Анетта Политова

Ловушка для охотника

ПРОЛОГ

— Это же ребенок! — прорычала я. Приходилось все время так разговаривать, чтобы мой тонкий голосок не вызвал подозрения.

Так вышло, что для всех на острове оборотней Гриф я — мужчина, вожак клана, их альфа. Уже пять лет никто не бросал мне вызов. Пятнадцать поверженных соперников заставили присмиреть жаждущих власти. Приходилось прикидываться, чтобы выжить. Каждый подстраивается под обстоятельства, как может и я не исключение.

— Какая разница? Все равно — женщина!

— Кто разрешал её трогать? — от очередного рыка, по-моему, искры из глаз посыпались… Не у меня, конечно, у того идиота, горло которого я сейчас сжала и с удовольствием придушу. Получение удовольствия — то, что нами движет в момент охоты. Своих, разумеется, мы не трогаем, но ЭТОТ!

— Линдор, остановись! — ко мне осторожно подошел Тарк. — Вожак, нам в любом случае теперь придется избавиться от девчонки, здесь ей не место, а назад… В общем, сам знаешь. В город нельзя.

— Я лучше казню его, чтобы другим неповадно было! Дети — табу!! Кто еще это не понял… — я обвела светящимися глазами лидеров своего клана. Они собрались все здесь, услышав мои дикие рыки. Знают… Наученные… Если альфа не в духе — прольется чья-то кровь!

Но руку с горла твари, укравшей сегодня из города девочку, все же убрала.

Рант отдышался, потер шею и, сверкнув в мою сторону глазами, хрипло произнес:

— А знаете, братцы, почему наш многоуважаемый вожак так печется о жертве, какова настоящая причина, мешающая причинить вред бабе? Не знаете… А я вам скажу!

— Как разговариваешь ты, мразь! Забылся, кто твой повелитель? — кто-то возмутился из толпы, но я подала знак, чтобы заткнулся.

— Пусть говорит!

— Я вам скажу, — усмехнулся мужчина-волк, своей самой обворожительной улыбкой, — потому, что это, — он ткнул в мою сторону пальцем, — ВОЛЧИЦА!!!

ГЛАВА 1

Мне довелось родиться единственной среди представителей своей расы девчонкой. Оборотни в нашем многочисленном клане исключительно мужчины. Так было и так есть. А я вот…

Что со мной делать?

Этот вопрос не давал покоя вожаку, чьей дочерью мне посчастливилось стать. Разумеется, первым порывом было уничтожить, так как женщин на острове оборотней Гриф не жалуют, их используют для утех и продолжения рода.

Магия делала свое дело, и всегда рождались лишь мужчины-оборотни сильные и красивые, настолько же безжалостные и кровожадные — новые ночные охотники.

Занеся ритуальный клинок надо мной, отец не ожидал, что малютка тут же среагирует, превратится в волчонка и едва не оттяпает руку.

— Сильна! Очень ловко! — восхитился мужчина.

Сила всегда нас завораживала, так же как и слабость со смесью страха заводила, заставляя охотиться. Он не смог избавиться от волчицы, оставил жить, а всем остальным просто не сказал правду. Да и подозрений никогда бы не возникло, так как кроме сына никого другого и не ждали от человеческой женщины, а о существовании волчиц никогда не слышали.

Расти среди мужиков, необыкновенно красивых, сильных и харизматичных, иногда… голых… Ну, то есть совсем без одежды. Вы поняли. То еще испытание. Хотелось скорее достичь совершеннолетия, у нас оно наступало в двадцать, и бросить, наконец, вызов вожаку. Да, я мечтала править всей этой кучей тестостерона. Доказать, что я тоже чего-то стою. Но оставаться при этом «мужиком» как бы более не планировала. Думала, сделаю батю, и объявлю о себе клану. М-да…

Конечно, жутко бесило прятать свою привлекательную внешность, ломать голос, хрипеть и рычать. Ко всему еще я не относилась к категории женщин, которые с радостью носили брюки, стригли волосы и знать не желали о косметике. Не повезло мне вдвойне! Я была девушкой до мозга костей, хоть и кровожадной, не без этого, от природы ведь не уйдешь! Мне хотелось нарядов, красивого белья, коготки там накрасить красненьким… А еще, я желала мужчину. Коварная природа продолжала надо мной подшучивать и наделила красотой, пышными формами, стройными ногами и чувственными губами. Оборотни всегда очень красивы, на это наши жертвы и падки. В волков мы превращаемся по желанию, но в основном в день Великой охоты, которую устраиваем раз в месяц в полнолуние на острове. Самих же жертв ищем в человеческих городах, а чтобы подозрений не возникало, места поиска каждый раз меняем. В остальные дни живем обычной современной жизнью, разве что отдельно от прочего мира.

***

— Линдор!

— Да, отец, — я повернулась на голос.

— Сегодня твой день рождения… Двадцать лет! Ты стала взрослой! Я знаю, что жаждешь бросить мне вызов, и по нашим законам в живых останется кто-то один, но! Прежде, чем ты это сделаешь, я хотел бы подарить тебе несколько дней, которые ты проживешь, будучи самой собой. Самолетом отправишься на курорт, самый лучший и дорогостоящий. Я долго выбирал. Делай, что хочешь, покупай вещи и драгоценности, одевайся в наряды, посети салоны красоты. Одним словом, будь женщиной, Линдора!

— Ничего себе, подарочек! Спасибо, конечно… Боюсь, я не захочу возвращаться, — невольно улыбнулась, представляя, как буду отрываться на всю катушку.

— Если бы можно было нам жить среди людей, мы бы это делали, но увы. Ты не продержишься и трех месяцев без охоты, сущность зверя будет рваться наружу при малейшем проявлении страха у человека, даже не по отношению к тебе.

— Как ты сообщишь бетам, что я пропал?

— Тебе предстоит твоя первая охота, и нужно привести жертву. Я скажу, что ты отправился за ней. И, да! Придется похитить женщину, а потом охотиться на нее. И не смотри на меня так!

Я закатила глаза.

— Как мне надоел этот маскарад! Думаешь, легко среди сотни накаченных мачо жить на острове? Видеть, как они насилуют женщин и жрут их? Может, если узнают, что в клане дама, немного добавится культура в общение? Волки станут уважать мои эмоции, беречь чувства? — сама же и рассмеялась, поняв, что несу бред.

— Линдора, ты в своем уме? В лучшем случае, к тебе под юбку выстроится очередь, а в худшем… даже думать не хочу!

— Только не говори, что ты мной дорожишь! — возмутилась я. — Любовь и доброта у оборотней генетически не предусмотрена.

— Ты не сын, но мой же ребенок! Почему я не могу относиться к тебе с заботой? Все, что здесь построено, все для тебя. Даже братьев нет. Волчица об этом не задумывалась? А? Что скажешь? Спрашивала себя? Почему у меня всего ты одна родилась?

— Нет! Боялся, еще самку породить?

— Из страха разоблачения! Глупая… От братьев ты бы точно не скрыла свои огромные титьки!

— Я не виновата… что они такие. Ладно, спасибо! Но, ты прав, когда вернусь, мы сразимся, ибо вечно ходить в штанах и утягивающем корсете я не намерена. А став вожаком наведу свои порядки!

— Введешь в моду юбки? Как у шотландцев? — хохотнул вожак и покинул мою комнату.

— Если придется, то да! — крикнула ему в след.

Взяла со столика оставленный отцом кошелек и пошла собираться. Вернее одеваться, так как брать с собой ничего из мужской одежды не хотела.

Через несколько часов буду девушкой!

Какое это счастье приобрести, наконец стринги и попробовать в них походить… Узнать ответы на вопросы: удобно и ощущаешь ли веревочку? А каблуки?! Куплю себе самые высокие шпильки, что видела недавно по телеку.

Поскольку есть вероятность, что бой отцу я проиграю, хоть будут в моей жизни эти женские деньки.

— Спасибо… — прошептала одними губами.

ГЛАВА 2

За все эти прошедшие двадцать лет жизнь меня не баловала. Я постоянно была чем-то занята. Выматывающие физические тренировки, учеба, оттачивание умения владеть всеми видами оружия и так далее.

Ведь наш клан не только развлекался, но и работал довольно активно в мире людей. Отец возглавлял охранное агентство, офисы которого были рассредоточены по всему миру. Мы охраняли высокопоставленных персон, или же наоборот, занимались их устранением.

Поскольку мне тоже предстояло в будущем занимать определенное место в общем бизнесе, приходилось учиться. Дистанционно, конечно же… Вдруг, я бы набросилась на студента, трясущегося от страха перед экзаменом и растерзала несчастного на глазах у всех? Этого нельзя было допустить. Как вы уже догадались… Наши особенности, магия крови и отношение к расе оборотней хранились в секрете.

Так что… кукол отродясь в руках не держала. И как собственно из меня после всего этого пацанячьего детства с уклоном на армейский режим выросла утонченная и женственная особа, даже не смотря на заметно накаченные мышцы? Все магия… Она одарила меня обаянием и совершенством форм, чтобы ни один хм… самец не прошел, так сказать, мимо.

Представляете, чего мне стоило играть роль мальчишки?

Нет… Скорее всего нет!

Я на стенку лезла от желания близости с одним из членов клана. Выла в буквальном смысле чуть ли не каждый день. Все напрасно, интрижку закрутить хоть с кем-нибудь, было невозможно.

О, какие же они сексуальные…

Так, все! Соберись!

Нельзя думать о жителях нашего острова, а то я за себя не отвечаю.

Думай не думай… Не знаю, как самцы… А вот я того… это самое… влюбилась в одного из бет, что были постоянно в окружении отца. Да, предполагала, что волки на это не способны… говорила же, что этому чувству мы не подвластны… А оно случилось! Конечно словом «любовь» я это не называла, а скорее — помешательство. И надеялась в глубине души, что оно временное.

Старалась не бросать пламенных взглядов в сторону кое-кого, но они сами бросались. Сводил с ума запах, голос и вообще все, что может сводить. Каждый прожитый день был словно подвиг, победа над проклятым зовом.

Поделилась с отцом, рассказав во всех подробностях, что я чувствую, и чего мне стоит не броситься на мужчину из своих ночных грез. К сожалению, он не знал, чем мне помочь, я ведь существо уникальное, не изученное и единственное на планете. Давно уже оборотни нигде не встречались, а все ныне существующие сосредоточились на закрытом частном острове Гриф, то есть здесь. Придется быть первооткрывателем и шишконабивателем.

Зато объект моего воздыхания и знать не знал, что по нему кто-то сохнет. Что есть одна глупая волчица, желающая познакомиться и начать отношения. Этот самый объект, будь он не ладен, развлекался то с блондинками, то с брюнетками…

А я как д… Почему, собственно как?

Короче, одна дура пробиралась ночами к окнам его спальни и глазела на все это безобразие. Спрашивается зачем? А кто ж его знает? Наверное, пыталась понять, чего ему, этому кабелю ненасытному надо, чтобы понравиться. Так и не выяснила, кого он в итоге предпочитает. Заказала отцу краску для волос, решая перекраситься в блонд или нет? Вожак долго пытался понять мои мотивы, но разве женская логика поддается осмыслению? Не стоит и пытаться найти объяснения некоторым нашим поступкам, тем более мужику. Если честно, мы и сами иногда не знаем "зачем"? Просто — надо!

Прикидывала и решала, но в конце концов выбросила краску в мусорный бак.

"Буду такой, какая я есть!"

Конечно, улыбнулась от этой мысли — я давно уже не я, а если цвет волос изменю, совсем потеряюсь…

Плохо, что нам не быть среди людей… Как бы хотелось жить нормальной жизнью, встречаться с обычным парнем… Как в кино!

Представила рядом с собой человеческого парня и ощутила голод, рот наполнился слюной, ноздри затрепетали…

Хорошо! Ладно… Встречаться с другим оборотнем, которого не захочется съесть. Здесь уже воображение стало подкидывать картинки из эротического фильма. Кидает из крайности в крайность! Ничего не поделаешь, желание утолить голод и получить удовлетворение от спаривания всегда берут верх над человеческой сущностью.

Пока волки не достигли совершеннолетия, они были более менее безопасны для окружающих и не охотились на людей. Достаточно просто ежедневного стейка с кровью, охоты на оленя или медведя раз в месяц, и нормально. Можно жить дальше. Но после окончательного полового созревания, лучше не вставать у них на пути, ни в коем случае не выказывать страха. Гарантии, что голодный, жаждущий крови зверь сдержится теоретически ни какой. С годами… Лет так к тридцати появлялся опыт, умение себя контролировать, гормоны уже не били столь сильно в голову. Тогда оборотни начинали работать с людьми, а случаев срыва практически не было.

Все это, разумеется, индивидуально. В стае были и такие волки, что с острова ни ногой. Они способны уничтожить целый район, настолько кровожадны… Им кололи специальные препараты и контролировали перемещение с помощью датчиков. Имелись и такие, которых воротило от человеченки. Эти тоже никуда не уезжали, из опасения в один прекрасный день сорваться.

Вам, наверное, интересно, как же мои сородичи, обладая супер чутким нюхом, умудрились не учуять мои… хм… ежемесячные изменения организма? В такие дни я сидела, дома ссылаясь на занятость в учебе. Это очень злило моих тренеров, но так как отец все же вожак, они помалкивали. Зато, стоило мне вернуться в строй, нагрузка увеличивалась втрое!

Мстительные и злобные твари!

Зачем мы есть?

Какова цель нашей расы и роль на этой планете?

Я часто задавалась подобным вопросом. Просто определенный вид хищников и все, весь ответ! Если опустить жирный нюансик… Мне нравилось быть сильной, превращаться в волка, и я жаждала охоты.

ГЛАВА 3

Частный самолет приземлился в аэропорту уже к вечеру. Город-курорт встретил меня многочисленными огнями и суетой среди отдыхающих. У меня была неделя до Великой охоты, и я планировала ни в чем себе не отказывать. Ведь после этого события наступали три для празднований, развлечений и оргий. А затем день, когда можно бросить вызов вожаку. И может быть, я буду не одна, кто знает…

Покидая пилотов, заранее обговорила время следующей встречи и села в такси. До нужного отеля оказалось не так и далеко.

Первым делом, скинула с себя мужское барахло — льняные шаровары, объемную толстовку и мокасины.

Все прочь!

Распустила волосы и побежала в душ… А потом, все же решила, что ванна с пеной — то, что надо! Томилась, наслаждалась и предвкушала!

Денег отец не пожалел, может и правда, что-то ко мне испытывал? Хотя, как-то привязанность и симпатия абсолютно не вяжутся с его образом безжалостного повелителя. Убивал не глядя. И жертву и нарушителя строгой дисциплины. Стая уважала вожака и подчинялась, но он постарел и скорее всего уже не тот… А я, наоборот повзрослела. Для меня он сделал все, что мог, пытаясь скрасить это сомнительное совместное с волками существование, но… Сегодня я в нем видела лишь конкурента. Вероятно всему виной мой образ жизни.

Кто накосячил с моим зачатием?

Почему магия "сломалась" и родился не волк, а волчица?

Вечно же мужиком я не смогу быть! Да и не хочу! А умирать раньше времени не тороплюсь, ведь сородичи, узнав правду, неизвестно как себя поведут. В какой-то степени отец прав: они самцы, много самцов, а я их самка и я одна… Перегрызутся из-за меня или убьют, чтобы этого не допустить. Ни один вариант мне не подходит! Только сражаться и победить! А потом видно будет…

Я вздохнула.

Как же надоело притворяться! Я на сто пятьдесят процентов женщина! Хочу отдельный остров! Буду тоже развлекаться и плодить себе подобных! А это идея!

Откинувшись на бортик ванной прикрыла веки. Как хорошо! Мягкая пена нежно касалась кожи, тонкий аромат эфирных масел заставил невольно расслабиться. Я отдыхала и никуда не спешила.

Не заметила, как погрузилась в состояние полудремы, из которого меня вывел стук в дверь ванной комнаты:

— Мисс Линдора! Позвольте войти? — послышался приглушенный женский голос.

— Входите! — так непривычно прозвучал мой голос. Здорово быть собой, настоящей.

— Добрый вечер, меня зовут Самира, — женщина среднего роста с короткой стрижкой и в деловом костюме осторожно зашла и прикрыла дверь. — Ваш отец попросил во всем помогать и где нужно советовать, подсказывать. Рассказал, что вам пришлось расти исключительно в мужском коллективе, и что вы вообще не разбираетесь в женских штучках. Я принесла одежду на первое время… — она запнулась, так как я поднялась из воды и встала в полный рост. Глаза женщины повторили движения многочисленных струек по моему телу из смеси пены и воды. Мне польстило восхищение, отразившееся на мое лице: — наверное, не подойдет… — констатировала помощница после увиденного. Потом до нее дошло, что она неприлично пялится на гостью. Тут же спохватилась, отвела глаза и протянула большое махровое полотенце. — Прошу прощения… Вы необыкновенно прекрасны, не сочтите за дерзость… мой комплимент. Вы спортсменка?

— Типа того! — грациозно перешагнув бортик, я вышла в спальню. — Ну-с, что там вы мне принесли?

На постели было аккуратно разложено зеленое строгое платье с довольно длинной юбкой.

— Я не знала размер… И ваш отец, как выяснилось, тоже в этом не смыслит… попросил сделать акцент на классический стиль… Простите. Немного не угадала, сейчас все исправлю. Пока вы будете волосы сушить…

— Забудьте о моем отце и о том, что он там вам говорил по поводу моих возможных предпочтений в одежде. Классикой увлекусь к шестидесяти годам, а сейчас хочу мини и секси. Я приехала охотиться!

Женщина округлила глаза.

Меня это рассмешило. Люди такие забавные.

— А размерчик и, правда, маловат… Самира, бегом! Папа разве не говорил, что чемпионов в моем спорте злить нельзя?

Намек был понят и она убежала.

Через несколько минут, в мой гостиничный номер двое мужчин вкатили длинную конструкцию со штангой посредине, полностью увешанную женской одеждой различного фасона.

— Выбирайте! — предложила Самира.

Я проводила глазами представителей противоположного пола. Они, в свою очередь, обдали меня обжигающими взглядами. Может, при других обстоятельствах я не обратила бы внимание на столь выраженную реакцию по отношению к себе, но они оказались первыми самцами, перед которыми я предстала в качестве женщины. Мне было жутко интересно! Понравилась ли?! Судя по всему — да!

— Рик и Стен, вы свободны! — выпроводила их из номера женщина и заперла дверь на ключ.

— Мисс Линдора! Оденьтесь уже, хотя бы в халат! Таких красивых девушек здесь не часто можно встретить, а практически без одежды… в полотенце… Сами понимаете… Отбиваться от насильников, надеюсь, умеете, раз свой выбор остановили на откровенных нарядах?

— А зачем от них отбиваться? — показала ей язык и стала перебирать вещи на вешалках.

Пока я копалась в барахлишке, Самира сделала несколько звонков.

— Сперва парикмахер, затем маникюрный салон… — посмотрев на мои ноги, — магазин обуви и… Парфюмерия и косметика, но это уже завтра. Что-то пропустила? В ювелирный бутик можно заехать…

— Белье бы, — усмехнулась я.

Стянула полотенце и облачилась в кремовое мини платье без лямок хм… довольно коротенькое. Эластичная ткань красиво повторила контуры моей фигуры, словно вторая кожа. Непривычно после толстовок и свитеров крупной вязки. Я же раньше старалась одежду как можно толще выбирать и больших размеров, грудь-то как-то приходилось прятать, а в корсете долго не проходишь. Дискомфорт, понимаешь ли.

— Поняла! Тогда сперва в салон женского белья.

ГЛАВА 4

Поздний вечер.

У барной стойки ночного клуба отеля восседала сексапильная длинноногая брюнетка в узком черном платье на одно плечо, и медленно поглаживала обнаженную коленку пальчиками с красными ноготками в тон туфель на шпильке.

Это была я.

О том, как я училась держать равновесие, надев новые туфли, целая юмористическая история. Даже не хочется вспоминать. Час мучений не прошел даром — я уже не падала через каждые три метра. Скажу честно: легче пройти полосу препятствий, чем спуститься по лестнице в этой красоте на золотых шпильках. Но я это сделала, дошла. Теперь сижу, попивая безалкогольный мохито, и высматриваю «развлечение» себе на вечер. Разумеется пока безобидное, без крови.

Еще в салоне самолета представляла свой дебют в качестве одинокой девушки, желающей познакомиться. Наивной такой и, с виду, абсолютно беззащитной… Хотелось заставить думать свою будущую игрушку, что это он охотник, а вовсе не я.

Я уже была близка к цели, мною заинтересовался какой-то молодой и симпатичный бизнесмен. Два раза угощал коктейлем… Вот-вот должен был, наконец, решиться и подойти сам…

Но даже здесь, за сотни миль от дома я умудрилась напороться на одного из членов своего клана. Похоже, не только мой отец считает, что данный курорт — это лучшее место на Земле.

Проклятье!

Рант — высокий, темноволосый красавец, с идеальной фигурой… да все в нем идеально, кроме характера. Не буду лукавить, у нас оборотней у всех характер не сахар, но у этого представителя уж больно особенно гадский. Спросите чем? Он меня ненавидит! В смысле того парня, роль которого я играю в своем клане. А все потому, что я лучше него… во всем! Я бы тоже его возненавидела за постоянные издевки и подначки, если бы именно к нему не воспылала тем чувством, о котором уже говорила. Да, это тот оборотень на котором я помешалась… хм… временно.

Я не расстроилась. Проблема решаема. Просто уйду сейчас и все. Вызову такси и поеду в другой ночной клуб, делов-то!

Расплатившись с барменом за то, что заказывала сама, я встала. Наклонилась за сумочкой и ощутила на своем бедре горячую ладонь. Убила бы на месте! Кто посмел?!! Медленно повернулась и встретилась с… голубыми глазами моего сегодняшнего поклонника.

— Простите… — мужчина убрал руку. Я машинально одернула юбку ниже и покосилась на него.

Оборотень, как ни в чем ни бывало, веселился в кругу компании, прибывшей вместе с ним. Они выбрали столик. Двое мужчин (второй, вероятнее всего, тоже волк) и три девушки, расположившись, обсуждали меню. Кажется, меня не заметили. Вот и отлично! Мне лучше тоже не видеть, как этот брюнет флиртует с противоположным полом, а то ведь могу и сорваться.

— Спасибо за угощение, — моргнула ресничками, — к сожалению, мне пора…

— Такая красивая и одна? И уже уходишь? — он позволил себе меня приобнять, — я был бы счастлив, составить тебе компанию…

— Дора!

— Приятно познакомиться, а я Дерек.

— Взаимно, — обворожительно улыбнулась, — я только носик попудрю и вернусь, — далеко не уходи, Дерек.

— Буду ждать сколько скажешь, хотелось бы узнать откуда родом такие богини, — усмехнулся мужчина и проводил меня изучающим взглядом.

"Боюсь, мой дорогой, умереть тебе не от моих клыков, а от любопытства!" — подходя к уборной, я уже начала снимать туфли. Выйти придется через окно, так как двое моих сородичей и их компания расположилась по дороге к дверям из клуба.

Не думайте, что я боюсь быть узнанной. Не в этом дело. Меня не узнает сейчас даже собственный отец, а он больше всех проводил со мной времени. Я просто поняла, что волки здесь делают… То же, что собственно и я — подбирают будущую жертву для Великой охоты. А, она состоится через неделю. Не хочу, чтобы их выбор ненароком пал на меня, вот и все!

Только я закинула ногу на подоконник…

— Вас подсадить, красавица?

Сердце предательски ускорило свою работу, и холодок пробежался по спине. Этот голос! Его очарование уже несколько лет не дает мне спать спокойно!

— Лучше уйдите! — постаралась сказать как можно небрежнее. На самом деле не хотела, чтобы Рант уходил. Уже желание слиться с ним в поцелуе начинало вызывать не нужное головокружение. Как же это бесит! Не вовремя все!

— Я не привык бросать деву в беде… Это не по-джентельменски, знаете ли. Простите, нет!

— С чего вы, собственно взяли, что я нуждаюсь в помощи? — я стояла к нему спиной, но это не мешало ощущать всей кожей жар его тела и улавливать мужской запах, сводящий с ума.

— Навязчивый поклонник… — сделал вывод оборотень и был абсолютно уверен в его верности. — Вы сбегаете… Точнее, пытаетесь это сделать.

— Похоже, что уже два поклонника… И один навязчивее другого… Идите к своим друзьям, я взрослая девочка, сама разберусь!

Ну, зачем я повернулась? Похоже, природа меня обделила кое-чем очень важным — мозгами. Попав в плен магии очарования оборотня, я как загипнотизированная уставилась на чувственные мужские губы, будто кроме них здесь больше ничего нет.

— В самом деле? — он прошептал это у моего полуоткрытого рта, — и что? Настолько взрослая?

Его руки обхватили мою талию и сжали, словно проверяя на прочность, затем спустились ниже и…

Юбка была разорвана по шву.

— Так легче, не правда ли? Ножки задирать… — мой спаситель усмехнулся.

— Вы настоящий рыцарь! — Я уперлась ладонями ему в грудь, удерживая при этом обувь за каблуки, — ну, я пошла?

— А благодарность? — он картинно указал пальцем на гладко выбритую щеку, намекая на поцелуй.

— Так и быть, не выставлю вам счет за порванное платье! — собрав всю силу воли в кулак, я шагнула от него назад к окну и, развернувшись, запрыгнула на подоконник.

Но не тут-то было!

Сильные руки словили меня в полете и вот я уже лицом к мужчине, прижата спиной к стене, его одна нога между моими стройными ножками, запястья зафиксированы у изголовья и звук выпавших красных туфель из моих обездвиженных рук.

— Неблагодарная…

Рант впился в мои губы с такой страстью, что создалось впечатление, будто он несколько дней провел в пустыне и тут неожиданно попался долгожданный, спасительный источник живительной влаги. Конечно же, я не могла не ответить, если еще учесть, что мечтала об этом, желала его… Наши языки неистово двигались, соприкасаясь друг с другом, напор усиливался… Кажется, мужская рука уже хозяйничала в моих кружевных трусиках…

Он смог оторваться от моих губ лишь спустя несколько минут безумного поцелуя. Тяжело дыша, оборотень прошептал:

— Кто ты, девочка? Просто огонь!

Я откинула голову назад и закрыла глаза. Губы саднило, они немного распухли от укусов и страстных посасываний. Это вообще мой первый поцелуй и я не могла так сразу прийти в себя. Понимала, что нужно бежать. Если позволю ему все, что он и я хотели… Продолжить — это конец! Я стану его рабыней навсегда!

Лизнув мое ухо, Рант страстно предложил:

— Я остановился в этом отеле. Приглашаю продолжить наш поцелуй.

— А я предлагаю на нем закончить! Мне пора, все было просто класс!

— Не так быстро, сладенькая…

— Поцелуй на прощание? — я осторожно, не спуская глаз с этого хищника, подняла с пола свои туфли, скрестила руки у него на шее и прильнула к губам. Затем четко поставленный удар в пах… Он согнулся, кряхтя от боли, не веря в силу столь хрупкой девицы, и напоролся на мое колено еще и лбом, да сильно таак… Бедняжечка! Потеряв равновесие, мужчина завалился и упал. Мне его было жалко… до боли в сердце. Люблю, как ни как! Но хватит, по игрались и будет! Пора и честь знать!

Пока волк корчился на полу, испепеляя меня ненавидящим взглядом, я наконец-то осуществила задуманное. Выпрыгнула-таки из окна. Выбежала на дорогу и поймала такси.

— Куда, мисс?

— Где у вас здесь можно классно потанцевать?

— Клуб "Приватные танцы" подойдет?

— Отлично, поехали!

Машина газанула, и я унеслась прочь от разъяренного волка. Что, интересно знать, он будет теперь делать? Ну, когда регенерируются его хм… те самые, отбитые мною?

ГЛАВА 5

Не сказать, что я была абсолютно не приспособлена к жизни в большом мире. Дома также был телевизор и интернет, но вот слово "приватный" не вызвало ни каких подозрительных ассоциаций. Но нам, практически бессмертным с уникальными способностями тканей и органов самовосстанавливаться, обладающим скоростью и силой существам (о том, что в любой момент мы можем превратиться в клыкастое и хищное чудовище размером с медведя… я вообще молчу)… Короче, нам море по колено!

Хоть специфика клуба стала для меня сюрпризом, я не ушла. Веселее будет!

Беспрепятственно пройдя мимо внушительных размеров охранников, я осмотрелась. В ноздри ударил странный запах, своего рода гремучая смесь из желания, адреналина, алкоголя и крови. Даже не поняла, нравится ли мне подобный букет или нет? Двойственное ощущение. Главное, я не испытывала здесь жажды полакомиться красной и тягучей жидкостью, что уже радовало. Значит, остаемся!

Нашла барную стойку и уселась на свободный стул. К слову, они все были свободные, так как народ танцевал! Видимо местная звезда вышла на сцену и зажгла публику.

Музыка была отличная, моя ножка покачивалась ей в такт, а каблуки туфель переливались в огнях многочисленных софитов, привлекая ко мне внимание.

Красота!

С улыбкой взглянула в андроид, где еще в такси установила таймер, желая посмотреть насколько быстро меня догонит мой случайный охотник. Интересно, он сменит ипостась, чтобы лучше ориентироваться по запаху или в облике человека за мной погонится?

— Опасную игру ты затеяла, девочка! — я вздрогнула. Чуть не выронила свой телефон, где на экране бешено отсчитывались сотые доли секунд, превращая их в минуты. Выключая таймер, краем глаза подсмотрела цифру, на нем было 15 минут. Сомнений нет, он стал волком, чтобы ускориться в процессе преследовании… жертвы.

Ну, надо же!

Я усмехнулась. Рант выбрал меня в качестве той несчастной, которую планировал соблазнить, а впоследствии доставить для Великой охоты.

М-да, ситуация!

— Улыбаешься? Нравится дразнить мужчин? — понял он по-своему мою усмешку.

Если честно, не знала, как от него отделаться, да и не очень-то хотелось. А если быть с собой до конца откровенной, то еще там… несколько минут назад я уже передумала от него убегать. А если учесть тот факт, что от охотника не скрыться… вообще ни как, то у меня проблемы.

Не убивать же его?

— Хочу выпить! — решила тянуть время.

В этом заведении столь людно и шумно, что он не будет позволять себе вольности… наверное. Хотя, тут и света маловато.

— И что же пьет, дама? — Рант усмехнулся.

— Мохито. — Глядя на его улыбочку, добавила: — Безалкогольный!

— Разумеется, — улыбка стала шире.

Ой, не нравится мне все это. Надо тикать! И лучше на другой курорт.

Воспользовавшись тем, что охотник отвлекся, чтобы заказать напитки, я спрыгнула с барного стула и "нырнула" в танцующую толпу, с намерением снова сбежать, но теперь уже окончательно. Знала я одну уловку, отбивающую запах и планировала с помощью нее замести следы.

Не очень хотелось бы прибегать к этому сейчас, но Рант, будь он трижды проклят, меня вынуждал, наступая на пятки.

Я оглянулась, чтобы проверить факт преследования и наткнулась на танцующего. Он тут же развернулся и ухватил меня по-хозяйски за талию.

— Потанцуй со мной, красотка! Для меня…

Я ему мило улыбнулась, пока не понимая, что этот тип имеет в виду. Уже и запамятовала, что клуб называется "Приватные танцы".

В общем, я возьми и согласись:

— С удовольствием!

— Тогда пошли!

Меня схватили за запястье, и повели куда-то за танцпол. Я даже не смотрела, собственно куда, ибо увидела моего преследователя. Он застыл в нескольких метрах от нас и очень зло скалился. И я приняла решение, что играть хватит. Придется укусить моего нового кавалера и тем самым мой запах станет нейтральным — особенность нашей расы для заметания следов, так сказать. Магия, каким-то образом, после укуса жертвы полностью подстраивалась под окружающую среду, позволяя нашему запаху смешаться с воздухом и беследно раствориться. Поэтому волка невозможно было найти или вычислить след, это и позволяло нам до сих пор оставаться в тени и сохранять свое существование в тайне.

— Прошу! — незнакомец улыбнулся и пропустил меня вперед в небольшую комнатку с зеркалами.

Окинув взглядом свою будущую жертву, я кокетливо улыбнулась и вошла в помещение. Теперь уже стало понятно, чего от меня хотят. В любом случае снаружи охрана и нас не потревожат, в том числе и Рант. У комнатки была еще одна дверь с противоположной стороны, вот через нее я и сбегу.

— Какая ты красивая, детка! — мужчина буквально пожирал меня глазами, мне это нравилось.

— Ты тоже ничего так, — усмехнулась я и усадила его на стул, что стоял в самом центре.

— И горячая… — его глаза потемнели от желания, а я вдруг подумала, что этот человек вполне мне подойдет для перехода во взрослую жизнь… Симпатичный, в меру спортивного телосложения, ухоженный весь такой, скорее всего, и не бедный. В самый раз, чтобы расстаться с девичьей честью… Не с Рантом же это делать? Хотя… при виде оборотня, ноги подкашивались, и уже не хотелось никуда уходить, овладевало желание быть лишь с ним и плавиться под его страстным взглядом… Если бы не эта охота и понимание, зачем он меня преследует, я бы не сбежала, а постаралась как можно активнее провести с ним каникулы. А мой новый знакомый… Я решила не бросать его здесь, а прихватить с собой.

Заиграла музыка и я начала двигаться ей в такт, возбуждая своими движениями кавалера. В мои планы не входило заниматься приватом с мужчиной, просто хотела, чтобы он расслабился и доверился мне. Задрала выше юбку и улыбнулась, услышав его стон… Да он уже на грани, а я только начала! Просто платье было очень узкое, хоть Рант умудрился мне его модернизировать, разорвав, все равно мешало, поэтому пришлось его приподнять, а кое-кто уже себе нафантазировал.

Сев на мужчину сверху, начала ритмично пританцовывать бедрами, слегка приподнявшись и не касаясь его при этом, заставила запрокинуть голову. Левой рукой обхватила мужские запястья, сначала нежно, затем крепко, чтобы не вырвался, и одним быстрым движением впилась ему в горло. Тут же сладкая и теплая струйка потекла мне в рот, мм… какое удовольствие!

Я ощутила легкое головокружение, но вовремя остановилась — мне для маскировки запаха много и не надо было крови. Оторвавшись от мужчины, наткнулась на полные ужаса глаза, но он не кричал, что радовало, а лишь прижал руку к кровоточащей ране.

— Умница, давай залижу? — прошептала ему на ухо, — зовут-то тебя как?

— Сержио… — прохрипел он, глядя на меня с недоверием, но руку, все же, убрал.

Я тут же провела язычком по ране, и кровотечение остановилось, это был мой первый раз… Моя первая жертва, вкусно!

Понимала, почему мы до сир пор продолжали охотиться на людей, просто их вкус несравним ни с чем другим.

— Ты кто такая? Убьешь меня?

— Если будешь хорошим мальчиком… — моя рука скользнула в его брюки и сжала возбужденную плоть, — то нет! Я, кстати, Линда. Вставай, нам надо уходить.

— Куда? — он поднялся, но по его взгляду я поняла, что кавалер не горит особым желанием следовать за клыкастой девушкой.

— Там — я указала на дверь, через которую мы зашли, — очень опасный хищник, и он не зализывает раны, а просто разрывает на куски. Хочешь, оставайся!

— Хорошо, я пойду с тобой, но помни, что обещала не убивать!

— А ты делай, что говорят! Быстрее, музыка скоро закончится!

Схватив его за руку, я открыла противоположную дверь, и мы сорвались на бег, по длинному коридору в надежде на выход.

Мужчина, разумеется, за мной не поспевал, а сейчас, в сложившейся ситуации, медлить было нельзя. Мне пришлось его вырубить и перекинуть через плечо, и только потом ускориться.

Магия мой запах скрыла, но жертва, что теперь болталась безвольной куклой на моем плече, могла мое навести на след, поэтому я усадила несчастного в проезжающее мимо свободное такси. Заплатила водителю, чтобы он покатал мужчину, пока тот не придет в чувство. Сказала мол, перепил, а где живет, не знаю.

Но в отель я идти побоялась, позвонила Самире и попросила снять мне номер в другом месте, менее престижном и подальше от прежнего, а заодно перевезти туда одежду. Получив новый адрес, отправилась туда.

Ни позолоты, ни мраморной ванны, но спокойно.

Не смотря на все предпринятые меры предосторожности, я долго не могла заснуть. Лежала, ворочалась на подушке, сон не шел, прислушивалась ко всем шорохам и звукам, слух у нас волков превосходный и это очень мешало, наконец, расслабиться.

ГЛАВА 6

Утром набрала телефонный номер отца и сообщила, что все не так уж и хорошо, как хотелось бы, потому что…

— Рант со своими дружками в этом городе.

— Да, ну?! — удивился старый волк. — М-да… У него денег много и он предпочитает отдых в лучших отелях… Я должен был догадаться, что он может встретиться с тобой. Мое упущение… прости.

— Вся моя жизнь — сплошная ошибка! Лучше бы я умерла!

— Зачем ты так? Мы — порождение магии, особый вид хищников, владеем силой и несем определенное бремя — все живые существа на планете играют отведенные им роли. Раз появилась ты, значит это тоже для чего-то нужно.

— Я хоть и мала еще… Увы, мне не занимать твоей мудрости, а так же немного не достает жизненного опыта, но почему-то последнее время, кажется… Прости, что говорю это. Я считаю, что меня вам послали лишь для одной цели — уничтожить весь род раз и навсегда. Узнав обо мне, все волки поубивают друг друга, и оборотни исчезнут как вид.

— Ты думаешь, что из-за бабы… хм… прости! Хочешь сказать, что тебя делить будут? Мне в это не верится. Женщин в мире достаточно.

— Я не женщина. Я оборотень! И я охотник, как и вы. И если вы охотитесь на женщин. То я… рождена для охоты на мужчин.

— О! Я не задумывался о проблеме с этой точки зрения, — голос мужчины дрогнул, — но твоя теория не лишена здравого смысла.

— Я возвращаюсь. Нагулялась.

— Тебе нужно переспать с мужчиной! Пока не… Ни каких возражений! Во время Великой охоты ты должна быть неуязвимой. Еще не пришло время показать твое истинное лицо.

— Отец!

— Все, за дело! — и он отключился.

— Пуф! — Выдохнула я и откинулась на подушки. Какой-то замкнутый круг. Не хотелось возвращаться в клан. Но мне не выжить вдали от сородичей, а еще не продержаться долгое время без… охоты. — Проклятье!

Весь день я просидела в номере и размышляла, как лучше поступить. Ведь еще мне нужно похитить девушку, на которую я якобы должна буду охотиться. Пришлось от всех намеченных планов отказаться, а посещение магазинов отложить на завтра, когда появится соответствующее настроение. Да, уж… не так я себе представляла свой отдых, а всему виной эта неожиданная встреча.

Посмотрев в окно, я тяжко вздохнула.

Уже солнце садится… Даже не ела еще, провалялась в постели.

Интересно, почему все так сложно?

Хотелось бы жить обычной жизнью и не решать проблемы подобного характера, как, например, сейчас.

В номер постучали.

— Да?

— Это Самира! Можно войти?

— Конечно! — я потянулась, от долгого сидения в кресле мышцы затекли.

— Ваш отец звонил… — женщина застыла на пороге, не решаясь войти.

— Я уже с ним поговорила.

— Мм… Он сказал, что вам нужен мужчина профессионал.

Мои брови поползли вверх. Все в курсе и спешат помочь! Вау!

— Простите, я не знаю всех особенностей вашей жизни и традиций, но он сказал, что это вопрос жизни и смерти.

— И что же… Ты собираешься это организовать?

— Уже! — женщина выглянула в коридор и позвала: — Эмиль, подойди!

Когда высокий с идеальным телосложением мужчина вошел в мой номер, Самира добавила:

— Сделай этой девушке приятно! — и, повернувшись к ошарашенной мне, подмигнула: — До завтра, госпожа.

Дверь закрылась уже несколько минут назад, а мы, в смысле Эмиль и я, все продолжали стоять на своих местах, не решаясь заговорить.

Первым отмер мужчина:

— Никогда не была с парнем? Не бойся, я буду нежен с тобой.

— Можно и так сказать… — если бы он знал, чего мне сейчас стоило… каких титанических усилий… Я боролась с неистовым желанием вцепиться ему в глотку и насладиться вкусом — вот истинное удовольствие. Раз попробовала и все, теперь все время буду хотеть. Что же до секса… А оно мне надо? Нежен он будет… Как бы мне его не сломать!

Мужчина сделал уверенный шаг в мою сторону и замер на расстоянии вытянутой руки:

— Можно тебя поцеловать?

— Эмиль! Дай мне минутку и… Я буду вся твоя! — после этого я сорвалась в ванную, схватив попутно сумку.

Включила воду в кране и начала судорожно искать в содержимом дамского аксессуара "таблетки от жажды" — так мы их называли. Отец снабдил меня целой пачкой на всякий случай, как в воду глядел!

— Вот! Отлично! — прессованный порошок растаял на языке мгновенно, и я стала чувствовать себя гораздо лучше. Пульс постепенно замедлялся, а дыхание выровнялось.

А что же будет дальше?

На прохожих начну кидаться?

Мне говорили, что с возрастом уже столь ярко внутренний волк не будет желать охоты. Это чувство невыносимо и сладостно одновременно. Не дай бог, сорваться и забыть свою человеческую сущность, отдавшись полностью во власть зверя. Обычно, жертва в таком случае не выживает.

***

— Ты скоро, красавица? — Эмиль уже заждался.

Еще раз умылась, расчесала волосы и… открыла дверь.

— Только сделай дело быстро!

Мужчина странно на меня посмотрел. Наверное, не понимая, куда нам торопиться. Он же не знал, что возбуждает во мне желания иного рода. Пока пилюля в действии, лучше не терять времени на не нужные прелюдии.

— Это же твой первый раз… Разве не должно запомниться навсегда? — черная бровь профи удивленно изогнулась, а на губах появилась хитрая ухмылка.

Мне же на глаза попалась жилка на его смуглой шее, она так сладко пульсировала.

— Да, да… Лишь бы этот раз не стал последним для тебя… — не знаю, слышал ли мужчина мою фразу, он отошел и в этот момент включал музыку.

