Крич Марго

Попробуй стать моим

Марго Крич

Попробуй стать моим

Соблазн — Harlequin — 438

Глава 1

В туфлях на высоких каблуках, настолько узких, что жали пальцы, Уилла Статлер пробиралась сквозь многолюдную толпу на вечеринке, ловко уворачиваясь от энергично жестикулирующих рук, оставаясь невидимой, как и положено профессионалу, до тех пор, пока не возникала проблема.

Не сбавляя шага, она подхватила оставленный кем-то на краю стола бокал, тем самым избежав потенциальной катастрофы, одновременно заметив погасшую на камине свечу.

Пошарив рукой в перекинутой через плечо сумочке, где было все, что могло понадобиться в экстренных случаях, Уилла нащупала зажигалку и, на мгновение притормозив, снова зажгла ее.

Оставив бокал на стойке бара, Уилла отыскала глазами Элиаса Хардвелла и Кэти, будущую миссис Хардвелл, нежно ворковавших на кушетке возле балкона.

Да, вечеринка удалась. Гости разговаривали и смеялись, напитки лились рекой, еда и обслуживание были на высоте, счастливая пара выглядела так, как и положено выглядеть счастливой паре.

За два года работы в качестве организатора мероприятий Уилла приобрела репутацию одного из лучших профессионалов Хай Пайна, богатого техасского города, расположенного недалеко от сельского Эпплвуда, где она выросла. Но работа не была ее страстью. То, что она являлась одной из лучших, вовсе не означало, что то, чем она занималась, ей нравилось. Уиллу постоянно терзали сомнения, тем ли она занимается. И может быть, стоит попробовать в жизни что-то еще, более увлекательное?

Уилла снова посмотрела на Кэти и Элиаса. Для обоих это был уже второй брак. Возможно, на этот раз они будут счастливы. Хотя, если верить статистике, больше половины браков все равно заканчивалось разводом.

Она видела, как все происходит.

Как эмоции свадебного дня постепенно сходят на нет, пылкие чувства охладевают, превращаясь в нечто совершенно противоположное. Иногда на процесс трансформации чувств уходил год, иногда больше, иногда… Уилла моргнула, пытаясь отогнать образ красного от гнева лица Томаса и потрясенный шепот гостей, когда она, подхватив длинный шлейф свадебного платья, бросилась прочь от алтаря…

Порой требовалось всего несколько минут, чтобы понять, что человек, за которого ты собиралась выйти замуж, совсем не тот, с кем стоит связать свою жизнь.

Покачав головой, Уилла заставила себя вернуться к реальности. Ее наняли, чтобы у Элиаса и Кэти осталось незабываемое впечатление о вечере по случаю их помолвки. И ее работа — следить за тем, чтобы все было идеально. А уж сделать праздник грандиозным и запоминающимся она точно умела.

Уилла едва не вздрогнула, услышав глубокий смех, с легкостью перекрывший все голоса в зале. С темными волосами, зачесанными назад, в сером элегантном костюме, в белой рубашке без галстука, оставляющей открытой загорелую шею, Гаррету Хардвеллу с легкостью удалось привлечь к себе внимание. Уилла не была исключением. Не то чтобы она смотрела на него во все глаза, просто это была ее работа — замечать детали. Например, как блестел его взгляд, отражая мерцание свечей в зале. Как движением головы он отбрасывал назад упавшие на лоб волосы. Как за мгновение до улыбки приподнимались уголки его губ…

— Отличная вечеринка, Уилла, — услышала она у себя за спиной голос брата.

Уилла обернулась, не сумев скрыть растерянности.

— Да, похоже, пока все хорошо, — кивнула она.

— И я знаю почему, — сказал Дилан. — Потому что этим занимается самый лучший свадебный организатор в Эпплвуде.

Уилла улыбнулась. Дилан всегда был на ее стороне.

— Вот именно, что в Эпплвуде. — Вернее, в Хай Пайне, но разница была небольшой.

— Все равно, ты — лучшая в своем деле. Иначе Элиас и Кэти тебя бы не выбрали. Кстати, ты не видела Гаррета?

— Вон там. — Уилла кивнула в сторону темноволосого мужчины, который неизменно притягивал ее взгляд.

Словно почувствовав, что о нем говорят, Гаррет оглянулся. Дилан помахал ему рукой, но в этот момент Элиас застучал ложечкой по бокалу, призывая к тишине.

Уилла нахмурилась. Это было не запланировано. Элиас только в конце вечера должен был сказать свое спасибо. Они что, уже собирались уходить?

Уилла ненавидела, когда люди меняли свои планы, но умение приспосабливаться к любым обстоятельствам было необходимым качеством в ее профессии. Сделав глубокий вдох, она, словно пловец, нырнула в толпу и начала пробираться к Элиасу на тот случай, если ему вдруг понадобится помощь во время его импровизированной речи.

Продвигаясь вперед, она одновременно смотрела по сторонам, оценивая потенциальные проблемы, и случайно задела кого-то плечом.

— Прошу прощения, — автоматически извинилась она.

В следующий момент у нее перехватило дыхание. Это был Гаррет Хардвелл.

— Ничего, все в порядке, — сказал Гаррет.

Он хотел что-то добавить, но Уилла даже не остановилась. Она была здесь на работе, а не в гостях.

Шум разговоров затих, когда Элиас поднял руку, а другой притянул к себе Кэти.

— Во-первых, — начал он, — мы хотели бы поблагодарить вас всех за то, что вы нашли время прийти сюда. Во-вторых, мы должны сделать одно объявление, оно очень важное, и вы внимательно его послушайте.

Эти слова вызвали удивленный шепот. Какое еще объявление собирался сделать старший Хардвелл на своей помолвке?

— И раз уж вы все собрались, — продолжал Элиас, — я хотел бы воспользоваться этим замечательным случаем, чтобы объявить о своей отставке.

В зале раздался общий вздох. Уилла посмотрела на Гаррета. Внук и правая рука Элиаса Хардвелла, похоже, был удивлен не меньше других.

— Всю жизнь я работал, чтобы сделать «Хардвелл ранчо» успешным предприятием. Теперь я старик. — Элиас поднял руку, останавливая возможные возражения. — Настало время уступить место следующему поколению. Мы с Кэти уходим на отдых и переезжаем в Аризону, оставляя наш бизнес, как я надеюсь, в хороших руках.

Уилла снова посмотрела на Гаррета. Как заместитель Элиаса, он вполне мог претендовать на место хозяина ранчо. Ему уж точно ничто не могло помешать. И все же она была удивлена, что Элиас выбрал именно этот день, чтобы объявить о своей отставке. Ее безупречно спланированная вечеринка грозила обернуться катастрофой. По опыту она знала, что всякого рода семейные собрания несут в себе скрытое напряжение — особенно когда в этом замешано миллионное состояние. Может, включить музыку? Но она знала, что Элиасу не понравится, если его речь прервут. Оставалось только молить Бога, чтобы все поскорее закончилось.

Отставка. Гаррет этого не ожидал. Несмотря на то, что Элиас был далеко не молод, он продолжал активно работать. Вероятно, встреча с Кэти изменила его планы, но кто мог его за это винить? После смерти его первой жены, бабушки Гаррета, прошло более двадцати лет. Дайана никогда не будет забыта, но сегодня здесь собрались почти все Хардвеллы, чтобы пожелать счастья Элиасу и Кэти.

Гаррету было приятно встретиться с братьями и сестрами, давно разлетевшимися по стране, но заявление Элиаса смущало. Сюрпризов Гаррет не любил, потому что они всегда выбивали его из колеи и привычного ритма жизни.

Что это могло означать для ранчо?

На этот счет у них не было никаких разговоров. Не собирался ли старый хрен объявить, что ранчо достанется его отцу, дядьям и теткам, которые делали карьеру в других городах и уже приближались к пенсии?

Гаррет усмехнулся. Если подумать, он был единственным из возможных наследников. Он работал на ранчо много лет, практически с тех пор, как стал подростком.

Гаррет посмотрел на своего деда, который снова поднял руку, призывая к тишине.

— Более того, — продолжал Элиас, — хотя я навсегда останусь частью «Ранчо Хардвелл», мне больше не нужно извлекать из этого выгоду. У меня и так достаточно денег. Поэтому я оставляю ранчо и все его имущество в руках моих внуков.

Внуков? Гаррет ожидал услышать только свое имя. Он оглядел комнату. У всех его братьев и кузенов были потрясенные лица. Их было не меньше дюжины, но на ранчо работал только он один — Гаррет. Он был правой рукой Элиаса почти двадцать лет.

Конечно, дело было не в деньгах. Просто он не хотел, чтобы его поставили в положение, когда ему придется работать на одного из своих братьев. Гаррет смотрел на Элиаса, надеясь поймать его взгляд, но тот явно избегал этого, наслаждаясь произведенным эффектом.

— Чтобы получить право на свою долю, — продолжал сбрасывать бомбы Элиас, — каждый из моих внуков должен будет полгода проработать на ранчо и доказать, что имеет право на получение прибыли.

В зале раздался ропот. Гаррет замер. В следующий момент ему удалось наконец поймать взгляд Элиаса.

— А ты, Гаррет, — сказал Элиас, — мой главный партнер и следующий по званию в этом бизнесе, — ты получишь пятьдесят один процент…

— И что? Я буду работать так же, как все? Без проблем. Я этим давно занимаюсь. С тех пор, как мне исполнилось четырнадцать.

Элиас усмехнулся, и Гаррет понял, что ему дорого придется заплатить за эти слова.

— Боюсь, что от тебя потребуется немного больше. Ты получишь свой пятьдесят один процент только в том случае, если ты… — Элиас сделал эффектную паузу, — остепенишься и женишься. И поверь, очень скоро.

Гаррет сделал глоток из бокала, чтобы промочить пересохшее горло, и закашлялся. Десятки пар глаз с любопытством уставились на него.

— Что ты сказал? — хрипло спросил он.

Все взгляды опять переместились на Элиаса.

— Ты меня слышал, Гаррет.

Взгляды гостей — словно зрителей на теннисном матче — снова вернулись к Гаррету. Слова он слышал, да только не мог их усвоить, пребывая в оцепенении, как во время кошмарного сна.

— Ну и когда наступит этот большой день, братишка? — услышал Гаррет за спиной голос Уэсса, его старшего брата, опрокинувшего в себя уже немало стаканов скотча и успевшего явно здорово набраться.

Гаррет откашлялся и, игнорируя этот вопрос, обратился к Элиасу:

— А мы не могли бы поговорить с тобой наедине?

Элиас пожал плечами.

— Разумеется, если ты этого хочешь, — сказал он и, шепнув что-то Кэти на ухо, направился к выходу.

Гаррет последовал за ним.

— И что, черт возьми, это было?! — спросил Гаррет, закрыв за собой дверь кабинета и повернувшись к Элиасу.

Когда дело касалось работы, они были скорее друзьями и партнерами, чем дедом и внуком, но сейчас Гаррет не был уверен, к какой категории их отнести.

Не отвечая, Элиас подошел к бару и достал два стакана и бутылку. Это был один из лучших сортов выдержанного виски с местной винодельни. Они выпили, как делали это не раз после работы, но сегодня Гаррет не ощутил никакой приятной расслабленности.

— Итак, что тебя беспокоит? — спросил Элиас. — Ты недоволен, что твои братья и кузены получат какую-то долю в бизнесе?

На «Ранчо Хардвелл» выращивали овец и крупный рогатый скот. Но основной доход им приносил другой род деятельности. Несколько лет назад они начали разводить и тренировать лошадей-чемпионов, которые теперь пользовались спросом по всему миру.

— Ты действительно думаешь, что меня беспокоят только деньги? — спросил Гаррет. Элиас усмехнулся.

— Ах да, еще брак. Это тебя беспокоит?

— Именно. Почему мне нужно жениться — обязательство на всю жизнь, — когда остальным положено лишь полгода работы? То, что я двадцать лет отдавал ранчо всего себя, свою кровь и пот, этого тебе недостаточно?

— Разумеется, я ценю, — сказал Элиас, — что все эти годы ты был рядом со мной. Работая в поле и участвуя в принятии решений, которые помогали нам сохранять лидерство. Поэтому я и решил оставить тебе контрольную долю. Но я вижу, по какому пути ты идешь. Работа, работа и работа. И это несмотря на то, что у нас есть компетентные менеджеры.

— Не вижу в этом ничего плохого.

— А как же личная жизнь?

— При чем тут личная жизнь?

Гаррет действительно не мог вспомнить, когда в последний раз брал отпуск. Время от времени он ездил на охоту и встречался с женщинами, но это были лишь романтические эпизоды, которые никогда не приводили ни к чему серьезному. Женщинам не нравилось, что в его жизни им всегда приходилось исполнять роль второй скрипки — после лошадей и рогатого скота.

— Я не хочу, чтобы ты думал только о бизнесе, — сказал Элиас. — Женись. И тогда ты получишь контрольный пакет акций. Любовь хорошей женщины и ее поддержка станет тебе бонусом.

Гаррет мысленно вернулся на годы назад. Его отец никогда не проявлял интереса к ранчо. Он начал изучать медицину — сначала в колледже, потом в университете, — после чего открыл частную практику в Хай Пайне. Гаррет, напротив, не любил город и все каникулы проводил на ранчо с бабушкой и дедушкой, а закончив школу, начал работать там. Ухаживал за скотом, менял ограждения, чистил конюшни и хранилища, прежде чем получил шанс попробовать себя в качестве помощника Элиаса. Успех их продукции на рынке, призовые лошади — вот что всегда было у него в приоритете. Поиск жены в этот список никак не входил.

— Но почему? — допытывался Гаррет. — Почему я должен жениться? Чтобы управлять ранчо, это не нужно. Твои требования не имеют никакого смысла.

Элиас тяжело вздохнул:

— Ты очень много работаешь, Гаррет. Не думай, что я этого не вижу. Но ты один. А я хочу, чтобы ты был счастлив.

— Не беспокойся обо мне. Я и так счастлив. — Гаррет допил остатки виски и налил еще. — Ты вмешиваешься в мою жизнь, и это мне не нравится.

— Каждый человек нуждается в поддержке, — сказал Элиас. — Не только в бизнесе, но и в жизни. Тебе нужна женщина, чтобы ты не остался один, как это едва не случилось со мной.

— Ты двадцать лет управлял ранчо после смерти бабушки. И неплохо с этим справлялся.

Увидев, как дрогнули губы Элиаса, Гаррет пожалел о своих словах. Иногда его язык работал быстрее головы.

— Да, — согласился Элиас. — Но это было нелегко. Я старался загрузить себя работой, чтобы заполнить пустоту, которая осталась в моей жизни после ее ухода. Невеселый период, надо сказать. Но я все же дождался. — Он показал пальцем на дверь, за которой шумела вечеринка: — Я дождался своей Кэти. Теперь, когда я ее нашел, я могу отступить в сторону. Я не хочу работать до последнего дня. И не хочу этого для тебя. Не хочу, чтобы на закате жизни ты остался жалким стариком, у которого нет ничего, кроме денег.

Гаррет уставился на него со смесью злости и восхищения:

— Ах ты, чертов манипулятор!

Элиас улыбнулся, но улыбка не дошла до его глаз.

— У тебя есть целый год, Гаррет. Найди женщину, которую ты полюбишь, женись, и тогда ты сможешь управлять ранчо и указывать другим, что им делать.

— А если я не женюсь? — спросил Гаррет.

— Тогда ты получишь ту же долю, что и остальные, а контрольный пакет получит кто-то другой.

— Кто?

Элиас пожал плечами:

— Пока не знаю.

— Может, Уэсс? — Гаррет любил своего старшего брата, но знал, что тот скорее понаставит кругом нефтяных вышек, чем будет заниматься делами ранчо.

— Только через мой труп, — твердо сказал Элиас и пошел к двери.

Из глубины дома доносились звуки музыки. Вечеринка оживилась.

— Над этим вопросом мне придется подумать.

Оставшись один, Гаррет налил себе еще виски. Жениться! Что за нелепая просьба. Но это была не просьба. Это был приказ.

И если Гаррет хотел управлять ранчо, на котором он проработал двадцать лет, ему придется подчиниться. Он разочарованно выдохнул. Найти женщину, влюбиться в нее, жениться… и все это за один год?

Дверь кабинета скрипнула. Вероятно, кто-то из братьев заскочил поболтать.

— О, прошу прощения. Я не знала, что здесь кто-то есть.

Гаррет улыбнулся, увидев в дверях Уиллу. Он знал, что она была организатором сегодняшней вечеринки. А также сестрой его друга и женщиной, с которой он однажды провел ночь. Почти десять лет назад. Он полагал, что на этом их отношения закончились, но вместо этого случилось обратное. Сколько бы он ни пытался забыть о ней, она не выходила у него из головы. Особенно после того, как Уилла уехала из города.

