носу с герцогом. Бррр!

Из зала доносились весёлый смех и громкие разговоры. Софи остановилась. А может герцог Аркарт уже внизу? Тогда есть хотя бы малюсенький шанс попасть к нему в покои, и не встретить там его самого.

Эта идея пришлась ей по вкусу.

Пробравшись в общий зал, она спрятались за большую колонну. Отсюда открывался хороший обзор.

Герцога Аркарта она заметила сразу — он сидела рядом с принцем Уильямом.

Софи улыбнулась. Вряд ли следует ожидать его наверху в ближайшее время.

Софи заторопилась.

Поднявшись на третий этаж, она быстрым шагом преодолела расстояние от лестницы до двери, и спустя несколько минут оказались в комнате герцога Аркарта.

Двери с тихим щелчком отворились, и Софи оказалась внутри. Комната была просторной и светлой. Софи прошла вперёд и сразу же заметила бархатный камзол насыщенного зелёного оттенка. Он висел на спинке стула. Не теряя ни минуты, она взяла камзол, и поспешила на выход. Софи уже подошла к двери, как неожиданно из кармана камзола выпал тонкий носовой паток, и плавно опустился на пол. Присев, она сложила его обратно в карман, а поднявшись, увидела перед собой незнакомого мужчину.

Она не могла не заметить его поразительного сходства с герцогом Аркартом, но куда большего с ней самой…

Софи захотелось потереть глаза пальцами.

У него были рыжевато-каштановые волосы, слегка тронутые сединой у висков. Орлиный нос выделялся на его лице, испещрённом сеткой мелких морщин. Волевой подбородок покрывала едва заметная щетина, а взгляд ярко-синих, цвета штормового моря, глаз, не отрывался от Софи.

«Кто он?» — ошарашено думала Софи, не в силах сдвинуться с места.

Казалось, мужчина тоже не мог пошевелиться. Он смотрел так, словно у Софи внезапно выросла вторая голова. Изумление, растерянность, надежда словно в безумном калейдоскопе замелькали на его лице.

Они стояли долго, разглядывая друг друга. В голове Софи всё завертелось, мысли путались, в висках застучало.

Тем временем мужчина сделал шаг вперёд, и, протянув к ней свою дрожащую руку, коснулся её лица.

Сухая ладонь робко прошлась по щеке Софи. Неожиданно его губы задрожали, синие глаза наполнились слезами, и он тут же прикрыл трепещущие веки. Бессвязное бормотание наполнило комнату, а затем его руки безвольно повисли вдоль тела. Тяжело задышав, он схватился за воротник камзола, пытаясь оттянуть тот в сторону.

Кажется, он задыхался.

Испугавшись, Софи схватив его за руку.

— Что с вами? — воскликнула она, стараясь удержать мужчину от падения.

Он лишь судорожно хватал ртом воздух, не в силах вымолвить ни слова.

Софи совершенно не представляла, что ей делать дальше! Нужно было позвать на помощь, но как его оставить одного? На её счастье в этот момент в дверях появилась Несса.

— Слава богу, Несса! Помоги мне! — крикнула Софи.

Несса поменялась в лице.

— Что с герцогом Аркартом? — Скинув с себя оцепенение, Несса поспешила к Софи, и вдвоём они смогли уложить мужчину в постель.

— Почему ты назвала его… — начала было Софи, но Несса не позволила ей закончить.

— Нужно позвать лекаря! Я мигом! — произнесла она и бросилась вон из комнаты.

Дыхание мужчины сделалось прерывистым, и Софи всерьёз опасалась за его здоровье. Она бросила тревожный взгляд на дверь. Где же Несса?

И всё же, почему Несса назвала его герцогом Аркартом? А кем же тогда является тот мужчина, в чьи руки она передала сегодня письмо? Ведь он назвался герцогом Аркартом! Два герцога Аркарта?

У Софи голова шла кругом.

Её размышления прервали звуки торопливых шагов, что раздавались по коридору, а через минуту в комнату ворвались трое: королевский лекарь, Несса, и… герцог Аркарт. Взгляд, которым он окинул Софи, заставил её задрожать от страха, и, пропустив вперёд лекаря, она поспешила выйти из комнаты.

— Почему ты назвала его герцогом Аркартом? — оказавшись в коридоре, спросила Софи.

— Потому что он и есть герцог Аркарт! — Глаза Нессы выражали недоумение.

— Но я думала… — Софи перевела растерянный взгляд на Нессу. — А кто же тогда…

Несса поняла её.

— То был Джеймс Аркарт, младший брат герцога. Я думала, ты знаешь об этом.

— Нет. Нет, я не знала, — прошептала Софи, нервно теребя прядь волос.

Несса принялась трещать без умолку, но Софи совершенно не слушала её. В её голове так и множились вопросы. Почему брат герцога выдал себя за самого герцога? И почему герцог Аркарт (настоящий герцог!) так смотрел на неё? Святые небеса, а его глаза! Софи была уверена, что она смотрит в свои собственные глаза, непонятным образом оказавшиеся на лице другого человека! Но как такое могло быть! Как? Может, она имеет какое-то отношение к этой семье? Может, она незаконнорожденная дочь герцога Аркарта и какой-нибудь служанки? Её кулон! А ведь такой состоятельный человек, как герцог Аркарт вполне мог подарить дорогой подарок. Это бы объяснило, откуда он взялся у Софи.

Она почувствовала, как Несса трясёт её за руку, выдёргивая из водоворота мыслей.

— Софи, ты что, не слышишь меня? — надулась Несса.

Бросив на Нессу рассеянный взгляд, Софи сжала её руку и, не сказав ни слова, поспешила вдоль извилистого коридора.

Ей нужно было срочно попасть в спальню! Кулон! Ей нужен её кулон! Она была уверена, герцог Аркарт каким-то образом связан с ним. Возможно, он сумеет приоткрыть туманную завесу тайны её прошлого.

Заскочив в спальню, она подошла к столу и выдвинула верхний ящик. Кулон лежал на прежнем месте, перемигиваясь яркими бликами. Софи сжала его в ладони, ощущая, будто он пульсирует под её пальцами.

Позади послышался тихий шорох, заставивший её сильнее сжать ладонь. Она уже собиралась обернуться, но неожиданно почувствовала резкую боль в затылке, и её моментально поглотила мгла…

Глава XIV

Софи медленно открыла глаза, и увидела серый заплесневелый потолок, который нависал над головой. В некоторых местах он сделался непроглядно чёрным.

Где это она?

Софи хотела приподняться, чтобы осмотреться, но в затылке запульсировало со страшной силой, и она втянула воздух сквозь стиснутые зубы. Слишком поздно Софи поняла, что этого делать не следовало — мерзкий отвратительный запах тухлятины и пота ворвался в лёгкие, и тугим комком осел там, вызывая приступ тошноты. Софи прикрыла рот ладонью, сдерживая рвотный позыв.

И всё-таки, где же она?

Перед глазами стояла плотная туманная дымка и никак не хотела рассеиваться. Прикрыв на мгновение веки, Софи попыталась вспомнить, что с ней произошло. В её руках был кулон, с которым она собиралась идти к герцогу Аркарту, а затем резкая боль в затылке, и темнота…

Кто-то ударил её по голове!

Но вот кто? И зачем?

Морщась от боли, Софи осторожно приподнялась и села, придав телу вертикальное положение. Теперь она могла рассмотреть комнату, в которой оказалась совершенно непонятным образом.

Софи повела взглядом.

Это была не её спальня в замке. Да это крохотное помещение, размером с кладовку, вообще не походило ни на одну из комнат в Бейли-Эршир!

Её руки похолодели. В прямом смысле — здесь было холодно и сыро. Каменные стены серого цвета покрывал слой застарелой грязи, с высоких потолков стекала вода. На деревянном полу лежал домотканый коврик, засаленный от времени. В стене, справа от неё, зияло небольшое отверстие, походившее на маленькое окошко, а в углу стояло старое ржавое ведро.

От твёрдого тюфяка, на котором она сидела, исходил зловонный запах, и Софи даже не хотела знать, что заставляло его так смердеть. Она медленно поднялась с этого жалкого подобия кровати, стараясь не упасть. Голова кружилась, и Софи пришлось придержаться рукой за стену. Пальцы погрязли в сероватой липкой жиже, что облепила здесь все поверхности. Софи с трудом сглотнула вязкую слюну, подкатившую к горлу.

Когда приступ миновал, она медленно прошла к двери, но уже заранее знала, что та окажется запертой. Звонко клацнул металл ручки. Подёргав, Софи выпустила её из заледеневших пальцев. Как она и предполагала — заперто.

Бросив беглый взгляд на перекошенное ведро, одиноко стоявшее в углу, Софи брезгливо повела плечами. Ей показалось, что оно наполовину заполнено человеческими испражнениями. Сколько оно уже здесь стоит, источая омерзительный запах? Софи не посмела подойти ближе.

Что это за камера? И почему она здесь оказалась? Когда к ней придут, чтобы выпустить её?

Вдруг в голове Софи пронеслась пугающая мысль. А что, если её и вовсе не собираются отпускать? Липкий пот выступил вдоль позвоночника.

— Господь милосердный! — сипло прошептала Софи. Её голос потонул в вязкой тишине зловонной комнатушки.

Неужели ей не выбраться отсюда?

Нет! Она не станет поддаваться унынию! Она не сдастся просто так!

Где же она оказалась? Её лихорадочный взгляд зацепился за крохотное окошко под потолком. Слишком высоко! Ей не достать с пола, даже если она привстанет на цыпочки. Нужна опора. Выбор был небольшой — тюфяк либо ведро. Второе она отмела сразу.

Кое-как подтащив к окну грязный тяжеленный тюфяк (на вид он таким не казался!), она забралась на него. Окно теперь стало с ней вровень. Сквозь крошечное отверстие ей было видно тёмное небо, сплошь усеянное россыпью звёзд, да густые кроны деревьев, что чернели внизу. Видимо, она где-то в самой чаще королевского леса. Но как она здесь оказалась? Кому понадобилось запирать её в этой захудалой комнатушке? И для чего?