— И шторы прикрой! Хочу, чтобы обстановка походила на романтику. Будет, что вспоминать… — я решила принять еще таблетку. На всякий случай, чтоб не волноваться и опять скрылась в ванной.

— Линдора, ты боишься? — я посмотрела на свое отражение. Такая красивая девушка с широко распахнутыми глазами и вздымающейся от волнения округлой грудью.

"Очень красивая…" — невольно сама залюбовалась.

И я должна притворяться? Нет, нужно идти до конца, а чтобы это сделать… Я намерена следовать намеченному плану. Немного терпения и все волки будут у меня в подчинении.

Решительно покинула уборную. Тут же замерла на пороге комнаты, восхитившись, как Эмиль за несколько минут преобразил спальню в гостиничном номере.

ГЛАВА 7

Оставшись в нижнем белье, я красиво расположилась на белоснежных простынях. Запустила пальчики в красные лепестки роз, что были рассыпаны на постели в виде огромного сердца. Какие же они нежные и ароматные эти цветы.

"Когда только успел?" — промелькнуло в голове. Я не помню, чтобы Эмиль заходил в номер с чем-то в руках… Ну и ладно, главное, постарался.

— Закрой глаза… — услышала я чарующий шёпот и подчинилась.

Нежный шелк коснулся моих век, и я почувствовала, что на лице появилась повязка.

— Это обязательно?

— Да… — еле слышно раздалось у самого моего уха.

Согласилась с этой идеей. Так я не увижу человека и, соответственно, жажда крови и животный голод не будет столь остро ощущаться. Ведь так хочется погрузиться в атмосферу наслаждения, а вид мужчины, станет только мешать. Я не пожелала воспротивиться и поддержала игру.

Сначала там, в ванной, я очень переживала, что действие лекарства закончится и, в конечном итоге, просто загрызу своего первого мужчину, но все это было до того, как… он до меня дотронулся…

Обоняние улавливало лишь аромат дорогого парфюма с терпкими нотками и более ничего.

НИЧЕГО!

Возможно, при других обстоятельствах меня бы это насторожило, но лежа в постели с завязанными глазами, ощущая легкие поглаживания кожи в области груди, я вообще, ни о чем уже не могла думать, кроме как о новых впечатлениях.

Мужская рука осторожно высвободила из кружева груди, уверенным движением меня освободили от этой преграды. Я затрепетала, чувствуя, как теплые пальцы медленно очерчивают контуры полушарий. Вот язык коснулся набухшего бугорка и игриво потеребил. Еле прикусив зубами, он снова лизнул сосок, а потом принялся его жадно посасывать.

Я изгибалась и, не выдержав столь сладостной пытки, застонала, умоляя не обделять вниманием и вторую грудь. Партнер подчинился и страстно присосался к возбужденной вершинке. Мужчина стянул мои влажные трусики, хмыкнул и принялся покрывать тело дорожками из поцелуев, спускаясь ниже к трепещущему животику.

— Ах, — выкрикнула, поняв, куда он добрался.

Его пальцы принялись ласкать между ног. Так смело и настойчиво… Меня опьянило это осознание превосходства надо мной. Я хищница, а отдаюсь во власть своей потенциальной жертве и подчиняюсь смелым ласкам. Мне нравилась эта игра. Любовник настолько опытный, постепенно таяла в его ласках, открывающих тайны моего тела в самых сокровенных местах. Мир куда-то уплыл на второй план, а воображение податливо рисовало, что со мной скоро произойдет в этих умелых руках.

— Тише… — мужские губы поймали мои стоны и заставили ответить на поцелуй. Его язык проник в рот так глубоко, что закружилась голова. Затем, лаская небо, он надавил на мой язычок, и меня моментально накрыла волна возбуждения. Такой силы поцелуй, полный неистовой страсти, захватил в плен мой рот, что в какое-то мгновение я даже испугалась напору партнера, но мужчина не позволил отстраниться. Одновременно с языком, его член пронзил мое тело, и мне пришлось переключиться на другие ощущения. Странное, ни с чем, ни сравнимое чувство наполненности, легкой боли, различных оттенков от ритма движений мужчины.

Стоило мне привыкнуть и начать понимать, что всё нравиться, поддаться инстинкту, задвигаться в такт, устремляясь навстречу мужскому телу, как парень сорвал с меня повязку и попросил:

— Открой глазки, строптивая моя…

Распахнув глаза, я задохнулась от не вылетевшего крика. Не ужаса, нет… Никогда ничего не боялась. Меня накрыло негодование и безудержная злость, перерастающая в ненависть. Моим первым мужчиной стал совсем не Эмиль. Сейчас победно ухмыляясь, пронзая при этом мое податливое тело, двигался Рант. Один из самых сильных волков клана отца, его первый бета.

— Ах, ты! — попыталась вырваться, но сейчас он мог не сдерживать силу, схватил свою добычу за запястья и завел их мне за голову.

— Детка, тебе же все нравилось… До того, как… ты узнала, кто тебя имеет.

Он рассмеялся и вжал меня сильнее в матрас. Его язык прошелся по моей щеке, движения при этом ускорились, он перестал меня щадить, выпуская внутреннего зверя.

— Где Эмиль? — мне еще трупов в номере не хватало. Рант выпил его крови, вот почему я не учуяла волка. Вот, гад! Нашел-таки меня. Опасное чудовище! — Пусти!

Глядя мне в глаза, он прошептал:

— Не переживай, детка. К утру очухается… — и впился в мои губы с новым умопомрачительным поцелуем. Я не в состоянии была сопротивляться, моя волчица запала на этого самца, причем давно. Нас тянула друг к другу неведомая сила, ничего не могла с собой поделать, позволила чувствам и желаниям взять верх, ответила на его страсть, отдаваясь без остатка сильному самцу.

Поняв, что я смирилась с личностью партнера, он отпустил мои руки, позволяя и мне проявить инициативу, ласкать и трогать его.

Теперь и я не сдерживалась. Наш секс приобрел схожесть с ураганом из бесчисленного множества поцелуев, стонов и толчков…

Я потеряла счет времени, словно оно вообще замерло в одной точке, позволяя нам насладиться максимально эротическим танцем вне времени и пространства. Эмоциональные взлеты до небес и падения с вершин, доводящие до потери сознания, сменяли друг друга в моем теле, а нескончаемое количество оргазмов казалось, обессилили. Но вот, новые ласки и поглаживания искусных мужских пальцев снова отправляют утомленное тело в глубины самых острых ощущений. Это незабываемо и феерично! Волк старался подарить наслаждения, и я их с благодарностью ему возвращала, идя навстречу опытным действиям искусителя. Покусывала и гладила, целовала и сжимала, царапала и ласкала. Наградой были его сдавленные стоны и неудержимые содрогания от достижения наивысших уровней экстаза.

Практически каждый миллиметр моей кожи покрылся мужским семенем, так как Рант куда только не кончал. И на грудь, и на мои ягодицы, он растирал сперму между ног, затем снова и снова брал желаемое с всё нарастающей силой. Казалось, решил пометить самку, окончательно сделав её своей. Если бы я была обычной девушкой, наверное, подобного рода любовная игра стала бы для меня и первой и последней, но ускоренная регенерация сделала свое дело, и я лишь млела от сладостных ощущений.

Мужчина насытился мною лишь к рассвету. Он лег рядом, подперев голову одной рукой, и рассматривал любовницу с довольно загадочной улыбкой. Свободная рука при этом поглаживала мой обнаженный живот, вырисовывая какие-то одному ему известные узоры.

О чем он думал?

Развлёкся со мной, а теперь уйдет навсегда или… выбрал для Великой охоты в качестве жертвы? Скорее всего, последнее… Собственно, чего я больше всего и боялась, произошло. От чего бежишь, к тому и прибежишь, разве не так говориться?

Сама же чувствовала себя счастливейшей женщиной на свете. Мысленно просила солнце задержаться и не давать жизнь новому дню, хотя понимала, что это невозможно. Подсознательно хотела, чтобы данное мгновение никогда не кончалось. Мы не можем быть вместе. А если этот волк, самый сильный и жестокий из клана, узнал мой секрет… Мне придется его убить. Сил хватит, я же дочка альфы.

***

— Спать не хочешь? — нарушил тишину Рант.

Я промолчала, продолжая во все глаза на него смотреть, ожидая каждую секунду нападения или еще чего. Хотя… Какой-то частью сознания я уже поняла, что он видит во мне волчицу, только вот не догадывается, откуда я такая взялась.

— Я думал, что заездил тебя… — усмехнулся мужчина.

На этот раз не сдержала улыбку, за что получила поцелуй в щечку.

— Теперь понимаю, почему ты от меня сбежала. Откуда приехала?

— Уходи.

Я попыталась сбросить его руку со своего тела, но ничего не вышло.

— Гонишь меня? Почему?

— Где Эмиль? — вспомнила я о профи. — Надеюсь, ты не причинил ему вреда?

— Ух, какая грозная малышка! А то, что?

— Тогда у тебя проблемы…

— Да, я понял уже, что влип. И моя основная проблема — это ты! Как зовут, красавица?

Перехватив его руку, я резко поднялась с ложа и направилась в туалет:

— Будь добр, покинь мой номер и больше не возвращайся!

Рант поднялся и направился ко мне. Я задержала дыхание, до чего же у него шикарное тело… Эти рельефные мышцы, такие стройные ноги… снова эрекция!

С меня хватит!

Нашел себе секс-рабыню!

Жаль, я не умею летать, упорхнула бы через окно прямиком на остров.

— Знаешь, никогда не был добряком. Это вообще не о нас с тобой, не так ли?

Сердце ёкнуло — он все понял. Хотя и идиот бы догадался, что с ним необычная женщина.

Вплотную встав со мной, он задрал мой подбородок и заставил заглянуть в глаза:

— Не знаю, откуда ты появилась такая и есть ли еще тебе подобные… самки. Но, ты моя!

Все внутри закипело. Рант хитростью проник в мою жизнь. Он бесцеремонно овладел моим телом и душой. Качает свои права и, по его мнению, теперь сможет брать меня, где и когда захочет? Нет, перебьётся! Я принадлежу только себе! Я не подчинюсь кобелю! Пусть для начала победит меня в бою, а потом поговорим о том, кто сверху!

Волк потянулся к моей талии, желая обнять… за что жестоко поплатился. Мне не хотелось его калечить, но иначе не сбежать. Сначала пришлось заехать четким ударом в пах. Не честно, но по-другому мне с ним не сладить.

— Сучка! — мужчина загнулся и получил ногами по ребрам. Я ускорилась, не давая жертве дать отпор и защититься. Мне нужно было нанести как можно больше травм, чтобы выиграть время и скрыться. Не давала ему опомниться, наносила серию быстрых направленных ударов в болевые точки, парализуя. Мысленно мне было его безумно жаль, чувства к мужчине заставляли кровоточить сердце, но инстинкт самосохранения взял верх над всем остальным. Последнее, что я увидела в его глазах, прежде чем Рант отключился — безумная ненависть.

Кажется, я подписала себе смертный приговор.

ГЛАВА 8

Я летела на частном самолете домой. Уже виднелся остров Гриф, мы приземлялись.

Не так представляла себе отдых, но после случившегося мне было страшно. Впервые в жизни я испугалась, не за свою шкуру, а… Даже не знаю… чего, но в душе поселилась неконтролируемая тревога. Словно мир может рухнуть в одночасье, утащив за собой не только меня, но и много невинных существ.

Этот безумный яростный взгляд волка… Он так и стоял перед глазами.

Как теперь выкручиваться из сложившейся сложной ситуации?

Разумеется, отец решит все быстро без шума и пыли. По возвращению мое, одним бетой стало бы меньше, но я так не хотела. В этом-то и беда.

Рядом в полной отключке находились Эмиль и Клавдия. Пришлось забрать парня с собой, а Самире поручить подготовить с ним договор на год, а заодно подыскать такого же плана женщину "без комплексов". Теперь парочка из эскорт услуг якобы работает на фирму моего отца. Мужчина очнётся, я ему все объясню, надеюсь поймет, что это лучшее из зол? Рант наверняка не оставил бы от парня живого места и так кровушки испил, кобель блохастый.

Сердце болезненно сжалось, я помнила каждое мгновение, проведенное вместе с оборотнем. Это самое лучшее, что у меня было в жизни.

Такая проблема, дилемма… И сказать нельзя было Ранту и устранить его тоже я не в силах.

Да, уже не было смысла обманывать себя — я влюбилась окончательно и бесповоротно, а вот он меня ненавидит. И точно не станет церемониться, узнав правду — свернет мою нежную шейку одним резким движением и перешагнет бездыханное тело глупой и слабой волчицы. Не физически бессильной, а порабощенной этим сомнительным притяжением к бете.

***

— Где я? — смуглый стриптизер посмотрел на меня, недоумевая, что происходит.

— Вот! — Я протянула ему договор. — Через год вернешься обратно и получишь огромные деньги, а пока расслабься и наслаждайся, только с территории усадьбы ни шагу, если жизнь дорога.

— Что мне нужно будет делать? И зачем ты переоделась мальчиком? — несмотря на все случившееся с ним, мне нравилось, что Эмиль был настроен весьма положительно. Хотя… возможно, он просто не помнил, что подвергся нападению. Причиной тому наша слюна. Она заставляет жертву забыть некоторые неприятные моменты, если хищник все же решил оставить игрушку жить дальше.

— Слишком много вопросов… — услышала шаги на первом этаже, — отец вернулся…

Оставив мужчину, я поспешила вожаку навстречу.

— Линдор, почему вернулся раньше? — он говорил со мной, обращаясь исключительно, как к сыну, чтобы не оговориться при посторонних. Я привыкла.

— Путешествовать буду позже… Твои замы, наступающие на пятки, меня сильно напрягли.

Вожак клана строго посмотрел и потребовал:

— Рассказывай!

Приказу главного волка мы не в силах были противиться — это на уровне подсознгания, некая магия сильнейшего, но я же могла кое-что утаить.

— Просто один из волков выбрал меня в качестве своей жертвы и пришлось изрядно побегать. В остальном… Все уже улажено!

— Рад слышать. Видел, ты привез жертву, милая девушка.

— Она профессионалка.

— Не проболтается, что в доме есть еще женщины? — нахмурился мужчина.

— Я ей сказала, что покину остров, а в этом облике она меня не узнает.

Оборотень повел носом, ловя мой запах.

— Пил кровь? — он усмехнулся.

Я была всегда ярая противница нашего образа жизни и варварских потребностей. Однако, сейчас не до морали. Рант слишком силен, а я пока не глава клана, чтобы иметь возможность ему отдавать приказы.

— Пришлось, но не Клавдии. Здесь, наверху, в комнате, что рядом с моей спальней мужчина, он будет пока жить со мной…

Альфа присвистнул.

— Хорошо, только сильно не увлекайся. Люди для нас не могут стать членами семьи… Ну, ты понимаешь, о чем я? — развернувшись на каблуках, вожак направился к себе в кабинет.

Через какое-то время, мне надоело сиднем сидеть в своей комнате, душа куда-то рвалась, подсознание требовало каких-то действий, да и если быть до конца откровенной, меня привлекли звуки голосов на шей территории.

Спустилась вниз, любуясь, как за окном по шпалерам, хватаясь усиками, тянулся вверх клематис, наполняя воздух приятным сладковатым ароматом и защищая хозяев дома от докучливого любопытства соседей и внимания непрошеных гостей. Вдруг захотелось поставить здесь кресло-качалку, чтобы вечерами, укутавшись в плед, можно было наслаждаться тишиной и звуками леса. Да, я мечтала о покое, который, судя по всему, мне только снился.

Едва я вышла на открытую веранду, как сразу поняла, что зря приехала обратно в стаю. Это чувство возникло в то мгновение, когда я увидела напротив себя мужские глаза. Такие яркие, живые, покоряющие своей темной глубиной и обещанием обладания. Но сейчас, сегодня эти синие сапфиры с проблесками золота смотрели иначе. Не видя во мне объекта своей страсти и лютой ненависти. Но и дружелюбия, уважения и поддержки во взгляде не читалось. Для меня стало новостью, что и он вернулся тоже.

Интересно, привез очередную блондиночку для ночи утех? В смысле охоты?

Постаралась заткнуть эмоции за пояс, мне нельзя себя выдавать ни в коем случае. Иначе всем моим матримониальным планом не суждено будет сбыться.

Рант пристально смотрел на меня, изучая каждую деталь, даже самую незначительную. Сканируя взглядом с ног до головы, он словно анализировал мои преимущества, заставляя чувствовать неуверенность в правильности решения — бросить вызов альфе. Опасный волк стоял за спиной альфы, и весь его вид говорил о готовности в любую минуту поддержать своего вожака.

«Истинный бета», — пронеслось в голове.

Такими как он не становятся, ими рождаются. Сильные, но уравновешенные. Их зверю не настолько необходима власть и тотальный контроль, чтобы бороться за место альфы. Они легко идут на компромисс и лучше контролируют волка. И если альфа — руководитель, то они словно его правая рука, следят, чтобы приказы приводились в исполнение.

Я невольно задумалась, а он? Рант. Собирается ли бросать вызов вожаку? Судя потому, что наши с ним отношения как наставника и ученика ни к чему кроме недовольства с его стороны не привели. я подозреваю, что он против моей кандидатуры, а следовательно, вполне может вступить в бой, но бросив вызов уже мне.

Хм… Смогу ли я перегрызть ему глотку? ряд ли… Это слишком больно, ведь я жила этим волком и дороже его никого просто у меня не было. Лучше самой поддаться. Но увы, подобное нашими законами стаи не предусмотрено. В бою мы сами не свои и не отдаем себе отчет, не признаем жертвенности. Только победа, которую отхватит лишь сильнейший.

Еще секунду назад, до моего приближения к волкам, на лице беты сияла легкая беззаботная улыбка, а в глазах можно было рассмотреть игривые искорки, но чем дольше он рассматривал меня, тем сдержанней и серьезней становился. Почему бы это? Что ему сказал отец?

Столько вопросов, на которые мне никогда не получить ответы.

Что он думает обо мне, как о волке? Считает, что слишком молод, чтобы подучить власть? Возможно… Но я внутренне готова, единственное в чем я пока сомневалась, так это в том — смогу ли я открыть свой истинный пол. Жить подобным образом пытка. А так же мне бы хотелось заглянуть в глаза Ранта. когда он узнает правду обо мне, чтобы понять, простит ли он меня и то жестокое утро.

Я как будто физически ощущала происходящие с бетой изменения. Зарождающаяся заинтересованность сменилась отчужденностью. И почему-то мне, привыкшей к холодности и отстраненности других оборотней, стало вдруг нестерпимо больно. И эта боль растеклась по венам, заставляя тело от напряжения натянуться струной. Я хотела чего-то большего, увидеть вновь проблески той безумной страсти. Вероятно, уже никогда этого не случится. Если я и способна вызвать у этого самца хоть какие-то чувства, то это будет ненависть. А в первую очередь за слабость, которую ему пришлось познать рядом со мной.

Красавец Рант с резкими, немного рублеными чертами лица, дышащими силой, окруженный аурой властности, заставлял мое сердечко биться учащеннее. На несколько томительных секунд мне захотелось коснуться взъерошенных волос, запустить в них руки, пропустить прядки сквозь пальцы, добавляя модной прическе еще большего беспорядка, заставить улыбку разбежаться морщинками в уголках глаз, согреться в его силе и нежности. А потом пришло отрезвление…

Я как можно незаметнее вздохнула. Переведя взгляд на отца, уверенно сделала шаг вперед. Вожак являлся одним из самых сильных альф, которых помнила стая. Он излучал огромную силу не только на физическом уровне, но и на ментальном. И во мне текла его сильная кровь, поэтому я не сомневалась в своей победе. Конечно, опыт тоже имел значение, но я тренировалась с детства и изначально готовилась принять высший пост, положенный мне по праву наследования. Однако ждать больше я не хотела, я мечтала прекратить этот маскарад раз и навсегда.

Только вот… Рант будоражил чувства, его взгляд заставлял поджимать пальчики на ногах. Бета, этот чертов бета с легкой щетиной на щеках, с взлохмаченными светло-каштановыми волосами, с крепким накачанным телом, сексуальный, порочный, это он будил в мое сознании чувственные фантазии. Следуя доводам рассудка, усилием воли я смогла оградиться от влияния беты и сосредоточилась на альфе.

— Я хочу сделать объявление, — глава клана привлек к себе всеобщее внимание. — Мир жесток и порой несправедлив. Мы сильнейшая раса, которая многие столетия держится в стороне от мира людей. Но для процветания и благополучия нам нужны люди, способные оценить по достоинству наши способности и оплатить услуги звонкой монетой. Однако многие стали нас побаиваться, слишком уж мы кровожадны. И здесь не дело в инстинктах, а в сути самих законах, написанных нашими предками. С завтрашнего дня я предлагаю смягчить некоторые традиции стаи, уверен, что мои предложения найдут отклик и поддержку у многих. А так же предлагаю за ночь переосмыслить сказанное мною и внести свои поправки, если таковые появятся.

— Что же ты хочешь изменить? — вышел вперед бета Тор.

— Тот факт, что вы готовы слушать, несказанно радует меня.

— Да, возможно в твоих словах есть правда и наши законы слишком жестоки.

— Итак, — все замерли, в том числе и я, с интересом вглядываясь в лицо сильнейшего из волков. — Скоро полнолуние, а значит Великая охота. Не вижу смысла убивать женщин, доставшихся вам в процессе охоты, стоит ей родить вам щенка. Это не обяжет вас жениться на ней, но она может стать хозяйкой в вашем логове и матерью для ребенка. — вокруг послышались шепотки, но стоило альфе снова начать говорить, оборотни замолчали. — Выбирая жертв для охоты, вы можете это делать по согласованию сторон, то есть девушка дает добровольное согласие переехать жить на острове и стать любовницей того, кому достанется.

У меня защемило в груди. Ибо я знала, что охота состоится через несколько дней… Если Рант оставит девицу себе и не разорвет ее на мелкие кусочки, я взвою… Закусила губу от осознания своей кровожадности, но я ничего не могла с собой поделать, ревность застилала глаза, разум испытывал помутнение. Пережить его интерес к другой самке, пусть она и человек — было выше моих сил.

— И последнее… Во время поединка, сильнейший оставляет за собой право сохранить жизнь поверженному противнику. Мы теряем слишком много специалистов и нужных волков, идя на поводу у инстинктов. Если оборотень уже на "лопатках" его не обязательно будет добивать. На этом пока все.

ГЛАВА 9

Удаляясь обратно в дом, отец кивком дал понять, чтобы я следовала за ним. Стоило нам оказаться в его кабинете, как он ошарашил меня еще одним своим решением:

— Я намереваюсь сообщить о ситуации с тобой Тору. Ему я доверяю, как самому себе. — я собиралась возразить, но старый волк жестом заставил меня закрыть рот. — И не спорь! Если не ты меня одолеешь, то найдется кто-нибудь другой. Даже страшно представить, какая участь тебя ожидает в случае разоблачения. Тор не даст в обиду.

— Эти все твои нововведения… Ради меня?

— Разумеется, а ты как думала? Если я окажусь сильнее, то сохраню тебе жизнь, отдав тебя в мужья моему бете.

— Кому? — я остолбенела.

— Тору!

Сердце отказывалось успокаиваться. И почему я решила…? Да просто этот треклятый Рант не шел у меня из головы.

— Может не надо затеваться, отец? Мне не нравится эта идея.

— Если ты станешь официальной женой одного из волков, никто тебя и пальцем тронуть не посмеет.

В этом была логика. Но папа не знал обо одном маленьком, однако довольно значительном нюансе — я безумно любила другого оборотня. Как же я буду изо дня в день ласкать мужа, к которому абсолютно равнодушна?

— Нет.

— Это не обсуждается, Линдор.

Я почувствовала, как его воля подминает меня… Родитель редко применял ко мне эти приемчики. А сейчас, видимо я его вынудила. Понимаю, что все делается ради моей безопасности и благополучия, но ведь сердцу не прикажешь, увы.

— Хорошо. Но ведь этот расклад ты приготовил на тот случай, если я проиграю?

— Да, это своего рода, запасной вариант. Кстати, ты еще не оставила идею бросить мне вызов? Просто, если ты передумала, это гораздо упрощает нам всем ситуацию. Тор поймает в процессе Великой охоты твою девицу — профессионалку, а потом мы заменим ее тобой и сыграем свадьбу. Всем будет хорошо, а старику спокойствие.

— Нет, отец… — пришлось повторить. — Я не передумаю. Это цель моей жизни.

— Вот оно как.

— Ты не понял, — улыбнулась ему, задабривая сказанные слова. — Я не горю желанием избавится от тебя, я хочу править, чтобы заткнуть им всем глотки, когда они начнут возмущаться по поводу моей половой принадлежности.

— Рано или поздно появится тот, кто сильнее. Ты — женщина, хоть и рождена альфой, но все же. Не забывай об этом. А к Тору приглядись.

— Договорились.

***

На следующий день вечером состоялся совет, на котором я должна была присутствовать, как наследник и преемник бразды правления. Я нехотя посмотрела в сторону Тора, отмечая его интригующую внешность. Загадочный взгляд карих глаз, словно он что-то знает и не говорит. Темная челка, смягчающая образ рокового красавца. Но сердце молчало, ему подавай другого, пусть и не такого красивого, но родного и желанного до боли во всем тебе.

По вздувшимся венам и дикому блеску в глазах я поняла, что время его спаривания приближается, но также поняла, что второй бета изо всех сил старается оттянуть его. Это был опасный период для любого оборотня, но для сильнейших — вдвойне. Я стойко выдержала оценивающий взгляд, догадалась, что у Тора уже состоялся разговор с моим отцом. Теперь он второй оборотень в клане, который знает мою тайну.

Как ни странно в процессе голосования, все предложенные альфой изменения законов были приняты практически единогласно. Эдар немного по возмущался, но когда ему напомнили. что он лишился после поединка партнера по бизнесу и теперь терпит убытки, он признал правоту правящей стороны.

Когда уже все начали расходиться, Тор незаметно увлек меня в сторонку, желая поговорить.

— Бета, — твердо произнесла я и в знак приветствия и почтения наклонила голову. Все же я была лишь дочерью альфы, а без его покровительства, можно сказать, обычная волчица без права голоса, поэтому приходилось соблюдать иерархию во время общения с бетами и даже гаммами.

— Здравствуйте, Линдора, — он хмыкнул на мою дерзость — начать разговор первой, но никак ту не прокомментировал. — Я много наслышан о вас и безумно рад, что вы, наконец, поделились проблемой. Вы, возможно не осознаете насколько нам необходимы. Изучив ваш случай, мы откроем секрет появление самок. Это будет сенсация.

— Спасибо, Тор. Я постараюсь сделать все необходимое и оправдать ваше доверие и жертвенность.

Наш разговор прервали. Не ожидала увидеть Ранта, считала, что он уже ушел.

— Эй, Торнард! Не акцентируй все внимание на себе любимом! — произнес привлекательный тягучий голос, от которого дрожь пробежала по телу Линды. — Может щенок альфы проиграет бой… Не стоит расшаркиваться раньше времени.

У меня кровь отлила от лица. Вот же гад. Что б его!

Я видела, как бета похлопал своего товарища по плечу, а тот что-то прорычал сквозь зубы, показывая свое недовольство его поведением. Но в этом рыке не чувствовалось настоящей злости или агрессии в попытке восстановить статус-кво. Все же Рант был ближе всех к моему отцу. Потом уже Тор, Эдар, Монро и Лорнак. А почему именно Тора альфа выбрал в мои защитники — очевидно, просто он самый спокойный и уравновешенный из всех его приближенных, что не скажешь о том, по кому стонет моя душа.

Что-то обсудив, оба оборотня вернулись ко мне.

— Линдор, позволь представить тебе твоего учителя по ведению боя! Альфа нам сказал, что ты хочешь усиленно тренироваться. И это понятно ведь, если твой отец потерпит поражение, тебе придется отстаивать свой статус перед новым лидером стаи. Лишняя подготовка не повредит, — сказал Тор.

— Очень приятно, бета. Что ты нашел для меня время.

Мне показалось, что последние слова она проговорила на легком выдохе с совсем другой интонацией, и, надеясь, что это не было замечено, слегка покраснела.

Я прекрасно помню, как на мне вымещалась вся его злость и недовольство от того, что приходиться со мной возиться.

— Приказы альфы не обсуждаются, — отрезал брюнет.

Ах, вот оно что. Личным тренером обязал стать папочка. Ну, ну…

— Что ж… Когда начнем, бета?

— Рант, — с улыбкой поправил он.

Благо меня скрывала тень коридора, где мы разговаривали.

Я, как завороженная, смотрела на бету. Он еще что-то говорил, но я не слышала. Взгляд мой был прикован к губам мужчины. Они двигались, растягивались в улыбке. А во мне проснулось неожиданное желание коснуться их.

— Сегодня и начнем, — сухо сообщил волк.

— Кстати, недавно мой сын получил диплом врача, — заслонил остатки света своей широкой спиной альфа. — Он мог бы осмотреть твою мать, Рант.

Женщина? У нас в клане? Да, к тому же мать темпераментного беты? Серьезно?

Удивление пригвоздило меня к месту. Оказывается, сидя в своем заточении большую часть времени я много не знала. Теперь понимаю, к чему предложенные изменения отцом. Они имеют место, и он решил это узаконить. Что ж… Умно.

Мне непросто было учиться, учитывая сложности с жаждой крови, но благодаря связям отца, я смогла получить диплом. Правда мне еще предстояло набираться опыта в аспирантуре, но какие-то азы я уже знала. Все же мозг оборотней схватывал и впитывал важную информацию лучше, чем обычные люди.

***

Оказывается, его мать жила на окраине нашего поселения, вдали от логова самого Ранта. Поэтому я о ней никогда и не слышала.

— Заходи!

Стараясь делать шаги мужскими, прошла вглубь дома.

Довольно просторный холл… Принюхавшись, уловила запах поленьев в камине. Судя по обстановке, мужчина не забывал о существовании своей родительницы не смотря на то, что она обычный человек.

— Кто там? Это ты, сынок?

О, какая прелесть. Грозный волчара, стоило ему услышать голос женщины, породившей его на свет, как он тут же превратился в комнатного пса.

— Ма-ам! — закатывая глаза, протяжно простонал Рант, а со своей стороны я явственно услышала смех, который тут же попыталась подавить, маскируя под кашель.

— Линдор, познакомься, это Мария, — представил женщину бета.

— А это что за милый молодой человек?

Я поморщилась. Вот только "милого" мне не хватало.

— Это сын вожака стаи. Он решил выбрать не карьеру телохранителя, а подался в доктора.

— Добрый вечер, — только и успела я произнести.

— Здравствуй, дорогой, — мать Ранта сразу заключила меня в объятия, чем очень удивила. Еще нигде и никогда меня так не встречали, и я не могла понять, как к этому относиться. — Я так благодарна тебе, что ты пришел! Мои мальчики так за меня волнуются.

Мальчики? У Ранта есть брат? Братья? Час от часу не легче.

Почувствовала, как кровь застучала в висках. Это ж надо увлечься мужчиной и ничего о нем не разузнать. Может, у него уже и парочка жен имеется с целым выводком щенят? Нет… Это исключено. О любовницах беты я знала все, вплоть до духов, которыми они пользовались.

— Ну что вы! Я еще ничего не сделал, да и мои возможности слишком преувеличены. Я врач от силы три месяца. Но я обязательно позабочусь о вас, — ласково ответила я, не в силах сопротивляться той теплоте, которую излучала эта женщина.

— Я надеюсь, тебе хватит практики разобраться в моем недуге, — сказала Мария, незаметно пожимая мою руку.

— Все равно нужно с чего-то начать.

— Проблема в том, что людям запрещено покидать остров Гриф. Это же секретный объект.

— Да, я понимаю…

Это волки гарантированно молчали, получив прямой приказ на ментальном уровне от своего лидера клана, а вот с людьми все обстояло по-другому. Если они появлялись на острове, то уже навсегда здесь и оставались.

— Для тебя двери этого дома открыты в любое время, там, в аптечке есть все необходимое. Если понадобится еще что-нибудь, сообщи мне.

— Хорошо, бета, — я, как и положено, склонила голову перед замом вожака.

— А сейчас потренируемся, если ты не передумал.

— Да. Я готов.

— Тогда пошли!

Пообещав женщине вернуться завтра и выслушать все ее жалобы на самочувствие, последовала за брюнетом.

ГЛАВА 10

Рант широкими шагами уверенно направился по дорожке, уводящей к полигону, и я неспешно последовала за ним. Не смотрела особо на мужчину, а зацепившись взглядом, невольно залюбовалась подтянутым задом, который как хорошо обрисовывали джинсы, и сразу же, тряхнув головой, постаралась выкинуть эти мысли из головы. По крайней мере, это было лучше, чем задумываться о тех взглядах, что бросали на меня самцы стаи, которых мы встречали сейчас по пути.

Да, изменения в законах альфы были очень понятны, отец вдохнул в меня слабую надежду на спокойное пребывание в этой стае, в случае поражения. Но одновременно это раскрыло многим глаза на происходящее. Не нужно к гадалке ходить, чтобы понять — альфа намерен сына поставить вместо себя. Наверняка найдутся многие, желающие бросить вызов старому волку, а меня не посчитают достойным противником из-за возраста. Поэтому волки из стаи, хоть и уважали наследника сильнейшего из них за происхождение, в то же время смотрели с презрением и опаской, не зная чего ожидать.

Сейчас, по прошествии стольких лет, я все так же верила, что завоюю расположение сородичей, но смогла, наконец, признаться себе, что не только стремление спасти щенков и их матерей подтолкнуло меня выбрать именно эту профессию — податься в медицину. В моей душе еще жила надежда, что если во мне будут нуждаться, то примут и не причинят вреда. Ведь я, по сути, безобидна. Отца пугает лишь тот факт, что я единственная в своем роде, что может привести к массовым схваткам не на жизнь, а на смерть за право быть со мною рядом.

Я привыкла играть роль мужчины. Проблемы с запахом, которую можно считать решенной, парень по контракту будет вынужден делиться со мной кровью. Привыкла, что почти каждый бета ищет дружбы, что мое согласие общаться более тесно, сотрудничать, послужит увеличению его авторитета среди других членов клана. Привыкла, что некоторые игнорируют. Словно не видят и обходят стороной, можно сказать, не считая достойным внимания. Поэтому я уже в который раз старалась не замечать таких взглядов и уставилась на затылок беты, боясь снова опустить глаза вниз, на такой аппетитный зад этого мужчины.

— Если кто-то из стаи тебя вызовет тебя на бой до Великой охоты, ты обязан сразу сказать мне или альфе, — голос прозвучал тихо, но свирепо, выводя меня из задумчивости.

— Что? — непонимающе переспросила его, чем вызвала проблески гнева.

— Мы с твоим отцом понимаем, что в стае есть оборотни, которые не оказывают тебе должного почтения, и Хартог — твой отец, я и Тор не собираемся заставлять их. Это их право на собственное мнение. Но все члены стаи предупреждены, что если мы услышим хоть слово или же увидим какие-то действия, позорящие стаю и альфу, виновные будут наказаны. Возможно, это вопрос времени, и совсем скоро ты станешь нашим главарем, но пока этого не случилось, будь осторожен в выражениях и поступках, дабы не спровоцировать конфликт. Тебе же дороже выйдет.

— Ясно.

Только после этих слов я поняла, что не только сама заметила презрительные взгляды. Остановившись, внимательно рассматривала мужчину. Он почувствовал это и повернулся ко мне. Мы смотрели друг другу в глаза, не в силах отвести взгляд. Я не могла произнести ни слова, от нахлынувших эмоций пропал голос. Впервые мне говорили такое. Впервые заступались за меня. И не только отец, но и его беты готовы оказывать поддержку. А главное, он — Рант. А что бы он сделал, узнав, что и та девица, которая устроила ему пару переломов — одно лицо? Загрыз бы на месте? Скорее всего нет, я же дочь Хартога — их предводителя, великого и справедливого старого волка. Но поддержки точно мне тогда не стоило бы ожидать. Впервые я не знала, что ответить. Боялась поверить в эти слова, довериться им. Но поблагодарить, все же стоило, что я собственно и сделала:

— Спасибо, — тихо прошептала, отводя взгляд.

— Ну, и мама, конечно. Она встанет за тебя горой, — весело добавил Рант, лукаво улыбаясь и разряжая обстановку.

— О, мама у тебя замечательная! Не знала, что человеческие женщины так долго живут в стае, — уже более спокойным и равным голосом сказала я.

— Единицы, но есть…

В душе я вздохнула с облегчением. Мысленно была благодарна бете за то, что дал повод уйти с такой скользкой темы.

— У тебя будет время узнать мои лучшие качества, — с озорством произнес мужчина. — Поэтому сильно не благодари… Я щадить тебя не стану. — Знала, что на это рассчитывать мне не стоит, да и ситуация обязывает к максимальной подготовленности. — Ну, вот мы и пришли!

Мы остановились возле небольшого полигона, окруженного старыми разлапистыми елями. Оборотни любили растительность, и само поселение нельзя было назвать городом, а скорее коттеджным поселком городского типа. Кругом располагались леса в основном состоящие из хвойных деревьев и по большей части искусственно выращенных.

Я поднялась за Рантом по деревянным ступенькам на специально оборудованный ринг для спарринга. Раньше я здесь не занималась.

— Ну, что… Готов?

— Получить по морде? — хмыкнула я, наблюдая, как мужчина стягивает с себя футболку.

Это был идеал телесной мужской красоты, который предполагает широкий торс, плечи, бицепсы и развитые мышцы груди. Ключевой термин здесь «V-образная» фигура. Говоря языком геометрии — эта своего рода трапеция. Талия узкая, но при этом достаточно мощная, с хорошо развитыми косыми мышцами живота. Если бы он знал, как сильно нас возбуждает то, когда мужчина двигает плечами, и женщины видят каждую мышцу, выделяющуюся на его теле. Вот это истинно тяжелое испытание для меня. А не бой один на один с сильнейшим бетой.

И как мне прикажите не обращать внимание на всю эту брутальность? У меня уже чуть ли не слюна текла… Чертов самец!

Я прекрасно помнила, ещё с подросткового возраста: в бою важна не красота, а эффективность. Это спортсмены могут позволить себе роскошь тратить время на показуху, профессионал же вырубает противника с одного-двух ударов. Иначе расклад может поменяться, соперник достанет оружие или сделает неожиданную подсечку — да все, что угодно, и тогда покойником станешь ты. Сейчас планировался тренировочный бой, но это не означает, что его можно проиграть. Тем более, отец на меня возлагает большие надежды, да и мои планы на будущее слишком грандиозны.

Два оборотня схлестнулись в атаке — молниеносно, жестко, яростно. Я двигалась на пределе человеческой скорости, но вполсилы ударила в голову и печень. Мы снова сцепились. Кулак за кулаком рассекали пространство в поиске своей цели, каждый умело умудрялся отражать атаки. Ноги противника только и сверкали перед моим аккуратным носом, грозясь подпортить мордашку, собственно, чего я и боялась. Два дезориентирующих удара, с завершающей подсечкой. Атака увязла, не дойдя до тела. Рант ловко уклонился, отвечая блоком, переходящим в удар. Маневрировать пришлось уже мне. Бета тоже явно сдерживал физическую силу, но хорошо знал, куда следовало бить. Если бы не богатый опыт стычек и мордобоя, мне пришлось бы худо. Зам отца был не только крупнее и сильнее физически, но и не уступал мне в ловкости. Спасти меня могла только хитрость, по сути это есть и будет главным козырем всех схваток за право сильнейшего.

Попробовав друг друга на прочность, Рант и я увеличили дистанцию. Два хищника неспешно кружили друг против друга, ловя каждое движение и намётанным профессиональным взглядом вычисляя слабые места. Если у беты, как у любого мужчины, самое слабое место — пах, то сама я больше всего опасалась удара в живот или грудь.

Следующая атака Ранта оказалась настолько неожиданной, что я отразила ее только за счёт отточенных с раннего возраста рефлексов и быстроты реакции. Мужчина резко сократил расстояние, целясь в голову и горло. Я снова отклонилась с отводящим мягким блоком. Захват, отвлекающий удар, уход с линии атаки, двойной удар ногой, перехват инициативы, блок на опережение, нырок и контратака. Мой кулак прошёл сквозь оборону противника, впечатываясь ему прямиком под реберную область. Но вместо того, чтобы упасть, бета лишь прошипел ругательство и перехватил мою руку стальным захватом. Ему не хватило какой-то доли секунды, я вывернулась змейкой и снова безжалостно атаковала. Волк с удивлением узнал знакомую технику боя. Еще бы, я столько лет за ним наблюдала… Он с невероятным трудом отразил атаку.

Я перемещалась молниеносно и непредсказуемо, напоминая эластичную ткань. Мои удары летели на соперника по спаррингу с разных сторон, отовсюду одновременно, не давая опомниться. Рант уже с трудом удерживал нужную скорость боя. С ним редко кто выдерживал минуту, но они кружили по рингу уже минут шесть, а я ведь только входила во вкус. Я вспотела, была мокрой чуть ли не насквозь, лицо заливал противный солоноватый пот, вся кожа влажно блестела. Наверняка моему партнеру казалось, что я на издохе, однако моя дыхалка не сбивалась. Благодаря постоянным тренировкам практически каждый день я находилась в отличной форме. В какой-то момент Ранту даже показалось, что малец альфы сдерживается, опасается его травмировать. Но эта мысль была слишком абсурдна, чтобы воспринимать её всерьёз.

Два противника скользили по периметру, сходились и расходились танцующими плавными движениями. Хищный танец в вечернем сумраке и полной тишине. Гулкой, плотной, гасящей глухие звуки ударов. Кулак, локоть, ноги, голова, корпус… Когда говорят тела, ставшие оружием, слова излишни. Блеск азарта в глазах каждого участника этого поединка — как блик полной луны, отраженный лезвием ритуального клинка.

Мне нравился бой. Волки по своей природе охотники и в битве кто-то им и остается, а кто-то превращается в жертву, вызывая соответствующее наслаждение у сильнейшего, предвкушающего скорую победу в этой смертельной схватке, казалось бы, равных бойцов.