Жизнь вела их разными путями, которые лишь изредка пересекались. Он знал, что она была организатором этой вечеринки, и все же оказался не готов к тому, как сжалось его сердце, когда он ее увидел.

— Никакого беспокойства, — сказал он. — Пара минут тишины — это все, что мне было нужно.

— Все равно извини, что нарушила твое уединение. Я просто хотела взять отсюда кое-что для Кэти. — Она подошла к стеллажу и достала белую папку. Гаррет заметил на корешке надпись: «Лучшая свадьба в истории», что тут же напомнило ему о его проблеме.

Уилла внимательно посмотрела на него:

— Ты как… в порядке? Ну, после того, что там было.

Гаррет поднял стакан с виски:

— Я пью, чтобы забыть, как мой дед вмешивается в мою жизнь.

Уилла усмехнулась:

— Да, это было жестко, но почему бы не начать беспокоиться об этом завтра? А сейчас, если ты хочешь отвлечься, не разумнее было бы вернуться к гостям?

— А ты не боишься, что я испорчу тебе вечеринку? — спросил Гаррет.

Уилла положила папку на угол стола и прошла вглубь кабинета. Взгляд Гаррета неотступно следовал за ней, придирчиво отмечая детали. Светлые волосы, собранные в тугой узел, синее платье, вполне невинное — с длинными рукавами и небольшим вырезом, — но настолько точно повторяющее линии ее фигуры, что не оставалось почти никакого простора для воображения.

— Боюсь, конечно, — призналась она. — Если на вечеринке, которой я занималась, произойдет инцидент, это вряд ли улучшит мою профессиональную репутацию. Итак, скажи: ты действительно в порядке? Если нет, то я могу незаметно вывести тебя отсюда.

Гаррет кивнул, отдавая должное ее способности оценивать ситуацию.

— Благодарю за заботу, но я действительно в порядке. Просто меня слегка вывели из равновесия, вот и все.

Она рассмеялась.

— Понимаю. Самому завидному холостяку Эпплвуда наконец-то придется жениться.

Уилла все еще смеялась, но Гаррет не мог не заметить, что в ее глазах появилась тень. Усталость? Что-то другое?

— Думаю, что — да, придется, — сказал он. — Я слишком давно работаю на ранчо, чтобы гнуть спину на кого-то еще. И если, чтобы этого не случилось, необходимо жениться, то я это сделаю.

— Тебе нужно сделать вот что: скачать приложение сайта знакомств. Это быстро решит твою проблему. Там не нужно желать ничего особенного, просто просматривать анкеты понравившихся девушек.

Гаррет смотрел на Уиллу. Она была младшей сестрой его лучшего друга. Он давно ее знал. Дольше, чем многих других женщин. Тогда она была веселой девушкой, с которой он провел одну из лучших ночей в своей жизни. Впрочем, вряд ли она сама сохранила о ней столь радужные воспоминания.

Теперь она стала спокойной, элегантной, совершенно потрясающей женщиной. И совершенно несправедливой мишенью для эпплвудской фабрики слухов. Тогда как за Гарретом закрепилась репутация ответственного работника — и ночи, которые он когда-то проводил, пьянствуя в барах и развлекаясь с девицами, остались незамеченными местным обществом. Он знал многих женщин и многих забыл, но та ночь с Уиллой оказалась незабываемой.

Тогда он был глуп, незрел и слишком беспокоился, как могут повлиять на дружбу с Диланом отношения с его сестрой. И часто задавал себе вопрос, как изменилась бы его жизнь, если бы она тогда не уехала из Эпплвуда.

Уилла смотрела на него, подняв бровь. Она что-то сказала, а он не ответил, оставив повисшую в воздухе паузу.

Так о чем она там говорила? О приложениях?

И вдруг его осенило. Возможно, это была глупая идея — определенно глупая, — но все же он решил ее озвучить:

— А ты не хотела бы выйти за меня замуж?

На мгновение ее лицо застыло. Потом она моргнула:

— Ты это что… серьезно?

Серьезно ли? Элиас говорил о браке, но не сказал, что брак не может быть фиктивным. То, чего старый хитрец не будет знать, ему не повредит.

Гаррет изобразил на лице самую очаровательную из своих улыбок.

— Да, серьезно. А почему бы и нет?

Уилла прикусила губу. Давняя привычка. Хотя ему было уже за тридцать, это по-прежнему произвело на него тот же эффект.

— Извини, Гаррет, — сказала она, — но, похоже, ты выбрал не ту женщину.

— Почему? — спросил он. — Из-за Дилана? Или из-за того, что было между нами?

Мысленным взором он увидел себя с лопатой, копающего себе могилу. Все глубже и глубже. Возможно, он скоро достигнет шести футов и сможет лечь замертво. Так почему он продолжает настаивать?

— Гаррет, что было между нами, кроме одной ночи десять лет назад?

Он почувствовал себя идиотом. Конечно, прошло столько времени. Та ночь для нее ничего не значила. Он открыл было рот, чтобы сказать, что пошутил — или еще что-нибудь, но она его опередила.

— И да, из-за Дилана тоже. Ты же знаешь, как он обо мне беспокоится. Попробуй объяснить ему, что хочешь жениться на мне только затем, чтобы получить ранчо. И вообще брак — это не для меня.

— Так значит — нет?

Гаррет налил себе еще виски. Если так пойдет и дальше, то он выпьет всю бутылку, которая стоила не меньше нового «бугатти», задолжав Элиасу круглую сумму. И как я буду расплачиваться за нее, если потеряю ранчо? Гаррет задумался… и достал из бара еще один стакан.

Но Уилла отказалась.

— Я на работе, — сказала она.

— А я не хочу пить один.

— К счастью для тебя, по ту сторону этой двери полно людей, готовых с тобой выпить.

Гаррет покачал головой:

— А я не хочу с ними пить. Я хочу сидеть здесь и пить виски моего деда с моей будущей женой. — Он протянул ей стакан.

На этот раз она его взяла, но пить не стала.

— И не мечтай, — сказала она.

— Ты о чем? О браке или о виски?

— Без разницы.

— Ну ладно. Я ведь просто спросил.

— Никаких шансов. Поверь мне, брак это не шутка.

Гаррет усмехнулся:

— А все же почему ты не хочешь замуж? Пару лет назад ты почти дошла до алтаря. Разве брак, обязательства, семейный очаг — это не то, чего ты всегда хотела?

Он чувствовал, что попал в опасную зону, но продолжал копать. Если бы он не был так пьян, то промолчал и позволил бы ей вернуться к гостям. Его взгляд скользнул по ее лицу и опустился ниже. Брак, который он предлагал, был фиктивным — но, черт возьми, если эта идея не начинала ему казаться безумно привлекательной!

Ее рот скривился, и Гаррет знал, что это не от виски.

— Пфф… Томас, — выплюнула она имя своего бывшего жениха. — Это было… — она явно пыталась найти приличное слово, — то, о чем я всегда буду жалеть.

— Похоже, это не простая история, верно?

— Думаю, до тебя доходили слухи.

— Так… кое-что.

— Не стоит жалеть. Это скучно. Правда всегда скучна.

— Все равно хотелось бы ее узнать, — сказал Гаррет. — От тебя.

— Никогда. — Уилла поднесла стакан к губам — рубиново-красная помада не оставила на нем никаких следов — и одним глотком выпила все, что там было.

— Организатор свадеб и одновременно противник брака — интересное сочетание, — заметил Гаррет.

— Я — организатор мероприятий. Я педантична и аккуратна в деталях, и мой босс мною доволен.

Гаррет верил ей. Организованность и внимание к деталям — необходимые качества для людей ее профессии.

— Значит, решено? — спросил он. — А ведь ты действительно могла бы мне помочь.

— Боюсь, что нет, Гаррет.

Он достал последний козырь:

— Я заплачу тебе.

Ее губы сжались.

— Я не продаюсь.

— Если я выполню условие Элиаса, у меня будет куча денег. Ты можешь рассчитывать на любую сумму, которую сочтешь справедливой.

Она вздохнула:

— Меня нельзя купить, Гаррет.

— У каждого есть своя цена.

— Возможно, там, — она кивнула в сторону двери, — ты и найдешь кого-нибудь, кто согласится на твои условия.

Она поставила стакан на стол и повернулась, чтобы уйти, но он удержал ее за руку.

— Подожди…

Гаррет сделал глоток виски, отпустил ее руку и встал. Теперь их разделяло всего несколько дюймов заряженного пространства.

— Тебе не кажется, — медленно произнес он, — что между нами все же что-то есть?

Ее губы приоткрылись, и она едва заметно подалась вперед. На мгновение Гаррет ощутил легкий аромат ее духов и вместе с ним аромат той ночи с тихим шелестом листьев под легкими порывами ветерка… но потом она отстранилась.

— Знаешь, это просто глупо, — сказала она.

Гаррет пожал плечами, взял стакан и допил виски.

— Ну, если ты не хочешь ни выходить за меня замуж, пусть даже фиктивно, ни поцеловать, что было бы более реально, то мне, вероятно, лучше просто уйти отсюда.

Она усмехнулась:

— Ты прав, Гаррет. Придется, видно, тебе самому искать любовь всей своей жизни.

Глава 2

В ожидании утренней порции эспрессо Уилла нетерпеливо постукивала пальцами по столешнице, отделяющей комнату отдыха от кабинета. Когда остатки кофе выплеснулись в чашку, она, не добавив ни сахара, ни корицы, выпила его одним глотком. Горячая жидкость обожгла горло. Резко выдохнув, Уилла снова поставила чашку под дозатор и насыпала еще одну порцию зерен. Это утро было одним из тех, когда ей требовалась как минимум пара двойных эспрессо.

Уилла нажала на кнопку и окинула взглядом офис. Стол Мириам, их босса, стоял перед большим окном с живописным видом на деловой район Хай Пайна. В углах комнаты находились еще два стола — ее собственный, который был отсюда не виден, и стол Мэллори.

В офис вошла Мириам. Увидев Уиллу, она улыбнулась:

— Ну как ты сегодня?

Уилла подавила зевок.

— В порядке. Пара чашек эспрессо, и можно начинать день.

— Похоже, вечеринка удалась.

— Это точно.

Несмотря на то что у всех, кто там был, день начинался еще до рассвета, вечеринка затянулась допоздна. К счастью, обошлось без эксцессов. Уилла с успехом избегала Гаррета… или это он ее избегал? А потом, словно в отместку, еще полночи проворочалась с боку на бок. Что, конечно, не могло иметь отношения к их почти поцелую. Хотя, когда она закрывала глаза, то могла чувствовать, как его губы прижимаются к ее губам, как его кожа скользит по ее коже…

Воспоминания о той ночи всегда вызывали у нее сожаление, что она так внезапно уехала из города. В этом-то и дело, что ты продолжаешь сожалеть, говорила она себе. Нужно извлекать уроки, а не зацикливаться на чем-то одном. Нужно уметь отпускать прошлое. Вместо этого список ее сожалений и разочарований продолжал расширяться.

— Мне только что звонила Кэти. — Голос Мириам вернул Уиллу к действительности. — Она просто в восторге от вчерашнего вечера. Ты, как всегда, проделала отличную работу.

Уилла взяла вторую чашку эспрессо, на этот раз подождав, пока кофе остынет, прежде чем сделать глоток.

— Элиас и Кэти — замечательная пара, — сказала она, — с ними приятно работать. — Это была правда. Уилла любила таких клиентов, хотя не любила свадьбы. Но с боссом лучше было не спорить.

Уилла взяла свою чашку и вместе с Мириам прошла в рабочую часть офиса, где за своим столом уже сидела Мэллори.

— Это тебе, — сказала она, кивнув на стол в противоположном углу комнаты.

У Уиллы отвисла челюсть, когда она увидела на своем столе огромный букет в стеклянной вазе.

— Я за тебя расписалась. Там еще есть открытка.

— Должно быть, это от Кэти и Элиаса, — высказала предположение Мириам.

— У тебя хорошие клиенты, — сказала Мэллори, подмигнув Уилле.

Букет был составлен из роз — от нежно-желтых до светло-зеленых — с вкраплениями ярко-желтых лютиков, как зеркало отражающих своими маслянистыми лепестками падающий на них солнечный свет. Это была прекрасная композиция, но именно лютики притягивали взгляд Уиллы, пробуждая в ней давние воспоминания. В детстве она очень любила украшать свою комнату маленькими желтыми букетиками, что служило ей в некотором роде утешением, когда они с Диланом оказывались в очередной приемной семье.

Но она помнила и другой день. Когда они с Гарретом растянулись на одеяле среди полевых цветов в уединенном, поросшем высокой травой месте недалеко от ручья. Они смотрели на небо, разговаривали и не заметили, как день перешел в вечер, а потом и в теплую ночь со вкусом земляники и запахом старой кожи от мокрых ботинок… Нет, этот букет был явно не от ее клиентов.

— Это не от Кэти и Элиаса, — сказала Уилла, доставая из букета конверт с открыткой. Там было написано: «Выходи за меня замуж, Лютик».

— А от кого? — полюбопытствовала Мириам.

— От одного старого друга. — Уилла быстро положила открытку обратно в конверт и убрала в ящик.

— У твоего друга хороший вкус, — сказала Мэллори.

— Да, этого у него не отнимешь, — согласилась Уилла и вспомнила вчерашний вечер. Вспомнила, как Гаррет смотрел на нее. Его насмешливую полуулыбку, дерзкий взгляд зеленых глаз. И хотя она знала, что это была всего лишь игра, уловка, чтобы выполнить условие Элиаса, как близка она оказалась к тому, чтобы сказать ему «да»!

Уилла была довольна собой. Гаррет, конечно, великолепен — прямо голливудский герой с журнальной обложки, — но она не собиралась подвергать себя этой изысканной пытке, как бы он ее ни просил.

Мириам подошла к своему столу, открыла верхний ящик и вытащила оттуда несколько папок. Часть из них она отдала Мэллори, остальные — Уилле.

— Это тоже твои клиенты, — сказала она. — Все — свадьбы. Хватит до конца года. Думаю, ты будешь в восторге.

«О боже… опять свадьбы».

— А как насчет других мероприятий, которые у нас на очереди? — спросила Уилла. Съезды, выпускные вечера, родео, балы и гала-концерты — все, что составляло календарь городских мероприятий.

— Всем займется Мэллори. Ты у нас виртуоз по части свадеб. В этом деле с тобой никто не сравнится.

«И что теперь делать? Специально испортить кому-нибудь свадьбу, чтобы меня перевели на другие проекты?» — спрашивала себя Уилла, не смея озвучить эти слова перед боссом. Мириам — организатор ее собственной свадьбы — рискнула взять Уиллу к себе, когда та с одним чемоданом и еще нетронутой свадебной прической появилась в Хай Пайне без жилья и работы.

— Спасибо, — сказала Уилла. Она села за стол и начала просматривать папки своих будущих клиентов — информацию о счастливых парах, которые собирались принести друг другу клятву верности.

Все они казались приятными людьми, но Уилла не могла найти в них ничего для себя нового, вдохновляющего — что было плохим признаком для организатора свадеб. Да-да, говорила себе она, теперь ты организатор свадеб, а не организатор мероприятий.

Уилла отодвинула папки в сторону и допила свой остывший кофе. Потом достала из сумочки телефон — сначала чтобы найти фотографии, которые она сделала на вечеринке, и, отправив их Мириам, прокрутила ленту с фото еще немного назад.

Там было несколько снимков большого особняка, расположенного примерно на середине на границе Эпплвуда и Хай Пайна. С тех пор как Уилла узнала, что когда-то этот особняк принадлежал ее семье, она мечтала купить его, отремонтировать и превратить в гостиницу. Она поделилась своими планами с Томасом, что оказалось роковой ошибкой. После их неудавшейся свадьбы Томас написал ей письмо, в котором сообщал, что теперь дом принадлежит ему, и если она по-прежнему хочет его купить, то ей придется заплатить за него двойную цену.

Уилла отложила телефон и вернулась к папкам. Ей просто нужно продолжать работать, откладывать деньги, и тогда ее мечта сбудется. Она никогда не была мнительной и верила себе.

Но букет не давал ей сосредоточиться. Абсурдное предложение Гаррета «Выходи за меня замуж, Лютик» эхом отдавалось у нее в голове. Он даже предложил ей деньги — что вчера она сочла оскорбительным, — но теперь поняла, что эта записка очень просто изменит ее жизнь. Она могла бы купить у Томаса особняк, уволиться с работы, которая не приносила ей радости, и заняться тем, что ей действительно нравилось.

Что же касается Гаррета… Уилла вспомнила жар, который вспыхнул между ними вчера вечером. Он взял ее за руку, и она тут же оказалась в том времени, когда была влюблена в него. Но тогда он оттолкнул ее, не зная, как на их общение мог отреагировать ее брат. И, не желая быть связанным с девушкой, которая все равно скоро уедет в колледж.

