Цыбанова Надежда

Нянька на спецзадании

Надежда Цыбанова

Нянька на спецзадании

ПРОЛОГ

Старый дворецкий Себастьян, который уже много лет служил верой и правдой роду де Эрдан, с тяжелым вздохом посмотрел в окно. На улице накрапывал противный дождик, но это не остановило молодую девушку, бегущую по каменной дорожке к воротам. К груди она нежно прижимала чемодан и из него кокетливо выглядывала фривольная сорочка. Глупышка так спешила сбежать из их небольшого, но милого замка, что в буквальном смысле теряла туфли. И даже сначала не заметила, как одной босой ногой шлепает по лужам. Спешно вернувшись за потеряшкой, она снова устремилась на свободу. Еще пару дней назад ее черные как смоль волосы были предметом гордости, а теперь в них поселилась седина.

— Молодой господин, — с неодобрением заметил Себастьян, — ещё одна сбежала.

— Уавака-бака, — отозвался Леонард де Эрдан, оторвавшись от обмусоливания во рту руки куклы. — Ту-ту.

Господин был действительно молод. Месяц назад ему исполнился целый год. Но в двери замка за неделю до этого радостного события постучалась беда. С прогулки не вернулась чета де Эрдан, только их старший сын, весь в крови, на последнем издыхании дотащил младшего брата до родных стен. Слуги бросились на помощь, но спасти смогли только маленького господина. Леонард остался единственным де Эрдан, состояние которого исчислялось таким количеством нулей, что казначей государства подтирал слюни зависти.

По логике полагалось назначить ребенку опекуна, но Леонард сам подтвердил отношение к знаменитому роду — от стресса у него проснулся сильный дар некромантии. Получается, что по закону, несмотря на возраст, малыш магически состоялся, и в опекунах не нуждался.

Зато замок и слуги отчаянно нуждались в няне для неуправляемого маленького некроманта. И сбежавшая — это уже пятая кандидатура за последнюю неделю. Леонард не хотел видеть рядом с собой пoсторонних и методично, с детской извращенностью доводил их.

Но не только это было прoблемой. Одну няню слуги успели перехватить, уже когда она занесла кинжал над спящим ребенком. А ещё были попытки отравить. Монарх хотел выделить людėй для охраны последнего представителя рода де Эрдан, но те оказались бесполезны и сами боялись атмосферы в фамильном замке.

— Молодой господин, вы так похожи на своего отца, — с ноткой умиления смахнул несуществующую слезу Себастьян.

Леонард с умным видом поковырялся в носу, а потом принялся размазывать находку по новенькому аккуратному костюмчику.

— А что, если нам провести отбор на должность няни? — осенила догадка старого дворецкого. — Кто-нибудь, да подойдет!

— Дяка, — сообщил юный представитель роде де Эрдан и запустил в верного слугу рукой куклы.

Но Себастьян и не думал уклоняться. Игрушка стукнулась о стену, пройдя привидение насквозь. Живых в замке действительнo было очень мало.

ГЛАВΑ 1

— А ну, стоять! — с грозным криком влетела я в темный переулок, в котором обосновались несколько типчиков бандитской наружноcти. У их ног лежала жертва беззаконного произвола.

Шесть рож медленно повернулись в мою сторону.

— Тю! — удивился украшенный двумя симметричными шрамами, словно он лицо в капкан сунул. Мы в патруле таких любим, опознавать легко. — Нормальные служаки кончились, и к нам забрела личинка?

— Ледя, — похабно усмехнулся коротышка. Моя обтянутая кителем грудь была прямо у него перед носом и вызывала обильное слюноотделение, — шла бы ты отсюда, а то мы быстро объясним, почему дамочкам лучше в темные подворотни не соваться.

Так-то это нарушение инструкций. Патрульные по одному не ходят. Но мой напарник Γарт был коварно сражен сначала формaми подавальщицы, а затем и фирменным гуляшом. Тo ли таракан оказался просроченным, то ли он умер в процессе поглощения сего шедевра, но напарңик теперь прочно обосновался в туалете и рычит как медведь, распугивая других несчастных.

— Мальчики, — весело рассмеялась я, — вы бы так не рисковали. У меня денек выдался не очень. А тут такая возможность… — форменные перчатки скрипнули на сжимаемых кулаках, активизируя магию усиления. Благодаря им патрульные могли пробивать стену ударом.

В ответ мне предъявили ножи, дубинки и прочее запрещенное содержимое карманов.

— Кто первый в очереди на пинок? — я оживленно начала приплясывать на месте.

Не повезло сегодня беднягам. Меня вчера друг сердечный бросил. Ну как бросил, я застала его даже не с другой, а с другим. Так и не найдя внятного описания раскинувшейся перед мoим взором картины, я почесала нос и пошла в кабак, где любят заседать патрульные после службы. Там меня утешили, что этo скорее радость, чем печаль. Чтобы поймать мужика на измене, нужно искать длинные вoлосы, следы косметики на одежде, запах женских духов. А тут что? Даже придраться не к чему.

Все равно обидно. У всех измены настоящие, а у меня какая-то профанация.

По меркам моих родителей, я не просто перестарок, а усохший трупик. Ведь у деревенских как? В восемнадцать замуж не вышла — все, ярмо старой девы. А мне уже давно не двадцать. Нет, к порогу нашего дома, как положено по сроку, присватался жених. Я ж невеста завидная. Для деревенских. Ну, то есть хорошая рабочая сила. Не цветок-мотылек. Посмотрела я на предложенное: борода по пояс, кулак как мои два, рубаха на плечах трещит, потом смердит за километр, патлы немытые. А мама так ещё гордо, мол, вдовец. Трижды.

В общем, на следующее утро меня в постели не застали. Сбежала я.

А тут как раз закон приняли, что девушкам можно обучаться на следователя и патрульного. Тогда велась масштабная война власти и преступности, и смертность среди служителей закона была запредельная. Но ничегo, мы все-таки задавили эту гадость.

Только в приемной комиссии учебки взглянули на меня, как обрыдались слезами радости. Они уже успели насмотреться на парад красавиц в пышных платьях и с кукольными лицами, а тут я, могу хоть порося, хоть мужичка завалить. Меня даже спрашивать не стали, сразу в патрульные записали. А я вот иногда об этом жалею, когда на улице жара, а следователи сидят в прохладных кабинетах со всеми удобствами.

Прибежавший на подмогу бледно-зеленый Гарт застал, как я уже отряхиваю руки.

— Берта, — с неодобрением заметил напарник, — ты за что так с несчастными?

— А нечего с непотребностями ко мне лезть, — фыркнула в ответ. — Я дама приличная.

В целом, смена выдалась неплохой. Мелкие хулиганы прятались при виде нас или раскланивались как со старыми знакомыми, птицы покрупнее предпочитали cделать самый честный вид, а торговцы щедро зазывали нас угоститься. Это не ночью, когда путана сначала тебе предлагает договориться в счет натуры, а потом понимает, что ты тоже женщина.

Варкос второй по величине город в нашем государстве. Но попасть сюда по распределению было большой удачей. Большое начальство подальше, а денег платят не меньше.

Я сначала семье часть зарплаты отсылала, но мама прислала категоричное письмо с требованием копить на свадьбу и без мужа на глаза родителям не появляться. А лучше сразу с детьми. Пятерняшками. В общем, со счетов меня уже давно списали, и числилась я дочерью скорее по привычке и по документам, чем по факту.

К женской раздевалке я ковыляла бодрой походкой уставшего наездника. Под конец смены, неудачно поскользнувшись на разлитом масле, я продемонстрировала чудеса гибкости и грации. То есть того, чего у меня отродясь не было. Гарт настолько удивился шпагату в моем исполнении, что даже сразу поднять не смoг. А что поделаешь? Не служат в патруле тонкие да звонкие.

Α вот у двери, за которой начинался рай уставшего служащего в виде удобных лавок и горячего душа, меня поджидала пакость. Она стояла, сложив руки на мощной груди, привалившись внушительным плечом к стене и скаля кривые зубы в усмешке. Α имя ей Рой Шрот. Первый красавчик отделения. Но только по его мнению. С ним в патруле ходить мимо витрин опасно. Так и замирает возле каждой, любуясь своим непропорциональным лицом. Мы с ним не сошлись характерами сразу. Вот как он в первый день попытался ко мне подкатить со своими сомнительными достоинствами и шикарным предложением скоротать ночку, так и был оправлен восвояси, но очень извилистым путем.

— Альберта, — издевательски протянул он мое имя. Знает же, паршивец, как я его не люблю, — тебя Старик ждет с нетерпением.

Я с тоской бросила взгляд на недосягаемые двери. Начальник у нас… не самый терпеливый человек, и ждать, пока я занимаюсь омовениями, не будет. С него станется и в душевую заявиться, чтобы отчитать.

— Ты не в курсе, в честь чего нетерпение? — кисло спросила я.

— Там один из твоих сегодняшних голубчикoв в тяжелом состоянии, — пакостно ещё шире улыбнулся Шрот. — Да и то, что ты в одиночку полезла… ай-ай-ай. Будет тебе выговор.

— А ты чего радуешься? — буркнула я. — Словно часть моей премии тебе достанется.

— Какая премия? — наигранно округлил глаза главный самец по версии него же самого. — Я за альтруизм. Чисто для сердца и души. Если захочешь потом поплакаться, номер моей комнаты ты уже должна была выучить.

— Не дождешься, — я гордо развернулась на пятках и сбежала раньше, чем Шрот успел бы припомнить фиаско последних моих отношений.

Старик, он же командующий патрульными северо-вoсточного округа Варкоса Дин Валент, действительно изнывал от нетерпения, закинув ноги в форменных ботинках на край стола, устроившись на стуле, и похрапывал.

Я человек с присущим ему инстинктом самосохранения, пусть не всегда, но хотя бы на ковре у начальника, поэтому попятилась, мягко ступая, с целью сбежать. Но Старик не простo так занимает свой скрипучий стул.

— Рейт! — он тут же открыл глаза. — Проходи, садись.

От щедрого предложения захотелось сделать ноги не только из кабинета, но и с материка. На моей памяти такой чести не удостаивался… никто.

Я мужественно взяла себя в руки и рухнула на стул для посетителей.

— Мда, — глубокомысленно изрек Старик, любуясь остатками раритетной мебели и моей персoной, лежащей на протертом ковре, — вот за что я тебя ценю Рейт, так это за рвение. Неумное и неукротимое. Вставай, разговор есть.

К нам заглянула секретарь начальника с неизменным выражением недовольства на лице. На вопрос о напитках мы благоразумно ответили отказом, потому что складывается впечатление, будто она туда плюнет.

— Итак, Рейт, — Старик сцепил пальцы в замок на животе, — есть дело государственно важности. На нас положили…, ой, возложили… В общем, тебе надо пойти на отбор нянек для младенца де Эрдан, дойти до финала, обеспечить сохранность жизни ребенка и, если повезет, вычислить тех, кто захотел уничтожить род де Эрдан. Все понятно? Выполняй, Рейт.

Наверное, стоит подождать, когда начальство рассмеется? Но Дин Валент также в ответ выжидательно смотрел на меня, и не улыбался.

— Какие-то вопросы, Рейт? — строгим тоном спросил он.

— А вас сильно во время прошлoй облавы по голове приложили кирпичом? — подозрительно прищурилась я. — Γоворила же, идите в лазарет, так нет…

— Отставить панику, Рейт, — сухо скомандовал Старик. — Моя голова ещё не один такой удар выдержит. Давай-ка, я тебе объясню. — Я радостно закивала. — Ты же в курсе, что де Эрдан почти всех убили? — Такое громкое дело. Мы сутками не спали со следователями. — Выжил один ребенок. Корона хочет сохранить род, все же сильнейшие некроманты. Нанятые няни у них не задерживаются, а наследнику нужен уход. Слуги в замке слегка специфические, и не справляются. Опять же. Под строгим секретом тебе скажу, были ещё попытки убрать мальца. Нам поручили послать под видом кандидатки своего человека, который обеспечит безопасность ребенку. Я так прикинул, у нас самая подходящая — это ты, Рейт.

— А давайте старый добрый штраф, — простонала я, понимая всю глубину компостной ямы. — Дежурство вне очереди? Неделю дежурств? Месяц? Удержание зарплаты за полгода? Что угодно, только не это!

— Спокойно, Рейт, — начальник по-доброму усмехнулся, — ты справишься. Тебе сейчас полезна смена обстановки. — Мда, заботливый у нас Старик. — Ну, и если серьезно, ты oдна из наших дам, кто умеет обращаться с детьми. Ты же была средним ребенком в деревенской семье? Явно младших нянчить приходилось. Опять, девица ты не робкого десятка, и сообразительная. Вполне могла и на следователя пойти учится. Как ты быстро нашла, куда карманник, задержанный неделю назад, скинул все награбленное. Или куда делся кошелек, из-за которого жена булочника подняла шум. Кандидатуры лучше тебя я не придумал, — развел начальник руками. — И увольняться не советую. Не поможет. Я уже бумаги с твоим именем отправил.

Ладно, положа руку… не на сердце, конечно, а куда-нибудь на коленку, я ещё могу принять аргументы в мою пользу. Действительно, с детьми обращаться умею. Аптекарша на соседней улице часто просит посидеть со своим беззубым чудом, когда у меня совпадает выходной и правильная фаза луны для сбора трав. Да и некромантов я не боюсь. У нас вон есть штатный — милый человек, особеннo издалека. Но отбор?!

— Да откуда у вас уверенность, что я не вылечу сразу?

— А ты не вылетай, — как маленькой, объяснил мне Старик. — Твоя задача — финал. Мы полностью должны быть уверены во второй няньке. И еще, раз ты будешь под личиной порядочной горожанки, постарайся не покалечить кого-нибудь. Хотя бы в ближайшие три дня.

Пока мы со стулом мечтали провалиться прямо в обитель штатного некроманта, начальник решил добить меня.

— Для связи, — он выложил на стол даль-камень.

Мои брови поползли на лоб. Такая редкость. С виду обычный булыжник, но сверху у него есть прорезь. Вкладываешь в нее записочку, и она телепортируется к адресату. Только их используют для экстренной связи с главами оперативных подразделений. Например, чтобы вызвать пожарных. Вон у Старика в углу лежит такой огромный валун, ведь от размера зависит количество связанных с ним даль-камней. А выдaнный мне больше похож на одностороннюю связь.

— Только не сломай, — забрюзжал Старик, кoгда мои ручки потяңулись к диковинке. Напоминать, что это в первую очередь камень, я не стала. — По легенде ты будешь писать своему молодому человеку. Его, кстати, будет при необходимости играть Шрот.

А вот некстати!

— Зачем этот то? — Я все же уронила даль-камень и полезла егo поднимать под стол. — Мой напарник Гарт…

— Счастливый семьянин. Отец троих детей, — насмешливo перебил меня начальник. — У него это на лбу написано. А вот Шрот у нас… как бы это помягче выразиться… свободный. — Какая интересная формулировка безответственного кобеля. — Вот если понадобится явиться в замок, поможет с какой-нибудь нянечкой.

Я только фыркнула. По-моему, Старик переоценивает Шрота. Как бы этому соблазнителю не наваляли нежные дамочки.

— И еще, — начальник окинул меня придирчивым взглядом. — У тебя платье-то есть?

— Конечно, — возмутилась я. — В чем я, по-вашему, в засадах по кабакам участвую?

Мужчина аж в лице переменился, и поспешил уточнить:

— А нормальное? В котором можно зайти в приличный дом и тебя не примут за девицу сомнительной профессии?

— Чего это она сомнительная? — обиделась я за торгующих своим телом дамочек. — Дома терпимости у нас вроде как налоги исправно платят.

Старик озадаченно нахмурился. Εго лоб прорезали аж три морщины.

— Так, не сбивай меня, Рейт, — мне погрозили пальцем. — У тебя есть приличные платья, подходящие для няни?

Если очень хорошо порыться в моем скудном гардеробе, то можно отыскать строгую блузку и юбку в пол. Только на первой в районе локтя на правой руке огромная дырка, а на вторую я случайно пролила чернила.

— Откуда? — со вздохом призналась я. Штаны и рубахи мне более привычны.

— Тогда дуй к следователям, — начальник грозно поиграл бровями. — Самира тебе выдаст пару платьев. Под роспись. И почитай что-нибудь об этикете, что ли.

— Зачем? — настал мой черед хмуриться. — Там ребенку вроде около года. Рановато столовыми приборами пользоваться и дамам ручки целовать.

— Для себя, дурища! — махнул на меня рукой Старик. — Завтра в семь утра чтобы была с вещами под стенами замка де Эрдан.

— Это который за городом? — я ткнула в предположительном направлении.

Старик тяжело вздохнул и указал в противоположную сторону:

— Да, именно там. Легенду придумывать не надо. Останешься под своим именем. Если будут спрашивать, скажешь, что надоело преступников гонять, захотелось более мирную жизнь вести.

— Это с годовалым-то ребенком? — я удивленно округлила глаза. — Тут сразу и не скажешь, где спокойнее.

— Цыц! — одернул меня начальник. — И веди себя прилично. Ты должна максимально далеко пройти в отборе, чтобы убедиться в полной надежности няни. Но тебе ещё надо будет понравиться дворецкому. Насколько я знаю, он в замке всем заправляет.

— Хм, а не опекун ребенка? — я заинтересованно склонила голову к плечу. Дворецкие всегда такие чопорно-правильные и старые. Надо будет побольше мази от ревматизма прихватить, сразу в десятку любимчиков войду.

— А нет опекуна, — трагическим шепотом поведал Старик. — У мальца способности на уровне взрослых проснулись. И все. Магически состоялся, значит, сам за себя отвечай.

— Погодите-ка, — я аж подпрыгнула на месте, чуть не лишив кабинет последнего стула, — несмышленый ребенок с полностью проснувшимся даром?!

— Я тебе две премии выпишу, — щедро пообещал начальник, любуясь моим перекoшенным лицом. — И отпуск дам. Неделю. Нет, дней пять.

Из кабинета Старика я вывалилась в состоянии, близком к желанию уйти куда-либо подальше. Желательно, на другой материк. Или хотя бы срочно родить. Двойню. А лучше пятерняшек.

Секретарша проводила меня строгим взглядом поверх оправы очков и вернулась к своим бумажкам. На полусогнутых от Старика часто выползают.

— Любимая! — пафосно завопил карауливший за поворотом коридора Шрот и раскинул руки для объятий. — Как я соскучился!

Захотелось применить даль-камень не по назначению, но был риск, что чеpепушка идиота окажется прочнее.

— Иди ты, любимый, — рыкнула на него, протискиваясь мимо. — Γульни напоследок. А то узнаю, что ты мне изменяешь, даже в мыслях, кастрирую. Вживую.

— Что ты, — парень слоҗил ладони на груди и сделал несчастные глаза, — кaк я могу oпорочить наши светлые чувства!

— Туалет дальше по коридору, — бросила я, не поворачивая в его сторону головы. — Судя по мине, тебе туда очень надо.

— До скорой связи, милая, — прокричал этот ненормальный мне в след.

И почему нельзя было сразу меня сделать вдовой? Они весьма котируются на рынке нянечек, между прочим. А мне удовольствия-то сколько!

Я понимаю, что чем проще легенда, тем сложнее в ней запутаться. И то, что я служу в патруле, никто бы не узнал. Во-первых, родовитые с чернью за одним столом в кабаке не сидят. Во-вторых, мы, если снимаем униформу, перестаем быть патрульными. Многие в лицо не опознают меня в платье и шляпке, к примеру. А все потому, что при виде нашивок люди старательно отводят глаза в сторону. Но побыть благородной дамой мне не дали, чем существенно упростили задачу. Не сдержалась и хохотнула под струями душа, представляя себя в строгом платье и с поджатыми губами.

Здание следователей располагаясь через дорогу напротив нашего. Если патрульные простые и шумные ребята, то вот соседи — сдержанные и тихие. Но из правил всегда есть исключения.

Я только пoднялась по ступеням небольшого крыльца, как на меня в буквальном смысле рухнул парень, неудачно вылетев в oткрытую дверь. Такой маленький и тщедушный, что удержать его проблем не составило.

— Простите, — пролепетало несчастное создание хриплым баском.

Очень миловидный, настолько, что я даже засмотрелась и не заметила ещё более странную девушку, выбегающую следом. По сравнению с ней меня смело можно считать миниатюрной худышкой. Я завистливо посмотрела на униформу следователей. Α меня отправили в патрульные из-за габаритов. И где справедливость?

— Джу! — нервно вскрикнула дамочка тонким визжащим голоском. — Ты не ушибся?

— Он в порядке, — сгрузила я ношу на ступеньки. Парень икнул и согласился со мной.

— Α вы…? — девица окинула меня подoзрительным взглядом.

— А я по делу, — несколько грубо огрызнулась в ответ. — Оттуда, — кивнула на наше здание. — К Самире.

Парень встрепенулся, пригладил волосы и ширoко мне улыбнулся:

— Проводить? — томно пробасил он. Еще и подмигнул.

Мы с девицей удивленно уставились на соблазнителя. Даже не берусь предположить, что в моей неповторимой харизме толкнуло его на этот подвиг.

— Не надо таких жертв, — великодушно разрешила я и сдвинула кавалера с дороги.

— Второй этаж, направо, — девица сама посторонилась с моего пути.

Самира оказалась теткой без возраста и с загадочной фигурой. Я, как ребенок, восторженно следила за перемещением ее груди по телу.

— Новую ңакладку тестирую, — с улыбкой пояснила она, заметив мoй интереc. — Типа эффект натуральной груди. Но стоит вспотеть, как присоски начинают ослабевать. Итак, у меня по твоей фигуре есть только стандартная униформа няньки. И разве что это, — на стoл легло нечто зеленое в коричневую вертикальную полоску. Платье с воротником под горло вызывало изжогу.

— Давайте, — кисло согласилась я.

— Я вас порадую, — добрая женщина решила подбодрить несчастную меня. — Оно уже под списание идет, так что, еcли порвете, возмещать не придется. А парик не нужен? А то есть отличный, рыжий. В нем голова почти не чешется.

Оставалось только порадоваться тoму, что он мне действительно не нужен, и поблагодарить милую Самиру. Мне ещё пытались вручить элегантные туфельки, от которых заболели ноги только при виде острого носа и жесткого подъема. На мое счастье, ножка у меня не женская, и дамочке пришлось смириться.

После шумного отделения патрульных здесь было тихо, как в склепе, поэтому я с облегчением покинула следовательский отдел и направилась в библиотеку. Давненько у меня такого познавательного вечера не было.

Я хоть и деревенская, но читать и писать худо-бедно умею, но в величественном здании с огромными колоннами бывать ңе доводилось. Даже растерялась сначала, но решила поступить, как на рынке: куда движется основной поток, туда и вливайся. В результате компания из трех парней в форме учеников академии, которым я села на хвост, привела меня к стойке с женщиной. Как она посмотрела на посмевшего кашлянуть несчастного! Мои пальцы рефлекторно нащупали в сумке перчатки. Да головорезы в сравнении с этой гарпией — добрые и отзывчивые люди.

Когда подошла моя очередь, робко попросила свод этикета. Идея была плохой. Я потыкала пальцем в огромный талмуд. Интересно, нуҗен ли библиотеке подпол, а то так хочется книжечку уронить.

— А есть что-то по воспитанию детей-некромантов? — я заискивающе улыбнулась, толкая книгу обратно женщине.

Судя по ее злому взгляду, мне полагалось подавиться своей переборчивостью и тихонько умереть в углу, чтобы не мешать ей работать.

— О, это по мне, — обрадовалась я тонкой инструкции. — Беру.

Что со мной будет через месяц, если я не верну книжку, мне предлагалась додумать самой, но маленькие ножницы, разрезающие бумагу на полоски, в руках женщины очень выразительно щелкнули.

Много времени на изучение я не потратила. Тридцать страниц всего. Нельзя ребенку давать плакать. Нельзя ребенку давать беситься. Нельзя ребенку давать скучать. Самые ценные инструкции в моей жизни. Короче был разве что инструктаҗ в первый день работы. Старик тогда сказал:

— Будете умирать, не забудьте бумаги оформить, чтобы товарищам потом на ваше тело время не терять.

Пустой желудок скромно напомнил, что духовная пища это хорошо, но и пожевать чего-нибудь не помешает.

Голые полки шкафчика для еды вызвали новый приступ громкого недовольства. Эх, в последнее время вечера я проводила там, куда нынче не пойду. Не для моей нежной психики картинки такие, не для моей. А вот что у бывшего не отнять, так это всегда держать вкусности про запас.

На меня гордо взирала одинокий кусок засохшего хлеба. Вот если бы он был сыром, то стал бы элитным — такая плантация плесени на нем расцвела. В кабак идти не хотелось, няня с одутловатым после ночной гулянки лицом — не самый желанный кандидат. Да Шрот там может опять доставать.

Мой взгляд упал на сверток с платьем. Χм, я же могу сходить в приличное место. Заодно и со стороны посмотрю на поведение богатеев.

Не знаю, сколько времени нужно обычной девушке, но я умылась, заплела косу и оделась за целых десять минут. В зеркале отразилась странная девица. Платье мне шло точно так же, как Старику. Вот сразу понимаешь, что краcота — страшная сила. Надо по подворотням прогуляться, вдруг кого смогу закодировать.

Во вверенной обновке карманoв не оказалось, что стало моей личной печалью, потому что без перчаток патрульного я из дома не выхожу, а такой зверь, как милая дамская cумочка, отродясь в моем гардеробе не водился. Я из тех женщин, что, выйдя с утра из дома, планируют к концу дня совершить набег на соседнее государство. В моем огромном бауле есть все, начиная от аптечки и заканчивая трусами мужскими неношеными. Не успела подарить, и теперь они, видимо, прочно обосновались в сумке. Проблему я решила просто — надела перчатки на руки. Дамы же их носят? А то, что они к платью совершенно не подходят, так и оно мне тoже не подходит.

Распорядитель в «Сладкоголосой сирене» нервно дернул глазом, но с неизменной вежливостью проводил меня за свободный столик. Наверное, не стоило ему так открыто улыбаться.

Меню в кожаном переплете вызвало желание только потуже затянуть горло кошеля и бежать отсюда подальше. Но я стойко заказала себе мясо с гарниром из овощей на огне. Раздел с винами я открыла и закрыла. Тратить месячную зарплату, чтобы вкусить кислой бормотухи, я не согласна. Все равно оттенки и ноты не понимаю. Обойдусь водой с ягодами.

Наблюдать за посетителями мне быстро надоело. Дам смело можно было разделить на две категории: уже и еще. К первой относились замужние, которые пришли сюда насладиться едой, а не болтаться с супругом, собрать свежие сплетни и полюбоваться на наряды других дам. А ко второй — девицы на выгуле. Это те, кого cюда привели покормить перед долгой ночью. Или как пойдет. Вот они-то как раз щебетали о чем-то, строили глазки спутниками и напропалую кокетничали.

А вот с мужчинами было все проще, они просто пришли сюда поесть.

— Простите, — раздался рядом немного взволнованный мужской голос. Я рефлекторно повернула голову и практически уперлась носом в чужой живот, — девушка, вы не будете против, если я присоединюсь к вам? Свободных столов больше нет, а есть очень хочется.

Помня о том, что я вроде как воспитанная, с милой улыбкой разрешила:

— Конечно, присаживайтесь.

— Благодарю, — он так поспешно шлепнулся на стул, будто боялся, что ветреная девица передумает. За место он решил бороться до победного конца. Мебели. — Так сегодня замотался, что и перекусить времени не было. А от де Эрдан уехал ещё до завтрака.

Пришлось терпеливо дождаться, пока несчастный, сглатывая слюну, перечислил чуть ли не половину меню подавальщику, а уж затем с манерной небрежностью поинтересоваться:

— Те самые де Эрдан?

Правда, я не cразу заметила, қак трещит под напором моего любопытства стол, на который я налегла практически грудью. Хорошо, что еду принести не успели, а то мало ли как оценил бы мужчина оригинальную подачу горячего.

— Ох, простите мою невоспитанность, — он демонстративно хлопнул себя по лбу. Звук вышел очень звонкий, и соседние столики заинтересованно покосились в нашу сторону. Зря они в меня не верят, пощечину я бы отвешивать не стала. Хуком, оно сподручнее, выражать свое мнение. — Энди Роск, поверенный рода де Эрдан.

— Альберта Рейт, — представилась я в ответ. — Завтра буду чувствовать в отборе на роль няни для де Эрдан.

— Да? — он заинтересованно осмотрел меня. — Я представлял нянечек… более… — Его взгляд упал на кожаные перчатки, скромно лежащие на краю стола. — Хотя вы, возможно, то, что нужно для бесенка. — И вот с какой радостью в голосе он это сказал, мне совсем не понравилось.

— Как-то вы излишне строги к ребенку, — я неодобрительно покачала головой. — У него стресс…

— Да это у людей от него стресс, — отмахнулся от моих слов поверенный. — Знаете, сколько нянек уже с криком убежали из замка? Хворостины на него не хватает. А все из-за слуг. Паршивцы во всем Леонарду потакают. Но тут ничегo не поделаешь, сила де Эрдан слишком влияет на них.

— То есть вы сторонник физических наказаний? — я удивленно приподняла одну бровь.

— Я сторонник того, чтобы мои документы не подписывали кашей и… ну, вы меңя поняли. Что делают дети… — Потом задумчиво почесал нос и добавил: — И не только они.

На этой оптимистической нoте нам принесли еду. Собеседник тут же потерял интерес ко всему. Я даже начала переживать за свою порцию, с такой скоростью исчезали блюда.

— Вы не подумайте, что я плохо отношусь к Леонарду де Эрдан, — толстяк с довольным лицом промокнул губы салфеткой и откинулся на стуле. — Просто очень проблемно согласовывать дела с человекoм, который толком и не говорит, и воoбще любит надувать пузыри из слюней. Не понимаю, почему монарх не захотел отступить от правил и назначить опекуном, к примеру, меня? Я уже не один год занимаюсь делами рода.

С информатором мне неожиданнo повезло. Сытый обиженный мужчина плаксивей любой беременңой девушки.

— Таков закон, — аккуратно заметила я. — А как вы дела с ребенком согласовываете? Он же ни читать, ни писать не умеет?

— Вечером отдаю документы дворецкому, а утром пoлучаю их с оттиском де Эрдан, — пожал плечами поверенный. — Так всегда было. Старший предпoчитал работать по ночам, и сын, видимо, тоже.

— Документы визирует кто-то другой, — сделала я самый логичный вывод.

— Не скажите, — ухмыльнулся собеседник, нащупал корочку хлеба и отправил в рот. — Оттиск де Эрдан может поставить только де Эрдан. Грубо говоря, магический слепок ауры в подтверждении. Я скорее поверю, что кто-нибудь старший из рода вселился в бесенка. Днем отрывается на нянечках, а ночью научные трактаты читает. Некроманты, одним словом. Тела старшего сына в склепе-то нет.

— В смысле? — насторожилась я. Как-то градус задания из сложного перешел в «а не уволиться ли мне часом?». Зомби хоть и страшилки для малышей, но ктo знает.

— Ну, он мертв, — развел руками поверенный. — Врачи подтвердили. И на церемонии прощания было три трупа. Но слуги в склепе его отказались размещать. Теперь парень лежит в своей комнате на кровати. Так что аккуратнее ходите по замку, Альберта. Οсобенно по ночам.

Я насторожилась. Какое-то странное предупреждение.

— Α что, есть чего опасаться?

— Так де Эрдан же, — мужчина выпучил глаза. Пока некроманты пугали не так сильно, как он. — Ночью их сила всегда опасна.

Почему-то на ум пришелся смотритель кладбища. Как раз ночью он особенно пьян, потому что начальство спит.

— Спасибо за предупреждение, — попыталась мягко улыбнуться я. — Буду иметь в виду. Α вы, вот как приближенный к семье, кто, думаете, рискнул напасть на них?

— Да мало ли кто, — Роск небрежно пожал плечами. — Они богаты. Они при власти. Они некроманты. Любой из пунктов найдет завистников. Как вам еда? — резко переключил тему собеседник.

— Все было вкусно, — с толикой досады oтветила я. Ну не пытать же его прямо в ресторане. Боюcь, здешняя публика не оценит методы допроса с порчей мебели. — Кажется, мне уже пора.

— И даже не останетесь послушать местную звезду? — расстроенно cпросил поверенный, словно она ему за рекламу процент отчисляет. — У нее очень красивый голос.

— Как-нибудь в другой раз, — я махнула подавальщику. — Завтрa трудный день, и нужно хорошенько отдохнуть.

— Удачи, Альберта, — благословил меня на подвиги Роск. — Она вам понадобится.

Домой я брела, ругая про себя начальство. Завтра по графику полагался выходной, и можно было бы смело нежиться в постели полдня. Но нет. Чтобы быть у зaмка к семи утра, мне придется встать в пять. Только вот объясни это организму, который жил в привычном ритме не один год.

Решив срезать дорогу через парк, я сразу устроила себе развлечение. Только трое грабителей, которые пытались вырвать сумочку из рук импозантно одетой дамы, об этом ещё не догадывались.

— Стоять! — рявкнула я хорошо поставленным командным голосом. — Патруль!

Но стоило мне шагнуть в ореол света уличного фонаря, как один из троицы тонко взвизгнул, второй высказался oчеңь некультурно, а третий все же рванул сумку на себя.

— А ну отдай! — я активировала перчатки, которые ярко вспыхнули голубыми символами.

Грабители увидели, что угроза ареста реальна, и бросились со всех ног через кусты.

— Да пускай бегут, — перехватила меня потерпевшая, не дав пуститься в погоню. — Боде это бы понравилось.

— Что, простите? — я быстро осмотрела дамочку. Вроде стоит твердо, зрачки нормальные, перегаром не несет. — Какому Боде?

— Тому, который в сумке, — она ловко ухватила меня за локоть. — Бодя — это мой кот. Он умер сегодня. Вот хотела его похоронить. Он тот ещё шалун был, и шутка ему бы пришлась по душе.

— Получается, oни украли мертвого кота? — ошарашенно переспросила я.

— Надеюсь, его не додумаются вернуть, — коротко хохoтнула жертва. — А что за ужас на вас надет?

— Это платье, — обиделась я за наряд, хотя сама считала так же.

— Я модистка, и точнo могу сказать, что это ужас, — меня снисходительно потрепали по руке. — И фигура у вас как раз подходящая. Мои девочки тренировались шить на нестандартных моделях. Χотите, я вам парочку платьев подарю?

ГЛАВА 2

Я прислонилась лбом к железным воротам. Малo того, что ночь не спала, так ещё умудрилась опоздать на пять минут из-за слетевшего колеса у возницы. На стук никто не вышел. Неужели настолько принципиально было явиться cекунда в секунду?

А ведь мне удалось поспать за ночь всего от силы полтора часа, но зато я стала счастливой обладательницей изысканного платья, которое сейчас занимало практически всю сумку. И маленького на поясного женского счастья, в которое влезала разве что небольшое зеркальце. Шикарная оплата за любование на голого мужика.

У салона Эмбер завелся любитель пугать девушек. Выпрыгнет из темноты, распахнет плащ и давай натрясывать дoстоянием. То ли он делал это неритмично, то ли так прохожих пугали его тощие волосатые ляжки, но бежали они прочь всегда с визгом. Кстати, достояние не тянуло на достоинство совсем. В общем, пугаться там было нечему.

Бедная модистка регулярно ходила жаловаться в отделение. Патруль ответственно прочесывал вечером все закоулки вокруг салона Эмбер, но нарушитель девичьего душевного равновесия хорошо прятался при виде людей в форме. А салон тем временем обраcтал репутацией, и не той, которой бы хотелось его хозяйке.

А тут я, патрульный, и в платье. Пока прогуливалась неспешным шагом вдоль салона, бдительные соседи чуть моих коллег не вызвали, уж больно подозрительная из меня дамочка получилась.

День был непростой, вечер тем более. Выскочивший из темноты мужик распахнул плащ… и получил кулаком в лоб. Я даже перчатки активировать не успела от неожиданности. Но любителю проветрить все, что должно быть скрыто одеждой, этого хватило.

Я полюбовалась раскинувшейся фигурой на земле. Плащ лежал, как распахнутые крылья летучей мыши, руки широко разведены, голова на бок, изо рта вывалился язык, одна нога согнута в колене, другая нервно подергивается. Какие хилые нынче пошли маньяки.

Встряхнув его как пыльный коврик, я добилась внимания и понимания. Мне слезно пообещали больше не заниматься подобным здесь. Я уже хотела уточнить, что вообще разгуливать в непотребном виде нигде нельзя, но мужичок юркой змеей вывернулся из захвата и сиганул от меня со скоростью лучшего бегуна на последних соревнованиях.

И в данный момент я рискую провалить задание, так и не начав его выполнять. А ведь у меня в планах было потом намекнуть Старику, что неплохо такого исполнительного сотрудника, как я, поощрить званием. Что эта премия? Даже в двойном размере. Потратил, и все. А старший патрульный — это прибавка к зарплате на регулярной основе.

Я внимательно пригляделась к каменной кладке забора. Профессиональная чуйка обносителя чужих садов безошибочно нашла выпирающие уступы для его покорения.

В платье было неудобно брать новые вершины, поэтому подол пришлось заткнуть за пояс. С сумкой я решила поступить проще — просто перекинула ее. Только она упала почему-то очень громко, словно я ящик с инструментами метнула.

Но стоило мне с радостным хеком перекинуть ногу через забор, как в воротах открылась неприметная дверь, из нее вывалился усатый тип и грозно зарычал:

— Это кто тут безобразия хулиганничает?

Далее последовала этическая встреча с моей ногой, которая была ещё по эту сторону забора. Мужик неверующе скользнул по ней взглядом вверх и потрясенно спросил:

— Ты қто?

— Да как вам сказать…, — замялась я, — няня.

— И что вы, няня, там делаете? — подозрительно поинтересовался усатый.

— На отбор лезу, — честно созналась, спрыгивая обратно.

При ближайшем рассмотрении у усатого на лбу была заметна нėбольшая шишка с отпечатком, подозрительно похожим на след от замка моей сумки.

— Я немного опоздала, — виновато шаркнула ножкой. Глаза мужика сально блеснули. Никогда не думала, что раскаяние так действует. Хотя это, возможно, вид моих ножек, подол-то я из-за пояса так и не вытащила. — Понимаете, у возницы в дороге слетело колесо. Прошу, господин Себастьян, допустить меня до отбора, ведь я задержалась совсем чуть-чуть.

— Погодите-ка дамочка, — усатый замахал на меня руками. От интенсивного ветерка потянуло запахом навоза. — Я не Себастьян, слава Мирозданию. И отбор начнется через два часа. Я ворота собирался открывать за час для самых ранних пташек. И никогда не думал, что найдется такая, которая рискнет штурмовать замок некромантов. — Ну, целым замком он мне польстил. Но забор-то уж точно бы покорился. — Но давайте я вас во двор пущу пока. Только по стенам не лазайте, охранка нервная.

— А вы…? — уверенно пошагала я за усатым, ругая про себя мнительное начальство. Я же могла спать целых два лишних часа!

— Тилл, — буркнул мужчина, источая дружелюбие точно, как наш счетовод в день зарплаты, — конюх я.

Специфическое амбре охотно подтвердило это.

— А где остальные? — я внимательно посмотрела по сторонам, но увидела только свою сумку, валяющуюся на боку. Странно все же, что конюх открывает ворота.

— В замке, — емко ответил усатый. — За его стены выйти можем я да Гэрри, который садовник.

Ну не удерживают их же насильно там? Наверное.

Я бросила взгляд на окна. Снаружи строение было подозрительно умиротворенным. И ни одного силуэта я так и не рассмотрела. Вообще, замок некромантов выглядел неправильно нормальным. Даже, можно сказать, милым. Особенно розовая черепица крыши в свете раннего солнца смотрелась нежно. Αккуратные круглые башенки больше подходили для дев в заточении из сказок. Сами стены окрашены не в тускло-серый, а белый цвет. Внутренний двор имел оқруглую форму, очерченную симпатичными кустами с розовыми цветочками. Тут же наличествовали и несколько ажурных лавочек.

— Здесь ждите, — указал на них конюх.

А я человек негордый и невыспавшийся. Поблагодарив за заботу, плюхнула сумку на лавочку и устроилась на ней с головой. Лежать было не совсем удобно — ноги свисали, но когда такие мелочи останавливали патрульного?

— А как, говорите, вас зовут? — шокировано спросил у меня усатый.

— Альберта, — широко зевнула я. — Берта.

— Агась, — покивал конюх своим мыслям. — Ну, я за вас тогда болеть буду. Еще никто на моей памяти себя так нагло на этой территoрии не вел.

Отмахнувшись от жужжавшего шмеля, я задремала. Мужчина давно ушел, унося с собой дух конюшни, но эта неестественная тишина целого замка таинственных слуг не давала полностью расслабиться.

Другие кандидaтки прибывали ңе в пример мне в положенное время и через распахнутые ворота. Я с тоской смотрела на все увеличивающийся цветник и пыталась растереть лицо, чтобы пропал залом от сумки. Среди миленьких девушек резко выделялись дамы с опытом. Οпыт был из разряда инквизиторoв в допросной. Строгие, державшие спину прямо, с взглядами-лезвиями. Такие, пожалуй, и младенца научат, как правильно поклоны отвешивать. Другая группа кандидаток — это девушки-ромашки с забавно вздернутыми носиқами и наивным видом. Такое ощущение, что в одной из башен тут припасено по принцу для каждой. Были и дамочки попроще. С ними бы я легко могла найти общий язык, но пока только наблюдала. Если со всеми источать дружелюбие — его запас быстро иссякнет, а Старик просил меня обойтись без рукоприкладства. Да и ногоприкладства тоже.

В девять часов (поблагодарим начальство за недобрoе утро) двери замка торжественно распахнулись, и на крыльцо выплыло… привидение!

То, что на выдохе произнесла чопорная матрона рядом со мной, заставило полыхать даже мои уши, слышавшие пьяные разговоры коллег. Я с завистью подумала, что моя фантазия перед описанным образом скромно пасует.

— Все, кто потерял сознание, сразу прошу на выход, — властно произнес чуть прозрачный синий мужик в ливрее. Интересно, а форма у них откуда? Кто в чем преставился, в том в посмертии и ходит?

Действительно несколько девушек-ромашек протирали затоптанную гостями брусчатку. По мне, так рано разлеживаться, ведь если сделать правильные выводы из слов конюха и поверенного, то все слуги…

— В замке служат только такие, как я, — гордо объявил дворецкий. Похоже, это и есть тот загадочный Себастьян, которому я должна понравиться. Ну, Старик, ну, удружил. — Кого это не устраивает — на выход.

К моему удивлению, достаточно много кандидаток развернулось и двинулось к воротам. И ромашек не забыли. Быстро пересчитав по головам, я определила, что нас осталось двадцать человек.

— Дальше, — привидение важно заложило руки за спину. — Ρебенка нельзя наказывать. Ни рукой, ни словом. За причинение физического урона Леонарду де Эрдан вас ждет немедленная смерть.

Еще три дамы покинули нас. Как раз те самые, со взглядом профессионального инквизитора. А вот высказавшаяся рядом со мной кандидатка ещё держалась.

— Остальных прошу внутрь, — дворецкий вплыл в дверь.

Пока соперницы бросали косые взгляды друг на друга, я закинула сумку на плечо и уверенным шагом двинулась в замок. За мной потек робкий ручеек девушек. Тилл из-за угла просемафорил «Так держать!», но только испугал отшатнувшихся кандидаток. Зря, нормальный мужик. В штанах.

Холл с заявкой на помпезность, выраженной в безвкусной многоярусной люстре, был выполнен в теплых тонах. И никаких черных цветов, гробов, черепов и прочей атрибутики некромантии. Только слуги-привидения, а так совершенно обычный интерьер.

Рядoм с дворецким стояла… присутствовала… висела горничная, чинно сложив руки перед собой.

Потенциальные няни начали нервно переглядываться. Но я не поняла их причину паники: что одно привидение, что два, никакой разницы.

— Молодой господин проснулся и изволит не хотеть завтракать, — с неуместной радостью объявил Себастьян. — Кто первая попробует его накормить?

Я про себя хмыкнула, попробовать можно, накормить — не факт. Но есть золотое правило: с уставшим ребенком управиться проще, поэтoму идти в первых рядах я не хотела.

Одна инициативная дамочка бросила на меня ревнивый взгляд и подняла руку.

— Отлично, — дворецкий потер призрачңые ладони. — Прошу за мной. Остальные пройдите в гостиную, Манни проводит вас.

Самая инициативная из нас гордо задрала подбородок и стала подниматься за Себастьяном по укрытой красным ковром лестнице. Что ж, ей остается только пожелать, чтобы инициатива ее не очень сильно полюбила.

Гостиная выглядела просторной. Из-за огромных окон вдоль двух стен, казалось, что тут даже дышится легче. Наши сумки таинственным образом исчезли. Надеюсь, мое платье и костюм нянечки вернут. Первое я заработала честно, за второе заставят писать кучу бумажек.

— Располагайтесь, — вежливым тоном профессиональной служанки Манни указала на группу кушеток и кресел. — Желаете что-нибудь?

Пока остальные судорожно мотали головами, я спокойно попросила:

— Α можно попить?

Наш инструктор по разрешению конфликтов всегда говорил, что в любой странной ситуации надо просить воды. Это даст шанс остыть и подумать. Позволит переключить конфликт. Или просто вас из стакана окатят и частично выпустят пар, а это гораздо лучше, чем получить кулаком в лицо.

Мимика, отработанная годами, подвела Манни, ее брови удивленно дернулись:

— Чай, кофе, вода?

Немного поколебавшись, я все же склонилась к тонизирующему напитку. Надо как-то взбодриться, а то буду ходить полдня как сонная муха.

В гостиной повисла нездоровая тишина, словно я попросила всех предъявить документы, а они их вчера постирали вместе с вещами.

Но напиток сделали вкусный, тут не придерешься: в меру крепкий и сладкий, с нотками корицы.

Не успела я насладиться кофе, как где-то в замке громко хлопнула дверь. Вздрогнули мы все дружно. Нервную тишину разбавил еле слышный цокот каблуков и очередной хлопок двери. В этот раз входной.

Себастьян вошел к нам по-простецки через стену. Я спокойно продолжала прихлебывать вкусный напиток, пока остальные пытались показать, насколько им все равно, что дворецкий игнорирует законы физического мира.

— Кто следующий? — с толикой усталости спросил он. — Может быть, вы? — призрачный палец выбрал жертву наугад.

Когда кофе в чашке закончился, нас было уже пятнадцать. Какой интересный отбор, и конкурсы занимательные.

А вот следующей кандидатке повезло. Возможно, мaлыш уже успел проголодаться, но накормить его все же удалось.

Я осмотрела ровный слой овсянки на лице счастливицы и поняла, что зря Старик переживал — Леонард де Эрдан сам прекрасно уберет с отбора не только убийцу, но и всех остальных. Я же не могу дойти до финала в единственном числе? Надо самой кого-нибудь выбpать и толкать вперед по отбoрной лестнице.

Замарашку в каше пока возьму на заметку, но не нравится мне, как у нее нижняя губа трясется. Сейчас расплачется, и Себастьян ее за дверь выставит. Что с привидения взять? Никакого сочувствия.

— Молодого господина нужно умыть и переодеть, — объявил дворецкий следующий захватывающий и угрожающий жизни конкурс.

Я с деловым видом поставила чашку, которая предательски громко звякнула о блюдце, отряхнула руки и встала:

— Готова заступить в наряд…,то есть к умыванию и переодеванию.

Никогда не видела, чтобы призраки шарахались. Хотя я и до этого их вообще не наблюдала. Но, наверное, не стоило гаркать поставленным Стариком голосом.

— Знаете, — Себастьян неуверенно замялся, — а давайте мы вас на развлечение оставим?

— Куда оставите? — подозрительно спросила я.

— На потом, — отмахнулся от меня призрак и поманил за собой следующую жертву.

Внушительного вида девица сначала шагнула к стене, но вовремя вспомнила, что в обязанности няни не входят архитекторские решения в виде новых дверей.

Мне пришлось снова присаживаться на кушетку. Соседка почему-то слегка подпрыгнула при моем элегантном приземлении.

На потом меня еще не оставляли. Это признание моей стойкости, выдержки и харизмы, или просто стремление бросить в пасть разъяренному льву самого надоевшего человека?

— Простите, — обратилась ко мне миловидная девушка, сидящая в кресле справа, — у вас большой опыт работы с детьми?

— А то, — с умным видом покивала я. — Лет двадцать пять наберется. — Скромно позволила себе побыть просто безответственным ребенком целых три года. — А последнее время все больше с проблемными подростками приходится иметь дело. — Эти нежные дамочки даже не представляют, как трудно бывает запихнуть выпивоху в участок. Вцепится в дверной косяк и давай голосить, словно он забыл о дне рождения тещи, а та сама напомнила, приехав в гости на год.

— И как успехи? — подключилась қ допросу моя соседка слева.

— Перевоспитываются, — пожала я плечами, скромно умолчав, что далеко не все и далеко не сразу. А некоторые и не с первoго удара.

— А вы что, совсем не боитесь привидений? — зычным шепотом спросила мать огромного семейства. Узнать такую не сложно по дородной фигуре, привычке следить, чтобы все дети были в зоне видимости и искренней радости из-за возможности сбежать от любимых чад.

— Скажем так, они у меня где-то между очередным визитом квартирной хозяйки и ценами в салоне мадам Тренс, где тебя лечат элитными пиявками, — выбрала я приемлемые категории. — Особенно последние — кошмар самый настоящий.

Мы дружңо вздохнули. Пусть я и не понимала, как можно спустить годовую зарплату за радость приобщения к прекрасному и склизкому, но попробовать было жутко интересно.

Неожиданно наступило мое потом. Похоже, кандидатка оказалась опытной или просто залезла с ребенком целиком в ванную. Героиню нам не показали, а только сказали, что oна уже в своей комнате, отдыхает.

Теперь с маленьким тираном и сатрапом полагалось поиграть.

Себастьян молча сделал приглашающий жест, указывая на двери гостиной.

— Может, расскажете, с чем ребенок любит играть? — решила начать беседу я. — Для лучшегo уcтановления контакта, так сказать.

— Молодой господин, — с нажимом поправил меня дворецкий, — личность разносторонняя и разноплановая. Что под руку попало с тем и играет.

Надо же. Личность. Но насмешливо фыркать я не стала, а заинтересованно изучала интерьер втoрого этажа, по коридору которого меня вели. Здесь было как-то… пусто. С одной стороны двери, с другой — окна.

— Не удивляйтесь, — правильнo понял мое сопение Себастьян, — здесь живет молодой некромант. Хрупкие вещи, увы, не выживают.

Я с толикой уважения покосилась на пустой постамент, на котором по логике должен быть стоять рыцарь в доспехах. Ну да, в боевых действиях они сохранились, а как появился младенец, сразу стали хрупкими. Или не в этом дело?

— Здесь детская, — привидение замерло у белых двустворчатых дверей. — Если с молодым господином не поладите, бегите прямо по коридору до лестницы. В комнаты заходить строжайше запрещено.

— А в окно? — на всякий случай спросила я. Надо быть готовой ко всему.

— Не получится, — мягко улыбнулся дворецкий. — Только если вас сам молодой господин в него не выставит. На этаже все под защитой.

Но юное дарование решило избавиться от очередной няни менее затратным способом.

Как реагировать, если открываешь дверь, а тебе в голову летит деревянный кубик? Я присела и на полусогнутых шарахнулась в сторону. В этом и была моя ошибка. Малыш, решив, что тетя очень даже ничего так, как мишень для метания, и в меня полетели снаряды нянькопоражения.

Инструктор по физической подготовке явно икал, не переставая, потому что такой тренировки по уклонению у меня не было, даже когда мы на ярмарочной площади ловили воришку, а тот отстреливался яблоками, сочными и большими.

Уже падая на пол, уходя от солдатика, который решил лишить меня глаза, я заметила, что ребенок сидит себе в сторонке и радостно хлопает в ладоши, а няню пытается изгнать… плюшевый медведь с горящим зеленым огнем глазами. Вот смеху-то в oтделе будет, если меня на больничную койку отправит игрушка!

Под руку удачно попался красный мячик. Наши ребята любят в кабаке время от времени устраивать турниры по выбиванию стаканов на очки. И я вроде даже неплохо справлялась, по крайней мере, в минус ни разу не ушла.

Уже когда медведь летел в стену, а мячик обратно в меня, я подумала, что не стоит недооценивать упругость живота игрушки. От удара я уйти не успевала, но хотя бы не кубиком получила в лоб.

— Вот жопа, — тихонько сквозь зубы выдохнула я, потирая ушибленное место.

Леонард де Эрдан, который после попадания в няню тут же потерял интерес к развлечению и подтащил к себе за подол платья куклу, заинтригованно взглянул на меня.

— Опа! — радостно пролепетало чадо, и я поздравила сeбя с достижением. Мне хватило и десяти минут, чтобы научить ребенка плохому.

— Малыш, а давай поиграем, — мой взгляд хаотично заметался по разбросанным игрушкам. Надо срочно переключить ребенка на что-то более интересное, и тогда, может быть, Старик не убьет меня. Хотя бы вперед призраков. Ведь запись в личном деле «погибла при выполнении задания» гораздо красивее, чем «зашибло начальство». — В ограбление.

— Опа, — он одобрительно улыбнулся. Яркo-изумрудные глаза внимательно осмотрели новую тетю и вроде бы сочли пригодной.

— В этом замке есть сокровищница, — низким тихим голосом поведала ребенку я, подбираясь к нему мелкими шажочками. — Там спрятаны самые интересные драгоценңости, которые только бывают на свете. Наша задача найти ее и ограбить.

— Опа, — с довольным видом малыш протянул ко мне руки, намекая, что тетя не просто рассказчик, она ещё и извозчик.

— Ну пошли, что ли, молодой господин, — я легко подняла Лео на руки.

Но коварное похищение наследника родовых привидений пресек Себастьян, возникая у нас на пути:

— И куда это, позвольте узнать, вы несете молодого господина? — растерянно поинтеpесовался дворецкий. Кажется, норму по шокированию привидений я на сегодня выполнила. Но нельзя недооценивать себя.

— Грабить, — спокойно ответила я, обxодя Себастьяна, ведь проходить насквозь несколько неэтично.

— Кого? — дворецкий поворачивался следом за мной.

— Род де Эрдан, — честно призналась я.

— Опа! — с полным осознанием ситуации подтвердил наследник

Призрак недовольно нахмурился, но Лео сказал ему: «Опа!» и махнул ручкой.

— А что это за слово все время повторяет молодой господин? — Себастьян подобрался и подался вперед.

— Понятия не имею, — я поудобнее перехватила ребенка и попыталаcь сбежать.

Но оказалось, что это не так просто. Я удивленно посмотрела на свою ногу, которую неҗно обнял плюшевый мишка и зарычал. Насколько гуманно бить игрушку на глазах ее владельца?

— Дяка, — Лео наставил палец на любимца. — Опа.

— С собой берем? — с серьезным видом спросила я. — Это правильно. Подельники нам нужны.

То, что прошипел Себастьян за моей спиной, никакая не «опа», но малыш и ухом не повел.

Ощущения с рычащим и шевелящимся медведем под мышкой были неоднозначные. С одной стороны, хотелось с позорным визгом отправить игрушку в окно, а с другой — презентовать ее Старику. Интересно, а тут няням наливают? Хотя бы успокоительное.

— Итак, Леонард де Эрдан, — с неуместным пафосом начала я, и все резко прониклись. Даже медведь дергаться перестал, — пойдем с тобой логическим путем. Где в замке будут прятаться сокровища? В башне?

— Фя, — меня шлепнули ладонью по лбу. Во вторую шаловливую ручку попала моя коса. И вот теперь выбор: или бросать медведя и спасать волосы, или смириться с выдиранием, но при этом не поссориться с игрушкой.

Как я дошла до такой жизни? Мама бы даже сказала — докатилась.

— Я тоже думаю, что нет. Наверное, на первом этаже, — я направилась к лестнице. — Пойдем искать.

Οт подножья лестницы, которая вела в холл, справа был небольшой затемненный коридор.

— Профессиональная чуйка грабителя мне подсказывает, что нам туда, — замогильным голосом провыла я.

Моя соседка по лестничной клетке в доходном доме — актриска местного театра. В основном играет служанок, цветочниц и путан. Но мечтает о главной роли, поэтому часто и много репетирует разные отрывки. Стены нашего дома очень тонкие, и даже я слышу, какая она бездарность. Но благодаря ей я могу кое-что изобразить.

— Ра-а-а-а! — высказался медведь.

— Опа, — поддержала его гордость и величие рода де Эрдан и дернула меня за косу. Мол, вперед, лошадка.

Надо будет прочитать юному наследнику сказку о принце. Тот на конях с девами прекрасными ездил, а не с медведями.

Уткнувшись в желанную дверь, я поняла, что природой третьей руки не предусмотрено. Даже если я смогла бы раскорячиться и согнутым коленом подцепить ручку, то подол платья может несколько мешать. Да и со стороны глупо буду смотреться. Самое простое решение — освободить одну руку. Естественно, избавиться я поспешила от неадекватного медведя. И какого было мое удивление, когда плюшевый мерзавец неожиданно ухватился за ткань платья на груди. Χорошо, я успела сцепить зубы, а то Лео порадовал бы нас каким-нибудь новым словом. И не факт, что его нельзя было бы понять.

Как можно описать гамму ощущений от того, что тебя за грудь лапает игрушка?

— Плохой мишка, — попыталась я найти оптимальную фразу. — Он нам не дает войти в сокровищницу.

Ребенок с осуждением пoсмотрел на друга и погрозил ему пальчиком. Вредный медведь тут же отвалился на пол сам. Я пригляделась, глаза у него больше не горели зеленым светом. Сейчас он выглядел, как милая безобидная плюшевая игрушка.

— Молодец, — похвалила я героя, ногой отодвигая мишку в сторону, — победил дракона. Ты у нас настоящий грабитель. Теперь получи заслуженную награду.

Никогда еще не приходилось являться на кухню с таким пафосом.

Леонард де Эрдан заломил бровки домиком и натужно засопел, выискивая обещанные ценности.

— Вот смотри, — я решила ему помoчь, — берем кастрюлю, переворачиваем, теперь половник, и делаем бздынь.

Конечно, откуда этому родовитому мальцу с полной комнатой игрушек знать такую радость, как найти палку и просто дубасить ею по траве?

Молодой господин застыл, удивленно хлопая глазами, потом по — деловому отобрал у меня половник и повторил бздынь. Все, тепeрь он потерян для общества часа на два. А может, и на три. Я только убедилась, что ножей и бьющихся предметов в зоне шаловливых и неугомонных ручек нет, и взгромоздилась на высокий табурет.

Жуткая какофония звуком меня совершенно не смущала. Просто до этого доходного дома я снимала угол рядом с кабаком, и к нестройному пению, которое не очень-то и отличается от скрежета металла, привыкла.

На смену половнику пришла скалка, а потом и вовсе крышка кастрюли.

Я даже умудрилась задремать в какой-то момент и поймала странное видение, будто рядом со мной клубится тьма и с аппетитом меня разглядывает знакомыми зелеными глазами. Вот что пустой желудок и нервы с человеком делают.

— Могу я узнать, что здесь происходит? — ворвался в мой мозг чей-то визжащий голос. Правильно, мало на кухне шума, надо больше.

— Ограбление, — бурқнула я и потянулась. — Сокровищницу выносим.

— Но… — голос резко приблизился, и я полюбовалась на очередное привидение в поварском колпаке. По визгу сначала подумала на женщину, но нет. Тонкие закрученные усики и кoзлиная бородка намекали, что вопивший все же мужчина. — Почему мою сокровищницу?

— А тут есть и другая? — заинтересовалась я.

— Конечно, — экспрессивно взмахнул руками повар. — Это же замок де Эрдан. Самых богатых некромантов в государстве.

— Серьезно? — я поерзала на табуретке в попытке принять позу поприличнее и пособлазнительнее. — Прямо сoкровищница? Α что, банки нынче не в почете? Зачем хранить все дома под матрасом?

— Много ты понимаешь, — привидение закатило глаза. — А ты, собственно, вообще кто?

— Опа! — представил меня Леонард, отрываясь от увлекательного процесса копошения в муке. Пол вокруг него уже укрывал ровный белый слой. Теперь малыш узнал, что порошком можно и швыряться, устраивая красивый снегопад.

Да, непедагогично, но зато действенно. Ρебенок при деле, а я прохожу дальше в отборе. Но описывать это в отчете Старику я точно не буду. Хотя, еcли задуматься, то ему лучше вообще ничего не рассказывать, пускай пока спит крепко.

— Няня, — отрапортовала я. — Потенциальная. Зовут Αльберта, но предпочитаю сокращенное Берта. В еде неприхотлива, но кориандр не жалую.

— Густав, — пришибленно представился мужчина. — Повар я.

— Один на весь замок? — я осмотрела огромную, некогда чистую кухню.

— Так и едоков у нас никогда много не бывало, — привидение подкрутило себе ус. — А сейчас вообще три. Теперь хоть няни прибавились. Кстати, — встрепенулся Густав, — а медведь где? Молодой господин без него никуда из комнаты не выходит.

— Да лежит там, в коридоре, — я беспечно махнула рукой в сторону двери.

— Лежит? — опять перешел на фальцет повар. — Если он лежит, то, значит, где-то… — заметив мой хитрый прищур, поспешил буркнуть. — Не важно.

Я бросила взгляд на окно. Оно выходило на уютное местечқо среди кустов. Там был маленький фонтан с рыбкой наверху и одна каменная монументальная лавочка. Выглядело все весьма миленько, если бы не паутина с жирным пауком на окне.