Ни воды, ни еды в камере не было, что наводило Софи на леденящие душу мысли — живой её отсюда выпускать не собирались.

Она стояла под окном, едва сдерживая слёзы отчаяния. Ей нужно было придумать, как выбраться отсюда. Отсюда должен быть выход! Непременно должен быть!

Её глаза лихорадочно блестели, когда Софи стала осматривать каждый сантиметр этой камеры. Здесь должно быть хоть что-то, что поможет ей сбежать! Хоть что-нибудь! Полчаса спустя, когда она обшарила всё вдоль и поперек, Софи опустилась на вонючий тюфяк и заплакала.

Ничего!

Отчаяние навалилось на неё.

Неужели ей суждено сгинуть здесь, в этом холодном каменном мешке? И никто никогда не узнает, куда она исчезла! Кирсти, Элспет и Несса будут горевать о ней, а Гленна, поворчав пару дней, и вовсе забудет, что какая-то там Софи когда-то была в замке. А Уильям…

Софи сдавленно всхлипнула, и опустилась на краешек тюфяка. Вонь снова забилась в нос, но Софи уже не обращала на неё внимания. Её отяжелевшие от слёз веки не держались открытыми, и незаметно для себя Софи погрузилась в беспокойный сон.

— Где опять прохлаждается эта девчонка? — с самого раннего утра бранилась Гленна, заходя в кухню. — Кирсти, Несса, Элспет? Куда Софи подевалась? — Она окинула всех троих подозрительным взглядом, и, уперев руки в бока, ожидала ответа. Её нога под подолом длинного горчичного цвета платья нетерпеливо подрагивала.

Казалось, надвигается буря. Кухарки, пряча глаза, быстро отвернулись к жаровням, Ислин, схватив тарелки, успела выскочить из кухни.

— Я её не видела со вчерашнего дня, — пожав плечами, сказала Несса. — Как мы вышли из покоев герцога Аркарта. Она оставила меня в коридоре, а сама ушла.

— Что значит, ушла? — Гленна выпучила глаза. — Куда ушла? Где мне её теперь искать?

— Мне кажется, она не ночевала в комнате, её постель не тронута, — тихо ответила Кирсти, переводя взгляд с Нессы на Элспет.

Лицо Гленны раскраснелось.

— Вот негодница! Доберусь я до неё! — Она злобно зыркнула на девушек. — Чего расселись? Ищите её! Живо! Она личная служанка его высочества, и он ожидает её! — От нетерпения она притопнула ногой. — Столько бед из-за одной девчонки! Я знала, что так будет! Вот знала! Всегда знала!

К обеду замок осмотрели вдоль и поперёк, прошлись по всем комнатам, по всем кладовкам, заглянули на конюшню, на псарню, но всё напрасно — Софи нигде не было. Об этом было незамедлительно доложено Гленне.

— Святые небеса! Да что же это? — Она смотрела на них недоумевающим взглядом. — Украли её, что ли? Куда она могла из замка уйти? Вы в розарии смотрели? — Получив утвердительный ответ, она нахмурилась ещё больше. — Вот найду я её! Ищите дальше!

Когда к концу дня Софи так никто и не обнаружил, Гленна уже не на шутку встревожилась. Впрочем, как и остальные замковые слуги.

— Я волнуюсь за неё! Мне кажется, что с ней что-то случилось! — схватив Кирсти за руку, проговорила Несса. Её глаза округлились от волнения.

— Не говори глупостей! Ничего с ней не случилось! Я уверена, с Софи всё хорошо! — ответила Кирсти, в надежде успокоить Нессу, но… она сама с трудом верила в свои слова.

Беспокойство и страх одолевали Кирсти, пожалуй, даже больше чем остальных. Что же стряслось с Софи?

— Вот я ей задам! Милуется, наверно, с каким-нибудь конюхом! Бестолковая! — кипятилась Гленна, расхаживая по кухне. — Сбежала из замка, дрянная девчонка!

— Гленна, вы напрасно так говорите! — упрекнула её Элспет. — Софи не стала бы таскаться по… конюшням, и сбегать из замка тоже!

— Много ты знаешь? — рявкнула на неё Гленна. — Лучше скажи, кто теперь пойдёт к принцу?

— Я схожу, — поднимаясь со стула, проговорила Кирсти. Она больше не могла выносить ворчание Гленны.

— Вот и правильно! Сходи, и скажи его высочеству, что служанка его женихается! Вот тогда он ей задаст трёпку! Будет знать! — всё сильнее заводилась Гленна.

Кирсти выскользнула в коридор, окутанный блаженной тишиной. Из-за дверей всё ещё доносилась ругань и бранные слова Гленны, и Кирсти поспешила оттуда прочь.

Она шла, почти бежала, торопясь попасть в покои его высочества. Волнение за Софи не отпускало её, сжимая сердце железными тисками. Уже стемнело, а её всё нет! Что-то случилось, Кирсти чувствовала это.

Принца Уильяма она застала в малой гостиной, он сидел за столом, а перед ним — шахматная доска.

— Видимо, у Софи нашлись дела поважнее, чем почтить мою скромную персону своим присутствием, — удивленно проговорил он, заметив в дверях Кирсти. — Чем я весьма обескуражен!

В его голосе сквозили шутливые нотки.

— Ваше высочество! Её не могут найти сегодня весь день! — выпалила Кирсти.

— Что значит, не могут найти? Она что же, пропала? В замке? — усмехнулся Уильям. — Бейли-Эршир, безусловно, огромен, но…

Он оборвал себя на полуслове, увидев побледневшее лицо Кирсти. Он впился в неё напряжённым взглядом, веселье мигом испарилось.

— Давно её нет? — Он поднялся со своего места, толкнув стол. Шахматные фигурки, покачнувшись, рассыпались по доске.

— Со вчерашнего вечера.

— Со вчерашнего вечера? — воскликнул он. — И вы говорите об этом только сейчас?

— Простите, ваше высочество!

Уильям уже подошёл к дверям. Затем он резко обернулся и снова взглянул на Кирсти.

— Тебе не показалось, что Софи уж больно похожа на герцога Аркарта? — задумчиво спросил Уильям.

— Что? — растерялась Кирсти. — Простите, ваше высочество, но я не видела…

Уильям не дослушал её. Он вышел прочь из комнаты и решительным шагом направился на третий этаж, в надежде разобраться с одним весьма запутанным делом, и он точно знал, где искать ответы на свои вопросы.

Проснулась Софи всё в той же вонючей конуре. Не может быть! Значит, это был не сон, не страшный кошмар, который ей приснился! От отчаяния ей захотелось завыть и закричать.

Ноги затекли от неудобного тюфяка, и Софи поднялась. Она стала ходить по комнате из угла в угол, в пару шагов пересекая крошечное пространство.

Софи думала.

Выбраться из комнаты вряд ли получится, она уже это поняла. Но ей нужно что-нибудь для защиты, на тот случай, если к ней вздумает нагрянуть её похититель.

Как только эта мысль посетила её голову, Софи резко остановилась.

Осмотревшись, она бросила грустный взгляд по сторонам, в очередной раз убеждаясь, в этой комнате нет абсолютно ничего, чтобы могло ей помочь. Может, вонючее ведро сгодиться? Софи поморщилась. Вряд ли!

Стена! Может, в стене есть камень, который плохо держится? Софи стала руками ощупывать грязную склизкую каменную кладку. Она осмотрела стены снизу доверху. Ровным счётом ничего! Все камни крепко держались на своих местах! Отчаяние сдавило ей грудь. Нет! Не может быть!

Забравшись на тюфяк, Софи высунула руку из окна. Пальцы ловко ощупывали близлежащие камни. Может, хотя бы один от времени выбился из стены. Софи молилась про себя.

Холодные камни царапали ладони. Сместив руку влево, Софи услышала, как вниз полетели маленькие кусочки, и камень, что оказался у неё под пальцами, подался немного вперёд.

Её сердце заколотилось.

Рука задвигалась из стороны в сторону, миллиметр за миллиметром, и спустя некоторое время Софи смогла достать из стены увесистый кусок. Твёрдый и тяжелый, с острыми краями. То, что нужно!

Ей стало немного спокойнее. Теперь у неё была хоть какая-то защита!

Время тянулось мучительно долго. Софи казалось, что она сидит в этой клетке уже неделю. Может, её так и оставят здесь умирать мучительной смертью от голода и жажды?

Стоило только этой мысли посетить её голову, как за дверью раздался какой-то шум. Подкравшись поближе, Софи приложила ухо к шершавой поверхности. Так и было! Заслышались звуки нарастающих шагов. Спрятав "оружие" в складках своего платья, девушка притаилась возле двери. Спина коснулась стены, залитой противной вязкой жижей, и платье сразу намокло. Софи стояла, боясь дышать. Сердце стучало так, словно хотело покинуть грудную клетку.

Наконец шаги затихли возле её двери. Софи услышала клацанье металла о металл, когда в замочной скважине поворачивался ключ, и через мгновение двери с оглушительным скрежетом отворилась.

Софи вжалась в стену. Она ждала.

Шаркая ногами, в комнату вошёл невысокий тучный мужчина. Софи не видела его лица, но чувствовала, как он шарит глазами по камере. Не дожидаясь, когда он её заметит, Софи размахнулась, и со всей силы опустила камень на голову незнакомца. Выпустив из легких воздух с тихим "Уфф", мужчина, как подкошенный, рухнул на грязный засаленный пол.

Камень выпал из рук Софи, упав рядом с телом незнакомца. Обезумевшими от страха глазами, она уставилась на него. Одежда чёрного цвета облегала его громоздкую тушку. Сальные волосы торчали в разные стороны.