Тот случай разбил ей сердце, но воспоминания о той единственной ночи под звездами по-прежнему волновали Уиллу. Никакой другой мужчина никогда не вызывал в ней таких чувств. А после фиаско с Томасом она и вовсе решила, что брак не для нее. Хотя, вспоминая о той ночи, она нередко думала и о том, что могло бы случиться, если бы она не уехала через несколько дней в колледж.

Однако не было смысла ворошить прошлое. Возможно, это и к лучшему, что все так сложилось. Она училась, и у нее не оставалось ни сил, ни времени, чтобы посвятить себя серьезным отношениям.

Уилла закрыла папку, которая принадлежала ее счастливым клиентам, и снова посмотрела на фотографию старого особняка. Согласилась она вчера вечером или нет, Гаррет все равно предложил ей способ получить то, что она хотела.

Уилла вытащила из букета маленький цветок лютика и повертела его между пальцами.

«Выходи за меня замуж, Лютик».

Гаррет потрепал кобылу по холке и посмотрел на Дилана:

— Ну как у нее дела?

Дилан улыбнулся:

— Великолепно. Ветеринар только что ушел. Сказал, что через пару недель можно будет ей дать короткую пробежку.

— Торопиться нет смысла.

— Конечно, совершенно с тобой согласен, — произнес Дилан.

Гаррет улыбнулся и провел ладонью по шелковистой шкуре лошади, которая в ответ на ласку мягко ткнулась ему в щеку. Лошадь была скаковой, родилась и прошла тренинг на ранчо Хардвеллов. После полученной на скачках травмы Гаррет выкупил ее у владельца, узнав, что тот собирается отправить ее на скотобойню. Теперь животное было на пути к выздоровлению. Конечно, она больше никогда не будет участвовать в соревнованиях, но при наблюдении опытного ветеринара можно было надеяться на успешную реабилитацию.

— Ох, и вечеринка же вчера была, — потирая лоб, пробормотал Дилан.

Гаррет поморщился. Утром он проснулся с ощущением такого похмелья, какого у него давно не было. В кабинете Элиаса он выпил бутылку виски, а потом еще несколько стаканов пива с Диланом. Пока вокруг продолжалось веселье, они вдвоем сидели во внутреннем дворике, обсуждая доступные Гаррету варианты. Кроме брака с его сестрой, конечно.

Пока Дилан заводил лошадь в конюшню, Гаррет задумчиво обвел взглядом раскинувшиеся перед ним акры.

— Вчера мы были заняты моей проблемой, — сказал он, — но проблемы могут возникнуть и у тебя — ты ведь здесь управляющий. Будут ли мои братья тебе подспорьем?

— Работа, конечно, для них найдется, — сказал Дилан. — Но я знаю твоих братьев — изнеженные горожане. Так что на реальную помощь я, разумеется, не рассчитываю.

Гаррет улыбнулся, представив себе эту пеструю компанию из его братьев и кузенов, которые, скорее всего, будут только путаться под ногами.

— А ты не мог бы им предложить какую-нибудь нормальную работу?

Дилан рассмеялся.

— Ты прав. Ведь надо же кому-то чистить конюшни, верно? И вряд ли этим кем-то буду я.

— Не думаю, чтобы ты хоть раз это делал. В последние годы, разумеется.

— Ах ты, руководитель! — Дилан со смехом толкнул Гаррета плечом. — Мы только тогда и видим тебя, когда ты говоришь, кому что делать.

Дилан работал на ранчо столько же, сколько и Гаррет, и был его лучшим другом и самой надежной опорой, хотя с тех пор, как кому-то из них приходилось чистить конюшни, прошло немало лет. Теперь они занимались совсем другими вещами.

Гаррет покачнулся, слегка потеряв равновесие, и рассмеялся. Если из нелепых условий Элиаса можно было извлечь какую-то пользу, то разве что понаблюдать за братьями, которые скоро соберутся на ранчо, чтобы отработать свои шесть месяцев. Для некоторых из них это могло оказаться настоящим культурным шоком. Гаррет представил себе Уэсса, городского пижона, таскающего тюки сена. И Ноя — рафинированного эстета, который жил в пляжном домике в Калифорнии среди своих гравюр, — за починкой седел.

— Ну, и что там с твоей помолвкой? — спросил Дилан. — Есть какие-нибудь свежие идеи?

Гаррет вздохнул:

— Не знаю.

Он подумал о цветах, которые подарил Уилле. Интересно было бы посмотреть на ее реакцию. Он сделал ей предложение под влиянием импульса, но идея действительно была неплохой. Жаль, что она не согласилась. Хотя, возможно, еще оставалась надежда.

— Я слышал, что есть такое приложение для знакомств, — сказал Гаррет. — Хотя сомневаюсь, что это подходящий способ для предложения руки и сердца.

— Твое предложение может звучать так: богатый владелец ранчо черной масти с повышенной шерстистостью ищет жену, чтобы стать еще богаче.

Гаррет фыркнул:

— Не вариант.

— А как тогда насчет традиционного способа? — сказал Дилан. — Познакомиться с красивой женщиной — в галерее, в кафе, на улице, — начать встречаться, влюбиться и, наконец, жениться.

Гаррет вспомнил женщин, с которыми он встречался. Все они были красивыми, но никаких романтических чувств в нем не пробуждали. Одни казались ему слишком напыщенными, другие слишком приторными, третьи… Короче, любая ярко выраженная черта — хорошая или плохая, довольно скоро начинала его раздражать.

— У меня просто нет времени на свидания, — сказал Гаррет. — А все это надо сделать быстро. До того, как Уэсс или кто-то еще начнет тут командовать.

— Да, это был бы еще тот день, — проворчал Дилан. — А может, Элиас просто блефует?

Гаррет покачал головой:

— Не блефует. Сегодня утром здесь был его адвокат с документами. Может, старик и чокнулся, но его требования юридически оформлены. Что мне нужно, так это женщина, которая мне нравится — это не обязательно должна быть любовь, — и которой я могу доверять. — Перед его глазами тут же возник образ Уиллы. — Вот если бы твоя сестра согласилась…

— Уилла? — Дилан нахмурился. — Ну ты, конечно, и вспомнил момент. В тот день я надрал бы тебе задницу, за то что ты осмелился приударить за моей сестрой.

Да, интуиция его не подвела, подумал Гаррет. Если бы Дилан узнал, что произошло между ним и его сестрой десять лет назад, он был бы взбешен.

— Я так и думал. Но все равно лучше просто договориться. Чтобы это был не брак, а деловое соглашение.

— Думаешь, Элиас на это купится?

Гаррет вздохнул:

— Не знаю. Он неглуп. Его трудно провести.

— Все же советую для начала попробовать старый способ, — предложил Дилан. — Заглянем-ка мы сейчас в «Лонгхорн».

Гаррет уныло кивнул:

— В «Лонгхорн» так в «Лонгхорн»… — Это был один из популярных баров Эпплвуда. Телефон Гаррета зазвонил.

— Слушаю, — сказал он.

— Гаррет?… — Номер был незнакомый, но этот голос он все равно бы узнал. Гаррет покосился на Дилана, но тот был занят лошадью. — Да. Что там у тебя?

— Не помешала?

Гаррет отошел в сторону и отвернулся.

— Нет-нет, просто я немного занят… Так что я могу для тебя сделать?

— Я тут подумала… Короче, сегодня я приеду в Эпплвуд — нам с Кэти нужно кое-что обсудить, а потом… мы не могли бы с тобой встретиться?

— А что такое?

— Извини, но мне бы не хотелось обсуждать это по телефону.

— О, теперь я заинтригован. Может, ты звонишь, чтобы сказать, что согласна выйти за меня замуж?

— Я звоню, чтобы пригласить тебя поужинать.

Гаррет тут же представил себе романтический ужин при свечах, во время которого они смогут обсудить детали их сделки.

— Хорошо. Где и когда?

— В закусочной «У Пэтси». В шесть.

— «У Пэтси»… — В его голосе прозвучало сомнение. — Это все же не высший класс.

— Но там хорошо кормят.

— Да, я это знаю наверняка, — согласился Гаррет.

— Значит, в шесть «У Пэтси»?

— Договорились.

Глава 3

Попрощавшись с Кэти, Уилла села в машину и отправилась на встречу с Гарретом. Несмотря на то что в Эпплвуде жили одни из самых богатых владельцев ранчо, которые могли позволить себе самые дорогие рестораны, в закусочной Пэтси целый день не иссякал поток посетителей. Уилла не была здесь с тех пор, как два года назад уехала из Эпплвуда, но от одной мысли о ее знаменитых чизбургерах у нее потекли слюнки. Она много путешествовала — и далеко и близко, — но таких чизбургеров не ела нигде.

Войдя в закусочную, Уилла окинула взглядом переполненный зал и не сразу заметила Гаррета. Он сидел спиной ко входу, и она увидела его только тогда, когда посмотрела в настенное зеркало. К счастью, ему удалось занять столик в углу, что давало хоть какое-то подобие уединения. Уединение в Эпплвуде? Удачи тебе, пожелала себе Уилла, уже поймав несколько любопытных взглядов.

Когда она подошла к столику, Гаррет сидел наклонясь к телефону, его палец завис над ее фотографией на пляже. Уилла вспомнила, что недавно выложила это фото в одном из своих профилей в соцсетях.

— Что-нибудь понравилось? — спросила она.

Гаррет вздрогнул и поднял голову.

— Я просто…

— Это полосатое бикини — одно из моих любимых.

Гаррет улыбнулся и снова посмотрел на фотографию.

— Выглядит стильно. — Он встал и, как положено джентльмену, выдвинул для нее стул. — Ну как, проголодалась?

Чтобы успеть на утреннюю встречу с Кэти, Уилла пропустила завтрак, проглотив по дороге только протеиновый батончик.

— Просто умираю. Весь день думала о чизбургерах.

— Что ж, тебе повезло. — Гаррет протянул закатанный в ламинат листок. — Чизбургер все еще в меню.

Мало того что там был чизбургер, но и само меню выглядело так же, как и в то время, когда Уилла, копя деньги на колледж, работала здесь официанткой. Удивительно, но даже цены остались прежними.

В ту же минуту к их столу, плавно покачивая бедрами, подошла пышная блондинка.

— Ну наконец-то! — воскликнула она. — Что привело тебя к нам, прекрасная Уилла, да еще с таким кавалером?

— Привет, Пэтси, — сказала Уилла. — Я теперь редко бываю в Эпплвуде.

— Но для Гарри Хардвелла это не может служить оправданием. — Темные глаза Пэтси смотрели на него с укором. — Где ты пропадал столько времени, красавчик?

— Прости, Пэтси. Работа. Думаю, мне следует бывать здесь почаще.

Пэтси удовлетворенно кивнула:

— Конечно, следует. И вы сегодня здесь вместе? — спросила она.

— Просто короткая встреча за чизбургерами, — сказала Уилла.

— Надеюсь, не слишком короткая. Надеюсь, вы здесь потому, что Уилла скоро станет твоей невестой, не так ли, Гаррет?

— Что?! — воскликнули они одновременно.

Пэтси понимающе улыбнулась.

— Я слышала, какое заявление сделал Элиас на своей вечеринке. Об этом все говорят.

Гаррет закатил глаза.

— Да, слухи здесь…

— Распространяются как лесной пожар, — закончила за него Уилла.

Пэтси добродушно рассмеялась.

— Что ж, приятно было вас увидеть. Так с чего начнем?

— Я хотела бы чизбургер и картофель фри, — сказала Уилла. — И шоколадный коктейль.

Пэтси посмотрела на Гаррета.

— Мне то же самое.

— Не помню, чтобы Пэтси сама обслуживала столики, — сказала Уилла, когда хозяйка заведения, приняв заказ, величественно уплыла в сторону кухни. — Даже когда я здесь работала, она уже этим не занималась. Ты сидишь спиной к залу, поэтому не видишь, как на нас тут смотрят.

— Смотрят потому, что мы красивая пара, — улыбнулся Гаррет.

— Никакая мы не пара.

Гаррет накрыл ладонью ее руку.

— Пока нет. Но скоро будем, не так ли?

Уилла отдернула руку. Она не собиралась поддаваться чувствам. Это было финансовое соглашение и не более.

— Но пока — нет, — строго сказала она.

Гаррет покачал головой:

— Ты злая. Почему бы не дать людям повод для разговоров? Не скрасить однообразие их серых будней?

— Если мы завтра не попадем на первую полосу «Эпплвуд Трибьюн», я буду удивлена.

— Не заносись. Конечно, люди заинтригованы, но только благодаря моему деду и его нелепым требованиям. Так что максимум, на что мы можем рассчитывать, — это на пару строчек на четвертой странице. — В его улыбке было так много интриги, что ей трудно было на нее не ответить.

— Думаешь, все это из-за Элиаса? — спросила она. — А может, из-за того, что ты самый завидный холостяк в городе, а я та самая дура, что сбежала с собственной свадьбы?

— Не драматизируй. С тех пор прошло два года. Вряд ли кого-то это еще волнует.

Уилла вздохнула. Она не хотела обсуждать с ним эту тему. Она вообще ни с кем не хотела ее обсуждать. Но в компании Гаррета легко было выболтать что угодно.

— Почти на каждой свадьбе, которой я занимаюсь, мне приходится слышать глупые комментарии и вопросы типа: «Ну что, Уилла, невеста все еще здесь?» Как будто меня нанимают только для того, чтобы лишний раз унизить.

Гаррет с сомнением покачал головой.

— Думаешь, я лгу? — спросила она. — Хотелось бы знать, есть ли на свете город, где сплетничают больше, чем в Эпплвуде.

— Может, ты и права, — задумчиво проговорил Гаррет. — С некоторых пор я действительно чувствую себя словно под микроскопом. — Он вспомнил слухи, которые поползли по городу после того, как Уилла бросила своего жениха прямо у алтаря. — Не знаю, почему ты сделала то, что ты сделала, но, вероятно, для этого были причины.

— Да, — тихо сказала она. — Были.

— Я не был на твоей свадьбе, но кое-что слышал.

— Извини, что не пригласила.

— Не извиняйся. Не могу представить, чтобы кто-нибудь пригласил на свою свадьбу своего бывшего любовника.

Его веки были опущены, но когда он посмотрел на нее, в его глазах словно что-то вспыхнуло. И снова она оказалась там, где трава, цветы, ручей, падающие звезды и Гаррет — сначала рядом, потом сверху… много, много лет назад.

Момент нарушила Пэтси, вернувшись к их столику с двумя запотевшими стаканами с цветными трубочками. Уилла уже не помнила, когда последний раз пила этот коктейль. Пока она была с Томасом, ей приходилось считать каждую калорию и забыть о холодном сливочном лакомстве, которое она так любила. Обхватив губами соломинку, Уилла закрыла глаза. Коктейль был восхитительным и именно таким, каким она его помнила. Открыв глаза, она встретилась взглядом с Гарретом.

— Итак, — сказал он, — мы говорили…

Они говорили о том, что она не пригласила его на свою свадьбу. Но Уилла не хотела возвращаться к этой теме.

— Мы говорили о том, что ты чувствуешь себя словно под микроскопом, когда все вокруг знают, что тебе нужно найти себе жену.

Его глаза сузились. Ему хотелось вернуться совсем к другой теме, но он не стал спорить.

— Да, — сказал он. — И мне нужна помощь. Я не хочу потерять контроль над ранчо, но не так просто найти подходящую женщину. Да еще за такой короткий срок.

Еще один глоток коктейля мягко скользнул по ее горлу.

— Думаешь, год — это мало? Если сосредоточиться и…

— Тут есть один момент, — перебил ее Гаррет.

— Какой?

— Мне не нужна жена.

— Но…

— Никаких долгосрочных обязательств. Я хочу выполнить поставленное мне условие и на этом закончить. Все эти отношения с их ловушками и компромиссами — это не для меня. Думаю, ты это можешь понять.

— Ну да, учитывая мое прошлое, — сказала Уилла. — Но ведь не всегда так бывает.

— Причины могут быть разные, но результат один. Ты — сестра Дилана, ты знакома с жизнью на ранчо. И знаешь, что это такое. Работа, работа и работа. Ни на что другое у меня просто нет времени. Ну скажи, какая женщина захочет быть на втором месте после лошадей и парнокопытных?

— Это верно, — согласилась она.

— Вот почему жена мне не нужна.

Уилла сделала еще пару глотков коктейля, чтобы дать себе время собраться с мыслями. Женщина в тени мужчины — знакомая ситуация, она уже в ней побывала. Пока не наступало время появиться на официальном мероприятии или развлечь за ужином потенциальных избирателей, Томас ее практически не замечал. Разорвав их отношения, Уилла дала себе слово больше никогда не попадать в эту ловушку. И вот теперь Гаррет предлагал ей практически то же самое. Но здесь еще были деньги. Деньги, которые он собирался ей заплатить. И будущее, которое она себе рисовала.

