Виктор Кратц

Забудь меня. Том 1

Пролог

Да уж, драматичный конец у меня. Последний выживший, тот, кто одолел Владыку Тьмы, был убит теми, ради кого пожертвовал всем. Честно, я бы не подставился под удар, были б только силы… а с другой стороны что потом? В новом мире мне бы уже не было места. Вот только, чёрт побери, обидно: пройти столько испытаний, чтобы потом быть убитым. Неприятно. Хотя не сказал бы, что такой уж я и мёртвый теперь — куда мертвее-то?

Даже потеряв голову, я не умер. Почему же? Видимо такова сила крови моего Отца. В отличие от других вампиров, представители нашего рода те ещё живучие твари — это наш дар, и наше проклятие. Радует хоть то, что нас немного. Видимо об этом знали и те, кто меня убил. Ой, я даже не знаю, кто мог бы об этом рассказать. Ну, ничего, Фрэнсис, рано или поздно я до тебя доберусь. Вот только куда меня запаковали? Очень жаль, что ближайшие лет сто я точно буду прохлаждаться, замурованный чёрт знает где. Лучше бы моё тело сожгли…

Что ж, а пока придётся коротать вечность наедине со своими воспоминаниями…

* * *

Это произошло лет двадцать назад — я был простым старшеклассником, которого волею рока обратили в вампира. Принятие себя нового заняло достаточное количество времени, после чего меня завербовала одна организация. Собственно, в ней я и познакомился с Первородным, батей-основателем всей нашей немногочисленной кровососущей линии. И вот, параллельно с уничтожением всякой нечисти я пытался жить как раньше. Получилось у меня? Нет. Во-первых, оказалось, что всё моё окружение всегда мне врало. Во-вторых, каждый раз, когда думал, что хуже уже не будет, всё происходило ровно наоборот. В итоге всё свелось к тому, что я потерял абсолютно всех. Родители были убиты враждебной фракцией, друзья погибли, прикрывая мою задницу, а возлюбленная стала сосудом для древнего вампира. Иронично. Этим древним вампиром была девушка, мой сородич, которую я же и спас, вовремя пробудив, чтобы та не досталась врагу. Но к чему всё это привело? Мир мы не спасли, война всё-таки началась, так ещё и я в конечном итоге слетел с катушек. Так и получилось, что пришлось мне сражаться с Отцом. Он пытался остановить меня, но было уже поздно. Лишившись всех, я приобрёл небывалую силу, однако что толку мне от неё, когда не осталось того, ради чего жить?

Конец нашего мира был подобен фейерверку: хлопок, свист, гром, яркая вспышка, а после пустота. Когда страны обменялись ядерными ударами, многие подумали, что на этом всё и закончится, но не забываем, что всегда есть второе дно, откуда ехидная судьба и постучит в самый неподходящий момент. Этим вторым дном оказалось то, что дремало в земле тысячелетиями. Казалось, что сама природа решила уничтожить человечество. В какой-то степени мне повезло, ведь ещё ядерным ударом моё бренное тело превратилось в пепел, а душа смогла свободно передвигаться в форме пламени. Я может и бессмертный, но боль чувствую, а видя, как на ровном месте возникают горы, в полной мере мог представить, каково было обладателям физической оболочки.

Но хоть где-то повезло — родной город и территория в радиусе пары сотен километров каким-то магическим образом уцелели. Но где что-то хорошее, там и что-то плохое: вместе с беженцами туда хлынули орды нечисти. Знаете, факт живучести вампиров мало кого сможет удивить, а вот то, как люди в считанные месяцы могут из разрозненной толпы выстроить общество и дать отпор любому врагу… Ладно, кое-кто им всё-таки оказал поддержку, и я был в их числе.

Акира — таков был мой позывной до катастрофы, таковым он остался и после. Я стёр своё истинное имя, отринул прошлое, но покоя не обрёл. Думал, что вот где-то там, в будущем, снова смогу искренне улыбнуться, но, даже обретя новых друзей, я не снял своей маски. Возможно, тому виной были угрызения совести, ведь из-за моей слабости погибли близкие. Неподъёмный груз словно тянул меня всё глубже и глубже в пучины собственной тьмы. Тогда-то я и подумал, что может убийство Владыки Тьмы принесёт мне долгожданное облегчение? История имеет свойство повторяться — я вновь потерял всё, а в придачу оказался предан. Может, и поделом мне?

Надеюсь, что в будущем я смогу начать всё с чистого листа…

I

Столь привычную тишину нарушили странные звуки. Это человек? У него странная аура, кто он? Я слышу? Я что-то чувствую? Неужели… я открыл глаза. Крышка каменного саркофага с грохотом упала на пол, а в глаза ударил яркий свет.

— Вставай, Акира, — сколько же я не слышал чего-то голоса.

— Сколько я спал? — клишированный вопрос, ответ на который интересовал меня больше всего в данный момент.

— Прошло больше ста лет, — человек ухмыльнулся.

Языки горящего факела ясно освещали приятные черты незнакомого лица. Этот человек смотрел так, как смотрят родители на только что проснувшееся чадо.

— Зачем? — кажется, я охрип после стольких лет сна.

Хрип… да, сто лет сна дают о себе знать…

Машинально хватился за шею — цела. Он, этот человек, воскресил меня?

— Думаю, сейчас ты нуждаешься в этом, — незнакомец протянул мне медицинский пакет. — Третья тебя устроит?

Не задумываясь, я вырвал пакет с кровью из его рук. Алая амброзия оживляющим потоком полилась в меня, а сердце произвело первый, еле слышный удар. Покончив с неожиданной трапезой и ощутив небольшой прилив сил, я выбрался из своей тесной обители.

— Нам нужно идти, — человек спрятал пустой пакет в рукав традиционной робы, какие раньше носили японцы.

— Зачем ты меня пробудил? — отирая всё ещё холодные губы, спросил я.

— Я дам ответ на каждый твой вопрос, но чуть позже.

Ясно. Обычно после таких слов в принципе можно не ждать каких-либо ответов. Что ж поделать, придётся шкрябать ещё дубовыми ластами за ним. Честно говоря, чувствую себя дворнягой — прикормили так, что инстинкт самосохранения поделился на ноль. С другой стороны хуже он мне уже не сделает… надеюсь…

Человек погасил факел. Странно, даже не оставил запаха. Стоп, а у него точно был факел?

— Это катакомбы под дворцом императора, повезло, что тебя не сбросили куда-нибудь на дно океана, — полушёпотом произнёс незнакомец.

— А могли? — по такому везению можно и улыбку выдавить.

Человек не ответил, лишь ускорил шаг.

— Да не лети ты так.

— Нам не стоит здесь задерживаться, если, конечно, не хочешь вновь оказаться в гробу.

— Ну, за сто с хреном лет, как ты сказал, я успел к нему прикипеть.

— Тихо, — человек прислонил меня стенке.

— Что т… — твою-то мать, почему я не могу говорить?

— Всё, чисто.

— Тьфу, что ты сделал? — о, я снова могу говорить!

— Отлично, всё по плану, — мы в тупике.

Вспышка света и… а вот это уже интересно. На стене проявилась пентаграмма, границы которой заискрились. Незнакомец схватил меня за руку и приблизился к ней:

— Лучше закрой глаза, — человек прикоснулся рукой к пентаграмме.

Рисковать не решился и послушно последовал за ним в неизвестность. Странная субстанция, словно вода, окутала меня. Три шага в странном пространстве, а затем лёгкие прикосновения лепестков влажной травы и робкого ветра. Я открыл глаза, и взгляд мой встретил бесконечное голубое небо, в которое уже просочились жёлтые струны грядущего заката. Так ярко, так свежо и так красиво — вид, который успел позабыть, свобода, столь опасная и завораживающая. Столь опасная…

— Оу, кажется, я забыл, что вампиры боятся света, — с дружелюбной издёвкой в голосе незнакомец склонился надо мной.

— Вот скотина! — что есть сил, зажмурил глаза, которые в буквальном смысле чуть не загорелись.

— Хм, да, значит ты всё-таки Акира. Вампир, что не горит на солнце.

— Экспериментатор хренов! Я ведь чуть не ослеп! — не умер бы, конечно, но после стольких лет заточения во тьме и сразу на свет — уже в теории звучит неприятно.

— Можешь кричать, мы, наконец, выбрались оттуда.

Незнакомец стоял надо мной, что-то внимательно разглядывая:

— Знаешь, я думал, ты будешь чуть выше.

— Где мы и что тебе нужно?

— Меня зовут Линь Синь и я принадлежу роду Ди’Вольдхар…

— Чего бл…

* * *

Вот как. Ага. Многое же я пропустил с момента своей так называемой смерти. Видимо не меня одного предали. Ди’Вольдхар — прозвище одного старого знакомого, погибшего в битве с Владыкой Тьмы. Хорошенькое спасибо для некогда спасителя всея человечества. Гарван Ди’Вольдхар, человек, что отрёкся от собственной жизни ради спасения людей, он боролся не только с чудовищами, но и с теми людьми, что даже в условиях полнейшего краха следовали лишь своим корыстным целям. Если бы не этот смертник, люди бы ещё тогда перегрызли друг другу глотки, подобно диким животным. Да пусть это, он ведь даровал им магию, без которой люди бы не справились с армиями Тьмы! А что по итогу? Построили парочку памятников, вписали в учебники новой истории и забыли. С одной стороны он сам виноват, отправляясь в ту битву, но кто же знал, что предадут и его? Ладно мы — группа нёхов, ни живые, ни мёртвые, обладающие огромной силой, но он… ещё и оставил свою возлюбленную, которой тут же занялись предатели. Вот и получается, что его боялись не меньше вампиров или ликантропов. Что-то мне подсказывает, что тут пахнет не одним только страхом со стороны смертных…

Хорошо, его место занял младший брат — Андреас, правда тогда он был совсем юн и неопытен, но каким-то чудом смог начать возрождать цивилизацию, да так, что видимо в соло решил демографический кризис: наплодил потомство, а умирать не планирует. Пережил даже некоторых правнуков и всё ещё гордо восседает на престоле. Сейчас ему явно около ста двадцати… Что до потомков, так те разделились на несколько группировок и всех их объединяет фамилия Ди. А что до Линь Синя — он выходец из побочной ветви, прямой потомок Гарвана…

— О чём размышляешь? — Линь заинтересовано смотрел на меня.

— Ты последний потомок, как вы его называете, Вольдхара? — не отрываясь от тонированного стекла автомобиля, спросил я.

— Насколько мне известно.

Да уж, тяжело поверить в то, что единственным прямым потомком истинно русского мужика стал азиат, возможно даже китаец.

— Мой отец, несмотря на многочисленные ограничения со стороны Ди, стал генералом и в одном из походов встретил мою мать, которая имела азиатские корни. Из-за этого я совсем не похож на своих братьев и сестёр.

— Они-то явно все голубоглазые, — усмехнулся я.

— Почти, ты сам вскоре увидишь.

Сто лет — это настолько ничтожный отрывок времени, насколько и огромный. Но человечество времени зря не теряло, снова заводы начало строить, в этот раз активно используя магию…

— И как много людей имеют магические способности?

— Лишь двадцать процентов, из которых большая часть обладает лишь базовыми навыками, например, использование стихий.

— Дай угадаю, внутри этого гроба на колёсах тоже бурлит магия? — топнул по полу машины.

— Да, сейчас практически всё функционирует благодаря ней.

— Удивительное время, — я вздохнул.

Для кого-то магия это дар, а для кого-то проклятие, например, для работяг-стихийников, которые от заката до рассвета создают электричество. Теперь понятно, как люди смогли так быстро восстановить многие блага цивилизации.

— Куда мы хоть едем?

— Туда, где сможем поговорить обо всём, — Линь улыбнулся.

— Ладно. Вот только знаешь, я всё ещё не понимаю, на кой ты решил воскресить меня? Не ради простой ведь беседы ты пробирался в катакомбы дворца, которые явно хорошо охранялись…

— Ты прав, до вампира особого уровня было не так просто добраться, да и нахождение о тебе хоть каких-то крупиц информации уже можно считать великим открытием.

— В смысле? Нет, погоди, что ты сейчас сказал…

— Да, ты не ослышался, о тебе стёрли всю информацию. Как и о Вольдхаре…

— Вот пи…

— Я удивлён, что не пришлось никого убивать, — вздохнул Линь.

— Ты был готов убивать?

— Знаешь, в столь опасном предприятии не стоит исключать многих вариантов развития событий. Пробудив тебя, я до сих пор рискую оказаться на эшафоте.

— И зачем тебе это?

— Зачем? — Линь растянулся в улыбке, закрывая окно между нами и водителем. — Твоя сила способна изменить этот мир.

— Но при этом меня замочила кучка смертных…

— Скажи, ты ведь хочешь начать жизнь с чистого листа?

— А что есть жизнь для тебя?

Да, я чертовски хотел бы начать жизнь с чистого листа, но как? Я же не могу так просто избавиться от воспоминаний.

— Моё понимание будет заметно отличаться от твоего, Акира, — Линь посмотрел в окно, после на меня.

— Правда, хочу начать всё заново, хочу всё забыть…

— Я могу тебе помочь, Акира, а взамен ты поможешь мне.

— И что я должен делать? — чувство, будто совершаю сделку с дьяволом.

— История повторяется: дворяне грызутся между собой за право первого в этом мире, а простые люди продолжают страдать. Магия породила непреодолимый барьер, который разделил человечество на магов и не магов, а во главе этого неравенства стоят вампиры и те, кто были свидетелями апокалипсиса. В то же время остатки орд Тьмы вновь дают о себе знать, их легионы всё чаще и чаще мелькают на юге. Но что делает власть? Ничего. Императором управляет шайка кровососов, а империя лишь совсем недавно оправилась от очередной клановой войны. Потомки императора тянут государство на дно, не орды Тьмы, так наши соседи могут воспользоваться этим… Война, как и тогда, может привести к новому апокалипсису, и, боюсь, в этот раз новый Вольдхар может не появиться.

— Я так понимаю, ты хочешь занять место императора?

— Ранее я уже пытался раскрыть старику глаза, но это ни к чему не привело — меня отправили в ссылку, но теперь её срок истёк, и я буду действовать радикальнее. Ты же хочешь начать жизнь с чистого листа, без войн и заговоров, без риска возвращения Владыки Тьмы, без очередной потери близких?

— Да что ты об этом знаешь! — а вот об этом не стоит говорить.

— Достаточно, чтобы знать, как вернуть Её.

— Мне не послышалось?..

— Я могу вернуть ту, ради которой ты сжёг прошлую столицу. Могу вернуть того, кто стал тебе вторым отцом. Могу помочь отомстить тем, кто предал тебя и товарищей. Я могу избавить тебя от боли воспоминаний.

Я опустил голову. Этот человек, в его словах есть уверенность, холодная и жёсткая. Однако, он всего лишь человек. Её нельзя воскрешать, Его нельзя возвращать в этот мир, но мести за них может хватить.

— По рукам.

— Я не сомневался в тебе, — Линь похлопал меня по плечу.

— Но как это осуществить?

— Ты станешь моим сыном.

— Что бл…

II

Немного подумав и обсудив, я понял, что идея Линя не так уж и плоха — стать «сыном» довольно влиятельного человека в нынешних обстоятельствах хорошая возможность начать всё с лёгкого старта. К тому же у моего новоиспечённого «отца» было хорошее алиби, его жизнью в ссылке мало интересовались, да и он вёл себя скрытно, никак не освещая её.

Мы въехали в столицу, на которую опустилась ночь. Тогда Линь начал:

— Был на юге городок, который заселили беженцы с востока — Остов, место моей ссылки. Несколько лет я жил в нём, пока туда не ворвались орды Тьмы. Они и камня на камне не оставили, убив большинство жителей. Как думаешь, что больше взволновало правительство? «Вот чёрт, опять будут проблемы с логистикой», — а после они потребовали переправить жителей на новое место, чтобы те отстроили новое поселение, куда вскоре пришли войска и, не церемонясь, выгнали часть населения. Те, кто воспротивился, отправились в концентрационные лагеря, фактически, граждане империи стали её же рабами, а солдаты, вершившие самосуд теперь герои. Теперь ты знаешь историю места, в котором «родился и рос».

— Вкусное детство. Я так понимаю, моя «мать» умерла от рук орд Тьмы?

Линь засучил рукав мантии:

— Видишь этот шрам?

— Понятно, значит и тебе «досталось», — я ухмыльнулся.

— После около десяти лет мы жили в горном городе Метра, в котором ты получил домашнее образование. Твоим учителем был настоятель Пётр, который потом трагично погиб из-за нападения гуля…

— Вот так травма для ребёнка…

— Поэтому я запросил перевод в Рогозово, где мы жили последние четыре года. На данный момент тебе девятнадцать лет.

— А что с документами?

— Так как мы жили в провинции, они не требовались, но когда мне официально разрешили вернуться в столицу и занять место директора отдела по работе с порождениями Тьмы, я занялся обновлением твоих данных. Кстати, вот, — волшебные какие-то рукава у Линя.

— Это… паспорт?

— Да, так что ты теперь официальный гражданин Империи.

— А фотография?

— Мне разрешили самому приклеить.

— Понял, — пробурчал, рассматривая причудливую голубую карточку с ФИО, возрастом, местом рождения и уровнем? — А что это означает?

— А, это твой магический уровень. Не переживай, запишем любой, какой хочешь.

— Шутки шутишь?

— Если не хочешь, чтобы нами занялся специальный отдел, то бери невысокий.

— А отказаться нельзя?

— Планы пойдут по одному месту.

— Какие ещё планы?

— А вот с этой-то целью ты и приехал со мной, — Линь открыл окно и в салон проник свежий ночной воздух, — ты поступаешь в Имперскую Академию.

— Чего?

— Не сидеть же тебе без дела, правда? — Линь улыбнулся. — Поэтому готовься к вступительным.

— Чего бл…

— Шучу, просто сходишь со мной к директору и всё. Главное уровень магии подтвердить, а потом заполнить небольшой тест.

— Но как это поможет?

— Тебе же нужно алиби создать, прежде чем начать что-либо делать. К тому же ты и сам хотел начать всё с чистого листа, вот заодно и способности вернёшь.

А вот об этом я почему-то не задумывался, после столетнего сна от моих сил ничего не осталось и дело не только в запасах крови.

— Какое-то время я увлекался химией и биологией, — вновь заговорил Линь, — и заметил кое-что интересное — кровь магов отличается от крови простых людей. Так вот, как думаешь, почему ты ещё не испытываешь голода?

— Значит, кровь магов лучше насыщает?

— Не только. Она является хорошим проводником для самой магии. Насколько я знаю, ты и так на неё способен, но, к сожалению, она будет отличаться от той, что используют люди. С другой стороны у каждого уважающего себя мага должен присутствовать свой стиль, но представь удивление всех, когда человек, имеющий нулевой показатель магии, начинает её использовать?

— И сколько её нужно выпить?

— Столько, чтобы начать походить на человека. Возможно, будешь со справкой и парой диагнозов, так что придётся побегать по врачам.

— Тц, и тут бюрократия.

— Не переживай, часть подделаем.

— Жаль не всё.

Посмотрел в окно, выпал из реальности. Слишком много информации. Не успел нормально возродиться, как уже заимел ворох дел. Удивительно, когда я в последний раз был здесь, город был такой маленький, а теперь из окна быстронесущегося автомобиля предо мной простирался огромный мегаполис. Небоскрёбы, гул машин, что доносился до нас, толпы людей — серьёзно, будто и не было апокалипсиса. Но что-то отличалось, и дело не только в энергетике…

— Впервые видишь летающие острова? — Линь придвинулся ко мне и открыл окно. — Смотри, вот там дворянский остров, а там Оплот. Тот, что посередине, видишь, дворец императора.

— Так вот где меня держали…

— Чуть поодаль от него небольшой островок, там находится академия. Так, а сейчас мы съедем с холмов и направимся туда, — «отец» указал в сторону группы небоскрёбов, за которыми шли… руины.

— Постой, это же…

— Да, то место называют заброшенным городом. Ты там бывал?

— Там был мой дом…

— Оу… если хочешь рассказать о своём прошлом…

— Это уже неважно.

— Как скажешь.

Мы замолчали. Вид новой столицы позволил отогнать неприятные мысли, на место которым, правда, пришли воспоминания о непродолжительной жизни в столице. Город, который имел многовековую историю, переживший многое, был стёрт с лица земли внезапно возникшими горами в считанные дни.

— Ты ведь хорошо знал это место раньше? — прервал молчание Линь. — Расскажешь, что было вместо западного моря?

— Ничего необычного: холмы, леса, болота…

— Наши учёные, которые интересовались его происхождением, сказали, что огромный пласт почвы ушёл на дно, которое образовалось в ходе возникновения гор. По этой же причине материк, на котором мы живём сейчас, почти полностью отличается от того, что был раньше. Где одно возвысилось до небес, другое ушло на дно.

— А по мне так кто-то просто смял одеяло.

— Константин Кейн, историк, утверждает, что это было результатом деятельности Владыки Тьмы.

— Стоп, Константин? — с хрустом в шее я обернулся на Линя.

— Ты его знаешь?

— Брат Фрэнсиса…

— Получается, ты и с ним знаком.

— Пока что только к моему сожалению.

— Я так понимаю, вы не ладили.

— Ещё бы, по вине этого хрена и его братьев случилась война.

— Что-что?

— Константин, Фрэнсис и Раммонуил — эта троица стояла за многими бедами.

— Раммонуил? — теперь окончательно недоумевал Линь.

— Да, по какой-то причине он стал Владыкой Тьмы и устроил этот ад, после чего пытался залечь на дно. Очищение мира, так он это называл… видимо, пытаясь отомстить ему, мы подвигли Фрэнсиса на предательство.

— Так или иначе, на данный момент и Фрэнсис, и Константин являются важными людьми в империи.

— Да, что-то и спустя века не меняется, — я улыбнулся.

Может для людей эти двое и сделали многое, но прошлые прегрешения всё ещё в памяти. Не беспокойся, Фрэнсис, я до тебя доберусь…

* * *

Спустя, наверное, минут пятнадцать машина остановилась. Это был тот самый квартал из небоскрёбов, на который указывал Линь. Мы подъехали к одной из высоток. В округе на удивление было тихо. Пользуясь этим, мы с Линем быстро покинули машину и вошли в здание. Не сказал бы, что холл выглядел как-то роскошно, но всё равно чувствовалось в нём нечто дорогое. Здесь явно живут не простые работяги. Удивило отсутствие кого-то вроде консьержа на посту, с другой стороны это было явно нам на руку. Я прошёлся по помещению вслед за Линем, который уже шерудил по рукавам, после чего с довольной улыбкой достал ключ-карту. Проходя мимо зеркал, я не упустил возможность взглянуть на себя (и почему эта мысль не пришла раньше?):

— Ух ты бл…

Ещё никогда я не чувствовал себя настолько ущербно: серая огрубевшая и покрытая плотной пыльной коркой кожа, чересчур длинные и спутавшиеся волосы, жидкая бородка (как она вообще отросла?) и ногти, больше напоминавшие когти. Про одежду и вовсе молчу. Странно, почему я раньше не заметил, что был в серой почти рассыпавшейся в прах рясе, в которой обычно хоронят покойников. Ей-богу, я больше похож не на вампира, героя прошлого, а не девочку, выползавшую из телевизора, чтобы задушить кого-нибудь…

— Давай поторопимся, — с улыбкой произнёс Линь, указывая на лифт.

— Я надеюсь, тут нет камер?

— Переживаешь за психику охраны?

— Не хочу стать новым персонажем крипипасты.

— И без тебя в избытке, — усмехнулся Линь, вызвав лифт. — Сейчас приведём тебя в порядок, а завтра по магазинам!

Вот смотрю на него и думаю, клоун он или же гений. То умные вещи говорит, то ведёт себя как чудак. Даже жутко. Это как с теми самыми весельчаками, которые строят из себя несерьёзных таких, а потом ты видишь, как они с абсолютно холодной миной ломают кому-то лицо. С другой стороны сейчас вместе с Линем в лифте едет тот, кто некогда нагонял ужас одним лишь своим именем. Возможно, он очень уверен в своих силах (не думаю, что какого-то слабака или идиота назначили бы на пост директора по отделу борьбы со всякой потусторонней пакостью) либо просто отличный дипломат, потому что за всё время, проведённое с ним ещё не возникало желания скрутить его в баранку. Но с учётом моих сил на данный момент, в баранку скорее скрутят меня. Мы приехали на тринадцатый этаж.

— Какое-то время мы поживём здесь, — открывая дверь квартиры, начал Линь. — Ванна чуть дальше по коридору, одежду и бельё принесу чуть позже.

Я осмотрелся в поисках хоть чего-то примечательно, однако квартира оказалась слишком, просто слишком непримечательной: какие-то папки на столе, графин с чем-то чёрным, видимо кофе, зачем-то оставленный на плите, и чистая белая рубашка, небрежно брошенная на диван из коричневой кожи. Посмотрев на коридор, заметил три комнаты.

— Самая дальняя душевая, — Линь прошёлся по гостиной, захватил рубашку и скрылся в одной из комнат.

Ну, точно квартира госслужащего. Интересно, а сейф с невероятно важными документами у него есть? Впрочем, нет смысла думать об этом, пока я выгляжу как оживший труп. С другой стороны это даже забавно — чувствую себя действительно чудищем из крипипасты, осталось только дождаться, пока Линь уснёт, чтобы начать его пугать.

— А потом я отхвачу в лицо…

Ванная комната тоже ничем не выделялась. Вот тут уже действительно вопрос жизни и смерти, он сам убирается или же к нему уборщица заглядывает, потому что, смотря на то, как он обжил весь угол, поселился он здесь ну минимум месяц назад.

— Ты чего? — Линь зашёл ко мне.

— Кран как открывается?

— …

— …

— …

— А вот в наше время, — уж было начал я.

— На кнопку нажимаешь, а там вверх или вниз зажимай, чтобы уровень температуры настроить.

— Гениально…

— Я сам поначалу не понимал, новостройки, как-никак, — Линь пожал плечами, после чего повесил на крючок полотенце и направился к выходу.

— Сколько ты тут уже живёшь? — вопрос жизни и смерти, знаю

— Около месяца, а что? Я пошутил что ли?

— Да так, проверял сноровку.

— Одежду чуть позже дам, дверь не закрывай.

А ведь, правда, навыки могут забываться быстро, а такое умение, как определение разных фактов по обстановке или следам штука важная, я бы даже сказал, что жизненно необходимая, особенно сейчас.

— Наконец приведу себя в порядок, Боже, — рассматривая своё лицо в зеркале (хотя я бы с трудом его так назвал) я уже прикидывал, сколько времени уйдёт на возвращение былой живости.

Хотя во времена борьбы с Владыкой Тьмы я всегда носил шлем, снимая лишь в тех случаях, когда пил кровь. И ведь даже Гарван не видел моего лица…

— А Фрэнсис вообще меня узнал тогда?

Вампиры, конечно, способны различать энергетику других, но пока не увидят лица, точно не скажут. Да и после инцидента в столице моя аура сменилась, так что возможно для всех я действительно мёртв.

— Стоп…

А в саркофаге я валялся без брони и шлема, да и голову мне тогда снесли… С другой стороны если саркофаг смог распечатать Линь, значит и запечатывали его люди. Магия это конечно круто, но она сильно отличается от тех колдунств, которые могут творить вампиры, так что не думаю, что кто-то из старых знакомых мог меня узнать или вообще присутствовать при запечатывании.

— Они показали метод, а люди научились…

Звучит всё правдоподобно, во всяком случае в их стиле, а если так, то можно не переживать и уже наконец спокойно принять душ.

— Но а если всё-таки узнают? — даже нежась под теплыми струями воды, гнетущие мысли не покидали меня.

Если они узнают сейчас, значит мне конец. Пока что я слаб, пока что нахожусь в совершенно новом, неизученном мире. Раз уж Линь знает про Фрэнсиса, значит тот живее всех живых, как бы иронично это не звучало. Что до остальных? Люди не так страшны, многие по природе своей уже могли и позабыть обо мне, а те, что не застали меня, максимум из каких-нибудь старых баек слышали что-то. Другие вампиры? Если вскроется история с саркофагом, то конец, но не думаю, что Линь может быть таким опрометчивым (всё же я верю ему, пусть это пока и вынужденная мера, в любом случае он не источает угрозы и может оказаться действительно полезным). И всё же именно Фрэнсис точит на меня зуб. А если меня и не узнают в ближайшее время, то узнают потом, рано или поздно. Значит надо экстренно возвращать свои силы и навыки, а ещё меня интересует, где же моё снаряжение. Ладно, броня дело наживное, а вот меч вернуть надо бы.

— Нужно больше power! — вспомнил я мем из прошлого.

Нужно вернуть свой Ямато, ведь в нём находилась часть моей силы. Такая же ситуация с пистолетами. Хотя, если в этом мире теперь владычествует магия, то есть ли смысл в огнестреле?

— Одежда на крючке, — бесшумно вошёл в ванну Линь.

— Слушай, а огнестрел у вас есть?

— Запрещён и полностью уничтожен. А почему тебя это интересует?

— Да так, хотел убедиться.

— Ладно, как знаешь.

Значит, без варианта найти им хоть какую-то замену. Ну, с другой стороны здесь есть магия. В какой-то степени пистолет был бы эффективен, но при учёте всех обстоятельств, даже если он и есть, то в мире, построенном на магии, он будет в явном проигрыше. Мда, без вариантов, пистолет это одно, а вот патроны хрен достанешь, проще действительно магией воевать. Тогда надо будет заняться поисками меча.

Однако, его природа такова — он накапливает мою силу, тем самым позволяя повышать свой потолок. Для этих же целей может сгодиться и любое другое оружие, но искать замену как-то неуважительно…

— Эх, тяжело, — грустно выдохнул, вытирая голову.

Одежду, которую принёс Линь, трудно было назвать домашней: чёрные рубашка и брюки, но я рад сейчас всему, что лучше оборванной серой тряпки. Покосившись на робу, в голове всплыл вопрос — как в ней не завелось живности за время моего сна? Но теперь это неважно.

— Да, волосы почти до пола, — констатировал Линь, держа в руках ножницы.

Сам он успел переодеться в такие же чёрные брюки и белую рубашку, а длинные чёрные волосы завязал в хвост.

— Ты меня остричь вздумал? — скрестил я руки на груди.

— А что, хочешь пыль с пола подметать?

— Вот же чёрт, — бессильно выдохнул, садясь на стул.

— Сам же с отвращением смотрел на свой внешний вид, — ловко орудуя ножницами и расчёской, говорил Линь.

— Знаешь, когда малознакомый человек держит в руках ножницы перед тобой, становится немного не по себе.

— При всём желании, я бы ими тебя не смог убить.

— И то верно, хотя кто знает, порой и табуреткой неплохо вмазать можно.

— Теперь, думаю, намного лучше, — указывая на большое зеркало в коридоре, произнёс Линь.

— Пожалуй, ты прав.

Теперь волосы по плечи, как и раньше. Ещё немного и точно буду как человек выглядеть.

— Вот, держи, — Линь кинул мне пакет с кровью.

— Откуда столько?

— Ты же мой сын, значит, и кровь у нас одна должна быть.

— Ну, точно, безумный гений, — пробурчал я, вцепившись клыками в пакет.

Когда мы окончательно закончили с моим очеловечением, за окном уже сияли первые лучи солнца. Не мысля ни о каком ужине, оба отправились спать. Нет, в целом, сон для моего тела не столь важен, однако мозгу просто было жизненно необходимо расслабиться и окунуться в сладкое царство Морфея. Да и запас крови лучше не тратить на бессмысленные затеи. Не переодеваясь, упал на кровать.

— Господи, как же это прекрасно! — после ста лет лежания в саркофаге самая простая кровать казалась вершиной блаженства.

Лучи солнца постепенно захватывали потолок, яростно искореняя тьму, некогда властвующую в комнате. Своим победоносным маршем лучи отвоёвывали всё больше и больше территории, а когда уже добрались до стены, я отключился.

III

Что же произошло? А, точно, я воскрес. Столько всего. Мозгу тяжело. Почему же я всё ещё что-то чувствую? Такова моя природа? И почему именно я? Может, он решил воскресить меня, потому что я чувствую? Я ведь похож на человека? Я ведь чувствую, значит, я — человек? Я же не монстр, так?..

* * *

Медленно открыл глаза. Вижу белый потолок. Сколько я спал? А спал ли? Хочется пить. Мысли слились в единую кашу, чувство, будто всю ночь пил не просыхая.

— А который час? — зевнул, поправил волосы и пошкрябал к двери.

Решил оглядеть комнату, словно в последний раз: ничего примечательного, кроме огромного окна во всю стену, за которым открылся вид на оживлённые улицы мегаполиса. Где-то вдалеке неспешно парил один из летающих островов. Он как облака, казался таким близким, но в то же время таким недосягаемым, приятным на ощупь лишь внешне, а внутри пустой.

Я прикоснулся к окну. Казалось, надави немного и сорвёшься вниз, нарушишь нависшую суету будничного дня. Упадёшь, разобьёшься, испугаешь проходившую рядом бабульку, отвлечёшь внимание спешащего по важнющим делам клерка, обречешь на очередной выезд полуживую скорую, сотрудникам которой прилечь хотя бы на час. Но ты не покинешь этот мир, ведь стекло сделано на совесть, ведь никому не нужна лишняя работа. Этот город построен как должно, он функционирует ни больше, ни меньше, чем того требуется. Счастливы ли лица этих людей, которые словно муравьи бегают где-то там, внизу? В какой-то степени да. Если слова Линя правдивы, то день без происшествий можно считать успешным. День, когда ничего не произошло и даже не стремилось произойти. Возможно…

— Куда прёшь?! — раздалось где-то внизу.

Нет, этот день не успешный, для кого-то он уже стал отвратительным. Там, внизу, бабулька чуть не попала под колёса грузовика, спешащего куда-то. Ничтожное событие для мегаполиса, но трагичное для его участников: бабулька пожалуется своему глухому мужу на нынешнее поколение, а тот лишь измученно кивнёт в ответ, водитель же закурит очередную сигарету, причитая товарищу о нерасторопности пенсионеров. И никто не будет вспоминать чего-то большего, чего-то, что было давным-давно. Возможно, та бабулька пережила апокалипсис и если бы не она, то ни этот водитель грузовика, ни его товарищ, ни тот, кто сделал это крепкое стекло, не родились бы. Всё может быть, и это всё было когда-то давно, лишь было…

Из размышлений вырвал звонок в дверь с последующим щелчком замка. Неизвестный голос что-то отрешённо пробубнил, на что получил быстрый ответ моего вчерашнего знакомого.

— Называть ли мне его «Отец»? — что ж, посмотрим.

Дверь закрылась, что было встречено звуком открытия уже в мою спальню. В коридоре стоял Линь с коробкой в руках.

— Доброе утро, — устало улыбнулся работяга. — Проходи в гостиную, сейчас приготовлю завтрак.

— Что в коробке?

— Справки, выписки и прочая макулатура. Бюрократия. Вот, например, — мы проследовали в гостиную, где Линь кинул на стол коробку и распаковал, — тут твоё свидетельство…

Началось долгое перечисление… долгое… нескончаемое…

— Когда успели всё это вернуть?..

— Риторический вопрос? — Линь, покончив с перечислением бумаг, закрыл коробку и с какой-то неприязнью поглядел на них. — Самое сложное в нашем деле, это подтвердить родство.

— А проще путей не нашлось?

— Пусть мы и побочная ветвь, но всё равно принадлежим к правящему роду. Скрыть ещё одного дворянина от общества просто, но не от закона, к тому же мы собрались устроить тебя в Имперскую академию.

— Учёбу учить, — я обречённо вздохнул. — Я сказал что-то смешное?

Линь усмехнулся, прикрыв гримасу рукой:

— Хотел было сказать: «В твоём-то возрасте», — но передумал. Однако я заканчивал Имперскую академию. Хорошее место, много зазнающихся малолеток.

— Намекаешь?

— Просто делюсь воспоминаниями, — Линь открыл холодильник, достав пакет с кровью. — Лови!

— Мне кажется или дворяне тебя недолюбливают?

— Если бы не они, я не стал бы собой. — интересно, он часто улыбается?

Пакет с кровью был быстро выпит. Получив живящую жидкость, по телу разлилось приятное тепло.

— Погляжу, кто-то начал оживать.

— Что делаем сегодня? — я погладил живот. — Хотелось бы увидеть что-то типа обэда.

— Точно, — Линь посмотрел на наручные часы, — уже за полдень. Хочешь пройтись по городу?

* * *

Собрались мы быстро. Пока я примерял ботинки Линя, тот уже вызывал такси. Такое решение он объяснил нежеланием пользоваться лишний раз служебным транспортом (вчерашний же автомобиль он никак не прокомментировал).

— Так как ты сегодня ничего не ел, — сидя в такси, начал Линь, — то мы отправимся в больницу, как раз доделаем оставшиеся документы. Потом пробежимся по магазинам, а там и поедим чего-нибудь. Есть что-нибудь на уме?

Что-то он немного переигрывает с ролью отца…

— А что посоветуешь?

— О, господа, — вмешался южной наружности таксист, — вы слышали об открытии «Томеко-Сити»? Говорят там лучший рамен в городе!

— Благодарю, — равнодушно бросил Линь, продолжая смотреть на меня.

— А давай туда, — предложил я, заметив краем глаза довольную улыбку таксиста.

— Хм, — Линь уже залез в телефон, — а это по пути будет.

Давненько я не держал во рту чего-то съедобного.

* * *

В мелочах познаётся человек. Да, в какой-то степени каждый из нас похож на пазл — мы буквально состоим из мелочей. К такой мелочи можно отнести еду. В отличие от других вампиров, мой род способен различать вкусы, следовательно, и есть человеческую пищу, что является одной из причин, почему другие вампиры нас не любят. Вот только видя это отличие, они замечают лишь его плюсы, каждый раз игнорируя минусы такой «приятной» особенности. Помимо жажды крови, мы можем испытывать и обычный голод, который, правда, влияет только на нашу психику. Хуже — умение различать вкусы: что-то приятное для нас просто прекрасно, а вот что-то невкусное… лучше не упоминать. Это относится и к крови. Пока остальные вампиры пьют всё содержащее эритроциты и прочие ингредиенты человеческого топлива, наслаждаясь каждой капелькой, мы способны ощущать не только её металлический привкус, но и вкус сущности человека. Второе не поддаётся никаким домыслам, это можно только принять и уже после делать личные выводы. Со своим Отцом я это не обсуждал, лишь однажды отметил странную особенность, насколько помню, после поглощения крови какого-то бандита. Впрочем, на вкус крови мог повлиять и образ жизни жертвы, а то и моя собственная ориентация — в ста процентах случаев кровь девушек была вкуснее крови парней. По этой же причине в скором времени я перестал пить кровь всех, кроме девушек. Но что же с Линем? Вкус его крови напоминал терпкое вино, которое я не люблю, но пить можно. Впрочем, что только не слопаешь с голодухи…

* * *

Среда. Два часа дня. Мы стоим в пробке. Куда только все едут? Чувствую, некоторые черты нашей цивилизации будут живы всегда. Однако ехать осталось чуть-чуть.

— Аки, — Линь оторвался от телефона, — сможешь сам сходить к врачу?

— Что-то произошло?

— Появились срочные дела. Я ведь говорил, что помимо должности директора, мне поручили пост лектора в академии?

— Не-е-ет.

— В общем, смотри, — Линь достал из кармана пиджака кошелёк, — вот тебе деньги. Паспорт с собой? Молодец. После врача, сходи по магазинам, обязательно купи себе «новый» телефон, помимо него можешь присмотреть новую одежду. Вот.

Линь протянул мне несколько крупных купюр и маленькую карточку.

— А это для телефона, там только я пока записан. Сразу позвони, хорошо? — переживает как мамочка либо как маньяк, рискующий потерять свою жертву.

Без папки, но с папкой документов подмышкой меня высадили у огромного здания больницы. Линь любезно расписал, что мне делать, на листочке. Что тогда, что сейчас — шляться по больницам не любил, но раз уж надо, значит надо. Однако голову грузит сильно, благо на помощь пришёл легкий осенний ветерок, который приятно обдувал лицо. Даже настроение улучшилось.

Ненадолго. Внутри больницы происходил сущий ад. Бесконечные очереди, вечно сонная барышня на регистратуре, раздражённые собственной жизнью врачи. Не завидую я живым, с такими врачами, и умирать не хочется. Однако очень интересно многие работали. Проходя мимо операционной, увидел, как практиканты использовали магию, чтобы затянуть открытый порез хирурга, который на протяжении всего процесса либо улыбался, как конь, либо смеялся. Смеялся, судя по реакции студентов, громко, хорошо, что шумоизоляция отличная.

Не знаю, повезло мне или нет, но разобрался со всем я быстро, многие врачи просто ставили какие-то подписи, после чего сразу же выгоняли. Только стоматолог посетовал на необходимость использования зубной нити, да окулист порекомендовал осторожнее работать с реагентами, чтобы окончательно не убить глаза (забавно, что красный цвет глаз их не удивил, а вот клыки от греха подальше решил спрятать). И того остался один врач — маго- что-то там, как оториноларинголог, только даже в мыслях не произнести правильно.

— Входите, — ну хоть где-то милое создание — светловолосая девушка, видимо совсем недавно окончившая институт. — Акира, почему решили только сейчас пройти анализ на магический уровень?

— Не было возможности, — устало бухаюсь на кушетку.

Не думал, что настолько вымотаюсь.

— Вы родом из Остова? — девушка удивлённо посмотрела на меня.

— Да.

— Тогда всё понятно… протяните руку.

Руку я протянул. Девушка обхватила её и расстегнула пуговицы на рукаве. Своим нежным пальцем она провела вдоль вены, которая засияла тёмным, а после бордовым светом.

— Хм, занимательно, — её зелёные глаза с интересом исследовали свечение.

— Что это означает?

— У вас двойные характеристики магии…

— Это как?

— Концентрация очень мала, но качество… можно ваше дело?

— Зачем я его вам давал?

— Вот, точно, так и знала! — чувствую себя клоуном, который развеселил молодого врача. — Из-за малокровия у вас низкое содержание магии. А качество… ага, Ди’Вольдхар, так-так… куда собираетесь поступать?

— В Имперскую академию.

— Могут возникнуть проблемы по магической части обучения, а так, если имеете другие значительные таланты, то с поступлением не возникнет проблем.

— И на том спасибо…

— Можно у вас спросить?

— Что именно?

Девушка смутилась и робко произнесла:

— А вашему отцу какие девушки нравятся?

— Явно не блондинки, — поспешил я убраться из кабинета.

Ура, свобода! Счастливый бросился бежать к выходу. А на улице уже наступил вечер. Я осмотрелся: слева, где-то вдали, шли серые офисные здания, оттуда ехало большинство машин, справа же было больше людей, над которыми сияла еле заметная табличка «кино». Пять минут ходьбы, надеюсь магазины там.

* * *

Да, я не прогадал, это был больших габаритов торговый центр, возле которого крутилась вся здешняя молодежь. Вот странно, человек я не самый высокий, но бродя в толпе, всё чаще замечаю, что большинство прохожих ниже меня. Люди за сотню лет решили стоптаться что ли? Впрочем, эта особенность заставила почти каждую девушку оглянуться и посмотреть на меня. Нет, я и раньше привлекал их, может, просто отвык?

— Смотри какой! — Послышалось за спиной.

— Тише, Кассандра! Вдруг он…

Я решил оглянуться. Две девушки, одна светленькая, вторая рыженькая, довольно милые. Заметив мой взгляд, притихли.

— Я же говорила…

Светленькая чуть ткнула рыженькую под бок.

— Вы что-то хотели спросить? — приподнял бровь, посмотрев девушкам прямо в глаза.

А может съесть их?..

— А вы… — обратил внимание на значки на их пиджаках.

— Да, мы имперские студенты и дворянки! — та, что рыженькая, которую называли Кассандра, гордо сложила руки на груди.

Похвастаться грудью, правда, она вряд ли могла.

— А ну, понятно. Тогда удачи вам.

— Эй, постой!

— М?

— А почему ты один?

— А здесь только парочками можно?

Девушки переглянулись и тут же отвернулись.

— Эй, нельзя так общаться с дворянками, ты хоть представляешь…

Я чуть наклонил голову на бок, из-за чего она хрустнула. Впервые.

— Ты…

В итоге шутка от тела заставила девушек поумерить пыл.

— Если вам ничего не надо, то я пошёл.

— Постой, я Кассандра Мей!

— Приятно.

— Тебе ничего не говорит моя фамилия…

Я почесал затылок.

— Ты не местный? — девушка странно посмотрела на меня.

— Типа того.

— А зовут-то как? — в глазах Кассандры читалось какое-то смятение.

— Акира.

— А фамилия?

— Это допрос?

— Ну, ты!..

— Ди…

— Ты из Ди?! — обе девушки округлили глаза. Даже договорить не успел, как понеслись расспросы. — А как так случилось, что ты не жил в столице? А Эрика знаешь? А Сентезу? Ой, а ты не был в академии? А сколько тебе…

— Уж простите, но я спешу.

С этими словами я постарался отвязаться от этих дворянок. Нет, они конечно милые, но меня больше привлекает вид жареной курочки, да и телефон надо бы купить, не хочется подводить Линя…

— А хочешь, мы тебе покажем центр? — указывая на торговый центр, произнесли девушки.

— Подскажите лучше, где можно телефон купить.

— О, это мы быстро, пойдём!

Кассандра схватила меня за руку и повела в большое здание. Ох, чувствую, я пожалею о том, что обернулся тогда…

IV

Вроде среда, вроде вечер, но народу уж слишком много. У детей что, домашки нет? Вот за это мы гибли сто лет назад? Даже ни одной наклейки «Спасибо деду»…

Я шёл за Кассандрой, которая прямо порхала, ловко перебирая своими белыми ножками, оставив подругу где-то позади:

— Ну, Касси! Я же не успеваю!

— А вот гимнастику не пропускай!

Мы шли мимо множества магазинчиков и отделов, пока не остановились у небольшого, но явно дорогого. Чёрная вывеска с минималистичной надписью, огранённой серебристыми узорами, давала понять, что делают они свою продукцию не для простых людей. Внутри я чётко ощутил запах денег. Огромных денег, которые получает магазин уже за один проданный телефон, а их тут десятки самых разных!

— Странно…

— Дороговато? — улыбаясь, спросила Кассандра.

Характеристики у них у всех довольно средние, да и ценник не столь велик. Вот, самый производительный стоит где-то около двадцатки, в то время как Линь дал мне раз в шесть больше.

— Стоп, — я выпал.

Да ну нет, сто двадцать тысяч? Я думал это так, а тут…

— Это самый дорогой магазин? — по лицу проплыла улыбка.

— Здесь все дворяне закупаются…

— Кхм, понятно…

— Вам что-нибудь…

— Какой у вас самый лучший телефон? — перебил я консультанта.

— А, вот, посмотрите на эту модель. К тому же на неё сейчас действует акция, в подарок идут часы и…

Тридцать штук? А давай!

— Покупаю.

— По номеру счёта или…

— Наличными.

— В расс…

— Сразу, всей суммой.

— Оу, прекрасно, — такое чувство, что консультант впервые обслуживает столь «юного» покупателя.

— Это ведь новая модель! — Выходя из магазина, произнесла Кассандра.

Рядом с ней, словно хвостик, возникла и подруга. Но больше меня поразило не реакция девушек, а то, что точно такой же телефон был у Линя. Мы сели в фудкорте, где я смог окончательно разобраться в этом шайтан-приборе. Удивительно (нет), но эта штука тоже работала на магии. Вместо микросхем в ней содержались магические камни нового поколения, обеспечивающие больший заряд батареи и общую производительность, что было самым интересным — вместо пароля можно было поставить разблокировку по магическому следу! А вот часы были простые, механические.

Карту вставил сразу в телефон, немного покопался в настройках — приложений оказалось немного, но все по делу. Порадовало моментальное подключение к сети, после чего я сразу написал Линю:

— «Купил такой же, как у тебя»

— «Ого! Молодец!»

— «Быстро ты ответил»

— «Собирался уже бить тревогу…»

— «Зачем столько денег дал?»

— «Ни в чём себе не отказывай, сынок!»

— «…»

— «(-_-)»

Покончив с отчётом, перевёл взгляд на новых знакомых.

— Можно тебя звать Аки?

— Можно, — был же Акира, куда сокращать-то…

— Дашь свой номер?..

— Хорошо, слушай…

— Спасибо! — личико Кассандры буквально засветилось.

— Ладненько, девушки, спасибо, что помогли мне…

— Постой!

— М?

— Аки, ты не собираешься поступать в Имперскую академию?

— Собираюсь.

— Значит, это про тебя сегодня говорили преподы!

Кассандра начала перешёптываться с подружкой-хвостиком. Я же осмотрелся по сторонам: на часах уже семь вечера и с каждой минутой людей становилось всё меньше.

— Ты ведь знаешь о том, что поступить очень трудно?

— А где сейчас легко? — я, конечно, верю, что Линь всё уладит, но стоит быть готовым ко всему.

— Хотя, раз уж ты из Ди…

— Ну, Касси, вдруг ему неприятно, — подружка-хвостик снова шикнула на подругу.

— Да ну, мне всё равно. Говорил же, что я из побочной ветви.

— …

— …

— …

— Ясно, — откинул голову назад, забегался. — Мой отец — Линь Синь из рода Ди’Вольдхар, — хех, думаю, звучало убедительно.

— Что?! — девочки подпрыгнули на месте. — Так ты сын самого господина Линя?!

— Ну да, а что…

— Это же автор «Бестиария»! Один из сильнейших магов! — глаза подружки Кассандры пылали. — А ещё один из главных красавчиков Империи!

— Не знал, что он так знаменит…

Вот падла, что мне в такой ситуации говорить?!

— Думаю, ты точно поступишь в академию, Аки, — Кассандра коснулась моей руки и улыбнулась.

— Касси, ну смотри, они ведь действительно похожи! — подруга закрыла лицо Кассандры телефоном.

— Сара, успокойся, это очевидно, он ведь его сын!

Телефон, всё это время спокойно лежавший на столе, зажужжал. Написал Линь, поинтересовался, купил ли я одежду. Ответил как есть, в ответ получил требование сделать фотоотчёт.

— Девушки, не подскажите, где тут приодеться можно?

— Хм, — Кассандра наигранно задумалась, — есть «Коффи», там всё в деловом стиле, ещё…

— «Коффи» — это там? — указал на магазинчик, расположенный не так далеко от нас.

— Да, ты туда хочешь?

— Не думаю, что найду что-то более стоящее.

* * *

И того ещё двадцатку потратил, зато узнал о местном представлении стиля. Поначалу думал остановиться на паре брюк и трёх рубашках, но девочки напомнили, что за окном как бы осень. Забавно, что в своё время я нигде не мог найти длинный пиджак, а тут вот их сколько! Понятно, что купил сразу два: чёрный и белый, под настроение. Про обувь не забыл. Прикинув, что за осенью последует зима, а ходить по сугробам в туфлях будет несколько странно, взял ещё и высокие сапоги. Если уж одеваться, то со вкусом, к тому же денег хватает. Не забыл и про фотоотчёт Линю, который расхвалил мой выбор.

— Кстати, а вы же в форме академии? — действительно, пиджаки девочек заметно выделялись своим видом от тех, что были в магазине.

— Её выдают всем студентам в зависимости от их ранга, — Кассандра указала на свой белый пиджак, — но пока что у всех она одинаковая.

— Почему?

— Ты же на этот год поступаешь? Пока что все первокурсники повторяют основы, что одним даёт возможность лучше подумать над своим выбором, а некоторым запрыгнуть в последний вагон. Потом всех ожидает распределительный экзамен, который из года в год меняется. И вот уже после него в зависимости от результатов выдают форму. Белая — базовая, синяя — первый уровень магии, зелёный — второй, красный — третий. Студенты особого уровня получают индивидуальную форму, которая отвечает их специализации.

— Ого, ты так много знаешь…

— Нам это ещё в самом начале обучения рассказывали, — посмеялась Кассандра.

— И как важно оказаться в топе?

— Для нас, дворян, это вопрос чести и престижа семьи! Чем больше способных детей, тем влиятельнее семья!

— А что до простых обывателей?

— Ты про простолюдинов? Ну, им бы не отчислиться после экзамена, ахах! А чего ты про них спрашиваешь? Есть знакомые среди них?

— Да нет, интересуюсь.

— Скажу по секрету, — Кассандра взяла меня за руку, — чем больше твоё влияние, тем проще тебе продвинуться в академии. Кстати, Аки, не хочешь чего-нибудь выпить, за знакомство?

— Смотря, что предлагаешь.

— Касси, коменда же ругаться будет!

— Ах, милая Сара, ты же хотела успеть на вечерние лекции сэра Николаса!

— Они же в восемь!

Я глянул на часы, левитирующие под потолком торгового центра — 19:43. Подруга Кассандры засуетилась, быстро попрощалась с девушкой и, не сбавляя оборотов, выпорхнула из центра.

— Такое чувство, будто мы здесь совсем одни.

— Пойдём тогда? Я знаю одно хорошее место!

— Что ж, доверяю твоему выбору.

— Вот и супер! — девушка улыбнулась и повела за собой.

* * *

Мы шли в сторону одного из многочисленных парков. По пути заглянули в небольшой магазинчик, взяв по баночке чего-то похожего на кофе. Сам же парк не представлял собой ничего необычного: скамеечки, фонари, деревья, река — всё рукотворное было со вкусом, всё естественное — по-своему прекрасно.

— И часто ты сюда приходишь?

— Только когда нужно побыть одной, — отпив странную смесь, ответила Кассандра.

Подул ветер, слегка растрепав рыжие волосы девушки. Та в свою очередь поправила их, после чего достала из сумочки чёрную коробочку.

— Ты куришь? — виновато спросила она.

— Было дело, — поморщившись, отпил из банки помесь кофе с энергетиком.

— Хочешь? — протянула она сигарету с причудливым рисунком на чёрном фильтре.

— А давай, — улыбнулся в ответ.

Сто лет не курил и даже позабыл об этом. Впрочем, почему не попробовать что-то современное?

— Давай помогу, — девушка хотела протянуть мне зажигалку, однако я её опередил.

Щелчок пальцами, которые сошлись в форме сердца. Над этим сердечком пылал крохотный огонёк. От увиденного девушка выронила сигарету.

— Ты так просто используешь магию стихий?! — широко распахнутые глаза чуть не прожгли во мне дыру.

— А что в этом такого? Простая экономия.

Я закурил сигарету, сладкий дым которой тут же проник в мои лёгкие. Странно, неужели в этом мире сигареты стали лучше? Люди перестали экономить на собственной смерти?

— Ты так спокойно куришь…

— Зачем нервничать?

— Тебе разрешают?

— Не думаю, что… отец против, — чуть не оговорился.

— Мне запрещают… я ведь из рода, который владеет половиной банков в Империи. — Кассандра опустила голову. — У отца много конкурентов, из-за чего он просто помешан на репутации… с самого детства я находилась под гиперконтролем, даже братьям так не доставалось…

— А сейчас?

— Сейчас? — девушка подняла голову. — Живя в общежитие, я могу почувствовать хоть какую-то свободу. Прости, что заговорила об этом…

— Я всё понимаю, — улыбнулся, затушив сигарету и бросив в урну. — Видела, как далеко полетела?

Девушка засмеялась.

— Ты точно с лёгкостью поступишь. Думаю, что даже получишь особый уровень!

— Хах, может быть, может быть…

— Уже девять, — девушка как-то грустно посмотрела сначала на телефон, а потом на небо.

— Пора идти?

— Да, побегу в общежитие, — девушка улыбнулась. — Я тебе напишу, Аки. Жду тебя в академии!

* * *

Ночь опускалась на город. С того берега реки доносился шум автомобилей — все спешили домой в столь поздний час. Сколько же они работают? С виду, этот огромный муравейник ничем не отличался от таких же из прошлого, однако вглядевшись в мелочи, понимаешь, что всё иначе. Мир, построенный на магии, не может быть схож с миром, воздвигнутым с помощью технологий. У всего есть подводные камни, которые в сумме своей разительно изменяют образ жизни людей…

— Алло?

— Акира, ты сейчас где? — на том конце провода звучал уставший голос Линя.

— В парке, недалеко от ТЦ и больницы.

— А, понял. Там недалеко есть остановка, подойди к ней, я скоро тебя заберу.

Чем он был занят? Чем весь день были заняты все эти люди?

Шум машин постепенно стихал. Значит, работяги уже отдыхают. Удивительно, но за всё время я не заметил в парке ни одного прохожего. Странное чувство, вот вроде вокруг кипит жизнь, все куда-то спешат, но здесь, рядом с тобой никого. Ты один в этом хороводе суеты, которую все считают жизнью. И ведь такую жизнь так просто изменить до неузнаваемости…

Ко мне подъехала чёрная машина, совсем не такая, какая была утром. Рабочее авто Линя?

— Я так понимаю, дресс-коду соответствую?

— Сынок, это пальто прекрасно! — уставшее лицо Линя засветилось улыбкой. — Не хочешь посетить одно хорошее местечко?

— Ты о «Томеко-Сити»?

— Именно, уже зарезервировал столик.

— Поехали, наконец, поедим, — нарочито взялся за живот.

— Ты курил?

— Знакомился с местными.

— Ого, и с кем? Табак-то не дешёвый слышится.

Я кивнул в сторону водителя:

— Не переживай, все свои, — отмахнулся Линь.

— Кассандра Мей.

— ОГО! Ты как её охмурил?

— Скорее она выхватила меня из толпы.

— А ты неплох, — Линь хлопнул меня по плечу. — Ещё и узнал её секрет!

— Это считается чем-то зазорным?

— Курение среди женщин осуждается, — ухмыльнулся Линь, — но не переживай, секрет твоей подружки я сохраню.

— Слушай, может, лучше расскажешь, на кой ты мне столько денег отсыпал? Не хочу потом в долгу оставаться.

— Сынок, для тебя не жалко.

— Ладно. Расскажешь про срочные дела?

— Ничего интересного, — отмахнулся Линь, — сначала заехал в академию, потом на работу, а оттуда в поместье Ди’Леонард.

— Поместье?..

— Как я тебе рассказывал, у императора Андреаса Ди множество потомков, которые разделились на несколько ветвей, имеющих равные права на трон. Раньше было четыре наследника, создавших собственные дома: Роман, Николь, Братслав и Леонард, однако после неудачной попытки переворота ветвь Братслава была уничтожена, а единственного выжившего мальчика забрали на воспитание в дом Романа. Во время переворота потомки Братслава направили удар на дом Леонарада, уничтожив всех, кроме Николаса, Эрика и Брэндона. Дом Леонарда трудно назвать уничтоженным, однако его влияние на данный момент равно нулю.

— И зачем тебе было их посещать?

— В этом поместье я вырос, а Николас стал мне родным братом. Питаю я некоторую ностальгию к этому месту, — вздохнул Линь и отвернулся к окну.

— Мне кажется, я знаю, к чему ты клонишь.

— Я благодарен дому Леонарда. Видел бы ты его раньше! Не было такого дома в Империи, который принимал радушнее и теплее, как это делал искренний род Леонарда. При старике Астре поместье процветало, не то, что сейчас. Не думаю, что утраченное уже возможно вернуть, но возродить жизнь в поместье реально. Думаю, тебе это тоже пойдёт на пользу — Эрик в этом году поступил в академию, возможно, вы даже будете в одной группе. Николас же является одним из преподавателей академии, так что доступ к определённым знаниям тебе будет обеспечен.

— Но что до нашего дела?

— Они ещё сыграют свою роль, поверь мне, сынок, — Линь хитро улыбнулся. — О, да мы уже приехали!

* * *

Что ж, ресторан как ресторан: всё дорого-богато с закосом под какую-то эстетику. На фоне играла спокойная мелодия, а в зале сидели вычурно одетые посетители.

— И ни одного аристократа, — ухмыльнулся Линь.

— По этому месту видно, — разглядывая меню, подтвердил я.

Заведение будто кричало: «Примем всех! Обслужим, как в высшем свете!». Оно даёт возможность простолюдинам прикоснуться к жизни дворянства, но делает это так, будто смеётся.

— Знаешь, я нарыл информацию на это заведение, — отложив меню, произнёс Линь, — его соучредителем является отец твой новой знакомой. Рауль Мей похоже отмывает таким образом деньги.

— Как так?

— Думаешь, человек, в чьих руках половина всех денег Империи, будет честно располагать ими? — Линь ухмыльнулся, и от его улыбки стало не по себе. — Однако пока он не несёт опасности, да и людей всё более чем устраивает.

И, правда, всё время, пока мы сидели и ожидали заказ, нас то и дело разглядывали посетители, а персонал нервно перешёптывался. Кто-то даже сфотографировал.

— Я сегодня услышал, что ты являешься одним из сильнейших магов Империи.

— О, кто такое сказал? — будто удивился Линь.

— Кассандра.

— Хм, приятно, что кто-то так считает.

— Реагируешь так, будто для тебя это бремя.

— В какой-то степени. Думаешь, — прошептал Линь, — почему я недолюбливаю высший свет?

— Да тебя только идиот не посчитает угрозой.

— Как и тебя, не так ли?

— Вот су…

— А вот и ваш заказ, приятного вечера! — официантка принесла заказ, выдавливая вежливость, сквозь волнение.

— Благодарим, — строго бросили мы с Линем, возвращаясь к диалогу.

— Сильных магов в Империи достаточно, чтобы государство могло свободно диктовать свои условия новому миру. Однако такое обилие магов создаёт постоянную угрозу внутреннего конфликта. Думаю, ты уже догадался, что среди вечно враждующих потомков Императора таких хватает. Лучший выход на них в данный момент — академия. Там ты не только освоишься, но и научишься противостоять столь могущественным противникам. Поверь, магия не стояла на месте все эти годы.

— Верю, верю, но только ли в магах проблема?

— Пока вампиры себя никак не проявляют, разве что…

— Разве что?

— М, а рамен у них, правда, отменный! — Линь довольно улыбнулся, ловко орудуя палочками.

— Линь…

— В районе порта всё чаще фиксируют случаи нападения диких вампиров. В руинах тем временем замечено скопление тёмной энергии. Количество нападений нечисти на гражданских в бытовых условиях снижается. Однако, уровень опасности высокий.

— О чём это говорит?

— О том, что у нас будет очень много работы.

— У нас?

— А ты что хотел? Практику никто не отменял. Или ты хочешь уйти на технические направления?

— Кстати об академии, что нового?

— Думаю, твоё знакомство с Кассандрой сыграет на руку. Она ведь уже знает о том, что ты собираешься поступать?

— Да, как и о том, что ты мой отец.

— Супер! Переполох среди учеников склонит на твою сторону педсовет.

— Ещё она упомянула о каком-то отборочном экзамене.

— А вот для него, сынок, практика тебе и понадобиться!

— Только не говори, что и тут ты уже всё знаешь…

— Хех, знаю, — Линь показал мне язык, скорчив ехидную гримасу, после чего вновь сделался серьёзным. — Но пока рассказывать не буду. Однако можешь расслабиться, магия тебе не понадобиться. А сам экзамен будет послезавтра, в пятницу.

— Чего?!

— Но это секрет, — и снова эта ехидная улыбка.

— И что будем делать…

— Я уже всё уладил, завтра у нас будет насыщенный день, — Линь отложил миску в сторону и взял в руки барное меню. — Хм, может, по бокальчику?

V

Да-да, по бокальчику. Помните, если кто-то предлагает чуть-чуть пригубить, то это означает выпить так, чтобы завтра не встать. В такие моменты я очень рад тому, что больше не являюсь человеком. Да, опьянеть могу, но ненадолго, а главное, проснуться без похмелья. Однако это утро выдалось тяжёлым. И не только потому, что я вновь ощутил Голод.

На часах было шесть утра, солнце вяло поднималось из-за гор, а на улицах было по-прежнему тихо, лишь редкие машины нарушали царивший покой. Однако что-то беспокойное было в этой тишине. Пройдя в зал, совмещённый с кухней, я застал Линя, который принимал завтрак истинного джентльмена: сигарета и кофе.

— Ну как, по бокальчику? — съязвил я, распахнув холодильник. — А где?

Линь закатал рукав рубашки, протянув мне руку.

— Хех, похмельный супчик получается, — впившись в руку, процедил я.

Правда, похмельный. Нотки вчерашнего вина присутствовали.

— Удивительна твоя природа, — наконец, произнёс Линь. — После укуса рана сама затягивается.

— В следующий раз без регенерации будет, — поязвил и хватит, время выпить кофе. — Чего убитый такой?

— Планы немного изменились, — Линь затушил сигарету. — В порту нашли труп дворянки, видимо дело рук упырей.

— Дворянки?

— Да, старшекурсницы из академии. Следствие утверждает, что она вместе со своим спутником отправилась на охоту, чтобы добыть какие-то реагенты.

— А мы-то причём?

— Дело неординарное, требуют помощь более опытных специалистов.

— А я тут причём?

— А тебе практику проходить. Только не говори, что не выспался.

— Бл…

— Приключение на двадцать минут. Силовики боятся, что на одном из складов могут находиться несколько упырей и спутник пострадавшей. Ещё живой спутник.

— Понял. Хочешь, чтобы я разобрался.

— Правильно мыслишь. Мне силы ещё нужны — лекции читать сложнее, чем ломать кости нечисти.

— Когда выдвигаемся?

— Через пятнадцать минут подъедет машина. Собирайся пока, после дела отправимся сразу в академию.

— Так быстро…

— С меня должок.

— Тогда я быстро!

* * *

Как-то уж всё слишком быстро развивается. Да и чем мне сражаться с нечистью? Пусть это и обычные упыри (надеюсь те же, что и лет сто назад), однако не голыми же руками их ломать? Есть вариант использовать магию, но смогу ли я? Сжечь-то смогу, но вдруг и они обладают магией? Было бы всё проще, будь рядом мой меч…

— А что если…

Ноготь на указательном пальце огрубел, превратившись в подобие когтя, которым я провёл вдоль вены. Процедура неприятная, но познавательная — ранее из своей крови я мог создавать пули, так может и клинок получится сделать? Конечно, он не будет сильнее стального, но это всяко лучше, чем ничего.

