Арниева Юлия

Наследница долины Рейн (СИ)

Annotation

В прошлой жизни судьба меня не слишком баловала. Пришлось много работать, чтобы добиться успеха. Но, как оказалось, всё было напрасно, правда, осознала я это слишком поздно. А вот на вопрос: изменила бы свой путь, пройдя его ещё раз, ответ я так и не узнала. И судьба словно в насмешку предоставила мне ещё один шанс.

Теперь я Делия Рейн — та, что выжила вопреки всему. Наследница некогда прибыльного предприятия, которое за каких-то пять лет обанкротил лживый, подлый муж, и мне снова придётся много работать. Вот только в этот раз мне есть за кого бороться, и вероломная семейка получит по заслугам.

Наследница долины Рейн

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Наследница долины Рейн

Пролог

Пролог

— Ну что ж, пора… Делия Рейн вернулась домой, — со злой усмешкой проговорила. Окинув беглым взглядом родовое гнездо, решительно ступила на мощённую камнем дорожку, — а здесь не так всё плохо, как ты описывал.

— Делия, это лишь фасад, — хмыкнул Кип, ехидным голосом добавив, — у Фрэнка исключительный талант спускать монеты на хорошеньких и глупых девиц.

— Кип, как можно! Никакого почтения к графу, — едва слышно рассмеялась, благодарно улыбнувшись мужчине. Как я ни готовилась к этому возращению, но всё равно было жутко волнительно!

Дыхание перехватило, стоило мне выбраться из кареты, сердце тут же пустилось вскачь, как только я увидела особняк.

— Простите, мадам, в трущобах манерам не учат, — шутовски поклонился Кип, в ту же секунду вернув былую серьёзность, прошептал, — опасную игру ты затеяла, Дель.

— Знаю, Кип, ты уже говорил, — лукаво подмигнула, чуть замедлила свой шаг, чтобы мужчина смог опередить меня. Графство Рейн сейчас переживало не лучшие времена. Стражу Фрэнк давно разогнал, даже привратника он не смог содержать, поэтому мы беспрепятственно подошли к зданию. В особняке слуг тоже практически не было, и объявить о моём возвращении Кип решил сам.

— Мадам Делия Рейн, — вскоре громко огласил мой помощник и охранник в одном лице, широко распахивая передо мной массивные двустворчатые двери, почтительно склонив голову. Я же, гордо подняв подбородок, плавно прошествовала в холл дома, остановившись ровно в центре комнаты, пристально посмотрела на замершего у камина, ошеломлённого старика.

— Мадам? — потрясённо выдохнул старый дворецкий — единственный, кто остался в этом доме из прошлого, его губы задрожали, а глаза застили непролитые слёзы, — мадам Делия, я так рад вас видеть.

— Лудо, ты почти не изменился, — ласково улыбнулась мужчине, поддавшись порыву, сжала его сухонькую ладонь, — я тоже очень рада тебя видеть. Это мой помощник Кип и он будет жить в соседней комнате с моими покоями. Лудо, покои родителей занял мой муж?

— Да… мадам, — чуть запнулся дворецкий, стыдливо опустив свой взгляд.

— Вынести все его вещи в комнату для гостей. Сменить постельное бельё, подушки выбить и прожарить на солнце, а лучше вообще заменить. Пледы, одеяла тоже хорошенько почистить, ковры вынести и выбить. Наряды Мэдлин выставить на улицу, в своём доме я не потерплю любовниц мужа, — приказала, краем глаза заметив любопытное личико молоденькой служанки, мелькнувшее в коридоре, ведущем в половину слуг.

— Как прикажете, мадам, — не скрывая радости проговорил Лудо, верный слуга моего отца, — сию секунду, госпожа.

— Я подожду в кабинете, — произнесла, неторопливо прошлась по холлу, внимательным взглядом окинула небольшое, некогда уютное помещение. Которое, впрочем, почти не изменилось: те же высокие окна с полукруглой верхней фрамугой, тёмные панели из отполированного до блеска дерева. Тканевые обои с изображённым на них растительным орнаментом и крохотными бабочками, которых маленькая Дель могла часами рассматривать, взобравшись на кресло. Сейчас их цвет стал блёклым, рядом с камином они были покрыты бахромой сажи, а в правом углу под потолком один их край грустно свисал. Всё как в воспоминаниях, разве что исчезли фарфоровые статуэтки на камине, которые отец привозил матери из разных городов, да дорогие парчовые шторы сменили на противный коричневый бархат.

— Мадам Делия, я прикажу подать вам чай, — просипел старик, всё ещё не пришедший в себя, чуть помедлив, пробормотал, — с молоком и кусочком горького шоколада?

— Да, Лудо, спасибо, — благодарно улыбнулась дворецкому, устремилась к широкой мраморной лестнице с красивыми, коваными перилами. Верный Кип отправился за мной следом, с лёгкостью для такого тщедушного тела неся мои чемоданы.

Коридор тоже не изменился, может, сейчас он выглядел мрачнее, чем в воспоминаниях, и стал немного уже. А так те же панели, обои вновь с растительным орнаментом, но на этот раз место бабочек заняли стрекозы. Пошарпанная дорожка закрывала мраморный пол, а вдоль нее чёрной полосой тянулась въевшаяся грязь. По обе стороны коридора были размещены восемь широких, крепких, из тёмного дерева дверей с красивыми латунными ручками.

— Богато жили.

— Да, отец много работал, чтобы ни я, ни моя мама не знали нищеты. Эти земли достались ему в награду, как и титул, — проговорила, только сейчас осознав, что именно так сильно изменилось в этом мрачном ходе: не было портретов… ни одного. Презрительно хмыкнув, медленно, растягивая каждое слово, произнесла: — А Фрэнк всё уничтожил.

— Дель…

— Идём, — прервала мужчину, широким шагом устремилась к знакомой двери, за которой Дель провела своё счастливое детство, — здесь была моя комната.

— Зайдём?

— Нет, не сейчас. Он, скорее всего, там, а я пока не готова к этой встрече, — пробормотала, замерев всего в шаге от двери, за которой находился тот, ради кого я всё это затеяла, — далее покои родителей.

— Тоже не хочешь заходить? — хмыкнул Кип, каждый раз удивляя меня своей проницательностью.

— Противно, не хочу видеть их вещи, — сморщила нос, проходя дальше по коридору, — здесь кабинет отца, ещё есть на первом этаже, но в этом он чаще всего засиживался. А в большом обычно проводил встречи.

— Дель, мне проследить, как выполняется твой приказ?

— Нет, не стоит обижать Лудо, это единственный человек, который действительно рад здесь меня видеть и всегда искренне служил нашей семье, — отказалась, с силой толкнув массивную дверь, на мгновение замерла у порога, пытаясь уловить родной запах отца, но резкий аромат мужских духов и дух дешёвых сигар безжалостно стёр воспоминания детства.

— Морёный дуб, — хмыкнул Кип, не желая оставлять свои замашки и презрение к богачам.

— Отцу привёз этот стол Карей Грин, странно, что Фрэнк его ещё не продал, — пробормотала, медленно проводя ладошкой по гладкой столешнице, — здесь стоял письменный набор.

— Стол Фрэнк утащить не смог, больно тяжёл, а вот письменный набор оказался ему по силам, — насмешливо прокомментировал мужчина, окинув цепким изучающим взглядом небольшое помещение.

— Здесь сейф отца, интересно, Фрэнк его нашёл? — задумчиво пробормотала, сдвинув деревянную панель, достала из сумочки комплект ключей, который бережно хранила в шкатулке, — пыль давняя… не обнаружил. Хм, есть небольшой запас фарингов и сохранилось мамино колье.

— Сюда идут, — предупредил Кип, молниеносным движением оказавшись у дверей. Мне же пришлось спешно закрывать сейф, возвращать на место панель и быстро устраиваться в кресле.

— Мадам Делия, ваш чай, — объявил довольный Лудо, лично подав мне любимый напиток, — служанки уже в покоях, я прослежу, чтобы ваш приказ был выполнен в точности.

— Спасибо, Лудо, — улыбнулась старику, сделав небольшой глоток ароматного чая, проговорила, — как всегда, самый лучший… скажи, Лудо, а что, в особняке нет экономки?

— Есть, мадам. Гарнет рассчитали полгода как, а Лорреса приступила к службе два месяца назад по протекции мадам Мэдлин.

— Седьмая экономка за пять лет, — задумчиво проговорила, водя пальцем по краю блюдца, — и служанки тоже новые?

— Да, мадам.

— Хорошо, спасибо, Лудо, можешь идти, — отпустила дворецкого и, дождавшись, когда старик покинет кабинет, проговорила, — мне нужны верные люди, только не приводи в дом тех, кто тащит всё, что плохо приколочено.

— Лично проведу беседу.

— За каждого спрошу с тебя, — произнесла, пристально взглянув на мужчину, — здесь не трущобы, подбери соответствующий персонал.

— Как прикажешь, мадам, — почтительно склонил голову Кип, но в его глазах блеснул лукавый огонёк, — Фрэнк обычно возвращается после восьми часов и до полуночи играет в карты с друзьями.

— Отлично, будет много свидетелей моего триумфального возвращения, — невозмутимо ответила, перебирая бумаги, небрежно брошенные на столе, — закладная, ещё одна… удивительно, как много людей всё ещё верят Фрэнку.

— Он мастер ладно говорить.

— Это да, — задумчиво кивнула, невольно вспомнив наши беседы, — с частью закладных придётся рассчитаться, я не хочу потерять и клочка земли, принадлежавшей моей семье…

Больше часа мы просидели в кабинете, изучая документы, подсчитывая долги, что успел накопить мой муж за эти бесконечные, мучительные пять лет. И я была уверена, найденные закладные — это не всё, что придётся разгребать после Фрэнка. А ещё он и его отец так просто не отступят, и придётся выдержать не один бой, прежде чем мне удастся избавиться от этой семейки.

— Мадам, ваши покои готовы.

— Спасибо, — поблагодарила дворецкого, поднимаясь из-за стола, — Лудо, Кипу потребуются плотницкие инструменты, они всё ещё хранятся в кладовой?

— Да, мадам Делия, — ответил старик, с недоумением взглянув на Кипа, проговорил, — простите, мадам, но для чего?

— Установить замок и засов на двери покоев, а также на двери кабинета, — пояснила дворецкому, с сочувствием на него посмотрев, стар он слишком для такой игры, чуть помедлив, добавила, — пока в этом доме проживает мой муж, я нахожусь в опасности.

— Ох… мадам, — испуганно выдохнул Лудо, настороженно заозиравшись, прошептал, — я сейчас принесу.

— Ты его перепугала, — тотчас укорил меня Кип, стоило дворецкому покинуть кабинет.

— Лудо должен знать, что счастливой семьи у нас с Фрэнком не получится, — ответила, выходя в коридор, мысленно продолжила: «и что Делия стала совсем другой».

— Стоит его сменить.

— Да, но назначить его на более спокойную должность, — продолжила, с трепетом и затаённой грустью открыла дверь комнаты родителей. Сейчас здесь пахло свежестью и приторным цветочным ароматом: ветерок беспрепятственно залетал в открытое настежь окно, окутывая пространство чарующими ароматами летнего сада.

Мебель, ковры и даже шторы остались прежними, казалось, отец и мать только покинули покои и скоро вернутся. Но на прикроватной тумбочке не лежал любовный роман, которыми зачитывалась мама. В кресле не было шерстяного пледа отца, да и в целом комната сейчас выглядела нежилой и холодной.

— Мадам Делия, — позвал Кип, привлекая к себе внимание, — к вам пришли.

— Да? — обернулась, заметив застывшую на пороге комнаты молоденькую девушку, которая, потупив взгляд, едва слышно пробормотала:

— Мадам Делия, меня прислал мсье Лудо. Приказал разобрать ваш багаж.

— Разбирай, — коротким кивком показала на чемоданы, после чего прошла к окну, из которого открывался вид на некогда прекрасный сад. Сейчас же вид заброшенного парка наполнил моё сердце грустью — всё видимое пространство заросло сорняками, выжившие кусты роз задыхались от невероятного количества сорной травы, кои проросли даже на мощённых камнем дорожках. Буйная поросль так же скрыла уютную беседку, где когда-то маленькая Дель играла со своими подружками.

— Готово, теперь в твои покои никто не проберётся, — довольно протянул Кип, прерывая мои мысли, тут же добавив, — служанка уже ушла.

— Отлично. Я осмотрю ванную, а ты прикажи подать ужин. Сегодня останешься здесь, на диване тебе хватит места, а завтра переберёшься в комнату для гостей.

— Ты думаешь, Фрэнк осмелится?

— Я не хочу рисковать, — ответила, бросив на кровать шляпку, на ходу расстегнув пару верхних пуговиц рубахи, отправилась в ванную.

До возвращения Фрэнка оставалось около часа. И в ожидании этого момента мне казалось, что время застыло. Стрелки медленно, словно насмехаясь, едва двигались. Тени в углах комнаты стали сгущаться, а с улицы перестали доноситься привычные звуки. Будто бы весь мир замер в ожидании… и это нервировало.

— Вернулся, — короткое слово из уст Кипа прозвучало как гром среди ясного неба, отчего я невольно поёжилась.

— Да, пора, — кивнула, поправив чуть примятый подол платья, я покинула покои. Неспешно пройдя по коридору, остановилась на площадке лестницы, с высоты молчаливо наблюдая за пятью мужчинами, среди которых был мой муж. Там же, нахально усмехаясь, стояла молоденькая девушка — Мэдлин, несостоявшаяся певица и любовница Фрэнка. Судя по взбешённому виду, муж заметил выставленные на крыльцо вещи своей очередной пассии, и это ему не понравилось.

— Лудо! Как ты посмел! — визгливо выкрикнул граф Доуман, схватившись за модную в нынешнем сезоне трость, — ты сейчас же…

— Я приказала. Твоей любовнице не место в спальне моих родителей! — чеканя каждое слово, произнесла, с презрительной ухмылкой посмотрела на потрясённого мужа. Его друзья казались не менее изумленными, а вот Мэдлин была в ярости.

— Делия? — просипел муженёк. От удивления чуть приоткрыв рот, он так и не сдвинулся с места, ошеломлённо застыв у подножия лестницы.

— Завтра поговорим, Фрэнк, дорога меня вымотала, и я хочу отдохнуть. Твои вещи я приказала перенести в гостевую комнату.

— Делия⁈

— Доброй ночи, — произнесла и, больше не сказав ни слова, коротким кивком попрощалась с гостями, направилась в свои покои. Кип молчаливой тенью проследовал за мной, запер дверь на засов и только тогда злорадно хмыкнул.

— Первый ход сделан, — криво усмехнулась, устало зарыв глаза. Я погрузилась в свои воспоминания, пытаясь понять, когда всё это началось.

Глава 1

Глава 1

Наверное, всё началось в тот день, когда я узнала, что неизлечимо больна и что мой муж мне изменяет…

Это был понедельник. Пасмурный осенний день, с противным и мелким, как пыль, дождём и промозглым ветром. Перебегая дорогу, я умудрилась наступить в грязную, с радужными, маслянистыми разводами лужу и, шагая по длинным, нагнетающим чувство тревоги, белоснежным коридорам, ощущала, как в моей обуви неприятно хлюпало. В кабинете сквозь пелену гулкого шума в моей голове, к которому я за два месяца уже привыкла, слушала полный сочувствия голос врача, слепо рассматривая выданные мне результаты анализов.

В то утро я не вернулась в офис, впервые за много лет решила прогулять. За руль сесть тоже не рискнула и, вызвав такси, поспешила домой, зная, что Серёжка сегодня хотел поработать дома.

Муж стал единственным близким мне человеком… так вышло, что ни родственников, ни подруг у меня не было. Мама своих никогда не знала, воспитанница детского дома, она привыкла рассчитывать только на себя и даже не пыталась найти родных. Отец — он бросил мою мать, как только узнал о её беременности. Трусливо сбежал под покровом ночи, не оставив даже крохотной записки с объяснениями. Желания разыскать отца у меня никогда не возникало. Подруги… у меня не было времени на развлечения, я прилежно училась, потом много работала, создав свою фирму, стала работать ещё больше, позабыв об отдыхе и прочих радостях жизни.

Спустя пять лет, когда, казалось бы, можно немного сбавить ритм — заболела мама. Полгода лечения, тонны лекарств, тысячи обследований ничего не дали. Очень больно и страшно терять самое родное, что у меня было. Сквозь серый, мрачный туман я смутно помню похороны мамы, её изнеможденное болезнью лицо и участливый, полный заботы голос Сергея, который вытянул меня из пучины страха и невыносимой потери…

С того дня, дня нашего знакомства, прошло уже больше десяти лет. Удивительно, но мы идеально подходили друг другу. Оба трудоголики, тем не менее старались хотя бы раз в год выбираться в отпуск, который чаще всего проводили на море, лениво валяясь на пляже. У нас были схожи вкусы в музыке, литературе и фильмах, а отдыхать вечерами мы предпочитали дома, так как оба не любили шумные тусовки. Мы были почти идеальной семьёй, единственное, что омрачало мою жизнь — это невозможность родить малыша от любимого мужчины. Сергей спустя месяц нашего знакомства признался, что в детстве перенёс серьёзное заболевание, которое лишило его возможности стать отцом.

В тот роковой день, возвращаясь домой, сминая в руках бумаги с приговором, я невольно подумала: Наверное, хорошо, что я так и не сходила в детский дом. Болезнь мамы, доставшаяся мне по наследству, очнулась в моём теле намного раньше, и я бы не успела вырастить ребёнка. А Сергей… он не хотел, чтобы наша семья стала больше, муж лишь поддерживал и принимал моё желание, но, как выяснилось, вся наша жизнь была ложью…

Вернувшись в квартиру, надеясь получить поддержку от мужа, я узнала, что Сергей через два месяца станет отцом. И что его печальные рассказы о мнимой болезни — враньё. А наша семья — притворство. Слушая воркование пары, наблюдая за нежными, заботливыми ухаживаниями мужа за незнакомой мне девушкой, в моей голове билась лишь одна мысль: «Как я могла быть такой слепой. Он никогда не был со мной так ласков. Никогда не смотрел на меня так, как смотрел на девушку, которая носит его малыша».

Тогда я ни слова не сказала мужу, молча покинула квартиру. И задыхаясь от боли в груди из-за непролитых слёз, подавляла ужас, явившийся из глубин души — ужас одиночества. Борясь со страхом снова остаться одной, с трудом сдерживая вырывающиеся из горла противные прерывистые всхлипы, отправилась в офис. К тому времени, когда я добралась до здания, расположенного на окраине города, мои чувства притупились, а в голове созрел план. И первое, что я сделала — позвонила конкуренту, с которым, впрочем, сложились отличные здоровые отношения, и договорилась о встрече. Прежде чем покинуть этот мир, я решила подготовиться…

Продала квартиру, с условием отсрочки выезда из неё на три месяца. Продала фирму, указав в договоре пункт, что все работающие сотрудники сохранят свои места не менее десяти лет. Попросила Владимира не говорить о смене собственника минимум месяц, не хотелось «радовать» мужа раньше времени. Он же, укоризненно на меня поглядывая, считая, что я совершаю глупость, обещал организовать похороны, когда придёт моё время. Я понимала его недоумение, со стороны странно выглядело моё смирение, но я достаточно обежала врачей и даже самые именитые разводили руками. А оттягивать неизбежное, поглощая неимоверное количество лекарств, чтобы на пару месяцев удлинить свою жизнь, я не желала. Так что, озорно улыбнувшись старому знакомому и оставив себе небольшую сумму, достаточную, чтобы отправиться в короткое путешествие по стране, я перевела остальную сумму, вырученную от продажи имущества, в детский дом, где выросла мама.

Отправляясь в путешествие в один конец, я сообщила Сергею, что еду в отпуск и в этот раз хочу побыть одна. Муж не стал настаивать и даже обрадовался, с ласковой улыбкой провожая меня в аэропорт. Я тоже довольно улыбалась, сожалея лишь о том, что не увижу лицо мужа, когда он узнает, что у меня больше ничего нет и что его план провалился. А я ведь и правда, поддавшись его советам, чуть было не передала все права на фирму Сергею, чтобы, не отвлекаясь от ежедневной рутины, погрузиться в новый проект. Теперь его ожидает неприятное известие, что, кроме автомобиля, который он приобрёл ещё до нашего знакомства, у него ничего нет, да, впрочем, ничего и не было…

Моё маленькое путешествие было невероятно насыщенным, интересным и познавательным. Я много гуляла, вкусно ела, посещала достопримечательности и даже танцевала. От сим-карты я избавилась, как только приземлилась в первый пункт назначения, поэтому мне никто не мешал наслаждаться новым и неизведанным. А ещё я много общалась… знакомилась с разными людьми, слушая их истории, восхищалась мужеством, силой воли и неукротимой жаждой жизни, невольно заражаясь их верой и позитивом.

Но, к сожалению, я успела посмотреть совсем немного. Боль стала настолько невыносимой, что пора было найти укромный уголок. Лекарства, что выписал мне врач, уже не справлялись, а лишь усугубляли и без того тяжёлое состояние. От них мутился разум, кружилась голова и ужасно тошнило. А приступы, после которых на протяжении трёх дней я не могла произнести ни слова, стали появляться всё чаще.

Поэтому, попрощавшись с новыми знакомыми, я отправилась в небольшую деревеньку, которую заприметила ещё в начале моего вояжа и сняла там крохотный домик. Такой же измученный, уставший и умирающий, как, впрочем, и сама деревня. С двумя улицами и десятком живых домов, в которых обитали старички, не желающие покидать родные места.

Мало-мальски наведя порядок в избушке и познакомившись с соседями, я, как это страшно и странно не звучало бы — стала ждать своей смерти. То погружаясь в пучину нестерпимой боли, находясь словно между сном и явью, то пребывая в странной, необъяснимой эйфории, я всё же продолжала искренне верить, что это ещё не конец…

В этот раз меня разбудил неприятный скрипучий голос, словно кто-то железным гвоздём монотонно царапал по стеклу. От этого звука ломило зубы, виски простреливала боль, а во рту оставалось послевкусие крови… Так как я вот уже на протяжении целого месяца жила в домике в полном одиночестве, то было странно слушать, как этот противный женский голос желал скорой смерти какой-то твари. Не открывая глаз, внимая жалобным вздохам страдалицы, я даже на миг ей посочувствовала. Действительно, обидно прозябать в захудалом поместье, в глухой деревне, ухаживая за тварью на протяжении целых пяти лет, если всё это время можно было развлекаться в городе.

После очередного витка жалобных повторений я всё же нашла в себе силы чуть приоткрыть глаза, чтобы посмотреть на мученицу, но через мгновение потрясённо затаила дыхание, прислушиваясь к своей голове… она не болела. Выматывающая, невыносимая боль исчезла, осталась лишь слабость в теле, тошнота и горло саднило, как после продолжительного кашля.

— Мадам… сейчас, подождите, — удивительно заботливо пробормотал всё тот же голос, к моим губам поднесли кружку, — выпейте, вам будет лучше.

— Кто… — недоговорила, в мой рот потекла вязкая, противная жидкость, а потом пришла БОЛЬ! Разрывающая грудь, сжигающая нутро, ломающая кости. А голос, что совсем недавно так неистово желал смерти какой-то твари, ласково шептал, что надо потерпеть. Что всё пройдёт и станет легче…

Глава 2

Глава 2

В следующий раз я очнулась в безмолвной, звенящей тишине. Она сжимала меня в своих жутких объятиях, давила сверху словно надгробная плита, а мрак, окружающий кровать, был настолько плотным, что, казалось, его можно было потрогать руками. Неприятный, скрипучий голос, эта притворная забота и боль, последовавшая сразу за ней, теперь казались мне чем-то далёким и ненастоящим. Сейчас меня знобило от холода, а тело сотрясалось мелкой дрожью, и у меня едва хватило сил натянуть тоненькое одеяло до подбородка. Любые усилия пошевелиться отдавались болью во всём теле, голова кружилась, но не болела, и это меня несказанно радовало. А вот подняться сил уже не хватило. С кривой усмешкой выругавшись на свой упрямый отказ от помощи, я забылась беспокойным, полным странных, незнакомых образов, сном.

Очередное пробуждение случилось на рассвете. Не открывая глаза, боясь знакомой вспышки боли, я настороженно прислушалась к себе. Голова казалась лёгкой и невесомой, а привычный нестерпимый гул и давление в висках вдруг исчезли. Мысленно порадовавшись ясности разума и отсутствию головокружения, я попыталась подняться, но тело… оно будто было чужим, неповоротливым, слабым, и отказывалось мне подчиняться. С большим трудом мне удалось заглушить подступающую панику и прогнать прочь жуткие мысли о параличе, и я, стиснув зубы до скрежета, сжала руки в кулак, чуть приподнялась. И наконец осмелилась немного приоткрыть глаза, чтобы тут же их распахнуть в немом изумлении.

Комната, в которой я находилась, не была похожа на низенькую клетушку с бревенчатыми, оштукатуренными и окрашенными в белый цвет стенами. Здесь не было приземистого буфета с выстроенными в ровный ряд щербатыми кружками и блюдцами. Не было пошарпанного кресла и полосатых домотканых дорожек на дощатом потёртом полу. Эта комната была просторной, с огромной кроватью в центре, массивным шкафом у стены с поблёкшими от времени обоями и оттоманкой у широкого окна, сквозь которое пробивался розовый с золотом свет.

Изумлённо осматриваясь, гадая, как я могла очутиться в этом незнакомом месте, мой взгляд невольно отмечал вычурные лампы, стоящие на прикроватной тумбочке и на большом письменном столе. Кресло из тёмного, отполированного до блеска дерева, на котором был кем-то небрежно брошен плед, тоже поражало своими необычными формами. Небольшой, сложенный из красного кирпича камин со следами сажи восхищал кованой решёткой и невероятно красивой подставкой для кочерги и совка. Несколько деревянных рамочек с портретами на его полке тоже привлеки моё внимание своими витиеватыми узорами и позолотой. Медленно переводя свой взор с небольшой рамки с портретом ребёнка двух лет, показавшегося мне смутно знакомым, на свои руки, я некоторое время оторопело рассматривала худые, бледные до синевы пальцы. С недоумением взирала на виднеющиеся под прозрачной кожей тоненькие голубые вены, на аккуратные ноготки, безрезультатно ища след ожога на запястье и рваный шрам после запоминающейся встречи с соседским псом.

— Как такое возможно, — ошеломлённо просипела, рассматривая небольшое колечко с маленьким красным камешком на левой руке, обратила свой очумелый взгляд на крохотную ступню, торчавшую из-под одеяла, пробормотала, — это не…

— Мадам! — не дала мне договорить круглощёкая девица, неожиданно шумно ворвавшаяся в комнату. Невысокая, пышнотелая, с пухлыми губами и тоненькими бровями, которые терялись на её широком лице. На девушке лет двадцати пяти на вид было надето необычное платье из травчатого люкзора (определение ткани, как-то само вдруг возникло в моей памяти). Его верхняя часть плотно обтягивала поистине выдающиеся формы, а вот юбка, собранная в небольшую складку на талии, свободно и естественно ниспадала на бёдра. Туфли на высоком каблуке с большой пряжкой спереди, выглядывающие из-под подола, казались грубыми и неаккуратно сшитыми. Рассматривая их, в моей голове всплыло незнакомое мне слово «Кромвель», и я была уверена, что эти странные туфли назывались именно так.

— Мадам Делия, — испуганно выдохнула девушка, прерывая мои рассеянные мысли. На её лице неожиданно промелькнули бессильная злость и досада, но они тут же были стёрты ласковой, заботливой улыбкой, — мадам Делия, вам лучше? Как же я рада! А я говорила, что микстура вам обязательно поможет. Сейчас принесу вам завтрак, а после выпьем лекарство.

Заботливо воркуя, не дожидаясь моего ответа, девушка метнулась назад к двери и уже через секунду закатывала в комнату небольшой столик, на нём стояла миска с сероватой массой, кружка с водой и бутылочка из тёмного стекла.

— Вы сегодня чудесно выглядите, — продолжала угодничать девица, бережно поправив на мне одеяло, — сейчас съедите кашу, силы к вам вернутся, и мы погуляем с вами по саду.

— Мне не хочется, Ора, — просипела хриплым голосом, отворачиваясь от поднесённой ложки с серой, не вызывающей аппетит кашей, — я хочу выпить чай.

— Но… мадам Делия, — жалобно застонала то ли сиделка, то ли служанка, притворно нахмурив брови, — вам нужно поесть… ну хоть ложечку.

— Нет, Ора, — твёрдо произнесла, с удивлением прислушиваясь к своему, но такому чужому голосу, вдруг потрясённо застыла, осознав, что мне знакомо имя девушки, которую я впервые вижу.

— Мадам Делия, мсье Эмиль будет недоволен, — укоризненно проговорила сиделка (а я почему-то находилась в полной уверенности, что эта девушка именно моя сиделка), она, вскоре мягко улыбнувшись, добавила, — тогда выпейте микстуру, а я принесу вам чай.

— С молоком и кусочком горького шоколада, — зачем-то уточнила я, послушно выпивая вязкую как патока и приторную как мёд жидкость, которая тотчас обжигающей лавиной, хлынула по моему горлу, растекаясь внутри, принялась терзать грудь судорожным кашлем. Следом острая боль пронзила живот, она рвала меня на части и сводила с ума, а голова медленно превращалась в сгусток невыносимой боли, и по мере того, как она усиливалась, неясные образы, чужие воспоминания становились чётче и насыщенней…пока благословенная темнота не поглотила мой разум, даря долгожданное облегчение.

Не знаю, сколько времени я пробыла в беспамятстве, но стоило мне только чуть приоткрыть глаза, как яркий свет больно по ним резанул. Пару раз моргнув, снимая белёсую пелену, я несколько мгновений лежала неподвижно, собираясь с силами, прислушивалась к телу. Голову больше не сдавливали тиски. В груди немного ныло тупой, тянущей болью. А туман, что заслонял неясные образы, наконец исчез, открывая мне чужие воспоминания, которые я принимала за свои. Было странно, но удивительно естественно прокручивать в голове сразу две параллели жизни… мою и Дель.

Сейчас обрывки воспоминаний будто в ускоренной перемотке складывались в правильную картину. Словно разбросанные пазлы, они собирали мою новую жизнь по кусочкам. Мои мысли стали живей, ярче, не скованные болью, они роились словно в пчёлы в потревоженном улье. Сопоставляя воспоминания моей предшественницы и свой небогатый опыт, мне стало многое понятно.

Делия Рейн — любимая дочь, обласканная и желанная. Она была тихим, послушным, мечтательным ребёнком. И она ничуть не изменилась, выросши и превратившись в красивую девушку. Отец её баловал, мать очень любила, но Дель никогда не злоупотребляла их добротой и щедростью, напротив, сама искренне любила маму и отца. Но как всегда в любых мирах, прекрасные и чудесные времена порой заканчиваются. По необъяснимым обстоятельствам родители Делии погибли, и в одночасье восемнадцатилетняя девушка осталась совсем одна. Растерянная, убитая горем, Дель доверилась другу и партнёру отца. Сначала положилась на старшего Доумана и отдала ему в управление всё своё имущество и даже слугами в её доме он распоряжался. Но и этого семье Доуман оказалось мало, красавец и любимец всех молоденьких девиц не слишком долго усердствовал, соблазняя неискушённую Дель, и вскоре, выдержав положенное время траура, девушка вышла замуж за Фрэнка Доумана. А после, когда родился сын и наследник, её начали травить. Медленно, на протяжении целого года подливая яд, от которого Делии становилось дурно и мутился рассудок. И на этом Фрэнк не остановился, не жалея молодую супругу, показательно водил её по светским раутам, демонстрируя всем, как бедняжка болеет. А после сослал сюда, в старое поместье его бабки, в продуваемое здание, находящееся на окраине городка Диншоп. И вот уже не протяжении пяти лет никак не может дождаться, когда жёнушка отдаст концы. Ведь согласно завещанию отца Делии, которое огласил поверенный, друг и свёкор в одном лице: «Единственной наследницей долины Рейн, кирпичного завода и прочих богатств остаётся Делия или её дети».

Спустя, наверное, час, приведя свои мысли в порядок, я с трудом приняла вертикальное положение и осмотрелась. Комната была пуста, утренние лучи проникали сквозь прозрачные занавески, заливая комнату мягким, приветливым светом. Боль в груди понемногу отступала, голова была ясной и полной идей, а душа требовала отмщения. Бедняжка Делия до самой своей смерти безоговорочно верила мужу, его отцу и своей сиделке, послушно выпивая яд, надеясь на излечение и скорую встречу с сынишкой.

Горестно вздохнув, я невольно покосилась на небольшой столик, который так и остался стоять рядом с моим ложем. Со злостью и праведным гневом взяла флакон с отвратительной жидкостью в нём, вертела и так, и эдак, глядя на отблески солнца на гранях закупоренной бутылочки, прошептала:

— Я уже не та Делия Рейн, любимый Фрэнк.

Глава 3

Глава 3

— Ора-а-а, — умирающим голосом простонала я, мысленно себе поаплодировав. У меня явно прогресс и стонать выходит с каждым днём всё лучше и лучше.

— Да, мадам Делия, — заботливо прошептала сиделка, склонившись ко мне так близко, что даже сквозь прикрытые веки я разглядела её веснушки, которые она тщетно старалась чем-то замазать. Девушка, затаив дыхание, пытливо всматривалась в моё лицо, наверняка разыскивая признаки моей скорой кончины.

— Мне плохо… воды, — просипела, вновь натужно закашлявшись, ещё и подёргалась в конвульсиях для пущей достоверности.

— Конечно, мадам, — радостно пискнула Ора, в одно мгновение покидая мои покои. Я же, стоило девице закрыть дверь, рывком поднялась, быстро схватила «микстуру», вылила её за кровать.

— Вот, мадам, — через пару минут появилась Ора, но я уже изображала из себя припадочную, тряслась, хрипела, даже подвывала и, видимо, делала это так убедительно, что подлая девица с удовлетворением прошептала, — уже совсем скоро, вот как пробирает.

Не знаю, как мне удалось сдержаться и не вцепиться в горло этой гадине, но я, лишь стиснув зубы и собрав простынь в кулак, ещё сильнее захрипела. Ора, вдоволь насмотревшись на моё представление, наконец ушла, оставляя меня в одиночестве, даже не позаботившись о том, чтобы поправить сползшее одеяло на болезной. И для надёжности посипев ещё несколько минут, я наконец смогла перевести дыхание и принять вертикальное положение…

Сегодня третий день, как я, придумывая любые предлоги, отвлекала сиделку и благополучно выливала отраву за кровать. После чего, театрально изображая боль, билась в конвульсиях и громко, протяжно стонала. Я даже научилась надолго задерживать дыхание, когда Ора склонялась надо мной, пытаясь определить, отошла я в мир иной или нет. И выслушав длинную тираду о том, какая я живучая тварь, радовалась как ребёнок, что выдержала ещё один неравный бой. Отмечая свою маленькую победу чуть желтоватой, с запахом болота водой из-под крана и недоеденным, забытым Орой сухариком. Есть и пить то, что приносила сиделка, я всё же опасалась. Но сегодня пора выбраться из покоев и осмотреться, в памяти Делии сохранились часть комнат и длинный коридор, но всё было весьма мутным и расплывчатым, что, впрочем, было и неудивительно.

На дело решила идти ночью, если Дель верно запомнила и поняла, то в поместье постоянно проживали: кухарка, служанка и сиделка. Остальных за ненадобностью Фрэнк давно рассчитал. Ещё обитал муж кухарки, но тот жил в домике привратника и был нечастым гостем в поместье, всё чаще находясь в коматозном состоянии после ежедневной попойки. Конечно, за пять лет могло многое измениться, ведь с каждым приёмом «микстуры» разум Делии медленно умирал, и последнее время она вообще ни на что не реагировала и даже мысли о сыне уже не добавляли ей сил… это была жуткая, кошмарная и очень страшная смерть.

Подлый и жестокий поступок семьи Доуман, который нельзя оставить безнаказанным. Перебирая в памяти разрозненные кусочки чужих разговоров, невольным свидетелем которых стала Дель, я была уверена, что сделала правильные выводы. Конечно, я понимала, что это всего лишь мои домыслы, но уж больно они были похожи на правду.

Старший Доуман — друг и партнёр её отца, главный во всей этой ужасной схеме. Не удивлюсь, что и гибель её родителей — его рук дело. Мсье Стефтон и его сыновья не первый раз поправляют своё состояние за счёт наивных и влюблённых девушек. Правда, на старшем сыне они прокололись, обе его супруги покинули этот мир, каждая спустя год после замужества. Одна упала с лошади и свернула себе шею, вторая умерла родами. В обществе стали шептаться, и третьей супругой братец Фрэнка пока не обзавёлся, хотя Дель давно не выходила в свет и могла попросту не знать об изменениях.

С ней же папаша Доуман решил быть осмотрительней. Они не спешили, медленно убивая девушку. На протяжении года показывая Делию друзьям и общим знакомым, сокрушались о её слабом здоровье, после они якобы отправили её лечиться на воды. Однажды, спустя два года «лечения» Фрэнк даже вывез её на званый ужин, где Делия выслушала кучу слёзных пожеланий скорейшего выздоровления. Выполнив долг, супруг снова оставил её в этом поместье, наказав Оре следить за любимой и «заботиться» о её здоровье. В конце концов им удалось выполнить задуманное, Дель ушла, а вместо неё невообразимым образом очнулась я… почему я? Для чего? Эти вопросы не давали мне покоя, но отвечать на них пока никто не торопился. А раз так, и мне выпал второй шанс, упускать его я точно не буду…

Для начала часть микстуры, что спаивала мне Ора, я перелила в небольшую баночку, в которой, судя по всему, ранее хранилась какая-то мазь, и спрятала её под матрасом. Я надеялась выяснить, что это за дрянь, как она влияет на организм, и попытаться узнать, кто поставляет эту пакость Фрэнку. Мне были нужны доказательства, чтобы уличить семью Доуман в смерти Дель… я понимала, что это ничтожно мало, тем более Делия вроде как жива, но не могла бездействовать.

Как и ожидалось, отказавшись от приёма «лекарств», мне стало гораздо лучше, кашель исчез, голова не болела, и в целом состояние было приемлемое. Я, конечно, ещё была слаба, и даже после нескольких шагов меня бросало в пот, а ноги предательски тряслись. Однако, с каждым днём силы прибавлялись и я, упрямо вышагивая от окна до кровати и обратно, укрепляла своё тело. Вот только меня смущало отсутствие аппетита, но, рассудив, что та серая масса, называемая сиделкой кашей, попросту отбивала у меня всю охоту поесть, я немного успокоилась.

Правда сегодня, когда я наконец решилась наведаться на кухню и проверить свою теорию, ведь там наверняка найдётся что-то повкусней вязкой жижи, но день как назло тянулся очень медленно. Я немного погуляла по полупустой комнате, понаблюдала в окно за лакомившимися спелой вишней птицами. Наверное, в пятый раз заглянула в ванную, радуясь наличию необходимых благ цивилизации. И пусть они выглядели слишком вычурно и причудливо, особенно когда солнечный свет отражался в начищенных до блеска медных боках, всё же их можно было использовать по назначению, что не могло меня не радовать.

Вообще, я очень спокойно, даже как-то отрешённо восприняла переселение своей души. Возможно, это влияние отравы, которой пичкали Делию. Или её память, что сохранилась и слилась с моей, не дала мне окончательно сойти с ума, так подействовала. Но даже рассматривая своё отражение в высоком, узком зеркале, я видела себя привычную. Чуть острый вздёрнутый нос, тёмный взгляд, лицо сердечком и пухлые губы были родными, знакомыми и не казались чужими. Всё окружающее виделось обыденным и в то же время занятным. Было интересно рассматривать старинную точилку для карандашей, которую с величайшей бережностью доставала из замшевого чехла Ора, одновременно осознавая, что этой крохе всего год, а до этого точилки были довольно громоздкими и неудобными. В кабинете отца Делии такая стояла, и в кармане её не поносишь.

Слушая недовольное ворчание Оры, которая мечтала прокатиться на первом колесе обозрения, а из-за меня она прозябает в поместье, я, немного теряясь в своих ощущениях, горя желанием впервые подняться высоко над землёй, одновременно понимала, что всё это у меня уже было… Странное несоответствие не страшило, но заставляло задуматься — останусь ли я или Дель полностью поглотит меня, безвозвратно стирая мои воспоминания, мою личность.

Глава 4

Глава 4

Прошло уже больше десяти ночей, как я брожу по поместью словно привидение. Я изучила почти все уголки старого, неухоженного здания, знаю, где находится комната сиделки, которая перед сном любит побаловать себя сладким пирогом и двумя кружками чая. Видела, куда прячет продукты кухарка, которые доставляет сюда какой-то прохвост, тот, что нагло обсчитывает успешно поворовывающую женщину. Знаю укромный уголок, где милуется молоденькая служанка с парнями из ближайшей деревушки.

Сейчас я в полной темноте прекрасно ориентировалась в поместье, и мрачные углы совершенно меня не пугали. У меня даже появился удобный и любимый маршрут. Сначала заходила в схрон кухарки Мари, там я отрезала от копчёного окорока тоненький ломтик мяса, такой же кусок от булки, его щедро намазывала толстым слоем сливочного масла. Брала пару яиц, немного молока и горсточку крупы, шла на кухню готовить себе и завтрак, и обед, и ужин.

Насытившись, шла в небольшой кабинет, забиралась на широкий подоконник и, делая маленькие глотки горячего ароматного чая, наслаждалась тишиной и проникающим в окно серебристым светом от любопытно заглядывающей в комнату красавицы-луны. После, прогуливалась по длинным, узким коридорам, заходила в давно пустующие и грязные комнаты, делала немудрёные упражнения, с каждым днём чувствуя себя всё лучше и лучше. Правда, пару раз я едва не попалась на глаза любвеобильной служанке Ните и её ухажёру, когда возвращалась из забега на кухню, но парочка была слишком занята собой, и я осталась незамеченной.

А вот свой первый выход из комнаты я, наверное, никогда не забуду. Возможно, в ту холодную и бесконечную ночь во мне окончательно слились две сущности: Делии и Дианы. Вероятно, именно в то туманное, безветренное полнолуние и родилась новая Дель…какая? Мне ещё только предстояло это узнать.

Той жуткой ночью, едва мне стоило переступить порог своей комнаты и очутиться в тёмном коридоре, из затаённых глубин сознания выполз необоснованный страх, сковывающий тело и разум. С каким трудом я, никогда не боявшаяся темноты, заставляла себя двигаться! Нетвёрдыми и робкими шагами пробиралась тёмным коридором всё дальше от своей комнаты. Страх, терзавший меня, с каждой минутой нарастал. Он сжимал горло, не позволяя вдохнуть, в глазах темнело и будто заволокло непроглядной пеленой, а тело сотрясало мелкой дрожью.

Это ни с чем не сравнимо, я никогда не испытывала такого ужаса. Казалось, что чудовища, которые терзали всех людей этого мира, вдруг разом пришли в тёмный коридор и вот-вот набросятся на меня всем скопом. Призраки прошлого летали рядом, и от малейшего сквозняка я испуганно вздрагивала. Ощущение, будто кто-то холодный, скользкий и мерзкий касается моих голых ног, ни на секунду не покидало меня.

Как было невообразимо сложно бороться с непреодолимым желанием рвануть назад в покои и, забравшись на кровать, укрыться с головой одеялом. Но я упорно шла, прикусив губу так, что во рту появился противный привкус железа, стиснув кулаки, до боли впиваясь в кожу ногтями. Я шаг за шагом двигалась по коридору, иногда жмурясь от накатывающейся паники.

И только когда я оказалась в холле с тремя дверьми и парой широких окон, сквозь которые в небольшую комнату проникал тусклый, серый свет луны, чудовища вдруг исчезли, безотчётный страх отступил, а сердце наконец забилось ровнее. Тогда, стоя у давно не чищенного камина, выводя завитушки на его пыльной полке, я почему-то была уверена, что больше такого не повторится. Что я прошла испытание, доказала, что достойна второго шанса.

С той ночи страх темноты действительно больше не появлялся. Мысли перестали метаться от одной жизни к другой, удивительным образом соединившись, а тело Дель стало невероятно быстро восстанавливаться. Что или кто вдруг повлиял на это и как такое вообще возможно, я старалась не думать, просто приняла всё как есть… и продолжила знакомиться с миром, с новой собой, гуляя ночами по спящему поместью.

— А я говорю тебе, неладное творится здесь, — остановил меня шипящий голос служанки у самого порога кухни. Невольно отпрянув, не ожидая, что после двух ночи, кроме меня в поместье ещё кто-то не спит, я сдвинулась в тень и, скрываемая полумраком, принялась слушать.

— Бродит ночами кто-то, сама видела, как светлое пятно проплыло от кладовой к подвалу, — поддержала Мари, зловещим голосом предрекая, — не иначе за госпожой пришли, поди, помрёт несчастная.

— Может, муженёк твой бродит, — зло хмыкнула сиделка, чем-то звонко брякнув, — выпивку ищет, сама говорила, что продукты пропадают. А прислужники бестелесны, им есть не надо.

— Мой в ту ночь наклюкался вина дармового у дружка своего и спал беспробудным сном, — возразила кухарка, выдержав паузу, мрачно добавила, — надо бы пригласить кого, пусть на госпожу глянут, ведь столько лет страдает, авось…

— Нет! — резким окриком остановила кухарку Ора, чуть помедлив и сбавив тон, продолжила, — господин лучших лекарей к мадам Делии приглашал, никто не помог, так что нечего всяких шарлатанов подпускать к госпоже.

— Так, я ж как лучше хотела, — промямлила женщина, едва слышно проговорив, — в таком состоянии как у мадам Делии всякая пакость к ней идёт, душа-то у бедняжки изморённая, защититься не может… оно и притягивает.

— Боишься, что и тебя заодно с собой прихватят? — хохотнула сиделка, видимо, поднимаясь, так как за дверью тотчас раздался неприятный скрежет отодвигаемого стула. Опасаясь быть замеченной, к моему сожалению, что не удалось разведать побольше, мне пришлось спешно ретироваться и скрыться в своих покоях. Тщательно закрыв за собой дверь и запнув под кровать растоптанные тапки, я быстро забралась под одеяло, приняла привычную позу и замерла в ожидании. Но прошёл час, сиделка так и не появилась, и, с облегчением выдохнув, я приняла вертикальное положение, задумалась.

Сегодня мне снова повезло, и я осталась незамеченной, а ведь могла попасться, и кто знает, как скоро бы заявился муж в поместье своей бабки, «обрадованный» моим выздоровлением. А я пока была совершенно не готова к встрече с благоверным. Каждый день, лёжа в кровати, приотворяясь полумёртвой, я ломала голову, с чего начать, как вернуть сына и наследство родителей. Но пока выходило, что ни друзей, ни знакомых, которые бы могли поддержать и помочь девушке, у Делии не было. А тот, которому она безоговорочно верила, оказался тем, кто желает ей смерти.

Подавленная нерадужными мыслями, я долго сидела на кровати не смыкая глаз. Мне до оскомины надоело это бездействие, я устала скрываться, таиться и притворяться немощной, а идеи всё не появлялись. Наконец, почувствовав, что мне во что бы то ни стало надо отогнать от себя тоскливые мысли, которые лишь угнетали, погружая меня и без того в упадническое настроение, я решительно поднялась.

Время давно близилось к рассвету, и обитатели поместья смотрели десятый сон, так что нарваться на кого-нибудь из них я не должна. Но всё же, обеспокоенная недавним случаем у кухни, я решила на этот раз не разгуливать по тёмным коридорам поместья, а проверить, куда ведёт узкая лестница в холле. Поднимаясь по скрипучим ступенькам, каждый раз невольно морщась от, казалось, очень громкого скрежета и стона старых деревянных перекладин, я, преодолев тридцать семь крутых ступенек, наконец выбралась на террасу и замерла в восхищении.

Поместье семьи Доуман расположилось на пологой возвышенности, и с небольшой террасы открывался чудесный вид на расстилавшийся всего в паре километров от него провинциальный городок Диншоп. Под серебристым светом месяца в эту ясную ночь были отличны видны окрашенные предрассветными сумерками в синий цвет густые кусты и невысокие деревья, росшие по краю серого поля. А мерцающая в отблеске ярких звёзд река, плавно огибая остовы зданий, скрывалась за невысоким холмом, подле которого стояла полуразрушенная мельница. Сегодняшняя ночь была тёплой и удивительно тихой, а ласковый ветерок приносил к поместью терпкий запах реки, мха и болотных трав, растущих вдоль берега. За всё время моего пребывания в этом мире я впервые выбралась на улицу, и увиденное в очередной раз напомнило мне, что я всё ещё пленница этого мрачного дома и ненавистного мужа…

Печально вздохнув, я окинула беглым взглядом просторный двор, собралась было облокотиться на каменные перила, чтобы хоть полчаса полюбоваться прекрасным видом, когда услышала за спиной тихий шорох. И едва успела отскочить в сторону от кинувшейся на меня разъярённой сиделки. Лицо девушки, освещённое луной, казалось неестественно бледным и жутким, невольно напомнив мне просмотренные фильмы о зомби. От увиденного моё сердце тут же пропустило удар, а по спине поползли зябкие мурашки, но я была собранна и внимательно следила за каждым движением Оры.

— Тварь! Значит, я была права, — прошипела сиделка, её искажённое ненавистью и злобой миловидное лицо стало уродливым и жутким, — ты всё же не собираешься сдыхать.

— Нет, — коротко ответила, чуть отступая от явно невменяемой девицы, но та и не думала останавливаться. Издавая утробное рычание и выставив перед собой руки, Ора снова кинулась на меня… Бежать было некуда, терраса оказалась слишком мала для нас двоих и, сжав кулаки, я бросилась к ней навстречу.

— Сдохнешь! А господину скажу, что повредилась умом и сама прыгнула с крыши, — зло хрипела сиделка, вцепившись в мою руку, второй толкала меня к краю, — тварь! Ненавижу тебя! Сдохни!

Изрыгая проклятия, Ора практически опрокинула меня через перила. От тотчас прострелившей боли в спине, ярости и злости, я взвыла раненым зверем. Исхитрилась подтянуть к себе ноги и что есть силы оттолкнуть сиделку так, что та впечаталась спиной в кирпичную стену.

— Только после тебя, — отрывисто бросила, морщась от боли, рванула к выходу, но сиделка решила довести до конца задуманное…

Боль, хрип, безумный смех Оры — всё смешалось в эти секунды. Не знаю, в какой момент я смогла вывернуть руку неуёмной девицы и толкнуть её в спину. Со стороны с ужасом наблюдая словно в замедленной съёмке, как старая кирпичная кладка под весом дородной Оры рассыпается и валится вниз, а за ней скатывается по черепичной крыше сиделка, и только у самого края девушка успела схватиться за выступ.

«Я её не вытяну. Позвать на помощь? Не услышат, а если да, то придётся объяснять, что делает на крыше госпожа, которая вроде как находится при смерти. И не уверена, что мне поверят, муж обставит всё так, что я и правда сошла с ума» — эти мысли промелькнули у меня в голове, пока я наблюдала за сползающей всё ниже сиделкой. Но стоило мне посмотреть в глаза пыхтящей и молчаливой девушке, колебания не заняли много времени. Это было моё решение и мой выбор.

— Твоя жизнь в твоих руках, — произнесла глухим голосом и, резко развернувшись, широким шагом отправилась к лестнице.

Глава 5

Глава 5

Благополучно добравшись до своей комнаты, я заперла дверь на ключ и на всякий случай подпёрла её оттоманкой. После, взобравшись на кровать, обхватила руками подушку, невидяще уставилась перед собой и погрузилась в тягостные думы. Первые минуты я порывалась вернуться на крышу и попытаться затянуть девушку на террасу. Но усилием воли напоминала себе, что Ора — враг. Она хладнокровно убивала Дель и в итоге добилась своего. Она пыталась убить меня, и только волею случая мне удалось спастись. Отрешено взирая на светлеющее небо за окном, я прислушивалась к звукам в доме, но сегодня стояла странная, гнетущая тишина. Не было привычного скрипа старых половиц, едва слышного завывания ветра в стенах и шороха вездесущих мышей, все этой ночью замолкли и будто затаились. Не знаю, сколько я так просидела в тревожном ожидании, но, в конце концов, усталость взяла своё, и беспокойный сон всё же сморил меня…

Пробуждение было мгновенным, неясный звук голосов ворвался в мои кошмарные, прерывистые сновидения, заставив насторожиться. Резко сев, я затаила дыхание, напряжённо прислушиваясь. К комнате шли, их было по меньшей мере трое, два голоса принадлежали мужчинам, а вот третий был мне знаком, так торопливо и немного картавя говорила кухарка Мари. Осознав, что незваные гости сейчас попытаются войти в покои, а дверь заперта и подпёрта, я пулей слетела с кровати. Сдвинула в сторону оттоманку, повернула ключ, метнулась назад к постели. И едва успела укрыться тонким одеялом, в дверь постучали и, не дожидаясь позволения войти, прошли двое невысоких, в тёмных одеждах, худощавых мужчин и пышнотелая кухарка.

— Вот видите, господин, — промямлила женщина, махнув в мою сторону, — почти и не поднимается, покойная Ора сказывала, что и не говорит мадам совсем.

— Хм… простите, мадам Делия, что ворвались к вам вот так, но мы вынуждены вас побеспокоить, — заговорил тот, что посветлей, с сочувствием на меня посмотрев. Изнеможденное лицо, выпирающие скулы явственно указывали на мою продолжительную болезнь, а вот тёмные круги под глазами уже приходилось подкрашивать сажей из камина.

— Что-то случилось? — просипела я, за время притворства научившись умело менять тембр своего голоса.

— Ваша сиделка… Ора, она сорвалась с крыши и погибла. Девушка не говорила вам, зачем ей потребовалось подниматься на террасу?

— Нет, мсье… — произнесла, мгновенно ощутив невероятное облегчение. Жестоко — да, было мне её жалко — нет. Ора сделала свой выбор, как, впрочем, и я, и нам обеим придётся нести ответ за свои поступки.

— Этан, мадам, — подсказал светловолосый, прерывая мои мысли. Второй мужчина зорким взглядом осматривал мои покои, надолго задерживая свой взор на мебели, стенах и камине, кстати, давно не чищеном.

— Мсье Этан, большую часть дня и ночи я сплю, и с Орой мы почти не разговариваем.

— Что ж, Мари сообщила нам, что у вашей сиделки здесь никого из родных не было, — произнёс темноволосый, наконец удовлетворив своё любопытство, — ближайшие родственники находятся в Чартмасе, за три фаринга мы организуем похороны в Диншопе.

— Не беспокойтесь, мсье Дакс, господин оставил монет на непредвиденные расходы, — поспешила сказать Мари, заискивающе улыбнувшись, — идёмте, я вас напою чаем, поди, продрогли.

— Мадам Делия, ещё раз прошу нас извинить, — смущённо произнёс мсье Этан, последним покидая мои покои.

— Это ваша работа, — мягко улыбнулась мужчине и, едва дождавшись, когда шаги в коридоре затихнут, с шумом выдохнула. Всё же быть графиней, пусть и сосланной мужем в провинциальный Диншоп, выгодно. Будь я обычной горожанкой, уверена, этот темноволосый от меня так просто бы не отстал, от одного только его цепкого взгляда меня пробирало до костей. А с каким подозрительным прищуром он смотрел на оттоманку, которая явно находилась не на своём месте, но ни сил, ни времени вернуть её назад у меня не было.

Только спустя час я пришла в себя и смогла сползти с кровати. Умываясь в ванной, отметила два больших синяка на плече, ссадины на локте и запястье, мысленно порадовавшись, что не вытащила руку из-под одеяла, и содранные костяшки остались незамеченными. Тело, и без того слабое, после борьбы с ненормальной жутко болело, казалось, каждую мышцу тянуло, и застань меня сейчас врасплох — констебли увидели бы бледную, измученную, с паклей тусклых волос на голове девушку, которая едва передвигала ногами. Как я умудрилась так быстро вскочить с кровати и отодвинуть оттоманку, осталось для меня загадкой. Вернувшись в постель, я долго разглядывала разбегающиеся в разные стороны трещины на потолке, раздумывая, как дальше быть.

Весь день я провела в покоях, ко мне больше никто не зашёл, и даже кухарка со служанкой ни разу не заглянули поинтересоваться, чем помочь болезной. Остатки бутерброда, половинку недоеденной вчера булочки я давно благополучно умяла, запив свой скудный завтрак и обед чистой водой, заранее припасённой в кувшине. Прогулявшись по комнате, давно зная наизусть, сколько шагов между стенами, я с нетерпением ждала полуночи, когда немногочисленные обитатели заснут и можно будет пройтись по дому.

Но каково же было моё удивление, когда, привычно пробираясь мимо комнаты кухарки, я не услышала протяжный с посвистыванием храп, а из каморки служанки не раздавалось довольного посапывания. Неверующе и не решаясь заглянуть в комнату к Ните, я рванула к схрону Мари, через пару минут с удивлением смотрела на пустые полки.

— Ушли? Они ушли? — оторопело пробормотала, откинув крышку ларя, в котором некогда лежали крупы, но сейчас заботливо разложенные мешочки попросту исчезли. Я ошеломлённо просипела, — вот так легко оставили больную Дель и ни слова не сказав ушли? Что за люди-то здесь такие?

Моё потрясение было настолько глубоким, что я некоторое время бездумно пялилась на свисающие с потолка железные крюки, на них ещё прошлой ночью висели окорок и головка сыра. Наконец, окончательно продрогнув в холодной кладовой, я очнулась и устремилась к выходу, решив всё же проверить комнаты Мари и Ниты. И вскоре убедилась, что вещи, как и сами кухарка и служанка, исчезли, отправилась на кухню. Там, перерыв шкафы и полки, насобирала небогатый улов, прикинув, что найденных продуктов мне хватит всего на неделю. Быстро приготовила для себя постную кашу, заварила чай и вприкуску с зачерствелой булкой поужинала.

Утолив голод, я решительно устремилась в свои покои, там, сменив сорочку на тёплое платье, отправилась в комнату сиделки, мысленно надеясь, что сбежавшие Мари и Нита не обчистили покойную. Мне повезло, не знаю, что сподвигло слуг покинуть поместье, может страх, но комната Оры казалась нетронутой и удивительно уютной. Она явно некогда принадлежала хозяйке этого поместья, а не служанке. Здесь имелся секретер из тёмного, отполированного до блеска дерева. Мягкие кресла с пухлыми на них подушками, на которых были вышиты прекрасные сказочные цветы и животные. Пушистый ковёр устилал пол целиком, ступая по нему, мои ноги утопали в высоком, мягком ворсе. Огромная кровать с ярким покрывалом и горой подушек на ней. Две прикроватные тумбочки из того же дерева, что и массивный шкаф. Большой камин был чист, а на его полке стояли чудесные фарфоровые фигурки: девушек с букетами и корзинками, парней с тростью и в шляпе, и пастушка, играющего на дудочке. Тёмные парчовые шторы закрывали широкое, сверкающее чистотой окно. Оттоманка, пуфик, кресло, письменный стол… комната на мой вкус была захламлена мебелью, создавалось впечатление, что сюда стащили всё более-менее лучшее, что находилось в этом поместье.

Вдоволь насмотревшись и в очередной раз удостоверившись, что к Дель здесь относились точно не как к госпоже, я устремилась к секретеру. Но проверив все шкатулки, баночки и мешочки, нашла лишь украшения: медное колечко с зелёным камешком, короткую нить из красных бусин и пару фарингов. Монеты были своевременной находкой, ведь в моих покоях не было и сима, но пока мне нужны были письма или хоть что-нибудь, что поможет уличить моего мужа в покушении на убийстве. Но и в столе, как и под матрасом, в шкафу, под креслом я ничего не обнаружила. Медленно опускаясь на кровать, невольно отметив, насколько матрас мягче и пружинистей моего, я устало прикрыла глаза. Доказательств нет, подсказки тоже, что дальше делать — я не знала.

Глава 6

Глава 6

В свои покои я вернулась спустя час бездумного метания по комнате Оры. Вымотав себя хождениями, я надеялась, что это поможет мне уснуть быстрей, а сон будет крепок и без пугающих кошмаров. Но прокрутившись около двух часов на жёстком матрасе, я только к рассвету забылась тревожным сном.

А вот пробуждение было отличным, впервые я без опаски быть застуканной поднялась с постели. Впервые я с беспокойством не прислушивалась к звукам, ожидая, когда в комнату войдёт Ора и мне снова придётся биться в припадке и придумывать причину, чтобы отвлечь сиделку и не пить поданную ей отраву. Комната, казавшаяся ночью такой подозрительной и страшной, теперь будто улыбалась, а ослепительные солнечные лучи, танцующие на оконных стёклах, заливали золотом пыльную поверхность мебели и гнали прочь ночные тени.

Разноголосое пение птиц за окном сегодня было настолько звонким и переливчатым, что ноги сами выбивали чечётку им в такт. Подойдя к окну, я впервые отворила его настежь, впуская в затхлое помещение свежий воздух с запахом свежескошенной травы, приправленный приторным ароматом роз и пряным духом холодной реки. С каким непередаваемым удовольствием я, перевалившись через подоконник, наблюдала, как холеная кошка, забыв об охоте, сидела и щурилась на золотые клочки, пробившиеся сквозь густую листву яблони, и даже скачущая на расстоянии всего одного прыжка белопузая птица не привлекала внимание рыжешёрстной красавицы. Глядя на всё это, вдыхая дивный аромат, доносившийся с улицы, мне хотелось прыгать, кричать и дурачиться.

Наверное, только через час, насладившись солнцем, голубым, без единого облачка небом, пением птиц и отдалёнными звуками соседней деревушки, я, приведя себя в порядок, устремилась на кухню. Там, приготовив немудрёный завтрак, быстро поела и отправилась обследовать поместье при свете дня, решив для начала проверить наличие запоров на всех дверях и окнах. Мне совсем не хотелось однажды проснуться и встретить в покоях забравшегося в дом воришку. Но едва я переступила порог кухни, чуть притормозив в коридоре, раздумывая, в какую сторону податься, в холле послышался стук захлопнувшейся двери и шорох, как будто кто-то шаркающей походкой двигался в мою сторону…

На миг растерявшись, я всё же быстро пришла в себя и вскоре стояла с огромным тесаком в руке, прикрываясь большим столом. Но тот, кто направлялся в кухню, явно не спешил, отчего с каждой секундой моя безрассудная отвага сбавляла обороты, и я всё чаще трусливо поглядывала в сторону окна. Но вот дверь толкнули, и моему взору предстал лохматый, седовласый мужчина лет пятидесяти. Вся его одежда давно требовала тщательной штопки и стирки, ботинки с отваливающейся подошвой на правой ноге пора выбросить, так как судя по их виду, они не подлежали ремонту. В топорщащейся в разные стороны бороде запутались в седой пакле два репья от лопуха. Старик, увидев меня, ошарашенно застыл у порога, очумело, словно мокрый пёс, потряс головой, зажмурился так, что изрешеченное морщинами лицо собралось у большого красного носа. Пару минут потрясённый мужчина стоял с закрытыми глазами и, казалось, не дышал, но вот он чуть приподнял веки, рвано выдохнул.

— Мадам Делия⁈

— Да, а вы, любезный, кто? — ровным голосом проговорила, скрывая нож в складках шерстяного платья.

— Шилох, муж этой… как её, — запнулся мужчина, растерянно почесав свою бороду, поймал пальцами репей быстро вытянул, пряча её в кулаке, смущено пробормотал, — простите.

— Наверное, муж Мари? — подсказала старику, наблюдая, как Шилох старательно отряхивает с рубахи солому, веточки и прочий мусор.

— Угу, этой, — кивнул привратник, или кем он там служил в этом поместье.

— Ушла она, — коротко ответила, прошла к кувшину, налила полную кружку воды, поставила перед стариком.

— Как ушла? А я? — рассеянно пробормотал привратник, благодарно улыбнувшись, одним большим глотком осушая кружку, снова заговорил, — а куда?

— Не сказала, — хмыкнула, не зная, что мне делать с этим человеком, толку от него никакого, одна головная боль.

— Поди, к ведьме подалась, — добродушно бросил Шилох, наконец поставив кружку на место, и, чуть помявшись, спросил, — а она ничего не оставила? Там… в ларе?

— Здесь? — уточнила, показывая на небольшой ящик, стоящий у стены за шкафом, — нет, пусто.

— Вот жеж, вся в мать! — выругался старик, сердито заворчав, явно позабыв где и с кем находится, — сколько я ей сделал, а? В шелках ходила, бусы дарил, а какой дом поднял. Так нет, занедужил — так всё, не нужен стал, хвостом вилять начала, а после вообще к господам устроилась и сестрицу с собой… эту девку гуляща… ох, простите госпожа, забылся.

— Ты есть хочешь? — спросила, заметив голодный блеск серых глаз, с трудом скрывая улыбку, добавила, — за стол в таком виде не пущу, иди мойся и одежду что ль смени, а нет, вычисти её хорошенько.

— Я мигом, госпожа! — воскликнул старик, шустро рванув к выходу. Я же, усмехаясь, прошла к столу, принялась разогревать остатки каши. И нет, нянчиться с ним я не собиралась, у меня своих проблем хватает. Вот покормлю в благодарность за простой, такой обыденный и душевный разговор и отправлю к супруге, пусть сами разбираются, кто там у них ведьма.

Шилох вернулся довольно быстро, я только успела снять с плиты кастрюлю. На старике была всё та же одежда, но она была чистой, по крайней мере, трава и птичьи перья уже не висели наградами на его груди. Волосы, борода и кустистые брови были мокрыми и тщательно приглаженными, отчего у Шилоха был вид прилизанного франта. Мужчина оказался отличным гостем и прихватил с собой три краснобоких яблока, которым я была несказанно рада. Мои остатки каши, которую я планировала растянуть на ужин и завтрашний завтрак, он умял за считаные минуты и, сыто щурясь, отодвинув от себя пустую тарелку, проговорил:

— Спасибо, мадам Делия, спасли от голодной смерти. Чего все болтают, что господа злы и дурны, хотя мсье Сефтон и его мальчишки… ох, простите, мадам, — снова забылся старик, понуро опустив голову, прошептал, — Мари всегда пеняла мне, что я много болтаю, вы это, госпожа, вижу лучше вам… рад очень. Вы надо чего, говорите, я в домике живу у ворот.

— Продукты нужны, — с усмешкой ответила, рассеянно постукивая пальцем по столу, думая, стоит ли связываться с пропойцей.

— Так три дня назад Вуди привозил, неужто нет? — с недоумением воскликнул Шилох, оглядывая кухню, — может, в кладовой и погребке лежат? Видел, окорок хороший парнишка нёс. Вы, госпожа, Ниту позовите, она мигом подаст.

— И Нита ушла, и Мари, вот и продукты с собой прихватили, — снисходительно улыбнулась расстроенному Шилоху.

— Вот ведь гадина! Вся в мать, — снова выругался старик, пристыженно сжав плечи, — вы уж простите, госпожа, и не серчайте, бабой она всегда была жадной…

— Угу, так что? Подскажешь, где продукты можно купить? В деревне? Или в город надо податься? — остановила мужчину, не желая слушать ничего о его жадной и подлой жене и, как выяснилось, сестрице Ните.

— В деревню, я так мыслю, госпожа, ближе, но они ж до рыночного дня и не продадут ничего, — почесал голову старик, невидяще уставившись в окно, — в город не дойдёте, вон светитесь вся. Двуколка есть, правда старая, скрипит, но я подправлю. Но вот запрягать в неё некого, это не карета безлошадная, на которой вас мсье Доуман привёз сюда… кхе-кхе. У друга коня возьму, одну-то вас Борт доставит, вы не беспокойтесь госпожа, я всё устрою. А Мари… у, гадина! Вы только констеблям не пишите, я сам проучу дурную бабу.

— Не напишу, — пообещала мужчине, который даже сейчас беспокоился о своей жене, уточнила, — спасибо, Шилох, когда ждать тебя с двуколкой?

— Так, к вечеру будет готово, но в Диншоп лучше утром ехать, там и в лавках товар незалежанный, и цену сбить можно.

— Договорились, утром у ворот встретимся.

— Выполню, госпожа, как сказывал, — заверил меня старик, правда, веры у меня к нему не было, кто знает, может, змия зелёного встретит и забудет все свои обещания. Но пока выбора у меня особо нет, да и пешком в город, боюсь, сил добраться у меня действительно не хватит. Так что ждём завтрашнего утра, а дальше — по обстоятельствам. Мысленно выстроив план на ближайшие пару дней, я проводила Шилоха к выходу, заперла входную дверь, чтобы больше незваные гости в поместье не забредали. Отправилась выполнять задуманное — проверять запоры и засовы. Закончила я с неотложным делом только поздним вечером, изгваздавшись в пыли и паутине, смыв с себя всю грязь холодной водой, так и не сообразив, куда девалась горячая. Выпила кружку чая, закусив его остатками чёрствой булки, отправилась спать, пожелав себе перед сном, чтобы Шилох выполнил данное им обещание.

Глава 7

Глава 7

— Госпожа! Мадам Делия! — разбудил меня настойчивый крик, идущий из сада. Рывком сев на постели, я некоторое время с недоумением смотрела в окно, где только-только предрассветные сумерки окрасили розовым серое небо, пока до меня не дошло, что это зовёт меня Шилох. Слетев с кровати, я быстро пересекла покои и, распахнув окно, выкрикнула:

— Уже спускаюсь!

— Я у ворот, госпожа, вас жду, — отозвался мужчина, шаркающей походкой двинулся к шипастому кусту старой розы, за которой скрывалась заросшая бурьяном тропинка.

Умыться, причесаться и одеться я умудрилась за каких-то пятнадцать минут. Схватив с прикроватной тумбочки два фаринга, те, что нашла у сиделки, я поспешила к выходу. И уже через пару минут, затаив дыхание, выбралась на волю. Сегодняшний день обещал быть тёплым и солнечным, правда, воздух был ещё по-утреннему свеж, а ветер прохладен. Но всё же на улице, среди зарослей розовых кустов и сорняков, находиться было куда приятней, чем в старом, пропахшем затхлостью, а ещё сыром поместье. Замерев на секундочку у разлапистой сирени, прикрыв глаза, я сделала глубокий вдох, втягивая в себя ароматный воздух, наслаждаясь чудесными мгновениями.

— Теперь пора, — сама себе шепнула и, едва не подпрыгивая от переполнявших меня эмоций, устремилась по выложенной камнем дорожке. На ходу разглядывая полуразвалившуюся беседку; скамейку, увитую вездесущим плющом; ведущие в сад тропинки, заросшие сизым мхом. Огромное дерево с необъятным стволом заслонило собой небольшой искусственный прудик, в котором обосновались две утки. Увлечённо рассматривая владения семьи Доуман, я незаметно для себя добралась до покосившегося крохотного домика, от которого когда-то тянулся забор, сейчас от него остались лишь несколько накренённых столбов. А вот ворота уцелели, кованые, поеденные ржавчиной, сейчас они были открыты и, чуть раскачиваясь от собственного веса, протяжно стонали.

— Госпожа, уж не обессудьте, только эта двуколка в поместье Доуман имелась, — проговорил Шилох, замерев возле маленькой кареты, потрёпанной, пошарпанной и повидавшей жизнь.

— Ничего, главное, что она доставит нас в Диншоп и обратно, — ответила, с опаской и под грустный скрип забираясь в транспорт, и с удивлением огляделась. Двухколёсная тележка была чистенькой, у неё имелась деревянная, обитая кожей лавка; верх, поддерживаемый четырьмя железными прутьями, на которых была натянута брезентовая ткань. По замыслу создателя она должна прикрывать головы пассажиров от палящего солнца, ну и, наверное, защищать от дождя, но как бы я ни разместилась на твёрдой скамейке, крыша заканчивалась или на моём затылке, или в районе груди. Наконец, найдя удобное положение, я, коротко кивнув, проговорила:

— Трогай!

Шилох после моей команды легко взлетел на облучок, прикрикнул на серую маленькую лошадку, направил двуколку по ухабистой дороге. Сначала я с интересом исследователя рассматривала холмистый пейзаж: редкие деревья и кустарники, жёлтые и чёрные поля, остовы заброшенных домов, но вскоре однообразие мне наскучило, и я, откинувшись на деревянную спинку, задумалась.

Обнаруженные у Оры две серебряные монеты — это немного, но и немало. Да, на эти деньги особо не разгуляешься, но минимальный набор продуктов купить можно. И прожить в поместье ещё пару месяцев, не заботясь о пропитании, а вот что дальше? Попытаться на эти деньги добраться до Ранье, нагрянуть в дом, принадлежавший Дель — рискованно. Меня там же тихо прибьют и под кустом в саду закопают. Отправиться к констеблям и всё им рассказать? Нужны доказательства, моё слово против слова Сефтона Доумана, опять же проще прикопать. Перебраться поближе к дому, следить за мужем и его отцом? У меня отсутствует опыт в таком непростом деле…

— Госпожа, на площади Турса продукты лучше не покупать, там завсегда дороже было и часто несвежее предлагают, — прервал мои тягостные мысли Шилох, закатывая двуколку в ворота городка. Задумавшись, я даже не заметила, как быстро мы добрались до Диншопа, и теперь с любопытством осматривалась.

— А где дешевле?

— У порта Атвур, там местные берут, а в Турсе гости заезжие монеты тратят, — хмыкнул старик, замедлив ход двуколки, — куда едем, госпожа?

— В Атвур, — ответила, скользя взглядом по вывескам двухэтажных кирпичных зданий, едва слышно вслух прочла: «Харчевня Пелена, вареная и жареная рыба, отдельные кабинеты для компаний», хм… привлекающее название.

— Посторонись! — прикрикнул Шилох на дворников, которые, словно косари, синхронно размахивая мётлами, поднимали пыль возле длинного здания, похожего на контору. Тех приказ возничего лишь раззадорил, и двое парней стали усерднее мести мощённую камнем дорогу.

— Вот ведь шельмы! — выругался мой привратник, понукая серую быстрей проскочить хамоватых дворников, — была б карета побогаче, они б шляпами перед вами, госпожа, двор мели.

Отвечать на замечание не стала, и без того понятно, что госпожой меня сейчас делает только статус графини, а в остальном я наверняка не богаче самого Шилоха. Поэтому продолжила изучать провинциальный городок. Его невысокие дома, многочисленные торговые лавки, прохожих, зазывал и воришек. Диншоп был небольшим, растянутым вдоль побережья широкой реки Атвур. Городок чем-то неуловимо напоминал мне старую Англию, те же переулки, домики, вывески. По улицам лениво прогуливаются констебли, мимо проносятся спешащие кебы. Мужчины в элегантных костюмах и с тростью. Женщины в основном были одеты в юбку и жакет из тонкой шерсти. Ощущения, что я провалилась в прошлое, и чувство узнавания всё ещё продолжали во мне бушевать, но это уже не так меня пугало.

Река предстала перед нами неожиданно. Она искрилась и сверкала, над нею поднималась лёгкая дымка испарений, а благотворная утренняя свежесть ещё не исчезла под лучами палящего солнца. По широкой водной глади плавно скользила баржа, настойчиво прорезая себе путь между больших гружёных судов. На одном из таких судов, стоящем на якоре, команда принимала новый груз. На берегу следили за огромными тюками два матроса и собака, которая без устали облаивала взмывающих в небо чаек.

— Прибыли, госпожа, — объявил Шилох, останавливая двуколку возле кособокой конторки, у её дверей на старой бухте от каната сидел беззубый мальчишка лет семи и смачно сплёвывал в миску шелуху от семечек, — мадам Делия, вон в тот переулок зайдём — и будет рынок, там в основном рыба лежит, потому запах неприятный, но в конце рядов стоят знакомцы, у них и товар отличный, и берут недорого.

— Веди, — улыбнулась мужчине, хоть было и немного страшно вот так довериться совершенно незнакомому человеку. Но выбора у меня нет, отправься я сюда в одиночку, мне бы тоже пришлось спрашивать у людей, как и куда пройти, и кто знает, что бы из этого вышло.

— Вы только, госпожа, дальше доков не ходите, а лучше будьте рядом, места здесь нехорошие, — предупредил Шилох, ступая следом за мной, время от времени тихо подсказывая, куда свернуть. И уже через десять минут, выйдя из очередного проулка, меня едва не сбил с ног крепкий дух рыбы.

— Вонь не для такой дамы, как вы, госпожа, — смущённо пробормотал старик, взглядом показав направление, — немного осталось, три ряда, а там и воздух посвежее, и откушать можно.

— Было бы отлично, — поддержала предложение, почувствовав сильный голод, да и от чашки чая я бы тоже не отказалась.

— Сосед мой с семьёй перебрался сюда, харчевню открыл, готовит его супруга хорошо и сытно, к ним заглянем. Он с меня по старому знакомству плату не берёт, ну и за вас попрошу, госпожа.

— Сначала покупки, — предупредила Шилоха, не желая никому быть должной, — скоро уже?

— За этим поворотом, — ответил старик, и правда, сделав десяток шагов, мы наконец выбрались из душного рыбьего плена, очутившись на небольшой площади, обдуваемой свежим ветром с реки. Жадно хватая живительный воздух, я закрутила головой.

Столы, выстроенные в два ряда, были сплошь заставлены товаром. Чего здесь только не было: мясо, птица живая в клетках и тушками, сыры, колбасы, хлеб, сладкие булки, крупы и мука. Свечи, масло для ламп (хотя в поместье было проведено электричество), обувь, одежда, ткани. На одном из столов лежали ножи, топоры и прочие колющие и режущие предметы, которым я затруднялась даже дать название. Краем уха слушая бесконечное бормотание идущего следом за мной старика, я ненадолго замерла у столика с разложенными на нём украшениями. Здесь преобладали камни, ракушки и железо, но всё было так искусно выполнено, что я не могла не остановиться, наверное, это промедление и помогло мне заметить вальяжно прогуливающегося между рядов констебля Дакса. Не желая быть замеченной мрачным мужчиной с цепким взглядом, чтобы не вдаваться в объяснения, почему мадам Делия, ещё совсем недавно находящаяся при смерти, сейчас разгуливает по рынку в Диншопе, я, пятясь вдоль ряда сыров и колбас, обнаружив небольшую щель между столами, быстро нырнула в тёмный переулок. Но сделав всего пару шагов, едва не наскочила на трёх мордоворотов звероподобной внешности.

— Ооо! Красотка, составишь нам компанию? — протянул один из них, сверкая щербатой улыбкой, — выпивка на наш счёт.

— Бор! Заткнись, он уже рядом! Сначала дело, после девки! — прошипел на беззубого тот, чьё лицо было изъедено оспами, бросив на меня презрительный взгляд, рыкнул, — пошла отсюда.

Дважды упрашивать меня было не нужно, подхватив подол длинного платья, я рванула из тёмного, вонючего переулка, спеша оказаться подальше от этих головорезов. И только выскочив на улицу, где прогуливающиеся мужчины и женщины были похожи на добропорядочных жителей, я с облегчением выдохнула, ноги чуть подкосились, а сердце застучало ровнее.

— Надо же было ему именно сегодня прийти на рынок, — сердито прошипела, озираясь. С привратником мы где-то разминулись, и придётся самой выбираться отсюда. Наконец, выбрав безопасный выход на рынок, в который только что прошли две милые дамы, я, расправляя чуть примятый подол, пробормотала, — надеюсь, Шилох меня ищет.

— Мадам, это вы мне? — прервал моё бурчание невысокий, худой, с проницательными голубыми глазами мужчина.