— Хорошо, — сказала Уилла. — Я в игре.

Гаррет щелкнул пальцами.

— Я так и думал.

Она усмехнулась:

— Откуда такая уверенность? И почему ты остановил свой выбор на мне? В Эпплвуде немало женщин.

— Во-первых, — сказал Гаррет, — я тебя знаю и могу доверять. Во-вторых, несмотря на наше прошлое или — наоборот — благодаря ему, никто из нас не хочет настоящих отношений. Деловое соглашение и ничего больше — это то, что мне нужно.

— И как это будет выглядеть? Мы отправляемся в мэрию, расписываемся, а потом просто аннулируем брак?

Гаррет покачал головой:

— Не так просто и не так быстро. Мы не можем сразу объявить, что помолвлены. Сначала нужно показать, что мы встречаемся. Нужно убедить Элиаса, что все это серьезно. На это уйдет не меньше года. Иначе он не клюнет. Наша встреча на вечеринке — хороший повод начать отношения. — Он сделал пальцами жест, заключив последнее слово в кавычки.

Она рассмеялась:

— Невероятно! Ты хоть понимаешь, что весь твой план в один прекрасный момент может просто рухнуть? Чем дольше он будет присматриваться, тем больше вероятность, что у него возникнут подозрения.

Гаррет даже не улыбнулся.

— Согласно требованиям Элиаса, я не обязан жениться — у меня есть свобода выбора. Но мы знаем, что свобода выбора не означает отсутствие последствий. Последствием в данном случае будет то, что я не смогу получить контрольный пакет. Если я не женюсь, то это гарантировано. Значит, я должен хотя бы попытаться.

Уилла задумалась, потом кивнула:

— О’кей.

— Мы должны постараться, чтобы все выглядело убедительно. Что означает ходить на свидания и проявлять друг к другу нежные чувства. — Он сделал паузу. — И еще. В какой-то момент тебе надо будет переехать ко мне.

— Переехать к тебе?

— Это будет лучшим доказательством, что у нас действительно все серьезно.

У нее пересохло в горле, и она сделала еще несколько глотков коктейля.

— Ну а потом? — спросила она. — Сколько мы должны быть женаты?

— Думаю, что, по крайней мере, год.

— То есть получается, что это двухлетнее обязательство? — Только сейчас до нее дошло, на что она подписалась. Но разве она не могла пожертвовать двумя годами ради будущего?

Гаррет кивнул:

— Ты все еще заинтересована?

Когда Уилла не ответила, он наклонился к ней через стол.

— Конечно, ты можешь отказаться. Но если согласие все же возможно, скажи об этом сейчас.

Ее пронзила короткая вспышка беспокойства. Его волновало только одно — получит ли он свое ранчо.

— Уилла?…

— Я никогда не отказываюсь от своих слов, — сказала она.

— Спасибо. — Гаррет откинулся на спинку стула и улыбнулся. — Итак, мы решили, что это будет деловым соглашением. Я предложил тебе деньги, ты — отказалась. И все же я настаиваю. Я получаю ранчо, ты — финансовое вознаграждение. По-моему, так будет справедливо.

Уилла была благодарна, что он сам заговорил о деньгах.

— Согласна.

Эти деньги могли бы решить многие ее проблемы. Например, можно погасить долги, которые остались у нее после неудавшейся свадьбы с Томасом. Или купить особняк и сделать там ремонт.

— Назови свою цену.

К этому Уилла была не готова. Она думала, что Гаррет сам предложит какую-то сумму, после чего начнутся переговоры.

— Скажем… — Она назвала ровно столько, сколько требовалось, чтобы купить особняк, отремонтировать его и открыть в нем гостиницу. Сумма была внушительная, но Гаррет и глазом не моргнул.

— Договорились.

— Вот так просто? — удивилась она, ошеломленная тем, с какой легкостью богатые люди расстаются с деньгами.

Гаррет отодвинул в сторону стакан и, слегка наклонив голову, посмотрел на нее долгим взглядом.

— Что ж тут сложного? — спросил он. — Может, ты хотела от меня чего-то еще?

Их взгляды встретились. О да. Только к деньгам это не имеет никакого отношения.

Уилла заставила себя отвести взгляд. Ей казалось, что на них все смотрят. Она даже знала, о чем они перешептываются.

После фиаско у алтаря прошло уже два года, но куда бы ни пошла, она чувствовала на себе эти взгляды. Слышала за спиной шепот, но делала вид, что не обращает внимания, и высоко держала голову. Оправдываться было бесполезно. Люди уже сделали свой выбор. Это была история Томаса, которой они поверили.

И если брак с Гарретом отвлечет внимание от ее прошлого, что ж, это будет приятным бонусом.

— Конечно, дело не только в деньгах, — сказала Уилла. — Мне бы хотелось, чтобы все наконец забыли о той истории. Будет неплохо, если у них появится новая тема для обсуждения.

Гаррет кивнул:

— Понимаю.

В повисшем между ними молчании гул голосов и звон приборов показался Уилле оглушающим. Она не знала, чем заполнить его. К счастью, в этот момент Пэтси принесла их чизбургеры.

— Детали оплаты, — сказал Гаррет, когда Пэтси отошла от их столика, — мы обсудим после того, как ранчо перейдет в мои руки. — А сейчас я могу предложить тебе только искреннюю благодарность.

— Принято.

Ее рука потянулась к чизбургеру, но замерла на полдороге.

— А что насчет Дилана? — Вряд ли он будет рад узнать об их отношениях — фальшивых или нет.

Гаррет задумался.

— Не хотелось бы ему лгать, но и правду сказать нельзя. Нельзя допустить, чтобы это просочилось наружу.

— Разве мы не можем ему доверять? — спросила Уилла. — Я уверена, Элиасу он ни за что не скажет.

— Я знаю. Но он очень привязан к старику. Я не хочу просить его лгать, чтобы прикрыть меня. Ему это будет тяжело. Да и Элиас может догадаться. Лучше, если он вообще ничего не будет знать.

Уилла покачала головой:

— И все же в какой-то момент мы должны ему сказать. Не знаю, как он отреагирует, но мне нужна его поддержка. Я не такая, как ты. Я не из большой любящей семьи, где все готовы постоять друг за друга. У меня было трудное детство, и Дилан — это все, что у меня есть.

Гаррет вздохнул.

— Извини, что не подумал об этом. Я не хочу вставать между вами. — Он дотронулся до ее руки. — Но мы как-нибудь с этим разберемся по ходу дела. Обещаю.

— Ну хорошо, — согласилась Уилла. — Посмотрим на его реакцию, а там будет видно.

— Что ж, разумно. — Гаррет повернул голову и посмотрел на трех женщин за соседним столиком, с любопытством смотревших в их сторону. — Давай подкинем этой компании побольше пищи для разговоров.

Он улыбнулся и взял ее за руку. Уилла почувствовала, как по ее коже побежали мурашки. Ей захотелось перегнуться через стол и поцеловать его. О черт! Она отдернула руку и заставила себя выпрямиться. Они заключили сделку всего двадцать минут назад. И если простое прикосновение считать показателем, то следующие два года могли закончиться для нее катастрофой.

Глава 4

Было еще рано, когда Гаррет вошел в кухню главного дома — Кэти готовила завтрак, и в воздухе витал аромат кофе, — и мысленно добавил в список дел поиск нового повара, который им понадобится, когда Элиас и Кэти отправятся в Аризону.

Дом принадлежал семье Хардвелл на протяжении нескольких поколений, и, хотя сантехнику меняли уже не раз, деревянные полы, пусть и изрядно потертые, оставались еще со старых времен. Элиасу нравился такой стиль. Пол — это история дома, говорил старик, и Гаррет был с ним полностью согласен.

Однако теперь весь пол в комнатах был заставлен многочисленными коробками. Кэти и Элиас уже начали собирать вещи. От мысли, что их скоро здесь не будет, Гаррету стало грустно. Это означало конец целой эпохи. И начало новой, когда вся ответственность за ранчо ляжет на его плечи. Конечно, при условии, что он найдет себе жену. Но теперь это уже не представляло проблемы. Теперь у него была Уилла.

В просторной светлой кухне все оборудование было почти промышленного размера. Работники ранчо, как одна большая семья, вместе работали, вместе ели и вместе отдыхали, что в немалой степени способствовало успеху всего дела.

Из кухни Гаррет заглянул в столовую. Несколько работников уже сидели за большим дубовым столом — тем самым, который появился здесь, когда бабушка и дедушка Элиаса стали владельцами поместья. Каждое утро Кэти готовила обильный завтрак, который включал в себя фрукты и несколько блюд из яиц, овсянки и мясного ассорти. Утро было самым спокойным временем на ранчо, когда, заправляясь яичницей с беконом, можно было подумать о наступающем дне и предстоящей работе.

Поздоровавшись со всеми, Гаррет взял кофейник и налил себе кофе. В столовую вошел Дилан и тоже достал из буфета чашку.

— Может, выйдем на крыльцо? — предложил Гаррет, наливая ему кофе. — Надо поговорить.

— Ну что там у тебя? — спросил Дилан, сев на ступеньку.

Гаррет замялся:

— У меня появилась одна идея, но нужно твое разрешение.

— Я что, как-то могу на тебя повлиять? — удивился Дилан. — Зачем тебе мое разрешение?

— Видишь ли, — начал Гаррет, — я хотел бы попросить Уиллу составить мне компанию на благотворительном вечере.

Чашка Дилана замерла на полпути ко рту.

— Уиллу? Почему Уиллу?

— У меня сейчас нет подружки, вот я и подумал, может, Уилла меня выручит?

— Чисто по-дружески, так что ли? — хмыкнул Дилан.

— Вроде того.

— И откуда взялась эта идея?

— Мы тут случайно встретились на вечеринке, ну я и подумал…

Дилан молчал. Гаррет не знал, как прочитать бесстрастное выражение, появившееся на лице его друга.

— Ты ведь слышал про ту историю у алтаря? — наконец спросил Дилан. — И через что ей потом пришлось пройти?

— Что-то слышал… Но ты ведь знаешь, я не интересуюсь сплетнями. Я всегда был крайне далек от этого.

— Не хочу, чтобы с ней опять что-нибудь случилось.

— Брось. Что может с ней случиться?

— Не знаю. Но мне нужно, чтобы ты знал, что я не буду сидеть сложа руки и смотреть, как кто-то ее использует.

Гаррет был оскорблен.

— Какого черта… ты же мой друг. Неужели ты так обо мне думаешь?

— Да, я твой друг. Поэтому я знаю тебя лучше, чем ты сам. И я знаю, сколько у тебя было женщин.

Этого Гаррет отрицать не мог. В молодости он был изрядным донжуаном.

— Но ты же знаешь, что я изменился.

Какое-то время Дилан молчал.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Я не буду возражать. Но только при условии, что ты обещаешь вести себя прилично. Ты ведь умеешь всех обольщать, я точно знаю.

Гаррет улыбнулся.

— Спасибо.

— Но ты не думай, что я не надеру тебе задницу всеми шестью способами, если ты возьмешься за старое.

— Чтоб я сдох.

— Так и запишем.

Гаррет вздохнул с облегчением, но все же ему хотелось закончить разговор на какой-нибудь другой теме.

— А что у тебя намечено на сегодня? — спросил он.

Дилан допил кофе и встал.

— Собираюсь отправиться на южную границу. Посмотреть, что там с ограждением. Вчера один из рабочих заметил дыру.

Гаррет ничего не слышал об этом. Ему стало досадно. Он ненавидел, когда что-то проходило мимо него. Казалось, что чем больше он погружался в бумажную работу — то, чем обычно занимался Элиас, — тем хуже становилась связь с теми, кто работал на земле.

— Мне об этом не говорили, — сказал он.

Дилан пожал плечами:

— Пустячное дело. Вряд ли там такая дыра, чтобы в нее пролез кто-нибудь крупнее кошки. Прошлой ночью камеры никого не зафиксировали, а сегодня мы ее заделаем.

— Было бы неплохо проверить забор по всему периметру.

— Я уже распорядился. Этим займется Нико.

— Молодец, быстро отреагировал. Хочешь, я с тобой поеду?

Дилан покачал головой:

— Не беспокойся. У нас все под контролем.

В воздухе повисло неловкое молчание. Неужели сделка с Уиллой уже начала сказываться на их отношениях? — подумал Гаррет.

— Ну ладно, — сказал Дилан. — Мне пора.

Оставшись один, Гаррет подумал о предстоящих ему днях, неделях, месяцах… Он начнет встречаться с Уиллой, чтобы получить то, что ему нужно. Чувства придется оставить в стороне. Но каждый раз, когда она была рядом, ему хотелось, чтобы она была еще ближе. Хотелось обнять ее. Почувствовать аромат ее волос, мягкость ее губ…

Какое безрассудство!

Он должен сосредоточиться на главном. Ранчо — вот главный приз. И нужно сделать все, чтобы этот приз попал в его руки.

Встреча прошла успешно. Они обсудили с Кэти, как должны выглядеть свадебные приглашения и еще несколько важных деталей. Однако все это время Уилла была напряжена, ожидая увидеть входящего в дом Гаррета. Может, она сама должна его найти? Если они собирались имитировать отношения, не покажется ли странным, что она даже не поинтересовалась, где он? Не было ни сценария, ни плана действий…

К счастью, этот вопрос мучил ее недолго. Выходя из дома, она столкнулась с ним на крыльце.

— О… — выдохнула она, чувствуя, что из ее легких вышел весь воздух.

— Какой приятный сюрприз, — улыбнулся Гаррет.

— Я как-то замешкалась. Дело в том, что у меня была встреча с Кэти.

— У вас с ней ужасно много встреч. Вы бежите друг к дружке сразу после вечеринки, чтобы начать готовиться к следующей.

— У Кэти каждый день появляются новые идеи, и ей не терпится со мной поделиться.

— А может, ты просто ищешь причину, чтобы встретиться со мной?

Уилла решила поддержать игру.

— О да, самый заманчивый холостяк забытой богом деревушки. Кто бы мог устоять! Тебе не хватает собственного общества?

— Признайся, что тебя неумолимо тянет ко мне. И я бы с радостью уступил и даже предложил вместе пообедать, если бы не куча неотложных дел.

Она, сдаваясь, подняла руки:

— О нет, больше одного Пэтси-бургера в неделю я бы не осилила.

Гаррет улыбнулся.

— Но я все равно рад, что мы встретились. — Потом лицо его стало серьезным. — Кстати, я разговаривал с Диланом.

— И?

— Я сказал, что хочу пригласить тебя на вечер, а он — что надерет мне задницу, если я тебя обижу.

Уилла рассмеялась:

— Да, это он может.

— Ну так что, идем? — спросил Гаррет. — Там будет еще гала-концерт.

Благотворительный вечер устраивала ее лучшая подруга, Дэйзи. Так что Уилла все знала и о концерте, и о сборе средств и, конечно, уже внесла свой посильный вклад, но покупать столик — других билетов на концерт не было — она не собиралась. Организатором концерта была «Эпплвуд хоспиталити групп», состоящая из богатых домохозяек. Чтобы посплетничать, они собирались в каком-нибудь ресторане и, потягивая пино гриджио, планировали мероприятия, которые могли бы повысить их статус в городе. Обычные женские разговоры, ничего больше.

Уилла скорее предпочла бы остаться дома и посмотреть какой-нибудь фильм «Нетфликса».

— Даже не знаю, — сказала она.

— Ну, давай соглашайся, — подтолкнул ее Гаррет. — Я уже заказал столик. К тому же это прекрасная возможность показать всем, что мы теперь пара.

Он был прав. Это стало бы для них первым испытанием. Первым совместным появлением на официальном мероприятии, где соберется вся элита Эпплвуда, и им будет что ей сказать — и в лицо и за ее спиной… За спиной, вероятно, больше. Вполне в стиле Эпплвуда.

— А кто еще там будет? — спросила Уилла.

— Мой отец с мачехой, Кэти, Элиас, ну и Дилан, конечно. Вполне симпатичные лица. Так что не бойся. Ничего страшного не произойдет.

Ничего страшного не произойдет! Он не знал, какими злорадными могли быть жители Эпплвуда, которые часто появлялись и в Хай Пайне. Она рассталась не только с Томасом, но и со всеми своими вечерними платьями и ежемесячными посещениями салонов. Теперь ее гардероб состоял исключительно из деловых костюмов, футболок и штанов для йоги.

— Мне и надеть-то нечего, — призналась вдруг Уилла.

— Об этом можешь не беспокоиться. Я поговорил с Кэти, и она посоветовала мне одного дизайнера. Отправь ему свои размеры — адрес я тебе дам, — и завтра он привезет несколько платьев, которые ты сможешь здесь примерить.

— А ничего, если мы встретимся с ним у Дилана? Завтра я буду на работе, а его дом ближе к Хай Пайну.