Не став терять больше ни минуты, Софи поспешила прочь из комнаты, пока сюда не нагрянул ещё кто-нибудь. Выскочив за дверь, она оказалась в длинном тёмном коридоре. На стенах совсем не было факелов. Неспешно двигаясь, она дошла до конца коридора, и оказалась у каменной лестницы. Ступенька за ступенькой, Софи спустилась вниз, и попала в маленькую комнатушку. В темноте Софи смогла рассмотреть лишь большой стол, вокруг которого разместились неуклюжие стулья. В углу лежали лук со стрелами и несколько рогатин. Левее зияло тёмное полотно массивной двери, а поблизости никого.

Софи рванула к двери.

Она едва не зарыдала, когда двери легко подались под её пальцами, и створы отворились. В лицо ей пахнул свежий воздух, и Софи с наслаждением вдохнула его. После спертого запаха комнаты, он показался ей невероятно сладким и пьянящим!

«Должно быть, так пахнет свобода!» — подумала Софи.

Вокруг было темно, слишком темно, и Софи совершенно не представляла, в каком направлении ей нужно двигаться! В королевском лесу и днём-то ходить опасно, можно нарваться на дикого вепря, который разорвет тебя на куски, а ночью так и подавно, но и здесь оставаться нельзя!

Она переступила порог, и шагнула в ночь.

Медлить нельзя! За ней будет погоня, она знала это наверняка.

Софи бросилась вперёд. Темнота, что окружала её, мешала разглядеть дорогу. Она шла практически на ощупь. Ночной воздух холодил кожу, заставляя Софи задрожать. Она обхватила себя руками за плечи.

«Скорее вперёд!» — пульсировало в её голове.

Через время, обернувшись назад, Софи уже не видела дом, из которого сбежала, его поглотила тьма.

Куда идти? Она не представляла! Может, она двигается совершенно в противоположном направлении?

Этого Софи не знала.

Но одно она знала наверняка — ей нужно вернуться в Бейли-Эршир во что бы то ни стало! Её там ждут! Кирсти, Элспет, Несса.

А ещё Уильям…

Эти мысли не позволяли Софи остановиться и подгоняли её вперёд.

Оставалось надеяться, что она не замёрзнет здесь насмерть, и её не растерзают дикие звери, обитавшие в королевском лесу.

Глава XV

Он стоял, устремив напряжённый взгляд синих глаз вдаль. Перед ним, будто на ладони, раскинулось темнеющее небо, усыпанное мириадами крошечных звёзд. В воздухе ощущался сладковатый аромат цветов и летней прохлады, проникающий в комнату сквозь приоткрытое окно.

Окружающий мир казался таким спокойным и безмятежным, вот только он совершенно не ощущал того спокойствия, скорее наоборот. Тягучая тишина комнаты давила на него, руки напряжённо дёргались, сжимая длинными пальцами кулон.

Никаких сомнений не осталось, как только он увидел его в руках грязной служанки — это тот самый кулон, что принадлежал дочери Льюиса. Он столько раз видел его раньше! Он покосился на синие камни, точно на ядовитую змею, что оплела его руку.

Тонкие губы сжались так, что казались белыми.

Но он и без кулона всё понял. Он застонал. Скоро это станет очевидно для всех в замке, стоит только взглянуть на девчонку. Боже, как же она оказалась похожа на Льюиса! Просто его точная копия! А эти чёртовы глаза! Ну отчего она не уродилась в свою никчёмную мать!

Злость заставила его заскрежетать зубами.

Он так и знал, что те жалкие идиоты обманули его! Ещё тогда по ним было видно, что у них духу не хватит убить девчонку! Чёртовы болваны! Трусы! Нужно было делать всё самому, уж у него рука бы не дрогнула. Ни на кого нельзя положиться!

Его переполнял гнев. Нет, он не намерен пускать всё на самотёк, тем более когда цель казалась так близка! На его лице застыла маска твёрдой решимости. Он закончит всё сам!

Кулон болезненно жёг ладонь, словно прочитав крамольные мысли, что вертелись в его голове.

— Какой чудный кулон, отец! Он для меня? — послышался позади такой родной голос.

Обернувшись, он увидел в дверях Хлою, с любопытством заглядывавшую ему через плечо. Её рыжеватые локоны рассыпались по плечам, шёлковое платье изумрудного цвета мягким складками спадало до самого пола. Она казалась в нём такой очаровательной!

Сжав кулон в руке, он повернулся к ней лицом.

— Нет, не для тебя, — ответил он.

Открыв ящик стола, мужчина бросил кулон туда с такой силой, словно это была ядовитая тварь, пытавшаяся его укусить. Заперев ящик на замок, он бросил на него полный ненависти взгляд.

— А для кого он тогда, отец? — выпятив нижнюю губу, спросила девушка.

— Забудь о нём! — отрезал он.

Он тяжело задышал, стараясь унять охвативший его гнев. Как же Хлоя не вовремя! Лишние разговоры ни к чему, тем более сейчас.

Он заметил, как от обиды Хлоя поджала дрожащие губы. Его взгляд сразу смягчился. Она должна понять — он старается для неё! Только для неё!

— Прости, Хлоя, просто у меня прескверное настроение! — произнёс он, и Хлоя качнула головой.

— Знаешь, а у меня есть повод для радости — дядя сказал, что нашлась его дочь! Это просто чудо! Спустя столько лет! Он так обрадовался этому! У меня теперь снова будет сестра! Я так счастлива, отец! Мы ведь с ней раньше были неразлучны, — радостно улыбаясь, тараторила Хлоя.

Его затрясло. Подойдя ближе, он схватил её за подбородок, больно сжав пальцами.

— Никого он не нашёл! Он из ума выжил! Его дочь умерла много лет назад! Её растерзали дикие звери в королевском лесу! А то, что он сейчас несёт — просто бредни старого дурака! Неужели ты веришь этому? — проговорил он, смотря Хлое прямо в глаза. Его слова сочились ненавистью, и от страха её глаза сделались огромными, точно глубокие озера. Боже, даже в глазах дочери он сейчас видел глаза той девчонки. Он едва не отшатнулся. Будь она проклята!

— Но отец! Дядя сказал… — начала Хлоя.

Его взгляд прошёлся по её лицу не хуже кнута, и Хлоя сразу замолчала.

— Что ты всё заладила! — рявкнул он. — Льюис не выходил за стены Мерхорна уже чёрт знает столько лет, что ему сейчас стала мерещится его погибшая дочь! Тебе бы следовало пожалеть дядюшку, а ты своими словами лишь вселяешь в него ложные надежды! Его дочери нет в живых!

Оттолкнув дочь от себя, он отошел к окну.

Хлоя растерялась. Что она не так сказала? Отчего отец так сердиться на неё и на дядю? Синие глаза заволокло слезами боли и обиды.

В комнате послышались её тихие всхлипы.

Он обернулся и бросил хмурый взгляд на дочь. Ну почему она не могла его понять?

Он подошёл к ней и мягко стёр со щёк прозрачные капельки.

— Всё, что я делаю, я делаю только ради тебя, Хлоя! Ради тебя и твоего будущего! Пойми это наконец! Прости, если я был слишком жесток, — проговорил он уже более мягко. — Но ты больше не должна упоминать о дочери дяди. Для всех она умерла много лет назад, и пусть это так и остается, ты поняла меня?

Она несмело кивнула.

— Хорошо, отец, — прошептала Хлоя.

— А теперь ступай, — устало выдохнул мужчина.

Отстранившись от Хлои, он подошёл к окну. Темнота сгущалась, как и его мысли, что снова забурлили в голове.

Хлоя ещё какое-то время стояла, смотря на верхний ящик стола, а потом покинула комнату, бесшумно затворив за собой дверь.

Полностью уйдя в свои мысли, он не заметил, как остался один в комнате. Всё зашло слишком далеко! Зачем только эта девчонка появилась сейчас? Она может всё испортить! Столько трудов насмарку! Он не должен этого допустить! Бросив взгляд на ящик стола, он направился к двери. Он точно знал, что ему нужно сделать.

Софи брела по лесу, едва переставляя ноги. Сколько она уже шла? Софи точно не знала. Она потеряла счёт времени.

Густая темнота окружала лес со всех сторон, делая его непроглядным. Деревья, что тянулись своими макушками вверх, напоминали злобных великанов. Они склоняли свои кустистые лапы к земле, и, казалось, хотели схватить её.

Воздух вокруг сделался поистине арктическим, а тонкое платье, что было на ней, совершенно не согревало. От холода у Софи застучали зубы. Порывы ледяного ветра, что налетали раз за разом, пробирали до костей, и в такие моменты становилось ещё холоднее.

Она сжала худенькие плечи руками.

Мысли в голове были не самыми радостными.

Куда она шла? Верное ли выбрала направление? Как далеко от Бейли-Эршир оказалась?

Остановившись, она огляделась по сторонам, но кроме иссиня-чёрной темноты ничего не увидела. Тихий рваный вздох сорвался с её губ.

Сил совершенно не осталось. Ноги горели, а холод сковывал и без того неторопливые движения. Прислонившись к шершавому стволу огромного дерева, Софи закрыла глаза. Страх сжал её горло своими тонкими костлявыми пальцами. Очередной порыв ледяного ветра обжёг лицо.

Софи понимала — оставаться на месте нельзя. Нужно идти всё время вперёд, иначе она рискует замёрзнуть насмерть.

Подумав об этом, Софи уже собиралась двинуться дальше, но откуда-то из темноты донеслось тихое протяжное урчание. Дикий ужас охватил всё её существо. Неужели дикие звери почуяли её?

Софи принялась озираться по сторонам, но как бы она не вглядывалась, всё оставалось сокрыто непроглядной мглой.

Внезапно в её голове промелькнула пугающая до дрожи мысль. А что, если это её похитители? Вдруг они вышли на её след?

Не может быть!