— Нет, — коротко ответила, неловко улыбнувшись.

— Понимаю, я тоже порой предпочитаю поговорить сам с собой, занятная беседа иногда выходит, — произнёс мужчина, чуть склонив голову, добавил, — позвольте продолжить свой путь.

— Эээ… я бы на вашем месте поменяла маршрут, если вы, конечно, не спешите на встречу к трём внушительных размеров приятелям, — предупредила, заметив, как он заворачивает к переулку, откуда я только что спасалась бегством.

— Благодарю, — лукаво подмигнул весельчак и, резко развернувшись, направился в противоположную сторону. Я тоже не стала больше задерживаться и устремилась на рынок к Шилоху, спеша скорее закончить с покупками и покинуть Диншоп.

Глава 8

Глава 8

После неудачного посещения соседнего городка прошло уже три дня. Всё это время я без устали исследовала пустующие комнаты, обнаружив в одной из них тайник в стене, в котором лежал мешочек с тремя фарингами и любовной запиской от некой Летты. Находке я была рада, ведь после закупа необходимых продуктов в моём кармане грустно звенела горстка медных монеток, на которые можно было купить лишь пять булок серого хлеба, три литра молока и одну тушку птицы. Две других комнаты порадовали меня хорошей, крепкой обувью, которая пришлась мне впору, и тёплой курткой, её требовалось починить, но всё же она была ещё вполне сносной.

Кстати, я разобралась с горячей водой, и теперь за два часа до принятия ванны я в небольшой каморке за кухней растапливала печь, которая, в свою очередь, нагревала бак. А вот воду в него заливал Шилох, оставшийся вместе со мной в поместье. Пить старик не бросил, но делал это умеренно и вечерами, когда был уверен, что я его уже в дом не позову. О том, что он всё же употреблял, указывала лёгкая помятость и отёчность лица, неприятный запах и жажда. Учить и совестить взрослого человека я не видела смысла, пока его пагубное пристрастие мне не вредит, да и помощь от мужчины была, поэтому мы мирно с ним сосуществовали. Шилох управлялся с делами, где требовалась мужская сила, в благодарность за работу я его кормила. Не знаю, как долго эта мирная и спокойная жизнь ещё продлится, но что-то неясное меня подгоняло, настойчиво шепча быстрее покинуть это место. И я искала, я была уверена, что у сиделки был тайник, и то, что в нём хранится, мне обязательно понадобится, но вчерашние поиски тоже ничего не дали…

— Мадам! Ох, мадам Делия! — пронёсся мимо окна Шилох, перепугав меня своим очумелым, невидящим взглядом. Мужчина, влетев в холл, ошеломлённо крутил головой и казался мне растерянным.

— Что случилось? — потребовала, заглядывая за спину старика, но за ней никого не было, на улице всё так же светило солнце, а розовые кусты вроде бы стали шире и гуще.

— Ох, мадам, Мари с матерью… ведьмой этой и сестрицей своей в доме угорели, — выпалил привратник, найдя меня взглядом, как будто чуть успокоился, — сосед приехал… поведал. Госпожа, мне бы в деревню, похоронить надобно… говорил им заслонку открывать, а нет, всё забывали.

— Иди, конечно, — отпустила привратника, которому, впрочем, и не могла запретить, так как жалования я ему не платила и об этом сразу предупредила.

— Я, как управлюсь, вернусь, — пообещал старик, шустро разворачиваясь, на ходу добавив, — воды в бак залил и дрова готовы, вы уж сами, госпожа, в кухоньку занесите.

— Не волнуйся, я справлюсь, — заверила мужчину, провожая взглядом сгорбленную спину. Каким бы ни казался Шилох нечутким и закостенелым, всё же смерть жены и её родных выбила из-под его ног почву.

Дождавшись, когда привратник скроется за раскидистым деревом, безрезультатно прогоняя мысли о возмездии, я заперла входную дверь и снова отправилась в комнату сиделки. И спустя час, ругаясь как заправский разбойник, пыхтя и отдуваясь, наконец сдвинула массивный шкаф, принялась исследовать каждый скрывавшийся за ним кирпичик. Но всё было впустую, тайник не нашёлся, а чтобы разобрать поместье по камешку… на это уйдёт слишком много времени, а его у меня нет.

Оставив комнату в полном хаосе, я, едва поднимая ноги, отправилась на кухню, выпив там чай (есть совсем не хотелось), двинулась в свои покои. День давно подошёл к концу, на улице ни зги не видно, а в поместье на холме во всех комнатах до сих пор горел свет, привлекая ненужное мне внимание. И только спустя ещё час, разобравшись с домашними делами, умывшись и сменив платье на ночную рубаху, я улеглась в постель и ещё долго невидяще пялилась в темноту, пока сон не сморил меня.

Утром, как обычно, приведя себя в порядок, быстро выпив чаю с бутербродом, я отправилась на очередные поиски, вот только на этот раз решила начать с первого этажа, минуя жилые графские покои. Кладовка и погреб мной были давно исследованы и туда я не стала заглядывать, а вот прачечная, бывшие комнаты Мари, Ниты и две пустых я ещё не проверяла.

В небольшой прачечной управилась быстро, там было сыро, и я сомневалась, что кто-то рискнул бы оставить в ней хоть что-то мало-мальски ценное. Комнаты Мари и Ниты я сегодня решила исключить, навряд ли Ора прятала бы письма у них под носом, а вот две пустующие комнаты для слуг я решила тщательно обследовать. И в первой же клетушке мне повезло, я обнаружила небольшую выемку в стене за полкой, туда, судя по пыли, давно никто не заглядывал. В маленьком мешочке кто-то, бережно укутав в несколько слоёв мягкой шерстяной ткани, хранил небольшое, с голубым камешком, медное колечко. Для кого-то оно наверняка было настоящим сокровищем, жаль, что сейчас не узнать, кому это украшение принадлежало, я бы с радостью его отдала. Убрав находку на место, я ещё час рассматривала стены, потолок, пол, немногочисленную мебель, но больше в этой клетушке ничего не нашла.

Во вторую комнату я заходила, не надеясь на чудо, но именно когда, казалось бы, уже ничего хорошего не ожидаешь, я, неловко подвернув ногу, сдвинула треклятую доску. Под обшарпанной половицей лежала большая деревянная шкатулка, рядом с ней находился мешочек, в котором что-то радостно и призывно звенело, а укутанная в холщовую ткань бархатная коробочка пряталась в глубине пола. Только неимоверным усилием воли я, собрав находки в охапку, потащила их в свои покои, чтобы там в привычной обстановке, наконец, увидеть, что же так тщательно прятала Ора. В том, что этот тайник принадлежал сиделке, я была уверена.

— Так и знала! — зло усмехнулась, положив на стол двадцать седьмое письмо от Фрэнка к Оре. Я не сомневалась в том, что мой муж — умелый манипулятор, но чтоб настолько искусно, ни разу не написав прямо, обещать влюблённой девушке место своей жены, это надо быть виртуозом эпистолярного жанра. Теперь стало понятно, откуда в сиделке было столько ненависти к Дель, ведь она занимала её место, место рядом с любимым человеком, которого Ора так неистово желала.

Но, к сожалению, в огромной пачке пожелтевших от времени и парочке новых писем ничто не указывало на то, что муж причастен к отравлению Дель. О жене было сухо и мало написано, он интересовался её здоровьем, и только. Ни слова о микстуре, лекаре и прочих, связанных со смертью фраз.

Осторожно вернув письма обратно в шкатулку, решив прихватить их всё же с собой, мало ли где они пригодятся, я открыла небольшой мешок, высыпав из него на стол не менее двух сотен фарингов. Эта находка меня несказанно порадовала, теперь можно уехать в Ранье, снять комнатку, найти какую-нибудь работу и нанять сыщиков, чтобы следили за семейкой Доуман. Вдоволь полюбовавшись серебряными монетками, я собрала их обратно в мешок. И тут же взялась за бархатную коробочку… там были украшения, некогда принадлежавшие матери Дель, после и самой девушке. Осторожно проводя пальцем по сверкающим граням драгоценных камней, я вспоминала, какая красивая была мама в шелковом платье и в этом колье, когда она с отцом отправилась в театр.

Из грустной задумчивости меня вывел крик Шилоха в саду. Быстро спрятав сокровища в стол, я, помахав в окно рукой, направилась к выходу.

— Мадам Делия… я… вы уж простите, что так, но дом оставлять без присмотра негоже, — заговорил старик, стоило мне только открыть дверь, — дом добрый.

— Ты хочешь вернуться в деревню? — догадалась из бессвязного разговора привратника, чего он хочет.

— Ну так… там и вдовушка одна есть, — промямлил старик, — вы это… не беспокойтесь, я буду приезжать, воду в бак наливать, дрова колоть…

— Отвези меня в Диншоп, — прервала мужчину, быстро принимая решение, — я сейчас соберусь, твой сосед Серого одолжит?

— Так, конечно, — живо отреагировал Шилох, обрадованно улыбнувшись, — так что, сговорились? Я раз в три дня буду в поместье заглядывать.

— Нет, Шилох, поеду я, здесь мне делать нечего.

— Ну… как скажете, госпожа. Я вот, нашёл под матрасом Мари, отродясь у неё столько не было, — проговорил старик, подав небольшой мешочек, — там десять фарингов, уж не знаю, сколько она уворовала у вас, да только что есть — всё вам отдал.

— Спасибо, Шилох, держи, это тебе за помощь, — мягко улыбнулась и, вытащив три серебряные монетки, положила ему в мозолистую ладонь, — когда двуколка будет готова?

— Через час, госпожа… благодарствую, — рвано выдохнул Шилох и, быстро развернувшись, поспешил к воротам. Я тоже поторопилась в дом, требовалось собрать немногочисленные вещи, спрятать в разных местах фаринги и украшения, а также приготовить перекус в дорогу.

— Готово, госпожа, — сообщил мужчина, появляясь в дверях дома. Я как раз только спустила последний из чемоданов, с которыми и доставили Дель в это поместье.

— Отлично, — кивнула, чуть помедлив, проговорила, — ты, как вернёшься, сюда поезжай, продукты забери, а то испортятся. Дом закрой да проверь все окна и двери и больше не ходи сюда, а то мало ли, хозяин вернётся и накажет за своеволие.

— Что вы, мадам, я ни в жизнь.

— Знаю, Шилох, просто беспокоюсь. И не позволяй больше помыкать собой. Как там вдовушка? Хоть нравом добра?

— Хорошая баба, умная, работящая, и сынок имеется, — расплылся в мечтательной улыбке старик, помогая мне забраться в двуколку. Затем он быстро уложил чемоданы и, прикрикнув на старого знакомца, направил лошадку по жёлтой глинистой дороге.

Глава 9

Глава 9

В этот раз мы выехали в Диншоп после полудня, и солнце уже вовсю припекало, а поднявшаяся пыль то и дело попадала в глаза. Ехать было жарко и душно, сегодня так парило, что неминуемо случится гроза. И я очень надеялась, что к этому моменту я уже зайду в вагон поезда, который увезёт меня в Ранье.

Время от времени подскакивая на особо больших ухабах, невидяще рассматривая унылый пейзаж, краем уха я слушала незатейливый мотив в исполнении Шилоха, с волнением и радостью предвкушала скорые перемены. Удивительно, но меня не страшила неизвестность, не пугало осознание, что еду прямиком в жадные лапы семьи Доуманов. Сейчас во мне преобладала твёрдая уверенность, что с сегодняшнего дня непременно всё изменится к лучшему.

До Диншопа мы добрались быстро, не знаю — или я была настроена поскорее покинуть это место, или Шилох подгонял Серого, спеша вернуться в деревню к своей вдовушке. Но уже через час я, держа в руках крохотный билетик, прощалась со стариком.

— Вы, госпожа, осторожней будьте, эти поезда ненадёжны, слышал, с рельсов сходили, — напутствовал меня привратник, сдвинув лохматые брови к переносице, — а ежели вернётесь в поместье, зовите меня, чем могу, подсоблю.

— Хорошо, и ты будь осторожен, да и пить бросай, — ласково улыбнулась мужчине, вдруг почувствовав тихую грусть от расставания с этим добродушным человеком, — ну ладно, поезжай, а то вдовушка, поди, заждалась тебя.

— Здравия вам, госпожа, — пожелал напоследок Шилох, быстро покидая небольшое здание вокзала. Проводив старика мутным взглядом из-за застилавших глаза слёз, я дождалась, когда чуть сгорбленная фигура скроется за колонной, отправилась сдавать свой багаж на хранение. До отправления было ещё три часа, и я планировала присмотреть себе пару юбок, те, что у меня имелись, пора давно выбросить. Куда подевалась одежда Дель, я могла только догадываться.

— Мадам! Мадам! Купите! Последние новости! — закричал мальчишка, стоило мне выбраться из душного здания на небольшую привокзальную площадь.

— Сколько?

— Три сима!

— Давай, — вручила парнишке четыре медяка, один из которых он тут же ловко спрятал в карман.

— Свежая газета! Последние новости! Барон Торс погиб под колёсами автомобиля! — продолжил выкрикивать разносчик газет, рванув в сторону краснощёкой женщины. А я, скрутив покупку в трубочку, направилась к небольшому магазинчику, вывеска которого указывала, что там можно было приобрести практически всё — от дамских чулок до шляпки.

Опасливо всматриваясь в хмурые, насмешливые и надменные лица мужчин, надеясь не встретить знакомых констеблей, я, лавируя между спешащими и праздно разгуливающими людьми, наконец добралась до нужной мне лавки. Дверь, на вид тяжёлая и массивная, удивительно легко мне поддалась, тотчас открывая передо мной прекрасный мир нарядов и прочих женских радостей.

— Я могу вам чем-то помочь? — тотчас обратилась ко мне женщина лет тридцати шести, пышнотелая, цветущая и приятная на вид. На ней был красивый голубой жакет, который выгодно подчёркивал её большую грудь и узкую талию. А юбка в пол из такой же ткани плавно ниспадала с широких бёдер, добавляла статной красавице пикантной привлекательности.

— Да, мне нужен такой же костюм, что и на вас, — произнесла, беглым взглядом окинув небольшое помещение.

— Ооо, я знала! — вдруг радостно выкрикнула женщина, возбуждённо заметавшись по комнате, — знала, что и в этом захудалом городке есть тот, кто по достоинству оценит этот наряд! Мадам…

— Делия, — растерянно улыбнулась даме, которая всего за пару секунд взгромоздила на прилавок не менее десяти жакетов и юбок, сшитых из разных тканей.

— Мадам Прю, — коротко и быстро представилась женщина, тотчас схватив первый костюм, — бакановый? Нет, вы такая бледненькая, так… алебастровый люкзор? Нет, вы потеряетесь в этом цвете. Может, бланжевый? Да, он идеально подходит! Идите, идите за ширму, снимайте этот кошмар, что на вас сейчас надет.

Поддавшись порывистости, заразившись кипучей деятельностью мадам Прю, я, подхватив подол своей юбки, тотчас рванула за ширму. Там быстро скинула с себя юбку, рубаху и бархатную курточку с рукавами буф, которые делали меня похожей на вешалку. Я едва успела прикрыть стратегические места, но от цепкого взгляда ворвавшейся в небольшую примерочную всполошившейся женщины ничего не укрылось.

— О нет! Это тоже снимайте, — приказала мадам Прю, указав пальцем на мою сорочку и панталоны, — мадам Делия, ваши формы так малы, что негоже их скрывать под этой несуразной серой тряпкой!

Усмехнувшись вслед раскомандовавшейся женщине, я всё же стащила с себя панталоны, доходившие мне до колен, и сорочку, которую и правда давно пора было выбросить, и замерла в ожидании.

— Вот эти будут в самый раз, — через минуту влетела в примерочную мадам Прю, вручив мне сорочку из нежного хлопка с кружевной отделкой на груди, длиной доходившую мне до середины бедра, и панталоны из того же хлопка и кружева, которые больше были похожи на трусики. Не уверена, что приличные дамы Диншопа сейчас надели бы такое, но я носила куда развратнее, по нынешним временам, нижнее бельё, так что если мадам Прю и ожидала от меня чопорного вскрика, то она глубоко просчиталась.

— Замечательный комплект, — проговорила, нырнув в чуть широковатую для меня сорочку, — какая мягкая и нежная ткань, мадам Прю, вот здесь для самых смелых можно увеличить ширину кружев.

— О да, мадам! — обрадованно воскликнула женщина, в её глазах вспыхнул огонёк любопытства, который она тотчас поспешила погасить, — мадам Делия разбирается в женских платьях?

— Нет, — натянуто рассмеялась, осознав, что ляпнула лишнее, — Кастелия — тёплая страна, и дамы там вынуждены носить чуть меньше одежды под платьем.

— Мадам Делия была в Кастелии? Я слышала, там женщины оголяют лодыжки?

— Нда… жаркая страна, — промямлила, торопливо надевая на себя жакет и юбку, чтобы ещё чего лишнего не сболтнуть. Мало ли что сейчас носят кастелийские женщины, отец рассказывал об их нарядах больше семи лет назад.

— Ну вот, в самый раз, — удовлетворённо протянула мадам Прю, окинув меня придирчивым взглядом, — чулки сейчас принесу, а туфли можно поменять в обувной лавке Имона, он недорого берёт и ревностно следит за модой в столице.

— Благодарю, мадам Прю, сколько с меня? — спросила, складывая свою одежду в аккуратную стопочку, решив оставить её здесь. Всё же правильно подобранный наряд придаёт любой женщине уверенности, а мне она сейчас не помешает.

— Так… два фаринга и тридцать четыре сима, — произнесла мадам Прю, чуть помедлив, добавила, — за шляпку возьму немного, тогда всего выйдет три фаринга.

— Я примерю, — вежливо улыбнулась женщине, принимая небольшую, симпатичную шляпку, спустя минуту произнесла, — беру.

Отдавать три серебряных монеты, на которые я могла прожить не меньше месяца в Диншопе, оплачивая комнату и продукты, было немного жаль, но, как всем известно, «встречают по одёжке», а в старом, местами штопанном наряде я мало чего добьюсь, да и полагаю, что меня даже слушать бы не стали. Поэтому я решительно вложила в пухлую ладонь женщины три фаринга и, больше ни на секунду не задерживаясь, направилась к выходу.

Прощались с мадам Прю обе довольные друг другом: я тем, что в первой же лавке нашла подходящий мне наряд, мадам Прю тем, что продала экстравагантный костюм, который ни одна дама Диншопа не рискнула бы надеть.

— За часовой мастерской лавка Имона, — подсказала женщина, махнув в сторону невысокого здания, за которым высилась кирпичная башня с небольшими оконцами, — скажите, что от мадам Прю, он возьмёт недорого.

— Спасибо, — поблагодарила женщину, ускоряя свой шаг, иначе мадам так и будет выкрикивать мне вслед наставления, привлекая ко мне ненужное внимание. И спустя пять минут я наконец нырнула за угол, прячась от сверлящего мою спину пытливого взгляда. Но не прошла и пары шагов, как вдруг праздно прогуливающиеся дамочки, дети и мужчины неожиданно резко устремились к невысокому постаменту, который разместили возле двухэтажного здания конторы, невольно увлекая меня в свой поток.

— Говорят, он напал на барона, — взволнованно прошептала девушка лет девятнадцати своей младшей на вид подруге.

— Нет, Жак сказал, что он грабил кареты, — возразила дородная матрона, сопровождающая молоденьких девиц.

— Снасильничал вдову Гилмор, — прошамкал старик своему беззубому, седовласому другу.

— «Чёрт! Они все торопятся посмотреть на казнь» — мысленно выругалась, лихорадочно ища лазейку, чтобы выбраться из плотного людского потока, но, как назло, свободнее всего оказалось вблизи постамента. Недолго думая, я обогнала шепчущихся стариков, устремилась к пустующему пространству, спеша скорее юркнуть в узкий переулок, желая как можно быстрее покинуть это жуткое место.

— Ведут! — вдруг прозвучал возбуждённый и восторженный крик, толпа немедля подалась к помосту, вытолкнув меня к самому краю деревянной площадки.

— «Быстрее!» — тут же скомандовала сама себе, пробираясь через плотный строй мужчин и женщин, инстинктивно содрогаясь от вида предвкушающих кровавое зрелище гримас, и не удержалась, бросила косой взгляд на несчастного, едва не запнувшись, потрясённо остановилась…

К позорному столбу вели того самого весельчака, что повстречался мне у рынка Атвур. Сейчас его губы были сжаты в тонкую полоску, а брови хмуро сдвинуты к переносице. Всего лишь на миг на его лице промелькнул животный страх загнанного зверя, но мужчина, надменно вскинув голову, со злой усмешкой оглядел собравшуюся толпу.

— Ууу… мерзавец, — послышалось за моей спиной, следом раздался звонкий девичий голосок, — убивца!

Невольно вздрогнув от неожиданно жгучей ненависти, прозвучавшей в голосе девушки, я всё равно не смогла себя заставить сдвинуться с места и уйти. Продолжая наблюдать за творившимся кошмаром, с леденящим душу ужасом я смотрела, как на помост поднимается исполинского роста мужчина. В его огромных руках находилась плеть, от вида которой моё сердце пропустило удар, чтобы тут же яростно забиться. Торопливо переведя свой взгляд на приговорённого, я едва подавила испуганный вскрик и неосознанно подалась к помосту. «Весельчака» развернули к нам спиной… Она была вся исполосована страшными, рваными уже побелевшими шрамами. Они буквально опоясывали его худую, жилистую спину, создавая собой жуткий узор…

— Кип Джонс, ты проговариваешься к пятидесяти ударам плетью, — внезапно громко и торжественно объявил наверняка страдающий одышкой толстяк, с трудом забравшись на помост, — тебе есть что сказать?

— Пошёл ты! — огрызнулся тот, кого назвали Кипом, смачно сплюнув под ноги хрипевшему со свистом толстяку.

— Начинай! — брезгливо поморщившись, приказал мужчина, махнув рукой, приводя собравшуюся толпу в неистовое оживление.

— Что сделал этот человек⁈ — вдруг выкрикнула я, признаваясь себе, что врождённое здравомыслие окончательно покинуло меня.

— Оболгал уважаемого господина, мадам!

— Разве за это положено пятьдесят плетей⁈

— Он не смог заплатить штраф господину и городу!

— Сколько? — продолжила закапывать себя ещё глубже, старательно не обращая внимание на изумлённые перешёптывания вокруг меня.

— Мадам, кем вам приходится Кип Джонс? — сурово потребовал толстяк, подозрительно прищурившись, явно не желая отпускать из своих рук желанную добычу. Толпа за моей спиной, словно разворошённый улей, встревоженно жужжала, тоже недовольная вынужденной заминкой.

— Как ты смеешь разговаривать в таком тоне с графиней Делией де Виан-Рейн? — холодным ровным голосом произнесла я, чеканя каждое слово, — Кип Джонс — мой слуга, я требую отпустить его, положенную сумму штрафа я оплачу оскорблённому уважаемому господину и в казну города. И надеюсь, что сумма будет верно посчитана, согласно законам нашей страны.

— Конечно, мадам, — тотчас сменил надменность на заискивание толстяк, шариком скатываясь с помоста, — отвяжите слугу графини и отведите его в контору. Пройдёмте, госпожа…

— Не суетись, — коротко бросила заметавшемуся вокруг меня чинуше, окинув его презрительным взглядом. Гордо расправила плечи, так, что, казалось, мои лопатки коснулись друг друга, вздёрнув подбородок вверх, устремилась к серому двухэтажному зданию.

Глава 10

Глава 10

— Сто фарингов? Дорого запросил ваш уважаемый господин, — усмехнулась, раскрывая небольшую сумочку, где лежала как раз нужная им сумма, — я верно понимаю, здесь также учтён штраф городу?

— Эээ… да, мадам Делия, — вполголоса, будто размышляя, промямлил чинуша, не отводя жадный взгляд от растущей стопочки монет, чуть помедлив, добавил, — я могу уточнить у каз…

— Не стоит, я хочу быстрее закончить с этим вопросом, — прервала толстяка, положив последний фаринг, требовательно посмотрела на мужчину, который почему-то медлил и бросал в сторону двери косые взгляды, — мсье…

— Робби Саймон.

— Мсье Саймон, я спешу, — поторопила чинушу, желая поскорей убраться из этого места. Пока мы шли по длинному и узкому коридору, нам повстречались четыре констебля, возможно, здесь есть те, что были в поместье Доуманов, а с ними мне бы не хотелось встречаться. Но, к сожалению, мои ожидания не оправдались… дверь с шумом распахнулась, и в кабинет вошёл мсье Этьен. Секунда хмурого недоумения сменилась узнаванием и неприкрытым удивлением.

— Мадам Делия⁈

— Мсье Этьен, рада вас видеть, — мягко улыбнулась, догадавшись по тотчас расслабившемуся лицу толстяка, почему чинуша так затянул простой вопрос решения оплаты штрафа.

— Вы прекрасно выглядите, — смущённо проговорил констебль, взглядом показав Робби, чтобы тот убирался. Чинуша оказался сообразительным малым (когда это было ему выгодно) и, коротко кивнув, скрылся за дверью.

— Благодарю, мсье Этьен, — снова улыбнулась, быстро принимая решение. И, намеренно выдержав необходимую паузу, печально вздохнула и, тщательно подбирая слова, произнесла, — после трагической гибели сиделки, которую нанял мой муж, я удивительно быстро пошла на поправку.

— Это замечат… что вы сказали? — не сразу дошло до констебля, с его лица медленно сползла улыбка, а взгляд стал цепким и неприятным.

— Вот, это я нашла у Оры в комнате, она каждый день поила меня микстурой, от которой с её слов мне должно было стать легче, — проговорила, вытащив небольшой пузырёк из сумочки. Таких бутылочек у меня было несколько штук, припрятанных в разных местах моего багажа, — я не знаю, что это, но после них мне становилось очень плохо…ну вы и сами это видели.

— Да, но… мадам Делия, это серьёзное обвинение, — растерянно протянул констебль, явно не желая ввязываться в это заранее проигрышное дело.

— Ооо… я знаю, поэтому прошу вас о небольшом одолжении, — проговорила, с трудом сдержав снисходительную улыбку. Сообщив мсье Этьену о муже и сиделке, я даже не надеялась, что провинциальный блюститель порядка тут же бросится на мою защиту. Я преследовала лишь одну цель — чтобы о покушении знали, возможно, это мне когда-нибудь и пригодится, а пока, — узнайте, пожалуйста, что это за микстура, от которой у меня мутился разум, и отпустите моего охранника. Я хочу вернуться домой, а в связи с открывшимися обстоятельствами, как вы понимаете, в поместье Рейн, наследницей которого являюсь я, будет небезопасно.

— Конечно, мадам Делия, — облегчённо выдохнул мужчина, радуясь, что его не втягивают в разборки господ, — я сейчас же дам распоряжение.

— Благодарю, мсье Этьен, вы настоящий рыцарь, — нежно проворковала, чуть помедлив, добавила, — через час поезд отправится в Ранье, я буду благодарна, если вы вышлете результат исследования в поместье Рейн. Лично в руки графине Делии де Виан-Рейн.

— Да-да, конечно, позвольте, я провожу вас к выходу.

— Мне будет очень приятно, — продолжала рассыпаться в любезностях, мысленно поторапливая констебля. В этот раз мне повезло встретить мсье Этьена, он был гораздо приятней в общении и, кажется, немного робел передо мной. Будь на его месте мсье Дакс, полагаю, я бы так легко не отделалась, поэтому к моим прочим причинам поскорей убраться из Диншопа добавился ещё один важный, не терпящий отлагательств повод.

— Привести Кипа Джонса в приёмную, — приказал констебль незнакомому парнишке, как только мы покинули кабинет. Толстяка в узком коридоре не наблюдалось, и я была этому несказанно рада, — мадам Делия, я обязательно выполню вашу просьбу.

— Спасибо, мсье Этьен, не знаю, что бы я без вас делала.

— Мадам… будьте осторожны, — проговорил мужчина, вдруг сжав мою ладонь, едва слышно продолжил, — я надеюсь, вы понимаете, кого наняли в свою охрану?

— Конечно, — коротко ответила, осторожно высвобождая стиснутую руку, напомнив, — поезд.

— Да, — встрепенулся мсье Этьен, быстрым шагом повёл меня по душному коридору, и уже через минуту мы оказались в крохотной каморке без окон. Спустя ещё пару минут в приёмную ввели «весельчака», на его лице появилась новая ссадина, а ступая на левую ногу, «слуга» слегка морщился. Но всё же я не стала требовать наказания за избиение моего «охранника», взмахом руки указав тому на дверь, первой покинула мрачное заведение.

— Мадам, я благодарен вам за помощь, — произнёс Кип Джонс, стоило нам остановиться у небольшой кондитерской лавки, — если вы немного подождёте, я верну вам ваши деньги.

— Хм… тогда почему ты сам не заплатил штраф?

— Не предоставили такой возможности, — с кривой усмешкой ответил мужчина, — сколько вы отсыпали за мою шкуру?

— Я так и думала… уважаемого и оболганного человека тоже не существует?

— Да, мадам.

— Сто фарингов, — коротко ответила, окинув придирчивым взглядом Кипа, по которому не скажешь, что он располагает такими деньгами.

— Десять минут, мадам, — озорно улыбнулся «весельчак», быстро метнувшись в проулок. Меланхолично пожав плечами, признаться, не надеясь на его возвращение, прикинула, что времени до отправления поезда ещё достаточно, заказала себе чашку чая и пирожное, присела за небольшой столик. Но не успела сделать и пары глотков ароматного напитка, как из подворотни вынырнул Кип.

— Ты быстро, — не преминула заметить, поставив кружку на блюдце и обратив свой взор на звонко звякнувший мешочек, брошенный мужчиной на стол.

— Вот. Здесь всё, можете проверить.

— Я верю, — улыбнулась, убирая кошель в сумочку, мельком взглянув на часы, что висели на башне ратуши, и проговорила, — мне пора, прощай, Кип.

— Мадам… мне не нравится быть должным, а вы спасли мою дырявую шкуру уже дважды, чем я могу отплатить свой долг? — поднялся следом за мной «весельчак», вопросительно на меня посмотрев.

— Просто не попадайся больше плохим парням и вообще, в этом городе у тебя хватает врагов, на твоём месте я бы покинула Диншоп, и как можно скорее.

— Врагов у меня везде полно, — усмехнулся Кип, настойчиво меня преследуя, — всё же, мадам Делия де Виан-Рейн, что я могу для вас сделать?

— Помоги вернуть сына и наследство моего отца, — выпалила, резко останавливаясь, чуть не сбив с ног следующего за мной по пятам, ошеломлённого мужчину.

— Эээ… мадам Делия, может, у вас любимая собачка потерялась и её нужно найти? Или дамочка какая косо посмотрела, и её стоит припугнуть? — пробормотал Кип, умоляюще на меня взглянув.

— Нет. Кип, ты мне ничего не должен, — с горькой усмешкой ответила и, резко отвернувшись, продолжила свой путь.

— Мадам, вы не знаете, кого просите…

— Одного из служителей теневого общества, которое занимается грабежами, вымогательствами и убийствами? — насмешливо проговорила, своими словами приведя мужчину в ещё большее замешательство.

Было нетрудно догадаться, чем занимается этот тщедушного телосложения «весельчак». В прошлой жизни у меня был некий опыт общения с представителями такой же организации. Имея в собственности одну из самых крупных компаний в городе, рано или поздно тебе придётся начать сотрудничество с людьми, которые берут на себя защиту и сопровождение.

— Мадам очень проницательна, — прервал мои мысли Кип, по-новому на меня посмотрев, — до отправления поезда в Ранье ещё тридцать минут, этого времени будет достаточно, чтобы вы мне рассказали о вашем муже и о его семье. После я отправлю ваше предложение… о содействии и сообщу вам о принятом решении.

— Договорились, — подала руку для рукопожатия изумлённому мужчине, видимо, он до конца надеялся, что у меня всё же разыщется потерянная собачка, которую непременно нужно срочно найти, заговорила, — Фрэнк Доуман, мой горячо любимый муж…

Рассказ вышел коротким и сухим. Я излагала факты и предполагаемые мной домыслы. Честно поведала о гибели сиделки, нечаянно поднявшись в глазах Кипа на пару пунктиков. Когда отдала мужчине пузырёк с отравой, получила ещё одну порцию восхищения. А назвав процент от чистой прибыли, который я готова выплачивать их организации, завоевала искреннее уважение. Мужчина если и задавал вопросы, то делал это кратко и по существу, так что нашу беседу можно считать вполне удачной.

За десять минут до отправления поезда мы, подытожив наш занимательный разговор, поспешили на вокзал. Там Кип помог мне разместиться в вагоне, устроив меня в шикарном купе, в котором, если верить словам кондуктора, я буду ехать в полном одиночестве. Пожелав хорошего пути и почти по-родственному попрощавшись, Кип ушёл, оставляя меня в тягостном ожидании.

До полуночи оставалось около шести часов, и чтобы хоть чем-то себя отвлечь, я занялась разглядыванием старинного вагона. Он практически ничем не отличался от привычного мне. Здесь только железо, пластик и кожзам заменили дерево и бархат. Занавески — красная парча с золотым тиснением, смотрелись слишком вычурно. Лампа на латунной ножке, прикреплённая к деревянной панели, едва освещала купе. Тканевые обои с растительным рисунком и красная дорожка на полу. Всё это выглядело необычно, как в музее… и всё же, здесь было гораздо уютнее, чем в обезличенном вагоне моего прошлого.

Изучив комнату, в которой мне предстояло жить больше трёх дней, я некоторое время смотрела на проплывающий за окном пейзаж. После поужинала вкусным стейком с овощами, впервые попробовав местное вино, которое было удивительно лёгким и нежным. Когда за окном окончательно стемнело, а в коридоре вагона чуть притушили свет, я устроилась на вполне вместительном сиденье спать и благополучно проспала до самого полудня, пробудившись только после третьего стука проводника, который, видимо, уже не в первый раз интересовался, когда подать мне завтрак.

— Через полчаса, — отозвалась, осоловелым взглядом окинув просторное купе, едва успела прикрыть рот, и, заглушая испуганный крик, сердито буркнула, — как ты сюда попал? Я видела тебя на перроне, когда поезд тронулся! Хотя какая мне разница…

— И тебе доброе утро, Дель, — поприветствовал меня Кип, неожиданно перейдя на ты, он вновь откинулся на соседнее сиденье и по-кошачьи потянулся, — я сел в поезд на станции Борсье, чтобы сообщить, что Скай согласен.

— Скай? Хм… небо, это его настоящее имя?

— Никто не знает его настоящего имени, — хмыкнул Кип, закинув руки за голову, и проговорил, — за твоим мужем, его отцом и прочими с сегодняшнего дня установят слежку. То, что я узнал о семейке Доуман, меня не порадовало, ты затеваешь опасную игру.

— Я догадывалась.

— Ты ещё можешь отказаться… я найду тебе милую собачку, и мы будем в расчёте…

— Нет, я хочу вернуть должок семье Доуман, — зло усмехнулась, пристально посмотрев на мужчину, и, чуть помедлив, продолжила, — и забрать своё…

* * *

— Дель! Дель⁈ Ты как? — прервал мои воспоминания Кип, обеспокоенно меня осматривая, — я полчаса до тебя докричаться не мог.

— Всё хорошо, просто задумалась, — пробормотала, с тихим стоном сдавив виски, головная боль сегодня явно не собиралась меня покидать, — что-то случилось?

— Он уже минут двадцать колотит в дверь и орёт, — ответил мужчина, удивлённо вскинув бровь, — ты не слышала?

— Пусть стучит, — равнодушно повела плечами, поднимаясь с кровати, — когда-нибудь это ему надоест, и он уйдёт.

— Сомневаюсь, уж больно настойчив, — с презрительной улыбкой произнёс мой охранник, — хочешь, я спущу его с лестницы?

— Хочу, но не сегодня, — благодарно улыбнулась Кипу, неохотно отправилась к выходу, и, с трудом сдвинув засов, распахнула дверь, — что тебе, Фрэнк? Я же сказала, что мы поговорим завтра утром.

— Ты… — промычал подвыпивший муженёк, наверное, враз забыв, зачем ломился в мои покои, — а где Ора, твоя сиделка?

— Сиделка, которую ты нанял, чтобы она за мной ухаживала? — насмешливо уточнила, заметив согласный кивок, продолжила, — погибла, упала с крыши.

— Эээ…

— Приятных снов, Фрэнк, — ласково улыбнулась, захлопывая перед потрясённым мужем дверь.

Глава 11

Глава 11

Проснулась я непривычно рано. За окном было ещё темно, а предрассветный сумрак только начал отвоёвывать своё время у ночной мглы. В поместье царила настороженная тишина, обычно, из воспоминаний Дель, на кухне уже гремели посудой, Эми кормила кур в птичнике, а Отто покрикивал на разыгравшихся во дворе щенков. С тех пор многое изменилось… Дель изменилась.

Провалявшись в постели примерно с полчаса, безрезультатно пытаясь заснуть, я всё же смирилась с этим безнадёжным делом. Спустилась с кровати, на цыпочках прошла мимо дивана, чтобы не потревожить чуткий сон Кипа, и заперлась ванной комнате. Там быстро умылась, тщательно расчесала волосы, длиной доходившие мне до лопаток, заплела косу, набросила халат, распахнула дверь и едва не врезалась в застывшего у порога ванной Кипа.

— Только хотел постучать, — сонным голосом пробормотал мужчина, растирая глаза, — Лудо пришёл, открыть ему?

— Я сама, иди умывайся.

— И чего ты в такую рань поднялась, — добродушно проворчал Кип, скрываясь за дверью. Я же, бросив взгляд на свалившийся на пол плед и сбитую в треугольник подушку, поспешила открыть дверь дворецкому.

— Мадам Делия, доброе утро! Вы всё так же просыпаетесь ещё до рассвета, — поприветствовал меня Лудо, ласково улыбаясь, — завтрак для вас подать в покои или спуститесь в малую столовую?

— Доброе утро, Лудо, я позавтракаю в столовой, — улыбнулась в ответ старику, чуть помедлив, спросила, — где обычно завтракает Дарен и в какое время?

— Мсье Дарен завтракает у себя в детской, завтрак будет подан через полчаса. Мсье Теодор требует соблюдать режим.

— Теодор — это гувернёр мальчика?

— Да, госпожа.

— Лудо, подай завтрак в малую столовую на три персоны, — распорядилась, ощутив нетерпеливое волнение от предстоящей встречи.

— Мадам Делия, мсье Фрэнк не покидает покои раньше полудня.

— Отлично, сможем спокойно позавтракать, — улыбнулась растерянному дворецкому, поспешила пояснить, — для меня, Дарена и моего секретаря.

— Прошу прощения, мадам Делия, через двадцать минут завтрак будет подан.

— Спасибо, — поблагодарила зардевшегося старика, закрывая дверь комнаты, мысленно перебирая свой скудный выбор одежды, и выходило, что сегодня мне придётся снова надеть костюм, в котором я прибыла в поместье.

— Обычно таких, как я, за господский стол не усаживают, — с ехидным смешком прокомментировал услышанное Кип, снова улёгшись на диван.

— Таких, как ты — это каких? — произнесла, тщательно рассматривая свой жакет, — кстати, ты не рассказал, да и я не спрашивала… если я не ошиблась в своих выводах, то ты не последний человек в вашем обществе, как получилось, что тебя едва не выпороли у позорного столба? Тебя могли убить.

— Нет, убивать меня никто не собирался, а вот унизить и опозорить — да, — беззаботно рассмеялся Кип, рывком принимая вертикальное положение, — я пришёл на чужую территорию, без дозволения решил важное для нас дело. Меня хотели наказать, чтобы другим неповадно было.

— А Скай⁈ Он не мог помочь? — возмутилась, резко обернувшись к ухмыляющемуся мужчине.

— Не мог, я действовал от своего имени, знал, что рискую и чем мне это грозит. Никто не должен знать, что я выполнял поручение Ская.

— Хм… — не нашлась, что сказать, но запомнила, что неведомый мне Скай очень жесток к своим людям и с ним надо быть осторожной.

— Какие планы у тебя на сегодняшний день?

— Познакомиться с сыном, я его не видела больше пяти лет. После позавтракать в компании интересных мужчин. Затем требуется съездить на завод. Потом заехать в лавку одежды и приобрести пару жакетов, рубах и юбок. Ну, и побеседовать с Фрэнком, — закончила перечислять срочные дела на сегодня и, подхватив одежду, направилась в ванную переодеваться, на ходу дополнив, — а ещё поговорю со слугами, полагаю, с большей частью из них нам придётся расстаться.

— День предстоит весёлый, — хохотнул Кип, продолжая что-то говорить, но за закрытой дверью я уже ничего не слышала. Через пару минут, осмотрев себя придирчивым взглядом, заправила за ухо выпавшую прядь волос и направилась к выходу.

Идти в комнату к сыну Дель, а теперь и к моему, было очень страшно. Мне кажется, я так не боялась, даже когда боролась на крыше с Орой. Почему-то именно эта встреча меня больше всего пугала. Пока я шла по длинному коридору, моё сердце то замирало, то заходилось в бешеном ритме, ладошки стали мокрыми, а по спине ползли зябкие мурашки. В воспоминаниях Дель Дарен был маленьким годовалым карапузом, который только научился ходить, делая это неуклюже и заваливаясь набок. Сейчас же я иду к шестилетнему мальчугану, взрослому человечку, который совершенно не помнит свою маму.

— Дель… дети многое прощают и быстро забывают обиды, — шепнул мне на ухо Кип, успокаивающе похлопав по плечу, — уверен, он примет тебя.

— Да, — рассеяно кивнула, глубоко вдохнув, подала знак мужчине, чтобы он открыл дверь, и решительно переступила порог. Но тут же от неожиданности вздрогнула от резкого окрика и громкого удара.

— Мсье Дарен! Что я говорил вам! Плечи! Подбородок! — визгливым голосом отчитывал сжавшегося в комочек ребёнка высокий, как палка, мужчина лет сорока пяти, продолжая стучать указкой по столу, возле самой ладошки Дарена. Мне хватило одного лишь настороженного взгляда сына, чтобы принять решение. Видеть, как он испуганно вздрагивает и с каким страхом смотрит на деревянный прут, я уже не могла, сквозь зубы процедив:

— Кип…

— С лестницы? — с полуслова понял меня секретарь, тотчас устремившись к изумлённому мужчине, который только сейчас заметил, что в детской находятся посторонние.

— Кто вы такие и как посмели… что вы себе позволяете, — взвизгнул гувернёр и учитель в одном лице, которого буквально волоком тащил к выходу Кип, — я буду жаловаться мсье Фрэнку.

— Жалуйся, — оскалился мой секретарь, выпихнув сопротивляющегося мужчину в коридор.

— Как вы смеете! — негодующе затрясся бывший учитель Дарена, расправляя пиджак, — мсье Фрэнк…

— Мсье Теодор, я полагаю, вы догадались, что в месте учителя вам отказано. Покиньте поместье сейчас же, вопросы о выплате остатка жалования можете обсудить с моим секретарём. И радуйтесь, что мсье Кип не применил к вам те же наказания, что вы использовали в воспитании Дарена, — прервала закатившего истерику мужчину, с трудом сдерживая желание врезать по его надменной морде.

— Ыыы… обсудим? — тут же радостно протянул Кип, подавшись к возмущённому мужчине.

— Я буду разговаривать только с мсье Фрэнком, — высокомерно высказался Теодор, с силой одёрнув свой пиджак так, что затрещали швы, поспешил к лестнице.

— Проследить?

— Да, Кип, — кивнула, проводив взглядом рванувшего вдогонку за учителем мужчину, плотно закрыла дверь, на секунду замерла, собираясь с мыслями, и медленно повернулась к ребёнку, — здравствуй, Дарен, я Делия Рейн, твоя мама… прости, что меня так долго не было. Впредь я очень постараюсь, чтобы мы с тобой больше не расставались.

— Ты выздоровела? — едва слышно спросил мальчик, пытливо всматриваясь в моё лицо, — и больше не уедешь лечиться?

— Да, я выздоровела и буду беречь своё и твоё здоровье, — глухим голосом ответила, с трудом проглотив застрявшей в горле комок.

— А мсье Теодор, он не будет моим учителем? — спросил малыш, выжидающе на меня взглянув, казалось, сейчас его больше всего волновал именно этот вопрос.

— Нет, мы найдем нового… Дарен, ты завтракал?

— Нет, ещё семь минут надо подождать, — проговорил сын, бросив беглый взгляд на небольшие настенные часы с маятником, стоящие в углу детской, которая скорее походила на комнату аскета. Такая же пустая, с минимальным набором мебели и без единой игрушки.

— А я уже очень хочу есть, присоединишься ко мне?

— Внизу? — неверующе уточнил ребёнок, нетерпеливо поёрзав.

— Да, вместе со мной и Кипом — это мой помощник и секретарь. А после завтрака я планировала съездить на завод, поможешь мне с проверкой? Боюсь, я могу упустить что-нибудь важное.

— А можно?

— Конечно. Идём? — протянула руку очень серьёзному мальчишке, с волнением ожидая его решения. И уже спустя минуту я с величайшим трепетом нежно сжала маленькую ладошку, которую доверчиво вложил Дарен, ласково улыбнувшись, повела его завтракать…

— Нет, Дар! Если ты сам не будешь следить за своим оружием, то оно может тебя подвести в самый неподходящий момент, — объяснял очевидное для себя Кип, с лёгкостью общаясь с мальчиком.

Я же пока немного терялась, не зная, как себя вести с сыном. Порой в моей душе вспыхивала щемящая нежность к ребёнку, в горле застывал ком, слёзы застилали глаза и хотелось прижать сына к груди и никогда не отпускать. Порой задумчивый и серьёзный взгляд взрослого человека, который не мог принадлежать ребёнку шести лет, меня беспокоил, смущал, и я невольно начинала держать дистанцию. Но одно было неизменным, я никому больше не позволю обидеть сына.

— Мадам Делия, мсье Фрэнк… он сейчас спустится, — едва слышно сообщил дворецкий, поставив передо мной кружку с чаем. Мы почти закончили завтракать и, признаться, я не хотела портить себе настроение с утра пораньше, но, видимо, супругу не спалось, раз он поднялся в такую непозволительную для него рань.

— Спасибо, Лудо, — поблагодарила старика, вернувшись к прерванному разговору. Точнее, я и Дарен больше слушали забавные истории Кипа, которые, конечно же, случились с ним в детстве. Благодаря этим, порой немного грубым, рассказам, Дарен оживился, несколько раз заливисто смеялся, правда, тут же, словно боясь быть наказанным, озирался и замирал.

— И тебя она не укусила? — с восторгом уточнил сын, чуть подавшись к Кипу.

— Укусила, прям кхм… не при дамах будет сказано, я тебе потом шрам покажу, — заговорщицким голосом прошептал мужчина, склоняясь к мальчику.

— Лудо, что я говорил? Я не терплю, когда дети мешают мне завтракать в тишине, — раздался высокомерный голос Фрэнка и вскоре он сам предстал перед моим взором, — Дарен, иди в свою комнату.

— С сегодняшнего дня мой сын будет завтракать, обедать и ужинать вместе со мной, — чеканя каждое слово произнесла, успокаивающе улыбнувшись ребёнку. Я не хотела, чтобы Дарен наблюдал за нашим с мужем противостоянием, но и отправлять сына наверх, стоило только узнать, что Фрэнк направляется в столовую, я считала глупостью. Надо сразу дать понять муженьку, что отныне в доме будет всё по-другому.

— У Дарена сейчас должны идти занятия, — сделал ещё одну попытку настоять на своём Фрэнк, вальяжно усаживаясь напротив меня.

— Учителя, которого ты нанял, я уволила, — произнесла, подняв кружку с чаем, сделала небольшой глоток, — Дарену требуется лучший, мсье Теодор недостаточно хорош для моего сына.

— Делия, — процедил сквозь зубы Фрэнк, сжимая в кулак салфетку, — я требую…

— Дарен, ты позавтракал? Отлично, Лудо, проводи мсье до его комнаты, пусть возьмёт куртку. Через пять минут мы выезжаем, я буду ждать тебя в холле, — прервала мужа, неторопливо поднимаясь из-за стола.

— Ладно, — кивнул сын, бросив настороженный взгляд на отца, отправился к выходу, за ним тотчас последовал Лудо, пару раз обеспокоенно обернувшись.

— Делия, я требую… — вновь заговорил Фрэнк, стоило только сыну и дворецкому покинуть малую столовую. Сейчас здесь находились я, Кип и младший Доуман. Служанка, что подавала нам завтрак, исчезла.

— С сегодняшнего дня управление поместьем и заводом я беру на себя. Мне больше не требуется помощь твоего отца. Я сама буду управлять своим имуществом. Отныне в моём доме все подчиняются моим правилам, — ровным голосом произнесла, не сводя взгляд с изумлённого мужа, ласково улыбнувшись, добавила, — мне пора, приятного завтрака, Фрэнк.

И только покинув столовую, убедившись, что муж не последовал за мной, я с шумом выдохнула. Оказывается, проговаривая заранее отрепетированную речь, я не дышала.

— Ну вот, ты разворошила улей с осами, — усмехнулся Кип, с уважением на меня взглянув.

— Угу, иначе нельзя, всё, что вы накопали на Сефтона, всего лишь слухи. Скай прав, мне нужно, чтобы он попался на горячем, — одними губами прошептала, чуть помедлив, продолжила, — надеюсь, сведения верны и старший Доуман не убьёт меня раньше.

— Нет, он не будет так спешить и подставляться, старший тонко играет, и тебя ждёт более изощрённое наказание за то, что выжила и явилась без его дозволения, — напомнил ранее сказанное Кип, — Скай не допустит твоей гибели, ты предложила хороший куш, только не затягивай с первым взносом. А с остальным тебе придётся справляться самой, ну и я буду рядом.

— Посмотрим, и спасибо тебе, — поблагодарила мужчину и, заметив сына на лестнице, ласково улыбнувшись, заговорила, — ну что? Готов поработать?

— Да, — неловко улыбнулся в ответ сын, крепко сжимая в руках свою куртку.

— Тогда вперёд, — преувеличенно бодрым голосом воскликнула, дождалась, когда Дарен спустится с лестницы, и, взяв ребёнка за руку, устремилась к двери, на ходу распорядившись, — Лудо, обедать в поместье мы не будем, скажи кухарке, чтобы ничего не готовила.

Глава 12

Глава 12

Было довольно увлекательно наблюдать из окна небольшой кареты за проезжающими мимо нас старинными автомобилями, которыми управляли высокомерные господа; спешащими доставить пассажиров кебами; юркими и лёгкими двуколками, в которых, заливисто смеясь, сидели юные мсье.

Улицы Ранье были куда оживлённее улиц провинциального Диншопа. Все куда-то спешили, было шумно, ярко, но в то же время здесь процветала нищета и разбой, особенно это было заметно на окраинах города.

Скособоченные, в пятнах плесени дома. Недостроенные, но уже разрушающиеся каморки, в которых бездомные укрывались от непогоды. Двухэтажные домики с облезшими стенами ютились среди кирпичных заводов и бумагопрядильных фабрик, которые испускали из своих труб чёрный густой дым. Там же находились грядки с овощами, огороженные гнилыми досками с остатками голубой краски. Горы мусора, перепревшего сорняка, бурьяна и крапивы.

Полуголодные дети играли в пыли палками и связанным в тугой комок тряпьём. Их сердитые, уставшие матери, занимаясь домашними делами, зорко следили за своими чадами. Отцы-работяги, уходившие на заработок в город в понедельник, чтобы только в субботу вернуться к семье, заливали обиды дешёвым пойлом. Мелкие лавочники, прачки, гладильщицы, расположившиеся со своим ремеслом в одной из жилых комнат, брали на дом работу, чтобы хоть как-то выжить в этом забытом богом месте.

Но постепенно сырые развалюхи сменяли дома подобротней, с небольшими ухоженными огородиками. Улицы становились шире, чище, и всё меньше встречались попрошайки. Вслед за ними появлялись большие поместья, с садиками и лужайками, выведенными словно по линейке клумбами и узкими дорожками.

После снова развалюхи, грязь и нищета, среди этого убожества — маленькие симпатичные часовни. Всё это плавно перетекало в главный порт Парбот, с пришвартованными огромными кораблями, баржами и мелкими судами, над которыми летали крикливые чайки. И наконец центр города… прекрасный, богатый, сверкающий чистотой и яркими, привлекающими взгляд вывесками.

Поместье Рейн находилось в сорока минутах езды от города, в чудесной долине, окружённой деревьями и кустарником. Земля там была глинистая, скудная, поэтому полей и огородов в долине дождей не встретишь. Зато воздух был чист, запах прелой листвы, сладкий аромат летних цветов и сырой земли дарили покой и умиротворение. И я бы ни за что не променяла жизнь в поместье на жизнь в крикливом и бойком Ранье.

А вот кирпичный завод отца был построен в несколько милях от поместья, и если бы не зарядившие перед нашим прибытием дожди, которые размыли к нему единственную прямую дорогу, мне и сыну не пришлось бы добираться до места назначения через весь город и смотреть на то, как нищие дерутся в грязи за брошенную одним из юных мсье монетку.

— Ты был в парке? — прервала наше затянувшееся молчание, обращаясь к Дарену, который, высунув головёнку в окно кареты, с любопытством всё осматривал.

— Нет, я был в городе три раза, мы ездили к мсье Сефтону, — ответил сын, ненадолго обернувшись в мою сторону.

— Я тоже давно не была, наверняка в парке многое изменилось, — произнесла, снова замолчав, совершенно теряясь рядом с ребёнком, мысленно выругалась на Кипа, который заявил, что поедет на облучке с извозчиком.

— Томас сказал, что там продают мороженое и яблоко в карамели, — неожиданно заговорил сын, продолжая смотреть в окно.

— Это твой друг?

— Нет, он был у мсье Сефтона, когда я приезжал к нему. Томас старше меня на пять лет, и он дерётся.

— Ты дал ему сдачи?

— Нет, он сильней и больше.

— Это не важно, даже маленький человек может победить большого, просто надо знать, как это сделать. Мы попросим Кипа, он обязательно тебя научит.

— Он уже показал один приём, — вдруг озорно улыбнулся Дарен, бросив на меня украдкой взгляд.

— Отлично, — улыбкой поддержала начало доверительной беседы, поставив мысленную зарубку обязательно выяснить, что это за приём такой и почему я об этом ничего не знаю.

— Наверное, мы приехали, — неуверенно сообщил Дарен, и правда, карета через пять минут плавно остановилась, а перед нашими окнами возник высокий кирпичный забор.

— Да, приехали, выходим?

— Прошу вас, мадам, — тотчас раздался довольный голос Кипа, дверь распахнулась, являя нашему взору улыбающегося секретаря, — мсье Дарен, мадам Делия.

— Благодарю, — рассеянно проговорила, беглым взглядом осмотрев кирпичный забор, который терялся в обе стороны за горизонтом. И массивную деревянную дверь, что сейчас была заперта.

— Я постучал, за ней отозвались и пообещали открыть, — сообщил Кип, в очередной раз восхитив меня своей предусмотрительностью.

— Спасибо, — едва успела поблагодарить, за стеной послышался невнятный говор, затем скрежет ржавого железа, и дверь отворилась.

— Мадам Делия де Виан-Рейн и мсье Дарен Доуман, — громко объявил Кип застывшим по ту сторону стены седовласому мужчине лет шестидесяти на вид и светловолосому парню, которому, скорее всего, было не больше семнадцати.

— Хозяйка? Выздоровели? — неверующе уставился на меня мужчина, беглым взглядом окинув меня с ног до головы, — а господина Сефтона нет, управляющего тоже сегодня не было.

— Я знаю, что их нет, — проговорила, слегка и незаметно подтолкнув сына в спину, подсказав, что пора идти, первой направилась к двери, — кто вы?

— Эээ… мастер я здешний, заведую, значит, производством, только заказов совсем нет, кирпич на складах лежит, никому не нужный, — ответил мужчина, торопливо сдвигаясь в сторону.

— Звать тебя как, мастер? И парень пусть представится, — улыбнулась растерявшимся работникам, быстро оглядев двор. В южной его части находились печи для обжига кирпичей, сушильные камеры и, судя по дымовой трубе, котельная. Всё выглядело крепким, было заметно, что здания находились в хозяйских руках. В северной стороне под длинным навесом лежала привезённая глина, там же стояли склады, в которых, возможно, хранился готовый к продаже кирпич. У входа на территорию завода было построено двухэтажное здание, на первом жили работники, что приезжали сюда из ближайших деревень, на втором должны находиться кабинеты отца, управляющего и комната отдыха.

— Гейб я, а это Мило, он на воротах стоит, — ответил мужчина, прерывая мои мысли, неловко улыбнувшись, и замер в ожидании.

— Мило, значит… Гейб, раз ты здесь за главного, наказываю тебе с сегодняшнего дня на территорию завода не пропускать никого из семьи Доуман, также запрещено заходить на территорию завода управляющему. Ты меня понял?

— А как же… кто за всем этим? — растерялся от таких новостей мужчина, взглядом ища поддержки и объяснения у Кипа, которого, казалось, всё это только веселило.

— Я буду. Ты, Гейб, умеешь производить кирпичи, а я смогу их продать, — пояснила недоумевающему мастеру, — Дарен мне в этом поможет, а пока покажи мне завод. Мило, если появится управляющий, позови меня или моего секретаря мсье Джонса.

— Как прикажете, госпожа, — тотчас заверил меня парнишка, которого не так обеспокоили грядущие изменения.

— Пройдёмте, хозяйка, — позвал Гейб, до сих пор пребывая в растерянности, но всё же не преминул напомнить, — тут склады, сейчас в них полно кирпичей, только они никому не нужны.

— Угу, а здесь котельная, — проявила чудеса догадливости, с трудом сохраняя серьёзное выражение лица, так как Гейб настойчиво продолжал обращаться к Кипу, не зная, как себя вести с женщиной. Хотя я знала, что в Ранье, как и в других крупных городах, женщины давно управляют своим имуществом, создают компании, открывают заводы и фабрики, просто их ещё так мало, что пока для таких вот замшелых шовинистов это было диковинкой.

— Сейчас здесь осталось всего десяток работников, остальные подались на заработки в город, — пожаловался Гейб после часовой экскурсии по заводу, — господин Грин задолжал нам за полгода работы, но говорит выплачивать нечем, товар весь на складе.

— Много должен?

— Мне пятнадцать фарингов, остальным меньше.

— Подскажешь, где кабинет управляющего?

— Как не показать, вы ж хозяйка, только двери господин Грин запирает, — меланхолично пожал плечами Гейб, показывая дорогу.

— Когда он обычно приезжает?

— Как дожди начались, уже неделю не показывался… вот, госпожа, его кабинет, — ткнул пальцем мастер на массивную дверь.

— Сломать можешь?

— Если госпожа прикажет, — пробормотал мастер, придя в ещё большее замешательство, — ломать?

— Да, — коротко ответила, покосившись на сына, для которого сейчас было всё интересно и ново, по-моему, его даже увлекла эта проверка. Зря я волновалась, что Дарену будет скучно, вон какими глазёнками он следил за Гейбом, который устремился вниз по лестнице и вскоре вернулся с кряжистым рыжеволосым мужчиной, в его богатырских руках была огромная кувалда.

— Госпожа, вы бы отошли, а то зацеплю ненароком, — пробасил приглашённый. Мы тут же последовали его совету и, уйдя вглубь небольшого коридора, замерли в ожидании. Один сильный удар — и дверь с обиженным стоном распахнулась, сердито врезавшись в стену.

— Оу! — тотчас раздалось восторженное восклицание сына, он с уважением взглянул на мужчину, которому явно польстило такое внимание.

— Ты заходи почаще, я научу молотом тебя стучать, руки станут крепкими, — произнёс работник, на миг забывшись, но тихое шипение мастера напомнило ему об ошибке, — простите, госпожа, мсье…

— Дарен, ты хочешь сходить с… — вопросительно взглянула на мужчину, опасливо поглядывающего в мою сторону.

— Фок, госпожа.

— С Фоком?

— А можно?

— Конечно, Кип тебе проводит, а я пока посмотрю бумаги, — улыбнулась сыну, которому явно не терпелось узнать, что такое молот.

— А ты? Ты просила помочь, — рванул было к лестнице Дарен, но резко остановился.

— Бумаг хватит на всех, я пока их разберу, а после начнём просматривать и пересчитывать, — заверила ребёнка в том, что его помощь мне обязательно потребуется, кивком отпустила Гейба и остальных, дождалась, когда мужчины скроются за поворотом, и повернулась к кабинету управляющего.

Он был грязный, словно здесь не убирали со дня гибели отца. Наверняка ранее в комнате было богатое убранство, сейчас же здесь сиротливо стояли две табуретки, невысокий шкаф, заваленный конторскими книгами и прочей макулатурой, колченогий стол, старый календарь, чернильница и часы, не заводившиеся по меньшей мере лет пять. На полу вперемешку с мусором и глиной валялись рыбьи кости, засохший огрызок яблока и смятые в комок листы бумаги. Брезгливо оглядев засаленный край стола, я, тяжело вздохнув, приступила к нудной, невообразимо противной работе.

Глава 13

Глава 13

— Мадам Делия! Госпожа… — прервал меня от созерцания трёх стопок бумаг робкий голос Мило, — госпожа, там мсье Грин пришёл, как вы и велели, я его не пустил на завод, но он шибко ругается.

— Эээ… да, ты молодец, — рассеянно проговорила, наконец сфокусировав взгляд на парнишке, — где он стоит?

— За дверью. Стучит и обещает меня выпороть.

— Не трусь, — ободряюще улыбнулась, с тихим стоном поднимаясь с шаткого табурета, мельком посмотрев на часы, которые мне всё же удалось завести, и потрясённо выдохнула, — три часа прошло?

— Да, госпожа, мсье Дарен и мсье Кип поднимались к вам, но вы были заняты, и они снова ушли к мастеру.

— Давно? — уточнила, мысленно выругавшись: «мать из меня так себе, даже не заметила ребёнка, он, поди, ещё и голодный».

— Часа два прошло, — ответил Мило, поспешил добавить, — маленький господин кирпичи учился изготавливать… вон слышите, мсье Грин кричит.

— Угу, — согласно кивнула, быстро спустилась по лестнице на первый этаж. Широким шагом направилась к двери, за которой ругаясь и стуча чем-то тяжёлым по ней, надрывался уже бывший управляющий.

— Открывать, госпожа? — шёпотом спросил Мило, застыв возле забора, опасливо поглядывая на содрогающуюся под ударами дверь.

— Открывай, — скомандовала, встав так, чтобы мимо меня не смог пройти мсье Грин, и замерла в ожидании.

— Выгоню! Сначала выпорю! Потом выгоню! — визгливо заорал широкоскулый мужчина средних лет, с густыми чёрными бровями, толстыми губами и бычьей шеей, выпиравшей из воротника. От столь неприкрытой злобы и резвости взбешённого управляющего я на секунду испугалась, ведь он легко меня снесёт и не заметит, но мой громкий окрик всё же вовремя остановил его. Возможно, в данной ситуации сработала внезапность, всё же женский голос на территории кирпичного завода бывший управляющий никак не ожидал услышать.

— Я полагаю, вы и есть управляющий? — уже тише произнесла, оглядев мсье Грина с ног до головы. На нём был опрятный и добротный костюм из тёмно-коричневой шерсти, до блеска начищенная обувь, что никак не вязалось у меня с тем свинарником, что я видела в кабинете. А светло-коричневая шляпа и трость указывали, что он ревностно следит за модными веяниями столицы.

— Я мсье Грин, управляющий этого кирпичного завода, а вы, позвольте узнать, кто? — ответил мужчина, вздёрнув подбородок вверх, пытаясь за высокомерной и снисходительной улыбкой спрятать свой недавний истеричный конфуз.

— Я… мадам Делия де Виан-Рейн, и с сегодняшнего дня вы не являетесь управляющим этого завода. Немедленно покиньте территорию, — с мягкой улыбкой проговорила, с интересом наблюдая за меняющимся выражением лица мужчины. Удивление, злость, озадаченность и победная ухмылка.

— Мадам Делия, рад вас видеть, мсье Сефтон говорил, вам стало хуже.

— Он поторопился, воздух в Диншопе поистине исцеляющий, советую и вам посетить эти места.

— Благодарю, я непременно воспользуюсь вашей рекомендацией, — проворковал мсье Грин, слащаво улыбаясь, но его жульнический прищур выдавал усиленный мозговой процесс, — мадам Делия, я считаю, вам стоит побеседовать с мсье Сефтоном, прежде чем принимать поспешные выводы. Не нужно слушать грубых деревенщин, они совершенно не разбираются в вопросах производства. Да и вам незачем вникать в столь сложную процедуру: встречи, переговоры, счета — это всё так утомительно и скучно. Давайте мы пройдём в кабинет вашего отца, выпьем чай, я расскажу вам последние новости в светских кругах Ранье, а после продолжу свою работу…

— Нет, прощайте, мсье Грин, — прервала словоохотливого управляющего, лишь ещё больше разозлив его. Пришлось, чеканя каждое слово, добавить, — не вынуждайте меня вышвыривать вас за дверь, покиньте территорию завода сами.

— Не совершайте ошибку, мадам Делия, — предостерегающе прошипел мужчина, стиснув в руках деревянную трость.

— Я постараюсь, а теперь вон отсюда.

— Вы пож…

— Выкинуть за дверь этого господина? — раздался насмешливый голос Кипа за моей спиной, через секунду секретарь и сам возник с левой стороны от меня. Следом маленькая ручка крепко сжала мою ладонь, и сын встал с правой, чуть выступая вперёд, будто заслоняя меня. Мсье Грин, заметив такую поддержку, что-то невнятно и злобно буркнул и поспешил тотчас ретироваться.

— Вы вовремя, — произнесла, ласково улыбнувшись сыну, обратилась к мужчинам, — Мило, запри дверь и больше мсье Грин не пропускай. Кип, управляющий уж очень хотел сегодня поработать и невольно проговорился о встрече, проследи за ним, уверена, сейчас сюда едет покупатель.

— Если так, госпожа, то у нас полно кирпича, — напомнил о больном Гейб, оказывается, тоже присутствующий у сторожки.

— Это хорошо, но такого кирпича в Ранье хватает, у нас слишком много конкурентов, а спрос на него упал три года назад… кирпич в таком количестве уже никому не нужен, — задумчиво пробормотала, пытаясь уловить мысль, которая, вильнув хвостом, всё-таки успела ускользнуть от меня, — Кип, ты ещё здесь? Мы не можем упустить клиента.

— Сейчас Мило приведёт коня, на карете я буду слишком заметен.

— Не дай Грин увести его от нас, — напутствовала секретаря, слегка сжав ладошку сына, повела его к зданию конторы и едва слышно произнесла, — однажды я услышала фразу: «Если бог подарил женщине сына, значит, он хотел защитить её»… спасибо, Дарен, твоя поддержка была для меня очень важна.

— Я видел мсье Грин у мсье Сефтона в доме, он злой, — чуть запнувшись проговорил ребёнок, продолжая держать меня за руку, — пойдём, помогу тебе считать, я хорошо знаю арифметику, мсье Теодор хвалил меня за усердие.

— Давай сначала заглянем в кабинет деда, проверим как там, а после займёмся счётом, — предложила, потянув сына в сторону конторы, обеспокоенно спросив, — ты, наверное, голоден?

— Нет, Фок угостил нас сыром. Его жена готовит сыр из молока коз, он очень вкусный. Я не знал, что козы тоже дают молоко.

— Разве Теодор не рассказывал об этом?

— Нет, мы учили счёт, письмо, геральдическое дерево, историю и географию.

— Ясно, проходи, — пропустила перед собой сына, поднимаясь на второй этаж следом за ним, — ты же читать умеешь?

— Да, плохо, как говорит мсье Теодор, я не чувствую ритм.

— Это что? Вы стихи читали?

— И стихи, — коротко ответил ребёнок, заглядывая в кабинет, задумчиво пробормотал, — это ты всё разобрала?

— Я, идём. За этой дверью был кабинет твоего деда, надеюсь, он открыт, иначе придётся снова звать Фока.

Дверь оказалась заперта, и рыжеволосого здоровяка всё же пришлось звать, и только он снёс дверь, в коридор вбежал Мило, сообщив нам, что мсье Джонс подъехал к воротам, а с ним ещё один господин.

— Дарен… погуляй ещё немного с Фоком, я разберусь с покупателем, и мы поедем в город.

— Конечно, мсье Фок, покажите мне, как обрабатывают глину.

— Какой же я вам мсье, маленький господин, — добродушно ухмыльнулся мужчина, виновато мне улыбнувшись.

— Ты много знаешь, умеешь, а ещё сильный, — привёл аргументы Дарен, едва заметно мне кивнув, и первым вышел в коридор. Я же, благодарно улыбнувшись мужчине, быстро осмотрелась.

В кабинете отца было чисто. А ещё здесь стояла добротная мебель из тёмного полированного дерева и небольшой диванчик у единственного окна. Наверняка, если бы не встречи с покупателями — и в этой небольшой комнате давно бы ничего не было. Даже две огромные вазы ещё стояли, и чайный столик сохранился, такой же был в гостиной поместья. А вот картины фривольного содержания, что висели на стене, явно были лишними. Сомневаюсь, что это отец Делии их здесь повесил, но сейчас они бросались в глаза, стоило только переступить порог кабинета.

Снять их не составило большого труда, как и задвинуть за диванчик. Быстро смахнув пыль с видимой поверхности, я успела удобно разместиться в кресле за письменным столом, когда Кип Джонс, громко постучав в дверь, объявил:

— Мадам Делия, к вам мсье Харрис Грин.

— Мсье, прошу вас присаживайтесь, — как можно любезней улыбнулась, показав на диван, — чай, кофе?

— Нет, спасибо… — растерянно улыбнулся в ответ мужчина, лет сорока с небольшим. Он нерешительно, я бы отметила, робко прошёл к дивану, присев на его край, и заговорил, — мсье Джонс сообщил мне, что теперь все вопросы, касающиеся продажи завода я буду решать с вами.

— Хм… мсье Джонс верно вам сообщил, — вполголоса протянула, медленно поднимаясь из-за стола, так же медленно прошла к дивану, присела в слегка продавленное кресло рядом с гостем. Хотела продемонстрировать своё расположение и открытость потенциальному покупателю кирпичей, но, как оказалось, здесь всё гораздо интереснее. Неужели старший Доуман был настолько уверен в скорой смерти Дель, что решился на продажу её имущества?

— С мсье Грин мы условились на эту сумму, — прервал затянувшееся молчание мужчина, положив на стол чек, — мне осталось поставить подпись, а вам подписать договор в банке.

— Мсье Харрис, зачем вам завод? Кирпич не покупают, рынок насытился. Строительство сбавило свои обороты, — спросила, чуть откинувшись на спинку кресла, — снести здания выйдет вам дорого, перестроить… хм, возможно, но доставка…

— Мадам Делия, раз уж у нас с вами такой откровенный разговор, — вдруг улыбнулся мужчина, удобней устраиваясь на диване, — я буду честен, мне не нужен этот завод. Но я вижу, куда можно вложить деньги… эти здания, земли и место удобное. Скоро, всего через каких-то пятнадцать лет, Ранье достигнет стен завода, и его стоимость увеличится в несколько сотен раз. И поверьте, мадам Делия, ту сумму, которую я вам предлагаю, никто больше не даст. А с вашими долгами, закладными и невыплаченными обязательствами у вас только один выход — продать мне ваш завод.

— У меня к вам другое предложение, — произнесла, посмотрев прямо в серые глаза самоуверенного мужчины, — зачем ждать пятнадцать-двадцать лет, чтобы получить прибыль? Вы умный мужчина и умеете считать, ведь так, мсье Харрис? Я вам предлагаю вложиться в мой завод и получать проценты от прибыли уже через пять месяцев.

— Мадам Делия, — рассмеялся мужчина, стоило мне только закончить, — о какой прибыли вы говорите? Ваш завод со дня на день выставят на торги, и вы не получите за него и тысячи фарингов. Так и быть, я добавлю к уговоренной сумме ещё сотню только лишь потому, что меня давно никто так не веселил.

— Я не буду продавать завод. С закладными, долгами и обязательствами я разберусь. И скоро за товаром, произведённым на моём заводе, выстроится очередь из покупателей. У вас пять дней на обдумывание моего предложения, — ровным, уверенным тоном произнесла, снисходительно улыбнувшись, — полагаю, наша беседа на сегодня завершена? Я понимаю, вам потребуется время на обдумывание моего предложения, но советую не затягивать с решением.

— Хм… я подумаю, — усмехнулся мсье Харрис, бросив на меня подозрительный взгляд, нехотя поднимаясь, — было приятно познакомиться, мадам Делия.

— И я была рада нашей продуктивной встрече. Мсье Джонс, проводите, пожалуйста, мсье Харриса. До свидания, мсье Харрис, уверена, мы с вами ещё увидимся.

— До свидания, мадам Делия, — попрощался мужчина, с задумчивым видом покидая кабинет отца.

Глава 14

Глава 14

— Он отбыл в глубочайшей задумчивости, — насмешливо проговорил Кип, заходя в кабинет, — даже я на мгновение тебе поверил, что за твоим кирпичом через пять месяцев выстроится очередь.

— Она выстроится, — подтвердила ранее сказанное, приведя секретаря в недоумение и, не обращая внимания на нетерпеливое ожидание продолжения, принялась перечислять ближайшие планы, — надо взять с собой все бумаги, которые лежат на столе управляющего, дома почитаю. И едем в банк, я должна оставить распоряжение, Доуман больше не сможет действовать от моего лица. Ещё мне понадобится подставное лицо, чтобы продать весь залежавшийся на складе кирпич. Боюсь, Сефтон сделает всё, чтобы помешать мне от него избавиться.

— Ты только что сказала Харрису, что кирпич не покупают, кстати, почему?

— В Ранье несколько лет назад произошёл пожар, уничтожив больше половины города, тогда все и ринулись строить дома из кирпичей. Логично увеличился спрос, стали поднимать заводы, но со временем город восстановился и уже не требовалось столько кирпичей. А заводы есть, они продолжают изготавливать кирпич, не задумываясь о смене продукта.

— Откуда ты это знаешь? — подозрительно сощурился Кип, усаживаясь на диван, — ты пять лет была больна и проживала в Диншопе.

— В тех газетах, где ты высчитывал лучшую лошадь из тех, что выступают на скачках, некий мсье Хокинс опубликовал статью, где всё это очень подробно описано. Надо отметить, умный человек этот Хокинс, — усмехнулась я, поднимаясь с кресла, — а продать кирпич мы сможем, уронив его цену вдвое, кажется, в северной части Ранье строят свиноферму? Он им очень пригодится. Конечно, я сомневаюсь, что вырученной от продажи суммы мне хватит перекрыть все долги. Но, во-первых, мне нужно освободить склады для нового кирпича, во-вторых, пустить слух, что на заводе Рейн дела пошли в гору. Ты найдёшь мне мужчину, презентабельного вида, который должен сыграть роль покупателя и забрать весь наш кирпич, якобы по завышенной стоимости. После сделаем несколько схем, перепродавая этот кирпич, в итоге мы избавимся от него, отдав на стройку фермы… Кип? План ясен? У тебя найдётся нужный человек, от которого не несёт за три версты разбоями и грабежами?

— Есть один, он прекрасно подойдёт для этой схемы, — с восхищением протянул мужчина, рывком поднимаясь, — теперь я уверен, что тебе удастся уничтожить семью Доуман, и я с радостью помогу с этим. Кстати, у твоего мужа есть неплохой новенький автомобиль, за него можно выручить больше десяти тысяч фарингов, этого хватит покрыть часть долгов, которые он тебе и сделал.

— Отличное предложение, — предвкушающее улыбнулась, покидая кабинет отца, — пора в город, мы здесь задержались, забери документы, а я схожу за Дареном.

— И всё же я не понимаю, почему за твоим новым кирпичом выстроится очередь? — прокричал Кип, когда я уже почти спустилась на первый этаж. Отвечать ему не стала, не сейчас, я не уверена, что на территории завода нет прихлебателей Доумана, а то, что я задумала, требуется пока хранить втайне, иначе мои планы в одночасье рухнут.

Сына я нашла в небольшой комнате, где он декламировал пяти работягам какую-то поэму, если я не ошибалась «Битву под Дорсором». Гейб, Фок и даже Мило, оставив свой пост, благоговейно внимали Дарену, не заметив моего появления и только после того, как я тихонько кашлянула, чтобы не напугать ребёнка, все разом подскочили.

— Ох! Госпожа, — пробормотала, застигнутый врасплох мастер, — господин нам читает.

— Видела и слышала, но нам уже пора, Дарен, мы уезжаем, — улыбнулась сыну, дождалась, когда мальчик подойдёт. Взглядом указав Гейбу на дверь, направилась к выходу и, только отойдя подальше от ненужных мне свидетелей, заговорила, — Гейб, собери людей, тех, которым ты доверяешь. Скоро мы начнём изготавливать новый кирпич, такого ещё в Ранье не было, и я не хочу, чтобы о нём узнали раньше времени.

— Есть такие, но как же тот, что на складе? Неужто вы, госпожа, весь продали? — ошеломлённо воскликнул мастер, открыв рот от изумления, и восхищённо на меня посмотрел.

— Продала за хорошую цену, скажи работникам, что как только деньги поступят на счёт, я выплачу им жалование, — сообщила, надеясь, что слухи об удачной продаже быстро разойдутся по Ранье.

— Госпожа! Вы уж простите старика, ну вы сейчас как ваш отец! Мсье Алтон умным и хозяйственным господином был, не то, что… простите.

— Ничего, — мягко улыбнулась старику, который всей душой болел за завод. С каким восторгом и лаской он рассказывал о каждом кирпичике, знал каждый уголок этой огромной территории. Уверена, этот человек не предаст, таких издали видно, так что я приняла правильное решение поставить Гейба управляющим завода, а находить клиентов и продавать я и сама пока смогу.

— Есть у меня люди, соберу всех, — заговорщицки склонился ко мне старик, едва слышно спросив, — а когда начнём?

— Ты собери людей, у меня к ним будет задание. Пока его выполните, как раз и кирпич вывезут, — так же тихо ответила, подмигнув заинтересовано слушающему сыну, — только смотри, дело стоящее, много выручим с него, изготовить надо быстро и сейчас, а продавать начнём как земля снегом укроется.

— Ох, это чего же вы, госпожа, придумали?

— Узнаешь, проверь, если есть на заводе кто болтлив, сразу гони. То, что задолжали ему, отдам, мне работники, что делу навредить могут, не нужны.

— Всех проверю, к каждому в душу залезу, но не будет, госпожа, на заводе пакостника, — яростно заверил меня Гейб, вытаращив глаза, наверное, для придания достоверности.

— Хорошо, тогда жду от тебя сообщения и знай, скоро охрана новая на заводе появится.

— А Мило куда?

— Помогать тебе будет, не всегда же ему сидеть на воротах, пусть новым делом займётся. Ну всё, мы и правда здесь задержались, пора нам, — попрощалась со стариком, взяв сына за руку, мне всё время казалось, что он мал и может заблудиться, устремилась к конторке. У её дверей нас уже ждали Кип и Мило, успевший незаметно прошмыгнуть мимо нас.

— Открывай, — приказала и, не останавливаясь ни на минутку, двинулась к воротам. С помощью Кипа забралась в карету, проследила, чтобы Дарен удобно разместился на соседнем сиденье и, помахав Мило, распорядилась трогать.

