Пленум ЦК КПСС 9 декабря 1989 года. Стенографический отчёт

В этом номере помещается непубликовавшаяся часть стенографического отчёта Пленума ЦК КПСС, состоявшегося 9 декабря 1989 г.

Пленум ЦК КПСС, состоявшийся 9 декабря 1989 г., утвердил следующую повестку дня:

1. Вопросы второго Съезда народных депутатов СССР.

2. Об образовании Российского бюро ЦК КПСС.

3. О выдвижении кандидатов в народные депутаты СССР от Коммунистической партии Советского Союза вместо выбывшего депутата и о назначении выборов народного депутата СССР от КПСС.

4. Об обращении Центрального Комитета КПСС к советскому народу, к коммунистам.

5. Организационные вопросы.

С сообщениями по первому вопросу выступили Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачёв и Председатель Совета Министров СССР Н. И. Рыжков. По второму вопросу доклад сделал М. С. Горбачёв.

Пленум принял соответствующие постановления по обсуждавшимся вопросам, одобрил предвыборное Обращение ЦК КПСС «К советскому народу», избрал первого секретаря ЦК Компартии Украины В. А. Ивашко членом Политбюро ЦК КПСС, избрал И. Т. Фролова секретарём ЦК КПСС и утвердил его главным редактором газеты «Правда».

Пленум выдвинул кандидатами в народные депутаты СССР от КПСС П. А. Абросова — слесаря Московского завода автоматических линий им. 50‑летия СССР, Н. П. Кустарева — кузнеца Горьковского автомобильного завода и А. П. Шустова — слесаря-электромонтажника московского завода «Станкоконструкция».

Выступление М. С. Горбачёва «Вопросы второго Съезда народных депутатов СССР», доклад М. С. Горбачёва «Об образовании Российского бюро ЦК КПСС», постановления Пленума «Вопросы второго Съезда народных депутатов СССР», «Об образовании Российского бюро ЦК КПСС», Обращение ЦК КПСС «К советскому народу» опубликованы в газете «Правда» 10 и 12 декабря 1989 г., а также в брошюре: Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 9 декабря 1989 г. М., Политиздат, 1989.

Общий отдел ЦК КПСС

Зал пленумов ЦК КПСС

Заседание первое, утреннее

10 час. утра.

Председательствующий т. ГОРБАЧЁВ М. С., Генеральный секретарь ЦК КПСС.

Товарищи! На Пленум Центрального Комитета партии прибыли 239 членов ЦК КПСС, 103 кандидата в члены ЦК КПСС и 68 членов Центральной Ревизионной Комиссии. Отсутствуют по уважительным причинам 17 товарищей. Можем работать? Нет возражений?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Пленум объявляется открытым.

По традиции мы пригласили для участия в работе Пленума первых секретарей ЦК компартий союзных республик, крайкомов, обкомов и окружкомов партии, командующих войсками военных округов, членов правительства, которые не входят в состав выборных органов партии. С учётом повестки дня приглашены также народные депутаты СССР от КПСС. У членов ЦК на этот счёт нет возражений?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо.

О повестке дня, товарищи. У нас так получилось, что мы объявили о созыве двух пленумов.

Нынешний Пленум связан в основном с предстоящим вторым Съездом народных депутатов СССР[1], но одновременно мы хотим рассмотреть и второй вопрос, вытекающий из решений сентябрьского Пленума об образовании Российского бюро ЦК КПСС[2], а также некоторые назревшие организационные вопросы.

К концу января надо постараться подготовить проект программного документа к ⅩⅩⅧ съезду партии, основательно обсудить его на Пленуме Центрального Комитета партии[3] и после этого вынести его на обсуждение в партии, которое станет началом дискуссии навстречу съезду.

Так мы разделили эти два комплекса главных вопросов.

Исходя вот из такого подхода и предложена повестка дня. Она вам известна, теперь мы должны утвердить её.

Первое — вопросы второго Съезда народных депутатов СССР. Тут имеются в виду выступления Генерального секретаря ЦК и Председателя Совета Министров СССР.

И второй вопрос — об образовании Российского бюро ЦК КПСС. В рамках этого вопроса надо решить о составе Российского бюро.

Затем вопрос, связанный с тем, что товарищ Абалкин Леонид Иванович… Он здесь или нет?

ГОЛОСА. Здесь.

ГОРБАЧЁВ М. С. Здесь… Товарищ Абалкин в соответствии с Конституцией сложил полномочия народного депутата СССР[4]. Нам надо на нынешнем Пленуме выдвинуть от КПСС кандидатуры для обсуждения, с тем чтобы на следующем Пленуме решить этот вопрос[5].

Наконец, в связи с тем, что мы вступили в предвыборную кампанию[6], крупную политическую кампанию, предлагается рассмотреть подготовленный проект Обращения Центрального Комитета партии к советскому народу, к коммунистам.

И, как я сказал, есть ещё организационный вопрос.

Вот такой круг вопросов предлагается рассмотреть в рамках повестки дня.

По повестке дня есть замечания, товарищи?

КАРПОВ В. В. Есть замечание.

ГОРБАЧЁВ М. С. Пожалуйста. Слово предоставляется товарищу Карпову Владимиру Васильевичу — первому секретарю правления Союза писателей СССР.

КАРПОВ В. В., член ЦК КПСС, первый секретарь правления Союза писателей СССР.

Товарищи члены Центрального Комитета, то, что мы хотим обсудить предстоящие вопросы на Съезде народных депутатов, это правильно. Но всё-таки, мне кажется, эти вопросы должны исходить из того, что происходит сейчас у нас в стране.

Страна пылает в митингах. Страна находится в стадии дестабилизации. Нужно всё это обсудить. Раньше как-то вот, в те добрые времена, ещё досталинские, всегда начинались и пленумы, и съезды с обсуждения современной ситуации.

Я предлагаю. В первый вопрос добавить к повестке дня, к вопросам Съезда: современная политическая ситуация в стране. А из этого пусть вытекает и то, какую повестку дня предложим мы на Съезде.

По второму вопросу. Извините меня, но, мне кажется, мы просто не имеем права избирать Российское бюро ЦК. Мы нарушаем Устав, в котором сказано, что в каждой республике коммунисты выбирают свой Центральный Комитет и Центральный Комитет выбирает это самое бюро. Идёт национальное самоопределение. Суверенитет определяется во всех республиках. Одна Россия у нас, как всадник без головы, в этом потоке. Почему? Почему должны? Я всех очень уважаю присутствующих здесь — эстонцев, узбеков и киргизов и всех. Почему мы должны для России выбирать это Российское бюро? Они должны это сделать сами. Это — нарушение демократического централизма, который записан у нас как руководящий принцип построения жизни и деятельности партии.

Я думаю, что РСФСР должна провести свой съезд, избрать свой Центральный Комитет и Политбюро, как это полагается вот по принципам этого демократического централизма.

ГОРБАЧЁВ М. С. Ещё какие-то предложения есть, кроме того, что сказал товарищ Карпов?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Нет. Давайте обсудим.

У нас есть повестка дня, которую Политбюро рекомендовало Пленуму Центрального Комитета партии. Я думаю, что в рамках обсуждения первого вопроса — о предстоящем Съезде народных депутатов, мы, естественно, имеем возможность обсудить прежде всего вопросы социально-экономического плана. С этим будут связаны моё выступление и не в меньшей мере специальное выступление Николая Ивановича Рыжкова. Именно в том плане, как Верховный Совет внёс предложение Съезду[7], поставил вопросы об оздоровлении экономики, о темпах осуществления экономической реформы и о некоторых принципиальных подходах на тринадцатую пятилетку. Так что, Владимир Васильевич, вопрос о том, что сегодня характеризует нашу обстановку, этот центральный социально-экономический вопрос, я бы сказал, здесь присутствует.

Более того, если Вы помните, когда мы обсуждали проект повестки дня, которую Верховный Совет рекомендовал Съезду, много вставало вопросов и на заседании Президиума, а потом и на сессии Верховного Совета. Я имею в виду в докладе осветить, как шла дискуссия по повестке дня, и почему она была предложена такой, а не иной. Поднималось много вопросов. Но всё же, видимо, нужно сосредоточиться на главном, что сегодня особенно волнует людей и требует ответа. Нам казалось,— и Верховный Совет так и определился,— что это всё-таки социально-экономические проблемы, положение в экономике, которое сказывается и на настроении, и просто на жизни людей. Это центральный вопрос. Поэтому я думаю, мы не только не уходим, а делаем акцент на центральном вопросе внутренней политики.

Все участники Пленума своевременно получили соответствующие документы, читали их, и, наверное, будет что сказать. Товарищи, наверное, готовились к обсуждению этого вопроса. Я разговаривал недавно с Борисом Вениаминовичем Гидасповым[8]. Он говорит: я хочу выступить, у меня есть что сказать. Думаю, у каждого обеспокоенного, если он продумал что-то, есть что сказать, включая и то, как нам решать эти вопросы.

Что касается, как Вы говорите, ситуации, то повторяю: можно, конечно, сейчас обсуждать этот вопрос. Можно. Но мы бы считали, что накануне Съезда надо сосредоточиться на его вопросах. Съезд — это очень важный этап в жизни пашей страны и для успеха перестройки. У нас будет возможность широко обсудить и ход всей перестройки, и. работу партии в рамках обсуждения программного документа, который мы внесём в январе на Пленуме ЦК и будем обсуждать всенародно.

Тем не менее это — не ограничение, а, так сказать, информация к размышлению. Тот, кто считает нужным, может любые вопросы поднять в ходе обсуждения первого вопроса. У каждого члена ЦК тут полное право, и никто не может его ограничивать.

Поэтому я не вижу, Владимир Васильевич, противоречия. В рамках вопросов предстоящего Съезда мы можем обсуждать любой вопрос. Поэтому если у кого есть какие-то соображения относительно ситуации в стране, я думаю, он их выскажет, в том числе и у Вас, наверное, есть что сказать. Это первое.

Что касается замечания по второму вопросу — о создании Российского бюро. Вы не правы. В данном случае этот вопрос вносится в соответствии с решениями сентябрьского Пленума Центрального Комитета партии. У нас нет Компартии РСФСР, и поэтому ей не надо собираться, чтобы избирать своё бюро. Нет Российского ЦК. Есть Центральный Комитет КПСС, сегодня он объединяет российских коммунистов, все партийные организации РСФСР. Чтобы выразить назревшие потребности и усилить работу с партийными комитетами, с парторганизациями Российской Федерации, мы на сентябрьском Пленуме ЦК пришли коллективно к этому решению, и на его основе Политбюро вносит этот вопрос. По нему будет небольшой доклад, обменяемся мнениями и определимся.

Не знаю, удовлетворил я Владимира Васильевича или нет, но считал необходимым дать такие пояснения, чтобы решить вопрос о повестке дня.

Придётся нам поставить его на голосование. Первое предложение о повестке дня — предложение Политбюро — я зачитал: это — вопросы второго Съезда народных депутатов СССР с докладами Горбачёва и Рыжкова; второй вопрос — об образовании Российского бюро ЦК КПСС; о выдвижении кандидатов в народные депутаты СССР от КПСС; Обращение Центрального Комитета; организационные вопросы.

Кто за принятие повестки дня, которую рекомендует Политбюро, прошу голосовать. Прошу опустить руку. Кто против? Я вижу: Владимир Васильевич. Ещё кто против? Мироненко[9], да? Четыре человека. Кто воздержался? Нет.

Таким образом, утверждается повестка дня, которую предложило Политбюро. Необходимость в голосовании предложения, которое внёс товарищ Карпов, отпадает. Так, да? Хорошо.

Что касается порядка работы, то имеется в виду, товарищи, заслушать по первому вопросу выступление Генерального секретаря ЦК КПСС и выступление Председателя Совета Министров. Тут разделение труда, поскольку Николаю Ивановичу придётся делать доклад на Съезде народных депутатов по главному вопросу Съезда. И обменяться мнениями. Выступления, наверное, до 10 минут? Говорить по существу, потому что желающих выступить много. Чтобы реализовать желание товарищей,— выступления до 10 минут. Затем перейти ко второму вопросу. Там регламент можно не устанавливать, поскольку всё это будет идти в порядке живого обмена мнениями. Имеется в виду доложить предложения от имени Политбюро. И будем двигаться дальше. Все остальные вопросы не требуют того, чтобы специально устанавливать какой-то порядок. Вот собственно такой регламент. Закончить сегодня. Так, да?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо.

Председательствующий т. ЛИГАЧЕВ Е. К., член Политбюро, секретарь ЦК КПСС.

Слово предоставляется товарищу Горбачёву Михаилу Сергеевичу.

(Далее в стенографическом отчёте помещено выступление М. С. Горбачёва «Вопросы второго Съезда народных депутатов СССР»[10].)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Возможно, нам следует сделать перерыв сейчас, товарищи? Как, Михаил Сергеевич? Перерыв до 12, а затем будет предоставлено слово товарищу Гидаспову.

ГОРБАЧЁВ М. С. А доклад Рыжкова?

ЛИГАЧЁВ Е. К. Виноват… Перерыв до 12 часов.

Перерыв объявлен в 11 час. 40 мин.

(После перерыва)

12 час. 03 мин.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Товарищи, я тут совершил некоторую оплошность, забыл о том, что мы ведь сначала должны заслушать доклад Николая Ивановича, а потом начать обсуждение. Я прошу извинить меня.

Позвольте предоставить слово для доклада Николаю Ивановичу. А затем — слово товарищу Гидаспову.

РЫЖКОВ Н. И., член Политбюро ЦК КПСС, Председатель Совета Министров СССР.

Товарищи! Политбюро поручило мне проинформировать участников Пленума о докладе правительства второму Съезду народных депутатов «О мерах по оздоровлению экономики, этапах экономической реформы и принципиальных подходах к разработке тринадцатого пятилетнего плана»[11]. В повестке дня Съезда этот вопрос — один из ключевых. Его рассмотрение диктуется экономическим положением страны. Общество должно иметь реальное представление о том, в каком состоянии мы находимся, какие проблемы нужно решать, каким образом и какой ценой.

Обстановка обязывает пойти на крупномасштабные меры, включая весьма болезненные, непопулярные, но тем не менее необходимые, без которых невозможно оздоровить экономику, развязать сложный узел назревших социальных задач. Чтобы осуществить всё это с должной решительностью и последовательностью, правительство нуждается в понимании, в поддержке и доверии народа.

Сейчас, как никогда, требуется выверенный, безошибочный выбор пути дальнейшего развития и комплекс согласованных между собой программ, позволяющих уверенно двигаться по этому пути, точно знать первоочередные задачи и тактику действий в условиях текущего момента, а также владеть стратегией и работать на перспективу. К выработке именно таких решений мы и стремились.

Доклад правительства разослан. Это даёт возможность не пересказывать его, а сосредоточиться на принципиальных положениях.

Отмечу, что программа, изложенная в докладе, охватывает как чрезвычайные, временные меры, так и основные направления, этапы развития экономической реформы и прогнозное видение тринадцатой пятилетки. На её формирование решающее влияние оказал ряд факторов, имеющих многоплановый характер и различную степень воздействия на сегодняшние и перспективные проблемы, на дальнейшую судьбу страны. Причём все эти факторы концентрируются и активно проявляют себя в органически связанных друг с другом сферах экономического и политического развития общества.

Логика действий по формированию программы оздоровления экономики, как я уже отмечал, требовала чёткого анализа проблем и вытекающих отсюда реальных возможностей вывести страну из экономического тупика, в котором она оказалась.

Хочу напомнить, что основные контуры этой работы, одобренные Центральным Комитетом партии, были доложены первому Съезду народных депутатов[12]. За прошедшее время проведена очень серьёзная детальная проработка сделанных тогда предложений. Прежде всего ещё и ещё раз всесторонне оценено состояние экономики, чтобы ясно представлять, с чем мы входим в 1990 год, и соответственно будущую пятилетку.

Материалы дают подробную картину на этот счёт. Из неё вытекают и те ключевые проблемы, которые должны быть решены. Понятными становятся и причины, в силу которых сложилась нездоровая ситуация. Одни из них порождены негативными, застарелыми процессами глубинного характера. Другие — обусловлены трудностями переходного периода и допущенными ошибками в ходе непростых преобразований во всех сферах жизни общества.

Всё это в концентрированном виде отражается в том клубке острых проблем и противоречий, которые стоят перед нами. Это расстроенное денежное обращение, разбалансированные финансы, хронически больная инвестиционная деятельность и монополизация производства, медленная переориентация экономики на удовлетворение нужд народа и слабая база социальной сферы, недостаток продовольствия и других товаров, сложная экологическая обстановка в ряде регионов, замедление научно-технического прогресса, деформированная внешнеэкономическая политика.

Конечно, было бы неверным утверждать, что никаких позитивных перемен не происходит. Экономика всё заметнее поворачивается лицом к человеку, что легко проследить на примере изменяющегося соотношения между производством средств производства и предметов потребления. Приоритетным стало направление инвестиций в социальную сферу и ускорение развития её материально-технической базы, и в первую очередь жилищного строительства. Расширяется, хотя и не так быстро, применение новых форм хозяйствования.

Однако даже неполный перечень проблем и противоречий, который я привёл, свидетельствует, что Съезду предстоит принять решения необычайной важности. Любые неверные шаги в определении тактики и стратегии наших действий чреваты очень серьёзными последствиями.

Тяжкий груз проблем, который сегодня ощущает каждый, может быть снят только ценой напряжённой и слаженной работы всех звеньев народного хозяйства, всех трудящихся. Обеспечить её можно лишь на основе ясной, хорошо скоординированной программы действий. На наш взгляд, предложения правительства отвечают этим требованиям. Но прежде чем остановиться на их сути, хочу обратить ваше внимание на качественно новые принципы выбора предлагаемых решений.

Все важнейшие положения программы выработаны на основе альтернативных и многовариантных сопоставлений и расчётов. Это касается этапов и темпов экономической реформы, принципиальных подходов к формированию пятилетки, выбора периодов оздоровления и режима функционирования экономики в предстоящие шесть лет, то есть 1990—1995 годы. Остановлюсь на главных направлениях.

Первое. Экономическая реформа. Чтобы найти рациональный путь дальнейшего её развития, рассматривалось три возможных варианта. Предстояло выбрать, как идти дальше. Либо путём мелких, растянутых во времени улучшений хозяйственного механизма или безоглядно ринуться в пучину рыночной стихии без необходимых условий и действенных регуляторов. И то, и другое было отвергнуто. Правительство выбрало радикально-умеренный вариант, сочетающий энергичные меры по углублению реформы с реальностью действий на всех уровнях управления и с учётом объективной готовности общества воспринять перемены. Расчёты подтверждают: такой путь приведёт к цели быстрее, а главное — с наименьшими издержками.

Второе. Подходы к формированию пятилетки. Здесь также анализировались альтернативные решения. В докладе изложена позиция правительства на этот счёт. Оценив всю совокупность резко обострившихся экономических, социальных и политических проблем, Политбюро ЦК и правительство пришли к выводу о предпочтительности варианта, предусматривающего ускоренную социальную переориентацию экономики в тринадцатой пятилетке и сдержанное развитие во имя этого базовых отраслей в этот период.

Третье. Периоды оздоровления экономики, выхода её в условия нормального функционирования. Тут в расчёт принимались два момента: чтобы предложения во всей полноте учитывали реальную обстановку и реально обеспечивали достижение поставленных целей. Этому отвечает вариант с разбивкой шестилетнего периода на два этапа: 1990—1992 годы и 1993—1995 годы.

На первом из них необходим комплекс чрезвычайных мер, нацеленных на преодоление кризиса в экономике и прежде всего бюджетного дефицита и разбалансированности потребительского рынка. Метод достижения целей на этом этапе основан на взвешенном сочетании жёстких директивных мер с нарастающим воздействием экономических рычагов. Словом, одновременно с директивным управлением начнут развиваться рыночные отношения. На втором этапе в максимальной степени вступят в силу экономические методы, всемерно активизируется рынок.

При таком подходе неотложные меры будут работать не только на преодоление первоочередных проблем, но и на создание задела, позволяющего перейти к решениям стратегического характера, реально строить новую модель хозяйственной системы, основные черты которой изложены в докладе правительства.

Важно было определиться, на каком фундаменте строить эту модель, какие краеугольные камни положить в её основу. Конечно же, это прежде всего многообразие форм собственности, их равноправие и состязательность. Позиция правительства здесь полностью согласуется с опубликованным проектом Закона о собственности.

Но одного этого ещё недостаточно. Новые базисные отношения дополняются иным, чем прежде, плановым управлением, когда экономические методы и рыночные отношения в сочетании с государственным регулированием станут главным инструментом управления деятельностью участников производства.

И, наконец, всё это подкрепляется системой социальной гарантии, призванной обеспечить равные возможности гражданам для гармоничного и полноценного использования своих способностей, достойную жизнь всем членам общества.

Чтобы такая обширная программа работала, правительство стремилось придать ей элементы максимально возможной надёжности. В поиске их мы вступили в диалог со всеми, кто пожелал принять участие в этом важном деле, в том числе с представителями неформальных движений, радикально настроенными группами специалистов, учёных и практиков. Их предложения отличались многообразием. Некоторые носили глобальный характер или, наоборот, затрагивали частные вопросы. Но были и такие, с которыми правительство не могло согласиться. Например, предлагалось: введение частной собственности, в том числе и на землю; денационализация государственной собственности в широком масштабе, включая продажу мелких и средних предприятий; немедленное введение карточной системы; проведение регрессивной денежной реформы; замораживание на период 1990—1991 годов выдачи ссуд и разрешение гражданам брать со сберегательных книжек не более 25—50 рублей в месяц; введение 6‑дневной рабочей недели; установление особого положения в ряде регионов и отраслей; ограничение продолжительности отпусков до двух недель в течение предстоящих трёх лет и т. д.

По ряду из них правительство высказало своё мнение в докладе Съезду народных депутатов, а по другим — оно готово изложить свою позицию, если дискуссия на Съезде всё же возникнет по этим проблемам.

Теперь остановлюсь на самых острых вопросах программы.

Оценивая обстановку, мы видим, что на первое место вышли социальные проблемы, и на их решении должна быть сосредоточена большая часть усилий и средств. И в первую очередь на производстве товаров и услуг, создании необходимой социальной инфраструктуры. Острота и запущенность здесь таковы, что радикально снять вопросы за один-два года не представляется возможным. Исходя из этого, на 1990—1992 годы мы ставим задачу приостановить нарастание разбалансированности денежного обращения и потребительского рынка.

Не вдаваясь в подробности, приведу несколько цифр из программы.

За три года предусматривается довести выпуск товаров народного потребления до 510—515 миллиардов рублей, или увеличить против 1989 года на 130—135 миллиардов рублей. Другими словами, прирост выпуска товаров на каждого человека намечается более чем 450 рублей. Особенно серьёзный шаг в этой огромной работе предстоит сделать в будущем году. Её главные вехи определены в имеющемся у вас материале.

Говоря о проблеме потребительского рынка, особое внимание хочу привлечь к вопросам продовольственного снабжения. Сейчас в общем товарообороте около 70 процентов реализуемых товаров связано с агропромышленным производством. Положение здесь известно. Но я предлагаю рассмотреть ситуацию немного глубже. Из всей логики развития села за долгие десятилетия мы обязаны сделать правильные выводы, чтобы ответить на вопрос: почему, несмотря на огромное внимание, мы не можем снять продовольственную проблему в стране?

Начиная с 1953 года, вопросам села был посвящён двадцать один Пленум ЦК, лишь за минувшие десять лет принято свыше 80 постановлений ЦК КПСС и Совета Министров. Но положение меняется крайне медленно, и оно нас сегодня не удовлетворяет. Мы всё больше втягиваемся в закупки продовольствия и зерна за рубежом. Возмещать и далее отставание собственного производства за счёт импорта уже невозможно. А исключение этого крупного источника поступления продовольствия привело бы к непредсказуемым трудностям. Твёрдо проводя линию на укрепление материально-технической базы и решение социальных вопросов села, правительство вместе с тем не разделяет позицию тех, кто считает, что это единственно возможное средство выхода из продовольственного тупика. Как показал опыт, только «ресурсным» подходом мы эту проблему не решим.

Многие беды села в том, что здесь нет радикальных изменений производственных отношений, крестьянин потерял чувство хозяина, его заработки и уровень жизни во многих случаях прямо не связаны с результатами работы. Не сосчитать примеров, когда уровень доходов работников в экономически сильных хозяйствах ниже, чем в более слабых, живущих в долг, за счёт государственных, по существу безвозмездных, кредитов и дотаций.

Но, несмотря на это, в центре и на местах основные усилия концентрировались на подъёме экономики именно отстающих хозяйств. В то же время из поля зрения упускались интересы основной массы хозяйств — так называемых середняков, дающих более половины продукции, определяющих, по существу, положение дел в продовольственном обеспечении. Мы убеждены, что главные усилия надо сосредоточить на этой группе колхозов и совхозов. Такова точка зрения правительства. А в отношении слабых, запущенных хозяйств наша позиция изложена в докладе. К этому добавлю, что на днях Совет Министров рассмотрел вопрос о финансовом оздоровлении слабых и низкорентабельных хозяйств. Подход здесь такой — надо, чтобы были созданы все условия для создания на их базе новых форм хозяйствования: арендных предприятий, кооперативов, крестьянских хозяйств. С этой целью при переходе на эти формы будет списываться задолженность по отсроченным ссудам банка, то есть государство берёт на себя их долги.

Не буду останавливаться на показателях наращивания продовольственных ресурсов — подробные данные на этот счёт у вас тоже имеются. Скажу лишь: чтобы снять остроту в обеспечении населения продуктами питания, нам надо, по расчётам на 1995 год, иметь их в пределах 205—210 миллиардов рублей в действующих розничных ценах. Ожидаемый выпуск в текущем году — 142 миллиарда рублей. Судите сами — не хватает одной трети. Значит, люди почувствуют улучшение на продовольственном рынке, если каждый год прирост будет не менее 5—6 процентов.

И ещё об одном вопросе. Конечно, главное направление смягчения социальной напряжённости, упорядочения денежного обращения — это наращивание производства товаров и услуг. Однако с учётом огромного отложенного спроса полностью решить эту проблему только таким путём нам не удастся. Это наше твёрдое убеждение. Поэтому в качестве важных шагов предлагается использовать, начиная с 1990 года, новые каналы реализации населением своих доходов. Это предоставление возможности любой семье выкупить в личную собственность занимаемую жилую площадь, причём за 50—60 процентов её стоимости; передача в долгосрочную аренду земель под дачные и садовые участки с оплатой на основе кадастровой их оценки; беспроцентные целевые товарные займы; совершенствование услуг сберегательного банка; продажа акций и других ценных бумаг; расширение аукционной продажи отдельных товаров длительного пользования. Эти и другие меры начнут давать отдачу уже в будущем году, но для серьёзного улучшения дел потребуется вся тринадцатая пятилетка.

Товарищи! Одним из определяющих условий нормализации хозяйствования и углубления экономической реформы является оздоровление финансов.

В связи с этим программа ставит совершенно конкретные цели. Прежде всего надо уже в 1990 году обеспечить, кстати, впервые за многие годы, опережающий рост доходов государственного бюджета по сравнению с его расходами, сократить вдвое бюджетный дефицит и покрыть его за счёт внутреннего займа. В 1991—1992 годах предстоит продолжить линию на опережающий рост доходов по сравнению с расходами государства и довести бюджетный дефицит до 2—2,5 процента к валовому национальному продукту — такой уровень допустим и не порождает серьёзных отрицательных последствий. Как сказано в материалах, в настоящее время дефицит составляет 10 процентов ВНП[13]. Чтобы выйти на 2—2,5 процента, потребуется в 1991 и в 1992 годах сокращать дефицит бюджета каждый год на 20 миллиардов рублей. Таковы цели.

В чём же суть предлагаемых путей их достижения? В первую очередь — это динамичное и эффективное развитие экономики, проведение активной политики в области ресурсосбережения, усиление борьбы с потерями, непроизводительными расходами и сверхнормативными запасами в народном хозяйстве.

В области инвестиции линия тоже определена довольно чётко. В 1991—1992 годах капитальные вложения в производственную сферу в лучшем случае могут быть на уровне 1990 года. И только со второй половины пятилетки возможен их некоторый рост в группе «А». Что касается расходов на оборону и управление, то они будут снижаться в соответствии с намеченной программой.

В комплексе мер по финансовому оздоровлению предусматривается введение в 1990—1991 годах налогового регулирования финансовых взаимоотношений населения и предприятий с государством, осуществление в 1991—1992 годах реформы ценообразования.

На пересмотре системы ценообразования хотел бы остановиться подробнее с тем, чтобы наша позиция по очень острому вопросу была ясна. Главное — придать этому важнейшему мероприятию комплексный характер, заложить в нём такие начала, которые позволили бы содействовать росту эффективности производства, стабилизировать потребительский рынок, установить реальные экономические отношения между республиками и регионами, между предприятиями, производителями и потребителями продукции. Кроме того, новая система ценообразования призвана содействовать экономному использованию материальных ресурсов, ускорению научно-технического прогресса, привести в конечном счёте к сближению наших внутренних цен с ценами мирового рынка.

Из таких комплексных требований к реформе вытекают и сроки её проведения. Совет Министров предлагает сделать это поэтапно, в 1991—1992 годах. Причём в 1991 году предложено ввести новые оптовые, закупочные цены и тарифы.

В связи с этим один принципиальный вопрос — о новых закупочных ценах на сельскохозяйственную продукцию. Его настойчиво ставят народные депутаты-аграрники. Сделать это намечалось в 1990 году. Однако подготовленные предложения не получили поддержки союзных республик, поскольку проектировки новых закупочных цен не устраняют пороков действующей системы ценообразования. Они практически не увязаны с предстоящим изменением оптовых и розничных цен, то есть выпадают из общей реформы ценообразования.

Взвесив все аспекты данной проблемы, правительство пришло к выводу, что принимать сейчас половинчатые решения по закупочным ценам на сельскохозяйственную продукцию без увязки их с общей реформой ценообразования было бы ошибочным. Это не даст никаких результатов, а может лишь усугубить разбалансированность экономики сельского хозяйства, вызовет отрицательную реакцию со стороны колхозов, совхозов, тем более, что число убыточных предприятий, как показывают расчёты, возрастёт при этом с 5 процентов в настоящее время до 20 процентов. Мы считаем, что этот вопрос надо решать в комплексе в 1991 году.

Что касается розничных цен, то, учитывая острый социально-политический характер проблемы, саму концепцию их пересмотра и компенсацию населению дополнительных расходов, было бы целесообразно, на наш взгляд, вынести на всенародное обсуждение, конечно, основательно подготовившись, в 1990 году. По его итогам определятся последовательность и сроки проведения реформы розничных цен, имея в виду завершить её в 1992 году. Мы просили бы участников Пленума, членов ЦК поддержать предложения правительства по такому важнейшему вопросу, как реформа ценообразования.

Думаю, что острую реакцию на Съезде вызовут меры по нормализации инвестиционного процесса. Правительство тут предлагает пойти на жёсткие решения. Смысл их — в резком сокращении централизованных капитальных вложений, а, следовательно, и в ограничении фронта строительных работ, в установлении крупных платежей за новостройки и расширение действующих предприятий, сооружаемых за счёт их собственных средств, в наказании рублём за сверхнормативные остатки оборудования и другие недочёты.

В качестве эффективной меры экономического воздействия намечается переход с будущего года на расчёты и формирование прибыли только за готовую строительную продукцию. Процесс, конечно, будет проходить сложно.

Понимаю, что перечисленные решения не очень популярны, но мы идём на них ради того, чтобы навести порядок в строительстве.

И ещё об одном из важнейших аспектов оздоровления экономики. Имею в виду её материальную сбалансированность. Все мы знаем, что за последние два года положение дел с материально-техническим обеспечением производства явно ухудшилось. В чём причина?

Наиболее распространённое мнение — в несовершенстве госзаказа. Вспомним, какая критика была два года тому назад: все считали, что он слишком велик, не даёт предприятиям самостоятельности. Уменьшили госзаказ, и началась критика с других позиций.

Дело не в величине госзаказа, а в неподготовленности экономических и правовых условий, сдерживающих развитие оптовой торговли и рынка средств производства. Эта несопряжённость и есть основная причина несбалансированности в народном хозяйстве.

Возникает вопрос — как быть дальше? Касается он в первую очередь 1991—1992 годов, так как на 1990 год структура плана, в том числе и госзаказа, определена. И мы считаем, нет необходимости сегодня вводить какие-либо коррективы. А с 1993 года всё более ощутимое развитие должен получить рынок.

Ну а на переходные годы придётся в разумных пределах оперировать госзаказом на всё то, без чего невозможно обеспечить пропорциональность народного хозяйства, сбалансировать важнейшие направления развития страны и научно-технический прогресс. Для свободной же реализации, на наш взгляд, на эти первые 2—3 года следует оставлять лишь такую часть продукции, без которой не возникнет глобальной опасности разбалансированности экономики. В то же время эта часть должна быть достаточной для начала становления рыночных отношений.

Анализируя столь непростой вопрос, мы исходим из того, что, во- первых, государственный заказ на производство товаров народного потребления, с учётом важности проблемы насыщения внутреннего рынка, на первые два года пятилетки должен доводиться, как и в 1990 году, в стоимостном выражении, то есть в розничных ценах и объёмах, обеспечивающих сбалансированность запланированного товарооборота с товарными ресурсами. В то же время по топливной, химической, лесной, целлюлозно-бумажной, деревообрабатывающей промышленности, металлургии и по важнейшим видам строительных материалов, а также по изделиям домостроения можно сделать послабление, определяя снижение госзаказа до 90 процентов.

Есть настоятельная необходимость, и в программе это предусмотрено, обеспечить сопряжённость госзаказа производителей продукции машиностроения и её потребителей. То есть, если мы даём 90 процентов госзаказа нефтяникам, надо соответственно, чтобы машиностроители имели такой госзаказ, который бы обеспечивал этот уровень.

А для предприятий, Виталий Андреевич[14], выпускающих предметы потребления, предусматривать поставку по госзаказам сырья, материалов и комплектующих изделий, обеспечивать производство товаров в полном объёме.

Хотелось бы подчеркнуть, что лимиты распределения ресурсов будут устанавливаться только на продукцию в объёме госзаказа. Все остальное и реализуется, и приобретается в порядке свободной торговли. Это должны понимать и производители, и потребители.

Из всего многообразия мер, касающихся тактики наших действий по оздоровлению экономики в 1990—1992 годах, я, разумеется, остановился лишь на самых основных положениях.

Теперь столь же коротко о вопросах стратегии. Обстоятельное их изложение вы найдёте в заключительном разделе доклада правительства.

Главное требование, которое было выдвинуто в ходе подготовки этого раздела, состояло в том, чтобы, решая крупные социальные вопросы, не отходить от реалий жизни, взвешенно оценивать возможности государства, не забегать вперёд и в то же время последовательно решать назревшие вопросы. Несомненно, на Съезде может развернуться дискуссия по многим из предложенных социально-экономических параметров. Да это и понятно: всем хочется быстрых перемен. Но надо помнить, что масштабность, сроки социальных преобразований и рост народного благосостояния напрямую связаны с ростом эффективности общественного производства.

Соответствующий раздел доклада в деталях раскрывает нашу позицию и принципиально новые подходы к формированию тринадцатой пятилетки. Прежде всего концептуальный каркас, на котором держится вся, если так можно выразиться, философия нового пятилетнего плана, создавался с учётом специфических особенностей предстоящей пятилетки, главная из которых заключается в глубокой социальной переориентации. При этом в полной мере брались в расчёт качественно новые взаимоотношения между центром, союзными республиками и органами власти на местах — все они, как известно, с 1991 года переходят на принципы самоуправления и самофинансирования, и это, безусловно, накладывает очень серьёзный отпечаток на весь принцип формирования наших перспективных планов. Это во-первых.

Во-вторых, иной становится и методология разработки плана. Ведь республики и территории наделяются широкими правами, а значит, призваны нести большую ответственность за удовлетворение возрастающих потребностей населения регионов и общества в целом. Уже одно это позволяет брать за основу планирования приближение, с учётом реальных возможностей, к социальным нормативам обеспеченности жильём, детскими садами и яслями, школами, учреждениями здравоохранения, потребления продовольственных и непродовольственных товаров.