Испугавшись, Софи ринулась вперёд.

Быстрее! Быстрее! Страх гнал её, и она неслась, не разбирая дороги. Колючие ветки деревьев царапали ей лицо. Позади нагоняла тьма. Тихие шорохи леса заставляли кровь в жилах леденеть. Обернувшись, Софи зацепилась мыском за какую-то корягу, торчавшую из земли, и полетела вниз. Резкая боль пронзила колени, в ладони впились острые камешки.

Урчащий звук заслышался отчётливее. Преследователи нагоняли её! Поднявшись с колен, Софи поспешила дальше, морщась от резкой боли.

Она успела сделать ещё пару болезненных шагов, как справа от неё раздался утробный рык. Софи застыла на месте, словно вкопанная. Глаза забегали из стороны в сторону, осматривая зияющую вокруг темноту.

Там, под покровом густой ночи, скрывался дикий зверь! Софи знала это, она будто наяву видела, как с его огромных острых клыков стекает слюна…

Она попятилась задом. Под подошвой хрустнула сухая ветка, и этот звук разнёсся по всему лесу громким набатом. Рык стал слышен отчётливее. Зверь приближался! Надежда добраться до Бейли-Эршир таяла с каждой секундой. Софи была беззащитна против хищников. Сделав шаг, она уловила плавное движение справа от себя, а затем из темноты вышла огромная собака, и стала медленно приближаться к ней. Её глаза, словно яркие факелы, отсвечивали в ночи желтоватым светом. Собака? Откуда здесь взяться собаке? Когда зверь приблизился, Софи поняла, что ошибалась — то был волк. Самый настоящий волк. Он скалил в темноте свои белоснежные зубы, и тихо рычал, приближаясь к Софи.

Софи же отступала назад.

«Значит, вот какая судьба меня ждёт!» — удручённо подумала она.

Против волка ей не помог бы даже тот камень, который она так непредусмотрительно оставила в доме. Ноги совершенно её не слушались, и, сделав ещё один робкий шажок, Софи оступилась, и с тихим восклицанием вновь оказалась на холодной земле, усыпанной сухими ветками.

Волк приближался. Она уже видела его острые, словно лезвия, клыки…

Сердце стучало в груди, будто сумасшедшее, выбивая бешеный ритм. Казалось, что кроме этого звука она больше ничего и не слышит. Стук был такой силы, что земля, на которой сидела Софи, содрогалась от этих ударов.

Нет!

То был не стук её бедного сердца! Под пальцами завибрировала и задрожала земля, оповещая о том, что скачет конный отряд. Лошади! Где-то рядом скакали лошади! Судя по звукам, их было несколько.

Лучик надежды мелькнул в непроглядной темноте ночного леса. Может быть…

Волк осклабился, так же как и Софи почуяв приближение всадников. Рыкнув, волк подошёл к ней почти вплотную. Вскрикнув, Софи зажмурила глаза и сжалась в комок, приготовившись к его прыжку.

Дробный стук лошадиных копыт затмевал собой все прочие звуки, что раздавались вокруг.

Вдалеке на дереве заухала сова.

Утробно заурчав, волк бросился на Софи, и с её губ сорвался отчаянный крик, эхом разлетевшийся по всему лесу…

Софи всё кричала и кричала, сжавшись в комок, но та боль, которую она ожидала, так и не пришла. Её крики оборвал звук просвистевшей мимо стрелы, которая мягко вошла в плоть.

Волк жалобно заскулил и обмяк, заваливаясь на землю.

Софи открыла глаза. Рядом послышались мужские голоса, тихое лошадиное ржание, и звуки отчётливых шагов.

К ней кто-то торопливо приближался.

А вдруг это один из её похитителей? Софи застыла на месте, смотря на тёмный силуэт человека, что вышел из-за дерева, но как только он подошёл ближе, обеспокоенность на её лице сменилась безмерной радостью.

Уильям!

Сама того не ожидая, она бросилась ему навстречу, и припала к его груди. Его руки крепко сжались на её талии.

— Софи! — услышала она его тихий взволнованный шёпот.

Её имя он произнёс словно молитву в час отчаяния, теснее прижимая её к себе. Она ощутила дрожь его тела.

— Софи! Софи! — всё повторял он.

Вокруг них стали собираться люди, а они всё стояли, прижавшись друг к другу. Опомнившись, она высвободилась из его рук и низко склонилась.

— Ваше высочество. Там, в лесу есть домик лесника, и там…

— Не волнуйся, Софи, — он кинул взгляд на своих людей. — Проверьте там всё!

Её тело содрогалось от озноба.

— Ты вся дрожишь! Идём, — сказал Уильям, протягивая ей руку.

В свете горящих факелов она видела как блестят его глаза, когда он снял с себя тёплый плащ, и накинул ей на плечи. Её моментально окружило тепло и запах, что сохранил в себе плащ, и Софи почувствовала себя в безопасности. Взобравшись в седло, Уильям посадил Софи перед собой, придерживая её руками. Он будто боялся, что она может снова исчезнуть.

До замка они добрались быстро.

Спешившись, Уильям помог спуститься и ей. Под покровом темноты они вошли в Бейли-Эршир.

— Уже поздно, ступай к себе, Софи. А завтра мы поговорим об этом, — сказал он.

Кивнув, Софи направилась в спальню, тихо ступая по пустынным коридорам мирно спящего замка. Ночь ещё властвовала над землёй, окутывая всё вокруг сероватой дымкой, и лишь стенные факелы освещали ей путь.

В комнате все давно спали, чему Софи весьма порадовалась. Всё, что ей сейчас было нужно — это крепкий сон. Хотя бы до утра!

Но долго спать ей не позволили — на рассвете Софи разбудили громкие крики Кирсти.

— Боже, Софи, как же ты нас напугала! Где ты была? Гленна так зла на тебя! Так зла! — забравшись на кровать, взволновано говорила Кирсти.

Поморщившись, Софи открыла глаза.

— Герцог Аркарт и его высочество переполошили весь замок, когда ты исчезла! — сказала Кирсти, смотря прямо в глаза Софи.

— Герцог Аркарт? — переспросила Софи.

Сон как рукой сняло.

— Да, герцог Аркарт! — кивнула Кирсти. Она с ногами забралась на кровать Софи.

— Герцог Аркарт? — недоверчиво повторила Софи.

— Да что ты всё заладила? — буркнула Элспет, опускаясь рядом с Кирсти. — Именно герцог Аркарт! Он собирался отправиться на твои поиски, но принц не позволил.

— Но с чего бы герцогу Аркарту искать меня? — удивилась Софи. Неужели её предположения оказались верны, и она и впрямь имеет какое-то отношение к семье герцога? Софи сложно было в это поверить.

— Не знаю, но он ищет тебя с того момента, как ты исчезла из замка! — ответила Кирсти.

— Именно! А где ты, кстати, была? — нахмурилась Элспет.

— Я… Я не знаю! — растерялась Софи.

Кирсти и Элспет, переглянувшись между собой, округлили глаза. Придвинувшись к ним ближе, Софи рассказала обо всём, что с ней произошло.

По мере рассказа их лица вытягивались, а глаза становились всё шире и шире, и казалось, они не удержатся в глазницах, и вот-вот выпадут на кровать.

— Зачем кому-то похищать тебя? — удивилась Кирсти.

Софи в ответ пожала плечами.

— Вот так чудеса! — промямлила Элспет. — Должно быть, это какая-то ошибка!

Софи в этом сильно сомневалась. Если только…

Поднявшись с кровати, она подошла к своему столу. Открыв верхний ящик, она едва не задохнулась — кулона внутри не оказалось! Он пропал!

— Вы не видели здесь кулон? — обернувшись, выпалила Софи.

— Кулон? Что за кулон? — нахмурилась Кирсти.

На лице Элспет тоже застыла маска непонимания.

Софи тяжело вздохнула и провела руками по всклокоченным волосам. Кулон кто-то забрал. Как же так! Где теперь его искать? Может, его нашёл кто-то из замковых слуг и прибрал к рукам? Софи сама не сильно верила в это. Нет, здесь явно что-то другое.

— Поторопись, тебя ждёт герцог! — напомнила Кирсти.

Софи утвердительно кивнула. Она непременно пойдёт к герцогу Аркарту. У неё тоже назрело несколько вопросов к его светлости.

Глава XVI

Софи неторопливо шла по извилистым коридорам замка.

Солнечное утро уже вступило в свои права, ярко освещая пространство вокруг. Восточное крыло было залито желтоватым светом, и витая лестница, что тянулась вверх, утопала в мерцающих бликах.

Пока Софи шла, мысли в её голове роились и жужжали, словно трудолюбивые пчёлы. И всё же, кем она приходилась герцогу Аркарту? Почему он бросился её искать? Почему она так невероятно похожа на него? Пожалуй, последний вопрос занимал Софи больше остальных.

От волнения она закусила губу.

Лестница привела её на третий этаж. Пройдя вдоль длинного-предлинного коридора, Софи остановилась — возле дверей комнаты герцога стоял Джеймс Аркарт. Он окинул Софи с ног до головы злобным взглядом, и хотя они находились на некотором расстоянии друг от друга, Софи вдруг стало тяжело дышать. В эту минуту Джеймс Аркарт напомнил Софи стервятника, что кружил над добычей, которая вот-вот распрощается с жизнью.

«За что он так ненавидит меня?» — пронеслось в её голове.

Когда Софи приблизилась к двери, он преградил ей путь, и брезгливо скривил свои губы, будто видел перед собой мерзкого слизняка, которого собирался раздавить.

— И что же ты не сгинула в том лесу? — резко схватив Софи за локоть, рявкнул он.

Софи вздрогнула. Откуда он узнал про лес? Либо в замке сплетни распространяются быстрее пожара, либо… Неужели он причастен к её похищению? Господь милосердный! Как такое возможно?

