Александр Чечин

Ранний полет мысли

1

Я замкнуться в себе пытаюсь,

Оторваться от блядских людей,

Но охотно к ним возвращаюсь.

Постоянно меняя постель.

По рукам ходить не зазорно,

А зазорно проблемы тушить.

Хоть потух уголек плодотворный,

Завтра новой раздую, в своей конуре.

И подтекшего время не жаль,

Пусть застрянет зерном оно в душах,

Знаю! Плод не взрастет.

Там посыл был, идея…

Хер с ней и с тобой.

2

Вокруг дым.

В голове туман.

Перед глазами размыто.

Пусть проблемы останутся там,

Постараюсь забыться,

Проделав дыру,

Как в голландском сыре.

На столе бутылка шотландского,

В желудке Самарское пиво,

Настроение цвета нефти.

Мы сидим за столом, в жопе мира.

Мечте не сбыться,

Не побывать нам компанией в Риме.

Затянется тост,

Развяжутся мысли.

Все опять об одном,

Все решается мирно,

Надышаться угаром веселья,

И камнем уснуть.

Не найдется нам места…

В этом проклятом мире.

3

Как человек мыслящий,

Живу далеко не как думающий.

Тело мое разрывается,

Гордо стоит пред святым,

А пред алчным покорно склоняется,

В пресмыкающееся превращается.

Преврати меня в человека,

Муза вечерняя.

Преврати меня в поэта,

Вдохновение, зорькой мерцающей.

Любовь сдержу,

Изнутри разрывающую.

Все стерплю!

Пред собой буду каяться,

Не за зло, что принес,

А добро, в гневе пересыхающее.

4

Все женщины — суки.

В руках у всех — блант.

Все вечно под чем-то,

Все вечно в умат,

Стреляют из глоков и узи,

Валят врагов на повал.

А у меня в руках кофе,

Остывший как пламя в глазах.

В зубах дотлевает бычок сигареты,

Хочу быть в говно,

Но слегка во хмелю.

Пожалуй, не буду ложиться,

А пораньше, к ней поспешу.

Не бумер, не мерен,

Сойдет и автобус.

Не хэнни, не лин,

Сойдет дюшес и LD,

Ведь она мой наркотик.

Я далек ото всех,

Я далек от себя.

Я не лучше, не хуже.

Но от запаха гари,

Голова не своя.

Пощади!

Но не всех.

Хотя бы меня.

5

И гнев меня берет опять!

Расстройства жизни, личность

Не утопить тебя в вине, но может пиво и сгодится

Не разродиться по указке творчеством никак

Но как же стать тем самым

Кем мне хотелось быть в ваших глазах

Прощенья нет мне

Всей меркантильной грязи пошлой

Тщеславию и эгоизму гимн

Поется он

Не замолчит израненное сердце, великовозрастного выродка

Я буду там. Клянусь я буду

Один иль с ней

Один

Ведь ты всегда один

И в пламенном угаре

И в мыслях заточенный по ночам

Один

Избавиться не сможешь ты

Ни взглядом полного любви

Ни теплотой сердец вокруг

Ты знаешь, что ты хочешь.

Не знают лишь они

Забудь и стань самим

Но не собой, а тем, кто может быть любим.

6

Я взгляд твой уловить пытаюсь.

Поймать мгновенье красоты.

Я утопаю, утопаю!

Глотнуть бы на секунду счастьем,

Что даришь поцелуем ты.

Вздохнуть тобой и задержать дыхание.

Забыв давнейший свой обет.

Не буду, не хочу меняться,

Не буду отрекаться от…

Печали, что грызется волком,

Страданий, что оставили ожог.

Не буду

Не хочу

Хочу лишь жить мгновеньем

Мгновеньем, что оставишь ты!

Мгновенье… Есть одно мгновенье.

Мгновенье Я

Мгновенье Ты.

7

Запах лета пробивается сквозь остывающую весну.

Тёплое пальто душит жаром, как перегар после водки.

Жалость к себе растает с последним сугробом…

Похоть помашет рукой, девчонками в шортах.

Я может стар для флирта, но так молод душою!

Боль в коленях резонирует с гоготом школьниц.

Лето хочет сказать, что я ещё в форме,

Но форма моя сложена в шкаф и давно пожрана молью.

Мольба направлена к небу, но никак не для Бога.

Меня слышит разум, а сердце хочет попойки!

Надо скинуть свои сантименты с мешком, у помойки.

Клочки формы напомнят о главном, а остальное пусть катится к черту.