— Мда, — глядя на то, как кровь флегматично стекала на пол ванны, цыкнул я.

Эксперимент, видимо, неудачный. Что ж, значит, будет работать по ситуации. Покончив с приготовлениями, я вышел из ванны.

* * *

Машина неслась по пустым улицам ещё спящего мегаполиса. Легкий осенний туман покрывал землю, а с неба изредка падали мелкие капли дождя. Ехали мы молча. Водитель видимо тоже вчера решил опрокинуть бокальчик.

— Акира, это тебе, — нарушил молчание Линь, протянув пачку сигарет.

— Задабриваешь?

— Они зачарованы.

— Что-что?

— Одна такая сигарета способна привести в тонус все твои магические ресурсы.

В этом мире курение имеет приятные плюсы?!

— Господин Линь, мы на месте.

Я посмотрел в окно — портовый район. Несколько полицейских машин с выключенными мигалками, карета скорой помощи и несколько рабочих, что-то громко выясняющих с сотрудником полиции.

— Давай разберёмся поскорее, пока телевизионщики не пронюхали, — произнёс Линь, когда мы вышли из машины.

— Господин Линь! — прокричал сотрудник полиции, который что-то выяснял с рабочими.

— Ох, Леон, не думал, что подобное выпадет на твою смену, — сочувствующе вздохнул Линь.

— Знаю, несколько цинично, но, наконец, достойное дело, господин, — прошептал полицейский. — А кто это с вами?

— Знакомься, Леон, это мой сын — Акира.

— Приветствую, — осматривая район, произнёс я.

— Он нам поможет?

— Именно.

— Я немного осмотрюсь, — что-то здесь не так.

— А, конечно, действуй, как считаешь нужным, сынок.

Линь остался что-то обсуждать с Леоном, я же направился к карете скорой помощи, в которую меня без проблем впустили (на удивление).

— У, ей не позавидуешь, — глядя на переломанное и обескровленное тело, произнёс я.

— Вот куда молодых вечно тянет, — пожилой врач постоянно потирал потливый лоб, задавая этот риторический вопрос.

А ведь странно, как так студентку Имперской академии смогли порешить? На кушетке она лежала в одной окровавленной рубашке.

— А где её пиджак?

Врач, молча, кивнул куда-то в сторону. В углу лежал белый пиджак с эмблемой, на которой был выбит крест. Совсем другая эмблема, в отличие от той, которую я видел у Кассандры. Может, это эмблема факультета? Да и она искала реагенты, может, целители? Тогда вполне понятно, почему её одолели. Вот только зачем упыри её сломали? Можно же было просто обескровить…

Я вышел из кареты и направился в сторону складов. Минуя зевак из состава местных работяг, нашёл оцепленную территорию. Видимо здесь, на перекрёстке её и убили.

— Очень странно, — никак не пойму, что за энергетика такая?

Я знаю энергетику упырей, знаю энергетику людей, теперь даже знаю энергетику магов, но эта совсем иная. Может эта и не принадлежащая чему-то конкретному…

Я закурил. Вчерашняя сигарета сильно отличалась от этой. А дым…

— Ого!

Дым окрасился, приобрёл чуть различимый синий оттенок. Я осмотрелся. Все склады были заперты, но лишь на одном был неправильный замок. Почему неправильный? Не знаю. Что-то на уровне интуиции. Подходя ближе к замку, дым становился насыщеннее, приобретал явный синий оттенок.

— Ну, точно, — я ухмыльнулся, когда моя рука прошла сквозь замок. — Какие-то иллюзии!

Я и раньше сталкивался с иллюзиями, но чтобы с такими мелкими… А тот, кто наложил это заклятие, явно не глуп. Внутри было темно, тихо и сыро. Так и было бы темно, тихо и сыро, если бы не синий дым.

— Что за чертовщина, — я протянул руку вперёд.

Изображение мрачного склада дрожало, подёргивалось. Дотронувшись до него, я почувствовал что-то схожее с пластиковым пакетом. Это что-то было хрупким.

— Пламя…

Из руки вырвался сгусток огня, который сразу утонул в этой иллюзии.

— А, вот как, — я сделал шаг вперёд.

И снова это чувство, что-то необъяснимое поглотило меня. Граница между иллюзией и реальностью, тонкая, но кажущаяся бесконечной. За ней меня ожидало то, чего я не мог представить.

Посреди склада сидел парень в тёмно-синем пиджаке, вокруг три горстки пепла. Парень закрывал лицо руками и что-то шептал.

— Эй, ты в порядке?

— Кто здесь?! Мария?! Я не хотел этого!

— Понятно, поехал крышей.

Парень взглянул на меня, и зрачки его алых глаз расширились.

— Ты пришёл меня убить?!

— О, кажется, я понял, что ты тут делал, — оскалился.

Давно я не встречал обращённых, а тут ещё и маг первого уровня.

— Я же хотел стать достойным! — закричал парень, ударив когтистой рукой по полу.

Из его глаз полились кровавые слёзы. Безумец.

— Дворяне, гнусные лицемеры, так тяжело смотреть на счастье простых людей?! — в порыве бешенства парень ринулся на меня.

Что ж, тут всё просто, его нужно сломать.

— Что вы наговорили Марии?! — Парень раскрыл полный клыков рот.

Когда он занёс лапу и приблизился на достаточное расстояние, я сделал шаг в сторону, увернулся от удара и контратаковал. Моя ладонь вонзилась в мягкое тело недавно обращённого вампира.

— Почему так произошло? — хрипел безумец. — Будь я сильнее, Мария была бы жива? Были бы мы счастливы?..

— Гори…

Вонзённая ладонь вспыхнула, прожигая безумца изнутри. Издав последний нечленораздельный хрип, монстр, бывший некогда человеком, упал на холодный бетонный пол. Вместе с ним, была уничтожена и иллюзия, покрывшая склад.

— Ого, отличная работа, сынок, — похлопал в ладоши Линь.

— Давно понял, в чём дело?

— Ты почувствовал странную энергетику — заклятие иллюзии, и при помощи дыма смог найти источник. — Линь изменился в лице. — А ещё смог найти истинного убийцу дворянки.

— Ты слышал его речь?

— Да. Жалко парнишку, но он сам виноват и понёс наказание. — Линь присел рядом с телом. — Я имел удовольствие пообщаться с ним лично. Странный парень, одержимый силой. Простолюдин, сумевший достичь первого уровня, который, однако, стал его потолком.

— А что до девушки?

— Обычная шлюха. Запудрила парню мозг, вот тот и поплыл кукухой.

— Вопрос: зачем?

— Почём знает? — пожал плечами Линь. — Может просто хотела завести послушного пёсика, а может и действительно любила. Этого мы теперь не узнаем. Что ж, в полицию и в академию? — Линь хлопнул меня по плечу.

* * *

С заполнением протоколов разобрались быстро, после чего поехали в академию. Утренняя ситуация почти забылась, что насторожило меня. Линю было будто всё равно, что погибли те, кому он ещё недавно читал лекции. Но больше беспокоило собственное безразличие. Неужели за столько битв я охладел ко всему? Ведь у этих двоих была собственная история, трагичная история. А что сделал я? Даже в последние мгновения жизни этого несчастного молчал, без каких либо эмоций убил его. А ведь мы могли бы даже подружиться, ведь он являлся студентом академии, таким же студентом, которым сейчас стану я…

— Мне кажется, или ты напрасно пытаешься выдавить эмоции? — спокойно произнёс Линь.

— Просто не пойму, в какой момент перестал сочувствовать.

— А есть за что сочувствовать? Они получили то, что заслужили. Дворянка — смерть за свои игры, парень — за глупость. Будь уверен, не умри они здесь, погибли бы при других обстоятельствах. Этот парень ведь настоящий безумец, убил упырей, стал, как они, а следом прикончил свою возлюбленную. Как думаешь, скольких бы он убил, не убей его ты?

— Пожалуй, ты прав.

— Чёрт, господин, снова пробки! — выругался водитель.

— Макс, я понимаю твоё негодование, завтра дам тебе отгул.

— Ну не задержись мы в участке…

Пока Линь оказывал сеанс психотерапии водителю, я решил заглянуть в телефон. Странно, что я решил проверить его только сейчас.

— Хм, три сообщения, — прошептал я.

Написала Кассандра, сразу поделилась новостью об инциденте в порту. Интересно, имя убийцы безумного студента будет скрыто?

— «Аки, а что если кто-то из простолюдинов тоже решит убить меня????»

— «Думаю, для этого ему понадобятся стальные…»

— «Ну, не выспался что ли???»

— «Попробуй выспаться тут»

— «:(»

— «Сегодня все какие-то все сонные и злые…»

— «…»

— «(-_-)»

Подумал написать, что на борту сонных и злых будет пополнение, но передумал. Зачем лишнюю суету наводить. Кассандра ещё что-то писала, но мне было лень читать, лучше потрачу время с пользой! Например, почитаю, как работают эти странные штуки!

«Портальные переходы — разновидность порталов, позволяющая перемещать из одной точки в другую как одного человека, так и нескольких. Главный плюс этой разновидности — настраиваемость и вместительность, что выгодно в первую очередь при транспортировке больших грузов. Однако у таких порталов есть и существенный ряд минусов: громоздкость и малый радиус перемещения».

Что ж, маловато, но занимательно. Ещё в первую ночь я заметил странные конструкции, похожие на мосты. Как оказалось, это мосты к летающим островам. Однако воспользоваться ими могут только те, кто имеет разрешение. Зачастую, оно уже встроено в карточку паспорта. Казалось, такая простая мера ограничения, а по статистике уменьшает количество преступлений. Ну да, у богатых своровать никак, а с бедных и взять нечего.

Вот так размышляя, я и не заметил, как мы подъехали к одному из телепортов. Процесс длился немного, но для первого раза Линь вновь порекомендовал закрыть глаза. Когда я их снова открыл, то увидел абсолютно иной мир. Прекрасные сады, в которых величественно стояли статуи каких-то деятелей, мощёная дорога, ведущая к вратам Имперской академии, сама академия в разы величественнее выглядящая вблизи, и пики гор, вид на которые раскрывался с этой высоты — интересно, а как отсюда видно город? А простых людей, интересно видно?

Справа от ворот была парковка, на которой мы и остановились. Выйдя на улицу, я удивился — думал, будет ветрено, но силой неведомой магии стоял штиль, который изредка нарушал лёгкий и освежающий ветерок.

— Ну, что, пойдём к директору? — по-отечески улыбаясь, обратился ко мне Линь.

VI

Весь этот остров пропитан магией! Крайне непривычно — кажется, что к чему ни притронься, получишь сильный разряд магией, сравнимый с ударом электричества, когда по незнанию суёшь пальцы в розетку. Однако и к такому со временем привыкаешь. Теперь всё окружающее меня ассоциируется не с лабиринтом из оголённых проводов, а с ночными железнодорожными путями — удивительная смесь волнения с уютом, чего-то родного, но таящего за собой призрачную опасность.

Шли мы тем временем по коридору с высокими потолками. Весь путь я не переставал удивляться тому, как архитекторы совместили готику с викторианским стилем. Видимо, этим сочетанием и обусловлена странная аура уютного дискомфорта. Словно действительно оказался в волшебном и таинственном месте. А, ну да…

Кабинет же директора оказался на удивление простым и непримечательным: книжные полки в количестве много, картины и фотографии не вызывающих интереса, пара кресел у кофейного столика и классический для кабинетов массивный стол, с аккуратно разложенными бумагами. За этим монументальным столом сидел седой и иссохший дед, постоянно поправляющий слезающие очки и что-то внимательно изучающий в ноутбуке.

— Дедушка Аластер! — с улыбкой на лице выдал Линь, вальяжно приближаясь к старику.

— О, хо-хо, Линюшка, хоть что-то радостное сегодня, — сухие губы растянулись в подобие улыбки, которая робко выглядывала из-под седой бороды.

— Вы уже слышали о произошедшем?

— Я знал, что рано или поздно подобное может произойти… Бедные ребятки… Надо было изначально ввести занятия по самообороне и боевой магии на факультетах иллюзий и целительства…

— Ну, полно вам, дедушка, — голос Линя был мягок, видимо, не хотел вырывать старого из раздумий.

— Лишь бы не повторилась двадцатилетняя история…

— Директор Аластер, — Линь сменился в лице, стал на приемлемый градус холоднее, — со мной новенький.

— Кто? — очки вновь сползли с узкого носа старика.

— Акира, мой сын.

— Так, а чего ты раньше не сказал?! — директор встал с кресла, тут же заглянув за спину Линя, встретившись со мной взглядами. — Так-так, малыш Аки…

— Приятно познакомиться, директор, — я кивнул в знак уважения.

Однако старик, будто не слышал моих слов, подошёл и взял за плечи, внимательно изучая своими поблекшими серыми глазами. Хватка у него была сильная. Настораживающее сильная.

— Весь в отца, — заключил директор, довольно сверкая белоснежными зубами. — Родись вы с Линем дамами, точно стали бы первыми красавицами Империи. Нельзя вам воевать, нельзя такую чистоту пятнать кровью, а ту, что имеете, поскорее смывайте… Ну, я заговорился чего-то, — старик ослабил хватку. — Аки, ты ведь хочешь поступить? Хочешь проверить себя?

Я кивнул.

— Линь, наверно, успел напугать тебя вступительными тестами? Так ты не бойся, в этом году их не будет, в этот раз мы отбираем по умениям. Этот год — год милосердия и сострадания, как объявил Император, поэтому мы позволяем поступить многим, независимо от их происхождения, были бы способности…

— Директор, может ближе к сути, — Линь указал на часы, висевшие над дверью.

— Ах, да, точно, — старик тихо посмеялся. — Аки, хоть я и благосклонен к тебе, как к сыну моего крестника — Линь Синя, но поблажек давать не буду. Ты последний, кто стал студентом в этом году. Завтра всех поступивших ожидает отборочное испытание, по итогам которого каждого определят на подходящее ему направление.

— О, время, — оборвал директора Линь, быстро покинув кабинет.

— Ты же к целителям? Объяви им о том, что скоро начнутся курсы по самозащите! — крикнул вслед уходящему директор. — Занятой у тебя отец, ты прости, что нагружаю его работой…

— Всё хорошо, господин…

— Можешь просто дедушка, — улыбнулся старик, приглашая меня присесть у окна.

* * *

Директор Аластер Ди — глава ветви Романа, второго сына императора. Некогда сильнейший маг Империи теперь был похож на обычного старика, чья жизнь медленно и неумолимо шла к закату. Он считался чертовски спорной личностью благодаря одной своей способности — умению обставить всё так, чтобы каждый остался доволен. Так он и совмещал природный альтруизм с тягой укрепить положение своего рода.

— Я сразу заметил талант в твоём отце, — рассказывал директор, глядя в окно, — да, пусть он и рос в другом клане, пусть и был потомком самого Вольдхара…

Взгляд директора остановился на статуе героя прошлого, гордо возвышающейся в своём одиночестве во внутреннем дворе академии.

— …многие и по сей день спрашивают, зачем я помогаю ему — это дань уважения прошлому, настоящему и будущему. Потомок Спасителя получил устойчивую опору, на которой построил не только свою жизнь, но и жизнь современную. Это ведь он сделал огромный вклад в то, чтобы остановить тот переворот двадцать лет назад. Да, в какой-то степени с ним поступили нечестно, отправив в ту ссылку, но теперь — то он вернулся. И не один…

Старик вновь поправил очки, после чего продолжил:

— Наверно, тяжело, когда мотаешься с места на место без возможности строить собственную судьбу? Я слышал, что это ты обезвредил обезумевшего студента, это ведь так?

— Да.

— Нелегко было?

— Да…

— Ты всё ещё пытаешься принять этот факт?

— Можно и так сказать.

Чёрт, что ему отвечать-то?! Линь, скотина ты патлатая, успел смыться!

— Вскоре ты привыкнешь, — в голосе слышались отзвуки той давно забытой теплоты. — Трудно поверить, но когда-то я это же говорил твоему отцу. Но ты наверно устал от речей старого человека, не хочешь посетить лекцию? Думал, что не стоит сейчас удивлять учеников, но с ними тебе должно быть проще, учитывая, что ожидает всех завтра.

— Вы правы, директор, но почему же вы так абстрактно говорите об испытании?

— Это совершенно новое испытание, в котором все должны быть в равных условиях, а предупреждён, значит, что? Вооружён! — что-то озорное промелькнуло в этом старом человеке. — Но о деталях скоро должен рассказать наставник твоей группы. Я провожу тебя, пойдём.

И всё-таки старик двигался хорошо, пусть сначала это и казалось безумным. Похоже, что магия действительно способна уравнять людей с теми, кто многие века доминировал над ними — вампирами. Но любое равенство легко нарушить. Если вампиры с годами становятся сильнее и мудрее, то люди теряют свою форму, приближаясь к своему естественному концу. Но именно этот неизбежный конец способен сделать человека сильнее — что ещё терять умирающему? А если терять нечего, то и бояться нечего? И если страха нет, то нет и каких-либо ограничений? Значит, становишься в разы сильнее? Думаю, да. Мы, вампиры, имеем целую вечность, которая никогда не закончится, которую не ценишь лишь, когда имеешь. А если что-то начинает угрожать твоей вечности…

— Вот, Аки, твоя группа до завтра, — проведя в большую аудиторию, объявил директор.

— Директор Аластер! — по-армейски поклонился крепкого телосложения преподаватель.

— Николас, ты же предупредил студентов?

— Мгхм, директор…

— Что ж, пусть тогда представиться, — Аластер обратился ко мне, — Акира, представься.

Я кивнул, подойдя к кафедре, возле которой стоял преподаватель Николас, нервно поглаживающий свою каштановую бороду. Оглядел аудиторию. Как знал, что многих не знал, разве что…

— Аки! — замахала рукой и искренне улыбнулась Кассандра.

После этих слов тухлые глаза студентов посвежели, резко оживились, как выпущенная обратно в пруд рыба. Ну, конечно, дочь влиятельной семьи так радостно приветствует какого-то незнакомца, который ещё и без формы — точно случай небанальный!

— Моё имя уже не раз прозвучало, — начал я, разглядывая каждого, — Акира Ди’Вольдхар, сын Линь Синя Ди’Вольдхара, ваш новый товарищ.

Так и знал, услышав фамилию и ФИО отца, шестерёночки в головах многих начали двигаться, вслед за ними начали двигаться их лица. Кто-то даже полез в телефон. Примечательным оказалось всё это время скучавшее лицо одного рыжего парня с заднего ряда. Если все одновременно залезли в телефоны, то он отдельно, чуть позже, и брови его, бывшие темнее на несколько тонов, чем волосы, заметно приподнялись. Он посмотрел на что-то в телефоне, после на меня, затем что-то начал печатать.

— Надеюсь, — продолжал я, — мы с вами сработаемся. Пусть я не местный и многого не знаю, но приложу все силы, чтобы… чтобы…

Первый ряд. Белоснежные волосы. Ясные голубые глаза.

— Чтобы не отставать от вас и…

Что за чувство? Что это? В висках запульсировало. Голубые глаза, чистое, бесконечное море, я тону…

— …и, возможно, даже стать примером для вас. Согласен…

Это чувство — дежавю, вроде. Нет, это что-то, что было на самом деле. Что-то, что дремало столько лет внутри…

— …мои слова могут показаться смешными, но я не буду исключать и такой вариант. Думаю, на этом всё.

На этом всё. Я отвёл взгляд, который, впрочем, упал на Кассандру. Мне кажется, или до этого она сидела не одна?

— Спасибо, Аки, — поблагодарил директор. — Что ж, можете продолжать занятие.

— Аки, давай ко мне! — позвала Кассандра.

Кивнув вслед уходящему директору, я поспешил занять место. Сел, понятно, с Кассандрой, которая тут же начала заваливать различными вопросами. Вслед за ней и вся остальная часть аудитории активизировалась. Но всех приструнил Николас:

— Повторять не буду! Завтра отборочный экзамен! Что?! — его отвлёк телефонный звонок. — Алло? Заткнись! — выдохнул и сбросил, собираясь с мыслями. — Завтра в девять часов утра все собираются в главном зале академии. При себе иметь спортивную форму! Любые магические атрибуты по возможности оставить дома — иметь на экзамене ЗАПРЕЩЕННО!

— Аки, пройдёмся после занятия? — прошептала Кассандра.

— Да, хорошо.

— Отлично, просто хотела поговорить с тобой…

— На этом всё, — выдохнул Николас и откашлялся. — Все свободны.

Вновь взяв телефон, и, быстро набрав кому-то, поспешил выйти из аудитории. Следом за преподавателем поспешили уйти и студенты.

— Уже пять вечера, как так? — вздохнул я, наконец, достав телефон.

— Пойдём, пока в гардеробе не собралась толпа? — предложила Кассандра, но через мгновение добавила, — Или тебе ещё надо форму получить?

— Сначала надо выйти из аудитории…

— Хей, Акира, — ко мне обратился тот рыжий.

Только сейчас заметил пластырь на его носу, порезали, что ли?

— Нам нужно поговорить, — взял он меня за плечо, указав на уже наблюдающую за нами тьму любопытных глаз. — Обязательно.

— Аки! — сзади раздался недовольный голос Кассандры.

Рыжий уже повёл меня из аудитории. Я же машинально схватил стоящую сзади Кассандру за руку, которая всегда была настолько нежной? И почему я думаю об этом, голод что ли? Вообще-то сейчас стоит проблема возможного спама агрессивных сообщений со стороны Кассандры, а нервы мне ещё нужны… суматоха бл… мозг сейчас отключится…

— Тут людей поменьше, — наконец повернулся на меня рыжий. — А…

— Что? — я приподнял бровь.

— Кхм… — рыжий указал на Кассандру.

Я обернулся.

— Чего?..

Это не Кассандра. Это…

— А как?.. — я чуть отошёл.

Теперь между мной и рыжим стояла хрупкая беловолосая девушка. Та самая, с ясными голубыми глазами…

— Прости-прости! — прошептала она и, не поднимая головы, убежала прочь.

— А…

— Я сам не е…

— А…

— Это Кира, простолюдинка.

— А…

— Эрик, ты чего так быстро удрал! — к нам подбежал высокий (выше меня даже) парень, держащий в руках два портфеля.

— Берт, ты девчонок видел? Они же его были готовы сожрать, а мне потом ещё отчитываться.

— Что происходит-то? — скрестил руки на груди и грозно оглядел парней.

— Дядя Линь попросил сопроводить тебя, заодно познакомиться. Меня зовут Эрик, я тоже из Ди, — рыжий улыбнулся, протягивая мне руку. — А это Бертольд, он из низшего дворянства.

Длинный пожал мне руку:

— Ну, как из низшего, мой отец владеет собственной редакцией и занимается освещением жизни дворян…

— Всё хорошо, — по Бертольду было видно, что такое положение дел являлось самой настоящей больной точкой для него.

— А ты Киру зачем схватил? Она же и так всего боится.

— Машинально, — оглядываясь, ответил я.

— Кстати, Эрик, тебя, похоже, Кассандра прибьёт.

— Чего?

— Ну, ты, считай, у неё из-под рук добычу спёр, — Бертольд тоже начал оглядываться. — Теперь ходи-оглядывайся.

— Тьфу, посмотрим кого прибьют на отборочном! — Эрик ударил себя в грудь. — Зачем спортивную форму несём?

— Не думаю, что мы будем там драться.

— А что вообще может быть? — решил вмешаться, чтобы отогнать мысли об этой Кире.

— Честно, что угодно, — вздохнул Эрик. — Ладно, народу уже меньше, погнали.

Мы вышли на улицу. Про толпы студентов лучше промолчать. Себе дороже об этом думать. Однако на улице было не лучше, пришлось заворачивать в один из садов. Благо хоть там было пусто. Уместившись на одной из скамеек, мы устремили взоры на человеческие массы, бредущие кто куда: одни столпились у портала, другие двинулись в сторону общежитий. Забавно, что большинство было в белых пиджаках.

— Акира, а какой у тебя уровень? — обратился ко мне Бертольд.

— Кому-то это действительно интересно? — проворчал Эрик, закуривая. — Неважен уровень, важно умение.

— Тут ты прав, — согласился с рыжим, достав свою пачку, — в магии я не силён, больше предпочитаю оружие.

— О, прямо как я! — ухмыльнулся Эрик. — Руки куда проще контролировать.

— Шли бы в армию тогда, — Берт поморщился, учуяв табак.

— Семья-то здесь…

— Так ты из-за семьи поступил?

Эрик поднял на меня взгляд:

— Видел зарплаты у государственных охотников на чудовищ? Да на такие деньги я не только поместье восстановлю!

— А ты, Бертольд?

— Многие дворяне хотят, чтобы их чада прославились, стали престижнее их самих, мой отец из таких, — странная улыбка промелькнула у него на лице, — хотя я бы хотел стать обычным поваром. Ну, а ты, Акира, почему запрыгнул в последний вагон?

Что там говорил Линь о моём «прошлом»?

— Хочу стать независимым, иметь все средства и знания для свободной жизни.

— И никакой политики? — спросил Эрик, бросив сигарету в кусты.

— Надо оно мне, — метнул свою сигарету в урну.

— Поддерживаю. Тошно уже от неё.

— Ребят, ну вы же из высшего дворянства…

— Мы???

Бертольд аж поёжился, когда мы выпучили на него глаза. Правда я от того, что ещё не до конца понимал всех масштабов личности Линя, а вот для Эрика это было больной темой.

— Ну… ну ведь…

— Я бомж, — бросил Эрик.

— Я побочка, — отвернулся.

— Над вами хоть не смеются…

— Ну, ты чего заладил, мы как клуб неудачников, — заворчал Эрик. — И вообще, к нам новенький пришёл! Надо это что? А? Не слышу!

— Обмыть? — неуверенно спросил Бертольд.

— Именно! — победоносно выкрикнул рыжий.

— Я сегодня хотел подготовиться…

— ТЫ? — Эрик комично склонился над Бертом.

— Да!

— Хорошо, — обиделся Эрик. — Будем пить без тебя.

— Кхм, — вспоминая вчерашнее «по бокальчику», прокашлялся я.

— А вот у тебя выбора нет, — уверенно заключил рыжий, предвидя мои возможные слова.

— Есть идеи, куда пойти? — спросил в таком случае я.

— «Погребок Стоуна».

* * *

Вскоре мы распрощались с Бертольдом, который как помилованный смертник улетел в сторону общежитий. Сами же дождались, когда разбредётся народ, и после направились к порталу. Честно, до сих пор не понимаю, как эти штуки работают — какие-то можно настроить, а какие-то привязаны к конкретной точке. Вопрос, как дела с автомобильным трафиком?

«Погребок Стоуна» представлял собой двухэтажное здание с кирпичными стенами. Найти его, будучи в старом городе та ещё задачка. Про путь до бара от самой академии упоминать излишне — достаточно сказать, что дойти до туда может лишь завсегдатай.

— Я так понимаю, ты очень любишь это место?

— Да, здесь я вырос.

Я недоумённо посмотрел сначала по сторонам, а после на рыжеволосого спутника.

— Когда поместье сгорело, нас с братом и дядей приютил владелец «Погребка». Так что в этих районах мы жили на протяжении десяти лет, пока не смогли отстроить поместье. Ну, почти отстроить…

Стоя у самих дверей бара, я не мог не отметить этот уют, исходивший от его стен. А может этот уют исходил от всего района? Странное чувство новизны и древности в одном флаконе, что является универсальным средством для появления ассоциаций с родными краями. Однако пусть эти районы и считают старым городом, но для меня они такие же новые, как и те небоскрёбы с летающими островами. Посетить что ли Крепость? Она же сохранилась? Надо бы погуглить…

— Добрый вечер! — радушно поприветствовала девушка в платке, стоящая за барной стойкой и натирающая до блеска пивную кружку.

Людей внутри было мало: несколько подвыпивших старичков и два сотрудника полиции, жадно уплетающих что-то вроде рагу. Эрик с улыбкой поприветствовал старичков, которые уважительно поклонились ему, что-то кинул синим фуражкам, вызвав у них смех, и гордо сел прямо перед девушкой за барной стойкой.

— Миледи, извольте напоить уставшего путника вашим фирменным коктейлем!

— А не желает ли уставший путник достойно поприветствовать свою миледи? — хитро улыбнулась девушка, закончив с кружкой.

Эрик потянулся к девушке, но та легонько ударила его по лбу.

— Эрик, дурашка, не при клиентах же.

— Ну как хочешь, — столько ласки в словах этого забияки.

— Кстати, ты снова курил? — строго посмотрела девушка на рыжего.

— Был повод — завтра отборочный экзамен.

— Ты же пройдёшь?

— Конечно, ведь ты рядом!

— Ну, в случае чего работой я тебя обеспечу, — улыбнулась девушка, потрепав короткие волосы Эрика.

— Куда ж я денусь, — мне кажется, или Эрику не хватает сейчас хвоста? Честно, будь он собакой, явно уже вилял бы им.

— Эрик, лучше скажи, кто это с тобой?

Парень опомнился. Будто только проснувшись, посмотрел сначала на меня, потом на девушку.

— Эрина, знакомься, это Акира, сын Линя, того самого.

— Да помню я дядюшку Линя, — она снова легонько шлёпнула парня по голове. — Ой, а вы и правда с ним так похожи, — удивлённо произнесла Эрина, глядя на меня.

Я пожал плечами.

— Эрина, дорогая, нальёшь нам виски?

— Дорогой, а деньги у тебя есть? — девушка обратно переключилась на парня, вцепившись пальчиками в его щеки.

— Ну, Эрина…

— Ничего, я могу оплатить, — решил вмешаться.

— Да ладно вам, — посмеялась девушка. — Буду я ещё с бедных студентов деньги брать! Может, поедите тогда?

— О, не откажусь, — глаза Эрика заблестели ещё сильнее.

— Благодарю, но я сыт, — сел на высокий барный стул.

А место, правда, неплохое. Не сказал бы, что лучшее в мире, но понял, почему именно такое для Эрика. Удивительно и то, как много его сторон открылось за столь короткое время. В первый раз он выглядел как типичный хулиган, после как уставший от всего человек, а теперь как счастливый ребёнок. То как он смотрит на Эрину трудно описать словами: внешне это всего лишь милый взгляд на любимого человека, в контексте всего дня — взгляд на поистине дорогого человека, а если закрасться в глубины его души, что же ещё откроется?

— А вы хорошая пара, — отпив самый обыкновенный виски, констатировал я.

— Мы с детства знаем друг друга, — улыбаясь, рассказал Эрик.

— Хах, до двенадцати я вообще думала, что он мой старший брат, — смеялась Эрина.

— Получается, ты теперь одна управляешь заведением?

— Почему одна? Иногда это рыжее чудо помогает, а на кухне чаще всего младший брат работает. Жаль ты отказался от ужина, Серас прекрасно готовит.

— Клиентскую базу расширяешь? — ухмыльнулся я.

— А почему нет? В «Погребке Стоуна» и господин Линь был частым гостем. Про его же род молчу, — девушка бросила взгляд на довольно уплетающего рагу Эрика, — мне кажется, они с самого основания были здесь завсегдатаями.

— Передай Серасу спасибо! — Эрик протянул девушке миску.

— Сам бы сходил и передал, всё равно как дома, — девушка убрала миску.

— Не при гостях же, — передразнил Эрик.

— И часто он тут бывает?

— Считай, живёт. Если бы не академия, так и торчал бы тут.

— Ну а что одному в поместье делать? — опрокинув стакан с виски, оправдался рыжий. — Тебя дальше бара не вытянуть, всё время в работе. А так, может, выходной выбью тебе.

— Ага, клиентов выбивать собрался? Лучше бы заводил, налоги-то опять подняли.

— Ну, не злись…

— Дурашка, не могу я на тебя злиться…

— Хи-хи!

— Ну как злиться на умственно отсталых?

— Эрина!

— Ахах, шучу!

— Но, правда, одному невозможно в поместье находиться.

— А как же Моника?

— Она вечно о брате говорит, а сейчас вообще не отлипает от него…

— Ну, видишь, давно бы нашли общий язык, такой же прилипала.

— Акира, вот послушай, что она говорит! Будто совсем не любит меня!

— Значит, без выпивки? Аки, вам что-нибудь налить?

— Ладно вам, — отказался я от протянутой бутылки виски (которая оказалась бурбоном). — Эрик, лучше расскажи о семье, мы же в каком-то смысле братья.

— Верно, что-то я сегодня в себе, — парень почесал затылок.

— Тогда я вас не отвлекаю, — предупредила Эрина и отошла, судя по всему, на кухню.

— Дядюшка же рассказывал тебе о том случае? — наполнив стакан, поинтересовался Эрик.

— Да.

— Линя отправили в ссылку ещё за год до моего рождения. Ну а когда мне исполнился год, наше поместье сгорело… тогда в ссылку отправили и Николаса. Мы с братом остались бы совсем одни, если бы не отец Эрины. Старик был очень добр к нам, стал как отец, даже обучил Брэндона основной военной подготовке. Да что уж там, благодаря нему мы смогли начать отстраивать поместье…

Всё это время Эрик пил и доливал, пил и доливал.

— А потом брат поступил в академию, где встретил Монику, которая почти сразу переехала к нам. В это же время и мы с Эриной поняли, что любим друг друга…

— Сколько же вы вместе?

— Четыре года. Четыре счастливых года. Если бы не она, не знаю, что со мной было бы.

— Трудный этап?

— Да, Брэндона мобилизовали на очередную войну, а в столице началась бойня синдикатов.

— И ты в этом оказался замешан.

— Да. Мы в очередной раз рисковали потерять всё…

— Я понимаю.

— Тебе же тоже нелегко пришлось?

Я рассказал Эрику ту историю, придуманную Линем.

— Нет в этом мире справедливости, — изрядно опьяневший, прокомментировал Эрик. — Не принимаю я этого…

Посетителей уже стало меньше, а за окном было темно. Время протекало незаметно. К концу бутылки Эрик был уже совсем пьян.

— Эта Кассандра…

— М?

— Ты ведь знаком с ней, — к чему он ведёт? — Что ты думаешь о ней?

— Спорный она человек.

— Вот именно! И это меня раздрж… раздж… раздражает! Кого, чёрт его дери, не возьми, все спорные, ну нет чётко плохих! Вот только у таких, как Кассандра есть власть… — Эрик замолк, с минуту помолчал, после чего внезапно спросил, — А о Кире что думаешь?

— О Кире? — и зачем он только напомнил?

Что я о ней думаю? Да не знаю я! Просто…

— …Она мне кое-кого напомнила. Одного человека, который был важен мне…

— Первая любовь?

Первая любовь? Вряд ли. Скорее на всю жизнь…

— Не бери в голову, просто похожа на ту девушку.

— Скромная простолюдинка. Очень хрупкая и тихая. Как думаешь, сможет пройти отборочный?

— Не могу ручаться.

— Возможно ей помогут… Был случай не так давно, она просила меня передать записку одному из старшекурсников — Томасу Фестелю. Да и тот вроде как проявляет к ней что-то. Дворянин и простолюдинка, обратная ситуация, нежели как с теми двумя…

— Ты про случай в порту?

— Да. Все видели, как унижался тот парнишка.

— Жаль его?

— Нет, ведь он сам выбрал такой путь. Ну, а девке той поделом.

— Не жалуешь ты дворян, Эрик, не жалуешь.

— Вот увидишь, завтра я сделаю всё, чтобы урыть этих бл…

— Эрик, ну хватит, ты уже перебрал, — Эрина обняла рыжего и нежно погладила по голове.

— Ну, правда!

— Уже поздно, Эрик, нужно домой.

— Может мы…

— Будут ведь пробки, вы можете опоздать.

— Да, сейчас такси могу вызвать, — вклинился я.

— Не надо, лучше давай пройдёмся!

Эрина посмотрела на меня:

— Аки, можешь проследить за ним, чтобы не буянил?

— Конечно. Что ж, пойдём, выпивоха?

— Тц, ладно! — закусив мундштук сигареты, пробурчал Эрик и встал.

— Только аккуратно, слышишь меня? Никого не бей, — Эрина под руку проводила парня до дверей.

* * *

Слишком тихо. Удивительно. Вроде не в селе, но даже в центре встретить людей редкость, только одну влюблённую парочку, да несколько пьяных компаний встретили. На часах уже было три утра, хорошо хоть спать не хотелось, а следы пьянки как рукой сняло, чего не скажешь про Эрика. Рыжего дворяноненавистника шатало из стороны в сторону, из-за чего его приходилось то и дело придерживать.

— Аки, брат, зачем всё это? — стеклянными глазами смотрел на меня тот.

— Так много пить?

— Нет, дурак, вся эта изматывающая погоня за якобы светлым будущим!

— А мне почём знать?

— Знать…

Эрик остановился.

— Твою ма…

Проблевался. Спасибо стоящей рядом урне. Спасибо дворникам. Святые люди.

— Так-то лучше! — ухмыльнулся пьяница.

— Легче стало?

— Да! А теперь за догоном!

— Не поздновато ли?

— Доверься мне! — с менее стеклянными глазами уверовал Эрик и хлопнул меня по спине. — Вдруг завтра помирать!

— Скорее уж сегодня. Ладно, была не была.

Мы направились в следующее место, а потом в ещё одно. Бог любит троицу, но что насчёт четвёрок? Японцы вот их не жаловали. Судя по всему не зря…

* * *

Тем временем где-то в парке академии…

— Вот такой случай, — сжав ладошками край юбки, закончила свой рассказ Кира.

— Хах, я бы на месте Акиры тоже тебя схватил! — смеялся блондин.

— Томас!

— Извини, вогнал тебя в краску, — дворянин стеснённо почесал затылок.

— Уже поздно, а я тебя тут держу…

— Всё хорошо, у меня завтра свободный день, — Томас улыбнулся, взяв в руки белоснежную прядь волос. — Ты точно выспишься? Завтра ведь экзамен.

— Не стоит об этом переживать, я успею! — бледное личико вновь покраснело.

— Что ж, я тебе верю. Придти поддержать тебя?

— Ты же собирался в библиотеку…

— Значит, приду, — улыбнувшись, парень дотронулся пальцем до холодного носика девушки.

— Правда, не стоит…

— Тебя проводить?

— Что? Не-не-не, я сама могу! Лучше иди отдыхать…

— Ну, хорошо, но я прослежу, чтобы ты вернулась в целости и сохранности!

— Спасибо за встречу, Томас, — девушка поклонилась, встав со скамейки.

— До завтра, Кира, — улыбнулся парень, провожая ту взглядом.

Холода крепчали, а каждый падающий градус отзывался дрожью по хрупкому телу, которое прижало руки к груди. Кира спешно шла в сторону женских общежитий, тщетно пытаясь скрыть улыбку на замёрзшем личике. Однако радость прошедшей встречи быстро сменилась на волнение — уже через несколько часов начнётся отборочный экзамен. Конечно, Кира все эти месяцы усердно училась, готовилась, но даже не мечтала занять место на вершине топа. Ей это ни к чему, она не стремится затмить дворян. Хотя бы целительское направление — что угодно, лишь бы на выходе найти стабильную работу.

— Бабушка, у меня же получится? — держась за вздымающуюся от накатившегося волнения грудь, шептала девушка.

За поворотом показалось здание общежития. Совсем чуть-чуть, ещё немного. Предательски холодный ветер обдул дрожащее личико, которое так устало от холода.

— Ого, Кира, ты ли это? — раздалось сзади.

VII

«Дежавю — это ощущение, будто определенное событие уже случалось, но при этом человек не может вспомнить, когда и как», — именно это и преследует меня изо дня в день. Сплошное дежавю, словно я в каком-то цикле похожих событий. Правда, есть свои отличия — декорации и кондиция. Вчера вот я перебрал. Что мы хоть пили? Куда шли? И где мы вообще?

Разлепил глаза. Потолок с хрустальной люстрой. В голове шум, в ушах звон, в горле Сахара. Давно я так не пил…

— Мальчики, подъём! — эхом в голове раздался женский голос. — Вы же опоздаете!

— Чёрт, ещё минутку, — где-то хрипел Эрик, где-то очень близко.

Я опустил взгляд на пол, где в позе бакугана дрыхло что-то имеющее рыжие волосы. Сам же я лежал на диване, ориентировочно в гостиной. Огромной гостиной. Интерьер, словно мы в чьём-то поместье.

— Мальчики, скорее! Вот вещи! — в гостиную влетела довольно милая девушка.

Невысокая, но с хорошими формами и приятным личиком.

— Аки, скорее буди его, и бегите в академию! Я такси уже вызвала!

— Академию?

— У вас экзамен!

— Который час вообще? — в голове что-то начало проясняться.

— До начала осталось полчаса!

— Чего???

Мне показалось, что глаза сейчас вываляться из орбит. Я тут же вскочил с дивана и пнул под бок рыжего пьяницу.

— Чёрт, за что?! — Эрик распрямился, перевернувшись на спину.

— Эрик, вставай! — девушка подбежала со стаканом воды в руках.

— Э, М-моника? — расклеивая глаза, бормотал парень.

Девушка вылила стакан на лицо Эрика, что заметно помогло. Тот, кажется, тоже всё осознал, быстро подскочив с пола.

— Всё, в прихожей вещи, бегите!

— А дядюшки где? — Эрик покрутил головой.

— Ещё давно уехали!

— Бл!..

— Кхм, пойдём, — я схватил Эрика под руку. — Спасибо, — обратился я к Монике.

— Давайте скорее…

— А душ?..

— Потом, Эрик, потом!

Схватив с тумбочки две сумки, мы вылетели из дверей поместья. За забором уже стояла чёрная машина, явно дорогая. В обычной ситуации я бы начал размышлять, но не сейчас. Бесцеремонно запрыгнув в машину, мы уточнили конечную цель и тронулись. Водитель был молчалив и сосредоточен, что было просто идеально.

— Мы где вообще? — шепнул я рыжему.

— Так это, — Эрик держался за голову, параллельно копаясь в одной из сумок, — в верхнем квартале. Тут вообще-то наше поместье. О, супер!

Вынув бутылку воды, Эрик тут же принялся опустошать её.

— Как мы сюда добрались?

— Не помнишь? Я вот тоже. Сейчас это важно?

— Как мы так налакались…

— Так весело же было, да и пока не сильно опаздываем… ЧЁРТ!!!

Эрик выпучил глаза, включив телефон и заметив десятки пропущенных звонков. Я заглянул в свой — не лучше.

— У тебя-то что? — парень напрягся.

— Сам смотри, — я сунул ему в лицо телефон, на экране которого высветилась куча сообщений от Кассандры.

— Ведёрка нет? Меня сейчас вырвет, — Эрик схватился за рот.

— Мда, не стоило столько пить…

Тем временем мы уже проехали через портал. Вновь перед глазами появились сады академии, за которыми последовала забитая парковка.

— Господа, мы на месте, — уважительно объявил водитель.

Отблагодарив, мы вышли из салона. Стоя под лучами прохладного осеннего солнца, я вздохнул полной грудью. Пора бы заканчивать с эти бесконечным циклом пьянок — запас крови-то не бесконечный. Впрочем, что-то во мне ещё осталось, так что пока живём.

— Хех, ещё двадцать минут у нас есть, — с облегчением выдохнул Эрик, ощупывая карманы.

— Что-то забыл?

— Погоди. Нет. А где? Чёрт…

Рыжий закрыл лицо руками.

— Сигареты забыл.

— У меня есть.

— Фух, — бесцеремонно сцапав подаренную пачку, Эрик улыбнулся. — Ну, могло быть и хуже.

— Пожалуй, ты прав.

— А ничего такие…

— Кстати, а где у нас экзамен?

— А я и не помню.

— Может, спросим?

— У дядюшек — нет, убьют.

— Берта поищем?

— Правильно.

Мы пошли в сторону общаг. По пути Эрик докурил, бросив окурок в сторону недостроенного склада, окружённого деревьями.

— Алло, ну ты где есть? — важничал рыжий, дозвонившись до Бертольда. — Как уже там? Где там? А, в главном зале… точно… Да ну, ты что? Какое пили? Так, по кружечке… А, всё, скоро будем.

— Ну?

— Как слышал, нам в главный зал.

Отлично, пока всё нормально. Только что за странное чувство?

— Ты чего? — Эрик внимательно посмотрел на меня.

— Чувствуешь?

— Что?

Я осмотрелся по сторонам. Точно — окурок, слабый дым дотлевающей сигареты окрасился в синий.

— Там что-то есть, — указал в сторону недостроя.

Не дожидаясь ответа Эрика, направился в сторону дыма. С каждым шагом странное чувство усиливалось. Но почему? Ведь вся академия пропитана магией? Нет, тут явно что-то иное.

— Да погоди ты! — Эрик побежал за мной.

Где-то из гущи деревьев послушались приглушённые звуки. Плач? Нет, скорее мычание на грани отчаяния.

— Слышишь?

Эрик прислушался:

— Слышу.

Мы пошли на звук. Пробрались в самую чащу, за которой оказалось старое, иссохшее дерево, явно выделяющееся среди остальных. Я протянул руку и ощутил что-то мягкое и тёплое. Неужели… Магия спала.

— Кира? — ошарашено выпалил Эрик.

Я опустил взгляд — этим чем-то тёплым оказалась грудь. Чертовски приятная на ощупь… стоп, а Кира-то что вообще здесь делает, ещё и голая? Глаза девушки были красными от слёз, торс покрыт гематомами, на груди шрам, будто прижгли чем-то. Сама она была привязана к дереву, а рот заткнут какой-то тряпкой. Освободив голую и напуганную, мы отвели взгляд.

— Простите…

— Ты… как тут оказалась? — Эрик недоумевал.

— Прости…

— Хорошо, молчу…

— Экзамен, — дрожащим голосом прошептала девушка.

— Через десять минут, — ответил я, открывая сумку. — Вот, надень.

Не оборачиваясь, протянул белую толстовку и шорты.

— С-спасибо…

Мы с Эриком переглянулись. Без слов поняли друг друга — не стоит сейчас вытягивать что-либо из девушки. Кто бы это не сделал, он понесёт наказание, а сейчас стоит поторопиться на экзамен. Мы нисколечко не циники (наверно), но вот так быстро вылететь не хочется.

— Тогда мы пошли, — одновременно произнесли мы и собирались пойти, как Кира легонько взяла нас за рукава.

— П-пожалуйста…

Она будто умоляла глазами не оставлять её.

— Я… я иду с вами, — голос её охрип.

— Вот, выпей, — Эрик отдал ей новую бутылку воды. — Обувь-то есть?

Девушка виновато опустила голову.

— Кхм, ну да… вот, — рыжий протянул ей красные кеды. — Великоваты будут, но всяко лучше, чем босиком.

Девушка снова тихо поблагодарила. Мы дождались, пока она обуется, после чего выдвинулись к зданию академии. Всю дорогу шли молча. Эрик о чём-то думал, и было видно, как уши его становятся даже краснее волос — ещё чуть-чуть и взорвётся от гнева, а Кира еле сдерживала опять подступившие слёзы. Жалко смотреть на неё, но в то же время трудно оторвать взгляд. Чёрт, почему так? Она же всего лишь слабая девчонка, да, похожая на Неё, но не боле. Однако наше молчание прервал чей-то окрик:

— Кира! Ты где была?! — к нам подбежал обеспокоенный парень.

Девушка опустила голову, а парень, осознав бессмысленность криков и расспросов, тихо обнял её. Оказавшись в объятиях блондина, Кира расплакалась.

— Вы что с ней сделали? — с отвращением глянул на нас блондин. — Кира, это они тебя…

— Нет, Томас…

— Ладно, вам повезло, пьянь, — морщась, шипел Томас.

Мы переглянулись. Эрик уже явно был на взводе, но я вовремя положил руку ему на плечо.

— Мы так опоздаем.

— Ладно, — Эрик последний раз глянул на блондина.

Вот и познакомился с этим Томасом — обычный дворяшка, да, смазливый, но в нём даже силы не чувствуется. И нет, магии в нём может и много, но духом явно слаб. Впрочем, не мне думать о нём. У входа в академию мы наткнулись на Линя и Николаса: один выглядел скучающим, второй явно нервничал.

— Вы где шлялись? — завидев нас, Николас скрестил руки, сверля огоньками зелёных осуждающих глаз.

Переглянулись с Эриком, на что Николас поднял бровь и строго произнёс:

— Вы чуть не опоздали.

— Форму хоть не забыли? — Линь внимательно оглядел нас.

— Не забыли.

— Тогда идём, — Линь позвал за собой. — Только не забудьте сдать мобильники.

* * *

— Чёрт, парни, вы где шлялись?! — шикал Бертольд, когда мы подсели рядом.

Эрик что-то сказал ему и начал переводить тему. Я тем временем осматривался — главный зал действительно выглядел главным. Могущественные колоны, словно отлитые из камня, высокий потолок, будто уходящий в небо, огромные витражи с мозаикой, на которых отражалась какая-то история, парящие огоньки. Огоньки медленно двигались под потолком, в своём танце они собирались в самые удивительные фигуры, порой напоминающие созвездия, бродящие в бесконечном космосе. Недолго любовался я этим танцем — на сцену вышел директор. Встав у кафедры, старик Аластер закашлялся, после чего произнёс:

— Больше ста лет назад, в этот самый день произошло одно из величайших сражений нашей эпохи, — за спиной старика проявился экран, сотканный из магических нитей, — под предводительством святого Вольдхара была повержена армия Тьмы. В той героической битве погибли многие, но благодаря их жертве наш с вами дом был спасён. Однако те герои ещё не владели магией, как же им удалось победить?

Из зала начали подниматься руки, а кто-то даже выкрикивал свои варианты. Конечно, как же тогда победили люди? Вампиры? Ха, эти черти попрятались по своим норам — например, у самого Владыки Тьмы. Так как?

— Верно, мужество, отвага, — старик улыбался, а голос делался всё увереннее и увереннее, — но, ребята, вы забыли самое важное. Знаете что?

Зал затих. Все начали думать, переглядываться, шептаться. Конечно, дворяне-маги не могут знать об этом, слишком уж это отличается от их жизни. Люди, живущие в роскоши и постоянных обязательствах, думают во многом лишь о себе…

Но тут из зала поднялась одна рука:

— Единство, сэр! — по-армейски ответил юноша.

— Ваше имя? — с улыбкой спросил директор.

— Эстер Грод, сэр!

— Верно, юный Эстер. Лишь объединившись, наши предки смогли отразить угрозу и выйти победителями. Однако даже так не все получили дар магии. За единой толпой всегда стоит тот, кто её объединил и превратил в работающую машину. Те люди, что выделились своими способностями в едином деле и стали первыми обладателями дара святого Вольдхара. Лишь избранные могут овладеть всеми тайнами этого могучего дара. Вы же считаете себя достойными?

Зал закричал, многие потянули руки.

— Сегодня мы это узнаем, достойны ли вы, — за спиной директора появился человек в синем плаще, который занёс руки над головой. — Удачи в бою, ребятки!

Яркая вспышка света озарила зал. Земля исчезла из-под ног, словно я упал в воду. Погружаясь на самое дно, я всё ещё видел свет. И лишь когда он погас, под ногами появилась земля — покрытый трещинами каменный пол.

— Где мы?! — воскликнул Эрик. — Я ничего не вижу!

— Тише, Эрик, не ори, — шипел где-то неподалёку Бертольд.

— Ха, круто, мы в каких-то катакомбах, — ухмыльнувшись, я на ощупь нашёл стену и опёрся об неё.

Мы во тьме, в неизвестном месте, куда дальше — неизвестно. Знакомая обстановка, кажется, это было лет сто назад…

VIII

Странно, почему глаза всё ещё не адаптировались к темноте? Не нравится мне всё это.

— Эрик, не нашёл выход отсюда? — где-то во мраке шептал Бертольд.

— Да чёрт глаз сломает, — шипел Эрик, — и вообще, мы когда на шёпот перейти успели?

— Аки, есть успехи?

— Нет, — вздохнул я, стоя по-прежнему у стены.

Такое чувство, будто чего-то не хватает, словно у меня отобрали что-то важное…

Сделал шаг вперёд, осознав бессмысленность своих размышлений. Главное понять, где мы, но в этой темноте трудно что-либо разобрать. Нужен свет, хоть какой-то. Что-то оказалось под ногами. Я присел. Палка, сухая, но широкая. В голове появилась идея.

— Эрик, зажигалка есть?

— А, да. А что? Она же не поможет осветить…

— Она какая?

— М, — парень задумался, — вроде бензиновая…

Ха, как знал, вещи из прошлого так просто не исчезают!

— Дай сюда, — кое-как нащупал руки рыжего, отобрав зажигалку.

Не думаю, что в таком месте рубашка будет дороже света, поэтому позабыв о её стоимости, пустил несчастную на тряпку для факела. Бензина (чертовски вонючего), конечно, оказалось очень мало, но пропитать им, с горем пополам, бывшую рубашку смог. Намотав это безобразие на палку, достал свою зажигалку и поджёг. Получилось не сразу, но вскоре тьму озарил пусть и слабый, но всё же свет.

— Хехехе, — довольно хихикая, я осмотрел помещение.

Ошарашенные глаза спутников, покрытые пожелтевшим мхом стены и полное отсутствие дверей.

— Да мы в полном тупике.

Четыре стены, все из серого кирпича, однако даже тут должен был быть выход. И точно — одна из стен выглядела иначе, множество трещин и обилие высохшего мха. Я протянул Берту факел и приблизился к стене. Поднял ногу и ударил. Затем ещё-ещё. Стена затрещала. Стал бить увереннее.

— Погоди, давай вместе! — Эрик присоединился ко мне.

Удар за ударом и вскоре один из кирпичиков вылетел куда-то вперёд.

— Бинго!

Мы стали бить ещё сильнее, и вскоре стена начала осыпаться, подняв кругом пыль. Откашлявшись, выхватил из рук Бертольда факел и пролез через образовавшийся проход. Впереди оказался длинный коридор.

Мы шли, молча, стараясь издавать минимум звуков. Не зря, так как где-то вдали послышалось приглушённое урчание. Факел почти сгорел, на что я трижды проклял производителя. Делать нечего, решили ускориться, пусть и наткнёмся на то, что издавало это урчание, зато со светом. Всяко лучше, чем встретить неизвестное в кромешной тьме.

— Чего? — все трое опешили, завидев впереди гнильца.

Ну как гнильца, скорее просто ожившего мертвеца. Полуразложившееся тело, медленно и неуклюже шатающееся от одной стены к другой. Мертвяк, видимо, учуял нас и широко разинул гниющую пасть.

— Ха, а типочек явно не посещал дантиста, — ухмыльнулся я, оборачиваясь на спутников.

Эрик и Бертольд стояли в ступоре. У второго задрожали руки.

— Хей, парни, вы чего?

— Аки, ты разве не видишь? Это же нежить!

Я обернулся на мертвяка, потом снова на парней.

— Ну, и?

— Ты идиот?! — в глазах Берта читалась паника.

— Чего тут бояться, — недоумевая вздохнул я и пошёл навстречу «монстру». — Это же обычный зомби!

С ноги врезал мертвяку в голову, прибив того к стене. Да уж, черепушка всё ещё была крепкой, но не одними ногами я располагал. Не дожидаясь ответных действий, вбил конец догорающего факела в висок мертвеца. Издав глухое урчание, мертвяк обмяк и рухнул на пол.

— Вот и всё, ни царапины, — спокойно процедил я, вынимая из тела измазанный в гнилой крови факел.

— Безумец, — напряжённо оскалился Эрик.

Вдали эхом разнеслись женские крики и топот. Кто-то бежал.

— Это ещё что? — дёрнулся Берт.

— Похоже, не вас одних напугал мертвяк, — ухмыльнулся я, собираясь пойти дальше. — Вы со мной?

— А есть выбор? — усмехнулся Эрик, идя в мою сторону.

Парни явно не ожидали такого и явно ещё не сталкивались с нежитью. Собственно, всё как я и ожидал, это поколение знакомо лишь с позитивными сторонами магии, либо же менее пугающими…

* * *

Больше криков не было, как и признаков чьего-то присутствия. Это лишь нагнетало обстановку. Нет, я не храбрился, не пытался выглядеть сильным, сам оставался в напряжении. Боялся внезапного удара? Нет, скорее боялся реакции своих спутников, которых могла охватить паника. Усугубляло ситуацию и то, что магия здесь отсутствовала. Узнали мы об этом, ещё когда Эрик захотел разжечь огонь. С той же проблемой столкнулся и Берт. Ладно, думал я, они люди, пусть и владеющие магии, но каково было моё удивление, когда и мои способности отказались проявляться — теперь понятно, почему я перестал видеть в темноте. Из плюсов, куда-то подевался голод…

— Опа, — вовремя же я остановился, впереди был обрыв.

— И что дальше? — Эрик хоть и был в напряжении, но оно явно поутихло.

— А что дальше — прыгать.

В паре метров от нас виднелся выступ и проход дальше.

— Думаешь, допрыгнем? — неуверенно спросил Берт, поглядывая вниз.

— Хочешь, переброшу тебя?

Парень сглотнул. Понятно, испугался. Впрочем, кто знает, что ждёт дальше? Не люблю я эти катакомбы.

— Ладно, я первый, — сделал глубокий вдох. — Смотрите!

Разбежался и… сорвался вниз. Старые кирпичи решили уйти в отставку.

— Аки! — услышал я, летя вниз.

Тьма окутала меня, а слабый огонёк факела растворился в ней…

* * *

— Ненавижу катакомбы! — шипел я, лежа на обломках.

Зато не умер и на том спасибо. Всё-таки тело сохранило свою крепость. Нащупал зажигалку. Щелчок, в руках задрожал слабый огонёк, света которого не хватало, чтобы осветить пространство. Жалкая попытка. Интересно, найду ли я отсюда выход?

Слишком тихо. Настолько тихо, что я слышу своё сердце. Стоп, сердце? Разве оно может всё ещё биться? Я так давно не утолял голод…

В этом месте не работают мои способности, но тело по-прежнему крепкое. Сердце бьётся, но при этом я не чувствую холода. Одно другому противоречит. Я бы подумал, что снова стал человеком, но это невозможно, однако и на вампира не похожу, особенно сейчас. Кто же я?

Хах, давно я не задавался этим вопросом, может, не было времени?

Это уже было…

Сто лет назад…

Точно, ведь тогда я так же лежал на обломках…

Почему?

Неужели всё повторяется?

Да нет, бред какой-то. Это место — оно кажется мне знакомым, как и всё происходящее сейчас. Интересно, как сейчас парни, смогли ли они пройти дальше? А Кира? Где же она? Что с Кассандрой? Тут ведь есть зомби…

— Справятся ли они?..

Я закрыл глаза…

* * *

Да, это, правда, происходило сто лет назад. Битва у Белой башни. Мы хотели освободить узников. Катакомбы…

Точно, это место — лаборатория. Рыцари Бездны, армия Тоски, Мрачная кавалерия. Святой Вольдхар, забавное прозвище — этот смертник был одним из подопытных, который смог сбежать отсюда. Верно, мы же вместе были здесь. Хе, нарвались на Стража, который оторвал мне руку и сбросил в эту дыру. Где-то был выход, скрытый подъём наверх, прямо к вратам. Это ведь я отворил их…

* * *

Я открыл глаза. Сколько длился мой сон? Впрочем, теперь я чувствую себя лучше. Не стоило вчера пить, алкоголь мог истратить все запасы крови. Может, из-за него я утратил способности?

— Чёрт, не время размышлять, — встал, стряхнув пыль и щепу, впившуюся в спину и плечи. — О, а штанишки целы.

Размял затёкшее за время сна тело и огляделся. Глаза чуть привыкли к темноте, и я смог оглядеться: действительно, вдали был проход дальше. Окутанный тьмой, я шёл навстречу неизвестности. Потрескавшиеся стены, причудливые колонны, разбросанные по углам кости — это место действительно было мне знакомо. Никогда бы не подумал, что окажусь здесь снова. Не пришлось бы только вновь драться с тем монстром…

— Ну, так неинтересно, — огорчению не было предела, когда вдали проявилась тёмная туша.

Впереди лежало нечто больших размеров. Очень больших размеров, такое волосатое, тихо похрапывающее. Драться с этим нечто не было никакого желания, но, видимо, только у меня, потому что туша меня учуяла.

— Как спалось? — обречённо спросил я, когда туша вытянулась и направила в мою сторону три горящих зелёным светом глаза.

Монстр зарычал, зашкрябал когтями по каменному полу, готовился ринуться в мою сторону. На моё счастье за ним показался проход. Что ж, драться с ним бесполезно, а вот пронырнуть…

— Ага, хрен там! — рыкнул я, отскочив в сторону, когда монстр рывком бросился на меня.

Ну и как тебя убить? Я оглядывался по сторонам в поисках хоть какого-то оружия — тщетно, одни только кости. Монстр же не думал останавливаться, в том же духе продолжая набрасываться на меня. А если?..

— Работает! — заулыбался я, когда ногти на руках заострились, превращаясь в когти.

Ну, хоть эта способность работает! Осталось только понять, куда бить это чудище. А оно и не думает подставляться, всё наседает и наседает, загоняя то в стену, то в угол. Ещё и эти кости, разбросанные по полу! К проходу не пробраться, отгоняет!

— Чёрт! — не заметил его лапу, которая с лёгкостью отбросила меня ещё дальше от прохода.

Удар не сильный, но обычного человека уже сломал бы. Быстро поднявшись, встал в боевую стойку. В темноте удары чёрного существа ещё сложнее замечать, так что уж говорить о защите! Однако пока мне удаётся выживать.

Это, конечно, не Страж, но грубой силы у монстра хватает, да и габариты как у танка. Удары и рывки монстра сотрясали землю, теперь понятно, откуда были те трещины на стенах и колоннах. Точно! Колонны!

План родился так же быстро, как я увернулся от нового выпада чудовища. Глянув за спину, заметил одну из колонн. Начал постепенно отходить к ней, приманивая монстра всё ближе к ловушке. Лишь бы сработало!

— Бинго! — выдохнул я, пригнувшись.

Монстр задел колонну, которая тут же осыпалась, задержав на мгновение мощную лапу. Самое время! Запрыгнул на неё, стараясь приблизиться к шее противника. Удар второй лапой ожидаем, повезло, что сразу заметил её, вовремя улизнув от мгновенной смерти путём расплющивания тушки в лепёшку.

— Ха-ха! — расплылся в улыбке, вцепившись когтями в здоровую шею чудовища.

Когти малы, да остры, вонзить кисть в слабые места всё-таки получилось. Разрывая глотку врага, я слышал его неистовый вой. Жгучая кровь брызнула мощным потоком в стороны. Монстр встал на задние лапы, но почти сразу пошатнулся и рухнул замертво. Поднялся клуб пыли, которая тут же налипла на измазанную горячей кровью одежду. Замарался, но выжил.

— Фух, душный, как и тогда, — я пнул голову поверженного чудища и победоносно глянул в сторону прохода.

Надеюсь дорога поведёт меня во свет…

* * *

Когти не самая затратная способность, но почему-то сейчас её использование сильно пошатнуло меня. Поднимаясь по крутой винтовой лестнице, я чувствовал слабость, которая хоть и медленно, но отступала. Такими темпами можно и отключиться, поэтому стоит поскорее обзавестись хоть каким-то оружием, иначе близок миг утраты сил, что в таких условиях грозит смертью. Нет, может, я и не умру, но оказаться в желудке какой-нибудь твари не хотелось бы. Тут уж действительно лучше умереть…

Поднимаясь выше, я отчётливо слышал звуки битвы. Наверху бойня? Но с кем? Я ускорил шаг, почти перейдя на бег. Минуя ступени, уже через минуту оказался на следующем этаже, однако там меня встретила лишь тишина. Ну, хоть свет, какой-никакой, присутствовал.

— Ого, — передо мной действительно расположились следы бойни.

Десятки тел студентов, горы костей и полуразложившихся трупов, а также длинный кровавый след, тянущийся куда-то за угол. Конечно, оружия не было, зато было чёткое ощущение опасности. Время для очередного приключения? Время для очередного приключения!

— О, Аки! — раздалось сзади.

Я обернулся — Эрик и Бертольд, оба с ошарашенными глазами и в порванной форме.

— Так ты выжил! — заулыбался Берт, однако улыбка тут же сошла, когда он приблизился ко мне.

Точно, я же весь в крови…

— Что ты там встретил? — осторожно спросил Эрик.

— Видимо, что-то менее опасное, — указывая на кровавую дорожку, произнёс я.

— Вот, — Эрик протянул мне пиджак, которым я попытался стереть кровь.

— Так-то лучше, — накинул пиджак на лицо одного из убитых студентов. — Вы-то как?

— Искали обходной путь, да нарвались на скелетов, — посмеялся Берт, показывая перемотанную руку. — Царапаются черти, хе.

— Оружие не находили?

— Проще камнями закидывать, — ответил Эрик. — Не знаешь, что тут произошло?..

— Сам только поднялся.

Немного помолчали. Парни выглядели уставшими. Шок уже прошёл, но эмоции всё ещё притуплены. Значит, уже насмотрелись на картины, подобные этой. За углом послышались голоса, женские.

— Касси, стой, пожалуйста!

— Сара, где она?!

— Касси, там же опасно!

Из-за поворота выскочила Кассандра. Заметив нас, тут же остановилась.

— Аки? — неуверенно произнесла она.

Несколько секунд она смотрела на меня, будто обдумывая, как поступить.

— Аки…

Девушка медленно приблизилась ко мне.

— Аки… ты не видел Сару? Её же… её же не…

— Всё хорошо, она в безопасности, — я положил руку на голову ошарашенной девушки.

— Правда? Сара в безопасности?

Понятия не имел, где она, возможно, уже мертва, но говорить этого не стал. Да уж, есть ли тут хоть кто-нибудь в себе?

— С ней всё хорошо. Видела остальных?

— Они… они там, — девушка указала за угол.

— Пойдём к ним, — я улыбнулся, положив руку на плечо девушки.

Сейчас Кассандра напоминала мне Киру — такая же слабая и беззащитная. Однако было одно отличие: глаза дворянки были сухи, она изо всех сил старалась держать себя в руках, пыталась скрыть свою слабость.