Я для беты оказалась крепким орешком. Не смотря на мой возраст, ему пришлось признать мою врожденную силу, переданную с кровью авторитетного родителя. Наше противостояние на полигоне заводило меня, скорее всего и мужчину тоже. Но воевать против Ранта всерьёз, даже просто путаться под ногами я бы не стала ни за какие награды. В глубине души уже давно молилась, чтобы он не задумал выдвигаться на пост альфы. Он, по его словам, вроде бы как и не планировал, а там… Кто знает?

Минуты тянулись, не предвещая ничего хорошего. Мы просто измотаем друг друга, лишив сил даже добраться до спасительного душа и койки.

Я все серьезнее подумывала поддаться. Не то, чтобы мне не хотелось утереть ему нос, но не видела смысла демонстрировать свои преимущества перед ним. Просто в ближайшем будущем мне это может сыграть на руку. Иногда для того, чтобы выиграть, необходимо для начала проиграть, дабы заморочить голову зазнавшемуся бете. Поражение от молодого волка заместитель альфы может счесть своего рода унижением. Или начнет копать под меня, и тогда, в самом деле, придётся туго. Его же наверняка заинтересовал тот факт. что от меня ничем не пахнет. Спарринги покажутся пустяком.

Пока тело отбивало и наносило удары, мой измученный противоречиями разум пробежался по линиям реальности, вычисляя самые вероятные угрозы и пути их обхода. Первое: он не должен знать, что я волчица, а второе: — лучше пусть меня недооценивает и считает слабой, нежели наоборот.

Как ни странно… Но пока никто из нас не допустил ошибки, способной нарушить равновесие и переломить ход схватки, но я действительно устала. Брюнет не замечал, но сама я от усталости буквально валилась с ног и держалась только на морально-волевых инстинктах, если можно выразиться подобным образом.

Сознательно замедлившись, я слегка сократила дистанцию, запоздав с атакой. Прикинув последствия, уклонилась от удара вбок, но открыла брешь в защите, отдав противнику на растерзание свою шею. Так делал Тор, чтобы научить меня тому самому смертельному захвату. Только со стороны это выглядело, как ошибка от невероятной усталости и бессилия. Такой волк, как Рант, подобную ошибку не простит, обязательно воспользуется.

И он оправдал мои "надежды".

От удушающего захвата у меня потемнело в глазах. Трахею сдавило нестерпимой болью, не дающей сделать нового глотка свежего воздуха.

А бета силён!

"Настоящий охотник!" — восхитилась мысленно я.

Моя волчица в нем не ошиблась, избрав этого самца для спаривания.

Я инстинктивно ударила затылком, стремясь попасть противнику в лицо. Но очередная подножка сбила меня с ног раньше, заставив рухнуть на деревянный настил импровизированного ринга.

Рант молниеносно обездвижил подопечного, прижав к полу всем своим мощным весом. Для порядка я еще дернулась пару раз и обмякла, жадно глотая вожделенный воздух и слушая, как сердце с бешеной скоростью колотится, вбиваясь в ребра и отдавая при этом в виски. А еще этот его запах заставлял трепетать ноздри и кайфовать от этой мимолетной близости. Как же я его хотела в данный момент. Уверена, что для секса проснулось бы второе дыхание…

Начала мысленно молить его убраться с меня, боясь сорваться и оседлать прямо здесь на глазах у невольных зрителей нашей тренировки.

— Ты победил. Отпусти, — прохрипела я.

Лежать под этим красавчиков и вдыхать аромат его власти надо мной, было выше моих сил. Но не хотелось даже шевелиться.

— Это не победа, это скорее ничья, — хрипловатый шёпот у самой моей шеи, где бьется пульс и учащенное дыхание. — Ты держался практически наравне, а весовые категории у нас слишком разные.

— Так может… — я снова пошевелилась, намекая, что пора бы ему с меня слезть.

— Вынужден тебя похвалить, Линдор… — нехотя признался бета, поднимаясь, наконец, и беря в руки кем-то предложенное белоснежное полотенце.

Еле отлепила себя от дощатого строения, сначала посидела несколько секунд на попе, а потом одним рывком вскочила на ноги, ловя на лету бутыль с водой, брошенную в меня Рантом.

— Благодарю… — сейчас голос от усталости даже не приходилось менять, я хрипела, как заядлый курильщик.

— Ну, что в душ?

Он указал на общие кабинки. Я сглотнула. Нет уж, найду силы и доковыляю до своей огромной ванной.

— Нет, я к себе… — вяло улыбнувшись, спрыгнула со ступеней и направилась в сторону дома отца, стараясь держаться прямо и ничем не выдать свою боль от пропущенных ударов и неимоверную усталость.

— Хорошо. Иди, — тихо добавил Рант и ненадолго задержал на мне взгляд, словно оттягивая момент нашего прощания.

Я, так и не сказав больше ни слова, небыстрым шагом топала к дому, оставив волка самому разбираться со своими эмоциями. И так мы слишком много времени провели вместе, гормоны набатом отдавали внизу живота.

Однако пройдя метров пятьсот, я резко свернула в кусты и посмотрела Ранту вслед, чувствуя себя странно от внезапно возникшего острого желания остановить его. Я покачала головой, придя к выводу, что слишком часто о нем думаю, к тому же он мой первый мужчина, а такое не забывается. Да мне все также хотелось к нему, вновь испытать от и до наш сексуальный марафон. Бета вдруг остановился у огромной сосны, словно ощутил мой пристальный заинтересованный взгляд. Мое сердце на мгновение замерло, а потом быстро забилось в томительном ожидании.

Хотя… чего я ждала? Сама не знаю… глупые мысли девчонок верящих в сказку.

Рант повел носом, распрямил плечи и продолжил свой путь, даже не обернувшись напоследок.

Глупо. Безумно страшно. Ведь попытка поверить снова в душевное тепло обходится слишком дорого. У доверия, способного согреть и подарить чувство защищённости, очень тонкие границы. Я их давно переступила, утратив веру в хорошее. С этой потерей в моей жизни вошли разочарование и маскарад. Не мужчина, не женщина… Застрявшая между двух миров и не принадлежащая ни одному. Изгой. У такого нет права доверять, иначе затравят.

ГЛАВА 11

Рант был так ошеломлен и сбит с толку, словно его переехал десятитонный тягач. Когда сын вожака уверенно вышел из дома и предстал перед ним, он словно получил под дых.

Это не нормально… Не правильно. Он явно сходит с ума.

Да, малец симпатичный, но это же не значит, что можно на него слюнки пускать. Бета никогда за собой не замечал интереса к парням, его волновали исключительно женщины, чаще это бывали блондинки, и чтобы наличествовало у нее то, за что можно в процессе сладостного слияния подержаться, в смысле выдающиеся формы, как например, у той загадочной волчицы, которая не пожелала себя рассекречивать.

Он давно заметил странное влечение к Линдору, переросшее в последствие в некое подобие неприязни, граничащей с ненавистью. Так было легче переносить общество щенка правителя их немногочисленного общества. А после возвращения из последней поездки, цель которой — отыскать бабу для Великой охоты, была в итоге не достигнута. Да Ранта теперь воротило от всех представительниц слабого пола.

И вот юный наследник империи. Линдор. Высокий и стройный с миловидными чертами лица, заставлял несчастного бету задуматься о своей ориентации и негодовать от осознания, что влечение, не смотря ни на что, имеет место.

Их взгляды встретились, и мужчина пропал. Волк внутри него, не слушая доводы рассудка, сметая все преграды, отбрасывая принципы, на которых еще минуту назад строилась его размеренная жизнь, громко зарычал «хочу». Его зверь выбрал того, с кем теперь хотел резвиться, играя в брачные игры, как бы это абсурдно не звучало, но факт.

"Что за хрень", — скрипнул зубами Рант, чувствуя, как от ярости сжимаются и разжимаются кулаки.

Но это было невозможно! И он никак не мог поверить происходящему. Он просто не мог вызывать тот фейерверк эмоций, что сейчас возникали внутри!

"Это просто немыслимо!" — в который раз пронеслось в голове Ранта.

Для их расы такое не свойственно! Ни одного зафиксированного случая подобного этому за все века! Зверь — это часть их самих, единое целое. Никогда ни от кого мужчина не слышал, чтобы именно сам зверь испытывал вожделение. Он является неотделимой частью сущности любого оборотня. Похоть к самке — понятно, но… не к самцу же!

— Нам лучше не видеться, — сплюнул оборотень. — От греха подальше.

Но мысли то возвращались к жгучей брюнетке с повадками зверя в крови, то к сыну альфы. А вообще ни о ком не думать, увы не получалось. Немного побесившись на самого себя и странную природу возникшего всепоглощающего чувства, бета испросил разрешения у главы клана отправиться в ближайший город за жертвой.

— Ты же уже ездил? — недоуменно поднял брови Хартог.

— Да, но подходящей девицы не нашлось.

— А не лишком ли ты привередлив в выборе подстилки на одну ночь? — немного грубее, чем хотелось бы, вопросил альфа.

Просто, по сути так и было. А если женщины беременели, то их жизнь продлевалась на несколько месяцев.

— Я поддержал ваши изменения в законе, и убивать жертву не стану.

— Ладно, езжай! — одобрил старый волк, но при этом посчитал нужным напомнить: — Через три дня Великая охота, а потом совет, когда мне могут бросить вызов. Не опоздай.

— Разумеется. Я быстро управлюсь.

Пока Рант летел в самолете, невольно вспоминал мягкий овал лица, светло-каштановые локоны, которые вызывали желание зарыться в них руками, горячий, жаждущий действий взгляд, губы, застывшие в полуулыбке, которая не коснулась глаз. Ярость и страсть, готовая сжечь до тла их обоих и воскресить вновь обновленными и удовлетворенными.

Разве мог он забыть аромат той таинственной и невероятно жестоко с ним поступившей незнакомки, хмельной запах ванили и мёда? Теплый… Волнующий… От него кровь бурным потоком неслась по венам, напитывая желанием все его естество. Когда же она ответила на ласки, он понял, что окончательно погиб. Печаль, смирение и робкая надежда, таящиеся в синих глазах, искорка интереса и брошенный из-под ресниц взгляд вызвали внутри него настоящее безумие. Зверь словно сорвался с цепи, требуя в ту же минуту пометить меня, сделать своей.

Но самка сбежала. Боль оттого, что он не может быть с ней и не может жить без неё, разрывала его на части.

"Проклятие какое-то, не иначе!"

А что он еще должен был думать?

Попытаться найти уникальную волчицу? А где? Мир настолько велик, а девчонка отлично умела заметать следы.

Его волк был в ярости от бездействия человеческой половины и с легкостью отметал все доводы рассудка. Рант опасался, что зверь станет неуправляемым, что он бесконтрольно обратится и, следуя инстинктам, начнет зверствовать, рыскать в поисках желаемого. Не приведи Луна, еще причинит вред сыну альфы… Звериная природа брала верх, но сила и воля беты пока еще укрощали зверя, сдерживали, как могли.

Как мантру, он несчетное количество раз повторял себе, что незнакомая волчица не может быть его парой. Пытался убедить себя в этом, но уже понимал, однако не верил или, если быть точнее — не хотел принимать. Холодный, отстраненный, он вопреки всему стремился находиться рядом с Линдором, касаться его.

— Абсурд! Свои засмеют! — и смешно и непонятно что с этим делать.

За последние часы, проведенные на острове до отлета, его взгляд то и дело выхватывал мальчишку из толпы, следовал за ним. Стоило какому-либо самцу приблизиться к парню, как его зверь впадал в такое неистовство, что силу его гнева ощущали многие.

"Это просто инстинкт защитника" — твердил Рант.

Ему было больно, когда Линдор стал все больше и больше избегать его. Если он пытался с ним заговорить, юный оборотень уходил от ответа и быстро сбегал в свой коттедж. Рант готов был завыть от безысходности.

Решено. После Великой охоты он на некоторое время покинет остров, предварительно узнав, состоится ли смена правления в клане. Возможно, придется отстаивать свое положение беты, там видно будет. Но после он уедет, улетит в тот же курортный городок, где встретил её, эту волчицу, которая свела его волка с ума и лишила покоя. Он весь город. всю страну перевернет с ног на голову, но найдет следы своей страстной и убийственно прекрасной самки.

***

Стоило мне узнать, что Рант покинул остров, хоть ненадолго, но все же я вдохнула с облегчением. Догадалась, что между нами что-то произошло тогда, в ту злополучную ночь в отеле. Это была не просто желание, перешедшее в безудержную страсть, это было нечто новое и неизведанное оборотнями — истинное слияние не только тел, но и душ. Я теперь чувствовала все перепады его настроения, ловила злобные, ненавидящие взгляды со странной смесью вожделения. Он, наверное запутался в своих чувствах, ведь даже не догадывается, что я не мальчишка, а та самая горячая штучка, неутомимая любовница, покорившая его внутреннего волка.

Отец сменил мне тренера на Тора. С ним мне было легче, он относился ко мне, как к очередному задания и к моей радости, жаркими взглядами не одаривал. Наоборот. я даже была в какой-то степени благодарна ему и папе за то, можно было довериться с сложных, спорных моментах быть собой.

— Линдор, а почему вы с альфой решили скрывать твою истинную половую принадлежность?

— Когда я родилась, законы были на порядок более жестоки. Отношение к женщинам потребительское. Да и сейчас не лучше. Папа посчитал, что никому не будет дела, что я волчица и меня пустят по кругу, едва дождавшись течки.

— Мда… Не радужная перспектива, — согласился темноволосый гигант.

Тор был выше меня почти на две головы. Я всегда думала, что ему место в роли нашего нового главы, но мужчина не жаждал власти, был спокоен и уравновешен, никому не бросал вызов и сам их не получал. Все просто приняли его статус, единогласно наградив привилегиями заместителя альфы.

— Однако, это все предположения, мы ничего не знаем наверняка… — я вздохнула.

— Хартог сказал мне, что ты впервые будешь участвовать в Великой охоте.

— Да… Иначе нельзя. Пойдут слухи. На меня и так косятся, я ведь и ростом не вышла и строение тела — скрывай не скрывай, а в глаза бросается. Я не такая, как все волки.

— Тоже, правда…

— Даже не знаю, как это будет выглядеть…

— Вот и я о том же…

— В любом случае, я буду охотиться не в общей куче, а выберу себе отдельное тихое местечко. Например, небольшой лес у озера? Что скажешь.

— Я с тобой.

— И отца возьмем…

— Для подстраховки не помешают лишние волки. А что скажешь о девушке?

— Какой еще девушке? — не сразу сообразила, что собеседник имеет в виду.

Мы шли по кромке леса, наслаждаясь звуками природы и получая от этого добрую порцию внутреннего удовлетворения. Скоро я свою волчицу выпущу на свободу и испытаю все радости оборота и единения со второй половинкой — звериной сущностью.

— Жертва?! Ты об этом подумала.

— Да привезла профессионалку.

— Отлично. Я буду один, просто, как сопровождающий, а в случае обнаружения твоего истинного запаха, сделаю вид, что ты моя женщина.

— Хороший план.

— Надеюсь, что к нему не придется прибегать, — усмехнулся волк.

***

Выслушав предложение Торнарда, отец все же вынужден был внести свои коррективы:

— Я не брошу стаю во время Великой охоты. Вам придется быть вдвоем.

— Это все не вызовет подозрений? — я переживала. С каждым днем чувствовала себя все более неуверенной.

— Какие подозрения? В чем? — усмехнулся альфа.

Действительно…

Это нам троим известно, что я единственная в своем роде волчица, а другие же об этом ни сном ни духом, даже мысли не возникает в подобном ключе.

— Действуем так, — бета развернул карту леса, где обычно устраивалось традиционное мероприятие в полнолуние. — Вот с этой опушки перевоплотиться и начнет поиск жертвы основная масса молодых волков и тех, кто желает принять участие в развлечении. Привезенных женщин оставят вот в этом месте вдоль реки, — указательный палец мужчины повторил очертания тонкой линии, обозначающей водоем. — Давая им некое подобие форы…

— Очень гуманно, — хмыкнула я.

— Так надо. Они должны бояться, а в воздухе появится запах адреналина.

— А где же будем мы с тобой? — по мне так подальше бы от остальных.

— А мы, то есть ты будешь охотиться на другом берегу. Даже, если кто-то что-либо учует, что маловероятно, то ему преградой станет река.

— Пусть девчонка наденет твои вещи, Линдор. Если и будет запах, то чтобы твой.

— Я об этом не подумала, папа… Так и сделаю.

— Тогда до завтра! — бота по-дружески хлопнул меня по плечу.

Когда Тор ушел, я набрала в грудь побольше воздуха и поинтересовалась у альфы:

— А Рант вернулся? А то завтра уже… как бы… Пора ему уже… Быть.

Закусила губу, заломила руки, не зная, куда их деть.

— Нет. Он прилетает утром, если я достаточно точно информирован.

Видя, что я не ухожу, старый волк поднял на меня свои блеклые серые глаза и вопросил:

— Что-то еще?

— Я все думала… И много.

— Это, знаешь ли, полезно, дочь моя! — рассмеялся он в голос.

Обиженно надула губы.

— Ладно… Не сердись. Так, что тебя беспокоит? Выкладывай!

— Не буду ходить вокруг да около, а сразу перейду к тому, что меня уже многие года волнует. А именно — сам факт моего появления на свет.

— Тебе рассказать, откуда дети берутся? — мои слова снова вызвали улыбку у этого матерого волчары.

— Нет, я хочу понять, с научной точки зрения возможность, или правильнее сказать — вероятность, зачатия волчицы. Ты мог бы рассказать вашу историю знакомства с мамой?

— О, это на самом деле удивительная история. Я к тому времени уже был альфой, и мне обязательно было каждый раз принимать участие в Великой охоте. Я контролировал молодых оборотней, сдерживал их агрессию. Увы, очень часто, поймав девушку, они ее насиловали, а потом разрывали на части, иной раз даже не отдавая себе отчета в своих действиях. В тех случаях волчья ипостась брала верх, а в мои обязанности входило не допускать обильного кровопролития. Та юная прелестная брюнетка была привезена на остров одним из рядовых оборотней. Но я сразу её приметил, зачем-то спросил у красавицы имя. Ее звали Еления. Вздернув подбородок, она с вызовом смотрела на меня, казалось прекрасно понимая, что ей не пережить эту ночь, ибо свою агрессию её "хозяин" не скрывал. Все знали, что у Макса нелады с контролем. Думали, что после охоты остынет немного. Волки приняли оборот и устремились в заросли. Я же, как безумный, вдруг осознал, что не должен допустить смерти этой девчонки. В ней столько силы и смелости, она нас нисколечко не боялась, даже улыбалась, когда гамма настиг её и перехватил за горло. Но его планам не суждено было сбыться, я не дал волку принять человеческий облик, бросив вызов, в три броска переломил ему хребет, обернулся и, достав ритуальный серебряный клинок, с которым никогда не расставался, перерезал молодому волку горло. Эта женщина должна была стать моей! И она отдалась мне, прямо там, на траве, пачкаясь в крови, стекающей с моих рук. Это было как извержение вулкана, как ядерная война. В ту же ночь она понесла. Моему счастью не было предела. Я сначала не понимал, что со мною твориться, ведь любви мы не знаем, иной раз даже материнской. Но в моей груди появилось собственное солнышко. Наплевав на все законы, я сделал Елению своей законной супругой, мы обвенчались по всем людским традициям, она даже познакомила меня — сурового охотника — альфу клана волков со своей семьей. Казалось, что ничего не предвещало беды. Но роды даются людям по-разному, моя половинка не обладала живучестью оборотней, а никак передать свои силы жене я не мог.

— Значит, мама умерла после того, как воспроизвела меня на свет? — я не замечала, что плачу. Отец только что признался мне, что безумно полюбил человеческую женщину. Значит среди нашей расы это возможно.

— Да, — мужчина поднялся из-за стола и принялся ходить взад-вперед, маяча у меня перед глазами. Я же молча стояла и переваривала только что услышанную информацию. — Это походило на безумие. Мои чувства к Елении. А потом, когда я еще узнал, что она родила мне не сына… Чуть не совершил самую большую ошибку в жизни… Я собирался убить тебя, занеся ритуальный клинок.

Мое сердце пропустило удар.

— Но эти глаза матери, которые, не успев открыться, уже смотрели на меня бесстрашно и прямо, заглядывая в самое сердце и выискивая там место для себя сотворили чудо. И я не смог, я оказался не способен уничтожить плод нашей любви с человеческой женщиной. А каково же было мое изумление, когда выяснилось, что малышка — оборотень. Ты обернулась прямо у меня на руках.

Из всего рассказа я запомнила лишь одно, это и повторила побелевшими губами:

— Ты собирался убить меня…

— Это было мимолетное желание, продиктованное эмоциями потери любимой. Я-то ждал сына.

— Ты так боялся быть опозоренным, что заставил меня все эти долгие годы притворяться парнем? — кажется кровь начала закипать в моих жилах.

— Нет, что ты… Не в этом дело.

— Тогда в чем? В чем причина всего этого маскарада?

— Потеряв жену, я обрел дочь… И ужасно испугался за твое благополучие среди сплошного тестостерона. Узнав о тебе, я бы только и успевал вытаскивать самцов из-под твоей юбки.

— То есть, ты хочешь сказать, что тобой в тот момент руководила банальная ревность? Ты мне всю жизнь сломал!

— Прости, дорогая… Но именно тогда мне казалось это единственным правильным решением и способом тебя уберечь от назойливого внимания противоположного пола. Все наладится. Ты станешь женой Тора, и тебя тогда никто пальцем не тронет.

— Как ты можешь продолжать все решать за меня? — я уже кричала. — Ты не подумал, хочу ли я быть с этим волком? А мои чувства не в счет?

— О чем ты говоришь? Я же думал все устроить, как будет лучше всем.

— Тебе, отец! Не мне!!!! Ты все время думал только о себе. И сыновей у тебя не было не потому, что ты страшился моего разоблачения, а потому, что не хочешь терять нагретый трон. Ты боишься получить вызов от более сильного оборотня и потерпеть поражение.

— Но…

— И эти изменения в законе… Не для того, чтобы я не пострадала! Теперь до меня дошло… — я лихорадочно рассмеялась, заглядывая в хитрые глаза нашего предводителя, — Ты себе оставил лазейку, в надежде остаться в живых после битвы за право называться вожаком стаи. — Я права?

— Что я могу тебе сказать… — он усмехнулся. — Ты, дочь своего отца.

ГЛАВА 12

Клавдия с мольбой подняла на меня карие глаза:

— Можно не участвовать в ваших играх? — она говорила с легким акцентом, но из-за того, что в данный момент сильно переживала, я едва могла переводить то, что она произносила. — А как это понять? Я почему должна убегать?

— Ничего не опасайся. Тебе и должно быть немного страшно, но это не смертельно.

— Я не хочу… — чуть ли не плача, простонала женщина.

— Так надо. Тебя именно для этого и наняли.

— Что мне нужно будет делать?

Я уже кажется тысячу раз ей все объяснила, но она казалось, просто не способна при сложившихся обстоятельствах воспринимать какую-либо информацию. Если бы девица знала, как мне тяжело здесь с ней находиться. Рот наполнялся слюной, просыпалась врожденная неуемная жажда крови. Я, разумеется, приняла в этот раз лошадиную дозу таблеток, отбивающих тягу закусить свежим мясом, а вчера хорошенько поохотилась, загнав целую лань. Но собеседница так тряслась, будто осенний лист на ветру, что её адреналин все равно достиг волчьих инстинктов и выпустил на свободу во мне хищника.

Зарычав, рванула к аптечке и накапала успокоительного исполнительницы роли моей жертвы и приказала:

— Пей!

Вздрогнув, Клавдия подчинилась. Через несколько минут, я ощутила расслабление в мышцах, готовых в любой момент начать охотиться. Профессионалка немного успокоилась, а на бледных щеках появился румянец.

— Со мной, правда, ничего не случиться?

— Мы будем тебя охранять, ясно?

— Кто это мы?

— Тор и я. Правда… мы будем не совсем людьми…

Женщина округлила глаза:

— В смысле?

— Понимаешь, мы оборотни!

— Что это означает? — она невольно попятилась, не сводя с меня шоколадных очей.

— Волков видела? А медведя? Собаку? — она закивала. — В общем, мы что-то среднее между ними.

— На меня будут нападать волки?! Э… Я на такое не подписывалась! — девчонка замахала руками, затопала ногами, что я в итоге не выдержала и вырубила ее одним точным ударом.

— Достала! — подхватив жертву на руки, вышла из дома. Лучше сразу отнесу брюнетку в место охоты, пусть прячется, а то все нервы мне с раннего утра вытрепала. Я считала, что с профессионалкой будет сподручнее, а оказалось, что только хуже — они задают слишком много вопросов, на которые ты вроде бы как обязан отвечать.

***

Сердце сжималось от мысли, что сегодня ночью постель Ранта согреет какая-то красотка. Это было выше моих сил. Никакой радости от предвкушения свободы и куража охоты. Моя первая дань традиции. По сути, подобное мероприятие — один из важных дней в жизни повзрослевшего волка, своего рода, переход во взрослую стадию истинного хищника. Зачастую мужчины впервые выступают в роли любовников, спариваясь со своими жертвами, именно в полнолуние происходит зачатие сильного оборотня человеческой женщиной.

Я, вдруг вспомнила, что рассказал о маме отец. Может секрет появления на свет волчицы в том, что важно само отношении хищника в момент охоты? Возможно, имеет место некое родство души или темпераментов. А что если волки станут преследовать не привезенную им женщину, а ту которую возжелал до того, как перевоплотился? И это должно быть влечение не животного характера, а порывом души и тела одновременно… Не насиловать несчастную, а вступать с ней в связь по обоюдному согласию.

"Истинная пара" — я где-то слышала о подобном.

"Благословленные Луной" — или это.

Если я правильно поняла, моя мама сама кинулась к волку в объятия, причем наплевав на то, что он только что перерезал глотку себе подобному, борясь за внимание самки… Хм… Вдруг требуется драться за женщину, а не охотиться на них? Эту загадку, странную магию я обязательно разгадаю.

— Пора! — заглянул ко мне в комнату альфа.

Он уже начал спускаться вниз, когда я его окликнула:

— Стой!

— Не волнуйся, все будет хорошо. Ты же не жертва! — он рассмеялся, а вот мне от чего-то стало не по себе. Сочувствие и сострадание к слабым нам не свойственно, но как женщине все происходящее казалось ночным кошмаром.

— Я не это хотела сказать. Просто анализировала ситуацию с мамой. И мне кажется, секрет в том, чтобы жертва превратилась в возлюбленную и сама потянулась к волку. Я изучала дистанционно психологию, а если приплюсовать к этому еще и биологию с генетикой, то получается пол определяет самец. И когда он сильно любит свою самку, кем бы она ни была, волчицей или человеком — в её чреве зарождается плод женского пола в данном случае — волчица.

— Это все домыслы и догадки. Волки нередко влюбляются в своих жертв, да только ничего подобного не было.

— Ну, мы не можем этого знать наверняка…

— В смысле? — изогнул густую темную бровь старый волк.

— Ты скрыл меня, кто-то еще что-то утаил… Думаешь, один такой умный и сердобольный? — я рассмеялась, мысленно представив, что половина волков на самом деле переодетые волчицы.

— Не… Нет. Не может этого быть!

— Хорошо, тогда другой вариант. Женщины не настолько агрессивны, и вполне можно их увезти с острова и воспитывать где-нибудь в отдалении от людей в частном доме с прислугой и высоким забором. Да, множество существует вариантов, как спрятать свою немного особенную дочь.

— Ты считаешь, что могут быть еще волчицы?

— За сотни лет существования клана? Да наверняка.

— Хм… — мужчина озадачился. — Стоит над этим вопросом поразмыслить на досуге.

— Еще как стоит, отец.

— Я бы на твоем месте начала беседовать с теми волками, которые загрызли своих женщин после родов. Или у кого родились мертвые волчата… Есть же статистика в клане?

— Возможно…

— Вполне вероятно, что мать и дитя просто вывезли с острова, предварительно имитировав их смерть. Во избежание так сказать…

— Займусь этим сразу же после Великой охоты. Если выживу в битве с желающими бросить мне вызов…

***

Вечерний лес встретил нас с Тором приятной прохладой. Потихоньку, я начала ощущать усиление сердцебиения, желание выпустить зверя стало первоочередным, и вот я уже не властна над своим телом — оборот прошел на удивление быстро. Прыжок человека, а приземляюсь на лапы волка, так мягко и плавно, что это становится неожиданностью. Трава пружинит под каждым шагом, я слышу все шорохи и вижу как никогда хорошо. Все инстинкты обострились, мир приобрел иное восприятие, я стала с природой единым целым.

Где-то вдалеке прозвучал вой альфы — сигнал к началу Великой охоты, и мы с черным волком устремились в чащу. Он меня страховал, но я уже знала, что всё будет просто превосходно, ведь остальные участники традиционного мероприятия проводимого при полной луне довольно далеко от нас.

"Остановись, принюхайся, возьми след", — слышала мысленные наставления беты. Как же в этот момент я была благодарна отцу за то что он разглядел в этом волке истинного друга, способного меня всячески поддерживать. В его лице я обрела старшего брата. Правда, пока не представляла, как это мы с ним будем семью строить. ибо между нами не только искорки не проскользнула. а даже чувствовалось некое отторжение, сравнимое с чувством чего-то неправильного. Я не смогу, например, поцеловать брата или отца, как мужчину или мужа, вот тоже самое было и с Торнардом. И не только я воспринимала оборотня столь странно для жаждущей волка самки. Бета и сам в какой-то степени меня сторонился, словно боялся, что даже малейшее прикосновение способно причинить ему моральные терзания или физическую боль. Сейчас не время и не место размышлять о возможном союзе, сегодня я наслаждалась полной Луной и магией, что она даровала.

"Старайся контролировать инстинкты и разделять их. Девчонку не загрызи… Я конечно, постараюсь тебя сдержать, но мало ли.

"Легко сказать!"

"Чуешь?"

"Есть контакт!" — я ускорилась, испытывая подъем энергии во всем теле хищника. Легкое головокружение, но от этого лишь приятнее кураж, пульсация в венах, свист ветра…

Страх. Человеческий, чистейший — самого наивысшего уровня панического ужаса, на грани обморока. До чего же сладко. Я ощутила, как пасть наполняется слюной, от предвкушения вкуснейшего ужина.

"Нет, Линда!"

Я на секунду замешкалась, скорость начала замедляться, однако увидев впереди жертву, позабыла обо всех мысленных приказах. Это было выше моих сил.

Решающий прыжок, но я вдруг испытываю нестерпимую боль в левом боку, моргаю от непонимания, что вообще происходит. Я на земле, Клавдия улепетывает, что есть силы, то и дело, спотыкаясь и громко рыдая.

На меня напали?

Но кто?

А ведь Тор значительно отстал… Или это мне только показалось?

Пытаюсь подняться, делаю это с трудом, и лишь теперь замечаю силуэт мужчины на фоне слабых рассеянных листвой лесной растительности лучей спутника земли.

Рант.

Мне хватило одного единственного взгляда на строение мужского сильного тела, и единственного вдоха, чтобы уловить запах знакомого волка. Я уже в следующее мгновение знала, кто помешал мне совершить роковую ошибку, стоившую жизни невинному созданию. Я все же слишком наивно полагала, что смогу контролировать жажду крови.

ГЛАВА 13

Появился Тор. Черный волк встал, прикрывая меня собой.

— Она моя! — прорычал не своим голосом Рант.

"О чем он? Угадать в волчице меня он не мог. И запах замаскировала и охотилась в зоне недосягаемости остальных волков. Откуда он, вообще взялся на мою голову?"

— Советую прекратить преследование, — прорычал он. — Я за брюнетку буду драться.

Ах, вот оно что.

Я напрасно волновалась за свое инкогнито. Оказывается, нашего грозного и вспыльчивого бету заинтересовала вовсе не моя скромная персона, а девчонка, на которой были мои вещи с соответствующим запахом.

Прости меня Клавдия… Даже не знаю, что теперь делать.

"Тор. Спаси её…"

"Поверь. Ей не угрожает опасность… уже. Угрозой была ты. Без обид. Но…"

"Что еще за "но"?"

"Марш домой!" — попытался воздействовать на меня Торнард, а проследив, что я развернулась в обратном от убегающей жертвы направлении, устремился за исчезающим в кустах бурым волком.

Я мчалась настолько быстро, насколько это было возможно в условиях довольно густого леса. Мысли толпились в голове, сердце бешено колотилось и рвалось обратно в итоге, я затормозила, услышав крики и вой.

Убраться прочь? Нет…

Но разве я могла сейчас уйти? Разумеется, нет, мою волчицу тянуло к своей паре, я уже и о девчонке напрочь забыла, теперь в охоте у меня появился совершенно иной интерес — сексуальный. А это еще опаснее в полнолуние, ибо я-то не человек и не лань… Я волчица, причем дочь сильнейшего альфы за последние десятилетия…

Что же будет?

К черту!

Меня последствия не волновали, я полностью отдалась во власть внутреннего зверя, который хотел лишь одного — ласки самого любимого и неповторимого хищника и плевать, что он еще имел репутацию безжалостного. Этот волк мой. Рант принадлежит мне.

Приближаясь, различила в воздухе сильный запах крови. Ко мне навстречу, прихрамывая бежал Тор.

"Непослушная девчонка! Сказал же, домой!"

"Что?!!! Что там произошло?"

"Мне пришлось имитировать твою смерть, иначе Рант разоблачил бы нас!"

Снова направление к коттеджу отца, по ступенькам мы вбегали уже на человеческих двоих. Стоило входной двери закрыться, бета со всей силы впечатал мою тушку спиной в стену холла, резко ухватив за руки и заведя их над моей головой.

— Что у тебя с Рантом?

— Н-ничего… такого…

— Не ври мне! — зло прорычал оборотень. — Он не за знакомой шлюхой бежал, он пришел на ТВОЙ запах.

— Не понимаю… — пискнула, словно мышка, было страшно до чертиков. Столько негодования наблюдалось во взгляде Тора, а я уже записала его в список самых безобидных созданий на нашем острове. И хватка-то какая! Я даже пошевелиться не могла.

— Если ты будешь молчать, то я не смогу тебе помочь в полной мере, ясно? Это ты хоть понимаешь! — отпустив мои запястья, он со всей силы заехал кулаком в стену. Растирая руки, с вызовом посмотрела на бету и увидела…

— Ты ранен! — кинулась на колени, срывая остатки его изорванной штанины и делая из нее своего рода жгут. — Следует остановить венозное кровотечение и перевязать.

— Оставь… Царапина, заживет! — оттолкнул он меня, и я опрокинулась на попу. Так и сидела, наблюдая, за капающей кровью с его ноги. Постепенно рана затянулась и красная жидкость засохла. Полчаса мы молчали, оставаясь в одних и тех же позах. Мне было ужасно больно… Я успела заметить там, в кустах растерзанное тело невинной девушки, и воющего на Луну от отчаяния бурого волка. Все, что он чувствовал, отдавалось эхом во мне.

— Так как? — нарушил молчание Тор.

Пройдя пару шагов, он уселся на диван и похлопал по сиденью рядом, призывая меня последовать его примеру. Но я не могла найти в себе силы шевелиться, сердце рыдало и стонало, так тяжко мне еще никогда не было, будто всю вселенную взяли и разом взорвали.

— Теперь, все кончено… Ты поступил очень умно. Рант думает, что меня потерял.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Я сама не знаю, что между нами… Поэтому не могу ничего тебе поведать. Он в отчаянии, оплакивает потерю, а моя душа рвется на части, переживая все вместе с ним одновременно.

— Почему так? Когда между вами появилась эта странная связь?

— А не знаю! — повторила, срываясь на крик, вскочила на ноги и убежала.

Не было больше сил сопротивляться, рвущимся наружу рыданиям. Заперевшись в своей комнате, скинула грязные вещи и зашла в душ. Я даже под струями холодной воды слышала жалобный вой, казалось он раздавался не там в лесу, а рядом внутри меня.

***

В эту ночь в лесу было много криков и рыков. И эти все звуки задались одной единственной целью — свести меня с ума.

Я переживала каждый стон и всхлип пойманных жертв, и сердцем чувствовала, что это неправильно. Увы, помочь всем я не могла…

Да и о чем это я?

Я даже Клавдию не сумела уберечь, а ведь обещала.

Луна светила прямо в мои окна и никакие шторы не могли справиться с этим ярким светом. В итоге проклятая просвечивающая ткань пострадала от моих яростных когтей и теперь свисала лохмотьями, угнетая своим видом еще сильнее.

Мне бы выспаться, завтра ведь состоится совет, когда любой волк сможет бросить вызов вожаку стаи, но сон не шел. Я вообще не могла успокоиться. Спряталась от лунного света за дверью ванной комнаты и свернулась на коврике калачиком. Если обернуться волчицей, возможно мне было бы не так больно, но внутренний зверь отказывался выходить наружу, отрицая мое поведение и требуя воссоединения с парой.

Моя волчица хотела в лес, найти Ранта и показать ему, что жива и что не следует ему так убиваться из-за потери любимой женщины.

— Любимая… Любимый… Пара… — моя голова ритмично билась о кафель холодного пола, пытаясь выбить эту дурь, мешающую мне прийти в себя и рассуждать здраво.

По идее, я радоваться должна. Все сложилось наилучшим образом. Бурый волк меня больше не будет преследовать, смириться с ужасной кончиной, оплакав этой ночью.

Но как же больно! Будто в сердце вбивают серебряные гвозди и этот яд разъедает все изнутри, растекаясь по сосудам, пропитывая кожу и каждую клеточку. Я буквально горела заживо, словно меня взяли и за волосы окунули в раскаленную лаву, а потом начали разрывать на куски…

— Это когда-нибудь кончится?! — я резко вскочила и побежала к отцу. Судя по шуму в кухне, он уже вернулся.

Сбежав по лестнице. кинулась к нему:

— Умоляю, выруби меня!

— Что? — не понял старый волк.

— Вмаж мне по голове, как следует, а? Я просто сейчас свихнусь от этих страданий!

— Но… регенерация? — привел он весомый аргумент, с которым я, увы, не в силах была поспорить…

— Значит, вдарь кулаком так сильно, чтобы я хотя бы до утра провалялась.

— Ты уверена?

— Да! Бей же! — на глазах выступили слезы.

Удар был настолько мощный, что я услышала звон небесных колокольчиков или это был хруст ломаемых костей черепа? Не знаю… Но темнота, в которую я погрузилась в тоже мгновение, казалась мягкой и приятной, мое тело обмякло, получив долгожданное расслабление от воздействия чужих эмоций.

ГЛАВА 14

В голове Ранта было пусто и тихо. Настолько печально и больно, словно весь его уютный мир рухнул в одно мгновение. Раз и всё! Разбился в на мелкие кусочки, как старинная ваза. Просто разлетелся на миллионы крохотных невероятно острых осколков, которые безжалостно пронзали и без того кровоточащее сердце. Да, вот только подобные раны не поддаются регенерации оборотня. Ибо все происходящее в груди ноет и стонет, истекает кровью и разрушается — на уровне эмоций. То есть, выражаясь фигурально. В физическом плане с бурым волком все было отлично.

А сердце… Кто или что его спасет и залатает? Оно у него было одно и другого увы уже никогда не будет.

Но она! Загадочная нимфа из мгновения жизни. Едва коснувшись его судьбы, вздумала покинуть её навсегда. Рант — сильный оборотень, бета главы клана, непобедимый волк… Девчонка же смогла сделать так, чтобы даже душа его плакала. Одинокая и потерянная.

Он стоял в сером и пустом мире. Её больше не было среди живых. Потухла в секунду!

Дым от костра, сжигающем останки прекрасной брюнетки тяжелым и горьким осадком опускался на дно разбитой надежды. И даже проблемы, связанные с их странным знакомством больше не пугали. Ведь, по сути — всё решаемо. Не осталось страха и запретов, осталась только его разломанная гордость — он не сумел отстоять женщину… А теперь её больше не было…

Трагично и настолько глупо, что от этого хотелось кричать во все горло. В голове по кругу летали бесконечные фрагменты памяти, которые услужливо демонстрировали ему воспоминания. Так мало они были рядом, но настолько глубоко запали друг другу в душу. Рант знал, что не безразличен девушке, он увидет это в её глазах.

Кто она? Откуда пришла? Почему отвергла?

Её смеющиеся глаза, от которых исходил свет, в которых пульсировало тепло и горело счастье. Банально, но было так красиво.

Он постепенно сходил с ума, переставая жить. Только пустая оболочка. Даже обернуться волком не смог… Настолько силы покинули его. Тор сильно его потрепал, но все уже зажило… кроме ран на сердце — это не зарастающие шрамы. Он собирался покинуть остров и бродить по миру, упиваясь обидой и одиночеством, разрушая себя еще больше.

Бете была знакома боль, но не настолько. Это можно было сравнить только с огненной лавой, которая хоронит тебя заживо под слоем раскаленной магмы. Но даже от ожогов не было так больно, как от растоптанной и раздавленной надежды. Он бы в любом случае нашел бы волчицу… И уберег… Тор сказал, она утром прилетела, а откуда не знает… Все к одному. Ошибка за ошибкой, одна случайность, повлекла за собой трагедию… Возможно, брюнетка искала его, а в итоге стала невольной участницей Великой охоты. Почему не обратилась в волчицу? Может она не могла?

Столько много вопросов, ответы на которые он никогда уже не узнает.

Занимался рассвет, а рана вспыхнула новым импульсом. У Ранта больше не было сил бороться. Нет! Он так больше не мог. Слишком неправильно все и так противно от самого себя, что он даже не знал, о чем теперь стоит думать, чтобы не свихнуться.

Голова закружилась, а из глаз брызнули слезы.

"Зачем ты продолжаешь меня мучить?"

В каждом шорохе леса слышать легкую поступь, в очертании деревьев и кустов видеть её, в каждом отражении на водной глади спокойного озера чувствовать взгляд, в каждом вздохе отголосок её дерзкого слова. Все это тяжелым грузом давило на мужские плечи, не позволяя мыслить в ином направлении.

"Никто мне не нужен, только ты одна!"

Чем эта скорбь для него обернется?

Решено, он покинет стаю… Да и надо утихомирить злобу на Тора. Черный волк ни в чем не виноват — они хищники и слишком подвластны инстинктам зверя. Девчонка сильно испугалась, ее страх, казалось пропитал весь небольшой лесок у реки. Против соблазна такой силы просто невозможно устоять даже сильнейшему из них.