В-третьих. Принципиально иначе мы подходим и к плановой проработке сбалансированности платёжеспособного спроса населения и предложения товаров и услуг. Вопрос этот, как известно, решается на региональном уровне. За союзными органами остаётся определение государственного заказа на товары народного потребления для предприятий союзного ведения и плановое регулирование межреспубликанских поставок. В связи с этим союзным и автономным республикам, краям и областям необходимо предоставить полномочия не только реализовывать свои права на местах, но активно участвовать в формировании планов выпуска товаров и оказания услуг на предприятиях союзного и вневедомственного статуса.

В-четвёртых. Резко ужесточаются требования к народнохозяйственному плану с точки зрения экологической обстановки. И с этим, товарищи, надо считаться. Тринадцатая пятилетка должна стать переломным этапом на пути к оздоровлению окружающей среды в местах, где сегодня превышены предельно допустимые нормы концентрации вредных веществ. Одновременно предстоит обеспечить бережное отношение к использованию природных ресурсов, особенно невозобновляемых.

В-пятых. Предстоит существенно повысить роль конверсии оборонного комплекса. Наряду с тем, что этот комплекс должен обеспечить необходимый уровень обороноспособности страны с учётом новой оборонительной доктрины, его научно-технический и производственный потенциал надо максимально использовать для технического перевооружения народного хозяйства, прежде всего лёгкой, медицинской промышленности, агропромышленного комплекса, торговли и общественного питания, а также для производства высококачественных товаров народного потребления.

Расчёты, товарищи, показывают, что если в 1995 году по сравнению с 1989 годом оборонный комплекс будет иметь темпы роста 45 процентов, то гражданское производство вырастет на 82 процента, а оборонная тематика уменьшится на 20 процентов. Вот такие, товарищи, укрупнённые цифры.

И, наконец, последнее. По мере того, как народное хозяйство будет выходить из нынешнего состояния, радикально станет изменяться и регулирование внешнеэкономической деятельности. Ставится задача в 1990—1992 годах стабилизировать внешнюю задолженность страны и приступить к перестройке структуры экспорта и импорта, всей системы организации и управления внешнеэкономической деятельностью, с тем чтобы создать предпосылки для активного включения СССР в широкие мирохозяйственные связи.

Надо отметить, что дефицит валютного баланса, то есть превышение валютных расходов над валютными доходами,— это дефицит особый, самый опасный и разрушительный из всех балансовых дефицитов. Его покрытие и регулирование связано с выплатой высоких процентов по займам, усугублением дефицита, усилением инфляционных процессов.

Привлечение во все больших масштабах внешних займов может привести (и такое уже случалось с рядом стран) к экономической и политической зависимости от стран-кредиторов.

Именно поэтому правительство с осторожностью подходит к рекомендациям увеличивать импорт для решения возникающих трудных проблем. Здесь нужен очень взвешенный и глубоко продуманный подход.

Хочу также обратить ваше внимание на изменение экономических отношений со странами СЭВ. Они, начиная с 1991 года,— а это наше предложение — должны строиться на основе текущих мировых цен и расчётов в свободно конвертируемой валюте. Иначе наша экономическая реформа не стыкуется с теми принципами, которые сегодня существуют в отношениях со странами — членами СЭВ, где, по сути дела, у нас идёт не торговля, а простой товарообмен.

События последнего времени в европейских социалистических странах также настоятельно требуют рассмотрения вопросов сохранения нашего содружества, и, в первую очередь, конечно,— это вопросы экономики.

Товарищи! Реальность крупных социальных преобразований, которые намечаются в предложенной правительством программе, как я уже подчёркивал, прямо зависит от умения всех нас вместе и каждого в отдельности работать экономно, разумно и эффективно. Но нельзя не учитывать ещё одного чрезвычайно важного обстоятельства. Реализация предложенных мер не может не зависеть от той среды, в которой будет функционировать экономика, от ситуаций и явлений, с которыми сталкиваются трудовые коллективы, различные слои нашего общества. Потому что и сегодня во многих случаях нам не удаётся стабилизировать положение дел в народном хозяйстве из-за быстро развивающихся, порой крайне противоречивых процессов в различных регионах страны.

Хотели бы мы или нет, надо признать: радикальная реформа и многие преобразовательные замыслы нередко пробуксовывают из-за того, что занимающие противоположные полюса два отношения к перестройке — неприятие и нетерпение — смыкаются, порождая то различного рода течения, не ведающие дозволенных границ, то негативно ориентированные и чрезвычайно острые вспышки общественного мнения, межнациональные распри, групповые интересы, забастовки и другие подобного рода тормозящие и дезорганизующие моменты.

Правительство видит всю сложность и противоречивость некоторых бурно развивающихся процессов. Программа оздоровления экономики должна быть направлена на консолидацию всех сил общества во имя решения непростых задач его обновления и уверенного выхода страны на путь реального прогресса на основе стабильного развития народного хозяйства.

Прошу участников Пленума поддержать предложения правительства второму Съезду народных депутатов.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Возможно, вопросы будут к Николаю Ивановичу? Пожалуйста. Нет таковых?

ГОРБАЧЁВ М. С. Потом будут.

ЛИГАЧЁВ Е. К. Товарищ Хитрун имеет такую возможность.

ХИТРУН Л. И., кандидат в члены ЦК КПСС, первый секретарь Рязанского обкома КПСС.

О распродаже колхозов. Это принципиальное положение. Оно расходится с мартовским Пленумом ЦК КПСС[15], с опубликованными проектами законов о собственности, о земле…

РЫЖКОВ Н. И. В докладе не сказано о распродаже колхозов. Сказано следующим образом: у нас есть определённое количество хозяйств в сельскохозяйственном производстве, которые имеют хронические убытки и которые не становятся на ноги. Мы с вами несколько лет назад приняли решение, что здесь, да и в других колхозах и совхозах, в максимальной степени надо применять арендные отношения, новые формы хозяйствования. Поэтому сказано с учётом такой постановки вопроса. И никто не говорит о распродаже колхозов, а говорят о том, что надо внедрять арендные отношения, новые методы кооперации и так далее. Для того, чтобы дать ход этому процессу в этих хозяйствах, надо списать долги.

ГОЛОСА. Правильно.

РЫЖКОВ Н. И. Дело в том, что там не идут на аренду, потому что имеют огромнейшие долги. И арендаторы говорят: мы не возьмём в аренду землю, хозяйство, потому что там висит задолженность, мы не будем её отрабатывать. Поэтому принято решение: у тех из слабых хозяйств, которые переходят на арендные отношения, с той их части, которая переводится на такую форму хозяйствования, списать долги. Вот о чём идёт разговор. Я считаю — это правильно. Это даст возможность подтолкнуть аренду. Если Пленум считает это неправильным, тогда, я думаю, в слабых хозяйствах новых форм не будет.

ЛИГАЧЁВ Е. К. Пожалуйста, товарищ Каримов.

КАРИМОВ И. А., первый секретарь ЦК Компартии Узбекистана.

Николай Иванович, я хотел Вас спросить: в программе, которая намечается нашим правительством, о выравнивании уровня развития союзных республик и наших регионов. Я могу пояснить. Как можем мы сейчас переходить на региональный хозрасчёт, если не признать, что все союзные республики находятся на разных уровнях своего развития? Если мы хотим стабилизировать обстановку в целом в стране, надо поставить тезис о том, чтобы выравнять в течение, скажем, пятилетки или подтянуть отсталые регионы.

ГОЛОСА (Шум в зале.)

РЫЖКОВ Н. И. Мы по этому вопросу имеем твёрдую позицию. И это было предметом споров, когда год назад, в ноябре прошлого года, мы начали вплотную заниматься региональным хозрасчётом. Хочу напомнить, что в ноябре прошлого года была создана специальная комиссия в Совете Министров, куда вошли председатели Госпланов всех союзных республик. Они подготовили основные положения и принципы перехода на хозяйственный расчёт. В то время это было опубликовано. Мы тогда говорили — и сегодня это мнение правительства,— что при переходе на хозяйственный расчёт надо обязательно учитывать стартовые условия, то есть с какого старта республика начинает. И при помощи необходимых экономических регуляторов давать определённые льготы тем республикам, которые имеют более низкий экономический и социальный уровень жизни. Получится ли за пять лет, чтобы выравнять все республики? Я думаю, это дело нереальное. Но, самое главное, должна прослеживаться тенденция. Если говорить в цифрах, я, может быть, ошибусь, но сегодня разница в экономическом потенциале на душу населения между самыми крайними республиками в два с половиной раза. Конечно, это потребует, как видно, не пяти лет, а гораздо больше, для того чтобы экономический и социальный потенциал выравнялся. Но вводить новый хозяйственный механизм надо обязательно. Иначе какой смысл федерации, в которой мы должны помогать друг другу? Он теряется.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Спасибо, Николай Иванович.

Позвольте предоставить слово товарищу Гидаспову Борису Вениаминовичу, а затем будет предоставлено слово товарищу Месяцу Валентину Карповичу.

ГИДАСПОВ Б. В., первый секретарь Ленинградских обкома и горкома КПСС.

Товарищи! Нет сомнений в том, что второй Съезд народных депутатов станет очень крупной очередной вехой на пути дальнейшего развития перестроечных процессов. Нетрудно предугадать и острую борьбу вокруг законопроектов, которые Верховный Совет Союза ССР будет вносить на рассмотрение депутатов.

Подготовка к Съезду не может быть отделена от оценки положения внутри партии и вопроса номер один — её единой платформы, политической оценки разрабатываемых законов.

Реальность наших дней — бурная политизация, а с ней — поляризация позиций, взглядов, мнений. Не является исключением наш регион. Общественный климат в Ленинграде и области отмечен небывалым ростом политической активности как партийных организаций, так и широких слоёв населения. В рабочих коллективах, среди интеллигенции, студенчества идут напряжённые дискуссии вокруг путей выхода из экономического, политического и духовного кризиса. Предлагаются порой крайние рецепты: от возврата к командно-административной системе до отказа от социалистических ориентиров. За каждым из таких предложений стоят определённые политические силы, выражающие соответствующие интересы, а это означает борьбу, и жёсткую борьбу, и, наверное, даже драку.

Сознавая всю меру своей исторической ответственности за социально-экономический и политический кризис, переживаемый страной и обществом, КПСС начала перестройку, когда стало очевидным, что модель социализма, извращённая под влиянием сталинизма, не соответствует современным реалиям.

Ленинградские коммунисты решительно порвали с культом личности и порождённой им административно-командной системой и будут твёрдо отстаивать демократический путь обновления социализма. И именно с этих слов начинается платформа ленинградских коммунистов, принятая недавно на совместном пленуме городского и областного комитетов партии[16].

Непросто, в горячих столкновениях мнений рождался этот документ. Длившееся в течение двух месяцев обсуждение проекта платформы обогатило его ценными предложениями, коллективным опытом сотен тысяч коммунистов и беспартийных.

Сегодня в платформе Ленинградской партийной организации с учётом текущего момента чётко обозначены политические и идеологические ориентиры, определена линия на демократизацию внутрипартийной жизни, выделены приоритеты и в социально-экономической сфере. В то же время установлен определённый предел политическим компромиссам. Это — наша позиция. О ней честно и открыто заявлено ленинградцам, и мы её будем отстаивать всегда и везде.

Надо сказать, что пленум проходил очень остро. Нелицеприятная критика прозвучала в адрес обкома, Ленинградского горкома, горкомов и райкомов Ленинграда и области за медлительность в выработке чёткой линии, медленное сокращение разрыва между словом и делом. В этом мы видим свою важнейшую задачу. Ориентиры нам ясны. Прежде всего необходимо избавить ленинградскую промышленность от десятилетиями исторически складывающихся структурных перекосов и деформаций. Известно, что Ленинград во все времена был на острие проблем, встававших перед страной,— от индустриализации до создания оружия, в том числе и ядерного, от современной энергетики до космической техники.

Ныне — время крутых перемен, и время вернуть городу статус центра большой науки и культуры, создать современную эффективную экономику. Концепция на этот счёт у нас разработана. В её основе: развитие наукоёмких и отказ от рутинных материалоёмких и экологически вредных производств. Крайне расточительно так использовать, как это делается сейчас, огромный интеллектуальный потенциал наших учёных, деятелей культуры, творческой интеллигенции. Мы обязаны создать им все условия для подлинно творческого, плодотворного труда.

Всё это потребует серьёзных подвижек в традиционной специализации промышленности региона, эффективного использования возможностей конверсии оборонных отраслей, изменения в инвестиционной политике в сторону её переориентации на социальную, и особенно культурную сферы.

Однако пока что на этом пути по-прежнему стоят труднопреодолимые ведомственные бастионы. Мы твёрдо рассчитываем на понимание и поддержку Верховного Совета, Совета Министров СССР и, конечно, Центрального Комитета.

Следует сказать и вот о чём. При подготовке доклада на наш пленум, давая резкие оценки центральным органам, кризисной ситуации в экономике и обществе, говоря о необходимости укрепления дисциплины и порядка, сохранении руководящей роли КПСС, мы понимали, что тем самым вызываем огонь критики и консервативных, и левоэкстремистских течений. Но иначе мы бы не были честны и перед коммунистами, и перед самими собой.

В самом деле, мы же по установленным, недемократичным канонам избирали делегатов на ⅩⅨ конференцию. По старым правилам, принятым уже в новое время, проводим отчёты и выборы в парторганизациях. Вошли в прямое противоречие с нынешними реалиями многие положения Программы и Устава КПСС. Перечень подобного рода примеров можно значительно расширить.

Если мы ещё до ⅩⅩⅧ съезда КПСС не избавимся от ряда устаревших, сковывающих организационных догм и инструкций, то рискуем ослабить демократический и интеллектуальный потенциал этого форума. Отсюда и справедливые, на наш взгляд, требования коммунистов о неотложном, может быть, в декабре 1989 года, созыве расширенного Пленума ЦК по вопросам внутрипартийной жизни, на который следовало бы пригласить секретарей парторганизаций, горкомов и райкомов партии, партгрупоргов. Находясь в самой гуще жизни, именно они лучше других видят и чувствуют накопившиеся проблемы, а их много.

Целесообразно также приблизить сроки проведения отчетно-выборных конференций в партии. В Ленинграде это должно быть в начале 1990 года. Мы отдаём себе отчёт в том, что наша платформа — удобная мишень для критики. Известно, что застрахован от неё лишь тот, кто не имеет своей позиции. Как и следовало ожидать, тут же нашлись люди, в том числе среди журналистов центральных газет и некоторых народных депутатов СССР, которые в ответ на эту честную позицию взялись вбивать клин между рабочим классом и интеллигенцией, между Ленинградской партийной организацией и ЦК. Известный приём, но рождённый теперь уже в наши дни. Убеждён, перестройка его отвергнет, как отвергает и антисоциалистические устремления.

Особенно нетерпимую реакцию так называемых «радетелей перестройки» вызвал состоявшийся на следующий день после пленума общегородской митинг ленинградских коммунистов[17]. Пожалуй, мы впервые вышли из окопов на бруствер. Он буквально привёл в шоковое состояние лидеров экстремистского толка. Первые «разгромные» публикации стали появляться лишь спустя несколько дней, и только много позже грянул более или менее слаженный хор определённых изданий и известных нам авторов, излюбленные напевы которых нам тоже хорошо известны. Однако все эти безапелляционные, а, по существу, провокационные обвинения повисли в воздухе.

На собраниях в первичных парторганизациях, а в эти дни их прошло сотни, в потоке писем и телеграмм, получаемых сейчас нами, в том числе из многих городов Союза, коммунисты и беспартийные высказываются в поддержку решений объединённого пленума. Но самое важное в том, что и в резолюции митинга, хотя на нём и не обошлось без эмоциональных перехлёстов, и на последующих встречах работников обкома и горкома в трудовых коллективах, с населением по месту жительства (только у меня вот за последнюю неделю состоялось около десяти таких встреч) подчёркивается, что Ленинградская партийная организация готова словом и делом поддержать усилия Центрального Комитета по ускорению перестройки в политической и экономической областях. Вносятся конкретные предложения по наведению порядка прежде всего в собственном доме. Твёрдая ставка на собственные силы, на максимальное раскрытие интеллектуального, духовного, нравственного потенциала Ленинградской партийной организации — вот что, по существу, стало главной доминантой нашего совместного пленума.

Недавно на сессиях Ленсовета, облсовета обсуждены и после бурных дебатов приняты планы социально-экономического развития на 1990 год. С большой озабоченностью и острой тревогой говорили депутаты о ресурсном обеспечении этих планов, о мерах, которые нужно срочно предпринимать. Думается, что на Съезде нам также следует всерьёз обсудить эти проблемы. Нынешняя позиция обкома и горкома КПСС — это отклик на лозунг «Вся власть Советам!». Со своей стороны мы будем оказывать им всяческую помощь и поддержку.

Сегодня мы будем рассматривать вопрос о создании Российского бюро ЦК партии. Правильная и назревшая мера. Это будет способствовать укреплению во многом нарушившихся связей между партийными организациями регионов Федерации, координации их действий в общественно-политической сфере.

Ленинградские коммунисты высказались за создание партийной организации России. Но мы категорически отвергаем (и об этом ясно сказано в нашей платформе) идею превращения КПСС в конфедерацию партий союзных республик. Единение — вот что нам сейчас больше всего необходимо.

Завершая своё выступление, скажу так: Ленинград, Ленинградская партийная организация были, есть и будут надёжным, боевым отрядом и опорой партии во всех её делах и начинаниях.

Благодарю вас. (Аплодисменты.)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Спасибо. Позвольте предоставить слово товарищу Месяцу Валентину Карповичу — первому секретарю Московского областного комитета партии.

Просим подготовиться товарища Медведева Святослава Александровича— первого секретаря Северо-Казахстанского обкома партии.

МЕСЯЦ В. К., член ЦК КПСС, первый секретарь Московского обкома КПСС.

Товарищи! Значение нынешнего Пленума определяется не только тем, что вопросы, включённые в повестку дня, затрагивают острейшие политические и экономические проблемы современности, но и тем, что сегодня вырабатывается программа действий коммунистов на предстоящем втором Съезде народных депутатов.

По нашим оценкам, политическая и социально-экономическая ситуация в стране по сравнению с той, которая предшествовала первому Съезду, ещё более осложнилась, а в ряде регионов и сферах общественной жизни становится просто, если говорить со всей откровенностью на Пленуме сегодня, взрывоопасной. Растут недовольство, раздражительность, усталость всех социальных групп. Трудящиеся ждут от Центрального Комитета КПСС и правительства, местных партийных и советских органов решительных и конкретных действий.

И мы глубоко убеждены, что принимаемое сегодня на Пленуме Обращение Центрального Комитета КПСС к советскому народу и коммунистам в связи с выборами — надо было раньше его, наверное, принять — сыграет свою положительную роль. Необходимо также быстрее вооружить партийные организации политической платформой, с которой партия пойдёт к своему ⅩⅩⅧ съезду.

Ознакомившись с докладом Николая Ивановича Рыжкова, считаем, что его можно в основном одобрить. В то же время есть ряд вопросов, которые, по нашему мнению, заслуживают обсуждения и некоторых уточнений. Стратегический курс на обновление социализма через реформирование отношений собственности, демократизацию политических и экономических отношений, решительный отказ от административно- командной системы вряд ли у кого сейчас вызывает принципиальные возражения. Остаются лишь различия в определении приоритетов и методов реализации первоочередных и отдалённых задач.

На наш взгляд, предложенная правительством программа пока не полностью раскрывает механизм улучшения положения дел в экономической и социальной сферах.

Во-первых, в ней чётко не обозначено, какие реальные изменения произойдут уже в ближайшее время на потребительском рынке, когда же всё-таки страна решит проблемы моющих средств, бритвенных лезвий, электроутюгов, чая, ученических тетрадей и массы других товаров, которые полтора года назад были в избытке, а сегодня их отсутствие вызывает возмущение народа? Когда же, наконец, за хронический дефицит у нас кто-то будет нести ответственность?

Во-вторых, многие положения программы носят неконкретный характер. В ней лишь в общих чертах раскрыты средства достижения запрограммированных целей. Неясно, решение каких вопросов берёт на себя союзный уровень руководства, что ложится на плечи местных советских и хозяйственных органов, какие изменения и коррективы будут внесены в деятельность трудовых коллективов? И главное — не создаётся уверенности, что запланированные объёмы выпуска товаров и услуг, продовольствия, ввода жилья и других социально значимых объектов будут обеспечены ресурсами.

В-третьих, программа предусматривает осуществление чрезвычайных, крайне необходимых, но так называемых непопулярных мер. Мы уверены, что если доходчиво объяснить людям, чем они вызваны, то они поймут и поддержат. Но эти меры станут ещё более непопулярными, подорвут доверие к руководству страны и партии, если при проведении их в жизнь будут допущены нерешительность, колебание, непоследовательность, как это случилось с реформой ценообразования, кооперативами, арендой, переходом к оптовой торговле, формированием госзаказов. Значит, правительством должны быть даны гарантии неуклонного проведения намеченного курса в жизнь.

В-четвёртых, в программе обозначены приоритеты, но при этом явно просматривается желание одновременно разрешить все возникшие проблемы. Практика убедительно показывает, что это бесперспективно. Сейчас, наоборот, нужны концентрация ресурсов на главных направлениях, разработка системы взаимоувязанных краткосрочных и долгосрочных союзных и региональных целевых программ по наиболее острым, мы считаем, экономическим и социальным проблемам, с чётким определением ресурсной базы, исполнителей, сроков, системы контроля и информирования населения о ходе их реализации.

На первый план необходимо поставить продовольственный вопрос.

Ключевые подходы в его решении уточнены и скорректированы на мартовском (1989 года) Пленуме ЦК КПСС. Однако намеченная Пленумом система мер реализуется, прямо скажем, неудовлетворительно. Акценты в её осуществлении сместились в сферу дискуссий о формах хозяйствования. Со многих трибун, со страниц печатных изданий раздаются призывы о повсеместном развитии фермерства, роспуске совхозов и колхозов, раздаче земли. При этом совершенно не берётся во внимание, а желают ли того десятки миллионов крестьян? Не учитывается также, что беда слабых хозяйств как раз и состоит в том, что здесь избыток земли, но работать-то на ней некому, товарищи, так как деревня обезлюдела.

Нельзя и игнорировать исторический опыт. Сначала мы провели раскулачивание, затем пошли по пути сплошной коллективизации и в течение 60 лет приучали сельского труженика к коллективному труду, а теперь призываем провести широкомасштабную переколлективизацию. Реально ли это? Взять, к примеру, нашу область, где практически нет убыточных хозяйств. Почти половина совхозов и колхозов имеет продуктивность дойного стада более 4 тысяч килограммов молока от коровы в год, а пятая часть — свыше пяти тысяч. На птицефабриках производится 4,5 миллиарда штук яиц. Так что же, нам распустить эти хозяйства, распродать землю? Если пойти по этому пути, то эффект может получиться обратный. Не исключён длительный, более губительный, чем сейчас, застой в сельском хозяйстве при серьёзных социально-экономических последствиях. Мы же видим иные пути решения продовольственной проблемы. И о них я уже говорил на апрельском Пленуме ЦК[18].

Прежде всего, как ни сложна политическая, и особенно экономическая обстановка в стране, сама жизнь заставляет нас более быстро укреплять материально-техническую базу всех отраслей агропромышленного комплекса, социально обустраивать село, создавать совместную индустрию переработки и хранения продукции. И сделать это предстоит с помощью промышленных центров в течение буквально трёх-четырёх лет. Другого выхода у нас пока, товарищи, нет.

Одновременно там, где есть условия и есть желающие вести фермерские, крестьянские хозяйства, мы всячески способствуем организации кооперативов, арендных, семейных коллективов, оказываем им всемерную помощь. Решительно пресекаем попытки препятствовать здоровой инициативе. В настоящее время в Подмосковье уже в большинстве хозяйств применяются арендные отношения, созданы свыше 1400 семейных арендных коллективов, более 170 сельскохозяйственных кооперативов. В рамках программы самообеспечения в промышленных центрах области взят курс на интеграцию промышленных предприятий и совхозов. Всего на базе низкорентабельных хозяйств формируется 200 консорциумов с участием более 1000 промышленных предприятий, строительных и транспортных организаций, банковских учреждений. На эти цели горожанами будет выделено и освоено за пятилетку около 300 миллионов рублей капитальных вложений.

Одним словом, найдена хорошая, мы считаем, форма хозяйствования, которой следует придать государственное значение, оказать реальную поддержку.

Товарищи, мы глубоко убеждены, что многие негативные процессы в экономике, духовно-нравственной сфере неразрывно связаны с резким падением дисциплины, организованности на производстве, в обществе и в самой партии. Не хочу, чтобы вы меня поняли так, что я призываю вернуться к старым временам, административно-командным методам. Но большинство трудящихся считает, что распущенность, безответственность, вседозволенность в этой сложной политической и экономической ситуации просто губительны. Значит, нужно действовать, принимать меры как в центре, так и на местах.

Думаю, что и развернувшаяся кампания против партии, против Центрального Комитета, кроме размежевания сил и дестабилизации обстановки, ни к чему иному не приведёт. Не время сейчас делить роли, противопоставлять местные органы центру, распространять листовки, призывающие к политическим забастовкам, накалять нездоровые страсти, подталкивать людей к антиобщественным, антигосударственным действиям. Сейчас общество нуждается, как никогда, в твёрдой позиции Центрального Комитета, в конструктивной работе, объединении всех здоровых сил партии и народа на решение конкретных задач.

У нашей областной партийной организации нет сомнения в том, что только обновлённая, сплочённая вокруг Центрального Комитета партия, в тесном взаимодействии с органами народовластия, общественными движениями может выступить консолидирующей, руководящей силой в осуществлении революционных преобразований и вывести страну из кризисной ситуации. Именно такую позицию мы изложили в программе действий областной партийной организации по углублению перестройки и подготовке к ⅩⅩⅧ съезду КПСС, которую после широкого совета с коммунистами и трудящимися утвердили на пленуме областного комитета партии.

Разговоры же о многопартийности, изъятии из Конституции шестой статьи нужны не тем, как правильно сказал Михаил Сергеевич сегодня на Пленуме, кто обеспокоен положением в стране, а тем, кто в ходе предвыборной кампании, парламентской борьбы хочет захватить власть. Вот почему я считаю, что ни в коем случае нельзя допустить, чтобы на Съезде шестая статья из Конституции была исключена. Ни в коем случае! Почему, товарищи? Потому, что мы идём к выборам и исключение статьи обернётся против партии, обернётся против тех кандидатов, кого мы будем выставлять в депутаты. И мы разделяем точку зрения ЦК КПСС, что в правовом государстве, которое мы создаём, всё должно решаться с учётом исторического опыта, в рамках Конституции, на законной основе.

Что же касается положения дел в партийных организациях Российской Федерации, то мы поддерживаем предложение о создании Бюро ЦК по РСФСР и считаем, что размывание КПСС по национальному признаку сейчас просто недопустимо. КПСС была и должна остаться единой, монолитной силой нашего общества, её авангардом.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Медведеву Святославу Александровичу — первому секретарю Северо-Казахстанского обкома Компартии Казахстана. Подготовиться товарищу Слюнькову.

МЕДВЕДЕВ С. А., первый секретарь Северо-Казахстанского обкома Компартии Казахстана.

Уважаемые товарищи! Уважаемый Михаил Сергеевич! Мне очень запомнились Ваши слова, когда Вы нас всех предупредили, что сохраняйте, товарищи, «высоту взглядов» перестройки, будьте взвешенны, будьте выдержанны, будьте на высоте положения. Это очень важно. И я думаю, что всем нам надо, конечно же, руководствоваться именно таким подходом.

Я попросил слово на Пленуме ЦК, потому что сегодня очень непростое внутреннее положение в моей родной партии (я подчёркиваю — родной), в моей родной стране. А глубокой политической оценки этого положения, чёткого анализа текущего момента нет. А значит, и нет решительной, активной (подчёркиваю — решительной и активной) политической работы во всей партии.

Различные отряды начали действовать по-своему. Вяло и разнобойно, как Московская городская парторганизация вчера пленум провела. Часто неграмотно, а кое-где по-петушиному, что явно не способствует консолидации всех здоровых сил партии и народа на принципах истинной перестройки всех сторон жизни общества и нашей партии.

Считаю, что очень запоздала, Михаил Сергеевич, очень нужная Ваша взвешенная консолидирующая статья «Социалистическая идея и революционная перестройка»[19], которая отвечает на очень многие вопросы развития нашего общества. Ну, конечно, далеко не на все.

Давно говорится о том, что следовало бы активизировать теоретическую работу партии. Но пока этого не происходит. Сегодня нужно уже не просто активизировать, а сегодня уже нужно удвоить, учетверить, с нашей точки зрения, усилия всем учёным-обществоведам, если это настоящие и истинные учёные, Политбюро Центрального Комитета в этом вопросе.

Надо живее, активнее, а главное смелее, я подчёркиваю,— смелее. Слишком мы стали всё время из окопов выглядывать. Вот товарищ Борис Вениаминович[20] сказал, что они уже на бруствер вышли, а мы, выходит, всё ещё в окопах. Смелее искать ответы на все вопросы дальнейшей жизни партии, общества, находить ответы и предлагать их коммунистам всей страны, всем регионам, всем партийным комитетам и всем нашим трудящимся. И трудящиеся примут обязательно! Смелость, искренность, напористость наши люди поймут обязательно.

Думается, что пора прекратить эксплуатировать ничего не дающую констатацию того, что партия отстала от перестройки в обществе, хныканье по этому поводу. Причём это делается всеми — и руководящими работниками нашей партии, и всеми, кто против партии и кто против перестройки. Одно и то же говорят. Видимо, пример в этом в первую очередь должен показать Центральный Комитет, Политбюро. Нельзя не согласиться с товарищем Гидасповым — он отвечал недавно на вопросы — в том, что отставание партии — вот очень интересная мысль — произошло в силу её высокой организованности и в силу её дисциплинированности, как это ни парадоксально на первый взгляд звучит.

Ленин очень ценил это качество в партии. Он говорил, что организация удесятеряет силы. И это так. Пока наша партия всё ещё достаточно организована, сильна и дисциплинирована — это хорошо. И мы это видим. Она ещё действительно организована и дисциплинирована. Это вдохновляет. И если сейчас Центральный Комитет, Политбюро, лично многоуважаемый Михаил Сергеевич поднимут всю партию на умную, грамотную, взвешенную, реалистическую, решительную ежедневную работу по консолидации сил в партии, по решительному обновлению её облика, её стиля, её форм, методов работы, на чётко выверенные действия по определению дальнейшего места и роли партии в политической структуре нарождающегося гуманного демократического социализма, то всё ещё можно поправить, всё можно сделать, привести можно партию к политической победе в обществе над зарождающимися уже силами зла и политическими авантюристами, над силами, страшно желающими капитализировать наше общество, сделать страну заложницей мирового капитала. Мы знаем, что в Венгрии уже распродаются предприятия, даже самые крупные, и уже пакеты акций сегодня — у американского капитала.

Сделать, подчёркиваю, можно всё, ибо партия сегодня ещё сильна и организована. Нужно действовать! Начать должен Центральный Комитет КПСС.

А пока у нас, коммунистов, на местах, в Сибири, в Казахстане, у нас, лидеров областных партийных организаций, слишком тревожно на душе, слишком много неясных вопросов. И если у нас их много — неясных вопросов, то сколько же их, этих вопросов, у рядовых коммунистов, у секретарей первичных парторганизаций? А мы говорим, что это — опора нашей партии.

Например, такие из неясных. Выступая после организационного пленума ЦК Компартии Казахстана, Виктор Михайлович Чебриков[21], который находился у нас там, на вопрос секретарей областных комитетов Компартии Казахстана: «Виктор Михайлович, ведь идёт же развал нашей федерации, Союза. Вы посмотрите на это. Неужели же Вы этого не видите?» Он говорит: «Да, мы в Политбюро видим, что очень много таких тревожных симптомов. Мы делаем всё, чтобы этого не произошло, развала. А если произойдёт,— заявил Виктор Михайлович,— то мы уйдём в отставку,— нынешний состав Политбюро». Меня и моих товарищей — я спать не могу до сих пор! — всё время после этого парализует один и тот же вопрос: есть ли в Политбюро уверенность в своих действиях?

Выступая с докладом о 72‑й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, член Политбюро товарищ Крючков говорил о том, что коррумпированные элементы рвутся к власти[22]. Он чётко там это зафиксировал. Где же эти коррумпированные элементы, которые рвутся к власти? Но мы знаем, что у нас в конце концов власть, сегодня мы — руководящая ещё партия. Мы знаем, что ни одного ещё не нашли миллионера, который имеет 500 тысяч, миллион, 2 миллиона, 3 миллиона. Говорят, сколько миллионеров! Где же они есть, если у нас в руках власть, а мы пока ни одного человека такого не обнаружили? Конечно, это работает не на авторитет партии, это подрывает авторитет партии немедленно. Поэтому, если уж мы говорим, причём на таком большом событии, как собрание в честь 72‑й годовщины Октября, то надо же показать, где они.

Или, например, события в Фергане. Что нам всем непонятно? То, что судили лишь этих 32 молодчика, которые били, душили детей и жгли дома. Разве нам непонятно, что это не так просто? И объяснения не в том, что им негде было работать. Кстати, там пресса всё время говорит, что им было где работать, называют даже должности, где они работали. Значит, кто-то их подкупал, кто-то их направлял. Где же эти силы? Неужели же мы в обществе не можем назвать их? Коммунисты рядовые задают вопросы: товарищи, вы задайте вопрос правительству, ЦК — неужели же мы не можем предотвратить это? Где же эти мифические коррумпированные элементы?

Или — Николай Иванович Рыжков предупредил шахтёров Воркуты, когда с ними беседовал, что, ребята, не поддавайтесь: если придут к власти те, кто вас подстрекает, то они никого не пожалеют, и вас завтра же всех забудут. Что это, уважаемый Николай Иванович? Это же — тоже вопрос! Неужели же мы не можем знать, кто же это их подстрекает? Мы задаём вопрос такой сейчас, когда у нас есть власть. А когда у нас её не будет, кому мы зададим вопрос?

В «Литературной России» Анатолий Салуцкий[23] пишет: в США вышел составленный Аганбегяном[24] сборник «Перестройка», в нём опубликована статья Татьяны Заславской[25] под названием «Сторонники и враги перестройки», в которой автор даёт теоретическое обоснование для деления всех советских людей на «чистых» и «нечистых». Недавно, выступая в московском Доме учёных, народный депутат Лисичкин[26] — он тоже давно нам примелькался, «интересный» товарищ — уже призвал к решительным и конкретным действиям против «врагов». Это новое. За плохое отношение к кооператорам он потребовал совершить «партийную казнь» над секретарём Краснодарского крайкома КПСС Полозковым, порвав над его головой партбилет. «Не с таких ли призывов начинались сталинские репрессии?» — спрашивает Салуцкий. А что думают по этому поводу уважаемые члены Центрального Комитета? — нам пока, рядовым работникам на местах и лидерам партийных комитетов, не ясно.

Очень серьёзный вопрос у коммунистов, у всех нас — я вот только что с пленума обкома приехал, недавно тоже встречался почти в 15 крупных партийных организациях, в том числе заводских,— к Яковлеву Александру Николаевичу[27]. Вы не могли бы нам, Александр Николаевич, и всей партии объяснить, что происходит в социалистических странах? Как мы к этому должны относиться? Как мы относимся к позиции Кубы сегодня? Где на сей счёт решение Пленума Центрального Комитета?

ГОЛОСА. Правильно. (Аплодисменты.)

МЕДВЕДЕВ С. А. Я хотел бы спросить также, а где же наша позиция? Ну вот, Пленум уважаемый. Я ко всем членам Центрального Комитета, я с глубочайшим уважением всегда относился к Пленуму ЦК. И когда решение ЦК выходило, я всю жизнь выполнял, будучи секретарём в комсомоле и в партийных органах работая и так далее. С высочайшим уважением относился.

Так где же позиция по отношению к позиции ленинградских коммунистов? Не высказана пока. Почему областные партийные организации до сих пор не информируются о политической обстановке в стране? Нет чётких, ясных ориентировок в этом отношении. Мы знаем: там что-то происходит. Нет у меня в партийном комитете сегодня чёткой, ясной информации, позиции — что и как, и почему.

Я думаю, что так нельзя. Мы же не можем без конца ориентироваться на то, что пресса нам сегодня даёт. Пресса даёт нам достаточно не то, что нужно было бы, наверное. Вот, например, «Сельская жизнь» пишет недавно, что в Казахстане нет митингов, нет демонстраций и так далее. Я думаю, что это же, наверное, не тот подход.

Вот, Михаил Сергеевич, я хочу задать Вам вопрос. И не потому, что, извините, Вас как-то обидеть, глубоко не так, глубоко уважаю Вас. Вот Вы в Коммунистическую партию вступили, я в Коммунистической партии. Как же мы можем состоять вместе с товарищем Афанасьевым[28] в одной партии?

ГОЛОСА. Правильно.

МЕДВЕДЕВ С. А. Где же Московский городской комитет партии, который спокойно смотрит, как Афанасьев обливает партию грязью?

Не просто критиковать — критиковать можно. Михаил Сергеевич сказал ещё на первом Съезде народных депутатов: критикуйте, но не нападайте, но не нападайте сзади, не нападайте в конце концов с такими грязными руками.

Нет, нападают со всех сторон. И говорят, что первичная партийная организация там мер не принимает. Да она никогда не примет, там её, может быть, не было никогда, настоящей принципиальной партийной организации. Там, наверное, все такие же в этой парторганизации, как сам Афанасьев. Значит, нужно собрать пленум, пригласить всех коммунистов этой парторганизации, рассмотреть все вопросы и решить один раз. И не подставлять Политбюро, не подставлять Центральный Комитет, не ждать, когда секретарь ЦК, кто-то из работников ЦК позвонит и скажет: «Товарищи москвичи, принимайте меры!» Вы принимайте меры, товарищи москвичи, сколько можно вам всё время скрываться за Центральным Комитетом, за Политбюро? Всё время эксплуатировать их авторитет? Вы сами должны свой авторитет когда-то заработать. (Бурные аплодисменты.)

Меня очень волнует ещё проблема — комсомола. Я не знаю, как можно так спокойно относиться Центральному Комитету, вам, товарищи уважаемые, к тому, что происходит в комсомоле? Я никак не могу понять, неужели «Комсомольская правда», да и товарищ Мироненко не видят, что есть какие-то другие, наверное, проблемы в Казахстане? Недавно публикуют и говорят: все там «броненосцы» какие-то, там закон раскритиковали,— сессия Верховного Совета республики только что приняла решение. Нашли проблему! Виктор Иванович[29], я Вас уважаю очень, простите, пожалуйста, но скажите — где же Ваша позиция по отношению к нашей молодёжи, к комсомолу? Вы же ведь всё сделали для того, чтобы развалить комсомол.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

МЕДВЕДЕВ С. А. Я заканчиваю… Когда Вас назвали в Прибалтике «господин Мироненко», Вы спокойно это пережили.

ГОЛОСА. Правильно.

МЕДВЕДЕВ С. А. Я думаю, товарищи, что в такой обстановке Центральный Комитет должен проводить свои заседания ежемесячно. Вы, дорогие товарищи, до съезда партии открыто, гласно должны показать пример деловитости, собранности и ответственности за судьбу нашей партии, нашей страны и нашей перестройки. (Бурные аплодисменты.)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Слюнькову Николаю Никитовичу. Просим подготовиться товарища Масола.

СЛЮНЬКОВ Н. Н., член Политбюро, секретарь ЦК КПСС.

Товарищи! В ходе преобразований и обновления общества всё более основательными становятся процессы перестройки, углубления экономической и политической реформ. Без преувеличения можно сказать, что судьба перестройки зависит от успехов в экономике. Решим мы сложные задачи создания нового хозяйственного механизма, сформируем высокоэффективную экономику — значит победим.

За предыдущие годы пятилетки произошли прогрессивные структурные сдвиги в народном хозяйстве. Достигнуто определённое опережение в производстве предметов потребления по сравнению со средствами производства. Ускорилось развитие материально-технической базы социальной сферы. Однако в целом положение в экономике и социальной сфере остаётся исключительно сложным. Это особенно заметно на общем фоне перемен общественной жизни. Социально-экономическое развитие идёт неустойчиво. Экономика по-прежнему остаётся невосприимчивой к научно-техническому прогрессу, медленно идёт ресурсо- и энергосбережение, низка эффективность общественного производства. Сегодня самая большая тревога — это то, что разбалансирован потребительский рынок, особенно в последние два года. Осложнилась ситуация в финансовой сфере. В чём главная причина сложившегося положения? Основное — ослабление государственного регулирования важнейших народнохозяйственных пропорций между массой денег и объёмом производства, между денежными доходами населения и их товарным обеспечением, слабое воздействие нового экономического механизма на эффективность работы предприятий.

Стратегический курс реформирования экономики выбран правильно. Он поддерживается и научной общественностью, и практиками. Без перестройки производственных отношений, собственности, создания социалистического рынка, реформы ценообразования, совершенствования финансово-кредитной и налоговой систем, развития хозрасчёта, последовательного осуществления принципа распределения по труду наша экономика в новое качественное состояние войти не сможет.

Дело в практическом осуществлении реформы. Проводится она некомплексно, допускаются нарушения первоначальных сроков и этапов. Многие правильные положения не были подкреплены механизмами их обеспечения. Состояние экономики можно изменить, если ускорить и углубить экономическую реформу.

В представленном правительством докладе содержатся меры по оздоровлению экономики, намечено поэтапное проведение экономической реформы. Документ носит комплексный характер. Выводы и предложения, содержащиеся в нём, можно поддержать. Вместе с тем я бы хотел высказать некоторые принципиальные соображения. На мой взгляд, в концепции растянуты сроки включения в действие ряда важных компонентов экономической реформы.

Периодом оздоровления потребительского рынка и экономики определены 1991—1992 годы. Есть реальная опасность, что, если мы не достигнем значительных качественных изменений в 1990 году на потребительском рынке, может наступить ухудшение, ещё большая дестабилизация, нарастание инфляции и усиление социальных конфликтов. В сложившейся обстановке 1990 год должен стать не только активным подготовительным периодом разработки и принятия новых законов, активизации подготовки перехода к новым формам хозяйствования, что само по себе важно, но и прежде всего годом чрезвычайных мер по оздоровлению и нормализации потребительского рынка, ускоренного включения ряда экономических механизмов, оживляющих экономику.

В центре нового хозяйственного механизма, конечно, должно быть предприятие. В этой связи надо выдвинуть как первоочередную задачу отработку и включение в действие хозрасчётного механизма предприятий. Мы с этого начинали, но не довели дело до конца, и сейчас надо исправлять ошибки.

Для нормализации потребительского рынка в сжатые сроки нужно привести в строгое соответствие рост фонда заработной платы, денежных доходов с конечными результатами труда. Основную роль здесь должна сыграть налоговая система, предусматривающая прогрессивное налогообложение как доходов предприятий, кооперативов, так и населения. Без налоговой системы невозможны регулирование экономической активности, контроль за экономической ситуацией. Сроки внедрения налоговой системы в представленном материале чётко не определены. Представляется необходимым ввести её в 1990 году.

Временно, до введения налогообложения, надо применить жёсткий механизм регулирования фонда оплаты, увязав его с результатами труда; уточнить порядок образования фондов экономического стимулирования, образовывать их от прибыли, полученной за счёт снижения себестоимости продукции. Необходимо перекрыть каналы необоснованного перелива денежных средств из безналичного в наличный оборот, приостановить неоправданный рост заработной платы работников научных, проектных и других организаций. Ввести строгий государственный контроль за применением и утверждением новых оптовых цен на все виды продукции. Наряду с этим целесообразно упорядочить систему формирования доходов в кооперативах, исключить возможность завышения цен. Для этого необходимо поставлять кооперативам материально-технические ресурсы по государственным ценам и установить предельный уровень цен на реализуемую ими продукцию. Подобные меры помогут формировать денежные доходы в увязке с конечными результатами труда.

С целью большего сбалансирования потребительского рынка необходимо провести ряд мер по «связыванию» излишних денежных средств населения. Если мы развернём в ближайшее время привлечение средств по целевым вкладам и займам, продажу по именным сертификатам в счёт будущей поставки населению дефицитных товаров длительного пользования, дифференцируем процентные ставки по вкладам населения в сберкассах, будем стимулировать население приобретать в личную собственность жилье, осуществлять индивидуальное строительство,— то это позволит привлечь примерно 50—60 миллиардов рублей. Здесь нужны конкретные действия, осуществлять их нужно в самые ближайшие месяцы.

Особое значение имеет выработка конкретного механизма функционирования рынка на всех этапах его становления. Это первоочередная задача в реализации предложенной концепции реформы, всего комплекса разработанных мер. На наш взгляд, в предложениях правительства неоправданно откладывается введение новых цен, финансовых, банковских рычагов. Это наиболее эффективные инструменты воздействия на производство, на потребительский рынок.

По реформе цен. Чем дальше мы откладываем введение новых цен, тем большие образуются ценовые перекосы, тем труднее будет переходить к рыночному ценообразованию и осуществлять действенный хозрасчёт. Следовало бы ещё раз рассмотреть все аспекты этой проблемы, чтобы изменение оптовых и закупочных цен осуществить в 1990 году единовременно. В дальнейшем ценообразование должно идти с учётом воздействия рынка.

Назрела острая необходимость вместо разрозненных специализированных банков иметь центральный государственный банк страны, эффективно осуществляющий денежную и кредитную политику. Его деятельность должна органически увязываться с разветвлённой сетью коммерческих банков. Для финансирования крупных государственных программ нужен банк развития страны.

Проработки показывают, что значительный эффект мы можем получить уже в следующем году от улучшения хозяйственного механизма в капитальном строительстве, коренной перестройки и организации розничной и оптовой торговли, перевода её на комиссионные основы.

Недостаточно чётко изложена в концепции программа действий по управлению научно-техническим прогрессом. Было бы ошибкой считать, что достаточно включить в действие рыночные отношения, как научно-технический прогресс пойдёт полным ходом. Надо глубоко и основательно проработать вопросы управления научно-техническим прогрессом как важнейшей составной части подъёма экономики страны на новый качественный уровень. Чтобы экономика стала восприимчивой к научно-техническому прогрессу, нужен экономический механизм влияния на научный прогресс через гибкие системы налогообложения, кредитования, создание условий для ускоренной амортизации основных фондов, политику цен, экономические нормативы и ряд других факторов воздействия. Поэтому очень важно сегодня определить политику научно-технических национальных приоритетов для осуществления структурных сдвигов в экономике на весьма важных, но достаточно ограниченных направлениях, для получения быстрой отдачи. Именно на их решении надо сосредоточить нам научные, материальные, финансовые средства и силы. Наиболее реальным источником быстрого прироста национального дохода в ближайшие годы может и должно стать энерго- и ресурсосбережение.

В заключение я ещё раз хочу подтвердить, что в целом поддерживаю выдвинутую концепцию и её третий вариант[30].

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Масолу Виталию Андреевичу — члену ЦК, Председателю Совета Министров Украины. Подготовиться товарищу Патрикееву.

МАСОЛ В. А., член ЦК КПСС, Председатель Совета Министров Украинской ССР.

Уважаемые товарищи! Наверное, вы все согласитесь с тем, что трудно представить более тревожную и сложную ситуацию в жизни нашей страны, чем та, в которой нам приходится вести разговор об оздоровлении экономики, о проектировках Государственного плана на тринадцатую пятилетку.

Актуальность и необходимость разработки программы экономической стабилизации назрели. Поэтому я бы хотел прежде всего сразу сказать, что мы поддерживаем повестку дня Съезда в целом и мы считаем возможным одобрить доклад и меры правительства по оздоровлению экономики. Но мне хотелось бы, учитывая, что я принимал участие и выступал на Президиуме Совета Министров, остановиться только на четырёх вопросах.

Первое. Мы как-то за последнее время забыли и совершенно не говорим нигде о том, что прежде всего условием повышения уровня нашей жизни является увеличение национального дохода, увеличение объёмов производства. Это всё исчезло из нашего обихода.

Поэтому, я хотел бы сказать, чтобы в мерах, которые записаны, вопрос о повышении трудовой, производственной и плановой дисциплины был бы не на шестом месте, а на первом. Если мы сегодня не начнём работать, то я хочу сказать, что ни о каких мерах, ни о каком оздоровлении экономики речи быть не может.

ГОЛОСА. Правильно. (Аплодисменты.)

МАСОЛ В. А. Второе. Я думаю, что, наверное, нам уже четыре года хватило, чтоб мы перестали критиковать командно-административную систему.

ГОЛОСА. Правильно.

МАСОЛ В. А. Сегодня, я прошу прощения, но, как можно расценить призывы отдать землю крестьянину, не спрашивая, а хочет ли он её взять? Вот я бываю у наших работников сельского хозяйства, мне задают вопрос: «Виталий Андреевич, как Вы относитесь к этому вопросу?». Я говорю: «Я отношусь негативно».

Мы забыли историю нашей жизни, забыли, что мы создали сегодня социалистический образ нашей деревни: это маленький город, где всё есть. И что сегодня никто за пятнадцать — двадцать километров — если мы отдадим землю в его собственность — не поедет. Там ему нужно построить дом, подвести дорогу, воду. Надо ему, как говорят, дать технику и сделать подворье. У него негде хранить технику. Так что это, в моём понятии, как не попытка ещё больше разорить нашу экономику?

Я думаю, что сегодня главное, что нужно сельскому хозяйству,— это два вопроса. Это первое, чтобы не уменьшали ресурсы сельскому хозяйству, АПК, как сделали за четыре года, а увеличили их. И чтобы в этом вопросе было сочетание с арендой и с новым хозяйственным механизмом.

ГОЛОСА. Правильно. (Аплодисменты.)

МАСОЛ В. А. Я ещё хочу сказать. Вот насчёт командной системы.

Оптовая торговля. Во всём мире она предусматривает — излишки реализовать. А мы почему-то вдруг при дефиците решили внедрять оптовую торговлю — тоже в виде команды.

Вот я прочитаю решение Госплана и Госснаба. Они пишут: отметить, что впервые в плановом порядке на свободную реализацию в 1990 году оставлен ряд дефицитных видов продукции. Я назову цифры. Горючего — 8 миллионов тонн, цемента — 6,4. А за счёт чего это сделано? За счёт уменьшения выделения ресурсов сельскому хозяйству, строителям и жилищно-коммунальному хозяйству. То, за что нас всегда критикуют.

Так я спрашиваю, кому нужна такая дезинформация? Так давайте, товарищи, возьмём западный опыт. Страны, которые добывают нефть, создали фирму или объединились в ОПЕК. Там всё записано, кому, сколько и по какой цене ты можешь поставить нефти. А что мы сегодня делаем? У нас нефтеперерабатывающие заводы говорят: я продам бензин и куплю за границей что мне нужно. А что мне говорят работники сельского хозяйства? А мы, говорят, продадим мясо, сахар и там купим бензин.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

МАСОЛ В. А. К чему мы ведём страну?

Поэтому я считаю, что Николай Иванович[31] правильно говорил о том, чтобы на эти ближайшие 3 года дать оптовую торговлю только на то, где есть избыток. А где дефицит, стратегическое сырьё — полностью распределять.

ГОЛОСА. Правильно. (Аплодисменты.)

МАСОЛ В. А. А если кто-то хочет — пусть увеличит объёмы производства и реализует, а не уменьшает.

Ещё один вопрос. Это соотношение фондов оплаты труда и потребительского рынка. В докладе об этом записано на четвёртом месте. Я хочу сказать вот лично моё понятие, что основой разбалансированности нашего рынка, потребительского прежде всего, является несовершенство хозяйственного механизма и безудержный рост фондов оплаты труда. Наш хозяйственный механизм, по которому мы работали, предусматривал такую концепцию: чем меньше ты работаешь, тем больше получаешь. Так я хотел бы сказать: давайте мы — вот там, в «мерах», есть этот вопрос — давайте мы усовершенствуем хозяйственный механизм и будем, как говорят, работать с таким расчётом, чтобы не потребительский рынок догонял фонды оплаты труда, а наоборот, шло сближение фонда оплаты труда и производства товаров народного потребления. Чего, к сожалению, пока не произошло. А мы его записали на четвёртом месте. Давайте запишем на первом.

И второе. Я вам хочу сказать: вы смотрите, как мы решаем вопросы кредитов. Во всём мире кредиты выдаются для той цели, чтобы можно было взять излишки ресурсов и их реализовать. А мы что сделали? У нас строительных материалов нет, не хватает. Цемента нет. На развитие базы стройиндустрии денег не дали. И выдали кредиты под строительство дач! Мы внесли ещё больший дисбаланс в фонд оплаты труда.

Так давайте мы всё-таки всё посчитаем и сбалансируем фонд оплаты труда и рост товаров народного потребления, которые мы производим. Тогда у нас будет оздоровление экономики.

Хочу сказать ещё об одном вопросе — это о нашей федерации. Товарищи, сейчас во всём мире идут объединение, интеграция, консолидация. А что у нас происходит? Самообеспечение, самоизоляция, самофинансирование. Вводим отпуск товаров по паспортам: есть у тебя паспорт? А нет того, что ты там живёшь,— то тебе и отпускать не будут.

Так что это за система? Почему капиталистический мир, уже 12 стран решают в 1993 году отказаться от таможенных барьеров, ввести единую, как говорят, систему и т. д. А мы всё ведём к обратному. По-моему, история говорит, что чем сильнее государство, тем оно сильнее вокруг себя объединено. Поэтому мне, допустим, непонятно: если мы хотим создать нашу федерацию, то почему мы говорим о самоизоляции, самофинансировании и самообеспечении?

Здесь нам тоже надо сегодня чётко определиться и говорить об объединении, о консолидации, о том, что мы развиваемся в едином народнохозяйственном комплексе, а не каждый сам по себе. (Аплодисменты.)

И последнее. Я заканчиваю. Мне бы хотелось вот что сказать: «меры» нужно писать более простым, понятным большинству населения языком. Я вам прочитаю одну фразу: «И, наконец,— это на шестой странице, где концепция идёт,— и, наконец, изменение качественного состояния экономики должно характеризоваться наличием гуманистической системы мотиваций к творческому и добросовестному труду»[32].

ГОЛОСА. (Смех. Шум в зале.)

МАСОЛ В. А. Ну, разве поймёт большинство населения, что это такое? Да и из нас многие не поймут!

Поэтому я думаю, что в целом доклад и меры правительства можно одобрить, повестку дня Съезда тоже поддержать. А в целом, я думаю, что самая главная наша задача — это лучше работать, вместе всем, единым фронтом, на то, чтобы рос наш национальный доход и увеличивались объёмы производства. (Аплодисменты.)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Есть такое пожелание: предоставить сейчас слово товарищу Патрикееву Валерию Анисимовичу, командующему войсками Закавказского военного округа. Затем сделать перерыв на час — с двух до трёх. А после перерыва предоставить слово товарищу Мельникову, Кузбасс. Я полагаю: нет возражений, да?

ГОЛОСА. Да.

ЛИГАЧЁВ Е. К. Пожалуйста, товарищ Патрикеев.

ПАТРИКЕЕВ В. А., командующий войсками Закавказского военного округа.

Уважаемый Михаил Сергеевич, уважаемые товарищи! Своё выступление на Пленуме ЦК КПСС рассматриваю как ещё одно свидетельство постоянного неослабного внимания Политбюро ЦК нашей партии к проблемам Советских Вооружённых Сил.

1989 год стал для нас годом трудных испытаний и ответственных решений и величайшего напряжения моральных, физических сил всего личного состава округа. Наряду с задачами, поставленными министром обороны, войскам пришлось выполнять чрезвычайные правительственные задачи, связанные с ликвидацией последствий землетрясения в Армении, обеспечением общественного порядка в ряде районов Закавказья. За участие в ликвидации последствий стихийного бедствия в Армении мы получили высокую оценку чрезвычайной правительственной комиссии: 605 офицеров, прапорщиков, солдат и сержантов награждены орденами и медалями СССР. Но самая большая для нас награда — это благодарность армянского народа.

В то же время мы не можем закрывать глаза на ту серьёзную межнациональную обстановку, которая складывается сегодня в республиках Закавказья. Соединения и части округа оказались в эпицентре страстей и эмоций. Образно говоря, мы находимся на самой передней линии не только идейного противоборства, но и прямого соприкосновения с самыми откровенными силами национализма и экстремизма. От провокаций и навешивания ярлыков типа «оккупанты» до вооружённых нападений на военные объекты и военнослужащих, взрывов мостов и транспорта, осквернения памятников В. И. Ленину и другим революционерам,— таков далеко не полный арсенал применяемых средств в нашем регионе. Всё это вызывает у нас не только возмущение, но и вполне понятную тревогу за возможные столкновения и конфликты. Видимо, такое положение дел должно ещё раз нам напомнить, что определённые круги не отказались от провокационных попыток столкнуть армию и народ, втянув нас в какую-либо авантюру, и тем самым ударить также и по авторитету ЦК, и Советского правительства.

Вот в такой довольно непростой обстановке мы завершаем учебный год и вступаем в новый.

Одобряя и поддерживая линию партии в военном строительстве, решения сентябрьского Пленума ЦК[33] о созыве ⅩⅩⅧ съезда КПСС, её платформу по национальному вопросу, весь личный состав, коммунисты и комсомольцы, и прежде всего офицеры, вносят много дельных предложений по совершенствованию боевой и мобилизационной готовности, подготовке войск, повышению личной ответственности каждого военнослужащего за защиту нашей Родины.

Мы вполне отдаём себе отчёт, что требования ЦК КПСС, Совета Обороны СССР — держать оборону страны на действительно достаточном, то есть безусловно надёжном уровне — требуют от нас, от каждого солдата, сержанта, прапорщика, офицера и генерала решительной перестройки всей своей личной деятельности, повышения спроса и ответственности за порученный участок, за поддержание войск округа на уровне, обеспечивающем гарантированное отражение агрессии в любых условиях её развязывания.

В сложившихся условиях и ситуации в Закавказье приняты надлежащие меры по недопущению снижения уровня боевой и мобилизационной готовности войск. Однако ряд проблем требует более пристального внимания ЦК КПСС, правительства СССР, ЦК и правительств союзных республик, местных партийных и советских органов.

Прежде всего — это проблема призыва молодёжи на военную службу. Думаю, это вызывает обеспокоенность не только в Закавказском военном округе. Пользуясь попустительством со стороны местного советского руководства, умело спекулируя на армейских бедах, антиармейским силам удалось навязать обществу устойчивое негативное отношение к службе и тем самым поставить призыв в армию под угрозу срыва.

Создаётся парадоксальная ситуация. Люди в военной форме, которые реально обеспечивают безопасность Родины, в числе первых приходят на помощь людям, объявляются в Закавказье чуть ли не её врагами, главным тормозом происходящих революционных изменений в стране.

Те же силы, которые своими действиями подрывают основы нашей государственности, объявляются национальными героями, в честь которых требуют переименовать площади и улицы, носящие сейчас имена большевиков-ленинцев. Постоянным атрибутом площадей многих городов Закавказья стали голодающие, протестующие против призыва в армию.

Мы видим и хорошо сознаем наши армейские беды и не снимаем с себя ответственности. Родина у нас всех, товарищи, одна, и защищать её — общая наша обязанность и гражданский долг.

В связи с этим предложения о создании национальных формирований, которые в последнее время усиленно пытаются навязать общественному мнению, ничего, кроме вреда, для боевой мощи армии, а следовательно, ослабления обороноспособности государства, не дадут. И всё это не что иное, как сознательные попытки подорвать основы нашей мощи, государственной безопасности, стремление так называемых национальных лидеров иметь под руками освящённую законом вооружённую силу, которая в условиях, сложившихся сейчас в Закавказье, нетрудно предугадать, в чьих руках окажется. Можем ли мы идти на такой шаг и узаконить наличие оружия у экстремистов?

Но это далеко не всё. Необходимо поддержать предложения Министерства обороны СССР объявлять призыв и увольнение с действительной службы Указом Верховного Совета СССР или постановлением Совета Министров страны. Это первое. А второе — есть настоятельная необходимость иметь надёжный правовой механизм обеспечения выполнения Закона о всеобщей воинской обязанности.

Видимо, стоит на уровне ЦК КПСС напомнить ещё раз всем партийным и советским органам, что в лице армии они имеют свой надёжный резерв, верных помощников не только в борьбе со стихийными бедствиями, но и в борьбе с теми, далеко не конструктивными процессами, которые националистическим, сепаратистским и экстремистским силам удалось развернуть в ряде районов нашей страны.

Для Закавказского округа, территория которого более чем на 1400 километров граничит с такими сильными в военном отношении государствами, как Турция, Иран, гарантированная надёжность защиты южных рубежей — реальная и повседневная задача, решение которой во многом зависит от состояния мобилизационной готовности. Решить эту государственную задачу без участия местных советских, партийных органов довольно-таки непросто. Сейчас необходимо на правительственном уровне принять решение по всем этим вопросам, в том числе и по начальной военной подготовке. Надеемся, что с принятием Закона СССР об обороне всё станет на свои места.

Переход на качественные параметры предполагает не только коренные изменения в подготовке войск, но и оснащение их новейшими видами вооружения и боевой техники. На заседании Главного военного совета эта тема получила солидную проработку, и мы надеемся, что войска округа, как и в целом Вооружённые Силы, будут иметь самое современное вооружение. Нельзя допустить, чтобы эмоциональные выступления некоторых народных депутатов СССР, ряда советских учёных, средств массовой информации о якобы значительном отрыве прогресса военной техники от гражданской взяли верх над разумным решением этого вопроса. Шум аплодисментов, под которые уничтожается сокращаемая военная техника, не должен отвлекать нас от реального взгляда на вещи, от осознания того факта, что страны НАТО переводят свою боевую технику и вооружение на новую, самую совершенную основу.

Товарищи, сегодня, как никогда, необходимы крепкое морально-политическое единство и консолидация всех сил нашего общества на здоровой основе. Армия готова к такой работе, и мы сделаем всё от нас зависящее для стабилизации обстановки, установления мира и спокойствия в стране. Для этого необходимо также, чтобы к проблемам армии повернулось не только руководство партии и страны, а прежде всего местные советские и партийные органы на всех уровнях. Пример в этом показывал Владимир Ильич Ленин, который требовал проявлять всемерную заботу о Красной Армии, всякую невнимательность, всякое равнодушие к её проблемам он называл большой ошибкой.

Армия сегодня столкнулась с непростыми проблемами. Особенно обострённо встала жилищная. Эта проблема плюс сложная межнациональная обстановка явились одной из основных причин написания рапортов офицерами на досрочное увольнение. А таких, замечу, далеко не единицы. Мы делаем всё для того, чтобы сохранить хорошие и опытные кадры, в противном случае армия может остаться без будущего. Но в одиночку нам справиться с этой задачей будет очень нелегко.

Товарищи, есть просьба делегатов Всеармейского собрания офицеров[34], чтобы после сообщения товарища Собчака[35] о событиях 9 апреля в Тбилиси на втором Съезде народных депутатов СССР выступил представитель Главной военной прокуратуры, который проводил расследование по этим вопросам. (Аплодисменты.)

В заключение полагал бы необходимым поддержать предложение Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота, чтобы делегатов на ⅩⅩⅧ съезд партии избирать на партийных конференциях округов. Это мнение коммунистов округа.

Они также просили меня передать членам Центрального Комитета партии, что воины-закавказцы, как и все воины Советских Вооружённых Сил, всегда были, есть и будут верны политике нашей партии, поддерживали, поддерживают и будут поддерживать и претворять в жизнь линию Политбюро, стремятся сделать всё, чтобы соединения и части округа были на высоте современных требований, качественно выполнили поставленные задачи и высокими результатами в ратном труде встретили ⅩⅩⅧ съезд Коммунистической партии Советского Союза и 45‑летие Победы советского народа в Великой Отечественной войне. Спасибо за внимание. (Аплодисменты.)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Товарищи! Как мы условились, пришла пора пообедать. Мы вам желаем приятного аппетита и продолжим работу в 15.00.

Перерыв объявлен в 14 часов

Заседание второе, вечернее

15 час. 00 мин.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется Александру Григорьевичу Мельникову — члену ЦК, первому секретарю Кемеровского обкома партии. Подготовиться товарищу Логунову.

МЕЛЬНИКОВ А. Г., член ЦК КПСС, первый секретарь Кемеровского обкома КПСС.

Товарищи! Я голосовал за предложение товарища Карпова по повестке дня. Считаю, что доклад Михаила Сергеевича Горбачёва в значительной степени отразил текущий момент, но сегодня необходимо, чтобы волнующие коммунистов вопросы о состоянии партии, страны, социалистического лагеря выделялись в повестках Пленума ЦК отдельно, как особо важные.

Растущая политизация масс,— а это, на мой взгляд, важнейшее достижение КПСС за годы перестройки, отнять которое у партии невозможно, а оболгать недостойно,— выдвигает в обществе и в партии на первый план обсуждение политических вопросов, а не только социально-экономических. Думаю, будущий январский Пленум невозможен без широкого обсуждения всех вопросов сегодня, формирования таких комиссий ЦК, которые могли бы при подготовке Пленума учесть мнения коммунистов, парторганизаций и народа и сделать Платформу КПСС максимально отражающей все волнующие проблемы. А их у нас много. И, к сожалению, не уходит чувство, что наши подходы к их решению нередко напоминают чтение инструкций по борьбе с пожаром тогда, когда весь дом охвачен огнём. Между тем речь идёт о судьбе страны и судьбе партии, что неразделимо. Это ясно всем, в том числе тем силам, которые сознательно бьют по партии, чтобы потом легче было справиться со страной.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

МЕЛЬНИКОВ А. Г. Сила страны — в единой интернациональной партии, а сила партии — во внутреннем единстве: как в идейном, так и в единстве действий, которые сегодня, скажем прямо, не обеспечиваются. Более того, позиция многих коммунистов, в том числе отдельных членов ЦК, народных депутатов СССР, руководителей республиканских партийных организаций направлена под прикрытием демократизма и плюрализма не на укрепление единства КПСС, а на его разрушение.

Добиваясь консолидации всего общества, что очень важно, мы допустили и продолжаем усиливать разделение партии противопоставлением аппарата и коммунистов, национальных и центральных партийных органов, партийных комитетов и партийной прессы, коммунистов — народных депутатов СССР и членов ЦК. Отсюда всё — и острота социальной напряжённости и конфликтов, и острота идеологической конфронтации, отставания преобразований в экономике, которые волнуют людей, ударяют по авторитету партии, авторитету ЦК, ослабляют связи партии с народом.

Заметьте, за эту критическую обстановку в стране нас хвалит весь буржуазный мир, все бывшие и настоящие противники, благословляет папа. Над всем этим ЦК пора задуматься и дать свою оценку, руководствуясь интересами страны, партии и народа. И чем раньше, тем лучше.

Выступая на двух пленумах в апреле и июне[36], я подчёркивал, что ЦК не в полной мере выполняет функции высшего органа, коллективного политического руководства партии. Кстати, прозвучала по этому поводу критика и в выступлении товарища Медведева[37].

Члены и кандидаты в члены ЦК нередко служат для одобрения подготовленных аппаратом решений, которые потом не реализуются полностью, как это было на первом Съезде Советов[38]. Не исключено, что и сегодняшнее решение не будет проведено коммунистами — депутатами, членами ЦК на втором Съезде.

Самый характерный признак отставания перестройки партии, на мой взгляд,— сохранение монополизма в выработке решений Политбюро, в том числе отдельных групп Политбюро. Более того, решения Политбюро выдаются за решения ЦК, как это было с освобождением и назначением главного редактора «Правды», выделением 500 миллионов рублей на социальные нужды[39] и т. д., на что приходится очень много отвечать.

Требуя демократических изменений от местных партийных органов, Политбюро не допускает аналогичных изменений в центре. Между тем аппарат ЦК, как это было бы ни обидно слышать, отстаёт от жизни и становится неспособным к быстрому анализу постоянно меняющейся обстановки в стране, выработке оперативных действенных мер. Пример тому — последнее, секретное так называемое, обращение к партийным организациям, коммунистам[40], содержание которого вызвало неудовлетворение и у первичных парторганизаций, и у коммунистов. Видимо, и секретным письмо стало потому, что неудобно было его публиковать. То же можно сказать и о сегодняшних «закрытых материалах», которыми нас «начиняют» в отделах, хотя они давно, ещё полгода назад, должны были быть во всех первичных организациях для проведения работы.

Надо серьёзно поработать и над сегодняшним Обращением, чтобы оно по-настоящему могло сыграть.

Отстают от жизни некоторые расхожие идеологические установки. Вновь и вновь повторяется призыв к партии «выйти из окопов», хотя коммунисты вместе с народом и рабочим классом уже вышли на площади и ведут борьбу за перестройку снизу.

ЦК, наши общественные науки уходят от глубокой оценки таких неординарных явлений, как растущее рабочее движение, достигшее крайних, нежелательных форм в виде забастовок, что понимают и сами рабочие. Однако делается вид, что это обычное дело.

Хуже того, всё объяснение сводится к рвачеству за счёт общества. Такие мнения звучали в выступлениях, в материалах прессы, формируются у народа. Кроме того, что это очень вредно, это далеко не так. Например, основные требования шахтёров Кузбасса — это предоставить полную экономическую, юридическую самостоятельность предприятиям, шахтам и разрезам, упростить и демократизировать управление, за счёт отчислений предприятий повысить возможности Советов в решении социальных проблем и сделать их реальными хозяевами на территории, перевести область и города на хозрасчёт, самофинансирование, улучшить экологическую обстановку в регионе, ибо она стала критической. Решение этих давно назревших, острейших проблем тормозится центральными ведомствами, немало недостатков и у местных органов, за что партийные комитеты и Советы ряда городов Кузбасса получили далеко не лестную оценку трудящихся и уже трансформируют свои руководящие органы. И всё же главное требование рабочих остаётся прежним — ускорить перестройку.

Мы хотели получить волну снизу, мы её получили. Надо ли теперь её не замечать или дискредитировать? Не лучше ли политическую активность рабочих масс взять на вооружение и пойти с перестройкой быстрее? Именно в этом смысле партия должна быть авангардом, и место коммунистов, как указывал ещё Ленин, не в хвосте, а во главе рабочего движения!

Пример Кузбасса говорит: там, где коммунисты, не испугавшись ответственности, вошли в состав забастовочных комитетов, овладели обстановкой, были решительно отвергнуты провокации политических экстремистов, обеспечены совместно с советскими правоохранительными органами строжайший порядок и дисциплина, поддержание предприятий в рабочем состоянии.

В ходе событий из рабочих, специалистов, молодёжи, коммунистов выявилось много способных, инициативных людей, талантливых организаторов, настоящих лидеров трудящихся, деловые подходы и позиции которых выгодно отличаются от позиций многих политических перестройщиков. Этих людей мы рекомендуем в составы советов трудовых коллективов, профкомов, парткомов, в органы народного контроля, в Советы.

Партийные комитеты сегодня держат деловые контакты с рабочими комитетами по всем вопросам, связанным с реализацией требований конкретных коллективов, стабилизацией обстановки на предприятиях и решением конкретных задач производства. Главное — не допустить их отхода от реальных дел к политической конфронтации, на которую стремятся толкнуть рабочее движение политические интриганы в своих корыстных целях. Установленный сегодня рабочий контроль за перестройкой — жёсткий и непримиримый, от него достаётся местным органам, достаётся центру, но без этого ускорения не получится!

Более того, всё может «спуститься на тормозах», как это было раньше. Такие явления видны и сейчас: не выполняются решения о предоставлении самостоятельности предприятиям; не поддаются реорганизации существующие объединения; урезаются возможности области в развитии социальной сферы путём сокращения ресурсов для строительства при росте объёмов работ, хотя в области их производится достаточно; задерживается принятие согласованных документов правительства. Короче, ведомственный, административный диктат снова разворачивается во всю мощь.

Но и трудовые коллективы, советы трудовых коллективов, профсоюзные организации — то есть рабочее движение тоже набирает силу, и ясно, что перестройка и дальше пойдёт через борьбу. Партийные комитеты будут на стороне трудящихся, что бы ни говорили: там наша передовая линия, там должны находиться коммунисты, выйдя из «окопов».

Должен, кстати, заметить, что многие партийные работники — из тех, кто первыми покинули «окопы» или подняли головы над «бруствером»,— оказались поражёнными нашим же идеологическим оружием — прессой. А вот те, кто руководит этим оружием и направляет, по-прежнему не только не вышли из «окопов», но, на мой взгляд, до сих пор прочно сидят в «блиндажах». (Аплодисменты.)

Мы часто говорим, что партия взяла на себя весь груз ошибок и недостатков и всю тяжесть работы по перестройке. Это верно. Эту линию партии ЦК проводит. Но коммунисты — рабочие, секретари партийных организаций уже уточняют: мы не хотим разделять вину во всем, особенно в ошибках. Мы решения не принимали, с нами не советовались, нас только сверху «заряжали». Кто готовил, кто принимал, кто ошибался — пусть сам несёт ответственность перед партией персонально, в том числе за последние четыре года.

Таким образом, и этот важный идеологический лозунг надо оживлять. Коммунисты требуют от нас единства действий сверху донизу, не противопоставлять центр и местные органы, не пытаться проводить грань, кто больше отстаёт в перестройке, а обеспечивать чёткие рекомендации по слаженной работе всей партии.

Сегодня самое трудное положение у секретарей и партийного актива первичных партийных организаций. На них сосредоточен огонь (каждый день) за все недостатки. Поэтому остро стоит вопрос о повышении роли и самостоятельности первичных организаций, гибкости их структуры, возможности самим распоряжаться партийным бюджетом и в более крупных процентах, чем сегодня. Этим вопросам надо уделить больше внимания при подготовке к ⅩⅩⅧ съезду и выработке нового Устава КПСС, а часть вопросов можно снять, не дожидаясь съезда.

Кстати, сейчас явно прослеживается атака на первичную партийную организацию — основу КПСС, её стержень. Партию рабочих пытаются увести с производства, оторвать от базиса, превратить в просветительскую организацию. Убеждён, делается это сознательно. Не случайно к зарождающемуся в различных формах рабочему движению примазываются попутчики, далеко не пролетарского происхождения. Их цели другие: на волне забастовок удовлетворить свои личные амбиции, включая борьбу за власть. Не случайно к рабочим лидерам, как мухи на мёд, слетаются эмиссары и советчики всех мыслимых и немыслимых образований и фронтов,— от самых левых до самых правых, в том числе и из-за рубежа. Как будто мы разучились жить своим умом и у нас нет острейших жизненных проблем, которые надо быстро решать!

В заключение, пользуясь возможностью, мне хотелось бы развить тему, которую не удалось закончить на Пленуме 2 июня. Напомню: на первом Съезде Советов чётко проявилось стремление отделить Генерального секретаря ЦК КПСС от Политбюро, отделить Политбюро от ЦК и расколоть само Политбюро, оклеветав наиболее работоспособных и принципиальных членов Политбюро. К сожалению, тогда на Пленуме и на Съезде не получили должной оценки и отпора антисоциалистические, антипартийные позиции ряда депутатов — членов партии, провокации, которые они организовали. Даже не были пресечены кощунственные выпады против основателя нашего государства Владимира Ильича Ленина.

Мне представляется, что эти процессы развиваются. Ничем другим нельзя объяснить провокационные выступления в Ленинграде Юрия Афанасьева, в США и Греции — товарища Ельцина[41], оживление группы Гдляна — Иванова[42]. Перед Пленумом, Съездом — призыв к забастовке 11 декабря, исходящий от отдельных коммунистов.

Снова вопрос: кому это выгодно?

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

МЕЛЬНИКОВ А. Г. Убеждён, тем, кто понимает, что сила партии, сила ЦК в единстве и пытается её разрушить.

В развитие своего предложения на апрельском Пленуме ЦК о повышении роли ЦК как органа политического руководства и более активного вовлечения членов ЦК — рабочих в оценку политической ситуации предлагаю или сегодня, или на очередном Пленуме рассмотреть оргвопросы и ввести в состав Политбюро 3—5 членов ЦК — рабочих с целью более острой и критической оценки работы аппарата ЦК по укреплению связи с партийными организациями; проведения политической линии, установок ЦК депутатами-коммунистами в Верховном Совете СССР и на Съезде Советов; оценки политического лица и морально-нравственной позиции отдельных членов ЦК, коммунистов — депутатов, руководителей партийных комитетов; выполнения коммунистами — членами правительства установок ЦК по ускорению хозяйственной реформы, ликвидации бюрократизма и административного диктата; обеспечения чёткой ориентации идеологической работы КПСС в интересах рабочего класса и трудового народа; предотвращения местничества, национализма и шовинизма в деятельности республиканских и местных партийных комитетов.

Соответственно пополнить рабочими — членами ЦК Комитет партийного контроля при ЦК КПСС. Эти предложения, кстати, вносились и рабочими — членами ЦК на встрече с Михаилом Сергеевичем Горбачёвым.

Считаю главной задачей сегодня при широчайшем обсуждении проблем, многовариантности решений, мнений и действий не допускать фракционности, групповщины ни в партии, ни в ЦК, ни в Политбюро. Обеспечить единство и строжайшую партийную дисциплину на всех уровнях. Любой партийный комитет, член ЦК, коммунист — депутат, партийный работник должны знать, что антипартийное, антикоммунистическое выступление или действие — это дело антинародное, и оно получит соответствующую оценку в Политбюро, в ЦК и в партии. (Аплодисменты.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Насчёт тезиса товарища Мельникова: «за то, что мы делаем в стране, нас хвалят буржуазия и даже папа римский…» Тут надо подумать. Это ведь, вообще говоря,— оценка: мы не туда идём и не тем путём!

ЛИГАЧЁВ Е. К. Он не говорил этого…

ГОРБАЧЁВ М. С. В этом ЦК должен разобраться, не уходя с этого Пленума. Если Центральному Комитету нужно новое руководство, новое Политбюро, то, я думаю, Политбюро может сегодня же определиться. Тут надо чётко ставить вопрос. Это же — партия, страна. И если такие вопросы ставятся… Если нужно, то Политбюро готово положить мандаты, чтобы Центральный Комитет разобрался и решил, какое ему сегодня нужно Политбюро. Давайте уж все точки над «i» ставить, если уже мы дошли, до такого обвинения, что нас, дескать, хвалят буржуазия и папа.

Я думаю, что это, вообще говоря, очень серьёзно, товарищи. Выходит, мы не туда идём. Значит — это ошибка. И если такое же мнение у ЦК, товарищи, то тогда — обсудите этот вопрос. И надо избрать новое Политбюро и Генерального секретаря. Давайте это решим. Я думаю, что никто из членов Политбюро за посты держаться не будет, если так ставится вопрос: то, что мы делаем,— это устраивает лишь буржуазию и папу римского. Вот ведь как вопрос стоит!

Я, например, себя с такой оценкой нашей политики не могу связывать. То, что я делаю (я убеждён!) — это то, что нужно нашей стране! Она встала на путь преобразований и обновления. Наша политика должна создать такие условия, в которых человек действительно чувствовал бы себя человеком в социалистической стране, действовал активно.

Поэтому такие вот оценки — это очень серьёзно, товарищи! Все остальные практические вопросы мы можем и должны обсуждать: где доработали — где не доработали; где удалось, где опоздали, где просто проморгали.

Но если кто-то считает, что мы, сегодняшнее Политбюро, выходит, предложили и навязали не ту политику и не туда ведём эту страну, политику, от которой зависит и судьба всех народов этой страны, и судьба социализма и мира,— то, я вам скажу, нельзя играть с такими вещами! Надо определиться. И последующие выступающие товарищи пусть выскажут своё мнение. Если так ставится вопрос, то, я думаю, надо его решить, товарищи. Решить! Что мы тут,— амбиции свои что ли каждый будет выставлять?! Это всё надо оставить в стороне. Вот ведь как!

ЛИГАЧЁВ Е. К. Я думаю, Александр Григорьевич так не поставил вопрос…

ГОРБАЧЁВ М. С. Ничего. Он не ставил вопрос о том, что мы должны уходить, но о том, что мы проводим такую политику, которая устраивает только буржуазию и папу,— это он поставил!

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Логунову Анатолию Алексеевичу — члену ЦК, ректору Московского университета. Подготовиться товарищу Малофееву.

ЛОГУНОВ А. А., член ЦК КПСС, вице-президент АН СССР, ректор Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова.

Я думаю, то, что здесь было затронуто и о чём сказал Михаил Сергеевич, здесь нет для меня вопроса. Мы занимаемся перестройкой, ведём обновление социализма. И это правильно, потому что дальше жить так, как мы жили, нельзя, потому что мы катились к пропасти. Не могу сказать, что мы и сейчас не катимся, но это другой процесс.

ГОЛОСА. (Смех в зале.)

ЛОГУНОВ А. А. Действительно, положение ухудшается.

Ухудшается ясно почему. Потому что не действуют новые механизмы, которые мы вводим, но уже выключены старые. Переходный период, наверное, сложный. Но если бы мы поставили под сомнение политику Генерального секретаря, Политбюро, это было бы неправильно. Это было бы на руку всем экстремистам.

И даже вопрос такой ставить нельзя. Это ведь наша политика. Может быть, мы где-то и напутали. Я думаю, что задним умом я тоже бы сказал, что надо было начинать с законов о земле и т. д., с экономических принципов. Но это я сейчас такой умный стал, когда четыре года прошло. А почему четыре года и вам, и мне это не пришло в голову? Мы в процессе учимся, мы многое постигаем, меняем позицию, но ведь это — движение вперёд и в правильном направлении.

Но я о другом хотел говорить. Я хотел сказать о состоянии в высшей школе, вообще о фундаментальных исследованиях. Как известно, фундаментальные исследования определяют научно-технический прогресс завтрашнего дня — это стратегические исследования. Они концентрируют вокруг себя крупнейший интеллектуальный потенциал. И такой потенциал у нас в стране есть.

Но если говорить вообще о высшей школе и об использовании этого потенциала, то он безобразно используется. Почему? Потому что высшая школа находится в труднейшем положении. Она оснащена убого, её оснащение плохое. Даже в Московском университете у нас приборы десятилетней, двадцатилетней давности. Как же можно двигаться вперёд в науке, имея такие приборы? А ведь для того, чтобы купить прибор, нужна валюта. Поэтому наш потенциал неконкурентоспособен с ведущими зарубежными университетами и центрами.

Я вам приведу пример. Один американский университет — Висконсинский университет, его финансирование — это миллиард долларов в год. Вся Академия наук, которая имеет массу институтов, ведущих фундаментальные исследования, имеет финансирование — один миллиард 300 тысяч рублей. Здесь даже сравнивать нельзя. На эти деньги почти нечего купить, нельзя хорошо оснаститься.

Расходы на обучение, на подготовку одного специалиста в крупнейших университетах за рубежом — это 15—20 тысяч долларов в год. У нас, в Московском университете,— 4 тысячи рублей. А если взять другие университеты, там вообще около 2 тысяч рублей. О какой подготовке, о какой базе, о каком будущем потенциале мы можем думать, если мы сегодня сюда не вложим деньги и ресурсы?

Какие здесь выходы? У нас около 900 вузов и несколько тысяч институтов. Ясно, что все поднять до высокого уровня сразу нельзя. Естественно, надо идти постепенно. Для этого надо определить, где имеется крупный научный потенциал, ведущий актуальные исследования, и вот эти коллективы обеспечить всем необходимым. Конечно, здесь не обойтись без валюты, потому что приборостроение в нашей стране практически находится на нуле.

Второе. Вычислительная техника. Михаил Сергеевич, как-то Вам показывали вычислительную технику замечательную, говорили, что мы обгоняем и так далее. Где обгоняют — я этого не знаю. Но у нас нет ни одной супермашины, которая была бы конкурентоспособна с современными машинами Америки, Японии, а теперь уже и ФРГ. Мы даже не имеем своих хороших персональных компьютеров. Хотя о них мы говорим несколько лет, но ведь ни одного приличного персонального компьютера до сих пор нет! За это время мы создали, если я не ошибусь, наверное, десятки институтов по разработке компьютеров, а компьютеров не имеем.

По существу, электроника, вычислительная техника — это стратегическая проблема, а отставание здесь громаднейшее. Михаил Сергеевич! Это такой вопрос, который необходимо решать так же, как в своё время создавали атомные бомбы, ракеты. Здесь должна быть настоящая программа с концентрацией крупнейших специалистов. Иначе мы отстанем здесь безнадёжно. Через какое-то время мы вообще перестанем понимать, о чём у них там идёт речь. Мы превратимся в развивающуюся страну. Это — угроза серьёзнейшая.

И третье. У нас, вообще говоря, институты и высшие учебные заведения превратились в какой-то степени в богадельни. Из них никого нельзя уволить и т. д. Пора в некоторых ведущих центрах, достаточно крупных, перейти при приёме на работу на контрактную основу.

И далее, посмотрите, что происходит сейчас. Многочисленные выезды за рубеж, идёт утечка мозгов. Причём это принимает уже большие масштабы. Уезжают ценные люди за границу. А почему? Потому что он там за один год может реализовать свои идеи и поставить важный эксперимент. А здесь он потратит всю энергию на доставание приборов. И пока достанет, он уже устанет и у него уже не будет настроения даже вести это дело.

Если мы не примем здесь контрмеры и не создадим условия, то потеряем большой потенциал. И вот тогда его не возродить. Но ведь науку и образование нельзя упускать, потому что это завтрашний день. И если мы не обеспечим это завтра, то нам спасибо наши потомки не скажут.

И, наконец, о государственных программах. У нас есть государственные программы, на которых сконцентрированы ресурсы, люди, коллективы и т. д. Но ведь здесь ничего нельзя почти решить. Можно решить только на приёме у Председателя Совета Министров. Но ведь это же каждый руководитель программы должен заниматься этим и занимать Председателя Совмина Николая Ивановича Рыжкова.

Надо, по-видимому, отработать какой-то механизм целевого финансирования. Я говорил с министром финансов Павловым[43] о деньгах на программу. А он говорит: «А я деньги дал министерству». А в министерстве их нет. Они растворились где-то. И теперь, попробуй, их найди, где эти деньги находятся. То есть государственные программы надо целевым образом обеспечить финансовыми ресурсами, лимитами капвложений и т. д. Их необходимо исполнить в кратчайший срок. Например, мы сооружаем ускоритель под Серпуховом. Длина его орбиты 21 километр, 18 километров мы уже прошли. Нам не хватает средств, и Николай Иванович помог выделить капвложения на строительство этого объекта. Теперь же хотят, чтобы за счёт этих капвложений мы строили жильё, соцкультбыт. Но это приведёт к тому, что мы в 1993 году ускоритель не сможем построить. А там уже американцы принимают решение о сооружении ускорителя в 84 километра длиной с вводом в 1997—1998 годах. То есть мы можем потерять время, а следовательно, неэффективно использовать затраченные средства. У нас мало будет выигрыша во времени.

Но никто на это внимания не обращает. Я бы хотел, чтобы все эти вопросы, которые мы сейчас обсуждаем, и вот тот, который я поставил, как-то нашли бы решение соответственно при рассмотрении плана 1990 года и соответственно 1991‑го и следующей пятилетки. Спасибо за внимание.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Малофееву Анатолию Александровичу — члену ЦК, первому секретарю Минского обкома партии. Подготовиться товарищу Бакатину.

МАЛОФЕЕВ А. А., член ЦК КПСС, первый секретарь Минского обкома Компартии Белоруссии.

Конечно, обсуждение повестки дня предстоящего Съезда народных депутатов сегодня нельзя рассматривать в отрыве от той общественно- политической обстановки и практических дел, которые сегодня есть в партии. Я думаю, что эти вопросы при обсуждении любой повестки будут непосредственно связываться, потому что сегодня это волнует практически каждого.

Съезд будет нелёгкий, и здесь уже говорили — будет очень сложный и противоречивый. От него зависит очень многое. По крайней мере общественно-политическая обстановка. Какой она будет в стране, будет определяться и ходом Съезда, и принятыми непосредственно решениями. Поэтому сегодня идёт очень острый, очень нелицеприятный разговор. В какой-то мере он, видимо, неизбежен.

Но, я думаю, что не сейчас нам надо выяснять все отношения. Сейчас надо собрать все силы для того, чтобы провести Съезд, который будет иметь исключительно важное значение. Я думаю, что у ЦК будет время, тем паче уже названо, что в январе состоится крупный Пленум и большой, принципиальный разговор, от которого не уйти. И, по всей видимости, тогда спокойно, без эмоций, без крайностей, по-настоящему, по-партийному мы сумеем разобраться со всеми вопросами.

Видимо, надо понимать и другое, особенно коммунистам — народным депутатам, что будут попытки поставить под сомнение на Съезде и деятельность правительства, и изобразить перестройку как окончательно зашедшую в тупик, и многое другое. Поэтому надо, видимо, и руководствоваться сегодня этим. Да и главные баталии, по всей видимости, развернутся по статье шестой. Вы же знаете и чувствуете, как накаляется сегодня обстановка, как форсируются искусственно события, чтобы исключить из Конституции эту статью.

Я не могу не сказать сегодня о том, здесь уже говорилось, что в нашей печати опубликована статья Михаила Сергеевича Горбачёва «Социалистическая идея и революционная перестройка». Она имеет принципиальное значение, особенно в части определения расстановки политических сил и их позиций. И я думаю, что в ней очень принципиально и своевременно поставлена неприемлемость для нас двух крайних точек зрения. Я думаю, что мы в душе и уме чувствуем непосредственно это. Следовательно, статья должна быть консолидирующим началом, хотя это надо было сделать значительно раньше

Но в то же время лично меня, я думаю и других, пугает то, что отдельная часть коммунистов нашей партии не собирается консолидироваться и ведёт разрушительную работу против партии, выискивая различные поводы для того, чтобы принизить её роль в глазах народа. Это не может не тревожить сегодня. Изо дня в день — и мы это чувствуем — всё более напрягается обстановка, и становится тревожно и в партии. Это свидетельствует о том, что здесь происходят нездоровые явления, с которыми пора уже разобраться.

В официальных оценках, в высказываниях даже некоторых официальных работников на высшем эшелоне партии успокоительно звучит, что авторитет теряет не партия, а лишь отдельные работники республиканского, областного и районного звена.

Спорить об этом нечего. Всегда были разные работники — и сильные, и слабые, и сверхслабые. Но дело не только в этом. Сегодня вывод этот не в полной мере отвечает действительности. В результате массированных атак на партию при вольном или невольном участии средств массовой информации, тех недовольств, которые вызваны экономическими и социальными трудностями, ростом преступности, катастрофическим падением дисциплины и ответственности, у части людей нарастает негативное отношение к КПСС.

И это мы должны видеть и правильно оценивать. Сегодня ещё есть время детально разобраться. Если этот процесс будет так идти, то последствия будут очень и очень серьёзными.

Особенно усилились нападки в последнее время, в ходе подготовки к Съезду. Недавно на заседании Верховного Совета СССР рассматривался очень важный законопроект о печати и других средствах массовой информации. Я там присутствовал. Вы знаете, что он будет определять политическую жизнь в стране. И в то же время в ходе его подготовки были сделаны попытки, чтобы ограничить участие партии в этом. Абсурдное, но, как видите, явление такое, которое получило распространение.

И я считаю, что партия должна была принять широкое участие во всех этих практических делах. Видимо, нелишне было бы не в одиночном порядке, а рассмотреть этот вопрос в Политбюро и официально на Верховном Совете высказать свою позицию и свою точку зрения. Этого, к сожалению, мы не сделали. И я думаю, что в этом плане очень многое потеряли, а в основном велась какая-то кулуарная работа, выступления отдельных работников.

Более того, многих из нас сегодня пугает и та обстановка это касается практически в той или в другой мере каждого из нас,— когда не даётся отпор тем негативным проявлениям, которые носят оскорбительный характер по отношению к партии, её практической линии. А если это и делается, то делается очень неумело, очень робко и иногда извиняющимся голосом.

Так не годится. Я думаю, что у нас есть много хороших примеров, и я мог сегодня назвать сидящих в этом зале, но, в силу обострившегося разговора, я специально не хочу это сегодня делать. Но их поведение, принципиальность, мужество, смелость, консолидирующее начало являются примером для многих.

В канун Съезда различные политические группировки повсеместно разжигают нездоровый интерес к статье шестой. Речь сегодня не о статье. В конце концов не самое главное, что будет записано. В нормальной обстановке партия может себя заявить только практическими делами, конкретными результатами. Но если сегодня, в этой сложной, противоречивой обстановке, когда идёт активное расслоение общества, когда различные точки зрения захлёстывают здравый смысл, принять такое решение, это будет сигналом для новых атак на партию, поводом для многих сложных процессов, которые идут в ней самой. И я думаю, что такое решение, если бы случилось, привело бы, видимо, к очень тяжёлым последствиям — и не только для самой партии, но для судеб нашего Отечества, для социализма. Поэтому нам надо выстроить свою позицию, заявить своё политическое лицо.

Оглядываясь на прошлый путь, почти пятилетний, невольно приходишь к мнению, что, вступив в перестройку, мы не до конца продумали роль партии и её политическую работу. Учились методом проб и ошибок, набивали себе шишки. Кое-чему научились. Но, я скажу, и жертвы оказались, и потери очень большими.

ГОЛОС. Какие жертвы?

МАЛОФЕЕВ А. А. Сегодня в результате, видимо, чрезмерного увлечения критическими началами в разговоре о нашем прошлом, а к этому подключились и те силы, которые считают пройдённый путь путём ошибок, заблуждений и преступлений, у части людей сложилось неприязненное отношение к нашему прошлому. Значительная часть молодёжи с небольшим почитанием относится и к нашей действительности. Это создало такую обстановку — обстановку недоверия к любым решениям, которые принимают официальные и партийные, и советские, и органы государственного управления.

Я думаю, что сегодня многие проблемы, многие сложности связаны с крупными недостатками в идеологической работе партии. Сегодня многие процессы в этом плане проходят как неуправляемые и ненаправляемые. Я думаю, что Политбюро и ЦК надо ещё раз внимательно посмотреть на эти вопросы.

Учитывая эту ситуацию, коммунисты Академии наук Белорусской ССР, пленум Минского городского комитета пришли к выводу о необходимости созыва, пожалуй в январе, пленума по идеологическим вопросам. Областная партийная организация поддержала и пришла к выводу, что вообще должен состояться большой, крупный, принципиальный разговор о делах партии.

Я верю в свою партию, верю в её мудрость, верю в её волю. И готов сегодня всё сделать для того, чтобы партия выполнила свою роль, роль консолидирующую, и вывела перестройку на правильную дорогу. (Аплодисменты.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Вот ещё один тезис: мы не той дорогой идём!.. Надо выходить на правильную дорогу…

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Давайте, давайте разбираться! Давайте разбираться! Давайте разбираться!

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Бакатину Вадиму Викторовичу — члену ЦК, министру внутренних дел СССР. Подготовиться товарищу Снетковой.

БАКАТИН В. В., член ЦК КПСС, министр внутренних дел СССР.

Уважаемые товарищи! Я голосовал за повестку, которая была предложена президиумом, потому что Михаил Сергеевич Горбачёв разъяснил, что можно выходить несколько шире, чем обсуждение проблем доклада, с которым будет выступать на Съезде Николай Иванович Рыжков.

Поэтому я хотел предложить вашему вниманию один частный вопрос или, может быть, два, которые не в полной мере совпадают непосредственно с повесткой дня.

Я думаю, что сейчас вопрос так не стоит, что мы должны обсуждать вопрос доверия Политбюро. Это, по-моему, очевидно: мы в полной мере доверяем Политбюро. И я, Михаил Сергеевич, совершенно не собираюсь защищать моего соседа, товарища Мельникова. Но он, по-моему, высказался за то, чтобы было единство в Политбюро, было единство в ЦК, было единство между ЦК и первичными партийными организациями. И поэтому, может быть, его не совсем правильно поняли. По крайней мере, так и он сам считает.

ГОЛОСА. Правильно.

БАКАТИН В. В. Мы за глубокое единство. Но, с другой стороны, вот я сейчас буду выступать по одному вопросу, по которому я знаю, что у меня тоже есть расхождение с членами Политбюро. Но я считаю себя обязанным выступить по этому вопросу.

Но прежде всего я считаю также себя обязанным доложить членам ЦК о мерах по обеспечению общественного порядка в связи и вокруг Съезда. Я думаю, что темп политической жизни у нас несравненно вырос, и вообще наши действия, всё надо мерить уже в реальном масштабе времени, не откладывая на квартал, на полгода и т. д. Мы должны вести какой-то реальный отсчёт времени, как у космонавтов,— не терять секунд. Здесь нужно, буквально, очень гибко, очень оперативно работать. На самом деле, каждый день принимаются новые законы, каждый день идут какие-то крупные выступления, и на всё нужно немедленно реагировать — как справа, так и слева. Поэтому вопрос тут больше нашей тактики к Съезду.

Я должен сказать, что мы не сомневаемся, что будет немало провокаций со стороны всевозможных неформальных организаций. Но тем не менее, применяя, может быть, не всеми одобряемую, но одобряемую, я знаю, Политбюро, тактику разумного сдерживания, нереагирования на провокации, опираясь на поддержку здравомыслящих людей, опираясь на поддержку партийных, советских органов, мы надеемся обеспечить надлежащие условия для работы депутатов. Если, конечно, захотят этого сами депутаты. Основания для таких сомнений у нас есть. Мы уже сегодня на эту тему говорили, поскольку отдельные депутаты призывают, как вы знаете, к массовым беспорядкам, к забастовкам и нарушениям законов и так далее, и так далее. Но думаю, что всёравно мы справимся.

Но я хотел бы себя здесь немножко поправить: я сказал «неформальные» организации. Это штамп. Штамп, к которому мы привыкли: «неформалы», «неформальные организации». Как-то ленинградское телевидение, которое очень вообще своеобразное телевидение, говорило о том, что этот штамп устарел. В данном случае я согласен с ленинградским телевидением.

Мы сами дали время всем этим так называемым (ранее называемым) неформальным организациям прекрасно формализоваться, прекрасно организоваться, оформиться, провести съезды, утвердить уставы, программы, выйти даже на международный уровень, получить разнообразную помощь, иметь разнообразнейшие средства массовой информации.

Мы как-то вздумали в МВД посчитать — сколько их? Мы сбились со счёта. Сколько всех этих газет, газеток, телепрограмм и тому подобного! И, честно говоря, искренне можно позавидовать оперативности работы этих средств массовой информации так называемых «неформалов». Там много, кстати, освобождённых от работы лидеров, которые занимаются сугубо чисто политической деятельностью и ничем другим.

То есть давайте смотреть правде в глаза: практически мы имеем стихийно возникшую, при правовом непротивлении и, наверное, главное — при идеологическом непротивлении, сложную многопартийную систему. Можно говорить о поляризации, о политизации — всё это правильно. Но нужно называть вещи своими именами. Все эти организации (самое страшное) обладают в большей или меньшей степени реальным влиянием на массы, абсолютно реальным влиянием на массы. Они имеют разные цели — от позитивных, которые действительно нужно поддерживать и с которыми надо сотрудничать (это совершенно верно), до сугубо, как говорится, антисоциалистических, антисоветских, сепаратистских и иных целей. Это страшно полярная вещь.

Но все они имеют одно общее — они не несут никакой ответственности за свои действия. Абсолютно! Это абсолютно точно! И почти во всех работают члены КПСС. Но всю ответственность при всём при том продолжает нести только КПСС. За всё, что происходит!

Мне кажется, вот отсюда идут эти корни борьбы за отмену статьи шестой. Она сегодня просто мешает узаконить реально сложившуюся многопартийность в нашей политической системе. И вот поэтому настойчиво муссируется, выдвигается этот вопрос, который, между прочим, ещё, конечно, бьёт по партии. А мы упорно говорим: нет! Мы говорим: нет, нельзя, мы против!

И вот на Съезде, через два дня, снова возникнет этот вопрос. Его специально протащат. Его будут гасить, будут не пускать, но будут с разных сторон выходить к микрофону, рваться и протаскивать обязательно этот вопрос. Это будет всё опять. Это «шоу» будет чётко разыграно.

И получится, что мы опять намерены бороться за сохранение этой статьи, которая в общем-то узаконивает, декларирует руководящую роль КПСС в нашей политической системе.

Но если мы не отступим от избранного в апреле 1985 года пути — а я думаю, Михаил Сергеевич, здесь и вопрос нельзя так ставить! Мы не отступим от того пути, от той политики, которой присягнули в апреле 1985 года и основой которой, если одним словом эту политику изобразить, является демократия. Демократизация, начиная от демократизации экономики, политики, общественных отношений и т. д.

То есть, если мы не отступим от этого знамени, которое подняли и которое признаётся сегодня совершенно справедливо во всём мире, и это действительно говорит о том, что это правильная политика — политика демократизации, причём в первую очередь демократизации политической системы,— то нам не избежать многопартийности.

Потому что логика сама, сама диалектика развития пути демократизации неизбежно к этому приведёт. Не избежать! Мы её можем избежать только в одном случае, если мы будем продолжать присягать демократизации. Можем избежать только в одном случае, если весь народ как один скажет: «Нет». Скажет: «Нет, не нужна нам никакая вторая партия, нам достаточно КПСС и больше никого». В этом случае мы можем её, многопартийность, демократическим путём избежать.

Но мне кажется, что это рассуждение теперь на тему, так сказать, упущенных возможностей. Во-первых, мы народ не спросили. А во- вторых, действительно, эта система уже образовалась.

Значит, у нас, мне кажется, есть один выход — я не знаю, прав я или не прав, но я всё-таки рискнул выйти на Пленум с этим вопросом.

Если не отрываться от реалий жизни, о чём, кстати, я считаю, правильно всё время Политбюро говорит… Надо учиться у жизни, идти от реалий жизни, не просто изобретать какие-то конструкции и потом в них втискивать эти самые старые отжившие схемы. Если идти от реалий жизни, то надо нам, как говорится, перестать терять время и, глядя действительности в глаза, переориентировать свою психологию. И начать готовиться (причём готовиться уже поздно!) к политической борьбе за массы в массах в условиях многопартийной системы. Потому что вот тот комфорт однопартийности, который у нас долгое-долгое время был, комфорт монополии на идеологию сослужил партии, честно говоря, плохую службу. Она в какой-то мере забыла, что такое настоящая политическая борьба. И сейчас, когда мы начинаем (Гидаспов пробует, как говорится, или там кто-то другой), то видим — насколько это сложно.

Поэтому, мне кажется, что нам сейчас в этой ситуации надо не допускать шагов, которые бы работали против авторитета партии. А борьба за сохранение этой шестой статьи, она как раз один из этих шагов. Зачем, скажите, партии, которая уверена в своих силах, уверена, что её идеи поддержатся подавляющим большинством, закреплённая в Конституции, декларированная руководящая роль? Зачем она нужна? Если партия в этом не уверена,— тогда другое дело. Но мне кажется, нам нельзя, нам рано, как говорится, терять уверенность. У партии есть ещё мощный, ещё далеко не раскрытый интеллектуальный потенциал. И вообще за политическое лидерство, за власть партии ещё можно побороться, как говорится, и на равных, и без этой статьи.

ГОЛОСА. (Шум, оживление в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Говорите, говорите!

БАКАТИН В. В. Я что-то не то сказал?

ГОРБАЧЁВ М. С. Вы же своё мнение высказываете.

БАКАТИН В. В. Да, я говорю своё мнение. И я считаю, что нам не надо ставить вообще вопрос о том, что надо отдавать кому-то политическую власть. Политическая партия, которая не стремится к власти, это — нонсенс, это вообще нелепость какая-то. Это не партия. Такого не бывает, наверное, я так думаю.

Но надо всё-таки увидеть, что эта статья и борьба ЦК за её сохранение работают сегодня не на партию, а против партии, и эта позиция даёт лишние очки нашим политическим противникам. И партия должна была (может быть, здесь уже мы опоздали) давно выступить с такой инициативой — не нужна партии шестая статья! Но мы уже потеряли время. Но всё равно мы сегодня должны — раз я сказал, что время, как говорится, неумолимо — должны рассмотреть этот вопрос. Хуже будет, если его рассмотрит Съезд. Хуже будет.

Но думается здесь — ещё одну минуту,— что активным членам партии, мне кажется, эта статья не нужна вообще, а пассивным членам партии и эта статья не поможет. Это тоже совершенно очевидно. Тут, кажется, всё ясно.

Но было бы очень просто, если бы мы, как на митинге, под аплодисменты, как говорится, проголосовали вопрос об отмене этой статьи. Наверное, это не так просто сейчас — взять и отменить эту статью. Этого сделать нельзя сейчас, я в этом убеждён. Вы не подумайте, что я сейчас вроде сам себе противоречу. Потому что этот вопрос, я прошу прощения, не только вопрос юридической формы, но прежде всего это вопрос реальной политической ответственности партии, и сейчас эта ответственность вытекает из этой статьи. И что бы кто ни говорил, держится вся политика перестройки на партии. И, убрав сейчас эту статью, не подготовившись как следует, мы увеличим реальную опасность политического кризиса и дадим возможность безответственным, авантюристическим политикам…

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

БАКАТИН В. В. Я прошу послушать. Я уже говорил о том, что это кажется нелепостью: вначале — против статьи, а теперь — за то, что нельзя убирать. Вы вдумайтесь в это сами. Её нельзя митинговыми методами убирать. Её нельзя просто так убирать.

Но в то же время оставить этот вопрос без внимания тоже нельзя. Нужно политически высказаться по этому вопросу. Я хочу внести предложения на этот счёт, если хотите. Мы не должны дать возможность создания политического хаоса, потому что в этот сложный период партия не имеет право и не может уходить от возложенной на неё Конституцией сегодня политической ответственности, реальной ответственности за судьбу страны. Понимаете, о чём идёт речь? И я считаю, что сегодня, если политическое руководство на Съезде будет, допустим, выступать против отмены этой статьи,— Съезд поддержит. Но это будет всё равно плохо, это сработает против партии.

Надо, не дожидаясь тогда, когда этот вопрос будет поставлен на Съезде, выступить с заявлением от ЦК КПСС сразу перед началом Съезда, в котором отразить всего три вопроса. Вот моё предложение. Я прошу прощения, что я занял у вас много времени.

Первое. Что ЦК КПСС в русле концепции, диалектики демократических преобразований политической системы признаёт необходимость отказа от конституционных гарантий руководящей политической роли КПСС, не отказываясь от демократической борьбы за доверие масс. Это первое.

Второе. КПСС подтверждает, что сегодня готова (Михаил Сергеевич, кстати, говорил об этом в своём выступлении), готова проводить политическое руководство процессами перестройки в конструктивном содружестве с другими, признающими Конституцию СССР общественно-политическими (вот это слово: «политическими» — мы всячески избегаем!) организациями, и чей правовой статус следует немедленно узаконить. Мы до сих пор тянем этот вопрос, и никак в течение года не можем принять Закон об общественных организациях. А вообще речь будет идти об общественно-политических.

И третье. Однако, учитывая недопустимость каких-либо действий, создающих реальную опасность возникновения политического кризиса, ЦК КПСС не считает вправе снять с себя всю полноту политической ответственности за политическое руководство на этом переходном этапе и просит Съезд народных депутатов до принятия новой редакции Конституции воздержаться от каких-либо шагов в этом направлении.

Вот такое политическое заявление, мне кажется, может без обсуждения быть принято Съездом. Оно внесёт определённую ясность и снимет этот вопрос. Тут я не настаиваю ни на каких голосованиях. Но я вношу такое предложение.

У меня осталось время или нет?

ЛИГАЧЁВ Е. К. Всё, завершайте.

БАКАТИН В. В. Тогда я прошу прощения.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Снетковой Татьяне Ивановне — члену Центральной Ревизионной Комиссии, сборщице Ленинградского объединения «Позитрон». Затем, как я понимаю, хочет выступить товарищ Прокофьев Юрий Анатольевич.

СНЕТКОВА Т. И., член Центральной Ревизионной Комиссии КПСС, сборщица микросхем Ленинградского научно-производственного объединения «Позитрон».

Уважаемые товарищи! Перед отъездом в Москву мы, участники Пленума, встречались с партийным активом города и области. Поэтому моё выступление — это коллективная мысль и позиция, выработанная на этих встречах. Позиция, которая вбирает в себя активные положения платформы ленинградских коммунистов. Позиция, которую я, как коммунист, рабочая, ленинградка, разделяю и поддерживаю.

22 года работаю я в объединении «Позитрон». Мои наставники научили меня душой болеть за свою работу. Мы всегда считали и считаем, что наш труд нужен Родине. И перестройку воспринимаем как единую, общую для всех задачу.

Но вот события последних месяцев, когда резко обострилась экономическая и политическая ситуация в стране, заставляют многих из нас задуматься.

Начинали с разговоров о повышении хозяйственной самостоятельности предприятий, а сегодня во весь голос говорим о частной собственности. А ведь это вопрос о власти! Создаётся впечатление, что кому-то очень хочется доказать неспособность эффективного хозяйствования государственной экономики.

С точки зрения рабочих, надо поставить государственные предприятия в условия реальной самостоятельности и экономической ответственности, то есть настоящего, полного хозрасчёта. Нам, рабочим, инженерно-техническим работникам, по Конституции принадлежат предприятия и организации. Верните нам права думать и самим решать, как развивать производство, увеличивать выпуск нужных людям товаров, искать стимулы к труду.

Сложное положение в экономике дестабилизирует обстановку. Набирает силу «теневая экономика». На ниве кооперации нашли прибежище спекулянты, падает жизненный уровень трудящихся. Основная тяжесть последствий не до конца продуманных решений ложится на плечи рабочих и крестьян, малообеспеченных слоёв населения.

И в то же время любые действия на местах по защите социалистических ценностей, попытки отстоять марксизм-ленинизм клеветнически расцениваются как возврат к временам сталинщины и застоя. Общественное сознание наводняется буржуазной идеологией. Не получает отпора неформальное движение антигосударственного, антисоциалистического характера. Продолжается массированная дискредитация истории страны, попираются честь и достоинство наших отцов и дедов. Не получится ли так, что одних обвинили в том, что не то построили, а через несколько лет опять будем извиняться перед народом, который так и останется в неведении — что и как перестраивали?

Совершенно очевидно, что существуют разные группы, каждая из которых использует перестройку в своих интересах. И если партия не будет выражать и отстаивать интересы рабочих, крестьян и трудовой интеллигенции, то это будут делать вновь создаваемые политизированные структуры.

К сожалению, у населения растёт недоверие к органам власти, ставятся под сомнение её возможности вывести страну из кризиса. Ситуация эта усугубляется безнаказанностью. Нарушается действующее законодательство. Смотрите: сколько времени продолжалась забастовка в Воркуте, огромный ущерб нанесён экономике, а каким рублём можно измерить нравственные потери?

Наверное, всякому терпению и уговорам должен быть предел. Игнорирование законов приводит к дестабилизации и анархии. Часто действия правительства, к сожалению, показывают их малую эффективность, ещё больше углубляются кризисные процессы в обществе.

Понимаю, что тема несбалансированности рынка уже набила оскомину. Но удивляет, что выступления в прессе экономистов настойчиво убеждают рабочих людей, что заработком, как у меня, в 280 рублей, мы очень давим на рынок товаров и услуг. И в этом они видят основную причину его катастрофического положения.

Товарищи! В связи с трудностями с продовольствием в некоторых коллективах настойчиво поднимается вопрос о вводе карточной системы на некоторые товары. Это, естественно, требует очень взвешенной оценки возможностей и необходимости. Но определяться надо.

Сложная обстановка в стране намеренно усугубляется определёнными кругами, и четыре года такой деятельности не прошли даром. Более того, сегодня некоторые депутаты, как это уже говорилось, призывают 11 декабря провести предупредительную политическую забастовку, требуя отмены шестой статьи Конституции. Мы категорически протестуем против такой «парламентской» деятельности. Я поддерживаю предложение Михаила Сергеевича, что надо дать оценку таким действиям.

Развал в экономике сопровождается и разрушением идеологии. Во многом утеряны нравственные принципы, ориентиры, почти нет идеалов. Самое страшное — партия теряет молодёжь. Вместо изучения истории государства и партии (конечно, это сейчас сложно делать в сегодняшней ситуации) в школе начинают преподавать слово божье. Для какого будущего мы готовим смену?

Разрушен идеологический стержень, разорвались интернациональные связи, с нарастающей скоростью идут процессы в странах социализма. Мне, например, трудно сделать выводы по поводу последних событий в соцстранах. К чему они ведут и какую цель преследуют? Находятся ли они в общем русле мирового коммунистического и рабочего движения или нет? И в этой ситуации нет политической позиции, оценки Центрального Комитета. Что мы должны говорить людям?

Констатируя процессы, происходящие в обществе, активизацию и политизацию всех слоёв и групп, нельзя не сказать об отсутствии изменений в нашей партии. Могу допустить, что виной тому и сложившиеся стереотипы, и организационные структуры, не отвечающие требованиям времени. Думаю, уже назрела необходимость в существенном пересмотре организации, стиля и методов работы выборных партийных органов, расширении прав, финансовой самостоятельности первичных партийных организаций, усилении их связи с вышестоящими комитетами.

Волнует и такой вопрос. Тринадцатый год коммунисты цеха избирают меня секретарём цеховой партийной организации. Вроде бы и опыта за эти годы набралась. Но как поступить в такой ситуации? Вы знаете, коммунисты сейчас часто подают заявления о выходе из партии. По Уставу их надо исключать. А так ли это? Как поступать с теми, кто в преклонном возрасте не может выполнять партийные поручения, вести работу или — в силу материальных трудностей — платить членские взносы? Понятно, что эти и другие вопросы будут, видимо, учтены в новом Уставе партии. Но мне кажется, что было бы правильным уже сейчас приостановить действия некоторых инструкций. За это предложение единогласно высказался объединённый пленум Ленинградского областного и городского комитетов партии.

Особенно остро стоит вопрос о статусе члена выборного партийного органа. И не столько, как его выбирать, хотя и это немаловажно. О его функциях, правах, обязанностях. Безусловно, члены Центрального Комитета должны вести постоянную работу, коллегиально вырабатывать политические решения, а между Пленумами секретари ЦК, члены Политбюро — организовывать выполнение этих решений и отчитываться о проделанной работе. Члены ЦК должны нести ответственность за претворение в жизнь линии партии, добиваться укрепления внутрипартийного единства. Аналогичные изменения надо внести на все уровни партийной структуры — в обкомы, горкомы, райкомы.

Всё, что я в выступлении затронула, далеко не полный спектр накопившихся проблем. На сегодняшнем Пленуме мы обязаны по ряду из них принять соответствующие политические решения.

В преддверии второго Съезда народных депутатов коммунисты города Ленинграда хотят знать. позиции и услышать оценки Центрального Комитета партии по вопросам, в том числе о статье шестой Конституции СССР (на мой взгляд, это должно решаться в контексте всех вопросов, связанных с Конституцией), отношение к формированию Закона о собственности.

Совместный пленум областного и городского комитетов высказался за проведение расширенного Пленума Центрального Комитета с приглашением представителей первичных партийных организаций для анализа политической обстановки в партии в связи с подготовкой к ⅩⅩⅧ съезду. Об оценке и необходимости принять дополнительные меры по борьбе с преступностью, коррупцией, мафией, наведению порядка, дисциплины. И в конечном итоге, об утверждении веры к представителям власти.

Результатов работы Пленума очень ждут в Ленинграде. Да, наверное, не только в Ленинграде. Ситуация чрезвычайная. Центральный Комитет теряет авторитет среди коммунистов. В трудовых коллективах впрямую ставится вопрос: где руководящая роль партии? Раз мы правящая партия, то и должны реально руководить.

Принятие Ленинградской партийной организацией своей платформы вызвало в периодической печати попытки обвинить нас в конфронтации с Центральным Комитетом. Чего только не приписывают нам! И третью волну консервативных сил, имеющих шанс на успех. И что обком стал «повивальной бабкой» Объединённого фронта трудящихся[44], и многое другое.

Я заявляю ответственно — этого нет! Ленинградские рабочие и коммунисты верят в перестройку. И чтобы её двигать, мы настойчиво будем трудиться и твёрдо стоять на социалистических позициях. (Аплодисменты.)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Позвольте предоставить слово товарищу Прокофьеву Юрию Анатольевичу — первому секретарю Московского городского комитета партии. Затем мы хотим предоставить слово товарищу Замятину Леониду Митрофановичу, члену ЦК, советскому послу в Англии.

ПРОКОФЬЕВ Ю. А., первый секретарь Московского городского комитета КПСС.

Уважаемые товарищи! Я не планировал сегодня выступать на Пленуме Центрального Комитета партии, поскольку не являюсь членом Центрального Комитета и 10 дней всего, как избран первым секретарём Московского городского комитета партии[45].

Но, учитывая ту обстановку, которая складывается на Пленуме Центрального Комитета партии, счёл невозможным для себя, как для секретаря одной из крупных партийных организаций в нашей партии, отсидеться. Тем более, что вчера завершил свою работу пленум Московского городского комитета партии[46]. Перед этим мы собирали в горкоме партии порядка двух с половиной тысяч секретарей первичных партийных организаций, представляющих три четверти коммунистов Москвы, и, выступая, я могу опираться и на их точку зрения.

Что хотел бы сказать? Ленин любил выражение: «Главное — ввязаться в драку, а потом — посмотрим». Это правильно для партии, борющейся за власть.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ЯКОВЛЕВ А. Н. Это Наполеон говорил.

ПРОКОФЬЕВ Ю. А. Я хочу сказать — это правильно для партии, борющейся за власть. Но для партии, которая является правящей и несёт ответственность за свои поступки, я считаю, что это неверно.

Но мы с вами ввязались в эту драку, и ввязались в эту драку не по воле Генерального секретаря Горбачёва, не по воле каких-либо других людей, а потому, что мы понимали, что наше общество должно измениться, и — будем честны перед собой — в апреле 1985 года все страстно (не только коммунисты, но и большая часть страны) ожидали перемен.

И мы в эту драку ввязались. И на ⅩⅩⅦ съезде партии, на ⅩⅨ Всесоюзной партийной конференции обозначили основные ориентиры. Обозначили ориентиры, но не прорабатывали по-настоящему каждый этап своего пути. И поэтому пошли вперёд методом проб и ошибок, о которых сегодня здесь говорилось.

Почему это произошло ещё так, товарищи? Будем откровенны. Я понимаю, моё выступление, может быть, не вызовет удовлетворения у многих сидящих здесь, в этом зале. Я на заседаниях Центрального Комитета партии присутствовал с января этого года и сам наблюдал, как трансформировалась ситуация в зале. Если в январе, феврале и даже в марте, когда обсуждался один из основополагающих наших вопросов по сельскому хозяйству, в основном было, извините, механическое голосование (и мне было просто как-то странно всё это видеть, человеку, который впервые попал на заседание Пленума Центрального Комитета партии), и только в апреле месяце (я не знаю, тут критиковали апрельский Пленум), я считаю, что только в апреле члены Центрального Комитета партии стали высказывать то, что они думают в действительности. А потом майский, июньский пленумы и дальше — сегодняшний Пленум Центрального Комитета партии[47].

Но надо понять и ещё одно: ведь мы действительно выбрали сами этот путь, и нет никакой практики в этой работе. Ведь сами говорили о демократизации, сами говорили о том, что нас система командно-административная завела в тупик. Ведь это же было действительно так.

И сегодня нам надо вести разговор не о том, кто прав, кто не прав, а надо вести разговор о консолидации нашего общества. И я здесь полностью поддерживаю выступление секретаря Минского областного комитета партии товарища Малофеева. Надо говорить… (извините, я волнуюсь, потому что действительно не готовился выступать на Пленуме Центрального Комитета партии)… надо говорить о работе, которую нам вместе предстоит сделать.

Вчера пленум городского комитета партии совершенно чётко высказал свою позицию.

Во-первых, учитывая ситуацию в обществе. А в Москве она крайне сложная. Если со снабжением у нас лучше, чем в любых, может быть, других регионах страны, то в смысле политическом обстановка крайне напряжена. Вы сами понимаете, что столица — это центр политического напряжения, что здесь сконцентрированы все силы, которые и за перестройку, и против перестройки, и справа, и слева. И это отражается на политической ситуации в городе.

Так вот пленум горкома партии совершенно чётко выразил свою позицию, и сегодня она отражена в московской печати. Мы обратились к Политбюро Центрального Комитета, к Пленуму ЦК — не принимать непродуманных политических решений, взвешивать, учитывая общую ситуацию, которая сейчас в стране, направлять свои действия на консолидацию сил нашего общества, а не на конфронтацию. Это первое.

И второе. Мы осудили действия тех коммунистов-депутатов,— я извиняюсь, не коммунистов, а членов партии-депутатов,— которые обратились с призывом к забастовкам и призвали провести их, и примем к ним соответствующие партийные меры, потому что не должны быть у нас в партии люди с разным цветом партийных билетов.

Дальше. Какова позиция городского комитета партии? Мы ещё раз и ещё раз заявляем: за консолидацию всех сил нашего общества — в Москве непосредственно, в стране в целом.

Если взять программы политизированных объединений, они на 80 процентов состоят из тех же самых положений, которые содержались в прошлом предвыборном Обращении Центрального Комитета партии[48] и в нынешнем.

Кстати, Михаил Сергеевич, нам тоже надо новые формы брать. Я вот прочитал это Обращение. Вы знаете, оно не будет работать, потому что люди уже привыкли к обращениям, к призывам. Мы для себя избрали другую форму — политические тезисы горкома партии[49]. Мы ни к кому не обращаемся, мы говорим о том, за что мы и против чего мы.

Мы за то, чтобы строить социализм (изменённый, если нужно, и фундамент подправить), но — против возрождения частной собственности.

Мы за плюрализм мнений, но за плюрализм мнений по-настоящему, а не так, как получается, что одна определённая группа получает трибуну, так сказать, рупор в средствах массовой информации, а другая их не имеет.

И мы это чётко совершенно заявили. Это было поддержано пленумом городского комитета партии. Я ещё раз призываю от имени уже и членов горкома партии (я имею на это право, поскольку всё это было сказано) — нужно принимать взвешенные политические решения. Нельзя в этой серьёзнейшей обстановке шататься вправо или влево. Мы должны очень серьёзно продумать каждый свой шаг, именно с этих позиций сегодня выступать с этой трибуны.

ЛИГАЧЁВ Е. К. Позвольте предоставить…

ПРОКОФЬЕВ Ю. А. Можно ещё? Я прошу прощения.

Что я ещё считаю? Конечно, задержалась статья Михаила Сергеевича, и об этом вчера на нашем пленуме было сказано. Конечно, нам крайне необходима политическая платформа партии. Пятый год идёт перестройка. Чтобы консолидировать общество, нужна идея привлекательная и ясная для всех.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Замятину Леониду Митрофановичу — члену ЦК, послу в Великобритании. Подготовиться товарищу Зинченко.

ЗАМЯТИН Л. М., член ЦК КПСС, Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в Великобритании.

Дорогие товарищи! Я собирался на одну тему выступать, но послушал товарищей и не могу не высказать своё мнение как член Центрального Комитета партии по ряду заявлений, которые были сделаны здесь о том, что мы в партии качаемся то в одну сторону, то в другую сторону.

Мы в 1985 году принимали программу не механическим большинством. Мы тогда убедительно слышали слова руководства нашей партии о том, что дальше так жить общество не может. И мы с вами первыми обсудили эти вопросы на Пленуме ЦК, приняли обдуманные решения, которые сейчас называем «перестройка», «политическая гласность». Эти термины вошли в нашу жизнь. Мы знали, что вступаем в этот процесс, который для нас будет далеко не простым, потому что мы выходили из сложного предшествующего периода жизни общества.

Что греха таить,— вы же знаете, почему мы выходили из того периода застоя. Да потому, прежде всего, что несколько поколений коммунистов, по существу, не были допущены к руководящей работе в партии, не могли выступать лидерами партии, потому что партия и Политбюро повторяли заученный лозунг о том, что надо сохранить Леонида Ильича[50] для партии, надо Леонида Ильича сохранить для народа и так далее.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ЗАМЯТИН Л. М. Не думайте, что я ухожу от этого вопроса. Наоборот, именно потому и беру смелость на себя сказать об этом, что я работал в тот период в аппарате ЦК.

Дальше. Когда мы готовились к съездам партии, что мы говорили на пленумах ЦК? Единогласно голосовали за то, чтобы не вносить изменений в состав Политбюро, тем самым подчеркнуть, что наша партия едина. Говорили: не надо менять руководство партии, которое выбиралось на предыдущих съездах партии. Нас убеждали в том, что единство в составе руководства должно означать стабильность руководства в партии. Говорили и то, что это важно подчёркивать для Запада: у нас единство партии.

Разве за такое единство выступаем мы теперь? Мы развязали себе руки. И я говорю это с уверенностью, потому что действительно не был среди тех, которые вставали и говорили: «Долой Брежнева!» и так далее. Но я был среди тех людей, которые видели, что не решается руководство сказать то, что должно было сказать в Политбюро, в Секретариате ЦК партии. Ведь в своё время нашло же Политбюро мужество для того, чтобы сказать Хрущёву о том, что время его истекло и надо уходить из руководства партии.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ЗАМЯТИН Л. М. Правильно это или неправильно,— но это было сказано.

Значит, все члены ЦК того периода в той или иной мере несут ответственность за тот застой, который образовался в партии.

Разве можно теперь, товарищи, когда мы переступили этот порог с большими трудностями и с откровенностью (в руководстве партии нашлись люди — не один человек — Михаил Сергеевич Горбачёв, а несколько деятелей в руководстве партии,— которые взяли на себя смелость, чтобы сказать людям правду), сказать, где находятся наша партия и общество?

Если бы мы ещё оставались в том периоде застоя, что бы мы сегодня говорили на Пленуме ЦК? Было бы сегодня предоставлено слово так открыто выступить? Да никто бы не решился так выступать! Вот что значит обрести для себя большую политическую свободу слова.

В то же время мы оказались, по существу, пленниками этой свободы слова, потому что партия, поставив политизацию общества, поставив в центр необходимость большей гласности и перемен в обществе, развёртывание демократии в стране, испытывает издержки демократии.

Почему же мы не хотим об этом сказать? Неформальные организации сейчас выступают и критикуют партию. А за что? За то, что она предложила нам перестройку, за то, что она нам предложила многие новые подходы перестройки в партии.

Да, времена действительно трудные. Можно сказать, что страна оказалась на краю дефицита, на краю многих других негативных явлений в партии и в народе. Оказалась почему? Потому что надо найти в процессе перестройки оптимальный путь, с тем чтобы ещё раз не сказать, обращаясь к народу, что мы опять ошиблись и не нашли нового пути.

Теперь хочу сказать о внешней политике партии. Наверное, вы ожидали, что эта тема мне будет ближе. Но я, как и другие товарищи, думаю об обновлении партии.

Во внешней политике отражается подход партии — слова не должны расходиться с практическими делами. Да, действительно, внешняя политика оказалась тем фронтом нашей борьбы, где действительно слова не расходятся с делом, и мы получили первый результат этого: наша концепция нового политического мышления в отношении Европы, в отношении Соединённых Штатов Америки, в отношении проблем разоружения стала общепринятой концепцией в мире.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ЗАМЯТИН Л. М. Мы не только произнесли слова о такой политике, но разработали научную программу вместе с военными, дипломатами и создали обоснованную программу, которая от конфронтации привела к политическим диалогам, высвободили от разоружения большое количество средств, чтобы использовать их для других отраслей нашего хозяйства.

Разве правильно было бы дальше идти по пути, ставя, например, в Европе всё больше и больше ракет СС‑20? Что мы решили бы таким путём? Ничего. Партия нашла иной путь: не конфронтации, а путь диалога. Он привёл нас к тому, что мы разговариваем с Западом не на основах уступок в области социализма или вообще социалистической формации. Нет, мы ведём предметный диалог, который приводит к понижению противостояния. Результат очевиден. К примеру, сейчас Коль говорит о том, почему он должен держать на своей территории ракеты малой дальности? В кого он будет стрелять — в Польшу, что ли? Всё это далось, товарищи, непросто. Мы сократили более 400 ракет средней дальности, а американцы — свои ракеты в Европе. Разве это привело к ослаблению нашей военной безопасности? Наоборот, понижение противостояния и разоружение привели к тому, что мы не поступились ни своей политикой, ни вопросами безопасности.

Сегодня здесь поднимались вопросы о странах социалистического содружества. Да, товарищи, вопрос такой стоит, и мы здесь на Пленуме не должны уходить от ответа на этот вопрос. Надо обсудить и обменяться мнениями, что действительно происходит сейчас в странах Восточной Европы. Такой вопрос нам задают в первичных партийных организациях, и ответ на него должен быть совершенно чёткий. Для этого мы должны проанализировать, что произошло с братскими партиями в социалистических странах, почему они за короткий промежуток времени распались и, по существу, оказались не готовыми к лидирующей роли коммунистических партий в странах Восточной Европы в новых условиях. Этот вопрос для руководства нашей партии не столь неожиданный. Я помню, что Михаил Сергеевич года четыре тому назад встречался с Хонеккером. Тогда был откровенный разговор о положении в Германской Демократической Республике, всё говорилось откровенно.

Я хотел бы предложить провести анализ, что делается в настоящее время в партиях Восточной Европы. Это нужно ещё и потому — говорю это под впечатлением ленинградского митинга и вчерашнего московского партийного актива: некоторые люди начинают «выкройки» восточноевропейских стран примерять на советскую действительность. В выступлениях рассказывают, как выходили в Чехословакии на демонстрации студенты, кто за ними стоял и так далее. Мы тоже не избавлены от таких демонстраций. Я сам видел демонстрации в Москве под знамёнами Российской империи. Отражает это настроения в обществе? Думаю, что нет. Это люди, которые хотят себе нажить политический капитал и которым Михаил Сергеевич дал оценку в своей политической статье.

Хочу высказать свои соображения, что делать в наших отношениях с социалистическими странами.

Соображения мои такие: сейчас мы действительно стоим перед большим опасным поворотом событий, прежде всего — это воссоединение Германии. Не потому, что Германия будет воссоединена, а потому, что мы столкнёмся с новым сильным конгломератом в центре Европы. Объединённую Германию боятся и многие европейские страны — например, позиция Великобритании.

По Вашему поручению, Михаил Сергеевич, я разговаривал с Тэтчер. Её ответ был определённым: Европа не готова к тому, чтобы в её центре была объединённая Германия на тех началах, которые западные немцы предлагают.

То же самое с Францией, то же самое с Италией. Исход из этого: у нас есть возможности вести диалог с этими европейскими странами.

Второе. Нам говорят, что фактором стабильности в Европе являются военные союзы — НАТО и Варшавский Договор. Мы много раз говорили по поводу существования этих договоров, но, наверное, в данной ситуации надо шире пойти на развитие политической стороны этих союзов, поворачивая их в сторону большего политического сотрудничества между блоками. Да, блоки могут стать сейчас стабилизирующим фактором, потому что в один из них входит одна группа стран, в другую часть — другая группа стран. Блоки могут вести между собой переговоры, в том числе сыграть свою роль в решении вопросов разоружения.

Наконец, товарищи, последнее. Мы же связаны четырёхсторонними обязательствами в отношении Германии. Почему мы не можем поставить этот вопрос перед западными странами? Поставить его в такой плоскости, что никто с нас не снимал ответственности за Германию, за две Германии. Этот вопрос надо обсуждать для того, чтобы стабилизировать обстановку в Европе. Не надо просто смотреть, как события развиваются,— фиксировать, что страны Восточной Европы вышли из-под нашего контроля. Да, на каком-то этапе развития в этих странах улица диктовала свои требования. Но это ещё не значит, что всё это изменило политическую обстановку и отношения с нашей страной.

ГОЛОСА. Хватит…

ЗАМЯТИН Л. М. Хочу подчеркнуть, что мы верно поставили когда-то вопрос о нерушимости послевоенных европейских границ. И сейчас мы говорим о необходимости созыва Хельсинки‑Ⅱ. Досталось это нам тяжёлой ценой в своё время. Теперь нас поддерживают. Европейские страны действительно хотят, чтобы европейские границы были нерушимые, включая существование двух Германий.

В начале выступления я сказал, что нахожусь под впечатлением телевизионных передач из двух городов — Москвы и Ленинграда. У меня ощущение от двух митингов[51], Михаил Сергеевич, что определённые люди хотят использовать эти форумы для того, чтобы отколоть Вас от партии: под лозунгом защиты Горбачёва пытаются на форумах проводить свои идеи, которые далеки от программы Горбачёва, но называют их программой Горбачёва, прикрываясь этим самым.

ГОЛОСА. Правильно.

ЗАМЯТИН Л. М. Посмотрите на митинг в Ленинграде. Там даже социал-демократы выступали. Появились разного рода новые политические образования. Разобраться во всем надо партийным организациям. Для этого нам не нужно решение ЦК или Пленума ЦК. Разобраться и пойти работать в эти партийные организации. Нам не надо копировать массовые митинги неформалов, которые часто оборачиваются в свою противоположность.

И ещё, Михаил Сергеевич, что меня удивило в трансляции по телевидению пленума Московского городского комитета? Сразу оговариваюсь, что я смотрел по телевидению. Было так: секретарь одной ведущей партийной организации с трибуны пленума (он транслировался в записи по второй программе Центрального телевидения) сказал, что на нашем сегодняшнем Пленуме есть группа секретарей обкомов, которые готовят резолюцию недоверия Политбюро Центрального Комитета. Спрашивается, почему же на пленуме МГК никто на это не ответил? Кто из нас, товарищи участники Пленума, готовит такую резолюцию?

ГОЛОС. Переворот готовят!..

ЗАМЯТИН Л. М. Я понял, что резолюция готовится и т. д. Это ведь был партийный пленум, а не собрание неформальной какой-то организации. На пленуме МГК были коммунисты города Москвы. Нашёлся ли кто-нибудь, включая секретаря городского комитета партии, кто ответил на это, что это ложь, товарищи?

ПРОКОФЬЕВ Ю. А. Товарищ Замятин, Вы не смотрели пленум…

ЗАМЯТИН Л. М. Я смотрел телевизионную программу.

ПРОКОФЬЕВ Ю. А. На пленуме товарищ Зайков Лев Николаевич[52] на этот вопрос ответил.

ЗАМЯТИН Л. М. Ну, если у вас такой вопрос возникает, что Пленум ЦК КПСС готовит что-то вроде переворота, так, слава богу, на это надо отвечать!

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ЗАМЯТИН Л. М. Михаил Сергеевич, я заканчиваю, но хочу как коммунист сказать, что у нас полная поддержка и доверие к той программе, которая разработана Центральным Комитетом партии в отношении перестройки. За многое надо, товарищи, отвечать и делать.

Хочу сказать, Михаил Сергеевич, что Центральный Комитет — и я в этом уверен — полностью идёт за партией. Неверно говорить, что партия в кризисе. Партия обновляется, но кризиса в партии нет. Партия у нас ведущая сила в стране — была и остаётся.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Зинченко Олегу Владимировичу — члену Военного совета, начальнику политуправления Прибалтийского военного округа. Подготовиться товарищу Афонину.

ЗИНЧЕНКО О. В., член Военного совета — начальник политического управления Прибалтийского военного округа.

Товарищи! Главное, ради чего я вышел на эту высокую трибуну Пленума, чтобы донести до членов Центрального Комитета партии растущую тревогу и боль коммунистов округа за судьбы партии, страны и перестройки.

Не берусь судить о том, как политическая ситуация в стране отражается в целом на положении Вооружённых Сил, остановлюсь лишь на её влиянии на войска Прибалтийского военного округа. Непринятие мер по пресечению фактов дискредитации КПСС, шельмования преданных партии коммунистов уже привели к тому, что в Прибалтийских республиках речь идёт о расколе партии.

Мы понимаем, как тяжело сейчас секретарям Центральных Комитетов компартий Прибалтийских республик, стараемся всячески их поддерживать. Однако многократные обращения к ним по фактам приёма дискриминационных законов, ущемления гражданских прав и оскорблений военнослужащих должной реакции не встречают. Работая в войсках Прибалтийского военного округа, эти же вопросы не раз поднимали члены Центрального Комитета товарищи Лизичев[53], Варенников[54], Попков[55], и также безрезультатно. Рушатся традиционно крепкие связи между партийными и армейскими организациями.

Дело доходит до беспрецедентных шагов в партийной жизни. Так, на Каунасской городской партийной конференции пытались не допустить участия армейских коммунистов-делегатов в её работе. Попытка не удалась. Но зато ни один армейский коммунист не был избран в состав руководящего партийного органа города. На Телыпяйской районной партийной конференции пошли ещё дальше. Открытым голосованием лишили полномочий 23 делегатов от армейских коммунистов. И они были вынуждены покинуть конференцию. При этом сослались на параграф 69 Устава КПСС, где говорится о необходимости лишь поддерживать связи с местными партийными органами. Очевидно, настало время уточнить формулировку этого параграфа.

Хотя, прямо скажем, дело здесь не в формулировке. Армейские коммунисты с их приверженностью ленинской идее партийного строительства, очевидно, мешают тем, кто хотел бы взорвать единую партию, растащив её по «национальным квартирам». Распад партии означал бы для нас распад нашего Советского Союза.

Второе, на чём бы хотелось остановиться, это на процессах, связанных с отношением к армии и воинской службе. Широкое возмущение в офицерской среде вызывает разгул антиармейских страстей. Офицеры открыто говорят, что уважающая себя страна не допустит унижения её вооружённых защитников.

Армия — инструмент государства. Тем более горько видеть, как конструктивная критика, в которой, конечно же, армия нуждается, подменяется безответственным критиканством, подрывающим боевую готовность и политико-моральное состояние войск.

В последнее время особым нападкам подвергается принцип партийного руководства Вооружёнными Силами. Ставится под сомнение необходимость политорганов. Между тем они сегодня являются единственным политическим институтом, способным осуществлять перестройку сознания личного состава в духе нового политического мышления. Других институтов в армии нет. Мы считаем, что принцип партийного руководства КПСС Вооружёнными Силами должен оставаться незыблемым.

Нельзя умолчать и о планомерной дискредитации службы в армии. В сознание коренного населения республик Прибалтики систематически внедряется стереотип, что Советская Армия — армия оккупантов и что служба в ней якобы противоречит международному праву и интересам Балтии.

Республиканские органы власти систематически ставят вопрос о необходимости заключения договоров, которые определяли бы места дислокации воинских частей, условия их пребывания на этой земле и подобные другие претензии. Искусственно усложняются и без того сложные социально-бытовые условия жизни офицеров, прапорщиков и членов их семей.

Судите сами, на сегодня в округе тысячи офицеров и прапорщиков не имеют жилья. Только в одном прославленном гвардейском полку имени Александра Матросова, который дислоцируется в Таллинне, 160 из 217 офицеров живут в переоборудованных казармах, в подсобках клубов, медицинском пункте, полуподвальных помещениях. На частные квартиры их никто не берёт. И в этих условиях вопреки известным постановлениям Центрального Комитета и Советского правительства местные партийные и советские органы принимают решения не выделять жилья военнослужащим, срывают наши планы строительства, задерживая поставки стройматериалов, отказывают в предоставлении земельных участков под застройку. С огромным трудом удаётся решать вопросы прописки семей, без которой нельзя ни устроиться на работу, ни определить детей в школу, ни приобрести ставшие дефицитом многие товары.

Товарищи, офицерский состав с благодарностью воспринял меры партии и правительства по повышению денежного содержания. Однако это лишь на время притупит остроту сложившейся ситуации. Мы уже сегодня имеем очень и очень тревожный сигнал. В гвардейском полку, в списки которого навечно зачислен Юрий Смирнов, (он располагается в Вильнюсе) 56 офицеров, проживающих в казармах, в отвратительных условиях, составили перечень требований командованию дивизии по улучшению их жизни и быта. В случае невыполнения они были намерены не выходить на сдачу итоговой проверки. На сегодня конфликт улажен, хотя требования не удовлетворены,— нет у нас, где разместить офицеров, кроме казарм. Но надолго ли? Можно как-то понять, когда бастуют шахтёры, когда митингуют студенты. Но государство не может позволить, чтобы протесты подобного рода захлестнули армию. Слишком непредсказуемы их последствия.

Принятые недавно законы о выборах фактически изолировали армию от населения. Введение ценза осёдлости и ряда других ограничений существенно сузило права военнослужащих избирать и быть избранными. На пределе возможностей идёт призыв в Вооружённые Силы. С молчаливого согласия местных партийных и советских органов развёрнута кампания, подстрекающая к беспорядкам на призывных пунктах, к сдаче повесток, к отказу от службы в армии. И что особенно больно, что в этом участвует и ряд народных депутатов СССР.

Обстановка подогревается обсуждением в Верховных Советах республик вопроса об альтернативной службе и приостановлении действия Закона СССР об ответственности за уклонение от воинской службы. Стало уже реальностью, что за отступление от Закона о всеобщей воинской обязанности сегодня практически никто не несёт ответственности. Поэтому он нередко игнорируется на местах.

Закон не даёт чётких ответов по призыву военнообязанных на уборку урожая, для выполнения работ по ликвидации последствий стихийных бедствий, в том числе и аварии на Чернобыльской АЭС. В этой обстановке видится целесообразным,— я поддерживаю полностью командующего Закавказским округом — вышеназванные акции осуществлять решениями Верховного Совета СССР. Это исключит недопонимание некоторыми местными руководителями своей роли и снимет недовольство в адрес Вооружённых Сил. Мы знаем, что по ряду позиций министр обороны СССР и Генеральный штаб вышли с ходатайством о внесении изменений в законодательство. Но время таково, что республики уже переходят на экономическую самостоятельность, и эти проблемы ещё больше обостряются.

Нельзя не сказать и об общей неблагоприятной идеологической атмосфере, в которой сложно сейчас формировать воина-патриота. Очень легко любить Родину и политическую систему, когда они процветают. И трудно в кризисные для неё моменты. Сегодня патриотизм проходит очень сложный экзамен на прочность. В условиях идеологических перекосов деформируется сознание молодых людей, они уже перегружены негативами о Советской власти и о социализме, в то же время Запад то и дело выдаётся за образец для подражания.

В атмосфере стыдливого умалчивания героического прошлого партии, армии и народа стало возможным в республиках Прибалтики открывать памятники литовским «лесным братьям», латышским и эстонским дивизиям СС, гитлеровским солдатам — то есть тем, кто сеял смерть и разрушения на советской земле.

ГОЛОСА. Позор!

ЗИНЧЕНКО О. В. И всё это на фоне растущего числа фактов осквернения и ликвидации памятников советским воинам, павшим в боях за освобождение Прибалтики, которым пока не даётся, кстати сказать, жёсткая официальная правительственная оценка.

За последнее время широкое распространение получили пацифистские настроения. Складывается впечатление, что у нас и врагов-то внешних нет. Одни только внутренние враги — аппаратчики да стагнаты-военные. И это в то время, когда, несмотря на разрядку, наш вероятный противник на полигонах стреляет по мишеням с изображением солдата с красной звездой, с силуэтами советских танков и самолётов. Уроки ненависти к Советской Армии являются неотъемлемой частью воспитания его солдат. Не реагировать на всё это нельзя.

Идеологическая обстановка, которая нас окружает, сегодня необыкновенно сложна. Под видом плюрализма в Прибалтике можно уже вести оголтелую антикоммунистическую пропаганду, безнаказанно оскорблять солдат, выполняющих свой долг, поднимать на щит тех, кто дезертирует из армии, распространять листовки с призывом вешать коммунистов, утверждать, что скоро будет возможность потанцевать на пепле Москвы, воспитывать ненависть ко всему советскому.

Очевидно, правительству пора принять более решительные меры по пресечению подобных явлений. Пока же всё это воспринимается как безобидные шутки. Нам говорят: не обращайте внимания, это — вопль сумасшедших экстремистов. Нас, безусловно, радует рост национального сознания прибалтийских народов. Но мы считаем, что с такими понятиями, как любовь к Родине, верность партии и воинскому долгу, игра никак недопустима.

Мы принимаем меры по противодействию антиармейским, антисоциалистическим настроениям, по стабилизации здоровых межнациональных отношений. Армейские коммунисты пошли на предприятия с правдой о Советской Армии, хотя не везде их пустили. Установили прямой провод членов Военного совета с жителями республик, открыли двери военных городков для посещения гражданами и представителями средств массовой информации. В рамках акции «Милосердие» взяли шефство над 61 пансионатом для престарелых и детским домом. Однако одними усилиями армии эту проблему мы решить не в состоянии.

И ещё один вопрос. В связи с переходом на хозрасчёт и экономическую самостоятельность стали рушиться шефские связи предприятий с воинскими частями. Раньше армии, как детищу народа, предприятия оказывали всяческую помощь. Сейчас же и за деньги уже ржавого гвоздя не выпросишь. Наоборот, одни претензии — убрать полигоны и учебные центры, под предлогом защиты окружающей среды закрыть и перенести аэродромы, освободить неизвестно кому ранее принадлежавшие госпитали и Дома офицеров.

В этих условиях, на наш взгляд, следует конкретнее очертить круг обязанностей партийных и советских руководителей по вопросам взаимоотношений с армейскими организациями. Следует усилить контроль за выполнением принимаемых Центральным Комитетом партии постановлений по военным вопросам.

Товарищи! Армия и народ — как два сообщающихся сосуда. Всё, что сегодня переживает народ, находит своё отражение в армейской среде. Командиры и политорганы делают всё для того, чтобы армия осталась крепкой и боеспособной, была с партией, была с народом.

Мы с пониманием относимся ко всем перестроечным процессам, происходящим в стране, к сокращению и реформам в Вооружённых Силах. Но при всём при этом мы должны сохранить нашу армию, памятуя актуальный ленинский завет, что «всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться». Тем более, если иметь в виду, что перестройка — это тоже революция. (Аплодисменты.)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Позвольте предоставить слово Вениамину Георгиевичу Афонину — члену ЦК, первому секретарю Куйбышевского обкома партии. Затем слово будет предоставлено Александру Борисовичу Чаковскому.

АФОНИН В. Г., член ЦК КПСС, первый секретарь Куйбышевского обкома КПСС.

Товарищи! Я хотел бы вернуться к вопросу основной повестки дня нашего Пленума.

Сегодня мы обсуждаем вопросы, затрагивающие жизненные интересы каждого советского человека. Нам предстоит определить позицию партии по ключевым вопросам, и в первую очередь по оздоровлению экономики, перспективам развития нашего народного хозяйства в тринадцатой пятилетке.

Ни для кого не составляет секрета, что в обществе растёт социальная напряжённость, усиливается недовольство масс, снижается авторитет партии, под сомнение ставится историческая деятельность КПСС. Всё это негативно отражается на ходе перестройки.

Судьба перестройки во многом зависит от положения дел в экономике. Здесь у нас не всё в порядке. Ухудшилось финансовое положение, усилилась инфляция, значительно снизилась степень удовлетворения населения материальными благами. В проведении экономической реформы допускаются непоследовательность, а порой и грубые ошибки, серьёзно обостряющие проблемы развития народного хозяйства. Корни нынешнего кризиса, уходящие в пласты застоя, нашли живительную влагу и в почве нашего перестроечного периода. Это требует принятия неотложных мер по углублению экономической реформы, коренной перестройки в политической и хозяйственной системах.

В докладе Николая Ивановича Рыжкова содержится ряд мер по оздоровлению экономики, ускорению её социальной переориентации. Впервые предложены для обсуждения альтернативные варианты в стратегии экономического, социального развития страны, этапы последовательного углубления радикальной экономической реформы.

Мы разделяем позицию правительства и также считаем, что наиболее предпочтителен — третий вариант. Достоинством его является крутой поворот хозяйства страны к нуждам трудящихся. В то же время по ряду направлений он не отвечает требованиям выхода народного хозяйства из сложившегося неустойчивого состояния. Комплекс предлагаемых мер затрагивает главным образом распределительные отношения, не содержит принципиальных посылок поддержания и развития источников дохода, в том числе за счёт производства продукции на современной технической основе, коренных изменений в инвестиционной политике, повышения профессионального уровня и отдачи трудовых ресурсов.

Судя по всему, изъяны и просчёты двенадцатой пятилетки перерастают в тринадцатую. Например, трудно согласиться с тем, что вопросы поддержания производственного аппарата в базовых отраслях промышленности снова откладываются на далёкую перспективу. Реальность такова, что во многих промышленных регионах страны основные фонды значительно изношены. В Куйбышевской области за последние 5 лет остаточная стоимость производственных фондов уменьшилась на 10 пунктов и составляет в настоящее время 44 процента от первоначальной. Бесспорно, на такой материальной базе достичь эффективных показателей хозяйствования будет непросто.

Предлагаемое снижение инвестиций в основные отрасли может привести к дальнейшему замораживанию научно-технического прогресса — этого главного фактора роста производительности труда. Вряд ли с таким подходом будут обеспечены требуемый прирост производительности труда в полтора раза по сравнению с текущей пятилеткой и намеченные темпы по ресурсосбережению.

В программе мер по оздоровлению экономики большое место занимают вопросы формирования социалистического рынка. Однако отсутствие чёткого механизма его внедрения начинает тормозить развитие экономики. Оптовая торговля во многом принимает уродливые формы. Уже сейчас ряд неуправляемых меновых процессов между предприятиями создаёт серьёзную разбалансированность в народном хозяйстве. Это ведёт к подрыву решения ряда социальных задач со всеми вытекающими отсюда политическими последствиями.

Общеизвестно, как остро стоит проблема пассажирских перевозок в регионах. Разве можно её решить, если, например, нашему транспортному объединению отоваривание фондов на автобусы через госзаказ составит в следующем году всего 80 процентов? Остальные автобусы предстоит приобрести на оптовом рынке, где автотранспортники неконкурентоспособны. В результате получим дополнительный всплеск недовольства населения.

Ещё хуже складывается положение дел в строительстве. Строительным организациям области выделены материальные ресурсы по госзаказу в объёме 65 процентов, что приведёт к провалу выполнения программы «Жилье‑2000». Значит, не будут переселены из ветхих домов и полуподвалов более 30 тысяч семей только в городе Куйбышеве.

Такая ситуация, к сожалению, складывается не только в данных отраслях, и не только в нашей области. Возникает вопрос: разумно ли при острейшем «голоде» на металл, лес, цемент вводить оптовую торговлю такими ресурсами? Со стороны государства должны быть найдены способы регулирования этих сложных процессов. Определённый интерес представляет предложение специалистов народного хозяйства области по переходу к социалистическому рынку за счёт формирования так называемой «двухэтажной экономики». Первый этаж — это деятельность государственных предприятий в условиях сложившегося хозяйственного механизма. Государственные заказы, поставки по номенклатуре сохраняются на уровне базового года в течение первого этапа экономической реформы. Второй этаж представляет собой производство продукции сверх государственного заказа. Она реализуется, облагается налогами в соответствии с Законом о кооперации. Таким образом, каждое предприятие приобретает двойной статус: собственно предприятие и кооператив. Двухэтажное построение экономики даёт возможность прежде всего ускорить выпуск новых видов товаров народного потребления, получить практический опыт функционирования саморегулирующейся экономики.

Нужно отметить ещё один существенный аргумент в пользу предлагаемого механизма развития рынка. Налог на дополнительную прибыль от свободной реализации продукции станет новым источником пополнения бюджета местных Советов. Определённый опыт апробации этой системы накоплен в Тольяттинском производственном объединении «АвтоВАЗ». Нам представляется, что сочетание государственных и кооперативных начал в деятельности предприятий — реальный путь к созданию социалистического рынка и постепенному переходу к многоукладной экономике.

Обсуждение проектов законов о собственности, земле и других даёт новый толчок для развития многоукладной экономики. Трудящиеся, коммунисты высказывают обеспокоенность возможными негативными последствиями функционирования некоторых новых видов хозяйствования. Подавляющее большинство отвергает частнокапиталистическую собственность. Нам нужно ещё более глубоко и полно проанализировать эти явления, чтобы не вызвать дальнейшего расслоения в обществе, роста социальной напряжённости, дискредитации новых форм хозяйствования. На наш взгляд, эти вопросы заслуживают оценки на всенародном референдуме.

Товарищи! Экономику нельзя отрывать от политики, нравственного состояния общества. Совершенно очевидно, что без высокой нравственности не может быть ни эффективной экономики, ни социализма.

Трудности, противоречия в политической и экономической сферах, усиление воздействия чуждой нам идеологии, пропаганда культа насилия, потребительство, огульное охаивание партии оказали существенное влияние на утрату в нашем обществе многих общечеловеческих нравственных ценностей, таких, как уважение к закону, сознательное отношение к труду, порядочность, справедливость, вера в идеалы. И как результат — нарастающий вал преступности, в том числе организованной, падение дисциплины, вседозволенность.

Ответственность за это во все большей степени ложится на партию. Можно сказать, что партия переживает сейчас кризис доверия народа к её политике. Прежние методы, призывы, лозунги, декларации уже во многом не срабатывают.

В этой весьма сложной обстановке партийные комитеты, Центральный Комитет КПСС оказались не на высоте, по ряду принципиальных вопросов заняв выжидательную позицию. Мы не всегда вооружаем партийные активы, трудовые коллективы чёткими политическими ориентирами. К тому же непонятна двойственная позиция ряда руководителей партийных комитетов, в том числе и Центрального Комитета, робко отстаивающих партию от нападок, забывая ленинское требование о том, что «партия не может существовать, не борясь изо всех сил с разрушителями партии».

У нас нет глубокого теоретического осмысления особенностей нынешнего непростого периода, нет цельной научно обоснованной стратегии обновления социализма. А не имея её, мы не можем решать и частные вопросы, без конца будем шарахаться из крайности в крайность, неся при этом большие материальные и моральные потери. Действительно, перестройка у нас началась скорее по наитию, чем по ранее задуманному плану.

Среди коммунистов нарастает требование о проведении дискуссии о роли и месте партии в обществе. Непонятно, почему мы уходим от острых насущных вопросов, стараемся не замечать, в каком опасном положении может оказаться партия. Почему мы не выносим эти вопросы для обсуждения на Пленум Центрального Комитета? Настало время серьёзно разобраться и оценить наши действия в политике, в экономике. Коммунисты области поддерживают предложение ленинградских коммунистов провести расширенный Пленум Центрального Комитета партии.

Анализируя сегодня деятельность партийных организаций, приходишь к выводу, что многие подводные камни можно было бы обойти, если бы демократизация в партии не отставала от демократизации в обществе. Призывов к подвижкам в этой работе много, в том числе и со стороны Центрального Комитета, но пример не всегда подаётся. Как и в прошлом, о предстоящих кадровых изменениях мы узнаём в дни работы Пленума. Не практикуется выдвижение альтернативных кандидатур.

Пользуясь случаем, хотел бы высказать своё мнение о парторганизации России. На первый взгляд, необходимо создание Компартии РСФСР, что объясняется суверенностью республики, масштабами народного хозяйства, размерами территории, совокупностью наций и народностей, проживающих в России. Но в нынешней ситуации образование Компартии РСФСР лишь усилит сепаратистские тенденции в КПСС, национальных республиках, да и у нас, в России. Это может привести к ликвидации Коммунистической партии Советского Союза, развалу страны.

Поддерживаем предложение о создании на первом этапе Российского бюро ЦК КПСС со своим секретариатом и соответствующими отделами. В бюро должны войти представители партийных организаций автономных республик, краёв и областей. И возглавить его, по нашему мнению, должен один из членов Политбюро. Российское бюро ЦК КПСС могло бы взять на себя роль организационного комитета по подготовке и проведению Всероссийской партийной конференции, которая окончательно решит все вопросы, связанные с созданием партийных структур в России.

В заключение хочу сказать, что коммунисты области высказываются за ленинскую концепцию авангардной роли партии и против попыток растащить КПСС по «национальным квартирам», за консолидирующую роль партии в нашем многонациональном обществе.

Спасибо за внимание. (Аплодисменты.)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Чаковскому Александру Борисовичу — члену Центрального Комитета КПСС, секретарю правления Союза писателей СССР.

Может быть, мы ещё послушаем товарища Хитрука Леонида Ивановича и сделаем перерыв, и, наверное, будем завершать, товарищи. Как?

ГОЛОСА. Правильно. Нужен перерыв.

ЛИГАЧЁВ Е. К. Поддерживаете.

ЧАКОВСКИЙ А. Б., член ЦК КПСС, секретарь правления Союза писателей СССР.

Рискованное, товарищи, дело, выступать восемнадцатым. Я представляю себя на вашем месте. И второе — вообще, честно вам скажу, мне немножко страшновато: если бы в 1930 году, когда я вступал в комсомол, или в 1939 году, когда я вступал в кандидаты партии, мне кто-нибудь бы сказал, что я выйду на трибуну Центрального Комитета партии с речью, я бы сказал: «Ты что, смеёшься надо мной, что ли?» Для меня понятие «ЦК» было и есть святым понятием.

Здесь сидят руководители партии — я уже обращаюсь сейчас не просто к членам Политбюро, это естественно, они — руководители, но здесь сидят секретари Центральных Комитетов компартий республик, здесь сидят секретари обкомов, горкомов, крупнейших производственных, рабочих партийных организаций. И вот я думаю: «Достаточно ли у тебя опыта и прочего в этом роде политического, чтобы заставлять людей себя слушать?».

Но поскольку я не выдержал и в определённый момент хода наших прений подал записку, то теперь надо расплачиваться за свою самонадеянность.

Дорогие товарищи! Я почувствовал, что критика, точнее упоминания имени Михаила Сергеевича Горбачёва, задела его партийное самолюбие, и он попросил, чтобы участники Пленума высказались насчёт политики ЦК, которую Вы, Михаил Сергеевич, возглавляете. И я хочу высказаться.

Но в виде эпиграфа скажу с самого начала, что я Вам верю, товарищ Горбачёв. Если бы Вы были человеком другого пола, то я бы, может быть, сказал бы просто, что я Вас люблю…

ГОЛОСА. (Оживление в зале.)

ЧАКОВСКИЙ А. Б. И тем не менее, и тем не менее… Как сказал одессит из известной старой пьесы Славина «Интервенция»: «Вы просите песен? Их есть у меня»… Так вот, у меня тоже есть одна «песня», и я её позволю себе вам изложить.

Так вот, товарищи, я думаю, что не ставить вопрос на голосование: доверяем ли мы товарищу Горбачёву и его соратникам, товарищам его, доверяем мы ему и прочее. Не в этом дело. Дело в другом, что надо самокритично пересмотреть свою политику. Самокритично! Это будет правильно и достойно руководителя-коммуниста.

Так вот, я считаю, что первая и главная ошибка… Я касаюсь идеологии, это естественно: идеология моя сфера, а не производство, хотя когда-то я несколько лет на Московском электрозаводе рабочим проработал. Но это было начало 30‑х годов… Я хочу сказать, что первая и главная ошибка заключается в том (подумайте сразу вот над тем, что я скажу, не отрицайте этого с ходу), что мы не можем достойно охарактеризовать всё наше прошлое

Товарищи! Для человека, в груди которого бьётся сердце коммуниста или просто сердце советского гражданина, сознавать, что ни одной достойной эпохи у нас не было или почти не было,— это горько. Это горько! Нельзя же так!

Так вот получается следующее. Значит, сначала у нас был период сталинщины. Боже меня сохрани, чтобы попытаться там защищать Сталина. Сталин был, конечно, с большими элементами тиранизма, и руки у него были обагрены кровью, чего там говорить, этот вопрос ясен. Но, значит, сталинщина по 1953 год. С 53‑го года волюнтаризм — столько-то времени. После волюнтаризма застой — столько-то времени. А теперь употребляется все время слово: «развал», «развал», «развал». Значит, а потом — пять лет «развала»…

Так что же это получается? Значит, кроме первых лет после революции, когда был Ленин, которому тоже понемножку начинает доставаться у нас, не было ни одного светлого периода?! Не верю я в это как человек, который прошёл всю эту жизнь!

Так вот, что же у нас происходит? На фоне этого сознания и на фоне разговоров о коренной перестройке (ради бога, перестаньте употреблять это слово — «бюрократическо-командный метод», уже невозможно слышать его, хотя я против бюрократическо-командного метода), значит, после этого у нас (утром вы читаете газеты) нет газеты, где бы не было какого-нибудь кровавого происшествия — или это происшествие прошлого (как следователь кого-то допрашивал, куда уводили расстреливать, по скольку человек стреляли, в затылок или живот, туда или сюда!)

Затем начинается телевидение. Я с уважением отношусь к Ненашеву[56], я его знаю и считаю, что в данном случае моя критика не персонально направлена к нему, а он тоже жертва обстановки, жертва ситуации…

Посмотрите наши концерты развлекательные, так называемые рок-группы. Товарищи, я предложил как-то (в домашней обстановке, конечно) передать все рок-группы в ведение Министерства здравоохранения.

ГОЛОСА. (Смех в зале.)

ЧАКОВСКИЙ А. Б. Почему? Для того, чтобы демонстрировать перед студентами, готовящимися стать врачами-невропатологами или психиатрами, симптомы пляски святого Витта или болезни Паркинсона.

Вечер. Начинается опять — «Время». До «Времени» — цистерны с гниющими продуктами, гниющими овощами, разрытые улицы, не ремонтируется ничего, занесено снегом, председатель там райсовета или начальник какого-то треста и прочее не желает принимать представителей телевидения, гонит их прочь.

Ещё позже, подождите. Если у вас телевизор берет Ленинград — а у меня берёт,— тогда вы посмотрите или демонстрацию с красно-бело-синими флагами, или уже под этим флагом обращение одного из ораторов: уже не «ленинградцы», не «дорогие товарищи», не «друзья», а — «петербуржцы». И развеваются два царских флага… А как-то в наборе мелодий, которые передаёт телевидение вот по этой, по «2×2» — развлекательной программе я сам лично слышал «Боже, царя храни».

Какого черта, товарищи? Я знаю, относительно недавно одно из собраний — не хочу точно адрес называть — писательское собрание, где были выступления откровенно черносотенные. А в одном из выступлений было предложено почтить вставанием память невинноубиенного Николая Ⅱ, и все встали…

ЗАМЯТИН Л. М. Это писателей дело.

ЧАКОВСКИЙ А. Б. Да, да, правильно! Во всём виноваты писатели. Я сам всегда считал…

Так вот. За что боролись, спрашивается? За что боролись? Посмотрите, что у нас делается в литературе. Кто сейчас возглавляет литературу? Конквест — антисоветчик номер один. Я ещё в 50‑х, когда был редактором журнала «Иностранная литература», с ним боролся. Далее, Оруэлл — автор знаменитых антисоветских романов «1984 год» и «Звероферма». Я уж там не говорю дальше — может быть длинный ряд, начиная с Солженицына и т. д., и т. д. Словом, достаточно, если ты выехал сам или был выслан за границу, а теперь смилостивился над нами и вернулся, чтобы быть на первых страницах любого журнала. Правильно я говорю?

ГОЛОСА. Правильно. (Аплодисменты.)

ЧАКОВСКИЙ А. Б. Затем, мы «забили до смерти» понятие «партийности литературы». Одновременно с «бюрократическим административным методом». Мы «забили» как страшную «бяку» «социалистический реализм». Ну, это вообще исчадие ада — социалистический реализм! А что такое соцреализм, если очистить его от разных вульгарно-социологических наслоений и от того же вульгарно-командного метода? Социалистический реализм — это творческий метод правдивого описания действительности с её противоречиями и с ведущими тенденциями. Что тут такого? Ради чего надо вкапывать осиновый кол, как раньше в могилы вампиров вкапывали осиновые колы?

Далее, товарищи. Вот теперь вы мне скажите, как в этой ситуации, как человек — я говорю о честных советских людях,— как они, получив вот этот заряд литературы, журнальный, телевизионный и т. д., и т. п., как они могут быть активными и пламенными строителями перестройки? Это же невозможно, товарищи!

ГОЛОСА. Правильно! (Аплодисменты.)

ЧАКОВСКИЙ А. Б. Так вот. Долго я говорю?

ГОЛОСА. Нет.

ЧАКОВСКИЙ А. Б. Михаил Сергеевич!.. Он ушёл?.. Передайте ему: не ставить вопрос о том — о голосовании или неголосовании там, уйти ему или не уйти надо. Он, вообще, хороший человек — Михаил Сергеевич. Но надо и ему, и членам Политбюро внимательно присмотреться к обстановке, в которой вы хотите проводить перестройку. Иначе ничего из перестройки не получится. И тогда — будет шестой пункт, не будет шестой пункт — всё равно партия окажется разрушенной.

В начале 20‑х годов партия переживала более тяжёлые времена, чем сейчас. Я имею в виду: до 20‑го года и сразу после 20‑го года. Но она вышла из этой борьбы с честью, потому что она выражала душу народа и душу коммунистов. Я хочу, чтобы мы побольше думали о том, как наша атмосфера — идеологическая, политическая и всякая иная — выражает душу подлинного советского человека и честного коммуниста. (Бурные аплодисменты.)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Хитруну Леониду Ивановичу — первому секретарю Рязанского обкома партии.

ХИТРУН Л. И., кандидат в члены ЦК КПСС, первый секретарь Рязанского обкома КПСС.

Уважаемые товарищи! Я понимаю обстановку в зале, поэтому постараюсь быть предельно кратким. А стало быть, буквально телеграфно.

Первое. Конечно, содержание и характер обсуждения не оставляют никого равнодушным, поэтому и совершенно понятен тот характер, который носит само обсуждение. В связи с тем, что поставлен конкретно вопрос Михаилом Сергеевичем, хочу доложить, что мы полностью поддерживаем и разделяем линию Политбюро на осуществление политики перестройки и в то же время, безусловно, видим у себя, констатируем и разделяем те недостатки, которые имеют место в её осуществлении. В связи с этим — сплотить все силы, консолидировать их. И слово «единство» сегодня означает куда больше, чем прямой смысл этого слова. А в связи с этим я хочу лишь подтвердить, что главное — консолидация. И мы все разделяем на таком уровне, на уровне Пленума Центрального Комитета партии.

Вот один совершенно конкретный пример: в Рязань на одно из предприятий попало также привезённое, конечно, из столицы нашей Родины обращение шести депутатов о проведении с 10 до 12 часов предупредительной политической забастовки. Рабочие завода вышли совершенно искренне без всякой организации, возмутились таким именно отношением и призвали всех и вся обеспечить максимальную производительность труда во все дни работы Съезда, и одиннадцатого числа в частности. Вот так люди определили своё отношение. А стало быть, вот она и поддержка, вот она и консолидация сил.

Могу привести ещё такой пример, что, когда случилась, например, забастовка ещё раньше — кемеровских шахтёров, то опять-таки совершенно произвольно ткачихи Кораблинского комбината опять-таки на самой демократичной основе вышли и организовали митинг и направили протест свой и шахтёрам, и всем тем, кто считает, что в такой период можно допускать именно такие вещи, а стало быть, плохо работать.

Допущу и такой пример. Вчера на Рязанское телевидение пришёл архиепископ Рязанский и Касимовский после также получения обращения депутатов о призыве к политической забастовке и попросил срочно выступить на телевидении, осуждая такие действия и именно провозглашая труд и трудолюбие. Так что и этой сфере ясно.

Таким образом, я хочу сказать, что все слои общества — рабочие, крестьяне — поддерживают политику партии и, естественно, стремятся всё сделать, чтобы выполнить те планы, которые намечены. Предложение: почему у нас именно происходят такие и разрозненности, и недоговорённости?

Нужен Пленум Центрального Комитета партии, на котором пора рассмотреть проблемы идеологической работы в партии, где бы следовало обобщить все цели, задачи, а стало быть, и способствовать той консолидации, которая нам так сегодня необходима.

И хочется вернуться к проблемам, которые предложены в докладе правительства. В целом мы поддерживаем, что такие меры необходимы. Да, нужны действительно крупные, чрезвычайного порядка, меры, чтобы нам выйти из того экономического состояния, в котором находимся.

Но есть целый ряд положений, которые, по нашему мнению, должны быть доработаны. И есть ещё, видимо, какое-то время, а стало быть, и возможности. Мы вносим предложение с тем, чтобы эти ненормальности в этом документе, о котором здесь докладывал Николай Иванович[57], были устранены.

Прежде всего, речь идёт о продовольствии. Острота проблемы общеизвестна. Она отражается в самом документе и сформулирована. Но здесь же констатируется немало вещей, где одни взаимоисключают другие. В частности, ну как можно оценивать состояние, когда утверждается, что аграрно-промышленный комплекс работает неэффективно? Стало быть, и направлять средства туда, в низкую эффективность — сомнительная целесообразность. Может, это опечатки, может, это редакция? Но вместе с тем так записано.

Или. Когда на 18‑й странице[58] в тексте, о котором речь шла, говорится о том, что 13 тысяч колхозов низкорентабельных надо преобразовать и неизвестно во что, и образовать новые сельскохозяйственные кооперативы, и создать на их базе самостоятельные трудовые крестьянские хозяйства. Вот такие утверждения сильно совпадают с тем, что говорит по телевидению и академик Тихонов, и некоторые журналисты, которые взялись за проведение аграрной политики.

Во-первых, нет такой необходимости. Истинное положение дел противоречит необходимости в таком мероприятии. А именно, если обратиться к анализу хозяйств, сравнить действительно статистику, то я могу это привести и на примере области и конкретных хозяйств,— вывод один: именно при насыщении этих хозяйств материально-техническими ресурсами, при обеспечении их всем необходимым они дают как раз максимальную прибавку.

Позволю себе привести и разработку в целом по стране. Она опубликована и всем известна. Валовая продукция сельского хозяйства в прибыльных (о которых речь идёт) хозяйствах (прибыльных!) за прошлый год увеличилась на 1,3 процента. А в тех хозяйствах, которые хотят расформировать, как когда-то неперспективные деревни,— прибавка продукции в этих хозяйствах в прошлом году составила 10,9 процента. Производительность труда в передовых и средних увеличилась на 5,3 процента, а вот в этих слабых прибавка производительности труда составила 17,2 процента. Так что и экономически такая проблема отвергается, и она не содержит в себе экономического обоснования. Думается, что надо просто серьёзно переработать эту часть.

Наконец, там живут престарелые люди. Кому продавать? На примере рязанского Нечерноземья можно сказать, что рязанские бабушки — а их около двухсот тысяч человек проживают, и им не на что покупать землю — не купят. И, таким образом, там нужны совершенно другие принципы и меры. Какие? Они вытекают из решений мартовского Пленума[59]. Если коротко, то это:

Первое — максимальное использование созданного в колхозах, совхозах производственного, экономического потенциала на основе оптимизации всех производственных структур и процессов и условий для инициативного творческого труда крестьян.

Второе — это тотальное техническое перевооружение труда, укрепление активной части производственных фондов. Именно прочный союз с научно-техническим прогрессом и задействование интенсивных факторов.

И третье — крупномасштабное целевое и комплексное решение социальных проблем, без чего невозможно возродить жизнь на селе. Именно концентрация усилий всех сельскохозяйственных и промышленных предприятий на этой проблеме.

И здесь я нового ничего не произношу: это вытекает из мартовского Пленума Центрального Комитета партии, соответствует той аграрной политике партии, которая проводится.

И ещё. Здесь задеваются вопросы и собственности, здесь же задеваются и проблемы земли. Проекты, как известно, только опубликованы. Поэтому надо спросить во всех случаях крестьянина. Кстати, на Рязанщине такой пример был: подумали действительно упразднить одно из хозяйств и объявили об этом в печати. Такая жалоба тут же (два года назад) последовала в Центральный Комитет партии! Крестьяне возмутились таким подходом. И сегодня могу доложить, что это хозяйство удвоило сельскохозяйственную продукцию по физическим объёмам, вместо убытков в полтора миллиона рублей в этом году ожидают 600 тысяч рублей прибыли. Так что всюду нужны совершенно конкретные меры, а не такие вот декретивного порядка, как предлагаются.

Словом, одобряя в целом и соглашаясь с теми мерами, которые правительство предлагает и с которыми будет выходить на второй Съезд, думается, что этот раздел нуждается в очень серьёзной переработке.

О печати. Владимир Ильич Ленин, когда вышел первый номер «Искры», как он радовался, сказав: «Есть газета — будет партия». Всякое стремление отделить или отделиться, или поколебать, или, как это именуется, изменить монополию, или ещё какими-то другими закамуфлированными словами отделять средства массовой информации от партии нельзя. Партия не может существовать без средств массовой информации. Это доказано уже историей и, кстати говоря, любой партией.

Газета «Правда» в последние недели или месяцы, словом, с приходом нового руководства, главная партийная газета страны заметно меняет своё направление. Думается, что именно и средства массовой информации, исходя из настоящего обсуждения, наконец, сделают выводы, и, наконец, действительно, будут действовать так, как этого требует политика перестройки, как этого требует политическая обстановка.

И последнее, что хотелось бы сказать. Рассматривается немало предложений крупного порядка. Проекты законов о собственности, о земле и многие другие базовые документы настоящего периода. Это вопросы, которые, конечно, определяют политику, её направление. Но вряд ли оправданно, а точнее — просто неправильно, что эти проблемы перестали обсуждаться предварительно в любом виде и в политических органах. И это всё перешло уже в функции Верховного Совета, с публикацией, разумеется, проектов документов в печати. Через такие базовые документы и строится политика.

Что касается статьи шестой. Просто нельзя рассматривать частность, вырывая из общего. Работает Конституционная комиссия. Всё в этом направлении ведётся, и надо действительно рассматривать вопрос комплексно. Думается, всем надо просто нам мобилизоваться, чтобы доказать именно это.

Заканчивая, хотел бы ещё, пользуясь случаем, сказать вот о чём. О российских органах. Создание ЦК России — это не больше, не меньше как принизить роль Российской Республики в нашей стране. При всём уважении к любой национальной республике, ну, всё-таки на одинаковую юридическую и правовую основу ставить Россию и любую другую национальную республику вряд ли это оправдано.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ЛИГАЧЁВ Е. К. Леонид Иванович, заканчивайте, завершайте.

ХИТРУН Л. И. Все мы понимаем сложность и трудность проблем, полны решимости преодолевать их. Словом, выстоим, выдержим и, уверен, победим!

Председательствующий т. ГОРБАЧЁВ М. С. Товарищи! 18 человек выступили. Достаточно?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Достаточно.

МИРОНЕНКО В. И. Михаил Сергеевич!

ГОРБАЧЁВ М. С. Вы хотите пять минут? По второму вопросу или по первому?

МИРОНЕНКО В. И. По повестке дня.

ГОРБАЧЁВ М. С. По первому?

МИРОНЕНКО В. И. По повестке дня.

ГОРБАЧЁВ М. С. Да нет! Повестка дня — длинная. Вы по первому вопросу?

МИРОНЕНКО В. И. По первому.

ГОРБАЧЁВ М. С. Пожалуйста, раз настаиваете.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Тогда давайте посоветуемся. Значит, настаивают товарищи. Настаивает товарищ Мироненко, желает что-то сказать. Тогда давайте сделаем перерыв и после него продолжим. Перерыв до 6 часов.

Перерыв объявлен в 17 час. 25 мин.

(После перерыва)

18 час. 00 мин.

ГОРБАЧЁВ М. С. Сейчас, когда вы отдохнули, надо посоветоваться. Будем продолжать прения или не будем? Я так понял…

ГОЛОСА. Прекратить прения…

ГОРБАЧЁВ М. С. Одну минутку. Товарищ Спиридонов[60] попросил слово, товарищ Князюк[61] подошёл к Егору Кузьмичу[62]: «Что же это такое: третий Пленум не дают слова, мне уже просто неудобно домой возвращаться».

ГОЛОСА. Достаточно…

ГОРБАЧЁВ М. С. Минутку. И товарищ Мироненко поднимал руку. Вот все из тех, кто…

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. …из тех, кто записался. Три наших товарища настаивают. Удовлетворим их просьбу или нет?

ГОЛОСА. Достаточно.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо, ставлю вопрос на голосование. Кто за прекращение прений, прошу проголосовать. Прошу опустить руку. Кто против? Меньшинство. Прения прекращаем. Всё! Демократия — она вот такая: и туда, и туда работает.

Товарищи! Я бы сказал так: дискуссию на Пленуме можно разделить на две части. По первой части дело выглядит так, в прениях была высказана поддержка той программы, которая предложена правительством и о которой оно собирается докладывать второму Съезду народных депутатов. Так, да?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С Мы можем по этому вопросу, поскольку были два докладчика, принять два таких пункта нашего постановления:

«Первое. Согласиться с оценками и выводами, изложенными в выступлении товарища Горбачёва по вопросам проведения второго Съезда народных депутатов СССР».

Этот пункт будет относиться ко всему комплексу вопросов Съезда.

«Второе. Пленум ЦК КПСС поддерживает предложения правительства СССР о мерах по оздоровлению экономики, этапах экономической реформы и принципиальных подходах к разработке тринадцатого пятилетнего плана, вносимые на обсуждение Съезда народных депутатов СССР».

Здесь речь идёт, конечно, об оценке в принципиальном плане. В то же время в выступлениях на Пленуме и на Политбюро товарищи высказали немало пожеланий. Николай Иванович[63] работает над ними. Тот материал, который у вас имеется, уже в какой-то мере устарел. Основное направление, основные подходы в нём сохраняются, хотя и они будут так или иначе аргументированы, наполнены, раскрыты.

Вот эти два пункта относятся непосредственно к вопросам, которые мы обсуждали,— вопросам, связанным с предстоящим вторым Съездом народных депутатов. Это приемлемо?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо. Возражений ни у кого нет, товарищи?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Принято.

Вторая часть выступлений, я бы сказал, большая часть выступлений — и по времени, и по аргументации, и по поднятым вопросам (объективно надо констатировать) — была посвящена развитию ситуации в стране и положению в партии.

Наверное, рамки этого Пленума не дали нам возможности исчерпать эту тему. Я ещё раз возвращаю вас к тому тезису, о котором говорил при открытии Пленума и который содержался в моём выступлении на Пленуме: давайте мы ещё раз основательно обсудим весь круг вопросов, затрагивающих ситуацию в стране, в обществе. Перестройку — как она идёт. Положение дел в партии — как она себя чувствует и как она живёт и обновляется. Все эти вопросы. Я думаю, нам надо дискуссию на эту тему продолжить и продолжить в январе на Пленуме Центрального Комитета партии, когда мы будем обсуждать проект Платформы к ⅩⅩⅧ съезду. Потому что, я думаю, товарищей, желающих ещё выступить на этот счёт, наверное, будет много.

После этой короткой констатации я бы предложил принять и третий пункт решения нашего Пленума ЦК:

«Принять предложение о проведении в январе 1990 года расширенного Пленума ЦК КПСС по вопросам подготовки к ⅩⅩⅧ съезду КПСС. Поручить Политбюро ЦК определить состав участников Пленума и подготовку необходимых материалов»[64].

ГИДАСПОВ Б. В. Не в конце, а в начале января… Может быть, приблизить этот Пленум? До начала съезда…

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Борис Вениаминович, дорогой, я думаю так: мы приблизили этот Пленум, посвящённый предсъездовскому документу, с мая-июня до января…

ГОЛОСА. Правильно!

ГОРБАЧЁВ М. С. …то есть на пять месяцев. Нельзя допустить, чтобы мы вынесли на этот Пленум недозрелый плод, который не столько внесёт прояснения, сколько создаст путаницу определённую. Думаю, что провести его раньше мы просто не сможем.

ГОЛОСА. Правильно!

ГОРБАЧЁВ М. С. Я думаю, потребуются огромные усилия со стороны ЦК, Политбюро и наших кадров, и творческих сил, с которыми постоянно работают Политбюро и Секретариат, с тем чтобы подготовить этот документ.

Поэтому предлагаю третий пункт принять в такой редакции. Нет возражений?

ГОЛОСА. Нет!

ГОРБАЧЁВ М. С. Значит, и третий пункт договорились принять. А теперь я хотел бы всё же отреагировать на дискуссию вот в каком пункте — в центральном пункте. Я с товарищем Чаковским не могу согласиться, что здесь, на Пленуме, видите ли, задели Генерального секретаря, его самолюбие, и он заволновался и вроде привнёс ненужный элемент, так сказать, драматизации в дискуссию.

Нет, товарищи. Я думаю, вы уже непосредственно познакомились со мной за эти годы совместной работы и знаете, что я далёк от того, чтобы нервничать при любых поворотах, тем более исходить из своих амбиций и выступать в роли «спасителя Отечества». Это исключено. Мне думается, вся моя политическая деятельность и моё кредо, которое я излагал не раз, в том числе и в последней статье, дают ответ на этот вопрос ясно. И мне не нужно тут, так сказать, свою позицию разворачивать. Она известна вам. Она здесь звучала, и она везде звучит. И я думаю, вы не найдёте в ней ничего нового: всегда в ней одно и то же В этом смысле позиция моя определена и выбор сделан давно.

Меня не смущает, когда в Театре сатиры идёт спектакль «Трибунал», в котором сначала стареющий председатель трибунала говорит языком Брежнева, а потом, когда умирает этот стареющий (это, кстати, по пьесе Войновича), молодой судит (посмотреть этот спектакль советую), и тогда этот, уже новый председательствующий говорит языком и жестами Горбачёва. И тем самым показывается, что ничего не произошло: как было при Брежневе, так и осталось — судят человека и отправляют в тюрьму за какие-то его позиции. На концертах уже звучит голос и пародируются жесты Горбачёва. Это всё чепуха — пусть упражняется публика!

Меня это не выбивает из колеи. Меня не выбивает из колеи даже то, что сейчас можно услышать: то, что не мог империализм сделать с Советским Союзом за 70 лет, Горбачёв, так сказать, делает!

ГОЛОС. А зачем это делают?

ГОРБАЧЁВ М. С. Это всё ясно. Это — борьба! Причём серьёзнейшая борьба!

Мы встали на дорогу перестройки. Это — вызов времени. Это — те ценности, которые мы предложили, которые всколыхнули и страну, и весь мир. Привели его в движение. Причём я считаю, что мы выбрали правильный путь. На этом я стою и по этой дороге буду идти.

Меня, товарищи, смущает другое. Мы начали и с таким трудом делаем те самые революционные преобразования, которые должны изменить нашу страну, благодаря которым мы сами должны измениться, начали то, что должно придать второе дыхание, дать кислород настоящий тому мощному организму, у которого большие потенциальные возможности. Но ему на горло наступили все эти старые методы! И все мы в плену у них. Это всё — «прокрустово ложе» и всякие старые одежды, которые на нём трещат, но тем не менее не дают ему жить нормально.

Выбор наш правильный. Но мы свою социалистическую идею, приверженность системе и тем ценностям, в которых мы сформировались, должны подтвердить реализацией политики перестройки и вывести нашу страну по этой дороге на путь широкого развития демократии, свободы человека, активной современной экономики, создать хорошую атмосферу в стране. Это то, что приветствуется народом. Это то, что нам нужно!

Простая это задача? Нет, это — исторический поворот. И упрощать ничего не надо. И немногим сразу даётся — и здесь сидящим, за этим столом, и сидящим в зале — такое понимание.

Но я никогда не соглашусь — поэтому и сказал об этом — никогда не соглашусь с утверждением, что то, что мы делаем, то, что мы осуществляем сейчас в стране, это, видите ли,— подарок буржуазии! И папа доволен, одобряет! Это, я вам скажу вообще,— такой провинциализм в теории и политике, что я его решительно отвергаю. Это вообще не отвечает существу дела! Это — попытка, понимаете, посеять здесь, в Центральном Комитете, сомнение в главном нашем выборе — идти дорогой перестройки! Это — попытка призвать или начинать топтаться на месте, или вообще возвращаться назад!

Когда в Центральном Комитете такое звучит, я не могу оставаться равнодушным, товарищи! И не буду молчать!

И я думаю, вы бы никогда не простили: вот сидит, мол, Генеральный секретарь и его избрали уже как мальчика для битья. Всё, что угодно, по этому поводу ему высказывают, а он — проглатывает! И всё!

Нет! Дело не в Горбачёве. И не в том, кто тут будет сидеть. Дело в том: мы будем эту политику проводить или не будем? И это — подарок социализму и спасению социализма? Или — подарок папе? Вот, товарищ Мельников, как стоит вопрос.

А другой товарищ[65] выступает, тут же через одного, и говорит: «Надо вернуть нас на верную дорогу!» А мы на какой дороге? Мы на этой дороге. Трудно идти? Да. Ошибки допускаем? Есть они. Лошади не тянут или ещё кто-то? И это есть. Кучера там что-то забыли свои обязанности?

Всё есть, товарищи! Болезненно трудно! Ведь мы с вами не переживали таких поворотов. Весь мир на поворотном этапе. И вы думаете, что всё так гладко пройдёт?! И вы будете сидеть в обкомах, и мы в Центральном Комитете — и всё будет уютно? Ничего подобного! Всех задевает!

Почему наше общество переживает? Почему трудовые коллективы должны перестраиваться, осваивать новые методы, должны жить за счёт конечных результатов и т. д.? Почему это должно перестраивать политический процесс, почему он иным должен быть?

А партия что — не должна перестраиваться? Да не получится никакой перестройки, если партия не будет перестраиваться, если она будет обеспечена какими-то сложившимися нормами, комфортом. Нет, так ничего не произойдёт, товарищи! Только обновлённая партия может вести и возглавлять этот процесс по-настоящему.

Поэтому я воспринимаю любую, самую что ни на есть правду и сторонник только таких открытых разговоров на Пленуме ЦК во всём, что касается и экономики, и партии, и национальных отношений.

Я очень больно пережил выступления военных. Товарищи из Прибалтики, по-моему, и вы переживаете. В общем, я должен сказать, вместе с вами и нам стыдно за это. Это я всё воспринимаю.

И давайте мы не будем уходить от жизни. Мы должны видеть реальную жизнь, анализировать её и т. д. Но это не повод для того, чтобы ставить под сомнение политику перестройки. Да ещё подавать под таким соусом, что мы, мол, работаем на империализм. Это слишком! Это я отвергаю и не могу принять!

И в заключение. Я бы заключил так, возвращаясь к повестке дня.

Впереди Съезд — большое событие. Я, может быть, повторяюсь, но это так. И то, что мы на Пленуме Центрального Комитета сегодня разговариваем о стране, о партии, о перестройке, обсуждаем конкретные связанные с ней вопросы — всё это же, товарищи, так или иначе будет присутствовать и на этом Съезде, особенно при обсуждении доклада нашего правительства. Это естественно. Я думаю, там ещё поострее будут подниматься вопросы.

И тем не менее, я думаю, мы, ЦК, коммунисты, народные депутаты, должны сделать всё, с тем чтобы дискуссия, работа Съезда по всем вопросам (и особенно по коренному вопросу) прошла конструктивно, по- деловому. Иначе народ не поймёт.

Я думаю, что секретари ЦК КПСС и компартий союзных республик, обкомов, крайкомов должны донести наш разговор, дух и, если хотите, требования ЦК до коммунистов-депутатов, объяснить, что мы высказываемся в поддержку предложенной повестки дня Съезда и за деловой подход к обсуждению вопросов. Я на это надеюсь, и, думаю, вот таким разговором мы должны закончить обсуждение вопроса, связанного с проведением второго Съезда народных депутатов.

Я огласил три пункта проекта постановления и получил на них ваше согласие. Но для ясности выношу их на голосование. Кто за их принятие? Не надо мне зачитывать заново?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Кто за их принятие, прошу проголосовать. Прошу опустить руку. Кто против? Нет. Кто воздерживается? Нет. Принято единогласно. Хорошо.

Теперь надо перейти к докладу по второму вопросу.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Позвольте, товарищи, предоставить слово для доклада по второму вопросу Михаилу Сергеевичу Горбачёву.

(Далее в стенографическом отчёте помещён доклад М. С. Горбачёва «Об образовании Российского бюро ЦК КПСС»[66].)

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Товарищи! Вопрос достаточно важный. И есть смысл в духе доклада Михаила Сергеевича его обсудить. Есть несколько товарищей (список весьма небольшой), которые хотели бы выступить.

Слово предоставляется товарищу Власову Александру Владимировичу — кандидату в члены Политбюро Центрального Комитета КПСС, Председателю Совета Министров РСФСР. Подготовиться товарищу Пастернаку.

ВЛАСОВ А. В., кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, Председатель Совета Министров РСФСР.

Уважаемые товарищи! Члены Центрального Комитета внесли уже предложения по обсуждаемому вопросу. Хотелось бы высказать и своё отношение.

В выступлении Михаила Сергеевича Горбачёва дана обстоятельная оценка роли, места Российской Федерации в социально-политической, экономической системе государства и справедливо подчёркивается, что проблемы России приобрели сегодня ключевое значение для судеб перестройки, для упрочения прогресса в Союзе ССР.

Действительно, вопросы экономического, политического суверенитета РСФСР находятся сегодня в эпицентре общественного мнения, причём высказываются самые разнообразные, подчас полярные точки зрения — от идеи абсолютного суверенитета и даже выхода России из Союза до заявлений о расчленении РСФСР на десятки самостоятельных, национально автономных и региональных образований.

Всё больше разгораются страсти вокруг проблем социально-экономической отсталости республики, ущемления её прав, разбазаривания природных ресурсов, невнимания к развитию национальных культур, включая и русскую. В обиход пущены формулировки о России бесправной, вообще лишённой всякой самостоятельности и суверенитета. Особенно навязчиво эксплуатируется это различными неформальными объединениями, народными фронтами, оппозиционными группами. Как показывает ход событий, анализ обстановки, цель этой кампании — разжечь сепаратистские настроения у самих россиян, а в конечном счёте — расшатать фундамент Союзной Федерации, расчистить почву для превращения СССР в конфедеративное государство.

Надо признать, что все эти явления возникают, конечно, не на пустом месте, проблем накопилось очень много, и решать их надо в условиях перестройки.

Мы понимаем, почему Центральный Комитет партии совместно с Верховным Советом и Советом Министров республики в последнее время активно занимается этими проблемами. Повышается статус, идёт расширение суверенных прав Российской Федерации. Об этой работе подробно говорилось и на сентябрьском Пленуме[67], и сегодня в докладе Михаила Сергеевича Горбачёва. А следовательно, снимаются вопросы, волнующие общественность республики, и это создаёт хороший настрой.

В настоящее время у нас подготовлен дополнительный пакет предложений, связанных с расширением экономической самостоятельности республики, подготовкой её к переходу на самофинансирование и самоуправление. В их числе значительное место занимают вопросы совершенствования структур управления народным хозяйством Российской Федерации, воссоздание министерств, ведомств, общественных организаций.

Должен сказать, что зачастую эти предложения встречаются, мягко говоря, без энтузиазма в некоторых союзных ведомствах, и понять их можно — меняются их структура, штаты, объём работы, функции. Но, с другой стороны, ещё даёт о себе знать инерция централизации, когда на протяжении десятилетий республике всё спускалось сверху, а ей самой за всем приходилось идти, что называется, с протянутой рукой.

Замечу, что на местах в свою очередь сформировалась психология, которая до сих пор сковывает самостоятельность (это мы ощущаем в повседневной работе), тормозит инициативу советских, хозяйственных работников. Вошло в привычку любой мало-мальски сложный вопрос решать напрямую в Центральном Комитете партии или в союзном правительстве. Конечно, здесь мы понимаем и свою ответственность, и немалая доля вины ложится на правительство республики.

Сегодня, в условиях повышения самостоятельности республиканских и местных органов, их возросшей ответственности за всё, что происходит на территории России, многократно возрастают требования к кадрам, воспитанию их в духе инициативы и предприимчивости. И здесь особенно остро ощущается нехватка целенаправленного партийного влияния, отсутствие соответствующих структур, которые обеспечили бы, с учётом особенностей республики, проведение общего партийного курса.

Надо откровенно сказать, что решения сентябрьского Пленума ЦК о создании Бюро ЦК КПСС по РСФСР было встречено в республике неоднозначно. Эта тема сегодня стала злободневной, широко обсуждается. Вновь и вновь настойчиво ставится вопрос о создании Компартии России. Подобные настроения активно подогреваются и на местах, и извне, перешли уже границы республиканские. В обстановке обострения межнациональных отношений, накала националистических страстей в некоторых союзных республиках идея самостоятельной Компартии России таит в себе заряд разобщения, отчуждения, раскола. Это мы чувствуем, именно этот заряд стремятся использовать в сепаратистских целях те, кто выступает против единства КПСС.

Хотелось бы процитировать одно из выступлений на эту тему:

«Я думаю, что славяне идут к созданию Компартии России. Когда это произойдёт, нынешний алогизм КПСС путём соответствующей метаморфозы окажется на своём месте, многое разрешится на пути самостоятельности компартий республик».

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ВЛАСОВ А. В. Это из выступления на недавнем пленуме ЦК Компартии Литвы.

Здесь, как видите, идёт откровенный и открытый разговор о превращении КПСС в федеративную организацию. Такая позиция напрямую работает также на развал нашего Союза, на откат его к конфедерации. Вот почему постановка вопроса о создании самостоятельной Компартии России, на наш взгляд, представляется совершенно неприемлемой. Нужно учитывать обстановку.

В то же время мы безусловно поддерживаем высказанные в докладе Михаила Сергеевича Горбачёва соображения об организации, консолидации партийных сил России, повышении их статуса, образовании новых организационных структур. Это крайне необходимо сегодня.

Думается, что избрание на сегодняшнем Пленуме Российского бюро ЦК станет практическим шагом в организационном оформлении партийных структур республики. Убеждён, что такой подход будет правильно воспринят коммунистами, общественностью России.

И мы поддерживаем предложение о том, что Российское бюро должен возглавить Генеральный секретарь Центрального Комитета партии. Мы видим в этом признание Центральным Комитетом авторитета и значимости отряда российских коммунистов. В нынешних условиях такое решение представляется политически единственно верным.

Председательствующий т. ЛИГАЧЁВ Е. К. Слово предоставляется товарищу Пастернаку Виктору Степановичу — первому секретарю Хабаровского крайкома партии.

Прежде чем объявить следующего оратора, прошу извинить, я просто хочу уточнить: Филипп Васильевич[68], как я понял, у Вас есть намерение выступить по этому вопросу, да? Или Вы не определились?

ПОПОВ Ф. В. Нет.

ЛИГАЧЁВ Е. К. Тогда я обращаюсь ещё к Валентине Николаевне Черкашиной[69], потому что мы тут получили Вашу записку сравнительно недавно. По этому вопросу, да?

ЧЕРКАШИНА В. Н. По первому.

ЛИГАЧЁВ Е. К. Ну, извините. Тогда, в сущности говоря, Виктором Степановичем исчерпывается весь список. Я вижу, вы одобрительно на это смотрите.

ГОЛОСА. Да.

ЛИГАЧЁВ Е. К. Позвольте предоставить слово Виктору Степановичу.

ПАСТЕРНАК В. С., первый секретарь Хабаровского крайкома КПСС. Уважаемые товарищи! Время, политическая и экономическая ситуации, сложившиеся в стране, придают, безусловно, особое звучание вопросам, которые обсуждаются на сегодняшнем Пленуме ЦК.

Настроение коммунистов Хабаровской краевой партийной организации проникнуто озабоченностью судьбой Коммунистической партии, необходимостью укрепления её сплочённости и новой роли в обществе.

Поддерживая и разделяя обеспокоенность Центрального Комитета партии по ряду серьёзных вопросов жизни партии, поддерживая решения Центрального Комитета партии на совершенствование структур в нашей партии, хотел бы высказать отношение наших коммунистов к некоторым, на наш взгляд, принципиальным вопросам.

Прежде всего, настоятельная потребность работать сегодня на опережение наталкивается подчас на серьёзные преграды, которые мы плохо устраняем, а иногда и сами создаём. Это, безусловно, в первую очередь относится к нам, нашим недоработкам на местах. Вместе с тем, на наш взгляд, проявляется также это и в том, что есть ряд вопросов, активно обсуждаемых сегодня в партийной массе, в трудовых коллективах, но до сих пор не прояснённых Центральным Комитетом до конца.

Я остановлюсь на двух примерах. И об одном из них много говорилось сегодня. Хотим мы или не хотим признать, но очень острым остаётся вопрос о шестой статье.

Понятны, товарищи, цели, какие предусматривают определённые группировки, и те аргументы, которые используются ими для нападок на шестую статью. Но вместе с тем нам понятно, что реформа политической системы, возвращая всю власть Советам, затронула и конституционные нормы партии. Поэтому сегодня с такой особой взыскательностью определяется место и авангардность партии в обществе. И я это, товарищи, хочу ещё раз подчеркнуть именно для того, чтобы мы делали выводы из тех моментов, с которыми нам приходится в новой обстановке сталкиваться. Мы помним, перед теми выборами[70] очень серьёзно муссировалась тема многопартийности. Сейчас очень обостряется тема шестой статьи. И я это говорю только для того, чтобы мы сделали правильные выводы о том, как нам надо совершенствовать свою работу, работу нашей партии.

И думается, что наша партия только выиграла бы от того, если именно она, её Центральный Комитет, раньше, а значит, своевременно, чётко и ясно, как это сегодня сделал Михаил Сергеевич на нашем Пленуме, чётко и ясно дали аргументацию этому вопросу, первыми проявили инициативу и через Съезд народных депутатов провели бы решение строго в рамках нормального конституционного процесса — так, как мы сегодня говорим. То есть реализация нашей позиции, которая была изложена сегодня Михаилом Сергеевичем в первом докладе, так должна быть реализована, как должно быть в правовом государстве, которое мы создаём.

В связи с этим, Михаил Сергеевич, наши коммунисты очень просили меня попросить Вас, что надо было бы найти возможность, чтобы на втором Съезде народных депутатов на конституционной основе был бы снят тот нервозный ажиотаж, который поднят вокруг шестой статьи принятием решения по этому вопросу в контексте всех конституционных вопросов. Нельзя позволять, кому как вздумается, поднимать тот или другой вопрос, не считаясь совершенно с требованиями нашей Конституции.

Второй вопрос, который просили поставить коммунисты на обсуждение Пленума сегодняшнего. Он относится к подготовке к ⅩⅩⅧ съезду партии. Я поддерживаю предложение товарища Гидаспова по вопросу подготовки к съезду и хотел бы сказать, что все мы понимаем, что предстоящий съезд партии имеет важнейшее значение для судеб партии и страны. И в подготовке к съезду главными являются демократизация внутрипартийной жизни в связи с отчётами и выборами и нынешняя политическая платформа партии. Именно по этим направлениям мы должны сработать с опережением.

Но позволю высказать мнение, что мы и здесь уже, думается, запаздываем. Предсъездовские дискуссии, которые уже практически проходят в партийных организациях, должны вестись, на наш взгляд, вокруг разработанных Центральным Комитетом партии концепций обновления партии, её программных целей, новых положений Устава, порядка выборов руководящих партийных органов, делегатов. А их до сих пор нет. И то, что мы, Михаил Сергеевич, получили план подготовки к ⅩⅩⅧ съезду, где указано, что мы в первичных организациях получим предложения по положениям нового Устава только к маю месяцу, на наш взгляд, это очень поздно. Надо было бы сделать как можно раньше.

И по обсуждаемому вопросу — по вопросу образования Российского бюро ЦК КПСС.

В условиях, когда идёт формирование концепций партии, нашей федерации, поддерживая в целом стремление Центрального Комитета по формированию новых структур, я, товарищи, хотел бы вместе с тем до участников Пленума донести некоторые сомнения в целесообразности принятия сегодня, именно сегодня, такого решения. И вот почему.

Я это говорю, товарищи, основываясь не просто на личном мнении, а на мнении очень широкого круга коммунистов, изучение которого мы проводили. Работа эта идёт в партийных организациях, наверно, не только в нашем крае. Очень активно обсуждается вопрос о Российской коммунистической партии.

Почему же так ставят вопрос коммунисты?

Во-первых, потому что сегодня в партийных организациях, прямо скажем, не приемлют уже такой практики, когда Центральный Комитет партии по вопросам, требующим совета с коммунистами, принимает решения без этого совета.

Дальнейшее развитие Коммунистической партии по пути демократизации невозможно без обеспечения широкой самостоятельности компартий союзных республик. При этом по-новому высветились и проблемы отсутствия единой парторганизации России. Прежде всего следует отметить, что в условиях обострения ситуации в стране общепартийное решение Центрального Комитета партии по ряду политических и экономических проблем воспринимается частью людей как давление центра и связывается иногда напрямую с российскими интересами.

С другой стороны, отсутствие единой парторганизации РСФСР и её руководящих органов среди части коммунистов и беспартийных воспринимается как ущемление национальных интересов народов, живущих в России.

В связи с этим создание Российского бюро Центрального Комитета партии — чрезвычайно важный акт в жизни российских коммунистов, и без широкого предварительного обсуждения в парторганизациях, как на это обращают внимание во многих партийных организациях, не в полной мере будет отвечать интересам партии и её перестройки.

Вместо представительного (выборного) органа российских коммунистов создаётся сверху исполнительно-распорядительный орган. Тем самым вопрос не снимается, а во многом даже усугубляется, и появляются новые проблемы.

Нам, конечно, совершенно ни к чему иметь дополнительные такие вопросы, которые бы не поддерживались или не были понятны нашим коммунистам. Поэтому, Михаил Сергеевич, основываясь на изучении мнения, я осмелился бы внести такое предложение: сегодня, имея Вашу аргументацию по этому вопросу, может быть, было бы приемлемо принять решение о создании Оргбюро, которое бы в период до следующего Пленума провело большую работу в партийных организациях. Задействованы были бы коммунисты в партийных организациях России. И потом, на следующем Пленуме, с учётом мнений коммунистов принять решение, которое бы было основано на мнениях, высказанных в партийных организациях.

И последнее. Это о сложившейся обстановке в крае.

Я, товарищи, хочу напомнить, что промышленность нашего края практически полностью представлена предприятиями союзного подчинения. И все они по-прежнему (и в этом году, и в будущем) практически задавлены на 95 процентов госзаказами. Их продукция вывозится из края. Это — и лес, и цемент, и металл, и олово, и золото, и рыба, и самые современные изделия оборонного назначения. Так что прямо скажем, что на прямые связи, чтобы закупать по договорным ценам мясо, фрукты, да и строительные материалы (кстати говоря, сначала все строительные материалы вывозятся из края, а потом какая-то их часть возвращается), у нас не остаётся ничего.

Край имеет на одного жителя по 15 соток пашни, которая через год (да каждый год!) затапливается. Причём должен сказать, товарищи, совершенно определённо, что это не про наши земли народ сказал: «Воткни оглоблю — тарантас вырастет». Так что, к сожалению, мы пока не можем себя полностью обеспечить продуктами.

И сейчас, когда у нас централизованно всё забрали, а нам по госпоставкам уже несколько месяцев практически прекратили поставлять многие территории мясо, положение, мягко говоря, сложилось очень непростое. Мы не можем дать то, что положено даже по установленным лимитам ни армейским подразделениям, ни шахтёрам, ни лесорубам, ни металлургам, ни судостроителям. И должен сказать, что мы ни к кому пока не можем достучаться. После совещания в Центральном Комитете партии, где поднимался этот вопрос месяц назад, практически положение не улучшилось. Мы понимаем, что обстановка сейчас в стране такая, что не до нас, дальневосточников. Но если не принять срочные меры, то обстановка в наших многотысячных промышленных коллективах очень серьёзно может осложниться.

Михаил Сергеевич, хорошо, что Политбюро рассмотрело этот вопрос. Мы будем надеяться, что будут приняты соответствующие меры. Но вместе с тем я очень прошу и Вас, и Николая Ивановича Рыжкова найти возможность ещё раз лично рассмотреть возможность оказания помощи поставкой мяса в Хабаровский край. Да, мы знаем, что не только по нашему краю не выдерживается дисциплина государственных поставок. Спасибо.

Председательствующий т. ГОРБАЧЁВ М. С. Список выступающих у нас исчерпан.

ПОЛОЗКОВ И. К. Михаил Сергеевич!

ГОРБАЧЁВ М. С. Иван Кузьмич, ну, пожалуйста. Вы насчёт того — сейчас ли решать или ещё обсудить, подумать? Ну, пожалуйста.

ПОЛОЗКОВ И. К., член ЦК КПСС, первый секретарь Краснодарского крайкома КПСС.

Товарищи, я постараюсь отвлечься от текста, который у меня написан, поскольку понимаю состояние каждого сидящего в зале (все мы устали), и буквально тезисно выскажу свои мысли.

Михаил Сергеевич Горбачёв очень хорошо проаргументировал необходимость в нынешних условиях создания координирующего партийные организации России органа — Российского бюро ЦК КПСС.

Но я бы предложил следующее решение этого вопроса сегодня.

То бюро ЦК, которое предлагается утвердить как временное Оргбюро для подготовки и проведения в российских организациях всей работы по формированию вновь создаваемых партийных органов ЦК КПСС для России — Российское бюро ЦК, мне думается, должно формироваться изначально из представителей партийных организаций на Всероссийской партийной конференции.

Хорошо, чтобы утверждённое сегодня Оргбюро и занялось подготовкой российской конференции. Всероссийская конференция партийных организаций РСФСР предложила бы Центральному Комитету партии состав органа, который бы занимался координацией деятельности партийных организаций России по основным направлениям организационно-партийной и партийно-политической работы, экономического развития, отношениями с парторганизациями других республик, организацией исполнения решений ЦК КПСС на местах.

Это было бы в духе развития процессов демократизации внутрипартийных отношений. Ведь мы с вами знаем, какая сейчас обстановка вокруг этой проблемы! Она обсуждается везде. Кто предлагает создать Российскую партию,— и этих большинство? Активность проявляют особенно те, кому не нужна КПСС.

Поэтому вот поднять, привлечь бы к этому делу коммунистов России — это уже был бы большой шаг по демократизации внутрипартийной жизни. Наряду бы с другими мерами, о которых здесь сегодня уже товарищи упоминали,— как Платформа ЦК КПСС к ⅩⅩⅧ съезду, новая концепция Устава, соображения Центрального Комитета партии о порядке выборов делегатов на ⅩⅩⅧ съезд КПСС — создание координационного органа при ЦК по России показало и коммунистам, и беспартийным наши конкретные практические действия по перестройке КПСС, наши практические шаги по демократизации, наши практические шаги по укреплению партии.

Поэтому я считал бы, что сегодня — принять решение о создании временного Оргбюро, а дальше вести совет с коммунистами парторганизаций России.

Думаю, что очень правильно высказано, что бюро Российское должен возглавлять Генеральный секретарь ЦК КПСС. Но я совершенно убеждён, что у него должен быть заместитель в ранге члена Политбюро ЦК КПСС, а может быть, в ранге второго секретаря ЦК КПСС.

Михаил Сергеевич, как бы мы ни подошли к решению вопроса о Вашем избрании, трактовка будет разная. Кто-то будет Вас обвинять в том, что заняли очередную должность, кто-то будет рассуждать о том, а как это он вообще может совмещать столько должностей, кто-то будет задавать вопросы — а зачем такое совмещение?

ГОРБАЧЁВ М. С. Бог в трёх лицах, а Горбачёв уже в четырёх!.. Это совсем уже не годится!..

ПОЛОЗКОВ И. К. Могут быть самые разные толкования.

ГОРБАЧЁВ М. С. Ну, этого не надо бояться.

ПОЛОЗКОВ И. К. Меня волнует не этот вопрос. Меня заботит рабочая обстановка. Мы, представители российских организаций, каждый день имеем потребность обращаться в Центральный Комитет партии и решать те или иные вопросы. Поверьте, Михаил Сергеевич, коллеги меня поддержат, что в последнее время нам не к кому обращаться и, извините, часто не за чем обращаться. Вот это меня волнует больше всего в плане живого дела, в плане укрепления партии, чтобы она не утратила свою организующую, консолидирующую роль, о которой мы сегодня столько много говорим.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо выступал, а закончил совсем не тем…

ПОЛОЗКОВ И. К. Михаил Сергеевич, мы же живём в период плюрализма мнений!

ГОЛОСА. (Смех.)

ПОЛОЗКОВ И. К. Я высказал своё мнение… Хотелось бы, чтобы создаваемый нами орган был живой, работающий. Чтобы посланцы российских организаций партии отвечали перед Всероссийской конференцией за свои дела, отчитывались о своей работе. Чтобы российская конференция могла высказаться о любом члене бюро вплоть до отзыва из состава этого органа. Это были бы живая связь с парторганизациями и ответственность перед ними за интересы России.

ГОРБАЧЁВ М. С. Я так и понял. Я поэтому и высказался…

ПОЛОЗКОВ И. К. Я думаю, что мы сейчас — Николай Иванович Рыжков, да и Вы в докладах об этом говорили, и это написано в документах, которые у нас на руках,— что мы не можем отказаться пока от старых методов работы. Если откажемся от старых методов работы, многое потеряют в нынешней ситуации и партия, и страна, и в целом вся наша система. Поэтому, когда я говорю, что надо обращаться в ЦК, то, значит, жизнь заставляет решать какие-то вопросы. Я именно это имею в виду.

Что касается повестки дня предстоящего Съезда народных депутатов, то мы единогласно приняли решение. А вот как нам его провести на Съезде?

ГОЛОС. Работать.

ПОЛОЗКОВ И. К. Я, например, думаю, что это будет очень трудная работа. Многим сидящим здесь придётся проявить, может быть, (извините меня за такое выражение) и ту назойливость, и необычную пробивную силу, такую, которую проявляли некоторые народные депутаты на том Съезде, на сессиях Верховного Совета СССР. Если мы этого не проявим, мы опять окажемся молчунами. И очень хотелось бы, чтобы члены Центрального Комитета партии, которые сегодня проголосовали за повестку дня (причём против, по-моему, не было), там, на Съезде, не голосовали бы по-другому. Ведь было же такое на первом Съезде и на сессиях Верховного Совета СССР по тем вопросам, которые мы здесь, в этом зале, принимали единогласно.

И последнее. Здесь ставился вопрос, чтобы нас информировали о том, что делается сейчас в ГДР, в ЧССР. Правильно. Мы нуждаемся в такой информации. Объективной, полной, с политическими акцентами и, может быть, с некоторым видением развития событий несколько вперёд.

Но мы больше нуждаемся в информации о том, что делается в наших республиках, потому что слухи, скажем, о положении в Литве ходят самые невероятные. И что скоро там будет 9 партий, и что там на днях распустят коммунистическую партию, и что там вообще уже Центральный Комитет партии не функционирует, и что партийные лидеры заигрывают с различными фронтами и так далее, и так далее. Это задавали мне такие вопросы коммунисты, ветераны, рабочие там, где приходилось буквально неделю назад встречаться в трудовых коллективах Краснодарского края. К сожалению, я ничего вразумительного им ответить не могу.

Здесь звучала мысль о том, что вырабатывается правильная линия вывода нашего общества из кризиса. Предпочтение отдаётся правительством третьему варианту. Я тоже за третий вариант. Но как бы нам, Центральному Комитету партии, Политбюро, добиться, чтобы везде начать работать и, безусловно, выполнять принятое.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо. У меня было мнение, что на Кубани работают и даже имеют хорошие результаты…

Товарищи! Давайте посоветуемся.

Я сейчас вас верну к сентябрьскому Пленуму, к тому, что там записано. А ведь прежде, чем сентябрьский Пленум состоялся, чем были приняты его решения, проект платформы по национальной политике был опубликован и всенародно обсуждался.

Поэтому возникает вопрос: будем ли мы ещё раз, снова начинать обсуждение, с тем чтобы прийти к тому, к чему мы пришли на сентябрьском Пленуме? А там записано так. Это значит, что Виктору Степановичу[71] и Ивану Кузьмичу[72], ну и нам, надо поразмышлять. Я считаю, что их соображения как идею ещё надо обсудить, чтобы определиться.

А вот что у нас записано: «Наряду с созданием республиканских государственных органов следует рассмотреть возможность координации усилий партийных организаций, действующих на территории РСФСР, путём регулярного проведения российских конференций КПСС, которые решали бы коренные вопросы деятельности коммунистов республики, а также создания в структуре ЦК КПСС Бюро (Секретариата) ЦК для непосредственного оперативного руководства партийными организациями РСФСР»[73].

Сейчас изменилось только само название — Российское бюро. Такое наименование, как мы считаем, наиболее удачно выражает суть этой меры. Так вот, в связи с этим есть ли необходимость затевать нам снова обсуждение?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Я продолжу дальше.

Почему я хочу ещё поговорить с вами? Мы, по сути говоря, идём к съезду партии. И в рамках этого процесса будут проходить все мероприятия, много их будет и в Российской Федерации. Я думаю, нам надо сейчас, не теряя времени, включить в эту работу этот орган, который бы уже её вёл.

Правда, Иван Кузьмич внёс предложение назвать его временным или типа Оргбюро. У нас в Политбюро тоже была такая мысль. Мы хотели подождать съезда партии и уже на съезде договориться, обсудить и решить эти вопросы. Но, знаете, ведь съезд тоже будет поставлен примерно в такое же положение, как и сентябрьский Пленум, как и нынешний Пленум.

Но нам уже сейчас что-то надо иметь, чтобы, поработав, посмотреть, что же из этого получается. И коммунисты должны посмотреть и прикинуть, что из этого вышло.

Поэтому, обсуждая этот вопрос на Политбюро, мы решили его не откладывать, хотя нас и беспокоят вот эти самые вещи: что коммунисты скажут — почему поторопились или почему не связали со съездом партии, с отчетно-выборной кампанией?

Но, мне кажется, что с учётом того, что было всенародное обсуждение проекта платформы по национальной политике и что мы приняли решение на сентябрьском Пленуме (выдержку из него я зачитал), то есть тем самым мы этап демократический (как бы консультаций с обществом) прошли,— поэтому мы сегодня могли бы пойти на создание такого бюро, с тем чтобы оно включилось в дела, работало и накопило какой-то опыт. Я думаю, что это будет неоднозначный опыт, но он нам нужен для того, чтобы отразить в новом Уставе новые структуры и чтобы обсудить их в парторганизациях России. У нас в течение более чем полугода будет возможность поглядеть на работу этого органа. И затем вопрос в целом решить на съезде партии.

Вот таковы наши рассуждения. В вашем распоряжении имеются вот такие мысли. И с той, и с другой стороны давайте взвесим: будем мы сейчас решать вопрос о создании Российского бюро или отложим, начнём консультироваться со всеми партийными организациями России, дав им возможность в течение месяца обсудить эту идею у себя на пленумах?

ГОЛОСА. Правильно.

ГОРБАЧЁВ М. С. Такой вариант может быть.

ВОРОТНИКОВ В. И. Невозможно.

ГОРБАЧЁВ М. С. Невозможно?

ВОРОТНИКОВ В. И. Выборы, масса этих вопросов,— я не знаю…

ГОРБАЧЁВ М. С. Пожалуйста, Виталий Иванович. Слово предоставляется товарищу Воротникову Виталию Ивановичу.

ВОРОТНИКОВ В. И., член Политбюро ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета РСФСР.

Товарищи! Надо нам всё-таки решать вопрос, исходя из реальности.

У нас сейчас у всех — у партии, у Советов — колоссальная нагрузка, связанная с выборами, с подготовкой к ⅩⅩⅧ съезду, с разработкой материалов, связанных с январским Пленумом Центрального Комитета, который потребует огромного внимания.

Поэтому можно решать этот вопрос двумя способами: или создавать сейчас бюро и работать, или решать этот вопрос уже на съезде.

Моё мнение: я считаю, для того чтобы, как Михаил Сергеевич говорит, набрать нам опыта, надо образовать бюро, с тем чтобы этим бюро подготовить и конференцию российскую параллельно с подготовкой к съезду, а потом окончательно принять решение на съезде.

Что же будет? Или съезд утвердит его как уставную форму, или несколько видоизменит его.

А если вот так — сейчас принимать что-то временное, ещё этот эксперимент проводить, то это, я думаю, из-за перегрузки партийных организаций на местах выполнить просто нереально.

ГОРБАЧЁВ М. С. Слово предоставляется товарищу Карпову Владимиру Васильевичу.

КАРПОВ В. В. Товарищи, мне кажется, мы просто не можем, не имеем юридического права принимать сегодня решение о создании Российского бюро.

Вот если бы мы сейчас поставили вопрос о создании бюро Компартии Латвии, как это было бы воспринято? Если бы мы поставили вопрос о создании бюро Компартии Киргизии или Узбекистана?!

Как мы можем решать без российских коммунистов создание вот этого органа?! Это абсолютно неправильно! Давайте хотя бы посоветуемся с ними. Куда мы спешим?!

Ведь идут там горячие разговоры, горячие дискуссии. И вдруг — мы столько (четыре года) говорим против административно-бюрократического метода — и вдруг мы назначаем россиянам вот это бюро. Вот назначим, и всё!

Ну, как это? Это нелогично, не вяжется просто.

ГОЛОСА. Правильно.

КАРПОВ В. В. Надо, чтобы российские коммунисты поговорили, высказали по этому поводу мнения. А сейчас, я считаю, мы не готовы такое принимать решение.

ГОРБАЧЁВ М. С. Итак, можно пойти такими путями.

Первый путь — сегодня создать бюро. И пусть работает. Причём — не временное. Ничего нет худшего, чем создание всяких временных органов. Нужен орган полнокровный, который бы действовал и куда могли бы секретари партийных комитетов и коммунисты России обращаться, ставить вопросы или выдвигать те или иные предложения. Это первый путь.

Второй путь — есть доклад, опубликовать доклад, дать срок до январского Пленума, чтобы в России всё обговорить. Найдут время, когда собрать и провести пленумы партийных комитетов, в прессе обсудят. И на январском Пленуме тогда решить этот вопрос.

ГОЛОСА. Правильно.

ГОРБАЧЁВ М. С. Товарищ Зоркальцев, у Вас третье предложение?

ЗОРКАЛЬЦЕВ В. И. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Если третье предложение, то давайте, то давайте его. А если поддержка второго, то — будем голосовать, решать, как действовать.

ЗОРКАЛЬЦЕВ В. И., член ЦК КПСС, первый секретарь Томского обкома КПСС.

Я тоже, Михаил Сергеевич, хотел выступить по этому вопросу, но мнение с предыдущими товарищами совпало.

Но вот какое есть опасение по последнему замечанию. А мы не можем предположить, что, собравшись на свои пленумы, партийные комитеты Российской Федерации примут решение о создании организационной конференции, создадут свою партию? Зачем нам сейчас на это идти?

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ЗОРКАЛЬЦЕВ В. И. Нет. Что?

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ЗОРКАЛЬЦЕВ В. И. Так мы же сейчас считаем, что нам нельзя, политически неверно создавать сейчас Российскую коммунистическую партию!

ГОРБАЧЁВ М. С. Я думаю, что сейчас нет необходимости собирать российскую конференцию. Но надо обсудить и посоветоваться на январском Пленуме ЦК.

Кстати, Владимир Васильевич[74] и многие другие товарищи говорят, что мы игнорируем мнение коммунистов России. Но это неправильно. Если мы сейчас посчитаем, сколько членов Центрального Комитета здесь представляют Россию, то такое обвинение отпадает совершенно. И такой состав ЦК был всегда. Поэтому не надо так уж бросать тень…

ЗОРКАЛЬЦЕВ В. И. Михаил Сергеевич, зная…

ГОРБАЧЁВ М. С. В этом преимущество России, а не слабость.

ГОЛОСА. (Оживление в зале.)

ЗОРКАЛЬЦЕВ В. И. От КПСС как раз…

ГОРБАЧЁВ М. С. Да.

ЗОРКАЛЬЦЕВ В. И. Зная настроение партийного актива и рядовых коммунистов, на пленумах может это произойти. И тогда у нас уже…

ГОРБАЧЁВ М. С. (Перебивает.) Да нет…

ЗОРКАЛЬЦЕВ В. И. …иссякнет манёвр…

ГОРБАЧЁВ М. С. Не надо, я думаю, так видеть проблему.

ЗОРКАЛЬЦЕВ В. И. Но я это хотел выразить.

ГОРБАЧЁВ М. С. Товарищи! Вот у нас с вами есть два предложения.

Первое предложение. Политбюро считает нужным создание Российского бюро, поскольку вопросы о том, чтобы иметь такую партийную структуру, были обсуждены накануне сентябрьского Пленума ЦК, обсуждены всенародно, консультации состоялись, и было принято решение Пленума. На основе этого и вносится это предложение. Это первое предложение.

И второе предложение. Опубликовать доклад. На основе этого доклада провести обсуждение на пленумах областных, краевых комитетов партии в Российской Федерации, выработать мнение и принести его на январский Пленум. И ни о какой конференции речь не идёт: конференция эта будет уже в рамках подготовки съезда. А сейчас речь идёт вот о таком обсуждении.

ГОЛОСА. (Оживление в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. По первому предложению, товарищи, дебаты больше не будем вести?

ГОЛОСА. Нет!

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо.

Ставлю на голосование предложение первое — то, которое я изложил от имени Политбюро. Кто за принятие этого предложения — чтобы сегодня, на этом Пленуме ЦК, образовать Российское бюро, создать его? Прошу голосовать членов ЦК. Прошу опустить руку. Кто против?

ГОЛОС. За второе?

ГОРБАЧЁВ М. С. Нет, по первому. Кто против принятия первого предложения? Подсчитайте, пожалуйста. Кого мы назначали?

ГОЛОСА. (Оживление в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Пять, четыре… Девять… Одиннадцать, двенадцать.

Кто воздержался? Посчитайте, кто воздержался. Трое воздержались. Значит, проходит первое предложение.

КАРПОВ В. В. А за второе надо голосовать!

ГОРБАЧЁВ М. С. А что же — одни и те же товарищи будут за два предложения голосовать, что ли?

Если первое предложение проходит, Владимир Васильевич… Я же изложил оба предложения. Первое внёс в порядке поступления на голосование. Его приняли. Отпадает, значит, второе?!

КАРПОВ В. В. (Не слышно.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Товарищ Карпов говорит мне: поскольку Вы не ясно сформулировали, то члены ЦК не поняли и не выразили свою волю.

Хорошо, давайте переголосуем?

ГОЛОСА. (Шум, оживление в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Не надо шуметь. Надо делать так, чтобы не дать Карпову выйти сейчас за двери и, пользуясь своим литературным запасом, начинать высказываться о том, что не дали ему ничего сказать. У нас сейчас плюрализм такой, что надо всё тут до конца довести.

Итак, есть два предложения. То, что я изложил от имени Политбюро,— сегодня сформировать, образовать Российское бюро. И второе предложение (я суммирую его) от нескольких товарищей поступило — опубликовать доклад, пусть коммунисты России его обсудят, на пленумах посоветуются, и на январском Пленуме вернуться к этому вопросу, и решить тогда его, опираясь на мнения, суждения коммунистов России. Вот это второе.

Итак, первое предложение Политбюро. Кто за его принятие, прошу голосовать. Прошу опустить руку. Кто против? Посчитайте…

ГОЛОС. Двадцать два.

ГОРБАЧЁВ М. С. Прибавилось. Кто воздержался? Шесть воздержались. Проходит первое предложение.

Владимир Васильевич, удовлетворены?

КАРПОВ В. В. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Решением Вы не удовлетворены, а порядком голосования удовлетворены?

КАРПОВ В. В. Вполне.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо.

Теперь я хочу доложить вам предложение, которое подготовило Политбюро. А вы подумайте и скажите, что так, а что не так.

Мы подходили так; в состав Российского бюро должны войти товарищи и из состава ЦК, и от партийных организаций.

Есть такие предложения: Горбачёв, Воротников, Власов. Затем: товарищ Володин Борис Михайлович — член ЦК, первый секретарь Ростовского обкома партии, товарищ Гидаспов Борис Вениаминович — первый секретарь Ленинградского обкома партии, товарищ Коптюг Валентин Афанасьевич — член ЦК, вице-президент Академии наук СССР, товарищ Королев Анатолий Максимович — член ЦК, бригадир токарей Уралмаша, товарищ Манаенков — секретарь ЦК, товарищ Плетнева Валентина Николаевна — член ЦК, ткачиха Костромского льнокомбината, товарищ Прокофьев Юрий Анатольевич — первый секретарь Московского горкома партии, товарищ Усманов — секретарь ЦК, товарищ Ходырев Геннадий Максимович — первый секретарь Горьковского обкома партии, товарищ Шенин Олег Семенович — первый секретарь Красноярского крайкома КПСС. Тринадцать человек.

Повторять не надо? Горбачёв, Воротников, Власов. Наверное, надо же, так сказать, чтобы были представлены и ЦК, и Совмин республики?

Вот товарищ Володин. Как вы смотрите?

Или мне не надо повторять опять?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо. Какие замечания есть? Дополнения, пожалуйста.

ШАРИН Л. В., член ЦК КПСС, первый секретарь Амурского обкома КПСС.

Мы вот, с Дальнего Востока, никогда практически ни в каких руководящих органах не состояли.

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Итак, есть предложение товарища Ширина о том, чтобы представить Дальний Восток.

Ещё какие предложения, замечания есть?

Что, товарищ Мельников, Вы хотите сказать?

МЕЛЬНИКОВ А. Г. Север надо представить, я предлагаю первого секретаря Вологодского обкома.

ГОРБАЧЁВ М. С. Товарища Купцова? А что, товарищи, давайте 15 человек изберём. Это же — не уставная норма, это — как мы решим.

Да, товарищ Везиров.

ВЕЗИРОВ Д.‑Р. X., первый секретарь ЦК Компартии Азербайджана. Михаил Сергеевич, главного редактора «Советской России» надо бы…

ГОРБАЧЁВ М. С. Ну, я так уж вам скажу. При обсуждении назывались товарищи Купцов и товарищ Чикин[75]. Но потом мы посчитали: обязательно надо, чтобы были рабочий и работница, чтобы женщина была. Вот были предложены товарищ Королёв и товарищ Плетнёва. Мы считаем, они — очень авторитетные люди у нас в стране, в ЦК, люди твёрдых позиций. Решили их предложить, это сразу внесло коррективы.

Но я думаю, что у Политбюро не будет возражений, если мы сегодня 15 человек изберём.

Давайте товарища Купцова включим. Давайте товарища, например, Пастернака или кого-то, кого вы считаете от Дальнего Востока?

ГОЛОС. Шарина.

ГОРБАЧЁВ М. С. Шарина? Шарина. Мы его и включим. Он предложение высказывал. Как, товарищи?

Давайте — товарищей Купцова и Шарина. 15 человек. Товарищ Чикин — шестнадцатый.

Будем продолжать список? Как насчёт товарища Чикина? Согласиться?

ГОЛОСА. Согласиться.

ГОРБАЧЁВ М. С. Согласиться. Хорошо.

Будем голосовать. Я так понимаю, что по тем 13 человекам, что я внёс, и по товарищам Шарину и Купцову есть общее согласие.

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Есть. Включили их.

Кто за включение товарища Чикина в список, для того чтобы представить его на голосование? Прошу голосовать. Прошу опустить руку. Кто против? Ну, не будем считать. Меньшинство явное, товарищи. Доверите мне? Меньшинство явное. Это же мы голосуем — включаем ли в список?

А вот сейчас будем голосовать в целом.

Таким образом, к тем товарищам, что я предлагал, добавили мы товарищей Купцова, Шарина и Чикина. Кто за то, чтобы в соответствии с платформой КПСС, утверждённой сентябрьским Пленумом, образовать Российское бюро ЦК КПСС в таком составе,— прошу проголосовать…

Я, извиняюсь, не спросил, а, может быть, нам и в этом случае за каждого отдельно надо проголосовать?

ГОЛОСА. Не надо.

ГОРБАЧЁВ М. С. Как мы договоримся, так и будет. Это не уставной процесс. Как, товарищи, списком?

ГОЛОСА. Списком.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо. Кто против? Против персонального состава? Один. Больше нет? Кто воздержался? Нет. Владимир Васильевич[76] один — против, все остальные — за.

Таким образом, мы сформировали Российское бюро.

Это — первый пункт постановления по данному вопросу, товарищи.

И второй пункт вот такой (если вы согласны): «Поручить бюро координацию деятельности областных и краевых партийных организаций РСФСР, направленной на реализацию политики КПСС, осуществлять контроль за выполнением решений съездов и конференций партии, пленумов и Политбюро ЦК КПСС. Свои заседания бюро проводит по мере необходимости, но не реже одного раза в месяц. Принимает постановления, обязательные для выполнения партийными организациями РСФСР. В практической деятельности Российское бюро ЦК использует существующий аппарат ЦК КПСС».

Видимо, всё это надо, чтобы коммунисты имели ясность.

Кто за то, чтобы и такой пункт в нашем постановлении был, прошу проголосовать. Прошу опустить руку. Против есть? Нет. Воздержавшиеся? Нет. Решено.

Ну, что же, от имени президиума (от себя неудобно, так сказать, поскольку я тоже в составе бюро) поздравляю членов бюро. И будем надеяться, что оно немедленно займётся делами. (Аплодисменты.)

Теперь — организационные вопросы.

Товарищи, есть предложение избрать членом Политбюро ЦК КПСС товарища Ивашко Владимира Антоновича, первого секретаря ЦК Компартии Украины. Все вы уже, наверное, познакомились с ним. Замечаний нет?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Можно ставить на голосование?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Кто за то, чтобы избрать товарища Ивашко Владимира Антоновича членом Политбюро ЦК КПСС, прошу голосовать. Прошу опустить руку. Против? Нет. Воздержавшиеся? Нет. Решено. Поздравляю, Владимир Антонович. Пожалуйста, пройдите в президиум. (Аплодисменты.)

До вас, наверное, дошло другое наше предложение. Со многими секретарями мы разговаривали об этом. Опираясь на общее мнение, вношу такое предложение: главного редактора газеты «Правда» товарища Фролова Ивана Тимофеевича избрать секретарём ЦК КПСС. И тем самым подкрепить наш главный орган партийной печати.

Как, товарищи? Пожалуйста, товарищ Карпов.

КАРПОВ В. В. Вы уж, пожалуйста, меня извините, товарищи, уж такой я надоедливый сегодня оказался.

По Уставу полагается назначать главного редактора нашего органа ЦК (а не Политбюро: «Правда» — орган ЦК) решением Центрального Комитета. Мы с вами такого решения не принимали. И об освобождении товарища Афанасьева[77] не принимали решения, и о назначении товарища Фролова. Вот мне кажется, надо сначала это юридически оформить, а потом уже… Я против него ничего не имею. Но всё-таки это — орган Центрального Комитета, а не Политбюро.

ГОРБАЧЁВ М. С. Вот давайте так, Владимир Васильевич. Все мы — юристы, знаем партстроительство, наверное, лучше немножко, чем литераторы. По нынешнему Уставу Политбюро в период между пленумами выполняет все функции, относящиеся к оперативной работе, и принимает решения от имени Центрального Комитета, в том числе, естественно, и по такому вопросу, как утверждение главного редактора «Правды». Мы всегда принимали такое решение Политбюро. Хотя это не исключало и того, что когда проходил организационный Пленум после съезда, то мы решали там и о редакторе.

Виктор Григорьевич[78], мы Вас на Пленуме после ⅩⅩⅦ съезда утверждали?

АФАНАСЬЕВ В. Г. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. На мартовском Пленуме[79], после съезда?

АФАНАСЬЕВ В. Г. Нет. Решало Политбюро. Зимянин[80] тоже не был утверждён на Пленуме…

ГОРБАЧЁВ М. С. Владимир Васильевич, доживём до нового Устава и решим, как быть.

КАРПОВ В. В. А вот в Уставе…

ГОРБАЧЁВ М. С. Что в Уставе?

ГОЛОС. Мы можем избирать любого человека секретарём ЦК…

ГОРБАЧЁВ М. С. Да нет. Он — не о секретаре ЦК, он — о главном редакторе «Правды».

Но мы Афанасьева на Пленуме не утверждали. И освобождать его нам не надо было решением ЦК.

Может быть, есть у кого-то сомнение, что недостаточно утверждать редактора решением Политбюро? Но до сих пор мы утверждали. И этого было достаточно.

Может быть, так: доживём до нового Устава, а там определимся? Может быть, даже и на съезде будем решать. Мало ли что придётся изменить. Так?

КАРПОВ В. В. Михаил Сергеевич! Я не хочу выступать против. Я вот читаю Устав: редакторы партийных газет и журналов утверждаются Центральным Комитетом — нашим, республиканским…

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо. Я, по-моему, разъяснил, что дальше в Уставе есть о том, что Политбюро принимает решения, в том числе и по этим вопросам, и по более крупным вопросам. И они идут как решения Центрального Комитета партии. И сегодня это соответствует той практике, которая у нас сложилась и пока что действует. И её никто не отменял.

Наверное, мы выйдем в связи с обсуждением нового Устава на новый порядок, и это мы всё решим.

Давайте не будем сейчас это, так сказать, ставить под сомнение. Так у нас было.

Товарищ Коптюг, а Вы что хотели?

КОПТЮГ В. А. Нам ничего не стоит утвердить его главным редактором «Правды».

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Что? Есть желание утвердить товарища Фролова?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Хорошо. Вношу тогда такое предложение: избрать товарища Фролова секретарём ЦК КПСС и утвердить его главным редактором газеты «Правда». Подходит такое предложение?

ГОЛОСА. Подходит. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Ивана Тимофеевича все знают. Надо ли мне его представлять?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Ставлю на голосование. Кто за принятие этого предложения, прошу поднять руку. Прошу опустить. Кто против? Нет. Кто воздерживается? Нет. Решили.

Поздравляем Вас, Иван Тимофеевич, сразу с двумя должностями. (Аплодисменты.)

Товарищи, по проекту Обращения замечания были, не всем он понравился. Некоторые товарищи (человек десять) передали свои экземпляры с замечаниями.

Я бы поставил вопрос так: у кого есть редакционные замечания, передайте их, товарищи.

Но можем ли мы его принять в целом и поручить Политбюро доработать с учётом всех этих замечаний?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Я, правда, не понял, в чем суть замечаний. Товарищ Прокофьев сказал, что они в Москве перешли на тезисы.

Но, товарищи, я думаю, если ЦК обратится с партийным словом к трудящимся, коммунистам — это тоже вписывается в нормальные методы работы. Мы обращались и ранее и будем обращаться ещё не раз. Такие обращения делают и другие организации. Тут я не вижу противоречий, товарищ Прокофьев.

ГОЛОСА. (Оживление в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Товарищи, будем ли менять форму этого документа? Оставим как Обращение ЦК? Его можно принимать?

ГОЛОСА. Можно.

ГОРБАЧЁВ М. С. Тогда поступим так: голосуем за принятие, но у кого есть замечания — просим дать. Кстати, Политбюро довольно основательно его перерабатывало, и не раз. Нам показалось, что мы уже можем входить в ЦК с таким документом. И мы его внесли. А товарищей, у кого есть замечания, просьба их передать. В течение двух-трёх дней мы реализуем все замечания, которые будут обогащать и улучшать и форму, и содержание. Так, да?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Окончательную редакцию поручить Политбюро.

Кто за принятие этого предложения — за одобрение текста Обращения, поручение Политбюро окончательно отредактировать его с учётом высказанных замечаний и тех, которые ещё поступят, и опубликовать в печати — прошу голосовать. Прошу опустить руку. Против кто? Нет. Воздерживается? Нет. Решено.

И ещё один вопрос, товарищи. В связи с тем, что Леонид Иванович[81] сложил полномочия народного депутата СССР от КПСС, нам нужно провести выборы народного депутата СССР от Коммунистической партии Советского Союза на очередном Пленуме ЦК КПСС. Это можно записать первым пунктом нашего решения по данному вопросу.

Второе — поручить Политбюро ЦК КПСС представить в установленном Законом порядке список голосующих на Пленуме ЦК в Избирательную комиссию по выборам народного депутата СССР от КПСС, исходя из того, что голосование при выборах в народные депутаты СССР следует провести с участием кандидатов в члены ЦК, членов Центральной Ревизионной Комиссии, а также первых секретарей партийных комитетов, не входящих в центральные выборные органы партии, и других товарищей, не являющихся членами центральных органов партии, но состоящих в выборных органах соответствующих партийных организаций. Иначе говоря, пункт второй повторяет то, что мы записывали при первых выборах[82]. Вот на таких же условиях. Я думаю, мы же не собираемся отказываться от мандата.

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Конституция нам даёт такие права.

Можно считать, что это принято?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Это первая часть. Теперь, товарищи, об имеющихся предложениях по кандидатам в народные депутаты. Двое выдвинуты в Московской организации, поскольку Леонид Иванович оттуда. Из Москвы предложили двоих. И есть предложение, которое выдвинули горьковчане, Горьковский автомобильный завод. Там у них было большое собрание, они обратились к нам с письмом. Довольно серьёзное и важное письмо. Его прислал секретарь парткома Горьковского завода. Они сформулировали своё предложение, кандидата от себя выдвинули.

Кого же москвичи выдвинули?

Товарища Абросова Павла Андреевича — слесаря Московского завода автоматических линий имени 50‑летия СССР. С Павлом Андреевичем говорили, он сказал, что если будет такое мнение, то он готов участвовать в предвыборной борьбе. Павел Андреевич, Вы здесь? Вот Павел Андреевич. Мы пригласили его поприсутствовать на Пленуме. Пока присядьте, пожалуйста.

Москвичи предложили и вторую кандидатуру — Шустова Алексея Петровича — слесаря-электромонтажника московского завода «Станкоконструкция». Вот товарищ Шустов. Пока присядьте, пожалуйста.

Кузнец Горьковского автомобильного завода Кустарев Николай Петрович. Николай Петрович здесь? Вот они все трое рядом сидят. Возможные конкуренты. Пусть познакомятся.

ГОЛОСА. (Оживление в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Какие есть вопросы к товарищам? Доверяем парторганизациям?

Тогда можем принять такое решение Пленума:

«На основании статей 39 и 62 Закона СССР „О выборах народных депутатов СССР“ выдвинуть кандидатами в народные депутаты СССР от Коммунистической партии Советского Союза товарища Абросова, товарища Кустарева, товарища Шустова.

Второе. Представить товарищей Абросова, Кустарева, Шустова для регистрации в Избирательную комиссию по выборам народного депутата СССР от Коммунистической партии Советского Союза».

Затем пойдёт обсуждение, с тем чтобы на очередном Пленуме ЦК мы могли вернуться к этому вопросу[83].

Как, товарищи? Можно такое предложение принять?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Кто за принятие такого решения, прошу голосовать. Прошу опустить руку. Кто против? Нет. Кто воздерживается? Нет. Принято.

Ну, что же, товарищи, боритесь, а мы будем болеть за вас.

ГОЛОСА. (Оживление в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Я думаю, что Московская городская и Горьковская парторганизации сделают всё необходимое, для того чтобы товарищи имели возможность встретиться с коммунистами в своих партийных организациях. И затем, я думаю, итоги подведём на Пленуме и проведём голосование. Так, товарищи?

ГОЛОСА. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Всё.

ОРЛОВ В. П., член ЦК КПСС, председатель Центральной избирательной комиссии по выборам народных депутатов СССР.

Надо образовать Избирательную комиссию…

ГОРБАЧЁВ М. С. А у нас же есть такая комиссия…

ОРЛОВ В. П. Надо новую образовать.

ГОРБАЧЁВ М. С. Товарищ Орлов говорит, что-то мы недоделали, наверное.

ГОЛОС. Там выбыли два человека.

ГОРБАЧЁВ М. С. Выбыли два человека, да?

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Одну минутку. Есть вопрос. Там надо пополнить комиссию, кажется. Товарищ Орлов, пожалуйста, идите сюда. Что там надо дополнить?

ОРЛОВ В. П. Должна быть избрана новая комиссия, потому что та комиссия свои функции выполнила и уже не работает. Она провела выборы. И на этом всё закончилось.

ГОРБАЧЁВ М. С. Вот так. Да?

ОРЛОВ В. П. Да.

ГОЛОС. Надо просто возложить на предыдущую комиссию…

ГОРБАЧЁВ М. С. Товарищи, если мы пока примем так…

РЫЖОВ Ю. И., заместитель заведующего Отделом партийного строительства и кадровой работы ЦК КПСС.

Товарищи! Комиссия по проведению данных выборов образована решением Политбюро ЦК. Состав её опубликован в газете «Правда».

ГОРБАЧЁВ М. С. А мы на Пленуме должны принимать решение?

РЫЖОВ Ю. И. Нет. В данном случае достаточно решения общесоюзного органа, каким является Политбюро ЦК.

ГОРБАЧЁВ М. С. Не Пленум?

РЫЖОВ Ю. И. Прошлый раз решение по этому вопросу принимал тоже не Пленум.

ГОРБАЧЁВ М. С. И в «Правде» опубликовано?

РЫЖОВ Ю. И. Да.

ГОРБАЧЁВ М. С. Это в данном случае, Анатолий Иванович, не противоречит Закону о выборах? А?

ЛУКЬЯНОВ А. И., кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, первый заместитель Председателя Верховного Совета СССР.

Не противоречит. Достаточно решения Политбюро.

ГОРБАЧЁВ М. С. Достаточно решения Политбюро.

Если это не противоречит, товарищи, Закону о выборах, тогда я снимаю этот последний вопрос. Пусть комиссия действует. Товарищи говорят, чтобы мы так и действовали. Принимаем к сведению. Хорошо.

Товарищи, Пленум мы закончили.

У кого есть что-то сказать? Давайте, Александр Григорьевич, ещё раз.

МЕЛЬНИКОВ А. Г. Уважаемый Михаил Сергеевич, моё выступление принято Вами как сомнение в правильности перестройки, поэтому и не воспринято. Я заявляю, что никаких крамольных мыслей в нём нет, тем более — сомнений.

Я чрезвычайно высоко ценю роль Вашу личную, роль членов Политбюро как инициаторов перестройки и вместе с тем учитываю, что сегодня перестройка — дело всей партии, всех коммунистов, всех членов ЦК.

Для меня это — кровное дело, я воспринял перестройку с убеждением и без сомнений и, не жалея сил, претворяю её в жизнь.

Я только хочу снова подчеркнуть, что мы должны поднять роль ЦК как высшего органа коллективного руководства КПСС. Мы вместе несём ответственность за всё, что в стране, прежде всего в партии, делается, за сегодняшнее состояние, завтрашнее, будущее партии. И если говорим об этом открыто и откровенно, то это хорошо.

Полагаю, что сегодняшний разговор позволит Политбюро и членам ЦК лучше оценить, осознать проблемы и вопросы, которые предстоит рассмотреть нам всем на январском расширенном Пленуме ЦК КПСС.

И я просил бы, Михаил Сергеевич, не забыть из моего выступления другие важные вопросы.

ГОРБАЧЁВ М. С. Да, я сразу отреагировал на то, какой должен быть у нас разговор,— такой, какой он теперь всегда идёт на пленумах.

Но вот на что я отреагировал: «Заметьте, за эту критическую обстановку в стране нас хвалит весь буржуазный мир, все бывшие и настоящие противники, благословляет папа…». Это — я ещё раз повторяю (коль Вы взяли слово, то и я беру) — я отвергаю это! Потому что это я не принимаю. Это поклёп на то, что мы делаем!

ГОЛОСА. (Шум в зале.)

ГОРБАЧЁВ М. С. Больше желающих нет?

ГОЛОСА. Нет.

ГОРБАЧЁВ М. С. Пленум объявляется закрытым.

Работа Пленума завершилась в 19 час. 50 мин.

1

Второй Съезд народных депутатов СССР состоялся 12—24 декабря 1989 г. Ред.

2

Имеется в виду положение Платформы ЦК КПСС «Национальная политика партии в современных условиях», одобренной сентябрьским (1989 г.) Пленумом ЦК КПСС. Ред.

3

Имеется в виду Платформа ЦК КПСС к ⅩⅩⅧ съезду партии, одобренная февральским (1990 г.) Пленумом ЦК КПСС. Ред.

4

Л. И. Абалкин в июле 1989 г. сложил полномочия народного депутата СССР от КПСС в связи с утверждением его заместителем Председателя Совета Министров СССР. Ред.

5

Выборы народного депутата СССР от КПСС состоялись на мартовском (1990 г.) Пленуме ЦК КПСС. Ред.

6

Имеется в виду подготовка к выборам в республиканские и местные Советы народных депутатов, намеченным на 1990 г. Ред.

7

Имеется в виду постановление Верховного Совета СССР от 13 ноября 1989 г. «О вопросах, предлагаемых для включения в повестку дня второго Съезда народных депутатов СССР». Ред.

8

Б. В. Гидаспов — первый секретарь Ленинградских обкома и горкома КПСС. Ред.

9

В. И. Мироненко — член ЦК КПСС, первый секретарь ЦК ВЛКСМ. Ред.

10

См. «Правда», 10 декабря 1989 г. Ред.

11

См. О мерах по оздоровлению экономики, этапах экономической реформы и принципиальных подходах к разработке тринадцатого пятилетнего плана. Сборник материалов, М., Политиздат, 1990, с. 10—77. Ред.

12

Первый Съезд народных депутатов СССР состоялся 25 мая — 9 июня 1989 г. Ред.

13

Валовой национальный продукт. Ред.

14

В. А. Масол — член ЦК КПСС, Председатель Совета Министров Украинской ССР. Ред.

15

Мартовский (1989 г.) Пленум ЦК КПСС. Ред.

16

Совместный пленум Ленинградских обкома и горкома КПСС состоялся 21 ноября 1989 г. Ред.

17

Общегородской митинг ленинградских коммунистов состоялся 22 ноября 1989 г. Ред.

18

Апрельский (1989 г.) Пленум ЦК КПСС. Ред.

19

«Правда», 26 ноября 1989 г. Ред.

20

Б. В. Гидаспов. Ред.

21

В. М. Чебриков — до сентября 1989 г. член Политбюро, секретарь ЦК КПСС. Ред.

22

См. В. А. Крючков. Великий Октябрь и обновление советского общества. М., Политиздат, 1989, с. 24. Ред.

23

А. С. Салуцкий — писатель. См. «Литературная Россия», 1989, № 49, с. 9. Ред.

24

А. Г. Аганбегян — академик АН СССР, ректор Академии народного хозяйства при Совете Министров СССР. Ред.

25

Т. И. Заславская — народный депутат СССР, академик АН СССР, директор Всесоюзного центра изучения общественного мнения по социально-экономическим вопросам при ВЦСПС и Госкомтруде СССР. Ред.

26

Г. С. Лисичкин — народный депутат СССР, заведующий сектором Института экономики мировой социалистической системы АН СССР. Ред.

27

А. Н. Яковлев — член Политбюро, секретарь ЦК КПСС. Ред.

28

Ю. Н. Афанасьев — народный депутат СССР, ректор Московского государственного историко-архивного института. Ред.

29

В. И. Мироненко. Ред.

30

См. О мерах по оздоровлению экономики, этапах экономической реформы и принципиальных подходах к разработке тринадцатого пятилетнего плана. Сборник документов. М., Политиздат, 1990, с. 20—22. Ред.

31

Н. И. Рыжков. Ред.

32

См. О мерах по оздоровлению экономики, этапах экономической реформы и принципиальных подходах к разработке тринадцатого пятилетнего плана. Сборник материалов. М., Политиздат, 1990, с. 15. Ред.

33

Сентябрьский (1989 г.) Пленум ЦК КПСС. Ред.

34

Имеется в виду Всеармейское офицерское собрание 7—8 декабря 1989 г. в Москве. Ред.

35

А. А. Собчак — народный депутат СССР, председатель Комиссии Съезда народных депутатов СССР по расследованию событий, имевших место в гор. Тбилиси 9 апреля 1989 года. Ред.

36

Апрельский и июньский (1989 г.) пленумы ЦК КПСС. Ред.

37

С. А. Медведев. Ред.

38

Имеется в виду первый Съезд народных депутатов СССР. Ред.

39

См. постановление Политбюро ЦК КПСС от 20 июля 1989 г. «О выделении средств из бюджета КПСС на мероприятия по улучшению пенсионного обеспечения населения» («Известия ЦК КПСС», 1989, № 8, с. 27). Ред.

40

Имеется в виду письмо ЦК КПСС «К партийным организациям, ко всем коммунистам», принятое Политбюро ЦК КПСС 29 августа 1989 г. и направленное во все партийные организации. Ред.

41

Б. Н. Ельцин — член ЦК КПСС, председатель Комитета Верховного Совета СССР по вопросам строительства и архитектуры. Ред.

42

Т. X. Гдлян, Н. В. Иванов — народные депутаты СССР, старший следователь и следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР Ред.

43

В. С. Павлов — министр финансов СССР. Ред.

44

В сентябре 1989 г. в г. Свердловске состоялся учредительный съезд Объединённого фронта трудящихся, объявивший о намерении зарегистрироваться в качестве всесоюзной организации. Ред.

45

Ю. А. Прокофьев избран первым секретарём МГК КПСС 21 ноября 1989 г. Ред.

46

Пленум МГК КПСС состоялся 8 декабря 1989 г. Ред.

47

Имеются в виду пленумы ЦК КПСС, состоявшиеся 10 января, 15—16 марта, 25 апреля, 22 мая, 2 июня, 19—20 сентября и 9 декабря 1989 г. Ред.

48

Имеется в виду Обращение ЦК КПСС «К партии, советскому народу», принятое январским (1989 г.) Пленумом ЦК КПСС Ред.

49

Пленум МГК КПСС, состоявшийся 8 декабря 1989 г, одобрил «Политические тезисы МГК КПСС к выборам народных депутатов в республиканский и местные Советы», которые были опубликованы в газете «Московская правда» 21 декабря 1989 г (См. также «Известия ЦК КПСС», 1990, № 1, с. 81—82) Ред.

50

Л. И. Брежнев. Ред.

51

Имеются в виду два митинга, состоявшихся в Ленинграде в ноябре 1989 г. Ред.

52

Л. Н. Зайков — член Политбюро, секретарь ЦК КПСС. Ред.

53

А. Д. Лизичев — член ЦК КПСС, начальник Главного политического управления Советской Армии и Военно-Морского Флота. Ред.

54

В. И. Варенников — кандидат в члены ЦК КПСС, Главнокомандующий Сухопутными войсками — заместитель министра обороны СССР. Ред.

55

М. Д. Попков — кандидат в члены ЦК КПСС, член Военного совета — начальник политического управления Сухопутных войск. Ред.

56

М. Ф. Ненашев — член ЦК КПСС, председатель Государственного комитета СССР по телевидению и радиовещанию Ред.

57

Н. И. Рыжков. Ред.

58

См. О мерах по оздоровлению экономики, этапах экономической реформы и принципиальных подходах к разработке тринадцатого пятилетнего плана. Сборник материалов. М., Политиздат, 1990, с. 33. Ред.

59

Мартовский (1989 г.) Пленум ЦК КПСС. Ред.

60

Л. Н. Спиридонов — кандидат в члены ЦК КПСС, первый заместитель главного редактора газеты «Правда». Ред.

61

М. А. Князюк — член ЦК КПСС, первый секретарь Ивановского обкома КПСС. Ред.

62

Е. К. Лигачёв. Ред.

63

Н. И. Рыжков. Ред.

64

Данный Пленум ЦК КПСС состоялся 5—7 февраля 1990 г. Ред.

65

А. А. Малофеев. Ред.

66

См. «Правда», 10 декабря 1989 г. Ред.

67

Сентябрьский (1989 г.) Пленум ЦК КПСС. Ред.

68

Ф. В. Попов — член ЦК КПСС, первый секретарь Алтайского крайкома КПСС. Ред.

69

В. Н. Черкашина — член ЦК КПСС, прядильщица производственного объединения «Камышинский хлопчатобумажный комбинат им. А. Н. Косыгина», Волгоградская область. Ред.

70

Имеются в виду выборы народных депутатов СССР, прошедшие в марте 1989 г. Ред.

71

В. С. Пастернак. Ред.

72

И. К. Полозков. Ред.

73

Материалы Пленума Центрального Комитета КПСС, 19—20 сентября 1989 г. М., Политиздат, 1989, с. 225. Ред.

74

В. В. Карпов. Ред.

75

В. В. Чикин — кандидат в члены ЦК КПСС, главный редактор газеты «Советская Россия». Ред.

76

В. В. Карпов. Ред.

77

В. Г. Афанасьев — член ЦК КПСС, с 1976 г. по октябрь 1989 г. главный редактор газеты «Правда». Ред.

78

В. Г. Афанасьев. Ред.

79

Пленум ЦК КПСС 6 марта 1986 г. Ред.

80

М. В. Зимянин — в 1965—1976 гг. главный редактор газеты «Правда». Ред.

81

Л. И. Абалкин. Ред.

82

Имеется в виду постановление январского (1989 г.) Пленума ЦК КПСС «О проведении выборов народных депутатов СССР от Коммунистической партии Советского Союза». На мартовском (1989 г.) Пленуме ЦК КПСС были избраны 100 народных депутатов СССР от КПСС. Ред.

83

Выборы народного депутата СССР от КПСС состоялись на мартовском (1990 г.) Пленуме ЦК КПСС. Избран Н. П. Кустарев. Ред.

Content

Пленум ЦК КПСС 9 декабря 1989 года. Стенографический отчёт

Заседание первое, утреннее

Заседание второе, вечернее