За поворотом всё оказалось ещё интереснее: толпа студентов, часть из которых была вооружена копьями, в шоке осматривали тело зверя. Этим зверем был Страж. Интересно, как же они смогли его завалить?

— Кассандра, дура, куда ты понеслась?! — к нам приблизился кучерявый юноша.

— Фёдор, отвали от неё! — накинулась на парня девушка с розовыми волосами.

— Луизи, вы понимаете, что здесь нет места эмоциям? — этот Фёдор строго посмотрел на девушку, после чего вновь обратился к Кассандре. — Нет смысла искать…

— Сара в полном порядке, — прервал его я.

— О, так это ты сынок господина Ди’Вольдхара, — укоризненно начал парень. — Где ж ты был всё это время? Неужто, прятался в сторонке, пока Эстер спасал остальных?

— Фёдор, прекрати! — из толпы вышел тот самый парень, твердивший про единство. — Видишь, он весь в крови!

— И что, пока ты…

— Фёдор, — Эстер прописал вразумительный щелбан товарищу, — здесь не место эмоциям.

— Тц, — парень надулся.

— Ступай, помоги выжившим.

— Есть, сэр, — с обидой ответил кучерявый и пошёл к остальным.

Следом за ним ушла и девочка с розовыми волосами, прихватившая с собой Кассандру.

— Полагаю, это ты Акира? — Эстер улыбнулся, протянув мне руку.

Пока что этот парень выглядел самым адекватным, хоть и был весь перебинтован. Светлые волосы налипли на лоб, под глазами синяки, рука, сжимающая копьё, чуть дрожала — он явно был ранен во время продолжительного боя, но старался не подавать виду. Да уж, даже стыдно, что пока он сражался, я мирно дрых на обломках, пусть потом и сражался с огромным монстром.

— А ты тот парень, что дал правильный ответ — Эстер, верно? — пожал я протянутую руку. — Есть ещё оружие?

— Ха, тоже понял, что магия тут не работает? — горько посмеялся крепыш. — Те ребята… они из одарённых кланов, но поздно осознали ситуацию…

— Тут все, кто выжил?

— Нет, ещё человек тридцать в соседнем помещении. В общей сумме нас где-то пятьдесят. А ты попал сюда вместе с Эриком и Бертольдом? — посмотрев мне за спину, уточнил парень.

— Да, — незамедлительно откликнулся Эрик.

— Я рад, мне рассказывали, что вы хорошие бойцы, но оружия у нас больше нет, да и то, что отыскали, отбирали у скелетов, — Эстер виновато почесал затылок. — Был один меч, но…

Парень оглянулся на поверженного Стража.

— Я слегка переборщил…

— А силы тебе не занимать, — я улыбнулся.

— Вам видимо с везением тоже повезло, мы-то почти всей группой тут оказались…

— Эстер, — крикнул один из парней, — там какую-то дверь обнаружили!

— Что? Где? Вы с нами?

— Да, босс, — видимо, Эстера тут считают главным.

Ну и славно, толпу объединить смогли. Осталось решить вопрос с оружием, иначе рискуем отправиться на тот свет по горячей путёвке. Проходя мимо выживших, в глаза бросался чёткий контраст: первые пытались сохранить спокойствие, обдумывая следующие шаги, вторые же сидели со стеклянным взглядом, явно дожидаясь своего часа. К числу вторых относилась и Кира, которая сидела, поджав ноги, и смотрела в одну точку. На ней не было каких-либо повреждений, но, поминая утренний инцидент, не трудно было догадаться, сколько она уже успела пережить за это время. Однако сколько таких было тогда? Осуждать эту слабую девочку бессмысленно, ведь что сейчас, что тогда, ни те, ни эти не были готовы к подобным испытаниям. Мне искренне жаль её, но я понимаю, что жалость сейчас куда более бесполезная вещь, чем осуждение. Да и сколько таких Кир здесь сидит…

Обнаруженная дверь была заперта. Двое студентов пытались взломать её, но тщетно. Подошедшего Эстера тут же окружила группка парней, в том числе и неудавшиеся медвежатники. Парни начали что-то громко обсуждать. К обсуждению решили присоединиться и Эрик с Бертом.

Да, дверь действительно была хорошо заперта, замок не из простых, так ещё и ржавый. Но что мешало им просто выломать её? Страх неизвестности или шок, от которого все стали глупее? Я может и не самый умный, но силы вроде как восстановил, поэтому решил первым выломать дверь. В ход снова пошли ноги. Сломал стену, сломаю и дверь, что действительно сработало, даже быстрее, чем со стеной. Проржавевшие петли оказались хлипкими, поэтому после первого же удара дверь с грохотом вылетела, открыв путь во мрак.

— Что случилось? — парни настороженно обернулись на меня.

— Вот, пожалуйста, — я пригласил всех в открывшееся помещение, однако никто не захотел рисковать идти первым.

Никто, кроме Эстера, но зачем рисковать? Вдруг там ловушка? Терять лидера вот так сразу было бы глупо, поэтому первым пришлось идти мне, пусть никто и не требовал. А внутри оказалось чисто.

— Склад какой-то, — зайдя следом, произнёс Эстер.

— Оружейная, — указывая на висящее на стенах оружие, поправил я.

Мечи, топоры, копья — пусть и не лучшего качества, зато не ржавые, вполне сносно, но количество удручало, всех снарядить вряд ли выйдет.

— Ты открыл, тебе и выбирать первым, — с улыбкой объявил Эстер, хлопнув меня по плечу. — Парни, ждите своей очереди!

Что ж, так даже лучше. Я обошёл помещение, осматриваясь. Взгляд упал на стоящий в углу ростовой меч, который на данный момент выглядел единственным выигрышным вариантом. Если и сражаться с нежитью, то таким. Топоры и копья бесполезны — первое застрянет, второе не особо поможет, да и дубин тут не было. Вспомнив про девчонок и прикинув, что их может ожидать, прихватил по лёгкому клинку, чтобы в случае чего они могли защитить себя. Ну, или имели возможность защитить себя.

— Парни, смотрите, тут и броня есть! — кто-то из студентов смог открыть ящики.

— Аки, тебе что-нибудь ещё нужно? — спросил Эстер, оценивая мой выбор.

— Что останется, то и прихвачу, — выходя со склада, бросил я.

Так, теперь шансы не откинуться раньше времени повышены, значит можно немного передохнуть. Возле главных ворот я нашёл Киру, по-прежнему смотрящую в одну точку.

— Ты как? — присел рядом.

Девочка не сразу отреагировала:

— В порядке, — отрешённо произнесла она.

— Держи, на всякий случай, — протянул ей самый лёгкий меч.

— Почему ты мне помогаешь? — она опустила голову, но меч приняла.

— Обязательно нужны причины?

— Прости…

— Будь осторожна, — я погладил её по голове и отправился искать Кассандру.

Да, бессмысленно жалеть и осуждать Киру в такой ситуации, правильнее помочь и хотя бы самую малость приободрить. Пусть это и тяжело, но бороться нужно самому, ведь даже находясь за самыми надёжными стенами, есть риск стать их заложником или вообще оказаться выброшенным за них. Чем раньше научишься защищаться, тем дольше проживёшь и сможешь спастись.

Кассандру я нашёл в объятиях девочки с розовыми волосами. Завидев меня, дворянка встала и уверенно посмотрела в глаза. Ну, точно как ребёнок, храбрящийся перед старшими.

— Аки, ты что-то хотел?

— Вот, умеешь же обращаться? — я протянул меч.

— Несомненно, — Кассандра пыталась выглядеть серьёзной, выдавливала из себя холод.

Приняв клинок, она осмотрела его, будто разбирается, сухо поблагодарила и собралась вернуться к подруге, как вдруг согнулась и всхлипнула, подобно порвавшейся струне.

— Что за испытания, Аки… А что, если мы действительно в опасности?

Девушка обернулась, по её щекам текли слёзы.

— Это точно экзамен? Нас точно не обманули? Мы ведь дворяне, дети влиятельных семей, почему так с нами обошлись? Почему, Аки?

Я не знал, что ей ответить, лишь обнял, стараясь успокоить теплом своего некогда живого тела.

Точно ли это всё часть экзамена? Не был ли это банальный теракт? Всё таки дети дворян — пойди что не так и ситуация в империи в миг дестабилизируется. Звучит логично, особенно если вспоминать рассказы Линя. Неужели этот прохвост что-то знал? Или же это, правда, такой изощрённый способ отобрать сильнейших? Если это так, то у директора Аластера явно не все дома…

IX

Оружейная оказалась скромна. Из пятидесяти выживших смогла кое-как снарядиться лишь половина. Да, кто-то бездумно облачался во всё, что потолще да покрепче, но были и умники, решившие одеться красиво. Что первые, что вторые явно расхотели жить, о чём я недвусмысленно намекнул Эстеру, который хоть и поскромничал, но выжал максимум пользы из того, что имел. Пока народный лидер раздавал звездюли, я решил приодеться. Предчувствуя знатную заварушку, стал выбирать самое удобное, да вот выбирать уже было не из чего. Остановился на защите рук и ног, а бренное тельце прикрыл кожаным жилетом. Да, защита так себе, но под мой стиль подойдёт, главное не потерять руки.

Эрик и Бертольд снарядились так же легко, видать были одними из последних. Рыжий прикрыл буйную голову шлемом с защитной маской, а Берт понадеялся на силу дерева, повесив на спину здоровенный щит. Парни молчали, но постоянно поглядывали на снующих туда-сюда студентов. Эстер, закончивший раздавать всем по шапке, уже мирно сидел, рассматривая потолок. Фёдор, который, по-видимому, был его правой рукой, носился из помещения в помещение, постоянно с кем-то контактируя и передавая указания, явно отданные Эстером.

— Акира! — обратился ко мне Фёдор. — Ты будешь в авангарде.

— Это как?

— Эстер считает, что спасение за воротами, а ты выглядишь сильным бойцом, поэтому он хочет, чтобы ты помог расчистить путь остальным. Возьми с собой Эрика и Бертольда, они тоже могут оказаться полезными.

— Решили отыграться на нас? — усмехнулся я.

— Ставишь под сомнение решение Эстера? Думаешь, сможешь…

— Не распыляйся, буду я в авангарде, — перебив кучерявого, направился к парням.

Те, молча, согласились, совсем уже притихли. Ладно, Берт, он вроде и не изображал ничего из себя, а вот Эрик совсем раскис. Прошлой ночью был другим.

— Сигареты есть? — тихо спросил тот.

— Держи, — протянул пачку.

— Знаешь, не понимаю я тебя, — затягиваясь, начал Эрик, — даже Эстер переживает, а ты как дома.

— Сильно заметно?

— Ты либо безумец, либо что-то скрываешь.

— Какой смысл панику разводить? Рано или поздно нам бы пришлось участвовать в подобном, а сейчас наша задача заключается в выживании. Причём не только нашем, но и остальных.

— Когда мы с Бертом потеряли тебя, я думал, что ты погиб, а идя сюда, постоянно натыкался на трупы студентов, — руки Эрика задрожали. — Я не хочу терять семью, которую обрёл. На месте погибших я представил их…

Я дал подзатыльник Эрику.

— Твою… за что?!

— Кто вчера распылялся про то, что всех уделает? — приготовился дать второй подзатыльник. — Где тот решительный Эрик Ди?

— Ди, — горько ухмыльнулся рыжий.

— Сражайся яростно, помни о тех, кто тебе дорог, — начал я, — Эрине нужен сильный мужчина, роду Ди нужен сильный наследник, всем нужен сильный Эрик. Так будь таким, стань моим вторым мечом, брат, — закончил я.

Последнее слово оказало большее влияние, чем всё ранее сказанное. Улыбнувшись, Эрик затушил сигарету и посмеялся, после чего дёрнул за нос Бертольда. Парни о чём-то заговорили, а я осмотрел огромные деревянные врата, за которыми была свобода?

Все собрались у врат. Эстер уже лично раздавал указания, которые внимательно слушали все. Мандраж волной проносился на лицах каждого из выживших. Ранее полные страха глаза сменились такими же испуганными, но горящими огоньками надежды. Особенно примечательными были глаза Кассандры и Киры, двух полных противоположностей: первая была холодна, как смерть, а вторая то и дело поглядывала на окружающих. Насколько помню, Фёдор поручил Кире заниматься ранеными. Что ж, надеюсь, дело выгорит.

По указанию Эстера, мы с парнями отворили врата…

* * *

Кромешный ад — наверно так можно описать то, с чем нам пришлось столкнуться дальше. Стоило отдалиться от катакомб, как нас окружили орды нежити. Со слабой нежитью проблем не возникало, пока к ней не присоединились стрелки. Под градом стрел многие получили ранения, а те, кто в панике покидал строй, падали замертво…

— Держать строй! Держать строй! — прикрываясь щитом, командовал Эстер.

— Чёрт, да когда ж они кончатся! — орал кто-то в толпе.

— Тьфу ты! — выругался Бертольд, когда наконечник стрелы пробил щит насквозь. — Аки, в порядке?

— Выбрал глаз, получается, — посмеялся я, стараясь приободрить парней.

Честно, было неожиданно увидеть стальной наконечник в паре сантиметров от глаза. Стреляли те, кто был впереди. Выглянув из-за щита, заметил скелетов, образовавших стену щитов. Хрустиков сломать легко, но стрелки, скрывавшиеся за ними, напрягали. Что ж, тут была не была, до преграды оставалась пара метров.

— Аки! — закричал Эстер.

— Знаю, вперёд! — я вырвался из строя, ломая мечом выставленные вперёд копья, после чего запрыгнул на стену щитов.

Перепрыгнув преграду, в одно движение смял часть скелетов, открыв путь остальным. Пользуясь суматохой, занялся стрелками, которые уже целились в меня. Задачка непростая, пусть скелеты и медлительные, но их чертовски много. Уворачиваясь и периодически сбивая стрелы, ломал стрелков одного за другим.

— Чёрт! — одна стрела всё же угодила в спину, больно, но жить буду.

Смешавшись с противником, мы на время отсрочили обстрелы с его стороны, однако преимуществ получили мало. Паника всё равно охватывала некоторых, подставляя их под удар. Всё время я замечал Киру, которая, словно белка в колесе, крутилась то у одного, то у другого раненого. Периодически пересекался с Эриком, удары и настрой которого становились сильнее с каждым поверженным противником.

— Аки! — послышался голос Кассандры.

Я обернулся — девушку окружили. Решил помочь, но, приближаясь, услышал свист — стрела, которая миновала меня, угодила в ногу дворянки. Ускорился, проехался по влажной траве, сбив одного из противников с ног. Быстро поднялся, срубив голову скелету и по инерции разрубив второго. Остальные почти моментально атаковали меня, из-за чего пришлось уворачиваться и парировать одновременно. Повезло, один из ударов смог контратаковать, сбросив противника с крутого склона, а остальных разрубил пополам с полуоборота.

— Сильно задели? — подхватив Кассандру на руки, спросил я.

— Жить буду, — улыбнулась девушка.

Вдали послышался рог, и из-за холмов вышла новая волна во главе с Личём. Чёрт, а Лич откуда?!

— Все в строй! — скомандовал Эстер, разрубая набегающую нежить.

Нам навстречу побежал Фёдор с двумя парнями:

— Аки, мы о ней позаботимся! Скорее к Эстеру!

— Беги, Аки, — устало улыбнулась девушка, присаживаясь на землю.

* * *

В этот раз одними скелетами мы явно не отделаемся. Вместе с Личём прибыли те самые рыцари Скорби, название которых словно само всплыло в голове. Строй был потерян, армия нежити, словно цунами охватила нас, погрузив в пучину своих смертельных вод. Град ударов, подобный дождю, осыпал меня, не давая ни малейшей возможности выдохнуть. Приходилось постоянно уходить в защиту, лишь изредка нанося ответные удары.

И когда последнее знакомое лицо скрылось в толпе восставших мертвецов, я выдохнул. Стоя в окружении мёртвых глаз, поток воспоминаний охватил меня, а с тем потоком в груди что-то зажглось…

* * *

Я — вампир, существо, обманувшее и покорившее смерть. Я — Порождение Огня. Я — тот, кто сразил Владыку Тьмы и выжил. На всём моём пути огонь пылал в моей груди. Первородное пламя, адские языки которого сжигали все преграды. Пламя, оно вновь зажглось, оно вновь дало мне силы, оно вновь направило мой меч. Путь, определённый судьбой, вновь простирался предо мной. Я вновь ступаю на него, отвергая всё человеческое в себе. Я вновь становлюсь Им…

* * *

Холодные капли дождя падали на моё залитое чёрной кровью лицо, смывая её остатки. Дождь, как долгожданное очищение, принёс мне покой.

Я присел возле поверженного Лича. Достал пачку и закурил.

— Всё, как и сотню лет назад…

Усеянные трупами холмы. Где-то вдали ещё держались на ногах выжившие, ряды которых заметно поредели. Кто-то оплакивал павших, а кто-то, как Кира, напрасно пытался залечить смертельные раны. На общем фоне выделились лишь Эрик и Эстер, дружно приблизившиеся ко мне.

— Аки…

— Держи, — протянул Эрику последнюю.

— Что дальше? — потерянно спросил Эстер.

Выдохлись, ослабли. Я ещё раз оглядел поля боя — трупы, грязь, бесконечные холмы и горы.

— Смотрите, там! — опираясь о девушку с розовыми волосами, прокричала Кассандра.

Мы с парнями обернулись — вдали, еле заметно виднелся луч света, бьющий из небольшой горы.

— Там должен быть портал! — на лице Кассандры промелькнул лучик надежды.

— С чего ты взяла? — буркнул Эрик.

— Это же порталы первого типа! — воодушевлённо начала дворянка, ковыляя к нам. — Вы разве не читали?! Такие использовали в войну с армиями Тьмы! Нам точно надо туда! Там должно быть спасение!

— Надо собрать выживших, — устало произнёс Эстер.

— Акира, тебе нужна помощь! — к нам подбежала Кира.

— Зачем? — озадаченно спросил я.

— Ты весь в ранах!

— Забей…

— Но…

— Слышала? — вмешалась Кассандра. — Прочь отсюда!

— Простите…

— Зачем было так грубо? — недоумевая, спросил Эрик.

— Почему эта слабачка вообще выжила? — озлобленно прошипела Кассандра.

— Ну-ну, полно вам! — дрожащими от слабости руками начал Эстер.

— Эстер, ты как? — а вот и шнырь кучерявый, который тут же подхватил лидера.

— Фёдор, собери выживших, мы выдвигаемся…

— Принял!

Правая рука Эстера усадил того рядом со мной и побежал собирать остальных. Я же решил осмотреть свои раны.

— Аки, тебе точно не нужна помощь? — ласково спросила Кассандра, усевшись рядом.

Раны не были глубокими, будь у меня регенерация, давно бы залечил. А вот доспехи напоминали решето, балласт, который решил сбросить, раздевшись по пояс и замотав раны тряпками, сделанными из остатков одежды. Заражение мне уж точно не страшно.

Дождь к этому времени затих, а остатки выживших готовились, как оказалось в дальнейшем, к последнему привалу.

X

Бастион, что виднелся у подножия горы, представлял собой полторы стены с обломками башни и выбитыми воротами. Укрытие такое себе — заходи, кто хочет, но имеем, что имеем.

Нас было пятьдесят, а стало двенадцать: Эстер, сильно ослабший в последнем бою; Фёдор, волнение и нервность которого будто придавали ему сил; Кассандра с Луизи, не нашедшие себе место и постоянно снующие в окрестностях бастиона; Кира, которой поручили следить за ранеными; Бертольд, задумчиво сидящий на полуразрушенной стене; Эрик, копающийся в старых ящиках в поисках еды; один раненный парнишка, словивший горячку, возле коего бродили из стороны в сторону двое молодцов, то разжигавших костёр, то латающих остатки снаряжения; девушка, лежащая на мокрой земле и залипающая в небо; и я. Каждый был занят своим, стараясь хоть что-то сделать за время передышки, ведь кто знает, что нас ждёт впереди.

— Матильда, ты спину отморозишь! — нервно укорял Фёдор, активно размахивая руками.

— А ведь я могла их сдуть, — протягивая руку к небу, бормотала девушка.

— Могла-могла, — причитал Фёдор, — все мы могли применить родовую магию, — парень опустил голову, — да толку…

— Ребят! — из башни выскочил Эрик.

На лице рыжего сияла довольная улыбка, а в руках сверкала скромная горка консервов.

— Эт что? — в недоумении Фёдор взял одну из банок.

— Написано мясо! Свинина! Есть можно… наверно.

Парни, разжёгшие костёр, тоже подошли к рыжему. Все глядели на банки с удивлением.

— А как это есть?

— Я видел в одном из фильмов, смотри…

Парни начали активно обсуждать древнюю по их меркам еду. Обсуждали вкусно, вот у нервозника Фёдора даже слюнки потекли от рассказов о жареном мясце. Однако меня их беседа не привлекла, даже наоборот, упоминание еды вызвало отвращение. Стремясь уйти подальше от еды, поднялся на стену к Бертольду.

— Живой?

— Да вроде как, — отрешённо ответил Берт.

В воздухе снова повисло молчание, лишь изредка нарушаемое свистом ветра, забредающего в обломки башни и с гулом покидающего их.

— Это ведь не взаправду? — прошептал Берт.

— Вот, думаю, не в симуляции ли я, а то какие-то вы все одинаковые.

— Ты словно дома, — и чего они все заладили опускать головы? — Неужели ты уже проходил через такое?

— Да как сказать…

— Лучше как есть.

— К этому быстро привыкаешь.

— Врёшь ведь, — хмыкнул Берт, глядя мне в глаза.

— Вот чертяга, ничего не утаишь. Поэтому и сидишь на дозоре?

— Хах, — улыбнулся Берт.

— Просто я в шоке, как и все здесь.

— Матильда! Другим-то оставь! — закричал Фёдор.

— Ну ведь вкусно!

— Хехе, я старался…

— Саня, ну ты бы хоть нам сначала дал!

Берт обернулся на ребят.

— Есть не хочешь? — поинтересовался я.

— Да вроде хочу, а вроде нет, странное чувство…

— Ну, как знаешь, я бы поел, силы нам ещё пригодятся, — спускаясь, произнёс я.

* * *

Где-то спустя час, когда тусклое солнце совсем скрылось из виду, отдав власть над небом всепоглощающему мраку, в бастион вернулись Кассандра и девочка с розовыми волосами. Выглядели они потерянными и потрёпанными. Завидев их, Фёдор напрягся:

— Что вы увидели? — затараторил кучерявый.

— Гасите костёр! — шикнула Кассандра.

— Что случилось-то? — повторил Фёдор.

— Там, — начала Луизи, но дыхание перехватило, — там, — захрипела она, — Они…

— В смысле?..

Повеяло холодом, а из развалин башни раздался гул. Вдали послышался лязг металла об металл. Сидящие у костра напряглись.

— Матильда, позови-ка Эстера, — осторожно скомандовал Фёдор.

Девушка скрылась в том, что осталось от башни. Остальные выжидающе посматривали на ворота, точнее туда, где они должны были быть. В этот момент многие пожалели, что не сделали хоть мало-мальски какие-нибудь укрепления. Досаждало и то, что на стенах никого не было, поэтому, что происходило по ту сторону, не знал никто.

Я оглядел присутствующих: Эрик и Берт держали руки на клинках, готовясь в любой момент обнажить их, Кассандра с подругой осторожно отходила ближе к башне, видимо, в случае чего, надеясь в ней скрыться, остальных же словно парализовало. Было видно, как по вискам Фёдора медленно стекала капля холодного пота. Лязг и топот становились всё громче и громче, а тьма сгущалась сильнее, подобно туману, обволакивая нас. Казалось, что до этой тьмы можно было дотронуться…

Секунды длились вечность, в дрожащих от напряжения лицах слышались проклятия в сторону Матильды, которая слишком долго бежала за Эстером. Но вот мучительные секунды прошли, и в проходе показался чуть посвежевший лидер. Крепыш сжимал в руках широкий меч, грозно устремив взор заспанных очей на то, что готовилось ворваться в бастион.

Но лязг прекратился, и наступила тишина. Мёртвая тишина.

— Как действуем? — прошептал Фёдор, не оборачиваясь на Эстера.

— Аки? — крепыш посмотрел на меня.

А я что? Будет плохо, если враг ворвётся в эти развалины, но и выйти идея так себе. Что делать?

— Касси, — идея родилась сама собой, — вы нашли дорогу?

— До портала? — прихрамывая, девушка подошла ближе ко мне, словно найдя новый щит. — Да, тут недалеко…

— Видела сколько их?

— Много…

— Сколько? — повторил я, поднимая меч.

— Не меньше десятка. Они в броне, а ещё…

— Ребят! — заорал Фёдор.

Я перевёл взгляд на ворота — в них показалось то, что лучше бы скрывалось во тьме. Метра три ростом, с огромными рогами — демон в тёмных латах, от тела которого исходила чёрная дымка. В руках твари был огромный тесак, так же источающий дымку. Если таких не меньше десятка…

— Скорее на выход! — прокричал я, бросившись на монстра.

* * *

Победить можно кого угодно и что угодно, если знать подход, но эти твари всегда были проблемными. «Нет одинаковых демонов», — вот что я уяснил за эти годы. Они не вампиры, они не низшая нечисть, они нечто иное, уникальное, словно каждый это отдельная раса. Само слово демон лишь попытка приобщить их к единой группе. Да, они могут использовать одно оружие, одну броню, но на этом сходства кончаются. Даже рога, как снежинки, всегда уникальны.

Первый, к счастью, оказался слабым, но лишь для такой живучей твари, как я. Удары его сильные, быстрые, отточенные, однако защиты никакой. Этот демон явно хотел устроить резню, никак не ожидая встретить сопротивление.

Удар — мой блок, ещё удар — мой уворот. Пока тактика такая. Стараемся не борзеть и близко не подходить, а то сожрёт. Однако долго это продолжаться не может, в проходе появился ещё один.

— Вот собака, — шипел я, отводя демона к стене. — Сила есть, ума не надо, хе? Да, давай! Давай! Размашистее! Я готов вечно с тобой танцевать!

Удары стали сильнее — отвечаю большим числом уворотов, потому что боюсь, как бы меч не поломался. Найти бы его слабое место…

— Упс! — чуть лицо не потерял, было близко.

Однако гадёныш влупил по стене, чуть замедлившись. Пользуемся! В один шаг сократил дистанцию, произведя выпад. Целился в сочленение доспехов.

— Ух ты бл…

Попал, но не убил! Обидно-то как…

— Аки! — раздался приближающийся голос Эстера.

А парень не промах, уловил момент для атаки, чётенько вклинился в этот смертельный танец. Эстер ударил копьём, попав в глазницу шлема. Опять не убил, но здорово покалечил живучку рогатую.

Раздался очередной крик — парня, готовившего еду, порвал на куски второй демонюга. Серьёзно, схватил и разорвал!

— Саня! — завопил второй, разжигавший ещё час назад костёр.

— Идиот, бе…

Вот баран! Зачем полез!

Появился третий демон, в этот раз с луком, который и прихлопнул парня горящей стрелой.

— Все, к башне! — закричал Эстер.

Ситуация дерьмо, одного рогатого дай бог убьёшь, а тут их уже три! Думай! Думай, думай, думай!

Точно…

Зачем думать…

Сила есть — ума не надо…

Решил ударить в лоб, позабыв о любой защите. Нет времени на блоки, увороты, танцы со смертью — не обезврежу, потеряю всех.

Точно, потеряю всех…

Как тогда…

А если…

* * *

Боюсь ли я смерти? Странный вопрос. Могу ли я вообще умереть? Это в какой-то степени пугает сильнее. Как узнать, что ты бессмертен? Умереть? Не умрёшь, если бессмертен. Однако, какова вероятность, что полученный ущерб был смертельным? Вот, тараканы, говорят, ядерную войну переживут, но при этом могут умереть от тапка. Я тоже пережил взрыв, став пламенем, но потерял тело. Да, регенерировал, вернул оболочку, но ведь это всего оболочка. А душа? Что такое душа? Моя душа — это адское пламя, что несётся по венам, что заставляет стучать сердце, которое способно жить отдельно от тела, что подобно фениксу становится пеплом, но способно возрождаться вновь и вновь.

Если так подумать, ещё никто не атаковал мою душу. Никто. Но что, если найдётся такое оружие, что, если я потеряю душу?

* * *

— Надо бежать, — стоя над разрубленным демоном, повторял я.

Их было двенадцать. Ровно столько, сколько и нас. С собой унесли лишь двоих. Того десять.

— Аки, — прошептала Кассандра.

— Надо бежать, — одёрнул её руку.

Мою вот чуть не отрубили во время боя, повезло, что вовремя увернулся — отделался порезом. Кровоточащим, правда. Регенерация работала, но слишком слабо.

— Скорее, — торопил всех Эстер.

Мы выдвинулись к тропе. Луч света по-прежнему бил из вершины горы.

— Точно та дорога? — уточнял и вновь переспрашивал Фёдор.

— Видишь другие? — огрызалась Кассандра, которую уже тащила Луизи.

Я шёл сзади на случай погони. С трудом верилось, что мы так легко отделаемся. Ещё меньше верилось в то, что у портала, если это всё-таки был он, мы не встретим каких-либо преград. Честно, уже ни во что не верилось.

— Ай! — Кира споткнулась о камень.

— Да пошевеливайся ты! — не выдержала Кассандра, дав подзатыльник девочке.

— Ну… Касси…

Дворянка уже была готова зарваться, но обернулась на меня.

— Ладно, — фыркнула она, продолжая хромать в унисон быстрых шажков подруги.

— Развилка?! — недовольно вскричал Фёдор.

— Вот чёрт, — подала голос Матильда, хлопнув Фёдора по плечу и указывая в одну из сторон.

— Снова они! — кучерявый отшатнулся, завидев очередную группу демонов.

Рогатые медленно приближались к нам, подозрительно медленно. Тот раненый парнишка всё ещё бился в горячке, сидя на спине Эрика. Казалось, его горячка усиливалась по мере приближения демонов. Здесь явно что-то не так…

— Хей, ты чего?..

Эрик обернулся на парня, который с хрустом откинул голову назад.

— Бросай его! — я замахнулся.

Раненый парнишка закатил глаза и широко разинул рот. Настолько широко, что кожа на его щеках порвалась, прыснув чёрной кровью.

— Твою! — Эрик успел среагировать.

Удар, и голова парнишки покатилась вниз по дороге, а тело начало рассыпаться.

— Что это было?! — Эрик глянул на меня, как в сантиметре от его лица со свистом пролетела горящая стрела.

— Нет времени объяснять!

Демоны взяли разгон, словно тот одержимый парнишка стал сигналом для наступления.

— Касси, скорее! — закричала Луизи, как её ногу пробила очередная горящая стрела.

Кость треснула, а нога отделилась от тела.

— Касси! — истошно закричала падающая девушка с розовыми волосами.

Следующая стрела угодила в её шею, окрасив розовый алым. Тело вспыхнуло, а Кассандра лишь беспомощно отшатнулась.

— Направо, быстро! — кричал Эстер, отбивая стрелы. — Тщ, — захрипел он, когда пламенный снаряд поразил плечо, вырвав кость и разделив левую руку с остальным телом.

— Эстер! — Фёдор растерялся.

— Дурак, скорее, к порталу!

— Но…

— Дурак! — Эстер, обнял товарища, прикрыв своей спиной от очередного выстрела.

Кровь хлынула из уст крепыша.

— Бегите, друзья, — закатив глаза, прохрипел Эстер и оттолкнул Фёдора.

Закатив голову, ещё живой и чертовски злой для того, чтобы умирать, Эстер, вырвал застрявшую в спине стрелу, крепче сжал широкий меч и зашагал в сторону демонов.

— Я прикрою! — храбро крикнул Эрик.

— Дегенерат! — пнул горячую голову под зад. — Ноги в руки — побежал!

Закинул на плечо Кассандру и в последний, как казалось, раз, обернулся на Эстера. Тот с криком занёс клинок для удара, вложил всю силу и разрубил одного из демонов, но грудью встретил стрелу, прошедшую его насквозь. Стрела оставила после себя обугленную дыру в теле парня. Однако Эстер стоял. Стоял, пока его надвое не разрубил один из монстров. Тело парня скрылось позади рогатых демонов.

Крики, топот, раскаты грома — всё слилось в единую вакханалию. Мы бежали, минуя поворот за поворотом, пока не оказались у крутого обрыва. Далее следовала узкая тропа, за которой виднелось основание портала. Фёдор, бежавший впереди остальных, первым прошёл по узкой тропинке.

— Чисто! Там никого! — радостно шмыгал парень, стараясь не оборачиваться. — Портал тут! Это он!

Раскаты грома участились, вдалеке заплясала молния, а с неба упали первые капли дождя.

— Ребята, скорее!

— Давайте! — опуская Кассандру, не отводил я глаз от дороги.

Чёрная дымка приближалась, а за ней и демоны в чёрной броне. Сколько их было, уже не имело значения. Девушки одна за другой перебирались к порталу: сначала Матильда, затем Кира.

— Парни, вы тоже! — приказал Эрику и Бертольду, злобно скалившимся на демонов.

— Эти уроды…

— Хватит храбриться. Погнали!

Был готов взашей гнать остолопов. Кассандра тем временем крепко прижалась ко мне.

— А ты чего?

— Аки, — глаза дворянки были на мокром месте.

— Берт, возьми её, я пока прикрою.

— Ладно, — вздохнув, Берт взял за руку дворянку и ступил на размокшую от начавшегося дождя тропинку.

— Аки! — девушка протянула ко мне руку, как рядом раздался свист стрелы. — Аки… — Стрела пробила голову дворянки, на лице которой застыла полная грусти улыбка.

Пошатнувшись, девушка закрыла глаза и отпустила руку Бертольда, сорвавшись с крутого склона. Её тело быстро скрылось во мраке пропасти. И снова раскат грома, крики ребят и яркая вспышка света — молния ударила прямо в тропинку, которая тут же осыпалась.

— Держись! — Фёдор, по щекам которого стекали не то слёзы, не то капли холодного дождя, крепко держал руку Бертольда.

Парень смог выкарабкаться, после чего оглянулся на нас. Мы с Эриком оказались отделены от остальных непреодолимой пропастью.

— Спасайтесь, — с улыбкой бросил рыжий. — Передавайте остальным привет!

Вновь вспышка света и раскат грома. Толпа демонов уже стояла перед нами. Бертольд что-то кричал нам, но слов было не разобрать.

— Вот мы и остались вдвоём, брат, — ухмыльнувшись, Эрик Ди крепче сжал меч.

— Только попробуй сдохнуть раньше меня, — я ударил его по плечу. — Давай выживем, брат.

Что ж, выбора нет. Что бы ни ждало нас всех впереди, мы должны принять это с гордо поднятой головой, отбросив страх. Рядом со мной тот, кому есть что терять, тот, кто подобно всем погибшим, грезил мечтами и надеждами. Надеюсь, он переживёт эту ночь.

Надеюсь, он не умрёт, как Они…

XI

— За что ты сражаешься? — спросил Он. — Ради кого проливаешь реки крови?

В его взгляде не было упрёка. В его взгляде не было страха. Этот человек не ставил себя выше. Этот человек смотрел на меня, как на брата.

Презираемый всеми — вот он я, бывший человек. На моих руках кровь сотен. Отцеубийца, враг людей и вампиров. Тот, кто не заслуживает места в этом мире.

— Как тебя зовут?

— Меня?

Маска искажала мой голос, делала его жутким, невыносимым для слуха человека. Однако тот, кто стоял передо мной, воспринимал его спокойно, будто слышал того меня, кто скрывался за толщей брони.

В его взгляде была любовь. Любовь к каждому. Словно он видел то, что скрыто под толщей чёрного металла. Словно он видел свет моей тёмной души.

— Моё имя…

— Мне знакомо, старый друг, — человек улыбнулся. — Прошу, не забывай его.

Образ тлел, человек рассыпался на моих глазах. Этот пепел сиял подобно звёздной пыли…

— Ты…

— Отец? — сзади стоял тот, кто одарил меня проклятьем, тот, кто Обратил меня.

— Не убивай в себе человека,…

— Почему ты всё ещё зовёшь меня по имени?

— Именно оно и делает тебя человеком. Покуда ты помнишь его, Тьма не властна над твоей душой.

— Но какое у меня имя?..

И померк свет. Чёрная пелена окутала меня, а в ней прозвучало:

— Акира, Свет, что боле никогда не рассеет Тьму…

* * *

— Сзади! — Эрик отбил очередную пламенную стрелу.

— Сам-то не спи! — зубоскалил я, обезглавливая демона, занёсшего косу над буйной головой соратника.

— Меньше их не становится!..

— А что, выдохся? — отразив удар, посмеялся я.

— Да нет, однообразно пр…

Парня сбили с ног. Если бы не своевременный блок, то вражеская секира уже разрубила бы его ослабшее тело.

— Просто однообразно как-то, — отлетев на несколько метров, засмеялся парень.

Однако Эрик прав, демоны всё наступали и наступали, не давая и минуты передохнуть. Ещё эти стрелки каждый раз атакуют из разных мест, сколько бы их не убивали, а так и продолжают обстреливать!

— Смотри, что могу! — Эрик, как обезьяна, запрыгнул на высокого демона и вонзил тому в шею меч, который тут же вспыхнул. — Чёрт!

— Идиот!

— Ха, не так быстро! — шипя и обжигая руки о горящий меч, парень с силой дёрнул его.

Судя по звуку, переломал все рёбра рогатому чудищу. Демон упал, а рыжий вместе с ним. Перекатившись, Эрик подобрал клинок демона и с прежней прытью ринулся на следующего.

— Как думаешь, мы доберёмся на ту сторону при помощи этой горы трупов?

— Может быть, — срубив очередную голову, кинул я.

А вот и здоровяк, покрупнее остальных, ещё и с молотом. Гигант занёс орудие, но слишком медленно! Укрывшись другим противником, подставил под удар, а сам ринулся в атаку.

— Видно моя очередь обезьянничать! — запрыгнув на спину врага, засмеялся я.

Вложив всю мощь, вонзил клинок в сочленение доспехов и, будто рычагом, сместил кости на плечах гиганта. Демон зарычал и забрыкался, на что я вонзил меч ещё глубже и, похоже, достиг сердца.

— Аки, стрелки!

Я обернулся, заметил очередного дальника и в последний момент спрыгнул с туши.

— Чёрт, — смотря на пламенный взрыв, зашипел я, — меч в нём оставил!

— Лови! — Эрик кинул мне клинок одного из поверженных.

— Вовремя! — заблокировал прилетевший удар. — У, шакалы!

Сразу несколько ударов полетело в мою сторону, пришлось экстренно выкручиваться, да так, что все кости хрустнули.

— Ты где так драться научился? — откуда-то крикнул Эрик.

— Опыт, брат, опыт!

— Ой, как я понимаю, — вновь появился Эрик, зарядив кулаком по демону. — Тц, рука!

Судя по хрусту, рыжик сломал руку.

— Ты осторожней! — съязвил я, как за спиной Эрика возник очередной противник. — Сзади!

Но парень не успел среагировать, лишь обернулся. Удар был быстрым и точным — Эрика отбросило в камни.

— Вот дерьмо! — захрипел он, схватившись за грудь и вытаращив глаза.

Демоны обступили его. Тот, что отбросил парня, занёс меч, подобно палачу на эшафоте, коим стала вся гора. По небу пронеслась серия раскатов грома, будто выстрел батареи, оглушивший меня. Окружённый демонами Эрик, что-то говорил мне. Что-то, что я не смог услышать. Демон нанёс удар быстро, обрубив линию жизни Эрика Ди.

— Дурья бошка, — прошептал я, когда демоны расступились.

В последний момент Эрик сумел вонзить клинок в сочленение чёрных лат. Пронзённый тёмным мечом в самое сердце, он успел нанести последний удар, забрав с собой своего убийцу.

Зачем же ты умер, брат…

* * *

Почему я вспомнил это? Призраки прошлого, зачем вы до сих пор гонитесь за мной?

— Почему ты оставил меня, брат? — мальчик с голубыми глазами стоял передо мной.

— Для чего,…? — мужчина в очках с такими же голубыми глазами ждал моего ответа.

Они смотрели в самую душу. Два брата, старший и младший, те, кто всю жизнь были рядом…

— Брат, где же ты был? — мальчик взял мою бледную ладонь, удивлённо рассматривая её, будто впервые.

— Я хотел… хотел вас спасти…

— Зачем же тогда убил? — мужчина положил руку на моё кровоточащее плечо. — Я не был тебе врагом.

— Я… я не хотел…

Мужчина устало вздохнул. Он вздохнул так, как делал это всегда. Он вздохнул так, будто спустя время, сделает это так же обыкновенно, обыденно.

— Я должен был сказать тебе правду, — и вот, мужчина вновь привычно вздохнул, поправив очки.

— Брат, тебе нужно отдохнуть! — мальчик потянул к себе.

— Останься, хотя бы в этот раз, — мужчина надавил, плечо заныло от боли. Столь непривычной боли.

— А может, то болит душа?..

Пространство покрылось трещинами, а затем…

* * *

Рассвет. Первые лучи солнца прорывались сквозь тьму ущелья. Волосы на бездыханном теле Эрика будто воспылали от его лучей. Как и несколько часов назад, с застывшей ухмылкой, лежал он на камнях. Капля прошедшего дождя робко скатилась по остывшему лицу.

Вокруг не было ни души, лишь тела поверженных демонов. Луч света, бивший из телепорта, давно пропал, значит, и путь к спасению закрыт. Я подошёл к обрыву. Утренний ветер своей прохладой обдувал измазанные в крови волосы, спутывая их сильнее.

— И ты погибла, — я не видел тела Кассандры, но знал, что оно где-то там, во мраке бездны.

Хруст, тяжёлые шаги, сопение — они уже здесь. Я обернулся.

— От вас не скроешься, — оскалился, глядя на приближающихся скелетов.

* * *

— Акира — теперь тебя так зовут? — голос, который я успел позабыть.

— Да…

— Почему ты остановился?

— Немного отдохну… и… пойду… я… эм-м… просто устал, очень… да…

Она стояла, загораживая смертельные лучи солнца. Эти хрупкие черты — она словно снежинка, которая исчезнет, стоит только прикоснуться.

— Почему… ты… здесь?.. — я был обессилен, однако продолжал сжимать меч.

— Ты заслужил отдых, — как и сто лет назад, прошептала она…

И я провалился во тьму…

XII

[09:13]

— Брат, думаешь, они справятся? — закурив, спросил Николас.

Высокий, крепкий телом, в строгом деловом костюме — Николас казался спокойней любой скалы, омываемой бесконечным штормом, однако в зелёных глазах его читался страх, волнение за собственных учеников.

— Простой перенос души, ничего сверхъестественного, — попивая кофе из картонного стаканчика, ответил Линь.

— Их ведь никто не предупреждал?

— Не-а, сюрприз.

— Тогда зачем было говорить нести форму…

— Это уже к директору. В любом случае ребятки справятся. Да, может, это и самый трудный экзамен за всё время, но представь, какой будет репутация тех, кто пройдёт?

— Пожалуй, ты прав. Надеюсь, они найдут выход.

— О, мальчики, а вы чего тут делаете? — на плечах братьев повисла стройная девушка с завитыми каштановыми волосами. — Ах, Ники, ты снова куришь!

— Натали, ты-то, что здесь забыла?

— Оу, неужели мне нельзя поиграть с братиком, пока детишки заняты? — девушка в медицинском халате, будто надетом для галочки, провела пальчиком по каштановой бороде Николаса.

— Лучше следи за студентами, — холодно бросил тот.

— Эх, а ты что думаешь, Линь? — разочарованно вздохнула Натали Ди’Николь.

— А вот мы уже возвращаемся к ним, — улыбнувшись, ответил Линь.

— Ну! — Натали, словно ребёнок, дёрнула Линя за рукав мантии. — Может, — голос вновь вернул игривые нотки, — ко мне в кабинет?

— Сегодня без метеочувствительности, — бросил Линь и с довольной улыбкой пошуршал обратно.

— Именно, — холодно добавил Николас, бросив окурок в урну.

— Эх, зануды, — грустно присев на ступени, протянула Натали.

* * *

[09:17]

— Способности студентов? — переспросил директор, поднеся к иссохшим губам чашку чая. — Они будут заблокированы. Недавние разработки из имперского научного центра позволяют совместить эти сложные заклятия в одно: блокировка магии, перенос души и временной пузырь — это будет забавное зрелище.

Довольный директор вдруг сморщился и громко чихнул.

— Будьте здоровы, директор! — пожелала Натали директору, чуть не выронившему чашку из рук.

— Простыл, что ли, — вопросительно протянул директор, глядя на чёрный экран, сотканный из магических нитей. — Что ж, кажется, ребятки уже готовы к основной части экзамена, хе-хе-х…

Экран был по-прежнему чёрным, однако судя по светящимся глазам директора, тот что-то видел.

— Не слишком ли жестоко, может, стоило хоть предупредить их? — Николас был явно недоволен происходящим.

— Малыш Ники, хочешь сказать, что сомневаешься в решениях господина Аластера? — огромный мужчина в чёрном приблизился к преподавателю.

— Господин Витас, вас тоже не заботит психика студентов? — Николас, казалось, был готов к очередной ссоре со здоровяком.

— Полно вам, — вдруг вклинился Линь между молотом и наковальней. — Главное, определить сильнейших, пусть это и будет стоить здоровья студентов… однако, даже в процессе обучения никто из них не может быть застрахован от некоторых происшествий.

— До чего же легко вы разбрасываетесь жизнями магов, — цыкнул Николас.

Он собирался уйти на очередной перекур, как вдруг заметил уже стоявшую в дверях Натали. Передумал идти:

— Что там с трансляцией? Когда её выведут?

— Не терпится узнать список вылетевших? — оскалился Витас.

Экран засиял сначала белым, а после всеми известными цветами. Из хаотичных лучей вскоре выстроилась картинка…

* * *

[09:43]

Шум, гам, рыдания, ругательства — да сколько можно?!

Я открыл глаза, в которые тут же ударил солнечный свет.

— Что за?

Главный зал Имперской академии. Такой же, как и тогда, без изменений. Я посмотрел на руки — целы. Ощупал тело — цело, по-прежнему в рубашке и брюках, ни царапинки. Огляделся по сторонам: кто-то из студентов заливался рыданиями, кто-то что-то кричал стоящему перед трибуной директору.

— Брат! — на меня бросился рыжий сорвиголова.

— Какого чёрта происходит?! — я освободился из объятий рыжика, как тут же меня крепко обнял Бертольд.

— Акира, прости! Прости! Я боялся, что больше не увижу ни тебя, ни Эрика!

Казалось, что всегда спокойный Берт теперь заливается горькими слезами.

— Да что происходит?! — эта суматоха только усиливала боль в голове.

— Кхм-кхм! — прокашлялся директор.

Зал затих, лишь редкие всхлипы доносились из него, на которые, впрочем, директор не обратил внимания.

— Ребятки, ну как, все живы? — с ехидной улыбкой спросил старик. — Всё ещё уверены, что достойны владеть даром Вольдхара? Понимаю, испытание стало для вас шоком. Особенно для одарённых, которые погибли в первые же минуты. Обидно? А должно быть стыдно — ваши предки жили в этом аду, а вы… Впрочем, меня сильно удивило, приятно поразило, что нашлись и те, кто смог преодолеть страх, боль и все ужасы. Чувствуют ли все те герои перемены в себе? — директор внимательно оглядел зал, в некоторых местах останавливался, как и в момент, когда наши глаза пересеклись. — Сегодня стены Имперской академии покинут немногие, самые никчёмные. А сейчас же я хочу призвать сюда отличившихся героев нашей маленькой реконструкции!

Зал встрепенулся, зашептался, но смолк, стоило директору открыть рот.

— Человек, сумевший объединить толпу, человек, принёсший себя в жертву во имя спасения других — Эстер Грод! — директор взмахнул руками, и на чёрном экране возник эпизод гибели нашего лидера.

Эстер на экране смотрел на небо, уголки рта покраснели и по щекам пробежали тонкие ручейки крови. Парень нахмурил брови. Этот переход, занявший доли секунды, казалось, стоил нечеловеческих сил Эстеру. В тот момент он принял смерть, был горд тем, что достойно принимает её. В последующие мгновения полуживой парень разрубит демона, встретит грудью роковую стрелу, а после, разрубленный огромным мечом, рухнет на мокрую от крови и дождя землю, испустив дух.

Живой же Эстер робко, словно после длительного сна, поднялся к директору, который с улыбкой похлопал юношу и вновь посмотрел на зал. Где-то в толпе я заметил Фёдора, с ужасом смотревшего на экран, но в то же время облегчённо выдыхающего. Он осознал всё произошедшее, понял, где реальность. В тихом облегчении он был невероятно счастлив за друга.

— Утратив лидера, бразды управления приняла его правая рука, — теперь директор Аластер Ди вызвал к себе и Фёдора.

Сразу же за ним, старик вызвал всех выживших, среди которых меня не оказалось. Берт на дрожащих ногах кое-как доковылял до сцены, чуть не оступившись на ступенях, поднялся. Следом вышла Матильда, взгляд её был пустым, а улыбка, которая при обычных обстоятельствах показалась бы жуткой, сейчас выражала то, что была способна выразить. За знатными особами поднялась Кира. Девушка не поднимала головы, видимо, так пыталась скрыть слёзы, но внезапно тёплые объятия Матильды заставили поднять заплаканное личико. Стоило только догадываться, что происходило в их головах.

Пока директор воздавал почести выжившим, на экране сиял портал. Потухнув во вспышке молнии, наступила тьма, но трансляция продолжалась.

— Однако были и те, кто остался, — мне показалось, или руки директора дрогнули? — Двое последних, не сумевших спастись в портале, но достойно встретившие свою смерть. Благодаря ним смогли спастись остальные!

На экране появились мы с Эриком. Мокрые, уставшие, в ранах и ссадинах, но с улыбками на устах, переходящими в горький оскал. Мой рыжий друг испытывал большую горечь, чем я. Для него та битва была первой и, будь то реальность, последней. Но он не знал о хитром замысле Аластера, не думал о реальности и нереальности. Он принимал события по мере того, как они отражались на нём.

И вот звучит наш голос, смех. Затем лязг и звон металла, крики, рык. Присутствующие были поражены тем, как мы боролись за жизнь, пусть и осознавая, что она на исходе. Вот момент гибели Эрика, вновь из-за лязга и грома не слышно его слов. Вот огонёк в его глазах потух. Вновь вижу себя, чьё лицо утратило эмоции. А потом… потом кровавая баня. Наступает рассвет, вместе с ним новый бой и новые раны. И вот, я умираю…

— Эрик и Акира Ди, — забыв про родовые ветви начал Аластер, — двое последних, самых яростных воинов! Прошу, поднимитесь сюда!

* * *

Как я понял, за такие заслуги нас возвели в особый ранг. Всех тех, кто был на сцене. Впрочем, на этом мои способности понимать происходящее иссякли. Пульсирующая боль в голове усиливалась, глаза закрывались сами собой, а в теле началась ломота — хотелось поскорее оказаться в постели, уснуть на денёк, а то и два. Нет, снова лет на сто, ибо это безумие меня утомило.

— Рановато ты меня похоронил! — смеялся Эстер, стуча по спине Фёдора.

Кучерявый не мог определиться: избить друга или обнять настолько сильно, чтобы это крепкое животное умолкло. Матильда же словно приклеилась к Кире, которая, похоже, была и не против.

— Аки! Аки! — только различил голос Кассандры, как та уже ухватила в свои объятия.

Аромат дорогих духов, жар теперь живого тела, хмыканья и покрасневшие глазки — найдётся ли им отклик в моей груди?

— Аки, я… Аки, я, — девушка мялась, — боялась. Боялась, что больше не увижу тебя!

Стало душно. Слишком много нытья. Тошно.

— Мы живы, всё хорошо, — бросил я.

В глазах темнело, воздуха не хватало. Но зачем мне воздух? Откуда такая слабость у мёртвого? Что такого в этом человеческом? Надо ли оно мне, реветь подобно Им? Не хвалюсь, но бывало хуже, однако там я умер? Как? Почему от ядерного гриба не сдох, а тут испустил дух? Что мертво — уже не убить. Убить можно живое, а если там я умер…

— Был ли я человеком в тот миг?

Тогда откуда когти, откуда такая живучесть?!

Дверь во двор отворилась, я оказался на улице.

— Дождь? — глядя на пасмурное небо, прошептал я.

Солнце было скрыто за грозовыми облаками. Дождя ещё не было, но долго ждать не придётся. Совсем скоро, через считанные секунды…

Вновь потемнело в глазах, а сердце, что еле стучало, издало последний, громкий удар, от которого появился, но тут же стих нестерпимый гул в голове. Боль и не думала униматься, прохладный осенний воздух ничего не давал. Я перестал дышать. Осознание оказалось настолько быстрым и болезненным, как и всё моё состояние сейчас. Схватился за грудь, оглядел тело, руки — начал бледнеть, превращаясь в белёсый камень, из которого были высечены эти многочисленные колонны во дворе академии.

— Сынок, — голос Линя, — поехали домой?

Я обернулся: человек стоял в паре шагов от меня, добродушно улыбался, чуть прикрыв свои узкие чёрные глаза. Даже он…

— Что происходит? — прошептал я, чувствуя, что перестаю держать себя.

— Ты просто устал, Акира, — Линь подошёл ближе. — Поехали домой.

XIII

Я будто вернулся в то время, вновь оказался тем молчаливым, мрачным мечником. Я снова стал вампиром, монстром, отринувшим человечность. Вязкая меланхолия из осознания мёртвой вечности — ты существуешь, ты мыслишь, ты видишь, можешь передвигаться и говорить, но не чувствовать. Что бы ты ни делал — это не принесёт удовольствия. Это похоже на депрессию, долгую, затяжную, не прекращающуюся. Внутри тебя бесконечная зима и только Он — Голод, ведёт тебя. Ты существуешь лишь ради утоления этого Голода. Да, можно прикидываться высокими целями, высшим замыслом, но суть одна, ты пьёшь кровь, убиваешь людей, скрываешься в ночи.

Самое печальное — осознание. Способность у высших вампиров мыслить вовсе не дар. Осознавая всю мерзость своего естества, ты либо принимаешь это, либо до скончания времён проклинаешь не способный изменить что-либо. Можно бороться, определённо можно, но так приходишь лишь к одному — окончательной смерти.

Да, я завидую другим порождениям ночи. В отличие от меня они способны закончить свой путь, после чего растворятся в сладком небытие. А я? Я, по-видимому, буду вечно скитаться, неспособный покинуть этот мир. Но я сам хочу жить, боюсь покидать этот мир, даже осознавая, что не обрету в нём счастье. Мне остаётся лишь идти. Следовать тропе, которая, быть может, приведёт меня на свет.

Я пытался отринуть свою суть, хотел вновь жить как человек, но, похоже, это невозможно. Что ж, да будет так. Линь хотел исправить этот мир, значит, я стану орудием в его руках. А пока я сумел пройти отборочные, следовательно, всё идёт по плану. А раз уж так — в ад и домой, возможно, я вновь стану счастлив на этом пути, возможно, я вновь обрету человечность…

И точно, во что бы то ни стало надо добраться до Фрэнсиса, чтобы открутить этому болвану башку — предать меня можно, а вот убежать от кары нет.

* * *

Я проснулся. Осознал, что проснулся. Под собой ощущал мягкий матрас и подушку, набитую таким воздушным пухом, что та скорее напоминала облачко. Нерешительно разлепляю глаза — темно, лишь тонкий лучик солнца пробивается сквозь завешанные шторы.

Рядом с кроватью на стуле сидел Линь. В руках у него какая-то книга, которую он, не скрывая удовольствия, читал, позабыв обо всём на свете. Лишь когда я начал приподниматься с постели, он обратил на меня внимание:

— Доброе утро, — теплая приветственная улыбка возникла на его лице.

— Сколько я спал?

— Почти сутки. Похоже, испытание сильно вымотало тебя.

— Меня в целом измотали последние деньки, — я ощупал холодное лицо, на котором не дрогнула ни одна мышца.

— Что-то случилось?

— Можно и так сказать. Линь, что было на том экзамене?

— Перенос души.

— Мои способности… они ведь должны были быть заблокированы?

— Да.

— Но…

— Ты прав, некоторые сохранились. Возможно, виной тому недочёты в формуле, а может что-то, что было попросту невозможно отнять у тебя. Однако я вижу, что больше тебя беспокоит не это. Ты столкнулся с чем-то, что пошатнуло баланс?

— Иногда я поражаюсь твоей проницательности, — вот опять, лицо будто камень.

— Видимо, не зря оставил окна закрытыми.

— Я почувствовал, как утратил человечность.

— Интересное наблюдение, — весь разговор Линь был спокоен, не удивлялся ничему, словно всё сказанное мной для него не в новинку.

— Возможно ли, что этот перенос души оказал на неё какое-то воздействие?

— Правильно, Акира. Как думаешь, для чего Аластер провёл именно такой экзамен? — Линь ухмыльнулся. — Это не простой отбор, это проверка на достойность — те, кто выбыли, навсегда утратили часть своих сил, а те, кто оказались достойными владеть магией, смогли усилить её. Ты первый, кто это ощутил в полной мере.

— Но как?

— Директор неспроста считался одним из сильнейших магов — он разработал собственную технику, позволяющую создавать карманное измерение, подчиняющееся его воле. Однако её использование могло привести к настоящим смертям, поэтому для безопасности он воспользовался услугами учёных, которые и вывели подходящую магическую формулу. Так он сумел заключить ваши души в своём измерении, полностью взяв под контроль магическую энергию каждого. Мы и сами не знали, что происходит с вами — всё было в руках Аластера, который не только следил за вами и насылал одно испытание за другим, но и детально изучал способности, то усиливая их, то полностью уничтожая. Считай, он разрушил и заново собрал ваши души, с которыми так тесно связаны и способности.

— Каковы были риски узнать о моей настоящей сущности?

— Нулевые — ты не маг. Но в твою природу заложено поглощение душ и способностей убитых тобой существ, ведь так?

— Да…

— Вот и думай: Аластер лишь перекроил и без того чуждую тебе силу. В то же время твоя душа была лишена всяческих ограничителей в лице голода. А отсутствие способностей лишь следствие происходившей в тебе борьбе. Верно ли, что ты видел что-то, чего не видели остальные? Верно ли, что та часть твоей души, что была заблокирована, получила недолгую свободу? Акира, — лицо Линя оказалось в паре сантиметров от моего, — что ты видел перед «смертью»?

— Кхм, — я сглотнул, — скажем — призраки прошлого.

— Ну вот, — победно улыбнулся Линь, — к чему я и вёл.

— Будто так и надо…

— Верно, для нашего дела это хорошо, — Линь Синь положил руку мне на плечо и сделался серьёзным. — Однако человечность в тебе угасла. Это может вызвать некоторые трудности, но силы, они вернулись к тебе?

— Не могу сказать точно, — вздохнул, — голод я не чувствую, зато явно ощущаю отсутствие всяческих эмоций.

— Это легко исправить, — и снова, как чудак, заулыбался Линь, оголяя руку, — пей!

Даже отнекиваться не стал, выпустил клыки и впился ему в руку.

— Акира, вампир, не горящий на солнце, — шептал Линь, — кто же ты такой?..

Я почувствовал тепло его крови, вкус которой стал настолько сладок, что начал дурманить меня. Красный поток, опьяняющий, придающий сил, он зажёг в моей груди пламя, вновь открыл то, что было заблокировано. Перед глазами возник силуэт, туманный, размытый, гордо скрывающийся за спиной Линя, обнимающий его своими руками. Силуэт почти обрёл форму, почти раскрыл свой истинный облик, как Линь одёрнул руку.

— Кхм, — побледнев, Линь Синь сжал руку в месте укуса.

— Что это?

— Кажется, ты выпил более чем достаточно.

— Ага, значит, ты и это понял, — я, наконец, ухмыльнулся, слизав остатки крови с губ.

— Скольких ты поглотил на своём пути?

— Не считал, — внутри что-то переменилось — и мне это чертовски нравится.

— Твой взгляд…

— А что с ним? — я почувствовал, как улыбаюсь, скаля острыми клыками.

Линь нахмурился, пространство вокруг него задрожало, а правая рука скрылась за спиной. Неужели этот человек подумал, что я на него нападу?

— Ха, расслабься, — встал с кровати и расставил руки в стороны.

Спина громко хрустнула, за ней шея и руки.

— Чёрт, как хорошо размяться поутру!

В голове прояснилось, будто я отошёл от длительного сна.

— Что сейчас произошло?

— Не догадываешься? — я улыбнулся. — Акира воскрес.

И правда, что-то человеческое было утрачено — именно та частичка, которая была огромным грузом для меня. Именно по её вине страдают подобные мне. Но надолго ли она исчезла? Остаётся загадкой…

— Так что с твоим планом? — продолжая разминку, спрашивал у Линя.

— Хотел я отложить это на потом, боялся, что ты ещё не скоро вернёшь свои силы, — Линь встал, поравнявшись со мной. — Главная проблема решена — ты поступил. Теперь же к делу. Помнишь тот инцидент в порту?

— Который ты ловко раскрыл? Кажется, или ты всё знал заранее?

— Не буду раскрывать все карты, но в чём-то ты прав. Ты, наверное, понимаешь, что вечно снабжать тебя кровью я не смогу, а сила напрямую зависит от её потребления. Сейчас в городе снуёт больше сотни низших вампиров, что уж говорить о мелкой нечисти и демонах — думаю, если начнёшь на них охотиться, то быстрее вернёшь былые силы. Не спорю, тебе уже их не занимать, однако бесконечность не предел, правильно? — Линь жутко улыбнулся. — Как только восстановишься — приступим к следующему шагу, для которого тебе потребуется завести связи среди дворян.

— Каковы риски, что меня раскроют?

— Всё под моим контролем. Как думаешь, почему мы живём здесь, в поместье Леонарда? У стен нет ушей, поместье мало кому интересно, а для тех, кому и интересно — ты лишь талантливый студент, к тому же проходящий постоянную практику в моём отделе. Ты тот — кто оберегает покой граждан империи, тот, кто уничтожает любое проявление тьмы.

— Да, — протянул я, — ты то ещё чудовище.

— Жизнь такая, что поделать, — вздохнул Линь, — ради некоторых изменений приходится и руки испачкать. Кстати об этом, в понедельник тебе вручат артефакт, символ твоего ранга. Я подсуетился, так что ты получишь особый клинок, но помни, не привлекай излишнее внимание. — Линь задумался. — Однако если будет необходимо, я найду тебе другое оружие, обычное, которым ты и им хорошо справишься. А, ещё директор приказал возведённым в особый ранг сегодня встретиться, как сказал: «Для закрепления дружбы». Так что собирайся, сейчас отобедаем, и вы с Эриком отправитесь на прогулку.

Линь подошёл к двери и провёл по ней пальцем. Та засияла и по всей комнате прошлась фиолетовая волна.

— А, точно, своим техникам я тебя обучу, когда будет время, — ухмыльнулся тот и пошуршал из комнаты. — Всё же ты мой сын.

— Что-то многовато за сегодня, — вздыхая от очередного пласта информации, я уселся на кровать.

Итак, силы есть, внутри что-то переменилось, но эмоции выдавать ещё могу. Голод пока не чувствую, но кровь пью — значит, продолжаем в том же темпе. Период осознания пройден, далее в планах стать сильнее. Линь, конечно, тот ещё фрукт, загадочный, явно что-то от меня скрывает, да и методы у него радикальные, стоит быть осторожным. Меня он если не боится, то осторожничает, следовательно, может и предать. Захочет — сделает, но вроде осознаёт, что кара будет незамедлительной. Однако смогу ли я его одолеть? На данный момент в этом мире он считается одним из сильнейших. И это учитывая то, что тот же директор числится некогда сильнейшим, но всё ещё способным выдать подобный вчерашнему финт. Не значит ли это, что способности Линя превышают способности Аластера?

До сих пор мне не удалось сразиться с кем-то из магов, поэтому и сравнивать я не в силах. Самих же сил может не хватить, так что охотиться необходимо. Что ж, может так я смогу столкнуться с магами и проверить себя, а параллельно больше узнаю о новой жизни. Встретиться сегодня с ребятами? Надо.

Странно, в голове возник вопрос, который должен был возникнуть ещё вчера — как Эрик смог наравне со мной сражаться с демонами? Если так подумать, то в самом начале он пугался простого мертвяка, а потом… следует больше разузнать об этом парне. Что-то мне подсказывает, что каждый здесь не так прост. Это хорошо и плохо одновременно — с одной стороны так я могу стать сильнее, поглотив каждого такого вот особенного, с другой же — каждый из них может представлять опасность. Пожалуй, в новом мире я точно не заскучаю.

XIV

За столько лет я приобрёл множество способностей, но приобрести и владеть — понятия разные. Если захочу, то смогу использовать, но для большей пользы необходимо тренироваться. Однако если так подумать, много навыков мне и не нужно — самыми необходимыми владею.

Именно от Отца мне достались живучесть, поглощение душ, пламенная форма и адский огонь. Нечеловеческие силу, выносливость и рефлексы в учёт не беру — это база. С опытом же приобрёл контроль над собственной кровью, устойчивость к солнцу и чтение людей. Последнее очень интересно, иногда работает само по себе, иногда удаётся взять под контроль. Чтение людей позволяет с помощью одной, даже малейшей капли крови видеть воспоминания и мысли жертвы, а также сущности, которые к ней привязаны. Раньше часто использовал для обнаружения одержимых или добычи информации. И вот незадача, никак не могу вспомнить, от кого я эту способность приобрёл — возможно, в этом и заключается её проклятие, все воспоминания о прошлом владельце исчезают из памяти. Но относится ли это только к способным поглощать души или же проклятие срабатывает со смертью носителя — загадка.