"Зачем мне оставаться там, где нет тебя? Зачем мне вообще что-то без тебя? Зачем мне без тебя существовать на этом белом свете? Кому это нужно? Кому я нужен? Что я такое без тебя? Никто, ничто… Существо, чуждое всему и всем… все вокруг чужие… Ты единственная была мне близка хоть немного, но и ты меня не понимала… Не успела понять, кем мы друг другу стали. А теперь… Слишком поздно. Ты была нужна мне, как лунный свет в кромешной тьме, единственная, кто мне стал родной…"

Он чувствовал себя существом из другого мира… Всё вокруг вдруг стало чужим!

Как одиноко…

"Зачем я здесь? Зачем я живу???… Зачем притворяюсь человеком, тогда как люди чужды мне? Почему вокруг нет ни одного существа моей породы? За что мне это одиночество, эта боль?"

С каждой секундой в нем всё больше крепло ощущение, что он не человек… Только зверь.

Рант откинулся на ствол дерева. у которого просидел всю ночь, наблюдая за догорающим костром, и прикрыл веки, вспоминая прекрасную незнакомку. Это хоть на чуточку, но облегчало состоянии внутреннего раздрая.

Только она может избавить его от этой боли…

"Прикоснись ко мне… к моей коже, к моим волосам… твои прикосновения дарили блаженство… Просто прикоснись ко мне, хотя бы кончиком пальца, этого будет достаточно, чтобы заставить меня забыть о боли…

Ранту доселе не были знакомы эти ощущения. Он был царем жизни, ни в чем себе не отказывал. А теперь… Сжигающая изнутри, рвущая сердце боль одиночества, такая острая, что хочется кричать, выть и плакать…

Бездна… Все вокруг далекие… никому не понятны эти чувства, эта потребность постоянного эмоционального и физического контакта, потребность чувствовать друг друга, открываться друг другу, делиться всем, малейшими ощущениями… это никому не нужно…

Крик в пустоту… никто не слышит, не воспринимает всерьёз… никто не ответит… таких существ, как я, больше нет, а людям это не нужно…

Она не слышала его вой, не видела мужских слёз…

"Почему же я так люблю тебя? Почему мне кажется, что ты мне близка?.. Почему я чувствую себя счастливым, когда ты прикасаешься ко мне, тогда как прикосновения обычных людей лишь вызывают раздражение? Почему ты близка мне, хотя не чувствуешь то же, что чувствую я? Может быть, ты — только мираж, нарисованный тонущим в бреду сознанием, меркнущим от душевной боли?"

Поднявшись, Рант направился к дому матери, оставил ей в двери записку, написав о том, что срочные дела на материке не терпят отлагательств. Как раз рано утром улетал частный самолет на борт, которого он и напросился.

Ни один мускул на его лице не дрогнул, когда он смотрел в окно, как остров оборотней постепенно уменьшается.

"Всё бросить! Начать заново, " — планировал он.

"Держаться подальше от женщин!" — последняя мысль, мелькнувшая в его сознании, прежде, чем он уснул.

***

Мне снился сон. Скорее это было воспоминание из прошлого.

Я с Рантом качалась на качелях у нас во дворе, отец иногда своих бет оставлял присматривать за "сыночком", а потом вдруг подул сильный ветер. Мне тогда было всего семь, если я не ошибаюсь, а бете уже двадцать пять, а может и больше. В тот вечер я впервые увидела этого серьезного парня со светло-каштановыми волосами и уже тогда поняла, что пропала.

Очень тёплый вечер, мы были по-летнему легко одеты в шорты и майки. Ветер пришел с юга почти горячий, но сильный, как никогда.

Я любила ветреную погоду, особенно, когда бегала волчонком в поле или на лугу. А в этот раз наслаждалась тем, как он трепал мои волосы, подталкивая и раскачивая качели. Какое это удовольствие — чувствовать стихию! Я резко вскочила и встала посреди площадки, раскинув руки, наслаждаясь этим ощущением — ощущением потоков воздуха в волосах, ветра, обнимающего меня всю, так сильно и страстно!

Неожиданно мы с Рантом вместе побежали навстречу горячему потоку, и вдруг на моё лицо упали капли дождя. С запада ярко светило закатное солнце, а с востока ветер принёс тёмно-синие тучи. Тяжёлые капли сочно шлёпались на пыльную землю и камни. Ветер порывами бросал упругие струи дождя мне в лицо, а я, закрыв глаза от удовольствия и смеясь, кружилась под дождём. Тёплый сильный ветер обнимал меня и кружил, будто в танце. Счастье наполняло меня изнутри и разливалось в каждую клеточку живительной энергией радости!

Мы с бурым волком начали бегать наперегонки вокруг дома и играть в догоняшки, весело хохоча. Как хорошо, когда есть с кем разделить своё счастье и веселье! Когда есть с кем побегать, попрыгать и посмеяться! Я тогда не понимала волшебства случившегося, что очень полюбила своего лохматого красавчика, ведь он во многом похож на меня и всегда разделял мои проказы и веселье. Я была несказанно счастлива, что он у меня есть! Не подозревала, что могу потерять. Я наслаждалась этим ветром и тёплым дождем, и что мы вместе носимся как ненормальные и смеёмся, и что заходящее солнце так ярко и тепло светит, а в синих тучах гремит гроза, будто смеётся вместе с нами!

Дождь быстро закончился, и на небе засияла радуга. А это ощущение чего-то нового в груди осталось там навсегда. Кто же знал, что это настолько ценно? Никто не говорил, что это следует беречь, как зеницу ока. Сокровище, которое мы потеряли сами и неизвестно, найдем ли снова…

Я открыла глаза и зябко потерла себя за плечи. Волки не мерзнут. но я ощущала всем телом странный озноб, словно кто-то взял и резко сдернул с меня одеяло в холодной комнате. Поднявшись, подошла к окну и взглянула на утренний пейзаж.

Под утро был дождь, наполнивший воздух влагой и озоном. Все казалось цветущим и обновленным. Свежая зелень деревьев как будто сияла, как тогда в далёком и беззаботном детстве. Но на душе только было не так красиво и радостно, как в моем сне…

ГЛАВА 15

Что Рант покинул остров, я узнала на совете. Он никому ничего не сказал и в офисе, где мужчина обычно работал, не появлялся.

Что-то внутри меня жаждало запрыгнуть на борт частного самолета отца и отправиться по его следам, но здравый смысл останавливал. А может строгий взгляд Тора, а возможно и понимание того, что ситуация настолько усугубилась, что бурый волк от гнева камня на камне на острове не оставит. Я его и в отеле сильно разозлила, а теперь после разыгранного спектакля, все его чувства ко мне перейдут в другую ипостась с отрицательной характеристику.

Честно?

Мне было банально страшно.

"Что же я натворила?"

Защитить меня могла только власть. И именно сегодня мне следовало ее получить. Даже не секунду не сомневалась, когда рыкнула на альфу, бросая ему вызов. Возможно, уже завтра в нашем клане все изменится и я стану жить нормальной жизнью.

Я видела, как недоволен был отец моим решением. Он до последнего верил, что я не решусь на подобное. Но сейчас схватка не на жизнь, а на смерть меня абсолютно не пугала. Душевная боль намного ужаснее. Если мне не суждено победить главу глаза, заняв его место, я попрошу о смерти. Не хочу и не могу больше страдать. Я оказалась не готова к душевным терзаниям и сердечным ранах, или у волков все не так как у людей. Мне всегда члены стаи казались бесчувственными машинами убийцами, но оказывается нам не чуждо состарадание и мы способны на глубокой и ни с чем не сравнимое преклонение перед своей половинкой.

Участники совета разошлись по периметру лесной опушки. Им запрещено было вмешиваться и давать советы, а так же принимать чью-либо сторону.

Тор выказывал свое недовольство глухим рычанием. Его раны только зажили, но боль давала о себе знать. Совет клана собрался. Раз в год бросали вызов альфе, а сегодня решилась на решающую схватку с ним собственная дочь. Песочные часы смерти отсчитывали последние минуты до бойни…

Он не торопливо поднялся и направился в сторону деревьев подальше от готовящейся драки. Остановившись в нескольких метрах от меня, он выжидательно посмотрел, не прогнозируя никакого расклада, не делая ставок на победителя. Пусть все решит судьба. За это я была ему благодарна.

"Видно ты хочешь смерти, раз мешаешься под ногами", — огрызнулся отец.

Я брезгливо посмотрела на него:

"Ты хочешь испытать судьбу?"

"У тебя последний шанс… Откажись!"

"Я настроена серьезно и уже давно!" — почувствовала, как острые когти впиваются в рыхлую после сильного дождя землю.

Мы кружили по поляне, не кидаясь на противника, чего-то выжидая.

«Ты, кажется, не понимаешь слов, мне жаль. Боюсь, тебя придется проучить, но я буду, великодушен и постараюсь сильно не покалечить, а тем более не убить. Но ты еще можешь убежать», — раздалось в моей голове голосом родителя.

Если я убегу, то это позор и никогда мне уже не представится возможность побиться за право сильнейшего.

«Волки не убегают с поля боя, а дерутся до конца» — огрызнулась я.

Отец мысленно усмехнулся:

«Ты не волк, ты щенок. Маленькая вздорная девчонка, тебе еще можно убежать».

«Я волчица, и ты это прекрасно знаешь… В моих жилах течет твоя кровь!»

Отец решил не убивать меня, а малость покалечить. Что бы я запомнила на долго этот урок.

Стояла и смотрела на своего соперника. Оборотень больше метра высотой, а длиной почти два… Бой будет тяжелым. Что ж… Пусть победит зверь, достойнейший из нас.

Я первая бросились на него, надеясь нанести тяжелый дробящий удар в верхнюю часть корпуса. Казалось, что Хартог и не сдвинулся с места, но я учуяла кровь. Черный волк пытался напасть со спины, но я резко развернулась, уходя от удара. Нынешний предводитель стаи разозлился и кинулся на меня, нанося когтями глубокие царапины. Я оборонялась, как могла. Его рычание заполнило всю округу, перепугав всю местную флору и фауну. Я же старалась сосредоточиться и не подпустить соперника к своим наиболее уязвимым местам.

Мгновения, секунды, время замедлило свой неторопливый бег. Вот-вот прольется чья-то кровь.

Два соперника, ничего личного в их борьбе лишь желание власти и безоговорочного подчинения.

Мы бросились друг на друга. Мощные и быстрые удары, неслись с обеих сторон. Каждый из нас успел задеть своего противника пару-тройку раз, запах свежей крови пьянил и будоражил нервы. Наши волки сошлись вплотную, пытаясь клыками дотянутся до артерии оппонента. Набравшись сил я отбросила соперника в сторону, однако мохнатый поднялся, глаза его яростно горели.

Оба в крови мы стояли, готовясь к новому броску. Бой становился все интересней и интересней, зрители затаили дыхание, две безжалостных лапы с лезвиями когтей разрезали воздух. Потом снова и снова. Я же на удивление просто, в какой-то степени даже лениво ускользала от наносимых ударов. Но даже этот игривый танец может надоесть. Еще один разворот, подсечка, бросок и мои челюсти сомкнулись на горле альфы. Именно вожака, не родителя… Сейчас родство не имело значение. Я сжала зубы и на одного оборотня в клане стало меньше.

"Кто еще хочет? Или вы все-таки разбежитесь?" — насмешливо спросила я.

"Мы тебя уничтожим!" — прохрипел от злости бета отца Эдар.

Его поддержали гаммы, он и решили помериться силой.

Четверо бросились на меня. Только один молодой волчонок, наверно самый умный забился в кусты и тихо молчал. С этими я решила не играться. Почувствовав невероятный прилив силы от куража победы и перемен, я ринулась в бой. Одна против всех в лице этих предателей. Моя волчица не знала пощады. Сейчас или никогда стая требовала показательного выступления, демонстрации силы их нового предводителя. Четверка упала, но они были еще живы. Поставив мохнатую лапу на бок одного их них, я прорычала:

"Может теперь, вы признаете своего нового лидера стаи?"

"Сам убью тебя!" — сказав эти слова, Эдар бросился на меня, обнажая клыки.

Я не стал ждать, когда зубы противника достигнут меня. Я обнажила когти и ринулась в наступление. В приемах беты, используемых против меня чувствовался опыт и сила. С каждым мгновением удары становились все сильнее и быстрее. Мои бока задевались несколько раз, но и я оставила легкие отметины на своем сопернике. Я понимала, что дерусь не с простым волком, но после Хартога он всего лишь второй. Это был действительно достойный своего статуса оборотень. Мы сцепились, нанося силовой удар когтями, я уловила момент и ухватила кусок плоти, с силой отбрасывая в сторону волка. Он несколько минут не вставал, истекая кровью, а раз так — нельзя было драться. Я победила. И теперь мне решать будет ли Эдар жить. Однако не хотелось его убивать, я села на попу и применила к присутствующим силу, полученную в результате схватки с сильнейшими. Один за одним, волки клана начали склоняться в поклоне, признавая во мне своего альфу.

Бетами я выбрала Тора и Одила и Сержа

"Где же ты, Рант?" — мне было жаль, что мой любимый не видит, какая сильная и смелая у него самка.

***

А на утро наступил откат эмоций, появилось понимание, что я убила родного человека.

— Папа… — я рыдала и не находила себе места. Требовалось одеваться, идти принимать дела, но я была не в состоянии чем-либо заниматься. Моя психика не выдержит второго удара, такой же мощности, что и боль Ранта. — Почему… — я стонала и не понимала. Мой зверь не остановился, перегрыз горло. — За что?

Ответ волчицы не заставил себя долго ждать. Внутри меня мохнатое существо подняло свою морду и мысленно передало:

"Он виноват в том, что ты страдаешь. Слишком суровые законы. В его мире не было места любви…"

Приходил Торнард и сообщил, что беты ждут. Но я его отослала, сообщив, что имею право оплакать отца. На что получила грубое:

— Для сильного вожака есть только интересы стаи. Лишь тогда волки идут за ним. Харгард думал о своем обогащении и комфорте. Тебе ли этого не знать?

— Да… Ты прав, — утерев слёзы-сопли, я поднялась и отправилась приводить себя в порядок.

— Что тебе альфа рассказывал о твоей матери? — услышала я вопрос беты, умываясь.

— Он сказал, что она умерла в родах… — я выглянула из-за двери уборной, схватив полотенце.

— Это не правда. Он сам загрыз ее, потому, что она делала его слабым. Именно с того дня появились эти кровавые законы, что женщины лишь для охоты. Разве можно заниматься подобными вещами?! Очнись, Линдора! Мы же не убийцы! Он нас сделал такими, не хотел, чтобы мы заводили семьи… Ему было выгоднее, когда мы стали агрессивные и принадлежали лишь ему одному. — Наши взгляды встретились. Мужчина вздохнул. — Возможно, ты хочешь спросить отчего же мы все это терпели? — Я кивнула. — Черного волка никто не мог победить…

— Я смогла…

— Твоя волчица поступила, как ей велела природа. Постепенно, мы сделаем наш мир добрее, возможно сможем жить среди людей, как нормальные мужчины и нормальные женщины. Мы в первую очередь люди, а потом только звери, а волк нам дан для защиты, а не нападения… Подумай об этом!

Я начала натягивать чулки, а потом повернулась за приготовленным заранее платьем.

— Что ты делаешь?

— Хочу предстать в истинном обличье перед стаей. Все это время об этом мечтала.

— Нет. Слишком рано. Твое положение шатко, а на душе рана. Уверена, что выдержишь еще нападения? Да и хочу предупредить, не все волки, воспитанные на жестокости, играют по-честному. Прихлопнут, и глазом не успеешь моргнуть.

— Что ты предлагаешь?

— Оставить пока все как есть. Набрать сторонников, прощупать ситуацию и прочее, мы тебе в этом поможем. И надо бы Ранта найти в конце концов!

— Его зачем? — мой голос невольно дрогнул.

— Бурого волка очень уважают. Если ты заручишься его поддержкой, никто слово поперек не скажет, будь ты даже русалкой с хвостом примут, как родную.

— Ну… — я закусила губу, пытаясь не улыбнуться. — Мне придется самой завоевывать собственный авторитет, надоело прятаться за спинами сильных самцов.

Мы все же рассмеялись.

— Я рад, что ты меня поняла и перестала горевать. Сегодня состоится прощание с альфой. Мы все устроили, обещай держаться молодцом?

— Да, конечно. А как же еще?!

И я держалась. Целых пять лет прислушивалась к советам Тора. Пока однажды на одном из наших самолетов не вернулся ОН.

ГЛАВА 16

Рант заявился ко мне домой ближе к обеду, прижимая к себе четырнадцатилетнюю девочку, которая то и дело хихикала.

— Что? Что это такое? — я подняла глаза на Тора. Мы как раз собирались обсудить поставку лекарственного препарата, который все это время моего правления разрабатывался для волков, потерявших "пары". Это теперь я знала причины их состояния, раньше мой отец просто списывал это на обычный недуг, врожденную проблему. А иной раз вопрос с безопасностью клана решал слишком кардинально.

— Рант, дружище! Сколько зим, сколько лет! — Торнард вышел навстречу бывшему бете и обнял его, похлопав радостно по плечу. Мужчины прошли в гостиную. Мне пришлось убрать бумаги явно теперь не до деловых вопросов. Что-то же гость задумал, только хотелось бы побыстрее выяснить, что именно?

Рант кивнул:

— Альфа, мое почтение.

Мне показалось, или он издевается?

— Долго же тебя не было, — подметила я.

— М-да… Пять лет, кажется… — быстрый взгляд на меня и снова все внимание малышке, что рядом.

— Кто это с тобой? Рассказывай все с самого начала! — потребовал Тор улыбаясь. Он действительно был счастлив, что старый друг, наконец покончил с приключениями и вернулся на остров Гриф.

— Я смотрю, вы тут без меня не скучали! — усмехнулся бурый волк.

Да, мы все накопленные моим отцом сбережения направили на постройку реабилитационного центра, тренировочного комплекса и постройку больницы с родильным отделением. Кстати, благодаря появившимся условиям, мы смогли вылечить мать нашего пропавшего брюнета. Она познакомилась с волком, а сейчас ждала потомство. Я постоянно контролировала её состояние, кровь оборотня продлевала жизнь обычным женщинам, делала их сильнее, выносливее и моложе, но все же я переживала. Это стало уникальным открытием — беременность человеческим женщинам только на пользу. Но за столько лет, как мы не старались, волчицы не рождались, а выяснить о их существовании ничего не получилось. Наученные горьким опытом прошлых лет, члены стаи не спешили выдавать секреты своей семьи.

— Все же, я не понял, кто твоя юная спутница?

После минутной паузы, Рант посмотрел мне в глаза и, растягивая слова, проговорил:

— Так скоро же Великая охота, вот я и пожаловал на любимую родину. Уж соскучился за столько лет. А Амина согласилась поиграть со мною в догонялки… под луной.

— Это же ребенок! — прорычала я.

Приходилось все время так разговаривать, чтобы мой тонкий голосок не вызвал подозрения.

— Какая разница? Все равно — женщина!

— Пошли дорогая… — мужчина развернулся и направился на веранду. Дверь чуть перед моим носом не хлопнула. я успела ее перехватить.

— Рант!

— Я за него! — рассмеялся брюнет, повернувшись и сложив руки на груди.

Наблюдая, как поигрывают его мышцы на руках, невольно ощутила жар внутри своего тела. Я уже и забыла, что способна на подобные всплески эмоций. Совладав с собой, попыталась ему приказать… мысленно. Но поняла, что он мне не подчиняется… За это время он отбился от стаи и видимо стал сам по себе. Чтобы его вновь приструнить, придется биться. Решила не терять времени, пошла "на таран" с кулаками.

— Кто разрешал её трогать? — от очередного рыка, по-моему, искры из глаз посыпались… Не у меня, конечно, у того идиота, горло которого я сейчас сжала и с удовольствием придушу. Получение удовольствия — то, что нами движет в момент охоты. Своих, разумеется, мы не трогаем, но ЭТОТ!

— Линдор, остановись! — ко мне осторожно подошел Тарк. — Вожак, нам в любом случае теперь придется избавиться от девчонки, здесь ей не место, а назад… В общем, сам знаешь. В город нельзя.

Я знала, и Рант знал.

Что он вытворяет?

— Я лучше казню его, чтобы другим неповадно было! Дети — табу!! Кто еще это не понял… — я обвела светящимися глазами лидеров своего клана. Они собрались все здесь, услышав мои дикие рыки. Знают… Наученные… Если альфа не в духе — прольется чья-то кровь!

Но руку с горла твари, укравшей сегодня из города девочку, все же убрала.

Рант отдышался, потер шею и, сверкнув в мою сторону глазами, хрипло произнес:

— А знаете, братцы, почему наш многоуважаемый вожак так печется о жертве, какова настоящая причина, мешающая причинить вред бабе? Не знаете… А я вам скажу!

— Как разговариваешь ты, мразь! Забылся, кто твой повелитель? — кто-то возмутился из толпы, но я подала знак, чтобы заткнулся.

— Пусть говорит!

— Я вам скажу, — усмехнулся мужчина-волк, своей самой обворожительной улыбкой, — потому, что это, — он ткнул в мою сторону пальцем, — ВОЛЧИЦА!!!

Все присутствующие удивленно уставились на меня. Я не выдержала и рассмеялась:

— А-ха-ха-ха-ха! И что? Я — альфа и все мне подчинятся, а моя половая принадлежность делает только еще уникальнее! — со всей силы рванула куртку и скинула ее на землю, предоставив самцам на обозрение идеальные формы. — Да, я женщина! И горжусь этим.

— И как же твои бравые ребята не разглядели во время Великой охоты, что у их прославленного вожака, кое-чего не хватает? Или у всех неожиданно развилась повальная близорукость? — не унимался брюнет. Остальные же волки стояли молча и переваривали новости.

— Боюсь тебя разочаровать, Рант, но в тот месяц, когда я победила в честном бою бывшего альфу, Великая охота была последней. Мы больше не убиваем женщин. Мы учимся с ними уживаться и даже… любить.

Рант вздрогнул, услышав последнее слово. Его густая бровь изогнулась, а губы с издевкой подметили:

— А кто из вас знает, что такое настоящие чувства? Разве ты, которая пытается чему-то научить способна на искренность? — он оттолкнул девушку с которой приехал и приблизился ко мне вплотную: — Ты живешь во лжи, начиная с рождения, а по волчьим законам обман недопустим в правящих кругах. Я бросаю тебе вызов, не быть тебе альфой у моих волков, женщина! Ты этого не достойна!

Я опешила, даже не знала, что сказать… Сердце одновременно и радовалось увидеть этого оборотня, и болезненно сжималось от понимания, что он меня не простит. Слишком много между нами неправды, а когда замешаны эмоции очень тяжело принимать верные решения.

Перевоплотилась, представ перед всеми рыжевато-коричневой волчицей. Через мгновение передо мной уже был не высокий мускулистый мужчина с легким загаром, а огромный коричневый волчара.

Стая согласилась с бывшим бетой, меня поразило в самое сердце их единодушие. И поэтому когда Рант нанес первый удар, я не сопротивлялась… Пусть убьет меня и мой кошмар, наконец закончится… Жить в его ненависти я не хотела.

— Дерись, Линдора! — прохрипел Тор. — Это не бой, а просто убийство!

— Пусть получит по заслугам! — кто-то крикнул из толпы. — Столько лет водила нас за нос! — я узнала противный голос Эдара.

Зубы бурого волка сомкнулись на мой шее и я услышала мысленный вопрос своего мучителя:

"Хочешь, чтобы я убил тебя, сучка! Почему не защищаешься?"

"Да. Исполни свое желание!" — рыкнула в ответ, чувствуя, как хлынула моя кровь.

"Почему?!" — настаивал он на ответе.

"Потому… — можно, наверное уже сказать, — потому, что я люблю тебя…" — я почувствовала, как жизнь уходит из меня. Глаза закрылись сами собой, тело обмякло, и наступила темнота, погрузив мое сознание в долгожданное умиротворение.

***

Я очнулась в своей спальне на следующее утро. Телесные раны зажили, от них не осталось и следа, а вот душевные стали значительно больше, и от того меня одолела апатия. Вдруг стало на все начхать. Лежала и смотрела в потолок, поздравляя себя с тем, что получается ни о чем не думать. Возможно, провалялась бы дольше, но ближе к обеду настойчивый стук в дверь меня вывел из себя.

— Ну, кто там?

— Линдора… Это Тор. Позволишь войти?

— Можно подумать, закрыто? — хмыкнула я и накрыла одеялом голову.

— Я же должен соблюдать приличия, ты молодая женщина, а я совершенно посторонний мужчина… — пряча глаза, поведал он о причинах своего неожиданного стеснения.

Помнится, мой отец пожелал, чтобы мы поженились. Но, поскольку, между нами не было даже искры, не говоря уже о большем, я поняла, что мне это не надо. Я все надеялась на возвращение Ранта и вот… Дождалась.

— Что-то я не поняла? — пришлось сесть в постели и окинуть своего гостя оценивающим взглядом. — Раньше ты вламывался ко мне в спальню в любое время дня и ночи, тебя даже не волновало, что я сплю нагишом.

— Пойми меня правильно, ты была альфой… — наши взгляды на миг встретились, лишь на несколько секунд, но этого хватило, чтобы черный волк смутился и поспешил отвернуться. — Оденься, пожалуйста…

Мне уже не нравился этот разговор. Все внутри подняло несанкционированный бунт.

— И не подумаю! Что происходит, Тор?

— Рант объявил всем, что ты его пара.

Я проглотила слова. Попробовала все же что-то сказать, но и на этот раз у меня это не получилось сделать. Сейчас я походила на рыбку, выброшенную штормовой волной на берег, которая открывает и закрывает рот, в попытке сохранить свою жизнь.

— Не знаю, насколько это законно… Я о правах на тебя. И про официальность заявления. Но смотреть в твою сторону и прикасаться кому бы то ни было строго-настрого запретил.

— А мое согласие не в счет? — наконец, смогла возразить я.

— Это вы с ним решайте. Я пришел сказать, что он скоро здесь будет.

— Спасибо, Торнард.

Волк поклонился и поспешил удалиться.

ГЛАВА 17

Рант уверенно шел к коттеджу Линды, не замечая никого вокруг. Завтра следует начать принимать дела клана, и у него уже не будет такой возможности. Ажиотаж, который вызвала новость о дочери Хартога, которая много лет выдавала себя за мужчину, вряд ли будет приятным, и поэтому его обязанность — быть рядом с девушкой, поддерживая и прикрывая её. Но сегодня Рант еще располагал временем, чтобы не вникать в дела вожака и раскрыть карты перед Линдорой — дать ей понять, что она его пара и он не отступится от нее.

Он по крупицам собирал информацию о незнакомке, заставившую его сердце биться чаще. Все эти годы разыскивал ниточки, которые приведут к ее судьбе. И каково же было его удивление, когда в один прекрасный день, он узнал тайну черного волка. Помогла во всем разобраться некая Самира, ему очень повезло, что он на нее вышел. Причем, совершенно случайно — уловив слабый шлейф забытого аромата своей оплаканной возлюбленной. Правда женщина была чересчур сильно предана альфе и разговорилась не сразу. Но он умел разговаривать и заставлять делиться секретами. Благодаря полученным фактам, он постепенно снова начал оживать. Теперь его волк знал, что тогда в лесу во время Великой охоты погибла не волчица, а обычная проститутка, нанятая людьми альфы.

Все оказалось гораздо сложнее, чем он думал. но самое главное — девчонка была жива.

"Жива!" — ликовала каждая клеточка сердечной мышцы, душа пела и трепетала, предвкушая встречу.

Мужчина подошел к дверям коттеджа и уже собирался по-хозяйски войти, но в последний момент остановил себя и постучал. Ему казалось, что он невероятно долго ждет, когда же она откроет. И вздохнул с облегчением, услышав приближающиеся шаги.

Я открыла дверь и застыла. На пороге стоял бета. Тот самый ошеломляющий, совершенный бета, которым были полны в последние дни мое мысли и от которого я бежала при первой же возможности. То, что он постучал, а не вошел без стука, как поступал зачастую, очень меня удивило.

"Они все сговорились, что ли? Или сегодня день всемирной вежливости!"

Лавина эмоций затопила всю мою сущность. Жар в крови от его голодного взгляда, слабость в ногах и дрожь в теле от горьковатого аромата его желания. Боль и затаившаяся обида от его поведения. Но я тоже в свое время была хороша.

М-да… Мы оба наломали дров. Каждая наша встреча — постоянное напоминание о моей ошибке. Вот, что бывает, когда любовь нагрянет негаданно и окатит чувствами с головы до пят. И не знаешь, что в итоге со всем этим делать, хочется поддаться искушению, но боишься, что тебя не поймут и не примут, ибо остальные отвергают саму твою суть существования.

Сомнения в правильности поступков терзали мою душу и днем, и ночью, мешая работать и прогоняя сон.

Является ли он моей парой? Или это мощное влечение всего лишь простая физиология?

Не знаю, каких еще доказательств мне надо было, но я продолжала сомневаться, да и спросить не у кого.

Как женщина я могла позволить обманывать себя, но как волчица понимала, что все признаки говорят об одном. Он — моя пара.

В ту минуту, когда волк находит свою пару вероятно, ничто не может остановить его от соединения. Зверь не сомневается. Зверь берет свое. Рант тогда открыто заявил мне, что считает меня своей. А потом эта инсценировка, которая его практически добила… морально.

Порой мне даже казалось, что я это выдумала. Но нет, чувства не уходили, притяжение становилось только сильнее. Теперь слово «моя» приобрело для меня совершенно новый смысл.

И вот он стоит передо мной с легкой улыбкой на губах.

Гад!

Но как же я его люблю… И ненавижу…

И как же мне сейчас захотелось его ударить!.. Сильно, наотмашь, так, чтобы ему стало так же больно, а возможно, в сотни раз больнее, чем мне. Обидеть так, чтобы он ушел, чтобы исчезли обжигающий взгляд и исходящий от него жар, заставляющий меня жить, чувствовать, желать.

Но я и так его уже так сильно заставила страдать… И сделала достаточно больно…

А кто же знал, что будет именно так?

Кажется, я схожу с ума.

Рант наблюдал за тем, как сменяются эмоции на моем лице. Что-то неуловимое промелькнуло во мне, взывая к нему. Непроизвольно. Но я ничего не могла с этим поделать. Он резко втянул воздух, словно пытался впитать в себя мой запах, и это заставило меня опомниться. Я резко отступила в сторону, позволяя ему пройти в дом. Но мужчина не сделал ни шагу.

— Бета? — тихо произнесла я, немного склонив голову набок.

— Вообще-то, альфа.

— Я не признаю эту нашу странную схватку битвой за право сильнейшего в стае. Я не боролась.

— Разберемся… с этим потом, — уголки его губ слегка дрогнули.

— Зачем пожаловал, бета? — да, я упрямая.

— Я же говорил тебе, Линдора, — Рант. Просто Рант. Хочу слышать, как ты произносишь мое имя, — улыбаясь, выдал он.

Я отвернулась и, уставившись куда-то в сторону, проговорила:

— Проходи, бета.

Рант тяжело вздохнул. Понимая, что я проигнорировала его слова, он все же вошел в дом. Но вместо того, чтобы, как всегда, пройти в гостиную, которая располагала к дружеской беседе, он направился в небольшую комнату рядом — некогда спальня отца. Из нее я сделала уютную библиотеку, и эта обстановка была более подходящей, чем кабинет.

— Если ты по поводу своей матери, то не волнуйтесь, последние анализы были очень хорошими, — доложила я будничным тоном, все еще отводя глаза и чувствуя волнение оттого, что сегодня он вел себя совсем по-другому. Я не могла понять, чем это вызвано и что же произошло. Но эти изменения меня очень настораживали.

— Рад это слышать, но я пришел к тебе по другому вопросу, — сдавленно проговорил он, казалось, впитывая взглядом каждую желанную черточку своей женщины.

— А я даже не знаю, о чем нам еще говорить…

— Линдора, посмотри на меня! — его голос прозвучал совсем рядом, и четкий приказ в нем заставил меня задрожать. Значит, все-таки альфа…

Я не могла противиться его силе, поэтому повиновалась, но была удивлена, когда оказалось, что он стоит слишком близко, хотя я совершенно не услышала и не почувствовала его приближения. От такой близости по моей коже пробежала дрожь, на секунду задержавшись внизу живота. Я судорожно сглотнула, стараясь скрыть жар желания, разгорающийся в моем теле, но видя, как он втягивает носом воздух, понимала, что это бесполезно.

— Ты так сладко пахнешь, — тихо проговорил мужчина.

Я отступила, стараясь, чтобы между ними появилось необходимое мне расстояние, но Рант тут же снова приблизился. Его взгляд гипнотизировал, не позволяя разорвать контакт. Он притягивал и манил. И вскоре я почувствовала катастрофическую нехватку кислорода, а комнату наполнило напряжение, вызванное одним этим обжигающим взглядом.

— Бета…

— Я хочу тебя, — прерывая меня, на выдохе произнес Рант.

Мои глаза округлились, выдавая удивление. Минуту я внимательно всматривалась в глубину глаз оборотня и не нашла там ни тени сомнения. Внезапно гнев и злость захлестнули, отрезвляя, и я резко произнесла:

— Увы! Мы не всегда получаем то, чего хотим!

Наконец, я отвела взгляд и уже хотела обойти Ранта, но он резко взял меня за подбородок. Не причиняя боли, твердо сжал его, не давая возможности увернуться, и заставил снова посмотреть на себя.

О, эти невероятные синие глаза…

— Ты не поняла. Я хочу тебя, и ты будешь моей. Мы должны принадлежать друг другу, наши внутренние звери этого хотят. Уже следовало это сделать давным-давно, — твердость, с которой были произнесены эти слова, напугала меня.

«Он мне хочет отомстить!» — крутилось в моей голове.

— Почему? Ты ведь можешь иметь любую женщину, — с трудом прошептала я, безумно захотелось добавить: "без тараканов в голове".

— Ты — моя пара. Мне не нужно другой! — все также твердо произнес он.

Минутная радость затопила меня, заставляя сердце затрепетать в груди. Но я вынудила себя отказаться от глупых надежд, резко вырвалась и все-таки обошла Ранта.

Ну, его к черту!

— Я не соединюсь ни с кем, никогда. Забудь об этом. Я… оборотень, — выдавила, уставившись в окно и чувствуя такую привычную боль внутри. — Единственная самка в стае. Должна достаться достойнейшему.

Он пропустил мое заявление мимо ушей.

Боль, что навсегда стала моей спутницей, что стала незримой частью моей души, заполнив ту пустоту, которая образовалась там после всех потерь и разочарований. Сначала отец, потом он. Теперь еще и стая отвернулась…

— Да — ты оборотень. Но даже если бы не была им, это неважно. Ты — моя. Мой волк желает тебя, а остальное не имеет значения.

— Даже мое мнение? — резко, с негодованием, спросила его.

Неожиданная настойчивость беты приводила меня в замешательство.

Он точно что-то задумал… Поздно мстить, мое сердце и так разбито.

Мысли кружились в голове, не успевая оформиться. Виски сдавило, и появились первые признаки начинающейся мигрени. Все мое тело было напряжено. Я чувствовала, безумно устала, хотя только что проснулась… Я морально устала. И сейчас хотела, чтобы меня просто оставили в покое.

— Ты слишком долго была в образе мужчины. В нашем мире мнение самки не имеет значения.

— Я оборотень! Моя волчица имеет право голоса! И я не буду подчиняться твоим требованиям! Никогда! — с надрывом закричала я, резко повернувшись к нему.

Теряла последние остатки своего хваленого терпения, а его напор только способствовал этому.

— Ну что ж, это мы еще посмотрим, что да как, — произнес Рант и, сделав всего два шага, преодолел расстояние между нами. — Ты будешь моей! Привыкай к этой мысли! Если что… Стае я уже сообщил.

С этими словами он рывком притянул меня к себе и накрыл мои губы своими. Его язык раскрыл дрожащие уста и ворвался в мой рот. Он чувствовал, как я сопротивляюсь, бью его руками, царапаю, запуская ногти в кожу, но не ослабил своего давления. Его волк ликовал, вкусив сладость своей пары. Зверь желал взять меня немедленно. Отметить, чтобы все знали, кому самка принадлежит. Но мужчина в нем просто не мог сделать этого сейчас. Оторвавшись, Рант посмотрел на мои покрасневшие губы и услышал тяжелое дыхание.

— Не думай, что будет просто! Я дочь альфы и я буду бороться за первое место, — выплюнула ему в лицо.

— Ты моя! Запомни это, — произнес он и, резко развернувшись, покинул комнату.

***

Выйдя из дома, мужчина чувствовал бурю эмоций. Волк выл от желания вернуться назад, но Рант постарался отмахнуться от него. Вина из-за того, как он вел себя со своей парой, сдавила сердце. Его мать всегда учила сына уважительно относиться к женщинам, но с Линдорой он не мог поступить по-другому. Если он позволит себе проявить мягкость, то она сбежит и снова закроется в своем мире. За свою жизнь Линда научилась мастерски от всего отгораживаться и никому не доверять. Это пугало больше, чем все остальное. Еще он был уверен, что дочь альфы так же к нему неравнодушна. Целуя её, он почувствовал это. Всего лишь на мгновение, но он ощутил сладкий отклик мое зверя. И мужчина знал, что сделает все возможное, чтобы тот перестал бояться быть непринятым. Потому что больше всего на свете желает, чтобы, наконец, настоящая женщина проснулась и ощутила всю полноту и яркость жизни. Пусть для этого ему придется побыть жестоким, а может, даже и бессердечным.

Он сам виноват в том, что должен стать таким. Отворачиваясь и прячась целых пять лет, мужчина дал ей понять, что готов отказаться от нее. Но теперь все изменилось. Он возьмет пример с черного волка, бывшего альфы, который был намного умнее и сильней его. Не по силе, а по духу. Он когда-то принял свою пару, не сомневаясь ни в чем, и Рант гордился и восхищался им. Хартог был истинным альфой. А он — его бетой. Пусть Линдора не принимает эту схватку за право стать вожаком, он чувствовал власть, он ее получил. Он много прочитал книг, изучая возможности оборотней и теперь Рант знал, что возлюбленная альфы — это Луна — очень важная персона в стае- ее душа. И как новый альфа он возьмет свою пару, невзирая на её сопротивление и присвоет почетный статус. На этот раз он не покинет стаю. Теперь Линда и ее стая станут частью его самого.

ГЛАВА 18

И что это сейчас было?

Шокированная сказанным и вообще его наглостью, я тяжело выходила из состояния ступора. Множество запутанных чувств хаотично метались в моей душе. Но сильнее всего было самое ненавистное для меня чувство, мне абсолютно не свойственное. По крайней мере, это я так наивно полагала. Чувство страха.

Да, я боялась. Боялась не его, а себя.

Я честно призналась себе в этом, ведь нет смысла заниматься самообманом. Я никогда не врала сама себе и не собиралась делать этого сейчас. Поэтому в мыслях открыто признавалась, что слова беты затронули струны мое израненной души. Столько лет ни слуху ни духу, а тут сразу столько всего… Шустрый какой!

Неожиданно, этого его напор понравился. Ощущалась не просто симпатия. Он первый, кто давал понять, что ему безразлично мое происхождение и то, что я всего лишь женщина, которых в клане и за людей-то никогда не считали. Скорее это можно классифицировать как недостаток, или уродство. Не в том смысле, который вкладывают в него люди, а в том, что важно именно для оборотней.

Зверь. Вот в чем наша сила. Это наша суть, часть души. И он у меня был в отличие от человеческих представительниц слабого пола.

Эти два бесконечно длинных дня, что прошли с момента нашего разговора, точнее с момента заявления Ранта о своих правах, я старалась не попадаться ему на глаза, всячески игнорируя. Я понимала, что это мне удавалось только благодаря передачи всех полномочий альфы, ведь Тор, как бета стаи, полноправно меня заменял, целиком и полностью завладев вниманием нового вожака.

А еще я осознавала, что в этом своего рода первобытном мире невозможно просто так проигнорировать самца. Особенно такого сильного. Даже из-за количества важной работы, которой прибавилось после получения статуса альфы.

Дрожь от близости Ранта до сих пор пробегала по телу, а он всего лишь подошел ко мне на расстояние вытянутой руки. В глазах мужчины горел огонь обещания, и только то, что он был занят подготовкой к доставке новой партии стройматериалов, спасло меня от нежелательного разговора. Бурый волк на удивление быстро вник в курс всех дел. Истинный предводитель и лидер… Я, если честно, никогда в его качествах и способностях не сомневалась, возможно по этому моя волчица и запала на него. Этот взгляд, которым мужчина при мимолетной встрече наградил меня, обжигал изнутри, пророча, что наш разговор не окончен, что наступит момент, когда мы вернемся к нему и обязательно придем к какому-нибудь окончательному решению.

В день, когда вожак, наконец принимал клятвы верности стаи, я стояла и наблюдала за всем издали. Разумеется не испытывала радости по поводу всего происходящего, но главное что пока в клане царило относительное спокойствие.

Моя волчица сопротивлялась альфе, что воистину поражало. Она отказывалась преклонять колено и подчиняться приказам. Та девчушка, которую привез с собой Рант так и вилась с ним рядом. Юлия, кажется… Удивляла ее желание находиться в центре событий. Для подростка уже не было тайной, куда она попала.

Люди, даже не зная о том, что оборотни существуют, сторонились их, подчиняясь закону опасного притяжения. Они восхищались силой и мощью необычных созданий магии, но смотрели с опаской. Как будто чувствовали, что рядом дикий и необузданный зверь. Но вот эта хрупкая девушка, хоть и боялась альфу, но вида не подавала. При этом она так открыто выступала, что издали вообще казалось — страха в ней нет ни капли. И если бы я по себе не знала, как это — прятать ужас, сковывающий тело, я бы и не догадалась, что девушка вообще боится.

Вечером меня представили стае как «Луну». Рант сообщил всем собравшимся, что мне требуется время, чтобы свыкнуться с новым статусом — стать женой вожака, если быть точнее и поэтому следует призвать терпение.

Из-за того, что я не присягнула альфе, не присутствовала на собрании. Я бы солгала, сказав, что это меня не трогает. Мне казалось, что я как-то обособлена от своего родного мира, и это чувство, скорее всего, называлось одиночеством.