— Мы в поместье или в город? — спустя десять минут спросил сын, разглядывая бумаги управляющего, которые заняли половину моего сиденья.

— Сначала в город. Пообедаем, ты наверняка голоден, я вот очень хочу есть. Затем схожу в банк, мне надо оставить распоряжение и выяснить пару вопросов. Далее заедем в книжную лавку и купим тебе какую-нибудь историю о приключениях. А уж после отправимся в поместье. Как тебе такой план?

— Хороший, а мороженое купим?

— Конечно, но после того, как пообедаем, — пообещала ребёнку, радуясь, что вроде бы наше общение налаживается. Я уже меньше волнуюсь, а сын стал менее настороженным по отношению ко мне.

В город мы прибыли, когда часы на высокой башне пробили шестнадцать раз. Банк работал до семи вечера, так что мы ещё успевали пообедать. Заехав в центральную часть города, чтобы находиться не слишком далеко от большого серого здания банка Фестер, мы выбрали симпатичное и приличное на вид заведение. Ресторан «У Лисо» расположился всего в ста метрах от банка и в пятидесяти от маленького сквера. Окна и двери ресторана были распахнуты и оттуда доносилась приятная музыка. В ресторанчике было свободно, два столика заняли молодые девушки, за соседним с ними сидели трое пожилых мужчин. Ещё за одним, в алькове, расположилась семья: молодая женщина, ненамного её старше мужчина и кроха лет трёх. В общем, всё чинно и благородно, поэтому мой выбор был очевиден.

— Мадам, позвольте проводить вас к столику, — произнёс официант, стоило нам переступить порог заведения, — вы предпочитаете расположиться у окна или в алькове?

— У окна, благодарю, — ответила, следуя за учтивым мужчиной.

— Меню. Как только вы сделаете свой выбор, положите его на стол, я к вам сию минуту подойду.

— Хорошо, — едва заметно кивнула, присаживаясь на предусмотрительно отодвинутый стул. Рядом сел Дарен, с любопытством осматриваясь, Кип разместился по левую руку от меня, и вот он был не слишком доволен тем, что мы зашли в это заведение.

— Есть отличные места, где не дерут монет и вкусно кормят, — едва слышно прошипел секретарь, открывая меню, чтобы тотчас скрипнуть зубами.

— В твои заведения не ходят те, кто мне нужен. Сейчас нам необходимо чаще появляться на людях. Пусть все знают, что Делия Рейн жива и здорова, — одними губами ответила Кипу, не преминув его укорить, — если бы ты ехал с нами в карете, то знал бы об этом.

— Как ты объяснишь своим господам, почему я сижу рядом с вами, — ехидно пробормотал мужчина, сквозь зубы прошипев, — за стейк фаринг.

— Скажу правду, — хмыкнула, покосившись на сына, который тоже внимательно изучал поданное ему меню, — ты мой секретарь, всегда находишься рядом, так как в моей голове часто возникают гениальные мысли, которые требуется срочно запротоколировать.

— Хих… — едва слышно рассмеялся Дарен, поглядывая из-под меню на мрачного Кипа.

— Выбрали?

— Да, — разом ответили мне мужчины, положив на стол яркий, привлекающий внимание картонный лист, — отлично, я тоже.

Заказ приняли быстро, подали в течение десяти — пятнадцати минут, и это порадовало. Официант был учтив и не донимал, что тоже прибавляло плюсов этому ресторанчику. Музыка была приятной и располагающей, девушки, сидевшие до нашего прихода, уже ушли. Трое пожилых мужчин вели неспешную беседу о политике. Прислушиваясь к чужому разговору, я ничего интересного для себя не выяснила. Когда нам подали чай и воздушное пирожное для Дарена, в зал ресторанчика вошла шумная компания молодых людей, со смехом и подначиванием друг друга они скрылись в дальнем алькове.

— Я всё, — сообщил сын спустя пять минут, буквально проглотив свой десерт, — идём?

— Да, вы подождёт… — недоговорила, меня прервал мелодичный женский голос, раздавшийся за моей спиной. Пришлось натянуть любезную улыбку и обернуться.

— Делия⁈ Делия Рейн⁈

— Митси? Митси Калвер!

— Шортер, дорогая, да. я вышла замуж за Андре Шортера, того рыжеволосого парня, над которым мы с тобой смеялись, — проворковала светловолосая, слегка полноватая девушка, изумлённо меня оглядев, — Делия, как я рада, что слухи о тебе оказались ложью. Ты чудесно выглядишь! А это твой сын?

— Митси, ты ничуть не изменилась, такая же красавица, что и прежде, — елейным голоском ответила, с улыбкой продолжив, — да это мой сын — Дарен, а это Кип Джонс — мой секретарь. Столько забот навалилось, столько планов, что он мне просто необходим. В Кастелии очень модно, чтобы дам сопровождали секретари.

— Оу! Ты была в Кастелии? — с придыханием воскликнула Митси, наконец присаживаясь к нам за столик на принесённый официантом стул. Её компания из двух дам постарше, изнемогая от любопытства, разместилась за соседним столиком и сейчас усиленно нас слушала.

— Нет, я не была, ты же знаешь, меня жутко укачивает. В порт Атвур в Диншопе пришвартовывался корабль, его капитан очень любезен и учтив, он побывал во многих странах и поведал мне много чего занятного. Мсье Оннор очень интересный и умный мужчина. Ооо, да! Сейчас в моём поместье, идут работы в зимнем саду, там будет всё как в самых модных домах Кастелии.

— Делия, я так рада, мне уже не терпится увидеть твой зимний сад! А как Фрэнк? Он не против? Мой Андре не любит изменения, — вздохнула Митси, жеманно стиснув ладони.

— С Фрэнком у нас всё чудесно, он соглашается на все мои прихоти, — игриво рассмеялась и, чуть подавшись к подружке, прошептала, — ему трудно мне отказать.

— Хм… Делия, мне право неловко, но ты, наверное, ещё не слышала, — замялась девушка, покосившись на Дарена, а после на криво улыбающегося Кипа, — твой Фрэнк, пока ты была в Диншопе, он…

— Дорогая моя, я всё знаю. В первый же день одна из его… хм, пассий была мной выставлена из поместья, — едва слышно произнесла, склонившись очень близко к подружке.

— Оу! Делия, — с восторгом пискнула Митси, ёрзая от предвкушения новой сплетни, — и как муж…

— Позже я всё тебе расскажу, сейчас, прости, столько забот, — прервала умирающую от любопытства девушку, поднимаясь из-за стола, — я пришлю тебе приглашение.

— Я с удовольствием его приму, — нетерпеливо проговорила Митси, неохотно поднимаясь за мной следом. Дарен и Кип уже направились к выходу, и мне тоже стоило поторопиться. Всё, что я хотела получить от похода в это заведение, я получила. Очень удачно мне встретилась одна из главных сплетниц Ранье, теперь о возвращении Делии Рейн узнает весь город.

— До скорой встречи, дорогая, — попрощалась с подружкой Дель, оставляя на столе внушительную горстку фарингов, которая уже через секунду была убрана в карман официанта. Мужчина даже успел высчитать свои чаевые и был очень благодушно настроен, провожая меня до двери.

Что-то в этой истории не было визуалов)

Кип Джонс — пройдоха и добряк

Глава 15

Глава 15

Результат посещения банка был ожидаемым. Моё появление удивило, да так, что меня, тотчас подхватив под белы рученьки, увели к самому управляющему банка. Мсье Бенет долго уверял меня в том, что он очень рад моему выздоровлению, и обещал оказать всяческую поддержку с его стороны. Но на деле стоило попросить об отсрочке выплат по закладным, сослался на решение учредителей, но он, конечно же, сделает всё, чтобы это решение было положительным.

Мило пообщавшись с мсье Бенетом, оставив распоряжение, что впредь от своего лица принимаю решения я и только я, пообещав скоро вернуться, покинула мрачное заведение.

— Домой? — спросил Кип, стоило мне только забраться в карету, где оба мужчины терпеливо дожидались меня.

— В парк за мороженым, — ответила, натянуто улыбнувшись сыну, — прогуляемся, посмотрим, что там есть интересного.

— Много? — сразу же догадался Кип, с сочувствием на меня взглянул, громко стукнув по стене кулаком, подавая знак извозчику трогать.

— Больше, чем я предполагала. Можно, конечно, попытаться все нажитые долги перевести на Доуманов, и это так оно и есть… но, во-первых, Сефтон легко докажет, что кирпичный завод банкрот и таких полно в Ранье, а значит, нет его вины в этом. Во-вторых, будет сложно с ним тягаться в суде, наверняка у него полно «друзей» и денег, чтобы откупиться.

— Ты можешь попросить у Ская, думаю, он тебе поможет, — подсказал Кип, пристально на меня взглянув.

— Нет, это не лучшая идея, прости, но я не хочу быть должной вашей компании, достаточно и того, что я уже сотрудничаю с вами. И за оказанные услуги буду хорошо платить, — отказалась от заманчивого, но в то же время опасного предложения, задумчиво поглядывая в окно.

— И что? Завод отберут?

— Нет, продадим кирпич, погасим часть долга банку, это поможет им принять положительное решение об отсрочке. Как только его получим, займёмся изготовлением нового кирпича, я верю, что это принесёт нам хорошую прибыль, благодаря которой мы сможем закрыть все обязательства. После начнём производство нового продукта, и вот тогда я подам в суд на Сефтона об умышленном банкротстве моего завода.

— У меня есть немного фарингов в копилке, мсье Сефтон каждый год дарил мне по одному, — вдруг заговорил сын, неловко мне улыбнувшись.

— Спасибо Дарен, они мне пригодятся, — одобряюще улыбнулась в ответ, маленькому помощнику, — а вот и парк.

До закрытия парка оставался всего час, и я надеялась, что небольшие тележки с холодным лакомством ещё катили вдоль дорожек суровые мороженщики. Не хотелось разочаровывать ребёнка в его первой прогулке по парку. Видимо, судьба сжалилась надо мной, и уже спустя десять минут мы встретили невысокого паренька, который звонким голосом зазывал отведать вкусную сладость.

— А тебе? — спросил сын, принимая небольшой бумажный конвертик, в котором лежали три белоснежных шарика.

— Я пока не хочу, спасибо, — ответила, задумчиво осмотревшись, — мы можем пройти через парк, в его западной части есть арка, она выведет нас на улицу Берсона, там, кажется, была небольшая книжная лавка. Вот только обратно нам придётся идти уже по улице, парк закроется.

— Давай книгу позже купим, у меня есть что читать, — предложил сын, вопросительно на меня взглянув.

— Хорошо, — кивнула, догадываясь, что побудило ребёнка так сказать. Возможно, я была неправа в том, что взяла с собой сына и он присутствовал при наших разговорах с Кипом. Но я считала, что оставлять его в доме с так называемым отцом небезопасно, да и, наверное, лучше Дарен будет учиться управлять уже сейчас…

— Поехали домой, — продолжил мой взрослый и такой понимающий сын, потянув меня за руку, — мы потом погуляем.

— Договорились, — не стала настаивать, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать обнимать ребёнка, именно сейчас мои нежности маленькому мужчине были не нужны.

Поместье нас встретило огнями, шумом, смехом и радостным визгом. С недоумением взирая на распахнутые настежь окна, из которых до кареты доносился тяжёлый запах табака и приторный духов, я, стиснув руки в кулак, проговорила:

— Дарен, как только зайдём в дом, ты сразу же идёшь в свою комнату. Лудо тебя проводит, я к тебе зайду чуть позже.

— Хорошо, — послушно ответил сын, не отводя свой настороженный взгляд от дома, едва слышно добавив, — у мсье Фрэнка опять гости.

— Мсье Фрэнка? — переспросила, обратив внимание на обращение сына к отцу, — почему не папа?

— Он так приказал себя называть, — бесхитростно проговори сын, вцепившись в мою ладонь.

— Я буду счастлива, если ты будешь называть меня мамой, — произнесла, с трудом проглотив ком, застрявший в горле, и, бросив ненавистный взгляд на окна дома, ощутила, как в груди разрастается пожар, а в висках застучало барабанным маршем, — ну что, идём?

— Идём, — смело кивнул сын и решительно шагнул вперёд.

Но стоило нам ступить на дорожку, как Кип, резко дёрнув нас за руку, выскочил перед нами, грозно рыкнув:

— Выходи!

— Кип, ты это… опусти нож, — пробасил мужской голос, и из тени за забором на свет вышел великан. Он был огромным! Ростом не меньше двух метров, широкий, сутулый, с лысой головой, от которой бликами отражалась луна. Тяжёлая нижняя челюсть, высокий выпуклый лоб, переломанный, сплющенный нос и толстые губы. Он был страшным. Мужчина, что скрывался в тени, был до обморока жутким. А от одного его пронзительного взгляда по моему телу пронеслись зябкие мурашки, а сердце пропустило удар.

Неосознанно спрятав за спину сына и замерев в тревожном ожидании, я обеспокоенно наблюдала за мужчинами, но, кажется, Кип и этот великан были знакомы.

— Зачем прятался? — требовательно спросил Кип, шагнув в сторону здоровяка, понуро опустившего голову.

— Не хотел пугать… мне сказали, тебе нужны люди, — невнятно ответил мужчина, я же с трудом себе представляла, к какой службе его можно было приставить.

— Мадам Делия, из Барни выйдет отличный привратник, — вдруг заявил Кип, обернувшись в мою сторону, — у него добрый нрав, и он предан своему господину.

— Кхм… — оторопело пробормотала, по-новому взглянув на «медведя», чуть помедлив, произнесла, — пройдёмте в поместье, у вас сейчас будет прекрасная возможность проявить себя в работе.

И косо посматривая на замершего великана, подхватив сына за руку, решительно направилась к двери, на ходу проговорив:

— Всех, кто сам не покинет поместье, выставить за порог.

— Будет сделано, госпожа, — пробасил Барни, судя по звуку, следующий за нами по пятам.

В поместье веселье было в самом разгаре. В настежь распахнутых дверях, что вели в небольшую гостиную, фривольно одетые дамочки, сидя на коленях подвыпивших мсье, мило повизгивали. Несколько полуживых мужчин о чём-то яростно спорили, один, порядком уставший молодчик невидяще пялился на пламя в камине и вяло бросал в него кусочки хлеба.

— Мадам, простите, но я не смог мсье Фрэнка остановить, — горько выговорил Лудо, тотчас бросившийся ко мне, едва я переступила порог.

— Ничего, я понимаю, — ободряюще улыбнулась виновато склонившему голову старику, — проводи, пожалуйста, Дарена в его комнату и останься с ним, пока я не приду.

— Конечно, госпожа, — торопливо проговорил дворецкий, закрывая собой от ребёнка творившееся непотребство, — идёмте, мсье Дарен.

— Мама, а ты? — обеспокоенно пробормотал сын, бросая встревоженные взгляды на разгулявшуюся компанию.

— Я скоро, сынок, — ласково проговорила, кивнув в сторону гостиной, и добавила, — сейчас гостей попрошу разойтись и приду. Не волнуйся за меня, со мной Кип и Барни.

— Хорошо, — пробормотал ребёнок, едва слышно вздохнув. Мои слова не слишком успокоили Дарена, но он всё же послушно отправился наверх, а я, дождавшись, когда ребёнок скроется за последним пролётом, приказала:

— Идёмте выпроводим незваных гостей. Только попрошу быть осторожными, не хочу, чтобы мне выставили счёт за членовредительство.

— Жаль, — коротко ответил Кип, предвкушающее оскалившись. Я не стала комментировать слова мужчины, мысленно я была с ним согласна, но правила всё же обязывали.

Наше появление заметили не сразу, я успела вдоволь полюбоваться бравыми молодчиками и их девицами. Все были мне не знакомы, разве что тот белобрысый, по-моему, был вчера ночью, когда я Фрэнка порадовала своим возвращением. Вчера! А казалось, прошло уже не меньше месяца, столько всего произошло за столь длинный и бесконечный день, который пока не спешил заканчиваться.

— О! Делька! — Прервал мои мысли пьяный возглас мужа, который, разместившись в кресле, потягивал что-то из бокала, — присоединишься?

— Нет! И твоим гостям пора покинуть мой дом! — отказалась от столь сомнительного предложения, окинув всех презрительным взглядом.

— Ты моя жена и должна слушать меня без… безогов… — не смог выговорить Фрэнк, едва ворочая языком.

— Угу, — усмехнулась, заметив, что за чайным столиком, находящимся в отдалении от общего веселья, двое мужчин после моих слов тут же поднялись и направились к выходу.

— Эй! Вы куда, я сейчас с Дель разберусь, — просипел муженёк, с трудом принимая вертикальное положение.

— Фрэнк, мадам Делия права, нам действительно пора, — заговорил блондин, второй, темноволосый, стоял с непроницаемым выражением лица, но его взгляд выдавал крайнюю степень презрения. Думается мне, эти двое были лишними на этом празднике жизни и сами не понимали, как здесь очутились.

— Прошу прощения, мадам, мы сейчас уйдём, — обратился ко мне светловолосый с красивыми голубыми глазами, виновато улыбнувшись, подхватил под руки ржущего и, по-моему, не понимающего, что происходит, друга, потащил его к выходу.

— Остальные не желают покинуть мой дом? — громко спросила, но на меня даже не взглянули, будто меня здесь и не было. Фрэнк же продолжил свой нелёгкий путь, пытаясь пробраться ко мне, но выпитое ему не позволяло быстро это сделать. По дороге муженёк что-то выкрикивал, по-моему, это были неприличные слова в мой адрес, я не прислушивалась.

— Выкинуть их? — спросил Кип, зловеще улыбнувшись. Барни казался равнодушным и спокойным, но стоило мне только сделать едва заметный кивок, он первым двинулся к ближайшей целующейся парочке. Схватив обоих за шиворот, под ругань и противный визг поволок их к двери.

Заметив скорый, не по собственной воле, уход друзей, некоторые, те, что поумней, схватив свою одежду, рванули следом за великаном. Остальные были или слишком смелы, или глупы, или попросту не могли самостоятельно подняться.

Кип, с сожалением проследив взглядом за сбегающими словно крысы с тонущего корабля гостями, остался рядом со мной на тот случай, если Фрэнку всё же удастся до меня добраться. Но по его лицу было заметно, как ему было жаль, что он не может выкинуть одного из господ.

— Уверена, тебе представится ещё такая возможность, — устало проговорила, решив поддержать разочарованного секретаря. Окинула внимательным взором следующую партию на выход, которую подхватил Барни, быстро управившись с первой.

Вскоре гостиная опустела, остался лишь Фрэнк, которому всё же удалось пересечь комнату и остановиться всего в трёх шагах от меня. Мужа шатало, его взгляд был мутным, а изо рта сквозило табаком и кислятиной.

— Ты потас… — попытался кинуться на меня Фрэнк, но на его голову тотчас обрушился огромный кулак Барни, глаза мужа закатились, и он с тихим стоном повалился на пол. Правда, здоровяк его тут же заботливо подхватил, аккуратно уложив у стула.

— Прости, госпожа, — спустя минуту виновато пробасил великан, опустив свой взгляд в пол.

— Он в порядке и завтра не вспомнит, что случилось, — отмахнулся Кип, ногой подправив свалившуюся с бессознательного тела полу пиджака.

— Отлично, — кивнула, пренебрежительно оглядев уже начавшего похрапывать Фрэнка. Мне было ничуть не жалко это ничтожество, я сожалела лишь об одном — что пока была вынуждена терпеть его рядом с собой, — пусть здесь и лежит. — Барни, ты успешно прошёл собеседование.

— Эээ… — протянул «медведь», с недоумением на меня посмотрев.

— Ты принят, будешь привратником. Без моего дозволения никого на территорию поместья не пускать.

— Спасибо, госпожа, — радостно оскалился великан, от его улыбки меня невольно пробрала дрожь.

— Кип, проверь домик привратника, возможно, Барни потребуется новая кровать, — распорядилась, беглым взглядом окинув гостиную, проговорила, — прикажи убрать этот свинарник и чтобы господина не беспокоили, пусть спит.

И больше не сказав ни слова, устремилась к сыну, спеша скорее успокоить встревоженного ребёнка.

Дарен Доуман

Глава 16

Глава 16

— Ты пришла? — обрадованно вскочил с кресла Дарен, интуитивно чуть подался ко мне, но тотчас резко остановился, спрятав руки в карманы брюк, словно стесняясь своего порыва.

— Конечно, я же обещала, — улыбнулась сыну, внимательно осмотрев комнату. Неуютная, мрачная и холодная, вот какие первые мысли приходят в голову, стоит только в неё зайти, — Лудо, а где моя мебель, книги, игрушки? И помню, здесь лежал яркий ковёр.

— Мсье Фрэнк приказал всё убрать, чтобы мальчик рос мужчиной.

— Ясно, всё отнесли на чердак, — утвердительно проронила, помня, что всё не используемое мама распоряжалась относить под крышу. Дель в детстве частенько туда наведывалась, даже строила домик из старых кресел и портьер.

— Да, мадам, прикажете всё вернуть?

— Не сегодня, — покачала головой, распахивая дверцы шкафа, выбирая подходящую для сна одежду, — распорядись приготовить ещё одно спальное место в моих покоях, мсье Дарен проведёт эту ночь вместе со мной.

— Ты же не против? — обратилась уже к сыну.

— Нет, — застенчиво улыбнулся ребёнок, но было заметно, что эта идея ему пришлась по душе. И я его понимала, мне бы тоже было жутковато спать в этой комнате в одиночестве. Даже тёмно-синие бархатные шторы, закрывавшие окно, лишь добавляли гнетущее впечатление этому мрачному помещению.

— Замечательно, — проговорила и вернулась к осмотру одежды, но, вспомнив о великане, которому тоже на чём-то нужно спать, чуть помедлив, добавила, — Лудо, а в поместье имеется кровать большого размера? У нас новый привратник, зовут Барни, ты его видел в холле. И, кстати, я ещё не познакомилась с экономкой, где она? Кухарка ослушалась моего приказа? Раз стол в гостиной ломился от еды?

— Лорреса утром уехала к сестре, сказала, к вечеру будет…

— Лорреса — это экономка? Она знала, что в поместье вернулась хозяйка? — уточнила, откладывая лёгкую и мягкую рубаху для сына.

— Я предупредил её, — ответил Лудо, пристыженно проговорив, — мадам Делия, она, как и кухарка, выполняет приказы только мсье Фрэнка и мсье Сефтона.

— Знали и проигнорировали, — подытожила вслух то, в чём была уверена, наконец закрывая дверцы шкафа, — завтра в поместье придут новые слуги, экономка и кухарка. Этих рассчитать и выставить из поместья. Служанок тоже, кто-то ещё в доме работает?

— Сын кухарки, он во дворе и саду убирает.

— Не заметила, — хмыкнула, вспомнив кучу старых листьев, заметённых за крыльцо, — его тоже рассчитать. На этом, пожалуй, пока всё. Дарен, идём в мои покои, Лудо, нам нужна кровать для мсье Дарена.

— Будет сделано, госпожа, — почтительно склонил голову дворецкий, шаркающей поступью направляясь к выходу. Наблюдая, с каким трудом старику даётся держать спину прямо, я, как бы мне этого ни хотелось, понимала, что в дом нужен ещё один дворецкий. Боюсь, Лудо не выдержит того, что сейчас начнётся в поместье.

— Идём? Пока твою комнату не приведут в порядок и не поставят засов, ты будешь со мной. Кип сегодня тоже переночует с нами, так будет безопасней, — объяснила сыну, решив, что мальчик должен знать и понимать о происходящем в поместье, — ты как? Устал?

— Нет, было интересно, а этот Барни… мама, он такой огромный, — с восхищением проговорил сын, чуть запнувшись. Обращать внимание на заминку я не стала, сделав вид, что всё так и должно быть, но от слова мама моё сердце вдруг защемило от нежности, дыхание перехватило так, что я с трудом сдержала порыв прижать к себе малыша. Интуитивно понимая, что этим я лишь напугаю ребёнка и он отстранится от меня, уж лучше пусть всё идёт своим чередом.

— Нда… Барни — большой мужчина и очень сильный, он легко вынес сразу двоих из поместья. Теперь он будет у нас привратником, и мимо него даже мышь не проскользнёт, — с тихим смешком произнесла, дав понять ребёнку, что скоро в доме ему нечего будет бояться.

— А Кип? Он тоже с нами будет?

— Да, и он, а ещё у тебя будет новый гувернёр, которого мы вместе с тобой выберем, — проговорила, проходя в покои, — ты голоден?

— Нет, — ответил сын, замерев в центре комнаты, с интересом осматриваясь.

— Ты ни разу здесь не был? — догадалась, быстро положив на свою кровать одежду Дарена.

— Мсье Фрэнк не разрешал.

— А на чердаке был? — вдруг спросила, желая встряхнуть Дарена, растормошить, совершить вместе с ним какую-нибудь глупость. Чтобы этот серьёзный, задумчивый мальчишка хоть немного побыл ребёнком. А ещё хотелось стереть из его памяти неприятную картину, что он увидел в гостиной.

— Неет, — протянул сын, заинтересованно на меня посмотрев.

— Тогда предлагаю, пока готовят комнату, отправиться туда на поиски сокровищ, вот только там живёт вредное привидение, так что лучше нам дождаться Кипа, он скоро появится.

— Я уже тут, чем могу быть полезен? — как по мановению волшебной палочки вошёл в покои мужчина, довольно улыбаясь, я бы сказала, даже посмеиваясь.

— Что тебя так развеселило? — не могла не поинтересоваться, уж больно вид у Кипа был радостный.

— Гости Фрэнка, некоторые остались спать у ворот.

— Хм… ночи ещё тёплые, не замёрзнут, но надо сказать Барни, чтобы с утра их там не было.

— Уже сказал. Так зачем я вам понадобился?

— Мы хотели проверить на чердаке старое привидение, — заговорщицки проговорила и, выдержав паузу, зловещим голосом добавила, — оно ужасно страшное и опасное, и вдвоём мы его не одолеем.

— Вот как? Встречал я одно привидение, скажу вам, зловреднее его ещё никого не видел, — подхватил мою игру Кип, похлопав себя по правому боку, где за полой куртки скрывались ножны, — что ж, идёмте, разыщем сокровища, что охраняет привидение семьи Рейн.

— Вперёд, — скомандовала я, украдкой покосившись на Дарена, которому уже не терпелось рвануть на встречу к приключениям, и он с волнением поглядывал на дверь, но не решался двинуться с места. Пришлось взмахом руки указать путь и первой отправиться к выходу, преувеличенно задорно провозгласив, — за мной, моя верная стража!

В третий раз повторять мне не пришлось, Дарен встрепенулся, будто маленький воробушек, тут же рванув следом за мной. И вскоре мы уже крались по сумеречному коридору, загадочно переглядываясь.

Когда до чердака оставалось всего метров пять, нам повстречался Лудо, за которым пыхтя и недовольно ворча шли: дородная, крепкого телосложения женщина, невысокий, полноватый парнишка и две молоденьких служанки. Бурчащие слуги Фрэнка несли кровать, она была небольшой и, скорее всего, некогда принадлежала маленькой Дель, в самый раз для Дарена.

Увидев меня, слуги враз замолкли и даже попытались, почтительно склонив голову, поприветствовать меня, но вот на их лицах ничего, кроме недоумения и пренебрежения, я не заметила. Ободряюще улыбнувшись Лудо, я, ни слова не сказав, прошла мимо, сын и Кип проследовали за мной.

— Будьте осторожны, он может вылететь в любую минуту, — предостерёг Кип, стоило нам подняться в пыльное помещение.

— Вы смотрите за этим шкафом, а я проверю, не прячется ли привидение за клавесином, — проговорила, обходя внушительного размера музыкальный инструмент, неведомо как сюда попавший: дверной проём был слишком узок для его конструкции. Дарен, послушно кивнув, тут же устремился к приземистому буфету, Кип последовал за ним, я же, остановившись у выстроенных друг на друга сундуков, внимательно осмотрелась.

На чердаке практически ничего не изменилось. Та же старая мебель, сундуки, забитые вышедшей из моды или неподходящей по размеру одеждой. Ковры, шторы, старый клавесин бабушки, подсвечники, богатая на завитушки и позолоту рама от зеркала. Правда, здесь стало чуть больше захламлено из-за мебели, игрушек и книг Дель, ну и потолок стал гораздо ниже.

Открыв первый же попавшийся мне сундук, я с трепетом достала крохотное платьице маленькой Делии, которое, бережно усыпав пахучими травами от моли, уложили вместе с остальными детскими вещами. Там же находились пелёнки и одеяльца, наверное, мама берегла их для будущей внучки. Мадам Винтер мечтала о большой семье, но у доброй и ласковой женщины родилась только малышка Дель.

— Нет никого, — прервал мои воспоминания Дарен, выглядывая из-за шкафа. Глаза ребёнка горели, на волосы прилипла паутина, а куртку он вымазал в пыли, но мальчишка, кажется, был счастлив, — мама, мы проверим за сундуками, может, там спрятался.

— Если там нет, хватаем сокровища и бежим, пока не появился, — предложила, вернув на место маленький наряд, и с глухим звуком захлопнула крышку. Устремилась к коробкам, из которых выглядывали корешки книг, быстро откладывая, по моему мнению, подходящие для сына.

— Его, наверное, Лудо напугал, — сообщил ребёнок, возвращаясь ко мне, Кип молчаливо наблюдал за нами и едва слышно посмеивался.

— В этот раз нам повезло, бери сокровища и бегом в комнату, — прошептала, подав ребёнку стопку книг, подхватила такую же, устремилась следом за Дареном и Кипом, которые в буквальном смысле побежали к лестнице.

До покоев мы добрались благополучно, привидение нас не преследовало, а злобный тролль спокойно спал в гостиной у стула и не путался у нас под ногами. Отправив сына в ванную смывать с себя следы нашего вторжения, я осмотрела подготовленную для Дарена кровать, убедилась, что она цела и удобна и наконец разместилась в кресле, устало вздохнув.

— Это был очень длинный день, — едва слышно прошептала, спустя пару минут гнетущей тишины, с тихим стоном откидываясь на мягкую спинку.

— Боюсь, Дель, завтрашний день будет не лучше, — произнёс Кип, с сочувствием на меня посмотрев, — завтра придут люди, за каждого я ручаюсь, но выбирать тебе.

— Да, мне. Надеюсь, они будут не такими внушительными, как Барни, — ухмыльнулась, стаскивая с себя обувь, ноги за день так устали, что казалось, их раздуло вдвое.

— «Медведя» к тебе отправил Скай. Барни не любит служить господам, предпочитает с ними встречаться в других… тёмных местах. Но он предан и честен, тебе повезло, что Скай приказал ему охранять твой дом.

— Хм… я ценю поступок Ская, Барни появился очень вовремя, — натянуто улыбнулась, пока не понимая, как реагировать на оказанную заботу того, чьё настоящее имя никто не знает.

— Скай ничего не делает просто так, — заметил Кип, удобно устраиваясь на диване, закинул под голову руки, некоторое время молчаливо смотрел на потолок, прежде чем добавить, — Скай знал, что тебе понадобится помощь.

— Я учту, — задумчиво произнесла, тут же ласково улыбнувшись вышедшему из ванной ребёнку, преувеличенно бодрым голосом проговорила, — теперь моя очередь смывать с себя пыль и паутину, а ты можешь проверить, что нам удалось захватить на чердаке.

Лудо-дворецкий

Глава 17

Глава 17

Неделя до возвращения мсье Сефтона из деловой поездки пролетела слишком быстро. За время его отсутствия в Ранье я хотела многое успеть сделать, но планы одно, а вот их исполнение совсем другое.

Из хорошего — в поместье сменился штат прислуги. Всех, кто служил семье Доуман, рассчитали и в тот же день набрали новый персонал. Выбор, конечно, был невелик, да и Кип предупреждал, что подходящих моим требованиям людей у него немного. Но всё же это лучше, чем жить бок о бок под неусыпным контролем соглядатаев Сефтона.

Конечно, две служанки, экономка, кухарка и её помощница — это ничтожно мало для большого поместья. Сад тоже требовал срочного восстановления, но я с трудом могла оплатить работу только этому немногочисленному персоналу. Да и гостей я приглашать пока была не намерена, а друзьям мужа, дважды попытавшимся прорваться сквозь крепкий заслон в виде Барни, больше не удастся устроить в поместье очередную попойку.

С гувернёром сына нам тоже повезло. Правда, впервые увидев парня лет двадцати пяти, который явно был из тех, кто обчищает карманы у зазевавшихся несчастных, я была готова выставить его за дверь. Но пообщавшись с Гленом, всё же изменила своё решение, парнишка оказался умным, вежливым и обходительным молодым человеком. Он быстро подружился с Дареном, и вот уже четвёртый день подряд сын с восторгом рассказывает всё, что ему поведал его учитель. К общим знаниям Глен добавил историю о великих учёных и знаменитых первооткрывателях, и он же обучал Дарена умению постоять за себя.

А вчера наконец Кип порадовал меня тем, что на заводе появилась охрана. Не такая внушительная, как добряк Барни, но она состояла из пяти человек, которые неустанно патрулировали периметр территории завода. Остальные пять появятся чуть позже, после того как пройдут собеседование у моего секретаря.

Из плохого — у меня закончились все деньги. Даже те, что лежали в тайнике отца, и те, что хранила за плиткой в ванной комнате моя мать. Запас был небольшим и в одно мгновение разошёлся на важные траты. Такие, как покупка продуктов, оплата нетерпящих отлагательств счетов, и обязательства по двум распискам, что сделал мне муж, тоже пришлось оплатить, иначе я бы осталась без кареты. Все расписки и закладные я прятала в сейф, чтобы позже выставить счёт старшему Доуману.

— Завтра кирпич доставят на ферму, — сообщил долгожданную новость Кип, прерывая мои тягостные мысли.

— Отлично, — рассеянно проговорила, кивнув мужчине, чтобы заходил в кабинет, — что нового слышно в Ранье?

— По городу про тебя слухи занятные гуляют. Говорят, что ты лечилась не в Диншопе, а в Кастелии; судачат о несметных богатствах, которые оставил тебе отец; обсуждают твою удачную сделку; ну а твой муж рассказывает своим дружкам, что ты спятила. Ооо, кстати, для тебя приглашение, от некой Паулы Тернер.

— Ещё одни непредвиденные затраты, — задумчиво произнесла, забирая небольшую картонку, на которой витиеватыми буквами было написано приглашение на ужин по случаю дня рождения малышки Кей, — у меня осталось всего пять фарингов, которые закончатся уже сегодня, как только я отдам их Фани, чтобы она купила необходимые продукты. За кирпич выплатят только завтра… через три недели надо заплатить слугам. И это здесь ещё, а пропустить нельзя!

— Важная птица? — поинтересовался Кип, кивнув на приглашение.

— Дочь одного из учредителей банка, откажусь прийти — возникнут ещё большие пересуды, — усмехнулась, аккуратно положив обрамленную по краю золотым напылением карточку, — хотя они и так пойдут, подозреваю, меня и пригласили, чтобы посмотреть словно на редкую зверушку.

— Не ходи, — меланхолично пожал плечами Кип, — надо тебе слушать этих… господ.

— Надо, я должна показать, что у Рейн всё отлично, — проговорила, задумчиво постучав пальцами по столу, — что с продажей автомобиля?

— Завтра заберут и сразу отдадут всю сумму… наличными, — добавил секретарь, — не просто было продать его, те, кто хотел и мог приобрести, давно раскатывают на безлошадной.

— Я понимаю, и спасибо тебе, — благодарно улыбнулась мужчине, вполголоса протянув, — завтра рассчитаются за кирпич, завтра же выплатят за автомобиль… всё завтра. А Сефтон должен был вернуться уже сегодня. Надеюсь, его что-нибудь задержит в дороге, мне необходимо оплатить банку часть долга до его возвращения. Важно показать учредителям, что только я смогу восстановить предприятие. Иначе есть риск, что мсье Доуман вывернет это в свою пользу, не удивлюсь, что он заявит о якобы своей помощи в погашении долгов.

— В Ранье Сефтон ещё не въезжал, мне бы сообщили, — проговорил Кип, чуть помедлив, добавил, — я попробую устроить так, чтобы у мсье Доумана случилась поломка, эти автомобили такие ненадёжные.

— Ты лучший, не знаю, чтобы я без тебя делала, — произнесла, положив на край стола свёрнутую в нужном месте газету, — Хокинс — рисковый парень, он высмеял графа Жортиса, завуалировано назвав его старым брюзгой. Я бы хотела встретиться с этим журналистом, уверена, мы с ним договоримся.

— Что-то задумала? — предвкушающее прищурился Кип, забирая газету.

— Нам не помешают такие правдолюбцы, Сефтон скоро заявится, и начнётся игра посерьёзней. Фрэнк — мелкий пакостник по сравнению со своим отцом, я удивляюсь, почему до сих пор в поместье не заявился старший братец Ларк, та ещё мерзость и ничтожество.

— Выжидает? Без отцовского дозволения не лезет?

— Возможно, он всегда был чуть умнее Фрэнка, но и более жестоким и нетерпимым.

— За ним присмотрят, Дель, — поспешил успокоить меня мужчина, быстрым взглядом пробежавшись по статье, — нда… если он продолжит в таком же духе, я не ручаюсь, что этот Хокинс встретит свою старость в здравии.

— Думаю, что имя скандального журналиста ненастоящее и редактор этой газетёнки, скорее всего, не видел в лицо Хокинса, — подначила Кипа, который страсть как любил загадки и тайны, — разыщешь?

— После такого, с огромным удовольствием, — оскалился секретарь, рывком поднимаясь с кресла, — едем?

— Да, зайду к сыну, предупрежу его, и выдвигаемся. Фрэнк не возвращался?

— Нет, всё там же заливает своё горе, — презрительно фыркнул Кип, распахивая передо мной дверь.

— Отлично, истерика отменяется, — с облегчением выдохнула, устав слушать пьяный бред мужа. Если верить докладу, то ранее Фрэнк так не злоупотреблял, возможно его сдерживал старший Доуман, а тут и папенька отбыл, и жена, которую Фрэнк давно похоронил, заявилась и распоряжается в доме, как в своём. Сразу столько раздражающих факторов, есть отчего запить.

— С нетерпением ожидаю его крик, когда он узнает, что лишился своей красотки, — злорадным голосом рассмеялся Кип, зная, как трепетно Фрэнк относится к своему автомобилю. И даже находясь в пьяном угаре, он не садился за руль, опасаясь ненароком поцарапать свою красотку.

— Это будет кошмаром, — с горестным стоном проговорила, сжав виски, пытаясь унять начинавшуюся головную боль, — ещё год, год мучений — и я стану свободна, конечно, если Фрэнк не вынудит меня избавиться от него раньше положенного законом срока. Почему до сих пор не изменили этот дурацкий закон? Слишком долгий срок, чтобы судья поверил в то, что между мной и Фрэнком больше ничего не может быть и что рожать ему ещё одного сына я не намерена.

— Закон я изменить не могу, но ты только скажи, — тут же отреагировал Кип, давно мечтая прибить Фрэнка где-нибудь в тёмной подворотне, — и от Доумана ты избавишься.

— Нельзя, слишком явно, возможно, позже… — покачала головой, останавливаясь у двери детской комнаты, встревоженно проговорила, — за домом точно приглядывают?

— Да, не волнуйся, никто в поместье не пройдёт. Фрэнка нет, а появится — с него глаз не спустят. Натиша и не таких успокаивала, поверь, в этой хрупкой девушке столько сил, что она с лёгкостью выкидывала из трактира огромных боровов.

— Ладно, — кивнула, каждый раз, ощущая непривычную тревогу, когда мне требовалось отправиться в город по делам, и я была вынуждена оставить сына в доме с посторонними мне людьми, которым я пока не доверяла.

Вообще, моя жизнь сейчас напоминала мне какое-то итальянское кино. Я представляла себя непременно синьорой, такой очень влиятельной женщиной, Дарен виделся мне сыном скрывшегося мафиози, и теперь нас неустанно охраняют. Служанки Натиша и Нел, две симпатичные и хрупкие девушки, на деле оказываются опытными охранницами. Строгая, тощая и плоская как доска экономка Фани с лёгкостью распознаёт в людях их намерения, умело считывая мимику. Пухленькая, рыжеволосая кухарка Хлоя и её сестра Яник ловко орудовали ножами и сковородкой, едва не прибив Кипа, показывая свои умения. Кто на самом деле Глен, я так толком и не узнала.

И всё это меня очень тревожило, но Кип заверял, что все они никогда не предадут и будут верно служить мне. Я же не была так уверена в этом, сомневалась, что люди, живущие в моём поместье, преданно служат именно мне. Да, можно допустить, что умения людей, что теперь обитают в моём доме, это вынужденная мера выживания. Им пришлось приспособиться, ведь в тех местах, где Натиша и Нел ранее работали, по-другому не выжить. И да, я сама просила Кипа, подобрать лучших, глядя на которых не возникнет мыслей, что ещё недавно Фани вымаливала милостыню у ворот парка Милт.

Но меня снедали подозрения, что все они пришли в мой дом по приказу Ская. Да, он взял на себя обязательства сохранить жизнь мою и Дарена, пока я не разберусь с семьёй Доуман. И всё же слишком он рьяно приступил к их исполнению, не получив при этом и фаринга. Что, если я не смогу рассчитаться с ним, и какой счёт выставит Скай по завершении нашего соглашения?

— Мама? — удивлённо воскликнул Дарен, прерывая мои мысли, выбежав из своей комнаты, едва не сбив меня с ног. За его спиной стоял Глен, как всегда, вежливо улыбаясь, Кип же, замерев у стены, не сводил с меня свой пристальный взгляд, будто пытаясь разгадать, что меня так гложет.

— Я решила заглянуть к тебе, узнать, как ты, и сказать, что мне нужно съездить на завод, — преувеличенно бодрым голосом проговорила, ласково улыбнувшись ребёнку.

— Мы пошли в зал, Глен научит меня, как уворачиваться, если противник сильней.

— Полезный навык. Если уверен, что бой будет проигран, лучше на время отступить.

— И Кип так сказал, — радостно подтвердил сын, самую малость изменившись за эту неделю. Он остался всё таким же вдумчивым и настороженным, но более свободным, улыбчивым и бойким.

— Замечательно, не буду вас задерживать, — проговорила, слегка приобняв сына, который потихоньку прекращал меня сторониться, — потом покажешь, чему научился, вдруг и мне пригодится.

— Конечно, мама, — серьёзным голосом ответил Дарен, тотчас рванув к лестнице. Глен, коротко кивнув мне и Кипу, проследовал за ним, на ходу объясняя своему ученику правила безопасности в узких коридорах. Проводив взглядом мужчин, с улыбкой слушая спокойный, ровный голос Глена и звонкий Дарена, я наконец обратила свой взор на секретаря, подпёршего плечом стену.

— О чём ты так глубоко задумалась? До того, как из комнаты вышел Дарен, — медленно, растягивая каждое слово, спросил Кип, пытливо в меня всматриваясь.

— Кхм… — усмехнулась такой проницательности и, решив не скрывать, проговорила, — о том, что в моём доме слуги подчиняются приказам Ская.

— Ты слишком умна для женщины, — довольно улыбнулся Кип и, больше ни слова не сказав, лукаво подмигнул, направился вниз. Невольно восхищаясь наглостью мужчины, я последовала за ним.

Фрэнк Доуман

Глава 18

Глава 18

— Всё верно, будет вместо оттиска, — подтвердила, ещё раз показывая, как лучше раскладывать собранные на лугах и в лесу растения, — этот цветок не пойдёт, слишком тонкие листики, нужны крупные, объёмные, чтобы хорошо выделялось.

— Госпожа, красиво это, конечно, но так каждый завод стоит им увидеть, так сделает, — замялся Гейб, с сомнением рассматривая первую партию кирпичей с выдавленными на них растительным орнаментом.

— Знаю, поэтому мы пока изготавливаем и не продаём, как только землю укроет снег, я подам документы на получение патента, после выставим на продажу. Года нам хватит заработать на этих кирпичах, к моменту продажи я найду покупателей, но важно никому о новинке не говорить, — ответила, ободряюще улыбнувшись мастеру и работягам, — я убеждена, желающих приобрести такой кирпич будет достаточно. Конечно, на следующий год к середине лета остальные заводы подхватят эту идею и начнут изготавливать такой же кирпич. Но у нас уже будет улучшенная версия товара… мы зальём углубления глазурью. А ещё изготовим небольшие плиточки в той же технике, ими я выложу свою ванную комнату, для примера их использования. Заливать глазурью будет Мило, я видела его рисунки, он талантливый парень, пусть подберёт себе пару помощников.

— И наш завод снова выйдет на рынок с новинкой? — довольно протянул Гейб, горделиво расправив плечи.

— Да, и эту идею опять подхватят, но, во-первых, у нас будет год, согласно условиям патента. А во-вторых, к этому времени мы сделаем ещё одну новинку, о ней я расскажу чуть позже, — закончила своё выступление и мастер-класс, окинув собравшихся мужчин внимательным взглядом, — если хотите хорошо заработать и далее не потерять доход, советую не говорить даже родным о том, что здесь происходит.

— Госпожа, молчать будем, мы ж понимаем, — разом заговорили работяги, и каждый подозрительным взглядом посмотрел на своего соседа.

— Отлично, тогда за работу, нам потребуется много кирпичей. И первую партию я скоро заберу в поместье, будет у нас выставочный образец, — с улыбкой проговорила, наконец стёрла остатки глины с рук и поспешила к выходу. Следом за мной двинулся Кип и задумчивый Гейб, который порывался что-то сказать, но не решался.

— Говори, Гейб, — распорядилась, наконец выбираясь из душного и слишком влажного помещения, — что тебя беспокоит?

— Вы не подумайте чего дурного, госпожа, но как же быть с оплатой?

— Завтра за кирпич рассчитаются, и Кип привезёт оплату, не переживай.

— Спасибо, госпожа… ну я пошёл, работы много.

— Иди и, Гейб, как охрана? Не беспокоят вас?

— Нет, хмурные ходят, но за территорией хорошо следят. Отогнали одного вчера, что под воротами ошивался.

— Хм… спасибо, — задумчиво протянула, вопросительно взглянув на Кипа.

— Неместный, заплутал, — коротко ответил секретарь, распахивая передо мной ворота, — парни его потрясли, ничего он не рассказал, только заикался и просил монет на выпивку.

— Ясно, — рассеянно кивнула, забираясь в карету, приказала, — теперь домой, здесь пока всё. Осталось дождаться зимы и молиться, чтобы мой план осуществился.

В поместье было тихо и спокойно. Фрэнк вот уже третий день гостил у старшего братца, и это радовало. Дарен с Гленом в это время обычно занимались в обновлённой и уютной детской комнате чтением книги, которую в числе остальных мы спустили с чердака.

Девушки наконец закончили отмывать второй этаж и приступили отскребать грязь с первого. Запах мыла и чистящих средств витал в поместье, а в холле он буквально сбивал с ног каждого входящего.

— Я в зимний сад, прикину сколько потребуется кирпичей, — проговорила, сворачивая к одной из дверей, за ней, стоило пройти небольшой широкий коридор, находился прекрасный уголок зелени и тепла. Помещение около тридцати квадратных метров для мамы приказал построить отец. Мадам Винтер очень любила растения, они отвечали ей тем же, поэтому большинство воспоминаний Дель о матери — это запачканный землёй фартук, высокие, раскидистые кусты, огромные листья и много ярких цветов.

Благодаря Лудо, который продолжил ухаживать за растениями, редкие цветы, что привозил отец после очередной своей поездки в разные города и страны, не погибли, а разрослись, превращая зимний сад в настоящие джунгли. И вот в этом дивном местечке я хотела уложить вместо деревянного подгнившего пола кирпичи с растительным орнаментом. Поставить диванчик, чайный столик, развесить маленькие лампочки по стенам, чтобы у гостей, которых я приведу чтобы представить новинку, даже мысли не возникло отказаться от моей продукции.

Такой кирпич, и не только его, я однажды увидела у своего заместителя в загородном доме. Его супруга увлекалась садом, украшая его интересными и красивыми статуями, собственноручно изготовленными бетонными грибами и тыквами. А пол беседки там, где находилась кухонная зона, был выложен вот таким необычным кирпичом. Заметив мой интерес, Лариса рассказала, что сама его делает, провела экскурсию по своей мастерской, поведав мне много нового и занимательного. Кто знал, что моё вежливое внимание к увлечённой своим хобби женщине пригодится мне в новой жизни.

— Уверен, у тебя всё получится, — прерывая мои воспоминания, едва слышно проговорил Кип, который, оказывается, всё это время следовал за мной.

— До недавнего времени я была тоже в этом уверена, но сейчас… наверное, я просто устала, — произнесла, медленно поворачиваясь к мужчине, — я здесь всё посмотрела, сюда хватит и двух поддонов. К тому моменту, когда кирпичи будут готовы, надо подготовить пол. Осталось немного времени до начала зимы… а сейчас идём, проверим счета. Если Доуман завтра прибудет в город, думаю, он тут же поспешит сюда, я хочу выставить ему счёт.

— Полагаешь, он выплатит?

— Я постараюсь сделать так, чтобы он раскошелился, — криво усмехнулась, неторопливо поднимаясь по лестнице. Кип на это ничего не ответил, бросив в мою сторону задумчивый взгляд, и отправился за мной следом.

Но, прежде чем засесть за бумаги, я заглянула в комнату к сыну. Каждый вечер — это уже стало нашей маленькой семейной традицией — перед сном я обязательно приходила к ребёнку. И с искренним интересом слушала восторженный рассказ Дарена о его прошедшем дне, затем делилась о своём и, пожелав спокойной ночи радостному ребёнку, уходила.

Сегодня Дарен был менее словоохотлив, так как они с Гленом читали приключения Маерса и как раз остановились в том месте, где он спасался бегством от аборигенов. Так что задерживаться я не стала, быстро пожелав сыну добрых снов, не скрывая счастливую улыбку, отправилась в кабинет, чтобы продолжить нудную, но очень нужную работу.

Только ближе к полуночи я и Кип наконец разошлись по своим комнатам. Теперь в своих покоях я спала одна, Кип разместился в комнате по соседству, и каждый раз перед тем, как лечь спать или отправиться в ванную, я закрывала дверь на крепкий и надёжный засов. То же самое делал Глен, не только обучая, но и охраняя моего сына.

— Доброе утро, госпожа, ваш чай, — поприветствовал меня Лудо, с первого дня моего возвращения каждое утро принося в покои кружку ароматного напитка, — газета, завтрак будет подан через час.

— Доброе утро, Лудо, спасибо, — поблагодарила старика, заканчивая застёгивать пуговки на жакете, — мсье Кип проснулся?

— Да, и уже отбыл из поместья. Мсье Дарен с мсье Гленом в зале делают зарядку, — сообщил дворецкий, отодвигая кресло, — прошу.

— Благодарю, — вежливо улыбнулась, присев за стол, сделала маленький глоток чая, открыла газету, принялась читать последние новости и сплетни в Ранье, — иди, Лудо, как только вернётся мсье Джонс, отправь его ко мне в кабинет.

На утренний чай и прочтение газеты у меня было не больше десяти минут. Но сегодня в Ранье ничего особенного не произошло, новости тоже не радовали, поэтому, пробежав по строчкам, я залпом выпила чуть остывший чай и оправилась в кабинет. Там, сложив то, что вчера не успела, прихватила с собой расчёт и закладные из сейфа, поспешила завтракать.

Это была ещё одна наша семейная традиция. Всегда завтракать всем вместе и обсуждать планы на день. Спустившись в малую столовую, я застала смеющегося Дарена и улыбающегося Глена уже сидящими за столом. Оба мужчины, большой и маленький, враз замолчали и поднялись, приветствуя меня.

— Доброе утро, как прошла зарядка?

— Хорошо, я научился отжиматься больше семи раз, — похвастался сын, непроизвольно расправив плечики.

— Ты молодец, и я горжусь тобой, — похвалила ребёнка, — Глен, напомни мне через неделю о благоустройстве отдельной комнаты для ваших занятий.

— Хорошо, мадам Делия.

— Спасибо, — поблагодарила, приступая к поданному Натишей завтраку. Сегодня Хлоя и Яник особенно расстарались и приготовили вкуснейшую творожную запеканку, кашу на молоке, омлет и оладьи. Разнообразно и не слишком много, в самый раз для четверых. Глядя на то, с каким аппетитом уплетает запеканку сын, я невольно увлеклась, незаметно слопав не только кашу, но и пару оладий.

— Госпожа, мсье Кип прибыл, — объявил Лудо, проходя в столовую, когда мы уже закончили завтракать, — идёт…

— Делия! Готово! Рассчитались! — прервал дворецкого Кип, ворвавшийся в комнату, сотрясая мешком, — в банк?

— Конечно, ты ещё спрашиваешь! — обрадованно воскликнула, вскакивая со стула, в два шага добралась до сына, поцеловав его пунцовую щёчку, рванула в холл, на ходу проговорив, — вернусь после обеда. Кип, сначала в кабинет, надо отложить немного! А за кирпич?

— Уже в банке на твоём счету, — отрапортовал секретарь, обгоняя меня на лестнице.

Отложить часть полученной за продажу автомобиля суммы было недолго. Как и добраться до банка, время в пути, казалось, промелькнуло как один миг. И вот я уже широким шагом направляюсь в кабинет мсье Кэри в сопровождении Кипа и двух ошеломлённых сотрудников.

— Мадам Делия? — недоумённо протянул управляющий, медленно поднимаясь с кресла, — что-то случилось?

— Нет, всё хорошо. Вы, наверное, уже слышали о том, что завод Рейн продал кирпич, половина суммы уже поступила на мои счета вашего банка, остальная часть выплачена мне наличными. Я готова погасить часть по закладным, но при условии, что банк выдаст мне документ об отсрочке выплаты остальной суммы, скажем… на год. Но я уверена, что закрою долг в течение шести месяцев.

— Эээ… мадам Делия, я бы рад… — оторопело пробормотал мужчина, на мгновение растерявшись, но тотчас поспешил уточнить, — о какой сумме идёт речь?

— Ваши сотрудники сейчас вам все покажут, — улыбнулась изумлённому мсье Кэри и, не дожидаясь приглашения, присела в кресло для посетителей.

— Хм… нда, мадам Делия, с вами приятно иметь дело, — наконец изрёк управляющий, восхищённо на меня посмотрев, — думаю, мы с вами придём к соглашению. Дорс, подготовь договор о рассрочке на год. Прошу прощения, мадам Делия, придётся немного подождать… кофе?

— Нет, спасибо, — как можно любезней отказалась, с трудом сдерживая улыбку, наблюдая за жадным взглядом управляющего, смотрящего на мешок в руках Кипа.

— Кхм… — поперхнулся мсье Кэри, видно, осознав, что ведёт себя странно, и, широко и довольно улыбнувшись, спросил, — мадам Делия, я услышал о скорой новинке, которую изготовит ваш завод. Говорят, вы такое видели в Кастелии, отдыхая там на лечебных источниках.

— Новинка будет, такого в Ранье ещё не было, — промолвила, загадочно улыбнувшись в ответ, немного склонилась к столу, так чтобы якобы слышал только мсье Кэри, проговорила, — для вас я немного сбавлю цену.

— Благодарю, мадам Делия, — натянуто улыбнулся мужчина, не поддавшись сомнительному искушению, но я на него не рассчитывала, а вот его жену и дочь непременно приглашу к себе на вечер.

— Мсье Кэри, договор готов, — через несколько минут объявил служащий, спешно проходя в кабинет, и аккуратно положил на стол два листа бумаги. Мсье Кэри тотчас, потрясая меня своей скоростью, быстро взяв документы, принялся их изучать. Я же, с трудом сохраняя видимое спокойствие, мысленно поторапливала мужчину, спеша закончить это дело и хоть ненадолго выдохнуть.

— Мадам Делия, — наконец подал мне документы управляющий, прежде поставив на них свою размашистую подпись, — если вас устраивают условия, подписывайте договор, но должен предупредить, что они едины для всех.

— Учту, — коротко ответила, внимательно вчитываясь в каждую строчку, на цифре процентов едва не выругалась, но срок первой выплаты будет только через год, и это меня на сегодняшний день вполне устраивало.

— Дорс, проводи мсье… в кассу, — проговорил мсье Кэри, заметив, что я взяла со стола его ручку.

— Мсье Кип Джонс — мой секретарь, — подсказала, поставив свою подпись на договоре, вернула второй экземпляр управляющему и, растянув губы в улыбке, произнесла, — с вами приятно иметь дело, мсье Кэри.

— И с вами, мадам Делия. Когда вы пришли ко мне в первый раз, я был убеждён, что нескоро вас увижу, но я рад, что ошибся.

— Уверена, мы теперь будем чаще встречаться, — елейным голоском произнесла, поднимаясь с кресла. Кип и Дорс уже покинули кабинет, договор о такой необходимой мне рассрочке я получила, и от банка мне пока больше ничего не нужно.

— Буду рад встреч… — недоговорил мсье Кэри, дверь вдруг с шумом распахнулась, и в кабинет вошёл Сефтон, за его спиной маячил собственной персоной Фрэнк, а чуть далее замер Кип, коротким кивком и сжатым в ладони документом показав мне, что сделка с банком только что была завершена.

Новинка кирпичного завода Рейн)

Глава 19

Глава 19

— Дядюшка! — тотчас с радостным воплем кинулась я к Сефтону, как в детстве повиснув на его шее, запричитала, — что происходит? Я приехала в Ранье, в поместье грязь, слуги не хотят работать, Фрэнк… — жалобно всхлипнула, бросив обиженный взгляд на изумлённого мужа, и стыдливо прошептала, — в спальне моих родителей жила его любовница. Куча закладных! Дядюшка, я чуть не лишилась своей кареты! Вот!

Не дав произнести и слова ошеломлённому «дядюшке», так он просил себя называть маленькую Дель, я отпрянула от сильно раздавшегося вширь мужчины принялась доставать из сумочки расписки мужа, делая это рывками, время от времени всхлипывая.

— Мадам Делия. Может, вы присядете? За столом будет удобней, — заговорил мсье Кэри, явно желая насладиться представлением, любезно отодвигая для меня стул.

— Спасибо, мсье Кэри, — благодарно улыбнулась мужчине самой обворожительной улыбкой, что была в моём арсенале, выложила на стол пачку расписок, обвиняющее выкрикнула, — вот эти я вынуждена была оплатить, иначе бы лишилась необходимого!

— Дель… девочка моя! — наконец отмер Сефтон, не ожидая от «племянницы» такой прыти и шума, и, ласково улыбаясь, елейным голосом заговорил, — я так рад, что тебе стало лучше! Я, конечно, перечислю на твой счёт все траты, а с сыном… как следует поговорю. Делия…

— Сейчас? Мсье Кэри, пригласите, пожалуйста, Дорса, — прервала старшего Доумана, восторженным голосом дурочки воскликнув, — вы прекрасный руководитель, ваши сотрудники отлично работают. Мне же, едва вернувшись, пришлось сменить весь штат прислуги, лентяи и ворье!

— Конечно, мадам Делия, сейчас всё устроим, если мсье Доуман не против, — тотчас отреагировал управляющий и, судя по его довольной улыбке и хитрому прищуру, в его лице я только что нашла поддержку.

— Зовите, — процедил сквозь зубы Сефтон, продолжая натянуто улыбаться. Фрэнк молчал, но по ходящим желвакам на скулах было заметно, что он находился в крайней степени бешенства. Кип же наслаждался встречей родственников, замерев у дверей, тем не менее зорко следил за семейкой.

— Дорс, переведи со счетов мсье Сефтона Доумана на счёт мадам Делии Рейн общую сумму этих расписок, — распорядился управляющий, подав внушительную стопку бумаг, и, вежливо оскалившись, проговорил, — кофе, мсье Сефтон? Мсье Фрэнк?

— Нет, нам пора, я так давно не видел мою дорогую Делию, что мне не терпится её обнять и поговорить в домашней обстановке.

— Ох, дядюшка! Совсем забыла, — вновь воскликнула, отчего проходящий мимо всё ещё открытой настежь двери посетитель невольно вздрогнул, а Сефтон и Фрэнк поморщились, — я была на заводе и узнала, что предприятие моего отца, его детище…куда он вложил все свои силы, почти обанкротилось, — всхлипнула, промокнув невидимую слезу платком, который заботливо мне подал мсье Кэри, — это я виновата, отец всегда говорил мне, чтобы я никогда не передавала управление, сама занималась предприятием, и вот итог.

— Нет, что ты, — скрипнув зубами, возразил Сефтон, бросив нечитаемый взгляд в сторону управляющего, — кирпич не покупают, не только завод Рейн переживает плохие времена.

— Но я же продала кирпич⁈ — деланно удивилась, с недоумением посмотрев на «дядюшку», после — на мсье Кэри, — за хорошую цену и оплатила банку часть закладных, мсье Кэри подтвердит.

— Да, мадам Делия час назад оплатила часть задолженности по закладным, — с улыбкой повторил управляющий, забирая из рук подошедшего к нему Дорса документ, и немедленно объявил, — сумма полученных расписок на вашем счету, мадам.

— Спасибо, мсье Кэри, — поблагодарила мужчину, тотчас поднимаясь с кресла, с горьким всхлипом добавив, — нет, это моя, только моя вина, я не должна была передавать управление заводом вам, мсье Сефтон. Теперь я сама буду всё решать и уже оставила распоряжение на этот счёт.

— Но, Делия… ты только оправилась от тяжёлой болезни, тебе нужно прийти в себя. Позволь, тебя осмотрит наш доктор, — ласково, я бы отметила, до неприятной дрожи приторно протянул Сефтон, снисходительно мне улыбнувшись, — вдруг тебе станет хуже? Управлять заводом непросто, с таким нежным и хрупким здоровьем, как у тебя, моя девочка, нужно больше отдыхать, ходить на вечера к подругам и менять наряды.

— Я прекрасно себя чувствую, доктор меня осмотрел и сказал, что ВАША микстура мне очень помогла. И я справлюсь с управлением МОЕГО завода, — прекратила изображать из себя дурочку, получив от свёкра хоть небольшой клок шерсти, и решила при свидетелях, тем более, при нечаянной поддержке мсье Кэри, сразу обозначить границы, — кстати, я подала на развод, я не намерена терпеть измены мужа, его вещи уже доставили в ваш дом, по истечении положенного законом срока он станет свободным. И да, твою машину, Фрэнк, я продала… До скорой встречи, мсье Кэри, с вами приятно иметь дело.

— До скорой встречи, мадам Делия, — попрощался управляющий, окинув меня восхищённым взглядом.

Я же, коротко кивнув Кипу, с трудом сдерживая смех, чтобы в голос не расхохотаться от вида побагровевшего Фрэнка, от его выпученных глаз и раздувавшихся ноздрей после такой страшно трагичной для него новости, быстро ретировалась. Семейка Доуман за мной не последовала, видимо, решили реабилитироваться в глазах управляющего, а может, выяснить масштаб проблем, свалившихся им на голову, и этому я была несказанно рада.

— Поздравляю, ты только что поставила шах Сефтону, — проговорил Кип, стоило нам забраться в карету, — теперь жди ответный ход.

— Да, всё удачно сложилось, — довольно протянула, устало откидываясь на спинку сиденья, — но раз Сефтон припёрся в банк, значит, за мной установили слежку?

— Нет, мне бы сообщили, — возразил Кип, отдав приказ трогать, продолжил, — скорее всего, он уже был в особняке, или тебя видели заходящей в банк. Я выясню.

— Дарен! — испуганно воскликнула, стиснув юбку в кулак, сиплым голосом пробормотала, — а вдруг Сефтон…

— Нет, Дель! Барни ни Сефтона, ни Фрэнка не пропустит в поместье. За домом присматривают, сомневаюсь, что семейка перелазила бы через забор. Штурмом они поместье тоже не станут брать, им нужна ты. Успокойся, если бы в доме что-то произошло, я бы знал, там всё в порядке.

— Да, Сефтон не стал бы так рисковать. Не в его правилах действовать открыто, — задумчиво протянула, благодарно взглянув на Кипа, — спасибо.

— Пожалуйста, — улыбнулся мужчина, лукаво подмигнув, и спросил, — теперь в магазин за платьем?

— Да, в ту лавку, что мы заезжали на прошлой неделе. Оно должно быть уже готово, — распорядилась, с трудом сдерживая себя, чтобы не рвануть домой к сыну. Понимая, что Кип прав, а моя тревога надумана.

— Будет сделано, госпожа, — шутовски поклонился Кип, прокричав возничему, чтобы повернул в порт.

Я же, благодарно кивнув, прикрыла глаза, погрузилась в невесёлые мысли. Сейчас, когда неожиданная встреча с «любящими» родственниками закончилась, уровень адреналина в крови спал, меня стало потряхивать и накрыла паника. Так со мной было всегда. Во время важной, серьёзной и опасной затеи, я предельно собрана. Зато после меня начинает пробирать дрожь, а страх неуверенности, сжатый в комочек где-то внизу живота, разрастается, не позволяя вдохнуть полной грудью.

Всё-таки я рисковала… Но так даже лучше, будь наша встреча в поместье — сомневаюсь, что Сефтон так бы отреагировал на мои причитания. Возможно, он не стал бы меня даже слушать, и кто знает, чем бы это всё закончилось.

А в банке при свидетелях ему ничего не оставалось, как изображать из себя доброго и заботливого дядюшку. Теперь Сефтону будет сложнее избавиться от меня, моя своевременная гибель, с учётом нехороших слухов о ранее почивших молодых жёнах братца Фрэнка, будет слишком подозрительно выглядеть. А попытка представить меня недееспособной не увенчалась успехом…

Занятно, но Сефтон не смог совладать с собой и нервно вздрогнул, стоило упомянуть о микстуре… а это значит, что она не так проста и безопасна, как сообщил мне Кип. И я была права, что с ней точно что-то не так. После проверки микстуры несколькими провизорами Ранье, все четверо утверждали, что это всего лишь успокоительное, которое снимает головную боль и помогает справиться с необоснованной тревогой. И даже употребляя её годами, она не вредит здоровью, а уж убить человека ей тем более невозможно. Надо ещё раз её отправить на повторное исследование.

Интересно, что не поделили Кэри и Сефтон? Между ними явно идёт какое-то противостояние. Хм… враг моего врага — мой друг, надо бы скоро наведаться к мсье Кэри и побеседовать с ним по душам.

— Прибыли, — прервал мои мечущиеся мысли Кип, задумчиво на меня посмотрев, — ты как?

— Теперь лучше, подождёшь? Или пойдёшь со мной? — спросила, дожидаясь, когда мужчина выберется из кареты и поможет мне спуститься.

— Пройдусь с тобой.

— Хорошо, я ненадолго задержусь в примерочной, — натянуто улыбнулась, всё ещё приходя в себя и волнуясь за сына, и устремилась к небольшому магазинчику, который мне посоветовала Натиша. Здесь были относительно недорогие наряды из качественной ткани, да, не такие богатые как в магазинах в центре Ранье, но красивые и удобные. Хозяйка лавки, шумная и улыбчивая дама лет сорока, тонко «слышала» цвета и безупречно подбирала крой для любой фигуры. Вместе с ней мы создали идеальное вечернее платье, в котором я буду себя чувствовать уверенно и комфортно. Да, оно совершенно не похоже на то, что сейчас носят знатные особы. Но я уже привлекла к себе пристальное внимание, так что буду продолжать гордо нести звание эксцентричной дамы.

Дорогие читатели!

С 5 сентября книга станет платной

Покупая платную подписку, вы вознаграждаете автора за его труд.

Хочу поблагодарить Вас за поддержку!

Спасибо, что Вы со мной!

Глава 20

Глава 20

В магазинчике Глории я не задержалась. Как бы ни старалась прогнать прочь панические мысли, напоминая себе, что сын в безопасности, я так и не смогла справиться с необоснованной тревогой. И забрав свой заказ без примерки, поблагодарив хозяйку лавки, мы вскоре покинули Ранье. А спустя час, не обращая внимания на снисходительную улыбочку Кипа, я пронеслась мимо ворот, на ходу прокричав:

— Барни⁈ Посторонние в поместье были?

— Нет, госпожа, — невнятно пробормотал привратник, в его голосе слышалась растерянность, а взгляд был удивлённым.

— Фрэнк и его папаша были? — уточнил Кип, остановившись у домика. Я же, не останавливаясь ни на секунду, продолжила свой забег.

— Никого не было, — услышав ответ Барни, я с облегчением выдохнула, чуть притормозив на крыльце. И с трудом уняв отчаянно колотившееся сердце, зашла в поместье.

— Лудо, где мсье Дарен?

— В комнате, у него сейчас занятия.

— Приготовь, пожалуйста, чай, я выпью его в кабинете, — распорядилась, натянуто улыбнувшись, и, пытаясь не спешить, устремилась на второй этаж. И только увидев сына, старательно выводящего на листе бумаги неровные буквы, я наконец пришла в себя и успокоилась.

— Мама? Ты уже вернулась? — удивлённо воскликнул сын. Отложив ручку в сторону, он тотчас обеспокоенно нахмурился, что-то заметив на моём лице, — тебя обидел мсье Фрэнк?

— Нет, я просто соскучилась и решила заглянуть к тебе в комнату, — поторопилась успокоить ребёнка, — сегодня больше никуда не поеду, буду работать в кабинете. Вместе пообедаем, а после можем прогуляться по саду, погода чудесная.

— Хорошо, — радостно улыбнулся Дарен, покосившись на Глена и, чуть помявшись, всё же решительно выпалил, — мама, а можно я возьму себе щенка?

— Хм… конечно, — на мгновение растерялась, заметив на лице гувернёра ободряющую улыбку, предназначавшуюся моему сыну, с горечью поняла, что Дарен, всё же пока мне не доверят. Вон даже с Гленом ему проще общаться, а просьба о щенке казалась сыну отчего-то страшной, — мы можем вместе выбрать или Глен поможет, как захочешь.

— С тобой выберем, мсье Глен сказал, знает, где растут хорошие охранники, — задыхаясь от переполнявших его чувств, выговорил Дарен, ёрзая от нетерпения.

— Отлично, съездим в это место, и ты возьмёшь себе щенка.

— Там остался один, мадам Делия, если позволите, я принесу, — произнёс гувернёр, чуть помедлив, добавил, — могу перед ужином съездить.

— Договорились… что ж, тогда не буду вам мешать, встретимся за обедом, — сказала, ласково улыбнувшись сыну, и вышла в коридор. Но не пройдя и двух шагов, услышала звук открывающейся двери. Из детской комнаты следом за мной вышел Глен, который замерев у порога, неловко улыбнувшись, смело заговорил:

— Мадам Делия, простите, что говорю об этом… но я увидел, что вам стало неприятно, не хотел… — замялся парень, бросив виноватый взгляд в сторону лестницы.

— Чего? — непонимающе уточнила, посмотрев, что привлекло внимание гувернёра, заметила идущего в нашу сторону Кипа.

— Дарен любит вас, просто на тренировке он нечаянно проговорился о щенке… у бывшего привратника был пёс, и мальчик с ним играл, пока месье Фрэнк это не заметил и прямо на глазах мсье Дарена не убил собаку. Мсье Доуман сказал, что господам не положено возиться с шелудивыми псами, — сбивчиво объяснил Глен.

— Ясно, спасибо, что рассказал. Я буду рада, если у моего сына будет друг, — ровным голосом проговорила, но кто бы знал, каких трудов мне это стоило, — ты очень мудр и внимателен для своего возраста Глен.

— На улице быстро всему учишься, — едва слышно ответил парнишка и, чуть помедлив, добавил, — иначе не выжить.

— Понимаю и рада, что ты есть у Дарена, спасибо тебе, — поблагодарила гувернёра и охранника, видимо, уже ставшего другом моему сыну, — встретимся через час в гостиной.

Парень ничего не сказал, коротко кивнув, вскоре скрылся в комнате Дарена. Я же, медленно развернувшись, взглянула на застывшего молчаливым истуканом Кипа, сквозь зубы процедила:

— Фрэнк умрёт долгой и мучительной смертью, но перед этим я сделаю всё, чтобы он пожалел о том, что родился на свет…

— Я помогу, — зловеще протянул Кип, наконец отмирая, проследовал за мной.

В кабинете меня уже ждал чуть остывший чай и гора документов, писем и требований. Но сегодня в голове стоял туман, мысли метались и, промучившись около тридцати минут, я решительно поднялась из-за стола.

— Надо пройтись, не могу сосредоточиться. Кип, ты не нашёл Хоккинса?

— Нет, ты была права, о нём никто ничего не знает, но я найду, — уверенно проговорил секретарь, поднимаясь, — раз ты сегодня не намерена выезжать из поместья, я наведаюсь к Скаю и отвезу Гейбу оплату.

— Да, надо выплатить долг, я обещала сегодня с ними рассчитаться. К ужину вернёшься?

— Нет, — коротко ответил Кип, дожидаясь, когда достану кошель с зарплатой для работников завода из сейфа отца.

— Будь осторожен.

— Как всегда, — широко улыбнулся мужчина, первым покидая кабинет, а я, тщательно закрыв тайник, отправилась за ним следом.

До обеда оставалось минут двадцать, и я хотела прогуляться по саду, оценить объём работы и подумать о ближайших планах. Сейчас на заводе приступили к изготовлению кирпича с растительными оттисками, на получение патента уйдёт месяц, значит, продажа новики начнётся не ранее октября. До первой прибыли ещё три месяца… а монет на два, с учётом жёсткой экономии. Где взять деньги на ремонт поместья, одежду подрастающему не по дням, а по часам ребёнку, вынужденные походы на приёмы и вечера, я не знала. И понимала, что завод долго не протянет. Ранье, его пригород и близрасположенные населённые пункты перенасыщены местным кирпичом, а далеко возить невыгодно. И выходит, что нужен дополнительный источник дохода, но в голове, как назло, не было ни одной стоящей мысли.

— Мадам Делия, вы продрогнете, на улице начался дождь, — окликнул меня Лудо, остановив у раскидистой ивы, которую я, судя по вытоптанной дорожке, обогнула не один раз, — обед подан.

— Спасибо, я сейчас подойду, — благодарно улыбнулась старику, который заботливо укрыл мои плечи пелериной.

— Мсье Дарен и мсье Глен уже спустились, — добавил дворецкий, шаркающей походкой двинулся к поместью. Я, кутаясь в тёплую накидку, только сейчас осознала, что и правда продрогла, и устремилась за ним следом. Но стоило покинуть буйную поросль зелени разросшихся кустов и кучи жухлой травы и листьев, собранных вдоль покрытой сизым мхом дорожки, и выйти в парадный двор, я невольно поёжилась, услышав яростный рёв Фрэнка.

— Лудо, иди в дом, я разберусь, — отправила замершего дворецкого, с беспокойством поглядывающего в сторону ворот, у которых стоял Барни и что-то тихим голосом объяснял мечущимся по ту сторону ограждения мужу и свёкру. Ожидаемо, но я не предполагала, что они заявятся так скоро, думала, будут выстраивать план хотя бы до завтрашнего утра. Что ж, разберёмся.

— Я скажу мсье Глену… — прошептал дворецкий, с тревогой на меня посмотрев.

— Не нужно, лучше сообщи Натише, пусть выйдет, но не попадается на глаза незваным гостям, — попросила, решительно направившись к железным воротам, за которыми словно зверь в клетке метался взбешённый Фрэнк, Сефтон же что-то зло выговаривал моему привратнику.

— Госпожа не велела, — услышала монотонный, безэмоциональный голос Барни, с трудом сдержав улыбку, заметив задёргавшийся мускул на щеке свёкра, что указывало на крайнюю степень его раздражения.

— Делия! Почему этот деревенщина не пропускает нас в поместье⁈ — рявкнул Фрэнк, стоило мне только появиться в его поле зрения, — он уволен, пусть убирается отсюда сейчас же!

— Ты не имеешь права распоряжаться в моём доме, — проговорила спустя пару минут задумчивого молчания, наслаждаясь шипением и руганью распсиховавшегося мужчины, — в банке я предупредила, что больше не хочу тебя видеть.

— Делия, девочка, я понимаю, ты обижена и…

— Обиды нет, — прервала заговорившего Сефтона, окинув презрительным взглядом мужа, а затем и свёкра, добавила, — я всего лишь зла и не хочу иметь ничего общего с семьёй Доуман.

— Делия, ты поступаешь опрометчиво, — упрямо продолжил Сефтон, предостерегающе остановив начавшийся было вопль сына, — тебе будет трудно одной, ты ничего не понимаешь в управлении, то, что тебе удалось продать кирпич, это случайность. Тебе повезло, но не думай, что будет всё так просто… давай поговорим, выпьем кофе, всё вместе обсудим сложившуюся ситуацию. Уверен, Фрэнк сожалеет о содеянном, та… хм дамочка, это всего лишь ничего не значащая девка. Он до сих пор любит тебя и вашего сына.

— Да? — удивлённо вскинула бровь, не до конца понимая, к чему ведёт Сефтон. Неужели до него не дошло, что в банке была не та Делия, что он знал? Или он подумал, что я всего лишь взбрыкнула, увидев мужа с любовницей? Или я не обо всём знаю? Эти мысли в один миг пронеслись в моей голове, и я решила послушать, что ещё расскажет мне старший Доуман. Вдруг удастся из сплошного потока патоки и скрытых угроз выведать что-нибудь важное для меня. Подыграла, — Фрэнк не слишком-то рад был меня видеть.

— Хм… у него сорвалась важная сделка, которая сулила хорошую прибыль, — нашёлся Сефтон, ласково мне улыбнувшись, — вот видишь, как это не просто управлять. И одна с заводом, землями и поместьем ты не справишься. Делия, девочка моя, ты долго пребывала в болезни и не знаешь, как жесток этот мир, вон и слуг наняла отвратительных, которые не понимают, кто стоит перед ними…

— Те, кто сейчас работает в моём доме, лучшие из лучших и выполняют только мои приказы, — чеканя каждое слово произнесла, не дав Сефтону продолжить оскорблять моих людей.

— Делия, нам надо поговорить, — не стал настаивать старший Доуман, — приезжайте с Дареном ко мне в особняк, я соскучился по внуку… и очень рад, что тебе стало лучше, но всё же я беспокоюсь о твоём здоровье.

— Спасибо, я подумаю.

— Подумай, девочка, но не медли, — с оскалом мерзкой гиены проговорил Сефтон, и выдержав небольшую паузу, предостерегающе добавил, — в производстве и торговле достаточно сложностей, мало ли что может случиться.

— Учту, — произнесла, холодно взглянув прямо в глаза свёкру и не дожидаясь ответа, резко развернувшись, отправилась в дом.

Сефтон Доуман

Глава 21

Глава 21

Несмотря на неприятную встречу с «дорогими» родственниками, обед тем не менее прошёл прекрасно. Я наслаждалась общением с сыном, слушала его восторженные планы на игры с питомцем, невольно так заразившись нетерпеливым ожиданием нового обитателя нашего дома, что решила отпустить Глена за щенком сразу после обеда, но парень вежливо и твёрдо отказался, объяснив, что пока не вернётся Кип, он не будет покидать поместье.

Я не стала спорить, согласившись, что так действительно будет лучше. Пусть Доуманы отбыли сразу, как только я вошла в дом, кто знает, не оставили ли они своих соглядатаев за воротами. Поэтому после обеда гувернёр и сын отправились изучать историю страны Вирдан, а я, поддавшись меланхоличному настроению, отправилась примерять платье. Уже завтра состоится приём, и надо бы придумать подходящую причёску к новому наряду.

— Дель, ты потрясающе выглядишь! — воскликнул Кип, как всегда неслышно зайдя в мои покои, окинув меня восхищённым взором, — ты произведёшь фурор на этом сборище снобов.