Да, у всего есть своя цена. За каждую способность приходится платить. Так общая плата за сверхъестественные способности выходит в самое страшное, а то есть в потерю человечности. И вот именно её мне не повезло утратить на этом экзамене. Несомненно, я не впервой теряю её, причём так быстро и незаметно, что замечаю её утрату лишь тогда, когда начинаю испытывать ужаснейшие муки. А как восстановить? Да чёрт его знает, как-то само происходит. Есть, конечно, несколько догадок, например, не использовать способности или не пить кровь, но это как иметь огромное состояние и жить на необитаемом острове. А если это связано с душой? Тогда всё куда сложнее.

А, может, поможет любовь?..

* * *

С бардаком в голове я оделся и вышел из комнаты. Иногда, кажется, что бесконечные размышления рано или поздно сведут меня с ума. А уж бессмертие и безумие вместе становятся страшной вещью. Видел я обезумевших вампиров, личности похуже тех, что живут в бесконечной тоске.

— О, Аки, — на том конце коридора показался Эрик.

— Привет.

— Ну, ты как, отошёл? Всё нормально? — парень подошёл ко мне.

Вид у него тоже был потрёпанный, но приемлемый, будто бывало и хуже. Не впервой ему такие потрясения переживать?

— Да, уже лучше.

— Мы здорово перепугались, когда увидели тебя отрубившимся, подумали, что по-настоящему помер.

— Мы?

— Ну да, Эстер хотел с тобой перекинуться парой слов, а тут, хоп, ты лежишь без сознания, а рядом Линь, пытается тебя в чувство привести.

— Чёрт, добавил проблем…

— Да ты-то… лежал, молчал… а вот Кассандра как ополоумевшая прибежала и закричала. Всех собрала, — на секунду по лицу Эрика пробежало раздражения. — Свезло ж тебе…

— Завидуешь?

— Честно? Только тому, как эта о тебе печётся. Но опять же не думаю, что тебе приятно от такой опеки. Если это вообще она…

— Эрина разве не переживает о тебе?

— Чх, переживает дурёха, но не показывает, всё пытается выглядеть сильной…

— Ну, так и?

— Что «ну»? Хочется же видеть, что тобой так же дорожат!

— Нашёл чему завидовать, — хмыкнул я, толкнув Эрика.

— И как тебе только удаётся очаровывать людей?

— Почём знать…

— Ладно, ты извини, наверно, у тебя тот ещё бардак в голове…

— А кому сейчас легко? Хотя, знаешь, нам-то и легко теперь. А вот Кире…

— Ты всё ещё помнишь о той ситуации? — удивился Эрик.

— А ты забыл? Такое ведь не каждый день увидишь.

— Да как-то затерялось на общем фоне…

Ага, всё-таки отборочные его помотали!

— Кстати, хотел спросить, ты как так адаптировался в бою?

— Я-то? — указал Эрик на себя. — Тут способности помогли.

— Так они же заблокированы были, — я недоверчиво посмотрел на «брата».

— А это вовсе и не магия. Я быстро учусь, а магия лишь усиливает это, но я настолько привык, что перестал замечать, где использую её, а где нет. Да и ты хороший учитель.

— Ха, я?

— А то, удары настолько запоминающиеся, быстрые, конечно, но уследить смог. А главное, что понял — страх опаснее любой твари. Видел себя? Да никто из нас так яростно не сражался! Казалось, это не они тебя окружают, а ты их!

— Ну тебя! — ухмыльнулся я.

— Линь уже передал указ директора?

— Да, куда хоть идти?

— Так в беседу же написали.

— Извини, телефона под рукой не оказалось, — с иронией выдал я, оглядываясь на руки.

— В общем, сейчас поедим, соберёмся, да на такси в центр поедем.

— А дальше?

— Сначала надо будет пройтись по магазинам, выслали тако-о-ой список необходимых для учёбы предметов, как бы в кредит не влезть. А там и в бар можно.

— Да ладно, это по указке директора?

— Хах, нет, но кружка всех сближает!

— И не поспорить.

— Кстати, я потом наверно к Эрине поеду…

— Будто отпрашиваешься, — глядя на покрасневшее лицо Эрика, сказал я.

— В поместье никого не будет просто, все в делах сегодня, вот и предупредил… не будет же скучно?

— Мне? Да найду занятие.

— Брэндон хотел с тобой познакомиться, да и в целом все хотели бы поближе тебя узнать… Николас вот прям гордился тобой вчера, за ужином приговаривал, что хотел бы лично испытать тебя. Но сегодня видишь, как… зато завтра планировали застолье организовать.

— Да, — протянул я, — как бы в такой суматохе всё успеть…

* * *

В прошлый раз осмотреть поместье мне не удалось, помешали обстоятельства. Однако чего-то примечательного я не увидел: всё просто, но со вкусом, в общем, довольно уютно. Здание было большое, но обустроенными оказались немногие помещения, в основном те, что часто использовались. Гостиная — самое уютное место. В комнату Эрика заглянул пусть и ненадолго, но мне было достаточно — удивительно чистая комната, в которой, видимо, только ночуют, причём достаточно редко. В комнаты Моники с Брэндоном и Николаса не заглядывал, но, думаю, обустроены нормально. Кухня была как кухня, а библиотека на третьем, последнем этаже так и манила к себе. Кажется, я нашёл место, в котором проведу минуты отдыха.

Завтракали мы с Эриком просто и быстро — яичница с томатами. В процессе обсудили, что утро начинается, когда человек просыпается, объясняли и оправдывали так своё позднее пробуждение. Удивительно, но от Линя, словно след простыл, видимо, укатил по своим важным делам.

Покончив с трапезой, направились кто куда: Эрик выбирать наряд, а я в душ, который пусть и не устранил бардак в голове, но сделал последней приятно. Так, приятно пахнущий и чистый, я уже и сам стоял перед зеркалом, выбирая в какой из белых рубашек выйти в свет. По итогу выбрал чёрную водолазку, пахнущую Линем. Тихо стырил и ушёл, называется — нашёл.

В прихожей перекинулись парой фраз с Эриком и вызвали такси. Ожидая в этот раз эконом класс, решили перекурить. Хотя как решили, решил я, а братец лишь косился да мялся.

— Чего страдаешь? — выдыхая, спросил я, протянув пачку.

— Последнюю же…

— Да бери ты.

— Вот не знаю, может бросить…

— Это ты как решил?

— Да вот, — закурив, пробурчал Эрик, — выносливости не хватает. Если не брошу, — выдохнул рыжий, — то, как в тот раз откинусь.

— По такой ерунде погиб? А я думал от ожогов и ран.

— Дыхание сбили, на ошибке поймали. Далековато мне до тебя.

— Да я то что.

— Хороший из тебя мечник, Аки. Даже в фильмах такого мастерства не видел.

— Опыт, брат, опыт.

— Даже страшно представить, где ты его набирался.

— А ты и не представляй.

— О, а вот и наша коробчонка!

Вроде заказывали эконом, а приехал снова премиум. Такое чувство, что в верхний во всех смыслах квартал приезжают только такие. Тогда какой смысл переплачивать? Видимо, чтобы показать свою знатность и самоутвердиться. Однако только начал я разгонять свои размышления, как мы уже приехали. Совсем не заметил, как и портал, и несколько деловых кварталов оказались позади. Быстро — мне по нраву.

— Хорошего дня! — бросил на прощание молчаливому водителю Эрик.

— Быстро же мы.

— Так выходной, вот пробок и нет.

Я, соглашаясь, кивнул и достал телефон, терпеливо ждавший меня в кармане пиджака. На том высвечивались какие-то рекламы и, конечно же, новые сообщения от Кассандры, которая сильно переживала. Решил успокоить девушку, что-то быстро ответив, после чего проверил другие чаты. Эрик как-то умудрился добавить меня в беседу нашей «особо одарённой» группы. В ней ребята полночи обсуждали сегодняшнюю встречу и много чего ещё, но почти каждый раз откладывали это на сегодня. Забавно, что у всех стояли аватарки, были заполненные профили, а у меня пустота. А ведь век назад… стоп, да и тогда я не особо заполнял свой профиль в соцсетях.

— Бр, надо было утеплиться, — поёжился Эрик.

Я удивлённо посмотрел на него: стоит такой модный, в брюках с цепью, красных кедах, кожаной куртке поверх футболки, а ежится, будто в одной майке.

— Тебе нормально? — указал он на мой костюм.

— Водолазка греет, — ухмыльнулся я.

Впрочем, я в любой одежде не чувствую холода, жару вот могу, но, к счастью, редко. Да и баланс нашёл: брюки, длинный пиджак и высокие сапоги. Трость и перчатки бы…

— Да, на моём фоне ты точно как дворянин, — хмыкнул Эрик, что-то печатая в чате.

На его вопрос о том, где все, Эстер ответил, что он вместе с Фёдором на подходе. Берт что-то промычал в голосовом — видно, не мы одни решили проспать до обеда. Сзади нас окликнули. Мы оглянулись:

— Утречко! — по ту сторону дороги, у светофора, нам махала Матильда, приобнимая Киру, которая держала в руках пакет.

Дождавшись зелёного, девушки пошли в нашу сторону. Кира шла робко, стараясь успеть за Матильдой, которая шла довольно быстро, пусть и была расслаблена. Было немного забавно от того, что на фоне Матильды Кира выглядела такой маленькой, словно кролик. В таком сравнении Матильда уже напоминала лису. С другой стороны я бы не сказал, что Кире было некомфортно в объятиях (подруги?), скорее непривычно. Да и по расслабленному, немного сонному и отрешённому лицу Матильды было трудно понять, как она сама относится к объятиям с Кирой. Возможно, лично ей было всё равно, а делала она это лишь для того, чтобы Кира меньше боялась окружающих. И ведь правда, на фоне остальных Кира выглядела самой слабой и беззащитной. Как она только смогла пережить экзамен…

— Классно выглядите, — Матильда чуть улыбнулась.

Девушка стала чем-то средним между мной и Эриком: длинные каштановые волосы, голубые глаза, выделяющиеся за счёт приятных черт лица, усиливающихся хорошим макияжем; ростом чуть выше Эрика, чуть ниже меня, стройное тело со средними, но эстетичными формами, и одежда, чёрная водолазка под джинсовым пиджаком и чёрная юбка. Образ завершался высокими сапогами на шнуровке. Вот и думай, девочка-гот или бандитка, однако ответ сам напрашивается — дворянка-бунтарка. Хотя, возможно, я так думаю, лишь отталкиваясь от своих представлений об отпрысках дворянских семей. Может, всё наоборот.

Образ Киры был прост, но в то же время лишь по ней было видно, что она студент Имперской академии — учебная форма.

— Только не говорите, что вам тоже не холодно, — пробурчал Эрик.

— Вот, согрейся, — Матильда достала из пакета банку с кофе. — Ещё тёплый. А ты, Акира?

— Раз уж предлагаешь, — я принял угощение.

— Уже решили, какое оружие для тренировок возьмёте? — открыв банку с кофе, спросила Матильда.

— Я бы и кулаками обошёлся, — выворачивая карманы, вздохнул Эрик.

— Согласна, — улыбнулась Матильда, поправив причёску. — Аки, можно же так сокращённо? Ты выбрал?

— Знать бы ещё, из чего выбирать.

— Ну, вот этот явно что-то потяжелее выберет, — констатировала девушка, смотря куда-то вдаль.

Мы обернулись: навстречу нам топали Эстер и Фёдор. Первый шёл бодро и энергично. Казалось, что его крепкое тело стало ещё больше. Эстер был в берцах, мешковатых штанах и одной футболке, чем больше напоминал солдата, нежели студента магической академии. Фёдор же был укутан в бежевое пальто, а кучерявые волосы спрятал под козырьком. Как детектив. И ведь тоже странно гармонировали друг с другом…

— Всем привет, — здоровяк широко улыбнулся.

— Кофе будешь? — предложила Матильда.

— О, спасибо!

— Не заболеешь? — дёрнул глазом Эрик.

— Закалка, друг, — посмеялся Эстер, хлопнув рыжего по плечу.

— А Бертольд где? — спросил Фёдор. — Живёт же в доме неподалёку.

— Разве не в общежитие? — поинтересовался я.

— А он, то там, то там, — шмыгнул носом Фёдор.

— Не говори, что заболел, — взявшись за голову, произнёс Эрик.

— Да этот потащил вчера купаться, — Фёдор всем телом ткнул в здоровяка.

— Акира, а ты как? — Эстер встал напротив меня. — Что произошло?

— Стресс наверно, — отпивая из банки, ответил я.

— Жаль, что меня не было рядом, — словно извиняясь, произнёс крепыш.

— Чего нос повесил? — я ухмыльнулся. — Ты и так многое сделал.

— Повезло, что это было не по-настоящему, — добавил Фёдор.

— Зато по ящику теперь только и крутят твой подвиг, босс, — метнув пустую банку в мусорку, произнесла Матильда.

— А ты-то где всё это время была? — предъявил Фёдор.

— Она… меня защищала, — проронила Кира.

Все удивлённо посмотрели на девушку, будто только сейчас заметив её.

— Уметь бить это хорошо, но про лечение забывать нельзя, — Матильда прижала Киру к себе.

— Ребят, — к нам приблизился Бертольд, виновато закинувших руку за голову.

Парень выглядел так, будто только что вылез из могилы. Образ ожившего трупа усиливала и его одежда: тёмный балахон, рубаха, какие-то брюки и старые кеды (или это просто стиль такой?).

— Держи, — Матильда протянула ему пакет с банками.

— Ой, спасибо.

— Что-то ты совсем как убитый, — Эстер потрепал взъерошенные волосы парня.

— Бессонница, — вздохнул Берт. — Никак не выходил из головы вчерашний день.

— Бедолага, — Матильда пригладила его волосы.

— Простите…

— Да ладно тебе, зато живой, — ухмыльнулся Эрик.

— Но Кассандра… потом молния… парни, вы же…

— Что сожалеть теперь, — начал я, — никто не знал, что в этом и был план директора. Каждый сражался так, как сражался бы в реальном бою. И на войне случаются потери, никто не застрахован от смерти, но лишь от нас зависит, как её принять. Не знаю, как другие, но Эрик, Эстер и я явно погибли без сожалений, — упоминая себя, ухмыльнулся. — Вы смогли спастись, а, значит, мы «погибли» не зря.

— Аки, — Берт обнял меня. — Что же ты пережил…

— А я отключился, бессонница не мучила, — хлопнул я его по спине.

— Ай!

— Да, расслабься, — поддержала Матильда, — к тому же мы были лишены своих способностей. Будь всё по-настоящему, ты бы точно всех спас!

— Правда? — чуть не расплакался обычно спокойный Берт.

— Ну а кто у нас спец по барьерам? — улыбнулась девушка.

— Спасибо…

— Так, раз уж все в сборе, то надо бы уже начать, — важно произнёс Фёдор. — С разрешения Эстера и нашего наставника господина Николаса, я назначен на должность старосты!

— Ого, — вяло протянули все.

— Что? Таков устав! — Фёдор чихнул, но продолжил. — Нам необходимо сегодня приобрести комплект снаряжения для тренировок, который включает в себя: первое, оружие, отвечающее вашим предпочтениям и согласованное с отрядом; второе, комплект аксессуаров, подходящий для наложения заклятий; третье, комплект алхимических принадлежностей продвинутого уровня…

— Что? А это зачем? — спросил Эрик.

— Всё по положению, извиняй… так вот, далее — роль в отряде. Распределить может и наставник, но вот предложенный список ролей: капитан, им, думаю, можно назначить Эстера…

— Да, — согласились все.

Эстер немного подумал:

— Только попробуй отказаться, — шикнул Фёдор на друга.

— Хорошо-хорошо!

— Далее идёт заместитель. Им буду я, хорошо? Ага, молчите, значит согласны. А… чёрт, это про ведение документации…

— А на кой нам это? — спросил я.

— Документация?

— Распределение ролей.

— Как мне сказал сам директор, так как все мы особого ранга, нас могут направлять в горячие точки для практики. С одной стороны опасно, с другой означает, что к моменту выпуска мы сможем занять любую должность. Так вот, далее у нас идёт медик — им будешь ты, Кира.

— Я?

— Да, ты уже практиковалась. Далее разведчик — Матильда, твои способности магии ветра здесь будут как нельзя лучше. Далее идут: защитник, атакующий и универсал. Тут вот что предлагаю: Бертольд, твои барьерные заклинания будут эффективны на роли защитника, вижу, ты и сам этого хочешь. Эрик — ты атакующий. Магия огня и отличные навыки ближнего боя наталкивают меня на то, чтобы назначить тебя на эту роль. Ну а ты, Акира — универсал. Все согласятся, что твои умения могут оказаться полезными в любой из ролей.

— К тому же универсалы — это самые сильные члены отряда, — добавил Эстер.

— Со временем к нам будут добавлять студентов, имеющих более низкие ранги, и тех, кто был возведён в особый. Но с ними по ходу дела решим. Вот, собственно, и всё. Теперь важный вопрос: займёт кто денег на снаряжение?

Фёдор посмотрел на каждого — каждый опустил голову.

— Денег нет, но мы все держимся… Значит, пока купим оружие…

— Тут должно хватить, — нервно ухмыльнулся Берт.

— Если нужно, я добавлю, — решил одолжить я.

От тех денег, которые мне дал Линь, осталось не так много, но хватило бы ещё на один телефон.

— Ну, не всем же, — я опешил, когда все посмотрели на меня щенячьими глазками.

* * *

А впрочем, зря я переживал. Тренировочное оружие оказалось не таким дорогим, но вот увидев цены на комплект колец для наложения чар, я выпал из реальности.

— Сколько-сколько?!

— Даже тебе не хватает? — сзади возникла Матильда.

— Ты видишь эти нули?..

— Предпочла бы не видеть. С другой стороны они сделаны из магически обогащенных сплавов. Так что всё честно. Лучше посмотри, что я нашла, тебе точно понравится, — девушка протянула мне меч.

Двуручный деревянный меч. Выглядит как те, что используются в кендо. Ценник небольшой, так ещё и особого доверия изделие не вызывало.

— Если что, там есть и с клинком, как у настоящего, — добавила девушка, заметив моё недоверие к такому типу оружия.

Вместе с Матильдой мы рассматривали ассортимент магазина. Местечко, видно, востребованное, потому что располагалось отдельным крупным зданием, да и посетителей было много. Кто-то заглядывал из интереса, как какие-нибудь офисные клерки или рабочие с заводов, которые либо с томлением рассматривали реплики оружия, либо, находясь в компании таких же работяг, не упускали возможности подержать интересные вещицы в руках. Были здесь и студенты, кто-то даже в форме, однако знакомых эмблем я не заметил. Некоторые же клиенты как-то странно смотрели на нас, похоже узнали. Да уж, не думал, что такой жуткий экзамен смог стать хорошим представлением для окружающих.

— Смотри, это же Акира! — раздалось откуда-то. — О, а там Эстер!

Странное чувство, но думаю, что скоро это уляжется. Я не против внимания, но хочется и покоя. Точно, завтра же выходной… может, отдохну…

— Вспомнил что-то?

— А? — я посмотрел на Матильду, которая с интересом смотрела на меня. — Вспомнил, что сегодня суббота, а завтра ещё один выходной.

— А, ну да, — как-то отрешённо ответила она и остановилась у стенда с посохами. — Знаешь, Аки, посох это очень простое и эффективное оружие. К тому же из древних сказок и легенд следует, что настоящие маги пользовались как раз таки посохами…

Припоминаю только Гендальфа…

— Ну а так, с моей стихией хорошо сочетается. Жили бы в Азии, использовала бы веер, но тут хороший трудно найти, да и в бою тяжело использовать. А у тебя какая стихия?

— У меня? — сам бы хотел знать, какая стихия должна быть у сына Линя.

— Я так полагаю, как и у господина Линь Синя, — улыбнулась Матильда. — Даже завидую, что у вас нет особой привязки к одной конкретной.

— Большее предпочтение отдаю огню, — призадумался я.

— Так ты и им владеешь?

— Да. Во всяком случае, в борьбе против нечисти огонь подходит как никто другой.

— Тут ты прав, — улыбнулась Матильда. — Моя мама, когда училась в академии, была в одной группе с господином Линем.

— Ого…

— Первородная магия, так же это называется, если делить на стихии? Так вот, её поражало, что этот вид магии способен принимать любой облик. Ты предпочитаешь форму огня, сложное понятие, но в таком виде ты способен проявлять магию, правильно?

— Да, — эх, даже базы не знаю… — А ты хорошо осведомлена.

— А то, — ухмыльнулась Матильда, выбрав подходящий посох. — Пока все повторно изучали стихии, я залезла поглубже. А знаешь зачем?

— Ну-ка?

— Затем, что, по сути, все используемые стихии таковыми не являются. Это лишь форма, вид в котором проявляется способность того или иного мага. Магия завязана на нашем же понимании её. Проще ведь представить что-то конкретное, знакомое, ведь так? Хотя при этом ты можешь загадать что угодно, например, бессмертие или управление пространством, но при этом воплотить не сможешь, так как не будешь знать, как оно работает в своём истоке. Ты знал, что у директора несколько врождённых стихий? Благодаря им он и может создавать такие вещи… Знаешь же, что место, где проходил экзамен, это измерение, созданное директором? Ух, с одной стороны имея врождённый дар, можно создавать не только разрушительные вещи, но и очень хорошие, которые превратили бы наш мир в рай.

— Такое чувство, будто в этих знаниях ты искала ответы на нечто глубокое.

— Ты прав, — довольно улыбаясь, шагала Матильда. — Однако и в плане ознакомления очень полезно. Да и учитывая твой потенциал…

— Во мне малое количество магической энергии, — вспоминая обследование, сказал я.

— Даже так, если ты, как и твой отец, сможешь воплощать магию в её первородной форме, то сумеешь творить такое… О, Кира, — Матильда подбежала к девушке, которая робко рассматривала клинки.

— Решила взять меч? — поинтересовался я, дабы сменить тему.

Лекции про магию слушать интересно, но голова не резиновая, так и хочет взорваться от потока ранее неизвестной информации. Магия, формы, стихии — я вампир, мои способности вообще не подпадают под это. Или же нет…

Рассматривая мечи, взгляд остановился на двуручном мече, похожем на тот, что был у меня на экзамене. Взял в руки, осмотрел, пощупал — беру!

— О, вот вы где! — к нам подошли остальные. — Все выбрали?

— Кира выбирает, — шикнула Матильда на громогласного Эстера.

— Так, а что выбирать? Пусть берёт шпагу!

— Ага, щас! Может лучше кинжалы? — предложил Фёдор.

— Вот, — я протянул Кире копьё. — Управляться им проще, плюс дистанция. Для начала подойдёт.

— С-спасибо…

— Тогда может дополнительно…

Я посмотрел на Фёдора. Тот замолчал.

— Впрочем, на всякий случай возьми кинжал.

— Хе, — улыбнулся кучерявый.

— А вы, ребят, что выбрали?

— Палаш, широкий и увесистый, — довольный находкой Эстер презентовал своё оружие.

— Классика, — Фёдор показал меч.

— Посоревнуемся? — с ухмылкой обратился ко мне Эрик, держа в руках такой же двуручный меч.

— Я в танке, — улыбнулся Берт, в одной руке сжимая палаш, а в другой ростовой щит.

Оружие выбрали, купили, упаковали и довольные пошуршали на улицу. Показалось, что не так уж и много потратили времени, однако, выйдя, застали скатывающееся во мрак солнце.

— Да, — протянули все как по команде.

— В бар? — предложил Эрик, поёжившись от ветра.

— Неподалёку есть подходящее место, — улыбнулся Эстер, закинув рыжику руку на плечо.

* * *

Удивительно, сколько не замечаю, а трудности сближают людей. Ещё вчера мы все вместе бежали от неминуемой смерти, боясь посмотреть назад, а теперь так свободно, непринуждённо и легко идём по огромному, живому и мирному городу. Мелочь, которую не заметишь, пока не потеряешь.

Не понимаю, для чего вести войну. Хаос разрушений, смертей, круговорот боли и насилия — вот что несёт она. Мы постоянно ищем оправдание нашим действиям, какую-то высшую цель, но чем можно оправдать миллионы убитых, разбитых людей? Разве идеи стоят того, чтобы убивать людей?

— О чём задумался? — Матильда чуть толкнула меня, вырвав из раздумий.

— Да так, о жизни.

— Расскажешь?

Мы шли позади остальных. Парни громко обсуждали сначала учёбу, потом варианты работы, в итоге как-то дошли до проезжающих мимо машин — Эстер пытался доказать неоспоримые преимущества дома на колёсах, но разбивался об аргументы и вопросы Берта и Фёдора. В этом бессмысленном, но интересном споре нейтральную позицию занимал Эрик, внезапно предложивший узнать мнение Киры, которая даже подпрыгнула от неожиданности. Несмотря на всю робость, девушка смогла что-то высказать, чем, несомненно, обрадовала Эстера, что тот аж подхватил её, усадив на шею. Девушка сначала сопротивлялась, чуть ли не моля о помощи, но потом успокоилась и внезапно засмеялась.

— Вот дурашки, — улыбнулась Матильда.

— А мне нравится. Приятно видеть, что всё хорошо.

— Кира, юбку поправь! — окрикнула подругу Матильда.

Девушка ойкнула и с раскрасневшимся лицом стала оглядываться.

— Да я шучу!

— Мати! — запричитала Кира, пряча за бледными ладошками улыбку.

— Когда же вы успели подружиться?

— Да как-то само собой получилось, — пожала плечами девушка.

— Это хорошо.

— Вы же с Эриком братья?

— Получается так. А чего?

— Одногодки, родственники, а такой разрыв в силе.

— Думаешь, только родственными связями всё решается?

— Ну, слушай, у большинства семей всё примерно на одном уровне. Есть, конечно, уникумы, но всегда тяжело осознать, что ты идёшь рядом с таким талантом.

— Род Ди очень неоднозначный, — бросил я.

— Говорят, император равен по силе своему брату Вольдхару.

— Ха, да ну, — ухмыльнулся я.

Да не, бред какой-то. Я помню силу Гарвана. Ещё лучше помню Андреаса.

— Смеёшься, а ведь император владеет способностями каждой из побочной ветви.

— Даже нашими?

— Загадка, — Матильда чуть прикрыла свои голубые глазки. — Но ясно одно, он сильнейший, даже не смотря на свой возраст. Будь иначе, он бы уже не правил.

— Закон джунглей какой-то.

— По-другому никак. Каждый стремится к власти, но не каждый достоин.

— Ты тоже стремишься?

— Хотелось бы владеть для начала собственной квартирой, — хмыкнула девушка, после чего стукнула себя по голове, — чёрт, за коммуналку же платить надо…

— Одолжить?

— А у тебя есть?

— Да что-то осталось.

— Верну с зарплаты, честно-честно! — принимая остатки, клялась девушка.

— Да, — вот и кончаются денежки, совсем гроши остались. — А ты где-то работаешь?

— Ну как работаю, — нервно засмеялась девушка, — блог веду, статьи пишу, дома работу работаю…

— Понимаю…

— А ты? — старается перевести тему, видимо, про себя стыдно рассказывать.

— Отец на практику к себе поставил.

— Прости…

— За что? — недоумевал я.

— Вы же монстров убиваете…

— Да ладно, хочешь жить — умей вертеться. Но подожди, разве ты не дворянка?

— Дворянка, — хмыкнула девушка, поправив волосы, — да только лишняя. Не лажу с семьёй, вот и живу отдельно. С деньгами так же.

— Не позавидуешь.

А ведь я когда-то тоже жил один. Родители работали в столице, а я…

— Точно, родители, — прошептал я, словно вспомнив что-то давно позабытое. И ведь так и есть…

* * *

Большой бар, я бы даже сказал огромный, ещё и с уклоном во что-то дорогое, аристократическое, правда, весьма устаревшее, что на удивление шло местечку только на пользу. С уютом бара Эрины не сравнится, но своя атмосфера имелась, а низкие цены приятно ласкали финансовую дыру в кармане.

— То-то я и думаю, почему здесь много молодых, — обернулся на пьющих за соседним столиком студентов.

Эти вообще были в обычных строгих костюмах, но из их слов было ясно, что это учащиеся какой-то экономической шараги. Видать, даже не маги.

— Хех, это местечко основал друг моего отца, — с широкой улыбкой Эстер поставил на стол дюжину кружек с пивом. — В кадетском корпусе никто не мог похвастаться состоянием, вот он и загорелся идеей основать место для всех студентов, — крепыш мотнул головой в сторону одноглазого бармена.

— Эстер, сынок, сядь спокойно, остальное вам принесут, — грозно крикнул бармен.

— Так точно! — Эстер хихикнул, повернувшись снова к нам. — Старик Владимир добрый, пусть сразу так и не скажешь.

— Белла, а ну живее, гости же ждут! — грозно кричал бармен на официантку, с трудом поднимающую поднос с блюдами.

— Давай всё же помогу! — Эстер кабанчиком метнулся к официантке.

— Ну, какой из тебя командир будет, дурная твоя голова! — журил бармен нашего крепыша. — Я же ей, а не тебе за работу плачу! Не отнимай чужой хлеб!

Эстер что-то ответил бармену, после чего вернулся к нам с целым подносом рёбрышек:

— Небольшой презент от меня в честь нашей встречи, — улыбался парень.

* * *

Не прошло и часа, как вся компания, за исключением Киры, захмелела.

— Может, воздухом подышим, — осиливая последнее рёбрышко, предложил Фёдор.

Мы, молча, поднялись, словно ожидая этого предложения, и направились к выходу. Оказавшись на свежем воздухе, выдохнули и потянулись к карманам.

— Поражаюсь вашей выносливости, — то ли с осуждением, то ли с дружеским подколом Эстер прокомментировал нас с Эриком.

— А ты не хочешь, может, ещё крепче станешь, — дружелюбно съязвил Эрик, протягивая крепышу пачку, однако тот отказался. — Ну, как хочешь.

— Ребят, я, наверно, побегу, — неуверенно пролепетала Кира.

— Торопишься? — Матильда обняла девушку.

— Общежитие скоро закроется… и я Тому обещала…

— Так бы и сказала, — улыбнулась Матильда, ущипнув подругу. — Передавай ему привет.

— Всем пока! — попрощалась Кира и побежала.

— Может, стоило её проводить? — Эрик ткнул меня под бок.

— А что молчал? — закурив и отдав пачку Матильде, ухмыльнулся.

— Я думал, что ты тоже переживаешь.

— Смотри, Эрина узнает, по голове настучит.

— Ты, — цыкнул Эрик.

— Что, не холодно уже? — улыбался я.

— Ладно вам, парни, — вклинился Берт.

— На, кури, — приказал Эрик.

— Эй, ну ты чего? — занервничал Берт.

— Хей, смотри, это ж эти! — из бара вывалилась группа тех самых студентов в костюмах. — Чё, палками помахали, стали знаменитостями?

— Что-то не устраивает? — буркнул Фёдор, пряча нос за воротом пальто.

Студентов было трое. Алкоголь явно ударил им в голову, лишив страха и норм приличия. Инстинкта самосохранения тоже.

— Эй, Алекс, как думаешь, вот этот каратышка похож на воина? — наглел самый высокий из студентов. — Гляди, как трясётся, я ж его…

— Послушай, — серьёзно начал Эстер, закинув руку на плечо студента. — Давай отойдём.

— А давай, — заулыбался забияка, будто нарываясь на крепыша.

Эстер отошёл в сторону с этими тремя. Фёдор, как и мы, внимательно следил за происходящим.

— А ты чё как солдат вырядился, маг? — смеялся один из студентов, разминая кулаки.

— Вам лучше уходить, — спокойно произнёс Эстер, разминая плечи. — Боюсь, стипендии может не хватить на врача.

— Да? — мерзко протянул один из них. — Неужели такой талант будет тратить на нас свои силушки?

— Хей, Аки, — шепнул Эрик.

— Постой, — я зажал тлеющую сигарету между пальцев, опустив руку.

— А вот если я тебя ножичком порежу, а? — один и пьяниц вынул нож. — Магию же против гражданских запрещено использовать, хе-хе!

— Повторюсь…

— Да иди-к ты!..

Не успел договорить студент, как в руку ему влетела моя сигарета. Рука дёрнулась, выронив нож. Далее последовала мощная пощёчина от Эстера, отправившая невменяемого в стену, вмиг протрезвив его.

— А… мы лучше пойдём, — следом протрезвели оставшиеся двое, подхватив товарища и скрывшись за переулком.

— Хорошая работа, Аки! — Эстер обернулся, выставив большой палец вверх.

— Ну, ты даёшь, — Эрик выронил сигарету изо рта.

— Мусорить вредно, — отвесив рыжику подзатыльник, Матильда подняла окурок и выбросила в урну.

— Ладно, потопали обратно, — шмыгнул Фёдор, заходя обратно в бар.

* * *

Дело шло к ночи. За одной кружкой следовала другая, а вместе с тем посетителей становилось всё меньше и меньше. Эрик, Бертольд и Фёдор завязали разговор о политике, полностью погрузившись в него.

— Как это у тебя получилось метнуть сигарету? — внезапно спросил Эстер, подсев ко мне.

— Магия, — ухмыльнулся я, довольный старым фокусом.

— Весь в отца, я погляжу, — притащив ещё пива, улыбнулась Матильда. — Все же видели ту запись с выпускного экзамена в академии?

— Ты про то, как Линь одной лишь ручкой выбил глаз у Адама, лучшего фехтовальщика академии? — принимая новую кружку дурь-воды, уточнил Эстер.

— Ну, тогда всех называли лучшими мечниками, — пожала плечами Матильда.

— А сейчас кто числится лучшим? — вдруг заинтересовался я.

— Одни говорят, что Траурная Дева, другие, что Белый Мечник, — начал Эстер, отпивая из кружки. — В интернете об этом постоянно спорят, но лучшего так и не нашли.

— Кстати, про тебя тоже начались обсуждения, — хитро улыбнулась Матильда, положив руку мне на ногу. — Уже и нарезки с тобой делают.

— А ну-ка, покажи, — заинтересовался я.

Девушка залезла в телефон, вбила что-то в поисковой строке и протянула мне.

— Вот, смотри, — нажала она на иконку одного из видео.

Начала проигрываться та запись с академии, на которую наложили музыку. Чёрт, а приятно, так круто выглядит, даже самооценка подскочила.

— И таких сейчас много, — девушка пролистала целую колонку из видео разного качества. — С Эстером такие же начали делать. Только под грустные песни. Слышал, босс, ты теперь у нас герой-любовник с трагичной историей. Девушки только так тебя оплакивают.

— Эх, вот бы хоть одна подошла сама, — грустно вздохнул парень, заглушая печаль пивом.

— Не сидел бы на месте, давно бы уже нашёл, — хитро подмигнула Матильда.

— Ну, время есть, — залпом допив, пробурчал Эстер. — Может, в литрбол?

— А давай, — уверенно я согласился.

— Тогда я с вами, — присоединилась Матильда.

— Денег много? — покосился на неё.

— Проигравшие оплачивают, — девушка хитро улыбнулась.

XV

— Ещё по одной! — стукнувшись кружками, выкрикнули мы.

Это была седьмая.

— Да вы чудовища, — опустошив кружку, произнёс Эстер, чьи глаза будто превратились в два мутных стёклышка.

— Ещё по одной! — азарт захватил нас с Матильдой.

Будучи вампиром, я не мог опьянеть. Во всяком случае, не настолько быстро, как простой человек. Что до Матильды, так её выносливости можно только позавидовать. Мы шли наравне и, казалось, что она трезва, как и несколько кружек назад.

— Чёрт, я пас, — рухнув головой на стол, выдохнул Эстер, после чего захрапел.

— Ещё лидером зовётся, — ухмыльнулись мы, ударившись кружками.

Наверно, так продолжалось бы до самого утра, если бы к нам робко не подбежала официантка:

— Господа, мы уже закрываемся…

— Что, уже? — победитель так и не был выявлен, а азарт всё ещё владел нами.

— Ну, вы же… хозяин уже злиться…

— Хорошо-хорошо! Только кто же проиграл? — мы недоумевающее глядели друг на друга. — Ха, Эстер!

— А?..

— Ты платишь! — мы хлопнули крепыша по плечу.

— А… да… запишите на мой счёт…

— Хорошо! Спасибо за то, что выбрали наше заведение!

* * *

А на улице заметно похолодало. Парни всё ещё болтали о политике, шатаясь и опираясь о стену, доказывали друг другу правоту тех и иных взглядов и теорий. Мы же с Матильдой поддерживали обмякшего Эстера, то засыпающего, то тупо смотрящего куда-то перед собой. Наш командир молчал, однако внутри него происходила борьба. В основном организма с выпитым.

— Так, такси вызвала, — убрав телефон, сказала Матильда и чуть поворошила Эстера. — Босс, тебе куда?

— А, пусть ко мне едет… ну, со мной, — Фёдор оторвался от обсуждения политики.

— А вы, два брата-акробата?

— Я… ик… в старый город, — протирая лоб, ответил Эрик. — Сейчас вызову.

— Давай помогу, — Берт вырвал из его рук мобильник. — Если что, я и сам дойду.

— Ещё б мы тебя тащили, — по-доброму съязвила Матильда.

Первой приехала карета Эрика, в которую он вальяжно уселся и вяло помахал нам рукой.

— Он уснул что ли? — спросила Матильда, слишком близко придвинувшись ко мне.

— Да походу, — ответил, провожая глазами скрывающуюся в свете фонарей машину.

— А это, кажется, за боссом.

Подъехала жёлтая машина. Водитель, то ли признав в кучке пьяной молодёжи недавних героев, то ли из простой вежливости, вышел из машины и помог нам уложить Эстера на задние сидения. Здоровяк, будто мешок, рухнул и громко захрапел. Фёдор тем временем поблагодарил таксиста и уселся спереди.

— До понедельника, ребят! Расписание завтра скину!

— Не разболейся там! — крикнули мы тому на прощание.

— Ну, тогда по домам? — спросил Берт. — Мне туда.

— А мне туда, — одновременно с Матильдой, указал в противоположную сторону.

Мы переглянулись, но быстро отвели взгляд друг от друга.

— Ну, хах, тогда хорошей вам ночи, — как-то неловко выдал Бертольд. — Было приятно провести с вами всеми время…

— Щит-то не забудь, — я указал ему на стоящий возле урны инвентарь.

— Тьфу, — отмахнулся и засмеялся Берт, перекидывая деревяшку через плечо. — Совсем позабыл.

— Ладно, до понедельника, — я протянул другу руку.

— В следующий раз присоединяйся к обсуждению, хочу узнать твоё мнение, — улыбнулся парень, пожав руку. — И ты, Матильда, тоже! Ну, до скорого!

— Не споткнись только! — крикнула она вслед Берту.

— Постараюсь! — обернулся тот и чуть не врезался в столб.

— Вот дурень, — посмеялась девушка, после чего посмотрела на меня. — Прогуляемся?

— Давай, — я улыбнулся ей, сам того не заметив. Видимо, алкоголь дал о себе знать.

— Не торопишься домой?

— А что одному в поместье торчать?

— Логично, — улыбнулась девушка, отвернувшись и сделав вид, что внимательно изучает вывески закрытых магазинов.

Я тем временем решил, наконец, заглянуть в телефон. Снова ничего нового: сотни сообщений от Кассандры, несколько заявок в друзья, очередная реклама. Эх, даже Линь не вспомнил обо мне.

— Ого, она всегда столько пишет? — не скрывая интереса, Матильда смотрела мне в телефон.

— Ты про Кассандру?

— Да нет, рекламу.

— Не знаю, что с ней такое.

— Просто втрескалась девочка.

— Ты так считаешь?

— Да нет, вижу, — хитро улыбнулась Матильда. — И что же ты о ней думаешь?

— Столько произошло за эти дни, что не успел подумать.

— Понимаю. А о Кире что думаешь?

— Тебе так интересно?

Девушка задумалась.

— Ну а если я скажу, что ты мне приглянулся? Что скажешь? — она хитро посмотрела на меня, однако за этой хитростью скрывалось нечто большее.

— Да ну, шутишь, — отмахнулся я, остановившись у автомата с кофе. — Кстати, тот кофе был вкусный.

В карманах завалялось несколько монет, поэтому недолго думая купил сразу две банки. Одну сразу протянул девушке.

— А если не шучу?

— Тогда я не знаю, что тебе ответить.

— А что чувствуешь? — не унималась Матильда.

— Трудно сказать, давно ничего не чувствовал.

— А если так? — девушка прижала меня к стене.

Наши лица оказались в паре сантиметров друг от друга. Её обычно спокойное бледное лицо окрасилось багрянцем, а глаза бегали из стороны в сторону, словно выискивая что-то на моём лице.

— Ха, видимо, я победил, — я улыбнулся, заглянув прямо в голубые глаза Матильды.

— Вот хрен, — надулась девушка.

— Всё-таки опьянела?

— Есть немного, — присев на корточки, буркнула девушка и открыла банку. — Надо в круглосуточный зайти. Не хочешь ко мне, раз уж идти всё равно куда?

— А давай, — я тоже открыл банку.

* * *

До круглосуточного мы шли молча, погрузившись в собственные раздумья. Город был таким же пустым и безжизненным, как и в тот раз. Изредка мы встречали людей, то были простые офисные клерки, да совы, пребывающие в поиске блаженного забвения или же просто наслаждающиеся воцарившимися прохладой и тишиной. Никто не обращал на нас внимания, да и мы не горели желанием обращать его на других.

Будто случайно, на повороте мы столкнулись руками. Будто случайно взялись за них. Это произошло спонтанно, но никто не оказался против.

— А это уже моё любимое заведение, — хмыкнула Матильда.

Мы стояли под светодиодной вывеской у дверей магазинчика. Внутри был только полуживой кассир, чьи мешки под глазами вызывали сочувствие. Парень медленно листал какую-то книгу и совсем не обращал на нас внимание. Мы же подошли к стеллажу с энергетиками: маленькие стеклянные бутылочки с разноцветной жижей. Из интереса взял одну из них, увидел содержание кофеина и взялся за сердце:

— Конская доза.

— Зато в работе помогает, — устало улыбнулась Матильда, взяв сразу несколько бутылочек. — А ещё они содержат препараты, стимулирующие восстановление магической энергии. Очень полезная вещь, если периодически посещать сеансы целителей для восстановления.

— «Предназначено для магов», а тут «Предназначено для общего употребления»…

— Обычным людям не рекомендуют, а то ещё патологию какую вызовет, — важно отметила девушка, направляясь на кассу.

— Ну, попробуем, — тоже взял бутылочку, благо цена низкая.

Кассир, молча, не отрываясь от книги, пробил товар, мы же в свою очередь так же, молча, оплатили и вышли.

— Хех, в этот раз фантастику читает, — ухмыльнулась девушка.

— Знаешь его?

— Да он единственный, кто работает тут. И днём, и ночью, кассир мученный…

— Частенько ты сюда заглядываешь.

— В перерывах между работой, учёбой и попытками жить как все, хех.

Мы вновь повернули и вышли к небольшому многоквартирному дому. Поднялись на третий этаж. Матильда достала из кармана ключи с брелком в виде лисёнка и отворила дверь.

— Добро пожаловать в мою сычевальню! — девушка сбросила с плеч сумку с посохом в один угол, а пакет с энергетиками в другой.

Квартира была однокомнатная и очень тесная. Несколько сколоченных вручную полок, до упора заставленных книгами и мангой, огромный матрас, выполняющий функции кровати и стула, небольшой столик с ноутбуком, окружённым пустыми бутылками из-под энергетиков, несколько ароматических свечей и шкаф, из которого выглядывал рукав розового вязаного свитера. Кухня располагалась за низкой перегородкой, однако ничем примечательным не выделялась, разве что вытяжка выглядела древнее динозавров. Оба окна были зашторены, а кондиционер, висящий между ними, кажется, ожидал своей похоронной процессии.

— Чай, кофе? — разуваясь, спросила девушка. — Ты извини, если не по-дворянски всё, живу, чем могу…

— Дорогая же у тебя коммуналка…

— Да просто зверская. А знаешь, почему? Потому что одна мразь старая подключилась к моему счётчику, а вторая пенсия всему этажу ценник за воду нагоняет, — цыкнула девушка, бросив на крючок джинсовку. — Ты проходи, тараканов пока нет.

— А могут?

— Ну, я вроде успевала убираться. В отличие от одной дамочки, — девушка как-то злобно протянула последние слова, косясь куда-то вправо. — Стены тонкие, не удивлюсь, если когда-нибудь треснут, а оттуда орда усатиков повалится. Зато голодать не буду! Вот, в китайском квартальчике жарят, говорят, съедобно.

— Говоришь так, будто стесняешься, — улыбнулся я, сбрасывая верхнюю одежду.

— Так чай или кофе?

— Давай кофе.

— Супер, чай просто закончился, — девушка потопала на кухню. — Латте, Американо, Эспрессо? А всё равно только и есть, что быстрорастворимый. Тебе покрепче? Сахара нет, если что.

— Сделай, как и себе, — ответил я, оглядывая комнату.

Взгляд упал на полки с мангой. Столько неизвестных названий и… стоп, я же это знаю!

— Ого, тоже мангу читаешь? — удивилась девушка, засыпая кофе в кружки.

— Читал когда-то…

— О, а вот это раритет, — закончив с подготовкой кофе, девушка подошла ко мне. — Впервые в жизни решила зайти на аукцион. Пришлось оставить половину зарплаты… но, оно того стоило. Жаль, продолжения нет.

— Ума не приложу, как этот томик приключений пиратов смог дожить до наших дней…

— Погоди, ты читал? — девушка удивлённо покосилась на меня.

— Нет, но всё собирался, однако потом оказалось слишком поздно…

— О, чайник вскипел! Подожди минутку!

— Угу, — поставил томик на место.

Удивительно, даже такие вещи сохранились…

— Держи, — девушка протянула мне кружку. — Ты присаживайся, а то чего стоять…

— Да, конечно, спасибо, — я улыбнулся, отпив из кружки.

— Не слишком крепко?

— Да ну, в самый раз.

— Откуда же ты такой взялся, — Матильда устало опустила голову.

Я посмотрел на неё. Волосы её красиво падали на худые плечи, а тёплый жёлтый свет причудливо игрался тенями, скрывая лицо девушки. Матильда ритмично постукивала чёрными ноготками по стенкам кружки, будто пытаясь унять дрожь. И долго бы я смотрел на неё, если б в один миг не погас свет.

— Какого? — девушка подняла голову и нахмурила брови.

Оставив кружку на столе, подошла к двери, отворив её.

— Мать вашу, что вы опять сделали?

— Ой, внученька, я тут хотела…

— Дайте сюда!

Матильда вышла из квартиры. Ворчание, щелчки переключателей — всё это доносилось из раскрывшейся настежь двери. Но не прошло и минуты, как вновь зажёгся свет, а девушка вернулась, громко захлопнув дверь.

— Карга старая, — цыкнула она, закрыв лицо рукой.

— Что такое?

— Как знала, что я не одна тут…

Вздохнув, Матильда поправила волосы и вернулась к кровати. Подув на кофе, сделала глоток и поморщилась:

— Переборщила всё-таки… Ты не подумай, обычно всё спокойно, — девушка смущённо посмотрела на меня, — это сегодня как-то всё не так…

— Всё хорошо, я понимаю, — улыбнулся, допив кофе.

— Ты всегда такой?

— В плане?

— Спокойный, нет, задумчивый. Смотришь на всё так, будто знаешь события наперёд.

— Разве?

— Ты ведь не маг, Аки, — вдруг произнесла Матильда. — Даже не человек.

— С чего ты взяла?

Девушка посмотрела мне в глаза, будто пытаясь заглянуть в самую душу.

— Ты вампир, Аки. Знаешь, почему меня отверг собственный род? Потому что я могу читать людей, на ветру слышу каждую их мысль, каждое желание. — Матильда улыбнулась. — Аки, расскажи правду.

Она придвинулась ко мне, а глаза заблестели.

— Будь я вампир, оставил бы тебя в живых?

— Тогда убей меня, — из глаз проступили слёзы, чёрная подводка потекла.

— Ты за этим меня привела? — я нахмурился.

— Ты голоден, Акира, прошу, не сдерживайся, — Матильда начала задирать водолазку.

— Остановись, — я схватил её за руку, однако девушка упорствовала.

Мы упали на кровать. Я оказался сверху.

— Стоило молчать, — шёпотом начала девушка, закрыв глаза, — будучи маленькой, благодаря своей способности, я узнала, что у отца есть любовница. И ведь такой дурой была… рассказала матери. А та сначала высекла меня, потом уже поссорилась с отцом. Из-за собственной глупости стала ненавистным ребёнком. Пыталась всё исправить, но поздно, слишком поздно, меня ненавидят, презирают собственные родители. Изо дня в день пытаюсь хоть как-то выжить, но всё это превратилось в постоянный цикл. Думала, умру на экзамене, надеялась, что всё по-настоящему, но оказалось симуляция. Ещё и Кира, такая слабая, такая наивная, как я, — девушка всхлипнула, — она, как маленькая я. Она ведь никому не вредит, почему же её так ненавидят? Аки, — Матильда открыла покрасневшие глаза, — почему же ты ещё не убил меня. Вот она я, в твоей власти, лёгкая добыча. Почему ты не хочешь убить меня?

— Ты не заслуживаешь этого, — я встал, одёрнул шторы и открыл окно.

— Почему ты так говоришь? — глядя на потолок, прошептала Матильда.

— Ты хочешь жить, точно так же, как и любой другой человек, — ощупал карманы в поисках сигарет.

— Но разве это жизнь?..

— Какая есть.

— Почему ты так говоришь? — девушка посмотрела на меня.

В лучах ночного города её заплаканное лицо стало будто бы ещё красивее. Блеск наивных, но таких живых глаз, дрожание губ и высоко вздымающаяся грудь — она живая, она заслуживает жизни, заслуживает спасения.

— Аки, кто же ты на самом деле?

— Я — вампир, неожиданно воскресший спустя сотню лет.

— Но как?

— Один человек попросил помочь ему изменить мир.

— Линь…

— Он хочет устранить деспотию дворянства, разрушить барьер между магами и не магами.

— Но чего хочешь ты?..

— Я?

Я посмотрел на Матильду. Она выжидающе смотрела на меня.

— Я хочу жить, вновь испытать счастье, понять, что всё, ради чего я сражался, было не напрасно.

— Почему ты так легко всё рассказываешь мне? — вдруг спросила девушка.

— Ты хочешь стать счастливой?

Девушка задумалась, пробежалась глазами, словно в последний раз по собственной квартире, после чего прошептала:

— Очень хочу…

— Тогда, готова ли ты пойти со мной? — я улыбнулся, протягивая девушке руку.

Матильда встала и на дрожащих ногах подошла ко мне. Посмотрела на протянутую руку и робко подала свою. Соприкоснувшись руками, прижал бедную дворянку к себе, выпуская клыки. Секунда, и я уже впивался ими в её тонкую шею. Горячая, сладкая кровь, словно амброзия, растекалась по моему телу, а вместе с тем перед глазами возникли тяжёлые воспоминания той, кто ещё совсем недавно казалась настолько оторванной от мира, настолько беззаботной и лёгкой на подъём. Ноги девушки подкосились, а голова легла мне на плечо.

— Как я тебе? — прошептала Матильда.

Я уложил её на кровать, закатывая рукава водолазки. Быстрым движением вскрыл вены и прислонил кровоточащую руку к губам ослабшей девушки.

— Пей.

Собственный голос показался таким чуждым и далёким, словно это не я провожу ужасный ритуал, а кто-то другой, кто-то с таким же лицом и именем. Другой Акира.

— Вот и всё, — прошептал я, прикоснувшись к холодным губам девушки.

— Что ты сделал?..

— Мы заключили контракт, — я улыбнулся, вернувшись к реальности. — В обмен на верность, ты получила силу, оставшись при этом человеком.

— Какую силу?

— Ну, теперь как минимум не умрёшь от голода, — ухмыльнулся я.

— Аки, — прошептала Матильда, взяв меня за голову.

Наши губы соприкоснулись. А дальше, как в тумане…

* * *

Мы лежали под тёплым пледом. Водолазки сплелись между собой в причудливый узел где-то в углу, брюки скрылись под столиком, а носки… да, впрочем, какое сейчас нам до них дело. Мы лежали, плотно прильнув друг к другу, сливаясь в жарких объятиях. Матильда тяжело дышала, уткнувшись мне в грудь.

— Не думала, что первый раз будет с вампиром, — посмеивалась девушка.

— Как-то всё гладко прошло, — выдохнул я.

— Знал бы, каково жить в окружении похабных мыслей… хах…

— Кому-то явно стало лучше.

— Ещё бы, — не видел лица девушки, но эта фраза явно дала понять, что та улыбается. — А откуда у тебя эти шрамы?

— Ты про что? — я посмотрел на своё тело.

— Вот, на груди, — Матильда даже провела пальчиком.

— А, эти… да и не помню, честно говоря.

— Вопрос про то, как ты научился драться, уместен?

— Сама видишь… и, похоже, первая, кто видит.

— Сколько же тебе лет…

— Ну, — я задумался, глядя в потолок, — если не учитывать столетний сон, то лет тридцать, наверно.

— А выглядишь на двадцать…

— В молодости обратили…

— Ты прямо как герой, сошедший со страниц книг, хах. Только почему ты не горишь на солнце? — девушка посмотрела на меня.

— Такая вот клановая особенность.

— Есть и другие кланы?

— А как иначе-то? — я ухмыльнулся. — Всё как у вас, магов.

— И как они тебя приняли? Знаешь ведь других?

— К сожалению, знаю.

— Тебе тяжело?

— У всего есть хорошие и плохие стороны, а так нет, справляюсь.

— Не боишься, что кто-нибудь, как я, узнает о тебе правду? — серьёзно спросила девушка.

— Будешь молчать, не узнают.

— Хорошо, тогда буду вести себя так, будто сегодня ничего не произошло, — весело проговорила Матильда, вставая с постели. — Ну, а сейчас за работу, а то так и не расплачусь с тобой.

— У тебя ещё остались силы? — я приподнялся и принялся выискивать брюки.

— Конечно, нет, но энергетики в помощь! — улыбнулась работяга. — Хочешь, можешь оставаться у меня.

— Лучше пойду, — брюки нашёл, ура. — Не хочу отвлекать от работы.

— Получается, ты тоже забудешь о том, что было сегодня?

Девушка сидела за выключенным ноутбуком, спиной ко мне. Я не видел её лица, но в голосе слышал лёгкую печаль.

— Мы в одной лодке, Мати, — надевая водолазку, ответил, сделав голос максимально спокойным, — поэтому, я всегда к твоим услугам.

— Даже таким? — она прикоснулась рукой к обнажённому плечу, будто прикрывая его.

Я утвердительно ответил, однако почувствовал, как внутри что-то ёкнуло. Совесть? Мораль? А, может, чувства?

XVI

Висящий за спиной меч то и дело брыкался, занимая как назло самую неудобную позицию. Психанул и взял непокорную деревяшку в руки. На часах было пол пятого утра, ключей от поместья не было, а куда идти — не ясно. Деньги тоже кончились.

— Ну, хоть погода отличная, — прошептал я вслух, глядя на звёздное небо.

Эта ситуация с Матильдой подкинула целую кипу новых вопросов в и без того забитую голову. Чувствую, что ещё чуть-чуть, и она треснет, а вопросы, подобно цунами, разнесутся по округе, круша всё на своём пути. Однако теперь ещё один человек знает, кто я такой, а вместе с тем кровь этого человека теперь также проносится по моим венам, сливаясь в единый поток и теряя свою уникальность. Чтение мыслей при помощи ветра — звучит, как хорошая способность, но только не для меня. Не хочу усиливать бардак в голове.

А всё-таки, хорошо, что с ней мне не придётся скрывать себя настоящего, равно как и ей. Каждый раз удивляюсь тому, сколько у всех проблем. Кассандра страдает от возложенных на неё ожиданий, Эрик потерял семью, Киру травят, а Матильда является изгоем в собственной семье. Не академия, а клуб самых разных проблем. И ладно это, ещё и свои тараканы достали, а времени на то, чтобы потравить их, так и не нашлось. Я вновь теряю человечность, да так незаметно, что, кажется, совсем скоро я не замечу, как стану чудовищем, убивающим всех направо и налево.

Я хотел начать всё с чистого листа, но при этом постоянно натыкаюсь на прошлое. Лучше бы ещё пару столетий проспал, авось по-другому всё было, но имеем, что имеем. Однако, как это «начать жить с чистого листа»? Что эта фраза подразумевает? Я должен отбросить прошлое, смириться с ним или же решить его старые проблемы? А надо ли мне начинать всё сначала?

И снова я возвращаюсь к придурку Фрэнсису — предателю, которого должен покарать. И покарать не только за себя, но и за всех тех, кто пал в той битве, кто оказался забыт под обрушившимися сводами мрачного дворца. Но так ли плох этот Первородный? Мне кажется, я просто делаю из него козла отпущения. Несомненно, он повинен во многих грехах, но проблемы вряд ли решаться сами собой с его смертью. Да и месть ему не сможет стать для меня главной целью.

— Тогда какая у меня цель и есть ли она вообще? — прошептал я, стоя у портала, ведущего на летающий остров.

И вот передо мной открылся дворянский квартал. Дорогие дома, поместья, целых три улицы. Но всё это великолепие молчит. Кажется, что здесь я совсем один. И пусть так, не хотелось бы встретить сейчас кого-нибудь из знакомых.

Я понял, что месть и отбрасывание прошлого не из хороших затей. Тогда что будет лучше — просто жить? Да тоже не выйдет, учитывая какой у меня «отец». Изменить мир — красиво звучит, но за всей красотой скрывается море ужаса и полное отсутствие морали. Линь хочет изменить жизни людей к лучшему, но при этом планирует чистку среди дворян. Да, пожалуй, кто-то из них заслуживает смерти, но это не отменяет того факта, что все они люди и такие же граждане империи. В общем, как-то всё сложно, в гробу было полегче.

Однако Линь дал мне обещание. Правда ли, но если так, то он может помочь мне в воскрешении той, которую я давно отпустил. Но, надеюсь, он про неё не знает. Ведь она стала сосудом для могущественной силы, а душа… скорее всего её уже нет. Уже нет той, которую я любил. Пусть я и видел её образ тогда, пусть я и видел так на неё похожую Киру, Её настоящую уже не вернуть. Не стоит пытаться вернуть то, чего уже нет, а то, что осталось, может лишить всего в настоящем. Быть может, тогда стоит поддаться течению и слепо пойти за Линем? Нет, ведь он может оказаться страшнее любого врага. Пожалуй, пока остановлюсь на том, что буду пытаться вернуть прежние силы. А там и Фрэнсиса прикончу. А там и…

На пороге поместья Ди’Леонард сидела Кассандра. Заметив меня, девушка быстро встрепенулась и улыбнулась, отряхиваясь как можно более незаметно.

— О, Аки, а я как раз тебя и ждала, — девушка распустила завязанные в хвостик волосы. — Вот, гуляла и подумала, что стоило бы тебя навестить…

— Тебе не холодно? — спросил, глядя на то, в чём она была.

Юбка и кофточка — видимо, совсем головой ударилась.

— Руки ледяные просто, — я взял её за бледные дрожащие ладошки.

— Ничего страшного, — прошептала она, приблизившись ко мне.

В голову ударил аромат дорогих духов.

— Вот, надень, — я дал ей свой пиджак. — Иначе заболеешь.

— Почему ты меня игнорируешь?

— Что?

— Подолгу не отвечаешь, при встрече тут же сбегаешь… разве, я недостаточно хороша? — девушка уткнулась лицом в мою грудь. — Хорошие у неё духи…

Кассандра всхлипнула.

— Ты о чём?

— Ты был не один, ведь так? Кто она? С кем ты был этой ночью? — девушка умоляюще посмотрела мне в глаза.

Я молчал. Не потому, что боялся что-то сказать. Сознание было утомлено, а новой проверки на прочность нервы попросту бы не вынесли.

— Почему ты молчишь? — девушка слегка ударила меня по груди. — Я ведь… я ведь… я ведь люблю тебя…

— Что?

— Я никогда не верила в любовь с первого взгляда… — голос Кассандры дрожал. — Никогда… до встречи с тобой…

Кажется, её силы были на исходе: худые ножки подкосились. Так и упала бы на колени, если бы не придержал её. Ключей от поместья у меня не было, а потому пришлось усадить изнеможенную дворянку обратно на крыльцо.

— Аки, слышишь, я люблю тебя, — шептала Кассандра, уткнувшись мне в грудь и роняя слёзы.

Тёплый свет фонаря падал прямо на нас, проявляя все переживаемые эмоции. Невозможно было что-либо скрыть в этот момент. И как Кассандра не скрывала свои эмоции, я не стал скрывать подступившее чувство голода. Открытая шея дворянки, полностью находившейся в моих руках, чертовски сильно манила меня, а потому я обнажил клыки, впившись в это хрупкое создание. Она не почувствует ничего, кроме удовольствия, смертельного наслаждения, следы которого исчезнут на рассвете. Кассандра стонала, прижималась сильнее и что-то шептала. Я не слушал её, наслаждаясь великолепным вкусом голубой крови. Но что-то нарушило момент наслаждения, что-то, что возникло перед глазами. Образы, фрагменты воспоминаний… Ночь перед отборочным экзаменом…

* * *

— Ого, Кира, неужто, это ты? — раздался позади нетрезвый голос.

Девушка вздрогнула, обернулась — в тусклом свете фонаря стояла Кассандра с подругами.

— Так-так, и что это мы тут делаем? — поправляя светлые волосы, спросила одна из дворянок.

В этом взгляде читалась ярая неприязнь к столь низкорожденной девице.

— Мало Томаса? — язвительная улыбка. — Сколько хоть берёшь за свои услуги? Слушай, а ты не так уж и уродлива, хе.

— Прости, — Кира наклонила голову.

— Томасу что ли нравятся покорные? — Сара, та самая блондинка, одна из подруг Кассандры, отпила из бутылки, приближаясь к девушке. — Самой-то не мерзко?

— Простите…

— О, Касси, а ко мне она всё же на вы!

— Девчат, она вам не надоела? — зевая, поинтересовалась девушка с розовыми волосами.

— Луизи, — искривилась в улыбке Кассандра, — ещё как надоела.

— Простите…

— Думаешь, пройдешь отбор? — Сара закинула руку на плечо Киры.

— Простите…

— Ха, да ты только извиняться и умеешь! Лучше б перед бабкой своей извинилась! На, пей! — Сара вцепилась в длинные волосы Киры, прислоняя к замёрзшим губам бутылку.

— Н-нет, пожалуйста…

— Сара, зачем так жестоко?

— Тише, Луизи, — скалясь, шипела Сара, впихнув горло бутылки в рот простолюдинки. — О, как губами обхватила! Явно талант!

— Кха, — девушка упала на колени.

— Что, не привыкла к дорогому вину? — снова закурив, приблизилась Кассандра. — Оно и видно.

Она нервно прокручивала сигарету в руках. Казалось, решала, что сделать с несчастной. И мысль пришла.

— Бедняжка, тебе пиджак-то не давит? — дворянка присела рядом с Кирой.

— Ч-что?..

— Ох, и почему у вас всех такие бидоны? — дворянка сорвала пиджак с девушки.

Следом была сорвана и рубашка.

— Прошу, хватит…

Глаза Киры заслезились, что лишь сильнее раззадорило дворянок. На все мольбы прекратить, те лишь смеялись, продолжая думать, что ещё вытворить.

— Слушай, да он тебе мал, — рассматривая дешёвый лифчик, говорила Сара. — Таким и удавиться можно! Хм… Кира, а Кира, ты же природу любишь? — Сара прикоснулась к заплаканному личику.

— Пожалуйста…

— Как скажешь, хе. Девчат, давайте привяжем её!

Не дожидаясь ответа подруг, Сара взяла под руки хрупкую девушку и поволокла к одному из деревьев.

— А сели её обнаружат? — Луизи казалась самой разумной, однако именно это сейчас и пугало в ней больше всего.

— Тут же есть слепое пятнышко, дорогая, — посмеиваясь, говорила Сара.

Кира боялась. Надеялась — лишь бы это скорее закончилось. Она могла бы противиться, могла бы попытаться высвободиться из цепких рук Сары, но страх будто сковал её тело. Насильно выпитый алкоголь сильно ослабил непьющую девушку, что лишь усугубило ситуацию.

— Ах, чудесно, — гордясь тем, как несчастную привязали к дереву, Кассандра прикоснулась к Кире.

Дворянка провела холодной ладонью по обнажённому телу девушки. Она будто приценивалась, искала, что больше всего злит её в этой простушке. Что же было в этой заурядности? Почему её — леди из высшего общества так бесила эта безродная? Грудью? Природной бледностью? Узкой талией? А может, дело в характере?

— Нет-нет-нет, — посмеялась Кассандра, щупая дрожащую от страха и холода девушку.

Успех — вот что по-настоящему бесило её.

— Почему же Аки схватил именно тебя? Почему он смотрел именно на тебя? Чернь, — дворянка затушила сигарету о нежную грудь девушки, которая в ответ лишь замычала. — Да, добрые люди не должны слышать тебя, — бросив окурок, Кассандра лишь глубже впихнула своеобразный кляп из нижнего белья в рот девушке.

— Не слишком ли это жестоко? — Луизи озиралась по сторонам.

— Так ей и надо! — Сара победоносно пнула несчастную под рёбра. — Мычи, тварь! Мычи, сколько можешь! Томас должен был стать моим! — второй пинок казался сильнее предыдущего.

— Сара, ну хватит, мы её больше не увидим, — ухмыльнулась Кассандра, проведя пальцем в воздухе. — Не стоило даже приближаться к Аки, дура!

Плюнув на несчастную, мучительницы гордо зашагали прочь. Недолгое молчание вскоре превратилось в беззаботные разговоры о всяких безделицах, словно ничего и не произошло.

— Простите, — стонала Кира, по щекам которой вновь полились слёзы.

Вскоре вдалеке показались первые лучи солнца…

* * *

Я отпрянул от девушки.

— Почему, Аки… почему ты выбираешь всех, кроме меня…

Кассандра уснула.