— Милорд, герцог Аркарт посылал за мной, — взволнованно произнесла Софи. — Я должна идти!

Его глаза, полные ненависти, сощурились, гневное лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от её перепуганного, а в коридоре кроме них никого не было.

Он сильнее сдавил ей локоть, заставив Софи вскрикнуть от боли.

— Милорд! Вы делаете мне больно!

— Грязная служанка! Если ты скажешь какую-нибудь чушь моему выжившему из ума братцу, я растопчу тебя, как букашку! Ты поняла меня? — прорычал он, впившись в лицо Софи ядовитым взглядом.

Для пущей убедительности, он впился пальцами в её руку ещё сильнее. Софи дёрнулась, желая высвободиться, но Джеймс Аркарт держал крепко, оставляя на нежной коже синяки.

— Я должна идти, милорд! — твёрдо произнесла Софи.

Он не запугает её!

— Лучше всё сделай, как я тебе…

— Джеймс, Джеймс! Она пришла? Ответь мне! — послышался слабый голос герцога Аркарта.

Джеймс Аркарт стиснул челюсти до зубного скрежета, а Софи, уличив момент, выскользнула из его рук, и бросилась в комнату. В спину ей доносились тихие проклятья мужчины, но Софи это не остановило.

Она словно ураган ворвалась в покои герцога.

Герцога Аркарта она застала в постели. Его синие-синие глаза распахнулись, когда он заметил Софи, а она в очередной раз поразилась их сходству. Как же такое может быть? Её рука непроизвольно потянулась к лицу.

Герцог попытался приподняться, но от волнения у него ничего не выходило. Заметив его неудачные попытки, Софи подошла к нему и помогла сесть, подложив под спину подушки. Его руки дрожали. Герцог не сводил с Софи пристального взгляда, в котором светилась… робкая надежда.

Они изучали друг друга какое-то время, а потом герцог похлопал своей дрожащей рукой по краю кровати. Софи осторожно опустилась на самый краешек.

— Тебя ведь зовут Софи? Верно? — спросил герцог Аркарт. Его голос вибрировал от волнения.

— Да, ваша светлость, — ответила Софи.

— Расскажи мне, Софи, как ты оказалась в Бейли-Эршир? Кто твои родители? — снова спросил он.

— Своих родителей я не знаю, ваша светлость. Я их не помню, я вообще не помню своего детства, — опустив глаза, проговорила Софи. — А в замок я попала ещё будучи ребёнком. Меня нашли в королевском лесу, я там пряталась.

Услышав её ответ, герцог Аркарт прикрыл глаза, и Софи показалось, что он пытается сдержать рвущиеся наружу слёзы. Она удивилась. Что в её рассказе так взволновало его? Неужели он что-то слышал? Неужели он что-то знает о ней? В душе разлилось волнение.

Открыв глаза, он поднял свои дрожащие пальцы и дотронулся ими до щеки Софи. От них исходило приятное тепло, и Софи не сопротивлялась его мягкому прикосновению.

— Девочка моя! Я ведь столько лет считал тебя погибшей! Твой платок, который вышила для тебя мать, нашли возле кучки косточек под деревом. Я был уверен, что тебя растерзали дикие звери! А ты всё время была здесь! Почти рядом со мной! О! — всхлипнув, он прижал Софи к своей груди.

Его плечи содрогались от рыданий, выплёскивая через них всю печаль, что таилась где-то глубоко столько лет. Софи прижалась к герцогу, закрыв глаза. Неужели это правда? Неужели он её отец?

Бешено колотящееся в груди сердце подсказывало, что так и есть, что этот человек говорит правду. Оно так и кричало: " Взгляни! Неужели ты не видишь?" И Софи чувствовала — сердце не обманывает её. Не в этот раз.

Они просидели так долгое время, не в силах оторваться друг от друга.

— Я так рад, что вновь обрёл тебя! — вытирая ей слезы с лица, проговорил герцог. — Жаль, что твоя бедная мать не дожила до этого момента! Она была бы так счастлива! Кто бы мог подумать! А я ведь не хотел сюда ехать, глупец!

Герцог Аркарт рассмеялся.

Софи улыбнулась в ответ, но тут в комнату ворвался Джеймс Аркарт, развеяв царившую атмосферу счастья. Его глаза гневно сверкали недобрым блеском. Увидев их, сидящих рядом, он затрясся, и Софи могла поклясться, что от злости.

— Льюис, ты ведь не думаешь, что она может быть твоей дочерью? Это же просто смешно! — сказал он, впившись в них напряжённым взглядом.

— Джеймс, неужели ты не видишь нашего сходства! Это моя дочь! — ответил герцог, с нежностью взглянув на Софи.

Джеймс Аркарт неприятно рассмеялся, но смех не коснулся его глаз.

— А знаешь, что вижу я? — он гневно зыркнул на Софи. — Я вижу, как одна ушлая девица, являющаяся дочкой какой-нибудь трактирной шлюхи, крутит и вертит тобой, как хочет! — снова рассмеявшись, выпалил Джеймс. — Ты собираешься притащить эту безродную оборванку в Мерхорн, и принять там, словно родную дочь, в то время, как твоя племянница останется ни с чем?

— Никто не собирается вредить Хлое! — возразил герцог Аркарт.

— Да ей уже вредит эта дрянь! — гаркнул Джеймс.

Софи сжимала руки. Как он может так говорить о ней?

— Не смей так говорить! — оборвал его герцог, будто прочитав мысли Софи.

— Тем не менее, Льюис, делать выводы, что она твоя дочь только из-за внешнего сходства? Ты рассудок потерял! Где доказательства?

— В тот день, когда меня нашли в лесу, у меня был кулон. Он никак не мог принадлежать дочери трактирной шлюхи, но вот дочери герцога — запросто! — выплюнула Софи, смотря на милорда Джеймса.

Злость так и клокотала в ней.

— Да? Что ж, неси этот кулон сюда. Где он? — усмехнулся тот. — Принеси сюда кулон! И может быть, мы поверим тебе! Хотя, ты запросто могла его стащить!

— Я… Кулон пропал, — тихо ответила Софи. Она понимала, сколь жалко прозвучали её слова.

— Ха! Ну конечно! Как вовремя он пропал! А может, его у тебя вовсе и не было? Откуда он мог взяться у простой служанки? — расхаживая по комнате, вопил Джеймс. — Льюис, подумай сам! Она же врёт и изворачивается, чтобы уехать с тобой из замка! Обманом хочет занять место твоей дочери!

— И это меня вы называете лгуньей? — Софи едва сдерживалась от негодования.

— Ах ты…

— Хватит, Джеймс! Откуда бы она вообще знала про кулон? — сказал герцог Аркарт. Его голос дрожал.

— Откуда мне знать? — выкрикнул Джеймс. — Услышала от кого-нибудь из слуг! Да историю исчезновения твоей дочери знает каждая собака!

— Я не вру, милорд! Кулон был у меня! — упрямо выставив подбородок, сказала Софи.

— Молчи! — бросил Джеймс, подходя к брату. — Льюис, она не твоя дочь! Твоя дочь мертва! Так не порочь память о ней!

Джеймс кричал, сотрясая воздух в комнате. Герцог Аркарт молчал, слушая его гневную тираду.

— Посмотри, она уже внесла раздор в нашу семью! — кипел от злости Джеймс. Он бросил на Софи полный злобы и ненависти взгляд — Не могу поверить, что ты всерьёз готов передать свой титул какой-то служанке? Опомнись! Это девчонка не имеет к нашей семье никакого отношения!

— Ошибаетесь, отец! — послышался нежный голосок со стороны двери. Все трое обернулись на этот звук, и увидели в дверях Хлою. Она стояла, сцепив руки за спиной. — Это дочь дяди, и вы, как никто другой, знаете это! Иначе не стали бы прятать кулон.

Джеймс впился в неё предостерегающим взглядом.

— Что ты несешь, Хлоя? — прошипел он, подходя к ней. — Вернись к себе в комнату!

— Кулон. Он здесь, — сказала девушка.

Не взглянув на отца, она прошла к герцогу Аркарту. Софи взволнованно выдохнула, когда увидела свой кулон в её руке.

— Где вы его нашли? — спросила Софи.

Она уже и не надеялась увидеть его ещё хотя бы раз, думая, что он пропал безвозвратно. Кулон мерцал в ладони Хлои, и по комнате разлетелись синеватые блики.

— Отец, может, вы поведаете, где я его нашла? — спросила Хлоя. Она сквозь слёзы смотрела на своего отца, давая ему последний шанс одуматься.

— Ты глупая дура! Ты могла получить титул герцогини, но сама отдала это всё в руки служанки! — смотря на дочь, произнёс Джеймс. Он расхохотался истеричным смехом, и у Софи кровь в жилах застыла от этого смеха. Безумец, решила она. — Конечно это твоя дочь! Как можно не заметить этого, глупый ты болван! Я это понял сразу, как только увидел её! И постарался убрать эту девчонку подальше с твоих глаз. Но она оказалась живучей! Что в первый раз, что во второй раз она упорно не собиралась исчезать из нашей жизни! Ты всё испортила! Дрянь!

Он с ненавистью смотрел на Софи. Его лицо было перекошено гримасой злобы. Софи взяла за руку герцога Аркарта, словно ища у того защиты.

— Всё кончено, отец! — сказала Хлоя, вставая рядом с Софи. Джеймс, сжав руки в кулаки, сделал шаг в её сторону, но остановился, услышав голоса за дверью. Через минуту в покои герцога Аркарта вошёл принц Уильям, а следом за ним появилась королевская стража, вооруженная до зубов.

— Взять его! — распорядился Уильям.

Когда Джеймса выводили из комнаты, он сопротивлялся и проклинал всех на свете. Из его рта сыпалась угроза за угрозой, пока, наконец, его не увели в подземелье замка. Хлоя стояла молча, не издавая ни единого звука. Слёзы тихо капали из её глаз.