— Если уж привлекать к себе внимание, то только так, — благодарно улыбнулась мужчине, поправив незатейливо собранную на затылке косу. Разгладила шифон, который сбился в одном месте на боку. Ещё раз осмотрела себя придирчивым взглядом и увиденным осталась довольна. Платье и я в нём действительно гармонично смотрелись вместе.

Нижнее из тёмно-синего шёлка, словно вторая кожа, ласково обтягивало моё тело. А воздушный шифон такого же цвета, скрывая собой плотный шёлк, создавал иллюзию прозрачности и лёгкости. Длиною в пол со свободно ниспадающим низом, оно обнимало мой верх, обманчиво просто держась на шее, оголяя плечи и часть спины. А невероятной красоты фибула мамы скрепляла на груди воздушную ткань, будоража мужские мысли.

В этом сезоне молодые и незамужние девушки выбирали цвета летней зелени, нежного персика и дымчатой розы. Платья шили из тонкого бархата, муслина и атласа с переливающимися разводами. Дамы постарше отдавали предпочтение плотным, тяжёлым тканям темно-бордовых, синих цветов из набивного атласа, бархата и даже брокателя.

Так как Делия была уже далеко не девушка на выданье, я остановилась на тёмно-синем цвете, но предпочла ткань лёгкую, не сковывающую движения. И судя по блеску в глазах Кипа, не ошиблась в своём выборе.

— Хотел бы я видеть лица тех дамочек, чьи мужья будут не отводить от тебя глаз, — усмехнулся секретарь, по-хозяйски развалившись на диване.

— Ты так и не скажешь, кто будет следить за мной? — в который раз попыталась выведать у Кипа, что за тайный сотрудник будет охранять меня на этом вечере. К сожалению, на Кипа приглашение не распространялось, и находиться среди роя жалящих, язвительных гостей мне придётся в одиночестве.

— Нет, ты невольно будешь на него обращать внимание чаще, чем на остальных. Просто доверься, этот человек позаботится о тебе.

— Легко сказать, — хмыкнула, направляясь в ванную переодеться, оттуда прокричав, — Глен уже уехал за щенком?

— Да, уехал, — отозвался Кип, чем-то звонко брякнув.

— А на заводе? Всё хорошо?

— Да, Гейбу монеты отдал, он при мне с каждым рассчитался. Заглянул на склад, пара поддонов готова, остальные сушатся. Но процесс идёт, и знаешь что?

— Что? — вернулась в комнату, поторопила продолжить замолчавшего секретаря, который невесть откуда достал бутылку и теперь с наслаждением потягивал янтарную жидкость из бокала, — это откуда?

— Нашёл в столе, в первый день нашего прибытия в поместье, — усмехнулся Кип, — наверное Фрэнк спрятал, будешь?

— Нет, спасибо. Пойду к сыну, — отказалась и, нависнув над мужчиной, потребовала, — ты недоговорил.

— Гейб и остальные тебе безоговорочно верят. Верят в то, что твой новый кирпич и правда раскупят. Что ты возродишь завод…

— Это очень дорого стоит, — задумчиво протянула, надеясь, что не подведу доверившихся мне людей, — они правы, я сделаю всё, чтобы завод заработал в полную силу.

— Да… ты очень на него похожа, и с каждым днём я в этом убеждаюсь всё больше, — вдруг заявил Кип, рывком поднимаясь с дивана, — идём, я обещал Дарену сделать для его щенка лежанку.

— На кого похожа⁈

— На Ская, — коротко бросил мужчина, быстро покидая мои покои. На мгновение растерявшись, я не успела ответить, что совсем не похожа на главаря банды и не стремлюсь к этому, поспешила следом за нахальным секретарём.

Остаток дня прошёл замечательно. Я, Дарен, Кип и Нел обустраивали для щенка домик в комнате ребёнка. У Нел, как оказалось, есть два младших брата, и она неплохо поладила с Дареном. Вместе мы быстро переставили кресло, освободив угол и раздобыв кучу ненужного тряпья, занялись пошивом лежанки. Правда, Кип настаивал, что коврик у нас слишком мал и стоит увеличить его размер, но я убедила мужчину, что когда щенок подрастёт, мы обязательно сошьём ему новую. Тем более, это оказалось так увлекательно и по-семейному уютно.

Но когда малыша Роско (предложенное мной имя почему-то все приняли единогласно) Глен завёл в детскую, я поняла, что подразумевал Кип, советуя сделать лежанку побольше. Огромный, лобастый рыжий щенок, ростом уже достигнувший моего колена, обещал вырасти в скором времени в телёнка.

— Эээ… он такой чудесный и маленький? — пробормотала, вопросительно взглянув на гувернёра и получив утвердительный кивок, перевела свой взгляд на сына, который обняв за шею собаку, что-то быстро-быстро говорил ей на ухо. Личико ребёнка при этом было таким счастливым, что я всё же решилась оставить его в детских покоях.

— Я помогу с его дрессировкой, у нас был такой пёс, — успокоил меня Кип, потрепав собаку между ушами, — он хороший охранник и нянька.

— Ладно, — натянуто улыбнулась, с трудом представляя, как такая громадина будет носиться по поместью. Я присела в кресло рядом с сыном, пристально взглянув в умные глаза Роско, проговорила, — стань ему верным другом.

Пёс как будто меня понял, дважды моргнув, лизнул мою щеку, после — щёчку сына, радостно гавкнул. Наверняка своим громоподобным голосом распугав всех птиц в саду.

До самой поздней ночи мы находились в комнате Дарена, играя с щенком, смеялись над его проказами, изготавливая ему новую лежанку. Мне было невероятно хорошо находиться, общаться с сыном, его умный взгляд, радостная улыбка, застенчивые касания моей руки рождали во мне новые, ещё пока неизведанные чувства…

Спать уходила в спокойном и радостном настроении. Удивительно быстро заснув, я спала без сновидений, а проснувшись ещё до наступления рассвета, долго лежала в постели, наблюдая за алыми всполохами в небе. Приятная слабость в теле и сонливость лениво растекались во мне. Впервые за долгое время я наконец-то выспалась и так хорошо отдохнула. Но стоило солнечным лучам окончательно прогнать ночные сумерки, дверь в моих покоях содрогнулась от громкого и сильного удара, а за ней раздался взволнованный голос Кипа.

— Что случилось? — спросила сразу, как только открыла дверь, не позаботившись о халате — как была в сорочке, рванула к выходу.

— Завод подожгли, часть склада, где хранится готовый кирпич — сгорела. Бросили через забор бутылки с зажигательной смесью, — быстро проговорил Кип, проходя в покои.

— Люди не пострадали?

— Нет, пожар успели потушить. Сейчас Гейб разбирает завал.

— Поймали поджигателей?

— Да, но это мальчишки, с ними беседуют, но сомневаюсь, что они назовут имя. Скорее всего, мальчишки даже не видели заказчика и ничего не расскажут.

— Здесь и выяснять не нужно, Сефтон решил поторопить меня с ответом, — процедила сквозь зубы, кутаясь в халат, вспомнив о приличиях, — люди готовы? Делай, как договорились. Доуман пожалеет, что не внял голосу разума и связался с Делией Рейн.

— Сегодня отдам приказ, — зловеще оскалился Кип, предвкушая скорую забаву.

— Только без жертв, в этой битве не должны пострадать невинные люди, — напомнила секретарю и, подхватив одежду, направилась в ванную, на ходу проговорив, — после завтрака едем на завод, к этому времени должны разобрать часть завала. Я хочу проверить кирпич и поговорить с людьми. Кип, как пропустила поджигателей охрана?

— Сегодня была безлунная ночь, мальчишки подобрались бесшумно. Охрана услышала звук разбившейся бутылки, трое рванули искать пакостника, остальные — будить работников и тушить склад, — оправдал парней мужчина, — надо установить фонари, чтобы в темноте никто не мог приблизиться к заводу.

— Угу, а ещё колючую проволоку по периметру забора, — выходя из ванной, вполголоса протянула, — как-то глупо и слишком явно Сефтон действует.

— Не хочет по-настоящему вредить заводу, а лишь запугивает наивную девочку Дель? — предположил Кип, распахивая передо мной дверь.

— Возможно, — задумчиво кивнула, предвкушая завтрашнее утро. Если Сефтон полагает, что я молча проглочу его выходку, то он глубоко ошибается. Скоро ему будет не до меня, своё бы успеть подхватить.

Глава 22

Глава 22

— Всё не так плохо, а сажа и копоть отмоются, — наконец произнесла, после долгого и тщательного осмотра кирпичей, — склад новый построим, и предлагаю на эту сторону поставить, удобней и от забора подальше.

— Ироды! — опять выругался Гейб, посмотрев куда-то за спину начальника охраны, — это ж сколько могло пропасть, если бы не Бронд и его парни. Это вы хорошо, госпожа, сделали, что охрану наняли, надо же — и до нас добрались.

— Угу, — согласно кивнула, обращаясь к начальнику охраны, — Бронд, нужны фонари, ну ты и сам знаешь, справишься?

— Конечно, мадам Делия.

— Отлично, а ещё колючую проволоку по верху забора провести, чтоб не появилось желающих перелезть через него и разведать, что у нас здесь происходит. Посчитай, сколько потребуется, Кип привезёт монет.

— Сделаем, — снова коротко ответил мужчина. Невысокий, кряжистый, с пристальным взглядом и кривой из-за шрама на подбородке улыбкой.

— Ну вроде всё, — проговорила, ещё раз осмотрев разобранный склад, перешагнув через небольшую кучу обгорелых досок, отправилась к выходу.

— Домой? — спустя несколько минут поинтересовался Кип, помогая мне взобраться в карету.

— Нет, до вечера ещё пять часов, мы успеем заехать в банк к мсье Кэри, — распорядилась, откидываясь на спинку сиденья, и принялась мысленно выстраивать схему беседы с управляющим. Кип, заметив, что я погрузилась в тягостные раздумья, не стал мне мешать и уже через минуту тихо похрапывал. Карета, время от времени подпрыгивая на ухабах, шустро катилась в город. А на горизонте уже вырисовывались его очертания в виде дымящих труб и невысоких двухэтажных домиков.

В город мы прибыли ближе к полудню, неспешно прокатились по центральным улицам Ранье. Ненадолго задержались на площади трёх фонтанов, застряв в пробке из кэбов, те подвозили разряженных дам и их спутников к театру, где, судя по всему, скоро будет представление.

Пока возничий выбирался из затора, я с интересом разглядывала людей, как бы сказал Кип, среднего сословия. На большинстве женщин были одежды из дорогой ткани и очень много украшений. Мужчины тоже щеголяли в обновках, то и дело поправляли шляпы и вертели свои трости. Один из них, широкий — не обхватить руками, с мохнатыми бровями и знатной бородой, через каждую минуту вытаскивал из небольшого внутреннего кармашка часы, будто бахвалясь, и что-то тихо говорил своему соседу.

— Приехали, — прервал мои мысли Кип, и карета тотчас плавно остановилась, — в банк зашёл Мэтью Паркер, ты хотела с ним встретиться.

— Не сегодня и не здесь, — проговорила, почти выпорхнув из кареты, устремилась в банк, надеясь, застать в кабинете управляющего. Но была остановлена приятным и мелодичным голосом.

— Делия! Делия Рейн! Не узнала? — звонко расхохоталась дама лет сорока на вид, круглощёкая, пышнотелая блондинка, — Лаван Брукс!

— Лаван? — с трудом сдержала удивлённый возглас, стараясь не слишком пристально разглядывать ещё одну подругу Дель. В моих воспоминаниях Лаван была миниатюрной, хрупкой девушкой, с пшеничной копной на голове, сейчас же у лба виднелись залысины, а второй подбородок лежал на внушительного размера груди.

— Да, после третьей дочки вот какая стала, — всплеснула руками женщина, показав себя, — а ты нисколько не изменилась, даже похорошела. Мне сказали, что ты вернулась в Ранье, я ждала, что заглянешь к старой подруге, но…

— Прости, столько дел накопилось, сама знаешь, без женского пригляда… — недоговорила, тяжело вздохнув, продолжила, — слуг пришлось сменить и ремонт затеяла.

— Мадлин неделю назад в гостях была, рассказала о твоём ремонте. Неужто правду болтают, что у себя в поместье всё сделаешь, как в знатных домах Кастелии?

— Ну не всё, начну с зимнего сада, после ванную переделаю, — ответила, мысленно похвалив Паулу, что так умело и быстро распространила слухи, — как закончу, обязательно приглашу тебя, а сейчас прости, меня ждут.

— А что с мужем разводишься — тоже правда? — вдогонку спросила Лаван, рванув за мной следом, решив во чтобы то ни стало разузнать гуляющие по Ранье сплетни из уст самой обсуждаемой.

— Правда, — коротко ответила, продолжая медленно идти.

— Так Фрэнк вроде обходительный и красавец такой. Ну есть девки, так у кого их нет, — растерянно пробормотала подружка, вынуждая меня остановиться в паре метров от здания банка. Желания и времени обсуждать своего мужа у меня не было, и я выпалила:

— Какие девки, Лаван! Он давно несостоятелен как мужчина. А я детей хочу, вон у тебя трое уже, а у меня только Дарен.

— Эээ… — потрясённо протянула девушка, вытаращив на меня свои огромные глазищи, я же, пока она приходила в себя, успела скрыться в прохладном зале банка Фестер.

— Жестоко, — заметил Кип, так и простоявший за моей спиной немым истуканом.

— Ага, — довольно протянула, направляясь к управляющему, но не пройдя и пяти шагов, дверь кабинета с грохотом распахнулась и оттуда вышел возмущённый Мэтью Паркер. Не знаю, что меня в тот момент дёрнуло, но я громко произнесла:

— Мсье Мэтью! Я бы хотела с вами поговорить.

— Мадмуазель, на беседы у меня совершенно нет времени, — не останавливаясь отрезал мужчина, в его голосе звучало раздражение. А брошенный в мою сторону взгляд не сулил мне ничего хорошего.

— Мадам Делия Рейн, и у меня к вам взаимовыгодное предложение, — чеканя каждое слово, произнесла, смело посмотрев в голубые холодные глаза мужчины, и, выдержав небольшую паузу, добавила, — уверена, оно вам понравится.

— Хм… Делия Рейн? И у неё ко мне предложение? — вполголоса, будто размышляя протянул мужчина, испытывающе на меня посмотрев.

— Наш разговор не займёт много времени, мы можем побеседовать в ресторане напротив банка.

— Хорошо, у вас десять минут, мадам Делия, — смилостивился один из самых богатых в Ранье дельцов, который не имеет титул, но имеет внушительное количество различных производств.

— Этого достаточно, — быстро ответила и, подхватив ошарашенного моей смелостью, ну или дерзостью, мужчину под локоть, повела его к выходу. И вскоре мы заняли один из столиков в алькове, где уже знакомый официант, любезно и радостно улыбаясь, в течение минуты поставил перед нами по кружке ароматного кофе.

— Что вы хотели, мадам Делия? Не кофе же со мной выпить? — с ленцой проговорил мсье Паркер, сделав небольшой глоток.

— Я знаю, что вы планируете построить банный комплекс в Сонт-Имэне…

— Об этом все знают, как и то, что банк Фестер отказал мне в требуемой сумме кредита, — насмешливо произнёс Паркер, — это всё?

— Нет, я предлагаю партнёрство. Кирпич для строительства комплекса, а также плитку для его отделки, которую ещё не видели в Вирдании, я предоставлю. Ваш инженер…

— Как вы о нём узнали? — прервал меня Мэтью, резко подавшись ко мне, едва не перевернув стол.

— У меня свои источники, — улыбнулась мужчине, продолжив, — так вот, ваш инженер придумал отличную схему водоснабжения и прокладки труб отопления, и я уверена, что банный комплекс принесёт хорошую прибыль. Я посчитала, что, объединившись, мы сможем его построить. У меня достаточно идей для нового в Вирдании комплекса, и если вас заинтересовало моё предложение, то жду вас завтра в поместье Рейн. Чтобы подробно обсудить наше дальнейшее сотрудничество… всё, в десять минут уложилась.

— Кхм… кхм, — подавился смешком Паркер, по-новому на меня взглянув, — зачем мне с вами сотрудничать?

— Банк вам отказал, знакомые не могут или не желают влезать в то, что не считают прибыльным. Ждать, когда кто-нибудь из учредителей банка всё же одобрит кредит? Вы теряете время, а значит и доход. Да, вы можете обратиться к другому изготовителю кирпичей, но такого, как у нас, вы нигде не найдёте. И никто не согласится вложиться в строительство за всего лишь сорок процентов.

— Пятнадцать, — заявил Паркер, кажется, удивившись не меньше меня своему ответу, но быстро взял себя в руки, — пятнадцать, кирпич — это малая часть вложений.

— Тридцать пять, мсье Мэтью, вы забываете об отделочной плитке, аналогов её в Вирдании нет.

— Тридцать, и надо ещё посмотреть, что за плитка такая, — хмыкнул мужчина, пристально на меня взглянув.

— Договорились, детали обсудим завтра. Свою продукцию я покажу вам сразу, как только подпишем договор, — произнесла, поднимаясь из-за стола.

— В пять часов я буду у вас, — подтвердил Паркер и вдруг, широко улыбнувшись, став на мгновение похожим на озорного мальчишку, сказал, — я впечатлён, мадам Делия.

— До скорой встречи, мсье Паркер.

— Мэтью, если позволите, нам предстоит провести вместе немало времени, мадам Делия.

— Делия, — поправила мужчину, покидая ресторан, за так и не выпитый мной кофе рассчитался первый деловой партнёр.

— До приёма осталось три часа, — напомнил Кип, стоило нам только подойти к зданию банка.

— Да, пора домой, разговор с Кэри откладывается, — устало протянула, усаживаясь на твёрдом сиденье кареты, напомнив себе завтра же распорядиться сменить обивку и добавить побольше шерсти.

— Как и когда ты узнала об инженере? — поинтересовался Кип, устраиваясь напротив меня.

— Глен несколько дней назад за ужином поведал. Сосед его сёстры донимал всех рассказом о новой системе водоснабжения.

— Это когда он высмеивал какого-то Уилли? Что тот ходил с чертежами к богатеям, а те его даже на порог не пустили? Ха! Он же перечислил имена, в том числе был и Паркер!

— Верно, а подписывая договор о рассрочке платежей по закладным, я увидела на столе в кабинете мсье Кэри стопку бумаг. Сверху лежало заявление Мэтью Паркера о выдаче кредита на строительство банного комплекса. Сегодня как раз день ответа, ну, а сказав про инженера… я просто била наугад, зато теперь мсье Паркер всерьёз отнесётся к моему предложению.

— Как ты попалась в ловушку Доумана, Дель? — подозрительно прищурившись спросил мужчина, чуть склонив голову на бок, — как не заметила обмана?

— Была глупа, влюблена и несчастна после трагической смерти родителей, — растягивая каждое слово, произнесла, давно подготовив ответ на такие вопросы, — теперь я другая, Доуманы научили осторожности, как и больше никому не доверять.

— И мне? — усмехнулся Кип, чуть расслабляясь.

— И тебе, — ответила, наблюдая, как на лице мужчины расплывается довольная улыбка, покачала головой, не переставая удивляться прозорливости и наглости секретаря. И через мгновение потрясённо уставилась на Кипа, услышав неожиданное приглашение, — Скай хочет с тобой поговорить. Завтра в полночь у западных ворот поместья Рейн тебя будет ждать кэб.

Мастер Гэйб

Глава 23

Глава 23

— Хорошо повеселиться, — пожелал Кип, провожая меня до дверей большого, красивого, но на мой вкус немного мрачного особняка.

— Угу, шутник, — буркнула, подобрав подол платья, сделала глубокий вдох, как перед прыжком в воду, подала мужчине условный знак. Кип тотчас чуть выступил вперёд, несколько раз ударив литым молоточком, ободряюще мне подмигнув, и замер в ожидании.

— Графиня Делия де Виан-Рейн, — торжественно объявил секретарь, сразу, как только перед нами распахнулась дверь, а приторный аромат духов едва не сбил нас с ног.

— Графиня, ваше приглашение, — почтительно склонил голову дворецкий, принимая кусок картонки из рук Кипа, — всё в порядке, добро пожаловать.

— Благодарю, — решила быть всё же вежливой, ведь слуга не виноват, он всего лишь выполнял, то что ему приказали. Но запомнила проявленное ко мне неуважение, взглядом показав Кипу, что всё в порядке, прошла в ярко освещенный и украшенный цветами холл.

— Позвольте, я провожу вас, — промолвил дворецкий, забирая мою пелерину, рукой указав на двухстворчатые двери, из-за которых доносился людской говор и тихо играла музыка.

Отвечать ему не стала, отметив ещё одно пренебрежение к моей персоне, и, гордо подняв голову, устремилась к двери, которую тут же передо мной распахнул молодой симпатичный швейцар.

— Благодарю, — проговорила, расправив плечи, так что хрустнули позвонки, степенно прошла в огромный зал, где, казалось, уже собралось не менее сотни гостей, среди которых я пока не увидела ни одного знакомого лица.

Моё появление всё ещё оставалось незамеченным, и на мгновение застыв в растерянности, не сразу догадавшись, что хозяйка этого вечера указала в моём приглашении время, отличное от остальных гостей, наверняка чтобы поразвлечься за мой счёт, я, растянув губы в самой любезной улыбке, шагнула вперёд. И надо же было двум официантам именно в этот момент столкнуться всего в трёх метрах от меня.

Звон разбиваемой посуды, грохот железного подноса, ударившегося о мраморный пол, оглушительными фанфарами огласили моё появление.

И сейчас же сотня пар глаз: удивлённых, завистливых, восхищённых, похотливых разом уставились на меня. Музыка замолкла, голоса стихли, и можно было даже услышать прерывистое дыхание тучного мужчины, подпирающего своей спиной белоснежную колонну.

— «Точно Золушка», — мысленно хохотнула, взяла с подноса бокал с чем-то прозрачным у едва не проскользнувшего мимо меня официанта, и чуть приподняв подбородок, широким шагом направилась к клубку выжидающих свою жертву змей. И не задерживаясь на лицах присутствующих больше пяти секунд, обвела каждого выразительным взглядом.

— Делия! — раздался нежный голосок Митси, разрушая гнетущую тишину, и тотчас все разом загомонили, то и дело бросая в мою сторону любопытные взоры.

— Митси.

— Делия, что тебя задержало? Торжественная часть уже закончилась, — продолжила щебетать девушка, наконец добравшись до меня, — я не слышала, как Паула тебя представляла гостям, наверное, слушала Дорис, она так громко говорит, что, кажется, я теперь оглохла.

— Митси, ты чудесно выглядишь, — не стала объяснять подруге свою задержку, переводя разговор на безопасную тему.

— Нда… но, Делия, ты невероятно смелая, такое платье и плечи… — с придыханием выговорила девушка, окинув меня восторженным и завистливым взглядом, — кстати, я видела здесь Фрэнка, он общался с Томасом.

— А Лаван тоже здесь?

— Нет, не может надолго оставить девочек, — презрительно наморщила свой крохотный носик Митси, заговорщицким голосом мне поведав, — а муж её крутится вокруг Лорны, я бы такое терпеть не стала.

— Ну да, — согласно кивнула, ищущим взглядом окинув толпу.

— Если ты ищешь Фрэнка… — недоговорила подруга, бросив подобострастный взор за мою спину, и слегка придушенно пискнула, — Паула.

— Делия, добрый вечер. Простите, я не смогла вас представить гостям, — елейным голосом протянула невысокая брюнетка с красивыми глазами, но ужасно надменным выражением лица. За её спиной стояли три дамочки примерно её возраста, они с сочувствием поддакнули, но в глазах горел предвкушающий огонёк скорого веселья. Неужели они думали, что я закачу истерику, высказывая обиды здесь и сейчас? Если так, то они будут глубоко разочарованы.

— Понимаю, столько гостей и забот, — улыбнулась хозяйке вечера, — поздравляю, дочь — это счастье для мамы. У вас красивый дом, здесь очень уютно, вот только…

— Что? — тут же спросила мадам Паула, бросив косой взгляд на свою свору, в волнении неосознанно стиснув подол платья, ожидая от меня скорой мести за проявленное неуважение.

— Если установить между колоннами небольшие столики, на которых будут стоять тарелки: с канапе, салатами в тарталетках, паштеты, сладости, фруктовые муссы и пудинги, такие крохотные, всего на один укус, то гости не только оценят по достоинству гостеприимство хозяйки, но и смогут продолжить светскую беседу, не изнывая от голода. Ваш дом прекрасен, прием изумителен, а это небольшое дополнение лишь подчеркнёт вашу изысканность.

— Хм… мне говорили, что вы отдыхали в Кастелии, — задумчиво протянула Паула, с облегчением выдыхая, не услышав ничего дурного о своём доме.

— Кастелия — чудесная страна, — с улыбкой проговорила, не подтвердив и не опровергнув ходящие обо мне слухи, сделав глоток, как оказалось, вина и продолжила, — если пожелаете, я расскажу вам о новинках, которых ещё нет в Вирдании. Но не сегодня, у вас гости, и я не хочу лишать их вашего внимания.

— Я отправлю вам приглашение, — произнесла Паула и, одобрительно улыбнувшись, лебедем проплыла дальше в зал. И как бы мне ни хотелось пожелать ей вдогонку «всего хорошего», я вежливо улыбалась, делая вид, что всё прекрасно.

— Ох… она такая, — одними губами прошептала Митси, бросив опасливый взгляд в сторону, куда ушла Паула Тернер, — если бы не деловые вопросы мужа, я бы ни за что не пришла сюда. Ой! К нам идут Олли и Адель! Ты с ними не знакома, обе дочери герцога Берча, очень…

— Позвольте, — прервал её приятный бархатный голос. Митси шумно выдохнула, уставившись восхищённым и трепетным взглядом на его обладателя, и мне почему-то захотелось увидеть, на кого так отреагировала подруга, — мадам Делия, позвольте пригласить вас на танец.

— Но… — с недоумением промолвила, разворачиваясь к говорившему, неожиданно для себя упёрлась взглядом в тёмный камзол, медленно подняла голову продолжила, — никто не танцует.

И как по мановению волшебной палочки, стоило мне только сказать, музыка заиграла громче. Гости разошлись в стороны, а пары закружились по залу. Незнакомец с голубыми как небо глазами молча подал мне руку, в ладони которой тут же утонула моя.

— Николас Эдингтон, — представился мужчина, подхватывая меня так, словно я была пушинкой, легко и плавно повёл в танце.

— Приятно познакомиться, — произнесла, невольно отдавшись умелым движениям мужчины, но почувствовав на себе внимательный взгляд голубых глаз, дерзко вздёрнула подбородок, в ответ принялась рассматривать лицо своего партнёра.

Чёрные ресницы и золотистая кожа, красивый излом бровей и густые, цвета спелой пшеницы волосы. На подбородке — тёмная тень бороды, губы розовые, полные, невероятно чувственные. Месье Николас излучал ту самую властную мужественность, которую женщины представляют в своих сокровенных фантазиях… а ещё его лицо мне было знакомо, но я не могла вспомнить, где его видела.

— Ну как? — со снисходительной улыбкой спросил мужчина, заметив мой ничем не прикрытый интерес к его персоне.

— Неплохо, — вырвалось у меня, мсье Эдингтон на мгновение опешил, но вскоре его глаза сощурились, а губы предательски задрожали.

— Отрадно это слышать, мадам Делия. Я надеялся вас здесь увидеть, чтобы принести свои извинения. В тот день я и мой хороший знакомый случайным образом попали в ваше поместье.

— Оу… — протянула, тотчас вспомнив, где я встретила этого мужчину. Некое очарование от знакомства и танца вмиг померкло, — не стоит беспокоиться.

— И всё же, мадам Делия, я хотел бы сгладить эту неприятность. Могу вас пригласить на обед?

— Простите, но пока у меня совершенно нет на это времени, — проговорила, чуть отодвигаясь. Музыка уже закончилась, и стоять рядом было совершенно необязательно, но Николас, видимо, так не считал. А мне не нужны лишние разговоры, да и желания заводить какие-либо отношения тоже не было, со срочными делами бы разобраться.

— Я не оставляю надежду, что вы всё же будете ко мне благосклонны, — на губах мужчины мелькнула тень улыбки, а в глазах сверкнул опасный огонёк. Так обычно смотрит хищник на свою жертву перед тем, как на неё напасть.

— Прощайте, мсье Николас, — произнесла, решив, что одного отказа уже достаточно, и вежливо улыбнувшись, отправилась к Митси — мне срочно требуется небольшая передышка.

Глава 24

Глава 24

— Делия, ты… ты танцевала с самим Николасом, — восхищённо воскликнула Митси, пребывая в необъяснимом возбуждении, и, схватив меня за руку, потребовала, — как он? Дель, расскажи, его руки правда так нежны?

— Что? — с недоумением переспросила, настороженно оглядев ещё двух всполошившихся дамочек, щёки которых сейчас пылали, а глаза лихорадочно блестели, честно не понимая их восторга. Да, он красив, но красота хищная, и этот мужчина не из тех, с кем будет просто и легко. А ещё он не принимает отказа и показался мне тщеславным типом. И то, что он один из приятелей моего мужа, пусть и был первым, кто покинул поместье в тот вечер, тоже не добавляет ему плюсов.

— Беатрис Бутби один раз с ним танцевала и заявила, что у Николаса Эдингтона самые нежные руки.

— Кхм… не знаю, не обратила внимания, — подавилась смешком, но заметив на лицах девиц разочарование, поспешила сказать, — хотя от него приятного пахло.

— Оу… — разом выдохнули сплетницы, бросив заворожённый взгляд в сторону алькова, куда направилась причина их безумного состояния.

— Беатрис теперь не оставит тебя в покое. Очень завистливая и противная девица, она давно гоняется за Николасом, — прошептала мне на ухо Митси, с сочувствием на меня посмотрев, — её отец — собственник нескольких доков, а ещё, говорят, у её семьи имеется ткацкая фабрика в Дорлесе.

— Кто он такой? — не могла не спросить, всё же заинтересовавшись этой по всему видимому легендарной в дамских кулуарах личностью, перебирая в памяти все известные мне имена знати.

— Старик Эдингтон… ну, тот затворник. Помнишь, о нём ещё жуткие слухи ходили, будто он убил свою жену и сына? — протараторила Митси, счастливо улыбаясь и наверняка радуясь, что есть сплетни, о которых я ещё не знаю, — вот это его сын.

— Убитый? — деланно вскинула бровь, сейчас же притворно ужаснувшись, и добавила, — как такое возможно?

— Нет, что ты, — поспешила возразить Митси, её подруги яростно замотали головой, — это всё ложь, а Николас с матерью жили в Кастелии и только год назад вернулись.

— Митси, мадам Эдингтон осталась, вернулся только Николас, — поправила её темноглазая, с пухленькими губами девушка, и, обратив свой взор на меня, прошептала, — мне сказала Берта, он несметно богат.

— Ясно, — кивнула, удовлетворив своё любопытство, не впечатлившись полученными сведениями. И единственное, что удалось полезного узнать, так это то, что мне нужно держаться от него подальше. Это же надо, такая далёкая страна, на которую я делала отсылки, объясняя свои новинки, и тут этот тип, проживший там большую часть жизни.

— Ой! Я же не представила тебе… Идет Клауд и Камилла Фокс — мои подруги, — вспомнила Митси, перевела свой взгляд на девушек и представила меня, — Делия Рейн, моя подруга детства, к сожалению, мы перестали с ней видеться, стоило ей выйти замуж за этого… — запнулась Митси, бросив хмурый взгляд куда-то за спину Идет, едва слышно продолжив, — говорят, он частый гость в этом доме, даже ходили слухи, что Паула собиралась стать его женой.

— Вот как? И что им помешало?

— Не знаю, — неопределённо пожала плечами Митси, и, чуть подавшись вперёд, прошептала, — но и после вашей свадьбы он продолжил ходить сюда.

— Нет, Митси, они встречались у Лауры, а ещё ходят слухи, что её сын очень похож на Фрэнка Доумана, — присоединилась к разговору та, что Идет, но вдруг, бросив на меня смущённый взгляд, пробормотала, — прости, Делия, это же твой муж.

— Ничего, — поспешила успокоить девушку, — я подала на развод.

— Значит, это правда, что он не может… ну это… в постели? — заговорщицким тоном спросила Камилла, стыдливо озираясь.

— Да, — коротко ответила, понимая, что меня уже начали тяготить эти разговоры, от которых не было никакого проку.

— А как же все эти его девицы? — не успокаивалась Камилла, её явно очень интересовала эта тема.

— Этим девицам заплати пару фарингов, и они расскажут, что попросишь, — ответила за меня Митси, зло фыркнув.

— Но Элен…

— Ты её видела? — тотчас насмешливо рассмеялась Идет, — она такая страшненькая, что наверняка соврала.

— Простите, дамы, я заметила среди гостей одного старого знакомого, мне нужно вас ненадолго оставить, — вклинилась в спор, но, кажется, меня даже не услышали, продолжая обсуждать любовниц моего мужа. Отвлекать их от интереснейшей темы я не стала и, определившись с направлением, поспешила покинуть забавную компанию.

Но стоило мне только выбраться из плена сплетен, как тотчас с разных сторон ко мне ринулись сразу трое мужчин. Двое из них мне были незнакомы, поэтому я, резко сменив курс, устремилась к мсье Кэри.

— Мадам Делия, вы прекрасны, — одарил меня комплиментом управляющий, ободряюще улыбнувшись, — рад вас здесь видеть.

— Взаимно, мсье Кэри, сейчас сложно встретить человека, с кем приятно вести беседу.

— Согласен, — любезно подал мне руку мужчина, — позвольте проводить вас к дивану, я уже немолод и предпочитаю тихие вечера. Кстати, как вам приём?

— Он чудесен. Всё так изысканно и красиво.

— Да, здесь неплохо, — хитро сощурился мужчина, — но на мой вкус слишком вычурно.

— Хм… — не стала отвечать на провокационную подачу, следуя за мужчиной, который, ловко лавируя между сбившимися в компании гостями, вёл меня к на удивление свободному диванчику. И вскоре мы с удобством устроились в уютном месте, подальше от шума музыки и говора людей.

— Вы здесь с супругой?

— Да, Мабель где-то в зале перемывает косточки молодым и бесстыжим девицам, — хмыкнул управляющий, невольно покосившись на мои голые плечи.

— Оу… я так понимаю, меня дамы обсудили в первую очередь.

— Должен признаться, так и есть. Вы произвели фурор своим появлением, сегодня говорят только о вас, мадам Делия. И это очень не нравится мадам Пауле, а она дочь одного из учредителей банка.

— Знаю, мсье Кэри, как и то, что она благоволит моему мужу, — с улыбкой проговорила, благодарно кивнув официанту, который подал мне бокал.

— И не только ему, вся семья Доуман дружна с семьёй Тернер, — добавил мужчина, испытующе на меня посмотрев.

— Значит, нет повода для беспокойства, — беззаботно ответила, сделав маленький глоток вина, мысленно сокрушаясь, что чай или воду на таких приёмах не подают, и произнесла, — здесь действительно тихо и очень удобный обзор.

— О да, отсюда хорошо наблюдать за всеми гостями, — подтвердил мсье Кэри и, лукаво мне улыбнувшись, заговорил, — тот высокий с топорщащимися усами — это мсье Анре, у него два завода…

Мы проговорили с мсье Кэри больше десяти минут. Он поведал мне о гостях, самую малость, то, что знает каждый, кто живёт Ранье. После мы обсудили погоду и скорый сезон дождей, поговорили о новом автомобиле и его возможностях. В общем, лёгкая непринуждённая беседа двух старых знакомых. Но время от времени управляющий банка бросал в мою сторону выжидательные взгляды, чем меня немного нервировал.

— Мадам Делия, вы ещё ни разу не спросили меня о кредитах, рассрочке и снижении процентов, — вдруг проговорил мсье Кэри, с недоумением на меня посмотрев.

— По-моему, мы не в банке, а на торжественном приёме, и прибыли сюда отдохнуть, а не обсуждать дела? — наигранно удивилась, вернув недоумённый взгляд мужчине, с трудом сдержав улыбку — такой забавный вид был у управляющего.

— Ооо… мадам Делия, вы свежий глоток воздуха в этом затхлом городе! — приглушённо воскликнул мсье Кэри, окинув меня восхищённым взглядом, — и всё же позвольте я вам представлю моего старого друга, уверен, вам будет полезно это знакомство.

— С удовольствием познакомлюсь с вашим другом, — благосклонно кивнула, поднимаясь следом за мужчиной и, чуть помедлив, добавила, — но завтра прошу вас выделить для меня немного вашего рабочего времени, чтобы обсудить некоторые вопросы.

— Буду с нетерпением ждать, — рассмеялся мсье Кэри, подав мне руку, — идёмте, он наверняка сейчас в компании Лемонов и пора спасать его от этих настойчивых выскочек.

Спасать и правда пришлось. Невысокого, слегка полноватого мсье лет сорока пяти окружили сразу пять невероятно похожих друг на друга мужчин, с рыжей копной волос и несчетным количеством веснушек на лице. Завидев наше приближение, мсье Ирвин Ходжез, как позже я узнала, быстро попрощавшись с семейкой Лемонов, поспешил в нашу сторону.

Собственник обширных земель и трёх приисков оказался очень обходительным мужчиной. С похожей тонкой язвительностью, что и у мсье Кэри, он подмечал забавные ситуации, интересно рассказывал занятные истории о некоторых гостях и в целом был приятным собеседником.

Прогуливаясь по залу в компании двух импозантных мужчин, я познакомилась с рядом нужных мне персон, которые, с любопытством на меня поглядывая, поддавшись настоятельным рекомендациям мсье Кэри и мсье Ирвина, принимали меня в свой закрытый клуб. Наше шествие не осталось незамеченным, и теперь пристальных, изучающих, а также ненавистных взглядов, обращённых в мою сторону, прибавилось.

Но беспокоили меня только два: один — прожигающий, хозяина которого я так и не смогла найти, и полный ненависти и похоти — Фрэнка, что невидимой тенью скользил за мной всё время моего пребывания здесь.

— Мадам Делия, рад знакомству, — прощался со мной мсье Ирвин, уже собираясь покинуть примем, — значит, завтра в банке мы подпишем с вами договор.

— Да, мсье Ирвин, с вами приятно иметь дело, — довольно улыбнулась, мысленно прикинув, сколько мне принесёт эта сделка.

— Конечно, приятно! Вы затребовали сорок процентов задатка, — хохотнул мужчина, кивком попрощавшись с мсье Кэри, — до свидания, мадам Делия.

— До свидания, мсье Ирвин.

— Что ж, и мне уже пора, — проговорил управляющий, ищущим взглядом скользя по залу, — до завтра, мадам Делия.

— Спасибо вам, мсье Кэри, — поблагодарила мужчину, объективно осознавая, что за эту любезность с меня обязательно потребуют ответную услугу, — до скорой встречи.

Управляющий, ласково улыбнувшись в ответ, вдруг подхватился и широким шагом направился к высокой, стройной даме в элегантном наряде, которая только что прошла в компании Митси и Идет. Понаблюдав пару минут за семьёй Раймонд, я, окинув беглым взглядом зал, не обнаружив поблизости мужа, решительно направилась к Пауле поблагодарить за гостеприимство и наконец покинуть этот приём. Но не успела сделать и шага, как была грубо схвачена за руку и бесцеремонно уведена в альков.

— Что ты себе позволяешь? — прошипела, рывком высвобождаясь, и раздражённо вперилась в ухмыляющееся самодовольное лицо мужа.

— Ты всё ещё моя жена, — с безумной улыбкой протянул Фрэнк, окинув меня липким масленым взглядом, — и если ты так хочешь, я, так и быть, буду к тебе благосклонен…

Суматошные недели и бесконечный день давали о себе знать. И мне пришлось несколько раз мысленно повторить его слова, чтобы верно понять, о чём говорит этот ненормальный.

— Разве ты не для меня так принарядилась? — вкрадчиво произнёс муженёк, проведя тыльной стороной ладони по моей щеке, со страстным придыханием прошептав, — я скучал… моя Дель.

— Что⁈ — глухо прорычала, ударом руки отбрасывая его мерзкую ладонь. Едва не задохнулась от накатившей неистовой злости. Перед глазами тут же вспыхнула алая пелена гнева, и только присутствие гостей, которым только дай повод посудачить, остановило меня от опрометчивого поступка.

— Делия, ты моя жена…

— Мадам Делия, вы обещали мне этот танец.

— Да, идёмте, — резко развернулась и, подхватив под руку Николаса, широким шагом направилась к танцующим парам.

Николас Эдингтон

Глава 25

Глава 25

Проходя мимо просторного эркера, где около десятка мужчин, расположившись на небольших диванчиках и креслах, курили трубки и потягивали из бокалов янтарного цвета напиток, я вновь почувствовала на спине чей-то пронизывающий взгляд и лишь усилием воли заставила себя идти дальше и не оборачиваться.

Добравшись до маленького свободного пятачка (желающих танцевать в этот раз было больше), я, вежливо улыбнувшись, положила свою ладонь на предложенную руку мужчины, стала мысленно высчитывать такт. Делия умела танцевать, но отсутствие опыта давали о себе знать. А мне не хотелось выглядеть глупо, тем более сейчас многие взоры гостей были обращены на нас. И второй за вечер танец с местным завидным женихом, уверена, мне ещё аукнется.

— Вы так сосредоточены, — с улыбкой в голосе протянул Николас, слегка сжав второй рукой мою талию, — Фрэнк вас обидел? Я могу поговорить с ним… простите, это не моё дело, но до меня дошли слухи, что вы подали на развод?

— Развод инициировала. Нет, говорить с ним не нужно, — отрывисто ответила, даже не взглянув на мужчину, и, мысленно чертыхнувшись, едва не наступила ему на ногу, так как сбилась со счёта.

— Мадам Делия, и всё же, что вас беспокоит?

— Ваши почитательницы, — недовольно буркнула, окончательно сбив ритм, вскинула голову и, взглянув прямо в глаза, чеканя каждое слово, произнесла, — боюсь, с такой толпой влюблённых в вас девиц мне не справиться. А второй танец за один вечер с вами несёт некую угрозу для меня со стороны ревнивых дам. Поэтому я попрошу вас помолчать до окончания этого танца. Но я, конечно же, благодарна вам за то, что своим появлением в алькове вы спасли меня от ненужных оправданий и мне не пришлось объяснять причину членовредительства Фрэнка.

— А какова причина, позвольте поинтересоваться? — подавился смешком Николас, шумно выдыхая.

— Состоянии аффекта, конечно же, — саркастически бросила и тут же радостно улыбнулась, услышав, что музыка закончилась и это кошмар можно прекратить, — благодарю и прощайте.

— Уверен, мы с вами ещё увидимся, — проговорил вдогонку Николас, в его голосе слышался восторг и, кажется, вызов. Отвечать ему не стала, заметив всего в паре метров от выхода Паулу, которая провожала темноволосого, с задумчивым взглядом мужчину, и устремилась к ней.

Спустя десять минут, выслушав лживые комплименты в свой адрес, я, набросив на плечи пелерину, спешно покинула негостеприимный дом.

— Ну как? Повеселилась? — спросил Кип, стоило нам немного отъехать от поместья Тернеров.

— Очень, — усмехнулась, устало откидываясь на спинку сиденья, закинув ноги на противоположное, — сначала меня как подобает не представила, по слухам местных сплетниц, любовница моего мужа. После пристал какой-то самовлюблённый нахал, правда, позднее он очень выручил, когда Фрэнк заявил, что я нарядилась для него. Кстати, судя по настырности, за мной на этом вечере приглядывали или Николас Эдингтон, тот самый нахал, или официант, который буквально преследовал меня, намереваясь споить.

— Кхм… нет, ты ошиблась, — поперхнулся Кип и, не скрывая самодовольства, широко улыбнулся.

— Ладно, и на моей улице будет праздник, — проговорила, скидывая с себя туфли, невольно простонала, — я сегодня столько прошла, а ещё пришлось танцевать.

— Какой нонсенс, и с кем?

— С Николасом Эдингтоном, завидный холостяк, и, боюсь, влюблённые в него дамочки мне этого не простят, — рассмеялась, с облегчением выдыхая, радуясь, что возвращаюсь домой, — ты не знаешь, кто он? То, что мне рассказала Митси и её подружки — всего лишь сплетни.

— Приглянулся? — ехидно сощурив глаза, спросил Кип, лукаво мне подмигнув.

— Ну, он симпатичный, даже красив, но я, во-первых, замужем, а во-вторых, мне не до… ты понял. Просто узнай о нём, уж больно он настойчив и самоуверен.

— Сделаю, госпожа, — съерничал секретарь, и если бы не усталость и лень, я бы непременно ответила, но ни сил, ни желания вступать в перепалку у меня не было, поэтому, закрыв глаза, невнятно пробормотала, — завтра утром едем в банк, подпишем договор на поставку кирпича с мсье Ходжезом, сразу после подписания он перечислит аванс. Этой суммы будет достаточно, чтобы оплатить работу за изготовление кирпича для банного комплекса.

— А я всё гадал, как ты собираешься рассчитываться с работниками, ведь пока комплекс не построят, он не будет приносить прибыль, — восхищённо протянул Кип, от прозвучавшего в голосе уважения на душе стало тепло, а инцидент с Фрэнком чуть смазался.

— Мсье Кэри помог и познакомил с интересными людьми. Я, конечно, ещё не знаю, какой счёт выставит мне управляющий, но пока эти знакомства мне очень нужны.

— Напишешь список своих новых друзей, я попробую разузнать.

— Хорошо, — пробормотала, наконец устав бороться со сном, и, подложив руки под голову, скрутившись клубком, прошептала, — разбудишь, как въедем в долину.

— Спи, — на грани сна и яви услышала приказ, прежде чем уплыть в долгожданную темноту.

Кип проигнорировал мою просьбу, ну или не смог разбудить, так как проснулась я уже у поместья. С помощью Барни выбралась из кареты и на негнущихся ногах, не разбирая дороги, едва не врезавшись в дверной косяк, благополучно добралась до дома, а там и до покоев. Зайдя в комнату, на автомате задвинула засов, сняла платье и не умываясь, как подкошенная, рухнула на кровать. В буквальном смысле заползла как гусеница под тяжёлое одеяло и мгновенно уснула.

Пробуждение вышло резким — рывком сев на кровати, некоторое время невидяще смотрела перед собой, чтобы через минуту вскочить как ошпаренная и, кутаясь в халат, выбежать в коридор.

— Лудо! Газету! — прокричала, зная, что дворецкий уже где-то рядом, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

— Ты чего? — тотчас раздался недовольный голос Кипа, — такая рань.

— Уже девять, а значит, всё закончилось! — взбудораженно выдохнула, рванув к старику навстречу, заметив его поднимающимся по лестнице, — свежую газету принесли?

— Да, мадам Делия, — степенно ответил дворецкий, снисходительно улыбнувшись, когда я, быстро забрав её с подноса, торопливо развернула и замерла.

— Есть! Кип, получилось! Слушай! Сегодня в семь утра у завода мсье Сефтона Доумана произошёл бунт. Работники фабрики, не получавшие жалования больше шести месяцев, ворвались на территорию завода. Разбили окна, вынесли двери и вытащили всё самое ценное. Мсье Доуман никак не комментирует данное происшествие, добравшись до завода, когда бунтовщиков разогнали полисмены, — зачитала я, торжествующе улыбнувшись, — удалось! И это только начало!

— Ты поэтому подскочила в такую рань, — хмыкнул вредный секретарь, продолжая подпирать плечом стену.

— Лудо, Дарен проснулся?

— Мсье Дарен на тренировке, госпожа.

— Хорошо. Завтрак подать через тридцать минут. Кип, после завтрака едем в банк. В пять приедет Паркер, в это время мы уже должны быть в поместье, — распорядилась, взяв с подноса кружку с чаем, и устремилась назад в покои.

Там, быстро приведя себя в порядок, собрала со стола бумаги, с трудом затолкав их в сумочку, поставила мысленную зарубку, что необходимо заказать сумку побольше, и направилась в столовую. Но стоило мне только выйти из комнаты, меня чуть не снёс пушистый комок повизгивающего счастья.

— Роско, мне кажется, или ты подрос, — рассмеялась, уворачиваясь от норовившего лизнуть моё лицо щенка.

— Роско! Нельзя! Ко мне! — твёрдо проговорил Дарен, вбежавший в коридор, и радостно воскликнул, — мама, ты видела, как он меня слушается?

— Угу, — подтвердила, действительно отметив, что попа рыжего на пару секунд примостилась на ковёр, — у тебя здорово получается.

— Глен научил, — довольно протянул сын, погладив зверя между ушей, — ой! Доброе утро, мама. Я сейчас переоденусь и спущусь.

— Доброе утро, Дарен. Доброе утро, Глен, — поприветствовала мужчин и, потрепав лохматую голову пса, добавила, — доброе утро, Роско. Жду вас в столовой.

— Доброе утро, мадам Делия, — поздоровался гувернёр сына, уводя разбушевавшихся детей в покои.

Завтрак прошёл, как впрочем и всегда, замечательно. У Дарена теперь хватало новостей, ведь столько за день всего произошло, и надо непременно этим поделиться. Поэтому время пролетало незаметно и очень весело, особенно когда нахальная рыжая морда пыталась стащить угощение со стола. Но как бы мне ни хотелось покидать дом, срочные дела не терпели отлагательств.

И спустя полтора часа я сидела в кабинете мсье Кэри, подписывая мой первый договор.

— Мадам Делия, надеюсь на плодотворное сотрудничество, — произнёс мсье Ирвин, поднимаясь с кресла, — прошу меня извинить, но мне, к сожалению, пора.

— До свидания, мсье Ирвин, через месяц первая партия кирпичей будет у вас.

— Кэри, до встречи, — коротким кивком попрощался мсье Ходжез, быстро ретируясь.

— Что ж, мадам Делия, я рад, что вам удалось договориться с Ирвином. Человек он непростой, но я был уверен, что вы справитесь, — изрёк управляющий, довольно улыбаясь, — если вам удастся благополучно завершить сделку с Ходжезом, уверяю, желающих работать с вами станет больше.

— Некий экзамен на профпригодность, — невольно усмехнулась, убирая подписанный чек в сумку, — благодарю за доверие, мсье Кэри.

— Что вы, мадам Делия, — отмахнулся управляющий, сделав глоток кофе, и, задумчиво на меня посмотрев, наконец заговорил, — я полагаю, вы уже слышали о происшествии, случившемся сегодня утром.

— Если вы о бунте на заводе мсье Сефтона, то да… неприятная ситуация, — не стала отнекиваться — было бы странно, если бы я не знала о происходящем.

— Согласен, но, к сожалению, — притворно вздохнул мсье Кэри, — это вызвало недоверие к мсье Доуману как к надёжному партнёру… и ряд сделок уже приостановлены до выяснения его благонадёжности. Никто не хочет рисковать, вкладывая в заведомо проигрышное дело.

— Я понимаю партнёров мсье Доумана, — равнодушно проговорила, поднесла кружку ко рту, скрывая расплывающуюся улыбку, — думаю, мсье Сефтон объяснит причину задержки оплаты своим работникам.

— Да, подождём, думаю, это всего лишь недоразумение.

— Благодарю, мсье Кэри, но и мне пора, — поспешила попрощаться с управляющим, считая, что пока не стоит явно проявлять свою заинтересованность в этом деле, — была рада встрече.

— До свидания, мадам Делия. Уверен, мы скоро увидимся.

— Непременно, — проговорила, поднимаясь с кресла, и, коротко кивнув на прощание, покинула кабинет.

На улице у банка меня дожидался Кип с ещё тремя газетами в руках, среди которых должна быть газета, публикующая Хоккинса. На статью колкого журналиста я очень рассчитывала, его умение подмечать неочевидное мне нравилось, и я ожидала насладиться животрепещущей новостью.

— Домой?

— Нет, сначала в ресторан, мне не терпится прочесть статью, а в карете укачивает, — проговорила, широким шагом направляясь к небольшому зданию, где обслуживающий персонал улыбчив и вежлив и подают вкусный кофе, — а ещё на приёме я стала невольным свидетелем беседы и знаю, что сегодня здесь планировали позавтракать Паула и её подружки. Я хочу послушать, о чём они будут говорить.

— Зачем тебе?

— Пригодится, — неопределённо пожала плечами, проходя в тёплый, светлый и просторный зал ресторанчика. На улице сегодня было пасмурно и промозгло, и я успела продрогнуть.

Глава 26

Глава 26

— Мадам, — тотчас возник официант, стоило нам переступить порог заведения, — где желаете присесть? Альков или у окна?

— У окна, — ответила, беглым взглядом осмотревшись, но ни за одним из столов я не увидела Паулу с её подругами, а в каждый альков заглядывать было бы с моей стороны неприлично, да и глупо.

Устроившись за небольшим столиком всего на три персоны, я заказала себе чашку кофе, Кип — по обыкновению чай, и разобрав по газете, мы углубились в чтение. Быстро пробежавшись взглядом по строчкам, я убедилась, что новости Ранье ничем особо не радовали, и приступила к прочтению нужной мне статьи.

— Слушай… «… случившееся ожидаемо. Напомню, в прошлом году один из заводов мсье Доумана уже был объявлен банкротом, люди остались без места и без оплаты своего труда. Тогда работники промолчали или были запуганы, но сейчас, когда выбор рабочих мест достаточен, каждый предпочитает надёжного работодателя». Красиво и по делу. Хоккинс — талантливый журналист, ни в одной газете не упоминается о банкротстве завода — все или забыли, или не захотели упоминать.

— Повторюсь, — равнодушным голосом протянул Кип, — очень рисковый парень этот Хоккинс.

— Согласна, рисковый, — улыбнулась мужчине, поднесла ко рту чашку с кофе, но не успела сделать и глотка, как свет от окна загородила огромная тень.

— Мадам Делия, рад вас видеть, — проговорил Николас, без разрешения усаживаясь на свободный стул, и, обратившись к секретарю, представился, — Николас Эдингтон.

— Кип Джонс, — представился в ответ мой секретарь, с интересом разглядывая нахала.

— Мадам Делия, не знал, что вы предпочитаете кофе, — проговорил мужчина, небрежным взмахом руки подзывая к нашему столику официанта. По всей видимости, он планировал здесь обосноваться надолго.

— Вы ошиблись, предпочитаю чай, но, к сожалению, обстоятельства складываются таким образом, что я вынуждена терпеть некоторые неудобства, — вежливо улыбнувшись, проговорила, делая глоток ароматного напитка, и выдержав небольшую паузу, добавила, — правда, я никогда не отличалась особой терпеливостью.

— Хм… вот как, — на мгновение растерялся мужчина, но быстро взял себя в руки, — мадам Делия, я бы хотел пригласить вас в театр, в эту субботу будет давать представление знаменитая в столице труппа.

— К сожалению, в субботу я буду занята.

— В воскресенье у Жартлис проводят скачки, уверен, вам понравится, — не сдавался настырный мужчина.

— Не люблю азартные игры, предпочитаю шахматы, — ответила, одним глотком выпив немного обжигающий напиток.

— Парк? Музыкальный вечер? Не-е-ет… книги, — довольно протянул Николас, его явно забавляла наша беседа, да и я, признаться, получала некое удовольствие от неё, — я знаю, чем вас удивить.

— Вот как? — деланно изумилась, даже на секундочку поверив уверенному тону Эдингтона. Неторопливо поднялась и, забрав недочитанную газету, со снисходительной улыбкой проговорила, — прощайте, мсье Николас.

— До свидания, мадам Делия.

— И как такой тебе мог не понравиться? — хмыкнул Кип, едва мы покинули ресторан, — красив, уверен в себе и наверняка богат.

— Разве я сказала «не понравился»? Действительно красив и самоуверен, на счёт богат — пока под сомнением, слишком с ним всё мутно. Ещё это странное совпадение с Кастелией…

— Тогда почему отказала?

— Просто, — неопределённо пожала плечами, не зная, как объяснить свои внутренние ощущения. Николас был интересным мужчиной, но что-то меня удерживало, неясное, смутное, и я пока решила не торопиться.

— И всё⁈ Просто⁈ — возмущённо воскликнул секретарь, резко остановившись возле нашей кареты, требовательно на меня посмотрев, — что значит просто?

— Отстань! И вообще, я ещё замужем! — отмахнулась от приставучего Кипа, мысленно чертыхнувшись. Сегодня, видно, что-то незримое витает в воздухе, раз уже второй мужчина проявляет такую настойчивость.

— Рад слышать, что ты всё ещё обо мне думаешь, — раздался приятный бархатный голос муженька, и вскоре он и сам появился на горизонте, — Делия, нам надо поговорить.

— О чём? — медленно опустила ногу, которую было занесла над ступенькой, чтобы забраться в карету. Обречённо вздохнула: день, начавшийся так замечательно, с каждой минутой превращался в ужас.

— О нас, о сыне… — проворковал Фрэнк, посмотрев на меня таким искренним взглядом, что захотелось поаплодировать его актёрской игре, — ты права… я был невнимателен к тебе.

— Угу, — ободряюще улыбнулась, поощряя мужчину на дальнейшее представление.

— Дель, давай начнём всё сначала… это тебе, — вытащил из-за спины руку, попытался вручить мне огромный букет белых роз.

— Мне нравятся красные, — решила быть вредной и капризной и, не принимая букет, окинув пристальным взглядом чуть поникшего Фрэнка, проговорила, — мне пора, ты задерживаешь нас.

— Дель! Я не отступлю! — торжественно пообещал муженёк, пафосно бросив к моим ногам цветы, отчего те красивым веером рассыпались по мостовой, и гордо вскинув голову, он резко развернулся, отправился в направлении парка.

— Хм… клоун, — с усмешкой прокомментировала театральный выпад, в который раз задалась вопросом, как ТАКОЕ могло понравиться Дель, ведь умничкой же была.

— Чего это он? — пробормотал Кип, изумлённым взглядом проводив широко шагающего Фрэнка, возвращая свой взор на меня.

— Папаша приказал, вот и старается, а то денег не даст, — меланхолично ответила, через минуту добавив, — вот только причина мне пока неясна, логичнее всего просто от меня избавиться.

— Согласен, — вполголоса, будто размышляя, поддержал меня Кип.

— Всё, домой, — скомандовала, но, видно, сегодня день неожиданных встреч, и стоило мне вновь занести ногу, как в этот раз для разнообразия из-за кареты раздался женский голос.

— Мадам Делия, вам и правда нравится, что я пишу?

— Да, ты талантливая, но очень рискованная, — улыбнулась симпатичной девушке, всего лет двадцати пяти на вид, с короткой стрижкой, которая только входила в моду, в брюках и жакете.

— Как и вы, мадам, — ответила та, озорно улыбнувшись.

— Ну да, — усмехнулась — чего уж спорить с очевидным — и произнесла, — я хотела с тобой поговорить, но, конечно же, не здесь. У меня есть к тебе деловое предложение.

— У меня к вам тоже…

— Постой! Это и есть тот самый Хоккинс⁈ — вдруг ошеломлённо просипел Кип, до которого наконец дошло, с кем я вот уже пару минут веду беседу.

— Аманда Хоккинс, — резко произнесла тайный журналист, вызывающе вскинув подбородок, — или вы думали, что девушки не могут писать о политике?

— Эээ… ты знала, что это девушка! — обвиняюще воскликнул Кип, буравя меня сердитым взглядом.

— Да, было нетрудно догадаться: такими речевыми оборотами и витиеватыми фразами может писать только женщина. Неужели ты этого не понял? — елейным голосом проговорила, довольно улыбаясь.

— Нет, — буркнул Кип, бросив косой взгляд на ухмыляющуюся Аманду, и спросил, — мы так и будем здесь стоять? Или уже отправимся домой?

— Пообедаешь в поместье? Заодно и обсудим пару вопросов, — предложила Аманде, которая с первого взгляда и после нашего короткого общения успела завоевать мою симпатию.

— Я…

— В город тебя доставят, куда прикажешь, — поспешила успокоить девушку, которой было интересно, что у меня за дело к ней, и в то же время смущал вопрос возвращения.

— Хорошо, — наконец решилась Аманда, забираясь в карету, намеренно игнорируя помощь Кипа. Тот лишь фыркнул, помог забраться мне, вскочил сам и, ударив по стене кулаком, приказал извозчику трогать.

Время в пути пролетело незаметно. Вроде бы мы только тронулись, заговорили о новом веянии моды на крохотные сумочки, и вдруг подъезжаем к поместью. Аманда оказалась очень интересным собеседником, начитанной, капельку язвительной и умной девушкой. Да я вообще забыла, как это — разговаривать с себе подобной, на равных, не ожидая пакости, колкости и обидного замечания. Уже спустя десять минут мы отбросили официоз и перешли на ты. А уж наблюдать за нешуточной перепалкой Кипа и Аманды было невероятным наслаждением.

— Ещё одну я не вынесу, — жалобно простонал Кип, выпрыгивая из кареты, окинув нас хмурым взглядом.

— Я в тебя верю, — поддержала секретаря, выбираясь за ним следом. Аманда, стоило ей выйти из кареты, вдруг удивлённо воскликнула:

— Барни! Малыш, и ты здесь!

— Ами, детка, ты никак заблудилась, — радостно заулыбался наш великан, неожиданно шустро рванув навстречу своей знакомой, — давненько не виделись.

— Так тихо у вас, вот и не хожу, — повисла на широких плечах привратника девушка, звонко расцеловав мужчину в обе щеки, — Дель! Барни самый лучший! Он меня из таких передряг вытаскивал!

— Знаю, что самый лучший, — невольно улыбнулась такой шумной и искренней встрече, — я пойду, распоряжусь подать обед. Кип, проводишь Аманду.

— Угу, — недовольно проворчал секретарь, сверля пытливым взглядом парочку. Боюсь, после ухода Аманды Барни ждёт обстоятельный допрос.

— Ну вот и отлично, — кивнула и направилась к поместью. Там, оставив распоряжение, заглянула в комнату сына, предупредила, что у нас гостья, спустилась на первый этаж, но, не доходя столовой, услышала очередной спор.

— То есть, ты считаешь, что удел женщины сидеть дома и заниматься детьми⁈ — наступала на Кипа Аманда, заставляя его невольно отступать.

— Я не так сказал! Я сказал, что глупо девушке бегать по подворотням!

— Так я ещё и глупая! — взвилась Аманда, резко обернувшись на моё покашливание.

— Хм… вы ведёте себя как рассорившаяся влюблённая парочка, — елейным голосом заметила, с трудом сдерживая улыбку, наблюдая за одновременно отпрянувшими друг от друга Амандой и Кипом, — Лудо, можно подавать.

— Терпеть не могу таких, как… — недоговорила девушка, нечаянно подтвердив мои догадки. Всё-таки между этими двумя и правда проскочила искра.

— Мама, мадемуазель Аманда, — поприветствовал нас Дарен, зашедший в столовую в сопровождении Роско и Глена.

— Добрый день, мадемуазель, — поздоровался гувернёр, но тотчас быстро отвёл свой взор от девушки, заметив на лице Кипа что-то грозное.

— Прошу всех к столу, — пригасила, устав стоять, да и время поджимало, и первой устроилась во главе стола. Показав пример отчего-то засмущавшимся Дарену, Глену и Аманде, приступила к трапезе.

Обед на удивление прошёл спокойно. За чаем велась неспешная беседа, в которой больше участвовали Дарен, Аманда, Глен, и своё убедительное гав всегда оставлял за собой Роско. После небольшого отдыха сын, его учитель и лохматый друг ушли заниматься. Кип, сообщив, что ему необходимо отлучиться, покинул поместье. И оставшись вдвоём с Амандой, прихватив с собой по кружке с чаем, мы отправились в кабинет. До прибытия Паркера осталось всего два часа, и надо было заручиться поддержкой девушки перед тем, как начать предлагать будущему партнёру влезть в амбициозный проект.

Глава 27

Глава 27

— Что тебе сделал Кип? Ты слишком к нему сурова, — спросила, заходя в кабинет, бросив украдкой взгляд на тотчас нахмурившуюся девушку.

— Он из тех, кто считает, что женщины глупы и способны только рожать и готовить.

— Ты ошибаешься, Кип — мой секретарь, и он поддерживает все мои начинания и рисковые проекты. А я, как ты видишь, пироги не пеку.

— Секретарь? Он⁈ — с недоумением воскликнула Аманда, устраиваясь в кресле напротив моего, — ты видела, как на него смотрел Барни? Он же из тех, кто…

— Видела, но он отличный человек и знает, что такое честь, — не дала договорить девушке, догадавшись, к чему она ведёт.

— Хм… ты ещё страннее, чем я предполагала, — задумчиво протянула журналистка, и выдержав небольшую паузу, словно собираясь с духом, проговорила, — мы познакомились с Кипом почти два года назад в одном из трактиров, я только начала работу журналиста. Пару раз сходили с ним в парк, он казался мне отличным парнем. Как-то пригласил меня на свидание, ну и подарил букет цветов. Но потом я стала замечать его неуважительные высказывания в адрес женщин. А однажды он заявил, чтобы я не смела ходить в порт… в общем, я его послала, и мы больше с ним не виделись.

— А что было в том порту? — поинтересовалась, заметив неловкую паузу в разговоре.

— Там планировали ограбить корабль, и я собиралась провести расследование, — неохотно ответила девушка, но, тут же вздёрнув вверх подбородок, уверенно проговорила, — он потешался над моим желанием писать статьи. Я долго шла к тому, чтобы меня наконец стали воспринимать всерьёз и читать мои статьи. Мне даже пришлось убрать своё имя, иначе все мои слова высмеивали.

— Понимаю, в мире, где господствуют мужчины, женщинам трудно добиться высот. Но ты смогла, ты обвела их вокруг пальца и пишешь то, что считаешь правдой.

— Это и есть правда! Моя информация всегда проверенная, — рьяно принялась защищаться девушка, чуть подавшись ко мне.

— У каждого она своя, — не стала спорить с Амандой, переводя беседу в нужное мне направление, — что у тебя ко мне за дело?

— О тебе болтают в каждом закоулке города, кто-то с уважением, кто-то называет это бабской блажью, — заговорила Аманда, смущённо мне улыбнувшись, — в Ранье ещё ни одна женщина не подавала на развод, только ты решилась это сделать. Обычно это прерогатива мужчин. Узнав об этом, я хотела написать статью о твоей решимости и смелости, но, когда выяснила, с кем ты разводишься, передумала.

— Почему?

— Решила предложить сделку… я хочу уничтожить Сефтона Доумана, — гневно воскликнула Аманда, вскочив на ноги, и заметалась по кабинету, словно разъярённая львица в клетке, — из-за него много лет назад погиб мой отец! На заводе, принадлежавшем Сефтону, обрушилась стена, под её завалами нашли отца и ещё несколько человек! Мой папа был инженером, он предупреждал Доумана о стене, но тот не слушал… моя мать так и не оправилась. С трудом вырастив меня и моего старшего брата, она тихо ушла во сне. А Сефтон даже не удосужился помочь семьям погибших! Он должен ответить за всё!

— Хм… что ж, нам по пути, — успокаивающе улыбнулась девушке, показывая на кресло, — садись, продолжим.

— Ты поможешь? Если ты подала на развод, значит, у тебя к ним свои счёты.

— Верно, но пока не будем о них. Перейдём сразу к делу. То, что сегодня произошло на одном из заводов Доумана, только начало, завтра утром будет ещё один бунт на стекольной фабрике. Надо написать об этом… позже я предоставлю несколько интересных бумаг, их тоже надо обнародовать.

— Я пишу только правду.

— Ооо, поверь, документы будут неподдельными, сегодня к вечеру мне их доставят, — заверила девушку, — их забрали в кабинете Сефтона. Полагаю, мы найдём там что-нибудь интересное для нас.

— Как тебе удалось уговорить работников? Они боялись и рта раскрыть, молча ждали обещания выплаты вот уже на протяжении семи месяцев.

— Среди бунтовщиков нет ни одного работника, — ответила, лукаво подмигнув ошеломлённой девушке, — всё это приглашённые люди, которые дали представление, завтра выступят на ещё одном помосте, через три дня покажут трагическую сцену у дома Сефтона.

— Я подробно опишу в своих статьях турне этой самоотверженной труппы, — озорно улыбнулась Аманда, в предвкушении потирая руки, — это и есть твоё предложение ко мне?

— Не только. К пяти часам в поместье прибудет мсье Паркер. У нас с ним будет один общий проект, ну это пока один. Банк, к сожалению, отказал ему в кредите, друзья не хотят ввязываться в дело, которое, считают, не принесёт ему доход. Я же уверена, что у нас всё получится, но денег и правда на все мои замыслы у нас с ним недостаточно. И я хочу, чтобы ты опубликовала статью о первом банном комплексе, который ещё не видела Вирдания.

— В Ранье их два, что особенного в твоём?

— Расскажу сразу и тебе, и Мэтью, осталось десять минут, мужчина показался мне пунктуальным, — ответила, вытаскивая из шкафа рисунки, чертежи и схемы, и, прихватив договор, поднялась из-за стола, — идём вниз, на первом этаже есть ещё один кабинет для деловых встреч.

Мы едва успели спуститься с последней ступеньки, когда во входную дверь громко постучали, тут же немного приоткрыли и в небольшую щель заглянул Барни. Лудо уже спешил навстречу привратнику, и мы, задержавшись у подножия лестницы, решили дождаться прибывшего гостя.

— Лудо, там мсье Паркер к мадам Делии, — проговорил Барни, не заметив нас, — узнай, пускать его или гнать?

— Пускай, Барни, я его пригласила, — ответила за Лудо, который, обернувшись в нашу сторону, вопросительно на меня взглянул.

— Ладно, мадам, — кивнул здоровяк, широко улыбнувшись Аманде, и быстро скрылся за дверью.

— Ты обязана мне рассказать, как вы познакомились с Барни и что вас связывает, — требовательно проговорила, не прекращая улыбаться, и, чуть помедлив, добавила, — иначе я помру от любопытства.

— Расскажу, — хихикнула Аманда, вновь обратив свой взор на дверь, которую только что распахнул дворецкий перед мсье Паркером.

— Мэтью, добрый день, рада вас видеть.

— Мадам Делия, — поприветствовал меня мужчина, с недоумением взглянув на мою компаньонку.

— Позвольте представить вам мою подругу — Аманда Хоккинс, знаменитый в Ранье журналист.

— Хоккинс… — вполголоса, будто размышляя, протянул мужчина и вдруг, вытаращив глаза, пробормотал, — Хоккинс? Тот самый Хоккинс? Аманда⁈ — почти выкрикнул имя девушки и громогласно расхохотался.

— Пройдёмте в кабинет, — с трудом сдерживая улыбку, пригласила развеселившегося мужчину, покосившись на тотчас насупившуюся журналистку.

— Нет, ну надо же! Аманда Хоккинс, — не успокаивался Паркер, продолжая смеяться в голос, следуя за нами, и только у кабинета чуть успокоился и смог внятно проговорить, — простите, я не ожидал. Мадемуазель, позвольте отдать должное вашему таланту. Ваши статьи — первое, что читают все дельцы за утренней чашкой кофе. А сколько желающих вас встретить…

— Но я надеюсь, Мэтью, личность журналиста так и останется втайне, — чеканя каждое слово, проговорила, пристально взглянув на мужчину. Хоть Кип и выяснил всю подноготную о Паркере и вроде бы он не был замечен в подлости, всё же стоит этот момент уточнить. Хотя Аманда ещё в карете заявила, что пора объявить замшелым мужланам, что Хоккинс — девушка, и была не против личной встречи с Мэтью.

— Уверяю вас, мадам Делия, мадемуазель Аманда, от меня ваш секрет никто не узнает, — тут же поспешил заверить нас Мэтью и, восхищённо улыбнувшись, повторил, — восхищаюсь вашим талантом и умением замечать и находить интересные темы.

— Благодарю, мсье Паркер, — смущённо пробормотала знаменитый журналист, не ожидая такой встречи, разместилась на диване так, чтобы мужчина не видел её пунцовые щёки, и вопросительно на меня взглянула.

— Ну что, приступим, — начала я, когда Мэтью наконец расположился в кресле, — здесь договор: как и условились, я получаю тридцать процентов от прибыли. И обязуюсь поставлять кирпич для строительства банного комплекса и плитку. Если вас, Мэтью, всё устраивает — подписывайте.

— Хм… да, — невнятно протянул мужчина, взяв договор, принялся его тщательно изучать и только спустя пятнадцать минут тишины, кашлянув, заговорил, — отлично составленный договор.

— Благодарю, — кивнула, подав мужчине ручку, и стоило ему поставить росчерк в углу документа (свою подпись я уже оставила), торжественно произнесла, — а теперь ближе к делу. Для начала ознакомьтесь с моим предложением. Это банный комплекс. Видите, на стене вывеска? Она должна сверкать!

— Эээ… ладно.

— Дальше, окна в этой части до самого пола, отопление пустим под ним, за окном высадим деревья, чтобы вид был умиротворяющий и приятный глазу. Это планировка, художник из меня так себе, надо найти хорошего — нам красочные картинки пригодятся для рекламы. А пока довольствуйтесь моими…

— Это что?

— Бассейн, это ещё один. Эта детская зона, мы отделим её небольшой стеной и растениями в кадках. Тут разместим кафе, где дети и их родители могут перекусить, а в этой части поставим горки.

— Как это? — ошеломлённо пробормотал Мэтью. Аманда заворожённо разглядывала мои жуткие рисунки, где я попыталась изобразить первый в Ранье, да и во всей Вирдании, аквапарк. Да, горки и развлечения были самыми простыми и лёгкими в исполнении, но и этого для начала хватит.

Больше часа я объясняла, рисовала, доказывала, что это принесёт нам неслыханную прибыль. Уверяла, что в Ранье в наш банно-развлекательный комплекс будут приезжать из самой столицы. С трудом, но всё же удалось убедить Мэтью довериться мне и построить этот проект.

— Да, я понимаю, что наших возможностей не хватит для такого грандиозного строительства. Поэтому Аманда напишет статью о проекте, вдобавок мы распространим листовки с рисунками горок и бассейнов, в которых играют детки. После этого, Мэтью, мы с вами будем ещё и выбирать надёжных инвесторов.

— Ндаа… мадам Делия, ваши слова как бальзам на душу, но, признаться, меня гложут опасения, — задумчиво протянул Паркер, невидяще уставившись в окно, где вечерние сумерки уже окрасили небо в серый, оранжевый и розовый цвета, — но я готов рискнуть.

— Отлично! — радостно воскликнула, складывая в стопку разбросанные по всему столу бумаги, и проговорила, — я рискую так же, как и вы, а может и больше, но я верю в успех.

— У меня есть знакомый художник, завтра я приеду с ним в поместье, а сейчас мне пора, — поднялась с диванчика Аманда, — было приятно познакомиться, мсье Мэтью.

— И мне, мадемуазель Аманда, — проговорил мужчина, тоже поднимаясь, — мадам Делия, и мне пора покинуть ваш гостеприимный дом.

— Рада была встрече, Мэтью.

Довести в целости и сохранности в город Аманду вызвался Паркер. Я попрощалась с гостями, проводив их до самых ворот, своими действиями проявив особое к ним уважение. Узнав у Барни, что Кип ещё не вернулся, отправилась к сыну и провела в его комнате больше двух часов, пока Глен взглядом не показал, что время позднее и ребёнку пора укладываться спать. Звонко расцеловав в обе щёчки Дарена, пожелала ему приятных снов, отправилась в свои покои терпеливо дожидаться, когда же неторопливые стрелки на часах покажут полночь.

Глава 28

Глава 28

Кип так и не вернулся. Было немного страшно одной выходить к незнакомцу за ворота надёжного поместья, но не убивать же меня собрался Скай. Для этого у него имелась тысяча возможностей. Поэтому, мысленно себя подбадривая, дождалась, когда до назначенной встречи останется пять минут, и, прихватив на всякий случай сумочку, в которой лежал небольшой нож, спустилась в холл.

— Мадам Делия, к воротам подъехал экипаж, — обеспокоенно проговорил Лудо, встревоженно поглядывая на дверь, — мсье Джонс ещё не вернулся, позвать мсье Глена?

— Не нужно, Лудо, это ко мне, — успокаивающе улыбнулась, но это не помогло, и старик, накинув на меня пелерину, решительно шагнул за мной следом, — Лудо, я справлюсь, не волнуйся.

— Но как же… мадам Делия.

— Это друг, он только сейчас смог встретиться, — сжала сухонькую ладонь дворецкого, уверенно проговорив, — я скоро вернусь, присмотри за Дареном.

— Хорошо, госпожа, — неохотно согласился Лудо, провожая меня обеспокоенным взором.

На улице оказалось достаточно освещения от фонарей, чтобы разглядеть тёмный кэб, припаркованный у ворот. Довольно большой, минимум на шесть мест, с наглухо закрытыми окнами. Барни, огромной скалой замерев у калитки, не сводил свой суровый взор с тёмного, мрачного транспорта и моё появление не сразу заметил.

— Мадам… вы это, мне не сказали, кто прибыл, — пробормотал привратник, заступая мне дорогу, — вы не ходили бы туда, госпожа.

— Я знаю, кто там, Барни. Всё в порядке — это друг.

— Ох, госпожа, не нравится мне это, и Кип не вернулся.

— Всё будет хорошо, — благодарно улыбнулась здоровяку, кивком приказав открыть калитку, и стоило мне переступить безопасную грань, дверь в экипаже широко распахнулась.

Забираться в тёмное нутро кэба, признаться, было жутковато, в голову лезли мысли, одна страшней другой. По спине то и дело пробегал холодок страха, а сердце лихорадочно колотилось в тревоге. Сейчас я была словно натянутая струна, казалось, задень — и я с рёвом разъярённой кошки наброшусь на своего обидчика. А вязкая темнота узкого салона и давящая тишина лишь усугубляли моё неимоверное напряжение.

— Позволь, я помогу, — неожиданно громко прозвучал незнакомый, низкий, чуть хрипловатый голос прямо над моим ухом, отчего я невольно поёжилась.

— Благодарю, — проговорила, едва не срываясь на писк, и инстинктивно вздрогнула от чужого прикосновения к своей руке. Но всё же нашла в себе силы опереться на предложенную широкую ладонь, наконец разместилась на твёрдом сиденье.

— Ты смела, девушка Дель.

— Или безрассудна, — усмехнулась, вглядываясь в темноту, но кроме расплывчатого пятна на противоположном от меня сиденье, ничего не увидела.

— И это тоже. Ты не против немного прокатиться? Не стоит привлекать внимание к твоему дому.

— Не против, — сказала, чуть задержалась с ответом, запоздало подумав, что это может быть вовсе и не Скай, и сейчас я добровольно села неизвестно к кому и…

— Не волнуйся, я доставлю тебя к дому через полчаса, — будто почувствовал моё беспокойство незнакомец. Хотя кого я обманываю — в этой тишине можно легко услышать, как громко бьётся в груди моё сердце.

— Отлично… Скай?

— Да, — коротко ответил мужчина, кэб тотчас рывком дёрнулся и шустро покатился по мощённой камнем дороге.

Мерный цокот копыт, скрип колёс экипажа и гнетущее молчание длились около десяти минут, но вот лошади сердито всхрапнули и кэб остановился. Через мгновение раздался шорох одежды, и дверь с оглушительным шумом распахнулась. В свете серебряной луны метнулся чёрный плащ, Скай выпрыгнул и подал мне руку.