— Так это были вы…

Она начала относиться так к Кире после того случая? Жестоко. Значит, нападки Эрика были небезосновательными. И всё это из-за любви ко мне? Да уж, сделали они, а перед Кирой теперь стыдно мне. Что же она чувствовала тогда…

XVII

На пороге Кассандра проспала недолго, а окончательно разлепив глаза, поторопилась вернуться в общежития. Я не стал задерживать её. Молча, проводил до портала и направился обратно. На душе было мерзко. Мерзко от её поступка, от её отношения, от её любви. Однако высказывать ничего не стал. Возможно, в отношении неё я тоже ужасен.

С тяжёлой головой добрался до поместья, рухнул на крыльцо и уставился на небо. Ночь сменялась рассветом. Тёплым, многообещающим, но таким противным. Одно радовало, поступки людей редко влияют на вкус крови.

Задремал, но ненадолго, неподалёку раздался звук подъезжающего автомобиля. Открыл глаза — за каменным забором показался Николас. Мужчина о чём-то поговорил с водителем, после чего машина тронулась.

— Акира, а ты чего под дверью делаешь? — Николас удивлённо уставился на меня. — Чёрт, ключи остались у Эрика?

— И вам доброе утро, — я поднялся.

— Кофе сварить? Долго сидел? — поинтересовался бородач, выглядящий так, будто всю ночь вагоны грузил.

— Буду благодарен.

— Хорошо, видимо, встреча прошла, — Николас открыл дверь и любезно пропустил меня.

— Это да…

— Всё купили?

— Хватило только на оружие, — бросил меч на кресло, а сам упал на диван.

Потянулся, приятно прохрустев всем телом, и обмяк. Словно слился с этим мягким куском кожи.

— Ничего, от академии должны предоставить остальное, — Николас скрылся в кухне. — Я так заметил, ты купил себе двуручник?

— Да! — лениво ответил я, закрыв лицо рукой.

— Вот и правильно, — Николас вернулся с двумя кружками.

Медленно прошёл в гостиную, поставил кружки на столик и сел на свободное кресло. Из кармана пиджака достал пачку и закурил.

— Завтра снова в академию, — устало произнёс бородач.

Очки сползли на нос мужчины, чем напомнили о своём существовании. Тяжело вздохнув, Николас снял их и положил на стол.

— Вы всегда их носили? — вдруг поинтересовался я.

Честно, не припомню, чтобы он их носил.

— Линзы закончились.

— А обратиться к целителям?

— Такова плата за мои способности, — выдохнул мужчина и протянул мне пачку.

Я принял.

— Ты ведь знаешь, что каждый маг, имеющий особую способность, расплачивается за неё проклятием? — начал бородач.

— И ваша плата — потеря зрения?

— Да. Равно как и твои глаза, — мужчина указал на меня. — Как и способности, проклятия бывают абсолютно странными и несправедливыми. У меня постепенно развивается слепота, в то время как ты, по словам Линя, отделался лёгкой мутацией глаз.

— Какие у вас способности?

— Линь не рассказывал? — ухмыльнулся мужчина. — Раньше всем трезвонил об этом… Я могу использовать не только родовую форму огня, но и другие, в том числе противоположные, например, форму льда. Однако, как и у каждого мага, у меня есть свой потолок, — мужчина вздохнул, затушив сигарету, — я не способен выйти за рамки магии стихий. Ты ведь знаешь, что есть два типа магии?

— Допустим, — чёрт, грузят, но вроде полезным.

— Тогда ты понимаешь, что есть магия стихий, а есть магия метаморфоз. С одной стороны…

А впрочем, рано или поздно пришлось бы грузиться теорией, я ведь студент магической академии…

— …Маги стихий — сильные ребята. В прямом столкновении стихийнику не будет равных. Добавь к этому простоту в прогрессии и получишь идеального воина. Однако метаморфозники обладают большим спектром возможностей. Несомненно, в этом направлении трудно развиваться, но стоит понять основы и, — Николас присвистнул, — всё. Со стихией всё понятно, область применения той или иной формы обозначена чётко. Вот, например, молния — эта форма магии позволяет, как заряжать электрические приборы, так и оглушать или убивать противников. Но с формой молнии можно объединить и способность производить метаморфозы. Так при сочетании молнии и переноса сознания можно проникать в помещения, имеющие электропроводное наполнение. Сам по себе перенос души может работать напрямую, но в сочетании же становится интересно?

— А вот карманное измерение, это какая область? — вспомнил я способность директора.

— Это тоже метаморфоза, только очень сложная. Для создания такого измерения тебе нужно понимать саму её основу. Но на одном понимании не уедешь. У большинства метаморфозников есть свой потолок — неспособность использовать стихии, благодаря которым ты и создаёшь это измерение. Это как представлять себе коробку, но не уметь её делать. Вроде просто — возьми шесть дощечек, да скрепи их меж собой, однако дощечки рассыпаются у тебя в руках. Многое зависит от врождённых предрасположенностей. Не было бы их, не было бы и кланов. Иногда, конечно, способности обоих кланов могут объединиться, но всё же такое происходит очень редко.

— Значит, без хороших генов никуда…

— Ты-то чего переживаешь, у тебя с ними всё хорошо. Как-никак твоим предком является сам Вольдхар, первый из магов.

— И в тоже время у меня низкая концентрация.

— Ну, продолжительность заклятий будет меньше, чем у остальных, это не приговор, а маленький ограничитель. Если хочешь прогрессировать, больше думай над оптимизацией: на что тратить выделенный запас магической энергии, а на что нет.

Мы одновременно взяли кружки и отпили. Кофе оказался очень вкусным, даже не смотря на свою чудовищную крепость. Гостиную заполнили лучи утреннего солнца, а за окном послышались звуки оживающего города.

— Хочу похвалить тебя, Аки, — вдруг произнёс Николас, отставив кружку в сторону. — Ты в полной мере проявил свои лучшие черты на экзамене. Хах, а ведь я помнил тебя ещё во-о-от таким мелким. Даже не верится, — мужчина улыбался, вновь взявшись за кружку. — Чего так смотришь? А, точно, — он почесал затылок, — это же было ещё до того случая…

— Получается, вы знали и мою мать? — я нахмурился.

Неужели…

— Она была сильной женщиной, — Николас посмотрел на окно, словно выискивая там что-то. — Я тогда с трудом выбил разрешение на посещение Остова. А ведь точно! — бородач вынул из кармана бумажник. — Вот же, — он достал чёрно-белую фотографию.

Молодые Линь и Николас, а между ними девушка, за платье которой неуверенно держится мальчик лет четырёх.

— Ты тогда ещё не умел говорить, — с улыбкой рассказывал Николас, — но как только увидел меня, закричал: «Борода!».

Мужчина засмеялся, придерживая очки свободной рукой.

Так значит, Линь не придумал мою предысторию…

Николас вдруг помрачнел и опустил голову.

— Не стоило тогда уезжать…

За окном послышался шум машины.

— Дай угадаю, а вот и голубки, — сменил тему Николас.

И правда, когда дверь открылась, в прихожую вошли Моника и высокий парень с каштановыми волосами.

— Ой, а вы чего тут? — удивилась девушка, снимая пальто.

— О, дядя, доброе утро! — радостно поприветствовал парень. — Как в академии?

— Не поверите, всю ночь играл в нарды с Витасом!

— Не убили друг друга хоть? — поинтересовалась Моника, подходя к нам.

— Было близко…

— Старик очередное собрание проводил что ли? — следом подошёл парень.

— Да, повесили на меня две группы. Четвёртый курс и наших молодцов, — Николас кивнул в мою сторону.

— Ах, Аки, а ты чего в одежде? — Моника опёрлась о мои плечи.

— Хе, ключей не было…

— Эх, говорила же Эрику, — вздохнула девушка, уходя на кухню. — Ладно, потом отругаю. Завтракали хоть?

— Джентльменский был, — улыбнулся Николас, во взгляде которого читалось предвкушение.

— Аки? — ко мне обратился парень. — Ха, ну вылитый дядюшка Линь.

— Получается, Брэндон? — я протянул ему руку.

— Именно! — парень улыбнулся. — Эрик тебя ещё не замучил?

— Да нет, вовремя к Эрине уматывает.

— Хах, как и всегда, — посмеялся парень, сев рядом. — Дядя, снова всю банку высыпал?

— Ну, так энергетики Моника запретила.

Точно, кажется, я оставил свой у Матильды… в следующий раз попробую.

— Ещё и Аки подсаживаешь…

— Ему и так нравится.

— В следующий раз, два ящика закажу, — вздохнул парень.

— Лучше бы о работе подумал, — укоризненно произнёс Николас, закинув ногу на ногу.

— В армии сейчас голяк, ты и сам знаешь…

— Так устроился бы инструктором в академию или училище. В конце концов, к Линю обратись, он точно поможет трудоустроиться.

— Ты сам знаешь, — лицо парня сделалось кислым. — Моника меня быстрее любого упыря грохнет…

— Ну, вот Аки ещё не убила, хотя он у Линя практику проходит. Вот, в первый же день кровососа завалил.

На кухне что-то громыхнуло. Не успели мы и глазом моргнуть, как в гостиной появилась Моника.

— Аки, это правда?! — глаза девушки округлились то ли от шока, то ли от страха.

— А, никто же ещё не рассказывал, — неловко улыбнулся Николас.

— Аки? — повторила Моника.

— Да что там такого, самый простой упырь был, — я тоже неловко улыбнулся.

— А если поранится? — Моника засверлила глазами Николаса.

— Ну, так я что сделаю? Линь его отец ведь…

— Всем утречка! — громко хлопнула дверь, и в прихожей появился Линь в деловом костюме. — А вы чего так смотрите? У меня что-то на лице?

— Ты почему сына в свою контору утащил? — строго спросила Моника, будто отчитывая Линя.

— А…

Линь нервно засмеялся. Грянул бы гром, да Брэндон вовремя одёрнул жену за подол платья.

— Родная, у тебя, кажется, что-то горит…

— Что? Что?! Блин, яйца!

И девушка убежала на кухню. Мы все выдохнули.

— А Эрик где? — косясь на кухню, спросил Линь.

— У Эрины, — хором ответили мы.

— А я передачку принёс, — и потянулся к рукаву. — А, я же в костюме…

— В офисе был? — поинтересовался Николас.

— Да, проверка была, пришлось быть красивым и нарядным. А вы как?

— Витас чёрт.

— Классика.

— Полковнику так и не написал…

— Может, Монику уговорю тебя к нам взять. А ты, Аки?

— Ключи хочеца, а так прекрасно.

— Ключи будут, — Линь похлопал меня по плечу.

* * *

Попробовал отоспаться в комнате — не вышло. Скорее всего, сработал кофе, а может короткий сон на крыльце. Не стал углубляться в поиск истинных причин отсутствия сна и принялся за изучение собственной опочивальни. Однако ничего интересного не обнаружил — комната, как комната, чистая и хорошо. Переодевшись в футболку и домашние клетчатые штаны (несомненно, их с любовью уложила в шкаф Моника, даже записку оставила), решил пошариться в интернете.

— Пум, пум, пум, — пумкал я, читая всякие статейки в разделе с новостями.

Ничего интересного, в основном писали про новые технологические прорывы и о красотах южных городов, ещё обмолвились про недавний экзамен в академии (заголовок «Чёрная лошадка в мире фехтования» особо позабавил), да и всё. Где-то встречались политические заметки, но как одно сливались в то, что империя самое влиятельное государство в новом мире.

Решил почитать про магию, однако наткнулся лишь на множество видео с разборами тех или иных магов. Однако хорошо порыскав, отыскал несколько статей. Закрепил лишь ранее услышанную базу. Видимо, знания о магии скрывают, но оно и понятно — магия законна только на территории империи, а иностранцы, владеющие ею, с рождения получают гражданство. Гражданство гражданством, а вот титула нет. Наткнулся на одну историю пятилетней давности: парень из восточной Азии случайно обнаружил свой дар в шестнадцать, после чего лишился гражданства, а для получения имперского прошёл все круги бюрократического ада, кончилось же всё тем, что из академии его выперли из-за плохого владения языком. Дальнейшая судьба неизвестна.

— Мда, вот и кому ты будешь нужен? — я вздохнул, отложив телефон в сторону.

Странно, на часах уже полдень, а Кассандра ничего не написала. Так-то мне всё равно, но странно, обычно заваливала ими.

— А, точно, — снова вздохнул, — она же мне в любви признавалась…

А ответа так и не дал, как-то жажда больше беспокоила. Кстати о ней, пить хочется.

Встал с кровати и пошуршал к двери. На пороге застыл от вдруг возникшей мысли: что же я должен чувствовать? Однако чувство жажды оказалось сильней.

Внизу кипела жизнь: Моника хлопотала на кухне, в прихожей причёсывался Николас, Линь читал книгу в гостиной, а Брэндон метался от одного обитателя поместья к другому.

— О, Аки, ты как раз вовремя! — тараторила Моника, бегая между плитой, холодильником и столом, забитым самыми разными овощами. — Вот, держи нож, нарежь курицу слайсами!

— А, хорошо, — вот меня и припахали.

— Спасибочки! — не отрываясь от забот по кухне, протараторила девушка.

— А ты быстр…

Сзади послышался голос Брэндона.

— Так, а чего медлить? — пожалуй, я слишком быстро расправился с бедной курочкой.

— Помог бы, — причитала Моника, сливая воду с кастрюли.

— Да мне б Аки забрать, — тихонечко произнёс парень.

— Курицу нарезал? — Моника глянула на слайсы. — Супер, можешь тогда идти, дальше управлюсь.

— Не многовато ли мы готовим? — поинтересовался Брэндон.

— Пять мужиков в доме, — важно произнесла девушка, — к тому же сегодня мы отмечаем успешную сдачу экзаменов у мальчиков! Ой, морковка сейчас сгорит! Всё, идите!

И мы по-быстрому улепётали с кухни.

— Аки, как насчёт небольшого спарринга? — предложил парень, растянувшись в улыбке.

— Моника не против?

— Это ведь тренировка! Всё для нашего блага! Вот, даже мечи деревянные! — парень вынул из-за угла два длинных клинка.

— Как знаешь, — а почему бы и нет?

Мы вышли на задний двор и встали у самого забора между деревьями.

— Какое у нас стоп-слово? — спросил я, осматривая изрядно потрёпанный меч.

— Думаю, для начала сразимся до первого падения, — предложил парень, встав в боевую стойку.

— А ты не плох, — похвалил его. — Давай угадаю — защитный стиль!

— Ну, так хочется всю твою силу прочувствовать, — улыбнулся Брэндон.

— Смотри не пожалей, — я улыбнулся, закинув меч на плечо.

План такой: быстрый рывок, обманный выпад, уход в защиту с парированием, а там поиск уязвимого места. Он не похож на новичка, но и мастером я бы его не назвал, скорее так — солдат, обладающий необходимыми навыками, но не заточенный под определённую технику.

— Нападай! — выкрикнул парень.

Я ринулся вперёд, чувствуя на себе его пристальный взгляд. Он пытается меня прочесть, но успеет ли? На обманку клюнул, попытался контратаковать меня, чем поплатился отбитым в сторону клинком.

— Хороший удар! — засмеялся парень, вовремя среагировав и отпрыгнув в сторону.

Так, телом он владеет, похвально.

— Да ты ловкач.

— На войне быстро учишься, — парень зачем-то поправил волосы.

Я воспользовался этим, вновь сократив дистанцию между нами. На ходу ударил снизу-вверх, однако Брэн смог уклониться, выставив мне подножку.

— Кувырок — не поражение! — ухмыльнулся я, откатившись на метр от оппонента.

— На ногах ведь стоишь! — азартно улыбался парень.

Он явно хотел броситься в атаку, но желание как можно дольше испытывать меня было сильней.

— Кхм, — подавился я, вдруг вспомнив, зачем вообще спускался.

— Что такое? — парень медленно приближался ко мне.

— Да в горле пересохло, — я приготовился к новому выпаду. — Хочешь фокус?

Парень озадаченно посмотрел на меня. Рывок, серия быстрых ударов и меч вонзился в землю. Удар ногой и каштановые волосы затерялись в рядом растущем кусте.

— Чёрная магия, — озадаченно выдохнул Брэндон.

— Меч — твоё и оружие, и защита. Не так ли адепт длинного меча? — я протянул руку.

— Точно, я же не рассказывал тебе, — посмеялся парень. — Молодец, что смог прочитать меня. Видимо, у тебя был первоклассный учитель. Но я ума не приложу, как ты умудрился так быстро выбить его из моих рук…

— Скорость, — я пожал плечами. — Сначала провёл обманку, чтобы направить твой меч в нужную сторону, следом ударил по острию клинка, лишая баланса, а далее обычная меткость — плашмя шлёпнул по навершию, будто вбивая гвоздь.

— Так и руки сломать можно…

— Зато, не убивая, выводишь противника из строя.

— Верно, — парень размял кулаки.

— Однако наши техники отличаются, ведь ты солдат, а я фехтовальщик.

— Да. Пусть мы оба и уничтожаем монстров, но делаем это по-разному, — парень направился к скамейке. — Знаешь, времени и средств на обучение отряда солдат уходит в разы меньше, чем на одного профессионального мечника. Солдата заменить легко, а вот потерять мастера…

— Ты участвовал в битвах?

Мы сели на скамейку. Брэн с минуту помолчал, после чего произнёс:

— Нет, только в операциях. Несколько вылазок в руины и всё. Как видишь, даже похвастаться нечем.

— Но ты жив, это главное.

— Помню, когда был ещё совсем ребёнком, дедушка Астр рассказывал о войне за южные территории. Всегда мечтал проявить себя на поле брани, но… сейчас мир.

— Разве это плохо?

— Нет, но порой так хочется вернуться обратно. Там всё намного проще, там люди сплочённее, а титул не играет роли.

Брэндон мечтательно смотрел на небо.

— Как только наши войска вновь отправятся на юг, я пойду с ними.

— А Моника?

— Аки, понимаешь, — Брэн замялся, — она прекрасный человек, однако я хочу, чтобы она больше не испытывала нужды. Единственное, что я умею, так это быть солдатом, шестерёнкой в огромной машине войны. Мирная жизнь не для меня, понимаешь? Возможно, когда-нибудь пожалею об этом, но другого пути у меня нет…

Что ж, в чём-то я с ним согласен. Трудно привыкнуть к тихой и мирной жизни. Ещё вчера ты был на волосок от смерти, терял товарищей, рвался мстить, а уже сегодня, здесь и сейчас, сидишь один в окружении миллионов людей. И вроде всё спокойно, и вроде жить прекрасно, однако чего-то в тебе нет и ты совсем не тот, что прежде. В каком же бою смерть настигла того, кто гордо носил имя твоё?

— Кажется, я тебя нагрузил, — парень неловко улыбнулся.

— Всё хорошо, — я постарался улыбнуться в ответ, — в какой-то степени я могу понять тебя.

Окно поместья распахнулось и над нами возникло лицо Моники:

— Мальчики, там Николас приехал, помогите ему с пакетами!

* * *

Бородач выгружал из такси пакеты плотно набитые продуктами. Рыба, мясо, какие-то крупы и многое другое так и рвалось выбраться из полиэтиленового плена. Кажется, это уже перебор.

— На год вперёд, — чёртыхался Николас. — Не приведи Господи, вы это всё не съедите.

— Мы точно не на роту солдат готовим? — Брэн разглядывал пакеты.

— Ух, — Николас выгрузил последний пакет, — Линь кого-то хотел пригласить…

— Пум, пум, пум, — запумкал Брэн, взяв сразу несколько пакетов, — значит, грядёт уборка…

Снова какое-то событие… отдохнуть бы уже… но стоит отдать должное, за работой по дому время проходит быстро. Так и здесь, отнеся пакеты на кухню, а после, пробежавшись с ведром и шваброй по дому, наступил вечер. Не сказал бы, что так сильно устал, но вот жажда замучила. Каждый раз, когда заглядывал на кухню, Моника посылала на новое задание, а столь манящий графин с водой начал казаться ещё боле недосягаемым, чем счастье.

Сухой и забегавшийся я не решился вновь пытать счастье на кухне и уселся в гостиной, ровно напротив Линя. «Отец» дочитал книгу и довольный этим убрал её прочь. Потянулся, широко расправив плечи, и посмотрел на меня:

— Выглядишь так, будто снова из саркофага вылез, — и ехидно улыбнулся.

— У тебя есть вода?

— На кухне была.

— Не сунусь я туда!

— Хе, Моника своими поручениями достала?

— Не то слово… ничего не имею против, но пить хочеца.

— Вот бедовый, — усмехнулся Линь, встав с кресла.

Мужчина направился к шкафу и с помощью ключа отворил дверцы, за которыми скрывался мини-бар. Я даже присвистнул.

— Ого, ещё и под замком.

— Это чтобы Эрик не выжрал всё разом. Та-а-ак, — роясь среди бутылок, протянул Линь. — Воды нет, но есть вино. Подойдёт?

— Да что угодно, — я развалился в кресле, закинув голову на бок.

Линь погремел бокалами и вскоре встал подле меня. Зелёная бутылка с пожелтевшей этикеткой была открыта с весьма многообещающим звуком. Красная жидкость наполнила бокал.

— И финальный ингредиент напитка победителя, — Линь хитро улыбнулся, вынув из пиджака флакон, — кровь вампира.

Я уставился на него.

— Что такое, кровь сородичей противна? — шёпотом спросил он.

— Откуда?

— Взял в отделе. В рапорте указано, что принадлежит высшему вампиру.

— А подробнее? — с недоверием спросил я.

Нет, я не прочь испить крови «сородича», посытнее людской будет, но кому именно она принадлежит?

— Долгая история, но даю слово, всё безопасно, — уверил меня проныра.

Всего пара капель и флакон опустел. Линь протянул мне бокал, который я осторожно принял. Сделав глоток, ощутил до боли знакомый вкус…

— Вчера была охота, — спокойно произнёс Линь, наливая себе вино. — Помнишь тех низших вампиров в порту? Так вот, этими ребятами руководил высший. Послали трёх лучших Охотников, чтобы угомонить его.

— И как?

— Тяжко было, готовился сам подключиться.

— Так вот почему ты в кимоно был.

— Именно. Каков не был бы враг, всегда стоит быть начеку. Однако, приехав на место, охота подошла к концу. Вампир обратился в прах, только пару капель крови успели взять. Один флакон для анализа, второй себе прибрал. Чего ты так смотришь? Для тебя же стараюсь.

— Ладно, — пробурчал я, наслаждаясь долгожданной жидкостью.

Вкус у крови был знакомый, но кому он принадлежал — не помню.

— Тю, уже синячите? — на диван рухнул Николас. — Ого, Остовское, значит, всё-таки готовим?

— Вот, дегустируем с Аки, — Линь закинул ногу на ногу, — ты-то будешь?

— Оставим для маринада, — отмахнулся мужчина, — который пора бы начать делать, Линь.

— Вот борода плешивая, а я только сел поудобней, — улыбнулся Линь, встав с кресла. — Ладно, пойду, переоденусь.

— А я допью, — Николас, хихикая, выхватил из рук Линя бокал и тут же его опрокинул. — Это послевкусие жаркого южного солнца с лёгкой пикантностью паприки… Аки, как тебе?

— Хм, — я поболтал остаток жидкости в бокале, — вино как вино.

— Эх, не ценитель, как я погляжу. А ведь это последняя партия, — Николас важно поднял палец вверх.

Из прихожей донеслись щелчки замка и открывающейся двери. На пороге появился Эрик, который выглядел помятым. Медленно разулся, бросил куртку на вешалку и прошуршал на ватных ногах до гостиной.

— Матерь Божья, — воскликнула Моника, разбив что-то между кухней и прихожей.

— Привет, — буркнул рыжик, притопав к нам.

— Ого, да тебя будто катком переехали, — подметил потрёпанность парня Николас.

— Аки, если я ещё хоть раз захочу в бар — убей меня, — Эрик взялся за голову то ли от боли, то ли от грызущей парня совести.

— От Эрины досталось? — поинтересовался я.

— Ещё как…

Эрик упал в кресло, закрыв лицо руками. Похмелье, видимо, до сих пор не отпускало его. Интересно, что там с остальными? Как они вообще? В беседе же царила тишина, которую я решил нарушить. На мой вопрос о самочувствии откликнулись не сразу, лишь через пару минут высветилось сообщение от Матильды — девушка недавно проснулась, от похмелья не страдает, однако надо срочно работу работать, боится, что завтра опоздает. Фёдор написал следующим — заболел, ближайшее время появляться в академии не сможет, зато пообещал скинуть расписание. Ещё через пару минут ответили и остальные — мертвее всех оказался Эстер, а живее — Кира.

— Мда, ничего удивительного, — вздохнул я и посмотрел на Николаса, который тоже завис в телефоне.

— Парни, — Николас поправил очки, — вам повезло, на этой неделе свободное посещение, однако необходимо посетить нескольких преподавателей.

— Может, в беседу напишешь? Или Федьке скинешь? — пробурчал Эрик, заметно бледнее.

— Может, выпьешь чего-нибудь горячего? — парировал мужчина. — В общем, список я скину, не забудьте. Если что у вас есть время с десяти до десяти.

— Окей, — протянул Эрик и засопел, погрузившись в мир похмельных снов.

* * *

Остальные несколько часов до ужина я бесцельно шатался по поместью: повалялся в комнате, почитал случайные книги в библиотеке, забрался даже на крышу. Мыслей в голове не было, даже кошки, скрести на душе, перестали. Заглянул на кухню — Николас и Линь в одинаковых фартуках шаманили над стейками, то и дело, пошучивая про давние времена и работу в общепите. Моника и Брэн тем временем уединились в спальне, а Эрик как дрых на кресле, так и дрых на нём, только ноги по-другому закинул. Зато бледность отошла, похорошело, значит.

Когда подготовка закончилась, все собрались в столовой — результате перестановки в гостиной. Эрика, как паршивого кота, согнали с кресла, после чего мы с Брэндоном внесли в зал раздвижной стол. Моника, сопровождаемая бибой и бобой в лицах Линя и Николаса, занялась расстановкой мебели и блюд. На всё про всё ушло меньше получаса.

— Ну вот, теперь можно и поесть, — довольно выдохнул Брэн, обняв Монику.

— А гости? — девушка остановила надвигающийся поцелуй мужа.

— Ах, да, точно… дядюшка Линь, когда они приедут?

— С минуты на минуту, — Линь что-то искал в шкафу с мини-баром. — Аки, возьми в морозилке лёд и ведёрко, пожалуйста.

— Окей, — вздохнул я.

Не жалуюсь, но устал. Всегда не любил эту суету, но ведь она стоит того? Стоит ведь?

Пока копался в морозилке, в дверь позвонили. Линь попросил Николаса открыть, на что тот повозмущался, но просьбу выполнил. Поправил фартук и вышел в прихожую. Щелчок, скрип двери и звонкий женский голосок эхом пронёсся по всему поместью:

— А вот и я! — на пороге показалась красивая женщина с каштановыми кудряшками.

— Бл***! — Николас захлопнул дверь и протёр глаза.

Снова звонок и снова скрип двери:

— Ники, ну ты чего?! — женщина топнула ножкой. — Мне же…

Дверь захлопнулась. Николас повернулся сначала ко мне, а потом в сторону гостиной:

— Линь, ты на*** её пригласил? — злобно зашипел мужчина.

— А… Натали? Она ведь лучший медик в академии, пусть познакомиться с ребятами.

— С каких пор мы впускаем сюда Ди’Николей?

— Полно тебе, открой.

Всё время, пока они обсуждали, что делать с гостьей, та неистово звонила в дверь. В конце концов Николас сдался и открыл. Женщина, радостно смеясь, бросилась ему на шею, громко и горячо поцеловав в щёку, после чего прошла в поместье. Поприветствовав всех, зашла на кухню.

— Ого, а вот и наш красавчик, — улыбаясь и растягивая каждое слово, женщина подошла ко мне. — Лёд раскалываешь?

— Уже, — докрошив лёд в пачке, высыпал его в ведёрко.

— Умничка какой, — женщина обняла меня и провела красным ноготочком по моей шее, чуть не доведя до мурашек. — Ты так похож на своего отца, Аки, я просто в шоке! Меня, кстати, зовут Натали, — шепча на ушко, она достала из бумажного пакета бутылку явно дорогого вина и опустила её в ведёрко. — А где у нас Эрик?

— С похмельем валяется.

— Ах! Я должна его навестить!

Как из ниоткуда возник Николас, который положил руку на плечо Натали и серьёзно произнёс:

— Прошу к столу.

— Ах, Ники, тебе так идёт этот фартучек!

Николас, не скрывая раздражения, повторил приглашение, но женщина, будто специально дразня его, начала ощупывать фартук. Почувствовав запах жареного, я решил вернуться в гостиную. Однако когда я проходил мимо прихожей, в дверь снова позвонили.

— Аки, откроешь? — попросил Линь, бегая от шкафа до стола и обратно.

— Ладно, — цыкнул я, подходя к двери.

Этот дурной колокольчик на мелодии звонка уже бесил.

— Вечер добрый, — дежурно выдал я, отпирая дверь.

— Ого, мини-Линь, — засмеялся высокий мужчина, сняв чёрную шляпу.

— А вы?..

— Витас Ди’Роман, — мужчина широко улыбнулся, отчего его каштановая борода приобрела очертания трезубца.

Сзади раздался матерный вздох Николаса.

— Ого, малыш Ники снова не в духе, — мужчина подвинул меня, проходя в прихожую.

— И тебя Линь позвал? — с недоверием поинтересовался Николас, однако руку протянул.

Витас казался даже больше Николаса как в высоту, так и ширину. Да и по возрасту казался старше.

— Надеюсь, в этот раз не подпалишь меня? — Витас смеялся, чем, кажется, лишь сильнее бесил Николаса.

— Ты нарываться пришёл? — Николас задрал рукава.

— Ни в коем случае, зачем же драться на ужине в честь примирения? — здоровяк хлопнул бородача по спине, да так, что очки чуть не слетели. — Ой, извини.

— Чёрт с тобой, проходи. Аки, ты тоже не стой столбом, иди к столу.

Я кивнул и направился в гостиную. Немного другого я ожидал от этого вечера, ну да уже ничего удивительного — последние дни всё идёт наперекосяк. За столом меня сразу встретили бокалом шампанского, который я сразу опрокинул. Напиться не смогу, но хоть от реальности-то убежать получится?

* * *

Застолье проходило спокойно — Линь заводил одну тему за другой. Начал с банальных вопросов о делах и планах, а как разогрел всех, произнёс тост за дружбу трёх ветвей рода Ди. Стоит отметить, что перед этим разговором было выпито уже как несколько бутылок шампанского, а холодное ото льда вино готовилось вот-вот разлиться по бокалам. Я же в очередной раз убедился, что от реальности не сбегу, а потому после тоста встал из-за стола и, сославшись на усталость, побрёл в свою комнату.

— Поспать бы, — прошептал себе под нос я, ступая на лестницу.

— О, смена караула? — сонно ухмыльнулся Эрик.

— Ого, так ты жив?

— Отоспался, вот и отпустило, — парень протёр глаза и продолжил спускаться вниз по лестнице.

— Ты только снова не напейся, — я хлопнул «брата» по плечу, продолжив подъём наверх.

— Ха, в этот раз я лягу спать трезвым! — усмехнулся рыжик, исчезнув в гостиной.

Я вошёл в комнату и, не раздеваясь, упал на кровать. Хотелось поскорее уснуть, чтобы проснуться утром с чистой от мыслей и воспоминаний головой. Однако что-то упорно не позволяло мне сделать это. Неужели это бессонница? Вроде где-то писали, что для того, чтобы уснуть, достаточно пролежать без движения пятнадцать минут — время пробовать. Тяжеловато, правда, особенно когда снизу то и дело доносятся громкие разговоры пьяных взрослых. Хах, даже начинаю чувствовать себя маленьким.

А ведь даже если у смертных детство это краткий миг, то, что уж говорить о нас, вампирах? Интересно, как бы я себя ощущал, не проспи этих грёбаных сотню лет в саркофаге? Сколько всего я бы увидел собственными глазами? Но с другой стороны, могло бы всё это настать, если бы я остался «жив»? Может и хорошо, что меня тогда «убили»…

* * *

— Чёрт, — чуть не взвыл я, сев на кровати.

Так и не смог уснуть. На часах далеко за полночь, в поместье гробовая тишина, а за окном даже ветер не дует. Решил выбраться из комнаты, стало невыносимо душно. Однако ступив за порог, увидел странную картину: на ступеньках сидя спала Натали, закинув голову набок. Я приблизился к женщине и услышал её тихое и мирное сопение. Но почему она тут спит?

— С пробуждением, Аки, — у основания лестницы снизу стоял Линь, уже переодевшийся в кимоно.

— А ты-то чего не спишь?

— Работа, сынок, работа, — мужчина поднялся на пару ступеней вверх. — Вот, Витаса проводил, собирался и Натали спровадить, но, как видишь, уснула.

Линь сделал ещё пару шагов, остановившись возле женщины. Прикоснулся к её ярко красным губам и нежно провёл пальцами по белоснежной и длинной шее.

— Думаю, завтра её замучает похмелье, — наигранно вздохнул Линь и посмотрел на меня, — требуется кровопускание. Мы же не хотим, чтобы она страдала?

Я вновь окинул привлекательные черты этой мирно спящей женщины. Выпустил клыки и присел. Прикоснулся к нежным плечам, коснулся языком шеи и впился в неё.

— А ей даже нравится, — ухмыльнулся Линь, с интересом наблюдая за процессом. — Ого, как ноги задрожали.

Женщина застонала.

— Думаю, хватит, — я отпрял от неё, стирая большим пальцем кровь с губ.

— Пожалуй, вызову ей такси. А ты чем займёшься?

— Я? — глаз аж нервно дёрнулся. — Постараюсь уснуть.

— Бессонница?

— Хуже, — я вздохнул, сев на ступеньках, — вампиры по природе своей не нуждаются во сне, однако в отличие от других, во мне есть и человеческое… так и с ума сойти можно, сознание попросту не справляется с такой нагрузкой.

— Помочь уснуть? — предложил Линь.

— Как?

— Магия, — «отец» улыбнулся, проведя перед моими глазами рукой.

XVIII

Утро подкралось незаметно, а вместе с первыми лучами солнца проснулся и я. Осень сделала своё дело — рассвет теперь поздний и холодный, однако мне это только на пользу. Придя в себя в девятом часу утра, я сразу направился в душ, а по пути до него заглянул в телефон — в беседу скинули список точек интереса в академии, который надо бы за сегодня закрыть. Лишь бы этот день прошёл без происшествий…

В поместье снова не было ни души, разве что Эрик храпел пьяным сном в своей комнате, чей пол был устлан пустыми винными бутылками, а на кровати, на полной громкости телефон проигрывал какое-то видео с разбором очередной магической дуэли. Я не стал будить рыжика, сам вчера клялся больше не пить.

Покончив с приготовлениями и вспомнив про отсутствие денег, решил дойти до академии пешком. Однако же внешний мир встретил меня сильным морозным ветром. И если на мороз мне наплевать со всей высоты моей вампирской сучности, то вот ветер грозил превратить волосы в гнездо. Вернувшись в поместье при помощи любезно оставленных мне ключей, откопал в одном из комодов резинку. В этот раз, окончательно прихорошившись, вышел навстречу ветру, но тот, по-видимому, испугавшись моей сообразительности, уже прошёл. Плюнув на это, я пошуршал в академию. В планах было заскочить сначала к директору и забрать свой отличительный предмет, он же обещанный Линем клинок. Далее стоило посетить академическую арену, чтобы, во-первых, занять под себя ячейку, куда можно было бы положить на хранение тренировочное оружие, и, во-вторых, ознакомиться с различными типами тренировок. При желании можно ещё посетить врача, она же Натали, чтобы повторно проверить свой магический уровень. Мне же это не нужно, справки все есть, а вот посетить каморку зельеваров считаю нужным. Этот пункт тоже не обязательный, но, говорят, там можно как узнать, так и приобрести всякие интересные штучки. И да, если там будет что-то способное выпереть меня из реальности, я куплю — опять же на случай таких душных дней, как вчерашний. А вообще стоит обзавестись хорошим снотворным. Конечно, есть вариант окончательно утратить человечность и не страдать, но это вообще не вяжется со всеми моими планами. Во всяком случае, пока что.

Пеший путь до академии занял не так много времени, как я думал, а мысли и размышления даже ускорили его. Так я вошёл в портал, ведущий на остров. Судя по времени, занятия уже начались, а, значит, людей в коридорах будет немного — это просто прекрасно, не хочется, как тогда толпиться. Однако подходя ближе к площади, я всё яснее различал толпу. Множество студентов собралось вокруг чего-то или кого-то. С каждым шагом отчётливо доносился до моих ушей знакомый вопль. Но кому именно он принадлежал?

— Я требую прекратить это! — кричал кто-то.

Протискиваясь через толпу зевак, заметил такого же наблюдающего за происходящим Бертольда. Схватил парня за шкирку и притянул к себе.

— Ого, Аки, а ты как давно тут? — удивился Берт.

— Только пришёл. Что тут происходит? — я попытался разглядеть кричащего, через спины студентов.

— Томас что-то от Кассандры требует… но я и сам пока ничего не понял…

— Во дела, — процедил я сквозь зубы и попытался пройти дальше.

— Тебе оно точно надо? — Берт схватил меня за руку.

Я ничего не ответил, сделал вид, что не расслышал. Растолкав очередную парочку зевак, воочию увидел конфликт: Томас стоял, держа за руку Киру, а напротив них Кассандра с подругами. Парень был весь красный от злости, Кира неуверенно глядела в пол, а Кассандра старалась сдерживать собственные эмоции.

— Повторяю, — голос Томаса заметно сел, — или ты прекращаешь свои нападки, или я убью тебя!

— Кхе-кхе, а вот это уже серьёзные высказывания, молодой человек, — с другой стороны толпы показался директор в компании Витаса.

— Нгх, директор Аластер! — разъярённый Томас вмиг побледнел. — Господин Витас… — при виде второго побледнел сильнее.

— Вы с раннего утра устраиваете балаган, молодой человек. В чём-то обвиняете госпожу Мей, угрожаете ей, причём прилюдно. Вы хоть понимаете, что своими действиями портите репутацию не только себе, но и своему наставнику и учителю — господину Витасу?

— Нгх… но…

— Томас, что на тебя нашло? — Витас скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на подопечного.

— Господин… вы понимаете…

— Да что ты мямлишь? — оскалившись, зашипела Кассандра, явно не выдержав.

— Госпожа Мей, пусть он выскажется, — вежливо попросил Аластер.

— Господа, — на выдохе начал Томас, вновь раскрасневшись, — я обвиняю эту девицу в жестоком обращении с другими учениками академии! Я обвиняю её в том, что она многократно издевалась и наносила физические увечия моей… кхм-кхм… такой же студентке, как и мы все, Кире Нави!

— Ваши доказательства? — спросил директор.

— Но это правда!

— Томас! — прикрикнул Витас. — Без доказательств ты не смеешь ничего высказывать в адрес…

— Тише, господин Витас, возможно, господин Томас может подтвердить свои слова, вызвав госпожу Мей на дуэль…

— Да! — Томас выставил палец в сторону Кассандры. — Я вызываю её на дуэль.

— Однако ты защищаешь не себя, — начал директор, — а пострадавшую, по твоим словам, госпожу Нави. Следуя древним устоям, ты можешь вызвать госпожу Мей на дуэль, но сражаться будешь с тем, кто будет отстаивать уже её честь…

— Да что за бред?! — воскликнул парень. — Все здесь знают, что я прав! Никто не отдаст свою жизнь за эту с…

— Господин Томас, полегче с выражениями! Госпожа Мей, может, у вас есть тот, кто готов сразиться за вашу честь? — директор обратился к Кассандре, которая начала оглядывать присутствующих.

И взгляд её остановился на мне.

— К-конечно, — неуверенно ответила девушка.

— И кто же?..

— Я! — отозвался я.

— Ого, господин Ди’Вольдхар, — теперь на меня смотрел и директор, и все собравшиеся. — Вы, правда, готовы к смертельной дуэли?

— Несомненно, — сделал пару шагов вперёд.

Я не иду защищать Кассандру, скорее наказывать этого тупицу Томаса. Надо ж было догадаться устроить такой скандал, не имея на руках ни одного козыря или хотя бы доказательства. Ещё и Киру приволок…

— Томас, готовы ли вы начать дуэль? — спросил Аластер.

— Да!

— Господин Ди’Вольдхар, как вы желаете провести дуэль? При помощи оружия или магии?

— Оружия.

— Томас, вы готовы скрестить клинки с господином Ди’Вольдхаром?

— С удовольствием, — парень начал разминать кулаки.

Мы пересеклись глазами. Он — бешеный от злости и чувства собственной правоты, и я — желавший ещё утром, чтобы этот день прошёл без происшествий.

— Тогда через пятнадцать минут ждём вас и всех желающих на арене! — объявил Аластер.

Толпа зашумела и разбежалась. В ней же и скрылись Томас с Кирой. Ко мне подошла Кассандра, оставив в уходящей толпе подруг:

— Аки…

— Поговорим после, — бросил я, разворачиваясь.

— Спасибо…

* * *

На пути к арене меня догнал Берт:

— Аки, ты уверен, что стоило лезть в это дело? — друг выглядел взволнованным.

— О чём ты?

— Ну, Томас же один из лучших учеников Витаса!

— И?

— Да как ты не можешь понять! Он же из лучших мечников академии!

— Так переживаешь, — усмехнулся я.

— Он же убьёт тебя!

— Не впервой погибать, — оскалился я, ускоряя шаги.

— Да послушай ты! — Берт схватил меня за плечи. — Он тоже владеет двуручным оружием!

— Ну, а стиль какой?

— Вроде бы атакующий…

— Ха, вот и поглядишь на представление! — я хлопнул парня по голове и продолжил путь, оставив того позади. — Лучше Эрику позвони, а то пропустит всё!

Берт что-то пробубнил, однако я его уже не слушал. Смертельная дуэль? А почему и нет. Жаль без магии, но хоть испытаю себя в бою с современными «сильнейшими» мечниками, так ещё и владеющими таким же оружием, как и у меня.

А арена оказалась большой: похожее чем-то на Колизей здание с парой пристроек по бокам. Около одной из таких меня встретили директор и Витас.

— Первый же раз? — спросил здоровяк, будто оценивая меня.

— Да.

— В случае чего можно попросить пощады — не убьют, однако честь потеряешь. Оружие своё есть?

— Только тренировочное.

— Хорошо, тогда возьми со стойки любое. И помни, — Витас подошёл ближе, — никогда не поздно отказаться.

— Понял, спасибо.

— Ещё сними все амулеты, если такие имеешь.

Я кивнул и вошёл в здание. Сбросил верхнюю одежду и сумку с тренировочным оружием, закатал рукава на рубашке и пошёл к стойкам с оружием. Выбор не заставил себя долго ждать — снова в моих руках ростовой меч. Однако что-то меня в нём смутило. И точно, рукоять казалась хлипкой. А вот и выбор: изменить традиции или пойти до конца? Изменять я не люблю, а если меч специально испортили, то устрою вандалам представление. Но при этом решил проверить и другое оружие.

— Ха, как специально, — я ухмыльнулся.

Не только двуручник оказался испорчен, но и все остальные мечи. Что ж, раз уж так, то буду биться так.

Прозвенел колокол, а над дверью зажёгся синий огонёк. Значит, время пришло. Я поправил сползший рукав и покрепче ухватился за рукоять меча, открывая дверь. В глаза ударили солнечные лучи, а под ногами почувствовался песок. Да, снаружи арена казалась меньше. Напротив меня показался Томас, излишне уверенно идущий навстречу мне. Я не заставил того ждать и направился также навстречу. Мы остановились посередине. С трибуны раздался голос директора, чересчур торжественно объявляющего о начале дуэли.

— Я думал ты нормальный парень, — шипел Томас. — Разве не ты с Эриком спас Киру?

Я молчал.

— Жаль, что мне придётся убить тебя.

Я чуть не засмеялся, но сдержался.

— Страшно, да? — ухмыльнулся Томас, почувствовав уверенность.

И снова промолчал, чуть размяв плечи.

Директор объявил о начале и приказал сделать по десять шагов назад. Мы покорно отошли, после чего директор прокричал.

— Да начнётся же битва!

Томас моментально набросился на меня, делая широкие и быстрые выпады. Пришлось уворачиваться. Мечом блокировать не хотелось, вдруг ещё сломается раньше времени.

— Что убегаешь как тряпка! Трус! — кричал Томас, пытаясь задеть меня.

Однако у него не получится, ведь я намного быстрее. Интересно, что он ещё сможет выкинуть? Так размахивает, будто силы не кончаются. С другой стороны он на эмоциях, но думать то надо? Хотя, сила есть — ума не надо.

Я ухмыльнулся, вновь увернувшись от хитрой связки ударов, чем сильнее взбесил противника.

— Да дерись ты уже! — заорал парень.

— Как пожелаешь, — я улыбнулся, выставив клинок вперёд.

Томас явно не ожидал такого, судя по тому, насколько грубо он отбил его в сторону. Но я не остановился и нанёс удар, целясь в дурную голову противника. Тот вновь отбил атаку. Завязалась бойня: мы парировали атаки друг друга, но не могли нанести и царапины. Я кружился вокруг него, наносил сильные и точные удары, однако парень ловко блокировал их своим мечом, клинок которого был исписан письменами на неизвестном мне языке. Да, мы явно в разных условиях, но так веселее.

И вот тот момент, которого я опасался — Томас изо всех сил ударил, явно надеясь перерубить меня надвое. Я поставил блок, но рукоять моего меча не выдержала и треснула, а клинок раскололся надвое.

— Ха! — оскалился парень, завершив удар.

Он не разрубил меня, но оставил довольно глубокий порез на груди, вероятно, на месте старого шрама. Хах, знал бы, кто я на самом деле, то не ликовал бы так рано.

— Какого?! — взревел парень, когда в его плечо вонзился обломок клинка.

— Не*** расслабляться, — я оскалился, глубже вонзая клинок.

Когда меч сломался, я успел ухватить обломок. Несомненно, боль от удара была, однако это для меня не впервой. Поймав клинок, я воспользовался преждевременным ликованием противника и нанёс ответный удар. Да, я мог убить его, но это слишком лёгкая участь для столь глупого «сильнейшего» мечника.

Парень завыл от боли повторно, когда я перерубил его связки на левой ноге тем, что осталось от моего меча, после чего пнул поверженного противника. Томас упал на песок, истошно крича и держась за раны.

— Слушай, а неплохой у тебя меч, — я поднял клинок парня. — Ого, намного острее той железяки…

Я направил меч на Томаса.

— Дай-ка уточню, это ведь бой насмерть? — я так и расплылся в улыбке.

— Ну же, добивай! — парень харкнул кровью, пытаясь подняться.

Все, кто были на арене, начали кричать. Кто-то требовал добить, а кто-то просил пощадить. Ну, мы как гладиаторы, ей-богу.

— Ты ведь понимаешь, что умрёшь так глупо?

— Я сражался за правду! Она на моей стороне! — парень попытался вынуть осколок клинка из плеча, но тут же лишился пальцев.

— Не стоит, умрёшь от кровотечения.

— Да ведь ты как они! — кажется, Томас совсем обезумел. — Ты такой же монстр! Все вы дворяне, как один — ублюдки!

Я замахнулся.

— Ну, давай!

— Аки, не надо! — закричала Кира, вбегая на арену.

— Кира? — Томас округлил глаза.

— Аки, прошу, — девушка упала на колени, — не убивай его! Прошу, отпусти! Помилуй…

— Уйди! — завопил парень. — Кира, уходи!

— П-почему, — из глаз девушки покатились слёзы.

— Я так понимаю, правда не на вашей стороне, Томас, — объявил директор.

— Почему, — озарение внезапно снизошло на Томаса. — Разве…

— Господин Ди’Вольдхар, в ваших руках его судьба!

— Аки, пожалуйста!

— Как же так, — словно в горячке, повторял Томас. — Кира… неужто… значит, Сара соврала… значит, правда не на моей стороне…

— Томас, прошу, попроси помилования, — Кира взяла парня за беспалую руку.

— Убирайся, ничтожество! — закричал Томас, отвесив пощечину девушке. — Убирайся, чёртова простолюдинка!

— Что ты такое говоришь? — дрожащим голосом прошептала Кира.

— Как ты могла меня обманывать?! — кричал парень.

— Вот идиот, — вздохнул я.

Раздался звон металла.

— Что? — парень ошарашено глядел на меня.

— Ты не заслуживаешь даже смерти, — выбросив обломки меча Томаса, произнёс я.

— Спасибо, Аки! — Кира вновь упала на колени.

— Как вы можете, — Томас пытался подняться, но вновь закашлялся кровью. — Как вы посмели меня обесчестить?!

— Ну что за цирк, — я поправил выпавшие из хвостика волосы.

— Вердикт вынесен! — объявил Аластер. — Томас Фестель, тебе дарована жизнь, но честь отнята. За свою клевету ты изгоняешься из Имперской академии! Отныне дорога назад тебе закрыта! На сим дуэль окончена.

— Постойте! — среди зрителей возникла Сара. — Почему вы его исключаете?!

— Госпожа Рендель, таковы условия любой дуэли…

— Томас не виноват! — Сара подбежала к директору. — Это не его вина! Это всё я!

— Ептить, — вздохнул я, наблюдая за происходящим.

— Я дала ему ложную информацию… это моя вина… из-за меня он обвинил Кассандру!

— Как нам это понимать? — недоумевал директор.

— В нанесении травм Кире виновата я… это я подговорила девочек, — Сара опустила голову. — Все знали, что Кассандра влюблена в Акиру, этим я и воспользовалась. Томас должен был стать моим суженым! Но эта безродная дворняга отняла его у меня! — в глазах девушки читалась жгучая ненависть к Кире. — Вот я и решила сделать всё, чтобы Том бросил Киру, столкнуть его с Кассандрой! Я хотела сделать всё, чтобы он стал моим!

— И чего же вы теперь хотите? — поинтересовался директор.

— Если исключаете Томаса, — девушка сделала вдох, — то исключайте и меня!

— Как пожелаете, — утратив интерес, закончил директор.

— Ну и бред, — плюнул я и ощупал рану. — Ух ты ж… кровоточит…

Чуть пошатнулся и побрёл на выход. Голова не кружилась, да и рана не столь страшная для меня, но образ же надо поддерживать? Поэтому у самых дверей я упал на колени, якобы теряя сознание.

* * *

Хвала всему святому — я смог уснуть! Правда, сон такой бредовый был, будто я на арене сражался… Стоп, а точно сон то был… где я вообще?

Открыл глаза — медицинский кабинет, именно такой, каким я его себе всегда представлял. Но кто меня сюда притащил?

Дверь тихо открылась.

— Кира? — удивился я.

Девушка оставила меня без ответа и, молча, прошла в кабинет, сев на стул, который будто изначально ждал её, расположившись рядом с моей койкой. Пара голубеньких глаз смотрела прямо на меня. Трудно было сказать наверняка, какие эмоции скрываются за этими красивыми глазками, но то, что они негативные — факт. Кира смотрела на меня и, казалось, готовилась что-то сказать. Тонкие губы дрогнули, а в голубых глазках блеснули слёзы.

— Спасибо, — тихо произнесла девушка.

— За что?

— Спасибо, что сохранил ему жизнь… Я хотела извиниться, за… Акира? — робко прошептала моё имя девушка, когда я её обнял.

— Я всё знаю, глупышка, — ласково прошептал я, отпуская девушку. — Не стоит винить себя за поступки других. Просто будь осторожна и не гуляй по ночам, — я улыбнулся, тем самым смутив Киру.

Девушка спрятала лицо и поспешила покинуть медкабинет. Не стал останавливать её — и без меня проблем хватает.

— Как же ты на неё похожа, — вдруг прошептал я, вставая с койки. — Оу, теперь понятно, чем я её смутил.

А рубашки-то и нет, только бинты, щедро намотанные на грудь. Другой одежды у меня не было, а то, что осталось от рубашки, видимо, утилизировали. И ведь даже согласия не спросили… Я почесал голову, заметив и пропажу резинки — снова озадачился. Ну, хоть брюки на мне. Однако если продолжу в том же духе, совсем голым останусь.

Дверь снова открылась, но на этот раз меня посетила уже другая девушка — с чёрным каре и лицом Матильды. В руках был красный пакет с рисунком в виде золотого дракона.

— Живы, босс? — с ухмылкой спросила она.

— Ты постриглась?

— И покрасилась, — шурша пакетом, Матильда закрыла дверь на защёлку. — К вам там Кассандра хотела вломиться, ну да я её и спровадила куда подальше.

— Хорошо, только почему ты на «вы»? — я сел на койку, натягивая сапоги.

— Я ведь ваша слуга теперь, забыли? — Матильда поставила пакет на стул и достала из него чёрную рубашку. — Собиралась к вечеру приехать, когда людей поменьше будет, но получив от Берта сообщение, что вас порезали, передумала. Он, кстати, вас и принёс сюда, — девушка достала телефон и протянула мне.

— Успел же сфоткаться, — улыбнулся я, глядя на селфи.

Бертольд, перепачканный кровью, тащил меня по коридору. Выглядело так, будто это его порезали, а не меня. Позабавила приписка к фотографии: «Наконец я его спасаю!».

— Кхм, насчёт долга, — робко произнесла Матильда, переминаясь с ноги на ногу, — я тут вам рубашку прикупила… вот, чек тоже здесь… это ведь можно вычесть из суммы?..

— Ну-ка, — я принял рубашку, причём очень приятную на ощупь. — Долго выбирала?

— Не сказала бы… так это…

— Можешь забыть про долг, — я заправил рубашку в брюки. — Хм, великовата…

— Ой!

— А с другой стороны — как тебе? — встал я в обворожительную позу.

— Человека из синдиката напоминаете, — улыбнулась девушка.

— Значит, буду наводить страх на местных!

— Вы осторожнее, а то заиграетесь, — девушка замялась. — Снова на дуэль вызовут…

— Ну да, снова без рубашки остаться не очень хочется… Так, если Берт меня приволок сюда, то где он?

— Наверно, Эрика встречает. Вот, написал, что ваш брат был вне себя от злости, даже хотел убить Томаса. Правда, чуть позже узнал, что с ним, и немного охладил пыл. Если вам интересно, Фестеля увезли в больницу…

— Ну и чёрт с ним. Лучше скажи, ты видела Киру?

— Да, она же сидела с вами всё это время, — удивленно ответила Матильда. — Правда, вышла вся смущённая… вы ей что-то сказали?

— Ничего такого… странно просто, что она решила сидеть со мной, а не поехать с Томасом.

— Вряд ли бы ей позволили, к тому же мы все члены одного отряда и что бы ни происходило, должны держаться вместе.

— Это ты где прочитала?

— А не вы ли так говорили? — девушка хитро улыбнулась. — Мы ведь в одной лодке, Акира.

Девушка прильнула ко мне, намереваясь поцеловать.

— Не сейчас, — остановил я её.

— Может, тогда, — Матильда игриво задрала ворот водолазки, оголив шею.

— Сильнее меня хочешь, как погляжу.

— Извините, слишком сильное наслаждение ваши клыки мне приносят, — девушка отвернулась, но игривые нотки в голосе никуда не исчезли.

— Ладно, твоя взяла, за рубашку могу и похвалить, — я оскалился.

* * *

— Поразительно, просто поразительно! Да он не так прост, друг мой!

— Что-то вы излишне рады за него, господин.

— Может быть, всё-таки план был составлен на ходу, но даже так, вы видели его силу?

— Не понимаю вас.

— А жаль, мы ведь смогли убедиться в его способностях! Как вы думаете, почему сын господина Ди’Вольдхара уже отлично сражается? В отличие от отпрыска Фестелей он даже не использовал магию! Так как вы думаете, друг мой, не для общего же развития столь интересный человек, как Линь Синь, обучил своего сына столь искусному владению клинком? Он явно что-то затевает, а парня готовит либо как козырь, либо как главное оружие!

— Мне устранить его?

— Нет, что вы, не сейчас. Надо выждать, ведь мы пока не знаем, хорош ли он так же и в магии.

— Думаете, я не смогу одолеть его?

— На вас мне всё равно, однако разбрасываться жизнями верных сынов империи я не готов.

— Тогда не лучше ли арестовать и Линя, и его мальца?

— Так мы только поднимем шумиху. К тому же, друг мой, преждевременными и открытыми действиями мы заставим нервничать вашего отца…

— Не стоит об этом.

— Очень стоит, ведь он может быть союзником Ди’Вольдхаров. Давайте лучше поступим следующим образом…

XIX

Повезло, что на дуэли приключения вчерашнего дня закончились. Регенерация сделала своё дело, а Матильда в этом самом деле помогла. В её компании я спокойно прошёлся по важным местам в академии и довольно быстро вернулся домой. Девушка, конечно, предлагала посидеть у неё, на что я чуть было ни согласился, но, прикинув все за и против, ретировался в поместье, где мне повезло застать Линя. Про дуэль он и сам слышал, а вот про ситуацию с оружием рассказал уже я. Подозрения подтвердились — кто-то специально испортил его, однако кто именно — неизвестно. Студенты такое сделать не могли, так как за порчу инвентаря рискуют или головой, или кошельком, тут уж кто какого происхождения. Подозрения пали на преподавателей, но кому из них подобное выгодно? Линь пообещал во всём разобраться. А что до меня — режим полёта, прозванный зачем-то дзеном, и медитация. Завтра Линь отвезёт меня в отдел для второго задания, а, значит, пришло время разобраться в собственных способностях.

Ещё со времён моей человеческой жизни я поражался обилию навыков в ролевых играх. Десятки классов и подклассов, сотни способностей и талантов, миллионы тонкостей — всё для того, чтобы по итогу потратиться в удачу и тем самым пережить любое дерьмо не меняя портков. Ну, или меняя, зависит уже от ситуаций. В любом случае ещё тогда я понял, что, несмотря на разнообразие, по итогу будешь пользоваться двумя-тремя способностями, приносящими максимальный результат. Став вампиром и вместе с тем членом организации, охотящимся уже на других вампиров, я взял на вооружение пару стволов. Магия, колдунства — зачем, когда есть ствол? Из любой передряги я выходил, используя огнестрел. Каким бы сильным не был противник — рано или поздно он отлетал от парочки точных выстрелов. Но вскоре жизнь вынудила меня освоить что-то новое. Этим новым стал бой с использованием холодного оружия. Нет, и до этого я использовал и клыки, и когти, когда ситуация вынуждала, однако, с приходом в мою жизнь клинка, моя НеЖизнь изменилась. Тихое, не требующее слежки за боеприпасами оружие так полюбилось мне, что я чуть было, не отказался от стволов. Однако, утратив всё своё оружие и оказавшись перед лицом могущественного противника, мне пришлось открывать для себя и силу собственной крови. Вот тогда я и понял, какое многообразие предо мной открылось, которым, однако, всё равно не пользовался. Надо подчинить кого-то своей воле? Вот, пожалуйста. Надо аннигилировать всё живое в радиусе километра? Я — огонь, бегите! Не сказал бы, что за всё время повидал много сильных противников, таких по пальцам пересчитать можно. И пусть много раз мог быть убит (да и умер бы, если бы вампиром бессмертным не был), но и то это скорее происходило случайно, в пылу битвы, как, например, однажды с наркоторговцами: шальной пулей черепушку просквозили, из-за чего даже откинулся на какое-то время. Но обладая регенерацией, ты априори становишься непобедимым. Ну, или почти, тут уж от её скорости зависит.

Теперь же правила изменились, у людей появилась магия, которую они активно изучают и развивают, а, значит, необходимо адаптироваться. Причём не только к тому, чтобы бороться с магами, но и к тому, чтобы сливаться с их обществом. Я ведь «сын» одного из сильнейших! Спасает хоть то, что у «папаши» форма магии свободная, поэтому часть уже своих вампирских способностей я могу как-то подстроить под привычную для людей форму, например, адское пламя, которое использовал всего ничего, но в его действенности за эти всего ничего убедился сполна.

Адское пламя вообще штука прикольная, если добавить своей крови, то можно и меч из него слепить, и лук, и вообще что угодно. А бить по площади… обожаю запах напалма по утрам. И раз вспомнил про кровь, то её в какой-то степени можно назвать особой формой воды. Ну а что, течёт — значит жидкое, а цвет — так, украшение, чтобы выделяться. Я всё ещё мало знаю о современной магии, но если уж я могу кровью управлять, значит и какой-нибудь гуру формы воды умеет. Кто-то вот с помощью ветра мысли читает! А это посложнее управления собственными жидкостями будет!

Есть, конечно, и более сверхъестественные способности, но их применение не каждый-то сможет заметить. В общем, разнообразно, осталось понять, что будет самым эффективным. Хм, в то же время Линь зарекался про охоту на нечисть — о голоде я могу не переживать, у меня появилась Матильда, да и периодически удаётся добыть кровь во время случайных встреч. Выходит, нужды, как таковой нет, ну а Линь — он просто не до конца знает мою природу. В то же время, при полном осушении человека я могу заполучить его жизнь, а там, если повезёт, и облик. Но если идти по такому пути, то куда лучше будет осушать как раз таки нечисть. Несомненно, человеческие жизни тоже сделают меня сильнее, но вот сверхъестественные сущности — чистая арифметика: если я поглощу другого вампира, то я получу силу, сравнимую с поглощением тысячи людей. Звучит круто, но имеет последствия: рискую потерять себя, ибо поглощаемая вместе с кровью и жизнью душа чудовища способна вырваться наружу, разрушив тем самым уже мою душу. Для этого придётся поглощать людей, чтобы уже человеческими душами кормить всех тех бесов, которых я поглотил. Радует, что для этого не придётся осушать тысячу человек, пары душ уже будет достаточно, чтобы временно угомонить бесов.

На данный момент я просто сильный человек, быстрый, ловкий, с хорошей реакцией, но как вампир — слабоват. Опыта-то мне хватит, чтобы справится с кем-то сильным, но на опыт надейся, а сам не плошай, да и силы много не бывает. Значит, начинаем охоту.

* * *

— Аки, сынок, — внезапно начал Линь, положив руку на моё колено, — ты ничего не забыл?

— Ты про что? — убрав телефон в карман пиджака, спросил я.

— Всё ли ты забрал из академии? — Линь выглядел серьёзно обеспокоенным.

Чисто к слову, ещё утром, когда мы садились в машину, он по обыкновению своему был дурачливо-жизнерадостным. Сейчас же, всё в той же машине, всё в тех же пробках, он из весельчака превратился в того Линя, который объяснял план по наведению кипиша в столице — хладнокровный маньяк, чёрт его дери.

— Ладно, всё-таки тебя сильно ранили на дуэли, — вдруг успокоился он, спрятав руки в широких рукавах кимоно. — Меч у директора ведь не забрал, дурик…

Тут он из широкого рукава вынул клинок… чертовски похожий на мою катану!

— Позволь, угадаю, — Линь улыбнулся, — выглядит знакомо?

— Как? — я взял в руки оружие.

— Реплика. Подобные артефакты делают на заказ. Качество сам понимаешь, с оригиналом не сравнится, но всё же, в разы лучше всего того металлолома, которым ты сражался в последнее время. Единственное… а, ну ты уже…

— А что? — я окропил меч собственной кровью.

— Ты ведь и без меня знаешь, как он работает, — Линь улыбнулся и неловко посмеялся.

— Пусть и реплика, но на кровь реагирует, — глядя на то, как клинок поглотил пролитую на него кровь, произнёс я.

— Идеальное оружие для воина, — Линь взял мою руку. — Так, давай залечу.

В руках «отца» возникло зелёное пламя, языки которого вмиг затянули порез. Отряхнув руку, я спрятал клинок в ножны.

— Меч способен накапливать силу владельца и усиливать его, поглощая при этом кровь сражённых противников. А ещё не надо отмывать от крови, — ухмыльнулся Линь. — По легенде, оригинальный клинок принадлежал Чёрному мечнику, вампиру, не горящему на солнце…

— А ещё он чувствует своего владельца, являясь, по сути, частью него…

Линь провёл пальцем по окошку, разделяющему нас с водителем. Оно засияло, а после открылось.

— Можешь высадить нас у входа, — обратился «отец» к водителю. — А сам съезди в ремонт, не нравится мне этот скрежет колёс.

— Конечно, господин!

— Аки, у нас будет много работы, надеюсь, ты не будешь возражать, если я тебя загружу?

— Ха, будто у меня есть выбор!

— Вот и умничка, — Линь по-отцовски потрепал мне волосы.

* * *

Мы высадились у высокого здания в центре делового района, над главным входом которого гордо висела табличка с аббревиатурой ЦОДСА. Что-то знакомое…

— Не бойся, — приободрил Линь, поправляя пояс, — здесь ты в безопасности.

— А кто сказал, что я боюсь?

— Идём, нужно успеть показать тебе, как всё устроено, — «отец» неторопливо направился к зданию.

— Начал бы уже в курс дела вводить…

— Точно не на улице, — Линь обернулся. — Ну, чего встал?

Пройдя через турникеты, любезно разблокированные охранником, я увидел самый обыкновенный холл типичного офисного здания. Выделялась лишь очередная табличка с аббревиатурой, висящая над огромной доской объявлений. Пока Линь здоровался с проходящими мимо сотрудниками в офисной одежде, я пошёл рассматривать доску. Сообщения администрации, фотографии «лучших» сотрудников, объявление о соревнованиях между отделами, несколько заказов для свободных Охотников — заинтересовало меня лишь последнее.

— И кому понадобились клыки вампиров? — удивился я, увидев сумму награды.

Странным заказом мне показалась так же доставка шкур лютоволков — они не вымерли ещё? Да и с каких пор ЦОДСА занимаются таким, раньше же только на мёртвых и не совсем охотились, повторно убивая или изгоняя. Да и что им лютоволки сделали…

— Тоже за шабашкой? — обратился ко мне седой старичок.

— А? Не, просто изучаю.

— Сотрудник или практику проходите? — дедок деловито поглаживал длинную бороду, одним глазом смотря на меня, а другим на доску.

— Практика. А вы?

— Да вот, на пенсии скучно сидеть, прихожу иногда заказики какие подобрать.

— Вы раньше здесь работали?