— Ваше высочество! Вы очень вовремя. Спасибо вам! — грустно улыбнувшись, сказала Хлоя.

Уильям кивнул.

— Вы оказались очень храброй, леди Хлоя, — сказал принц, улыбнувшись ей в ответ.

Он перевёл взгляд на Софи и герцога Аркарта. Как он мог сомневаться? Да Софи была точной копией своего отца!

— Ваше высочество, я надеюсь, вы не будите против, если мы с моей дочерью и племянницей покинем замок? — спросил герцог Аркарт.

— Разумеется, герцог. Думаю, вам сейчас не до праздников, — ответил Уильям. Он натянуто улыбнулся, и, бросив на Софи грустный взгляд, покинул покои герцога.

Софи едва сдерживала слёзы. Она даже не знала от чего ей больше хотелось разрыдаться — от радости, что она наконец обрела отца, или от горя, что ей придётся покинуть замок и принца Уильяма.

И в этот раз навсегда.

«Так будет лучше!» — твердила она себе, хотя сама слабо верила в это.

За день до свадьбы, Софи сидела в изящной крытой повозке, запряжённой четвёркой великолепных лошадей. С милостивого разрешения его величества, они с минуты на минуту собирались покинуть гостеприимный Бейли-Эршир, и ехать в родовой замок герцога.

Облачившись в новенькое платье фиолетового цвета, Софи сидела вместе со своей кузиной Хлоей, откинувшись на мягкое сидение. Хлоя в красках рассказывала о Мерхорне, чтобы ей было легче там ориентироваться, когда они приедут, но Софи, устремив взгляд перед собой, слушала её не внимательно. Её мысли были так далеки отсюда. Они были рядом с Уильямом. Они теперь всегда будут с ним, с тоской подумала Софи.

Ей было грустно покидать замок, ведь именно здесь она обрела друзей: надежную Кирсти, нежную Нессу, и взбалмошную Элспет, которых больше никогда уже не увидит. Кто отпустит служанок из замка, чтобы они смогли навестить её? Уж точно не Гленна! А сама Софи? Вряд ли она найдёт в себе силы вернуться когда-нибудь сюда. Как только эти мысли посетили её голову, Софи не смогла сдержать слёзы. Отвернувшись к окну, она постаралась незаметно для Хлои стереть их со своего лица.

— О, Софи! Ты плачешь? — спросила Хлоя, заглядывая ей в лицо. У неё на лбу залегла маленькая складочка, выдавая охватившее её волнение.

— Всё в порядке, просто страшусь таких резких перемен, — улыбнувшись, ответила Софи.

— Тебе понравится в замке твоего отца! Там великолепно! Ещё лучше, чем в Бейли-Эршир! Вот увидишь! И я помогу тебя там освоиться! Не волнуйся! — успокаивала её Хлоя, гладя по руке. Софи обняла её, благодаря за заботу. Она надеялась, что со временем сможет привыкнуть к новому дому.

— Я проверю, отчего дядя задерживается, — сказала Хлоя, давая Софи возможность придти в себя.

Оставшись одна, Софи прикрыла трепещущие веки. Рука потянулась к кулону, который украшал её шею. Вот и всё. Хорошо, что всё закончилось. Она обрела семью. У неё теперь есть любящие её отец и кузина. А своё разбитое сердце она со временем соберёт по кусочкам. По крайней мере, она попытается это сделать. Софи глубоко вдохнула, отгоняя от себя горестные мысли.

Дверца повозки, отворяясь, хлопнула, и, открыв глаза, Софи увидела, что на сидение напротив неё опустился принц Уильям.

— Ваше высочество! — растерялась Софи. Она не видела его с того самого дня, как узнала, что приходится дочерью герцогу Аркарту.

— Хотела уехать, не попрощавшись, милая Софи? — спросил он её, улыбнувшись. — Или теперь мне стоит называть тебя леди Софи?

Щёки Софи зарделись.

— Простите, не стала вас беспокоить перед таким важным событием, — задыхаясь от волнения, ответила она. Они оба понимали, про какое событие вела речь Софи.

— Ты не можешь просто взять и уехать! — внезапно сказал он, склонившись к ней. — Я ведь так и не исполнил твоё желание!

Софи грустно рассмеялась. Она совсем забыла об этом!

— Ох, моё желание! Да, я помню, — Софи потупила взор. — Просто, будьте счастливы, ваше высочество.

Он поджал губы, а затем вымученно улыбнулся.

— У меня есть для тебя подарок, — он протянул ей коробку, обёрнутую бумагой, которую всё это время держал в руках.

— Подарок? — растерялась Софи. — Что вы, ваше высочество, не стоило!

— Я настаиваю, леди Софи, — сказал он, нежно проведя пальцами по её щеке. Нежное прикосновение всколыхнуло в ней целую бурю чувств.

Внутри неё всё кипело и рвалось к нему, но Софи сидела, сжимая пальцами мягкую бумагу подарка. Она старалась не плакать, упрямо сжав губы, но одна предательская слезинка всё-таки сползла вниз по её щеке, оставляя после себя огненный след. Смахнув её пальцами, принц Уильям запечатлел на её месте нежный поцелуй и вышел из повозки, прикрыв за собой дверцу. Щемящая пустота накрыла Софи с головой, и она едва сдержала рыдания, рвущиеся наружу, когда рядом с ней сели Хлоя и отец.

Получив приказ трогать, возничий взял в руки вожжи, и резвая четвёрка понесла их по извилистой дороге в сторону Эдинбурга, навсегда увозя Софи от Уильяма. Выглянув в окно, Софи увидела Уильяма, одиноко стоявшего на подъездной аллее и провожающего их карету рассеянным взглядом.

Развернув подарок, Софи, к своему изумлению, обнаружила там его шахматы. Склонив низко голову, она чувствовала, как на мягкую бумагу капают горячие слёзы.

А повозка, набирая ход, неслась всё быстрее…

Глава XVII

С момента отъезда Софи из Бейли-Эршир минуло целых три месяца. С тех пор её жизнь круто поменялась. И дело было вовсе не в том, что Софи сменила простое платье королевской служанки на дорогие шелка и бархат, вовсе нет! Теперь у неё появилась семья — настоящая семья, которую она очень полюбила, и о которой не смела и мечтать.

Её отец, Льюис Аркарт, души в ней не чаял, и они много времени проводили вместе, будто стремясь наверстать упущенное. Он рассказывал ей о матери, о себе, а Софи, в свою очередь, про свою жизнь в Бейли-Эршир, про учёбу в аббатстве. Она хотела рассказать ему всё-всё!

Отбросив заботы и треволнения, словно ненужный хлам, Льюис Аркарт впервые за столько лет по настоящему наслаждался жизнью в обществе Софи и Хлои. Своим чутким вниманием и безграничной любовью, они преобразили его до неузнаваемости. Герцог будто сразу помолодел. Любой, кто видел его, мог безошибочно сказать — теперь он счастлив.

Хлоя оказалась права — Софи очень понравилось в Мерхорне, и она быстро здесь освоилась. Жизнь за его прочными каменными стенами текла размеренно и неторопливо, словно река, что окружала замок со всех сторон. Мерхорн поражал своей красотой и величием: множество высоких башен со шпилями, что тянулись к голубым небесам, витражные стёкла, мерцающие в свете восходящих лучей солнца, подвесной мост, длинной в сотню метров, чудесный сад, ничем не уступающий королевскому. За всем этим великолепием следил целый штат слуг под бдительным руководством Фионы, здешней управляющей. Уж эта дамочка могла дать фору самой Гленне!

К слову, слухи по Эдинбургу распространялись со скоростью лесного пожара (например, о том, что тот самый герцог Аркарт, затворник Льюис Аркарт, обрёл потерянную дочь!), но ни о принце Уильяме, ни о том, как прошла его свадьба Софи так ни от кого и не услышала. Вот чудеса! Отец и Хлоя, будто догадываясь о её чувствах, не поднимали при ней эту щекотливую тему.

Днём, в окружении родных, Софи забывалась, но когда на землю опускалась ночь, и она оставалась одна в своей спальне, мысли-предатели моментально уносили её в Бейли-Эршир. Смотря в потемневшее небо до тех пор, пока тусклый рассвет не золотил бледный горизонт, Софи изнывала от неизвестности. Тоска и отчаяние сжимали грудь железным обручем, да так, что порой становилось трудно сделать вдох.

Вглядываясь в серебристый диск луны, она всё думала, помнит ли он ещё о ней?

Она помнила, и всё никак не могла позабыть…

Ближе к концу декабря, когда снег за окнами укутал всё белым пушистым одеялом, Софи сидела в общей комнате на втором этаже Мерхорна. Она откинулась на спинку тёмно-коричневого плюшевого кресла, поставив ноги на тёплую подставку, что стояла возле огня, и неумело сжимала в руках пяльцы. Хлоя расположилась возле окна, постоянно поглядывая на заснеженный двор. Ей нравилось наблюдать, как хрупкие снежинки, плавно кружась, бесшумно опускаются на землю.

Огонь в камине согревал комнату, и наполнял её приятным светом.

Софи поудобнее перехватила пяльцы. Она хотела вышить платок для отца с его инициалами, но у неё ещё плохо выходило, и Хлоя взялась ей помогать. Безусловно, Хлоя оказалась более терпеливым учителем, нежели сестра Розали. Она была ласкова и нетороплива. С её уст не сорвалось ни единого упрёка. Вот и в этот раз, когда у Софи запуталась нить, она бросила на Хлою взгляд, полный надежды.

— Сейчас я помогу тебе, — засмеявшись, сказала Хлоя. Она встала со своего места и подошла к Софи. Умело распутав плотные нити, она погладила Софи по плечу. — Лучше вот так сделать. Дяде очень понравится твой подарок! Ты отлично выбрала цвет для вышивки! — похвалила она.