— Спасибо, — поблагодарила, пытливо вглядываясь в мужчину, но низко спущенная на лоб, широкополая шляпа и высоко поднятый ворот хорошо скрывали его лицо. К сожалению, моё любопытство вышло мне боком, и запнувшись о собственный подол, я буквально свалилась на руки таинственного незнакомца.

— Не ушиблась? — тихо спросил Скай, продолжая держать меня на весу. Жар его ладоней даже через перчатки и ткань моей одежды будто прожигал меня насквозь.

— Нет… кхм, спасибо, — сиплым голосом проговорила, почувствовав плавное скольжение вниз, едва успела вскинуть голову и хоть немного рассмотреть, что всё же скрывается под шляпой, прежде чем мужчина успел отвернуться.

Губы. Они не были ни пухлыми, ни тонкими, они казались твёрдыми и были чётко очерченными. Беззастенчиво чувственными на фоне волевого подбородка, скульптурных скул и смуглой кожи. Наверное, он неплохо целуется, промелькнула шальная мысль в моей голове, тотчас обдав щёки опаляющим жаром и приводя меня в непривычное смятение.

— Ты хотел поговорить? — слишком громко произнесла, сжав руки в кулак, стараясь унять разбушевавшееся сердце, и двинулась по узкой, кем-то вытоптанной дорожке, пролегающей вдоль невысоких густых кустарников.

— Да, хотел… хотел рассказать, во что ты ввязалась, — насмешливо проговорил мужчина, судя по звуку, следуя за мной на расстоянии всего одного шага.

— Так всё плохо?

— Хм… тебе решать, — хмыкнул Скай, выдержав небольшую паузу, и наконец заговорил, — в Ранье два враждующих между собой общества, группы единомышленников — неважно. У каждой есть свои влиятельные люди из столицы, которые заинтересованы в землях этого города. Эти группы старательно друг другу строят козни, делая это тихо, явно не указывая на свою причастность. Ведут борьбу за власть, землю… лет так десять. Открыто не действуют, не желают показаться в дурном свете, обычно пакостят исподтишка. А теперь представь себе ситуацию… в Ранье возвращается девушка и смело или безрассудно влетает в давно затянувшуюся шахматную партию. Мало того, она, принадлежа чёрным, двигая пешки, играет за белых. Белые, как и чёрные, короли в некотором недоумении и затаились, не понимая, что происходит. Чёрные пока пребывают в счастливой вере в свою уникальность, а белые, наблюдая со стороны, замерли в ожидании. Они пока ей не доверяют, ведь она чёрная, но и не мешают, даже немного помогли, так сказать, поощрили. Но скоро очнутся чёрные фигуры, и отступницу вернут в лоно семьи или избавятся от неё, но здесь встаёт вопрос, почему не сделали этого раньше…

На такой позитивной ноте закончил свой монолог Скай, надолго замолчав и продолжая идти за мной следом. Я же, глубоко задумавшись, перебирала в уме услышанное, сопоставляя факты, и сделала неутешительные выводы. Мсье Кэри, его друзья — это и есть белые фигуры. Подсунув мне кость в виде рассрочки выплат по закладным, договора с мсье Ирвином, они со стороны наблюдают, как я барахтаюсь в их склизкой и мутной жиже. Интересно, а Мэтью, он тоже в игре? А Скай? Он на чьей стороне выступает?

— А ты? Какие пешки двигаешь ты? — всё же спросила, не надеясь на ответ, и резко остановилась, почувствовав лёгкое дуновение на своём затылке, которое тут же исчезло. И не раздумывая, я порывисто развернулась, но мужчина необъяснимым образом снова оказался за моей спиной.

— У меня своя игра, — вдруг проговорил Скай, нисколько не удивив меня своим ответом.

— В которой нет правил?

— Ты права, — в голосе мужчины прозвучала улыбка и, если я не выдаю желаемое за действительное — уважение.

— Позволишь присоединиться?

— Да, — немногословно сказал Скай, вдруг взяв меня за ладошку, которая буквально утонула в его, вырвался вперёд и повёл к кэбу, — я обещал доставить тебя в поместье через полчаса.

Обратный путь тоже прошёл в тишине, вот только в этот раз она меня не угнетала, наоборот, мне было над чем подумать. История, что поведал мне Скай, оказалась куда интереснее моих догадок, и придётся скорректировать некоторые планы. Погрузившись в невесёлые мысли, я не сразу поняла, что кэб давно не двигается, что сквозь плотные шторы пытается пробиться свет уличных фонарей, а голосом Барни кто-то сердито ворчит.

— Кхм… по-моему, мы приехали, — подсказала молчавшему тёмному пятну напротив меня, ожидая, когда откроют дверь.

— Не хотел тебе мешать, — ухмыльнулся мужчина, наконец распахнув дверь, запуская в салон тёплый свет фонарей и продолжая оставаться в тени, не спеша протянул мне пачку бумаг и лениво проговорил, — возьми, это нашли в кабинете Сефтона в его доме.

— В доме?

— Да, — коротко бросил Скай. Уточнить, как ему удалось попасть в особняк Доумана, я не успела. К экипажу подошёл Барни, пришлось выбираться из кэба под недовольное бурчание привратника. И только оказавшись за воротами своего поместья, я обернулась, уверенная, что мужчина сейчас провожает меня взглядом, проговорила:

— Добрых снов.

— Добрых снов, Дель.

Глава 29

Глава 29

Утро наступило неприятно рано и слишком громко. Началось с того, что дверь в мои покои едва не выломали, а обеспокоенный голос Лудо, по-моему, всполошил весь дом. Но даже это не сразу привело меня в чувство. Некоторое время я отрешённо пялилась в потолок, пока до меня наконец не дошло, что следует подняться и выяснить, что происходит. Рассеянно, точно зомби, с гудящей головой я медленно двинулась к двери, иначе её ещё немного и разнесут в мелкие щепочки, с трудом нашла засов, сдвинула его и, распахнув двери, невнятно пробормотала:

— Лудо? Что случилось?

— Мсье Кип только что вернулся, он избит и еле передвигает ноги, — быстро отрапортовал дворецкий, после его слов сонное состояние с меня вмиг слетело. В голове пронеслась сотня вопросов, но задала я всего лишь один:

— Натишу позвал?

— Да.

— Хорошо, — кивнула, устремившись в комнату к секретарю, и уже через пару минут вбегала в его покои, — Кип!

— В ванной! Сказал же Лудо помалкивать…

— Ты как⁈ — влетела в ванную, даже не подумав, что мужчина может быть раздет. Но Кип стянул с себя только рубаху и смывал кровавые разводы со своего лица. Быстро осмотрев секретаря, заметила рваную штанину, ссадину на боку и плече, всклокоченные волосы и разбитую бровь.

— Нормально, так, небольшие царапины.

— Угу, крохотные, — с облегчением выдохнула, убедившись, что Кип жив и относительно здоров, и направилась к выходу, — подожду тебя в комнате.

Спустя двадцать минут, после того как Кип привёл себя в порядок, а Натиша залатала ему раны, я, сделав глоток чая, поданный в покои секретаря заботливым Лудо, потребовала:

— Где ты был? Кто это сделал?

— Заметил слежку за нами, решил проверить, за кем ходят, — нехотя ответил Кип, закидывая руку за голову, и болезненно поморщился.

— Проверил? Люди Ская не могли проследить?

— Проверил. Твой муженёк отправил. И где только нашёл таких безмозглых, — презрительно фыркнул секретарь, отвечая на мой первый вопрос, игнорируя второй. Продолжил искать удобное место, — кажется, ссадина на его боку беспокоила гораздо сильнее, чем он пытался мне донести.

— С чего ты решил, что Фрэнк отправил?

— Кому ещё интересно, кем я тебе прихожусь? Выясняли, любовник ли я тебе или нет.

— Выяснили? Тебя пытали?

— Кишка тонка у этих слабаков, чтобы пытать меня. Так, друг другу помяли морды… прости, лица. Поверь, им больше досталось, одного увезли, — довольно оскалился Кип, наконец найдя удобную для себя позу.

— Обязательно надо было лезть в драку? Без этого никак не обойтись?

— Да, — зло усмехнулся Кип, — я мог и раньше уйти, но зачем расстраивать «хороших» людей. Зато больше таких вопросов не возникнет, да и пока ждал их главного, удалось кое-что подслушать.

— Кип, ты… приличных слов на тебя нет! — выругалась, едва слышно простонала от прострелившей меня головной боли, сжав пальцами виски, и устало прикрыла глаза.

Вернувшись в поместье после странной встречи с таинственным, надеюсь, другом, я больше часа изучала письма некого Альпина Хейга. С трудом вчитываясь в расплывающиеся перед глазами строчки, пытаясь вникнуть в суть этих писем. А после долго не могла уснуть из-за бесконечных мыслей, донимающих меня. И сейчас мечтала лишь об одном — не подниматься с постели до самого обеда. А не вот это всё!

— Фрэнк приказал доставить для тебя экзотику, кажется, это будет корзина с фруктами и дорогим редким вином, — прервал мои мысленные стенания мужчина.

— Он дурак? Правда думает, что я стану это есть и пить? После всего, что они со мной сделали? — вырвалось у меня, но тотчас осеклась и хитро сощурив глаза, вполголоса, нараспев протянула, — хотя…

— Что?

— Думаю, я соглашусь встретиться с ним, вот только вино перельём в другую бутылку, пусть насладится наверняка изысканным букетом.

— Полагаешь, он так подставится?

— Не знаю, но попробовать стоит, — ответила, бросив грозный взгляд на развалившегося на диване мужчину, и спросила, — где бумаги, которые вынесли из завода Сефтона и которые ты должен был привезти сюда?

— Лежат в твоём кабинете, — фыркнул Кип, сделав обиженное лицо, но надолго его не хватило, — ты газету новую видела?

— Нет ещё, с тобой вон беседую, а планировала отоспаться.

— Хм… как встреча?

— Очень продуктивная, мыслей в голове много, аж трещит. Письма ещё эти странные… тебе знаком такой — Альпин Хейг?

— Наверняка имя ненастоящее, больно глупо звучит, — тотчас отреагировал Кип, — что за письма?

— Сейчас принесу, может, ты что-то вычитаешь, я вчера ничего не поняла, — проговорила, поднимаясь с кресла, но только прикоснулась к ручке двери, раздался стук и, получив разрешение, в покои вошёл Лудо с газетами.

— Мадам… — подал свежую прессу дворецкий, тут же удивив нас необычным вопросом, — цветы отнести в ваши покои? А куда ящики?

— Цветы? Какие ящики? — с недоумением переспросила, бросив озадаченный взгляд на Кипа, но тот пожал плечами, — они в холле? Пусть там и остаются, я сейчас спущусь.

— Как прикажете, мадам, — почтительно склонил голову дворецкий, покидая покои секретаря. Мне же пришлось вернуться к дивану. Отдав одну газету Кипу, я оставила себе вторую и, развернув её, на первой же странице разворота увидела крупный заголовок: «Семья Доуман банкрот».

— Как необдуманно, — с усмешкой проговорила, быстрым взглядом пробегая по строчкам, — на месте Сефтона я бы подала на эту газетёнку в суд, слишком громкое заявление. Ни одного факта, одни домыслы, хотя мне это на руку.

— Хоккинс пишет аккуратней, но и здесь полно занятных фраз, после такого я бы точно не стал подписывать договор с Доуманом, — прокомментировал Кип, и мы обменялись газетами.

— Ну да, Аманда прошлась по фактам, сопоставляя предыдущие события, — усмехнулась, искренне гордясь девушкой, — кто не дурак, легко соединит все нити. Кстати, Аманда рассказала мне, что вы были ранее знакомы…

— Ты хотела принести письма, — напомнил Кип, не желая разговаривать о девушке. Я настаивать не стала, этого его право, захочет — поделится своим видением их ситуации.

— Точно, письма, — с улыбкой произнесла, широким шагом двинулась к двери, на ходу добавив, — но сначала посмотрю, что там за цветы и ящики.

— Я с тобой…

— Лежи уже, Барни позову, — отмахнулась от предложения болезного, прикрывая за собой дверь.

Прежде чем отправиться вниз, я заглянула к себе в покои, быстро умылась, заплела незатейливую косу и надела один из своих немногочисленных нарядов. Прихватив с собой кружку с так и недопитым чаем (нечего девчатам за ней на второй этаж подниматься, у них и без того дел хватает), я уже через несколько минут ошеломлённо взирала с лестничного пролёта на цветочный магазин. Даже две огромные коробки скромно ютились у стены, так много было корзин с цветами.

— Мадам, это всё вам! — воскликнули два восторженных голоса девушек, которые, замерев у входа, любовались прекрасными и ароматными цветами.

— Натиша, там есть карточка? — спросила, спускаясь на первый этаж, продолжая в уме считать корзинки.

— Да, госпожа. Проверить?

— Посмотри от кого они.

— От Фрэнка Доумана для любимой жены, — хмыкнула Натиша. Девушка была в курсе, что я подала на развод и что в мой дом ему и семейству Доуман вход запрещён.

— Кхм… старается, — промолвила, с сожалением окинув заставленный пол в холле, и задумчиво произнесла, — выкидывать не будем, чего добру пропадать. Есть мысли, где их можно продать?

— Продать⁈ — изумлённо воскликнула Нел, но тотчас довольно протянула, — есть знакомая одна.

— Скажи Барни, пусть стаскает эти веники в карету, с извозчиком съездишь к своей знакомой. Да смотри не продешеви, на вырученные монеты купим сюда стиральную машинку, — произнесла, с трудом сдержав улыбку, заметив на лицах девушек неверие и благодарность.

Об этой новинке вот уже три недели судачат в Ранье, но пока покупать решаются не многие. Впервые о стиральной машинке уже с электрическим приводом я прочла в газете. Там нелестно отзывались о конструкторе, в пух и прах разнесли его модель, почти в грубой форме высказались об опасности и ненадёжности этого девайса. Но я-то знаю, что ещё каких-то пару десятков лет — и этот чудо-агрегат будет в каждом доме. Поэтому ещё неделю назад поручила Кипу заказать машинку у мсье Бликстана, стоимость её была вполне подъёмная… Вот вложиться бы в производство, но пока, к сожалению, было нечем.

— Сделаю, госпожа. Если позволите, сама распродам, — прервала мои мысли Нел, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. Кажется, обеим служанкам моя идея с машинкой пришлась по душе, что очень радовало.

— Продавай, только смотри, вдруг констебли потребуют разрешение.

— Не волнуйтесь, госпожа, знаю, как сделать, — благодарно улыбнулась Нел, и, подхватывая первую корзинку, потащила её к выходу.

— Госпожа, коробки проверить? — напомнила Натиша, кивнув в сторону высоких деревянных ящиков.

— Как их сюда занесли?

— Барни, — хмыкнула Натиша, меланхолично пожав плечами, — здесь тоже карточка.

— От кого?

— Николас Эдингтон для Делии Рейн, — прочитала девушка, вопросительно на меня взглянув.

— Всё⁈ — не дал мне ответить потрясённый голос Барни, дверь распахнулась шире и в холл вошёл привратник, — мадам Делия.

— Барни, доброе утро, — поприветствовала мужчину и, показав на цветы, распорядилась, — помоги Нел, это всё надо перенести в карету, надеюсь, влезут.

— Госпожа, так больше цветы не принимать?

— Отчего же, пусть отправляют, Нел будет продавать, нам сейчас любая копейка не помешает, — с тихим смехом ответила и, кажется, своими словами невольно поднялась в глазах привратника, — а пока открой, пожалуйста, нам эти ящики.

— Ох и тяжёлые они, — проворчал здоровяк, с лёгкостью отрывая одну за одной доски, и вскоре я, Натиша, Нел и Лудо, который не захотел пропускать суету в холле, потрясённо смотрели на статую полуголой девицы.

— Хм… и правда удивил, — невнятно промолвила, обойдя вокруг неживой красотки, и вполголоса произнесла, — во втором ящике наверняка для неё пара.

— Откроем? — тут же предложила Натиша, рванув убирать с пути Барни корзинки с цветами.

— Ну и куда их теперь, — спустя несколько минут задумчиво протянула, взирая на действительно полуголую парочку сказочной нимфы и её парня, одеждой которого был лишь листок в одном интересном месте.

— В дом Фло, путь на входе гостей встречают, — подсказал Кип, наблюдающий за нами с лестничной площадки.

— Фло — это кто?

— Ой, госпожа, — смущённо отмахнулась Нел, её щёки тотчас заалели, а Натиша застенчиво хихикнула.

— Ясно, значит им там самое место, — широко улыбнулась и, ещё раз оглядев устроенный погром в холле, распорядилась, — цветы продать, этих увезти…

Глава 30

Глава 30

— Доброе утро Дарен! Глен, — поприветствовала спускающихся на ежедневную тренировку сына и его гувернёра, мысленно порадовавшись, что успели убраться в холле.

— Доброе утро, мама, — помахал ручкой ребёнок, вдруг быстро сбежав с последних ступенек, крепко меня обнял, едва слышно пробормотал, — ты вернулась?

— Да, ты чего Дарен? — обеспокоенно спросила, присев перед сыном, пытливо вглядываясь в его лицо, — что случилось?

— Я… мне сказали, что ты уезжала ночью, — невнятно промолвил ребёнок, ещё крепче вжимаясь в меня. Вопросительно посмотрела на Глена, надеясь, что он объяснит причину тревожного состояния ребёнка, но парень, едва заметно покачав головой, неслышно губами проговорил: «Позже».

— Я никогда тебя не оставлю. У меня была встреча с одним хорошим другом. Раньше он приехать не мог. Я постараюсь впредь не покидать дом так поздно, — чётко проговаривая каждое слово, произнесла, прижав к себе маленькое тельце, шепнула, — я люблю тебя больше всего на свете.

— И я люблю тебя, мам, — всхлипнул сын, уткнувшись мне в плечо.

— Сегодня я рано встала и успела многое сделать и если вы мне позволите мсье Дарен и мсье Глен, то я бы с удовольствием присоединилась к вашей тренировке, — преувеличенно бодрым голосом проговорила, взглянув вмиг засиявшие глаза ребёнка, — ты как? Не против моей компании?

— Нет! Правда же Глен, мы не против!

— Отлично! Тогда я переоденусь и к вам присоединюсь, — ласково улыбнулась невообразимо счастливому сынишке, выпуская его из своих объятий, устремилась на второй этаж, на ходу прокричав, — я быстро.

Пробежав мимо кабинета, где вот уже больше часа сидел Кип, изучая странные письма, я ворвалась в свои покои. Не без труда нашла в шкафу штаны и рубаху, прихваченную ещё из поместья Диншоп, спустя десять минут сбегала по лестнице, а спустя ещё пять замерла истуканом рядом с радостным сыном, внимательно слушая тренера.

— Сначала разминка! — скомандовал Глен, старательно отводя от меня взгляд. Я же, сделав вид, что не заметила его ошарашенного выражения лица, стала послушно повторять за гувернёром. В конце концов, не думал же он, что я буду скакать по залу в платье? Да и рубаха длиною почти до колен и прикрывает все стратегические места.

— Мам, не так! — рассмеялся сын, возвращая мои мысли на тренировку, — рукой держи так.

— Уф… как тяжело, ты очень сильный и выносливый Дарен, — пропыхтела, складываясь чуть ли не пополам на расстеленном коврике, едва не рухнув на него плашмя, — кошмар какой.

— Давай помогу! — воскликнул сын, заботливо поддерживая меня за спину, — ещё немного, тяни руки.

— Молодец Дарен! Мадам Делия, не усердствуйте.

— Угу, — простонала, откидываясь на спину, после очередной странной позы, чем-то напоминающей асаны в йоге.

Тренировка длилась кошмарный час. Выходила я из зала мокрая от пота, с дрожащими руками и на полусогнутых ногах. Опасаясь, что стоит мне только разогнуть колени, как они тут же вывернутся в обратную сторону и скакать мне кузнечиком до конца моей жизни.

Дарен с сочувствием на меня поглядывая, помогал преодолеть мой собственный Эверест — лестницу, края которой не было видно. Натиша, Лудо и даже Хлоя — кухарка, вышли в холл, чтобы посмотреть, как их госпожа с ума сходит. И честно мне было всё равно, что вид у меня сейчас не самый лучший, зато у сына прошёл необъяснимый страх, а глаза светились счастьем.

— Мама, а ты завтра пойдёшь? — осведомился Дарен, благополучно доставив меня до дверей моей комнаты.

— Да, конечно, — с улыбкой ответила, хотя была уверена, что завтра у меня не будет сил даже шевельнуть пальцем.

— Я принесу вам мазь, — тут же проговори Глен, с уважением, но всё же больше с сочувствием на меня посмотрев, — натрёте ей тело, мышцы будут меньше болеть и мадам Делия, повторю, не надо так усердствовать в первые дни.

— Постараюсь, — благодарно улыбнулась парню, распахнула дверь в свои покои, добавила, — увидимся за завтраком.

— Увидимся! — бодрым голосом ответил довольный ребёнок, рванув в свою комнату. Завистливым взглядом проводив нисколько не уставшего сына, я обратила взор на Глена, который чуть задержался и собирался мне что-то сообщить.

— Говори.

— Мадам Делия, в полночь Дарен проснулся и побежал в вашу комнату. Сказал, что ему приснился страшный сон, ваша комната оказалась пуста, и мальчик расплакался. Я объяснил ему, что у вас встреча и вы обязательно вернётесь…

— Я вернулась спустя полчаса, надо было привезти его ко мне, — пробормотала, почувствовав вину, что мало уделяю ребёнку внимания, что оставила его одного ночью дома, что не была рядом, когда я ему была так нужна.

— К этому времени он уже уснул, и я не стал его и вас беспокоить.

— Хорошо, спасибо Глен, — поблагодарила, кивком показав, что гувернёр может идти, наконец, прошла в свои покои.

— Ты выглядишь соблазнительно и ужасно одновременно, — едко заметил Кип, развалившись на моём диване, но тут же резко сел, обеспокоенно потребовал, — что случилось?

— Вчера, когда я нужна была сыну, я гуляла со Скаем! Если ему ещё раз приспичит поговорить, пусть приходит в поместье, больше я не собираюсь покидать свой дом по ночам! — едва не выкрикнула, найдя источник своего угнетающего состояния, тем временем осознавая, что веду себя глупо и истерично, но ничего с собой не могла поделать. И не придумав ничего лучшего, поспешила скрыться в ванной…

Только спустя, наверное, тридцать минут, смыв с тела усталость; злость на себя, на бесцеремонных и самоуверенных мужчин; обиду и гложущую меня вину, вышла из добровольного заточения. Кип всё ещё продолжал сидеть на диване и при моём появлении, ласково улыбнувшись, спросил:

— Ты как?

— Уже лучше, прости… это нехорошо, но я временами забываю, что у меня есть сын и что ему требуется моё внимание. Я так долго была одна, а сейчас у меня взрослый и умный ребёнок и я порой теряюсь… — с трудом проговорила, давясь подступающимся к горлу комком непролитых слёз.

— Делия Рейн и теряется? — с усмешкой воскликнул Кип, лукаво мне подмигнув, — та что замечает неочевидное, сопоставляет, казалось бы, незначительные факты. Объявила войну Сефтону Доуману и его прихвостням⁈ Не верю!

— Да иди ты! — отмахнулась от разошедшегося мужчины, невольно улыбаясь, буркнула, — это другое.

— Ты не права. Дель, ты знаешь о сыне больше, чем многие матери Вирдании. Ты ещё ни разу не пропустила семейный завтрак и где бы мы не были, ты всегда вовремя приезжаешь в поместье, чтобы за ужином выслушать, как прошёл день у Дарена. Дель! Ты вымотала себя тренировкой, чтобы сын был счастлив и завтра тоже собралась идти! Ты отличная мать, не наговаривай на себя.

— Спасибо… наверное, это всё усталость, рассказ Ская и эти ещё дурацкие подарки, — пробормотала, неловко улыбнувшись Кипу, сожалея о проявленной слабости, направилась к шкафу, на ходу спросив, — ты прочёл письма?

— Да и теперь более чем уверен, что его имя не настоящее. А ещё убеждён, что этот Альпин очень заинтересован в тебе и что Сефтон не собирался тебя убивать, ты нужна была ему живой и невменяемой.

— Я тоже так решила, вот только кто проявил инициативу? Фрэнк, не располагая сведениями об истинных делишках отца, или сиделке надоело со мной нянчиться?

— Не знаю Дель, Скай ничего не говорил?

— Нет, он просто отдал и всё, — прокричала из ванной, меняя халат на одежду, продолжила, — а ты заметил заботу и беспокойство этого Альпина, что он проявляет к моей персоне? Жаль, нет ответных писем Сефтона, хотелось бы мне знать, что он пишет о моём здоровье.

— Заметил, как и заметил повелительные нотки в каждой фразе. Непростой этот Альпин и, сдаётся мне, что Сефтон ведёт свою игру.

— Вот только кем я прихожусь этому Альпину, с чего такая забота и тревога? Как найти этого Хейга? И о каких разработках идёт речь, на которые таинственный благодетель деньги выделяет, неизвестно. Много вопросов и не одного ответа, — задумчиво протянула, к этому времени уже выйдя из ванной комнаты, — идём завтракать. Сегодня никуда не едем, Аманда за час до обеда должна прибыть, художника привезёт. К этому времени надо изучить документы Сефтона. После ужина съездим на завод, необходимо дать указания Гейбу о найме работников. И Кип мне нужны люди, которые приступят к ремонту зимнего сада, само собой, неболтливые.

— Ооо… узнаю Дель! — воскликнул ехидна, почти быстро поднявшись с дивана и даже почти не поморщившись.

— И всё-таки я считаю, глупо было так подставляться и самому лезть в драку, — прокомментировала, распахивая дверь перед секретарём, не осталась в долгу, язвительно проговорив, — прошу вас мсье самоуверенный — Джонс.

Глава 31

Глава 31

На протяжении следующей недели я не выезжала в город. Работала в поместье, играла с сыном, дважды встретилась с Паркером, несколько раз с художником, который взялся нарисовать такие рекламные карточки, что все ахнут — это были его слова.

Пару раз съездила на завод, сообщив о новых заказах и о необходимом увеличении персонала, ошеломив добрыми вестями не только мастера, но и работников, которые, стоило мне отойти на пару шагов к складу, тут же принялись бурно обсуждать отличную новость. И судя по услышанному, на заводе будут работать дети, братья и отцы нынешних тружеников, в общем, образуется семейный подряд. Мне было, впрочем, всё равно, лишь бы это не вредило делу.

А ещё я каждые два дня отправляла Нел продавать цветы, которые упорно присылал для меня Фрэнк. Мне даже пришлась по душе эта его стабильность. Не отступая от своего плана, каким бы он там ни был, муженек неукоснительно его выполнял и утром в холле неизменно стояли пятнадцать корзин с цветами. Вот только карточки становились всё фривольнее, а в каждой строчке так и сквозило уверенностью, что Делия оттаяла и скоро падёт к его ногам. Если бы он знал, сколько мы уже заработали на букетах и как улучшили жизнь и труд служащих моего поместья, его бы точно перекосило от злости.

Зато сейчас девчонки, Лудо и Барни спали на обновлённых и удобных матрасах. Укрывались тёплыми и лёгкими одеялами. Машинку стиральную тоже купили, первые два дня мы все по очереди побывали в постирочной, наблюдая за работой занятного агрегата. Даже я сходила, мне было интересно посмотреть на старинный прототип машинки-автомата. Что сказать, до привычного мне девайса этой модели ещё довольно-таки далеко.

А вот от корзинки с фруктами, которую доставили вчера сразу после завтрака, мы решили избавиться, но вино, как и планировала, я перелила в другую бутылку и спрятала её в надёжное место — сейф.

Жаль вот только, что от Николаса больше ничего не приходило. Уверена, Фло не отказалась бы от ещё одного знака внимания высокородного господина, наверняка теперь Эдингтон будет их вип-клиентом. Ведь отправляя статуи, я не поленилась заменить карточку, исправив своё имя на неведомую мне Фло. Кстати, Кип проезжал мимо этого фривольного дома и сообщил, что статуи очень гармонично вписались в общий стиль и мимо такой красоты точно не пройдёшь.

Ну и сегодня, наконец, доставили первую партию кирпичей для мсье Ирвина, а уже завтра я отправлю с Кипом первую часть выплат Скаю. Как бы мне ни хотелось расставаться с крохами прибыли, которая закрыла бы достаточно много дыр в моём бюджете, но обязательства надо выполнять.

— Мадам Делия, карета подана, — с нахальной усмешкой проговорил Кип, врываясь в кабинет, прервав мои тягостные раздумья.

— Угу, — не поднимая взгляд, прочертила стрелочку от буквы Г к столбику трёхзначных цифр, тут же сердито её зачеркнув.

— Что за паутина? — навис над столом секретарь, рассматривая моё художество.

— Думаю куда, кому и сколько перечислить.

— И как ты в этом разбираешься? — с сомнением в голосе уточнил мужчина, переворачивая листок к себе передом, ко мне задом, — ничего не понятно.

— Ага, но очень интересно, — хмыкнула, возвращая черновик на место, и поднялась из-за стола, — пошли уже, надо навестить мсье Кэри, заехать к Пауле, будь она неладна со своим приглашением, и успеть бы пообщаться с Лари Логманом. Ты договорился с ним о встрече?

— Да, только я не понимаю, зачем тебе понадобились бильярдные шары, — с недоумением протянул Кип, я же ничего не ответила и, лишь загадочно улыбнувшись, направилась к выходу.

Мне невероятно повезло оказаться во времена промышленного бума, чем-то схожего с концом девятнадцатого века того мира, где я родилась, а не в глубоком средневековье. Здесь уже было электричество, водопровод и другие блага цивилизации. Да, по улицам всё ещё разъезжали кареты, но всё чаще встречались автомобили. Стиральные машинки, успешные попытки снять первое кино, беспроводная телеграфия и создание пластика, что, конечно, не было лучшим изобретением человечества, но существенно облегчило ему жизнь.

Вот с первым изготовителем пластиковых бильярдных шаров в нашем городе я и хотела побеседовать. Надеюсь, он согласится выполнить заказ для будущего аквапарка и мне не придётся покидать Ранье и отправляться на поиски изготовителя в столицу.

— Ты опять задумалась, — с тихим смешком укорил меня Кип, придерживая за руку, чтобы я не свалилась с лестницы.

— Немного, о Сефтоне ничего не слышно? Затаился, не нравится мне это.

— Насколько мне известно, он судорожно бегает по городу, назначает встречи с бывшими партнёрами и пытается вернуть их доверие. Ну и полагаю, старший Доуман уверен в успехе Фрэнка, — хмыкнул мужчина, распахивая передо мной дверь, — ты цветы назад не отсылаешь, а значит, тебе нравятся ухаживания мужа.

— Да, это мой недочёт, но что ж поделать? Даже в голову не пришло отправить назад то, на чём можно неплохо подзаработать.

— Я удивляюсь, как он до сих пор не заявился в поместье.

— Выжидает, что сама к нему приду?

— Возможно. Кстати, в город вернулся его старший брат с семьёй и очень активно взялся выспрашивать о тебе, вот он меня больше всех беспокоит, — заметил Кип, приказав извозчику трогать, — как ты и говорила, Ленард — жестокий и серьёзный противник.

— Присмотри за ним, — задумчиво произнесла, возвращаясь к прерванным размышлениям, но упрямые мысли то и дело сворачивали к Ленарду. В воспоминаниях Дель старшего брата Фрэнка она отчего-то до парализующего ужаса боялась. И старалась по возможности не пересекаться с ним. Наверное, что-то между ними произошло, но услужливая память скрыла за пеленой завесы неприятное или страшное событие. Сохранился лишь животный ужас и паника. Сейчас она, конечно, поутихла, стала блёклой и управляемой, но всё равно, стоит мне только услышать это имя, сердце начинает испуганно биться, а пульс учащается.

Задумавшись, я не заметила, как мы пересекли жёлтые поля; миновали тянувшиеся вдоль дороги, по-осеннему красно-зелёные кустарники; чёрные вспаханные борозды угодья и плавно въехали в Ранье. Кип по своему обыкновению спал, извозчик, время от времени понукая лошадок, насвистывал незатейливый мотив весёлой песни. Но вскоре его заглушили звуки шумного города: стук копыт по мостовой, рёв моторов и крик зазывал.

— Приехали? — встрепенулся секретарь, осоловелым взглядом посмотрев в окно.

— Почти.

В банке меня не ждали, а судя по удивлённому и поморщившемуся лицу управляющего, ещё и были не слишком мне рады. Отчего я вдруг впала в немилость, я не догадывалась, но была намерена это выяснить.

— Мадам Делия, мне право неловко, но я спешу, — расшаркиваясь в любезностях, бормотал мсье Кэри, суетливо собирая документы со стола.

— Я вас надолго не задержу, — растянув губы в доброжелательной улыбке, не сдвинулась ни на шаг, — думаю, вы уже слышали о новом банном комплексе мсье Паркера, а также в курсе, что партнёром этого проекта являюсь я.

— Конечно, мадам Делия.

— Отлично! И мне доподлинно известно, что вы располагаете сведениями о новом постановлении правительства от первого числа второго месяца осени прошлого года, в котором сказано о предоставлении помощи в развитии новых услуговых комплексов. Я полагаю, вы настолько загружены, что попросту упустили эту немаловажную деталь, не предоставив нам соответствующий документ, — чеканя каждое слово, проговорила, не дав и рта раскрыть всё больше нервничающему управляющему, и, ласково улыбнувшись, спросила, — мсье Кэри, нам рассчитывать на вашу поддержку?

— Да, мадам Делия, оставьте заявку на стойке, завтра десять процентов от суммы затрат будут на ВАШИХ счетах, — чуть завысил тон мсье Кэри, широким шагом направляясь к выходу, но сбежать ему не удалось — дверь распахнулась, и управляющий, шумно выдохнув, заискивающе проговорил, — мсье Рональд, рад вас видеть.

— Мсье Кэри, мадемуазель… — бархатным, с рычащими нотками голосом протянул высокий, темноволосый мужчина, не сводя с меня свой пронзительный взгляд.

— Мадам Делия Рейн.

— Крейг Брикман, — представился посетитель, и, очевидно, он был очень важной персоной, которую почему-то хотел скрыть от меня мсье Кэри.

— Приятно познакомиться, мсье Крейг, — как можно дружелюбнее улыбнулась, такой же улыбкой одарила управляющего, чтоб ему не было обидно, и произнесла, — не буду вас задерживать.

Мужчины промолчали, но пока я не покинула кабинет и не скрылась за дверью, я спиной ощущала их прожигающие взгляды.

— Ну как? — поинтересовался Кип, карауливший меня у входа кабинет, стоило мне только выйти.

— Обещал помочь, но, знаешь, он очень торопился от меня избавиться. Полагаю, из-за гостя, что сейчас находится в его кабинете. Не знаешь, кто это?

— Точно не местный, — ответил секретарь, с ленцой оглядывая зал, — едем к Пауле?

— Сейчас заявку оставлю и едем.

С нужными документами я управилась быстро, учтивые сотрудники банка умело составили заявление, объяснили сроки его рассмотрения, тут же заверив, что вопрос решится в ускоренном порядке. Так что спустя десять минут я покидала здание, спеша на глупую встречу к Пауле.

— Зачем ты приняла её приглашение? — заворчал Кип, помогая мне выбраться из кареты, стоило ей остановиться у особняка Тернеров.

— К сожалению, к ней прислушиваются все местные дамы, а мне необходимо получить её согласие на приём в моём поместье по случаю дня рождения. Если не пойдёт эта… в общем, праздник будет грустным, — пояснила, натянув улыбку, больше похожую на оскал, и спросила, — ну как я выгляжу?

— Отлично, точно озверевшая лисица, — одарил комплиментом Кип, озорно мне подмигнув. Оставаться в долгу я не люблю, поэтому многообещающе сквозь зубы процедила:

— Замечательно. Думаю, им понравится. А лисицу я тебе ещё припомню… Ну я пошла, пожелай мне удачи, мне необходимо заманить Паулу и её подружек в свой дом.

— Не задерживайся, у тебя беседа с Логманом, — напомнил секретарь, забираясь назад в карету. Меня же на этот раз встречал знакомый дворецкий, спеша застать меня у распахнутых настежь ворот.

Глава 32

Глава 32

— До меня дошли слухи, что вы, мадам Делия, и мсье Паркер — партнёры, — словно колокольчик, мелодично и звонко рассмеялась Паула, пять её подружек тотчас поддержали свою предводительницу ехидными смешками, — какая глупость! Зачем графине связываться с неотёсанным мужиком, которому просто повезло и он разжился небольшим капиталом?

— Вы правы, слухи неверны, это я предложила мсье Паркеру взаимовыгодное сотрудничество, — возразила, осознавая, что только что опустилась до уровня какого-то плебея в глазах этих снобов, но пустой разговор длился уже третий час, и я устала. И мне до чёртиков надоело слушать сплетни о людях, которых я не знаю, а ещё понимала, что мне не удастся получить согласие хозяйки дома и придётся проработать иной путь решения.

— Хм… вот как, — сейчас же скривила губы Паула, покосившись на свиту, которые по её немому приказу удивительно синхронно хмыкнули.

— Да! Предложила я. Это очень прибыльное дело, которое вскоре принесёт мне и мсье Паркеру приличный доход.

— Банный комплекс⁈ — со снисходительной усмешкой воскликнула хозяйка особняка, медленно и очень изящно поставив кружку с недопитым чаем на столик, и заговорила, — боюсь, Делия, вы ошибаетесь, таких здесь два, а простолюдины платить много не будут. Вы посоветуйтесь с мсье Сефтоном или с Фрэнком, они лучше разбираются в таких делах, нам, женщинам, не дано понять сложности вложения капитала.

— Я рискну, тем более этот комплекс будет другого уровня, — с улыбкой произнесла, окинув дамочек чуть высокомерным взглядом, и завораживающим голосом проговорила, — представьте себе мягкий свет, тёплые мраморные лавки в небольшой уютной комнате. Там тепло, влажно, ваше тело расслабляется, мысли становятся тягучими, движения — плавными. После жаркого отдыха вы окунаетесь в чуть горячеватую воду в бассейне, затем ложитесь на удобную кушетку, где умелые руки массируют ваши усталые плечи, ноги, спину…а служащий комплекса тем временем приводит в порядок ваши ноготки. Далее ваше тело натирают ароматными маслами, отчего ваша кожа становится гладкой и бархатистой. И в заключении, в уединённом кабинете с подругами вы ведёте неспешную беседу, наслаждаетесь вкусным и полезным напитком, а из зала за стеной слышится приятная музыка и умиротворяющее журчание фонтана.

— Ох… — кто-то едва слышно выдохнул, невольно прерывая мой рассказ. На лицах гостий Паулы застыли мечтательные улыбки, а взгляд был невидяще устремлён на мою персону.

— Тем временем ваши дети с радостными криками и смехом скатываются с горок в воду бассейна. Брызги, игры в тёплом помещении, а за окном снег и холод… — договорила, с тихим звоном поставив свою кружку на чайный столик, этим звуком приводя дамочек в себя, и, чуть повысив голос, добавила, — конечно, инвесторы этого проекта будут особыми гостями. Для них будут предусмотрены отдельные кабинеты, личный обслуживающий персонал и прочие индивидуальные привилегии. А теперь прошу меня извинить… мадам Паула, мне было приятно встретиться с вами, но, к сожалению, мне пора покинуть ваш дом. И да, едва не забыла! Я буду рада вас всех видеть в конце следующего месяца в своём поместье, приглашение я непременно вышлю.

— Кхм… очень жаль, мадам Делия, что вы уже уходите, — поднялась за мной следом Паула, вдруг соизволив меня лично проводить, и будто нехотя проговорила, — я непременно прибуду на празднование вашего дня рождения.

— Буду рада вас видеть среди моих гостей, — как можно доброжелательней улыбнулась, в голове же промелькнула мысль, что Пауле известен повод планируемого сборища, а ведь я его не называла. Но тем не менее она во всеуслышание объявила о своём присутствии, а мне только это и требовалось.

Особняк Тернеров я покидала ужасно вымотанная, будто тюки с чем-то тяжёлым на себе таскала, но очень довольная. Кип, заметив мою вымученную улыбку, никак не прокомментировал её, но и по его выражению лица было заметно, что ничего хорошего он бы мне не сказал.

— К Логману? У тебя есть час, может, в ресторан?

— Да, давай в ресторан, я так и не притронулась к чаю в доме Тернеров.

— Наверное и правильно сделала, — хмыкнул Кип, помогая мне взобраться в карету, — тот, что у банка?

— Да, — коротко ответила, откидываясь на спинку сиденья, устало прикрыла глаза, пытаясь отрешиться от начинающейся головной боли.

До ресторана на карете было всего десять минут, особняк Паулы находился в элитном районе в самом центре города, так что вскоре я уже сидела за любимым столиком у окна и маленькими глотками потягивала ароматный напиток. Кип разместился напротив меня, спиной к окну, и едва слышно, с ехидной усмешкой нелестно отзывался о каждом посетителе. Порой мне с трудом удавалось сдержать прорывающийся смех, так чётко были подмечены слабости того или иного высокородного.

— Муж Лерисы любит погорячей и помоложе, несчастная его жёнушка, ей явно грустно ночами.

— Не перестаю удивляться твоей осведомлённости, — отметила, украдкой бросив взгляд на тучную особу с рыжими волосами, которые она стянула в такой тугой узел на затылке, что её брови заканчивались на висках в районе роста волос.

— Почти все посещают девочек Фло, а там мужчины любят поболтать, — с презрительной усмешкой пояснил Кип и, посмотрев на кого-то поверх моей головы, добавил, — этот тоже наверняка там частый гость.

— Кто?

— Приготовься, даритель статуй идёт сюда, — шёпотом предупредил Кип, продолжая немигающим взглядом наблюдать за приближением Эддингтона.

— Мадам Делия, мсье Джонс… искренне рад нашей встрече, — протянул мужчина, снова, как и в прошлый раз, присаживаясь на свободный стул, не спросив на то разрешения.

— Добрый день, мсье Николас, — поприветствовала наглеца, продолжила наслаждаться напитком, ожидая, что же будет дальше. Но тут поднялся Кип и, кивком поздоровавшись с незваным гостем, проговорил:

— Я должен выйти, Делия.

— Что…

— Всё в порядке, я рядом, — поспешил успокоить меня мой помощник, широким шагом направляясь к выходу. Проводив секретаря задумчивым взглядом, я вновь обратила свой взор на нахального соседа, чем он тут же воспользовался.

— Кхм… мадам Делия, я вчера случайным образом проезжал по улице Роз и заметил у входа в здание мой подарок… вам не понравились работы знаменитого Дидора?

— Отчего же, работы настолько красивы, что их непременно должны увидеть все. Но в своём доме я пока не провожу встречи, а любоваться в одиночестве изяществом форм было бы с моей стороны очень эгоистично. Поэтому я решила, что лучше ваш подарок будет находиться в том месте, где им будут любоваться понимающие в искусстве люди. Кстати, я посчитала нужным не скрывать дарителя и оставила ваше имя на карточке, чтобы хозяйка этого дома знала, кто почтил её своим вниманием.

— Эээ… вы очень великодушны мадам, — потрясённо выдохнул Николас, но быстро взял себя в руки и с горькой усмешкой проговорил, — я так надеялся, что, проходя мимо скульптур, вы будете вспоминать обо мне, желал удивить вас…

— О, вы удивили. Позвольте поинтересоваться, чем вы руководствовались, отправляя в дом замужней женщины такой… кхм своеобразный подарок, и зачем вообще было дарить? Мы с вами чужие друг другу люди.

— Если вы не против, я с большим удовольствием стану вашим другом, — с придыханием прошептал мужчина, сверкнув своими голубыми глазами и соблазнительно улыбнувшись.

— И это срабатывает? — насмешливо приподняла бровь, наблюдая за безуспешными попытками меня совратить.

— Всегда, — самодовольно проговорил Николас, но тут же с печальной улыбкой и грустным вздохом спросил, — не получилось?

— Не-а, — покачала головой, вдруг осознав, что мне с этим человеком весело, а недавнее впечатление и настороженность исчезли, поинтересовалась, — серьёзно, ни одной осечки?

— Угу, представьте, как сейчас мне плохо слышать ваш отказ, — продолжил дурачиться мужчина, подзывая к столику официанта, — мне необходимо приглушить эту боль… мадам Делия, не откажитесь выпить со мной по бокалу хорошего вина?

— Откажусь, и должна вас разочаровать ещё больше, так как мне пора покинуть ваше общество, — проговорила, поднимаясь из-за стола, быстро рассчиталась за чай и, выдержав небольшую паузу, продолжила, — надеюсь, те дамы за соседним столиком скрасят ваши терзания.

— Вы так жестоки, мадам! — громко, на весь зал воскликнул Николас, театрально схватившись за сердце, бросив жалобный взгляд на двух дамочек лет сорока пяти, которые едва усидели на своём месте. Если бы не приличия, полагаю, они давно бы рванули к горестно вздыхающему клоуну, чтобы успокоить несчастного.

— Прощайте, мсье Эдингтон, — с трудом сдерживая улыбку, проговорила и неспешно направилась к выходу, услышав за спиной тихое:

— До скорой встречи, Делия.

Глава 33

Глава 33

На улице сегодня было промозгло. Осень неумолимо вступала в свои права, и почти каждый день в Ранье и в его окрестностях лил дождь. Вот и сейчас мелкая, противная морось, словно въедливая пыль, мгновенно пробралась ко мне под платье и пелерину, поторапливая скорее спрятаться под крышей кареты. Но стоило мне сделать шаг, мой путь тут же преградила тёмная тень.

— Де-е-е-ель, малышка Дель, — протянул до боли знакомый голос, от звука которого по моей спине пробежал ледяной холод, а тело покрылось испариной, — скучала?

— Ленард, — медленно подняла голову, невольно отметив, что мужчина ничуть не изменился — тот же самоуверенный оскал, злой прищур и препарирующий взгляд. Старший брат Фрэнка явно поджидал меня и теперь плавной походкой, мягко ступая, направлялся ко мне.

— Делия… я слышу, как сильно бьётся твоё сердечко, ты не забыла, — довольно, нараспев проговорил мужчина, остановившись на расстоянии вытянутой руки от меня, и чуть подавшись вперёд, прошептал, — я тоже всё помню.

От вкрадчивого голоса, многозначительного взгляда меня тут же захлестнула паника, дыхание перехватило, а в голове, словно в ускоренной перемотке, замелькали картинки одна ужасней другой…

Тёмная комната, огромная кровать и задыхающаяся под тяжестью мужского тела четырнадцатилетняя Дель. В тот день у Ленарда ничего не вышло, Сефтон скинул старшего сынка с худенького тельца и долго успокаивал девочку… но Ленард добился своего, он внушил страх и безропотную покорность подростку. И на протяжении многих лет преследовал её, шептал на ухо пошлые гадости, от которых даже меня бросало в дрожь. Загоняя в угол девочку, играл с ней словно кошка с мышкой, вытворяя всякие мерзости. Она была так напугана, что боялась рассказать об этом даже матери и отцу, делясь своими страхами с куклой, которую Ленард за месяц до свадьбы Дель разорвал на две половины…

Не знаю, в какой момент внутри меня злость, неистовая ярость и ненависть пересилили животный страх перед этой тварью. Неосознанно я потянулась к сумочке, в которой носила нож, мечтая лишь об одном — сейчас же убить Ленарда.

— Мадам Делия, вы забыли свой заказ, — привёл меня в чувство раздавшийся за спиной, ровный, с властными нотками голос Николаса. Меня всё ещё трясло, но в голове уже прояснилось, а вот жгучее желание убить не прошло.

— Да, спасибо, — не сводя настороженный взгляд с застывшего с самодовольной улыбкой Ленарда, забрала пирожное для сына, краем глаза заметила спешащего ко мне Кипа. Больше ни слова не сказав, я натянуто улыбнулась сразу обоим мужчинам и устремилась навстречу к секретарю.

— Ты как? — обеспокоенно спросил Кип, чуть ли не затягивая меня в карету — ноги от пережитого подкашивались и отказывались меня держать.

— Я в порядке, — коротко ответила, погруженная в мрачные мысли: «Я только что едва не совершила ошибку, поддавшись эмоциям. Такого не должно больше повториться. Я чуть не нарушила данное сыну обещание — никогда не оставлять его. И всё из-за твари, которая не достойна жить…»

— Дель?

— Всё хорошо, — рассеянно проговорила, меня продолжало трясти, и лишь усилием воли я заставляла себя мысленно повторять, что всё произошедшее случилось не со мной.

— Дель, ты была не одна. Я был рядом. Ленард ничего бы тебе не успел сделать, — взволнованно проговорил Кип, взяв меня за руку, — я всё время следил за тобой. Он даже не приблизился к тебе, что с тобой?

— Я должна его убить, — наконец произнесла вслух то, о чём неустанно думала вот уже несколько минут, осознавая, кому я это говорю, и принимая решение. Я знала, что и за это мне придётся отвечать, когда настанет моё время, и была готова к этому.

— Хм… — потрясённо выдохнул Кип, пытливо вглядываясь в моё лицо, и едва слышно, с усмешкой прошептал, — машины такие ненадёжные.

— Я хочу сделать это сама, — вымученно улыбнулась, боясь даже на секунду закрыть глаза, опасаясь вновь увидеть и пережить жуткие воспоминания Дель. Но всё же с каждой минутой я понемногу успокаивалась, будто, приняв решение, странным образом начала избавляться от ужасных кошмаров. А твёрдая уверенность в том, что Дель не единственная жертва Ленарда, придавала мне сил. Такие, как он, на одной не останавливаются, и кто-то должен прекратить этот ужас.

— Дель, малышка…

— Не называй меня так! — резче, чем следовало, прервала Кипа, но, тут же виновато улыбнувшись, промолвила, — не называй малышкой, не надо.

— Его смерть будет долгой, — зловещим голосом протянул мужчина, вдруг крепко стиснув меня в своих объятиях, прошептал, — обещаю тебе.

Встречу с Логманом я всё-таки отменила, отправив мальчишку с запиской о переносе её на следующий день, и приказала извозчику возвращаться в долину Рейн. Вести переговоры в таком состоянии бессмысленно и глупо.

Весь оставшийся путь до поместья мы проделали молча, я старалась не вспоминать о дурном, думая о сыне и о том, как он порадуется, когда увидит своё любимое лакомство. О чём думал Кип, я не знала, но ещё долго мужчина прижимал меня к себе, едва слышно что-то бормоча.

Вернувшись домой, с облегчением выдохнула, узнав, что Дарен и Глен устроили поход по саду и сейчас мне не придётся притворяться, что всё замечательно. Поэтому я поспешила скрыться в своих покоях. Там, стащив с себя одежду, долго тёрла тело жёсткой мочалкой, пытаясь уничтожить все воспоминания, всю ту грязь, что лавиной обрушилась на меня, стоило только услышать ненавистный голос Ленарда.

Не знаю, может Кип что-то сказал, или Лудо заметил моё состояние, но до самого ужина меня никто не беспокоил. Так что в малую столовую я спускалась почти в адекватном состоянии и даже искренне смеялась над забавными историями, случившимися сегодня с сыном. А после, когда все насытились, отправилась с ним и Гленом в детскую и провела там не менее двух часов, играя с ребёнком и щенком в мяч.

— Лудо, где Кип? Его нет в комнате, и ужинать он не спустился, — спросила, обеспокоенным взглядом окинув пустые покои секретаря.

— Он сразу, как вы поднялись в свою комнату, отбыл.

— Ясно. Вернётся — пожалуйста, сообщи, — распорядилась, закрыв дверь, направилась в кабинет. Спать было ещё рано, да и уснуть мне сегодня навряд ли удастся, а самое действенное средство от бессонницы — это работа.

— Госпожа, вам письмо из Диншопа, — поморщившись, проговорил дворецкий, вручив мне небольшой, но довольно увесистый конверт.

— Хм… из Диншопа? — задумчиво протянула и несколько раз прочитала имя отправителя, прежде чем вспомнила, кто такой Этьен, — спасибо, Лудо.

Поблагодарив старика, на ходу вскрывая конверт, быстро закрылась в кабинете. Мне не терпелось узнать, что пишет констебль и удалось ли ему выяснить, чем меня потчевало семейство Доуманов.

Спустя некоторое время, невидяще взирая на разложенные на столе бумаги, я, задумчиво выбивая пальцами дробь, пыталась разобраться и уложить полученные сведения.

Да, сама по себе микстура действительно была безопасна. Она, правда, туманит разум, человек становится вялым и безучастным ко всему, что тоже малоприятно. Но вот если добавить к успокоительному средству всего каплю норсы, которая тоже сама по себе вполне безобидная травка и является неким подспорьем в потенции для мужчин… Их симбиоз будет смертелен.

Всё это подробно описал старый лекарь, давно отошедший от мирских дел, забравшись в глухую деревню, подальше от страждущих, доживать свой век. Как удалось разыскать Этьену этого старца, я не знала, но искренне была благодарна констеблю за такое рвение. Не верить словам мужчины и лекаря у меня не было повода, а вот кто инициатор смерти Дель теперь будет выяснить гораздо проще. Всё же норса — редкое (со слов лекаря) растение, и достать его довольно-таки сложно.

— Госпожа, вы просили сообщить…

— Кип вернулся? — не дала договорить дворецкому, рывком вскакивая с кресла, и заметив утвердительный кивок, рванула к двери.

— Госпожа, мсье Джонс пьян, — нехотя дополнил Лудо, обеспокоенно на меня посмотрев.

— Всё будет хорошо, — успокаивающе улыбнулась старику, и больше не задерживаясь ни на секунду, поторопилась к секретарю. Я хотела убедиться, что с ним всё в порядке и что он не совершил глупостей.

— Дель… я… прости, что меня не было рядом, — заплетающимся языком невнятно пробормотал мужчина, которого я с трудом обнаружила на полу за кроватью. Кип, опершись спиной о стену, судя по всему продолжал свою попойку.

— Ты был рядом.

— Нет! Дель, ты так похожа на Мавис… она была такой чистой, хрупкой и нежной, но те ублюдки! Они убили её! А я… я ничего не смог сделать! Не смог им помешать! Дель, они убили мою Мавис…

— Расскажешь? — спросила, устраиваясь рядом с мужчиной, забрала у него бутылку и сделала большой глоток, как оказалось, кислого вина.

— Хм… наверное, — удивлённо хмыкнул Кип, рассеянным взглядом проследив за моей рукой, и чуть помедлив, будто собираясь с духом, заговорил, — мы тогда жили в Грейтауне… Мавис была младше меня на девять лет, когда мы остались с ней вдвоём, ей было всего три года. Я ни в чём не отказывал ей… ошибался… моя сестра, она влюбилась в высокородного. Я был против — кто мы и кто он? В тот день мы поругались, и она не пришла ночевать. Дель… я был уверен, что она у подруги, но утром соседский мальчишка рассказал, что видел её с тем хлыщом… Дель, я опоздал… у тебя сегодня был такой же затравленный взгляд, как у Мавис, когда я там её нашёл.

— Прости, — это всё, что я смогла выдавить из себя, допивая остатки кислого пойла. Захлёбываясь непролитыми слезами, я желала хоть как-то облегчить боль Кипа, но не знала, как это сделать. Всё, что было в моих силах, это просто выслушать, дать выговориться.

— Ты не виновата… ты другая, сильная. Мавис так и не оправилась, через две недели её не стало, — чётко, выговаривая каждое слово, будто горькие воспоминания отрезвили мужчину, произнёс Кип и, ласково мне улыбнувшись, шепнул, — твоя улыбка… там, у подворотни в Диншопе… впервые увидев тебя, я думал, что сошёл с ума. Дель, ты так похожа на Мавис… ещё в Диншопе я решил, что сделаю всё, чтобы защитить тебя, но именно сегодня, когда я должен был быть рядом…

— Ты был рядом, Кип! Я знала, что ты рядом! Я ощущаю твоё присутствие всегда! Ленард сегодня мне ничего не сделал, потому что знал, что ты рядом! Увидев Доумана, меня настигли кошмары прошлого, их ни ты, ни я не сможем изменить, — всхлипнула, уткнувшись в плечо мужчины, и тут же почувствовала, как сильные руки, обхватив меня, крепко обняли.

— Расскажешь?

— Да.

Мы проговорили до самого утра. Два неприкаянных одиночества, два человека, которым жизненно необходим тот, кому можно довериться. Кто поддержит, кто станет родным… мы так и уснули на полу, обнявшись, согревая друг друга, делясь близостью и тёплом, и это был исцеляющий душу сон.

Глава 34

Глава 34

— Упрямый осёл! — возмущалась, размашистым шагом покидая небольшое здание, где мелкий фабрикант изготавливал пластиковые шары для бильярда, — если он рассчитывает вытянуть на шарах и гребнях, то глубоко ошибается! Ещё пара лет, а то и меньше, и его заводик накроется медным тазом!

— Порой ты так странно говоришь, что я с трудом тебя понимаю, — усмехнулся Кип, возвращаясь в привычное и ставшим мне родным ехидное состояние.

— Это значит, что он обанкротится, а я бы могла ему столько идей подкинуть. Что ж, сам себе злобная Буратина, — ещё больше привела в смятение мужчину, едва сдерживая смех — такой забавный вид был у секретаря.

После вчерашней тяжёлой ночи мне стало гораздо проще общаться с Кипом. Я перестала искать в каждой его фразе скрытый подтекст, недоверие и настороженность будто кто-то стёр ластиком. Я перестала контролировать свои слова, стала более открытой, правда, иногда говорила на непонятном Кипу языке, но это дело поправимое.

Кипу тоже, кажется, стало легче, исчез подозрительный прищур, хмурая морщинка между бровей немного разгладилась и пропало постоянное напряжение.

— И что будем делать дальше? — поинтересовался мужчина, забираясь следом за мной в карету.

— Сначала заедем в банк, проверим счета и попробую взять небольшой кредит… тот молодой мастер у Логмана, кажется, тоже недоволен своим начальством. Ты обратил внимание, как от парня отмахнулся Лари? А ведь парнишка прав, я вижу большую перспективу в этом работнике.

— Ты задумала перекупить мальчишку? — хмыкнул мужчина, восхищённо цокнув языком.

— Нет, сам уйдёт. Дам объявление в газете, что заводу по изготовлению бильярдных шаров требуется мастер.

— Но у тебя нет завода.

— Надо открыть — глубокомысленно произнесла, по-моему, окончательно запутав мужчину, и принялась перечислять планы на сегодня, — необходимо заехать к портнихе, через три дня вечер у Лаван Брукс и мне требуется ещё одно платье. После на завод, Гейб обещал, что сегодня будет готова плитка для ванной комнаты, а ещё к нам…

— Всё, хватит, зря спросил, сегодня будет весело, — звонко рассмеялся Кип и, стукнув по карете, зычным голосом приказал, — в банк!

Кто ж знал, что слова мужчины станут пророческими. Если бы я могла предположить такое, ни за что бы не отправилась в этот день к мсье Кэри…

— Мадам Делия, очень рад вас видеть! — воскликнул управляющий, стоило мне только войти в его кабинет. Мужчина рывком подскочил с кресла и рванул ко мне навстречу, — ваш вопрос решён, деньги уже на вашем счету.

— Хм… спасибо, — поблагодарила, настороженно всматриваясь в чересчур радушное лицо управляющего. Пару секунд раздумывала и сомневалась: начинать разговор сейчас или подождать, когда странное, возбуждённое состояние мужчины чуть спадёт, но всё же решилась, — мсье Кэри, мне нужен кредит.

— Сколько?

— Много, я хочу построить завод, — выпалила я, ожидая снисходительного смеха или вытаращенных в изумлении глаз, но мсье Кэри удалось ошеломить меня.

— Этот вопрос потребуется обсудить с учредителями, но я уверен, вам согласуют требуемую сумму.

— Кхм… отлично, — на мгновение растерялась, точно не ожидая такого ответа, а в голове билась лишь одна мысль: «Что происходит?»

— Мадам Делия… если вы не против, то я бы тоже вложился в ваш новый проект, — добил меня управляющий банка, окончательно приводя в смятение своей заискивающей улыбкой.

— Мсье Кэри, что происходит? — требовательно спросила, присаживаясь на стул — разговор, я так понимаю, будет долгий. Не уйду, пока не выясню, с чего такие метаморфозы случились с мужчиной. Выдержав небольшую паузу, едким голосом продолжила, — ещё два месяца назад вы не хотели предоставить мне отсрочку по закладным, которые мне оставил муж. И только после частичного погашения задолженности вы приняли благосклонно мою просьбу, а сейчас готовы вложить свой капитал в мой проект не глядя?

— Понимаю ваше беспокойство, мадам Делия… — чуть запнулся мужчина, виновато улыбнувшись, заговорил, — буду с вами откровенен… мсье Николас Эдингтон и мсье Крейг Брикман час назад подписали с мсье Паркером договор, став инвесторами вашего банного комплекса. А эти люди вкладываются только в прибыльные мероприятия и лестно отзывались о новом проекте. Мсье Паркер заявил, что идея принадлежит вам… поэтому, если вы не против, я с удовольствием поучаствую в вашем проекте и кредит в банке брать не потребуется.

— Я должна сделать расчёт, прежде чем подписать с вами договор партнёрства, — нашла в себе силы ответить, стараясь заглушить обиду и злость на Мэтью. Да, он не стал скрывать, что идея принадлежит мне, но он даже не посчитал нужным уведомить меня о появлении инвесторов. И я понимаю, что мне принадлежат всего тридцать процентов банного комплекса, но всё же он мог хотя бы поставить меня в известность.

— Конечно, мадам Делия, — прервал мои тягостные мысли управляющий и, любезно улыбнувшись, продолжил, — я могу надеяться, что вы пока не будете сообщать о своём новом проекте другим инвесторам?

— Не буду, мсье Кэри, — заверила мужчину, поднявшись со стула, и, натянуто улыбнувшись, проговорила, — до свидания.

— До скорой встречи, мадам Делия.

Из банка выходила в глубокой задумчивости, и если бы не Кип, заступивший ненормальной дорогу, точно была бы снесена дородной дамочкой, которая с восторженным визгом едва не набросилась на меня.

— Делия, детка! Я так соскучилась!

— Мадам Доуман? — растерянно протянула, не ожидая от обычно холодной и отрешённой от окружающего женщины такой бурной встречи.

— Делия, ты почему так и не приехала к нам? Сефтон сообщил мне, что отправлял приглашения и лично звал к нам! Я так давно не видела Дарена, — с укором проговорила мать моего пока ещё мужа, — едем к нам⁈ Ты ещё не забыла, где находится наш особняк?

— Мадам Одра, я тоже рада вас видеть, но ни сегодня, ни завтра, ни в любой другой день не могу прибыть к вам с визитом, — произнесла, рассматривая свекровь. Невысокая, тучная дама с нежной, доброй улыбкой и потрясающе красивыми глазами. Как у такой приятной женщины могли вырасти подобные сыновья? В воспоминаниях Дель мадам Одра обычно была безучастна ко всему, редко улыбалась и большей частью находилась в своих покоях. Сейчас же я видела полную энергии женщину, которая едва не подпрыгивала на месте.

— Дель… я знаю, ты подала на развод и, возможно, права, но не лишай меня внука, — жалобно протянула свекровь, я же пыталась вспомнить рассказы Дарена о его жизни до моего появления, но ни разу не слышала ни слова о бабушке.

— Позже, когда всё… — невольно дёрнулась, почувствовав болезненный укол в ладони, когда женщина вдруг неожиданно подалась ко мне и схватила меня за руку, — что это, мадам Одра⁈

— Прости, — едва слышно прошептала свекровь, бросив на меня виноватый взгляд, резко развернулась и устремилась к поджидающей её карете.

— Останови её! — успела выкрикнуть Кипу, прежде чем беспросветная мгла поглотила моё сознание.

Пробуждение было неприятным. Во рту першило, голова казалось неподъёмной, а мысли тягучими. С трудом разлепив глаза, я несколько минут невидяще пялилась в потолок, пытаясь сообразить, где я нахожусь, но потемневшие от времени доски ясности не внесли.

— Проснулась соня, — раздался насмешливый голос Кипа, и тотчас надо мной нависла его ухмыляющаяся голова, — выпей, полегчает.

— Что со мной было? — хриплым голосом спросила сразу, как только с жадностью осушила кружку.

— Доктор так и не определил, что за дрянь попала в твой организм. Ты проспала два дня, я уже начал переживать.

— А эта? Что говорит Одра? Ты её схватил?

— Да, на ней было кольцо, им она тебя и поцарапала, в нём было концентрат успокоительного зелья. Того же, чем тебя и Доуман поил. Дамочка молчит, расспросить как следует мне её не удалось, прибежал Ленард и, сообщив констеблям, что его мать больна и не в себе, быстро увёз её. К сожалению, их лекарь подтвердил, что мадам Одра вот уже три года не выходит из дома и пьёт сильные микстуры от головных болей.

— Не понимаю зачем? Убить меня? Усыпить, так чтобы не проснулась?

— Нет, Дель, доктор и ещё один, тот, что пригласил Скай, сообщили, ничего угрожающего для твоей жизни нет…

— Значит, что-то ещё? — требовательно спросила, радуясь, что в голове проясняется, а мысли перестали путаться.

— Кирпичный завод сожжён, трое охранников мертвы. Работникам удалось спастись, но кирпич разбит, от зданий остался задымлённый остов.

— Ленард! Только он мог нахрапом напасть на завод, — глухим голосом просипела, чуть помедлив добавила, — и мать он запугал…

— Как ты вообще согласилась выйти замуж за Фрэнка, зная, какой его братец?

— Наивная дура, чего уж теперь. Фрэнк тогда был таким заботливым, нежным, галантным… стоило ему появиться, Ленард сразу ретировался. Мне казалось, что вот он, мой защитник. И находилась я в изоляции, никого кроме подруг и не видела, не с кем было сравнить, да и молода была. А ещё Сефтон подзуживал, как Фрэнк меня любит, как трудно мне будет одной справляться с заводом… Не замечала очевидного, доверилась другу моего отца, а на деле он оказался волком в овечьей шкуре.

— Кхм…

— Ничего, пора выложить документы, где Сефтон обманом вынудил мсье Торла продать имущество, пусть знают героя в лицо. А для Ленарда будет другое развлечение… но для этого мне нужен Скай.

— Скай вернул твои деньги, сказал отдашь, когда восстановишь завод и он начнёт приносить прибыль.

— Он очень великодушен, — задумчиво протянула, не зная, как реагировать на такую милость, ведь с ним у меня тоже некое соглашение, но пока я ничего со своей стороны не выполнила. Но всё же решила воспользоваться предоставленной возможностью, свободных денег у меня не было, только эти, — скажи Гейбу, пусть нанимает людей, тех, кто быстро поднимет здание и восстановит склады. У меня два подписанных договора и обязательства перед людьми — мне нужен кирпич. Найми людей для охраны и выдай им оружие, никто больше не посмеет напасть на мой завод.

— Сделаю, — зловеще протянул Кип, быстро отрапортовав, — Паркер приезжал вчера и Аманда, я сказал им, что ты уехала из поместья.

— Правильно, Паркеру лучше не знать, что я провалялась в постели. Доктора не болтливы? Не хочу, чтобы Ленард считал, что ему удалось вывести меня из строя. И ещё, Кип… я хочу встретиться со Скаем.

Глава 35

Глава 35

— Мам! Глен говорил, что ты устала и поэтому долго спала! — ворвался в комнату Дарен, быстро забираясь ко мне на кровать, крепко-крепко меня обняв, и голосом, не терпящим возражений, проговорил, — мама, я теперь с Роско буду заниматься час перед сном, после обеда я буду помогать тебе.

— Хорошо, — улыбнулась сынишке, пододвигаясь от края и уступая место ребёнку, — сегодня же и начнёшь. Мне необходимо сделать расчёт.

— Ладно.

— А ещё нужно проследить за ходом ремонта в зимнем саду.

— Угу, — кивнул ребёнок, на мгновение стушевавшись. Ведь такое серьёзное дело поручили, как не растеряться.

— Ну и было бы неплохо, если ты выберешь из своего плотного графика пару часов, и мы съездим в город — кажется, я кому-то задолжала книгу, — лукаво улыбнулась сыну, у которого после моих слов тотчас загорелись глаза, — на следующей неделе в среду?

— Да, — радостно закивал головёнкой Дарен, но уже через секунду, сделав серьёзную мордашку, сполз с кровати и важным голосом произнёс, — мне на тренировку пора.

— Иди, я сегодня прогуляю.

— Ты отдыхай, мам, — напоследок улыбнулся сын, прежде чем в сопровождении Глена покинул мои покои.

— Распорядись, чтобы в среду за нами следили пуще прежнего, и чтобы ни один родственничек не приблизился ко мне и к Дарену ближе, чем на два метра, — проговорила, поднимаясь с кровати, задумчиво протянув, — предполагаю, что Ленард усыпил меня не только из-за завода, наверняка есть другая причина.

— Пока всё тихо, Дель.

— Многие видели, как я упала?

— Да, из банка как раз выходили, и ресторан был полон.

— Газеты принесли?

— Да, ты думаешь, об этом написали? — с недоумением переспросил Кип, тут же добавив, — газеты в кабинете.

— Неси, — сказала, шаркающей походкой прошлёпав в ванную. Там я пробыла недолго, но этого оказалось достаточно, чтобы привести мысли в порядок и окончательно прийти в себя.

— Ты права, — сердито буркнул Кип, стоило мне только пройти в покои, — «Мадам Делия так и не оправилась. Её состояние резко ухудшилось, что подтверждают прибывший лекарь и констебли…»

— Ожидаемо, — зло хмыкнула, вытаскивая из шкафа свою одежду, — не придумал ничего нового, как объявить меня в больной и неспособной вести дела. Поехали, прокатимся по городу. Посмотрим, изменилось ли отношение мсье Кэри, заедем к Паркеру — мне есть что ему сказать, ну и пообедаем в ресторане, пусть все видят, что я отлично себя чувствую.

— Аманду пригласить на вечер?

— Да, пусть начинает. Пора обнародовать договора и сделки Сефтона.

— Многие будут недовольны его поступками.

— Я знаю, — предвкушающе хмыкнула, снова скрываясь в ванной, в этот раз с охапкой одежды.

Завтрак я проспала, до обеда было ещё рано, так что, быстро перекусив и выпив две кружки чая, попрощалась с сыном, оставив ему несколько занимательных задачек. Кип и я выехали из поместья.

— Что произошло в банке? Ты была задумчивой, — спросил секретарь спустя несколько минут молчания.

— Кэри удивил, предложил стать инвестором моего нового завода, — хмыкнула, заметив ошеломлённый взгляд секретаря, и решила добить мужчину, не одной же мне мучиться, — а ещё Николас Эдингтон и тот самый таинственный Крейг Брикман стали инвесторами проекта банного комплекса. Правда, Паркер ни словом не обмолвился о договорённости и о том, что бумаги уже подписаны.

— С чего такие изменения?

— Не знаю, странно всё это. Ну, допустим, Николас попросту развлекается… а вот что надо Крейгу? Надеюсь, он действительно всего лишь инвестировал и считает этот проект прибыльным, а не ведёт свою игру. Тебе удалось выяснить, кто он?

— Герцог из древнего рода, обедневшего рода, — уточнил мужчина, — но за десять лет Крейгу удалось не только разбогатеть, он выкупил все земли, поместья и прочее имущество, которое некогда принадлежало его семье. Сейчас Брикман — один из самых богатых людей Вирдании. Живёт в столице, часто беседует с его величеством за закрытыми дверями. А ещё удалось узнать, что этот Крейг всего раз был в Ранье… в тот день, когда ты выходила замуж, и больше его здесь не видели.

— Или приезжал тайно.

— Возможно.

— Всё очень странно… сколько ему лет?

— Тридцать два.

— Хм… он не может быть Альпином?

— Пока не знаю, Дель, — неопределённо пожал плечами Кип, задумчиво взглянув в окно, и выдержав небольшую паузу, продолжил, — он был в ресторане в тот день и, если я не ошибаюсь, проследовал за констеблями.

— Ну и кто же ты, Крейг Брикман? — едва слышно пробормотала, некоторое время невидяще взирала в окно, но так ничего стоящего и не надумав, вернулась к изучению бумаг.

Спустя тридцать минут моего бормотания Кип объявил, что мы въехали в Ранье. И тотчас городской шум, словно по мановению волшебной палочки, ворвался в нашу карету. Сбивая с мыслей, невольно заставляя прислушиваться к происходящему вокруг.

— Отлично, — отрешённо кивнула, усилием воли заставив себя вернуться к расчётам, но не прошло и минуты, как я сердито захлопнула папку и убрала бумаги в сумку.

— Банк Фестер.

Через пять минут я уже находилась у кабинета мсье Кэри. Правда, пришлось немного подождать, когда он освободится. И стоило невысокому, слегка полноватому мужчине выйти из святая святых этого здания, я быстро проскользнула в чуть приоткрытую дверь.

— Мсье Кэри, добрый день! — преувеличенно бодрым голосом поприветствовала мужчину, который с виду был немного озадачен, но не более.

— Мадам Делия… добрый день, — наконец проговорил управляющий и, взмахом руки показывая на кресло, предложил, — прошу вас. Как вы себя чувствуете?

— Ооо… чудесно! Неужели вы поверили опусу в газете? Это всё козни конкурентов, я прекрасно себя чувствую.

— Но как же, — растерянно протянул мужчина, чуть запнувшись, и проговорил, — вы упали у банка.

— Упала, — не стала отпираться, раз многие видели моё падение, и чуть подавшись к мужчине, едва слышно произнесла, — мсье Кэри, я надеюсь, это останется между нами.

— Конечно, мадам, — быстро-быстро закивал головой управляющий банка, которому не чужды были секреты и сплетни.

— Меня настигли женские недомогания. А ещё я решила, что набрала лишний вес и на протяжении двух дней ничего, кроме чая, не употребляла.

— Ох уж эти женщины, — со снисходительной улыбкой рассмеялся мужчина, с явным облегчением выдыхая, — моя супруга как только над собой не издевается, чтобы стать стройнее. К моему сожалению, и мне порой достаётся и приходится весь день жевать одну траву. Мадам Делия, вы прекрасно выглядите и, уверяю вас, вам не требуются все эти новомодные диеты.

— Благодарю, вы так обходительны, — ласково улыбнулась управляющему, доставая из сумочки документы, — но, как бы то ни было, пока мой лекарь меня откармливал и ругал за мою беспечность, я без дела не сидела и подготовила расчёт для строительства нового завода. Надеюсь, ваше предложение ещё в силе?

— Да, мадам Делия, — поспешил заверить меня мсье Кэри, вопросительно взглянув на бумаги.

— Пожалуйста, можно ознакомиться.

Спустя только два часа уставшая, но довольная, сжимая в руках подписанный договор, я покидала здание банка. Мсье Кэри оказался умным, дотошным и упрямым партнёром, но тем лучше. С его хваткой и желанием быстрее получить прибыль мы успеем начать производство раньше, чем я планировала. А после продолжительного спора и подписания договора, когда я перечислила партнёру, что можно изготавливать из пластика — от мелких пуговиц, посуды, коробок для хранения, ювелирных украшений, женских нейлоновых колготок до запчастей для автомобиля, защиты для телеграфного кабеля и прочих необходимых в любой сфере вещей — мсье Кэри решил сегодня же начать подбор зданий, находящихся в продаже. Так что, может быть, к тому времени, когда в банный комплекс потребуются горки, мы уже настроим производство.

— Судя по твоей улыбке, беседа прошла успешно, — отлепился от стены Кип, стоило мне только выйти из кабинета.

— Да, всё отлично, а теперь обедать, — скомандовала, почувствовав жуткий голод и лёгкое головокружение. Всё же после двухдневного сна надо было хоть немного прийти в себя, но чем дольше меня не видят в городе, тем больше будут бродить по Ранье ненужные мне слухи.

— Паркер только что зашёл в ресторан.

— Отлично, заодно обсудим его непартнёрский поступок, — зловещим голосом проговорила, широким шагом направляясь к выходу. Но у самой двери меня едва не сбил с ног вошедший в банк мсье Крейг.

— Мадам Делия, рад вас видеть, как ваше самочувствие? — рокочущим голосом проговорил человек-гора. Это был третий мужчина такого высокого роста, встретившийся мне в этом мире. Пока в списке великанов лидирует Барни… таинственный Скай и Брикман, кажется, были одинаковы ростом. Мелькнувшая мысль тотчас вынудила меня подозрительно сощурить глаза и уставиться на губы и подбородок мужчины.

— Кхм… мадам Делия, с вами всё в порядке?

— Да, всё отлично, — поспешила проговорить, осознавая, что веду себя очень странно, — я тоже рада вас видеть мсье Крейг. И была приятно удивлена, что вас заинтересовал наш проект.

— Ваш, мадам Делия, меня заинтересовал ваш проект, — поправил меня Крейг, продолжая смотреть на меня своим изучающим взглядом, — Мэтью рассказал, что идея всецело принадлежит вам. Мне понравился ваш подход и, если позволите, я бы хотел построить такой же комплекс в Грейтауне.

— Как я могу вам запретить, — проговорила, с трудом сдержав едва не вырвавшееся ругательство. Если Крейг собирается строить в столице мой аквапарк, я многое потеряю при открытии развлекательного комплекса здесь, в Ранье. Конечно, это было ожидаемо, но всё же я планировала хотя бы годик на этом хорошо подзаработать.

— После того, как мы запустим комплекс в Ранье, я был бы рад, если бы вы стали моим партнёром в Грейтауне и занялись консультацией и контролем нового проекта, — продолжил мужчина, будто бы подслушав мои мысли.

— Давайте сначала завершим этот проект, а после вернёмся к обсуждению нового, — проговорила, тщательно подбирая слова, не отводя взгляд от кривоватой ухмылки мужчины. Я ощущала некую тревогу, находясь рядом с ним.

— Хорошо, мадам Делия, — не стал настаивать Крейг, чем очень меня порадовал, но, видимо, посчитал недостаточно исчерпывающим свой ответ, добавив, — но я обязательно вернусь к вам с предложением.

— Буду ждать, — коротко бросила, обойдя так и не сдвинувшегося с места мужчину, и устремилась на улицу, на ходу попрощавшись, — до свидания, мсье Крейг.

Глава 36

Глава 36

— Делия, я не успел! Всё так быстро завертелось, они поторапливали меня, — оправдывался Паркер, виновато потупив взор, — ты же понимаешь, таким, как Брикман и Эдингтон, не отказывают.

— Понимаю, — едва слышно буркнула и, хотя мне это очень не нравилось, я была вынуждена с ним согласиться. А вот с чего такая спешка и настойчивость — мне было непонятно, и это больше всего нервировало.

— Я хотел к тебе выехать и всё рассказать, но пришлось решать срочные вопросы, а после узнал, что к тебе вернулась болезнь.

— Нет, я прекрасно себя чувствую, это всё происки Доуманов, — резче, чем следовало, ответила, тотчас радостно оскалилась, заметив приближение одного из членов ненавистного мне семейства к нашему столику, и пробормотала, — вот видите, не дают покоя даже здесь.

— Кхм… — поперхнулся Мэтью, невольно вздрогнув от моей предвкушающей улыбки, и опасливо покосился на буквально бегущего к нам, показушно встревоженного Фрэнка.

— Дель! Любимая, я только что узнал, что тебе снова стало плохо, — запричитал находящийся в паре метров от нас муженёк, да так искренне и громко, явно стараясь для заинтересовано поглядывающей в нашу сторону публики.

— Тебя неверно информировали, Фрэнк, я чудесно себя чувствую, — наверное, в тысячный раз повторила уже набившие оскомину слова, с ехидным смешком наблюдая за бесполезными попытками младшего Доумана обойти заступившего ему дорогу Кипа.