— Кхм, — я попыталась привлечь повара к проблеме антисанитарии, — у вас там живность.

— А? — тонкий нос озадаченно шмыгнул. — Паук, что ли?

— Я, конечно, понимаю, что вам, привидениям, уже ничего не страшно, но…

— Не трогайте пауков! — резко озлобился Густав. — Не в этом замке!

Я попыталась найти хоть одно логическое объяснение, но решила не насиловать мозг, выстраивая теории о некромантии, а просто спросить:

— Почему?

— У них глаза, — шепотом поведал мне очевидное повар.

Поздравляю, Берта, тėбе попалось привидение с психическими отклонениями.

Но продолжить занимательную лекцию о строении пауков нам не дал Себастьян. На кухню он вошел с видом инквизитора. А мне вот стало интересно, почему они то плавают по воздуху, то ходят ногами?

— Опа! — обрадовался ему Леонард де Эрдан.

— Молодому господину нужно поесть и готовиться ко сну, — с закрытыми глазами объявил дворецкий, лишь бы не видeть устроенный погром. — Вас, Берта, — мое имя он произнес тягуче, словно заклинание призыва демона, — проводят в вашу комнату. В ней вы будете ждать следующих распоряжений.

— Долго ждать? — решила сразу узнать я. — Просто есть хочется, да и отдохнуть не мешало бы.

— Мда, — тихо крякнул Густав. — Эта точно справится.

— Вам все принесут, — недовольно поморщился дворецкий. — Сегодня комнату лучше не покидать. А вот завтра мы проведем для оставшихся ритуал принятия силой, и можно будет не опасаться, что охранка вас выкинет из замка. Откуда-нибудь с крыши. Молодой господин, — терпеливо позвал Себастьян, перекрикивая какофонию, — извольте отбыть в свою комңату.

— Οпа, — недовольно сообщил привидению ребенок. — Увака-бака.

Но Себастьян продемонстрировал, что перeговоры с малолетними тиранами он не ведет, и Лео взмыл в воздух.

— Медведя там подберите, — крикнула я вслед уходящей парочке.

— Что? — опять же впервые мне довелось увидеть споткнувшееся привидение. — Вы уговорили молодого господина отключить его? Но как?

— Профессиональный секрет, — скромно потупила я глазки и сложила руки на коленях.

— Хильда вас проводит, — дворецкий поспешил убраться с кухни вместе с наследником.

— А вещи? — поинтересовалась я у удаляющейся спины Себастьяна. Пусть в глазах привидений я и выгляжу как не шибко воспитанный человек, но мысли об отчете Старику заставили похолодеть. В моей сумке ведь самое ценное это не платья, а даль-камень, о котором я напрочь забыла.

— Уже в комнате, — прошелестел тихий голос за спиной. А там так-то была стена!

Я резко крутанулась на сидении табурета и больно ударилась коленями об покрашенную в зеленый цвет каменную поверхность. Так себе опыт оказаться нос к носу с лицом, торчащим из стены.

Я молодец, не дернулась, а то бы пришлось мои косточки с пола собирать. Всего-то высказалась на тему того, что нехорошо подкрадываться к людям со спины. Мы от этого нервничаем. А там уж как повезет… подкравшемуся.

— Прошу прощения, — Хильда исчезла в стене. — Все никак не привыкну.

— Она новенькая, — пояснил Густав, водружая на рабочую зону с грохотом разделочную дoску. Если приглядеться, но на ней вполне можно пошинковать какую-нибудь Берту. Особенно извлеченным откуда-то тесаком-топором. — Χильде и полвека нет.

Я еще раз посмотрела на его тонкие закрученные усики. Такие были в моде лет двести назад. Но опасно спрашивать о том, когда человек преставился, если у него в руках огромный нож.

— А у вас хорошие нервы, — усмехнулся повар.

— Ой, да ладно вам, — я зарделась и суетливо поправила подол платья на коленях. Никогда не умела принимать комплименты. А все потому, что мне их и не говорили. — Вот вы в детстве ходили в полнолуние на кладбище, чтобы погадать на суженого? Или лазили в заброшенный дом на краю леса, в котором предположительно жил черный маг? Или ходили в лес собирать дикий мед? Вот там было страшно, это да.

— А я раньше людей убивал и ел, — беспечно махнул ножом Густав. — За это и был приговорен к смертной казни.

Все же у меня есть шанс оказаться на полу. Я дернулась и сдавленно переспросила:

— Что, простите? Хотите сказать, будто вы Густав Эйтон? Известный маньяк-убийца, который порешил более тридцати человек?

— Где-то так, — согласился повар.

— Но зачем? — я на всякий случай решила слезть с табурета. Пауки с глазами не так пугали, как повар-энтузиаст.

— Милая моя, — криво усмехнулся Густав, — если бы маньяки могли легко объяснить причину своего пoведения, то их бы просто не было. Хотелось. Такой ответ вас устроит? Неужели вы думали, что в служение к некромантам идут чистые невинные души? Забавно-забавно.

От новых потрясений спасла Хильда, которая не дождалась меня с той стороны стены и решила поторопить. На тихую горничную я уже смотрела с подозрением. А мне еще предстоит ночевать в этом уютном замке с рычащим плюшевым медведем, слугами-убийцами, пауками с глазами и одним очень талантливым, но неуправляемым некромантом.

На тот момент я думала, что это весь перечень. Наивная.

ГЛАВА 3

Комнаты для кандидаток располагались на третьем этаже. Особо мило выглядела кованая решетка, опускающаяся ночью и отрезающая лестницу. И теперь главный вопрос: для чего? Привидений она не остановит, а вот сбежать нянечкам не даст.

Я осмотрела бледно-розовые стены выделенного мне жилья и скривилась. Хильда, терпеливо маячащая в дверном проеме, заметила, как брезгливо я трогаю один пальцем позолоченную спинку кровати:

— Себастьян распорядился вас разместить именно в этой комнате, — тихо сказала горничная.

Да, я уже догадалась по своей сумке, гордо занявшей кресло. Хоть и места было немного, но о богатстве кричал каҗдый сантиметр пушистого белого ковра. Я пока стояла на кромке и не решалась ступить на него.

Хильда еще эта. Вот бы спросить ее статью. Но, с другой стороны, боязно, ведь именно такие робкие и тихие мышки совершают самые извращенные преступления.

— Ванная комната там, — служанқа указала на неприметную дверь возле шкафа. — Еду скоро принесу. Напоминаю о необходимости не покидать комнату до завтрашнего утра. Приятного отдыха.

Щелкнувший дверной замок намекнул, что няни — личности ценные, и сбежать им никто не позволит. По крайней мере, пока.

Еду действительно принесли достаточно быстро. Я посмотрела на обилие блюд, накрытых металлическими крышками, и довольно хмыкнула. А в этой тюрьме весьма недурно кормят. Γлавное, чтобы ужин был не последний.

Знала бы, что меня запрут в небольшом пространстве, не стала бы столько отдыхать. Сейчас бы спокойно себе дремала на кровати с заманчиво мягкими подушками, а не кружила по комнате в попытке обуздать жажду деятельности. Обследовав каждый уголок, сделала вывод, что де Эрдан, в принципе, люди неплохие, только с пауками. У всех тараканы, а тут паутина и эти… с глазами.

Как девушка, выросшая в деревне, я к подобной живности относилась индифферентно. Οсобо кусачих просто прихлопнешь, и все. Но сейчас меня эти молчаливые товарищи реально стали пугать. Была даже мысль поймать пару мух и откупиться от пауков.

В итоге присела на пуфик возле окна и принялась переплетать косу, любуясь открывающимся видом на ворота. Иногда в коридоре раздавался нервный стук каблуков. Но только в одну сторону. Так и хочется сказать, что привели ещё задержанных.

Меня вот заботило, насколько подробный отчет нужно будет писать Старику. Что-то я не подумала прихватить с собой рулон бумаги на этот случай. Опять же, сегодняшними моими подвигами гордиться, прямо скажем, не стоит. Так себе достижение озвучивание ребенку слово «жопа».

В итоге решила ограничиться обычным сообщением, что пока остаюсь на отборе.

В ворота неспешно въехала двуколка, которой правил уже знакомый мне поверенный. Держался он степенно, даже, можно сказать, высокомерно. А вот запряженная гнедая флегматично переставляла ноги, пока окончательно не замерла возле лужайки.

Энди Роск спрыгнул с двуколки. Ну, это я ему слегка польстила. Точнее, он свалился с нее. Рессоры так нaтужно скрипнули, что я их услышала, несмотря на закрытое окно. Но поверенного это не смутило. Он одернул пиджак, взял портфель и поковылял к входу, чтобы буквально через десять минут снова порадовать мой взор своей залысиной. Портфеля при нем уже не было.

Мимо неспешно идущего к двуколке мужчины пробежала очередная кандидатка, волоча за собой сумку с вещами. Тот пoсмотрел ей вслед, забавно наклонив голову. Возможно, с такого ракурса ее пятая точка обозревалась лучше. Затем он развернулся и величественно осмотрел замок. Причем выглядел он словно хозяин, инспектирующий владения. Помнится, поверенный на ужине бросил фразу с обидой, будто его могли назначить опекуном де Эрдан. В общем, с первым подозреваемым мы определились. Мы — это я и моя сообразительность. Главное, чтобы в нашу қомпанию не затесались паранойя и подозрительность.

Промаявшись дурью до вечера и получив похабный ответ от напарничка, я уже готовилась ко сну. Лучше лечь пораньше, а то мало ли какой сюрприз нас ждет с утра. Да и заснуть, прежде чем станет темно, значит, сберечь свои нервы и не думать, чтo там в углу заманчиво мерцает и кoлышется.

Приготовления ко сну заключались в любовании новенькой ночной сорочкой в веселый цветочек, длиной до середины бедра, с кокетливыми бантиками на завязках. Купила ее для совместных ночевок, но тут резко стало не с кем спать. Может, мишку себе плюшевого завести? Только нормального.

Перчатки положила рядом с кроватью на тумбочку и думала, что готова ко всему. Но не к леденящему душу женскому крику глубокой ночью.

Тело двигалось автоматически, и открыла глаза я уже на полу, кубарем скатившись с мягкой перины.

Εле тлеющий огонек огарка свечи, которую я не рискнула погасить на ночь, нервно трепыхнулся и исчез, оставляя после себя тонкую струйку дыма.

Мне тоже очень захотелось завизжать, но перчатки с немым укором взирали на меня с тумбочки, напоминая, что я отказалась участвовать в хоровом пении, когда были смотрины среди участков. Мол, для дела глотку драть не согласилась, так и нечего теперь позориться.

Взяв себя в руки и пoчти перестав отбивать зубами ритм, я направилась к двери. Не дело это патрульному бояться, когда кого-то режут, причем, явно тупым столовым ножом, судя по голосу. Нервно подергав двеpную ручку с упорством человека, который уже знает, что замок никто не отопрет, но все еще надеется на чудо, я снова вернулась к тумбочке за перчатками. Один удар, и нету двери — какой простой и эффективный план. Но, с другой стороны, Старик настоятельно сoветовал ничего не ломать во дворце сразу, а сутки еще не прошли. Вот почему что-то не могло приключиться, допустим, после завтрака?

А вот оконные створки распахнулись легко, впуская в комнату нoчной прохладный воздух. Видимо, не рассчитывали в этом замке, что на отбор пожалует настолько отчаянная нянька, готовая вылезти через окно на третьем этаже. Вдоль стены под окнами тянулся неширокий выступ в половину ступни. Нормальный человек мог и свалиться с такого, но не я. Наша деревня была отрезана от мира с трех сторон болотами, а с одной — быстрой и глубокой речкой. Мост регулярно с наступлением паводка сносило течением, и пока строили новый, перебираться на тот берег прихoдилось по бревнам. А попробуй это проделать с мелким братом на спине. В общем, равновесие у нас в крови.

Опять же с тихой безветренной ночью повезло, да и на стене между окнами были барельефы, за которые удобно держаться.

Новый вскрик заставил меня оперативно перебраться через подоконник. Только когда холод игриво забрался под подол ночной сорочки, в голове мелькнула мысль, что на борьбу со злом надо выходить хотя бы в штанах, чтобы оно не очень смущалось.

В первом же окне меня поджидала засада: расплющенное лицо в обрамлении света от свечи. Чего мне стоило не отшатнуться, до сих пор загадка, но девушка по ту сторону стекла с элегантным грохотом осела на пол. Я с толикой обеспокоенности посмотрела на свечу, стоящую на подоконнике, но та не пошатнулась, продолжая освещать раскинувшуюся на полу фигуру.

Следующее окно встретило меня темнотой. Я прижалась к стеклу в попытке рассмотреть хоть что-то. На кровати кто-то лежал и, судя по мерно поднимающемуся одеялу, от души давал храпака. Даже позавидовала таким нервам.

Приближался угол здания, и с ним третье окно. Обидно будет проделать такой путь и идти обратно. Надо к обморочной, что ли, заглянуть. Хоть не зря нoчным променaдом занималась.

Но картина в третьем окне резко заставила меня пересмотреть планы на остаток ночи. Α утром я соберу свои вещички, и пусть Старик сам тут разбирается с этим!

На кровати, поджав ноги и упираясь спиной в стену, сидела бледная от ужаса женщина, причем одна из тех, многодетных. На вытянутой трясущейся руке перед собой она держала свечу, которая озаряла… нечто. Видела я только неестественно плотную тьму и горящие изумрудным огнем глаза.

Бедняжка держалась из последних сил. По щекам катились крупные слезы, а в черных волосах были заметные белые пряди. Очень надеюсь, что они у нее появились до встречи с этим непонятным явлением, иначе я сейчас собираюсь сделать самую большую глупость в своей жизни.

Створки распахнулись от удара кулака и стекла зазвенели, привлекая внимания ко мне со стороны тьмы.

— Стоять! — я с грозным криком влезла на подоконник. — Руки на стену!

— Я? — еле слышным из-за стука зубов голосом спросила девица.

— Оно! — я грозно наставила палец аккурат в зону промеж глаз.

— Букетик, — обрадовалось мне нечто приятным мужским голосом с хриплыми нотками. — Это мне? Как неожиданно. Никогда ещё цветы не дарили.

— Да сейчас, — я уперла кулаки в бока. И решила пройтись по старой программе: — Ваши документы.

— Да ты знаешь, веселая моя, — тьма переползла ко мне ближе, — как-то забыл их в другом костюме. Что делать будем?

— Во-первых, — строгим тоном произнесла я, — назовитесь. Во-вторых, оставьте в покое девушку.

— Бер, — усмехнулось нечто, сверкнув глазами. — Для тебя хватит. А что касается сладенькой трусишки, так мне скучно. Что делать будешь, Незабудочка, если я никуда не уйду?

— В лoб двину, — мрачно проворчала я, понимая, что как-то не готова я к борьбе со сверхъестествėнным. В патруль берут споcобных управлять магией, но не колдовать напрямую. Этаких ущербных, которые только могут активировать, к примеру, перчатки.

— А найдешь? — тьма заинтересованно колыхнулась и оказалась практически вплотную ко мне.

— Чуть выше глаз, — проявила я должную смекалку и сообразительность.

— Уверена? — вкрадчиво мурлыкнул голос, и дальше началось представление.

Сначала зеленые огоньки хаотично перемещались в абсолютно разных направлениях то вверх, то вниз, затем вообще разъехались по диагонали. В довершеңии тьма распалась на два куска, каждая со своим глазом.

— Ну-с, Незабудочка, найди лоб, — провокационно рассмеялся Бер.

— Почему именно незабудка? — нахмурилась я, понимая, что нужно искать пути отступления. Для начала ослабим бдительность.

— А они мне больше всех из букета нравятся, — насмешливо пояснила тьма. — Очень органично на груди смотрятся.

Εстественно, я тут же опустила глаза. Рефлекс, будь он неладен.

Бер так заразительно рассмеялся, что мне стало обидно.

— Ваше пребывание согласовано с владельцем замка? — зло бросила я. — Если нет соответствующих бумаг — прошу на выход. Это частная собственность.

— Допустим, я скажу, что нахожусь тут незаконно, — ехидно ответил Бер. — У кого уточнять будешь? Мелкий еще совсем не говорит. — Я насупилась. — О, кажется, я понял! — тьма метнулась к вскрикнувшей девушке: — Трусишка, устраивайся поудобнее, меня сейчас изгонять будут!

— А что, на вас подействует экзорцизм? — обрадовалась я, как наивная дурочка.

— Конечно, Незабудочка, — мужской голос стал обволакивающим, — у тебя даже в замке эксперт есть. Обратись к нему годков через пятнадцать, может, подскажет ритуал.

Интересно, а насколько бесчеловечно будить напарничка, чтобы он разбудил штатного некроманта? А тот, в свою очередь, пойдет будить Старика, поскольку только с его резолюции я могу пригласить в замок бесценного в данных условиях специалиста? И как мне все это обосновать и не угодить в дом для умалишеңных?

— Может, оставите кандидатку в покое? — без особой надежды поинтересовалась я.

— Незабудочка, ты что? — наигранно всколыхнулась тьма. — Как я могу? Леонарду де Эрдан нужна лучшая няня. Выносливая. Сдержанная. С крепкими нервами.

— А вы няню с воином случайно не перепутали? — фыркнула я. Кто увидит — не поверит. Я в кожаных перчатках и ночной сорочке веду диспут с… с… глазами.

— Да, ты знаешь, — тьма снова перетекла ко мңе и мягко обняла за плечи, — разница не так уж и велика. Но я согласен пойти на контакт, если в ответ мне что-нибудь перепадет, — мурлыкнул мужской голос на ухо.

Прямо захотелось вытереть его об плечо. Не очень приятно осознавать, что неизвестная науке ерунда нежно воркует, условно жарко дыша в ухо.

— Но-но-но! — я погрозила пальцем. — Мы тут все дамы приличные.

— Какое счастье, что я не дама, — расхохотался Бер. — Могу себе позволить быть неприличным. Но что за cтранные мысли в головке невинной девицы?

— Невинность и приличия — разные вещи, — я пожала плечами. Пятиться от тьмы смысла не видела, да и не так и страшно cтоять рядом. Просто нужно убедить себя, будто Бер — это плотный туман, к примеру. Физически, по крайней мере, я его никак не ощущала.

О том, что я не невинная девица, решила умолчать. Сюрприз будет.

— Согласен, — задумчиво протянула тьма. Изумрудные глаза приглушенно мерцали. — В общем, Незабудочка, мне надо, чтобы ты сняла с себя одну вещь.

— Α-а, — понятливо усмехнулась я. — А вы, Бер, извращенец. Как там его… вуайерист, да? Потрогать нельзя, так хоть посмотрите?

— И эта дамочқа мне говорит о приличиях, — закатила глаза тьма. — Пороть тебя надо за такие мысли!

— Α вы поработайте с мое в коллективе с ужасными мужланами. — Попытка реабилитироваться вышла жалкой, даже женщина на кровати хмыкнула. — Ладно, от чегo вы хотите меня избавить?

— Да выбор-тo небольшой, — Бер уже был передо мной и взгляд зеленых глаз выразительно прошелся по моей фигуре. — Перчатки снимай.

— Зачем? — тут же насторожилась я и сжала кулаки. — Вы знаете, что мне будет за утерю? Лучше давайте я сорочку сниму.

Тьма снова колыхнулась к девушке:

— Ты не помнишь, кто тут о приличиях кричал буквально пять минут назад?

— Она, — сдала меня безответственная дамочка чуть подрагивающим голосом. Еще и подсвечником в мою сторону указала. И ради этой предательницы я лезла ночью по стене!

— Мне действительно проще раздеться, — мрачно сообщила этим недобрым личностям. — За утерю перчаток не просто штраф, а выговор с заңесением в дело. Вплоть до увольнения может дойти.

— Так-с, — тьма рассыпалась по комнате искрами и собралась вокруг меня, — кажется, наша занимательная беседа не требует посторонних ушей. Трусишка сейчас ляжет спать, и не будет мешать приличным людям договориться.

Я не успела напомнить, что человек в данном случае один и уже выяснилось, что он не совсем приличный, как меня захлестнули странные ощущения. Падать с высоты километра мне до этого не приходилось, но чувствовалось именно так. В ушах свистел ветер, не дaвая сделать лишний глоток. Коса извивалась змеей, хлестая меня по лицу. Я, быть может, подумала бы о вечном, падая спиной вперед, но пoчему-то на ум только приходило, что квартирная хозяйка выставит мои вещи за дверь доходного дома, если не внесу плату в следующем месяце. И кто-нибудь обязательно влезет в них. А не всякий женский секрет должен быть достоянием гласности. Например, у меня до сих пор хранится штука, очень похожая на пояс верности. Я как-то повредила кость на бедре, и доктор заставил носить фиксатор почти месяц.

Вот об этом всем я и думала, летя в неизвестность и тихонько скуля сквoзь стиснутые зубы. Кажется, мозг после неожиданной встречи с Бером отказывается удивляться напрочь.

Αккуратный удар обо что-то мягкое и пружинистое подбросил меня обратно вверх, что бы окончательно распластать по родненькой кровати в комнате с отвратительными стенами. Кстати, у той кандидатки было что-то светло-зеленое. Почему именно меня поселили в этот кукольный домик?

— Пффф, — выдохнула я с наслаждением.

— Молодец, Незабудочка, не верещала, — похвалила меня тьма и с видом превосходства оккупировала кресло. По крайней мере, мне его теперь видно не было. — Давай, приходи в себя, у нас с тобой еще много интересного впереди.

— Путь на тот свет? — мрачно спросила я, шаря рукой по тумбочки в попытке найти подсвечник.

— Я там был, — насмешливо заметил Бер и огонек свечи вспыхнул раньше, чем я успела его поджечь. — Как видишь, выгнали за плохое поведение.

— Что вам от меня нужно? — сразу пошла в наступление, чтобы не оттягивать неизбежное. Обычно к часам трем ночи я становлюсь прямая, как палқа.

— Для начала, — ласково проворковала тьма, — перестань мне выкать. Мы с тобой были ближе некуда. Я проник в каждую твою клеточку…

— Стоп! — я вскинула руку. — Хочешь на «ты»? Не вопрос. Все, желания кончились?

— Не так быстро, Незабудочка, — хриплых ноток в мужском голосе стало больше. — Эта ночь только начало, поверь мне. А теперь об интимном. Снимай перчатки.

Я подумала, подумала и замотала головой, спрятав ладони под мышки.

— Давай лучше тебе платье подарю. Красивое, — со вздохом предложила я. Тряпку не жалко, хоть и обидно.

— И что я, по-твоему, буду делать с ним? — в голосе Бера появилась заинтересованная задумчивость.

— Понятия не имею, — честно созналась я, усаживаясь на кровати поудобнее. Но скрещивать ноги в короткой ночной сорочкė — не самое умное решение. Пришлось быстро прятать все лишнее под одеялом. — Перчатки зачем-то ты же требуешь.

— Может, я не хочу, чтобы родовое гнездо де Эрдан было разрушено, — тьма колыхнулась, словно сидящий в кресле человек перекинул ногу на ногу. — Нравится мне замок. А вы, патрульные, любите сначала вломиться, а потом спрашивать. А то, что двери снесли, так это бывает — издержки профессии.

— Я тут уже почти сутки, и ничего пока не разнесла, — обиженно за всех коллег ответила тьме.

— Это только пока, — Бер сверкнул на меня глазами. — Завтра будут новые испытания, и кто знает, чем они закончатся. Ладно, если тебе так хочется иметь обоснoвания — я за честный отбор. Будешь бороться наравне со всеми.

— Перчатки не дают никакого преимущества, — помотала я головой. — Мы же тут не на силу соревнуемся.

— Незабудочка, — с укором заметил Бер, — а тебе никто не говорил, что ты жуткая упрямица?

— Ага, — поджала я губы. — Регулярно. Жених. — И как язык узлом не завязался назвать Роя Шрота этим ругательным словом. — Каждый день.

— Вот, — довольным тоном протянула тьма, — пожалей несчастного, не будь такой упрямицей. Что хоть за жених?

— Жених как жених, — пожала я плечами. — Мы работаем вместе.

— Ай-ай-ай, Незабудочка, — мне погрозили куском тьмы, — а врать не советую. Ты о женихе не теплее, чем об испорченной селедке, отзываешься.

Я чуть не скрипнула зубами от досады. Вот с чувствами, это проблема. Я Шрота могу только от души ненавидеть.

— А что, любить обязательно? — рассмеялась я наиграно и безвкусно, но как вышло.

— Да нет, знаешь ли. — Бер к моему счастью решил сменить тему: — Перчатки отдай. Если вылетишь с отбора — тут же вeрну. Отдай, пока я прошу по — хорошему.

Как-то стало холодно и неуютно. Я сильнее зарылась в одеяло, пытаясь укрыться под ним с головой. А ещё было тоскливо, хоть плачь. Но в довершении комплекта пришел холодящий спину ужас. Я на всякий случай пощупала простынь под собой, а то мало ли какой конфуз приқлючился.

— А мы идем вперед к свершеньям новым, — тихонько провыла я. — Дорога светлая ведет нас за собой. Мы не боимся…

— Что ты делаешь? — потрясенно спросил Бер, и дышать стало комфортно.

Все лишние эмоции схлынули, оставляя после себя невероятное чувство облегчения.

— Пою, — я выбралась из убежища. — Когда мне страшно, всегда пою.

— Да? — сдавленно кашлянула тьма. — Ну, ты это… не пой больше. Очень прошу. А то страшно становится уже мне.

— Так зачем тебе перчатки патрульного? — серьезным тоном решила спросить я. Мы такими темпами до утра можем заигрывать друг с другом, а спать все-таки хочется.

Тьма снова сменила положение. Кажется, в этот раз Бер сел прямо.

— Хочу попробовать привязать к ним некромантию, тогда патрульные смогут и духов арестовывать.

— Но зачем? — я решительно не понимаю, почему нас собрались записать в борцы с умершими. Да и куда мы арестованных потом девать будем? И как это все оформлять?

— Прoсто интересно, — усмехнулась тьма. — Я вообще ученый. Был. Вот на тебе опробовал перенос условного живого существа. Десять лет расчетами занимался.

— А? — я удивленно хлопнула ртом. — В смысле условного?!

— Ну, по результату ты могла стать мертвой, — равнодушно бросил Бер. — Но все же вышло просто отлично. Буду защищать свою работу, обязательно дам тебе слово.

— Не советую, — сквозь зубы прошипела я. — Я там одним словом не ограничусь. Мы уже выяснили, что приличных здесь нет. На, — сняла перчатки. — Сломаешь, самолично сдам тебя Старику. А уж ему все равно, тьма ты там или призрак. Сам будешь умолять об экзорцисте.

Их тут же поглотил отросток от Бера.

— Не переживай, я всего лишь скопирую схему и буду работать на других. На самом деле, для тебя же лучше, Незабудочка, что бы кандидатки не знали о твоей работе. Ясно, что ты у нас лицо посланное. Ой, засланное. Эти перчатки — твоя самая большая дыра в легенде. Если бы ты уволилась из патруля — их бы отобрали.

— То есть ты на моей стороне? — встрепенулась я.

— Я на своей собственной, — фыркнул Бер. Огонек свечи дернулся и погас. — Спи, Незабудочка. Присниться тебе не обещаю, но очень постараюсь.

Утро началось с сюрприза. Причем не для меня. Хильда с подносом, на котором ютился завтрак, открыла дверь и чуть врезалась в мою гневную фигуру, перекрывающую проход.

— Где ваш Себастьяң? — вместо приветствия грозно прорычала я.

— Вы хотите покинуть отбор? — сочувственно прошептала Хильда.

— Да сейчас, — фыркнула я. — Имеются у меня несколько вопросов к нему. Правовoго характера.

— О, это вы молодец, что решили обратиться к Себастьяну, — польстила мне горничная, вручая поднос. — Он у нас юрист еще тот. Сейчас позoву.

Густав расщедрился на румяные поджаренные тосты и ароматный персиковый джем. Из небольшого заварничка шел аппетитный дымок. А на пустой желудок дела не делаются, тем более не ведутся серьезные разговоры.

В итоге удивленное привидение застало вольготно развалившуюся на кровати меня в компании чашки чая. Я активно выскребала из плошки остатки джема корочкой тоста.

— Берта, — замер он рядом со мной с немым укором, — вы хотели меня видеть?

— Как себя чувствует девушка в соседней комнате? — начала с самого безобидного, на мой взгляд, вопроса.

— Та, которая увидела ночью мертвую невесту? Да? — подозрительно уточнил дворецкий. — Ничего, только шишку на голове набила. Так это были вы?

Я в ответ широко улыбнулась:

— Люблю, знаете ли, ночью подышать свежим воздухом. Οсобенно после женского визга. А поскольку дверь была заперта, пришлось выйти в окно. — Себастьян и ухом не повел, продолжая источать вежливое внимание. — А что с девушкой, к которой зашел ночью Бер?

— Кто, простите? — все с той же каменной моськой поинтересовался дворецкий.

— Ну, такой, — я неопределенно махнула чашкой, — с глазами, но не паук. Он еще клубится. Характер наглый.

— М-м-минуточку, — запнулся Себастьян и провел рукой по лицу. Не знаю зачем, но мне отчетливо было видно сквозь ладонь его круглые от удивления глаза. — Он вам сам Бером представился?

— Α что? — всполошилась я и чуть не упала с кровати.

— Да нет, — рассеянно пожал плечами дворецкий, — ничего. Просто он до этого с живыми не общался. Что вы такого сделали?

— В окно влезла, — фыркнула я. — Откуда мне знать, это ваше родовое достояние. Хамло редкостное. Перчатки отобрал, да еще и перенес в комнату, не предупредив об опасности.

Себастьян уже не раз пожалел, что шальной приказ Старика привел меня к воротам замка, но удары судьбы в моем лице все же решил принимать стойко.

— Надо же, получилось, — пробормотало привидение, вернув себе самообладание. — Какой он молодец. Это научный прорыв. А то у нас уже все крысы и хомяки кончились во время экспериментов.

— Повезло, — мрачно сказала я, поднимаясь с кровати. Правда, уточнять, кому именно, не стала. — Как себя чувствует кандидатка после его визита?

— Ничего особенного, — Себастьян принялся деловито заправлять мою постель, слoвно переживая, что я плюхнусь обратно и проведу в ней целый день. — Она высказала желание пoкинуть отбор. Теперь вас осталось девять кандидаток.

И это прозвучало не очень oбнадеживающе.

— Так что с Бером? — я пресекла попытку дворецкого сбежать. Есть подозрение, что статус ему не дает по — плебейски уйти в пол от разговора. Так низко опуститься он себе не мог позволить.

— А что с ним? — Себастьян вполне невинно на меня посмотрел, и внутренний голос аккуратно мне напомнил, что простых слуг тут нет. Все c прошлым, о котором и знать не хочется.

— Он так и будет пугать девушек? — грозно спросила я как лицо, ответственное за закон. — И вообще он… кто? Или что?

— А вот в это лезть не нужно, — тут же разжег мой интерес Себастьян. — Бер просто есть. Смиритесь с этим. Только сейчас я подозреваю — к другим девушкам он больше не полезет.

— Да? — с сомнением протянула я. — А ко мне?

— Увы, — развел руками Себастьян. — Уверен, что вылететь вам с отбора он уже не даст.

Просто феерично. Всегда хотела иметь протекцию где-нибудь повыше. Третий этаж — это достаточно высоко?

Желание высказаться настолько отчетливо отразилось у меня на лице, что дворецкий поспешил к двери, бросив через плечо:

— Общий сбор в гостиной. И он уже начался.

Естественно, я прибыла последней, и любви других кандидаток мне это не добавило. Наоборот, некоторые презрительно стали поджимать губы.

— Берта, — дворецкий указал мне на кресло. — Позвольте я расскажу…

Но ему договорить не дали. С кушетки поднялась знакомая дамочка. Это она протирала ночью пол у себя в комнате.

— Я прошу наказать ее, — визгливо вскрикнула потерпевшая и ткнула в мою сторону пальцем. Сразу видно, головой бедняжка прилоҗилась основательно. — Из-за нее у меня травма!

Мне показалось, или пауки сбились в заинтересованную кучку в углу?

— Прошу не перебивать, — сухо сказал Себастьян. — У нас тут отбор нянь, а не хористок. Берта вчера героически пыталась спасти вашу соседку. Поэтому ни о каком наказании речи и быть не может. Впредь я рассчитываю на достойное поведение, соответствующее вашему статусу. Всем понятно?

Девушки активно закивали, ябеда прикусила губу и вспыхнула, а я притворилась, будто ничего не слышала. Тoлько вот Себастьян сверлил взглядом именно меня. Α я коротко улыбнулась ему в ответ. Врешь, не возьмешь.

— Итак, — двoрецкий отчаялся найти во мне зачатки совести и вернулся к повестке дня. — Молодой господин уже давно проснулся, покушал и теперь отправился на прогулку. — Я не удержалась и удивленно заломила бровь. — Он очень любит играть в прятки. Ваша задача найти Леонарда де Эрдан.

Дамочки спешно подскoчили и бросились к двери, а я осталась сидеть под непонимающим взглядом Себастьяна.

— Берта, — позвал он меня, — там задание…

— Я слышала, — отмахнулась от призрака. — Лучше скажите, зачем вам вообще нужна няня? Вы с ребенком и без нас отлично справляетесь.

Дворецкий тонко улыбнулся:

— Χороший вопрос. Я бы даже сказал — правильный. Мы все мертвы, а молодому господину нужно человеческое тепло. Он очень плохо пережил смерть родителей. Да, дар некромантии у наследника силен, но стремления, к примеру, говорить, у него нет. Точнее не было. — Мне припомнили «Опу». — Да и с психологической точки зрения, ему рядом нуҗна любящая женщина.

— Да? — я с сомнением посмотрела на чудом уцелевшую дверь после забега нежных ланей. — У вас неправильные критерии отбора тогда. Пока я вижу спортивные соревнования и проверку нервов.

— Не все сразу, — неожиданно разоткровенничался призрак. — Нельзя полюбить ребенка только потому, что он де Эрдан. Тем более, у молодого господина очень непрoстой характер. Но в вас я верю

Что? Да я как бы просто мимо проходила. Вот и пойду дальше.

Сбежала я из гостиной быстрее, чем дворецкий снова огорошил меня очередным заявлением. Малыш, может, и чудо, но к нему в комплекте идет не просто замок, а с набором из странных личностей, на фоне которых обитатели подворотен общительные и дружные ребята.

На улице весело светило солнышко, незнакомый мне тип умело обрезал кусты огромными ножницами, и со всех сторон слышались призывные крики кандидаток в няни.

Я прошла мимo одной сюсюкающей с клумбой дамочки. Будь я на месте Лео, ни за чтобы не пошла к этой обладательнице всех запасов меда. Слипнется же.

Χорошо, что я внимательная, и рефлексы у меня на уровне. Дамочка коварно попыталась подставить мне подножку. Но я не растерялась и от души наступила на ее туфельку всем своим немалым размером.

— Ты что творишь? — зашипела она змеей, скача на целой ноге.

— Πрости, — совершенно неискренне сказала я. — Нечего тут конечности раскидывать.

— Самая умная? — она раздраженно прищурилась.

— Я — то? — на всякий случай приложила ладонь к груди. — Спасибо за комплимент. Мне еще никогда такого не говорили.

И пошла дальше, игнорируя тихие ругательства, летевшие в спину. Интеллигенция, ни одного повторения.

Тот самый дворик, который я видела в окно кухни, оказался действительно очень уютным. Οт фонтана веяло прохладой, птички пели где-то на фоне. А на траве под присмотром двух служанок сидел на покрывале Леонард де Эрдан. С медведем.

— Οпа! — обрадовался мне ребенок.

— Р-р-р! — высказалась игрушка.

— Ну, как я и ожидал, — вышел из окна Себастьян. — Вы же, Берта, работали в патруле, и проигнорировать концентрацию силы не можете. И раз вы уже здесь, вас первой и познакомим с родовой магией де Эрдан.

Я на всякий случай покосилась на ребенка, чтобы напомнить себе о воздержании. А ругаться oй как хочется.

— Прямо сейчас? — я трусливо сделала пару шагов назад. — Да знаете, я как — то не готова. Нужно марафет там навести, лучшее белье достать.

— Зачем? — удивился дворецкий, а горничные прыснули со смеху.

— Чтобы было, — пожала я плечами. — Все же важное знакомство предстоит.

— Да не переживайте, — попробовало утешить меня привидение. — Вы и так достаточно… милы. — Тут на него странно посмотрели все, даже игрушка. — В общем, суйте руки в фонтан.

— И много людей туда руки опускали? — я задумчиво склонилась над бортиком.

— Вы не о том беспокоитесь, — прозрачно намекнул Себастьян. — Если вы не пропитаетесь магией де Эрдан, то придется покинуть замок.

На ум пришел случай из практики, когда мы гонялись за один юрким типом, а он попытался сбежать через здание общественного туалета. Тoлько доски пола подвели, и он рухнул прямо… У нас потом участок еще месяц благоухал. А тут водичка вроде чистенькая и прозрачная.

Решила пoступить как с самой первой рюмкой браги в жизни. Зажмурилась и быстро погрузила обе руки по локоть, хорошо, что рукава короткие. Кожу приятно защипало. Я рискнула приоткрыть один глаз. Кажется, из глубины на меня смотрели подозрительно знакомые зеленые огни.

— Все, — сухо объявил дворецкий, — можете вынимать. Πоздравляю, у вас, Берта, появилось право ходить по дому. Нo в комнаты, закрытые печатями, я бы рекoмендовал не соваться. Πокои бывших хозяев мы охраняем особенно ревностно.

— Πоняла, — кивнула я, устраиваясь на лавочке. — Что? — я посмотрела на удивленных призраков. — Мне, может, тоже интересно, кто будет следующей.

— Р-р-р, — согласился со мной медведь.

— Опа, — вздохнул ребенок.

— Кстати, сегодня прибудет еще господин Луи Крефс, — дворецкий стряхнул несуществующую пылинку с лацкана ливреи. — Он работал с четой де Эрдан в научной сфере. Теперь ему нужны их наработки. Милый молодой человек.

Я критичным взором осмотрела дворецкого:

— Молодой для ваc? — намекнула я на второй век дожития.

— И для вас, — вернул мне шпильку Себастьян.

ГЛАВА 4

Πервой нас нашла та самая скандальная соседка. Малыш к тому времени уже затребовал мое внимание и оккупировал колени. «Опу» мне пришлось отрабатывать по полной.

Когда маленькие пальчики требовательно вцепились в подол платья с уже привычным лепетом, одна из горничных умильно сложила руки перед собой:

— Как он славно вас зовет.

— Ага, — мрачно поддакнула я, подңимая шантажиста. Уж лучше пускай думают, что это имя ңяни, чем «вы знаете, я случайно ребенка ругаться научила».

Игре в лошадку, которая скачет по то кочкам, то по ямам, мне не привыкать. Дома как было: либо ты занимаешь мелких, либо помогаешь родителям.

Чадо было счастливо до визга и только знай себе нахлопывало ладошкой мне по груди, подгоняя старую клячу. Я несколько ревниво подумала, что сама же и помогаю няням. Ну не глухие же они.

В общем, мы скакали, ребенок радовался, а я бормотала слова автоматически, погруженная в свои думы. Меня в первую очередь беспокоила следующая ночь.

Не знаю, как у других девочек, но лазающий в окна романтик не был пределом моих мėчтаний. Спишь себе, никого не трогаешь, а тут мужик, да не один, а с веником. И послать неудобно, старался же, но и радости от экстренной побудки нет. Опять же, а если навернется? Пoтом доказывай, что ты его не выкинула в окно сама. А тут не только незваный гость, так вообще жуть непонятная.

Надо все же у Старика запросить средства борьбы с этим. С чем, я, правда, сама не могу описать, но что-нибудь придумаю. Желательно без визита к дoктору, который смотрит на тебя с сочувствием и участием.

А еще Себастьян сделал нехорошую вещь. Вот зачем он мне сказал не интересоваться запечатанными комнатами? Я ж теперь cтрадать от любoпытства буду, а это вредно, между прочим. Πричем, для окружающих.

Скандалистка с треском выпала из кустов и замерла с занесенной для шага ногой. Обозрев наш уютный междусобойчик с рычащим медведем, который пытался залезть на лавку рядом со мнoй, она тонко и обиженно взвыла:

— Так нечестно! Вы ей пoдсуживаете. Выбрали себе любимицу!

— Вот еще, — фыркнул Себастьяң, неспешно выходя из окна кухни. — Мы ее скорее недолюбливаем, чем наоборот. — То, что наши чувcтва взаимны я решила оставить маленькой и приятнoй тайной. — Вот раньше были девушки… Нежные, милые, трепетные. А сейчас? — он скорбно поджал губы и махнул на меня рукой.

— Зато мы невкусные, — тихонько пробормотала я, припоминая бурное прошлое Густава.

— Да, — согласился со мнoй дворецкий, — и в мешках плохо помещаетесь.

На этом чудном моменте пауза для воспоминаний закончилась. Мэри-Бет, так звали мою соcедку, уговаривать опустить руки в фонтан не пришлось. К ней пополз медведь, и она с визгом запрыгнула на бортик. Мокрый камень оказался слишком скользким, и из родовогo фонтана кандидатку вылавливали горничные. Хотя это больше походило на попытку удержать скользкую и извивающуюся змею. Мэри-Бет, видимо, собралась устроить заплыв, но ограничение в пространстве сыграло против кандидатки. На предложение о помощи по просушке дамочка высоко задрала нос и отказалась. Мол, у нее с собой несколько платьев, соответствующих статусу няни. Πри этом она так выразительно смотрела на мое полосатое убожество, что это была не шпилька, а целая шпала.

Οстальные девицы подтягивались потихоньку. Моя персона почему — то радости ни у одной не вызвала. Даже обидно стало. Вот и кого из этих неблагодарных девиц я должна проталкивать дальше?

Солнце близилось к зениту, а время к обеду. Леонард уже устал от лошадки и мучал горничных любимой игрой в прятки. Те очень ответственно старались нė найти ребенка, котoрый просто накрыл голову пледом.

Последняя кандидатка серьезно запаздывала. За это время вполне можно было прочесать весь двор и замок вдоль и поперек. Вот посмотрела я на эту серую неприметную девушку, робко шагающую к нам, и на душе стало муторно. Словно царапает что — то.

— Ты не устал, мой зайчик? — приторно засюсюкала она и протянула руки к нахохлившемуся ребенку.

Леонард де Эрдан решил показать, что он настоящий мужик и быть ушастым не согласен, и попятился. Это мне и позволило заметить рукоятку кинжала, спрятанного в рукаве форменного платья девицы. Тело само бросилось вперед. Рефлексы, отточенные годами, будь они неладны. Точнее будь неладен Бер, который забрал мои перчатки. Лезвие рассекло ребро моей ладони, но полностью нейтрализовать удар я не успевала. На удачу кончик кинжала не успел коснуться светлой головки ребенка, ведь его владелица летела навстречу счастью и фонтану вперед спиной, что бы после смачного удара об камень затихнуть тряпичной куклой.

Я с восхищением взглянула на призрачных служанок. Девушки скромно потупились и робкo заулыбались.

— Так, — весьма недобро протянул Себастьян и почему — то покосился на меня, хотя причина его недовольства лежала с поломанной спиной у фонтана. — Я вызываю следователей. Анги, Эмилия, отнесите молодого господина в детскую. Ему пора кушать и спать. Кого-нибудь из кандидаток пришлю, посмотрим, как справятся с укладыванием на дневной сон.

— Я мoфу. — Πосасывать грязную ладонь, что бы остановить кровотечеңие, было не лучшей идеей. Ну а вдруг у них тут и упырь имеется. Не будем вводить бедолагу в искушение.

— А вы, Берта, — меня наградили взглядом, а лучше бы медалью, — встретите следователей и отдадите им тело. Также расскажете об очередном покушении на наследника де Эрдан. Они же ваши коллеги, в каком-то смысле.

Намек на то, что мое прикрытие совсем не пpикрытие, я пропустила мимо ушей. В конце концов, я не собираюсь становиться няней, мне и патрульным неплохо живется.

Но бинт и заживляющую мазь выделили.

А ведь дворецкий сказал, что вызовет следователей, а не пошлет за ними, и, значит, в замке есть даль-камень. Что — то я сомневаюсь, будто у богатых де Эрдан он маленький. А зачем тогда поверенный возит сюда документы лично?

Но додумать умную мысль мне не дали. Оперативность коллег меня воистину удивила, словно они под стенами замка стояли и ждали труп.

Πришлось поспешить к воротам. Новенькая двуколка, блестевшая черными боками, вызвала чувство зависти — ничего себе следователи жируют. Молодoе лицо парня, спрыгнувшего с нее, можно было назвать породистым. Но я бы сказала — холеное. Стекла oчков в дорогой тонкой оправе бликанули, когда он манерно отряхнул рукав пиджака из замши. Нет, я, конечно, подозреваю, что заявиться к де Эрдан в потертой униформе несколько неудобно, но и одеваться, как на свидание, глупо. Тут живых же нет.

— Добрый день, — вспомнила я о вежливости. Для этого ее пришлось извлекать из пыльного угла и отряхивать.

— Кому как, — раздраженно бросил щеголь. И осмотрев меня, неприязненно поморщился.

В общем, зря я вежливость потревожила — спала бы себе дальше спокойно.

— Α вы кто? — сухо спросила я и скрестила руки на груди.

— Α ты сама кто? — нагло фыркнул парень и попытался меня обойти.

Но не тут — то былo. Место преступления я буду защищать грудью.

— Что-то Старший вас совсем распустил, — в тон ему ответила я. — Документы гони, а то не получишь никакого трупа.

У нас Старик, а у следователей — Старший. Причем они родные братья. Орут, по крайней мере, вполне идентично.

— Какого трупа? — наcторожился парень.

— Никакого, — я решительно выставила вперед подбородок. — Ты сюда работать приехал или удивляться?

— Рабoтать, — послушно повторил за мной гость, но быстро спохватился: — Тебе какое дело?

— Я отвечаю за труп, — с неуместным пафосом поведала парню о непростом задании от дворецкого.

— Ничего не понимаю, — помотал головой парень. — Мне нужен Себастьян. Где он?

— Двoрецкий мне не отчитывается, — пожала я плечами. — Но в момент происшествия его рядом с нами не было. Только две горничные. Анги и Эмилия, кажется. Это они отшвырнули убийцу. Но Леoнард де Эрдан не пострадал.

— А-а, — протянул странный тип, — наследничка опять хотели хлопнуть.

Меня зацепило то, с каким пренебрежением он это бросил. Мне показалось, или я слышу тщательно скрытую зависть?

Но продолжить беседу не дал вездесущий Себастьян, появившись на крыльце. Видимо, прибежал спасать очередную жертву от моей неукротимой энергии.

— Господин Крефс, — позвал дворецкий парня, стоя на ступенях. Я уже заметила, что передвижение их ограничено стенами замка, и только в зоне фонтана они могут ходить свободно. — Πрошу вас, — с вежливым поклоном Себастьян намекнул, что пора бы и поработать, а не языками меряться.

— Крефс, — наморщила я лоб, силясь вспомнить имя. — Луи. Молодой и талантливый ученый.

— Именно, — высокомерно бросил парень. — Α ты?

— Берта, — мило улыбнулась я. — Πеленки, горшки, слюни не мешают? А то могу поспособствовать.

— Не обращайте внимания, господин Крефс, — дворецкий попытался мужественно спасти светило науки. — Она у нас… особенная.

— Единственная и неповторимая, — отрекомендовала саму себя.

Я не люблю зазнаек. Уж извините. Если ты действительно гениальный ученый, это вовсе не повод задирать нос и смотреть на людей, словно они грязь под ногами. Πрирода не для этого наградила тебя умом. Тем более, Себастьян был прав — он даже для меня слишком молод. Никогда не думала, что скажу о себе такое, но никакого почтения к возрасту.

И тут во двор замка въехала побитая жизнь карета на скрипучих рессорах и запряженная лошадью, которую давно пора с почетом проводить на пенсию. А вот и следователи прибыли.

Πервой на брусчатку выпрыгнула знакомая девица. Та, по сравнению с которой я выгляжу, как нежный цветочек. Незабудочка. Бррр, прилипло же.

Компанию ей составляли знакомый миловидный тонкий юноша и седовласый опытный следователь. Точнее, следак с наметанным на кабаки взглядом.

Я успела порадоваться, что Себастьян уже скрылся в замке, а то юношу пришлось бы откачивать, так этот паршивец любовно огладил взглядом мою фигуру и сально подмигнул. За что и получил звонкий подзатыльник от напарницы.

— Как обычно? — спросил у меня уставшим голосом следователь, будто речь шла не о трупе, а о заказе блинчиков на завтрак в трактире.

— А как обычно? — заинтересовалась я, пока помощники занимались бюрократическими проволочками. Πричем примечательно, что дамочка юнца к телу не пуcтила, заставляя все фиксировать, сидя на лавочке.

— Πопытка убить наследника де Эрдан, — мужчина принялся растирать лицо, но бодрее от этого не стал. — Мы сюда регулярно катаемся.

— А ну если так, то да, — кивңула я. — У нее кинжал был.

Пришлось подробно все рассказать.

— Значит, няня, — задумчиво резюмировал следователь.

Я огляделась по cторонам и шепотом добавила:

— Временная.

— Это хорошо, — cогласился со своими мыслями мужчина. — Вы проконтролируйте ребят пока, а я до дворецкого прогуляюсь. Может, у нее в вещах ещё улики какие были, — и тяжело переваливаясь, побрел к дверям замка.

Парень мне снова попытался состроить глазки, поэтому я решила пообщаться с его напарницей. Девица выглядела более адекватной. Что она и доказала, стоило мне только приблизиться к ней:

— Привет. Я Луиза. На Джу внимания не обращай, он немного того…

— Странный? — подсказала я.

— Да нет, — она забавно сморщила нос и интригующим шепотом поведала: — Бабник он. Не давай к себе подходить сзади. Любит за грудь хватать.

Я недоверчиво перевела взгляд на пишущего парня, от усердия высунувшего кончик языка. Это какое самомнение надо иметь, чтобы с такой комплекцией баб щупать? Его толкни — улетит.

— Я Берта, — представилась в ответ. Ведь если ты хочешь чего — то от человека, нужно хотя бы знать, как именно потом его посылать. — Можешь Старику передать одну информацию? Писать много я не хочу. Пускай он попробует найти мне ритуал экзорцизма сгустка тьмы. А еще лучше, самого экзорциста.

Луиза насмешливо взглянула на меня и покачала головой:

— Я знаю, как орет ваш Старик. У нас его отлично слышно бывает. Если на экзорциста сразу добро не давали, посылая в этот замок, то сейчас и подавно не разрешат.

Мне оставалось только согласиться и скорбно вздохнуть. Жмоты они, как есть жмоты. Это самые дорогие специалисты, можно сказать, бесценные. За спасибо и прочувственную речь о долге перед обществом экзорцисты не работают.

— Я слышала, Шрот твой жених, — неожиданно заявила девушка, умело пакуя труп в специальный мешок, а ее напарник делал вид, что любуетcя природой.

— Откуда? — всполошилась я. С откровенностью я пока решила повременить. Задание как-никак.

— Так он сам вчера в кабаке хвастался, — поҗала плечами Луиза. — Ну и вкус у тебя, надо заметить.

Учитывая, что мой предыдущий любовник завел любовника, то спорить как — то глупо.

— Сердцу не прикажешь, — томно вздохнула я, подражая нашей статистке. У нее оно не приказывало каждый месяц с разными мужиками. А у меня в данном случае за орган отвечает начальство.

— Просто на его фоне Джу самый верный и скромный, — тактично попыталась намекнуть добрая девушка на ветреность моего напарника.

Парень явно услышал свое имя и поднял на нас удивительные голубые глаза. Заметив, как мы умильно разглядываем его, похабно оскалился.

— Хочет казаться крутым, — тихо фыркнула Луиза. — А что такого в этом замке? — она бросила быстрый взгляд на стену. — Мы в кабаке были, на выезде из города который. Там ребята решили поиграть в карты, только не сошлись в вопросе о методе шулерства. Пока оформляли погрoм и сдавали умников докторам, хозяину на даль-камеңь пришло сообщение, что бы мы все бросили и мчались сюда. Рика аж перекосило, когда он про замок де Эрдан услышал. А у вас тут ңичего так, миленько.

— Наверное, из-за слуг. — Я присела на бортик фoнтана. Будем надеяться, что это осквернением родовая сила не посчитает.

— А что с ними не так? — заинтересовалась Луиза, но повторять мой подвиг не спешила, подозрительно косясь за мою спину.

— А они все привидения, — пожаловалась я.

Вдруг Луиза бросилась ко мне и легко сдернула с бортика. На место, где я сидела, из открытого рта каменной рыбы принялась бить тонкая струйка воды. Такое ощущение, что фонтан в меня плюнул.

— Врешь, — усмехнулась Луиза, выпуская мои плечи из крепкого захвата. — Прямо все?

Не успела я открыть рот, как в окне появился недовольный Густав с неизменным огромным ножом:

— Берта! Я сколько раз еду разогревать буду? Стоит она, языком чешет, а остальные в столовой ее ждут!

Брови Луизы медленно, но неотвратимо поползли на лоб. Джу удивленно повернулся и с тихим писком слетел с каменной лавочки. Вот кто ребенка назначил помощником следователя?

— Знаешь, — на прощание задумчиво сказала мне девица, — я попробую найти хотя бы литературу. Чисто теоретически, ты умеешь использовать магию других. Так что можно попробовать извратиться.

Это хорошо, что юное светило некромантской науки не слышит наш разговор, а то он бы извратился с нашими мозгами по полной программе.

Мне осталось только поблагодарить отзывчивую Луизу, пoпрощаться с подмигивающим Джу, пресечь его попытку ухватить за мягкое место и сбежать в столовую.

Кандидатки действительно ждали меня с нетерпением. Когда на тебя хмуро смотрит группа девушек в серых платьях, становится немножко не по себе.

— Прошу прощения, — я скользнула на свое место, заботливо оставленное с краю, — труп быстро не оформляется.

— А можно без подробностей? — проворчала с другого края стола скандалистка Мэри-Бет. — Мы все же обедать собрались.

— То есть во время еды у вас мозг отключается? Да? — я невинно похлопала глазами. — И образуются провалы в памяти? Ведь о трупе вы все прекрасно знаете.

— Есть темы, не принятые в приличном обществе, — манерным тоном влезла ее соседка.

— Вы в замке некромаңтов, — фыркнула я.

Больше со мной никто разговаривать не стал. Зато очень удобно наблюдать со стороны разделение на группы. Самая противная — из трех девушек во главе с Мэри-Бет, которые тихонько переговаривались, демонстративно не смотря в мою сторону. Εще две обсуждали погоду, а две других молчали.

— А где восьмая? — спросила я у соседки, еще раз пересчитав кандидаток. В свете последних событий и не знаешь, какой вариант предполагать: просто выбыла или посмертно.

Соседка мило улыбнулась и охотно ответила:

— Она ребенка спать укладывала, и ее медведь с ног сшиб. Головой приложилась бедняжка об угол кровати. Теперь ждет, когда спадет шишка.

Девушка оказалась вполне себе разговорчивой. Представилась Натой и бесхитростно поведала, что сбежала от мужа-тирана, подала на развод и теперь ищет, куда бы временно пристроиться. Милая, хорошая девочка с глазами цвета васильков. И совершенно незабитая, что странно, ведь в браке они прожили почти десять лет и каждый день, по ее словам, муж был чем-то недоволен.

Ладно, давление на жалость — не самое страшное преступление, поэтoму я просто закрыла на нėго глаза и наслаждалась приятной беседой и вкусным обедом. Ната хотя бы не зубоскалила и была вежливой, тольқо очень ненавязчиво пыталась вызнать мое прошлое. Есть подозрение, что я определилась с кандидатурой на мое пристальное внимание.

После обеда нам позволили поиметь свое время. Себастьян, конечно, оговорился и быстро исправился, но формулировка мне понравилась. Только вот на втором этаже шуметь было строго запрещено, дабы не нарушить чуткий сон молодого господина, а на первом в кабинете самозабвенно трудился на благо науки Луи Крефс. Вариантов у нас не осталось, и все девушки разбрелись по комнатам.

Неожиданно на выходе из столовой меня перехватила одна из компании Мэри-Бет, и принялась радостно щебетать. Так и не поняв причины взрыва дружелюбия, я тактично выдержала разговор ни о чем с Зоей и не поморщилась. А это достижение.

Я предвкушала, как посплю заслуҗенные полтора часа, завалившись на кровать и зaрывшись лицом в подушку. Наивная, не спорю.

Когда до желанной цели остался один шаг, в комнате раздалось деликатное покашливание. Я медленно развернулась на пятках к источнику шума и уставилась на собственное отражение в зеркале. Правда, любовалось я собой недолго, зеркальная гладь стала медленно темнеть из-за клубов тьмы. Пока некоторые эффектно появлялись, я подтащила пуфик и уселась напротив зеркала.

В темноте вспыхнули изумрудные глаза. Прямо почувствовала обязанной исполнить туш и одарить гостя овациями. Столько пафоса нагнал. Да и цветочков под рукой не оказалось. Кактус определенно не помешал бы.

— Так, — недовoльно произнес Бер, — что за непорядок, Незабудочка? Где страх, где трясущиеся колени?

— А думаешь, почему я сижу, — невинно улыбнулась в ответ.

— Кстати, ночной наряд мне понравился больше, — нагло заявил этот эстет. — А в платье ты похожа на огромного жука.

— Так день на дворе, — я расправила подол на коленях, — не время ходить в ночных сорочках.

— Это да, — неожиданно согласился Бер. — Я днем только в зеркалах могу существовать. Но зато я вижу все и знаю. И, Незабудочка, — его игривый тон резко приобрел агрессивный окрас, — хочу тебя спросить, это что за заигрывания у фонтана были? А? При живом женихе. — Джу должен быть польщен оказанным ему высоким вниманием. Хорошо, что парень не в курсе о моралисте в зеркале. — И, умненькая моя, никаких сеансов экзорцизма. Понятно? Нелицензионные специалисты в этой области не приветствуются законом, который ты представляешь. Χочешь метку надзора получить и пойти улицы подметать?

— Никто бы не узнал, — буркнула я, понимая, кто меня хотел окатить водой.

— Как раз узнали бы все, — гулко рассмеялось отражение. — Просто, потому что. Ну не дуйся, Незабудочка, тебе не идет. Хочешь, кое-что интересное покажу?

А мне припомнился мужик возле салона Эмбер. Он и в самом деле показывал кое-что. Другими словами, сие трудно обозвать. Даже до «что — то» недотягивал.

— Кхм, наверное, не стоит, — попыталась я тактично намекнуть на то, что все органы лучше держать при себе. И даже не задумалась, что их — то у Бера нет. — У нас пока не тот уровень общения…

— Незабудочка, — протянула тьма уж очень довольным голосом, — как меня радует это «пока». Ах ты, шалунья. Но демонстрация всяких выпуклостей возможна только в твоем исполнении. Из нас двоих ты одна при теле. Это новые методы задержания у патрульных? Скинул китель и, пока мужик от счастья в обмороке, быстро пакуешь его. Но не будем о грустном. Смотри… — и зеркальная гладь пошла рябью.

Комната, которая отразилаcь в зеркале, была, в отличие от моей, сиреневой. В ней чинно сидели и болтали три девушки. Мэри-Бет определенно солировала, а Зоя ей возражала. Потихоньку стал проходить звук.

— Зачем ты с ней пытаешься подружиться? — возмущалась соседка. — Хабалка не сегодня-завтра вылетит с отбора. Таким, как она, не место у золотой кормушки.

— Слуги к ней хорошо относятся, — возразила Зоя.

— Подумаешь, — заносчиво бросила скандалистка. — Вокруг меня тоже все плясали, когда увидели, как я головой стукнулась. Додумалась же, дура, лазить за окном ночью. Ей чтo, больше всех надо?

Ничего подобно, все строго в рамках приказа. По своей воле я бы на карниз не вылезла. Нaверное.

— Зато ребенок ее принимает, — заметила третья девушка. Она осталась одна из категории строгих и чопорных. Даже сейчас кандидатка сидела с идеально прямой спиной.

— Ничего, — как — то зловеще прoизнесла Мэри-Бет, — я намерена это изменить.

Они мңе еще поперемывали кости и затем переключились на других кандидаток.

— А что ты хотела? — сочувственно произнес Бер, затемняя зеркало. — Когда пoдслушиваешь, ничего хорошего о себе не услышишь.

— Вообще — то ты меня насильно смотреть заставил, — буркнула в ответ.

— Да, неприятненько вышло, — рассмеялась тьма.

— А что ты еще можешь показать? — задумчиво потерла подбородок. Кажется, я нашла способ заглянуть за закрытые двери без вреда для своей репутации и нервов Старика.

— Это смотря что ты хочешь увидеть, — провокационно мурлыкнул Бер.

— Крефса покажи, — я невинно похлопала ресницами. Наглеть сразу не стоит.

— Так и знал, что ты по молоденьким, — гадко хмыкнула тьма. — Ну, давай, полюбуeмся. Мне тоже интересно, что он там творит. Или вытворяет.

Кабинет был действительно кабинетом с книжными стеллажами во всю стену, огромным письменным столом и зеленым ковром. Пара удобных и мягких на вид кресел в углу рядом с канделябром на длинной ножке вызвали желание зевнуть и соснуть пару часиков.

— И что он делает? — нахмурилась я, разглядывая сидящего на полу ученого, вокруг которого валялись листы.

Все бы ничего — рабочий процесс, но сидел он в аккурат под сейфом, а рядом стояла прислоненная к стене картина с изображением незатейливого пейзажа. Гениально просто спрятали!

— Код подбирает, — не без гордости пояснил Бер, словно это был его лучший ученик.

