Валерия Иванова

Пошлость между нами

Пролог

Я в шоке смотрю на эту наглую морду.

— Повтори, что ты сказал? — говорю тихо.

Может, я ослышалась? Слуховые галлюцинации и всё такое.

— Да, пожалуйста. Ты зажатая и правильная. И это отвратительно.

— Если я не пала жертвой твоих «чар», то это означает лишь одно — я очень умная, — парирую я.

А внутри всё клокочет от злости. И по его лицу вижу, что ему это нравится. Стараюсь взять себя в руки.

— Нет, это говорит лишь о том, что тебе нужно расслабиться, — заявляет нагло.

— С тобой? — уточняю я на всякий случай.

— Можно, я сегодня не занят, а дальше по улице хороший отель.

— Ты не затащишь меня в отель, Зорин!

— Хорошо, — покорно кивает. — Кабинка туалета тоже подойдёт.

— Ты отвратительный, — морщу нос, показывая, насколько он мне не нравится.

— Я офигенный, Ниночка, и это тебя бесит. Оглянись вокруг, любая в этом зале хотела бы быть на твоём месте.

— Мне уйти?

Мы смотрели друг на друга в упор. Я хотела его ударить, очень сильно. И плевать, что он почти на две головы выше, подвину табуретку. Не могу поверить, что Наташа* устроила мне свидание с ним! А ведь я чувствовала подвох с её стороны. Какая я слабачка, не смогла отказать беременной подруге. Ну, ничего, родит, и я ей всё припомню. А я ещё же уточнила, нормальный ли мужчина? А Юницкая, точнее уже Берестова, соврала и глазом не моргнула. Где Зорин и где нормальный. От воспоминаний о бывшем, внутри кольнуло. Внезапно накатила такая обида и разочарование. В самой себе. Я уже столько раз анализировала наши отношения, пыталась понять, где пошло всё под откос… Но не понимала. Между нами всё было хорошо, ровно и без качелей! А он… Уехал, меня оставил, как ненужную вещь. А потом и вовсе признался, что давно изменял мне, и у него скоро родится ребёнок! Его предательство ранило меня очень сильно и глубоко. Я, конечно, пытаюсь со всем справиться, и уже становится легче, но иногда накатывает, как сейчас.

Нам принесли заказ, и напряжение немного пропало. Я моргнула и перевела взгляд на тарелку с пастой с морепродуктами.

— Надеюсь, ты подавишься, — пожелала вместо приятного аппетита Максу и мило улыбнулась.

— Три, — загадочно сказал он, пристально разглядывая меня.

Я хотела ему ответить всеми известной фразой про «попу» и «подотри», но промолчала. Воспитание не позволяет, даже с Зориным.

— О чём ты?

— Столько раз ты кончишь, когда окажешься у меня в квартире.

Нужно ли говорить, что я сидела с открытым ртом, глядя на него. Я даже не знала, что сказать и как возмутиться!

— Может, не сегодня… Но к концу вечера ты будешь полуголая, потная в моих объятиях и будешь умолять не останавливаться, — порочно улыбнулся и принялся за еду.

Боже, дай мне сил досидеть до конца этого «свидания»! Какой невыносимый мужчина. Я таких ещё не встречала. Каждую нашу встречу он пытается вывести меня из себя, но я не доставлю ему такого удовольствия. Поэтому следующие полчаса я просто игнорирую его, наслаждаясь едой и вином.

А у Макса, оказывается, выдержки нет. Наверное, он не привык, чтобы его двухметровую персону игнорировали.

— Всё, пойдём, — зло говорит, передавая кредитную карточку официанту.

Я поднимаю взгляд на недовольного Зорина и невинно хлопаю глазами.

— А десерта не будет? — клянусь, я услышала, как скрипнули его зубы.

— Нина, — угрожающе протянул мужчина.

— Поняла, поняла, — подняла руки вверх, показывая, что сдаюсь. — Я схожу в дамскую комнату, и можем ехать.

Я встала со стула и спиной чувствовала жаркий взгляд адвоката, блуждающий по моему телу. Мне так и хотелось одёрнуть платье вниз, но я не стала этого делать. Зашла в туалет. После вымыла руки и вернулась в зал. Но по пути услышала, что меня кто-то зовёт. Обернулась и застыла. Я хотела бежать отсюда и никогда их не видеть. Тома и Коля, наши с Серёжей друзья.

— Нина, иди к нам! — позвала Тамара.

Я нервно сглотнула и на негнущихся ногах пошла к паре.

— Привет, — поздоровалась я, даже постаралась улыбнуться.

— Привет, дорогая, выглядишь прекрасно. Мне так жаль, что вы с Серёжей расстались, — Тома взяла меня за руки и…

Этот взгляд! Сочувствия и одновременно радости, что с ними этого не произошло. Словно кто-то застрахован от расставания, или я стала заразной из-за этого.

— Всё нормально, — произнесла дежурную фразу.

— Мы бы не хотели прекращать общение, — сказал Коля. По его взгляду я видела, что именно этого он и хочет.

— Конечно, нужно будет как-то собраться…

— Ох, дорогая, Серёжа такой дурак! Я уверена, с этой женщиной он долго не продержится и приползет обратно.

— Три года продержался, — хмыкнул Коля.

А я похолодела. Сердце билось в груди так сильно, что грозило выбить рёбра.

— Три года? — спросила пересохшим голосом. — Они вместе три года?

— Я думал, ты знаешь… — сконфуженно произнёс Николай.

Тома прикрыла рот ладошкой, видимо, муж не поделился с ней этой информацией. Конечно, с женами таким не делятся.

— Прости, — сказал Коля, словно он в чём-то виноват.

— Всё нормально. Рада была вас увидеть. Извините, мне пора бежать, меня ждут.

Не обращая внимания на то, что Коля и Тома звали меня, я быстрым шагом пошла к нашему с Максом столику.

— Я готова ехать.

Максим галантно вывел меня из ресторана, и мы пошли к его машине. Он оставил её в какой-то подворотне, потому что стоянка была занята. А я шла погружённая в свои мысли.

Три года.

Этот урод обманывал меня три года! Я вздрогнула от мысли, что всё то время делила с ним постель. Мне стало так противно. Зорин открыл передо мной дверь машины. Я забралась внутрь. Мне захотелось избавиться от воспоминаний о Серёже. О его прикосновениях, ласках и жарких словах.

Зорин сел в машину и что-то проверил в телефоне. У меня в голове уже созрел план, а бедный Макс даже и не догадывался о моих крамольных мыслях. Я повернулась к Максиму.

— Наверное, будет дождь… — произнёс мужчина, но не договорил, потому что я буквально накинулась на него.

Притянула его за ворот рубашки и впилась в губы. В моём поцелуе смешалась обида на бывшего и дикий голод по близости. Но этого мало. Я попыталась перелезть к нему на сиденье, но мне мешала панель. И тогда Макс сам пересадил меня к себе на колени, словно пушинку. Его руки сдавили мою талию, а затем начали путешествие по моему телу. Ох, этот мужчина точно знал, что делает, и на вкус он всё так же хорош, как и тогда в номере…

Не знаю, сколько мы целовались, я потеряла счёт времени. Лёгкие начали гореть огнём, и пришлось отстраниться друг от друга. Мы оба тяжело дышали. Максим сжимал ладонями мои бёдра. И в его глазах я увидела, что поцелуем всё не обойдётся. Я и не думала останавливаться. Я твёрдо решила, что он станет моим вторым. Отклонилась немного назад и потянула лямки платья вниз…

Но прежде, чем я поведаю о своей первой и самой главной ошибке в жизни, давайте я сначала расскажу, что к этому привело…

*Наташа и Давид персонажи романа “Не будем о личном. Только секс”

1

Глава 1

За несколько месяцев до событий пролога

Я зашла домой и первое, что увидела — чемоданы. Нахмурилась, сняла с себя верхнюю одежду и обувь.

— Серёж, — позвала своего парня.

— В комнате, — услышала ответ.

— Привет, — улыбнулась ему.

— Ты не видела мои «джорданы»? — вместо приветствия спросил про кроссовки.

— Под кроватью в коробке.

— А, точно.

— Слушай, а что за чемоданы в коридоре? — спросила, забираясь на кровать с ногами.

— Мне предложили работу в Питере, обещают платить в три раза больше, — послышалось из-под кровати. — Нина, да где мои кроссовки? Найди давай, у меня утром самолёт.

— Отойди, — сказала и слезла с кровати.

Сама опустилась на четвереньки и полезла под кровать. Ещё один плюс быть такой маленькой — без труда везде пролезаешь.

— А почему ты ничего не говорил мне, что ищешь новую работу? — спросила я.

— Что? Ничего не слышно, что ты там бубнишь.

— Говорю, чего не сказал, что ищешь новую работу?

— Мне предложили, и я пока не согласился.

Я нашла коробку с кроссовками и вылезла вся в паутине. Нужно срочно там прибрать.

— Мне казалось, что тебя здесь всё устраивает, — передала ему кроссовки.

— Всё, кроме денег, — Серёжа вышел в коридор, а я за ним.

— А ты хочешь согласиться?

— Нина, ну чего ты пристала? Сейчас я что-то да забуду!

— Мне просто интересно. Ты не думаешь, что должен был со мной всё обсудить?

— Зачем? — удивился так искренне, даже перестал «джорданы» запихивать в чемодан.

— Зачем? Ты серьёзно? — не могла поверить, что он это сказал. — Наверное, потому что если ты согласишься, то мне придётся искать новую работу тоже!

Сергей закрыл чемодан и посмотрел мне в глаза.

— Если мне предложат работу, ты со мной не поедешь, Нина, — произнёс мой парень.

Я просто стояла открывала и закрывала рот. Как это понимать? Он вообще в своём уме?

— Что ты такое говоришь? — спросила звонким от эмоций голосом.

— Ну сама подумай, чего тебе срываться? Я поеду туда, прощупаю почву, так сказать, обустроюсь. Может, мне там и не понравится, зачем двоим срываться. Ты спокойно работай, будешь прилетать, или я.

Я нахмурилась ещё больше.

— Будем на расстоянии?

Мы с Сергеем не расставались с моего десятого класса. Всю сознательную жизнь были вместе. Я даже представить не могу, что буду возвращаться в пустую квартиру, где нет его. И чем мне заниматься по вечерам?

— Да, думаю, будет полезно, — подошёл ко мне и поцеловал в лоб. — Взбодрит наши отношения, — прошёл мимо меня в ванную.

Взбодрит отношения? Да, мы уже не парочка влюблённых подростков, в отношениях нет былой страсти, но у нас всё стабильно. А это гораздо важнее, чем огонь и страсть. У нас взрослые уважительные отношения. Мы знаем привычки друг друга и умеем подстраиваться. Знаем, чего ждать от другого. Господи, я размышляю, как старая бабка. Конечно, я хочу страсти, но понимаю, что отношения так не работают.

— А где пенка для бритья? — спросил Сапрыкин.

— В шкафчике.

Я прошла на кухню, решила выпить кофе. На работе был долгий день, я что-то так устала. В отпуск бы… Можно воспользоваться положением подруги, будущей жены босса, и попросить недельку выходных. И тут до меня кое-что дошло. Я аж зашла в ванную.

— Ты же вернёшься к Наташиной свадьбе?

Серёжа выбирал гель для душа.

— Я не знаю.

— Что значит “не знаю”? Ты знал о свадьбе уже давно! Ты не можешь не прийти.

— Нина, что ты истеришь? Достала! Извини, но работа для меня важнее, чем свадьба твоей подруги.

Я была просто в шоке. Да что с ним творится такое? Знает же, что это событие очень важно для меня. Юницкая — одна из моих лучших подруг. Как он мог такое говорить.

— Хорошо, я поняла тебя, — сказала я тихо.

Обида на парня была такой сильной, что я даже не хотела видеть его.

— Ну, Нин, ты чего обиделась?

Я ничего не ответила, пошла пить кофе. Сделала глоток и вышла на балкон, рассматривала ночной город. Мы снимали квартиру в одной из новостроек и жили на двадцатом этаже, откуда был просто потрясающий вид.

— Зая, не обижайся, — Серый вышел на балкон и забрал у меня с рук чашку с кофе, сделал огромный глоток. — Я просто весь на нервах, хочу, чтобы всё получилось.

— Я не зая, а Нина. А ты — стоматолог, работу найдёшь везде и всегда. Ты тут работаешь в хорошей клинике, тебе не кажется странным, что в Питере тебе предлагают зарплату в три раза больше?

— М-да, — произнёс Сергей и вернул мне кружку. — Твоя поддержка, как всегда, бесценна.

Хотела сказать, что я не лифчик, чтобы его поддерживать, но промолчала.

— Просто я реалист.

— Я пошёл спать, постарайся не шуметь, — обиделся и ушёл.

Я лишь плечами пожала. Вот и поговорили.

Когда проснулась, Сергей уже улетел. Написала ему сообщение, чтобы написал, как заселится в отель. Я думала, что без него мне будет скучно, но стыдно признать, я кайфовала от жизни одной. Никогда не жила сама. Это такая свобода! Мне нравится. Неделя пролетела в мгновение ока, а в субботу Натка позвала нас с девчонками на ужин, сказала, Давид пригласит несколько своих друзей.

Я решила сильно не заморачиваться со внешним видом. Надела джинсы и кофту с длинными рукавами, открывающую плечо, волосы собрала в хвост и нанесла немного туши и блеск для губ. Я не хотела выделяться. Друзья у Давида не женатые, пусть Настя и Сашка ловят удачу, мне незачем. По дороге заехала в магазин и купила фруктовую корзину. Натка в положении и просто не может остановиться лопать фрукты.

— Привет! — подруга открыла дверь и пропустила меня внутрь.

— Привет, — улыбнулась, обняла Наташу и передала корзину.

— Спасибо, — Юницкая тут же залезла под пленку и оторвала виноградинку, отправила в рот. — Давай раздевайся и проходи в гостиную, все уже там, я на кухню, у меня там мясо в духовке.

Я наклонилась, чтобы снять кроссовки, и тут… Почувствовала две огромные ладони на своей заднице.

— Вот мы снова и встретились, Ниночка, — услышала до зубного скрежета знакомый голос.

2

Глава 2

Медленно выпрямилась и обернулась, глядя на наглую самодовольную морду.

— Зорин, — выплюнула его фамилию.

— Детка, зачем же так официально, иди сюда, поприветствуй, как следует, — он взял меня за бёдра и прижал к своему… Своему…

— Идеально, — прошептал на ухо.

Я так растерялась, что застыла памятником самой себе. Этот мужчина каждый раз просто выводит и доводит меня. Наглый, самоуверенный, пошлый, озабоченный козёл!

— Опять они обжимаются, — услышала голос Насти и отпрыгнула от Максима. — Вам, ребяткам, пора уединиться, — показала на нас бутылкой вина.

— Что?! — у меня едва не отвисла челюсть. — Это он ко мне пристаёт, — совсем некультурно ткнула пальцем в адвоката. — А у меня Серёжа есть.

— И где же он? — с насмешкой спросил мужчина и оттянул задний карман на моих джинсах, заглядывая в поисках Сергея.

Я ударила его по загребущей лапе и отошла ещё дальше.

— Он улетел на собеседование, но тебя это не касается, — отрезала я и пошла к Наташе на кухню.

Наша беременяша стояла и продолжала жевать немытый виноград. Я лишь глаза закатила и сама полезла проверять мясо в духовку.

— Почему ты не сказала, что Зорин придёт? — спросила я.

— Ты бы тогда не пришла, — ответила подруга с набитым ртом.

— Он мне не нравится.

— А ты ему очень.

К нам присоединились Саша и Настя.

— Кого обсуждаем? — спросила Александра.

— Ниночку и Максика.

— Тут нечего обсуждать.

— Вам просто надо переспать, — предложила Настя.

— Точно, — фыркнула я. — Пока мой парень работает на наше будущее, я буду развлекаться.

— Почему бы и нет.

Я пригрозила Анастейше кулаком.

— Не собираюсь я спать с Максимом. Во-первых, я его терпеть не могу. Во-вторых, я не верю в секс без любви. Назовите меня старомодной дурой, плевать. У меня был только один мужчина в жизни, я всем довольна.

Ну, почти всем. Почти всегда. Конечно, можно было поработать над техникой, но об этом я точно не стану говорить с девчонками.

— Ты не дура, — ко мне подошла Саша и обняла.

— Так бросай свою серость и познай мир вокруг, — предложила Настя.

Я лишь головой покачала. Не знаю, в чём её проблема, но она терпеть не может Сергея. С первой встречи она как злая кошка. Сначала я очень сильно обижалась, а спустя столько лет уже привыкла и забила на её шпильки.

— Это называется — взрослые отношения, попробуй как-нибудь, — сказала я.

— А ты попробуй… — начала было Настя.

— Заберите у нее фрукты! — на кухню вошла Алла и отобрала корзину у Наташи. — Тебе должно быть стыдно.

— Да я только пару штук съела, — обиженно протянула Юницкая.

— Врач сказал ограничить фрукты, а ты только и делаешь, что их хомячишь. Провалишь анализ сахара, будешь пить воду и есть кашу на воде, — строго сказала девочка.

Когда та отвернулась, Наташа показала ей язык. Так по-взрослому.

— Маленький Ким Чен Ын меня доконает, — пожаловалась подруга.

— Она о твоём здоровье переживает, — сказала Саша, и они начали делиться воспоминаниями о беременности.

Мы с Настей отошли и бочком начали выходить из кухни. Радость материнства нас пока обошла стороной и раньше времени слушать о всяких страстях не хотелось.

— Предлагаю напиться, — предложила подруга.

— Поддерживаю, — ответила я.

Вскоре я расслабилась и получала настоящее удовольствие от ужина. Вкусная еда, хорошая компания, что может быть лучше. Давид пригласил несколько хороших друзей, некоторые были с жёнами, и Зорина. Так любопытно было наблюдать за Берестовым на работе и дома — два разных человека. Но я до сих пор по привычке называю его Давид Вячеславович. Наташка готовила всё сама, не все блюда получились, но она старалась. Беременность раскрывает в ней новые таланты.

Как-то незаметно все распределились по группкам. Я никогда не была человеком, который легко может найти общий язык с незнакомцами. Я раздумывала над тем, чтобы сбежать в комнату к Алле и посмотреть с ней какой-то модный молодёжный сериал. А потом вспомнила, что давно не звонила Сергею.

Вышла на балкон и набрала парню. Он долго не брал трубку.

— Привет, — поздоровалась я.

— Привет, зай, — отозвался Сапрыкин.

— Я у Наташи, она на ужин пригласила. Обсуждали детали свадьбы и так по мелочи. А ты там как?

— Устал сильно. Здесь ненормированный график. Ничего, кроме работы, не вижу…

Следующие десять минут Сергей жаловался на свою тяжёлую судьбу и о том, как ему плохо. Потом сказал, что будет спать, и отключился. И я поняла, что он даже не спросил, как у меня дела.

На душе так одиноко стало. Давно уже так. Мы вроде вместе, но такое чувство, что живём как соседи. Мама говорит, что так всегда бывает, надо просто переждать и не мешать мужчине реализовываться. Моя мама старой закалки, хотя с таким мужчиной, как мой отец — не мудрено.

Я потянулась вверх, чтобы размять позвоночник и почувствовала движение позади себя. Мне даже оборачиваться не надо было, я точно знала, кто там стоит. Максим подошёл близко-близко. В лёгкие тут же забился его аромат, я стала дышать чаще. Ого, от вина развезло, что ли? Момент был настолько интимным, что мы оба молчали.

Макс провел пальцем по оголенному плечу, вызывая мурашки, а затем… Потерся щетиной на подбородке. И меня так торкнуло! Внутри всё перехватило, словно я ухнула с горок вниз. Как давно ко мне никто так не прикасался. Даже не помню, когда мы с Сапрыкиным… Мне захотелось … Разврата! Прижаться к нему кожа к коже, пропитаться его запахом… Почувствовать, как его щетина будет ощущаться на других частях тела.

Я так сильно испугалась своих мыслей, что, не говоря ни слова, выбралась из опасных объятий Зорина, быстро попрощалась с хозяевами квартиры и сбежала домой…

Мамочки, что же это сейчас было?

3

Глава 3

Когда приехала домой, разделась, сходила в души и решила лечь спать. Я крутилась из стороны в сторону, смяла всю простынь, но сон просто не шёл.

— Да что ж такое? — пробормотала в тишину квартиры.

Закрыла глаза, а перед внутренним взором образ Зорина. Ладно, я могу признать, естественно, не вслух и не под запись, что он очень привлекательный. В таких мужчин влюбляются, от таких мамы говорят держаться подальше своим дочкам, а папы заряжают ружьё. Временами он забавный. А его аура… С налётом секса и удовольствия. То, как он целуется, да меня никто так не целовал! Я даже не знала, что так бывает. А его прикосновения, которые заводят не на шутку.

Я прислушалась к своим ощущениям. Почему-то я не чувствовала себя виноватой, что едва лужицей не растеклась у ног Зорина. Нашла себе оправдание. Я соскучилась по мужскому теплу, так сказать. Мне, как и любой девушке, хочется любви и ласки. Конечно, я бы никогда себе не позволила лишнего и точно не с Максимом. Я так реагирую на него, потому что он, не стесняясь, проявляет ко мне интерес. А я уже и забыла, какого это — чувствовать себя желанной.

Я просто скучаю по Серёже, вот и всё.

Но почему-то так и не удалось убедить себя в этом…

* * *

Утром решила позвонить маме. Каждый звонок родителям для меня стресс. Я их люблю. Очень. Но они так сильно давят на меня. Точнее, отец, а мать с ним во всём и всегда соглашается. Мой папа военный и привык, чтобы все его слушали. Я единственный ребёнок в семье и мне было… Тяжело. Именно поэтому, как только мне исполнилось восемнадцать, я переехала жить к Сергею, иначе бы сошла с ума.

— Привет, мама, — поздоровалась, когда родительница взяла трубку.

— Привет, Ниночка, как ты?

— Хорошо, а вы как?

— Тоже хорошо. Я уже умоталась. Вымыла дом, приготовила покушать.

— Мам, только десять утра, когда ты всё успела?

— Я встала в четыре. Сашенька сегодня приезжает с командировки.

— Понятно, — ответила я.

И тут же задумалась. Неужели мама настолько любит отца, что готова вставать в такую рань и наводить чистоту? Я понимаю, когда начало отношений, но спустя почти тридцать лет брака… Ну, не убрано, ничего страшного. Но нет, мама сделает всё, чтобы Александр Борисович Шильцов был счастлив.

— Как там Сергей? — спросила мать.

Я хмыкнула про себя. Правда в том, что моя семья терпеть не могут Серёжу. Папа сразу его невзлюбил, ну, а мама… Она делает всё, что и отец. Хотя, думаю, кого бы я домой не привела, отец забраковал бы. Один призрачный шанс понравится ему — служить в армии. Сапрыкин не служил, откосил. Естественно, папа сразу же устроил «дедовщину» бедному Серёне, тот бежал из родительского дома, сверкая пятками.

Интересно, ему бы понравился Максим…

— Нина, — позвала мама.

Я вздрогнула. О чём я думаю, боже.

— Нормально, мам. Полетел в Питер, ему предложили там работу, должен вернуться на днях.

— В Питер? А ты почему не полетела с ним? — спросила мама.

Потому что он не захотел, чтобы я ехала.

— Потому что у меня работа, мам, кто меня отпустит.

— А, ну да, твоя работа. Так ты, что, переедешь в Питер?

И тут я задумалась. Готова ли я бросить всё и переехать в другой город. Мне стало не по себе от этой мысли. Я любила нашу жизнь тут. Я любила свою работу, друзей и вообще всё вокруг. Смогу ли от всего отказаться ради любви?

— Я не знаю, мам, — честно ответила я.

— Глупости не говори. Место женщины возле мужчины.

Я лишь тяжело вздохнула. Мы ещё немного поговорили и попрощались. Сегодня выходной, я решила провести весь день в пижаме и посмотреть какой-нибудь залипательный сериал на телевизоре.

Я была на пятой серии истории про зомби, как услышала, что входная дверь открылась. Поставила на паузу и вышла в коридор. На пороге стоял Серёжа, затаскивал чемоданы в квартиру.

— Привет, — искренне улыбнулась и подошла к парню, чмокнула в губы.

— Зайка, помоги, — показал на чемодан. — Там колёсико зацепилось, я в туалет.

Парень ушёл, а я попыталась сдвинуть тяжеленный чемодан. Едва не упала, пока затаскивала в квартиру.

— Ты почему не сказал, что сегодня прилетаешь?

— Я и сам не знал, спонтанно решил, — услышала ответ из-за двери туалета.

Затащила чемоданы в спальню, пусть сам разбирает.

— Как новое место? — спросила, когда он вышел.

— Я не буду там работать, слишком много заморочек.

— Наверное, это к лучшему.

— Я ужасно голодный, есть что-то?

— Я не готовила, — призналась я. — Давай закажем что-то?

— Пиццу, как я люблю, я пока в душ.

Я сделала заказ, и его привезли буквально за сорок минут. Серёжа сходил в душ и разобрал чемоданы. Я накрыла на стол, откупорила вино и разлила по бокалам. Романтик практически.

— Серёж, всё готово.

— Иду.

Мы устроились на кухне и молча поедали вкуснейшую пиццу с морепродуктами. Парень что-то печатал в телефоне, а я просто смотрела на него. Он казался мне таким понятным, никаких сложностей. Серёжа был очень симпатичный. Девки называли его сладким мальчиком. Шатен с голубыми глазами, точёными скулами и в очках в модной оправе. Хорош, ничего не скажешь. Мы с ним учились в одной школе, он на два года старше. Помню, когда обратил на меня внимание, я была самой счастливой. Мы друг для друга первые и единственные. Многие высмеивают нас за это, говорят, что так не бывает, но мы с каждым годом доказываем, что бывает, ещё как. Конечно, и у нас бывают трудности, но нет ничего такого, с чем бы мы вместе не справились.

Я улыбнулась своим мыслям и откусила ещё кусочек пиццы.

Серёжа всё печатал в телефоне, а затем отложил его и, не поднимая глаз, сказал:

— Нина, нам нужно расстаться.

4

Глава 4

— В смысле расстаться? Что ты такое говоришь?

Я в шоке смотрю на него. Может, я неправильно расслышала? Всё-таки он ест пиццу и запивает газировкой.

— Детка, ну не начинай. Ты же сама видишь, что между нами давно всё стало пресным, — продолжает с набитым ртом.

А меня словно в солнечное сплетение ударили. Мы с ним со школы вместе, и сейчас он говорит об этом? Это всё похоже на кошмарный сон. Может, опять его шутки тупые?

— Что… Почему?

— Так бывает, Нин. Надоело, понимаешь? Постель, вся эта жизнь… Ты уже давно не интересуешь меня как женщина, мы живём просто как два сожителя. Я хочу другого, — говорит, глядя на пиццу в тарелке.

Такое чувство, что он меня ударил в солнечное сплетение. Дыхание сбилось и стало так больно. Что вообще происходит? Я пыталась поймать его взгляд, но он так и не смотрел на меня.

Между нами воцарилась тишина, нарушаемая лишь его чавканьем. Теперь я в полной мере поняла выражение: жизнь поделилась на до и после. В голове, словно калейдоскопом, пронеслась вся наша совместная жизнь. Ему надоело? Не интересую как женщина?

Обида горькая, едкая разлилась по душе. Я чувствовала, что слёзы подступают к глазам, и всеми силами старалась не сорваться в истерику.

— У тебя кто-то есть? — спрашиваю трясущимся голосом.

— Нина, — морщится он.

— У тебя кто-то есть? — повторяю я.

Не знаю, почему, но я уверена, что всему виной другая женщина. Мне хотелось в это верить… Мне почему-то казалось, что так легче. Не знаю, почему.

Серёжа поднимает глаза от тарелки и смотрит на меня. А я и без слов всё понимаю.

— Есть. И она беременна.

Эти слова придавили неподъёмный грузом. Беременна? У меня на протяжении нашей совместной жизни было несколько задержек, и Серёжа каждый раз с ума сходил, постоянно говорит, что, надеется, я не беременна. Постоянно повторял, что сначала нужно самим встать на ноги, а потом уже думать о детях. Да что говорить, он даже не хотел заводить домашних животных, потому что за ними нужно ухаживать. А теперь с какой-то левой бабой решил завести ребёнка.

— Не смотри на меня так, Нина. Я сам не планировал, просто наваждение какое-то. С ней такая страсть… Я пытался избавиться, но не получилось.

Этот урод ещё пытался оправдаться за то, что не умеет держать член в штанах!

— И вообще ты сама меня к этому подтолкнула! Холодная, как лёд, а я тепла хочу и ласки…

— Замолчи! — закричала я, вскакивая с табуретки. — Не смей меня винить в том, что ты чёртов изменщик! Как ты мог, Серёжа? — я смотрела на него и давилась рыданиями, не сдержалась, и по щекам покатились слёзы.

— Девять лет! Мы были с тобой вместе девять лет, и ты всё променял на какую-то бабу.

— Если бы ты мне давала нормально, то ничего бы этого не произошло, — сказал он так спокойно и вновь откусил пиццу.

А меня словно электричеством шандарахнуло. Отрубило от него в один момент. Вот был у меня любимый парень Сергей и вот его не стало.

Я смотрела на него и не могла понять, что в нём нашла? Он ведь столько лет сидел на моей шее. Сначала он учился, а потом не мог найти работу, а если находил, то увольнялся, всё ему не так. Мерзкий червяк. Когда розовые очки разбились, я теперь понимаю, почему он не нравился моим девкам.

— Не смотри на меня так, Нина, кусок в горло не лезет. Всё. Мы расстаемся, я всё решил.

— Я тоже кое-что решила, — слёзы уже высохли.

Я подошла к нему, сжала руку в кулак и ударила по его тупой морде. Мой папа военный и научил меня бить раньше, чем я начала говорить. Я вложила всю свою обиду, злость и ненависть в удар. Послышался хруст костей, не знаю, его или моих. Но его крик приятной музыкой заиграл в моих ушах.

— Больно! Ты сломала мне нос! — верещал придурок.

Он держался за нос, и оттуда капала кровь, но я была на таком взводе, в меня словно вселился Халк. Поэтому я подошла и врезала ему между ног. Сергей повалился на пол и не знал, за что хвататься. Я перешагнула через этот недостойный кусок дерьма и пошла собирать свои вещи.

Я взяла только самое необходимое: документы, наличку, украшения и немного вещей. Даже не знаю, что покидала в пакет, я даже не додумалась взять сумку. Я вышла за дверь и побежала вниз по ступеням. Сердце колотилось в груди так сильно. Когда очутилась на улице, бежала, не разбирая дороги… Словно это могло помочь убежать от реальности.

Спустя какое-то время я стала задыхаться, лёгкие горели огнём, и я привалилась спиной к какому-то магазину, расшугав своим видом местных алкашей.

Итак, что мы имеем?

1. Меня бросил парень

2. Мне негде жить

3. Кажется, я сломала себе руку

И что мне теперь делать? Как жить дальше?

5

Глава 5

Я бродила по городу несколько часов. Просто без цели. В голове было много мыслей, и ни одну не могла поймать за хвост. Состояние было очень странное, такое чувство, что под водой нахожусь, и все звуки и картинки такие искажённые.

Я не знала, куда мне пойти. Как оказалось, денег я с собой взяла мало, всего рублей триста, карты оставила в квартире, а оплачивать телефоном так и не научилась… Я была такой жалкой. Села на лавочку, и слёзы покатились по щекам. Подругам я не готова ничего объяснять… Да и куда на ночь глядя звонить? Наташа беременна, у Саши ребёнок, а Настя — это Настя. Мне самой сначала нужно осознать всё в полной мере, а потом уже рассказывать. Да и у Юницкой свадьба, не хочу портить такой день… Можно поехать к родителям. Но от одной мысли меня передернуло. Я восемнадцать лет жила под неустанным контролем отца, и добровольно вернуться в его дом? Нет уж, лучше заночую на этой лавочке.

На улице начало холодать, я прижала к груди свой пакет с пожитками и полезла в карман, кисть прострелило болью. Кажется, мне надо в больницу. Но в кармане я нащупала ключи. И меня осенило. У меня же есть ключи от Наташиной квартиры! Я улыбнулась, всё-таки буду спать на кровати.

На последние триста рублей я вызвала такси и доехала до бывшей квартиры подруги. Было уже поздно, и соседи уже спали. Я поднялась на нужный этаж и открыла дверь. В квартире был такой спёртый воздух. Я открыла несколько форточек и огляделась. Всё было по-старому, но со слоем пыли на поверхности. Видимо, Натка сюда вообще не наведывается, мне же лучше.

Усталость накатила с такой силой. Я сняла с дивана плёнку, свернулась калачиком и уснула тревожным сном. Утро наступило… На меня. Я чувствовала себя такой разбитой. Будильник звенел, напоминая, что надо на работу. Кое-как встала и застонала от боли во всём теле. Спать на диване — не лучшая идея. Меня посетила шальная мысль не ходить на работу, но мне нужны деньги.

Я всё же поднялась с дивана и с ужасом обнаружила, что не взяла зубную щётку, пасту и расчёску. Побежала в ванную к подруге, в шкафчиках было пусто.

— Какой кошмар, — простонала я.

Посмотрела на себя в зеркало. М-да. Нечищеные зубы никто и не заметит. У меня такие синяки под глазами, которые можно рассмотреть из космоса. Умылась холодной водой, порывшись в пакете, решила вытереть лицо трусами, они у меня качественные, хлопковые. Хорошо хоть я немного одежды взяла с собой. Я ругала себя на чём свет стоит, почему сумку не взяла? Там была хоть какая-то косметика! А так только людей пугать. Надела на себя джинсы, чёрную блузку, под цвет моего настроения, заправила в джинсы, волосы завязала на макушке и пошла на работу. Пешком.

Оказалось, что не так уж далеко и идти, но, учитывая, что у меня не было ни духов, ни антиперспиранта… Надеюсь, у всех в офисе проблемы с обонянием. Я немного опоздала, вся замыленная вбежала в офис, где уже сидел Федя.

— Привет, — поздоровалась с парнем.

Он помахал рукой, не отрываясь от ноута, а потом посмотрел на меня, и глаза за его очками стали просто огромными.

— Боже, что с тобой? — воскликнул парень.

— Плохо спала, — ответила я.

— Точно?

— Да, — с раздражением ответила и села на место.

Начала рыться в шкафчиках в поисках жвачки. Нашла! Может, ещё что-то полезное тут есть? Опустилась на колени и стала вытаскивать содержимое на пол. Ничего интересного… Взгляд упал на фотографию меня и Серёжи с отпуска в прошлом году. Глаза тут же наполнились слезами. Я всхлипнула и прижала ладонь ко рту.

— Нин, — позвал Федор. — Если у тебя проблемы, ты можешь мне рассказать.

Доброта в его голосе едва не добила меня. Я выглянула из-за стола и посмотрела на парня. Федя был немного выше меня и, мне кажется, намного худее. Но добрый и хороший. Почему я не влюбилась в такого, как он?

— Всё нормально, — сказала с вымученной улыбкой. — Просто ПМС.

Как только разговор переходит на тему женских дней, все мужчины сливаются, так произошло и с Феденькой. Я, честно, пыталась работать, но ничего не получалось. Пошла на кухню, сделала себе капучино, заглянула к Наташе в кабинет, её там не оказалось. Странно. Может, у Давида? Я отошла к окну, пока невидящим взглядом смотрела на улицу, продумала план действий. Мне нужно заехать в свою бывшую квартиру и забрать свои вещи, сказать Наташе, что я живу у неё, и поговорить с девками, заняться поиском жилья и сходить сделать рентген, рука болит ужасно и, кажется, немного опухла.

Но я не могла одна идти в квартиру, а вдруг там будет Серёжа? Я не смогу просто… Мне нужна помощь. Мужчины. Я с грустью подумала о Феде, но он не вариант. И тогда я пошла в кабинет к начальнику. Он не откажет в помощи.

Постучалась, услышала разрешение и вошла внутрь. Давид говорил с кем-то по телефону, и вид у него был злой. Он положил трубку и смачно выругался.

— Что-то хотела, Нина?

— Да, а где Наташа? — знаю, я трусиха.

— Ей стало нехорошо, она осталась дома. Ночью ездили в больницу, врач сказал не переживать. У неё начал тянуть правый бок, она вообще никуда ехать не хотела, пришлось взять её на руки и вытащить из квартиры силком.

— Ох, надеюсь, всё хорошо, — искренне сказала я.

Надо срочно позвонить Натке. Она говорила, что Давид паникер и по каждому поводу тащит её в больницу. Надеюсь, просто очередной ложный вызов.

— Это всё? — спросил, внимательно глядя на меня.

И я не смогла его просить о чём-то. Скидывать ещё свои проблемы на его голову. Тем более, уверена, что он всё расскажет Наташе, а я не хочу её тревожить. Сначала нужно узнать о её состоянии.

— Я мог уйти с работы? Отработаю день в субботу.

— Конечно. Всё нормально?

— Да. Спасибо, Давид Вячеславович.

Я вышла из кабинета босса и пошла на выход из здания. Может, попросить охранника со мной сходить? Чёрт, что же мне делать?!

Я спустилась на первый этаж и смотрела в пол, почувствовала, как в кого-то врезалась. Меня удержали две сильные руки за талию. Медленно подняла голову, её пришлось задрать, и встретилась взглядом с голубыми глазами.

— Всё же решила сама прийти мне в руки, — произнёс Зорин.

И тут в моей голове что-то замкнуло, иначе как объяснить то, что произошло дальше.

— Мне нужна твоя помощь, Максим, — тихо сказала я.

6

Глава 6

Как только эти слова сорвались с моих губ, Макс так порочно улыбнулся, что я сразу пожалела о том, что сказала.

— Ты же знаешь, бабочка, для тебя я готов на всё, в рамках закона, разумеется, — мужчина ещё теснее прижал меня к своему телу.

Я лишь глаза закатила. Как он меня бесит, когда называет «бабочкой». Он имеет в виду не прекрасное существо, которое летает с цветка на цветок и машет крылышками, а отвратительную, скользкую, пучеглазую золотую рыбку!

Выбралась из его загребущих лап и отошла на несколько безопасных шагов.

— Забудь, — пробормотала и прошла мимо него.

Сама справлюсь. Не нужна мне ничья помощь.

Только я хотела пойти за угол и разреветься от того, какая я несчастная и всеми брошенная, Зорин догнал меня и развернул к себе лицом.

— Воспитание не позволяет мне бросить девушку в беде, — сказал он.

А я засмеялась, первый раз за день.

— Где ты и где воспитание, Максим.

— Так с чем тебе нужна помощь? — спросил юрист.

Я прикусила губу и нервно посмотрела на него. Неужели я собираюсь просить помощи у этого мужчины? Я не хотела никого втягивать в свою драму, и Макс не тот человек, который…

Зорин потянул меня за подбородок, чтобы перестала кусать губы и заправил выбившуюся прядь из пучка за ухо. Движение было таким нежным, таким заботливым, что глаза начали слезиться, и я всхлипнула.

— Я не буду задавать вопросов, Нина, — мягко сказал и стёр большими пальцами слёзы.

И я ему поверила. Спустя сорок минут мы уже были у моей многоэтажки. Макс сдержал обещание и ни о чём не спрашивал, мы молча ехали в его крутом джипе.

Мужчина уже давно заглушил мотор, а я всё не могла выйти из автомобиля. Просто смотрела на окна нашей квартиры и не могла заставить себя пошевелиться. Как он мог так поступить с нами? Только этот вопрос крутился в голове. Ладно, хватит, нужно быть сильной! Я открыла дверь и вышла из машины. Зорин последовал за мной. Вскоре мы уже ехали в лифте, а потом я трясущимися руками пыталась открыть дверь.

— Позволь мне, — произнёс Макс и забрал ключи из моих рук.

Он быстро открыл дверь, я зашла внутрь. Столько воспоминаний сразу нахлынуло. Неужели мы никогда не были счастливы по-настоящему? Всё было притворством? Неужели я недостаточно хороша для любви? Для счастья?

Хватит, Нина!

— Пойдём, — хрипло сказала и завела Макса на кухню.

Достала большие хозяйственные сумки в клетку и передала Зорину.

— Собирай все сковородки, кастрюли и еду из холодильника, — скомандовала я.

Максим приподнял брови в удивлении, но ничего не сказал.

— И не забудь чашки и мультиварку.

Я пошла в ванную и почистила зубы, какой же кайф! Нанесла на лицо сыворотку и крем, а потом собрала все свои принадлежности.

Пока мужчина гремел на кухне, я зашла в спальню и меня замутило. Как он мог спать со своей бабой и потом приходить ко мне, как ни в чём не бывало? Урод! Меня затрясло от ярости. Хорошо, что его не оказалось в квартире, я бы разорвала его!