— Хах, а как же — я был одним из первых в отделе! — ухмыльнулся он. — Эх, столько лет уж прошло…

— Прошу прощения за бестактный вопрос, но сколько вам?

— А, да не помню уж, — посмеялся он, — ещё батюшку императора молодым видывал.

— По вам и не скажешь.

— Так всегда, хех, — махнул мужичок рукой. — Хех, алхимия помогла сохраниться. Вот где магия, а не эти фокусы с огнём.

— А вы не маг?

— Да, чем и горжусь, — гордо произнёс старичок. — У меня ж батька с самими личовскими отродьями бился, а тогда ещё всей этой магии и быть-то не было! Так ты что думаешь? Успешно бился, за что лично с самим Вольдхаром был знаком!

— Не его ли Максимусом прозвали?

— О, так вы читали?! — приятно удивился мой собеседник.

— Ну тип того…

— Отец мой в Последней битве в одиночку Белую башню удерживал… за этот подвиг Вольдхар хотел наделить его магией, даже лично посетил, только вот он отказался…

— Почему же?

— Не помню уж… но, — внезапно вспомнил он, — я помню выражение, с которым Вольдхар ушёл!

— О, так вы и Вольдхара видели?

— Конечно, пусть я и совсем мальчишкой был тогда, но многое помню! Он сказал: «Тогда защищай свою семью здесь, Максимус»!

— Так и сказал?

— Он был расстроен, ведь ему нужны были маги… вы же читали наверно о последнем подвиге Вольдхара?

— Извольте освежить мою память…

— Эх, молодняк, совсем не читаете! — проворчал тот. — Пред походом на Повелителя Тьмы святой Вольдхар даровал способность владеть магией лучшим из своего окружения, но лишь лучших из лучших он повёл за собой в смертельный бой, остальных же оставил в столице, дабы в случае поражения они могли защитить людей. Собственно, потомки тех, кто остался, теперь составляют костяк дворянства, — дед скривился.

— Не тешите дворян?

— Честно, среди них есть заслуживающие уважения, но, к сожалению, таких мало…

— Ого, господин Маркус, вы снова за подработкой? — к нам подошёл Линь.

— Хех, добрый день, господин, — старичок низко поклонился.

— Маркус, сколько раз я вам говорил расслабиться, — Линь протянул ему руку.

— Ну как иначе с директором? — Маркус неловко пожал её.

— Об истории беседовали?

— Да, вот, просвещал юнца, — старик указал на меня.

— Надеюсь, мой сын не разочаровал вас?

— Так это ваш сын?! Прошу простить, если был груб с вами, — дедок извинился передо мной.

— Ну, вы ничего подобного не сделали, — произнёс я.

— Да, можете не переживать, — начал Линь и протянул Маркусу бумагу, — вот, смотрите, для вас персональное задание.

— Ого, снова гули по кладбищу шныряют! — обрадовался старик. — Благодарю вас, господин, давно старик не разминал свои дряхлые кости в бою.

— Вы только аккуратнее, иначе молодые зазнаются, — улыбнулся Линь на прощание.

— Ждите завтра с новым заказом, — довольный мужичок потопал на выход.

— Непременно! Аки, — Линь обратился ко мне, — как он тебе?

— Не думал, что кто-то ещё жив.

— Так ты его помнишь? — удивлённо ухмыльнулся «отец».

— Бегал мелким ещё, голубей шугал, а теперь вот оно как… постарел.

— Таких стариков по пальцам пересчитать можно. Ладно, нам пора наверх, — Линь кивнул в сторону лифта.

Ехали мы на последний, тридцать третий этаж. С улицы его было трудно заметить, но оно и понятно, в сравнении с остальными этаж был меньше, но не в высоту. Пройдя по небольшому коридору, мы подошли к одной единственной двери. Это был кабинет директора центрального отдела, выглядящий ну просто великолепно: огромное окно с такими же огромными шторами, дорогая мебель, второй этаж, уделённый под библиотеку. Честно, я бы тут жил.

— А вот и моё скромное рабочее место, — Линь сел за директорский стол. — Представь, как круто делать выговоры в ясную погоду.

Линь ухмыльнулся, однако, из-за находящегося позади него окна, это было еле заметно. Представляю, каково провинившемуся сотруднику стоять и видеть чёрный силуэт, купающийся в лучах солнца, чьи эмоции невозможно прочитать.

— Странные у тебя наклонности, — констатировал я, сев в кресло напротив. — Так, что там насчёт дела?

— Аки, ты ведь понимаешь, каким человеком являешься на данный момент?

— Хорошо уже, если им я являюсь.

— В глазах общественности да. Почему я завёл разговор об этом? После отборочного экзамена ты стал популярен. Теперь же, если общество узнает и о том, что ты работаешь здесь и защищаешь покой граждан, популярность станет только выше. Ты готов к этому?

— Я так понимаю, легче жизнь от этого не станет.

— В какой-то степени. Однако плюсы, которые мы получим от этого, здорово помогут в нашем деле. Тебе придётся взяться за несколько трудных дел, но не беспокойся, ты будешь не один, — Линь достал телефон и кому-то написал. — С бумагами я давно разобрался, поэтому зарплата будет хорошей, — теперь Линь достал из стола конверт. — Вот, это аванс, в конце месяца тебе выплатят в два раза больше.

Я принял конверт и заглянул в него — тысяч пятьдесят.

— Не многовато ли? — настороженно спросил я, снова и снова пересчитывая купюры.

— Ты рискуешь жизнью, каждая миссия может оказаться последней, поэтому и зарплата такая, — Линь пожал плечами.

— Слушай, а сколько получают средние работяги?..

— Те, что не маги — тысяч пятнадцать, а что?

— Да так, — я аж губу прикусил, вспомнив коммуналку Матильды в двадцатник. — И, кого мне убить?

Дверь в кабинет отворилась. Я обернулся и увидел крепкого мужчину азиатской внешности. Лицо его было покрыто шрамами, а спадающая на лицо прядь чёрных волос прикрывала повязку на левом глазу. Одет он был в чёрную форму, похожую на ту, в которой раньше ходили силовики.

— Аки, познакомься, это Оросаки Арима, твой помощник и мой союзник, — представил того Линь.

— День добрый, господин Линь Синь, — поклонился Арима. — Акира, рад с вами познакомиться!

— Взаимно, — я протянул мужчине руку, однако тот лишь поклонился.

— Не почтите за грубость, боюсь, что не достоин жать вам руку.

— Всё нормально, он знает, кто ты, — Линь улыбнулся, вставая из-за стола. — Арима, как договаривались, ты расскажешь Аки обо всём.

— Да, господин, — Арима поклонился, тем самым провожая уходящего Линя.

— А ты куда? — что-то я не понимаю.

— А, сынок, извини, но у меня есть и вторая работа, надо в академию, — хитро улыбнулся лис, словно чуя гору вопросов, появившихся у меня.

Дверь захлопнулась, и мы остались наедине.

— Сразу скажу, что можем обходиться без любезностей, выше кого-то я себя не ставлю, — обозначил я, встав с кресла и пройдясь по кабинету.

— Как угодно, — согласился мужчина. — Тогда, присядем?

Он указал на кофейный столик в углу кабинета, за который мы и присели, расположившись на таких же комфортных креслах. Из кармана бронежилета Арима достал файл с бумагами и положил их на столик.

— И у тебя карманное измерение? — поинтересовался я.

— Господин Линь наложил чары на броню, — улыбнулся мужчина.

— Надо бы тоже его попросить, — отметил я на будущее.

— Можете…

— Давай на «ты», устал от формальностей.

— Хорошо, здесь можешь прочитать о нашем задании. Однако я вижу, что у тебя есть вопросы. Господин Линь ничего не рассказал?

— Правильно.

— Хах, это на него похоже, — мужчина улыбнулся.

— Какая у меня должность и что с иерархией?

— Тебя зачислили в старшие Охотники, к которым отношусь и я. Помимо старших, есть младшие и начинающие, их знать не обязательно, приходят часто, а там или повышение, или могила. Есть высшие — их немного, да и в отделе появляются редко, если встретим, сразу скажу. Всего Охотников в нашем, центральном отделе около сорока: трое высших, пятеро старших, где-то десять младших, остальные начинающие. Практикантов я не учитываю, как, собственно, и вольных Охотников, последние, зачастую бегают по отделам в поисках выгодного контракта. Насчёт магов скажу сразу, их мало.

— Как так?

— Не дворянское это дело по подвалам бегать, — ухмыльнулся Арима. — Ну а простолюдинам страшно. Многие сюда приходят из-за огромных зарплат, но очень быстро увольняются, если не умрут на первом же задании.

— И зачем тогда такое большое здание?

— Несколько этажей выделено на тренировочные залы, оружейную, собственный госпиталь, даже тюрьма и комнаты для допросов есть. Под нами целый подземный комплекс построен. Да и помимо Охотников здесь содержится целый штат обслуживающего персонала и других специалистов. Мы ведь не только нечистью занимаемся.

— А кем ещё?

— Например, особо буйными членами синдикатов, — Арима жутковато улыбнулся.

— Понял, о них спрашивать не буду.

— Просто есть не особо умные маги и алхимики, таких обычная тюрьма не меняет…

— Что про ситуацию в городе расскажешь?

— А что говорить? Нечисть с каждым годом наглеет, а людям всё равно. Масло в огонь подливают и маги со своими экспериментами. Вот, на той неделе занимались ликвидацией некроманта, а вчера прервали обряд обращения — заклинатель демонов хотел стать вампиром. И ведь как-то вышел на высшего…

— Что про меня скажешь?

— Про тебя? Извини, тяжело на «ты», — хмыкнул Арима, боясь посмотреть в глаза. — Не каждый день удаётся поговорить с самим Чёрным Мечником.

— Ты и это знаешь?

— Господин Линь рассказал.

— Ты знаешь о его плане?

— Да, если бы не он, я бы сгинул на фронте. Однако о тебе я знаю лишь то, что ты бился бок о бок с самим Вольдхаром и являешься могущественным вампиром. Позволишь вопрос?

— Задавай.

— Кто ты на самом деле? — Арима посмотрел мне в глаза.

— Это долгая история.

— Надеюсь, когда-нибудь ты расскажешь мне её.

— Почему тебя это заинтересовало? Расскажи о себе.

— Я родом из Азии, однако, из-за способности к магии мне пришлось переехать в империю. Из академии выгнали сразу, а там сцапали военные и отправили на фронт, освобождать от нечисти южные регионы. Там я познакомился с господином Линем. Взамен на новую жизнь я служу только ему, о чём не жалею. О тебе я узнал недавно, когда господин начал притворять свой план в действительность. Нам чертовски повезло, что под дворцом завелись трупоеды…

— Ага, так это про тебя я читал, — ухмыльнулся, вспомним ту историю пятилетней давности. — Так, значит, это ты помог Линю?

— Да, в порталах я полный ноль, но господин дал точную инструкцию. А про ту статью…

— Ты выглядишь старше.

— Это шрамы, на деле мне двадцать семь…

— Как ты их получил?

— В первые дни на фронте, — Арима провёл рукой по шрамам, — если б не врачи, без лица бы остался.

— Ты не ответил на мой первый вопрос, почему тебя интересует моё прошлое?

— Думаю, оно как-то связано с моими предками, иначе бы у меня не было способностей. Я хочу узнать, кто мой отец.

— Вряд ли моя история поможет тебе в поисках, но когда-нибудь я расскажу её тебе.

— Спасибо, — Арима поклонился.

— Ладно тебе, расскажи лучше о нашей работе, — я взял в руки файл с бумагами.

— Это связано со вчерашним происшествием: откуда взялся высший вампир и как это может быть связано с нашествием низших и их нападениями по всему городу. Сегодня же мы направимся на зачистку заброшенного топливного комплекса. По показаниям местных жителей в этом месте пропадают люди, а недавно один из жильцов соседнего от комплекса дома заметил группу в балахонах, снующую по окрестностям.

— Может, сектанты какие? — предположил я.

— Это нам и следует проверить.

— Когда выдвигаемся?

— Как только будете готовы.

— Арима…

— Как только будешь готов.

— Тогда поехали.

XX

А ничего такие машины у ЦОДСА: мы рассекали по городу на карете скорой помощи, однако таковой она казалась лишь снаружи. Изнутри было видно, что вся машина покрыта бронепластинами. Руку даю на отсечение, что она ещё оснащена какими-нибудь антимагическими приблудами.

Я ещё раз пролистал бумаги, после чего вернул файл Ариме. Тот принял его и убрал в карман бронежилета, после чего застегнулся. Чтобы прикрыть бросающуюся в глаза броню, мой напарник накинул белый плащ. В теории бы такое прикрытие сработало, если бы все остальные сотрудники не щеголяли в точно таком же. Палевно, но стильно, а Ариме так вообще придаёт более статусный и серьёзный вид.

— А мне такой выдадут? — поинтересовался я, посмотрев сначала на Ариму, а потом на второго сотрудника, молчавшего с самого начала нашей поездки.

— По возвращению зайдём, — с улыбкой ответил Арима. — Эй, Дань, ты чего кислый такой?

— У меня вообще сегодня выходной, — ответил молчун, скорчив недовольное лицо, которое с каждой минутой приобретало всё более и более причудливый окрас.

— Таблетку дать?

— Отгул дай, а с бадуном как-нибудь управлюсь.

— Посидишь тогда в резерве.

— И на том спасибо, — прикрыв рот, пробурчал Даниил, после чего повернулся к водителю. — Твою мать, Стас, веди ровнее!

— Нехрен пить столько! — задорно бросил водитель и сделал музыку в проигрывателе громче.

— Нет, к чёрту повышение, лучше в отпуск уйду…

— Ха, да ты это каждый выезд твердишь, — ухмыльнулся Арима.

— Вот, Акира, посмотрите вы на них! — завёлся Даниил, взмахнув руками. — Ну как с ними работать?!

— Так, а зачем вас вызвали? — спросил я.

Собеседник цыкнул и громко вздохнул. Как говорил Арима, Даниил, несмотря на переваливший четвёртый десяток, оставался младшим Охотником. Дважды хотел уволиться, однако заверения о том, что он лучший медвежатник в отделе, тешили его самолюбие, заставляя остаться. И взламывать он умел не только закрытые двери, но и упорно держащих язык за зубами подозреваемых. Он не был магом, но хорошо читал людей, из-за чего, собственно, начал мало-помалу спиваться. Опять же, со слов Аримы, Даниил не любит людей, так как честных среди них по пальцам пересчитать можно. Талантливый он, да мягкий, чего с другой стороны не скажешь про Стаса, водителя нашей кареты. Того половина отдела хочет выгнать и всё из-за чересчур лихой езды. Ещё когда мы подходили к машине, Арима рассказал историю, после которой и мне стало страшновато: Стас на одном из заданий так разогнал детище имперского автопрома, что магические камни, за счёт которых весь этот гроб на колёсах работает, воспламенились, а за ними и вся обшивка. Стас чуть не спалил вместе с машиной сотрудников, на свою беду отправившихся с ним на это злополучное задание, суть которого заключалась всего лишь в своевременной доставке партии образцов крови выловленного днём ранее в городских стоках упыря. Ладно, в свою защиту Стас сказал, что за ними погнались машины синдиката, но вот почему они это сделали, лихой водитель уточнять не стал, сославшись на то, что карты — зло.

Видимо, взбучка от начальства помогла — Стас ехал быстро, но аккуратно, благодаря чему в скором времени мы оказались в одном из районов старого города. Удивительно, но здание заброшенного комплекса стояло совсем рядом с рекой. Кажется, теперь я понимаю, почему его закрыли. Погода на улице испортилась, небо затянули грозовые облака — облезшие и в некоторых местах покрытые растительностью стены комплекса приобрели какие-то жуткие нотки.

— М-да, уютненько, — протянул я, выпрыгнув из машины.

«Надо бы купить портупею», — пришло мне в голову, когда ножны катаны начали вихлять в ремне. Пришлось вынуть оружие и держать в руках.

— Готов? — поинтересовался Арима, разминая шею.

Напарник был выше и, казалось, крупнее меня, из-за чего всю поездку протирал дыру в крыше машины. Неизвестно, как он ещё не заработал проблемы с шеей.

— Да, погнали, — на уверенности пошагал я в сторону заброшки.

Стальные ворота оказались не заперты, что сразу же насторожило нас, но не остановило.

— Какие у тебя способности, Акира? — Арима остановился, внимательно оглядывая центральный вход.

— Ты про вампирские или магические?

— В целом.

— Огонь, однако, как я понимаю, то, что мы найдём там, следует взять с минимальными повреждениями?

— Верно, — кивнул Арима, открывая карман бронежилета.

— А у тебя?

— Лёд, — напарник вынул из кармана секиру. — Постарайся не сжигать свидетелей, — Арима улыбнулся и направился к входу.

— Не обещаю, — ухмыльнулся я, заранее обнажив катану.

Двери у главного входа так же были не заперты, что позволило без проблем проникнуть внутрь. Первый этаж встретил нас кромешной тьмой.

— Тьфу ты, — чертыхнулся Арима и зашуршал плащом. — Чёрт глаз выколет. Акира, у тебя есть… а…

Я посмотрел на Ариму, лицо которого выразило сначала удивление, а после осуждение собственного удивления.

— Что такое? — поинтересовался я.

— Ты знал, что у тебя глаза светятся? — скривив улыбку, поинтересовался напарник.

— Правда что ли? — не поверил я.

— О, нашёл, — победоносно прошептал Арима, вынув из кармана бронежилета какой-то кулон.

— Что это?

— Ха, светоч, суперская штука для таких мест, — пояснил Арима, нажав на блеклый камушек в центре кулона.

Из кулона вырвался маленький сгусток света, который, правда, тут же затух.

— Ёпт твою… Ладно, — цыкнул напарник, бросив кулон в карман. — Тогда это.

Хлопок вылетевшей пробки и сосуд с мутной субстанцией опустел.

— Бр, ну и гадость, — поморщился Арима, после чего заметил мой полный вопросов взгляд. — А это уже эликсир ночного зрения.

— Мутный он какой-то…

— Так из кошачьих глаз делается.

— Котиков то за что…

— Ну, не прям глаз… не суть, в общем. Ты что-нибудь чувствуешь?

— Ты про вампирское чутьё? Что за предрассудки…

— Извини.

— Шучу, дай мне минутку, — я попытался сконцентрироваться.

Обнаружить присутствие было не так сложно, не проспи я последние лет сто. Однако опыт не проспишь, в скором времени я начал что-то ощущать.

— Трое, совсем близко, — произнёс я, открыв глаза. — Быстро, в сторону!

Я оттолкнул Ариму, стараясь увернуться от летящего в нашу сторону металлолома.

— Вот чёрт, — шикнул Арима, подняв секиру. — Откуда?

— Один справа, двое слева! — я подхватил клинок и побежал туда, где чувствовал явное присутствие врага.

— Твою ж, ты их видишь? — Арима принял боевую стойку.

— Смотри на пол! — заметив лёгкие движения пыли, крикнул я.

— Невидимки какие-то, — ухмыльнулся напарник.

Глаза окончательно привыкли к мраку, позволив оценить окружение: комплекс походил на огромный ангар, пол которого был усеян мусором, прогнившими ящиками и ржавыми бочками, из-под которых давным-давно растеклось мутное и дурно пахнущее топливо. Странно, но топливо всё ещё выглядело свежим (если у него вообще был срок годности). Тем временем пыль еле заметно вздымалась вверх, позволяя обнаружить местоположение противника. Одного противника, до которого оставалось всего пара метров. Вдруг, будто из неоткуда, в паре миллиметрах от глаз пролетел ржавый лом, с грохотом врезавшийся в топливную бочку.

— Ух, бл…

Я чуть не упал, пришлось отскочить назад. Клубы пыли опали, а впереди проявился полупрозрачный силуэт. Я взмахнул мечом. Раздался нечеловеческий вой, а неподалёку упало что-то похожее на руку. Обрубок вспыхнул, осветив всё вокруг. Полупрозрачный силуэт сбросил свою маскировку, явив полуразложившегося упыря, напялившего на себя чёрный балахон, который только сковывал движения хозяина. Противник взревел, набрасываясь на меня, но сразу же остановился, лишившись головы. Рожа в капюшоне упала на пол, после чего вспыхнула. За ней вспыхнуло и тело.

Справа раздался свист и глухой рёв, за которыми последовала вспышка.

— Что за хрень? — крикнул напарник.

— Они самовозгораются, будь аккуратнее!

Мне б за аккуратность пояснять! Чуть бочкой не пришибли, из-за чего пришлось отпрыгнуть и перекатиться, замарав топливом и пылью дорогой пиджак. Сверху на меня прыгнул третий упырь, который, как мне показалось, был последним. Мстя на испачканный костюм, я разрубил мертвяка пополам.

— Это всё? — глядя на воспламенившегося уродца, поинтересовался Арима.

— Видимо, нет, — я посмотрел вдаль комплекса, откуда на нас шло ещё несколько тварей в чёрных балахонах.

Но тут раздался взрыв, окутавший своим пламенем тела чудовищ. Огонь начал быстро распространяться по комплексу. Без лишних слов мы ретировались на улицу, где нас встретили первые капли дождя.

* * *

Спустя час комплекс превратился в пепелище. Виной тому оставленное топливо, едкости которого можно ужаснуться, даже холодный осенний ливень не сразу погасил разгоревшееся от него пламя. А запашок-то какой стоял…

На пожар сбежались местные, однако лихач Стас и похмельный Данька оцепили территорию, отгоняя зевак. Мы с Аримой, всё это время, пока горел комплекс, сидевшие на попе ровно, вернулись вовнутрь. Крыша прогорела, тем самым осветив помещение и сыграв нам на руку. И хоть огонь уничтожил всё что было, кое-что отыскать мы смогли.

— Акира, смотри! — напарник подозвал меня, стоя возле обгоревшего тела.

— Нашёл что?

— Вот, — Арима протянул мне кусок материи, из которой был сшит балахон одного из упырей. — Видишь?

Я присмотрелся: с виду обычная плотная чёрная материя, но что-то в ней выглядело странным, что-то выбивалось. Этим что-то оказалась тонкая красная нить.

— Нить…

— Не простая, — произнёс Арима, — от неё исходит странная энергия…

— Слушай, — я, кажется, понял, — помнишь, как они возгорались?

— Им специально выдали эти балахоны.

— Заброшенный комплекс, так ещё и топливный, недалеко от жилых районов — кто-то хотел не только похитить людей, а в случае с упырями, поживиться ими, но и в случае опасности скрыть все следы.

— Возгорались все, — Арима задумался, внимательно разглядывая уцелевший кусок материи. — Надо отвезти на анализ. Поехали в отдел.

Так мы оставили у пепелища комплекса Даниила, поручив тому внимательнее осмотреть территорию и вызвать подкрепление, а сами загребли Стаса и уехали в отдел. Да, Данька покрыл нас матом с головы до ног, но что поделать?

Уже в отделе мы разделились, Арима направился в лабораторию, а я за плащом. Пиджак жалко, хороший был. Девушка, выдавшая мне форму, вынесла неутешительный итог — топливные пятна, даже после стирки, полностью вывести не удастся, поэтому проще выбросить. Одно согрело душу, плащей выдали несколько, сразу три. Наказали, правда, обращаться аккуратно, а то стоимость последующих будет из зарплаты вычитаться, но до этого пока ещё никто не доживал.

Теперь я стоял в холле на первом этаже, разглядывая себя в зеркале и любуясь прекрасной посадкой плаща. Вскоре моё занятие прервал Арима, вышедший из лифта с довольно кислым выражением лица. Даже повязка сползла.

— Что сказали?

— Долго изучать будут, — цыкнул напарник, поправив повязку. — Возможно, завтра результат будет, а, возможно, и послезавтра. Я попросил их изучить состав материала и пробить по базе всех чародеев, владеющих такой техникой.

— Думаешь, целенаправленно заказали?

— Точно знаю, что на рынке такое не купить. Зачарованных товаров много, но чтобы они ещё и самовоспламенялись, убивая владельца… нет, это точно заказ.

— У меня есть одна догадка, — вспомнил я. — Когда Линь впервые привёз меня на задание, мы разбирались с делом об убийстве дворянки в порту.

— А, тот инцидент…

— Он самый. Тогда, в ангаре, где скрывался несчастный убийца, было три трупа, три тела обгоревших упырей. Те, возможно, тоже были в самовоспламеняющихся балахонах. Они тогда, судя по всему, обратили парня, но справиться с последствиями не смогли — он их убил.

— Почему ты так думаешь?

— Упыри — не вампиры, просто так в пепел не превращаются. А если бы это были вампиры, то обратили бы парня без проблем. Да и слаб он был, для вампира, пусть и новообращённого, — я посмотрел на свою руку, вспоминая о том количестве убитых мной.

— Что ж, это стоит запомнить, — Арима всё ещё обдумывал сказанное мной. — Надо составить отчёт, ты в деле?

— Может, ещё что вспомним.

— Ха, вот так стремление, — улыбнулся напарник. — Тогда по кофе и в бой!

XXI

Снова не спал. Уже смирился. До самого утра сидел в библиотеке, читая, что под руку попадётся. Не хотел в очередной раз рефлексировать, а куда-то идти — нет, спасибо, мне лень. Радовало ещё, что обитатели поместья занимались своими делами, чем не загружали меня: Брэн с Моникой сначала решали вопрос с обустройством комнат, а потом куда-то уехали на всю ночь; Николас, вернувшись из академии, закрылся в комнате, где, судя по звукам, сразу же захрапел; Эрика я вообще не видел, тот даже на сообщения не отвечал, но, думаю, он был у Эрины; Линь к полуночи заскочил в поместье, выпил со мной чаю, расспросил про первый рабочий день и снова уехал, но в этот раз в отдел. В общем, я был предоставлен сам себе.

Часам к восьми утра мне написал рыжик, пожаловался на ссору с Эриной и страшное похмелье. В своём «брате» я уже начал разочаровываться, но полностью не успел — телефон так и разрывался от уведомлений. Все как по будильнику к восьми утра активизировались? В потоке уведомлений я заметил сообщение от Аримы, который попросил заехать в отдел и узнать, готовы ли результаты. Что ж, а вот и задание для меня, пора работать. Быстро собрался и вызвал такси до отдела, в котором я уже через час важной походкой шёл к охраннику узнавать, где лаборатория.

— Второй подземный этаж, кабинет второй, — лениво отвечал блюститель внутреннего порядка, почитывая свеженькую газету.

Поблагодарил и отправился к лифту, в который вместе со мной зашла девушка в медицинском халате. Та выглядела сонной, и лишь стаканчик с кофе придавал её голубым глазками живой блеск. Поправив рыжий хвостик, она обратилась ко мне:

— Ты, случаем не в лабораторию?

— Да, а что?

— Если за результатами вчерашней материи, то они ещё не готовы, — девушка зевнула, — я позвоню, как закончим.

— Почему не готовы?

Девушка устало посмотрела на меня, выходя из лифта:

— Тебя ведь Акира зовут? Слушай, Акира, у меня ещё три трупа на вскрытии, а вы с Аримой эту тряпку проверить требуете…

— Дело-то важное, — я вышел и последовал за ней.

— Так любое дело важно, где людей убивают, — девушка зевнула. — Ладно, к вечеру сделаю, но с вас двоих должок.

Я нервно ухмыльнулся.

— Какой именно?

Девушка призадумалась, деловито постучав тонким пальчиком по своим бледным губам. Наконец, она придумала и сказала:

— Ящик саке.

— Не многовато ли? — я оценил хрупкое тело девушки и её общее состояние.

— Хах, Акира, знал бы, сколько мне уже обещает Арима! Ладно, мы договорились. Надеюсь, хоть ты держишь обещания.

Пришлось согласиться. Девушку звали просто — Саша, но просила обращаться к ней иначе, как Александра Германовна. Я, конечно, хотел поспорить, но Саша, заткнув меня тем, что она на четыре года старше, записала мой номер и скрылась в кабинете под номером два. Что ж, хотя бы так. Надеюсь, не разорюсь на этом её саке, иначе до конца месяца пешком ходить придётся.

— Чёрт, и что делать теперь? — убрав телефон в карман плаща, цыкнул я.

Арима посмеялся с истории про условия Саши, но попросил не убивать, если всё же поведу её на свидание. Да, чёрт, оказалось, что она так на свидание зовёт. Ариме я пообещал, что не убью бедовую, но не потому, что я не жуткий кровопийца, как те упырята из комплекса, а потому, что в этой спичке крови на одного комарика, а кусать её — зубам вредить.

— До вечера ещё долго, — я почесал думалку, сев на одну из скамеек в холле.

Тут на горизонте замаячил силуэт знакомого старичка, на лице которого была довольная улыбка. Маркус, заметив меня, помахал грубой рукой:

— Юный господин, чего ж вы скучаете? О, да вам и форму выдали! Сразу молодость вспомнилась, — он улыбался.

— Как с заказом? — поинтересовался я, когда Маркус сел рядом.

— Да вот, прихожу я, значится, ночью на кладбище, а там, ба-а-а-а, полезли черти! Ну, я их батькиной саблей и порубил. Ты прикинь, даже зелья не пил, так, как по молодости, по черепкам поколотил! Они и полегли. Один шибко умный пытался глотку перегрызть, ну да я его плашмя, как и шлёпнул, как и приобнял, так он вновь душок и испустил!

— И много заплатили?

— Эх, — махнул Маркус рукой, — тыщ десять. Ну, хоть внучат порадую. Сегодня ж эти, как их, распродажи, во! Эх, старость, слова ж уже забываю, хах! — старичок причмокнул и разгладил бороду. — У тебя-т как работа пошла? Слышал, упырей сжёг вчера.

— Да что там, ничего особенного…

— Как же? Ты прикинь, пока за деньгами сидел, молодого такого же видел, так этот, хах, увольняться решил, мол, страшно ему! — старик посмеялся. — Ты эво, кончай стесняться, хорошо идёшь! Ну, а я пошкрябаю, автобусы как окаянные по средам, чёрт дождёшься.

— Бывайте, — попрощался я, когда Маркус встал.

— О, кстати, там чевой-то директор с академии на тринадцатом, с делом каким-то сидит. Ты б сходил, узнал, что там.

— Спасибо, Маркус, — кивнул ему я.

— Ха, ну пока, — помахал старик.

Ну, делать и, правда, нечего. Решил посмотреть, что там с директором. На этаж поднялся быстро, по шуму из «приёмной» понял, туда-то мне и надо. Зайдя в кабинет, застал Аластера в окружении клерков.

— Как это понять, «эксперимент вышел из-под контроля»?! — громко вопрошал один из клерков. — Это ведь статья!

— Тише-тише, — успокаивал Аластер. — Мы бы и сами справились, но вот так отрывать преподавателей… панику сеять не хотим. Студенты они ведь такие…

— Это угрожает их жизни! — пытался вразумить тот клерк.

— Кхм, не помешаю? — прервал я их вразумительную беседу.

— О, Аки, — обрадовался директор. — Никак на повышенную стипендию идёшь?

— А она вообще есть?

— Так, господа, — клерк поправил очки на раскрасневшемся лице, — мы тут не для праздных бесед. Стефан, господину Ди’Вольдхару удостоверение передай.

— Да, сейчас… вот, возьмите, — клерк пониже выдал мне удостоверение в красивой чёрной обложке с аббревиатурой ЦОДСА.

— Ого, приятность какая…

— Господин Ди’Роман, мы не можем провести такую масштабную операцию, не привлекая внимания общественности. Всех лучших Охотников в лицо знают!

— Аки, — директор обратился ко мне, — поможешь старику?

— Хм, а стипендию дадите? — шутливо поинтересовался я.

— Повышенную.

— Что нужно сделать?

— Господа, это ведь задание уровня Высших!

— Справлюсь, — уверенно ответил я, — как-никак академия для меня второй дом!

— Вот и идите в свой второй дом, только бумаги подпишите, — смирившись, ответил клерк.

— Господин Ву, я знал, что на вас можно положиться! — с улыбкой ответил директор.

Мы поставили подписи на документе, который этот самый господин Ву тут же запечатал и приказал отправить в бухгалтерию. Пожелав мне удачи, клерк проводил меня, а после и директора из кабинета.

— Так что за работа? — поинтересовался я.

— Демона убить.

— Ого! — ухмыльнулся я. — Что за демон?

— Крови, — как-то неуверенно ответил директор. — Понимаешь, Аки, кое-кто из призывателей нарушил ритуал… демон начал носиться по подземельям академии… но мастер Сандро смог его запечатать в колдовском кругу. Пострадавших нет, а те, кто видел демона, сейчас в госпитале на очистке памяти… боюсь, этот инцидент может ударить по нашей репутации…

— Почему вы сами его не убьёте?

— Нужен какой-нибудь сосуд…

— Вы хотите сказать, что мне следует поглотить эту тварь? — уточнил я, когда мы зашли в лифт.

— Ну как поглотить, — мялся директор. — Это смертельно опасно…

— Хм, а что насчёт него? — я указал директору на свой меч.

— Этот клинок… Аки, ты наш спаситель! Бога ради, совладай с демоном!

— Что ж, сделаю, что смогу.

— Будь только аккуратнее.

— Хах, — ухмыльнулся я.

Демон крови, ну-ну, я бы и так попытался его поглотить, но это вам не бес какой-то. Такую тварину придётся закусывать, человек так сто потребуется…

— Кстати, директор, а что с Томасом? — выходя из лифта, вдруг спросил я.

— Ты про Фестеля? Он скончался в больнице, — как-то равнодушно ответил Аластер. — Ты-то уже восстановился?

— А, — протянул я, но мигом пришёл в себя. — Да, чувствую себя, как огурчик.

— Весь в отца, — улыбнулся директор, положив руку мне на плечо. — Я на машине, могу тебя подвезти.

— Буду признателен.

Машина у директора была что надо, сразу видно, кто её хозяин. Однако мне не давал покоя тот факт, почему директор лично не расправился с демоном, он ведь мог его собственноручно заточить куда-нибудь. И всё же, я решил вновь спросить.

— Я уже не молод, мой мальчик, — ответил директор. — И не мой это профиль… надеюсь, не разочаровал тебя?

— Да нет, что вы, — отвечал я.

— Ну и сам понимаешь, демоны весьма непривлекательны. Мастер Сандро два ведра заполнил, после того, как запечатал его… Надеюсь, ты справишься и сохранишь в тайне эту историю.

— Несомненно, — поклялся я.

— Ну и славно, — вновь улыбнулся старик. — Скоро будет фестиваль клубов, уже надумал, в какой вступишь?

— Фестиваль клубов? — удивился я, вдруг вспомнив, что накануне об этом писали в беседе.

— Бедный мой, весь в работе, — директор потрепал мои волосы. — То дуэль, то охота, я попрошу поставить тебе автомат на экзаменах.

— Можете рассказать об этом фестивале? — неловко попросил я.

— Сегодня по академии будут ходить ребятки от клубов, они могут тебе всё рассказать. Но, если хочешь, можешь собственный клуб организовать, хотя я чувствую, что за тебя будут бороться другие! — посмеялся Аластер. — Слышал, клуб фехтования забронировал тебя.

— Ох ёёё…

* * *

Директор был прав, в академии вовсю шла подготовка к фестивалю и студенты, как пчёлки на пасеке, бегали из стороны в сторону. Больше всего заинтересовали павильоны, возводимые студентами у главного входа. Тут и целители, и алхимики, адепты всех магических и около того отраслей. Были и более житейские, например, местные СМИ или «Союз Кулинаров». Вроде много, но, чёрт, академия сама такая огромная! Почему я не замечал этого раньше? Тут ведь столько корпусов, столько мест, в которых можно постигать вершины магии и не только!

Впрочем, мы прошли всё это благолепие, спустившись в катакомбы под академией. Яркая палитра готовящегося фестиваля, как по щелчку пальца, сменилась на мрачную и полную загадок. Минут десять мы блуждали по нескончаемым коридорам, пока не вышли к большому залу, в центре которого была начерчена огромная пентаграмма, окружённая чёрным туманом. Возле пентаграммы стояло трое.

— Господин Аластер! — обратился сухой старик с козлиной бородкой. — Он вот-вот вырвется наружу!

— Сандро, друг мой, всё хорошо, — директор улыбался.

— ЦОДСА выделили подмогу? — поинтересовался Витас, будто специально игнорируя меня.

— Да, господин директор, что с ними? — вклинился молодой заклинателей, удерживающий тот чёрный туман.

— Матиас, подержи ещё немного, — попросил директор. — Со мной Аки, он справится с демоном.

— Он?! — усмехнулся Витас.

— Именно, — Аластер строго глянул на сына. — Теперь, Матиас, Аки сможет пройти?

— Конечно, сэр!

— Аки, ты готов?

— Да, — обнажив клинок, ответил я и сделал шаг в пентаграмму.

— Я верю в тебя, — директор сжал кулаки, провожая меня.

Вдох, выдох, шаг в чёрный туман.

— Ты?! — нечеловеческий голос эхом раздался в моей голове.

— Ну, привет, давно не виделись, — оскалился я, посмотрев на расплывчатый силуэт.

Силуэт источал красное свечение, дрожал, будто пламя свечи на ветру.

— Тебя как угораздило тут оказаться? — поинтересовался я, приближаясь к силуэту.

— Тебя как угораздило тут оказаться?!

— Ого, не в духе что ли?

— Я поглощу тебя и разрушу эту чёртову башню!!! — взревел демон.

— Ну-ну, ты хоть знаешь, где оказался? С тех пор сто лет миновало.

Руки демона приобрели физическую оболочку и вцепились в меня.

— Ты только это, плащ не испачкай, он казённый всё-таки, — попросил я.

— ЭТО НАША ПОСЛЕДНЯ ВСТРЕЧА!!!

— Надеюсь, — я дотронулся до руки демона. — Вспыхни.

Демон взревел, когда языки адского пламени окутали его руку. Я стёр центральный круг пентаграммы, позволив твари полностью материализоваться.

— Ну, чего размяк? — я присел возле демона, который упал на колени. — Ты посмотри, я тоже не в форме!

Демон что-то рычал, что разобрать я не смог. Однако видя, как извивается этот гуманоидный сгусток крови, я не сдержался и засмеялся.

— Чёрт, да как же ты жалок!

— Выпусти меня и увидишь всю мою силу!

— Ах, да, точно, ты же запечатан… хорошо работает пентаграмма! — порадовался я за мастера Сандро, который явно не просто так стал называться мастером. — Не против, если я разобью твоё естество?

— ТЫ НЕ ПОСМЕЕШЬ!!!

— Ах, друг мой, ещё как посмею, — вонзив клинок в тело демона, произнёс я и обнажил клыки. — Надеюсь, вкус твой не испортился!

* * *

Как можно разрушить душу человека, так же можно и разрушить естество демона. Вот, например, личи, которые так долго кошмарили людей — их души заключены в филактерии, причём это может быть и не один сосуд. Намучались мы так однажды с одним. Но то было заключение души, пусть и с некоторой толикой разрушения. Все эти махинации делали оболочку лича бессмертной. С демонами иначе, если можно так выразиться, их душа и есть их оболочка, а физическое воплощение — филактерий, при помощи которого они материализируются в нашем мире. Уничтожишь оболочку — отправишь обратно в ад, где тварь будет находиться, пока вновь не обретёт тело. Чтобы убить демона, нужно либо захватить его душу (но это уже скорее порабощение, хотя прежняя личность будет уничтожена), либо расколоть. Но так как демоны являются порождениями совсем другого мира, то и смерть для них не то, что смерть для человека. Рано или поздно демон вернётся, но только если это высший демон, как например тот, которого я снова встретил.

В первый раз с демоном крови я столкнулся сто лет назад, когда люди готовились к Последней битве. Это было в катакомбах, лаборатории личей. Тогда я изгнал эту тварь, вставшую у нас на пути. Теперь же я расколю его душу, поглотив часть сам, а остальное, заточив в клинке. И покуда буду жив я и цел мой меч, демон крови не сможет вернуться в этот мир.

Да, я мог запечатать его в клинке, но те способности, которыми он обладает, будут невероятно полезны. Способность управлять кровью, да, я чувствую, как она подчиняется мне, признает хозяином. Расколотая надвое душа демона не сможет вырваться, остатки её сознания будут навечно заточены в мече. Жаль, что это всего лишь реплика, однако даже эта единственная заточённая в нём сущность уже сделает мой меч могущественным оружием. Что ж, за любую силу приходится платить. И я готов…

* * *

Чёрный туман рассеялся, а я упал на колени, опираясь о собственный меч, клинок которого начал источать кроваво-чёрную ауру.

— Демон уничтожен! — закричал молодой заклинателей, державший тот чёрный туман.

Матиас упал на пол, потеряв сознание. Я посмотрел на обессиленного заклинателя и ухмыльнулся. Теперь же я получил не только силу, но и повышенную стипендию. Только вот, приобретённая сила, невероятно обессилила меня, из-за чего я держался, чтобы не потерять сознание.

— Аки, благодарю тебя! — Аластер подбежал ко мне, помогая подняться.

— Какая, говорите, у меня теперь стипендия? — еле слышно спросил я.

— Десять тысяч! — заверил меня директор, удерживая от падения.

— Бы**ть, — оскалился я, закинув голову на бок.

— За заказ тридцать выплатят, — продолжил директор поддерживать во мне жизнь.

— О, — протянул я, вдруг оживившись, — теперь чувствую себя намного лучше.

Прохрустел всеми косточками, сделал пару шагов вперёд и понял, что пришёл в норму.

— Ладненько, время подышать свежим воздухом, — теперь я ощутил невероятный прилив сил и уверенности.

Направился к выходу, задев плечом ошарашенного Витаса. Прошёлся по коридорам, благо путь запомнил, и вскоре оказался на улице. Облака затянули небо, но дождь не обещали, а это означает, что пришло время пройтись и узнать об этих клубах подробнее.

* * *

Я был в эйфории, мир казался прекрасным, а студентки академии невероятно привлекательными. Некоторые из них краснели, когда я им улыбался, некоторые смущённо отводили взгляд. Сам того не заметив, я наткнулся на Матильду, окружённую группой парней.

— Ого, твой фанклуб? — с улыбкой поинтересовался я, растолкав студентов.

— О, босс! — Матильда обняла меня. — Меня тут зовут сразу в несколько клубов…

— Ты хочешь этого?

— Работа, — девушка смущённо отвела взгляд, явно чувствуя, в каком я состоянии.

— Слышали, парни, она занята, поэтому проваливайте! — шикнул я на студентов.

Те хотели возмутиться, но кто-то шепнул, что не стоит. Мелькнуло и имя Томаса, из-за чего агитаторы разошлись, периодически косясь на нас.

— Спасибо, но я бы и сама, — тихо произнесла Матильда. — Да и что с вами, босс?

— Да так, работёнку одну выполнил, — улыбнулся я, когда Матильда выпустила меня из объятий.

— Ого, неужели, сам Акира пожаловал в академию? — на горизонте появилось несколько незнакомых мне физиономий.

— С кем имею честь?

Ко мне приблизилась группка парней в красных пиджаках. Тот, который обратился ко мне, казался главным в этой компании.

— Ого, тебе интересно моё имя, — главарь поправил выбившуюся прядь зачёсанных назад пепельных волос. — Что ж, я — Анис из рода Вент, обратился к тебе, чтобы передать послание от господина Сентезы Ди, достойнейшего из наследников! — надменно говорил парень.

— И что же он от меня хочет? — я скрестил руки на груди.

— Ты показался ему достойным, — парень ухмыльнулся, — тебе дарована честь вступить в ряды лучших мечников академии!

— А, — вспомнив про один из клубов, протянул я, — это тот кружок по фехтованию?

— Да как ты смеешь?! — один из красных пиджачков порвался вперёд.

— Тише, Иван, не стоит, — любезно успокоил товарища Анис, бросив в мою сторону взгляд, не скрывающий подступившей злобы от моего нахальства. — Молодой человек просто зазнался после победы над Томасом…

— Иван, верно? — я сделал шаг вперёд. — Если есть проблемы, ты не стесняйся, можем на дуэли всё решить, — язвительно улыбнулся.

— К сожалению, мы здесь лишь для того, чтобы передать тебе послание, — Анис придерживал Ивана и уже желал поскорее закончить наш разговор. — Решение принимать тебе, однако такая честь выпадает не каждому, запомни.

Анис развернулся вместе с Иваном и остальными, после чего поспешил уйти. Я же повернулся и посмотрел на Матильду, глаза которой чуть округлились.

— Босс, — произнесла девушка, — они те ещё засранцы, может, не стоило так им грубить?

— Не моя вина, что их эго оказалось столь хрупким, — я пожал плечами.

— Что думаете насчёт предложения?

— Мы в одной лодке, Мати, времени на клубы нет. А ещё я не горю желанием находиться в обществе лизоблюдов.

Матильда задумалась, после чего решила перевести тему, поинтересовавшись, откуда у меня новый стильный плащ. Так, разговаривая о работе, мы, не сговариваясь, ушли в менее людное место.

— Босс, вы не голодны? — девушка оголила шею, расстегнув пару верхних пуговиц на чёрной рубашке.

— Мне кажется, или ты копируешь мой стиль? — оценив внешний вид Матильды, поинтересовался я.

— Совсем капельку, — улыбнулась девушка.

Мы стояли за основными, как мне казалось, зданиями академии, где практически не ступала нога студентов. На предложение девушки согласился, но выпил не больше, чем в прошлые разы. Всё-таки бедняжке ещё до дома добраться надо.

— А своей не угостите? — тяжело дыша, спросила девушка.

Ноги Матильды тряслись, предвещая возможное падение. Пришлось придержать.

— Что ж, сегодня можно, — быстрым движением проколол палец, протянув тот Матильде.

Маленькая капля тёмной крови проступила на моём бледном пальце. Кончиком розового языка девушка облизнула палец и довольно улыбнулась.

— И энергетики ни к чему, — выдохнула Матильда, положив голову на моё плечо.

Я нежно погладил слугу по спине.

— Не стоит привыкать, потому что обратного пути уже не будет, — прошептал я ей на ушко.

Жар её живого тела стал настолько сильным, что я в моменте подумал, как бы ни сгореть. Матильда посмотрела мне в глаза, лицо её было красным, а карие глазки блестели, нет, пылали.

— Босс, вы тот наркотик, от которого я готова умереть, — тяжело дыша, произнесла она.

— Не стоит так говорить, — я слегка ударил дурашку по голове. — Мне нужна Матильда, а не упырь-подручный.

Матильда еле заметно улыбнулась и вновь прильнула ко мне. Такая милая, что больше не хочется поить её кровью, ведь так я действительно могу убить в ней ту девушку, которая с такой нежностью обнимает меня. Однако когда-нибудь я обращу её…

Идиллию нарушили чьи-то шаги. Я обернулся:

— Аки?.. — прочитал я по дрожащим губам Кассандры.

Дворянка больше ничего не сказала. Огонёк в её зелёных глазах потух, стоило лишь проступить слезам. Кассандра быстро развернулась и убежала, скрывшись за поворотом.

— Снова она? — равнодушно поинтересовалась Матильда.

— Ага…

— Может, сказать ей?

— Что именно? — я подозрительно покосился на девушку.

— Ну, — Матильда накрутила прядь крашеных волос на пальчик, — например, что вы уже заняты мной, босс. Она, конечно, та ещё тварь, но причинять столько боли…

— Так и скажи, что сама ревнуешь.

— Есть такое. И всё же? — с призрачной надеждой в глазах, спросила Матильда.

— Я сам с ней поговорю.

Но говорить сейчас с Кассандрой совсем не хотелось, однако решать что-то нужно.

* * *

Бедовую не пришлось долго искать — сидела на скамейке в парке, что за воротами академии. Дворянка сидела, прикрыв лицо руками. Давненько я не видел более жалкой картины. И всё же, толика жалости давила на сердце. Билось бы оно ещё…

— Почему ты пришёл? — у неё что, чуйка на меня?

Я присел рядом, однако девушка отодвинулась, скрывая лицо за длинными рыжими волосами.

— Надо поговорить.

— Ты ведь уже ответил, — прошептала Кассандра.

— Да, я не могу ответить на твои чувства.

— Почему?..

— Почему? — задумался я, глядя на затянутое облаками небо.

Облака двигались стремительно быстро, но тут, словно по волшебству, сквозь море серости пробился тонкий лучик солнца. Жизнь его была коротка, ведь в следующее мгновение облака вновь затянули небо, лишив этот мир и света, и тепла, и солнца.

— Проклятие моё в неспособности любить, — произнёс я, опустив взгляд.

— Я же смогла, — снова прошептала Кассандра. — Доверилась этому проклятому чувству… Каждая встреча с тобой была как сон, желанный сон, тот, в котором я была счастлива! — дворянка выпрямилась, и я увидел её заплаканное бледное личико, на котором всё ещё сияла улыбка, наполненная искренностью и светом.

Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Тело не то, но привычка осталась.

— Забудь меня, ведь я всего лишь сон, — холодно ответил я, встав со скамейки. — Прости.

Облака потемнели, предвещая надвигающуюся бурю…

XXII

Итак, разговор с Кассандрой состоялся. Больше всего я боялся, что внутри что-то ёкнет, но этого не произошло. Ни крики, ни слёзы, ничто не остановило меня, не заставило передумать, сказать в угоду другому. Быть с ней я не смогу по многим причинам, но главная из них — отсутствие чувств. Вампиры, в отличие от людей, влюбляются единожды, что также является их проклятием.

У меня нет чувств к этой дворянке, как и времени для отыгрыша главной роли в её мелодраме. Жестоко, но в этом я ничем не отличаюсь от людей. Жаль лишь, что убивается понапрасну, однако это её осознанный выбор.

Время до вечера скоротал за поиском портупеи в ближайшем ТЦ. Долго выбирал материал и цвет, но в конечном итоге остановился на чёрном кожаном ремне с выемкой для ножен. Надел сразу, моментально ощутив лёгкость в руках. Неудобно повсюду ходить с оружием в руках. Одно лишь радовало, плащ сотрудника ЦОДСА не вызывал у прохожих вопросов. К этому ещё стоит добавить и отсутствие у людей желания приближаться ко мне, да, шептались, да, где-то щелчок камеры, но вживую пообщаться никто не стремился. Так, в относительном спокойствии я бродил по ТЦ, сильно напоминающем мне тот, в котором я впервые встретился с Кассандрой. Что ж, наверно, они все построены по одному стандарту — так для себя решил я, окончательно закрыв тему дворянки.

Ноги сами привели меня к небольшой кофейне в десяти метрах от ТЦ. Дождь не прекращался, зато были деньги — так и принял решение дождаться звонка из отдела в «Теко». Странное название у кофейни, но не мне осуждать владельцев. Заказал самый крепкий, что только был у них в меню. Чутка пораскинув мозгами и животом, решил заказать клубничное мороженое, которое лет сто как не ел.

— За окном ветер, дождь и холод, а я с мороженкой встречаю этот вечер, — прошептал я, потягивая кофе и уплетая вкусняшку.

— О, а ты тут как оказался? — сзади раздался знакомый голос.

— Тц, — с досады смял пальцами ложку в гармошку.

Ну не хотел никого сейчас видеть, чёрт побери!

— А, Берт, — уже спокойнее отреагировал я, глядя на друга, промокшего до нитки. — Не заболеешь?

— Хах, да ну, мороженку слопаю и как огурчик буду, — парень снял мокрое пальто, повесив на кресло напротив. — О, тоже клубничное любишь?

— Да, лет сто не ел, — улыбнулся я, выпрямив ложечку.

— Я вот искал тебя по всей академии…

— Случилось что?

— Конечно, к тебе же красные пиджаки из клуба фехтования подходили!

— И?

— Что значит «и»? — взмахнул руками Берт. — Это же лучшие из лучших!

— Да ел я этих ваших «лучших» на завтрак.

— Томас был магом первого ранга, а эти третьего, они же в разы сильнее…

— Кого? Меня?

— Аки, что с тобой? — Бертольд внимательно посмотрел на меня.

— Да так, осенняя хандра, — бросил я, закинувшись новой ложечкой чудесного мороженого.

— Сначала Эрик со своим запоем, теперь ты…

— У рыжика запой?

— Второй год как случается, — Берт посмотрел в окно. — Раньше просто в себя уходил, а тут начал… всё не может забыть…

— Так сходил бы развеселил его, — ну мёд, а не мороженое.

— Тебе всё равно? — грустно поинтересовался друг.

— Ну как сказать, под мороженку очень даже интересно, — я ухмыльнулся. — А если серьёзно, то надо что-то с ним делать. Как долго у него запой проходил?

— До самой зимы…

Я посмотрел в телефон:

— М-да, ещё как месяц под синькой бродить будет.

— Ты ведь поговоришь с ним? — мне кажется, что Берт сейчас на колени встанет, столько надежд в его глазах.

— Если попадётся на глаза, — пообещал я, доев вкусняшку.

— Спасибо тебе, — поклонился Берт.

— Да ладно, он ведь мой брат, — улыбнулся я, сам не заметив, как назвал рыжика братом.

И всё же, его ситуация мне знакома. Стоит помочь заблудшему, а то ещё руки наложит на себя. Хотя с таким ангелом-хранителем в лице Эрины Эрик помрёт далеко не от наложения рук…

— Погоди, когда ты успел получить форму ЦОДСА? — внезапно поинтересовался Бертольд.

— Вчера.

— Твою мать, — с ужасом выдал друг. — Аки, пожалуйста, не погибни!

— Ха, нашёл дурака, всем демонам назло жить буду.

Одному уже назло пожил, что аж сущность разделил.

— Сам-то как? — спросил я, снова открыв меню.

— Да никак, нервов на вас не напасёшься. В академии скукасмертная, расписание, видать, ещё не скоро составят, а на общих лекциях ничего нового нет. Правильно, что все пропускают…

— Что, даже Кира?

— Я её с понедельника не видел, наверно, по Томасу убивается… ты ведь слышал, что он умер?

— Угу… да, мне вот ещё «Чёрного Всадника» и клубничный пломбир, — сказал я официантке.

— Мне тоже самое, — опередил вопрос девушки в зелёном фартучке Берт. — Аки, тебе и на Фестеля всё равно?

— Как видишь, мороженка кончилась.

— Ты циник.

— Есть такое, однако Томас знал, на что идёт. Во всей этой истории мне жаль только Киру.

— Это да, — согласился друг. — Связалась не с тем…

— Ладно, что мы о грустном всё. Как там Биба и Боба?

— Хах, ну ты придумал, — улыбнулся Берт. — Эстер в поход отправился. Может, не стоило ему говорить, что на потоковых лекциях не отмечают? — задумался друг, сложив пальцы домиком и ожидая заказ. — Ну, а Фёдор болеет. Вчера с ним созванивался, цитировал лекции.

— Ха, надоел наверно?

— Если бы не уходил в демагогию по каждой теме, то было бы не так уж и плохо. До вас вот совсем не дозвониться, зато хоть с ним поболтать можно!

— А Матильда?

— Так вы ведь с ней вместе, разве нет? — удивился друг настолько, что даже не сразу заметил принесённый заказ.

— Просто друзья.

— Для тебя она друг, для неё ты парень, — ухмыльнулся Берт, налетая на мороженое. — Ты как их цеплять-то успеваешь?

— Да я и не цепляю, сами налетают, — я пожал плечами.

Только хотел вкусить новую порцию мороженого, как вдруг раздался звонок на телефон. Звонила Саша.

— Слушаю?

— Акира, когда будешь в отделе? Я подготовила результаты…

— О, ну наконец! — подорвался я. — Буду в течение часа.

— Работа?

— Ага, надо выдвигаться, — поправил я плащ и пожал руку Берту. — Вот, скажешь, что счёт общий, — я бросил на стол несколько купюр и направился к выходу, набирая номер Аримы.

— Ну, бывай, — ухмыльнулся мне вслед Берт. — А мороженку твою я доем!

— Угощаю!

* * *

На улице уже стемнело, когда мы с Аримой вышли из офиса ЦОДСА. Следуя полученным результатам, мы вышли на одного подозреваемого — Леонида Вичи, мастера чар и портного по совместительству. Дождь всё ещё лил, а мы обдумывали дальнейшие действия.

— Да уж, далековато живёт, — цыкнул Арима, пробивая адрес Вичи.

— Как будем добираться? — поинтересовался я, вспомнив, что у Стаса отгул.

— Не боишься намокнуть?

— А есть другие варианты?

— Тогда дай мне минуту, — бросил Арима, направившись за угол, на парковку.

И действительно, через минуту мой азиатский напарник выехал на старом двухколёсном звере.

— Пред вами реликт прошлой эпохи, Акира-сан, — с улыбкой выдал напарник, шлёпнув по сиденью красного мотоцикла. — Прошу на борт, будет мокро, зато с ветерком!

— Он у тебя, на чём вообще пашет? — удивился я, запрыгнув сзади.

— На топливе, на чём же ещё? — ухмыльнулся Арима. — Эта вонючка дешёвая, поэтому поездка обходиться даже дешевле, чем на машине.

— А если сломается?

— Хах, а ты попробуй сломай. Ну что, поехали?

— Давай топи! — скомандовал я.

Мотоцикл Аримы настоящий зверь! Издал оглушительный рык и сходу взял разгон. Еле удержался, пришлось обхватить напарника руками.

— Слушай, а ты чего такой тощий? — вопросительно крикнул я.

— Сегодня налегке! — крикнул в ответ Арима, резко свернув вправо.

— Ты осторожней веди!

— Ха, страшно?!

— Ты себя угробишь, идиотина!

— Извиняюсь!

Теперь мы мчали по прямой, изредка обгоняя тихоходов, несколько из которых посигналили, выражая осуждение. ЦОДСА работает, всем разбежаться в страхе, хе-хе-хе! Однако выехав за черту города, обороты мы чуть сбавили.

— Пригород, — еле слышно бросил Арима.

— А?! — не расслышал я.

— Пригород!!!

— А-а-а-а-а-а-а…

И, правда, пригород: на холме как из-под земли возникли домики и особняки, огороженные заборами широкого ценового диапазона. Одно выделялось — поместья, возвышающиеся в гордом одиночестве на самых высоких холмах.

— Адрес помнишь?!

— Конечно! Скоро приедем.

Это скоро наступило минут через двадцать блуждания в одном из районов пригорода. Дабы не нарушать покой граждан, ехали мы настолько тихо, насколько позволял громко рычащий мотозверь Аримы. Наконец мы остановились у двухэтажного домика, где-то на окраине района. Табличка на каменном заборе гордо сообщала: «Мастерская Вичи: лучшие платья в империи!».

— Не похоже, что он из богатых, — произнёс я, оглядывая дом.

— Да нет, ты знаешь, какая тут аренда? — Арима спрыгнул с мотоцикла и подошёл к железным воротам.

— Сколько?

— Полтинник, если не больше, — Арима постучал, но потом нашёл кнопку звонка. — И это только налог на землю.

— А что так дорого? — ошалел я, почесав думалку.

— Странно, — задумался напарник, заглядывая за забор, — никого дома нет?

— Тогда почему ворота открыты? — поинтересовался я, отворив металлическую дверь.

— Ты удостоверение взял?

— А как же, — ухмыльнулся, предъявив документ напарнику.

— Хорошо, держи при себе на случай, если полицию вызовут.

— Так мы ведь с обыском…

— Хах, если бы, — хмыкнул напарник, проходя во двор. — Мы работаем вне полиции, вернее, нам разрешено всё, главное правильно оправдаться в отчёте.

— Ого, мне это нравится!

— Только за превышение полномочий быстро окажешься на плахе.

— А это уже не очень…

— Поэтому, — обернулся ко мне Арима, — постарайся сильно не бить этого Вичи.

— Ох, попытаюсь…

Дверь дома тоже оказалась открыта, что позволило беспрепятственно войти.

— Свет выключен, тишина, а двери не заперты, — задумчиво бормотал напарник. — Чуешь что?

— В досье есть что-нибудь про алкоголизм и наркоманию?

— Ты о чём?

— Кровью пахнет, пропитой и обдолбанной.

— Откуда?

Я принюхался, даже почувствовал себя какой-то ищейкой:

— Сверху.

Мы быстро поднялись по скрипучей деревянной лестнице и наткнулись на распахнутую дверь кабинета. Внутри лежало раздутое изуродованное жирное тело.

— Кхм, это кто?

— Видимо, Вичи, — откашлялся Арима и заглянул в файл. — Наверно, он.

Арима протянул мне фотку жирдяя, а сам включил свет.

— Это, конечно, круто, но где же его голова?

— Хороший вопрос…

Арима присел возле туши, оглядел деревянный пол, который после ощупал в некоторых местах.

— А где?..

— Похоже, его осушили, — ответил я и окинул взглядом кабинет.

Полки сворочены, книги и чертежи разбросаны по полу, стол перевёрнут, одна только тумба стояла на своём месте, отделавшись лишь вывороченными ящиками.

— Погоди, видишь его руку? — я присел возле тела, внимательно изучая толстые пальцы бывшего мастера.

На окоченевшем безымянном пальце правой руки остался вмятый след. Похоже, что Вичи ещё задолго до своего ожирения носил на нём кольцо, однако не похоже, что его насильно сняли, скорее всего, он сам от него избавился. И избавился незадолго до своей кончины…

Мы начали усердно обыскивать карманы трупа, да настолько, что не сразу заметили упавшую на белую рубашку покойного капельку едкой и зловонной субстанции, растёкшейся по ткани серым пятном. Когда же заметили, подняли взгляд на потолок, где я столкнулся глазами со странной и в то же время жутко омерзительной тощей тварью, сжимавшей в синих лапках обезображенную голову с фотографии. Тварь эта бесшумно рыдала, вытягивая из такого же синего, но более тёмного, чем тело, клюва склизкий язык, успешно перехватывающего слёзы. Поняв, что её обнаружили, тварь бросилась вниз, обнажив на задних лапах чёрные крючкообразные когти. Я среагировал быстро, обнажив клинок и перерубив тварь пополам. Словно шар для пинг-понга, тело ударилось о пол, подскочило, но тут же обмякло. Верхняя часть тела лишь крепче сжала голову Вичи, а едкие зловонные слёзы растеклись по полу, заполнив своим амбре весь кабинет.

— Хозяяяяяяяяяяин, — хрипела тварь, теряясь клювом о посиневшее лицо Вичи.

Страдания её продлились недолго, вторым ударом я обезглавил монстра, окончательно залив пол синеватой кровью.

— Вот и голову нашли, — ухмыльнулся я.

— Это ещё что? Оно как здесь появилось? — Арима полными непонимания глазами смотрел то на меня, то на останки твари.

— Ты не видел?

— Чх, значит, хамелеон, — хмыкнул Арима, подойдя к поверженному нечто. — Впервые вижу это… создание.

— Кстати, колечко, — я снял с тощего пальца твари украшение, явно не подходящее той по размеру. — Ого, ещё и с камушком таким…

Дорогое кольцо отозвалось на слово «камушек» и ударило тонким, еле заметным лучиком света в резной уголок тумбы. Под озадаченный взгляд напарника я подошёл к тумбе и приложил кольцо камушком к уголку. Тот дрогнул и резко дёрнулся в бок, а вывернутые ящики с чертежами задвинулись. Вслух удивившись здешним колдунствам, выдвинул верхний ящик и обомлел:

— Оу, похоже, кто-то хранил здесь своих резиновых дружков, — сквозь зубы выдавил из себя я, задвинув ящик обратно. — Арима, может, скажешь что-нибудь?

— Нет слов, одни эмоции, — напарник прикрыл лицо рукой, однако, всё равно подошёл к тумбе.

— Открывай следующий.

— Твою же, — завис напарник, решая какую использовать эмоцию.

Во втором ящике лежали хвостики, плётки, ремни и прочее, что продавалось в магазинах для обладателей широкого кругозора и не только. Его захлопнули мы так же быстро.

— Пум-пум-пум…

— …пум-пум-пум.

Так и решили этих двоих детально не обыскивать. Понимание того, что нас могло ожидать в третьем, последнем ящике, немного пугало.

— Не люблю копаться в нижнем белье, — обречённо протянул я, взявшись за ручку.

— Хвала Святым, — выдохнул Арима.

Содержимым третьего ящика оказался дневник. Однако стыдобы было не избежать, ведь окружали его альбомы и кипы фотографий, осматривать которые мы не очень-то и хотели.

— Бл***, ты посмотри, — указал Арима на одну из фотографий.

— Зачем ты мне показал, — отшатнулся я от тумбы, увидев фотографию той твари в костюме горничной. — Ещё и поза… Арима, я тебя прокляну!

— Значит, это было его любовницей… чёртов извращенец, — Ариму аж передёрнуло.

Ящик громко задвинулся, а на подоконник, возле которого я стоял и искал способ открыть окно, упал дневник почившего.

— И что ты хочешь?

— Мы должны помнить, зачем приехали, — выдавливая серьёзность, ответил напарник. — Судя по выцарапанной надписи, это расчётная книга.

Взял в руки книжку и открыл. Да, пусть её предназначением было служить своему владельцу дневником, этот… кхм, ценитель экзотики, использовал его для деловых заметок. Отчасти дневник, отчасти расчётная книга, самое главное, что к каждому заказу или трате шла пометка и краткий комментарий. Зачастую у Вичи заказывали платья с входящими в комплект заклятиями, например, очарования или свежести, чтобы и выглядеть всегда опрятно, и стирать реже. Проскакивали и более интересные заказы, к которым всегда шло примечание: «А они бы неплохо смотрелись на Виви».

— Что ты думаешь о той твари? — поинтересовался я у напарника, листая книгу дальше.

— Учитывая всё, что мы здесь увидели, она не могла убить Вичи, к тому же крови не было ни на полу, ни в теле. Ещё замечу, что кольцо не просто так оказалось в её руках — да, знаем мы мало, но уже ясно, что убил Вичи кто-то другой. Мы идём по верному следу.

— Совпадение может случиться?

— Драгоценности не тронуты, в разрухе только кабинет, искали явно эту книгу, а зачем, наверно, чтобы замести следы.

— Я тоже так думаю. Кстати, кажется, я нашёл, — я протянул напарнику книгу.