— Как ты смеешь! Пропусти сейчас же меня к жене! — всё же не выдержал муж, грозно взглянув на моего защитника, но секретаря таким взором не испугать. А кидаться на слугу при свидетелях Фрэнк посчитал ниже своего достоинства. И это правильно, нечего устраивать представление, достаточно и того, что любопытные зеваки и сейчас наблюдают. Поэтому, гордо вздёрнув подбородок вверх, мужчина произнёс:

— Дель, нам надо поговорить. Я беспокоюсь о тебе, о твоём здоровье, о нашем сыне. Хватит уже обижаться, я знаю, ты простила меня, те цветы…

— Какие цветы? — деланно удивилась, прервав патетические возгласы, неторопливо отпила из кружки глоток кофе, и, будто бы вспомнив, досадливо поморщилась и добавила, — ах, цветы! Я отдала их служанке, та, кажется, выручила неплохую сумму за них. Да, точно, девушки накупили себе наряды.

Говорить во всеуслышание о том, что приказ сбыть корзины с цветами отдала я и что на заработанное от продажи букетов улучшила быт слугам, было бы с моей стороны не дальновидно. Предстать крохобором при стольких свидетелях — глупо и невыгодно. Поэтому, бросив скучающий взгляд на мужа, продолжила:

— Они попросили передать тебе огромное спасибо за великодушие и… Фрэнк, я не изменю своего решения. Не тешь себя иллюзиями. С твоей семьёй я не хочу иметь ничего общего!

— Ты! Ты… — задохнулся от злости муженёк. Его лицо стало быстро покрываться красными пятнами, ноздри часто и широко раздувались, а губы нервно подёргивались.

— Прощай, — ровным, спокойным голосом произнесла, переводя свой взгляд на ошарашенного Мэтью. Мужчина, по-моему, был не рад стать свидетелем этой сцены и, дождавшись, когда Фрэнк, что-то сквозь зубы процедив, покинет ресторан, чуть подавшись ко мне, едва слышно сказал:

— Делия, вы только что при свидетелях оскорбили младшего Доумана.

— Угу, — кивнула, продолжая блаженно улыбаться и вести себя так, словно ничего не произошло.

— Делия, Сефтон вам этого не простит. Он так дорожит своей репутацией… столько времени прикрывал делишки своих сыновей, — вкрадчивым голосом зашептал Мэтью, с беспокойством меня оглядывая, — вы понимаете, что сделали?

— Да, не волнуйтесь. Я знаю, что делаю, — попыталась успокоить мужчину, но тот явно не впечатлился и вскоре покинул ресторан, обещая завтра прибыть ко мне в поместье, чтобы обсудить некоторые вопросы по строительству.

— Трусоват оказался этот Паркер, — хмыкнул Кип, усаживаясь рядом со мной, — но он прав, ты только что оскорбила одного из Доуманов. Но, если посмотришь на присутствующих в этом ресторане, заметишь обращённые в твою сторону сочувственные взгляды.

— Пусть смотрят, — равнодушно пожала плечами, продолжая потягивать уже давно остывший кофе, демонстрируя всем, как я себя замечательно чувствую, и, улыбаясь так, что аж сводило скулы, прошипела, — они разыграли все как по нотам. Сожгли мой завод, чтобы я не смогла выполнить обязательства по договорам. После скомпрометировали, отравив гадостью, и пустили слух, что ко мне якобы вернулась болезнь. И это показательное беспокойство Фрэнка… неужели семейка думает, что я снова попадусь на глупую уловку? Нет, и, конечно, они не ожидали от меня такого ответа и всё ещё находятся в слепой уверенности, что смогут меня запугать. А это значит, что теперь они со мной не будут столь мягки…

— Нападут?

— Возможно, — согласилась, поставив пустую кружку на стол, и произнесла, — уходим, здесь всё, что требовалось, я сделала.

Уже в карете, возвращаясь домой, устало поглядывая в окно, я задумчиво протянула:

— Убить не убьют, им я зачем-то нужна живой, а вот невменяемой сделать ещё попробуют. А я больше не хочу рисковать… Самый опасный, неуравновешенный и непредсказуемый из них Ленард, и он должен уйти первым.

— Для этого тебе нужен Скай?

— Да, — коротко ответила и, закрыв глаза, погрузилась в тягостные раздумья, но спустя пару минут, добавила, — надо найти этого Альпина. Судя по письмам, он беспокоился обо мне, а Сефтон ему лгал. Наверняка расписывал, как заботится обо мне, продолжая поить меня отравой. А ещё выяснить, что за разработки ведутся. В найденных документах отца и тех, что вынесли из фабрики Доумана, нет ни слова об этом. Необходимо нанять того, кто исследует принадлежащие мне земли, но так, чтобы никто не знал. Кип?

— Я слышал, думаю. Поспрашиваю, но сомневаюсь, что в Ранье есть рудознатцы. Придётся приглашать из Грантэма или Аванда, но слухи…

— Может тогда просто объехать территорию? Если речь идёт о раскопках, значит, они где-то уже начались.

— Нужны люди и время, твои земли обширны.

— Ты прав, — мысленно выругалась. Куда ни ткни, везде нужны люди, а это деньги. Видимость благополучия было всё сложнее создавать… — Чёрт! Вечер у Лаван! Я совсем забыла, он сегодня или завтра⁈

— Завтра. Ты не пропустила, — успокоил меня Кип, забавляясь моим взволнованным видом, — нашла из-за чего переживать.

— После произошедшего мне тем более необходимо появиться там, чтоб некоторых перекосило от злости и зависти!

— Кхм… — поперхнулся Кип, никак не прокомментировав моё горячее желание, так как мы уже подъехали к поместью. Возле которого стояла незнакомая мне карета, привратник у ворот отсутствовал, а калитка была настежь распахнута.

— Что за… — недоговорила, первой покидая карету, не слушая обеспокоенные крики Кипа за своей спиной, устремилась к дому, раз за разом повторяя, — пусть всё будет хорошо… пусть с Дареном будет всё в порядке.

— Дель! Стой! — резкий окрик секретаря, рывок — и меня буквально отбросили назад, — я сказал, первым зайду! Жди здесь!

— Кип…

— Жди! — рявкнул мужчина, быстро взбегая по ступеням, через мгновение скрываясь за дверью. Но надолго меня не хватило, и спустя минуту я тоже влетела в холл, с тревогой озираясь.

— Так и знал, — съехидничал секретарь, склонившись над распростёртым телом Барни. Рядом столпились всхлипывающий Дарен, мрачный Глен, растерянный Лудо. Причитающие Натиша и Нел перевязывали голову здоровяка. Аманда, тихонько ругаясь, подавала девушкам свёрнутые в рулон полоски чистой ткани. А незнакомый старик, замерший в сторонке, горестно вздыхал.

— Что случилось? — потребовала, с трудом сдержав порыв броситься к сыну, лишь ободряюще ему улыбнувшись, и вновь перевела свой взгляд на Барни, — он жив?

— Жив, но пока без сознания. Кто-то ударил его по голове… и как достал? — с недоумением пробормотал Кип, — Глен? Натиша?

— Мы не знаем, Кип, он был в домике… — заговорила девушка, продолжая перевязывать, раненого, — мадмуазель Аманда пару минут назад вбежала в дом. Сказала, что дверь открыта, а Барни без сознания.

— Аманда?

— Я приехала чуть раньше назначенного времени и решила поболтать с Барни, дверь была распахнута, а он… лежит у домика.

— Ясно, поместье осмотрели? Двор? Сад?

— Хлоя и Яник сейчас проверяют. Я остался с Дареном. На улице за домом присматривают, — отрапортовал Глен. На вид парень выглядел спокойным, но ходящие желваки на скулах выдавали его напряжение.

— Барни отнести в комнату Натиши, присмотришь за ним, пока не приедет лекарь. Глен, не отходить ни на секунду от Дарена. Нел, следишь за домом, я скоро, — оставил распоряжение Кип, широким, торопливым шагом направившись к выходу.

— Лудо, Глен, поднимайте! Девочки, поможем, — тут же скомандовала я, но окинув взглядом бессознательное тело привратника, спросила, — как вы его сюда принесли?

— Волоком, — всхлипнула Аманда, подхватывая Барни за ногу.

— Нет, так не пойдёт. Нужен плед, самый большой…

Только спустя сорок минут нам удалось донести так и не пришедшего в сознание Барни до комнаты Натиши и уложить его на кровать. Уставшие, мокрые, мы, едва передвигая ногами, прошли в холл, разместившись на принесённых из гостиной стульях, и принялись ждать возвращение Кипа.

— Это мог сделать только тот, кого знает Барни и кому он доверял, — задумчиво протянул Глен, через несколько минут тягостной тишины.

— Да, здоровяка Барни не так просто уложить, — поддержала Аманда, невидяще уставившись перед собой. Извозчика, что доставил девушку, мы давно отпустили, заперли калитку, а Хлоя и Яник отчитались, что посторонних в поместье нет.

— Надеюсь, те наблюдатели, что следят за домом, сообщат Кипу, кто предал Барни, — едва слышно проговорила, прижимая к себе молчаливого сынишку. Подросший Роско устроился у наших ног, грозно оглядывая каждого присутствующего.

Кип вернулся спустя полтора часа в сопровождении знакомого лекаря, который, осмотрев Барни, порадовал нас добрыми вестями. Наш великан будет жить, но придётся недельку провести в постели. Голова у здоровяка была крепкая, так что уже завтра утром он должен очнуться. Проводив старика, Кип объявил, что можно расходиться, опасности нет и что ворота охраняет некий Роберт, взглядом показав мне и Аманде в сторону лестницы.

— Дарен, идём, мы с тобой пропустили занятие по чистописанию, — тут же проговорил Глен, взяв разыгравшегося Роско за ошейник, — и щенка пора выгулять.

— Мам?

— Иди, Дарен, я скоро закончу и присоединюсь к вам, — успокаивающе улыбнулась ребёнку и, обняв сына, прошептала, — всё будет хорошо. Барни жив и здоров, а того, кто подло на него напал, мы накажем.

— Барни хороший, — уверенно заявил мальчик, натянуто улыбнувшись, и направился к гувернёру. Проследив за поднимающимися на второй этаж сыном, щенком и Гленом, пока те не скрылись на лестничной площадке, я, кивнув в сторону коридора, в котором находился кабинет для переговоров, произнесла:

— Там будет удобней.

— Это сделал свой, — заговорил Кип сразу, как только плотно закрыл за собой дверь, — его поймали и отвезли к Скаю. За домом остались присматривать двое, поэтому не успели предупредить меня… Скай не прощает предательства, и мы скоро узнаем, кто его перекупил, но по дороге он не произнёс ни слова.

— Зачем ему нападать на Барни?

— Возможно, лишить тебя охраны? — с усмешкой предположил Кип, по-хозяйски пройдя к секретеру и, достав из него бутылку, налил себе полный бокал, — вот только тот, кто нанял Лонни, не знал, что кроме Барни здесь находятся несколько охранников. Думаю, они ждали сигнал, но парни успели перехватить предателя, или Аманда своим появлением помешала. Но к дому больше никто не приезжал и не подходил.

— Хорошо. Надоело всё время озираться и вздрагивать от собственной тени, — с облегчением выдохнула, пальцами сдавив болезненно пульсирующие виски, и с горькой усмешкой произнесла, — мы все знаем, кто заказчик, и пора ударить сильней.

— У меня всё готово, — предвкушающе улыбнулась Аманда, выкладывая на стол статьи и приложенные к ним копии договоров, расписок и прочих бумаг, подтверждающих нечистые делишки Сефтона.

— Отлично, — довольно протянула, прочитав первую статью, — завтра будет весело.

Глава 37

Глава 37

— Ты! Ты как всегда! — сердито воскликнула Аманда, согласившаяся остаться на эту ночь в поместье. И вот теперь, за поздним ужином я, Дарен и Глен больше часа наблюдаем, как спорят удивительно спокойный Кип и рассерженная девушка, — твоё слово должно быть последним! Ты прав, остальные — нет!

— Ошибаешься, — усмехнулся мужчина и, кивком показав на Дарена, ехидным голосом добавил, — молодой мсье часто поправляет меня, умный мальчик.

— Кхм… — не нашлась что ответить Аманда, яростно растерзав мясо на мелкие кусочки. Подняла убийственный взгляд на секретаря, медленно положила небольшой ломтик в рот и тщательно его разжевала. Делая это с таким видом, будто представляла на месте прожаренного бифштекса Кипа.

— Всем спасибо за компанию, но нам пора, — поднялась я из-за стола, взглядом указав сыну на выход, и уже через несколько минут мы споро поднимались по лестнице.

— Мам, Кип же хороший?

— Да.

— И Аманда хорошая, а ещё красивая.

— Я тоже так думаю, — согласилась с ребёнком, не понимая, к чему он ведёт.

— Тогда почему они ругаются?

— Потому что нравятся друг другу, но смелости не хватает признаться в этом самим себе, — проговорила, лукаво подмигнула изумлённому сыну и услышала за спиной весёлое хмыканье Глена.

— Это странно, — подытожил Дарен, открывая дверь своей комнаты.

— Согласна, но взрослые порой бывают такими упрямыми, — с улыбкой проговорила, пройдя в детскую, тут же подхватила радостно взвизгнувшего мальчишку на руки и закружила его по комнате.

Наше веселье, конечно же, поддержал Роско. Оглушительно лая, он бегал вокруг нас и едва не сбил с ног зашедшего следом за нами Глена.

— Мама, а ты не испугалась, когда на Барни напали? — вдруг спросил сын, резко став серьёзным.

— Испугалась, — ответила, присаживаясь в кресло, так и не отпустив из объятий сына, — не боятся только глупцы. Главное — не поддаваться страху… со временем ты станешь сильней, Дарен.

— Ты смелая, — гордо постановил сын, неловко погладив Роско между ушами, старательно скрывая своё смущение.

Больше часа мы проговорили о важных для сына вещах. Щенок давно посапывал на своей подстилке у кровати. Глен, устроившись на диване, тоже пребывал в полудрёме. И только я и Дарен, усевшись на мягкую шкуру у пылающего камина, тихонько болтали, пока сон всё же не сморил ребёнка.

— Мадам, позвольте, я отнесу Дарена на кровать, — произнёс гувернёр, неслышно к нам приблизившись.

— Спасибо… и, Глен, ты хороший друг и самый лучший учитель. Дарен изменился, стал открытым и больше не вздрагивает от громких звуков.

— Нет, мадам, это всё вы, — с улыбкой возразил парень, — чтобы он не делал, он всё время повторяет: «Так бы сделала мама».

— Приятных снов, Глен, — благодарно улыбнулась гувернёру, прежде чем покинуть детскую. И только в коридоре с шумом втянула в себя воздух, чтобы успокоиться и не разрыдаться от переполнявших меня эмоций…

— Госпожа, покои для мадемуазель Аманды готовы, — отчитался Лудо, застав меня в кабинете, куда я планировала зайти всего на пару минут, но, судя по стрелкам на часах, провела здесь больше часа.

— Хорошо, а где гостья?

— Там же, в столовой, — хмыкнул Лудо, отчего-то довольно улыбаясь, — продолжают спорить с мсье Джонсоном.

— Всё так же ругаются?

— Нет, мадам, стали тише.

— Отлично… иди отдыхать. Уверена, они сами найдут дорогу в свои комнаты, — отпустила старика, быстро собирая разбросанные по столу бумаги.

— Добрых снов, госпожа.

— Добрых снов, Лудо, — пожелала в ответ, с тихим стоном поднялась с кресла и проследовала за дворецким. Сегодня был трудный и невообразимо длинный день, и мне тоже пора отдохнуть.

В комнате было тепло, в камине шипели и потрескивали поленья. Лампа на столе окутала покои тёплым светом. А на улице было промозгло и шёл дождь. В такие моменты редкого спокойствия и тишины я любила сидеть у пылающего огня, слушать стук капель, с брызгами разбивающихся о крышу, и наблюдать за волшебным танцем пламени.

Завернувшись в длинный халат, я забралась с ногами в кресло и, устало щурясь, старалась отрешиться от всего. Ни о чём не думать, просто насладиться редкими минутами покоя.

Не знаю, сколько времени я так просидела у огня, но усталость брала своё. И вскоре, кутаясь в тяжёлое одеяло, я ёрзала на кровати в поисках удобного места, но стоило только прикрыть глаза, как я мгновенно уснула.

Пробуждение было резким. Проливной дождь хлестал без перерыва и потоками низвергался с черепичной крыши. Камин давно погас, и лишь крохотные, подёрнутые сединой угольки изредка перемигивались друг с другом. Лампа больше не освещала покои, тяжёлые шторы были плотно задёрнуты, и в комнате не было видно ни зги. Но неясное ощущение чьего-то присутствия и сжавшееся в тревожном предчувствии сердце заставили меня инстинктивно замереть и прислушаться к посторонним звукам…

Дыхание… оно слышалось совсем рядом. Казалось, я даже ощущала тёплое дуновение у своего лица. И первым моим побуждением было выбежать из комнаты и позвать на помощь, но собственноручно запертая дверь и длинный подол ночной рубахи умерили мой пыл. Я продолжала притворяться спящей, а мои мысли тем временем, будто пчёлы в разворошённом улье, метались в голове в поисках способа защиты. Я что есть сил пристально всматривалась в темноту сквозь чуть приоткрытые веки, пытаясь разглядеть незваного гостя. И наконец моё упорство было вознаграждено: тёмный силуэт неясным пятном маячил в сумраке комнаты. Он не двигался и будто бы что-то выжидал, я тоже замерла и не дышала.

Но вдруг тёмная тень бесшумно шагнула к окну. Я, рывком сев, схватила кувшин, стоящий на тумбочке у изголовья кровати, с силой швырнула его в чёрное пятно, одновременно с этим слетая с постели, и устремилась к двери.

— Меткий бросок, — остановил меня уже у самого выхода знакомый голос в тот момент, когда я пыталась сдвинуть щеколду и открыть дверь. Наверное, поэтому узнавание пришло не сразу, но осознав, кто был пугающим гостем в моём поместье, я грозной фурией развернулась в сторону заговорившего.

— Какого чёрта⁈ Скай! — рыкнула, разъярённой тигрицей рванув назад, желая зарядить в застывшую у окна тень ещё чем-нибудь тяжёлым.

— Ты хотела поговорить со мной. А так как ты отказалась выходить ночью из своего поместья, я сам к тебе пришёл, — нахально заявил мужчина, чуть одёрнув штору, тем самым запуская в покои серебряный свет луны, с боем пробившейся сквозь чёрные тучи.

— Как ты вошёл?

— Окно. Ты оставила его открытым, очень беспечно с твоей стороны, — равнодушно проговорил мужчина, неспешно прошёлся по комнате, продолжая оставаться в тени, откинул полу плаща и плавно приземлился в моё любимое кресло.

— Второй этаж, — хмуро буркнула, всё ещё горя желанием запустить в мужчину что-нибудь тяжёлое, настороженно поглядывая на гостя, прошла к кровати и, только закутавшись в халат, почувствовала себя уверенней.

— Всего? — хмыкнул Скай, поставив на чайный столик целёхонький кувшин вазу, — у тебя получился отличный бросок, будь это нож… сейчас бы я истекал кровью.

— Кхм… советуешь рядом с постелью класть нож?

— Да, — коротко бросил мужчина, нисколько не удивляя меня своим ответом и тут же спросив, — о чём ты хотела со мной поговорить?

— Я… Скай, тот человек, что напал на Барни? Что он сказал? — не смогла произнести то, для чего приглашала этого мужчину.

— Это не Доуманы, если тебя интересует этот вопрос.

— Нет⁈ — удивлённо воскликнула, чуть подавшись к сидящему напротив меня гостю. Ночное небо немного разъяснилось, и серебристый свет озарил часть лица мужчины. Но разглядеть таинственного незнакомца мне и в этот раз не удалось. Скай чуть сдвинулся, вновь прячась в тени, и я уверена, едва слышный смешок мне не показался.

— Нет, — произнёс мужчина и после небольшой паузы продолжил, — на тебя поступил заказ. Ты умудрилась перейти дорогу Невилу Милтону.

— Кто это? — с недоумением переспросила, невольно поёжившись от сквозняка, потянувшего из чуть приоткрытого окна.

— Невил Милтон, собственник кирпичного завода, расположенного в соседнем городке Аванд, и Ирвин Ходжез собирались подписать договор о поставке кирпичей. Но Кэри Раймонд, управляющий банка, настоятельно рекомендовал Ирвину заключить сделку с тобой, — пояснил Скай, неожиданно резко поднимаясь. Через секунду он был у окна, плотно его закрывая.

— Но… я не знала, да и в конце концов, разве это повод? Убить человека из-за несостоявшейся сделки⁈

— Это был его единственный шанс продержаться на плаву, — неопределённо пожал плечами мужчина, вновь возвращаясь в кресло.

— Мне жаль, но если он надеялся этой сделкой поправить дела кирпичного завода, то он глубоко заблуждается.

— У каждого свои недостатки, — меланхолично проговорил Скай, надолго замолкая. Я тоже безмолвствовала, подбирая и выстраивая фразы, не зная с чего начать. А осознание, что мужчина, скрывающийся в сумраке комнаты, смотрит на меня, жутко нервировало и сбивало с толку. Но, наконец собравшись с духом, бросив пристальный взгляд на неподвижную тень, проговорила:

— Тот, кто забрал письма из дома Сефтона… он сможет напоить Ленарда микстурой? Той, что поили меня?

— Допустим, а что дальше?

— Я приду навестить свекровь, они давно приглашали, и, конечно же, навещу болезного, — едва слышно пробормотала, ощущая себя словно на допросе.

— И?

— И придушу подушкой! — слова вырвались с хрипом. Вскочив с кровати, я заметалась по комнате раненым зверем, — я хочу видеть, как он умирает! Хочу быть уверенной, что он мёртв! Да, я хотела сделать его калекой, чтобы он мучился. Мучился как я! Чтобы он испытывал то же самое, что и… Но тогда будут страдать и близкие ему люди! Жена, дети, мать…

— Поверь, ты не захочешь, закрывая глаза, видеть его обречённый взгляд, — вполголоса, будто размышляя протянул Скай и, чуть помедлив, добавил, — не лезь в это, Дель.

— Я не могу… я должна, понимаешь?

— Прости, ничем не могу помочь, Ленард прошлой ночью пропал.

— Как? Куда⁈

— Не знаю, но обязательно выясню, — усмехнулся Скай, но что-то в его голосе, подсказывало мне, что пропажа Доумана — это его рук дело.

— Скай…

— До скорой встречи, Дель, — проговорил мужчина, поставив жирную точку в нашей странной беседе, рывком поднимаясь с кресла, — закрой окно.

— Непременно, — недовольно проворчала, отправившись следом за мужчиной, и с затаённым страхом и невесть откуда взявшимся беспокойством наблюдала, как большая тень, ловко спрыгивая с одного карниза на другой, вскоре сливается с чёрными пятнами деревьев в осеннем саду.

Давно не было артов)

Аманда Хоккинс

Глава 38

Глава 38

— Ты серьёзно собиралась Ленарда придушить подушкой? — снисходительно улыбаясь, спросил Кип, стоило нам отъехать от поместья.

Бросив на секретаря уничижительный взгляд, я некоторое время раздумывала, как ему ответить и куда послать.

После беседы с ночным гостем я так и не смогла уснуть и, проворочавшись в постели, наверное, больше часа, смирившись с бессмысленными попытками, отправилась в кабинет и довольно продуктивно там поработала. Около пяти часов утра проводила Аманду в город и, похозяйничав на кухне, приготовила себе незатейливый завтрак. А уже в семь утра у подножия лестницы встречала сонного Кипа. В связи с этим настроение у меня было так себе.

— Уже успел рассказать? — хмыкнула, в очередной раз убедившись, что мужчины ещё большие сплетники, чем женщины.

— Так что? — не ответил на мой вопрос секретарь, щурясь от вдруг соизволивших посетить долину дождей лучиков солнца.

— Нет, конечно! — фыркнула, удивляясь такой наивности, — просто сорвалась! Скай вёл себя слишком надменно и нахально! Забраться ночью в покои⁈ Да я чуть не умерла от страха!

— Это я виноват, обычно в это время ты ещё не спишь, — проговорил мужчина, покаянно улыбнувшись.

— А темнота в окнах ему ничего не сказала? — упрямо произнесла, откидываясь на спинку сиденья и, чуть помедлив, продолжила, — я хотела, пока Ленард находился бы в невменяемом состоянии, напоить его концентратом… запас у меня есть. Тот лекарь подробно описал свойства симбиоза двух микстур. Только через три дня после моего посещения Доуман покинул бы этот мир. Я желала лично сказать ему об этом и посмотреть в глаза этой… но, как сообщил Скай — Ленард пропал.

— Сефтон не пропустил бы тебя к нему.

— Сефтону к этому времени было бы не до меня и не до сына, — с горькой усмешкой бросила, доставая пачку бумаг, дав понять секретарю, что больше не желаю обсуждать то, что уже не исполнится, и погрузилась в нерадостные думы.

Неприятно признаваться самой себе, что все твои грандиозные планы возмездия на самом деле лишь бравада. И как бы сильно я ни ненавидела Ленарда, желая ему прочувствовать на себе то, что он сделал с Дель, я осознавала, что намеренно никогда не смогу убить человека собственными руками. Как и отдать приказ это сделать, потому что для меня это равнозначные поступки. Наверное, поэтому я оттягивала встречу со Скаем, не знаю на что я надеялась. Ленард не изменится, он лишь ещё больше разозлится. Словно хищник, он будет играть со мной, пока не получит то, что желает. И оставлять его в живых подобно смерти. Жить до конца дней с оглядкой? В страхе за себя и за сына? Как бы то ни было, я искренне благодарна Скаю… осталось собраться с духом и поблагодарить его за это, позже… когда-нибудь.

Остаток пути мы проделали в молчании. Время от времени бросая косые взгляды на мужчину, который занялся разглядыванием проплывающего мимо нас унылого пейзажа, я делала наброски небольшой фабрики по изготовлению глиняной посуды. Да, это не фарфор, и покупать его знать, наверное, не будет, но и на этом можно неплохо заработать: посуда, к сожалению, или к счастью — бьётся. И глины у меня достаточно. Гейб сказал, что в северной части долины она идеально подходит для лепки. А если на тарелках и кружках сделать растительный орнамент и покрыть глазурью, первое время она не будет залёживаться на полках.

— Новый проект? — поинтересовался Кип, поглядывая на мои каракули.

— Да, но это так, планы на будущее, — неопределённо пожала плечами, пряча исписанную тетрадь в сумку, — ломаю голову, что изготавливать из глины и на чём можно заработать.

— Хм… посуда? Не думаю, что она принесёт хороший куш.

— Посмотрим, — ухмыльнулась, взглянув в окно, и заметила, что мы уже едем по городу, — время до назначенной встречи ещё есть, давай заедем в ресторан, но прежде надо купить газеты.

— Как скажешь.

— Кип, ты же поставил ребят присматривать за Амандой? После такого за Хоккинсом начнут охоту… зацепив Сефтона, мы невольно задели и остальных его подельников.

— Да, за ней следят, — неохотно проговорил мужчина, тяжело вздохнув, и добавил, — именно по этой причине вчера она меня называла разными словами.

— Прости, за криком и язвительными фразами, которыми вы одаривали друг друга, я пропустила эту важную деталь, — с улыбкой произнесла, едва не рассмеявшись в голос от мгновенно подскочившего Кипа, — ладно, это ваши отношения и вам решать какими им быть.

— Дель!

— Оу, прибыли, — не отреагировала на возмущённый вопль секретаря и, выглянув в окно, отметила, — сегодня в ресторане полно посетителей. Надеюсь, для нас найдётся свободное местечко.

Но прежде, чем зайти в полюбившийся мне ресторан, Кип купил у пробегающего мимо скобяной лавки мальца газету. Сегодня местную прессу, в которой публикуется Хоккинс, разобрали молниеносно, и нам повезло забрать последнюю.

— Редактор должен выплатить Хоккинсу премию, — вполголоса проговорила, переступая порог небольшого, но очень уютного заведения.

К сожалению, мой столик был занят, уединённые альковы — тоже, и нам пришлось довольствоваться местом у выхода, но радует, что этот уголок был скрыт огромным раскидистым цветком и с ходу нас не просто заметить.

— Мадам Рейн, кофе?

— Нолл, нам как обычно, — улыбнулась официанту, который всегда старался, завидев наше появление, первым успеть к нам подойти. Это и понятно, я оставляла хорошие чаевые, которые пока не слишком прижились в этом мире, хотя это очень выгодно. Вот и сейчас парень чуть подался к нам, явно собираясь что-то сообщить.

— Мадам, позвольте сказать, — чуть слышно проговорил официант, покосившись на проходящих в зал новых посетителей, и ещё больше понизив голос, продолжил, — здесь мсье Фрэнк Доуман с дамой.

— Хм… спасибо, Нолл, дама?

— Певичка из соседнего трактира, — с презрительной усмешкой ответил парень, едва заметным кивком указав на альков.

— Спасибо, — ещё раз поблагодарила официанта. Раскрыв меню, хотя мне совершенно не хотелось есть, я заслонилась широким картоном и принялась изучать присутствующих гостей.

— «Каждый договор и сделка подтверждены оригинальной подписью мсье Доумана. Желающие могут запросить копию документов. В нашей газете только подтверждённые факты». — прочитал вслух часть статьи секретарь и, что-то сам себе под нос пробурчав, уточнил — я так понимаю, здесь ещё не все перечислены? Мсье Оливер, Шортер, Смит… эти не простят.

— Угу, завтра новый список и новые факты обмана, — задумчиво протянула, заметив несколько знакомых лиц, — сегодня довольно оживлённо и у всех газеты, интересно было бы послушать, о чём они говорят.

— Разрешите? — сейчас же откликнулся Нолл, поставив передо мной кружку с кофе, — мсье Юманс и мсье Райдер отправились в здание газеты за копией документов и, кажется, собираются подать в суд на мсье Доумана. Мсье Дикер заявил, что убьёт крысу… хм, простите, мадам. Те дамы за пятым столиком говорят, что мсье Сефтон сегодня срочно отбыл в столицу. А два господина обсуждают, что выпутаться из такого мсье Доуману уже не удастся. Та пожилая пара уверяет молоденькую девушку, что на мсье Сефтона наговорили.

— А мсье Фрэнк?

— Он уже дважды накричал на свою спутницу и, кажется, скоро покинет ресторан, — шёпотом ответил Нолл и, заговорщицки улыбнувшись, добавил, — к нему часто подходят посетители и требуют объяснить статью.

Кратко пересказывая беседы за соседними столиками, Нолл тем временем ловко расставил перед нами кружки и тарелки с нашим заказом и быстро ретировался.

— Хм… главная новость дня, — хмыкнул Кип, глядя куда-то за мою спину, — Фрэнк не выдержал всеобщего внимания и сбегает.

— Надеюсь, он нас не заметит, — пробормотала, делая глоток ароматного и обжигающего напитка.

— Прошёл мимо.

— Отлично, можно спокойно выпить кофе, — с явным облегчением выдохнула, не желая устраивать очередное представление.

— Не уверен, что тебе это удастся, — тут же проговорил Кип, вновь глядя на кого-то за моей спиной, — Невил Милтон идёт сюда. Мелкий делец, единственный доход имел с кирпичного завода, небольшое поместье в Аванде. Жена из обедневших дворян, трое дочерей от пятнадцати до десяти лет. Кажется, супруга снова в положении.

— Что ему нужно? Решил сам всё сделать, раз другие не справились? — пробормотала, выслушав быстрый доклад о заказчике.

Ответить на философский вопрос Кип не успел. Через секунду свет лампы заслонила массивная фигура, раздалось тихое покашливание, хрип, и низким голосом произнесли:

— Мадам Делия, разрешите представиться…

— Невил Милтон, — обернулась к говорившему, взглянув прямо в глаза мгновенно растерявшегося мужчины, и с усмешкой поинтересовалась, — что вас привело ко мне?

— Эээ… хотел обсудить один вопрос, если позволите.

— С этого и надо было начинать, — проговорила и, многозначительно посмотрев на побледневшего мужчину, потребовала, — что изменилось бы у вас, Невил?

— Мадам Делия, я не понимаю, о чём вы? — потрясённо выдохнул горе-заказчик, испуганно отпрянув от меня.

— Да? Тогда нам нечего обсуждать, — отрезала, отворачиваясь от Милтона, зная, что Кип успеет перехватить мужчину, если тому вдруг вздумается на меня напасть.

— Мою семью выселят из дома до конца следующего месяца, если я не выплачу ренту, нам некуда больше податься… эта сделка была важна для меня, — сквозь зубы процедил Невил и, резко развернувшись, устремился к выходу.

— И нам, пожалуй, пора, — проговорила, поднимаясь из-за стола, оплатила заказ, к которому мы почти не притронулись и, оставив чаевые, широким шагом направилась следом за Милтоном.

Этой бесконечной и бессонной ночью я много размышляла о необдуманном и глупом поступке Невила, и вывод был очевидным. Он просто уже не видел иного пути, а значит, что-то гнетёт его и не даёт трезво мыслить. И сейчас, получив подтверждение своим догадкам, услышав его горестную речь, я приняла единственно правильное решение.

— Что ты задумала? — спросил Кип, не отставая от меня ни на шаг.

— Объединиться, — коротко ответила, беглым взглядом окинув улицу, с трудом среди толпы найдя мужчину, и громко окликнула его, — мсье Невил, вы хотели обсудить один вопрос!

— Мадам⁈ — ошеломлённо отреагировал Милтон, неверующе уставившись на меня, и не мешкая тотчас поспешил в мою сторону.

— Идёмте, мсье Невил. Я думаю, вам понравится моё предложение.

Улочки Ранье

Глава 39

Глава 39

— Мсье Невил, я всё знаю… из-за вашего необдуманного поступка пострадал мой человек, — заговорила, стоило нам только разместиться в карете, — своим решением вы ничего бы не изменили — не я, так кто-то другой перехватил бы ваш заказ.

— Кхм… мадам Делия, — запнулся мужчина, опасливо озираясь, стоило экипажу покатиться по мостовой, — я не понимаю, о чём вы…

— Мсье Милтон, не упорствуйте, я везу вас не вершить возмездие и постараюсь забыть ваше намерение, — усмехнулась, откидываясь на спинку сиденья, и выдержав небольшую паузу, чтобы мужчину наверняка проняло, проговорила, — рынок насытился, простой кирпич уже не нужен, а заводы упорно его изготавливают. Эта сделка с мсье Ходжезом лишь продлила агонию вашего предприятия.

— Мадам Делия, но вы тоже изготавливаете кирпич?

— Да, но перестраиваю свое производство под новый товар. Сейчас у меня два проекта, будет третий, и мне понадобится много кирпичей. На моём заводе сейчас ускоренно проводят ремонт оборудования, и мы пока не можем производить столько кирпичей, сколько потребовалось заказчикам. В связи с этим у меня к вам предложение. Я покупаю у вас кирпич, весь, что у вас есть в наличии, и мы подписываем с вами соглашение, где вы обязуетесь в течение двух месяцев изготовить ещё товар, необходимое количество мы с вами обсудим позже. Таким образом вы решите свои вопросы с домом и закладными, а я выполню заказ.

— Продав Ходжезу кирпич напрямую, я получил бы больше, — заметил Невил, бросив в мою сторону хмурый взгляд.

— Верно, но скажите, мсье Милтон, если я не ошибаюсь, за последний год это первая договорённость о поставке вашей продукции? И как я ранее сказала, выполнив заказ для мсье Ирвина, у вас ничего бы не изменилось. Я же вам предлагаю взаимовыгодное и долгосрочное сотрудничество. Уверяю вас, заключая со мной договор, вы не прогадаете: скоро для новых проектов потребуется много кирпичей, и мне нужны верные, повторюсь, верные партнёры. Которые будут выполнять только мои заказы, либо предварительно обсуждать поступившие предложения с моими сотрудниками или со мной лично.

— Я слышал… благодаря вашей протекции мсье Эдингтон и мсье Брикман стали инвесторами строительства банного комплекса, — задумчиво протянул Невил, пытливо всматриваясь в меня.

— Да, и сейчас я направляюсь на встречу к мсье Паркеру. Так что, если вы не мешкая подпишете договор, то первая партия вашей готовой продукции уже на этой неделе будет отправлена на объект. Необходимую сумму за товар я переведу в банк на ваш счёт сегодня же.

— Где подписать?

— Одну минуту, — с трудом сдерживая улыбку, проговорила, доставая из сумки пачку бумаг. На случай вот таких срочных вопросов у меня был приготовлен типовой договор, в котором необходимо указать лишь стороны, условия и суммы.

И что примечательно, здесь, в Вирдании, договора подписанного обеими заинтересованными сторонами было достаточно. Его не всегда требовалось заверять в ратуше или банке. Такой договор имел равнозначную юридическую силу, и это облегчало процесс согласования.

— Этой суммы немного не хватает, чтобы погасить закладную, — вполголоса, будто размышляя, промолвил Невил, внимательно читая договор.

— Если вы оплатите большую часть задолженности, полагаю, что банк Фестер пойдёт вам на уступки и согласует рассрочку платежей.

— Да… да, так и сделаю, — пробормотал мужчина, пребывая в растерянности. Тем не менее он твёрдой рукой поставил размашистую подпись на обоих экземплярах договоров.

— Это ваш, — произнесла, вручив один из документов, второй спрятала в свою сумку, — после встречи с мсье Паркером я отправлюсь в банк. В течение двух-трёх часов указанная сумма будет на ваших счетах.

— Кирпичи я отправлю сразу, как увижу деньги.

— Конечно, — снисходительно улыбнулась, взглядом приказав Кипу остановить карету, — надеюсь, мсье Невил, вы доберётесь до ресторана самостоятельно, мы очень спешим.

— Да… до свидания, мадам Делия, — суетливо проговорил мужчина, торопливо выбираясь на улицу, и, коротко кивнув, устремился в сторону двухэтажного здания, где над дверьми висела яркая вывеска «Жареная рыба. Холодный эль. Кабинеты».

— Хм… встреча будет здесь?

— Да, мы прибыли по указанному адресу.

— Кип, мне нужен офис в Ранье.

— Офис? — с недоумением переспросил секретарь и, придерживая меня за руку, помог выбраться из уже повидавшей жизнь кареты.

— Кабинет или маленькое здание в приличном районе. Я полагаю, скоро встреч станет больше, в поместье я не хочу никого звать. На заводе неудобно, так как удалённо от города, да и от здания практически ничего не осталось.

— Здесь отличные кабинеты, — заметил помощник, кивнув в сторону того самого здания, от вида которого меня едва не передёрнуло от омерзения.

— Вывеска уж очень примечательная, да и место… — недоговорила, беглым взглядом осмотрев кучи мусора, облезшие стены, покосившиеся ставни и двери. Да ещё и парочка девиц, выпячивая напоказ все свои прелести, явно подтверждали то, что этот район пользуется дурной славой.

— Поищем тебе другое здание, только в центре обычно не сдают.

— Пусть не в самом центре, главное, чтобы вот этого всего не было, — уточнила, брезгливо переступая грязную лужу, и проворчала, — о чём думал Мэтью, приглашая меня сюда.

— Обычно в этом доме часто проводят встречи, — проговорил Кип, по пятам следуя за мной.

Тёмное, мрачное помещение зала, где нас встретил суровый, широкоплечий и лысый мужчина, не добавило моему настроению ярких красок. А скрипучие ступени, ведущие на второй этаж, и запах кислой капусты, жареной рыбы и терпкого аромата духов едва ли приводили в благодушное состояние. А стены узкого коридора, обитые красной тканью, и редкие лампы, которые давали мало света, создавая интимную обстановку, лишь увеличивали степень моего раздражения.

Консьерж, или вышибала этого заведения, молчаливо проводил нас до самой крайней двери, так же молча, без стука её распахнул, пренебрежительно кивнув в комнату, буркнул:

— Вас ждут.

— Благодарю, — хмыкнула, «восхищаясь» любезностью и услужливостью местного персонала, и прошла следом за Кипом, который первым, для моей безопасности, вошёл в кабинет.

— Мадам Делия! — неожиданно громко раздался радостный голос Николаса, стоило мне только переступить порог. Его, как и мсье Крейга, я здесь увидеть не предполагала. Да, они собираются инвестировать в комплекс свои капиталы, но не планировали же они теперь присутствовать на каждой встрече.

— Делия, прошу вас, — тут же пригласил меня Мэтью, решив сразу показать присутствующим спонсорам наши доверительные отношения, — вот здесь вам будет удобно.

— Спасибо, — коротко кивнула, окинув нечитаемым взглядом Эдингтона и Брикмана, которые сидели по одну сторону стола, по другую расположился Паркер, мне же выделили место во главе.

— Добрый день, мадам, рад вас видеть, — поприветствовал меня Крейг, мягко улыбнувшись, — позвольте, я распоряжусь подать вам кофе.

— Нет, спасибо, предлагаю приступить сразу к обсуждению вопросов, — отказалась, буравя убийственным взглядом Паркера, который снова не предупредил меня о том, что на встрече мы будем не одни.

— Хм… мне нравится ваш деловой подход, мадам Делия, — довольно протянул Николас, тут же разворачивая ко мне лист бумаги, и ткнув на чертёж, проговорил, — вот здесь необходимо установить столы, а горки сдвинуть.

— Нет, проект не обсуждается, — отрезала, прямо взглянув на одного, следом на другого спонсора, и чеканя каждое слово, произнесла, — он уже согласован мной и Мэтью. Вы, прежде чем подписать договор, полагаю, с ним ознакомились и видели чертежи. А значит, вас всё устраивало, так?

— Да, — коротко ответил Эдингтон, хитро сощурив глаза.

— Тогда, я считаю, вопрос об изменении планировки здания исчерпан?

— Делия, я… условился, — промямлил Мэтью, подав мне подписанный листок с изменениями.

— Согласно нашему договору, у меня тридцать процентов, и я против изменений. Мало того, необоснованные требования нарушают общий концепт банного комплекса.

— Мы всего лишь сдвинем, чтобы дети не мешали криками отдыхать гостям, — упрямо настоял на своём Николас.

— Это развлекательный комплекс для всей семьи. Тем, кому мешает детский смех, я рекомендую посещать другие заведения, например, это.

— Делия…

— Мэтью, вы сказали, что доверяете мне и что согласны на мой проект. А также подтвердили, что не будете вносить изменения без моего согласия! Не вынуждайте меня пожалеть о нашей договорённости, — тщательно подбирая слова, произнесла, пристально посмотрев на стушевавшегося мужчину, но эта неловкость длилась недолго. Паркер вдруг встрепенулся, вздёрнув голову вверх, и уверенно заговорил:

— Делия, женщинам стоит прислушаться к советам мужчины, всё же опыта в ведении дел у нас намного больше.

— Мсье Николас, мсье Крейг, я готова продать вам свои тридцать процентов этого комплекса, — не отвечая на явное пренебрежение, ровным голосом изрекла, краем глаза заметив потрясённое лицо Паркера.

— Кхм… я думаю, мы придём к соглашению, — растерянно произнёс Эдингтон, не ожидая от меня такого шага. И только Крейг Брикман с едва заметной улыбкой молчаливо наблюдал за нашей беседой и пока никак в ней не участвовал.

— Но… мадам Делия…

— Мсье Паркер, с человеком, который не выполняет ранее достигнутые договорённости, я не желаю иметь никаких дел, — прервала начинающийся лепет партнёра, поднимаясь из-за стола, и чуть помедлив, добавила, — мсье Эдингтон, я сообщу дату и время нашей следующей встречи.

— Что ж, если мадам Делия решила не участвовать в проекте, я тоже предпочту продать свою часть любому из вас, — вдруг заявил Крейг, поднимаясь за мной следом.

— Мадам Делия! Постойте, но ведь решение не принято! Если вы отказываетесь вносить изменения в проекте, мы не станем это делать! — торопливо воскликнул Мэтью, тоже подхватываясь со своего места, — предлагаю не спешить и…

— Мсье Мэтью, я продолжу с вами сотрудничество только с одним условием: вы сейчас же подпишете документ, который уполномочивает меня единолично решать все вопросы, касающиеся развлекательного комплекса.

— Но…

— Иначе мы расторгаем договор, — твёрдо произнесла, испытующе посмотрев на ошеломлённого мужчину.

И я понимала, что перегибаю, что могу потерять многое, но и пребывать в постоянном ожидании очередной подставы от партнёра я больше не собиралась. Да без меня Паркер не выполнит и семидесяти процентов проекта, а с неожиданной поддержкой Крейга у меня появился шанс встать во главе строительства первого в Вирдании аквапарка.

— Я подпишу, — глухим голосом ответил Мэтью спустя несколько томительных минут ожидания.

— Уверяю вас, от этого вы только выгадаете, — промолвила, возвращаясь на своё кресло. Брикман, лукаво мне подмигнув, чем в очередной раз привёл меня в недоумение, тоже вернулся на своё место. А вот Николас, по-моему, попросту развлекался — его, казалось, нисколько не смутило то, что он практически потерял минимум сорок процентов от прибыльного дела.

Только спустя два часа, уставшая до мушек в глазах, я буквально вползла в карету, и еле ворочая языком, распорядилась, — к портнихе и сразу домой.

— Дель! Давненько я так не развлекался! — заразительно рассмеялся Кип, стоило нам отъехать подальше от убогого здания, — ты понимаешь, что могла упустить проект?

— Он бы не рискнул. Без меня этого развлекательного комплекса не будет, и Паркеру хватило ума это понять, — довольно протянула, невольно вспомнив восхищённый взгляд Крейга, и проговорила, — но поддержка Брикмана оказалась очень кстати.

— Ну да, — коротко кивнул Кип, задёргивая штору.

— Вот только пока я не могу разобраться, в чём его интерес, — задумчиво проговорила, закрывая глаза, но спустя пару минут продолжила, — и Эдингтон не так прост, как хочет казаться…

Глава 40

Глава 40

Со дня странной встречи в здании с дурацким названием «Жареная рыба. Холодный эль. Кабинеты» прошло уже больше двух недель.

Покинув злачный район, я в первую очередь заехала в банк и перевела на Невила Милтона все оставшиеся на моём счету фаринги, те, что перечислил мне авансом мсье Ходжез. И уже на следующий день основная часть кирпича, указанная в договоре, была доставлена заказчику, а мой счёт снова пополнился, но уже на большую сумму.

А ещё в тот день я всё же сходила на вечер, устроенный Лаван, но пробыла там совсем недолго. Слушать бесконечные сплетни скучающих девиц мне было неинтересно, а вести беседы в мужской компании было неприлично. Ну и прилипала Николас не давал мне прохода, приглашая на каждый танец. Так что, выполнив, что планировала, а именно показаться перед людьми в добром здравии и немного послушать слухи о Доуманах, я спустя три часа покинула сие мероприятие. И с огромной радостью провела вечер с Дареном, играя с щенком, а также слушая забавные истории, рассказанные сыном.

И на протяжении этих двух недель я всего однажды приезжала в город. И то, только для осмотра строительной площадки будущего аквапарка. Оставшись довольной нанятым Мэтью мастером, я, обсудив некоторые важные детали, со спокойной душой отбыла в поместье.

Кстати, Аманда тоже вот уже как две недели гостила в долине Рейн. После сенсационных статей о махинациях Сефтона Доумана редактор на время благополучно отбыл в неизвестном направлении. А Хоккинс попросту исчез, так как вернувшийся с группой влиятельной поддержки Сефтон рьяно взялся за их поиски и так же рьяно принялся восстанавливать свою деловую репутацию. Но лавина уже запущена, и отбиться от желающих справедливого возмездия было непросто.

От вездесущих людей Кипа я знала, что Сефтон проиграл два дела в суде и был вынужден не только возместить ущерб, но и оплатить возможную упущенную прибыль. Скрипя зубами, старший Доуман выплачивал огромные, как по мне, суммы, но даже его влиятельные друзья из столицы не могли это изменить. Ведь и у заявивших на Сефтона тоже были свои покровители за спиной, которым наверняка не по нраву пришлось терять кусок лакомого пирога. Так что я пока со стороны наблюдала, как умные и грозные мужчины грызут друг другу глотки.

О Ленарде не было слышно, но его искали, и даже один из дознавателей приходил ко мне. Но что я могла ему поведать? «Вернувшись из Диншопа, я прекратила любое общение с этой семьёй и подала на развод. Да, тот самый Фрэнк Доуман… Что, простите? Часто видите его в трактире и в особых домах? Тогда почему вас удивляет моё решение? Нет, и с ним я давно не виделась, кажется, это было несколько дней назад в ресторане у банка Фестер. Тому есть свидетели. Рада была помочь». Больше меня по этому вопросу не беспокоили.

Зато подкинули пищу для размышлений, сообщив, что один из столичных друзей Сефтона интересовался мной, спрашивая, где меня обычно можно встретить. Но я все эти дни, кроме как на заводе и в поместье, нигде не бывала. Забот хватало и без этого, и пока семейка Доуманов была занята своими делами, я торопилась управиться со своими.

С Гейбом вполне успешно провели инвентаризацию. Выбрав целые кирпичи, я приказала их доставить к дому, чтобы уже наконец начать ремонт в зимнем саду. Обломки распорядилась собрать в сторону и не выбрасывать, так как у меня появилась идея вымостить из них прилегающую территорию у аквапарка и поставить там уличные столики. Рядом было бы неплохо разместить небольшой фонтан и клумбы с цветами. И летом, прячась в тени под зонтиками, будет приятно, потягивая прохладный напиток, следить за играющими детьми и вести неспешную беседу.

Парнишка Мило продолжил изготавливать плитку с растительным орнаментом. Для него и его людей в ускоренном темпе мы восстановили несколько комнат бывшей конторы, и молодой, но очень старательный работник уже заполнил все поверхности красивыми квадратиками. Осталось дождаться восстановления печи для обжига — и потрясающая плитка для моей новой ванной будет готова.

Ну и строительство банного комплекса требовало постоянного контроля. На начальном этапе моё внимание было не так важно, и я поручила смотреть за ходом строительства Мэтью. Кип же, выезжая трижды в неделю на объект, подробно мне всё докладывал.

А так эти две недели были просто чудесными. Не было постоянной спешки и беготни, глупых разговоров и подозрительных взглядов. Я возобновила утренние тренировки с сыном, делая перерывы в работе, подстраиваясь под перерывы в учёбе сына. Мы много болтали и смеялись. Иногда, когда Аманда была дома и не бегала по подворотням в поисках стоящих сведений и сенсационных новостей, она присоединялась к нам.

И каждый вечер мы устраивались у камина в небольшой гостиной, пили чай с пирожными, которые просто невероятно вкусно пекла Хлоя. Глядя на пылающий огонь, мы слушали истории Нел, Яник, Кипа и Барни, которому лекарь запретил пока напрягаться, и он так и остался жить в комнате Натиши. Даже всегда серьёзный и чопорный Лудо, устраиваясь в кресле у дальней стены, довольно щурился, как кот, налопавшийся сметаны, наслаждаясь этими тихими и спокойными вечерами.

— Мам! Аманда принесла вот такой букет! — прервал мои воспоминания Дарен, ворвавшись в кабинет и распахнув руки в стороны, показывая размер букета, — сказала, от тайного поклонника! А ещё в корзинке котёнок, его Роско напугал!

— Вот как? — заинтересованно протянула, поднимаясь с кресла. Аманда очень скептически относилась к таким вот знакам внимания, и мне было любопытно взглянуть на девушку, — где она?

— В холле, а Глен увёл Роско в мою комнату, Арчибальд боится и не хочет выбираться из корзины.

— Кто?

— Арчибальд, — гордо повторил сын, тут же пояснив, — Аманда разрешила дать мне имя котёнку. Красивое же, да?

— Ну… тебе не кажется, что оно не подходит коту? — осторожно, чтобы не обидеть, спросила, так как обманывать сына я не желала, а сказать правду, что имя так себе и, по-моему, не очень-то и подходящее, не хотелось.

— Арчибальд был знаменитым путешественником, и у него были рыжие волосы, как у котёнка Аманды.

— Ааа, ну тогда да, но думаю, малышу будет трудно привыкнуть к таком длинному имени, может, лучше сократим до Арчи?

— Да! Арчи, а когда вырастет, будет Арчибальд! — радостно воскликнул ребёнок, подпрыгивая от нетерпения, провожая меня до холла. Там уже собрались все обитатели поместья и, столпившись вокруг корзинки, восторженно вздыхали.

— Дель, ты не против, если Арчибальд поживёт со мной? — вскочила на ноги девушка, показывая на рыжий комочек, — он такой милый.

— Не против, — с трудом сдержала улыбку, заметив довольный блеск в глазах замершего в сторонке секретаря, — надо устроить ему лежанку, у Кипа большой опыт в этом деле.

— Да⁈ — удивлённо воскликнула смелая журналистка, неверующе уставившись на мужчину. Тот, бросив в мою сторону обещающий все кары этого мира взгляд, проговорил:

— Ну… Дарен тоже участвовал в подготовке лежанки для Роско.

— Да! — тут же отреагировал ребёнок, поспешив предложить, — я помогу.

— Отлично, — с облегчением выдохнул вдруг стушевавшийся Кип, забирая букет из рук Лудо, и добавил, — идём, иначе твой Арчибальд не выберется из корзинки.

— Точно, — подхватилась Аманда, бережно поднимая малыша на руки, и поспешила за мужчинами.

Я же, чувствуя невероятное удовлетворение, подмигнув Натише и Хлое, чем привела девушек в лёгкое недоумение, отправилась в свои покои.

Часы давно пробили шестнадцать раз, а это значит, что на чайном столике у окна уже должен лежать цветок и маленькая карточка с предупреждением о скорой встрече. Как они попадают в мою комнату, я так и не узнала. Кип загадочно улыбался и молчал, а спрашивать у слуг я посчитала странным. Но вот уже на протяжении недели, один раз в два дня, заметив карточку, я с предвкушением ждала новой полуночной встречи.

Дорогие друзья!

Приглашаю вас в свою новую историю! Буду рада, за поддержку, сердечки и комментарии!

Начинать всегда очень волнительно, и я очень надеюсь, что история Лиат вам придётся по душе.

Предупреждаю, начало немного мрачное, уж так сложилось. И мир суров и нетерпим, но мы постепенно его поменяем) ХЭ обязателен.

«Лиат душа Эсхейма»

Очнувшись в чужом и жестоком мире, где сила правит людьми. В землях, истерзанных многолетней битвой и голодом, я сделаю всё, чтобы выжить.

Дважды вдова. Враги и завистники. Преследование самоуверенного коннетабля.

Хватит ли сил и мудрости прошлой жизни, чтобы со всем этим справиться? Хватит! Ведь долгожданную награду я уже получила!

Глава 41

Глава 41

— Возьми. На первой странице, — произнёс Скай, присаживаясь на своё и моё излюбленное место, как всегда, пряча лицо в тени, — думаю, тебе это будет интересно.

— Интересно? — невнятно пробормотала, забирая поданную газету, и невольно усмехнулась, — кхм… завтрашний выпуск?

Скай не ответил, я же, пододвинув к себе ближе настольную лампу, погрузилась в чтение, и чем дальше читала, тем больше недоумевала.

— В порту? Что он делал в порту больше двух недель?

— Это тебе лучше не знать, — загадочно проговорил мужчина, а я же вновь пробежалась по тексту взглядом: «Утром третьего дня в порту, на пристани у шхуны „Морской волк“, было найдено истерзанное тело Ленарда Доумана. Констебли больше двух недель разыскивали молодого графа, проверяли все поступившие сведения о пропавшем. Ими были осмотрены все трактиры и увеселительные дома, где встречали наследника одной из богатейших семей в Ранье. Но поиски оставались безуспешны, и только благодаря сознательности граждан, тело мсье Ленарда было обнаружено в самом неблагоприятном районе города Ранье. Мы неоднократно заводили речь о необходимой проверке пристани и всех злачных мест порта, но власти бездействовали. Возможно сейчас, когда трагедия произошла с одним из аристократов, градоначальник примет необходимые меры. Также сообщаем: Сефтон Доуман объявил награду за поимку убийцы своего сына…»

— У тебя не будет проблем? — спросила, откладывая газету на стол.

Странно, но узнав, что Ленарда больше нет в живых, мне стало как будто легче дышать. Наверное, это неправильно, и я должна была посочувствовать родным, но если быть искренней перед собой, то мне его было ничуть не жаль.

— Не будет… ну что, продолжим? На чём мы в прошлый раз остановились? — прервал мои мысли Скай, опершись на подлокотник кресла, и вытянул свои длинные ноги, пряча их под журнальным столиком.

— На герцоге Олбэйн Уорд. Собственник завода по производству автомобилей, нескольких особняков и обширных земель в Грейтауне. Герцог всё своё свободное время уделяет хобби и у него самый лучший конезавод во всей Вирдании, — отрапортовала учителю, который вот уже пятый день подряд зачем-то рассказывает мне о влиятельных персонах этой страны. Коротко объяснив, что мне это может пригодиться, он вкрадчивым голосом порой рассказывал такие подробности, что на моей голове волосы дыбом поднимались.

— Олб любит поесть и не терпит, когда его отвлекают. Предпочитает рыбу и овощи, но тайная его страсть — шоколад…

Внимательно слушая Ская, время от времени делая записи, я нетерпеливо косилась на заглядывающую в окно луну, мысленно поторапливая копушу быстрее сдвинуться всего-то на полметра. Этого будет достаточно, чтобы осветить лицо таинственного гостя, но та, как назло, не спешила, медленно плывя по ночному небу, периодически скрываясь за грозовыми тучами.

Снова возвращая свой пытливый взгляд в сторону чуть слышно рассмеявшегося мужчины, я в очередной раз обратила внимание на непостижимую узнаваемость. Иногда его интонация, поворот головы и силуэт казались мне смутно знакомыми, а порой я была твёрдо уверена, что никогда, кроме ночных встреч, с этим мужчиной я не сталкивалась.

И всегда, стоило Скаю уйти, я сама на себя витиевато ругалась. Осознавая, что вся эта глупая таинственность и его ненавязчивая забота невольно привлекают моё внимание. Вынуждая всё чаще о нём думать, вспоминать и волноваться, когда карточка с приглашением появлялась чуть позже привычного.

— Почему ты скрываешь своё лицо? — неожиданно для себя выпалила я, пристально взглянув на тёмный силуэт в кресле, — твоё лицо обезображено? Ты скрываешься? Не хочешь, чтобы твою придуманную личность опознали?

— Кхм… — хмыкнул мужчина, вдруг резко поднявшись, в два шага преодолев разделяющее нас расстояние, встал за моей спиной, и медленно, растягивая каждое слово, спросил, — позволишь… коснуться тебя?

— Эээ… — на мгновение растерялась, не зная, как отреагировать на такое, глухим голосом всё же выдохнула, — да.

Но Скай не спешил, гнетущая пауза затягивалась. Напряжение между нами росло. Замерев и, по-моему, не дыша, я прислушивалась к звукам, но моё сердце так громко билось в груди, что я ничего, кроме его стука, не слышала. Моё тело звенело от накала и, казалось, задень — и я взорвусь на тысячи осколков.

— Да… это он всё время преследует меня, — раздался тихий голос над ухом, моё дыхание тотчас перехватило, сердце пропустило удар, а по коже пробежали предательские мурашки. Но на этом мужчина не остановился, моей пылающей щеки нежно коснулись горячие пальцы, ласково проведя по скуле, и плавно спустились по шее, остановившись у ключицы.

— Он? — сиплым голосом прошептала, на несколько секунд теряясь в своих эмоциях. По моему телу пошла волна жара, вызывающая жгучее желание, растекающееся по венам и скручивающееся внизу живота в тугой комок болезненной истомы.

— Твой запах, он дурманит мой разум. Твоя красота и ум действует на меня слишком опьяняюще…

— Хватит! Прекрати! Это глупо! Твои игры неуместны! — нашла в себе силы сердито выкрикнуть, глубоко вздохнула, рывком вскочила с кресла, чтобы оказаться как можно дальше от сумасшедшего. Но сильные руки, схватив меня, резко развернули к себе лицом и притянули к твёрдому как скала телу так близко, что я тоже ощутила его запах. Терпкий аромат тёплого дерева, с едва уловимым оттенком растительного мускуса, бархатистый, сухой и сладкий.

— Немедленно отпусти, — потребовала, уперев руки в грудь мужчины, но Скай по-прежнему крепко держал меня в своих объятиях, медленно склоняясь к моим губам…

— Один поцелуй, Дель… всего один поцелуй.

Поддаться искушению, прекратить борьбу с охватившим меня неистовым желанием было очень трудно. Кто знает, каких сил мне стоило отвернуться и едва слышно проговорить:

— Нет, Скай.

— Хм… — прохрипел мужчина, нехотя размыкая свои объятия, и, выдержав мучительную паузу, вкрадчивым голосом произнёс, — ты знаешь меня, просто найди.

И больше ни слова не сказав, буквально в считаные секунды исчез за тяжёлой шторой, и только стук закрывшегося окна оповестил меня, что в покоях я осталась одна.

— Чёртов псих! Что за игры? Хватит! Поболтали и достаточно! — порывистыми движениями прошла к окну, тщательно его заперев, проверила засов на двери и, продолжая ругаться, направилась в ванную комнату. Там, набрав полную пригоршню холодной воды, выплеснула её в лицо, чтобы хоть как-то остудить полыхающие будто огнём щёки.

— Это просто физиология, Дель, просто физиология, — как заведённая повторяла, пока снимала с себя платье, забиралась в кровать… до самого рассвета так и не уснув, я как мантру шептала эти слова, но усталость всё же взяла своё, унося измученную меня в водоворот пошлых снов…

— Дель, у тебя сегодня встреча с Ходжезом, — напомнил Кип, с аппетитом уплетая за завтраком вкусную запеканку. Мне же после прошедшей ночи кусок в горло не лез, а довольный и цветущий вид мужчины раздражал.

— Помню, — проговорила, натянуто улыбнувшись секретарю, и обратилась к сыну, — мы так с тобой и не выбрались в город, может быть, завтра?

— Хорошо, — кивнул ребёнок и, покосившись на загадочно улыбающуюся Аманду, спросил, — мама, а когда я пойду в школу?

— Ну… я ещё не интересовалась этой темой, — растерянно проговорила, вопросительно взглянув на Глена, — а в каком возрасте начинают ходить?

— Обычно дети аристократов до десяти лет находятся на домашнем обучении, — пояснил гувернёр, и я заметно выдохнула. Я всё ещё считала Дарена маленьким и было откровенно страшно отпускать его учиться в какую-то непонятную мне школу. Да и опасение что Сефтон может похитить моего сына, не придавало мне спокойствия.

— Значит, когда тебе исполнится десять лет, а пока предлагаю учиться дома. Если потребуются дополнительные занятия, говори, мы непременно что-нибудь придумаем.

— Аманда сказала, что она начала ходить в школу в шесть лет, — продолжил сын, а девушка, вернувшись к нам на бренную землю, виновато мне улыбнулась.

— Дарен, я пока не готова обсуждать этот вопрос. Я не знаю, что из себя представляет школа, в которой училась Аманда, не знаю, какой уровень знаний она тебе даст. Давай я выясню все подробности, мы сходим туда, ты посмотришь, и тогда вместе решим, как дальше поступить. Договорились?

— Да, мам, — согласился ребёнок, а я на время выдохнула. И как бы мне этого ни хотелось, я понимала, что сыну необходимо общение со сверстниками и этот вопрос нужно как-то решать. Но как же страшно отпускать малыша.

— Идём, Дарен, время счета и чистописания, — напомнил Глен сразу, как мы закончили завтракать.

— Давай я лучше мамины задачки порешаю, а писать не буду, — протянул ребёнок, сползая со стула, — зачем мне ровно писать?

— Чтобы в ваших письмах не приходилось разбирать каждую букву, — со смешком пояснил Глен и, проходя мимо меня, проговорил, — мадам Делия, ваши задачи и примеры сегодня закончатся.

— Вечером я принесу новую тетрадь. Хорошего дня, Дарен.

— И тебе, мама, — пожелал ребёнок, покидая малую гостиную.

Я тоже поднялась из-за стола, поблагодарив Лудо и Нел, и, сказав Кипу, что жду его в кабинете на первом этаже, направилась к выходу. Сегодня запланирован насыщенный день, и до вечера надо многое успеть сделать, а по милости некоторых таинственных личностей, проведя бессонную ночь, я могла опоздать на первую встречу.

Ночные улочки Ранье

Глава 42

Глава 42

— Мадам Делия, я подобрал идеальное для завода здание, — обрадованно воскликнул мсье Кэри, стоило мне только зайти в его кабинет, — в пригороде Ранье, но подъездные пути хорошие и от реки далеко.

— Отлично, может, завтра выедем и осмотрим? В какое время вам будет удобно?

— После полудня вас устроит?

— Да, вполне, — ответила, прежде сверившись с записями в небольшом блокноте.

— Предлагаю выехать из банка, — проговорил мужчина, сделав пометку в своём ежедневнике, и вновь обратил свой взор на меня, — что вас привело в банк, мадам Делия? Неужели узнали, что у меня для вас есть новости?

— К моему великому сожалению, ваши сотрудники неподкупны, — рассмеялась я, поддержав игру управляющего, — ничего особенного, проверила счета и решила заглянуть к вам узнать, как вы себя чувствуете. Как супруга?

— Благодарю, мадам Делия, всё хорошо. Я знаю, у вас есть сын, кажется, он ровесник моего Орланда, у него на следующей неделе день рождения, и я был бы рад, если вы прибудете на празднование.

— Почту за честь, мсье Кэри, но и вы тогда не откажите, — напомнила о своём приглашении.

— Непременно буду, моя жена сгорает от нетерпения, так хочет увидеть ваш новый зимний сад.

— Я рада. А теперь прошу меня извинить, но мне пора, — проговорила, поднимаясь с кресла, мужчина тоже встал за мной следом и, чуть помявшись, сказал:

— Мадам Делия, вам, наверное, уже известно о трагической гибели Ленарда Доумана?

— Конечно, — кивнула, замерев в ожидании. Уверена, мсье Кэри точно не это хотел мне рассказать.

— Мсье Сефтон объявил хорошую награду за поимку убийцы сына, и ещё, мадам… в Ранье прибыли двое друзей Доумана, как бы вам сказать, — невнятно протянул управляющий, осторожно подбирая слова, — один из них был хорошим другом вашего отца, я бы сказал, очень близким, и он расспрашивал о вас.

— Кхм… странно, если он был близким другом моего отца, зачем расспрашивать обо мне? Ему наверняка известно, где находится моё поместье, мог бы приехать и спросить у меня всё, что его интересует.

— К вам никто не приезжал?

— Нет, гостей в моём доме давно не было, — равнодушно пожала плечами, широким шагом направляясь к двери, — до завтра, мсье Кэри.

— До свидания, мадам Делия, — задумчиво проронил управляющий, и пока я не скрылась за дверью, спиной ощущала его сверлящий взгляд.

Что хотел узнать Кэри? Что за «близкий друг» отца, который находится в Ранье и не прибыл с визитом к единственной дочери своего друга, а, со слов управляющего, выспрашивал обо мне, я не понимала…

— Простите, мадам, я был неловок, — прервал мои тягостные мысли мужчина, который у самого выхода из банка едва не сбил меня с ног, но вовремя успел подхватить, чтобы я не растянулась у порога.

Всего лишь на мгновение в его голосе я уловила смутно знакомые нотки, а крепкие руки, поддерживающие меня за талию, обожгли недавним жаром. Но лицо мужчины мне было незнакомо, а резкий цитрусово-хвойный запах буквально сбивал с ног.

— Ничего, бывает, — натянуто улыбнувшись, покинула банк, взобралась в карету, отдала приказ отправляться на стройку аквапарка и только тогда наконец вспомнила, где видела этого мужчину.

На приёме у Паулы, несколько раз в ресторане, у банка Фестер, когда он распахнул передо мной дверь. А на вечере у Лаван, когда я спешно покидала скучное мероприятие, он проследовал за мной…

— Кип, перед тем как я вышла из банка, туда зашёл мужчина. Ты знаешь, кто он?

— Дель, в банк зашло не больше пяти мужчин, о ком ты говоришь? — спросил помощник, с недоумением на меня взглянув.

— Высокий, чёрные волосы, тёмные глаза, щетина, чётко очерченные губы… мрачный, — перечислила приметы, понимая, что под их описания подходит любой, и Кип в том числе, и сердито буркнула, — ладно, забудь. Уверена, это не он.

— Кто не он? — переспросил секретарь, кажется, окончательно запутавшись.

— Неважно, — отмахнулась, мысленно выругавшись на Ская и его дурацкие тайны, осознав, что невольно поддалась игре и теперь ищу его среди встреченных мной мужчин.

— В банке всё хорошо? — обеспокоенно поинтересовался Кип, бросив в мою сторону встревоженный взгляд.

— Да, Кэри порадовал найденным зданием, и завтра утром мы поедем его смотреть, а ещё сказал, что друг Сефтона и близкий друг моего отца выспрашивал обо мне. Теперь вот думаю, который из них: тот, что захватил в столице все игорные дома, или тот, кто монополист чая в Вирдании.

— Возможно, один из них и есть Альпин Хейг?

— Всё может быть, но прямо же не спросишь, — ответила, немного помолчав, думая о странных совпадениях, и вернулась к прерванному разговору, — на время празднования Дарен не должен находиться в поместье. Есть мысли, где он будет в безопасности?

— Парочка неплохих мест имеется.

— Замечательно. Твоих людей надо переодеть, чтобы они ничем не отличались от слуг. Кухня, нужен фуршет… придётся провести пару уроков для Хлои.

— Ты умеешь готовить? — удивлённо воскликнул Кип, неверующе на меня уставившись.

— Умею, не повар, но соорудить тарталетки, рулетики из ветчины и маленькие бутерброды смогу, — хмыкнула, продолжив вносить пункты в список неотложных дел и уже в тысячный раз пожалев, что решила отпраздновать свой день рождения и, мало того, пригласить людей к себе в дом. И вот теперь ломаю голову, как всё предусмотреть.

— Слушай, может отказаться? Или перенести — родственник вроде как умер, у меня траур, — проговорила, покосившись на хмыкнувшего Кипа, но, тяжело вздохнув, проворчала, — ну да, уже поздно, всем не терпится увидеть мой зимний сад, да и для общего дела нужно. Долго ещё до завода?

— Нет, минут десять — и приедем, — отозвался секретарь, выглянув в окно, — вижу стены.

На территории завода всё ещё пахло гарью, но новенькие кирпичные стены быстро росли, и это очень радовало. Людей тоже прибавилось, Гейб умело руководил и стройкой, и изготовлением -всё происходило тут же, на месте: лепили, сушили, складывали. Наблюдая за слаженной работой и его горящим взглядом, я каждый раз убеждалась, что тогда правильно решила назначить управляющим старого мастера.

Охрана тоже блюла, суровые парни соорудили у стены постаменты и теперь грозно осматривали не только территорию завода, но и область за его границей. Их начальник Бронд после нападения до сих пор винит себя и проверяет службу каждую ночь лично.

Кстати, оружие Кип раздобыл, это оказалось несложно. Правда, пришлось парней документально оформить охраной, но зато не возникло никаких проблем с правоохранительными органами. Единственное, прибей они кого за территорией завода — могут возникнут лишние разбирательства, но Бронд пообещал в случае чего затянуть гада за забор, а там уже это будет выглядеть проникновением на частную собственность. В общем, добрые у меня сотрудники, а главное — такие инициативные.

— Мадам Делия! Не ждали вас сегодня! — прокричал с лесов Гейб, кряхтя и бурча спускаясь с высотных работ.

— Я так, заехала узнать, как у вас строительство продвигается, нужна ли помощь.

— Хорошо продвигаемся, до первых холодов, думаю, крышу закроем, — отчитался мастер, довольно улыбаясь, показывая на почти готовый дом для тех, кто остаётся здесь на неделю и только на выходные уезжает к родным.

— А работники? Хватает? Или ещё нужны?

— Хватает, я только мадам новеньких-то к стройке определил, а Фок с бригадой вчера приступили к вашему кирпичу.

— А где? — переспросила, с недоумением оглядевшись.

— Так Фок чего удумал, — хмыкнул старик, уводя меня за остов, — сушильню подлатал, говорит, до холодов много успеем сделать, госпоже дюже нужны эти кирпичи.

— Нужны, Гейб, очень нужны, — благодарно улыбнулась, направляясь к полуразрушенному зданию, которое выглядело убого, но крыша над головой имелась и окна были целыми.

А зайдя в помещение, передёрнув плечами от тёплого воздуха, с порога укутавшего меня, я потрясённо воскликнула:

— Это невероятно! Когда вы успели⁈ Фок!

— Это… госпожа, вы ж сами говорили, что нужны они… — смущённо пробормотал рыжеволосый здоровяк, тот, что помогал мне выбивать двери в конторе и присматривал за Дареном.

— Спасибо вам, — растроганно всхлипнула, сама не ожидая от себя такого, но, признаться, мне были очень приятны забота и беспокойство мужчин.

— Чего уж, — невнятно пробормотал Фок, — одно дело делам.

— Верно, — кивнула, оглядев остывавшие кирпичи с разнообразным растительным орнаментом, и похвалила, — они идеальные, вы молодцы!

— И Мило плитку обжёг госпожа. Скажу вам, такого я ещё не видел, — довольно проговорил Гейб, — посмотрите?

— Конечно, — тут же отозвалась, помахав рукой застенчивому Фоку, и отправилась за мастером.

Только спустя час восторженных восклицаний и осмотра почти каждой плиточки, я, утащив с собой три штуки, чтобы показать сыну, довольная как слон усаживалась в карету. Совершенно позабыв о Сефтоне, о «близком друге» и прочих неприятных вещах.

Но не доезжая поместья, Кип вдруг резко вскочил на ноги и громким ударом по стене остановил карету.

— Что случилось?

— Мои встречают, что-то в поместье, — коротко ответил секретарь, спрыгивая на землю, и поспешил к укутанному по самый нос мужчине, застывшему всего в пяти метрах от нас.

Первым порывом было отправиться за Кипом, но решив не мешать, я замерла в ожидании. Эти три минуты, казалось, длились вечно, я искусала губы, едва не разорвала подол платья на мелкие клочки. Сердце то замирало, то начинало неистово биться, а лоб покрылся испариной. И только я сорвалась и бросилась к выходу, как в карету вскочил Кип и быстро заговорил:

— Возле поместья машина, в ней сидит Сефтон и, судя по описанию, Генри Орман, один из гостей Доумана. Они побеседовали с привратником. О чём они говорили, Такер не слышал, но в дом не проходили.

— А сейчас они где? — сиплым после нервного напряжения голосом спросила, с трудом унимая разбушевавшееся сердце.

— Ждут у ворот поместья.

Кабинет Дель

Глава 43

Глава 43

Как это ни странно, но к поместью я подъезжала совершенно спокойная. Страх и волнение исчезли, остался холодный расчёт и злость на Сефтона и его семейку.

Как и сообщил наблюдатель, автомобиль новейшей модели стоял припаркованный к воротам. Проезжая мимо него, я в чуть приоткрытую щель смогла разглядеть Сефтона, что-то объяснявшего своему соседу, и молодого водителя. Гость Доуманов, ну или друг, сидел в тени, и его лица я не успела рассмотреть.

— Готова? — едва слышно спросил Кип, бросив на меня обеспокоенный взгляд. Я коротко кивнула и, ободряюще улыбнувшись секретарю, прошептала:

— Всегда готова.

Кип в ответ лукаво подмигнул мне и сразу же поспешил к двери. Первым спрыгнул на дорожку и подал мне руку. Выбираясь из кареты, я умышленно не стала смотреть в сторону автомобиля, но этого и не потребовалось. Сефтон и высокий, импозантный мужчина лет шестидесяти на вид уже покинули свой автотранспорт и, остановившись всего в пяти шагах от ворот, замерли в ожидании.

— Мсье? — деланно удивилась, неспешно направляясь к воротам, — что вас привело сюда?

— Делия, добрый день. Мсье Генри Орман — старый друг твоего отца. Ты, наверное, его не помнишь.

— Добрый день, Делия, — степенно кивнул мужчина, чьи глаза мне показались смутно знакомыми, а улыбка — внезапно дружелюбной.

— Добрый день, — поприветствовала в ответ, ожидая продолжения, но оба мужчины молчали, а Доуман растерянно косился на ворота и неуклюже переминался с ноги на ногу.

— Ты пригласишь нас в дом? — наконец промолвил Сефтон, растянув губы в доброжелательной улыбке.

— Нет, — ответила, едва не поперхнувшись от смеха — такой изумлённый вид стал у обоих незваных гостей. Выдержав небольшую паузу, пояснила, — в поместье ремонт, и мне будет неловко приглашать вас в дом.

— Ооо, конечно, — тут же то ли обрадовался, то ли старательно изобразил из себя доброго дядюшку Доуман, заискивающе улыбаясь молчаливому соседу, и проговорил, — мы можем прекрасно побеседовать у меня.

— Нет, — отказалась, снова выбивая почву из-под ног свёкра, отчего у «папеньки» тут же яростью полыхнули глаза, но мужчина снова заискивающе заулыбался и ласково протянул.

— Дель, детка… я понимаю, ты обиделась, но Фрэнк очень любит тебя.

— Да? — удивлённо вскинула бровь, не сводя взгляд с внимательно слушающего наш бессмысленный разговор мужчины. Сделала наверняка правильный вывод — гость точно не друг Сефтону. И Доуман его до жути опасается, а ещё заискивает, и ему почему-то важно уговорить меня по-хорошему.

— Конечно, — снисходительно улыбнулся Сефтон и, натужно рассмеявшись, промолвил, — ты достаточно наказала Фрэнка за его небольшой проступок… Делия, он не находит себе места. А я очень соскучился по Дарену.

— Мсье Сефтон, этот небольшой проступок… — чуть запнулась, раздумывая откровенно ответить или просто послать, и выбрав второе, чеканя каждое слово произнесла, — такое не прощают.

— Дель…

— Делия, позвольте пригласить вас на небольшую прогулку, ваш секретарь может следовать за нами, — вдруг заговорил мсье Генри Орман, прерывая начавшего было уговаривать меня Сефтона, — я задержу вас ненадолго.

— Мсье Орман, но…

— Сефтон, я уверен, мы сами разберёмся, — голосом, не терпящим возражений, остановил Орман моего свёкра, от его тона даже у меня по спине поползли зябкие мурашки.

Судорожно вспоминая всё, что я знала о Генри Ормане из рассказов Ская, я пришла к неутешительному итогу — этот мужчина очень опасен. И Сефтон — всего лишь маленькая пешка в этой сумасшедшей игре.

— Здесь будет удобней и вид чудесный, — всё же проговорила, показав рукой в нужном мне направлении, дождалась, когда мужчина дойдёт до меня, и двинулась к розовым кустам.

— Делия, я видел вас ещё ребёнком, и вы скорее всего не помните меня, но я был частым гостем в вашем доме, — заговорил мужчина, стоило нам только отойти от поместья на приличное расстояние. Кип, как преданный страж, следовал за мной, но я отчего-то была уверена, что Генри Орман не сделает мне ничего дурного. По крайней мере, сейчас точно.

— Да, вы правы, — кивнула, покосившись на мужчину, пытаясь понять, что в нём меня так смущает.