Она пошла на соглашение с Гарретом, но не хотела попасть под его полный контроль. Потерять свою автономию и покорно следовать его указаниям.

На мгновение Гаррет нахмурился, словно застигнутый врасплох неожиданным изменением в планах, но потом улыбнулся и сказал:

— Можно и так. Тогда просто сообщи ему адрес Дилана.

Какое-то время они молчали. Гаррет смотрел, как двое работников таскали тюки сена.

— Ну что ж, — сказал он, — мне пора возвращаться к работе.

— Мне тоже, — сказала Уилла.

На вторую половину дня у нее была назначена встреча в Хай Пайне.

Еще одна свадьба.

Глава 5

На следующий день Уилла ушла с работы раньше. Нужно было подготовиться к гала-концерту, а перед этим, чтобы встряхнуться, устроить себе хорошую пробежку.

Оставив машину возле задней двери, она открыла ее своим ключом и вошла в дом. Дилан купил его по дешевке, и Уилла жила с ним, пока не переехала к Томасу. Дом был в плачевном состоянии, и им пришлось немало вложить в него и денег, и сил, но оно того стоило. Впервые они почувствовали, что у них есть дом.

Уилла поднялась в свою спальню, переоделась в спортивный костюм, воткнула наушники в уши и, сбежав по ступенькам крыльца, побежала по дороге. У нее не было определенного маршрута, но в конце концов ноги сами принесли ее к старому особняку, который когда-то, много-много лет назад, принадлежал ее семье.

На заросшей лужайке торчала табличка «Продается». Ее ошибка заключалась в том, что она рассказала Томасу о своей мечте — открыть здесь гостиницу. После их несостоявшейся свадьбы, он купил особняк и… снова выставил его на продажу. Но в два раза дороже. Покупателей не было, но цену он не снижал, казалось, ему даже в голову не приходила такая идея. Скорее он позволил бы этому дому сгнить, чем уступить хоть цент своей бывшей невесте.

Один только взгляд на великолепный особняк с элегантной башенкой и портиком наполнял ее надеждой на будущее. Она перестала бы заниматься тем, что ей не нравилось, и наконец воспользовалась своим дипломом администратора. С деньгами Гаррета она могла бы заплатить за этот дом столько, сколько хотел Томас.

На ее плече завибрировал мобильник, оборвав музыку. Она ожидала звонка и ответила, даже не взглянув на экран.

— Привет, — сказала она. — Это Уилла.

— Уилл, ты где? — Это был Дилан.

— В лесу на пробежке. А что такое?

— Тут явился какой-то тип с компанией. Говорит, что дизайнер… Ты что-нибудь знаешь об этом? Хотя наверняка какая-нибудь очередная ерунда.

Похоже, ее пробежка затянулась.

— Разве Гаррет тебе ничего не сказал? Я думала…

— Нет, не сказал.

— Хорошо. Я буду через пять минут. Просто пригласи их войти.

— Разумеется, я это сделал — или ты подумала, что я оставил их стоять перед дверью?

— Спасибо, Дил. Я сейчас.

Уилла никак не ожидала, что за полчаса дом Дилана превратится в модный бутик. Она оглядела гостиную. Кристоф — дизайнер, с которым связался Гаррет, — привез две дюжины платьев, которые сейчас были развешаны по всей комнате.

— Извините, что опоздала.

Кристоф проигнорировал ее извинения. Взглядом профессионала он окинул ее с головы до ног, отметив спортивную одежду, растрепанные волосы и раскрасневшееся от бега лицо.

— Я, конечно, знал, что мы здесь для того, чтобы одеть подружку богатого парня, но не ожидал, что нам потребуется полный макияж Золушки.

Уилла уже собиралась обидеться, когда Кристоф неожиданно рассмеялся.

— Не бери в голову, детка, я пошутил. Ты прекрасна. Иди прими душ, пока мы закончим здесь обустраиваться.

— Хорошо, — сказала Уилла, совершенно сбитая с толку.

Через пятнадцать минут, в шелковом халате, который Кристоф привез для нее, Уилла уже просматривала подборку платьев. Трудно было поверить, что по одному звонку Гаррета из Остена мог приехать известный дизайнер. Наконец выбор был сделан. Из полудюжины отобранных для примерки платьев они остановились на одном изумрудно-зеленом, оттеняющем цвет ее глаз, с разрезом до бедра.

После того, как вопрос с платьем был решен, настала очередь «гламурной команды», укомплектованной стилистом, визажистом и маникюршей. Они так суетились, что Уилла и в самом деле чувствовала себя Золушкой, готовящейся к ее первому балу.

Ее усадили в самом центре комнаты перед ярко освещенным зеркалом, и сразу вокруг нее началось движение: пробовали разные оттенки теней и пудры, поднимали волосы, отводили их вверх, назад, в сторону. А потом взялись за работу. Иногда в тандеме. Маникюрша полировала ногти, в то время как стилист творил чудеса с ее волосами. Сам их объем удивил Уиллу.

— Никогда не думала, что у меня столько волос… Как-то непривычно, — высказала она свое сомнение.

Мастер очаровательно улыбнулся ей в зеркале:

— Как говорят в Техасе: чем выше волосы…

Ему не нужно было заканчивать фразу. Уилла рассмеялась и приняла свое отражение. Без привычного «пони-тейла», или «французской закрутки», она была почти неузнаваема.

Затем приступил к работе визажист и начал наносить на ее лицо тональный крем и тени, лишь слегка коснувшись тушью ресниц. Никогда в жизни вокруг нее так не хлопотали. Даже когда она была с Томасом, он ни разу не устроил ей подобного шоу. Вспомнив Томаса, Уилла поморщилась. После того, как она от него ушла, жизнь ее стала размеренной и тихой. Уилла привыкла к ней, и она ей нравилась. И все же трудно было удержаться от сравнения. Конечно, Гаррет был совсем не таким, как Томас, но, когда она думала о его деньгах, ей становилось не по себе. Деньги и роскошь вызвали в ней болезненные воспоминания о мужчине, за которого она когда-то собиралась выйти замуж.

Ей следовало быть благодарной Гаррету — и она была благодарна, — но ей было трудно представить свою жизнь в качестве его невесты, а потом и жены. Превратят ли ее эти два года в тихую, элегантную даму, какой хотел ее видеть Томас? Поможет ли игра в «любящую пару» забыть о трудностях детства и о той женщине, которой она стала?

— Как вам этот цвет? — спросил визажист, держа перед ней тюбик карминно-красной помады.

Более скромная версия Уиллы наверняка бы отвергла такой яркий цвет. Но сейчас ей не хотелось раствориться в толпе.

— Мне он нравится, — сказала она.

Гаррет ненавидел официальную одежду не меньше, чем гала-концерты. Если бы сегодняшний вечер не был посвящен сбору средств для ветеринарной клиники, он сидел бы сейчас перед телевизором с банкой холодного пива.

Выйдя из лимузина, Гаррет расправил плечи, стянутые строгим черным костюмом, и поднялся по лестнице. Дверь открыл Дилан — в таком же костюме и с таким же несчастным видом.

— Привет, — сказал Гаррет.

— У тебя что, приступ вежливости? Не помню, чтобы ты когда-нибудь стучал в эту дверь. Или это потому, что ты пришел забрать мою сестру на свидание?

Гаррет молчал, не зная, что сказать.

— Я пошутил, — улыбнулся Дилан. — Заходи. Хочешь пива?

— Не откажусь.

Они прошли в кухню. Дилан достал из холодильника две бутылки, открыл и протянул одну Гаррету.

— Спасибо. — Пиво было обжигающе холодным, но жажду почему-то не утоляло.

— Это ты виноват, что сегодня в моем доме открылся салон красоты? — спросил Дилан.

— Извини, что не предупредил, — сказал Гаррет. — Хотелось быть уверенным, что у нее есть все, что нужно для вечера. Она предложила это сделать здесь.

— Не проблема. — Дилан опустил глаза на свои руки. — Они хорошо постарались. Даже отполировали мне ногти. И посоветовали чаще пользоваться увлажняющим кремом.

Гаррет посмотрел на загорелые руки друга. Ухоженные ногти составляли разительный контраст с остальной кожей — со следами мелких порезов и мозолями — неизбежными атрибутами работы на ранчо.

— По-моему, неплохо, — одобрительно хмыкнул Гаррет.

— А сам не хочешь попробовать? — усмехнулся Дилан.

— Что ж, давай в выходные вместо футбольного матча завалимся в маникюрный салон.

Оба рассмеялись. Гаррет чувствовал облегчение, что Дилан на него больше не злится.

— А где Уилла? — спросил он.

— Наверху, — ответил Дилан. — Сейчас спустится.

Несколько минут они пили пиво и обсуждали футбольные новости, когда на лестнице послышались шаги.

Гаррет поднял глаза и едва не поперхнулся. Единственное, что он смог из себя выдавить, — было удивленное «вау».

Продолжая спускаться по лестнице, Уилла улыбнулась. На ней было длинное зеленое платье, идеально облегающее ее стройную фигуру; прическа и макияж — насколько мог судить Гаррет — тоже были безупречны. Но именно ее улыбка — вот что поразило его больше всего. Уилла, обычно такая сдержанная — многие считали ее даже холодной, — лучезарно улыбалась, распространяя вокруг себя волны радости.

— Потрясающе! — выдохнул Гаррет.

— Спасибо. Но это я тебя должна благодарить. За то, что все организовал.

— Ты это заслужила, — сказал он.

— Как тебе мое платье? — спросила она, сделав изящный пируэт.

— Как будто специально для тебя сшито.

— Я рада, что тебе понравилось.

Их взгляды встретились, и словно искра проскочила между ними. На мгновение мир замер.

Услышав за спиной вежливое покашливание, Гаррет смутился — он совершенно забыл про Дилана.

— Не хочу никому мешать, — сказал Дилан, — но нам пора ехать.

В машине Уилла и Гаррет устроились на заднем сиденье, Дилан — на боковом.

В воздухе повисло неловкое молчание.

— Ненавижу эти вечеринки, — наконец пробормотал Дилан.

— Просто думай об этом как о возможности за кем-нибудь приударить и воспользоваться открытым баром, — посоветовал Гаррет.

Уилла закатила глаза:

— Ох уж эти старые добрые времена! Не могу поверить, что я опять собираюсь пойти на гала-концерт в Эпплвуде. Я думала, что это уже пройденный этап.

С Томасом она не раз посещала подобные мероприятия. Пока она знала свое место, играя роль элегантной невесты политика, она неплохо вписывалась в местное общество. Уилла вздохнула. Она не могла поверить, что ей снова предстоит войти в это логово.

Лимузин остановился. Гаррет протянул ей руку, и Уилла грациозно выскользнула из машины. Дилан последовал за ними.

У входа толпились фотографы из «Эпплвуд Трибьюн», небольшой городской газетенки, которая слишком серьезно относилась к себе и своей странице о высшем обществе. Гости останавливались перед баннером «Шагай и повторяй», который был сделан специально для этого мероприятия и соответствовал курсу правящего класса Эпплвуда.

Уилла хмыкнула. Ей захотелось сказать что-нибудь дерзкое, но она сдержалась, вспомнив, что все эти люди пришли сюда, чтобы собрать деньги для ветеринарной клиники ее подруги.

Дилан двинулся прямо к бару, проигнорировав фотосъемку. Когда подошла их очередь, Гаррет почувствовал ее напряжение.

— Ты уверена, что хочешь это сделать? — спросил он, обнимая ее за талию. — Нам совсем не обязательно туда идти. Мы просто можем вернуться в машину и уехать.

— Нет, — сказала она. — Это наше первое мероприятие в качестве пары. Мы должны это сделать.

Зная, что их уже заметили, Уилла повернулась к нему и заглянула в глаза.

— Мы войдем. Поужинаем. Потанцуем. Покажем всем, что мы вместе. А потом ты выпишешь Дэйзи большой и толстый чек.

— Это я в любом случае сделаю, — сказал Гаррет.

И, прежде чем Уилла успела ответить, наклонил голову и поцеловал ее.

Дыхание покинуло ее легкие, все звуки исчезли. Время остановилось.

— Ну а теперь идем, — сказал Гаррет.

Он был уверен, что завтра их фотография появится в газете. Это поможет Элиасу поверить, что между ними что-то серьезное. А горожан заставит гадать, уж не нашла ли золото-искательница себе новую жертву, подумала Уилла.

Она подняла глаза на Гаррета. Ему очень шла одежда ковбоя, но и в безупречно сидящем вечернем костюме он смотрелся ничуть не хуже.

Когда они вошли в зал, на них тут же устремились сотни пар глаз. Казалось, все уже знали, что они приехали вместе, но Гаррета это не беспокоило. Он сделал правильный ход — повел ее прямо к бару. Уилла была ему благодарна. Алкоголь помог бы ей расслабиться, чтобы пережить этот вечер. Возможно, дело было в ее воображении, но она все время чувствовала на себе их взгляды — взгляды элитных жителей Эпплвуда.

Одно время и она вращалась в этом кругу — когда была помолвлена с Томасом, мэром Эпплвуда, — но всегда чувствовала, что ей там не место. Она была, как говорят, девочкой с другой стороны дороги, и в Эпплвуде ей ни на минуту не позволяли об этом забыть. И все же Томас выбрал ее. Она не понимала, почему ей так повезло. Он покорил ее своим вниманием и манерами джентльмена. Отдых на дорогих курортах и вечеринки в шикарных ресторанах были дополнительным бонусом. Особенно для девочки из приемной семьи. Но скоро его внимание приобрело другие формы. Узнав ее, он захотел ее контролировать. Он начал вмешиваться буквально во все. Он говорил, какую ей носить одежду, что есть, что читать, с какими друзьями встречаться.

Она не знала, почему ей потребовалось столько времени, чтобы понять, в какой ловушке она оказалась, — возможно, к этому ее подтолкнули фотографии, которые она увидела в его телефоне буквально за несколько секунд до того, как должна была идти к алтарю. У нее не было времени обдумать свое решение. Это было как мгновенное озарение. Шагая по проходу, она вдруг по-новому увидела своего будущего мужа, и что-то оборвалось внутри ее. «Я этого не сделаю», — сказала она, бросив к его ногам букет.

Она всегда была чужой для них, но с того дня стала персоной нон грата. Она потеряла почти все свои контакты и связи даже с теми, кто, казалось, хорошо относился к ней. Сейчас эти люди наблюдали за ней со смесью интереса и презрения. Не глядя по сторонам, Уилла сосредоточилась на разноцветных огоньках за баром, пытаясь отключиться от ядовитого шепота за спиной.

— Просто не могу поверить, что она снова здесь…

— Да еще с Гарретом Хардвеллом…

— После отставки Элиаса у него будет куча денег…

— Надеется, что ей удастся отхватить кусок…

Как она это все ненавидела! Но не стоило обращать внимание. Они не знали того, что знала она. Они ничего не знали о Томасе.

Гаррет поставил на стойку бокал вина, заставив ее отвлечься от невеселых мыслей.

— Ну как ты? — спросил он.

— Нормально.

Она ничего не ждала от этого вечера, но знала, что справится. Долетающие до нее комментарии и косые взгляды не могли удержать ее от цели — выйти замуж за Гаррета и вернуть себе свою жизнь. Уилла потягивала вино, стараясь не обращать внимания на доносившиеся до нее обрывки фраз.

— Надеюсь, что она не обойдется с ним так же, как с Томасом…

— Здесь ставка, должно быть, побольше…

— Золото-искательница…

Уилла допила вино и поставила бокал на стойку.

— Хочешь еще? — спросил Гаррет.

— Думаю, мне больше не нужно, — сказала она, чувствуя, как по ее венам разливается приятное тепло.

И тут она повернула голову и увидела его.

Томаса.

Как всегда, он был в центре какой-то компании, что-то вещая своим хорошо поставленным голосом. Окружавшие его люди громко смеялись, явно желая привлечь к себе внимание.

Уилла напряглась. С тех пор как она уехала из города, она ни разу его не видела.

— Там Томас, — тихо сказала она, повернувшись к Гаррету.

— Не обращай внимания. Я с тобой.

— Да, но я слышу, что обо мне говорят. — Ее злило, что ее это так беспокоит.

— Забудь о них. Забудь о Томасе и обо всех его дружках. — Он взял ее за руку и потянул в сторону танцпола. — Давай потанцуем.

Сначала Уилла чувствовала себя неловко, зная, что за ними наблюдают сотни пар глаз. Но когда зазвучал проникновенный голос Чарли Прайда и на площадку вышли еще несколько пар, Уилла расслабилась.

— Нет ничего лучше старого доброго кантри, — сказала она.

— Это верно, — согласился Гаррет.

— Ты неплохо танцуешь.

Он усмехнулся:

— У меня много талантов, о некоторых ты даже не подозреваешь.