Тяжело вздохнув, я снова вернулась к своим прямым обязанностям, которые выполняла, получив диплом врача. Теперь для этого у меня было предостаточно времени. Вынуждена была признаться, что роль главы клана отнимает слишком много сил и времени.

Вдруг я услышала, как открылась входная дверь. Зная, что так бесцеремонно может войти только альфа. По дороге услышала громкий голос девушки:

— Рант, так нельзя!

— Ничего, дорогая, я уже привыкла, — выходя из своего кабинета, я постаралась сгладить щекотливую ситуацию. Остановившись в дверном проеме, улыбнулась Юли, отмечая, что девушка очень красива — её рыжие волосы непослушной волной падают на плечи. Слишком молодая для того, с чем столкнулась, да и для того, с кем, тоже.

— Бета, что ты вытворяешь? — снова мое упрямство.

— Юля, познакомься, это Линдора, наша драгоценная волчица!

Слова альфы вызвали прилив гордости в душе. «Драгоценным волчицей» меня еще никто не называл.

— Присаживайся, — склонив голову, произнесла я, а потом, улыбнувшись, протянула руку, чувствуя, что девушке это необходимо.

— Юлия, — представилась в ответ девушка под шумное фырканье альфы. В её глазах читалось удивление, я не особо понимала его причины, но слова Ранта все ей пояснили.

— Линдора единственная волчица среди всех самцов.

— Ты не человек? — удивилась девушка, и, как смогла заметить я, в её глазах появилась надежда.

— Нет, я оборотень. Но это длинная история. Прошу, проходите, — я отошла от двери, пропуская их в комнату.

— Расскажи, прошу!

— Мне тоже интересно… — остался стоять у входа в гостиную Рант. Он облокотился о косяк и скрестил руки на груди. — Думаю, я имею право знать.

Юля вздрогнула.

Стараясь не напугать юное создание еще больше, я говорила спокойно и уверенно, словно все происходящее было в порядке вещей. Пока рыжеволосая красавица слушала меня, она даже не заметила, как расстрогалась и расплакалась. Когда к девушке пришло понимание этого, она удивленно округлила глаза, и кинулась обниматься. Я в ответ просто улыбнулась и позволила прижаться худенькому тельцу к себе.

Подняв вопросительный взгляд на бурого волка, ждала теперь объяснений по поводу привезенной девчушки.

— Это дочь Клавдии. У нее никого не осталось… Я ее удочерил.

Я открыла рот от удивления.

— Рант, ты не оставишь нас, я хочу поговорить с Юлией наедине? — обратилась я к мужчине, чувствуя глубокую признательность за содеянное. Не такой уж он и мерзавец, коим я его считала все эти годы. Я его не достойна…

Просить волков поступать по моему требованию янаучилась давно, но не могла сказать, что это было легко. Брюнет недовольно посмотрел на нас, но все же направился к двери. Когда альфа вышел, я вздохнула, наконец-то почувствовав себя свободней.

— Он такой сильный альфа, что даже меня заставляет немного сжиматься в своем присутствии. Что же тогда говорить об остальных? — прошептала девушка, проследив за мужчиной.

— Что значит «даже тебя»? — поинтересовалась я. — Лиди должны нас бояться и трепетать. Мы — хищники. Но, ты, я вижу, очень смелая.

— Жаль, что у меня нет волка, ведь я не оборотень, и я не могу превращаться, — с оттенком грусти пояснила девушка. — Я понимаю, для тебя все это тяжело — оборотни, альфа, бета, «луна»… Но я вижу, что ты справилась и приняла намерения отца.

— Он хочет твоими нежными ручками наложить на меня свою загребущую огромную лапищу? — рассмеялась я. — Признаюсь, его поступок с усыновлением меня покорил. Не ожидала от него. Он, как бы это корректнее выразиться, не добряк.

Юлька улыбнулась.

Она такая милая. Как от сердца отлегло, стоило узнать о причине появления девчушке подле этого матерого волчары.

— Да, я приняла то, что оборотни существуют. И мне это нравится, я хочу здесь находиться и хочу стать чьей-нибудь парой.

— Нет! — с твердостью уничтожила последние ее надежды я. — Прости. Ты даже не представляешь, на что способны эти ночные охотники! В звериной ипостаси мы иной раз себя не контролируем… Я убила своего отца…

— Зачем? Какой ужас! — девушка закрыла рот ладошками.

— Если бы ты была оборотнем, я бы даже не стала тебя отговаривать от подобных желаний. Мы крепкие и практически неуязвимые, за исключением некоторых случаев. А в остальном — опасные и безжалостные порождения тьмы. Волк не комнатная зверушка, Юля.

Я наблюдала, как рыжеволосая девушка, закусив губу и сомневаясь, через минуту все же кивнула, соглашаясь с приведенными мною доводами. Хотя… Неверие четко читалось на её лице, я видела, как она скривилась и дернулась, когда моя холодная рука коснулась ее предплечья.

— Ну, пока все нормально, — произнесла я через какое-то время.

— Да… И у меня есть вы.

— Мы? — я недоуменно моргнула. — В каком смысле?

— Ты и Рант. — Я могу называть тебя мамой?

Не смогла сдержать ласковою улыбку. До чего же она наивна и чиста. Она приняла реальность такой, как она есть, просто поверив в сказку.

— Пока я не дала ответ Ранту… — напомнила Юлии. — Когда приму окончательное решение, то обязательно вернемся к этому вопросу.

— Хорошо…

— А что касается твоего желания породниться с волками… Как я уже говорила, я сталкивалась с такой ситуацией, когда волк соединялся с человеческой женщиной не для того, чтобы получить от нее потомство, а из-за единения души, видя в ней свою истинную пару. Мой отец безумно полюбил…

Глаза Юлии засияли, предвкушая счастливое будущее.

— Но, хочу тебя разочаровать… В итоге, после моего рождения, он сорвался, а мама не выжила… Как-то так.

— Мне очень жаль… Значит, ты какая же сирота, как и я.

Я встала, обхватила себя руками и молча кивнула. Да, у меня никого нет. Я совсем одна во всём этом сложном и порой жестоком мире.

Вдруг так стало себя жалко. Почувствовала, как одинокая слеза нарисовала след на правой щеке. Поспешила смахнуть доказательство моей сентиментальности и повернулась к гостье.

— Не могу тебе точно сказать, как будет протекать твоя жизнь в клане, но я буду постоянно за тобой наблюдать.

Как только я закончила говорить, открылась дверь, и вошел Рант.

— Линдора, все хорошо?

Неужели, он до сих пор меня чувствует? Как же я запуталась в этом клубке эмоций.

Мужчина подошел к стулу Юлии и встал за её спиной, положив руки ей на плечи.

— Да, порядок! — наши с ним взгляды встретились и я ощутила электрический разряд, прошедший через сердце и заставивший зашевелиться все волоски на теле.

— А ты, Юлька? Судя по твоей улыбке, ты счастлива до слез.

— Вы такие глупые… — она и правда плакала. Только сейчас это заметила. — Неужели не видите, что единое целое? Я — человек, и то сразу заметила! Будьте вместе! Вы же само разрушаете свое счастье и друг друга!

— Хм… Ты преувеличиваешь… — отведя глаза, непроизвольно поправила волосы и футболку.

— В общем-то, это нормально! — усмехнулся Рант. — Предется мне как-то обуздать это природное упрямство…

— Попробуй! — буркнула через плечо.

— Спасибо, Линдора, — Рант поднял Юлю со стула. — Пошли.

Когда они вышли, я вздохнула с облегчением и сразу принялась за работу.

Истина где-то радом…

Я любила загадки, а мое состояние было сейчас самой прекрасной загадкой, ведь такого практически не случалось, а значит, я столкнулась с неизведанным.

Поработав часик над фактами об оборотнях, историческими данными острова Гриф, я заварила чай и внимательно посмотрела на одну запись, что меня заинтересовала. Укус волка. Хотелось это обсудить с Тором, к нему-то я и отправилась.

В его кабинете я, как назло, наткнулась на Ранта, хотя понимала, что это было неизбежно. Чувствуя неуверенность и смятение, поспешила убраться оттуда. Подальше от взгляда, проникающего сквозь кожу, встревожившего мою более-менее размеренную жизнь.

Вернувшись в свою уютную и такую родную гостиную, я снова села за чтение записей различных случаев с оборотнями, погружаясь в мысленные рассуждения и отвлекаясь от назойливого образа беты с его невероятными ямочками. О нем я подумаю намного позже… Когда со всем этим разберусь.

Сколько прошло времени, я не знала, но судя по количеству пустых чашек с чаем, что красовались на журнальном столике, немало. Открывающаяся второй раз за день входная дверь заставила дернуться и вернуться в реальность. Повернувшись ко входу, увидела там опирающегося о косяк двери гостиной бету. Ох, эта его излюбленная поза эдакого идальго, покорителя женских сердец.

В ту же минуту сердце затрепетало в груди, а дыхание сбилось с равномерного ритма. Он стоял так близко от меня… Мы смотрели в глубину глаз друг друга, и казалось, что там зарождался бушующий ураган. Я видела свое отражение в его глазах, вот там блеснул бурый цвет — признак мечущегося под кожей зверя — волка. В его очах можно было узреть лес, что манил своими просторами и свободой, зеленый мох и листву. Страсть. Чистая, животная страсть зверя.

Я резко разорвала зрительный контакт, боясь той силы, что таил он в себе, мысленно повторяя как защитную мантру одну фразу:

«Не стоит даже думать о нем!».

А мужчина просто стоял и все так же смотрел на меня. Впитывая в себя мой образ, сходя с ума от запаха и сдерживая звериные порывы. Он не собирался отступать.

Мои руки затряслись от количества адреналина, поступившего в кров, пульс набатом стучал в висках. Я отвернулась и снова посмотрела на стол с кучей разных бумаг, пытаясь зацепиться взглядом хоть за одну из них и чувствуя, как он приближается. Медленно крадется к моей истерзанной сомнениями душе.

Шаг. Вздох. Снова шаг. Стук сердца. Тишина. И снова шаг.

ГЛАВА 19

Я чувствовала его всем телом, каждой клеточкой и он ликовал, ибо также чувствовал меня.

С каждой секундой дышать становилось все труднее. Воздух задерживался в легких и вырывался с тяжелым всхлипом.

Не в силах больше сидеть за столом, я встала и повернулась к Ранту. Казалось, что сам воздух наэлектризовался вокруг. Глаза мужчины изучали меня, впитывали каждую, самую мельчайшую частичку моего тела. В другой ситуации я просто выгнала бы нахала, но сейчас не могла пошевелиться. Еще ни один оборотень и ни один мужчина не действовал на меня так. Я пыталась отвести взгляд, но глаза невольно возвращались к нему. Он стал моим запретным плодом. Сладким и недоступным. Хотя…

Кто придумал эти табу?

Мы сами и наворотили дел… Юлия права — мы разрушаем друг друга, когда должны, наоборот — созидать.

Рант уменьшил расстояние между нами, мне теперь стоило лишь протянуть руку, чтобы можно было коснуться его. Очень соблазнительно оказалась расстегнута белоснежная мужская рубашка, а впадинка на шее так и манила прикоснуться к ней губами, чтобы ощутить пульсацию. И только твердым усилием воли я смогла заставить себя не делать этого всего, чего моя бурная фантазия успела мне показать за сотые доли секунды.

Прочистив горло, наконец, нарушила тишину.

— Бета, что привело тебя ко мне? Желаешь узнать о состоянии своей матери? — прохрипела я.

— Ты избегаешь меня, — не вопрос, а утверждение.

— У меня нет причин избегать тебя, — пожала плечами.

— Не лги мне! — чуть резче, чем ему хотелось бы, произнес Рант. — Тебе это не поможет. Мы переспим, и ничто не остановит меня.

Это наглое утверждение резануло меня по сердцу. Я встречала в своей жизни много властных мужчин. Но ни один из них не возмущал и не волновал меня так, как этот бета. Рядом с ним мне постоянно приходилось подавлять в себе мысли о паре, напоминать, что не позволю себя угнетать. Я сама себе хозяйка.

— Даже то, что я не согласна? — я вздернула подбородок, и взглянула прямо в глаза собеседнику.

— Разве ты против?! Помниться тогда… в отеле ты тоже сначала протестовала, а потом отдалась во власть желаниям. Ты хочешь меня так же сильно как и я тебя, Линда. Может, мне снова завязать тебе глаза? Я готов, если это поможет заставить твоих внутренних "тараканов" отступить.

— Ты чересчур самонадеян, бета! — зло произнесла я, чувствуя, что начинаю закипать от его самоуверенности.

— Нет, просто я знаю, что мой волк нашел свою пару, и теперь я не отступлю! И кстати, я — альфа!

Я даже увидела, как при этих словах блеснули его глаза. Казалось, что это говорил не мужчина, а волк. Бета как будто специально подпустил своего зверя так близко к поверхности, чтобы у меня не осталось ни капли сомнения.

— А если я не чувствую ничего такого? — с вызовом смотрела на него, поджав губы.

— Ты врешь. Себе. Мне.

Он смотрел прямо в мои глаза, словно гипнотизируя, уверяя в своей правдивости.

— Уходи, — с нотками легкого испуга выдохнула я в ответ.

Но вместо этого Рант сделал шаг вперед.

— Уходи! — уже громче, практически крича.

И снова бета приблизился. Я отступила, чувствуя, как сильно упирается мне в ноги край стола, как болят пальцы, инстинктивно сжимающие дерево. Мое сердце словно замерло в груди. Внутри сознания плескалась паника, заставляя голову кружиться.

— Иди прочь! — на этот раз я закричала, понимая, что он пропускает мои слова мимо ушей.

Настырный кобель!

Как же я его ненавидела и желала одновременно.

Рант же остановился напротив, так близко, что я, казалось, чувствовала его учащенное дыхание. Он медленно поднял руку, глядя прямо в мои глаза. Я невольно вздрогнула, когда он коснулся моей щеки, а на губах волка заиграла легкая улыбка.

— Такие красивые… Ночное небо с наступающим рассветом. Ну почему ты такая упрямая, моя волчица? — тихо прошептал он перед тем, как накрыть мои губы своими.

Я стояла неподвижно, боясь пошевелиться. Мягкие губы Ранта сначала легко касались моих уст, вызывая приливы нежности, заставляя сдаться. А когда я слегка приоткрыла губы, желая сделать вдох, натиск стал сильнее. Язык мужчины ворвался в мой рот, исследуя, поглощая, подчиняя своей власти. Я положила руки ему на грудь с желанием оттолкнуть, но оно развеялось, как только я ощутила под своими ладонями твердые мышцы. Нерешительно провела по ним пальчиками, а потом подняла руки вверх, к его шее, обнимая и притягивая к себе, подныривая под ткань рубашки. Не думая больше ни о чем, отдалась тем ощущениям, что вызывали мужские страстные губы.

Я еще никогда не испытывала такого от одного поцелуя. Внизу живота разлилось тепло, и в первый раз в жизни я захотела отдаться этому теплу, позволить Ранту утолить голод плоти. Пыталась убедить себя отстраниться, а сама тем временем прижималась еще сильнее, сходя с ума от ощущения мягкости его светло-каштановых волос под своими пальцами.

И неожиданно мне показалось, что я услышала вой.

Резко оттолкнула Ранта и огляделась по сторонам, но в комнате не было никого кроме нас с ним. Вокруг стояла полная тишина, хотя я готова была поспорить, что отчетливо слышала волка.

В смятении, пытаясь отдышаться, посмотрела на бету. Рант с жадностью разглядывал мое лицо, ласкал взглядом скулы, губы, линию подбородка. Ему было мало одного поцелуя, хотелось большего, да и мне тоже.

— Нет… — прошептала одними губами.

Полуулыбка украшала его лицо, добавляя ему еще большей притягательности.

— Ну, хватит уже! Линдора, это не смешно!

— Почему ты просто не можешь оставить меня в покое? — наконец восстановив дыхание, спросила я.

В моем голосе Рант услышал нотки горечи, которые безумно хотелось стереть. Мои страдания приносили ему еще больше боли, подталкивали к безумию. Он желал найти тех, из-за кого я страдаю, и разорвать их на мелкие кусочки. Но я уже сделала это сама. Все, кто внушал мне, что мое появление на свет неправильно и те, кто хотел от меня избавиться — мертвы.

Он хотел исцелить меня и мою душу, показать мне, что волчица не изгой этого мужского общества, а начало новой эры. Он был уверен в этом. И этот поцелуй стал еще одним доказательством, своего рода поддержкой.

Рант чувствовал мою волчицу, ощущал её радость, её стремление к нему, слышал внутренний вой удовлетворения, очень красивый, чистый, который я оборвала, отстранившись, не дав ему прозвучать полностью.

— Ты знаешь ответ на этот вопрос, — произнес он, все так же пожирая меня взглядом. — Я понимаю, что незнающему тяжело объяснить всю суть отношений истинной пары, но ты ведь должна знать, что это такое. И неважно, что ты не можешь принять мое право сильнейшего, или то что совсем другая. Ты осталась оборотнем. Этого никто никогда не сможет изменить. И я нашел выход, даровал тебе статус "Луны" нашей стаи. Волки примут тебя, хватит сидеть в коконе и заниматься самобичеванием. Не закрывайся от меня… Прошу… Ты же… чувствуешь меня, а я тебя… Не забывай об этом, Линда.

— Да, я знаю, что такое истинная пара! Но я не верю в такую возможность для себя! — выкрикнула я.

— Почему? Ты считаешь, что я недостоин тебя? — встревоженно спросил Рант.

Эта мысль, появившаяся так неожиданно, была пугающей. Как волк, он готов был доказать выбранной женщине свою силу, чтобы она не сомневалась, что его волк сможет защитить меня и станет верной парой своей самке.

— Боже, конечно же нет! Наоборот, ты слишком идеален для такой, как я, — с горечью сказала я.

Ну, вот… Наконец, то я это ему сказала. пусть знает, что я сожалею о том, что с ним сделала.

— Для какой? Для достаточно смелой, чтобы суметь сбежать от опасного хищника и прожить самостоятельно среди матерых охотников, возглавив их?! Для той, что помогла многим волкам сохранить женщин и родить свое потомство?! Для той, которая жертвует всем ради других?! — с гордостью перечислил он. — Мне неприятно вспоминать наше прощание после шикарнейшей из ночей в моей жизни, но я тебя понял. У тебя не было выхода. Твой отец внушил, что инкогнито на первом месте. Пора это все оставить в прошлом и начать жить с чистого листа, где ты женщина, а я мужчина, готовый на все ради твоего благополучия. Разве этого мало для начала? Скажи, что попробуешь впустить меня в свою судьбу?

— Прекрати судить обо мне! Ты ничего не знаешь! — вдруг взорвалась я, находясь в раздрае от его слов. Он прочитал меня, словно раскрытую книгу.

— Так расскажи мне. Я хочу всё узнать. Ты теперь для меня самое главное, — Рант был серьезен. — Впусти меня в свою жизнь. — повторил он свою просьбу.

— Зачем? — с вызовом спросила я, решив, что лучшая защита — это нападение, и найдя в этом последнюю возможность, чтобы оттолкнуть его. — Я не смогу остаться здесь, разве ты не понимаешь?!

Рант минуту молча смотрел на меня и когда уже хотел ответить, я, зацепившись за это молчание, как за соломинку, перебила его, не давая такой возможности.

— Разве ты сможешь оставить свое место беты, свою мать, друзей ради меня? — наступала я.

— Так вот, что придумал твой коварный умишка? — прищурился мужчина.

— Да, я не буду жить в стае. Они меня предали. Я это чувствую на каждом шагу, вдыхаю недовольство моим обманом вместе с воздухом. Охотники так просто подобные вещи не забывают. Их баба водила за нос! Ха! Как я еще до сих пор жива, даже не представляю. Думала, Эдар первым прибежит прирезать меня ночью, да что-то не торопится. Наверное, тебя боится, иной причины не вижу.

— Я уверен, что вместе мы решим этот вопрос, — твердо произнес Рант, видя, что я нашла выход, чтобы сбежать от наших отношений.

— Нет, не решим. Здесь нечего решать, — запротестовала я. — Ты станешь драться с каждым недовольным?

— Ты просто боишься! Ты же понимаешь, что я могу взять тебя прямо сейчас и мы сцепимся. Но я даю тебе время до полнолуния, чтобы ты привыкла к этой мысли, — заявил он, в голосе собеседника уже чувствовались сердитые нотки. — И да… Мы вновь будем отмечать Великую охоту. Это нам необходимо для внутренней силы и здорового потомства. Тебе ли не знать.

— Снова станете загонять и насиловать женщин?

— Нет, мы будем выбирать себе пару в облике зверя — вот суть охоты.

"Укус волка", — неожиданно пронеслось в моей голове.

Я знала на уровне подсознания, что его волку очень не нравилось, что пара отталкивает его.

Внутри него росло безумное желание взять меня прямо сейчас, связать с собой, поставить свою метку, чтобы все знали, чья я пара.

"Метка…"

"Укус волка…"

"Печать!"

Но Рант понимала, что душа его волчицы изранена и к ней нужен особый подход. Он не имел права действовать грубо и второпях, иначе я никогда не приму его. А Ранту нужна была моя любовь.

Неужели, это любовь волка?

— Рант, пожалуйста, уходи, — попросила я и отвернулась.

Он, нагнувшись, поцеловал мое плечо, почти невесомо, но я все же вздрогнула. Это было слишком интимно.

— Линда, я приду завтра. Ты — моя волчица. Больше не избегай меня, — тихо сказал мужчина мне на ухо, лаская дыханием кожу, заставляя внутренне трепетать.

Я перестала дышать, чувствуя, как дрожь пробегает по телу от его близости. Какая-то магия, не иначе.

Мужчина медленно отступил и тихо вышел. Так тихо могли ходить лишь волки. Это умение было нам необходимо, чтобы поймать добычу. И, несмотря на то, что Рант уже ушел, я все еще чувствовала себя именно такой добычей. Ловушка для охотника захлопнулась.

Я не могла понять, что со мной происходит. Я была уверена, что слышала негромкий вой, но сейчас в комнате стояла тишина. Сейчас слышала лишь свое тяжелое дыхание и ускоренное биение собственного сердца.

Я сразу поняла, что бета для меня опасен, когда только увидела его.

Но вот чтоб настолько!

Как он может быть моей парой? Неужели это шутка природы, что у такого совершенного самца должна быть пара единственная в мире волчица?!

Да и не могла я согласиться с его требованием спаривания. Я знала, что тогда должна буду подчиниться и войти в его стаю, признать его своим альфой.

Тихо открыла заднюю дверь и вышла на улицу. Уже стемнело… Вот и пролетел еще один день.

Моему взгляду открылся лес. Такой величественный, темный и загадочный. В ночной тиши он манил меня и совсем не пугал. Альфа хорошо охранял свою территорию. Я осторожно сошла с деревянных ступенек и ступила босыми ногами на зеленую траву. И даже глаза закрыла от блаженства, наслаждаясь моментом. Было необычайно приятно ощущать под ногами мягкость травы, словно это хоть немного связывало меня с природой. После того, как мою половую принадлежность разоблачили, я не оборачивалась, а мой зверь уже соскучился по пробежке. Именно в такие минуты я чувствовала себя по-настоящему живой. А сейчас, как ни странно было об этом думать, такое же ощущение, и даже более острое, возникало в присутствии Ранта.

Действительно… Отчего меня страшит его опека? Не вечно же мне быть первой. Если я признаю, наконец, его своим, то это не будут отношения альфа-волк стаи, это будет нечто большее, словно я продолжение его самого… Так вот, что он пытается до меня донести. Как бы хотелось во всем разобраться, очень непросто быть первопроходцем подобного рода.

Его слова о том, что я все равно оборотень, продолжали звучать в голове, и когда я направилась в лес, не переставала об этом думать. Я готова была признать, что в чем-то бета прав. Мое отношение к природе совсем не изменилось, осталось таким же, как в детстве. Эту связь не смогло разрушить ничто. Это было в моей крови, и я никогда не смогу от неё избавиться.

Дело во мне. Эти все предрассудки выдуманы моим же сознанием, для некой защиты и попытки отгородиться, а если попробовать наоборот — открыться и бросить вызов не сильному волку, а самой ситуации?

Я такая, какая родилась, сколько можно прятаться?

Медленно бродила по лесу, проводя руками по деревьям, что встречались на пути. Я и не заметила, как мои ногти едва заметно удлинились, оставляя на стволах небольшие царапины. Слезы катились по щекам, размывая картинку леса, делая изображение нечетким. Наконец, понимая, что мне все же не стоит пока заходить далеко, я прижалась спиной к большой лиственнице и стала оседать на землю.

Почему всё так сложно?

Глубоко вдыхая, я втягивала в себя запахи леса. Чудесные, дикие, разнообразные и удивительно свежие. Они были такими родными для меня и такими далекими. Они будили воспоминания о боли от потери и о чудесном беззаботном детстве, когда я могла быть просто собой, не коверкая голос и не стягивая объемную пышную грудь. В ароматах ночи все словно переплелось.

Я просидела вот так, неподвижно, больше часа, пока вконец не затекли ноги. Только тогда медленно поднялась и направилась к дому. Я так и не нашла в себе ответов на все вопросы беты, но осталась с твердой уверенностью, что не могу ему уступить. Так же, как не могу продолжать скрываться. И истерика не улучшит мою жизнь. Мне следует быть сильной, принять то, что у меня есть, принять самоё себя и не надеяться на большее. Отношения подобного рода меня не прельщают, может это не по волчьим законам, но как женщина я мечтала бы услышать от своего единственного: "я люблю тебя", а не "я хочу тебя".

Я готова ждать, когда Рант и до этого додумается, а пока разберусь в своих внутренних сомнениях и определюсь со своим законным местом в стае.

Подходя к дому, иронично усмехнулась, понимая, что бете удалось то, что не удавалось прочим оборотням со всем их презрением. Ему удалось вывести меня из равновесия, поколебать стену, которую я считала нерушимой. И это пугало меня больше всего.

ГЛАВА 20

Поспав чуть больше часа, я проснулась, когда часы показывали четыре утра. Хотя оборотни могли обходиться без сна долгое время, я все же чувствовала небольшую усталость. Эмоциональные терзания и отсутствие полноценного сна давали о себе знать ломотой во всем теле. Небольшая разминка на террасе и я снова, как новенькая.

Собрала свою медицинскую сумку и вышла из дома. Пришло время проверить здоровье матери Ранта.

Я спокойно шла по городку, наблюдая, как он оживает. Это был целый маленький мир, спрятанный от людей. Кто-то сейчас полетит на работу в офис, у кого-то обязанности здесь. Все сбалансировано и у каждого есть свое место. И я, как всегда, ощутила зависть к этим оборотням, ведь у меня пока этого места не было.

Я подошла к домику женщины, но, когда уже хотела взяться за ручку, дверь резко открылась и на порог, почти налетев на меня, выскочил бета. Он вовремя остановился, но я от неожиданности все же сделала шаг назад.

О, Луна! Я, разумеется понимала, что не смогу избежать встречи с ним, но то, что после вчерашнего мы увидимся так скоро, совсем не обрадовало. Неизбежная реакция на близость этого мужчины снова охватила мое тело, и я судорожно сжала ручку своего саквояжа.

— Все, ты мне больше не сын! — прогремел из-за двери громкий и сердитый голос Марии.

Меня шокировали слова этой великодушной женщины. Она увидела, как скривился при этом бета.

— Не беспокойся, только за эту ночь она отреклась от меня трижды, нет, уже четырежды, и три раза после сказала, что я — её любимый сын, — с легкой улыбкой произнес Рант, словно прочитав мои мысли.

За стенами внутри строения что-то громыхнуло.

— И чтобы ты больше не переступал порог этого дома! — снова прокричала Мария, уже ближе.

— И это я уже слышал, — подмигнул он, как ни в чем ни бывало.

— Весело тут у вас, — постаралась не дать губам растянуться в улыбки. Его настроение передалось и мне. Придется снова к этому привыкать. — Прости, бета, я пойду к твоей матери, — вздохнув, произнесла я, не в силах больше находиться рядом с ним.

Попыталась обойти мужчину, но он легко остановил меня, взяв за локоток.

— Я — альфа!

— Ну, хватит!

— Подожди, Линда, — ласково произнес он.

От его прикосновения я задрожала.

— Пусти, бета, — тихо проговорила я, уставившись вперед, изо всех сил стараясь не смотреть на него.

— Рант. Пожалуйста, зови меня Рантом, — нежно попросил он, все так же не отпуская. — Раз уж не признаешь во мне вожака…

— Бета, хватит, пожалуйста, — твердо сказала я. — Прекрати преследовать меня. Оставь в покое.

— Я не могу. И ты знаешь, что я не преследую. Сейчас мы встретились случайно. Ты могла этого ожидать, все-таки это дом моей матери.

Закусила губу. Черт, а ведь он прав!

— Знаю. Также знаю, что я не твоя пара. Это лишь твой самообман, — твердо произнесла я. — Я читала много об этом. Когда волк находит свою женщину, там не только желание… Сходи в библиотеку, просветись на этот счет, авось, разберешься.

— Ты ошибаешься. Я уверен в своих чувствах.

Закатила глаза… Уверен он ага. Да тут сейчас любого волка спроси, что он ко мне чувствует и половина окажется уверенных в своих желаниях обзавестись породистой самочкой и властью, что я могу дать, родив будущего альфу.

— Если бы ты был уверен, то не так бы себя вел. Если бы я была твоей парой, ты бы сразу же заявил свои права и сказал заветные слова.

— Я не…

— Ты весь в своего отца, — перебив Ранта, снова послышался из дома голос Марии. — Он тоже не желал остепениться. Сколько мучений мне стоило заставить понять его, что я — его пара не смотря на то, что обычный человек! Сколько пробежек под луной!

— Мам, давай без интимных подробностей! — закричал Рант в ответ. — Ты же знаешь, я этого не переживу!

Ради того, чтобы стать свидетельницей этой перепалки, стоило жить. Ничего забавнее в своей жизни не видела. И это грозный волк.

— Если бы ты больше меня слушал… — продолжала говорить Мария, подойдя к двери, и замолчала, увидев перед собой интересную картину.

Я, покраснев, тут же стряхнула с себя руку Ранта, на что тот лишь улыбнулся. Мария тут же повторила улыбку сына, и я, наконец, поняла, от кого он унаследовал эту плутовскую ухмылку.

— Сыночек, родной, почему же ты еще тут? — сладко проговорила мама бурого волка. — Иди, исполняй свои обязанности, ты же теперь у нас альфа стаи.

— Я — альфа? Да неужели?! — ехидно переспросил он.

— Иди, сыночек, удачного тебе дня, — женщина подошла и поцеловала на прощание сына, почти выпихивая его с крыльца, на что Рант лишь удивленно приподнял бровь.

Он хорошо знал свою мать. Только что ругала его за то, что он еще без пары, и вот теперь вдруг она — самая добрая и родная. Нет, точно что-то задумала, ведь от её взгляда ничто не укрылось, в этом Рант был уверен. Единственное, на что он надеялся, что родная мать выставит его в самом лучшем свете.

— И тебе, мама. Скажи своему волку, чтобы зашел ко мне, когда вернется, — попросил он мать.

— Да он, скорее всего, у тебя отсыпается, знаю я его! — негодующе произнесла она.

— Ну что ты, мам, он, конечно же, выполняет твою просьбу, вот увидишь, — примирительно сказал Рант, стараясь выгородить своего гамму, но уже и сам подумывал, что мать права.

— Ох, ты же его защитник. Передай ему, пусть хоть в магазин съездит, потому что я все равно хочу баранины.

— Передам, передам, — засмеялся Рант. Его взгляд метнулся ко мне.

Я же с улыбкой внимательно наблюдала за ними. Его синие глаза задержались на мне буквально на минуту, пока я не отвернулась. Только потом Рант попрощался и ушел.

Я не заметила, что облегченно выдохнула, но от Марии это не укрылось. Как и наш обмен взглядами.

— Я и не ожидала сегодня тебя так рано, дорогая, — произнесла волчица, когда они вошли в дом.

— Весть уже разнеслась? — поинтересовалась я у пациентки. Она так спокойно реагировала на то, что я перед ней не в образе молодого парнишки, а распустила волосы и подкрасила губы.

— У волков своя связь… Тебе ли не знать… — напомнила она о передаче информации посредством телепатии в волчьем обличии. — А мне Рант сообщил.

— Понятно…

Уже по привычке я прошла в гостиную и села в кресло. Мария, поглаживая свой прилично выпирающий живот, опустилась в кресло напротив.

— Решила проведать тебя по-раньше. Как твое самочувствие сегодня? — спросила я, отмечая у женщины сонные покрасневшие глаза.

— Даже не знаю… Спать они мне сегодня не дали. Им так захотелось мяса! Но именно баранины, — стала рассказывать Мария.

Её мягкий добрый голос заставил меня улыбнуться. Мне понравилась эта женщина как только мы встретились. От нее исходили доброта и тепло. И я безумно хотела ей помочь. Беременность Марии протекала неровно. Дети оказались беспокойными, и женщина часто чувствовала себя плохо. Пару раз были критические моменты, но, слава Луне, все обошлось. Поэтому, несмотря на недосыпание, Мария сегодня, в отличие от других дней, выглядела очень даже хорошо. Даже сумела погонять своих мужчин.

— Вот я и послала Арвея поохотиться. И ты представляешь, дорогая, ко мне тут же пришел сын! Оказывается, меня теперь нельзя оставлять одну. Я теперь немощная! — рассказывала она.

— Ну что ты, Мария! Они просто волнуются. Вот и все, — постаралась успокоить её я.

— И как ты думаешь, дождалась ли я своего барана? Нет! Я просто уверена, что мой волк досыпает в доме сына! — с негодованием, громко произнесла Мария.

— Я уверена, что Арвей не забыл о твоей просьбе. Дело в том, что у нас на баранов не охотятся, а мы их не разводим. Это надо на самолете доставлять с материка.

— Вот оно что… Так бы и сказал, я бы поняла.

— Давай я осмотрю тебя, пока он не пришел.

— Ох, это очень хорошая идея. Вот, даже к лучшему, что он так и не нашел мне баранины, а то бы я сейчас точно его прибила. Тебя ведь тоже они все нервируют, да, милая?

— Я привыкла к этому. Все самцы очень нервничают, когда прикасаются к их беременной женщине, такова их природа. Пусть Арвей и знает, что я не причиню зла его потомству, лишь помогу, но зверь все равно места себе не находит.

Вспомнила, что мой отец на почве ревности не выдержал и жестоко расправился с любимой. А потом всю жизнь винил себя в этом.

— Лучше бы он свои нервы направил в другое русло, — проговорила женщина, причитая.

Для ее возраста, она держалась молодцом. Столько лет жила бок о бок с охотниками и совсем их не боится, даже нотации умудряется читать. И начала отношения с другим волком, расставшись с отцом Ранта. Я раньше и не задумывалась о подобных возможностях для похищенных женщин. Всегда считала, что их жизненный путь недолог. А оказывается, тут сериалы можно было снимать.

Я улыбнулась и приступила к обычному осмотру. Проверила пульс, послушала сердце и живот Марии. Убедившись в хорошем сердцебиении детей, достала из саквояжа тонометр, чтобы померить кровяное давление.

— Ты прости, дорогая, что стала свидетельницей того, как я воспитываю своего ребенка, — с милой улыбкой произнесла женщина, вызвав ответную эмоцию и у меня. — Я очень хочу, чтобы он нашел свою пару, так же как мой Арвей.

— Ты мать, и это естественно, — уверила я. — Все женщины для своих детей желают самого лучшего. Подожди…

— Что, Линда?

— Ты все время твердишь, что вы пара с Арвеем, но при этом ты обычный человек.

— Да, так и есть. Он поставил на мне свою метку принадлежности, вот смотри! — расстегнув ворот рубашки, она показала укус на плече. — Мы во время полнолуния провели этот обряд и Луна благословила нас, подарив возможность зачать малышей.

У меня не было слов, одни эмоции. Но я все же собралась с силами и поинтересовалась:

— А раньше? Как вы забеременели Рантом и его братом? Кстати, как его зовут.

— Михаль. Ему двадцать, работает на материке, приезжает раз в месяц для спуска пара в лесах, — Мария с интересом ловила каждую мою эмоцию. Я же собирала новую полезную информацию. — Великая охота могла смело называться "Кровавой", ибо иной раз жертвы не выживали к утру. А если и оказались в числе "избранных" Луной — так это называлось, то погибали от родов. С приходом к власти Хартога, появилась "традиция" убивать матерей своих волчат… Ужасные вещи творились… Сейчас все по-другому, надеюсь, что так останется и впредь.

— Рант снова реши проводить Великую охоту, — вспомнила я.

— Я знаю, но не переживай. Теперь эта традиция истолкована нами правильно. И женщин сегодня называют не жертвами, а избранными

— Я не альфа всего два дня, а уже столько всего произошло! — воскликнула в сердцах, поднимаясь.

— Вы с моим сыном молодцы. Много для стаи полезного сделали. Наконец-то пришел мир в это Богом забытое местечко, а благодаря обретению внутреннего равновесия и познания истинной любви женщины после Великой охоты, придет мир и в сердца волков.

Я лишь промолчала на эти слова. Уведя разговор в сторону еще не рожденных детей, я быстро закончила осмотр, а после, сославшись на то, что нужно идти, покинула женщину. На выходе я встретила замученного Арвея, который нес пакеты из известного торгового центра на материке. Рант наверняка дословно передал волку слова матери, а возможно и доставку продуктов организовал.

Заверив его в хорошем состоянии Марии, я направилась к дому еще одной женщины на сносях.

ГЛАВА 21

Мне нужно было пройти несколько коттеджей и свернуть направо. Будущая мамаша жила в белокаменном доме с высокими колоннами и небольшим фонтанчиком в центре широкой дорожки, выложенной брусчаткой. Это была молоденькая блондинка, недавно переехавшая на остров и появившаяся рядом с Эдаром — бывшим бетой Хартога.

У меня с этим волком никогда отношения не ладились, он был ярым приверженцем моего отца. И, насколько мне известно, продолжал со своими гаммами устраивать собственные игрища, привозя женщин из разных мест. Смертей зафиксировано не было, поэтому я закрывала глаза на его развлечения. Все же против природы не попрешь, однако обоюдная неприязнь имела место. А сейчас тем более, он меня, наверное, и за человека не считал, не то что волчицу. Но это только мои предположения, мы пока еще с ним не встречались, ну. после того, как стае раскрыли мой секрет. Я и не искала с ним свиданий, чем он находился дальше, тем на на душе было спокойнее.

Войдя в дом, я сразу услышала доносящийся из столовой голос блондинки.

— Приятного аппетита, Риная, — произнесла я, входя в огромный зал с высокими окнами.

— Здравствуй, Линдора. Ну, надо же! Ты — волчица! Я как раз после завтрака собиралась идти к тебе на осмотр, — она приветливо улыбнулась мне, не зная, как много значит её улыбка.

— У меня теперь достаточно свободного времени…

Мне не дали договорить, перебив:

— Да, я в шоке! Я и не знала, что на острове с женщинами беда… А теперь окончательно в этом убедилась. Оказывается, что с самками непонятки. К тебе еще очередь свататься не выстроилась?

— Влки не заключают браков. Это удел обычных людей.

— Понятно… — немного грустно вздохнула девица.

— С утра я была у Марии и решила сама зайти к тебе, — объяснила я.

— Присаживайся, — пригласила Риная. — Норберт, сделай кофе для Линды.

У них еще и слуги есть… Хорошо жить не запретишь.

— Я вижу, у тебя отменный аппетит, — заметила я, как только Норберт отошел. — Это благой вестник — значит, что твой организм принимает любую пищу. По идее у тебя не должно быть токсикоза, как обычно у человеческих женщин. Беременные будущими волками либо могут принимать еду, либо отвергать её.

— Если бы меня спросили, нужно ли мне всё это! — она поморщилась. — Это хорошо, что меня тянет к еде?

— Разумеется, ибо… Чаще беременные женины просто отказываются употреблять пищу, и это ведет к плачевным последствиям, — печально добавила я.

— То есть бедные девчата вообще ничего не едят? Даже дичь? Мясо?

— Да, практически ничего.

— Мисс Рина очень хорошо питается. Должен заметить, её аппетит растет день ото дня, — произнес Норберт, входя и ставя чашку с кофе передо мной.

Молодая женщина посмотрела на слугу. Она давно поняла, что пожилой оборотень относится к ней как к равной или даже как к старшей. И он тоже входил в категорию того, что удивляло её в этой странном месте. Она проглотила вдруг образовавшийся в горле комок, понимая, что нельзя предаваться таким мыслям, иначе она скоро сойдет с ума.

— О боже! Я ведь так уже через пару дней не смогу пройти ни в одну дверь! — воскликнула Риная, отвлекая меня от внутреннего конфликта.

— Дорогуша, ты же ешь за двоих! — засмеявшись, ответила я. — Да и, как ты знаешь, все беременные женщины полнеют, или же ты думала, что, нося ребенка, останешься такой же худенькой?!

— Конечно, нет. Просто все так быстро происходит, — улыбаясь, попыталась оправдаться Риная. — Мне трудно влиться в эту новую реальность.

— Ты привыкнешь. Мир оборотней суров, но у тебя есть защитник, и он не позволит, чтобы с тобой что-то случилось, — серьезно заверила её я, чувствуя неожиданную горечь. — Ну что ж, Риная, раз ты пообедала, может, пойдем в спальню и я тебя осмотрю?

— Да, конечно. Кстати, Эдар стал бетой нового альфы. Как тебе новость?

— Хочется верить, что всем от этого будет только лучше, — я слукавила, на самом деле мне эта информация не понравилась.

Мы поднялись наверх. Я подошла к столику, поставила на него свой саквояж и направилась в ванную. Вымыв руки, подошла к лежащей на постели Ринае.

— Расскажи мне, как ты себя чувствуешь. Замечала за собой что-то непривычное? — серьезно спросила я, уже полностью входя в роль специалиста.

Порой радовалась, что все же выбрала профессию врача по специальности акушер-гинеколог, а не послушала отца, настоятельно рекомендовавшего мне поступать на экономический факультет одного и самых престижных университетов. Вот это по-настоящему мое, а работая, я получала истинное удовольствие. Наконец-то, появляющиеся на острове женщины могли рассчитывать на квалифицированную помощь.