— Вам было десять лет, когда я последний раз видел вас. К сожалению, мне пришлось покинуть страну… в Вирдании тогда было неспокойно, — с тихим грустным смешком проговорил мужчина и, чуть помедлив, продолжил, — но сейчас не об этом. Делия, вернувшись, я сразу отправился сюда, но мне сообщили о вашей тяжёлой болезни. Я приезжал в Диншоп дважды, но вы… я рад, что лекарство вам помогло.

— Ну да, — зло хмыкнула, стиснув руки в кулаки, с трудом сохраняя спокойствие, чтобы не выругаться и не выпалить, что я думаю об этом лекарстве.

— Делия, если вы не против, я бы хотел поближе с вами познакомиться, — вдруг заявил мужчина, резко остановившись, и внимательным, изучающим взглядом вперился в моё лицо. От услышанного я даже не сразу нашлась, что сказать, пару секунд рассматривая облезший куст розы, но вскоре, вернув взор на ожидающего мой ответ Ормана, проговорила:

— Мсье Генри, позвольте, я буду с вами откровенна.

— Конечно, Делия.

— Вы правы, я вас не помню. Вы прибыли из столицы, у вас там своя жизнь. С ваших слов я узнаю, что вы якобы друг моего отца, но вы его давно не видели, как, впрочем, и меня. Вы для меня совершенно чужой человек. И сейчас вы предлагаете нам с вами поближе познакомиться? — медленно, растягивая каждое слово, перечислила все странности нашего разговора, не отводя взгляд, также пристально рассматривая мужчину, — зачем вам это?

— Кхм… да уж, действительно откровенно, — усмехнулся незваный гость, круто развернувшись и опустив понуро голову, неторопливо направился дальше по вытоптанной кем-то тропике, и только спустя минут десять тягостного безмолвия заговорил, — это сложно…

— Всегда сложно начинать, — изрекла, пиная ярко-жёлтую палую листву, и продолжила следовать за мужчиной, — поверьте, я знаю, о чём говорю.

— Я наслышан о вашем проекте, — тут же отозвался Генри Орман, будто хватаясь за подвернувшийся предлог перевести беседу на другую тему, — банный комплекс. Он будет иметь большой успех и принесёт хорошую прибыль, но в столице, Делия, вы бы могли получить больше. Вы не думали перебраться в Грейтаун? У меня есть особняк в центре города в хорошем спокойном районе. Уверен, вам и Дарену там понравится.

— Простите, мсье Орман, но ваше предложение неуместно.

— Делия, вы неверно меня поняли, — тут же спохватился мужчина, виновато улыбнувшись, — особняк давно пустует, в нём будете жить только вы.

— И всё же это странно, кто я вам? — отрезала, не понимая, что нужно от меня этому ненормальному, и, осознавая, что странный разговор уже начинает меня тяготить, произнесла, — мсье Орман, было приятно с вами побеседовать, но мне пора.

— Да, конечно, — неожиданно резко остановился мужчина, вдруг крепко схватив меня за руку. Кип тотчас возник рядом, предупреждающе рыкнув на наглеца, но Орман даже не повернул в его сторону голову, коротко бросив, — я ничего ей не сделаю…

— Мсье Генри, что вам от меня надо?

— У тебя мои глаза… а губы как у Вин. Дель, ты моя дочь, — громко, глядя мне прямо в глаза, заявил Орман, поразив меня своими словами безмерно. А я-то думала, что меня уже ничего не сможет удивить — ошибалась.

— Хм… и что вам от меня надо? — повторила свой вопрос, пока не зная, как реагировать на такие новости, и верить ли им вообще. Первой мыслью было, что это всё игры Сефтона, но потом быстро её отмела, так как не видела выгоды и логики в этой схеме.

— Ты даже больше похожа на меня, чем на свою мать, — вдруг заявил Орман и громогласно рассмеялся, только спустя минуту сумев продолжить, — такая же недоверчивая и прямолинейная, как я.

— Приму это за комплимент, — неопределённо пожала плечами, пребывая в некоторой прострации. В голове роились мысли, выстраивались схемы, цепочки и просто невероятные идеи. Но о том, чтобы у меня возникла и капля почтения и любви к новоиспечённому «папеньке», не могло быть и речи.

— Мне ничего от тебя не надо, Делия, — ласково улыбнулся мужчина, — ты моя дочь… с Вин мы не могли быть вместе, я обязательно тебе расскажу о нас и объясню почему ты Рейн, а не Орман. Позже… понимаю, тебе необходимо время.

— Да, — коротко бросила, наконец высвободив свою руку из крепкого захвата, и твёрдым голосом проговорила, — мне пора вернуться к сыну.

— Прости, не думал, что это будет так трудно…

— Угу… — неопределённо пробормотала, но вдруг вспомнив важное, спросила, — Сефтон? Он знает, что вы мой отец?

— Нет, об этом знали Винтер, я, Алтон Рейн и мой отец, — покачал головой мужчина, едва слышно добавив, — теперь ты.

— Мсье Орман, ещё один вопрос… имя Альпин Хейг вам знакомо?

— Да… таким именем я ставил подпись в письмах с Вин. Этим же именем я подписывал письма Сефтону.

— Ясно, спасибо за ответ, — поблагодарила новоявленного отца и, круто развернувшись, направилась к дому.

— Делия, я могу рассчитывать на скорую встречу? — не отставал Генри Орман, не собираясь сдаваться.

— Мне нужно время, мсье Орман, — не доходя до ворот десяти шагов, я остановилась и, полуобернувшись лицом к родственнику, произнесла, — если всё так, как вы сказали, и я действительно ваша дочь и вы не желаете мне зла, то больше никогда не приезжайте ко мне ни с кем из семьи Доуман.

— Делия⁈ — тотчас потребовал мужчина, его губы сжались в тонкую полоску, а взгляд стал цепким и холодным. Он в два шага преодолел разделявшее нас расстояние и голосом, не терпящим возражений, спросил, — дело не в измене Фрэнка? Так⁈

— Они убивали меня, — всё-таки сказала, доверившись своей интуиции, осознавая, что очень сильно рискую. Но если Орман всё же лжёт и это всего лишь очередной ход, то мне с такой фигурой никак не справиться и остаётся только трусливое отступление. А если он говорит правду, тогда Доуман больше не сможет вести свою подлую игру…

Глава 44

Глава 44

— Это невозможно, Делия, — снисходительно улыбнулся «отец», взгляд его потеплел, а тон стал мягче, — Сефтон не посмел бы тебя тронуть.

— Вы так уверены?

— Делия, он стольким обязан мне…

— Мсье Орман, если зверя загнать в угол, он начинает нападать, — сообщила простую истину, но, кажется, мои слова не возымели результата. Непоколебимая вера в свою исключительность у мужчины осталась неизменной.

— Хорошо, дочь, я выясню, — не стал продолжать спор Генри Орман, впервые обратившись ко мне так, отчего я едва не поморщилась. Дочерних чувств к постороннему человеку я не ощущала, а фамильярность покоробила.

— Спасибо, — поблагодарила, другого мне не оставалось, и натянуто улыбнувшись, напомнила, — мне пора к сыну.

— Делия, это место… так далеко от города, тебе не страшно жить здесь одной? У тебя маленький сын.

— Нет, у меня отличная охрана, — коротко ответила и наконец продолжила свой путь, иначе мы так и будем топтаться на месте.

Вскоре я близилась к поместью. Доуман давно спрятался в автомобиле, так что проходить мимо ненавистного мне человека не пришлось. Всего на секунду остановившись у калитки, я едва заметно кивнула и произнесла, — до свидания, мсье Орман.

— До свидания, мадам Делия, — попрощался мужчина и, стоило мне только скрыться за забором, он, видимо, вернулся в машину, так как мотор оглушающе зарычал и вскоре авто покатилось по мощённой камнем дороге.

Я же, устало вздохнув, больше не задерживаясь ни на минуту, прошла в дом. Минуя молчаливо замершего в холле Лудо, поднялась в свои покои. У Дарена по расписанию сейчас тренировка, так что у меня есть целых полчаса, чтобы осмыслить ошеломительную новость.

— Ты веришь ему? — спросил Кип, всё это время следовавший за мной по пятам, а теперь по-хозяйски завалившийся на диван.

— Я верю, что он действительно является моим отцом. Внешнее сходство, как говорится, на лицо. Но я не верю ему, как человеку, — задумчиво протянула, усаживаясь рядом с помощником, и выдержав небольшую паузу, собираясь с мыслями, заговорила, — слишком много вопросов. Почему оставил мою маму? Зачем приезжал в дом родителей? Допускаю, что он и правда был вынужден покинуть страну. Действительно, в тот период проходила смена власти. Даже наш Инс-Айденский округ трясло, что уж говорить о столице. Но вернувшись в Вирданию, узнав, что Винтер вместе с мужем погибла, а его дочь тяжело больна, в его силах было забрать меня к себе. Наверняка в Грейтауне хорошие лекари, в конце концов, он мог быть более внимательным отцом.

— Если я верно понял, то ты внебрачная дочь Ормана. Сейчас проще к этому относятся, но семьи, в чьих жилах течёт древняя кровь вирданцев, строго следят за её чистотой. Скорее всего, отец Генри Ормана потребовал скрыть этот мезальянс.

— Предположим, однако он спокойно приезжал в Ранье. Видел меня в Диншопе, знал, что я якобы больна. Неужели и правда так доверяет Доуману? И зачем сейчас мне всё это рассказал? Думает, что я сразу же кинусь в его отцовские объятия?

— Не знаю, Дель, — неопределённо пожал плечами Кип, рывком поднимаясь с дивана, и устремился к секретеру, — тебе плеснуть?

— Нет, и так голова кругом.

— А я выпью… что ты знаешь о Генри Ормане?

— Богат, близок ко двору, вдовец, детей нет, — кратко проговорила, задумчиво постукивая пальцами по сиденью, — можно попробовать сблизиться, поговорить, рассказать о Доуманах… Орман — влиятельный человек и сможет справиться с Сефтоном и его друзьями.

— Он мне показался человеком, которого будет трудно переубедить, — заметил Кип, возвращаясь на диван.

— И мне, но попытаться стоит, — усмехнулась, принимая второй бокал у мужчины, который он всё же налил, и сделав небольшой глоток, продолжила, — жаль, что у меня нет доказательств, указывающих на Доуманов, как на убийц. Письма лекаря и бутылёк с микстурой. Сефтон наверняка скажет, что это дура-сиделка проявила инициативу.

— Я бы так и сказал, — согласился с моим предположением Кип и вполголоса, будто размышляя, спросил, — и что теперь? Будешь налаживать отношение с папенькой?

— Для начала узнаю его версию случившегося, — хмыкнула, залпом допивая янтарный напиток, поднялась с дивана, неспешной походкой направилась в ванную и уже оттуда продолжила, — и выясню о разработках, о которых он упоминал в своих письмах.

— Если он тебе расскажет, — со злой усмешкой отозвался мужчина, и отчасти я с ним была согласна.

— Время покажет, — ответила скорее себе, чем секретарю, меняя парадно-выходную одежду на домашнюю.

Остаток дня прошёл вполне неплохо. Проверила, как продвигается работа в зимнем саду. Там отсыпали пол и успели выложить два ряда кирпичей. А маленькие лампочки уже ожидали своего часа. В глиняных горшках Лудо посадил несколько древоподобных растений. Как только пол будет готов, поставлю лавку с мягким сиденьем, пару кресел и небольшой столик. Признаться честно, особой тяги к природе у меня никогда не было, но готовность зимнего сада я ждала с нетерпением, поймав себя на мысли, что можно построить по тому же принципу небольшую теплицу, где я и Дарен будем выращивать редис, зелень и прочие овощи.

Когда у сына закончились занятия, мы с ним прогулялись по саду, определяя место для детской площадки, которую начнём возводить уже следующей весной. После добрались до кухни и больше часа провели с Хлоей и Яник, пробуя приготовить крохотные бутерброды и тарталетки, по ходу дела обсуждая меню.

Моё свободное общение со слугами и умение готовить давно не смущало девушек, так что время прошло весело и с пользой для дела. Ну и Дарена научили готовить самый простой бутерброд и яичницу, так что сын точно не останется голодным.

Ужин, конечно же, прошёл вяло — насытившись на кухне, я и ребёнок осилили всего-навсего по кусочку пирога, остальное время слушали Аманду, которая только что вернулась из очередного похода по злачным местам.

Кипу её вылазки не нравились, но он на удивление молчал, правда, с трудом сохраняя спокойствие в особо волнительных моментах. Порой мне казалось, что Аманда специально провоцирует мужчину, чтобы тот сорвался и начался очередной спор, но Кип был достоин восхищения. Умело обходил подводные камни, осторожно выспрашивая у девушки точные описания тех, кто посмел покуситься на его сокровище.

В общем, вечер прошёл в тихом семейном кругу. Мы вдоволь наговорились, и я почти не думала о появившемся родственнике. Так что в покои я поднималась в благодушном настроении, мечтая поскорее лечь спать.

— Ты поздно, — раздался знакомый насмешливый голос, стоило мне только зайти в покои.

— Для чего? — хмуро бросила, мысленно удивляясь своей выдержке: испуганно не вздрогнула, ну если только самую малость, и тяжёлым не запустила, — ты не предупреждал, что сегодня придёшь, и вообще, как ты пробрался в комнату? Я заперла окна.

— Поэтому и не предупреждал, — хмыкнул наглый тип, положив на чайный столик нежный цветок, кажется, лилии.

— Умно, но сегодня мне не до разговоров.

— Знаю, пришёл спросить, как ты?

— Хм… нормально, — на мгновение растерялась, услышав в голосе мужчины нотки искреннего беспокойства, — рыдать не собираюсь.

— Орман, как я уже и говорил, один из влиятельных людей, и если ты не будешь ему отказывать в общении, то город будет твоим.

— Я даже спрашивать не буду, откуда тебе известно про Ормана, — усмехнулась, лишь мысленно подивившись скорости передачи сведений с учётом того, что телефоны ещё не изобрели, и с тихим смешком проговорила, — с чего ты решил, что я довольствуюсь Ранье? Может, я хочу, чтобы мне принадлежал весь Инс-Айденский округ? Или вообще подамся завоёвывать столицу?

— Уверен, у тебя получится, — с какой-то затаённой грустью произнёс Скай, резко поднимаясь, — я рад, что ты в порядке и… мой тебе совет Дель — сблизься с отцом.

— Угу, обязательно, — проворчала. Настроение, до этого отличное, скатилось до нулевой отметки, и мне почему-то хотелось поскандалить. Всё время держать эмоции в узде, контролировать каждое слово, думать на несколько шагов вперёд — выматывает.

— До свидания, Дель, — прервал мои упаднические мысли мужчина, чуть задержавшись у штор, с тихим смешком спросив, — позволишь, я выйду здесь? Пробираться по коридору, словно воришка, мне не понравилось.

— Конечно, — махнула рукой, присаживаясь в кресло, в котором только что сидел Скай, и едва слышно проговорив, — окно я закрою.

— Умница, — шепнул мужчина, прежде чем исчезнуть.

Глава 45

Глава 45

— Мсье Кэри, здание отличное, — похвалила управляющего, который и правда подобрал идеальный вариант для нового пока ещё мини-завода по производству пластика. Однако я была уверена, что хоть этот мир и развивается своим путём, данный продукт будет пользоваться хорошим спросом, и нам придётся расширяться.

— Я знал, что вам понравится, — довольно протянул мужчина, остановившись у одной из дверей второго этажа, — здесь можно сделать кабинет управляющего.

— Да, в самый раз… мсье Кэри, вы уже купили это здание?

— Нет, пока взял в аренду на год, затраты по содержанию и ренте будем делить пополам. Собственник — мой хороший знакомый и не стал много просить за недвижимость, а также сделал рассрочку.

— Мсье Кэри, я уже говорила, но с удовольствием повторюсь — с вами приятно иметь дело!

— Теперь, мадам, дело за вами, — с улыбкой проговорил мужчина, распахивая передо мной дверь, — в Ранье только один мастер, знающий этот материал. Во всем Инс-Айденском округе таких нет, разве что из столицы пригласить, но кто поедет в это захолустье?

— Ну не скажите, мсье Кэри, город наш чудесен, а сколько всего можно здесь сделать! Знаете, однажды я прочла замечательную фразу: «Лучше быть большой лягушкой в маленьком болоте, чем маленькой лягушкой в большом болоте». Так вот, мсье Кэри, Ранье может стать лучшим городом во всей Вирдании.

— Вы молоды, мадам Делия, и полны жизни, а я уже стар и мне хочется покоя и безбедной жизни, — с ласковой улыбкой промолвил мужчина, помогая мне взобраться в его автомобиль. Возле водителя сел Кип, его постоянное присутствие рядом со мной уже давно не смущало управляющего. Поэтому спустя пять минут, выдержав некую таинственную паузу, мсье Кэри заговорил:

— Мадам Делия, я каждое утро проверяю поступившие за день документы… должен признаться, есть у меня маленькое хобби следить за счетами своих знакомых. Так вот, вчера перед самым закрытием мсье Доуман перевёл на ваш счёт внушительную сумму…

— Вот как? И я так полагаю, там нет никакой дополнительной информации?

— Нет, но я думал, вам известны причины такой щедрости.

— Боюсь, что нет, мсье Кэри. Мало того, я прошу вас, если это возможно, выделить для меня отдельный счёт и перевести эти деньги на него.

— Конечно, мадам Делия, но должен отметить, что эта сумма не только закроет все закладные в нашем банке, но также вы можете отказаться от моего участия в вашем новом проекте.

— Мсье Кэри, я всегда держу своё слово и отказываться от вас как от партнёра не собираюсь, — заверила расчувствовавшегося мужчину, не вслушиваясь в ответные заверения преданности нашему общему делу — мыслями я уже была далеко.

Неожиданную щедрость от Сефтона я могла объяснить себе лишь появлением моего близкого родственника. До моей беседы с Орманом Доуман был не слишком-то любезен и явно жадноват, и просто так он бы ни за что не перечислил деньги. Значит, «папенька» что-то выяснил и принудил Сефтона со мной рассчитаться. Кстати, надо не забыть спросить у новоявленного отца, где родные по линии матери. Странно, но ничего в воспоминаниях Дель о них нет, документов и записей, к сожалению, тоже. Не то, чтобы я хотела повидаться с ними, но всё же было бы лучше знать о возможных незваных гостях.

— Мадам Делия, зайдёте на чашку кофе? — спросил управляющий, прервав мои мечущиеся мысли. Оказывается, мы уже стояли у здания банка, а Кип успел выбраться из машины и теперь ждал, когда я соизволю выйти.

— Благодарю, мсье Кэри, но мне пора ещё на одну встречу.

— Банный комплекс, — со знанием дела проговорил мужчина, чуть помедлив, продолжил, — восхищаюсь вашей хваткой, мадам Делия.

— Ооо, мсье Кэри, уверяю вас, это ещё не все мои замыслы, — немного пококетничала я, пусть знает, что у меня ещё полно стоящих идей, и проговорила, — до скорой встречи.

— До скорой встречи, мадам, завтра договор аренды будет готов, — попрощался управляющий, направляясь к банку. Я тоже не стала стоять у автомобиля и, взглядом показав секретарю на ресторан, устремилась к нему. Там через десять минут меня ожидают очередные переговоры, но на этот раз не все их участники будут мне приятны, а некоторые будут ещё и раздражать уверенностью в своей неотразимости.

— Кип, надо дать объявление об открытии нового завода по производству пластика и о наборе сотрудников. Особенно необходимо выделить текст, где требуется мастер производства.

— Думаешь, тот парень придёт?

— Если не глупец, то да. Иначе ему ничего не остаётся, как быть вечным подмастерьем у человека, который даже ни на секунду не задумывается о внедрении новых продуктов и изменении производства. Я вообще удивляюсь, как он до сих пор держится на плаву.

— В Ранье любят играть в бильярд, — хмыкнул Кип, распахивая передо мной дверь, буквально у самого носа замешкавшегося дворецкого.

— Здравствуй, Нолл, есть свободное и укромное местечко, чтобы спокойно выпить кофе?

— Добрый день, мадам Делия, в алькове за сценой, сегодня Дидол не поёт и там будет тихо.

— Отлично, веди нас туда и принеси пожалуйста, нам как обычно. И, Нолл, через несколько минут сюда придут мсье Николас Эдингтон, Крейг Брикман и Мэтью Паркер. Будь так любезен, предупреди меня сразу, как только кто-нибудь из них появится, — попросила, следуя за официантом, который правильно уловил мой настрой и вёл нас менее оживлённой стороной.

— Мсье Николас уже здесь, он беседует с мсье Сефтоном в том алькове, — тотчас сообщил парень, указав кивком на небольшую, скрытую за ширмой нишу.

— Ты обслуживаешь их столик?

— Да, мадам, но стоит мне к ним подойти, мсье замолкают, — понял меня с полуслова Нолл.

— Ладно, тогда предупреди, пожалуйста, меня, когда появится Мэтью Паркер или Крейг Брикман, — попросила, присаживаясь на отодвинутый учтивым официантом стул. И стоило только парню отправиться за нашим заказом, я, бросив нечитаемый взгляд в сторону ширмы, проговорила, — я не знала, что у Сефтона и Николаса есть общие дела.

— Их и нет, насколько мне известно. До сегодняшнего дня Сефтон не общался с мсье Эдингтоном, и даже несколько раз высказывался о нём как о выскочке.

— Странно, — задумчиво протянула, гадая, что может связывать Николаса и Сефтона, но почему-то в голову лезли мысли одна паршивее другой, и все они так или иначе приходили к единому выводу — заговор против меня. Чертыхнувшись про себя, истерично хохотнув, признаваясь, что у меня появилась мания преследования, я вернулась к бумагам. На сегодняшней встрече я планировала обсудить сделанное и решить вопрос с заморозкой строительства. Фундамент залит, сохнуть ему месяц, а то и больше с такой-то погодой. А в холода здесь кирпич не кладут, и как бы мне ни хотелось побыстрее получать прибыль, данный проект будет долгоиграющим…

— Мадам Делия, мсье Мэтью только что сел за столик, — прервал мои мысли официант, поставив передо мной чашку кофе, а перед Кипом — чай и пирог.

— Спасибо, Нолл, — поблагодарила парня, обращаясь к секретарю, — время ещё есть, подождём, вдруг и у Паркера назначена здесь встреча.

— Ну не настолько же он глуп, — хмыкнул мужчина, быстро расправляясь с пирогом, — после твоего предупреждения он каждый свой шаг с тобой согласовывает.

— И правильно, он едва не закупил партию плитки для бассейна, — тут же подхватила я, вспомнив жуткий цвет того кошмара, — сэкономить решил.

— Прекрасный цвет, — усмехнулся Кип, который, увидев тёмно-коричневое нечто, с трудом сдержал громогласный хохот на складе и только в карете дал волю своей истерике.

— Ну да, полное погружение в испра…

— К Мэтью присоединился Крейг Брикман, — сообщил секретарь, прерывая моё едва не вырвавшееся ругательство.

— Сефтон вышел, значит, скоро появится и Николас, — прокомментировала я, залпом допивая кофе, — ну всё, я пошла.

— Удачи, Дель, — пожелал Кип, единственный мужчина в этом мире, которому я стала хоть немного доверять.

Дорогие друзья!

Большое спасибо за комментарии,

я все читаю и очень благодарна вам за поддержку.

Посемейным обстоятельствам пока не могу всем ответить, но обязательно это сделаю.

Хорошего всем дня и отличного настроения!

С уважением, Юлия!

Глава 46

Глава 46

— Значит, решено. Поднимаем внешние стены и закрываем в этом году объект до наступления тепла и возобновления строительства. Мэтью закажет мебель — эскизы я предоставлю, за мной производство горок, — подытожила наш разговор, собирая в стопку разложенные на столе бумаги, — мсье Крейг, вы как-то обмолвились об оранжерее в Грейтауне, можете сделать там заказ? Нам потребуется много растений, чтобы создать в банном комплексе иллюзию тёплого уголка и сказочного леса.

— Конечно, мадам Делия, я запрошу каталог, вы можете выбрать подходящие.

— Отлично, ну… вроде бы всё. Полагаю, в ближайшее время встречи назначать не имеет смысла, если возникнут вопросы, я готова их обсудить, — проговорила, вежливо улыбнувшись сразу троим мужчинам, добавила, — до свидания, мсье.

— До свидания, мадам Делия, — хором попрощались партнёры, одновременно поднимаясь следом за мной из-за стола.

Едва заметно кивнув, я подхватила сумочку и поспешила к выходу. На улице с каждой секундой становилось всё мрачнее, того и гляди хлынет дождь, и я торопилась укрыться в карете. Но стоило мне только забраться в её тёмное нутро, а Кипу начать закрывать дверцу, в щель просунули ногу, а следом в карету пролез мсье Николас собственной персоной.

— Мадам Делия, нам нужно поговорить, — заявил наглец, без дозволения усаживаясь на сиденье.

— Выкинуть его отсюда? — меланхоличным голосом спросил Кип, кивком указав на самодовольно ухмыляющегося мужчину. И надо сказать, первым моим желанием было именно так и сделать, но любопытство, как говорится, и кошку сгубило, поэтому я произнесла:

— Не нужно, у мсье Николаса, наверное, очень важный разговор, раз он забыл о приличиях.

— Вы правы, — хмыкнул наглец, забросил ногу на ногу, отвалился на спинку сиденья, стряхнул невидимую пылинку с пальто, явно выдерживая паузу. Но поддаваться провокации я не собиралась, пусть дальше выделывается. Я, конечно, терпением не отличалась, но если требовалось, могла и подождать.

— Кип, скажи извозчику, пусть трогает, — распорядилась, с трудом сдержав довольную улыбку, услышав барабанную дробь дождя по крыше. Насколько мне известно, свой автомобиль Николас предпочитал водить сам и, со слов моего помощника, был первоклассным водителем. И сейчас его авто было припарковано у ресторана, а это значит, что наглецу придётся топать ножками под проливным осенним дождём. Что ж, это не самая сладкая мстя, но даже она самую малость грела мою душу.

— Мадам Делия, — наконец заговорил Николас, так и не дождавшись, когда я попрошу его начать беседу, — сегодня у меня состоялась встреча с мсье Сефтоном Доуманом…

Мужчина снова сделал паузу, возможно, хотел увидеть моё удивление, но желания подыгрывать у меня не было, и я промолчала.

— Кхм… Сефтон сделал мне очень заманчивое предложение, — продолжил Эдингтон, растянув губы в очаровательной улыбке, — он готов продать мне часть его акций одной интересной мне фабрики, но в обмен просит, чтобы я вас соблазнил…

И снова пауза. На этот раз мне было трудно сдержать свои эмоции, но всё же я справилась. И насмешливо подняв бровь, лениво осведомилась:

— И вы, конечно же, согласились?

— Я не мог отказаться от столь заманчивого предложения. Признаться, мадам Делия, вы давно мне нравитесь, и я не оставляю надежды на взаимность.

— Мне ничуть не жаль сообщать вам это — но вы зря тратите своё, а главное, моё время. Я вам уже говорила, что между нами ничего не может быть… Николас, вы не в моём вкусе.

— Вы жестоки, мадам, — воскликнул мужчина, притворно схватившись за то место, где должно находиться сердце, и в отчаянии прокричав, — вы раните меня!

— Могу добить, чтобы не мучились, — вкрадчивым голосом проговорила, ласково оскалившись.

— Выкинуть? — вновь спросил Кип, но без особого желания — кажется, ему пришлось по нраву это представление.

— Ещё немного проедем, чтобы ему идти было дольше, — проговорила, окинув шута заботливым взором, — полагаю, холодный дождь пойдёт мсье Николасу на пользу.

— А если серьёзно, Делия, Сефтон правда предложил мне такую сделку, и я действительно согласился, — вдруг прекратил балаган Николас Эдингтнон, с его лица исчезла самодовольная ухмылка, а взгляд стал задумчивым.

— Уверена, мсье Сефтон не предполагал, что вы тут же расскажете о сделке мне. Мсье Николас, считаете, что, сообщив о ней, вы завоюете меня?

— Нет, я просто хотел тебя предупредить и согласился лишь потому, что Сефтон, получив мой отказ, пойдёт искать более сговорчивого исполнителя, а он не будет таким же благородным и честным как я, — не смог не похвалиться мужчина, но уже через секунду, снова став серьёзным, заговорил, — Доуман уверял меня, что ты приревновала Фрэнка, застав его с девицей в вашей постели, и по этой причине подала на развод. И по его плану, опорочив тебя в свете, что должен сделать я, ты станешь более покладистой и простишь мужа. Вернёшься в любящую семью и родишь минимум двоих маленьких Доуманов.

— Отличный план, — задумчиво протянула, невидяще уставившись перед собой. Чтобы опорочить замужнюю женщину в это время, недостаточно застать её наедине с мужчиной в алькове ресторана или за колонной на званом вечере. Здесь требуется существенное действие, а значит, свёкор, если называть всё своими именами, заказал затащить меня в постель в буквальном смысле, и непросто затащить…

— Я решил, что тебе лучше быть в курсе планов твоего родственника. Насколько я тебя узнал, этим мадам Делию не вернуть, да и причина развода здесь явно другая, но почему-то Сефтон уверен в своей афере.

«Почему-то… Сефтон всё ещё считает, что я всего лишь заигравшаяся девочка. Кэри невольно проговорился на днях, что многие мужчины уверены, что проект „Банный комплекс“ принадлежит трём мсье, а я всего лишь приобрела крохотный процент акций. Что кирпичный завод держится на плаву только благодаря сделке с мсье Ходжезом. И что я начиталась любовных романов некой Мерид Молс и всего-навсего копирую её выдуманных героинь. И только небольшая часть мужчин Ранье, а это, если я верно поняла, белые фигуры, знают правду. Но не кричать же на каждом углу, что это мои проекты и мои идеи…» — глубоко задумалась, мысленно расчленив и закопав мужскую половину Доуманов.

— Делия, вы согласны с моим предложением?

— Простите, я не расслышала, — проговорила, наконец сфокусировав взгляд на мужчине, — какое предложение?

— Изобразить, что вы благосклонно принимаете мои ухаживания. Мы время от времени будем встречаться в ресторане у всех на виду. Посетим театр, скоро представление даёт Несравненная Бэтт. Нам надо показать Сефтону, что мне удалось увлечь вас собой, и тогда он не будет искать другого кандидата.

— Нет, — ответила резче, чем следовало, но чуть сбавив тон, продолжила, — спасибо за предупреждение и вашу самоотверженную помощь, но я не нуждаюсь в благотворительности, тем более такого рода.

— Но, Дель…

— Мсье Николас, я не припоминаю, когда мы с вами перешли на ты? — оборвала мужчину, бросив на него раздражённый взгляд. Доверия к этому мужчине у меня не было: кто знает, а не ведёт ли он свою игру, и самое верное — это держаться от него подальше. Интуиция кричала истошной сиреной, стоило Николасу Эдингтону подойти ко мне на расстояние ближе пяти шагов.

— Между нами столько всего было, я решил, что мы стали близки, — Николас снова натянул маску шута и ловеласа, проникновенным голосом продолжив, — прошу прощения, мадам Делия, что позволил себе некие вольности.

— Прощаю и надеюсь, мы больше не вернёмся к этой неприятной теме разговора, — вымученно улыбнулась и, обернувшись, к натянутому как струна Кипу, проговорила, — мы же недалеко отъехали от ресторана?

— Сделали второй круг. Я прикажу остановиться, до автомобиля мсье Николаса недалеко, — ответил секретарь, как всегда, понимая меня с полуслова, дважды ударив по стене, и уже через минуту карета остановилась.

— Мсье Николас, извините, я была слишком резка, но сами понимаете, услышать такое… — смущённо проговорила, решив немного сгладить завершение нашей беседы. Как бы то ни было, мне не хотелось наживать себе ещё одного недруга, предпочитаю просто держаться от таких людей подальше.

— Я понимаю, мадам Делия, будь я на вашем месте, давно бы одарил пощёчиной нахала, — в своей обычной манере усмехнулся мужчина, наконец толкая дверь от себя, выпрыгивая, и на ходу проговорил, — буду искренне рад, если вы передумаете и согласитесь на моё предложение.

— До свидания, мсье.

— До свидания, мадам Делия, — наконец попрощался Николас и устремился к своему автомобилю. Я же, коротко кивнув Кипу, приказала возвращаться домой.

Долго я искала подходящий арт для Глена, не совсем то конечно, но сходство есть)

Глава 47

Глава 47

— Что будешь делать? — вполголоса, будто размышляя, спросил Кип спустя несколько минут гнетущей тишины.

— С кем? С Николасом Эдингтоном? Или Доуманом? — усмехнулась, мечтая лишь об одном — чтобы оба провались куда-нибудь поглубже.

— С Сефтоном.

— Наказать. Его неистовое желание вернуть меня в лоно семьи уже набило оскомину. А появление «папеньки» почему-то подстегнуло его к решительным действиям, правда, не очень умным, — задумчиво протянула, мысленно расставляя фигуры для очередной партии, наконец заговорила, — Сефтон объявил о продаже пятидесяти процентов акций своей фабрики. Условия торга — пять процентов в одни руки. Собери мне приличных людей для сделки.

— Ты хочешь выкупить половину его фабрики⁈ — оторопело воскликнул мужчина, неверующе уставившись на меня, — на те деньги, что он тебе перечислил?

— Уверена, что деньги не его, а Ормана, — усмехнулась, зная, что в последнее время у Сефтона дела идут неважно. Кинутые им партнёры словно коршуны разрывают на куски его бизнес, и таких сумм у него в наличии теперь точно нет, все в недвижимости или вложены в дело. Хорошо дружить с управляющим банка, особенно с тем, у которого увлечение — следить за счетами своих знакомых.

— Допустим, но зачем?

— Перепродам Николасу, раз ему так нужна эта фабрика, — довольно оскалилась, предвкушая очередную игру, — с условием, что мне товар будет продавать по себестоимости.

— Десять человек значит надо?

— Угу, найдёшь приличных на вид?

— Найду, у некоторых уже имеется опыт в покупке и продаже кирпича, — рассмеялся Кип, напомнив о махинации с партией залежавшихся на складе кирпичей.

— Скоро станут профессионалами, и мы возьмем их на постоянной основе — присоединилась к веселью, ощущая, как скованность и напряженность меня наконец покидают, спустя пару минут проговорила, — у отца был домик у озера Им, небольшой, скрытый за ивами… интересно, он еще стоит?

— Хочешь, съезжу проверю?

— Проверь, — не стала отказываться, чувствуя усталость и желание укрыться подальше от всех в уединённом месте, — может быть, выберемся туда с Дареном.

— Слышал, там хорошая рыбалка, — так мечтательно протянул Кип, что я невольно поддалась его настроению.

— Костерок на берегу, уха в котелке и песни под гитару…

— Не думал, что мадам Делия отдыхала на природе без слуг, — поддел меня мужчина, тут же получив болезненный удар по ноге, — Ай! За что⁈

— Не будешь наговаривать… черт! Опять он, — витиевато выругалась, неосознанно вспомнив некоторые словечки дяди Толи, охранника в моем офисе, восхитив своего секретаря специфическими знаниями.

— Сефтона не вижу, в дом его не пустили бы, значит Орман приехал один, — проговорил Кип, сразу как пришел в себя, — опять по улице гулять будешь?

— В дом не поведу, нечего ему там делать, — буркнула, борясь с желанием, громко гикнув, рвануть галопом мимо ворот, чтобы только не вести беседы с новым родственником. Но к моему великому сожалению, это будет выглядеть глупо и по-детски, так что, обреченно вздохнув, я приготовилась к очередному странному и выматывающему разговору.

Выбиралась из кареты неторопливо, впервые пожалев, что сейчас на небе ни облачка и солнце не по-осеннему жаркое, а другой причины отказать в разговоре не нашлось. Но как бы я ни медлила, все же пришлось, натянув улыбку, поприветствовать ожидающего меня у ворот «папеньку»:

— Добрый день, мсье Орман.

— Хм… добрый день, Делия, — скривился новоявленный отец, было заметно, что он надеялся услышать от меня «папа», но как по мне — странное ожидание.

— В моем доме всё ещё ремонт, я готовлюсь к празднованию дня рождения, так что извините, но пригласить вас я не могу.

— Какие могут быть между родными неловкости, — отмахнулся мсье Орман, явно желая наведаться в мое поместье, но я упорно не хотела подпускать его близко к своей семье.

— Я полагаю, вы хотели поговорить со мной, погода чудесная, может прогуляемся?

— Твой секретарь будет с нами?

— Кип всегда рядом со мной, с некоторых пор я беспокоюсь о своей безопасности, — ответила, успев увидеть едва заметное дерганье носом, будто в воздухе потянуло неприятным запахом.

— Я хотел тебе рассказать о маме и о нас, полагаю, это личное, и твоему секретарю не стоит это слышать… да и тебе рядом со мной нечего опасаться.

Упираться и продолжать настаивать на своем было бы с моей стороны недальновидно. И Орман прав, по крайней мере сейчас он мне ничего не сделает, но всё же я буду держаться от «папеньки» на расстоянии, в моей памяти всё ещё свежи воспоминания о свекрови, которая уколола меня какой-то дрянью.

— Конечно, — выдавила из себя, натянуто улыбнувшись, и первой направилась к тропинке.

— Мы познакомились на балу, — начал Орман, стоило нам отойти от ворот метров на десять, — она была самой красивой, умной и веселой… она привлекала к себе внимание всех мужчин, и я тоже не смог устоять перед ее очарованием. После бала мы не виделись несколько недель я думал, с ума сойду от тоски. Как я бежал на встречу к ней, Делия… мы были молоды, влюблены и не думали о последствиях. В тот день я пришел к отцу сказать, что люблю и хочу жениться, он… твой дед был жестоким, властным человеком и не терпел неповиновения…

Мсье Орман замолчал, невидяще уставившись перед собой. Мы давно остановились у небольшого куста с облетевшей листвой. После трёхдневного беспрерывного проливного дождя под ногами противно хлюпало, а на ботинки налипло столько грязи, что они едва поднимались от тяжести.

Слушая грустную историю о любви в исполнении мсье Ормана, я почему-то была уверена, что всё это было ложью. Все эти красивые слова, печальные вздохи и отсутствующий взгляд казались мне притворством. Невольно отметив в себе некий цинизм к чужим чувствам, мне отчего-то стало немного страшно. Решив подумать над неприятным открытием позже, я поторопила продолжить:

— Ваш отец не позволил жениться на моей маме?

— Он отослал меня из Вирдании на год. Когда я вернулся, Винтер была замужем за Алтоном, нашим счетоводом. Отец, узнав, что твоя мама в положении и ребенок мой, быстро организовал их свадьбу… Твой дед не хотел, чтобы об этом узнали наши знакомые, он подкупил Алтона. Передал часть нашей земли в Ранье молодой семье, попросил его величество наградить Алтона Рейна титулом и выслал их подальше от столицы.

— Ясно, но вы приезжали?

— Да, отец попытался от меня скрыть сведения, но я нашел свою любимую. И приезжал к Винтер так часто, как мог. Видел тебя… ты росла очень умной и послушной девочкой.

— Кхм… — ухо царапнуло брошенное вскользь слово «послушная», но раз я взялась выяснить у «папеньки» подробности, пришлось терпеть, — а как ваше появление воспринимал Алтон Рейн?

— Он знал, что я и Винтер любим друг друга, и уезжал из поместья. Алтон, имея деньги моего отца, исполнил свою мечту — отправился в путешествие. Он был лишь ширмой, Делия, твой отец — я.

— А родители мамы? Где они? — не стала спорить, кто на самом деле был отцом Дель. Из воспоминаний девушки, Алтон был любящим, заботливым человеком и да, часто отсутствовал, но всегда, когда был в поместье, каждую минуту проводил с малышкой Дель. А вот мсье Ормана, как я ни пыталась, не могла вспомнить. Нет, туманный образ какого-то незнакомца всплывал в памяти, но и только.

— Ее растила тетка, родители умерли от болезни… многих тогда унесла эта страшная эпидемия. Сестёр и братьев у Винтер не было, а тетка была одинокой и вот уже десять лет как почила.

— Десять, а до этого? Почему не виделась со своей, получается, единственной родственницей?

— Мадам Жослин была очень строгих правил и отказалась от племянницы, узнав о ее положении, — поморщился мужчина, якобы не одобряя поступок тетки.

— А другие? Дальние родственники?

— Я понимаю, Делия, твое желание найти родных, но у тебя, кроме меня, никого нет, — печально вздохнул мсье Орман, ласково мне улыбнувшись, — у меня тоже никого. Моя навязанная отцом жена так и не смогла родить мне сына — наследника и продолжателя рода Орман. Пять выкидышей… она была слабой и болезненной женщиной, шестой Адель не пережила. Больше я не женился, вернувшись в Вирданию, поспешил к Винтер, но узнал, что моя любимая погибла вместе с Алтоном, ты вышла замуж за Фрэнка, родила мне внука и заболела. Сефтон отвез меня к тебе, ты никого не узнавала… Делия, я пробыл с тобой несколько дней, но ты так и не пришла в себя. Забрать в столицу я тебя тоже не мог, ты бы не перенесла дорогу, и я надеялся, что тебе станет лучше, так и вышло.

— Это случилось не благодаря мсье Сефтону, — проговорила, посмотрев прямо в глаза мужчине.

— Делия… я потребовал объяснения. Доуман дал мне микстуру, которой поили тебя, несколько часов назад пришёл ответ от лекаря. Она безопасна, ей невозможно убить… Делия, Сефтон желает тебе и твоему сыну только добра. Он был лучшим другом твоего отца и частым гостем в вашем доме. В тебе говорит обида… я знаю, что это такое, когда мы молоды, поддаемся чувствам и многое не видим, — мягко проговорил мсье Орман, снисходительно улыбаясь.

И как же было сложно сдержать себя и не послать Ормана с его добрым Доуманом куда подальше. Заставить себя слушать этот бред, выуживать из потока лживых слов важное для себя. Но я терпеливо слушала, запоминала и ждала…

— Я много раз приезжал в Ранье, когда ты лечилась в Диншопе, — продолжил лить неприятную, затягивающую, словно паук в свои сети, патоку мужчина, — Дарен — умный и прилежный мальчик. Пока ты болела, Сефтон воспитывал его, нанял лучшего гувернера… Делия, я понимаю, что ты болела и не могла находиться рядом с сыном, но мальчика пора отдать в школу. Он должен вырасти мужчиной и достойным наследником рода Орман.

— Он Доуман и Рейн, — напомнила «папеньке», который, видимо, позабыл, что сам отказался от своей любимой.

— Об этом не волнуйся, я уже подал прошение его величеству и собрал все свидетельства, которые подтвердят, что ты моя дочь. Жаль, мы не нашли соглашение, подписанное моим отцом и Алтоном, где были указаны оговоренные условия. Этого было бы достаточно, чтобы доказать его величеству, что Делия Рейн — Орман. Но уверен, ты подтвердишь перед королем моё прошение.

— Я продрогла, — пробормотала, притворно ежась и вздрагивая, не собираясь отвечать на вопрос «отца», — пора возвращаться.

— Конечно, Делия, — покладисто согласился Орман, заботливо на меня поглядывая, с тихим смешком укорив, — это поместье требует не просто ремонта, такую развалюху проще снести и построить новый дом. Но зачем, если тебе и Дарену будет лучше в столице? Для мальчика там все условия.

— Это дом моей мамы, где она и я были счастливы, и он очень мне дорог, — произнесла, невольно ускоряя свой шаг, спеша остаться одной и хорошенько подумать.

— Ты права, это твой дом, здесь ты выросла, — не стал спорить Орман, не отставая от меня ни на шаг. Я же продолжила свой практически забег, остановившись только у ворот, и смущенно улыбнувшись, быстро проговорила:

— Мне пора, до свидания, мсье Орман.

— Надеюсь, что скоро ты назовешь меня папой, а Дарен — дедом, — ласково проговорил мужчина, не дожидаясь, когда я направлюсь в дом, устремился к автомобилю и, судя по довольной улыбке, находился в благодушном состоянии.

Я тоже не стала наблюдать за отъездом «отца», рванув к зданию, и сцепив руки в кулак и сжав челюсти до зубовного скрежета, с трудом сдерживалась, чтобы истошно не заорать.

Глава 48

Глава 48

— Что он хотел? — спросил секретарь, стоило мне только зайти в свои покои. Мужчина в ожидании меня с удобством разместился за моим столом и что-то читал.

— Не знаю, Кип, я уже ничего не понимаю, — пробормотала, устало опустилась на диван и, схватившись за голову, едва слышно простонала. Затылок немилосердно разрывало, а давящая боль не позволяла сосредоточиться.

— Дель… — окликнул мужчина, не выдержав десятиминутного безмолвия, быстро пересек разделявшее нас расстояние и обеспокоенно проговорил, — позвать лекаря?

— Нет, у меня остался отвар, просто надо немного отдохнуть, — невнятно пробормотала, благодарно улыбнувшись Кипу, — пройдет.

— Я давно тебя такой не видел… только там, в Диншопе — растерянная, но полная решимости. Сейчас ты тоже растеряна, Дель, но напугана. Что тебе Орман сказал?

— Кип… кажется, он хочет забрать у меня Дарена, — глухим голосом произнесла, огласив то, в чем так боялась признаться даже самой себе, — ему нужен наследник. Он уже и прошение подал королю, чтобы меня признали его дочерью… вот только я ему не нужна, а вот послушный внук — да! Кип! Я уверена, он и Доуман заодно! Они поили меня дрянью, чтобы я была невменяемой до поры до времени…

— По закону Вирдании… по новому закону, которому всего пять лет, — уточнил мужчина, устраиваясь недалеко от меня, — ребенком занимается мать. Но, когда ребенку исполняется семь лет, сына забирает отец, чтобы воспитать из него мужчину. А девочки остаются с матерью. Дарену шесть с половиной?

— Да, — коротко ответила, впервые ощутив, как что-то жуткое сжимает мое сердце в тиски, дышать становится всё труднее, а паника захлестывает, будто огромная волна бушующего океана.

— Хм… — поперхнулся секретарь, задумчиво перебирая в руках краешекпледа.

— И согласно тем же изменениям, — с горькой усмешкой заговорила, вспомнив прочитанный месяц назад свод, — если женщина является единственной наследницей своего имущества, без права передачи его мужу, в случае ее скоропостижной смерти, имущество наследуют ее дети, но только после достижения ими семи лет. Если детям нет семи, все имущество переходит короне, до опять же наступления детям указанного возраста. Почему семь?

— С этого возраста дети несут ответственность за свои поступки и могут понести наказание.

— Какой же это бред… Кип, значит им нужен не Дарен, они хотят мое наследство, мой сын всего лишь ключ, чтобы продолжить им пользоваться. Что с моим наследством не так? Ну не кирпичный же завод им понадобился? Получается, Орман и Доуман убили моих родителей, меня наивную выдали замуж за Фрэнка и благополучно травили, чтобы под ногами не мешалась, и да, «папенька» прав, убивать меня не собирались… пока. А теперь, когда я очухалась и смешала им все планы, они выжидают время… Кип, у меня есть полгода, всего лишь полгода.

— Боюсь, Дель, ты права, — пробормотал мужчина, невидяще вперившись перед собой, — Алтон Рейн, составив такое завещание, и обезопасил тебя, и подставил под удар. Если я верно помню, ты даже никому передать не можешь свое имущество, только короне. И лишь после твоей смерти оно перейдет твоим детям, а вот на них условия завещания уже не распространяются. Однако, пока жив Фрэнк, только отец может заявить о своих правах… после — Сефтон. Когда Орман получит у его величества согласие на свое прошение, то и он. Но, Дель, от тебя потребуется подтверждение, если, конечно, у Ормана нет иных доказательств.

— Орман говорил о каком-то письменном соглашении между Алтоном Рейном и отцом Ормана, но они его не нашли. И да, он уверен, что я подтвержу перед его величеством, что он мой отец. Значит, я могу просто отказаться, а Доуманы… — чуть запнулась, все же решительно проговорив, — им пора исчезнуть. Я не отдам им своего сына!

— Дель, прости, но есть множество способов вынудить тебя дать согласие.

— Значит, и Орману пора исчезнуть…

— С ним будет непросто, — покачал головой мужчина, — он неглуп и не попадется в ловушку.

— Тогда придется побыть любимой дочерью, которая счастлива найти такого замечательного отца, — сквозь зубы процедила, стиснув кулаки так, что побелели костяшки.

— Да, — вполголоса, будто размышляя, согласился Кип, откидываясь на спинку дивана. Некоторое время мы молчали, каждый погруженный в свои мысли. Не знаю, о чем думал друг — да, Кип стал мне больше, чем просто помощник. Мои же мысли крутились только в кровожадном направлении. В конце концов, осознав, что сегодня я не могу связно мыслись, я поднялась и направилась в ванную комнату.

— Аманда вернулась?

— Да, когда я ее последний раз видел, она присоединилась к Глену и Дарену.

— Отлично, значит сегодня все дома, — произнесла, опершись о край тумбы, и принялась разглядывать себя в отражении. Усталый, измученный вид, темные тени под глазами, серый цвет лица и потухший взгляд. Картина удручала, но больше всего беспокоил охвативший меня неконтролируемый страх потери ребенка, который затмил мой разум, не позволяя адекватно рассуждать.

— Мне нужен отдых, просто хороший отдых, — наконец пробормотала, повернув вентиль, набрала полные ладони прохладной воды и брызнула себе в лицо.

Только спустя, наверное, полчаса я выбралась из ванной комнаты, мокрая до пояса, но головная боль немного прошла и стало чуть легче дышать. В покоях Кипа уже не было, и я, переодевшись в домашний наряд, собрала волосы в косу. Посчитав, что сегодня мучить себя, ища способы решения, бессмысленно — всё равно в голове стоит гул, и ничего путного я не придумаю, отправилась на поиски сына. Только рядом с ним мне становилось легче, упаднические мысли исчезали, а его доверчивый взгляд, полный непоколебимой веры в меня, придавал сил.

— Мам, смотри как я умею! — прокричал счастливый ребенок, которого я нашла в зале, обустроенном для тренировок, — Глен меня научил ходить на руках!

— Ты молодец! Здорово получается! — похвалила довольного сынишку, который только что продемонстрировал свое умение, — Аманда, а ты так умеешь?

— Куда мне, — рассмеялась девушка, но в ее взгляде застыл немой вопрос и беспокойство, — Глен сказал, что я необучаемая.

— Неправда, я сказал, что вам, мадмуазель, придется много потрудиться, чтобы вы смогли так встать, — возразил парень, озорно улыбаясь.

Кип же, усевшись в углу зала, задумчиво смотрел перед собой и, по-моему, медитировал, не обращая внимания на шумный спор, тут же устроенный Амандой с Гленом. И судя по потрясающей физической форме девушки, она сейчас выиграет этот спор.

Дарен, хихикая, тут же рванул ко мне поближе, и мы, с удобством разместившись на одном из ковров, с комментариями и смехом наблюдали за цирковым представлением, устроенным Амандой и Гленом.

— Мама, Роско сегодня поймал огромную крысу в коридоре.

— Крысу⁈ Здесь? Жуть какая! Надеюсь, вы ее выбросили? — невольно передернулась, отвлекаясь от зрелища.

— Натиша и Нел бегали по всему поместью за Роско, — заливисто рассмеялся сын, — пока Лудо не пришел, Роско слушается Лудо.

— А тебя слушается?

— Не всегда. Глен сказал, в моем голосе нет твердости, — печально вздохнул ребенок.

— Появится, дай время, — проговорила, обняв прильнувшего ко мне сына.

Общение с ребенком, с близкими мне людьми и совместный ужин помогли немного прийти в себя, но стоило только остаться одной, страхи вновь накинулись на меня будто изголодавшие звери. Мысли о скорой потере сына, о слишком коротком сроке мнимого спокойствия набатом забили в моей голове.

Тщательно закрыв дверь и окна на засов, я, не раздеваясь и едва передвигая ноги, шаркающей походкой добралась до кровати. Буквально вползла под теплое и тяжелое одеяло и, укутавшись в него, попыталась отрешиться от гнетущих мыслей и уснуть. То и дело всхлипывая, борясь с прорывающимися рыданиями. Но сон, как назло, не шел, а мысли с каждой минутой становились всё страшнее. Прислушиваясь ко всякому шороху и звуку, я тем не менее испуганно вздрогнула, услышав тихий стук в окно…

— Черт! — громко выругалась, спускаясь с кровати, и заметив за стеклом знакомый плащ, отодвинув щеколду, проговорила, — я тебя сегодня не ждала.

— Я знаю, — ответил мужчина, бесшумно проскальзывая в покои, но к креслу не прошел. Сразу остановившись всего в метре от моей кровати, куда я уже вернулась и заворачивалась в одеяло, почувствовав озноб, спросил, — ты заболела?

— Просто холодно, — неопределенно пожала плечами, откидываясь на подушки, — ты же не за этим пришел? Узнать о моем самочувствии?

— А если да? — с вызовом в голосе сказал мужчина, усаживаясь на край кровати, — что, если меня беспокоит твое состояние? Я переживаю как ты.

— Хм… нормально, правда, сегодня мне совсем не до разговоров, — хмыкнула, устало закрыв глаза, вновь ощутив подступающий к горлу ком, невнятно пробормотала, — завтра приду в себя и все расскажу.

— Отдыхай, — неожиданно заботливо прошептал мужчина. Кровать на мгновение поднялась и снова прогнулась под тяжестью тела, а через минуту я почувствовала, как крепкие руки прижимают меня к себе. И тут же широкая, мозолистая ладонь ласково погладила меня по голове, словно маленького ребенка. Сил, да и желания возражать и спорить у меня не было. Задыхаясь от жалости к себе, давясь непролитыми слезами, я с тихим вздохом уткнулась в грудь мужчины и позорно разрыдалась. Выплакивая страх, боль и неимоверную усталость…

Не знаю, сколько мы так просидели, но наконец сон всё же взял свое, затягивая меня в черный омут кошмаров. И только знакомый голос всего лишь единственной фразой развеял мои жуткие сновидения.

Генри Орман

Глава 49

Глава 49

«Я никому тебя и Дарена не отдам», — с этими мыслями я проснулась, на удивление выспавшаяся и полная сил. Эти странные слова преследовали меня в ванной и за завтраком. Не покидали меня и по дороге в город, и только в банке я немного отвлеклась, беседуя с мсье Кэри.

— Мадам Делия, это недальновидно с вашей стороны. Держать такую сумму в доме небезопасно, — пытался достучаться до меня управляющий, по-моему, искренне беспокоясь обо мне.

— Мсье Кэри, я не собираюсь держать деньги в доме, не волнуйтесь. Я отдам их в надёжные руки, — в очередной раз повторила, но, кажется, мужчину убедить не смогла. А сообщать, что всю выплаченную Сефтоном сумму я решила разместить в другом банке, открыв счёт на Кипа Джонса, я не собиралась. Ведь если я буду переводить на счёт подозрительных личностей определённые суммы, требуемые для покупки акций, то тут же возникнут вопросы, а мне этого бы не хотелось.

— Ох, мадам Делия, — покачал головой мужчина, но подписал чек на выдачу нужной мне суммы, — может вас сопроводить? Я распоряжусь предоставить вам охрану.

— Не требуется, у меня своя, — улыбнулась, вспомнив пятерых вполне приличных на вид мужчин, которых привлёк для этого важного дела Кип, — до свидания, мсье Кэри, была рада вас видеть.

Получить наличные тоже оказалось непросто, бедняга-кассир весь изнервничался, пока считал, пару раз сбился и, обливаясь потом, спустя час всё же выдал мне первый мешок с деньгами.

Мысленно хохотнув, глядя на то, с каким важным видом забирает холщовую сумку Кип, я изумлялась, как ловко рассредоточилась по залу моя охрана и, не привлекая к себе внимания, зорко следила за окружающими. Когда оба мешка оказались в руках моего секретаря, мы наконец двинулись к выходу. И только у самой двери я на минутку замешкалась, заметив знакомое лицо у стойки администратора, но, к сожалению, не смогла вспомнить, где я видела этого мужчину.

— Ну вот и всё, — с облегчением выдохнул Кип, выходя из банка Лодрен, наверное, больше меня переживавший о благополучном исходе нашего дела, — деньги в банке, часть перечислена на счёт Тома.

— Да, ждём первые пять процентов акций, — проговорила, спеша укрыться в карете, на улице сегодня похолодало и моросил противный, как пыль, дождь.

— Ты отдашь их Николасу?

— Нет, конечно, обойдётся, — усмехнулась, кутаясь в пелерину, — я хочу выкупить у Сефтона все его имущество, но перед этим разорю. Партия уже началась, статьи с подтверждающими документами о его грязных делишках уже запустили искру, пожар занялся и потушить его будет очень трудно, я бы сказала, невозможно.

— Хорошо, а то я подумал…

— Что я спятила? Ты не ошибся, — горестно хмыкнула, невидяще уставившись перед собой, — порой меня посещают такие же опасения, но я пока держусь.

— Куда теперь? На кирпичный завод?

— Нет, Гейб отлично справляется и без меня. Он, Бронд и Фок хорошо сработались. Готовые кирпичи копятся, плитка тоже, половину конторы уже восстановили, — задумчиво перебрала в памяти, что необходимо ещё сделать на заводе, и получалось, что там всё идёт как надо и пока моего вмешательства не требуется, проговорила, — едем к «папеньке» у меня к нему ряд вопросов, а он так жаждет сблизиться со мной.

— Оу… узнаю Дель, — обрадованно воскликнула Кип, довольно скалясь, — ночь пошла тебе на пользу.

— Нда… — пробормотала, невольно вспомнив, как полночи отчаянно прорыдала на плече Ская, как он, невнятно шепча наивные глупости, утешал меня. Его крепкие объятия и тихий, ровный голос дарили покой и умиротворение, а также уверенность, что всё будет хорошо. Да, после этой ночи в моей голове прояснилось, безотчётная тревога прошла, и вернулась уверенность, что у меня всё непременно получится.

— Орман остановился в особняке на улице Литнур, но обычно в это время его в доме не застать.

— Ты поставил слежку за ним?

— Конечно, — довольно разулыбался мужчина и, выдержав маленькую паузу, добавил, — сейчас он в ресторане Руж, предпочитает обедать там.

— После завтрака прошло больше трёх часов, можно и нам пообедать. Мсье Орман показался мне человеком изысканным, с притязанием на вкус и качество, думаю, в том ресторане будет неплохо.

— Ресторан Руж! — зычным голосом прокричал Кип, приказав возничему трогать.

Моё появление для Ормана оказалось неожиданным. На его лице я успела заметить промелькнувшее удивление, растерянность и раздражение, прежде чем он натянул на себя маску любящего отца.

— Делия, какая приятная встреча, — поприветствовал меня мужчина, поднимаясь из-за стола, — присоединишься ко мне?

— С удовольствием, — улыбнулась в ответ, устраиваясь на свободный стул, Кип разместился за соседним столиком и едва сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос — такой удручённый вид был у «папеньки». Судя по всему, мсье Орман любил предаваться чревоугодию в одиночестве, но он сам настаивает на воссоединении семьи, так что пусть прочувствует все её прелести.

— Рекомендую рыбу, её здесь отлично готовят. Но, признаться, я удивлён встретить тебя в этом ресторанчике, о нём не многие знают.

— А к рыбе что посоветуете? Овощи? — проигнорировала замечание Ормана, переводя разговор на нейтральную тему.

— Я предпочитаю рис, — с улыбкой ответил мужчина, продолжать не стал, так как к нашему столику подошёл официант и мы переключились на него.

— Мсье Орман, я хотела побольше узнать о вас, — как можно дружелюбней проговорила, растянув губы в смущённой улыбке, — когда у вас день рождения, что вы любите, какой предпочитаете отдых… — притворно грустно вздохнув, промолвила, — я о вас ничего не знаю, и вы правы: кроме вас, у меня никого нет.

— Делия, я рад, что ты приняла меня, понимаю, это тяжело и всё так неожиданно, но я счастлив, что у меня есть дочь и внук, — довольно протянул мужчина, взяв мою ладонь в свою, слегка её сжав, уверенно и так искренне произнёс, — ты всегда можешь на меня рассчитывать.

— Спасибо, — едва слышно всхлипнула и, посмотрев преданным, щенячьим взглядом на «папеньку», напомнила, — к какому дню мне и Дарену приготовить подарок по случаю празднования ваших именин?

Орману мой неуёмный интерес к своей персоне явно пришёлся по душе, и мужчина тотчас принялся себя расхваливать. В основном, конечно, рассказывал, какой он влиятельный и успешный — это если кратко. Но всё же я смогла выудить нужную мне информацию из потока самодовольных фраз. И пришла к неутешительному выводу — «папенька» человек непростой и действительно имеет хорошие связи, причём даже в Франбергии, где он прожил несколько лет, пока в Вирдании шла революция. И совладать с ним мне будет сложно, а значит, придётся делать вид, что очень рада появлению нового родственничка.

— Делия, вам с Дареном будет в столице лучше. Мальчику нужны связи, а их заводят с детского возраста. Ты должна думать о будущем своего сына, здесь, в Ранье, нет того, что может получить мой внук.

— Я понимаю, — невнятно пробормотала, тяжело вздохнув, — это так трудно — уехать… у нас здесь всё, я только вернулась из Диншопа, где была совершенно одна. Мсье Орман… я знаю, вы беспокоились о моём здоровье, в письмах к Сефтону интересовались моим самочувствием…

— Кхм… да, — замялся мужчина, залпом допив свой напиток, точно собираясь сбежать, но на главный мой вопрос он ещё не ответил, и я поспешила спросить, — мсье Орман, в тех письмах говорится о каких-то разработках, но в своих документах я об этом ничего не нашла.

— Разработках? — переспросил мужчина, сделав вид, что не в курсе, о чём я спрашиваю, но, будто вспомнив, проговорил, — ах да! Разработки! У озера Ним нашли залежи голубой глины, она дороже, чем красная или жёлтая, но сложна в обработке Сефтон организовал добычу и нашёл покупателя сырья, разве он не перечислил на твой счёт сумму от продажи первой партии глины?

— Перечислил, но без пояснений с чего такая щедрость, — улыбнулась, будто невзначай уточнив, — почему мсье Доуман мне ничего не рассказал о новых залежах глины на моих землях, ещё и голубой?

— Ты только вернулась и была ещё слаба после болезни, — со снисходительной улыбочкой протянул Орман, вновь похлопав меня по руке, — это дело мужчин, Фрэнк ещё плохо разбирается в таких вопросах, Сефтон поздно занялся воспитанием своих сыновей. Вот почему я настаиваю о вашем переезде, Делия, в Грейтауне вам будет лучше.

— Мне надо привыкнуть к этой мысли и осознать, что скоро я покину родной Ранье, — вновь притворно всхлипнула, хотя пальцы нервно сжимались, стоило мне только вспомнить о Доуманах и подумать о «папеньке».

— Конечно, я понимаю, — ласково промолвил Орман, взмахом руки подзывая официанта, — непросто оставить свой дом, я через это прошёл.

— Угу, — кивнула, мысленно усмехаясь: «Знал бы ты, через что прошла я», вслух же произнесла, — я была рада нашему общению.

— Я тоже рад, Делия, что ты прекратила ко мне относиться настороженно и позволила нам сблизиться, — самодовольно улыбнулся Орман, уверенный в скором исполнении своего плана, каким бы он там ни был.

— Нам это нужно, — расплывчато произнесла, попыталась рассчитаться за свой обед, кстати, надо отметить, действительно вкусный, но Орман меня остановил, расплатившись за обоих, ещё и щедро отсыпал чаевых хмурому официанту. Упираться я не видела смысла и, коротко кивнув, поднялась из-за стола.

— До свидания, мсье Орман.

— До свидания, дочь, — с капелькой высокомерия попрощался «отец», подав кому-то знак в конец зала, и ласково мне улыбнувшись, первым направился к выходу. За ним следом прошёл невысокий, широкоплечий мужчина, с суровым и цепким взглядом, в руках которого были небольшой чемодан и трость. Спустя две минуты оба покинули здание, а Кип, беззвучно появившись возле меня, спросил:

— Ты ему веришь? Я о глине?

— Нет, — ответила, не отводя взгляда от двери, — ты оправил проверить домик?

— Да, сегодня к вечеру вернутся. Думаешь, там нет никакой голубой глины?

— Она есть, и добыча её ведётся, Орман не стал бы мне об этом лгать, это легко проверить. Я хочу знать, в каком направлении мне двигаться, чтобы сообщить людям о новом хозяине. Земля моя, глина тоже моя, и Гейб справится с её изготовлением. Готовая продукция всегда стоила дороже сырья… хм, Орман действительно считает, что я настолько глупа, чтобы поверить, что сумма, оказавшаяся на моих счетах — это за продажу голубой глины? Какая бы редкая она ни была, столько она не стоит… Ладно, едем домой, на сегодня хватит встреч.

— Отлично, пока ты будешь в поместье, я кое с кем поболтаю, — задумчиво произнёс Кип, первым проходя в любезно распахнутую перед нами дверь.

— Будь осторожен, — попросила, зная, что все его разговоры обычно проходят в тёмных подворотнях, — я без тебя с ними не справлюсь.

— Конечно, Дель, — лукаво подмигнул мужчина, помогая мне забраться в карету, следом запрыгнул в неё сам, громко приказав, — в поместье!

Глава 50

Глава 50

Дома было хорошо, уютно и спокойно. Дарен находился у себя в комнате и, судя по заливистому смеху и лаю, играл с Роско. Лудо и Барни сдружились и теперь, проходя мимо сторожки, я всё чаще замечала двух мужчин, обсуждающих очередную, увлекательную для них тему. Девчата, как только закончили генеральную уборку в поместье, теперь время от времени устраивали посиделки на кухне, иногда и я к ним присоединялась. Оказалось, очень полезно послушать женские сплетни, много чего можно узнать о городе и людях, живущих в нём.

Работа в зимнем саду уже подходила к завершению, осталось доложить один ряд кирпичей, всё отмыть, расставить мебель и развесить лампочки. План и меню празднования дня рождения тоже были составлены, и всего через каких-то семь дней в этом доме будет полно гостей. Основные приглашения уже давно были разосланы и только одна карточка всё ещё лежала у меня на столе, нервируя своими вензелями и блеском. А желания пригласить на банкет Ормана у меня так и не возникло, да и интуиция кричала об опасности. Но раз я решила притвориться покладистой дочерью, то вроде как придётся следовать установленным самой же правилам.

После совместного обеда с «папенькой» в ресторане Руж прошло уже больше двух недель. Орман оказался очень упорным мужчиной, и раз в два дня мы обязательно с ним пересекались. И если он не находил меня в городе, значит прибывал к поместью. Трижды застав его у ворот и с трудом подобрав подходящие предлоги не приглашать его в дом, я стала сама искать с ним встреч на нейтральной территории.

Моя инициатива очень порадовала «отца», и он стал требовательней зазывать меня перебраться в столицу. Каждый раз делая упор на то, как хорошо там будет Дарену, и этим подтверждая мои опасения — ему нужен наследник, и Орман ни перед чем не остановится, чтобы добиться своего.

После каждой такой встречи я всё чаще задумывалась об устранении этого мужчины или о нашем с сыном побеге. Но первое было трудно выполнимым — Орман очень осторожен и тоже нигде не был один, его всюду сопровождал охранник. Да и врождённый гуманизм во мне не позволял переступить эту страшную грань. Так что пока я всё больше склонялась ко второму пути решения, но стоящей мысли, куда нам податься, у меня не было.

Этот мир, в котором я странным образом очутилась, чем-то напоминал мой прошлый, но идущий своим путём развития. Я много пересмотрела информации об этом месте, перечитала книг по истории и географии и сделала интересный для себя вывод.

Вирдания, страна, где я оказалась, очень похожа на Англию, даже её расположение было сходно. Но вот отличия всё же имелись, и это касалось не только иного развития страны. Вирдания не была островным государством. Она занимала большую часть материка, сливаясь с Ирландией и Францией.

По соседству с ней находилась Франбергия. Из книг и статей, а также рассказов Ормана о своей жизни в этой стране, я предполагала, что это могла бы быть Франция.

Кастелия заняла место Испании и, судя по описаниям, там тоже проживали жгучие брюнеты. Страна отличалась прекрасным тёплым климатом, где растёт многообразие овощей и фруктов, а также она являлась основным поставщиком зерна в Вирдании.

А вот земли моей Родины были и в этом мире всё так же обширны, о ней знали немного и называлась она — Гардарика. Название казалось мне смутно знакомым, возможно, в прошлом мне оно уже встречалось, но я так и не смогла вспомнить, где и когда. И в последнее время я всё чаще стала обращать свой взор на эти земли…

— Дель, ты здесь⁈ — прервала мои тягостные мысли Аманда, маленьким смерчем ворвавшись в кабинет, — к тебе гости!

— Кто? — с недоумением переспросила, быстро вспомнив, что с Орманом я встречалась буквально вчера, и он точно не должен приехать.

— Мсье Николас Эдингтон и мсье Мэтью Паркер.

— Хм… странно, строительство приостановлено до весны. Все вопросы оговорены ещё две недели назад, — задумчиво проговорила, нехотя поднимаясь. Сегодня у меня был ленивый день, и общаться, а тем более вести деловые переговоры, у меня не было никакого желания. Но и послать незваных гостей было бы с моей стороны невежливо.

— Пригласить?

— Угу… постой, а ты чего поднялась? Где Лудо?

— Приболел, лежит в комнате, — и предупреждая мой вопрос, тут же добавила, — лекарь был, сказал обычная простуда. К тебе отправилась Натиша, но я хотела с тобой поговорить, поэтому сама вызвалась.

— Поговорить? Сейчас? — спросила, изумленно посмотрев на девушку. Обычно с Амандой мы могли поболтать в любое время, и я не понимала, отчего такая срочность.

— Да, идём, я расскажу по дороге, ничего важного… ну, я так думаю, — пробормотала журналистка, чуть запнувшись.

— Это касается наших незваных гостей? — уточнила. Было нетрудно догадаться, о чём пойдёт речь, раз Аманда именно сейчас настояла на разговоре.

— Угу, Николас Эдингтон вчера подходил ко мне в трактире. Я там вела расследование и, Дель, я сама узнала, что пойду туда за час до встречи. Но этот тип будто меня поджидал там… и он расспрашивал о тебе.

— Странно, и что хотел знать?

— Глупости всякие, — буркнула девушка, — какие цветы тебе нравятся, что предпочитаешь есть на завтрак, обед и ужин. Как отдыхаешь? Куда ходишь? Кто твои подруги и прочую ерунду. Ааа! Ещё спрашивал, что бы ты хотела получить в подарок ко дню рождения. Ты его пригласила?

— Да, он один из партнёров, и я не могла его не пригласить, — задумчиво протянула, соглашаясь с Амандой, что всё это дурно пахнет, особенно беспокоит его навязчивость и подозрительное совпадение места встречи. Отважная журналистка обычно посещает далеко не самые приличные места, и Николасу вроде как там не место.

— Сказать Барни, чтобы не пускал? — спросила девушка сразу, как только мы спустились со второго этажа.

— Нет, пусть заходят. Если тебя не затруднит, проведи их в кабинет на первом — послушаем, что скажут.

Аманда, коротко кивнув, накинула на плечи пелерину и вскоре вышла из поместья. В открывшуюся дверь я успела заметить начавшийся дождь со снегом и мрачный, унылый вид двора, невольно передёрнув плечами от затянувшего в дом сквозняка.

— Мадам Делия, гостям подать чай? — заговорила Натиша, неслышно появившаяся из части слуг, обеспокоенно поглядывая на дверь.

— Да, на улице холодно, — рассеянно ответила, двинулась в сторону кабинета, но не сделав и пары шагов, добавила, — Натиша, прежде предупреди Глена, чтобы они не спускались на первый этаж, пока гости не покинут дом.

— Хорошо, госпожа, и Нел скажу, чтобы на втором побыла, мало ли, — ответила служанка, сурово сдвинув свои брови, но на миловидном личике ничего не изменилось — как была симпатичной девушкой, так и осталась.

Николас Эдингтон и Мэтью Паркер зашли в кабинет спустя минут десять, не знаю, что их задержало, но вид у обоих был продрогший и мокрый.

Поприветствовав мужчин, я предложила им разместиться поближе к камину, гости, благодарно кивнув, с удобством устроились в креслах и уже через минуту грели руки о кружки с горячим чаем.

Торопить незваных гостей и спрашивать, что привело их в такую погоду в мой дом, я не стала, молча наблюдая за мокрыми «воробушками», потягивающими ароматный напиток. Правда, Николас, в отличие от Мэтью, внимательно следившего за диким танцем пламени в камине, тоже смотрел на меня и безмолвствовал.

— Благодарю, мадам Делия, — наконец заговорил мужчина, мягко мне улыбнувшись, — сегодня погода — дрянь, но дело не терпело отлагательств.

— Хм… что же привело вас сюда? На объекте проблемы?

— Да, мадам Делия. Градоначальник потребовал остановить строительство и предоставить документы для проверки, — ответил Мэтью уже через секунду и, сердито подёргивая носом, яростно воскликнул, — это всё происки конкурентов! У меня все документы в порядке!

— Мсье Мэтью, что вас так взволновало? Стройка нами уже остановлена и до весны к ней не вернёмся. А за эти пять месяцев мы урегулируем все вопросы с градоначальником, — произнесла, искренне не понимая причины беспокойства.

— Мсье Беррет Смит потребовал снести то, что уже возвели, — глухим, безжизненным голосом проговорил Мэтью и, обречённо вздохнув, подал мне документ, — вот предписание.

— Мсье Мэтью, эта земля принадлежит вам?

— Да.

— Тогда предписание градоначальника незаконно, и вы вправе подать на него в суд, — произнесла очевидное и, обратив свой взор на Николаса, спросила, — мсье Эдингтон, вы должны быть в курсе, с чего такие изменения… насколько я наслышана, мсье Беррет с вами дружен.

— Кхм… приятно удивлён вашим интересом к моей персоне, мадам Делия, — растянул в довольной улыбке губы мужчина и, выдержав небольшую паузу, продолжил, — он так же дружен с семьёй Доуман, а Милая Рут мне нашептала, что к мсье Беррету последние дни зачастил некий мсье Орман.

— Вот как… что ж, мсье Мэтью, уверена, вам не о чем волноваться. Работы мы не ведём, а с документами разберёмся. В предписании не указан срок сноса, так что пока не будем торопиться. Вы правы, это всё происки конкурентов, и до возобновления строительства мы с этим разберёмся.

— Я напишу знакомым в Грейтаун, там найдут управу на мсье Беррета! Я так это не оставлю! — возмущённо воскликнул Мэтью и, вскочив с кресла, заметался по кабинету, — Да! Так не оставлю! У меня всё с документами в порядке! Нет! Я сейчас же выеду в Грейтаун и лично всё расскажу! Мсье Николас, идёмте! Мадам Делия, не беспокойтесь, я всё решу!

— Отлично, мсье Мэтью! Уверена, у вас всё получится, — проговорила, с трудом сдерживая улыбку — такой воинственный вид был у Мэтью Паркера.

— Идите, мсье Мэтью, я вас догоню, — проговорил Николас. Поднимаясь с кресла, он намеренно медлил, чтобы остаться со мной наедине. Его манёвр удался, Паркеру не терпелось воздать по заслугам своим врагам, поэтому он в буквальном смысле выбежал из кабинета и, полагаю, уже был у выхода и спешно натягивал на себя пальто.

Но и оставшись в кабинете без свидетелей, мсье Николас Эдингтон, вперившись в меня пронзительным взглядом, не спешил начинать разговор.

— Мсье Николас? — вопросительно вскинула бровь, посмотрев прямо в глаза мужчине, — вы что-то хотели узнать?

— Да… мадам Делия, я собираюсь покинуть Ранье и вернуться в Кастелию и предлагаю вам стать моей женой.

— Эээ… мсье Николас, я уже говорила…

— Мадам Делия, не торопитесь с ответом, — остановил меня мужчина, в два шага преодолев разделявшее нас расстояние, нависнув над столом, и пылко заговорил, — я знаю, что вы несвободны, но можно оставить ходатайство, и вас разведут без вашего присутствия. Я знаю! Я уверен, что семья Доуман вас не отпустит, и предлагаю вам свою помощь. В Кастелию я уезжаю через месяц, необходимо уладить все вопросы. У вас есть время подумать… мадам Делия, я буду вам хорошим мужем.

— Мсье Николас, почему я? Только не уверяйте в своей любви ко мне, — с грустной улыбкой проговорила, пытливо всматриваясь в мужчину, — в Вирдании полно девушек, которые от вас без ума, но вы упорно добиваетесь моего расположения, хотя я была с вами изначально откровенна.

— Вы другая, мадам Делия. Да, в Вирдании хватает дам, готовых бросить всё и отправиться со мной, но они — не вы. А мне давно пора обзавестись семьёй, но я не хочу связывать себя с этими восторженными глупышками. Мне нужен партнер: умный, красивый, верный и честный. Всё это я вижу в вас, а любовь… мадам Делия, это всего лишь выдумки влюблённых девиц, и вы это знаете.

— По крайней мере, честно, — с горькой усмешкой проговорила, поднимаясь из-за стола и, выдержав небольшую паузу, продолжила, — мсье Николас, я подумаю над вашим предложением.

— Буду с нетерпением ждать, — промолвил мужчина, растянув губы в потрясающе соблазнительной улыбке.

Глава 51

Глава 51

— Де-е-ель, — ошарашенно протянула Аманда, спустя три часа снова заглядывая в мой кабинет, правда, сейчас на лице девушки застыло глубокое потрясение.

— Что⁈ — резче, чем следовало, спросила — от неясного предчувствия у меня перехватило дыхание, а сердце пропустило удар, чтобы тотчас забиться быстрее.

— Вот… Лудо газету принес, сказал, доставили только что… Дель, Сефтон Доуман сегодня утром погиб, его автомобиль взорвался.

— Взорвался? — растерянно повторила, до меня не сразу дошли слова Аманды, — подай, пожалуйста, газету.

— Некролог на первой странице, — подсказала девушка, вручив мне смятую с краю прессу.

— Угу, — кивнула, беглым взглядом просмотрев новостную статью: с датой смерти, кратким повествованием о жизни Сефтона и информацией о предстоящих похоронах.

— Барни сказал, что газету принес парнишка, — добавила девушка, кусая губы — она делала так, когда была сильно взволнована, — и что теперь?

— Ничего, — неопределенно пожала плечами, убирая газету в сторону, — главный враг повержен, Фрэнк глуп, и выкупить остатки имущества Доуманов не составит особого труда.

— Значит, всё? Да? — рассеянно пробормотала Аманда, медленно опускаясь на стул, — Сефтона нет, и моя цель выполнена?

— Получается, так, — натянуто улыбнулась, вполголоса проговорив, — Кип ещё не вернулся?

— Нет.

— Ладно, подождем, — задумчиво промолвила, поднимаясь с кресла. Судя по всему, Аманда ещё не пришла в себя от столь скорых перемен и уходить из кабинета не собиралась, а мне нужно побыть одной и хорошенько поразмыслить обо всём случившемся.

— Да, — чуть запоздало кивнула девушка, погруженная в гнетущие мысли, и наверняка даже не заметила мой уход.

Я же, добравшись до комнаты, быстро прошла к окну и, сдвинув щеколду, устало опустилась в кресло. До полуночи было чуть больше шести часов и потребуется немало выдержки, чтобы дождаться Ская.

В том, что это его рук дело, я даже не сомневалась. В памяти тут же всплыли слова мужчины: «Я никому тебя и Дарена не отдам»; настойчивые предложения Кипа — и всё сразу стало понятно. Вот только я не знала, как к этому относиться. И если быть откровенной, услышав ошеломляющую новость, я испытала облегчение и радость, а уже позже пришло осознание, что это я ответственна за случившееся и я виновна в смерти ещё одного человека. Нет, конечно же, я не начала тут же биться в истерике, но понимание этого приводило меня в ужас.