— «Сегодня в полночь ко мне заявился странный посетитель, наложивший чары безмолвия, объяснив это желанием сокрыть свою личность в тайне. Ха, однако, не придумано ещё такого заклятия, которое не разрушили бы старые добрые перо и пергамент, но дабы не рисковать, запишу кратко: необходимо изготовить в течение недели три десятка плащей с заклятием воспламенения, что немного не по моему профилю, однако награда выше всех возможных ожиданий! В качестве залога я попросил перстень заказчика, уж очень приглянулся мне узор развивающейся на якобы ветру лилии, однако тот ответил мне отказом, но залог в качестве…». Да, — улыбнулся Арима, — я понял. Цветок лилии на ветру… есть пара догадок, но их необходимо проверить. Так, — начал напарник, спрятав книгу в кармане плаща, — сейчас поедем ко мне, но сначала вызовем полицию и медиков.

— Принято, — с ухмылкой отдал я честь и направился на выход.

Только вот меня смущал смрад загрязнённой крови, источник которой, впрочем, долго искать не пришлось.

— Чёрт! — чудом увернулся я от выпущенной огненной стрелы. — Ха, чуть не задел!

Я оскалился, взглянув исподлобья на человека в чёрном балахоне.

— Обратись пеплом, — прошептал человек, сложив ладони и направив их в мою сторону.

Вмиг образовавшийся огненный шар вырвался из рук противника, стоило лишь тому разъединить ладони. Столб огня стремительно приближался ко мне, но остановился, ударившись об образовавшуюся перед моим лицом ледяную стену. Вспышка, и коридор охватило пламя. Завеса спала, стоило мне только обнажить клинок и ринуться в сторону мага.

— Змеи ог…

Враг не успел дочитать заклинание, получив струёй чёрной крови в лоб.

— Хе, купился, — съязвил я, подойдя к телу.

Из пробитой головы струйками вытекала алая кровь. Образовавшаяся под телом лужа достигла моих сапог. Время испробовать новые способности!

— А что, удобно, — улыбнулся, видя, как кровь поднимается по моим сапогам.

Вскоре в теле сражённого мага не осталось и капли столь необходимой мне жидкости. Тут из кабинета раздался крик Аримы:

— Чёрт, ещё пожарным звонить! — а вот и он сам высунулся, быстро оценив разрастающийся пожар.

— Тушить будем?

— Нет, пусть это непотребство сгорит, — отмахнулся Арима, скрывшись в кабинете.

Звон выбитого стекла. Ясно, мне же придётся спускаться по ступенькам.

* * *

— Кир, куда мы едем? — каждое слово давалось парню с трудом.

— Ты же хотел быть с госпожой, вот, пожалуйста, заслужи уважение семьи! — бледный мужчина с оскалом взмахнул руками, сверкнув белоснежными клыками.

— Что… я… должен?..

— Ха, делов-то, жилплощадь себе выбить, заодно семье помочь! Ты ведь хорошо знаешь дядькин дом? — лицо мужчины оказалось слишком близко, а взгляд серебристых глаз будто гипнотизировал парня. — Дело сделаешь, получишь такой же перстень, а там и юная госпожа станет твоей! А пока, съешь ещё одну пилюлю, для храбрости!

* * *

Не знаю, что ещё было доме Вичи, но дым от пожара стоял такой, будто целый склад с резиной горит, да и запашок характерный стоял.

— Слабоватого убийцу они подослали, — чесал свою думалку Арима.

— Заставили мы их понервничать. Однако следы только так заметать умудряются. Тот маг, судя по всему, был родственником Вичи.

— Откуда такая информация?

— Да так, просто держи в голове — главное же, теперь мы знаем, что надо искать носителей перстней с лилией.

Первыми на пожар сбежались местные, за ними подъехала полиция, а там и скорая в сопровождении пожарных. Выдав необходимый минимум информации правоохранителям, мы сели на мотоцикл и скрылись в дожде. Ехать, конечно, удовольствие то ещё, поэтому, прикинув в умах все возможные пути, решили направиться к Ариме. Дорога до дома напарника заняла вдвое, если не втрое меньше времени, а потому вскоре мы уже были на парковке возле малоэтажной многоквартирки.

— Ничего себе, — оценил я дом.

— Зато недорого, — зазвенел ключами напарник.

Мы поднялись на предпоследний третий этаж, остановились у далеко не последней двери с номером «110» и вошли в квартирку.

— Я дома! — крикнул Арима, принявшись расшнуровывать сапоги.

— Дорогой, а ты что так рано? — в коридор вышла девушка с розовыми волосами, одной рукой держа миску, а другой что-то активно в ней взбивая венчиком. — Я уже боялась, что ты снова до утра…

— Дождь сильный, а до отдела ехать долго, — покончив с обувью, на выдохе ответил Арима. — Кстати, Нана, знакомься, это Акира, мой напарник!

— Приятно познакомиться, — поприветствовал я девушку и тут же посмотрел на напарника.

— И мне приятно, Акира, Арима много о вас рассказывал, — улыбнулась Нана, — а вот обо мне, как всегда никому ничего не рассказывал, ведь так, дорогой?

— Не люблю распространяться о личной жизни, — напарник отвёл взгляд. — Да и разговор об этом ещё не заходил…

— Ладно тебе оправдываться. Вы промокли, переодевайтесь скорее и проходите. Акира, вы будете оладьи?

— Не откажусь, — ответил я.

— Оладьи? — удивился напарник, сняв плащ. — Сегодня праздник какой-то?

— Да нет, просто решила тебя порадовать, — улыбнулась Нана и вернулась на кухню.

Мы прошли через небольшую кухню прямо к комнате. Не сказать, что она была большой, но сравнивая с маленькой квартирой Матильды, точно больше. Да и по интерьеру понятно, что живут здесь люди хоть с какими-то деньгами и чувством стиля, склонному к минимализму. Уселись мы прямо на ковре возле стеклянного столика, на котором мирно покоился и ждал своего часа ноутбук. Открыв его, Арима начал что-то активно печатать на клавиатуре, пялясь с умным видом в экран. Спустя минут десять я спросил:

— Ищешь в интернете?

— Нет, пробиваю по базе, — Арима потёр краснеющий глаз. — Да, то, что нужно.

— Ну-ка, рассказывай.

— Не так давно проходила зачистка разбушевавшихся умертвий в заброшенном городе. Устроили её по заказу Рузвельта Дамиана, старший сын которого пропал там во время учебной вылазки. В ходе зачистки были найдены обглоданные тела четырёх студентов академии, в том числе и наследника семьи Дамиан. Опознали его по кольцу с узором развивающегося на ветру цветка лилии, — Арима подумал с минуту и продолжил. — Однако откуда у юноши было кольцо с другим гербом неизвестно. Если что, герб Дамианов — это голубка. В любом случае нам следует направиться в их поместье, господин Рузвельт должен что-то знать по этому поводу.

— Уже? Вы ведь только приехали, — в комнату вошла Нана с подносом в руках, на котором стыли оладьи. — Поешьте хоть…

Арима посмотрел на стену, где висели часы. Стрелки показывали начало десятого.

— Уже поздно, поэтому лучше поторопиться. Не переживай, родная, мы ненадолго, — напарник обнял девушку и нежно поцеловал в лоб.

— Смотри, ты пообещал, — смешно надула щёчки Нана.

Дождь на улице шёл до сих пор, а волосы было уже не спасти. Предпринял единственное — завязал в хвост. Помогло не сильно, но хоть на лоб не липли. Ариме же было хорошо, у него была причёска короче, но даже так он постоянно сдвигал мокрые пряди волос с единственного зрячего глаза. Подходя к мотоциклу, я почувствовал ауру чьего-то зловещего присутствия.

— Что такое? — поинтересовался Арима, заметив, как я оглядываюсь по сторонам.

— Хе, настойчивые, — оскалился я, рыща глазами в поисках источника этой ауры. — Мне кажется, что зря мы приезжали к тебе.

— Нане грозит опасность?

— Вполне вероятно…

— С ней Люцик, — сказал Арима, но глаз выдал страх.

— Люцик?

— Кот, но не простой…

— Там! — указал я на силуэт, стоящий на крыше дома.

Очертания человека размывались в дожде, лишь свет двух серебристых глаз позволял отследить его взгляд. И этот взгляд был направлен на нас. Не прошло и секунды, как силуэт рассеялся в чёрном тумане. Аура по-прежнему чувствовалась, изредка то ослабевая, то становясь сильнее.

— Где он? — спросил напарник, сжав меж пальцев обеих рук ледяные снаряды.

— Это уже не низший вампир, — оскалился я, обнажив клинок.

Тихий свист, и возле меня проскочила тень, за долю секунды оставив глубокий порез на руке.

— Чёрт, быстрая тварь, — шикнул, затягивая рану и пытаясь отследить тень. — Арима, правее!

Напарник повернулся, метнув снаряды в приближающегося врага. Промахнулся, но это позволило мне лучше разглядеть тварь, окутанную тьмой. Взмах руки, и тень отлетела в кирпичную стену, рядом с чьим-то автомобилем. Сзади послышался звон металла.

— Твою мать! — шикнул я, глядя на отрубленную руку.

Тем временем враг пытался подняться, но тут же был нашпигован ледяными снарядами напарника. Я не стал медлить и подбежал к твари, вцепившись левой рукой в её глотку.

— Одно неверное движение и сразу лишишься головы, — прошипел я, пытаясь затянуть кровоточащий обрубок.

Чёрная дымка спала с противника, которым оказался бледный мужчина в чёрном деловом костюме. Вампир хрипел, вцепившись мне в руку, и смотрел прямо в глаза.

— Кто тебя послал? — шипел я, усиливая хватку.

— Ха, так ты как я, значит, — улыбнулся кровосос, показав клыки. — Тогда ты должен знать, дружок, что договор на крови нарушать нельзя!

— Такой, как ты, червь? — в груди что-то загорелось, а обрубок зажгло.

Кровь бурным потоком хлынула из остатка руки, а следом за ним, правая рука, полностью отросшая, вонзилась в живот вампира. Тот начал кряхтеть и извиваться, когда я вцепился в его позвоночник.

— Сможешь так же? — я растянулся в улыбке, вырвав хребет твари. — Отвечай, кто ты, — приказал я, чувствуя, как голос приобретает сверхъестественное звучание.

— Чудовище, — плюясь чёрной кровью, хрипел вампир, не в состоянии держать своё тело, размякая бесформенной массой, — меня зовут Кир и я, — на бледном лице проступили красные нити, — я… агрх, ты же всё равно убьёшь меня, ведь так? — Кир улыбнулся, впадая в эйфорию от осознания скорой смерти. — Я… слуга… ТВОЮ МАТЬ!!! — заорал он, когда нити стянулись, прожигая плоть и кости. — нет… я… НАСЛЕДНИК ДАМИАНОВ!!!

Голова вампира лопнула, забрызгав собой казённый белый плащ. Впрочем, рукав уже до этого был потерян. И того, у меня осталось только два плаща.

— Ты как? — Арима подбежал ко мне, держа в руках мой меч.

— Как новенький! — улыбнулся я, подняв большой палец правой руки вверх.

— Видимо, к Рузвельту мы теперь едем не для разговора, — ухмыльнулся Арима, отдав клинок.

XXIII

Моментальная регенерация дала о себе знать — я почувствовал голод. Надо будет опробовать менее затратные способы, а ещё лучше не подставляться под удар.

— Какие способности у Дамианов? — переспросил Арима, набирая скорость. — Все члены рода и некоторая прислуга используют форму ветра. Слушай, а вампир-то неплохо вписывался в их ряды!

— А то, быстрая сволочь. Кстати, ты видел у него на пальце кольцо?

— Не успел разглядеть, он после знакомства с тобой взорвался.

— Кольцо с лилией. В базе было имя сына Рузвельта?

— Кир, вроде бы…

— Вот оно как, значит, — ухмыльнулся я. — Вот мы его повторно и убили.

Арима резко свернул влево, на что тут же был окрикнут:

— Ты аккуратнее давай, а то ещё не доедем!

— А мы совсем близко!

Ехали мы вверх по дороге, прямо на холм, на котором вскоре показалась крыша, а затем и белоснежные стены поместья Дамианов. Когда до ворот оставалось метров сто, они открылись и на дорогу выехала машина с затонированными стёклами.

— Куда собрались? — шипел Арима, выжимая максимум из мотоцикла.

Двухколёсный зверь издал рык и ускорился. Машина тем временем поехала от нас на большой скорости. Однако ей это не помогло, с каждой секундой мы были ближе и ближе, как вдруг задняя дверь открылась. Выглянувший из неё маг тут же выпустил в нашу сторону сгусток серой энергии. Арима в последний момент резко дал вбок. Сзади раздался невидимый взрыв, обдувший нас мощным потоком ветра.

— Ха, чуть не попались! — с азартом выкрикнул Арима и вытянул вперёд руку.

Дверь снова открылась, но в этот раз, выглянувший из неё маг, получил ледяным снарядом в шею. Схватившись за шею, маг выпал из машины и укатился в канаву. Из салона выглянула рука, быстро захлопнувшая дверь.

— Арима, пригнись! Гори, — прошептал я, нацелившись пальцами на машину.

Из рук вырвалось адское пламя. Оно окутало автомобиль, поглотило шины, закрутив цель. Машина перевернулась на крышу, а из неё послышались истошные крики.

— Хорошая работа! — похвалил Арима.

Задняя дверь распахнулась и из машины выскочило несколько человек: пожилой мужчина во фраке и двое охранников. Мужчина побежал от машины, ловко перепрыгнув канаву, а охранники выставили руки вперёд. Серия огненных выстрелов застала нас врасплох, однако Арима даже лучше Стаса управился с железным зверем, увернувшись от атаки. Я обнажил катану и, когда мы пронеслись между охранников, нанёс удар. Оба мага обронили головы и рухнули на землю.

Оставив мотоцикл, мы бросились за Рузвельтом, который стоял к нам спиной, а лицом к крутому обрыву. В небе прогремел гром, а дождь усилился.

— Рузвельт Дамиан, вы арестованы за нападение на сотрудников ЦОДСА, а так же по подозрению, — однако дворянин не дал договорить напарнику, метнув в его сторону нож.

Арима тут же отбил клинок ледяным снарядом и уже хотел выстрелить в Рузвельта, как тот испарился, возникнув прямо за спиной напарника и нанеся серию быстрых ударов. Оттолкнув его ногой, дворянин ринулся в мою сторону, сжимая в руках пару стилетов.

— Стой! — прокричал Арима, ударив кулаком по земле.

Ледяные руки схватили ноги Рузвельта, но тот снова метнул нож, вмиг выбравшись из ловушки.

— Арима, назад! — крикнул я, когда сзади меня возник дворянин.

На меня обрушились сильные и невероятно быстрые удары противника. Я смог заблокировать часть из них, однако те, что ускользнули от меня, полностью изрешетили плащ. Дворянин вновь испарился, вернувшись на склон холма.

— Идиоты, зачем вы лезете не в своё дело? — важно произнёс Рузвельт. — Ваши действия не принесут пользы империи!

Я посмотрел на Ариму, тот посмотрел на меня. Обменялись кивками.

— Если вы не сложите оружие, — вставая, начал говорить Арима.

Я же сбросил плащ и крепче сжал меч. Надо напитать его своей силой.

— Что ж, так и быть, вы умрёте здесь, — произнёс дворянин, метнув в нас ножи.

Всё произошло быстро: Арима ударил в землю, из которой тут же вырвались сотни ледяных шипов, а я, заставив меч гореть адским пламенем, разрубил летящие в наши стороны ножи. Всё это время старый хрен телепортировался с их помощью:

— Думал, сможешь одурачить? — засмеялся я, оказавшись рядом с Рузвельтом.

Мы обменялись ударами. Позабыв о защите, я наседал на главу дома Дамианов, дабы он не смог вновь телепортироваться. В отличие от меня, он рано или поздно устанет. Но тут дворянин использовал козырь, моментально выпустив в меня воздушную сферу. Я не успел среагировать, за что тут же поплатился внезапной пустотой в желудке.

— Глупец, — победоносно произнёс Рузвельт, вогнав оба стилета мне в шею.

— Ох, зря ты это, — оскалился я, взмахнув мечом.

Дворянин истошно закричал, лишившись кистей рук. Вторым ударом я отсёк противнику ноги и уже собирался добить, как вдруг опомнился.

— Точно, вы арестованы, — с ехидной улыбкой навис я над лежащим и корчащемся от боли стариком. — Ого, ну и дыру вы во мне оставили, — наигранно удивился я, заметив сквозное отверстие размером в кулак в области желудка.

Регенерация вновь сработала быстро, затянув дыру и вылечив разорванные органы. Неприятное чувство, но зато жив. Будь я человеком, то давно бы умер. Кстати о людях!

— Арима, ты как? — я подбежал к напарнику, заметно побледневшему.

— Жить буду, — ухмыльнулся тот и пошатнулся.

— Вот, выпей, — вынул кинжалы из шеи и прислонил к ней напарника.

Тот сначала сопротивлялся, но потом покорно выпил. Даже румянец на щеках появился.

— Лучше? — затягивая рану, спросил я.

— Лучше, — в голосе Аримы будто стало ещё больше жизни, чем раньше.

— Ну и славно, последи за Рузвельтом, а я сейчас приду.

— Окей.

У дороги всё ещё валялись тела охранников, чью кровь тут же поглотил. Теперь уже и я чувствовал себя более живым. Оттащив безголовиков к машине и закинув в салон головёшки, вернулся к напарнику, который говорил с кем-то по телефону. Закончив разговор, Арима обратился ко мне:

— Историю с Дамианами лучше сохранить в тайне.

Я кивнул.

Спустя минут десять приехал Линь в компании мистера Ву, того клерка из приёмной. Залечив кровоточащие обрубки Рузвельта, Ву погрузил того в багажник.

— Господин Ди’Вольдхар, вот ваши деньги за прошлый контракт, — поклонившись, клерк выдал мне пакет с деньгами.

— Ву, садитесь в машину, — произнёс Линь.

Дождавшись, когда клерк уйдёт, Линь обратился к нам:

— Хорошо сработано, — и протянул ещё по одному конверту. — Вот и премия. Отчёт с допроса получите завтра, а пока отдыхайте, завтра к девяти жду в кабинете. Аки, сынок, дома сегодня только Эрик, поэтому можешь больше никого не ждать. А, и ещё, пока не уехали — сожгите машину вместе с телами, обставьте как аварию.

— Так точно! — ответили мы и заметили, что дождь закончился.

* * *

Потеря желудка и его последующее восстановление теперь заставили испытать голод человеческий, а понимание, что раз уж дома никого, то и еды не будет, весьма опечалило. В то же время Арима предложил заехать к нему. Что ж, я согласился, и, покончив со всем, мы поехали.

Когда мы приехали, на улице уже стояла ночь поздняя ночь. Пройдясь по парковке, я не сразу нашёл останки Кира, вампира и некогда наследника рода Дамиан. Истории о том, как именно он умер и стал вампиром мы, наверно, уже никогда не узнаем, а последним напоминанием о том, что он когда-то жил, послужит золотой перстень с печаткой развивающегося на ветру цветка лилии. Не знаю, каким именно он был человеком при жизни, но вампиром был сильным. Освоить и комбинировать со старыми новые способности не каждому под силу. Возможно, он бы достиг небывалой силы, но встретился с тем, на ком его история подошла к концу. Может, так будет даже лучше для всех.

— О чём задумался? — Арима закончил возиться с заклинившей деталью мотоцикла и подошёл ко мне.

— Да так, — я спрятал перстень вампира в карман, — стало интересно, как отец решил заключить договор с собственным сыном.

— Не хочу показаться грубым, но вампирам нельзя верить.

— Ты и мне не веришь?

— К сожалению, я знаю лишь то, что вы с господином Линем играете в собственную опасную игру.

Я положил руку на плечо Аримы и посмотрел прямо в глаз:

— Я дал тебе своей крови в знак дружбы. Ты достойный потомок своих предков.

— Так вы… ты, знал их? — огонёк надежды загорелся в глазу Аримы.

— Лично нет, но один мой хороший друг знал.

— Он ещё жив?

— Не думаю. В этом есть и часть моей вины, однако, каждый сам выбрал свой путь и свою судьбу. Может, пойдём? Не хочется стоять на улице в порванной одежде.

На входе в квартиру нас встретила Нана, с чёрным сфинксом на руках. Хвостатый подозрительно смотрел прямиком в мою душу своими яркими зелёными пучеглазками. Нана тем временем разрывалась от одного желания к другому: с одной стороны она хотела избить Ариму, не только вернувшегося далеко за полночь, но и пришедшего в изодранной до кровавых потёков одежде, с другой же — она очень ждала его возвращения, потому что боялась. Пока один успокаивал другую, я прошёл в комнату. Следом за мной, цокая когтями по паркету, шёл Люцик. Когда я сел за стеклянный стол, кот сел напротив и неустанно сверлил меня взглядом.

— Ты чего хочешь? — мягко поинтересовался я у кота.

Тот осмотрелся по сторонам и вновь заглянул мне прямо в душу.

— Я думал, ты помер, — еле разборчиво протянул кот.

— Так ты и говорить умеешь? — жаль меч в прихожей оставил.

— Не помнишь меня, да? — кот нахмурился своими складками на мордашке. — Ну и хрен с тобой.

Кот потянулся и утопал на кухню. Я же ничего не понял, но мне стало очень интересно.

— А, Люцик, проголодался? Ну, ну, сейчас покормлю, — произнесла на кухне Нана.

— Аки, держи, — Арима вошёл в комнату, держа в руках новую чёрную рубашку. — А то тебе ещё до дома в чём-то дойти нужно… запасной плащ в прихожей висит, можешь надеть.

— Тогда я тебе свой запасной отдам, — переодеваясь, ответил я.

— Да ну, не стоит, ты ведь мне жизнь спас, так бы от кровопотери помер, — улыбнулся Арима. — Кстати, сидит даже лучше прежней.

— А то, приталенная ведь, — я покрасовался возле напольного зеркала и вернулся к столу.

— Хм, господин Линь расщедрился в этот раз, — копаясь в конверте с премией, бурчал напарник.

И, правда, сорок кусков премии, ещё тридцать с прошлого заказа. Если суммировать с авансом… Да, пожалуй, и жизнь хороша, и жить хорошо.

— Кстати, можно вопрос?

— Валяй, — бросил я, убрав конверты в карман.

— Почему ты решил работать в ЦОДСА?

— Деньги, — пожал я плечами, — они никогда не будут лишними, особенно если хочешь начать жизнь с чистого листа. У тебя ведь так же было?

— Верно, поначалу я и не знал, что делать, но потом нашёл свой смысл, — Арима улыбнулся, — мы с Наной познакомились в отделе… и эта встреча позволила мне начать жить по-настоящему.

— Акира, хотите вино? — поинтересовалась Нана, держа в руках две бутылки. — Ой, а чего вы так улыбаетесь? — девушка удивлённо посмотрела сначала на меня, а потом на Ариму.

— Рассказываю о нашей с тобой встрече, — нежно произнёс напарник.

— А, о том, как я тебя с лестницы спустила? — девушка хихикнула и ушла за бокалами.

— Я тогда глаз потерял, — Арима поправил повязку. — Она долго извинялась, а я взял и повёл её на свидание. Лицо у неё было краснее волос весь вечер.

— А вот тут не придумывай, они бледнеют, когда я в приятной обстановке и с лицом контрастируют сильнее, — девушка принесла два бокала и разлила в них первую бутылку, после чего протянула нам с напарником по бокалу.

— Почему они так меняют цвет? — спросил я, приняв бокал и сделав глоток.

Арима посмотрел на девушку, потом на меня и в нерешительности ответил:

— Нана проклятый ребёнок.

— Ну, не я одна, младшая сестрёнка тоже, — Нана отвела взгляд.

— Собственно, поэтому мы довольно быстро сблизились и вступили в отношения.

— Проклятый ребёнок? — переспросил я.

— А ты не знаешь? — Арима проводил взглядом девушку, которая вернулась на кухню. — Никто из проклятых не доживал до преклонного возраста, поговаривают, что платой за особый дар служит их собственная жизнь. Многие семьи магов отказываются от таких детей, а порой и сами дети, видя разочарование и тоску родителей, сами уходят из семьи. Все проклятые рождаются с необычным для семьи цветом волос, который ещё и меняется при определённых обстоятельствах…

— Ну, нагнал тоски, — усмехнулась Нана, неся поднос с оладьями и прочими вкусностями. — Зато я могу приручать существ. Вот, Люцик когда-то был демоном, а теперь живёт у нас, ест треску и радуется жизни.

— Демоном?

— Ну да, мой второй защитник, — улыбнулась девушка, когда хвостатый прошёл и потёрся о её ноги. — Надеюсь, ты будешь таким же хорошим защитникоми для нашей дочери, — Нана поставила поднос на стол и погладила лысого чёрта.

Теперь я понимаю, что этот прохвост имел в виду.

— Да, мы с Наной ждём дочь, — улыбнулся Арима, взяв оладушек. — Ммм, дорогая, они стали ещё лучше!

— Бабуля Роза с соседней квартиры подсказала рецепт.

— Но ты ведь явно что-то своё добавила?

— Ты же любишь послаще, — девушка влюблёнными глазами смотрела на Ариму, поглаживая того по голове.

— Действительно, очень вкусно, — мой животик ликовал, получив порцию вкусняшек.

Питался бы так всегда, может и обратно человеком бы стал.

— Имя уже придумали? — поинтересовался я, уплетая оладьи.

— Марианна, — ответил Арима. — Мне нравится имя Анна, Нане — Мария, вот и соединили.

— Красивое имя, — я улыбнулся, глядя на голубков.

* * *

Такси ехало быстро. Довольный жизнью я сидел на заднем сиденье и всматривался в пролетающие огоньки мегаполиса, представляя, как местные работяги коротают ночь: кто-то, как Матильда, всё ещё работает, доводя себя до предела, чтобы оплатить счета, кто-то, как Арима с Наной, мило воркует, отдыхая после тяжелого дня, а кто-то, возможно, как я, возвращался домой.

В верхнем квартале было без изменений, как обычно тишь да гладь на полях парящего в облаках островка. Интересно, здесь всегда так тихо? В некоторых домах горит свет, по ту сторону окон видно счастливые семьи, на счету которых лежат огромные суммы, однако как они их заработали? Как в этом мире развелось столько дворян?

Найти ответ я не успел. Попрощавшись с сонливым таксистом, выполз из салона и с бутылкой в руках почапал к двери. Открыл ключом и завалился в прихожую, бухнувшись сидалищем на мягкую табуретку. Было тихо и, казалось, что в поместье никого. Лишь запах дешёвого табака выдавал присутствие одного вечно молодого, вечно пьяного рыжего человека, формально являвшегося мне братом. Эрик сидел в гостиной.

— Чего впотьмах сидишь? — поинтересовался я, закатывая рукава новоприобретённой рубашки.

— Не видно, что я думаю? — бросил рыжик, тщетно пытаясь зажечь сигарету.

— Поэтому и спрашиваю, — ответил, щелкнув пальцами.

— Хах, колдунства вне академии, — хмыкнул парень, прикурив от моего пламени.

— Осенняя хандра? — я поставил на кофейный столик бутылку вина и плюхнулся на диван.

— Берт растрепал?

— По тебе всё видно, — откупорил бутылку и сделал глоток.

Эрик сел рядом, задев раскиданные на полу бутылки. Приглядевшись, я заметил взломанный шкаф-бар.

— Уверен, что стоит так напиваться?

— Иначе не получается…

— Сходил бы к психологу, — я пожал плечами, тут же поймав гневный взгляд рыжика.

— Будто бы ты к нему пошёл!

— Может и сходил бы.

— Случилось что? — Эрик подозрительно глянул на меня.

— Да нет. Лучше расскажи, что тебя так тревожит.

— Аки, скажи, только честно, я похож на ничтожество?

— Вполне себе…

— Так и знал…

— …однако ты можешь стать лучше.

— Как, если я не могу побороть собственные воспоминания?

— А, так тебя гложет прошлое? — будто бы я удивлён.

— В эту ночь убили родителей, — Эрик опустил голову. — Я был маленький, а потому помню лишь пламя, из которого меня вынес Брэн… я боюсь, что это повториться, боюсь, что пламя вновь окутает меня, унесёт всех, кто мне дорог…

— Стань сильнее.

— Ты так просто это говоришь, потомок Вольдхара, — хмыкнул рыжик. — По твоим венам течёт Его кровь. У тебя бесконечный потенциал. Ты — бог, а я всего лишь проклятое дитя.

— Мне казалось, ты красишься, — я ухмыльнулся, потянувшись к бутылке.

— Если бы. И так обуза для всех, ещё и помру рано.

— Ребёнок ты. Сила не в магии, не в судьбе и не в деньгах. Она лишь в твоей душе. Почему с Эриной поссорился?

— Перестарался, выгоняя одного грубияна. Но к чему сейчас это?

— А к тому, что пошёл бы, да извинился. В конце концов, позвонил бы.

— Сделаю, — пробурчал рыжик.

— Вот и молодец. А пить заканчивай, разоришься на целителях. Или хочешь сделать Эрину доступной для всяких грубиянов?

Я посмотрел на Эрика, который усердно обдумывал мои слова. Его можно понять, однако заглушать боль таким образом нельзя.

— Что бы ни тревожило душу твою, помни, что у тебя есть семья. Пусть что-то понять не сумеем, но поддержать попробуем. Хах, как-никак, я твой брат, — улыбнулся, бросив взгляд на окно, за которым сияла полная луна.

— Я стану сильней, обещаю, — Эрик сжал кулаки, а рыжие волосы приобрели красноватый оттенок.

* * *

— Друг мой, не кажется ли вам, что наш план пошёл под откос?

— Не стоило доверять это дело Дамианам.

— Ну, по крайней мере, свою работу они выполнили. Что до следователей — их следует уничтожить.

— Вы про Оросаки и отпрыска Ди’Вольдхара?

— Надеюсь, вы подготовились?

— Несомненно, мой господин.

XXIV

Проснулся я ещё до рассвета от телефонного звонка. Пожалуй, стоит сменить это птичье завывание на что-то более весёлое…

— Слушаю? — сонно пробурчал я, пытаясь расклеить гляделки.

— Акира, привет, это Эрина, — вещал с того конца провода такой же заспанный голос.

— Ого, что-то случилось?

— Акира, скажи, только честно, что с Эриком?

— А что с ним? — почесал думалку. Не помогло.

— Уже час под окнами кричит, в любви признаётся… много выпил?

— Чего? — посмеялся я, предприняв попытку подняться с кровати.

— Не могу понять, что это на него нашло, — девушка явно недоумевала. — Он точно ничего не принимал?

— Вены вроде были целы, — о, кажется, припоминаю вчерашний день. — Слушай, мне кажется, что осенняя хандра подошла к концу.

— Ты его таблетками напичкал?

— Скорее братотерапией.

Девушка посмеялась, после чего я попросил её впустить рыжика бедового и поговорить. На том и порешили.

— Вот Берт обрадуется, — ухмыльнулся, проверяя будильник. — И ведь даже речей умных не толкал…

* * *

Удивительно (нет), но снова уснуть у меня не получилось. И так редко сплю… что ж, тогда начну собираться на ковёр к папаше. В поместье опять было тихо, причём не было и намёка на то, что кроме меня и рыжика тут вообще кто-то появлялся. Прибравшись в гостиной, а следом и прибрав себя любимого под холодным душем, собрался и покинул поместье. К этому времени ночь окончательно канула в небытие, а пришедшее ему на замену холодное ноябрьское солнце тускло сияло на сером грозовом небосводе. Чтобы не попасть в душ во второй раз, вызвал такси и направился в отдел. Времени, правда, у меня было с запасом, а на что его тратить так и не придумал, поэтому приехав на место, сел на ближайшую лавочку и устремил взгляд куда-то вдаль. Повезло ещё, что дождя не случилось.

— Ещё час ждать, — вздохнул, проверив время на телефоне.

Можно конечно попробовать раньше придти, но надо ли? В голову ничего не шло, из-за чего время как будто стало тянуться ещё дольше. Устав от втыкания вдаль, стал смотреть по сторонам, внимательно изучая прохожих. Кто-то спешил на работу, кто-то неспешно брёл на учёбу, а кто-то с любопытством поглядывал на меня, но пересекаясь со мною взглядами, тут же скрывался в толпе. Из отдела с определённой периодичностью выходили сотрудники, зачастую офисные работяги, устало выкуривающие одну сигарету за другой. Интересно, а когда я в последний раз затягивался раковыми палочками? Так и не вспомнил, но зато без проблем стрельнул одну у работяг. Снова фокус с пальцами и теперь с некоей удовлетворённостью сижу на лавочке. Бледность солнца сменилась насыщенностью, и улочки заполонил приятный, пусть и всё ещё такой холодный свет. Наконец, час прошёл.

— Доброе утречко! — поприветствовал Линь, распивая вместе Аримой кофе. — А мы тебя всё ждём и ждём.

— И давно вы тут? — я приподнял бровь, скрестив руки на груди.

— Часа как два, — ответил Арима, подлив ещё кофе из графина.

Я выпал, но тут же пришёл в себя:

— Так, мы все здесь, что дальше?

— Присаживайся, — пригласил Линь. — Вы успешно справились со своей миссией, ну а Рузвельт, пусть и после пыток, выдал оставшихся сообщников. Ими теперь займётся спецотдел. Всё-таки среди них было несколько особо влиятельных дворян. Вам же сейчас следует не мелькать на заданиях, есть риск, что те самые шишки захотят отомстить. Поэтому что для тебя, Арима, что для тебя, Аки, я лично выделяю недельный отпуск, пока шумиха не уляжется.

— И ради этого стоило ехать сюда? — потерянно вздохнул я.

— Есть ещё кое-что, — Линь улыбнулся, — что Рузвельт Дамиан, что его сообщники, готовили заговор, одной из целей которого были мы с тобой, сынок. Они считают нас угрозой и, к сожалению, не они одни. Так как мы теперь имеем список заговорщиков, а вместе с ним и другой документ, — Линь достал из рукава кимоно бумагу с фамилиями. — Это список членов второго лагеря. Что компания Дамиана старшего, что вот эти знатные господа ранее были замешаны в клановых распрях. Тогда им всё сошло с рук, но то было тогда. Акира, теперь же мы говорим не как сотрудники ЦОДСА, а как третья сила, и как глава этой третьей силы, я поручаю тебе новое задание — убить их всех, — аж жуть берёт от взгляда Линя. — Что до тебя, Арима, так ты будешь по-прежнему работать с Акирой. Гибель дворян невозможно скрыть, особенно когда к этому причастны сверхъестественные существа, поэтому, Арима Оросаки, ты будешь заниматься их расследованием. Однако подобного рода дела поручаются лишь высокоранговым Охотникам. Понимаешь, к чему я клоню?

— Повышение?

— Именно! Так как ты изъявил желание получить повышение, я его дам. Все надлежащие бумаги будут составлены в ближайшие дни, а пока разрешаю отметить повышение, — Линь улыбнулся.

— Спасибо вам! — поклонился Арима, явно не ждавший такого подарка.

— Кхм, и когда мы приступаем? — поинтересовался я.

— Сразу после официального повышения Аримы. На этом, всё, — Линь встал из-за стола. — Если появятся вопросы, я на связи!

* * *

— Что ж, поздравляю, — обратился я к напарнику.

— Не зря вчера рисковали, — улыбался Арима. — Может, отметим?

— Ты ещё спрашиваешь? — удивился я, глядя на счастливое лицо друга.

— Ну, вдруг у тебя дела…

— Друг, будь проще, — подтолкнул я его, когда мы вошли в лифт.

— Друг?.. — Арима смутился, отвернувшись к зеркалу.

— Что-то не так?

— Впервые меня кто-то назвал другом, — ей-богу, выглядит как серьёзный брутальный мужик, а в душе как дитё малое. — Прости, друг, смутился немного…

— Да брось ты, — засмеялся я, — куда и когда праздновать?

— Хм, — задумался Арима.

Лифт остановился на тринадцатом этаже. Двери раскрылись, и в кабину вошла рыжеволосая девушка в медицинском халате.

— Опа, вот так везение, — чуть улыбнулась Саша. — Чего такие довольные?

— Да так, — отводя взгляд, бросил Арима.

— Когда должок возвращать будете? — девушка хитро посмотрела сначала на Ариму, а после на меня. — По глазам же вижу, что нажраться планируете. Чур, я с вами!

Я посмотрел на напарника. Тот явно не горел желанием пить с лабораторной аферисткой. Что ж, прикрою грудью амбразуру:

— У него дел невпроворот, — указал на Ариму. — А вот я как раз свободен…

— Отлично! — широко улыбнулась девушка. — Я как раз отпуск взяла! Ты ведь прямо сейчас свободен?

— А, ну…

— Тогда я тебя забираю, — девушка взяла меня под руку. — Арима, ты ведь не против? — Саша хитро улыбнулась, сверля напарника голубыми глазками.

— Прости, друг, — прошептал тот, сунув мне что-то в карман. — Встретимся в десять, — добавил Арима, когда лифт остановился на первом.

«И чего он так её боится?», — подумал я, проводив взглядом друга, а после посмотрев на Сашу, довольно трущуюся о мою руку, — «А, кажется, понял…». Сунул руку в карман, решив взглянуть, что за передачку подсунул мне спасённый азиат.

— Кхм, — чуть не поперхнулся я, обнаружив резиновую броню в кармане.

Ясно, возможно будет битва. Только когда мне в неё вступать, если Арима хочет в десять спасти меня?

— Сегодня ты весь мой, — будто судья, вынесла мне приговор Саша. — А ещё ящик саке.

— Не лопнешь? — оценил я хрупкие габариты девушки.

— Вот и проверим, — Саша слегка прикусила губу, оглядывая меня сверху вниз.

— Но ведь ещё только утро…

— Вот, поэтому для начала пройдёмся по магазинам, сходим в кино, прогуляемся по городу…

— Погоди-погоди, это ведь в сделку не входило! — кажется, слишком громко сказал, местные работяги сразу посмотрели на нас, некоторые даже глазами полными соболезнований.

— Ах, знал бы ты, какой должок накопил Арима! — похихикала девушка.

— И сколько?

— Хм, — призадумалась Саша, приставив пальчик к губам. — Свиданий десять, если не больше.

— Свиданий?

— Ах, Аки, когда работаешь двадцать пять часов в сутки, так хочется любви и внимания, — драматично протянула девушка. — К чему мне деньги, если тратить не с кем?..

— Так это уже не сви…

— Тш, — девушка приподнялась на носочки и приставила пальчик уже к моим губам. — Не спорь со старшими, — и мило улыбнулась.

Круто, кажись, мы в опасности. Я и Аки младший. А ещё думал, что это Кассандру стоит бояться, с её маниакальной одержимостью с примесью сталкерства.

Стоило выйти на улицу, как тут же пришло сообщение от Линя. Папаша соболезновал, узнав о том, что я попал в сети Саши. При этом лис не упустил возможности потроллить меня ехидными стикерами. Стикерами со мной!!!

— О-о-о, — протянула Саша, заметив переписку, — у меня такой же пак! Правда же прикольный?

— Я только сейчас об этом узнал…

— Ты популярен, — снова прижавшись ко мне, прошептала девушка.

— Видимо, какой-то аспект меня живёт своей жизнью…

— Но лучший сейчас со мной, — улыбнулась Саша, достав телефон и моментально сделав селфи. — Хи-хи, вот одногруппницы обзавидуются. Так, идём, знаешь куда?

— И куда же?..

— Эх, работяга, совсем города не знаешь! В самый большой ТЦ столицы — «Юпитер»!

— И что всех так привлекают эти ТЦ…

Девушка недоумённо смотрела на меня, параллельно вызвав такси:

— Так ведь только там лучшие бутики и кинотеатры… и, между прочим, парочки всегда там и гуляют!

— Даже грустно как-то, — других развлечений нет что ли?!

— Что такое?

— Мне кажется, или ты ни разу не была на свиданиях?

— Ну, — девушка покраснела, отведя взгляд в сторону, — как бы… школа, универ… потом работа…

— Ладно, я понял, — вздохнул, в моменте даже пожалев Сашу. — Тогда сделаю так, чтобы этот день ты запомнила, — Арима, я тебя убью!

Посмотрел на девушку. Саша пародировала черешню, издавая звуки умиления. Отвёл взгляд, высматривая такси, которое будто нарочно не спешило за нами.

— О, едет! — радовалась девушка, указывая на подъезжающий белый автомобиль.

Итак, сели, отправились в «Юпитер». Пока работяга, явно жившая последние пару лет в отделе, с интересом рассматривала внешний мир, я рассматривал её, обдумывая, как можно провести свидание. Опыта у меня мало, да и не фанат я романтики, однако много ли нужно простым работягам?

— Когда ты последний раз отдыхала? — спросил я, взяв Сашу за руку.

Девушка посмотрела на меня. Усталость, которую она так усердно пыталась скрыть за маской чудачки, отражалась в голубых глазках, давно утративших свой блеск. Синяки же под глазами, слегка растрёпанные волосы и болезненная бледность лишь подтверждали её истинное состояние. Что уж говорить о её хрупком теле? Кажется, сожми её маленькую, будто фарфоровую ладошку сильнее, как она сразу же треснет.

— Когда я отдыхала?.. — будто не расслышав, переспросила девушка. — Не помню…

— Тогда, что насчет массажа? — я улыбнулся, продолжая вглядываться в Сашу.

— А, — задумалась та, достав телефон, — можно… только вот…

— Что такое?

Девушка протянула мне телефон. Да, в этом ТЦ было несколько салонов, однако ценник варьировался в пределах чисел с четырьмя нулями на конце.

— Хм, не знал, что там и бассейн с аквапарком имеется, — ухмыльнулся я, — что ж, мне давно требовалось расслабиться, а так как настроение у меня хорошее, то я возьму тебя с собой. Так уж и быть, — лишь бы до конца месяца что-то осталось.

* * *

Да, «Юпитер» в разы больше остальных ТЦ, тут вам всё: и кинотеатры, и рестораны, и магазины с товарами на любой вкус и цвет, а как вишенка на торте — огромный развлекательный центр на последнем, пятом этаже. Даже в будни здесь расхаживало огромное количество людей, многие из которых в эти холодные осенние деньки стремились попасть именно на последний этаж. Пришлось потолпиться в лифте, постоять в очереди, чтобы купить всё для входа в аквапарк, а после выстоять ещё полчаса для покупки проходного билета. И сколько же тут наборов услуг!!! Глаза разбегались не только у меня, но и у Саши, которая, правда, почему-то застеснялась сделать выбор. Зато я не стесняясь, уплатил премией за полный пакет благ для двоих, предоставляемых центром, и, взяв бедовую работягу под руку, направился прожигать начало отпуска. В первую очередь пошли искать аквапарк.

— Как тебе? — поинтересовалась девушка, стоя передо мной в купальнике.

— Выглядишь прекрасно, — с улыбкой ответил я, рассматривая бледное тело.

Не упахивалась бы так, выглядела бы ещё лучше. Впрочем, даже так она была красивой. Хорошо, что некоторые реакции человеческого тела я способен контролировать. Ох, как хорошо.

— Не знала, что у тебя столько шрамов, — Саша, похоже, уже адаптировалась к моей компании, а потому без толики стеснения прикоснулась к груди, проведя ладонью по шрамам.

— Ха, всегда о них забываю, — улыбнулся я. — В детстве получил…

Тут взгляд мой упал на руки Саши:

— А это?..

— Просто кошечек люблю, — отшутилась девушка, тщетно прикрывая множественные следы порезов. — Кстати, плавать я не умею, поэтому, будь добр, придерживай меня, — о, снова эта хитрая улыбка на флегматичном от усталости лице.

М-да, об этом я как обычно не подумал — я ведь новая «звезда». То-то всё думаю, чего на меня постоянно кто-то глазеет, а ведь здесь целое комбо: новый маг особого ранга, сын самого Линь Синя, мастерству владения клинком которого позавидуют многие, так ещё и в одних шортах, чем явил миру свою искалеченную бледную тушку! Точно, ко всему прочему я не один… Спасибо хоть, что в бассейны запрещено проносить телефоны.

— Ты такой стесняшка, — идя по мелководью, хихикала Саша.

— Это что за смех? — возник я, придерживая работягу за талию. — Готовься, скоро будет глубоко…

— Резко отпустишь? — повернулась она ко мне, вновь хитро улыбнувшись.

— Читаешь мои мысли.

Пройдя ещё немного, мы оказались у крутого спуска. Глубина метра в три — немного, но самое то, чтобы припугнуть. Я резко отпустил девушку, когда та сделала шаг. Заверещала как резаная, размахивая руками и пытаясь удержаться на плаву.

— Аки, — то скрываясь под водной гладью, то выглядывая из неё, булькала Саша, — помоги!.. я же… утопну!..

— Ногами работай, ногами, — хитро улыбаясь, подбадривал я.

Однако бедовая к совету не прислушалась. Чтобы не лишать отдел важного кадра, пришлось подхватить потенциального утопца, оттянув обратно на мелководье.

— Ну, зачем ты так? — насупилась девушка, отвернувшись.

— А куда бледность ушла? — я тыкнул в надувшиеся алые щёчки.

Ответа я не получил, зато отхватил подзатыльник, отправивший меня бороздить дно бассейна.

— Нельзя так старших пугать! — буркнула Саша, смешно нахмурив тонкие брови.

С каждой минутой в бассейне появлялось всё больше и больше людей, а крики скатывающихся с горок аквапарка множились в геометрической прогрессии. Поняв, что стало как-то тесновато, мы с Сашей выползли на сушу. Плавать девушка не научилась, зато навык утопления людей возрос. Пропахнув хлоркой, мы разошлись по раздевалкам, а уже из них направились в массажный салон, находившийся совсем рядом. Странно, но каждому выделили отдельную комнату, в которой ожидал собственный массажист. Насторожило и уточнение девушки на регистрации о том, полный ли массаж проводить, после чего также уточнили возраст, взглянув на паспорта.

— Ох ё-ё-ё-ё-ё, — прошептал я, ибо до меня наконец дошло.

Это не простой массаж — окончательно убедился я в этом, когда девушка-массажистка стянула с меня полотенце.

— Расслабьтесь и получайте удовольствие, господин, — вежливо прошептала девушка в шёлковом халате.

А я ещё думал, что фонарики здесь красные для красоты. Да, да-да…

— Прошу прощения, свечи погасли, — извинилась девушка, достав коробок спичек.

— Ароматические?

— Чтобы вы получили максимальное удовольствие, — объяснила массажистка.

— Запах такой интересный… дурманящий…

— Драконья лилия, господин, — продолжила массаж девушка, — лучший афродизиак, прорастающий лишь на склонах северных гор.

— Вот оно как, — не знал, что Такого рода вещества всё еще могут на меня подействовать, пусть и не с такой силой, как на простых людей.

Сеанс завершился спустя час. Чувствовал себя полностью выжатым во всех смыслах, даже ноги чуть подрагивали, а голова слегка кружилась. Оказаться после такого на свежем воздухе было просто необходимо. На выходе встретился с Сашей, краснющей, как черешня. Ту и ноги уже не держали.

— Боже мой, Аки, — с придыханием шептала девушка, держась за меня, — никогда бы не думала, что девушки на такое способны…

— Пожалуй, в следующий раз стоит уточнять, какие услуги нам предлагают, — а с другой стороны мне даже понравилось.

— Дышать до сих пор тяжело…

— Нужно что-нибудь выпить, — положив руку на талию Саши, предложил я.

— Определённо!

Вроде развлекательный центр, вроде для школьников и тех, кто помладше, а есть такие заведения, даже бары, и те здесь были. Зашли в первый попавшийся — первый коктейль по пропуску приготовили бесплатно.

— Так-то лучше, — выдохнула Саша, залпом опрокинув ледяной мохито. — Слушай, а тебе не холодно в плаще-то бегать?

— Морозов пока нет, — отпив коктейль, парировал я. — Аналогичный вопрос, — указал на медицинский халат девушки, выглядывающий из сумки.

— А, точно… извини, просто последний месяц буквально жила на работе…

— Тогда пора пройтись по магазинам, — улыбнулся я, чувствуя, что и в коктейли здесь что-то подмешивают.

А подмешали и, правда, что-то сильнодействующее, ведь не успел я оглянуться, как мы уже стояли на улице с кучей пакетов в руках.

— А? — заморгала Саша, на лице которой был мастерский макияж.

— А, — протянул я, заглянув сначала в пакеты, а потом в кошелёк.

— Если смешать алкоголь с драконьей лилией, можно получить один из самых сильных наркотиков, — осознав произошедшее, пояснила Саша.

— Это легально?

— В таком виде — да, только как так вышло…

— Может, дело в эффектах?

— М, нет, — девушка задумалась, — видимо, масло в салоне было с экстрактом лилии, иначе бы такого сильного возбуждения мы не получили…

— Сталкивалась уже с таким?

— Да вчера только вскрывала одного. Сначала обмазался таким же маслом, а потом выпил, да и помер. Сердце не выдержало. Хах, — улыбнулась девушка дрожащими от ежеминутно наплывающего осознания губами, — вот и призывай суккубов.

— Да, весёлая у тебя работа, — глядя на закат, протянул я.

— Главное платят, — пожала плечами девушка. — Кстати, а где мы такое пальто красивое купили?

— Ну, судя по чеку, — протянул я чек девушке.

Пока Саша ловила очередной приход черешни, я обратил внимание на своё отражение в стёклах Тц — да, в пальто была не только Саша. А ещё, интересно, когда я успел проколоть уши?

— А тебе идёт, — улыбнулась девушка, рассматривая меня.

— Ты на себя только посмотри! — ухмыльнулся я, развернув девушку к стёклам. — Не зря аванс потратил…

Саша не сразу поняла, что в ней изменилось, а как обратила внимание на лицо, раскраснелась с новой силой.

— Не думал, что ты можешь быть настолько красивой, — так, кажется, я ещё не до конца отошёл.

— Нам надо выпить, срочно, — всё ещё разглядывая себя, произнесла Саша.

— А повторно не жмыхнет?

— Не, не должно, наверно…

— Ну, как знаешь, — улыбнулся, взяв девушку за руку.

Бар нашли быстро — это было какое-то азиатское заведение, в общем, то, что надо. Заняли удачное место: столик у окна был окружён перегородками, отделяющими нас от других посетителей.

— Уютненько, — произнёс я, глядя в окно.

Солнце давно скрылось за вершинами гор, а мутные сумерки сменились тьмой, свойственной типичному ноябрьскому вечеру. Четверг, девять вечера, до пятницы всего ничего, но местным работягам не терпелось приступить к обмыванию очередной подходящей к концу трудовой недели. Однако шум звенящих за перегородкой бокалов нас не смущал, даже наоборот, позволял глубже проникнуться этим чувством долгожданного отдыха, предвкушение которого привносит больше счастья и смысла в серые будни, чем сам отдых.

Скрип деревянных ступенек, ведущих на второй этаж бара, и вот официантка в кимоно принесла наш заказ. Как и обещал, заказал Саше столько саке, сколько она сможет осилить, а это, по её заверениям, бутылок шесть. Что ж, главное адрес сразу сообщила, чтобы знать, куда её в случае чего волочить. Себе же заказал пиво, лёгкое рисовое пиво.

— Приятного аппетита! — разделив палочки и широко улыбнувшись, произнесла Саша.

Уж не знаю, с каких пор в здешних водах водятся гады морские, однако выглядят заразы весьма и весьма аппетитно. Почему так решил? Да потому что стоят дешевле мяса, которое тоже не сказал бы, что очень дорогое.

— Хм, думал, будет хуже, — удивился я, вкусив микро-осьминога.

— А ты думал, — довольно улыбалась Саша, — прямая поставка из северной столицы.

— Северной столицы? — переспросил я.

— Ха, уроки географии прогуливал? — удивилась девушка.

— Да я на домашнем обучении был, — чёрт, когда ж руки дойдут до изучения базы?

— Лет двести назад это была столица огромной империи, — девушка взмахнула руками, как бы показывая весь масштаб, — не больше нашей, конечно, но всё же! Так вот, говорят, до катастрофы это был большой город, построенный на реке.

— А сейчас?

— Сейчас это плавающий город. Дома там как башни, даже выше столичных небоскрёбов! Уж не знаю, как его возвели предки, но выглядит впечатляюще. Хочу когда-нибудь посетить его, — как бы невзначай бросила Саша и взялась за саке. — МММ, попробуй!

— Сегодня на лёгком, — приподнял кружку и хитро улыбнулся. — Всё же мне ещё тащить тебя.

На телефон поступило сообщение от Аримы. Друг спрашивал, жив ли я ещё и где меня искать.

— Арима? — опьянев, спросила Саша.

— А ты точно не медиум какой? — подозрительно посмотрел на девушку.

— Вы же собирались отмечать, разве нет?

— Собирались…

— Так зови его! — перебила меня девушка и тут же приговорила целый бутыль саке.

— Эй-эй, его же не так пьют! — попытался остановить бедовую, но не успел. — Смаковать же надо…

— Хи-хи, — чёрт, она уже пьяная! — А знаешь, никогда бы не подумала, что смогу так хорошо отдохнуть… ик!.. ой…

— Давай помедленнее, — порекомендовал я, глядя на раскрасневшуюся Сашу.

— …мысли порой так и сводят с ума, — тихо произнесла девушка, взяв чашечку с горячительным. — Постоянная работа, погоня за лучшей жизнью… а в итоге и жизни этой не видишь…

Саша всхлипнула, а руки задрожали.

— У магов столько перспектив, работай где хочешь, а что нам — людям?.. Дай бог хоть какую работу найдёшь… извини, не хотела тебя оскорбить…

— Всё хорошо, — улыбнулся, дотронувшись до холодной руки девушки, — продолжай.

— Спасибо, — Саша улыбнулась, смотря вниз. — Знаешь, я ведь была отличницей, что в школе, что в универе. Собиралась работать в имперском научном центре, нечисть исследовать, а в итоге… даже патологоанатомом не взяли… на улице осталась бы, если бы не препод… дал направление в ЦОДСА, как-то через знакомых выбил направление… Сначала год работала за бесплатно, практику, мол, стажировку сначала пройти требовалось!.. приходилось за любую подработку браться, пока платить не начали. Хах, а как начали платить, так график убогий выставили. Спасибо хоть, что господин Линь поблажку дал, так бы окончательно свихнулась… Ну чего ты так смотришь на меня? На личную жизнь совсем времени не было, ни тогда, ни сейчас… я знаю, что со стороны выгляжу странной, на голову припизднутой, но как мне найти свою любовь? Встретила Ариму, подумала, что вот оно, судьба вознаградила меня, а он занятой оказался… как дворняга, за любой знак внимания была готова отдаться…

На стол упало несколько капелек. Саша всхлипывала, прикрыв лицо руками.

— Ну не умею я с парнями знакомиться, не знаю, что такое любовь и отношения. Я не знаю, что это, но так хочу познать. Мне уже двадцать четыре… кому такая старуха нужна… все подруги давно замужем… хах, подруги… только в соцсетях и вижу их…

— Саш…

— Вообще-то Александра…

— Всё ещё будет.

— Да если бы, — девушка посмотрела мне в глаза. — С тобой мы точно не сможем быть вместе, ведь ты Ди, а какое у меня, простой дворняги, право?..

— Я не помешал? — к нам вошёл Арима.

— Пей, — Саша протянула тому бутыль, — до дна. За опоздание.

— А, — рассеянно посмотрел Арима сначала на меня, потом на Сашу. — Ясно, права отказаться у меня, по-видимому, нет…

Выпил. Залпом. Не морщась.

— Чёрт, — выдохнул друг, сев рядом со мной. — И давно вы тут?

— Чуть больше часа, — ответил я, протягивая другу меню.

— Ну, я так погляжу, день вы провели хорошо. Ха, Аки, ты даже уши проколол?

— Хе, было дело, — и какие черти подвигнули меня на это?..

— Сам-то где пропадал? — Саша хитро посмотрела на друга.

— Закупался, — Арима хлопнул по чёрному пальто.

— Ха, да я такое же сегодня купил, — указал на крючок, где висела обновка.

— Правда что ли? — Арима удивился, широко улыбнувшись. — За сколько брал?

— Да не помню уже…

— Кхм, мальчики, я ненадолго, — Саша прикрыла рот ладошками и поспешила встать из-за стола.

— Может, тебе помочь? — привстал я.

— Не-не-не, — бросила девушка и убежала.

— Что это с ней? — проводил её глазами Арима.

— Перепила, — вздохнул я, допив пиво.

— А всегда за ЗОЖ была, — ухмыльнулся друг.

— Жаль её, пить с горя не лучшая затея.

— С горя?

— Да так, заработалась, — отмахнулся я, вызывая официантку.

Сделали заказ. Принесли ещё еды и выпивки. Вкусное, зараза, рисовое это пиво. Может, вкусное от того, что я ещё и оливки люблю?..

— Аки, — вдруг начал Арима, — можно тебя кое о чём попросить?

— Без проблем, — налегая на пиво, ответил я.

— Ты в следующую субботу занят?

— Ну, не томи, давай ближе к сути.

— Вот, — Арима показал мне золотое кольцо.

— Я, конечно, согласен…

— Ах-хах, — засмеялся друг, — приятно, но я хочу Нане предложение сделать.

— О, давно пора!

— И на следующих выходных уже свадьбу сыграть, — улыбался Арима, слегка покраснев. — Ты мой единственный друг, кроме тебя и господина мне некого позвать… хочу, чтобы ты был свидетелем…

— Только за, — я улыбнулся, закинув руку на плечо друга. — Если ещё с чем помочь нужно будет, я в деле!

— Спасибо, друг, — обнял меня Арима.

— Что ж, выпьем по такому поводу! — торжественно произнёс я, чокнувшись кружками. — Надеюсь, крёстным тоже я буду?

— Если ты не против, — застеснялся друг, убрав кольцо в карман.

— О, живая!

Саша вернулась, обессилено рухнув за стол.

— Ну что, ещё четыре бутылки ждут тебя, — хитро улыбнулся я, придвинув к девушке саке.

— Пощади меня, великий господин! — взмолилась Саша, поклонившись об стол и издав страдальческий писк.

Наказание смягчил до двух бутылок. Оставшиеся распили мы с Аримой. Так часам к двенадцати наклюкались все, даже я слегка опьянел. Говорили о задушевном, вновь успокаивали разнывшуюся Сашу, смеялись над тысяча и одной историей, связанной с отделом и заданиями. Вновь вспомнили случай со Стасом. Даже ставки сделали на грядущие магические соревнования. Что удивило, так это их постоянство, в начале каждого месяца проходили бои в самых разных магических категориях, а в декабре, в канун Нового года организуют финал, в котором сходятся лучшие из лучших! Что ж, надо как-нибудь поучаствовать!

— Ух, — Арима шлёпнул себя по лбу, — что-то я перепил…

— Может, такси вызвать? — я взялся за телефон.

— Не, — отмахнулся друг, — прогуляюсь, тут до дома-то не так далеко…

— Точно? — серьёзно переспросил я. — Может, всё-таки проводить?

— Сашу бы проводить, — улыбнулся Арима, кивнув в сторону бедовой блондинки, тупящей в окно стеклянным взглядом. — Хэй, ты жива?

— А? Да, — отрешенно ответила девушка.

— Может, тогда и мы пойдём?

— А? Да, Аки, давай, — девушка устало улыбнулась и попыталась встать, но тут же упала обратно.

— Бедовая ты наша, — улыбнулись мы с другом, поднимая Сашу.

Кое-как вывалились на улицу, где наступили холода, от которых Саша тут же поёжилась. Еле уговорил дурёху проехаться на такси.

— Ну, бывайте! — помахал нам Арима, когда мы сели в машину.

Друг улыбался, красные от алкоголя щёки наливались кровью от подступающего холода, а единственный зрячий карий глаз блестел, нет, пылал от счастья, что совсем скоро ворвётся в его жизнь. Пусть они с Наной уже как муж с женой, но сам факт получить официальное подтверждение их отношений и сыграть долгожданную свадьбу, первую и единственную, на всю жизнь, казался тем счастьем и той целью, ради которой хочется жить. Ради которой хочется дожить, пройти все тяготы до конца. Пусть и дальше кажется иллюзией, что за свадьбой все тревоги исчезнут, главное чувствовать этот прекрасный момент. Главное жить, даже если трудности вновь вернуться, жить, не переставая идти к новой цели, прилагая все усилия для нескончаемого счастья.

— Аки, — тяжело дышала Саша, опустив голову мне на плечо. — А я стану счастливой?

— Непременно, — ласково ответил я.

— Проведёшь эту ночь со мной? Всего лишь раз…

— Хорошо.

— Спасибо…

— За что?

— За то, что показал мне счастье, — прошептала девушка перед тем, как уснуть.

— Вот дурашка, — улыбнулся я, глядя в окно на засыпающий город.

* * *

— Давно такого не было, — улыбнулся Арима, закурив.

Это была первая за столько лет сигарета. Первая и последняя. С ней он хотел проводить уходящий четверг. С наступлением нового дня его жизнь окончательно измениться, в этом он был убеждён. До наступления пятницы оставались считанные секунды, а потому, чтобы скорее вернуться домой, бывалый Охотник сокращал свой путь как мог.

— Нана, я скоро, — шептал Арима, идя по переулку. — Хм?

Взгляд его привлекло три тела, лежащих в неестественных позах. Охотник поспешил осмотреть их.

— Что за?.. — все трое были мертвы. — Неужели…

— Разлом, — раздалось сзади.

Последним, что увидел Арима Оросаки, стала яркая вспышка фиолетового пламени…

XXV

Солнце светит, студенты пашут — вот такая доля наша!

— Поразительно хорошая сегодня погода, — зевая со скуки, произнёс я.

Опять не спал. Сначала пытался уложить пьяное чудовище по имени Саша — девушка никак не хотела отлипать от меня, так в одежде и уснули, лёжа на старом диване. До спальни попросту не добрались. Думал ещё укусить её, да пожалел, и так бледная, как привидение. Повезло, что под утро она расслабила хватку, и я сумел выбраться. Оставил записку в прихожей и умотал домой. В поместье царила мёртвая тишина, как обычно все разбежались по своим делам. Принял душ, разложил купленные вещи. Принял для себя, что в следующий раз буду избегать салонов, подобных вчерашнему, пусть эффект от сочетания мощного афродизиака с алкоголем и показался мне занимательным, больше проверять такого на себе не хочу. А что до покупок, так даже в трипе додумался не тратиться на всякую ерунду. Купил всё необходимое: от одежды, до средств гигиены. А вот как умудрился энергетик купить — не знаю, впрочем, именно этот бутылёк сейчас лежит в моём кармане. Хотел припасти на потом, но мерзкое чувство усталости никак не отпускало. Ей богу, тело, что с тобой? К чему эти конфронтации с сознанием?

— Ух ты ж бл… — энергетик чертовски кислый, аж клыки сводит.

Так и сижу теперь на скамейке возле академии с кислым от энергетика лицом. Однако пары глотков этой субстанции хватило, чтобы оживиться. А допив гремучую смесь, ощутил внезапный прилив сил.

— Ха, неудивительно, — хмыкнул я, читая этикетку.

Энергетик был предназначен для магов.

— Что ж, это мы запомним, — посмотрел на чистое голубое небо.

Прозвенели колокола над главной башней академии, объявив всем об окончании утренних лекций. Поглядел на наручные часы, купленные ещё на прошлой неделе — десять часов утра. Чем же заняться?

Нет, я ни в коем случае не прогульщик, честно заглянул на одну из лекций для первокурсников — пустая трата времени, всё, как и говорил Берт, который, кстати, решил сегодня прогулять. Написал Матильде.

— «Привет, ты в академии?»

— «Утречка, босс, простите, пожалуйста, но я у родных сегодня!..»

— «Что-то случилось?»

— «Я при встрече расскажу, хорошо?..»

— «(-_-)»

— «Ладно…»

Понятно, Матильды тоже сегодня нет. Спросил у Берта, как там парни — один болеет, у второго выживалово где-то в горах империи нашей необъятной. С Эриком и думать не надо, сто процентов у Эрины штаны просиживает. Что ж, значит, сегодня я один.

— А, точно, — осенило меня.

Хотел Кире написать, да та вообще в сети была два дня назад…

— В другой раз, — вздохнул я.

Студенты потихоньку вываливались из здания академии, продолжая украшать лавочки к клубному фестивалю. Точно, клубный фестиваль! Найдя себе занятие, пошёл донимать студентов.

— Расскажите о своём клубе? — подошёл я к девушкам в фартучках, пыхтящим над тем, как бы повесить плакат.

— Ой, — взвизгнула одна из них, обернувшись на меня. — А… Акира, доброе утро…

Девушка мялась, подруги же так вообще спрятались за её спиной, перешёптываясь и краснея, а иногда и бледнея.

— Ну, мы занимаемся кулинарией, — неуверенно рассказывала девушка, поправляя платочек и улыбаясь. — Вот, хотим разработать рецепт восстанавливающего жаркое…

— Это как?

— Ну… ты же… любишь кушать?

— Люблю.

— И магией пользоваться?

— Допустим.

— Вот, съешь такое блюдо, и сразу восстановишь свои силы, как физические, так и магические! — выдохнула девушка, рассказав в этот раз гораздо увереннее.

— Звучит интересно. Как продвигается работа?

— Пока не очень…

Девушка отвела взгляд.

— Понимаю, — ответил я, заприметив другую группку. — Что ж, удачи вам.

— Спасибо! — облегчённо выдохнув, попрощались девушки.

Не пойму, они стесняются или боятся меня? Неужели после той дуэли с Томасом меня все боятся?..

— Вот ты! — выкрикнул кто-то сзади.

— А? — обернулся, увидев на горизонте парня с пепельными волосами. — Ты кто?

— Чё? — опешил парень в красном пиджаке. — Да как ты, человек без формы, смеешь забывать моё имя?!

— Ну, не бомби, — махнул я. — Забыл уже.

— Чх, — поморщился парень, подойдя ко мне. — Я Анис…

— А, Анус, вспомнил.

— Ты, — покраснел парень. — Я вызываю тебя…

— Тише, не спеши в могилу, — я положил руку на его плечо и слегка надавил.

— Эй, — глаза парня забегали, когда что-то в его теле хрустнуло.