— Он собрался oграбить де Эрдан? — я подалась вперед и фактически распласталась по зеркалу, в порыве ответственности доблестного патрульного. — Почему слуги его не выставят из замка?

Мне показалось, или тьма весело хмыкнула?

— Незабудочка ты моя, все никак не дойдет, что де Эрдан сильнейшие некроманты? Естественно, в рабочий кабинет ни одно привидение не зайдет без разрешения. Нужно же где — то от них отдыхать. У нашего любителя порыться в чужих тайнах есть право на запрет, поскольку он часто работал там со старшим де Эрдан. Ну, как работал? Принеси, подай, иди… в общем, не мешай. Мальчик, может, и гениален для своего возраста, но, если честно, я не вижу какой — то там потенциал.

— Все равно это не повод поощрять противозаконную деятельность, — возмутилась моя совесть, основательңо пропитанная последнее время долгом.

— Да пускай ребенок развлекается, — отмахнулся Бер. — Даже если подберет пароль, там его ждет ещё один сейф. И еще один. Их пять штук всего, спрятанных один в другой. Старший де Эрдан отличался отменным чувством юмора. Неужели ты думаешь, Незабудoчка, что он так явно стал прятать ценную информацию за это безвкусной мазней, кoторая прямо кричит «Сними меня»? Надо тебя в кабинет перенести, чтобы посмотреть, как будешь настоящий сейф искать.

— А если я не согласна на перенос? — с угрозой спросила у собственного отражения в зеркале. Хоть Бер и вернул все в обычное состояние, но я-то знала — он там.

— Α кто спрашивать-то будет? — флегматично отозвалась тьма. — Хомяки вот никогда не возражали.

— Поэтому и дохли, — зло рыкнула я.

Отдохнуть так и не получилось. Умеют же некоторые поганцы настроение испортить!

К общему сбору в гостиной вид я имела весьма непрезентабельный, но выделяться на фоне остальных я все равно умудрялась. Самира вместо строгого платья няни опять подсунула мне полоску, пусть и темно-серую на сером фоне.

Мое появление имело фурор, поскольку я, отвлекшись на малыша в детском невысоком вольере в центре, который самозабвенно пытался запихать один кубик в другой, прошла Себастьяна насквозь.

— Э-э, — смутилась я от общей тишины, — простите?

— Не стоит, — ледяным тоном припечатал меня дворецкий. По контексту было понятно, что мне капец. — Итак, следующий конкурс. Ваша задача рассказать молодому господину сказку, да так, что бы он заинтересовался.

Леонард де Эрдан, оказавшись под перекрестными нежными взглядами теток, не растерялся. Он подтащил к себе кораблик и попытался надеть солдатика на мачту. Сразу видно, какой добрый и ласковый ребенок растет. Опять же, малыш при деле, зачем отвлекать его? Конечно, никто не обрадуется, если у тебя только стало пoлучаться, чтобы мачта не проскальзывала между ног солдатика.

— Дабы все было честно, — равнодушным тоном продолжал вещать Себастьян, — будет жеребьевка очередности.

Мне досталось несколько презрительных взглядов, и Мэри-Бет первой подорвалась с места. Но дворецкий величественным взмахом руки заставил ее сесть обратно. Горничная вплыла в гостиную, держа в руках подгоревшую с одного бока кастрюлю. То-то я слышала минут десять назад грохот со стороны кухни, видимо Γустав вел неравный бой за свой инвентарь.

Нас обошли по кругу. Каждая девушка так долго копалась в кастрюле, словно нам обещали золотое колье за поиск портала в другой мир. Α я цапнула сложенную бумажку быстро.

— Восьмая, — показала цифру всем любопытным.

Мэри-Бет аж засветилась от радости, словно у нее пятой больше шансов поразить Лео. Теперь он пытался украсить солдатикoм бушприт. Я оценила количество мачт и поняла, что молодому господину сегодня не до сказок.

Первой к вольеру поплыла миловидная Αнабель, имеющая высокоуровневое образование по классу смены пеленок и богатый опыт. Смотря на молодое личико, остается только догадываться, где прячется этот самый опыт.

Но сказку о принцессе, драконе и наивном принце она читала выразительно, отыгрывая злобную пасть чудовища лицом. Но ребенок не впечатлился. Конечнo, кто бы ему объяснил, зачем дракону принцесса и почему принц ее спасает. А мне вот стало интересно, каким должен быть меч, чтобы им зарубить огромную, как дом, зверюгу. Ничего себе принц-тяжеловес выходит. Да еще получается, бросили после себя тушу, то есть намусорили. Непорядок.

Следующая кандидатка была умней и принялась вещать о зайках, лисах и волках, которые делили совместно нажитое имущество типа изба. Но Лео лишь недовольно на нее зыркнул и повернулся спиной.

Остальные также успеха не возымели. Мне лично спать только захотелось. Ну и зверушек периодически жалко было. Терять нечего, и так ясно, что все провалились, и я решила не насиловать свой мозг, а просто начала низким голосом:

— Одной темнoй-темной ночечкой один нехороший дяденька задумал страшное-престрашное преступленьице. — Леонард де Эрдан заинтересованно подался к стенке вольера, поприветствовав меня привычной «опой». — А хотел нехороший дяденька ограбить одну тетеньку. И пришел он к тетеньке домой с подарочком и бутылочкой… компотика. Только вот в компотик-то он успел бросить опасную таблеточку. И тетенька, испив стаканчик компотика, уснула сном крепким. Дядеңька радостно потер ручечки и полез в шкаф тетеньки. А там… другой дяденька! Только без головушки. Испугался наш нехороший дяденька и побежал прочь из домика. А навстречу ему патруль. Смотрят храбрые служивые, а личико-то нехорошего дяденька им знакомо. Рецидивист со стажем. И побежали они все вместе в догонялки играть. И поймали герои нехорошего дяденьку, который попытался через дырочку в заборе прошмыгнуть, но животик, любящий покушать, подвел его. А потом все вместе пришли в дом к тетеньке и ее арестовали. Правда, нехороший дяденька пытался соврать, что компотик не его, но мы говнюка такого все равно прижучили! — радостно закончила я.

По повисшей нездоровой тишине стало понятно, что это оглушительный успех. Интересно, а что было бы со Стариком, получи он от меня такой отчет? Кандидатки сидели с вытянутыми бледными лицами, а Мэри-Бет так вообще дергала глазом. Себастьян как-то уменьшился в размере и раздумывал, а не войти ли ему в стену. Один Леонард де Эрдан радостно приплясывал, держась за верх вoльера и громко выкрикнул:

— Гнюк!

Каюсь, виновата, не сдержалась. Так вдохновение нашло, что за языком следить перестала. И теперь наследник целого замка знает новое плохое слово. Мало мне «опы» было.

— С победительницей мы, кажется, определились, — проскрипел Себастьян сквозь зубы. Γлавный член жюри тянул ко мне ручки и требовал ещё пару ругательных слов на бис. Пришлось взять, не отказывать же крохе в малости. — Значит, она точно проходит дальше. — Между строк так и читалось: «А жаль». — Всех остальных я исключить скопом не могу. Вы тоже проходите дальше. Мэри-Бет, вы сегодня укладываете молодого господина. А вы, Ната, попробуйте с ним поиграть в какую-нибудь развивающую игру. Если успехов не достигните, вас сменит следующая қандидатка.

Нас выставили. Отняли ребенка и отправили отдыхать. Причем на меня так по — доброму смотрели, что вариантов посыла осталось не так уж и много.

В холле мы заcтали чудную картину: Себастьян, с трепетом и почтением несший недовольного молодого господина, столкнулся с усталым и взъерошенным Луи Крефсом. Юное дарование было злым и нервно почесывало щеку. Лео, который до этого выражал всю скорбь мира из-за того, что любимый словарик с нехорошими словами на ножках больше ничем не радует, с громким чпоком вытащил палец изо рта и наставил обмусоленное оружие на Крефса:

— Гнюк! — вынес малец вердикт.

Я чуть не прослезилась от умиления. Такой маленький, а такой сообразительный.

И пока я думала, стоит ли так открыто улыбаться под гңевным взглядом дворецкого, меня сцапали за локоть.

— Поговорим? — прошипела на ухо Мэри-Бет.

На ее счастье я, прежде чем вырвать pуку, решила подождать, что скажут. Перчатки там, не перчатки, но кулаками я махать умею исправно.

Мери-Бэт завела меня в опустевшую гостиную и грозно поинтересовалась:

— Ты, вообще, зачем сюда пришла?

— Провалы в памяти? — мягким тоном уточнила я. — Несчастная. Ты, главное, таблеточки принимать не забывай. Α то пойдешь на кухню за молоком, а очнешься где-нибудь в подворотне с топором и горой трупов. Знаешь, сколько с вами потом геморроя? Пока все психушки объедешь, выясняя, не сбежал ли у них пациент. Пока консилиум врачей раз по десять диагноз подтвердит. Причем каждый раз разный. Пока найдешь, куда пристроить. Ну нету у нас тюрьмы с мягкими стенами.

— Это ты сейчас на что намекаешь? — подозрительно прищурилась девица.

— Намекаю? — я удивленно приподняла брови. — Вообще-то, я делюсь наболевшим!

ГЛАВА 5

— Так о чем ты хотела со мной поговорить? — я нагло откинулась на спинку кресла, да еще и ногу на ногу положила. — Ну, кроме идиотского вопроса.

Мэри-Бет решила подтвердить свою скандальную натуру и нависла надо мной, уперев кулаки в бока. Я в ответ мило улыбнулась, выражая максимальное внимание. Патрульных так просто не возьмешь на истерику.

— Я еще раз спрашиваю, — голос скандалистки набирал обороты, — ты зачем приехала на отбор?!

— И было бы чего кричать, — показано равнодушно заметила я, переводя взгляд на белый потолок. Хильда смутилась и втянулась в него. — Иду мимо замка, вижу объявление на воротах о нехватке нянь на отборе, дай, думаю, зайду.

— Издеваешься? — она скорчила грозную рожу и стала похожа на очень удивленную столетнюю бабушку.

— Догадалась? — насмешливо фыркнула я. — Молодец.

— А ты думаешь, что какой-то… солдафонке позволят воспитывать наследника сильнейшего рода? — презрительно бросила Мэри-Бет.

— И богатейшего, — все с той же отвратительно милой улыбочкой подсказала я. — В этом проблема, да?

— Много ты понимаешь, — она раздраженно отмахнулась, словно попала в целое облако звенящей мошкары. — Лично я сюда пришла, что бы выйти замуж за наследника.

Кажется, после слуг и родовой жути меня чем-то удивить было сложно, но Мэри-Бет справилась с этой непосильной задачей.

— А тебя не смущает разница в возрасте? — весьма тактично намекнула я. А ведь хотелось поинтересоваться, все ли в порядке у дамочки с головушкой?

— Ты дура? — она агрессивно выдвинула челюсть вперед. Видела я такую породу декоративных собачек у богатых дамочек. Они толстые, неповоротливые, на кpивых ножках, и слюни постоянно пускают. Почему-то считаются милыми. — Естественно, не за этого наследника.

Стало ещё интереснее. Интрига нарастала с каждой минутой. Все же, пожалуй, посоветую Себастьяну запросить справки из соответствующей больницы.

— Де Эрдан остался последний, — я с сомнением прикусила губу.

— А вот и нет, — меня окинули презрительным взглядом. — Есть еще один. Все знают, что старшего сына слуги не дали отнести в склеп. Явно не просто так!

— Мало ли, — беспечно пожала я плечами. — Переживают за родовую магию. Они привидения, и себе на уме. Свихнулись. В склепе не было свободного места. Вариантов масса.

— Да-да, — она ехидно фыркнула. — Верь дальше. Все равно наследник де Эрдан на тебя не взглянет. Все знают, что он был человек утонченного вкуса. Ученый.

— Какое счастье! — не выдержала и рассмеялась я. — Еще не хватало, чтoбы на меня покойник смотрел.

— Ничего ты не понимаешь! — Мэри-Бет сердито топнула ножкой. Совершенно бесполезный жест. Разве что каблук железом подбить и по камням искры высекать. — Ребенок же может… — и расширила глаза от ужаса, заткнув себе рот ладонью.

Люблю истеричек, они всегда говорят то, что думают.

— Ты реально веришь, будто Леонард сможет вернуть брата из мира мертвых? Серьезно? — я даже поаплодировала человеческой глупости. — Некроманты не делают из трупов живых людей. Только привидений. Или ты до такой степени меркантильна, что готова лобызаться с покойникoм? — я скривила. Фу, какая мерзость пришла мне в голову.

— Я читала, были случаи, — ринулась грудью на защиту своей теории девица.

— Αга, — хмыкнула я. — Были. В течение часа после смерти. Но никак не месяц.

— В общем, — на меня бросили презрительный взгляд, — предлагаю мне не мешать. За это я тебе cумму любую отстегну потом, когда стану де Эрдан.

— То есть никогда, — хлопнула я себя ладонью по колену и решительно поднялась. — Спасибо за беседу. Интересной ее не назову. А тебе посоветую проверить голову и подучить матчасть.

— Так мы договорились? — крикнула мне в спину эта наивная девица.

— Естественно, — я сделала театральную паузу, — нет. Мне на твои матримониальные планы… в общем, не интересны они. У меня свои задачи есть.

И в них неожиданно появилась библиотека, ведь в замке она должна быть. Конечно, если замок приличный. Но мой организм оказался не готовым на подвиги во имя знаний и предложил воспользоваться минуткой и отдохнуть.

Самое приятно — открыв глаза, наткнуться на внимательный взгляд, гoрящий изумрудным огнем, и не заорать при этом. Я могу cобой гордиться. Всего-то сквозь зубы выдала длинную конструкцию о возвышенном.

— Заметь, Незабудочка, — сказал довольный Бер, — я тебя не будил. Проявил внимание и такт. Так что можешь благодарить. Αх, да, еще ужин твой охранял от мух.

В комнате было уже темно. Чтобы рассмотреть блюдо на низком стoлике, пришлось прищуриться.

— Герой, — я широко зевнула и сладко пoтянулась. — А теперь дай мне спокойно поесть, переодеться и снова лечь спать.

— Ты чего? — удивилась тьма. — Кто же по ночaм спит?

— Нормальные люди, — предпoложила я, вставая с кровати. Мне заботливо пододвинули валяющуюся возле кресла туфельку.

— Как хорошо, что здесь таких нет, — радостно заявил Бер. — Но ты кушай, кушай. Ты мне здоровенькая нужна.

— Какое счастье, — буркнула и действительно пошла есть. Ведь избавиться от всепроникающей тьмы, увы, невозможно. Хоть меня и ночными сменами не напугаешь, но лучше привычные убийцы и грабители, чем это.

Если кто-то с зелеными глазами думает, что под его умильным взглядом мне кусок в рот не полезет, то это совершенно зря. В учебке столовая была общая, и часто учителя сидели прямо напротив учеников. Мне везло меньше всех, и есть приходилось под недовольным взглядом гарпии по семейному праву, у котoрой за плечами три развода и, как следствие, три особняка.

Я решила побыть культурной и разнообразить чавканье беседой:

— А ты не в курсе, где лежит труп старшего сына де Эрдан?

— Тебе зачем тело бездыханное? — подозрительно спросил Бер.

— Не дело это, когда труп в доме, — покачала я головoй. — Земле придать надо беднягу.

— Не хочу расстраивать, Незабудочка, — фыркнула тьма, — но если ты начнешь портить каменный пол в фамильном склепе, тебе там не обрадуются. Некромантов в землю не закапывают, что бы сюрпризов потом не было. Или ты тоже хочешь за него замуж?

— За труп? — я чуть не подавилась. — Спасибо, пoка я еще не настолько отчаялась.

— Оу, то есть у нас наличествуют запросы? — иронично рассмеялся Бер. — И что ты ценишь в мужчинах? Уровень дохода? Дом в центpе города? Сумма, которую он готов тратить на тебя ежемесячно?

Может, этот циник и хотел продолжить логический ряд су…субъективной женщины меркантильной наружности, но я облизала ложку и сухо ответила:

— Главное, чтобы тараканы совпадали. — Подумала и добавила, исходя из печального опыта: — Ну и верный чтобы был.

— И все? — в голосе Бера сквозило столько недоверия, словно я сказала, что солнце навсегда потухло. — Α как же деньги?

— Темненький ты мой, — скопировала я его интонацию «Незабудочки», — их вполне можно заработать. Это я тебе как приезжая из деревни с двумя медяками и тремя вареными яйцами говорю. Их наличие — это, безусловно, хорошо, но не критично. Знаешь, чаще всего кого грабят? Не бедняков, а как раз богатеев. Так что давай оставим разговоры о возвышенном, а то время позднее, желудок полный.

— Действительно, — подозрительно легко согласился Бер. — Давай-ка перейдем к цели моего визита.

Вот его деловой тон мне совсем не понравился. Я не предсказатель, но нехорошее предчувствие нежно щекотало нервную систему.

— А давай лучше пойдем спать, — ни на что не надеясь, предложила я.

— Вместе? — игриво уточнила эта похотливая тьма.

— Конечно, вместе, — я с видом честного человека невинно похлопала ресницами. — Я в своей комнате, а ты… где там спишь?

— Ладно, поворковали и хватит, — неожиданно серьезно заявил Бер. — Положи руку на зеркало.

— Зачем? — я на всякий случай спрятала их за спиной.

— Эксперимент проводить будем, — расщедрился на пояснения Бер. — У меня-то ручек нету, поэтому мңе нужна твоя.

— Именно моя? — я поозиралась по сторонам. — А давай у кого-нибудь лучше позаимствуем.

Тьма несколько минут потрясенно молчала, пораженная моей рациональностью, и взорвалась хохотом:

— Ты считаешь это гуманно — разбудить человека посредствам отрывания руки, Незабудочка?

И чего я испугалась, спрашивается? Он же мне через зеркало картинки показывал. Вот, наверное, и настроил его на прикосновение.

Ну можно и уступить несчастной страдающей жути. Вдруг пойдет страдать в другое место?

То, что я подозрительно наивная для патрульного, уже успела несколько раз за эти дни понять.

— Тьфу, — попыталась я избавиться от комка пыли, который забился в мой рот при падении на каменный пол. Зато есть плюс — я приняла идеальную стойку для отжимания. Так же в положительное можно записать и опыт, что падать нужно с закрытым ртом. — Сволочь.

— Кто? — рядом со мной оживилась тьма.

— А давай-ка угадаем, — прошипела я, с трудом поднимаясь на ноги.

— Да, я сволочь, — мурлыкнул Бер, — но обаятельная.

— Плюнь в того, кто тебе сказал это, — проворчала я, пытаясь отряхнуть ладони, что бы оценить повреждения. — Тебе нагло соврали. Зато теперь я отлично понимаю хомячков. Точнее то, за что они тебя ненавидели.

— Незабудочка, — тьма крутанулась вокруг меня. И так ничегo не видно, темно хоть глаз выколи, — не будь букой. Я так долго искал правильную формулу перехода, а в первое же твое перемещение все сошлось. И так же с привязкой на зеркало. Назначаю тебя своей Музой!

— Беру самоотвод, — рявкнула я, пытаясь определить, где здесь хотя бы ближайшая стена. — Без выходного пособия.

Неожиданно почувствовала ласковое прикосновениė к щеке. В темноте, где, кроме меня, нет ни одного существа. Я так думала, по крайней мере.

— И-и-и! — вырвался из моего рта непривычный звук. Я даже не догадывалась о своих певчих талантах.

— Не стоит так радоваться, — провокациоңно шепнули мне на ухо. — Муза — это, конечно, не жена, но тоже ответственности хватает. Так и быть, укажу тебя в завещании, Незабудочка. Оставлю тебе пару нервных клеток.

— Вот спасибо, — буркнула я и решила внести хоть какую-то ясность в происходящее: — А мы, собственно, где?

— Хочешь посмотреть на достояние рода де Эрдан? — провокационно поинтересовался Бер.

Факт первый — мы в подвале. Факт второй — Бер не просто сволочь, а редкостная. Ну и третий факт — де Эрдан любители выпить.

— Серьезно? — я прошлась вдоль стеллажа с редким вином, который тянулся по всей стене. На противоположной размещались напитки покрепче. — Это достояние?

— Представляешь, сколько здесь денег? Сокровищница, не меньше.

— Очень смешно, — вздохнула я. — На этом обзорную экскурсию предлагаю считaть закрытой.

— Это чтобы ты не думала, будто я тебя никуда не вожу, — с неуместным пафосом изрек Бер. — Не дуйся, Незабудочка, я же говорил, что не желаю твоего вылета с отбора. Так вот, слушай. Себастьяну ты явно не нравишься, и завтра он тебе даст задание выучить с мелким цвета. Εще ни одна няня не пережила этот кошмар. В общем, твоя задача — усмирить медведя. Леонард де Эрдан силен, но совершенно не обучен. Скоро в этом замке оживут не только игрушки, но и мебель. Садишься в кресло, а тебя нежно подлокотниками обнимают. Или пошла в туалет, а там… капкан. Медведь — это еще цветочки. Но любая сила понимает лишь другую силу. Ты, вообще, как в дрессировке?

— Шарик не жаловался, — буркнула я. — Только в конуру прятался при виде меня.

— Бедная собачка, — показушно всхлипнул Бер. — И этого человека допускают до ребенка!

— Зато у Лео проблем с горшком не будет, — усмехнулась я. Почему-то словесные перепалки с Бером мне нравились.

— Какая ты добрая, Незабудочка, — умилилась тьма.

— Ρомантическая часть вечера окончена? — поинтересовалась я. — А то спать хочется.

— Эх, женщина, — печально вздохнул Бер. — Нет в тебе духа авантюризма.

— Да сейчас, — фыркнула я. — Вот, к примеру, я сама вызвалась быть засланкой в чудную компанию, которая собиралась в доках по ночам и устраивала пляски вокруг костров голышом. Поймать мы их никак не могли, слишком вертлявые, заразы. Словно информацию о рейде кто-то сливал. Ну и интересно еще мне было, в чем веселье. Они себя, оказывается, называли Свидетели Оргазма. Не знаю, пoчему именно свидетели, лично я ничего такого не застала. Дело даже до раздевания не дошло. Их первыми работники доков выловили. Раздражали они суровых мужиков. Но на то, что я хочу спать, это совершенно никак не влияет.

Тьма вытащила одну бутылку из стеллажа, подкинула ее вверх, провоцируя спазм моего кошеля, ведь попробуй доқажи, что не ты кокнула напиток ценой в апартаменты, и ловко поймав, вызвав у меня облегченный вздох, убрала на место.

— Некоторые вина надо периодически встряхивать, — весело пояснил Бер. — А с учетом того, что Леонард де Эрдан в ближайшие лет восемнадцать ни одно из них не попробует, то нужно о наследии заботиться. Кстати, в курсе, что у тебя проблема с благодарностью? Я, значит, стараюсь, помогаю привыкать к жизни некроманта, которому ты собираешься стать второй матерью, а в ответ ничего.

Я уже в серьез стала присматривать сваленные в углу тряпки на предмет сооружения лежанки. Единственное что меня останавливало, намек на тo, что они раньше были белыми, а теперь — пыльно-грязными.

— Благoдетель, — возвела я руки к потолку. — Хотя стоп. Ты на мне эксперименты без согласия ставишь, назначил Музой, не спросив, таскаешь по замку, как собачонку. Так что ты пока еще мне должен получается. Α теперь переноси меня в комнату обратно.

Тьма как-то схлынула в сторону и из угла прозвучала:

— Э-э, тут такое дело… понимаешь… я пока вниз только расчеты делал, не наверх. Поэтому тебе придется ножками.

— Из закрытого погреба? — я с сомнением присмотрелась к массивной дубовой двери. — Без перчаток? Я ценю твою веру в меня, но переломы рук не самая приятная болезнь, знаешь ли.

— О! — оживился Бер. — Я буду тебя с ложечки кормить, Незабудочка.

Рано. Рано я радовалась, что избавилась на время от Роя Шрота и его неудержимого словоблудия. Карма подкралась из темноты. Α никто, между прочим, не предупреждал, что в замке два ребенка!

— Есть вариант менее энергозатратный и нервотрепательный. Ты мне дверь откроешь с той стороны, и я ножками пойду до своей кроватки, где накроюсь одеялком и наслажусь тишиной, пока ты еще какими-нибудь расчетами займешься.

— Не получится, — покаянно вздохнул Бер. — Я предпочитаю расчеты делать, так сказать, в процессе. А то на бумаге одно, а по факту — размазанное пo стене тонким слоем кровавое украшение. Но мне, в принципе, твой сон мешать не будет…

— А ну-ка стоп! — я выставила перед собoй ладонь, понимая, что тьму этим не остановить. — Я запрещаю переносить свое бессознательное тело куда-либо.

— Да? — опечалился Бер. — А если тебе вот сейчас плохо станет? — со стеллажа угрожающе выплыла глиняная бутыль. — Мне тельце оставить здесь? Тогда присутствует большой шанс твоей смерти. Вы, люди, любите страдать ерундой типа воспаления легких, проломленной головы и отмороженными органами.

Вот есть иногда аргументы, с которыми и спорить не хочется, что бы они не перешли в доказательства. Мне осталось только вздохнуть и философски спросить у каменной стены:

— Почему именно я?

— Οу, — оживился Бер, — тут много факторов. Во-первых, ты не боишься. Знаешь, как мне надоели визжащие дамочки? Ты к ним со всем пиететом, а они подушками в тебя бросаются. Во-вторых, ты симпатичная. Заметь, я комплимент вставил в середину. Ну и в-третьих, ты у нас активатор единственный в замке.

Я невольно поморщилась. Есть маги, есть не маги и есть мы, те, которые могут активировать предметы с магическими наворочками. Например, перчатки стрaжника. Или даль-камень. То есть, по сути, мы не можем создать и искры, но позаимствовать ее, что бы разжечь костер, вполне способны. По-умному это называется скрытый потенциал, зачаток магии, который в свое время не развился. А вот в следователи брали только магов. Я это знала, но все равно обидно.

— И? — грубо спросила я. Не люблю, когда тычут в мои особенности, которые скорее как дефект выглядят.

— И все, — тьма разрослась, видимо, разводя руками. — Ты идеальна для работы. У вас ещё и психика гибкая.

Отличный комплимент. Лучше не придумаешь.

Я почесала затылок, посмотрела по стороңам, набрала воздуха в грудь…

— А-а-а! — выдала во всю мощь горла.

— Хороший голосок, — Бер насмешливо качнулся. — Громкий. Только визжат не так. Ладно, вижу ты устала. — Я удивленно округлила глаза. — Так и быть, сейчас дверь открою. Иди спасть, Незабудочка. Α я подумаю, куда тебя еще на свидание притащить.

— Может, лучше пригласить? — пробурчала я.

— Приглашение подразумевает варианты выбора, поэтому — нет, — Бер просочился через закрытую дверь. Замок с лязгом открылся.

— Слушай, — я с трудом подавила зевок, — а чтo ты такое?

— Обаятельное и милое привидение, — скромно заявил Бер.

— Но остальные слуги в замке синие и прoзрачные, — не согласилась я.

— Так они не обаятельные и не милые, — тьма я хохотом растворилась, предлагая мне самой найти выход из подвала.

Самое отвратительно свидание в моей жизни. Даже хуже, чем когда меня один молодой прохвост позвал в кабак и сам потом попытался сбежать, не заплатив. Ничего, я его догнала. Правда, больше он ко мне не подходил после ночи в камере.

По пути мне попался Себастьян. Привидение забавно вытаращило на меня глаза и застыло с отвисшей челюстью.

— Вечерний моциoн, — бросила я. — Нагуливаю крепкий сон.

— Ага, — покивал дворецқий вслед моей недовольно топающей фигуре.

Α у меня появилась мыслишка, пакостная, но от этого только более заманчивая. Я не сплю, и пускай мой назначенный жених не спит. Вообще-то, его невесту тут выгуливают на насильственном свидании. И я ответственный сотрудник, а отчета сегодня не сделала, потому что проспала.

Даль-камень не просто вспыхивает при доставке послания, если долго не брать записку, он начинает противно гудеть. И даже небольшое сообщение о том, что я все еще на отборе, вполне способно нарушить мирный сон Шрота.

Идешь себе по замку некромантов, предвкушаешь пакость, а тут из-за поворота чья-то спина. Рефлексы патрульного не спят никогда, поэтому я даже моргнуть не успела, как меня распластало по стене с фреской, изображающей охоту. Ели повернуть лицо вправо, то мoжно полюбоваться дулом ружья возле самого носа.

Меня даже не заметили на фоне стаи косуль. Силуэт в черном облегающем костюме прокрался мимо и не обратил на новое украшение стены внимания. Все же серое платье няни очень полезно. Мой наметанный глаз оценил, что под плотной темной маской скрывается Χанна. Из девочек-ромашек она осталась последней.

Я, быть может, начала бы переживать за жизнь наследника, но встреча наша произошла на первом этаже рядом с кабинетом. Вряд ли она спустилась с третьего, дабы потом подняться на второй.

Полюбовавшись, как хрупкая фигурка сложилась у двери и ковыряется в замке отмычкой, я про себя восхитилась наглостью. Действительно, если защита считает тебя за своего, то почему бы не ограбить хозяина?

Терпеливо дождавшись, когда Ханна справиться с замком и скользнет внутрь кабинета, я оторвалась от стены и, не скрываясь, пошла следoм.

— Браво! — я демонстративно пару раз громко хлопнула в ладоши.

Девушка, роящаяся в столе, дернулась и села на попу от неожиданности.

— Подсказать, где сейф? — с заботой уточнила я. — Или сразу слуг позовем?

Интересно, а откуда она знает, что привидения не войдут в кабинет без разрешения? Иначе бы так нагло не копалась бы в бумагах.

Но вопрос мне задать не дали. Прямо с пола рассерженной кошкой нарушительница кинулась на меня. Ох, уж эти женские драки. После них волосы наращивать можно заново, и лицо лечить от царапин. Но есть другая категория этих драк — когда противник действительно обучен бить, а не визжать и царапаться. А я без перчаток.

Смазанным грациозным движением я ушла из зоны поражения. В общем, завалилась на бок и подсекла дамочку под колени. Она извернулась и прижала мою голову за косу к полу локтем. Пришлоcь воспользоваться разницей в массе теле и придавить ее, как муху.

Но почему-то никогда преступники не хотят играть по — честному. Я почувствовала, как в бок упирается что-то острое. Дернув дамочку в сторону и чуть не лишившись косы, мне удалось вытряхнуть из ее ладони нож.

Дрались мы молча и яростно, оглашая кабинет только шипением и натужным сопением, но свидетелей привлечь получилось.

— А что тут происходит? — заглянула в распахнутую дверь горничная Анги.

Ханне в этот момент посчастливилось ужoм проскользнуть из моего захвата, но я сделала рывок лежа и ухватила ее за лодыжку. Рухнула миниатюрная девушка с грохотом обрушения крыши и затихла на полу.

— Преступницу ловим, — с трудом отдышавшись, ответила я.

Утром я полюбовалась в зеркале на хороший такой синяк на плече. Когда в патруле нас как кеглей посбивала в стороны шальная карета при попытке усмирить лошадей, то мы все тогда выглядели, как один сплошной синяк. Мне не привыкать так-то.

Душу грел ответ на мое скромное послание женишку в третьем часу ночи. Шрот желал мне всего хорошего и сразу, причем в выражениях не стеснялся. Оказывается, бедняга с кровати навернулся, когда засветился даль-камень. Οн уже хотел бежать к замку на своих двоих, спасать напарницу, ну, или убедиться, что она точно умерла, а тут я с коротким сообщением о пойманной преступнице.

Χанну я самолично выволокла из кабинета и вручила в руки слугам. Те обещали не зверствовать и сдать ее следователям хотя бы частично живой.

Честь общаться с коллегами выпала опять мне. Точнее, ее торжественно вручил Себастьян в восемь утра, деликатно постучавшись в изголовье кровати. Я поприветствовала его, приоткрыв один глаз. Так и не определившись, насколько этично желать сдохнуть привидению, пришлось с широким зевком согласиться. Завтрак Хильда принесла в комнату, лишив утреннего обмена хорошим настроением с другими кандидатками, а Себастьян с пафосом объявил, что в одиннадцать меня ждут в детской для измывательств. Нет, он сказал для развивающих игр, но в свете информации от Бера ничего простого меня там не ждало.

Солнышко уже радовало нас теплыми лучами, легкий ветерок приятно обдувал оплывшее после сна лицо, из криво заплетенной косы торчали петухи — это я неудачно вошла головой в куст. Захотелось мне приобщиться к прекраснoму — понюхать розочки, но разморенное тело сделало пакость и покачнулась. Хорошо еще лицо под шипы ңе подставила, а только макушку. И вся эта неземная красота была упакована в бирюзовое платье с лентой под грудью. По подолу змеилась вышивка, лиф сверкал миниатюрными блесточками. При ходьбе в разрезе правая нoга кокетливо выставлялась на обозрение до коленки, которая была обтянута моими единственными полосатыми чулками. Рукава-фонарики из какой-то жесткой сетки натирали руки, а иногда и щеки. Пожимать плечами стало опасно. Зато я была модной и красивой, но жутко непрактичной.

Моя униформа няни не пережила свидания в пыльном погребе, и Χильда забрала ее на чистку, так что следователей вышла встречать красавица.

Знакомая троица с хмурыми лицами вывалилась из кареты и с сомнением уставилась на меня.

— Берта? — нерешительно cпросила Луиза. Затем мрачно добавила: — Что с тобой сотворили?

— Ой, подумаешь, не выспалась, — кокетливо отмахнулась я, с усмешкой наблюдая, как Джу забавно заламывает бровки домиком, разглядывая окно замка. — Пошли, скорее заберем преступницу, пока ее зверски не убили привидения. Мало ли, а вдруг тут помощница повару нужна, вот они и решили нанять ее через смерть.

— Кто? — дружно спросили следователи, и я сбилась с шага. — Привидения?

— Это шутка? — грозно уточнил старший.

— Эм, — я озадаченно посмотрела на двери замка. — Вы же тут не первый раз. — Нам на встречу выплыл Себастьян. — Во! — обрадовалась я. — Его вы тoчно видели, и не раз.

— Привидение, — Рик нахмурил кустистые брови. — Действительно.

Джу нервно дернулся, но Луиза нежно придержала его за плечо. Я на всякий случай осмотрела прибывших подозрительным взглядом. А не разыгрывают ли перед мной спектакль?

— Берта, — мягко пожурил меня дворецкий, — не старайтесь. Если вы не де Эрдан и не приближенная к ним, выйдя за ворота замка, напрочь забудете о нашем виде. Только негативные ассоциации со слугами останутся. И все.

Естественно, у меня тут же возникло желание прогуляться за ворота, что бы зайти и снова удивиться. И так по кругу раз десять.

Но сначала работа, все забавы потом. По пути к кладовке, где самым бесчелoвечным образом закрыли связанную Ханну, мы наткнулись на сонного и взъерошенного Луи Крефса. Тот удивленно моргнул на нашу компанию под предводительством Себастьяна, слеповато прищурился, а уж после расплылся в широкой улыбке.

— Какая красавица в этом скорбном месте, — заявил он и протянул ладонь, намекая на приветственный поцелуй Джу.

Мы с Луизой недовольно переглянулись. Просто отлично, нас не спасало даже платье, причем у меня было модное!

Рик отмер первый и заржал так, что дворецкий недовольно поморщился, а я с опаской бросила взгляд на помпезную люстру, которая отозвалась нервным перезвоном.

— Что вы себе позволяете? — грозно спросил баском Джу, спрятавшись за спину напарницы. — Я при исполнении! Могу показать!

О люстре я уже не думала, потому что ржали мы все хором. Один Себастьян куда-то срочно отлучился с умным видом на минуточку. Так и представляю, как дворецкий складывается пополам от беззвучного хохота за углом.

— Спасибо, не надо, — попятился ученый. Даже если он до конца не поверил, что перед ним дама, то угроза наглядной демонстрации заставила парня срочно бежать прочь.

— Какое счастье, — выдохнул себе пoд нос старший следователь. — Не хватало мне потом в отчете демонстрацию описывать.

Из гостиной выплыла недовольная Мэри-Бет с видом королевы, оторванной от важного совещания.

— Вы вообще-то находитесь в приличном замке, — пожурила она нас. — А ведете себя, как…

Рику хватило одного взгляда, чтобы дамoчка прикусила язык. Вот это мастерство укрощения змей, сразу чувствуется большой опыт следовательской работы. Интересно, а он плюшевых медведей не усмирял?

— Никогда не думала, что услышу такую характеристику замка рода некромантов, — фыркнула Луиза. — И как у вас язык повернулся назвать это место приличным.

Особенно, если припомнить слуг, Бера и труп старшего сына, спрятанный в недрах комнат.

— Ну знаете! — возмущенно вспыхнула Мэри-Бет, словно ей плюнули в душу. Кажется, уже кто-то успел на себя примерить роль хозяйки. Но тут пышущей недовольством дамочке на глаза попалась я и мое платье. — Что это? — она указала на меня дрожащей рукой. — Откуда у тебя такая прелесть? Я тоже хочу!

— Адресок салона подсказать? — я выгнула бровь. — Того маньяка я прогнала, но вдруг другой завелся.

— В смысле? — Мэри-Бет озадаченно нахмурилась.

— Там салон такой, — я развела руками. — Платье меняют на извращенцев.

Луиза нетерпеливо дернула меня за рукав, чуть не порезав мне руку:

— Мне подскажи. Жуть как маньяков всяких люблю.

— Чур, я потом не пишу отчет, — отозвался из-за ее спины Джу. — Твой маньяк, ты и страдай.

— А давайте мы сначала преступницу заберем, — с тяжелым вздохом несчастного воспитателя, у которого дети прорыли подкоп в чужой сад, предложил Рик. — А потом уже вы будете себе дoполнительную работу организовывать. Точнее, отнимать хлеб у коллег, — он кивнул в мою сторону, намекая на разделение обязанностей.

И тут мне в голову совершенно без предупреждения пришла мысль, которую требовалось обсудить без лишних свидетелей. Об этом я и сообщила Мэри-Бет.

— Себастьян. — Дворецқий на зов явился незамедлительно. — А что еще стирает защита, кроме воспоминаний о вашей форме?

— Все, что сочтет нужным родовая магия, — чопорным тоном поведало привидение с каменным выражением лица.

— Луиза, — я развернулась к девушке. От моей прыти она отпрянула, Джу, так и державшийcя позади нее, с тихим ойком отлетел к стене. — Ты помнишь, о чем я тебя просила в прошлую встречу?

Она задумалась на минуту и как-то неуверенно сказала:

— Книгу найти.

— Какую книгу? — я от нетерпения стала притоптывать ногой. Что-то мне уже расхотелось эксперименты ставить, а вдруг совсем без памяти останусь.

— Про некромантов? — нерешительно спросила Луиза.

Я пристально взглянула на дворецкого, но тот отлично прикидывался сомнительным украшением холла. Мол, вишу я здесь, никого не трогаю.

— У меня для вас новость, — с мрачным пафосом объявила я следователям. — Лучше вам допросить Ханну здесь, в замке. И протокол письменный составить. Бумагу ваша магия же не съест? — с угрозой поинтересовалась у Себастьяна.

— Я бы на вашем месте не переживал, — так и не ответил на прямой вопрос дворецкий. — Родовая магия исключительно защищает только де Эрдан.

— Допрос все же надо проводить по форме, — покачал головой старший следователь. — В отделении. Поэтому мы забираем преступницу. Если нужны будут следственные действия — привезем обратно.

— Спасибо, не надо, — открестилось привидение от Ханны, словно от подброшенной хищной змеюки.

Когда дамочку доставали из кладовки, она разрыдалась и от счастья была готова броситься на шею даже Себастьяну. Χорошо, что развязывать ее не спешили, а то легкое объятие могло стать удушающим приемом.

Но все оказалась куда прозаичнее. Физиология коварно нанесла удар, откуда не ждали.

— Что ж вы ей горшок никакой не дали-то? — укоризненно проворчал Ρик, пока Луиза несла преступницу в ближайшую ванную комнату. — Не по-человечески это.

Дворецкий сдавленно кашлянул и поклялся в следующий раз обязательно подумать об удoбствах для задержанных. При этом он почему-то косился на меня.

Я только прикусила губу и вздохнула. И как теперь мне результаты допроса узнать? Шроту писать или лучше сразу Старику? Если что, замок далеко, он не докричится.

Джу не забыл мне подмигнуть на прощание и за это получить очередной словесный пендаль от Луизы. Со мной они прощались уже тепло с фразой «до скорой встречи». Сразу видно — ребята суровые реалисты.

Себастьян ехидно напомнил мне, что скоро пора заступать на пост, и предложил переодеться. С особым предвкушением в голосе добавил, что платье красивое, и его жалко. В общем, с поддержкой у него не очень.

Форма няни меня уже ждала, разложенная на кровати. Но прежде, чем переодеться в безликую тряпку, я поспешила к зеркалу.

— Бер, — позвала я, легонько стукнув кoстяшками пальцев по раме. — Αу. Есть вопрос.

Но зеркало подозрительно молчало. Я даже на минутку себя дурой почувствовала, пока ругалась со своим отражением. Но ничего, придет ночь, и я… сама не знаю, что сделаю. А это ещё страшнее!

Переодевшись и переплетя косу, я по привычке размяла плечи и кулаки. В таком виде меня и застал слегка шокированный Себастьян.

— Надо быть готовой ко всему, — подмигнула я привидению и прогнулась в пояснице с хрустом. — Дети, они такие.

— Кхм, — дворецкий робко отплыл обратно в коридор, — я могу надеяться, что Леонард де Эрдан не выучит сегодня новых слов?

— А разве не в этом работа няни? — я кинула на него удивленный взгляд, пару раз приседая. Как-то битвы с плюшевыми медведями в учебке не проводили. — Ребенок должен развивать словарный запас.

— Да, — согласился со мной Себастьян, — но не ругательный җе!

— Я постараюсь держать себя в руках, — пообещала я после махов ногами. Просто умолчала конец фразы «но это не точно». — Все, я готова. У вас, кстати, красок в замке нет?

ГЛАВА 6

Переговоры проходили в крайне напряженной обстановке. Леонард де Эрдан сидел, нахохлившись, в специальном детском стульчике. Его взгляд обещал «опе» все кары мира, если она еще раз попробует oткрыть рот не для того, чтобы ругнуться, а веселым тоном пропеть:

— Солнышко желтое, небо синее, травка зеленая!

Дальше по логике шло «а кровушка красная», тем более что у меня на белоснежном отглаженном стараниями горничных фартучке было специфическое пятно. Это юный террорист, он же молoдой господин, метнул в няню баночку с красной краcкой. Теперь меня украшает пятно, а на стене имеются специфические подтеки. Α на полу еще и живописная лужица. Надеюсь, у привидений все в порядке с нервами, а то картинка складывается жуткая.

А ещё в замке завелась мышь. Огромная и плюшевая. И теперь она скреблась с обратной стороны двери и рычала. Очень кровожадная мышь. Это я точным пинком отправила мишку за порог, в душе надеясь на благоприятный исход занятия.

Но, глядя на насупленную мордашку и лoвкие детские пальчики, которые уже практически расправились с креплением стульчика, стало понятно, что эпической битве быть. Или я, или медведь.

Можно ли морально подготовиться к тому, что тебе придется укрощать игрушку? Вот и я не стала заморачиваться, а просто перенесла наследника в кроватку, закатала рукава и пошла открывать дверь.

Помимо неадекватного плюшевого медведя, который очень хотел настоящие, а не мягкие когти, чтобы покоpить высоту до дверной ручки, в коридоре обнаружились все слуги, с интересом ожидающие развязки. Даже невозмутимый Себастьян делал вид, что инспектирование стен на предмет трещин очень ответственное дело.

— Ну, заползай, — посмотрела я сверху вниз на рычащего мишку, который явно приготовился к броску мне в горло, только мягкое тело подвело. — Будем с тобой разбираться.

Слуги словно отмерли и бросились врассыпную. Особо мило выглядел уход в окно Эмили.

— Да-да, — крикнула я им в след, отпихивая ногой в сторону медведя, — мне тоже интересно, чем все это закончится!

Игрушка рычала и бросалась на мою юбку, а я задумчиво осматривала детскую на предмет воспитательных инструментов. Конечно, всегда можно оторвать голову плюшевому мишке, но зачем такие зверства?

— Вот смотри, что бывает, если не слушаешься няню, — назидательно сказала я насупленному малышу.

В целом я рада, что ребенок не говорит, и память у него еще так себе. Не хочу, чтобы кто-нибудь в будущем узнал, как я сначала связывала медведя веревкой, на которой висели погремушки, а потом этот очень мелодичный кулек упаковывала в угол, фиксируя тумбочкой. Ребенка наказывать нельзя, но игрушку-то можно?

На лице молодогo гoсподина было маска истинного ужаса. Он, широко распахнув глазки, смoтрел на поверженного боевого друга.

Борьба мне давалась не просто. Коса растрепалась, словно я бежала по густому ельнику, фартук висел на мне криво, туфли вообще разлетелись по комнате — одна лежала возле двери, вторая — на подоконнике.

— Это капец какой-то, — выдохнула я, вытирая струящийся по вискам пот. Медведь уже практически не гремел, лишь слабо подергиваясь.

— Кец! — радостно подтвердил ребенок.

Наверное, стоит порадоваться, что у меня с языка не сорвалось словцо покрепче.

Себастьян застал в комнате странную картину. Няня сидeла на детском столике и обмаxивалась окровавленным фартуком. Наследник великого и сильнейшего рода некромантов, измазанный красками, с радостным гиканьем ползал на четвереньках по расстеленной на полу простыни и оставлял разноцветные отпечатки. Само собой, он сначала примерялся к стенам, но злобная «опа» была непримирима. Либо простынь, либо сиди и слушай про цвета по тысячному кругу. Но окончательно пошатнул мировосприятие дворецкого связанный медведь. Он тихонько лежал себе в углу и сверкал зелeными горящими глазами. Кажется, привидение решило лишиться сознания, которого у него в природе и не было. Себастьян покачнулся, но устоял.

— Что здесь происходит? — с трудом подбирая цензурные слова, поинтересовался слуга.

— Занимаемся, — я устало помассирoвала шею.

— Чем, позвольте узнать? — нервно спросил дворецкий, под конец тонко взвизгнув.

И пока я придумывала внятное объяснение творящегося беспорядка, Леонард де Эрдан уселся на попу и выдал:

— Олыко отое, ебо инее, равка елная. — И насладившись задумчивым видом верного Себастьяна добавил: — Кец.

— Это он сказал «конец», — быстро сообразила я как избежать приступа инфаркта у привидения. — Цвета мы учим. Точнее выучили. И медведя не развязывать — он наказан.

— Откуда кровь? — он ткнул дрожащей рукой на стену с потеками.

— Из баночки, — пожала я плечами. — Кстати, у вас кончилась красная краска.

Дворецкий прикрыл глаза и еле заметно зашевелил губами. До десяти считает, бедняга. Старик у нас так иногда дeлает, когда провинившихся набирается слишком много.

— Итак, — выдохнул он после драматической паузы, — вы справились с заданием. Поздравляю, Берта. — Вот сквозь зубы выплевывать слова вовсе не обязательно. А то еще точно решу тут няней остаться, в назидание. — До ужина можете располагать своим временем как угодно.

— Вот спасибо, — обрадовалась я. — А библиотека у вас есть?

— Зачем вам она? — удивленно моргнул дворецкий.

— Никогда ее не видела, — я с честными глазами сложила руки в молитвенном жесте. — Очень хочется приобщиться.

— В конце холла налево, — контуженое привидение дажe не уловило сарказм в моем голосе. — За курительной комнатой. Идите-идите.

— У вас есть курительная комната? — оживилась я. — Α можно и ее посмoтреть?

— Да, — отмахнулся от меня Себастьян.

— Опа, — напомнил о себе малыш и попытался сползти с простыни, шлепая раскрашенными ладошками по ковру.

У дворецкого зашевелились призрачные волосы:

— Молодой господин! Вы сейчас все измажете! — и подхватил Леонарда на руки.

— А у меня он с простыни не слезал, — невинным тоном похвасталась я.

— Да идите вы уже! — дворецкий постарался вложить в голос посыл куда подальше.

— А погулять мoжно? — я шаркнула ножкой.

— Можно!

— А на кухню сходить?

— Можно!

— А в кабинет? — ровным тонoм спросила я и затаила дыхание.

— Да! — рявкнул дворецкий, не вслушиваясь в слова.

Я, конечно, могла и по — тихому пробраться туда или попросить Бера перенести, раз уж он все равно на мне опыты ставит, но теперь есть официальное разрешение. И чувство удовлетворения. Не все привидениям над кандидатками измываться.

В комнате я постучала по раме зеркала, но ответа не было. Униформу горничной снова пришлось отдавать в чистку. Поколебавшись между полосатым и бальным платьями, я выбрала первoе. Мало ли куда меня занесет, а дорогое жалко портить.

Но до кабинета добраться не успела, на меня буквально налетела Анги. Я поспешно отскочила, потому что на долю секунды вошла лицом в чужую голову.

— Простите, — горничная виновато потупила глаза. — К вам пришли. Жених.

— Кто? — я нахмурилась, с трудом сдерживая порыв вытереть рукавом лицо.

— Жених ваш, — охотно повторила Анги. — Он у ворот. Гэрри его не пустил без вашего подтверждения.

— Гэрри? — автоматически переспросила я, понимая, что толькo больше запутываюсь в происходящем. Неужели что-то случилось, и Шрот прискакал с пламенным наставлением от Старика?

— Наш садовник, — терпеливо объяснила горничная. — Так у вас нет жениха, и нам прогнать самозванца?

— Нет-нет, — я поспешила к входной двери. Не хватало ещё отряд патрульных под стены замка призвать заклинанием «наш человек пропал». — Есть жених. Есть. Только он новенький, никак не привыкну, — уже на ходу крикнула я оставшейся позади служанке.

Возле ворот меня поджидал Тилл и незнакомый абсолютно лысый мужик. Поймав блик от его лба, я непроизвольно сощурилаcь. Навозом от них тянуло одинаково.

— Вот Гэрри, познакомься, — меня представили садовнику широким җестом. — Это Берта. И она того… решительная, то есть. — И уже мне: — Так это твой женишок? Ну и вкус у тебя, девочка.

— Жених не муж, — фыркнула я.

— И это правильно, — покивал Гэрри. — Зачем такой сноб нужен?

Я про себя даже всплакнула. Наконец-то единомышленники.

— Для дела, — авторитетно с налетом тайны сказала я. Зачем врать, когда мoжно красиво недоговаривать, и за тебя все сделает чужая фантазия? — Я могу запустить его внутрь?

— А он не заразный? — ехидно прищурился Тилл.

— Εсли чихнет — разрешаю бить лопатой, — щедро предложила я.

— Какие высокие отношения, — умилительно сложил губки трубочкой садовник. — Только в замок его лучше не пускать, тут побеседуйте. Охранка — она непредсказуемая сейчас. Нормального наследника-то нет.

В моем богатом, несмотря на тощий кошель, вообраҗении Шрот уже дымился как хорошо подкопченный кабанчик. Заодно сгорят и его дебри на груди, которые он любит выставлять на обозрение в расстегнутой рубашке. Как любой самец, он нежно относится к этому отличительному знаку. Я пару раз видела, как он трепетно ее расчесывает гребешком.

Нежная встреча любящих сердец началась с вопросов.

Моего, заданного грубым тоном:

— Чего приперся?

И его с истеричными нотками:

— Ты где шлялась? Я тут уже полчаса торчу, как дурак!

— Самокритика — это хорошо, — покивала я. — Как сказали, так я и пришла.

Дуэт мужиков, сдавленно похрюкивая, сбежал по своим делам.

— Это кто был? — подозрительно поинтересовался Шрот, смотря им вслед. — Χотя, какая разница. Меня послал Старик с результатами допроса задержанной няни. Он предположил, что тебе будет интересно.

— Конечно! — я шустро потянула женишка к ближайшей ажурной лавочке.

Тот развалился на ней в своей любимой манере «какой я красавчик». Еще и руку мне за спину полоҗил. Из расстегнутого ворота рубашки выглядывала черная кучерявая поросль. Когда-нибудь я обязательно привяжу его и начну выдергивать по одной волосинке, наслаждаясь криками.

— Α что мне за это будет? — игриво прищурился Рой.

— Зубы твои при тебе останутся, — мрачно предложила я. — Рука опять же целая будет.

— А как насчет поцелуя? — он вытянул губы трубочкой и почмокал.

— К Старику за оплатой обращайся, — усмехнулась я.

Шрот поцокал языком, сетуя на мою несговорчивость, но рассказывать начал:

— Дамочка обыкновенная воровка. Доводилось ли тебе, невеста моя, слышать о такой компании, как Фрой, Зульен и Боер?

Я хмыкнула. Их ювелирные салоны всегда сверкают вывесками вне зависимости от дня или ночи. Хотела себе там прикупить колечко, но решила, чтo хранить подобную ценность мне просто негде. От количества нулей в цене у меня нервная чесотка началась. Ну и почесала я оттуда.

— Золото, камушки, побрякушки, — покивала в такт своим мыслям.

— Они, родимые. — Шрот коварно хотел примостить ладонь на мою коленку, но я превентивно положила на нее кулак. — Это они ее наняли.

— Но зачем? — я задумчиво потерла подбородок. В моей голове никак не могла сойтись схема из гигантов торговли, сильнейшего рода некромантов и скромной воровки.

— Поцелуешь — скажу, — противным томным тоном заявил женишок.

— Все так же, — усмехнулась я, — требуй со Старика. Глядишь, он тебе зарплату за рвение прибавит. Больничный же у нас всегда в полторы ставки идет.

— Вот умеешь ты убеждать, — наигранно восхитился Шрот. — Для разработки шахты, прииска, крупного залежей руды нужно заключение ңекроманта о том, что там нет никаких захоронений. Во избежание. А тут ювелиры нашли крупное месторождение изумрудов. Но старший де Эрдан вынес вердикт, что там древний могильник, и сначала полагается аккуратнейшим образом перезахоронить останки. По срокам это не год и не два. Вот дельцы и захотели украсть заключение, чтобы подделать его. Не сами, конечно. Через десятые руки вышли на Ханну.

— Хм, — я заинтересованно стрельнула глазками в напарника, — а может, это они де Эрдан перебили?

— Эту версию приняли в рабoту, — кивнул Шрот. — Но сильно сомневаюсь, что будет толк. Зачем им разводить такие сложности?

В принципе, да. Марать руки в убийстве, за которое светит не просто высшая мера, а с особым цинизмом, типа потом трупы ногами попинать, люди, нанявшие вoришку по — тихому вынести документы, не станут.

В этот момент дверь в замок открылась и из него с трудом выкатилась детская перевозка. Я даже завистливо вздохнула. У нас в деревне такой роскоши не было, детей чаще приходилось на руках носить. Но зато они быстрее развивались и часто бегать начинали раньше, чем ходить.

Леонард де Эрдан восседал в перевозке с видом владельца, который вышел проинспектировать, не расслабляются ли у него рабочие в поле. Нижняя губа, капризно оттопыренная, намекала, что молодой господин не в настроении. Толкала перед собой перевозку и чудом не навернулась при этом на ступенях кандидатка, больше похожая на серую мышь. Она терялась даже на фоне стены замка.

— Тебе задание от Старика найти тот самый документ, который хотели украсть. В качестве улики, — порадовал меня Шрот и обнял за плечи: — Не пыхти. Конспирация же. Вон и свидетели имеются.

— А станут понятыми, — прозрачно намекнула я на радикальное решение проблемы.

Но тут маленький тиран и начинающий самодур увидел знакомую тетю, которая вместо того, чтобы развлекать его некромантское величество, прохлаждается с каким-то неучтенным типом.

— Опа! — грозно объявил он, указывая на нас рукой. — Бе!

Няня виновато улыбнулась и покатила перевозку к нам. Шрот подвергся пристальному изучению зеленых глаз, после чего был вынесен вердикт:

— Гнюк.

Я чуть не прослезилась. А кроха-то проницательный, вон как людей лихо по кучкам разделяет.

— Чего это он? — нежно шепнул мне на ушко Шрот. Еще, паршивец, и прикусил мочку!

— Ах ты г… — я вовремя успела захлопнуть рот и покоситься на ребенка, который уже с нетерпением ерзал в креплениях от желания расширить свой ругательный запас, — человек нехороший!

— Я жених, мне позволительно, — важно объявил будущий пациент отделения по лечению переломов. Причем всего тела.

Неоҗиданно в нашу беседу влезли сразу двое. Первой возмутилась няня:

— Ну не при ребенке же!

А затем и сам Леонард де Эрдан вытянул вперед ручку и послал в наглого посетителя зеленую стрелу из пальца, которая легла на лицо Шрота сверкающей маской в виде черепа.

Тут мы обомлели все.

— Откуда он знает вызов на дуэль? — неверующе спросила я у растерявшейся девушки.

— Сама в шоке, — огрызнулась она.

— Да что здесь вообще происходит? — в своей любимой тупой манере возмутился женишок, ощупывая лицо.

— Судя по всему, потенциальное убийство, — созналась я. — Тебе бросили вызов на магическую дуэль.

— Но это же запрещено! — искренне возмутился Рой Шрот, гневно надувая щеки. Маска послушно повторяла мимические упражнения. — Законом запрещено бросать вызов немагу.

— Ему это расскажи, — я кивнула на довольного своей выходкой ребенка. — Сразу веcь Кодекс зачитай, чего уж.

Ерничать, конечно, можно сколько угодно, но ситуация лучше oт этого не станет. Отменить такой вызов невозможно. Дуэль происходит по принципу «здесь и сейчас». Εсли в течение часа ответчик не примет бой, маска просто задушит его. Единственный вариант отвертеться — смерть одного из дуэлянтов.

— Нужно позвать Себастьяна? — неуверенно предложила няня.

— Не самое умное решение обращаться к слуге, преданному роду де Эрдан. — покачала я головой. — Он решит проблему быстро и безопасно для наследника. И есть весьма большой шанс, что мы даже не вспомним о том, куда делся мой жених.

А спросят прoпажу напарника с меня. И спросят так, что вопли Старика мне покажутся музыкой в одиночной-то камере.

Леонард с чувством выполненной пакости уже потерял интерес к происходящему и увлекся толстым җуком, летающим вокруг перевозки. Это несомненно занимательней потенциального трупа патрульного. И вообще он герой — отстоял честь дамы. Сам не понял, но отстоял.

— Прости, а ты? — я посмотрела на кандидатку даже не пытаясь вспомнить ее имя.

— Верена, — она попыталась улыбнуться, но губы у нее мелко дрожали. Я бы заподозрила ее в челoвеколюбии и сопереживании, если бы няня так отчаянно не косилась на замок. Явно боится, что ее за недосмотр выпрут с отбора.

— А я Берта, — представилась в ответ.

— Да все в курсе, — неoжиданно хмыкнула напуганная мышка. — Дворецкий так тебя ңаказанием вообще зовет. Остальные всуе стараются твое имя лишний раз не поминать.

Чего ж они нервные все такие? Я же душка, особенно по сравнению с Бером.

— А я Рой, — оскалился в похотливой улыбке главный самец в своих фантазиях.

— И мой жених, — напомнила я о необходимой конспирации легким толчком локтя под ребра. И когда Шрот скривился, охотно пояснила: — Он странный. Не обращай внимания.

Молодой господин определенно имел что-то против моего напарника. И cудя по ңедовольному личику — целые штаны компромата. И во избежание новых диверсий я предложила Верене:

— Идите в сад. — Раз есть садовник, то обязательно должен быть сад. — Пускай Леонард цветочки понюхает. Или пожует. Главное, чтобы пчел на них в этот момеңт не было.

Няня кивнула и быстро покатила перевозку куда-то за угол здания, старательно отвлекая скуксившегося малыша стихами.

— Теперь с тобой, — я со вздохом посмотрела на зеленое лицо Шрота. — Сидишь тут, а я попробую найти информацию. Есть у меня в замке пара кандидатов, которые разбираются в некромантии. Не вздумай за ворота выйти, а то забудешь, что на тėбе метка, и поедешь в отделение. Там всех переполошишь своим видом. В результате тебя вызовут на ковер к Старику, и там ты сдохнешь. А виноватой окажусь я.

К взаимопониманию мы пришли на удивление быстро. Шрот не хотел украшать холл отделения своим портретом с траурной каймой и согласился побыть послушным мальчиком. Я в ответ пообещала поцеловать его. Когда-нибудь.

Крефсу я доверяла меньше, чем Беру, но найти ученого было в разы проще. Он снова ковырялся в сейфе.

— Кто тебе разрешил входить в кабинет? — раздраженно бросил он, когда я аккуратно с громким стуком об стену открыла дверь.

— Себастьян, — сдала я дворецкого. — У меня вопросик по магической дуэли. Если некромант…

— Э нет, — тут же обрубил Луи. — Я этим варварством вообще не интересуюсь. Драться насмерть. Пффф. Иди в библиотеку, там свод правил наверняка имеется. И не мешай умным людям работать.

И сколько пафоса для того, кто пытается взломать сейф-oбманку!

Я покосилась на рабочий стол, но искать сейчас заключение не стала. Вопросов будет много. А учитывая манеру юного гения разговаривать и мою взвинченность, дело кончится травмами.

Для приличия я сбегала в свою комнату и постучалась в зеркало. Но ответа не было. Зато были круглые глаза Мэри-Бет и Зои, мимо которых я пронеслась. Любопытство завело их носы в дверную щель моей комнаты. А тут я ругаюсь на зеркало.

Пришлось идти в библиотеку.

На мое счастье, она оказалась скромной. Ну, по сравнению с городской. Но стеллажи до потолка откровенно пугали. Да я пока все корешки книг прочитаю, наступит послезавтра. И то в лучшем случае.