Не знаю, сколько я просидела в покоях, время для меня будто замедлилось, стало тягучим и вязким. Мысли метались, словно пчелы в разворошённом улье, правда, большая часть из них были запоздалыми. Очнулась я от громкого стука в дверь и обеспокоенного голоса Кипа.

— Ты как? — с порога спросил мужчина, проходя в комнату и быстро проговорив, — это не я, и не Скай! Автомобиль изучают, у меня есть люди в рядах констеблей, и завтра сообщат причину взрыва.

— Не вы?

— Нет, хотя желание было, не спорю, — хмыкнул Кип, устраиваясь на диване, — но ты слишком мягкосердечная…

— Я⁈ — возмущенно воскликнула, ощутив невероятное облегчение, и противореча сама себе, тут же принялась доказывать обратное, — он просто недостаточно настрадался!

— Ещё одна кровожадная на мою голову… — простонал Кип, зарывшись пальцами в волосы, — только что Аманда ругалась, что Сефтон не успел осознать содеянное.

— Согласна! — поддержала подругу, падая на диван рядом с мужчиной, — но кто-то знал, что эта новость меня порадует, и отправил мальчишку с этой треклятой газетой.

— Да, может, этот кто-то и организовал устранение Доумана, но это точно не Скай, — снова повторил Кип и вполголоса, будто размышляя, дополнил, — и этот неизвестный пока на твоей стороне.

— Кип… что им от меня всем нужно? Земля? Здесь, кроме глины, ничего нет, и даже голубая ничего из себя ценного не представляет. Да, ее можно использовать в косметологии, но алмазов в ней нет. Кроме пирита, арагонита и прочих минералов, там ничего не нашли, ну ещё кварц и кремний, но это не драгоценные камни… Нефть?

— Её тоже здесь нет, — покачал головой мужчина, откидываясь на спинку дивана, — геолог из Донвуча, которого мы пригласили, сказал, что залежи небогаты.

— Ну, не завод же? Или тот покупатель завода, как его…

— Харрис Грин, — подсказал мужчина и, рывком поднявшись, направился к секретеру, с усмешкой бросив, — без этого не обойтись.

— Угу, — рассеянно кивнула, продолжая в уме перебирать, что так привлекает в моем наследстве всех этих богатеев, — может, Харрис Грин прав, и, допустим, в ближайшем будущем в Ранье запланирована какая-то грандиозная стройка и земля поднимется в цене?

— Харрис купил землю по соседству с долиной Рейн, — отметил Кип, устраиваясь в кресле рядом с чайным столиком.

— Бред, — подытожила, присоединяясь к другу, и спустя пару минут проговорила, — празднование дня рождения переносится — я, хоть и нелюбящая невестка, но меня точно неправильно поймут в свете.

— Ты особо и не хотела его праздновать, — хмыкнул мужчина, подливая себе в бокал.

— Да, не хотела. Что за праздник среди гиен, акул и прочих неприятных личностей…? — с горечью усмехнулась и, сжав ладонями виски, попыталась унять начавшуюся головную боль, но та и не думала сдаваться.

— Ты хотела отвезти Дарена подальше от поместья на время мероприятия, можем съездить туда все вместе, — предложил друг, подливая и мне, — тихое местечко, тебе понравится. Не озеро Ним, конечно, но тоже неплохо.

— А знаешь, я, пожалуй, соглашусь, — заявила, ощущая просто невероятную усталость и желание всех послать куда подальше, и Ормана в том числе, — надеюсь, «папенька» не проследит за нами и это место останется маленькой бухтой затишья.

— Я всё организую, — пообещал Кип, салютуя мне бокалом.

Остаток дня прошел в целом отлично. Аманде полегчало и кровожадность ее сбавила оборот, тем более, когда есть на кого переключиться. Всё чаще я подозревала в этой невозможной парочке чуднЫе наклонности, одному явно нравилось бесить и раздражать, вторая наслаждалась перепалкой.

За ужином мы буквально сползали от смеха со стульев, слушая язвительные замечания Аманды и Кипа в адрес друг друга. После задыхались от хохота, наблюдая за догонялками вокруг стола, к которым позже присоединился Роско.

Уже в комнате сына вволю, насмеявшись, лежа в обнимку на кровати, мы, читая очередную историю путешественника Арчибальда, в честь которого был назван наглый и ленивый кот Аманды, тихонько болтали.

— Мама, я хочу стать как Арчибальд. Он столько стран видел, так много всего знает.

— Почему бы и нет? Побывать в других городах, странах… познакомиться с интересными людьми, попробовать новые продукты, увидеть разных животных — это замечательная мечта.

— А ты путешествовала?

— Немного… — ответила, невольно вспомнив прошлую жизнь, и резко сев на кровати, заговорщицким голосом произнесла, — а знаешь, ведь мы скоро с тобой отправимся в маленькое путешествие. Кип обещал организовать необычный отдых, и уже через несколько дней мы поедем в очень интересное место.

— А Роско и Глена с собой возьмем? — обрадованно воскликнул сын, тоже принимая сидячее положение, — и Аманду, с ними весело.

— И Аманду, и Глена, и Роско, — пообещала сыну, стискивая его в объятиях, и принялась целовать тут же заалевшие щечки.

Ребенок на мгновение, впрочем, как всегда, замер, а после, притворно морщась, протянул:

— Мааамм, я уже большой.

— Большой, но я всё равно тебя люблю и не перестану обнимать и целовать, даже когда ты станешь огромным великаном, — проворчала, снова набрасываясь на счастливо смеющегося сына.

Глава 52

Глава 52

В ту ночь Скай так и не пришёл, впрочем, как и в следующую, и в третью тоже. Спросить о нём у Кипа я не решилась и занялась тем, что помогает отвлечься от тягостных мыслей — работой.

Так как строительство банного комплекса заморожено до весны, Мэтью Паркер разбирается с градоначальником, а кирпичный завод тоже не требует моего постоянного внимания, я занялась новым проектом, для начала назначив собеседование для претендующих на место мастера.

— Спасибо, через неделю я сообщу вам о своём решении, — улыбнулась мужчине, который совершенно ничего не понимал в производстве пластика. И это был уже десятый кандидат, уверяющий, что всё знает. Времени, убитого на бесполезные беседы, было жаль, но, к сожалению, поручить мне это было некому.

— Мадам Делия, буду ждать, — проговорил соискатель, в целом неплохой человек и, судя по всему, ответственный и исполнительный специалист, но в мастера он точно не годился.

— До свидания, мсье Жак.

— Больше никого нет, — сообщила Аманда сразу, как только проводила мужчину. Газета всё ещё работала не в полную силу, издавая обычные, бытовые новости. В городе, со слов журналистки, было подозрительно затишье, и она вызвалась мне помочь.

Аманда — девушка умная и быстро ориентировалась в любых ситуациях, так что её поддержка была очень кстати. Я бы даже взяла её своим заместителем, но пока она сопротивляется моему предложению.

— Я надеялась, что собеседования пройдут продуктивнее, — задумчиво протянула, так и не увидев того парнишку из конкурирующего предприятия.

— Совсем никого стоящего?

— Есть хорошие специалисты, но и только, а мне нужен мастер, который знает материал и его изготовление, а ещё инициативный и готовый к экспериментам.

— Сочувствую, — проговорила девушка, прихватив со стола карточки претендентов, и уточнила, — тех, кто пришёл простым работником устраиваться, будешь смотреть?

— А зачем они пришли? — с недоумением переспросила, — в объявлении был указан только мастер.

— Всегда так — работы нет, а если требуется хоть где-то, сразу все идут, — меланхолично пожала плечами Аманда, остановившись у двери, — сказать, чтобы расходились?

— Где они?

— В общем холле стоят.

— Пойду посмотрю, сколько их и кто такие, — проговорила, поднимаясь с довольно удобного кресла, в который раз с восхищением осмотрев кабинет.

Мсье Кэри расстарался и в очень короткие сроки отремонтировал и обустроил кабинет для управляющего, в арендуемом нами здании под производство пластикового завода. А я всё ещё топчусь на месте, это подстёгивало и немного раздражало, и надо бы тоже поторопиться.

Желающих работать оказалось действительно немало. В холле сейчас находилось не менее тридцати человек, в основном это были мужчины от пятнадцати до шестидесяти лет. Среди них я смогла разглядеть только трёх женщин и одну старушку, которая стояла в отдалении всех и, по-моему, держала в руках корзинку с пирогами.

Едва я вышла на небольшой балкончик, все тридцать пар глаз тут же поднялись и в ожидании на меня уставились. И хотя обычно я не пасовала выступать перед большой публикой, но на секунду всё же стушевалась.

— Кхм… добрый день. Завод пока не нуждается в ваших услугах. Мы ищем мастера, как только подберём нужного и знающего материал человека, мы обязательно дадим объявление о наборе работников. А сейчас прошу всех разойтись, — объявила нерадостную весть надеющимся на место людям, с высоты второго этажа наблюдая, как один за одним соискатели стали покидать холл, и у всех были поникшие плечи и понуро склонённые головы.

— Домой? — едва слышно спросила Аманда, замершая рядом со мной. Кип стоял в стороне и зорко следил за порядком.

— Нет, в ресторан заедем, у меня там встреча с Орманом, и только потом до… — запнулась, заметив среди толпы знакомую вихрастую макушку, резко обернулась к Кипу и проговорила, — в синей куртке парень, видишь?

— Слева?

— Да, приведи его ко мне, — распорядилась, не сводя взгляда с парнишки, мысленно поторапливала Кипа, чтобы тот успел перехватить работника мсье Лари до того, как он покинет зал.

— Это тот, которого ты ждала? — догадалась Аманда, я же, качнув головой, нетерпеливо переступала с ноги на ногу и следила за происходящим. Но вот Кип наконец добрался до мальчишки, осторожно тронул его плечо и что-то сказал, отчего парень развернулся, посмотрел наверх и согласно кивнул.

— Как твоё имя? — спросила сразу, как парнишку завели в кабинет и усадили в кресло. От вежливого отношения к себе парень на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки и коротко ответил:

— Брэм Пирси, мадам.

— Брэм, почему ты не заявился на место мастера?

— Я не мастер, мадам, всего лишь год проработал у мсье Лари, — растерянно проговорил парень, всё больше приходя в недоумение.

— А сейчас где трудишься? — поинтересовалась, обратив внимание на слово «проработал», — и почему ушёл от мсье Лари?

— В доках помогаю, ещё у мсье Дарси, — ответил Брэм и, чуть помедлив, пылко заговорил, — мадам Делия, мне нужны деньги, у меня мама больна и сёстры ещё маленькие, а мсье Лари стал задерживать оплату и уменьшил жалование.

— Нормальное желание любого работающего человека, — ободряюще улыбнулась парню и, лукаво сощурив глаза, заговорщицки произнесла, — как изготовить пластик, знаешь? Его состав и что потребуется для плавки?

— Нда…

— Вставай, я тебе кое-что покажу, — сказала, поднимаясь из-за стола, и кивком указав на дверь, первой направилась к выходу. Брэм послушно последовал за мной и остановился на расстоянии двух шагов от меня, стоило мне застыть у перил балкончика, — подойди ближе, я не кусаюсь.

— Хорошо, мадам, — удивлённо вскинул бровь парень, но всё же приблизился.

— Видишь? Это будущий завод по изготовлению пластиковых изделий. Знаешь, что можно из него сделать? Посуду для хранения, тазы, вёдра, игрушки, некоторые запчасти для автомобилей, шприцы для уколов, очки и многое другое. Я знаю, где и как можно использовать этот материал, а ты знаешь, как сделать пластик…

— Кхм… — просипел парнишка, несколько минут оторопело взирая на огромный зал, после медленно перевёл свой взгляд на меня.

— Брэм, мне нужен человек, который запустит в работу этот завод. Я помогу с сырьём, с реализацией, людьми и условиями. От тебя требуются знания, решимость и готовность к экспериментам.

— Мадам, я… но я же ещё не мастер, — пробормотал парень, снова потрясённо оглядев зал, — я не справлюсь.

— Ты будешь не один. Я, Кип Джонс и Аманда Хоккинс будут рядом. Если согласен, то с сегодняшнего дня ты принят мастером этого завода с оплатой сотня фарингов в месяц.

— Сотня, — ошарашенно выдохнул Брэм, вцепившись в перила так, что побелели костяшки, и гулко сглотнув, прохрипел, — я согласен, мадам Делия.

— Ну вот и отлично, кабинет в твоём распоряжении. Жду список необходимого сырья и оборудования, чем быстрее ты мне его предоставишь, тем быстрее мы приступим к производству, — принялась давать распоряжение ошеломлённому сотруднику, но в глазах Брэма горел огонь, а взгляд был ясным.

— Завтра утром, мадам, список будет готов, — тут же уверенно заявил мастер, теперь уже с благоговением оглядывая зал, и выдержав небольшую паузу, будто набираясь смелости, проговорил, — я могу осмотреть здание, надо правильно разместить оборудование и печи. У мсье Лари они стояли очень близко, и работники обжигались.

— Конечно, размещай так, как считаешь правильным, — ответила, своим доверием поразив, по сути, ещё мальчишку.

— Я не подведу, — срывающимся голосом просипел Брэм, чуть помявшись на месте, рванул вниз по ступеням и вскоре исчез за одной из дверей.

— Ох, Дель… — всхлипнула Аманда, замершая на пороге кабинета. За её спиной, обнимая расчувствовавшуюся девушку за плечи, стоял Кип и гордо улыбался.

— Ты же понимаешь, что одна я не справлюсь и мне потребуется помощь? — озорно подмигнула подруге, проходя в кабинет за сумочкой, — а теперь едем в ресторан.

Глава 53

Глава 53

— Я обязательно выясню, что случилось с Сефтоном, — проговорил Орман сразу, как прожевал, — знаю, что ты обвиняешь его в своей болезни и не доверяешь семье Доуман, но я уверен, что Сефтон и его семья не желали тебе зла.

— К Фрэнку не вернусь, — проговорила, и медленно растягивая удовольствие, нарезала стейк на маленькие кусочки, представляя на его месте мужа, — он не тот мужчина, который мне нужен.

— Я не настаиваю, Фрэнк действительно не подходит моей дочери и будет плохим отцом моему внуку. По прибытии в столицу я познакомлю тебя с несколькими мужчинами, они более выгодная партия.

— Как бы то ни было, мсье Сефтон был моим свёкром, и я решила отменить празднование своего дня рождения. Письма мой секретарь уже разослал, — с трудом сохраняя спокойствие, произнесла. После сразу же запихнув в рот ломтик отлично прожаренного мяса, чтобы ничего лишнего не наговорить.

— Кстати, о твоём секретаре, — продолжил «отец», ласково улыбаясь, — в Грейтауне ему не место, не подобает моей дочери везде ходить с таким… мужчиной. В Ранье к этому спокойно относятся, но в столице начнутся ненужные пересуды. А у меня достаточно врагов, которым только дай повод подставить меня.

— Он отличный сотрудник. Исполнительный, верный и умный, — возразила лишь для порядка, так как переезжать в столицу под крыло «заботливого папеньки» не собиралась.

— Нет, Делия, хочешь помощницу — выбери себе из дам, я предоставлю тебе список тех, кто из приличных, но обедневших семей.

— Сегодня на удивление безоблачное небо, — не стала отвечать мужчине, но тот понял мой манёвр, хотя я особо и не старалась скрыть, что не желаю больше обсуждать эту тему, и снисходительно улыбаясь, проговорил:

— Не спорь, Делия, я знаю, как тебе будет лучше. Столица не терпит промахов, а ты входишь в семью, которая близка к его величеству.

— Я посмотрю список, — сказала, прекратив спор о неосуществимом, мысленно подгоняя Ормана, чтобы тот быстрее жевал и покинул ресторан Руж.

— Делия, мне жаль… — притворно вздохнул Орман, наконец отложив приборы на стол, — мне необходимо вернуться в Грейтаун, я и так слишком задержался в этом городишке. Но я так хотел отпраздновать твой день рождения, увидеться с внуком…

Сообщив радостную для меня новость, «отец» замолчал, наверное, в ожидании моего судорожного и горестного всхлипа, а я от внезапно доброй вести не знала, что сказать, чтобы, не дай бог, он не передумал.

— Я хотел тебе отдать подарок в день твоего рождения, но позволь, я вручу его сейчас, — торжественно, с удивительно тёплой улыбкой продолжил Орман, забирая из рук своего сопровождающего небольшую бархатную коробочку, и осторожно её открыл, — это колье твоей бабушки, оно передаётся из поколения в поколение женщинам нашей семьи, и я уверен, мадам Летта была бы рада, если бы ты надела его в свой праздник.

— Оно прекрасно! — искренне воскликнула, рассматривая невероятной красоты бриллианты в золотой оправе изумительно тонкой работы, — но я не могу его принять. Это… это слишком ценный подарок.

— Я настаиваю, дочь, — самодовольным голосом произнёс Орман, поставив передо мной футляр, — оно принадлежит тебе.

— Это так неожиданно… — восторженно пискнула, стиснув руки в замок, и несколько минут разглядывала блеск камней, выжидая требуемое время для якобы внутренних метаний, но наконец заговорила, — мсье Орман, я боюсь, что хранить такой ценный и дорогой подарок в поместье не стоит, думаю, лучше ему находиться в вашем доме…

— Да, ты права, в твоём поместье ему не место, — тут же подхватил «отец», быстро захлопывая крышку шкатулки, — да и надевать его здесь не перед кем. Приедешь в Грейтаун, я устрою приём — тебя нужно представить друзьям, знакомым и деловым партнёрам. Не волнуйся, о платье я позабочусь, то, что на тебе, не подходит для столицы.

Отвечать Орману не было смысла, он уже всё давно решил, я же, чтобы не наживать себе ещё одного врага, не возражала, но и не соглашалась.

После каждой такой встречи, где мне приходилось юлить, выкручиваться, выдумывать отговорки, я больше часа пребывала в состоянии измочаленной тряпочки. Едва передвигая ноги, падала на сиденье кареты и, борясь с гулом в голове, ехала домой. Так как на другие встречи и дела у меня попросту уже не хватало сил.

— Вы правы, оно достойно только столицы, — согласилась с мужчиной, который находился в благодушном настроении, — когда вы уезжаете?

— До конца дня я должен выехать, пришло срочное сообщение. Один выскочка, любимец её величества, снова что-то задумал… — зло процедил сквозь зубы Орман, но тряхнув головой, словно избавляясь от наваждения, быстро натянул доброжелательную улыбку и сказал, — глупости, которые не стоят твоего внимания.

— Надеюсь, всё пройдёт благополучно, — проговорила, не уточняя, для кого именно, подняла кружку с чаем и сделала маленький глоток.

— Я постараюсь решить все вопросы быстро и вернуться за тобой и Дареном уже через неделю, — вполголоса, будто размышляя, произнёс Орман, — полагаю, этого времени будет достаточно, чтобы собрать вещи. Хотя… возьми только самое необходимое, в столице вам нужно будет обновить гардероб.

— Нет, этого времени недостаточно. У меня проекты, деловые партнёры, с которыми подписаны договоры, обязательства. И поместье… если его оставить без присмотра, оно быстро придёт в упадок.

— С партнёрами ты можешь вести дела из Грейтауна, — произнёс Орман голосом, не терпящим возражений, его щека нервно дёрнулась, а кулаки непроизвольно сжались, — свою долю от банного комплекса продай Николасу Эдингтону, а о кирпичном заводе, том, что оставил тебе Алтон, можешь не беспокоиться, он доживает последние месяцы.

— Вы ошибаетесь.

— Делия, в столице тебя и Дарена ждёт прекрасное будущее, — сбавил тон Орман, по-отечески погладив меня по руке, — там танцы, вечера с подругами, театры… у тебя будет прекрасный особняк, который не сравнится с твоим поместьем.

— Недели недостаточно, — настояла на своём, едва сдерживаясь, чтобы не вцепиться в ненавистное мне лицо «папаши».

— Хорошо, две недели, — расщедрился Орман, ласково улыбнувшись, — улажу дела в Грейтауне и помогу тебе разобраться с твоими вопросами. А теперь мне и правда пора… Делия, тебе и Дарену будет лучше жить в столице. Только там я смогу защитить тебя и внука.

— От кого? — не удержалась, посмотрев прямо в глаза «отца», — кроме Доумана, здесь мне никто больше не угрожал.

— Ты многого не знаешь, Делия, — усмехнулся Орман, напоследок сжав мою ладонь, и степенно поднялся из-за стола, — до скорой встречи, дочь.

— До свидания, мсье Орман, — попрощалась с мужчиной, убийственным взглядом провожая его к выходу…

До кареты, где меня ждала Аманда, я в сопровождении Кипа едва добрела. От переполнявшей меня злости, усталости и тревоги хотелось выть и кричать, а ещё лучше прибить ненавистного мне «папеньку».

Друзья, заметив моё состояние, не стали расспрашивать о прошедшей беседе. Кип молча укрыл мои ноги шерстяным пледом, Аманда чуть приобняла, что-то ласково прошептав мне над ухом. Но я была настолько погружена в себя, что попросту ее не услышала. И до самого дома никто из нас так и не произнёс ни слова. Кип, как всегда, задремал, Аманда читала, я же, невидяще уставившись перед собой, просчитывала пути решения. Но пока в голову ничего путного не приходило. Лишь в одном я была уверена — за счастье сына буду бороться до последнего.

В поместье заходила под счастливый смех ребёнка и заливистый лай Роско. Их искренняя радость, любовь, словно невидимым тёплым покрывалом, укутали меня, отогревая.

Покидав вместе с Дареном кусок верёвки, любимой игрушки Роско, побегав за ещё глупым щенком по холлу и вдоволь насмеявшись, пытаясь отобрать игрушку у пса, я только спустя полчаса поднялась в свои покои, но не сделав и двух шагов, резко остановилась, заметив на чайном столике цветок и карточку, перевязанную красной лентой.

— Хм… с днём рождения Дель, — вслух прочла надпись на конверте, осторожно, будто это гремучая змея, взяла его и так же неторопливо вскрыла, беглым взглядом пробежалась по строчкам и едва не задохнулась от прочитанного:

«В последний день первого месяца осени её величество подписала постановление о внесении изменений в 'Семейное положение» в части прав и обязанностей родителей по воспитанию детей, предложенное парламентом Вирдании. С первого числа второго месяца осени данное изменение вступает в силу. В нём определены новые требования к родителям и уточнены их обязанности. Основное изменение касается воспитания мальчиков: «В случае, если мужчина, являющийся отцом или близким родственником мальчика, до исполнения ребёнку восьми лет не заявил о желании воспитывать его и не получил согласие его матери, сын остаётся с ней».

Неверующе перечитав, наверное, раз десять статью из столичной газеты, я обессиленно упала в кресло, с судорожным всхлипом зажав рот ладонью, трясущимися руками держа вырезку из газеты и копию постановления, но всё же не выдержала и разрыдалась.

Глава 54

Глава 54

Сегодняшнее утро впервые за долгое время было чудесным. Подарок Ская, а я не сомневалась, что конверт и цветок были от него, дал мне шанс побороться за сына. Всего каких-то полтора года, и никто не посмеет забрать у меня Дарена. Я не буду находиться в постоянном ожидании, что Фрэнк, Орман или ещё какой-нибудь родственник-мужчина вдруг изъявит желание взяться за воспитание моего ребёнка. Тревога, что в любой момент сына может прийти и забрать тот, кто якобы считает себя мужчиной, исчезла. Да, продержаться эти полтора года будет непросто, но это гораздо меньше, чем бороться за сына всю свою жизнь.

Немного повалявшись в постели, позволив себе понежиться и, наверное, впервые никуда не бежать, я только спустя полчаса ничегонеделания всё же поднялась с кровати и отправилась приводить себя в порядок. В ванной комнате я тоже провела не меньше часа и, разомлевшая от водных процедур, еле выползла в покои, чтобы прямиком рвануть к двери, которую вот-вот разнесут в щепки.

— Дель! Ты напугала меня! — укорил Кип, врываясь в мою комнату, — в это время ты обычно уже находишься в кабинете! Я собирался дверь ломать.

— Прости, но сегодня я решила быть ленивой и ничего не делать, — повинилась, забираясь опять на кровать, и довольно улыбаясь, спросила, — у тебя всё хорошо? Что-то случилось?

— Нет, всё спокойно, — пробубнил друг и, подозрительно сощурив глаза, потребовал, — что с тобой?

— Всё отлично, на столе лежат бумаги, прочти и… скажи ему спасибо, это самый лучший подарок.

— Сама скажешь, — проворчал Кип, спустя пять минут беглого прочтения статьи, — что думаешь делать?

— У меня полгода чтобы подготовиться. Сейчас главный претендент — Орман, он же самый опасный, и идеальным решением было бы от него избавиться.

— Ты меня удивляешь, — усмехнулся друг, ласково мне улыбнувшись, — обычно ты выбирала иные пути.

— И сейчас предпочту другой способ решения этой проблемы, но, к сожалению, пока не знаю как. А за счастье своего сына я готова убить любого, — задумчиво проговорила, мотнув головой, избавляясь от неприятных мыслей, и со смехом добавила, — так, не порти мне настроение! Сегодня отличный день, даже не верится! Орман уехал из Ранье, Сефтона нет, а Фрэнк где-то прячется от недовольных, кинутых его отцом партнёров. И можно хоть на время спокойно выдохнуть.

— Ещё немного, и я отстал, — рассмеялся Кип, тотчас быстро проговорив, — в машине был заложен динамит. Официальная версия — от Сефтона избавились его бывшие партнёры, но я уверен, что постарался Орман.

— Я тоже так думаю, — кивнула, сползая с кровати, — Сефтон много знал о делишках «папеньки», вот его и убрали. Мне всё равно кто это совершил и даже ничуть не жаль, одним меньше.

— Какие планы на сегодня?

— Завтракаем и в город, Брэм должен приготовить список.

— Ты хотела сегодня ничего не делать, — насмешливо бросил Кип, откровенно надо мной потешаясь.

— Ты виноват! Всполошил меня и напомнил о парне, — тут же парировала другу и, подхватив свою одежду, скрылась в ванной.

— Завтра у тебя день рождения, надеюсь, в этот день ты работать не планировала?

— Нет, будем отдыхать! — прокричала из ванной, быстро переодеваясь, — я помню, ты обещал организовать поездку в секретное и волшебное место.

— Рано утром отправимся, — подтвердил мужчина и, чуть помедлив, добавил, — жду тебя внизу.

Завтрак прошёл как всегда, весело и по-домашнему. Дарен рассказал новую курьёзную историю, приключившуюся с ним и Роско. Глен поведал об отличных результатах ребёнка, своей похвалой смутив мальчишку. Аманда и Кип подшучивали друг над другом, периодически вовлекая нас в свой спор. Лудо, устроившись в кресле неподалёку от стола, щурился от удовольствия и с блаженной улыбкой на губах наблюдал за нами. Натиша и Нел время от времени заглядывали в столовую, давясь от смеха, услышав едкое замечание Кипа, и возвращались на кухню к Хлое, чтобы скорее пересказать очередную шутку мужчины.

Оглядев всех разом, я, наверняка глупо улыбаясь, вдруг подумала, что это и есть моя семья. Шумная, крикливая, язвительная, но моя, и она была самая лучшая.

После завтрака, расцеловав в обе щёчки застеснявшегося сынишку и едва увернувшись от любвеобильного Роско, я в сопровождении Кипа и снова присоединившейся к нам Аманды отправилась в город. Пока нет «папеньки» и прочих раздражителей, можно продуктивно поработать.

— Мадам Делия, вот здесь всё, что потребуется для начала, — проговорил Брэм, ёрзая от смущения, — на этом листе то, что понадобится в случае расширения производства.

— Хм… отлично, — похвалила парня, читая подробный список с пояснениями, — ты указал, где всё это можно приобрести, молодец.

— Я решил, что так будет быстрее и выгоднее, — пробормотал Брэм, пока ещё ощущая себя неловко, — у мсье Дулита сырьё дороже, а качество хуже, но к нему всё равно все едут.

— Да, качество для нас важно… сегодня передам список и, думаю, уже завтра сюда привезут первые заказы. Тебе потребуются люди, один ты не справишься. Есть кто-то из своих, кому ты доверяешь?

— Есть, на первое время хватит, — быстро и уверенно ответил мастер.

— Хорошо. Здание осмотрел? Места достаточно?

— Да, просторные помещения и можно удобно распределить производство.

— Теперь давай обсудим первый товар, бильярдные шары делать точно не будем, — усмехнулась, заметив на лице парня неподдельный интерес, — вот смотри…

Больше двух часов я, Брэм и даже Аманда обсуждали различные направления нового производства. Идея пластиковых бутылок была на время задвинута, так как требовалось и проработать пресс-форму, и продумать выдувальную машину. Но эта идея так захватила нашего молодого мастера, что вскоре, я уверена, мы к ней вернёмся. Контейнеры для хранения тоже пока оставили для лучших времён. А вот выливать окрашенный в разные цвета пластик в маленькие формы и изготавливать детские игрушки всем понравилось. Формы можно сделать небольшие и разные, да и начать можно с самых простых. Те же пирамидки, кубики, литые машинки.

Но всё же требовалось тщательно изучить рынок, информация о применение пластика в моём мире может не совпадать с местными реалиями. Это вызвалась сделать Аманда — кто, как не она, умело выяснит и расследует нужды жителей.

— Брэм, ты себе копию оставил? — спросила, забирая бумаги, — тебе потребуется проверять поступления.

— Да, мадам Делия.

— Молодец, — снова похвалила парня, который к концу второго часа стал всё реже краснеть, — мсье Кэри, управляющий банка, мой партнёр, он может приехать на завод, но вмешиваться в производство не должен. Если такое случится, скажешь мне или Аманде.

— Хорошо, — кивнул мастер, провожая нас до двери, — я тогда зову двоих человек, надо отремонтировать окно в одном помещении.

— Зови, — коротко ответила и ободряюще улыбнулась Брэму, прежде чем забраться в карету.

— Куда теперь? — тотчас уточнил Кип, помогая Аманде устроиться на сиденье, — в банк?

— Да, к мсье Кэри, после пообедаем в ресторане, заедем к Гейбу на завод и домой, — перечислила план на вторую половину этого дня, невольно покосившись на задумавшуюся подругу, — Аманда? Тебя что-то тревожит?

— Нет, просто… твоё дело, оно интересное. Я не знала, что так много можно сделать из пластика.

— Никто не знал, — отметил Кип, бросив на меня подозрительный взгляд, — Делия часто удивляет меня своими идеями.

— Угу, согласишься стать моим заместителем — и не такое увидишь и узнаешь, — со смехом отшутилась, понимая, что порой меня заносит, и я начинаю говорить на понятном только мне языке, называю необычные слова и рассказываю о том, чего в этом времени ещё не существует. Но Кип, подмечая мои странности, обычно молчал и только сегодня решил прокомментировать.

— В городе затишье, интересных тем для статьи нет… я согласна стать твоим заместителем, — наконец согласилась девушка и, заметив мои вздёрнутые вверх от удивления брови, громко рассмеялась.

К банку Фестер мы подъехали, сотрясаясь от хохота. Не знаю, что повлияло на нас, то ли временное затишье, то ли просто от усталости и постоянного напряжения, но мы расслабились и всю дорогу подтрунивали друг над другом.

Так что в банк я заходила с улыбкой до ушей, чем удивила не только охрану у двери, но и всех сотрудников этого учреждения. Мсье Кэри тоже был немного растерян от моего счастливого вида, но мужчина был профессионалом и, взяв в руки бумаги, внимательно изучил каждый пункт из списка. Так что, уже через двадцать минут я покинула банк, получив заверения мсье Кэри в скором исполнении заказа.

А спустя ещё двадцать минут я, Кип и Аманда, получив свой заказ, наслаждались изумительно вкусным обедом в любимом ресторанчике.

— И как ты сбежала? — потрясённо выдохнула, слушая очередное приключение подруги, — он ничего тебе не сделал?

— Через окно выбралась, — хихикнула девушка и, чуть подавшись ко мне, заговорщицким голосом произнесла, — оставив ему на память кучу кхм… ну ты поняла.

— Где ты его взяла? — просипела, чуть не подавившись от смеха.

— В конюшне, — едва слышно прошептала Аманда, как оказалось, с раннего детства влезающая во всякие опасные авантюры.

— Ты ненормальная, — в который раз проговорила, тем не менее не переставая восхищаться девушкой, — я бы так не смогла.

— Кхм… — теперь поперхнулся Кип, которому хотелось прокомментировать, но мужчина не решился, чутко понимая, что сейчас это для него могло быть опасно. Две разговорившиеся девушки очень страшны в гневе, поэтому он быстро отвернулся, чтобы тотчас сообщить, — сюда идёт Крэйг Брикман.

— Хоть не Николас, — успела шепнуть Аманде, прежде чем мужчина подошёл к нашему столу.

— Добрый день, — поприветствовал он всех разом, едва заметно кивнув, — мадам Делия, рад вас видеть. Кип Джонс…

— Мадмуазель Аманда Хоккинс, — представила я девушку, на которой остановил свой взгляд Крейг, — присаживайтесь, мсье Крейг.

— Благодарю за приглашение, но, к сожалению, мне уже пора. Я подошёл вас поприветствовать, меня несколько дней не было в Ранье, и я только сегодня узнал о проблемах с банным комплексом.

— Да, мсье Крейг, градоначальник потребовал остановить строительство и предоставить документы. Мсье Мэтью Паркер уверяет, что всё уладит, пока я не вижу повода для беспокойства.

— Хорошо, мадам Делия, если понадобится моё содействие, сообщите. Мадмуазель Аманда, приятно было познакомиться. До скорой встречи, мадам Делия, — попрощался мужчина, круто развернувшись и знакомым жестом отбросив полу чёрного плаща.

Глава 55

Глава 55

— Спасибо, Дарен! Это потрясающе! Как ты её сделал⁈ — ошеломлённо воскликнула, и отложив в сторонку красивую, резную, деревянную шкатулку, крепко обняла сына.

— Меня Лудо научил и помогал мне, — гордо проговорил ребёнок, и ему правда было, чем гордиться. Искусная, тонкая работа восхищала своим изяществом и красотой. Небольшая, всего с ладонь, коробочка из тёмного дерева была поистине произведением искусства.

— Ты молодец! Лудо, спасибо! — расчувствовалась я, с раннего утра принимая поздравления и подарки.

Кип и Аманда вручили редкое издание книги Бардера Жевьет, зная, как мне нравится читать книги по истории. Глен преподнёс красивый блокнот и ручку. Натиша, Нел, Яник и Хлоя подарили сумочку, наверняка, отдав за неё каждая не меньше половины своего жалования.

В холле стояли цветы от Лаван, Мэтью Паркера и Николаса Эдингтона. Корзину с фруктами доставили от имени мсье Кэри. От мсье Крейга Брикмана на чайном столике лежали три книги — не знаю, как он догадался, но их я тоже хотела прочесть. Неожиданно для самой себя, у меня здесь появилось хобби. Я с огромным интересом сравнивала историю развития этого мира со своим, надеясь, что, зная прошлый путь, я смогу предугадать грядущие события в этом. Мой интерес к истории, конечно, удивлял близких, но не более, чем все остальные мои странности.

— От Фрэнка Доумана принесли корзину с цветами, — с усмешкой проговорила Аманда, забираясь ко мне на кровать с правой стороны, левую заняли сын и Роско.

— И Орман прислал доставщика с букетом и коробкой, — произнёс Кип, с ехидной улыбкой дополнив, — я не мог не проверить, что в ней. Всё для твоей и Дарена безопасности.

— И что там? — поинтересовалась я, ожидая подвох, но всё равно была настроена решительно, и сегодня ничто и никто не сможет испортить этот замечательный день.

— Платье, такие носят девицы в пансионе, — расхохотался друг, перепугав своим громогласным смехом щенка.

— Пусть сам носит, — хмыкнула, поглаживая Роско за ухом, пытаясь унять разбушевавшегося щенка.

Только спустя час моя комната опустела, поздравляющие разошлись по своим покоям, чтобы вновь собраться в столовой за праздничным завтраком.

— Ну что, ты готова? — спросил друг сразу, как только мы встали из-за стола.

— Конечно, однако ты так и не сказал, куда мы едем и что нам с собой взять.

— Всё уже в карете, тебе не о чем беспокоиться. Ехать недолго, но мы останемся там на ночь.

— А ночью будем жечь костёр и рассказывать страшные истории? — тут же поинтересовался Дарен, давно ожидающий нас у двери.

— Обязательно, какие приключения без страшных историй, — пообещал Кип, забирая приготовленную Хлоей корзинку.

И вскоре, помахав из окна кареты Лудо и Барни, мы покатились по мостовой. С нами отправились в это маленькое праздничное путешествие Аманда, Глен и, конечно же, Роско, который единолично занял больше половины сиденья. И согнать его оказалось не так-то просто, пришлось сманить вкусным кусочком буженины.

— А там будет лес? А на лошади покатаемся? А стрелять меня научишь? — засыпал вопросами Дарен, который впервые за все свои шесть с половиной лет не будет ночевать в поместье.

Кип терпеливо отвечал ребёнку, Глен что-то дополнял. Из их рассказов я поняла, что мы едем в какую-то деревушку, где на её окраине, у самого леса возле излучины реки стоял небольшой домик. Там всего две комнаты, одна была кухней, а вот вторая была жилой, и спать нам там придётся всем вместе. Меня и Аманду это не напугало, но и не воодушевило, а вот ребёнок пришёл в полный восторг.

Дорога до места прошла незаметно. Возбуждённый переменами ребёнок без умолку болтал, Роско норовил выбраться из кареты, бодая её дверь. Глен воспитывал одновременно щенка и своего подопечного. Я пыталась отвлечь сына, но сегодня для него героем дня стал Кип, вот он и отдувался больше всех.

Украдкой бросив взгляд на Аманду, я с трудом скрыла расползающуюся улыбку, заметив, с каким мечтательным взором она смотрела на смеющихся Кипа и Дарена. Глен тоже, судя по всему, заметил перемены в паре, лукаво мне улыбнувшись.

— В доме тепло и чисто, — командовал Кип, выгружая наш табор у ворот небольшого, но будто сошедшего с детской иллюстрации домика, — Дарен, бери мешок! Глен, корзину и бутыль! Дамы, проходите, не путайтесь под ногами!

— Раскомандовался, — одновременно проговорили я и Аманда и, прыснув от такой слаженной синхронности, направились к домику, чтобы и правда не мешать мужчинам заниматься делом.

Дом был действительно небольшим. Кухня двенадцать квадратов с огромной печкой у стены, широким столом, лавками, приземистым буфетом и домоткаными полосатыми дорожками, которыми был устлан весь пол.

Вторая комната была ненамного больше. Там, кроме двух узких кроватей, шкафа и сундука, ничего не было, а окно было плотно закрыто ставнями, которые вскоре распахнул Дарен. Его личико при этом было таким серьёзным, а вид таким важным, что мы с Амандой невольно улыбнулись.

— Обед будет через час! — объявил Кип, ворвавшийся в дом. Следом за ним прошли: Роско — налегке; Глен тащил корзину полную снеди; Дарен, преисполненный ответственностью порученного задания, нёс мешок.

— Вам помочь?

— Нет, — отказался мужчина, вручив мне увесистую сумку, — здесь одежда, вы можете сменить ваши платья на удобные штаны и погулять по лесу. Или поставить уды на реке с дедом Натаном.

— Хм… — снова слаженно пробормотали с Амандой и рванули в комнату, на ходу прокричав, — сначала лес, потом уды!

Сегодня погода нам благоволила. Голубое безоблачное небо, высокое яркое солнце, бескрайний простор леса манили нас своей первозданной красотой. Неподвижный воздух был густо насыщен запахами: прелой травы, терпкой хвои, дождя и грибов.

Гуляя между высоких вековых деревьев, среди пышных зарослей кустарников, я и Аманда незаметно разошлись в разные стороны. Нам обеим нужно было побыть наедине с природой и хорошенько подумать. Но сегодня в моей голове звенело от пустоты, и ни одна мысль не задерживалась больше секунды. Лес очищал… угрюмый, шумный, он дарил умиротворение и возвращал утраченные в беготне силы.

Поддавшись лёгкости и простоте, гуляя среди оголённых берёз и бородатых елей, я не заметила, как добралась до болота и, вздрогнув от неожиданно звонкого клича кукушки, торопливо повернула назад. Отчего-то неясная тревога тяжёлой ношей сдавила грудь, не позволяя свободно вдохнуть, а безотчётный страх сжал моё сердце в предчувствии неминуемости…

С притихшей и задумчивой Амандой мы встретились у кромки леса. Неловко улыбнувшись друг другу, будто у каждой здесь было тайное свидание, мы, перебравшись через небольшой овражек, направились к домику. И вскоре спешили к пылающему костру, откуда доносился соблазнительный аромат жареного мяса.

— Мама, этот я сам приготовил! — воскликнул сын, с горделивой улыбкой подав мне внушительного размера кусок мяса, — Кип научил.

— Вкусно… очень, — пробормотала сразу как проглотила первый кусочке, только сейчас осознав, как я проголодалась, — теперь я отказываюсь есть другое мясо, Дарен, оно изумительное.

— Держите, — Кип подал нам по бокалу, себе забрал большую кружку и, разместившись на притащенном откуда-то бревне, вонзился зубами в свой стейк.

— Очень вкусно, — проговорила Аманда, смущённо улыбнувшись Кипу, вручив ему ломтик хлеба, — ты прекрасно готовишь.

— И не только мясо, — не смог не похвалиться Кип, довольно щурясь, — так как насчет рыбалки?

— Я пойду! — воскликнул Дарен, вскакивая с лавки, — а Роско с собой возьмём?

— Да, но сначала нужно пообедать, — проговорила, подкладывая сыну овощи, — а то сил не хватит вытянуть большую рыбу.

— Меня Глен тренирует, я вот какой сильный, — возразил ребёнок и тотчас принялся доказывать, какой он силач.

В общем, обед прошёл шумно и в соревновательной форме, но зато было весело, и гнетущие мысли покинули меня, на время оставляя в покое.

А после, наевшись до сытого урчания, мы, быстро скидав в корзину грязную посуду, всей гурьбой отправились на рыбалку.

Я, никогда не любившая это мероприятие и скользкую рыбу, укутавшись в плед, разместилась на кем-то брошенной толстой ветке и со стороны наблюдала за азартными рыбаками. Мелочи в этой маленькой реке было полно, и счастливые участники только и успевали вытягивать блестящих, размером всего с ладонь, рыбёшек.

— Десять! — прокричал довольный сын, продолжив соревнования по силе и умению с Кипом и Гленом, и пока ребёнок в ловле гольянчиков лидировал.

— Седьмая, но зато огромная! — похвастался Глен, показывая рыбу ничуть не больше предыдущих, но спорить с азартными участниками было опасно, и я промолчала.

Только когда солнце спряталось за холмом, мне удалось загнать рыбаков в домик, где они тут же принялись за кровавую расправу над мелочью.

— Бабка моя их яйцами заливала, так вкусно было, — рассказывал Глен, по ходу обучая подопечного чистить рыбу, — жабры убирай, а то горчить будет.

— Так?

— Молодец, — похвалил гувернёр ребёнка, продолжив, — мы с мальчишками наловим таз, там же, у речки почистим и к бабке. Она на улице огромную сковороду нам нажарит.

— А мы сушили их, — подхватил Кип, — наберёшь полные карманы — и на улицу, до вечера не возвращались в дом…

Это был самый лучший день рождения! Такой, как я и мечтала. В кругу семьи, уютно и по-домашнему. Без чопорных и чванливых гостей и постоянного ожидания опасности. Конечно, здесь нам всем очень не хватало Лудо и девчонок, но старый дворецкий всегда держал дистанцию между нами, придерживаясь правила — госпожа и слуга. А Натиша, Нел, Яник и Хлоя отпросились на ярмарку, устраиваемую градоначальником каждую осень и весну…

— Я отнесу его, — прошептал Глен, прерывая мои мысли, нависнув над Дареном.

— Спасибо, — одними губами ответила парню, убирая руку с заснувшего ребёнка. На улице уже давно стемнело, в чернильном небе звёзды озорно перемигивались с хмурой луной, а яркий пылающий костёр сердито шипел на влажные поленья. Их треск, крики ночных птиц, журчание реки и шум ветра, заблудившегося среде макушек вековых деревьев, умиротворяли.

— Дель, идём в дом, — позвала Аманда. Ёжась от холода и кутаясь в одеяло, девушка тоже поднялась с лавки.

После ужина мы отправились посидеть у костра и послушать страшные истории, которые так хотел рассказать нам Дарен. Но перевозбуждённый за день сынишка, укрывшись тяжёлым одеялом и положив голову мне на колени, уснул самым первым. Следом за ним стала дремать Аманда, и спустя полчаса мы решили вернуться в дом.

— Мадам Делия… — позвал Глен, заметив мой отсутствующий взгляд, обеспокоенно на меня посмотрев.

— Идите, я сейчас, — покачала головой, рассеянно уставившись на танцующее свой дикий танец пламя.

— Ладно, — задумчиво кивнула подруга, с недоумением переглянувшись с Кипом, но тот, ласково улыбнувшись, повёл их в дом, лукаво мне напоследок подмигнув.

И стоило мне остаться одной, за спиной сейчас же раздался тихий шорох, моё сердце тотчас ускорило ритм, а дыхание участилось.

— С днём рождения, Дель.

— Я ждала тебя раньше.

— Прости, раньше не смог, — прошептал Скай, лавка подо мной прогнулась, а рядом, закрывая меня от стылого ветра, тянувшего от реки, сел мужчина.

— Спасибо за подарок, это самое цен…

— Ты замёрзла, — осипшим голосом прервал меня Скай, снял с себя плащ и заботливо укутав, притянул к себе, заключая в объятия. Невольно прижавшись к мужчине, я спиной ощущала, как бугрятся под горячей кожей крепкие мышцы и как неистово бьётся его сердце. С удивлением почувствовав, как ледяная корка, годами защищавшая моё сердце, тает в этих крепких и заботливых руках.

Глава 56

Глава 56

Мы просидели с ним до самого рассвета. Укутавшись в один плед на двоих, проговорили всю ночь: о Вирдании, Кастелии и о многих других странах, обсудили политику, культуру и быт, традиции и нововведения. И ни слова не рассказали друг о друге, однако нам этого и не было нужно. Ощущение, что мы давно знакомы, не покидало меня. Мне казалось, что Скай всегда был рядом, незримой тенью неотступно следил за мной, оберегал и поддерживал. С ним мне не приходилось притворяться, я была самой собой, немного резкой, нетерпимой и ранимой…

Наверное, под утро сон всё-таки сморил меня, так как я совершенно не помню, как очутилась в доме. Проснувшись, я не сразу поняла, где нахожусь, в комнате никого не было, а с улицы доносился заливистый лай Роско и счастливый смех Дарена. За окном вовсю светило солнце, подсказывая мне, что проспала я до самого полудня. В домике было тепло, с кухни шёл соблазнительный аромат свежей выпечки и кофе, но подниматься с кровати мне не хотелось.

— Добрый день! Хватит спать, сегодня опять чудесная погода, а солнышко по-летнему греет, — поприветствовала меня Аманда, диким смерчем ворвавшись в комнату, — мужчины приготовили уху, тётка Розан продала нам свежий хлеб, а Дарен и Глен нажарили мяса. Твой сын сказал, что ты больше ничего есть не будешь.

— Ну да, — хихикнула, вспомнив свои опрометчивые слова и ласково проговорив, — заботливый.

— Одевайся и выходи, — скомандовала подруга, быстро исчезая из моего поля зрения, и вскоре раздался стук закрывшейся двери.

Пришлось выползать из постели, прибирать всклокоченные после сна волосы и потратить минут десять на разглаживание ладошками помятых брюк. Но в итоге, бросив это бесполезное занятие и накинув на плечи пальто, я вышла из домика, чтобы тут же едва не завалиться обратно от запрыгнувшего на меня, любвеобильного щенка.

— Фу! Роско, нельзя! — скомандовал сынок, и пёс тут же послушно рванул к хозяину.

— Всем доброго дня! — громко поприветствовала друзей, крепко обняла подбежавшего ко мне сынишку, шёпотом сказала, как я его сильно люблю, и только тогда уселась на лавку.

— Отдых тебе пошёл на пользу, — проговорил Кип и, озорно подмигнув, добавил, — щёчки раскраснелись.

— Я смотрю, и тебе отдых пришёлся по душе, — парировала, взглядом показав на чуть припухшие у мужчины губы.

— Дель! — тотчас возмущённо воскликнула Аманда, невольно подтвердив моё предположение. Кип неожиданно для меня засмущался и быстро отвернулся, чтобы я не увидела его заалевших щёк.

— Ладно-ладно, — тихонько рассмеялась, поворачиваясь к сыну, — Дарен, в воздухе витает изумительный аромат, неужели ты приготовил для меня мясо?

— Да, мам, — обрадовался мальчишка, рванув к костру, подхватил накрытую тарелкой миску и подал мне мой завтрак. Это стало знаком для всех, друзья подтянулись к костру, и вскоре был слышен только стук ложек о миски и довольное рычание Роско, грызущего кость.

Сразу после обеда, как это было ни грустно, мы, собрав вещи, отправились в поместье. Дарен и Кип спустя десять минут тряски в карете уснули. Глен, тоже прикрыв глаза, по-моему, задремал. Аманда, вручив мне одну из книг, уткнулась в свою и вскоре погрузилась в волшебный мир любви. Я же некоторое время пыталась вникнуть в написанное, но строчки перед глазами расплывались, а карету подбрасывало на ухабах, что тоже усложняло чтение. И, в конце концов, промучившись около получаса, я, отложив книгу в сторону, сдвинула штору и стала смотреть в окно, любуясь осенним пейзажем…

— Дель… — едва слышно простонала Аманда, стоило нам только всем выбраться из кареты и потрясённо застыть у ворот.

— Мама, это наш дом? — пробормотал сын. Испуганно вцепившись в подол моего платья, он со страхом смотрел на жуткие развалины.

— Да, это был наш дом, — хриплым голосом ответила, краем глаз заметив, что Кип рванул куда-то в сторону кустов. А Глен, удерживая рвавшегося к дому Роско, громко ругался.

— Мама, а где мы теперь будем жить? — невнятно просипел Дарен, прижавшись ко мне всем тельцем, уткнувшись лицом в платье, и приглушённо всхлипнул.

Перед моими глазами тут же вспыхнула алая пелена гнева. Ищущим взором я уставилась в остов дома и, стараясь не разразиться бранными словами, спросила:

— Где Лудо?

— Он жив, у Барни засиделся. Их немного зацепило камнями, но оба в порядке и сейчас находятся у моих парней. Натиша, Нел, Хлоя и Яник не успели вернуться из города, они тоже в сторожке, — проговорил Кип, внезапно возникнув передо мной, — Дель, всё хорошо, все живы, и это главное.

— Что произошло?

— Констебли были, но мне необходимо в Ранье, чтобы всё выяснить. Парни сказали, что приехал доставщик продуктов, Лудо отнёс ящики в дом и вскоре вернулся в сторожку. Первый взрыв прогремел на кухне, начался пожар. Пока телеги добирались до поместья, огонь перекинулся на вторую половину дома и вскоре прогремел ещё один взрыв, у зимнего сада. Лудо уверяет, что приносил продукты только на кухню.

— Значит, заложили раньше, — горько усмехнулась, продолжая успокаивающе поглаживать по спине сына, — никто из наших сделать это не мог, это был кто-то из гостей.

— Я видела, как Паркер выходил из зимнего сада, сказал, заблудился, — проговорила Аманда, виновато на меня посмотрев, — я должна была вам сразу сообщить.

— Нет, Аманда, я бы тоже не подумала на Паркера, — вполголоса проговорила, с грустью осматривая разрушенный дом, — он никогда бы не решился на такое… однако Мэтью мог глупо довериться общим знакомым… но сейчас не будем об этом.

— Дель, я знаю хорошую гостиницу в городе, но буду рада видеть вас у себя в гостях, — пробормотала девушка, всё ещё ощущая свою вину.

— Спасибо, Аманда, но нет. Ни в гостинице, ни у тебя дома мы не будем в безопасности. Кип, едем на завод, там кирпичные стены, охрана с оружием и часть здания конторы восстановлена, там и переночуем, — распорядилась, чувствуя, что ноги от бессилия отказывают меня держать, а сердце то замирает, то неистово бьётся. Но я не могла себе позволить быть слабой, рядом со мной сын, а ему сейчас ещё страшнее, чем мне.

— Дарен, кажется, наши приключения продолжаются, — преувеличенно бодрым голосом проговорила. Присев перед сыном, я посмотрела прямо в глаза растерянному ребёнку, едва слышно прошептав, — мы вместе, а это самое важное…

На завод отправились в сопровождении охраны Кипа — суровые мужчины верхом на лошадях на протяжении всего пути неотступно следовали за каретой, время от времени меняясь местами. Наша процессия не осталась незамеченной, и стоило нам только подъехать к воротам, из-за стены появился Бронд и, грозно рыкнув, поднял оружие.

— Кто вы и что вам надо⁈

— Свои, Бронд! — отозвался Кип, выглянув из кареты. Начальник охраны сейчас же коротко кивнул и зычным голосом приказал открыть ворота.

Наше размещение прошло для меня словно в тумане. Смутно помню, как устраивала сына в одной из комнат конторы. Что-то объясняла Гейбу и Бронду, рассказывая, почему мы на время останемся на территории завода. Составляла для Кипа необходимый список вещей, чтобы с минимальным удобством обустроиться в здании, не предназначенном для жилья. Больше часа разговаривала с Дареном, играли с Роско, отвлекая ребёнка от пережитого кошмара. Потом пили чай, приготовленный заботливым Фоком, и ели вкусные булочки, испечённые мамой нашего Мило.

И только ближе к полуночи, когда Аманда и Дарен уснули на принесённом мастером Гейбом матрасе, а Глен ушёл в соседнее помещение, прихватив с собой упирающегося Роско, я на цыпочках покинула крохотную комнатку, вышла на улицу, забралась на стену, изумив охраняющего завод парнишку, и невидяще уставилась перед собой.

Не знаю, сколько я так просидела, глядя на звёзды, на мрачную луну, на тёмные силуэты деревьев и кустарников. За это время ко мне дважды подходил обеспокоенный Брок, на третий, не выдержав, он принёс мне одеяло и кружку с чаем, сердито проворчав что-то об упрямых мадам. И только когда небо окрасило в розовый цвет, я наконец пришла в себя и приняла решение…

— Констебли обнаружили следы взрывчатки, — сообщил Кип, вернувшийся на следующий день ближе к полудню, — как парни и сказали, часть взрывчатки была на кухне, часть у зимнего сада. Сейчас разыскивают доставщика, но на рынке, где Хлоя обычно покупала продукты, его видели впервые.

— Не найдут, Орман не дурак и хорошо подготовился, — проговорила, устало растерев покрасневшие и слегка припухшие глаза.

— Думаешь, это Орман сделал? Зачем, он мог убить тебя и Дарена?

— Нет, — зло усмехнулась, откидываясь на спинку сиденья в карете, где я и Кип устроили временный кабинет, — он хорошо подготовился, уверена, за поместьем даже установили слежку, но твои парни её не заметили. Орман не дилетант в этом деле… он и отбыл из Ранье очень вовремя, но прежде настоятельно рекомендовав посетить нам с Дареном столичный цирк, даже билеты вручил. Выманивал из поместья… уж очень хотел поторопить с решением переезда в столицу.

— Нам не стоило его покидать?

— Рано или поздно он бы нашёл способ нас оттуда убрать… ну или избавиться от меня, если бы я стала сильно упираться.

— Скай пока не может достать Ормана, — едва слышно проговорил Кип, то сжимая, то разжимая кулаки от ярости и бессилия.

— Знаешь… иногда, чтобы победить приходится отступать, — задумчиво протянула, устало закрывая глаза, — сейчас я слаба и не справлюсь с «отцом», Скай тоже не всемогущ. Надо просто запастись терпением, набраться сил и вернуться.

— Ты хочешь дать согласие Николасу Эдингтону и уехать в Кастелию?

— Ещё не…

— Мадам Делия! — не дал договорить взволнованный голос мсье Гейба, а в дверь кареты чем-то громко бухнули, — мадам Делия, вчера с такими делами я совсем забыл сказать.

— Что, Гейб? — распахнула дверь, вопросительно посмотрев на мужчину.

— Мы вторую часть конторы вчера разбирали и вот… нашли, — проговорил мастер, чуть сдвигаясь в сторону, уступая место рыжему здоровяку, в руках которого находился железный ящик, — кажись, сейф.

— Сейф, — невнятно повторила, оглядев запылённый ящик, — ставь его сюда, Кип подай, пожалуйста, мою сумку.

— Держи. Считаешь, там что-то сохранилось?

— Звенело, мсье Кип, — ответил за меня Фок, поворачивая ко мне ящик замочной скважиной.

— Надеюсь, ключ подойдёт. Был у меня один, но я так и не смогла подобрать от чего он, — пробормотала, торопливо шаря рукой в сумке. Стоило мне только увидеть железный ящик, странное предвкушение вдруг охватило меня. От волнения руки задрожали, и я не сразу нашла ключи, как и не сразу попала в замочную скважину. Но вот раздался тихий скрежет, замок щёлкнул, и дверца со скрипом отворилась.

Глава 57

Глава 57

— Надо же, бумаги в прекрасном состоянии, — задумчиво протянула, медленно перелистывая страницы и бегло их просматривая, — документы на землю, договор купли-продажи… хм, смотри, соглашение между Алтоном де Виан Рейн и Дарси Орманом, моим дедом. Это соглашение искал мой так называемый отец, здесь подтверждение, что я его дочь.

— Сжечь? — тут же спросил Кип, взяв в руки чуть пожелтевший лист бумаги.

— Нет, спрячем, мало ли когда пригодится. Наследников у него, кроме нас, никого нет, а состояние у Ормана приличное, — отказалась я, возвращаясь к документам, и быстро перекладывая договора, счета и расписки, решила чуть позже каждый внимательно изучить.

— Письмо?

— Письмо, — рассеянно повторила и осторожно, будто это величайшая ценность, взяла в руки конверт, подписанный: «Для маленькой Дельки». И тотчас меня будто окатило ласковым теплом, сердце защемило от грусти, а в глазах неприятно защипало.

— Делька?

— Так называл меня папа, — глухим голосом объяснила, вскрывая запечатанный конверт, торопливо развернула сложенный в несколько раз лист, вперилась в кривые, местами размытые строчки:

'Моя маленькая Делька. Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых, и я не успел осуществить задуманное. Но я рад, что ты вспомнила, где спрятан наш тайник с сокровищами.

Прости, родная, что не рассказал тебе об этом раньше, хотел уберечь. Не желал, чтобы моя малышка столкнулась с грязью, предательством и злом этого мира.

Мне тяжело об этом писать, но я должен рассказать тебе всё как есть (здесь было размыто, несколько слов было трудно разобрать, но смысл всё же был понятен).

Делия, знай, я всегда любил тебя как родную дочь и всё, что делал, было для тебя. Но твой отец, тот, с кем у тебя одна кровь — Генри Орман. Когда-то он послушал своего отца, побоялся лишиться наследства и отказался от тебя и Винтер.

Твой дед, чтобы не было скандала, откупился от твоей мамы. Дель, он не оставил ей выбора, Винтер пришлось согласиться. Отписал никому не нужную и бедную землю в долине Рейн. И попросил короля дать мне титул, потребовав от нас больше не появляться в Грейтауне.

Мы уехали в Ранье. На деньги, что заплатил за молчание Орман, я построил кирпичный завод и поместье в долине. Но и спустя год после твоего рождения, Винтер так и не смогла забыть твоего отца и женой мне так и не стала. Только и я не любил её, однако всем сердцем привязался к тебе, моя малышка.

А потом, несколько лет спустя в поместье заявился Генри… дочь, ты не должна сердиться на свою маму. Винтер была счастлива с ним, а я не хотел им мешать и впервые отправился в путешествие. Но всегда возвращался на несколько месяцев, только чтобы повидать тебя. В одной из таких поездок я познакомился с Кареном ОРейли, он готовился к отплытию в Акебалан, я не устоял перед заманчивым предложением и отправился вместе с ним. В тот день моя жизнь изменилась. Делька, мы нашли алмазы! Местные понятия не имели, чем обладают. Мы выкупили часть земли, поделив её поровну, и занялись разработкой, наняв темнокожих людей.

Дочь, помнишь, я рассказывал тебе о чудесной волшебной стране, куда мы с тобой непременно отправимся сразу, как я построю для тебя прекрасный дворец? Я хотел забрать тебя и увезти туда, где много солнца, фруктов и забавных животных. Тебе бы там очень понравилось, но не успел, раз ты читаешь это письмо…'

Дальше шли описания страны и её особенностей, незнакомые мне имена его работников. Рассказ о строительстве дома и обустройстве быта, который он, судя по всему, так и не закончил… Отправившись в Вирданию повидаться с Делией, Алтон из-за зависти и предательства не смог вернуться в свой Акебалан.Снова расплывчатое пятно, затем краткое перечисление документов: договор на землю в Акебалане, точные координаты её местоположения и прочие необходимые бумаги.

Ещё раз бегло их осмотрев, я сверилась со списком и отложила папку в сторону, чтобы позже, на свежую голову ещё раз её изучить.

И вновь взяла письмо, перевернула обратной стороной и продолжила чтение: «Делия, не доверяй Сефтону Доуману, я совершил ошибку, показав ему два крупных алмаза. И зря рассказал, что нашёл их в голубой глине, одно радует, в тот день в кабинет вошли ты и Винтер, прервав меня, и Доуман так и не узнал об Акебалане. Сефтон обманом выпросил у меня алмазы и так и не вернул, сообщив о якобы случившемся с ним в дороге ограблении».

Дальше Алтон рассказывал, что нашел в долине Рейн огромный пласт глины, но она оказалась пустой в отличие от той, что находилась в сказочной стране. Что все остальные поиски в долине тоже не увенчались успехом, и он торопился закончить все дела, чтобы навсегда покинуть Вирданию вместе со своей малышкой.

— Кип… ты знаешь, где находится Акебалан? — устало пробормотала, аккуратно складывая письмо, как только закончила читать ошеломляющую информацию.

— Примерно… у Бронда, по-моему, есть карта, висела в сторожке. А что? — проговорил мужчина, шаря рукой в сейфе, — здесь ещё два небольших мешочка.

Достав оба, Кип вопросительно на меня взглянув, принялся быстро развязывать первый. В нём оказалось чуть больше сотни фарингов, видимо, на мелкие расходы или для выплаты жалования работникам завода. Второй мешочек не поддавался, но Кипу спустя пару минут всё же удалось справиться с туго затянутой верёвкой. С любопытством заглянув в него, мужчина ошалело выдохнул, принялся медленно высыпать в ладонь крохотные сверкающие камешки.

— В Акебалане в моей собственности земля и, кажется, там обнаружено месторождение алмазов, — меланхоличным голосом проговорила и, чуть помедлив, добавила, — вот что хочет получить Орман, это искал Сефтон.

— Дель, это опасное наследство, — потрясённо выдохнул друг, обеспокоенно на меня посмотрев, — что будешь делать?

— Набираться сил, как и планировала, — усмехнулась, откинувшись на спинку сиденья, и выдержав небольшую паузу, проговорила, — само провидение подсказывает мне предстоящий путь. Я и Дарен… мы отправимся в Акебалан. Папа пишет, что там есть дом, небольшой, а рядом строился новый… для меня, Орман не знает о нём. Полтора года пролетят незаметно, и когда наступит время вернуться, он не сможет отобрать у меня сына.

— Я еду с тобой, — заявил Кип голосом, не терпящим возражений.

— Нет, Кип, ты понадобишься мне здесь. Ты и Аманда, я оформлю на вас доверенность, составлю чёткий план дальнейших действий. Я подготовлю письма, якобы мы с Дареном в Кастелии, ты будешь их раз в три месяца получать и во всеуслышание обсуждать, как нам там живётся. Мне нужен человек здесь, которому я смогу доверить мои проекты, а кроме тебя и Аманды у меня никого нет.

— Там может быть опасно, Дель…

— Думаю, Глен не откажет и поедет с нами. Он сможет нас защитить. Если согласятся Натиша и Хлоя, я буду рада. Их опыта и сил будет достаточно отогнать воров и разбойников, а от убийц отца и ты меня не спасёшь.

— Дель… — глухо простонал Кип, но вдруг резко вскинул голову и, лукаво мне подмигнув, заявил, — мы уничтожим его, Дель! Орман пожалеет, что связался с нами!

— Да, — коротко ответила, с трудом сфокусировав на мужчине взгляд, — он пожалеет.

— Тебе надо выспаться, Дель, вторая бессонная ночь, — заботливо проворковал друг, подхватывая меня на руки. От усталости, переживаний и тревоги мой организм всё же сдал, силы разом покинули меня, унося в долгожданную темноту.

Глава 58

Глава 58

— Скай не вернулся? — наверное, в сотый раз за эту неделю спросила у Кипа. Тот, привычно отрицательно качнув головой, едва слышно проворчал:

— Дель, он в Грейтауне, пытается достать Ормана, но тот нигде не остаётся один.

— Ясно, — кивнула, вновь возвращаясь к обсуждению планов на ближайшие полтора года, — Аманда, сейчас главное все силы бросить на завод по изготовлению пластика. Брэм — парень толковый, просто помоги ему, в остальном он сам разберётся. Кип, через две недели, сразу как выпадет снег, выставляйте на продажу кирпичи, стоимость я указала и схему выстроила. Как только останется половина готовых кирпичей, увеличиваешь стоимость в два раза.

— Хорошо, ты здесь всё написала? — ещё раз уточнил друг, а теперь и доверенное лицо, хотя и очень этому сопротивлялся, предлагая сделать им только Аманду.

— Да, здесь всё поэтапно расписано. И мы будем на связи, сам же слышал капитана, их корабли часто заходят в Акебалан и Вирданию, — проговорила, собирая документы в папку, вновь ощутив странное волнение — так обычно бывает перед днём рождения или на Новый год, когда находишься в ожидании волшебства и сказки.

Удивительно, но, видно, и правда сама судьба нам благоволила. На пристани стояло судно, которое уже через пять дней отправится в Акебалан. Орман выжидает и пока в Ранье не появлялся, а в городе очередное затишье. Доверенность оформили быстро, как и приняли ходатайство о разводе, чтобы рассматривали дело без моего присутствия. С управляющим банка тоже все очень быстро уладили. Представив Аманду и объявив, что на время моего отсутствия девушка будет моим доверенным лицом, я около часа наблюдала, как мсье Кэри и мадемуазель Аманда, осторожно прощупывая друг друга, обстоятельно обговорили будущее сотрудничество и в итоге неплохо поладили.

И это тоже подтвердило, что я приняла правильное решение. Пока я не буду уверена, что сына у меня никто не отберёт, пока продолжу барахтаться в этом болоте, пытаясь выбраться из трясины, не имея влиятельных лиц за своей спиной, я никогда не стану равной Генри Орману и не смогу передвигать фигуры на его поле…

Труднее всего было объяснить мсье Кэри, почему я покидаю Ранье и где планирую остановиться. Обманывать не хотелось, но и говорить правду я не собиралась, и, протянув с ответом, невольно подала мужчине логичный для него вывод. Так что теперь по городу ходят слухи о подлой мести моего муженька и о том, что бедная женщина решила на период бракоразводного процесса держаться подальше от невменяемого человека. Ведь скрыть от людей взрыв поместья Рейн было невозможно, и в каждый мой приезд в город мне приходилось выслушивать в основном неискренние сочувствия и сожаления.

Конечно же, Николас Эдингтон тоже не остался в стороне. С видом благородного рыцаря несколько дней назад он ворвался в кабинет мсье Кэри и принялся уверять меня в своей преданности и намёками напоминать о сделанном им ранее предложении отправиться с ним в Кастелию.

От мужа тоже пришло письмо-приглашение погостить в его особняке. Признаниям в любви к сыну и ко мне, а также обещаниям верности, написанным ровным красивым почерком, я не верила.

И, признаться, после всех этих притворно-жалостливых взглядов и неискренних улыбок сочувствия я мечтала поскорее отправиться в путь.

Наверное, единственные, кто действительно хотели мне помочь, это мсье Кэри, который предлагал поселиться в его загородном доме и даже не думать об оплате аренды, и мсье Крейг Брикман. На третий день прибыв на кирпичный завод, где мы всё ещё приходили в себя, мужчина настойчиво предлагал ссудить мне любую сумму для приобретения нового дома, без процентов и на долгий срок.

Поблагодарив обоих, я пообещала подумать, чтобы сразу своим отказом не обижать вроде бы неплохих людей, но уже давно решив, что пока для нас с Дареном самое разумное — на время покинуть не слишком радушную Вирданию и, надеюсь, хоть немного перевести дух.

Одно меня очень беспокоило: время шло, а Скай не возвращался в Ранье. Уезжать не попрощавшись мне не хотелось, но, судя по всему, иного выбора у меня не было.

— Мадам Делия, одежда собрана, книги для мсье Дарена в сундуке, там же его игрушки. Ваши наряды я сложила в чемодан… — уже третий раз за день принялась объяснять Натиша где и что лежит. Девушка не только согласилась отправиться с нами в Акебалан, но и была в восторге от такого предложения. Нел тоже не захотела оставлять сестру и бегала вместе с ней по лавкам, закупаясь необходимыми для путешествия вещами. Хлоя и Яник так же не пожелали оставлять меня на растерзание наглым мужчинам и основательно готовились к морской дороге, заготавливая в огромном количестве продукты. Да и Глена не пришлось уговаривать — парень, недослушав моё предложение, уверенно заявил, что своего подопечного не оставит.

Сообщив капитану судна о количестве сопровождающих меня слуг и заплатив за четыре каюты вперёд, мне удалось нагнать небольшую панику на мужчину, которого, казалось бы, уже ничем невозможно удивить.

— Мадам Делия, ящики с продуктами будут стоять у нас в каюте, — прервала мои мысли Хлоя, голосом, не терпящим возражений, добавив, — знаю я эту матросню, слопают и не подавятся.

— Если капитан позволит, — с грустной улыбкой произнесла, в который раз перекладывая документы в своей сумке. До отплытия осталось всего несколько часов, а Ская я так и не увидела.

— Мне он не откажет, — уверенно проговорила девушка, дав команду Фоку спускать ящики, сундуки и корзины на первый этаж.

Прощаться, хоть и на время, с мастером Гейбом, с Брондом, с Мило и, конечно же, с Амандой и Кипом было очень тяжело. С трудом сохраняя спокойствие и стараясь не поддаваться прорывающимся слезам, я обняла тех, кто останется на заводе, пожелав всем удачи, и подхватив радостно улыбающегося сына за руку, рванула к карете.

— Мама, мы же вернёмся, — недоумевал ребёнок, с беспокойством на меня взглянув, — мы, как Арчибальд, посмотрим новую и неизведанную страну и вернёмся.

— Обязательно вернёмся, — прошептала, стиснув сына в объятиях, ободряюще улыбнулась грустной Аманде и серьёзному Кипу, добавив, — будем писать письма и рассказывать, как мы живём в новой стране.

— Попробуй только не написать, — всхлипнула подруга, погрозив мне кулаком, — я приплыву к тебе и… что мы без тебя здесь делать будем⁈

— Вести подрывную работу, — усмехнулась, своей фразой возвращая на лица друзей улыбку, — у нас есть план, и мы его будем придерживаться.

— Я лично Орману голову оторву, — зло выругалась девушка, но, тут же виновато прикрыв рот ладошкой, покосилась на удивлённого и хихикающего мальчишку и назидательным тоном изрекла, — Дарен, так говорить нельзя.

— Знаю, Глен уже сказал, — бесхитростно сдал своего гувернёра Дарен, потрепав спящего Роско между ушами.

На судно подниматься было очень волнительно и немного страшно. Но в делах и заботах все переживания ушли на второй план. Когда необходимо всю нашу компанию благополучно перебросить на корабль, проконтролировать, чтобы в каретах не остались наши вещи, изловчиться не заблудиться и разместить всех по каютам, то совершенно забываешь о грусти и печалях.

Глядя на нашу шумную компанию, капитан судна, невысокий, кряжистый мужчина с загорелым дочерна лицом и ярко-голубыми глазами, смог лишь изумлённо кашлянуть и подключиться к нашему размещению.

— Будь осторожна и как прибудешь на место, напиши, мсье Оскар сказал, что задержится в Акебалане на неделю, — протараторила Аманда, крепко меня обняв. Капитан уже минут как пять приказал отходить, а мы всё ещё прощались.

— Дель, сделаем всё, как сказала, главное ты там смотри… — скупо, по-мужски буркнул Кип, стиснув меня в своих объятиях и что-то ещё невнятно пробормотал. После схватил Аманду под руку, быстро спустился по трапу и не оборачиваясь поспешил к карете.

— Мадам Делия… — мягко проговорил капитан, взглядом показав на двух матросов, которым я мешала убрать трап, — пора отправляться.

— Да, конечно, — кивнула, напоследок ещё раз посмотрев на берег, надеясь увидеть знакомый силуэт в чёрном плаще, но в порту, кроме грузчиков и торговцев, никого не было…

Отплытие судна Дарен никак не мог пропустить, и едва я успела переступить порог его и Глена каюты, меня тотчас повернули назад. И мы тут же поспешили к борту корабля, чтобы увидеть, как удаляется берег.

— Мам, смотри, люди какие маленькие становятся! Там рыба, вот такая! — с восторгом восклицал сын, через секунду переключаясь на более удивительное, едва успевая всё подмечать, — а он не упадёт?

— Нет, мои матросы опытные и пережили не один шторм, — ответил за меня и Глена мсье Оскар, капитан судна «Глория», — мсье Дарен, позвольте, я покажу вам капитанский мостик.

— Мам, можно? — сейчас же спросил ребёнок, его глаза горели любопытством, а своим неподдельным восхищением мальчишка заряжал всех, кто находился с ним рядом.

— Конечно, — кивнула, украдкой оглядев собравшихся на палубе пассажиров. В основном здесь были мужчины, рискнувшие отправиться в далёкую страну на поиск своего счастья или попытать удачи и разбогатеть. Две пары преклонного возраста, кажется, знакомые друг с другом и, насколько мне известно, оплатившие одну каюту на четверых. И три молоденьких девушки, которые уже успели привлечь к себе внимание некоторых матросов. Натиша и Нел тоже выбрались из душной каюты и теперь боролись с приступами морской болезни, оставаясь совершенно равнодушными к подмигиваниям молодого юнги.

— Мадам Делия, я все наши запасы сложила к себе в каюту, не вздумайте есть местную стряпню, видела я их кока, — заворчала Хлоя, которой удалось не только договориться с капитаном, но и, видимо, как-то убедить кока, чтобы тот уступил ей место на камбузе.

— Хорошо, не буду, — не стала спорить с грозной девушкой, та, удовлетворённо кивнув, широким шагом направилась к своей каюте. Ни разу не обогнув возникшее на ее пути препятствие, она, будто мощный ледокол, прорубала себе дорогу сквозь изумлённых пассажиров. Двое мужчин, удивлённые таким невозмутимым видом и напором девушки, спеша уйти с её дороги, отпрянули в сторону, невольно подставив своего соседа…

— Мсье Крейг⁈ — тотчас потрясённо воскликнула я, уставившись на не менее ошеломлённого мужчину, который, услышав мой возглас, быстро закрутил головой, а заметив меня, неожиданно нежно улыбнулся.

— Мадам Делия⁈ Вы тоже здесь? — заговорил партнёр, устремившись в мою сторону, — это невероятно! Не думал, что встречу вас здесь.

— Признаться, я тоже не ожидала вас здесь увидеть, — произнесла, почему-то ощутив необъяснимую радость, встретив знакомого.

— Я оставил мсье Кэри распоряжение перед отплытием. Меня не будет в Вирдании около полугода… распоряжаться своей долей комплекса я доверил вам.

— Он мне ничего не сообщил, но я полагаю, мой заместитель справится и с вашей долей, раз вы её мне доверили, — с улыбкой проговорила и крепко вцепилась в борт, почувствовав несильный рывок под ногами.

— Мам! Мсье Оскар пригласил нас подняться к нему ещё раз, он покажет нам небо, которое с земли никогда не увидишь, — ворвался в нашу беседу сын, но, заметив Крейга, коротким кивком поприветствовал мужчину и потянул меня за руку.

— Прошу меня извинить, мсье Крейг, но я не могу отказаться от столь заманчивого предложения.

— Понимаю вас, — с ласковой улыбкой произнёс мужчина, с теплотой во взгляде посмотрев на Дарена, и продолжил, — думаю, у нас будет достаточно времени для бесед.

— Буду рада, — промолвила и наконец отправилась следом за нетерпеливо ожидающим меня сынишкой.

Небо было и правда невероятное. Ярко-синее, без единого облака, и настолько глубокое, что казалось бездонным. И лишь розово-сиреневые лучи там, где небо соединялось с морем, словно острые лезвия расчертили край горизонта…

Оставив сына и Глена помогать мсье Оскару с его капитанскими делами, я решила перед общим, праздничным в честь отплытия, ужином спуститься в каюту и немного прийти в себя. Но едва я сошла на палубу, выбравшийся из заточения пёс с радостным визгом бросился ко мне под ноги и, если бы не чьи-то крепкие руки, которые успели меня вовремя подхватить, я бы непременно растянулась возле Роско.

— Спасибо, мсье, — поблагодарила, разворачиваясь лицом к своему спасителю. Но мой взгляд внезапно наткнулся на губы, чётко очерченные и невозможно чувственные на фоне волевого подбородка и смуглой кожи. Медленно подняв голову, успела заметить промелькнувшую кривую ухмылку, которая сделала серьёзное и немного хмурое лицо мужчины похожим на хулиганистого мальчишку, а его тёмные как ночь глаза почему-то затягивали меня в свой омут.

— Пожалуйста, мадам Делия, — заговорил мужчина до боли знакомым голосом, в котором я услышала привычный вызов и едва заметную хрипотцу.

— Простите, мы знакомы?

— К сожалению, я не был вам официально представлен, — произнёс мужчина и, коротко кивнув, проговорил, — Нейтан Рассел, мы с вами оба посещали несколько весьма скучных приёмов в Ранье.

— Да, я вас помню, мсье Нейтан, — проговорила, пытливо всматриваясь в такое знакомое и одновременно незнакомое лицо, и чуть помедлив, поинтересовалась, — вы тоже плывёте в Акебалан?

— У нас один путь, мадам Делия, — ответил Нейтан, лукаво мне улыбнувшись.

Конец первой части.

Дорогие друзья.

История «Наследница долины Рейн» подошла к завершению. Но путь Делии не закончен, и ей предстоит преодолеть еще немало трудностей. Не все враги повержены, новые земли не освоены и не все тайны раскрыты.

Приглашаю вас продолжить увлекательное путешествие вместе с героиней в новой истории «Де Виан Рейн. Хозяйка Инс-Айдена»

Публикация второй части в понедельник 30.10.2023

Не забудьте подписаться, чтобы не пропустить старт новинки!

Огромное спасибо всем, кто был со мной на протяжении написании этой истории. Ваши комментарии, поддержка очень помогали и вдохновляли меня!

С уважением, Юлия.

Content

Арниева Юлия Наследница долины Рейн (СИ)