Блондинка задумалась.

— Кроме того, что много ем? Да, нет… Хм… по-моему, ничего, — ответила Риная. Она поднесла руку к носу и слегка потерла его.

— Тебе что-то не нравится? — спросила я, внимательно наблюдая за пациенткой и отмечая ее поведение.

— Не знаю… А что? Почему ты спрашиваешь? — удивленно посмотрела на меня Риная.

— Ну… Ты потерла нос, как будто тебе не нравится запах, — уточнила я, уже предполагая ответ.

— Нет, дело не в том, что что-то не нравится, — щеки собеседницы запылали, и я улыбнулась такой реакции.

— Риная, я врач и мне ты можешь рассказать все, — серьезно заверила я и добавила: — Кроме того, я думала, что мы могли бы стать подругами. А с кем еще можно поделиться своими мыслями, как не с подругой?

Я рисковала, предлагая девице Эдара дружбу, и с замиранием сердца ждала ответа. У меня никогда не было настоящей подруги. Нет, конечно, в университете у меня были знакомые и подруги, но они были далеки от меня и мы общались в основном по видеосвязи или по телефону. Они не знали моего мира. Да и когда почти все время обучаешься дистанционно много друзей не заведешь.

— Я бы очень хотела, чтобы мы подружились. Мне, правда, очень нужна подруга, — улыбаясь, подтвердила Риная, и я тут же ощутила невероятный прилив счастья, зная, что молодая женщина искренна в своих словах. — Это запах.

— Запах?

— Да, аромат папашки будущих… щенят — все еще краснея, призналась Риная. — Такое чувство, что он меня преследует, а в спальне он самый сильный.

— Дом, и правда, пропитан ароматом волка, да и ты тоже. Это показывает другим оборотням, что ты принадлежишь ему. Но ты, будучи человеком, не должна его ощущать, — объяснила я то, что всем оборотням было известно с рождения. Но Риная была человеком и узнавала их мир постепенно. Поэтому я была снисходительна, с готовностью отвечая на любые её вопросы.

— Что это означает? Я становлюсь оборотнем? — перепугано спросила Риная.

— Нет, успокойся, — сжав её руку, ответила я. — Это означает, что ты носишь малыша оборотня и он влияет на тебя. Ты стала сильнее ощущать ароматы, чувствуя те, которые скрыты от человеческого восприятия. В столовой ты говорила с Норбертом в приказном тоне, как настоящая бета.

— О боже! Нужно перед ним извиниться.

— Нет, не нужно. Ты — женщина беты. Ты и должна так общаться с низшими по рангу в стае. Ты носишь сильного волка, возможно даже будущего альфу, и я не сомневаюсь, что это он так влияет на тебя. Думаю, что вскоре это будет проявляться еще активнее, — с улыбкой пояснила я.

— Я что, стану такой же заносчивой, как Эдар? — фыркнув, спросила Риная.

— Он — бета. Это в его природе, — рассмеялась я. — А вообще, ты права, у него характерец, тот еще!

— Ужас! Этого я точно не переживу, — ответила Риная и сама засмеялась собственным словам.

— Ну, на сегодня все, — закончив осмотр, произнесла я, направляясь к двери. — Через пару дней проведем еще один.

— Это обязательно делать так часто? — спросила блондинка, вставая с постели.

— Да, Риная. Ты — человеческая женщина, вынашивающая под сердцем будущего оборотня, и очень важно пристально следить за твоим здоровьем, — серьезно ответила ей я, стараясь говорить как можно увереннее.

— Но ты же говорила, что все нормально.

— Да, но всякое бывает. Только ты не переживай, пока все идет хорошо, даже лучше, чем у большинства. — Риная скривилась при этих моих словах, чем вызвала смех. — Выше нос!

Мы попрощались, и я направилась к своему коттеджу, размышляя о том, что сейчас у меня, возможно, появилась настоящая подруга. Казалось, еще чуть-чуть и слезы заблестят на глазах, но вместо этого я просто улыбнулась солнышку, которое сегодня светило ярче, чем обычно.

Неожиданно в памяти всплыли слова Марии о том, что они со своим волком провели своего рода обряд при полной луне, и оборотень её укусил, оставив на теле своего рода метку. Вдруг, это как-то повлияло на женщину, сделав ее в какой-то степени теперь своей, получеловеком? Столько вопросов и отсутствия данных. По-настоящему подобными исследованиями никто в стае никогда не занимался за ненадобностью.

ГЛАВА 22

Страх.

Казалось он пропитал весь лес.

И кровь.

Её запах вызывал рвоту. Сердце бешено стучало в груди, а страх стать жертвой опасного хищника подгонял вперед. Сегодня я сама оказалась заветным трофеем, такая же как и все несчастные, что были силой доставлены на остров. Многие из женщин говорили на непонятном мне языке, но мне нечего было им сказать, я не могла их успокоить и пообещать, что все будет хорошо, ибо сама попала в ловушку традиций нашего клана.

Я безумно боялась, хотела спасти всех, начиная снова и снова их пересчитывать. Первая, вторая… Лейла упала, я подскочила к ней и помогла девушке подняться. Пятая, шестая… Десять. Все на месте и целы. Надо прятаться, пока не случилось непоправимого. Убежать как можно дальше, к озеру… или к реке, чтобы было не слишком поздно.

Послышался вой, от которого холодок прошелся по коже.

Началось!

Более нельзя было терять ни минуты.

— К реке, там вас не тронут! — скомандовала я, ускорившись, дабы разведать обстановку. — Вода волков остановит! Вперед!

Я поняла, что что-то не так, как только вышла на берег, мой нос уловил приторный запах, который я распознала, лишь подойдя ближе к воде. Я тихо подобралась к речке, выглянула из-за кустов, в надежде что-либо рассмотреть. Везде было темно. Абсолютная тишина убивала.

Опоздала? Всё кончено?

Но я не хотела в это верить. Вот только такой въедливый запах смерти заставлял сердце сжиматься в ледяных тисках. Женщины уже совсем близко, а я до сих пор не знала, безопасно ли здесь…

Я ступала тихо, как всегда учил отец. И вот, наконец, увидела источник тошнотворного запаха — моя мать лежала на земле. Я не знала, как она выглядела, ведь никогда не видела её раньше и сейчас она была в облике Клавдии, но я точно знала, что это моя мама. Растерзанная, покрытая кровью. Мертвая. Хотелось закричать, но из горла вырвался лишь хрип. Слезы потекли по щекам и дрожь прошла по всему телу. Кинувшись к ней, опустилась на колени и приподняла голову. Но в маминых глазах уже не было жизни. Лишь пустота. И неизвестно, сколько бы я просидела там, забыв о том, что руководила спасательной операцией, если бы не услышала за своей спиной рык.

Резко повернувшись, увидела, что возле куста стоит огромный черный волк. Его шерсть и пасть были покрыты кровью, а глаза мерцали красным, выдавая безумие. Он уже выбрал свою следующую жертву. Слабую и беззащитную. Он знал, что здесь ему не нужна помощь стаи, и кинулся ко мне. Не думая ни о чем, я резко вскочила на ноги и побежала. Теперь размышляла лишь о том, как избежать кошмарной участи самой.

Почему я не перевоплотилась, не вступила в битву, ведь я могла?

Этого мне никогда не узнать.

Я бросилась наугад в лес, еще больше распаляя жажду зверя. Надо бы к воде, но неожиданно река пропала, высохла, превратившись в заросли камыша. Деревья и кустарники мелькали перед глазами, а тяжелое дыхание, доносящееся из-за спины, подгоняло, заставляя бежать быстрее. Пелена слез мешала ориентироваться на местности, и я окончательно потерялась, хотя еще несколько минут назад была уверена, что изучила эти места досконально, ведь здесь прошло мое детство. Я чувствовала, что силы на исходе, и знала, что зверь уверен, что добыча никуда не денется, поэтому преследует меня в полсилы, наслаждаясь охотой и получая максимально удовольствие.

И вот деревья уже кончаются, а впереди только обрыв и бурлящие потоки горной реки. Черный волчара знал, куда загонял меня и теперь, довольный победой, медленно приближался. Я повернулась и посмотрела в глаза, которые светились в темноте, потом снова вниз. Сердце пропускало удар за ударом. Нужно было принимать решение. Не хотелось, чтобы он победил.

«Я не попаду в его лапы», — подумала и прыгнула вниз, слыша в отдалении сердитый вой, который уже совершенно не волновал, ведь ледяная пучина с радостью встретила меня. Чудом вынырнула, хватая ртом воздух. И тут я увидела, что девушки тоже прыгают, вслед за мной. Снова начала непроизвольно их пересчитывать… Одна, вторая… Всего пять…

Я закричала во все горло и резко села в кровати.

Какой ужасный сон.

Холодный пот стекал по лицу вместе со слезами. Я пыталась отдышаться. Руки изо всех сил сжали простынь, разрывая её в клочья. В душе сейчас как никогда ощущался лед. Казалось, что стены давят на меня, и я медленно сползла с кровати, потом быстро спустилась на первый этаж и выбежала из дома. Но чувство холода так и не прошло, а наоборот, сильнее скрутило внутренности. Вся эта территория переполнена оборотнями, их запах сводил с ума. Это было невыносимо. Сейчас как никогда я пожалела, что все же одна из них. Такая же кровожадная тварь, порождение тьмы, не заслуживающая оправданий.

Я снова вбежала в дом, включая везде по пути свет. Поднявшись к себе в комнату, я открыла шкаф, быстро натянула майку и свитер, надела джинсы и, схватив пропуск в миниаэропорт и отыскав старый паспорт, который на женское имя, спустилась вниз.

Единственная мысль, что билась в голове, была:

«Уехать!».

Мне нужно было вырваться отсюда! Туда, где есть люди, где постоянно горят огни, где морда собственного зверя не будет меня преследовать, где я смогу нормально подумать обо всём. Я знала, что не в состоянии скрыться от своей сути. Я боролась с собой много лет и мне удалось приструнить внутреннего зверя, но бывали ночи, как эта, когда жажда крови вырывалась наружу. Появлялось желание убивать, кромсать и рвать на куски, а на смену этим желаниям приходила та молоденькая девушка, которая пыталась всех от меня спасти. И в этот раз у нее почти получилось, однако выжили не все…

Так и не выключив свет и даже не закрыв дверь, я выбежала на улицу и быстро прошла к своему внедорожнику. Резко открыла дверь и села за руль. Заведя машину, нажала на газ и, петляя между коттеджей, выехала к дороге в аэропорт. Там у ворот меня встретил вечерний караул. Притормозив, я опустила стекло, протягивая пропуск поздно вспоминая, что там на фото я в виде мужчины с мужским именем.

— Добрый вечер, куда-то собрались?

— Мне срочно нужно на материк. Какие-то проблемы? — а сама думаю, если они сейчас начнут придираться к фото и моей половой принадлежности, я их загрызу.

— Альфа знает, что вы покидаете территорию? — спросил оборотень, пристально глядя на меня.

— Я не вхожу в его стаю и не подчиняюсь альфе, поэтому могу покинуть территорию, когда захочу, — резко ответила я, зная, что охранник ничего не сможет мне возразить, так же как и приказать. Тем более, что о моей силе всем известно.

Мужчина смотрел еще минуту, но я не отвела взгляда и не изменила решения. Тогда охранник кивнул своему напарнику и ворота стали открываться. Я резко нажала на педаль газа и понеслась к ангарам. Мужчина, не отрывая глаз от удаляющейся машины, мысленно позвал альфу. Когда тот не откликнулся, достал рацию и переключился на его канал.

— Да? — лениво вопросил Рант.

— Альфа, Линдора только что покинула территорию. Садится в самолет.

— Что? Какого черта вы её выпустили?!

— Мы не имели права ей приказывать. Она же так и не вошла в вашу стаю…

— Узнайте, куда полетит.

— Будет сделано.

— Хорошо. Я займусь этим.

У нас все умели управлять самолетами и вертолетами, даже отец построил небольшую летную школу, ибо кро как на воздушном транспорте покинуть остров было невозможно. Имелся маленький корабль, но лишь для экстренных случаев эвакуации или еще чего, ибо береговая линия острова Гриф оказалась абсолютно не пригодной для высадки.

Я приземлилась в аэропорту столицы ближайшей страны, арендовала машину, похожую на мою собственную и на бешеной скорости неслась к городским огням. А сбавила газ, только когда оказалась в черте города.

Не зная куда податься, я немного покаталась по улицам и, наконец устав, остановилась возле вывески бара. Открыв сумочку, достала деньги, которые всегда прихватила с собой, и вышла из машины.

Оказавшись на улице, я выпрямилась и полной грудью вдохнула загрязненный выхлопными газами кислород, который обычно раздражал оборотней, но сейчас принес мне немного успокоения. Уши уловили шум города, способный утомить представителя моего вида уже через час, но сейчас этот шум был таким желанным. Я невольно улыбнулась.

Закрыв машину, и направилась к ночному заведению. Войдя, остановилась в дверях, оценивая обстановку. Отметив, что внутри вполне прилично, прошла к барной стойке. Там я присела и положила руки на шею, разминая её. Бармен, обслужив клиента неподалеку, подошел ко мне и приветливо улыбнулся:

— Леди?

— Виски со льдом, будьте добры.

Ничего не сказав, привыкший ко всему бармен поставил передо мной стакан и наполнил его золотисто-янтарной жидкостью.

— Лимон?

— Нет.

— Пожалуйста.

Я взяла стакан и поднесла к глазам, несколько секунд рассматривала его содержимое, а потом залпом выпила.

Жидкость огнем потекла по пищеводу, затем и по венам, заполняя ту пустоту, что находилась там раньше, но не принесла нужного удовлетворения. Алкоголь не действовал на нас так, как на людей, но ощущался все-таки не как вода. Да, мы не пьянели, не теряли координацию, мир не начинал кружиться. И все же в достаточном количестве алкоголь чуть притуплял чувства и ощущения, присущие оборотням. И тогда я смогла бы притвориться, что я обычная слабая женщина, уставшая бороться.

— Красавчик, повтори, — попросила, поставив стакан на стойку.

Я смотрела, как снова наполняется стеклянная граненая емкость, не обращая внимания больше ни на что. И, как только стакан оказался полон, снова опрокинула его себе в горло. Уже лучше. Гораздо лучше.

Закрыла глаза, прогоняя обрывки кошмарного сна, к счастью они уже не были столь четкими. Я чувствовала биение своего сердца, которое начало успокаиваться, когда горячительная жидкость попала в организм, и усмехнулась, подумав, что отсутствие склонности к опьянению является, наверное, единственным плюсом нашего рода-племени. По крайней мере, это было одним из плюсов, доставшихся мне. Ну, и разумеется сила.

— Давай еще!

— А ты круто пьешь, малышка! Не боишься в скором времени опьянеть? Или ты именно к этому стремишься? — спросил какой-то мужчина, присаживаясь рядом.

— Я не пьянею, — ответила ему и опрокинула следующий стакан.

— Полезное качество, — с улыбкой заметил он. — Мне тоже, что и леди.

Краем глаза взглянула на незнакомца, пока бармен наполнял наши стаканы. Тот был довольно приятной наружности, и я готова была побиться об заклад, что многие женщины считали его очень привлекательным. Вот только на меня его обаяние не действовало.

Одежда мужчины была чистой, ухоженной. В запахе ни одной опасной нотки, только желание соблазнить. Я понравилась ему, и мужчина явно был не против со мной переспать, поэтому и подсел. Я, уже готовая к его наступлению, мысленно усмехнулась. Но незнакомец ничего не говорил, лишь попивал свое виски. Хотя я и сама было не прочь развлечься, с тех пор, как у меня случился первый раз с Рантом, мужчин в моей жизни больше не было. Эмиля я отправила обратно на материк, пока он не узнал слишком много.

— Странно, — неожиданно хмыкнула я, поднимая глаза на соседа.

— Что? — прищурил карие глаза постоялец бара.

— Даже не поинтересуешься, что такая женщина, как я, делает в подобном заведении?

— А оно надо?

— Точно нет, — хмыкнула я.

— Так зачем же мне тогда спрашивать?

Я лишь пожала плечами, выпила очередной стакан виски и закрыла глаза. На этот раз меня встретила лишь темнота, вот только паршивые чувства боли и неопределенности не покинули до конца.

— Тебе нужно отвлечься…

— Ты прав, твою мать! Да!

— И я хочу того же.

— И у тебя есть предложение, как это сделать? — спросила, оценивающе посмотрев на мужчину.

— Может в отель?

Меня ни капли не тянуло к нему, но забыться очень хотелось. Это было задачей номер один на повестке ночи. Возможно, это глупо пытаться закрутить интрижку с незнакомцем, когда все существо тянется к единственному и незаменимому красавцу оборотню? Я все-таки знала, что не в силах получить удовлетворение с простым человеком. Но разве сейчас оно мне нужно? Нет, я хотела только сменить обстановку. И вот, когда уже я открыла было рот, чтобы ответить согласием, сердитый рык пронесся по бару:

— Линдора!

ГЛАВА 23

Черт! Не успела наделать глупостей, а так хотелось…

Я резко повернулась, боясь поверить собственному слуху, хотя четко расслышала голос, который прорычал мое имя. Но в дверях бара действительно стоял Рант. И он был очень зол.

— Парень?

— Начальник, — произнесла я, наблюдая, как Рант быстро приближается ко мне.

От него так и веяло опасностью и дикостью. Казалось, что его глаза отсвечивают желтым. Я понимала, что люди спишут все на освещение, но я-то знала истинную природу того, что видела.

— Какого хрена ты вытворяешь?! — проговорил он чуть ли не рыча, оказавшись наконец возле стойки бара.

На нас уже были нацелены взгляды всех присутствующих, предвкушающих громкие разборки. Бармен был готов подозвать охрану, а мужчина возле меня уже поднимался со стула, когда Рант впился в него взглядом, приморозив к месту. Удивило меня то, что, несмотря на опасность, которую незнакомец точно почувствовал, он все же посмотрел на меня и спросил:

— Все в порядке?

— Да, — тяжело вздохнув, ответила я. — Это индивид, которого я не ожидала здесь увидеть. Прости, но я все-таки отклоню твое заманчивое предложение.

— Что ж… Понятно. Не повезло. Тогда… Всего хорошего, — пожелал мужчина, все еще находясь под пристальным взглядом Ранта.

Он встал и посмотрел тому в глаза, еще раз этим меня удивив. И среди людей встречаются сильные личности. Пусть люди не знали о нашей иерархии и о силе, но все-таки ощущали её и часто опускали глаза, не в состоянии выдержать взгляд волка, так как были, естественно, на порядок слабее. Но этот мужчина спокойно ответил на взгляд Ранта, после чего оставил нас.

Этот момент был настолько напряженным, как только мужчина отступил и ушел, все присутствующие выдохнули.

Рант быстро повернулся ко мне и, схватив меня за локоть, вздернул со стула. Достав другой рукой из кармана джинсов деньги, бросил их на стойку, зная, что там больше, чем должна я, и потянул меня к выходу.

— Эй, пусти! Я могу идти сама! — запротестовала я, но оборотень сделал вид, что ничего не слышал.

— Одно слово — зверь, — тихо добавила я.

— Я бы на твоем месте помолчал, — произнес альфа, вытягивая меня из ночного заведения.

Его захват был сильным, но не причинял боли. К моему удивлению, вместо того, чтобы, подвести к машине, волк затолкал меня в проулок между баром и находящимся рядом зданием. Там Рант пригвоздил меня к стене, крепко держа и сверля свирепым взглядом. Но, как ни странно, я ни капли не сопротивлялась: наоборот, оказавшись в его руках, ощутила какое-то умиротворение. Все ночные страхи исчезли, а мысли сосредоточились на этом оборотне.

— Зачем, Линда?! Какого черта ты устроила?! — вызверился он.

Глаза оборотня отливали бурым, и я отчетливо чувствовала дикость его зверя. В ответ лишь слабо улыбнулась и спокойно произнесла:

— Я не принадлежу к твоей стае.

— Но ты — оборотень, как и все мы, и следовательно находишься под моей защитой, а это предполагает, что ты сообщаешь, куда собралась, а не покидаешь стаю и уносишься в неизвестном направлении.

— Кстати, после твоих слов возникает вопрос: как ты меня нашел? — выгнув бровь, спросила она. — И зачем? Ничего со мной не случится, я взрослая девочка!

— Я — альфа стаи! Хоть ты и не собираешься это признавать. И… что самое главное, я — твоя пара!

— В твоих фантазиях! — резко парировала я, вздернув подбородок.

— Найти тебя было не трудно, ты же на частном самолете прилетела, а он принадлежит клану.

Я ощущала твердость тела, что удерживало меня. Дыхание участилось, но я не собиралась сдаваться и тем более признавать свою вину. Постойте, а собственно в чем я виновата? Что устала от обстановки и решила развлечься? Я, что пленница?

— Неужели ты на полном серьезе собиралась переспать с тем мужиком? — слегка встряхнув меня, спросил Рант.

— Он — симпатичный мужчина, а я — женщина. Почему бы не утолить свои физические потребности? — ответила я, показывая, что на меня абсолютно не действуют ни его рычание, ни угрозы.

Понимала, что своими словами еще больше раздуваю пламя его гнева, но по какой-то причине мне это безумно нравилось. Кровь кипела в венах, а взгляд бросал вызов. И понимая, что испытываю терпение оборотня, я буквально жаждала довести его до грани, хотя что будет за её чертой, не знала ни я, ни он. Плевать!

— Ну, ты даешь, малышка! Значит, физические потребности? — ехидно переспросил Рант, немного приподнимая меня, так что наши лица оказались напротив друг друга.

Мужчина вжался в меня бедрами, заставляя раздвинуть ноги, и разместился между ними. Мне не оставалось ничего другого, как обхватить его ногами.

— Да!

— Ты же, как волчица, должна знать, что не сможешь получить удовлетворение с человеческим мужчиной. Тебя инстинкты зверя заставят желать его крови… Забыла, что ты охотник, а он — твоя жертва, а не сексуальный партнер.

— Всегда есть исключения! Я бы сдержалась!

— Слишком ты себя переоцениваешь, крошка! — сжав одной рукой мой подбородок, он посмотрел в мои глаза. — И зачем было так далеко ехать? Стоило только позвать, и ты бы получила больше того, что надеялась найти. У меня и коньяк в погребе имеется…

— И оказаться связанной навеки? Нет уж, увольте! — фыркнула я. — Мне нужен одноразовый секс, а не пожизненное заключение.

Я не понимала, какой бес в меня вселился, и сама не верила, что смогла произнести такое.

— Ты — оборотень. Мы едины в любом случае и живем стаей.

— Я не подчинюсь самцу! Это не для меня, — твердо заявила я и попыталась вырваться из его хватки, но все было зря. Волк поймал желанную добычу и не имел ни малейшего намерения её упускать.

— Хочешь удовлетворения без обязательств? Ты его получишь! — с вызовом произнес он и накрыл мои губы своими.

В этом поцелуе не было нежности и ласки, только обжигающая страсть и толика злости. И это было именно то, чего я желала сейчас. Мои руки обняли крепкую мужскую шею, пальцы зарылись в короткие волосы. После чего ладони опустились на широкие плечи. Острые ногти впивались в мужскую рубашку, а ноги сильнее сжимали его тело, желая почувствовать твердую выпуклость напротив своего лона. Сейчас я как никогда ненавидела одежду, что разделяла нас.

— Никаких пробежек под полной луной и укусов, — произнесла, задыхаясь, когда он, наконец, оторвался от моих губ.

— Я умею держать слово, — зло бросил Рант.

Его рука опустилась вниз между нашими телами, пробираясь к молнии джинсов. Губы перебрались к мочке уха, и он стал теребить его. Рядом проносились машины и шумел город, но мы были скрыты темнотой переулка и отделены от всего мира. Здесь и сейчас остались только ярость и страсть.

Для меня это было спасением. Рант вытеснил из мыслей все, кроме огненного желания. Он опьянял меня, как людей опьяняют спиртные напитки. Одного его аромата было достаточно, чтобы свести меня с ума. Он в этой стае стал для меня самым большим испытанием. Я давно научилась справляться с презрением и неуважением, но как справиться с этим невероятным притяжением, я до сих пор так и не поняла.

Рант обжигал своим горячим дыханием мою кожу, а его рука уже расстегнула молнию моих штанов и проникла внутрь. Джинсовая ткань плотно обтягивала мужскую руку, еще сильнее прижимая её к моему телу. И я выгнулась от одного ощущения его кисти так близко к сосредоточию моего жара. Из моего горла вырвался стон, больше похожий на хрип. Длинные мужские пальцы пробрались к лону, нежно раскрывая лепестки, теребя круговыми движениями.

Мои пальцы в это время впивались в его спину, оставляя следы. Стоны то и дело сорвались с губ, когда в меня проник палец… Такого удовольствия я еще никогда не испытывала и даже не надеялась испытать. Хотя… В ту роковую ночь, когда он хитростью овладел мной, это было божественно. Однако… Я не позволила себе углубиться в соблазнительные размышления, уверив саму себя, что это никогда больше не произойдет.

После чего нега вытеснила даже такие мысли…

Он ритмично скользил во мне, добавив к первому пальцу второй, а большим массируя мою саму чувствительную точку. Спина упиралась в твердую стену, а если бы я была человеком, то сила, с которой меня вдавливали в эту самую стену, послужила бы причиной появления большого количества синяков. Но раны у оборотней заживали быстрее, а синяки сходили с кожи максимум через четверть часа. Поэтому я не обращала внимания на небольшую боль, пронзающую мою спину каждый раз, когда Рант входил в лоно пальцами, заставляя снова и снова двигаться ему навстречу. Наоборот, эта боль, смешиваясь с наслаждением, добавляя моему удовольствию некой пикантности.

Движения мужчины были резкими. В них ощущалась злость, смешанная со страстью. И я признавала за ним полное право на эту ярость. Отрицая, что являюсь его парой, я в то же время доверяла ему полностью, чувствуя на уровне инстинктов, что ни один оборотень не в состоянии обидеть свою самку. Это доверие появилось во мне на подсознательном уровне.

Его губы терзали кожу на моем плече. Жестоко. Оставляя следы. Но все же он сдерживал себя и ни разу не коснулся меня зубами. Лишь оставлял засосы. Это единственное, что он мог себе позволить. Ранта злил мой отказ. Его волк был в ярости от того, что я могла бы сейчас быть с другим мужчиной. Он не понимал такого поступка. Как его пара могла даже задуматься о том, чтобы отдаться другому?! Это ранило. Но что ранило еще сильнее, так это мой остекленевший безразличный взгляд, который он увидел, когда вошел в ночной бар. Если бы не это, то он бы, наверное, не оставил на том человеке живого места. Но мои глаза отвлекли его. В них не было ни самодовольства, ни наслаждения ситуацией, ни предвкушения удовольствия. Лишь пустота. И это его заставило задуматься, переосмыслить поведение, попробовать понять движимые мной мотивы.

Рант ритмично входил в меня пальцами, постепенно увеличивая темп. Его сводила с ума теплота моего лона, ощущение того, как оно сжимается вокруг его пальцев. Ему до боли хотелось погрузиться в эту манящую теплоту. Но мужчина помнил о своем обещании. Он дал его, понимая, что я еще не готова быть с ним, и не желая, чтобы я пыталась забыться в чужих объятиях.

Его опьяняло само осознание того, что удовольствие я получу в его руках. И только в его. Никто в этом мире больше не может доставить мне наслаждения. Только он. Потому что мы самой природой подобраны друг для друга. Несмотря на то, что сам сейчас не мог получить удовлетворения, он упивался видом и моими страстными стонами, стараясь забыть о болезненных ощущениях в собственных штанах.

Рант снова накрыл в диком поцелуе мой рот, терзая нежные губы. Но поцелуй прервался вскриком, когда я достигла пика удовольствия. Мои веки опустились, волосы спутанной копной лежали на плечах, губы томно приоткрылись, а тяжелое, неровное дыхание опаляло рот мужчины, смешиваясь с его выдыхаемым воздухом.

Мы простояли так пару минут, пока Рант не осознал, что меня нужно отпустить, иначе он просто-напросто не выдержит и нарушит данное обещание. Бурый волк вытянул руку из моих штанов, поправил задранную майку и опустил мои ноги на землю. А сам медленно отошел на шаг, не в силах отвести жаркого взгляда.

— Ты так прекрасна… Самая прекрасная для меня!

Мои веки поднялись, и я посмотрела на него затуманенным взором, не до конца понимая, что натворила. Зато чувствовала себя потрясающе.

Глаза Ранта ярко светились, и я осознала, как тяжело было оборотню сдерживаться. То, что он подарил мне, оказалось неописуемым наслаждением. Глядя на мужчину, я понимала, что он находится на грани. Мне так хотелось сдаться ему, позволить отметить, соединиться с ним… Но я остановила себя. Застегнув молнию джинсов и поправив волосы, наконец, собралась с мыслями и расправила плечи.

— Ты получила свое развлечение и осталась неотмеченной. Я сдержал свое обещание, — произнес Рант. В его голосе были слышны рычащие нотки. — Но ты должна понимать, что я тоже не железный. Это не может так дальше продолжаться, мы просто обязаны прийти к общему знаменателю.

Я промолчала, не зная, что можно ответить.

По моему телу еще прокатывалась нега, а вот в душе формировалась вина. Ведь он не получил взамен ничего, что он хочет.

— Ты больше никогда не будешь искать удовольствие где-то еще! Все, что тебе нужно, ты сможешь получить в моих руках! — прорычал он. — Тебе понятно?!

— Рант… Прости. Но не смей мной командовать! В этом вся проблема, тебе это понятно?!

Альфа, с минуту посмотрев на меня, пошел к машине. Оставшись одна, я приложила руку к гулко бьющемуся сердцу. Тело до сих пор сотрясала мелкая дрожь, и я громко вдохнула, втягивая в себя ночной воздух и пытаясь успокоиться, догадываясь, что не стоит заставлять волка ждать.

Я не знала, что будет дальше, но понимала, что сегодня подпустила его к себе на несколько шагов ближе. И эти шаги нельзя было назвать маленькими. Поэтому мне стоило быть готовой к последствиям своей слабости и к новому натиску. А вот сколько еще я смогу удержать оборону, я не представляла.

Понимая, что не могу долго стоять в переулке, спорить с самой собой и оттягивать момент, когда нам придется ехать вдвоем в тесном салоне автомобиля, я провела руками по волосам и направилась к машине. Понимая, что у меня нет ни одного шанса вернуться самостоятельно. И это подтвердил вид Ранта, который стоял, опираясь на свою машину, и поигрывал моими ключами. Все, что мне оставалось, это подойти к нему и, когда он открыл передо мной дверцу, сесть на переднее сиденье.

Да, дорога назад будет невыносимо тягостной. А потом еще и ночной перелет… Я планировала уйти в свои мысли и просто смотреть в окно, раз о дороге теперь волноваться не придется.

ГЛАВА 24

Мы не разговаривали с той ночи, но это не значило, что я его больше ни разу не видела. Наоборот. Теперь я еще чаще ловила пристальный взгляд, прожигающий насквозь. Полный огня, страсти и неудовлетворенности. Он преследовал меня даже через закрытые двери, поселился в моих мыслях. Не давал уснуть ночью, врываясь в сны, заставляя переживать ту ночь снова и снова, смаковать каждое мгновение и желать большего. Эти мысли вызывали озноб во всем теле, но я, стараясь думать только о работе.

Близилось полнолуние, проявление волчьей сути в нашей крови в максимальной концентрации. А значит и не за горами Великая охота. Кровь стыла в жилах, как представлю, что все начнется сначала.

Надо будет куда-нибудь спрятать Юлию… Мало ли что. Решила об этом поговорить, поэтому пошла искать Ранта.

— Привет, Тор, не видел Ранта?

— О, Линда? Решила выбраться из своего защитного панциря и начать общаться?

— Ну… Не вечно же мне быть затворницей, — усмехнулась над собственными словами, ибо так и было. То я жила в теле мужчины, а теперь засела безвылазно в домике…

— Действительно…

— Как тут у вас? Спокойно?

— Смотря… Что ты имеешь в виду?

— Себя, конечно же. Что говорят?

— Делят тебя… Собираются биться и плевать им всем, что сказал альфа… если ты об этом. Ты же не подпускаешь его к себе, вот многие и решили попытать счастья.

У меня кровь отлила от лица.

— Именно этого и боялся мой отец.

— Знаешь… Одно твое слово и в стае наступит мир и лад. Чужая женщина неприкосновенна. И если помнишь, именно этого и хотел Хартог. Он желал, чтобы мы поженились.

— Да… что-то припоминаю. Но я…

— ?

— Я не так себе представляю союз с волком.

— Хочешь совет?

Я утвердительно кивнула.

— Хватит представлять, надо уже действовать. Иначе быть беде. И…

— И что?

— Может получиться так, что ни я ни Рант не сумеем тебе помочь.

— Я постараюсь разобраться с ситуацией до традиционного праздника. Скажешь, где Рант?

— Пошли, отведу… Лучше тебе не ходить в одиночестве.

По дороге смотрела на спину мужчины, понимая, что другая дамочка на моем месте пускала бы слюнки. Торнард, как и подобает сильному самцу, был тем идеалом, какой женщины представляют в своих заветных мечтах. Темноволосый, смуглый, высокий. Мускулы натягивали ткань рубашки, когда он двигал руками, а джинсы четко обрисовывали упругие ягодицы. Оставалось лишь закусить губу от искушения. Но не мне. Мое сердцебиение казалось прежним, да и дыхание не перехватывало. Для меня он был обычным мужчиной. Ни разу в мыслях не возникало томительного вожделения. Я воспринимала его исключительно как друга или старшего брата.

Чего нельзя было сказать о бете. Стоило Ранту попасть в мое поле зрения и со мной творилось что-то необъяснимое. Нет, я конечно находила этому объяснение, просто не хотела его принимать. Рядом с ним мой пульс учащался, по телу бежала дрожь, не хватало воздуха. Это были симптомы единственной болезни оборотней, от которой еще никто не хотел выздороветь. Никто, кроме меня.

— Вон он, как раз выходит из машины, — указал рукой бета и поспешно ретировался.

Я сообразила, что ему не хотелось вызывать недовольство альфы, который очень остро реагировал на посторонних мужчин подле меня.

Альфа заметил меня.

Помахала ему издалека.

— Привет…

— Хотела поговорить, — я ускорила шаг.

— Рад тебя видеть. Хорошо выглядишь, впрочем, как всегда.

— Спасибо, Рант, — поблагодарила я с легкой улыбкой, медленно приближаясь. — Приятно слышать.

— Ты решила сменить гнев на милость и начать переговоры? Похвально…

— Надо же когда-то начинать, возможно мы и договоримся…

Рант слегка кивнул в знак согласия и повернулся, я только сейчас заметила что…

Охнув, быстро поспешила к нему. При виде состояния оборотня страх пробежал по моим венам. Белая рубашка бурого волка была местами покрыта кровью и разорвана с нескольких сторон.

— Ты ранен? — в ужасе спросила я.

— Так, царапины…

— Расскажешь, что случилось? — встревожено спросила я.

— Уверена, что хочешь знать?

Я застыла, уставившись на раненого оборотня. Сердце сжималось от тревоги и переживания за него, даже не подозревала, что он настолько мне дорог. Не переживу, если с ним что-нибудь случится.

— Шутки шутишь? — захотелось прикоснуться к нему, вытереть грязь с восстановленной благодаря ускоренной регенерацией кожи. — Пошли, приведу тебя в порядок, а ты обещай, что расскажешь, кто на тебя напал или, что там вообще у вас стряслось. Ты ж альфа, или я ошибаюсь?

— Приняла, наконец-то? — усмехнулся мужчина, но послушно последовал за мной к коттеджу.

Я поднялась в ванную комнату, открыла все краны, сделав нормальную температуру воды. Своего гостя встретила на лестнице. Не церемонясь, скомандовала ему тоном, не терпящим возражения:

— Раздевайся!

Открыв дверь санузла нараспашку, продолжила кидаться распоряжениями:

— В душ, живо!

Мужчина быстро разделся и подмигнул мне, избавляясь от последних вещей. Я даже не улыбнулась. Старалась держать себя в руках, просто любуясь этой красотой. Все же моя волчица не промах, из всех волков стаи выбрала себе самого совершенного во всех отношениях.

Рант залез в душевую кабинку, а я взялась за мочалку. Молча намылила ее и принялась оттирать запекшиеся следы битвы, отмечая характер рубцов от заживающих ран.

— Можешь рассказывать!

— Все началось очень давно. Я сам не знал, что со мной происходит. Представь себе, что в твоем окружении лишь одни мужчины, а ты себя чувствуешь не в своей тарелке, ибо странно поглядываешь в сторону сына альфы…

Я на миг задержала руку на могучей мужской спине, наблюдая, как упругие струи быстро смывают нанесенную мной только что пену, очерчивая рельефы мускул.

— Только не говори мне…

— Не перебивай меня, пожалуйста… А то я собьюсь и история получится не полной, — он уперся руками в стенку, давая мне возможность потереть его бока.

— Ладно…

— Стоило щенку приблизиться и я начинал чувствовать вожделение. Жуткое желание мне мешало нормально жить. Не поверишь, но мне от самого себя было тошно. Однажды я заметил негодника подглядывающим в мои окна, когда я жарил довольно аппетитную блондиночку. Тогда я понял, что наши странные чувства обоюдны. Это было выше моих сил. Я не мог себе позволить подобных отношений не только с моральной точки зрения, но и по законам стаи. Да и вообще, происходящее с нами у меня в голове не укладывалось. Со временем, от парнишки перестало соблазнительно пахнуть и мне полегчало, теперь-то я догадываюсь, что скорее всего ты пила человеческую кровь, чтобы в тебе самцы не увидели самку, но в моем случае это уже было поздно, мой волк привязался, и теперь думал лишь об дном — он хотел всячески оберегать и поддерживать избранника звериной сущности. Я буквально возненавидел сына Хартога и изматывал его на тренировках, заставлял до упадка сил нарезать круги, пытался выбить дурь не только из своей головы, но и его. Хотя загадочные взгляды парня меня то и дело преследовали. Получалось избегать встреч, работая на материке, но мой волк не мог долго находиться вдали, просился назад на остров, ему необходимо было присутствие в жизни этого оборотня, как воздух и вода.

Я закончила мытьё со спиной и дала понять, что пора развернуться ко мне лицом.

— Так вот. Та женщина, что я встретил в отпуске, вызвала точно такие же чувства, что и наследник черного волка. Признаюсь, мне долго пришлось складывать один плюс один, а виной тому отсутствие информации о подобных случаях рождения волчицы. Их просто не было. Понимаешь?

— Что я должна понять? Что я единственная?

Он улыбнулся, поймал мою руку и опустил ее себе между ног. Мочалка выпала из моих пальцев, усилием воли заставила себя посмотреть ему в глаза.

— Много чести! Что рождения оборотней женского пола не фиксировали. Если таковые и были, их прятали и тут же вывозили с острова. Но… кровавые времена прошли. И факты рождения всплыли.

— Какие факты? — насторожилась я. Неужели я познакомлюсь с еще одной волчицей? Все же быть одной самкой в стае совсем стрёмно.

— Ну, ты, например. Теперь раскрыла свою половую принадлежность и не прячешься… Возможно… Скоро и остальные подтянуться.

— Ты в этом так уверен?

— Не на все сто процентов, разумеется, но… Все же среди людей нам нет жизни, а если родной дом будет безопасным убежищем, то почему бы не вернуть на остров дочерей?

Нужно было поднять мочалку, но я боялась смотреть вниз. Достаточно было того, что нащупала моя рука….

— Ты уже чистый, смывай мыло и выходи, — одернув ладонь, скрылась за дверью ванной комнаты.

Решив, что Рант наверняка голоден, спустилась в кухню и сварганила пару сандвичей с беконом. Прихватив минеральной воды, поспешила к своему гостю.

— Проголодался? — с этими словами я вошла в спальню и застыла. — Ох!

Его наготу теперь прикрывало лишь одно полотенце. Так дело не пойдет. Сунула ему тарелку с едой и бутылку с минералкой и вышла, сообщив очевидное:

— Э… как бы тебе нужна одежда… Твоя, мягко говоря, испорчена… Я бы тебе предложила, что-нибудь, но у меня вряд ли найдется что-либо более-менее подходящее.

— О, бутерброды! Ты прочла мои мысли! Я серьезно! Очень вкусно…

— Ты меня слышишь? Тебе нужно одеться!

— Понял я… Постараюсь это исправить!

Миг и он сбежал по лестнице и скрылся.

М-да… Этот мужчина не перестает меня удивлять… Вот правда!

Вернулась, тоже разделась, приняла душ, накинула махровый халат и пошла готовить себе травяной чай с успокоительным эффектом. Хватит с меня кошмаров.

Посмотрев в окно, подметила, что уже дни стали намного короче, хоть и не совсем поздно, а уже было темно. Все же осень… Хотя на острове суровых зим не бывало из-за теплых течений и гор, но все равно на улице в последнее время ощутимо похолодало.

Когда открыла дверь спальни, чуть не споткнулась о выпирающий на полу плинтус, так поразила меня открывшаяся взору картина.

— Я знал, что ты оценишь мою идею, милая, — произнес Рант с мальчишеской улыбкой на радостном лице.

А я по-прежнему молча смотрела на него. Мужчина лежал в моей постели полностью голый. Ну, это я предположила, что полностью: нижняя часть как-никак была прикрыта одеялом, моим одеялом. В руках мужчины были бумаги, которые он изучал при свете лампы, обитающей на прикроватной тумбе. Всё было моё и лампа и ее свет, даже документы, а вот мужчина не мой.

— Что ты здесь делаешь? — наконец придя в себя, громко поинтересовалась я.

Альфа приподнял бровь, как будто услышал глупость, и демонтрируя ямочки, улыбнулся.

— Лежу, изучаю отчеты…

— Я имею в виду, что?! — потихоньку зверела, сама того не замечая.

— Лежу.

— Да я вижу, что лежишь! — уже не выдержала и закричала. — По идее, ты ушел.

— Здесь так мягко и пахнет тобой…

— Рант… Это уже перебор! Ты что себе позволяешь?

— Нет, вы посмотрите на нее! — он картинно хохотнул. — Возбудила меня своим эротичный намыливанием, а теперь гонит!