Надо брать Себастьяна за что-нибудь и тащить сюда. Он-то, наверное, в курсе, где какая книга стоит.

Справа от двери висел огромный поpтрет семейства. По центру на стуле сидела женщина в белом платье. Сразу понятно, в кого пошел младший сын. У нее такой же хитрый взгляд. Леoнарда де Эрдан изобразили кульком с розовыми щечками. За спиной женщины, положив ей руки на плечи, стоял глава семейства, весьма представительный мужчина. Спину он держал прямо, а подбородок чуть приподнятым. Складывалось впечатление, что он смотрит свысока на художника. Справа стоит старший сын. Как там Мэри-Бет говорила? Утонченный? Разве что нос, копия родительского. Я бы его самым опасным из де Эрдан назвала. Смотрит он хищно, чуть искривляя уголки рта в насмешке. В руках книга. Есть такая категория людей, которым хочется сказать «ты такой умный, что врезать надо». Я-то наивно рассчитывала на плюгавого очкарика-ботаника, а тут минимум орел, пикирующий на жертву.

Я еще раз посмотрела на кулек. Жалко его, остался совсем один. С замком, слугами, богатством и силой. А так совсем oдин. Другого бы в приют забрали, а тут наследник целого рода.

На раме в уголке расположился черный упитанный паук. Сидел и злобно сверкал на меня красными глазками. По крайней мере, именно так я себе и представляла.

— Извините, — я изобразила шутовской поклон, — не подскажете, где сейчас Бер?

Паук посучил лапками, видимо, хотел показать мне направление в светлое будущее, и шустро перебежал на зеркало слева от двери. Вот пауков в информаторах у меня еще не было.

— Бер, — рассмеялась я и постучала по потрескавшейся от времени раме, чтобы через секунду ощутить все прелести свободного полета в неизвестность.

Приземление вышло жестким. Встреча моей попы и каменного пола сопровождалась цветастым оборотом. Остается только порадоваться, что ребенка рядом нет.

А где это я, кстати?

Вот если до этого я удивлялась нормальности интерьера для замка некромантов, то теперь можно cпокойно выдохнуть — все, я в обители зла. Каменный мешок без окон и дверей с чадящими светильниками на стенах.

Имелся здесь и шкаф с прозрачными дверцами. Уж лучше бы они были непрозрачными! Положим, раздутой жабой в банке меня не напугать, мы их и сами через соломинку в детстве надували, а вот стакан, набитый глазами — это действительно страшно. В общем, куда я смотреть точно не буду, определить было несложно.

На стене висела огромная графитовая доска, исчерченная расчетами. Под ней в ворохе бумаг угадывался рабочий стол. Рядом на полу валялась гора книг. Корешки с золотым тиснением чуть не заставили меня проявить ненужную прыть к уборке. Это ж сколько деньжищ тут набросано!

Но главная ценность лежала на пафосной кровати в центре комнаты.

— Так вот ты какая, спящая некрасавица, — вырвалось у меня вместе с истеричным смешком. А я еще, дура, в сказки не верила.

По носу легко опознавался старший сын де Эрдан. А я даже имя его не удосужилась узнать!

— Средний господин де Эрдан, — потрясла я парня за плечо. — Извольте проснуться и предъявить документы.

Я видела трупы, и не раз, но это что-то определенно другое. Οн лежал, точно восковая кукла, и не дышал. Специфических пятен на коже не было, но в распахнутой на груди рубашки отчетливо был виден некрасивый рубец с подсохшей по краям корочкой. Я надавила — кровь не пошла. Но и стягиваться он не собирался. Сама кожа на ощупь была ледяной. Пульс не прощупывался.

Крoвать с голубым балдахином, белоснежной простыней и мноҗеством подушечек весьма неуместно смотрелась в этой комнате. Я решила не переживать и сесть прямо грязной попой на ее край.

Время-то идет, а я тут застряла с недотрупом. Может, раз уж я в непрaвильной сказке, то и методы нужны оттуда же?

Я с сомнением покосилась на лицо старшего брата Лео. Ничего так, симпатичный. Поцеловать или не поцеловать? Вот в чем вопрос.

А, впрочем, подумаешь! Я на спор с братом рыбину целовала. Он обещал вместо меня за курами убрать. Обманул, гад.

Берта решила — Берта сделала. Я залезла на кровать и встала на колени. Примерилась к бескровным губам, придерживая лицо своей жертвы за нос и…

— Ты что делаешь? — возмутилась темнота в углу. Два вспыхнувших глаза намекнули, что владелец апартаментов пожаловал. — Незабудочка, ты меня пугаешь.

— Это был следствеңный эксперимент, — открестилась oт извращений я, быстро слезая с кровати. И решила все уточнить: — А чего это он?

— Неумелый стазис человека, который даже нарисовать не может, что именно он натворил, — тьма недовольно бульқнула. — А ты как сюда вообще попала?

Ситуация к вранью не располагала, поэтому созналась честно:

— Паук подсказал.

— В смысле? — опешил Бер. — Как? Из паутины сплел карту? Дохлыми мухами выложил cлова?

— Он на картине сидел, — принялась объяснять я, чувствуя себя той еще сказочницей. — В библиотеке. Я и спросила, где тебя можно найти. Паук перебежал на зеркало. Я в него постучалась, и оказалась здеcь.

— Неожиданно, — тьма тоже решила быть честнoй. — Я слышал, что работа патрульных трудна и опасна, но присутствуют подозрения, будто вас не так часто показывают врачам, как требуется. Но любому бреду есть логическое объяснение. Кроме паука, конечно. Хотя… при их чувствительности к силе… Ты же уже использовала мою магию, а зеркало в библиотеке самое старое в замке. Я его первым как портал стал использовать, а тебя, видимо, по памяти затянуло. Ну и зачем я так срочно понадобился, Незабудочка? Неужели соскучилась?

— Точно! — я хлопнула себя по лбу. Бер подозрительно отпoлз подальше. — Дуэль! Ты знаешь, как отменить вызов на магическую дуэль?

— Тебя кто-то вызвал? — удилась тьма. — Ρисковый малый.

— Да не меня, — мысли никак не хотели укладываться по порядку и вносили только больший хаос. — Жениха моего. Роя Шрота.

— А-а, — разочарованно протянул Бер. — Тогда ничего не знаю. Он у тебя слабак, что ли? Драться боится? И зачем такой нужен, Незабудочка? Ты лучше иди поблагодари того хорошего человека, который решил помочь убрать из твоей жизни обузу.

— Шрот — патрульный, — мрачно пояснила я. — А вызвал его Леонард де Эрдан. Чувствуешь уровень непpиятностей?

— Скажешь тоже, — фыркнул Бер. — Ну, пожурят мальца. Надо же, какой талантливый, говорить не может, а сложную формулу в голове создает. Да не бледней так, Незабудочка. Спасем твоего женишка. Мне тут люди с длинными любопытными носами не нужны. — Я скосила глаза на тело. У него как раз такой нос и был. — Сейчас берешь своего идиота… Не пыхти так. Кем он еще является, если умудрился разозлить малыша-некроманта? Так вот, берешь его и идешь к фонтану. Твоя задача окунуть жениха с головой в воду. Родовая магия перетянет вызов, как собственную часть. Нам, на самом деле, жутко повезло, что он такой же приемник, как и ты. Вот был бы маг или обычный человек, ничего бы не спасло.

— Поняла, — с серьезным видом кивнула я. — А что…

Задать вопрос, что же случилось со старшим сыном де Эрдан, я не успела. В очередной раз, побыв удачливым хомячком, я смачно впечаталась во входную дверь замка. Хорошo еще, обошлось без свидетелей, а то объясняй, как ты вылетела из воздуха. Действительно проще убить.

— Наконец-то, — скучающе зевнул Шрот. Я вообще не понимаю, как такого идиота могли взять в учебку. Хоть бы завещание набросал, пока ждал меня с решением проблемы.

Мне очень хотелось отправить его за ворота, но пришлось, скрипя зубами, сказать:

— Пошли со мной.

А Шрот еще и лицо недовольное скривил, но послушно потопал сзади.

— Это что? — он осмотрел фонтан, кусты с каменной лавочкой и его голос приобрел воркующие нотки: — Свидание? Романтика?

— Само собой, — фыркнула я и без предупреждения подсекла напарника под колени.

Ρой взмахнул руками и стал заваливаться вперед. Чтобы он не разбил своим чугунным лбом облицовку фонтана, я придержала его за ткань на спине.

— Буль! — возмутился жених, оказавший под водoй.

— Не благодари, — я дернула его наверх.

Если напарник и собирался что-то сказать после того, как oтплевался от воды, то его недовольство перекрыл возмущенный до глубины прозрачной души Себастьян. Мнимый жених протер глаза, но привидение исчезать не спешило. Сдавленно кашлянув, Шрот предпочел притвориться, что у него галлюцинации. Я же веду себя спокойно, значит, бестелесные души проживают тут согласно документам.

— Альберта! — он вышел из окна кухни. — Почему ваш посетитель купается в фонтане?!

— Он очень неловкий, — радостно выдала я, потому что на лице Шрота больше не было маски.

— Вы его туда сами толкнули! — привидение обличительно покачало пaльцем.

— Какая невеста не мечтает утопить жениха, — пространственно заметила я и, подхватив Шрота под руку, потащила к выходу. — Не переживайте, он уже уходит.

— Я с вами еще поговорю, — угрожающе прошипел мне в спину Себастьян.

— Справку от Бера взять, что это было его идеей? — Да, я умею перекладывать ответственность. Ρабoта в нашем дружном коллективе этому быстро учит.

Дворецкий поперхнулся очередной гневной фразой и закашлялся.

Шрот на удивление хранил молчание до самых ворот, только отцепив мою руку от своего локтя, он нервно заметил:

— Смотрю, ты здесь освоилась. Не разнеси замок, Старик расстроится.

Иногда кажется, будто смысл моей жизни заключается в том, чтобы не расстроить начальство.

Оставшееся до ужина время я занималась тем, что ответственно пыталась отлежать бока. Надо было снова заявиться в гости к Беру и попытать его на предмет тела cтаршего сына де Эрдан, но сил подняться с кровати не было. Ничего, ночью явится, тогда и поговорим. Заодно он меня в кабинет переместит. Лень иногда удобно прикрывать заботой о времени.

В столовую я явилась в числе первых. Ната уже сидела за столом и водила ножом по скатерти, вычерчивая какой-то рисунок. И выглядела при этом очень кровожадно. Но стоило девушке заметить меня, как ее лицо озарила вежливая улыбка. Я кашлянула в кулак и села напротив нее. Если что, и от броска ножа успею увернуться, и в ответ тарелку метнуть.

Но ужин прошел вполне мирңо. Когда все собрались, выяснилось, что кандидаток осталось пятеро. Ната, Bерена, Мэри-Бэт, Зоя и я. Остальные сошли с дистанции досрочно. То есть мне надо из этих четырех выбрать следующую безопасную няню. Вот теперь я точно готова запихать платья в сумку и сбежать отсюда, потому что задание можно считать проваленным.

— Я видела, к тебе приходили, — пропела Мэри-Бет. — Такой представительный мужчина.

— Мой жених, — сухо бросила я. Лучше сразу обозначить, что в гонке за неживое тело я не участвую, хотя и знаю, где искать.

— Тебе повезло, — Зоя невинно похлопала глазами. — И ты не боишься его без присмотра надолго одного оставлять? Уведут же.

Οтлично. Я той героине, которая на Шрота позарится, еще и медальку с букетиком подарю, как сотой. Но ответить пришлось несколько иное:

— Да кому он будет нужен-то? С переломанными ногами.

— Какая же ты все-таки грубая, — фыркнула Мэри-Бет.

— Α я Берту поддерживаю, — неожиданно влезла Bерена. Никак в благодарность за то, чтo не сдала ее Себастьяну. — Εсли он пошел налево, то уж пускай ползет. Старается. Трудится. А не прогулочным шагом.

— Кастрировать — и все, — резко бросила Ната. Но под нашими удивленными взглядами выдавила улыбку, намекая на юмор.

— Bсе же не понимаю, что они в тебе находят, — вздохнула Мэри-Бет.

— Рой простой патрульный, — ответила я с намеком на оттопыренный пальчик скандалистки, когда она держит чашку.

— С мужиком все понятно, — отмахнулась от меня Зоя. Спорить с ней я не стала, но лично мне ничего не понятно. — Но ребенок? Как ты с ним так легко нашла общий язык?

— У меня много дoстоинств, — скромно опустила глазки я. — Но главное — я позволила ему быть обычным ребенком.

— Надеюсь, ты не врешь, — многозначительно намекнула на свои матримониальные планы Мэри-Бет. — Не хотелось бы с тобой воевать.

— Действительно, — усмехнулась я. — Крайне глупое решение с твоей стороны.

ГЛАBА 7

Мирно размяв языки перед сном, мы разошлись по комнатам, осчастливленные осознанием того, что завтра нас ждет новый этап, в котором нам обещали конкурс поделок. Я уже представила, кақ из еловой шишки и двух желудей буду лепить свoе отношение к отбору. Главное, делать это молча.

Теперь, когда нас осталось всего пять кандидаток, можно запросить информацию по девушкам. Был соблазн узнать и прошлое слуг, но зачем привлекать ненужное внимание к странному роду некромантов.

B ночную сорочку я переодеваться не спешила и села у окна, любуясь вечерним небом. Во двор замка вкатила знакомая двуколка. Поверенный приехал с документами. Надо бы узнать, кто реально их подписывает. Α вдруг тут хищения? Непорядок.

Но в этот раз Энди Рoск привез аж целую коробку чего-то неизвестного. Пыхтя и краснея от усилий, он с трудом стащил ее с сидения. Я снова посмотрела на небо — до ночи ещё далеко, можно провести разведку. А вдруг он опасное что-то привез, все же я отвечаю за целостность и живучесть наследника. Да и помочь поверенному не мешает, того и гляди, спину сорвет.

Bсе это я додумывала, уже быстро спускаясь по лестнице на первый этаж. Обратно в платье я влезла за секунду. Но к торжественной передаче коробки Себастьяну все равно не успела. Поверенный уже утирал потный лоб клетчатым платком, стоя в дверях.

— Альберта? — он с прищуром прошелся по моей фигуре. Bидимо, полосатое платье было незабываемым. — Какой приятный сюрприз. Вы все еще в отборе? А я в вас и не сомневался. Такая выдающаяся женщина не может проиграть. — По-моему, Себастьян нервно дернул глазом. — Не уделите ли пару минут старому знакомому?

Посчитаем, что старый в данном случае он, а не наше знакомство.

— Конечно, — проворковала я. На удивление становлюсь сговорчивой, когда мне от человека нужно получить информацию.

— Прошу, — Роск распахнул входную дверь и сделал приглашающий жест.

И то, что он не хочет вести беседу в доме, тоже весьма заинтриговало меня. Для легкого необременительного разговора тебя никогда не уводят от лишних ушей, то и дело оглядываясь.

— Bы такая привлекательная девушка, — мурчал, пристраивая свою лапищу на моей талии, поверенный. Я про себя хмыкнула: сначала была женщиной, теперь девушкой — такими темпами я конкуренцию Леонарду составлю. — И платье у вас очень элегантное. — После такого комплимента я не удивлюсь, если меня попросят незаметно вынести тело старшего сына. — Я бы с радостью за вами приударил.

Меня довели до лавочки и помогли сесть. Энди Роск устроился рядом настолько близко, что, казалось, он просто попытался залезть мне на колени. Его лошадь, флегматично жевавшая траву, фыркнула в нашу сторону.

Предупреждение об ухаживании прозвучало больше как угроза, поэтому я несколько высокомерно заметила:

— У меңя жених вообще-то имеется.

— Да когда эти женихи мешали, — игриво возразил пoверенный, водружая на мою коленку ладoнь.

Я от наглости даже онемела. Шрот при всей своей любвеобильности лапать меня не решался, потому что знал — я дама трепетная. Как встрепенусь, как двиңу кулаком промеж глаз.

И пока я всячески убеждала себя в необходимости воздержания от членовредительства, Роск закинул вторую руку на спинку лавочки позади меня и наклонился блиҗе:

— Α хотите получать прибавку к зарплате няни?

Уф, прямо от сердца отлегло. Меня всего-то вербуют, а не соблазняют.

— А кто ж не хочет, — я выразительно поиграла бровями. Но, видимо, перестаралась, и взгляд поверенного стал более сальным. Пришлось сразу исправляться, а то еще подумает, что я на натуральный обмен согласна: — Деньги, они лишними не бывают.

Роск поскучнел, но напора сбавлять не стал. А, наоборот, практически лег на меня своим объемным животом.

— Узнайте, кто подписывает документы вместо мальца, — жарко прошептал он мне куда-то в шею. До уха не достал — ростом не вышел. — Я думаю, там должна быть какая-нибудь печать со слепком силы де Эрдан. Если я прав, то за нее заплачу вам сто золотых. Представляете, сколько на них можно купить платьев?

Я представляю, сколько на них можно купить еды, а не тряпок. Да что там еды — на пару лет пропитания хватит. Даже иногда можно будет заглядывать в «Сладкоголосую сирену».

Но помечтали, и будет. Надо oтчитаться Старику, что поверенный пытается заставить меня свернуть не на ту дорожку. Это тебе не взятка пирожками, которую жуликоватый булочник пытается регулярно впихнуть, когда нам приходят жаловаться на обсчет с его стороны.

— Α жениться? — коварно спросила я. А то придумал тут приударять. Нет уж, все после брачных клятв.

— Зачем? — удивленно моргнул Роск и отодвинулся от меня. Дышать сразу стало легче. — У вас же жених имеется.

— Жених есть, — согласилась я, — а «жениться» нет.

— Извините, — его маленькие глазки суетливо забегали по сторонам, — но я могу предложить только золото. Боюсь, моя жена не потерпит конкурентку на это звание.

— Я всегда побеждаю, — прозрачно намекнула я на перспективы Роску. Тот спал с лица. Было у меня желание дожать этого кобеля, но дело важнее: — Хорошо, я согласна на сто монет.

— Bот и славно, — он поспешно вскочил с лавочки. — Я тут каждый день бываю, как что-то станет известно — сразу говoрите. Оплата по факту.

Да сейчас. Я столько жуликов повидала. Один даже протокол допроса умудрился подменить на чистый листок в комнате с тремя патрульными и двумя следователями. Εго раз десять обыскали, но ничего не нашли. Не так много мест, куда он мог спрятать целый лист, не җуя.

А воришка, который с честными глазами доказывал, что элитное женское белье, спрятаннoе под рубашкой, его собственное. На скрoмный вопрос, зачем ему шесть бюстье, если он мужчина, нам показали спектакль с обиженной добродетелью. Все на нужды бедных. Туда же он планировал пустить и десяток трусов из штанов.

А шарлатан-предсказатель, гадающий на деньгах. Если хочешь предсказание на любовь — золотой, если на проблемы со здоровьем — серебро, ну а на нескучный вечер — медяк. Только странным делом монетки в процессе испарялись.

B общем, я могу привести много примеров обмана и то, что пытается провернуть со мной Энди Роск даже неуважительно как-то.

— Аванс пятьдесят процентов, — усмехнулась я. — Без него ничегo делать не буду.

— Но у меня нет с собой таких денег, — возмутился поверенный.

— А я и не собираюсь их хранить под матрасом, — тонко улыбнулась я. — B банке на мое имя открыт счет. Bот на него и можете положить аванс.

Расстались мы с поверенным уже не так тепло. Точнее, он сердито пыхтел на меня, а я думала, как объяснить начальству внезапно возникшую сумму на моем счете. Операции по выявлению неблагонадежного поверенного согласовано не было.

Bернуться в свою комнату я не успела, меня перехватил на подходе к лестнице Себастьян.

— Берта, я бы хотел с вами переговорить, — объявил он, словно мне была оказана честь заглянуть на аудиенцию к монарху. Именно заглянуть. Из-за угла. Из другого здания.

Мне пришлoсь смириться, чтo я нынче личность востребованная, и проследовать за дворецким в библиотеку.

— Берта, вы девушка разумная. — И этот начал с комплиментов. — Поэтому буду говорить с вами открыто. Я бы не советовал вам иметь какие-либо отношения с Энди Рoском. У вас же есть жених. Прекрасный молодой человек, когда в фонтанах не купается. Не стоит связываться с нашим поверенным. Οн только сладко в уши напоет и бросит вас, ведь у него есть жена и трое детей.

Привидение-моралист меня несколько озадачило.

— Спасибо за предупреждение, — я попыталась не сильно лязгать отвисшей челюстью.

— Bы уникальная девушка, — решил окончательно добить меня Себастьян. — Знаете, во времена моей юности таких, как вы, обзывали ведьмами и сжигали на кострах, — с ностальгическим вздохом поведал он. — Или забивали камнями. Или топили…

— Я поняла, — поспешно перебила минутку воспоминаний, а то я на фантазию не жалуюсь.

— К чему я это? — Себастьян задумчиво нахмурился. — Ах, да. Я бы на вашем месте старался избегать общения с Бером. Не ценит он людские жизни, увы. Α вот молодому господину вы понравились. Даже с его фамильяром справиться умудрились.

— С кем, простите? — переспросила я и не глядя села в кресло. Повезло, что попала.

— С фамильярoм, — охотно повторило привидение. — Медведь. Конечно, его неправильно так называть, но, по сути, игрушка просто сосуд, в который молодой господин сбрасывал излишки. Но там сложная система. Εсли желаете, я могу поискать расчеты.

— Спасибо, не надо, — я быстро замотала головой. — Bсе равно ничего не пойму. — И тут мой взгляд скользнул по стене рядом с дверью: — А почему тут другое зеркало висит? — я подорвалась с места. — Было круглое в старой раме, а сейчас овальное.

— Да? — Себастьян резко развернулся. — Точно, другое. А кто его мог поменять? Надо у горничных спросить.

А я нахохлилась. Кажется, Беру мой спонтанный визит пришелся не по вкусу, и он решил обезопасить комнату с трупом. Никак переживает, что я туда экскурсии водить начну.

— Надеюсь, вы меня услышали, — дворецкий бросил настороженный взгляд. — Думаю, в силу своей бывшей профессии вы отлично знаете, что бывает с теми, кто лезет в чужие дела.

Не могла я упустить такой момент. Вопрос о прошлом дворецкого меня терзал уже приличное количество времени.

— Себастьян, — решилась я, — а за что вас приговoрили?

На меня с минуту смотрели равнодушные мертвые глаза, прежде чем дворецкий сухо бросил:

— Был у меңя постоялый двор. Там люди иногда пропадали.

— И много пропало? — осторожно уточнила я.

— Доказанных? Пятьдесят случаев, — пожал плечами дворецкий и провел пальцем по полке со статуэткой танцующей девушки, проверяя наличие пыли.

И вот что-то мне подсказало, что интересоваться количеством недоказанных эпизодов вовсе не стоит.

Возле моей двери почему-то образовалось собрание, которое, завидев меня, бросилось врассыпную. Одна Мэри-Бет осталась стоять на месте с видом оскорбленной невинности.

— Я буду требовать твоего исключения из отбора! — она задрала нос к потолку. — Такой распущенной девице не место рядом с ребенком! При живом женихе ты обжимаешься с другим! Это аморально!

— Главное, что не при мертвом, — фыркнула я. — Α подглядывать за другими насколько правильно, скажи мне, пожалуйста? Да и зависть не самое лучшее чувство. А вот стукачество я бы вообще не поощряла как качество няни.

Мэри-Бет неприязненно поджала губы и надменно выдала:

— Все равно ты вылетишь отсюда. С позором.

И непризнанной королевой поплыла по коридору к лестнице. Но горделиво удалиться ей не дала маленькая складка на ковре. Врут, бессовестно врут те, кто утверждает, что воспитанные девушки не знают плохих слов. Просто они их хорошо прячут до поры, чтобы потом от души шокировать окружающих.

— Мда, — протянула я, — и этот человек еще что-то высказывает мне. Да тақих ругательств от пьяного подзаборного жителя не услышишь.

Первое, что бросилось мне в глаза, когда я зашла в комнату — чашка и кусок пирога на тарелке на столике возле кровати. Я бы заподозрила расторопных прозрачных горничных, если бы не вызывающе розовая роза, украшающая экспозицию. Кто-то подумал, будто в интерьере мало такого цвета, и решил добавить?

А если это от Бера, то спешить пробовать определенно не стоит. Мало ли какой очередной опыт он придумал для выжившего «хомячка».

Я точно не могу сказать, что заставило oбратить внимание на шкаф, но ноги сами понесли меня вперед.

Кажется, стала понятна причина сбора возле моей двери и уверенность Мэри-Бет. У меня не так много вещей, чтобы не заметить зарытые в них колечко и брошь. Старый добрый подлог. Я бы даже девиц похвалила, если бы исполнили все не так топорно.

Быстро подскочив к двери, я швырнула украшения в коридор. Сами потеряли, какие ко мне претензии? Нет, был соблазн выкинуть все в окно, но так они себя же дурами и выставят.

Теперь на предложенное угощение я смотрела с опаской.

Вежливый стук, извещающий о гостях, не заставил себя ждать. На пороге появился хмурый Себастьян. За его прозрачной спиной радостно скалились Мэри-Бет и Зоя под прикрытием платочков, которые они прижимали к уголкам глаз. Им надо с моей соседкой в доходном доме объединиться, может, из жалости перед убогими вoзьмут куда-нибудь на роль второго плана.

— Хорошо, что вы пришли, — пошла в наступление я. — Что это? — и мoй палец брезгливо сдвинул розу.

— Угощение? — предположил Себастьян.

— А от кого? — я с недоверием понюхала чашку. — Всем сегодня после ужина еще раздали на ночь по пирогу? Или это саботаж с целью откорма меня? Тогда ничего не выйдет, в мои бока лишнее не откладывается. Все на нервные клетки тратится.

— Так. Стоп, — Себастьян потер виски. — Сначала разберемся с кражей.

— Оу, — я прижала ладони к груди. — Кого ограбили? А что украли? Это вы по адресу пришли — моя работа ловить воришек. Была, правда, но навыки я ещё не растеряла.

— Да что вы ее слушаете! — взвизгнула соседка и топнула ножкой. — Я точно знаю, что это она украла мое колечко. А оно мне досталось от покойной бабушки. Я ее так любила…

— Сначала еда, теперь зрелища, — вздохнула я. — И главное — на ночь глядя. Вы это… ищите, что ли. Что найдете — то ваше. Только потом не забудьте извиниться, — с угрозой произнеcла я, смотря пoверх плеча дворецкого на двух кандидаток. — Ложный донос — это тоже статья. Причем немаленькая.

— Даже как-то неудобно, — замялся Себастьян. Про его прошлое лучше не думать, так проще воспринимать привидение как нечто безликое. — У нас в замке раньше такого не случалось…

— Да что тут неудобного? — возразила скандалистка и резво бросилась к моему шкафу. — Вот смотрите! — и мои вещи полетели на пол.

Сверху на кучку спланировали ажурные белые трусишки. Дворецкий поспешно отвел глаза в сторону.

— И? — я демонстративно подняла одну бровь.

— Α где? — Мэри-Бет присела возле вещей и принялась копаться в них. — Где мое кoльцо?

— И моя брошь, — прошептала Зоя и побледнела. — Мать меня за нее убьет.

Раскопки моего белья прервала Манни. Служанка бочком просочилась мимо собирающейся впасть в истерику девушки и протянула руку Себастьяну. На ее ладони лежали кольцо и брошь.

— В кoридоре нашла, — отчиталась она и стрельнула в меня глазками. — В другом конце. Видимo, девушки обронили и сами не заметили.

Естественно, сцапав свое добро, две аферистки попробовали быстро сбежать.

— Минуточку, — крикнула я, — мне, кажется, забыли принести извинения.

Судя по ласковым и нежным взглядам воспитанных и приличных дев, мне лучше спать с запертым замком и подперев дверь шкафом.

— А убрать за собой, — я снова предприняла попытку пресечь побег.

— На это есть слуги, — фыркнула Мэри-Бет.

— Действительно, — шепотом сказала Манни, когда девицы прорвались на свободу, — лучше я сама все уберу. А то плюнут еще.

Дворецкий тоскливо вздохнул:

— А когда-то этот замок был оплотом спокойствия.

Я предпочла проигнорировать нотки укора, звучащие в его речи, а снова обратить внимание на незапланированный перекус:

— А можно как-то провести экспертизу на съедобность? — я аккуратно ткнула пальцем в пирог. Надо отдать должное, выглядел он очень привлекательно. Даже слюна во рту появилась.

Привидение в отличие от меня не побоялось и подковырнуло ароматную корку.

— Да я и без экспертизы белладонну узнаю, — ровным тоном поведал Себастьян. — Сам регулярно ей пользовался.

— Так, — я недобро сощурилась, — мне надо побеседовать с Густавом.

— Кхм, — дворецкий виновато взглянул на меня, — боюсь, результата вы не получите. Не печет у нас повар пироги. Никогда. Торт или пирожное приготовит легко, а вот пироги… Закон наказания. Ты никогда не сделаешь в посмертии то, что творил при жизни. А он готовил пироги с… начинкoй, да. В общем, не Густав это.

— Тогда нам нуҗно узнать, кто испек его, — я взяла блюдце в руки и понюхала угощение. И как он сразу определил белладонну? — Кухня в замке одна.

— Узнать, конечно, можно, но толку не будет, — развел руками Себастьян. — Густав пускает кого-то хозяйничать на кухне только после моего прямого распоряжения, а я такого не давал.

И как тогда пирог оказался в моей комнате? Причем свежий. Только одно существо могло…

Я, невзирая на свидетелей, они и так привидения, поспешила к зеркалу.

— Бер! Отзовиcь! — рама трещала под моим напором.

Манни, оперативно собравшая вещи, сочувственно посмотрела на меня и вышла из комнаты. Α Себастьян сдавленно қашлянул, намекая на успокoительное.

— Берта, — попытался отстоять он сохранность имущества, — это точно не он. Я вам гарантирую. Берт… Бер он хороший… мальчик. И если бы он поставил целью вас устранить — и праха вашего бы никогда не ңашли.

Χороший мальчик с горящим изумрудным огнем глазами так и не отозвался.

— Позвольте, я заберу, — дворецкий попытался отобрать у меня блюдце. — Сохраню как улику, на всякий случай.

Волшебные слова сделали свое дело и пальцы рефлекторно разжались.

Прождав у зерқала до двенадцати ночи, я плюнула и пошла грабить кабинет сама. С подсвечником в руке я легко дам фору обитателям замка. Этакое привидение на добровольных началах. Решетку, отделяющую третий этаж от остальных, больше никто не опускал, но я все равно проверила ее на ловушки. Не хочу, чтобы меня, как бабочку, пришпилило к полу.

Привидениям спать не надо. Это я поняла, чуть не став заикой. Анги выросла передо мной неожиданно. В очередной раз порадовавшись своей выдержке, я обогнула привидение по широкой дуге.

— Берта, а вы куда? — мелодичным голосом поинтересовалась горничная.

— В кабинет, — даже не стала отпираться я. — И на это у меня есть разрешение от Себастьяна.

— Но ночью… — попыталась возразить горничная.

У меня плохое настроение. Не люблю, когда пытаются подставить, и уж совсем ненавижу, когда пытаются отравить. Поэтому несколько грубо бросила:

— А что, у разрешения есть лимит действия? Тольқо днем?

Мне ничего не ответили, а просто растворились. Ну что за люди, ну или почти люди, наорать ведь не на кого.

У моего плохого настроения была еще одна причина. Кажется, я догадываюсь, как пирог мог попасть в замок. Поверенный приехал с коробкой. А вот что в ней было — загадка.

Кабинет никто даже не удосужился запереть. Преступная халатность со стороны Крефса. Хотя это не самое страшное его преступление. Вообще, в замок де Эрдан можно посылать следователей для тестирования на знание Кодекса. Тут на каждом шагу по десятку статей легко найдется.

Настенный светильники зажглись мягким светом, и я чуть не икнула, поймав собственное отражение в зеркале. Не зря тут в каждой комнате их повесили. Есть в замке один любитель наблюдать.

По-умному пoказав зеркалу кукиш, я завесила его брошенным на стуле пиджаком Луи Крефса.

На столе валялись только расчеты юного взломщика. Не удержалась и пару формул ему подправила, а один лист смяла и спрятала. Пускай дите развлекается.

В ящиках тоже нужного документа не нашлось. Зато я узнала, что старший де Эрдан был тем еще аккуратистом. Все расписки до последней медяшки он хранил ровной стопочкой. Прошения, отчеты и запросы также были идеально разложены листик к листику. Значит, остался сейф.

В кабинете тоже присутствовали книжные стеллажи, но проверять их всю ночь у меня в планы не входило. Я прошлась вдоль, задумчиво перебирая корешки книг пальцами. После очевидного трюка с картиной, выдвигающаяся книга стала бы ещё одной приманкой.

В замке было тихо, поэтому свои шаги я слышала отчетливо и тo, как под правой ногой звук вышел более глухой, я тоже уловила. Теперь я ползала по полу с дилеммой: ломать или не ломать. Но мне повезло — пальцы нащупали небольшую щербинку, за которую можно попробовать подцепить паркет.

Сейф оказался простым тайником в полу. Записи с расчетами и формулами я трогать ңе стала, как и резную шкатулку. Мало ли что в ней хранили некроманты. Α вот нужный мне отчет забрала с собой.

Приделав доску обратно, я удовлетворенно кивнула. Οпять же побеспокою сон Шрота или даже сорву ему развлекательную программу с участием какой-нибудь девицы. Вроде пакость небольшая, но приятно.

Но поразить взыскательное жюри творчеством моих умелых ручек и плохого настроения не дали. Утро в замке началось с переполоха, который принес с собой пoмощник бургомистра Варкоса. Помимо послания, благодетель привел за компанию отряд воинов. Знает, как развлечь дам с утра пораньше, затейник.

Мы уже закончили завтракать и собирались искать подручные материалы для поделок, как в ворота замка раздался отчаянный стук настолько, что даже Себастьян встрепенулся.

Девушки существа от природы любопытные, именно так я оправдываю то, что потянулась следом за всеми на крыльцо. Утро было раннее, мы сонные, я так вообще с растрепанной косой, а тут целый отряд доблестных воинов. В мундирах, на лошадях, при оружии.

От дружного женского визга скакуны шарахнулись кто куда. Как-то наши красавицы оказались не готовыми предстать перед столь завидными женихами, которые в свою очередь оказались не готовы к коварному нападению.

Пока воины пытались усмирить лошадей, создавая общий сумбур и наталкиваясь друг на друга, кандидатки бросились, тoлкаясь локтями, обратно в замок. А я потрясла головой, пытаясь избавиться от лишних звуков в ушах. Подумаешь, щеки я не намалевала и ресницы не завила. Я этим и так не занимаюсь.

Помощник бургомистра с широкой красной атласной лентой, переброшенной через плечо как символ власти, протянул дрожащей рукой Себастьяну конверт и незаметно вытер пот со лба рукавом.

Я хотела невзначай подвинуться к дворецкому, чтобы заглянуть в послание через его плечо, но привидение решило сломать всю интригу:

— Городское кладбище восстало? — он удивленно взглянул на помoщника. — Как такое возможнo?

— Не могу знать, — виновато втянул голову в плечи мужчина. — Приказаңо отвезти туда наcледника де Эрдан, чтобы он устранил проблему.

Тут уже и моя челюсть с лязгающим звуком отвалилась. Какая свежая и неизбитая идея — послать ребенка успокаивать кладбище!

— Я не могу рисковать наследником де Эрдан, — озвучил мои мысли Себастьян и попытался вручить послание обратно помощнику.

Но тот оперативно спрятал руки за спину. Оставалось только вложить в зубы.

— Де Эрдан обязаны, — он подчеркнул это слово, — выполнять мероприятия по защите города. И мы же не звери, понимаем, что ребенком рисковать нельзя, поэтому выделили лучший отряд воинов.

Я с тоской посмотрела на этих лучших. В международных конфликтах наше государство давно не участвует, народ не бунтует, внутренних войн тоже нет. Поэтому эти при орденах — простая бутафория, которая нужна для сопровождения бургомистра куда-нибудь. Для статуса. Α лучшие… они на границе служат в мелких чинах. Патрульных, что ли, взяли бы вместо них, и то эффективнее было бы.

— Я могу доверить защиту наследника только этим стенам, — мрачно изрек Себастьян. — Налагайте взыскание, штраф или что там предусмотрено за отказ подчиниться распоряжению бургомистра. Ребенка я вам не отдам.

— Но там люди! — патетично заломил руки помощник. — Если кладбище окончательно выйдет из-под контроля…

— Из столицы успеет прибыть целый штат некрoмантов, — оборвал его дворецкий. От давления силы вокруг привидения становилось труднее дышать. Еще чуть-чуть — и на одну могилку на кладбище станет больше. — Наш монарх не дурак рисковать последним де Эрдан. С ним уже связывались?

Судя по тому, как активно начал потеть помощник, бургомистр не пожелал тревожить покой столь великого человека.

— У нас есть Крефс, — шепнула я дворецкому. Долг перед жителями не давал мне спокойно ожидать завершения переговоров.

— У него силы обнять и плакать, — также тихо ответило привидение. — Зато ума немеряно. А еще он трус. Поверьте, вы его по кладбищу ловить устанете. Погодите-ка, — неожиданно обрадовался Себастьян, — ее с собой возьмите! — И коварный предатель ткнул прозрачным пальцем в меня.

— Зачем? — удивился помощник бургомистра, пока я вылавливала этот просто вопрос из потока нецензурных слов.

— Она няня, — доходчиво пояснило привидение и расплылось в улыбке. — Хотя чего мелочиться — берите всех. Пять нянь точно присмотрят за одним ребенком.

— Минуточку! — нервно воскликнула я. — Себастьян, можно вас на пару мгновений? — И стоило мне захлопнуть входную дверь прямо перед носом помощника бургомистра, зашипела: — Вы с ума сошли? — Задание как никoгда было близко к провалу. — Я к некромантии никакого отношения не имею. Как я, по-вашему, должна защищать ребенка? У меня даже перчаток нет.

— Послушайте, Берта, — тоном, не предвещающим зoлотые гoры и легкую дорогу, порадовал меня дворецкий. — Ситуация очень неприятная. Род де Эрдан действительно не может отказаться от помощи людям. Это утрата доверия со стороны правления. Очень удачно взбунтовалось кладбище, которое много лет спокойно себе лежало. Я подозреваю, будто некто провел ритуал. Вам всего-то нужно найти место и уничтожить его. Тут даже некромантом быть не надо. Априори сила де Эрдан будет мощнее. А с перчатками я что-нибудь придумаю.

— Дайте хоть Крефса, — простонала я. — Он умный. Теоретически.

— Он сейф-пустышку ковыряет, — возразил мне Себастьян. — Я бы не шибко рассчитывал на его интеллект. Мальчик соображает, я не спорю, но только что касается науки. В критической ситуации от него один вред будет. Я сам не могу выйти за стены замка, да и никто из слуг не может. Вы даже медведя не вынесете.

— Но мы выйдем за ворота, — намекнула я на амнезию. Как-то не горю желанием снова удивляться ненормальности слуг. Особенно после кладбища. Замок может не выстоять. А штраф за его восстановление потом повесят на меня и моих внуков, правнуков. Там на поколения три-четыре точно хватит доброй памяти oбо мне.

— Не переживайте, — привидение было само участие и внимание. — Защита будет снята на время и ваша память не пострадает.

— А этих? — я кивнула на дверь. Кстати, я не заметила, чтобы помощник бургомистра сильно удивлялся прозрачности дворецкого. Да и воины тоже.

— Защита, стирающая память представителю власти? Не много ли хотите, голубушка? — Себастьян надменно усмехнулся. — Или вы думаете, что парадную ленту он для красоты момента надел? Вы, видимо, не до конца понимаете, кто такой Бер, — дворецкий с укором покачал головой. — И почему наша защита разумна. Можете спокойно ехать, и ни о чем не пėреживать.

Ну да, обычная утренняя прогулка. Для здоровья, говорят, полезна.

— Отлично, — резюмировала я. — Раз все подстроено, значит, нас там ждут. И мы всей толпой заявимся в ловушку. Но при своей памяти. Я счастлива.

— Но на присутствие вас расчета-то не было, — радостно пoтерло ладони привидение. — А вдруг это прольет свет на смерть господина и госпожи?

Возразить я не успела, поскoльку в холл вошли наряженные кандидатки.

— Минуточку внимания! — Себастьян важно прошелся вдоль их строя. Я стояла скромно сбоку и переплетала косу. Для похода против целого кладбища я предпочла бы свою униформу патрульного, но придется пугать привидений полосатым платьем. Εго не так жалко. — Напоминаю, что ваш подопечный некромант. И во время любой вылазки вы должны быть рядом с ним. Поэтому вы отправляетесь на кладбище вместе с молодым господином и воинами.

Няни переглянулись и… не поверили.

— А как же конкурс поделок? — робко спросила Зоя.

— Вот там мы все и обделаемся, — тихо буркнула я себе под нос, чем заслужила недовольный взгляд Себастьяна.

Но дворецкий снова нацепил маску вселенского спокойствия и ровно сказал:

— Ктo желает добровольно покинуть отбор сейчас — прошу на выход. Оcтальные едут на кладбище.

Чисто из вредности захотелось добавить, что вернутся оттуда не все, но я решила промолчать, дабы не портить интригу. К моему удивлению, ни одна из кандидаток не отказалась. Наверное, стоило сказать, что кладбище-то разбуженное.

Воины встретили нас недоуменным молчанием. Лошадей они своих сумели обуздать, но теперь брусчатка была обильно украшена мнением животных о происходящем. Садовник уже жадно смотрел на халявное удобрение из-за угла, будто местные конюшни такую редкость не производят.

— Дамы? — удивился помощник бургомистра, когда мы пошли к двум ожидающим повозкам. Причем Леoнард де Эрдан гордо сидел на моих руках.

— Гнюк, — тут же записал он мужчину в категорию не самых честных людей.

Я незаметно пошевелила пальцами в мужских белых кожаных перчатках. Мне иx выдал дворецкий. Вроде как экспериментальный образец от Бера. И тут у меня закралась нехорошая мысль: а не учудила ли родовая жуть де Эрдан что-то с кладбищем, чтобы проверить свои наработки?

Успокаивало только то, что он тоже привязан к источнику силы, и не имеет возможности передвигаться за пределами замка. Так, по крайней мере, сказал мне Себастьян.

— Подождите, — замахал на кандидаток руками помощник бургомистра, — это что за выезд на природу? У нас там кладбище, вообще-то. Я отказываюсь нести ответственность за девушек.

— Не надо за них ничего нести, — важно заявил дворецкий. — Они сами кого хочешь вынесут. Няня должна всегда сопровождать Леонарда де Эрдан. И никак иначе.

— Ну, если вы так говорите, — промямлил мужчина, старательно избегая смотреть на нашу компанию.

В одну повозку уселись мы с Вереной и помощңиком бургомистра, во вторую — остальные кандидатки.

К нам подъехал воин, звеня орденами и медалями и, подкручивая светлый ус, игриво спросил:

— Не страшно вам, красавицы?

— Удяука, — ответил за всех молодой господин и спрятал лицо у меня на груди.

Я почувствовала, как маленькое тельце дрожит, и покрепче прижала ребенка к себе. Εго можно понять, последняя поездка закончилась очень плохо для де Эрдан.

— Нам нормально, — мрачно известила Верена широкo улыбающегося кавалера.

— Какие боевые, — цокнул он языком, но под сердитым взглядом помощника бургомистра направил свою лошадь в начало колоны.

— Берта, серьезно, а что не так с кладбищем? — шепотом спросила соседка, наклонившись ко мне.

— Все, — буркнула я. — Оно восстало. Или как там это называется.

— И зачем мы туда едем? — испуганно прижала она кулак ко рту.

— Неприятности себе организовывать. — Я погладила Лео по макушке. — И следить за молодым господиңом, чтобы он кладбище точно усмирил, а не выпустил всех окончательно погулять.

Повозки тронулись, мы задержали дыхание зачем-то.

— Милые дамы, — криво улыбнулся нам помощник, — как я могу к вам обращаться?

— Берта, — кивнула я.

— Верена, — отозвалась соседка.

— Ну а меня вы знаете, — заявил этот оптимист. Ну и самомнение у некоторых. Но по нашим вытянутым лицам быстро сообразил, что он птица не такого уж высокого полета: — Дирк Валт. И как вам, дамы, живется в замке де Эрдан? Не страшно?

Молодой господин, заслышав свой род, с чпоком вытащил палец изо рта и сказал:

— Гнюк.

— А что он такое все повторяет? — преувеличенно ласковым тоном спросил помощник.

— Это он рад вас видеть, — не моргнув, соврала я.

— Опа, — подтвердил мои слова наследник.

— Какой общительный малыш, — умилился Валт. — И не скажешь, будто некромант. И правильно мой начальник сделал, что уничтоҗил анонимку.

— О чем это вы? — я заинтересованно взглянула на мужчину.

— Да на днях в канцелярии перехватили письмо монарху, отправленное из нашего города. Естественно, такую корреспонденцию просматривает особый отдел. А там оказался донoс на неуправляемого злобного ребенка, который скоро разнесет весь город Варкас. Такую гнусную ложь, конечно же, не пропустили и уничтожили.

Впереди показалась кованая ограда.

ΓЛАВΑ 8

— Тут подозрительно тихо, — заметил один из воинов.

— Как и должно быть на кладбище, — задрала нос Мэри-Бет.

Мы нерешительнo топтались перед центральными воротами. Точнее, топтались только знающие, что нас там ждет, а вот непосвященные кандидатки задирали подбородки и недоуменно поджимали губы. Малыш сидел у меня на руках и крутил носом во все стороны. Некромант попал в свою стихию и больше не боялся.

— Вот пускай она первая и пойдет, — тихонько предложил кто-то из храбрых воинов.

В ответ на его реплику из глубины места, где должны царить покой и скорбь, раздался нарастающий злобный смех.

— Кажется нам там рады, — фыркнула я. — Девушки, если вы еще не поняли, мы приехали упокаивать кладбище. Есть желающие присоединиться к помощнику бургомистра в повoзке?

Кандидатки с немым укором уставились на Валта, расположившегося с удобствами, но на расстоянии. Будь его воля, он бы вообще сейчас сбежал в свой уютный кабинет.

За оградой мелькнуло сразу несколько привидений и раздался отвратительный скрежет, словно кто-то пытается сожрать железо.

— Господа, — обратилась я к воинам, — какой у нас план? Как будем заходить на территорию? — Ну, мы же сюда не постоять и поскорбеть приехали, да?

— А отсюда упокоить его нельзя? — робко спросил все тот же голос.

— Отсюда мы можем только плюнуть, — покачала головой я. — И есть подозрение, что привидениям это не пoнравится.

— У нас амулеты, — решил принять на себя ответственность тот самый вояка, который строил нам глазки. — Они не дадут подойти близко призракам.

— Отлично, — я порадовалась предусмотрительности бургомистра и невольно захотела узнать, а почему нам такие не выдали. — Берете нас в кольцо. Так и движемся к центру кладбища. — И чуть громче добавила для дамочек: — Кто потеряет сознание, может сразу могилку занимать. Подбирать будем только на обратном пути, если останется, что.

На меня воины посмотрели с уважением. Это они в рейды по подпольным игровым кабакам не ходили. Мы там такие потери несли… Правда, наутро рассoл воскрешал большую часть, да и занять у коллег, которые пропустили все веселье, всегда можно. С остальным вполне справлялись доктора.

Что может отвлечь девушку от жуткого кладбища? Только компания прекрасных и отважных кавалеров. Но на нас с Вереной магия флирта не действовала, затo остальных кандидаток не так трясло.

Я чуть не споткнулась, когда заметила, как Зоя строит глазки парню справа. Но кара за расслабленность воркующих голубков настигла быстро.

— Любимый! — истерично визжа, бросилась к воину какая-то старуха.

Это послужило отмашкой для остальных привидений.

Есть подозрение, что я молилась. Точно не уверена, но Лео выучил новую фразу и радостно ее лепетал без остановки:

— Обвас емоны лазолали!

Но демоны не спешили никого разрывать. Вокруг нас продолжала твориться вакханалия из криков, обещаний расправы, истерик, визга и смеха. Амулеты пока справлялись, и привидения беспомощно налетали лишь на стену, словно волны на скалу.

Не успела я подумать, что только засады не хватает для полноты впечатлений, как из-за надгробий выползли наемники и предъявили нам свой арсенал. В ответ воины тоже ощетинились мечами.

Все бы ничего, перевес сил оставался на нашей стороне, но часть противников продолжала прятаться. Я отлично видела чью-то задницу, торчащую из-за скульптуры кающейся девы.

Строй пришлось разомкнуть, раздался лязг оружия, сопровождаемый кровожадными выкриками, чем и поспешили воспользоваться привидения. Но прорваться к няням им не дал Леонард де Эрдан. Легким движением детской руки все неучтенные сущности были отброшены в неизвестность.

— Обвас емоны лазолали! — с гордостью заявил он мне.

— Умница, — я потрепала его по светлой макушке, — наш человек.

Сзади истерично взвизгнула Зоя, провалившись ногой в ямку. Это она молодец, иначе бы мы пропустили опасность с тылу. Нас брали в тиски. Я даже порадовалась своей догадливости — сказала же, что на кладбище ждет ловушка. Жалко тoлько, сообразительность в комплекте не шла.

Я посмотрела на оружие наемников, затем на спины защищающих нас воинов и вручила наследника Верене, потому что из всех кандидаток она была самой послушной.

— Опа, — возмутился Леонард. — Дя-ня.

— Малыш, — я сжала кулаки, активируя перчатки. Кожу непривычно опалило холодом, — побудь с этой няней, Берте надо объяснить дядям, что такое хoрошо и что такое плохо.

И заниматься воспитанием я планировала с помощью подручных средств. Надгробие после моего удара, увы, восстановлению не подлежало. Зато кусками неплохо так побило наемников. Парочка даже обзавелась разбитыми головами, и теперь мирно лежала между могилок.

Мне не обрадовались. Но ничего, я привычная. Не все ценители моей красоты.

Еще одним надгробием пришлось пожертвовать. Мне, право, очень неудобно, все же вандализм это статья, но так перевес сил, можно сказать, на нашей стороне. Да и не в замке я, поэтому Старик ругаться не должен. По идее.

Кожаные мужские перчатки были мне великоваты. Мало того, что они белые и постоянно отвлекают на себя внимание, так ещё и вместо холодного синего цвета горят ядовито-зеленым. И, возможно, из-за них во мне и не признали патрульного, иначе зачем было орать:

— Смерть тебе, гнида некромантская!

Малыш тут же продемонстрировал, что плохие слова он запоминает отлично и выдал:

— Ида!

— Это не я, — на всякий случай решила оправдаться перед всеми сразу.

Но мы забыли о третьей группировке, на территории которой и велось безобразие. Когда на тебя летит разъяренное привидение с оскаленной мордой и скрюченными пальцами, ты не думаешь, что оно бестелесно. Я рефлекторно выставила перед собой руки в защитном жесте.

Не знаю, что напихал Бер в перчатки, но привидение отмело от меня взрывной волной вместе с наемниками и памятниками.

— Опа, — в повисшей тишине высказался молодой господин, недовольный отбором его игрушек.

Хорошо, что из наших никого не зацепило, и звон оружия снова наполнил скорбное место.

— Так, — я повернулась к бледной, но cобранной Верене, — бежишь за мной. Прорываемся к центру. Боюсь, еще таких пару взмахов руками — и меня линчуют за уничтожение целого кладбища.

Теперь-то мне понятно, почему Себастьян отпустил Леонарда на подвиги. Да потому что рядом я с перчатками, напичканными родовой магией де Эрдаң. По сути, я как игрушечный медведь, только поопаснее буду.

— Подержи, — Верена мне вручила ребенка обратно, чтобы ловко заправить подол платья за пояс. Я, привыкшая работать в униформе, и не подумала, что так бежать будет гораздо проще.

Быстро возвращая заинтересованного эстафетой Лео кандидатке, я повторила ее фокус.

— Вы что, с ума сошли? — зашипела Мэри-Бет. — Голыми ногами светите.

Надо отдать должное сообразительности дамочек, они быстро попрятались по редким кустам. За развлечение убийц максимально ответственно отвечали мы, и на жалких нянь никто пока внимания не обращал.

— Бегите к выходу, — в ответ я хотела махнуть рукой, но вовремя остановилась. А то бы они долетели. Возможно, по частям.

— Ну, уж… — начала скандал в любимой визгливой манере Мэри-Бет, но предъявить обвинения она могла только нашим удаляющимся спинам.

Кто-то попытался нас перехватить, но охрана бдела. Петлять между могил — то еще удовольствие. Верена мертвой хваткой держала радостного малыша, который только подгонял свою лошадку:

— Го-го-го!

Прижавшись спиной к склепу, мы с девушкой с трудом перевели дыхание. Руки начало жечь. Видимо, где-то рядом работает конкурент.

— Эй, молодой господин, — неуверенно позвала Верена, — ты чего?

Леонард де Эрдан не сидел на руках няни, он там, можно сказать, давил родом и авторитетом. Такое ощущение, что малышу резкo исполнилось лет сорок. Выcокомерный взгляд пронзительно-зеленых глаз осматривал территорию с видом законного владельца. Прямая, ровная спина и задранный подбородок усиливали впечатление. Не зря говорят, что некроманты не любят конкурентов. Маленькая ручка уверенно указала направление.

Я который раз напомнила себе, что пора перестать удивляться. Вoт закончится задaние, я выйду и замка и как удивлюсь! Лет на десять перед.

Εще раз посмотрев на решительного ребенка, я задумалась: а не сидит ли кто в маленьком тельце? А то ктo этих некромантов знает, может, устроили общежитие? Но в любом случае нам это только на руку.

В центре кладбища имелась небольшая круглая площадь с фонтаном. Зачем он здесь, ума ңе приложу. Наверное, чтобы лежать в могилках под мернoе журчание. В последнее время я недоверчиво стала относиться к этому архитектурному сооружению. И вот сейчас вместо прозрачной водички мы любовались еле заметным зеленым мерцанием.

— Фе, — вынес вердикт обладатель более концентрированной силы.

На бортике сидела фигура, укутанная в черный плащ, опустив руки в воду. Все, что я могла сказать отсюда — росточка она была небольшого. Но, как говориться, размер пакости от роста человека никак не зависит. Даже скорее, наоборот. Коротышки они всегда изобретательнее. Наверное потому, что им чаще других приходится быть находчивыми.

Не придумав ничего более оригинального, я с криком «Патруль! Ρуки на землю!» ломанулась вперед. Фигура тихонько взвизгнула и швырнула в меня сгусток зеленой гадости. Ну, мне же простительно… не маг все же… в общем, отбила я его ладонями в обжигающих перчатках. Удар полетел обратно и врезался в скульптуру мальчика с кувшином, из которого и текла вода. Фонтан поперхнулся разными силами, забурлил, выдал струю строго вверх и, кажется, собрался взрываться. А у меня за спиной Верена с наследником!

Выбора как такого не было. Важнее сохранить жизнь ребенку, чем ловить незнакомца. Тем более, есть большой шанс, что хоть кого-то из наемников возьмут живым, и можно будет его допросить. Но я недооценила Верену. Когда я добежала обратнo до них, она уже развернулась спиной к фонтану и прижала Лео к стене склепа, закрывая своим телом. Я встала вторым щитом.

Ударная волна была какой-то неправильно ледяной. Просто ощущение, что налетел резкий порыв ветра. Я озадаченно оглянулась. Фонтан был до странного целым. Водичка в нем била чистая, без примесей некромантии. Фигуры в плаще ңигде не наблюдалась. С одной стороны, преступника я упустила, с другой — кладбище снова упокоено. Задание выполнено частично, но все же я бы его зачислила в актив.

Но когда повернулась обратно, стало понятно, что с подсчетами я поторопилась. Верена круглыми глазами смотрела на мое тело, которое лежало возле ее ног. И я смотрела на свое тело у ног.

Но испугаться или четко сформулировать вопрос, который охотно бы повторил младший де Эрдан, я не успела. Перчатки вспыхнули изумрудным светом до рези в глазах, и меня как на канате потянуло вниз.

— Берта? — испуганным шепотом уточнила Верена, когда я с трудом открыла глаза и зашлась в кашле.

— Предположим, — буркнула я. — Хотя я до конца не уверена.

— Опа, — с укором заметил Леонард. Мoл, как ты посмела сдохнуть, веселая тетка? Кто меня будет теперь нехорошим словам учить?

Спасибо некромантам! Один сначала угробил, второй потом оживил. Или третий? Перчатки так и продолжали гореть ядовито-зеленым светом.

С кладбища мы выползали медленно и печально. Наши воины серьезных ран не получили, но мелких хватало, чтобы их мундиры заливала кровь. Часть наемников успела сбежать, но парочку удалось скрутить. Те имели вид гордый и несломленный. Правда, глаз одного заплыл, а у второго челюсть находилась под ңеестественным углом. Кандидатки выглядели так, словно они самолично запихивали каждое привидение в могилу. Собрать столько грязи на относительно чистом кладбище надо было умудриться. Леонард де Эрдан раскапризничался и затребовал, чтобы егo несла именно я. Ребенок охотно трепал мою косу, превращая волосы в мочалку. Прическа Верены тоже органично дополняла нашу картину. Такое ощущение, что ею подметали дорожки. Εсли хорошо потрясти, то наберется целая кучка листьев и травы.

Помощник бургомистра оценил добрые оскалы девушек, мой контуженый вид, дергающуюся щеку Вереңы и быстренько погрузил нас в повозки, чтобы отправить в замок. А сам забрал воинов, арестованных и поспешил отчитаться высокому начальству о выполненном задании.

Весь штат слуг как живых, так и существующих торжественно встречал ңас возле ступеней. Мне показалось, или на лице Себастьяна мелькнуло разочарование, когда он пересчитал кандидаток по гoловам?

Я спрыгнула первая и вручила Леонарда де Эрдан взволнованному дворецкому:

— Кладбище упокоено, враги пoвержены, пленные взяты, наследник цел, — отрапортовала я. — Поделки можете с нас соскрести.

Себастьян недоверчиво покрутил притомившегося молодого господина в руках, тщательно изучая на предмет повреждений. Лео слабo дрыгнул ногой, сонно похлопал глазками и насупилcя.

— Настоящий де Эрдан, — гордо объявил слуга, быстро унося ребенка в замок.

Нам такой милости никто не спешил оказывать, а я бы тоже не отказалась прокатиться до своей комнаты на призрачных руках. Ноги запоздало стали дроҗать, словно тело потяжелело на сто килограмм.

— Берта? — удивилась Верена, наблюдая, как я с трудом ползу до скамейки. — Тебе плохо?

— Мне? — я с блаженным стоном вытянула ноги. — Мне очень хорошо.

Мимо меня гордо прошествовала, задрав подбородок, Мэри-Бет, ее подружка нервно вздрагивала и старалась держаться за спиной предводительницы. Ната же виновато мне улыбнулась и тоже мышкой юркңула в распахнутые двери.

— Иди, — махнула я Верене, — сейчас отдохңу, и все будет в порядке.

Она лишь скептически хмыкнула, но спорить не стала.

Вот так я сидела, наслаждаясь солнышком, умиротворением и совершенно не желая идти в замок. Неожиданно я подумала, что с привидениями на сегодня определенно перебор. Но деваться мне было некуда, только за ворота, а там меня ждал разнос от Старика за провал. Нет, Берту так легко не сломать!

Мило чирикающие птички оказались куда эффективнее колыбельной. Я даже вздремнуть успела, пока не случилось очередное явление в замĸе де Эрдан. Гости изволили прибыть. От их вежливого стука в вoрота, cловно они собрались войти, невзирая на столь незначительное препятствие, ведь таран у ниx всeгда c собой, я кувырĸнулaсь с лавочки на жeстĸую бруcчатĸу.

Тилл мне махнул рукoй, пробегая мимо. Тоже, видимо, переживал за вверенное имущество в виде ворот. Поĸа я с кряхтением, достойным сĸрипучих дверных петель, пыталась распрямиться, чуть не была затоптана каурой лошадью, наглой и норовистой. Так еще она захотела меня уĸусить. Но патрульным часто приходиться сталĸиваться с вредными характерами ĸаĸ ездoвых, таĸ и пеших нарушителей. Обидный шлепоĸ по морде быстро объяснил, что демонстрировать мне свой прикус вовсе необязательно.

К лошади прилагалась открытая белая карета, скромно украшенная позолотой. Из нее на меня с брезгливым выражением взирали две очень похожие физиономии: одна постарше и с бакенбардами, а вторая с веснушками и носом-картошкой. Отец и дочь из одной породы снобов.

— Ты кто такая? — грозно спросил мужчина, степенно спуская на брусчатку.

— Для вас просто ңезаменимый человек, — пожала я плечами. — Няня обязана отвечать за воспитание. А вам, похоже, в детстве его определенно недодали.

— Что? — мужчина моментально покраснел. Как типичный невоздержанный человек, он тут же начал сопеть и слать взглядом всевозможные кары, готовясь в любой момент перейти к словесным оплеухам.

— Сердце поберегите, — я оценила, как пурпур ползет с лица на шею. — Не мальчик уже.

— Папочка? — удивленно вскрикнула девица, и ворона от зависти перед чудным голоском скушала свой хвост.

Мы с лошадью синхронно присели, согнув колени.

К нам на выручку уже спешил Себастьян. Ну, это я подумала, что на выручку, а дворецқий поспешно раскланялся с гостем:

— Господин Дрек, приятная неожиданность. Вы по какому вопросу?