8

Голова пухнет от мыслей

Желудок от голода

головка от похоти

Я поэт, но руками работаю

Может больше вон той подмигнувшей в автобусе

Счастье, солнце, добро, мир и жвачку,

Променяю на строчку в листе

Или на телефон, от все той же в автобусе

Развлекаться иду, как на голгофу.

Стою на скале, а зрители сбоку.

С ними прикольней, но зал уже полный

Тогда я на сцену, мне как-то побоку

Свистеть буду до или после

Но я получу свою порцию почестей

9

Хочу убивать.

Хочу начать выть.

Хочу беспробудно стаканами пить.

Хочу в снег головой, и навеки застыть.

Хочу на секунду хорошим прослыть.

Хочу трезвым уснуть до рассвета.

Хочу в свет окунуться, а не в пьяную Свету.

Хочу к небесам, но не ставленым быть.

Хочу чтобы без пыток.

Хочу хорошо.

Хочу не навзрыд.

10

Кровь, земля и пот смешались,

Бьет мне в нос.

Мысли, рой,

Опять пчелиный рой.

Страх, отчаяние,

Касание ног.

Пылкость, страсть, нужна она.

Все сплелось, ее душа

Жажда,

Взор ее, печаль

Ненависть к себе, роса.

Утро, синева рассвета,

Сон не в ногу этим летом.

Музы нет, давно мертва,

В воспоминаниях она.

Крик сдавил,

Удары в грудь.

Тишина,

Течёт по венам ртуть.

Жар,

Бьюсь весь в угаре винном

Снова страх, это разминка.

Дальше хуже,

Дальше больше.

Дай понять, когда мне больно.

Пик.

Устал.

Истошный визг.

Тишина,

Души медвежий крик.

Жил как жил.

И похоронен в миг.

Был поэт,

Остался уголь.

Fin!

11

Смотря на ее фотографии,

Пытаюсь возненавидеть.

Но раз за разом умиляясь,

Теплотой ошпарив нутро,

Я ненавижу.

Себя ненавижу и время.

Проведенное не с тобой.

12

За все нужно платить.

Любовь, тепло, отзывчивость, счастье.

Все измеряется в жертве,

Что ты готов принести.

Ну что ж.

Тогда я жизнь свою отдам, пронзи его мечом.

Сверши свой изуверский ритуал.

За счастье должным быть, я не желаю.

Берите все! Терзайте без остатка!

И может быть тогда,

Достигну я предела счастья, в мыслях, на века.

13

Отец мой!

Я не сдамся, я прорвусь.

Все против априори, я прекрасно знаю,

Наукой этой, наделил меня ты так давно,

И я живу с ней, веря лишь в себя,

Живу… Мечту вперед толкая.

Отец мой!

Извини, что не достиг того,

На что способен был, мы оба знаем.

Одно желание из года в год, душа меня украдкой согревает,

Все тороплюсь, поскальзываясь о рутину,

Но поднимаюсь и иду вперед.

Желаю я себе одно, чтоб ты успел взглянуть,

Ну иль в мгновении поверил.

Добился сын всего, он на вершине мира.

И переживать за сына своего, не надо больше Папке.

Я сильный, как и ты,

Хоть и скулить порой желаю.

Я сильный, как и ты,

И я не сдамся.

Грызусь, как ты сейчас грызешься,

Ведь я такой же.

Я сильный, как и ты.

14

Нет веры в людей.

Они ужасны в своих проявлениях.

Вся мерзость, алчность и злоба сочиться сквозь них;

И отзывается потом холодным.

Не переубедить вас, и не поменять,

Не возглавить и не уничтожить.

Пожизненный сорняк.

Вы все испортили…

А я смотрел!

Смотрел и проникся,

Был тронут!

Яркостью хауса, что создали Мы.

Чудно, не нужно добро нести в массы, в рот вас ебать.

Лучше взберусь на вершину,

Из отвращения и мракобесия.

Тогда боготворенным меня вы сочтете,

Или измените натуре своей, сущности, естеству.

И станете лучше!

Но вы не станете.

15

Узрите демона моей души

Отъелся он на ненависти, гневе,

А теперь чувств ваших жаждет,

Он будет вечность голодать.

И эту вечность подарю ему…

Люби и ненавидь, разрушь — построй

И повтори

И повтори

Испей историю любви,

Историй чаша личных, вся пуста.

Запомните меня собой,

Вы! Злобная толпа

И пусть вас поглотит все та же…

Упокоенья пустота.

16

И снова чистый лист.

И снова мыслей рой.

И снова я один,

В ночи блуждаю нагишом.

Как нерв ищу заряда сотней вольт!