Он притянул ее ближе к себе, и, покачиваясь в такт музыке, она скоро забыла обо всем вокруг. Обо всем, кроме Гаррета.

— Прости, что не предупредил тебя о поцелуе, — сказал он, каким-то образом угадав ее мысли. — Мне казалось, что это будет правильно. Мы были в центре внимания. Все на нас смотрели.

Уилла очнулась, напомнив себе, что у них не отношения, а договоренность.

— Да, это было хорошее шоу, — согласилась она.

Когда музыка смолкла, Уилла отстранилась от него.

— Мне нужно зайти в дамскую комнату.

Гаррет усмехнулся:

— Время припудрить носик?

— Вроде того, — быстро сказала она, даже не посмотрев на него.

Ей хотелось немного побыть одной, и когда она зашла в туалет и услышала, как в раковине льется вода, то съежилась и повернулась, чтобы уйти.

— Эй, а ты что здесь делаешь? — раздался за ее спиной знакомый голос.

Неужели Дэйзи? Так и есть. Они обнялись.

— Вот уж кого не ожидала здесь увидеть, — продолжала трещать ее неугомонная подруга. — Я, конечно, всем очень благодарна, но, господи, до чего это все скучно!

— Да я и не собиралась, — сказала Уилла.

Дэйзи сделала шаг назад и окинула ее взглядом с головы до ног.

— Неужели? А откуда тогда такое платье? И вообще, что происходит?

Уилле пришлось объяснить, что Гаррет попросил ее составить ему компанию, разумеется опустив историю с фиктивным браком.

Глаза Дэйзи расширились.

— Гаррет Хардвелл? Неплохой выбор.

— Да нет, просто старый друг, — сказала Уилла.

— Держу пари, что не просто.

— Похоже, ты не так уверена, как остальные.

Дэйзи нахмурилась:

— Ты что-то слышала?

— Да так… несколько комментариев. Но я их проигнорировала.

— Молодец. Ты здесь в великолепном платье с потрясающим чуваком. Забудь об этих убогих.

— Хороший совет.

Дэйзи прислонилась к стене.

— Итак, когда у вас это все началось?

Уилла вздохнула:

— Да нет между нами ничего, Дэйзи. Два дня назад мы с ним случайно столкнулись на вечеринке у Элиаса, вот и все.

— Ах да, старик снова женится. Ну и как все прошло? Не сомневаюсь, что все было идеально, раз ты ею занималась.

— А почему ты не пришла? — спросила Уилла. — Я знаю, что у тебя было приглашение.

— Срочный вызов за город. Вернулась только к вечеру.

— А что там произошло, ты слышала?

Дэйзи покачала головой.

Уилла рассказала о заявлении Элиаса.

Дэйзи рассмеялась:

— Гаррет Хардвелл женится — вот умора! Хотя в Эпплвуде наверняка найдется немало желающих выйти замуж за богатого владельца ранчо. Да еще такого красавчика.

Уилла промолчала, вспомнив, что теперь придется лгать и подруге.

— Тебе и самой надо быть поосторожней, — предупредила Дэйзи. — Возможно, он предложит это именно тебе.

— Не думаю. — Уилла покачала головой. — Он знает, что брак меня не интересует.

— Да брось! Гаррет хороший парень. К тому же вы друг другу подходите.

— Да, хороший, — согласилась Уилла. Но не только. Между ними действительно была химия. Никто — даже Дэйзи — не знал о той ночи десять лет назад, которую она провела в его объятиях.

Но она не собиралась рассказывать об этом своей подруге.

Гаррет знал, что Уиллу что-то расстроило. Стоя у бара с бокалом в руке, он хмуро поглядывал на окружающих. Ему хотелось уйти отсюда. Увезти ее подальше от тех, кто заставлял ее чувствовать себя ничтожеством. Он вспомнил ощущение шелковистой ткани ее платья под своими пальцами и представил ее обнаженную кожу. Представил, как они двигаются вместе, как соединяются их губы…

Гаррет отогнал от себя этот образ, когда увидел идущего к нему Томаса. Он залпом допил вино и застегнул пиджак, чтобы скрыть реакцию своего тела.

— Я вижу, ты сегодня с Уиллой, — заметил Томас вместо приветствия.

— Ты не ошибся, — сказал Гаррет.

— Я должен тебя предупредить: будь осторожен.

— Не стоит обо мне беспокоиться.

— Я серьезно. Мало того, что она перед всеми меня унизила, так потом еще пыталась вытянуть из меня деньги.

— Какие деньги? — Гаррет вспомнил слова Уиллы об оставшихся у нее долгах.

— За свадьбу. За то, что она бросила меня у алтаря. Каково, а?

Гаррет знал, что не следует принимать слова Томаса за Евангелие.

— В самом деле? — спросил он, желая получить больше информации.

— Да, сумму, составляющую почти шестизначное число. — И, увидев, что его слова не произвели на Гаррета впечатления, добавил: — Кстати, я слышал, что ты хочешь получить ранчо.

— И?

— У меня было немало дел с Элиасом. В городе его уважают. «Ранчо Хардвелл» может добиться большого успеха, и было бы жаль, если бы его труд пропал даром.

Гаррет рассмеялся:

— Ни на одном другом ранчо во всем округе нет таких дистрибьюторских сделок, как у нас. Не говоря уже о репутации конного завода. Так что плевать я хотел на твои угрозы, мэр.

Кровь прилила к лицу Томаса.

— Ты прекрасно знаешь, что независимо от вашего успеха мир бизнеса в этой отрасли не так уж велик, и мнение жителей Эпплвуда может серьезно повлиять на вашу репутацию.

Гаррет знал, что в некоторой степени это было правдой: Эпплвуд был домом для многих влиятельных людей.

— Уиллу не хотят видеть в этих кругах, — продолжал Томас. — Будет жаль, если ты попадешь под перекрестный огонь.

— И кто же не хочет ее видеть? — спросил Гаррет. — Ты и тебе подобные, потому что она не дала вам того, чего вы от нее хотели?

Томас метнул на него гневный взгляд и выпятил грудь — прием павиана.

— Просто будь осторожен, — сказал он, угрожающе понижая голос.

Гаррету стало смешно.

— Не беспокойся обо мне.

Выпятив подбородок, Томас развернулся и зашагал прочь.

Из дамской комнаты вышли Уилла и Дэйзи. Уилла нахмурилась, заметив в толпе удаляющуюся фигуру своего бывшего жениха.

— И чего он хотел? — спросила она Гаррета.

Он покачал головой, не желая выплескивать на нее негатив:

— Ничего. Просто поздоровался.

Сощурив глаза, она пристально посмотрела на него.

— Может, пойдем к нашему столику? — предложил Гаррет, желая сменить тему. — Скоро будет подан ужин.

В семье Хардвелл не было ни снобов, ни сплетников — слухи никого не интересовали, — и Гаррет мог рассчитывать, что они тепло примут Уиллу.

Так и случилось.

Но вечер приближался к концу. Покончив с ужином, публика начала расходиться. Гаррет заметил, что Уилла подавила зевок.

— Может, поедем домой? — спросил он ее.

— Пожалуй.

Она поднялась из-за стола, и Гаррет невольно залюбовался ее грациозной фигурой.

— Ты знаешь, — сказал он, — я, пожалуй, куплю тебе это платье. Не могу представить, чтобы кто-нибудь выглядел в нем лучше, чем ты.

— Ты говоришь это только потому, что я твоя девушка. Фальшивая, правда.

— Ты и в самом деле отлично выглядишь.

Она усмехнулась:

— Да и ты, надо сказать, неплохо.

Все, что он сделал, — это надел костюм, а вот Уилла преобразилась совершенно. Она всегда казалась ему красивой, но сегодня ее красота открылась для него совершенно с другой стороны.

Сев в машину, Уилла скрестила перед собой свои длинные ноги, обнажив в разрезе платья восхитительно гладкую кожу бедра.

Гаррет вздохнул, пытаясь отвлечься.

— Ну что ж, — сказал он, — подведем итоги. В общем и целом вечер прошел удачно.

— Мы оба выжили, — согласилась она. — Как прошла твоя маленькая беседа с Томасом?

— Забудь об этом. Ты лучше меня знаешь, что он просто трепло.

Уилла рассмеялась:

— Это верно. Но я удивлена, что все обошлось без происшествий.

— Ты собиралась затеять с кем-нибудь драку? — Ему нравилось, как она смеется.

— В этом шикарном платье?

— Выходит, это моя заслуга. Мне удалось предотвратить разрушения.

— Не задавайся. И все же я хорошо провела время. Мне нравится твоя семья. И я была рада встретиться с Дэйзи. Хорошо, что ей удалось собрать так много денег для своей клиники. Что бы я ни думала о жителях Эпплвуда, они знают, как использовать свои чековые книжки для хорошего дела.

Это было правдой. Почти все в городе приводили к Дэйзи своих питомцев и потому не скупились.

— Да, у нее лучшая ветеринарная клиника в городе, — сказал Гаррет.

— Вам повезло, что она у вас есть.

— Мне повезло, что ты согласилась пойти со мной, скрасив пустую церемонию.

— Не без пользы для нашего общего дела, — подмигнула Уилла.

Когда они сели в машину, она вдруг забеспокоилась.

— А где Дилан? Он же с нами приехал. Мы должны его подождать.

— Думаю, Дилан нашел себе компанию — какую-то девицу, с которой он проболтал весь вечер. Наверно, они не договорили.

Уилла закатила глаза:

— Ох уж этот Дилан! И все же он не в восторге, что мы встречаемся, тебе не кажется?

— Может, и не в восторге. Но могло быть и хуже, верно? Вспомни его угрозу надрать мне задницу, если я тебя обижу.

Лицо Уиллы стало серьезным. Она повернулась и положила руку ему на колено.

— Ты собираешься меня обидеть?

Гаррет накрыл ее руку своей и покачал головой.

— Никогда, — сказал он, и словно горячая волна прошла между ними.

Уилла отдернула руку и отвела взгляд.

— В любом случае, — сказала она с неловким смешком, — спасибо за вечер.

Гаррет тоже был рад вернуться к безопасной теме.

— Я же говорил тебе, что это не страшно.

— Знаешь, это начинает нервировать, что ты всегда оказываешься прав. Но все равно спасибо. И за танец, который отвлек меня от всех этих комментариев. И за поцелуй…

В воздухе повисла пауза.

Гаррет придвинулся ближе, коснулся ладонью ее щеки и, не в силах сдержаться, прижался губами к ее губам.

— Я весь вечер думал о том, чтобы сделать это еще раз, — сказал он, отстранившись.

— А как насчет того, что это не настоящие отношения? Что все это просто игра на публику?

Она была права, черт возьми!

— Прости, я увлекся.

— Я тоже. Но ведь один поцелуй мы себе можем позволить, не так ли?

— Просто чтобы соответствовать образу влюбленной пары?

— По-моему, это должно сработать.

— По-моему, тоже.

Машина тронулась. Гаррет проклинал время, зная, что оно неминуемо приведет ее в дом Дилана, а его… В отчаянии он притянул ее к себе, и она оказалась у него на коленях. Ее ноги раздвинулись, их губы соединились… Когда он наконец оторвался от нее, им потребовалось не меньше минуты, чтобы выровнять дыхание.

— Я могу попросить шофера отвезти нас сразу ко мне, — сказал Гаррет.

Она покачала головой:

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Почему?

— Не стоит заходить так далеко. У нас все же не настоящие отношения.

— Для меня это было вполне реально.

Всего пару минут назад они договорились держать себя в руках. О, если б он мог удержать свои чертовы руки!

— Мы хотели, чтобы все было просто и не сбивало с толку, — напомнила Уилла.

— Ты права, — согласился Гаррет.

Уилла посмотрела в окно и увидела, что машина повернула к дому Дилана.

Шофер помог ей выйти. Гаррет взял ее за локоть, чтобы проводить до двери. Ей стоило огромного труда не пригласить его войти. Даже если Дилан не придет сегодня домой, она не могла себе этого позволить.

Перед дверью они остановились.

— Спасибо за прекрасный вечер, — сказала она.

— Всегда к вашим услугам, леди. — Гаррет сделал шутливый реверанс. — И все же я должен извиниться. Я знаю, ты хотела, чтобы наши отношения оставались платоническими. Мне следовало уважать твое желание.

Свет фонаря оттенял точеные черты его лица и взъерошенные ее пальцами волосы.

— Извинение принято, — сказала она. — Но, должна признаться, что это было потрясающе.

Он улыбнулся, и ей пришлось сдержать себя, чтобы не обхватить его шею руками и снова не прижаться к его губам.

— Да, это было что-то. — Он наклонился и легко поцеловал ее в щеку. — Спокойной ночи, Уилла, — сказал он, прежде чем отступить назад и вернуться к машине.

А она еще долго стояла на крыльце, пока удаляющиеся огни не скрылись за поворотом.

Глава 6

На следующее утро Уиллу разбудил телефонный звонок, зазвенев у нее прямо в ухе. Она спала всего два часа, заснув перед самым рассветом, даже не сняв наушники.

— Алло… — сонно отозвалась она.

— С добрым утром, солнышко.

О боже. Гаррет.

— Что-нибудь случилось? — Ее первая мысль была о Дилане. Работа с лошадьми не была безопасной, и она часто беспокоилась о брате.

— Нет, ничего. Извини, если разбудил, но я хотел застать тебя до того, как ты уедешь в Хай Пайн.

— А, ну да… И?

— Я хотел сказать об этом вчера, но… э-э-э… немного отвлекся. Короче, не хотела бы ты приехать к нам сегодня на барбекю? Ничего особенного. Просто ужин в семейном кругу.

Уилла нахмурилась:

— У меня только костюм, в котором я была на работе. И конечно, вечернее платье. Не думаю, что это подойдет для барбекю.

— Ерунда. Ты можешь прийти, в чем спала. — Уилла приподняла одеяло и опустила глаза. Она не посмела сказать, что привыкла спать вообще безо всего. — В любом случае, что бы ты ни надела, это никого не смутит.

Хардвеллы не были снобами, к тому же она много слышала об их оригинальной кухне.

— Хорошо, я приеду.

— Это будет наше, так сказать, первое семейное мероприятие, — заметил Гаррет. Он сделал паузу. — И на этот раз я обещаю держать свои руки при себе.

Уилла вспомнила его руки и почувствовала, что краснеет.

— Ну ладно, до встречи, — сказала она, не зная, что еще на это ответить.

Закончив разговор, Уилла быстро приняла душ, натянула спортивные брюки и старую футболку, которую нашла в комоде, и отправилась на ранчо Хардвеллов.

Подъехав к дому, она припарковала свой «мини» рядом с несколькими грузовиками — любимым транспортным средством ковбоев и владельцев ранчо в Техасе — и поднялась по ступенькам крыльца. У двери она на мгновение остановилась, чтобы сделать глубокий вдох.

Она видела семью Хардвелл накануне вечером, но все равно волновалась. Приглашение на семейный ужин означало, что они вступили на территорию «серьезных отношений». Собственно, в этом и состоял их план. Она и Гаррет должны были выглядеть как пара и два года играть в эту игру. Два года обманывать друзей, семью и всех, кого они знали. Она вспомнила вчерашний поцелуй в машине и почувствовала, что у нее начинает повышаться температура.

Сделав еще один глубокий вдох, Уилла нажала кнопку звонка.

Дверь открыл Элиас.

— Какой сюрприз, — удивился он. — Второй раз за один уик-энд. Что привело тебя к нам, прекрасная Уилла?

Появившаяся рядом с ним Кэти, увидев Уиллу, забеспокоилась.

— Что случилось? Мы не укладываемся в сроки?

— О нет, все в порядке, — заверила ее Уилла. Две пары глаз настороженно смотрели на нее. — Я приехала, чтобы…

— Почему бы вам просто не пригласить человека войти? — донесся до них голос Гаррета. — Она приехала на барбекю в качестве моей гостьи.

Элиас несколько раз перевел взгляд с Уиллы на Гаррета, появившегося из глубины дома.

— Значит, Уилла твоя гостья? Сначала гала-концерт, а теперь… Так это правда? — В его глазах блеснул насмешливый огонек.

Уилла поняла, что их раскусили.

— Да, правда, — невозмутимо подтвердил Гаррет.

— Как кстати. Не слишком ли быстро? — продолжал ехидничать Элиас.

Гаррета это не смутило.

— Не понимаю, что ты хочешь этим сказать.

Кэти протиснулась между ними, чувствуя, что разговор заходит в тупик.

— Похоже, вы оба забыли о манерах. Уйдите с дороги и дайте человеку войти.

Гаррет протянул Уилле руку и поцеловал в щеку.

— Спасибо, что пришла.

— Итак, какое у меня задание на сегодня? — спросила она, когда Кэти и Элиас на минуту оставили их одних. — Притворяться, что я безумно в тебя влюблена?