— Я тебя еще раз спрашиваю! Что ты делаешь в моей постели?!

Идиотское выражение лица, которое как бы говорило «Что за глупые вопросы?», да еще эта расслабленная поза и голый торс, который все время притягивал к себе мой взгляд, просто вывели меня из себя. Казалось, еще немного и я взвою.

И так перевозбудилась, устроив ему помывку в собственном душе, сама не знаю, что на меня нашло, а тут еще и это! Думала, что пытка идеальным мужским телом уже закончилась, так нет же, заявился без приглашения и улёгся! Словно он тут полноправный хозяин!

— Лежу, — как ни в чем ни бывало, повторил он.

— Вижу! — настаивала на своем.

— Раз видишь, то скорей переодевайся и ложись ко мне. День был тяжелым.

Я посмотрела на него, пытаясь удостовериться, серьезно он говорит или издевается, но не увидела на лице мужчины и намека на глумление, только безграничное счастье и ликование, что он таки здесь все же лежит. После чего заставила себя успокоиться и спокойно спросила:

— Рант, что ты делаешь в моем доме?

— Как что? Живу!

— Ты не можешь здесь жить! — с удивлением и некой робостью запротестовала я, словно сама уже не верила в только что сказанное.

— В шкафу мои вещи, в ванной — зубная щетка, я лежу на своей подушке, передо мной моя женщина… Конечно, я здесь живу.

Я снова в шоке уставилась на него.

— Пожалуйста, прекрати это! — с мольбой в голосе произнесла, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

Нет, это не могут быть слезы!

Ведь не плачу? Да? Я сильная и смелая и вообще, я — кремень!

Тем более из-за такого пустяка, как банальный розыгрыш. Вот еще! Слезы лить по всяким пустякам! Не дождется!

Он просто решил окончательно меня свести с ума.

Нет, нет, нет!.. Я буду твердой и выгоню его отсюда. Немедленно!

Я даже не заметила, как Рант встал с постели, а когда опомнилась, то он уже стоял прямо передо мной. И первое, что я сделала, как ни стыдно в этом признаваться, так это проверила, есть ли на нем штаны. Я облегченно выдохнула, когда взгляд скользнул по белоснежным трусам, на которых отчетливо виднелся твердый бугор. Покраснев, быстро подняла глаза и встретилась с понимающим взглядом.

— Линдора, — начал Рант серьезным тоном, — с этого дня я буду жить здесь. С тобой. И это не обсуждается. Иначе и меня порвут и тебя на запчасти разберут. Знаешь… Оказывается, в таком вопросе, как самка — волки еще более серьезно настроены, чем борьба за власть. А желание обладания необыкновенной, практически уникальной женщиной придает им силы и добавляет дури в башку.

— Я перееду в другой коттедж.

— Для тебя больше нет свободных мест. А если и найдутся, то каждый раз в своей постели ты будешь находить и меня. С этого дня мы живем вместе.

— Это абсурд. Я не буду спать с тобой.

— В доме больше нет кроватей, — с ухмылкой произнес он и, нежно прикоснувшись к моему подбородку, заставил посмотреть себе в глаза. — И диван странным образом в гостиной сегодня вечером сломался.

— Что за заговор? — моему возмущению не было предела. Он не волк, он — старый лис.

— Мы будем спать вместе. Ты будешь находиться в коконе моих рук. Защищенная и согретая. И со временем ты привыкнешь к тому, что я постоянно рядом.

— А если я не хочу привыкать? — запротестовала я.

Он наклонился ко мне, почти касаясь моих губ своим дыханием, как легким перышком.

— Ты — моя душа. Ты — мое сердце. Ты — моя жизнь. Я последую за тобой даже на край света, или куда бы ты ни отправилась, и никогда не оставлю.

— Но…

— Линдора, ты упрямее барана! Твое бесполезное сопротивление — вот, что на самом деле абсурд. Ну, сколько можно? Я люблю тебя!

Казалось, время остановилось. Сердце перестало стучать, а я забыла о том, что мне для поддержания жизни в организме нужно дышать. Просто смотрела на него, как пришибленная.

Нас разделял какой-то миллиметр.

Я облизала губы, а потом, вздохнув, отступила назад. Мужчина хмыкнул при виде этого неосознанного бегства и с улыбкой произнес:

— Я обещаю не распускать руки, — он поднял их вверх, — а у тебя, правда, нет выхода. — Всегда остается машина.

Такое невинное выражение лица и артистичное:

— Ой, а я тебе не сказал, что случайно смыл твои ключи в унитаз? — с хитрой улыбкой спросил этот все просчитавший до мелочей наглец.

— Рант!

— Но не переживай, я и мой железный «конь» всегда к твоим услугам.

Я устало вздохнула, понимая, что проиграла в этой битве противостояния сильных характеров. Не идти же мне на коврик у входа в собственном доме? Хотя… наверное и он неожиданно почил смертью храбрых в каком-нибудь случайно разведенном костре.

— Слушай сюда! Ты, — сердито указала на него пальцем, — спишь на своей половине и ни в коем случае не пересекаешь виртуальную границу. Сегодня. Так и быть! — видя его ухмылку, повторила: — Только эту ночь! Все ясно?

— Как скажешь, любимая! — он шутливо подмигнул и, повернувшись, направился обратно к кровати.

Я залюбовалась упругим задом, скрытым лишь тонкой тканью плавок, сильными ногами и плечами. Пока купала его, старалась не смотреть во избежание соблазна, так сказать, а сейчас само как-то смотрелось. Ничего не могла с собой поделать. Невольно даже облизала нижнюю губу, и в этот момент Рант повернулся и томно посмотрел на меня, как будто читал тайные мысли. Затем откинул край одеяла и снова улегся на свое прежнее место, даже взял в руки документы, только смотрел при этом все также не отрываясь на меня. Устроившись, выжидающе приподнял бровь, и я, опомнившись, вздрогнула.

— Ага… я в туалет! — увидев в белой двери свое спасение, быстро нырнула туда, слыша за спиной смешок.

— Не задерживайся там. Нужно хорошенько отдохнуть перед завтрашним днем.

— Ага, отдохнуть, — тихо прошептала сама себе. — А что у нас там завтра?

О, Луна! Завтра Великая охота.

Закрыв лицо руками, прижалась к деревянной створке, дышалось с трудом. Ночь обещала стать довольно долгой, мучительно длинной. И не только ночь. Ведь только что, согласившись на участие в этом безумии, я сама себе подписала окончательный приговор, который обжалованию не подлежит.

А может, это мое спасение?

Ведь теперь не удастся так легко отделаться от этого красавчика в сексуальных боксерах.

Так почему же вместо негодования на моем лице медленно расцветала счастливая улыбка, а в сердце разливалось тепло?

О девочке мы так и не поговорили… Разве я могла думать, глядя на него о чем-либо, кроме его сексуальности? Он знал это, чем собственно и пользовался.

Он все продумал. Вероятно, накал страстей в клане достиг предельно допустимых колебаний, вот он и пошел ва-банк.

ГЛАВА 25

Нельзя было сказать, что я нормально спала, но…

Могу со всей уверенностью заявить, что это была самая худшая ночь с мужчиной, которая когда-либо могла у меня быть в теории. Не зависимо от моего скудного опыта в подобных делах, не думала, что доживу именно до подобного совместного ночного времяпровождения, с сарказмом подумала я, зевая в очередной раз.

Нет, я, конечно, не поверила обещаниям Ранта не распускать руки, но он сумел меня удивить.

Вышла из ванной в полной готовности к борьбе за свою честь, но остановилась, как только увидела его сладко спящим в постели. Конечно, я ни на секунду не поверила своим глазам.

— Значит так, Рант, я предупреждаю тебя: одно касание — и ты спишь на полу, — громко предупредила я, но ответом мне была тишина.

Медленно приближаясь к кровати, чувствовала себя по-настоящему глупо, словно он сейчас проснется и накинется на меня.

«Кая же я глупая!» — снова мысленно обозвала себя я, откидывая одеяло и пытаясь умоститься на самом краю кровати. А устроившись, сразу же замерла в ожидании дальнейших действий Ранта. В ночной тишине комнаты было слышно только его размеренное дыхание и тиканье часов. И все-таки я оставалась полностью напряженной. Расслабиться, увы, не получалось.

Как оказалось, не зря. Всего несколько минут тишины, и я почувствовала движение, а так же услышала, как заскрипела под весом Ранта кровать. Он резко повернулся и прижался грудью к моей спине, крепко притягивая к себе. Мужская рука, обжигая своим теплом, легла мне на живот. Я схватилась за эту руку, пытаясь оторвать её от себя, но та не сдвинулась даже на сантиметр.

— Рант! — сердито позвала я, но в ответ услышала лишь сонное сопение. — Рант, убери руку!

— М-м-м… — промычал он возле моего уха.

Я еще несколько раз пыталась оттолкнуть от себя Ранта, но это было то же самое, что пробовать сдвинуть кирпичную кладку. Устав, я тяжело вздохнула. Не знала, сколько пролежала вот так, в темноте, но, смирившись с ситуацией и решив, что завтра с утра обязательно выгоню наглого и продуманного волка, закрыла глаза и постаралась заснуть.

Вот только это оказалось совсем не так легко сделать. Зато оборотень спал сном младенца. Его равномерное тихое сопение над моим ухом даже раздражало: я-то заснуть не могла. То мне мешала его тяжелая лапища, то нервировало чужое дыхание, то казалось, что стоит мне заснуть, перестать бдеть, и он тут же проснется, а оказаться спящей во власти мужчины не хотелось. Эти мысли крутились в голове, мучая и тревожа. В итоге заснуть удалось только под утро.

Но покой этой ночью мне даже не приснился.

— Мария рожает, — устало выдохнул альфа, понимая, что сейчас придется забыть о сне.

— Я иду! — резко поднялась и сел на кровати, размышляя который час. Часы показали четыре утра. Супер.

— Я иду с тобой, и это не обсуждается!

— Ты уверен?

Раздраженно выдохнув, Рант все-таки кивнул. Он подождал, пока я наброшу на плечи тёплую шаль, и мы быстро направились к домику его матери, нуждающейся в моей помощи. Но на улице столкнулись с женщиной.

— Мария, зачем ты сама пришла ко мне, я как раз собиралась пойти и проведать тебя, — удивленно поинтересовалась я теперь уже не просто у пациентки, а у матери своей пары.

— Что я, немощная и не в силах дойти до врача? — отмахнулась та, поглядывая на растерянную собеседницу. Мы с альфой переглянулись. Вроде его мать человек, а мужества ей не занимать.

Если раньше я легко находила общий язык с этой милой женщиной, то при сложившихся обстоятельствах чувствовала небольшую растерянность, не зная, как теперь себя вести.

— Хорошо… Пошли в дом! Как ты?

— Схватывает периодически, но рано еще бить тревогу, — она улыбнулась.

Стоило нам оказаться в кухне, я снова принялась укорять Марию за самодеятельность.

— Ты беременна и вот-вот должна родить, — напомнила я, ставя перед свекровью чашечку успокаивающего чая.

— На сносях не значит беспомощная, — нравоучение так и плескалось в этом ласковом голосе, словно намекая, что данный совет пригодится в будущем мне самой. — Дочка, нашим мужчинам только дай повод запереть нас дома и они ухватятся за него всеми своими острыми зубами.

Я была с ней категорически не согласна.

— В данном случае этот повод обоснованный, — я пыталась говорить строго, в соответствии со своим статусом врача, но ласковое прикосновение Марии, несущее только тепло и доброту, свело на нет все усилия по изображению напускной суровости.

— Милая, я очень хотела поговорить с тобой по поводу вашей пары.

Я тут же напряглась, вмиг потеряв уверенность в добром расположении ко мне этой женщины. Ведь, возможно, она выдавала желаемое за действительное, и теперь, все обдумав, Мария поменяла свое отношение и пришла к выводу, что я недостойна быть парой её сыну. Неужели даже эта женщина, которой я всячески помогаю, не может принять меня как свою невестку и сейчас попросит не задерживаться в жизни Ранта? Он ведь рискует, пока на мне нет его метки… Страх, разочарование, обида тут же вспыхнули в моей душе. Нигде мне не было места. И теперь я готовила себя к тому, что буду отвергнута в очередной раз.

— Линдора, я очень…

— Мария, не надо, я все понимаю. И если тебе так будет легче, то прямо скажу: я сама сомневаюсь, что эти отношения продлятся долго.

— Дорогая, о чем ты таком говоришь?! Истинная пара — это навсегда! — эмоционально воскликнула женщина.

— Да, но я не приняла окончательного решения, обряда, про который ты говорила не было и я сомневаюсь, что он состоится, поэтому тебе не стоит волноваться.

— Но я волнуюсь! — руки собеседницы затряслись. — Лучшей пары чем ты Ранту не найти, и ты прости моего балбеса, что он сначала отпирался от своей судьбы: слишком возгордился своим статусом вожака. Давно пора было приструнить его гордыню.

— Мария, о чем ты? — я непонимающе уставилась на эту непостижимую женщину, которая снова подарила мне ласковую улыбку. — Разве ты не расстроена тем, что Рант планирует соединиться со мной? Я же единственная волчица в стае и, скорее всего, принесу ему одни проблемы. Он уже дрался за право быть со мной.

— Правильно. Это природа, против нее и на танке не пойдешь. Ты прекрасная, умная девушка, своими силами достигшая таких высот в столь юном возрасте. В мире людей ты могла бы стать гением в области медицины, но ты выбрала свой народ и посвятила жизнь тому, за что многие должны быть тебе благодарны по гроб жизни. Я счастлива, что у моего сына такая замечательная пара. Лучшей я и желать не могла.

— Ты столько всего знаешь…

— Поверь мне.

От этих слов на моих глазах выступили слезы, а душа наполнилась теплом. Мария крепко, насколько ей позволяло её положение, прижала меня к себе, ласково погладив по голове. Так вот, что такое мама…

— Для этого я и хотела поговорить. Сказать, как я рада за вас, и попросить, чтобы ты была терпеливей к самоуверенному бурому волку, которого я растила в большой любви. Его брат появился тогда на свет уж очень слабеньким, еле выходили… Дай бог своих девочек родить здоровенькими.

— Мария, все у тебя будет хорошо. Главное, не думать о плохом! Самые опасные недели мы пережили, сейчас осталось только дождаться родов.

И тут до меня дошло, то что она сказала. Кровь отлила от лица.

— Девочки?! Ты сказала, что ждешь волчиц?

— Да, дорогая, ты права, я именно так и сказала, — Мария смахнула слезу и благодарно похлопала меня по плечу. — Я их слышу и чувствую. Кстати, вкусный чай.

Я тоже налила себе добрую порцию одной заварки. Травы немного горчили, но я даже не поморщилась.

Это что же получается… Арвей и Мария — истинная пара, скрепившие свой союз меткой и получившие благословение самой луны смогли зачать волков другого пола!

Это же сенсация!

Сердцебиение мешало нормально думать, душа ликовала.

Ура!

Мы нашли эти условия, при которых происходит появление самок — истинная любовь. Звучит бредом и больше напоминает волшебную сказку, но все же, результат на лицо.

— Может, я провожу тебя домой? — видя, что особых признаков начала родов и нет, решила, что так будет лучше, а я хоть посплю, наконец.

— Нет, и не проси! Дома нервный Арвей! Опять будет мне нотации читать.

— И правильно сделает, — шутливо поддразнила я. — Я бы сама пришла, к тому же Рант получил от него ментально весточку, что пора.

— Ничего правильного! — фыркнула Мария. — Эти волки — будущие папашки бывают похуже куриц-насед… Ой!

Женщина резко оборвала свою фразу и схватилась за живот.

— Дорогая… Мария, что такое? — я тут же подскочила к согнувшейся будущей свекрови и, положив руку на её живот, стала считать, определяя интервал между схватками.

— Это пустяки, Линда, — замотала головой Мария.

— Когда ты почувствовала боль?

— Девочки с вечера вели себя неспокойно. Ты же знаешь, такое периодически случается. Ложная тревога…

— Нет… Я думаю, сейчас все по-другому. Пришло время рожать, Мария.

— О, ты считаешь, это схватки?

— Я уверена в этом. Поэтому сейчас мы поедем в больницу.

— Наверное, так будет лучше… Хорошо, что ты построила её для таких хрупких человечек, как я, — встав с табуретки, Мария, переваливаясь, с помощью меня направилась на улицу к машине сына.

— Рант, заводи! Началось… Вы были правы.

— Об одном прошу тебя, дорогая… — между тем шепнула мне женщина.

— О чем?

— Не пускай Арвея в родильный зал ни при каких условиях. Я не хочу, чтобы он боялся за меня. Он может просто сойти с ума и озвереть, пусть лучше остается с альфой.

— Если ты так хочешь, Мария, — согласилась с ней, ведь не знала, как обычно волки на все эти роды реагируют да и от рассказа отца. когда он загрыз мою мать еще свежи воспоминания. Наверное, и правда лучше пусть не видит крови и страданий своей избранницы. Я, разумеется, сделаю всё возможное, чтобы облегчить роды, но все может случиться.

Мы приехали довольно быстро. Молодые парни — санитары, помогли женщине опуститься на кушетку, а я на секунду сжала её руку в молчаливой поддержке.

— В первый зал её, — распорядилась, и колесики передвижной койки тихо заскользили по гладкой плитке первого этажа новой больницы.

Занявшись приготовлениями, я первым делом набрала номер местного врача, оборотня по имени Бёрт:

— Да, Линда.

— Пора.

— Уже иду, я сегодня дежурю.

— Отлично…

Это хорошая новость. Раньше только он и принимал роды у здешних женщин, а теперь мы ему построили больницу и оборудовали родильные залы, обучили медперсонал. Рождалось оборотней немного, но это не значило, что все всегда проходило гладко, иной раз спасти детей или женщину не удавалось из-за банальной нехватки оборудования и медикаментов. Теперь проблем практически никогда не возникало.

Подошел Рант.

— Арвей едет сюда. Я пойду на улицу и вызову на всякий случай своих бет, — сообщил бурый волк и оставил нас.

— Линдора! — простонала женщина.

— Да?

— Ты обещала, а он вскоре будет здесь, — встревоженно предупредила Мария, напрягаясь от очередной схватки.

— Я уже сказала тебе, что твой волк не переступит порога родильного зала, пока ты не разрешишься от своего бремени.

— Поверь мне… Тогда тебе необходимо баррикадировать двери!

Что за странные страхи.

ГЛАВА 26

Я с улыбкой покачала головой, выслушивая безумную идею своей пациентки. Порой женщинам в такие моменты в голову приходят самые невероятные мысли.

— Для этого рядом альфа. Понимаю твое волнение, ведь некоторые самцы слишком тяжело переживают этот период. А бушующий в ярости оборотень опасен для своей стаи.

— Мужчины на самом деле такие слабые.

— А теперь успокойся и дай мне тебя осмотреть. Могу вколоть обезболивающее, но на него сильно не рассчитывай, у тебя в крови волчья составляющая, она дезактивирует любые вещества, воспринимая это как вред для жизни малыша и их матери.

Разговаривая с женщиной, я старалась отвлечь её от беспокойства и усиливающихся схваток. Установив на кушетке специальные опоры для ног, я расположилась рядом с Марией, надела перчатки и занялась исследованием состояния будущей роженицы, проверяя, насколько открылась матка.

Мысленно я благодарила альфу, что он рядом, надеясь, что он и правда поможет в случае с проявлением неожиданной агрессии у Арвея. И тут до моего сознания дошло, почему волк Марии мечется и не находит себе места — он чувствует все ее страдания, это судя по всему, способность у истинной пары. Я вспомнила, как переживала боль Ранта, когда он думал, что та растерзанная Тором девушка это я, считал, что он меня навсегда потерял.

Оборотень идет на поводу своих рефлексов защитника, уничтожая всех на своем пути и в том числе угрозу любимой женщине.

Скрип открывающейся входной двери привлек наше внимание, заставив нас насторожиться. Я быстро поднялась с табуретки и выглянула в коридор. Ощутив в темноте помещения знакомый аромат нашего врача, я облегченно выдохнула:

— Берт, к счастью, это ты.

— Когда я шел по коридору, мне показалось, что за окнами кто-то следил, — нервно произнес старый волк

— Скорее всего, Арвей. Ты закрыл двери на замок?

— Да, но вряд ли он его удержит.

— Двери металлические и многослойные — пару минут продержатся, в случае чего, этого хватит, чтобы альфе и остальным его скрутить.

Начавшиеся глухие удары, сотрясающие здание небольшой двухэтажной больницы немного оптимизма у нас поубавили.

— Надо бы поторопиться!

— Все идет, как надо.

Снова удар, заставивший вздрогнуть.

— Хорошие двери!

— Выдержат…

***

Тор с Рантом как раз успели к тому моменту, когда будущий папаша, наполовину превратившись, царапал когтями дверь. Рант грозно зарычал, давя силой на более слабого оборотня, призывая того успокоиться и вернуться в человеческую форму. Но зверь настолько впал в безумство, что прорывался, даже несмотря на давление альфы.

— Арв! — закричал Рант и кинулся к мужчине, пытаясь обездвижить.

Тот упорно боролся с ним, но альфа превосходил Арвея по силе, поэтому смог оттолкнуть его от двери и откинуть во двор. Оборотень упал к ногам альфы и Рант надавил рукой ему на затылок, прижимая к земле.

— Арвей, обернись! — оборотень попытался взбрыкнуть, но альфа зарычал громче, и мужчина оказался не в силах и дальше опираться своему вожаку.

— Так-то! — выдохнул Тор.

И вот уже на земле, тяжело дыша и вздрагивая, лежал измученный мужчина. Рант присел возле него, продолжая удерживать, хоть и не с такой силой.

— Прости, альфа, — виновато прошептал буйный волк.

— Арв, ты должен контролировать себя. Сейчас Линде и Бёрту нельзя мешать, ведь они делают все возможное, чтобы помочь твоей паре и твоим детям. Нам остается набраться терпения и ждать.

— Линда, вам не стоило приходить, — устало произнес Бёрт, не спуская глаз с пациентки.

— Я нужна здесь. Я знаю это. Чувствую.

— А раньше такое бывало?

— Не задумывалась… У меня было множество других обязанностей, — призналась доктору.

Я быстро подошла к измученной Марии. Пот стекал по её осунувшемуся лицу, глаза то и дело закрывались, а дыхание было тяжелым и хриплым. Даже несведущему в таком деле наблюдателю стало бы ясно, что роды проходят тяжело.

— Так-так… Ну, же! Давай, моя хорошая, я уже вижу прекрасную маленькую головку, — приговаривала я.

— Я не могу больше… Не могу…

— Ты можешь, Мария! — вдруг твердо приказала я, и мощная сила альфы заструилась по моим венам, вырываясь наружу.

— Да, Луна!

Женщина была не в состоянии отказать в подчинении более сильной по рангу самке, она еще несколько месяцев после родов будет испытывать волчьи повадки пока кровь после беременности окончательно не обновится.

— А теперь тужься, Мария!

И женщина, сжав в руках ткань простыни, последовала приказу своей Луны. Снова и снова, пока помещение не огласил первый крик ребенка.

— Я держу ее! Это действительно волчица! — заулыбалась я, передавая девочку Бёрту. — Но это не все, Мария, тебе необходимо еще немного постараться. Твоя вторая девочка тоже хочет увидеть этот мир.

— Я так устала, — выдохнула женщина. — Не могу больше… Возраст не тот.

— Что за глупости? И ты позволишь своей малышке умереть? — заговорила я. — Разве женщина не должна до последнего защищать свое потомство? Борись!

— Нет, нет, нет… — женщина замотала головой. — Я смогу!

— Тогда тужься!

— Дай отдышаться… Мне надо отдохнуть.

— Вот сделаешь это важное дело и будешь спать в красивой палате. А сейчас… Тужься, Мария! — поддерживала я.

— А-а-а-а-а-а! — последний, самый громкий крик слился с детским писком, и мы с Бёртом, перевели дух.

— Вот так, моя хорошая. Красивая девочка. Две девочки, Мария! Две замечательные, здоровые девочки!

Санитары быстро убрали, Марию отвезли в обещанную чистую комнату с двумя маленькими кроватками и спустя полчаса она вместе с малышами заснула.

А я сидела рядом с дверью в ее палату и не верила тому, что произошло. Я столько лет искала ответы на эти вопросы, а Мария — обычный человек все знала, доверившись своему сердцу. Наверное, и правда, следует меньше думать, а побольше размышлять.

Если я открою свое сердце и душу Ранту, то вполне вероятно, у нас с ним тоже будут дочки… А хотелось бы и сына — такого сильного и справедливого волка…

Усмехнулась своим мыслям. Я еще мужчину к себе не подпустила, а уже кучу детей с ним распланировала. А вообще… Это забавно.

***

Прислонившись к дверному косяку, я молча смотрела на полное восторга лицо Ранта. Я не сомневалась, что эти малышки навсегда покорят не только его сердце, но и сердца всех волков стаи. Два старших брата, влиятельных и могущественных, разбалуют их по самое не могу. По случаю рождения сводных сестренок Макс тоже прилетел на остров с огромной кучей подарков. Ох, и тяжело будет их будущим воздыхателям. Уже сейчас эти маленькие крошки вселяют в закаленные мужские сердца трепет и восхищение. Ну, кто бы мог подумать?

Глаза Ранта загадочно блестели, и мне показалось, что сейчас он представляет, что держит на руках своего собственного ребенка, а не сестру. И от этой догадки мне стало так тепло и хорошо. Я даже не сомневалась, что смогу когда-нибудь подарить ему такое же счастье, а может и не одно. И от этого понимания я ощущала себя самой счастливой на свете.

Я готова была рисковать так, как Мария, терпеть каждодневные анализы и все муки трудных родов, лишь бы ощутить, как это — держать на своих руках частичку себя и своей пары. Слышать писклявый крик, пересчитывать маленькие пальчики, смотреть на пухленькие щечки и еще темненькие глазки… А когда малыш впервые обернется, то будет похож на мохнатый комочек. Как представлю, сразу слезы умиления наворачиваются на глаза.

Сейчас перед глазами стояла ожившая картина моей мечты. Моя пара, держащая на руках нашу малышку. Но видение рассеялось, словно туман, стоило Ранту передать ребенка отцу семейства, на одной руке которого уже лежал спящий сверток. Арвей выглядел сильно растерянным, и все сразу заулыбались.

— Никогда я держал ребенка на руках, а тут целых двое, — тихо прошептал он.

Голос мужчины звучал настолько трепетно, с такими нотками страха и благоговения, что вызвал умиление у всех присутствующих. Мы с Рантом невольно переглянулись, обменявшись улыбками. Глаза Арвея постоянно перебегали с одного крохотного личика на другое, стараясь найти хоть какие-то отличия, но девочки были настолько похожи, что это удавалось мужчине с большим трудом.

— Мне до сих пор не верится… — прошептала я то ли самой себе, толи в пространство, но все меня слышали и были солидарны.

— Пошли… Ты устала, — ощутила, как крепкая рука обхватила мою талию.

— Да, ты прав…

Хочу прогуляться пешком. Мой дом все равно не далеко.

— Ага…

Но Рант не был бы собой, если бы не последовал за мной. Скрадывая шаги, он бесшумно двигался сзади, оберегая мой покой и обеспечивая безопасность. Но я, в отличии от него в стае чувствовала себя уверенно.

Уже зайдя в дом, я резко остановилась в гостиной и поинтересовалась:

— Именно поэтому ты хочешь устроить Великую охоту?

— Да, чтобы было больше истинных пар. Но никто не будет никого убивать и похищать. Все будет исключительно проходить по обоюдному согласию.

— Ага, девушек завезут в чащу и бросят со словами: "Не бойтесь крошки, это будет весело, возможно в этот раз даже никто не умрет"!

— Что-то типа того! — рассмеялся альфа. — Скоро все узнаешь. Осталось всего несколько часов… И тогда…

— И что тогда?

— Ты станешь моей.

Сильные руки мягко легли на девичью талию, и мужчина крепко прижался ко мне со спины, обжигая своим дыханием нежную кожу шеи. Я замерла, ощущая, как, пробуждая желание, побежали по позвоночнику мурашки. И невольно потерлась ягодицами о твердую выпуклость в его штанах.

— Спасибо, что помогла матери, — тихо прошептал Рант, нежно целуя за ушком.

— Тебе не стоит благодарить меня. Мне кажется, что это мое предназначение. Это то, ради чего я живу, — я так спокойно это произнесла, словно помогать детям появляться на свет для меня теперь самое обыденное дело.

Но мужчина знал, что это неправда. То, что делала я, граничило с чудом, и это чудо требовало от меня колоссальных затрат сил. Глубоко внутри себя он ощущал мое полное истощение и усталость, а еще некую неуловимую печаль.

— Расскажи, Линдора, что тебя тревожит?

Я слегка пожала плечами. И это желание отмолчаться встревожило Ранта еще больше. Так не должно быть между половинками истинной пары. Для них не существует границ, потому что их отношения строятся на более высоком уровне. Полное и безграничное единение души. Слепое и абсолютное доверие. Он чувствовал меня, а сейчас понимал, что я не договариваю.

— Доверься мне, — ощущая отчаянье из-за внутренней отстраненности любимой, с надрывом прошептал мужчина, в который раз убеждая себя дать мне еще немного времени.

Я вздрогнула в его руках, но промолчала. Рант уже решил не настаивать, когда тишину нарушил еле слышный мой голос.

— Я открыла новый уровень власти над волками… Самками. Ты… мне пытался об этом рассказать, а я не понимала, что это значит и именно сегодня, природа подсказала. Я — Луна клана, альфа-самка. Откуда ты узнал?

— Я…

— То есть это мой путь. А рождена сильнейшей альфой и мне на роду написано обеспечить самками наш вид… Понимаешь?

— Ну… Это здорово, правда?

— Да…

— И что же тебя тревожит, моя королева?

— Что ты все продумал, обложил меня со всех сторон и сам лег поперек моего пути, не перешагнуть не объехать! Вот что!

— Наверное, это мое предназначение… Вправлять мозги альфо-самке…

Захотелось его стукнуть. Вот гад… симпатичный!

Я надула губы. Трудно смириться с тем, что тебя обыграла сама природа.

Рант резко развернул меня. Сжав мое лицо в своих ладонях, он твердо посмотрел в печальные глаза любимой.

— Я люблю тебя. И буду любить всегда. И зверь в этом со мной полностью согласен, — твердо произнес он. — Но я хочу, чтобы ты понимала одно: мы — истинная пара, а волк никогда не ошибается.

— Рант…

— Никогда, слышишь меня? И не смей спорить со мной, это бессмысленно.

— С природой не поспоришь?

— Вот именно.

Почему-то было приятно от всех этих слов, и обидеться не получилось, хотя я усердно пыталась.

Мужчина с нежностью коснулся моих губ, и я не могла не ответить. Мы пили друг друга с жадностью, свойственной лишь умирающим от жажды, пытаясь утолить боль и отчаянье. Я не знала, что больше меня задевало — его уверенность в том, что я та самая единственная, или надежда на мою капитуляцию, которая так явственно чувствовалась в его голосе.

— Эй! — прошептал Рант, отстраняясь от моих губ, почувствовав, что мои мысли далеки от волнения страсти.

Пытаясь скрыть выступившие на глазах слезы, я спрятала лицо на его груди, согреваясь теплотой мужских объятий.

На сердце у меня было тревожно, неспокойно. Вроде бы все хорошо…

Что-то приближалось, что-то, чему не хотел верить Рант, чему не хотела верить даже рациональная часть меня самой, а вот душа кричала, предупреждая.

Оборотни всегда верят своей интуиции и предчувствиям зверя. Но так как последнего в ней уже не было, то оставалась только интуиция, которая не просто шептала, а кричала — тучи сгущаются.

ГЛАВА 27

Поспать не получилось.

Стоило вернуться в спальню, я вспомнила, на чем мы там остановились и что Рант самым наглым образом накануне ко мне переехал. А еще наступил неожиданно рассвет этого волнительного дня.

Побежала вниз, чтобы напомнить альфе, чтобы собирал барахлишко и валил обратно в свое логово. И столкнулась с ним внизу, он давал какие-то указания своим бетам. Они молча кивнули мне в знак приветствия.

— Милая, я хотел принести тебе завтрак в постель, но не успел, — извиняющимся тоном добавил Рант. — Так что твой завтрак дожидается тебя на кухне.

Сбитая с толку я перевела на него взгляд и уже открыла рот, чтобы высказать ему все, что я об этом думаю, но он снова меня опередил.

— Давай, Линда, пока все не остыло, — с этими словами он хлопнул меня по попе, после чего повернулся спиной и скомандовал: — Вперед, сегодня важный день.

Шокированная, я посмотрела на оборотней, на лицах которых, казалось, поселилась глупая улыбка. Они поглядывали на меня с выражением, какое ей видеть никогда в жизни не доводилось, и я, желая скорее скрыться от этих взглядов, сбежала в кухню утолить голод, забыв и о той речи, что приготовила для Ранта, и о планах выгнать его любой ценой.

А там, с улыбкой победителя попивал кофе альфа, развалившись в плетеном кресле и скрестив длинные ноги.

И вот теперь передо мной предстал совсем другой Рант. Такому я никак не смогу дать отпор, так и не найдя слов, чтобы противостоять его нерушимой логике. Он беззаботно поселился в моем доме, и я не смогла с этим ничего поделать, лишь глупо хлопала ресницами.

Влюбленная дурочка!

Я сама рыла яму своему сердцу, зная, что если я ошиблась на нем появится еще один рубец.

— Что ты затеял в моем доме?

— Мне же нужно где-то работать? Перевожу все необходимое.

Я закусила губу. Не хотелось ругаться… Надоело.

— Не хмурься! Я так и вижу, какие мысли крутятся у тебя в голове, — прозвучал за спиной голос бурого волка.

Я с неохотой посмотрела на него, уперлась взглядом в такой идеальный торс и тут же перевела глаза на тарелку с яичницей и явно недожаренным беконом. Впрочем, это было естественным для оборотней, ведь все-таки сырому они отдавали намного большее предпочтение.

— Когда рожать Ринае?

— У нее один малыш в чреве… Я только познаю особенности беременности человеческих женщин будущими оборотнями… Поэтому с точностью не могу утверждать, когда подойдет её срок, остается только ждать…

— Знаешь, ожидание — это самая худшая в мире вещь, — хмуро заметил Рант.

Я промолчала, понимая, что это было сказано не только из-за блондинки Эдара.

— Ты зря все это затеял, — наконец тихо заговорила я, упорно стараясь не смотреть на собеседника.

— У меня противоположное мнение, — в его голосе слышалась твердость.

— Ты не можешь решать за меня, а я свое решение не поменяю.

Ироничный смех разнесся по комнате.

— Милая, ты забываешь, в каком мире живешь. Ты остаешься оборотнем. а мы — стая… К тому же, мы это уже обсуждали. У меня такое ощущение, что в наших спорах мы ходим по кругу.

— Я вызову тебя на бой! — я не шутила. — Если ты меня победишь в честном поединке… Я признаю тебя своим альфой. Ты прав, я оборотень и, следовательно, власть должна передаваться по нашим законам, а ты забрал ее у меня не честно. Рабыней бесправной я твоей не стану!

Рант быстро подошел ко мне и нежно взял за подбородок, приподнимая лицо и заставляя посмотреть на него.

— Я никогда так не думал о тебе и не желаю от тебя слышать подобного. В тебе столько всего заслуживающего не просто уважения, а безграничного восхищения… Ты — сильная самка, которая смогла выжить в условиях, в каких бы не каждый самец смог. И ты — моя пара, сколько бы ты ни пыталась переубедить себя в обратном, — он сделал паузу, вероятно ожидая, когда понимание смысла его слов отразится в глубине женских глаз. — И только из-за моей глупости на тебе до сих пор нет связующей марки. Но полнолуние сегодня, и тебе не скрыться от жаждущего волка. Помни об этом… — он снова замолчал, а после улыбнулся игриво и добавил: — моя невестушка.

А он прирожденный оратор. Надо же такую речь толкнуть. Даже на минутку поверила.

Быстро наклонился, поцеловал меня в лоб, развернулся и, насвистывая, вышел из комнаты, возвращаясь к улыбающимся оборотням, которые делали вид, что ничего не слышали.

Я сидела, словно громом пораженная. С одной стороны, меня до боли тронули слова мужчины, а с другой — его наглость вызывала дикое бешенство. Игривое поведение, которое он демонстрировал, заставляло меня чувствовать себя просыпающимся вулканом. Как разумная женщина я признавала, что именно это ему во мне и нравится, но как самку эти выходки возмущали меня до такой степени, что казалось, еще немного и я его покусаю. Рядом с таким Рантом она чувствовала себя глупой, и это раздражало еще сильнее.

Но его слова все же зацепили меня. Они медленно проникали в самую глубину моей души, посылая тепло по всему телу.

Можно ли ему верить?

Можно ли поддаться тому чувству, что звучало в его голосе? Забыть на мгновение обо всем и позволить себе оказаться в его руках?

Ведь так хотелось… Это была моя заветная мечта…

Нет. Я — дочь черного волка, самого могущественного альфы за все существование оборотней. Я не могла себе позволить такую наивность, как бы мне ни хотелось. Моя жизнь и так слишком сложна, и я не собираюсь осложнять её еще больше.

Тогда возникает интересный вопрос.

Почему же я не выгоню его из своего дома, а наоборот, позволяю утащить себя в водоворот этого сумасшествия?

Даже не заметила, как за всеми этими размышлениями съела весь завтрак. Слишком часто последнее время я впадала в такое состояние. И всему виной наглый, напористый, сексуальный бурый волчара. Это он превратил мою жизнь в хаос, и теперь я не знала, как из него выбраться.

Молодые оборотни с готовностью выполняли приказания своего вожака. Этот нахал решил устроить в моем доме себе рабочее место, наивно полагая, что я не против. Волки разместили в гостевой спальне шкаф, занесли стол, а сейчас подключали компьютер и расставляли на полках книги. Движения были быстрыми и четкими. Но самое главное, тихими. Настоящие хищники. Даже такую простую работу они выполняли со звериной грацией. Покачав головой, я вернулась на кухню. Оказалось, тут позавтракал целый взвод… Решила, что обязательно следует купить посудомоечную машину, раз уж мой "парень" большая шишка и к нему постоянно теперь будет наведываться куча народу.

И когда последняя вилка была помыта и я запрокинула голову, разминая шею, нежные руки альфы легли на мои плечи. Я подняла голову, пытаясь заглянуть себе за спину, но мужские руки мягким нажимом заставили меня снова посмотреть вперед. Он нежно убрал волосы с шеи, а его пальцы стали творить чудеса, посылая по моему позвоночнику расслабляющие волны. Они двигались нежно и ласково, сводя с ума и даря наслаждение.

— Тебе бы отдохнуть, Линда, — его дыхание пощекотало кожу на шее. — Я бы приказал парням убрать за собой…

— О, как ты вжился в роль… Удобно, ничего не скажешь! — поддела его я.

— Власть очень балует… Понимаешь, что можно всё.

Дернувшись, вырываясь из сладкого дурмана, и отстранилась, выронив при этом полотенце. Взволнованно посмотрела на яркую улыбку Ранта, и мои брови сошлись на переносице.

— Не бойся меня, я не кусаюсь, — игриво прорычал он. — Ну, может совсем немного…

Выражение лица не изменилось. Шутник, однако.

— Ладно, ладно, — поднимая руки вверх, произнес он. — Много и сильно кусаюсь. Но тебе это понравится.

— Не говори ерунды, — наконец взяла себя в руки. — А где другие оборотни? Уже ушли? Посуда чистая появилась, можно попить чаю…

— Тебе не нужен никто, кроме меня, — только он мог произнести эту фразу одновременно и серьезно, и с искрами в глазах. — Но если тебе интересно, мы закончили несколько минут назад. Они ушли, не став прощаться, видя, что ты занята.

— О, надеюсь, они не решили, что я не оказала им должного почета? — заволновавшись, пробормотала я.

— Это они должны оказывать тебе почет, а не наоборот! Ты — пара их альфы! Так что выкинь эти глупости из своей прекрасной головки.

— Я не твоя пара! — снова взбунтовалась она. — И я не о духовном единстве, здесь все понятно…

— И опять по новой, — с вымученной улыбкой вздохнул Рант. — Линдора, я отвлек тебя, потому что лечу на материк по делам и хотел узнать, не нужно ли тебе чего.

— Нет, у меня все есть. Но если понадобится, я и сама могу слетать. У меня свой самолет.

— Ты разве не помнишь? Ты не покидаешь пределы нашей территории без меня. Мне кажется, мы уже давно решили этот вопрос.

Мое лицо пошло красными пятнами при воспоминании о том, как мы его «решали».

— Вижу, что помнишь. Вот и замечательно, — его глаза смягчились, но огонь так и не потух. — Тогда до вечера, Линда. Сегодня наша ночь.

И прежде чем я успела сообразить, что он собирается сделать, Рант наклонился и накрыл мои губы своими. Я не смогла оказать сопротивление, даже не пыталась. Мои губы приоткрылись мгновенно, только почувствовав приближение его уст. Рант поглотил тихий вздох и ворвался языком в глубину моего рта. Он притянул меня к себе, целуя жадно и с чувством превосходства. Мои руки вцепились в мужскую рубашку, и я невольно испытала разочарование, не почувствовав под ладонями его разгоряченной желанием кожи. Такая преграда раздражала, но я не позволила себе прикоснуться к пуговицам. Обойдется, и так возомнил себя королем положения.

Так же внезапно, как начался, поцелуй и закончился. Рант оторвался от меня и расцепил мои руки.

— Такая сладкая, что я не уйду, если мы продолжим, — хрипло пояснил он.

И сделал шаг назад, любуясь последствиями нашего поцелуя. Нежные губы распухли, щеки раскраснелись, а в глазах пылало желание. Потом снова притянул меня к себе.

Я сжала кулаки и оторвалась от Ранта. Его руки бессильно повисли вдоль тела, и на мгновение я увидела мелькнувшую в глазах мужчины боль. Но они сразу же снова вернули свое привычное, слегка насмешливое выражение, и он улыбнулся мне.

— Все так же недоступна…

— Не понимаю, о чем ты, бета, — передернула плечами и отошла к окну.

— Опять бежишь?

— Мне не от кого бежать, — твердо произнесла я.