И снова разум предан был руками,

Сквозят по ним слова и умирают в тишине.

Рыдать по ним не перестану!

И стопку поднимать за каждого не лень, а честь!

Я вою, сострадания ища в глазах пустых.

Ведь я так мало доношу.

Крупицы чувств и правды,

Крупицы неприглядной чистоты.

Оплаканное на полу, я утром подмету…

И унесу пока не затоптали.

17

Забытая красота

Моменты прекрасного

Накатывающая тошнота

Мерзость сущего

Жизнь в духоте

Приводит к забвению

Отмиранию воображению

Убийственной скуке

Не нужно спасать

Не нужно помогать

Бросьте лежать

Оставьте спать

Будем радоваться и страдать

Пока время не перестанет нас убивать

18

Природа надрывается,

Пытается что-то сказать,

Но ее не услышат.

Вопль не тронет сердец.

Никто не услышит,

Лишь я!

А кандидат из меня…

19

Я обещал, что не влюблюсь,

Но вот дурак, помчался слепо.

Удар был нежным, добрым.

Как в первый раз душевным, теплым.

Мальчишкой вновь почувствовал себя.

Жизнь подарила мне суля покой и чистоту биеньем сердца.

Боюсь, но все иду вперед.

Боюсь, тоскую, жду и вновь боюсь ее.

Боюсь провала и обжечься страстью резвой.

Но лишь коснешься, взглянешь, скажешь слово.

Не боюсь!

Нет страха будущего.

Есть страх остаться без нее.

Сплелась комком во мне,

Сплелась и разгорелась.

И искры пламени, спугнули мрак уставшего поэта.

20

Я на краю и тлею.

Белая полоса превращается в пепел.

Я как бычок на асфальте потерян.

Меня сторожит лишь ветер.

Хотелось как солнцу гореть,

Но лирика жизни лелея,

Уголь сердец собирает и холодом греет.

Я догораю, но сука красиво!

Исчезну…

Горечью дыма утешься.

21

Моя любовь,

Сейчас ты в черном теле.

Так далека от глаз моих;

Объятья чувств на расстоянье,

Должны касаться…

Мир затих.

Нет! Нет! Не надо! Хватит!

Тишина убийственно бормочет в уши.

И тусклым светом жизнь горит,

И мне не мил никто.

Что за тюремный срок мне светит?

Но стук услышал в памяти своей;

Стук сердца той, что в черном теле,

Так явно и так четко.

Я не забыл,

Такое не забыть.

Дождусь, чтоб память освежить,

Наполню вновь себя — тобой!

Дождусь тебя,

Плевать как долго нужно мне пробыть,

Пробуду без тебя, с тобой же буду жить.

Любовь моя!

Прошу дождись.

22

Посмотри на себя, там зарыты мечты.

Не только твои, но и всех поколений минувших.

Прикипев к монитору, ты судьбу погубил.

Не только свою, но и близких, в лете уснувших.

Посмотри на себя! Не печалься.

Слезы с сердца смахни и дальше броди,

По больной электричеством жизни.

Но один… Без друзей и родных.

На тебя, зря растративших жизни.

23

Меня заперли в клетке,

Ну что же, ваша воля,

Я прутья согну и все обосру

Пусть неволя моя и на вас отразиться

Дайте взлететь! Дайте небом вздохнуть,

Лучше сгинуть свободным,

Чем в комнате душной,

Ваших душ, перегара вдыхать.

24

Писать, пока не выйдет время,

Пока не скажут ручку отложить,

Пока звонок не прозвенит.

Звонок короткой жизни нашей.

Скудный, но пронзительный урок.

25

Она стала идеей фикс.

Той, в ком я видел мечту идеальной

Моим воплощением богини.

Но теперь, лишь призрак она.

Фантом тепла.

Фантом любви.

Фантом моих стенаний. Боли.

Люблю и не могу простить,

И ненавижу, от бессилья…

Что не могу забыть.

Что не могу забыться.

26

Плюю на вас и на себя.

Спасите!

Нет. Не надо,

Это ведь моя судьба

И мне она приятна и родна.

27

Как хочется поверить,

Как хочется узнать,

Но лучше тайную оставить это;

Тепла сакральность,

Своим незнанием опекать.

28

Картины прошлого восстали,

Украли разум и покой.

Воспоминания и чувства

Терзают сердце,

Дух гниет.

Забуду прошлого обиды,

Забуду боль и пустоту.

И прыгну в омут я к «любимым» …

В надежде обрести покой.

29

Я был предан кроваво,

Весь истерзан снаружи,

Уничтожен внутри.

И во мрак залеченный,

Дверь закрыл для других,

Я один.