Я доставала ещё сумок и начала собирать свои вещи. В первую очередь взяла документы, карты и всю наличку. Я собрала абсолютно всё. Ничего не оставила, даже постельное и полотенца забрала, их я покупала. Отдам нуждающимся, но козлу этому не оставляю!

Спустя час всё было готово. В коридоре стояло семь клетчатых сумок. Вся моя жизнь за девять лет уместилась в этих сумках. Не густо… За несколько ходок мы перенесли все сумки в машину, и я оставила ключи, швырнула их на пол. Макс отвёз меня к Наташе в квартиру.

— Я пойду двери открою, — быстро сказала, Зорин кивнул.

— Пацаны, — позвал он каких-то ребят. — Хотите заработать по пятьсот рублей?

И не успела я открыть дверь, как пятеро пацанов притащили все сумки!

— Несите в зал, — только и успела сказать.

Они сделали, как я попросила. Макс поднялся следом, открыл кошелёк и отсчитал купюры.

— Если ещё понадобится помощь, только скажите! — наперебой начали они.

— Спасибо за помощь, буду знать, — улыбнулась и закрыла за ними дверь.

Макс осмотрелся вокруг и посмотрел на меня.

— Будешь кофе? — спросила я, так неловко стало.

— Давай.

Я кивнула и показала жестом, чтобы шёл за мной. Поставила чайник и начала открывать шкафы в поисках кофе, его не было, был только зелёный чай, один пакетик.

— Прости, кофе нет, будешь чай? Зелёный, — добавила для уточнения.

— Звучит аппетитно, — криво улыбнулся.

Я бросила пакетик в чашку и залила кипятком. Поставила перед Зориным чашку.

— Вот, — сама села напротив.

Мужчина взял чайный пакетик за веревочку и несколько раз покрутил по кругу.

— Спасибо за помощь, Максим, я очень благодарна, правда. И дай мне номер телефона, я пришлю деньги на бензин и верну, что ты дал пацанам.

— Так номер телефона у меня ещё никто не просил, — улыбнулся шире и сделал глоток чая.

Ну, вот, прежний Максим вернулся.

— Ладно, сделаю пожертвование от твоего лица.

— Думаешь, я привык делиться? — пронзил меня таким взглядом, от которого пробрала дрожь.

— Я тебя не знаю, чтобы делать такие выводы.

— Будем знакомиться ближе? — ухмыльнулся.

— Нет, спасибо, — ответила, сморщив нос.

Макс замолчал, допил чай и что-то печатал в телефоне.

— Мне пора ехать, — сказал и поднялся с дивана.

Я тихо выдохнула. Наконец-то, а то я не знала, как от него избавиться.

Мы вышли в коридор, Максим посмотрел на меня.

— Могу заехать через пару часов, помочь разобрать сумки, а за ужином расскажешь, как решилась уйти от своего «парня», — последнее слово он взял в воздушные кавычки.

А у меня в голове что-то щелкнуло. Такая волна неконтролируемой злости прошлась, меня даже трясти начало. Все мужики — козлы!!!

— Рассказать? — тихо спросила. — Нужны подробности?! Ну так слушай! Я была с человеком девять лет, а потом он пришёл и сказал, что я скучное бревно и со мной неинтересно. А вот с его новой бабой интересно! Она горячая и беременная. А я… Ну такое. Стрёмная привычка, от которой нужно избавиться. Я оказалась в одночасье без парня, квартиры и с разрушенными планами на жизнь и, кажется, со сломанной рукой. Конец рассказа. А теперь проваливай! — последние слова я практически кричала.

Грудь тяжело опускалась и вздымалась, словно я пробежала марафон. Я не могла понять выражение лица Зорина, я просто хотела, чтобы он ушёл.

— Я все ска… — начала было я, но договорить мне не дали.

Максим наклонился и заткнул мне рот поцелуем.

7

Глава 7

Я даже пикнуть не успела, когда Зорин начал целовать меня. В первую секунду хотела возмутиться, но… Не смогла. Я млела от этого поцелуя. Этот мужчина умеет целоваться. Стыдно признать, но я часто думала о том поцелуе в кабинете, но сейчас всё по-другому. Поцелуй более пошлый и грязный. От таких поцелуев можно забеременеть. А стоило мне подумать о других талантах его языка, как внизу живота стало жарко, пришлось сжать ноги вместе. Руки Макса блуждали по моему телу, я и сама трогала его везде, где могла дотянуться, особенно за задницу. Дикость. Настоящая дикость творилась. А потом внезапно всё прекратилось. Я кое-как разлепила веки, пыталась отдышаться. Но стоило увидеть самодовольное лицо юриста, как магия момента испарилась.

— Я зайду вечером, — сказал и вышел из квартиры, даже дверь за собой не закрыл!

Несколько секунд я стояла памятником самой себе, а затем выбежала в коридор, а потом на лестничную площадку.

— Ты придёшь, я не открою, — крикнула в спину мужчине, ответом мне стал бархатистый смех.

— Ужас какой, — я положила руку на колотящееся сердце, пыталась прийти в себя. — Противный Зорин, — пробормотала я, повернулась, чтобы вернуться в квартиру…

И закричала.

Я едва в обморок не упала, так испугалась. Передо мной стояла бабулька-хоббит. Я маленькая, всего сто шестьдесят сантиметров, если до боли в пояснице выпрямлюсь, но она буквально метр сорок, худая и с грудью шестого размера.

— Соседка новая? — подозрительно спросила бабушка.

— Я… Да… Здравствуйте.

— Валентина Ивановна я. А ты, голубушка, покой нам тут не нарушай со своим баженым.

— Он не… — попыталась сказать, но Валентина Ивановна не слушала.

— Во грехе живете? — бабка строго посмотрела на меня.

— Извините, но…

— Я вот со своим Петей прожила сорок девять лет душа в душу, не стало его два года назад, — печально сказала она.

— Мне жаль.

— Пошли, покажу альбомы, — приказала тоном, не терпящим возражений.

Я тяжело вздохнула, но деваться было некуда.

— Я только двери закрою.

Валентина Ивановна оказалась довольно забавной старушкой. Она всю жизнь прожила в доме, а когда мужа не стало, дети купили ей квартиру, чтобы она была ближе к ним, а дом продали. Но, судя по мини-теплице на балконе, она скучала о жизни на земле. Бабулька заварила ароматный чай с мелиссой и пододвинула миску с домашними пирожками и булками ко мне. Пока рассказывала о себе и Петре, я стрескала половину еды, аж дышать стало больно. Столько они пережили вместе, дух захватывает.

— И ты будь со своим баженым поласковей, помягче и тогда сможешь веревки вить. Умнее надо быть, голубушка.

Я не стала её исправлять, раз думает, что я с Зориным, то пусть думает.

— Спасибо за чай и угощения, Валентина Ивановна, — поблагодарила, вставая из-за стола и бочком пробираясь к двери. — Мне пора домой, надо чемоданы разобрать и сделать уборку.

— Иди, иди, деточка, но в двадцать один ноль-ноль, чтобы уже не шумела, — строго сказала бабулька.

— Конечно, — улыбнулась ей.

— Приходи через пару дней, помидорчики поспеют, дам тебе. Это не покупная гадость, с ними, знаешь, какой омлет вкусный!

— Обязательно зайду, до свидания.

Я вышла от старушки и зашла в квартиру. Посмотрела на все эти сумки и тяжело вздохнула. С чего начать? Явно не с воспоминания о поцелуе с Зориным. Ничего не было. Точка. А вечером придёт, я и правда не открою!

Потихоньку я начала разгребать завалы. Внутри было чувство дискомфорта, я самозахватила чужую квартиру, но я поговорю с Наткой, она будет не против. Здоровой рукой потащила сумку с продуктами на кухню, надо с ними разобраться, а то ещё испортятся. И вообще проинспектировать, что там Зорин взял. Разобрала сумки и устала ужасно. Но в магазин надо сходить. Поэтому я решила сразу это сделать.

Практически рядом с домом был супер-маркет одной известной марки, я закупилась и вышла на улицу. Забыла о том, что у меня болит рука и взяла пакет с одной руки на другую и тут же взвыла от боли. Продукты рассыпались по асфальту.

— Чёрт возьми, — зашипела я.

Так, мне надо в больницу и срочно. Рука пульсировала и била током. Я кое-как собрала продукты и стала искать ближайшую больницу. И все они оказались далеко, я уже думала вызывать такси, но мой взгляд упал на вывеску ветеринарной клиники. Была не была.

Я зашла внутрь и милая девушка администратор улыбнулась мне.

— Добрый день, рада приветствовать Вас в клинике «Феникс», Вы первый раз у нас?

— Здрасте, — пробормотала я. — Да, первый раз.

— С кем пришли? — всё так же улыбаясь, спросила девушка.

— Одна.

Она так странно посмотрела на меня.

— Я имею в виду животное.

— А… — и тут я зависла, начала смотреть по сторонам и увидела на постере… — с хорьком. Кажется, он сломал руку, то есть лапку.

— Ох, мы ему обязательно поможем! Вот, заполните бумаги, и один из наших врачей вас примет.

Я так и сделала — заполнила бумаги и села ждать. Я уже думала сбежать, когда меня пригласили в кабинет.

— Нина Владимировна, проходите в первую смотровую, Вас примет наш главврач.

Я вместе с пакетом направилась в кабинет. Да так и застыла. Если животных лечат ТАКИЕ врачи, то мне срочно нужно завести пушистика.

— Добрый день, — поздоровался ветеринар, а я просто пялилась на него.

Сто восемьдесят пять сантиметров роста, широкие плечи, узкая талия, а лицо… Просто киноактёра. Молодой брюнет с точеными скулами и яркими зелёными глазами. Я обычно не залипаю на красавчиков, но этот доктор… Ох.

— У вас перелом? Давайте осмотрим Вашего любимца, — он улыбнулся, и я едва не застонала в голос.

Я уже думала, что он не может быть ещё идеальней и тут, бац, и ямочки на щеках.

— Нина, покажете хорька? — спросил он.

— Хорька? М-м-м, понимаете… — осталось дело за малым, сказать, что хорёк — это я.

8

Глава 8

Ветврач так пронзительно смотрел на меня, что признание никак не хотело признаваться.

— Вы понимаете, — я посмотрела на бейджик с именем. — Денис Викторович, тут такое дело… Хорька нет, есть козёл. Бывший.

Мужчина удивлённо посмотрел на меня. Знаете, на грани умиления и в секунде от вызова психушки.

— Я сейчас всё объясню. Меня бросил парень…

И тут, как говорится, Остапа понесло. Я принялась рассказывать о том, какой Сергей гад и предатель. Даже слезу пустила, чтобы дядя доктор сильнее проникся к моей ситуации.

— И вот, — закончила рассказ и положила свою руку на стол.

Наступила звенящая тишина. Ветеринар провёл рукой по волосам.

— Знаете, Нина, я много историй слышал, но Ваша — просто топ.

— Так Вы мне поможете?

— Конечно, я же не давал клятву Гиппократа, — улыбнулся врач.

Ну, какой же хорошенький.

Ещё и обещания держит! Он и правда помог мне. Осмотрел руку, сделал рентген, оказалось, что у меня трещина в среднем пальце. Как символично. Но я ни о чём не жалею, если бы вернулась назад, то сильнее бы надавала Сереже.

Мне наложили специальный фиксатор на два пальца, чтобы не дергались и дали брошюру с приютом для животных. Не буду даже говорить о том, какие нежные руки у ветеринара…

— Приходите через две недели, я ещё раз проведу осмотр, — произнёс Денис Викторович.

А я не смогла сдержать улыбку. Я же могла пойти к нормальному человеческому врачу, но он сказал прийти. Он хочет увидеть меня ещё раз?

— Спасибо, обязательно приду. До свидания, — здоровой рукой я взяла пакет с продуктами и пошла в квартиру.

Дома заметила, что настроение улучшилось, вот что с девушкой делает мужское внимание! Я разобрала все сумки, убрала квартиру, приготовила ужин и без сил села на диван. Надо бы пойти поужинать, но сил нет.

Я легла и набрала номер Наташи, подруга ответила почти сразу.

— Привет, ты как? — спросила я.

— Отлично, сижу ем апельсины.

— Тебе же нельзя.

— Алла делает уроки, а я пользуюсь моментом, — засмеялась Юницкая.

— Давид рассказал, что тебе было плохо.

— Молчи! Просто молчи, — простонала в трубку девушка. — Я просто убью его. Он меня достал со своей гиперопекой. Я уже на полном серьёзе думаю съехать и до самых родов не объявляться.

— Удачи в этом, — улыбнулась я.

Зная Берестова, то он из-под земли её достанет.

— А ты чего? Как Сергей? — спросила Натка, и я услышала, как она начала чавкать в трубку, видимо, доедает апельсин.

Я задержала дыхание и посмотрела вокруг. Мне надо всё ей рассказать. Я обязана это сделать.

— Я убралась дома, лежу без сил. А Сергей, мы… Он на работе, — трусиха!

— Ну, всё как обычно. Тяжелая жизнь женщин.

— Это точно. Слушай, может, соберёмся девчонками на выходных? — предложила я.

— Я только за! Безалкогольные коктейли и «Секс в большом городе» нон-стоп, — воодушевленно произнесла Наташа. — Чур, я Керри!

— А я Шарлотта.

— С остальными всё понятно, — засмеялась подруга. — Ладно, Нинок, я убежала, напиши в чат, что мы собираемся. Люблю.

Я так и сделала, написала в наш групповой чат в мессенджере под кодовым названием «Четыре вс(з)адницы алкокалипсиса», и все согласились, что нужно расслабиться.

Позже я поплелась на кухню и съела плов с морепродуктами, выпила какао и решила, что на этом мой день закончен. Сходила в душ и легла в кровать. Было так непривычно спать в чужой постели. Время было только восемь, но я чувствовала себя разбитой. Вертелась из стороны в сторону. В мыслях был один Зорин. Точнее, его обещание. Сказал, придёт, а сам продинамил. Но от него я другого и не ожидала.

— Предводитель козлов, — фыркнула вслух.

Я вообще не думала, что меня этот факт зацепит. Я после тяжелейшего расставания и думаю о том, что Максим не пришёл, хоть и обещал.

— Мог бы написать, — вновь произнесла я.

Ну, серьёзно, кто так делает? Приличные люди всегда предупреждают о том, что не смогут прийти. А этот.

Чёрт, опять начала копаться в себе и искать причину расставания в себе. Нельзя так! Взяла в руки телефон и начала искать психолога. Мне нужна профессиональная помощь. Это не нормально — винить себя. Я не идеал, конечно, но эти установки с детства, о которых талдычила мне мама, не дают нормально жить: женщина должна, мужчина всегда прав. Я не хочу так думать и не хочу чувствовать себя виноватой. Сама я знаю, что всё произошедшее — не моя вина. Но внутри есть этот ком из сомнений и комплексов, который надо развязать. Даже тот факт, что Зорин не пришёл, я начинаю искать причину в себе! Надоело.

Больше двух часов я просматривала отзывы о мозгоправах. Я сразу для себя решила, что пойду к женщине, и ей должно быть за сорок. Не знаю, почему я так решила. Но такие «тёти» вызывают больше доверия. Вроде нашла идеального кандидата, сразу же написала ей в мессенджер и не рассчитывала, что психологиня ответит сразу. Но она ответила, и мы договорились, что завтра будет первый сеанс. С чувством выполненного долга я легла спать.

Проснулась от того, что кто-то стучит в дверь. Я несколько секунд не могла понять, что происходит. Может, приснилось? Бывают же сны со звуком… Но нет, долбёж в дверь повторился. А вдруг это полиция?! Поступила жалоба, что я самозахватила квартиру….

Я похолодела от страха. Но быстро встала с кровати и побежала к двери. Рывком распахнула, даже не додумалась надеть халат. Прислонившись к дверному косяку стоял Макс. На его лице проступила щетина, а под глазами пролегли синяки.

— Максим? — тупо переспросила.

— Не стой в дверях, дай пройти, рыбка, — сказал он, и я отошла.

А потом нахмурилась.

— Половина третьего ночи, — произнесла я.

— Я знаю.

— Какого чёрта ты пришёл ко мне в половину третьего ночи?!

— Я же сказал, что приду, а своих обещаний я не нарушаю, — с этими словами он прошёл мимо меня.

В спальню.

9

Глава 9

Нужно говорить о том, что я офигела от такой наглости? Прошлёпала босыми ногами за мужчиной, а он уже снял с себя пиджак и принялся за рубашку.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Раздеваюсь.

— Я это вижу! Для чего?

Макс снял с себя рубашку, и я против воли уставилась на его торс. У гадёныша шикарное тело. Он высокий, поджарый и, честно признаюсь, очень сильно привлекательный.

— Нин, клиент шесть часов подряд еб… любил мне мозги. Я устал и хочу спать. Потому что завтра в девять он снова придёт в мой офис, — с этими словами он снял с себя брюки, я задохнулась от возмущения.

Но было мило, как он не стал материться при мне.

— У тебя, что, своего дома нет?

— Есть, но я же сказал, что приеду.

— Да, помочь разобраться с вещами!

— Ты и сама справилась, — улыбнулся этот юрист и завалился на кровать.

— Ты, что, реально собрался спать? — спросила, чтобы уточнить.

— Да, но если у тебя другие мысли, — он повернулся на спину и провёл рукой по кубикам пресса. — Я буду на спине.

— Какой ты противный! — возмутилась я.

А сама почувствовала, как начинаю гореть. И чтобы Макс этого не заметил, выключила свет и закрыла дверь. Мне в спину донёсся его смех.

— Бабочка, ты не представляешь, от чего отказываешься.

Я просто в шоке! Этот наглый мужлан занял мою спальню, и где теперь мне спать? Он вообще нормальный? Я так злилась, что просто ходила около входа в спальню. Три часа ночи, а я не сплю. Пошла на кухню выпить воды и решала, что сейчас пойду и выкину из своей, точнее, Наташиной постели. Хватит быть мягкохарактерной. Подумаешь, устал! Я тоже устала. Но в голове раз за разом голос мамы.

Мужчина — главный…

Ты должна…

Ты же женщина и обязана…

Боже, у меня реально что-то с головой не так. Но как же себя ломать тяжело, оказывается. Раздавать советы мы все горазды, а как доходит дело до самих, так вы не понимаете, это другое.

Поставила стакан на место и, полная решимости, зашла в спальню. Зорин уже спал. Так мило подложил ладони под щеку. Я не смогла его разбудить. Выругавшись про себя, решила лечь на диване, только сначала нужно забрать телефон. И, как назло, телефон оставила на кровати позади Максима, мне придётся перегнуться через него и забрать. Ну, ладно. Залезла коленями на кровать и подползла ближе к мужчине. Фонарь светил прямо в окно, и мне было прекрасно видно каждую чёрточку юриста. Я, конечно, не стала его разглядывать, как какой-то маньяк, но вновь отметила про себя, что он очень красивый и прекрасно знает об этом. Я как раз перегнулась через него и забрала телефон, не успела и глазом моргнуть, как Макс схватил меня, уложил на бок и крепко обнял, уткнувшись носом мне в шею. Моё сердце едва не выбило рёбра, так сильно билось. Я попыталась освободиться из его загребущих рук, но не смогла.

— Максим, — позвала я. — Отпусти меня, — начала ёрзать, и меня прижали ещё крепче.

И что мне делать?

Тепло мужчины так приятно успокаивало, и объятия у него такие надёжные…

Ладно, полежу минутку и буду выбираться.

Проснулась от того, что где-то надрывно играл будильник, и мне было жарко. Открыла глаза и тут же повыше спины ощутила настоящее «доброе утро». Я до сих пор находилась в объятиях Макса, так мы проспали всю ночь, и теперь его дружок прижимается ко мне сзади. Я просто ужом выпрыгнула из его объятий и быстро отключила звонок будильника, а Зорин продолжил спать. Моргнула пару раз, чтобы убедиться, что до сих пор не сплю, взяла вещи для работы и пошла в ванную. Наспех приняла душ, привела себя в порядок и надела классические чёрные брюки и белую майку заправила в них, перед выходом надену пиджак и белые кеды. Волосы собрала в высокий хвост и подвела глаза. Вышла из ванной, Зорин продолжал спать. Пошла на кухню и сделала кофе себе и Максу, достала нарезку для бутербродов и подсушила ломтики хлеба на сковороде. Вернулась в спальню.

— Максим, — ноль внимания. — Макси-и-и-им, пора вставать.

— Ещё пять минут, — пробормотал мужчина.

Я улыбнулась.

— Макс, в школу опоздаешь.

Я даже не думала, что это сработает. Мужчина резко сел на кровати, потом нахмурился и посмотрел на меня.

— Коварная ты, бабочка, — произнёс хриплым ото сна голосом.

— Завтрак на столе, иди приведи себя в порядок, и пора на работу.

Я вернулась на кухню и стала ждать мужчину. Ещё одна глупая привычка. Неужели я не могу сама позавтракать нормально? Но мы с Серёжей всегда завтракали вдвоём, это был своеобразный ритуал… От мыслей о бывшем меня отвлек появившийся Зорин. Мужчина сел напротив меня и придвинул к себе чашку с кофе, сделал глоток.

— С утра ты ещё красивее, Ниночка, — сказал он.

Я лишь глаза закатила.

— А ты всё такой же противный, — я потянулась за колбасой, но Макс перехватил мою руку и хмуро посмотрел на пальцы.

— Я не думал, что настолько серьёзно, надо было отвезти тебя в больницу.

— Всё нормально, я взрослая девочка и могу сама о себе позаботиться.

— Можешь, но мне бы хотелось помочь, — сказал мужчина, он провёл большим пальцем по руке.

А потом взял и поцеловал мою ладонь. От этого невинного прикосновения губ к моей коже сердце чуть в обморок не упало.

— Перестань, — сказала, забирая ладонь из его захвата. Кожа руки просто горела.

— Что? — внимательно посмотрел мне в глаза.

— Вести себя так мило. Не нужно этого, Максим.

— Я сам знаю, что нужно, а что — нет, Нина. Если я хочу быть милым, — он взял последнее слово в воздушные кавычки, — или говорить красивой девушке комплименты, то буду это делать.

Я лишь головой покачала.

— Я понимаю, что это твой стиль общения, но… Я не та девушка, с которой эти приёмчики работают. Со мной можно дружить, но… — Макс перебил меня.

— Кто в здравом уме захочет дружить с тобой?

— В смысле? — нахмурилась я.

— Ты охрененная, Нина. Твоя фигура, лицо, мягкий голос… Поверь, с тобой хотят делать грязные вещи, и они далеко за пределами дружбы.

Ещё слишком рано, чтобы слушать его пошлые речи. Мы с Зориным ступили на скользкую дорожку. Он взрослый, уверенный в себе мужчина, который точно знает, чего хочет. Это ненормально. Наша «дружба», она не нормальная. Если бы он не был таким уставшим, то вчера точно бы показал мне грязные вещи…

Я тряхнула головой, стряхивая наваждение.

— Мне пора на работу, — выпалила я на одном дыхании и вышла в коридор.

Зорин последовал за мной.

— Я подвезу, — сказал голосом, не терпящим возражений.

Я прикрыла глаза и глубоко вдохнула. Боже, дай сил пережить поездку в его машине.

10

Глава 10

Мы с Максом спустились вниз, часы показывали половину девятого, а бабульки уже собрались у подъезда. Все, как по невидимому щелчку, повернулись в нашу сторону, мне стало не по себе и я поежилась. А Зорину хоть бы что.

— Постой здесь, я подгоню машину, — сказал он и ушёл, оставив меня с бабульками.

Я нервно улыбнулась.

— Здрасте, — поздоровалась, ответом мне был нестройный хор голосов.

И они сразу начали шушукаться. Я отвернулась и чувствовала, как взгляды прожигают дыру в спине, до меня то и дело стали доноситься обрывки фраз.

— Новенькая…

— Живет вместо той шалашовки…

— Такая же…

— А мальчик хороший, сразу видно…

— Наверное, школьница…

— Ментов вызвать надо…

Пока стояла там несколько минут, мне захотелось помыться. Какие противные особы. Максим подъехал, и я тут же запрыгнула в его огромный джип. Он улыбнулся бабкам и отсалютировал рукой.

— Поехали, — скомандовала, пристегиваясь ремнём безопасности. — Какие противные бабки.

— Ты чего? — удивился мужчина.

— Ты бы слышал, что они говорили! Ещё и ментов вызвать собрались, потому что уверены, что я школьница, ну а ты извращенец, что не далеко от истины? — улыбнулась в конце.

Зорин несколько секунд молчал, а потом салон сотрясся от его смеха. А я залюбовалась им в этот момент.

— Может, я о тебе чего-то не знаю? — спросил Макс, и я стукнула его по плечу.

— Как твои пальцы? Может, съездим в больницу?

— Я была в больнице, — пусть и в ветеринарке. — Всё нормально, — юрист внимательно смотрел на меня. — Правда, всё хорошо, следи за дорогой.

Дальше мы ехали молча. Удивительно, но в молчании не было вообще ничего напряжного. Мне нравилась тишина между нами. Максим был погружён в свои мысли и время от времени барабанил пальцами по рулю. Вскоре мы доехали до нашего бизнес-центра, Зорин остановил машину на парковке.

— Ну, спасибо, что довёз, и пока, — выпалила я быстро и собралась спасаться бегством, чтобы никто не увидел, что я приехала с Максом.

Только спустила ногу на тротуар, как рядом остановилась машина, и я с ужасом увидела, что это Давид Вячеславович и… Наташа. Подруга круглыми от удивления глазами смотрела то на меня, то на Максима. А я застыла памятником самой себе. Нати быстро, насколько позволял живот, вылезла из машины и уперла руки в боки.

— Ниночка, ты… — подруга не могла подобрать слов, чтобы описать картину.

— Максим, он просто подвёз меня… — начала оправдываться.

А Зорин вместе со мной сказал:

— Да, мы спали вместе.

Я резко повернулась к мужчине и прожгла его взглядом, полным призрения.

— Что? Мы действительно спали вместе, — пожал плечами. — Ты так мило сопишь, — улыбнулся.

А я почувствовала, как левый глаз начал дергаться. Я его убью. И плевать на свидетелей. Я сделала несколько шагов в сторону мужчины, но всё стало только хуже.

— Нина! — услышала до боли знакомый голос.

Нет, нет, нет! Этого не может быть! Только не сейчас.

Я обернулась и в ужасе смотрела, как к нам идёт Сергей, на его носу была медицинская шина. Я несколько секунд радовалась, значит, всё же перелом.

— Где мои вещи?! Ты ограбила квартиру! — начал он с ходу.

— Ты можешь не кричать? — я сделала несколько шагов в его сторону и хотела взять за руку, отвести подальше от любопытных ушей.

— Не трогай меня! — закричал ещё больше. — Никогда больше не смей меня трогать! В прошлый раз ты застала меня врасплох, а в следующий прилетит ответка.

Я остановилась, как вкопанная. Он только что сказал, что ударит меня?

Заметила движение позади себя, но не обернулась.

— Где все мои вещи?

— Какие вещи? — тихо спросила.

— Ты обнесла квартиру!

— Я забрала только то, что покупала сама. И, как можешь видеть, ТЫ ничего не покупал, — меня трясло от злости.

Как он смеет заявляться сюда и что-то требовать? Я смотрела на него и вообще не понимала, какого чёрта я столько лет на него потратила?! Ведь он всегда был таким. А сейчас стоит и строит из себя непонятно кого. Я смотрю, а в душе вообще ничего не откликается, только горечь от предательства и потраченного времени.

— Слушай меня сюда, чтобы к вечеру всё было… — начал было он.

— Нет, — сказала и сложила руки на груди.

— Нет? — удивился бывший. — Перестань вести себя, как сука, Нина, — сделал шаг в мою сторону.

И тут я почувствовала, как меня просто оттеснили. Вперёд вышел Зорин и возвышался над Сапрыкиным.

— Нина, иди в офис, — сказал, не глядя на меня.

— Максим, не надо, — я дёрнула мужчину за рукав пиджака.

Я не могу позволить, чтобы у него были неприятности из-за меня. Я не знаю, что может выкинуть Сергей.

— В офис. Сейчас, — твёрдо произнёс Макс, а у меня мурашки побежали по позвоночнику от его тона, никогда не слышала такого.

— Пошли, Нин, — меня за руку взяла Наташа и начала уводить с парковки.

— Это твой новый мужик? — кричал вслед Серёжа. — Быстро же ты с одного члена перепрыгнула на другой.

Я шла с неестественно прямой спиной. Я просто не могла поверить, что все эти гадкие слова вылетали изо рта человека, с которым я жила, с которым хотела создать семью и родить детей. Как могла быть такой дурой и так жёстко ошибиться? Как вообще распознать нутро человека, ведь не знаешь, когда гниль выйдет наружу! Или это всё заложено родителями, которые дали установку в детстве? Я не знаю. Чувствую себя потерянной и совершенно не готовой к реалиям жизни.

Ната завела меня в свой кабинет, усадила на диван и всучила в руку стакан с водой. Я молча приняла его и залпом выпила. Я чувствовала, что она ждёт объяснений, но старается не давить, за что я была благодарна.

Разговора всё равно не избежать, нужно просто рассказать и всё, это как сдернуть пластырь. Тяжело вздохнула и сказала:

— Набирай девчонок, мне нужно вам многое рассказать…

11

Глава 11

Я всё рассказала подругам. Сначала по видеосвязи, а потом уже Саша и Настя приехали. Мы заняли кабинет Давида Вячеславовича, и я, как на духу, снова рассказала о том, какой Серёжа подонок. Я думала, мне будет совсем плохо, если начну рассказывать, но нет, оказалось, наоборот, мне стало хорошо. Такое чувство, что я освободилась.

Я закончила рассказ, допила шампанское и посмотрела на девочек. Они были непривычно тихими.

— Ладно, говорите, — махнула рукой. — Только по очереди.

— Ты молодец, что бросила этого козла, — улыбнулась Саша.

— Давно пора было! — поддержала Нат.

— А я предлагаю нанять кого-то, чтобы его избили, — предложила Настя.

— Я знаю, что он никому из вас не нравился, девочки… Я просто хочу забыть всё это.

— Мне вот интересно, что у таких мужиков в голове, — продолжила распаляться Анастейша. — Вот он проснулся однажды, переспал с левой тёлкой и подумал “охренеть я мужик, вот это я могу”. А дальше что? Он же из себя ничего не представляет, сколько вас знаю, всё ты тянула. Да и, откровенно говоря, на что повелась, овца?

— Ну, он симпатичный, — робко вставила я, не хотела, чтобы это звучало, как защита.

Настя фыркнула.

— Настоящий мужик должен быть чуть красивей обезьяны.

— Эй, — возмутилась Ната. — Давид у меня красивый.

— Зато характер, как у бабуина, — улыбнулась Саша.

Натка засмеялась.

— И то правда. А мне вот что интересно… Что там Серёже Зорин говорил? — Юницкая хитро посмотрела на меня. — И почему вы приехали вместе?

— Они приехали вместе? — удивилась Сашка.

— И как он? — это Настя.

— Сказал, что они переспали! — победно воскликнула Наташа, а я посмотрела на неё матом.

— Не переспали, а просто спали, — выдохнула. — Кстати, насчёт этого… Наташа, я живу сейчас у тебя. Ты всё равно хотела сдавать квартиру, а мне жить негде, — выпалила я на одном дыхание.

— Ой, да живи на здоровье, — отмахнулась подруга, а я чуть не расплакалась от такой доброты, какие же мои девки классные. — Ты лучше про Макса расскажи.

— Ну, не томи! Этот адвокатишко реально пожар, помните, когда мы там в кабинете у него сидели…

— Когда он чуть не взял Нину прямо там?

— Она особо и не сопротивлялась.

— Да не было у нас ничего! — вот, я начинаю оправдываться. — Я только рассталась с единственным мужчиной в своей жизни, и, думаете, сразу на другого переключилась?

— Клин клином, подруга, — похлопала меня по колену Настя. — Тем более, когда клин такой… Ну, расскажи, я думаю, у него там всё нормально. Вы видели, какой он высокий?

— А его руки, — поддакнула Саша.

— А какой он хорошенький, как викинг, — это уже Наташа.

— Я вам не мешаю? — возмутился Давид и строго посмотрел в нашу сторону.

Мы и забыли, что он на «своей» части кабинета.

— Нет, милый, не мешаешь. Дай спокойно Макса обсудить. Кстати, что было на парковке? — тут же спросила Ната.

— Я не знаю, — пробормотал Давид и углубился в чтение документов.

Наташка прищурилась и кряхтя встала с дивана. Пошла в сторону будущего мужа.

— Берестов, давай, рассказывай!

Мужчина откинулся на кресле и сжал пальцами переносицу.

— Я просто чувствую, как от ваших разговоров мои яйца уменьшаются в размере.

Натка подошла к нему и стала массировать его плечи.

— О твоих яйцах я позабочусь, не переживай, — Давид повернулся к ней лицом и положил руки на её талию. — Ведь они скоро станут моими по закону.

Давид Вячеславович и Наташа смотрели друг на друга, а воздух в кабинете стал раскалённым. Эти двое просто не могут надышаться друг другом. Я завидовала их страсти и любви. По-доброму завидовала.

— Кажется, сейчас начнется шоу с пометкой восемнадцать плюс, — пробормотала Саша.

— Они долго продержались, — сказала я, и мы втроём вышли из кабинета, кажется, наше отсутствие никто даже не заметил.

Мы немного потусовались у меня в кабинете, Федя чуть в обморок не упал и, кажется, запал на Сашку, а потом девочки ушли. Я была навеселе от выпитого шампанского, потому что никогда бы не пошла к Зорину на этаж.

На ресепшене сидела милая девушка с четвёртым размером груди. Мне она сразу не понравилась.

— Добрый день, рады вас приветствовать в компании «Чернявский и партнеры», меня зовут Дарья, чем могу помочь?

Насколько я знала, Владимир Чернявский является самым крутым адвокатом страны и работать на него значит выиграть в лотерею. А Макс не просто работает на него, он на пути к партнёрству. В столь молодом возрасте это просто невероятное достижение. Меня почему-то распирала гордость за Зорина.

— Добрый день, я бы хотела увидеть Максима Зорина.

Девушка что-то проверила на своём планшете.

— Он уехал на деловую встречу. До завтра его не будет. Что-то передать? — всё так же мило улыбаясь, спросила она.

Я почувствовала укол разочарования, но быстро взяла себя в руки.

— Просто передайте ему спасибо от Нины, — сказала и покинула офис.

* * *

Прошло около десяти дней, жизнь вошла в привычную колею. Я окончательно обосновалась у Наташки, подружилась с Валентиной Ивановной, она учила меня выращивать рассаду и рассказывала истории из молодости. Я почти не вспоминала о Сергее. Почти. Иногда звонили общие знакомые и начинали задавать вопросы, наверное, видели его со своей новой девушкой. Мне не нравилась роль брошенки, о чём я говорила своему психологу. Ольга Николаевна сказала, что нужно работать с чувством вины и ещё с чем-то, пока я не видела толка в сеансах, но продолжала ходить. А ещё… Я не общалась с родителями. Отец дома, и это будет ад, когда расскажу про Серёжу… А ещё я практически не видела Макса, мельком совсем. Он сказал, у него подготовка к важному процессу…

Пришло время снимать гипс с пальцев, и я пошла в ветеринарку. Честно, мне хотелось ещё раз увидеть хорошенького доктора. По этому случаю я даже надела платье и сделала прическу с макияжем. Мне хотелось выглядеть хорошо.

— Добрый день, Денис Викторович, — поздоровалась, когда вошла в смотровую.

Мужчина сидел на корточках перед огромной собакой, повернулся, когда я вошла.

— Здравствуйте, Нина, — улыбнулся, и снова эти ямочки. — Как Ваше самочувствие?

— Спасибо, хорошо, — я улыбалась так широко, что ещё немного, и мои щёки лопнут.

— Давайте посмотрим, — ветеринар подошёл ко мне ближе, и я невольно стала вдыхать аромат его парфюма.

Ох.

Нежно, до безобразия, он пропальпировал мою ладонь, сделал снимок и снял гипс. Всё это время я пыталась флиртовать с ним, но, боже, какой же я профан в этом деле.

— Вот и всё, — сказал он и в этот момент пёс, что находился в кабинете жалобно заскулил.

Я перевела на него взгляд. Он был огромный, с меня ростом, и такой шерстяной и смотрел так жалобно.

— Какой хороший мальчик, — сказала я собаке.

У меня никогда не было домашних животных, но я всегда хотела. Не такого огромного пса, конечно, может, и правда хорька завести.

— Да, здоровый, хороший пёс и уже столкнулся с предательством, — произнёс Денис, в его голосе послышались незнакомые нотки.

— В смысле?

— Несколько дней назад хозяйка привела его усыплять. Они с мужем разошлись, а собаку никто брать не захотел, вот и нашли решение. Я отказался усыплять, и его просто оставили, — с отвращением произнёс.

У меня сердце разбилось на миллион осколков. Как жаль мальчика! Никто не заслуживает такого предательства. Люди — самые страшные животные. Надеюсь, этих уродов настигнет карма.

— И что теперь с ним будет? — спросила со слезами в голосе.

— Нужно искать хозяина. Но все хотят щенка, а ему уж три года, и он большой, сама видишь, мало кто захочет взять…

Я перевела взгляд на собаку, а он смотрел в ответ, словно всё понимал. Он брошенный, как и я. Но мы можем быть счастливы.

И я приняла одно из самых важных решений в своей жизни.

12

Глава 12

— Проходите, — произнесла и открыла дверь в квартиру.

Денис и пёс вошли внутрь.

— Спасибо, что помог с собакой, — поблагодарила я.

И да, мы перешли на «ты».

— Я рад помочь. Не думал, что мы так быстро найдём дом ему, — он погладил собаку по голове.

Наступила неловкая пауза. Я не знала, что ещё сказать. Мне нужно предложить ему чай, кофе или что? Что-то я начала нервничать.

— Нина? — услышала голос соседки возле двери, а через секунду она появилась в проёме. — А я думаю, ты, не ты, дай, думаю, зайду, узнаю, что с огурцами сделала.

— Здравствуйте, Валентина Ивановна, ещё ничего не сделала, — любопытная бабулька сканировала обстановку вокруг.

— А это кто? — строго спросила, глядя на ветеринара.

— Это… — начала я, но бабка перебила.

— Предыдущий баженый мне больше нравился, блондин тот, — соседка крепко задумалась. — А я-то думаю, чего старухи шепчутся и шалашовкой называют…

— Валентина Ивановна! — повысила я голос. — Простите, мы заняты, я завтра зайду.

Соседка фыркнула и вышла из квартиры. С ума сойти просто!

— Извини, так неудобно вышло, — нервно улыбнулась.

— Всё нормально, — мне показалось, после слов бабульки о другом моём ухажере, ветеринар как-то изменился. — Я тогда пойду, а ты знакомься с новым другом, — он вновь погладил пса и ушёл из квартиры.

Я повернулась к лабрадору, он внимательно следил за мной и не двигался с места.

— Ну, вот мы и остались одни, — сказала я и почувствовала себя неловко.

Как это глупо — говорить с животными, но Денис сказал, что обязательно нужно с ними разговаривать.

— Пошли, покажу тебе квартиру… — я пошла вперёд и услышала, как пёс идёт за мной.

— Это гостиная, спальня, туалет и кухня, — показала по очереди все комнаты. — Кушать будешь здесь, — я поставила на пол тарелку с водой, а в другую насыпала немного сухого корма.

Он сразу пошёл кушать. Я села на стул и смотрела, с какой скоростью он поглощает еду. Поверить не могу, что завела собаку. Это такая ответственность! А что, если я не справлюсь? Что, если буду плохой хозяйкой? Что, если…

Так, хватит, всё будет хорошо. Не я первая. С опытом всё придёт.

Лабрадор доел корм и настороженно стал смотреть на меня. На улице было ещё светло, поэтому я решила сходить в зоомагазин и купить всё необходимое.

— Ну, что, пойдём? — надела на собаку поводок и вышла из квартиры.

Надо вернуть поводок в ветеринарку. Мы шли по аллее, пёс неспешно шёл впереди.

— Наверное, надо тебе дать новое имя? — пробормотала я.

Я не хотела, чтобы что-то связывало его с предыдущими хозяевами.

— Может, Ричард? Не нравится? Барон, Вишес, Джек, Бобик, — начала перечислять. — Ты гавкни, если какая-то кличка понравится.

Неспешно мы шли в магазин, и я словила себя на мысли, что мне комфортно разговаривать с псом. Интересно, что на это скажет мой мозгоправ. Мы пришли в магазин и купили вещи первой необходимости: шампунь, крем для лап, расчёску, лежанку, миски для корма, корм, игрушки и по мелочи. Иметь животное — довольно дорогое удовольствие. Я подхватила тяжёлые пакеты, и медленно мы побрели в сторону дома. Я продолжила перечислять клички, пёс никак не реагировал.

— Ты мне совсем не помогаешь, дружище, — пожаловалась я.

Мы вернулись домой, и первым делом я решила помыть пса, откровенно говоря, от него пахло отвратно. Он был хорошим мальчиком и стоял спокойно под душем, пока я мылила его и наносила специальный бальзам. Я вытирала его полотенцем и чувствовала, как моё разбитое сердце вновь наполняется любовью.

— Может, ты будешь Вуди? Или принц Эрик? Лестат? Эдвард? Вито Карлеоне? Нет, ты не похож на Вито, правда? — почухала его за ухом.

— Может, будешь Макс? — усмехнулась, вспомнив Зорина.

И тут внезапно лабрадор начал гавкать и облизывать мне лицо.

— Что? Нет! Я пошутила, — но собакен уже завалил меня на пол и прыгал от радости.

— Ну, хорошо, будешь Максимилианом, коротко Макс, разве я могу отказать? — засмеялась, когда Макс вновь начал облизывать меня.

* * *

Через неделю мне пришлось уехать за город на свадьбу к Наташе, Макса с собой я не смогла взять, от чего очень переживала. Я так сильно привыкла к нему за семь дней, что расставание далось очень тяжело. Валентина Ивановна сказала, что присмотрит за ним, но я не особо доверяла этой старушке. Скорее, она проинспектирует всю квартиру, чем будет заниматься моим мальчиком.

Давид и Наташа сняли потрясающе красивый и огромный особняк, в котором состоится бракосочетание. Вокруг такая природа и такие виды. Романтичней места не найти. Я была поражена красотой этого места. Многие гости уже собрались. Мой чемодан отнесли наверх, и я пошла исследовать местность. Вскоре приехали девчонки, и мы немного пошалили, нашли запас вина и шампанского.

Мы сидели в номере невесты, пили и объедались вредностями. Только Натке не было весело. Она жаловалась, что выглядит, как бегемот.

— Ты выглядишь самой красивой невестой! — честно сказала я.

— Ага, жирной тюленихой.

— Не правда! Беременность украшает женщину, — произнесла Саша.

— Это всё Берестов! — начала Наташа, но осеклась, глядя на Аллу.

Девочка махнула рукой, разрешая излить будущей мачехе душу.

Дальше мы слушали о том, какой Давид козёл, но она его так сильно любит, что не может.

Вскоре в комнату пришла мама Наташи и выгнала нас из комнаты. Невесте надо отдыхать. Мы с девчонками ещё посидели в саду, к нам подкатывали неженатые друзья жениха. Я словила себя на мысли, что высматриваю среди них Зорина, но его нигде не было. Что странно. Он дружок. Я почувствовала, что хочу спать, извинилась и поднялась в комнату, которую выделили для меня.

Приняла душ, переоделась в короткий топ и трусы, завела будильник и набрала Валентине Ивановне, чтобы узнать, как там Макс. Бабуль сказала, что всё хорошо, нагрубила и отключила телефон.

— Коза, — выругалась и бросила телефон на кровать.

Я была немного навеселе, но всё же решила не отступать от вечерней рутины. В последнее время я увлеклась йогой, заметила, как моя спина «говорит» мне спасибо. Пятнадцать минут утром и вечером можно потратить на себя любимую.

Я была в позе «собака мордой вниз», когда услышала, что дверь в мою комнату открылась. Я подумала, что это девки пришли продолжать.

— Я уже всё, буду спать, — сказала с закрытыми глазами.

Когда мне не ответили, нахмурилась, открыла глаза и посмотрела между ног. Возле двери, засунув руки в карманы брюк стоял Зорин и откровенно пялился на мой зад. Я едва не шмякнулась вперёд. Коротко взвизгнула и быстро встала на ноги. Сердце стучало так часто, что я испугалась за этот орган.

— Какого чёрта, Максим?!

Я не видела его несколько недель. И вот он здесь… А внутри такая неконтролируемая радость зарождается. Он молчал, просто смотрел на моё тело, от чего по коже начали бегать мурашки. Сколько голода было в его взгляде. На меня ещё никто так не смотрел.

— Есть такое поверье, чтобы брак молодожёнов стал по-настоящему крепким, накануне перед свадьбой дружку и подружке нужно переспать, — тихо произнёс.

Я постаралась скрыть дрожь во всём теле. Тяжело сглотнула.

— С этим к Насте.

— Нет, бабочка, к тебе, — в несколько шагов он подошёл ко мне и положил руки мне на щёки, провёл большим пальцем по губам. В лёгкие забился его запах, а колени ослабели.

— Всегда только ты, Нина, — хрипло произнёс и… Поцеловал меня.

13

Глава 13

Я даже ничего подумать не успеваю, как Зорин обрушился на мой рот. Ох. Он такой дразнилка. Его запах окутал меня, и я дышу чаще, чтобы дышать им вместо воздуха. Он посасывет мой язык, втягивает в себя. Одной рукой сжимает мой затылок, а другой водит по моему телу.

Как же это неправильно!

И я понимаю это, но…

Не могу оттолкнуть.

Наоборот, притягиваю ближе, вожу ладонями по стальной груди, становлюсь на носочки, чтобы ближе быть. Меня такой потребностью в нём накрывает, что даже страшно становится. Это ведь Макс! Я точно знаю, что он не упускает ни одной юбки. И со мной играет.

Сама не понимаю, как оказалась зажата между стеной и его телом. Мужчина коленом раздвигает мне ноги, и моя плоть скользит по его ноге. Я охаю от остроты ощущений. Тело дугой выгибает. Он отрывается от меня и жадно смотрит вниз на моё тело, берёт за бёдра и двигает по своей ноге… Меня током шарахает, чувствую, как внизу становится мокро, жарко, чувствительно.

Собираю остатки мозга в кучку и пытаюсь оттолкнуть от себя мужчину. Какого чёрта лапает меня без разрешения.

— Не трогай меня, Зорин, — хриплю, закусываю губы, когда он цепляет чувствительную точку там. — К девкам своим иди.

— Не хочу к ним, тебя хочу, — рычит в ответ, кусает подбородок, оставляет засосы на шее.

Меня трясёт, словно в лихорадке. Я никогда не думала, что моё тело настолько чувствительно к прикосновениям. Максим точно знает, что делает, дёргает за ниточки, словно кукловод.

— Моя будешь, Нина. Вся, — шепчет на ухо.

А я чувствую, что ещё несколько секунд, и я взорвусь. Он доведёт меня до оргазма, ни разу не прикоснувшись там руками или ещё чем… Хватаюсь за его плечи и ловлю воздух ртом. Как давно ко мне так не прикасались? Сама себе даже не признаю, но мне так хотелось человеческого тепла. Мужских касаний.

Где-то на краю сознания слышу стук в дверь. Я почти… И тут в дверь заходят.

— Ниночка, ты не против, если я с тобой буду спать? Боюсь проспать, — слышу голос Аллы.

Макс реагирует первым и закрывает меня своим телом. Я прислоняю голову к его груди и пытаюсь отдышаться. Чувствую, как его сердце бешено стучит в грудной клетке, так же, как и моё. Тело требует разрядки, кричит об этом.

— О, дядя Максим, привет. А чем это вы тут занимаетесь? — подозрительно спрашивает.

А у меня к горлу истерический смех подкатывает. Чем мы тут занимаемся? Хороший вопрос.

— Нине что-то в глаз попало, я ей помогал.

Я закрыла рот ладонью, чтобы не засмеяться. Какая абсурдная ситуация.

— Нин, — протянула Алла.

Я выглянула из-за груди Макса и ободряюще улыбнулась девочке.

— Конечно не против, ложись, я пока дядю Максима проведу, — сказала я.

Алла пожевала губу, а потом плюхнулась на кровать.

Я схватила Зорина за руку и потащила к двери.

— Всё, пока, — грубовато сказала и попыталась выпихнуть за дверь.

Но эта двухметровая махина даже не сдвинулся с места. Наклонился ко мне и поцеловал в щеку.

— Когда пойдёшь себя ублажать, думай обо мне. А если наберёшься смелости, я в номере пятнадцать, — сказал на ухо.

Я едва не задохнулась от возмущения. Какой нахал!

— Спокойной ночи, Алла, — выпрямился и сказал девочке.

Я захлопнула за ним дверь чуть сильнее, чем планировала.

— Убюдок, — пробормотала я.

— Ты будешь со мной смотреть дораму? — спросила Алла.

— Я… э-э-э… Мне надо в душ, смотри сама, — быстро сказала и скрылась за дверью ванной.

Я ненавидела Максима за то, что посмел меня трогать. Но больше за то, что не довел дело до конца. Я уверена, что этот оргазм был бы самым лучшим в моей жизни, но… Чёртов Зорин!

Быстренько разделась и залезла в душ. Я живой человек и мне нужна разрядка. С удовлетворением себя у меня как-то не особо складывалось, не знаю, почему, может, ещё один блок, который нужно снять. Я себя трогала и чувствовала, что вот-вот должен быть взрыв, а получался лишь маленький выхлоп. Никаких звёзд перед глазами и новых вселенных. Так же и с Сергеем было. Может, врут все? Порнушке тоже верить нельзя.

Я взяла насадку от душа и направила на грудь, почувствовала, как затвердели соски. Сжала губы и направила струи вниз на живот и дальше…

Ох, ты ж, чёрт!

Я закрыла глаза и сильнее прикусила губы. Как же хорошо мне было. Перед глазами лицо Зорина. Его ухмылка и дерзкий рот там, где он так нужен. Картинка была такой яркой, а ощущения такими реальными… Оргазм обрушивается на меня внезапно, на несколько секунд я теряю связь с реальностью, парализованная безумной вспышкой и падаю на колени. Растворяюсь в ощущениях…

Прихожу в себя спустя несколько минут. Дыхание сбито, а колени трясутся от напряжения. Медленно моргаю и понимаю, что насадка от душа выпала из кабинки и заливает все вокруг. Но моё тело так разомлело, что я не хочу двигаться. На губах глупая, удовлетворённая улыбка. Всё же я не фригидная…

За оргазм приходится платить. Я минут двадцать убирала воду с пола, думала, что спина отвалится. Ещё раз приняла душ и только тогда вышла из ванной. Тихо, чтобы не разбудить Аллку. Девочка лежала на боку и спала. Я тоже залезла на кровать и укрылась до самого подбородка. Завтра тяжелый день, нужно спать.

— Что между тобой и Максимом? — услышала голос Аллы.

— Ничего, — честно ответила, но сердце почему-то стучало так оглушительно.

— Вы были бы хорошей парой.

— Я не хочу быть с таким, как он.

— Он хороший, хоть и дурак… И достоин любви.

— Спи давай, Роза Сябитова, — хмыкнула я.

Вот же маленькая сваха.

Даже думать не хочу о себе и Зорине. Мы не пара и никогда ею не станем.

* * *

Свадьба была потрясающе красивой. Я рыдала почти всю церемонию. Обычно свадьбы не вызывают во мне таких чувств. Но я знаю Наташу и Давида и то, как они любят друг друга. Это так прекрасно. Несмотря на предательство Сапрыкина, я всё ещё верю в любовь!

Мы смеялись, фотографировались, давились рыданиями, когда показывали видео маленьких Берестовых. Я была так рада за подругу! Они заслуживают счастья.

Я старалась не встречаться с Зориным. Избегала его. Да, я вела себя по-детски, но что поделать. Мужчина несколько раз подходил ко мне, но я быстро делала ноги, а потом он начал меня игнорировать. А у меня настроение испортилось. Мог бы приложить чуть больше усилий. Козёл. Как и все мужики.

В тот день, глядя на фейерверк, я пообещала себе, что буду счастлива и найду себе мужчину всей своей жизни… И в этот раз у нас всё будет по-настоящему.

Но у Судьбы были свои планы…

14

Глава 14

3 месяца спустя

— Он хотел тебя поцеловать? — воскликнула Саша.

Я сморщила нос и тяжело вздохнула. Сама не знаю, как так получилось. Денис, ветеринар, предложил мне свою помощь по «воспитанию» Макса. Оказалось, у него тоже есть собака, и мы начали проводить время вместе. Он объяснил, как я должна вести себя с псом и всё такое. Но, откровенно говоря, я сама знаю, как со своим мальчиком общаться. Я видела, что Денис подаёт знаки внимания, но я их игнорировала. Сама не знаю, почему. Я девушка свободная, а он красивый мужчина. Но внутри я не чувствовала абсолютно ничего. Поэтому я отвернулась, когда он наклонился ко мне, сделала вид, что ничего не поняла. Ну да, ну да.

— Хотел, но я не хотела, — сказала и погладила Макса по животу.

Мы с подругами сидели у Наташки, а лабрадор был главной звездой.

— Слушай, тебе надо было это сделать, — сказала Наташа и попыталась перелечь на другой бок, но что-то пошло не так.

Живот подруги был такой большой, что, казалось, тронь, и лопнет.

— Зачем, если я не хочу.

— Тут дело не в желании, Ниночка, — сказала Настя голосом строгой училки. — Пора возвращаться в игру. Хватит страдать по своему плешивому.

— Я не скучаю по нему, — меня едва не передернуло от воспоминаний о бывшем.

— Но ты и не ходишь на свидания! Это не нормально.

— Я почти десять лет была в отношениях, дай передохнуть, а?

— Нельзя, тебе, может, понравится и тогда останешься старой девой с кучей кошек, — Макс посмотрел на неё, словно понял. — Сорри, собак.

— Звучит прекрасно, — хмыкнула я.

— Настя права, — Наташа наконец поменяла положение. — Пора уже ходить на свидания. Не обязательно строить любовь. Но подумай о своём здоровье.

— Слушай, у меня есть на примете один мужчина, — сказала Настя. — Твёрдая четвёрка, очень хорош.

— И почему ты с ним не встречаешься тогда? — спросила, приподняв бровь.

— Ты же слышала, он четвёрка, а я встречаюсь лишь с пятёрками, — произнесла Анастейша.

Я ничего не ответила. В этом вся Настя.

— Я так понимаю, вы не отцепитесь от меня?

— Нет! Но ты сходишь на свидание с Настиным мужиком, а потом с моим, — заявила Наташа, а, как мы все знаем, беременным отказывать нельзя.

— Не могу поверить, что вы меня в это втянули, — проворчала я.

— Для этого и нужны подруги, — радостно сказала Саша.

Спустя два дня я сидела в уютном ресторанчике японской кухни и ужинала с милым мужчиной, которого подсунула Настя. Его звали Алексей и он был очень галантным. Ему тридцать три и он работает в PR агентстве. И внешность у него приятная: среднего роста, стройный, с карими глазами, тёмными волосами и модной бородкой. Как Настя и сказала — твёрдая четвёрка.

— Признаюсь, когда Анастасия предложила мне поужинать с подругой, я ожидал худшего, — сказал с улыбкой.

— Правда? — улыбнулась в ответ.

— Конечно. Обычно такие свидания вслепую настоящая катастрофа.

— А ты часто на них бываешь?

— Нет, что ты, — засмеялся Леша. — Был всего три раза, и все предыдущие разы были просто ужасными: разведёнки, горизонтально одарённые, если понимаешь, о чём я, и падкие на деньги.

— Надеюсь, ты описал разных девушек, а не одну.

— Давай выпьем за приятную компанию? — предложил Алексей, и я его поддержала.

Мы долго болтали обо всём на свете, с ним было так легко. Вот всё в нём хорошо, но моё сердце ни разу не дрогнуло, даже не замерло от нежности. Да что ж такое? Может, во мне что-то сломалось? Может, я как-то заблокировала в себе все романтические чувства? Девки сказали мне просто хорошо провести время и «расслабиться» на Лёше. Но как? Я не говорю о том, что должна любить, чтобы заняться сексом, нет. Но я же должна что-то чувствовать, должна ощущать притяжение. Но этого нет. Просто общаюсь, как с другом.

После ужина Алексей провёл меня домой, поцеловал руку и попросил номер телефона. Я дала ему свой номер, подождала, пока уйдёт и пошла уже реально домой. Я не хотела, чтобы он знал, где я живу. Назовите меня параноиком, я соглашусь.

Зашла домой, Макс тут же выбежал меня встречать.

— Привет, мой хороший, — опустилась на корточки и обняла своего любимого мужчину. — Как ты тут без меня? Надеюсь, не грыз мою обувь?

Лабрадор принёс мне поводок, и я засмеялась.

— Пойдём гулять? Ах ты хитрая пушистая жопа, ладно, пошли.

Мы вышли на улицу, было уже поздно, и я спустила собаку с поводка. Макс бегал, как угорелый, принёс мне все ветки, которые только нашёл. Я в это время писала девочкам в чат о том, как прошло свидание. Наташа сказала не делать выводов, пока я не встречусь с её кандидатом. Но что-то мне подсказывает, что Алексея трудно будет переплюнуть.

Была суббота, встреча с кандидатом номер два должна была пройти в одном из лучших ресторанов города. Надеюсь, он будет платить за ужин. Сегодня я решила надеть платье и собрать волосы в хвост. Мне нравилось моё отражение в зеркале. Я приехала в ресторан на десять минут позже. Меня встретили на входе и подвели к столику. К пустому столику. Какого чёрта?

— Извините, — обратилась к официанту. — А мой кавалер пришёл, не знаете?

— Ещё нет, Вы первая. Могу предложить Вам выпить?

Я тяжело вздохнула.

— Давайте.

Официант красиво налил мне в бокал вино и ушёл. Я сделала глоток напитка богов и написала Наташе. Подруга заверила, что мужик скоро придёт. Говорю же, что Лёшу ему не переплюнуть. Как так вообще можно? Это женщины опаздывают. Я оглянулась по сторонам, все сидели по парам, настроение становилось всё хуже и хуже. Прошло ещё десять минут. Я допила остатки алкоголя и собиралась уходить отсюда. Всё, с меня хватит.

Я уже собиралась вставать, когда услышала до боли знакомый голос.

— Извини, я опоздал.

Напротив меня сел Максим Зорин. Сердце пропустило удар, а в груди разлилось приятное чувство, похожее на щекотку. Мы уставились друг на друга, словно первый раз видели.

— Не может быть! — воскликнула я.

А юрист откинулся на стуле и засмеялся.

— Так ты и есть та самая подруга, которой нужен вкусный ужин и жаркий секс?

15

Глава 15

Смотрю на Зорина в шоке и не знаю, плакать мне или смеяться.

— Бабочка, знал бы, что это ты, послал бы всех клиентов к чёрту, — нагло заявил.

— Ты серьёзно думаешь, зная, что это с тобой меня свела Наташа, пришла бы? — в тон ему отвечаю.

— Конечно, мы оба знаем, что ты сходишь по мне с ума, — самоуверенно произнёс.

— Зорин, я о тебе не слышала и не вспоминала столько месяцев, ты реально думаешь, что интересен мне? — я широко улыбнулась.

Мужчина посмотрел на меня своими голубыми глазами, а я не смогла оторвать от них взгляд. Внутри что-то ёкнуло, и захотелось ноги свести вместе.

— И всё же ты здесь. Не уходишь. Ждёшь продолжения, — сказал он.

Было такое чувство, что, кроме нас двоих, здесь больше никого нет. Я задумалась. Я могла бы сейчас встать и демонстративно уйти, но я не хотела. Совершенно. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, кто такой Максим, но… С ним интересно. Рядом с ним я чувствую себя живой.

— Я могла бы уйти, — проворчала. — Но мне обещали вкусный ужин, так что готовь деньги, юрист.

— А мне обещали жаркий секс.

— Даже не надейся. Я не буду с тобой спать.

— Нина, Нина, — мужчина покачал головой.

Мы сделали заказ и стали ждать еду. Макс налил мне в бокал вина, я сделала глоток.

— Как дела на работе? — да, я действительно задала этот вопрос.

Это из серии разговоров о погоде.

— Собираюсь стать партнером, — сообщил Зорин. — Последние месяцы… Были напряжёнными. Я столько не вкалывал со времён выпуска из университета. Но я хочу, чтобы у Чернявского не было сомнений, кого делать партнёром.

Я даже не ожидала, что Макс ответит настолько честно.

— Я думала, что многое решает кумовство и всякое такое.

— Наверное, решает, но у меня нет таких связей. Мать оставила нас, когда мне было три, отец спился и умер, когда мне было девять. Меня воспитывал дед. Он инвалид и растил на свою пенсию. Мы жили в нищете. В подростковом возрасте и мечтать о таком не мог. Связался не стой компанией, но хорошо, что мозги вовремя встали на место. Всего, что я достиг к своим годам, я выгрызал зубами.

Я была ошеломлена его ответом. Я даже и подумать не могла, что Зорин выбился из самых низов. В горле образовался противный ком, и я быстрее постаралась избавиться от него с помощью вина.

Наверное, мне тоже стоит рассказать что-то личное…

— Я всегда любила рисовать, хотела связать жизнь с искусством, но папа не позволил. Он военный и считает, что всё это глупости. Сказал, что не даст ни копейки на обучение. И это был первый раз, когда я не послушала его. Мне было так страшно, ты даже не можешь представить. Когда сказала, что поступила на дизайнера, он просто побагровел, на секунду я даже испугалась, что он меня ударит, но он никогда ни меня, ни мать не трогал физически. Но морально… Мне кажется, он сломал маму. Она настолько безвольная кукла, что мне её жаль. И я… Я тоже такая, — тихо призналась.

— Ты — не твои родители, бабочка. Твори, что хочешь, и радуйся жизни, — легко заявляет мужчина.

— Ну да, ведь именно так всё устроено во взрослом мире. Ты же юрист, Зорин, и прекрасно знаешь, что нельзя творить всё, что хочешь.

— А у тебя запретные желания? — пошло улыбается, и я чувствую, что начинаю краснеть под его взглядом.

— Отвянь.

— Расскажи, хочу послушать, о чем мечтают такие, как ты.

— Такие как я?

— Хорошие маленькие девственницы.

— Ты вообще в курсе, что я жила с парнем кучу лет?

— Секс с выключенным светом в миссионерской позе не лишил тебя девственности, бабочка.

— Какой ты просто невыносимый. Я не собираюсь обсуждать свою половую жизнь, — с раздражением ответила.

Я вообще не поняла, как мы от такой душевной темы перешли к обсуждению секса?! Хотя ответ очевиден — это Зорин.

— Спорим, самое яркое воспоминание — это когда я прижал тебя к стене на свадьбе. Расскажи о том, как ты потом себя трогала? И продолжаешь воспроизводить эти воспоминания снова и снова.

Я вытаращилась на мужчину, словно у него выросла вторая голова. Мы сидим в приличном месте, а он говорит о… Сексе. Других тем для разговоров, что ли, нет? Я вообще не люблю говорить о таком. И ещё больше не люблю, что он прав! Я и правда думаю о той нашей шалости и жалею, что не было продолжения. Я ведь могла пойти тогда к нему в номер. Но…

— Секс — это просто, Нина, а ты всё усложняешь.

— Что?.. Ты вообще о чём говоришь? И с чего вдруг возомнил себя экспертом? Я не спрашиваю твоего мнения в этом вопросе.

— Вот ты даже не можешь произнести слово секс. Скажи: секс.

— Отвали.

— СЕКС, МИНЕТ, КЛИТОР, — начал громко говорить, некоторые люди стали оборачиваться.

Я пригнулась и пнула его под столом.

— Замолчи, на нас уже смотрят.

— Плевать на других. Ты их больше никогда не увидишь.

— Если ты сейчас не замолчишь, то я уйду, — пригрозила я.

— Но почему тебя это так напрягает?

— Потому что приличные люди не говорят об этом!

— Да, старики.

— А тебе сколько? — язвительно спросила.

— Мне тридцать три, я в полном расцвете сил.

— Рада за твой расцвет, но не все такие озаботы, Макс, как ты.

— Думать и говорить о сексе — нормально. Любой мужик рядом с тобой только и думает о том, как бы тебя поимел и на какую часть тела кончил. Для первого раза я бы выбрал живот. Но ты такая правильная и зажатая, что это грозит импотенцией.

Я в неверии смотрела на мужчину. Он действительно только что произнёс все эти вещи? Официально заявляю: Максим Зорин в моём чёрном списке. Никогда в жизни у нас ничего не будет.

16

Глава 16

Я в шоке смотрю на эту наглую морду.

— Повтори, что ты сказал? — говорю тихо.

Может, я ослышалась? Слуховые галлюцинации и всё такое.

— Да, пожалуйста. Ты зажатая и правильная. И это отвратительно.

— Если я не пала жертвой твоих «чар», то это означает лишь одно — я очень умная, — парирую я.

А внутри всё клокочет от злости. И по его лицу вижу, что ему это нравится. Стараюсь взять себя в руки.

— Нет, это говорит лишь о том, что тебе нужно расслабиться, — заявляет нагло.

— С тобой? — уточняю я на всякий случай.

— Можно, я сегодня не занят, а дальше по улице хороший отель.

— Ты не затащишь меня в отель, Зорин!

— Хорошо, — покорно кивает. — Кабинка туалета тоже подойдёт.

— Ты отвратительный, — морщу нос, показывая, насколько он мне не нравится.

— Я офигенный, Ниночка, и это тебя бесит. Оглянись вокруг, любая в этом зале хотела бы быть на твоем месте.

— Мне уйти?

Мы смотрели друг на друга в упор. Я хотела его ударить, очень сильно. И плевать, что он почти на две головы выше, пододвину табуретку. Не могу поверить, что Наташа устроила мне свидание с ним! А ведь я чувствовала подвох с её стороны. Какая я слабачка, не смогла отказать беременной подруге. Ну, ничего, родит, и я ей всё припомню. А я ещё же уточнила, нормальный ли мужчина? А Юницкая, точнее, уже Берестова, соврала и глазом не моргнула. Где Зорин и где нормальный. От воспоминаний о бывшем внутри кольнуло. Внезапно накатила такая обида и разочарование. В самой себе. Я уже столько раз анализировала наши отношения, пыталась понять, где пошло всё под откос… Но не понимала. Между нами всё было хорошо, ровно и без качелей! А он… Уехал, меня оставил, как ненужную вещь. А потом и вовсе признался, что давно изменял мне и у него скоро родится ребёнок! Его предательство ранило меня очень сильно и глубоко. Я, конечно, пытаюсь со всем справиться и уже становится легче, но иногда накатывает, как сейчас.

Нам принесли заказ, и напряжение немного пропало. Я моргнула и перевела взгляд на тарелку с пастой с морепродуктами.

— Надеюсь, ты подавишься, — пожелала вместо приятного аппетита Максу и мило улыбнулась.

— Три, — загадочно сказал он, пристально разглядывая меня.

Я хотела ему ответить всем известной фразой про «попу» и «подотри», но промолчала. Воспитание не позволяет, даже с Зориным.

— О чём ты?

— Столько раз ты кончишь, когда окажешься у меня в квартире.

Нужно ли говорить, что я сидела с открытым ртом, глядя на него. Я даже не знала, что сказать и как возмутиться!

— Может, не сегодня… Но к концу вечера ты будешь полуголая, потная в моих объятиях и будешь умолять не останавливаться, — порочно улыбнулся и принялся за еду.

Боже, дай мне сил досидеть до конца этого «свидания»! Какой невыносимый мужчина. Я таких ещё не встречала. Каждую нашу встречу он пытается вывести меня из себя, но я не доставлю ему такого удовольствия. Поэтому следующие полчаса я просто игнорирую его, наслаждаясь едой и вином.

А у Макса, оказывается, выдержки нет. Наверное, он не привык, чтобы его двухметровую персону игнорировали.

— Всё, пойдём, — зло говорит, передавая кредитную карточку официанту.

Я поднимаю взгляд на недовольного Зорина и невинно хлопаю глазами.

— А десерта не будет? — клянусь, я услышала, как скрипнули его зубы.

— Нина, — угрожающе протянул мужчина.

— Поняла, поняла, — подняла руки вверх, показывая, что сдаюсь. — Я схожу в дамскую комнату, и можем ехать.

Я встала со стула и спиной чувствовала жаркий взгляд адвоката, блуждающий по моему телу. Мне так и хотелось одёрнуть платье вниз, но я не стала этого делать. Зашла в туалет. После вымыла руки и вернулась в зал. Но по пути услышала, что меня кто-то зовёт. Обернулась и застыла. Я хотела бежать отсюда и никогда их не видеть. Тома и Коля, наши с Серёжей друзья.

— Нина, иди к нам! — позвала Тамара.

Я нервно сглотнула и на негнущихся ногах пошла к паре.

— Привет, — поздоровалась я, даже постаралась улыбнуться.

— Привет, дорогая, выглядишь прекрасно. Мне так жаль, что вы с Серёжей расстались, — Тома взяла меня за руки и…

Этот взгляд! Сочувствия и одновременно радости, что с ними этого не произошло. Словно кто-то застрахован от расставания, или я стала заразной из-за этого.

— Всё нормально, — произнесла дежурную фразу.

— Мы бы не хотели прекращать общение, — сказал Коля. По его взгляду я видела, что именно этого он и хочет.

— Конечно, нужно будет как-то собраться…

— Ох, дорогая, Серёжа такой дурак! Я уверена, с этой женщиной он долго не продержится и приползёт обратно.

— Три года продержался, — хмыкнул Коля.

А я похолодела. Сердце билось в груди так сильно, что грозило выбить рёбра.

— Три года? — спросила пересохшим голосом. — Они вместе три года?

— Я думал, ты знаешь… — сконфуженно произнёс Николай.

Тома прикрыла рот ладошкой, видимо, муж не поделился с ней этой информацией. Конечно, с жёнами таким не делятся.

— Прости, — сказал Коля, словно он в чём-то виноват.

— Всё нормально. Рада была вас увидеть. Извините, мне пора бежать, меня ждут.

Не обращая внимания на то, что Коля и Тома звали меня, я быстрым шагом пошла к нашему с Максом столику.

— Я готова ехать.

Максим галантно вывел меня из ресторана, и мы пошли к его машине. Он оставил её в какой-то подворотне, потому что стоянка была занята. А я шла, погруженная в свои мысли.

Три года.

Этот урод обманывал меня три года! Я вздрогнула от мысли, что всё то время делила с ним постель. Мне стало так противно. Зорин открыл передо мной дверь машины. Я забралась внутрь. Мне захотелось избавиться от воспоминаний о Серёже. О его прикосновениях, ласках и жарких словах.

Зорин сел в машину и что-то проверил в телефоне. У меня в голове уже созрел план, а бедный Макс даже и не догадывался о моих крамольных мыслях. Я повернулась к Максиму.

— Наверное, будет дождь… — произнёс мужчина, но не договорил, потому что я буквально накинулась на него.

Притянула его за ворот рубашки и впилась в губы. В моём поцелуе смешалась обида на бывшего и дикий голод по близости. Но этого мало. Я попыталась перелезть к нему на сиденье, но мне мешала панель. И тогда Макс сам пересадил меня к себе на колени, словно пушинку. Его руки сдавили мою талию, а затем начали путешествие по моему телу. Ох, этот мужчина точно знал, что делает, и на вкус он всё так же хорош, как и тогда в номере…

Не знаю, сколько мы целовались, я потеряла счёт времени. Лёгкие начали гореть огнём, и пришлось отстраниться друг от друга. Мы оба тяжело дышали. Максим сжимал ладонями мои бёдра. И в его глазах я увидела, что поцелуем всё не обойдётся. Я и не думала останавливаться. Я твердо решила, что он станет моим вторым. Отклонилась немного назад и потянула лямки платья вниз…

Я знала, что заниматься прелюбодеянием до брака — грех. И, видимо, меня наказали. Потому что других объяснений, почему моя жизнь пошла под откос, у меня нет…

17

Глава 17

Зорин втянул в себя воздух, жадным взглядом рассматривая мою грудь. До чего же приятно такое внимание. И мне нравилось, что он не спрашивал, делал, что хотел. Как сейчас. Он наклонился и укусил сосок сквозь ткань лифчика. Я выгнулась в пояснице, чтобы стать к нему ближе. Запустила руки в его волосы, как давно я хотела это сделать. Сейчас можно ни в чём себе не отказывать. Он прошёлся языком по моим ключицам, прикусил нежную кожу. А потом я почувствовала, как его пальцы пробрались за ткань трусиков. Он улыбнулся, я почувствовала это кожей. Я была такой мокрой! Мне даже стало не по себе.

— Ты часто думала обо мне, когда делала это? — слышу его хриплый голос.

А сама уже где-то за гранью реальности.

— Д-делала что? — спрашиваю на выдохе.

— Трогала себя здесь, — его пальцы проходятся по моему клитору.

У меня из горла вырывается пошлый стон.

— Замолчи, — приказываю ему.

— Отвечай, — чувствую, как его пальцы игриво проходятся по моему входу, а я жажду почувствовать их в себе.

— Я не… Не думала, — вру ему.

— О, нет, так не пойдёт, — он начал вытаскивать руку из моих трусиков.

Я схватилась за его широкое запястье и посмотрела в глаза.

— Что ты делаешь? Верни на место! — я готова была его придушить.

Макс хмыкнул и… Поправил на мне платье!

— Я не люблю ложь в сексе, Нина, только не здесь.

Я готова была заплакать. Мне нужен оргазм, прямо сейчас.

— Ладно, давай по домам, бабочка, — Максим взял меня за бёдра с намерением пересадить на сиденье.

— Подожди, — прошу отчаянно, прикрываю глаза, потому что стыдно признаваться. — Думала. Часто.

— Покажи, как ты себя трогала, — просит Зорин.

Я распахиваю глаза. Ну почему с ним так всё сложно? Он, что, не может просто мне засадить, и разойдёмся? Облизываю губы, и Макс следит за этим движениям. Колени начинают дрожать, и я сажусь на него сверху, прям на… Ох ты ж блин! Зорин шипит сквозь стиснутые зубы. А я чувствую его сток. И он огромный.

— Потрогай себя, Нина, и представь, что это я.

Неужели я решусь на это? Но почему-то, глядя на Макса, я совсем не стесняюсь. Мне наоборот в кайф, до чего я его довожу. Кусаю нижнюю губу и медленно веду руками по своему телу. Сжимаю в ладонях чувствительную грудь и дальше по животу… Запускаю правую руку в трусики и протяжно стону. Провожу по возбуждённой плоти кончиками пальцев.

— Тебе нравится, как я тебя трогаю? — спрашивает мужчина. — Введи в себя палец.

Я секунду сомневаюсь, но выполняю приказ. Я настолько мокрая, что палец без труда проникает внутрь. Как же хорошо.

— Вот так, хорошая девочка.

Чувствую, как он спускает чашечку бюстгальтера, оголяет грудь и впивается в неё губами. Лижет, кусает, дует, сводит с ума. А потом берёт меня за руку и сам начинает толкать пальцы глубже. Дыхание сбивается, а глаза закатываются от удовольствия.

И тут он вытаскивает мою руку из трусиков. Я тут же распахиваю глаза. А он медленно подносит палец к губам и облизывает его. Я смотрю на него в шоке. Как это всё развратно. Он пососал мой палец и выпустил изо рта.

— Кончишь от моего языка, — заявляет он.

Я даже пискнуть не успела, как оказалась на заднем сиденье.

— На четвереньки встань и схватись за спинку кресла.

Колени так сильно тряслись, что получилось сделать, как он сказал, не с первого раза. Меня всю трясло от возбуждения и предвкушения. Зорин задрал на мне платье до талии и… Разорвал трусики! Я думала, такое только в фильмах бывает. Почувствовала его руки на своей попке. Он любовно погладил её и сжал в руках. Я обернулась, чтобы смотреть, что он будет делать. А он… Наклонился и провёл языком по моему лону. Меня выгнуло дугой от первого касания его языка.

— Как я и думал. Вкусная.

Я не могу поверить, что он делает это. Вот так просто. Чёрт! Я хватаюсь за сиденье, когда он цепляет чувствительные точки. Это так потрясающе хорошо. Он щёлкает языком по клитору, нежно всасывает его губами, дарит водопад эмоций. Я сама не замечаю, как подаюсь ему навстречу. Он выбивает из меня крики, бессвязные слова и мольбы. Внутри такой коктейль из чувств. Никогда я раньше такого не испытывала, я даже не хочу думать о том, что было раньше…

Чувствую, как оргазм начинается от кончиков пальцев на ногах и заканчивается взрывом в голове. Такое ощущение, что меня разорвало на мелкие ошмётки и выкинуло в место, где всегда царит счастье и радость. Глупая улыбка не сходит с лица. Кажется, к этому можно привыкнуть.

Эта мысль отрезвляет меня. Я смотрю на Зорина, он перегнулся через сиденье и что-то ищет в бардачке. Нет, нет и нет! Я не могу позволить себе никаких чувств к Максу! Паника бьётся внутри. Нужно что-то делать, нужно уходить. За секунду я поправляю на себе одежду, мой клатч на переднем сиденье, его не достать. Сама не знаю, зачем, но поднимаю с пола визитку, открываю дверь и со всех ног бегу прочь от машины адвоката. Слышу, что он что-то кричит вслед, но не останавливаюсь. Даже не думала, что умею так быстро бегать, ещё и на каблуках!

Сердце стучит где-то в районе горла. Я выбегаю на проезжую часть, мне нужно убираться. Как назло ни одной машины такси. Я смотрю по сторонам, думаю, что делать, и тут возле меня тормозит машина.

— Подвести? — спрашивает средних лет мужчина.

На вид приличный, слегка полноватый. Я знаю, что нельзя садиться в машин к незнакомцам, но…

Я запрыгнула к нему в салон и закрыла за собой дверь.

— Спасибо, — улыбнулась.

— Куда едем?

— А вам куда? — ответила вопросом на вопрос.

Мужчина назвал адрес. Оттуда я смогу дойти пешком.

— Мне как раз туда же.

Мы тронулись с места, а я постоянно оглядывалась назад, думала, что Макс будет преследовать. Боже, какая я дура! Я даже не знала, за что ругать себя: за то, что позволила Максу трогать себя, или за то, что не переспала с ним. И чего я так испугалась? Чувств? Блин, ну после оргазма всех обычно любишь… И как я теперь буду в глаза ему смотреть? Может, мне уволиться, переехать в другой город и тогда всё забудется? Боже, за что мне всё это?

Я даже не заметила, как машина остановилась. Скосила глаза на водителя и заметила, что он за мной наблюдает. Я нервно сглотнула. Выглянула в окно и поняла, что мы именно там, куда он и собирался ехать.

— Сколько? — спросил он.

Я нахмурилась. Он смотрел на моё платье… Странно. Но, может, жене подарок ищет?

— Семь тысяч, — отвечаю я.

Его брови взлетают.

— По скидке пять, — зачем-то добавляю.

Он разочаровано качает головой. Странный.

— Ну, я пошла? — почему-то спрашиваю.

Что-то этот тип меня начинает напрягать. Вижу, как сзади нас останавливается полицейская машина, и расслабляюсь.

— Нет, — достает ксиву и тычет ею мне в лицо. — Капитан Белогородько, вы задержаны.

Медленно перевожу взгляд с документа, на полицейскую машину сзади, а потом на водителя. До меня всё ещё не доходит смысл его слов.

— За что?

— За проституцию.

18

Глава 18

Меня посадили в камеру. Я была просто в таком шоке, словами не передать. Всё походило на ночной кошмар. Лучше бы дала Зорину, честное слово! Я даже не поняла, как меня приняли и посадили под стражу. Была глубокая ночь и никто ничего не хотел слушать, сказали, всё завтра.

И вот я сижу без трусов, в мини платье в обезьяннике. Здесь холодно и ужасно пахнет. Рядом со мной сидят трое женщин. Я боюсь даже смотреть на них, потому что думаю, что они меня побьют.

— Первый раз? — обращается ко мне одна из них и лопает жвачкой.

— Да, — тихо отвечаю.

— О, помню свой первый раз, — смеётся, показывая чёрные зубы.

— Я тебя раньше не видела, — говорит другая. — Такая чистенькая и незаюзанная. Из элитных, что ли?

Все трое уставились на меня, я поёжилась от повышенного внимания. И что мне на это ответить? Как не обидеть женщин древней профессии?

— А, вспомнила, — первая вновь лопнула пузырь. — Ты из девочек Розы! Точно, я и думаю, лицо знакомое.

— Это та Роза, которая по изврату?

— Она.

И вновь трое уставились на меня.

— И тебе реально нравится? Про вас такие слухи ходят, что вы капец больные там и клиенты такие же.

Женщины начали рассказывать, что именно там делают за деньги, меня чуть не стошнило остатками ужина. Они сами решили, что я одна из девочек Розы, я их не переубеждала.

Ночь тянулась очень долго. Я боялась заснуть и оголить свои нижние девяносто. Ругала себя, на чём свет стоит. Как можно быть такой дурой? Как я вообще так попалась? А если меня реально обвинят?! Боже…

Мои сокамерницы давно спали, привыкли. А я схватилась за грудь и села на скамейке. Сердце стучало так быстро, что я испугалась. Кажется, у меня паническая атака.

Так, Нина, дыши, спокойно.

Никто меня не посадит. Я же не виновата. Я не проститутка. Я законопослушная гражданка, плачу налоги, помогаю старикам… Я не могу сесть за решётку! У меня собака дома.

Не знаю, сколько времени, по внутренним ощущениям часов пять утра. Я не спала и не собиралась. Видела, что дежурный лежит и спит на столе.

— Извините, — позвала я, ноль внимания.

— Прошу прощения, — уже громче.

Молодой парень поднял голову и недовольно посмотрел на меня.

— Тихо там, — сказал хриплым ото сна голосом.

— Я хочу позвонить.

— А я хочу жениться на Меган Фокс, — буркнул он.

— Время ещё есть, главное — верить, — улыбнулась я.

— Иди спи, хватит тут нарушать покой!

— Я требую звонок, — гнула свою линию.

Дежурный прищурился и поджал губы.

— Ты что, в голливудском фильме, какой звонок?

— Законный, — сложила руки на груди.

Если честно, то я совершенно не знала, полагается ли мне звонок или нет. Но он прав, во всех голливудских фильмах героям разрешают позвонить…

Я видела, что парень сомневается.

— Не положено.

— Вообще-то я имею право на звонок. Это прописано в конституции.

— Жди утра. Придут главные, и тогда…

— Тогда я скажу, что именно Вы мне отказали, и Вам сделают выговор!

Всё, парень сломался.

— Точно положен звонок? — спрашивает у меня.

А я едва не засмеялась истерическим смехом. Я-то откуда знаю!

— Точно, — кивнула ему.

Парень пожевал нижнюю губу. Он был таким молодым, наверное, только-только после школы полиции.

— Вас сюда, что ли, выпустить? — смерил меня подозрительным взглядом. — Или дать мобильный?

— Мобильный.

Парень подошёл к решётке и передал свой телефон. Я его разблокировала и увидела, что уже семь утра. А потом поняла, что не помню ни одного телефона наизусть! Только телефон родителей. Но я лучше в тюрьму сяду, чем позвоню им. От безысходности я едва не кинула мобильный в стену. А потом вспомнила… Полезла себе в лифчик, парень покраснел и отвернулся, а я достала визитку Зорина.

Уставилась на чёрный треугольник в руке. Как я могу ему позвонить и просить о помощи после вчерашнего… Но что мне ещё делать? Ждать, когда придут и объявят меня проституткой? Я вообще не знала, что делать и как реагировать, мне нужна юридическая помощь. Я хочу домой, помыться и спать.

Сделала глубокий вдох и набрала номер Макса, молилась, чтобы он взял телефон.

— Слушаю, — услышала его хриплый голос.

Сердце пропустило удар, и я сильнее схватилась за телефон.

— Алло, Максим, мне нужна твоя помощь…

Витиевато я рассказала Зорину о том, что сижу под стражей, рассказала, где именно и, заикаясь, за что. Мужчина слушал, не перебивая.

— Скоро буду, — сказал и отключился.

А у меня на губах глупая улыбка появилась. Он не оставит меня в беде. Поможет.

* * *

Его «скоро буду» растянулось на несколько часов. Я не могла больше сидеть на жёсткой скамейке, у меня болела задница. Я уже потеряла всякую надежду. Шагами я мерила камеру, когда открыли дверь.

— Шильцова, на выход, — проскрипел капитан.

— Правда? — уточнила всё же.

— Извините, вышло недоразумение, — процедил сквозь зубы.

Повторять больше не нужно было, я просто пулей вылетела из участка. Я вышла на улицу и закрыла глаза, вдыхая свежий воздух. Свобода!

— Привет, бабочка, — услышала до боли знакомы голос. — Или тебя стоит называть ночной бабочкой?

Я резко развернулась и посмотрела на Максима. Он был в джинсах и худи, я первый раз видела его в таком виде.

— Пойдём, — взял меня за руку и практически запихал в машину.

Я тут же покраснела, вспомнив, что здесь было и чего не было.

— Максим… — начала я.

— Нет. Потом.

— Я хотела сказать…

— Замолчи, Нина, а то придушу.

Ну, я и замолчала. Видела, что мужчина был на взводе. Из-за меня. Я хотела объяснить, почему так поступила. Рассказать о том, что у меня внутри. Я просто испугалась, меня накрыло, и я так поступила… Мне правда жаль. И я так благодарна, что он меня не бросил после всего.

Но я ничего пока не сказала. Решила, что ради своей безопасности помолчу. Я не хотела ни о чём думать, я устала и хочу есть.

В полной тишине мы доехали до моего дома.

— Пойдем, — Макс помог выйти мне из машины, и я увидела в его руке свою сумочку.

Он отдал мои вещи, и я нашла ключи. Мы дошли на мой этаж, я открыла засов и повернулась, чтобы попрощаться.

— Спасибо за всё, Максим. Я очень ценю.

— Сейчас покажешь, как глубоко ты ценишь, — сказал мужчина.

— Что? — нахмурилась я.

Макс дёрнул ручку и открыл дверь за моей спиной, затаскивая меня внутрь..

— Надеюсь, минет ты делаешь так же хорошо, как бегаешь, Нина.

19

Глава 19

Я едва не упала на пол, когда Максим впихнул меня в квартиру. Мужчина удержал меня за руку. В полумраке коридора я видела, как горят его глаза, и нервно сглотнула. И тут послышалось рычание сбоку от нас. Я повернула голову и увидела Макса.

— Малыш, — высвободилась из захвата Зорина и села на корточки. — Я так скучала, мой хороший.

Пёс принялся гавкать и облизывать мне лицо. Я засмеялась и обняла его.

— Мой сладкий, мой Максик, я так скучала по тебе.

Мы обнимались с собакой и совсем забыли о юристе.

Внезапно мой малыш напрягся и настороженно подошёл к Зорину, который тоже опустился на корточки около собаки. Собакен начал активно обнюхивать мужчину.

— Макс? Ты назвала пса в честь меня? — насмешливо спросил адвокат.

И я только сейчас поняла, насколько они похожи! Макс человек был похож на моего лабрадора. Я фыркнула и встала на ноги.

— Не льсти себе. Это Максимилиан Шильцов.

Макс начал гладить собаку, а тот завалился на спину и разрешил чухать себе пузо. Даже глаза закрыл и стал подёргивать лапкой. Предатель.

— Так как у тебя с оральными талантами? — не отрываясь от пса, спросил Зорин.

— Я ночь провела в обезьяннике! Я хочу кушать и спать. Мне нужно выгулять пса и помыться, я не собираюсь делать тебе… — я не смогла произнести это слово и всплеснула руками.

За кого он меня принимает? Какое право имеет требовать?!

— Ты сейчас пойдёшь помоешься, а я погуляю с собакой. Потом сделаешь мне минет, я закажу завтрак, и нам нужно будет серьёзно поговорить.

— Я не буду… — начала я опять.

— Будешь, — Максим поднял на меня взгляд, и я едва не вздрогнула от бушевавших в нём эмоций. — Я вчера ублажил тебя языком, а ты бросила меня с горящими яйцами. А с утра позвонила и сказала, что задержана за проституцию. Я мог тебя бросить там, но не сделал этого. Так что заткнись и покажи, как ты благодарна.

Когда он так говорит, то я выгляжу не в лучшем свете.

Я пробормотала ругательства и вручила Зорину поводок для Макса. Они ушли на прогулку и забрали с собой ключи, а я поплелась в душ. Платье я сразу отправила в мусорное ведро, больше никогда не хочу его видеть. А сама встала под горячие струи душа. Мне казалось, что я провонялась полицейским участком, я терла кожу до красноты мочалкой, а потом скрабами. Не знаю, сколько провела в душе, но, когда вышла, Максы уже пришли и ждали меня в зале. Я схватилась за ворот халата, Зорин лишь хмыкнул. Козёл. В горле почему-то пересохло, а дыхание сбилось.

Макс медленно встал и взялся за пряжку ремня. Мои глаза расширились от этого действия.

— Не здесь! — практически прошипела я.

Мужчина вздернул бровь.

— Ты собрался заниматься этим на глазах у собаки? Ты вообще нормальный?

— Он же лижет свои яйца при нас, — заметил Зорин.

Да, Максимилиан действительно сейчас был этим занят.

— Этим занимаются в спальне! — процедила сквозь зубы и пошла в комнату.

Услышала смех юриста за спиной, а потом его шаги.

— В спальне, без света и под одеялом? — слышу насмешливый голос.

Я хожу из стороны в сторону, пытаюсь взять себя в руки. Макс закрывает за собой дверь, и я вздрагиваю от этого звука. Резко поворачиваюсь, чтобы высказать всё, что я о нём думаю. Но слова застревают где-то в горле, потому что Зорин снял с себя футболку, и я уставилась на его пресс. Он не был качком, наоборот, поджарым, и живот у него тренированный, с ярко выраженными мышцами, такой хочется трогать. А дальше его длинные пальцы принялись за пряжку ремня, а затем потянули молнию на джинсах вниз. Они упали по ногам на пол, и я увидела очертания его мужского достоинства сквозь тонкую ткань белых боксеров. Это был второй пенис, который я видела живьём. И хочу сказать, что ни в какое сравнение с моим бывшим не идёт. Зорин даже и не думал стесняться, опустил трусы, и я увидела его дружка во всей красе. Толстый, длинный, увитый венами, налитый кровью с розовой головкой. Я резко почувствовала желание ощутить его в себе… Во рту и южнее…

Ох.

Я боюсь смотреть на Максима, потому что чувствую, как моё лицо пылает от стыда. Мужчина берётся за свой ствол и проводит по нему пальцами.

— Подойди ко мне, встань на колени и открой рот, — хрипло приказывает.

Я хотела взбунтоваться, но это было до того, как я увидела его практически в том, в чём мать родила. Этот юрист великолепен. А я возбуждена так сильно, что меня трясти начинает. Мозги превратились в кисель, и я ловлю себя на том, что хочу ему подчиниться. Я наблюдала за собой, словно со стороны. Потому что не понимаю, почему сделала всё, что он сказал! Когда опустилась на колени, Зорин резко выдохнул.

— Возьми в руку, — приказал.

Протягиваю подрагивающие пальцы и обхватываю за основание, мои руки слишком маленькие, и я не могу обхватить окружность полностью. Его кожа такая горячая и нежная на ощупь. Мужчина кладёт ладонь мне на голову и легонько массирует кожу, его прикосновение похоже на изысканную ласку. Я кусаю губы. Мне никогда не нравилось заниматься оральным сексом, и практиковали мы его не часто. Но что-то мне подсказывает, что с Максимом всё будет по-другому.

— Оближи член, бабочка, — очередной приказ.

Пульс стучит в висках так сильно, что начинает кружиться голова. Я замираю на секунду, как перед прыжком в воду, а потом делаю выбор. Подаюсь вперёд и обхватываю тугую головку ртом. Я чувствую солоноватый вкус смазки на языке, и мне не хочется тут же пойти и вымыть рот. Мне это нравится. Его вкус, запах, приказы.

— Руки убери, работай только ртом.

Я провожу языком по всей длине и вновь беру в рот, стараюсь, как можно глубже. Ладони Зорина сжимают мои волосы сильнее, надавливают, и он вгоняет член ещё глубже. Я едва не задыхаюсь, когда он ударяет по задней стенке горла.

— Такая послушная, — гладит по щеке. — Горло расслабь и дыши носом.

И он начинает трахать мой рот. Толкается глубже, резче, я пытаюсь расслабиться и с удивлением понимаю, что мне это нравится. Чтобы не упасть от напора, хватаюсь за его ноги, царапаю ногтями пресс. Чувствую, как его член набухает во рту всё больше. Я так возбуждена, что, если он дотронется, взорвусь на мелкие кусочки. Чувствую, что он уже на грани, дышит тяжело и часто, а я принимаю его в себя глубже.

Макс дёргает меня за халат, оголяя грудь, а затем вытаскивает член из моего рта и кончает мне на грудь. Я пытаюсь отдышаться, вытираю рот рукавом, а Макс в этот момент растирает сперму по моей груди, словно клеймит. Это так грязно, что я сомневаюсь в своей нормальности, потому что мне это нравится.

— Ты насосала на завтрак, — усмехается этот козёл.

Я ударяю его по животу, а он помогает мне встать на ноги. Сделала заказ, что хочу.

— Блин, мне опять нужно в душ.

— Пока ждём заказ, можем трахнуться, — предлагает очередную пошлость.

Я закатываю глаза.

— Чтобы быть тебе ещё чем-то обязанной? Нет, спасибо, — признаюсь, я этого хотела!

Но как только увидела этот взгляд победителя… Нет, не дождётся.

— Тогда позавтракаем и поговорим, — говорит серьёзно, одеваясь.

— О чём?

— О будущем, Нина. Твоём и моём.

20

Я вновь привела себя в порядок, это заняло больше времени, чем планировалось. Я наконец-то надела трусики, спортивный костюм и вышла на кухню. Мне не хотелось думать о том, что произошло, сделаю вид, что ничего не было.

Как раз уже привезли наш заказ, и Максим расставлял всё на столе. Он выглядел здесь так гармонично, словно мы были парочкой, я едва не ударила себя по лицу, чтобы прийти в чувства. Зорин поднял взгляд и осмотрел меня с головы до ног, его глаза вспыхнули.

— Замолчи, — тут же сказала и села на стул.

— Я молчал, — невинно произнёс.

— Вот и молчи.

Нам привезли пиццу, блинчики с повидлом, кофе и сэндвичи. Я была такой голодной, что набросилась на еду, как какой-то дикарь. Я буквально запихивала в себя всё. Откусила от сэндвича, макнула блин в повидло и целый засунула в рот. Макс смотрел на меня с нескрываемым удивлением. Я кое-как прожевала всё и вытерла рот салфеткой. Стало немного неловко.

— Я просто проголодалась, — сказала я.

— Я вижу, — хмыкнул мужчина.

На кухню пришёл Максимилиан и стал выпрашивать еду. Юрист отломил половину сэндвича и скормил псу, от чего моё сердечко дрогнуло. Я продолжила завтрак. Когда поняла, что в меня больше не влезет ни крошки, сделала глоток кофе с молоком, для кофе место всегда есть.

— Так о чём ты хотел поговорить? — спросила и едва не икнула.

Не быть мне леди.

Зорин посмотрел на меня странным взглядом и задумался. Что-то мне не нравится это.

— Послушай, — начала я. — Да, мы с тобой… э-э-э… — я пыталась подобрать слово. — Подурачились. Но на этом всё. Я не ищу ничего такого, понимаешь? Я не хочу отношений…

Меня прервал смех. Точнее, ржач! Этот юристишко откинул голову назад и хохотал, как припадочная чайка. Мне даже обидно стало. Какого чёрта он смеётся? Сам же сказал, надо поговорить обо мне и о нём? Что вообще это значит?

— Ты думаешь, что отсосала мне, и я в тебя влюбился? — спросил, всё ещё посмеиваясь.

Я вспыхнула от его грубости! Ненавижу его.

— Что ты хотел? — рявкнула на него, меня просто трясло от ярости. — Давай говори или проваливай.

— Ох, Нина, Нина, — покачал головой.

— У меня нет времени на твоё дерьмо, Зорин! Давай уже ближе к делу.

— Я бы предпочёл ближе к телу.

— Максим!

— Ладно. Ты же знаешь, что я собираюсь стать партнёром в фирме. Я уверен в своём успехе на 99,9 %.

— И? Что мне делать с этой информацией? Похвалить тебя?

— Для начала замолчать и послушать дальше.

Я фыркнула, но замолчала. Чем быстрее расскажет, тем быстрее уйдёт.

— Мой босс и наставник Владимир Чернявский человек старой закалки и весьма консервативных взглядов. Он отнёсся ко мне очень хорошо, помогал, направлял. Но он топит за институт брака и всё такое. В конце концов он смирился с моим мировоззрением и образом жизни. Я никогда не давал повода для сомнений… До вчерашнего дня.

Я нахмурилась. Для чего всё это длинное и скучное предисловие? Зорин решил поговорить?

— Очень интересно, — прокомментировала я и сложила руки на груди. — Я-то тут при чём? Становись партнёром, я даже порадуюсь. Наверное.

— Ниночка, наверное, лучше показать один раз… — с этими словами он достал смартфон и стал что-то в нём искать.

— А, вот оно, — передал мне телефон.

Я взяла его и первое, что увидела — заголовок.

«Максим Зорин и его загадочная девушка. Кто она?»

Я уже хотела съязвить, но едва не проглотила язык, потому что увидела фотографии. Наши фотографии! Со вчерашнего вечера. Как я сижу на нём верхом и едва не насилую.

— Что? — из горла вырвался странный хрип.

— Это лишь одна из жёлтых газет. Мы на первых полосах, детка.

Нет! Этого просто не может быть… Я откинула от себя телефон, словно он был гадюкой, и стала расхаживать по кухне.

— Какой кошмар, — я вцепилась в волосы.

Так, спокойно, всё нормально.

— Никто же не читает газеты в наши дни, — рассуждала вслух.

— А ты включи телефон свой и проверь, — посоветовал юрист.

Я бросилась за своей сумкой, рухнула прямо на пол и трясущейся рукой достала телефон. Я едва не закричала от количества звонков и сообщений. От подруг, коллег и просто знакомых… Но самое ужасное — пять пропущенных от отца. Я приложила ладонь к сердцу, потому что реально думала — оно остановится. Если всё это дошло до папы… Мне было так страшно, когда в мессенджере я открыла его голосовое сообщение.

«Нина, ты выставила всю семью на посмешище. Я смирился с твоим слизняком, но это… Быстро приезжай домой. Если не приедешь, я сам приеду»

Боже…

На негнущихся ногах я вернулась на кухню. Без сил рухнула на стул. Секс вне брака наказуем.

— Мой босс уже обо всём знает и сказал, что не видать мне партнёрства, не после такого…

— И что же нам делать? — тихо спросила.

Макс рассказал свой план. Я смотрела на него, как на сумасшедшего. Я снова была на ногах, и он тоже. Голова шла кругом, хотелось кричать и рыдать или всё сразу.

— Ты же не серьёзно? — прохрипела я.

— Это выход из ситуации.

— Свадьба с тобой — это не выход!

— А у тебя есть другие варианты?

— Вообще-то есть, — дерзко заявляю я.

— Нет, Нина, их нет, — берёт меня за подбородок и смотрит в глаза. — Либо ты становишься моей женой, либо твоё дело отправиться прямиком в суд. Поверь, я сделаю всё, чтобы тебя посадили за проституцию. Решай.

21

— Ты, что, мне угрожаешь? — шокировано спросила я, дёргая подбородком и отходя на шаг.

— Не передёргивай, — поморщился юрист. — Мы в одной лодке, бабочка, и нам не обязательно тонуть.

— Ты только что сказал, что засадишь меня за решетку! — начала кричать.

Максимилиан тем временем начал воровать остатки еды со стола.

— Ты моя невеста, я не дам тебе сесть за решетку, — улыбнулся Зорин.

— Невеста? — я просто без сил опустилась прямо на пол и схватилась за голову. — Проваливай отсюда, Максим.

— Нина, послушай… — начал было мужчина.

— Нет, я не хочу тебя слушать! Уходи! Я хочу побыть одна!

Макс несколько секунд смотрел на меня, а потом кивнул и вышел из кухни, а затем я услышала, как хлопнула входная дверь.

Что за сумасшествие? Боже, во что превратилась моя жизнь? Как же меня достали мужчины! Отец, Сергей, Максим. Какого чёрта они думают, что имеют право командовать мной? Всё, с этой минуты появилась новая Нина. Улучшенная версия. Нина без мужчин. Да. Я сама со всем справлюсь, и никто мне не нужен. Ну, кроме Максимилиана. Но он хороший мальчик.

Я поднялась с пола и решила пойти спать. Мозгам нужен отдых и потом я подумаю, что делать. Как только моя голова дотронулась до подушки, я отключилась.

Проснулась рывком из-за того, что кто-то звонит и стучит в дверь. Я так быстро встала с кровати, что едва не упала. Макс начал лаять, я попыталась его успокоить.

— Тише, малыш, — сказала и взяла за морду, как учил Денис.

Подошла к двери и взглянула в глазок.

Страх. Мерзкий и липкий сковал нутро. Я почувствовала себя беспомощной, как в детстве. За дверью стоял отец. Лишь он вызывал у меня такое острое чувство вины.

— Открывай дверь, Нина, я знаю, что ты дома! — услышала голос родителя и вздрогнула всем телом.

Первой мыслью было спасаться бегством через окно. Но я сразу же отбросила её от себя. Я взрослая женщина, и отец мне больше не указ. Что он сделает в конце концов.

Я несколько раз глубоко вдохнула и распахнула дверь.

— Здравствуй, папа, — сказала и пропустила его в квартиру.

Владимир Леонидович Шильцов вошёл внутрь, словно он владел всем домом. Отец был одет в военную форму, и весь его вид источал недовольство. Он просканировал обстановку вокруг, задержался взглядом на лабрадоре, а затем посмотрел мне в глаза. Мне стоило больших усилий не вздрогнуть.

— Что это за место? — строго спросил он.

Ни здравствуй, дочь, ни как дела, я не говорю даже об объятиях…

— Квартира, которую я снимаю.

— Почему ты снимаешь квартиру?

— Потому что я взрослый человек, и мне нужно где-то жить, — устало ответила.

— Сделай мне кофе, — отец развернулся и пошёл оглядывать квартиру.

Я поплелась на кухню делать кофе. Я быстро убрала мусор после завтрака, отец не любит мусор. У нас в доме с пола можно было есть. Мама убирает два раза в день.

Родитель вошёл внутрь и сел за стол. Я поставила перед ним чашку с кофе. Он сделал глоток и поморщился.

— Слишком горячий.

А я хотела заорать, чтобы подождал и только тогда пил!

— Извини, — вместо этого ответила.

Он всегда ждал извинений, потому что всегда прав. Самый токсичный человек, которого я знаю.

— Итак, Нина, — серьёзно начал папа. — Ты рассталась со своим тюфяком и ничего нам не сказала. Я закрывал глаза на твоё баловство, думал, молодая, одумаешься. Но как ты себя ведёшь?! Прежде, чем прийти сюда, я пошёл к твоей соседке в квартире напротив. Очень приятная женщина. Она мне много чего рассказала о тебе и о твоих… Мужчинах во множественном числе!

Я едва не выругалась вслух. Представляю, что Валентина Ивановна могла рассказать.

Отец продолжил, и с каждым словом тон его становился всё громче.

— Дочь уважаемого человека и появляется в газетах, да ещё как?! На коленях у какого-то безродного щенка. Ты издеваешься надо мной?! Слишком мягок с тобой был, надо было пороть! Что обо мне подумают люди? Да меня на смех поднимут!

Мне так обидно стало. Он думает только о себе, что о нём подумают. Мне изменил парень, с которым я хотела жизнь связать, но это фигня. Я даже не знаю, чего ждала от него? Думала, что с возрастом он станет мягче? Честно сказать, надеялась. Я хотела, чтобы он просто любил меня, но он не умеет этого делать. Я даже не помню, чтобы он хоть раз произносил слово на Л. И я, и мать всегда недостаточно хороши для него. Он только и делает, что указывает на наши недостатки. Как же мне это надоело, сил моих больше нет.

Я проглотила ком в горле и посмотрела на отца. Я не дам себя запугивать. Сердце билось в груди так быстро, что становилось больно.

— Речь не о тебе, папа. Серёжа… Изменил мне. И… Мне всё равно, что подумают какие-то там люди. Мне вообще плевать. Я хочу думать только о себе и своём благополучии… — я не верила, что сказала это.

На кухне повисла тишина. Несколько раз я облизала пересохшие губы. А затем тишину нарушил удар кулака по столу. Я вздрогнула всем телом и вжалась в стул.

— Не смей так говорить со мной! — взревел отец.

Он потерял контроль, и это по-настоящему страшно. У меня внутри всё затряслось от ужаса. Я тут же пожалела о своих словах.

— Ты сейчас же пойдёшь, соберёшь вещи и поедешь домой.

— Нет… — прошептала.

— Да, Нина! Я твой отец, и, пока ты не вышла замуж, несу за тебя ответственность! Вы, женщины, ничего не можете без мужчин! Я даже не удивлён, что такой червь, как Серёжа, изменил тебе. А теперь пошла за вещами. Не зли меня, а то выволоку так. И дворнягу твою на улице оставим.

— Я с тобой не поеду, — дрожащим голосом сказала.

— Нина… — протянул отец вставая из-за стола.

— Я… Выхожу замуж, — выпалила я на одном дыхании. — Мужчина с фотографий — мой жених.

Папа смотрел на меня несколько секунд, а затем сел на место.

— Жених, говоришь? Звони ему, будем знакомиться.

22

— Я жду, Нина. Ты позвонишь своему, — папа ухмыльнулся, — жениху или как?

— Ну… Я не думаю, что он сможет прийти. Он очень востребованный адвокат… — начала я оправдываться.

Колёсики в голове отказывались крутиться, что я творю, блин.

— И он работает. Да, работает.

— А ты позвони, Нина.

— Понимаешь…

— Это не просьба. Взяла телефон и позвонила ему, — сказал отец, я вздрогнула от его тона.

Я знала, что спорить бесполезно, он добьётся своего. Я поплелась за телефоном и порадовалась, что не выбросила визитку. Набрала номер и стала ждать.

— Да, — услышала голос Зорина.

Выглянула на кухню, папа смотрел на меня в упор.

— Алло, Максим, привет! — бодро сказала я. — Как ты, лю… до… малыш, — выдавила из себя.

На том конце провода повисла тишина.

— Час дня только, а ты уже пьяная? У тебя проблемы, бабочка.

— Нет у меня никаких проблем, — процедила сквозь зубы, а потом опомнилась. — Приехал мой папа и хочет встретиться.

— Твой папа?

— Сегодня, да. Не можешь?

— Я могу.

— Ох, ты мой трудяжка. Да, конечно, понимаю, клиенты и работа очень важны.

— Точно пьяная.

— Работай, работай. Конечно передам. В другой раз, да.

Я отключила телефон. Почему я не догадалась отключить его раньше?!

— Люблю тебя. Пока.

Я посмотрела на папу и виновато пожала плечами.

— Он сегодня не может, — я вернулась на своё место.

— Тогда пусть приходит к нам в выходные. Посидим, поговорим.

— Х-хорошо, — произнесла, заикаясь.

Теперь надо думать, как отмазаться.

— Время обеда, Нина, ты думаешь меня кормить? — из мыслей вывел голос отца.

Я несколько раз моргнула, а потом пошла к холодильнику, задумалась, чем бы накормить родителя. А потом плюнула на это дело, всё равно ему ничего не понравится, поэтому я решила приготовить то, что сама хочу — пасту с морепродуктами. Это было одно из моих коронных блюд. Вообще я хорошо готовлю и люблю это дело, но Сергей почти не ел домашнюю еду, говорил, что покупная ему была вкуснее. Я готовила только для себя, кастрюля борща на две недели.

Спустя полчаса всё было готово. Я накрыла на стол, поставила две тарелки на стол и села на стул. Макс тут же появился и начал требовать еду. Я показала на его миску.

— Я тебе почистила креветки, дружок, — сказала и погладила пса по голове.

— Нина! — прогрохотал голос отца. — Трогаешь животное, а потом за вилку берёшься, иди вымой руки.

— Но Макс…

— Живо!

Я встала, униженная его словами, и с горящими щеками пошла к раковине, только включила воду, как послышался звонок в дверь. Я пошла к двери, посмотрела в глазок, но ничего не увидела, кто-то закрыл его и продолжал звонить.

Ну что за козлы! Опять пришли Эйвон предлагать?!

Я резко открыла дверь и тихо вскрикнула, а потом попыталась закрыть дверь, но Зорин подставил ногу и легко оттеснил меня.

— Какого чёрта ты пришёл? — прошипела я и схватила Максима за руку, пыталась вытолкнуть из квартиры.

Сердце грохотало в груди так сильно, что я едва не потеряла сознание. Худший сценарий из всех!

— Ты должен уйти, сейчас! — он не сдвинулся с места. — Пожалуйста, Макс…

— Это и есть твой жених, — услышала голос папы за спиной и едва не рассыпалась на части.

То, чего я так боялась, начало происходить. Почему? За что мне это?!

— Добрый день, — легко сказал юрист и притянул меня к себе за талию. — Я Максим, жених Нины, — протянул руку папе.

— Владимир Леонидович, отец, — пожал руку в ответ.

И я уверена, что в рукопожатие вложил всю силу. Сапрыкин постоянно жаловался, что отец едва не ломает ему кисть, а он врач, стоматолог. Я посмотрела на Макса, на его лице продолжала блуждать улыбка. Отец прищурился и отпустил ладонь Зорина.

— Присоединяйся к обеду.

— С удовольствием.

Опять мужчины всё решили за меня! Кипя от злости и ругаясь про себя на Макса, я поплелась на кухню. Достала тарелку и поставила перед «женихом».

— Приятного аппетита, — произнесла я.

И начался допрос с пристрастием. Отец ни на секунду не оставлял Макса, а я постоянно вздрагивала и боялась, что он нас раскроет. Но Зорин держался просто потрясающе! Вот что значит юрист! Врёт и не краснеет, изворотливый, как кот. Отвечает просто на все вопросы с ходу. Я в шоке.

А отец тоже не промах, через время задает те же вопросы, пытается поймать Максима на лжи. За эти полчаса я так вспотела от стресса, что мне нужен ещё один душ. Да сколько же можно?

— Нина, выйди, мы поговорим с глазу на глаз, — приказал отец.

Я нервно сглотнула. Нет, оставлять их точно нельзя.

— Я не думаю, что…

— А тебе и не надо думать! — грубо сказал отец. — Встала и вышла.

Я судорожно вдохнула, слёзы навернулись на глаза. Я уже хотела встать, но тут почувствовала, как рука Макса крепко обхватила мою, удерживая на месте. Я посмотрела на Зорина, выражение его лица было убийственно холодным. А мне резко захотелось, чтобы Максим защитил меня от отца, я знаю, он сможет. Мне было противно от этого желания и от того, какой я была слабой. Но отец… Он всегда ломал меня, а я подчинялась против воли всем его приказам. Я не хочу больше.

— Владимир Леонидович, Вы находитесь не у себя дома и не имеете никакого права что-либо приказывать моей невесте, тем более в таком тоне, — сказал Макс, а у меня мурашки побежали по спине от его тона.

Никто и никогда не говорил с отцом в таком тоне. И, судя по красным пятнам на лице, он в шоке.

— Да как ты смеешь? Ты знаешь, кто я? Хочешь проблем? — взревел отец, у него даже вена на лбу задергалась, признак того, что он взбешён.

— Откровенно говоря, мне всё равно, кто Вы. Но если ещё раз ты, — Зорин уже тоже не сдерживался, — повысишь голос или проявишь неуважение к Нине, то да, у нас будут проблемы. Ты станешь моей личной проблемой.

— Ты… — прошипел отец, поднимаясь со стула.

— Сядь на место, Вова, если не хочешь, чтобы историю про Резника узнали все.

Я думала, что отец достанет табельное оружие и пристрелит Макса, я даже дышать перестала. Но он смотрел на Зорина, и я увидела… Страх в его глазах! Невероятно.

— Откуда?..

— Я же должен знать будущих родственников, так сказать, в лицо, — широко улыбнулся Макс.

На кухне воцарилось молчание, а затем отец что-то бросил напоследок и ушёл. Я просто смотрела на место, где он был секунду назад, и пыталась собрать мысли в кучу.

— Кто такой Резник? — нарушила первой тишину.

Зорин повернулся ко мне и развернул меня лицом к себе.

— Тебе о нём не нужно думать, — тихо сказал и заправил прядь моих волос за ухо.

Я вздрогнула от этого жеста, и от Макса не укрылась моя реакция, он криво улыбнулся. А потом провёл большим пальцем по моей нижней губе, оттягивая её немного, у меня сбилось дыхание и хотелось облизать губы.

— Раз теперь ты официально моя, предлагаю отметить это событие.

— Как? — выдохнула я, глядя в его голубые глаза.

— Сексом.

23

Когда Макс так близко, то думать очень тяжело, мысли все сводятся к одному. А ведь так легко поддаться искушению…

— Подожди, — нахмурилась и отсела на приличное расстояние от мужчины. — Может, нам сперва стоит всё обсудить?

— Про секс? Для меня нет запретов, ну, кроме огромного чёрного страпона…

— Максим! — воскликнула я. — Соберись! Я про нашу «помолвку».

— А что с ней не так? — искренне удивился он.

— Дай подумать, — приложила палец к подбородку, словно задумалась и постучала по нему. — Ты серьёзно? Всё вышло из-под контроля. Ты видел моего отца. Пока он не увидит штампа в паспорте, жизни не даст!

— Штамп в паспорте нам и нужен, — улыбнулся Зорин.

Нет, он просто издевается! Я прикрыла глаза и помассировала гудящие виски.

— Просто сюр какой-то, — пробормотала я.

— Как я понял, тебе нужна свобода от твоего отца, а мне нужно партнёрство в фирме. Мы можем помочь друг другу.

— Поженившись?

— Именно. Я тебе уже говорил, что Чернявский — человек традиционных взглядов, и те фото заставили его сомневаться во мне. Не работа, а сранные фото.

— Допустим, только допустим, что мы поженимся, и что дальше?

— Ты про «долго и счастливо»? — приподнял насмешливо бровь.

А я закатила глаза. Вот что за человек?

— Нет, я про то, какой дальше план? Сколько нам притворяться? Как будем показывать любовь?

Макс задумался.

— По слухам, босс будет выбирать партнёра зимой. Если поженимся сейчас, то разбежаться можно через год.

— Год? — потрясённо выдохнула. — Мы будем играть любовь целый год?

— Да, тогда ни у кого не возникнет вопросов.

— Это просто безумие.

— Нет, Нина, это выход из ситуации. Мы оба получим, чего хотим: я работу, а ты избавишься от тирании отца.

Я задумалась. В словах адвоката была доля правды. Я знала, что отец так этого не оставит. Понадобится, придёт со своими солдафонами, и силком домой увезут. Мне нельзя туда, я не хочу. Я жизни спокойной хочу, чтобы никто мной не манипулировал и не указывал, что делать.

Конечно, я мечтала выйти замуж, как и любая другая девочка. У меня даже было на примете идеальное платье, но я всегда думала, что выйду замуж за любимого. Я надеялась, что когда-нибудь мы с Серёжей поженимся и устроим пышную свадьбу. А потом всё будет ещё лучше… Мечты сопливой идиотки. Но после предательства бывшего я не перестала верить в любовь. Я хочу любить и чтобы меня любили в ответ. А от мысли от фальшивой свадьбы внутренности скручивает узлом. Я понимаю, что это решение многих проблем, но…

— Как ты вообще это представляешь?..

— У меня знакомая в ЗАГСе распишет нас хоть завтра. А потом ты соберёшь вещи и переедешь ко мне.

— Что? Почему к тебе?

— Потому что у меня огромная квартира-студия в центре города.

— У меня собака.

— У нас, Нина, теперь всё общее, — вновь улыбнулся Макс.

Я не разделяла его веселья, но не могла не улыбнуться в ответ.

— Откуда у тебя квартира? Ты же не богатый.

— Клиенты могут быть благодарными, — подмигнул мне.

А у меня челюсть едва не упала на пол. Максим засмеялся.

— Я зарабатываю очень хорошо. Станешь моей женой и увидишь налоговую декларацию.

— А как быть с друзьями? Девки никогда не поверят, что у нас любовь. И врать я не смогу…

— Нам не их убеждать, Нина. Главное, чтобы мой босс и твой отец поверили.

— Звучит легко. Но я не знаю… Надо подумать.

— Хватит думать, бабочка. Просто возьми и сделай это. Всё настолько легко.

Я смотрела в голубые глаза Максима и понимала, что не могу ему противостоять. Он прав, мы нужны друг другу.

— Дай мне двадцать минут, мне надо подумать.

— Ровно двадцать и не минутой больше.

Я кивнула и ушла на балкон. Лабрадор последовал за мной.

— И что думаешь, дружок?

Макс громко чихнул, я улыбнулась.

— Я думаю так же.

Я стала расхаживать из угла в угол. В голове нарисовала себе табличку ЗА и ПРОТИВ. Я рассуждала здраво и колонка «против» была намного длиннее, чем «за». Я прислушалась к себе. Смогу ли я на целый год поставить жизнь на паузу и играть счастливую супругу? А, может, я слишком остро реагирую? Может, у меня, наоборот, появятся новые возможности. Ну, например, я всегда хотела научиться ездить на машине, а у Макса есть машина… Как он там сказал? Теперь всё наше. Но самое главное, самый большой плюс — отец не будет меня доставать. Я не знаю, что там узнал Макс, но папа явно смутился. У меня будет целый год спокойствия, и я смогу придумать, как избавиться от тирании родителя.

Я решила, что подругам расскажу правду, о том, что у нас с Зориным договор. Я им доверяю, как себе, никому они не расскажут. Тогда решено. Я выхожу замуж.

Я вернулась на кухню и не обнаружила там Макса. Прошла в зал, и он развалился на диване. Как только вошла, он поднял на меня глаза.

— Хорошо. Давай сделаем это, — сказала я и прежде, чем мужчина что-то сказал, добавила. — У меня есть условия.

— Я смогу их оспорить в суде? — улыбнулся, и я строго посмотрела на него.

Мне вообще не до веселья. Меня так колошматило внутри, что я удивляюсь, как ещё не свалилась в обморок.

— За коммуналку я платить не буду, продукты будем покупать пополам и по утрам с Максимилианом будем гулять по очереди, без отговорок.

Губы Зорина подрагивали, он пытался сдержать смех.

— Что-то ещё?

— Я пойду в автошколу, и ты дашь мне покататься на машине.

— Нет, — тут же отрезал Максим.

— Но…

— Нет, Нина, и это не обсуждается. У моего деда есть старая иномарка, вот на ней и будешь отрабатывать параллельную парковку.

— Хорошо… И последнее… — я замялась, не зная, как сказать.

Поэтому надо просто сказать, содрать, как пластырь.

— Мы целый год будем играть супругов. И…

— И?

— Если ты с кем-то переспишь на стороне, то я сразу уйду, Максим. Я не … Я не выдержу морально, если мне ещё раз изменят. Я понимаю, что у нас всё фикция, но это мои условия.

Макс долго смотрел на меня, а потом поманил рукой.

— Сюда иди.

Я подошла к нему и мужчина дёрнул меня на себя, и я оказалась на его коленях. Своей задницей я явственно чувствовала, что он уже готов консумировать наш будущий брак.

— Я так и знал, что ты хочешь меня, бабочка. И не переживай, делить меня ни с кем не придётся, я весь твой, — он провёл ладонями по моей талии, вверх, накрыл грудь.

Я нервно сглотнула и прикусила губы.

— А теперь раздевайся, я хочу тебя.

Его слова вырвали из горла тихий стон. Макс развернул меня так, чтобы я оседлала его к нему лицом.

— Тебе… Нам надо сначала провериться… Чтобы мы могли ничего не опасаться…

— Когда ты последний раз трахалась? — спросил он.

Я покачала головой.

— Давно, наверное, полгода назад… — признала, краснея.

Макс улыбнулся и через ткань прикусил мой сосок.

— Да ты почти девственница. Буду тебя развращать.

— А ты? — выпалила я.

— Я чист. За эти две недели мой член побывал только у тебя во рту. А теперь я хочу попробовать другую твою дырочку, — накрыл ладонью моё лоно.

Ох, чёртов пошляк.

Но…

Я не стану сопротивляться.

24

— Давай, раздевайся, хочу на тебя посмотреть, — произносит мужчина и прикусывает за подбородок.

По телу проносятся электрические разряды, и тепло скапливается внизу живота. Я начинаю нервничать, я не готовилась к… контакту, так сказать.

— Ни-и-и-н, — протянул Зорин и языком обвёл мои губы. — Заканчивай думать, поняла? Я п*здец голодный.

Я судорожно вздохнула. Надо успокоиться. Это Макс. Рано или поздно мне придётся раздеться перед ним. Вдох-выдох, Шильцова.

Медленно я поднялась с колен мужчины и быстро стала стаскивать с себя одежду. Осталась в одном белье, на Максима не смотрела, стыдно. Я никогда не отличалась фигурой. Обычная. Вот я какая. И теперь Зорину жить с такой посредственностью год. Я взялась за застёжку бюстгальтера и на автомате посмотрела на мужчину. Вздрогнула всем телом. Только сейчас я поняла, о каком голоде он говорит. Юрист смотрел на моё тело с таким восхищением, что я начала немного расслабляться. Я почувствовала себя красивой. Желанной. Сексуальной.

— Продолжай, — хриплый приказ.

Я послушалась. Расстегнула лифчик и медленно сняла с плеч, он упал к ногам. Взялась за трусики, сделала глубокий вдох, а затем резкий выдох, и быстро сняла, вертя бедрами, чтобы быстрее спустились к ногам. Кожа покрылась мурашками, мне хотелось прикрыться. Я опять посмотрела на Макса и попала в омут его голубых глаз. Он смотрел на моё лицо, и я клянусь, я физически чувствовала его взгляд. Он ласкал меня им. Лоб, нос, щёки, губы и дальше… Шея, ключица, грудь, живот и там… Никогда в жизни я ещё не чувствовала себя такой возбуждённой. У меня мозг превратился в растаявшую сладкую вату. Буквально.

Максим молчал. В комнате было слышно лишь его хриплое дыхание.

— А ты… Разденешься? — спросила, вдруг почувствовав неловкость.

Он весь одет, в деловом костюме. А я стою голая. Я даже моргнуть не успела, как он разделся. Просто со скоростью звука. Вот что значит практика. Грудь неприятно кольнуло от этих мыслей про Макса и других баб.

Теперь пришла моя очередь его рассматривать. Ну до чего же он хорош, этот блондин с голубыми глазами и охрененной фигурой. Даже его член идеальный. Длинный, толстый, с выступающими венами.

— Сюда иди, — очередной приказ.

Я сделала несколько шагов и остановилась, глядя на его член, который лежал на животе.

— Бл*ть, Нина, я сейчас кончу от одного твоего взгляда, а у меня другие планы.

— А защита? У тебя есть?

— Резинка? Я успею вытащить, — говорит с дерзкой улыбкой.

— Мы не будем надеяться на твою реакцию, Макс! Нужно подходить ко всему ответственно. Мы же взрослые…

— Да заткнись уже, понял, — мужчина взял свои брюки и достал оттуда бумажник.

Нашёл там квадратик с нежевательной резинкой и открыл фольгу. Раскатал по всей длине. Взял член у основания и подёргал им из стороны в сторону.

— Давай, прыгай.

— Дурак, — сказала, но всё же подошла.

Я вновь залезла к нему на колени и опять запереживала. Он был большой.

— Только давай аккуратно, хорошо? Я боюсь, что будет больно… — произнесла, дико краснея.

— Расслабься, рыбка, — сказал Макс и дёрнул на себя для поцелуя.

Ох. Как же это прекрасно. Я могла бы целоваться с ним вечность. Что он творил. Такое чувство, что он трахал меня своим языком. От такого поцелуя можно забеременеть. У меня всё сжималось внутри от этих ощущений. От его запаха, хриплого голоса, я просто пьянела. Мне было мало. Хочу ещё.

Зорин опустил руку на мою промежность и провёл пальцами по моим лепесткам, размазывая влагу. Я задрожала и не сдержала стон.

— Охренеть, Нина, ты течёшь вся, — пошлый шёпот на ухо.

Он снова и снова проводил по моему лону пальцами, цепляя клитор, я была на грани. Ещё чуть-чуть… И я взорвалась. Оргазм неожиданной лавиной снёс меня. Я пыталась отдышаться. Да кто он такой? Мастер секса? Откуда знает, что именно делать с моим телом?

На лице Максима была чисто мужская улыбка. Он убрал от меня пальцы, они блестели от моей влаги. Я смутилась, хотела отвернуться, но он схватил меня за скулы пятерней и не дал этого сделать. Поднес пальцы к моим губам.

— Рот открой и пососи, — очередной приказ.

Я в шоке смотрела на мужчину. Что он предлагает? Какой кошмар! Какое бесстыдство. Чтобы я? Дочь уважаемых людей и вытворяла такое, как какая-то шлюха?!

Макс провёл пальцами с моими соками по моим губам, и я… Обхватила их губами, начала сосать. Зрачок полностью скрыл синеву его глаз. Я сосала его пальцы, засасывала до самого горла, чувствовала свой вкус на языке и причмокивала. Ну точно шлюха. Но мне было плевать. Это было нереально. Охрененно. Грязно. Пошло. И так по-настоящему.

— Бля*ть, — хрипло выругался.

А потом вытащил пальцы из моего рта и впился поцелуем. Мой вкус и его смешались, и это было лучшее, что я когда-то пробовала. Вкусно. Мне было вкусно. Я запустила пальцы в его волосы, отдаваясь поцелую и почувствовала, как он приставил свой член к моему входу и резко дёрнул за бёдра. Он вогнал в меня всю длину. Я вскрикнула от этого ощущения. Макс внимательно следил за моей реакцией.

— Больно?

— Немного, — призналась.

Он качнул бёдрами.

— А сейчас?

— Х-хорошо, — произнесла, заикаясь.

Это было необычно, но мне нравилось чувствовать Макса внутри себя.

— Расслабься, рыбка, так обхватила, что я сейчас кончу, — простонал он, кусая меня за плечо.

Я попыталась расслабиться.

— Руки на меня закинь, — я так и сделала, обняла его за шею.

А он начал меня долбить. Каждый толчок забирал из лёгких воздух. Член Макса распирал меня изнутри. Было немного больно, но от этого кайф становился ещё больше, ещё ярче, до искр из глаз. С каждым движением он цеплял что-то глубоко внутри меня. По комнате разносились шлепки тела о тело и наше рваное дыхание. Он скользил во мне легко, потому что внизу у меня был настоящий водопад. Знакомая спираль начала скручиваться внутри. Не может быть. Я никогда так не кончала. Просто не могла.

— Макс, — испуганно говорю, глядя в его глаза. — Кажется… Кажется…

— Давай, рыбка.

И я кончаю. Из-за его приказа, из-за него самого. Распадаюсь на части и собираюсь воедино. Становлюсь кем-то другим. Оргазм настолько оглушает, что я не могу ничего поделать с собой, кричу. Где-то на задворках сознания я думаю о том, что Валентина Ивановна вызовет ментов…

Падаю на грудь Зорину, пытаюсь отдышаться. Мозг просто желе.

— Вау, — только и могу выдохнуть.

И тут Макс резко переворачивает меня на живот, поднимает за бёдра и трахает сзади. Вдавливает мою шею в диван. С каждым толчком я трусь щекой об обивку. Он просто ненасытный. Чувствую его ладонь на своем клиторе и кончаю вновь! Это просто сумасшествие. Такого не бывает. Моё тело подчиняется лишь Зорину. Я больше не могу, меня трясёт. Чувствую, что движения Макса стали хаотичными, и он кончает. Падает сверху на меня. Тяжело дышит в ухо.

Минут пять мы так и лежим. Пытаемся восстановить дыхание.

— Я завтра ходить не смогу, — тихо говорю.

Чувствую смех Макса кожей.

— Не сможешь, — переворачивает меня, чтобы в глаза ему смотрела.

А он такой красивый после секса.

— Потому что я с тобой ещё не закончил, рыбка.

25

Как я и думала, я еле встала с кровати. У меня болело всё тело и такие мышцы, о существовании которых я даже и не догадывалась. Макс меня вчера просто замучил. Три раза мы с ним! Я в шоке. Он хотел остаться ночевать у меня, но я выгнала его! Боюсь, поспать бы он мне просто не дал. Но сказал, что приедет вечером за моими чемоданами и… Мной. Всё так быстро завертелось, даже передышки нет.

Сходила в душ, надела платье, кеды и пошла гулять с Максимилианом. Пока он делал свои грязные дела, я накрасилась и сделала подобие причёски.

— Ну, что думаешь? — спросила у пса. — Будем переезжать?

Лабрадор согласно фыркнул. Надеюсь, ему понравится в другой квартире.

— Нина! — услышала, как меня позвали.

Обернулась и увидела, как на всех парах ко мне несётся Валентина Ивановна.

— Доброе утро, — поздоровалась я.

— Видела, как от тебя твой баженый уходил, — без приветствия начала она.

А я тут же покраснела. Боже, надеюсь, только видела, а не слышала, как он… Входил. Блин, кажется, я становлюсь пошлячкой, как Зорин.

— Угу, — пробормотала.

— Ты, чё, опять с ним? А как же второй?

— Какой второй?

— Ну тот качок темноволосый.

А, она про ветеринара.

— Да никак.

— И батько твой приходил, выпрашивал…

— Я знаю. Спасибо, что всё поведали ему, Валентина Ивановна, — мой голос так и сочился ехидством.

— Конечно, — кивнула и выпятила внушительную грудь вперёд. — Родители должны всё знать о своих детях. А он у тебя сразу видно, хороший.

Я чуть не рассмеялась ей в лицо. Кому-то надо зрение проверить.

— Вы правы. Ладно, я пойду, а то на работу.

— Давай, иди, иди. А я побёгла на базар, а то все овощи раскупят.

— Удачи.

Я завела Макса домой, насыпала ему корма, сменила воду, набросала игрушек, спрятала обувь в шкаф и проверила, закрыта ли дверь на балкон.

— Всё, малыш, я пошла. Веди себя хорошо! — поцеловала его в макушку и вышла за дверь.

Телефон в руке ожил. Я разблокировала экран и увидела сообщение от Зорина.

«Жду внизу»

Сердце пропустило удар. Он приехал? Зачем?

На ватных ногах спустилась вниз и увидела огромный джип Макса. Он сидел на водительском сиденье в солнцезащитных очках и что-то просматривал в телефоне. С его внешностью можно было стать моделью. Я подошла к машине и открыла пассажирскую дверь.

— Привет, — поздоровалась я.

А в голове воспоминания вчерашнего секса. Такой феерии у меня никогда не было. Я даже сравнивать не хочу. Зорин спустил очки на кончик носа и посмотрел на меня ты-совсем-дура взглядом.

— На работу отвезу.

— Видишь, какой хороший, не то, что тот брюнет! — сказала невесть откуда взявшаяся соседка.

Я подпрыгнула на месте и схватилась за сердце.

— Вы же на рынок поехали!

— Я и пошла на остановку, а тут смотрю — твой баженый. Видишь, не отказал старушке. А у меня как раз бедро ноет уже второй день, наверное, на погоду…

— Что за брюнет? — спросил Зори и взгляд такой тяжелый.

Я тут же вспыхиваю и начинаю играть с подолом платья.

— Ветеринар, он отдал мне Макса…

— Ага, таскался, пока тебя не было, — поддакнула бабка.

— Валентина Ивановна!

— А что? Баженый твой имеет право знать, что за девка досталась, — сказала она, намекая, что я распутная деваха!

— Знаете, что, Валентина Ивановна? Для Вашего бедра полезно ходить пешком, а мы опаздываем на работу.

— Что? — вытянулось лицо соседки.

— Поспешите, а то овощи раскупят. До свидания.

Бабка сидела и хлопала глазами, что-то начала причитать, сыпать проклятия, а потом всё же вышла из машины, не забыв напоследок хлопнуть дверью.

— Карга старая, — пробормотала я.

Макс выезжает со двора.

— Так что за ветеринар? — и снова «здравствуйте».

— Денис. Помог с Максимилианом, подсказывал, что и как.

— А что, все ветеринары приходят на дом?

— Нет, мы сдружились. У него тоже собака.

— Ты с ним трахалась?

— Что?! Нет! Ты вообще больной? Я же тебе сказала, что давно…

— Сосала ему?

Я почувствовала, как щёки начинают гореть, а внутри всё трясти от злости.

— Тебя не касается! Останови машину, я выйду!

— Ладно, не заводись, — примирительно говорит юрист.

А я демонстративно отворачиваюсь к окну. Пошёл он, придурок. Как я вообще могла с ним связаться? Ещё смеет делать такие предположения! Я, что, одна из его шлюшек? Сам он шлюшка блондинистая. Гад какой, а! Всё. Свадьбы не будет.

И тут я чувствую, как его ладонь ложится на моё колено и ведёт им вверх, задирая платье. Гладит внутреннюю поверхность бедра и сжимает лоно.

— Ты что делаешь? — спрашиваю хрипло.

— Ничего, — спокойно отвечает.

А в это время его пальцы пробираются за кромку трусиков и начинают свою магию.

— Макс, — пищу, оглядываясь по сторонам.

Мы медленно катимся в пробке, а он решил меня пальцами того?

— Перестань, — пытаюсь сжать ноги вместе, за что получаю щипок прям за то самое место.

Я аж подскакиваю на кресле.

— Ты… Ты…

— Ноги шире расставь, — приказывает.

Сердце бьётся, словно птица в клетке. Моя злость никуда ещё не делась, но… Я делаю, как он сказал, расставляю ноги максимально широко. Откидываюсь на сиденье и прикрываю глаза. Зорин сначала просто поглаживает, а у меня уже трусики насквозь мокрые.

— Опять течёшь, рыбка, — говорит с рычанием в голосе.

А внутри всё сжимается, сладко замирает. Требует разрядки. Просто сумасшествие! Сколько раз я вчера кончила? А хочу ещё. У меня там мозоль будет.

— Ма-а-а-акс, — протяжно стону, когда он входит в меня сразу двумя пальцами.

Блин, я сама бёдрами подмахивать начинаю, насаживаюсь на пальцы. Он пробудил нимфоманку.

— Чёрт, да… Да… Я почти… — хриплю.

Он как-то сгибает палец внутри, цепляет какую-то точку, и всё… Я кончаю. Громко. С криками. Я снова и снова произношу его имя, словно молитву. Оргазм просто размазывает меня. Перед глазами разноцветные пятна, а на губах улыбка хорошо оттраханой бабы.

Максим вынимает из меня пальцы и поправляет на мне платье. Приоткрываю глаз и вижу, как он вытирает руки салфеткой. Смотрит на меня с голодом. Берёт за затылок и приближает мою голову к своей. Целует. Клеймит. Ставит метки на сердце.

— Трахнуть бы тебя сейчас. Но у меня встреча. Приехали, рыбка.

Я моргаю. Перевожу взгляд и понимаю, что мы на работе. Я выбираюсь из машины. И чётко осознаю две вещи.

1. Кажется, я подсела на Макса.

2. Мне нужно носить с собой запасные трусы.

26

На работу в офис пришла вся дёрганная. Для начала забежала в туалет и решила всё же снять трусики, ну невозможно в таких ходить. Обтёрлась мокрыми салфетками, и вперёд работать.

— Привет, Федь, — поздоровалась я.

— Привет, Нина, — улыбнулся парень.

Я села на кресло и врубила ноут.

— Тебе принести капучино? Я как раз иду на кухню, — спросил сослуживец.

— Если не трудно, буду благодарна.

— Я мигом.

Ноут загрузился, и я сразу начала проверять почту. Там было несколько писем от клиентов с исправлениями, спам и письмо от неизвестного отправителя. Я кликнула туда и едва не обомлела, мне предлагали работу мечты. И я вспомнила, как в период своей депрессии после расставания решила менять жизнь и отправила резюме в фирму, где хотела работать. Они занимались ландшафтным дизайном. Но прошло столько времени, я думала, что они просто проигнорировали меня. А теперь хотят, чтобы я пришла к ним в офис. Во дела.

— Держи, Нин, — Федя поставил передо мной кружку и несколько любимых кокосовых печенек.

— Спасибо, ты лучший, — улыбнулась, быстро свернула окно браузера и сделала глоток кофе.

Федор от меня так и не отошёл. Я подняла взгляд на парня и вопросительно посмотрела на него. Он втягивал носом воздух около меня.

— Что такое?

— Не знаю, ты пахнешь иначе… Парфюм сменила?

Ага, парфюм. Я насквозь пропахла Зориным, своим возбуждением и его спермой.

Щёки заалели так сильно, что можно на них кипятить воду.

— Да, сменила. Нравится?

— Пахнешь вкусно, — доверительно сообщил парень.

— Спасибо… Ну, будем работать?

Федор кивнул и нехотя отошёл от меня. Я знала, что нравлюсь ему, но повода я не давала. Он хороший парень, найдёт себе ещё кого-то.

О предложении по работе я пока не думала, нужно это сделать, когда одна останусь, взвесить все за и против. Телефон начал пиликать сообщениями. Я взяла его в руки, наш чат с девчонками гудел от сообщений.

«Шильцова, ну ты и сучка» — написала Настя.

«Мне нужны подробности! Сейчас!» — написала Ната.

«Бля, у меня клиент. Без меня не отвечайте» — это Саша.

Я лишь тяжело вздохнула. Конечно, они хотят подробностей. Я их понимаю. Нужно поговорить с девчонками, рассказать всё…

«Давайте вечером встретимся у меня, всё расскажу. А теперь не отвлекайте, я работаю» — напечатала ответ.

Так, всё, хватит отвлекаться, нужно работать. Вот только допью кофе с печеньками.

Прошло два часа, как мой телефон снова пиликнул сообщением. Я разблокировала и увидела смс от Макса.

«У нас проблемы. Приди ко мне в офис»

Сердце разогналось внутри, как спорткар. Боже, что ещё могло произойти? В голове пронеслось столько версий, что я едва не потеряла сознание.

— Федь, я скоро! — сказала и практически выбежала из кабинета.

По лестнице поднялась на этаж юристов, я была уже запыханая капец.

— Добрый день, — поздоровалась с девушкой на ресепшене и пошла прямиком в кабинет Зорина.

Интересно, он спал с этой секретуткой? Она очень симпатичная. Так, стоп, Нина, не о том думаешь. Я без стука дёрнула ручку и зашла внутрь.

Макс сидел за столом, что-то писал, поднял на меня взгляд, и его брови поползли вверх.

— Ты, что, бежала?

— Да! Что случилось? — нервно спросила.

— На, забыл утром отдать, — Зорин протянул мне руку, а на ней квадратная бархатная коробочка.

Внутри начали порхать бабочки, а я безжалостно их давить. Это что ещё за новости. Это всё игра. Я уверенной походкой подошла к мужчине и взяла коробочку из рук, открыла её. И теперь меня начало распирать от нежности. Да какого чёрта? У нас фиктивные отношения. Не тупи, Нинок. Я посмотрела на кольцо, оно было очень красивым, с россыпью белых камней.

— Надень и не снимай, — скомандовал адвокат.

— Что, на колено не встанешь? — усмехнулась я и надела кольцо.

Он даже с размером угадал. Вытянула руку вперёд, разглядывая новую побрякушку. Дорогое, наверное.

— Ты только ради этого меня звал? Сказал, что проблемы.

— Огромная проблема. Сюда иди.

Я, как дура, и пошла. Я даже и не думала, что Макс вздумает шутить. Обошла стол и встала перед ним.

— Что такое?

Макс повернулся ко мне на кресле и показал внушительный бугор на брюках.

— Вот, огромная проблема.

— Что? — выдохнула, глядя ему между ног.

— Всю встречу думал о тебе.

— Я вижу, — нервно рассмеялась.

— Давай, отсоси мне, рыбка.

— Чего? — офигела я. — Ещё даже не обед, — ляпнула зачем-то.

— А ты сосешь только после обеда или вместо?

— Вообще идиот. Я думала, что-то серьёзное.

— А я тебе шутка какая-то?

— Боже, Макс, иди подрочи в туалете, а я работать.

Я отошла от мужчины и, ругаясь сквозь зубы, мечтала быстрее покинуть его кабинет, но кто ж мне дал. В пару шагов Зорин настиг меня, развернул лицом к себе и впился в губы поцелуем. И все мысли с визгом восторга убежали из головы. Макс целовал меня так глубоко и развратно, что я стонала ему в рот. Его руки задрали на мне платье, он зарычал, сжимая голую задницу.

— Бл*ть, где твои трусы?

— Промокли насквозь, — выдохнула я.

И тут со стороны двери послышалось тактичное покашливание. Макс тут же поправил на мне платье и задвинул за свою спину. Я прислонилась к нему лбом, пытаясь восстановить дыхание.

— Владимир, чем обязан? — спокойно сказал Максим.

Его начальник? Его начальник видел, как Зорин тискает меня в кабинете? Боже мой, какой кошмар.

— Максим, я хотел пригласить тебя на обед, но, вижу, ты занят.

— Увлёкся с невестой. Знаете, как бывает, — беззаботно выдал Макс.

— Так ты не шутил насчёт невесты?

— Серьёзен, как сердечный приступ.

— Не буду тогда вас смущать, — хохотнул босс. — Приводи свою невесту завтра на корпоратив, хочу с ней познакомиться.

— Конечно.

— Девушка, не смущайтесь, я тоже был молодым и влюблённым, — с этими словами Владимир вышел из кабинета.

Боже мой, стыдоба-то какая! Просто ужас.

Макс отошёл от меня и взъерошил волосы руками. Я отошла на приличное расстояние, чтобы не тянул ко мне свои руки загребущие.

— Ни на какой корпоратив я с тобой не пойду!

27

Из кабинета Зорина я вылетела пулей, до рабочего места добежала за считанные секунды. Ну какой дурак, а? Вот как теперь работать, когда я так взбудоражена? А Максиму хоть бы хны, вообще странный. Ему вообще обман лёгко даётся, что ли? Вот что значит юрист! Ещё и начал ржать надо мной, когда я заявила, что никуда не пойду. А потом опять про своего дружка напомнил. Козёл!

До окончания еле досидела. Зорин прислал сообщение, где написал, что придёт вечером и поможет собрать сумки. Больно надо! Я вызвала такси и быстро домчала до дома. Не успела натянуть многострадальные трусы, как дверь открылась, и завалились мои девки.

Ой-ой, что сейчас будет.

— Рассказывай! — тут же велела Натка и кое-как опустилась на диван. — И давай быстрее, а то я могу родить в процессе.

— Ты и Зорин, с ума сойти, — это Сашка, поставила на стол вино и побежала за бокалами.

— Ой, да все мы помним, как он в кабинете её едва не разложил на столе, — произнесла Настя и начала доставать из пакета суши.

Все трое выжидающе уставились на меня, а я занервничала.

— Между нами… Ну… Понимаете? — начала говорить, но не понимала, как сформулировать мысль.

— Давай сначала.

— Особенно про член.

— Та-а-а-ак, я пойду, — только сейчас я заметила, что Аллка тоже здесь. — Погуляю с Максимилианом, а вы пока обсудите всё.

Девочка взяла пса, надела поводок и вышла за дверь. Настя открыла вино, разлила по кружкам, Натке всучили молоко. Я сделала большой глоток.

— Ой, девочки, я так попала…

И я начала рассказывать всё с самого начала. Вещала о том, как до жизни такой докатилась. Девки впечатлились. Ахали и охали в нужных местах. С ареста поржали, теперь уже можно. Восхитились Максом.

— Это всё понятно, но что там с сексом, — спросила глубоко беременная Наташа и поиграла бровями.

— Наташ, у тебя муж есть, а ты спрашиваешь срамоту! — строго сказала Сашка, но потом не выдержала, улыбнулась.

— Да, Нинок, не томи, как он в постели, — сказала Анастейша.

Я тут же залилась краской от воспоминаний. Почему-то именно про Макса хотелось оставить при себе. Я рассказывала им про Серёжу, но тут другое.

— Неужели настолько хорош? — это опять Настя.

— Мне сравнивать не с кем, — призналась я. — Но… Если брать по шкале от нуля до десяти, то одиннадцать.

— Чёрт подери! Устроиться к вам в офис, что ли, чтобы мужика нормального найти? Саш, давай, а.

Я улыбнулась на реплику подруги.

— Так и что будете делать? Неужели год вместе жить будете? Это же не шутки, — с тревогой сказала Саша.

Я знала, что подруги переживают обо мне и любила их за это.

— Ну да, будем, — пожала плечами. — Выбора особо нет.

— Но целый год! С Максом! А что делать потом, когда ты влюбишься, а он потребует развод? — Настя в своем репертуаре.

— Почему я влюблюсь? Я прекрасно осознаю, что…

— Ой, да брось, Нин. Ну ты не тот человек, который сможет не влюбиться. И я была бы рада, если бы ты нашла хорошего мужчину. Но будем откровенны, Зорин — не вариант.

Мне стало обидно от её слов. За себя, за Макса, она ведь даже его не знает. Я и сама знаю, что нельзя влюбляться. Я и не буду! Не хочу. Мне хватило. Но Настя так говорит, словно это неизбежно.

— Ниночка, я соглашусь с Настей. Давид говорил, что за года дружбы ни разу не помнит, чтобы у Максима были серьёзные отношения. Мы переживаем о тебе.

— Не нужно. Я и сама всё знаю. Моё сердце закрыто для мужчин, я пока ещё не отошла, — произнесла я.

И вновь почувствовала на себе взгляды подруг.

Вскоре вернулась Алла с собакой, и мы перевели тему разговора в другое русло. Я поддерживала разговор, но снова и снова прокручивала слова подруг. Мне было обидно, что они думают, что в такую, как я, нельзя влюбиться. Я понимаю, что у нас всё фиктивно, но… Сучки они, вот кто. Ладно, прочь плохие мысли.

Вскоре девки уехали, а я осталась одна в квартире, стала собирать вещи. Пока возьму самое необходимое, а за остатками всегда можно вернуться. Максим приехал через час, я уже была готова.

— Это всё? — кивнул на два чемоданчика, в одном — мои вещи, в другом — собачьи.

— Нет, я некоторые вещи тут оставлю, потом заберу, и на выходных надо с холодильником разобраться.

— Тогда пошли.

Зорин взял чемоданы, я лабрадора, и мы покинули квартиру. Загрузили всё в его внедорожник и поехали в неизвестность… Для меня. Признаюсь, я очень нервничала. Мне уже всё перестало казаться хорошей идеей. Одно дело притворяться на людях и совсем другое — жить вместе. Это романтично только в мыслях. Я помню, как хотела жить с Сергеем, в моей голове всё было идеально, а потом все эти иллюзии разбились о реальность. Человека реально любить надо, чтобы уживаться со всеми закидонами. Меня первое время раздражало всё, просто до трясучки, а потом как-то свыклась… А вот что будет с Максом, я даже не знаю.

— Хватит думать, — из мыслей меня вывел голос Зорина.

Он протянул руку и сжал моё колено. Удивительно, но я и правда расслабилась.

— Всё будет хорошо, бабочка. У тебя, кстати, есть вечернее платье? — неожиданно спросил Макс.

— Есть, — ответила я. — А зачем?

— На завтрашний вечер.

— Но я же сказала, что не пойду!

— Не обсуждается, Нина, — сказал он таким тоном, что я закрыла рот.

Ну, ладно, схожу…

Совсем скоро мы добрались до квартиры Макса. Как он и говорил, его квартира в одном из лучших районов города на пятнадцатом этаже. У них здесь консьерж и охрана даже есть. Мы быстро доехали на лифте, Зорин открыл квартиру и пропустил меня вперёд.

Я даже ничего осмотреть не успела, как была прижата к горячему мужскому телу. Максим жадно меня поцеловал, у меня начали подгибаться коленки от этого поцелуя. Прошёлся руками по моим бёдрам и стал задирать многострадальное платье.

— Макс, подожди, — кое-как произнесла.

Его ладони уже сжимали мой зад, а язык прошёлся лаской по шее.

— М-м-м, — пробормотал.

— Остановись, пожалуйста, — ещё раз попросила.

Зорин тут же замер и посмотрел на меня затуманенным взглядом. Я отошла от него, хоть тело и требовало разрядки. Я так подсела на него. Ох, это оказалось так тяжело. Потому что я хотела его до потери пульса. Сердце бешено стучало о рёбра, лёгкие работали на износ.

— Что такое, Нина?

— Я думаю… Думаю, нам стоит подождать с сексом до свадьбы.

28

Я отошла от Зорина на несколько шагов. Выражение его лица было бесценным. Был бы у меня телефон в руках, сфотографировала бы. Его глаза сначала расширились в неверии, а потом сузились от раздражения.

— Подождать с сексом до свадьбы? — медленно проговаривает.

Я киваю и пячусь назад. Потому что мне вдруг страшно стало. Макс всё же не мальчик, чтобы так дразнить.

— Ну, да, подождать, — мямлю я, а потом распрямляю плечи и строго смотрю на него. — Мы ничего друг о друге не знаем и собираемся вступить в брак! Думаешь, так легко будет обманывать людей? Я не могу врать так, как ты, и буду теряться. А нам нужно, чтобы все поверили, — выпалила скороговоркой.

Лучшая защита — это нападение.

Максим подошёл ко мне и навис сверху, пришлось голову задрать, чтобы смотреть на него.

— Я, конечно, знал, что все бабы с придурью, но мне досталась ты, с припиздью, — сказал он. — Значит, трахаться мы не будем?

Я отрицательно покачала головой, потому что не доверяла себе, когда он стоит так близко. Юрист о чём-то задумался, а потом улыбнулся так, что я едва сама не выпрыгнула из трусиков.

— Хорошо, тогда давай узнаем друг друга получше, — протянул он.

И мне совсем не понравился его тон, вот вообще.

— Что ты задумал?

— Узнать свою невесту, — сказал с иронией. — Давай, осмотрись, я в душ, а потом поговорим, — с этими словами он ушёл.

Только сейчас смогла дышать нормально.

Я, если честно, была в шоке. Я даже и не думала, что он настолько нормально воспримет моё желание. Но это правильное решение, нам надо притормозить, мне надо притормозить.

— Вроде не всё так плохо, — сказала лабрадору. — Ладно, пошли посмотрим, где здесь кухня.

Сам сказал, чтобы осмотрелась, я по полной воспользовалась этим предложением. Квартира Макса была очень стильной и очень мужской. Оформлена в серых тонах, никаких ярких пятен. Большая стерильная кухня, словно ею никогда не пользовались. Меня она привела в дикий восторг. Столько всего можно здесь готовить! Я достала миски Макса и поставила на пол, налила воду из фильтра и насыпала корм. Пошла по квартире дальше. Огромная гостиная с большим плазменным телевизором и диваном. Кабинет с библиотекой и спальня. Огромная спальня с зеркальным шкафом и кроватью королевских размеров. И первая мысль при её виде: сколько женщин здесь было до меня. Мне совершенно не понравилось, куда свернули мои мысли. Я быстренько закрыла дверь и вернулась в гостиную. Постелила собаке его любимую лежанку, куда он лег. Достала его игрушки и немного поиграла, пока Макс был в душе. Что он делает там так долго? Неужели то самое? От этих мыслей меня бросило в жар. Мамочки.

— Ну, что, подготовила вопросы? — спросил мужчина, появившись на пороге.

А у меня челюсть отвисла. На нём были одни спортивные штаны, которые сидели так низко, что вот-вот свалятся. Я подняла взгляд выше к плоскому животу, накачанной груди и проследила, как по шее скатывается капелька воды. Тяжело сглотнула. Посмотрела в глаза адвоката. Кажется, у нас проблемы.

— Ты не мог бы надеть футболку? — это мой голос такой хриплый?

— Мог бы, — сказал он. — Но не стану.

И наглым образом сел со мной рядом.

— Так что тебя интересует, Нина? — он сказал моё имя так порочно, что пришлось зажмуриться на несколько секунд.

— Нин, — позвал и дотронулся до моего колена.

Я была так взбудоражена, что подпрыгнула на месте.

— Какой у тебя размер ноги? — выпалила первое, что пришло на ум.

Макс смотрел на меня, и я видела смешинки в глубине его глаз. Но он принял серьёзный вид.

— Сорок пятый.

— Любимый напиток?

— Кофе.

— Как звали первую учительницу?

— Тамара Николаевна.

— Чем ты занимаешься в свободное время?

— Хожу в зал.

Рандомные вопросы у меня на этом закончились.

— Теперь моя очередь? — лукаво спросил.

Я поправила на себе платье и махнула рукой.

— Спрашивай.

— Во сколько ты лишилась девственности?

— Что? — моё лицо вытянулось от удивления. — Что за вопросы такие? Ты думаешь, при следующей встрече мой отец задаст этот вопрос?

— Ты не установила правила, бабочка. Так что, будь добра, отвечай.

Макс сидел слишком близко ко мне, и пахло от него так вкусно, мне хотелось его облизать.

Что за мысли, Шильцова?

Я тряхнула головой.

— Всё произошло на выпускном в одиннадцатом классе. Мне было семнадцать.

— Как банально, — хмыкнул мужчина.

— Ты мог бы не комментировать.

— Через сколько ты первый раз кончила?

— Максим! — повысила я голос и встала с дивана.

Находится рядом с ним и отвечать на такие вопросы… Взрывоопасная смесь.

— Я не хочу отвечать на такие вопросы.

— Почему? Тебе есть что скрывать?

— При чём здесь это? Я просто не понимаю, какое отношение мой прошлый опыт имеет к нам?

— А размер моей ноги имеет? — насмешливо спросил.

— Ты можешь быть серьёзней?

— А ты можешь расслабиться? — парировал мужчина.

— Не могу, — упрямо сказала и сложила руки на груди. — Я люблю быть подготовленной ко всему.

— Давай я тебя подготовлю, — прозвучало так двусмысленно и пошло, что я издала вопль отчаяния.

Зорин заржал.

— С тобой просто невозможно разговаривать. Всё, я пошла в душ и потом спать!

Ругаясь себе под нос, я взяла пижаму и банные принадлежности, закрылась в ванной. Она тоже была серая, но очень современная и симпатичная. Я оценила по достоинству. Я долго стояла под струями воды в надежде — может, Макс заснёт, пока я в душе. Давно я так не расслаблялась. Проскрабировала всё тело, потом нанесла маску, крем. Зависла там наверное на полтора часа. Вышла вкуснопахнущая и счастливая.

Лабрадор спал на своей подстилке, а я не знала, куда себя деть. Идти и спать в одной кровати с Максом? Это очень плохая идея, очень. Я потопталась на пороге спальни, там было темно. Может, он уже спит? Пожалуйста, пусть он спит.

— Ложись в кровать, бабочка.

Ох, это будет самое тяжёлое воздержание в истории человечества.

Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/

29

Ночь была ужасной. Мне было постоянно жарко, и Макс так и норовил подмять меня под себя. А ещё обнимал за талию и бормотал во сне. Вот как в таких условиях можно отдыхать.

Утро наступило… На меня. Заиграл будильник, и я тут же отключила звук. Лежала на боку и прогнулась, чтобы размять позвонок. В мою задницу тут же уткнулось «доброе утро» от жениха. Я аж дышать на секунду перестала. Желание потереться о стояк было почти неконтролируемым. Но я же сама сказала: никакого секса до свадьбы.

Кто-нибудь, дайте мне сил.

Я хотела встать с кровати, но сильная рука завалила меня на место. Я даже пикнуть не успела, как Макс потёрся о мою шею носом.

— Доброе утро, невеста, — хрипло проговорил на ухо, от чего мурашки странным узором разбежались по коже.

— Доброе, — пробормотала я. — Мне надо встать.

Его наглая лапа задрала на мне майку и щупала голый живот.

— Что ты делаешь? — спросила почему-то шепотом.

— Трогаю тебя.

— Я это вижу… Зачем? Ты уже забыл наш уговор?

— Как же, забыл, — хмыкнул. — Всё я помню. Никакого секса.

Накрывает мою грудь, проводит большим пальцем по затвердевшему соску. Я втягиваю в себя воздух.

— Максим, перестань.

— Почему? Тебе же нравится.

Нравится. Очень.

— Потому что, — сказала и закусила губу, когда этот гадёныш стал посасывать мою грудь.

Мне пришлось даже ноги вместе сжать, что не осталось незамеченным. Мужчина хмыкнул.

— Так что ты там говорила?

— Никакого… — прикусил сосок и потянул, я выгнулась дугой. — Секса… О-о-о, — простонала.

— Ты уже говорила, — ведёт языком вверх и прикусывает мой подбородок, смотрит в глаза. — Секс — это проникновение, правильно? Мой член должен быть здесь, — трогает меня между ног, — здесь, — сжимает задницу, — или здесь, — обводит контур губ.

Я нервно сглатываю. Сердце бьётся так сильно о грудную клетку, что скоро превратится в отбивную. Я смотрю на него, как заворожённая. Какого чёрта с утра он выглядит так сексуально?

— А мы просто потискаемся, как в восьмом классе. Ты мне подрочишь, я тебя поласкаю, — кладёт мою ладонь на своего дружка.

— В восьмом классе? — смотрю удивлённо. — Ты во сколько девственности лишился?

— Лет в четырнадцать, — ухмыльнулся. — Две минуты продержался. Давай, сожми сильнее. Думаю, продержусь не дольше.

— Но… Но… — что я хотела сказать?

Макс-то дело говорит. Секс — это проникновение, а мы не будем проникать…

У меня внизу вновь начался водопад. Это просто ужас какой-то. Я хотела его очень сильно. И мне сейчас было плевать на свои же правила. Чувствую, что сейчас сдамся…

Максим уловил моё настроение и запустил руки в мои трусики, погладил изнывающую плоть. Меня аж подбросило на кровати. Он тут же убрал пальцы.

— Верни на место! — потребовала я.

— Не лежи бревном, — он за секунду стянул с себя трусы.

Его член подпрыгнул едва ли не до его носа. Я улыбнулась.

— Ты мне, я тебе, бабочка.

Козёл.

Я тоже быстро избавилась от трусов и бесстыдно развела колени в стороны.

— Бл*ть, может, хоть на полшишечки? — простонал он.

— Ты дурак? У нас практически целибат. Давай руку.

— Хочу трахнуть твои сиськи, — взял мою грудь своей огромной лапой и сжал.

— Так, Зорин, тут тебе не супермаркет! Либо моя рука, либо твоя, выбирай!

— Двигайся ближе, — командует. — Будем друг другу дрочить и сосаться.

— Мой жених такой романтик, как мне повезло, — произнесла с сарказмом, но всё же придвинулась.

Не отрывая взгляда от юриста, облизала ладонь и потом сжала его член. Он был такой горячий и приятный на ощупь. Провела по всей длине, размазала смазку с кончика. Максим с рычанием набросился на мой рот и начал там хозяйничать. Никой ласки, только голод. Опустил ладонь на моё лоно и размазал влагу. Стал поглаживать и темп набрал такой правильный. Я сильнее схватилась за его агрегат и активней задвигала рукой. Мои бёдра начали хаотично двигаться, как он это делает?! Несколько круговых движений, и я кончила. Меньше, чем за минуту, он довёл меня до оргазма. Я застонала и немного отключилась от удовольствия. А когда очнулась… Зорин практически сидел на мне сверху. Сжал мою грудь и… Трахал мои сиськи, как и сказал! Я в ужасе и с волнением наблюдала за этим действием. Мне было так неловко, пошло и так горячо. У Макса вообще нет никаких запретов. Он просто делает то, что приносит удовольствие.

— Бл*ть, — стонет. — В глаза мне посмотри.

И я смотрю. Синеву его глаз практически скрыл зрачок. Я, наверное, тоже извращенка, но мне так понравилось это зрелище. Куда только подевалась моя скромность? Умерла после знакомства с Максимом Зориным. Это было очень эротично. Я не удержалась и впилась ногтями в его аппетитный юридический зад. Высунула язык и лизнула кончик. Макс дёрнулся и с мужским стоном излился мне на грудь, попадая на подбородок. Он повалился на бок рядом со мной, тяжело дыша.

— Вот это я понимаю доброе утро, — взял меня за подбородок и поцеловал.

Мы все были перемазаны его семенем. Капец какой-то. А у меня даже не вызвало отвращения.

— Всё, пора на работу, — я встала с кровати и потянулась до хруста.

Утро и правда доброе. Подобрала наши трусы, чтобы закинуть в стиралку.

— Покормишь Максика? — спросила у мужчины.

— Сейчас, отойду. Кстати, ты помнишь, что сегодня корпоратив, и ты идёшь со мной?

Я начала думать, как бы отвертеться.

— Не обсуждается, Нина. У тебя есть платье? — он прошёлся взглядом по моей фигуре. — Бл*ть, голая и с моей спермой ты выглядишь п*здец сексуально.

Я фыркнула, какой извращенец!

— У меня есть платье, — ответила на его вопрос.

— Если хочешь, можешь купить новое, я всё оплачу, — сказал, как ни в чём не бывало.

Я выгнула бровь и скрестила руки на груди.

— Что значит “оплатишь”?

— Ты моя невеста. А значит — тебе повезло. Можешь тратить мои деньги.

30

Кажется, меня скоро попрут с работы, потому что я уже который день просто на неё забиваю. Будем надеяться на Натку* и то, что она защитит меня от грозного начальника Давида Вячеславовича.*

Утром Макс погулял с псом, пока я была в душе, а потом пошёл сам. Я приготовила завтрак, и мы болтали о всякой ерунде. Я так сильно улыбалась, что до сих пор болит рот. И никакого дискомфорта, словно мы сто лет знакомы. Разве так бывает? Я вообще боялась переезжать к нему. Ну, это его территория. Страшно, очень страшно. Я думала, что после Серёжи не смогу ни с кем. Смогла. Ещё и с кем? С Зориным!

Адвокат докатил нас до работы, всучил в руку свою банковскую карту, поцеловал так пошло и грязно, что я испытала мини-оргазм. Я, словно чумная, пришла в кабинет, где Федя опять притащил мне кофе с печеньками. Ну какой хороший, просто прелесть!

А потом чёрт меня дёрнул посмотреть на корпоративные вечеринки конторы Макса. Я едва не обомлела от фоток и масштаба. Я ж, наивная душа, думала, что это просто вечеринка. А это целое модное событие! Моё платье от Зары явно не подойдёт…

Ох, чёрт.

Я смотрела на кредитку, она на меня, решение было принято…

Сам же сказал, себе ни в чём не отказывать.

В общем, я ушла с работы, чтобы прошвырнуться по магазинам и сделать из себя конфетку. Я смотрела на себя в зеркало и не могла поверить, что это я. На мне было голубое платье в пол, которое стоит, как половина взноса по ипотеке, туфли на шпильках, настолько удобные, что можно танцевать в них чечётку. На лице профмакияж, а волосы после салона блестят, словно шёлк. Красотка, одним словом. Я быстро взяла телефон и сделала несколько селфи, отравила девкам в чат. В этот момент двери квартиры открылись, и внутрь шагнул Зорин. Он так и застыл на месте.

Стоял и рассматривал меня, с таким голодом, что по телу начали бегать мурашки. Блин, я не видела его полдня, а истосковалась, словно год прошёл. Ладони вспотели, сердце частит в груди, а душу такой невероятной нежностью топит. Задыхаюсь. Какого чёрта? А он смотрит и смотрит. Начинаю нервничать. Расправляю невидимые складки на бёдрах.

— Тебе нравится? — выдохнула я.

Я вдруг распереживалась что-то. А вдруг… Вдруг ему не понравится. И что тогда?

— Бл*ть, ты охренеть красивая, Нина. Я завис, — ответил хрипло.

Мое глупое-глупое сердце сбилось с ритма, а потом застучало с удвоенной силой.

— Спасибо, — искренне улыбнулась. — Всё на твои деньги, — попыталась пошутить.

Макс криво улыбнулся.

— Мне весь день смс на телефон приходили, что с моего счёта сняты средства, — шагнул ближе.

У меня дыхание перехватило, я просто заставила себя дышать, чтобы не грохнуться в обморок в таком шикарном платье. Зорин поймал мой локон и пропустил сквозь пальцы.

— А ещё мне пришёл счёт из магазина нижнего белья, — голос пропитан такой похотью, что я гореть начинаю. — Сегодня меня ждёт подарок? Покажешь? Дашь снять? Дашь мне?..

Последний вопрос повис разрядами тока между нами. Я со свистом втягиваю в себя воздух и просто растворяюсь в голубизне его глаз. Мне хочется запустить руки в его волосы, притянуть к себе и целовать, целовать, целовать… Чтоб до разрыва лёгких, до потери сознания, с фейерверками. Касаться его хочется. Трогать. Любить…

От последней мысли я вздрагиваю и несколько раз моргаю.

Любить?

Любить?!

Какого чёрта, Нина? Совсем с ума сошла, идиотка? Зорин весь мозг вытрахал?

— Мы… Мы опаздываем, — говорю и отхожу от Максима, от греха подальше.

Мужчина хмуро смотрит, но ничего не говорит.

— Я в душ, и поедем. Вызову такси.

Как только он скрывается в ванной, я отхожу к окну и впускаю прохладный воздух в квартиру.

— Что за дела такие? — шепчу я.

Лабрадор поднимает голову и смотрит на меня.

— Господи, это же не правда? Правда?

Мысли устроили в моей голове настоящую вакханалию. Я столько за это время передумала, что едва в ужасе не убежала за дверь.

Но, в принципе, мне удалось себя убедить подумать обо всём потом, когда одна останусь. Так будет правильно.

Через полчаса Максим вышел из ванной, одетый в чёрный смокинг с бабочкой на шее. Ну до чего же он красивый. Так, тормози.

Мы сели в такси, Макс уловил моё настроение и постоянно меня касался. То за руку, то за колено, то начинает пошлости шептать на ухо. Невыносимый мужчина!

И вот мы приехали на торжество. Боже. Здесь даже репортёры были! А когда вошли в зал, я едва не убежала с криками обратно. Тут были политики, звёзды, спортсмены. Я вцепилась в руку Зорина мёртвой хваткой.

— Пообещай, что не оставишь меня, — сказала я.

Макс посмотрел на меня с высоты своего роста и улыбнулся.

— Трусишка.

— Пообещай, Максим, — видимо, паника в моём голосе его насторожила.

— Обещаю, бабочка. Пойдём.

Он взял меня за талию, и я почувствовала себя лучше. Последующие минут сорок мы ходили от группы людей к группе людей. Скучно. Пресно. Фальшиво. Я улыбалась, кивала и, по большей части, молчала. Зато Зорин был, как рыба в воде. Он знал как подобрать подход к любому человеку. Я не могла не восхититься им! В нём бурлила такая энергия, которая просто размазывала всех вокруг. Макс горел своим делом. Я так была горда им.

Мы отошли к фуршетным столам, чтобы освежиться. Макс, как и обещал, ни на секунду не оставил меня.

— Спасибо, — поблагодарила, когда он всучил мне шампанское в руку.

— Ты как? Норм? Скоро уже будет не так формально. Сейчас все напьются, и можно расслабиться, — произнёс и заправил волосы мне за ухо.

Такое чувство, что и ему меня мало. Может, и он… Чувствует?

— Максим Зорин, — протянул женский голос сбоку от нас.

Там стояла нереально шикарная женщина, лет сорока. Она просто пожирала Макса, моего Макса, взглядом. Грудь вспороло такой ревностью.

Я посмотрела на Максима и обратно на женщину.

Боже…

Он с ней спал.

31

— Карина, выглядишь, как всегда, прекрасно, — расплылся в улыбке адвокат.

И как только морда не треснула. Вы посмотрите на него, довольный, как жук навозный. А я завелась так, вообще ненормально. Какая разница, спал он с этой женщиной или нет. Сейчас он вообще ни с кем не спит.

Они начали болтать, словно меня тут нет совсем. Нет, меня такой расклад не устраивает. Я наступила Зорину на ногу, он зашипел от боли и замолчал на полуслове.

— Ты нас не представишь, дорогой? — промурлыкала я.

Максим нахмурился, словно не понимает, что я от него хочу.

— Карина, познакомься, это Нина, моя невеста.

— Приятно познакомиться, — сказала я и обняла Макса за талию.

Да-да, мне осталось только поднять ногу и пометить свою территорию.

— Невеста? — натурально так удивилась женщина и прошлась по мне придирчивым взглядом.

— Скоро свадьба, — кивнула я. — Мой авокадик не хочет ждать, — положила голову Максу на грудь и потерлась щекой.

Я чувствовала его замешательство, но ничего не могла с собой поделать. Он — мой! Пусть пойдёт себе другого юриста поищет.

— Неожиданно, — выдавила из себя дама. — Было приятно увидеться, Макс, — с этими словами она ушла.

— Было приятно увидеться, Макс, — передразнила я её.

Зорин поднял бровь и, едва сдерживая улыбку, посмотрел на меня.

— Это что сейчас было, Нина?

— Ты с ней спал!

— И?

— Она едва не набросилась на тебя. Фу. Мне стыдно за женский род.

— А называть меня “авокадик” не стыдно? — начал глумиться надо мной.

— Ой, молчи! Когда домой?

— Вечер только начался, бабочка, — улыбнулся Зорин, а потом неожиданно взял меня за талию и вжал в своё тело. — Меня очень завело, как ты выпустила ноготочки.

Дыхание сбилось, а мысли начали путаться в голове, и причиной тому явно не шампанское. Я облизала губы и посмотрела на своего фиктивного жениха.

— Тебя всё заводит, Макс. Пубертат давно прошёл, контролируй себя, — пыталась всё перевести в шутку, но голос под конец сломался.

Максим наклонился и провёл носом по моей шее, вызывая мурашки во всём теле.

— Рядом с тобой мой контроль разбивается в щепки.

После этого он, как ни в чём не бывало, отошёл от меня и, галантно взяв за руку, повёл в зал. А я едва ноги за собой волочила. Кажется, мои гормоны взбунтовались ни на шутку. И как после этого вести себя нормально?

Я просто мечтала, чтобы вечер поскорее закончился, сил моих больше нет. Я так взвинчена и возбуждена, что хочется плакать. Макса слишком много. И он такой милый всё время, что хочется его ударить. Мне постоянно приходится напоминать себе, что всё — игра. Между нами нет ничего настоящего, и отношения я с ним не строю! Просто… Пользуюсь. Да, именно так. Он мною, я им. У нас взаимовыгодное сожительство. Не стоит обольщаться на его счёт.

Я только сделала глоток шампанского, как к нам подошли.

— Максим, представь скорее нам свою спутницу.

Я узнаю этот голос из тысячи! Это биг босс Зорина. Я едва не выплюнула алкоголь. Я так хотела избежать этого знакомства! Почувствовала руку Макса на своей спине, он выдвигал меня немного вперёд, а мне же трусливо хотелось отступить назад.

— Знакомьтесь, моя невеста, Нина. А это Владимир, мой начальник, и его супруга Мария.

— Очень приятно познакомиться, — еле выговорила я.

— Взаимно, милочка, наконец-то я тебя увидел, — сказал начальник и хитро подмигнул мне.

Всё, можно падать в обморок.

Дальше мужчины начали обсуждать что-то по работе, я особо не вслушивалась, слишком много эмоций для одного дня.

— В конце месяца мы собираемся на пару дней в Абхазию, давайте с нами, — внезапно пригласила нас Мария. — Отказы не принимаются! Будем мы, Трухевич с женой и Дедищев со спутницей.

Я в шоке посмотрела на Макса, но, как мне показалось, именно этого он и ждал.

— Мы с удовольствием приедем, — сказал он.

— Тогда решено. Нина, давай обменяемся номерами, добавлю в наш чат, чтобы ты знала, что с собой брать.

— Давайте…

Дальше получилось так, что Макс меня всё же оставил! И мною занялась Мария. Не то чтобы я сейчас была в шоке от происходящего, но я же просила не оставлять меня. Маша оказалась очень деятельной натурой и рассказала мне все последние сплетни. С ней было весело, но всё же я не настолько раскрепощённый человек, чтобы с ходу так общаться с незнакомцами. Я не душа компании, по натуре весьма застенчива и неуверенна в себе.

— Маша, а собаку мы сможем с собой взять? — спросила я мучивший меня вопрос.

— Думаю, да, но надо ветпаспорт и прививки. А так, без проблем, — пожала она плечами.

Это надо идти к Дэну за прививками. Что-то я представила эту ситуацию. Сделай прививки моей собаке, а то мы с мужиком новым улетаем. Я едва не прыснула от смеха. Нужно поискать новую ветеринарку.

Мы ещё немного постояли, и я, извинившись, пошла в дамскую комнату. У меня начинала болеть голова, и ноги от шпилек устали. Я хотела домой, переодеться в пижамку и под одеяло. Не успела закрыть за собой дверь, как она вновь открылась. Я обернулась и увидела Зорина.

— Это женский туалет.

— А ты моя женщина, — сказал, подходя ближе.

— Серьёзно? Ты меня там оставил и не вспоминал! А говорил, что не оставишь, — всё же не могла скрыть обиду в голосе.

— Словам адвоката верить нельзя, — произнёс и улыбнулся.

— Понятно.

— Ну не обижайся, я же всё время наблюдал за тобой.

— Хорошо, — отвернулась к умывальнику, сделала вид, что поправляю макияж.

— Нинка, — его руки на моей талии.

Рывком поворачивает к себе и начинает осыпать лицо поцелуями.

— Эй, перестань, — не могу сдержать смех. — Какой дурак!

А потом просто обнял. Я чувствовала, как сильно колотится его сердце и обняла в ответ. Мне нравилось, что Максим не скрывает своих эмоций, всё проявляет.

— Мы на полпути к успеху, — гладит по спине. — Дальше только лучше.

— Будем в это верить, — тихо говорю.

Макс хмыкает и целует мой висок, скулу, краешек губ. И смотрит в саму душу своими голубыми глазами. А меня мурашит, я забываю, как дышать.

— Такая малышка, моя бабочка. Ростом мне по сердце.

Я закрываю глаза и втягиваю в себя воздух.

Теперь уже точно.

Я влюбилась в Максима Зорина.

32

— Всё нормально? — в очередной раз спрашивает Максим.

— Да.

— Точно?

— Точно.

— Расскажи, что случилось. Тебя кто-то обидел на вечере?

— Нет, всё было супер.

— Нина, я же вижу, что что-то не так.

— Я просто устала, Макс. Болит голова. Я буду спать, — произнесла и тут же отвернулась к стенке.

Мне просто нужно побыть одной. Кажется… Кажется, я совершила самую огромную ошибку в своей жизни, когда согласилась “подыграть” Зорину. Я в таком шоке от того, что я реально в него втюрилась! Как? КАК? Какой же надо быть идиоткой. Я вообще не думала, что после отношений так быстро можно влюбиться. Это вообще нормально? Может, во мне что-то сломано? Нет, нормально всё со мной. Это из-за Максима, чёрт бы его побрал, Зорина. Во всём он виноват. Он мне показал, какой Сергей убогий козёл, и кем я рядом с ним стала. Своей тенью. Перестала чувствовать себя желанной женщиной. А с Максом… Я стала собой. Уверенной в себе, красивой и весёлой. И главное — желанной. И это не про физиологию, хотя про неё тоже. Максиму реально интересна я. Он всегда спрашивает обо всём, окружает заботой и уважением. Я настолько отвыкла от этого, что иногда шарахаюсь, а он лишь улыбается. А ещё он не боится проявлять своих чувств. Я верю, что не обидит, но… Сделает больно. Время пройдёт, мы расстанемся, он будет жить дальше, а я… Мне страшно представить, что будет со мной и моим хрупким сердцем.

Утром проснулась с ужасным настроением. Хотелось плакать и ведро мороженого. Как назло выходной. Я быстро приняла душ и пошла гулять с Максом, другой Макс крепко спал в позе звезды. Мы с псом побродили по парку часа два и, уставшие, пришли домой. Зорин продолжал спать. Я даже подошла проверить, живой или нет, а то мало ли…

Написала девкам в чат, у всех свои планы на сегодня, похоже, буду с Зориным, если у него нет других планов. Время шло к обеду, надо приготовить что-то поесть. Я прислушалась к себе, чего бы мне хотелось. А захотелось мне шаурмы. Да, вот так, никаких изысков. Недолго думая, сделала заказ продуктов на дом.

Заварила кофе и вышла на балкон. Здесь было так уютно. Два кресла и маленький столик. Я поджала под себя ноги и пила ароматный напиток. И постоянно думала, думала, думала… Наверное, лучшим решением будет — бросить Максима. И тогда, может, я спасу свой несчастный орган от боли. Но как это сделать? Он же на меня рассчитывает. Я не могу его подвести. Да и отец, как только узнает, что я разошлась с Максимом, реально закроет меня дома.

Может, это не любовь? Он просто хорош в постели, такого со мной никто не делал, не доводил до безумия. Может?.. Не может. Я представила, что мы с Максом не будем спать, а просто разговаривать, и мои чувства никуда не делись. В том, что он бог секса — жирный плюс.

— Бл*ть, — выругалась я и несколько раз стукнулась лбом о коленки.

Но мозгов мне не прибавилось, а жаль.

Курьер подъехал, и я забрала пакеты. Хватит накручивать себя, а то с ума сойду. Ну, подумаешь, влюбилась, с кем не бывает. Пройдёт и это. Тем более это Зорин, он противный, обязательно всё испортит. С этими мыслями я принялась за приготовление еды.

Как раз сворачивала порцию Максима, когда он появился в дверях в одних домашних штанах, которые держались низко на бёдрах на одном честном слове.

— Доброе утро, — улыбнулся он.

Сердце пропустило удар. Чёрт.

— Добрый день, почти вечер, — пробурчала и перевела взгляд на лепёшку.

— Я так не высыпался со времён школы, — потянулся и шагнул в кухню.

Он обнял меня со спины и стал покрывать щёку быстрыми поцелуями.

— Как приятно проснуться и увидеть тебя, день сразу становится лучше.

Какой там был у меня план? Не реагировать на него? Игнорировать?

Ага, отличный план, Нина, удачи.

Я не знала, что сказать, просто млела от прикосновений и улыбалась, как дура.

Макс отошёл от меня и всунул капсулу с кофе в кофемашину.

— Какие планы на сегодня? — спросила я между делом.

— Да никаких. Сегодня выходной.

— Понятно.

— Я думал, может, сейчас поваляемся, фильм какой-то посмотрим, а вечером поужинать куда-нибудь сходим? — и смотрит на меня выжидающе.

— Ты хочешь провести день со мной? — уточняю я.

— Таков план, — улыбается краешком губ.

— Хороший план. Поесть и посмотреть фильм, всё как я люблю.

Через десять минут мы сидели напротив огромной плазмы и спорили о том, какой фильм посмотреть.

— Я не хочу смотреть документалку о чёрных дырах, — взмахиваю руками.

— А я не хочу смотреть мелодраму, — морщит нос в отвращении Зорин.

— Давай искать компромисс, — говорю я спокойно, хотя я далека от спокойствия.

— Порно? — тут же спрашивает.

— Ты вообще нормальный? Какое порно? Я собираюсь есть.

— Как раз для аппетита, — улыбается шире.

— Боже, у тебя мысли только об одном, — отсаживаюсь подальше на диване, а Макс смеётся.

— Ничего не могу с собой поделать, ты меня возбуждаешь. Тем более, ты моя невеста, поэтому надо пользоваться.

— Фиктивная невеста, — напоминаю ему и себе.

— Какая разница, — пожимает плечами и вгрызается в шаурму. — Трахаюсь я только с тобой.

— Необязательно всё опошлять. Что за слово такое…

— Трахаться, — смотрит своими яркими глазами. — Давай, произнеси.

— Не буду. Мне не нравится.

— А трахаться — нравится, — опять смеётся.

Я чувствую, как начинаю краснеть. Невыносимый мужчина.

— Какая разница, тебе всё равно ничего не светит, — злобно улыбаюсь.

Макс тянется за кружкой с кофе и делает глоток. При этом неотрывно смотрит. Под его взглядом мне хочется поёрзать на месте, он столько эмоций во мне вызывает. Просто смотрит, а я уже пылаю, готова из одежды выпрыгнуть и на него запрыгнуть. Приходится сжать ноги вместе, чтобы не разъезжались в приглашении.

— Посмотрим, бабочка. Оргазм в сегодняшней программе обязателен. И я его гарантирую. Может, парочку.

33

Вечером Макс всё же вытащил меня в ресторан. Сказал, что у нас ещё будет время дома посидеть. Я не стала спорить, не хотела. Надела красивое платье, выпрямила волосы, нанесла макияж. Я ведь и правда почти нигде не бываю. Когда я была последний раз на свидании. Ну, с Максом и была. Но это не в счёт. А сейчас можно его и подразнить.

Я вышла из ванной, Зорин тут же прошёлся взглядом по моему чёрному платью. Оно было очень скромным, но при этом сексуальным.

— Ты очень красивая, Нина, — произнёс дежурный комплимент, а у меня щёки начали гореть.

— Спасибо, ты тоже. Очень.

И это правда. На Максе синие джинсы и футболка поло, но выглядит очень стильно и соблазнительно.

Мы вышли из квартиры, и я пошла в сторону парковки, Макс удержал меня за локоть.

— Мы не к машине? — спросила я.

— Нет, я хочу расслабиться и выпить.

— А, поняла. Мне нужно записаться на курсы вождения, тогда буду трезвым водителем.

— Я всё равно не дам тебе ключи от машины, — засмеялся мужчина.

— Козёл.

Юрист галантно подал мне руку, и я схватилась за неё. Неспешно мы пошли в сторону центра.

— Всё, с понедельника я буду ходить на работу каждый день, — сказала я. — Думаю, Давид меня скоро уволит.

— У тебя протекция в виде его обожаемой жены.

— Это да, но… Нельзя рисковать. Я ещё думаю… — начала я, но замолчала.

— О чём? — тут же повернул голову в мою сторону. — Расскажи.

— Меня пригласили на собеседование в другое место, — честно призналась.

— Ты не хочешь идти?

— Хочу! А что, если получу работу?

— Разве не в этом смысл? — улыбнулся Максим.

— Да, но как быть? Мне, что, уволиться от Давида? Что я скажу? Как потом общаться с ним? Я не хочу подводить и казаться сукой. Берестов очень хороший начальник, самый лучший, такой добрый и…

— Хватит, бабочка. Не хочу слушать, как ты нахваливаешь другого мужика, — поморщился авокадик. — Ты сама сказала, что, да, хочешь работу.

— Но…

— Никаких “но”, всё, что идёт после да — нах*р.

— Это твоя философия? — засмеялась я.

— Пользуйся, детка, — подмигнул.

А я глаза закатила. Показушник.

Может, Макс прав. Я сама хочу ту работу, там я смогу реализовать свой творческий потенциал. Хватит быть всем удобной, нужно и о себе думать. Но я не могу. Понимаю, что всё это психологическое и идёт из детства. Я постоянно чувствую себя виноватой, если делаю что-то для себя, и как от этого избавиться — не знаю.

Максим привёл меня в очень уютный маленький ресторанчик итальянской кухни. Нас проводили за стол, мы сделали заказ, и вскоре начала играть живая музыка.

— Ух ты, как здесь здорово! — восхищённо произнесла. — Ты всех сюда водишь?

— Только особенных, — широко улыбнулся, а моё сердце едва биться не перестало, глупый орган. — Вина?

— Ты ещё спрашиваешь? — я подняла брови в выигранном удивлении. — Раньше мы с девками собирались несколько раз в неделю, и каждая по такой бутылке приговаривала.

— М-м, новые подробности о тебе просто прелестны. Буду знать, что бар от тебя нужно держать закрытым.

Я засмеялась.

— Дурачок! Мы просто поболтать о жизни любим, а она, как понимаешь, не сахар, а под винцо хорошо всё идёт.

Официант разлил нам вино по бокалам, и я тут же хотела сделать глоток, Зорин остановил.

— Подожди, дай вину подышать.

Чего? Подышать? Ну, ладно.

Через пару минут Макс поднял свой бокал, а я — свой.

— За нас, — произнёс тост, и мы чокнулись бокалами.

А дальше всё было настолько круто! Вкусная еда, приятная компания, замечательная музыка и вино. Много вина. Кажется, я свой лимит выпила бутылку назад. Тело было таким лёгким, а в голове никаких посторонних мыслей. Я постоянно смеялась, не могла сдержаться. Макс рассказывал всякие забавные случаи о себе, я жадно слушала. Он очень интересный собеседник. Самый лучший. Я постоянно его трогала и ловила на себе его долгие взгляды. Как же я его хочу. Просто до трясучки.

Обратно мы тоже шли пешком. Рука Макса была на моей пояснице, на грани с рамками приличия. Я обнимала его за талию и пьяненько хихикала.

— Ты специально напоил меня.

— Не понимаю, о чём ты.

— Признайся!

— Под запись? — приподнял бровь.

— Думаешь, я записываю? Обыщешь? — о, да, я флиртую.

— Дома. Тщательно, — пообещал он.

А я вся мурашками покрылась. Только на Макса так реагирую, больше ни на кого. Я смотрю на него, и по нему вообще не видно, что он пил. Может, он из тех людей, которые не пьянеют?

— Нина, — рука на моей талии впилась в кожу.

Хочу ещё сильнее. До отметин и сумасшествия.

Я облизала губы и смотрела на Макса, хотела, чтобы он сделал первый шаг. Но я же сама могу его сделать! Кто мне запретит? Я сжала ткань его футболки на груди и потянула на себя. Его лицо в нескольких сантиметрах от моего, а глаза, такое чувство, что светятся. Провожу ладонями по его скулам и целую. Сама. Первый раз. Макс резко выдыхает и крепко обнимает за талию. А я уже поплыла от его вкуса и запаха. Разве можно быть таким вкусным? Мне кажется, у нас коннект на каком-то космическом уровне. Или это потому что я его люблю? Но с Серёжей же так не было…

Макс полностью отдал мне инициативу, и я целую его так, как хочется мне. Осторожно, нежно, медленно, а потом откровенно и пошло. Провожу языком по нижней губе, всасываю его язык, кусаю. Мои пальцы царапают его затылок. Мне хочется большего! Чёрт возьми, я хочу его руки на себе!

— Я хочу тебя, Максим, — выдыхаю со стоном.

Как только признание срывается с языка, я краснею. Подумает, что я озабоченная баба.

— Бл*ть, бабочка, — хрипит обречённо.

До квартиры идти минут двадцать пять, такси не поймать… Макс берёт меня за руку и уверенно ведёт за собой. Я даже не спрашиваю, куда. А потом смотрю на вывеску. Отель.

Зорин снимает нам номер и я пытаюсь держать лицо, потому что администратор точно знает, для чего нам понадобился номер. Но мне совсем не стыдно.

Мы поднимаемся на лифте наверх, Макс меня не трогает, просто смотрит. И это заводит капитально, я в таком предвкушении, не передать словами. Мы заходим в номер. Я вся в ожидании чуда, внутри всё так сладко замирает.

Хочу его. Хочу.

— Точно, Нина? До свадьбы ждать не будем?

Вместо ответа я снимаю с себя платье.

34

Макс давал мне выбор. Это было так мило, что внутри всё начало щемить от нежности.

Платье упало на пол, и я быстро переступила через него. Стояла перед ним в нижнем белье, а он пожирал моё тело глазами. Смотрел так, словно никого красивее не видел. А я хотела, чтобы он всегда так на меня смотрел, словно я центр его вселенной, словно одна единственная.

— Разве этот день может закончиться лучше? — хрипло спрашивает.

— Может, — улыбаюсь. — Ты обещал мне парочку оргазмов.

— Я за свои слова отвечаю.

Авокадик шагнул ко мне, поднял меня на руки и положил на кровать. Сам быстро снял с себя одежду, остался лишь в боксерах.

— Ты похожа на подарок в этом белье, — криво улыбнулся.

— Хватит разговаривать, Зорин, делом займись, — приподнялась на локтях и смотрю на него в нетерпении.

— Сейчас я займусь тобой, так займусь, что ходить не сможешь, — рычит мужчина.

— Обещания, обещания, — подразниваю его.

Меня просто трясёт от возбуждения. Я хочу его прямо сейчас.

— Ты договорилась!

Макс накрывает меня собой и тут же целует. Грязно, пошло, влажно. Я обнимаю его, чтобы чувствовать сильнее. Его руки шарят по моему телу, залезают под ткань трусиков, а я двигаю бёдрами навстречу этим ласкам. Меня буквально потряхивает. Я хватаюсь за его боксеры и стягиваю, впиваюсь ногтями в упругую задницу.

— Бл*ть, у меня нет резинок, — отрывается от моего рта. — Бл*ть! Какой у тебя день цикла?

Я вообще не могу понять, о чём он говорит. Какой такой день цикла? До меня не сразу, но доходит, о чём он. И, если честно, то мне очень стыдно, потому что я не умею считать дни цикла. Менструация у меня не постоянная, а с Серёжей мы всегда, ВСЕГДА использовали защиту. Мне ни к чему такая информация…

— Нина, — торопит меня Макс.

Я чувствую, как его трясёт, он держится из последних сил.

— Нормальный день, безопас…

Я даже договорить не успела, как он уже во мне. Просто одним мощным толчком заполнил. Мы оба застонали в голос.

— Как долго я этого ждал, — сказал Макс и стал яростно вколачиваться в меня.

Моя голова и сиськи дергались от каждого толчка.

— Мы не чпокались несколько дней, — сказала и укусила его плечо.

Он задел внутри меня какую-то особенно чувствительную точку.

— Это охренеть как долго, бабочка. Я хочу тебя трахать, как минимум, три раза в день.

Макс закинул одну мою ногу себе на плечо и стал вдалбливаться под другим углом. Это просто чистый кайф. Я вся была в огне. Не знаю, что он там делал, но я кончила буквально сразу. Сильно. Мощно. Я просто превратилась в сахарную вату. Почувствовала, как Макс вышел из меня, он провёл по длине несколько раз.

— Хочу, чтобы ты пососала у меня, — хрипло произнёс. — Согласна?

Чёрт, я была согласна на всё. Я кивнула.

Его член был покрыт моими соками, и я засомневалась в том, что смогу взять в рот… Но сомнения длилось буквально секунду. Я была пьяная и чувствовала себя, словно Саша Грей. Хотя куда ей до меня.

Я очень сексуально (нет) встала на четвереньки и поползла к авокадику. Убрала его руки с члена и облизала по всей длине, а потом начала сосоать головку. Макс зашипел и с силой схватил меня за волосы. И от этой грубости я возбудилась пипец как. Мне всегда казалось, что я ванильная девушка: люблю долгие поцелуи и обнимашки… Но Макс показал мне, что внутри меня живёт ненасытная шлюшка, его шлюшка, которая может кончить от того, что делает минет.

Я старательно лизала и сосала его ствол, мне реально было в такой кайф. Потому что это мой Максим. Старалась вобрать в себя как можно больше. Он и сам начал подаваться бёдрами в мой рот, засаживая по самые яйца. Завтра будет очень стыдно.

— П*здец, какая ты сейчас красивая.

Зорин с пошлым звуком вытащил член из моего рта, я жадно стала хватать ртом воздух, и вытерла рукой губы. У меня аж челюсть болеть начала, хорошо, что не свело, а то был бы ужас. Я как-то читала такой рассказ, когда у девушки челюсть свело во время… И пришлось вызывать скорую.

Максим потянул меня на себя и поцеловал в губы. Все вкусы смешались, и я едва сознание не потеряла. Всё, моя скромность похоронена навеки вечные. Но я только с ним такая. Макс расстегнул на мне лифчик и отшвырнул в сторону, начал мять мою грудь.

— Хочу в тебя, ложись на живот, — приказал он.

Я быстренько сделала, как велел. Он стянул с меня трусики и укусил за ягодицу, я взвизгнула, за что получила шлепок. Он приподнял мои бёдра и погладил по пояснице, от чего я прогнулась до хруста.

Почувствовала, как он начал водить стояком по моему входу, и задрожала. Чёрт, этого мужчину невозможно не хотеть. Кто бы мог подумать, что за костюмом скрывается такой ненасытный любовник. Я вообще и не думала, что секс бывает таким!

Макс размазывал влагу, и постоянно цеплял не тот вход. Я занервничала, когда его кончик уперся в задний проход.

— Макс, — дернулась я.

— Тише, расслабься, — я почувствовала давление и замерла.

Таким я точно никогда не занималась. И не знаю, хочу ли…

Но волновалась напрасно. Потому что в следующее мгновение Максим заполнил привычное местечко. Я тут же сжалась вокруг него.

— Какая ты узкая, бабочка, просто трындец.

Зорин сжал мои бёдра и беспощадно стал насаживать на себя. Я скулила, сжимала в кулаках простынь и говорила всякий бред. Ощущения были просто за гранью, я вся превратилась в оголённый нерв. Даже не думала, что смогу ещё раз кончить. Но Макс каждый раз задевал какую-то точку, и я вновь разлетелась на мелкие кусочки. На грани сознания почувствовала, как Зорин излился в меня. И просто рухнула на кровать, а он — на меня. Мы пытались отдышаться. В комнате было слышно наше тяжёлое дыхание. А потом Макс вышел из меня и скатился, перевернул меня, и я легла ему на мокрую грудь. Сил даже не было, чтобы говорить. Но у меня внутри так всё распирало от чувств, мне хотелось признаться в любви… Я не могла, но мой рот уже начал говорить.

— Ты самый лучший мужчина в… — моей жизни, хотела сказать, но вовремя остановилась. — В этом номере.

Авокадик засмеялся и обнял меня сильнее.

— В этом номере у меня нет конкурентов.

35

Месяц спустя…

— Нежнее… Да нежнее, я тебе говорю!

— Сама знаю!

— Ну так делай! Нежнее, чёрт, куда ты так грубо.

— Потому что ты меня бесишь, вот так и выходит.

— А ты слушай, что я тебе говорю!

— А ты не ори на меня, ясно?

— Не ясно, бл*ть, пасмурно!

— Я так и знала, что так будет! Лучше бы Федю попросила!

— Какого Федю?

— Ты знаешь, какого, с работы!

— Это тот, который мечтает тебя трахнуть?

— Ты вообще дурак? Мы дружим.

— Бабочка, — снисходительный тон Зорина заставил меня обернуться на него. — Никто из нормальных мужиков не будет дружить с красивой бабой.

— Ты всё сводишь к сексу!

— Так миром правит жажда власти, секс и голод.

— Ой, всё. Я попросила просто немного потренироваться с вождением, а не слушать тут твою философию.

— А ты слушай умных, — говорит этот белобрысый, и я со всей дури жму на газ. — Да нежнее ты!

Дёрнул же меня чёрт попросить Максима покататься со мной. Я уже сто раз пожалела. Просто ужас какой-то. Какой же он душнила, оказывается.

Я наконец-то записалась в автошколу и решила начать с азов, с механики. И у меня плохо получается. Максим сказал менять на автомат, но я упрямая, не хочу! У меня всё получится, просто нужно чуть больше времени.

— Надо было с Игнатом Евстигнеевичем ехать, а не с тобой. И компания была бы приятной.

— Так он к бабе Нюре пошёл.

Я улыбнулась, вспоминая деда Макса. Мы с ним познакомились несколько недель назад, и он принял меня, как родную. Я была в таком шоке. Я вообще не привыкла к такому общению, а он сразу ко мне так тепло и хорошо начал относиться. И про Макса всё-всё рассказал, фотки детские показал. Сам дедушка очень импозантный мужчина, и не скажешь, что ему семьдесят пять! Он ещё по бабулькам ходит. Он милостиво разрешил брать свою девятку для практики, чем я и пользовалась, Макс же за руль своей не пускает, да и автомат у него.

— Всё, я устала, давай домой.

— А потискаться на заднем сиденье?

— Боже, Зорин, повзрослей! Только и думаешь о пошлостях.

— Тебе же это нравится, сама такая.

Я делаю недовольное лицо, но он прав. Мне нравится. Всё в нём нравится. Я каждый день влюбляюсь в него всё сильнее. Мне кричать о своих чувствах хочется, меня распирает, а он молчит. Его всё устраивает, а я… Боюсь признаться. Не хочу без взаимности, лучше молчать. Меня это гложет каждый божий день. Нельзя держать в себе чувства, копить их. Нужно давать им выход. Но как же страшно! Даже разговор завести об этом. Между мной и Максом всё так легко и просто, без напряга. Со стороны мы кажемся совершенно обычной парой. Даже девки мои в шоке. Я тоже в шоке. Потому что никогда бы не подумала, что смогу полюбить так быстро и так сильно. Тем более Зорина. Ладно, плывём по течению.

— Так что, — вытаскивает меня из мыслей и кладёт руку на моё колено, ведёт вверх. — Пошалим немного?

И смотрит так проникновенно. Внутри всё начинает закипать. Я вообще не могу ему отказать. Он хочет меня постоянно, а я — его. Сумасшествие какое-то, так не бывает. Он соблазнил меня даже во время критических дней! А это о многом говорит.

Я хотела согласиться, но меня прервал звук его телефона. Краем глаза увидела имя звонившего. Кристина.

— Да, — ответил Макс, а потом… Вышел из машины.

Я тут же открыла окно и стала подслушивать, но он отошёл подальше и говорил не так громко. Сердце стучало в груди набатом. Ревность начала отравлять нутро. Боже, за что! Своего бывшего я не ревновала. Вообще. А Максима… Да я готова глаза выцарапать всем женщинам, которые на него смотрят. Откуда эти чувства и странные наклонности?

Зорин вернулся в машину.

— Придёться отложить шалости до вечера, бабочка. Срочно вызывают.

— Тогда поехали домой.

Через час Макс привёз меня в квартиру, а сам умчал по работе. У него очень ненормированный день. Часто он приходит заполночь и пьяный. Но я нормально к этому отношусь. Так во взрослом мире налаживают связи. Авокадик очень амбициозен. Вангую, что он добьётся многого. И я так горжусь им.

Я зашла в квартиру, и меня тут встретил другой Макс.

— Привет, дружок, — погладила его по голове. — Ну, как твой день прошёл? Не сгрыз пульт? Пойдём гулять?

Пес начал нетерпеливо ходить на месте и вилять хвостом.

— Тащи поводок.

Я надела поводок и намордник, последний он особенно не любил, но мамашки района бдят. Мы с Максимилианом гуляли больше двух часов. В этой собаке столько энергии, просто кошмар какой-то. Потом пришли домой, пёс занялся своими важными делами, а я решила приготовить ужин. Время было уже позднее, авокадика не стала ждать и сама поужинала. А потом засела учить ПДД. Столько нужно запомнить! Мне иногда казалось, что я не запомню все эти знаки и обозначения.

Я так погрузилась в зубрёжку билетов, что очнулась только тогда, когда хлопнула входная дверь. Я несколько раз моргнула и посмотрела на время. Два ночи. Зорин пытался тихо пройти по квартире, но у него не получалось. Я наблюдала за его жалкими попытками с дивана. Пьянь.

— Опять клиент напоил? — спросила я.

Он прищурился и нашёл меня взглядом.

— Ты чего не спишь?

— Тебя жду, — ехидненько сказала.

— Правильно, — кивнул. — Женщина должна ждать своего мужчину.

Я закатила глаза.

— А больше ничего женщина не должна?

Макс задумался.

— Ждать своего мужчину заведённой и на коленях.

— Мечтай, мечтай, Зорин, — фыркнула я.

Он подошёл ко мне, наклонился и поцеловал в губы.

— Прости, бабочка, я немного выпил.

— Серьёзно? Я и не заметила.

— Язва. Ладно, я в душ и спать, завтра не встану, разбуди меня.

Мужчина на ходу начал избавляться от одежды, а я смотрела на его голый зад, который скрылся за дверями ванной. Покачала головой и начала собирать его вещи.

— Я ему тут, что, нанималась бардак убирать? — начала бубнить под нос.

Подняла пиджак, брюки, носки и рубашку. С последней так и замерла в руках. Во рту пересохло, а сердце ухнуло куда-то вниз. Я сфокусировалась на красном пятне, которое было на воротнике. Это помада. Трясущейся рукой поднесла рубашку к носу. От неё пахло женскими духами.

Какого чёрта?

36

Максим был в ванной семь минут и двадцать четыре секунды.

За это время я успела собрать свои вещи, разложить по местам, порыдать, придумать тысячу оправданий и впасть в депрессию. Я сидела на кровати и сжимала его рубашку в руках. Мне физически больно становилось от мысли, что он мне изменяет. Только не это. Я же просила его…

Так, спокойно, может, не всё так плохо…

Я пыталась успокоиться, правда.

Но, как только Макс зашёл в комнату, в него полетел пульт от телевизора. Мужчина еле увернулся.

— Ублюдок! — закричала я и сняла с ноги тапок, швырнула в него.

— Какого чёрта?

— Урод! — я подошла ближе и ударила Зорина по груди. — А ну наклонись, чтобы я тебе по морде дала!

— Ты, что, ебн*лась? Всё, да? Пора 103 вызывать?

— Да как ты смеешь? — мои глаза наполнились слезами, и я опять позорно разрыдалась.

Я отвернулась от юриста и начала плакать в рубашку. Через мгновение почувствовала, как он меня поднял и усадил к себе на колени.

— Ну, ты чего? Расстроилась, что я так поздно?

— Не-е-е-т, — совсем не женственно всхлипнула.

— А что такое? Кто обидел мою бабочку?

— Ты-ы-ы-ы!

— Я? — натурально удивился блондин. — А что я сделал-то?

— Вот, — я подсунула ему под нос рубашку.

— Ты плачешь из-за того, что я бросил одежду на пол?

— Да нет же! Вот! — я показала пятно от помады.

— И?

— В смысле “и”? Это помада! На твоей рубашке, и пахнет она духами. Боже, — я схватилась за сердце, оно билось так сильно, что я испугалась.

— Успокойся, — Макс стал гладить меня по спине. — Дыши. Ты увидела помаду, услышала духи и сделала вывод, что я тебе изменяю?

— Ты мне изменяешь? — спрашиваю тихо-тихо.

Смотрю в его голубые глаза и жду ответа. Я даже дышать перестала. Всё, что он сейчас скажет… Я поверю даже в ложь.

Максим обхватывает моё лицо ладонями, заставляет на себя смотреть.

— У меня есть ты, зачем мне другие?

Сердце на секунду замерло, а потом забилось в новом ритме.

— Правда?

— Всегда, Нина.

Я выкинула к чёртовой матери рубашку и обняла Макса за шею. Только сейчас напряжение начало спадать. Какая я дура. Просто неуверенная в себе идиотка. Я умом понимаю, что ревновать не надо, ничего этим не добиться, но… Я не могу. Это не просто ревность, а боязнь измены. Если это произойдёт, то разрушит меня, как женщину. Я только начала чувствовать себя сексуальной и желанной. И всё благодаря Максу. Он не поступит со мной плохо. Я верю в это.

— Прости, прости, — шепчу я. — Просто я, когда увидела… Максим, только не изменяй мне, пожалуйста… Если захочешь, то скажи заранее и честно. Я пойму, правда. Только не за моей спиной…

— Эй, — Зорин вновь заставляет смотреть ему в лицо. — Хватит, Нина. Я не твой урод бывший, перестань нас сравнивать, — говорит со злостью.

— Я не… Не сравниваю.

— Именно это ты и делаешь. Постоянно. Ты только и ждешь, когда я облажаюсь, а сама не замечаешь, сколько я для тебя делаю.

— Я всё замечаю…

— Нет. Ты живешь с мыслями, что я напортачу. Хватит.

— Это не правда.

— Серьёзно? Ты увидела помаду на моей рубашке и сразу подумала, что я тебе изменяю. Первая твоя мысль, бл*ть!

— А что мне оставалось думать?

— Да всё, что угодно! Я тебе хоть раз повод давал? — теперь Макс начал по-настоящему злиться, даже протрезвел.

Я молчу, мне нечего сказать.

— Давал? Отвечай мне!

— Нет, — говорю тихо.

— Тогда почему? Неужели я не заслужил хоть немного, сука, веры в меня?

— Я… — начинаю говорить, но слова не идут.

— Понял, — кивает Максим и садит меня на кровать. — Я буду спать в зале, — с этими словами он уходит.

А я просто открываю и закрываю рот, словно та самая рыба, в честь которой он прозвал меня бабочка.

Что только что произошло?

Я чувствую стыд. И дикую усталость. Прикрываю глаза и просто матерю себя последними словами. Какая я всё же дура. Боже, Макс во всем прав. Я сразу подумала о самом ужасном. А ведь он не давал повода ни разу. Он каждую свободную минуту со мной. Он тибидохает меня так, что у него бы сил просто на другую бабу не осталось бы. Неужели я всё испортила? Я настолько не уверена в себе, что сразу думаю о худшем. Кажется, я рано отказалась от услуг психиатра. Со мной явно не всё в порядке.

Не знаю, сколько я провела времени, пялясь в одну точку. Я думала, что делать с собой и своими реакциями. Я верю Максу. В следующий раз просто нужно с ним поговорить, а не делать поспешных выводов…

Было уже поздно, но мне нужно было с кем-то поговорить о том, что случилось. Не долго думая, я открыла наш чат «Четыре вс(з)адницы алкокалипсиса» и написала там.

Я: SOS! Завтра собираемся у Телепузика.

Ната: Это я Телепузик? Сучки! Как вы смеете? Я глубоко беременная женщина, а вы издеваетесь

Саша: Мы любя, дорогая))

Настя: Я притащу вино! И надо будет заказать суши.

Саша: А что случилось, Ниночка? Что за срочность?

Настя: Кстати, да.

Ната: ???

Я: Просто я такая дура, девочки((Но ничего такого серьёзного, не берите в голову, завтра всё расскажу. Точнее, сегодня. А теперь быстро спать! Особенно Телепузик, а то Аллке сейчас напишу))

Всё правильно. Завтра подруги меня рассудят. Я подняла ненавистную рубашку с пола и пошла ставить стирку.

Макс лежал на диване в абсолютно неудобной позе. Моё сердце начало сходить с ума, как и всякий раз, стоит оказаться рядом с ним.

Максим — не Сергей.

В миллиардный раз напомнила я себе.

Я подошла к дивану и свернулась клубочком рядом с Максом. Как бы мы не поругались, но спать будем вместе.

37

Утром встала пораньше и приготовила для Макса завтрак. Мне было стыдно за свою вчерашнюю истерику. Я понимала, что он реально прав. Я из-за своих комплексов и неуверенности в себе подозреваю его во всех грехах.

И я злюсь на себя! Веду себя, как дура, словно я имею право на Зорина. Нет, не имею! Всё фикция. Он ни разу даже не намекнул, что хочет реально попробовать. А я веду себя так, как будто мы пара. Я резко остановилась с чашкой кофе в руке. А что, если он действительно не хочет ничего? Просто пройдёт время, и мы разойдёмся… Мне стало дурно от этого.

Максим зашёл на кухню и в удивлении приподнял брови. Да, я наготовила кучу блюд, хотела порадовать его.

— Доброе утро, — сказала я нервно.

— Доброе, бабочка, — мужчина сел за стол.

На нем были одни домашние штаны. Он всегда сначала завтракает, а потом одевается.

— Пятнадцатого июля, — проговорил авокадик и принялся за еду.

— Что?

— Мой день рождения, не сегодня.

— Я знаю, когда у тебя день рождения, — фыркнула я.

— Тогда в честь чего расстаралась? Обычно тебя хватает только швырнуть в меня капсулой кофе.

— Не правда! Я всегда готовлю тебе завтрак.

— Но не такой.

— Не нравится — не ешь, — огрызнулась я.

Макс демонстративно вгрызся в брускетту.

— Нравится. Очень.

— Вот и жуй молча, — проворчала я.

— А в честь чего всё это?

Вот же пристал, как тополиный пух, такой же противный!

— Я была не права вчера. Это мой способ сказать “прости”.

— И для этого ты встала на два часа раньше? Я тебя прощаю, — великодушно сказал. — Но в следующий раз минета будет достаточно. Быстро и не нужно вставать так рано.

Я лишь глаза закатила.

— Ну, я думала, что это будет часть два, но ты уже меня простил, так что…

— Чёрт, забираю свои слова обратно!

— Но-но, всё под протоколом.

Макс быстро расправился с завтраком, а я стояла, прислонившись к стенке бедром, и пила кофе. В голове столько мыслей было. Мне реально нужно меньше заморачиваться и наслаждаться жизнью. Неужели поступок Сапрыкина теперь будет постоянно преследовать меня. Я вообще не хочу, чтобы этот козёл хоть как-то влиял на мою жизнь.

— Сюда иди, — Макс похлопал себя по ноге.

Я поставила чашку на стол и послушно забралась к нему на колени. Авокадик потянул меня за хвост, открывая доступ к шее, и припал к ней губами. Облизал и прикусил место, где бешено бьётся пульс.

— Почему ты такая охрененная, Нина? Я не могу насытиться тобой, — хрипло проговорил.

У меня от его голоса мурашки разбежались по всему телу. Я закрыла глаза и зарылась пальцами в его волосы.

— Может, тебе нужно провериться?

— Мне нужно тебя трахнуть, — прорычал он.

Одним движением распахнул на мне халат, и его рука тут же накрыла моё лоно. Из горла вырвался стон.

— Так, так, так, — нагло трогает складки, размазывая по ним влагу. — И как давно ты такая мокрая, а? Ждала меня, да? Хотела, чтобы я нагнул тебя над столом и засадил по самые яйца?

Его пошлые слова едва не довели меня до грани. Я начала дергать бёдрами, беззастенчиво тереться о его член.

— Максим, пожалуйста, — простонала я.

— Что, бабочка, скажи мне, чего хочешь? — прикусил мочку уха.

— Тебя. В себе. Сейчас.

Он поставил меня на ноги и сбросил халат. Смачно шлёпнул по заднице, от чего я взвизгнула.

Он разложил меня на столешнице грудью, отодвинул край трусиков и заполнил одним толчком. Мне пришлось встать на носочки из-за интенсивности шлепков. Я даже не пыталась принять участие в этом процессе, просто позволяла Максу трахать себя. Я знала, что ему так иногда нравится, грубо, быстро, первобытно. Его тяга к моему телу просто поражала. Он относился так, словно я лучший десерт в его жизни, который никогда не надоест. Он знал моё тело лучше, чем я сама. Он довёл меня до оргазма буквально за пару минут, а затем и сам излился внутрь. Опять. Не спрашивая разрешения.

Позже мы впопыхах собирались на работу. Максим пытался зайти со мной в душ и потереть спинку, но я выгнала его гулять с собакой. Если бы он зашёл, то мы бы точно везде опоздали. А мне нельзя опаздывать, у меня сегодня автодром!

Автошкола с автодромом находились недалеко от работы, авокадик подвёз меня к воротам. Я быстро чмокнула его в щёку и побежала ко входу. Но Макс пошёл со мной.

— Ты куда? — удивилась я.

— Посмотрю на твои успехи.

— Ты разве не опаздываешь?

— Нет.

Я подозрительно посмотрела на Зорина. Какой он странный, но ладно. Мы вместе зашли на автодром, где возле белой Лады меня ждал инструктор.

— Привет, — улыбнулась я.

— Привет, Нинок, держи, — молодой мужчина протянул мне стаканчик с кофе.

Это наша традиция. Он приносит кофе на автодром, а я — на город.

— Спасибо, Миша.

Я буквально услышала, как Макс скрипнул зубами. Видимо, Михаил тоже, потому что обратил своё внимание на авокадика.

— Я могу Вам чем-то помочь? — поинтересовался инструктор.

— Нет, — грубо ответил юрист.

— Тогда покиньте площадку, это частная территория.

— А это моя невеста, — Зорин притянул меня к себе за талию, я едва не расплескала кофе. — Хочу посмотреть, чему она научилась. А то мы подумываем сменить инструктора.

— Максим! — прошипела я. — Ты что несёшь? Миш, не слушай его. Он, видимо, ещё не проснулся, — неловко пошутила.

— Я проснулся, бабочка, ты сама мне помогла, твои стоны разбудят и мёртвого.

У меня просто упала челюсть. Он сейчас прямым текстом заявил, что мы утром занимались сексом?!

Я почувствовала, как мои щёки горят. Как я теперь посмотрю в глаза Михаилу? Какой позор.

Тем временем Макс посмотрел на часы, а потом привлёк к себе за затылок и поцеловал. Глубоко, порочно, страстно. Показывая всем вокруг, что я его. И я имею в виду ВСЕМ! Здесь, помимо нас, ещё было учеников десять и столько же инструкторов. Зорин оторвался от меня и порочно облизал губы.

— До вечера, бабочка, — произнёс и пошёл на выход.

Это что сейчас было?

Макс… Ревнует?

38

С девчонками так встретиться и не получилось. Зорин позвонил и ошарашил новостью, что на выходных мы уезжаем из страны. Ежегодно начальник их фирмы собирает многих сотрудников в своём доме. В этом году планы изменились и сборы перенесли. Мы с Максом, естественно, тоже приглашены. Поэтому мне нужно бежать на работу и доделывать всё, чтобы сдать к концу недели! А ещё с прививками Максимилиана ничего не решено… Аллка сказала, что может посмотреть за собакой. Но я даже не знаю, нужно ли спрашивать у её папы. Может, Зорина подослать, чтобы поговорил? Ладно, я не трусиха, сама могу поговорить с Давидом Вячеславовичем. Но я даже не знаю, Наташа беременная…

Боже, просто пойди и спроси, Нина!

Минут пять я топталась под кабинетом босса, так и не зашла. Зато он решил выйти и едва не ударил меня дверью.

— Ой, — едва успела обернуться.

Давид посмотрел на меня в своей высокомерной манере. Как был Господином Горячим Засранцем, так и остался.

— Нина, ты же знаешь, что двери с моей стороны прозрачные, и я всё вижу?

Ох, я и забыла про это. Чувствую себя идиоткой.

— Что ты хотела? Опять выходной? — с кривой ухмылкой спросил.

— Нет! Я не по этому поводу.

— А что тогда? — Давид посмотрел на часы. — Ты уже обедала? Пошли за обедом расскажешь.

И не глядя, иду я за ним или нет, пошёл вперёд. Пришлось бежать следом.

В нашем здании есть ресторан, но мы туда никогда не ходим, потому что цены там заоблачные. Но начальству всё по плечу. Мы спустились на лифте на этаж ресторана, и нас сразу же провели за столик. Давид сразу сделал заказ, а я скромненько заказала кофе и салат.

— Как Наташа? — поинтересовалась я.

— Наташа, как Наташа, — искренне улыбнулся босс.

Помню, в каком я пребывала шоке, когда узнала, что эти двое мутят друг с другом. Кто бы мог подумать! Но я так рада, что в итоге они полюбили друг друга.

— Ходит и возмущается, что всё ещё беременная? — улыбнулась я.

— И требует массаж стоп.

Я в удивлении посмотрела на Берестова. Представила, как он в своём костюме и с надменным выражением лица делает массаж стоп жене. Не сдержалась и прыснула со смеха.

— Ржёт она, — проворчал мужчина.

— Прости, просто я не ожидала.

Мы ещё немного посидели и обсудили подругу. Я, кстати, сразу написала Натке, что обедаю с её мужиком. Она сказала, что я люблю его больше, потому что не прихожу в гости. Пришлось пообещать, что зайду, как приеду.

Я не боялась, что нас увидят с Давидом или что-то такое, просто это было честно. Наташа моя подруга, не Давид.

Нам принесли заказ.

— Так о чём ты хотела поговорить? — Берестов принялся за еду.

— Я на выходных уезжаю. Об этом узнала Алла и спросила, сможет ли она взять Макса на выходные. Сказала, что ей скучно и одиноко, а он всегда поднимает ей настроение, — сказала я.

Вот! Я это сделала. Кто молодец?

Давид даже есть перестал. Посмотрел на меня таким взглядом, каким смотрит, когда хочет кого-то уволить.

— Не понял. Какого хрена этот ублюдок будет у нас в квартире?

Я несколько раз моргнула. Он назвал моего пса ублюдком? Он вообще охренел? Внутри такая волна ярости поднялась. Может, он и босс, но пошёл он к чёрту!

— Он не ублюдок, — прошипела я. — Сам ты … придурок!

Берестов откинулся на стуле и посмотрел на меня совсем другим взглядом. Ну, да, позволила себе лишнего. Но знаете, что? Пошёл он ещё раз!

— Я всё понимаю, вы вместе. Но, бл*ть, никакого Зорина у меня в квартире! — прорычал мужчина.

Пришла моя очередь смотреть на мужчину.

— При чём тут Зорин?

— Так ты сама мне про него говоришь!

— Я говорю про собаку.

— Какую собаку?

— Про Макса. Максимилиан.

Давид моргает раз, второй, а затем начинается смеяться. Так громко, что на нас начинают оборачиваться.

— Я думал, ты про Зорина.

— Я бы за авокадика так не переживала, я о своём лабрадоре, — ну, конечно, это неправда. Я волнуюсь об обоих своих Максиках.

— Да понял уже.

— Нет, ты серьёзно думал, что я хочу оставить Зорина с Аллой?

Берестов поморщился и вгрызся в стейк.

— Башка не варит, не нагнетай, ок?

— Ты меня пугаешь, — честно сказала.

— Я скоро стану дважды папой, мне простительно, — широко улыбнулся.

— Так, что ты скажешь? — спросила я.

— Скажет насчёт чего? — недовольно спросил Зорин.

Я подняла голову, Макс нависал над нашим столом и сверлил взглядом Давила. Они пожали друг другу руки, мне показалось, что авокадик сделал это немного агрессивно. А затем он сел на стул рядом со мной.

— Некрасиво подслушивать чужие разговоры, — поучительно сказала я.

— Как хорошо, что мы все свои, — парировал Максим и придвинул тарелку с моим салатом к себе, ещё и вилку отобрал.

Я лишь печально вздохнула. Вот пусть и оплачивает сам.

— Я спросила у Давила, разрешит ли он Алле взять Макса, пока нас не будет, — терпеливо объяснила.

— Зачем? Дед посмотрит.

— Ты вообще? У Игната Евстигнеевича бедро больное, куда ему за псом смотреть.

— По бабкам ходит и ничего не болит, — хмыкнул Зорин.

— Хамло! Не говори так о дедушке.

— Это правда. Он такие истории рассказывал.

— О, да, я тоже помню. До сих пор завидую, — улыбнулся Давид.

— Да ну вас! Он самый замечательный мужчина, которого я знаю.

— Это не мешает быть ему ловеласом.

— Господи, как мы от темы с Максом перешли на тему личной жизни твоего деда?

— У обоих есть… — начал Максим.

Я накрыла его рот ладонью.

— Ни слова больше, — проворчала я, а Зорин поцеловал мою ладонь, а потом провёл языком, вызывая мурашки.

Я быстро убрала руку, а он хмыкнул.

Козёл.

— Так что? — Вновь спросила у Давида.

— Если Алла хочет, то я не против.

— Супер! Напишу ей.

Я несколько минут переписывалась с дочкой босса, она была в восторге. А мужчины обсуждали свои темы, я не прислушивалась. Я допила капучино и встала из-за стола.

— Ладно, я пошла работать, а то босс у меня тот ещё засранец, — дерзко улыбнулась.

— Насколько я помню, — сузил глаза Берестов. — Горячий Засранец.

Я засмеялась и вышла из-за стола.

— А поцеловать жениха, — тут же протянул загребущие лапы Макс.

Но я знала, что так будет, и проворно отошла от него на безопасное расстояние. Знаю я, чем поцелуй с женихом обернётся, до сих пор еле хожу.

Оба мужчины посмотрели на меня.

Я только что сказала это вслух?!

Судя по их смеху — да.

Какой позор.

Я развернулась на каблуках и практически выбежала из ресторана.

39

Лабрадора вчера вечером отвезли к Берестовым. Я расплакалась, как только за нами закрыли дверь квартиры. Я так сильно привязалась к этой пушистой жопе, что не представляла, как проведу несколько дней без него. Макс всю дорогу меня успокаивал, даже повёз в кафе-мороженое. Я ела ванильное мороженое и обливалась слезами.

— Блин, Нина, поехали за Максом, я не могу видеть твои слёзы, — сказал авокадик.

— Мы завтра улетаем. Глупо было брать его с собой на несколько дней. Тем более, что я знаю, что он под присмотром. Просто… Думаешь, он не забудет нас за эти дни?

— Нет, конечно! Он наш пёс. Привезём ему игрушку.

Я улыбнулась сквозь слёзы.

Наш.

Он так сказал. И, чёрт возьми, как же это приятно слышать.

— У меня, наверное, ПМС, вот я и расплакалась.

— Тебе не нужно оправдываться передо мной. Я сам еле сдерживаю слёзы, — улыбнулся блондин.

— Дурачок.

— Давай, доедай, нужно лечь пораньше.

Вскоре мы уже ехали домой. Чемоданы были собраны заранее, так что мы почти сразу легли спать. И всё равно едва не проспали!

С утра бегали, как угорелые. Я вообще не понимаю, как так вышло.

Макс матерился, бегая по квартире, а я забежала в ванную: чистить зубы и умываться. А потом обратно в комнату, сняла пижаму и стояла выбирала, что надеть.

— Ты издеваешься надо мной? — простонал авокадик.

Я повернулась и вопросительно посмотрела на него.

— Ты чего?

— Ты, блин, голая.

— И?

— У нас нет времени!

— Я ищу одежду!

— А у меня стояк. Давай по-быстрому, — подходит и вдавливает свой пах мне в попу.

Я задыхаюсь от этого.

— Нельзя, мы опоздаем, — сопротивляюсь я.

— Вообще плевать. Тебя хочу, — его руки начинают своё бесстыдное путешествие по моему телу.

Я собираю всю силу воли в кулак и щипаю наглеца за бока.

— Ты прости, но я не променяю шикарный отдых за границей на “по-быстрому” с тобой! Давай, одевайся и там уже на месте…

— Что на месте?

— Знаешь, что, — огрызнулась я.

— Нет, ты мне скажи во всех подробностях.

— Не буду я ничего говорить, — вспыхнула и вытащила первые попавшиеся вещи.

— Тогда у нас проблемы, бабочка, — вырвал из моих рук лифчик и привлёк к себе.

Я начала хватать ртом воздух и кусать губы, чтобы не застонать.

— Хорошо-хорошо! Мы переспим.

— Подробности, Нина, — утыкается носом в мою шею и прикусывает кожу. Я дрожу. — Грязные, пошлые подробности.

Это Макс грязный и пошлый! Его любимая игра — довести Нину. Он постоянно заставляет меня говорить на тему секса. Разве ж это нормально? Взрослые же люди, а не подростки…

— Ну, я бы могла опуститься на колени и сделать тебе приятно.

— Сделаешь, — целует в щёку. — Ещё.

— А потом… Я лягу на кровать, и ты сделаешь мне приятно…

— Нет, — говорит он.

— В смысле нет? — пытаюсь отпихнуть его. — Я, значит, опущусь на колени и буду сосать, а ты мне ничего не сделаешь?!

Макс смеётся и легонько целует меня в губы.

— Сделаю, бабочка. Не на кровати. Я тоже опущусь на колени и закину твою ногу мне на плечо, твоя киска будет прямо у моего рта. Я буду тебя вылизывать, словно ты чёртов десерт. А затем поверну лицом к стене и трахну. Жёстко и быстро. А вот потом мы пойдём на кровать, и ты будешь прыгать на моём члене, пока не доведёшь себя и меня до оргазма. Снова.

Мне пришлось закрыть глаза. Потому что картинки были настолько яркими, что я уже тоже не хотела никуда лететь. Мы бы могли просто остаться в квартире и предаваться разрату все выходные…

— Такси уже ждёт, одевайся, — шлепнул меня по заднице и сам полез в шкаф.

Я всегда поражалась этой способности Зорина. В один момент он говорит и делает такие откровенные вещи, а через секунду ведёт себя, словно ни в чём не бывало.

Ругаясь себе под нос, я быстро надела джинсовые шорты и ярко-розовую футболку с изображением Мини Маус, на ноги кеды, а на голове — два хвоста. Через несколько минут мы уже ехали в лифте. Я написала девчонкам в чат, но они пока не ответили, спали, наверное.

Мы приехали в аэропорт и вскоре уже начали проходить регистрацию. Я вертела головой в поисках сослуживцев Макса.

— Думаешь, они здесь?

— Наверное, уже прошли и ждут посадку, — ответил мужчина.

Подошла наша очередь, мы подготовили паспорта.

Макс протянул мужчине свой паспорт и билет, я ждала рядом.

— Документы и разрешение на ребёнка, — сказал он.

Мы с Зориным переглянулись. Я пожала плечами.

— Документы и разрешение на выезд ребёнка, — повторил сотрудник аэропорта.

Я всё ещё в шоке смотрела на Макса, а его лицо превратилось в маску. Что-то я начала нервничать. Какого чёрта вообще происходит?

— Макс, — пискнула я.

— Это не ребёнок, а моя невеста, — прорычал авокадик.

И тогда до меня дошло. Меня приняли за… Ребёнка. На фоне Максима с моим ростом вполне возможно спутать. Из горла вырвался смех, я просто не могла остановить себя. Зорин посмотрел на меня таким взглядом, а я засмеялась ещё сильнее. Даже когда прошли регистрацию, я продолжала хихикать и издеваться над Максом.

— Папа, папа, я хочу пить.

— Папочка, ты у меня самый лучший.

— Я хочу жить с мамой, ты плохой, папа.

Говорила всё это высоким детским голосом.

— Блять, Нина, хватит. А то я заставлю тебя замолчать.

— Папа злится? На меня? Я сделала что-то не так?

И тогда он заставил меня замолчать. Прямо в туалете аэропорта. Просто нагнул над унитазом и отымел. Это было дико. Папочка сошёл с ума. Он просто взял меня так, что я больше не решилась его дразнить. Ну его в пень, у меня даже не было с собой влажных салфеток! Пришлось использовать туалетную бумагу.

Чувствую, нас ждёт весёлая поездка.

Спойлер: нет.

40

Перелёт длился пару часов. По прибытии нас ожидал микроавтобус, чтобы доехать до дома начальника. С нами летели двое сослуживцев Макса и их вторые половинки. Мы со всеми познакомились. Атмосфера была дружеской, но немного напряжённой. Едут конкуренты. Даже мы, женщины, оценивающе рассматривали друг друга. И я снова и снова жалела, что не оделась приличней! О чём я только думала? Ведь встречают по одежде… Да понятно, о КОМ думала. Тьфу ты, срамота какая. Я старалась не обращать снисходительные взгляды в свою сторону. Макс же чувствовал моё настроение, постоянно обнимал и трогал меня, делился энергией.

Вскоре мы уже входили в дом Чернявских. Владимир и Мария встретили нас на первом этаже.

— Добро пожаловать! Надеюсь, вы хорошо добрались, — произнесла женщина.

А потом там последовала целая речь с указанием, чем мы будем заниматься в эти выходные. Оказывается, у нас всё расписано. Нам дали час привести себя в порядок, а потом девочки — налево, мальчики — направо, так сказать.

Мы поднялись на второй этаж в спальню, Макс затащил чемоданы, а я плюхнулась на кровать.

— Хочу есть и спать.

— Вернёмся и отоспишься, — сказал авокадик и лег рядом со мной.

— И чего им самим не отдыхается? Такой прекрасный дом, зачем звать непонятно кого.

— Ты такая гостеприимная, Нина.

— Ну, реально, — я повернулась на бок и подперла голову рукой. — Я не понимаю, зачем Владимир вас позвал. Что ему это даст? Напоит вас и посмотрит, какие вы под градусом?

— Не подавай ему идею, — улыбнулся Зорин.

— Я же буду с Машей. Ты слышал этот план на два дня? Она решила нас доконать.

— Блин, бабочка. Кайфуй и релаксируй, когда ещё на халяву удастся отдохнуть.

— У нас по расписанию бассейн, а потом парилка. Я терпеть не могу парилку.

— Потерпишь, — Макс провёл ладонью по моей щеке.

Я шумно выдохнула, конечно, ради тебя я потерплю.

Час пролетел быстро. Я сходила в душ, надела купальник, платье и спустилась вниз. Макс поцеловал меня у лестницы и пошёл к мужчинам, а я пошла к женщинам. Здесь вовсю кипела готовка.

— О, Нина, планы чуть сдвинулись. Мы решили приготовить обед, — сказала Мария.

Две другие девушки были заняты нарезкой овощей и ещё чего-то. Они кидали в мою сторону ехидные взгляды, как в машине.

— Хорошо, помочь чем-то?

— Да мы с Валей и Катей всё сделали. Ты из нас самая молоденькая, поэтому садись и отдыхай.

Мне пришлось так и сделать. Мы поддерживали вежливые беседы, но, как я и говорила, я вообще не компанейский человек. Новые люди всегда вызывают у меня тревогу. Я не умею нравится с первого и даже со второго раза. Не такая я.

Ты здесь ради Макса.

Напоминала я себе раз за разом.

В итоге мы пошли к бассейну после обеда. Прихватили с собой фрукты, вино и начали греть кости. Я сняла с себя платье и опустилась на бортик бассейна.

— Ой, Нина, что это у тебя? — спросила Валя, указывая на мой бок.

Я опустила голову и увидела на рёбрах красное пятно. А потом вспомнила, как получила его. Максим в порыве страсти укусил меня.

И как я объясню это людям?

— У меня… Собака. Вот и получилось, — пожала плечами.

Встретилась взглядом с Машей, и она мне весело подмигнула. Моя ложь её не провела.

— А ты в доме живёшь? — спросила Катя.

— Нет, мы в квартире живём.

— Фу, с собакой в квартире! Они же воняют.

— Люди тоже, — холодно сказала я.

Как я поняла, эти две, Катя и Валя, давно знают друг друга и решили “поиграть” против меня.

Ну-ну, девочки, я вам не по зубам.

Моему терпению можно ставить памятник при жизни. Серьёзно. Сколько я сегодня шпилек получила в свой адрес, просто не счесть. Я не могла понять, почему эти двое прицепились ко мне. Я вроде ничего плохого им не сделала. Надо просто игнорировать и всё.

Но легче сказать, чем сделать.

Спустя несколько часов я не выдержала и соврала, что у меня болит голова. Поднялась в комнату, переоделась и легла на кровать. Вечером запланирован шашлык и посиделки у костра. Я не знала, где Макс, не собиралась его искать. Достала телефон, написала девкам в чат, а потом Алле. Она прислала серию селфи с Максимилианом. Какие они потешные.

— Ещё два дня, — сказала вслух.

А потом сама не поняла, как вырубилась спать.

Проснулась от того, что кто-то настойчиво тряс меня за плечо. Со стоном перевернулась на спину и открыла глаза. Сфокусировала зрение и увидела улыбающееся лицо Зорина.

— Знаешь, я много где читал, что некоторые наблюдают, как их бабы спят, типа это так мило. Теперь я их понимаю: слюни, храп и сопение и правда мило, — улыбнулся так широко, как только морда не треснула.

Я тут же ощетинилась и вытерла рот рукой, мало ли.

— Сам ты баба. Нормально я сплю.

— Давай, вставай, бабочка, пора на ужин, — начал трясти матрас авокадик.

— Прекрати! Как уже ужин?

— Так ты всё проспала.

— У меня выходные.

— Пять минут на сборы, все уже внизу.

Я выругалась и быстро слезла с кровати.

— Ты, что, не мог раньше меня разбудить?! Я опять буду, как замухрышка на ужине.

У меня же был план. Я должна была красиво одеться, сделать макияж и причёску. А теперь… Только и успеваю, что умыться, сделать хвост и надеть платье.

— Ты будешь самой красивой.

Я встретилась с Максимом взглядом в зеркале и скептически посмотрела на него.

— Пора проверить зрение, Зорин.

— Может, мне у тебя что-нибудь проверить? — подходит и кладёт руки на талию.

За что тут же получает расчёской.

— Отвянь! Нет времени.

— Звучит, как вызов, Нина.

— Макс! Я не шучу.

— Какая ты грозная, мне нравится, — утыкается носом мне в шею и целует, от чего бабочки в животе оживают и щекочут.

Со вздохом отодвигаюсь от мужчины и быстро переодеваюсь в платье.

— Всё, я готова.

Макс смотрит на меня, не пропуская ни единого сантиметра.

— Ты очень красивая, Нина, — сердце бьётся о грудную клетку.

Я, наверное, никогда не смогу воспринимать комплименты от этого мужчины спокойно. Робко улыбаюсь ему.

— Спасибо, ты тоже норм.

— Норм и только? — вскидывает бровь.

— Ну, я всё ещё трезвая, поэтому только норм. Подойти через пару бокалов вина.

— Договорилась, бабочка, — пошло подмигивает. — Готова? Тогда идём.

41

Вечер проходил относительно нормально. Вкусная еда, хорошее вино, терпимая компания. Я смотрю на Макса и поражаюсь тому, как он трепетно относится к своей работе. Многие думают, что адвокаты — бездушные твари. Ну, чаще всего так и есть, но Зорин горит энтузиазмом. Хотя, казалось, за столько лет должен был уже угаснуть пыл, но нет.

Вскоре мужчины уходят выкурить по сигаре, а я вызываюсь убрать всё со стола, раз не готовила. Справляюсь быстро, сразу отправляюсь в комнату. Принимаю душ и переодеваюсь в длинную футболку, трусики я не надеваю, мало ли что… Думала, что не смогу заснуть, но засыпаю в тот момент, как голова касается подушки. Под утро слышала, как приполз пьяный Зорин, пытался раздеться, но проиграл эту битву, вырубился в одежде.

Я проснулась и не стала мешать Максу, пусть спит. Мы с женщинами позавтракали, сходили на массаж, вернулись, мужчины всё ещё спали. Я подумала, что хватит авокадику спать, пусть развлекает меня. Сделала ему кофе, захватила воду и пару таблеток от головы.

Мужчина спал всё в той же позе, вот же алкаш.

— Макс, вставай, — я погладила его по щетинистой щеке.

Он что-то проворчал и хотел развернуться и спать дальше. Но я не дала ему, дёрнула за волосы. А что? Мне скучно.

— Нина, какого чёрта? — проворчал он.

— Мне скучно.

— Тебе бросить игрушку, чтоб поиграла?

— Нет, я хочу тебя, — его глаза тут же вспыхнули огнём. — Не в том смысле, извращенец! Ты обещал мне зрелищ. Давай, веди меня выгуливать.

— Бабочка, давай ещё часик полежим, а?

— Нет! Иди приводи себя в человека разумного. И ради всего святого, помойся.

— Чёрт, — Макс со стоном сел на кровати и схватился за голову, мне даже жаль его стало.

Я подала ему бутылку воды и он залпом выпил половину.

— Спасибо, ты лучшая.

— Я знаю, — улыбнулась я.

— Иди сюда, поцелую, — поманил меня пальцем.

Я выгнула бровь.

— Ты себя в зеркало видел, чудовище? Пока не отмоешься — не подходи.

Зорин зевает, едва не вывихавая себе челюсть и плетётся в ванную. Слышу, как льётся вода, и он там что-то напевает. Я достаю из сумки лёгкое платье и надеваю кеды, волосы собираю в высокий хвост, из макияжа только тушь и немного блеска для губ. Я реально собираюсь ходить по городу и рассматривать достопримечательности.

Максим выплывает из ванной спустя двадцать минут, на нём лишь полотенце, обёрнутое вокруг бёдер.

— Ну вот, совсем другой человек.

— Я чувствую запах кофе?

— Да, сделала.

Макс садится на кровать, которую я успела застелить, и тянется к чашке с кофе, делает первый глоток и жмурится от удовольствия.

— Кайф.

— Давай, пошли уже! А то вечером опять ужин. Мало времени осталось.

Через полчаса за нами приехало такси и отвезло в центр. Я вычитала в интернете лучшие места и планировала посетить хоть половину из них. Максик рядом лишь тяжело вздыхал и топал рядом со мной. Мы сходили к знаменитому фонтану и в ботанический сад, авокадик фотографировал меня везде, а потом мы пошли в торговый центр, чтобы выбрать Максимилиану игрушки. После зашли в кафе и немного перекусили. Было очень весело.

После вернулись в дом, как раз к ужину. Всё было ровно, как и вчера. Вкусная еда, вино, разговоры ни о чём, потом мужчины ушли, а я убрала со стола. Потом вернулась в комнату и сразу в ванную, думала, лягу спать, но как только моя задница приземлилась на кровать, вернулся Макс. Его глаза лихорадочно блестели, и сам он был взбудораженный.

— Что такое? — я что-то аж разволновалась.

— Потом. Сейчас снимай с себя всё и раздвигай ноги.

— Макс!

— Быстро, Нина, я хочу сейчас в тебя, а потом поговорим.

Ну ла-а-адно, сильно возмущаться я не стала. Сняла с себя футболку, и Макс выгнул бровь на то, что я без трусов.

— Ждала меня? — хмыкнул, забираясь сверху на меня.

— Нет, — отвечаю, задыхаясь, когда он шире разводит мои ноги и поцелуями спускается вниз.

— Врунишка, — хрипло смеётся и трогает меня там языком.

Я вообще забыла, что мы в чужом доме и нужно вести себя как можно тише. В какой-то момент Зорин уже закрывал мне рот ладонью. С ним каждый секс охрененный, но сегодня была феерия. То, что Макс творит с моим телом, скорее всего, незаконно! Но я не против. Мне всё нравится.

Потные и насытившиеся друг другом мы лежим и приводим дыхание в порядок.

— После такого секса можно и закурить, — говорю со смешком. — Так о чём ты поговорить хотел? — спрашиваю я.

Макс широко улыбается и садится на кровати.

— Владимир сделал меня партнёром.

Я хмурюсь.

— Ничего не понимаю…

— Они уже провели голосование, и решающий голос у Вовы. Я младший партнер.

— Разве это не должно было решиться после Нового года?

— Так он сказал, оказывается, что всё давно решено.

— Макс! Это… Это потрясающе! Поздравляю, — я бросаюсь авокадику на шею и целую его.

Он смеётся и целует в ответ.

— Спасибо, Нина.

— Блин, надо было сначала поговорить, а потом — секс! Я так рада за тебя, но пока без секса, у меня всё болит.

— Ну, рот-то не болит, — ухмыляется наглец.

Я показываю ему язык, а он хватает за него большим и указательным пальцем. Я пытаюсь что-то сказать, но вообще не понятно что, только смешные звуки слышатся. Зорит ржёт и отпускает язык.

— Я так горжусь тобой, — обнимаю его опять.

— Самое главное, что можно заканчивать весь этот фарс, — чувствую его улыбку.

Поднимаю голову и смотрю в его голубые глаза.

— Какой фарс?

— С помолвкой и свадьбой. Нам не придётся разыгрывать парочку влюблённых, больше незачем. Наконец-то нормально жить начнём. Пойдёшь со мной в душ, я тебе спинку потру?

Я быстро-быстро моргаю и отрицательно качаю головой.

Макс уходит в ванную, а я обнимаю себя руками, чтобы удостовериться, что моё сердце не выломает рёбра.

Фарс.

Розыгрыш.

Жить нормально.

Я дышать не могу, пока снова и снова прокручиваю его слова в голове. Слёзы катятся по щекам, я закрываю рот кулаком, чтобы не разрыдаться в голос. Макс просто разорвал моё сердце на ошметки и сам этого не заметил. Вот и ответ на мой вопрос, который я сама себе боялась задать.

Любит ли меня Макс?

Ответ: нет.

42

Казалось, что Зорин вообще не замечает моего состояния, настолько он окрылён эйфорией от повышения. Я не хочу обламывать его кайф, ведь он этого столько ждал… Но я снова и снова прокручиваю в голове его слова. И каждый раз они тупым ножом вонзаются в сердце. Мы же изначально договорились, что всё будет не по-настоящему. А я взяла и влюбилась в Макса. Я не жалею о своих чувствах ни капельки. Они прекрасны. Мне жаль, что Максим не испытывает того же. Я даже завидую ему. Провести с человеком столько времени и не влюбиться… Хотя, может, не за что меня любить? Серёжа тоже не любил, как оказалось. Что со мной не так? Неужели меня не за что любить? От этой мысли становится так горько, что вновь хочется плакать.

Остаток выходных проходит, как в тумане. Я вроде и присутствую там, улыбаюсь, поддерживаю разговор, но то лишь оболочка. Макс пристаёт ко мне, но я отказываю ему. Больше никакой близости, мне и так тяжело…

Наконец-то вылетаем домой. Сразу с аэропорта едем за Максимилианом. Давид открывает нам дверь.

— Привет, — здоровается мужчина.

Я машу ему рукой и оставляю с Максом. Как только захожу в гостиную, мой пёс несётся ко мне.

— Привет, малыш, я так скучала! — лабрадор гавкает, радостно прыгает и начинает облизывать меня.

Авокадик садится рядом со мной на корточки, и пёс бежит к нему, а потом опять ко мне. Он начинает скулить, не знает, кому из нас показать свою любовь. А потом он решает, что это мы должны показывать, как сильно любим его, он плюхается на спину и показывает свое пузо, которое мы с Максом начинаем чухать.

— Ну, как поездка? — кричит из комнаты Нат.

— Нормально.

— Нина, иди сюда и тащи сладости, что привезла! Расскажи мне всё.

Я встаю, ищу восточные сладости, что успела купить в ТЦ, и иду к Натке в комнату. Она лежит на боку, а под её огромным животом какая-то подушка. Ноги девушки отекли так сильно, что мне становится не по себе. Подруга следит за моим взглядом и закатывает глаза.

— Последние недели самые тяжелые.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как бегемотиха! Я даже в туалет нормально не могу сходить. Давид предлагал мне носить памперсы, представляешь? Я сказала, что я его так изобью, что памперсы понадобятся ему.

Я постаралась скрыть улыбку. Разве это не любовь?

— Какой козёл! — наигранно возмутилась. — А где Аллка?

— Пошла с подругами в кино. Мне кажется, у неё появился мальчик, но она пока ничего не рассказывает. Ждём.

— Бедный Давид.

Натка открывает коробку вкусняшек и начинает хрустеть халвой.

— Мне кажется, или ты чем-то расстроена? — спрашивает подруга.

— Тебе кажется, — я пытаюсь улыбнуться. — Просто устала.

Наташа даже жевать перестаёт, внимательно смотрит на меня.

— Ты же знаешь, что всегда можешь поговорить со мной или с девками?

— Конечно, — я кладу руку на живот и глажу. — Всё нормально, правда. Отосплюсь и буду как новенькая.

— Что, Макс не давал спать? Расскажи, что там новенького в сексе? Я уже и забыла, когда последний раз мы с Берестовым чпокались.

Я не могу сдержать смешка от её несчастного тона.

— Ой! — говорю и отдергиваю руку от её живота.

Ната довольно улыбается.

— Сына пинается.

— Нифига себе! — я смотрю на её живот, и халат просто подпрыгивает. — Тебе больно?

— Не особо, если только не начинает в рёбра упираться. Но он такой активный, особенно ночью.

— Можно?

— Конечно.

Я вновь кладу руки на живот Наташи и чувствую, как ребёнок пинается. Это такое удивительное ощущение. На глазах выступают слёзы, и я шмыгаю носом.

— Ты чего?

— Ничего, просто… Не могу поверить, что вы заделали настоящего человека, и мы скоро его увидим.

Смотрю, как нижняя губа Наташи начинает трястись, и она тоже начинает плакать.

— Я сама не верю-у-у, — уже ревёт в голос подруга.

Это так эмоционально, всё, что связано с беременностью. Я наклоняюсь и пытаюсь обнять Натку, но сделать это тяжело, она реально большая.

— Это просто чудо какое-то! Вы будете самыми классными родителями.

— Я так хочу быть классной мамой, постоянно читаю книги о том, как растить ребёнка.

— Обязательно будешь, я даже не сомневаюсь.

— Чёрт! Мне надо в туалет, — говорит подруга и портит наш момент.

Она пытается встать, но у неё не получается.

— Давай помогу, — предлагаю я.

— Куда! Я поправилась на семнадцать килограмм, раздавлю тебя. Давид! — зовет она.

Её супруг тут же появляется в дверях и подозрительно смотрит на наши заплаканные лица.

— Всё нормально? — спрашивает напряжённо.

— Не нормально! Твой сын пинает мой мочевой!

Берестов широко улыбается, подходит к кровати и берёт Наташу на руки. Прижимает к себе, словно она самое дорогое сокровище, нежно целует в губы и несёт в сторону туалета.

Макс стоит, прислонившись к косяку, и смотрит на меня со странным выражением на лице. А у меня внутри всё сжимается от радости за Нату и Давида и… боли. Я тоже так хочу. Чтобы мужчина смотрел с обожанием. Чтобы Максим так на меня смотрел. Я… Детей хочу от любимого мужчины. Хочу, чтобы меня тоже любили… Но я понимаю, что с Зориным так не будет. Может, он и полюбит, но не меня.

Вечером мы приезжаем в квартиру, и я абсолютно спокойна, потому что приняла решение. Мы ложимся спать, а утром Макс идёт на работу, а я… Собираю вещи, собаку и ухожу из его жизни. Это больно. Я чувствую, как моя душа кровоточит, я не могу дышать, внутренности разъедает, словно кислотой. Но так будет лучше. Он наигрался, я поняла. Не дам сделать себе ещё больнее. Не хочу, чтобы он сам сказал освободить квартиру. Пусть теперь не претворяется, пусть живёт, как хочет.

И я постараюсь…

Научусь жить без него.

И буду счастлива.

Однажды.

43

— Федя, ты уверен, что всё хорошо? — в сотый раз спросила я.

— Конечно! Сколько можно спрашивать, проходи скорее, не стой на пороге! — сослуживец открыл шире дверь.

— Неудобно как-то.

— Неудобно разговаривать через порог. Нина, заходи же!

Я ещё немного потопталась, а потом решила, что падать уже некуда, зашла в квартиру.

— Давай, давай, места хватит всем! — убеждал меня парень.

Я, конечно, маленькая и компактная, но сомневаюсь, что в однокомнатной квартире настолько много места.

Мне было очень неудобно проситься к Феде, но иначе я не могла. Когда вышла с чемоданом и псом от Зорина, то просто не знала, куда мне идти. К Натке нельзя. Ей рожать вот-вот, а она настолько эмоциональная, что страшно представить, что будет. К Насте и Саше, тоже нельзя. Я еще не готова говорить обо всём, что случилось, и не знаю, когда буду готова… Обратно в квартиру к Наташе нельзя. Макс будет там искать. Вариантов оставалось не так уж и много. Либо родители, либо Фёдор, думаю, выбор очевиден.

— Спасибо ещё раз, Федя! Ты очень меня выручил. Я съеду через пару дней.

— Нина, я тебя никуда не гоню, хватит об этом. Чувствуй себя, как дома. Ты и э-э-э, — он посмотрел на лабрадора и вздрогнул.

Мужчина боится собак.

— Спасибо! С меня готовка и уборка, — улыбнулась я.

— Мама мне готовит на неделю и приходит убирать, — признался Федя.

Я прикусила губу, чтобы не засмеяться. Даже не удивлена.

— Хорошо. Ну, если нужно что-то зашить… — пыталась пошутить, но неудачно, мужчина воспринял мои слова буквально.

— Вот за это буду благодарен! А то у мамочки зрение упало, а очки она отказывается носить. Я постоянно ей твержу, что это во благо, — он поправляет свои огромные очки на переносице.

— Ага, за здоровьем следить надо, — ошалело выдыхаю.

Я, блин, не умею шить! Может, он, как Макс, возьмёт минетом, а?

Я вздрагиваю от этой мысли. Боже, мне вообще нельзя шутить! Что за бред мне лезет в голову. Фу, просто, фу.

С коридора мы прошли в комнату, где Макс тут же облюбовал старенький диван-книжку. Здесь ещё была стеклянная стенка с посудой, огромная люстра, портьеры коричневого цвета, журнальный столик, телевизор, два кресла и ковёр во всю стену. Всё это в маленькой комнатке.

— У тебя… Мило, — выдавила я из себя.

— Спасибо. Это мама всё оформляла. Я хочу всё тренажёр сюда купить, чтобы бицуху качать, но мама говорит, что он не впишется в интерьер.

Бицуху он качать собрался. Я скептически осмотрела его хилое тельце. Поговорить мы все гаразд.

— Вот я выделил тебе полки, можешь сложить свои вещи. Постельное сменил. Располагайся, а потом выходи чай пить с блинчиками.

— Спасибо, Федя! Подожди, а ты где будешь спать?

— А я на раскладушке в кухне.

— Нет! Ты что? Я там буду спать, я не хочу тебя стеснять, ты и так сильно выручил.

— Нина, это не обсуждается. Я мужчина и я так решил, — строго сказал Фёдор.

Я подошла к нему, обняла и поцеловала.

— Спасибо, Федя, ты настоящий друг.

Мужчина покраснел и вышел из комнаты, оставив нас с Максом вдвоём.

— Ну, что думаешь? — пёс посмотрел на меня и положил морду на лапы.

— Не смотри так. Мы к нему не вернёмся, — прошептала, и слёзы вновь покатились по щекам.

Я обессилено рухнула в кресло и вновь начала плакать. Как же это больно. Хоть бы на минутку стало легче. Но нужно брать себя в руки.

Я приняла решение и должна всё довести до конца.

Сначала я распихала наши с Максом вещи в шкаф. Написала Давиду о том, что увольняюсь и две недели доработаю из дома. Попросила Наташе ни о чём не говорить. Берестов ничего не спрашивал, просто написал “ок”. Я созвонилась и назначила собеседование в фирме по ландшафтному дизайну, куда меня приглашали, надеюсь, я им ещё нужна. А потом стала искать квартиру. А это задание не из простых. Цены такие, что мне приходится на пальцах нули считать. До самого вечера я смотрела онлайн-туры по квартирам. Выписала все более или менее варианты, созвонилась и назначила встречи. Когда занят, то времени на мысли не остается.

Часы показывали восемь вечера, когда я всё же вышла пить чай и есть блины. Федя возлежал на маленькой раскладушке, при виде меня хотел быстро встать, но едва не убился.

— Ты в порядке? — испуганно спросила.

— Да, всё хорошо! Садись, чайник поставлю.

— Мне так неудобно, что я тебя стесняю. Я завтра начну ходить смотреть квартиры.

— Нин, я же просил. Живи, сколько нужно.

Я улыбнулась. А у самой такой нервный мандраж внутри. Максим уже должен был приехать домой и заметить, что я ушла… И именно в этот момент мой телефон начал играть. Я сначала хотела отбросить его от себя и не отвечать, но потом вспомнила, что я взрослая женщина и должна вести себя соответственно. С колотящимся сердцем ответила на вызов.

— Алло, — говорю тихо.

— Ты где? — услышала Макса.

Я опять хотела плакать.

И кричать.

На него, на себя.

— Я ушла.

— В магазин? Купи молока, закончилось.

— Я ушла не в магазин.

— А куда? Я приеду за тобой, съездим в магазин.

Меня так это взбесило. Я здесь страдаю, а он про грёбаное молоко!

— От тебя, Зорин! Я ушла от тебя!

На том конце провода воцаряется тишина.

— Ты где? Адрес назови.

— Я не буду ничего называть. Всё. Между нами всё кончено. Не нужно приезжать ко мне, звонить и пытаться встретиться. Я этого не хочу. Живи нормально, как хотел. Я тоже буду. Ещё раз поздравляю с повышением, ты этого достоин, — выпалила на одном дыхании, как репетировала.

— Бабочка… — его хриплый голос пробрал до самых костей. — Не надо, Нина.

— Пока, Максим. Спасибо за всё, и будь счастлив.

Я скидываю вызов и распадаюсь на части.

44

Через неделю я съехала от Федора. Хоть он и просил остаться, но я была непреклонна. До меня начало доходить, что парень не просто мой друг, он хочет большего! Как я раньше этого не замечала? Я была в полнейшем шоке, если честно. Он даже пытался… За мной ухаживать. С мамой познакомил. Надо говорить, что я сбежала в этот же день?

Хорошо, что квартира подвернулась. Мы с Максиком удобно устроились в милой двушке. Я спокойно перевезла вещи и даже завела кактус. Девкам пока ничего не говорила, ждала, когда Натка родит. Со дня на день должна, все ждем.

Я собиралась пойти погулять с псом, когда мне позвонила мама.

— Алло.

— Нина, привет.

— Привет, мам.

— Как дела, доча?

— Нормально, а ты как? Как папа?

— Мы можем встретиться? — спросила мама, не отвечая на вопросы.

Я нахмурилась и тревога взметнулась вверх, как стайка птиц.

— Давай встретимся, — я назвала адрес кафе недалеко от квартиры.

— Скоро буду там, — с этими словами мама отключилась.

Мы с Максимилианом погуляли в парке, а потом пошли в кафе. Я только успела заказать кофе, как к столику подошла мама. С огромным чемоданом.

— Я ушла от отца, — первое, что она мне сказала.

Первая моя реакция — шок. Я — ребёнок, выросший в полной семье, и, естественно, такое заявление выбило у меня почву из-под ног. Она бы могла меня подготовить, что ли, сказать как-то мягче.

— Как? Что случилось? — пробормотала я.

Макс тревожно поднял голову, но я погладила его, успокаивая.

— Надоело мне жить так, — сказала мама со вздохом. — Мне сорок пять исполнилось, а я только и видела, что кухню да уборку. Я жить хочу.

Моя мама очень красивая женщина. Но я всегда думала, что она забитая жизнью.

— Как отец отреагировал? — я могу только представить его гнев.

— Он ещё не знает. Он уехал в командировку, я собрала чемодан и ушла.

— Ну, может, ещё помиритесь…

— Я подала на развод, Нина.

— Я не знаю, что сказать, — честно ответила я. — Нет, я рада за тебя, правда, но он мой отец…

— Он тиран и козёл! — жёстко ответила мама.

Тут я не могла с ней не согласиться.

— Ты права, да… Господи, — голова начала нещадно болеть, я ущипнула себя за переносицу. — И что дальше?

— Я надеялась пожить у тебя какое-то время… Попробую найти работу…

Мне захотелось начать биться лицом о стол. Я, конечно, люблю свою мать, но она и работать? Эта женщина ни одного дня в жизни не работала, я не говорю про обязанности по дому, в этом-то она профи. У неё даже образования нет, она так и не закончила техникум.

Я её дочь, я должна её поддержать.

— Конечно, что-нибудь придумаем, мам, — я взяла её за руку и сжала.

Она решилась на такой шаг! Я горжусь ею. Девчонки рулят. Мы сильные и независимые, никакие мужчины нам не нужны! Сами со всем справимся.

Так и началась наша новая жизнь. Без мужчин, но с надеждами на лучшее будущее.

Оказалось, жить с мамой вполне нормально. Она готовила кушать, убирала, гуляла с Максом и не лезла ко мне. Уже несколько дней мы живём под одной крышей. Отец вернулся из командировки… Как он кричал. Я даже испугалась, что он больше не сможет говорить. Он угрожал, сыпал проклятиями и даже пытался просить, но мама была непреклонна. Надоело ей. Я видела, что ей тяжело, пыталась всячески поддерживать, но… Я не лифчик, чтобы её поддерживать постоянно. Мне самой бы не помешало дружеское плечо. Мне было физически плохо без авокадика, я страдала. Постоянно проверяла телефон в иррациональной надежде, что он напишет или позвонит. От Зорина не было ничего. Абсолютно ничего. А я же, как самая настоящая мазохистка, просматривала старую переписку и наши фотки. Мы казались такими счастливыми и влюблёнными… Боже, может, зря я так психанула…

Так, Нина, хватит!

Лучше сейчас, пока не стало слишком поздно. Поболит и перестанет. Ведь всегда так и происходит. Правда?

— Нина, а вам в офисе не нужны сотрудники? — спросила утром мама.

— Я не знаю, мам. Я же только там работать начала.

До сих пор не верю, что ушла от Берестова! Как же страшно что-то менять. Но моя новая работа мне очень нравится.

— Может, ты спросишь, а? — в дверях ванной появилась мать.

Я скосила на неё взгляд и кисточкой от туши ткнула себе в глаз.

— Мама, ну просила же не мешать! Я и так опаздываю!

— А я при чём? Внимательней будь! Как только ещё собралась машину водить?

— Так и собралась! При чём здесь вообще это? Я крашу ресницы, а ты мне под руку лезешь.

— Это не оправдание.

— Мам, — я сделала глубокий вдох. — Мы же договорились, что сначала ты съездишь в санаторий, отдохнешь, а потом будешь думать о работе.

— Я хочу взять Макса с собой, — тут же заявила родительница.

— Это мы тоже обсуждали! Это моя собака, и он останется со мной.

— Но я уже посмотрела в гугол хроме, там принимают с собаками, — дерзко ответила мать.

Господи, зачем я только показала ей, как пользоваться интернетом.

— Там природа, красота! А что? Ты мне внуков не рожаешь…

И я второй раз ткнула щеткой от туши себе в глаз.

— Какие внуки? Выйди, мама! А то я пойду на работе в повязке на глаз, как пират.

— Такие внуки! В твоём возрасте уже давно рожают.

— В твоём тоже, мам. Я не против.

— Да как ты?… Нина!

— А что? Как говорят: сорок пять — баба ягодка опять.

— Я не желаю этого слышать! И Максимилиана я возьму с собой. Точка.

— Я сказала… — тут звонит мой телефон.

Я смотрю на экран, звонит Давид.

— Да?

— Началось! Мы рожаем!

45

Даже не помню, как добралась до больницы. Здесь уже были девчонки, Давида нигде не было.

— Привет! Ну, как тут дела?

— Привет, Нинок. Ой, ну, как? Натка так матом ругалась, я таких слов даже и не слышала, — призналась Настя.

— Ей больно, — это Саша.

— Она должна была рожать с анестезией, но… Схватки начались внезапно, — произнесла Алла.

— А Давид с ней на родах?

— Да, они сразу договаривались. Я тоже хотела пойти, но потом посмотрела видео в интернете и… Ничего прекрасного в родах не вижу, — скривилась девчонка.

— Зато как хорошо делать детей, — сказала Настька.

Я захихикала, а потом приняла серьёзный вид.

— Анастейша! Алле ещё рано о таком думать. Не слушай её.

— Если бы я вас слушала, — закатила глаза Аллка.

Ждать пришлось долго. Я и не думала, что роды — это так долго! Мы сходили в больничную столовую, пообедали, а Натка всё никак не родила.

— Да что там можно делать так долго? — возмущалась Настя. — Выдавила из себя и всё.

— Точно, — сарказм в тоне Саши не заметил бы только глухой. — Это же так просто — выдавить из себя арбуз.

У подруг завязался горячий спор. Я взяла стаканчик с растворимым кофе и вышла в коридор к окну. Уже начало смеркаться. Мысли улетели куда-то далеко-далеко. А потом я почувствовала его. Каждой клеточкой, каждой порой. Воздух застрял в лёгких, а губы вмиг пересохли.

— Привет, Нина, — услышала голос авокадика.

Каждый волосок на теле встал дыбом. Я хотела убежать и спрятаться. Я не готова его видеть, не сейчас. Я продолжала смотреть в окно и увидела его отражение, мы встретились взглядом, я вздрогнула. Медленно повернулась.

— Привет, Максим, — сказала ровно.

Да, я смогла это сделать! Голос не дрогнул, и я не скатилась в истерику. Я старалась сильно не пожирать его глазами, но не смогла. Просто разглядывала. Какой же он красивый, козёл.

— Ты хорошо выглядишь, — опять заговорил.

И стоит нагло рассматривает.

— Ты тоже.

Я хотела, чтобы он сказал ещё хоть что-то… Хоть что-нибудь! Сказал, что скучает, думает обо мне, о нас… Я бы ответила тоже, что скучаю, что люблю, что не хочу без него. Но Макс молчал. А потом и вовсе зазвонил его телефон, он пробормотал что-то и отошёл от меня.

Сердце обливалось кровью. Как же тяжело его видеть и не иметь возможности прикоснуться, обнять, поцеловать. Это так больно, чертовски. Я быстрым шагом пошла в туалет, слёзы градом катились по лицу. Легче не становится совсем.

Не знаю, сколько повела в кабинке, жалея себя, наверное, минут пятнадцать. А когда вышла, то Натка уже родила! У них родился пацан. Егор Давидович Берестов, четыре килограмма двести тридцать два грамма и пятьдесят семь сантиметров. Богатырь.

* * *

Шесть недель спустя…

Сегодня я первый раз еду за рулем сама! На выходных купила свою первую ласточку, крошку Мини Купер. Я была в восторге от своей новой машины. Было очень страшно садится за руль. Я плелась со скоростью улитки, но лучше так, чем не дай бог что.

Я немного задержалась на работе и решила поехать домой через объездную. Я ехала в крайнем правом ряду и постоянно смотрела по зеркалам. Зазвонил мой телефон, и я ответила на вызов, сразу поставила громкую связь.

— Да.

— Ниночка, привет, доча, — услышала голос мамы.

— Привет, мам. Как вы там?

Мама и Максимилиан уехали в санаторий на две недели. Она каждый день мне звонит и шлёт фотоотчёты.

— Ой, отлично! Нам с Максиком всё так сильно нравится! Свежий воздух, вкусная еда, бьюти-процедуры и…

— Что “и”, мам?

— Ну…

— Мама! Говори.

— Мы познакомились с мужчиной, он тоже приехал с собакой.

— Какой ещё мужчина, мама?

— Я влюбилась, Нина.

— Как влюбилась? — я была просто в шоке. — Вы же там всего три дня!

— А вот так! Когда человек твой, то хватает секунды, чтобы всё понять. У нас всё серьёзно, дочка. Я хочу тебя познакомить с Димой. Он такой хороший, он тебе обязательно понравится…

Боже ты мой! Эта женщина до сих пор не развелась с отцом, который решил взять её измором, так у неё ещё кто-то появился. У моей матери личная жизнь ярче, чем у меня.

— Каким Димой?

— С моим мужчиной! Нина, ты вообще меня слушаешь? У нас любовь.

— Надеюсь, не на глазах моего пса, — пробормотала я.

— Что? — не поняла мама.

— Ничего. Всё, я за рулем, отключи вызов.

— Аккуратней, Нина!

Я крепче обхватила руль. Сейчас будет съезд с моста и заезд на кольцо. Я мысленно повторяла про себя, что делать.

Правый поворотник, пропустить всех, кто по кольцу, заехать на кольцо, левый поворотник, правый поворотник.

Внутри было такое приятное волнение. Я ехала в потоке машин! В автошколе вообще не учат реальностям на дороге, только когда сама садишься, понимаешь. Я спустилась на кольцо и сделала всё, как нужно. А когда хотела съехать с кольца, передо мной резко перестроился огромный джип. Я закричала и нажала на тормоз, но было поздно. Моя машина врезалась в джип, а другая машина — в меня. Меня просто зажало между двумя машинами. Послышался ужасный звук, скрежет металла. Я умудрилась удариться головой о стекло, а ремень передавил грудную клетку. Всё произошло за считанные секунды. Перед глазами промелькнула вся жизнь. Меня трясло так сильно, что зуб на зуб не попадал. Самое страшное случилось: я попала в аварию, главное, чтобы никто не пострадал!

И что делать в такой ситуации? Кто виноват?

Огромный бритоголовый мужик вылез из джипа и начал орать.

— Сука! — двинулся в мою сторону, я заблокировала двери. — На машину насосала, овца, а мозги не купила? Вылезла из машины!

— Мужчина, успокойтесь… — попыталась сказать.

— Успокоиться? — он ногой ударил по колесу моей малышки. — Я сейчас, блять, тебя упокою! Ты попала, соска. Вылезай из машины по-хорошему.

Боже мой, да что же твориться. Дикий страх пронзил меня. Он дергал дверь машины, а потом вышел и другой мужик, начал орать.

Я трясущейся рукой набрала Максу, я не знала, кому ещё звонить.

— Да, — ответил почти сразу.

— Макс, привет, не отвлекаю?

— Я на работе, Нина, что-то случилось? — и голос у него такой уставший.

Я пыталась сдержать рвущейся наружу плачь, но не смогла, громко всхлипнула.

— Нина?

— Я… Я попала в аварию, Максим. Я не знаю, что делать. Этот мужчина кричит на меня и говорит, чтобы я вылезла из машины.

— Закройся и сиди в машине. Скинь мне геолокацию, я вызову инспектора и приеду, поняла?

— Да.

— Жди, бабочка, я скоро буду.

46

Я пребывала в полнейшей прострации. Голова болела нещадно. У меня даже кровь пошла! Я салфетками кое-как вытерла голову. И включила музыку громче, чтобы не слушать этих мужчин на улице.

Не знаю, как, но мне действительно удалось отключиться от реальности. Даже когда приехал инспектор ДПС, я не сразу поняла, что надо выйти из машины… Хорошо, что вскоре появился Максим. Я едва не расплакалась, когда увидела авокадика. Макс тут же подошёл ко мне, я открыла дверь.

— Ты как? — он просканировал меня взглядом. — Сильно испугалась?

Я только смогла кивнуть, горло перехватило от нахлынувших эмоций.

— Нормально всё будет. Дай документы на машину и сиди здесь. Машина в хлам. Нужно будет эвакуатор вызывать. А потом в больницу.

Если бы не Зорин, я бы ничего не смогла решить… Я просто ждала, когда мужчина всё решит за меня. С ним я всегда чувствовала себя в безопасности. И сейчас… Опять. И так нахлынуло. Воспоминания начали топить нутро, что становилось больно дышать. Столько же хорошего между нами были. Не просто секс. А мы действительно наслаждались общением друг с другом! У нас всегда были темы для разговоров. Он был не просто любовником, другом…

Не знаю, сколько времени прошло, но я моргнула и вот уже еду с Максимом в его машине. Это шок? Я не знаю.

— Спасибо, — говорю ему и медленно моргаю.

— Сейчас доедем до больницы. Болит что-то?

— Голова немного…

Макс вырубился и прибавил газа. Вскоре мы уже входили в клинику. Меня проверили на всё. Буквально. Сделали даже МРТ! Мне стало ещё хуже, как я представила счёт за обследование. Боже, все мои сбережения уйдут, наверное, придётся продать машину…

Я сидела в палате, когда туда зашёл Зорин.

— Врач сказал, что всё хорошо. Только пара синяков.

— Да, нормально, я же говорила. Сейчас придут анализы крови и можно уезжать, — я тяжело вздыхаю и поднимаю взгляд на авокадика.

Сердце замирает от нежности к этому мужчине. Как же я скучала по нему все эти недели. Каждый день. А он? Он скучал? Почему не звонил, не писал? Неужели ему всё равно на меня. Неужели всё было игрой… Мне хочется плакать, истерика зарождается в груди. Я не знаю, смогу ли когда-то спокойно реагировать на Макса. Нужно успокоиться. Вдох-выдох.

— Спасибо за всё, Максим, — его голубые глаза фокусируются на мне. — Я… Я не знала, кому ещё позвонить, я так сильно испугалась.

— Ты всегда можешь мне звонить, Нина. Я приеду.

— Я… — что здесь сказать? Я не могла даже голос его слышать, слишком больно. — Спасибо. Ещё раз извини, что отвлекла. Ты… Можешь ехать, я дождусь результатов и тоже поеду.

Зорин посмотрел на меня таким взглядом, что я сразу замолчала. Умеет он заткнуть мне рот лишь взглядом. Макс сел на стул, широко расставив ноги.

— Что… Что с моей ласточкой? — спросила про машину.

— Откачают, — усмехнулся мужчина. — Я так и знал, что ты себе Купер возьмёшь. Сама мелкая и машина такая же. Чемодан и тот больше.

— Эй! — возмущаюсь я. — Не говори так о моей детке. Она прекрасна! И зелёненькая.

— Зелёненькая… Ну, это решает.

— Знаешь, что? — наигранно возмущаюсь.

— Ты мне сейчас скажешь, — широко улыбается.

Я улыбаюсь в ответ.

А потом улыбка пропадает с лица. Резко. И становится так больно. Я обнимаю себя руками.

— Почему, Макс? — спрашиваю тихо, глаза наполняются слезами. — Зачем ты сделал это с нами? Почему не пытался вернуть? Мне так плохо без тебя до сих пор, — слёзы начинают катится по щекам.

Я некрасиво всхлипываю и реву в голос. Закрываю лицо руками, меня просто разрывает от рыданий. Я выплескиваю всю боль, что копилась во мне за эти недели.

— Хоть бы смс написа-а-а-ал, — продолжаю выть.

Макс молчит. Я смотрю на него сквозь пальцы, а он так и сидит на месте, лишь челюсть сжимает. Бесчувственный баран! Муфлон! Скот!

— Какой ты козёл! — выкрикиваю я. — Хоть бы сделал вид, что тебе не всё равно! Убирайся!

— Ты хотела смс получить? — говорит тихо, голос такой интенсивный, что слёзы мгновенно высыхают, а волоски становятся дыбом.

Ой-ёй, авокадик мой злится.

— Ты сама меня бросила! А потом ещё хотела, чтобы я за тобой бегал? Просто взяла и бросила. Ушла тихо, как трусиха! Ты просила не мешать тебе, вот я, блять, и не мешаю, Нина. Ты же этого хотела, а? — а мне хочется обратно в камеру МРТ залезть, лишь бы подальше от разъярённого мужчины.

Макс встает со стула и начинает мерить шагами палату, раз за разом взъерошивает волосы.

— Сначала я подумал, что это шутка. Ну куда ты ушла, всё же нормально было. А потом понял, что не вернёшься. Гордость во мне взыграла, ушла и ладно, — ухо слова бьют хлеще кулаков. — Но потом я решил, нахер гордость, это же моя бабочка, наверное, ПМС у неё. Мы же не можем порознь. Я, как маньяк, сука, выслеживал, тебя, а ты с ками-то то уёбком милуешься на глазах у НАШЕЙ собаки! Не прошло и два дня, а ты уже язык суёшь в глотку другого мужика! Клянусь, я чуть не убил его, не знаю, как сдержался. Разберись в себе, а потом мне предъявы кидай, дура!

Он видел тот один единственный раз, когда Федя полез переводить нашу дружбу в другую плоскость. Вскакиваю с койки и подхожу к Зорину, задираю голову и смотрю на него со злостью, полностью зеркалю его взгляд.

— Разобраться в себе? Я во всём виновата? Это ты сказал, что хочешь закончить всё и жить нормально! — толкаю его в грудь.

Это он всё испортил!

— Чего? — натурально удивляется блондин.

— Того! Ты сказал после того, как получил партнёрство, что надо заканчивать весь фарс с помолвкой и свадьбой и жить нормально. Что мне оставалось делать? Ждать, когда ты меня бросишь?!

Макс хмурится, а потом в удивлении поднимает брови.

— Блять, ты поэтому ушла? — хрипло спрашивает.

— А этого мало?

— Нина… — столько боли в его голосе.

Он кладёт руку мне на щёку и нежно гладит.

— Я имел в виду, что фарс с фальшивыми отношениями заканчивать и переходить к настоящим. Я ж тебя… П*здец как. С самого начала.

Я хватаю ртом воздух, как та самая рыба-бабочка. Моргаю раз, другой. Это получается… Получается…

И именно в этот момент заходит медсестра. Она словно и не замечает, что в этот момент моя жизнь вновь рушится и возрождается заново. Мы с Максом смотрим друг на друга, пока та тараторит.

— Так, анализы готовы. Всё хорошо. Сейчас пройдём на кресло. Но врач говорит, что с плодом должно быть всё в порядке.

Мы с Зориным синхронно поворачиваемся к медсестре.

Я чувствую, как ноги начинают слабеть. Я несколько раз сглатываю пересохшим горлом прежде, чем уточнить.

— С плодом? С плодом моего воображения?

47

Я беременна.

В голове только и билась эта мысль.

Меня посадили на кресло, осмотрели, а потом сделали УЗИ…

10 недель!

С ума сойти.

Я смотрела на экран и не могла поверить, что там настоящий человек. Наш человек. Макс не отходил ни на шаг. Щурился, пытался что-то рассмотреть. А я даже не знала, что чувствовала в моменте. Я просто словно превратилась в ледышку. Не могу ничего сказать. Зато Зорин соловьём! Вопросы спрашивает, шутит, пихает меня, чтобы я оценила шутку.

— А сексом нам можно заниматься? — спрашивает, как ни в чём не бывало.

Я едва со стула не упала. Смотрю на него и взглядом говорю заткнуться!

— Конечно. Наблюдайте за реакцией, а так противопоказаний нет.

Мы выходим из кабинета, я всё ещё словно пришибленная. Забираюсь к Максу в машину и молча пристегиваюсь. Мужчина садится следом весь такой довольный собой. Бесит.

— Как думаешь, когда мы его зачали? Тогда на кухне? Помнишь, как я перегнул тебя через стол? Или в кабинете, когда трахал на диване? А может, в туалете того ресторана…

— Заткнись! — рявкаю я так сильно, что у самой уши заложило. — Просто замолчи, Зорин!

— Бабочка, ты чего? — и столько обеспокоенности в голосе.

— Чего? ЧЕГО? Я тебе доверяла, а ты…

— Ты сейчас о чём?

— О том, что у тебя реакция, что ты вовремя вытащишь, — передразниваю его интонацию.

— Гормоны бушуют, да? — улыбается.

Его вообще ничем не пронять! Ничем!

Я смотрю на него, а потом громко всхлипываю и начинаю рыдать. Мне так обидно за себя, за своего ребёнка. Я просто не могу остановить поток слёз.

— Нина, ты чего? Болит что-то? Вернёмся в больницу? — я слышу заботу в голосе авокадика и реву ещё горше.

— Я такая дура-а-а, — пытаюсь нормально говорить.

Всё в груди собралось, не могу больше терпеть, нужно обо всеём рассказать, пока меня не задушило от эмоций. Поэтому начинаю говорить сбивчиво, со всхлипами.

— Ты когда всё предложил, то я подумала, что это выход из ситуации… Сергей меня так сильно обидел, а тут ты такой красивый и успешный, и почему-то я тебе нужна… А потом от отца защитил. Ты знаешь, никто никогда этого не делал. Все отца боялись, а ты заткнул его. И я согласилась. Думала, что будет легко, я же только после отношений и другие мне вообще не нужны. А ты оказался другим, я тебя вообще не так представляла. Умный, веселый, заботливый и в постели просто супер. Короче, не дал мне даже шанса не влюбиться, — грустно улыбаюсь и делаю судорожный вдох. — И я влюбилась. Просто пипец как, Макс. Я думала, что Сергея любила, но это вообще нельзя сравнивать. И я молчала, мне было так страшно, что ты меня бросишь, что я надоем, или изменишь… Я просто поедом съедала себя этими мыслями. Дура, знаю. Но сказать боялась. А ты никогда о чувствах не говорил. Можно было лишь догадываться, о чём ты думаешь, что чувствуешь ко мне… Я… Я не прошу взаимности, но мне так хотелось, чтобы ты меня полюбил в ответ, я бы стала самой-самой счастливой…

Я замолкаю и облизываю губы. На Макса не смотрю, мне страшно.

— Пиздец, Нина, — говорит он.

Я киваю.

— Именно. А теперь я стану матерью-одиночкой…

В салоне повисает тишина. Слышно только моё тяжёлое дыхание. Слёз уже нет, а Макс молчит. А потом просто выходит из машины и с такой силой хлопает дверью, что я вздрагиваю.

Зорин делает несколько шагов вперёд и смотрит в небо. Я вижу, что он очень сильно напряжён. Он просто взял и ушёл… Я ему душу оголила, а он?.. Какого чёрта! Я просто в бешенстве. Выхожу из машины, подхожу к Максиму и пихаю его, что есть мощи.

— Ты вообще охренел?! — кричу я. — Тебе, что, нечего сказать? Какой ты козёл, Зорин! Да пошёл ты!

Я ухожу прочь от этого мужчины. Не могу поверить, просто не могу. Я ему о любви, а он просто ушёл. Всё, надоело! Топаю в сторону трассы и плевать, что сумка осталась у Зорина в машине, на попутках доеду.

— Ты далеко собралась? — мне казалось, что я ушла далеко, а этот длинноногий догнал меня за два шага.

— Не твоё дело! Отвали.

— Стой, — я его не слушаю. — Да стой же, — берёт аккуратно за руку и разворачивает к себе лицом.

— Чего тебе, Зорин? Я устала и хочу домой.

— Ты всё сказала? Меня послушать не хочешь?

— Твоё молчание говорит лучше всех слов, — я опять начала заводиться. — Ты просто вышел из машины и всё.

— Да я вышел, чтобы не вспылить, — говорит зло.

— Вот и не пыли!

— Да замолчи ты уже, слова не даёшь сказать! — повышает на меня голос, я даже теряюсь, он на меня ещё не орал так. — Матерью-одиночкой она быть собралась. Блять, Нина, — смотрит с такой болью во взгляде, что у меня душа в клочья. — Лучше бы по яйцам дала, чем такое ляпнула.

— Но это же правда, — смотрю в его глаза, а там столько эмоций.

— Правда, что ты дура, а я идиот. Тут даже не поспоришь. Но ребёнок, — он касается пятернёй моего плоского живота. — Это наш ребёнок, Нина. С ума сойти можно. Я стану отцом, а ты мамой.

— Ты… Ты рад? — спрашиваю, а у самой мурашки по телу.

— Рад? Да я хочу кричать об этом с крыши. Моему состоянию не соответствует ни одно из известных слов, — улыбается он.

И я вижу, что говорит правду!

Глаза снова наполняются слезами, чёртовы гормоны.

Макс нежно стирает слёзы с глаз.

— Я люблю тебя, Нина. Как тебя увидел в своем кабинете, так и потерял голову, малышка. Ты меня так торкнула, как никто и никогда. Меня просто коротнуло на тебе, и я знал, что нам с тобой суждено быть вместе.

— Правда? — голос звучит так жалобно.

— Готов повторить каждое слово под присягой.

— Я тоже люблю тебя, Максим, капец как. Прям сильно-сильно, очень-очень.

Он наклоняется и целует меня в губы, короткими поцелуями несколько раз.

— Я так скучал по тебе, бабочка. Поехали домой.

— Будем мириться? — спрашиваю, а у самой дыхание перехватывает.

Макс чисто по-мужски хмыкает и опускает руку на мою попу.

— Будем мириться.

Эпилог

Когда мы сказали Берестовым, что беременны, первое, что они сделали — отдали нам ребёнка на несколько часов. Вот так просто и бесцеремонно. Собрали вещи и выгнали на прогулку с приказом не возвращаться в ближайшие два часа. А сами в это время предались разврату.

Помню, в каком шоке я была! Я никогда не сидела с детьми и вообще не знаю, что с ними делать. Я была в ужасе. Ната сказала, что сын будет спать, но… Он начал орать, как только мы отошли от дома. На нас даже прохожие оборачивались. Я хотела взять малыша на руки, но не знала, как, он такой маленький, я боюсь что-то сделать не так. Я опять разревелась, а Макс… Макс был само спокойствие, он уверенно взял пацана на руки и успокоил. И тогда я поняла, что всё будет хорошо. Мы с нашим малышом в самых надежных руках.

С Зориным мы расписались, когда я была на пятом месяце. Просто сходили в ЗАГС и поужинали в ресторане в кругу друзей. Самая идеальная свадьба. Конечно, после родов нам придётся сыграть пышную церемонию, но сейчас всё было для нас, и мы счастливы.

Я ехала в такси из магазина домой, как увидела, что по тротуару идет мой… муж. Законный супруг! Я теперь Нина Зорина. Звучит, а. Я попросила таксиста притормозить и открыла окно, высунулась настолько, насколько позволял мой огромный живот, мне совсем скоро рожать.

— Молодой человек, — крикнула я, и обернулось несколько человек, в том числе и супруг. Он улыбнулся и подошёл ко мне.

— Садись, прокачу, — говорю, когда он подходит близко. — Мужа нет, в командировке, хочешь ко мне?

Водитель закашлялся. Он в полном ужасе смотрел на меня. Вы только представьте эту картину: глубоко беременная женщина предлагает левому мужику поехать с ней домой. Фу такой быть.

— А если муж вернётся? Спрячешь меня в шкафу? — Макс кладёт руку на крышу машины и с улыбкой рассматривает меня.

— Сделаем всё по-быстрому, и будешь свободен.

— Уговорила, двигайся.

Я пододвигаюсь на сиденье, и муж садится рядом со мной, тут же целует в губы, я радостно отвечаю. Водитель в шоке. Продолжает стоять на месте.

— Поехали, — говорю я.

Бедный мужик, ей богу, довели.

Мы подъезжаем к дому, Макс расплачивается, и таксист быстро уезжает. Я не могу сдержать смех.

— Кажется, у него будет травма.

— Этот козёл сам хотел с тобой поехать, — ворчит Макс.

— Да, всех же возбуждают беременные тюленихи.

Зорин со своей ревностью просто достал. Ему кажется, что все мужики в радиусе ста километров хотят меня отбить у него.

— Ты выглядишь охренеть, как сексуально. А эти сиськи? Я просто залипаю, — и в подтверждение своих слов смотрит на мою грудь.

— Ой, дурак, — смеюсь я.

— Люблю тебя, бабочка.

— А я тебя, авокадик.

* * *

У нас были партнёрские роды. Я сначала не хотела, но Макс участвовал на каждом этапе беременности, вникал во всё больше, чем я, и нагло заявил, что это не обсуждается. И как же хорошо, что он был рядом! Его поддержка помогла мне справится. Я, конечно, готовилась к боли, но не могла подумать, что будет такой трэш. Рожали мы девятнадцать часов! И каждая секунда того стоило, чтобы подержать на руках нашу дочь, нашу Таисию. С первого взгляда любовная любовь. Мне показалось, что она — копия своего папы. Такая маленькая и красивая. Я первый раз видела, как мой муж плачет. Такой эмоциональный и интимный момент, когда ему первому дали на руки малышку. Мы самые счастливые люди на свете! Столько любви внутри, что хочется кричать.

Выписали нас на третьи сутки. Собрались все друзья, дедушка Макса, мама со своим новым ухажёром и даже мой отец. Все нас поздравляли, было очень трогательно и мило. Но я скорее хотела поехать домой.

Позже мы с Максом ехали домой, а я с Таечкой сидела сзади и рассматривала её.

— Не могу поверить, что из меня вылез человек, — говорю Максу.

Он тихо смеётся.

— Ты такая молодец, Нина, — хрипло говорит.

Наши глаза встречаются в зеркале заднего вида и слова не нужны. Мы оба молодцы. А могли всё потерять. Как же важно разговаривать со своим партнёром и не бояться сказать и, самое главное, узнать правду. Не молчать. Мы теперь не молчим. После того, как могли друг друга потерять навсегда… Мы всегда говорим друг другу правду, какой бы она не была. Особенно говорим о своей любви, по тысячу раз на день. Таких признаний много не бывает.

— Да… Мы молодцы, — говорю с улыбкой.

— А я, знаешь, во что не могу поверить? — спрашивает Макс.

— Во что?

— Что нам так легко отдали ребенка. Ну типа, забирайте и всё.

Я смеюсь, а малышка смешно морщится во сне.

— Ты предлагаешь вернуть её на место?

— Я предлагаю как можно скорее подарить ей братика или сестричку.

Когда твой мужчина говорит, что хочет от тебя ещё детей… То ты обязана их родить. Тем более у Макса такой генофонд! Будет у нас ещё ребенок и не один. Мы так сильно любим друг друга, что готовы привести в этот мир кучу маленьких Максимов и Нин.

— Как только всё там заживёт, — играю бровями.

Пошлость между нами никуда не делась. Это навсегда останется при нас.

— Люблю тебя, Зорина.

— А я тебя, Зорин.

Конец

Май 2023

Content

Валерия Иванова
Пошлость между нами

Пролог

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

Эпилог