— А что, если бы тебе не нужно было притворяться? — полушутя поинтересовался Гаррет и уже серьезно добавил: — Но давай все же не будем слишком усердствовать. Не нужно перегибать палку.

— Согласна.

— Кстати, твой брат тоже здесь.

Уилла была не очень удивлена. Заскочив утром домой, он тут же уехал на ранчо. Она его даже не видела.

— Он что-нибудь говорил о вчерашнем вечере? — спросила она.

Гаррет бросил взгляд через плечо в сторону гостиной.

— Ничего особенного. Похоже, он действительно не против наших отношений.

Она была рада, что хотя бы с этим у них не будет проблем. Ей и так тяжело было лгать ему.

— Да, на вечере все прошло удачно, — сказала она. — Но здесь меньше пространства. Кругом близкие люди, которые хорошо тебя знают. Вот и Элиас уже начал язвить.

Гаррет вздохнул:

— Да, он такой. Конечно, я хотел бы сказать, что дальше будет легче, но это вряд ли.

— Умеешь ты успокоить, — усмехнулась Уилла.

Он рассмеялся:

— Не надо бояться. Игра стоит свеч.

— Да, ранчо будет в твоих руках.

— А в твоих будет чек.

Они замолчали, заметив, что из гостиной вышел Дилан.

— Уилл, мне показалось, что я слышал твой голос.

— Удивлен? — Она отстранилась от Гаррета и сделала шаг к брату. — Ты уехал раньше, чем я встала.

Он улыбнулся:

— Я рад, что ты здесь. Надеюсь, ты проголодалась. Тут будет уйма всяких вкусностей.

— Я просто умираю, — призналась Уилла. — Тем более что у тебя в холодильнике нет ничего, кроме пустых коробок от пиццы. Ты вообще когда-нибудь слышал о продуктовых магазинах?

— Зачем покупать продукты, когда меня могут накормить в любом ресторане? — Дилан перевел взгляд с Уиллы на Гаррета и ткнул пальцем через плечо. — А сейчас я собираюсь вернуться туда, где меня тоже не оставят голодным.

Уилла остановила его:

— Подожди, Дилан. Мне надо с тобой поговорить. Мы можем выйти на крыльцо?

Дилан кивнул:

— Конечно.

— Все в порядке? — спросил Гаррет, наклонившись к ее уху.

— Да… а что такое? — Она насторожилась, уловив в его голосе собственнические нотки, которые сразу напомнили ей о Томасе. — Я просто хочу поговорить с братом.

— Хорошо, тогда встретимся в гостиной, — сказал Гаррет.

— Будет сделано, сэ-э-эр, — протянула Уилла, шутливо отдавая ему честь.

Гаррет рассмеялся и пошел в гостиную.

Они с Диланом вышли на крыльцо.

— Мне кажется, что последнее время мы с тобой почти не разговариваем, — сказала Уилла. — Так, перекинемся парой слов.

Дилан вздохнул:

— Я знаю. Работы по горло — готовим ранчо для внуков Элиаса. А у тебя что нового?

— Все как всегда… да ты и сам знаешь. В других штатах пик свадебного сезона приходится на лето, тогда как в Техасе это всегда осень. Так что работа, работа и работа. У меня уже намечено несколько свадеб.

— Да и личная жизнь отнимает немало времени, верно?

И что она должна ему ответить на это? Признаться, что все это фейк, или, согласно с их Гарретом планом, сказать, что все по-настоящему?

— А что ты сам думаешь по этому поводу? — спросила она.

Дилан смутился:

— Ну я, разумеется, хочу для тебя только лучшего. Чтобы тебе было хорошо… Ты с ним счастлива?

— Да.

— Он мой друг и отличный парень. Если ты счастлива с ним, то я рад за тебя. Ты могла сделать куда худший выбор. Черт возьми, ты едва его не сделала. Я очень беспокоился о тебе.

Уилла улыбнулась, но ей было грустно. Как это ужасно — лгать собственному брату! Оставалось надеяться, что в конце концов оно того стоило.

— Я ценю твою заботу, — сказала она. — Но я уже взрослая. Тебе не нужно беспокоиться обо мне.

— Уилл, я всегда буду о тебе беспокоиться.

— Спасибо.

— За что?

Она пожала плечами:

— За то, что ты у меня есть. Без тебя мне бы многое не удалось в жизни.

— Я ничего такого не сделал, — сказал он. — Скорее уж мне с тобой повезло.

Она улыбнулась:

— Ну ладно. Будем считать, что нам повезло обоим. А теперь, пока мы совсем не рассентиментальничались, давай вернемся в дом.

Большой камин из благородного серого камня занимал в гостиной центральную часть стены. Располагаясь полукругом, перед ним стояли кожаный диван и два плюшевых кресла. Но самым впечатляющим было широкое, во всю стену окно, из которого открывалась захватывающая панорама на подернутые легкой дымкой холмы.

Уилле нравился этот дом. Нравилось сочетание старинных медных светильников с маслянисто-гладкой кожаной обивкой мебели, которая обновлялась из года в год. Несмотря на возраст, дерево на полу было блестящим — за ним хорошо ухаживали, — хотя и имело на себе отметины повседневной жизни. На дверном косяке кухни можно было увидеть серию зарубок, которыми разные поколения отмечали рост своих детей. Семья Хардвелл всегда была более состоятельной, чем большинство их соседей, а их дом — более роскошным и элегантным, но все равно они оставались дружной и любящей семьей.

Уилла знала, что Элиас любит устраивать вечеринки, и все же то, что она увидела, оказалось для нее неожиданным.

На барбекю собрались почти все работники ранчо.

У каждого гриля было по два человека, и, судя по фирменным футболкам, это был персонал ресторана «Аустбарбекю». Еще несколько — в таких же футболках — разносили подносы с закусками.

— И это называется «семейное барбекю»? Я не думала, что здесь будет столько народу.

Дилан рассмеялся:

— Здесь всегда так.

— Немного чересчур, да? — К ним подошел Гаррет, держа в руках три банки пива. — Если честно, я предпочел бы сам жарить стейки. Так, собственно, и начиналось: мужчины занимались грилем, а женщины делали все остальное. Но ранчо росло. Мы приглашали всех работников вместе с их семьями, и работы прибавилось. Скоро мы поняли, что лучше поручить это кому-то еще, чем выяснять, кто будет заниматься грилем, а кто делать все остальное, а самим спокойно насладиться отдыхом. Мы работаем каждый день и можем иногда себе такое позволить.

— Хорошо, что ты находишь время, чтобы провести его и с семьей, и с товарищами по работе, — одобрила Уилла.

Она заметила, что Дилан отошел к группе мужчин, оставив ее с Гарретом.

— Все очень много трудятся, — отметил Гаррет. — Они это заслуживают.

Уилла сделала глоток пива и улыбнулась. Какой бы нелегкой ни была работа на ранчо, это не отбило у него охоты наслаждаться другими радостями. Гаррет обнял ее за плечи, коснувшись загрубелыми от работы пальцами ее кожи. Она вдохнула аромат его одеколона: древесный, с ноткой цитрусовых — определенно дорогой. Без пяти минут владелец ранчо со вкусом к роскоши. Трудно было понять, как в одном человеке могли уживаться такие контрасты.

— Ну что ж, начнем, — сказал Гаррет. — Притворись, что я тебе нравлюсь. Что я обаятельный, привлекательный и чертовски…

Как если бы он сказал что-то смешное, она громко рассмеялась, и несколько голов сразу же повернулись в их сторону.

— Вот так?

— Для начала сойдет. Но будь осторожна — все знают, что с юмором у меня не очень.

Она снова рассмеялась, на этот раз искренне.

— Хорошо, не буду переигрывать.

Гаррет взял ее за руку и потянул в сторону бассейна, туда, где собрались Элиас, Кэти, его отец с мачехой и самые близкие друзья семьи, включая и Дилана.

Стюарт Хардвелл никогда не интересовался ранчо. Окончив школу, он поступил в колледж, потом в университет, а потом занялся в Хай Пайне частной практикой. Мать Гаррета умерла, когда он и его братья были еще совсем маленькими. Только когда Гаррету исполнилось пятнадцать, его отец снова женился.

— Папа, Элеонора, вы помните Уиллу, сестру Дилана?

— Конечно, — сказал Стюарт, протягивая ей руку. — Я слышал, что вы занимаетесь свадьбами.

— Уилла — координатор мероприятий, — уточнил Гаррет.

Началась обычная светская беседа, но Гаррет ничего не слышал. Его внимание было целиком приковано к одной-единственной женщине — блеску ее волос, изящному изгибу скул, ямочкам на щеках… Она чему-то рассмеялась, и его взгляд тут же переместился на ее губы. Он вспомнил, что было прошлой ночью. Тогда он был близок к тому, чтобы овладеть ею прямо там, в машине. Его желудок сжался от желания, и он знал, что, несмотря на то что они договорились «не распускать руки» и что предыдущая ночь, как они решили, была «нежелательной аберрацией», он далеко не был уверен, что сможет соблюдать эту договоренность. Кончик его пальца задел бретельку ее бюстгальтера, и ему захотелось просунуть под нее палец. Вместо этого он убрал руку и отступил в сторону. Она это заметила и посмотрела на него снизу вверх. Солнечный свет, сияющий на ее покрытых блеском губах, почти ослепил Гаррета.

— Мне нужно зайти в дом, — сказал он. — Я скоро вернусь.

— Хочешь, я пойду с тобой? — спросила Уилла.

— Нет, — быстро ответил он. — Лучше останься здесь и наслаждайся закатом.

Гаррет направился к дому. Ему требовалось хотя бы несколько минут, чтобы прочистить мозги.

На крыльце он столкнулся с Диланом.

— Итак, ты назначил еще одно свидание моей сестре.

— Не уверен, что это можно считать свиданием, но да, я хотел, чтобы она была здесь. Ты что, злишься?

Дилан пожал плечами:

— Пока вроде не с чего. Но раз все зашло так далеко, я хочу, чтобы ты был честен со мной. И с ней. Если ей опять будет плохо…

— Не беспокойся, — усмехнулся Гаррет. — Ничего с ней не случится.

— Я просто боюсь, что она в тебя влюбится, а ты… ты сам знаешь, какой ты.

— Брось. Она уже взрослая девочка, а я не голливудский злодей. — Гаррет подумал, не сказать ли Дилану правду, но решил этого не делать. Вряд ли он будет чувствовать себя лучше, узнав, в какие игры втянули его сестру.

— Я знаю, — наконец сказал Дилан и, похлопав Гаррета по плечу, начал спускаться с крыльца.

Гаррет проводил его взглядом. «Знаю». Что он, черт возьми, может знать?! Он и сам-то себя не знает.

Войдя в дом, Гаррет прошел в гостиную и остановился у окна. Уилла все еще разговаривала со Стюартом Хардвеллом. Словно почувствовав его взгляд, она подняла глаза и помахала ему рукой. В оранжевых лучах заходящего солнца ее волосы сияли словно огненный ореол.

Гаррет вздохнул и понял, что не составит никакого труда сделать вид, что он в нее влюблен. Дилан все понял неправильно. Проблема была не в том, что Уилла могла в него влюбиться — она умела себя контролировать, — а в том, что сам Гаррет мог влюбиться в нее.

Вечер прошел в непринужденной беседе. Они не заходили далеко и не перегибали палку. Всем было весело. И даже Дилан, похоже, пребывал в хорошем настроении.

Барбекю было съедено, и, когда команда кейтеринга приступила к уборке, Хардвеллы и несколько их близких друзей собрались возле камина. Уилла устроилась на широком подлокотнике кресла, в котором сидел Гаррет.

— Кто-нибудь хочет кофе? — спросила Кэти. — После такой еды чашечка кофе не будет лишней. — Все были только за. Кэти повернулась к Уилле: — Дорогая, не могла бы ты мне помочь?

— С удовольствием.

Уилла поняла, что это не просто поход на кухню, и все же немного растерялась, когда Кэти спросила:

— Могу ли я поинтересоваться, что все-таки между вами происходит?

Уилла хотела сказать, что они с Гарретом просто друзья, но потом вспомнила о своей роли.

— О, на самом деле пока ничего. Мы случайно столкнулись с ним на вечеринке, а потом ему понадобилась пара на гала-концерт.

— А сегодня? — спросила Кэти.

Уилла пожала плечами:

— Думаю, это просто потому, что из-за свадебных приготовлений я теперь слишком часто попадаюсь ему на глаза.

Кэти прижала руку ко рту:

— О, простите мне мои дурные манеры. Я сама должна была вас пригласить. Но я рада, что это сделал Гаррет. И все же… нет ли между вами чего-нибудь… э-э-э… романтического?

— О нет, — возразила Уилла. — Во всяком случае, пока.

— Мне кажется, я знаю, что будет потом, — заговорщически подмигнув, сказала Кэти. — Возможно, следующая свадьба, которую вам придется планировать, будет ваша собственная.

* * *

— Я должен был догадаться, что этот маленький поход на кухню был не только для того, чтобы принести кофе, — сказал Гаррет, поставив на стол пустую чашку.

Уилла посмотрела на часы и подавила зевок.

— Устала?

— Немного. Вчера мы тоже гуляли допоздна.

Гаррет нахмурился:

— Но ты ведь не собираешься сегодня же вернуться в Хай Пайн?

— О нет. Я останусь у Дилана.

— Хочешь, я тебя отвезу?

Уилла покачала головой:

— Я приехала на своей машине.

— Почему бы тогда нам немного не прогуляться? — предложил Гаррет. — Свежий воздух тебя взбодрит.

— Пожалуй, — согласилась Уилла.

Они вышли из дома через заднюю дверь. В уже темном небе висела полная луна. Воздух был прохладным и свежим.

Уилла расправила плечи и потянулась.

— Спасибо тебе за сегодняшний вечер, — сказал Гаррет и взял ее за руку. Этот жест удивил ее, ведь вокруг никого не было. — Я и правда очень ценю то, что ты для меня делаешь.

— Хочешь сказать, мы сегодня были убедительны?

— Думаю, мы на правильном пути. Ты была просто великолепна.

Она усмехнулась:

— Ты тоже.

Некоторое время они шли молча. Уилла вслушивалась в звуки ночи. Легкий ветерок доносил ржание лошадей в стойлах, крики сов в лесу, шелест листвы. Она втянула в себя прохладный ночной воздух и улыбнулась. Много лет прошло с тех пор, как она была счастлива в Эпплвуде, но прогулка при свете луны всколыхнула в ней целый ряд воспоминаний.

Гаррет вздохнул. Уилла подняла на него глаза.

— О чем вздыхаешь?

— Так… задумался.

— О чем?

— Об Элиасе, — нехотя ответил он. — До сих пор не могу поверить, что мне приходится это делать. Как он смеет заставлять меня прыгать через эти обручи? Мало ему, что я и так отдаю всего себя этому чертову ранчо? Уэсс, с тех пор как отбыл в свою Калифорнию, был в Эпплвуде всего пару раз. А Ной уже лет десять не вылезает из своей хижины в Кизе. Ему вообще ничего не нужно, кроме его картин. А мои кузены — где они были? Только я — я один! — уже двадцать лет живу и дышу этим ранчо.

Уилла позволила ему выговориться.

— Ты знаешь, — сказала она, — может, Элиас как раз этого и не хочет. Не хочет, чтобы ты жил только ранчо. Возможно, он хочет, чтобы ты нашел время и для чего-то другого.

Гаррет усмехнулся.

— Поверь, — усмехнулся он, — с этим у меня как раз нет проблем. Просто Элиас старомоден.

— Не считай это старомодным. Ему посчастливилось еще раз найти любовь. Вероятно, он хочет, чтобы и ты ее нашел.

— Ты думаешь, это все, что есть в жизни?

— Думаю, это больше, чем работа от рассвета до заката. Кое-кто считает, что это вообще главное в жизни. Но только не для меня.

Гаррет понимающе кивнул:

— Ну да, мавр… то есть Томас… сделал свое дело.

— Дело не только в Томасе, — сказала Уилла. — Ты ведь знаешь, что у меня никогда не было семьи. Дилан — единственный человек, которого я люблю и которому могу доверять. И вот теперь мне приходится лгать ему… — Она помолчала, потом тряхнула головой: — Ну ладно, хватит об этом. Я и правда хорошо провела время. У тебя прекрасная семья. Спасибо, что пригласил.

— Я рад, что ты пришла, — сказал Гаррет. — Мы неплохо все разыграли. А с Диланом что-нибудь потом придумаем.

Они остановились рядом с ее машиной. Рука Гаррета легла на ее талию. Они были одни, никто их не видел. Это был момент, предназначенный исключительно для них двоих.

— Так это была игра, Уилла? — спросил он.

— Это было забавно, и все получалось как-то само собой.

— Похоже, для меня это тоже сработало.