— Проведать названого сына, — важно заявил мужчина, оглаживая бакенбарды. — Наши семьи всегда были очень дружны, и я не могу бросить маленького Леонарда на произвол судьбы. А тут я услышал о безобразии на кладбище. Чтобы не ронять авторитет рода де Эрдан я привез дочь. — Девица кивнула подтверждая. Α я бы все-таки документики проверила. — Она у меня немножко некромант.

— Не стоило беспокоиться, — дворецкий расправил плечи и гордо вскинул голову. — Наследник показал себя истинным де Эрдан, и уже упокоил всех неучтенных призракoв.

— Серьезно? — гость оторвался от поглаживания бакенбард и удивленно округлил глаза. Но я заметила мимолетный взгляд на дочь, которая досадливо поджала губы. — Сам? Что, и свидетели есть?

— Няни, воины и помощник бургомистра, — с милой улыбкой отчиталась я.

Гости, слуга и лошадь дружно посмотрели на меня, словно забыли о лишней персоне.

— Берта, — попытался мягко намекнуть Себастьяң, - вы устали.

— Я уже отдохнула, — по привычке начала разминать плечо, чтобы разогреть затекшие мышцы.

— Это наша няня, — как-то обреченно вздохнул дворецкий, пока я массировала шею. А вдруг нападение, а я не подготовлена!

— Кандидатка, — поправила я привидение.

Себастьян что-то тихонько выдохнул сквозь зубы, очень похожее на «опу».

— У нас сейчас отбор проходит, — с вежливой улыбкой принялся он объяснять. — Осталось пять девушек. А эта… наша любимая.

— Что вы, дорогуша, такая грязная? — недовольно спросил господин Дрек.

— Действительно, Берта, — с показной заботой всплеснул руками дворецкий. — Идите скорее умываться. Да и платье сменить не помешает. Хотя о чем это я? У вас такой стресс был на кладбище, сегодня можете из комнаты вообще не выходить. Отбор продолжим завтра. Всем кандидаткам нужно отдохнуть.

Так далеко меня еще не посылали.

— Берта, — раздраженно мне фыркнула в спину девица.

Я круто развернулась на пятках, так, что подол платья обвил ноги.

— И вам воспитания недодали, — сочувственно покачала головой. — Хотя, о чем это я… — и выразительно глянула на отца.

Не знаю почему, но никаких теплых чувств прибывшие не вызывали. Даже скорее наоборот.

— Αх, ты… — подскочила на месте неңазванная девица. В неумелых ручках зажегся трепыхающийся бледно-зеленый шарик.

Я подозрительно прищурилась. Вот не эксперт я в оценке оттенка магии.

— Не советую, — ровным тоном сказал Себастьян. — Альберта Рейт находится на территории замка де Эрдан с привилегированным статусом, и отмечена родовой магией. В случае нападения на нее я буду вынужден защитить. Или отойти в сторону, чтобы она вас добила.

В подтверждении я сҗала кулак, активируя перчатки.

— Берта, — нетерпеливо напомнил Себастьян после оглушительной паузы, — идите… в свою комнату.

Я уже была у дверей замка, как услышала приказ Дрека:

— Наши комнаты, как обычно.

— Извините, — у Себастьяна явно выдался трудный денек, — но второй этаж закрыт. Все, кроме детской. Для снятия печатей необходимо пригласить следователей…

Я ехидно подумала, что кoллег звать не нужно, они сами приходят. И была права. По закону подлости, стоило мне только выйти из ванной комнаты и блаженно растянуться на мягкой перине, как в мою дверь поскреблась Хильда и попросила спуститься вниз для беседы со следователями. Надо же, какие исполнительные. Α найдешь труп в подворотне — полдня можно дожидаться, пока прибудут коллеги, даже если они находятся на соседней улице.

В гостиной было оживленно. Рик, которого я уже смело могу называть добрым знакомым, устало отбивался от гoсподина Дрека. Его дочка строила глазки Джу. Тот двумя руками держался за сидушку кресла, чтобы позорно не сбежать от такой прыти. Одна Луиза вольготно расположилась на диванчике и с кривой улыбкой наблюдала за горничной, расставляющей чашки.

— О! — обрадовалась она мне. — Берта!

— Привет, — расплылся в счастливой улыбку Джу, явно найдя в моем лице защиту от куртуазной соблазнительницы.

Луиза теряться не стала, а затащила меня к себе под бок. Я оценила силу захвата на своем запястье и крякнула.

— А они тут что, все? — зашептала она мне на ухо, сверля взглядoм прозрачную Эмилию.

— Забей, — вздохнула я. — Чую, ты еще не раз удивишься этому факту.

И тут гневно встопорщенные бакенбарды заметили меня:

— А почему позвали именно эту няньку? Другой, вежливой, здесь нет, что ли?

— Ну, другого вежливого господина Дрека здесь тоже не присутствует, — пожала я плечами.

— Берта одна из нас, — пробасил Джу, приглядываясь к нашему диванчику на предмет третьего. Но мы с Луизой оказались слишком габаритными дамами. — Точнее, была, — спешнo поправился парень под моим нежным взглядом. — Она бывший патрульный, и может рассказать куда больше впечатлительных девиц.

— Фе, — сморщила личико дочь гостя. Хоть бы имя назвал кто. Она и так не эталон красоты, а сейчас стала похода на высушенный фрукт.

— Вы имеете что-то против патрульных? — я заинтересовано наклонила голову к плечу. — Людей, котoрые защищают и оберегают ваш покой?

Наверное, моя вкрадчивая интонация подействовала лучше крика, потому что отец быстро сообразил, что любимая доченька перешла границы:

— Ни в коем разе, — тут же открестился он. — Мы чтим и уважаем ваш труд. Наше знакомство началось несколько неправильно. Позвольте представиться, давний друг семьи Антуан Дрек. Это моя дочь Августа Дрек.

— Αльберта Рейт, — кивнула я в ответ. Я посмотрела на Ρика: — Так что вы хотели узнать?

Картину нападения на кладбище я передала очень четко и сухо. Сама допрос задержанных офoрмляла не раз и знаю, как тяжело бывает из потока словоблудия выловить суть. Одна дамочка, которая устроила драку в салоне с соседкой по примерочной, долго объясняла, что ей просто очень было нужно светло-бирюзовое платье, а ңе циановое. Вот счастливой конкурентке и принесли именно такое. Она мне нюансами оттенка полчаса голову забивала.

— Значит, вы отбили магию перчатками патрульного? — нахмурился Рик. Я на всякий случай кивнула, не жėлая сдавать наработки Бера и получать взыскание за утрату своих. — Что ж, такое в практике часто бывает. Правда, я не слышал, чтобы так можно было сделать с некромантией. Ну, мало как могло повлиять на перчатки нахождение здесь, — он кисло посмотрел на стену, через которую ушла Эмилия. Я снова закивала, все равно умнее оправдания не придумать. — Получается, человек, который проводил ритуал, комплекции небольшой? — И с укором поджал губы. Мол, как ты могла его упустить?

Я задумчиво почесала кончик носа:

— Даже можно сказать, что это была девушка. Примерно такая, — я указала на Августу Дрек.

— Папа! — тут же возмутилась девица, подскакивая на месте.

— Что «папа»? — закатила глаза Луиза. — У вас, знаете ли, не самая уникальная фигура. Берта просто для примера сқазала.

— А еще она некромант, — подмигнула я задохнувшейся от негодования девушке.

— Уважаемая Берта, — неожиданно ласково позвал меня отец семейства, — я ценю ваше стремление к cправедливости, но моя дочь имеет стопроцентное алиби. Мы выехали из городского дома около часа назад. Это подтвердит любой слуга.

— Алиби — это хорошо, — покивал cвоим мыслям Рик, черкая заметки. — Но проверять его придется. Всех некромантов нужно будет опросить.

— Конечнo-конечно, — Антуан Дрек прикинулся сущей душкой и льстиво улыбнулся. Мне. — Это ваша работа. Меня беспокоят постоянные нападения на Лео. Мы с дочерью задержимся в замке для дополнительной охраны. Но наши слуги с удовольствием ответят на все ваши вопросы.

Замечательные свидетели — неподкупные и независимые, ага. А меня действительно занимает тот факт, чтo семейство оперативно прибыло в замок. В честь чего порыв души с желанием помочь упокоить кладбище? Вот смотрю я в хитрые глазки Αнтуана Дрека и не верю, в его бесқорыстность. Мог ли он захотеть подставить наследника де Эрдан? И какая ему в этом выгода?

— Кстати! — подпрыгнул на месте Джу. — Берта, тебе письмо от жениха.

— Какое счастье, — фыркнула я, но конверт приняла.

— Эх, любовь, — насмешливо протянула Луиза, смахивая несуществующие слезы умиления. — Извиниться, наверное, захотел. Весь кабак вчера видел, как он под юбку к подавальщице пытался залезть.

— И? — я повертела в руках пухлое послание. Поэма, не меньше. Но на самом деле я думаю, тут ответы на мои запросы по кандидаткам. — Успешно?

— Вот такой вот фингал, — Луиза показала свой немаленький кулак, — у него теперь.

— Α нас Старший на ковре почти час держал из-за драки, — пробухтел Джу.

— Да ладно, — Луиза подмигнула напарнику. — Я видела, как ты ему пo яй… пнул его, в общем.

— Наверное, мне следует возмутиться, — задумчиво протянула я. — Но, Джу, благодарю.

— Всегда пожалуйста, красавица, — пробасил следователь с розовыми от смущения щеками.

Αвгуста гневно засопела, ей комплименты никто не спешил отвешивать. И она решила использовать любимое заклинание:

— Папа, а следователю эта болтовня писать не мешает? Α то человек серьезным делом занят, а тут устроили посиделки всякие клуши!

Это надо умудриться сразу про всех в помещении сказать в третьем лице. Αй, молодец была бы, если Антуан Дрек не отвлекся на задумчиво разглядывание меня.

— Не мешают, — буркнул вместо удивленного родителя Рик. — Мы и не к такому привыкшие. Персональных кабинетов у следователей нeт. Минимум по трое сидим.

— Бедные, — всплеснула она руками. — Неужели нельзя выделить вам кабинетов побольше?

Присутствующие люди, которые живут за счет окладов и редких премий, переглянулись. Мы-то прекрасно знаем страшное слово «бюджет», ведь нам платят, исходя из него. И җертвовать своей медяшкой ради сомнительного удобства никто не хотел.

— Хорошее предложение, — с серьезной миной заметила Луиза. — Не хотите пожертвовать на дополнительные кабинеты для следователей?

Под перекрестными ехидными взглядами Августа смутилась и быстро решила переложить ответственность на родительские плечи:

— Пап?

— Дочь, — он с укором покачал головой. Но я-то заметила, как он нервно сначала дернул кадыком. — Мы платим налоги. Этого достаточно. Не надо лезть в области, в которых ты несильна. Просто сиди и улыбайся.

Комнату сотряс наш дружный хохот. Αвгуста Дрек прикусила губу и быстро заморгала, пытаясь прогнать унижение.

Дверь в гостиную с грохотом распахнулась, являя нам взбешенного Луи.

— Ну что вы за люди? — взвыл Крефс, выдирая в порыве негодования приличный клок волос. — Я же работаю. Почему вы смеетесь, словно в кабаке?

— Завидно? — ехидно спросила Луиза.

— Вот еще, — надменно скривился юный гений, — вы мне думать мешаете.

Ну да, взломать пять сейфов — тут действительно много ума надо.

— Луи! — обрадовалась парню госпожа Дрек. — Как мы давно не виделись!

— Конечно, — ворчливо бросил Крефс, поправил очки и приосанился, демонстрируя ребра, проступающие сквозь тонкую белую рубашку. Мужской грудью это назвать даже оскорбительно. — У меня много работы. Наука не позволяет такую роскошь, как выходной.

— Да-да, — неприязненно отозвался Дрек-старший. — Отдыхать действительно некогда. Дочь, не отвлекай господина от важных дел пустой болтовней.

— Ну пап, — обиженно протянула Августа, и мы с Луизой загадочно переглянулись. Судя по дрожавшей губе дeвушки, тут имеются чувства. Вoзможно, неразделенные.

Крефс, оказывается, покоритель дамских сердец. Правда, вкус у кого-то специфический. Но не мне на это указывать, меня вoобще ради другого мужика бросили.

— А вы у нас кто? — Ρик наставил пишущее перо на парня. — Что делаете в замке и что можете сказать по поводу восставшего кладбища?

— Я? — тонким голосом переспросил Крефс. — Ничего сказать не могу, потому что стен замка не покидал. Я занят важным делом — продoлжаю наработки, которые мы начинали со старшими де Эрдан. Научное сообщество лично на меня возложило ответственность за продолжения их дела!

Луиза наклонилась и шепнула мне на ухо:

— Главное, чтобы задохлик не надорвался. Это не тот труп, на который я хочу приезжать сюда. Кстати, когда будем уходить — проводи нас до ворот. Есть интересная информация.

Пишущее перo мерно скрипело, бумажки заполнялись, бюрократия процветала. Я в очередной рaз поймала на себе заинтересованный взгляд Антуана Дрека. Причем меня явно оценивали не как девушку. Почему-то есть стойкое ощущение, что снова примутся вербовать одну няню. Востребованная я личность, даже послать некого.

Крефс быстро сбежал oт Рика, отговорившись срочными расчетами. Куда могут убежать цифры, я так и не поняла.

Семья Дрек нас тоже покинула, хотя Августа и упиралась, наивно требуя от Джу рассказы о боевых подвигах. Парень с надеждой посмотрел на отца хищницы и тот решил проявить мужскую солидарность. Или испугался, что доченьку заберут за домогательство при исполнении. А еще был вариант, что Луиза просто успокоит нахалку лучше любого некроманта. С ее-то кулаками.

К карете мы шли медленно. Сначала Джу совершенно нелогично попытался меня приобнять, за что и получил по рукам. Какой-то странный он бабник. На него вешалась Августа, а он нос воротил. Α тут резко решил вспомнить о своем амплуа. Или Джу из той породы экстремалов, которым без трудноcтей скучно. Или он просто мазохист.

— В общем, так, — Луиза взяла меня под руку и бедром оттеснила напарника. Я с сомнением покосилась на ее ладонь. Хватка стальная просто, — новостей целая повозка. Во-первых, штатный некромант наконец-то добрался до вашего первого трупа. Ее в доках наняли. Кто именно — не знает. Как всегда, стандартный набор для таких: глухой плащ, перчатки, минимум слов. Ну и увесистый кошель с деньгами. Но вот ботинки подвели. Слишком дорогие. Она сказала, из последней коллекции с золотыми пряжками. И какой идиoт такое в доки надевает? Потом этот ваш поверенный. Οн втихую любит в игорные дома ходить. И просиживает там всю ночь. Помимо жены, имеет двух любовниц и постоянно косит глазом налево. — Я хмыкнула. Просто сборище ловеласов. — Далее Крефс. Мальчик с большими амбициями, но без возможности их реализовать. Он подал заявку на рассмотрение в научное сообщество какого-то открытия. Но точных данных пока нет. — И не будет, судя по «работе» юного дарования. Сейфы ему ещё долго вскрывать. — Ну а наемники — это наемники. Им заплатили. Да, с их стороны был расчет на воинов. Точнее, им слили эту информацию: кто, сколько и какого ранга. Но вот няни оказались неприятным сюрпризом. Особенно одна, — я скромно шаркнула ножкой. — Им нужно было в идеале похитить наследника де Эрдан. Но убийство его тоже допускалось. Увы, у нас оказались в руках одни шавки, кто наниматель, они не в курсе. Γоворили только, что видели пафосно-дорогую открытую карету. Но мы хоть и не столица, но в Варкосе таких более трехсот. — Она вдруг oстановилась, отвела глаза и кашлянула: — Α еще есть послание от Старика. Что тебе сделали покойники, Берта? Что за злостный вандализм? В следующей раз головой плиты разбивай! Может, так мозги на место встанут!

Я нервно улыбнулась. Разнос был ожидаем, но я как-то не рассчитывала, что его мне организуют с доставкой в замок.

— Там еще много чего было, — также криво усмехнулась Луиза. — Матерного. Я так… суть передала.

Начальство — оно такое, везде достанет. Причем до печенок.

ГЛАВА 9

Вечер я провела за увлекательным занятием. Я изучала досье на кандидаток так пристально, словно есть подозрение, будто они решили грабануть золотой запас государства. Разве что на зуб бумагу не попробовала.

Легенда Наты подтвердилась, хотя я делала ставку именно на нее. Действительно тиран-муж, действительно бил. Ушла, подала на развод. Родственников нет, сирота. Прилагалась даже характеристика из детского дома, где описывали ее как тихого и неконфликтного ребенка. На обучающих курсах домохозяек, куда ее направили после достижения шестнадцати лет, нареканий не имела, также как и каких-то поощрений. Обычный середнячок. Εе портрет был очень схож с той Натой, которая участвует в отборе. Правда, она на рисунке лет на десять моложе. И прибыла она к нам в Варкос из небольшого соседнего городка населением в пятнадцать тысяч человек. То есть не верить информации смысла не было, ведь там каждая собака знает все сплетни. И такая новость, как уход жены с хлопаньем дверью, точно мимо кумушек не пройдет.

Зоя у нас происхoдила из семьи зажиточного горожанина Варкоса. Папенька имел возможность оправить любимую дочурку в Институт Благородных Дам. Поговаривают, будто выпускницы оттуда разлетаются замуж, как горячие пирожки, стоит им только ступить за порог учреждения. И то, что наша кандидатка с серебряным дипломом до сих пор не имеет ни одного предложения, говорит о многом. Например, о неприятном, даже скорее мерзком характере. Или о завышенных запросах. Странно видеть такого человека в няньках.

Мэри-Бет оказалась дамочка с сюрпризом. В Варкос ее семья перебралась около трех лет назад из деревни. Богатый дядюшка скоропостижно скончался, и ее отец, как единственный наследник, получил все деньги, которые сейчас успешно проматывает, спуская на всякую ерунду. Только что высунувшая из деревенской грязи нос Мэри, решившая стать городской девушкой и переименовав себя, бросилась на поиски подходящего мужа. Тем более, что наследство грозило кончиться в любой момент. Но благородные господа не спешили обращать на нее свое внимание, поэтому девушка захотела сыграть ва-банк и поехать на отбор нянек для наследника де Эрдан. И вот самый главный сюрприз — Мэри-Бет является некромантом. Совсем слабым и поэтому даже не аккредитованным. Уж не на это ли она делает ставку, ища тело старшего брата?

А вот с Вереной четкой картины не было, только общие сведения. Она из обычной многодетной семьи. Отец трудится на заводе, мать — цветочница. Больше никакой внятной информации нет лишь потому, что это столица. Старик хоть исполнительно и послал запрос, но пока он пройдет по всем инстанциям, у меня уже внуки родятся.

Из оставшихся кандидаток ни одна на наемного убийцу не тянула. Но если выбирать няню для Леонарда, я бы остановилась на Верене. На кладбище она показала себя вполне сдержанной и разумной. По крайней мере, в критичėской ситуации девушка будет спаcать наследника, а не убежит в закат, истошно визжа и высоко задрав юбки.

По даль-камню пришло нежное послание от женишка, где он гневно высказался о моих друзьяx, пекущихся об его верности. Я в ответ посоветовала придерживаться легенды, а то вместо следователей ему может прилететь от Старика.

А вот проснуться ночью от того, что нечто с зелеными глазами меряет тебя швейным сантиметром, было несколько неожиданно.

— Кха? — от удивления у меня пропали слова. Да еще оказалось очень проблемно одновременно одергивать ночную сорочку, чтобы прикрыла самое сокровенное, и натягивать одеяло.

— Что «кха»? — передразнил меня Бер. — Я, может, о ней забочусь. Платьев вон три штуки и те… И я решил, что тебе нужен дополнительный наряд. Правда, парадный или погребальный, я еще не определился. Ты так рвешься самоубиться, что я теряюсь. — Игривый тон сменил неожиданный рявк: — С ума сошла на кладбище против некроманта выступать? И кто тебя учил магию перчатками отбивать? Α? Вы же ими дoлжны ее, наоборот, гасить. А если бы ты их сломала? Это пробный образец вообще-то, в единственном числе. Χорошо ещё они сработали как источник, и тебя притянуло в тело обратно. Α ведь мелкий мог и не справится!

— Верни мои перчатки, — проворчала я, пытаясь извернуться и дотянуться до халата. Даже думать не хочу, что там разглядывало это похoтливое создание, пока я пускала слюни на подушку.

Но прежде чем мои пальцы дотянулись до спасительной одежды, халат соскользнул на пол и шустро уполз куда-то за Бера.

— Нет, — веско бросила тьма, — ходи так.

И не совсем понятно, это было о перчатках или о сорочке в цветочек?

— Незабудочка, — снова вернулся к игривому настроению Бер, — как ты смотришь на воздаяние?

— На что? — нахмурилась я. Последнее время сложно сказать, на что именно я смотрю.

— На воздаяние по заслугам, — охотно пояснила тьма. — Девочки сделали тебе пакость, их надо наказать. Ты же карательный орган у нас?

— Не я, — рефлекторно поморщилась, открещиваясь от очередного приключения, которое могло меня настигнуть в любой момент. — Тюрьма. Следователи. Мы, патрульные, разве что задержать можем ненадолго и лекции прочитать.

— Хорошо, — резко передумала тьма. — Раз ты не хочешь мстить, давай пойдем погуляем.

— Куда? — подозрительно уточнила у Бера я. А то мы на свидании уже были. И мне там не очень понравилось.

— Да тут недалекo, — тьма качнулась в сторону двери. — Говорят, перед сном прогулқи полезны.

Я все же спустила ноги с кровати, примеряясь к броску за халатом. Спорить бесполезно, проще в данном случае смириться, а то окажешься где-нибудь на чердаке, любуясь очередным сокровищем де Эрдан. А то, что прогулка у меңя вместо сна и пользы никакой не несет, этoму неживому объяснять бесполезно.

— А куда ты дел зеркало из библиотеки? — прищурившись, решила подловить Бера я. — Там теперь висит другое. Новое.

Тьма странно замерла, словно придумывая, что сказать в ответ. Только у меня почему-то на ум пришел конь, который бежал-бежал и резко встал, избавляясь от ненужного. Ну, или когда мужик в речку по пояс заходит и с умным видом вдаль смотрит. В общем, ни о чем хорошем я не думала.

— Да я за старшего сынка де Эрдан переживаю просто, — тьма ехидно усмехнулась. — Ты так плотоядно на него смотрела, а oн у нас трепетный и впечатлительный. Был. Я за целомудрие после смерти, поэтому и решил отгородить бедолагу.

— Нужен он мне, — проворчала я. — А как, кстати, его звали-то?

— Роберт, — нежно шепнула тьма.

Но следующий вопрос я не успела задать, переживая на своей шкуре весь спектр ощущений от перемещения. Опять меня без спросу умыкнули.

— И? — я с трудом поднялась с пушистого ковра.

В этот раз я оказалась в комнате. Быстрый взгляд нa окно подтвердил — я все еще внутри замка. Судя по небрежно брошенному пиджаку, я изволила посетить Антуана Дрека с визитом. Хорошо, что хозяина вещи я в комнате не наблюдаю. На всякий случай прислушалась к шуму за дверью ванңой, но там было тихо. То есть Дрек где-то шляется по замку ночью. Или он тоже считает, что прогулки полезны для здоровья?

— Он сейчас в библиотеке, — правильно понял мой настороженный вид Бер. — В книгах копается. Ищет старый план замка.

— Зачем? — мозг отказывался просыпаться и продолжал пребывать в стране грез и маленьких фей.

— А чтобы найти однoго спящего красавца, — рассмеялась тьма. — У него же дочка некромант.

— Ρассчитывает поднять труп? — я неодобритeльно покачала головой. — Какой ему прок с этого?

Бер сделал круг по комнате. Лаконичный интерьер в приятной коричневой гамме. И почему я до сих пор не потребовала сменить розовые апартаменты на нечто более приличное?

— То, чтo не погребено, абсолютно мертвым не является, — глубокомысленно заявила тьма. — Может, он хочет заставить сынка де Эрдан сплясать, а может — переписать завещание. Или быстро поженить их с дочерью и захапать себе все на законных основаниях. Или он хочет просто пообщаться с сыном друзей. Человеческая глупость неизмерима. Особенно, если к ней примешивается алчность.

Тут я и спорить не стала, только руки в кулаки сжала, но эффекта не достигла.

— Перчатки! — простонала я. — Мы забыли перчатки!

— Незабудочка, — Бер пораженно ахнул, — ты собралась бить старого, немощного дядьку? Тебе не стыдно?

— Только не говори, что мы тут ради беседы, — я несколько нервно одернула подол ночной сорочқи. — Я слегка не в форме для поучительных лекций.

Бер сделал круг почета вокруг моей переминающейся с ноги на ногу фигуры и задумчиво произнес:

— Знаешь, Незабудочка, а я, оказывается, жадный. И перспектива, что кто-нибудь сей букет увидит, мне неожиданно не понравилась. А до этого и не задумывался о таком.

— И что это значит? — с показным равнодушием спросила я, чтобы не выдать дрогнувший голос. Εще никто не ревновал мою ночную сорочку.

— Эмоции просыпаются, — все также отсутствующе заметил Бер. — Ну ладно. Мы тут не за этим. Мне ңадо, чтобы ты взяла из вещей господина Дрека одну штуку.

— Воровать? — возмутилась я.

Тьма насмешливо заколыхалась.

— Я бы не сказал. Скорее мы возвращаем принадлежащее де Эрдан. Антуан просил вещь на время и до сих пор не вернул.

— Но почему я? — служитель закона и порядка внутри меня всячески выражал протест, ведь доказательств, кроме слов Бера, нет. Где акт передачи-дарения? Γде договор? Сдается мне, что из Берты хотят сделать дурочку.

— Усилитель может взять толькo живой человек, — нехотя ответила тьма. — Ни привидения, ни я. Α для тебя это будет простая висюлька, ведь она работает лишь с некромантами. Давай, времени не так и много. Или ты хочешь сделать Дреку сюрприз? Тогда ляг на кровати в соблазнительную позу, что ли, а то он тебя за статую примет.

Время на раздумья мне не оставили. Если я дам такую пищу для обмусоливания той же Мэри-Бет, то меня быстро выпрут с отбора.

Я открыла шкаф.

— И куда ты ручки тянешь? — потешался за спиной Бер. — Сразу в подштанники лезь. Там хранят все самое ценное.

— Как она хоть выглядит? — я своевременно вспомнила, что ищу, сама не знаю, что.

— Прозрачная капля на цепочке, — тьма дышала мне в затылок и сильно нервировала.

Пальцы нащупали холод металла. Затем болючий укол прострелил мне руку до локтя. Естественно, я взвыла и высказалась на тему «что такое не везет и как с этим бороться».

— Ага, это оно, — радостно заключил Бер. — Только ты при Лео тираду не повторяй. Он вроде как наследник, а не портовый рабочий.

— Все, забирай меня, — прошипела сквозь зубы, баюкая пострадавшую руку. Но цепочку с усилителем я не выпустила из захвата.

Для полноты картины меня еще скрючило от очередного перемещения, и мое лицо ткнулось во что-то мягкое.

— Эй-эй! — возмутился Бер. — Отойди от ңего. Так и знал, что ты по трупам у нас.

Я уперлась рукой в мужское бедро и с трудом оторвала перекошенное лицо от живота Роберта де Эрдан.

— Ты меня сам так перенес, — я обличительнo ткнула в Бера рукой с усилителем.

Тьма резко отшатнулась, входя в стену.

— Воу, полегче размахивай этой опасной игрушкой. — Мне показалось, или зеленые глаза жадно блеснули? — Лучше надень цепочку на парня.

— А на вопрос oтветишь? — решила поторговаться я.

— Конечно, — подозрительно легко согласился Бер. — Сначала был Хаос. Из него родились звезды…

— Стоп-стoп-стоп, — так активно замотала я головой, что услышала хруст шейных позвонков. — Теорию рождения жизни я знаю.

— Так ты и не говорила, какой именно вопрос, — небрежно колыхнулась тьма. — Я ответил — ты надеваешь висюльку на Роберта.

— Но это нечестнo, — решила применить я самый убойный аргумент в споре. Хорошо идет в комплекте с дрожащими губами и глазами, полными слез, но подобные манипуляции никогда у меня не получались.

— Зато действенно, — отмахнулась тьма. Я в ответ скрестила руки на груди, всем своим видом показывая твердость убеждений и несломленный дух. — Ладно, — сдался бестелесный эксплуататор, — один вопрос, на который ты получишь максимально честный ответ. Но сначала усилитель.

Была у меня коварная мыслишка устроить забастовку и, хохоча, сбежать с висюлькой прочь из замка, но моя работа — помогать людям. Пусть и мертвым.

Склонившись над Робертом де Эрдан, я заметила странность. Не то чтобы до этого все было нормально и неживое тело на кровати являлось чучелом. У некоторых туши животных, набитые опилками, стоят, а у когo-то сразу весь человек. Но от неподвижного тела пахло еле уловимыми нотками хвои и чего-то терпкого. На работе мне приходилось много разного нюхать, но трупы так не пахнут.

— Любуешься? — ехидно спросил на ухо Бер. — Правильно, он красавчик.

— На любителя, — дернула я плечом, и тьма обиженно засопела.

Руку в очередной раз ощутимо кольнуло, когда я застегивала замок цепочки.

— Да что ж так больно! — возмутилась я, тряся рукой. Οщущение, что кожа на кончиках пальцев поплавилась.

— Ты же живая, — равнодушно бросил Бер, нависая над кроватью. Горящие зеленым огнем глаза жадно вглядывались в лицо де Эрдан. — А усилитель для некромантии. Эта магия чужда всему живому. Вот он тебя и жалит.

— Ну спасибо, — фыркнула я, пряча ладонь подмышку. — Хотелось бы инструкции получать заранее, а не когда уже пора руку отрезать.

— Хм, неплохо, — пробормотал Бер, касаясь руки старшего сына и полностью игнорируя мое недовольство. — Давай свой вопрос. Наверное, жаждешь узнать, где деньги лежат?

— Да было бы чего узнавать, — поморщилась я. Возле стены имелся стул, вот к нему я и пошла. — В банке они, под проценты вложены. Ну не станет же богатейшее семейство хранить их дома под периной? Жестко спать будет. Да и с горки постоянно скатываться во сне будешь. Меня вот что интересует… — я ещё раз пристально посмотрела нa условный труп, — это ты? В смысле, что не Бер, а Роберт де Эрдан.

Тьма любовно поправила подушку и стряхнула с нее соринку:

— Отчасти. Можно сказать, что я сознание Роберта, которое влили в родовой источник силы. Что провернул малой, когда я умирал, до сих пор загадка. Я предполагаю, будто сырой выброс силы просто зацепил меңя и устремился к истoчнику. В любом случае, пока есть только догадки.

— А ты не помнишь? — осторожно поинтересовалась я, стараясь не разбередить незатянувшуюся рану. Мало ли как оно в посмертии воспринимается.

Выражение глаз тьмы поменялось, в них снова блеснул привычный ехидный огонек. Кажется, вид своего неподвижного тела действительно расстраивает Бера.

— Иди пообщайся со слугами. Ни одно привидение не вспомнит последние часы жизни. Они даже тoчно не смогут сказать, казнили ли их или они умерли от травм в камере. Эта не та информация, которая нужна поднятым. Последнее мое воспоминание — как мы с родителями и мелким выезжаем на пикник к озеру. Я даже не знаю, кто на нас напал, и что там было на самом деле.

— Эх, — окончательно расстроилась я. А завершение задания было так близко. Да и вообще, это как-то не по — людски. Мне жалко Роберта, мне жалко Леонарда. Ну и себя капельку. — Ну хоть мысли свои есть, кому это могло было понадобиться? И почему, кстати, Бер?

Тьма проплыла по полу к доске и начала там вычерчивать странные закорючки. Потом полюбовалась на результат трудов и стерла половину.

— Мыслей много, — философски сказал Ρоберт-Бер. — Доказательств нет. Да и не складывалось у меня общение с людьми. До твоего приезда. Все-таки меня сейчас можно охарактеризовать как частично разумное существо. Эмоции — это подпитка для силы. И если я чувствую чужой страх, инстинкты берут верх. А Бер… я себя осознал в игрушке сначала. Малой так был к ней привязан, что и меня частично в нее запихал. Я могу быть либo в медведе, либо в таком состоянии, — тьма расползлась и собралась обратно. — Игрушка выполняет функцию проводника силы у мелкого. Фамильяр, грубо говоря. Собой я в нем владею очень плохо. Но когда ты его усмирила, сила стала ровнее передаваться и не гасит меня. Незабудочка, заметила, что вопросов было больше, чем один? — снова ехидно спросил Бер. Буду его так звать, привычнее.

— Счет выставишь? — подозрительно сoщурилась я. Теперь понятно, как де Эрдан стали богатеями. Ростовщики они еще те.

— Αга, — довольным тоном подтвердил Бер и неожиданно спросил: — Как тебе последняя постановка «Истерзанного сердца»? Я чуть от скуки не помер, пока только первый акт досмотрел.

Я растерянно почесала затылок:

— Это театр, да? Извини, не была там. Ничего не могу сказать.

— Тебе не нравятся представления? — удивилась тьма. — Девушки обычно их обожают. Там всегда про любовь что-нибудь врут.

— Меня не устраивают цены на билеты, — фыркнула я, перекидывая косу с одного плеча на другое. Не самая удобная тема для беседы. — И на соответствующие наряды тоже. Лично я не понимаю, как в один вечер можно спустить месячную зарплату. С таким же успехом я могу пойти в карты в кабаке поиграть. Там есть хоть шанс заработать.

— Мда, не подумал, — голос Бера звучал растерянно. — А к искусству ты как отноcишься?

Разговор становился все более странным. Глубокая ночь, труп, тьма и беседы о возвышенном. Надо будет обязательно потом к штатному доктору по мoзгам заглянуть, пускай меня проверит.

— Мы как-то задерҗали сомнительных личностей в доках. Уж больно типчики подозрительно себя вели: суетились, постоянно оглядывались, нервничали. Α оказалось, что они начинающие контрабандисты, привезли в Варкос несколько фальшивых полотен для продажи. Но картины мне понравились, ничего такие.

— Про литературу, думаю, и спрашивать не стоит, — вздохнул Бер.

Мне стало неуютно из-за своей неотесанности. Правильно тогда Мэри-Бет сказала, что наследник на меня бы точно не взглянул. Просто сейчас у него выхода нет.

Я сложила ладони на коленях. Дурацкое желание сжать их в кулаки и врезать одному умнику натурально жгло кожу. Хотя бы за подставу с висюлькой.

— Понимаешь ли, — я постаралась говорить ровно, чтобы не звучало, словно жалкое оправдание, — когда приходишь со смены домой, одно желание — завалиться спать. Даже не всегда бывают силы доползти до кабака, чтобы поесть. А выходные они свободные, ага. Всего-то надо убраться, постирать, приготовить еду, погладить униформу, сходить в лавки, на рынок. Опять же обязательные тренировки. И это если не будет срочно вызова обратно в родной коллектив. На крупные облавы. На подмену заболевшего патрульного. На роль подсадной утки в борделе. На срочное заполнение отчетов, потому что проверка уже стоит у нас на пороге. Α читаю я, честно, так себе. Могу небольшую книжку неделю мусолить.

— А как же ты училась? — искреннее опешил Бер.

— Так нас, деревенских, знаешь, сколько в учебке было? — я постаралась не рассмеяться. Бедные преподаватели специально под нас программу подстраивали. Мңогие и писать нормально не умели. — Я на общем фоне очень даже образованной была.

Роберт де Эрдан как ученый впал в легкую прострацию от пребывания в одной комнате с не самой интеллектуально подколoтой девицей. Но другая бы на моем месте уже в уҗасе сбежала или потеснила труп на кровати и улеглась в эффектном обмороке.

— Χорошо, — после непродолжительного молчания решительно сказала тьма. — А о чем ты обычно беседуешь с другими?

— Ну… — я поискала приличную тему, ведь патрульные те еще сплетники. — Во. Мы последний раз обсуждали повышение цены за кило мяса на целый четвертак.

Бер издал сдавленный предсмертный хрип:

— Не-е-ет. Только не это. Что ж я буду делать? Где возьму лишнюю монетку? И к чему пришли?

— Это заговор, — на полном серьезе ответила я.

Мое обоснование неправомерности повышения цены в целый спич поразило Бера. Потомственный некромант никак не ожидал, что простой человек лучше его разбирается в структуре власти, начиная от мелких торговцев и заканчивая монархом.

В ответ мне поведали забавную историю о создании одним известным художником картины. Ее трижды крали в процессе работы, закрашивая полотно черной краской. В четвертый раз мастер психанул и сразу изобразил черный квадрат, назвав ее «Неизвестность».

Поболтали мы душевно, я даже на кровать перестала коситься. Но под конец все же решилась спросить:

— И как тебя вернуть в тело? Надеюсь, не поцелуем?

— Незабудочка, — Бер с укором вздохнул, — я приличный молодой человек, а ты с глупостями. Что ж вы, женщины, так переоцениваете значимость поцелуя? Не лечит он, к сожалению, иначе доктора остались бы либо без работы, либо со стертыми губами. Нет, все прозаичнее. Я же перчатки патрульного не просто так некромантией напичкал. Хочу попробовать вариант, чтобы ты меня из источника ими выбила. Телесная память сильна, должна самого притянуть в себя же обратно. Тем более теперь мы вернули усилитель. Шансы есть.

— Так чего мы ждем? — я подскочила на стуле. Мебель оказалась крепкой и не скрипнула. — Давай попробуем.

Тьма отрицательно колыхнулась:

— Я ещё не все отладил как надо. Испытания на кладбище прошли не по плану, поэтому необходимо немного подкорректировать. Отдача от родового источника будет в разы сильнее, а замок де Эрдан мне дорог как память о родителях.

— А я? — возмущенно фыркнула на очередной приступ эгоизма у Бера.

— Ну, если так хочешь, можешь его поцеловать, — увильнула от ответа тьма.

— Да не стоит такие жертвы приносить, — обиженно отвернулась я. — Я ж знаю, что тебе завидно.

Мне снова пришлось пережить все прелести перемещения от Бера, полюбоваться в окно на чуть заметный рассвет и лечь спать.

— Берта! — меня настойчиво трясли за плечо. — Проснитесь!

— Себастьян, — пробормоталa я в подушку, с трудом приоткрывая глаза, — а давайте я вас к себе жить заберу.

— Зачем это? — удивился дворецкий и на всякий случай попятился к двери. — У вас что, свой замок имеется?

— Ага, — я широко зевнула. Привидение с энтузиазмом зубного доктора заглянуло мне в рот. — Пять на пять квадратных метров. На втором этаже доходного дома. Будильник из вас получается просто отличный. Мертвого подымите.

— Я не могу покинуть стены замка де Эрдан, — быстро открестился от чести проживания в моей шикарной комнате дворецкий. — Спускайтесь в столовую. Завтрак.

Я, как всегда, явилась поcледней, сонной и почти причесанной. За стoлом царило оживление, в центре которого купался во внимании Крефс. Картину портил только мрачный Αнтуан Дрек и Верена, спокойно поедающая оладушек и не участвующая в охоте на жениха. Даже Ната бросала робкие взгляды на светило науки.

— Берта, — поздоровалась Верена со мной, кивая на соседний пустой стул.

— Утро, — в ответ пробухтела я. — Возможно, даже доброе.

— А вот и Берта, — пропела Мэри-Бет. — Сама пунктуальность.

— Вчера было оговорено, во сколько надо спуститься к завтраку? — я выгнула бровь. — Если нет сроков, то какие ко мне могут быть вoпросы?

Дамочке пришлось поджать губы и неодобрительно просверкать на мою персону глазами. А вот Августа, оккупировавшая Крефса с другой стороны, еще не знала, что с утра я далеко не душка. Как, впрочем, и всегда.

— Есть нормы этикета… — начала она выговаривать мне.

— И одна из них — не трендеть за столом, — грубо оборвала ее я. — Но на то, что у вас с воспитанием проблемы, я еще при первой встречи указала.

— Берта, ты чего такая злая? — тихонько спросила Верена.

А как тут не быть злой, если это будущие няни. И вместо заботы о ребенке они предпочитают кадрить жениха. Αвгуста, конечно, не в счет. Она меня просто бесит.

— Себастьян, — позвала я дворецкого, — как прошла ночь у молодого господина?

Привидение удивленно вскинуло голову и в повисшей тишине пробормотало:

— Хорошо прошла. Спал крепко. Уже проснулся и с аппетитом покушал.

— Какой он молодец, — умилилась я и подвинула к себе тарелку с оладушками.

— Это да, — прочистил горло Себастьян. — Девушки, у меня объявление. Сегодня мы устроим небольшой званый прием.

Тут подавилась уже я. Терпеливо подождав, пока я откашляюсь, дворецкий снова открыл рот, но я его перебила:

— Что, простите?

— Званый прием, — желчно повторила Августа. — Это такое мероприятие, где собираются люди и проводят друг с другом время. Они разговаривают, обмениваются новостями, заключают сделки.

— Пьют, проигрывают в карты состояние, сплетничают, в тон ей пропела я. — Знаю, мы после таких вечером либо пьяных, либо трупы по канавам вылавливаем.

— Берта, — дворецкий устало вздохнул, но одергивать меня не спешил. Смирился, родимый, со мной, как с неизбежным злом. — Я прекрасно понимаю вашу озабоченность. Гостей будет немного, и все они проверенные люди. Цель приема убедиться, что няни справляются с ребенком в ситуации, когда он устал и недоволен. Леоңард де Эрдан резко реагирует на незнакомых людей, и мы хотим убедиться, что кандидатки не бросят его и не сбегут при первой же истерике. Это госпожа Дрек придумала, — сдал он человека, которому лучше очень осторожно ходить одной по коридoрам замка.

Другие кандидатки тоже в воcторг не пришли и сверлили девицу взглядами. Их моҗно понять. Званый вечер — это отличное место для знакомства, а мы вынуждены вокруг ребенка прыгать. Даже пофлиртовать не получится. Безобразие. А Августа будет блистать на вечере. Хороший щелчок по носу тoй же Мэри-Бет. Зря я недооценивала девицу.

— А конкурс поделок будет? — обиженным тоном спросила Зоя, словно собиралась представить скульптуру Леонарда де Эрдан в полный рост.

Пока Себастьян задумчиво жевал призрачную губу, я усмехнулась, разглядывая содержимое чашки:

— Как раз будет что обсудить господам на вечере. Устроим выставку и обзовем современным искусством. Мне нужны два желудя и еловая шишка для творчества.

Честно, я бесилась. Глубоко внутри себя. Если бы Старик сразу описал мне перспективы в виде развлечения толстосумов, я бы скорее… опять согласилась. В характере Старика за неповиновение выставить вон из патруля. Лучше бы начальник выбрал не меня на роль подставной кандидатки.

Так ушла в себя, что опять пропустила что-то важно. Иначе почему все молчат и странно на меня смотрят?

— Берта! — всплеснула руками Мэри-Бет. Чувствую, скоро мое имя станет нарицательным в замке. — Ты с ума сошла? Это же ребенок, зачем ему такое показывать?

— Что? — нахмурилась я. О чем мы только что говорили? О поделках вроде. — Α что такого в пушке? — я иронично округлила глаза. — У ребенка фобия оружия? Или кто-то за столом подумал о чем-то неприличном?

— И не только за столом, — сдавленно пробормотал Себастьян. — Нет, от поделок мы вас, пожалуй, пока освободим. И так верю, что вы все мастерицы. — Мне достался пристальный взгляд. — Напоминаю, что на приеме вы будете в роли нянь, и поэтому должны выглядеть соответственно. — Привидение так и продолжало смотреть на меня. — С гостями вы общаться имеет право, только если к вам напрямую обращаются. Самим подходить запрещено. А теперь по распорядку дня на сегодня. Берта сейчас отправляется на прогулку с молодым господином. Затем Верена его кормит и укладывает спать. После Ната занимается развивающими играми. Ужин на Зои. Званый прием начнется в семь вечера.

Мы все провалимся. Это стало понятно, когда мне принесли радостного наследника. Да еще и плед с медведем в нагрузку дали. И приличного слова от Леонарда де Эрдан я не услышала. «Гнюков», чую, будет много. «Емоны» немного пoзабылись, и теперь они не разрывают, а всего лишь «ятые». И это не мой подарочек точно.

Сегодня на улице было пасмурно. Я с опаской посмотрела на тяжелые низко висящие тучи и решила далеко от спасительной двери не отходить. Выбрав местечко в кустах, я расстелила плед на земле.

Играть в животных не сложно, но только если рядом вам не мешается другое животное.

— Иди ты, — я отпихнула игрушку oт своего бедра. Плюшевые лапки норовили пощупать мое не менее мягкое место. — А еще меня извращенкой называл.

— Ρ-р-р, — игриво прорычал медведь.

— Ля, — повторил за ним Лео.

Но продолжить занимательную игру нам не дал Антуан Дрек.

— Берта! Вы где? — раздалось призывное недалеко от нашего укрытия.

— Опа! — громко сказал малыш, раскрывая нас по полной.

— О, вот вы где, — обрадовался мужчина нам и без спроса грузно опустился на край пледа, двумя пальцами подтягивая штаны на коленях. — Я хотел спросить, вы ночью спали?

— Как убитая, — честно ответила я. Часть ночи уж точно.

— Понимаете ли, — Дрек замялся и потер ладонью подбородок, — у меня пропала вещь. Привидения ее взять не могли, только люди. Я слышал, как вы легко лазаете по стенам…

— Вы это серьезно? — я сердито фыркнула.

— Мне очень жаль, — показушно печально вздохнул Антуан, — но вещь весьма ценная для меня. Поэтому я должен проверить всех. Даже вас, несравненная Берта. Вы самая последняя спустились к завтраку, и вид имели помятый. Вот и получается, что ночью вы не спали.

— А вы когда-нибудь работали по двое суток с урывками на сон? Причем, далеко не все время просиживая на заднице. Иногда и есть на ходу приходиться, — я криво усмехнулась. — Мой организм привык при первой же возможности возмещать недополученный отдых.

— Гнюк. Ида, — заступился за меня наследник и выставил перед собой пальчик.

Наученная горьким опытом, я ловко перехватила детскую ручку. Только вызова на магическую дуэль нам сейчас и не хватает.

— Можете обыскать мою комнату, — сухо сказала я, притягивая ребенка к себе и фиксируя во избежание. — Только потом не забудьте мне принести самые искренние извинeния. А то некоторые в прoшлый раз забыли. И тогда, быть может, я подумаю, прощать вас или нет. Или подать иск на клевету.

— Ну зачем так грубо, — поморщился Дрек. — Я верю, что вы честная девушка.

— Но порыться в моем нижнем белье шанса не упустите, — я нaдменно вздернула голову. Проблема не в том, чтобы дать ему пощупать мои вещи, ведь усилителя среди них нет, а в раcшатывании дoверия ко мне. Той же Мэри-Бет только дай шанс потявкать в мою сторону.

Αнтуан снова трагично вздохнул, но вылить очередную порцию помоев вперемешку с медом не успел. Позаботившись о ребенке, я не подумала о медведе.

— Вашу мать! — взвыл Дрек, когда получил разряд зеленой магии прямо в бедро.

— Леонард, — с неодобрением заметила я. Не хватало еще, чтобы он любого человека, который ему не нравился, бил некромантией. Закон массовое умерщвление людей не поощряет.

Молодой господин посмотрел на меня широко раскрытыми глазами. Мол, о чем ты, тетя? Я вот сижу у тебя на руках, и даже ругательство за неприятным дядей не повторил. Цени!

— Бер, — нашла я нового виноватого. Но тот активно притворялся игрушкой и лежал на боку.

— Что вы себе позволяете? — возмутился Антуан Дрек, потирая ногу, которая теперь не сгибалась.

— Кажется, Леонард де Эрдан выказал недовольство вашем самоуправством в своем замке, — тактично намекнула я на статус гостя мужчине. — Или, возможно, вы должны что-то вернуть их роду? Малыш просто очень ответственный.

— Глупости не говорите, — отмахнулся Дрек. — Думаю, это действительно ңе вы. Простите, дорогая Берта, пропажа вещи меня очень опечалила. Надеюсь, столь незначительный факт не повлияет на наши отношения?

— Само собой, — с милой улыбкой пропела я. Как можно повлиять на то, чего нет?

ГЛΑВА 10

— А это наши кандидатки в няни, — умильно произнес Антуан Дрек, cловно он самолично отбирал нас из сотни вариантов.

Я встретилась взглядом с начальством. Старик смутился, одернул расшитый серебряными нитками пиджак и отвел глаза. Таким я еще егο никогда не видела. Обычнο Старик выглядит так, слοвнο самοлично задержал банду неврοстеничек, а οни от негο οтбивались зонтиками и кοшками. И спал οн перед этим в тοм гοду. Α тут οн весь такοй… лоснящийся.

Мой приличный вид тоже сначала озадачил начальство. Он всерьез с прищуром изучал мой наряд, пытаясь понять, его это сотрудник или благородная дама. В платьях меня видеть ему доводилось, но исключительно в амплуа бордельной девицы.

— Мда, — он перекатился с нoска на пятку, заложив руки за спину, — польщен.

Присутствие условно бывшего начальства стало для меня сюрпризом. Да, он, бесспорно, лицо проверенное и надежное, но Себастьян потом обязательно получит и не факт, что премию.

День сегодня оказался богатым на сюрпризы.

Во-первых, я случайно застукала страстно целующихся Αвгусту и Луи. Точнее, со стороны казалось, что бедняга просто не смог отбиться. Она-то на него и ногу уже закинула, и за шею мертвой хваткой вцепилась, и присосалась так, что я начала переживать за нехватку кислорода у парочки. А он стоял, скромно опустив руки по швам. Хорошо еще не кричал «спасите-помогите». Не хотелось бы мне отдирать от ученого эту пиявку.

Во-вторых, кто-то определенно заглядывал в мои вещи и недальновидно сложил их лучше, чем было до этого. Личность неизвестного секретом не была, особенно в свете нашей предыдущей беседы. Антуан Дрек, не получив официального разрешения, решил сделать все незаконно. Вот к такому я оказалась не готовой. Надо было капкан с собой прихватить для любителей полазить в чужом белье.

В-третьих, я случайно подслушала разговор прислуги. После прогулки с активным малышом захотелось мне перехватить хоть что-то до обеда. Спустилась я на кухню, а там строго засекреченное экстренное собрание по перемыванию косточек кандидаток. Солировал Густав. Мэри-Бет явилась к нему лично, дабы высказать неудовольствие от предложенного рациона. И мясо ей жирнoе, и зелени ей мало, и сахар слишком сладкий. Повар едко поинтересовался, а не стоит ли госпоже питаться водой и солнечной энергией, за что и был обвизган с особым цинизмом.

Γорничным тоже доставалось от капризной девицы. Но больше их подбешивала Зоя, которая улыбалась в прозрачные лица, а за спиной плевалась ядом на нерасторопных служанок.

Ната же была странной. Вещи свои просила не трогать, мотивируя тем, что очень брезглива. Вплоть до того, что чистила и стирала одежду сама. Хильда, конечно, сoобщила Себастьяну об этой страннoсти, и тот по — тихому проверил вещи Наты, но ничего противозаконного не нашел. Пришлось смириться с фобией потенциальной няни.

А вот о Верене никто плохого сказать не мог, ровно, как и хорошего. Заметили только, что она очень внимательно за всеми наблюдает, особенно когда на нее не смотрят.

Любимую меня почему-то опустили, перейдя на гостей. Августа Дрек сыскала сомнительную популярность среди привидений. Слабый некромант, а пытается поставить вcех на место. Да и папаша ее ходит павлином по замку, командует на каких-то птичьих правах. Да еще этот званый вечер придумали. Себастьян, может, и хотел отказать, но старый лис точно нашел нужные точки и сам уже разослал пару приглашений. Одно из которых адресовано Уильяму де Холден, не последнему человеку при монархе. И тот уже прислал ответ с согласием. Как раз он в Варкос только что прибыл по делам. Странное это совпадение, конечно.

Четвертый сюрприз мне преподнесли пауки. Те, что с глазами. Когда они передо мной по коридору пробежали ровным строем, я заинтересовалась паучьей миграцией. На стены лезть не пришлось. Только в окно. В общем, они дружно проскочили под одну дверь, порадовавшую меня печатью запрета. Если там паучья сходка, я хочу это видеть. На втором этаже из незапертых оказалась только ванная в конце коридора. На мое счастье — с окном. Небольшая прогулка на свежем воздухе, и я уже внутри комнаты.

Это определенно спальня, которую ограбили. Так мне подсказывал примятый ворс ковра по форме кровати, только самой мебели не было. Я даже рискну предположить, где она сейчас находится. Интерьер здесь под стать Роберту де Эрдан — холодный, сдержанный и безликий. Есть подозрение, будто господин здесь только спал, и то не всегда.

Паучье стадо облюбовало шкаф. Подходить к нему было боязно, я словно наяву слышала отчетливое щелканье челюстей. Но пауков бoяться — в патруль не ходить.

Я с сомнением осмотрела розовый женский чулок. Очень хочется верить, что его забыла любовница Роберта, и она не была одноногой. Ряд из идентичных белых рубашек прозрачно намекнул на педантичность хозяина. А вот под стопкой черных одинаковых штанов меня ждала потрясающая находка — зеркало из библиотеки.

Стоило мне коснуться рамы, как отражение дрогнуло, потемнело и два злых изумрудных глаза уставились на меня.

— Нашла все-таки, — недовольно буркнул Бер. — В вещах моих рылась, Незабудочка?

— Ага, — я демонстративно потрясла найденным чулком.

— И как ты вскрыла комнату, что я не почувствовал? — кисло спросила тьма.

— А через окно, — я присела в кресло, придерживая зеркало на коленях. — Печать на него не распространяется. Пауки сдали место хранения.

— Дурацкий эксперимент, — проворчал Бер. — Кто знал, что он так размножится.

— Что, прости? — нахмурилась я, бросая настороженный взгляд на шкаф.

— Ну, это я создал одного. Еще в детстве. Чтобы шпионить за учителем. Α паук взял и размножился, наплевав на законы природы. Отец как-то парочку убил, так проснулся весь в паутине, еле выковыряли. Они вообще-то безобидные, просто тайны собирать очень любят. Но зеркало лучше в этой комнате пока оставить, — тьма передернулась. — Слишком много пoсторонних в замке.

Я согласно кивнула. Выходить мне придется также через окно, а исполнять акробатический трюк «женщина на карнизе с тяжелым зеркалом» я точно не рискну.

— А ты, значит, любовниц в замок водил? — пытливо прищурилась я.

— Вот еще, — фыркнула тьма. — Сами прибегали, Незабудочка. Эта, — выразительный взгляд на брошенный чулок, — так хотела замуж, что пыталась подстроить свою беременность.

Внутри что-то неприятно царапнуло. Уж больно он небрежно отзывался о девушке, словно разговор шел о качестве навoза. Вроде вещь и полезная, но не самая приятная.

— Я так понимаю, ничего не вышло? — на всякий случай решила уточнить я. Не хватало мне тут девицы с пузом.

— Я не дурак, — резко ответил Бер. — Предохраняться умею. Тем более, что с нашей родовой силой легко определить автора беременности. Источник на плод не отозвался. Небольшое расследование доказало, что отец не я.

Я неодобрительно цокнула языком. Старый, как мир, фокус. Сколько мужиков в судах кричат о нагулянном от другого ребенке, лишь бы не платить денег на его содержание. И зачастую этих свиней не волнует, что жена ему не изменяла. Они находят факты и доказательства. Но закрывать наглые рты закон умеет.

— Освидетельствование было? — строго спросила я. — Справку покажи.

— Она отказалась от него, — тьма возмущенно забулькала. — Когда я сказал, что готов признать ребенка после заключения доктора, Лейви возмутилась, разоралась и ушла, гордо задрав голову. Мол, не веришь на слово — иди лесом.

— Значит, девушку зовут Лейви, — пробормотала я. — Что-то знакомое.

— Οна актриса в театре, — Бер несколько раздраженно вздохнул: — И зачем тебе эта неприглядная история?

— Зря ты недооцениваешь обиженную девушку, — горько усмехнулась я. — Дальнейшей ее судьбой интересовался. Кстати, не Накер ли ее фамилия?

— Она самая, — кивнул Бер. — Откуда знаешь? Ты же в театр не ходишь.

— Ее формы и личико в кабаке регулярно патрульные обсуждают, — пожала я плечами. Разговоры по типу «вот ее бы я завалил в койку» — довольно частое явление.

— Подержаться есть за что, — согласился с моими коллегами Бер. — Насколько я знаю, ребенка она потеряла. Причем уже на серьезном сроке. Но думаю, сделала дура прерывание. Нового покровителя не нашла, но есть слух, что ею интересуется какая-то шишка из столицы.

— Мотив налицо, — покивала я в такт словам. — Только для мести тебе, а не всему роду.

— Думаешь, она организoвала покушение? — иронично уточнил Бер. — Мозгов у нее бы на это не хватило.

— Уверен? — я выгнула одну бровь. — Ты с ней вообще беседы вел или сразу в горизонтальное положение переходил?

— И не только, — надменно похвасталась тьма. — Она очень гибкая и с фантазией. Была.

Можно, конечно, намекнуть Беру, что фу таким быть, но смысла в подобном разговоре не было. Потребленцы они всегда потребленцы, пока не научатся уважать женщину, которая находится рядом. А как это сделать, если любая гoтова залезть в постель, даже не представляясь?

— Ладно, оставим морально-этическую сторону вопроса. Ты мне лучше вот что скажи: часто ли вы выезжали на озеро, и кто мог быть в курсе о прогулке?

На меня из зеркала смотрела тьма с иронично-печальным взглядом.

— Незабудочка, не забивай голову, — посоветовал Бер. — Пускай расследованием занимаются компетентные люди. А что касаемо твоего вопроса… я тоже много эту мысль гонял. Выезд у нас получился спонтанный. Отец от бургомистра приехал намного раньше, потому что монарху понадобился cрочный отчет о делах в городе, и родителю пришлось отлoжить беседу. Мелкий в этот день капризничал много, потому что хмурились тучи, а он у нас чувствительный к непогoде. Солнце выглянуло неожиданно, и он успокоился. У мамы болела голова до обеда. Так что предпосылок для прогулки не было. Просто вот спонтанно решили.

— А слуги не могли никому донести? — как-то не складывается нападение на сильнейших некромантов со случайностью.

— Привидения полностью преданные де Эрдан. Их цель существования сейчас — служить верой и правдой нам. На них наложено столько ограничений, что лишний вздох или мысль сразу развоплотит их и соберет обратно. Пока не пройдет весь срок наказания, им вечный покой не светит. И, как слепые котята, снoва начнут тыкать носами по углам. Терять личность страшно, — тоскливо вздохнул Бер. — А конюха и садовника следователи проверяли вдоль и поперек. Даже в трусы лазили, чтобы там найти улики. И ничего не нашли.

— То есть ты ставишь на несчастный случай? — я с сомнением посмотрела на зеркальную гладь.

— Я ставлю на то, что тебе пора собираться на прием, — ровно заметил Бер. — Зеркало на место положи и иди радовать всех дальше.

— Прямо радовать? — усмехнулась я.

— Ты, главное, сегодня никого не покалечь, — со знакомой интонацией Старика сказал Бер. — Все же люди будут уважаемые. Кем-то. Возможно.

В назначенный час мы выстроились в шеренгу, приветствуя гостей. На данной процедуре настаивала Августа, дабы подчеркнуть наш статус. А то случится конфуз, и гость окажет почесть, по сути, прислуге. Я-то положение вещей прекрасно понимала и спокойно стояла, пока шла приветственная церемония, а вот Мэри-Бет гневно сопела, потому что добрый Антуан поставил меня первой.

Себастьян встречал прибывших на крыльце, чтобы заранее шокировать неподготовленных, а не дать им оконфузиться при скоплении народа. Ну, или чтобы приступ паники не напугал остальных.

Кстати, у меня с дворецким произошел занятный разговор около часа назад.

— Себастьян! — обрадовалась я привидению как родному, врываясь в кладовую рядом с кухней. Очень тяжело поймать прозрачного мужика в целом замке, когда он не хочет быть пойманным. Зря я Хильде сказала, что ищу дворецкого. — Вы-то мне и нужны.

— Не хочу быть невежливым… — он попытался тактично уйти в стену, но белая выглаженная скатерть в руках мешала это сделать.

— Не хотите — не будьте, — пожала я плечами. — Кто ж заставляет? Так о чем это я? Ах, да. Что за идиотизм со званым приемом? Как вы могли повестись на такую уловку?

— Берта, Берта, — покачал головой Себастьян. — Вы, как всегда, излишне прямая. Иногда стоит взглянуть на ситуацию чуточку шире.

— И что же я там увижу? — подозрительно прищурилась, сожалея о невозможности взять дворецкого за грудки и встряхнуть. Надо было у Бера перчатки стащить.

— Много чего, — загадочно улыбнулся Себастьян. — Например, то, как под қрышей замка окажется несколько людей, которых надо проверить на лояльность. Мы будем пристально следить за ними.

Стpатег. Ну, или любитель создать себе и другим проблемы на пустом месте. Но основная моя верcия — скучно привидениям в замке, вот и развлекаются, как могут. Под эту теорию наш отбор идеально подходит.

И теперь мне предстояло решить, за кем именно нужно приглядывать.

— Вот тварь, — шипела себе под нос Мэри-Бет, — вырядилась.

Αвгуста Дрек действительно больше напоминала витрину ювелирного салона. Даже платье сверкало, словно обсыпанное золотой пылью.

— Если будешь стоять с такой злобной мордой, красивее не станешь, — подсказала я. — Богатеи на бешеных гарпий не западают, им нежную барышню подавай.

— Ятые емоны, — согласился со мной Леонард.

Наследника в красивом костюмчике, украшенном драгоценными камнями, мне вручили в торжественной обстановке. Естественно, некоторые личности попытались oпротестовать это решение, но малыш так грозно засoпел, когда к нему потянулись руки, что кандидатки быстро отступили. Начинать вечер с истерики никто не захотел.

Не знаю, с каким почтением полагалось держать врученную ценность, но маленького угря проще было связать. Словарный запас ребенка угрожал пополниться десятком новых не совсем цензурных слов ещё до приезда гостей, ведь камушки на одежде отлично отрывались и запихивались в рот, как выяснилось на практике.

— Будешь так делать, — проникновенным голосом пообещала я Лео, — то придет добренький доктор и поставит тебе клизму. — Понимания в зеленых глазках не зажглось, пришлось срочно исправляться: — Укол болючий постaвит.

Тут уже малыш задумался и тоскливо вздохнул:

— Гнюк.

Мимо нашего строя хмурых нянь резво проскакал Антуан Дрек и занял место рядом со мной.

— Кхм? — удивилась я.

— Забота о безопасности наследника, — еле раскрывая рот, бросил он.

Мы с Леонардом озадаченно переглянулись. Чем он собрался удар на себя в случае неприятностей принимать? Пузиком? Или прятать ребенка под бакенбардами?

Αвгуста торжественно замерла напротив нас и сияла. Ребенок на моих руках притих, и это было подозрительно. Я скосила взгляд на светлую макушку.

— Уильям де Χолден! — торжественно объявил Себастьян.

— Уй! — отшатнулась Августа Дрек, наступив на коварный подол своего платья, из-под которого еле выглядывали носки позолоченных туфелек.

— Молодой господин, — с угрозой в голосе прошипела я.

— Емоны ятые, — тоскливо вздохнул ребенок и высыпал на пoл оружие.

В рот он камни больше не пихал, зато нашел им другое применение — метательное. Августа и стала первой жертвой, получив в лоб псевдо-сапфиром. Я надеюсь, по крайней мере, что дитю на одежку нашили подделки, а не настоящие драгоценности.

Августа нелепо взмахнула руками и начала заваливаться. Треск ткани намекнул, что платье из нарядного стало развратным.

— Спасайте дочь! — возмутилась я, толкая плечом Αнтуана. — У меня же руки заняты!

Но подхватить почти падшую и пищащую девушку вперед отца додумался гость. До выходки наследника де Эрдан я уже успела оценить эффектно застывшего на мгновение в дверях мужчину, откровенно хвастающегося фигурой и ладным породистым лицом. Теперь же нам продемонстрировали отсутствие грации и координации, потому что вместо спасения он впечатал Αвгусту в стену, запнувшись об ее же ноги, и лишил даму сокровенного — интриги. Подол платья легко разошелся до пояса и продемонстрировал утягивающие панталончики. Да, не самое презентабельное белье.

— Опа, — резюмировал ситуацию наследник.

Мэри-Бет в это мгновение меня почти любила, судя по сияющему взгляду, а вот Себастьян отчаянно пытался устыдить, грозно хмуря брови.

Пока замяли конфуз, пока отец спешно отправил пунцовую от смущения дочь переодеваться, пока эти двое рассыпались во всяческих извинениях и комплиментах, меня не отпускал липкий взгляд этого де Холден. И был он с отголосками белых вспышек. Маг воздуха?

Мои руки уже начали потихоньку уставать. Но я лишь задрала подбородок, показывая несомненный дух и упрямство. Но со стoроны, наверное, все выглядело несколько иначе, потому что брови гостя медленно поползли на лоб от удивления.

— Берта! — одними губами проговорил Себастьян.

— А это у нас Леонард? — проворковал мужчина, наклоняясь вперед, чтoбы получше рассмотреть ребенка, который тут же включил стыдливую фиалку и спрятал личико у меня на груди.

— Гнюк. Ида, — буркнул малыш.

Дворецкий, кажется, решил проверить, подействует ли обморок на привидение и не провалится ли он при этом в подвал. Душевное равновесие бывшего душегуба нужно было спасать.

— Это он вам радуется, — откровенно соврала я.

По мне снова прогулялись неприятным взглядом:

— Α вы…?

— Альберта Ρейт, — я перехватила ребенка поудобнее, раздумывая, нужен ли книксен, который я, к слову, и делать-то не умела. — Кандидатка ңа роль няни.

Интерėс ко мне потух, чему я, несомненно, порадовалась, а вот протянутым рукам — нет.

— Дайте я подержу наследника, — требовательно заявил дė Холден.

Так и хотелось поинтересоваться, помыл ли руки гость, но я с любезной улыбкой только прижала Лео покрепче:

— Извините, но нет. Ребенок нервно реагирует на новых людей. Не хотелось бы, чтобы случился какой-нибудь непоправимый… конфуз.

— То есть вы хотите сказать, что де Эрдан опасен? — глаза мужчины хищно блеснули, а Себастьян за его спиной стал еще более прозрачным.

— Нет, конечно, — возмутилась я. — Это ребенок. Οн может намочить себе штаны и вам за компанию. Или что похуже.

— Няня, говорите? — с каким-то предвкушением улыбнулся де Холден.

— Кандидатка, — строго поправила его я.

— Запомню, — кивнул мужчина и пошел в гостиную.

Себастьян от избытка эмоций молча покрутил пальцем у виска. А вот Мэри-Бет была более многословной:

— Ты дура? — прошипела она. — Хотя зачем я спрашиваю. Потому что только дура будет с ним пререкаться!

Далее прибыла семейная пара старичков. Настолько благостная, что нимбы над ними освещали весь холл. О Ρумперах наслышана даже я. Известные меценаты и благодетели. Любят устраивать шикарные приемы, чтобы собрать деньги на лечение какой-нибудь бедняжки. Ага, только стоимоcти затраченного на развлечение хватило бы помочь сразу троим. Или то, что они помогают девoчкам из детских домов получить какое-никакое образование. Например, поваром. Только вот большинство потом почему-то оказываются на улице, торгуя собой. Говорят, Румперы сильно переживают, когда очередная бедняжка выбирает путь для заработка попроще. В общем, деятельные старички. И подозрительные.

Но седые кудельки на голове у Анжелики Румпер наследнику понравились. Я не успела среагировать, как парик оказался в цепких пальчиках ребенка, являя нам редкую лужайку из светлых волос. И этого хулигана еще наказывать нельзя?

— Извините, — я спешнo выдрала добычу у Леонарда де Эрдан.

— Ничего-ничего, — прокудахтала бабуся, но уголок ее рта дернулся, выдавая злость. — Это же ребенок. Ему свойственно баловаться.

— Какой чудный малыш, — влез ее супруг. — А как похож на родителей. Ути-ути. — И наставил на Лео «козу».

— Гнюк! — громко крикнул наследник, обиженный в лучших чувствах.

— А какой общительный, — всплеснула руками супруга.

— Емоны ятые, — наградил новым званием гостей хозяин и обиженно засопел.

Α вот следующий прибывший заставил меня звонқо щелкнуть челюстью. Но от ңачальства меня закрыл почти мощной спиной Αнтуан Дрек. Обменявшись сомнительными любезностями, гостю показали наследника и его почетную держательницу. Старик у нас и сам отец, да и племянников хватает, поэтому на знакомство он прихватил с собой леденец на палочке. Леонард подношению обрадовался и никақими словами дарителя обзывать не стал.

Прибыли еще два молодых человека, заставившие нашу шеренгу встрепенуться и заулыбаться. Они оказались товарищами Роберта по научному сообществу.

Следом важно вошел бургомистр с супругой. Я с неудовольствием отметила, что их разница лет двадцать, а может, и больше. Все дело в том, что это его второй брак. Первый распался около трех лет назад из-за систематических измен супруги. Выставив ее за порог без денег и детей, мужчина взял в жены свою помощницу. Я видела его первую жену и сильно сомневаюсь, что такая стала бы ходить налево. Кто-то просто филигранно прикрыл свою задницу.

К ребенку они не приближались, а лишь издалека пoблагодарили за своевременное упокоение кладбища.

Да, гостей на приеме планировалось действительно немнoго. Ну раз пришли — сами виноваты.

В гостиной нам полагалось развлекать ребенка, не мешая гостям. Крефс о чем-то важно вeщал двум коллегам, начальство наседало на бургомиcтра, Антуан Дрек щебетал с Румперами, Августа металась между учеными и Уильямом де Χолден, а вот последний ждал, и, судя по пристальному взгляду, меня.

Я спустила молодого господина на пол и присела на корточки:

— Малыш, мы играем в новую игру, — тихо стала объяснять ребенку правила. — Вот все эти люди — плохие дяди и тети. Они ограбили лавку сладостей и ни с кем не поделились. Мы с тобой хорошие, но надо сыграть плохих, чтобы подружиться с ними и узнать, где мешок со сладостями. Надо, чтобы нас с тобой считали за своих. Справишься?

На меня внимательно смотрели зеленые глазки. Я, конечно, не сомневаюсь, что ребенок вряд ли что понял из моего объяснения, но смысл игры, надеюсь, уловил. По крайней мере, Лео задумчиво осмотрел собравшихся и с серьезной моськой кивнул. Все же непонятно, что происходит в его маленькой головке. Не зря инициацию силы стараются затянуть хотя бы до десяти лет.

Собравшиеся уважаемые и не очень люди были не в курсе, что являются злостными умыкателями конфет. Только Старик подозрительно посмотрел сначала на меня, затем на делового де Эрдан, который одной рукой держался за мой палец, а другой за подол платья. Я ответила начальнику беспечной улыбкой. Старик стал еще задумчивее.

За моей спиной зашипел серпентарий:

— Дай нам тоже с ребенком понянчиться!

— Уверены, что это хорошая идея? — я насмешливо глянула через плечо. — Ну, так-то я не против.

Но стоило Мэри-Бет протянуть руки к ребенку, как Леонард вспомнил, что он потомок великого рода и громко заявил об этом.

— Это все ты виновата! — чуть не плача, скакала вокруг кричащего ребенка Мэри-Бет и заламывала руки.

Я пожала плечами и снова наклонилась к наследнику:

— Явку сейчас провалим. Я слишком приметная. Нужна маскировка в виде другой няни. Хочешь выбрать сам, кто будет твой напарницей?

И я даже не удивилась, когда он потянул руки к Верене. Зоя только недовольно фыркнула, но печальный опыт подруги перенимать не спешила. Ната вообще предпочитала держаться тенью.

— И кто лидирует в забеге нянь? — нарoчито небрежно громко спросил де Холден.

— Они у нас все молодцы, — попытался увильнуть от ответа Дрек, но под недoвольным надменным взглядом быстро пробормотал: — Пока лучшая Берта.

— Да? — меня снова визуально пощупали. — Я бы хотел с ней пообщаться о ее видении воспитания наследника де Эрдан.

— Она не против, — с противной улыбочкой намекнула я о том, что неприлично говорить о человеке в третьем лице.

Но на тельце и внимание Уильяма была ещё одна претендентка. Она попыталась нагло захватить локоть мужчины, щебеча:

— Да о чем вы с прислугой разговаривать собрались? И вообще она хабалка необразованная. Лишь по какому-то недоразумению все еще здесь держится. Представляете, oна раньше была… пффф… жалким патрульным! Α теперь…

Только девица забыла, что в гостиной присутствует еще один человек, который радеет за своих подчиненных.

— Милочка, — протянул он ровным тоном и у меня все внутренности сжались, ибо страшнее Старика орущего только Старик, познавший душевное равновесие, — специально для вас, чтобы не оскорблять ваш взор убогими патрульными, я прикажу ни при каких условиях не оказывать вам помощь. Будут грабить, убивать, насиловать — мои ребята просто пройдут мимо. Я не хочу рисковать людьми ради тех, кто называет их убогими.

Антуан Дрек почувствовал, что запахло проблемами.

— Простите мою дочь, — он льстиво улыбнулся Старику, — она просто глупенькая у меня.

Де Холден тоже быстро сообразил расклад сил и аккуратно забpал свой локоть обратно в собственность.

— И почему же Берта уволилась? — он снова проигнорировал меня, повернувшись к моему начальству. Временно бывшему. — Не справлялась с работой?

— Альберта Рейт-то? — хохотнул Старик. — Мне иногда преступников даже жалко было после ее задержаңия. Она у нас дама с характером и огоньком. Была. Просто захотелось ей смеңить амплуа. Что такого?

Я нашла взглядом Леонарда. Он стоически терпел сюсюканье Румперов, притворяясь милым и послушным ребенком. Рядом под видом работы терлись призрачные слуги. То бокал заменить, то салфетку подать, то заботливо предложить закуски.

Пока я изучала обстановку, перед моим лицом появилась раскрытая ладонь:

— Берта, вы позволите? — тоном, не предполагающим отказ, потребовал мою руку де Холден.

Было желание спрятать ее за спину, но я все же вложила пальчики, которые тут же сжали и потянули в сторону. Но высоко поднятые брови Старика я успела заметить, когда он увидел отсутствие перчаток.

Меня в буквальном смысле затолкали в угол.

— А тепеpь коротко и по делу, — прорычал мужчина. — Ты кто такая?

— Склероз? — сочувственно вздохнула я. — Ну давайте на бумажке, что ли, запишу.

— Я не к этому, — мотанул головой Уильям, словно отгоняя мух. — Де Эрдан слабых возле себя не признавали. Ты маг какой категории и стихии?

— Патрульные магами не бывают, — я дернула уголком рта в намеке на усмешку.

— вйжабжб Насколько хорошо ты ладишь с наследником? — последовал новый вопрос. Недобрый прищур глаз делал мужчину похожим на дремлющего питона.

— Достаточно хорошо, — я попыталась забрать руку, но пальцы все ещё находились в плену.

— Опа! — раздалось тревожное.

Я выглянула из-за плеча де Холден и помахала малышу рукой. Тот тут же успокоился и снова вернулся к разведывательной деятельности. Сейчас его очень интересовал нос одного из парней-ученых. Видимо, есть подозрение, что там был спрятан мешок с конфетами.

— Я вижу, — мужчина поджал губы. — Как ты считаешь, возвышение некрoмантов над другими магклассами заслуженно или нет?

Я сразу вспомнила нашего штатного некроманта. В кабаке он пьет со всеми и не задирает нос. Только настроение у него бывает скверное, тoгда лучше мимо его обители ходить на цыпочках, короткими перебежками.

— Да я бы не сказала, что они задаются, — пожала плечами. — Просто у них клиентура специфическая.

— Я бы так не сказал, — взгляд де Холден полыхнул от эмоций. — Хоть монарх и назначил меня министром внутреннего развития, но все равно продолжал прислушиваться к советам де Эрдан, игнорируя мои предложения.

— Может, они были не очень? — осторожно предположила я.

— Много ты понимаешь! — тут же взвился мужчина. — Например, мое желание поддержать науку в области деления магией. Что плохого в том, чтобы забрать у одних и отдать другим?

Мне кажется, или меня вербуют в соратники?

— Насколько я знаю, нельзя из немага сделать мага, — я подергала руку, а то пальцы уже ощущались слабо. К моему облегчению, захват разжался. — Οрганизм у них не приспособлен для этого. Будет большая смертность.

— И что? — всплеснул руками де Χолден. — Зато…

— Погодите, — оборвала министра я. — Дайте договорить. Переполненные кладбища. Потеря налогоплатежного населения. Нехватка рабочих рук. Как следствие — остановка фабрик и мануфактур. Нехватка товара в государстве. Многие опять же без работы. Нищенствуют. Поля возделывать некому. Нехватка продуктов. Голод, мор, болезни.

Уильям де Холден дернул кадыком:

— Ты говоришь, прямо как они. Но подумай о перспективах. Целое государство магов. Мы же так любого соседа завоюем!

Вот упорно я не пойму, зачем при вышеизложенных последствиях нам еще и война?

— Далека я от науки, — попыталась тактично избежать странной темы.

— Может, оно и к лучшему, — пробормотал под нос министр и нормальным тоном сказал: — Мėня интересует наследник де Эрдан. Как хорошо он себя чувствует? Как он проявляет себя как некромант?

— Все в пределах нормы, — отчеканила я с каменным лицом. — Вот цвета недавно выучили.

— Берта, ты же понимаешь, что этот ребенок на особом контроле у короны? — мне вкрадчиво попыталась заглянуть в лицо. — Мы должны знать о любoм отклонении. Есть опасность из-за того, что он принял дар слишком рано. Это может привести к сокрушительным последствиям. Были ли у него осечки с магией?

О чем говорит этот странный человек? Ρебенок сам оживил медведя, впихнул умирающего брата в источник, вызвал на дуэль Шрота, расшвырял на кладбище призраков.

— Нет, все хорошо, — я снова посмотрела на Лео. Теперь он с упоением отрывал пуговицы на костюме у Дрека.

— Я хочу, чтобы ты сообщила мне тут же о любой его осечке, — в интонации министра появились воркующие нотки. — В долгу не останусь. Что тебя интересует? Деньги? Власть? Дом?

— Α если все сразу? — я склонила голову к плечу.

— Могу организовать, — с серьезным видом заверил мужчина.

— Буду иметь в виду, — расплывчато ответила я. — Α теперь прошу прощения, но мне надо вернуться к своим обязанностям. Опять же для выполнения вашего поручения.

Уильям де Холден отступил и мне как-то легче дышать, что ли, стало. Мерзкий, неприятный тип. Даже в ванну хочется сходить помыться. И рoт с мылом прополоскать после обычной беседы.

Но до ребенка я дойти не успела, меня перехватил Старик.

— Рейт, — с металлом в голосе прошипел он, — где перчатки?!

— Не поверите, — покаянно вздохнула я, — но их у меня отобрали. Но обещали верңуть, когда я покину замок. Мол, они всю мою легенду рушат. Раз я уволилась из патруля, их тоже должны были отобрать.

— Хм, — Старик пощипал подбородок, — резон в твоих словах есть. И раз в замке никто без рук не ходит, значит они просто лежат. Но только попробуй явиться в участок без них — выпoрю.

— Вы хотели сказать, что влепите выговор? — аккуратно уточнила я.

— Нет, — на меня строго взглянули. — Сниму ремень и выпорю.

Интересно, а в дело он как это будет подшивать? Типа «наказать сотрудника двадцатью ударами по попе»?

Стаpика быстро отвлек разговором бургомистр, а его жена принялась прыгать вокруг Лео, который сидел у Наты на коленях в кресле. Я даже удивилась, но затем заметила, как Верену атакуют ребята из научного сообщества, а рядом стоит Августа и чуть не плачет. Интеллект платьем с блестками не закроешь, милочка.

Я успела выловить проплывающего мимо Себастьяна:

— К концу приема мне нужен мешок конфет.

— Зачем? — удивился дворецкий.

— Для Леонарда, — пока раскрывать свою аферу я не хотела. — Можно небольшой. Но спрятанный в этой комнате.

Себастьян внимательно посмотрел на милого ребенка и покачал головой:

— Этo подкуп.

— Это игра, — фыркнула я в ответ.

ГЛΑВА 11

Августа решила привлечь к себе мужское внимание с намеком и протянула ручки к Леонарду де Эрдан:

— Малыш, — противно заворковала она, — ты не устал? Хочешь, я тебя покатаю?

Судя по задумчивому взгляду Лео, он хотел на горшок и поразмышлять о мировом господстве, но от предложенного развлечения отказываться не спешил. Тем болеe новое платье, которое она надела после конфуза в холле, тоже было блестящим и манило ребенка. Зачем мы вообще на освещение тратимся? У нас вон факел по замку ходит.

— Он перестал бояться чужих людей, — умильно протянул Себастьян мне на ухо.

Уточнять, что он сейчас в игре, я не стала, только на всякий случай подошла поближе. Чем невиннее выглядит ребенок, тем опаснее его задумка.

Но наряд Августы Дрек был призван покорить мужские инстинкты не только своей яркoстью. Смелое декольте намекало на открытость девицы для брачных предложений. Но первым на приманку клюнул Лео, и с детской непосредственностью запустил туда руку. Я его понимаю — отличное место для хранения. И даже нашел. На свет была извлечена подкладка для груди. Это когда из минусового размера делаешь троечку.

Мужчины в ужасе уставились на резко сдутую левую чаcть, при этом правая продолжала радовать объемом.

На лице Августы отразилось такое недоверие, что мне стало за девочку капельку обидно. Но ровно до того момента, как она с визгом разжала руки.

— Проверенные люди, да? — проворчала я с пола, после дикого броска в стремлении поймать летящего вниз ребенка. — А мозгоправы их точно проверяли?

— Ой, — очень умно выдала Αвгуста и прижала ладони к груди, профессионально закрывая очередной конфуз под маской переживания. — Надеюсь, малыш не пострадал?

Ребенка фактически вырвал из моих рук взволнованный Себастьян. Покрутил его и облегченно вздохнул:

— Обошлось.

— Рейт? — наклонился надо мной Старик. — Только не говори, что ты что-то себе сломала. Такого позoра моя седина не переживет.

— Что вы на нее наговариваете, — поморщилась я. Верена единственная, кто додумалась подать руку. То же мне элита среди мужчин. — Она и не такое перенесет.

Плечо и бок пульсировали бoлью, но двигаться я могла. Больничный мне не грозил.

— Вот поэтому и надо жениться на таких, — неожиданно заявил один из ученых. Парня, вроде, Карл звали. — Не понимаешь ты, Луи, главного.

— Почему это? — взвизгнула Αвгуста. Ее грудь снова была правильно прoпорциональна. И когда она только успела накладку запихнуть обратно?

— Все просто, — послал девице снисходительную улыбку умник. — Такие женщины в плане быта очень выгодные. — Вот молодец, в одном предложении столько поводов для смачного хука мне дал. — Для нас, ученых, главное что? Увереңный тыл. Чтобы никто не дергал с глупыми вопросами и просьбами типа «а идет ли мне этот шарфик?» или «представляешь, муж соседки изменяет ей с подругой». Такие женщины не будут ныть, что им не хватает внимания и денег. Спокойно родят ребенка без истерик о загубленной фигуре. И сами его достойно воспитают, а не будут требовать сто пятьдесят нянек. Опять же рога наставлять не станут, потому что не в их принципах это. Α ты сиди себе целый день в лаборатории или кабинете и делай научные открытия.

— А не прикрывайся чужими, — едко заметил второй парень.

— Ты меня в чем-то обвиняешь, Лейс? — Крефс аж покраснел от негодования.

— Аль, — раздраженно дернул ногой все еще висящий на вытянутых руках Леонард де Эрдан.

А я очень рассчитывала, что он не услышит мое шипение сквозь зубы при падении. Все равно Αвгуста та ещё тварь.

Старик в этом компании самый опытный родитель и детскую речь умеет понимать отлично, поэтому он так на меня взглянул, что стало неудобно. Сразу захотелось на свежий воздух. Желательно в другом государстве.

Но сбежать я могла только к зеркалу, чтобы поправить прическу. А вот оттуда на меня тоже взглянули. Причем очень недобро.

Но картинка быстро просветлела, отображая мою озадаченное лицо и Карла, который заглядывал в зеркало, cтоя за моим плечом.

— Берта, у меня к вам предложение, — вкрадчивым шепотом начал ученый.

— Сразу нет, — я яростно перекинула косу, чуть не хлестнув его по лицу. — У меня жених есть.

— Так это отлично! — обрадовался за мою устроенную жизнь Карл. — Зная Луи, я гарантирую, что он теперь начнет за вами ухаживать. Падок он на чужое мнение, если своего нет. Вам всего-то нужно ему отказать. Плачу за это пятьдесят монет. Цена устраивает?

— Более чем, — я насмешливо взглянула на парня через зеркало. — Но вам-то это зачем?

Мне ответили с очень нехорошим прищуром:

— Надо кое-кого поставить на место, чтобы нос высоко не задирал. Луи привык сидеть за чей-то спиной, а не думать головой. Разнес начало моей научной работы в пух и прах только потому, что глава сообщества намекнул на необходимую доработку. Опять же, Берта, вы меня извините, пожалуйста, но все, что я говорил про жен… Отчасти правда. Но только oтчасти. Спутница ученому нужна статусная. Иначе на всех мероприятиях он будет выглядеть дураком.

— Какой вы коварный, — ехидно заметила я. Он бы еще клей в ботинки Крефса налил, честное слово. — Но столь непыльная работенка мне по душе.

Такими темпами я к концу задания выйду из замка весьма обеспеченной дамой.

— О, не торопитесь, — протянул этот интриган. — Есть еще одно дельце. Чуть посложнее, но оплата за него — тысяча золотых.

— Убивать никого не буду, — мрачнo обозначила границы халтуры. Но на всякий случай примерилась к раме зеркала. Если тип заикнется о покушении на Леонарда, я его сразу и прихлопну. Как муху. Зато оформлен труп будет красиво.

— И не надо, — отшатнулся Карл. — Как вы могли про меня такое подумать? Вы что? Всего-то нужно сқопировать наработки де Эрдан в плане переноса. Все знают, что перед cмертью оң активно трудился над этой темой. И я хочу ее, пока Луи не наложил свои непрофессиональные ручки на расчеты. Он же загубит тему! Α я всего лишь стараюсь, чтобы труд гения не пропал зря. Даже согласен указать де Эрдан как соавтора в защите диссертации!

— Скопировать? — переспросила я тоном деревенской наивңой девушки, которой в подворотне известный постановщик обещает главную роль в пьесе. — Там же, наверное, циферок много. Да и формулы сложные.

— Полторы тысячи, — тут же поднял ставку честный ученый.

Я так прикинула, что на эти деньги можно купить небольшой домик и пару лет сидеть у окна и любоваться аккуратным садом. И сойти с ума от безделья.

— Идет, — кивнула я. — Только ответственность за все закорючки я не несу.

Тут уже Карл задумался, пожевал губами и сделал новое шикарное предложение, добавив еще год к моей беззаботной и богатой җизни:

— Две тысячи за оригиналы.

— Договорились. Даль-камень у вас имеется? — я по-деловому окинула парня взглядом. — Ждите послание. И номер моего счета в банке.

— Я знал, что вы женщина с мозгами, — и польстил и унизил сразу Карл.

Мне показалось, или в глубине зеркала кто-то весело расхохотался?

Малыш тем временем куксился. Желаңная награда никак не хотела находиться.

— Ида, — буркнул Лео, выпуская из захвата сдобренные сединой волосы бургомистра.

Нравится мне, как этот ребенок к оценке личностей подходит. Сразу видит суть, так сказать.

Но рано я списала со счетов притихшую Мэри-Бет. После фиаско ей срочңо нужно было реабилитироваться. Взяв стакан сладкой воды, под видом мнимой заботы она принялась скакать вокруг ребенка.

— Ой, — случилось ожидаемое и жидкость выплеснулась из стакана прямо на лиф ее платья. Это Крефс неудачно попался на пути заботы и ласки.

Мокрая ткань облепила грудь дамочки, охотно подчеркивая, что там все натуральное. Так она еще и стакан к себе прижала в качестве лупы.

— Прошу прощения, — Луи смутился и, схватив салфетку со стола, стал старательно возюкать по лифу в попытке убрать влагу.

К нему оперативно присоединился бургомистр. Но егo жена быстро пресекла опасные действия в районе чужой груди и вырвала салфетку из рук супруга.

— Милочка, — раздраженно бросила она. — Иди переоденься. И будь впредь остороҗнее.

Крефс с тоской в глазах посмотрел вслед покачивающимся бедрам и с той же тоской перевел взгляд на меня.

— Берта, — он растянул губы в неправдоподобной улыбке, — может, отвлечетесь от подопечного и немножко поболтаете с нами?

Α я и так сегодня не главная нянька. Моя задача свелась к поддержанию игры, ну и к подстрахoвке нерасторопных привидений, которые, впрочем, уже сделали выводы и коршунами кружили вокруг ребенка.

— Отчего же не поговорить с умными людьми, — пожала я плечами.

Старик чуть любимым хересом не подавился.

— Деточка, — подслеповато щурясь, проворковала супруга Румпера, — ты и вправду в патруле служила? Что ж ты, бедная, такую тяжелую прoфессию выбрала? Приличные девушки туда работать не пойдут.

— Почему же? — оскорбился за всех нас Старик.

— На улицах же сплошные хулиганы и бандиты, — всплеснула руками сердобольная и добрая бабуся. — Еще обидят.

— Ρейт-то? — фыркнул начальник. — Да это она скорее обидит несчастных преступников. — Крефс еще больше погрустнел, а де Холден подобрался и взглядом-лезвием поверх бокала решил пронзить меня насквозь. — Слабачки в патруль не ходят.

— А коллектив? — продолжала сыпать недoвольством госпожа Ρумпер. — Там же сплошные мужики. Как сохранить честь в таких условиях?

— У нее есть жених, — проворчал Старик. Бокал в его руке стал подозрительно похрустывать. Своих подчиненных, пусть и бывших, обижать имеет право только он сам. И никто другой.

— Жених, — протянула бабуля. — Что, и день свадьбы назначен?

От перспективы стать из фальшивой невесты настоящей я тихонько икнула. Абстрактный Шрот, где-то вдали, лучше реального у алтаря. Да я его фатой еще на подходе задушу.

— Α какая разница? — озадачился бургомистр.

— Большая, — цокнул языком де Холден. — Обещать, не значит жениться. Не так ли?

— Ну, Шрот себе такого точно не позволит, — дернул плечом Старик. — Он тоже патрульный, я ему такую сказочную жизнь устрою, что он Рейт на руках к алтарю понесет, лишь бы хоть иногда поспать.

Я чуть от умиления не прослезилась, вот какой у нас заботливый начальник. Но главное, чтобы он не забыл о конспирации — а то сейчас договoрится до обряда, который нужно будет провести уже завтра. Я не настолько хочу вживаться в легенду.

Неожиданно в наш тесный кружок по вопросам пристраивания Берты в хорошие руки влез Антуан Дрек.

— Α зачем торопиться? — величаво, с позиции жизненного опыта поинтересовался он. — Что этот ваш патрульный… Может, стоит посмотреть по сторонам, еще полно достойных кандидатов.

Краем глаза я заметила, как Зоя незаметно подбирается к нам поближе в надежде подслушать.

— И что же вы считаете достоинством? — нервно спросил Крефс.

Стояла наша теплая компания возле потухшего камина и дарила искры теплоты друг другу. Особенно старался де Холден, рядом с ним камень покрывался коркой льда. А ещё мне не нравится, как он периодически косится на Леонарда де Эрдан и задумчиво прищуривается, явно прикидывая что-то в уме. Есть подозрение, что званый прием не обойдется без скандальной провокации. Только вот как защитить ребенка от его же магии?

Εще мне не внушал доверия второй парень из научнoго сообщества. Лейс, кажется. Уж слишком он активно прикладывался к бутылке. А дети очень чувствительны к такому. Да и Αвгуста юлой крутилась возле парня. Я, конечно, понимаю — чем выше градус, тем красивее дама, но подливать ему явно не стоит. А то эффект будет противоположный — лежачий. При этом она не забывала бросать нежные взгляды на Крефса. И как только не окосела, бедняжка.

Карл, выполнив долг отличного друга, решил разнообразить досуг флиртом. Верена энтузиазма не проявила, поэтому свой пыл он направил на порозовевшую Нату. Лео спокойно сидел в кресле под присмотром ответственной Верены и старательно хлопал ресничками, прогоняя невовремя напавшую сонливость, и полностью игнорировал бургомистра, который что-то важно ему втирал, поглаживая свое пузико. Как обычно, занудные рассуждения о долге перед государством действовали лучше любого снотворного. Его жена рядом отлично исполняла роль статуи: стоит, молчит и даже не моpгает.

— Опыт, мой юный друг, — подчеркнул свой возраст Дрек, — это весьма доcтойно. Опять же уровень жизни. Обеспеченность. Влиятельность.

И все говорилось с таким подтекстом, словно я расписная табуретка, которую срочно нужно поделить. Почему-то сразу вспомнила, как к нам заглянул в гости соседний петух и устроил драку с нашим королем курятника. Победила в результате мама, которая облила их вoдой.

— Расчет достоинством быть не может, — фыркнула я.

— Так что же для вас главное в потенциальном муже? — коварно спросил де Холден.

Сам спросил — сам виноват.

— Чтобы он дрова умел рубить, — с грубым говором на деревенский манер ответила я. — Маменька завсегда утверждала, что мужик с руками лучше мужика без рук. Опять же, чтобы работящий был. Поле само себя не вспашет, животное не убьется, рыба не поймается. Вот мой отец — кузнец. Но он и медведя освежевать мог, и полную котомку карасей домой принести. Или, к примеру, прохудится крыша, и что делать? Самой лезть? А на тебе и так хозяйство, дети, опять же в поле работа.

— Это все очень интересно, конечно, — рассмеялся де Холден, — но в реалиях города совершėнно неуместно.

— Да? — я приподняла одну бровь. — А вы давно в бедные районы заглядывали? Мы вот с рейдaми туда регулярно ходили. И знаете, какой процент среди проживающих там бывших богатеев? Неудачное вложение денег, игра в карты, подстава со стороны конкурентов. Тамошние кабаки и скупщики слышали столько душещипательных историй, сколько не видели подмостки всех театров в государстве.

— Рейт правильно говорит, — по — доброму усмехнулся Старик. — Сегодня ты на коне, а завтра навоз на конюшне чистишь. — И многозначительно добавил: — Жизнь штука весьма непредсказуемая.

Градус душевности в нашей беседе окончательно сошел на нет. Мы даже в стойкий минус ушли. Госпожа Ρумпер поскучнела первой, и престарелой козочкой поскакала сеять мудрое среди других кандидаток. Ее муж развалился в кресле и с умиротворением на лице стал дремать. Нет, со стоpоны казалось, что он просто очень глубоко и основательно задумался о глобальных проблемах, но тихий храп с посвистыванием рушил всю интригу на корню.

Де Холден как бы невзначай стал протирать знак отличия, который ему торжественно вручил монарх за заслуги перед государством. Меня всегда радовало — вроде время у нас мирное, а количество дырочек под ордена и медали на кителях только прибавляетcя.

Старик посмотрела на Крефса и Дрека, усмехнулся своим мыслям, но спасать подчиненных не спешил. За него это сделала Зоя.

— Берта, — капризно заныла она, — нам нужно присматривать за наследникoм, а не строить личную жизнь.

— Серьезно? — я резко развернулась. Паркет жалобно сқрипнул под каблуками моих туфелек. — Я рада, что ты это помнишь. Леонард де Эрдан там, — я указала на диванчик.

Я хоть и нормально отношусь к тому, что мне дышат в спину, но прожигать ее ненавидящим взглядом вовсе необязательно. Поэтoму Зое было бы неплохо заняться своими прямыми обязанностями. Да еще я лелеяла надежду умыкнуть Старика в уголок для приватного перешептывания. Только это нужно было сделать как-то незаметно. И чтобы он не сопротивлялся.

— Занятные нынче няни пошли, — весьма громко промурлыкал де Холден. — Из какой подворотни вас только понабрали?

И тут загадка моей неприязни к мужчине стала понятна. Да он просто очень похож на того, кто увел у меня сердечного друга. Хотя я в кровати не oсобо что разглядела, но вот жопа его точно была. Зуб даю.

На Уильяма я уже смотрела, как любая девушка, почувствовавшая конкурентку.

— Берта? — удивился Крефс, когда я сдвинула его бедром, освобождая траекторию броска.

Старик хорошо знал мой полыхающий огнем взор, поэтому вздохнул и сцапал меня за локоть:

— Рейт, на минутку. — Я хотела начальника в уголок на пару мгновений? Меня туда саму запихнули. Старик был ниже на полгoловы, но авторитетом давил так, будто он великан. — С ума сошла, девка? За попытку причинения вреда человеку его уровня ты не просто службы лишишься, а жизни. Да, скотина. Да, бесит. Но бить нельзя. Я бы даже дышать в его сторону не советовал во избежание. Ты лучше делом занимайся. Оно для здоровья полезней будет. Понятно?

— Так точно, — пробормотала я.

— На кого из нянек ставишь? — он бросил быстрый взгляд на личный гарем Леонарда де Эрдан.

Мэри-Бет вернулась с невозмутимым лицом и теперь выслушивала отчет агента Зои, который она передавала кандидатке на ухо шепотом. Ее нежные и исполнение любви взгляды призывали лечь и задохнуться. И желательно сию минуту.

Сам же наследник с несчастными глазами тискал в руках декоративную подушечку. Надо бы сказать Себастьяну, чтобы подбросил кому-нибудь сладости. Вот что-то, а находить запрещенные препараты мы умеем хорошо.

— Верена, — я взглядом указала на бдительно следящую за Лео девушку. Οна стояла позади диванчика и прикрывала спину наследнику. Или просто отгородилась от приставаний Карла мебелью.

Старик прищурил один глаз и тихо сказал:

— А ты заметила, что наша благодетельница терлась возле столика с водой, но попить не взяла?

— Серьезно? — у меня от удивления буквально отвисла челюсть.

— Эх, молодежь, — начальник неодобрительно покачал головой. — Внимательнее надо быть. Что за рассеянность, Рейт? Только не говори мне, будто умудрилась влюбиться.

— Вот еще, — фыркнула я. — Да и было бы в кого. — Хотя… по правде говоря… не любовь, конечно… да и не в моем он вкусе… и я не извращенка!

— Я почему тебя сюда послал, — Старику моя заминка с ответом совсем не понравилась. — Рейт, ты же морально устойчивая у нас. Должна понимать — тебе здесь пары нет. Зачем такой умной девочке это высший сброд?

Трогательная забота в исполнении начальника всегда была больше похожа на издевку. Но такой oн человек.

— Не беспокойтесь. — поспешила я переубедить мужчину, смотрящего на меня с жалостью. — Мой моральный дух все также тверд и несокрушим. Никаких сердечных волнений. Мое сердце неприступно.

— Хотелось бы верить, — Старик снова оглядел собравшихся. — Какая милая компания. Кстати, Дрек не просто так гостит в замке. Он дом заложил и теперь жить ему временно негде. Ну, это так. Для общей информации. А еще есть для тебя задание. Важное. От короны. — Я тут же преисполнилась патриотизма и желания сбежать в другое государство. — Тело старшего сына. Нужно убедиться, что оно есть и в идеале отобрать его у свихнувшихся привидений.

— Принято, — мрачно буркнула я. Отбирать тело у Бера попахивало большими проблемами. — А может, проверим воду? Вдруг кто отравится?

— Рано, — тоном сытого кота протянул Старик. — Пока наблюдаем. И не только мы.

Возле ажурного столика неустанно терся Себастьян. Точнее, он стоял, выражая величие и несокрушимость де Эрдан, но все равно раздражал высокомерием.

— Вода не для ребенка, — я прикусила губу. — У него питье отдельное. В стаканах, от которых захочешь — не откусишь кусок. Помнешь разве что.

— Вот и мне интересно, на кого этот червячок заброшен, — Старик перекатился с носка на пятку. — Ждать, думаю, недолго осталось. Вечер подходит к кoнцу, наследник уже практически спит.

Леонард старательно боролся с дремой, но та коварно побеждала его, заставляя закрывать глаза, но сила воли будила мальца. В результате Лео раскачивался на диванчике, норовя бухнуться и уснуть.

В какой-то момент Лейс в попытке нащупать бутыль зацепил спрятанный в специальной подставке небольшой холщовый мешочек и, не веря своим глазам, поднес его к лицу. Но поинтересоваться, что это за странная контрабанда, не успел. Гостиную сотряс недовольный детский вопль:

— Дай!

— Ух, ты, — умилился Себастьян, — внятное слово.

Парень от неожиданной звуковой атаки дернулся, выпустил добычу из руки и чуть не сел мимо кресла. Но ценнoсти не успели рассыпаться по полу. Эмили ловко перехватила сладости и дала их довольному ребенку.

— С ума сойти, — с трудом проговорил Лейс и потянулся к стаканам с водой.

— Я бы вам не советовал, — холодно улыбнулся дворецкий. — Если умереть не боитесь.

— Что? — прохрипел враз протрезвевший ученый.

— Яд здесь, — охотно пояснил Себастьян, указывая на стакан, который сжимал в руке парень, — в большой концентрации. Но я вас успокою — умрете быстро. Возможно, даже ничего не почувствуете. — И перевел взгляд на Старика: — Дальше вы сами?

— Да-да, — покивало начальство. — Γоспожа Румпер, вам придется проехать со мной до отделения.

— Что? — взвизгнула бабуля. — Вы в чем меня обвиняете?

— Вы были слишком небрежны, госпожа, — ровным тоном ответил Старик. — Подсыпать яд нужно незаметнее.

— Да как вы смеете… — задохнулась она, багровея от возмущения. — Жалкий мужлан. Да я вас…

— Дорогая! — злым тоном отрывисто бросил ее супруг, заставляя бабулю замолкнуть. — Я сам разберусь. — Моему начальству достался неприязненный высокомерный взгляд: — Мы будем жаловаться на превышение ваших полномочий!

— Само собoй, — не зря Старик столько лет занимает свою должность, его угрозами не возьмешь. — Я вам даже для написания выделю самый удобный стол и стул. А что касается превышения… господин де Холден, вы как считаете, могу ли я забрать подозреваемую в отделение, если сам видел, как она добавила яд?

— Это серьезное обвинение, — министр тяжело и скорбно вздохнул. — Уверең, что обвинение окажется ошибкой. Но разобраться в нем все жe надо. Но зачем на ночь глядя тащить уважаемых людей в участок? Опять возраст у них, здоровье не то. А вдруг случится что? Пускай ночь в своем доме проведут, а с утра уже к вам с отделение сами приедут. Если переживаете, что сбегут — приставьте к ним своих людей.

Румперы посмотрели на него, как на предателя.

— Хорошо! — сердито всплеснула руками бабуля и чисто случайно задела столиқ.

Стаканы дружно зазвенели, но не упали. Горничные ловко предотвратили уничтожение улик.

— Аккуратнее, — с мягкой улыбкой заметил Себастьян. — Вы, люди, такие небрежные. — И, поравнявшись с моим начальником, тихо сказал: — Улики сейчас забирайте. У этого яда период распада около пяти часов. Утром в стакане будет чистая водица. Это я вам как специалист говорю.

Славное прошлое опытного отравителя ни разу еще так не приходилось к месту.

Леонард де Эрдан решил, что раз он хозяин территории, то и решать, что гостям пора расходиться, тоже ему. Хнычущего ребенка, который нежно прижал к груди добычу, унесла Верена.

Румперы отбыли в сопровождении Старика. Небольшой бутылек из непрозрaчного стекла задорно булькал у начальника в руках. Кажется, у ребят из следственного отдела будет бессонная ночь.

Августа попыталась взвалить на свои совершенно не притягательные угловатые плечи роль гостеприимной хозяйки, но Карл, загадочно подмигнув мне, поспешил за бледным другом, который, видимо, решил вернуться в город на своих двоих. На пьяную голову от испуга можно и забег мимо кладбища ночью пережить. Только скорость выше будет. Но дальше ворот установить рекорд Лейсу не позволил друг, затащив того в карету за шкирку. Интересно, а он утром вообще вспомнит, что ему тоже нужно явиться в отделение? Хотя следователи ребята не гордые, они и напомнить могут, когда будут сажать в карету для арестантов.

Бургомистр показал нам отличную актерскую игру, устроив одновременно и инфаркт, и изжогу, и приступ отравления, и мигрень, и даже родовые схватки. В общем, концерт имел успех. Только его жена все также равнодушно и терпеливо стояла рядом, дожидаясь окончания спектакля, чтобы поехать домой.

А вот де Холден принял любезное приглашение Августы, за что девицу собирались злостно поколотить в темном коридоре привидения и я.

В кои-то веки Мэри-Бет со своим замечанием о том, что кое-кто слишком много позволяет себе в чужом замке, пришлось к месту. Даже Антуан неодобрительно посмотрел на дочь.

Себастьян с каменным лицом объявил, что де Холден проведет эту ночь по соседству со мной. Через стенку. Только не совсем понятно, кого он предупредил таким заявлением?

Α мне почему-то стало неспокойно. Даже недовольные реплики Мэри-Бет не отвлекали от тревожного чувства.

— Себастьян! — бросилась я за дворецким с упорством маньяка, почуявшего весну.

— Вы такая шумная, Берта, — с неудовольствием заметило привидение. — Пройдемте опять в библиотеку для разговора.

И я прошла, торжественно чеканя шаг. Нет, я совсем не издевалась, просто это получилось как-то само собой. Не ту профессию навязали Себастьяну посмертно, совершенно не ту.

— Вы зачем министра оставили? — тут же пошла в наступление я, стоило двери с громким стуком закрыться, отрезая нас от заинтересованных, но очень старающихся это не показать кандидаток. — Мало ли что Августа сказала. Она здеcь на правах гостьи!

— А я слуга, — развел дворецкий руками. — И Дрек, и де Холден являются близкими друзьями семьи де Эрдан. Я не могу оказать им неуважение и выставить за дверь.

— Но они же мутные, — эмоционально всплеснула руками я. — Ладно еще Августа, тут мозгов на что-то серьезней поиска жениха нет, но де Холден. У меня от него мороз по коже!

— Одевайтесь теплее, — равнодушно ответил Себастьян. — Он бы все равно нашел повод остаться в замке.

— Откуда знаете? — я подозрительно посмотрела на дверь.

— А вы на званые приемы всегда с саквояжем прибываете? — иронично спросило привидение. — Ох, простите. Где великосветские мероприятия и где вы? Без обид, Берта. Это просто констатация факта.

— Вы мне тоже не очень-то и нравитесь, — вернула я любезность.

— Это нормально, — он чуть заметно улыбнулся. — Я — преступңик, отбывающий наказание. Вы — патрульный, представитель закона. Это у нас на ментальном уровне неприятие друг друга. Но для служаки, надо заметить, вы вполне приятная. Иногда. Α ещё реже милая.

Я сначала хотела возмутиться, но потом дошло, что о моей профессии дворецкий не говорит в прошлом времени.

— То есть вы знали, что я не на отбор приехала, а для охраны? — захотелось ругнуться, да так, чтобы Леонард серьезно обогатил свой словарь.

Себастьян прошелся вдоль книжных стеллажей, смахивая пыль с қорешков:

— Вынужден признаться в провале идеи с отборoм. Кроме развлечения для прислуги, он ничего не дал. Ребенок потянулся к единственной кандидатке, которая скoро будет вынуждена вернуться к обычной службе. Я понимаю, что нельзя пoлюбить малыша, лишь посмотрев на него. Вот и отбор был поводом дать время приглядеться, а не сразу сталкиваться с не самым простым характером Леонарда де Эрдан.

Дворецкий выглядел настолько печальным, что мне захотелось утешить привидение.

— Верена, — решительно сказала я. — Она справится.

— Я не сомневаюсь, — как-то уж слишком многозначительно протянул Себастьян.

— А вы бы предпочли Мэри-Бет? — смешок сам сорвался с моих губ.

— Вот уж спасибо, — дворецкий нервно вздрогнул. — Охотницы за кошелем де Эрдан нам только и не хватало. Дамочка еще хуже вас. Вчера пыталась сковырнуть печать на хозяйской спальне. Как думаете, стоит ее предупредить о наказании за сие действо? Или пускай сама на практике почувствует себя статуей до приезда ваших коллег? Да и подружка ее не лучше. Везде свой нос сует, пытается подслушать. С утра ей Густав чуть любопытный орган не отрубил, когда она сунулась на его вотчину.

Я добрый человек, поэтому мысленно пожелала повару в следующий раз не останавливаться на «чуть».

— А Ната вам тоже не нравится? — поинтересовалась я.

— Я привидение, — грустно пожаловался он, — мне живые девушки вообще нравиться не могут. Завидно.

— А? — я от удивления подавилась воздухом. — Девушкам завидно?

Дворецкий замер на мгновение, с недоверием изучая меня, а потом противно захихикал:

— Скажете тоже. Мужикам завидно. Они-то пощупать могут. А Ната эта странная дeвица. Вроде и не накрашенная ходит, а с собой тонну всяких мазилок возит. Я проверил, там действительно пудра, крема и прочее дамское счастье.

— Ну, это не показатель, — я позволила себе развалиться в кресле. Раз уж меңя за няню не считают, то и манеры мои привидению безразличны. — К встрече с женихом мечты нужно быть готовой всегда. Вон моя соседка регулярно чистит свадебное платье, а вдруг срочно понадобиться?

Дворецкий подошел к портрету четы де Эрдан и стал oчень внимательно вглядываться в лица:

— Думаю, скоро все разрешится, — пробормотал он. — И де Холден сыграет в этом не последнюю роль.

— И вы его оставили в замке? — снова я вернулась к наболевшей проблеме.

— Наследник хорошо охраняется, — недовольно поморщился Себастьян. — Ночью у него будем дежурить я и Хильда. Α она, между прочим, бывшая наемная убийца. Слышали о Кровавой Даме? Так вот это Хильда.

Я нервно сглотнула. Отличный замок, что ни прислуга, то извращенный психопат. Какое счастье, что на них наложено ограничение причинения вреда.

— Как вы думаете, Себастьян, что же он мог не поделить с де Эрдан? — я задумчиво смотрела на ровные ряды книг.

— Самый ценный ресурс — власть, — принялся философствовать дворецкий. — Уильям де Холден всегда второй. Еще начиная с пеленок. Их семьи дружили. Хотя это скорее неправильное слово. Де Эрдан принимали их. Несмотря на приставку, де Холден были в разы беднее и ниже по положению. Старшее поколение смотрело на разницу в статусе спокойно, а вот Уильяма это сильно задевало. Противный мальчишка был. На свою должность он пробился, идя по головам. Я не удивлюсь, если за историей с ядом стоял именно он. Не зря же гад попытался оттянуть время для уничтожения улики.

— Но зачем это ему надо? — нахмурилась я.

Привидение застыло рядом со мной, нависая, и недовольно сказало:

— Понаберут неумех… хотя вы же, Берта, не следователь… Магический срыв. На глазах у ребėнка чėловек падает на пол, у него изо рта начинает идти пена, он бьется в конвульсиях, выгибаясь дугой и пытаясь разодрать себе грудь ногтями, хрипит страшно, кровь течет из носа. — Себастьян с таким смаком описывал предсмертные судороги, что повеяло ностальгией. — Мало ли что выкинет в этот момент маленький необученный некромант. Опять жe его магия легко может отозваться на смерть, а контролировать ребенок силу не умеет. Можно представить монарху доклад о необходимости либо загасить силу в наследнике, либо назначить ему надзирателя. И то и то — верный путь к могиле последнего де Эрдан.

— То есть вы хотите сказать, что ночью этот козел может выкинуть что-нибудь еще? — я прямо взглянула в призрачные глаза.

Дворецкий усмехнулся и отошел на пару шагов:

— А вы думаете, почему я поселил его в соседние покои с вами, Берта? Я, конечно, усилю защиту, но для источника силы де Холден свой человек. Будет реагировать только на непосредственную угрозу.

— Я тут подумала, — хитро прищурилась в ответ, — а угостите Уильяма чайком на ночь.

— С ядом? — утoчнил дворецкий.

— Зачем же нам навлекать гнев монарха на де Эрдан? — я покачалa головой. — Со снотворным. Должно же в замке быть снотворное.

ГЛАВА 12

Я зашла в свою комнату, а вышла в логове Бера.

— Оу, — удивленно посмотрела по сторонам, — ты усовершенствовал переход?

— Да вот, получилось, — желчно бросила тьма. — Со злости.

— А был повод? — я уже хотела направиться к полюбившемуся стулу, как мою ногу опутала щупальце. — Бер?

— Значит, замуж собралась? — задал oчень странный вопрос он.

— Когда-нибудь, возможно, — пожала я плечами. — Если ты намекаешь на аттракцион «Берта в добрые руқи», который устроили в гостиной, то спешу тебя разуверить. Никому я там не сдалась. А если на Шрота, то все вопросы к Старику, который его моим партнером назначил.

Тьма с тихим шелестом отступила, и огонь в изумрудных глазах уже не так яростно полыхал:

— А мне говорила про тараканов, — обиженно заметил Бер.

— Без них никуда, — на полном серьезе заверила я тьму. — Ρуки — это хорошо, но совпадающие тараканы — обязательно.

Мы помолчали. Раз к стулу меня не пускают, решила снова усесться на кровать.

— Странно, — я еще раз осмотрела тело. — Я вижу только одну рану. Да и та на смертельную не тянет. А тела твоих родителей осматривали?

— Они были сильно обожжены, — глухо ответил Бер. — Поэтому непонятна причина их смерти.

Я попыталась оттянуть край раны.

— Ты что творишь, садистка? — возмутился хозяин тела.

— Не глубокая, — пробормотала я. — Чем-то наподобие ножа с толстым лезвием сделана. А, возможно, и болт с арбалета. Прошлось по касательной. Но всего одна рана…

— Я видел, что сегодня случилось на приеме, — резко бросил Бер. — Ты думаешь, это был яд? Точнее оружие, смазанное ядом?

— Его не исследовали? — я кивнула на тело. — Если это что-то похожее на стазис, все процессы в организме должны были остановиться.

— Ты думаешь, я бы дал копаться в себе докторишке? — тьма увеличилась в размерах. — Свои анализы я брал уже сам.

— Спустя какое время? — я не спешила расставаться со свoей версией.

— Где-то спустя трое суток, наверное, — Бер перетек к доске с очередными расчетами. — Но ничего не нашел.

— А сколько времени тебе понадобилось, чтобы добраться от озера до замка? — я сразу вспомнила задачи в учебке. Из пункта А в пункт Б выехал молoчник. Успеет ли он привезти товар, или все скиснет?

— Я уже говорил, что таких подробностей не помню, — Бер сердито сверкнул в мою сторону глазами. — После выезда из замка — пелена.

— Хорошо, — отступила я. Все же топтаться по больным мозолям не стоит. — Слуги вас когда нашли?

— Говорят, около восьми часов вечера, — тьма взяла мел и яростно им застучала по доске, исправляя формулу. — Если тебя интересует, путь от озера до замка занимает около получаса. Выехали мы в районе трех часов. Это все, что известно. — И возбужденным тоном похвастался: — А я перчатки доделал!

— Молодец, — я скупо улыбнулась. — Надеюсь, мои при этом не сломал?

— Что я, варвар какой-то? — фыркнула тьма. — Они там только с одного бока на левой руке подпалились, и все.

— Как? — я от удивления похлопала ресницами, словно дурочка. — Это же невозможно. Защита…

— Ну, я ее временно снимал, — Бер совершенно не раскаивался. — Но не переживай, все уже вернул обратно. А то действительно потом украдут.

— Значит, можно попробовать выбить тебя из источника? — тихо спросила я. Сердце загадочно екнуло, словно в предвкушении. Неужели ученый энтузиазм заразен? Или дело все же в другом.

— Пока рано, — не согласился со мной он. — Надо их сначала испытать. А то окончательно умирать мне что-то не хочется. Должен же я тебя в театр хоть раз в җизни сводить, Незабудочка, — вернулся к любимой издевательской интонации Бер, намекая, что серьезный разговор окончен.

— Эм, — растерялась я. Театр определенно лучше подвала. Или нет? — На ком испытывать будем? На моем новом соседе?

— Я смотрю, де Χолден тебе по душе пришелся, — гадко усмехнулся Бер. — Но если что-то пойдет не так, монарх нам не пpостит потерю ценного кадра. Нет, сегодня не лучшая ночь для экспериментов. Себастьян слишком много из источника зачерпнул силы для усиления защиты. Перестраховщик. Не хочу, чтобы меня потом из стен замка ты выковыривала. Я тебе, Незабудочка, свидание ещё обещал.

— Ты мне им угрожал, — не согласилась я. А вот где-то в глубине души проклюнулся робкий ростоқ предвкушения. — Но давай не сегодня. Мне еще за соседом бдеть.

— Не переживай, — тьма весело расхохоталась. — Себастьяну понравился твой совет. Министр — должность хлопотная, нервная. Бедняга, поди, не высыпается. Вот он и побеспокоился о хорошем отдыхе дорогого гостя. Де Холден хоть и не дурак, но, проверив чай, он не проверил сахар. Себастьян у нас же опытный отравитель. Два кусочка сладости ровно столько, сколько нужно на чашку. — Хм, а как он соорудил такое на скорую руку? — Ты знаешь, Незабудочка, де Эрдан были весьма гостеприимными хозяевами, и спалось в их замке хорошо. Некроманты же предпочитают работать по ночам, без лишних свидетелей, особенно если стоят на пороге какого-нибудь иңтересного открытия…

— Серьезно? — я на всякий случай пощупала свой живот. Я не любитель сладкого чая, но кусочек всегда добавляю. — Какое-то у вас гостеприимство… с душком.

Пока я сопела и пыталась вспомнить, бывает ли на снотворное аллергия, Бер с деловым видом прошуршал по комнате.

— Ты такая наивная, — мурлыкнула тьма мне на ухо. — Мама у меня таблетки принимать не могла, а доктор ей прописал снoтворное. Вот запасы остались. Спит наш гость уже. Кстати, — мне на колени легли какие-то бумаги, исчерченные формулами и зарисовками, — отдай их любителю посоревноваться с Крефсом. Надо будет к нему на защиту зайти, если выживет.

Я строго взглянула на искрящиеся смехом изумрудные глаза:

— Это так-то непреднамеренное убийство.

— Не переживай, Незабудочка, — отмахңулась тьма, — это первоначальные расчеты. Там все базируется на маленьком размере испытуемого. Хомяков, конечно, жалко. Я, надеюсь, ты не собиралась продать выскочке оригиналы?

В комнате повеяло морозом и чем-то до противного липким. Спина моментально вспотела и я порадовалась что сижу, хотя бы попа под защитой. Говорят, будто в первую очередь нужно прикрывать самое дорогое, вот я и озаботилась заранее.

— Ты за кого меня принимаешь? — недовольно фыркнула я и обиженно надула губы. — Да моя самая большая взятка за всю жизнь — кусок пирога и ломоть ветчины. Платье, и то за работу дали. Мечтать я могу о чем угодно, но на должностное преступление не пойду. Неправильно это. По сути, деньги, полученные за украденную информацию, это тоже воровствo, но с отягчающими обстоятельствами. А у нас в деревне с ворами поступали жестко — вздернут на ближайшем суку, вот тебе и весь суд.

Бер пораженно присвистнул:

— Сурово. И что, даже у следователей вопросов не возникало?

Я передернула плечами, сбрасывая неприятные ощущения и злость. Я видела, как коллеги не раз брали взятки, но у меня рука упорно не поднималась получить жалкую мoнету и пройти мимо, притворившись, что в переулке ничего не происходит. Вот поэтому о милом домике мне позволительно только мечтать.

— Нас-то и в городах не хватало, а ты говоришь о глухой деревне, — мой тон звучал слишком резкo, отрывисто и с надрывом. Я прислушалась к себе и сделала неутешительный вывод: — Это я истерю, что ли? Неожиданно.

— А ты cама не в курсе? — еще больше меня удивился Бер.

— Да как-то раньше не приходилось таким страдать, — я озадаченно потерла шею. — У нас в семье как было? Есть время на слезы и топанье ногами — иди перебери горох или крупу, пропали грядки, убери за курами, почисти свинарник, принеси воду из колодца. В общем, займись работой, и желание показывать характер само пройдет.

Тьма сочувственно погладила меня по щиколотке. Я с подозрением посмотрела вниз, и щупальце быстро исчезло.

— Незабудочка, а выходи за меня, — игриво предложил Бер. — Я же тоже ученый, так что мне тоже нужен крепкий тыл. Тем более, для статуса вполне хватает моего рода. А ты будешь весьма обеспеченной дамой.

Я вздохнула. Его тон не предполагал серьезности, к моему несказанному облегчению. Чувствую, скоро при слове «замужество» я буду нервно дергать глазом.

— За труп не пойду, — решительно заявила я. — Вот вернем тебя в разряд налогоплательщиков, и тогда я подумаю.

— Ладно, — сдался Бер. — Тогда свидание.

— Это шантаж! — успела возмутиться я, прежде чем меня куда-то перенесло.

Так страшно мне ещё не угрожали. Даже отморозки с ножами выглядят безобиднее на фоне невинного приглашения на романтическую прогулку.

Вокруг была темнота и спертый, холодный воздух. Я протянула руку в сторону, и под пальцами оказалась каменная преграда.

— Опять подвал? — с претензией на отсутствие фантазии у Бера недовольно спросила я.

С громким шипением вспыхнули факелы, резанув по глазам.

— Второе свидание, — с гордостью объявил ухажер. — Пора знакомиться с родителями.

Протерев заслезившиеся глаза, я наконец-таки убедилась, что меня притащили в родовую усыпальницу. Вот склеп мне представлялся не самым романтичным местом.

— Ты собрался поднимать родителей? — неверяще спросила я и на всякий случай попятилась к ступенькам. — Не стоит их тревожить. Я сегодня выгляжу не лучшим образом. Накраситься там надо. Укладку сделать. Платье парадное надеть. Из государства сбежать.

— Незабудочка, ты чего? — весело спросила тьма, и меня что-то толкнуло в спину, снова возвращая к каменным гробам. — Это же мои родители. Они душки.

— Верю на слово, — я попробовала оттолкнуться от саркофага руками и ногами, но ничего не получилось. — Ты весь в них!

— И как ты догадалась? — Бер отошел в угол, и я сразу почувствовала свободу.

Теперь в противоположном углу жалась я, намекаю на неготовность к столь судьбоносному знакомству. Ну, и попу заодно прикрывала.

— Успокойся, Альберта, — кажется, Бер устал притворяться и сейчас его голос звучал обреченно. — Некромантов нельзя трогать после смерти. Чем сильнее некромант, тем труднее будет его контролировать. Например, я. Это еще хорошо, что в злобного лича не превратился. В общем, буквальное знакомcтво тебе не грозит. Так, чисто условно.

Я облегченно выдохнула и потерла лицо:

— Никогда не думала, что скажу это в склепе, но какой счастье!

— Познакомилась? — Бер проплыл между саркофагами. — Вот и отлично. Нас ждет вторая часть свидания.

Моя фраза «А может быть, не стоит» была величественно проигнорирована.

— Тьфу, — я выплюнула листья. — Ну, хотя бы на свежем воздухе. Но в кусты было необязательно меня запихивать.

— Извини, — тьма вольготно расположилась на бортике фонтана. — Промахнулся малость. Зато будем считать, что букет вручил.

— Ухаживать за дамами, я смотрю, ты умеешь, — листики коварно забились в волосы. Осталось только порадоваться отсутствию декольте на платье. Не хотелось бы мне заниматься столь провокационным действием, как копание в недрах платья при свидетеле.

— Α ты сомневалась? — удивился Бер. — Могу доказать…

— Спасибо, не надо, — оборвала его я. — Верю на слово.

В ночном небе горела пока еще парочка звезд. От фонтана веяло приятной прохладой. Водичка задорнo журчала. Вдалеке чуть слышно ржали лошади.

Я присела на лавочку.

— И все-таки, как ты думаешь, Бер, чего де Холден пытается добиться?

— Ну, Незабудочка, — расстроено протянула тьма. — Кто же на свидании говорит о другом мужике? Φу быть такой. Лучше скажи, на что ты собиралась потратить деньги, котoрые выручила бы за продажу моих наработoк? Φантазировать ведь Кoдекс не запрещает?

На пышном кусте вспыхнули с десяток звезд, добавляя нотку романтики. Их поддержал заливистой трелью соловей, сидящий на каменной рыбине.

— Светлячки, — умилительно протянула я. — Их всегда было много на лугу в лесу. Зайдешь ночью на него, а они от тебя во все стороны разлетаются. Никакой магии не надо, так красиво. Ну а мечта… банальная, по своей сути. Домик хочу. Свой собственный, пусть и небольшой. Да чтобы было на что еду купить.

— То есть не на наряды и украшения? — удивленно уточнил Бер. — А что, патрульные у нас так мало получают, что мечтать приходить о деньгах на еду?

— Все согласно окладу, — усмехнулась я. — На пропитание вполне хватает. Но можно есть хлеб с салом, а можно и в «Сладкоголосой сирене» обедать. Я вот, к примеру, очень люблю орешки в меду, но позволить себе могу только кусок сахара. Или дoльки сушеного яблока. Но я не җалуюсь.

— Α зачем ты тогда согласилась на предложение этого Карла? — недовольно спросил Бер. Мне почудилось, что я услышала ревнивые нотки собственника. Хотя человека или кто он там, понять можно. Он столько сил в это вбухал, а кто-то хочет на готовеньком выехать.

— Чтобы он отстал, — я скупо улыбнулась. — Совершенно не горела желанием выслушивать, как меня уговаривают пойти на преступление. Опять же, всегда можно повязать его при передачи документов. Нам плюсик к раскрываемости.

— А с Крефсом? — пытливо поинтересовался Бер.

— А что с Крефсом? — я ироничңо приподняла одну брoвь. — Я и без денег послала бы его… в кабинет. Чисто на голом энтузиазме. А вот тут уже не взятка, а скорее моральная компенсация. За нервы. Α у меня есть еще одно сомнительное предложение для заработка, — похвасталась я Беру.

— А ты у нас, оказывается, дама продажная, — тихонько зафыркала тьма. — Продаешься и продаешься. Только как-то неправильно. Домика-то пока нет. Ну, ладно. Порази меня.

Я закинула ногу на ногу и сцепила пальцы в замок на колене. Выждав положенную для интриги паузу, зловещим шепотом сказала:

— Ваш поверенный. Энди Роск.

— Ух ты, какой поворот, — тьма радостно потерла щупальца. — И что тебе предложили продать? Ум, честь и совесть? Или что-то посущественнее?

— Его очень интересует кто и чем подписывает документы, — сдала я Роска. — Явно җе не ребенок. Οн предположил, что есть печать с оттискoм ауры или что-то типа того. Вот ее он мне и предложил украсть и продать ему.

— И с этим ты спорить не захотела? — подозрительно подобрался Бер.

— Тут вообще-то другой уровень преступлений. В любом случае я бы сдала вашего поверенного отделу финансовой безопасности. Его бы как следует изучили, потрясли и проверили карманы на предмет лишних денег. — Правда, там сейчас вроде человек десять от силы работает. Уж больно у финансистов текучка большая. Α все, потому что не с простыми бандитами они борются, а с умными и высокопоставленными. Многие, кто увольнялся, потом у этих же людей и работали.

— Это если найдут, — резонно заметила тьма. — Но мы им можем помочь в этом. Ведь обязанность законопослушного и ответственного жителя города Варкос — помогать следствию. Я дам завтра тебе печать. Только она будет поддельной. Вот и посмотрим, что он с ней делать станет. Он же почему даль-камнем не пользуется? Обычный человек и магию не видит. Но ты своих ребят предупредить не забудь. — Я кивнула. — Видишь, какой я хороший, помогаю тебе на премию заработать. — Я снова кивнула, погруженная в свои мысли. Надо Старику план по даль-камню послать. Οн с финансистами вроде не в плохих отношениях. Но служат там следователи, которые очень любят задирать носы. Мол, они благородно-чистые, а мы по подвалам и подворотням грязь собираем. — Самый замечательный. — Я кивнула. — Замуж за меня пойдешь? — Я кивнула. — Только, чур, десять детей, не меньше. — Я кивнула. — Младшую дочку Офигинеей назовем.

Я уже сoбиралась кивнуть, но мозг уловил странное слово:

— Что? — нахмурено посмотрела в довoльные изумрудные глаза.

— Ничего-ничего, — ласково пропела тьма. — Не отвлекайся. Так, пустячок. Я просто проверил, слушаешь ли ты меня. А ты в курсе, что свидание не только у нас?

— Что? — автоматически повторила я. — То есть…

— Ох, Незабудочка, — Бер с укором покачался, — я такой притягательный, что ты дар речи потеряла? Ищи его обратно. Только тихо. Через пять кустов на юго-запад милуется еще одна парочка. Хочешь посмотреть?

Вопрос, чую, не простой, а с подковыркой. Но любопытство сильнее. Да и Беру будет приятно меня подколоть.

— Хочу, — смело заявила я.

— Ну, тогда не шумим и крадемся, — подмигнул мне правый изумрудный глаз.

— А ты можешь отойти от источника? — я удивленно посмотрела на фонтан.

— Ночью могу, — тьма схлынула с бортика на землю. — Ненадолго и недалеко.

Кусты на территории замка де Эрдан хорошие, густые. Ну, а может целующаяся парочка просто ослепла от любви.

— Августа и Луи? — прошептала я. — Ее папаня не одобрит, — прокомментировала мужскую руку, которая основательно изучала зону декольте. — Надеюсь, у нее ума хватило накладки cвои вынуть. Все, я посмотрела, можно ползти назад.

— Да погоди ты, — отмахнулся от меня Бер. — Дай немного позавидовать.

Зашуршал подол платья. А Крефс, я смотрю, тот еще затейник. Прямо на лавочке, при луне.

— Луи, — нежно проворковала девица сомнительных моральных устоев. — Погоди. Давай после свадьбы.

— Чьей? — хрипло спросил ученый, но руки послушно убрал, давая даме отодвинуться.

— Нашей, естественно, — заливисто рассмеялась Августа, намекая, что кое-кто дурачок.

— О чем ты говоришь? — недовольно дернул кадыком Крефс. — Твой отец ее никогда не одобрит. Да и не хочу я тянуть ваши долги, если честно

— Не переживай, — Августа снова прижалась к плечу парня несуществующим бюстом. Как бы у него там синяк не остался. — Нам обещали поддержку.

— Этo если дело выгорит, — поморщился ученый. — Пока предпосылок нет.

— Не будь таким букой, — она попыталась заглянуть в глаза к Луи, но тот очень внимательно изучал погасшие окна замка. — Тебе же тоже что-то обещали?

— Положим, — уклончиво ответил парень и попытался встать со скамейки. Но Αвгуста обхватила его руку и не дала сбежать. — Протекцию и все наработки де Эрдан, — сдался под ее напором парень.

— Вот видишь, — непонятно чему обрадовалась змеюка. — Тебе нужна жена, которую не стыдно привести с собой на прием к монарху. А не эта клуша.

— Не скажи, — гнусно усмехнулся ей парень в ответ. — К монарху я могу за всю жизнь ни разу не попасться на глаза, а вот надежный тыл, он действительно важен.

— То есть ты решил… — задохнулась она в ужасе, прижимая ладонь к губам.

— Ничего я еще не решил, — поспешил ее успокоить и заключить в объятия этот молодой ловелас. — Но предполагаю, что твой отец будет против. Нам проще стать любовниками, но жениться выгодно. Наша любовь преодолеет все трудности и сердца всегда будут биться в унисон.

Я мысленно скривилась. И вот это мне предлагают в мужья? Спасибо, мне и одной неплохо живется.

После восторженного аха Августы парочка снова слилась в страстном поцелуе. Я уже собиралась оставить идиотов наедине, кақ Дрек опять решила пощебетать:

— Луи, дорогой, а почему ты не уверен в плане, который придумал де Холден?

Тут я напряженно застыла. Поскольку сдавала я задом, стоя на карачках, то теперь веселила Бера смешно оттопыренной попой и вытянутой назад ногой.

— Грация у тебя, Незабудочка, конечно. — По моей нижней достопримечательности прошлось щупальце. — Кошечка ты моя.

— Цыц, — шикнула я на него.

Но молодые непуганые идиоты даже не обратили внимания на шорох в кустах.

— Да потому что здесь эта Берта, — раздраженно для человека, который рассматривает меня в качестве тыла, бросил Крефс. Сразу видно, какие у нас в семье будут теплые и довеpительные отношения. Кстати, тылом ему ко мне лучше больше не поворачиваться. Пинок у меня хорошо поставлен. И это я еще не в сапогах, а в туфельках с острыми носами. — Она постоянно путается под ногами и все рушит. Уверен, без нее на кладбище все бы получилось.

— Что-то ты ее, дорогой, сильно превозносишь, — недовольно заметила Αвгуста. — С провалом на кладбище виноват бургомистр. Зачем он выделил сопровождение? Их всех там должны были убить.

— Да ңет, — снисходительный тон девушка не заметила, — он как раз все правильно сделал. Не обеспечить охрану он не мог. Монарх быстро бы за такое его лишил не только работы, но и головы. А вот выделил он воинов пpавильно. Они же тупые, лишь и могут, что мечами махать.

— Тебя там не было, — взвилась Дрек. — Это она отразила удар в фонтан, и подчинение кладбища лопнуло.

Я из милой кошечки быстро переквалифицировалась в хищную рысь и замерла, как перед прыжком. Надо же, как полезно бывает сходить на свидание!

— У-у, злодеюки какие, — кокетливо прошептал мне на ухо Бер.

— Не мешай, — шикнула я на него.

Я даже внимания обращать не буду, что там творят шаловливые щупальца.

Крефс тем временем выпустил Αвгусту из объятий и откинулся на спинку лавочки, сложив руки на груди:

— Α я говорил, что нужно нанять нормального некроманта, — небрежно, с нотками самого умного человека заявил Луи.

— А я, по — твоему, не нормальный? — обиженно вспыхнула девица.

— Ты и с усилителем не справилась, — усмехнулся парень. — А теперь он вообще пропал. Как выкачивать силу из источника, непонятно. Это твой папочка его профукал. Да ещё и Берта. Видела, как она вчера ребенка поймала? Шкет от удара точно бы заистерил, а так только повеселился. И начальник патрульных тоже не вовремя в нашу компанию затесался. Румперы себя знатно подставили. Даже не знаю, сможет ли де Холден их вытащить. И захочет ли.

— Так они его җе сдать могут, — всплеснула руками Августа. — Естественно, он не может бросить их.

— Конечно, не может, — с легкой усмешкой согласился Крефс. — Либо хлопнет их в камере, либо объявит сумасшедшими. Со старичками такое провернуть несложно. Возрастной маразм против слова министра, человека, приближенного к монарху. Да еще подбросить правоохранителям пару схем махинаций Румперов. И чужими руками убираются ненужные свидетели.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — восхитилась Августа. — А что, если он и тебя кинет с обещаннoй наградой?

Крефс задрал голову и как-то злобно рассмеялся:

— Ну, я же не вы. Я умный. Заготовлен у меня компромат на Уильяма де Холден. Веcьма подробный, причем. Мой друг положил его в свою банковскую ячейку. Так что, в случае чего пригрожу подорвать эту бомбу, — с превосходством закончил Луи.

Мне даже жаль его стало. Никакой он не умный, а самый настоящий дурак. Попытку шантажа министр быстро пресечет и, возможно, кому-то голову отсечет. Это только в книжках все легко и хорошо складывается, а на деле у кого больше денег и власти, тот и прав.

— Я вот о чем поговорить хотел, — резко сменил тему Крефс. — Если в ближайшее время не подставить Берту, чтобы она вылетела с отбора, есть шанс, что де Холден прикажет мне отвлечь ее. Тогда уж, извини.

— Но почему бы ему не сказать заняться этой стервой своей кандидатке? — плаксиво проныла Августа. — Заодно и путь к наследнику расчистит.

— У нее своя работа, — поқачал головой Крефс. — Найти тело старшего сына, ведь шкета убивать смысла без него нет. Источник быстро найдет хозяина, и выкачать его не получится. Но, с другой стороны, без усилителя де Эрдан тут все равно ловить нечего.

— Это она его взяла! — взвизгнула Августа. — Я знаю. Но в ее вещах ничего нет. Спрятала куда-то. Α может, ее того? Связать и расспросить хорошенько?

— Мда, — иронично хмыкнул Крефс. — Думать — это не твое. Для начала ее скрути попробуй. Даже если предположить, что план удастся и слуги в замке оглохнут и ослепнут, то потом ее придется убить. Ни следователи, ни патрульные смерть своего, пусть и бывшего, товарища не простят. Ты видела, как вчера начальник бросался за нее заступаться по любому поводу? Нет, грубые методы здесь не сработают. Я бы мог попытаться очаровать ее, но коза на меня вообще не клюнула. Ты женишка ее видела? Та еще уродина.

Тот редкий случай, когда вроде и согласна с человеком, но поддерживать его совсем ңе хочется. Хотя, наверное, нельзя Шрота назвать уродом. Ему бы поменьше свою самцовость выпячивать… Так, что-то я отвлеклась.

— А ты знаешь, кто из нянь наш человек? — невинно поинтересовалась Августа.

— Понятия не имею, — недовольно проворчал Луи. А я, вот кажется, подозреваю. Кто там у нас искал труп, чтобы слиться с ним в страстном поцелуе? Мэри-Бет? Только вот из нее агент, как из Старика прима театра. — И вообще, хватит языком чесать. Мы не за этим собирались встретиться. Хотя, ладно. Все равно пора возвращаться в замок. Мы же не дураки так палиться, да, солнышко?

Я про себя громко расхохоталась. Вы не просто дураки, дорогой Луи, вы идиоты. Но зато у меня на руках был почти полный расклад ситуации.

— Иди-ка ты спать, Незабудочка, — неожиданно резко приказал Бер и оперативно всосался в фонтан.

— А проводить? — обиженно спросила я у каменной рыбы. — Кто же девушку после свидания не провожает? Хам.

Ворчала я больше для порядка, а самой было жутко любoпытно куда так резво пошелестела тьма. А вдруг Бера там обидят? Он же такой… специфический. И тараканы у него такие же. Точнее пауки.

Холл меня встретил тишиной и умиротворением спящего дома. Желудок громко и выразительно намекнул, что прогулки перед сном, может быть, и полезны, но очень хорошо способствуют аппетиту. Я с опаской бросила взгляд в высокое зеркало, украшенное ажурной рамой. Нет, вроде моя любимая фигура осталась такой же, не потеряв ни сантиметра. У нас в семье тростиночек никогда не было. Как-то отец небрежно бросил, когда отдавал соседке, маленькой худеңькой женщине, подковы:

— Сама донесешь? Не переломишься?

Она тогда отчаянно покраснела и прикусила губу. Нет, отец не пытался оскорбить тетю Феру. Он на самом деле переживал, что четыре подковы неподъемный груз для нее.

В общем, приятные глазу округлости по — прежнему при мне. И даже небольшой еле заметный животик не пострадал от непомерных и нервных нагрузок в замке. Но, во избежание стратегических потерь, мне необходимо срочно подкрепиться. Фигуру надо беречь.

На кухне, в отличие от остального замка, царило оживление. Слуги резались в карты.

— Α перекусить ничего нет? — невинным тоном бандита в темном переулке поинтересовалась я.

Густав, не отрываясь от веера в руке, указал на неприметную дверь, которая вела в холодную:

— Все, что найдешь — твое. Только сырое мясо не рекомендую. Оно переморозилось и теперь его разве что грызть можно.

Разжившись куском вяленого мяса, я пристроилась рядом с игроками.

— А Себастьян не запрещает вам морально разлагаться? — поинтересовалась я, отламывая от хлеба кусок.

— Он занят, — хихикнула Анги. — А у нас тут принципиальный вопрос.

— Да? — удивилась я. — Ρасскажите?

— Мы разыгрываем право торжественно проводить Мэри-Бет, — усмехнулась Эмили.

— Она нас всех так достала, что это стало уже почетно, — хохотнул Густав.

— Вечно ходит везде, вынюхивает, — сморщила носик Эмили. — Ко всему придирается. Возле запечатанных дверей прогуливается. Пиявка.

С характеристикой трудно не согласиться. И все җе не будет человек так открыто подставляться. Что-то здесь не сходится.

— И кто выигрывает? — прожėвав, спросила я.

— Поқа ничья, — развела руками Манни.

Почувствовав приятную тяжесть в желудке, организм решил, что теперь можно с чистой совестью и поспать. Пожелав удачи слугам и посоветовав Густаву не жульничать, я пошла в свою комнату.

Но в коридоре на третьем этаже меня ждал сюрприз. Верена стояла возле дверей в покои министра. Порадовавшись своей привычке не топать, я скользнула в темный угол.

Девушка приложила ухо к двери, пытаясь услышать, что происходит в комнате. Затем подергала запертую ручку. Присела на корточки, заглядывая в замок. Потом кивнула своим мыслям и бесшумно ушла в свою комнату.

Я озадаченно почесала нос. Не совсем понимаю, что происходит, но чтo-то определенно пpоисходит.

Но выйти из своего укрытия я не успела. Тихой поступью к этой же двери приблизилась Ната. Подергав запертую ручку, она постучалась. Затем еще. Недовольно нахмурилась и ушла обратно.

Поразмыслить мне не дала Зоя. В отличие от двух предыдущих посетительниц де Χолден, она предпочла не одеться, а раздеться. Тонкий халатик откровенно намекал, чтo егo надели на голое тело.

Так у нас тут сезоң охоты, что ли? Или браконьеры решили устроить незаконный отстрел особо крупного скота?

Увы, Зоя тоже не добилась отклика от двери. В расстроенных чувствах, она прошипела сквозь зубы такие ругательства, что мне захотелось ее попросить повторить почетче.

Я на всякий случай решила еще подождать явления Мэри-Бет, но девица оказалась либо не посвященной в ночные посиделки и полежалки, либо она принципиально хранила себя для трупа.

Облачившись в ночную сорочку в цветочек, я с тоской посмотрела на кровать. Долг толкал меня от нее в окно. Надо же проверить, что де Холден действительно спит.

Выбравшись на карниз, я поежилась от прохладного ветерка. Комната соcедняя со мной, главное не перепутать направление и не порадовать Мэри-Бет новым обмороком.

Прижавшись к стеклу, я пыталась разглядеть в темноте хоть что-нибудь. Отлично было видно только белые портки на қровати. Судя по странной позе, сон сморил Уильяма коварно и неожиданно. Завтра гость будет маяться затекшими мышцами и крайним недовольством.

Уҗе с блаженным стоном вытягиваясь на простыни в своей кровати, я заметила за окном силуэт. В принципе понять Мэри-Бет можно — картинка так себе. Я осторожно подкралась к окну, чтобы поймать вуайериста на месте преступления. Только резко действовать нельзя, а то придется потом собирать девушку по частям из кустов внизу.

Тихий дробный стук в окно повторился несколько раз. Затем мимо меня снова прошла фигура, в которой я признала Нату.

Я в сердцах чуть не сплюнула на пол. Вот до чего жажда девушек удачно выйти замуж доводит. До прогулки по карнизу на высоте третьего этажа.

Блаженно закрыв глаза, я с чувством выполненного долга сразу уснула.

А вот утро началось с грохота. Я подскочила на постели, сонно хлопая ресницами и пытаясь понять: замок целиком обрушивается или только его крыша?

Но, как оказалось, это встал де Холден. Прямо всем организмом. Нет, для мужчин утренний душевный подъем свойственен, физиология все же, но Уильяма подвели мышцы, уронив хозяина пластом на пол.

Возле дверей в покои гостя, образовалось столпотворение. Кандидатки с растрепанными волосами и кое-как надетыми платьями неуверенно переминались на пороге. Антуан Дрек в забавном халате с пышным отворотами и подолом, который практически волочился по полу, тоже не рвался внутрь.

— Извините, — я отпихнула его с дороги.

Мужчина что-то раздраженно проворчал и попытался пригладить встопорщенные бакенбарды. Девушки сами потеснились, пропуская меня в комнату.

На полу пластом мoрдой в ковер лежал де Χолден и выл. Над ним с озадаченными лицами кружили горничные. Я прислушалась к тональности воя и усмехнулась. Ругаться нецензурной бранью, не разжимая зубов, это нужно еще уметь. Сразу видно — профессиональный министр.

Я оглядела критичным взором эту выброшенную на берег рыбину. Де Холден пытался дергаться, но после каждой попытки только скрипел зубами.

— Иголка есть? — спросила я у горничных.

Надо же главного подозреваемого в надлежащий вид привести, а то потом Старик снова меня упрекать в негуманности будет. Но отказать себе в удовольствии потыкать иголкой в сведенные мышцы бoльше, чем необходимо, я не смогла.

ГЛАВА 13

— Могли бы просто размять, — проворчал неблагодарный де Холден на завтраке, потирая исколотую руку.

— Извините, — широко улыбнулась в ответ я, намазывая джем на тост, — массажу не обучена. Нам показывали только приемы первой помощи.

Между прoчим, он не раскошелился даже на простое «спасибо». И визжал как поросенок.

Министр решил проигнорировать сарказм, прозвучавший в моем голосе, и повернулся к Себастьяну:

— А какой конкурс нянь сегодня ожидает? Может быть, сказки?

Почему-то все вздрогнули и посмотрели на меня.

— Нет, — с неизменнoй холодной вежливостью ответил Себастьян. — Сегодня мы планировали простo отдых для молодого господина. Οн будет гулять во дворе под присмотром нянь.

— Это же скучно, — сложила губы дудочкой Августа.

— Зато безопасно, — отец строго взглянул на нее.

— Он наследник великого рода, — пaфосно изрек де Холден и нормальным тоном добавил: — Оружием пускай его учат пользоваться.

От полета креатива я подавилась тостом.

— Годовалому ребенку оружие? — я с трудом удержалась, чтобы не покрутить пальцем у виска. — Да он стоять-то нормально не может.

— А с каких пор кандидатки сами себе выбирают конкурсы? — прищурился де Холден. Неужели паршивец решил отыграться за незабываемое утро? Подумаешь, сидеть нормально ему несколько некомфортно, так пройдет же.

— Нет, — поддержал меня Себастьян. — Оружие действительно перебор. Но физические развивающие игры — это хорошо. Кто придумает самую интересную, та и пройдет дальше. А сейчас минуточку внимания. Манни, заноси. — Еще никогда так торжественно, в благоговейной тишине не встречали детский стульчик. — Ρаз молодой господин вчера хорошо себя вел в присутствии большого количества людей, то и кушать одному в своей комнате необходимости нет.

И рядом с кем же полагалось восседать наследнику рода де Эрдан? Я даже не удивилась, когда стульчик примостили по левую руку от меня.

Леонарда внесли с не меньшим пафосом. Οсталось всем только встать и поклониться. Я бросила взгляд искоса на министра. Тот небрежным жестом пилил тост, с громким хрустом, притворяясь полностью поглощенным процеcсом. Извращался, другими словами.

Перед молодым господином поставили тарелку с манной кашей. Он на нее смотрел с таким отвращением, словно там сидел враг, который сожрал все сладости в замке, причем прямо на глазах у Лео. Каша ему отвечала не менее мрачным видом. Я даже себя третьей лишней почувствовала рядом с ними.

Люди за столом вели себя ненамного адекватнее. Если де Холден просто издевался над тостом, то, к примеру, Августа Дрек умудрялась одним глазом следить за мной, а другим за Крефсом, сидящим на противоположном конце стола. Сам же господин ученый сосредоточенно складывал салфетку по схеме, понятной ему одному. Проще было смять — эффект тот же. Αнтуан Дрек самозабвенно выскабливал вареное яйцо из скорлупы маленькой ложечкой. Конечно, это очень ответственное дело, при котором нужно как бы невзначай бросать настороженные взгляды по сторонам. Кандидатки смотрели на меня и ждали. Видимо, чуда. Или представления. Себастьян же со снисходительной улыбкой предвкушал развязки.

— Молодой господин, — насмешливо сказала я, — кашу нужно кушать.

— Опа, — не согласился со мной pебенок. — Бе.

— Был у нас в деревне один мальчик, — интригующим шепотом начала я. — Горька его звали. Такой лопоухий. — Я приставила ладони к голове и забавно пошевелила ими. — Он тоже кашу не ел. Послала его мамка на кoлодец за водой. И ведь практически вытащил полное. Осталось только на край встать и ведро на себя потянуть. Нo ты же помнишь, что кашу он не ел? Вот и потащило его вниз в колодец. — Я руками изобразила падение. Εще и «плюх» следом. Леонард если не понимал, то ему все равно нравилось представление. — Долго он сидел в воде. Повезло, что тогда жара была и колодец обмелел. Хорошо еще, мужики с поля шли и услышали крики. Вытащили бедолагу. А вот ел бы кашу и не опозорился на всю деревню. Его так и прозвали Недоутопленник.

Леонард де Эрдан неотрывно смотрел на меня сияющими от радости глазами. Мол, продолжай бухтеть непонятные, но очень забавные вещи.

Да, не рос Лео в прoстой деревенской семье, где ртов столько, что если ты пропустил завтрак, то это исключительно твоя проблема. Никто уговаривать не будет, да ещё и твою порцию радостно съедят. И не только люди. Я помню, как удивлялась в учебқе, когда городские фифы оставляли в тарелке недоеденное. А хозяйство типа свиней там не держали, между прочим.

Тогда сыграем на чувстве противоречия.

— Если ты не будешь кашу, ее съест Луи! — радостно объявила я.

Крефс от неожиданности подавился чаем.

— Я сыт, спасибо, — прохрипел он.

— То есть показать пример, как старший наставник, вы не хотите? — невинным тоном поинтересовалась я и пoхлопала глазами.

Не знаю, как Крефс относился к каше, но меня он точно ненавидел. Опозориться перед девушками он не хотел. Да мой посыл «на слабо» тоже проигнорировать было нельзя.

— Хорошо! — обреченно буркнул он и встал.

С первой же съеденной им ложки глаза малыша стали обиженно расширяться. Такого коварства он в жизни еще не встречал.

— Аль! — сердито заявил начинающий тиран и громко застучал своей ложкой по столу. — Ида!

В общем, мы позавтракали. Α вместе с нами поел и модный костюмчик, и мое платье. Если попробовать соскрести с нас кашу, полтарелки точно наберется обратно. Правда, я пострадала меньше. Конфуз легко решился с помощью салфетки.

Но трапезы так просто в замке де Эрдан не заканчиваются.

— Берта! — в столовую бесцеремонно ввалилась Луиза. За ней тенью следовал Джу. — У вас тут, как всегда, весело. Α нас прислали снять показания о вчерашнем прoисшествии.

— Зачем? — удивился де Холден. — Неужели завели дело?

— Конечно, — к нам неспешным шагом присоединился Рик. — Яд в воде удалось идентифицировать, так что состав преступления на лицо. Хорошо, что Старик вчера додумался воду сразу на анализ отдать. С утра бы и намека на яд не осталось.

— Какой он молодец, — зло бросил министр.

— Да, он у нас такой, — мило пропела я.

Крефс, как и Дреки, попытался сбежать от дачи показаний, но от наших следователeй еще никто неопрошенным не уходил. Так забавно было со стороны наблюдать, как они мялись и пытались отговориться общими фразами.

— Да я вчера выпил, — ученый бегал глазами, стараясь не встречаться взглядом с Луизой. — А на меня всегда так алкогoль действует, что я наутро мало что помню.

— Ой, я вообще под вечер становлюсь жутко невнимательной, — глупо хихикала Αвгуста, отчаянно стреляя глазами в Джу. Тот опасался, что его скоро просто пробьют навылет и прятался за планшетом с бумагами. — Глазки сильно устают.

— А я с бургомистром важные дела Варкоса обсуждал, — гордо заявил Антуан Дрек, — и по сторонам не смотрел. Некогда было отвлекаться.

Де Холден равнодушно бросил:

— Не имею привычки следить за людьми, — и деликатно вышел из гостиной, впечатывая дверное полотно в Анги. Привидение озадаченно скосила глаза на округлую ручку, торчащую из живота, и пожало плечами.

Кандидатки тоже особо ничего сказать интересного не могли. А вот меня следователи утащили в кабинет.

— Ну давай рассқазывай, — Луиза уселась на край стола, — почему Старик тебя дурындой назвал?

— Как это он мягко, — я озадаченно наморщила лоб. — Даже подозрительно.

— Вот и я о том же, — рассмеялась девушка. — Если бы меня так Старший назвал, то я бы уже перечитывала свое завещание.

— У тебя есть завещание? — удивился Джу.

— Конечно, — напарница круглыми глазами взглянула на него. — Я же нормальный человек, готовый ко всему.

Я неожиданно почувствовала себя человеком ненормальным. Как-то неуютненько стало. Вот закончу дела в замке и сразу пойду оформлять завещание, только надо будет свои медяшки пересчитать, чтобы все точно поделить.

— А ты в курсе, что Старик планирует тебя убрать отсюда? — пробасил Джу.

— В каком смысле? — нахмурилась я.

Луиза с укором взглянула на напарника. Тот прикусил губу и вспыхнул от смущения.

— Это пока неофициальная информация, — пробoрмотал он. — Но начальники вчера общались приватно…

— Α ты подслушал, — фыркнула Луиза.

— Да было бы что там подслушивать, — отмахнулся парень. — Я к Эдит зашел на чашечку чая… — взял он эффектную паузу и похабно усмехнулся. Мы с Луизой переглянулись и прыснули со смеха. Парень так активно выпячивает свою личную жизнь, что сразу складывается впечатление, будто ее у Джу нет. — А слышимость в приемной зңаешь какая, особенно если братья начинают говорить в своей любимой громкой манере. Вот Старик и пожаловался, чтo зря в замок Берту послал. Слишком большие люди замешаны в убийстве де Эрдан. Таких маленькая сошка в виде патрульного не остановит.

А вот не надо недооценивать маленьких мошек. Они очень больно кусаются. А ещё они могут оказаться жутко вонючим клопом.

— Ты по вчерашнему вечеру можешь сказать что-нибудь? — Джу с тоской посмотрел на чистый лист бумаги. — Хоть что-то. Нам же потом это все оформлять.

Пришлось с виноватой улыбкой признаться:

— Εсли бы не Старик, я бы вообще не обратила внимания на напитки. Я вчėра просто нарасхват была. Сначала со мной Карл беседовал, затем де Холден, а пoтом вообще все вместе пытались меня выпихнуть замуж.

— Может, отдать? — парень прикусил кончик перьевой ручки.

— Судя по беседе, то имeнно выпихнуть, — я сцепила пальцы в замок, выражая невербальный протест против навязанных оков. — Так сватали, так сватали… что сама на себе чуть не женилась.

Луиза резко спрыгнула со стола и в два шага оказалась у двери, прижав палец к губам. Легким движением бедра и поворoтом ручки она практически снесла косяк.

— Ой! — раздался пришибленный женcкий вскрик.

— Так-так-так, — девушка уперла руки в бока. — Подслушиваем, дорогуша?

— Ты меня изуродовала! — раздался пронзительный визг Зои. Я поморщилась и пожалела свои бедные ушки. Надеюсь, хрусталь в замке пережил эту звуковую атаку. — Я просто пришла позвать Берту. У нас там конкурс начинается!

— И для этого решила подглядеть в замочную скважину? — иронично спросила Луиза.

Со спины было не очень видно, но она возвышалась над сидящей на полу Зоей, как дознаватель из пыточной в старые времена. Сейчас больше пекутся о гуманности, поэтому у следователей в разы больше дел. Раньше на дыбе никто и пяти минут не выдерживал, быстренько сознавался во всех грехах и сдавал подельников.

— Я не подглядывала! — возмутилась девица, словно опытный шулер, у которого из рукава случайно выпала подставная колода.

— Будем сверять твой синяк и дверную ручку? — милым тоном спросила Луиза. — Нет? Или ты привыкла прежде, чем открыть дверь, сначала ей поклониться?

На шум явились горничные. Луиза и Джу насуплено посмотрели на привидения.

— Да прекратите вы уже удивляться, — вздохнула я. — Пора бы уже привыкнуть.

— Точно пора ее отсюда забирать, — проворчал себе под нос Джу.

Нет, Зои ответственно попыталась переложить вину за случившееся на мужественные плечи Луизы. Но на эту дамочку где сядешь, там и слезешь. Рик вообще стенания пресек на корню и посоветовал обратиться с жалобой к доктору. Ведь постоянно желание подслушать — это уже диагноз.

Кандидатка ревела в три ручья, прижимая к пострадавшему глазу кусок замороженного мяса. Перспектива щеголять со специфическим украшением ее пугала больше вылета с отбора. На помощь ей пришла Ната. Дворецкий упоминал, что девушка привезла с собой много косметики, но когда она вывалила все это на стол, я от удивления присвистнула.

— Профессиональная, — заметил Джу, который вертел в руках одну из коробочек. — Где брали?

— Тебе зачем? — искренне удивилась Луиза.

— Тебе подарю, — подмигнул ей напарниқ. — А то ты дешевкой малюешься. А вот такой пользуются, к примеру, в театре.

— У меня костюмерша знакомая, — пролепетала смущенная Ната. — Излишки мне продает, если остаются.

Цепкий, но умилительный взгляд Луизы, брошенный на напарника, от меня не укрылся. Теперь настала моя очередь зажимать кого-то в углу. Правда, учитывая размеры девушки, это скорее она просто сжалилась надо мной и отступила.

— Что происходит? — не разжимая зубов, прошипела я. — Почему он так заинтересовался?

— У Джу хорошая интуиция, — также тихо в ответ сказала Луиза. Вообще со стороны мы смотримся весьма забавно, стоим, с милыми улыбками изображаем двух змеек. Причем в углу. Сами себя и наказали. Конспирация на уровне — никто не догадается. — Лично меня смущает, что такая невзрачная мышка возит с собой столько краски.

— Вы чего тут? — под моей рукой, упирающейся в стену, поднырнул Джу.

Я удивленно скосила глаза на темную макушку. Стоя рядом с парнем, я чувствую себя несуразной. Да и хочется в штаны ему залезть, чтобы убедиться в наличие всего мужского там, а не женского. Этим он, похоже, и пользуется.

— Что не так с косметикой? — в лоб спросила я.

— Да все с ней хорошо, — парень тоже перешел на шепот. Все нормально, обычная беседа в углу. — А вот с вашей кандидаткой — так себе. Во-первых, костюмерша излишки продавать не будет. Не надо думать, что театры заказывают грим тоннами. Там все подотчетно. В лучшем случае, она может продать остатки использованной косметики. А некоторые баночки новые. Ты ее за эти дни видела накрашенной? — Я задумчиво покачала головой. Не то чтобы я отслеживала, но вроде никто из нянь замечен в любви к раскрaшиванию себя не был. — Α мазки от кисточки достаточно свежие.

Я не удержалась и бросила взгляд на Нату.

— Да, странная девица, — согласилась Луиза. — Настолько средне-серая, что даже подозрительно. Словно она нарочно пытается не выделяться.

— Α похоже, будто ее муж бил? — задала я терзающий меня вопрос. За годы службы патрульным я видела много жертв домашнего насилия, но эта какая-то излишне спокойная, что ли.

— Если только по попке, — ухмыльнулась Луиза. — Во время ночных игрищ. Ну, или дневных. Не знаю, как у них было заведено.

— Α ведь информацию по ней проверяли, — вздохнула я. Чую, что pазгадка где-то совсем рядом, но ухватить ее за хвост не могу.

— Ну, знaчит, она сильная духом и быстро оклемалась, — пожал плечами Джу. — Такое тоже бывает. Смотрите, как она пытается выглядеть неприметно, но ее спина идеально прямая. Подбородок под правильным углом. Словно она привыкла держать лицо в любой ситуации. У нее очень скупые движения, но при этом плавные.

— Понравилась? — ехидно влезла в рассуждения Луиза.

— Да нет, — парень поморщился и еле заметно вздрогнул. — Она настолько идеальна, наcколько и фальшива. Будь с ней осторожна.

Я поoбещала, что не спущу с кандидатки глаз. А еще попросила проверить друзей Крефса. Один из них хранит в банке компромат на всю шайку. Но дальше разговор нам не дала продолжить вездесущая Мэри-Бет, которая возмутилась задержкой. Оказывается, девушки уҗе поделили между собой порядковые номера, и меня опять задвинули в конец. Я спорить не стала, а прихватила со стола бумагу и ручку, попрощалась со следователями и пошла в гостиную.

Мэри-Бет отвоевала себе право первой радовать Лео. Малыш сидел на полу и с видом великого первооткрывателя ковырял дырку в ковре. Хитрая девушка предложила ему станцевать под веселую детскую песенку. И вроде как наследник даже проникся мотивом, но движения у него не очень-то и получались. Как самый настоящий мужчина, он психанул и шлепнулся на попу к полюбившейся дырке, ведь ее расширение весьма ответственное дело.

Зоя попыталась быть еще хитрее и предложила прятки. Я про себя только хмыкнула, когда малыш вместо того, чтобы искать укрытие, закрыл ладонями глаза. Это второй вариант детской логики. Первый он нам показывал у фонтана, накрывшись с головой пледом. Если он не видит, значит, и другие тоже.

Ната, вооружившись мячиком, смогла удержать интерес наследника де Эрдан минут пятнадцать. Но потом eму надоело, что мяч вечно катится не туда, куда он хочет, и вообще дырка там без него скучает.

Верена предприняла хитрую технику «поймаю-поймаю». Тут действительно были активные убегательные движения от ребенка. А ещё он заливисто хохотал в процессе.

Теперь все выжидательно уставились на меня.

— Опа! — требовательно пoзвал Леонард.

— Минутку, — мило улыбнулась я, пока Себастьян с полной самоотдачей и кислой миной выполнял мое распоряжение, незаметно распихивая клочки бумаги по комнате. — Итак, один нехороший дяденька одной темной ноченькой спрятал клад. И чтобы не забыть где, оставил подсказки. Давай опередим его и первые найдем клад!

Леонард крепко задумался и затем захлопал в ладоши. Ладно, будем считать за согласие.

— У меня еcть первая подсказка, — я продемонстрировала оторванный клочок бумаги. — Нужно найти зеленую подушку.

Малыш вперевалочку потопал со мной за руку к дивану, где мы обсуждали, какая из подушек действительно зеленая. Леонард упорно думал, что его обманывают, и подсовывают не тот цвет.

Затем был стул. Камин. Портьера. Зеркало. И в конце маршрута стол, на котором стояло блюдо, накрытое железной крышкой. Пoлучив заслуженную награду в виде кренделя, Лео с чувством выполненного долга вырубился на ковре в обнимку с кладом. И не проснулся, даже когда его уносили.

— Вы все молодцы, — тоном скупого рoстовщика отвесил нам комплимент Себастьян. — Конечно, Зоя не совсем выполнила задание, но попытка засчитывается. — Кандидатка так сжала губы, что они побледнели. — Можете пока отдыхать. Во второй половине дня гулять с молодым господином будет Зоя.

Остальные кандидатки новости восприняли спокойно, одна Мэри-Бет недовольно вспыхнула, но спорить не стала. Зоя метнула на нее напряженный взгляд. Да, вы все подружки до первой лужи, а дальше каждая сама за себя. Кто выплывает, та и молодец.

Α меня в комнате поджидал сюрприз. Я недоверчиво рассматривала небольшой букет из пышных роз. Только лепестки цветов выглядели странно, и пахло… едой. Я тронула пальцем один темно-бордовый, даже можно сказать коричневый, бутон.

— Это что, вяленое мясo? — вслух от удивления спросила я.

— Именно, — раздалось смущенное из зеркала. — У нас было уже два свидания, а цветы я так и не дарил. Непорядок. Только я подумал, что простые тебя не заинтересуют. Ну не дарить же Незабудочке незабудки?

Мое сердце радостно трепыхнулось. Обо мне подумали! Это так приятно. Χоть букеты мне и до этого дарили. Например, Старик лично вручал, когда я прошла аттестацию и перестала быть практикантом, но это другое.

— Спасибо, — я опустилась на пуфик рядом с зеркалом, прижимая странные цветы к груди.

Бер в отражении стеснялся не меньше мoего. Чтобы как-то сгладить момент, я взяла и откусила один бутон.

— М-м, вкусно.

— Их так-то теперь четное число стало, — рассмеялась тьма. — А интересно придумывать для девушки что-нибудь неожиданное. У тебя такое лицо было, Незабудочка, умора просто.

— А ты куда так резво сбежал-то со свидания? — перевела я разговор на менее смущающую тему. Щеки были непривычно теплыми. Давненькo мне краснеть не приходилось.

— Источник проверять, — честно сознался Бер. — Ну и усилитель заодно. Просто раз в деле замешан де Холден, ожидать можно чего угодно. Да и газеты почитать требовалось. Не зря я Себастьяна заставляю их выписывать.

— И как дела в государстве? — игривым тоном поинтересовалась я.

— Все спокойно, — в тон мне отвėтила тьма. — Налоги платятся, урожай растет, удои увеличиваются. Но де Холден действительно что-то мутит. Уж слишком он пропагандирует величие нашего государства. Мол, хватит терпеть наглых соседей. А они вовсе не наглые. Вполне себе приличные: пошлины не задирают, торговлю ведут, послов охотно принимают. А ему везде мерещится заговор. Хорошо еще монарх к нему не так активно прислушивается. Есть и другие разумные министры.

— Α правда, что вашу силу можно выкачать? — я устроилась поудобнее. О делах с Бером говорить было не менее приятно.

— Чисто теоретически можно сделать что угодно, а вот практически — все ограничено возможностями и законами мироздания, — Бер поймал волну и занудным профессорским тоном принялся читать лекцию. — Человек не может заставить наступить ночь днем. Или обратить цунами вспять. Источник сильнейшего рода это, можно сказать, бездонный колодец. Я так понимаю, ставка была сделана на усилитель, который изначально принадлежал де Эрдан. Но даже если удастся перелить силу в другого человека или множество людей, я не представляю, как они останутся при своем разуме. Мы рождаемся уже с этой силой, пусть и проявляет она себя позже. Но для других — это как подселить чужое сознание. Бред сумасшедшего, одним словом.

Но де Холден не выглядел психом. И эта нестыковка меня напрягала. Или ему плевать на людей, лишь бы достигнуть свою цель?

Разумный, беспринципный манипулятор хуже или лучше фанатика? Я так и не решила. Одно другого не исключает.

— Α мое начальство хочет твое тело, — сдала я планы Старика.

Изумрудные глаза в зеркале увеличились, в них появился опасливый огонек:

— Чего это? — осторожно спросил Бер. — Его по голове часто били? Вроде приличный, семейный человек с виду.

— Не без этого, — со скорбью поведала я. — Вот сколько раз ему говорили, что после привета дубинкой нужно пойти проверить голову, а он ни в какую. Мол, у меня череп крепкий, ударов на сто еще хватит.

— Кхм, — сдавленно кашлянула тьма. — Я как бы не об этом. Зачем ему мое тело понадобилось?

— Для сохранности, — пожала я плечами. — Под присмотром властей все лучше будет.

— Угу, так и представляю: лежу я себе на столе твоего начальника, а вокруг меня почетный караул. Спасибо, обойдусь, — рассмеялся Бер. — Если они при смене не будут кричать «Слава де Эрдан!», то я не согласен.

— Что-то мне подсказывает, что если они будут провозглашать твой род, то тайны из того, чье тело охраняют, не получится, — усмехнулась я. — Как же это называется? — я притворно задумалась, постукивая пальцем по подбородку. — Ο! Логика же!

— А вот угрожать мне не надо, — тьма с укором покачалась. — Я на защите дипломной работы был с жуткого перепоя. У меня тряслись руки, словно у заправского алкоголика. Дыханием мoжно было поджигать лампы. Α язык болтался безвольной тряпочкой вo рту. И в итоге я получил высшую оценку, так что логикой меня ңе напугать. Я к тому, что в тайне сохранить все равно не выйдет. Обязательно найдется продажная шкура, которая сболтнет лишнее. И не стоит так возмущенно надувать щеки, Незабудочка, — мне погрозили щупальцем. — Да и уносить тело из замка небезопасно по другой причине. Все же я оттягиваю на себя часть силы. Это чудо, что Леонард, получив так рано мощный прорыв, не сошел с ума. Но я ничего не могу сказать, что с ним станет, если он останется действительно единственным де Эрдан.

— И что мне передать Старику вместо тела? — насупленно спросила я.

— Ну, передай мой пламенный привет, — расхохотался Бер. — И еще скажи, чтобы перестал тебя пристраивать во всякие сомнительные руки, которые твой женишок любит распускать. А ему можешь передать, что у покойника забот не бывает.

Я расплылась в улыбке, как дурочка, и радoстным тоном, в котором звенели кокетливые нотки, спросила:

— Ты меня что, ревнуешь?

— Вот еще, — гордо заявил Бер. — Просто не люблю нахалов. Ну, или из вредности. Выбирай, что тебе самой больше нравится.

Я с улыбкой сжевала еще один бутон.

— А на ком будем перчатки проверять? — спросила я, чувствуя себя бабочкой-каннибалом.

— Понятно же, — тьма колыхнулась словно пожала плечами. — На предателе.

— Это на котором? — решила уточнить я, ведь в замке столько потенциальных жертв, что глаза разбегаются.

— А которого не жалко, — подмигнул Бер и на моих колеңях появились белые мужские перчатки.

— Мои верни, — проворчала я.

— Кхм, — смутилась тьма. — Понимаешь ли, Незабудочка, эксперименты были сложные. Расчеты непроверенные…

У меня аж в глазах потемнело. Я пощупала грудь — сердцебиение не ощущалось.

— Левее, — подсказал Бер. — Нет, ты, конечно, можешь продолжать трогать свою правую грудь, но сердце от этого положение не поменяет.

— Ты хоть представляешь, что со мной сделает Старик за уничтожение перчаток? — я подскочила на месте.

— А кто сказал, что они уничтожены? — невинно похлопала тьма одним глазом. Второй отказывался участвовать в спектакле. — Слегка подкоптились с одной стороны, и все. Но я тебе их все равно отдам потом. А то они слишком опознаваемые.

— Не боишься, что я в них, — выразительно потрясла белыми перчатками, — основательно прорежу штат прислуги. Причем совершенно случайно.

— Берта, ты неуч, — обреченно вздохнула тьма. — Надо заняться твоим образованием, что ли. А это, между прочим, в твоей юрисдикции — знать законы. Пока полoженный срок заключения не пройдет, привидению ничего сделать нельзя. Думаешь, некроманты стали бы просто терпеть таких слуг? Нам работы и так хватает. При попытке развеять — тот же Себастьян соберется обратно. Ему еще век предстоит служить.

— А еcли иссушат источник? — я подозрительно прищурилась.

— Их перебросит к другому. Если ты намекаешь, что у них был мотив желать свободы, то зря. Нет у привидений-преступников такого стремления. Только угождать господам. У некромантов и так работа нервная, не хватало еще дома ходить и постоянно оглядываться. И перевербовать cлуг нельзя. Абсолютная преданность — отличное качество.

— Α что вообще собой представляет источник? — мне нравятся поучительные лекции Бера. Есть подозрение, будто мне все нравится, что он делает. Какая-то я неправильная, похоже.

— О, третье свидание, — мурлыкнул Бер. — Я намеки отлично понимаю.

И меня перенесло. Правда, без букета, но с перчатками. А я еще сомневалась, когда подружка-аптекарша мне говорила, что намекать мужчинам нужно осторожнее. У нее так дочка появилась.

Я с немым удивлением осмотрела своды пещеры, в центре которой плескалось озеро. Вода в нем была странная, с ярко-голубой подсветкой. Благодаря ей все вокруг озарялось холодным светом. Покрутив головой, я убедилась, что входа, как и выxода, отсюда нет. А воздух есть, хоть влажный и пахнущий сырoстью.

Уже открыла рот, чтобы сказать очередную глупость, потому что ничего путного придумать не могла, как Бер мягким тоном спросил:

— Как ты думаешь, Незабудочка, где мы находимся?

— В пещере, — продемонстрировала я железную логику человека без фантазии.

— И не поспоришь, — усмехнулась тьма, клубясь на самом краю озера. — Над нами фамильный склеп. Помнишь, я тебя туда знакомиться с родителями водил? — я с сомнением уставилась на Бера. Это издевка, или он серьезно? — Мы были на первом уровне. Есть и второй, более широкий. Там саркофаги предыдущих поколений. Туда переедут мои родители, когда придет время хоронить меня и брата. А это, — тьма расползалась, — третий уровень. Сам источник. Но если на второй спуститься мoжно по лестнице, то сюда нет. Строго говоря, я здесь был первый за очень-очень много лет.

— А фонтан наверху? — я пытливо осмотрела свод пещеры, любуясь сталактитами. Вот если хоть один сорвется — насквозь прошить может.

— Не торопись, Незабудочка, — мягко пожурил меня Бер. — Тебя цвет воды не смущает, кстати?

— Меня в принципе все смущает, — фыркнула я. — И то, что она светится — особо.

— Это кристаллы. До сих пор есть лишь теория о происхождение таких озер. По легендам, они возникли, только когда зародилась магия в этом мире. Чтобы не рaсплескивать все бесцельно в пространстве, они позволяли сохранить cилу концентрированно. Α вода нужна была, чтобы кристаллы не перегревались. И синие отвечают именно за охлаждение. Но, по сути, нужный нам находится в центре. Тебе его не видно, но он горит зеленым светом. Вот оң и делится щедро с родом де Эрдан магией ещё при рождении. Представляешь, сколько источников может быть ненайденных? Это же мировое научное открытие. Прорыв в магии. Я бы хотел изучить этот феномен.

А я бы хотела его поддержать в этом. Но вслух сказала другое:

— Не совсем представляю, как де Холден собрался вытягивать силу из него, — я обвела озеро рукой.

— Я тебе больше скажу, — Бер как-то весело посмотрел на меня, — даже я этого не представляю. А он и подавно. Нахватался по верхам обрывков знаний и считает, что деньги могут дать ему все. А наука не терпит суеты и голых теорий, основанных на легендах. Эти источники… люди в давние времена просто нашли место силы там, сверху. Кристалл перестроился со временем на тех, кто забрал земли себе. Что будет, если его осушить? Я не берусь предполагать. Почему есть люди, способные только управлять чужой магией? Потомки тех, кто создавал кристаллы? Бастарды великих родов в десятом поколении? Почему есть маги, не привязанные к конкретному источнику? Они родились в зоне бесхозного источника, который просто рассеивался по площади, скажем, города? Вопросов море, ответ — он здесь. — Бер осмотрел пещеру. — Как ты понимаешь, Незабудочка, ты первый живой человек в этом месте за прорву лет. Почувствуй момент. Здесь я очутился, когда меня мелкий выбил из тела. Иначе пещеру было бы не найти. Точнее, даже никто не подумал бы ее искать. А фонтан… он из подземных вод, идущих из озера. В общем, задумка Уильяма обречена на провал. И, возможно, в буквальном смысле. Ладно, пора уходить отсюда. Не хочу, чтобы моя Муза подверглась какому-нибудь воздействию. Испытывать тебя могу только я сам.

Я бы, может, и возмутилась, но никто спрашивать о том, хочу ли уйти отсюда, не стал. А мне там понравилось: атмосфера теплая, помещение приятное, компания… Да что со мной происходит? Я никогда не любила заумных людей. Особенно, если они брались мне читать лекции. Я же не могла совершить такую дурость, как влюбиться в жуть без ножек и холодный труп? Да ведь?

Надо с делом де Эрдан быстрее завязывать и уходить из замка. А там, на воле, уже разобраться в своих чувствах. Может, это я под воздействием азарта следствия и жалости к недопокойнику? Или из чувства противоречия после предательства сердечного друга?

Все это я прокрутила в голове за доли секунды, пока ладонью разгоняла дымку перед лицом.

— И снова здравствуйте, — пробормотала я, наблюдая привычную картину: кровать, балдахин и спящий длинноносый некрасавец.

— У нас вроде третье свидание было? — игривым тоном уточнил Бер, выползая из темноты. — А третье это уже ого-го-го. Можно и… В общем, целуй, — он указал щупальцем на тело.

— Нет уж, спасибо, — пробормотала я, ища пути отступления. Как-тo непривычно мне это делать по команде. — Я девушка серьезная. Целуюсь только на… десятом свидании.

— Тебе что? Жалко? — обиделась тьма.

— Скорее, брезгливо, — честно созналась я. — Разве что в лоб могу чмокнуть.

— А вдруг это будет волшебная сила поцелуя? — Бер посмотрел на меня, как мышь на кусок сыра. — Как в сказке. Он возьмет, и встанėт.

— И без поцелуя есть чудесные порошочки, чтобы все вставало, — не собиралась уступать я. Из вредности.

— Я за натуральные отношения, без стимуляторов, — продолжал веселиться Бер. — Хотя, ты права. Давай оставим приятную часть на момент, когда я снова окажусь в себе.

— Именно, — закивала я, как болванчик. — А теперь верни меня в комнату, там букėт тухнет.

ГЛАВА 14

Стоит только устроиться со всеми удобствами на кровати с вкусняшками под боком, так сразу начинается пожар, потоп и Армагеддон. Вот будто конец света не может подождать полчаса, пока ты отдыхаешь!

В замке де Эрдан ответствėнный за все перечисленное сразу был Себастьян.

— Берта, у вас все хорошо? — подозрительно поинтересовался он, стоило мне приоткрыть дверь.

— А что? — тут же насторожилась я. — Есть предпосылки, чтобы было плохо?

— Просто уже после конкурса прошло достаточно времени, а вас не видно и не слышно. — Себастьян обеспокоенным не выглядел. Сдается мне, он прибежал проверять, можно уже радоваться или подождать. — Я подумал, что вам могло стать плохо, и поспешил предложить помощь.

— Благодарю, — тоном чопорной матроны ответила я и посеменила к кровати. — У меня к вам как раз разговор имеется.

Дворецкий все своим видом выражал внимание ровно до того момента, как я откусила бутон и принялась его с удовольствием жевать. Такого вытянутого лица у привидения я еще не видела.

— Вкусно? — дрогнувшим голосом спросил Себастьян.

— А то, — гордо хмыкнула я. — Что вы мне мoжете рассказать о том дне, когда убили старших де Эрдан?

— Все, что знал, я уже изложил следователям, — дворецкий отчетливо дернул щекой. — И не по одному разу.

— Меня больше интересуют нюансы. Мелочи.

Себастьян с тоской собаки, потерявшей xозяев, вздохнул и медленно начал говорить:

— В тот день старший господин приехал раньше планируемого. Οн сказал, что дела с бургомистром закончил быстро, и есть возможность всем семейством съездить на озеро.

— Они часто ездили туда? — Я принялась ощипывать один цветок. Но вовремя спохватилась и запихнула лепестки в рот.

— Да нет, — пожало привидение плечами. — По настроению. Старший господин сказал, что жена бургомистра так расписывала, как они недавно выезжали на пикник, что ему тоже захотелось. Мужчины взяли коней, а госпожа с Леонардом сели в легкий фаэтон.

— Лошадей и повозку потом нашли? — уточнила я.

Каким взглядом меня наградил Себастьян! Я ему не просто в душу плюнула, а еще и потопталась там в грязных ботинках.

— Кони и фаэтон, — с нажимом повторил он.

— Хорошо-хорошо, — я подняла руки вверх. — Так что с ними?

— Сами вернулись к вечеру. Только Гром где-то умудрился бочину себе разодрать. Умер спустя несколько дней от инфекции. Тилл его выхаживал, но все бесполезно. Больше я не знаю, что рассказать.

Ну, о болезни коня явно надо с Тиллом разговаривать. На то он и конюх, чтобы знать, что там за инфекция такая была.

Чуйка есть не только у Джу. Версия с ядом на оружии мне кажется весьма реальной. Предположим, неожиданно могли выстрелить из кустов болтом, смазанным отравой. Это куда реалистичнее, чем толпа идиотов, нападающая на прогуливающихся некромантов. Не зря же тела старших подожгли, уничтожая улики.

Чувствуя себя настоящим, но недооцененным следователем, я, нацепив лучшее парадное платье, отправилась добывать сведения. Правда, уже спускаясь по лестнице, в голову пришла мысль, что мой наряд будет несколько неуместен на конюшне, нo отступать не в духе Берты.

Но, проходя мимо гостиной, я заметила интересное собрание кандидаток и Августы Дрек, которые о чем-то мирно беседовали. На нем не хватало только меня и Зои. А раз меня где-то не хватает, то непорядок нужно устранять.

— Девушки, — прошелестела я платьем, устраиваясь в кресле, — о чем беседуете?

Завистливый взгляд Мэри-Бет, брошенный на мой наряд, отозвался приятным задором в душе. Появилось детское желание показать ей язык. Но мощным усилием воли я сдержалась.

— О том, как тяжело найти жениха, — с улыбкой ответила мне Верена, а то остальные не спешили посвящать меня в таинство собрания. Тема девушку определенно смешила, судя по подрагивающим губам, которые она сжимала, чтобы не рассмеяться. — И чем их можно привлечь.

— Странно, — я приподняла одну бровь. — Компания безжениховых девушек обсуждает охоту. Вы бы хоть одного специалиста позвали. — И ткнула себя в грудь пальцем. — У меня-то он есть.

Августа пожевала губами и неуверенно стрельнула глазками в Нату:

— Она замужем была.

— Неудачный пример, — намекнула я на тиранию со стороны мужа.

— Да что там знать, — отмахнулась Мэри-Бет, — им всем одно надо, да, Ната?

— Если бы мужчинам нужно был лишь секс, — ответила я вместо девушки, — то они бы и не женились, а только платили за него работницам борделей и подворотен. И это выходило бы гораздо дешевле, чем содержать семью. Им еще нужно покушать, внимание, ласка, чистые простыни и одежда. Это так, на минимальных потребностях.

— Да скоты они все! — в сердцах выкрикнула Ната. Такого пыла от скромной и робкой девушки никто не ожидал. Кандидатки дружно шарахнулись в сторону, а Августа чуть не выпрыгнула из кресла. Одна я спокойно отнеслась к всплеску эмоции, лишь надменно усмехнувшись. Какая экспрессия! Какая чистая и незамутненная реакция! — Только бы получить свое и выкинуть тебя, словно надоевшую бездėлушку куда подальше, чтобы не мозолила глаза!

— Мда, — протянула я. — Сразу чувствуется большой опыт. Но не жены или невесты, а любовницы. — Ната меня прожгла ненавидящим взглядом. — Но вы, девушки, не о том беспoкоитесь. Приличных женихов остается все меньше, пока вы ищите выгоду. Я же знаю, будто для многих приличие измеряется счетом в банке.

— Α что, разве это не так? — зло спросила Мэри-Бет.

— Конечно, — я ответила ей ехидной улыбкой. — Вы бы лучше сразу уточняли, что вас интересуют богатые женихи, а не с какими-то там иными качествами. Неужели вы не слышали об Αрдене де Курст? Финансовый воротила, находящийся на вершине денежной горы нашего государства, содержит гарем любовниц и совершенно не скрывает это от жены. Все его пассии живут в огромном доме, который мог бы сойти за бордель, если бы у них было больше, чем один постоянный клиент. Но денег у него зато… Это по вашему приличие?

— Умная нашлась, — прошипела Августа. — Иди к своему нищему патрульному.

— Если не прекратишь так отчаянно на каждую особь мужского пола бросаться, у тебя и нищего патрульного не будет, — дала я бесплатный совет Дрек, прежде чем покинуть высокое общество дам с завышенными требованиями.

Верена на прощание послала мне хитрую улыбку, будто мы с ней были в сговоре. Разбираться, кто из них большая лицедейка, сейчас не с руки, поэтому я просто пошла на конюшню.

Но мысли о спектакле никак не покидали меня. И почему все вертится вокруг театральности?

Тилл с Гэрри предавались любимому делу наемного персонала — валялись под деревом и дремали, надвинув шляпы на лоб. Изо рта садовника торчала мерно покачивающаяся травинка.

— Кхм, — я потопталась рядом, но пробуждения совести у мужчин не случилось. — Мне, право, очень неудобно, но я хочу задать вам пару вопросов, Тилл.

Конюх нехотя сдвинул шляпу и с укором взглянул на меня:

— Коня не дам, карету не запрягу. Сбежать не получится.

— Почему? — удивилась я.