— Говорю же, не спеши в могилу, — спокойно произнёс я. — Лучше расскажи про ваш клуб.

— Мерзавец, — шикнул Анис. — Между прочим, мы лучшие фехтовальщики академии. Де без магии можем сразить чудовищ особого уровня.

— Да ну, правда что ли?

— А ты сразись с Сентезей, сразу убедишься в нашей силе.

— Так он же ваш главный, чего по самому сильному судите?

— Ты издеваешься? — оскалился парень, злобно смотря мне в глаза.

Я ехидно улыбнулся:

— Просто интересуюсь. Как думаешь, может мне свой клуб открыть?

— Да как ты смеешь!

— Ого, боишься, что тебя попустят?

— Ты точно нарываешься!

— Эй, Анис, что ты вытворяешь? — выкрикнул кто-то.

Анис тут же обернулся:

— Господин Сентеза, доброе утро…

К нам приблизился высокий парень с короткими седыми волосами. Лицо его было спокойным, лишённым лишних эмоций, явно из-за значительного недосыпа, проявлявшегося в заметных синяках под глазами, сияющими насыщенным зелёным цветом.

— О, Акира Ди’Вольдхар, приятно познакомиться, — парень протянул мне руку.

— Взаимно, — пожал её.

— Анис снова тебя достаёт? — поинтересовался Сентеза.

— Да нет, о стилях говорили.

— Неужели? — удивился Сентеза, оглянувшись на товарища. — И как?

— Так и не пришли к ответу, — я пожал плечами.

— Надеюсь, он передал моё предложение?

— О вступлении в ваш клуб? Передал.

— И что ты думаешь об этом?

— Боюсь, у меня не будет времени на занятия с вами, — прохладно ответил я.

— Жаль, — вздохнул Сентеза, — нам бы такой человек как ты пригодился. Скоро ведь соревнования начнутся, сильные бойцы нужны как никогда прежде.

— Соревнования?

— Да, студенты со всех школ, университетов и академий собираются на столичной арене. В прошлом году мы победили, однако, — Сентеза замялся, — благодаря минимальному отрыву.

— Что ж, могу лишь посоветовать, больше практиковаться.

— И на том спасибо, — улыбнулся парень, протянув мне руку на прощание. — Если будет что-то нужно, не стесняйся, мы будем ждать тебя в одиннадцатом кабинете, он в том корпусе возле учебной арены, если что.

— Приму к сведению, — попрощался я.

Пожалуй, я ошибался, Сентеза выглядит вполне адекватным и приятным собеседником, в отличие от псов из его окружения. Впрочем, а как бы повёл себя я на их месте, ведь для них, судя по поведению, Сентеза, как для Фёдора Эстер — надёжный друг, лидер и борец. К тому же он из Ди, глупо быть врагом для того, кто имеет все шансы в будущем стать наследником самого императора. Что до силы этого седовласого — она чувствуется. Хватило одного рукопожатия, чтобы понять — этот парень не из простых любителей красиво поразмахивать мечом. Определять же магическую силу ещё не умею, поэтому комментировать не буду, даже имея кое-какие догадки.

Знакомство с лидером местного клуба фехтовальщиков заняло не так много времени. Значит, пора искать новые приключения, дабы убить время. Можно было бы и домой пойти, но там-то что делать?

Шагал по коридорам академии. Давно пора изучить это место, когда-нибудь да пригодиться. Изучение начал с первых этажей, а там и до последних дошёл. Переходов было много, а вот интуитивно понятных — нет. Планировщики на этот момент явно положили болт значительных размеров. Однако, что привлекло моё внимание, так это разница в укладке — казалось, что изначально планировалось воздвигнуть небольшое сооружение, которое с годами лишь расширялось. Понятное дело, что связано это было с быстро развивающейся магией. Историю её развития я не знаю, но могу предположить, что в какой-то момент всем поголовно запретили ставить эксперименты вне академии. А почему, и ежу понятно, довольно опасное это дело, ставить эксперименты. Подтверждением этому служили пустующие кабинеты с табличками «Лаборатория №N», да и аура возле таких помещений была иной, будто пресыщенной магией.

По коридорам то и дело слонялись студенты в разных пиджачках. На первом этаже в основном бродили в белых. На втором уже в синих. А на третьем в зелёных. Красных так и не увидел, видать, поголовно все красные в клубе фехтовальщиков тусуются. Думаю, не удивительно, ведь красные пиджаки выдают только лучшим магам, а такие, учитывая всё, что я уже знаю о современности, полезны в отраслях связанных с войной. Не пропадать же таланту, ведь так?

Сам того не заметив оказался возле библиотеки. Вошёл — тихо. Осмотрелся — сразу заметил знакомый силуэт.

— Господин директор, — чуть поклонился я, приблизившись к одному из кресел.

— О, Аки, — улыбнулся Аластер, сняв очки. — Зачем так официально? Можешь просто звать меня дедушка.

— Пожалуй, так, дедушка, — присел я в кресло напротив. — Что читаете?

— «Предание о Святом Вольдхаре» перечитываю, — старик протянул мне книгу, напечатанную совсем недавно. — Прекрасная литература, а как всё переиначили! Только сегодня привезли партию, для подготовительных лекций по истории.

— Переиначили? — переспросил я, вчитываясь в случайный отрывок.

— Ты ведь знаешь, что твой предок получил способности благодаря Тьме?

— Не-е-ет, — Чёрный Мечник Акира знает, Акира Ди’Вольдхар — нет.

— Тогда позволь провести тебе небольшую лекцию, — улыбнулся Аластер. — Но помни, это только между нами. Так вот, Святой Вольдхар отдал свою человечность взамен на силу. Этой силой была магия, при помощи которой он смог сразить Древних, а после одарил этой силой своих последователей. Однако он понимал, что простые люди могут побояться такого могущества, а кого-то оно даже сведёт с ума. Именно поэтому самых могущественных из последователей он и взял с собой в последний бой. Тогда ещё никто не знал, что единожды одарённый магией род, сможет пользоваться этим даром и через множество поколений…

Аластер прервался, будто обдумывая, как продолжить.

— Аки, ты ведь знаешь, что высшие вампиры тоже обладают магией, пусть и совершенно иной?

— Да, дедушка.

— Тогда ты уже можешь догадаться, — директор отвернулся к окну, выходящему на главный двор академии, в центре которого возвышалась статуя Вольдхара. — Твой предок хотел мира. Однако миру не суждено было наступить, пока были живы вампиры. В последней битве Вольдхара был уничтожен дворец Раммонуила, Повелителя Тьмы. Да, в ней погибли все: и люди, и вампиры. Однако осталась одна девушка, дочь Повелителя и возлюбленная Святого, которая родила мальчика, получеловека, полувампира, способного к магии обоих видов. Тогда один из советников только что взошедшего на престол императора Андреаса предрёк, что потомок спасителя станет погибелью этого мира. Как ты теперь понимаешь, Аки, в твоих жилах течёт кровь предвестника конца времён. До рождения твоего деда Синя каждый из потомков Вольдхара находился в заточении — все мы боялись скорого Конца. И лишь спустя многие годы мы осознали, что своими действиями мы лишь ускоряем приближающийся Конец. Потому с момента рождения Синя арест был снят, но и по сей день ведётся слежка, как за тобой, так и за твоим отцом. Правда, об этом знают лишь такие старики, как я, Аки, — хмыкнул Аластер, на лице которого возникла полная тоски улыбка. — Дьявол кроется в мелочах, мой мальчик.

— Вы сами верите в это?

— Нет. Люди боятся неизвестности, и в этом вся наша суть, страх перед неизбежным заставляет нас бороться. Бороться с повязкой на глазах. Бороться вслепую… Вольдхар был могущественным магом, его брат, наш император не менее могущественный маг. Целый мир боится рода Ди, и даже его потомки питают страх пред силой прародителей. Никто не знает их истинной мощи, и никто не хочет становиться её свидетелем. Мы боимся, но хотим занять Его место… прости, мой мальчик, что-то я совсем стал заговариваться…

— Я понимаю…

— Ты так похож на своего отца, — тепло улыбнулся старик, — надеюсь, тебя будет ждать великое будущее. Кстати, а почему ты не в форме?

— А она есть? — удивился я.

— Конечно, разве Николас вам не сообщил?

— Не-е-е-ет…

— Пойдём в мой кабинет, я тебе выдам.

Форма формой, а старик-то умеет с темы слезать. Впрочем, кое-какие ответы я получил. Потомки Гарвана и Раммонуила, значит… интересная ситуация получается…

— Чёрная? — примеряя пиджак, поинтересовался я.

— Сила в простоте, — улыбался директор, цепляя на пиджак значок ранга.

Что ж, чёрный пиджак с белым контуром, золотой значок с тремя S и цифрой курса — сидит неплохо, вызывает уважение.

— И все особые такие носят?

— Несомненно.

— Почему-то не видел…

— Начиная со второго курса, студенты особого ранга редко появляются в стенах академии, — отвечал директор, — многие из них сейчас в горячих точках проходят практику.

— Не слишком опасно?

— К моменту выпуска каждый студент академии должен сделать себе имя. Но из поколения в поколение многие противятся этому правилу, не осознавая его важности…

— И правда…

— …Я хочу, чтобы выпускники моей академии могли гордиться собой, — продолжал Аластер. — Мир наш суров, правит в нём сила и репутация. И если хочешь жить не зная горя, придётся много работать. А что, как ни хорошая репутация, может облегчить этот тернистый путь к вершине?

— Да, вы правы, дедушка.

— То-то же, мой мальчик, — Аластер гордо похлопал меня по плечу. — Я рад, что ты не только это понимаешь.

— Кстати, я хотел узнать, когда у нас начнутся занятия и появится что-то типа расписания?..

— А, со следующей недели. Но готовься, учить придётся очень и очень много!

— Ой ё-ё-ё, — протянул я, повесив нос.

Кабинет директора покинул полностью разряженный этой мыслью. Вот чего-чего, а учиться ночами напролёт я не хотел. Что ж, надо будет хотя бы основы подтянуть, а значит, стоит посетить ещё какие-нибудь лекции.

У доски с расписанием встретился с Николасом, краснющим, как шашка динамита.

— О, ну хоть кто-то об учёбе думает, — спокойно произнёс мужчина, в глазах которого пылала ярость.

— Что-то случилось? — поинтересовался я.

— Эй, Ники, мы же не договорили! — из-за поворота выбежала Натали.

— Твою мать! — рыкнул мужчина. — Хватит везде за мной ходить!

— Ах, за что ты так со мной? — задыхаясь, протараторила женщина и тут же уставилась на меня. — Ой, Аки…

— У меня консультация со студентом, не видишь? — грозно произнёс Николас.

— Ну, браааааааааааааааатик!

— Тьфу, — поёжился Николас, кинув руку мне на плечо и уводя куда подальше. — У тебя там Сентеза с переломом валяется, совсем о крестнике позабыла?

— Он же и твой крестник! — прокричала нам вслед Натали, в чьём голосе отчётливо слышалась грусть и обида.

Когда мы скрылись за серией поворотов, я спросил:

— Что это было?

— Извращенка, — Николаса аж передёрнуло. — Задрала своей генетической совместимостью.

— Как так получилось?

— Чёрт, Аки, тебе не кажется ненормальным, что сестра хочет детей от брата?

— Ух, не знал, что всё так…

— Ладно бы к Линю клеилась, — вздохнул мужчина, поправив очки. — Извини, что так вышло.

— А куда мы идём?

— К Витасу на внеплановое занятие.

— Чего, опять учёба?!

Николас проигнорировал мои слова, с ноги открыв двери спортзала.

— Где ты, псина сутулая?! — прокричал Николас, как из подсобки, будто чёрт из табакерки, выскочил Витас, злобно уставившийся на осмелевшего нарушить его покой.

— Ты чё, на драку нарываешься? — здоровяк оскалился, угрожающе прохрустев шеей.

— Ну, давай-давай, нападай! — Николас принял боевую стойку.

— Ну, давай-давай, нападай! — Витас встал так же.

— Ну, давай-давай, нападай!

— Ну, давай-давай, нападай!

— Ну, давай-давай, нападай!

— Ну, давай-давай, нападай!

Оба замолкли, злобно сверля друг друга взглядами. Я уже напрягся, ожидая драки, как вдруг мужики громко засмеялись, прописав друг другу пощёчины.

— Что на этот раз стряслось? — широко улыбался Витас.

— Натали, — пробурчал Николас.

— Ох, чёрт, брат, не завидую я тебе, — Витас закрыл лицо руками. — Водку будешь?

— Буду.

— А мини-Линь? — посмотрел в мою сторону Витас.

— Аки-то? — обернулся Николас. — Пусть потренируется.

— Эй!

— Не ты ли сегодня попускал Аниса? — вдруг спросил Витас.

— Почему сразу попускал? Так, беседовал с глазу на глаз.

— Смотри, он мечник способный, как бы до дуэли не дошло. Потренируйся, пока время есть.

— Хм, — я оглядел зал. — А на чём?

— Ники, помоги чучело вытащить, — скомандовал Витас, — а ты, Аки, возьми в подсобке дрын подходящий.

Ладно, всё равно делать было нечего. Пошёл, взял палку что побольше, а как вышел, увидел чучело с шестью руками, в каждой из которых было по деревянному мечу. Витас провёл краткий инструктаж и активировал противника одним лишь щелчком пальцев.

— Справишься, если он в полную силу будет орудовать?

— Придержите мой пиджак, — бросил я мужикам новый пиджак и сжал обеими руками палку.

— Только не сломай руку, как Сентеза! — бодро крикнул Николас, держа в руке флягу.

— Хей, мелкий просто оступился, — шикнул Витас, отняв флягу.

— Да-да, оправдывай сыночка, — ехидничал Николас, взяв флягу обратно.

Пока мужики пили, я тренировался. Пока мужики болтали о жизни, я тренировался. Пока мужики давали мне советы, я огребал.

Деревянное чучело пусть и выглядело несуразно, но било от всей сосновой души, да так быстро, что даже я не поспевал. Не быстрее того вампира, но у него и шести рук не было.

— Чёрт, а сноровку-то потерял, — отскочив от чучела, шикнул я.

Деревяшка неплохо так вмазала по губам, даже кровь пошла. Ладно, организм не справляется, регенерация поможет!

Не знаю, где-то час или два я огребал от чучела, прежде чем начал понимать его тактику. Благодаря количеству рук противник мог одновременно, как наносить удары, так и ставить блоки. Всё веселье начиналось при контратаках. Приходилось продумывать тактику на десять шагов вперёд, каждый раз изменяя её. Таран не помогал, так как чучело с не дюжиной силой отталкивало меня, стоило подойти слишком близко. Удары по ногам тоже погоды не делали, сразу огребал по рукам, рискуя лишиться оружия. Про выпады и уловки молчу. Тогда в голове стрельнула мысль — лишить противника его же оружия. Всё-таки палка моя хоть и лёгкая, но длинная.

— Хе-хе-хе, — оскалился я, когда первый клинок со свистом вылетел из деревянной лапки чучела.

Противник мой не человек, ему плевать на оружие, на боль, на уловки — он словно поезд, мчащийся на высокой скорости по прямой, ни одна преграда ему не страшна. В этом его слабое место!

— Чёрт, водки больше нет, — вздохнул Витас, заглядывая в горлышко фляги. — Хей, мини-Линь, отличная работа!

— Так значит, это был максимум чучела? — смахнув кровь с губ, спросил я.

Чучело остановилось, лишившись последнего клинка.

— Да, весь в отца, — с этими словами Витас подошёл ко мне и закинул чучело на плечо. — Запомни этот миг сладкой победы, ибо ты третий, кто смог с первого раза сразить Деревяныча.

— Деревяныча? — я чуть не заржал.

— Это его имя, — Витас шлёпнул манекен по месту, где у людей обычно зад. — Если захочешь ещё потренироваться, просто произнеси его имя и заряди магией. Кстати, Ники, должок с получки отдам!

Я посмотрел на довольно улыбающегося Николаса, разлёгшегося на скамье.

— Молодец, Аки, с меня причитается!

Так они ещё и ставки на меня делали! Ну ладно, деньга лишней не будет, учитывая, что вчера я почти израсходовал все свои накопления.

Зал я покинул в приподнятом настроении. На часах уже было шесть часов вечера, а значит, день можно считать подошедшим к концу. Осталось добраться до поместья, а там уже найду, чем себя занять…

— Аки! — меня схватила за рукав девушка с розовыми волосами.

— Луизи? — как бы уточняя, спросил я.

Девушка взволнованно смотрела на меня, глотая воздух.

— Что случилось? — я насторожился.

— Арима… где он? — девушка достала телефон.

Мой телефон зазвенел.

— Ало?! — бросил я.

— Аки, — это был Линь, — нужно срочно поговорить. Ты в академии?

— Да, что случилось?

— Я в машине, на парковке, давай пулей сюда!

И сбросил. Я убрал телефон и посмотрел на Луизи. Та что-то хотела сказать, но я прервал:

— Давай позже, я на всё отвечу, главное напиши.

Ответа дожидаться не стал, сразу пошёл на парковку. Ту самую машину Линя нашёл быстро.

— Наконец, — произнёс Линь, закрыв окошко между нами и водителем.

— Что случилось?

— Арима мёртв…

XXVI

— Что?…

Я не верил своим ушам. Когда он, чёрт подери, успел умереть?!

— Ты не ослышался, — повторил Линь, — Арима мёртв. Его убили, — голос «отца» был спокоен, но вот глаза… — и я даже знаю, кто это сделал.

Линь смотрел на меня. Глаза его, чёрные, как смоль, пылали от гнева.

— Кто… убил его?

— А как ты думаешь? — жуткая ухмылка промелькнула на его лице. — Витас.

— Стоп, подожди, — никак не верил я. — Но… зачем?

— Почему я поручил тебе устранить всех заговорщиков? Именно по этому — среди них есть наследники императора. Даже спецотряд не в силах что-то им противопоставить.

— И ты хочешь, чтобы я устранил Витаса? — переспросил я, не веря в случившееся.

Линь постучал по окошку и машина тронулась.

— Все эти разговоры о перемирии между кланами оказалисьпустой тратой времени, — отчеканивая каждое слово, говорил Линь, — зря он так поступил.

— Как именно это случилось?

— Вчера, в полночь. Арима был убит быстро, я бы даже сказал моментально. Однако Витас не учёл одно — применяя заклинание особого уровня, его аура не рассеивается ещё в течение суток. По её следам мы и смогли раскрыть убийцу. Аки, — голос Линя становился жутким, — сегодня в полночь Витас встречается с одним из лидеров заговорщиков на северном кладбище, недалеко от заброшенного города.

— Как ты узнал?

— Рузвельт оказался куда полезнее, чем я думал. Хм? — Линь внимательно посмотрел на меня, словно заметив что-то необычное. — Что с тобой, Аки?

— Не знаю…

— Эмоции не должны брать верх над тобой, — произнёс «отец», протягивая мне руку. — Надень, они тебе понадобятся.

Он передал мне серьги в виде чёрных крестов.

— На них лежит сильное заклятие, которое скроет тебя от лишних глаз.

— Спасибо, — я надел серьги, ощутив лёгкое покалывание в ушах. — Куда мы едем?

— В старую квартиру. Я подготовил всё необходимое для твоей работы. И ещё, как разберёшься с Витасом, отправляйся в заброшенный город. Выследи и убей высшего вампира. Не забывай, ЦОДСА охраняет покой граждан, не смотря ни на что…

* * *

Мой мозг по-прежнему отказывался воспринимать новость. Ведь как же так, ещё вчера он был живой, пил, веселился, мечтал о будущем… А Витас? Он ведь сегодня был так спокоен, ведь он… а что, если…

— Так значит это твоих рук дело, — вспомнил я сломанное оружие во время дуэли с Томасом. — А чучело? Неужели ты всё это время испытывал меня… или хотел таким образом избавиться?

Сентеза, его сын, глава клуба фехтовальщиков, члены которого сразу меня невзлюбили. Ха, неужели ты хотел стравить меня и с ними? А Дамиан? Вампиры? Для чего было всё это?

Без десяти полночь. Тьма окутала старое кладбище. Поросшие потемневшим мхом надгробия, покосившиеся кресты, обваливающиеся крыши склепов. Я сидел на одном из этих склепов, свесив ноги вниз. Прислушивался, в очередной раз осматривая своё оружие. В целях безопасности Линь запретил мне использовать магию и подаренную катану. Зато выдал новый меч — самый обычный длинный меч из стали, комплект чёрной одежды, походивший на костюм какого-то ассасина, и красную маску они. Видать, на случай, если меня кто-то да заметит. Не забыл папаша и о другой маскировке, в небольшой сумке, прикреплённой кожаными ремнями к ноге, было карманное измерение с плащом сотрудника ЦОДСА.

С минуты на минуту здесь должен был появится Витас. Так и случилось: по растрескавшейся от времени каменной тропинке шёл крепкого телосложения мужчина. Он был в пальто, каштановые волосы были завязаны в хвост, а бороду и лицо прикрывала чёрная тканевая маска. Витас шёл, держа руку на рукояти сабли, которая выглядывала из-под пальто. Заговорщик остановился у одного из надгробий, сложив руки в кулак, чтобы помолиться за упокой владельца этой самой могилы. Закончив ритуал, Витас огляделся, выискивая кого-то среди крестов и могил.

— Кого ждёте? — произнёс я, спрыгнув с крыши склепа.

Витас обернулся, тут же схватившись за оружие:

— Ты ещё кто такой? — нахмурился мужчина, направив в мою сторону саблю.

— Твоя смерть, — я выхватил меч, ринувшись в сторону противника.

Дистанция в несколько надгробий была преодолена за доли секунды. Обменялись парой ударов. Витас сбросил маску. На его лице возник оскал.

— Отдам тебе должное, клинком владеешь хорошо, — тяжело дыша, произнёс Витас.

Мы вновь сблизились, обрушивая друг на друга град ударов. Витас мастерски парировал мои удары, словно доказывая должность тренера в самой Имперской академии. Несмотря на габариты, двигался он быстро и ловко, то прикрываясь надгробиями, то вырывая из земли кресты и бросая в меня их. Притом его удары, быстрые и непредсказуемые никак не ослабевали.

— Хорош, чертяга, — сквозь зубы шипел Витас.

Мой противник явно не ожидал столь продолжительного боя. Мы оба хотели закончить всё быстро, но вот проигрывать — нет. Внезапно Витас схватился за каменное надгробие, вырвал его из земли и с невероятной силой бросил в меня. Пришлось увернуться, тем самым вновь создав дистанцию между нами.

— А намерения у тебя серьёзные, — тихо засмеялся Витас, приставив два пальца ко лбу. — Гори!

Из резко вытянутой руки вырвался столб пламени. Я прыгал от надгробия к надгробию, укрываясь от огня противника. Чёрт, если бы не запрет Линя, я бы его сам в два счёта сжёг!

— Зараза, — прошипел я, в последний момент, увернувшись от огненного снаряда.

— Игры кончились, — зелёные глаза Витаса засветились, а сам он воткнул саблю в землю и сложил ладони, — Разлом!

Земля задрожала, когда Витас разъединил ладони, между которых образовался сгусток алого пламени. Этот сгусток принял форму меча и… вырвался вперёд. Я не успел среагировать, снаряд вошёл мне в грудь.

— Разлом души! — закончил своё заклятие Витас.

И мир померк. Последнее, что я успел заметить — яркая вспышка алого света…

* * *

Я бессмертен. Я есть само пламя. Я есть душа, привязанная к этому миру. Скованная с этим миром одной цепью. И покуда жива будет душа, жить буду и я, Акира, вампир, позабывший собственное имя.

Тьма, что окружала мою душу так давно, вдруг… треснула? Алой линией разделилась чёрная пелена и вскоре создала разлом. Крики тысяч поглощённых за долгую мою жизнь эхом разнеслись повсюду, жгучей болью отзываясь в моём естестве.

Алый сад… их крики зовут меня. Их проклятия обрушиваются на меня сотней пылающих копий. Они жаждут меня, моей плоти и крови, они мечтают мной завладеть.

— Неужели, это конец? — прошептал я, стоя по колено в крови. — Пожалуй, на этом мы и закончим?..

— Ты снова готов сдаться? — произнёс образ, давно оставленный на задворках памяти.

Кровавые руки обхватили мои ноги, затаскивая в пучины бурой бездны.

— Кто ты? — спросил образ, возвышаясь надо мной.

— Всего лишь сон, — хрипел я, когда руки обхватывали моё тело, сдавливая горло, раздирая артерии.

— Кто ты? — повторял образ.

— Я… не помню…

И вновь я оказался во тьме. Изодранный, истекающий кровью, лечу вниз, всё дальше в бездну.

— Акира — свет, что озаряет тьму, — это был голос Отца.

— Чёрный мечник — тот, кто мрачнее самой тьмы, — голос Раммонуила эхом пронёсся по Бездне.

— Последний герой, — раздался жизнерадостный окрик Вольдхара.

— Кто ты? — чёрный силуэт сидел напротив меня.

— А кто ты? — спросил я.

— Я — это ты, а ты — это я.

— Тогда к чему эти глупые вопросы?

— Выпусти меня на волю, выпусти прямо сейчас, я порву его, — образ приобрёл демонические очертания, оскалив длинные клыки.

— Кто ты?! — поднялся я, схватив образ за шею.

— Твоё истинное Я! — демон вонзил когтистую лапу в мою грудь, вырывая сердце. — А это тебе лишь мешает, — злобно шипя, демон поглотил бьющееся сердце, а после слился со мной.

Так, значит… я должен Её лишиться?

Она твой балласт, Она мешает тебе родиться вновь!

Так кто же я такой?

Сама тьма…

* * *

— Какого чёрта?! — прокричал Витас.

Оторванные части тела срослись воедино. Я открыл глаза. Чёрная дымка окружала меня, а в ней я был способен раствориться.

— Моя кровь, — прошептал я, и шёпот этот разнёсся по округе.

Плач и крик поднявшихся в небо воронов эхом пронёсся по кладбищу.

— Что ты такое?.. — Витас, схватился за саблю.

— Я твоя смерть, — оскалив острые клыки, я обратился туманом и бросился в сторону добычи.

Чёрный туман окутал Витаса, тщетно пытавшегося вырваться. Ни пламя, ни какая другая магия ему не была способна помочь. Он достиг своего предела, выпустив последний пламенный снаряд, после которого из глаз его потекли струйки крови. Я наносил удар за ударом, ломая, кромсая и отсекая его конечности, поглощая его кровь и разя его же ею. Вскоре Витас Ди’Роман упал на холодную могильную землю. Его обескровленное и изуродованное тело больше не подавало признаков жизни.

— Готов, — упал я на колени, рассеяв заклятья.

Вдруг моё белое, как мел тело покрылось чёрными линиями, которые подобно сотням сколопендр, вдруг забегали по мне. Линии тянулись к сердцу, я чувствовал это. И достигнув цели, исчезли. Теперь уже из глаз моих текла кровь, крупными каплями падая на холодную землю. И стоило капле коснуться земли, как сразу же она обращалась пеплом.

Тело плохо слушалось меня, а голова гудела. Но слышал я всё.

— Кто ты? — спросил я, услышав приближающиеся шаги.

— Наконец, вы вернулись, господин, — радостно прошептал старик.

— Маркус? — повернулся я, вставая с колен.

Старик поклонился, после чего приблизился к телу Витаса:

— Я знал, что вы вернётесь, — говорил старик, не отрывая глаз от тела, — жаль, что для этого пришлось стольких убить…

— Так значит…

— Да, Витас работал на меня, — Маркус улыбнулся, убрав руку в карман потёртой куртки. — И Рузвельт работал на меня, равно, как и другие дворяне.

— Но как?

— Господин, у нас мало времени, — старик достал из кармана свёрток.

В этом свёртке оказался…

— Узнаёте? — хмыкнул Маркус, держа в руках мой старый пистолет.

— Откуда он у тебя?

— Господин, вы должны низвергнуть зло туда, откуда оно пришло, — глаза старика засияли голубым светом, — совсем скоро Врата откроются.

Маркус нацелился на меня. Я машинально взмахнул мечом, отрубив старику руку, а после пронзив его грудь.

— Спасибо, господин, — хрипел Маркус, держась за моё плечо. — Лишь так я мог вернуть его вам… кхм, — тёмные сгустки крови вырвались из его рта, — выбросьте меня в реку… крабы со всем разберутся…

— Кто же ты такой, Маркус? — придерживал я старика.

— Всего лишь мальчишка, спасённый каплей вашей крови, — прошептал он. — Прошу, сделайте последний выстрел…

Всплеск воды и тело старика вместе с отрубленной рукой поплыло куда-то в неизвестность. Мой старый ствол, самый первый, вновь был в моих руках. Врата, о которых говорил Маркус… ведь последние были закрыты ещё тогда, в замке Раммонуила…

— Ничего не понимаю, — обессилено выдохнул я, вернувшись к телу Витаса. — Ого, не до конца осушил…

Взмахом пальца поднял в воздух несколько капель волшебной крови. Вышедшая из-за туч луна своим холодным бледным светом так завораживающе игралась с парящими над землёй капельками, что я долго не мог оторвать свой мёртвый взгляд. Однако, силы мои на исходе, форма тумана выжала из меня все соки, а потому теперь каждая капелька на счету.

Стоило поглотить эти капли, как перед глазами возник образ, картина прошлого…

* * *

— Эй, Витааааас, чего такой смурной?! — кричала девочка с растрёпанными кудрявыми волосами.

— Нати, правильно «хмурый», — мальчик с яркими зелёными глазами ловко собрал волосы девочки в хвостик, после чего слегка стукнул ту по голове.

— Ай, Ники! — надулась девочка.

— Ну, ладно вам, — улыбнулся плечистый юноша, потрепав малышню за волосы.

— Витас, вас уже все обыскались! — вдруг подбежал мальчик с длинными чёрными волосами. — Дедуля Астр и дядюшка Аластер без вас грозятся уехать!

— Линь, — молодой Витас присел возле мальчика, — передай им, что без вас я никуда не поеду. Вы же тоже хотите на рыбок посмотреть? — юноша улыбнулся, схватив всех троих в объятия.

* * *

— Что за день-то такой? — прошептал я, лёжа на крыше заброшенного здания.

Рядом лежала изрубленная туша какого-то неизвестного кровососа. Забавно, что при виде меня он начал убегать. Однако выдрать глаз как-то умудрился — чего только со страху не сделаешь.

— Ха-ха-ха… ХА-ХА-ХА-ХА, — смеялся я, не имея сил даже воспользоваться регенерацией.

Начинался дождь.

— Арима мёртв… Витас мёртв… Маркус мёртв… и ради чего… как же я устал за сегодня…

Превозмогая боль, нащупал в кармане изодранного плаща телефон и набрал номер Линя.

— Да, — говорил я, осознавая насколько же у меня мёртвый голос, — да… я на крыше… вертушку? Совсем что ли? А, если Стаса, то ладно… жду…

Сбросил телефон и отрубился.

– ***, проснись!

Пришёл в себя уже на квартире Линя, лёжа на кожаном диване. Тот сидел рядом, с чашкой кофе в руках, и улыбался, глядя на меня:

— Повезло тебе, Аки.

— Куда мой глаз дели, — ощупывая впадину, поинтересовался я.

— Вот, чуть глубже, — Линь направил мои пальцы. — В отличие от всего тела он будет долго восстанавливаться.

— Ну, хоть не правый, — хмыкнул я, когда Линь протянул мне белую медицинскую повязку.

Мы с Линем долго смотрели друг на друга в полном молчании, пока он не решил нарушить его:

— Завтра похороны Аримы.

XXVII

В этот день был дождь, сильный, не прекращающийся ни на минуту.

В три часа дня мы были на южном кладбище. Нас было немного: Я, Линь, Луизи, несколько человек из отдела, в том числе Стас с Даней, и Нана. Мы стояли у серого могильного камня, на котором было высечено: «Арима Оросаки, 97–124 гг.».

— Арима, — начал свою речь Линь, стоя подле свежей могилы, — был самым ответственным, самым чутким и верным. Нет в нашем отделе человека, превосходившего его в этом. Пусть Арима и не был выдающимся магом, он стал выдающимся другом…

«Отец» был в строгом чёрном костюме, а в руках его — красные паучьи лилии, стойко переносившие разящие капли ледяного ноябрьского ливня. Линь говорил ни тихо, ни громко. В словах его, лидера, главы отдела, не было слабости, не было потерянности. Но слова его не были взяты из списка тех речей, что заготавливают заранее. В них не было дежурности, отстранённости. Линь говорил так, словно прощался с близким для себя человеком. И эти его слова болью, тупой, оседающей, отзывались в сердце каждого.

Кто-то смотрел в небо, ища в нём ответы на смыслы бытия, кто-то вглядывался в землю, а кто-то, как Стас и Даня, курил в стороне, ни далеко, ни близко от остальных. На лицо каждого упала тень тихой грусти. Лишь Нана, придерживаемая младшей сестрой, заливалась глухими рыданиями.

Южное кладбище — последнее пристанище Охотников. Здесь все могилы, как одна, серые, безликие. Здесь в могилах сырых спят останки всех тех, кто долгие годы оберегал покой мирных граждан империи. Здесь были они: и военные, отдавшие долг, и Охотники, гордо принявшие смерть, и многие из тех иных, которых обычно никто не замечает в массе прохожих. Безликие стражи покоя, блюстители порядка, защитники жизни. Каждый из собравшихся на скромных похоронах рано или поздно окажется здесь, однако мысль об этом их не пугала. Глаза их, пустые в мгновение горя, отражали готовность слиться в общем беспамятстве за правое дело.

— Арима, — говорил я, держа ладонь на повязке, — я знал его лишь миг, — я говорил, что знал, — и миг этот был подобен целой жизни, — я говорил то, что чувствовало моё мёртвое сердце. — Арима стал мне другом, которого я так хотел узнать лучше, но не успел. Любил он искренне, и дружил он искренне, — я слегка улыбнулся, — он жил по-настоящему. И больше всего я жалею, что не смог встретиться с ним раньше…

Друг, ты был тем ещё дураком, но мне тебя не хватает. Почему ты не послушал меня? Почему же ты был так упрям в тот вечер?.. Как бы то ни было, теперь ты отомщён.

— …в тот роковой вечер он мне признался, что хочет сделать предложение, — я посмотрел на Нану, скрывающую скорбный свой лик за чёрным платком. — Арима… он спрашивал меня, хочу ли я стать крёстным отцом для его будущей дочери, — рука сама легла на холодный камень. — Друг мой, обещаю тебе, семья твоя будет в надёжных руках.

Не в первый раз толкаю я речь. Не в первый раз я на похоронах близкого мне человека. Да, я вампир, существо без чувств, без жизни в глазах, с холодным сердцем, однако душа моя чувствует. И сколько бы близких не погибло, их смерть с одинаково сильной болью отзывается в ней. Да, я не чувствую этого, лишь осознаю, но ведь именно осознание и причиняет нам боль…

Мы готовились расходиться. Линь тихо дотронулся до моего плеча:

— Аки, проводишь Нану?

— Да, — ответил я, достав из кармана пачку.

— Хорошо, — Линь тоже достал сигарету, — прости, что не беру тебя на похороны Витаса.

— Я не знал его так, как знал его ты, — закурил я, оглядываясь на безутешную Нану, стоящую на коленях у могилы Аримы.

— Водить умеешь? — поинтересовался Линь, будто пытаясь сменить обстановку.

— Было дело, однако нынешних правил я не знаю.

— Тогда попрошу Стаса, — с этими словами Линь покинул меня.

Пусть и ненадолго, но я остался один. Шум дождя приглушал мои мысли.

— Круговорот смертей, — я спрятал окурок в пачку, не желая мусорить здесь.

— Акира, — неловко начал подошедший Стас, — как вы?

— Ни холодно, ни жарко.

— Каждый месяц кого-то да теряем. Обычно весь отдел собирается, но сейчас самый настоящий аврал…

— Не стоит, — постарался приободрить лихача. — Грустный водитель — мертвый водитель.

— Хах, — Стас поправил промокшую от дождя причёску. — Как думаете, может пора отвести их в машину?

Я снова посмотрел на Нану и придерживающую её Луизи. Решил подойти.

— Нана, — присел я рядом с девушкой, — пора ехать…

— Как я могу оставить его здесь, — слёзы скатывались по её красным щекам. — Как я могу вернуться домой без него?

— Сестра, — тихо произнесла Луизи, — ты ведь заболеешь… подумай о ребёнке…

— Простите, просто, — дрожала девушка, пытаясь подняться, — я так не могу…

— Нана, — Луизи обняла сестру, — поехали домой, тебе нужно поспать…

— Арима ведь вернётся?

— Обязательно, родная, — шептала Луизи, по щекам которой тоже стекали слёзы. — Аки поможет.

— Да, мы рядом, — подтвердил я, тоже придерживая Нану.

— Спасибо, — слабо улыбнулась девушка, не сводя глаз с могильного камня. — Приходи скорее, любимый… я жду тебя… оладьи ведь остынут…

* * *

Доехали до квартиры. Мы со Стасом помогли Нане подняться.

— Бывайте, — Стас пожал мне руку на прощание.

— Будь осторожен, — попрощался я, возвращаясь в квартиру.

— Чай, кофе? — спросила Луизи, распуская розовый хвостик.

— Кофе. Как она? — посмотрел я на дверь ванной комнаты.

— Еле уговорила её принять душ, — вздохнула девушка. — Согласилась только когда туда зашёл Люцик. Сам-то как? Вы ведь были друзьями?

— Надо были идти с ним, — ответил я, проходя в комнату и садясь за стол. — Чувствовал неладное…

— Не вини себя, — девушка села напротив. — Вчера на задание вызвали? — обратила она внимание на мою повязку.

— Да…

— С кем сражался?

— Вампир. В заброшенном городе бродил.

— Как ты его одолел?

— Сам не помню, всё было как в тумане, — отрешённо ответил я, тщетно пытаясь вспомнить вчерашний день.

— Глаз того?.. Ну, окончательно?..

— Нет, просто травма, должен восстановиться. А что?

— Щетину бы отпустил, да волосы чуть укоротил — вылитый Арима был бы, — улыбнулась девушка.

— Как так вышло, что ваши родители одобрили их с Наной любовь?

— Мы с сестрой прокляты, — пожала плечами Луизи, — да и какое до нас дело, когда у родителей и так есть наследник. Все понимают, что долго мы не протянем, вот и позволяют жить полной жизнью.

— Не страшно?

— А смысл бояться? — задумчиво протянула Луизи, положив голову на столик и глядя куда-то вперёд. — И мы умрём где-то посреди ночи, — тихо напела она. — Кстати, Акира, у тебя есть девушка?

— Ого, вот так смена темы, — аж улыбнулся я.

— Так есть или нет?

— Нет.

— О, чайник! — девушка встала и скрылась на кухне.

Не прошло и минуты, как она вернулась с двумя кружками ароматного кофе.

— Сделала если что крепкий, — произнесла она, снова сев напротив меня.

— То, что надо, — поблагодарил я, приняв кружку и сделав глоток. — Так, а почему ты спрашиваешь?

Девушка пару секунд вглядывалась в мой глаз, после чего произнесла:

— Кассандра. Знаю, что про неё многое говорят, знаю, что она та ещё оторва, однако почему-то после встречи с тобой, в ней что-то изменилось. В лучшую сторону, конечно же.

— Не заметно, если честно, — вздохнул я, уже жалея об этом разговоре.

— Ну, так и понятно, ты ведь не знал её прежнюю.

— И что ты предлагаешь?

— Поговоришь с ней? Знаю, звучит глупо, но, может, дашь ей шанс?

— Ты так печёшься о ней…

— Она моя подруга. Думаешь, я хочу, чтобы она страдала или продолжала вести себя как пубертатная язва? Я её исправить не могу, поэтому и прошу тебя о помощи. Не обязательно с ней встречаться, хотя бы побудь другом…

— Хорошо, — согласился я.

— Вот и славненько, — улыбнулась Луизи, — она скоро придёт.

— Чего???

— Честно, не думала, что ты решишь присмотреть за сестрой, — почесала думалку Лиузи, отведя взгляд. — Ну и как бы…

— Ну-ну, ну-ну.

— Но я удивлена, что ты тоже крёстным должен быть. Я вообще только вчера узнала, что вы знакомы…

— Не поверишь, я тоже только вчера узнал, что вы с Наной сёстры.

Дверь ванной открылась и в комнату вошла Нана, окинув нас пустыми глазами. Молча, прошла по комнате, после легла в постель, закутавшись в одеяло.

— Луизи, — вдруг еле слышно произнесла Нана, — Арима ведь вернётся?

— Родная, засыпай, — прошептала девушка, подойдя к кровати.

— Пока на балкон выйду, — произнёс я, покидая комнату.

Дождь стучал по окнам балкона. Со скрипом открыл одно и закурил, погружаясь в собственные мысли. Однако из них меня вырвало уведомление, внезапно пришедшее на телефон. И с каких это пор я включаю звук?

— «Ты как???»

— «Ого, Берт, не ждал…»

— «Да нормально, сам как?»

— «Эрик сказал, что тебя вчера еле живым с задания забрали.»

— «Перепугался, вот и написал.»

— «Когда это рыжик успел растрепать…»

— «Ты сейчас где???»

— «На похоронах»

— «Потом расскажу»

Приятно, что кто-то беспокоится о тебе…

— Алло? — принял внезапно поступивший звонок от Матильды.

— Босс, вы как?

— У вас скрипт, что ли?

— …

— …

— Я волнуюсь, — голос Матильды показался каким-то грустным.

— Хочешь, зайду сегодня?

— Конечно! Во сколько вас ждать?

— Наверно… к полуночи, — произнёс я, глядя, что происходит за стеклом: Нана забилась в истерике.

— Тогда жду вас!

Я сбросил, выкинул окурок на улицу, после чего вбежал в комнату. Луизи тщетно пыталась успокоить сестру, которая кричала, согнувшись в неестественной позе. Даже Люцик носился в панике, глядя по сторонам.

— Арима! — вцепилась в меня Нана, прижав к себе. — Прошу, не покидай меня! Останься со мной рядом! Никогда не оставляй меня! — девушка захлёбывалась слезами, — Что угодно! Что угодно! Только не оставляй меня! Арима, прошу, останься!

— Тише, родная, — я попытался её успокоить, нежно гладя по голове.

— Арима, — повторяла Нана, — мне… мне так больно… Арима…

— Что у тебя болит, родная?..

— Моё тело горит, — захрипела девушка, резко отпустив меня и скорчившись от боли.

— Чёрт, Аки! — Луизи заметалась по комнате. — Таблетки, срочно!

— Кухня, вдруг там, — предположил я, встав с кровати.

— Тихо, будь с ней, — приказала Луизи, скрывшись на кухне.

И вновь Нана вцепилась в меня, притянув к себе:

— Арима, родной, любовь моя, — плакала девушка, уткнувшись мне в грудь. — Живи, пожалуйста… ради меня… ради нас…

Луизи вбежала в комнату с двумя баночками таблеток.

— Нана, Нана! — затрясла девушка сестру. — Вот, это поможет!

— Луизи, но ведь…

— Глотай, дурёха! — не церемонясь, девушка впихнула сестре в рот горку таблеток. — Аки, воду, срочно!

Метнулся кабанчиком. Приняв таблетки, Нана успокоилась, сразу же уснув. Луизи облегчённо вздохнула, упав на кровать, рядом с сестрой.

— Что это было? — спросил я.

— Кишмиш настоящий, — выдала Луизи, потирая виски, — такое бывает, когда проклятый ребёнок испытывает сильный стресс. Никакая магия не справится… а тут ещё и беременность…

Раздался звонок в дверь, на что Луизи тут же выругалась:

— Аки, откроешь?

Кивнул, уходя в прихожую. Сдвинул щеколду и открыл дверь. На пороге стояла Кассандра в бежевом пальто поверх чёрного платья. Зелёные глазки её при виде меня округлились, а губы задрожали:

— Аки? — прошептала она, то ли от удивления, то ли от испуга.

— Заходи, — взял девушку за руку и втащил в квартиру.

В прихожую вышла Луизи, приложив пальчик к губам:

— Только тише, она уснула, — устало прошептала девушка, поправляя розовые волосы.

Интересно, что такие же розовые волосы Наны сегодня были заметно бледнее.

Помог Кассандре раздеться и провёл в комнату, параллельно неся в руках бумажный пакет, предательски шуршащий при любом движении.

— Что там? — спросил я, аккуратно ставя шуршалку на стол.

— Коньяк, — чуть замявшись, пролепетала Кассандра.

— Дурёха, — стукнула подругу по голове Луизи, — ты чем думала? Ладно уж, не оправдывайся. Чего смотришь? Наливай, раз принесла.

Рюмок не нашли, а потому разлили по стаканам.

— Не многовато ли? — поинтересовался я, взяв полный стакан.

— За Ариму, — прошептала Луизи, проигнорировав мой вопрос.

Залпом выпили коньяк. Все каноны растоптали просто…

— Останешься тут? — уже пьяная Кассандра, обратилась к Луизи.

— Иначе никак, — трезво ответила подруга, не спуская глаз со спящей сестры.

— Может, и я останусь? — пролепетала Кассандра.

— Ага, как обычно в зюзю, — осуждающе ответила Луизи. — Нет уж, лучше езжай в общагу, как отпустит.

— Хорошо, — забавно надулась девушка, после чего посмотрела на меня. — Аки, а ты как тут оказался?..

Луизи громко вздохнула, явно пожалев, что вообще позвала подругу:

— Аки, отведи её на балкон, пусть проветрится.

Взял Кассандру под руку и вывел на балкон. На улице смеркалось, а холода крепчали. Девушка поёжилась, держась на небольшом расстоянии от меня. Я достал пачку и снова закурил. Предложил дворянке, та послушно приняла сигарету.

— Почему ты здесь? — дрожащим голосом спросила Кассандра.

— Арима был моим другом, — ответил я, свесив голову вниз и делая вид, что рассматриваю что-то на улице.

— Твой глаз, Аки…

— Не бойся, всё нормально.

— Хорошо, — ответила девушка, продолжая трястись от холода.

— Замёрзла?

— Нет…

— Но я ведь вижу.

— Тебе кажется…

— Дура, — обнял бедовую.

Как бы ещё воспаление не словила.

— Зачем ты это делаешь? — прошептала Кассандра.

— Не хочу, чтобы ты заболела.

— Но ведь ты меня ненавидишь…

— Кто это сказал?

Девушка ничего не ответила, лишь тихо всхлипнула. Несколько минут мы стояли в полном молчании, наблюдая за тлеющими в наших губах сигаретами. Вдруг девушка прошептала:

— Я тебя люблю…

— Я знаю.

— Прости, — всхлипнула Кассандра. — Я не должна была этого говорить…

— Мне нужно время, чтобы всё решить.

— Но ведь ты говорил…

— Тебя это не остановит, ведь так?

— Прости, — извинилась девушка, отстранившись от меня. — Я… я ведь ещё… никогда… никого…

— Всё бывает в первый раз, — улыбнулся я, опираясь спиной о стену.

— Ты, правда, не ненавидишь меня? — девушка грустно смотрела куда-то вдаль.

— Да. У меня нет на то причин.

— Даже после того, что я сделала с Кирой?

— Почему ты так поступила?

— Я не знаю… боялась, что она уведёт тебя… она ведь что-то для тебя значит? Правда, Аки?

— Кира? — задумчиво произнёс я, закурив вторую. — Прозвучит жестоко, но нет, она всего лишь напомнила мне одного человека из прошлого. Однако я против насилия в её сторону.

— Я исправилась, честно…

— Верю. К тому же, это ведь Сара подговорила тебя?

— Угу, — подтвердила девушка.

— Понятно, — протянул я.

Мы замолчали, погрузившись в свои мысли.

— Мы с Луизи на боевом направлении, — вдруг произнесла девушка.

— Не страшно?

— Ты ведь… спасёшь меня?

— По возможности.

— Значит, не страшно, — улыбнулась Кассандра.

Девушка покраснела, накручивая локон рыжих волос на пальчик. Сделала вдох и на выдохе произнесла:

— Аки, можно тебя попросить?

— О чём?

— Закрой глаз, — попросила девушка.

— Ладно, — что может пойти не так, ведь так?

Я закрыл глаз и в эту же секунду ощутил нежное прикосновение к моим губам.

— Кассандра, — строго начал я, но девушка заткнула меня очередным поцелуем, крепко прижавшись ко мне своим продрогшим телом.

Наконец, отпустив меня, девушка раскраснелась с новой силой и прошептала:

— Прости, пожалуйста…

— Дурёха, предупреждать не учили, — я улыбнулся, нежно стукнув девушку по лбу.

— Ай-я, — издала она забавный звук.

— Больше так не делай, — пригрозил я.

— А то что? — игриво улыбнулась Кассандра, вновь приблизившись к моим губам.

— Лучше тебе не знать, — с этими словами я ущипнул дворянку за бок и вернулся в комнату.

Остаток вечера прошёл без происшествий: Нана спала, Луизи то и дело проверяла её; Кассандра, видимо протрезвев, избегала моего взгляда, прикрываясь случайной книгой, вытащенной Луизи, дабы скоротать время; я тем временем лежал на полу, глядя в потолок. Разные мысли посещали меня, одна из таких: что же всё-таки делать с Кассандрой, ведь у меня ещё и Матильда есть. Я не фанат гаремов, да и к ним обеим любовью не пылаю, однако и жестить не хочу. Кассандре, как я убедился, абсолютно всё равно на отказ, и что в таком случае делать я не знаю. Может, и правда стоит повременить, вдруг, что-то да проясниться в голове?

— Что ж, — начала Луизи, сев за столик, — время уже позднее, Нана крепко спит, а значит, ночь должна пройти спокойно.

— Точно? — спросил я, вставая с пола.

— Ну, я так думаю, — неуверенно ответила Луизи. — Однако не могу же я вас держать здесь всю ночь?

— Так, — я взял со стола листок бумаги и ручку, — вот мой номер, передай Нане, чтобы в случае чего звонила — я помогу.

— Спасибо, Аки, — улыбнулась Луизи, приняв листок.

* * *

— Так благородно с твоей стороны, — саркастично говорил чёрный силуэт, ходя вокруг меня.

— Твою мать, где я? — огляделся: привязан к стулу, вокруг чёрти что, размытые образы стен и многочисленных колонн.

— Может, в царствии Морфея, — пожимал плечами силуэт, — а, может, уже и в посмертии, кто ж его, поди, разберёт? Не так ли, Бессмертный?

Силуэт смотрел на меня своей темнотой.

— Что это такое? — спросил я, пытаясь избавиться от пут, сковывающих меня.

— Чертоги твоей сущности, — взмахнул руками силуэт, будто презентуя сие место. — Когда душа твоя раскололась от магии Витаса, — силуэт поднял палец вверх, — дремлющие в тебе сущности вновь пробудились.

— И что это означает?

— Ты в полной жопе, друг мой, — весело пропел силуэт, закинув мне руку на плечи. — Но выход есть! Вспомни себя! Кто ты, что ты, кем был и в кого превратился!

— Ага, и как это мне поможет?

— А ты до сих пор не понял? — силуэт дивился, при этом активно жестикулируя. — Ты, дуралей, наступаешь на те же грабли! Ну зачем ты в очередной раз строишь из себя человека?!

— А нельзя?

— Можно, если хочешь слиться с Бездной. Тебе совсем насрать на Врата?

— А тебе-то, какое до них дело?

— Ну, придурошный, подумай! — взмолился силуэт. — Вспомнил? Ай ты, умничка!

— Но я ж ничего не сказал.

— Да я мысли твои читать умею, — хвалился силуэт, вальяжно расхаживая из стороны в сторону.

— Может, тогда для начала ответишь, как я вообще сюда попал?

— А, тебя машина сбила, — хекнул силуэт.

— Когда? Я же буквально только что был в…

— Клювом меньше щёлкай, — посмеялся силуэт. — Ха, поверил?! Так я ж пошутил.

— Клоун, — плюнул в силуэт, который с визгом увернулся.

— Ладно-ладно! Рассказываю! Ты эту шлюшку Кассандру на такси усадил, а там и сам поехал.

— Так, дальше.

— А потом уснул… ну, я тебя вырубил.

— Теперь стало яснее, — цыкнул я.

— Так, вот, — заново начал силуэт, — ты есть я, а есть ты, это мы ещё в прошлую нашу встречу уяснили. Так вот, раз ты сам, идиот, ещё не вспомнил, то я помогу — человечность тебя погубит!

— Аргументы будут?

— Прошлый опыт вспомни. Ай, точно, забыл, ты ведь решил этот кусок памяти стереть. Или же то были не твои воспоминания, — белая улыбка растянулась на чёрном лице.

— О чём это ты?

— А вот, помнить себя надо, — голос силуэта стал выше, театральнее, — человек, что волею рока приблизился к силе богов, вдруг сам того не заметив, стал одним из них! Да только вот незадача, человека-то никогда и не было, а если и был, то помер, стоило лишь ему вознестись.

— К чему ты клонишь? — я напрягся.

— Пока не вспомнишь себя, — серьёзно отвечал силуэт, — не поймёшь и слов моих, Бессмертный. Ладно! Ня, пока! — помахал силуэт на прощание.

* * *

— Хей, с вами всё хорошо? — тормошил меня водитель такси.

— А? А… да, — ответил я, разлепив глаза. — Мы приехали?

— Конечно, сэр…

Расплатился, поблагодарил и вышел из салона. Чёрт, что вообще со мной произошло? Вспомнить себя… так я же и так помню… я… эй. Эй! Эй бл***! Кто я…

Упал на колени, стоя у ворот поместья.

— Хехехехехехехеехехе, — раздалось в голове, — а я тебе про что говорил, Чёрный Мечник? Или лучше сказать, господин «Всего лишь сон»?

Но как… Вольдхар… апокалипсис… Последняя битва… это я помню…

— Это и я помню, идиот!

А что до… поглощение Отца, смерть возлюбленной, гибель родителей и друзей, неужели…

— Бинго!!!

Это не я… но почему…

Встал с колен, бросив взгляд на поместье, свет, в окнах которого, горел, сообщая о кипящей жизни внутри. Развернулся и ушёл, скрываясь в дожде.

Так вот почему я не помню своё имя… но почему я тогда видел Их?

— В тебе идёт борьба, ха-ха, и только ты способен подвести её итог, вспомнив всё или позабыв, подобно другим снам!

* * *

Понедельник. Утро. Пробки. Дождь бьёт по окнам чёрной машины. В салоне только я, да водитель за дверцей.

— Аки, с тобой будет работать один из высших Охотников, поэтому не переживай, — говорил Линь по ту сторону провода, — как закончишь, приезжай в квартиру.

— Принял, — коротко ответил я, сбросив звонок. — Ну и погода…

Несколько дней без перерыва шёл дождь, заливая улицы своими холодными водами. Не было ни темно, ни светло, казалось, что день слился с ночью, чем сделал дни в разы медлительней, затянутей. Куда бы я ни пошёл, чёрный силуэт всюду преследовал меня, заставляя вспомнить то, чего никогда не было.

И, правда, что же случилось? Неужели это последствие поглощения огромного числа душ в прошлом? Тогда, в гробу, в этом сыром саркофаге, я не мог их контролировать, подпитывать новыми. А, может, это последствие поглощения Владыки Тьмы?

— Точно, — осенило меня.

Когда-то Отец сказал мне, что каждую поглощённую душу следует подчинять. Да, можно заглушить её другими, более слабыми, но это лишь временное решение. Жаль только, что он так ничего и не рассказал о том, как именно это сделать. Интересно, а душу Отца я тогда поглотил?..

Мы остановились рядом с машинами скорой помощи и полиции. Вышел на улицу, поправил катану на поясе и осмотрел местность: несколько обгоревших гражданских машин, накрытых тканью тел, а так же здание бывшей школы, в которой, судя по докладу подбежавшего ко мне офицера полиции, укрепилась группка террористов.

— И чего они не поделили? — устало протянул я.

— Наркотики, господин, — объяснил офицер.

— Один синдикат, против другого, весело…

Уже хотел спросить, я-то тут на кой, но офицер опередил меня:

— Среди них вампиры, говорят, из их крови наркотики и гнали…

— А, — протянул я, чуть оскалившись, — ценный товар, значит…

Вдруг раздался взрыв: окна последнем этаже здания разбились ударной волной, осыпав землю осколками стекла. Мы поспешили туда.

— Что это было? — обнажив катану, поинтересовался я.

— Никак не знаю, господин, — отвечал офицер, придерживая фуражку.

— А где этот хвалёный Охотник?

— О, а вот, кажется, он! — прокричал офицер, указав на этаж с выбитыми от взрыва стёклами.

В окне показался силуэт в белом плаще Охотника, держащий кого-то за глотку. Не прошло и мгновения, как вниз полетело обезглавленное тело, превратившееся тут же в горку пепла. Следом раздался очередной взрыв, после которого из окна уже выпрыгнул сам Охотник, сжимая в руке бледную голову с длинными клыками.

— Чёрт, опять новый меч покупать, — выругался Охотник, вставая с колена и вынимая сигарету из пачки.

Чёрные волосы его были залиты кровью, которая не без помощи дождя стекала на казённый белый плащ, непроизвольно окрашивая тот. Поняв это, Охотник сбросил плащ и обернулся на нас.

— Ха, а вот и подкрепление, — раскрывая глаза, проговорил он.

Охотник был хорошо сложен, внешность его можно было бы охарактеризовать просто прекрасной, если бы не синяки под чёрными глазами, бывшие свидетельством постоянных переработок. Синяки сильно старили его и без того уставшее лицо. Однако больше всего бросался в глаза шрам, проходящий по шее Охотника.

— Не может быть, — холодные глаза Охотника округлились.

Шрам на пол шеи… холодный взгляд… прекрасное, но столь измученное лицо… неужели…

— Нет, — отшатнулся Охотник, глядя на меня, — ты же…

— Так-так-так, интересненько, — ехидный голос чёрного силуэта раздался в моей голове.

— Я думал, ты погиб, Ник… — еле слышно произнёс Охотник.

Раздался выстрел и я погрузился во тьму…

Эпилог?

— Неужели это конец? — прошептал я вслух.

Эти бесконечные тёмные коридоры, им нет конца. А вот моим силам…Чёрт побери, не думал, что всё так закончится. Впрочем, у меня ещё есть шанс… А, нет. Споткнувшись об откуда-то взявшуюся швабру, я в буквальном смысле поцеловал холодный и очень, просто очень грязный кафельный пол. О, кажется и лоб расшиб.

— Что это? — вновь прошептал я, прикоснувшись ко лбу.

Судя по всему, это была кровь, удачно перемешавшаяся с грязью. Круто, я в полном дерьме… А это что? Чьи-то холодные руки прикоснулись ко мне.

— Бл***, бл***, бл***, бл***, бл***! — махнув рукой куда-то в пустоту, я со всех ног помчался дальше.

Да-да, помчался, как же… через метров десять снова упал и, кажется, подвернул ногу. И как обычно правую…

За спиной послышался вздох. Женский. Она устала или просто со мной играется? Да что вообще здесь происходит?! Я хотел подняться, но всё тело стало ватным.

— Ах-ха-ха-ха-ха-хах, недолго музыка играла, — я сжал кулаки, а глаза стали влажными.

Острый приступ боли в груди — что-то острое пронзило сердце. Кровь бурным потоком хлынула на пол. Темнота в глазах и темнота пространства слились воедино. Казалось, что реальность уходит от меня, или же это я отдаляюсь от неё. Дыхание прекратилось, а тело перестало держаться. Я упал на холодный и грязный пол. Один, во тьме и холоде, никто не вспомнит обо мне.

Я не хочу… Я не хочу умирать. Нет. Не здесь. Не сейчас. Никогда.

Прикосновение холодных рук, затем губ и… тьма, холодная, непроглядная…

Да, я умру. Исчезну. Растворюсь в этом непроглядном мраке небытия. Мне ни грустно, ни весело. Я перестаю бороться, перестаю что-либо чувствовать.

И на этом всё? Моя история окончена?

Тьма. Холодная. Непроглядная. Я беспомощен. Я обречён…

Но почему кто-то вправе распоряжаться моей жизнью? Она моя! И я не потерплю, чтобы кто-то смел вставать у меня на пути. Я хочу жить! И я буду жить. Я и только я! Я убью. Убью их. Уничтожу всех, кто захочет моей смерти.

Чувствую тепло в груди. Яркое пламя вырывается из неё. Оно окутывает моё тело. Я становлюсь огнём, адским пламенем, карающим врагов.

Тьма рассеялась, и я раскрыл глаза…

* * *

Надо мною простиралось бескрайнее алое небо. Чёрный диск солнца застыл в зените, отбрасывая свои тусклые лучи на эту залитую кровью землю. Я не дышал, словно находился в вакууме, лежа в багряной траве. Тело болело. Такое чувство, что меня сжигают изнутри. Сильно хотелось пить.

Тихий, еле слышный шелест. Кто-то приближался.

— Да ладно! — смеялся силуэт. — Неужели тебя снова убили! Вот незадачка!

В этот раз силуэт был иным — тело его изменилось, а голову и чёрное лицо закрывали длинные волосы, по-прежнему сливающиеся со всем его естеством. Но было ещё кое-что, что не сразу заметил я: за этими волосами скрывались большие красные глаза. Они словно гипнотизировали меня, не позволяя оторвать взгляд.

Волосы силуэта чуть колыхались на ветру.

— Не дури, — вздохнул я не в силах подняться, — таким меня не убьёшь.

— Хотя кто бы мог подумать, что в тебя выстрелят из пистолета, — на чёрном лице промелькнула тонкая белая улыбка.

— Ответь, это ты играешься с моими воспоминаниями?

— Какими ещё воспоминаниями? — хитро улыбался силуэт.

— Та ночь, когда я умер — это твоих рук дело?

— Может быть, может быть, — загадочно ответил силуэт, голос которого, казалось, стал выше и мягче. — Так ты вспомнил? — вдруг произнёс силуэт, присев рядом. — Вспомнил своё имя?

— Да, — прошептал я.

— Ты вспомнил момент своего Обращения?

— Да, — ответил я, закрыв глаза.

— Кто тебя Обратил?

— Я не помню, воспоминания о ней, словно стёрты из памяти, — протянул я, открыв глаза и разглядывая собственные руки.

— Ник, — нежным женским голосом произнёс силуэт, — я вернусь, когда расцветёт весна.

Зрачки моих глаз расширились. Я хотел остановить уходящий силуэт, взять его за руку, как вдруг пространство вокруг затряслось. Казалось, сам воздух дрожал, как в жерле вулкана. Мир обратился тьмой.

Сквозь боль раскрыл я глаза, оказавшись в странном месте, окутанном пламенем.

— Где ты? — кричал я, в окутанном пламенем коридоре.

Я бежал изо всех сил, кричал, звал её. Звал её, не зная её имени. Ведь это она, она! Неужели, она не погибла? Неужели, она жива?

Я оказался в тупике. В порыве ярости ударил по кирпичной стене. Бил, с каждым новым ударом разжигая огонь в душе лишь сильнее.

— Чувства твои и дар, и проклятье, — мужской голос раздался в моей голове.

— Но как же человечность? — не понимал я, продолжая бить стену.

— А на что она тебе? — спросил голос.

— На что мне человечность, — опешил я, — чтобы жить как человек!

— Ты? Как человек? — голос смеялся. — Волк хочет жить подобно овцам, как же низко ты пал, Акира.

— Нет, я больше не Акира, — отмахнулся я, вновь ударив по стене, которая начала крошиться.

— И кто же ты? — надменно вопросил голос.

— Ник! Моё имя Ник!

— Жалкий человек, — голос насмехался надо мной. — Ты хочешь носить имя мёртвого? Имя того, кого больше нет в этом мире?

— Ник — это я! — с криком разрушил стену, за которой скрывался огромный зал, с пламенным кругом посередине.

Голос затих. Только пощёлкивание пламени нарушало воцарившуюся тишину. Тяжёлое молчание прервал человек, появившийся в кругу. Чёрная борода, волосы ниже плеч и пылающие красные глаза. Лишь со стороны он отдалённо напоминал человека. Аура смерти выдавала в нём Его, Первородное Зло.

— Отец? — я не верил своим глазам.

— Ник, Ник, Ник, — властно причитал высокий вампир, — так ты хочешь именовать себя? — Отец смотрел мне в глаза, и казалось, взгляд его потусторонних глаз видел саму мою душу. — Нет, ты не он.

— Как же так? Объясни!

— Ты нечто иное, — улыбнулся вампир, поднимая руку вверх.

За его спиной стоял другой кровосос — Раммонуил, чьи светящиеся голубые глаза так же были направлены на меня.

— Акира — это имя ты носишь не просто так, — начал Раммонуил, чьи белые волосы развивались в ритм языков пламени. — Ты свет, что озаряет тьму, но ты и тьма, пожирающая свет.

— Что вы несёте?! — не понимал я, приближаясь к пламенному кругу.

— Твоё прошлое: имя, лицо, душа, стало частью Акиры, — Отец протянул мне руку.

— Как это понимать?

— Ты этого ещё не понял? — удивился Раммонуил. — Ведь ты стал той силой, что сковала Свет и Тьму.

— Что? — тело моё задрожало, словно оказалось под большим давлением.

— Ник Акиров, что стал вампиром волею рока, — начал Отец, — смог связать в себе души двух сильнейших — Древнего и Владыки Тьмы, вернув души обоих в единство.

— Акира, — обратился Раммонуил, — почему ты забыл своё имя, почему был так неуверен в своём прошлом?

— Как ты смог забыть Её? — вопросил Отец. — Почему память о ней не находит отклика в душе твоей?

— Так значит, — глаза мои округлились, а тело сковала невероятная боль.

— Да, — подтвердили вампиры. — Мы трое — часть единого, часть Акиры, путь которого только начинается. Иди же к нам, воссоединись с нами. Залечи свою расколовшуюся душу, Акира.

И я вошёл в пламенный круг…

Content

Виктор Кратц
Забудь меня. Том 1

Пролог

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

X

XI

XII

XIII

XIV

XV

XVI

XVII

XVIII

XIX

XX

XXI

XXII

XXIII

XXIV

XXV

XXVI

XXVII

Эпилог?