— Надеюсь. Я очень стараюсь! — выдохнула Софи.

Ей так тяжело давалась эта работа!

Храня на губах улыбку, Хлоя вернулась на свое прежнее место возле окна. Она выглянула во двор и тихо вздохнула. В камине с приятным звуком потрескивал огонь. Они сидели, ведя неторопливую беседу.

— У Кирсти очень хорошо получалось вышивать, сестра Розали её всегда хвалила, — тихо проговорила Софи. Она очень скучала по подругам.

— Как только ты отправишься в Бейли-Эршир, обязательно повидаешься с ними, — попыталась успокоить её Хлоя.

«Не бывать этому!» — подумала Софи, но вслух сказал другое.

— Конечно.

Нити в её руках, будто зачарованные, снова запутались. Хлоя встала, чтобы подойти к ней, но застыла на месте, услышав звук горна, зазвучавшего во дворе замка. Девушки непонимающе переглянулись между собой.

— Что случилось? Неужели отец собрался на охоту? — спросила Софи.

— Не припомню, чтобы он говорил об этом. — Хлоя пожала плечами. Она выглянула в окно, рассматривая заснеженный двор. Удивление застыло на её хорошеньком лице. — Там конный отряд въезжает в замок. Под королевскими знаменами, — растерянно проговорила она.

Поднявшись со своего места, Софи в одно мгновение оказалась возле окна. Выглянув, она успела заметить, как группа всадников спешилась во дворе и скрылась за стенами замка. Пурпурные знамёна, терзаемые порывами зимнего ветра, трепыхались на фоне белого-белого снега.

— С чего бы королевский отряд прибыл в Мерхорн? Может, что-то случилось в Бэйли-Эршир? — взволнованно спросила она, смотря на Хлою. Та снова пожала плечами.

— Позже спросим у дяди, — сказала Хлоя, вновь принимаясь за рукоделие.

Софи вернулась в кресло, но её сердце было не на месте. Оно билось и колотилось в груди, точно заведённое. Она чувствовала, что это не простой визит вежливости. С чего бы это вдруг? Ведь всего три месяца прошло с того момента, как они покинули замок. Все её мысли были заняты королевским отрядом, и она никак не могла сосредоточиться на работе. У неё и так-то плохо получалось, а сейчас так и подавно! Стежки были разного размера, все вкривь и вкось.

Не выдержав, она поднялась с кресла, и под удивленный взгляд Хлои, выскочила из комнаты. Она шла, словно что-то манило её вниз. Шаг за шагом она приближалась к просторному холлу первого этажа. Должно быть, отряд сейчас находиться именно там. Пройдя половину пути, Софи встретила Фиону.

— Леди Софи, его светлость ожидает вас внизу, — чопорно произнесла она, заметив Софи.

— Кто приехал, Фиона? — поинтересовалась Софи, следуя за ней. Волнение сделало её голос рваным.

— Его высочество принц Уильям с небольшим отрядом стражников, миледи, — ответила Фиона.

Услышав это, Софи стало нечем дышать от волнения, и она, сделав глубокий вдох, бросилась вниз, вызвав недоумение у Фионы.

— Негоже так бегать молодой девице! Что подумает его высочество? — цокала Фиона, но Софи не обратила на неё никакого внимания.

Скорее вниз! Там был он!

Подойдя к кабинету отца, она остановилась. Руки дрожали, дыхание сбилось, щёки раскраснелись. Фиона права — негоже так себя вести! Но ей так хотелось хоть на минуту повидать принца Уильяма, что она напрочь забыла обо всех правилах приличиях.

Открыв двери кабинета, Софи вошла туда на негнущихся ногах.

— Вы звали меня, отец? — спросила Софи. Её глаза сразу же выхватили в пространстве кабинета Уильяма. Тихо выдохнув, она поклонилась. — Ваше высочество!

Большего она не смогла вымолвить. Слова застряли у неё где-то в горле.

Увидев Софи, Уильям резко поднялся со своего места, и застыл. Кажется, память сыграла с ним злую шутку и, он уже позабыл, как она прекрасна! Она стояла перед ним в бледно-жёлтом платье, украшенном тончайшими кружевами. Её волосы были уложены в высокую прическу. Словно зачарованный, он смотрел на неё, лаская взглядом. Они будто забыли, что в комнате находится отец Софи, который откашлявшись, постарался привлечь их внимание.

— Софи, его высочество хотел поговорить с тобой с глазу на глаз, — сказал герцог Аркарт, поднимаясь с кресла. — Я пока распоряжусь на счёт чая.

Поймав на себе улыбку отца, Софи смутилась ещё больше. Неужели он так легко смог причитать её чувства? Она думала, что за эти три месяца их поубавилось, но как же жестоко она заблуждалась!

Когда за герцогом закрылась дверь, она перевела взгляд на Уильяма.

— Ваше высочество, чем могу вам быть полезной? — заламывая руки, спросила она.

На самом деле, она хотела спросить совершенно не то!

— Софи… — он стоял, не сводя с неё восхищенного взгляда. Казалось, он и сам забыл, для чего он здесь оказался. Наконец, будто решившись, он проговорил: — Я скучал, Софи!

Ей хотелось кричать! О, зачем он так жесток с ней! Почему говорит это! Ведь он знает о её чувствах! Не может не знать! И тем не менее…

— Ваше высочество, как вы можете быть так жестоки! — прошептала Софи. — Зачем вы мучаете…

Не дав ей договорить, Уильям сократил расстояние между ними, и притянул Софи к себе. Не дав ей опомниться, и тем более отстраниться от него, он прижался к её губам, заглушая все слова поцелуем, волнующим, сладким и трепетным. Он вложил в него всю боль разлуки и радость от встречи.

У неё не было сил противиться ему…

Наконец оторвавшись от её губ, Уильям взглянул на Софи.

— Ты ведь ещё не забыла о своём желании? О чём просила меня перед отъездом? — Он ласково взглянул на неё. — Я был вынужден приехать за тобой, ведь только так смогу быть счастлив!

— Нет, но как же…

— Я не женился, Софи. Или лучше сказать леди Софи? — он лукаво улыбнулся, но уже через секунду его взгляд снова стал серьёзным. — Моя мать всегда говорила, что будущему королю не позволено жениться по любви, но она ошибалась! Я женюсь либо по любви, либо вовсе не женюсь! И теперь всё зависит от тебя, милая Софи.

Она отвернулась к окну, пытаясь спрятать румянец на щеках.

— А что же ваша невеста? — тихо спросила она.

— Леди Катрина и сама не желала вступать в этот брак, который сделал бы несчастным не только меня, но и её. И знаешь, герцог Броди был единственным, кто расстроился, что эта свадьба не состоялась. Он так рассердился, будто я его оставил у алтаря! — фыркнул Уильям. К н и г о е д. н е т

Софи так и стояла к нему спиной, а спустя несколько минут обернулась. Посмотрев в глаза принцу, она увидела там веселые искорки и, не сдержавшись, рассмеялась. Он тоже засмеялся вместе с ней.

— Почему же тогда вы так долго не приезжали? — выдохнула Софи. — Вы знаете, как вы мучили меня этим ожиданием!

Уильям нежно прижал её к себе. Она слышала, как под всеми слоями одежды громко стучит сердце в его груди.

— Я дал тебе время побыть с семьёй, ведь вскоре вас снова ждёт разлука, — ответил он. — Больше я никуда не отпущу тебя, Софи!

Слегка отстранившись, Уильям вытащил из кармана своего камзола кольцо. Большой синий камень громоздился на его вершине. Это был такой же красивый алмаз, как и те, что украшали её фамильный кулон. В рассеянных лучах зимнего солнца камень замерцал яркими бликами, которые разлетались по комнате.

Софи обомлела, а Уильям надел его ей на палец.

— Под цвет твоих глаз! — прошептал Уильям, заключая её в объятия.

— Оно чудесное! — ответила Софи, уткнувшись ему в плечо. Тяжесть кольца приятно ощущалась на пальце.

— Я надеюсь, это означает да, леди Софи? — уточнил Уильям, заглядывая ей в глаза. В его взгляде она заметила страх, и тут же поспешила его развеять.

— О, мой милый принц! Я согласна! Согласна! Тысячу раз согласна!

Эпилог

Софи стремительно шла по извилистым коридорам замка. Каблуки стучали по твёрдому камню, длинный бархатный плащ пурпурного цвета тянулся за ней по серым плитам пола. Стенные факелы колыхались и шипели, когда она проходила мимо.

Повернув за угол, она чуть не сшибла с ног Гленну, которая выскочила ей навстречу не пойми откуда. На лице Гленны застыл немой укор, но она облегченно выдохнула, увидев перед собой Софи.

— Ваше высочество, вас как обычно не найти! Что раньше, что сейчас! — поджав губы, упрекнула женщина.

Софи улыбнулась. Кое-что никогда не изменится. Например, старая добрая Гленна со своим извечным ворчанием. Судя по тому, что у Гленны открывался и закрывался рот, она что-то говорила, чего Софи, к своему стыду, не услышала.

— И я решила у вас узнать, какой цвет лучше использовать? Синий или зелёный? — вклинилась в её мысли последняя часть вопроса Гленны.

Софи всё ещё стояла в коридоре, а Гленна впилась в неё пронзительным взглядом.

Ах, да! Гленна! Она что-то хотела, ещё бы знать что именно! Синий или зелёный? Хм, а что она сказала до этого? О чём же она могла спрашивать?

Посмотрев на неё, Софи положила руку ей на плечо.

— Гленна, я полностью полагаюсь на твой вкус! А ещё можно подключить к этому делу королевского управляющего, — сказала Софи, и, обойдя женщину, пошла дальше.

— Да как же это так? Как же я сама решу такие важные вопросы? Ваше высочество? Королевский управляющий меня слушать не станет! Скажет, чтобы я сама делала! — Бормотания Гленны всё ещё звучали за спиной Софи, когда она удалялась от неё по ярко-освещенному коридору. Она уже завернула за угол, а Гленна продолжала возмущаться, взмахивать руками и топать ногами.