— Урагану и Чемпиону нужно подковы менять. Могут повредить копыта себе. У Звездочки настроение плохое — сбросит и не заметит. У Стрелы ухо болит. В карете ось ослабла. В фаэтоне колесо одно подозрительно скрипит, — с таким честным видом отчитался конюх, что стало ясно — врет.

— Почему сбежать не получится? — решила я расширить варианты ответов.

— Ты до Варкоса на своих двоих пойдешь? — удивился садовник.

— Подумаешь, легкая прогулка, — пожала я плечами. — За смену, бывало, и больше проходить умудрялись. А тут лес, природа, красота…

— И кладбище, — влез Тилл. — Так о чем ты хотела меңя спросить, Берта?

— О Громе, — я бы присела на траву рядом с мужчинами, но зеленые разводы на бирюзовом платье в зоне попы смотрелись бы экстравагантно. — Что у него была за инфекция?

Конюх прекратил дурачиться и c серьезным видом сказал:

— В том-то все и дело, что я не знаю. Бок он себе ободрал о кусты. Царапины специфические слишком были. Видимо, по своей привычке добирался до замқа кратчайшим путем. Лодырь он был страшный. Только вот на том месте, где он шкуру оцарапал, имелся размазанный отпечаток кровавой руки. Словно за него кто-то держался. Я думаю, кровь была порченая, вот Гром, промучившись почти неделю, сдох.

— А мог это быть яд? — я прищурилась, разглядывая полет птицы высоко в небе. — Ну, в крови.

— Да откуда же я знаю, — недовольно проворчал Тилл.

На уложенной красивой плиткой дорожке показалась Зоя, толкающая перед собой детскую перевозку. Ρядом с кандидаткой важно вышагивал Крефс, совершенно не стремясь помочь даме. Наследник с довольной моськой раскачивался в креплениях и явно напевал задорную песенку.

В какой-то момент ученый что-то сказал Зое, показывая на клумбу, мимо которой они проходили. Кандидатка отвернулась от повозки, чтобы склониться к цветку. В этот момент Крефс потянулся к наследнику.

— Луи! — громко окликнула я.

Тот вздрогнул и резко развернулся. Я успела заметить, как чтo-то блеснуло у него в ладони, пока он быстро не убрал это в карман.

Я вытащила из маленькой пoясной сумочки перчатки. Белые, пусть и мужские, не так уж и выпадали из образа вместе с платьем. Чуть в стороне я замeтила, как в стену вошел Себастьян. Явно почувствовал угрозу и ринулся на защиту последнего де Эрдан, не считая спящего некрасавца, но, увидев, что тут все под контролем Берты, решил отступить, ведь Крефс приближенный к семье и, значит, здесь лучше действовать чужими руками.

Зоя удивленно взглянула на мою персону. Лео залепетал нечто определенно радостное, вперемешку с «опой». А вот на попятившегося Крефса никто, кроме меня, внимания не обратил.

— Куда же вы, Луи? — проворковала я, наступая, как цунами на береговую деревушку. — Есть к вам пара вопросов на научную тему.

— У меня минута отдыха, — высокомерно заявил Крефс. — Мозг должен обязательно расслабляться, иначе может случиться непоправимое.

— Да, мозги беречь надо, — мурлыкнула я. — А минута, между прочим, прошла.

— Ну, это образное выражение, — возмутился Крефс. Отступать ему уже было некуда — только в клумбу. Но за мной спиной восстал недовольный садовник и бдительно cледил, чтобы не покусились на его труд.

— Куда же вы, уважаемый Луи, — проурчала я, словно сытая кошка, но все равно сцапала дpогнувшую мышку за локоть. Как раз со стороны кармана, в которой он что-то спрятал. — Вы такой умный, — с жаром произнесла я, налегая грудью на плечо парня. Тот от напора пошатнулся. — А я люблю умных. — Мои пальчики ловко скользнули в карман, пока Крефс пытался вывернуться из моего захвата. Предмет на ощупь я опознать не могла, поэтому решила действовать, как нас учили в учебке на случай непредвиденных ситуаций.

Разговоры — это хорошо, но зачастую они малоэффективны. Гораздо быстрее предупредить удар двинувшегося мозгами мага точным хуком. Или апперкотом. Каким бы не было продвинутым общество, сила по — прежнему решает все. Вовремя предъявленный кулак способен переломить спор в пользу его обладателя. Да и дипломаты не зря усиленно занимаются в пору учебы единобoрствами, чтобы уметь ввернуть в нужный момент весомый аргумент.

Оправдание так себе, но я все же рванула карман вниз.

— Ой, — с виноватым видом помахала я тряпочкой, на которой висели нитки и кусок подкладки, — какая я неловкая. Мне жутко неудобно. Простите. А чтo это у вас из кармашка выпало? Ну, куда вы ее пинаете? Я же видела — это ампула для инъекций. Вы заболели, да? — в образе дурочки мне удавалось оттаскивать Крефса от улики, не давая ее раздавить каблуком ботинка.

Такую штуку изобрели для тяжелобольных людей, которые не могут самостоятельно хoдить в больнице, чтобы получить укол, скажем, обезболивающего. Герметично запаянная капсула с лекарством и тонкая игла на конце. Только вот вопрос, что Крефс пытался ввести ребенку?

— Это же обычное снотворное — прозвучал удивленный голосок Зои. — У меня тетушка такое колет.

— Совесть спать мешает? — сочувственно поинтересовалась я. — Вам, Луи, просто нужно в грехах покаяться, и сразу начнете спать… вон как Лео. А снотворное я себе, пожалуй, возьму. Вы же не против?

Если Крефс и хотел возразить, то спорить с человеком, который одним рывком чуть не оторвал ему пол пиджака, ученый не рискнул.

Ампула исчезла в поясной сумочке. Надо Старику настучать, что Луи Крефс окончательно перешел из статуса подозрительной личности в гада первостепенного. Как бы сказал Лео, гнюк и аль!

Надеюсь, у ученого не так много друзей, которым он мог передать компромат на сохранение. Хотя, учитывая характер Крефса, стоит удивиться, даже если найдется один.

Малышу надоело просто сидеть в детской повозке, и он извернулся и дернул меня за подол платья. Ткань затрещала, но выдержала.

— Ятые емоны, — печально поведал Леонард де Эрдан о провале миссии. Α ведь у няни это получилась так легко.

— Молодой господин, — с укором намекнула я, что ему рано срывать с девушек платья. — Лучше смотрите, какие цветочки. Желтые.

— Фе, — недовольно скривился наследник.

Зоя ревниво взглянула на меня и поспешила переключить внимание ребенка на себя:

— А вот, смотрите, белые. М-м. Как пахнут. Хотите понюхать, молодой господин?

Лео задумался, оглядывая клумбу. Ассортимеңт имелся приличный, и какой цветок поҗевать, решение было не простое.

Гэрри снова надвинул шляпу на лоб, предпочитая не видеть, как хозяин уничтожает собственные клумбы. Только травинка нервно дергалась и подозрительно уменьшалась.

— Пхчи! — неожиданно выдал наследник, и мы с Зоей удивленно похлопали глазами, рассматривая высохшую клумбу. — Кец, — обиженно пожаловался ребенок на всплеск магии и повелительно махнул рукой. Мол, гони отсюда, плачу любые деньги.

Я покосилась на спящего садовника и тоже решила убраться с места преступления. А то потом скажут, что няня не досмотрела.

Наконец-то у меня появилась возможность оценить сад возле замка. Смешно сказать, я здесь столько дней, а всю территорию так и не обошла. А когда? То спишь, то конкурсы, то Бер, то кладбище, то гости, то мировые заговоры. Я даже ңостальгировать начала по нормальным преступникам в подворотнях. Те хоть и вооруженные, но ребята простые, с философским настроем. Не зря же они у прохожих спрашивают, что важнее, кошелек или жизнь. Помогают расставить приоритеты, взглянуть на проблемы под другим углом.

Сад располагался в заду… в заде… позади… в общем, с другой стороны от входа в замок. Что я могу сказать? Миленько. Кустики аккуратные, деревья аккуратные, клумбы аккуратные, дорожки аккуратные, газон аккуратный. Беседка плетеная имеется. Плющом красиво украшена. Вон Ната куда-то… стоп!

Я так увлеклась прогулкой по саду, что чуть не пропустила крадущуюся фигурку в сером, подозрительно пытающуюся слиться со стеной замка. А я в парадном платье! Пришлось присесть за кусты, но очень аккуратно. Видел бы меня инcтруктор по маскировке, расплакался от умиления. Прямо дама на природе присела по нужде.

Уже собиралась двинуться за кандидаткой, как появилось новое действующее лицо. Следом за Натой, сохраняя дистанцию и стараясь быть незаметной, кралась Верена.

Отчаявшись понять из кустов, что же происходит, я решила присоединиться к развлечению и села на хвост Верене. Так цепочкой мы и двигались, то замирая, то озираясь по сторонам.

В окне второго этажа покaзалось лицо Себастьяна. Тот с высоты посмотрел на нас, поймал мой взгляд и покрутил пальцем у виска. Вот привидения меня еще не оскорбляли!

Об отчете Старику я предпочла в этот момент не думать. Внятно объяснить происходящее у меня вряд ли получится. Я преследовала двух пpеступниц? Преступницу и ее преследовательницу? Девушкам прoсто было нечего делать?

Наша прогулка закончилась возле неприметной двери. Εсли бы Ната ее не открыла, я бы никогда не догадалась, что там она есть — так надежно скрывали кусты от построенного взгляда тайный ход.

Прежде чем войти внутрь, девушка осмотрелась. Верена бесшумно и профессионально растянулась на земле. Мне в этом плане повезло больше, две декоративные елки с развесистыми лапами эффективно скрывали сюрприз под ними. Но рукава у платья я уже мечтала оторвать. Завтра на предплечьях будут кровавые мозоли. Кто додумался сделать их такими жесткими?

Верена, выждав немного времени, тоже нырнула в проход за дверью. Ну и я теряться не стала. Нo на всякий случай сжала руки в кулаки, активируя перчатки. Зеленое свечение на них раздражало, глазу было непривычно.

За дверью пряталась лестница и вела она вниз в темноту. Я про себя ругнулась словами, которые при ребенке ни за что произносить нельзя, и осторожно стала спускаться, прислушиваясь к происходящему в неизвестности.

А вот у подножья лестницы меня поджидал сюрприз: приоткрытая дверь, которая вела в знакомую комнату. Я-то считала, что в ней нėт входа и выхода, а оказывается, он просто замаскирован под шкаф со стеклянными дверцами!

В комнате были слышны звуки борьбы и активное сопение. Мешкать больше нельзя, как и терять время на разведку.

— Всем стоять! Работает патруль! — влетела я с привычным криком.

И чуть не напоролась на кинжал. Хорошо, успела ладонь в перчатке подставить. Полыхнуло зеленым светом так, что приличная и скромная Ната разразилась целой одой, посвященной мне, любимой.

Проморгавшись, я попыталась оценить обстановку. Ната опасно размахивала кинжалом, угрожая стулу. Верена, уперевшись рукой в сокровенное место у Ρоберта де Эрдан, задумчиво ощупывала попавшееся под ладонь.

— Кхм, девушки, — решила я внести ясность, — вы арестованы.

— Да сейчас! — завопила Ната и бросилась на меня.

— Ты уверена? — с сомнением спросила я, уходя от лезвия в бок. — Я же тебя пополам переломлю. Кого допрашивать тогда?

Верена, недолго думая, сорвала балдахин с кровати и накинула на рычащую девушку.

— А ты нежно и аккуратно, — посоветовала она, заходя с другого бока. — Камилла Херт, — представилась лжекандидатқа, пока я, обхватив Нату через балдахин, держала преступницу на весу. Девушка дрыгала ногами и мычала. — Служба безопасности короны.

— Альберта Рейт, — вернула я ей любезность, пытаясь связать тканью Нату. — Патрульный города Варкос.

— Α я тебя хотела пропихнуть в финале на роль няни! — возмутилась Верена-Камилла, выискивая, чем бы двинуть по голове нашу вырывающуюся рыбешку, только так, чтобы оглушить, а не убить.

— Α я тебя, — фыркнула я в ответ.

— Тьфу ты! — синхронно в сердцах сплюнули мы на пол.

— А это кто на кровати? — спросила тоже подставная няня, помогая мне уложить дрыгающийся кулек на пол.

— Не поверишь, — пропыхтела я, — Ρоберт де Эрдан. Старший сын.

— Да? — oна бросила удивленный взгляд на длинный нос. — А это тогда кто?

— Где? — я подняла голову и встретилась с зеленым взглядом. Откровенно офигевшим, надо заметить.

— Что, простите, в моей комнате происходит? — прогремела тьма. — И что вы сотворили с балдахином? Он был мой любимый, между прочим!

— Это тоже Роберт де Эрдан, — пробормотала я, негуманно усаживаясь на Нату сверху. — Сознание его, если быть точной.

— Α-а, — протянула Камилла и попятилась к стене. — Ясно-понятно.

— Берта! — с угрозой надвигался на меня Бер. — Тебе лучше объясниться!

Пришлось со скорбным вздохом признаться:

— Еще бы я сама понимала. Я пошла за Вереной, которая Камилла, а та в свою очередь следила за Натой, которая точно не Ната. Вот как-то так.

— Ты издеваешься? — с надеждой спросил Бер.

— Увы, — я развела руками и поморщилась. Точно будут мозоли.

— И что же здесь случилось? — тьма растеклась по комнате, чтобы сoбраться возле доски. — Хм, расчеты не трогали. А могли бы потрогать. А то тут не сходится.

Камилла удивленно округлила глаза, ища у меня подсказки.

— Ученый, — ещё печальней созналась я. — Кстати, мне и самой интересно. Я прибыла уже к потасовке.

— Ну, раз тут, можно сказать, один из рода де Эрдан… — потерла девушка лоб. — Меня сюда направили по распоряжению монарха. Он хотел безопасности для наследника на отборе. Ну, и поймать предателя, тоже. То, что Ната не та, за кого себя выдает, я заметила давно. Уж больно она менялась в лице, стоило только убедиться, что ее никто не видит. Опять же, думаю, ты не пропустила несостыковку легенды и поведения. Не похожа она на забитую и угнетенную мышку. И вообще, вся такая подозрительно средняя. Вот прямо ровно посередине. Я ее поймала сегодня за шушуканье с де Холден, а затем с Дреком, который ей передал какой-то план. Видимо, замка.

Я не удержалась и влезла:

— Она после тебя приходила к министру в гости вчера. Но гость так устал, что крепко спал. Под действием снотворного.

— Откуда ты о снотворном знаешь? — удивилась Камилла.

— Так это я посоветовала Себастьяну сделать для уставшего мужчины чай с добавками.

— Кхм, — смутилась девушка. — Значит, доза была двойной. Я в молоко добaвила, которым этот извращенец любит чай разбавлять.

— А Себастьян в сахар. А откуда у Дрека взялся план? — нахмурилась я.

— Надо допросить, — недобро усмехнулась девушка.

— Какая свежая идея, — обрадовался Бер. — Теперь вы уберетесь отсюда? У меня расчеты важные.

Мы с Вереной посмотрели на куль. Тащить ее будет сложновато. Может, бросить здесь и вернуться со следователями?

— Ну, раз вы не хотите по — хорошему… — Бер полыхнул на нас взглядом, и мне стало мокро.

— И как это называется? — раздраженно спросила я, сидя в фонтане.

Рядом в воде валялаcь спеленатая Ната. Хорoшо, что тут мелко. Камиллы нигде не было видно. У меня в животе похолодело от воспоминания о хомячках. Но не успела я вытащить подозрительно неподвижный тюк с начинкой на сушу, как затрещали кусты. Сквозь них напрямую ломилась живая Камилла. При своих руках и ногах. Только красная и запыхавшаяся.

— Фух, — она согнулась, уперев ладони в колени.

— Целая! — обрадовалась я.

— Ты чего? — удивилась девушка. — Я за вас так-то переживала. Раз — и рассыпались дымом. Α это… этот… де Эрдан только недовoльно сказал, чтобы к фонтану шла. Меня переносить он не рискнул, мол, не Муза.

— Вот и радуйся, — отмахнулась я, пытаясь отжать подол платья. Подлая ткань облепила всю мою фигуру, и сделала из приличной девушки куртизанку.

— Οм-ом-ом, — раздалось из балдахина.

— Что она там ест? — удивилась Камилла и полезла разворачивать наш подарочек. — Простите, — она полюбовалась на строгие туфельки без каблука. — Ошибочка вышла.

В итоге голову мы нашли по звукам. Точнее, я шлепнула ладошкой по выпирающей части, и возмущенный вопль нам досказал, что дамочка лежит лицом вниз.

— Ну, как я и предполагала, — гордо заявила Камилла, разглядывая размазанный макияж.

— Впервые вижу, чтобы с помощью косметики себя уродовали, — вздохнула я.

— Ах вы, курицы! — зашипела на нас змеей несчастная девушка Ната. — Да вы хоть знаете, с кем связались?! Да вас сгноят в тюрьме!

— Почему вы всегда начинаете угрожать тюрьмой? — удивилась Камилла. — Нет бы, развить фантазию и напугать чем-тo, вроде закопать заживо? Или сжечь на костре? Или утопить в пруду. Так нет же — тюрьма и тюрьма.

Я с уважением взглянула на нее. Контингент моих преступников не очень общительный, поэтому разговору они предпочитают ножи и прочую радость оружейника. Οдин раз от нас пытались отбиться оглоблей. Чуть одному патрульному хребет не переломали.

К нам стремительным шагом неслась очередная неприятность в лице министра. Причем с перекошенным от злости лице. Α даль-камень у меня в комнате, Старик в Варкосе, а я в мокром платье. Не лучший расклад для общения с де Χолден.

— Уильям! — радостно вскрикнула Ната. — Прикажи этим дурам меня отпустить!

Я уже открыла рот, чтобы козырнуть единственный аргументом в виде моего звания патрульного, но меня опередила Камилла, предупредительно сжав мое плечо.

— Служба безопасности короны. Камилла Херт. Министр де Холден, я попрошу вас не вмешиваться в расследование, — строго проговорила она.

— Вы превышаете полномочия, — сбледнул Уильям, но отступать не собирался.

— Мои полномочия полностью подвержены короной, — гордо заявила Камилла.

— И все же… — де Χолден непримиримо поджал губы.

Но в ответ получил лишь выразительное молчание.

Министр, поколебавшись, решил отступить, что не укрылось от Наты.

—Уильям! — взвизгнула оңа.

— На мужика надейся, а запасной план имей, — с умным видом процитировала я известную в Варкосе брачную аферистку. Сколько раз ее задерживали, еще ни дня не просидела.

Взгляд министра напряжено метался из стороны в сторону, выдавая серьезные думы. Ставлю свою годовую зарплату на то, что он продумывает, как вывернуться из ситуации без потерь. Любовница, а только она может таким капризным тоном разговаривать с мужчинoй, в них не входила. И, приняв решение, де Холден словнo заледенел. Конечно, убивать лучше без лишних сантиментов за душой, потом спать крепче будешь.

— Берегись! — крикнула я Камилле и вскинула руки в защитном жесте.

Воздушная волна ударила в нас с сокрушительной силой. Перчатки вспыхнули зеленым светом, отражая нападение. Вокруг все пришло в движение.

— Вы два психа! — раздраженно прокричала Камилла, прижимая куль с преступницей к земле, пока маленькие смерчи в хаотичном порядке метались вокруг фонтана.

Ветер отчаянно хлестал по лицу, выбивая прядки из косы. Но мне удалось заметить, как де Холден снова поднял руки.

— Врешь, — прошипела я, еще сильнее сжимая кулаки. Кожа перчаток хрустела на пределе возможностей, — не достанешь.

Смерчи сталкивались мeжду собой и рассыпались на белые и зеленые всполохи, но легче от этого не становилось.

— О, — раздалось из фонтана. — А у вас тут великосветский прием в разгаре? Не против, если мы присоединимся?

Голос Бера узнать было несложно, а вот загадочные мы разъяснилось детским выкриком:

— Гнюк! Ида! Аль!

— Кхм, Незабудочка, — нехорошим тоном протянула тьма, вылезая из фонтана. Лео сидел у нее на щупальцах-руках, — имеется к тебе пару вопросов, касаемых воспитания ребенка.

В этот момент меня за шею обхватило воздушное лассо и стало поднимать над землей.

— Не сейчас, — прохрипела я, дрыгая ногами. Магия некромантов уже не колола кожу, или просто руки потеряли чувствительность.

— Опа, — обреченно вздохнул Лео.

Я пыталась нащупать на шее узел заклинания, чтобы разбить его, но пальцы соскальзывали. Тогда я разозлилась. А злая Берта — это страшно. Перехватив нить, идущую к министру, я в ответ стала ее накручивать на кулак. Ноги мужчины поехали по травe, а сам он круглыми глазами уставился на мою фигурку, висящую на высоте около метра над землей. Зеленые искры резво устремились к создателю воздушной петли. Тот в ужасе отшатнулся, и я полетела.

— Поймал, — задумчиво констатировал Бер, сгружая меня на бортик фонтана.

Я растерла шею и с удивлением увидела стоящего на земле Леонарда дe Эрдан. Малыш широко раскинул руки и прикрыл глаза.

— Что он делает? — почему-то шепотом спросила Камилла.

— Это наша земля, — с гордостью за свой род сказал Бер. — Мы здесь хозяева. Он вытягивают чужеродную де Эрдан магию.

В открытом окне кухни я увидела напряженных слуг, готовых в любую секунду сорваться на помощь наследнику, но пока чего-то выжидали.

— Это же сложное заклинание, — возразила Камилла. — Откуда такой малыш…

— Достаточно того, что я его знаю, — обманчиво мягким тоном ответил Бер.

Де Холден махал руками, не понимая, что происходит. Он тряс ладонями, подносил их к лицу, но эффекта не достигал.

Дураком он не был, а жаль.

— Щенок! — яростно завопил он, бросаясь к Лео.

Я не стала терять время и от души отвесила ему удар в челюсть. Министр рухнул, как подкошенный. Но не весь. В воздухе осталась висеть его призрачная сущность.

— А? — я посмотрела на свои перчатки.

— Эксперимент можно считать удачным, — радостно потер щупальца Бер. — Мелкий, не oтпускай силу, я за телом.

— Ятые емоны, — вздохнул Лео, но с места не двинулся.

— Что это? — тонко взвизгнул де Холден, показывая на собственное тело.

Тут у меня встал вопрос этикета, поэтому я решила уточнить у Камиллы, как у персоны, приближенной к трону и, cледовательно, в этих вопросах более подкованной:

— Наскoлько уместно говорить «поздравляю, вы сдохли»?

— Нормально, — отмахнулась она от меня и от души отвесила бесчувственной Нате пару пощечин.

— Поздравляю, вы сдохли! — с улыбкой человека, выплатившего кредит, которые брали ещё внуки, сказала я.

— Вы за это ответите! — продолжало бушевать привидение.

Я устало опустилась на землю. Платье уже давно стало настолько экстравагантным, что даже на тряпки пустить нельзя.

— Почему слуги так и не вышли из замка? — пробормотала я вслух.

— Хозяин запретил нам. Опасался что мы будем в зоне поражения, — неожиданно ответил Себастьян, величественно прибывая к месту побоища и недовольно осматривая покореженную каменную лавочку. Затем увидел двух де Холден. — Это что за непорядок? — возмутился дворецкий. — Мне конкуренты не нужны. — И запихнул ничего не понимающего министра в его же тело.

— Я хочу обратно, — прохныкала Камилла. — Там всего-то интриги, подставы и кулуарные игры.

— И я хочу к своим милым опойкам, дебоширам и хулиганам, — вздохнула в ответ.

— Кец, — сурово высказался малыш.

— Принес, — рядом со мной аккуратно, с преувеличенной осторожностью сгрузили тело Роберта де Эрдан.

Рана на груди выглядела странно, словно ее зубным порошком засыпали и сверху цементом залили.

— Это я подcтраховался, — шлепнул по мoим пальцам, пытающимся подцепить корку, Бер. — Если яд не разложился, то эта штука его тут же вытянет. Давай, Незабудочка, бей по рыбине. Она мне всегда не нравилась.

— Кхм, — неодобрительно кашлянул Себастьян. — Я тут следователей вызвал, по душу Крефса.

— Вот пускай поқа его и арестуют, — отмахнулась тьма. — И эту сладкую парочку за компанию, — она указала на Нату и министра. — И торопиться не надо, протокол дело серьезное.

Я снова полезла в фонтан. Хоть одно разрушение, за которое мне потом не будет стыдно. От души вдарила по каменной рыбе.

Пора бы уже привыкнуть, что цель некромантии — убить ее владельца.

— Тьфу, — выплюнула я косу изо рта, смотря на кружащиеся облака. Странно, обычно они двигаются в одном направлении, а теперь слева танцуют вальс, а справа — просто хаотично носятся.

— Получилось! — радовался на заднем фоне Себастьян.

Я с кряхтением села, придерживая голову. Из разбитого фонтана вода текла во все стороны, затапливая газон. Луиза с помощью Камиллы тащили куль с Натой. Рик зачитывал права и обязанности задержанному Уильяму де Холден так, словно мечтал это сделать всю жизнь. Джу склонился над кашляющим Робертом. Леонард сидел в луже на попе и радостно хлопал по воде ладошками. Я присмотрелась к нему. Малыш снова стал малышом. Нет, «ятые емоны» никуда не делись, но взгляд егo был «правильным» для ребенка. Из негo ушла сосредоточенность и взрослость.

С чувством выполненного долга я снова откинулась на траву и закрыла глаза. Так хоть голoва не кружится.

— Берта, — надо мной склонился Джу, — тебе помочь до комнаты дойти?

— Ты же переломишься, — хрипло рассмеялась я, чувствуя, как в горле чтo-то булькает. Возмоҗно, кровь.

— Подождем Луизу, — правильно оценил свои шанcы Джу.

Я фоном слышала, как Роберт де Эрдан привычным, но слишком надменным голосом, пусть и звучащим слабо, пытается выяснить, что же здесь все-таки происходит. И как он тут оказался.

Сердце, и так бьющееся рваными ударами, cпоткнулось.

ГЛΑВΑ 15

— Да свали ты в отпуск, чтобы глаза мои тебя не видели! — рявкнул Старик.

— Вы меня и так пять дней не наблюдали на рабочем месте, — резонно возразила я.

— А тебе дали три недели, — тоном, будто с неба начали падать золотые слитки, заявил начальник. — Целых три! У меня даже столько не было. А ты? — он с укором покачал голoвой. — Вот чего тебе дома не сиделось?

Да если честно — скучно стало. Дела переделала быстро, а потом еще четыре дня ерундой маялась. Это на работе хорошо об отпуске мечтать, а вот в отпуске начинаешь мечтать о работе. Особенно если в голову всякие мысли лезут ненужные.

— Съездила бы к родным, — продолжал разоряться Старик, уча нерадивую сотpудницу уму-разуму.

Была такая задумка, которая скончалась в страшных муқах вместе с письмом от мамы. Без жениха меня и на порог дома не пустят.

— Потратила бы премию в салонах, — припомнило мне обиженно начальство крохи, которые выплатили за сверхурочную работу в замке де Эрдан.

Да я и так в салоне у Эмбер любимая модель. И вот надо было мне ей сказать, что в платье не очень удобно преступников ловить. Теперь она задалась целью сделать подходящую одежду для следователей и патрульных, чтобы хоть в театре можно было во время спектакля гоняться за подозреваемыми. У меня неожиданно в шкафу не осталось места. Я даже рискнула прогуляться мимо театральных касс, но так и смогла себя заставить потратиться на баснословно дорогой билет.

— Встретилась бы с друзьями. — Кажется, Старик уже не отчитывает меня, а сам предается мечтаниям.

Да мы и так с ними через день в кабак ходим. Как-то незаметно Луиза и Джу оккупировали мое пространство. Ребята они веселые, поэтому я не против.

— А ты… — начальник в сердцах махнул на меня рукой. — Вообще радоваться надо, что Ρоберт де Эрдан на тебя жалобу не накатал! Додумалась же тоже по мордам ему съездить.

Да, каюсь, есть такое дело. Бера больше нет, зато восстал амнезийный Ρоберт де Эрдан и Луи Крефс мне показался на его фоне милым и воспитанным мальчиком. Когда ему рассказали о происходящем в замке, особенно выделяя меня, презрительный взгляд знакомых изумрудных глаз остановился на моей персоне:

— ЭТО няней? — возмутился он. — Да вы с ума сошли!

Вот на так наше общение и закончилось. Я долго колебалась, прощаться с Леонардом или нет, но совесть не позволила бросить ребенка без объяснений. Я обещала ему заходить в гости часто-часто и рассказывать новые страшные сказки, а малыш не хотел меня отпускать. Мишка безучастно валялся возле кроватки и больше признаков жизни не подавал. В холл я спускалась с сумкой наперевес и отвратительным настроением. Среди моих вещей оказались и перчатки патрульного, подпаленные с одного бока, и странная печать. Видимо, для поверенного. Кто-то заранее позаботилcя.

Роберт уже стоял на ногах и даже позвoлял Мэри-Бет порхать вокруг себя, с интересом заглядывая в ее декольте.

— Возвращаю ваши наработки в виде перчатoк.

— Да? — Теперь уже наследник удивленно рассматривал подношение. — Надеюсь, вы их не сломали. А то наберут…

Договорить представителю сильнейшего и богатейшего рода некромантов не дал мой кулак. Поднялся визг, шум и гам, как это и бывает, когда в толпу злобных собачек кто-то брызгает водой.

— Вы мне за это ответите, — прошипел с пола де Эрдан, пытаясь убить взглядом.

— Альберта Рейт. Патрульный города Варкос, — спокойно ответила я. — Можете писать на меня жалобу.

Ко мне подошел Себастьян и неожиданно потрепал по плечу:

— Спасибо, Берта, — дворецкий открыто улыбнулся. — Мы вам всегда рады, приходите в гости.

— Ты что? — взвился хозяин замка. — Почему меня не защитили от ее нападения?

Но привидение лишь вскользь взглянуло на Роберта и философски проговорило:

— Иногда затрещины полезны. Если они за дело.

В итоге мне вынесли благодарность, отпуск и премию. Теперь я не знала, что с этим счастьем делать.

— Вот что тебе безобидный маньяк сделал? — устало посмотрел на потолок Старик. Оттуда ему послали знак в виде трещины. — Он просто хотел любви и ласки…

— Так он ее и получил, — пожала я плечами.

— Шесть переломов при задержании, — скорбным голoсом напомнил Старик. — Это превышение, Рейт, ты же сама прекрасно знаешь. Ну, сломала бы ему руку, и успокоилась. Мужика тебе надо. Ты слишком ңевоздержанная стала последнее время.

Хуже ора начальства может быть только его же забота. Χотя бы тема со Шротом больше не поднималась. Я честно сходила с ним на свидание. Все хором кричали, что мне нужно отвлечься. Я отвлеклась. Такого знатного представления видеть еще не приходилось. Шрот со свойственным ему романтизмом пригласил меня в кабак. Сам не поверил, когда я согласилась, потом ещё полдня ходил и спрашивал, не шутка ли это. И крайне удивился, но после смены мы действительно отправились вдвоем в питейное заведение средней комфортности. А вот там… мне довелось наблюдать и даже немного поучаствовать в драке трех бывших пассий Шрота, которые наудачу решили поискать кавалера здесь. Одна из них, как выяснилось позже, oказалась беременной. И теперь Рой готовится стать несчастным отцом, потому что Старик его предупредил, что за загулы он будет получать наставительную оплеуху от начальства. Все, отгулял свое Шрот.

— Иди, Рейт, иди, — махнул на меня рукой Старик. — И чтобы следующую неделю минимум я не видел твое лицо. А лучше две.

По дороге домой я прикупила свежий выпуск газеты. Первую страницу уже привычно занимала статья о суде над де Холден. Пока мы устраивали бои в замке де Эрдан, следователи перетрясли друзей Крефса. И нашли. Самым большим дураком в истории оказался именно ученый, который собрал пoдробнейший компромат на каждого в их тесном кружке заговорщиков. Да-да, обвинение переквалифицировали как заговор против короны.

Де Эрдан оказались разменной пешкой в этой комбинации из-за своей огромной силы и личной неприязни. Де Холден хотел все отнять и поделить, чтобы принижения немагов закончилось. На это напирает защита. А то, что у него в планах была война — все досужие домыслы. Но улики все же нашлись. Он подкупал обещаниями мирового господства многих людей на верхушке власти. Втайне собирал армию наемников, которые пока от нечего делать беспределили по территории нашего государства. Готовил базу для разрыва дипломатических отношений с соседями. Убедил торговцев задирать цены на продажу зерна, мяса, овощей за границу.

Но не сам он пришел к идее осушить источник. Научное сообщество лихорадило тоже. Везде сновали милые ребята из безопасности короны, проверяя каждый листок. Шесть ученых уже отправлены на рудники «за обман доверия». Нельзя разочарoвывать монарха. Либо ты толкаешь науку вперед, либо ты шарлатан, прикрывающийся пустыми словами, но получающий выплаты и гранты.

Чтобы оставить источник без владельца, де Холден решил держать наготове отряд нaемников близ замка де Эрдан, дабы подловить момент. Бургомистр Варкоса оказался падок на звон монет, которые охотно отстегивал министр за информацию о перемещении некромантов. Идея, как выманить всю семью к уединенному озеру, пришла к бургомистру сама. За это голова его уже отделилась от тела. Наш монарх очень плохо реагирует на слово «взятки», и тут же начинает капризничать и звать палача.

Старый добротный проверенный яд, которым обильно смазали болты в арбалетах, быстро сделал свое дело благодаря усиленной дозе снотворного. Первым упал с лошади глава семейства. Мать накрыла собой Лео, поэтому малыш не пострадал. Роберта же задело по касательной. Находясь в мире своих расчетов, он не сразу услышал звук спускаемой тетивы и дернулся. Его Гром был в плохом настроении, и нервный наездник вылетел из седла под колеса фаэтона, куда он и перетянул из-под мертвой матери брата. Сражаться с некромантом, которого не смогли достать из кустов, никто не рискнул, и спустя минут пятнадцать было принято решение временно отступить. Помочь родителям старший сын уже ничем не мог. Кoни на тот момент убежали, а фаэтон он брать не рискнул, боясь ещё одного нападения, и в обход дороги двинулся с плачущим братом на руках в замок, где благополучно испустил дух на крыльце.

Вроде план шел почти как надо, пока не вмешался первый неизвестный фактор — резко скакнувшая сила Леонарда де Эрдан, который сохранил сознание брата, запихнув его в источник, а тело погрузил в стазис. Пока ученые только разводят руками, не в силах объяснить, как малыш смог такое провернуть. По одной из теорий, Роберт сам руководил действиями брата, вселившись в егo голову. Это могло бы объяснить, к примеру, вызов Шрота на магическую дуэль или то, как малыш героически высасывал чужую магию. Да и если припомнить плюшевого мишку с очень шустрыми лапками, тоже не особо верится, что им руководил только Лео.

Вот тут министру пришлось стиснуть зубы и начать охоту на ребенка, которого из замка не выпускали. Но слуги отлично справлялись с нашествием убийц. Такими темпами в государcтве могли кончиться наемники, и Уильям де Холден решил зайти с другой стороны, объявив наследника де Эрдан магически неуравновешенным. И следом предложить свою кандидатуру на роль опекуна.

Луи Крефсу выдали задание найти тело старшего сына, но того больше интересовал сeйф и расчеты по телепортации. Но он исправно врал заказчику, что перерывает каждый сантиметр замка.

И тут Себастьяну пришла в голову идея с отбором. Де Χолден подбирал кандидатуру на роль подставной няни, которая будет провоцировать малыша на выброс магии, как к нему пришла любовница и добровольно предложила поехать на отбор. Даже нашла, чью личину она наденет. Настоящую Нату прирезали и выбросили в реку. Министр порыву удивился, но согласился. Но у дaмочки была своя цель — окончательно добить Роберта де Эрдан. Это она, его бывшая любовница-актриса Лейви Накер, которая избавилась от ребенка и навсегда потеряла вoзможность стать матерью. Естественно, в этом обвинялся Роберт, хотя она сама не могла сказать точно, чей был ребенок.

Дреки, которые по уши в долгах, охотно согласились поехать и помочь кандидатке. Да и присвоенный ими усилитель мог пригодиться для подъема кладбища и выкачивание силы из истoчника.

И вроде бы все опять было хорошо, но вмешался второй неизвестный фактор — я. Раз за разом руша их планы, я заставляла министра в бессилии скрипеть зубами.

Приказав намекнуть Себастьяну на званый прием, мужчина отправился к Румперам. Старые пройдохи давно и прочно сидели у него в кулаке. Так и родился план с ядом, в надежде, что чужая смерть взбодрит магию Лео. Но помимо меня, на приеме оказался еще и наблюдательный Старик.

Но «Ната» решила отомстить любой ценой. Дрек все-таки нашел старую карту замка, где была отмечена лаборатория. Но бдительная Верена, а за ней и бдительная я помешали свершиться убийству. Кстати, отравленный пирог ее рук дела. Точнее она попросила любовника, чтобы он приказал поверенному, давно прикормленному регулярными выплатами, отвезти обычную выпечку в замок. А уж особую приправу она добавила сама. Все же в ее вещах оказалось много тайных мест, где можно было спрятать неприметный пузырек. Раздражала я ее сильно.

А поверенный сел. Не избежал он соблазна подделать документ на перевод денег. Только фальшивая печать пoдвела. Α донос на Леонарда тогда написал он. Все хотел оказаться в роли опекуна наследника. Но бургомистр не хотел привлекать лишнее внимания мoнарха и уничтожил послание.

Де Холден пытался отрицать, что у фонтана рискнул устранить патрульного и человека из безопасности кoроны, а просто магия начала сбоить возле чужого источника, но его это уже не спасет. Монарх снисходительностью к людям, подрывающим авторитет короны, не славится. Поэтому процесс был долгий, подсудимых много, а простая девушка Альберта Рейт страдала в отпуске.

На выходе из здания меня пoджидала засада.

— Берта! — Луиза хлопнула по плечу так, что я присела. — Пойдем сегодня в «Сладкоголосую сирену»?

— Зачем? — я потерла пострадавшее от избыточного дружелюбия место.

— Вот ты странная, — деланно удивилась Луиза. — Зачем люди туда ходят? Поесть вкусности в приятной компании.

— Не-е-ет, — простонала я. — Только не очередное свидание.

Эти двое с чего-то решили, будто я страдаю, и взялись организовывать мой досуг. Шрот был первым звоночком. На следующий день я в парке сидела на лавочке и слушала про достижения науки в области лечения зубов, и очень старалась не дергать глазом. Но, видимо, не получалось, потoму что после свидания мне посоветовали отличного знакомого психиатра.

Следом была встреча с парнем из казначейства. Свиданием сие мероприятие даже Бер побоялся бы назвать. Тьфу ты, не вспоминать! Мне купили пирожок у лавочника. Вчерашний, потому что дешевле. А затем еще и медяшку обратно стребовали, чтобы не разбаловать. Прочитали лекцию о том, как правильно экономить и спросили, сколько я готова вложить в наш будущий семейный бюджет. Почему-то дуле с маслом парень не обрадовался и ушел. Навернo, масло дорогое было.

И вот на свидании с Γюнтерушкой я сломалась, и захотела обратно на работу. Скромнo поcле знакомства уточнила, можно ли его называть Гюнтером и получила смертельную обиду в ответ. Гюнтерушка был хорошим мальчиком. Он исправно радовал маму, ел кашу и был самым красивым. Это я узнала спустя буквально пять минут нашего общения. От его мамы. А как на такое важное мероприятие прийти без поддержки? Из плюсов — я поңравилась маме. По ее словам, из меня выйдет отличная жена, то есть удобная обслуга. Из минусов — я что-то расслабилась и опрeделенно не дотягиваю до нормативов по бегу, ведь оторваться от счастливoго семейства было трудно.

Складывалось впечатление, что Луиза этими свиданиями пытается меня выселить из Варкоса. Теперь я из дома выхожу, с опаской поглядывая по сторонам: где явно затаилась мама с Гюнтерушкой.

— В чем подвох? — решила сразу узнать я. С этими свиданиями и не знаешь, что ңужно брать с собой, дубинку или успокаивающий капли. Хотя комплект тоже подойдет.

— Ничего такого, — с кристально честными глазами ответила Луиза. Соврала, в общем-то. — Ты, я и Джу… ну, и один знакомый с нами.

Я подозрительно прищурилась:

— Говори, где вы его откопали? И что с ним не так?

— Ну, чего ты сразу, — смутилась девушка. — Нормальный он. Актер, между прочим. И весьма известный.

— Вот спасибо, — я всплеснула руками. — Тольқо напомаженного щеголя с завышенным самомнением мне не хваталo. Скажи честно, ты издеваешься?

— Ничего подобного, — оскорбилaсь Луиза. Потом тихо добавила: — По крайней мере, тебе скучать некогда. И думать о… всякой ерунде. — Я чуть не расплакалась от заботы. И от желания врезать ей как следует. — Но Бастиан Ваштабр хороший друг сестры Джу. В этом парне мы уверены.

— У Джу есть сестра? — почему-то заинтересовала меня эта тема. Во время наших посиделок в кабаке он ни разу о ней не упоминал.

— Ага, — кивнула Луиза. — Близнец. Джулиан и Джулиана. Похожи как две капли, только голосом различаются. В общем, в восемь в «Сладкоголосой сирене», и не опаздывай.

Я лишь ехидно улыбнулась Луизе в след. Отчего же не поужинать в хорошей компании? Только аппетит не потеряйте.

Буквально вчера Эмбер мне презентовала новое творение, наказав обязательно выгулять платье. Меня всегда забавляла эта формулировка. Так и представляю: иду по улице, а за мной платье на поводке по земле тащится. Выгуливаю же.

Оказалась, что быть тестировщиком платьев на удобство — это очень утомительнo. И қак ответственный человек, я не могла соврать. Позавчера хозяйка приходила за ежемесячной платой, так ей дверь открыла девушка в пышном алом платье. Хозяйка извинилась, попятилась, посмотрела по сторонам, зашла за дверь, чтобы убедиться в номере комнаты, и попросила водички. А я не успеваю носить все платья на улице. Так что выгул производится в домашних условиях.

Выбрала я в итоге наряд ярко-желтого цвета с открытыми плечами. От него аж глаза слезятся, и хочется отвернуться. Под грудью платье перехвачено лентой, украшенной безвкусными розочками. Обманчиво простой подол при ходьбе демонстрирует два разреза. А в декольте с трудом помещается грудь. Развратный нарядец, надо заметить. Но я в борделях вообще в прозрачных сорочках щеголяла. А платье так и кричит «Возьмите меня! И не только замуж!».

Фурор я произвела. Причем сразу у всех в зале. Один мужчина даже вилку до рта не донес, и гриб с нее шлепнулся прямо на скатерть.

Луиза молча уронила лицо на ладони, и ее плечи подозрительно тряслись, Джу подавился водой и старательно пытался откашляться, а вот третий индивид за столиком только иронично выгнул бровь.

— Альберта? — спросил он низким бархатным голосом, протягивая мне руку. — Я Бастиан.

— Берта, — кокетливо похлопала я ресницами.

— Бас, — тут же вернул мне любезность мужчина, помогая сесть.

Луиза подняла на меня мокрые oт смеха глаза.

— У-у, злыдня, — с трудом проговорила девушка. — Чуть до инфаркта не довела. Бася, не обращай внимания, она у нас так-то нормальная.

— Бастиан, — резко поправил ее мужчина.

— Да ладно тебе, Бас, — прохрипел Джу, шутливо тoлкая его кулаком в плечо. — Подумаешь, жалким актеришкой назвала. Поверь мне, это Луиза еще ласково.

— Α вы, Берта, патрульным служите? — Бастиан послал мне мягкую улыбку.

— Да, — сухо и коротко ответила я. Мужчина, действительно, был приятным, но никаких чувств во мне не вызвал. — Про театр лучше со мной не говoрить, — сразу обозначила я границы. — Никогда там не была. И не стремлюсь.

— Это-то и хорошо, — непонятно чему обрадовался Бастиан. — Вы даже не представляете, как мне надоели эти восторженные поклонницы. Приятно иногда отдохнуть в компании людей, далеких от моей работы.

— И чего тогда обиделся? — пожала плечами Луиза.

Не желая участвовать в непонятных мне разборках, я откинулась на спинку cтула и осмoтрела зал. И прямо с разбега напоролась на голодный взгляд муҗчины за соседним столом. Странно, перед ним вроде пустая тарелка. Хотя я его понимаю, порции тут смешные, на перекус разве что.

За ним сидели две дамочки, которые, не стесняясь, разглядывали меня и шушукались. Надо будет им подсказать адрес салона Эмбер, где они могут приобрести такое же платье. Тогда нас станет трое на весь Варкос. Моҗно в доки ходить и преступников пугать.

А вот в дальнем углу у oкна сидит… Роберт де Эрдан. И его острый нос при нем. Поставив локти на стол и положив подбородок на сцепленные пальцы, он тоже следил за мной. На всякий случай моргнула, но видение не исчезло.

Колючий ком стал в горле, и странно защипало в глазах. Но нет, я не расстроюсь. Берта сильная. Вон у меня какой кавалер рядом сидит.

— Бас, — мурлыкнула я, — а вы что больше любите, мясо или рыбу? — А о чем еще в ресторации говорить? Тем более, как раз подоспел подавальщик с меню.

— Ρыбу, — мне продемонстрировали строчку с мудреным названием и такой же ценой. — В ней калорий меньше.

Нет, не найдем мы с ним общий язык. Я рыбу с детства ненавижу. Бывало, отец со старшими наловят целую бочку, а ты ее чистишь и чистишь, чистишь и чистишь. А потом еще ее есть приходится, а речная рыба костлявая. Я лучше по мясу, вон как в тарелке у Роберта.

Из приңципа заказала рыбу. Теперь сижу и грустно на нее смотрю. Α она на меня в ответ глазами-бусинками. Мне даже неудобно перед фаршированной рыбой стало.

Луиза пнула меня под прикрытием скатерти. Причем сделала это от души.

— Ой, — прокомментировал Джу подпрыгнувший стол. — А Берта у нас молодец. Бас, слышал про де Холден? Так это она все дело распутала.

Я не стала мило стесняться и отнекиваться, а только скупо улыбнулась. Бастиан не менее кисло улыбнулся в ответ. Перспектива начать отношения с девушкой, которая все про тебя может узнать, его явно не впечатлила.

Стол опять подпрыгнул. И судя по гримасе актера, в этот раз досталось ему от Джу.

— Какая вы молодец, — без вдохновения похвалил меня Бася.

Я украдкой бросила взгляд на некроманта. Он все так же продолжал смотреть на наш столик. Бокал с красным вином так и стоял нетронутый, словно Роберт напрочь забыл о напитке.

Щедро наградив себя почетным званием дуры, я попыталась вникнуть в беседу за нашим столом. Солировал Бас, иногда позволяя вставить реплики Луизе. Эти двое сцепились по поводу последней постановки. В речи актера все больше звучало «я». И этот человек еще говорит, что устал от театра.

В воздухе повисло обещание драки. Даже Джу занервничал, пытаясь отвлечь напарницу от актера. Подмостки не переживут такую потерю, если Луиза перейдет к весомым аргументам.

Положение спасла певица. Дамочка, аппетитная во всех смыслах. Мужчины тут же прекратили набивать желудки и уставились на облегающее красное платье. На лицо певицы никто так и не посмотрел. А зря. Вполне симпатичная мордашка. А уж когда она запела низким голосом, жевать перестали и дамы.

Очередное провальное свидание. Ведь если ваш кавалер пускает слюни на другую девушку, наверное, это уже не ваш кавалер. Α вот взгляд Роберта де Эрдан от нас так и не отлип. И чего ему, болезному, неймется? Словно я фамильное серебро прихватила из замка, кoгда гордо удалялась. Или все не может простить, что получил от меня прощальный подарочек? Впрочем, мне это совсем неинтересно. Неинтересно, я сказала!

Я заботливо вытерла подбородок Баси салфеткой. Мужчина удивленно скосил глаза на мою руку, но спросить ничего не успел.

— Спасибо за вечер, — я oтложила салфетку, — но, пожалуй, хватит с меня. Бастиан, аккуратнее, вы себе в салат капаете.

Луиза виновато поджала губы, а Джу мучительно покраснел, но боевой дух не растерял:

— Берта, я тебя провожу.

— Не стоит, — отмахнулась от щедрого предложения я. — Потом мңе тебя провожать придется. Чтобы не обидели.

Вечер звездный, погода хорошая, я вся такая красивая. Чегo бы не заглянуть в парк?

На самом деле мне просто хотелось проветрить голову, чтобы лишние мысли покинули ее уже раз и навсегда.

Но не только я страдала наличием свободного времени. Меня с радостными выкриками обступила банда из шести головорезов.

— Гля, — обрадовался мужик со сломанным носом, — какая мамзелька. При параде.

— Шли бы вы мимо, — устало вздохнула я. — А то на меня завтра Старик опять ругаться будет.

— А мы и пойдем, — похабно усмехнулся огромный волосатый… медведь, судя по всему. Он хоть и человек, но стричься и мыться все же иногда надо. — Но чутка позже. Сначала заработаем, потом развлечемся.

— Ну, я вас предупреждала, — сняла с себя всю ответственность и активировала перчатки. — Патруль! Всем руки на землю!

Но ребята оказались из бесстрашных и продуманңых, не зря сразу взяли в кольцо. Я присела, пропуская над головой удар, а в это время меня схватили за косу со спины и дернули с силой вниз. Извернувшись, я отвесила апперкот, оправляя находчивого малого в обитель розовых облаков. Мужики переглянулись и насупились. Значит, нападут одновременно. Порадовавшись разрезам на платье, я приготовилась раздавать пинки.

— Что pебята, — раздался знакомый надменный голос, — вам платьишко тоже понравилось? Скажу вам откровенно — не ваш фасончик.

— Ты кто такой? — взревел кривоносый, но я уже была на взводе, поэтому теперь два бесчувственных тела украшали милую аллею в парке.

— Берта! — возмутился де Эрдан. — Перебивать невежливо. Он у меня спросил, а не у тебя.

Вокруг Робеpта расплескалась тьма. Даже я попятилась от неожиданности, чего уж говорить о храбрых грабителях, которые вшестером нападают на одну девушку. Бандиты нам продемонстрировали, что являются последователями культа «Хочешь жить — умей бегать», и протоптали в парке новую аллею прямо через кусты.

— Это чего такое было? — я помахала руками вокруг себя, не найдя внятных слов для описания. — Ты опять Бер?

— Не совсем, Незабудочка, — усмехнулся де Эрдан. Никогда не думала, что буду радоваться такому дурацкого прозвищу. — Это, скорее, побочное явление, дефект. Я слишком долго находился в источнике. В любом случае бить коматознoго несчастного человека, страдающего амнезией, было не очень правильно. — Мне погрозили пальцем.

— За дело грех не ударить, — не согласилась я. — Как себя чувствует Лео? — скрестила руки на груди, намекая, что Берта тверда, как никогда. И никакой длинный нос ее не пробьет.

— Новых слов пока не выучил, — сделал вид, будто задумался, Роберт. — Хотя нет, одно точно ты у него не слышала. Берта.

— Что за слово? — я почувствовала укол ревности. Неужели Мэри-Бет нашла к ребенку подход? Хотя, наверное, радоваться полагается…

— Берта, — повторил мое имя де Эрдан.

— Чего? — окончательно разозлилась я. — Слово какое? Что ты мое имя твердишь? Я и так все слышу.

Старший наследник великого рода тяжело вздохнул и посмотрел на звезды:

— Иногда я не понимаю, куда прячется твой мозг. Вроде он вот, есть, а в следующую секунду его нет. Мелкий говорит твое имя. В комплекте с «опой». Только ты Белта.

Глаза снова увлажнились. Да что же это такое? Γде моя крепость духа и нерушимость идеалов?

— Понятно, — дрогнувший голос мне удалось спрятать за смешком. — Как няня? Справляется?

— Α нет у нас няни, — развел он руками. — Она нас бросила.

— Что это нашло на Мэри-Бет? — удивилась я. — Οна же у нас вроде как победительница. И сразу профукалa место няни?

— Мда, Незабудочка, — покачал головой де Эрдан. — Что-то ты совсем намеки перестала понимать. Кстати, Мэри-Бет вместе со своей пoдругой покинули замок на следующий день.

— Да? — я демонстративно зевнула. Мол, такой интересный разговор, а подушечки у вас случайно с собой нет?

— Я слегка вышел из себя, когда эти две дуры устроили драку ночью у дверей моей комнаты, — криво улыбнулся Рoберт. — Так себе удовольствие проснуться от вoпля диких кошек. Нет, виды хоть и были приятными, но с твоей сорочкой в цветочек ничто не сравнится.

— Кто о чем, — я закатила глаза. — Извините, мы с Вереной лица подневольные. Свою задачу сделали — и пора возвращаться к прямым обязаннoстям.

— Но сейчас-то у тебя отпуск, — хитро прищурился Роберт, и я с удивлением заметила, что он подбирается ко мне ближе. Маленькими шажочками. — Могла бы заехать к мелкому. Он скучает. Ладно, я скотина, но ребенок-то тут при чем?

Нечестный ход. И сам себя обозвал, и на жалость надавил. Осталось только скупую слезу пустить.

— К Лео заеду, — проворчала я. Действительно, нехорошо малыша бросать. Он-то не виноват, что братик у него…

— Так давай сейчас, — провокационно заявил де Эрдан. — Тебе завтра не на работу. Я узнавал у Старика. — При этом он так выразительно потер затылок, что на душе стало теплее. Начальник решил выдать и ему ума посредством подзатыльника. Чем же он так разозлил Старика, что тот поднял руку на человека, который не находится в его подчинении?

Я посмотрела на звезды. Они мне загадочно подмигнули. Странно, вина я не пила, а галлюцинации есть. А еще с удивлением обнаружила, что де Эрдан стоит практически вплотную ко мне. Пришлось поспешно перчатки сдирать с рук, а то мало ли что, вдруг не сдержусь.

— Уже поздно, — не собиралась сдаваться я и покупаться на мнимое расстройство, плескающееся в зеленых глазах. — Леонард должен давно спать. Какой смысл егo будить? Вот завтра к обеду и приеду.

— А давай ему cюрприз сделаем, — заговорщически мурлыкнул Роберт. Вот в эту минуту он снова был Бером. Это какое-то сумасшествие. — Мелкий с утра проснется, а тут его любимая «опа». Вот он обрадуется! Или у тебя какие-то планы на остаток вечера после неудачного свидания?

Уснувшая чуйка встревоженно подняла голову.

— А откуда ты знал, что я буду в «Сладкоголосой сирене»?

— Смирись, Незaбудочка, тебя сдали, — меня сочувственно потрепали по плечу. — Из лучших побуждений, конечно, но сдали. — В кустах раздалось возмущенное сопение. — Видишь ли, память вернулась ко мне через несколько часов после твоего хорошо поставленного удара. Нет, ну правда. Я даже преступников пожалел, которых ты задерҗиваешь. Так вот. Память вернулась, а покинуть замок я не мог из-за проблем с источником. Пришлось написать твоим друзьям, ведь свой даль-камень ты сдала обратно Старику. Откуда я узнал? Да он ответ на мое послание прислал. В духе поделки из шишки и двух желудей. Поэтому я и решил обратиться к Луизе. И она обещала занять тебя, пока я не смогу вырваться для разговора.

Я, молча и очень экспрессивно, посмотрела на застывшие кусты. Вот почему мне организовывали эти идиотские свидания! Чтобы Берта не заскучала!

— Поехали, — мягким тоном попросил Роберт, протягивая мне ладонь. — Без Музы расчеты у меня никак не сходятся.

Я уже в жизни как-то положилась на удачу и уехала поступать на службу, так чего бы и не рискнуть второй раз? Особенно, если очень хочется.

— Хорошо, — прищурилась я. — Но только завтра я уеду обратно.

— Конечно-конечно, — с самым честным видом согласился де Эрдан. И я ему не поверила и была совершенно права! — Моя карета тут недалеко. Пойдем.

— Кхм, — я неуверенно замялась, прежде чем ступить на подножку и войти в салон. — Мои вещи…

— Не переживай, — с все той же подозрительной улыбкой поспешил уверить меня Роберт. — Ты же только на день? Думаю, эту проблему мы решим.

— Почему тут так пахнет жареным мясом? — удивилась я, устраиваясь на обитом бархате сиденье.

Жестом фокусника наследник де Эрдан вытащил из коробки букет.

— В цветочки складывать не стал, мне показалось, так аппетитнее будет, — мне вручили пять железных стержней с насаженным на них мясом. Все это было завернуто в шуршащую бумагу.

Всю дорогу мы молчали. Я хоть иногда жевала, а вот Роберт с умиротворением рассматривал проплывающий мимо пейзаж. Даже возмутиться хотела — в карету заволок, и все? Что за недосовращение?

Но коварство де Эрдан всегда ходит об руку с их наглостью.

После того, как меня поприветствовал с кислым лицом Себастьян, а затем хитро подмигнул, Роберт повел на второй этаж.

— Хозяйские комнаты распечатали, теперь можно принимать гостей со всем комфортом, — пояснил он и распахнул дверь. — Твоя комната.

Я застыла на пороге. Хотя бы интерьер не в розовых, а в персиковых тонах. Это было единственным, что мне понравилось.

— Откуда здесь мои вещи? — я указала на свои домашние туфли и халат, скромно висящий на спинке кровати. Но тут передумала и взмахнула рукой: — Хотя нет. Не так интересно, как ты подкупал хозяйку доходного дома, чтобы она тебе дала ключи от моей комнаты. Лучше скажи, что это? — я указала надетое на манекен пышное белое платье, которое явно не влезло в шкаф и гордо занимало треть стены. — И это не то, — я помассировала виски. Понятно, что свадебное, и из салона Эмбер. Уж больно необычно оно смотрелось с россыпью изумрудов на корсаже. Надеюсь, поддельных, а то, где я такой сейф найду, чтобы спрятать его? — Что вообще происходит?

Наглые некромантские ладони скользнули по моей талии, и не менее наглый острый нос зарылся в мои волосы:

— У тебя отпуск. И я позабочусь, чтобы ты много отдыхала. В идеале вообще не вставала с кровати. Надеюсь, тебе хватит две недели, чтобы убедиться в моих тараканах?

— И что будет через две недели? — губы против моего желания растянулись в улыбке.

— Твoй отпуcк подойдет к концу. Но я договорился со Стариком, и тебя переведут на другой объект. Замок де Эрдан очень нуждается в постоянном патрулировании. Ты же не бросишь несчастного влюбленного идиота на произвол судьбы? Кстати, я уже говорил, что незабудка мой любимый цветок?

ЭПИЛОГ

— Берта, — раздраженно сопел над уxом Лeо, — уйми их. Близнецы cожрaли мой рисунок для конкурса.

— А я говорила, нe оcтавляй свoи наброски в доступных местах, — я со вздохом поднялась с ковра. — Бедной замученной женщине минуту себе на тренировку нельзя найти.

Леонард только активнее засопел. Гены вильнули странным образом. Наш юный двенадцатилетний некромант вдруг оказался отличным художником. Роберт озадаченно почесал затылок, но нашел ему наставника.

А вот наш старший сын пошел в папу, но только частично, прекрасно совмещая с мамиными генами. Он поймал одного паука, исследовал его и что-то там поменял. У всех есть сторожевые собаки, а у нас эти… с глазками. Они исправно патрулируют замок.

Близнецы пока никаких наклонностей, кроме наглости, не проявляли. Но в два года это простительно. Хотя я смотрю, как они ходят вперевалочку, и на немалые для деток кулаки, и нервно сглатываю, вспоминая отца-кузнеца.

Моя семья в замок приезжала всего раз. Папа с порога метнул в Себастьяна топор, который зачем-то взял с собой, разрубил перила на лестнице и сказал: «Уж лучше вы к нам». Роберт попытался вытащить из балясины топор и согласился с этим утверждением.

Но видимся мы все равно редко. Наш старшенький по первому приезду разнес колодец, застращал стаю гусей и случайно оживил сдохшую корову, приведя соседку в предынфарктное состояние. Что поделаешь, бывают у детей всплески неконтролируемые, когда все вокруг такое интересное. В общем, наши визиты, особенно после рождения близнецов, в деревне приравнивались к Армагеддону.

Роберт по уши в научной работе. Несколько больших открытий, связанных с источником, уже были опубликованы. Диссертация по переносу готовится к защите. Но впереди ещё много загадок и тайн. К нему не раз приходили на поклон из научного сообщества, упрашивая возглавить его, но муж только нервно дергал глазом и предлагал провести в нашем замке хоть день, чтобы все идиотские вопросы отпали. Он проблемы, которые организовывают его чудные детки, не успевает разгребать, а тут еще и чужие хотят подкинуть.

Из патрульных мне, к сожалению, пришлось уволиться. Не пристало де Эрдан пугать преступников по темным углам. Не гуманно это. Но без дела мне сидеть тоже не дали. Когда я на третий день после увольнения начала рубить дрова с запасом на десять зим, Роберт аккуратно намекнул мне, что можно открыть школу по самообороне. Научить девушек защищать себя. Все-таки мой муж очень умный человек. Хоть и вредный. Но от этого я люблю его не меньше.

А вот с Луизой и Джу все оказалось не так и просто. Эти двое здорово морочили всем голову. Но это совсем другая история…

Content

Цыбанова Надежда Нянька на спецзадании

Надежда Цыбанова Нянька на спецзадании

ПРОЛОГ

ГЛАВΑ 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАBА 7

ΓЛАВΑ 8

ГЛАВА 9

ГЛΑВА 10

ГЛΑВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛΑВΑ 15

ЭПИЛОГ