Я забылся.

Я поверил судьбе,

Счастлив я от несчастья

Нужен только покой

Тишина да молчанье.

Это он;

Мой последний прибой.

30

Маргинальность — как настрой на жизнь.

Быть уебком — как способ прожить.

Быть собой?

От этого мы бежим.

Безделье — замена творчеству.

Ты слабак!

Ведь быть сильным сейчас не выгодно.

Ныть о рутине, так славно,

Ведь борьба не приносит прибыли.

Запереться и ждать, что накинет судьба,

Которую не выбрал ты.

Наебать ближнего, что посрать сходить.

Был честным, что стекла погрызть.

Быть с ними в социуме,

Значит не против них.

В одиночестве — дать им победить.

31

И снова ты

И вновь ты душу искривила,

Как хочешь ты, как нужно мне.

Чертовка, дьяволица мира,

А я как пария,

Бесформенный дурак!

Поддался воле той,

Что себя музой возомнила.

Хочу к тебе,

Мечтаю о тебе.

И мысли отгоняю вновь.

Как ты могла?

Предатель, душегуб,

Повелительница слов моих, сапфиров.

Перевернуть мой дом,

Не взять меня с собой.

Обмолвись ты словечком,

Откликнись на стенания поэта.

Я вновь отдам все,

Чтоб быть наедине с тобой.

Хоть здесь, хоть на задворках мира.

Побудь со мной,

Побуду я собой.

32

Остывших улиц пустота,

Фонарь лукаво слепит.

Как хорошо бывает все же,

И грусть уходит, будто навсегда.

Нет, не расстаться мне в моменте,

С сознанием своим.

Какими небыли б века,

Хочу продлить мгновенья.

Пока опять не дрогнет от усталости рука

И не утешусь белизной творенья.

33

Отрадно знать,

Что ты любим.

Что сердце бьется по тебе.

И может не одно, а дюжина,

Да к черту!

Не запустить мой каменный мотор,

А к камню тянется веревка.

И с каждым днем,

Все вьется, вьется.

Узлами шею обмотал,

Страстями разум обуял.

К семейной жизни проложу маршрут,

Но снова «вовремя» сверну,

К потемкам.

Спокойным, шумным,

Пьяным, скромным.

Там я, там ты.

Там будем мы.

Держись за руку, не теряй.

Не проеби.

34

Мне тошно.

Очень тошно.

Не изменить настрой,

Ни еблей сладкой,

Ни вином.

Я вновь косячу,

Вновь ебусь не с той.

А лучше бы закрылся наконец,

Но не могу.

Пленительно прекрасно будущее с той,

Что сможет сделать больно.

Больше всех.

Побольше тех, что шрамом рваным,

В душе навеки запеклись.

35

Круг замкнулся,

Как я в себе.

Слова пассатижами гну,

Но один не справлюсь.

Да похуй.

Не нужна мне помощь,

От немощных рук.

Вы мне не нужны!

Мне, не нужны!

Не нужны.

Лишь тепло твоих рук.

36

Слово должно гореть.

Глаголом должно обжигать.

То, что тлеет внутри,

Стихом продолжай раздувать.

Меня может не станет.

Скоро.

Но работа продолжит жить.

Из уст рабочего класса,

К устам избалованных кис.

37

Бабочки захлебываются в жути,

В мозгу.

Сплюнул набор глупых мыслей.

Гусеницы жрут стебель нервов,

Добрались до рук.

На ощупь, так склизко.

Страдает сгусток чего-то живого.

Но это опять не любовь,

Это член поднялся.

И риски.

Риски сегодня уйти,

Не с той.

Риск на утро быть,

В чьей-то киске.

Я взлететь ввысь хочу,

Как птица.

Но на небе я буду туристом.

Шлюха-жизнь вгрызлась в плоть,

Очень низко.

На нее не встает,

Лучше трахну стаканчик виски.

38

Во снах бегу без оглядки,

Неустанно играя в прятки.

Испанское сердце mestengo,

Грохотом рвется,

С головой на луке,

В унисон звонко бьется,

Взмах хлыста

И вихря свист,

Взор открыт,

Раздался криков брызг.

39

Она обвила мое тело,

Стуком сердца ухо долбя.

Я любил ее очень нежно,

Тихо в подмышку сопя.

Проснусь, она будет рядом,

Сонным взглядом меня ища.

Спросит с лаской: «Помыл посуду?»

Я отвечу: «Прости, нихуя».

40

Спасибо, что дала мне нерв.

Ввела в успокоенного смуту.