— Тебе тяжело обнаружить свои чувства внутри себя, но они там есть.

Я резко обернулась и посмотрела на Ранта. Огонь злости пылал в моих глазах.

— Потому что я не изменюсь. Это тебе не хватает мужества понять то, что я сильная личность и приказам не намерена подчиняться! А ты слишком привык все контролировать… Это камень преткновения наших так и не начавшихся отношений.

— Я хочу быть с тобой, любить, целовать, ласкать, заботится о тебе и оберегать… Это нормально для любящего мужчины.

— Прости, но дальше поцелуев я не могу тебя подпустить.

— Уже скоро мне не нужно будет останавливаться. Совсем скоро…

Словно давая обещание, сказал он, после чего развернулся и покинул кухню.

Я же пришла в себя только через несколько минут, когда пульс окончательно нормализовался. В голове звучали обрывки мужских фраз, тонких намеков… Мне это все не нравилось. то он задумал? Устроить на меня охоту? Я же и так в ловушке ситуации, а он решил все усугубить? Отдать дань традициям? Интересно, что я упустила?

"Совсем скоро…" — что-то волосы дыбом становятся от неизбежности грядущего полнолуния.

ГЛАВА 28

В очередной раз убедилась, насколько опасен для меня этот матерый волк. Он прорывался сквозь выставленные мною барьеры, вытаскивая на поверхность все то, что я не желала к нему чувствовать так как это делало меня слабее. Он подобрался слишком близко к моим внутренним демонам, грозя выпустить их на свободу, а я еще не была готова к этому. Хотя… Может быть сегодня — самое время?

Что стало настоящим проклятием — мое тело недавно вошло в период овуляции. Пот струйками постоянно стекал по телу, весь дом, казалось, наполнился ферромонами.

— Течка…

Осознание этого накрыло меня с головой, хотя в преддверье полнолуния этого и следовало ожидать. Время, когда соединяются пары, когда молодые оборотни вступают в период полового созревания, а зрелые оборотни утоляют свою тягу к пребыванию на природе. Время, когда темный лес прячет под своим покровом всю дикость нашего животного мира. И единственным во всем этом, чего не учла я, было то, что мои протесты перестанут на меня же действовать, и я позволю своей волчице в полной мере ощутить на себе этот опасный период. Так было всегда, но тогда в стае не было Ранта… Поэтому я спокойно переживала "трудные" дни в одиночестве, гоняя диких зверей по лесу и наслаждаясь единением с природой.

И Рант знал об этом. Прекрасно знал. Не зря же он переехал и плюс ко всему то и дело разгуливал по дому без футболки, сверкая своим совершенным мускулистым телом с твердыми кубиками и рельефными мышцами, изредка пытаясь мимолетно коснуться меня.

А я впивалась ногтями в ладони, закусывала, стараясь восстановить дыхание, губу, чтобы не наброситься на него и не умолять овладеть мною и немедленно. Сжимала со всей силы ноги, мечтая подавить желание сию же минуту раздвинуть их перед ним, и при этом втягивала в себя соблазнительный запах мужчины, что изменился под действием возбудившихся желез, призывая меня быть готовой к его вторжению.

Мне хотелось потереться о его тело, ощутить под руками его удивительную твердость, чувствовать ускоренное сердцебиение, которое так отличалось от обычного человеческого. Я желала утонуть в нем, в его объятиях, скрываясь от всего мира, стать частью единого целого.

Это было невыносимо. Словно тебе ввели под кожу огромную дозу препарата неудовлетворенности и дикого необузданного желания секса. Вот только я знала, что одним сексом все не закончится. А с последствиями придется столкнуться утром, на свежую голову. И, понимание всего это, вынуждало искать способ избежать уготованной участи. Каждый день я ломала голову, ища способ прекратить это мучение, и каждый день ощущала приближающееся полнолуние.

А Рант при этом еще и краски сгущал:

"— Уже скоро мне не нужно будет останавливаться. Совсем скоро…"

Сегодня был тот самый день. Луна стала полной и уже виднелась на небосводе, встречаясь с закатным солнцем и рождая невероятное ощущение прекрасного. Мое время неотвратимо заканчивалось, а я так и не нашла выхода из сложившейся ситуации. Паника вырывалась наружу, лишая остатков логического мышления, и в мою голову приходили безумные мысли.

Ранта не было весь день, и я знала, что мужчина уже не вернется назад в коттедж. Как и положено вожаку, он должен будет появиться на месте сбора стаи, для проведения и контроля Великой охоты. Но слова, которые Рант сказал мне утром перед уходом, врезались в мою память. Грубые, жестокие, чувствительные слова, что заставили низ моего живота гореть в агонии страсти и неудовлетворенности.

Зазвонил мой мобильник, заставив меня вздрогнуть. Посмотрела на экран, звонил альфа. Закусив нижнюю губу, все же подняла трубку:

— Алло?

— Ты готова?

— К чему? — закатила глаза.

— Сегодня закончится твое сопротивление, моя строптивая волчица. Как говориться: "Стена падет!" Я покрою твое тело своим, врезаясь так глубоко внутрь тебя, что ты не поймешь, где заканчиваешься ты и начинаюсь я. А после я поставлю на твоем плече свою метку, тем самым соединяясь с тобой навеки. Будь уверена в этом, — его голос звучал хрипло, с ноткой дикого рычания, которое пробежало по моей коже, словно разряд электрического тока.

— Ты сошел с ума!

— Попробуй только не явиться на праздник! — угрожающе предостерег Рант.

— Я не член стаи, — в очередной раз напомнила ему.

— Попробуй только и узнаешь, что такое быть желанной добычей волка.

Его слова еще больше усилили мой страх неизбежного и панику, в то же время будоража кровь возбуждением. Мысли лихорадочно сменяли друг друга в поисках решения, которое никак не хотело вырисовываться на горизонте сознания. И тогда мне остался один-единственный выход. Такой поступок был трусостью, но больше мне ничего не оставалось.

— Я просто уеду. На одну ночь.

Побег не был идеальный вариантом, но он был вполне возможен в условиях, когда почти вся стая уже направилась на место сбора.

Да, я всю жизнь пряталась. От своих желаний, он своей сути и от него — моего самого невероятного волка. Поэтому и сегодняшний побег не будет сложностью. Конечно, я переживаю за девушек, что возможно ночью пострадают, но на сегодняшний день больница оборудована по последнему слову техники, опять же, благодаря моим стараниям, поэтому, думаю, что все обойдется. К тому же я всего лишь на несколько часов. Утром я обязательно вернусь. Просто пересижу ночь в каком-нибудь клубе-караоке, подальше от темного леса.

Разумеется, я понимала, что после этого Рант просто возненавидит меня. Волки не прощают отказов и пренебрежения, а я и так ему крови попила своими выкидонами… Значит, так тому и быть. Пришло время мужчине признать невозможность нашего союза, пока он остается альфой, пусть я и жестоко поставлю его перед этим фактом.

Стая и Рант еще смогут понять мое отсутствие на собрании, ведь я не член стаи. Но каждый из них будет ожидать, что альфа пойдет за ней, так как он уже заявил на нее свои права и подтверждал это заявление своими действиями каждый день. И в этом случае свидетелями его поражения будут все члены стаи, а для оборотня его статуса это станет жестоким оскорблением. Понимание сжало мое сердце словно тисками, но я не видела другого выхода. Нельзя поддаваться слабости.

Я быстро зашла в нашу теперь уже общую комнату и собрала немного вещей, после чего мой взгляд сам собой остановился на постели. Разбросанные подушки и скомканное одеяло вызвали тоску, а белоснежная простыня с желтыми розами — легкую улыбку. Я вспомнила, как возмущался Рант, впервые увидев, что я стелю эту простыню. Данный орнамент, видите ли, не подходил для логова большого страшного волка. Но я уперлась, и в итоге мужчина сдался. Ведомая внутренней тоской, сжимающей сердце, я стащила простынь с постели просто потому, что та пропахла Рантом, и кинула в сумку. Глупо и лицемерно.

— Я же вернусь…

Вынула ткань и швырнула в стирку…

— Что со мной… Я схожу с ума.

Наткнулась на свое отражение. Безумные глаза светились в темноте, волосы растрепались… Страшное зрелище.

— Что я делаю?

Неожиданно для самой себя рассмеялась.

Это мой мир, мой остров и мой клан, а все волки принадлежат тоже мне, я их повелительница!

Почему, я должна бежать?! Пусть он подчиниться мне или живет по моим правилам! А если не нравится, пусть убирается туда, где отсиживался целых пять лет, вынашивая коварный план захвата власти!

Да, я вдруг вспомнила, что я охотница, поэтому переоделась в соблазнительный топ и короткие шорты. Распустила волосы, нашла удобные ботинки на толстой подошве и тщательно зашнуровала их.

— Ну, что ж… Волки, поиграем?

***

— Великая охота объявляется открытой! — провозгласил альфа, сверкнув желтыми, как янтарь, глазами. — Каждый из вас, братья, выполнил задание и привел нужную пару. Пусть вам сопутствует удача! И да начнется охота! — продолжал говорить Рант.

Послышался вой, я как раз подоспела вовремя, чтобы присутствующие в лесу красотки со страху не поумирали раньше времени.

Хотя… Стоило мне на них взглянуть, беззащитными крошками они не казались. Высокие и удивительно прекрасные, все как на подбор. Причем, девчата явно любили спортивный зал и проводили там девяносто процентов свободного времени.

Может вожак подсуетился и выписал девиц по контракту? Каких-нибудь спортсменок, увлекающихся легкой атлетикой? И что он этим хотел доказать?

— Началось! — эротично потянулась смуглая девица и предвкушающе улыбнулась.

— Э… — обеспокоенно посмотрела на темнокожую гостью острова Гриф. — Тебя не смущает тот факт, что охотиться будут…

Поскольку все стояли и смотрели с задумчивыми лицами исключительно на меня, я округлив глаза, сообщила:

— На вас!

— То есть на нас, девушек? — уточнила, чувствуя, как нарастает тревога, длинноногая блондинка.

— Умная девочка, — похвалила её я. — Быстро соображаешь. А насколько ты быстро бегаешь? БЕЖИМ!!!

Никто даже с места не сдвинулся. Я тоже осталась стоять. Пять девушек разглядывали меня с таким неподдельным интересом, словно никогда сумасшедших не видели.

— Ладно, давай к делу. Когда они нас поймают, что будет? — начала выпытывать рыжеволосая плечистая фотомодель.

К нам стали прислушиваться другие вынужденные участницы предстоящего развлечения, которым выпала сомнительная честь превратиться в жертв.

— Не волнуйся так… Но лучше на месте не стоять… Давайте хотя бы шагом двинемся в сторону реки?

— ? — Рыженька встала в позу со скрещенными руками.

— Домой вернешься живой, почти здоровой и с самыми наиприятнейшими воспоминаниями, — обнадежила я.

— Это как? — спросила брюнетка, встав рядом со мной. — Охота — просто игра, что ли?

— Вовсе нет, — злорадно улыбнулась. — Это традиция нашего клана. Женщины убегают, а мужчины на нас охотятся, следуя зову плоти, и указующему персту матушки Луны. Именно в эту ночь волк находит истинную пару и может заложить плодородное семя.

— Волк, значит… — усмехнулась миловидная девушка с русой косой.

— Да расслабьтесь вы, девочки, — рассмеялась я. — Сегодня всё будет по-другому.

— Это почему же? — окинула меня оценивающим взглядом темнокожая спортсменка.

— Потому, что я вас в обиду не дам!

— Я сама кого хочешь, обижу! — оскалилась она, снимая с узкой талии хлыст. Я сглотнула. Во дает и ни грамма страху. — Меня, кстати, Лейла зовут!

— Линдора!

— Анитка, — сообщила блондинка. В её руках что-то блеснуло — это в темноте сверкнул кортик.

Свист и удар.

— Ой!

Рядом с моей головой в кору дерева воткнулся маленький топорик.

— Это еще не всё что мы умеем! — хмыкнула рыженькая.

Глазам своим не поверила, девчата начали превращаться, обрастая шерстью и отращивая длинные когти, через несколько минут рядом со мной уже находились не пять шикарных в меру накаченных моделей бодибилдинга, а пять довольно крупных волчиц.

Волчицы!

— Он нашел их… И молчал! Как есть — гад!

Я даже рот приоткрыла от восхищения, но тут же недовольно сжала губы, ругая себя за проявленную слабость. Я ведь альфа. Перекинувшись в волка, рыкнула на бурую волчицу, которая принадлежала Лейле. Пришлось нам всем немного порычать, выстраивая стратегию поведения, в итоге единогласно решили, что хватит болтать, пора выбирать себе волка на ночь!

"Девочки, охота на волков объявляется открытой!"

И шесть волчиц устремились в противоположную сторону от реки.

Вот это я понимаю — веселье!

***

Рант помчался вперед, огибая деревья и кусты, ощущая под лапами свежую листву и вдыхая прохладный воздух. Ночь, опустившаяся на темный лес, скрыла своим покровом и его. Лишь ярко-желтые глаза опасного зверя светились в полумраке. Призыв луны был невероятно сильным. Его самка пыталась убежать от него, и теперь зверь требовал настигнуть свою добычу и показать, как глупы были её порывы. Он хотел обладать ею, жаждал покрыть своим телом и поставить метку обладания, соединяясь навеки.

Зверь зарычал лишь от одной мысли, что на нее предъявит права еще кто-нибудь. Он был готов растерзать любого, кто посмеет встать на его пути.

Он приближался. Вот его нос смог наконец-то уловить легкий аромат своей любимой волчицы. Тонкий, терпкий, головокружительный, как и она сама. Так для него раньше пахла только природа, которая была их сущностью. Теперь сердцем его сущности стала эта сильная самка. Она была такая сладкая и неприступная. Гордая и отчаянная. Сильная и строптивая. Она была его волчицей. И альфа был готов пойти на все, лишь бы сделать её счастливой. Зверь на секунду остановился и завыл на луну, предупреждая свою самку и всех в округе, что идет за ней. А после снова двинулся вперед со всей скоростью, на которую был способен.

***

Я учуяла его, во мне плескалось столько разных эмоций, омывая трепещущее от предвкушения сердце. Свобода ощущалась повсюду и кураж, казалось, она смешалась с моей кровью и напитала каждую клеточку. Так легко и воздушно никогда еще себя не чувствовала.

Сама Луна мне подсказывала, что я должна делать, ибо все домыслы оказались не верными, не волк подминает самку, а волчица выбирает себе пару, прислушиваясь к зову сердца. Только победив в бою своего избранника, я смогу окончательно и бесповоротно соединиться с ним. И метка появится не только у меня, но и у него, как символ равенства нашего союза. Не будет ни победителей ни побежденных, появится пара достойных друг друга оборотней способных зачать сильное потомство — вот и всё магическое уравнение.

Он буквально летел на меня, использовав скорость его движения, против его самого же, сбила его с ног, прокатившись кубарем мимо кустарника. Бурый волк быстро сориентировался и поднялся на все четыре лапы. Моя черная волчица тоже вскочила и оскалилась.

"Так, значит?" — мысленно усмехнулся Рант.

"Да, ты мой трофей!"

Он попытался меня сцапать, но я увернулась, и мы снова начали походить на меховой клубок. Сердце бешено колотилось, мне так нравилась эта игра на грани борьбы и просто дурачества. Вроде бы все не серьезно, но стоило ему попытаться меня подмять, как тут же он получил лапой по морде.

"Ах, так!"

"А ты думал, я поддамся? Не в этот раз, милый!"

Когда я его одолела схватив за горло и прижав к земле, потребовала признание себя победившей.

"Хорошо, я сдаюсь…" — услышала на выдохе. Такая волна тепла прошлась по всему телу, вот это я понимаю, кайф. Захотелось потрогать своего волка руками, поэтому я обернулась и устроилась на нем сверху. Правда находилась там не долго, охотник тут же меня опрокинул на траву.

Время для нас словно замедлилось. Наступила тишина, даже воя не было слышно. Мы замерли, вглядываясь друг в друга.

Мое дыхание постепенно пришло в норму, а на лице появилась неуверенная, но ласковая улыбка. Я представляла, каким невероятным усилием мой волк контролирует себя, подавляя животные порывы. Вот только я, ощутив такой адреналин, больше не желала подавлять что-либо.

Руки поднялись, погружаясь пальцами в шелковистую шерсть, поглаживая и лаская. Зверь дернулся, но остался спокойно нависать надо мной, позволяя поступать по своему желанию. Я отчетливо видела каждую деталь этого могучего оборотня. Темно-коричневая шерсть с легким красноватым отливом струилась под моими пальцами, вызывая дрожь во всем теле.

Он был великолепен. Полный жизненной силы и энергии, которой его наделила сама матушка-природа. Живой образец её величия и могущества.

У меня появилось дикое желание почувствовать мягкость звериной шерсти не только руками, ощутить её всем своим телом, касаться голой кожей. Одна мысль об этом вызвала волну возбуждения внизу живота, а что же со мной будет, когда желание осуществится?

Ведь я не сомневалась, что скоро исчезнут последние преграды между ними. Но пока, ведомая каким-то внутренним огоньком, захотелось, как обычной самке, подразнить своего зверя.

Я оторвалась от земли, приподнимая таз и прижимаясь им к тому, что не давало усомниться в намерении охотника соединиться со мной. Глаза зверя опасно засверкали, предупреждая не играть в такие опасные игры, но в моей крови уже бежала новая порция адреналина, смешиваясь с диким голодом, который мучил меня с момента нашей встречи.

Сейчас казалось таким естественным лежать под этим большим зверем и чувствовать свою принадлежность ему. Я снова и снова прижималась, возбуждаясь от рыка, исходящего из горла оборотня. Его голова приблизилась ко мне его и шершавый язык прошелся по щеке, спускаясь к шее и проникая под вырез майки. Я закрыла глаза и застонала, отдаваясь горячим покалываниям вдоль позвоночника и возрастающему жару внизу живота. В эти мгновения я ощущала себя как взволнованной. Мышцы лона болезненно пульсировали, требуя вторжения.

Но вот я перестала ощущать чужой вес и резко открыла глаза. Оборотень поднялся, и потребовал продолжения игры. Мое дыхание стало чаще, ощутила внутри какое-то озорство, которое раньше всегда подавляла. Волчица вырвалась наружу, откликаясь на зов самца. Но не тут-то было. игра еще не закончилась у нас вся ночь впереди.

"Догоняй!", — скомандовала и устремилась вперед. Петляла и рыскала по лесу, пока не наткнулась на уютное местечко, вдалеке от остальных участников этой ночи. Здесь нас никто не потревожит…

Луна ярко освещала эту маленькую полянку среди темных деревьев, скрытую от прочих обитателей леса. И почему я ее раньше не видела?

Подойдя к дереву, я развернулась, наблюдая за медленным приближением своего огромного зверя. Я теперь принадлежала ему. А он мне… Эта связь, пусть еще и не скрепленная узами, ощущалась в каждом движении охотника, в наклоне головы, в обжигающем взгляде. Он шел ко мне, а я просто ждала. Его движения были грациозными и медленными. Зверь приближался к загнанной им самке. Только этот зверь желал совсем не крови. И его желание вызывало ответный отклик в моем теле. Он остановился передо мной. Тяжелое дыхание в ночной тиши звучало особенно громко. Победный вой доносился до затуманенного сознания, заставляя меня ликовать. Меня не волновало ничего, кроме болезненного жара в чреве, сигнализирующего о пике овуляции.

Наклонив голову, позволила, его зубам вонзиться, запуская свою слюну. Потом я проделала с ним тоже самое… Такой простой обряд, говорящий столько много всего друг другу, а главное, что мы принадлежим друг другу навеки.

Холодный ветерок резко контрастировал с моей пылающей кожей. Проворный язык уже добрался до сосредоточия жара, действуя быстро и целенаправленно. Громкие стоны Я разнесли вокруг, долетая до чувствительных ушей оборотней и сообщая им об успехе беты в завоевании своей пары.

"Безумно тебя хочу…"

"Так возьми уже, наконец!"

ГЛАВА 29, заключительная

Почувствовала мягкость и прохладу травы, я уже не волчица, а страстная тигрица, прижимающая тело мускулистого мужчины к своей груди. Стоило ему перевоплотиться, как он тут же набросился на меня с поцелуями, словно мучимый жаждой и добравшись до вожделенного колодца с живительной влагой.

— Пожалуйста, Рант, пожалуйста, — взмолилась я, терзаемая судорогами неудовлетворенности.

Слова мольбы порадовали слух властного альфу, еще сильнее распалив в нем желание обладания. Он резко развернул меня спиной к себе, заставляя прогнуться и выпятить зад. Руки сжали нежные ягодицы, и у меня вырвалась очередная порция сладостных стонов. Но тут все мысли из моей головы вытеснило ощущение твердого толстого органа, прижавшегося к мокрому лону. Я резко втянула в себя воздух и двинула призывно попкой. Но сильные руки удержали меня на месте, а тихое рычание предупредило, что полный контроль сейчас принадлежит опытному самцу. Я захныкала и прикусила губу, чувствуя так близко то, что желала ощутить в себе.

Он потерся об меня, размазывая мою влагу по всей своей длине, раззадоривая меня этим действием еще сильнее. Всхлипы перешли уже в настоящее нытье. Еще немного и начну умолять… Настолько сильной была моя потребность в нем. Мужчина, сделал резкий выпад, полностью погружаясь в тугое лоно, а я вскрикнула от неожиданного наполнения и невероятного наслаждения от этого, от ощущения его твердости, растягивающей мои мышцы. Даже будучи влажным и жаждущим его, мое тело, давно не знавшее мужского внимания, было напряжено. Но потом, я уже об этом забыла, отдавшись приятному процессу целиком и полностью.

Картинки реальности, звуки и тишина, все смешалось, превратившись в один единственный звук — мое дыхание с еле слышными стонами. В какой-то момент я еще больше выгнулась и с очередным, довольно громким на этот раз стоном, забилась в судорожных конвульсиях резко накатившего оргазма.

Находясь во власти наслаждения, я тонула и выныривала, воспаряла и летела вниз… Ни с чем ни сравнимое ощущение блаженства. Меня затопил экстаз, вновь и вновь окатывая теплыми волнами солнечного прибоя под названием "Счастье", где каждая следующая была сильнее предыдущей, а Рант в это время грубо брал меня, пытаясь достичь своей вершины удовольствия.

— Ты знаешь?

— Нет пока… — обманул он.

Я точно помнила, что говорила…

— Ты должен знать.

— О чем? — для того, чтобы чувствовать себя защищенной мне было достаточно даже его дыхания. Как же приятно. Я зажмурилась. — Рассказывай! Ты меня заинтриговала. Что я должен знать, но забыл?

— О том, что я люблю тебя… Всегда любила.

— Ах, это… — он усмехнулся. — Я знал. Всегда. И не забывал.

— Откуда? — захотелось возмутиться, но мне не позволили, начав целовать эротично шейку.

— Я тебя чувствую… — ласковый чарующий шепот и море поцелуев. Нет, целый океан.

Я нежилась в объятиях своего мужчины, все еще не веря в произошедшее. Неужели это случилось? Слишком просто, если смотреть со стороны. И слишком тяжело душевно, что казалось невозможно осознать этот факт. Но все еще подрагивающее от пережитого удовольствия тело, ноющее из-за метки плечо… говорили сами за себя. Теперь, я уверена, что мы с ним все сделали правильно.

Рассвет был уже близок. Звуки, издаваемые ночными охотниками, стихли, отдав лес и его постоянных обитателей новому дню.

Мы провели на поляне всю ночь, обратившись в волков и свернувшись клубками так, что не было понятно, где чья лапа и голова. А под утро убежали к себе домой, чтобы еще понежиться в кровати. Очень хотелось продолжения этой волшебной ночи, поэтому мы задернули шторы и улеглись на матрас, снова тесно прижавшись телами.

Так бы и лежала всю жизнь, чувствуя это тепло словно коконом окутавшее меня с головы до пят.

Одной рукой альфа прижимал меня к своему телу, второй же накрыл холмик внизу живота, словно показывая, что эта часть меня принадлежит теперь только ему. Его прикосновение обжигало, свидетельствуя, что лунная лихорадка еще не покинула меня окончательно. Хотя я понимала, что даже когда действие луны полностью пройдет, наше звериное притяжение никуда не исчезнет. Связь между нами нерушима. И мне это нравилось.

"Не отдам…"

"Я сам не отдамся…"

Почувствовав мое пробуждение, Рант дернулся, и я тяжело вздохнула, когда ощутила, как он стал заигрывать с чувствительными местечками.

— О, да…

— Я знаю, что нужно моей девочке…

Рука Ранта переместилась с моей талии на грудь, накрывая жаждущий внимания сосок. Эти утренние ласки несли в себе негу и томление. Еще не совсем проснувшись, моя пара непроизвольно желал подарить мне новую порцию наслаждения, хотя я пока не пришла в себя и после ночных утех.

Я откинула голову ему на плечо, удивляясь желанию стать еще ближе, хотя между ними и так не осталось даже миллиметра расстояния. Его горячее дыхание обжигало шею, и приятные мурашки побежали по позвоночнику. Водоворот оживших чувств был слишком восхитителен, чтобы не принять его.

Я изогнулась и слегка расставила ноги, позволяя руке Ранта продвинуться дальше, к месту, где уже все горело. И резко втянула воздух, когда его палец нащупал заветное и стал его поглаживать. Перехватив инициативу, оседлала его и насладилась полной властью.

О, это нескончаемый поток сладости эротического поединка.

Я была переполнена им, перенасыщена этой полнотой. В мире не существовало больше ничего, кроме него, врывающегося в мое тело. Выпады были быстрыми, резкими, сильными, той интенсивности, которая присуща только оборотням. Его зубы снова сжали плечо в том месте, где уже красовались шрамы от метки. Слабая боль, смешанная с удовольствием от грубых выпадов, добавляла ощущениям остроты, держала на грани. Я содрогнулась, вцепившись одной рукой в изголовье кровати. Тихий рык возле уха послужил предостережением и напоминанием о главенстве в их паре самца. И я желала покориться силе его зверя, поэтому позволила ему оказаться сверху и вдавить всем своим весом в постель.

— Рант… — голос охрип и звучал приглушенно, но в нем отчетливо слышалась мольба.

Губы пересохли, и я провела по ним языком, призывая его поцеловать меня. В глазах темнело, связь с реальностью терялась, оставляя только дикие, безумные ощущения, усиливающиеся с каждым рывком. Выпад за выпадом увеличивали пульсацию в моем чреве, она уже походила на агонию и казалась невыносимой. Телу требовалось вновь ощутить в себе горячее семя.

Словно угадав это желание, Рант поднял мою правую ногу выше, углубляя свое проникновение. Ворвавшись последним сильным толчком, он достиг оргазма и начал мощно извергаться в меня. Мой крик удовольствия пронесся по комнате и улетел вместе с воздухом к утреннему лесу, взбудоражив птиц и животных. Волна экстаза отключила сознание, и я отдалась во власть такого ошеломляющего наслаждения.

Время постепенно приближалось к обеду, а мы все так же лежали в объятиях друг друга и пытались задержать торопливые минутки жизни. Рант тихо посапывал в мою макушку, но я знала, что стоит мне заговорить или пошевелиться и он тут же проснётся, потому и лежала неподвижно. Прокручивая самые незабываемые моменты ночи. Ощущение полного умиротворения, заполнившее душу впервые за столько лет, было настолько новым, что страшно не хотелось его потревожить.

Я знала, что многие оборотни уже вернулись в свои дома. Кто-то этой ночью выплеснул животную дикость в соитии с волчицей, кто-то совершил сумасшедшую пробежку, сливаясь с ночным лесом, а кто-то вел за собой, наставляя, молодняк. Но каждый ответил этой ночью на зов луны.

Интересно было знать, как там дела у наших гостей с материка, оказавшихся породистыми самочками?

Значит, это правда…

Девочки и раньше рождались, но волки увозили своих малюток дочерей от греха подальше. Но теперь все по-другому и на острове появится своего рода равновесие, станет меньше крови, а Великой охотой мы будем называть брачные игры.

ЭПИЛОГ

Жизнь менялась стремительно и кардинально.

Не только моя жизнь, но и всей расы оборотней. И самое странное, что это происходило не просто на моих глазах, но и я сама принимала во всем непосредственное участие. Как пара альфы, получившая его сердце на блюдечке с голубой каемочкой, я была наравне с ним. Меня слушались и подчинялись приказам, а если что-то не нравилось, я могла и по морде надавать… Шучу. Теперь для этого у меня был бурый и сердитый волк с абсолютно несносным характером лидера. Но мы с ним уживались, как ни странно, потому что чувствовали друг друга и понимали с полуслова.

Но хоть Рант своими поступками и заслужил скандальную славу у мохнатого сообщества, но тем не менее постоянно укреплял доверие оборотней к своей силе и тем переменам, которые нес с собой. К тому же, он целиком и полностью поддержал все мои начинания, одобрил проекты.

В глазах остальных Рант, как альфа, таким образом, усиливал свою стаю, становясь могущественней с каждым днем. Хотя на самом деле он просто завоевывал всех своей правдивостью, рассудительностью и внутренней силой. И, возможно, если даже не он, то его дети приведут стаю к новой эре. Кто знает, может ему просто необходимо подготовить для них прочную основу?

Новые веянья, новая тактика и новые открытия. Альфе было бы тяжело самому нести все это на своих плечах, но на то стая и была семьей, чтобы поддерживать его и всячески помогать. И я взяла его под руку и вышагивала легкой поступью радом. Мы всячески поддерживали друг друга, и цель оказалась достигнута, волки не боялись рождения дочерей и к нам в клан постепенно вращались сбежавшие когда-то волки с целыми семьями. Представляю, как им было тяжело без стаи, они выглядели не лучшим образом, но теперь в их глазах появилась надежда на спокойное будущее и безбедное проживание на родном острове.

В ту лунную ночь наш замечательный и рассудительный Тор попался в сети к коварной и обольстительной Лейле. Поэтому мы их теперь не очень часто видели, ибо они активно наверстывали упущенные годы в разлуке до дня знакомства. Очень их понимала и даже завидовала белой завистью, так как нам с Рантом скрыться от всех на длительное время статус не позволял.

— И о чем ты так сильно задумалась, что даже не заметила моего приближения? — с задорными нотками в голосе спросил мой любимый мужчина, наклонившись и мягко целуя в шею.

— Хм, — прикрыла веки от удовольствия. — О том… — страстный шепот заставил наэлектризоваться даже самые мелкие волоски на теле мужчины, — о том, что всех привезенных тобой волчиц расхватали на пары и требуют еще.

— Против природы не пойдешь.

— Это можешь твердить любой другой волчице, а мы, дочери альфы, живем по своим законам!

— Дорогая, ты меня в могилу сведешь!

— Да, ладно! Ты крепкий и настырный! Не каждому волку даровано столько терпения, чтобы дождаться пока его единственная во всем разберется и наконец, согласится стать парой.

Рант улыбнулся.

— А поехали за покупками, — неожиданно предложил он, заставив меня рассмеяться.

— А что… есть повод.

— Да, хочу тебя побаловать.

Мой взгляд скользнул по мужчине. Это мой мужчина, крепкий, сильный, властный и отзывчивый и невероятно настырный. Я осознавала, что стала для его зверя самым настоящим даром, а он для моего тихой гаванью.

— И только?

— Ну… Не плохо бы вырваться из пут обязанностей и просто расслабиться. Что скажешь?

— В принципе… меня баловали только один раз и то из этого ничего не получилось, ибо в том курортном городке я повстречала тебя, и вынуждена была вернуться домой так и не вкусив всех прелестей жизни женщины.

— Поехали. Повеселимся, — он плавно подошел ко мне, остановившись буквально в паре сантиметров. — Нам необходимо делать не только то, что принято в нашем обществе, но и то, что делают обычные человеческие пары, а именно — ходить вместе за покупками.

— Ты сумасшедший?! Откуда у тебя взялась эта идея? — выдохнула я, но не могла не признать, что сердце мое затрепетало. Сама давно хотела, ведь в гардеробе практически нет женских вещей. А я все еще мечтаю о стрингах. Да и хочу туфли на шпильке… Все меня понесло! — Хотя не важно! Я согласно и возьми денег побольше!

— Моя карта привязана к основному счету фирмы…

— Отлично!

Что же я должна будет природе и самой Луне за этого невероятного мужчину?

Я даже представить себе не могла, чтобы какой-то другой самец мог вести себя так же по отношению к своей паре. Нет, все они были внимательны, с присущим оборотням инстинктом сверхзащитника, но ни один не повел бы свою пару на обычное человеческое свидание. По их законам самец обязан удовлетворять все потребности пары, но на деле это сводилось в основном к физическим потребностям, а о душевных задумывались лишь истинно-связанные.

— Поехали. Я знаю, тебе необходимо пополнить гардероб.

— Ты тоже заметил?

— И мы сможем заглянуть в пару-тройку женских магазинов, — на это замечание я выгнула бровь. — Нет, ты не подумай, мне нравится, как ты одеваешься, а еще больше — когда раздеваешься, но я заметил, родная, что у тебя очень мало белья и всяких кружевных штучек. Пора обживаться. Хочется тебя увидеть в тонком халатике и чулках в сеточку. а ножки чтобы украшали лаковые сапожки на каблучке или туфли…

— А ты читаешь мои мысли… — рассмеялась я, удивляясь его желаниям. Не думала. что самцов интересует прелюдия процесса. Наверное, Рант такой один, особенный.

— Я хочу тобой любоваться. Ты будешь менять наряды, а я смотреть.

— Рант…

Пресекая возможные возражения, мои губы накрыли сладким и болезненно-нежным поцелуем.

— Сегодня есть только ты и я.

— Хорошо, — уступила девушка и получила за это легкий поцелуй в губы. — Я приму душ и переоденусь.

— У тебя десять минут. Жду внизу, — снова поцелуй, а после с обреченным вздохом Рант отстранился. — Если не отойду сейчас, то мы просто никуда не уедем, а останемся здесь прочность кровати.

Я довольно усмехнулась, меня согревали эти неизменно жаркие комментарии. Знание того, что я вызываю у этого мужчины настолько сильное желание, придавало уверенности и невероятно возбуждало. Словно в руках у меня оказалась та сила и власть, которой так не хватало моей сущности.

И вот такая довольная я повернулась к нему спиной, спеша быстрее оказаться в комнате. Но как только сделала шаг к выходу, меня внезапно подтолкнули вперед смачным шлепком по заднице.

— Рант!

— Не смог удержаться, — с довольным смешком пояснил он, а в глазах пронеслись коварные искорки. — Купим пару коротких юбок!

Когда я вышла из дома, Рант уже стоял, облокотившись у своего Джипа:

— Ну что, красивая, поехали кататься?

Рант открыл дверцу, приглашая меня в салон.

— Ты невыносим, — выдохнула я, залезая внутрь.

— Скажи об этом моей маме, — подмигнул в ответ альфа.

Когда мы покидали территорию стаи, направляясь на борту частного самолета в сторону города, я на самом деле не ожидала от этой поездки слишком многого. Да, появилась возможность развеяться, вырваться из обыденности, сменить обстановку, и не больше. Но в итоге время, проведенное вместе, оказалось настолько замечательным, что мне совершенно не хотелось, чтобы этот день заканчивался.

Первое, что мы сделали, направились в торгово-развлекательный комплекс. Мы бродили по магазинам, выбирали друг другу одежду, шутили и смеялись, ели мороженое и любовались развлекательными уголками, созданными маркетологами для привлечения покупателей. Рант не замолкал ни на минуту, отпуская шальные шуточки и подкалывая меня. А еще умудрялся часто затаскивать меня в укромные места, скрытые от камер наблюдения и воровать короткие и не очень поцелуи.

Я никогда не ощущала себя настолько легко и непринуждённо. Счастье отогрело мою истерзанную сомнениями душу, и даже большое скопление народа совсем не раздражало, и не хотелось никого съесть…

И, кажется, было хорошо не только мне. Рант, будучи сильным оборотнем, должен был неуютно чувствовать себя среди такого скопления людей, но сколько бы я ни посматривала на него искоса, так ни разу и не уловила на его лице даже тени недовольства или агрессии. Наоборот, мужчина был жутко доволен собой и жизнью. Особенно после того, как выиграл в тире мне большого плюшевого зайца, с которым мне приходилось теперь таскаться.

Но совсем не огромный белый заяц был причиной так часто бросаемых на меня взглядов, а шикарный мужчина рядом. Да, я сразу же заметила тот эффект, который он оказывал на человеческих женщин. Стоило только Ранту слегка улыбнуться или просто посмотреть и девушки-продавщицы наперебой бежали исполнять любое его желание, любую прихоть. Вот это мое злило. И хоть по меркам оборотней мы были женаты, по человеческим без кольца на пальце мужчина считался практически свободным. А меня, даже если я стояла рядом, та же продавщица или официантка не считала преградой для флирта. В итоге я ловила себя на диком желании рыкнуть на этих обнаглевших баб и заявить собственные права на своего мужчину.

«Да как они смеют поедать его взглядом при мне!» — раздраженно думала я, не замечая, как сильно стискиваю в это время руку Ранта, и как он радуется этому.

Через их слабенькую связь, которая с каждым днем становилась все крепче, мужчина чувствовал отголоски дикой, практически звериной ревности своей пары и радовался этому, словно непутевый щенок, впервые увидевший свой хвост и гоняющийся за ним. Так сильно ревновать могла только самка оборотня. Так яростно и злобно. Казалось, стоит только позволить какой-то женщине прикоснуться к себе, и я разорву ее в клочья. Эту мысль подтверждало и то, как я не давала продавщице даже приложить к нему рубашку, то и дело оттесняя девушку от него.

Когда мы проходили мимо ювелирного магазина, Рант резко остановился и развернул меня лицом к себе, чувствуя, что я сейчас взорвусь.

— Что такое? — удивилась я, наталкиваясь на серьезный взгляд мужчины.

— Ты же знаешь, что наша связь намного больше значит в мире волков, чем обычный брак?

— Тс-с! — она приложила палец к его губам. — Говори тише!

Я огляделась вокруг, но никто не обращал на нас внимания.

— Мы никому не нужны. Расслабься, родная, — усмехнулся он, целуя тоненький пальчик, а когда я резко, словно обжегшись, отдернула его, громко рассмеялся. — Так вот, даже зная и соблюдая все законы нашей расы, ты все равно ревнуешь меня к человеческим женщинам.

— Я не ревную!!!

— Линда, ты единственная для меня. И я хочу, чтобы это видели все вокруг. Поэтому… — он сжал руками мои плечи, посмотрел прямо в глаза и резко развернул направо, направляя к ювелирному магазину.

Я озадаченно нахмурилась. Рант мягко подтолкнул меня в спину, пододвигая к улыбающейся из-за стойки девушке-консультанту.

— Поэтому, — зашептал он ей в волосы, — я хочу, чтобы мы носили человеческий символ супружества. Кольца.

— Да… не… Серьезно?

Рант, лучезарно улыбаясь, подвел меня к сверкающим витринам. У меня глаза разбегались от всей этой красоты. крашений никогда не носила, да и не было их у меня.

— Добрый день.

— Здравствуйте, — на этот раз даже улыбка другой женщины не подействовала на шокированную меня. — Что вас интересует?

— Понимаете, мы недавно поженились…

— Поздравляю.

— Спасибо. Но, к сожалению, по личным обстоятельствам мы не смогли обменяться кольцами и теперь хотели бы это исправить.

— Я вас поняла. Вот здесь у нас представлены замечательные обручальные кольца, — девушка повела рукой направо, указывая его взгляду нужное направление. — Какой материал вас интересует? Золото? Серебро?

— Золото. И желательно белое.

— Вот прекрасный вариант, — девушка достала из витрины бархатную подставочку с кольцами.

У меня буквально дар речи пропал. Неужели это происходит со мной? Я как во сне протянула Ранту руку, когда тот выбрал один комплект и попросил примерить. Он медленно надел кольцо на мой безымянный пальчик.

И вроде бы все вокруг нас осталось таким же обыденным: люди сновали туда-сюда из магазина в магазин, парочки продолжали сидеть на лавочках, дети с криками по-прежнему тянули родителей в магазин игрушек, но мне вдруг показалось, что мир изменился, стал волшебным, сказочным. Я не могла выдавить ни звука, в душе бушевал настоящий ураган.

Я подняла глаза, надеясь, что Рант и без слов поймет мое состояние, и увидела подтверждение этому в любящем взгляде, в котором таилась такая же буря. Словно не существовало больше никого. Только он и я.

— Люблю тебя, — тихо проговорил Рант, и впервые я спокойно кивнула в ответ на его слова, принимая их правду.

Мужчина же безумно обрадовался этому шагу навстречу с моей стороны. Он ощущал мою любовь при помощи нашей тонкой связи. Еле уловимые отголоски тепла разливались по его крови, наполняя зверя удовлетворением. Если его самка довольна, то и он счастлив.

— У вас прекрасно наметан глаз, — с восхищением заметила продавщица, наблюдая, как я кручу перед собой руку с кольцом. — Первый же комплект — и настолько понравился вашей жене.

— Просто я знаю её, как самого себя, — скорее для меня, нежели для консультанта произнес он, а после повернулся и уверенно бросил: — Мы берем их!

— Вы же еще не примерили свое!

— Линда, ты поможешь мне?

Когда мы садились в автомобиль, на город уже опускались сумерки. Небо окрасилось в тускло-розовый цвет, постепенно переходящий в фиолетовый. Я, не отводя взгляда от своего мужчины, устало опустила голову на подголовник. Давно не ощущала такого умиротворения и счастья.

— Спасибо тебе за этот вечер, — тихо прошептала я, и мужчина тут же легонько сжал мою руку своей, поднося к губам.

— Не за что, любимая.

— У меня тоже для тебя есть подарок…

— Да и какой же?

— Я беременна.

***

Засыпая за полночь в нежных объятиях своего альфы, я еще раз поблагодарила мать-природу за то, что создала нас именно такими. Когда сон полностью захватил сознание, я уже знала, что ношу мальчика и девочку. И Рант снова уловил отголоски моих мыслей через их невероятно крепкую связь и чуть крепче прижал меня к себе, ложа в защитном жесте свою широкую ладонь на еще плоский животик.

КОНЕЦ

Content

Анетта Политова
Ловушка для охотника

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29, заключительная

ЭПИЛОГ