Пройдя ещё метров сто, Софи оказалась около массивной двери, рядом с которой стояла вооружённая стража. Кивнув им, Софи взялась за ручку, и отворила створы.

— Ваше высочество! Мы вас ждали! — послышался такой знакомый голос Нессы из глубины комнаты.

Она улыбнулась, поворачиваясь к Софи.

— Спасибо, Несса! Я еле смогла убежать от Гленны. Она меня одолела со всей этой церемонией коронации! Я нигде не могу спрятаться от неё. Надеюсь, сюда она не придёт меня искать! Побоится разбудить Александра, — проговорила Софи.

Несса хихикнула, представив разъяренную Гленну.

Софи подошла к кроватки, и посмотрела на спящего ребенка. Её Александр. Любимый сын. Подумать только, прошло всего два с половиной года с того момента, как Уильям предложил ей стать его женой, а у них уже есть сын! Она помнит, как Уильям обрадовался, что вскоре станет отцом. Но, силы небесные, как этому радовалась королева Эмма! Ещё бы! Уильям только завтра взойдёт на престол, а у него уже есть наследник! Не об этом ли она всегда мечтала?

Потрогав мягкие волосики пшеничного цвета, она улыбнулась. Ребёнок крепко спал, причмокивая губами во сне. Он был так похож на своего отца! Только глаза ему передались от матери, такие же синие, как бездонный океан, разливающийся во время шторма.

С того времени, как Софи вернулась в Бейли-Эршир, столько всего произошло. Во-первых, их с Уильямом любовь крепчала с каждым днём, хотя как такое вообще было возможно! Она любила его безмерно! Хлоя отказалась ехать, не желая покидать такой привычный для неё замок герцога Аркарта, в котором она выросла, да и его самого не захотела оставлять в одиночестве. Герцог, в свою очередь, завещал титул герцогини своей племяннице. Софи мысленно усмехнулась. Её дядя Джеймс наверно удавился, сидя в подземелье, когда прослышал об этом. Сбылась его заветная мечта, а он заперт! Катрина, так и не став королевой, не очень огорчилась. Она всё-таки настояла на своём и вышла замуж за милорда Григера Макбина, хотя этому так противился её отец, герцог Броди. Поговаривали, что герцогиня Броди ещё неделю после их свадьбы не выходила из своей комнаты, отходя от небывалого потрясения.

Но не всё шло так гладко, как бы им хотелось. Король Вильгельм I скончался, получив смертельную рану на охоте, которую нанес ему дикий вепрь. И теперь настала очередь править Уильяму.

Как говориться: "Король умер. Да здравствует король!"

Лицо Софи дёрнулось. Мысли об этом вновь возвратили её к завтрашней коронации. Ей хотелось лезть на стены от этой суматохи, связанно с подготовкой.

— А где Кирсти? — спросила Софи, отойдя от кроватки сына.

— Она готовит ваш наряд, — ответила Несса. Она замолчала на некоторое время, а потом, видимо, не удержавшись, затараторила: — Он просто великолепен! Вы должны его увидеть! Я такой красоты ещё ни разу в жизни не видела! Знатные леди сойдут с ума от зависти! Все будут смотреть только на вас!

Засмеявшись, Софи взяла Нессу за руку.

— Я уверена, что платье чудесное! — сказала она.

В коридоре за дверью послышались шаги, и затем двери отворились. Софи едва не застонала, когда увидела на пороге королевского управляющего. Милберн переминался с ноги на ногу. Видимо, Гленна всё-таки воспользовалась советом Софи, и привлекла его к подготовке. Ну, ничего не поделаешь! Софи нацепила на лицо вежливую улыбку и пошла с ним, словно на плаху. Она бросила на Нессу последний умоляющий взгляд, но та лишь пожала плечами, и строго взглянула на Софи.

«У каждого свои обязанности, ваше высочество!» — будто говорил её взгляд.

До самого вечера Софи только и делала, что говорила "Да", если ей нравилось, либо "Нет", если её что-то не устраивало. Софи даже показалось, что она заметила ехидную улыбку на лице Гленны, когда та появилась в общем зале. Вот негодница! Софи так и захотелось показать ей язык, как в былые времена, но она понимала, что статус не позволяет. Королева Эмма была всё время рядом с ней. О, как ей нравилась эта суматоха! Глаза горели, улыбка не сходила с её губ. У Софи всего на секунду возникла мысль скинуть всё на её плечи, но она не посмела так поступить.

Ближе к вечеру к ним в зал случайно забрёл Уильям. Софи бросила на него умоляющий взгляд, но он сделал вид, что ничего не заметил и, насвистывая развесёлую мелодию, выскочил оттуда, только бы его ни о чём не спросили. Софи решила поквитаться с ним позже.

Правда, покинув зал уже после полуночи, (она бежала оттуда, словно спасалась от костра великой инквизиции), Софи позабыла обо всех своих планах мести. Она так устала! И как только её голова коснулась подушки, она моментально провалилась в сон без сновидений.

Как на следующий день прошла коронация для Софи так и осталось загадкой. Она была словно в тумане. Помнит лишь, что они стояли в церкви, Уильям произносил свои пламенные клятвы, после которых все вокруг замирали от восторга. Она так гордилась им — истинный король Шотландии!

После коронации, по традиции, состоялся праздничный пир, во время которого королевские воины состязались между собой, показывая свою отвагу и мужество перед новым правителем.

Посмотреть на рыцарские турниры собралось немало народу. Отовсюду доносился гомон голосов, пытавшихся переговорить друг друга. Крики в поддержку участников турнира звучали из каждого уголка двора. Посмотрев на всё это, Софи решила, что на коронацию съехалась знать со всей Шотландии. Все хотели засвидетельствовать свое почтение его величеству.

Софи была рядом с Уильямом, когда вышла смотреть рыцарский турнир. Как и сказала Несса, платье, что приготовила Кирсти, было неподражаемым! Портнихи на славу постарались, создавая наряд для своей королевы. На его пошив ушло уж точно не менее дюжины метров ткани. Нежнейший шёлк цвета морской волны выгодно оттенял её синеву глаз. Длинный шлейф, словно водопад, тянулся позади Софи. А подол юбки украшала затейливая вышивка из золотых нитей. Голову её венчала корона, полностью инкрустированная бриллиантами. Софи так и приковывала к себе всё внимание, вызывая зависть у женщин, и восхищение у мужчин.

— Здесь собралась вся Шотландия! — сказала Софи, оглядывая всех собравшихся во дворе замка.

— Ты права! — ответил Уильям, взяв её за руку. Их пальцы переплелись.

Софи, осматриваясь вокруг, вдруг увидела в толпе уж больно знакомое лицо.

— Посмотри, а это там не леди Эйлин? — спросила она Уильяма, указав в сторону роскошно одетой женщины, окруженной толпой дам.

— Да. Похоже, что она, — ответил ей Уильям, присмотревшись. — И с ней рядом леди Лорна, кажется.

— Я на минуту оставлю вас, ваше величество! — сказала Софи, отходя от него с загадочной улыбкой на губах.

Бросив на жену заинтересованный взгляд, Уильям насторожился. Что задумала эта плутовка?

Она прошла сквозь толпу праздно одетых людей, отделявших её от леди Эйлин, и остановилась напротив неё, привлекая всё внимание к себе.

— Леди Эйлин! Какая честь приветствовать вас на коронации! — мило улыбнувшись, проворковала Софи.

— Ваше величество! — тихо отозвалась леди Эйлин. На ней было роскошное платье из красного шёлка туго затянутого вокруг талии.

«Как она в нём дышит?» — подумала Софи.

От неожиданности или может отчего-то ещё, леди Эйлин слегка побледнела. Софи поприветствовала и группу дам, что стояли рядом с леди Эйлин, кивнув им.

— О, леди Лорна! — улыбнулась Софи. — Вы тоже здесь! Удивительно!

— Ваше величество! Это честь для нас быть среди гостей! — проблеяла леди Лорна.

«Ну, разумеется!» — прозвучал в голове Софи насмешливый внутренний голос.

— Как вам праздник? Как турнир? — спросила Софи, вновь обратившись к леди Эйлин.

— Всё…Всё великолепно! — от волнения леди Эйлин стала запинаться.

— Вы же останетесь погостить у нас некоторое время, правда? А вы, леди Лорна? Я настаиваю! Я бы очень хотела показать вам обеим замок. Здесь столько прекрасных мест. Начнём мы, пожалуй, с королевского розария. Королева Эмма, вместе с садовниками, постаралась на славу, создавая это произведение искусства. Не будем её огорчать! Розы пахнут просто божественно! Только нужно быть осторожными с пчёлами, они жутко жалят! — заговорщицки наклонившись к леди Эйлин, мило проговорила Софи. Синие глаза опасно блеснули.

В глазах же леди Эйлин мелькнул страх.

«Откуда она знает?» — казалось, говорил её взгляд.

«Я всё тогда слышала!» — кривая ухмылка Софи натолкнула её на верный ответ.

Ахнув, леди Эйлин побледнела ещё больше и спустя мгновение она полетела вниз, потеряв сознание. Дамы, окружавшие её, в растерянности столпились вокруг леди Эйлин, пытаясь привести её в чувства.

Леди Лорна бегала рядом, словно верная собачонка.

— Бедняжка! Такой впечатлительной оказалась! — театрально прижав руки к груди, сказала Софи. Леди Лорна растерянно заморгала. — Леди Лорна, надеюсь, вы поможете вашей родственнице, вы ведь такая выдумщица! Я знаю!

Кивнув, Софи стала отдаляться от них, шурша шёлковыми юбками.

Лёгкая улыбка блуждала на её губах.

Content

Алиса Болдырева
Служанка его высочества

Пролог

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII