Алина Углицкая, Лилия Орланд

Батарейка для мага

Глава 1

Постель пахла прелыми листьями.

А ещё была влажной и пружинистой, словно болотный мох.

Не желая просыпаться, я перекатилась с боку на бок в поисках сухого места на простыне. И невольно заерзала, попав в еще большую лужу.

Интересно, кто из домочадцев рискнул надо мной подшутить?

Может, младший брат налил воды? Мелкий гад способен устроить любую каверзу, когда мы с ним в ссоре. Только сейчас у нас мирный период.

Бабушка или мама? Об этом смешно даже думать. Ни та, ни другая не станут заниматься подобной ерундой.

Папа – тот ещё шутник и мог бы попасть под подозрение. Но он уже неделю в командировке…

Пока я терялась в догадках, влага просочилась под пижаму. Пришлось открывать глаза.

Да только вместо знакомого потолка я увидела… небо!

Синее такое, чистое, с парочкой облаков. Самое обычное небо. И стоящее в зените солнце, которое весьма активно прогревало влажную землю.

Ту самую землю, на которой я лежала все это время!

Моя комната исчезла. Вместо неё вокруг стоял странный лес: толстые, скрученные стволы, лишенные листьев ветви и покрытые мхом, кое-где заболоченные участки почвы.

Не понимая, что происходит и куда меня занесло, я несколько секунд просто лежала и таращилась на это небо и эти деревья. Затем дернулась встать.

Мох подо мной смачно зачавкал, а ладони по самые запястья провалились в густое месиво.

И тогда меня накрыла леденящая паника.

Если это и сон, то ужасный! Пора просыпаться!

Я забарахталась, обливаясь холодным потом. Болото держало, словно кусок липучки несчастную муху. С трудом освободила одну руку, потом другую и перекатилась подальше от лужи.

Здесь земля оказалась более твердой.

Я подползла к чахлой сосне. Прислонилась спиной к стволу, подтянула к подбородку колени и, дрожа, обхватила их руками.

Меня колотило от страха и холода.

– Сон! Это просто сон! – пробормотала непослушными губами.

Собственный голос заставил вздрогнуть. Уж слишком жутко он здесь прозвучал.

– Я просто сплю! Нужно ущипнуть себя – и проснуться!

Только возникла проблема. Пальцы не желали отпускать колени и щипаться. От страха я не могла шевельнуть даже мизинцем.

Так и сидела, рвано дыша.

И с каждым мгновением все четче осознавала, что это не сон.

Сны не бывают такими реальными! Во сне разве чувствуешь, как мокрая одежда неприятно липнет к телу? Или колючку, которая впилась в зад?

Нет, здесь что-то другое.

В голову пришла только одна более или менее подходящая версия. Меня похитили. Но кто и зачем? А главное, почему эти “кто-то” вывезли меня в лес?

Напрягла память. Что вчера было?

Вчера была пятница. Мы с девчонками собрались идти в клуб.

Я четко помнила, как одевалась и обещала маме, что вернусь к двенадцати. Да, мне уже восемнадцать, могу гулять до утра. Но мама не ляжет спать, пока я не приду, а у нее сердце слабое. Поэтому, чтобы она зря не волновалась, я всегда возвращалась домой до полуночи.

Так, а что было дальше?

Помню клуб, громкую музыку, каких-то парней, которые подкатили к нашей компании. Один все время пытался меня угостить, но я девочка взрослая, угощаю себя сама, чтобы никто не решил, будто ищу себе спонсора.

А еще мы с ним танцевали. И не только с ним, кажется…

И целовались…

Только не помню с кем.

А потом?

Потом все как в тумане…

Левую лопатку обожгло внезапной болью.

И меня словно током ударило.

Четко вспомнилось, как в клубе на нас с девчонками смотрел мужчина, сидевший за соседним столиком. Мрачный такой, брюнетистый тип. Я еще обратила внимание на его лицо. Он был очень хорош собой, прямо как актер или модель с обложки мужского журнала.

Потом мы с ним, кажется, танцевали. Он слишком крепко обнял меня и положил ладонь на обнаженную спину. От его руки стало так горячо, что я оттолкнула его и убежала.

Нужно было вызвать такси и вернуться домой.

Судя по пижаме на мне – так и сделала. Но каким-то образом оказалась в этом лесу, да еще лопатка горит, будто там кожу сдирают. И нет никакой возможности посмотреть, что происходит!

Неужели тот тип из клуба – мой похититель?

Или я все еще сплю?

Жжение усилилось и заставило меня все-таки встать.

Надо как-то выбираться отсюда. Сон это или не сон, а сидеть здесь явно нет смысла. Нужно попробовать выйти из леса, найти людей. Может, грибников встречу?

Посмотрела со скепсисом на корявые деревья, потом на мох и решила: вряд ли здесь водятся грибники. Вон, даже птиц не слышно.

Как смогла, я вымыла руки и ноги в ближайшей луже. Затем обтерла о влажный мох.

Пижама была испорчена: хлопковые штанишки и такая же футболка пропитались насквозь грязной водой. Хорошо, что солнышко пригревает, есть вероятность, что одежда высохнет на мне, и я при этом не заболею.

Это на тот случай, если весь окружающий бред мне все же не снится.

С этими мыслями я потопала прочь. Как мне казалось – на запад, потому что именно в ту сторону постепенно клонилось солнце.

Ну как “потопала”?

Босые ноги на каждом шагу проваливались в сырой мох. Иногда по самую лодыжку. Доставались с противным чавканьем, которое весьма раздражало. Я уже с нетерпением ждала момента, когда либо проснусь, либо из-за ближайшего дерева выскочит местный лесник и закричит: улыбнитесь, вас снимают!

Или появится мой похититель и объяснит, что происходит. А я первым делом заряжу ему в глаз!

Бр-р. Всего полчаса на болоте, а уже так сильно его ненавижу.

Левую пятку пронзила боль, и я запрыгала на правой ноге.

Шишка! Я наступила на чёртову шишку! Почему же так больно? Разве во сне подобные вещи не должны вообще проходить мимо сознания? Или подсознания.

Я со стоном ухватилась за ближайшую ветку. Постояла немного, поджав пострадавшую ногу, подождала, пока боль утихнет. А затем двинулась дальше, прихрамывая и внимательно выбирая, куда ступать.

Но чем дальше шла, тем больше мне становилось не по себе от странной, давящей тишины, царящей в этом лесу.

Не знаю, сколько брела. Ни часов, ни телефона у меня не было, а время по солнцу я определять не умела.

Наконец, вместе с ветром ко мне долетело ржание лошадей. Вслед за ним послышались голоса, которые с каждым мгновением становились все ближе.

Люди!

Не раздумывая, я рванула в их сторону. Едва не плача от радости, кинулась ломиться через кусты, но пару секунд спустя умерила пыл.

Так, сон это или не сон, а стоит проявить осторожность! Вдруг это мои похитители? И кто сейчас ездит на лошадях?

Раздвинула колючие ветки и замерла, вслушиваясь в незнакомую речь. Через несколько минут передо мной появились и всадники.

Их было трое.

Молодые люди. Один – возрастом лет под тридцать, еще два – на вид немного моложе. Одеты странно. Как будто со съёмок исторического фильма про освоение Дикого Запада: куртки из грубой кожи, бриджи, высокие сапоги.

Те, что помоложе, щеголяли одинаково нечесаной рыжей шевелюрой. И лица у них были похожи. Наверняка родственники.

А вот тот, что постарше…

Темноволосый, с трехдневной щетиной и привлекательным, но хмурым лицом.

Я напряглась, едва взглянув на это лицо.

Оно мне было знакомо.

Сплю я или не сплю, но именно этот кадр лип ко мне вчера в клубе!

***

Боясь шевельнуться и тем привлечь внимание, я просто наблюдала за ними из-за кустов. Даже дышала через раз.

Всадники остановились и, не покидая сёдел, отдыхали. Пили воду из кожаной фляги, передавая ее друг другу, перебрасывались непонятными мне фразами. Нет, язык незнакомцев я понимала. Говорили они на чистейшем русском. Ну, наверное, на русском.

Но слова, которые мужчины произносили, были мне совершенно незнакомы. “Арбадон”. “Король Барден”. “Закрытая академия”. “Саартог”…

Ерунда какая-то. Ролевики, что ли?

И всё бы ничего, вот только этот брюнет…

Сплю я или нет, а сталкиваться с ним снова категорически не хотелось.

От одного вида этого человека меня обдавало холодом. Все в нем – пронзительный взгляд, хмурая складка между бровей, твердо сжатые губы – вызывало острое чувство опасности. Я тайком разглядывала незнакомца, а тревога толчками распространялась по телу, заставляя сердце выскакивать из груди.

Так страшно мне, наверное, ещё никогда в жизни не было. Мысли смешались, и ясно я понимала только одно – ни в коем случае нельзя позволить им себя обнаружить.

Но стоило сменить позу и вытянуть затёкшие ноги, как подо мной что-то хрустнуло.

Я вздрогнула. Сжалась, молясь про себя, чтобы занятые разговором мужчины этого не услышали.

Не повезло.

Подняв голову, сразу наткнулась на пристальный взгляд клубного незнакомца. Он никак не мог увидеть меня сквозь кусты!

Но увидел.

Темные глаза сузились, губы дрогнули, собираясь что-то сказать. А я, не раздумывая ни секунды, вскочила и бросилась наутёк.

– Держи лейву! – долетел в спину весёлый гогот.

Судя по голосу, кричал один из рыжих. И это он сейчас обругал меня, что ли?

– Какая прыткая “птичка”! – заржал и второй.

Я мчалась обратно в чащу, из которой пришла. Не забывая прислушиваться к звукам позади.

Тревога давно сменилась паникой. Уж слишком неадекватно вели себя незнакомцы. Я боялась даже представить, что они могут совершить с беззащитной девушкой, которая оказалась у них на пути. К тому же во все стороны расстилался мрачный лес, а под ногами чавкал болотный мох.

Спасения не было. Некому было прийти мне на помощь.

Да и всадники явно не собирались меня отпускать. Всего несколько секунд – и лошади выскочили передо мной с пугающим ржанием. Загарцевали, загоняя в ловушку.

– Эй, вы что делаете? – закричала я, пятясь от преследователей. Это же сон? Они же мне ничего не сделают? – Дайте пройти человеку!

– Арден, ты слышишь? Лейва считает себя человеком, – гаденько захихикал один из рыжих балбесов.

– Ей недолго осталось так думать, – мрачно процедил брюнет.

Его конь резко подался ко мне. Не успела я отскочить, как брюнет, названный Арденом, нагнулся в седле и схватил меня за руку.

Сжал запястье будто каленым железом и дёрнул вверх. Мои ноги на секунду оторвались от земли. Я завизжала от боли и страха.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! – закричала, не зная, о чем прошу.

То ли этого гада, отпустить меня, то ли собственный мозг – проснуться.

– Что это лейва там бормочет? – один из рыжих направил к нам свою лошадь.

– Наверное, проклинает нас, Олаф, – ответил ему второй, с интересом разглядывая меня. И спросил брюнета: – Арден, не можешь заткнуть ей рот?

– Сейчас заткну, – с тихой угрозой пообещал мой самый жуткий кошмар.

Продолжая удерживать меня одной рукой, второй потянулся к ножнам на поясе.

Что это он собирается сделать?

Длинный обоюдоострый клинок со зловещим шорохом вышел из ножен. У брюнета был такой взгляд, что я в один миг осознала: это оружие он собирается применить.

Меня захлестнула паника.

– Ну же, Инночка, проснись, пожалуйста, – забормотала я, глядя, как клинок зависает над моей головой.

Глаза у брюнета сузились. Его рука до хруста сжала мое запястье.

– Нет! – заорала я.

Дернулась, пытаясь вырвать плененную конечность. На краткий миг хватка ослабла. И я инстинктивно выставила ладони вперед, будто могла оттолкнуть нависшую смерть.

Только и правда смогла.

Раздался гром. Вспыхнул свет, на миг ослепляя, и нас с незнакомцами раскидало в разные стороны.

Пролетев несколько метров спиной вперёд, я рухнула прямо в кустарник. Крики брюнета и его товарищей раздавались с противоположной стороны. И достаточно далеко. На том месте, где они пытались меня схватить, остались только лошади с опустевшими седлами.

Несколько секунд я лежала на жёстких ветках, пытаясь прийти в себя. Дождалась, пока голова перестанет кружиться, а ноги трястись от слабости, и поднялась.

Нужно убираться отсюда, пока эти мерзавцы не очухались. Даже не хочу знать, что с ними случилось.

Этот гад хотел зарубить беззащитную девушку. И остальные не лучше. Маньяки!

И что-то все меньше верится, что я сплю…

– Проклятая лейва, – донесся сдавленный стон.

Кажется, кто-то очухался.

Я бросилась дальше в чащу через кусты.

Пока бежала, изо всех сил щипала себя за правую руку. Было очень больно. Левая рука тоже болела. Надеюсь, там не вывих после хватки этого Ардена или как там его.

Но кошмар продолжался.

Босиком, в грязной и изорванной пижаме я неслась по лесу в поисках укрытия. Но тщетно. Едва мне казалось, что удалось запутать след и оторваться от преследователей, как за деревьями вновь раздавались мужские крики или звонкое ржание.

Я уже задыхалась. Сбила ноги в кровь, но остановиться никак не могла. Так и бежала на автопилоте. Видимо, жажда жизни была сильнее усталости.

Болото внезапно закончилось. Почва превратилась в твердый грунт и перестала чавкать. Но это не принесло облегчения. Хвоя под ногами безумно кололась.

Если бы только остановиться и передохнуть!

Только подумала – и тут же споткнулась. Зацепилась ногой о корягу. Пальцы взорвались болью, и я, коротко вскрикнув, полетела на землю.

От удара из легких вышибло дух. На пару мгновений я забыла, что надо дышать. Застонала, перевернулась на спину. Осторожно вдохнула, радуясь что ничего себе не сломала. Но уже не смогла подняться.

Так и осталась лежать.

Всё, отбегалась. Пусть догоняют…

– Куда она делась? – тут же раздалось неподалёку.

Глава 2

Только бы они меня не нашли. Пусть они меня не заметят!

Сердце билось, с силой ударяя в рёбра. Я пыталась сдержать дыхание, но воздух с хрипом рвался наружу. Паника нарастала.

Они услышат, они заметят меня!

– Как сквозь землю провалилась…

– Только что была здесь…

– Следы пропали…

Распластавшись по прелой листве, я уже не боялась замочить остатки пижамы или простыть. Даже то, что одежда стала грязной, теперь радовало – больше шансов остаться незамеченной в этом лесу.

– Проклятая лейва!

Лошади заржали совсем близко. Я уткнулась лицом в ладони, боясь встретиться взглядом с кем-нибудь из преследователей.

Про себя не переставала шептать:

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пусть они меня не заметят…

И спустя несколько томительно долгих минут наконец услышала:

– Похоже, она сбежала… Едем в город! Вернёмся позже, все равно никуда не денется, – а вслед за этим глухой топот копыт и усталое ржание лошадей.

Все выдохлись от долгой выматывающей беготни по жуткому лесу: и я, и лошади. Только голоса преследователей звучали весело, хоть и раздраженно. Они не оставили намерений поймать меня.

Выждав ещё какое-то время, я, кряхтя, поднялась и тут же оперлась о ствол дерева. Ноги отказывались держать. Из глаз потекли слёзы.

Этот сон не нравился мне всё больше. И в первую очередь тем, что был слишком похож на реальность.

У меня болело всё тело, особенно сбитые колени, пальцы ног и рука, за которую держал брюнет. В горле першило и разливалась неприятная горечь. К тому же я замёрзла и устала. Очень хотелось сделать хотя бы глоток воды.

А ещё было страшно. Очень страшно, потому что совершенно не представляла, как прекратить весь этот кошмар.

Я отметила направление, в котором удалились мои преследователи. И двинулась в противоположную сторону. Даже если их слова о городе были правдой, мне не стоит туда идти, чтобы снова с ними не встретиться.

Но все-таки нужно найти людей. Жилье. Полицию, в конце концов, или службу спасения! Там мне помогут. Должны помочь!

С тоской вспомнила, что денег у меня нет. И выгляжу как бомжиха. Вряд ли в таком виде меня кто-то пустит к себе на порог. Скорее, сдадут тем маньякам, кем бы они ни были.

И тогда этот Арден точно перережет мне горло. Или что он там собирался сделать своим огромным мечом?

Шла я долго. На лес опустились сумерки. Пару раз показалось, что вдалеке слышится волчий вой. И мысль уйти в чащу уже выглядела такой здравой.

Может, нужно было все же идти за лошадьми?

Но ещё неизвестно, от чего страшнее умирать – от клыков хищника или клинка маньяка.

Последние силы закончились. И физические, и душевные. Я в очередной раз осела на землю. Затем упала на спину, раскинула руки.

Пусть жрут. Мне уже всё равно.

И отключилась.

– Хм… так это тебя искали охотники? – прозвучал надо мной женский голос.

Он вывел из тяжелой дремы, в которой я пребывала.

Не открывая глаз, попыталась подняться с кровати, которой нет. И охнула: все тело болело и ныло, а ноги дрожали как холодец.

– Разве такое возможно, проснуться посреди сна? – в полной прострации я уставилась на незнакомую женщину, стоящую надо мной.

Она была странно одета – в какую-то хламиду коричневого цвета. Тёмные волосы с частой сединой собраны на затылке. Их я увидела, когда незнакомка скинула капюшон.

Ее лицо, узкое, с выдающимися скулами, склонилось так низко, что я смогла разглядеть глубокие морщины на лбу и в носогубных складках. На вид женщине было лет пятьдесят, но жизнь, похоже, ее потрепала.

– Ты не спишь, – произнесла она, разглядывая меня так же пристально, как я разглядывала ее.

Я непонимающе моргнула.

– Как не сплю? Вы только посмотрите вокруг, – нервно повела рукой, – этого всего не существует. Оно мне снится: и лес, и вы тоже. Я хорошо помню, как уснула в собственной постели.

Незнакомка с явным сочувствием вздохнула и выпрямилась.

– У меня для тебя плохие новости. Все, что ты видишь – не сон. Это реальность. Теперь этот мир – твой новый дом.

– Что? Какой мир?

– Этот. Чувствуешь жжение где-нибудь на своем теле?

Я невольно прислушалась к себе. Ну да, лопатку все еще пекло. Там явно ожог, только ума не приложу, откуда он взялся? Не мог ведь тот тип обжечь меня простым прикосновением!

Или мог?

– Ну вот, – она словно услышала мои мысли. – Это метка. Охотник нашел тебя в твоем мире и пометил. Метка притянула тебя в наш мир. Теперь ты лейва – источник магии.

Печально. Еще одна сумасшедшая на мою голову.

Я на всякий случай отодвинулась от нее.

– Не веришь? – усмехнулась она. – Даже после того, как тебя едва не загнали охотники?

А потом предложила:

– Я живу неподалёку. Пойдём со мной. Накормлю тебя, дам одежду и расскажу все, что знаю. Думаю, ты очень удивишься.

Предложение было заманчивым, но я сомневалась. Ту троицу маньяков тоже сначала хотела просить о помощи. А они чуть меня не убили.

– Можешь не бояться, – поняла мои сомнения женщина, – я тебя не обижу. Меня зовут Эдме, и я действительно хочу помочь.

Последние слова заставили меня согласиться. Может, потому что ее тон звучал убедительно. Или я просто уже не могла мыслить здраво.

Да и что делать? Я голодная, продрогла, устала. Не оставаться ведь на ночь в лесу? За то время, что я лежала в отключке, стало совсем темно.

Поэтому я поднялась и двинулась следом за Эдме.

Что за странное имя?

***

Женщина шла легко, не быстро, но и не слишком медленно.

Босиком мне было непросто угнаться за ней. Казалось, все сосновые иголки мира вознамерились проверить крепость моих пяток. А те были очень нежными, я ведь следила за ними, использовала дорогие средства для смягчения и увлажнения.

Но я упрямо продолжала двигаться за незнакомкой, хромая и ругаясь вполголоса, когда особо зловредные колючки впивались в мои ноги.

Эдме не оборачивалась. Но в какой-то момент остановилась и подняла с земли длинную прямую ветку. Вручила её мне. Я оперлась на эту импровизированную трость и удивилась, насколько легче стало идти. Теперь у меня появилась опора.

“Так вот как себя чувствуют старенькие бабушки, – пришла нелепая мысль. – А я-то думала, палки нужны им, чтобы отгонять собак и неугодных прохожих…”

Эдме завела меня в самую глубину леса. На небольшую полянку, заполненную густым белесым туманом.

Я уже собиралась недоверчиво отступить, когда она крепко сжала мое предплечье. Забормотала что-то себе под нос.

Туман в тот же миг поредел. Сквозь него показалась избушка. Небольшая, бревенчатая. Она выглядела старой и покосившейся на один бок. Но я могла бы поклясться, что минуту назад поляна была пуста!

– Откуда она взялась? – вырвалось у меня.

Эдме снисходительно улыбнулась:

– Идём в дом. Уже темно.

Я только сейчас поняла, что на лес опустилась непроглядная ночь. Высоко над деревьями сверкали мелкие бисеринки звёзд – и это было все освещение. Но как же я могла так хорошо видеть всего секунду назад?

И как поверить, что это не сон? Разве в реальности такое бывает?

В домике Эдме запалила лучину. В прямом смысле: зажгла тонкую деревянную щепочку, и помещение наполнилось резким запахом горящего дерева. Уже при свете огонька женщина нашла на столе масляную лампу.

Когда загорелась лампа – стало намного светлее.

Я села на деревянную лавку и осмотрелась.

Раньше мне не приходилось бывать в подобных домах, так что все здесь казалось странным и необычным. И большая белёная печь с чёрным зевом, и пучки сухих трав, свисающие с деревянной жёрдочки под самым закопченным потолком, и рукомойник над медным тазом, и вёдра с водой.

Эдме засуетилась по хозяйству. А я наслаждалась отдыхом, блаженно вытянув гудящие от перенапряжения ноги.

– Вот, – женщина сунула мне в руки деревянный ковш, большой кусок холста, брусок коричневого мыла и кивнула на одно из вёдер, – иди во двор, омойся. А я пока соображу нам ужин.

Без задней мысли я взяла ведро с лавки. Но оно оказалось таким тяжелым, что оттянуло мне руку. А когда я поковыляла на выход, этот монстр на каждом шагу начал бить меня по ноге и расплескивать воду.

Эдме недовольно покосилась на лужи, но ничего не сказала. Я же, закусив губу и мысленно ругаясь, поспешила выйти на улицу.

Над домом царила тьма. Антрацитово-чёрная, абсолютно непроницаемая. Иными словами, не было видно ни зги.

Раньше я никогда не задумывалась, что это значит. А сейчас эта неведомая зга как нельзя лучше объясняла то, что встретило меня на крыльце.

Прожив всю жизнь в городе, я никогда не видела такой наполненной темноты. Здесь не было фонарей, неоновых вывесок, автомобильных фар. В общем, ничего из того, что прежде освещало мой мир по ночам.

Только чернильная тьма.

Зато цикады орали как оглашённые. Ухала ночная птица. И где-то вдалеке вдруг завыл незнакомый зверь. Я испугалась, что это может быть волк. И на всякий случай решила от дома не отходить.

Подумав, расположилась на нижней ступеньке крыльца и утопила ноги в траве. Радовало, что лес вокруг домика и поляна оказались вполне живыми. И трава тут имелась достаточно мягкая, и звери шумят. Уже не так страшно, как в том мертвом лесу.

Сняла с себя разорванную и грязную пижаму. Зачерпнула ковшом воды, вылила на себя и не сдержавшись, подпрыгнула.

Вода оказалась студеной!

Тут же налетел ночной ветерок – и влажная кожа покрылась мурашками. Но желание стать чистой пересилило холод.

Замерзая и стуча зубами как танцор фламенко – кастаньетами, я продолжила поливаться водой и тереть себя мылом.

Решив, что уже достаточно чистая (или замерзшая), я и волосы намочила. Странное мыло плохо пенилось, жутко воняло, но все же смывало грязь. Поэтому я всё тёрла и тёрла волосы, пытаясь взбить хоть немного пены.

Мытьё забралось последние силы, зато вскоре я стала по-настоящему чистой. Хотя и пахла очень непривычно.

Вытерлась холстиной, в неё же закуталась и вернулась в дом, прихватив остатки пижамы.

– Искупалась? Молодец, – Эдме отодвинула занавеску и скрылась за печкой.

Там было слишком темно, так что я ничего не могла разглядеть.

А вот Эдме, похоже, прекрасно ориентировалась в своём доме. Лампу она с собой не взяла, оставила рядом со мной.

Через минуту она вернулась со свертком в руках.

– Вот, возьми, – протянула мне, – думаю, подойдёт.

Я настороженно развернула подарок. Оказалось, это платье: длинное, прямого кроя, с широкими рукавами в три четверти. Похожее на балахон.

Единственным его украшением была голубая тесьма, шедшая вокруг квадратного ворота, по краям рукавов и по подолу. У Эдме под накидкой было надето точно такое же.

К платью прилагалась простая рубашка чуть меньшей длины, но с закрытым горлом и узкими рукавами до самых запястий.

– Это все? – я подняла на Эдме вопросительный взгляд.

– Мало? – та усмехнулась.

– Нет, но… хотелось бы чем-то попу прикрыть…

Свои трусы я постирала, как могла, это единственное, что уцелело во время забега по лесу. Но они еще мокрые. Как мне их надевать?

– Ты про панталоны, что ли? – фыркнула моя спасительница. – Вот поступишь в Академию, там и дадут. А пока надевай, что есть!

– В какую еще академию? – пробормотала я хмуро.

А сама в это время крутила в руках платье, решая, где зад, где перед, потому что они у него были совершенно одинаковыми. На рубашке сразу разобралась: ворот под горлом стягивался тесемкой, и ее концы, как мне подсказывала логика, должны висеть спереди.

Впрочем, отказываться от подарка я не планировала. Так что быстро оделась: сначала рубашку, а сверху платье. Вышло неплохо. Из коротких и широких рукавов платья виднелись узкие рукава рубашки.

– В ту, ради которой тебя сюда и призвали! – заявила Эдме, оценивающе глядя на меня. – Или думаешь, ты тут зачем?

Глава 3

Я тоже посмотрела на неё. Из-за одинаковых платьев мы с ней теперь походили на мать и дочь. Или тётушку с племянницей. Причём двоюродных, поскольку внешне были совсем не похожи.

Чистая одежда придала мне уверенности.

– Меня никто никуда не призывал! – заявила я решительным тоном.

– Ой ли? А ну-ка скажи, метка все еще жжет?

Это она про ожог на лопатке?

Я невольно прислушалась к своим ощущениям.

Ну да, кожа там немного ныла. Не так как до этого, будто тоже устала. Или это вода из ведра остудила ожог.

– Ну? – поторопила Эдме.

– Нет у меня никакой метки, – буркнула я. – И вообще, вы мне снитесь!

Где-то на периферии сознания зудела назойливая мысль, что никакой это не сон. Сны не бывают такими реальными, продуманными до мельчайших деталей и не длятся так долго.

Но мне казалось, что стоит только это признать – и все, я пропала. А так еще оставалась надежда, что вот-вот проснусь и все будет как раньше: моя кровать, комната, шумный брат, спешащие на работу родители и бабушка, которая уже приготовила завтрак…

– Ладно, будем считать, что метка не жжется, значит, охотники и правда отбыли в город. А могло ведь все сложиться иначе, – вздохнув, Эдме протянула мне деревянный гребень. – Расчешись, и давай ужинать. На голодный желудок разговор не идет.

Вот гребень из ее рук я выхватила с радостным визгом. Волосы были моей гордостью и главным сокровищем. Золотисто-русые, слегка вьющиеся и густые. Я их ни разу не красила, лишь изредка подстригала. Но если эту красоту не расчесать, пока она влажная, потом придётся раздирать пук соломы.

И не факт, что получится.

В общем, к тому времени как удалось привести прическу в порядок, я едва не падала от усталости.

– Садись, – кивнула Эдме на накрытый стол.

Я расположилась так, чтобы можно было опереться спиной на стену. Есть хотелось чуть ли не больше, чем спать.

Не знаю, куда меня занесло, в другой мир или сон, но я в нём уже почти сутки. И за это время ничего не ела.

Тёмный хлеб грубого помола, варёные яйца, слабосолёное сало и пучки зелёного лука – это всё, что предложила мне Эдме. Но простая нехитрая пища показалась едва ли не самой вкусной за всю мою жизнь.

Если раньше от сала я воротила нос, а варёные яйца, тем более с луком, казались мне гадостью, то сейчас съела всё до крошки.

– Спасибо! – выдохнула, запихнув в рот остатки.

В животе поселилась приятная тяжесть, а глаза начали закрываться сами собой.

Спать хотелось так сильно, что мне было уже все равно, где я и что со мной. Лишь бы добраться до подушки, обнять ее и уснуть.

– У меня одна кровать, – сообщила Эдме, – поэтому я постелила тебе на полу.

Она приглашающе отодвинула занавеску и осветила лампой небольшой закуток. Там, прямо на досках, ждал расстеленный комковатый матрас. Сверху лежали подушка и покрывало.

– Устраивайся, – Эдме слегка подтолкнула меня. – Завтра поговорим. Все равно одна ночь ничего не изменит. Уже ничто не изменит твоей судьбы.

Я послушно легла.

Матрас шуршал и кололся. Похоже, он был набит соломой. Но это нисколько не помешало мне провалиться в глубокий сон, едва голова коснулась такой же колючей подушки.

***

Утро началось со стона.

Даже не сразу поняла, кто стонал, пока не попробовала шевельнуться. Всё тело затекло и болело после вчерашнего бега по лесу и ночевки на жёсткой постели.

Открыв глаза, я уставилась в деревянный нависающий потолок. И почти не удивилась, увидев его. Похоже, мой кошмар затянулся.

Полежала ещё некоторое время, разглядывая комнатку.

Кровать у Эдме действительно была одна. Даже не кровать, а узкий топчан, сколоченный из нескольких досок. С таким же, как у меня, соломенным матрасом. Похоже, мой еще вчера тоже лежал на этом топчане.

В груди шевельнулось чувство благодарности. Но его тут же затмило горькое осознание: Эдме права. Никакой это не сон. Сны не длятся так долго, даже самые кошмарные. Пора признать правду. Я попала в другой мир, и у меня большие неприятности.

Моя спасительница – мой единственный источник информации. Надо разузнать у неё всё, что возможно, прежде чем уйти. А уйти мне придётся. Если то, что Эдме сказала вчера про метку – правда, то те охотники обязательно отыщут и эту избушку, и меня в ней.

Тогда и Эдме не поздоровится. Если судить по всем книгам и фильмам, которые я успела прочесть и просмотреть, злодеи всегда убивают тех, кто помогает героям.

И пусть я не герой, но не хочу, чтобы Эдме пострадала из-за меня.

Охая и ахая, я поднялась на ноги и отдёрнула занавеску.

Эдме топила печь, в которой уже булькал чугунок. Запах ароматной похлебки заставил меня сглотнуть. Желудок уже забыл о позднем ужине и громко заурчал, требуя еды.

– Умывайся и садись завтракать, – вместо приветствия сообщила Эдме, беря длинный ухват.

С его помощью она достала из печи чугунок.

Я умылась, прополоскала рот, потёрла зубы пальцем за неимением щётки, а потом села за стол.

От чугунка шел умопомрачительный аромат. Но я, помня, что время может играть против меня, заставила себя отвлечься от еды. Сначала информация.

– Эдме, эти охотники, или кто они, найдут меня здесь? – голос дрогнул, но мне нужно было знать точно, сколько времени осталось.

Женщина отвернулась к печи, словно не слыша вопроса. По её опустившимся плечам я поняла, что права. Значит, это место не такое уж безопасное, как мне показалось вчера.

Эдме молча наполнила две глубокие глиняные миски, поставила на стол, положила рядом деревянные ложки и протянула мне толстый ломоть хлеба.

Я схватила хлеб в руку, зачерпнула ложкой густого варева, от которого поднимался лёгкий парок, но, прежде чем поднести ложку ко рту, произнесла, стараясь вложить в голос максимум убеждения:

– Расскажи. Мне нужно знать, что меня ждет в этом мире и в новой жизни. Я смогу вернуться домой?

Эдме, не глядя на меня, покачала головой. Пару секунд она молчала, потом тяжело вздохнула и наконец ответила:

– Нет.

Я вздрогнула, услышав свой приговор. Рука дернулась, похлебка слегка расплескалась.

Если вспомнить самые страшные моменты моей жизни… Вступительный экзамен, когда мне попался вопрос, которого я не знала. Лихач, не затормозивший у пешеходного перехода, по которому я шла и лишь чудом успела отпрянуть. На полчаса остановившийся в тоннеле поезд метро, ещё и с погасшим светом…

Во все те моменты мне не было так страшно, как сейчас. От одного тихо произнесённого слова.

– Точно? – верить не хотелось.

– Точно, – эхом ответила Эдме, разрушая последнюю надежду. И протянула мне тряпку. – На вот, вытри стол. Теперь ты привязана к нашему миру собственной магией.

– Чем?

От удивления я даже про голод забыла.

– Магией. Думаешь, почему охотник выбрал тебя? И как именно?

– Но в моем мире нет магии!

– Это неважно. Она есть в тебе.

Я растерялась.

На ум тут же пришла вчерашняя странная сцена. Гром, яркий свет, разлетевшиеся в разные стороны маньяки и я – в колючих кустах.

– Каждый охотник натаскан, чтобы чуять даже спящую магию, – продолжила Эдме. – И чем сильнее у лейвы потенциал, тем ярче аромат ее магии. По нему он тебя и выследил. На него завязал межмировой переход. Но сначала, вероятно, следил за тобой в твоем мире, искал удобный момент, чтобы поставить метку. Для этого ему нужно было прикоснуться к твоей голой коже.

И вновь я поежилась, вспоминая вчерашнее жжение на лопатке. Сегодня оно меня не беспокоило.

– А дальше? – поторопила я женщину.

– А что дальше? Метка сработала в нужный момент и перенесла сюда. Прямо в лапы охотника.

– Это вы про тех гадов, которые вчера гонялись за мной?

– Почти. Охотник там только один. Остальные двое так – загонщики.

Я сразу подумала про брюнета. Два рыжих балбеса ну никак не вязались у меня с этим словом.

– Ладно. И зачем я им?

Эдме бросила взгляд на окно, словно ждала кого-то.

А у меня грудь сдавило от страха. Еще и метка эта проклятующая, или что оно там, зачесалась.

Я проследила за взглядом Эдме.

Полянка за окном была пуста.

Так недолго и параноиком стать.

Но женщина ощутимо подобралась. Заговорила глухим, торопливым тоном, будто боясь не успеть:

– Ешь, а то остынет. В этом мире всё зависит от магии и держится на ней. Оружие, врачевание, быт. Все! Только она оказалась конечной. Нет, магия ещё есть, и маги есть. Но только мужчины. А их дети от пустых местных женщин рождаются тоже пустыми. Когда стало ясно, что из поколения в поколение магия иссякает, Верховный Ковен решил заимствовать женщин-магов в других мирах.

– Попросту воровать, – хмуро поправила я.

Эдме поморщилась, но продолжила, не отвлекаясь:

– Тридцать лет назад король Барден издал указ об охоте на лейв – иномирных носительниц силы. И основал для них в Саартоге Закрытую Академию. Туда попадают все лейвы. Без исключения.

– А потом? Что с ними происходит потом?

– Их выдают замуж.

– Э-э-э… а если я не хочу замуж?

Мысль поступить в академию, где меня научат колдовать, была не так уж плоха. Это бы решило проблему с питанием и проживанием в этом мире как минимум. Но вот замуж… туда я пока не спешу.

– Тебя никто не станет спрашивать. В Академии лейв обучают владеть своей силой, а потом продают с “аукциона невест”. Женихи-маги делают ставки. Чем больше у лейвы магический резерв, тем выше ее цена. А в момент консуммации брака она становится пожизненным источником силы для мужа.

– Типа “вечная батарейка”? Что за бред?

Всё рассказанное напоминало дурную шутку. Но выражение лица у Эдме совсем не располагало к юмору. Даже такому неудачному.

Женщина пожала плечами, мол, не хочешь – не верь, и принялась за еду. Я последовала её примеру. Ели мы молча.

Эдме, по-видимому, пребывала в раздумьях, то и дело поглядывая в окно. А я старалась уложить в голове только что услышанное. Но оно никак не хотело укладываться. Поэтому я сосредоточилась на содержимом тарелки.

Похлебка была вкусной, хоть и необычном. Я никак не могла понять, какие приправы использовала хозяйка. Да и мысли путались, пытаясь охватить все детали рассказа.

Надо же, магия есть, но она вырождается. Маги – только мужчины. Такого и нарочно не придумаешь.

– Подожди, – вдруг вспомнила я, – вчера ты сказала, что могло все сложиться иначе. Что это значит?

Она с сожалением глянула на меня:

– Охотники ловят только чистых. Нечистая лейва не может стать источником силы для мужа.

Я непонимающе уставилась на нее:

– В каком смысле “чистых”? Мытых, что ли?

– Тех, что еще не знали мужчину.

От неожиданности я поперхнулась и закашлялась, едва не выплюнув на стол все, что было во рту. Знал бы Санька Левшин, которого я уже три раза посылала в пешее эротическое, как бы мне сейчас пригодилось его предложение!

– То есть мне всего-то надо найти мужика? – вспыхнула мысль. – И все, я стану неинтересна этим… охотникам?

– Не поможет, – тихо ответила Эдме.

Её лицо исказила мучительная гримаса, словно она вспомнила о чем-то болезненном.

– Ты уже пыталась? – догадалась я. – Ты тоже лейва? И училась в той Академии?

Эдме ничего не ответила.

Неторопливо доела суп, в то время как моя миска уже давно была пуста, и я крутилась на лавке от нетерпения.

Метка жгла все сильнее. То, что началось как легкий зуд, сейчас казалось пылающим факелом. Я закинула руку назад, пытаясь достать до нее и почесать. Но оказалось, что не могу дотянуться.

– Да что ж за напасть! – простонала, елозя больным местом по стене. – Можно как-то узнать, что там такое?

– Дай посмотрю, – нахмурилась Эдме.

Я тут же с готовностью повернулась к ней спиной и расшнуровала завязки сорочки. Затем спустила одежду пониже, оголяя лопатку и придерживая ткань на груди.

Почувствовала, как Эдме коснулась моего плеча. Затем – горящего места. И удивленный выдох.

– Что? – я едва не вывернула шею, пытаясь увидеть собственную спину через плечо. – Что там такое?

– Так странно…

– Ну скажите, что там? Все плохо?

– Нет… вовсе нет… просто…

Договорить она не успела.

Метка взорвалась адской болью, заставив меня охнуть, а с улицы донеслось знакомое ржание.

На ходу поправляя одежду, я рванула к окну.

Предчувствие не обмануло. Это был они. Те, кого Эдме назвала охотниками. И они вернулись за мной!

Я оглянулась на женщину. Эдме сидела на лавке и спокойно наблюдала за мной. Вот тогда меня осенило: она же нарочно тянула! Морочила мне голову. Ждала, пока они появятся здесь!

– Я же вам доверилась! – крикнула ей в сердцах. – Как вы могли? Обещали помочь!

– А разве я не помогла? Без меня ты бы ночевала в лесу. Голодная и холодная.

– Вот уж спасибо, утешили!

Зло дергая тесемки, я завязала ворот под самое горло. И поспешила к двери.

Если поторопиться, то еще успею сбежать.

– Успокойся и сядь.

Эдме внезапно встала передо мной.

– Бежать тебе некуда, везде найдут. Лучше смирись.

– Ага, как вы однажды смирились?

Кажется, я попала в точку. Она отпрянула, словно получив удар под дых.

– Дура! Тебя все равно поймают!

– Что ж, тогда я заставлю их побегать за мной!

Эдме еще попыталась схватить меня за запястье, но я вырвала руку и оттолкнула ее. А потом распахнула дверь и выскочила на улицу.

Чтобы столкнуться с моим кошмаром лоб в лоб.

Глава 4

– Ты?!

Арден, нагнув голову, пошел на меня. Еще и руки расставил. Но я успела проскользнуть у него под локтем.

Почти успела.

Этот гад оказался очень резвым, несмотря на свой рост и габариты. В одно мгновение развернулся на пятках и ухватил меня за кончик косы.

Дернул на себя.

Я с громким воплем полетела спиной назад. Прямо в его приветственно распахнутые объятия.

Руки охотника сжали меня стальными оковами.

– Вот и попалась! – шепнул он мне в ухо, обдавая щеку горячим дыханием.

Я задергалась, не желая сдаваться. Закричала, обзывая его в лучших традициях родного языка. Брыкалась, извивалась, пыталась дотянуться до его рук и укусить. Но все было напрасно.

Он развернулся вместе со мной и направился в дом.

А вот фигушки! Я обратно к этой предательнице не пойду! Пусть сама свой чаек допивает!

Недолго думая, я задрала ноги и уперлась пятками по обе стороны дверного проема. Благо что дверь здесь была не широкая.

– Не буянь, – охотник ругнулся. – Не хочу тебе навредить.

– Да?! – взвилась я, выкручивая шею так, чтобы увидеть его лицо. – А кто вчера меня зарезать хотел? Думаешь, я забыла?!

Он засопел, все еще стараясь засунуть меня в дом:

– Никто бы тебя и пальцем не тронул! Я всего лишь хотел связать твою магию, чтобы ты не навредила себе.

– А, так это была забота? Ну ты и гад!

Нет, в лобовую мне с ним не справиться. Слишком силен. Надо брать хитростью, пока его дружки не вмешались.

Оба рыжих кудрявчика прыгали по полянке за спиной у охотника и подсказывали, что ему делать. Но сами не вмешивались. А он молча продолжал утрамбовывать меня в дом.

Я же скрыла усмешку и заставила себя расслабиться. Даже ноги опустила на крыльцо и повисла тряпочкой в руках брюнета. Пусть думает, что сдалась.

Арден сразу повеселел. Я почувствовала это даже макушкой, хотя видеть его лица не могла. Потому что напряженно смотрела на Эдме. Женщина застыла на лавке и широко раскрытыми глазами наблюдала за нами.

Хватка охотника немного ослабла. Этого я и добивалась.

Подмигнула Эдме и, резко задрав ноги, изо всех сил оттолкнулась от косяка.

Мой противник не устоял.

Пошатнулся и на секунду разжал объятия.

Оставалось лишь вывернуться из его рук. Что я тут же и сделала. А затем от души пнула его в причинное место.

Останавливаться и любоваться, как красиво бледнеет его лицо, времени не было. Я рванула подальше от дома, мысленно подвывая от боли. Потому что мои ноги были босыми, а у этого Ардена, похоже, между ног настоящий камень!

Но долго бежать мне не дали. Два рыжих балбеса выскочили передо мной верхом на лошадях и перегородили дорогу. Сзади наступал Арден. И, судя по его лицу, которое я увидела, оглянувшись, на этот раз он не собирался быть нежным.

Я заметалась между тремя мужчинами.

– Сдавайся, лейва! – крикнул один из балбесов, кажется, тот, которого вчера назвали Олафом.

– А харя не треснет? – зло ответила я.

Внутри появилось незнакомое чувство. Будто что-то горячее, едкое, смертельно опасное зародилось в центре груди и начало разливаться по венам. Оно несло с собой странную силу. Перед ним отступили и страх, и нервозность. Я вдруг ощутила, что эти трое – никто, пыль под моими ногами.

Тело стало невесомым, как дым. Сила во мне жила своей жизнью. Она забурлила, переполняя меня от корней волос до кончиков пальцев и подсказала, что делать.

– Ландр, Олаф, хватайте ее! – рыкнул охотник. – Живо!!!

На моих губах заиграла улыбка.

Легко, будто в танце, я поднялась на носочки и развернулась. Вскинула руки. Шепнула:

– Бум!

И с моих пальцев сорвались ослепительно-белые нити.

Это было фееричное зрелище. В тот момент я напоминала себе столб с электрическими проводами, от которого во все стороны брызжут разряды. А поднявшиеся в воздух растрепанные волосы придали еще большее сходство с этим столбом.

За спиной раздались крики боли. Но я на них не обратила внимания. Сила, вырвавшаяся из моих пальцев, снесла охотника прочь. Он упал спиной в грязь. Перекатился на бок и вдруг с рычанием встал на колени.

А дальше началось что-то уж совсем фантастическое. Хотя… куда фантастичнее?

На моих глазах Арден начал меняться! Его тело ломало и выгибало, одежда с треском рвалась, и сквозь нее прорастала шерсть. Всего два моих изумленных вдоха, один испуганный ойк – и передо мной уже стоял черный волк.

Нет, волчище.

Потому что таких огромных волков в природе не существует!

И эта зверюга, рыча, пошла на меня!

В первый момент я попятилась. Наступила босой пяткой на колючую ветку и поняла, что бежать мне, собственно, некуда. Надо сражаться! Только возникла проблемка. Странная сила куда-то исчезла. Будто я использовала ее всю. Внутри образовалась дыра.

Но и сдаваться я не собиралась. А потому просто подхватила с земли длинную корявую ветку и выставила перед собой.

Наверное, со стороны это выглядело очень глупо. Но тогда у меня не было ни времени, ни желания думать об этом. Я просто крикнула, вкладывая в этот крик все отчаяние, которое охватило меня:

– Ну, давай! Попробуй схватить!

Мои слова будто стали сигналом.

Волк кинулся на меня. Прыгнул, одним махом покрывая разделяющее нас расстояние в двадцать шагов.

Миг – и я уже лежу на земле, придавленная тяжелыми лапами. С утробным рыком волк наклонил голову и обнажил клыки. А я изо всех сил зажмурилась.

Страшно стало до жути. Из-под плотно сжатых ресниц показались первые слезы.

– Хочешь съесть меня, да? – я с трудом сдержала рыдание. – Костями подавишься!

Но, вместо того чтобы есть меня, волк вцепился зубами в палку, которую я до сих пор сжимала в руках. Вырвал ее и отбросил в сторону.

– Все, Арден, давай мы ее свяжем. Я принес запечатывающие браслеты, – раздался запыхавшийся голос одного из балбесов.

Давление лап на моей груди немного ослабло.

Я открыла глаза.

Волк так и стоял, склонившись ко мне. У него были странные глаза. Черные, без белков. Разве такие глаза бывают у псовых? Или это совсем не волк?

Но главное, в этих глазах сейчас плескалась не жажда крови, а… боль.

Зверь рвано дышал. Его ребра ходили ходуном под густой черной шерстью.

Не знаю зачем, но я протянула руку и прикоснулась к нему. Ладонь стала липкой.

Волк вздрогнул всем телом. Из его пасти вырвался сдавленный звук. То ли стон, то ли хрип. А затем он просто упал.

Я не успела отпрянуть. Меня придавила огромная туша.

– Живее! – закричали балбесы один другому и суетливо забегали вокруг нас.

– Осторожно! Он ранен!

– Она задела его!

– Надень ей браслеты!

– Нет, ты надень!

– Чего я?

– А ты старше!

Не понимая, что происходит, я поднесла руку к глазам. Ту самую, которой трогала волка. Ладонь оказалась красной от крови.

Меня замутило.

Балбесы ругались, пытаясь стащить с меня зверя. А я просто потеряла сознание.

***

Мир вокруг ритмично покачивался. От этого меня начало подташнивать. Я открыла глаза и испуганно ойкнула – прямо передо мной находилось причинное место коня.

Привидится же такое!

Крепко зажмурилась на пару секунд, а потом снова открыла глаза. Картинка не изменилась.

Прислушалась к себе.

Тело подсказывало, что лежу я на животе, перекинутая через круп коня как сума переметная. И вишу вниз головой. Причем голова мерно покачивается в такт лошадиным шагам.

Попыталась пошевелиться, но смогла только глухо застонать.

– Арден, она очухалась! – крикнул рыжий балбес Олаф.

Ничего себе! Я уже различаю их по голосам.

– Снимайте.

Конь тут же остановился. И мир вокруг меня остановился вместе с ним.

Я завозилась, стараясь принять вертикальное положение. Меня ухватили сильные руки, стащили с коня и поставили на землю.

Хотела возмутиться и оттолкнуть рыжего наглеца, но вместо этого застонала уже в голос. Каждое движение причиняло невыносимую боль, а все мышцы будто иголки пронзили.

– Что вы со мной сделали? – всхлипнула я.

– Ничего, – буркнул Арден, продолжая сидеть на лошади в нескольких шагах от меня.

– Просто тело затекло, – пояснил Ландр – второй рыжик.

Это ж сколько они везли меня свешенную с крупа коня, раз у меня всё так затекло?

Не обращая внимания на мужчин и их взгляды, я начала делать гимнастику. Упражнения и растяжка – лучше нет, чтобы привести мышцы в тонус. Хорошо бы пару асан попробовать. Но, боюсь, в моём положении йога сейчас невозможна. И так пялятся как на одержимую бесами. Или кто у них тут вселяется в сумасшедших?

Я вскинула руки, чтобы поправить волосы, и только тогда заметила новые украшения.

Странные узоры оплели мои руки от запястий и почти до локтей. Сложный рисунок изображал незнакомые символы. Совершенно точно прежде они мне никогда не встречались.

– Что это такое?! – возмутилась я, потрясая руками перед Арденом.

Раз он охотник, значит, главный в этой троице.

– Это защитные браслеты. Для безопасности, – пояснил Олаф вместо него.

Арден только хмуро на меня зыркал. Словно объясняться с беззащитной девушкой было ниже его достоинства.

– Неужели моей? – съязвила я.

– И нашей тоже, – смутился рыжик.

Узоры выглядели так, будто мне в кожу впаяли тонкие серебристые нити. Они поблескивали на солнце и неприятно холодили кожу. Так что вскоре меня начала бить крупная дрожь.

– Олаф, дай ей одеяло, – произнёс, словно выплюнул, Арден, – и поехали уже. Иначе до темноты тут будем возиться.

Олаф – старший из рыжих балбесов – вытащил из седельной сумки серый плед и накинул мне на плечи. Ткань кололась и воняла отсыревшей шерстью. Но возмущаться и выкидывать ее я не стала – так было намного теплее.

Ландр, который выглядел чуть моложе Олафа, возможно, потому что ростом был ниже и не такой широкий в плечах, подвёл мне коня. Того самого, на котором прежде я лежала вниз головой.

– Садись, – велел он.

– Сам садись! – огрызнулась, даже не представляя, как заберусь на эту зверюгу.

Зверюга косила глазом в мою сторону, похрапывала и явно была недовольна нашим соседством не меньше меня.

Но Ландр не обратил внимания ни на мою грубость, ни на возмущение коня. Молча сцепил ладони и подставил мне, предлагая использовать вместо ступеньки.

Я поджала губы. Глянула на Ардена исподлобья.

– Если не хочешь идти за нами на привязи, то садись, – процедил охотник, не разжимая зубов.

Я не стала больше капризничать. Помнила, что идти босиком по лесу – то ещё удовольствие. Ступни до сих пор болели от ушибов и царапин.

Ландр помог забраться в седло и сам запрыгнул следом.

Упс…

Я как-то не ожидала, что на лошади нас будет двое!

– Это, чтобы ты не сбежала, – пояснил парень.

Я оглянулась, чтобы окатить его холодным презрением. С близкого расстояния стало понятно, что мои выводы были правильными. Рыжик выглядел самым молодым в этой компании. Кажется, даже моложе меня. Лет восемнадцать.

– Ладно, поехали, – Арден первым тронул коня.

Лошади шли не быстро.

Я немного повозилась, пытаясь устроиться поудобнее. Но вскоре бросила это бессмысленное занятие. Устроиться поудобнее не получалось.

Еще и Ландр сидел так, будто боялся прижаться ко мне. Я чувствовала расстояние между нами. И мне отчаянно не хватало чего-то твердого за спиной, на что можно было бы опереться.

Скоро от неудобного положения начала болеть поясница.

Арден ехал впереди. За ним пристроились мы с Ландром. Олаф замыкал строй, но вскоре поравнялся с нами. Ширины лесной тропинки едва хватало, чтобы наши кони двигались рядом.

– Лейва, – обратился он ко мне.

Я почувствовала, что снова закипаю.

– Что это за “лейва” такая дурацкая? Звучит как обзывательство! Меня зовут Инна. Ин-на! – повторила по слогам. – Все понятно?

– Ладно-ладно, – он улыбнулся и примирительно поднял руки. – Ин-на…

Моё имя он произнёс так, будто прислушивался к каждому звуку. И в его произношении оно прозвучало непривычно для меня. С незнакомым акцентом. Впрочем, чему удивляться. Все-таки другой мир.

– Инна, скажи, ты раньше уже здесь бывала?

– Где “здесь”? – буркнула я. – В вашем дурацком лесу?

Теперь, когда спешить было некуда, я разглядела и этого рыжика. На вид ему лет двадцать пять. Кудрявые волосы напоминают пожар и торчат во все стороны непослушными вихрами, подбородок покрыт короткой золотистой щетиной, а ресницы вокруг синих глаз длинные и пушистые как у девчонки.

Да, они точно с Ландром два брата. И цвет волос, и цвет глаз одинаковый. Еще и черты похожи.

– В нашем мире, – он упорно игнорировал мою грубость. – Ты точно уже здесь бывала.

– Не городи ерунды! Сдался мне ваш мир. Я домой хочу!

Последнее добавила плаксиво, почувствовав, как сильно соскучилась по родителям.

Но Олаф не отставал.

– Тогда как ты смогла колдовать? Вон как Ардена приложила…

Тут мы оба глянули на охотника, который ехал впереди.

После слов Олафа мне стало неловко. Я вспомнила, как из моих рук вылетали белые молнии, похожие на электрические разряды. Как Арден упал и превратился в волка.

На этом месте я зажмурилась и потрясла головой. Но образ огромного черного зверя с поднятой дыбом шерстью так и остался в моей памяти.

Я помню, как прикоснулась к нему. Его бок был мокрым и липким от крови.

Перевела взгляд на свои руки.

На правой ладони остались бурые следы. Значит, вот что это за пятна…

Начала тереть их о плед, стараясь убрать само напоминание о крови.

– Слушай, Олаф…

То, что собиралась спросить, даже в мыслях звучало дико, поэтому я глубоко вдохнула, прежде чем произнести:

– Арден правда умеет превращаться в волка?

Рыжий замялся и бросил быстрый взгляд на охотника. Я тоже посмотрела на него. Мне казалось, что Арден как-то криво сидит в седле. И все время прижимает локоть к левому боку.

– Ну да. Он же оборотень, – за спиной фыркнул Ландр.

Глава 5

Олаф кивнул, подтверждая его слова.

– Значит, оборотень, – пробормотала я недоверчиво. – Оборотень…

А потом ещё раз мысленно повторила, убеждая себя, что это не шутка.

– Оборотень-охотник. Только они могут учуять лейв и пройти между мирами, – пояснил Олаф.

– Ну и метки ставят тоже только они, чтобы притянуть вас сюда, – добавил Ландр.

– И много он… притянул?

Олаф внезапно смутился. Переглянулся с Ландром через мое плечо.

– Не знаю, Арден такими вещами с нами не делится.

– А вы с ним давно вместе… работаете? – слово далось не сразу, сначала в голове выскакивало “похищаете женщин”.

– Меньше года, – ответил парень и погрузился в свои мысли.

То ли вспоминал прошлое, то ли думал о будущем.

Я тоже задумалась. О том, что случилось со мной. И можно ли как-то всё изменить.

Я ведь не просилась сюда, не мечтала стать попаданкой. А если уж стала, то где мои плюшки? Принц, полцарства, конь, магия…

Хотя, что это я зря грешу? Конь вот он, подо мной. И магия тоже вроде имеется. Отлично помню молнии, которыми отбросила Ардена. Это было похоже на электричество, но не оно. Другая и очень мощная сила. Она была живой, мыслящей и почти управляла в тот момент моим телом. Я сама ни за что не додумалась бы атаковать трех мужчин!

Хорошо бы побольше разузнать о её природе. И как пользоваться ею – тоже.

– Олаф, а почему ты так удивился, что я смогла колдовать? Ведь Арден и выбрал меня из-за магии.

Парень странно на меня посмотрел. Будто с опаской.

– Понимаешь, – начал он, подбирая слова. Похоже, ему было непросто объяснять то, что сам он считал элементарным. – Когда новая лейва попадает в наш мир, её дар раскрывается не сразу. Ему нужна адаптация. Иногда это пара недель, иногда месяц и больше. А в тебе магия проснулась сразу. Мы с первого взгляда увидели, как ты искришься.

Внезапное осознание заставило меня выпрямиться:

– То есть вы меня ждали? Знали, что я появлюсь именно в том месте?

– Ну конечно. Мы всегда знаем, где лейву выкинет межмировой переход. Погрешность обычно не больше мили. Но ты необычная лейва, Инна. Хотя я и не понимаю, что с тобой не так.

– Хватит болтать! – рявкнул Арден и хмуро уставился на нас.

Кажется, он был против того, чтобы мы с рыжиками подружились.

Олаф сразу осадил свою кобылу и приотстал от меня. Ландр отодвинулся еще больше, как от чумной. А я, вскинув подбородок, продолжила прожигать охотника вызывающим взглядом.

Но сердиться на Ардена не получалось. В глаза сразу бросалась его неестественная бледность и глубокие царапины на лице. А ещё он действительно криво сидел, мне не показалось. Неужели я так сильно его поранила?

А разве у оборотней нет мгновенной регенерации? Так во всех книжках пишут. Или в этом мире оборотни живут по своим законам?

Арден первым отвернулся. Не забыв напоследок наградить меня хмурым взглядом.

Я гордо хмыкнула: победа за мной! А затем застыла с открытым ртом. Потому что в просветах между деревьев разглядела высокие серые стены.

– Что это? – поинтересовалась я первым делом.

Наша маленькая команда вышла из леса. Впереди возвышалась то ли крепость, то ли небольшой городок, обнесенный каменной стеной. Стена по моим прикидкам была метров десять в высоту, украшенная зубцами и небольшими башенками, из которых торчали самые натуральные пушки. А еще из-за зубцов в нашу сторону поглядывали бородатые мужики в кожаных нагрудниках и смешных металлических шлемах. У каждого шлема был высокий гребень и широкие поля, сильно загнутые сзади и спереди. Я такие видела в исторических фильмах.

– Это Медларкс – пограничная крепость, – тихо шепнул Ландр.

Арден хмуро покосился в нашу сторону, но промолчал.

– А почему пограничная? Здесь граница?

Решив, что раз охотник молчит, то не против небольшого ликбеза, младший рыжик продолжил:

– Да, этот лес – серая зона между Ранкалией и Арбадоном.

– Э-э-э… – слегка подзависла я. – А мы сейчас в Ранкалию направляемся или этот… как его…

– Нет, в Арбадон. Точнее, в его западные болота.

– И зачем нам в болота? Я еще по тем, в которых вчера была, не успела соскучиться.

– Там находится Академия.

Ага, значит везут меня в какие-то дебри? А я уж губу раскатала, решила, что моя академия, как в книжках, будет в центре столицы! И там принцы разные, балы для студенток…

Эх, опять реальность не совпадает с мечтами.

Тем временем наша компания приблизилась к воротам. Арден о чем-то переговорил со стражником, который опирался на длинную палку со странного вида лезвием на конце. Пока я ее разглядывала, в голове всплыло название: алебарда. Потом из рук охотника в ладонь стражника перекочевали несколько монет, блеснувших на солнце золотом.

– Это он ему пошлину заплатил? – догадалась я.

В книгах и такое встречалось.

– Да. А теперь сиди тихо, – буркнул Ландр и зачем-то натянул плед мне на голову.

А затем одной рукой прижал к себе. Будто боялся, что я сбегу или меня украдут.

Я пожала плечами. Тихо так тихо. Или он думает, что я сейчас закричу “на помощь, насилуют”?

Судя по взгляду, который стражник бросил в мою сторону, да еще причмокнул губами, он не спасать меня кинется, а присоединится к насильникам. Как и его два товарища. Те сидели в тени стены на перевернутых бочках и, не смущаясь, пожирали меня сальными взглядами.

Так что я решила послушаться Ландра. Нагнула голову, опустила взгляд и не издала ни звука, пока мы не въехали в крепость.

Внутри было шумно.

Большой внутренний двор, мощенный камнем, заполняла толпа народу. Здесь же раскинулся рынок, на котором шла бойкая торговля всем подряд, начиная от пирожков с пылу с жару и заканчивая лошадьми в упряжке.

Я сидела тихо, только искоса поглядывала вокруг.

Воздух был наполнен неприятными запахами. Воняло паленой шкурой, немытыми телами, брагой, навозом и неизвестно чем еще. Не удержавшись, я прикрыла нос рукой. Как они живут во всем этом?

Арден повел нашу компанию через рынок, к очередной стене. Там мы уже без пошлины прошли сквозь ворота – небольшую нависшую арку. За ней оказался еще один двор и тоже стена. Но здесь было чище и воняло не так, как на рынке. Мимо проезжали мужчины на лошадях, в шляпах с перьями и серебряными пуговицами на плащах. Шли люди, вполне прилично одетые. Женщины в чепцах и длинных суконных платьях, детишки. Один раз даже карета проехала.

Я все активнее крутила головой, стараясь ничего не упустить. А Арден вел и вел нашу компанию дальше, вглубь крепости.

Наконец он остановился возле отдельно стоящего серого здания и произнес:

– Здесь переночуем.

К этому времени вид у него совсем стал болезненный. Казалось, охотник с трудом держится на лошади.

Я окинула здание быстрым взглядом.

Три этажа, первый каменный, два верхних – из бревен. Узкие окна, двускатная крыша. Небольшое крыльцо, на котором сейчас сидел вихрастый мальчишка в штанах с заплатками на коленях и чистил горшок. Надеюсь, не ночной.

А над крыльцом на двух ржавых цепях покачивалась деревянная вывеска. Такая же серая, как и здание, потрепанная непогодой.

К моему удивлению, непонятные закорючки на ней сложились во вполне различимую надпись: “Лучшая пряная рулька от тетушки Бро!”

И, если верить моему обонянию, из окон и дверей первого этажа тянуло ароматом именно этой рульки.

Живот тут же жалобно забурчал.

Я завозилась, чувствуя, как щеки заливает румянец.

– Эй, малец, – первым спешился Олаф. – Отведи лошадей в конюшню и позаботься о них. Получишь монетку.

Он бросил вскочившему мальчишке поводья. За ним последовал Арден. Но не так грациозно как рыжик, а почти осел на землю, словно куль с мукой. Лицо охотника украсила резкая бледность, а сам он схватился за левый бок.

Третьим спешился Ландр. И выразительно посмотрел на меня.

А я что? Я – ничего. Сами сюда засунули, сами теперь и снимайте!

– Долго будешь сидеть? – прошипел Арден, прижимая локоть к левому боку.

У него мои молнии и мозги повредили? Сам догадаться не может?

– Да, решила на лошади заночевать!

– Это конь, – зачем-то поправил Ландр.

Затем, видимо, его осенило. Он протянул руки и проворчал:

– Обопрись на мои плечи и сползай потихоньку.

С горем пополам я все же оказалась на твердой земле. Но выдохнуть с облегчением не успела. Арден тут же схватил меня за запястье. Сжал так, что я даже ойкнула. А затем процедил, прожигая убийственным взглядом:

– Не вздумай делать глупости, лейва. Отсюда тебе не сбежать. А даже если сбежишь, я все равно найду и приду за тобой. Все поняла?

Он склонился так низко, что я почувствовала его дыхание на щеке. Горячее, рваное. Так не дышат здоровые люди. Наверное, сильно я его задела тогда. Но меня не мучила совесть. Нисколечко.

Так что я даже не думала отводить взгляд. Сжала зубы, дернула рукой раз, второй. Хватка на запястье усилилась.

– Что, нравится с девчонками воевать? – прошипела, не выдержав.

– Я с тобой не воюю, лейва. У меня другое задание.

– Ну конечно! Воровать женщин в других мирах!

Глаза Ардена потемнели. Если минуту назад он просто хотел убить меня взглядом, то теперь – предварительно четвертовать.

– Можешь думать, что хочешь. Можешь ненавидеть меня, если тебе от этого станет легче.

– Мне станет легче, когда ты помрешь! – выдохнула ему в лицо с накатившей злостью.

И сама испугалась своих слов. Никогда никому не желала смерти, а тут…

На губах охотника заиграла улыбка. С такой улыбкой обычно маньяки смотрят на жертву.

В следующий миг он меня отпустил и махнул рукой Олафу:

– Пошли, снимем комнату.

– Что? Одну на всех? – я потрясенно уставилась ему в спину. – Эй, извращенцы! Я с вами в одной комнате спать не буду!

– Тогда мне придется приковать тебя на конюшне, – не оглядываясь, бросил Арден.

И, судя по тону, он не шутил.

Ландр подтолкнул меня к крыльцу:

– Идем. Ночевка с нами еще не самое худшее, что может случиться.

– Ага, – тоскливо вздохнула я. – Все самое худшее уже случилось со мной.

– Ну не скажи, тебе еще повезло…

– А, так это было везение?

Язвительно хмыкнув, я шагнула через порог.

Внутри оказался довольно милый и необычный ресторанчик. Явно популярный, судя по заполненным столам. Всё было сделано из натурального дерева – столешницы, табуреты и лавки, стены, балки, поддерживающие потолок, лестница на второй этаж и перила. Даже стойка, за которой стоял огромный бородатый мужик в переднике с оборочками и хмуро смотрел на нас.

– Это и есть матушка Бро? – прошептала я на ухо Ландру.

Паренёк громко фыркнул.

Арден тут же ожёг нас взглядом, не уступавшим в хмурости бородачу.

Но Ландр склонился ко мне и шепнул:

– Это её брат, по крайней мере, они так утверждают.

– Привет, Бро, – кинул Арден бородачу, заставив уже меня сдавленно хрюкнуть. – Нам нужна комната на четверых.

– Здравствуй, Охотник, – ответил дядюшка Бро без малейшего почтения. Как равному. И этим тут же заслужил моё уважение. – Остались две одиночки для богачей. Сам понимаешь, ярмарка. Всё, что попроще, разобрали.

– Берём, – чуть подумав, согласился Арден.

И я выдохнула с облегчением. За двое суток беготни по лесу устала как собака. Если б охотник решил искать другую гостиницу, я бы застонала в голос.

– И ужин на четверых.

Глава 6

После этих слов Арден перестал казаться мне отвратительным. Определённо, в нем скрывались и положительные черты.

Впрочем, стоило нам подняться на второй этаж по скрипучей лестнице вслед за разбитного вида служанкой, подхихикивающей на скабрезные шутки рыжих братьев, как я почувствовала прежнюю неприязнь.

Девица указала на две комнаты у дальней стены. Вручила ключи: один – протянувшему руку Олафу, второй – Ардену. Пообещала вернуться позже, чтобы пожелать рыжикам спокойной ночи, и ушла.

Охотник открыл одну из комнат и пропустил меня вперёд. Как только я вошла, проследовал за мной и захлопнул дверь.

В номере находилась одна кровать, шкаф резными дверцами, неудобное на вид деревянное кресло – и больше никакой мебели. Если не считать мебелью окно с широким подоконником.

– Здесь только одна кровать! – возмутилась я.

– Конечно, это номер на одного.

– Но мы так не договаривались!

Я попыталась выскочить обратно в коридор, но это оказалось невозможным. Арден загородил мне проход, и я едва не ткнулась носом ему в грудь. Шагнула назад, избегая контакта с ним, но под колени ткнулась кровать. И я со всего размаху плюхнулась на нее.

– Как именно? – мрачно спросил охотник.

– Я не буду спать с тобой! – заявила, скрестив на груди руки.

– Ну не спи. Просто сиди молча.

Арден отозвался так равнодушно, что захотелось ещё раз запустить в него молниями.

– Я хочу поменяться на кого-нибудь из рыжих!

Хотела сказать уверенно, но голос прозвучал пискляво и жалко. Неудивительно, что охотник проигнорировал моё требование.

Он кинул сумку в кресло, затем снял плащ и бросил его сверху. Подошёл к окну, выглянул наружу, проверил, как закрываются ставни.

– Ты меня слышишь?! – его спокойствие раздражало всё больше и больше.

Комната казалась слишком маленькой для двоих. Будто Арден занимал в ней все пространство.

– Я не хочу оставаться с тобой наедине ночью. Ты должен уважать мои требования, иначе я пожалуюсь на тебя руководству.

Конечно, я блефовала. Кому подчиняются охотники, не имела ни малейшего понятия. Рассчитывала только на то, что у всех есть начальство, и его, как правило, опасаются.

Арден только кинул на меня нечитаемый взгляд. Молча склонился над своей сумкой и принялся в ней что-то искать.

– Поставь на подоконник, будет удобнее доставать, – не удержалась я, понимая, что так осторожно он двигается неспроста.

Всё же что-то ему мои молнии повредили.

Укол вины я отогнала. Сам виноват, нечего было меня похищать. Сидели бы сейчас каждый в своём мире, целёхонькие-здоровёхонькие. Я бы бабушке курицу с картошкой помогала жарить, а потом салат резать.

Тоска по родному дому смешалась со всё возрастающим чувством голода. Привалов мои надсмотрщики не устраивали, так что после завтрака у предательницы Эдме я за весь день ничего не съела.

Наверное, поэтому и была такой раздражительной. Арден, его молчание и хмурые взгляды свысока всё больше меня нервировали.

Ему что, сложно обратить на меня внимание? Ответить по-человечески.

– Арден! Не смей меня игнорировать! – я вскочила, чувствуя, как меня вновь наполняет та сила.

Её становилось всё больше и больше. Вот только выхода ей теперь не находилось.

Я начала задыхаться, беспомощно ловя воздух ртом и глядя на охотника. А он продолжал стоять ко мне спиной и рыться в котомке!

– Помоги мне, – прохрипела из последних сил.

Арден обернулся, даже не делая попытки помочь мне. В его взгляде не было ни малейшего сочувствия, только интерес. Наверное, так смотрит исследователь на лабораторных мышей, инфицированных новым вирусом.

– Я… сейчас… умру… – попыталась надавить на его совесть, если она где-то была.

Но охотник тут же опроверг её наличие.

– Не умрёшь, – он достал что-то из сумки, зажал в руке, затем неловко оперся плечом на стену. И только потом обратился ко мне: – От этого не умирают. Но будет больно, да, если не возьмешь себя в руки.

Что этот бесчувственный гад имеет в виду?

– Дыши глубоко и размеренно, – посоветовал он и добавил: – Ты должна успокоиться.

Успокоиться? Он советует мне успокоиться?!

Невидимые обручи ещё сильнее сдавил мое горло и грудь. И поняла, что сейчас задохнусь окончательно.

– Дыши! – на этот раз рявкнул Арден.

Окрик подействовал.

Я, словно по приказу, начала дышать глубоко и размеренно. Как там говорил фитнес-тренер? Глубокий вдох носом, полный выдох ртом.

Спустя несколько минут меня отпустило. И я обмякла.

– Что это было? – спросила шёпотом.

– Магия, – Арден пожал плечами и тут же скривился, но всё же продолжил: – Ей не нравится быть взаперти.

Ну понятно, мне тоже не нравится, что меня приволокли в другой мир и везут куда-то без моего согласия. Похоже, нас обеих лишили выбора.

Охотник отвернулся к окну, запрокинул голову. Я заметила, что он вылил в рот содержимое пузырька, который до этого прятал в руке. Постоял несколько секунд, почти упираясь лбом в мутное стекло, а потом скомандовал глухим тоном:

– Пошли ужинать.

Я бы с ним никуда не пошла, если бы есть не хотелось. Но с голодным желудком сильно не поспоришь. Так что пришлось смириться и топать за Арденом на первый этаж.

Правда, еще оставалась надежда, что удастся договориться с кем-то из рыжиков. Пусть вот хоть Олаф спит в комнате с охотником, а мы с Ландром как-нибудь поладим…

– Даже не думай, – прозвучал над головой мрачный голос.

– Что не думать? – я машинально вскинула голову и наткнулась на пронзительный взгляд Ардена.

Все это время охотник шел позади, будто конвоировал меня.

– Все, что ты думаешь. Даже если тебе удастся перехитрить меня и сбежать, я все равно буду идти по твоему следу. И рано или поздно поймаю. Все поняла?

Он нависал надо мной, хотя стоял всего лишь на ступеньку выше. От него веяло неприязнью, а еще слышался тонкий запах лекарств. Сейчас, когда мы стояли так близко, я это явственно ощутила.

– Да уж как тут не понять, – проворчала, отводя взгляд. – А можно отложить запугивание на потом? Мы есть, вообще-то, собрались.

– И что? – он прищурился.

– Не стоит портить друг другу аппетит.

В полном молчании мы вошли в обеденный зал. Народу здесь стало больше, чем час назад. Огонь в огромном камине полыхал, словно лесной пожар, но не только для обогрева клиентов. Знакомый мальчишка старательно поворачивал вертел, на который была насажена чья-то туша. Надеюсь, это не одна из наших лошадок…

Я огляделась.

Здесь ели, пили, стучали кружками по столу и шумели по меньшей мере пятьдесят человек.

– Эй! Сюда! – среди этого гомона раздался знакомый голос.

Ландр помахал нам из-за дальнего столика. Там же сидел и Олаф.

Арден крепко сжал мою руку. Испугался, что я сбегу? И направился к рыжикам, лавируя между длинных столов, вытянутых ног и недовольных окриков типа:

– Эй, пес, смотри, куда прешь! Совсем нюх потерял, собака?

От этих слов и без того бледное лицо Ардена стало совсем обескровленным. Губы сжались в узкую полоску, на щеках обозначились желваки, а глаза превратились в два черных провала, источающих убийственный холод.

Он так сильно сжал мою ладонь, что я зашипела:

– Мне больно!

В тот же миг хватка слегка ослабла. Я раздраженно дернула рукой, шагнула вперед и споткнулась о чью-то ногу.

Испуганно вскрикнула, понимая, что падаю, замахала руками.

Но встреча с полом не состоялась. Потому что обладатель той самой ноги успел меня подхватить.

Чужие волосатые руки сомкнулись на моей талии, а в следующий миг я поняла, что сижу на чьих-то коленях.

Все произошло очень быстро. Я даже опомниться не успела, как мне в лицо дыхнули жутким перегаром:

– А ты ничего, краля, есть, за что подержатся!

В полной прострации уставилась на говорившего.

Это был здоровый мужик с широкими плечами и бочкообразным торсом. Лохматый, с пышными усами и бородой, в которых застряли ошметки тушеной капусты. У него был нос картошкой, один глаз косил, а из расшнурованной на груди рубахи торчали кусты волос.

Мужик заметил, что я в ужасе смотрю на него, и ухмыльнулся:

– Зачем тебе этот пес, мы больше заплатим.

Вид гнилых зубов меня доконал.

Я задергалась, отпихивая его. Чужие руки на талии сжались. Одна весьма недвусмысленно поползла вниз, собираясь облапить мою пятую точку.

И тут прозвучал ровный голос:

– Отпусти ее.

Бородач посмотрел мне за спину.

– Это ты мне, пес?

– Тебе. Отпусти лейву.

Арден говорил таким тоном, будто обсуждал погоду.

Я оглянулась и умоляюще уставилась на него.

Мужик, который меня держал, гоготнул:

– Так это не просто песья подстилка! Она еще и лейва, слышали, парни?

Его товарищи, выглядевшие как бандитская шайка, весело закивали.

– Ее жизнь под охраной самого короля, – голос Ардена ни на йоту не изменился.

Неужели ему и правда все равно, что меня лапает этот косоглазый урод?!

Хотя почему должно быть иначе? Кто я ему?

– Короля здесь нет, пес, – продолжил бородач с явным презрением. – Парни, вы видите здесь короля?

– Нет, Журдель, не видим, – раздались нестройные голоса.

За остальными столами люди продолжали заниматься своими делами. Лишь некоторые с любопытством поглядывали в нашу сторону, но даже они не спешили вмешиваться. Просто наслаждались бесплатным спектаклем.

Я увидела, как вскочили Олаф и Ландр, но Арден остановил их взмахом руки.

– Ну, и что ты будешь делать? – ухмыльнулся косоглазый Журдель. – Сам знаешь, что ничего. Закон ведь запрещает разборки между оборотнями и людьми, верно? Значит, будешь стоять и смотреть?

И самым наглым образом положил волосатую лапищу на мою грудь!

Такое я уже стерпеть не могла. Рука сама взлетела, собираясь наградить негодяя ударом. Но Арден успел раньше. Он просто сдернул меня с колен урода и задвинул себе за спину.

Я и сообразить ничего не успела, как охотник с рычанием налетел на мерзавца.

Дружки Журделя повскакивали из-за стола. Сам стол с грохотом перевернулся. Во все стороны брызнули осколки посуды, остатки пищи и вонючего пойла.

Случайные зрители, те, кто сидел поближе, откинули край одежды, чтобы продемонстрировать оружие в ножнах. Остальные спокойно продолжили есть.

А Арден с Журделем катались по полу, рыча и мутузя друг друга.

– Ландр, Олаф, что вы уставились?! – закричала я. – Помогите ему!

Но рыжики не спешили двигаться с места. Только Олаф покачал головой. Все их внимание было приковано к Ардену.

– Да вы издеваетесь, что ли?!

К этому времени Арден уже оказался внизу, а Журдель с довольной ухмылкой начал бить его по лицу. Смотреть на это у меня не было сил. Я подскочила к ближайшему столу, схватила тяжелую кружку, почти вырвав ее из рук какого-то мужика, и метнулась на помощь Ардену.

Не то что бы мне было жалко его… Он ведь похитил меня…

Но уж лучше Арден, чем этот вонючий бородатый Журдель и его дружки!

– Стой! – один из них схватил меня на руку и отобрал кружку. – Не вмешивайся.

– Это еще почему? Он же его убьет!

– Сделаешь только хуже. Для оборотня нет большего позора, чем проиграть схватку. А уж если женщина полезет его спасать, то все, бедняге хоть вешайся.

– Да вы дикари! – я оттолкнула мужчину. – Будете стоять и смотреть?

– Ну почему стоять, – осклабился тот, – можно и сесть, правда, парни? Сидя-то оно намного удобнее.

Тем временем Арден успел скинуть Журделя с себя. Бородач был раза в два тяжелее охотника, но и в два раза неповоротливее. Теперь они стояли друг против друга, сжав кулаки. Оба тяжело дышали, сплевывали сквозь зубы кровь и кромсали друг друга лютыми взглядами.

– Давай, добей вонючую псину! – закричал кто-то в зале. – Сдери с него шкуру! Давно пора показать, где их место!

На лице Ардена не дрогнул ни один мускул. Только в глазах отразилась боль.

– Слышал, пес? – Журдель широко ухмыльнулся. – Народ хочет крови. Твоей.

А затем в его пальцах что-то сверкнуло.

Нож! Это был нож!

Я в ужасе перевела взгляд на Ардена.

Шум в зале внезапно стих. Будто зрители затаили дыхание.

В полной тишине скрипнул стул. Звякнула, падая на стол, горсть монет, и чей-то голос лениво сказал:

– Все, хватит! Пес, забирай свою бабу и иди, куда шел. А ты, Журдель, прогуляешься со мной в каземат.

Глава 7

Я оглянулась. Через три стола стоял немолодой мужчина в богато расшитом камзоле и абсолютно спокойно поправлял шляпу с пером. За его спиной выстроились парни с мечами и в латах.

– Господин комендант, – залебезил косоглазый изменившимся голосом, – простите, что не признал. Да что ж я такого сделал?

– Объясню по дороге. Стража, арестуйте его.

Журдель что-то канючил, пока стражники скручивали ему руки. Дружки косоглазого испарились в мгновение ока. Я даже не заметила, как это случилось, пока не осталась одна рядом с перевернутым столом. Ко мне подошел Ландр.

– Идем, – шепнул, косясь в сторону коменданта.

– Кто это? – так же тихо спросила я.

– Самый главный человек в этой крепости. Комендант Лешевр.

– А почему он вмешался? Ведь никто не хотел?

– Потому что Арден – королевский охотник. Зачем коменданту проблемы с законом?

– Ну, тому косоглазому было плевать на закон! – возразила я.

Мы с Ландром в полной тишине пересекли зал и сели за стол, где уже ждали Арден и Олаф. Причем первый даже не взглянул на меня. Второй подвинул ко мне тарелку, полную рассыпчатой каши, похожей на зеленую гречку.

– И комендант не вмешался бы, если б не нож, – вздохнул Ландр.

Я заняла место напротив Ардена. Тот сидел, опустив взгляд в тарелку, но ничего не ел.

– Они обзывали тебя псом из-за того, что ты оборотень?

Охотник скрипнул зубами, но ничего не ответил.

– Эй, я с тобой говорю, – повысила голос. – Тебя только что чуть не зарезали у меня на глазах! А потом бы за меня принялись? Я, вообще-то, на такие штуки не подписывалась!

Арден резко поднялся. Стол пошатнулся, и часть каши выплеснулась передо мной. Оборотень ожег меня ненавидящим взглядом и направился прочь.

Когда за ним захлопнулась дверь, я поняла, что все в зале, включая дядюшку Бро и двух рыжих балбесов, уставились на меня.

– Что?! – бросила раздраженно.

– Кажется, он очень зол, – тихо ответил Олаф.

– Вы посмотрите, какая цаца, – скривилась я и передвинулась на чистое место.

Аппетит пропал из-за этого дурацкого происшествия и охотника, который его спровоцировал. Но я всё равно взяла ложку и начала есть. Сколько могла, игнорировала испытующие взгляды братьев. А потом вспылила:

– Хватит на меня уже пялиться!

Рыжики послушно опустили взгляды в свои тарелки. Дальнейший ужин проходил в тишине.

Каша оказалась невкусной. Зеленоватые зёрнышки были недоварены и хрустели на зубах.

Я заставила себя съесть всё, что находилось в тарелке. Если у них тут вся еда такая невкусная, придётся привыкать. Потом выпила горьковатый отвар из глиняной кружки со свежим сколом по краю. Травы я с детства терпеть не могла, потому что много болела, и бабушка заставляла меня пить подобную гадость.

В общем, попала я не слишком удачно…

Как минимум, в кулинарном отношении.

Когда с едой наконец было покончено, я поставила ребром волнующий меня вопрос.

– Ребят, кто из вас поменяется со мной местами?

Оба непонимающе уставились на меня.

– В смысле? – спросил Олаф, видимо, по праву старшего брата.

– Один из вас должен переночевать в номере с Арденом, – пояснила я и, чуть подумав, добавила то, что, по моему мнению, должно было прояснить для них мою просьбу: – Ну не могу же я спать с мужчиной в комнате, где только одна кровать.

– А нас ты мужчинами не считаешь? – обиделся Ландр.

– Конечно, считаю, – я поняла, что ступила на тонкий лёд мужской гордости и решила подлить масла в кашу: – Вы очень смелые, сильные и мужественные.

Лица рыжиков слегка расслабились, и тогда, тщательно подбирая слова, я высказала то, что меня смущало:

– Вот по вам видно, что вы простые парни. С вами легко, как с друзьями, как с братьями. Можно договориться. А Арден этот… как морду скорчит, так сразу понятно – аристократ, и все мы для него – пыль под ногами.

Спорить с моими словами ни один из братьев не стал. И это только уверило меня в правильности подхода. Но когда я снова повторила просьбу поменяться, они дружно ответили “нет”.

– Ну и чёрт с вами, – буркнула себе под нос.

Поднялась и потопала к лестнице. Впрочем, старалась особо не спешить, чтобы рыжики не отставали. Мало ли что. Народу в зале всё ещё было немало, и многие провожали меня неприятными взглядами.

В номер я зашла, даже не попрощавшись. Всё ещё злилась на отказ.

Вот что им стоило поменяться со мной? А мне теперь нервничать из-за предстоящей ночи. Не то что бы я боялась, что Арден начнёт ко мне приставать. Хотя боялась, конечно. Но почему-то ещё боялась, что не начнёт.

Уляжется на единственной кровати, даже не взглянув на меня. И это нанесёт непоправимый ущерб моей женской гордости.

В общем, кажется, я запуталась…

В номере было довольно темно, поэтому я не сразу разглядела Ардена. Сначала мне показалось, что на кровати навалена груда одежды. И только когда она шевельнулась, я поняла, что это и есть охотник.

Или кто-то другой?

– Арден? – позвала дрожащим голосом и отступила к двери, готовясь в любой момент дать стрекача.

– Свеча на подоконнике, – глухо отозвался мужчина.

Свеча? Точно, свеча! Здесь ведь нет электричества. В зале на стенах горели факелы, а на столах стояли свечи в бронзовых подсвечниках.

Я прошла к окну, стараясь не коснуться кровати, на которой сидел Арден. У меня это получилось, хотя сиплое надсадное дыхание охотника чувствовалось очень близко. Пошарила по подоконнику и наткнулась на подсвечник, чуть его не опрокинув. Но вместо спичек или зажигалки рядом лежали непонятные и незнакомые в темноте предметы.

– А где спички? – спросила растерянно.

– Какие спички? – удивился он.

– Ну или зажигалка! – я начинала уставать от темноты и тормознутости некоторых личностей. – Надо же чем-то зажечь свечу!

Вместо ответа Арден поднялся с кровати. Это движение сопровождалось негромким стоном.

Он тоже встал у окна. Мне пришлось вжаться в стену, но мы всё равно находились слишком близко друг к другу. Его рваное дыхание щекотало мне шею. А от тела исходил жар. Может, у него температура?

Я не поняла, что именно сделал охотник. Ударил одним предметом о другой, но этого действо высекло искры, перескочившие на фитилёк свечи. От одной Арден зажёг и остальные. И я вдруг разглядела, что охотник обнажён.

Всего лишь до пояса, но даже это меня смутило.

Слишком близко. Слишком интимно. Слишком много адреналина и обнажённого тела с тугими мышцами и даже кубиками на прессе.

Я не сразу осознала, что пялюсь на Ардена. И это совершенно неприлично. Моргнула, прогоняя предательскую слабость в ногах, и вдруг заметила темную полосу вдоль его рёбер. Оттуда сочилась кровь. Она заливала его штаны.

Моргнула ещё раз…

– Насмотрелась? – раздражённо буркнул охотник и, слегка оттолкнув меня, вернулся к кровати. Уже оттуда добавил: – Тогда помоги.

– Помочь? Чем?

Я опустила взгляд и наткнулась на кровавые капли, протянувшиеся от окна до кровати.

Ох, так тот косоглазый все-таки задел его. И это моя вина.

Если бы я не выделывалась там, в зале, не пыталась держаться от него подальше, ничего бы этого не произошло.

Но когда его успели ранить? Всё случилось так быстро. Я даже не заметила, чтобы тот здоровяк коснулся охотника своим ножом.

– Надо зашить, мне неудобно самому…

Только сейчас я заметила, что на кровати стоит большая миска с мутной от крови водой, рядом лежат тряпицы с бурыми пятнами, а ещё – толстые нитки и швейная игла. Огромная такая, чуть выгнутая, с большим ушком. Похожей бабушка штопала дырки в шерстяных носках нам с братом.

И он предлагает мне этим его зашивать?!

– Я не умею… н-не смогу…

Невольно попятилась, отступая от Ардена, пока не прижалась спиной к стене. И уже оттуда наблюдала за кровавой феерией на кровати.

Арден не стал настаивать. Взял иглу, вставил в неё толстенную нить. Извернулся, отчего порез раскрылся, и кровь из раны потекла с новой силой.

Я до боли прикусила губу. И это меня отрезвило. Он же сейчас делает себе только хуже. А я стою и наблюдаю за мучениями живого человека.

Так нельзя!

– Дай сюда! – потребовала дрожащим голосом.

Села рядом с ним на кровать и протянула руку. Арден окинул меня долгим нечитаемым взглядом, а потом протянул иглу. Она была красной и скользкой от крови. Но я заставила себя этого не замечать.

Надо чем-то отвлечься.

– А как ты собирался шить в темноте? – поинтересовалась светским тоном, одновременно протыкая его кожу иглой.

Она вошла с мерзким треском. В конце вопроса пришлось повысить голос, чтобы заглушить этот звук.

– Я оборотень и хорошо вижу ночью.

– Точно, я забыла.

Второй стежок пошёл легче. И если бы не этот хруст…

– Расскажи, каково это – быть оборотнем, – попросила я, снова втыкая иголку в его плоть. – В нашем мире нет оборотней, только люди.

Он усмехнулся:

– Расскажи, каково это – быть человеком.

***

Я до последнего надеялась, что Арден, как благородный человек, уступит мне кровать, а сам ляжет… да вон хоть в кресле, хоть на коврике у дверей. Но забыла, что этот тип вовсе не человек и никогда им не был. А у оборотней, похоже, свои понятия о благородстве.

Едва рана была зашита, как этот гад буркнул:

– Туши свет, пора спать.

И самым наглым образом завалился на единственную койку.

Не то что бы кровать была узкой. Но Арден на ней занимал столько места, что мне уже лечь было негде, если только вплотную к нему.

– В смысле “спать”? – я растерянно уставилась на развалившегося охотника. – А где мое “спасибо”? Мог бы и поблагодарить!

Он даже головы не поднял.

– За что?

– За то, что помогла рану зашить!

– Так если бы не ты, то и раны бы не было.

– Ну знаешь!

Меня охватил гнев. Уже знакомая дрожь пробежала по телу, пробуждая силы, которыми я не умела управлять. На руках вспыхнули серебристые узоры запечатывающих браслетов, напоминая, что нужно срочно обуздать эмоции. Да только я не собиралась их обуздывать. Наоборот, хотела выплеснуть на одного невыносимого оборотня.

– А если бы не ты, то и меня бы тут не было! – крикнула, сжимая кулаки. – Так что в своем ранении ты сам виноват. Так тебе и надо!

В ответ раздалось рычание.

Арден резко поднялся, молча прихлопнул рукой свечу, погружая комнату в сумрак, а затем каким-то неведомым образом оказался рядом со мной.

Я и пикнуть не успела, а он уже сгреб меня за шкирку и как мешок с картошкой швырнул на кровать. Сам улегся рядом, обхватил рукой за талию и придвинул к себе, будто боялся, что я убегу.

– Эй, что ты делаешь? – я уперлась руками ему в грудь, пытаясь отпихнуть от себя. – Что ты задумал?

– Заткнись, лейва! – прорычал мне в самое ухо. – Еще одно слово – и отправишься спать на пол.

– На пол? – от изумления я даже на миг перестала сопротивляться. – Подожди, вообще-то, я девушка. Из нас двоих это ты должен спать на полу!

– Не тебе решать, что я должен. Все, спи.

Арден лежал на спине, будто железным обручем прижимая меня к здоровому боку. Не прошло и минуты, как он захрапел. А я оказалась лежащей к нему лицом, причем почти утыкаясь носом в обнаженную грудь оборотня. Он ведь так и не надел ничего, вся его одежда окровавленной кучкой валялась в углу.

Как спать в таком положении?

От мужского тела исходил будоражащий жар. А еще от него пахло чем-то необычным, но довольно приятным. Так пахнет в лесу после дождя. Озоном, свежестью, влажной листвой…

Я немного повозилась, одновременно пытаясь отодвинуться и не свалиться на пол. Храп на секунду оборвался, рука на талии сжалась сильнее.

– Арден, – взмолилась я, – отпусти! Я так не усну.

Он приоткрыл глаза. Из-под ресниц в полумраке блеснул настороженный взгляд.

– Сбежать надумала?

– Да нет же! Ну куда я сбегу вот с этим? – я демонстративно потрясла руками.

Узоры на коже мягко светились, словно прорисованные серебристой люминесцентной краской.

– Тогда что тебе нужно?

– Лечь нормально. Отодвинься от меня, мне жарко. И вообще, как можно спать в одежде и поверх одеяла?

– Хочешь раздеться? – в голосе Ардена мелькнул интерес.

– Не дождешься! – тут же буркнула я.

– Жаль. А я уже размечтался.

Пока я думала, что ответить на его издевательский тон, Арден взял мою руку. В темноте я не сразу поняла, что он делает. Только внезапно почувствовала, как оборотень прижал ее к одному из прутьев в изголовье кровати. Затем что-то щелкнуло. Я рефлекторно дернула рукой, но она не сдвинулась с места.

– Что? Что ты сделал? – задергала сильнее. – Я же сказала, что не собираюсь сбегать!

– Превентивные меры.

С этими словами он повернулся спиной ко мне, и затих.

Несколько минут я сверлила его затылок ненавидящим взглядом. Но так и правда места стало побольше. Неужели Арден позаботился обо мне? Что-то гложут меня сомнения…

А потом до меня дошло: он же лег на раненый бок! Может, ему неудобно? Предложить поменяться местами?

Хотя… чего это я должна думать о его удобствах? Он сам виноват, что все так случилось. Вот не воровал бы меня, не ставил свои дурацкие метки, тогда и сам был бы цел!

Пыхтя от накатившей досады, я тоже повернулась к нему спиной. И если раньше часть моей попы свисала с кровати, то теперь над полом торчали колени. Хорошо, что наручники, которыми он меня пристегнул, можно было свободно перемещать вверх и вниз по пруту изголовья. Я смогла кое-как улечься. Не с таким комфортом, как привыкла, но в целом довольно сносно.

Зато теперь в нос не лез его запах.

Глава 8

Утро наступило внезапно. Казалось, я только сомкнула глаза, а меня уже кто-то тормошит за плечо:

– Лейва, эй, просыпайся! Нам ехать пора!

– Инна! – буркнула я, отмахиваясь от помехи. – Меня зовут Инна! Неужели так сложно запомнить?

– Вставай быстрее, Инна, Арден не будет ждать.

– Ну и… клорх с ним!

Вот точно знаю, что хотела произнести другое слово. А вышло именно это.

Я так удивилась, что открыла глаза.

Надо мной с хмурым видом стоял Олаф.

– Что я сейчас сказала? – спросила его.

– Ты о чем?

– Клорх. Что это?

Парень смущенно почесал затылок.

– Ну… вообще-то приличные барышни таких слов знать не должны.

– Видимо, я не очень приличная, – проворчала, садясь на кровати.

Осмотрела свои запястья. Следов вчерашних наручников не было ни на одном, но я точно помню, как Арден меня пристегнул. Не приснилось же мне?

– Так что оно означает?

Олаф подозрительно покраснел и отвел глаза. Что еще больше раздразнило мое любопытство:

– Говори, не стесняйся. Если, конечно, не хочешь, чтобы я спросила у Ардена.

– Гхм… – откашлялся рыжик, становясь красивого кумачового цвета. – Клоп такой. Его укус вызывает мужское бессилие.

– Ого… – теперь уже я слегка покраснела. – Интересно, откуда я о нем знаю?

– Ну, ты же лейва.

– А это здесь каким боком?

Олаф пожал плечами, наверное, сам не знал.

Я со вздохом направилась к миске с водой, которую кто-то оставил для меня на широком подоконнике. Вода была чистой, но ледяной. Впрочем, это не помешало мне умыться. Ни мыла, ни зубной пасты я не нашла. Зато рядом с миской лежал свернутый кусок холста, видимо, заменяющий полотенце, и странного вида палочка размером с палец.

– Это что? – я покрутила ее в руках.

– Это шофта для чистки зубов.

– Хм… и как ею пользоваться?

– Нужно погрызть хорошенько. Неужели в вашем мире зубы не чистят?

Судя по голосу, Олаф искренне недоумевал.

– В нашем мире давно придумали зубную пасту и щетки для зубов, – едко ответила я.

Но кончик палочки все же сунула в рот и с опаской надкусила.

К моему изумлению, из палочки вытекло что-то вроде смолы. Густой, освежающей, с ярким анисовым вкусом. По цвету и консистенции она напоминала сосновую живицу, а еще пенилась, когда смешивалась со слюной.

– Хм… неплохо, – пробубнила я с набитым ртом, уже активнее грызя шофту.

Она не только выделяла сок. Ее разгрызенный кончик превратился в подобие жесткой кисти, которой можно было почистить зубы.

– Эй, ты там не увлекайся, – поспешно предупредил Олаф. – Этой шофты должно хватить на все время пути.

– А сколько нам еще ехать?

– Три дня.

Со вздохом я сплюнула в таз ароматную пену. Прислушалась к себе. Да, так явно стало лучше. Словно чистка зубов загадочной шофтой взбодрила меня не хуже, чем чашка эспрессо.

Собрав вещи, мы спустились в обеденный зал, где уже ждали остальные члены нашей компании.

В зале было довольно людно, хотя за окном только-только занимался рассвет. Я опустилась на лавку, принципиально не глядя на Ардена, молча придвинула к себе кусок хлеба и сыр, заглянула в кувшин. Там плескалось что-то вроде вчерашнего травяного отвара.

– Как спалось? – заулыбался Ландр, едва увидел меня.

– Отвратительно!

Спрятавшись за большой глиняной кружкой, я бросила беглый взгляд в сторону оборотня.

Тот даже бровью не повел. К нашему приходу он успел позавтракать и сейчас просто сидел, о чем-то задумавшись. Лицо его выглядело осунувшимся, черты заострились, а щетина на подбородке стала длиннее.

Правда, к моему разочарованию, небритость совершенно не портила его. Наоборот, придавала некий шарм. И мне неприятно было осознавать, что Арден хорош собой.

– Готовы? – он внезапно поднялся. – Тогда идем. Надо до вечера попасть в Заорасту.

Парни вскочили, будто только и ждали сигнала.

– Эй! – я возмущенно указала на бутерброд в своих руках. – Я ем вообще-то!

– Вообще-то, последние десять минут ты пялишься на меня, – Арден ухмыльнулся, демонстрируя идеальный прикус. – Так что доешь по дороге.

Пришлось подчиниться, мысленно пожелав оборотню, чтоб его искусали те клорхи.

***

Как же я ненавижу верховую езду!

Ненавижу каждой мышцей, каждым суставом и косточкой.

К обеду я разваливалась на куски. Но жестокий оборотень даже не думал обращать внимания на мои просьбы о привале. Тогда мне пришлось прибегнуть к угрозам.

– Если мы немедленно не остановимся, я сама это сделаю. А вы можете ехать дальше без меня!

Угроза получилась так себе, потому что за последние полчаса я уже несколько раз пыталась остановить свою лошадь. Но она никак не отреагировала на мои старания.

Арден, ехавший впереди, даже не оглянулся, хотя эта угроза предназначалась ему. Олаф лишь сочувственно на меня посмотрел.

А Ландр придержал своего коня, чтобы поравняться со мной, и поделился наболевшим:

– Когда Арден в таком настроении, с ним лучше не спорить.

– А кто спорит? – я пыталась петушиться, но поглядывала на оборотня с настороженностью. Всё же братья дольше с ним знакомы, успели изучить. – А как ты узнал, что он именно в “таком”, – показала кавычки пальцами, – настроении? Вроде спина как спина, ничего особенного.

– Смотри, – Ландр склонился ко мне.

Ему явно было скучно. К тому же, как я поняла, мы с ним примерно одного возраста. Может, потому между нами сразу установились почти дружеские отношения.

– Видишь, как напряжённо он держит спину? И при этом чуть заваливается на бок?

Я пригляделась. Да, Арден сегодня сидел ровнее, чем вчера, но лёгкий крен всё же был заметен. Если хорошо присмотреться.

– Раньше, когда он получал рану, то просто уходил в лес, оборачивался и возвращался уже здоровым. А сейчас едет с нами, ни разу в сторону не отошёл. Тут у меня два варианта.

– Какие?

Не хотелось признаваться даже самой себе, но всё, что касалось оборотня, меня интересовало.

Разумеется, то было самое обычное любопытство. И ничего более!

– Либо он так сильно боится, что ты сбежишь, что не может тебя оставить даже на минуту. Даже под нашим присмотром.

– Либо? – полюбопытствовала я.

Ведь сразу было понятно, что ни Ландр, ни я в первую версию не верим. На мне всё ещё есть метка Ардена, плюс запирающие магию браслеты. А ещё я не такая дура, чтобы сбегать в незнакомом лесу. Думаю, тут встречаются звери пострашнее оборотня. С ним я уже провела целую ночь в одной кровати и до сих пор жива-здорова.

– Кажется, он не может обернуться, – вздохнул Ландр так печально, словно речь шла о неизлечимой болезни.

– И что? – не поняла я.

– Для оборотней нет ничего хуже, чем быть запертым в одной ипостаси. И если это ты повредила ему контуры сущностей… – рыжик произнёс это замогильным голосом, будто рассказывал страшилку.

Но я, вместо того чтобы проникнуться, рассердилась.

– А мне, значит, никто ничего не запирал? – потрясла перед его лицом запястьем с серебристым узором. – Может, мне ещё перед ним извиниться?!

Ландр сарказма не разобрал.

– Вряд ли это поможет, – издал тяжкий вздох и с трагическим видом добавил: – Будем надеяться, что способности к нему вернутся.

Я не успела ничего ответить, потому что Арден громко объявил привал.

С лица Ландра тут же сошло траурное выражение. Его брат первым спрыгнул на землю и привязал своего жеребца к молодому деревцу.

Сам Арден бросил поводья старшему рыжику и исчез в зарослях.

А вот мне пришлось гораздо сложнее. Казалось, обо мне все забыли и предоставили самой себе. Кое-как я сползла на землю. Но на ногах устоять не сумела, так и осела кулем на прошлогоднюю траву.

Ландр забрал мою лошадку, отвёл к остальным и надел ей на морду торбу с овсом. Животные с аппетитом жевали свой обед. Эта картина вызывала во мне зависть и бурчание в желудке. Поэтому я перевела взгляд на середину полянки, где рыжики споро соорудили костёр.

– Эй, лейва, сходишь за водой? – Олаф махнул мне котелком. – Река в ста шагах вон за теми деревьями.

– Инна, меня зовут Инна, – привычно проворчала я и, кряхтя как столетняя бабка, поднялась на ноги.

– А волшебное слово сказать слабо? – буркнула, забирая котелок.

– Я не маг, – удивился он. – Чего ты от меня хочешь?

– Элементарной вежливости, – скорчила ему рожу и направилась в указанную сторону.

Реку я почувствовала ещё до того, как увидела. От воды тянуло свежестью. Сразу вспомнилось, что вчера никто и не подумал позаботиться о моей гигиене. К тому же сегодня я уже несколько часов провела в седле. Поэтому несло от меня так же, как и от моей лошади.

Но мысли искупаться пришлось отмести. Река была мелкой, скорее, большой ручей, но с каменистым руслом. Бурное течение омывало разномастные булыжники, усеивающие дно и во многих местах поднимающиеся над водой. Меня тут просто снесёт и размажет по камням.

Я нашла достаточно пологий спуск, набрала в котелок воды и уже направилась назад. Как вдруг моё внимание привлекло что-то необычное, нечто, нарушающее пейзаж.

Я отклонила высокие стебли растения, похожего на камыш. От увиденного у меня похолодело в груди.

Оказывается, в полусотне шагов вправо отлогий берег образовывал песчаный пляж. Если бы я прошла чуть дальше, то вполне могла бы искупаться. Там русло было ровнее, да и изгиб речушки образовывал тихое место.

Только пляж был уже занят.

На песке стоял обнажённый Арден. Стоял на четвереньках, боком ко мне… И при этом очень странно извивался, то припадая к самой земле, то выгибая спину колесом.

Я остолбенела от нахлынувшей жалости.

Левый бок мужчины, повернутый ко мне, от бедра до подмышки был лилово-синего цвета. Я никогда прежде не видела такого огромного синяка. На фоне светлой повязки, под которой пряталась рана, он выглядел ещё более ярким и жутким.

Из-за шумящей воды Арден меня не слышал и продолжал свои странные движения, похожие на какой-то безумный танец. Было видно, что ему больно. Он почти рычал, но не останавливался.

И вдруг я поняла. Кажется, я вижу именно то, о чём говорил мне Ландр – Арден пытается превратиться.

Но, похоже, у него ничего не выходит…

И в этом есть доля моей вины. Это ведь я сначала оприходовала его своей магией, а потом он еще и ножом в больной бок получил, тоже из-за меня.

Внезапно Арден замер, словно что-то почуяв. А затем повернулся в мою сторону и грозно рыкнул:

– Убирайся отсюда, лейва!

Я не стала спорить или требовать, чтобы он звал меня Инной. Подобрала котелок и бросилась к лагерю.

Но вид голого Ардена продолжал стоять у меня перед глазами, даже когда я вернулась к костру. От этого было жутко неловко и жутко любопытно.

Надо признать, что прежде голых мужиков я видела только в кино и на фото “для взрослых”, но как-то не заостряла на них внимания. И без этого было чем заняться.

Но теперь…

Я потеряла покой.

Хотелось еще хоть разок увидеть Ардена без одежды. Утолить свое любопытство.

А этот противный оборотень даже не смотрел в мою сторону!

К лагерю он вернулся, когда мы уже поели. Правда, я так боялась его появления, что мне кусок в горло не лез.

Никак не комментируя мой поступок, Арден приказал собираться. Сказал, что проверит дорогу, запрыгнул на коня и исчез.

Глава 9

Рыжики без возражений принялись складывать наш бивуак. А у меня все валилось из рук от волнения. Я случайно увидела то, что не было предназначено для моих глаз, и теперь каждой клеточкой чувствовала, что это еще не конец. Арден не простит мне этой случайности. И ведь не подойти к нему, не объяснить, что я не хотела, не следила за ним нарочно. Ну… так получилось!

А впереди, между прочим, еще две совместных ночевки, и они меня пугали больше всего.

К вечеру на пути показалась небольшая деревенька. Арден уже ждал нас в ней. Как оказалось, он приехал за час до нас, переговорил со старостой и снял за пару монет место на сеновале. К куче пахучего сена прилагался запах навоза, мычание телят, крынка молока, десяток вареных яиц, пучок зелени и каравай свежего хлеба.

Эту ночь мы спали все вместе, забившись в сено по самое горло. В раскрытое окно сенника светил яркий месяц с острыми рожками. За ним бледной тенью виднелся второй. Будто отражение. Это стало еще одним аргументом, убедившим, что я не дома, и снова накатила тоска.

Олаф и Ландр легли по обе стороны от меня, Арден – с противоположной стороны копны. На этот раз приковать меня было не к чему, но он быстро нашел альтернативу и, не мудрствуя лукаво, соединил наши с Олафом руки.

– Потерпишь, – коротко рыкнул в ответ на возражение, застывшее в глазах парня.

– Не волнуйся, приставать не буду, – едко бросила я, когда Олаф с досадой подергал наручники.

– Да я не волнуюсь…

– Олаф, ты смотри, руки не распускай, – гыгыкнул Ландр, явно довольный, что это не его ко мне приковали, – а то еще жениться придется.

– Храни меня Аруя! – тот передернул плечами. – Жениться на лейве?!

– Что за Аруя? – тут же влезла я. – И чем тебе это лейвы не угодили? Вы же их ловите, чтобы выдавать замуж за магов. Разве нет?

– Аруя – это такой остров в небе. Туда попадают души праведников и там по преданию вершатся все судьбы нашего мира, – пояснил Олаф, хмуро поглядывая на брата. – А ты не ржи, завтра тебе с ней спать.

– Инна, не обижайся, – Ландр улыбнулся мне. – Но из людей никто не рискнет жениться на лейве.

– Это еще почему?

Он внезапно покраснел и отвел взгляд:

– Ну… тебе в Академии объяснят.

– А почему не сейчас?

– Это очень деликатная тема, – помог Олаф застеснявшемуся братцу.

А меня разобрало любопытство.

– Так, говорите сейчас же! А то я вам спать не дам.

Все это время мы переговаривались шепотом, не желая тревожить Ардена, который, видимо, спал, так как с его стороны не было слышно ни звука. Но последнюю фразу я сказала громче обычного.

Парни тут же зашикали на меня:

– Тише! Ладно, скажем, вот прицепилась.

– Когда Аруя соединяет мужчину и женщину, она соединяет их ауры, – первым начал объяснять Олаф. Причем с подозрительно страдальческим видом. – Так маг получает силу от своей жены-лейвы. А обычный человек просто сгорит, понимаешь? Ему нельзя быть с лейвой.

– Подожди, в каком смысле “быть”? – меня накрыло смутное подозрение. – Это вы про секс, что ли?

Похоже, слово из четырех букв им ничего не сказало. Они недоуменно переглянулись и вновь уставились на меня, ожидая подсказки.

– Ну, простому мужику нельзя спать с лейвой? – перефразировала я. – Заниматься любовью? Сно…

– А ну, заткнулись! Все! – раздался со стороны Ардена злобный рык.

Я невольно втянула голову в плечи. Парни тоже синхронно нырнули в сено по самые макушки. Больше никто из нас до самого утра не посмел издать ни звука. А на рассвете, позавтракав, мы продолжили путь.

***

Спала я плохо. Не привыкла к ночевкам в сене, да еще когда с двух сторон шумно дышат, ерзают и пышут жаром два взрослых парня. К тому же новые знания не давали покоя.

Это что же получается, раз я лейва, то в этом мире смогу быть только с магом? Не то что бы я хочу вообще с кем-то быть, в данный момент вот совсем не хочу. Но если не найду возможность вернуться домой (а надежда еще теплится в груди), то придется искать свое место здесь. И в перспективе хочется встретить своего человека.

А теперь получается, что человек мне не светит? Даже не знаю, радоваться или нет.

Хотя один плюс в этом есть! Можно не бояться, что меня изнасилуют какие-нибудь отморозки. Если только они не окажутся магами.

К полудню меня начала мучить не только боль в натертых бедрах, но и мысль, что надо бы извиниться перед Арденом. Я слышала, как ночью он несколько раз поднимался и уходил. Видимо, пытался обернуться, но так и не смог. С каждым часом нашего пути он становился все угрюмее и нелюдимее, и находиться рядом с ним было просто невыносимо. Даже парни боялись задеть его лишний раз.

Так в полном молчании мы остановились на обед в придорожных кустах. И снова Арден исчез в лесной чаще, ничего не сказав.

Впрочем, слова были лишними. Мы прекрасно понимали, что происходит. Я видела, как Олаф и Ландр проводили оборотня тревожными взглядами. Но, когда захотела поговорить об этом, они тут же сослались, что очень заняты, и оба сбежали.

Я осталась одна. Пожала плечами, села на кочку и вытянула гудящие ноги.

Сверху светило солнышко, в лесу пели птички, и в целом картинка была идиллической, если бы не факт моего незаконного похищения. Но я решила на время забыть об этом и наслаждаться моментом. Подумала немного и легла на спину, подставив лицо теплым лучам. А потом и глаза закрыла.

Будем считать, что это моя компенсация за бессонную ночь.

Слева и справа долетали приглушенные голоса и хруст валежника. Это рыжики бродили поблизости, переругиваясь вполголоса и собирая хворост.

Ардена не было слышно. Но стоило подумать о нем – и мое сердце предательски защемило. Бедный. Он же, наверное, опять стоит голый на четвереньках, с этой ужасной раной в боку, и пытается превратиться в волка. Даже жалко его в какой-то степени. Хотя…

Сам виноват!

Я живо откинула всякие мысли о жалости к охотнику.

Да, не могу ненавидеть его, как ни пытаюсь. Но и простить то, что он сделал со мной, тоже не могу.

Что ж, пусть все случившееся послужит ему уроком. В следующий раз трижды подумает, прежде чем похищать кого-то еще!

Что-то заставило меня насторожиться.

Я не поняла, что именно, только напряглась инстинктивно и вслушалась в окружающую тишину.

Да, тишину! Все звуки исчезли. Беззлобное переругивание братьев, хруст сухих веток, пение птиц – не было ничего. Вокруг меня воцарилась абсолютная и оттого пугающая тишина. В ушах появилось неприятное чувство давления.

А потом чья-то тень упала на мое лицо и заслонила от солнца.

Внутренне обмерев, я открыла глаза.

Надо мной нависала знакомая рожа. Косой глаз смотрел в сторону, здоровый – в упор на меня. Под взлохмаченной бородой чмокнули блестящие, будто смазанные жиром губы, открывая гнилые пеньки.

– Журдель… – машинально брякнула я.

– Надо же, не забыла, – ухмыльнулся он от уха до уха. – А я так и знал, что мы еще встретимся, лейва!

– Ты что, следил за нами? – голос предательски дрогнул.

Я понимала, что ничего хорошего от этого типа ждать не стоит. Его гадкая усмешка обдала меня гнилостным запахом съеденного вчера чеснока.

– Какая догадливая краля. А теперь поднимайся, только тихо, без шуток.

– Помогите! – пискнула я, наконец-то сообразив, что нужно позвать на помощь.

Мне никто не ответил.

По ощущениям мой голос никуда не ушел. Звуки остались рядом со мной и просто заглохли, будто кто-то накрыл их одеялом.

– Что за ерунда? – удивленно прислушалась.

– Нравится? – снова ухмыльнулся Журдель и, схватив меня за руку, вздернул на ноги.

Он не церемонился, поэтому запястье обожгло болью. Я зашипела, но мужик не обратил на это ни малейшего внимания.

– Называется “Полог тишины” – магическая штучка, – снизошёл он до пояснения, прежде чем потащить меня с полянки.

– Какой ещё полог? Что тебе нужно? Куда ты меня тащишь? – закричала я, пытаясь вырвать руку и притормозить.

Но Журдель уводил меня прочь от стоянки.

Поскольку похититель упорно молчал и ухмылялся, я начала отчаянно сопротивляться. Упёрлась обеими пятками в землю и приложила весь свой “бараний”, как говорила бабушка, вес. Но это не помогло.

– Отпусти! Пожалуйста! – я задергалась, чувствуя, как накатывает паника.

Это сработало. Журдель замешкался. Правда, ненадолго, только для того, чтобы проворчать:

– Другая бы уже “спасибо” сказала! Я, может, спасаю тебя.

– Не надо меня спасать! Мне и здесь хорошо!

– Вот глупая! – он вздохнул, явно удивляясь моему упрямству. – Ты что, не знаешь, куда тебя охотник везет? В Академии таких, как ты, продают с аукциона тому, кто больше заплатит. А я нашел тебе достойного мужа.

– Это ты о себе, что ли? – я вытаращила глаза и начала сопротивляться с тройным упорством. – Не нужен мне муж! Я еще молодая!

– Все, молчи, отвлекаешь, – Журдель потащил меня дальше в лес.

Но теперь хоть стало ясно, что он задумал.

– Ты хочешь забрать меня себе?! Не стоит, Журдель, ты умрёшь! – поделилась новым знанием.

Мой похититель раскатисто захохотал.

– Ой, насмешила, лейва, – он вытер выступившие слёзы кистью, обмотанной засаленной тряпкой. – Я с тобой не лягу за все золото мира. Думаешь, не знаю, чем это кончится?

– Тогда зачем я тебе?

Во мне всё не гасла надежда достучаться до разумной части Журделя. Должен ведь у него где-то быть разум! Или не должен?

– Ничего личного, крошка, – снова усмехнулся он, обдав меня новой порцией прелой вони. – Такие, как ты, дорого стоят, а я знаю тех, кто готов платить двойную цену! А теперь заткни свой прелестный ротик, пока я тебе в него затычку не вставил!

Последнее было сказано таким тоном, что я невольно подавилась словами, которые уже вертелись на языке.

– Вот и умница, – констатировал мой похититель.

А затем поволок меня прочь с еще большим рвением. Явно в мыслях уже подсчитывал деньги, которые собирался на мне заработать!

Сила была не на моей стороне. Пришлось подчиниться. Покидая полянку, я с тоской оглянулась. Никто не спешил мне на помощь, никто не звал меня, не искал.

Я даже не знала, печалиться по этому поводу или нет. Конечно, Журдель не лучший вариант, да и к рыжикам я привыкла. Но, если честно, перспектива стать пленницей академии, а потом – батарейкой для неизвестного мага мне тоже не нравилась.

Впрочем, тащил он меня недолго. Вскоре я увидела трёх лошадей и двух всадников в сёдлах. Судя по тому, что никто из них не спешился, они не собирались здесь задерживаться.

Значит, меня снова похитили. На это раз у других похитителей.

От абсурдности ситуации я даже хихикнула.

– Веселишься, значит? – тут же насторожился Журдель.

– Ага. Похитители похитили похищенное у похитителей, – выдала я глубокомысленное заключение и захихикала громче.

У меня начиналась истерика.

– Заткни ее, – лениво бросил один из всадников.

В тот же миг Журдель исполнил приказ. Затолкал мне в рот вонючую заскорузлую тряпку, да еще и обвязал ее плотно вокруг лица. А когда я попыталась содрать с себя ненужное украшение, сбил с ног, придавил коленом к земле и ловко связал мне руки за спиной. В его действиях чувствовался опыт. Видимо, не первый раз людей похищает.

Я замычала, вращая глазами. На самом деле это были проклятья и ругань, но мужчины не обратили внимания. Журдель перекинул меня через круп свободной лошади, сам вскочил в седло, и мы тронулись в путь.

Все мое похищение заняло не больше минуты.

Глава 10

Лошадь явно давно не мыли. Мне в нос шибанул резкий запах пота. Чтобы меня не вырвало, я отвернулась. Взгляд упал на всадника, который пристроился сзади.

Рожа у него была такая же бандитская, как у Журделя. Сразу видно, из одной шайки – оба лохматые, бородатые, не имеющие понятия о гигиене. В грязной рваной одежде. Как ни напрягалась, не смогла вспомнить, был ли этот тип с косоглазым в таверне или нет. Его рябое лицо тяжело не заметить!

Насладившись видом, я повернула голову в другую сторону. Теперь мне был виден круп лошади, следующей перед нашей, и спина ее всадника. Он ничем не отличался от своих подельников.

Действовали эти мерзавцы слаженно. За несколько минут скачки через чащу они не перемолвились ни словом. Но двигались почти синхронно. Если поворачивал тот, что ехал впереди, остальные в ту же секунду повторяли его манёвр.

Это короткое время показалось мне истинной вечностью. Потому что моё лицо то и дело тёрлось о потную шкуру лошади, а живот бился об ее позвоночник. Казалось, я насквозь пропиталась едким запахом пота. И теперь от меня несет так же, как от Журделя.

Чем больше мы удалялись от полянки, тем тоскливее становилось на сердце. Я внезапно обнаружила, что первые похитители мне нравятся больше вторых. Рыжики так не воняли, обращались деликатно, да и поговорить было с кем. Эти же продолжали меня игнорировать.

Наконец скачка закончилась. Бандиты остановились и спешились. Меня без церемоний стащили на землю.

Я замычала, требуя, чтобы меня освободили от кляпа и руки тоже развязали. Но никто даже не посмотрел в мою сторону.

Кое-как поднялась на ноги и огляделась.

Здесь была оборудована стоянка. Посреди небольшой прогалины горел костерок. Рядом лежало кривое бревно, к которому я тут же заковыляла, в надежде присесть и отдышаться. Со всеми этими похищениями от меня скоро останется один большой синяк.

А у самых деревьев стоял шалаш, крытый лапником. Я сперва его не заметила, но оттуда вышел ещё один человек. При виде него все мои прежние неприятности показались цветочками. В то время как это была настоящая ягода.

От мужчины веяло чем-то жутким. Я вздрогнула, почувствовав, как по коже побежал неприятный мороз.

Незнакомец был молод, высок, широк в плечах, в черной, расшитой серебром одежде, и даже мог считаться красивым, если бы не выражение лица – надменное и циничное.

Этот человек смотрел так, словно считал весь мир заведомо ниже себя. Возможно, у него были на то причины. Мне не хотелось в них разбираться.

Мне хотелось немедленно убраться из поля его зрения. Исчезнуть. Даже угрюмый оборотень стал казаться лапочкой по сравнению с этим типом. Определённо, я предпочла бы остаться с Арденом.

Жаль, меня никто не спросил.

Мужчина окинул меня придирчивым взглядом с головы до ног и обратно. Медленно так, смакуя. Словно оценивал покупку.

Неужели это и есть заказчик второго похищения? От этой мысли мне стало дурно. Лучше бы он оказался посредником.

Но его первые слова убили надежду:

– Хорошая лейва, сильная, то, что мне нужно. Не расседлывайте коней. Фар Дассаль! – он обернулся к другому мужчине, который показался из шалаша следом за ним. – Все готово к обряду?

Тот был небольшого роста, довольно упитанным, а его длинное темное одеяние с капюшоном подозрительно смахивало на рясу средневекового монаха. Даже четки на шее имелись. В них чередовались крупные черные и белые бусины.

– Да, господин маг, – поклонился Дассаль.

Господин маг ухмыльнулся и крепко схватил меня за подбородок:

– Ну что ж, поздравляю. Осталась одна формальность – и твоя сила, лейва, станет моей!

Я отпрянула от него. Со связанными за спиной руками это было непросто, ведь любое резкое движение грозило уронить меня наземь.

– М-м-м! – промычала, что должно было означать “подождите, что происходит?!”

– Журдель, Гашмар, отведите лейву в шатер, – маг щелкнул пальцами. – Заодно засвидетельствуете наш брак.

Названные бандиты ухватили меня под мышки и поволокли в сторону шалаша. А я задохнулась от возмущения: брак? Так Журдель не шутил? А как же спросить согласия у невесты?

– М-м-м! – замычала я громче, упираясь ногами в дерн.

И в этот момент под лопатку что-то кольнуло. Спину и грудь пронзил резкий жар. Будто изнутри огонь полыхнул, и я вся на мгновение засветилась.

– Что это? – насторожились бандиты, невольно отпуская меня.

Я по инерции шлепнулась на пятую точку. Хорошо, что земля здесь покрыта травой.

– Цвергова мать! – рыкнул маг. – Живо, тащите ее в шалаш! Фар Дассаль, начинайте обряд, у нас нет ни минуты! Охотник уже идет!

Так Арден меня не бросил?

Услышав, что он где-то поблизости, я воспряла духом. Разбойники попытались меня схватить, но я начала извиваться ужом на земле и пинаться. В конце концов, руки у меня были связаны, а кляп во рту не давал заорать. Я лишь надеялась потянуть время, пока Арден меня спасет.

Только все пошло не по плану.

Я умудрилась пнуть Журделя в живот, а рябого, по имени Гашмар, прямо в челюсть. Но это были все мои достижения.

Маг направил руки в мою сторону. Из его пальцев выстрелили тонкие серебристые нити и опутали меня, словно паутина. Только эта паутина впиталась в одежду и кожу, полностью обездвижив меня. Теперь я могла лишь вращать глазами и мысленно сыпать проклятиями.

– Поднимите ее! Чего встали, олухи! – заорал маг на бандитов, явно теряя терпение.

Нервничает – это хороший знак. Значит, мое спасение близко.

Бандиты подскочили от его вопля, схватили меня в охапку, причем один – ноги, а другой – плечи, и потащили в сторону шалаша. Сопротивляться я не могла. Тело было словно чужое.

Так я впервые испытала на себе действие чужой магии и почувствовала себя до безобразия беззащитной. Это было такое омерзительное, противоестественное чувство, что я поняла, почему Арден злился на меня. Он ведь наверняка испытал то же самое, когда я ударила по нему магией.

“Я извинюсь! – тут же клятвенно пообещала себе. – Извинюсь перед ним! Пусть только спасет меня. Арден, где же ты?!”

Разумеется, мне никто не ответил.

Журдель и Гашмар втащили меня в шалаш и бросили на охапку еловых лап, прикрытых попоной.

– Фар Дассаль, начинайте, – следом вошел маг.

Он остановился надо мной, расставив ноги и заложив руки за спину.

– Гхм… – откашлялся фар Дассаль. Немного позже я узнаю, что фар это не имя, а сан. Так что мои подозрения насчет монашеской рясы были не беспочвенны. – Маркиз Антюэр Люссор Вальсобьерри, берете ли вы эту лейву в законные жены?

Ого, мне целый маркиз достался! Да я гордиться должна, не иначе.

– Да, – ответил этот маркиз так, словно плюнул.

Судя по его виду, он явно не рад был женитьбе. Смотрел на меня с таким презрением, точно я грязь под ногтями. Я же в свою очередь изо всех сил таращилась на него и попыталась убить глазами. Разумеется, безрезультатно.

– Готовы ли вы разделить с ней судьбу, тело и душу, дабы вместе идти по дороге жизни, пока смерть не разлучит вас?

– Согласен. Давай уже, обручай нас!

– Одну секундочку, господин маг.

Фар Дассаль снял с шеи свои странные четки.

– Мне нужны ваши руки, – сказал он, с сомнением посмотрев на меня. – Левые.

Интересно, а меня, значит, ни о чем спрашивать не будут? Странная свадебка. Или в этом мире так принято – лишь бы жених был согласен.

– Журдель, развяжи ее, – бросил маркиз.

Косоглазый слегка побледнел. Видно, вспомнил, как я его пнула.

– Не бойся, – поморщился женишок. – Она еще полчаса не сможет шевельнуть даже мизинцем.

Вот гад! А я-то ждала, что с минуты на минуту это странное оцепенение пропадет!

Ну ладно. Арден, где ты там возишься? Поторопись!!!

Осмелев, Журдель приблизился ко мне, нагнулся и перевернул на живот. Чувство беспомощности пронзило меня. Зато я почувствовала, как ослабла веревка на моих запястьях. Это было приятной мелочью.

– Подними ее руку! – приказал маг.

Этот мерзавец исполнил приказ. Когда моя рука оказалась вытянутой перпендикулярно телу, маг схватил за нее. Я ощутила его прикосновение – холодное, липкое, и если бы могла, то передернула бы плечами. Пальцы у маркиза оказались ледяными, словно у трупа.

Он ухмыльнулся. Видимо, отвращение отразилось у меня на лице.

– Замечательно! – пропел фар Дассаль. – Вот так и держите!

Он живо накинул четки на наши руки, обмотал бусинами от кончиков пальцев и почти до локтя, а затем прикрыл глаза и заговорил нараспев. Но теперь я не понимала ни слова. Это был странный язык, почти без согласных, лишь гласные звуки разной тональности. Казалось, он повторяет одни и те же слова, но на разный манер.

Нет, одно слово, которое повторялось чаще других, я все же узнала.

Аруя…

Небесный остров, где вершатся судьбы живых.

А потом четки вдруг засветились…

Сначала черные бусины. Они вспыхнули все вместе одновременно, едва не ослепив меня алым сиянием. К ним по одной стали присоединяться белые бусины, но вопреки моим ожиданиям их свет был голубоватым.

Я присмотрелась.

Если в первый момент мне показалось, что эти бусины деревянные, то теперь стало ясно, что они выточены из камня. Белый мрамор и черный мрамор? Хм… может быть.

А светятся почему?

Словно в ответ на мой молчаливый вопрос, вокруг маркиза засиял алый контур.

Не успела я впечатлиться, как вокруг меня самой вспыхнул ослепительный белый свет. А затем эти контуры потянулись друг к другу, и мне это совсем не понравилось.

– Да! – выдохнул маркиз, с блаженным видом запрокидывая лицо. – Сейчас наши ауры соединятся. Я уже чувствую твою силу, лейва. Еще немного – и никто не сможет нас разлучить. Ты будешь моей! Моим бесконечным и вечным источником силы!

“Так вот оно что!” – осенило меня.

В одно мгновение я вспомнила все, что говорили Арден и рыжики.

Брачный обряд соединяет ауры молодоженов. Без этого маг не сможет получить силу лейвы. Вот почему в Академии девушек продают замуж. Хотя, казалось бы, проще их сделать рабынями или наложницами. Зачем жениться-то? Но, видимо, боги этого мира – большие затейники!

Наши ауры стали переплетаться, начиная от рук. От самых кончиков пальцев. Затем вдоль предплечьев, перевитых четками, и дальше. У меня появилось мерзкое чувство: если ауры полностью переплетутся, разорвать их будет нельзя. Только убить одного из нас.

Но кто знает, как на мне отразится убийство супружника? Ведь если можно было бы так легко избавиться от ненавистного брака, другие лейвы давно бы уже стали вдовами!

Значит, там тоже есть своя заковырка.

“Арден! – простонала я мысленно. – Где же ты?!”

Я готова была ему все простить. И обман, и дурацкую метку, и похищение. Я согласна была уже ехать в Академию и делать все, что прикажут. Лишь бы меня избавили от этого типа!

Тем временем ауры переплелись до плеча. Теперь соединение охватило шею и двинулось вниз, не трогая голову.

Маг посмотрел на меня. В его глазах играло предвкушение.

– Жаль, что наш первый раз пройдет в таких условиях, – произнес он, морща нос. – Я предпочитаю чистых женщин, благоухающих дорогими духами, а не лошадиным потом.

“Так, может, не надо? – умоляюще уставилась на него. – Я грязная, вонючая, неделю не мылась!”

– Но тянуть нет времени. Сделаю все быстро, потом мне спасибо скажешь.

Ой, что-то я сомневаюсь насчет “спасибо”!

Фар Дассаль закончил свои песнопения. Журдель и Гашмар стояли с блаженными лицами, разве что слюна не текла. Третий разбойник остался снаружи, видимо, охранял лошадей.

– Почти! – благоговейно прошептал фар Дассаль.

Ауры переплелись до самых ног. Это было странное зрелище, будто тело маркиза, как и мое, заключили в мерцающий, переливающийся ореол. Никаких изменений в себе я не чувствовала, но мне очень не нравилась радость, растущая на лице этого гада.

– Да, – осклабился он, – осталось немного. Сердце и разум.

Он прав. Еще пара секунд – и ауры окончательно соединятся. Круг будет замкнут. Круг, который не разорвать!

Но в этот момент снаружи послышался шорох. Будто упало что-то тяжелое.

– Глянь, что там, – напряженно процедил маг.

Гашмар шагнул к выходу. Но не успел.

Позади маркиза что-то мелькнуло. Миг – и бесшумная тень выросла у него за спиной. Еще один миг – и у горла моего недомужа сверкнул острый клинок. А затем абсолютно спокойный голос сказал:

– Фар Дассаль, вы забыли спросить у собравшихся: нет ли среди вас того, кто хочет оспорить волю богов. Так вот, я хочу.

“Арден!” – мысленно крикнула я.

Да, это был он.

Глава 11

– Ты опоздал, оборотень, – прошипел маркиз и запрокинул голову назад, чтобы держать её подальше от острого лезвия, – ритуал уже соединил наши тела.

– Круг не замкнут, – отрезал Арден, разглядывая оплетающий меня серебристый кокон.

– Но и другому магу она не сможет отдавать всю силу без остатка! Она теперь всё равно бракованная, на неё никто не позарится. Уступи её мне, я хорошо заплачу. Я богат…

Мерзкий чавкающий звук прервал его слова. А затем мне в лицо брызнула кровь. Я зажмурилась от ужаса, чувствуя на губах солоноватый вкус.

Мамочка моя, у меня во рту кровь другого человека!

Ощущение было тем ужаснее, что пошевелиться я по-прежнему не могла. Даже сплюнуть. Зато прекрасно слышала всё, что происходит в шалаше и возле него – оборотень убивал моих похитителей. Одного за другим. Эти кошмарные звуки совсем не походили на то, что показывают в кино. И не было никакой жизнеутверждающей музыки. Только крики, стоны и мерзкое чавканье, которое сообщало, что Арден одолел очередного врага.

Чтобы отвлечься от кошмара я начала цитировать про себя Пушкина:

“На девичник собираясь,

вот царица, наряжаясь

перед зеркальцем своим…”

– Лейва, – влез в стихи хриплый голос.

Но я его не слушала:

“Перемолвилася с ним:

“Я ль, скажи мне, всех милее?”

– Инна, ты меня слышишь? – голос сменил тон, став обеспокоенным.

“Всех румяней и белее?”

– Инна! – чьи-то руки схватили меня за плечи и затрясли. – Открой глаза, всё закончилось.

Но я только тихо всхлипнула и уплыла в темноту.

Вокруг меня кружило зеркало с огромными зубами, среди которых выделялись длинные клыки. Зубы щёлкали и всячески пытались меня ухватить. А я, спелёнатая магией чужого мира, могла только звать на помощь какого-то Ардена, совершенно не имея представления, кто это такой.

Пока словно не выскочила из ледяной воды на поверхность. Судорожно вздохнула и открыла глаза.

– Ну наконец-то, – произнёс знакомый голос.

Зрение фокусировалось медленно. А голова при первой же попытке повернуть её, немедленно взорвалась острой болью.

Надо мной склонилось двухголовое чудовище с четырьмя руками, одна из которых поднесла к губам твёрдый и холодный предмет. Я уже собралась спросить, что ему надо, как мне в рот полилась вода. Вкусная, сладкая, чистая вода.

Я ещё плохо владела собственным телом, поэтому часть жидкости пролилась мимо губ, стекла по шее и дальше под одежду. Но то, что попало в рот, привело меня в восторг. Казалось, такой вкусной воды я никогда прежде не пила.

Зрение пришло в норму. И выяснилось, что за двухголового монстра я приняла рыжих братьев, которые обеспокоенно всматривались мне в лицо.

Память постепенно возвращалась. И теперь меня волновали два вопроса: что произошло и где Арден? Я попыталась задать их вслух, но из горла вышло лишь невнятное шипение, оцарапавшее гортань.

– Разбивайте лагерь! – раздался голос Ардена, отвечая на второй вопрос.

Рыжие тут же исчезли из поля зрения, а надо мной склонился сам оборотень. На лице у него была написана досада. Он оттянул мне веко, раздражённо поцокал языком и отошёл в сторону. Попытка повернуть за ним голову успехом не увенчалась – её будто от виска до виска пронзило раскалённой спицей. Я снова прикрыла глаза.

Успела услышать:

– Это задержит нас не меньше, чем на сутки, – и снова провалилась в сон.

К счастью, на этот раз без всяких сновидений.

В следующий раз я проснулась в сумерках. По крайней мере, так показалось сначала. Частый дождь шелестел в ветвях и стучал по натянутому тенту, но на меня не попадало ни капли.

Застонав, я попыталась подняться. Это удалось лишь отчасти. Но то, что тело снова мне подвластно – уже хорошо. Слишком жуткое ощущение – быть спелёнутой чужой магией и абсолютно беззащитной.

Приглядевшись, я обнаружила, что на улице вовсе не сумерки. Просто пасмурно, да и я лежу под навесом из густых веток. На краткий миг меня сковал ужас: в прошлый раз именно в таком шалаше меня чуть насильно не выдали замуж. Но здесь пахло сухой листвой, а не хвоей. И это открытие меня успокоило.

Голова по-прежнему болела. Правда, сейчас это не было похоже на раскалённую спицу, которой пронзили виски и медленно поворачивают.

Примерно так я себя ощущала, когда единственный раз в жизни поддалась на уговоры подруг и выпила несколько бокалов коньяка. На утро чувствовала себя отвратительно. Тогда меня спасла бабушкина микстура. А кто же спасет сейчас?

Кряхтя, я выползла из шалаша и направилась в сторону, откуда тянуло дымком. Весь лагерь был накрыт тентом из незнакомого полупрозрачного материала, не пропускающего дождь. У костра сидели Арден и рыжики. Я обрадовалась им как родным.

Услышав шаги, Олаф и Ландр повернулись в мою сторону. Один с сочувствующим взглядом, второй – с изучающим. Оборотень продолжал безучастно пялиться на костёр. Словно моё возвращение из небытия для него ничего не значило.

Ну и ладно!

Мне тоже плевать на него. Главное – спас. И на том спасибо.

– Дайте водички, – попросила я хриплым голосом, которому позавидовал бы заядлый курильщик.

Ландр тут же протянул флягу. Я выпила половину одним глотком, довольно выдохнула и задала Ардену самый главный вопрос:

– Почему ты так долго?!

Он с явной неохотой поднял голову. Взглянул сквозь меня. Под его взглядом я ощутила себя прозрачным стеклом.

А затем молча поднялся.

Я слегка отступила, ожидая, что он сейчас заговорит. Но нет. Оборотень просто прошел мимо меня, едва не задев плечом. Будто в упор не видел!

– И что это было? – я недоуменно уставилась ему в спину.

Разумеется, ответа не дождалась.

Арден ушел.

– Кто-то мне объяснит, что с нашей принцессой? – чувствуя нарастающее раздражение, я обернулась к рыжикам.

Те смотрели куда угодно, только не на меня.

Ландр внезапно заинтересовался сучком, который лежал у него под ногами. Олаф засуетился, подкладывая хворост в огонь.

– Эй, парни, – говорить приходилось тихо, каждое слово царапало горло, словно песок, – что происходит? Что с ним опять не так? И заодно с вами?

Они переглянулись и, мне показалось, синхронно втянули головы в плечи.

Я открыла рот, чтобы еще раз потребовать объяснений. Но силы, видимо, кончились. Меня резко качнуло. Я охнула, ощущая, что падаю.

Не упала. Олаф успел подхватить и помог сесть на бревнышко.

Но едва он хотел отойти, как я вцепилась ему в воротник.

– Так почему Арден на меня сердится? – спросила в упор. – Из-за задержки? Так он сам виноват! Не надо было бросать меня там одну!

– Он не на тебя сердится, – Олаф с несчастным видом постарался оторвать от себя мои пальцы.

Но я только сильнее их сжала.

– А на кого? На вас, что ли?

– Нет, на себя.

От такого заявления мой рот округлился.

– Ого… а почему? Давай, выкладывай. Если не хочешь, чтобы я пошла и сама у него спросила.

– Инна, понимаешь, – встрял Ландр, явно беспокоясь за брата, – мы ведь чуть не потеряли тебя. А Арден, как старший, считает себя ответственным за все, что с тобой происходит.

– А, ну да, – я с напускной важностью покачала головой. – Мы в ответе за тех, кого приручили. То есть похитили из родного мира.

– Не совсем, – Олаф снова попытался отодвинуться от меня. – Мы же должны получить за тебя награду. А если потеряем, то не получим.

– То есть, если до Академии не довезете?

Рыжики кивнули, виновато глядя на меня. Впрочем, о чем-то подобном я и сама уже догадалась. Не просто так они это делают. Не из любви к бедным обездоленным магам.

Но одно все равно оставалось непонятным.

– Если все дело в деньгах, так этот маркиз обещал заплатить, – вспомнила я. – И, кажется, предлагал немалые деньги. Почему Арден не согласился? Неужели в Академии ему больше заплатят?

Стоило упомянуть о маркизе, как в памяти тут же всплыла и следующая за его предложением кровавая сцена.

Я передернула плечами. Этот кошмар еще долго будет мне сниться.

– Ну, больше-то вряд ли, – протянул Ландр, почесывая затылок.

– Дело не в деньгах, – страдальчески вздохнул Олаф. Он на время смирился, что не сможет отодрать меня от себя. – Точнее, не только в них.

– А в чем? Выкладывайте уже!

– В репутации. Арден – один из лучших охотников с королевской лицензией. Неподкупный и честный. Он всегда доводит дело до конца, то есть лейву до Академии.

– Вот оно что…

Я наконец-то разжала руки и отпустила воротник Олафа. Даже поправила слегка помятую ткань. Затем невесело хмыкнула:

– Значит, честь дороже денег…

***

Из-за моего состояния мы задержались больше, чем Арден рассчитывал. И это его очень злило. А когда Арден злой, находиться рядом с ним очень сложно. Даже Олаф и Ландр старались убраться подальше, чтобы не попадаться оборотню под тяжелую руку. А я вообще не желала с ним разговаривать.

Впрочем, он тоже не проявлял ко мне никакого интереса. Разве что раздраженно дергал плечом, когда я проходила мимо.

На утро следующего дня мы все-таки собрались в путь. Но тут выяснилось, что я не могу долго держаться в седле. А все из-за проклятого ритуала! Как пояснили рыжики, если бы контур замкнулся, то вместе с маркизом умерла бы и я.

– Вот козел! – процедила я, не сдержавшись, когда парни предложили сесть в седло к одному из них.

Арден угрюмо покосился в мою сторону, на что я тут же ответила кровожадной ухмылкой:

– Это я не тебе, красавчик. Значит, если моего будущего муженька прирежут по-тихому, то я вместе с ним откину копыта?

– Ну-у-у… – рыжики переглянулись. – В общем-то, да, но ты не переживай. Муж будет беречь тебя пуще собственной жизни.

– А это ему зачем? – я засомневалась в их честности.

– А затем, что если лейву убить, то привязанный маг тоже умрет. Поэтому у мага может быть только одна лейва.

– Хм…

Я призадумалась. Это что же получается, общая аура оказалась палкой о двух концах?

– Садись впереди, – сказал Ландр, подставляя ладони. – А то вдруг еще свалишься.

– Какой заботливый! – деланно восхитилась я.

Но от предложения отказываться не стала. Руки до сих пор подрагивали. Так мы и выехали с полянки, на которой Арден тщательно уничтожил следы нашего присутствия.

Всю дорогу до следующей остановки я задавала вопросы и размышляла над ответами.

Получалось, что мое первое впечатление о богах-затейниках было не таким уж и ложным.

Их здесь всего трое: Пресветлый бог Жизни, Темнейший бог Смерти и их Мать – Сторукая богиня Равновесия.

Первый имел вид человека с солнцем вместо головы. Он покровительствовал всем искусствам и врачеванию, а на его алтаре младенцам давали имена. Что-то вроде обряда крещения.

Второго изображали в виде паука с человеческой головой. Отвратительное создание! Ему поклонялись воины и охотники, а еще именно он отвечал за души усопших.

Ну а их мамаша выглядела как кобра с раздутым капюшоном и вставшая на сложенный кольцами хвост. А из-под капюшона с каждой стороны у нее торчало по пятьдесят рук, прямо как у индийской богини Кали. Только у той, если память не врет, было всего четыре руки.

И вот эти три уродца устроили тут балаган с лейвами и магами. То есть, сначала-то все довольно прилично было. Маги женились на магичках, у них рождались одаренные дети, и все были счастливы. А потом что-то случилось. То ли местный коронавирус всех покосил, то ли какая бактерия, но девочки в семьях магов стали рождаться без дара. А у мальчиков хоть и был дар, но из поколения в поколение он слабел.

И тогда выяснилось, что можно воровать одаренных девушек из других миров. Маги сразу обрадовались. Стали тащить их пачками и осушать одну за другой. Но богам это, видимо, пришлось не по нраву, и они ввели новое правило.

Чтобы получить силу от лейвы, надо пройти с ней брачный ритуал и объединить ауры. А общая аура это уже больше, чем случайная ночь любви! Это зависимость супругов друг от друга. Умрет один – умрет и второй!

Так что у магов теперь нет разводов, а жен своих они берегут как зеницу ока и пылинки сдувают!

Хотя тоже не сразу научились. Парни мне рассказали, что были случаи, когда некоторые “особо одаренные” пытались своих лейв запереть в башнях. Те отомстили, покончив с собой. Разумеется, их мужья тоже не выжили. А было время, когда маги устраняли конкурентов, убивая их жен. Но с тех пор каждой лейве при зачислении в Академию выдают магического надзирателя. Он следит за ней и защищает при малейшей угрозе жизни.

– Прямо-таки при малейшей? – засомневалась я.

– Да. Он ведь всегда рядом с ней.

– Так, погоди, а если она выпила яд? Как он ее защитит?

– Поместит в стазис до прихода целителя. В стазисе человек не дышит, его сердце не бьется, а значит, кровь не разносит яд, – послушно пояснили парни.

– Значит, отравиться не получится… Шучу! – поспешно добавила, увидев их перекошенные лица. – А вы что подумали? Я не собираюсь себя убивать! Ни один мужик, тем более маг, не стоит моей драгоценной жизни!

И тихо порадовалась, что Арден едет впереди. Но что-то его напряженная поза подсказывает: он слышал все, до последнего слова.

– Инна, все будет хорошо, вот увидишь. Тебе даже понравится, – Ландр попытался меня приободрить. – Лейва для мага – это не просто источник силы.

– Вот именно! – поддержал Олаф. – Ты станешь для своего мужа воплощением жизни в прямом смысле слова.

– А если я откажусь выходить замуж?

– Как ты это себе представляешь?

– Ну, скажу, что не хочу, и все.

– Тебя никто слушать не станет. Неужели до сих пор не поняла?

– Цирк какой-то…

Глава 12

Получалось, с одной стороны, лейва абсолютно бесправна. Настолько, что даже не может уйти из жизни, когда ей захочется. А с другой – муж-маг полностью зависит от ее самочувствия.

Вот такая палка о двух концах.

– Но можно оттянуть этот момент, – тихо прошептал Ландр.

– Оттянуть? Это как? – я тут же навострила уши.

– Тебя не выставят на аукцион, пока ты не научишься контролировать магию. У некоторых на это уходят годы.

Перспектива задержаться в Академии до конца своих дней меня тоже не прельщала.

– Хм… А еще варианты?

Ехавший впереди Арден внезапно развернулся, бросил на меня мрачный взгляд и сказал:

– Найти с мужем общий язык.

– Это ты о чем? – я напряглась.

Уж очень мне не понравилось, как он смотрел. Так, словно я была виновата во всех его бедах.

– Ты женщина. Ну, почти.

Я скривилась:

– Вот спасибо!

– Не придирайся к словам. Твое счастье – в твоих руках. Маги – такие же мужчины, как и все остальные. Тут улыбнулась, там плечиком повела, слово ласковое сказала – и он уже готов есть из твоих рук.

– Угу, я прямо вижу, как скачу на задних лапках вокруг какого-то мужика. А вдруг мне достанется толстый, плешивый и старый?

Арден ожег меня взглядом, развернул коня и отправился дальше.

Ландр за моей спиной громко хрюкнул.

Олаф заржал во всю глотку аки армейский конь:

– Толстый? Старый и плешивый? Маг?

– И чего такого смешного ты вдруг услышал? – я раздраженно на него покосилась.

– Маги не выглядят старше сорока пяти лет. Точнее, это уж совсем старые, которым по двести и больше. Но таких единицы. А в основном им на вид больше тридцати и не дать. Может, не все красавцы, но на здоровье не жалуются.

– А может, вы тоже маги? – я прищурилась и уже по новому взглянула на рыжих оболтусов.

Те моментально сникли.

– Нет, это было бы слишком здорово, – вздохнул Олаф, утратив веселость. – Маги это особая каста, привилегированная. Они управляют миром. А мы – обычные люди.

– Значит, все это только ради денег? – понимающе усмехнулась я.

– Не нужно нас осуждать, – проворчал Ландр. – Мы, может, и простые люди, но хотим жить хорошо. Вот нам за тебя заплатят, Олаф сразу лавку откроет и женится на своей Ирэлле.

– А ты? Пойдешь новую лейву ловить?

– Это лучше, чем в солдаты идти. А что, в твоем мире не так?

– Ну… там тоже деньги имеют значение, – призналась нехотя. – Но в моей стране хотя бы женщин насильно замуж не выдают!

***

Тем вечером мы прибыли в небольшой городок. На этот раз Арден снял двухкомнатный номер, почти что люкс. Так что я спала как царица, развалившись на широкой кровати. А мои спутники-надзиратели расположились в соседней комнате.

Когда из-за двери стал доноситься размеренный храп, я поднялась, прокралась к окну и попробовала открыть рамы. Но они были забиты намертво. Впрочем, бежать я пока не собиралась.

Как показал личный опыт, лейве нельзя быть одной. Тут же найдется какой-то маркиз, чтобы ее прикарманить. А еще это дурацкое украшение на руках!

Я неприязненно покосилась на серебристые узоры, издевательски поблескивающие в свете двух лун.

Надеюсь, в Академии его снимут.

Ага, чтобы заменить другим.

Ну ничего, я обязательно что-нибудь придумаю. Найду лазейку. И раз вернуться в свой мир не смогу, то буду искать в этом место под солнцем.

***

Дальнейший путь, к счастью, прошел без приключений. Но обстановка в нашем отряде была такой напряжённой, что я очень обрадовалась, когда Ландр облегчённо выдохнул:

– Саартог! Наконец-то. Приехали!

Я подняла голову и замерла от восторга, глядя на потрясающе красивую панораму.

Впереди, чуть ниже того места, где мы находились, расстилалась зеленая долина, перегороженная надвое широкой рекой. Вдоль берегов раскинулся небольшой городок. Но выглядел он до того нереальным, что мне пришлось себя ущипнуть, чтобы убедиться – не сплю.

С западной стороны возвышался замок, окруженный крепостной стеной. Она была такая высокая, что из-за нее виднелись лишь островерхие крыши башен. От замка к городу вела мощеная дорога, пролегающая через пустырь. И лишь километрах в пяти от стен начинались дома, которые постепенно спускались к реке.

– Потрясающе, – не удержавшись, признала я.

Ландр подбоченился, словно это была его резиденция, ну или, как минимум, он принимал непосредственное участие в строительстве этой красоты.

– Закрытая Академия – одна из достопримечательностей Арбадона, – заявил он тоном заправского экскурсовода.

Я хрюкнула, так забавно это у него получилось.

– Что? – обиделся рыжик. – Этот замок построил король Дельвион для своей любимой лейвы Алфриды. Она не умела контролировать магию, а здесь не могла причинить вреда окружающим.

– Разве ее не учили контролю? – удивилась я.

Упоминание о любимой лейве обещало романтическую историю. Мне в последние дни остро не хватало романтики, потому что вокруг были только голые деревья и злобные оборотни.

Ландр смутился и отвел взгляд.

– Ну? – поторопила я.

– То были смутные времена, – нехотя буркнул он.

– А поподробнее? Почему из тебя каждое слово нужно тащить клещами?

– Я плохо знаю историю… – признался парень со страдальческим видом. – В общем, это было много лет назад. Тогда лейву сразу отдавали магу, который ее заказал. Девушек не обучали самоконтролю, это считалось лишним. Маг должен был сам контролировать силу лейвы, но иногда она вырывалась. Вот и случалось… всякое.

– Например?

– От лейвы зависело. Точнее, от ее стихии и внутреннего резерва. Одна могла случайно занавеску поджечь, а вторая – целое поле. Одна затопить дом, а вторая – весь город… Королю Дельвиону досталась ифрисса.

– Кто-кто? – отреагировала я на незнакомое слово

– Ифрисса. Это женщины расы ифритов.

– Ого, демоны что ли?

Я, конечно, подозревала, что кроме оборотней и магов в этом мире могут быть и другие мифические существа. Но пока ни с кем из них не столкнулась.

– Почему демоны? – Ландр странно покосился в мою сторону. – Просто они, как и ты, из другого мира. Владеют магией огня. А еще очень вспыльчивые. Это сейчас к ним нашли подход, а в те времена мы только-только открыли их мир. Когда Алфриду доставили в Арбадон, она вообще не умела себя контролировать: каждый раз, как что-то ее не устраивало – полыхал весь дворец. В конце концов, советники подсказали королю изолировать лейву, пока она не уничтожила его самого. Вот он и построил для неё Саартог. Подальше от столицы, на болотах, ведь вода, если что, остановит пожар. Сильнейшие маги наложили на стены заклятие от любого вреда. А потом сюда вызвали лучших учителей со всех уголков страны, чтобы они обучили Алфриду самоконтролю.

Ландр замолчал.

– И что, научили? – я нетерпеливо заерзала в седле.

– Да где там, – вмешался Олаф, который, оказывается, прислушивался к нашему разговору. – Она так и прожила здесь до конца своих дней, не желая никому подчиняться.

– Какая грустная история, – вздохнула я, жалея неведомую Алфриду.

– Чего в ней грустного? – не понял Ландр. – Она сама виновата.

– Ну да, – невесело усмехнулась я, – сама виновата… А может она хотела вернуться домой.

– Зачем ей домой? Там она была одной из многих, а у нас стала лейвой самого короля. Редко кому выпадает такая честь!

– Ну конечно! – я окончательно разозлилась. – Какая честь, быть похищенной из родного мира и стать бесправной батарейкой для какого-то мужика, будь он хоть сам король!

Братья растерянно переглянулись, но возражать не стали. Вообще, за время пути они привыкли со мной не спорить. Как, впрочем, и с Арденом. Золотой характер у этих рыжиков.

Сам же оборотень ехал в десятке шагов впереди и делал вид, что не слушает наши глупые разговоры. Но мне казалось, что он слегка поворачивает голову, чтобы не пропустить ни слова.

А может, я просто выдавала желаемое за действительное. Потому что в тайне хотела, чтобы Арден проявил ко мне внимание. Чтобы для него я была не очередной лейвой, которую он поймал в лесу, доставил в Академию и забыл как страшный сон. А чем-то большим…

Хотя… меня-то он наверняка запомнит надолго. По крайней мере, пока не вернёт способность оборачиваться. Если вообще вернёт. Или пожизненно будет вспоминать меня не слишком добрыми словами.

Я посмотрела на одинокую спину оборотня, и мне стало грустно.

Арден первым подъехал к воротам, когда мы с рыжиками ещё только спускались по склону. Оборотень спешился и постучал в небольшую калитку.

Очень долго ничего не происходило. Мы уже успели достигнуть ворот. Меня даже спустили на землю. Я собралась размять затёкшие ноги, когда ровно в центре калитки открылось маленькое окошко.

– Кто там припёрся? – недовольно задребезжал старческий голос.

– Открывай, развалина, я лейву привёз, – в тон ему ответил Арден.

– А-а, это ты, пёсик? – голос старика потеплел, хотя слова были оскорбительными.

Я уже подумала, что оборотень сейчас вспылит, как он частенько делал по пути. И бедному старикашке не поздоровится. Но Арден только хмыкнул:

– Открывай, старый пень, пока я не выломал эту цвергову дверь и не надел тебе на голову!

– Ну-ну, – судя по тону, старикан почти умилился угрозе.

Мне стало интересно, как же выглядит человек, который совсем не боится злобного оборотня. И более того, похоже, питает к нему симпатию.

Калитка отворилась совершенно бесшумно. Она оказалась достаточно высокой, чтобы сквозь неё могла пройти и лошадь с седоком, если он немного нагнется. Впрочем, мои спутники вели коней в поводу. А я старалась не отставать и с любопытством оглядывалась по сторонам.

Но за калиткой не обнаружилось ни одной живой души.

Кто же тогда разговаривал с Арденом?

– Что за лейвы нынче пошли – ни кожи, ни рожи. То ли дело в прежние времена… – снова раздался голос

На этот раз справа от меня и… внизу.

Я повернула голову и увидела… гнома?!

По крайней мере, именно это слово всплыло в голове, стоило лишь взглянуть на низенького, едва ли метр с кепкой, но коренастого и широкоплечего старичка с бочкообразным торсом, прикрытым доспехом. Незнакомец щеголял окладистой бородой и блестящей лысиной, в которой отражалось солнце. А еще смотрел на меня с едким прищуром.

– Чего она такая потрёпанная, оборотень? – хмыкнул он. – Что ты с ней делал по дороге?

– Вы бы на себя посмотрели, дедуля, сам-то далеко не красавец, – обиделась я.

Старик моргнул и вдруг усмехнулся, сведя к переносью кустистые брови.

– Смелая. Люблю таких, – заблестели его глаза-бусинки. – Может, что из тебя и получится.

– Ага, батарейка для мага, – буркнула я.

Он то ли не услышал, то ли проигнорировал. Молча отвернулся к калитке и начал возиться с засовом. А мы пошли дальше, к высокой арке с опущенной решеткой.

По мере того как мы приближались, решетка начала подниматься.

Внезапно в спину долетел скрипучий голос привратника:

– Эй, оборотень!

Мы обернулись все вчетвером.

– К матушке Лу заглянешь? – старик поиграл бровями. – У нее там новые девочки. Хороши, заразы! Тебе точно понравится! И парней своих прихвати.

– А мне с вами можно? – наивно спросила я.

Рыжики сдавленно хрюкнули. Арден отчетливо скрипнул зубами.

Я в полном недоумении посмотрела на них. И тут меня осенило.

– Это он про бордель, да? – ахнула я, чувствуя, как жар заливает щеки.

Вот уж не ожидала, что Арден ходок по таким местам.

А, впрочем, он ведь не говорил, что женат…

– Хватит болтать, – процедил оборотень.

Огрел меня раздраженным взглядом, дёрнул коня за повод и почти бегом бросился вглубь двора.

Глава 13

Не знаю, чего ожидала от этой Академии. Возможно, смеси Хогвартса и Школы Магии с острова Рок. В голове попеременно мелькали кадры то из фильмов про Гарри Поттера, то из “Волшебника Земноморья”, когда я, затаив дыхание, переступила порог.

Шла с опаской, при этом жадно оглядываясь по сторонам, чтобы все хорошенько запомнить. Но чем дальше шла, тем больше меня охватывало разочарование.

Нет, поначалу все было просто великолепно. За стенами замковый комплекс поражал воображение красотой и величием. Все эти сверкающие на солнце шпили, реющие вымпелы с королевскими гербами, зубчатые башни с узкими окошками…

Но стоило войти в главный корпус – и меня словно выбросило из сказки. Обычные серые стены, обычный каменный пол. Даже двери и те были обычными! Ни картин, ни лепнины, ни позолоты, ни магии. Только непонятные светящиеся шары под потолком.

Я вертела головой, а внутри ширилось чувство, что меня обокрали. Оно стало еще сильнее, когда в одном из безликих коридоров, куда я свернула вслед за своими провожатыми, мимо нас прошмыгнула толпа студенток.

В своих длинных балахонистых платьях с закрытым горлом и узкими рукавами они напомнили мне католических монахинь. Для полного сходства не хватало только рогатого головного убора. Но его с лихвой заменил средневековый эннен. Выглядел он как высокий конус, натянутый по самые брови. Конус этот был таким же черным, как платье, а с его верхушки спускалась черная газовая вуаль. Под этой вуалью невозможно было разглядеть лица девушек.

Но больше всего меня напрягло то, как быстро и бесшумно они проскользнули мимо. Будто призраки или тени.

Я невольно передернула плечами.

– Только не говорите, что мне тоже придется все это носить… – пробормотала, невольно косясь вслед подругам по несчастью.

– Это облачение скрывает лейву от нескромных взглядов! – отчеканил Олаф, явно повторяя чужие слова.

– От чьих взглядов? – фыркнула я. – От учителей, что ли?

– Учителя тоже маги, – резонно заметил парень. – И не все из них женаты.

Я прикусила губу, обдумывая услышанное.

– Хочешь сказать, что могут и покуситься на мою честь?

– Хватит болтать! – рыкнул Арден.

Мы поднялись по широкой лестнице, единственным украшением которой были резные балясины, и свернули в еще один коридор. Здесь оборотень постучал в дверь, обитую красной кожей. А у меня засосало под ложечкой.

Захотелось немедля рвануть назад, прочь от этой двери.

Словно почувствовав что-то, Арден крепко сжал мое плечо. Я попыталась вырваться, но дверь открылась, и подлый оборотень толкнул меня через порог.

Я зашипела от злости.

В первый момент показалось, что меня втолкнули в черную дыру, так темно было вокруг. Но через пару мгновений глаза привыкли к слабому свету, и я поняла, что нахожусь в большом помещении, центр которого занимает массивный письменный стол.

Стол был завален бумагами. Над ним висел светящийся шар. Всего один и не очень яркий. А с другой стороны, лицом ко мне, в респектабельном кожаном кресле сидел мужчина.

Пока я озиралась с открытым ртом, он спокойно за мной наблюдал. Но когда я во все глаза уставилась на него, незнакомец сложил пальцы домиком, подпер ими подбородок и произнес с тонкой ухмылкой:

– Хороший улов, Охотник. Скажи Балдору, пусть удвоит плату за лейву, ты заработал.

Арден, который все это время молча стоял рядом со мной, коротко кивнул и развернулся к двери. Я инстинктивно рванула за ним:

– Стой! Я тут не останусь!

Дверь открылась, мощная фигура оборотня шагнула в прямоугольник света, где ждали Олаф и Ландр, а я поняла, что не могу двинуться с места. Неведомая сила держала меня.

– Не торопись, – незнакомец мягко скользнул из-за стола.

И эта мягкость напугала меня еще больше.

Мужчина двинулся ко мне. Он был высоким, худощавым, одетым в плотно облегающий черный костюм с белыми кружевными манжетами и таким же воротничком. Когда он приблизился, я смогла разглядеть его лицо.

Чистая кожа, тонкие, почти женственные черты, черные блестящие волосы, мягкой волной ложащиеся на плечи…

Я бы сказала, что он красив. Но впечатление портили резкая линия рта и жесткое, почти жестокое выражение в глазах. Совсем как у того маркиза…

– Думаю, сначала нам стоит познакомиться, – под тонкими губами блеснули крепкие белые зубы. – Раунен Делианарис. Но отныне ты будешь называть меня ректор Делианарис. Или господин ректор, Инна. Я правильно прочитал твое имя?

Если бы я могла, то попятилась бы. Потому что этот мужчина меня пугал. От него веяло запредельной жутью и холодом.

– Прочитали? – переспросила хриплым голосом, пока лихорадочно думала, что же делать. – Где прочитали?

– В твоих мыслях, Инна, – он скупо ухмыльнулся.

А у меня весь дух вышибло вон.

Так этот ректор еще и мысли читает?!

– Конечно. Моя специализация – ментальная магия. Я могу не только мысли читать, но и внушать то, что мне нужно. Но не бойся. Пока ты ведешь себя правильно и не доставляешь хлопот, тебе не о чем беспокоиться.

Я нервно сглотнула.

Это не Арден, на которого можно злиться или обижаться. С этим типом не поругаешься, доказывая свою правоту, не огрызнешься. Он живо мозги вправит, даже не прикасаясь к тебе.

Что ж, мне срочно нужно придумать, что делать дальше!

– Конечно, придумаешь, – осклабился он, вызвав волну мурашек на моей коже. – Я даже не сомневаюсь в этом. А пока давай вернемся к твоему оформлению. Садись.

Взмах руки – и меня словно ветром снесло. Я не успела и глазом моргнуть, как оказалась вжатой в кресло, стоящее возле стола. Но не то большое кожаное, в котором сидел жутковатый ректор. Мое кресло было на порядок скромнее. Видимо, стояло тут для посетителей.

– Итак, – Делианарис расположился напротив меня и подтянул к себе пухлый гроссбух. – В нашем мире у тебя нет ничего, кроме имени. Все связи с прошлой жизнью оборвались в момент перехода. Вернуться назад ты не сможешь, так что даже не думай об этом. Но если будешь прилежно учиться и вести себя, как подобает хорошей лейве – сможешь составить блестящую партию. В Арбадоне достаточно перспективных магов, готовых отдать состояние за любую из вас.

– Так себе перспективка, – пробормотала я. – Что же останется бедному магу, если он отдаст все состояние? Только лейва?

– Если маг сколотил состояние без лейвы, то с лейвой он сколотит его в два раза быстрее, – ректор одарил меня предупреждающим взглядом. – Я знаю, о чем ты думаешь. Смирись – и в будущем тебя ждет приятная и сытая жизнь.

– А если не смирюсь? – насупилась я, тоже сверля его взглядом.

Храбрости придавал тот факт, что раз уж меня сюда доставили и столько раз спасали во время пути, следовательно, я ценный товар, и убивать меня ректор не будет. По крайней мере, прямо сейчас. А значит, можно и понаглеть.

– Думаешь, сможешь сбежать? Попробуй. Будет даже забавно наблюдать за тобой. Только предупрежу: вокруг Саартога лежат сплошные болота. Они тянутся на многие лиги. До ближайшего жилья две недели пути, но вряд ли ты туда доберешься. Ведь в болотах живут василиски и гоблины. Первые плюются ядом, который превращает в камень все живое. А вторые просто мерзкие и безмозглые существа, но большие любители человечины.

Я передернула плечами, в красках представив все, о чем он говорил. И тут же возразила:

– Что-то я не заметила никаких василисков или этих… людоедов, пока ехала сюда.

– Потому что оборотень вел вас волчьими тропами. Особыми путями, которые видят только такие, как он. Хочешь попробовать выбраться из Академии? Что ж, я даже не буду мешать. Но, прежде чем сделать глупость, подумай. Спасать тебя никто не будет, а жизнь одна. Готова ли ты рискнуть?

Вместо ответа я молча уставилась на свои руки. Длинные рукава прикрывали магические браслеты, но я знала, что они никуда не делись. Они там, на моей коже. Сверкают. Переливаются. Сдерживают мою силу, пользоваться которой я толком и не умею.

Даже если ректор привирает, чтобы запугать, идти-то мне некуда. Арден бросил меня. Это факт. И даже Олаф с Ландром не помогли. Для этих двоих я вообще просто болтливый товар. Вот сбыли с рук, получили деньги, а теперь один женится сразу и лавку откроет. Заживет с молодой женой в свое удовольствие. А второй отправится с охотником ловить новую лейву…

Ненавижу их!

Слезы подкатили к глазам, и я шмыгнула носом. Но тут же опомнилась. Потеряв голову – по волосам не плачут, говаривала моя бабушка. Вот и я не буду плакать. Лучше подумаю, как получить максимум выгоды из всей этой ж…

– А вот это направление мыслей мне нравится, – жесть в глазах мужчины немного смягчилась. – Люблю умных женщин. Протяни руки.

Последнюю фразу он произнес таким властным тоном, что я и опомниться не успела, как выполнила приказ.

Делианарис коснулся моих запястий. На мгновение кожа онемела, а затем от локтя до кончиков пальцев пробежал холодок.

– Что вы сделали? – нахмурилась я и отогнула рукав.

Узоры были на месте. Только из серебряных стали золотыми.

– Перенастроил браслеты. Для учебы тебе понадобится доступ к магии, так что он у тебя теперь есть. Но…

Это “но” заставило меня замереть и притихнуть разбушевавшуюся фантазию.

– Использовать свои силы ты сможешь исключительно на уроках, с разрешения и под пристальным наблюдением учителя. Любая попытка сделать это в другое время будет строго караться. Все поняла?

Он нагнулся ко мне, нависая и подавляя своей ужасающей аурой. Я быстро кивнула и с облегчением выдохнула, когда ректор откинулся на спинку своего кресла.

Делианарис улыбнулся:

– Вот и умница. Не создавай мне проблем, и я позабочусь о твоем будущем. Вот твой проводник, – он щелкнул пальцами, и перед моим носом затанцевал красный светящийся шарик размером с теннисный мячик. – Он покажет, куда идти. До встречи на вступительном испытании.

***

Из кабинета ректора я вышла настолько оглушённой, что даже не сразу осознала – это было собеседование, и оно закончилось.

Теперь я снова стояла в сером коридоре, освещаемом всё теми же люстрами в виде шаров. Они вдруг мигнули и начали светить в два раза слабее. Похоже, включился ночной режим. И без того депрессивный интерьер стал ещё более гнетущим. Надо ли говорить, что моя дальнейшая жизнь виделась такой же серой и беспросветной?

Перед глазами замигал красным маячком выданный ректором шарик, а потом ринулся в это серое будущее. Я, вздохнув, последовала за ним.

Двигался он так быстро, что мне пришлось почти бежать следом. Сначала я удивилась, что в коридоре кроме меня никого нет. А потом вспомнила чёрные платья, закрытые вуалью лица и подумала, что здесь, наверное, строгие правила. И к прогулкам после отбоя это тоже относится.

Ну прямо летний лагерь. Только вместо тёплого моря вокруг непроходимые болота и охочие до человечины гоблины.

Хотя, были у меня сомнения. Обо всей этой жути я узнала из слов ректора. Но не мог ли он преувеличить действительность, чтобы у меня точно не возникло мысли сбежать?

Глава 14

Красный шарик стремительно летел вперёд, сворачивая из коридора в коридор, поднимаясь и спускаясь по лестницам, окончательно меня запутывая. Сейчас я не смогла бы найти выход отсюда, даже если бы очень захотела.

Наконец он привёл меня в полуподвальное помещение. Здесь не пахло сыростью, но было на порядок холоднее, чем наверху.

Коридор передо мной перешел в арку, поперек которой стояла деревянная перегородка, тёмная и массивная даже на вид. Шарик на несколько секунд замер перед преградой, а потом резко завибрировал, будто подпрыгивая на месте от нетерпения.

– Что? – непонимающе спросила я. – Зачем ты привёл меня сюда? Это тупик!

Шарик снова запрыгал. Только теперь не вверх-вниз, а из стороны в сторону. У самой перегородки. Почти касаясь её.

– Дурацкое место, ничего не понятно. И шар ты идиотский. У тебя настройки сбились, – я досадливо пнула перегородку.

От неё вдруг пошёл гул, словно я ударила по большой бочке. А затем в цельной, на первый взгляд, поверхности прорезалась форма двери.

– Ну ничего себе спецэффекты, – поражённо ахнула я, глядя, как эта дверь открывается.

Шарик сразу скользнул в образовавшуюся щель. Мне пришлось подождать, пока она откроется пошире. Я немного нервничала, что потеряю своего проводника и тогда сама потеряюсь, но, оказалось, совершенно зря.

За дверью обнаружилась комната. Тёмная и пустая.

– Зачем ты меня сюда привёл? – спросила я вслух, только чтобы услышать человеческий голос.

– Видимо, тебе понадобилось чистое бельё, – ответила темнота.

Нервы не выдержали очередного потрясения. И я завизжала.

Тут же вспыхнули яркие шары под потолком, освещая огромную комнату. Я проморгалась, привыкая к свету. И разглядела, что вдоль стен расположились стеллажи под потолок, на полках лежат аккуратные стопки тканей.

Интересно, что это за место? И кто говорил о белье?

– Ну, так чего ты припёрлась среди ночи? – раздался прямо передо мной тот же голос. – Не могла пораньше прийти?

Я глянула вниз. В двух шагах от меня стояла женская копия того старика-привратника. Только, в отличие от него, волос у неё на голове росло столько, что они топорщились в разные стороны из-под ночного чепца. Крупное тело незнакомки было укутано в халат из теплой фланели. А в вырезе халата виднелась сорочка, наглухо застёгнутая под самый подбородок.

Дама зевнула во весь рот и недовольно уставилась на меня.

– З-здравствуйте, – наконец нашлась я.

– Не зуди, говори, чего надо, – ворчливо отозвалась женщина. И не дождавшись быстрого ответа, спросила сама: – Ректор прислал?

Я кивнула.

– Новенькая?

Снова кивнула.

– Ну так бы сразу и сказала, – буркнула она, развернулась и ушла.

Что?

– Эй! – возмутилась я. – Вы куда?

Что вообще здесь происходит?

Но женщина уже вернулась, держа в руках стопку белья.

– Не эйкай мне! – она бухнула стопку на стол у самой двери. – Меня зовут госпожа Биргенам. Так ко мне и обращайся. Я в этой Академии, можно сказать, самое главное и ответственное лицо. Кастелянша! Если тебе понадобится решить любой хозяйственный вопрос, приходи сюда. Как зовут?

– Инна Оленьева, – автоматически ответила я, всё ещё находясь в ступоре.

Женщина, то есть госпожа Биргенам, достала из ящика стола толстенный гроссбух и взобралась на массивный стул, жалобно скрипнувший под её весом.

– Ин-на, – вполголоса повторила она, добавив: – Имя рода тебе здесь не понадобится. Теперь ты одна из лейв.

А потом начала выписывать в тетради ровные строки.

– Что вы пишете? – даже не видя, что именно она там выводит, я понимала, что моё имя значительно короче, оно не может занимать несколько строк кряду.

Госпожа Биргенам проигнорировала мой вопрос, продолжая писать, а потом развернула гроссбух ко мне, протянула гусиное перо с чернильной каплей на конце и велела:

– Расписывайся.

– Не буду.

Я даже сложила руки на груди, чтобы меня не заставили подписать непонятно что.

Может, она хочет, чтобы я всё время обучения ей бельё стирала или полы мыла. Так вот, на такое я не соглашалась, когда ехала в эту академию. Меня и так привезли сюда против собственной воли, а ещё хотят, чтобы я на них батрачила?

Госпожа Биргенам снова развернула гроссбух. Укоризненно на меня посмотрела, прежде чем прочесть только что написанное.

– Постельное бельё – два комплекта, полотенце – две штуки, форма ежедневная – две штуки, чулки – две пары, – я уже поняла, что это список выдаваемых мне вещей.

Стало неудобно перед женщиной, которую я оторвала ото сна, ещё и задерживаю, не позволяя скорее вернуться в постель.

– Извините, госпожа Бирминбам, – я смиренно вздохнула.

– Биргенам! – рявкнула она так, что стеллажи затряслись.

– Да-да, – я поспешно схватила перо. – Где подписать?

Кастелянша ещё долго ворчала, что со мной хлопот не оберёшься, она это сразу поняла. Я старалась не возражать, чтобы скорее уже уйти отсюда. Но, когда оказалась за закрытой дверью, которая вновь слилась с перегородкой, задалась главным вопросом:

– А куда мне идти?

К счастью, красный шарик замигал впереди, привлекая внимание. И я с облегчением зашагала следом за ним.

Шли мы так же долго. Вот только теперь лестницы часто вели вверх. А потом проводник и вовсе привёл меня в башню.

– Ты уверен? – с сомнением поинтересовалась я у шарика.

Но он уже мигал за поворотом. Дело в том, что лестница здесь оказалась винтовой. К тому же неосвещённой. И я прибавила ходу, чтобы не остаться без своего единственного источника света.

Поднималась я долго. На каждом лестничном пролёте располагались четыре двери. Но мой проводник вёл меня всё выше и выше. Когда я вконец уже запыхалась и решила, что дальше не двинусь, шарик замигал возле очередной дверцы.

– Ну наконец-то!

На этот раз я не стала дожидаться подсказок и просто толкнула створку.

Она легко поддалась. Я оказалась в небольшом помещении. Здесь тоже было темно, но неяркий свет пробивался из-за приоткрытой двери справа. Поэтому я, не раздумывая, шагнула туда.

Это оказалась небольшая комнатка. Похоже, как у нас в общежитии при колледже, только мебель другая. Вместо советского лакированного шифоньера – массивный шкаф с толстыми стенками и резьбой на двери. У небольшого окошка – тяжёлый стол с разбросанными книгами и свитками. Рядом – деревянный стул, со спинки которого свисает халат.

У противоположной стены стояла кровать с высокой периной и горой подушек. Сейчас она была расстелена. На ней сидела девушка с синими волосами и, прижав к груди книгу, с опаской смотрела на меня.

Я даже не стала жмуриться или щипать себя. Похоже, привыкла, что внешность у местных обитателей весьма незаурядная. Кроме волос девушка выделялась неимоверно белой кожей и огромными фиолетовыми глазами.

Таких девочек рисуют в японских аниме. Никогда бы не подумала, что встречу подобную личность вживую.

– Привет, – я решила быть вежливой.

– Добрый вечер, – девушка настороженно кивнула. – Ты моя новая соседка?

– Похоже на то, – я махнула кипой белья, которую всё ещё продолжала держать в руках.

– Значит, это твоя комната рядом. Идем, я покажу.

Она легко соскочила с кровати, накинула халат на такую же, как у госпожи Биргенам, целомудренную ночную рубашку и прошла мимо меня, обдав ароматом сирени.

Оказывается, слева находилась ещё одна комнатка – точное отражение правой. Я бросила вещи на кровать и протянула девушке руку:

– Инна Оленьева, – и добавила с тоскливым вздохом: – Хотя имя рода уже не имеет значения…

Она пару секунд удивлённо смотрела на мою ладонь, затем пожала плечами и протянула свою руку, параллельно моей. Я засмеялась и пожала её ладошку, оказавшуюся прохладной и очень узкой.

– Меня зовут Элиана, – ответила моя новая соседка. – Я из Эльфирии.

– Э… это твой город так называется?

– Нет, – она слегка улыбнулась. – Мой мир. А ты уже прошла вступительное испытание? Какая у тебя стихия?

Раскрывать карты и говорить, что моя магия проснулась без всякого испытания, не очень хотелось. Поэтому покачала головой:

– Ректор сказал, испытание будет завтра.

– Ладно, пойдем, покажу тебе наше жилье.

Квартирка состояла из общей прихожей, санузла и двух спальных комнат. Помещение было небольшим, компактным, но довольно удобным. А санузел порадовал вполне приличным клозетом и душем с горячей водой.

При входе в прихожую нужно было хлопнуть в ладоши, и тогда загорался светящийся шар. Правда в вечернее время все они светили вполсилы, сколько ни хлопай.

– Режим, – подтвердила мои опасения Эли и посоветовала: – Ты ложись спать. Лучше мы утром поговорим. Здесь не приветствуется ночная жизнь.

Я решила послушаться совета. Тем более что сильно устала за последние дни. Утро вечера мудренее, как говорила моя бабушка. Поэтому я расстелила постель, нашла в выданных мне вещах дурацкую старомодную ночнушку и забралась под одеяло.

Было непривычно тихо после ночёвок в лесу, но я неожиданно быстро уснула. Мне снился Арден, который уходил от меня прочь, несмотря на то, что я звала его и тянула к нему руки.

***

Утром меня разбудил высокий звук. Он ворвался в сонный мозг назойливым писком.

Сначала я решила, что писк мне просто снится, и машинально отмахнулась. Но следом меня шибануло легким ударом тока. Не больно, но неприятно.

Я тут же вскочила.

И наткнулась на красный шарик, висящий в воздухе у меня перед носом.

Первые несколько секунд просто таращилась на него, силясь вспомнить, где я и что со мной. Потом шар издал противный писк еще раз, и я поняла: этот гад имеет функцию будильника! Это он шибанул меня током.

– Ну, зараза, – погрозила ему кулаком.

Затем посмотрела в окно. Там небо только-только начинало сереть. Зачем этот гад разбудил меня в такую рань?

– Внимание, лейва Инна! Приоритетное уведомление! – раздался писклявый голосок.

От неожиданности я вздрогнула, а шарик замигал, привлекая внимание.

– Это ты, что ли, кочерыжка? – я присмотрелась к нему внимательнее.

Шарик радостно запрыгал. А затем я снова услышала его голос:

– До вступительного испытания осталось тридцать минут.

– Что? – я моргнула. – Тридцать минут? Что ж ты не разбудил меня раньше!

Сон как рукой сняло. Я вскочила с кровати и бросилась в душ, чуть не забыв прихватить полотенце. По пути едва не снесла с ног Элиану, которая как раз выходила из душа. Синеволосая девушка бросила на меня понимающий взгляд, но ничего не сказала.

С такой скоростью я еще ни разу в жизни не собиралась. И не потому что боялась опоздать на испытание. А потому что стоило только замешкаться или замечтаться – и дурацкий шар постоянно бил меня током. В отместку я решила его как-нибудь обозвать. Но пока ничего подходящего в голову не приходило.

А потом возникла очередная проблема. Умывшись, разобравшись в местной одежде и кое-как пригладив волосы, я поняла, что мне нужна помощь с энненом. Никак не получалось самостоятельно приладить на голову эту конструкцию!

– Элиана, – взмолилась я, подойдя к соседке. – Как надеть эту штуку?

Сама синеволосая уже стояла при полном параде. Только лицо еще не прикрыла вуалью.

– Сначала надо хорошенько зачесать волосы наверх, собрать в пучок, – проинструктировала Эли, окинув меня внимательным взглядом. – Сколоть на макушке, как можно выше. И потом надеть эннен так, чтобы твой пучок оказался внутри него.

Я честно попыталась проделать все это. В стопке белья, выданного кастеляншей, обнаружился матерчатый мешочек со шпильками, похожими на те, которыми пользовалась моя бабушка, и простой гребешок. Но вот беда, у меня не получалось сколоть ими свои непослушные волосы. Пряди выскальзывали, будто нарочно!

– Садись, – вздохнула Эли, понаблюдав за моими мучениями, – на первый раз помогу.

Она быстро собрала мою гриву на макушке, не упустив ни одной волосинки. Ловко скрутила в тугой жгут и уложила виток за витком этакой пирамидкой. Затем закрепила шпильками. После чего накрыла “пирамидку” энненом.

– Последний штрих, – улыбнулась, поймав в зеркале мой напряженный взгляд.

Как оказалось, эннен держался на голове за счет широких лент, которых не видно под вуалью. Ленты проходили крест-накрест под подбородком, затем опоясывали шею и завязывались простым узлом.

– Вот и все, – сказала Эли, отпуская меня.

Я скептично осмотрела себя. Теперь из открытых частей остались только руки и лицо. Но последнее следовало скрыть под вуалью.

И в таком виде мне придется ходить?

От этой мысли хотелось взвыть в голос. Но времени не было. Поблагодарив Элиану, я бросилась из комнаты вслед за шаром.

Глава 15

На этот раз винтовая лестница, ведущая вниз, оказалась полна народу. Из дверей общежития выходили девушки в одинаковых черных одеждах. Но сейчас почти у всех вуали были откинуты, так что я смогла мельком увидеть их лица.

Большинство выглядели вполне человеческими, но некоторые привлекали своей необычностью. К ним я присмотрелась внимательнее, когда влилась в общий поток.

Были девушки, которые выделялись цветом кожи. У одних она была голубая, у других – нежно-зеленая, у третьих – белая как снег, у четвертых – огненно-красная. Кто-то щеголял идеально правильными чертами, у кого-то на щеках и на лбу светились узоры, а некоторые отличались глазами.

Я заметила нескольких девушек, у которых глаза были полностью черными, без белков. Были лейвы и с красными глазами, и с желтыми. Даже с вертикальными зрачками. Такие отличались от обычных людей не только глазами или цветом кожи, но и аккуратными когтями на руках. Когти были небольшими, заостренными, окрашенными под цвет глаз и на вид очень твердыми.

Заметив мое любопытство, многие девушки просто одергивали вуаль и спешили пройти мимо. Но некоторые робко улыбались, и я улыбалась в ответ.

Над этими девушками висели красные шарики, такие же как у меня.

– Тоже новенькая? – одна из них заговорила со мной, подтвердив мои подозрения. – На испытание?

– Да, – я отметила ее голубоватую кожу и огромные зеленые глаза без белков. – Меня Инна зовут, и я человек.

Последнее сказала на всякий случай. И не ошиблась.

Девушка улыбнулась, показав ряд мелких острых зубов:

– А я Ниаррэ, нимфа из Опикриды.

– Нимфа? – я слегка оторопела.

– Ты так удивляешься, – хмыкнула моя новая знакомая, опуская вуаль на лицо. – Никогда нимф не встречала?

– Ну… в мифах встречала, – призналась я. – В жизни нет. В моем мире их не существует.

– А я, пока сюда не попала, не встречала человеков. Так что, будем знакомы, – рассмеялась она. – С кем тебя поселили?

– С Элианой. Она, наверное, тоже не человек. У нее синие волосы.

– А из какого она мира?

– Кажется, Эльфирия.

– А, тогда точно не человек. Люди только в одном мире живут, он еще так смешно называется…

– Земля, – подсказала я.

– Да, точно. А из Эльфирии сюда только сильфы попадают. Их стихия – воздух.

– Значит, моя соседка – сильфа? – сообразила я.

– Ага. Воздушница. А моя стихия – вода, впрочем, как у всех нимф. А ты какой стихией владеешь?

Я пожала плечами.

– Похоже, узнаю на испытании.

Толпа снесла нас по лестнице на первый этаж, где к нам присоединились еще два потока девушек, выходящих из других коридоров. Ниаррэ крепко вцепилась в мою ладонь.

– Боюсь потеряться, – шепнула она. – Давай будем вместе держаться? Мне одной тут как-то не по себе.

Я кивнула. Вдвоем не так страшно.

Вместе мы вышли на улицу вслед за своими проводниками. Впереди нас и следом за нами двигалось около десятка девушек с красными шариками.

– Они все тоже на испытание? – я крутила головой, стараясь ничего не упустить.

Судя по рукам, ведь лиц я не видела, среди новеньких не было ни одного человека, кроме меня.

– Ага, – моя новая подруга тихонько подсказывала, – вон те с зеленой кожей – дриады. Их стихия – растения. Белокожие – альвы. Надменные стервы. У них сила земли. Краснокожие – ифриссы. У них красные глаза и вместо крови – огонь.

– Слушай, ты так много знаешь, – удивилась я. – Откуда?

– Соседка рассказала. Я тут уже третий день. И кстати, опусти вуаль, если проблем не хочешь.

Я последовала совету. Тем более что все девушки, выходя на улицу, делали то же самое.

– Ясно. А сколько всего стихий?

– Сейчас подумаю. – Ниаррэ начала загибать пальцы, считая вслух: – Вода – раз, Земля – два, Дерево – три, Металл – четыре, Огонь – пять, Воздух – шесть, Свет – семь, Тьма – восемь.

– Ого, есть стихии Света и Тьмы?

– Да, но они редко встречаются. Я вот не видела ни одной за три дня.

– А в твоем мире таких нет?

– Нет, конечно, – она развеселилась, чем ввела меня в недоумение. – Нимфы владеют только стихией Воды, кто больше, кто меньше.

Впереди показалась арка, покоящаяся на двух мраморных столбах. Ее украшали статуи горгулий со сложенными крыльями, а рядом уже толпились девушки в одинаковых унылых нарядах. Шарики вели нас прямо к ним.

– Кажется, нам сюда, – озвучила Ниаррэ мои мысли.

Вместе с нами подтянулись и те, кто шел позади.

Едва мы собрались возле арки, как навстречу нам шагнул господин ректор собственной персоной. А следом за ним еще несколько мужчин в черных камзолах. У каждого из них была цветная нашивка на рукаве. Я решила, что это наши будущие учителя. И не ошиблась.

– Лейвы! – Делианарис окинул нас пронзительным взглядом, едва ли не каждой заглядывая в лицо. – Приветствую в Закрытой Академии Саартог. Не все вы попали сюда добровольно, но у каждой из вас есть шанс получить в мужья сильного и богатого мага. Учитесь прилежно, выполняйте указания учителей, и в конечном итоге из вас выйдет не только прекрасный источник силы, но и верная спутница жизни.

Не сдержавшись, я фыркнула.

– Лейва Инна? – глаза ректора тут же впились в меня. – У вас есть что сказать?

Вот как он понял, что это я? Мы же все выглядим одинаково!

– Да, господин ректор, – кивнула на свой страх и риск. – А если я не хочу замуж?

– Разве я спрашивал, чего вы хотите? – его левая бровь выгнулась домиком. – Ваши желания никого не волнуют. Теперь, когда вы здесь, у вас есть только два варианта: подчиниться и получить от своего положения максимум выгоды. Или сопротивляться и в конечном итоге пожалеть об этом. Итак, что вы выбираете?

Вступать с ним в конфронтацию не хотелось. Тем более при такой куче свидетелей. Поэтому я сделала вид, что смирилась. Опустила глазки в пол и ответила тоном пай-девочки:

– Первый вариант, господин ректор.

– У кого-то есть другие мысли на этот счет? – Делианарис вновь осмотрел толпу.

Девушки почти синхронно закачали энненами.

– Замечательно, – губы ректора на секунду скривила улыбка. – Итак, перейдем к испытанию. Каждая из вас пройдет под этой аркой. Артефакт в ее центре определит вашу стихию и уровень потенциала. После чего кураторы распределят вас по факультетам. Хотя большинство и так в курсе, какой стихией владеют.

Я подняла голову, чтобы посмотреть на тот “артефакт”. Но кроме уродливых горгулий на арке ничего не увидела.

Пока первая девушка не прошла под каменным сводом.

Едва она ступила под арку, как горгульи, казавшиеся мертвыми статуями, встрепенулись, будто живые. Правда, только две из семи. А в центре, там, где расположен замковый камень, вспыхнуло голубое сияние.

– Воздух! – провозгласил ректор. – Второй уровень.

А за первой девушкой уже спешила вторая. Остальные выстроились в молчаливую и от того печальную очередь.

Мы с Ниаррэ пристроились в самом конце.

Вскоре я поняла, что семь горгулий на крыше арки показывают магический потенциал лейвы, а замковый камень – ее стихию. Как они все это определяют – для меня осталось загадкой. Но каждый раз, когда очередная девушка проходила под сводом, замковый камень менял цвет, а несколько горгулий взмахивали крыльями. Чаще всего две или три. Реже четыре или пять. Ни у кого не ожили все семь горгулий.

Пройдя через арку, девушки попадали в загребущие руки учителей, и те уже распределяли их по группам.

Наконец очередь дошла до нас с Ниаррэ. Я пропустила нимфу вперед. Та вдохнула глубоко, словно собиралась прыгнуть в бездну, и нырнула под арку. Замковый камень стал темно-синим. И лишь одна горгулья вяло привстала с места.

– Вода! Первый уровень.

Ниаррэ опустила голову, явно не обрадовавшись низкому потенциалу. С той стороны арки к ней подошел учитель.

Что ж, теперь моя очередь.

Скрестив на удачу пальцы, я шагнула вперед.

– Свет! – раздался у меня за спиной слегка шокированный голос Делианариса. Но ректор тут же откашлялся и добавил уже бесстрастно: – Седьмой уровень!

– Ого! – я запнулась от неожиданности. – Аж седьмой?

Пройдя арку, остановилась и растерянно поискала глазами куратора. Но ко мне никто не спешил. Маги, возглавлявшие группки лейв, просто кидали в мою сторону любопытные взгляды – и не больше.

– К сожалению, стихия Света настолько редкая, что у нас не предусмотрен для ее носителей отдельный факультет, – сказал ректор, появляясь рядом со мной. – Думаю, вам стоит присоединиться к факультету Огня.

По его знаку ко мне приблизился маг с красной нашивкой. Куратор факультета Огня.

– Вильд Байерс, – отрекомендовался он. – Куратор Байерс.

Пока я переваривала и осознавала случившееся, ректор добавил:

– Вы меня впечатлили, Инна. Давно в Саартоге не было носительницы Света, да еще с высшим уровнем потенциала. Уверен, на аукционе невест за вас будут бороться сильнейшие маги!

***

Вот так началась моя новая жизнь.

Наверное, другой человек на моем месте впал бы в отчаяние. Да и как иначе? Академия Саартог оказалась совсем не похожа на те веселые заведения, о которых я прежде читала в книжках. Мало того, что за стены Академии учениц не выпускали, так еще приходилось скрывать лицо за густой вуалью.

Впрочем, насчет последнего я была только рада. После происшествия в лесу, мне не очень хотелось чтобы на меня раньше времени посягнул какой-нибудь маг.

А магов здесь было хоть отбавляй. Все учителя, деканы ну и сам ректор. И все как на подбор: молодые, привлекательные, харизматичные. Одни держались холодно и высокомерно, другие проявляли к ученицам немного тепла. Но и те, и другие постоянно подчеркивали расстояние между нами. И те, и другие не забывали при каждом удобном случае напоминать: вы – лейвы, и ваша задача – стать источником силы для будущего супруга.

Каждый факультет располагался в своём крыле. С представительницами других стихий я общалась только в столовой или же на общих собраниях. А в основном грызла гранит лейвовской науки вместе с ифриссами, которыми кишел факультет Огня.

Свободного времени нам оставили до обидного мало. Наверное, чтобы мы не думали ни о чем, кроме уроков.

Каждое утро начиналось одинаково. Красный шарик противно пищал и, если я не спешила вставать, пускал в ход электрические импульсы.

На третье утро я не выдержала, возмутилась:

– Хватит бить меня током! – и швырнула в него подушку.

Шарик с трудом увернулся от удара и отлетел на безопасное расстояние. А я вдруг осознала, что уже ненавижу эту красную пакость.

Тем более что соседка вчера просветила: этот шарик со мной надолго. Он и есть тот “надзиратель”, который передает в учебный центр все мои показатели и местонахождение. А когда обручусь с магом, то вместо шарика будет брачный браслет.

Я посмотрела на мелкого доносчика, продолжающего противно пищать, и примирительно произнесла:

– Если ты замолчишь, я встану.

Шарик пискнул ещё пару раз, видимо, не сразу поверив моим словам. А потом в комнате воцарилась блаженная тишина. Я спустила ноги на пол и потянулась.

Шарик продолжал крутиться неподалеку.

– Как же тебя назвать? – задумчиво постучала пальцем по губам.

В голову приходили только кошачьи клички. Васька, Борька…

Но разве можно назвать так магического спутника, который к тому же совершенно не похож на кота?

И тут меня озарила гениальная идея. Я вспомнила, как шарик бил меня током, и в памяти всплыла ассоциация.

– Назову тебя – Тесла! Ты тоже электрический. Нравится?

Шарик неуверенно замер. Подзавис на пару секунд, а потом замигал, закрутился вокруг оси и вдруг начал выписывать в воздухе кренделя.

Я решила считать это положительной реакцией на новое имя. Но потом поняла, что имя ему и в самом деле понравилось. По крайней мере, он перестал бить меня током.

Теперь я могла спокойно умыться и одеться. Больше не надо крутить головой по сторонам, отслеживая перемещения моей индивидуальной шаровой молнии.

Глава 16

С тех пор Тесла будил меня писком, а потом зависал над входной дверью и терпеливо ждал, пока я соберусь.

Затем мы отправлялись на завтрак. Надо сказать, что в первые дни без своего провожатого я заблудилась бы, едва выйдя из башни. Да и остальные новички, по моим наблюдениям, старались не выпускать свои шарики из виду.

В столовой не было чёткого разделения на факультеты. Но, привыкнув к обществу друг друга на уроках, девушки и тут старались садиться вместе.

Я же, входя в просторное помещение, сразу старалась найти взглядом Ниаррэ. Мы подружились с первого дня. После вступительного испытания я думала, что нимфа будет переживать из-за своего низкого уровня. Но расстраивалась она всего пару минут, а потом решительно заявила:

– Это даже хорошо. Будет серьёзная причина для развития дара.

– А разве дар можно развить? – удивилась я, никогда прежде не слышавшая о магии. По крайней мере, всерьёз.

– Конечно!

У Ниаррэ, напротив, удивление вызывала моя магическая неосведомлённость. Она с трудом представляла, что где-то существует жизнь без магии.

Этим утром, войдя в столовую, я привычно закрутила головой. И тут же заметила, как Ниаррэ машет мне ладошкой. Я заулыбалась, махнула в ответ и направилась к ней. Наша дружба, крепнущая день ото дня, помогала мне не чувствовать себя одинокой в чужом и неприветливом мире.

– Ты чего так долго? – зашептала нимфа, стоило мне сесть.

Она оглянулась по сторонам, проверяя, нет ли поблизости преподавателей, а потом добавила:

– Доброе утро.

– Доброе, – ответила я, откидывая вуаль.

Столовая была единственным местом, кроме личных комнат, где позволялось открывать лицо.

И тут пришли в движение раздаточные столики.

Они катились сами по себе, объезжая по периметру каждый стол, за которым сидело по четыре лейвы. А мы уже сами снимали те блюда, которые нам нравились.

Несмотря на всю строгость, кормили здесь вкусно и разнообразно.

Сначала меня удивляли эти катающиеся по столовой раздатчики. Но потом Ниаррэ объяснила, что это делается с помощью духов-элементалей. И, кстати, мой Тесла тоже один из них. Духи сами по себе неразумны и подчиняются магам.

– А в твоем мире так же? – полюбопытствовала я. – Духи, маги?

– Почти, – вздохнула Ниаррэ. – Только у нас все наоборот, магия есть только у женщин. А наши мужчины…

Она замялась и опустила взгляд.

– А что не так с вашими мужчинами?

– Ну… Их нет…

– Как нет? – я потрясенно уставилась на нее. – А как же… Откуда же вы беретесь?

– Рождаемся, как и все. Просто, у нас уже давно не рождаются мальчики. Говорят, это плата за силу Воды. Поэтому власти Опикриды заключили договор с Арбадоном. Каждый год отбирают нескольких девушек, чтобы отправить сюда, в Саартог. А взамен мой мир получает мужчин. Только… они долго там не живут…

Она совсем приуныла, явно вспомнив что-то не очень приятное.

– Ничего себе! – пробормотала я, не зная, как к этому относиться.

– Лейва Инна, если у вас возникли вопросы, можете задать их мне, – раздался недовольный голос декана Металлического факультета.

Сарин Наурани был редким занудой и вообще неприятным типом. Я старалась не попадаться ему на пути. Вот и сейчас, опустив голову, тихо произнесла:

– Простите, декан Наурани, как называются эти ягоды?

И подняла пиалу, только что взятую с раздаточного столика. Она была доверху заполнена ягодами, очень похожими на малину, но без всех этих противных косточек.

– Лонгарина, – декан раздраженно взглянул на меня.

– Спасибо, господин декан, вы мне очень помогли, – пропищала я, наклоняясь еще ниже и всем видом выражая почтение.

Давно заметила, эти маги падки на лесть. Каждый считает, что он – центр Вселенной.

Мужчина, окинув меня еще одним раздраженным взглядом, развернулся и вышел из столовой.

Я же, скрыв облегченный вздох, плюхнулась на сиденье. Взяла со столика сырники, а к ним взбитые сливки.

Утром в столовой дежурил всего один преподаватель. И в зависимости от того, кто именно присутствовал, за завтраком царили либо идеальная тишина, либо тихий гул.

Например, при Наурани или ректоре Делианарисе никто из лейв не смел даже пикнуть. А если выпадала очередь Ниланда Мериона, который вел у нас медитацию, то можно было и поболтать.

Сегодня просто не повезло.

Мы с Ниаррэ, не сговариваясь, уткнулись в свои тарелки.

Похоже, предыдущий разговор расстроил ее. Так что я не стала настаивать на его продолжении, а задумалась о предстоящих уроках.

На факультетах Огня и Воды занятия пока были совершенно одинаковыми: медитативное управление сознанием – ежедневно два часа с утра или после обеда. Затем история Арбадона и сопредельных королевств. А еще этикет, ведь все маги – отдельная каста, приближенная ко Двору.

Позже к этим урокам должны присоединиться физическая подготовка, целительство и бытовая магия. Как объясняли сами учителя: чтобы сделать нас хорошими женами.

Я подозревала, что в их понимании “хорошая жена” – это та, которая способна вынести мужа на руках из огня, залечить его раны и заштопать носки. И что-то мне совсем не хотелось становиться “хорошей” женой.

– Вот и зачем было нас разделять? – забывшись, пробормотала я вслух. – Уроки-то всё равно у всех одинаковые.

Нимфа пожала плечами.

– Может, они не хотят, чтобы мы подружились? – пришла догадка. – Вдруг боятся, что мы сговоримся и взбунтуемся?

Ниаррэ только хмыкнула. Но мысль уже поселилась в моей голове.

В самом деле: нам не давали проводить вместе свободное время – только в уединении своей комнаты. Жили мы рядом с одними, а учились совсем с другими девушками. Как будто нарочно нас разделили так, чтобы между нами не зародилось крепкой дружбы.

Кажется, мы с нимфой стали редким исключением. Я обвела взглядом столовую. Кроме нас, беседовали ещё за парой столиков. Остальные девушки завтракали в унылом молчании.

Его прервал противный писк, похожий на звук, который издавал мой Тесла, только в несколько раз громче. Это означало, что завтрак окончен.

Лейвы почти одновременно поднялись со стульев и направились к выходу из столовой. Несмотря на то, что физически никого из нас не наказывали (по крайней мере, пока), дисциплина в Академии царила просто идеальная.

Лично я больше всех боялась ректора. Каждый раз при встрече с ним меня пробирало до мурашек.

– До встречи за обедом, – успела шепнуть мне Ниаррэ, прежде чем мы разошлись каждая в своё крыло на первый урок.

Сегодня это была медитация.

***

– Итак, сегодня мы с вами опробуем новую технику, – произнес тар Мерион, обводя нас внимательным взглядом. – Но сначала я хочу знать, как вы усвоили предыдущий материал. Все готовы?

“Тар” означало учитель, и именно так нам следовало обращаться к преподавателям.

Я искоса посмотрела на соседок.

На уроках медитации мы сидели на специальных ковриках, расстеленных в метре друг от друга. Да еще и подобрав ноги под себя так, что попа оказывалась между пяток. Жутко неудобная поза.

С непривычки первые дни у меня затекали мышцы. А учитывая, что уроки медитации длились по два часа, можно представить, что я чувствовала все это время.

Надо ли удивляться, что наука не шла мне в прок? Ведь, пока тар Мерион вещал про “высшие материи”, я думала лишь о том, как скоро закончится эта пытка! А потом поднималась со стоном и еще час не могла нормально ходить.

И вот теперь, спустя две недели, он решил провести экзамен? Боюсь, тар будет весьма удивлен моими успехами! Точнее, их полным отсутствием.

– Лейва Инна, начнем с вас, – Мерион остановился возле меня.

Я тяжко вздохнула:

– Чуть что – сразу я.

– Вы что-то сказали? – тень учителя упала поверх моей.

– Нет-нет, – лучше не спорить, это я уже твердо усвоила.

– Отлично. Продемонстрируйте первую арну.

Арнами назывались различные положения рук и пальцев при медитации. Считалось, что тело лейвы это сосуд, а с помощью арны его можно либо наполнить магией, либо убрать ее избыток, либо вообще перекрыть потоки. И в тот раз, когда я ранила Ардена своими молниями, я тоже использовала арну, правда атакующую. Оказывается, есть и такие.

Попыхтев под нос, я выставила руки перед собой, развернула ладонями вверх и сложила пальцы в щепотку.

Вроде ничего сложного. Но это было только начало!

– Отлично, лейва Инна. Теперь сосредоточьтесь на внутреннем источнике и покажите степень его заполненности.

Боюсь, тара Мериона ждет жестокое разочарование. Чувствовать свой резерв я пока не научилась.

Но для вида, конечно же, попыталась изобразить “погружение в себя”. Пару минут старательно вслушивалась в свой богатый внутренний мир, потом тяжко вздохнула:

– Простите…

– Хм, вы недостаточно сосредоточены. Перестаньте думать, отключите разум и сконцентрируйтесь на своем источнике.

Вот это он загнул. Перестать думать – да это нереально в такой позе! Потому что все мои думы только о затекших ногах!

Ой, хорошо, что он не может мысли читать и не видит мое лицо. А то бы мне точно не поздоровилось.

Я старательно пыталась сделать то, что от меня требовалось, а со всех сторон уже начали доноситься нестройные смешки.

Еще бы, ифриссы легко выдерживали в “позе лотоса” все два часа. Они к ней были приучены с детства. Я как-то разговорилась с парой из них, и девушки немного рассказали о своём мире. Так я выяснила, что он похож на наши азиатские страны. В Амисаэрне, как в той же Японии или Корее, нет стульев, а отдыхают и спят его жители на циновках, которые стелют прямо на полу. А еще у их домов нет крыш и нет стекол в окнах. Потому что там всегда очень жарко, а дождей не бывает по несколько лет.

– Вы меня разочаровали, – недовольный голос тара вернул меня в реальность. – Две недели прошло, а вы не освоили даже базовый навык!

Я поспешно опустила голову, всем видом демонстрируя стыд и сожаление.

– Даже не знаю, что с вами делать, – продолжал тар Мерион. – Вы задерживаете весь факультет. Придется назначить вам индивидуальные занятия.

Что, еще два часа пытки в день?!

От такой новости я едва не подпрыгнула. Хотя, скорее, поднялась бы, кряхтя как бабка и разваливаясь на запчасти прямо в процессе этого поднимания. Потому что к этому моменту уже не чувствовала ног. От слова – совсем.

– В общем, я над этим подумаю на досуге и сообщу вам свое решение, – закончил учитель, наконец-то отходя от меня. – Лейва Намааси, продемонстрируйте нам ваши знания.

Я облегченно выдохнула, когда он обратился к моей соседке.

Намааси была смешливой девушкой с огненно-красной кожей и вишневыми коготками на кончиках пальцев. А еще у нее на кистях рук и щеках поблескивали круговые узоры. В столовой я видела ее без вуали, так что знала в лицо.

За эти дни мы не успели с ней подружиться, но довольно терпимо относились друг к другу и на занятиях, не сговариваясь, старались садиться вместе. Она была одной из тех, кто рассказал мне про Амисаэрну и обычаи ее народа. От нее я узнала, что по насыщенности цвета кожи можно определить, сколько магии в ифрите, а по узорам на коже – статус и семейное положение.

У самой Намааси дар был очень силен. Пятый уровень. На факультете Огня только она и еще Тахира могли похвастаться такой силой.

Но самое обидное, что эта сила им подчинялась. Всем! Ведь, в отличие от меня, ифриссы с детства учились использовать магию.

А вот я со своим седьмым уровнем оказалась тут аутсайдером. У меня не получалось ни контролировать дар, ни управлять им. Магия во мне пробуждалась всплесками, в самый неподходящий момент, исключительно под действием эмоций.

Спасибо блокираторам на руках, они не давали никому навредить даже случайно.

Глава 17

Тар Мерион отошел.

А я смогла немного расслабиться и до конца урока только наблюдала за успехами ифрисс. У них отлично получалось. По знаку учителя лейва изображала первую арну – и через несколько секунд ее источник становился виден невооруженным глазом. У ифрисс это был огненный шар, похожий на пылающее солнце. Он зависал в воздухе над сложенными в щепотку пальцами. Его размер зависел от уровня магии. У Намааси шар был размером с футбольный мяч.

Интересно, а как он выглядит у меня?

В очередной раз я попыталась сконцентрироваться на своем источнике и в очередной раз провалила попытку.

Толку от седьмого уровня, если я такая бездарность?

От раздражения хотелось взвыть в полный голос. Но, к счастью, два часа пытки подошли к концу. Тар Мерион попрощался с нами и вышел. А девушки загалдели все хором, хвастаясь и поздравляя друг друга с первой победой.

– Инна, не переживай, – надо мной склонилась Намааси, – у тебя обязательно все получится.

– Да я не особо переживаю, – проворчала в ответ. – Лучше встать помоги. Ног не чувствую.

– Ох, прости, никак не привыкну, что тебе даже это тяжело дается.

Она протянула руку, а я крепко ухватилась за нее. С горем пополам мне удалось встать на ноги.

– Я тоже, – призналась. – Ну что, идем на историю?

И щелкнула пальцами, подзывая свой шарик. Обычно во время уроков все наши надсмотрщики висели под потолком.

Подлетев, Тесла вдруг запищал, привлекая к себе внимание. И остальные шарики тоже.

– Внимание, лейвы! – раздался голос тара Байерса, нашего куратора. – В расписание уроков внесены изменения. Ознакомьтесь!

Все насторожились. Разговоры и смешки моментально затихли.

– Тесла, разверни расписание, – приказала я, ощущая всеобщее напряжение.

Шарик тут же выпустил полупрозрачную ленту, на которой чернели ровные строчки. Только одна из них подмигивала красным, привлекая внимание.

– Так, и что тут у нас? – рядом нахмурилась Намааси.

– Физическая подготовка, – прочитала стоящая рядом ифрисса. Судя по голосу – Шемайли, второй уровень. – А как же история?

– Ее передвинули в конец дня, – ответил ей кто-то.

– Какая-какая подготовка? – простонала я, чувствуя, как внутри поднимается злость. – Да я и так еле дышу!

Минуту назад я радовалась, что урок медитации закончен, и меня ждет законный стул на уроке истории, где я смогу спокойно сесть и вытянуть ноги. И что ковылять до кабинета тара Дрохевайна – учителя истории и этикета – недолго. Всего один лестничный пролет. Уж как-нибудь справлюсь, хотя ног до сих пор не чувствую.

Но урок физкультуры? Они меня угробить хотят?

Кто эти “они”, додумать не успела. Потому что снова заговорил куратор:

– Лейва Инна, проследуйте в деканат. На вас поступила жалоба от тара Мериона.

Вот гад!

Злость во мне отозвалась магическим всплеском. Я почувствовала, как наэлектризовался и заискрился воздух вокруг меня. А следом, поглощая выброс, вспыхнули браслеты-блокираторы.

И вот так каждый раз, стоит мне разозлиться или обрадоваться.

Самое странное, что моя магия Света проявлялась совсем не сиянием, как можно было от нее ожидать, а вспышками молний и электризацией моих волос. К тому же она не имела ни малейшего отношения к светлой магии.

Последнее я узнала из учебного трактата “Магические стихии”. Там было сказано, что мой дар позволяет использовать свет во всех его проявлениях. Вспышки, светящиеся шары, молнии, различные световые волны и даже освещение местности. И что я могу тянуть силы из любого источника света, будь то хоть солнце, хоть огонек свечи. В этом магия Света была очень схожа с магией Огня, как и сказал ректор на испытании.

А еще он сказал, что найдет мне учителя. Да только поиски затянулись. Уже две недели прошло, а никто не откликнулся.

– Тебя проводить? – сочувственно предложила Намааси.

– Нет, спасибо, сама как-нибудь доползу.

– Ну ладно, – в ее голосе проскользнули нотки сомнения, – тогда я побежала, а то уже скоро урок.

Впрочем, я была даже рада, что вместо физкультуры мне предстоит общение с деканом. У него в кабинете есть не только стулья, но и мягкие кресла. Это то, что мне нужно сейчас.

Так что я поковыляла в нужном направлении. Не так бодро, как хотелось, потому что при каждом шаге ступни словно пронзала сотня иголок, но со всем энтузиазмом, который могла выдать в данный момент.

Тесла повел меня короткой дорогой. Через несколько минут я вошла в главный корпус, затем поднялась на второй этаж и вежливо постучала в дверь кабинета.

– Входите, лейва Инна, – дверь распахнулась, открывая сидящего в кресле недовольного…

Ректора!

Вот кого я здесь не ожидала увидеть, так это его.

Остолбенев от неожиданности, поискала глазами декана. Тот сидел за столом, на своем законном месте. А вот ректор занял то кресло, в которое я уже мысленно плюхнулась.

– Ну-ну, проходите, не стесняйтесь, – Делианарис слегка усмехнулся. – Вильд, предложи стул нашей гостье.

Декан щелкнул пальцами. Перед столом, напротив ректора, возник стул с мягким сиденьем.

– Садитесь, Инна, – кивнул Делианарис. – Тар Мерион прислал на вас жалобу. По его словам, вы сильно отстаете от группы и даже не пытаетесь это исправить. Скажите что-то в свое оправдание.

Я послушно вошла и села. Сложила руки на коленях и слегка опустила голову. Заметила, что маги не любят, когда им смотришь в глаза. Даже если твое лицо скрыто вуалью.

– Господин ректор, вам и так все известно, – произнесла смиренным тоном и откинула вуаль. А потом с самым честным видом заглянула ему в лицо. – Причину моей неуспеваемости вы можете прочитать в моих мыслях.

– Хм… – Делианарис с готовностью впился в меня пристальным взглядом. – Я подозревал, что отправить вас обучаться с ифриссами будет не лучшим выходом. Но другого варианта пока нет. Даже не знаю, что делать. Разве что удовлетворить просьбу тара Мериона и назначить вам дополнительные занятия.

– Вы обещали, что у меня будет личный учитель, – напомнила, опуская вуаль.

– К сожалению, с этим пока помочь не могу. Если бы ваш уровень был чуть поменьше, хотя бы пятый или четвертый, то было бы проще найти наставника. Но лейву с седьмым уровнем может обучить только маг Света седьмого уровня. А их, как выяснилось, в Арбадоне всего трое. Сам король Барден, его старший сын принц Рандир и верховный маг королевства, глава магического Ковена – Хорген Афалеон. Разумеется, никто из этих достопочтенных мужей не может оторваться от важных государственных дел ради вашего обучения. Но не переживайте, – добавил он, услышав мой тяжкий вздох, – я отправил запрос на учителя в соседнее королевство.

Я слушала его и понимала, что моя исключительность снова оказала мне медвежью услугу. И почему так? Ведь в прочитанных мной “академках” все было совсем иначе! Там главная героиня, получив исключительный дар или силу, становилась лучшей ученицей, сильнейшей магичкой и даже выходила замуж за принца.

– …принца.

– Что? – я вскинула голову, понимая, что пропустила мимо ушей последнюю фразу ректора.

– Я говорю, что пришел сюда не расстраивать вас, а, наоборот, подбодрить, – улыбнулся Делианарис. – Из всех учениц вы – первая кандидатка в невесты для главы Ковена или принца.

– Э-э… – я несколько растерялась. – Почему я?

– Из-за вашей Стихии. В начале этого года принц Рандир и господин Хорген прислали запрос на участие в аукционе. Они собирались сражаться за лучшую выпускницу факультета Огня. Но теперь у меня есть вы – источник магии Света. Я уже сообщил им о вашем существовании, и оба изъявили желание заполучить именно вас.

Глаза ректора алчно сверкнули.

Не нужно было уметь читать мысли, чтобы понять, о чем думает этот тип. Деньги. Золото. Власть. Старший сын короля, то есть наследник престола, и глава магического Ковена, что в этом мире аналогично нашему премьер-министру, точно люди не бедные. Начнут торговаться за мою душеньку, выложат каждый по состоянию. А может, даже по два.

Ой, что-то мне уже страшно.

Как бы мой будущий муж не разорился, выкупая меня.

Но перспектива такая заманчивая…

Какая попаданка не мечтает стать женой принца? Ну или верховного мага хотя бы…

Мою мысль прервал стук в дверь.

– Кажется, это наш новый учитель физической подготовки, – поморщился Делианарис и обменялся с деканом досадливым взглядом. – Ладно, Инна, идите. Вашу ситуацию мы еще обсудим.

Я поднялась и поспешила к двери. Но едва распахнула ее, как нос к носу столкнулась с… Арденом!

Сердце радостно трепыхнулось, на губах заиграла улыбка…

Это глупо, я знаю, но обрадовалась ему как родному. И уже рот открыла, собираясь спросить “как дела”, но этот волчара даже не посмотрел в мою сторону! Будто я – пустое место.

Его взгляд, устремленный на ректора поверх моей головы, был предельно бесстрастным. Как и голос, который произнес:

– Господин ректор, ваш секретарь сказал, что вы здесь. Подпишите документы о моем назначении.

***

Что?!

Арден будет работать в академии?

Новость настолько ошеломила, что я так и осталась в кабинете, пялясь на широкую спину, обтянутую кожаной курткой. Ведь этот гад, пройдя мимо меня, так и не обернулся. Как будто не узнал.

Но ведь этого не может быть. Даже если я для него была одной из многих, мы виделись всего две недели назад. Он же не старый склеротик, чтобы за такой короткий срок моё лицо совершенно выветрилось у него из памяти.

Или у оборотней всё по-другому? С глаз долой – из сердца вон?

О чём ты, Инна? Какое сердце?! Возможно, у оборотней память так устроена: те, кто не имеют значения, в ней не задерживаются.

– Лейва Инна, вы что-то хотели? – мои размышления о когнитивных способностях Ардена прервал ректор.

– Нет-нет, простите, просто задумалась.

– Тогда идите переодеваться. У вас скоро урок.

– До свидания, – вздохнула я, с обидой ещё раз взглянула на недрогнувшую спину охотника и вышла из кабинета.

Дверь толкнула совсем несильно, так что закрывалась она медленно. А я встала сразу за створкой и навострила уши. Как выяснилось, не зря, потому что ректор произнёс то, чего я ну никак не ожидала услышать.

– Вы опоздали, Лунара, мы ждали вас ещё вчера, – голос ректора был холоден, если не сказать – сочился неприязнью.

– В этом нет моей вины, меня задержал его величество, – Арден не лебезил, не хвастался, он просто констатировал факт.

Я поняла это по его тону – спокойному, уверенному. Сразу вспомнились его сильные руки, которые защищали меня во время пути в Академию.

По прошествии двух недель я перестала злиться на судьбу и оборотня, которые занесли меня сюда. Да, я скучала по родным. И местные порядки порой раздражали. Но я начала понемногу привыкать к новой жизни и даже находить интересные моменты. Если не считать медитацию, конечно.

– Здесь вы будете находиться в моём распоряжении. И протекция его величества вам не поможет! – а вот Делианарис угрожал.

И чего он так взъелся на Ардена?

– Брось, Раунен, – неожиданно вступился декан, но от его последующих слов у меня волосы встали дыбом: – Уверен, господин Лунара прибыл в Академию вовсе не для того, чтобы шпионить. Верно, Арден?

Шпионить? Арден – шпион короля?

– Верно, – коротко буркнул тот.

– Тогда уж проявите откровенность, поведайте нам, за что его величество Барден сослал своего лучшего охотника на лейв в академию Саартог, где учатся эти самые лейвы? – голос ректора был полон яда.

Я даже подумала, что у этих двоих старые счёты. Ну не мог ректор серьёзно думать, что Ардена прислали сюда в качестве шпиона. Иначе он не говорил бы об этом прямо ему в лицо. Я просмотрела слишком много шпионских фильмов, чтобы сомневаться в своих выводах.

В этот момент дверь окончательно закрылась, лишив меня возможности узнать, за что же Ардена сослали в Академию.

– Нет-нет-нет-нет, – зашептала я, на цыпочках подкрадываясь к запертой створке и оглядывая её в поисках какой-нибудь, хотя бы самой крохотной щёлочки, через которую смогу услышать ответ оборотня.

Иначе просто умру от любопытства!

Глава 18

К счастью, в этом мире ещё не придумали автоматические дверные замки, а потому замочные скважины были большие, широкие – одно удовольствие подглядывать. В этом я убедилась, заглянув одним глазком внутрь деканского кабинета – прямо по курсу находилась спина в кожаной куртке, которой так и не предложили стул. Ректора я видела только частично, он располагался слева от Ардена. Декан находился вне зоны видимости, но это меня совсем не волновало. Волновало другое.

Я скорее прижала ухо к замочной скважине, чтобы услышать:

– Я больше не охотник, поскольку потерял способность оборачиваться, а вместе с ней и все охотничьи навыки, – признался Арден.

Причем совершенно обыденным тоном. Будто не испытывал по этому поводу ни малейшего сожаления.

А меня как обухом оглушило. Значит, он так и не оправился от моего удара…

– Потеряли? – голос ректора выражал высшую степень изумления.

Неужели Делианарис действительно думал, что король прислал Ардена в академию, чтобы контролировать его работу?

– Как потеряли? Это обратимо? – декан был удивлён не меньше.

– Господа, я бы хотел, чтобы эта информация не покинула стены кабинета, – сказал оборотень все тем же будничным тоном.

Но за время совместного путешествия я успела неплохо его изучить. По крайней мере, мне так казалось. Такое же спокойствие он излучал, когда истекал кровью после драки в трактире. И мне пришлось его зашивать!

– Конечно, тар Лунара, – ректор сменил тон. К тому же он обратился к Ардену как к учителю. – Мы составили для вас расписание занятий. Вы можете взять его в учительской. Давайте ваши документы, я подпишу…

Ректор замолчал. Я думала, он подписывает бумаги. Прижалась ещё сильнее к замочной скважине, ожидая услышать скрип пера по бумаге.

Как вдруг дверь резко открылась, ударив меня по уху. Я глухо охнула и села пятой точкой на каменный пол коридора.

– Лейва Инна! – голос ректора не предвещал ничего хорошего. И когда Делианарис продолжил, я поняла, что интуиция меня не подвела: – Вы будете наказаны за неподобающее поведение. Встаньте!

Я с трудом поднялась на ноги. В голове гудел церковный колокол. Пошатываясь, подняла взгляд на Делианариса. Выражение его лица было довольно красноречивым. И ректор не подвёл.

– Приведите себя в порядок! – рявкнул он. – Вы стоите перед тремя тарами.

Я быстро опустила вуаль и отряхнула платье. Глаза защипало от обиды, но плакать я не собиралась. Не дождётся!

Воздух вокруг меня заискрился, потрескивая. Блокираторы ощутимо нагрелись, обжигая запястья.

Я подняла взгляд на ректора. Он смотрел на меня со снисходительным любопытством. Наверное, ждал, что буду делать. Но что я могла с блокираторами на руках?

Так мы и стояли друг против друга. Мне казалось, что время тянется невыносимо долго. Что прошли часы, если не дни. На самом же деле наш поединок взглядов занял не больше половины минуты. И я в нём проиграла. Опустила глаза.

Искры растаяли. Ушло тепло из браслетов.

Ректор хмыкнул.

– Лейва Инна, поторопитесь на занятия. Если учитель физической подготовки пожалуется на ваше опоздание, я удвою вам наказание. Все понятно?

– Да, – буркнула я и, развернувшись, зашагала прочь, яростно вбивая каблуки туфель в каменные плиты.

В конце коридора, уже у самого поворота, почувствовала тёплое касание на спине. Как будто кто-то погладил нежной рукой.

Резко обернулась.

От дверей деканского кабинета в мою сторону шёл Арден. Между нами было около десятка шагов, и это расстояние сокращалось. Не знаю, какой предмет станет преподавать этот оборотень, но я приложу все усилия, чтобы держаться от него подальше.

После того, как он узнал, что я подслушивала под дверью, и стал свидетелем унижения, которому подверг меня ректор. И вообще после всего… мне не стоит с ним пересекаться.

Я завернула за угол и прибавила шагу. Тесла молча летел впереди. Он словно почувствовал, что я на грани срыва, и не пытался меня подгонять.

– Иди ко мне, – я подставила ладонь.

Элементаль послушно опустился на неё. Шарик был слегка тёплым и почти невесомым. Он слегка завибрировал в моей руке, а я вздохнула.

– Ты прав, Теслик, нам надо поторопиться. Не стоит нарываться на ещё один выговор.

Дальше мы рванули наперегонки. Разумеется, мой шар-надзиратель обогнал меня почти сразу. Но я не сдавалась. Мчалась за ним, словно за мной гнался оборотень.

Вот только никто не гнался. Этому оборотню я была неинтересна.

Переодевалась я так же быстро. Для занятий спортом нам выдали специальную форму. Будь у меня больше времени, я бы обязательно посмеялась над этим шедевром местной моды.

Больше всего спортивная форма была похожа на буркини – купальник мусульманских женщин. Узкие эластичные штаны с резинками через ступню, чтобы не задирались, туника до колен с двумя разрезами по бокам и плотно прилегающий к голове капюшон. А к нему крепилась вуаль.

Сейчас бы сделать селфи да отправить подругам. Вот бы мы с ними посмеялись.

Я вздохнула. Помнится недавно сказала, что начала привыкать? Ерунда. К такому нереально привыкнуть. Эта Академия – мой персональный ад.

Тесла запищал, привлекая внимание.

– Иду-иду, – я проверила, как держится вуаль, и выскочила из комнаты.

Шарик быстро летел вперёд, беспрестанно помигивая. Я бежала за ним. Туфли к спортивной форме полагались мягкие и удобные, с легко гнущейся подошвой. Бежалось в них очень легко.

Следом за Теслой я выскочила на открытое пространство. Передо мной расстилалось прямоугольное поле с коротко скошенной травой. Вдоль одного края поля шеренгой стояли ифриссы. А перед ними, спиной ко мне – наш преподаватель физической подготовки.

Ну вот, опоздала…

Я немного расстроилась. Но тут же решила произвести на нового учителя хорошее впечатление. Может, он и не станет рубить с плеча и назначать наказание с первой встречи.

Прибавив скорость, подбежала ближе, встала за спиной учителя. И произнесла то, что сказала бы на уроке физкультуры в родном универе:

– Простите, я опоздала, можно встать в строй?

Он обернулся. И только тут я поняла, что спина у нового учителя оказалась уж больно знакомой. На меня с хмурым выражением на лице смотрел Арден.

Как будто что-то дёрнуло за язык, и я добавила:

– Тар Лунара…

Его глаза вспыхнули. Губы сжались в тонкую линию, прежде чем разомкнуться и произнести:

– Вы опоздали, лейва Инна.

***

– Лейвы, – Арден оглядел наш строй равнодушным взглядом, – сегодня у нас урок-знакомство. От вас требуется выложиться по максимуму, чтобы я мог здраво оценить вашу подготовку и состояние мышц. Затем перейдем к тренировкам. Они будут общие и индивидуальные, все зависит от того, что вы мне сегодня покажете. Вопросы есть?

А-а, ну куда ж без вопросов!

Пока мои товарки мялись, поглядывая друг на друга и переступая с ноги на ногу, я смело подняла руку и выкрикнула:

– Есть, тар Лунара!

В меня уперся безучастный взгляд оборотня:

– Спрашивайте, лейва Инна.

– А зачем лейвам физподготовка? Мы же не воины и не спортсмены. Наше дело замуж выйти, а потом сидеть дома да мужа магией подкармливать.

Замкнутое выражение на лице Ардена не изменилось. Тон – тоже.

– Верно, лейва Инна. Ваша единственная задача – обручиться с магом и питать его своей магией. Но объем магического источника и сила потока напрямую зависят от вашей выносливости и здоровья. Чем сильнее ваше тело – тем больше пользы от вас получит супруг. Еще вопросы?

Казалось, будто со мной разговаривает робот, а не живой человек. Ну ладно, Арден не совсем человек. И все же, он не похож на себя.

Тогда, во время пути, он проявлял хоть какие-то чувства: злость, раздражение, неприязнь. Я понимала, откуда у его нелюбви ноги растут. Вряд ли он обрадовался, когда я его магией долбанула и лишила возможности перевоплощаться. А теперь он вообще ведет себя так, будто видит меня впервые.

Обидно…

Или это он на меня до сих пор обижается? Ну я же нечаянно!

Ладно, после урока подойду и попрошу прощения. Вряд ли ему от этого легче станет, но хоть я сниму с себя груз вины.

***

Больше никто не рискнул задавать вопросы.

Арден приказал нам рассчитаться на первый-второй и встать в две колонны. А затем – бежать пять кругов вокруг главной башни.

Я решила, что ослышалась. Потому что в этот момент была занята собственными мыслями, а не слушала тара.

Но, как оказалось позднее, слух меня не подвел.

По моим прикидкам каждый круг был метров пятьсот, не меньше. Бежать нам сказали так быстро, как только сможем. Я честно пыталась повторить свой коронный забег по лесу, но из-за солнечной погоды и плотной одежды уже через несколько минут начала потеть и задыхаться. Еще и в боку закололо для полного счастья!

Сначала я перешла на трусцу. Но легче не стало. Потрепыхалась немного, глядя, мимо проносятся ифриссы, плюнула и пошла шагом.

Меня нагнала Шемайли.

– Что, устала? – хмыкнула понимающе и тоже пошла рядом. – Люди такие слабые.

– И это говорит та, которая сама плелась у меня в хвосте? – фыркнула я.

– Ага, третий круг.

– Третий? – я даже остановилась, услышав такое. Мимо нас пробежали три девушки. – Когда ты успела?

– Ну так, мы ж ифриссы, – она гордо задрала нос. – И мы намного выносливее людей. Магия помогает нам быстрее двигаться и меньше уставать. Вон, смотри, Намааси со своим пятым уровнем уже бежит пятый круг. А я после второго выдохлась. Смекаешь, в чем суть?

Шемайли ткнула пальцем в быстро удаляющуюся спину. Намааси, услышав ее, обернулась на бегу и кивнула.

– Вообще-то, у меня седьмой уровень, – проворчала я с досадой. – Но меня не хватило даже на один круг!

– Потому что ты – человек! Твоя магия только здесь активировалась, но ты все еще не подчинила ее. А в Амисаэрне детей с рождения учат управлять потоками и пропускать через себя. Я бегу, я дышу, я насыщаю свое тело магией. Понимаешь?

Она даже раскинула руки, будто хотела обнять воздух.

Я вздохнула:

– Да понимаю. Не совсем ведь дура. Только ничего у меня не получается. За две недели так и не научилась как следует концентрироваться на источнике. А ты ждешь, что я научусь управлять потоками?

– Лейва Инна, лейва Шемайли, – прозвучало у нас за спиной так холодно, что этот тон мог бы заморозить мировой океан, – вы уже пробежали пять кругов?

– Нет, тар!

– Простите, тар!

Мы с ифриссой обернулись одновременно.

Арден взирал на нас с таким видом, что мне захотелось провалиться сквозь землю.

– За невыполнение приказа назначаю вам штрафной круг. Вперед!

Нас будто ветром снесло. Шемайли рванула вперед так, точно у нее пятки горели. Я тоже по инерции пробежала десяток метров на всех парах, но потом сбросила скорость.

Это чего он вообще раскомандовался? Какие приказы? Тут же не армия! И вообще, я устала. Ни один человек, если только он не профессиональный марафонец, столько не пробежит!

Глава 19

Дальше я двигалась неспешной трусцой, часто переходя на прогулочный шаг. Мимо меня еще несколько раз пролетали ифриссы. Но к концу маршрута я осталась в полном одиночестве.

Когда добралась до финиша, который был и точкой старта, там уже стояли мои одногруппницы. Одни обмахивали лицо руками, чтобы освежить разгоряченную бегом кожу. Другие пытались отдышаться, согнувшись и уперев руки в колени. Третьи слегка пританцовывали на месте, будто бег не выжал их, а, наоборот, зарядил энергией.

Арден стоял в стороне и, не мигая, смотрел, как я приближаюсь.

Под его взглядом мне захотелось поежиться. Было ощущение, что дурацкая вуаль вовсе не мешает оборотню видеть мое лицо.

– Лейва Инна, вы показали самый плохой результат, – произнес Арден металлическим тоном, когда я подошла и встала на свое место в шеренге. – Для лейвы с седьмым уровнем магии это недопустимо. Мне придется назначить вам дополнительные тренировки.

– Может, я просто лягу здесь и умру? – проворчала, не сдержав раздражения.

Вот прицепились! То тар Мерион требует назначить дополнительные занятия, то теперь этот.

– Вы что-то сказали? – охотник прищурился.

Его глаза сверкнули, как острые лезвия.

Эх, нужно было мне промолчать, но…

Всегда есть это дурацкое “но”!

– Да, сказала! – буркнула уже громче. – Вы прекрасно знаете, что я человек, и не могу сравниться с ифриссами по силе и выносливости. Больше того, даже из них не все пробежали пять кругов, а мне вы еще и штрафной назначили. Где справедливость?!

– Справедливость? – уголок его губ дернулся, на секунду превращая улыбку в оскал. – Разве она существует? Я приказал вам выложиться на полную, чтобы оценить уровень подготовки. Но вы даже не попытались. Вы не просто слабая, но еще и ленивая.

Каждое слово Арден цедил сквозь зубы, бросая их мне в лицо как обвинения. И с каждым словом сокращал расстояние между нами. Под конец оборотень оказался так близко, что уже нависал надо мной. А его потемневший взгляд прожигал меня сквозь вуаль.

Я упрямо вздернула подбородок.

Блокираторы на руках резко нагрелись.

В тот миг я ощутила свою магию. Ощутила, как она загорается в венах, течет, бурлит, стягивается к кончикам пальцев.

Меня охватило желание повторить то, что я сделала тогда в лесу. Вскинуть руки над головой, разжать пальцы и треснуть Ардена молниями, чтобы стереть эту ухмылку с его лица!

Но браслеты оказались сильнее моих желаний. Волна схлынула, оставив странную пустоту внутри меня.

– Поздравляю, – ядовито заметил оборотень. – Вы только что бессмысленно сожгли остатки своей магии. Ну ничего, на вечерней медитации пополните резерв. Или вам и это не дается?

Если бы я могла убивать глазами, то с радостью сделала это прямо сейчас.

Но Арден развернулся ко мне спиной и отошел на прежнее место перед шеренгой. Будто внезапно потерял ко мне интерес.

– Лейвы, – произнес он, уже полностью овладев собой, – я увидел и оценил ваши способности. Со следующей недели ваш курс будет разделен на команды по уровню подготовки. С каждой командой я буду заниматься отдельно. Расписание тренировок вы получите позже.

Замолчав, Арден обвел нас нечитаемым взглядом и бесстрастно закончил:

– Все свободны. Разойтись!

Я первая бросилась прочь. Не хотела, чтобы кто-то увидел слезы, выступившие на глазах.

И на что ты надеялась, Инна? Наивно думала, что раз вы с Арденом знакомы, значит, между вами завяжется дружба? Или он хотя бы молча поддержит тебя?

Но ты забыла один нюанс. Ты здесь не единственная добыча охотника. Но единственная, кто лишила его самого дорогого – способности оборачиваться. Теперь он ненавидит тебя, и это четко написано у него на лице!

***

В раздевалку я ворвалась самая первая. Но не потому, что внезапно стала чемпионом мира по бегу на короткие дистанции. Просто никто из ифрисс не спешил.

Прежде чем шагнуть через порог, я обернулась и увидела. что все они сгрудились возле высокой фигуры Ардена.

Обида захлестнула меня в два раза сильнее.

Я с яростью захлопнула дверь. Потом стащила с себя пропотевший спортивный костюм. Бросила в специальный приемник, который должен унести его в недра магической прачечной и вернуть мне уже к утру чистым и выглаженным. А сама направилась в душ.

Здесь были отдельные кабинки, разделенные тонкими матовыми перегородками. Не знаю, сколько я стояла, упершись в стену и подставив голову под теплые струи, но стук двери и шум голосов заставили скрипнуть зубами.

Мне хотелось подольше побыть в одиночестве. Жаль, в Академии это физически невозможно.

– А он ничего такой, – донесся из-за шума воды голос одной из ифрисс. – Симпатичный.

Это она про Ардена?

Я навострила уши и поняла, что не ошиблась.

– А какой у него взгляд! У меня прям мурашки по коже! – захихикала вторая.

Судя по звукам, в раздевалке была целая толпа. Девушки раздевались и шушукались, обсуждая знакомство с оборотнем.

– У него такие мышцы! Вы заметили? – к первым двум сплетницам присоединилась третья. – Так хотелось потрогать, аж руки чесались!

“О, вот тебе и чистые, невинные лейвы”, – мысленно хмыкнула я.

Впрочем, чему удивляться? Ифриты сами по себе очень страстные существа: что женщины, что мужчины. За эти дни подруги успели меня просветить об особенностях каждой расы. А еще многие девушки из магических миров попали в Академию по собственному желанию или с разрешения родных. Для них это дело чести – выйти замуж за сильного мага.

– Интересно, почему король прислал именно его в Саартог? – внезапно спросил чей-то голос. – Я слышала, тар Лунара – один из лучших охотников.

– Да, точно, – заговорили девушки после заминки, – охотники же на вес золота. А этот, наверное, впал в немилость.

– Или решил найти себе жену в Академии.

– Да ну, ерунда. Зачем ему лейва? Он же не маг!

– Но и не человек.

– А я слышала, что оборотни женятся только на своих.

– Откуда?

– У меня соседка оборотница, единственная на всю Академию. У их расы редко магия проявляется, только у шаманов. А она – дочь шамана.

– И что еще она рассказала?

Разговор принимал интересный поворот. Я вся обратилась в слух, боясь упустить хоть слово. Даже напор воды сделала меньше, чтобы не мешал. Но в самый ответственный момент кто-то затряс дверь кабинки:

– Эй, ты там топиться собралась? Если нет, то выходи! Все в душ хотят!

Еще над головой появился Тесла и запищал.

– Да слышу я, слышу! – проворчала, отгоняя его рукой, как назойливое насекомое.

Выключила воду. Завернулась в полотенце и вышла.

За дверями кабинки уже стояла сердитая очередь.

***

В столовую я пришла, закипая от гнева. Очень хотелось обсудить появление одного невыносимого оборотня с Ниаррэ, но по разным концам столовой с невозмутимым видом прохаживались Байерс и Наурани. В их присутствии никто не посмел бы нарушить идеальную тишину, в которой даже приборы боялись звякать, а платья – шелестеть.

Поэтому на историю я так и пошла переполненная эмоциями. Во мне смешался термоядерный коктейль: злость и обида на оборотня, который ко мне придирается ни за что.

Ладно, есть за что, но мог бы и не придираться. Особенно при ифриссах, которые и так во всём меня превосходят.

Да и сами они хороши. Обсуждали Ардена, как будто имеют на это право. Как будто это за ними он носился по лесу, пытаясь изловить…

Я осеклась.

А с чего вообще я взяла, что он только меня привёз в Саартог? Ведь с любой из этих ифрисс, если не со всеми, он мог ночевать в одном гостиничном номере, просить обработать ему рану, полученную из-за глупости очередной лейвы, а потом согревать теплом своего тела до самого утра…

Осеклась снова.

О чём это я вообще? Какая мне разница, скольких лейв переловил этот мохнатый гад? Вот именно – никакой разницы! Мне всё равно. Тут и расстраиваться не из-за чего!

Успокоенная этими рассуждениями, я захлопнула за собой дверь аудитории.

Статуэтка на полке над столом тара Дрохевайна опасно закачалась. Я застыла, затаив дыхание. Но, к счастью, обошлось.

– Что вы замерли в дверях, лейва Инна? – негромкий голос тара вывел меня из ступора. – Проходите уже.

Я выдохнула и зашла. Опустилась на своё место.

– Сегодня, лейвы, мы с вами разберём допустимое и недопустимое поведение в присутствии членов королевской фамилии, – начал тар Дрохевайн, окинув нас многозначительным взглядом.

– А что, кто-то из них приедет к нам?

На этот раз преподавателя перебила не я. Меня такая ерунда, как короли, принцы и прочие глупости, не интересовала.

– Вот так, лейва Мидаана, вести себя ни в коем случае нельзя, – с осуждением заметил тар Дрохевайн.

Ифрисса, сидящая через парту от меня, опустила голову, явно признавая свою вину. Хотя с таким огромным энненом это сложно было сделать и не потерять равновесия.

Остальные лейвы тут же повернулись в ее сторону.

Браслеты Мидааны покраснели, нагреваясь. На пару секунд я ощутила исходящее от нее тепло. А потом оно резко исчезло. Только Мидаана теперь дышала тяжело, будто пробежала пять кругов вокруг башни.

Ну что ж, зато теперь я знаю, как выглядит со стороны вспышка магии, ограниченная браслетами.

М-да, жалкое зрелище. И я уже несколько раз показала себя такой же жалкой размазнёй. Ещё и при оборотне. Позорище.

Захотелось вуаль погуще и стереть себе память.

– Открывайте тетради, пишите… – как ни в чём не бывало продолжил тар Дрохевайн. – К королю, королеве, наследнику престола и младшим членам королевской фамилии надлежит обращаться только на “вы” и только после того, как вам позволено заговорить. После окончания аудиенции отходить следует, пятясь к дверям, ни в коем случае не поворачиваться задом к монаршему лицу!

Я хотела нарисовать этот самый зад и перечеркнуть его крест-накрест, но тар Дрохевайн, будто почуяв моё намерение, двинулся вдоль рядов. Он не то что бы читал наши конспекты, но заглядывал. И я решила не рисковать. Не хотелось получить взыскание ещё и от интеллигентного Дрохевайна, единственного, кто не смотрел на нас свысока.

– Как вы думаете, лейвы, почему это запрещено?

Я вскинула руку – это было элементарно.

– Говорите, лейва Инна.

– Это знак неуважения.

– Совершенно верно, лейва, – тар улыбнулся мне.

Такими темпами скоро стану его любимицей.

Но этикет мне и вправду нравился. Многие моменты были интуитивно понятны. Я уже самоуверенно решила, что даже если стану женой какого-нибудь высокопоставленного мага, сильно позорить его не буду. Разве что перепутаю ножи для масла и для мяса. Я их никогда не различала.

Тар Дрохевайн своим приятным негромким голосом продолжил рассказывать, как себя вести при королевской семье. Тут не было ничего сложного: стой в уголке, молчи в тряпочку и жди, когда на тебя обратят высочайшее внимание. А если обратят, то всё равно молчи, а ещё смиренно улыбайся и не поднимай взгляд от пола.

В лицо королям смотреть нельзя точно так же, как и поворачиваться к ним спиной. Будто это не правитель, а маньяк или наркоман.

Меня бабушка такими же словами учила, как вести себя на улице в поздний час. Если тебя преследует незнакомец, ни в коем случае не поворачивайся к нему спиной, если не убегаешь, конечно.

Глава 20

На ужин я шла задумчивая. Тоска по родным не уменьшалась, прорываясь всплесками мучительной хандры. Мне было сложно смириться с тем, что я больше никогда не увижу бабушку. Не услышу её мягкого голоса, которым она читала наставления или выговаривала за плохие оценки.

Я вздохнула. Вот ведь напакостил мне этот оборотень.

Носа коснулся знакомый запах. Необычный, но приятный. Похожий на аромат леса после дождя…

Наверное, мне стоило раньше поднять голову, а не пялиться задумчиво на серые плиты. Потому что я встретилась взглядом с оборотнем ровно за секунду до того, как врезалась ему в грудь.

Сильные руки подхватили меня, не позволяя упасть. И показалось, что даже чуть задержали в своём кольце, прежде чем выпустить и слегка отстранить.

Я, оглушённая его запахом и прикосновением, заторможенно смотрела на Ардена.

– Лейва Инна, будьте внимательнее, – с досадой произнес оборотень.

Он даже успел сделать шаг от меня. Но только один.

Потому что моя эмоциональная нестабильность, помноженная на постоянное раздражение и тоску, вдруг вылилась наружу. Прямо на ничего не подозревающего Ардена.

– Сам будь внимательнее! – громко буркнула я. – Занял весь проход, а другие топчитесь вокруг него!

То, что я переборщила, стало понятно сразу, как только произнесла последнее слово. Мы сейчас не в лесу, где наши отношения были весьма свободными. Там мне позволялось высказывать своё мнение и даже пытаться сбежать.

Но сейчас мы оба были скованы правилами Академии. Он для меня теперь – тар Лунара, а я – лейва, которую он обучает. Свободное общение между нами в стенах Саартога недопустимо.

И я совершила почти преступление. По местным меркам.

Лицо оборотня побледнело. А глаза, наоборот, потемнели, как небо перед грозой.

Я тихо ойкнула и оглянулась по сторонам в поисках путей отступления. Хорошо бы сейчас смешаться с толпой, спешащей в столовую. Но лейвы, словно почувствовав концентрирующееся вокруг нас с Арденом напряжение, быстро рассеялись. И мы с оборотнем остались одни.

Спустя мгновение слабости я подумала, а с чего это мне надо отступать? Я вообще не напрашивалась в эту дурацкую академию. У меня была своя жизнь, семья, будущее. И этот оборотень лишил меня всего в один миг.

Козёл он!

Я пошла вперёд, мимо него. И случайно зацепила плечом.

Ладно, признаюсь, не случайно. Даже пришлось сделать шаг в его сторону, чтобы хорошенько толкнуть. Потому что это он во всем виноват!

Я ожидала, что Арден отшатнётся, пропуская меня. Но он сумел удивить.

Схватил меня за плечо и резко развернул на месте. Сжал с такой силой, что из моего рта вылетел полузадушенный писк. Или это был всхлип?

– Лейва Инна, – прорычал оборотень мне в лицо, – вы наказаны за неподобающее поведение и останетесь без ужина. Я сейчас же сообщу ректору и о вашем опоздании на урок, и о вашей лени, и об отсутствии дисциплины. Вам всё понятно?!

– Всё! – пропищала я и рванулась из крепкого захвата.

Он выпустил меня, но ощущение сильных пальцев на плече никуда не исчезло. Оно преследовало меня до самой ночи, пока я не уснула, полная желания отомстить.

Утром выяснилось, что моя злость также никуда не исчезла. Она только стала сильнее. И злило даже не то, что оборотень лишил меня ужина и наябедничал ректору. А то, что он обманул мои ожидания.

Несмотря на всю браваду и резкие заявления, у меня было к нему особое отношение. Еще в пути я почувствовала связь между нами. Что-то такое, чего не ощущала ни с Элианой, ни с Ниаррэ.

Рядом с ним одиночество отступало, а тоска по дому забывалась. Я думала, что уже никогда не встречу его, почти смирилась с потерей и безумно обрадовалась, когда увидела тогда, в кабинете декана.

Наивно думала, что он чувствует то же самое…

А он просто предал меня! Предал то единственное светлое чувство, которое я испытывала к нему!

Ну держись, Арден, теперь ты попляшешь.

***

Уже на следующий день мне назначили дополнительные уроки по медитации, но на мое “магическое развитие” это никак не повлияло. Спустя неделю тар Мерион заявил, что я необучаемая, и даже попросил снять с него ответственность за мои успехи. Ректор Делианарис попросил его потерпеть пару дней, пока прибудет мой индивидуальный учитель.

Наверное, он имел в виду того самого мага Света, которого обещал выписать для меня из соседнего государства.

А пока я ждала этого мага, во мне только росло желание отомстить Ардену за все хорошее. Это ведь после его жалобы уроков у меня стало в два раза больше! И не только по медитации. Злобный оборотень словно задался целью измочалить меня на тренировках!

После того позорного забега вокруг главной башни наш курс разделили на группы по уровню подготовки. И выяснилось, что я слабее даже дриады первого уровня! Так что в моей группе оказалась единственная ученица – это я.

Когда пришла на первую тренировку, Арден встретил меня довольным оскалом. И за следующий час сделал все, чтобы я начала умолять о пощаде. Но я не издала ни звука. Просто из вредности.

Зато обратно тащилась, еле передвигая ногами. Казалось, в моем теле не осталось ни одной мышцы, которая бы не болела и не ныла. Но это были только цветочки. Ягодки появились на следующий день, когда утром я обнаружила, что не могу встать с постели.

К концу недели наше противостояние с Арденом перешло на новый уровень. Так что с каждой очередной тренировки я уходила злее, чем была до этого. К тому же их почему-то ставили в середине дня, перед историей и этикетом. Так что сейчас я шагала на урок тара Дрохевайна, сжимая кулаки и мысленно призывая все кары небесные на голову тара Лунары.

Тесла, словно чуя мой настрой, летел высоко надо мной, не рискуя спуститься ниже.

Погруженная в мысли, я не заметила выходящего из-за угла мужчину. И налетела на него со всей скорости, едва не сбив с ног.

Незнакомец меня удивил. Аккуратно придержал, пока я восстановлю равновесие, улыбнулся и вдруг извинился за свою невнимательность.

– Надеюсь, вы не пострадали? – он с интересом смотрел мне в лицо, будто видел его под вуалью. – Вы самая легкая лейва из всех, кто имел честь в меня врезаться.

Тон незнакомца был таким легким, а улыбка непринужденной, что не прошло и пары секунд, как я уже с готовностью улыбалась в ответ. И млела под вуалью от комплиментов, осыпающих меня как конфетти на новый год.

Мужчина был молод и хорош собой. Пшеничные волосы до плеч, лучистые голубые глаза, светлая кожа. Высокий и прекрасно сложенный.

– Как вас зовут, восхитительная лейва? – поинтересовался он.

– Инна.

Я в свою очередь разглядывала незнакомца и размышляла, что, наверное, именно так должен выглядеть принц из сказки. Из какой-нибудь экранизации “Золушки” или “Спящей красавицы”.

– Инна, – повторил он, будто пробуя звуки на вкус, – какое необычное и красивое имя.

А потом взял мою ладонь и поцеловал тыльную сторону.

Я покраснела. Мне было очень приятно. Вот есть же и в этом мире настоящие джентльмены. Не то что некоторые оборотни!

– Простите, милая Инна, я спешу, но, надеюсь, в будущем вы удостоите меня приятной беседы.

Он откланялся и пошёл дальше по коридору. А я с глупой улыбкой смотрела ему вслед, пока не сообразила спросить, как его зовут.

Незнакомец обернулся и произнес:

– Рандир, – а потом скрылся из виду.

Улыбка сползла с моих губ.

Я застыла на месте, обливаясь холодным потом.

Рандир? Моего нового знакомого зовут так же, как наследного принца?

Ох, надеюсь, это случайное совпадение! И я не налетела из-за угла на монаршую особу!

***

В аудиторию я вошла последней. И даже не заметила возмущенный взгляд тара Дрохевайна, которым тот одарил меня. Моя голова была занята недавним столкновением. Там крутилась одна единственная, весьма пугающая мысль: а если это и в самом деле был принц? Ой, что будет…

В памяти пролетали картинки из исторических фильмов, одна страшнее другой. Кажется, даже косой взгляд в сторону царствующей семьи – уже повод для казни. А я того беднягу хорошо приложила. Пусть Рандир и виду не подал, но я-то помню, как он при столкновении согнулся и охнул. А потом все время прижимал к груди правую кисть. Так и ушел, держась за больное место…

– Лейва Инна! – прозвучал суровый окрик учителя, заставив меня вынырнуть из раздумий. – Может, поделитесь с нами, над чем вы так тяжко вздыхаете?

Я с некоторым недоумением поняла, что урок в самом разгаре. И что ифриссы хихикают, повернувшись в мою сторону.

– Ну же, не стесняйтесь, – поторопил учитель несвойственным ему язвительным тоном. Видимо, его допекла моя невнимательность. – Наверняка это что-то серьезное! Серьезнее, чем протокол приема иностранных послов, который мы сейчас изучаем.

А ведь точно! Тар Дрохевайн – знаток этикета. Он наверняка знает, что меня теперь ждет.

Уже не задумываясь о последствиях, я честно призналась:

– Думаю, можно ли расценивать случайное столкновение с наследным принцем как покушение на его жизнь? И что за это бывает…

Глаза учителя изумленно расширились:

– Лейва Инна! Любое прикосновение к царствующей особе – уже преступление! Если только эта особа сама не позволила прикоснуться к себе.

– И что за это бывает?

– Эм-м… дайте-ка подумать, – он задумался, почесывая гладкий подбородок.

Как я уже выяснила, маги боролись с растительностью на лице радикальными методами. Уничтожали на корню. Среди людей гладкая кожа считалась признаком благородного происхождения.

– Все зависит от того, к какому сословию принадлежит обвиняемый, – снова заговорил тар Дрохевайн. – Если суд докажет, что столкновение было случайным, и обвиняемый не имел злого умысла, то ему назначат пятьдесят плетей в качестве наказания. Казнь должна проводиться публично, если обвиняемый – человек низкого сословия. Или только в присутствии суда и присяжных, если обвиняемый – мелкий аристократ. Высшее сословие, а также маги, входящие в Ковен, имеют право заменить плети на двадцать дней домашнего ареста и отчуждение четверти годового дохода в пользу королевской казны.

– А если обвиняемый – женщина? – потеряно пискнула я.

– Если она замужем, то наказание выпишут ее мужу. Если незамужняя, то отцу.

– А если она сирота?

– У любой сироты есть опекун. Кто-то из старших родственников мужского пола, который несет за нее ответственность. Суд всегда найдет, кого наказать. Но почему вас так интересует этот вопрос?

Я опустила взгляд.

Интересно, можно ли считать моим опекуном ректора Делианариса? Или куратор Байерс больше подходит на эту роль?

В любом случае, если мне не повезло столкнуться с принцем, то кому-то из этих двоих придется отдать в казну четверть своего годового дохода? Ох, такого посягательства на свой карман они мне точно не простят!

– Тар Дрохевайн, можно вопрос? – кто-то из ифрисс поднял руку.

– Спрашивайте, лейва Раальви, – благосклонно разрешил учитель.

Похоже, ему нравится, когда ученицы проявляют интерес к его предмету.

– Почему у людей низкого происхождения нет права заменить плети на выкуп?

– Возможно, потому что их жалкие гроши не в состоянии искупить ущерб, нанесенный монаршей особе? Подумайте сами, какой годовой доход у крестьянина? Но дело даже не в деньгах. Людей низкого сословия не обучают этикету. И у них почти нет шанса столкнуться с кем-то из царствующей семьи. Так что это наказание в пятьдесят плетей скорее для острастки, чем для дела. А вот маги и аристократы, которые служат при Дворе, каждый день встречаются с его величеством и его семьей. Если кто-то из них случайно наступит на ногу королю, то четверть годового дохода – это самое меньшее, чем они могут заплатить за нанесенный ущерб! Хорошенько запомните это, лейвы. Ведь за ваше невежество предстоит расплачиваться вашему мужу!

А у меня и мужа-то нет.

Я уныло вздохнула.

– Ладно, вернемся к теме урока…

Писк Теслы прервал Дрохевайна.

– Лейва Инна! – прозвучал голос ректора на весь класс. – Зайдите ко мне.

Кажется, интуиция меня не подвела. Неприятности начинаются прямо сейчас.

Я опустила голову, наивно надеясь отсидеться за партой. Но меня тут же накрыла тень Дрохевайна.

– Ждете второго приглашения? – учитель возмущенно уставился на меня. – Идите уже! И не забудьте, что на следующем уроке будет опрос по сегодняшней теме. Советую хорошо подготовиться!

Сглотнув, я неловко выбралась из-за стола и, как приговоренный на эшафот, потащилась на выход.

Глава 21

Идти к ректору не хотелось. Делианарис редко вмешивался в учебный процесс и почти никогда не вызывал к себе учениц. Если девушки вдруг нарушали дисциплину, или учителя жаловались на чью-то неуспеваемость, то все эти вопросы решали кураторы, закрепленные за каждой группой.

Но я была в Саартоге особым случаем. Единственным источником Света за последние сотни лет. Да еще высшего уровня. И ректор время от времени лично интересовался моими успехами. Которых, к сожалению, не было.

Вот такая ирония.

Прошел почти месяц с начала обучения, а я до сих пор не научилась ни чувствовать свой резерв, ни контролировать магию.

Пока шла в ректорат, все ждала какого-то чуда. Вдруг случится ураган, землетрясение, огонь с неба – ну хоть что-нибудь, что позволит мне туда не ходить.

Потом несколько минут топталась и вздыхала под дверью. Хотела даже заглянуть в замочную скважину, но вспомнила предыдущую неудачную попытку и решила не рисковать. Все-таки ректор – менталист. Наверняка он уже в курсе, что я здесь торчу.

И все же, прежде чем постучать, прислушалась к звукам, доносящимся из-за двери.

Определенно, там кто-то разговаривал, значит, Делианарис был не один. Если только он не имеет привычки говорить сам с собой.

Голоса были тихие, слов я не смогла разобрать. Но мое сердце от волнения заколотилось сильнее.

Набрав в грудь побольше воздуха, я подняла руку и постучала.

– Входите, – раздался голос ректора.

Судя по тону, он был чем-то весьма доволен. Но это только еще больше меня насторожило.

Дверь слегка приоткрылась. Я бочком протиснулась в кабинет и изумленно застыла, увидев троих мужчин, сидящих вокруг стола.

Один из них был хозяин кабинета собственной персоной. Ректор обернулся ко мне и благосклонно кивнул:

– А это и есть та лейва, о которой я вам говорил, господа. Инна, подойди ближе, не бойся.

Я машинально шагнула вперед, впиваясь взглядом в знакомое лицо.

Одним из гостей ректора был Рандир! Тот самый, которого я едва не сбила с ног, и который, кажется, принц.

Сейчас он не улыбался. Голубые глаза смотрели на меня оценивающе.

– Источник Света? – прозвучал незнакомый голос.

Я вздрогнула, отрывая взгляд от принца, и перевела внимание на третьего мужчину.

Он выглядел старше Рандира, но моложе ректора. Лицо суровое, хмурое. Орлиный нос, глубоко посаженные зеленые глаза, плотно сжатые губы. Его коротко стриженные волосы цвета темной меди были аккуратно уложены и облегали голову, словно шлем. Такого же цвета были ресницы и брови.

– Да, вы можете убедиться в этом лично, господин Хорген, – улыбнулся Делианарис. – Горгульи Саартога никогда не ошибаются.

Хорген? Имя было смутно знакомо. Где-то я его уже слышала.

Мужчина встал и медленно подошел ко мне. Я же растерянно посмотрела на ректора, затем на принца.

Губы Рандира дрогнули в полуулыбке.

Я поспешно отвела взгляд.

Между тем, Хорген остановился возле меня. Молча вгляделся в мое лицо сквозь вуаль, затем обошел вокруг.

Под его пронзительным взглядом мне захотелось поежиться.

– Действительно, – пробормотал он, отступая, – я чувствую в ней магию Света. Сырую, ничем не сдерживаемую, кроме браслетов, и очень мощную.

– Достаточно мощную, чтобы удовлетворить потребности наследника трона? – Рандир склонил голову набок.

Я мысленно застонала.

Все-таки это принц! Интересно, он уже рассказал ректору о нашем столкновении?

– Более чем, – сухо ответил Хорген.

– А как насчет вас, господин верховный маг? – обратился к нему Делианарис.

А я с трудом сдержала удивленный возглас.

Верховный маг? Тот самый? Ой, мамочки…

Ректор ведь говорил, что в королевстве есть только три мага Света, способные меня обучить. Сам король, его старший сын и верховный маг, глава Ковена. Но все они очень заняты государственными делами.

Похоже, не очень заняты, раз двое из них сейчас находятся передо мной.

Хорошо, сам король не явился на смотрины. Хотя, зачем это ему? Он уже благополучно женат.

Да, кстати, насчет замужества…

Вспомнив конечную цель всего этого действа, я решила повнимательнее присмотреться к магу и принцу.

Первый слегка пугал. Он был намного старше меня. Возраст не особо отражался на его внешности, на вид магу было слегка за сорок, зато чувствовался в пронзительном взгляде. Этот человек точно прожил больше, чем сотню лет!

Со вторым я уже имела честь пообщаться. И, не будь Рандир принцем, я бы сказала, что он мне даже нравится. Но опыт поколений подсказывал, что лучше держаться подальше от царствующих особ.

– Да, – кивнул верховный маг, привлекая мой взгляд к себе, – она мне подходит.

– Замечательно, – снова заулыбался Делианарис. – Ваше высочество, у вас появился конкурент на брачном аукционе.

Принц ответил легким кивком. Все это время он не спускал с меня глаз, как и глава Ковена.

– Но есть одна проблема, господа, – продолжил ректор вкрадчивым тоном. – Я не могу выставить на аукцион лейву, которая не контролирует свой источник. К сожалению, в нашей Академии нет ни одного тара, способного огранить этот алмаз. Я подал запрос в соседнее королевство. Но вы же понимаете, что если прибудет достаточно сильный маг Света, то у вас появится еще один конкурент?

Хорген вернулся на свое место. А я так и осталась стоять посреди кабинета. Только пальцы нервно сцепила.

Все трое уставились на меня, как голодные волки на бедную овечку. Ректор, судя по блеску в глазах, уже подсчитывал барыши, а остальные двое прикидывали, стою ли я их усилий.

Видимо, стою, потому что после минутной паузы заговорил Рандир:

– Я могу выделить время…

– Я готов стать наставником… – одновременно с ним заявил Хорген.

Оба мужчины обменялись сердитыми взглядами.

– Что ж, это даже лучше, чем я ожидал! – улыбка Делианариса стала шире. – Уверен, ваше наставничество пойдет этой лейве только на пользу.

Я тихонько выдохнула.

Кажется, мое обучение наконец-то сдвинется с мертвой точки. А то уже надоело быть посмешищем среди ифрисс.

– Но сначала я хочу видеть ее лицо! – внезапно заявил принц.

– И ноги! – категорично добавил Хорген.

Что? Это еще зачем?

Я машинально попятилась.

– Инна, – голос ректора сочился медом, – вам нечего бояться. Господа собираются бороться за вас как за будущую жену. Нет ничего удивительного в том, что им хочется знать, как вы выглядите. Просто приподнимите вуаль.

– Э-э… а ноги мои им зачем?

– Не хочу жену с кривыми ногами, – поджал губы Хорген.

– А я не хочу рыжего мужа! – брякнула, не подумав.

И испуганно захлопнула рот обеими ладонями.

– Простите, господа, – Делианарис покачал головой, – эта девушка из дикого мира. Ее еще многому предстоит обучить.

Он крутанул пальцем, и мой подол сам пополз вверх, открывая ноги выше колен. Точно так же взлетела вуаль.

Меня охватила злость.

Я хотела одернуть платье, но поняла, что не могу двинуться. Так и стояла столбом, будто муха, застывшая в янтаре, пока трое мужчин разглядывали меня, как колбасу на прилавке.

– Неплохо, – наконец кивнул принц.

Что? Неплохо?! Это он сейчас обо мне?

Подол опустился. Следом за ним и вуаль. Оцепенение тоже прошло, и гнев вместе с магией хлынул по жилам.

На руках вспыхнули блокираторы.

Свет был настолько силен, что пробился сквозь ткань рукавов. Увидев его, принц и верховный маг многозначительно переглянулись. Наверное, оценили мой уровень.

– Господа, внешность у лейвы – не главное, – напомнил им ректор. – Всего несколько магических манипуляций – и она будет выглядеть не хуже придворных красавиц.

– Зато ноги прямые! – едко заметила я.

– И ужасный характер, – парировал Хорген.

– Ладно, Инна, можете быть свободны, – Делианарис махнул рукой.

Дверь открылась, указывая на выход.

Я недоверчиво посмотрела на принца.

Это все? Значит, он не рассказал о нашем столкновении? Меня не накажут?

На душе моментально полегчало. Но, похоже, я рано обрадовалась.

Поймав мой взгляд, Рандир усмехнулся.

В тот момент я поняла, что наказание еще впереди. И не ошиблась…

***

На следующее утро Тесла сообщил мне новое расписание.

– Что? – удивилась, разглядывая единственную строчку.

“Индивидуальные занятия с таром Рандиром”.

– Что это значит?

Но вместо ответа Тесла начал пищать, сигналя, что мне следует поторопиться, иначе опоздаю на завтрак.

Я быстро приняла душ, оделась, уже привычно закрутила волосы и накрыла энненом. С отвращением опустила на лицо вуаль. Эта штука была самой раздражающей из всего гардероба. Из-за неё постоянно приходилось прищуриваться, чтобы ясно видеть окружающее. Даже остроконечная шапка так не мешала. К тому же благодаря эннену осанка у меня стала намного лучше – приходилось постоянно держать спину прямой, чтобы дурацкий конус не соскользнул с головы.

От вуали же не было вообще никакой пользы. Сплошные неудобства.

Впрочем, лейв об их удобстве никто и не спрашивал. Сказали, надо закрывать лицо, чтобы не смущать нежные души (или сердца, или что у них там есть?) мужеского пола, значит, извольте закрывать и не задавайте лишних вопросов.

Местные средневековые нравы меня дико злили. Но я старалась держать себя в руках. Ведь при каждой вспышке раздражения моя магия пыталась прорваться наружу. А я уже видела, как жалко это выглядит со стороны. К тому же ощущения при этом были не слишком приятные. Лучше уж научиться терпению.

Как там говорили на медитации? Глубокий вдох и медленный выдох. Повторять, пока не поможет.

И, как ни странно, это действительно начало мне помогать. По крайней мере, вспышки были уже не такими частыми, как в первые дни.

Правда, несколько таров нервировали меня особенно сильно. И тут уже не помогали ни вдохи, ни выдохи.

На ректора, Ардена и принца с верховным магом я продолжала реагировать весьма остро. И ничего не могла с этим поделать.

На завтрак пришла в задумчивости. Ниаррэ это сразу заметила.

Она покрутила головой, убедилась, что сегодня дежурит тар Дрохевайн, и зашептала.

– Инна, что-то случилось?

Я подняла на неё взгляд, удивляясь проницательности подруги.

– А как ты догадалась?

– Это легко, – невесело хмыкнула она и начала загибать пальцы. – Во-первых, на тебе лица нет. А во-вторых, ты даже не поздоровалась. И это произошло впервые за всё время нашего знакомства.

– Прости, – я поняла, что слишком глубоко погрузилась в свои размышления.

Ниаррэ была самым близким мне здесь человеком. Пусть и нимфой. И обижать её пренебрежением совсем не хотелось.

– Помнишь, я говорила тебе, что ректор ищет мне преподавателя для индивидуальных занятий?

Она кивнула:

– Да, ты говорила.

– Так вот, – тяжелый вздох, – он нашёл.

– Это же здорово… – не поняла мою печаль Ниаррэ и добавила: – Или нет?

– Совсем не здорово! – забывшись, я сказала это громче, чем было необходимо. – Мало того, что их двое. Так ещё один их них – принц, а второй – верховный маг Арбадона.

– Что?

– С тобой будет заниматься сам принц?

– Верховный маг?

– Индивидуальные занятия?

Ну вот, докричалась. Сидевшие рядом девушки услышали мои слова и начали с любопытством выспрашивать подробности. А там и с соседних столиков стали доноситься вопросы.

– Лейвы!

Тар Дрохевайн был самым интеллигентным в академии Саартог, но, когда он начинал говорить таким тоном, все тут же вспоминали о дисциплине.

Соседки замолчали, продолжая вопрошать меня глазами. Но я опустила взгляд в свою тарелку и нарочито не замечала любопытства. Вот же длинный у меня язык!

Бабушка была права.

Ниаррэ тоже больше не расспрашивала. Но я чувствовала изумление, с которым она смотрела на меня.

Вдруг нимфа накрыла ладонью мою руку и быстро проговорила:

– Держись!

Я подняла на неё взгляд. Ниаррэ внезапно увлеклась своим завтраком. Зато столовую наполнили непонятные шепотки. Они росли, множились. И, как ни странно, тар Дрохевайн больше не повышал на нас голос.

Что это с ним такое?

Я обернулась, отыскивая его взглядом, и застонала.

Похоже, нормально позавтракать сегодня не удастся. Потому что от входа в мою сторону с улыбкой голливудской звезды шёл Рандир.

Глава 22

Принц двигался с прирождённым изяществом аристократа. Позволял лейвам любоваться собой. И надо сказать, что выглядел превосходно. Кожа сияла, глаза блестели, зубы сверкали. Я даже немного позавидовала его способности так ослепительно выглядеть с утра пораньше.

Лейвы открыто любовались им и вздыхали. По столовой катились волны громкого шёпота – те, кто знал, кто такой Рандир, сейчас делились информацией с теми, кто ещё не был в курсе.

Едва он остановился возле столика, за которым сидела я, в столовой раздалось дружное “ах”.

А когда принц, отодвинув стул, занял место слева от меня, я почувствовала со всех сторон уколы завистливых взглядов.

Вот же принесла нелёгкая этого Рандира!

– Лейвы! – заговорил тар Дрохевайн.

В его тоне звучало даже не предупреждение – мольба вспомнить о чём-то. И это подействовало.

Я, например, тут же вспомнила, что Рандир – член королевской семьи, и приветствовать его надо как-то по-особенному. Тар Дрохевайн что-то такое рассказывал.

Вспомнили мы все вместе. Стулья дружно заскрежетали по полу, а мы резко вскочили на ноги.

У тара Дрохевайна перекосило лицо, словно у бедняги болели все зубы. А принц остался невозмутим.

– Пожалуйста, садитесь, лейвы, – произнёс он мягким, очаровывающим девушек баритоном. – В стенах Академии я – один из таров, поэтому нет необходимости соблюдать дворцовый этикет.

Стулья снова заскрежетали. На этот раз невпопад.

Судя по лицу тара Дрохевайна, в эти минуты зубы причиняли ему неописуемые мучения. Я отбросила человеколюбивую мысль подойти к нему и посоветовать обратиться к врачу. Что-то, видимо интуиция, подсказало, что это будет ошибкой. И мучают тара вовсе не зубы.

Повинуясь движению принца, к нему подъехал раздаточный столик. Рандир, задумавшись лишь на мгновение, взял кусок пирога, запечённую рыбу и овощи, три бутерброда с копчёным мясом, порезанным тонкими ломтиками и украшенным веточкой пахучей зелени. А затем добавил к своему совсем не скромному завтраку кружку бодрящего напитка, похожего на крепкий какао с молоком.

Я, за неимением кофе, тоже пила его.

– Приятного аппетита, лейвы, – улыбнулся Рандир, берясь за вилку.

Разумеется, аппетит у всех, кто сидел за нашим столом, тут же завял. Хотя ещё несколько минут назад мы активно уплетали свой завтрак. Я с грустью оглядела сырники, политые сладкой сметаной и щедро посыпанные лонгариной. Благодаря декану Наурани я навсегда запомнила, как называются эти ягоды. Но любовь к ним не утратила.

А теперь пришлось судорожно вспоминать уроки этикета. Что там тар Дрохевайн говорил о совместных трапезах с членами королевской семьи?

Пусть принц утверждает, что сейчас он всего лишь один из таров, и церемонии излишни. Но, уверена, в голове каждой лейвы в это мгновение проносились уроки по этикету. Судя по ёрзанью и шелесту платьев, быстро вспомнить нюансы получалось не у всех.

За нашим столом первой опомнилась Ниаррэ. Она взяла ложку и как ни в чём не бывало продолжила есть суп из морских гадов и водорослей. Я решила последовать её примеру.

В смысле не заменить сырники на суп, а тоже вернуться к своему завтраку, сохраняя безмятежное выражение на лице.

А этот суп, который нимфа почти каждый день ела на завтрак, я однажды попробовала. Она говорила, здесь его готовят почти так же хорошо, как в её родном мире. Это варево напоминало жидкое бурое пюре, резко пахнущее морем, в котором плавали останки креветок, мидий, гребешков и прочих невинноубиенных существ. А вкус был очень на любителя.

Спасибо, больше не хочу.

Лучше сырники. Хотя моя бабушка готовила их вкуснее, чем саартогские повара.

Постепенно голоса стихли. Вскоре помещение наполняло только тихое позвякивание столовых приборов. Я осторожно огляделась и едва сдержалась от смешка – никогда не видела, чтобы лейвы ели так медленно и аккуратно.

А тар Дрохевайн своей бледностью напоминал разбуженного среди бела дня вампира. И чувствовал он себя явно ничем не лучше.

Запищали шары-надзиратели. Одна за другой лейвы начали отставлять тарелки и подниматься из-за стола. Каждая, проходя мимо, бросала на меня завистливый взгляд.

А я что? Я – ничего. У меня индивидуальные занятия, мой препод сидит рядом и с аппетитом доедает пирог.

Ниаррэ улыбнулась мне и тоже убежала.

Мы с Рандиром остались в столовой одни.

Он молчал, продолжая завтракать. Я тоже молчала, потягивая какао. А чего говорить? Он у нас учитель. Вот пусть и учит.

Принца, казалось, наше молчание вовсе не напрягало. Он, не торопясь, съел всё содержимое своих тарелок, допил какао. Потом улыбнулся мне и сообщил:

– Завтрак – самый важный приём пищи, лейва Инна, никогда не следует пренебрегать им.

Я глубокомысленно кивнула.

Пусть думает, как хочет. Но решать за меня, что мне предпочитать – завтрак, обед или ужин – никто не будет. Я сама уже достаточно взрослая, чтобы разобраться в режиме питания.

А раз принц решил стать моим учителем, пусть научит, как овладеть собственной магией. Чтобы хоть какая-то польза от него была.

В этот момент мне показалось, что Рандир прочитал мои мысли – таким хитрым стало выражение его лица.

Я постаралась прогнать испуг. Принц – маг Света. Ему не под силу штучки менталистов. Или под силу?

Я ведь совсем ничего не знаю о своём новом индивидуальном учителе.

Принц улыбнулся ещё шире и поднялся из-за стола. Мне пришлось встать вслед за ним.

– Ну что, лейва Инна, начнём урок? – мягким баритоном осведомился он и взглядом указал на свой локоть.

Отказывать монаршим особам нельзя. Так что пришлось опереться на предложенную руку.

Так, почти как парочка, мы и двинулись к выходу из столовой. Уже в дверях встретились с оборотнем.

Мужчины обменялись вежливыми кивками. Причём Арден склонил голову лишь немногим ниже принца.

И пока я раздумывала над этим, пялясь на оборотня, он перевёл взгляд на меня – тяжёлый и хмурый. Будто окунул в предгрозовое облако.

Я вздрогнула и поёжилась.

– Вам холодно, милая Инна? – тут же промурлыкал Рандир и, обняв за плечи, прижал к себе слишком сильно.

Мне стало неудобно, но вырываться я не решилась. Это же принц, особа королевской крови. По этикету вроде как не положено вырываться, если он обнимает.

Оборотень ожёг меня неприязненным взглядом и поспешил пройти мимо. А мне почему-то захотелось догнать его и сказать, что он всё не так понял.

Ну что за глупости лезут мне в голову?

***

Рука принца исчезла с моих плеч, только когда мы дошли до учебного корпуса. Там Рандир отпустил меня, толкнул дверь и жестом пригласил войти в пустое помещение.

Я замялась на пороге.

Все-таки этикет не позволял поворачиваться спиной к принцу.

– Входите, Инна, – поторопил Рандир с улыбкой. – Я уже понял, что наш этикет вы выучили в совершенстве. Но если продолжите в том же духе, то мне будет сложно вас обучать.

– Почему? – удивилась я и поспешно добавила: – Ваше высочество.

Он покачал головой:

– Тар Рандир.

– Тар Рандир, – повторила, все же проходя в аудиторию.

Принц вошел следом. Дверь тихо закрылась.

Помещение было небольшим и лишенным всякой мебели. Только мягкий, предназначенный для медитаций пол пружинил под ногами. У двери ждал специальный деревянный щит, на котором следовало разуться. Рядом в стене были небольшие ячейки. На уроках медитации мы оставляли там обувь. Так что сейчас я сразу потянулась к туфлям. Но принц остановил меня.

– Позвольте мне, Инна.

У меня чуть глаза не выскочили из орбит, когда он вдруг опустился передо мной, мягко сжал мою лодыжку и… поставил ногу себе на колено. Прямо на свои белоснежные брюки с золотым шитьем вдоль лампасов.

– Ваше вы… Тар Рандир! – я попыталась вырвать ногу. – Что вы делаете?!

– Совмещаю приятное с полезным.

Он белозубо улыбнулся, глядя на меня снизу вверх, и совершенно спокойно продолжил снимать туфлю.

– Понимаете, Инна, – взявшись за вторую ногу, снова заговорил, – у каждого мага, даже самого сильного, есть одна слабость. Мы способны соединиться с дополнительным источником только до определенного возраста. И если не успели – потом он уже бесполезен. Так вот, чем сильнее маг, тем больше у него времени, но это время не бесконечно. И мое уже начинает поджимать.

Его хватка была крепкой, но деликатной. Принц разувал меня так, словно это я была принцессой или сделанной из хрусталя, а он боялся меня разбить. Наконец он поднялся, держа мои туфли в руках, и поставил их в пустую ячейку.

Я молчала, ожидая продолжения речи. Чувствовала, это еще не конец.

Рандир отряхнул колени. Впрочем, это было лишним. Небольшие пятна, оставленные моими туфлями, испарились с белоснежной ткани словно по волшебству. Точнее, это оно и было.

– Саартог предлагает таким, как я, только источники Огня, – сказал принц, глядя на меня. – Эта магия родственна магии Света, но не настолько, чтобы удовлетворить все потребности. Поэтому я тянул. Надеялся на чудо. И моим чудом стали вы, Инна. Теперь я сделаю все, чтобы заполучить вас на аукционе невест.

– Спасибо, мне приятно, – зачем-то ляпнула я, но тут же встряхнулась. – Так, погодите. Я вас поняла, но зачем все эти… ухаживания? Все равно ведь в аукционе победит тот, у кого больше денег!

– Не совсем, – опять улыбнулся принц. – Личная приязнь способствует более сильному соединению аур.

Это заставило меня ненадолго задуматься.

Повторяя за Рандиром, я уже привычно опустилась на пол. Приняла позу для медитации. Принц сел напротив меня.

– Дайте руки, Инна, – сказал он. – Не бойтесь.

Я не боялась. Поэтому без колебаний протянула ладони. Рандир накрыл их своими. Его руки были сухими и горячими, с шершавыми мозолями, которые, как я догадывалась, оставили рукояти клинков.

– Теперь закройте глаза и слушайте мой голос.

– А тар Мерион не говорил давать ему руки, – тихо проворчала я, но глаза послушно закрыла.

И почувствовала, как пальцы принца мягко погладили центр моих ладоней.

От этой умелой, но в то же время непритязательной ласки вдоль рук промчалась волна мурашек и отозвалась пульсирующим теплом в районе солнечного сплетения.

– Тар Мерион – маг Воздуха. Стихия Воздуха усиливает стихию Огня, поэтому его поставили преподавать медитацию ифриссам. Но для стихии Света Воздух практически бесполезен, – пояснил Рандир. – Маги Света – особый случай, как и его источники. Вы что-то чувствуете сейчас?

Он продолжал выписывать круги на моих ладонях. Нет, не круги, а сложные узоры, состоящие из безотрывных петель и завитков.

– Да, – кивнула, прислушиваясь к себе. – Чувствую тепло.

– Где именно?

– Где-то в районе желудка.

Послышался тихий смешок.

– Это ваша магия отзывается на близость моей. Сосредоточьтесь на этом ощущении. Сконцентрируйтесь. Представьте себя внутри огромного сгустка света, Инна. Он не жжет, как огонь, и не режет глаза. Он просто делает мир вокруг вас ослепительно-белым и чистым…

Глава 23

Голос Рандира опустился до чарующего шепота. Его пальцы ласкали мои ладони. Тепло внутри накатывало приятными волнами. Казалось, меня качает на этих волнах, словно в большом теплом море. Бережно, но неумолимо уносит все дальше от берега.

Я не заметила, когда перестала чувствовать это тело. Осталось лишь ощущение теплых потоков внутри. Они проходили сквозь сознание и устремлялись в центр моего естества.

А голос принца все звучал и звучал. Гипнотизируя. Усыпляя. Повергая в состояние транса.

Все внутри меня желало отдаться этому голосу, следовать за ним, как за путеводной звездой. Но еще раньше слова про взаимную приязнь разбудили во мне неприятные воспоминания. И сейчас картины прошлого лезли в голову.

Что-то там не сходилось.

Когда тот маркиз в лесу меня похитил и хотел насильно провести ритуал, то его не очень беспокоило мое отношение. Ему было плевать, что я не хочу становиться его женой. Если бы не Арден, появившийся в последний момент, то сейчас я была бы связана с тем мужиком против воли!

– Так дело не пойдет, – в мои мысли ворвался недовольный голос принца, – Инна, о чем вы думаете? Что вас беспокоит?

Я открыла глаза.

– Извините.

– Не нужно извиняться, – Рандир покачал головой. – Просто скажите, что не дает вам расслабиться? Вы не доверяете мне?

Он так внимательно смотрел на меня, что я смутилась. Но скрывать свои умозаключения было бессмысленно. Наоборот, принц мог все объяснить.

– Понимаете, – начала я, подбирая слова, – по дороге в Академию со мной случился один инцидент…

Я кратко описала произошедшее. А под конец высказала свои сомнения:

– Действия того мага противоречат вашим словам о взаимной приязни.

Принц улыбнулся:

– Вовсе нет.

Но глаза его не улыбались. Наоборот, после моего рассказа он немного напрягся. А еще попросил подробнее описать внешность мага и жреца, который нас чуть не обвенчал.

– Магию, как и женщину, можно взять силой, – пояснил он, когда я закончила. – Именно это собирался сделать тот негодяй. Но удовольствия от такого союза не будет. А ведь магу и его источнику придется провести вместе несколько сотен лет. Не лучше ли быть приятными друг другу?

В его словах был резон, так что я кивнула.

– Вы должны уже знать, что после слияния аур между магом и его источником возникает особая связь. Мы становимся взаимозависимыми.

Я снова кивнула.

– А мне бы не хотелось до конца своих дней зависеть от женщины, которая меня ненавидит.

Рандир говорил искренне. Это чувствовалось в его словах и взгляде. Но в тот момент я поняла, что это только усложнит мою жизнь. Принц будет ухаживать, пытаясь вызвать во мне ответные чувства. Только он здесь не один. Есть еще дор Хорген. Дор – особое обращение к верховным магам, входящим в Ковен. Какую тактику использует он?

Впрочем, дор Хорген показался мне более зрелым и более серьезным, чем принц.

– Кажется, вы опять думаете не о том, – вздохнул Рандир. – Что теперь вам мешает сосредоточиться?

– Дор Хорген, – честно призналась я.

– Да, мне достался серьезный соперник.

– Он старше вас?

Я хотела сказать "сильнее", но не решилась. Он и сам это понял.

– Примерно в два раза.

– Значит ли это, что у него еще меньше времени?

– Это значит, что у него уже нет времени. Хорген еще в прошлом году подал заявку на аукцион. Он боролся за ифриссу седьмого уровня, но в последний момент отступил.

– Почему? – удивилась я.

– Возможно, он сам вам расскажет, если попросите.

Я смущенно прикусила язык. В самом деле, не очень красиво расспрашивать принца о личной жизни его соперника. Но с другой стороны, я же теперь не усну от любопытства!

– Давайте сосредоточимся на уроке, – прервал Рандир невысказанный вопрос.

И снова накрыл мои ладони своими.

На этот раз я постаралась не отвлекаться на лишние мысли. Позволила голосу принца и мягким волнам унести меня в пустоту. И даже увидела яркую звездочку, мерцающую вдалеке.

Это был мой источник. Я потянулась к нему, следуя указаниям Рандира. Не руками, а всем существом. Но звездочка была слишком далеко. Она казалась недосягаемой.

– Вот так, – вел меня шепот принца. – Почувствуйте Свет внутри себя. Позвольте себе слиться с ним…

В какой-то момент шепот стал звучать очень близко, словно на ухо. Меня окутало тепло и тонкий, едва уловимый запах парфюма.

Кто-то прижимался ко мне со спины. Словно сквозь сон, я чувствовала чье-то твердое тело. Чьи-то руки гладили мои собственные, скользя от локтей до кончиков пальцев. Причем я смутно осознавала, что гладят меня прямо по коже, а не поверх рукавов.

Но транс уже был слишком глубоким, чтобы это обеспокоило меня.

Наоборот, я увидела, что звездочка стала ближе и ярче. Она манила все сильнее. Завораживала. Звала. Я не могла и уже не хотела сопротивляться этому зову.

Потянулась навстречу.

Теплый поток подхватил меня и понес.

Звезда становилась все больше, все ослепительнее. Она превратилась в сияющий шар белого цвета…

Вот-вот я нырну в этот свет. Осталось сделать последний рывок…

Чьи-то губы коснулись моей кожи за ухом.

Мои и чужие пальцы переплелись.

Я вздрогнула, возвращаясь в реальность. Будто кто-то выдернул меня из транса, как рыбу из речки.

Резко открыла глаза.

И первое, что увидела, это вспышку света в своих руках. Она была кратковременной, крошечной, но ослепительно белой. Вспыхнула – и исчезла.

Я изумленно охнула и осознала, что принц сидит позади, прижимаясь грудью к моей спине, и, отодвинув вуаль, губами ласкает мне кожу за ухом. Его руки вытянуты вдоль моих рук, а пальцы крепко переплетены с моими.

– В-ваше… Тар Рандир! – я возмущенно дернулась из его объятий.

В ответ раздался разочарованный стон.

Рандир разжал руки, и я вскочила. Обернулась, собираясь высказать все, что думаю, одному наглому принцу.

Но увиденное заставило прикусить язык.

Принц лежал на полу, прикрыв глаза локтем. А его губы кривились, словно он испытывал сильную боль.

– Как близко… – услышала я хриплый шепот. – Так мучительно близко…

– О чем вы? – я испугалась. – Вам плохо?

– Нет, милая Инна, – Рандир усмехнулся и убрал руку с лица. – Просто я чувствую ваш Свет. И он для меня, как лакомство для того, кто не ел три дня. Понимаете?

– Ну… не очень, – я скептично посмотрела на принца.

Он уже сел. Похлопал по полу рядом с собой.

– Не бойтесь, я себя уже контролирую. Это больше не повторится, если вы сами не захотите.

– Не захочу! – слишком поспешно заверила я.

– Мне бы вашу уверенность, – хмыкнул он и отодвинулся.

Я подумала и все же села.

– Так что это было? – спросила, настороженно ловя каждую эмоцию на его лице.

В тот момент даже порадовалась, что у меня есть вуаль, и Рандир не видит моих пылающих щек.

– Сложно быть в такой близости от источника силы и не соблазниться, – просто ответил он. – Зато небольшая вольность с моей стороны пошла вам на пользу.

Я нахмурилась.

– Вспышка!

– Да, это был ваш источник. Пусть на миг, но вы смогли его удержать.

***

Вскоре принц объявил, что урок окончен. Я тут же поднялась с пола и поспешила обуться. За спиной услышала невесёлый смешок, но оборачиваться не стала.

Это занятие вызвало у меня очень смешанные эмоции.

С одной стороны, мне наконец-то удалось увидеть свой источник – и это радовало. А с другой… То, как его высочество прижимался ко мне, гладил и чуть ли не облизывался, как кот на сметану, очень смущало.

Хотелось оказаться подальше от него, чтобы в тишине и спокойствии всё обдумать. Но такой возможности мне не дали.

Едва мы вышли из аудитории, как прозвенел звонок, и в коридоры высыпали лейвы. Не успел принц со мной попрощаться, а меня уже окружили любопытствующие ифриссы, сильфы и даже нимфы. За их спинами толклись немногочисленные оборотницы и пара дриад. Пусть лиц не было видно за плотными вуалями, но я разбирала знакомые голоса.

Вот уж воистину не важно, из какого мира пришли и к какой расе относятся – девчонки всегда остаются девчонками. Их интересует одно и то же.

– И как он?

– О чём вы говорили?

– Чем занимались?

– Тебе удалось потрогать его мышцы?

– И как он на ощупь?

Вопросы сыпались будто из рога изобилия. Я даже не пыталась на них отвечать. Да и разобрала не все. Потому что около двадцати любопытных девчонок прижали меня к стене и требовали немедленно поделиться впечатлениями.

– Стоп! – выкрикнула я, резко выставив перед собой руки ладонями вперёд. – Вы меня сейчас задавите! Шаг назад!

Лейвы, что оказалось для меня неожиданностью, послушались и дружно отступили. Дышать действительно стало легче.

– Если вы хотите что-то узнать, придётся спрашивать по очереди. Поднимайте руки, у кого есть вопрос.

В этот момент я поняла, почему наши учителя говорят про “лес рук”. Это действительно был лес. Каждая лейва подняла сразу обе руки. Видимо, в других мирах ученики в школах как-то иначе привлекают к себе внимание.

Я окинула взглядом всех желающих и поняла, что, если отвечу каждой, не только на обед не успею, но и на физкультуру опоздаю. Тогда придётся идти к Ардену голодной и ещё оправдываться перед ним. А он и так не слишком любезен со мной.

Значит, надо ответить на пару вопросов и бежать в столовую.

– Ты, – выбрала я лейву, стоящую прямо передо мной.

Показалось, что она даже задышала чаще. От волнения или нетерпения. Первое слово ей не далось, пришлось откашляться. Товарки вокруг зашумели, и лейва поняла, что тянуть больше нельзя, иначе спросит кто-то другой.

– Он сказал, что будет торговаться только за тебя на аукционе, или у нас тоже есть шансы?

По вопросу я поняла, что это одна из ифрисс. Незнакомая мне. По крайней мере, этот голос я прежде не слышала.

Задумалась, как ответить, и вдруг поняла, что лейвы ждут моих слов, затаив дыхание. Вокруг воцарилась оглушительная тишина.

До меня наконец дошло, что только я возмущена похищением девушек и продажей их на аукционах.

Для большинства здесь – это совершенно естественный процесс. А ифриссы вообще с самого детства готовятся к тому, чтобы стать супругой и источником силы для мага. Их не возмущает несправедливость, потому что для них это вполне нормальный порядок вещей.

Возможно, несправедливым сейчас они видели то, что какая-то чужачка из малоизвестного мира обладает самым высоким уровнем самой редкой стихии. И теперь её внимания добиваются два самых желанных мага. Возможно, кто-то из окруживших сейчас меня девушек спал и видел, как принц Рандир или дор Хорген выбирают её на аукционе и не скупятся, делая всё более высокие ставки.

Они считают меня соперницей… поняла я.

А от соперниц что делают? Правильно – избавляются.

Внутри у меня похолодело. Эта встреча в коридоре уже не казалась такой уж безобидной. За тёмными вуалями мне виделись горящие жаждой справедливости глаза. Той справедливости, которую понимали они, а не я.

Надо быть предельно осторожной, формулируя ответ. А лучше вообще всё отрицать.

Эта мысль понравилась мне больше всего.

– Он вообще не говорил, что собирается торговаться за меня, – я легкомысленно махнула рукой. Затем подалась вперёд и вполголоса добавила: – Не уверена, что вообще интересую его как будущая супруга. Все знают, что я даже свой источник не могу ощутить. Вдруг горгульи ошиблись, и у меня вовсе не седьмой уровень?

Лейвы дружно ахнули. Как будто сама мысль, что можно сомневаться в квалификации горгулий, была кощунственной.

Но три ифриссы переглянулись между собой.

Мысль о соперницах, которые могут оказаться опасными для меня, снова закружилась в голове. Но обдумать я её не успела, потому что ещё одна лейва задала вопрос. Причём она не стала тянуть руки или ждать разрешения. Просто громко выкрикнула:

– Принц понравился тебе?

По голосу я узнала Шемайли. А потому расслабилась.

Как оказалось, слишком рано.

– Он очень симпатичный, – честно сказала я. – К тому же приятный, вежливый, обходительный. Не грубит, как…

Девушки снова затихли, выслушивая мой ответ. Поэтому вокруг царила тишина. Мои слова разнеслись по всему коридору.

И я слишком поздно поняла, что теперь здесь стало на одного человека больше. Точнее – на одного оборотня.

Глава 24

Арден, как обычно, возник неожиданно. Никак не привыкну к его кошачьей походке. Заинтересовавшись стихийным митингом в коридоре, он не прошёл мимо. К сожалению.

Потому что, произнося последние слова, я встретилась с его нечитаемым взглядом. И осеклась.

– Что же вы замолчали, лейва Инна? – оборотень безошибочно узнал меня под вуалью в толпе таких же закутанных девушек. – Продолжайте. Кто же вам здесь грубит? Кто смеет обижать ту, ради которой сам принц Рандир бросил государственные дела и примчался в Академию?

Я мучительно покраснела. Прямо почувствовала, как запылали щёки, уши, шея. И разозлилась.

Этот оборотень постоянно оказывается не там, где надо, и ставит меня в неловкое положение. Неужели ему сложно хотя бы раз проявить элементарную вежливость? Даже принц ведёт себя как джентльмен. Ну, не считая того, что он немного распускает руки…

Но дело ведь не в этом! Дело в Ардене, который действует на меня как красная тряпка на быка. Словно нарочно провоцирует.

Лейвы затихли, притворяясь безмолвными столбиками. Словно почувствовали, как между мной и оборотнем накаляется пространство. Мы сцепились взглядами. Никакая вуаль не мешала.

– Так кто же, лейва Инна? – повторил оборотень вкрадчивым голосом, будто подначивая.

И я не сдержалась. Рухнула вниз на гребне снежной лавины. Злость на Ардена, обманувшего моё доверие, достигла апогея. Причём в этот момент я даже не осознавала, что он может просто не подозревать о тёплых чувствах, которые возникли у меня к нему.

Впрочем, это было уже неважно. Потому что в этот момент надо мной довлело лишь одно чувство – злость. Оборотень хочет правдивого ответа на свой вопрос? Оборотень его получит.

– Вы! – почти выкрикнула я и, чтобы ни у кого в коридоре не осталось сомнений относительно моих чувств, добавила: – Вы невыносимы и уже окончательно меня достали, тар Лунара!

Громко запищал Тесла, разрушая повисшую тишину.

Оборотень хмыкнул, развернулся и ушёл. Лейвы, негромко переговариваясь между собой и оглядываясь на меня, тоже покидали коридор. А меня окатило осознанием того, что я натворила.

– Инна, ты зачем наговорила грубостей тару Лунара? Если он пожалуется ректору, тебя накажут!

Кто-то взял меня под руку и потянул за собой. Я не сразу поняла, что это Намааси.

А когда узнала подругу, призналась:

– Я идиотка, – и, чуть подумав, изменила прогноз на: – Мне конец.

– Думаю, ты просто устала, – ифрисса успокаивающе погладила меня по спине. – Не переживай, скоро привыкнешь.

– Думаешь? – кисло спросила я.

– Уверена, – Намааси кивнула. – А теперь идём в столовую, а то так и останемся голодными.

Аппетит у меня отбило напрочь. И любопытные взгляды, бросаемые на меня лейвами, его возвращению вовсе не способствовали. Похоже, уже вся академия в курсе, что я нагрубила тару Лунаре.

Несколько минут спустя я вяло ковыряла запечённую рыбу с нежным сливочным соусом, вкуса которого совсем не ощущала, и думала. О том, почему я такая идиотка. Почему так реагирую на оборотня. И самый главный вопрос – как теперь ходить к нему на занятия?

Ответ на этот вопрос я не нашла. Но и откосить от физподготовки не было ни малейшей возможности. Так что после основных предметов пришлось переодеваться и ползти на тренировочную площадку.

Настроение упало вконец. Так тоскливо мне давно не было. А ведь во всем виноват тар Лунара!

Впрочем, судя по цветущему виду, Арден никакой вины за собой не чувствовал. Он ждал, заложив руки за спину, пока мы все соберемся и выстроимся в шеренгу вдоль края площадки. Затем окинул нас оценивающим взглядом и произнёс:

– Лейвы, на прошлом общем зачете многие из вас меня порадовали. Дальнейшие тренировки вам нужны лишь для поддержания физической формы. Но это касается не всех.

Он безошибочно отыскал взглядом меня. Усмехнулся одной стороной рта и добавил:

– Некоторые из вас слишком ленивы и неповоротливы. Таким я увеличу нагрузки, ведь господин ректор требует от меня результаты.

***

Вот ни минуты не сомневалась, что это камень в мой огород.

Только как у него хватило ума сравнивать меня, человека, с ифриссами? Ведь еще на первом занятии стало ясно, что они физически сильнее и выносливее меня!

Да, Шемайли тогда объяснила связь между уровнем магии и выносливостью. Только на меня это правило, похоже, не распространяется. За прошедшие три недели я так и не увидела изменений. Хотя Арден гонял меня до седьмого пота на каждом индивидуальном занятии. Но все, что я получила, это ноющие мышцы, ужасное настроение и усталость.

А потом был зачет. Который я добросовестно провалила.

Если бы к тому времени научилась управлять источником, то пробежать семь кругов смогла бы легко. Ну, по крайней мере, так думаю. Магия стала бы энергией для моих мышц. Она сделала бы тело легче и гибче, а сопротивление и плотность воздуха – меньше.

Я видела, как некоторые девушки бегут так легко, будто вообще не касаются земли. Это особая техника, доступная лейвам от пятого уровня. А я со своим седьмым все время плетусь в хвосте. Надоело!

Одна радость, что аж сам наследник трона решил за мной приударить. И то – радость сомнительная.

– Да-да, лейва Инна, речь идет именно о вас, – Арден сфокусировал на мне пронзительный взгляд. – И не нужно так на меня смотреть. Вы не ифрисса, поэтому вряд ли сможете испепелить меня на месте. Поверьте, я тоже не в восторге от вашей… неуспеваемости.

Похоже, злость и досада, которые я испытывала в этот момент, не стали секретом для тара Лунары. Даже вуаль не защитила от его едкого взгляда.

Но сдаваться я тоже не собиралась. Фыркнув, вскинула голову.

Он учитель? Вот пусть и учит!

– Итак, вернемся к занятиям. Сегодня у нас по плану упражнения с собственным весом.

Арден махнул рукой, и перед нами будто упала невидимая пелена, которая все это время перекрывала часть спортивного поля.

Лейвы дружно ахнули. А я вытаращила глаза.

Он это серьезно?

Турники разной высоты, брусья, кольца, классический “конь”…

А ненавистный оборотень между тем продолжал. Причем явно смакуя наше замешательство:

– В обязательный комплекс входят: подтягивание разными хватами, выход силой, упражнения на брусьях…

Да он что, решил из нас олимпийских чемпионок сделать или просто убить? Пока хватала ртом воздух, силясь осознать весь масштаб катастрофы, Арден быстро разделил моих одногруппниц на отряды по уровню силы. И они бодренько замаршировали к турникам. Я, как всегда, осталась одна и продолжила топтаться на месте.

– Вам нужно особое приглашение, лейва Инна? – вкрадчиво поинтересовался оборотень, неведомым образом оказываясь у меня за спиной.

Я даже вздрогнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки.

– Не вижу смысла в моих тренировках, – пожала плечами. – Вы сами сказали, что за три недели у меня нет никакого прогресса.

– Может, вы недостаточно стараетесь, лейва Инна, – хмыкнул Арден, окидывая меня нечитаемым взглядом.

– А может, вы недостаточно хороший учитель? – буркнула я.

В потемневших глазах оборотня сверкнуло предупреждение.

В этот момент следовало бы проснуться моему инстинкту самосохранения и прицепить мне прищепку на язык. Но вместо него меня охватил безрассудный кураж. Едко усмехнувшись, я приподняла вуаль и выпалила прямо в лицо мужчине:

– Попрошу его высочество позаниматься со мной. На сегодняшнем уроке медитации он уже помог мне увидеть источник!

Ардена будто ударили. Он вздрогнул и побледнел. На скулах оборотня заходили желваки, а я четко различила скрежет зубов. Но он больше ничем не выдал эмоций. Наоборот, небрежно кивнул и бесцветным голосом произнес:

– Как вам будет угодно, лейва. Но сегодняшний урок пока веду я. Так что марш к снарядам.

Вот прицепился!

Вспоминая все подходящие ему нелестные эпитеты, я тоскливо поплелась к турникам. Арден неслышно шел следом за мной. Буквально дышал в затылок. И это нервировало.

Дальше я целый час смотрела, как он показывает ифриссам, как правильно подтягиваться. Причем каждой собственноручно ставил хват на перекладине и поддерживал тело за бедра или талию, помогая при движении вверх. Сначала я игнорировала этот факт, как могла. Но потом меня взяло зло: чего он их лапает? Они и без его помощи способны “солнышко” крутить.

Мне вдруг пришло в голову, что он делает это нарочно. Ему нравится их щупать!

А что, он мужчина не старый, в самом соку, со своими потребностями. Занесла его нелегкая в эту Академию. А тут все жертвы мужского шовинизма ходят как правоверные мусульманки – одни глаза торчат и то, относительно. А сейчас, на физкультуре, у девушек откровенные костюмы. Не в том смысле откровенные, что открывают больше, чем надо, а в том, что облегают и подчеркивают фигуру. Грудь, талию, бедра…

Вон, у той, которую Арден сейчас поддерживает, грудь на крепкую троечку. А ладонь оборотня лежит на ребрах в опасной близости от нее. Кажется, стоит ему немного переместить руку вверх – и грудь ифриссы аккуратно ткнется ему в ладонь!

– Инна, – кто-то мягко коснулся моего плеча.

Я вздрогнула. Но это была всего лишь Шемайли.

– Ты вся дрожишь, – сказала подруга, окидывая меня встревоженным взглядом. – И дымишься!

Сквозь мелкую сетку вуали ее глаза заглянули в мои.

Я же испуганно ахнула и уставилась на собственные руки. От рукавов в том месте, где скрывались браслеты-блокаторы, поднималось облачко пара.

Как же так? Неужели я пыталась использовать магию и не почувствовала, как браслеты пресекли эту попытку?

– Все в порядке! – вымучила улыбку. – Просто задумалась.

А в голове уже щелкали мысли, анализируя случившееся.

– Хорошо себя чувствуешь? – не отставала Шемайли.

– Да, просто отлично, – поспешила заверить ее.

Прислушавшись к себе поняла, что не ощущаю упадка сил, который обычно сопровождает вспышку магии. Значит ли это, что вспышки не было? А что тогда было? Я ведь своими глазами видела белый парок над рукавами, который быстро рассеялся.

Кого бы спросить? Или не спрашивать – оставить в секрете…

– Лейва Инна, ваша очередь. Прошу.

Резкий голос Ардена вырвал из размышлений.

Я с досадой поморщилась, но подошла к турнику. Оборотень стоял в стороне, не спуская с меня глаз и в то же время не делая никаких движений навстречу. Мне вдруг до колик в животе захотелось его спросить, как ифриссы на ощупь. Понравилось ли ему.

И я уже открыла рот, как он оборвал меня резким:

– Приступайте. Или будем до ночи стоять?

Ах так, значит? Ну ладно.

Окатила его недобрым взглядом, в который вложила все, что думаю про одного мохнатого типа. Затем подняла глаза вверх, к перекладине. Прикинула расстояние.

Даже если соберу все силы и прыгну – вряд ли достану. Очень высоко. Без поддержки или магии это просто нереально. Но если Арден рассчитывает, что я попрошу его помощи – то он ошибается. Я скорее упаду и расквашу нос, чем покажу свою слабость. Только не перед ним!

С этими мыслями я поплевала на руки, чем вызвала изумленный изгиб брови тара Лунары. Набрала в легкие воздуха, еще раз взглянула на планку и… развернувшись, пошла в противоположную сторону.

Нечего и думать, чтобы достать перекладину, прыгнув на месте. Может, с разбегом у меня будет шанс.

Отойдя метров на десять, остановилась. Посчитала, что этого хватит. В конце концов, в школе нас учили прыгать в высоту с разбега. И я была не худшей в этом деле. Главное, правильно оттолкнуться.

Арден не остановил.

Искоса взглянув на него, поняла, что оборотень стоит со снисходительным видом, сложив руки на груди. Ждет, что я сделаю дальше? А дальше я начала разминаться. Не совсем ведь дура, чтобы прыгать без подготовки. Мне растяжения связок или вывих совершенно не нужны.

Так что я с непринужденным видом попрыгала на месте, сделала пару упражнений на растяжку и махи ногами в стороны. При этом с удовольствием наблюдая, как вытягивается лицо оборотня.

– Лейва Инна, это что за представление? – прорычал он раздраженно.

– Разминка – обязательный этап любой тренировки, тар Лунара, – пропела невинным голоском.

Пусть я ни разу не смогу подтянуться, но все нервы тебе испорчу. Просто так. От врожденной вредности!

Кажется, он это понял. Потому что больше ничего не сказал, только мрачно сверкнул глазами.

Я же, решив, что разминки достаточно, приготовилась к бегу.

Со школы прошла уже пара лет, но тело еще помнило основы, вбитые физруком. В жизни бы не подумала, что буду ему благодарна! А ведь в старших классах он часто сокрушался, что родители не отдали меня на легкую атлетику. Мол, с такими данными только туда. Но я по натуре ленива и не люблю лишние телодвижения. Мне больше нравилось сидеть за компьютером в уютном кабинете и составлять таблицы с графиками, чем бегать по стадиону и прыгать через препятствия.

Вот и в Саартоге на тренировках я старалась шевелиться поменьше. Тем более понимала, что за ифриссами мне не угнаться, даже если выложусь на полную.

Но сейчас во мне взыграла здоровая злость. После того, как Арден на моих глазах щупал ифрисс, а мне даже не предложил помощь, я решила, что убьюсь, но утру ему нос!

С этими мыслями рванула вперед.

Глава 25

Меня наполнил внезапный азарт. Тело стало легким, послушным. Воздух словно расступался передо мной и подталкивал сзади. Песок приятно пружинил под ногами.

На миг я вся отдалась этому бегу. Слилась с эфиром, сама стала эфиром. Внутри будто разгорелось мое личное солнце, и это оно, как маленький атомный двигатель, несло меня над землей.

Толчок. Мое тело выстреливает вверх, словно из катапульты. Планка так близко! Хватаюсь за нее. Кажется, я смогла!

Но чувство победы оказалось кратковременным.

Левая рука соскользнула. Меня повело вниз. Тело внезапно стало тяжелым, неповоротливым, его потащило к земле.

Миг – и я падаю. Позорно растягиваюсь под турником.

Острая боль охватила лодыжку.

Кажется, подвернула. Но это не самое страшное. При мысли, что мой позор видел Арден, на глаза набежали слезы.

Я даже не сразу поняла, что кто-то пытается меня поднять. Чьи-то руки в лихорадочном беспокойстве ощупывают мое тело. А такой близкий и в то же время далекий голос с неподдельной тревогой спрашивает:

– Ты ушиблась? Где болит? Покажи?

Нет-нет-нет! Я уже сказала себе, что Арден моих слез не увидит!

Так что, собравшись с силами, оттолкнула его.

– Все в порядке, – буркнула нелюбезно. – Идите, щупайте своих ифрисс!

Затем попыталась встать. Зря. Приступ боли тут же пронзил лодыжку. Нога подвернулась, и я благополучно осела в руки тара Лунары.

Оборотень заглянул мне в глаза. В ту секунду мне показалось, что он напуган.

Интересно, что могло напугать опытного охотника за головами? Наверное, взбучка, которая грозит ему за порчу раритета. Ой, то есть ценной лейвы.

– Кажется, все-таки не в порядке, – пробормотал Арден, подхватывая меня на руки.

Он быстро глянул на лейв, которые уже сгрудились вокруг нас и взволнованно обсуждали мой нелепый прыжок.

– Урок окончен, все свободны!

– А что с Инной? – выкрикнула Намааси. – Давайте, мы отведем ее к целителю.

– Я сам ее отнесу, – внезапно огрызнулся оборотень.

Мне даже показалось, что я услышала рык.

Ифриссы притихли и отхлынули от нашей парочки.

А Арден направился прочь от площадки, в сторону лазарета. При этом он подозрительно дышал и прижимал меня к себе. То ли не мог нанюхаться, то ли боялся уронить.

Я даже сама невольно к себе принюхалась.

Да нет, вроде ничем не воняет.

Затем попросила:

– Пусти, я сама пойду.

В ответ меня крепче сжали.

В лазарете нас встретил тар Ведарин. Он вел у лейв медицинское дело со второго курса.

Я поначалу удивлялась, что нас так всесторонне готовят к неволе. Теперь уже привыкла. Здесь маги считаются особой кастой, высшими существами с “голубой” кровью, и мы, их будущие жёны, должны быть подготовлены к любой опасности и вовремя оказать этим небожителям помощь.

А я-то, наивная, думала, что мы себе должны уметь помогать. Хе-хе. Я ошиблась. Будущие мужья – наша самая большая ценность в жизни. Чтоб их оборотни покусали!

Кстати, оборотень, который принёс меня сюда, так никуда и не ушёл. Положил на указанную таром Ведарином кушетку за ширмой и деликатно отошел. Я решила, что Арден отправился обратно – ифрисс своих ощупывать. Ан нет, остался.

Со стороны входа доносились легкие шаги. Сначала в одну сторону, затем разворот и – в другую. Вот чего ходит тут? Заняться, что ли, больше нечем?

Но, несмотря на сварливые мысли, мне было приятно, что Арден остался. Неважно, почему он это сделал, главное – в груди у меня потеплело от его внимания.

– Здесь больно? – тар Ведарин тщательно ощупывал мою лодыжку.

– Нет.

– А здесь?

Ногу прострелило болью.

Я ничего не успела ответить, только рефлекторно дёрнулась и втянула воздух сквозь сжатые зубы.

– Понятно, – сам себе кивнул целитель. И тут же лодыжку окутало приятным теплом. Оно обволакивало ногу, растворяя боль. Тар Ведарин поднял на меня взгляд: – Лучше?

– Спасибо, – я улыбнулась и потянула ногу к себе, готовая бежать на уроки.

– Подождите, юная лейва, – он тоже улыбнулся, но иначе – несколько снисходительно к моей юности и порывистости, – у вас небольшое растяжение. Я помог магией, но организму всё равно нужно время, чтобы восстановиться.

– Сколько? – вздохнула я, запоминая, что даже магия не способна излечить одномоментно.

– Сегодня вам стоит поберечься. Проведите остаток дня в постели. Утром боль уйдёт окончательно. Но я всё равно порекомендую тару Делианарису освободить вас от физических занятий на несколько дней.

Первой мыслью, промелькнувшей в голове после этих слов, было, что я не увижу Ардена эти несколько дней. От этого стало грустно.

Чтобы тар Ведарин не заметил моё вытянувшееся лицо, я сделала вид, что рассматриваю лодыжку. Внимательно так. Низко склонившись.

Он негромко хмыкнул, словно прочитал мои мысли. Я тут же вскинулась, готовая защищаться. Но смотрел целитель по-доброму, без насмешки. И вообще, его молодость не вязалась с этим мудрым взглядом, который больше подошёл убеленному сединами старику, а никак не цветущему мужчине с идеальной причёской, аккуратными ногтями и лицом без единой морщинки.

В магах я путалась. Их внешняя молодость сбивала с толку. Но тар Ведарин мне понравился, и я решила относиться к нему как доброму доктору Айболиту.

– Подождите немного здесь, лейва Инна, я пока поговорю с вашим провожатым, – он поднялся и задвинул за собой ширму.

Я не успела разглядеть Ардена у двери, только его тень. Но молчаливое присутствие оборотня тешило мое самолюбие.

Он беспокоится за меня. Это очень приятно.

– Арден, на два слова, – услышала я негромкий голос тара Ведарина и тут же напрягла слух.

Интересно, что такое он собирается обсуждать с оборотнем? В груди росла уверенность, что говорить они будут обо мне.

Прошуршали шаги, и всё стихло. Я прислушалась, но без толку. Похоже, тары куда-то ушли. Из-за ширмы ничего не было видно. И это очень раздражало.

Я немного сместилась на кушетке и аккуратно потянула ширму в сторону. Хм… Она оказалась тяжелее, чем я ожидала. Пришлось передвинуться ещё немного и ещё чуть-чуть, а потом замереть, прислушиваясь. Не нужно, чтобы уважаемы тары услышали мою мышиную возню.

В помещении было тихо. И я продолжила оттягивать ширму в сторону. Внешне она выглядела стандартно – плотная ткань, натянутая на основу. То ли честь лейв здесь так берегли, то ли тар Ведарин предпочитал массивные вещи…

Основа ширмы была изготовлена из тяжёлого металла, что-то вроде чугуна. А под плотной гобеленовой тканью скрывалось дерево. Так что мне пришлось приложить немало усилий, чтобы сдвинуть с места эту конструкцию.

Я села удобнее, схватилась за край обеими руками и уперлась ногами в пол, совершенно позабыв, что на одной из них “небольшое растяжение”. Если совсем честно, то я даже позабыла, на какой именно. Так сильно увлеклась желанием подслушать разговор.

Осторожно, но с силой потянула на себя ширму. Она наконец-то поддалась и поехала на меня с раздирающим душу скрипом. Я отпустила руки и замерла с совершенно идиотским выражением на лице. Видимо, оно должно было помочь сохранить сей звук в секрете.

Не помогло.

Из незамеченной мной раньше подсобки выглянул тар Ведарин, удивлённо уставился на меня. Ширму всё-таки удалось отодвинуть, и теперь меня было видно. Я ему улыбнулась, надеясь, что он не заметит таких незначительных перемен в интерьере комнаты.

Но, судя по выражению докторского лица, надеялась я напрасно.

Следом за ним из подсобки выглянул тар Лунара, тоже уставился на меня. Выражение его лица оставалось нечитаемым. Но интуиция подсказывала, что оборотень злится.

Впрочем, долго размышлять об этом мне не позволили.

– Я могу забрать её? – официальным голосом спросил Арден тара Ведарина, глядя прямо на меня, но как будто бы сквозь.

– Тар Лунара, вы поняли, что именно я сказал? – в голосе целителя тоже появились прохладные нотки.

Как же жаль, что мне не удалось подслушать их разговор. Ох, уж эта дурацкая ширма – всё мне испортила!

– Понял, тар Ведарин, – Арден упрямо вскинул подбородок и направился ко мне.

Против воли сердце моё вдруг забилось сильно-сильно. Затрепыхалось как птичка в клетке, когда к ней с кровожадными намерениями приближается соседский кот.

Правда, оборотень никакой кровожадности не выказывал. Да и вообще не демонстрировал никаких эмоций. Только челюсти сжимал так, что я видела, как двигаются мышцы под подбородком.

А потом он подошёл близко. Очень близко. И моё сердце просто перестало биться, замерев в ожидании неизведанного. Во рту пересохло, как будто я скиталась по пустыне. И дышать перестала, просто позабыв, зачем вообще нужен воздух.

Арден наклонился ко мне и подхватил на руки. И вот теперь я судорожно вдохнула, чувствуя, как лёгкие наполняются воздухом с запахом хвойного леса и дождя. Его ароматом.

Одновременно с этим сердце снова превратилось с заполошную птицу. Уверена, даже тару Ведарину, отошедшему к стене и неодобрительно глядящему на нас оттуда, было слышно его биение.

Оборотень даже не взглянул на хмурого мага. В полнейшем молчании вынес меня из лазарета.

И всё-таки интересно, о чём они говорили? Кажется, тары успели сильно поспорить.

Впрочем, эта мысль быстро растворилась. Как и все остальные. Начисто выветрилась из моей головы.

Арден прижимал меня к себе крепко и в то же время нежно. Совершенно забывшись, я опустила голову ему на плечо и наслаждалась его запахом. В какой-то момент мне показалось, что тар Лунара тоже наклонился, чтобы понюхать мои волосы. И от этого внутри разлилось теплое, щекотное чувство.

***

За весь путь от лазарета до внутреннего двора, ведущего к башне, мы с Арденом не произнесли ни единого слова. Да слова и не были нужны. Спроси он меня сейчас хоть о чём-нибудь, я бы наверняка только мычала, продолжая блаженно улыбаться.

Жаль, что счастье не может длиться вечно. Вот и моё продолжалось совсем недолго. Чуть-чуть не хватило до башни общежития.

– Тар Лунара! – ледяной голос плетью хлестнул по моей блаженной улыбке.

Арден остановился. Замер, будто вовсе окаменел, такими твёрдыми и неподвижными вдруг начали ощущаться его только что нежные руки.

– Тар Лунара, куда вы несёте мою лейву? – в голосе ещё прибавилось льда. Хотя казалось, куда уж больше.

Арден, не выпуская меня из рук, медленно повернулся.

В нескольких шагах от нас стоял взбешённый принц. Даже отсюда я видела, как раздуваются крылья его изящного носа. И как сжимаются кулаки.

Оборотень не спешил отвечать. Просто стоял, продолжая держать меня на руках. Но я безошибочно чувствовала, что он сейчас словно бы прощается со мной.

– Какого цверга, Арден?!

Теперь в голосе его высочества появились живые эмоции – удивление. Он выглядел даже чуть обиженно, будто и подумать не мог, что оборотень способен на такую подлость.

– Лейва Инна подвернула ногу, я помогаю ей добраться до общежития, – наконец пояснил Арден.

Его тон был сухим и бесстрастным.

Рандир подошёл ближе и протянул руки.

– Давай её сюда, дальше я сам.

Я рефлекторно вцепилась в Ардена. “Не отдавай меня! Не надо”, – взмолилась мысленно. Но оборотень не услышал. Послушно передал меня наследному принцу.

И я не просто поняла, ощутила всем своим существом, что счастье кончилось. В груди у меня образовалась дыра, через которую утекала прочь недавняя радость.

А принц, не замечая безвольно опущенных рук и выступивших на ресницах слёз, прижал меня к себе и почти вприпрыжку помчался к башне.

Я посмотрела через его плечо.

Арден так и стоял в нескольких шагах от входа, свесив ставшие ненужными руку. Казалось, он настолько растерялся, что не мог сообразить, что делать дальше. Даже когда принц занёс меня внутрь, Арден не двинулся с места.

– Как вы себя чувствуете, Инна? – обеспокоенно поинтересовался Рандир.

Обманутой! – хотелось мне крикнуть. Но наследнику престола нельзя так отвечать, поэтому я вежливо сказала:

– Спасибо, ваше высочество, мне уже лучше.

По лестнице Рандир поднялся легко, безошибочно определив нашу с Элианой квартирку. Попытался открыть дверь, не снимая меня с рук. И тут уже я сообразила.

– Ваше высочество, поставьте меня, пожалуйста, дальше я сама.

Принц замер, взглянул на меня удивлённо.

– Вы уверены, Инна?

А я поняла, что моё имя, которое так нравится произносить принцу, из его уст очень раздражает. Уж лучше бы звал просто лейвой.

– Да, ваше высочество…

– Тар Рандир, – мягко, но требовательно перебил меня принц.

– Да, тар Рандир, я очень признательна вам за помощь, но дальше справлюсь сама.

– Хорошо, – протянул он разочарованно.

Но поставил меня на ноги. Очень осторожно, словно хрустальную статуэтку. А потом смотрел, как я открываю дверь и скрываюсь за ней.

Я вежливо улыбнулась напоследок, надеясь, что он не заметил моего разочарования и не обиделся. А потом захлопнула створку у него перед носом. Добралась до кровати и упала на неё плашмя.

Ну почему эти мужчины так усложняют нам жизнь?

Глава 26

Ректор действительно разрешил мне до конца декады не ходить на занятия к Ардену. Я выслушала его с тайным облегчением. Ведь в глубине души не знала, как теперь вести себя с оборотнем.

Стоило подумать о нем – и сердце то замирало, то с утроенной силой билось в груди. Меня накрывало желание признаться Ардену в своих чувствах или послать его куда подальше. Но хуже всего: я не понимала причин своего поведения!

Не желая выглядеть глупо в глазах оборотня, я решила просто его избегать.

Свободные от тренировок часы теперь проводила с Рандиром. Принц научил меня видеть внутренний источник, и мы перешли к управлению этим источником.

Как я и предполагала, с первого раза у меня не вышло. Со второго тоже.

После десятой неудачной попытки Рандир сердито сказал:

– Инна! Вы очень рассеянны. Соберитесь! О чем вы все время думаете?

Я почувствовала, как щеки начинают гореть, и быстро отвела взгляд.

Не говорить же ему, что я все время думаю про Ардена? Ну не выходит этот оборотень из головы!

На следующий день после этого разговора наступил выходной.

В Арбадоне не существовало понятия недели, вместо них были декады, а десятый день всегда объявляли выходным. В такие дни лейвы не ходили на занятия, а занимались своими делами. Кто-то писал письма родным, которые потом передавали с магическим вестником в другие миры, кто-то вышивал, кто-то плел кружева…

Дриады обычно проводили свободное время в саду или оранжерее. Я уже знала, что эта раса питается не столько человеческой пищей, сколько энергией, исходящей от растений.

Нимфы убегали плескаться в закрытом бассейне под Академией. По легенде это вода из подземных источников наполнила кратер, который давным-давно выжгла лейва Алфрида. Я подозревала, что Алфрида здесь ни при чем, а бассейн образовался естественным образом, как и карстовые пещеры, в которых он находится.

Когда Ниаррэ привела меня туда в первый раз, я несказанно удивилась. Потому что увидела настоящее подземное озеро, над тихой гладью которого поднимался пар.

Подруга объяснила, что озеро наполняют горячие ключи, поэтому вода здесь всегда комфортной температуры. А еще – полезна для красоты, потому что насыщена особыми минералами.

Ну, я-то про минеральную воду и пользу горячих источников еще в своем мире знала. Так что, в отличие от ифрисс, которые не умели плавать, напросилась ходить в бассейн с нимфами.

Кстати, меня с самого начала интересовал вопрос, как носительницы стихии Огня ладят с водой. Ведь в мире ифритов, как я поняла, вода была большой редкостью и ценилась на вес золота.

Все оказалось до банального просто. Эволюция научила эту расу обходиться практически без воды. Здесь, в Саартоге душ был для них развлечением. А вот открытых водоемов ифриссы боялись – вода их не держала. Они мигом шли на дно.

К тому же у них с нимфами была взаимная нелюбовь.

Зато меня нимфы быстро приняли меня в свою компанию. Так что очередной выходной я планировала провести с ними, расслабляя свою бесценную тушку в подземном источнике.

Настроение с утра было чуть подпорчено мыслью, что с завтрашнего дня мне вновь предстоит ходить на занятия к Ардену. Но в то же время я уже соскучилась по нему, как бы странно это ни звучало.

Стоя перед зеркалом, я пыталась пристроить эннен на голове, когда услышала голос Элианы.

– Инна, глянь, это случайно не тар Лунара?

Вздрогнув, на секунду застыла, едва не подавившись шпильками, которые держала во рту. Потом обернулась.

Двери наших комнат были открыты настежь, сильфа не выносила закрытых пространств. Так что со своего места я увидела Эли, стоящую возле окна. Повернувшись ко мне спиной и придерживая плотную штору, она что-то внимательно разглядывала во дворе.

Имя Ардена заставило меня подобраться.

Отложив дурацкий колпак, я направилась в соседнюю комнату.

– Что там? – спросила, стараясь не выдать эмоций.

Эли посторонилась.

Внизу, под башней, пролегала усыпанная гравием дорожка, вдоль которой росли цветы. Рядом с одной из грядок возилась девушка в обычном балахоне лейвы, а возле нее, заложив пальцы рук за пояс, стоял Арден Лунара собственной персоной.

И эти двое о чем-то беседовали.

– С кем это он? – мой голос все-таки дрогнул.

Из-за эннена и вуали невозможно было понять, к какой расе относится девушка. Но белая ленточка на левом плече означала третий курс.

– Не знаю, – Эли пожала плечами.

Незнакомка воткнула лопатку в землю и поднялась, а затем потянулась к оборотню. На моих глазах Арден обнял ее. Больше того, откинул вуаль и поцеловал девушку в лоб!

Перед моим потрясенным взглядом мелькнули чуть раскосые карие глаза, широкие скулы и задорный нос. А еще – маленькие клычки, торчащие из-под пухлой верхней губы.

– Это же Фьерна! Оборотница! – удивленно ахнула Эли.

– Знаешь ее?! – я едва не вцепилась в соседку.

Сильфа слегка отодвинулась от меня:

– Ну да, ее все знают. Она единственная на всю Академию.

Я со стоном хлопнула себя по лбу.

Ну точно же!

Девчонки как-то упоминали о ней. Дочь шамана. Единственная оборотница в Саартоге.

И что же это получается, Арден любезничает с ней у всех на глазах?! Тот самый Арден, по которому я страдала все эти дни?

Вот подлец!

Зарычав, я резко задернула штору.

Но недостаточно быстро. Потому что секундой раньше оборотень словно почувствовал мой взгляд и поднял голову, безошибочно находя окно моей комнаты. На долгое мгновение наши взгляды скрестились. И я ощутила, как глаза щиплет от слез, а в груди все сжимается.

– Инна, что с тобой? – спросила сильфа, когда я в ярости и замешательстве отвернулась от окна.

– Ничего, – буркнула, пытаясь подавить эмоции.

Но они продолжали бурлить. А вместе с ними бурлила и магия. Так обидно мне давно уже не было.

Во входную дверь кто-то заколотил, давая мне возможность уйти от ответа. Я бросилась открывать, потому что знала: это пришла Ниаррэ. Мы договорились вместе ходить в бассейн.

Нимфа ворвалась, принеся с собой пронзительный аромат кувшинок и летней росы. Она всегда пахла так, словно секунду назад вышла из озера, и вода еще не успела окончательно стечь.

– Ну что, ты готова? – быстро осмотрела меня, отметила отсутствие эннена и недовольно поцокала языком. – Давай быстрее! А то девчонки опять займут тот удобный выступ под водопадом!

Я оглянулась на Эли.

Сильфа молча кивнула нимфе, отвернулась и царственно проплыла вглубь своей комнаты. В отличие от нас, она училась на втором курсе. И не любила, когда кто-то из моих сокурсниц заглядывал к нам в квартирку. Но если к Ниаррэ относилась лишь с легкой прохладцей, то ифрисс терпеть не могла.

– Тара Лунару видела? – выпалила я, когда сильфа захлопнула дверь в свою комнату, и мы с Ниаррэ остались вдвоем.

– Нет, а должна была? – нимфа откинула вуаль и с любопытством уставилась на меня.

– Да, он только что торчал у нас под окном, – я с запозданием прикусила язык.

Ниаррэ пожала плечами:

– Не видела, я с другой стороны подошла. А что?

– Нет, ничего.

Ладно, не буду расспрашивать ее про эту Фьерну. А то вон как глаза заблестели в предвкушении сплетен.

Быстро собравшись, кивнула на выход:

– Идем?

А сама по привычке скрестила пальцы, чтобы не столкнуться с Арденом, когда будем выходить из башни.

Между башнями, которые занимали первый и второй курсы, находился трехэтажный корпус. В нем жили третий четвертый курсы. А в подвале этого корпуса был вход в пещеры с бассейном. Вот туда-то мы и направились.

Но мои надежды не оправдались.

Арден все еще был там. Стоял возле оборотницы и любезничал с ней. Давил лыбу во все тридцать два, или сколько там у него.

Краем глаза он, видимо, заметил, как мы с Ниаррэ вышли из башни. Потому что обернулся к нам.

Нимфа обменялась с таром вежливым кивком, а я только поджала губы.

Короткий путь лежал мимо оборотня и его подружки, которая теперь тоже смотрела на нас. Причем я почувствовала ее оценивающий взгляд и поняла, что он меня раздражает.

Дернула Ниаррэ за руку:

– Пошли в другую сторону.

– Ну нам же тогда придется весь комплекс обходить! – тяжко вздохнула подруга, но послушно повернула за мной.

Я пошла прочь быстрым шагом.

Надеяться, что Арден не узнал меня под вуалью, было нелепо. Ну хорошо, хоть следом не побежал и не стал выяснять, почему это я не здороваюсь.

– Все еще сердишься на него?

– Что?! – я затормозила так резко, что Ниаррэ врезалась мне в спину.

– Ой! – она потерла нос. – Осторожнее! Я вообще-то красивой выйти замуж хочу!

– Что ты сказала? – я обернулась к ней.

– О чем?

– Ну, только что? Почему я должна на него сердиться?

– А… так разве ты не из-за него ногу подвернула?

– Нет, – буркнула я и продолжила идти, – из-за собственной глупости.

– А ты знаешь, что тар Лунара и принц повздорили из-за какой-то лейвы?

Я наградила ее изумленным взглядом:

– Н-нет… – ответила с расстановкой. – А когда это было?

Неужели из-за той оборотницы?

– Вчера. Я думала, Эли тебе все рассказала. У нас же был сводный урок по физподготовке. Мы только собрались на стадионе, как вдруг заявился принц. Ты бы видела, как наши ифриссы сразу вытянулись в струнку: грудь вперед, зад – назад, – она захихикала. – Только он на них даже не глянул. Прямым ходом направился к тару Лунаре и у всех на глазах схватил его за грудки!

– Рандир? – ахнула я.

– Ого, вы так близки? – не менее удивленно ахнула нимфа.

Я мысленно надавала себе подзатыльников за длинный язык. Всегда забываю про местные правила.

– Ладно, идем, – поспешила отвлечь подругу от скользкой темы. – Так что там было? Они подрались?

– Нет, конечно. Кто ж будет драться с его высочеством? За такое можно и на плаху попасть. Но девчонки, которые стояли к ним ближе всех, расслышали, как принц сказал: “Не трожь мою лейву, пес. Не смей на нее смотреть! Иначе я сделаю так, что тебе даже здесь будут не рады!”

Во рту появилась горечь.

Я отвернулась, радуясь, что вуаль скрывает выражение моих глаз.

Не знаю, о какой лейве говорил принц, но мне его слова не понравились. Зачем так оскорблять Ардена? Он ведь не просился учительствовать в Саартоге. Это король направил. Вот пусть принц и разбирается со своим папашкой.

И вообще, почему все так и норовят обозвать Ардена псом? Потому что он оборотень?

На уроках истории мы уже изучили прошлое этого мира. Так что я знала, что много веков люди и оборотни воевали между собой. Под конец оборотней осталось так мало, что они сами предложили заключить мир. Но люди поставили особые условия и потребовали с оборотней клятву служения.

Особыми условиями стал запрет селиться в человеческих городах и вступать в браки с людьми, чтобы не смешивать кровь. Но хуже всего было то, что оборотни оказались в зависимом положении. И ради выживания они согласились на это.

Так что несмотря на ровное отношение других таров к Ардену, я понимала: он в Академии персона нон-грата. Изгой.

Сжимая кулаки от обиды за Ардена, я оглянулась.

Мы ушли уже довольно далеко вдоль корпуса, оставалось свернуть за угол и обогнуть вторую башню. А тар Лунара все еще не двинулся с места. Правда, теперь он стоял боком ко мне, склонившись к оборотнице и держа ее руки в своих руках.

Сердце неприятно заныло. Быстро отвернувшись, я нырнула за угол.

***

Когда мы с Ниаррэ добрались до бассейна, там уже было шумно от девичьего смеха и голосов. Раздевшись до нижних рубашек и аккуратно сложив одежду, мы поспешили в воду.

– Ну вот, – надулась Ниаррэ. – Наше место уже кто-то занял.

– Ничего, давай просто поплаваем.

До самого обеда мы плескались все вместе. Потом нимфы убежали в столовую, а я осталась. Не хотела идти, боясь снова столкнуться с Арденом. Да и аппетит куда-то пропал.

Так что я перевернулась на спину и просто лежала так в полном одиночестве, раскинув руки на водной глади. Смотрела в высокий куполообразный свод, разглядывая прозрачные сталактиты. Пока течение не унесло меня под небольшой водопад на дальнем конце озера. Здесь вода была ледяной, и я очень скоро продрогла.

Выбравшись на берег, быстро оделась. А потом села на каменный выступ, обняв колени, словно Аленушка с известной картины, и поняла, что больше не могу делать вид, будто со мной все в порядке.

Тут, среди воды и камней, я расплакалась.

А спустя два дня на моем пути возник дор Хорген Афалеон – еще один претендент на мою руку, магию и все прилегающие органы.

Конец первой книги. Вторая книга уже здесь:

"ЛОВУШКА ДЛЯ МАРЫ"

Узнать о бумажной версии можно в авторской группе ВК:

"Любовное фэнтези и фантастика"

Content

Алина Углицкая, Лилия Орланд
Батарейка для мага

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26