Каждый раз буду думать, а если,

Но рутина ответит, ну что уж.

Буду бегать по комнате голый.

Рвать волосы и стонать.

Биться о стены и в зеркало пылко кричать.

Липко к полу прильну замерев.

Утомило средь призраков жить.

Утомило вас видеть в окнах.

Мне бы по вашу сторону быть.

Вы ведь дождетесь?

Не бойтесь.

Я кажется скоро.

41

Моя жизнь кромешная, мается.

Все выстроить заново нужно,

Жизнь метелью несется, все так быстро сменяется,

Я пытаюсь баланс удержать.

Когда уже стихнет ветер в Самаре?

Когда я в штиль попаду?

Мне нужная хотя бы секунда,

Дать волю отдышке.

И мир я вокруг приберу.

42

Отпусти уже себя.

Будь собой,

Будь самобытным!

Навсегда ли чувство свободы?

Навсегда ли путь будет прямым?

Ты грабишь себя или время?

Выбор был, но ты его предал.

Не надо им тыкать в меня!

У меня, есть еще время!

Или мне отобрать его у тебя?

Помалкивай, сука.

В тишине, не замечу тебя.

43

Тени ночью играют шутки,

Все фигуры знакомы до дрожи,

Вспоминая, трясутся руки,

Ноги пляшут в страшной чечетке.

Выходите, кидайтесь!

А? Ну же!

У окошка вас жду,

У дверей сторожу,

Сквозь деревья смотрю.

У, сука!

Заманили в прятки свои,

Ничего, поиграем.

Вас во снах растворю,

В дымке утренней спрячусь.

Днем, мне не с вами играть,

Ну а ночью опять доиграюсь.

44

Как же ты роскошна, крошка,

Как скребешься ты внутри,

В клочья душу, в клочья сердце, сопли к черту.

Лоскутами застели,

Мои отрывки вшей в свои.

Пазл будет очень сложный.

Не под силу мне, прости.

Позлорадствуй над поэтом,

Улыбнись и убери.

Подмени ухмылку стоном

Становись поближе,

Ближе к океану тишины,

К океану откровенья, я разлил,

Опять прости.

Я в пути, тревожном, колком.

На попутках, в мыслях грязных, с тусклым взором.

Путеводитель стар, потерт,

Ведет к уже родному,

К вашим ножках.

Ты режешь взглядом горло, давишь волю,

А я свернусь клубком.

Подмечен будет каждый звук.

Еще тише, очень чутко,

Охранять твой сладкий сон.

Нужно больше, нужно выше.

А мне тебя, так мало.

Как снега в Риме,

Не хватает каждый год.

45

Это был ты и я.

Мы это создали, вознесли и уничтожили.

Вдохновение царапает пятки,

но давай-ка вновь сыграем в прятки.

Что нам мороз,

Если под одеялом вновь уйдем в мир грез.

Но грезы грязью обрастают и мысли сажа облепляет.

Мне бы поспать и в замке чудном очутиться.

Но сигарета и перо, прожжет мой сон,

Наполнит реальностью и выдернет за стол.

От вас уйду.

К нему приду.

Не ждите.

Не зовите, мне кажется, я там, где должен.

Отъебитесь!

46

Пока мне больно,

Но я исправлюсь.

Не отпущу.

И не забуду.

Сегодня повстречаю реальность.

Пока мне больно,

Но я исправлюсь.

Крупица сегодня,

Крупица завтра.

Я вру,

Еще стакан и я расплачусь.

Пока мне больно,

Но я исправлюсь,

Я закурю.

И я состарюсь.

Ну а пока я жду,

Крупицы, реальность, стакан.

Пока исправлюсь.

Пока мне больно.

Пока.

47

Я не справился,

На этом точка.

Пытаясь добежать первым,

Я всех упустил.

Вновь проиграл гонку.

Я не справляюсь,

Стоит запятая.

Легкие дико горят,

Но я не участвую в гонке,

Это все сигареты и водка.

Я не справлюсь

Ставьте хоть троеточие.

Мое вдохновение ебет мою музу,

Пока я молча дрочу в сторонке.

Мне с вами липко и тошно!

Хватит.

Надо все это закончить.

48

Вдохновение казалось перышком.

Улетело на ветре ввысь.

На кровати лежу распакованный,

Крикни мне: «Соберись!»

Соберись и отправься к городу,

Бесконечных, прекрасных грез.

Я лежу весь такой распакованный.

Не кричи ничего, помолчи.

Нету больше прекрасного города,

Нету перышка.

Не отправимся мыслями ввысь.

Content

Александр Чечин
Ранний полет мысли

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48