Он наклонился и легко коснулся губами ее губ. Потом отстранился и посмотрел на нее, прежде чем поцеловать снова. На этот раз она ему ответила. Ее губы приоткрылись, их языки встретились. Его руки скользнули по ее спине вниз, потом поднялись вверх и обхватили ее груди. Уилла знала, что любой, кто вышел бы из дома, мог увидеть их, и все же выгнулась навстречу его прикосновению. Потом его рука опустилась, чтобы нащупать молнию ее джинсов. Каждая ее клеточка, измученная нерастраченной энергией прошлой ночи, пульсировала в ее теле. Каждая частичка ее души нуждалась в Гаррете.

— Это то, чего ты хочешь? — хрипло спросил он.

— Да, — ответила она.

Он улыбнулся и притянул ее ближе.

Они могли бы не заметить, как открылась дверь дома, если бы не услышали.

— Спасибо за барбекю, — сказал Дилан тому, кто вышел его проводить.

— О боже, — выдохнула Уилла, быстро застегивая джинсы.

Гаррет выругался.

— Гаррет? Уилла?… Это вы, что ли? — раздался в темноте голос Дилана.

— Да, — отозвался Гаррет. — А ты уже домой?

— Да, пора. А вы что здесь делаете?

— Я тоже уже собралась домой, — сказала Уилла, — а Гаррет вышел меня проводить.

— О черт… — Дилан хлопнул себя по бедру, — вот растяпа! Я же оставил свой грузовик у западного пастбища. Захватишь меня с собой, сестренка?

— Залезай, растяпа, — рассмеялась Уилла, открывая дверцу со стороны пассажирского сиденья, и посмотрела на Гаррета. Она не сомневалась, что произошло бы между ними, если бы не появился Дилан. Они приняли решение «не распускать руки», но оказалось, что это было легче сказать, чем сделать.

Глава 7

На следующее утро, едва только взошло солнце, Гаррет был уже на ногах. Он привык вставать рано и хорошо высыпаться. Но только не в этот раз.

Когда он вчера вернулся домой, ему потребовалось тридцать минут холодного душа, прежде чем он смог думать о чем-то еще, кроме Уиллы. Он понимал, что могло случиться, и не знал, благодарить ему Дилана или нет, что тот вышел из дома. Конечно, Уилла ему очень нравилась и он, без сомнения, хотел бы с ней переспать, но, если они собирались продержаться два года — ничего не поделаешь, придется контролировать свои порывы.

Оседлав своего любимого коня, Гаррет решил объехать ранчо. Он столько лет провел в этих краях, что, казалось, знал каждый камень. И конечно, идеальное место, откуда можно было наблюдать восход солнца. Это была его земля — и он не мог допустить, чтобы она попала в руки кому-то другому.

Несколько работников уже начали свой день. На ранчо было так много дел — и днем и ночью, — что ни на какую личную жизнь просто не оставалось времени. Тем более на серьезные отношения.

Поднявшись на холм, Гаррет увидел у ограды одинокую фигуру и привязанную к дереву лошадь. Подъехав ближе, он узнал Элиаса и спешился.

— Что за утро! — восхитился Гаррет, облокотившись на ограду рядом с ним.

— Да, мало что может сравниться с таким тихим, спокойным утром, — согласился Элиас.

Некоторое время они молчали, наслаждаясь тишиной.

— Хорошее вчера было барбекю, — наконец произнес Гаррет.

— Я рад, что все остались довольны, — сказал Элиас и, выдержав паузу, добавил: — Кстати, ты меня удивил. Не помню, чтобы ты когда-нибудь приглашал на барбекю женщину.

— Я просто проявил любезность. Она занимается вашей свадьбой и часто бывает в доме.

Элиас прищурился.

— Между вами что-то есть? — спросил он.

Вопрос в лоб. Теперь ему не оставалось ничего, кроме как солгать.

— Ну я бы так не сказал… — уклончиво начал Гаррет.

— Момент подходящий, учитывая мою отставку, — заметил Элиас.

Гаррет пожал плечами:

— Ты ведь сам хотел, чтобы я нашел себе жену, не так ли?

— О!.. Так ты прямо сейчас собрался жениться?

— Понятия не имею, — сказал Гаррет. — Мы два года с ней не виделись. И встретились только вчера, на твоей вечеринке. Возможно, твои условия — или, скорее, угрозы — передать ранчо одному из моих братьев, зажгли огонь у меня под задницей. Так скажи: ты действительно хочешь, чтобы я женился и выполнил твои требования? Да или нет?

— Разумеется — да, — сказал Элиас. — Но послушай сюда, — палец Элиаса уткнулся ему в грудь, — если я узнаю, что все это фейк, никакой сделки не будет. Так и запомни.

Гаррет выдержал его взгляд.

— Я подписал наше соглашение, верно?

— Верно, — согласился Элиас. — И если ты действительно думаешь, что у вас с Уиллой может что-то получиться, то я рад за тебя. Но если это лишь способ получить ранчо, тогда все кончено. Я уже объяснил, почему это так важно для меня. Я хочу, чтобы ты жил полной жизнью.

— А почему ты тогда не установил эти правила для моих братьев? — спросил Гаррет.

— Ты знаешь, — сказал Элиас, — я не из тех, кто заводит себе любимчиков. Но ты всегда был ближе ко мне. И когда меня больше не будет рядом, я хотел бы знать, что у тебя есть все, что тебе нужно.

Гаррет понял. Дело было не в том, что Элиас хотел контролировать его жизнь. Просто прежде чем уехать, он хотел знать, что его внук будет счастлив.

А Гаррет ему солгал. И теперь его это мучило. И все же он не собирался искать себе жену, сидя в «Лонгхорне» или листая приложение для знакомств. Для этого у него просто не было времени. Тем более теперь, когда в его жизни уже появилась Уилла.

Глава 8

В понедельник утром на ее столе зазвонил телефон. Кто бы это мог быть? — подумала Уилла и взглянула на высветившийся номер.

Дэйзи.

Она улыбнулась и сняла трубку.

— Привет, — сказала Дэйзи. — Ты сегодня работаешь в Хай Пайне?

— Ага. Весь день.

— У меня в городе будет несколько визитов. Хочешь, вместе пообедаем?

— С удовольствием, — ответила Уилла. — Я могу заказать столик.

— Отлично. Сейчас мне нужно бежать, но я еще тебе позвоню.

Закончив разговор, Уилла забронировала столик в одном из своих любимых ресторанов. Конечно, было приятно увидеться с подругой, хотя Дэйзи, скорее всего, просто интересовали последние слухи о ней и Гаррете.

Через три часа, когда Дэйзи влетела в ресторан, ее подозрение подтвердилось.

— Ну ты просто настоящая партизанка, — затрещала Дэйзи, даже не успев сесть за стол. — До сих пор не могу поверить, что я узнала об этом от какой-то старушки, которая пришла лечиться от блох.

— Полагаю, ты имеешь в виду ее питомца, — заметила Уилла.

— Ха-ха. Смешно. Только не надейся увильнуть.

— Ты о чем?

— О чем я? Ты, — Дэйзи направила на нее указательный палец, — встречаешься с Гарретом Хардвеллом — вот о чем.

Уилла молчала.

— Я думала, — продолжала Дэйзи, — что вы просто друзья, когда ты пришла с ним на благотворительный вечер — кстати, поблагодари его за помощь, — но почему ты мне ничего не сказала?!

И снова Уилла оказалась в положении, когда ей предстояло солгать.

— Прости. Я хотела сказать. Просто все случилось так быстро… Мы встретились на вечеринке у Элиаса, потом он пригласил меня на гала-концерт…

— А потом и на барбекю.

— Что, кто-то пишет обо мне в своем блоге?

— Вроде того. — Порывшись в своей необъятной сумке, Дэйзи вытащила номер «Эпплвуд Трибьюн»: — И еще здесь.

Уилла взяла газету. Как она подозревала, на первой странице оказалась фотография с гала-концерта. Но не та, что была сделана перед баннером «Шагай и повторяй», а другая, когда Гаррет поцеловал ее перед тем, как войти внутрь.

— Расскажи подробней, — попросила Дэйзи.

— Ну какие тебе подробности, Дэйзи? У нас была всего лишь пара свиданий. Да и свиданиями это назвать нельзя. — Уилла не собиралась рассказывать, что произошло после барбекю.

Но Дэйзи и не думала отступать.

— Неужели не о чем? Это же самое интересное, что случилось со мной в последнее время.

— С тобой? — удивилась Уилла.

— Ты понимаешь, что я имею в виду. Ведь это же Гаррет! А в нашей дыре такая скука. Неужели ты не можешь позволить своей лучшей подруге хоть немного пожить твоей жизнью?

Уилла сдалась.

— Ну ладно. Он прекрасно целуется. Тебе этого достаточно?

— И это все?

— Все. И оставь меня в покое. Ты мне подруга или нет, в конце концов?

— Своей подруге ты бы давным-давно рассказала о красивом владельце ранчо, с которым ты тайно встречаешься.

— Тайно я ни с кем не встречаюсь. — Все было в точности наоборот. — Но, похоже, я опять стала городской достопримечательностью. — Чему удивляться, ей давно следовало знать, что мельница слухов в Эпплвуде работает двадцать четыре часа в сутки.

— На этот счет, — сказала Дэйзи, — я бы не стала беспокоиться. Вы с Гарретом сейчас вроде горячих пирожков, но это скоро пройдет.

Уилла с сомнением покачала головой:

— Не знаю… Похоже, они еще не забыли историю у алтаря, которая случилась два года назад.

Поймав сочувственный взгляд подруги, Уилла представила, что ожидало ее в следующие два года, когда старые домыслы обрастут новыми, став неотъемлемой частью ее жизни.

Глава 9

В пятницу Уилла снова начала собираться в Эпплвуд.

Ей совершенно незачем было туда ехать. Но когда после работы она вернулась в свою пустую квартиру, то неожиданно почувствовала странный холодок.

Она любила одиночество. Любила уединяться с книжкой в тенистом уголке парка или дома на диване.

Но последние выходные, которые она провела с братом, Гарретом и его семьей, настроили ее совершенно на другой лад. Она начала привыкать к окружению людей, которые любили и поддерживали друг друга.

Уилла свернула на подъездную дорожку, ведущую к дому Дилана, и, увидев его грузовик, припарковалась рядом. Взяв с заднего сиденья свою спортивную сумку, едва не столкнулась с ним на крыльце.

— Вот это сюрприз! — удивленно воскликнул Дилан.

— Мне следовало предупредить ваше высочество о своем приезде как минимум за день?

— Лучше за несколько, — строго сказал Дилан, но потом рассмеялся: — Брось. Этот дом такой же твой, как и мой. Тебе здесь всегда рады, хотя раньше ты бывала здесь гораздо реже.

— Ты же знаешь, что сейчас я работаю над свадьбой Кэти и Элиаса.

— Только в этом причина? — усмехнулся Дилан.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ничего. Я только за, если это приводит тебя сюда. Но не будем лукавить, Уилл, разве Гаррет тут ни при чем?

— На эти выходные у нас с ним ничего не намечено.

С понедельника они обменялись всего лишь несколькими эсэмэсками, но встречаться не собирались. Положение было странным. Она знала, что они должны разыгрывать шоу, но не хотела показаться навязчивой. Тем более что Гаррет начинал ей нравиться, и надо было установить границы, чтобы окончательно не потерять себя.

— Он даже не знает, что я здесь. Просто мне как-то вдруг стало одиноко и захотелось увидеть тебя, Дэйзи… или кого-нибудь еще из друзей.

— Что же мы тут стоим, — наконец спохватился Дилан, — пойдем в дом.

— Но ты, кажется, собирался уходить? Я не хочу нарушать твои планы.

— Ерунда. Ничего важного. Давай посидим дома. Сделаем попкорн и посмотрим какой-нибудь старый фильм. Что ты на это скажешь?

Она улыбнулась:

— Мне бы это понравилось.

На следующий день после завтрака Уилла сварила себе кофе и устроилась на крыльце с книгой. Что ей нравилось в Эпплвуде, так это тишина. Тишина и спокойное течение времени. Если она не была занята на работе, здесь — самое подходящее место, где можно расслабиться.

Сегодня ей это не удалось. Через несколько минут тишину нарушил шум мотора. Из остановившегося перед домом грузовика выпрыгнул Гаррет.

— Я узнал, что ты в городе, — сказал он, широко улыбнувшись.

— Может, у тебя есть доступ к камерам наблюдения?

— Если ты живешь в Эпплвуде, никакие камеры не нужны. Кстати… какие у тебя на сегодня планы?

— Только я и Нора, — сказала она, кивнув на лежащую на коленях книжку.

— Скажи ей, что увидишься с ней завтра.

Уилла рассмеялась:

— Почему?

— Хочу тебе кое-что предложить, — сказал Гаррет. — Например, прогулку верхом. Ну как, составишь мне компанию?

— С удовольствием. Только… — Уилла опустила глаза на свою тунику без рукавов и штаны для йоги, которые надела после душа.

— Оставайся в чем есть. Это не выход в свет. Мы просто немного покатаемся.

Уилла почувствовала облегчение, что не надо будет играть на публику. До этого они встречались только на городских и семейных мероприятиях.

— Тогда я готова.

Через пять минут грузовик Гаррета подъехал к конюшне, где уже были оседланы две лошади.

— Когда ты последний раз садилась в седло? — спросил Гаррет.

В детстве она и Дилан часто бывали на ранчо и много ездили верхом.

— Лет десять назад.

— Ты уверена, что справишься с лошадью?

Уилла представила себя на одной лошади с Гарретом. Представила, как ее спина прижимается к его груди… О нет!

— Вполне, — сказала она. — Это как на велосипеде — стоит раз научиться и… — Она вставила ногу в стремя и, легко подтянувшись, ловко села в седло. — Что? — спросила она, поймав его взгляд.

— Ты отлично смотришься. Как настоящая амазонка.

— А то! — Уилла взялась за поводья, и лошадь тут же отреагировала, давая понять, что готова подчиняться ее командам. — Как в старые добрые времена.

Покинув ранчо, они поехали по одной из конных троп вокруг Эпплвуда. Уилле нравилось жить в Хай Пайне, но все же она скучала по тихому уединению этих холмов, стрекоту цикад, щебету птиц. Было приятно погрузиться в гармоничные звуки природы, столь отличные от механического шума города.

— Поедем сюда, — предложила Уилла, увидев хорошо знакомую ей дорогу. Когда впереди показался особняк, она придержала лошадь.

Гаррет остановился рядом.

— М-м-м… и что мы тут делаем? — спросил он.

— Здесь мое будущее.

— Это твоя собственность?

— Нет. Пока нет. Особняк принадлежит Томасу. Несколько лет назад я случайно узнала, что когда-то он принадлежал семье моей матери, но потом перешел к другим людям. Несколько лет назад дом был выставлен на продажу и простоял на рынке так долго, что владельцы согласились придержать его, пока я не наберу нужную сумму. Я поделилась своими планами с Томасом, и после нашей неудавшейся свадьбы он купил его, предложив владельцам небольшой бонус.

— Зачем он это сделал? — спросил Гаррет.

— Думаю, просто чтобы досадить мне. Удвоив цену, он снова выставил его на продажу. Он скорее увидит, как этот дом сгниет, чем уступит мне хотя бы полцента.

Гарретт выругался.

— Это подло.

— Это — Томас. Он знал, что этот дом для меня значит. Единственная связь, которая осталась у меня с прошлым.

— А что ты собиралась с ним делать? — спросил Гаррет. — Он ведь такой огромный. В нем, должно быть, не меньше двадцати комнат.

— Восемнадцать. Я хотела бы сделать из него небольшой отель. У туристического бизнеса хорошие перспективы в этом районе.

— Это то, чему ты училась в колледже, верно? Администрирование и гостиничный бизнес.

Она улыбнулась:

— Ты помнишь.

— Конечно. — Он помолчал, а потом спросил:

— Сколько тебе нужно денег?

— М-м-м… много.

— Я мог бы их дать тебе прямо сейчас — в качестве платы за нашу сделку. Чтобы Томас не продал его кому-то еще.

Она протестующе подняла руку:

— О нет, не надо благотворительности.

— Это не благотворительность. Я ведь все равно собирался тебе заплатить за то, что ты выйдешь за меня замуж. Так какая разница, когда это произойдет?

Да, это было заманчиво. Но Уилла никому не хотела быть обязанной. Они договорились, что он заплатит ей после свадьбы, и не хотела чувствовать себя связанной еще какими-то обязательствами. Она помнила историю с Томасом. У него было больше денег, чем у нее. Больше влияния и власти. Ей нужно было раньше почувствовать неладное, а не тогда, когда она увидела в его телефоне те фотографии.

— Скажи, сколько тебе нужно? — спросил Гаррет.

Уилла нехотя назвала сумму.

— И это только для начала. Потом будет нужен ремонт. И еще у меня остался долг за нашу, так сказать, свадьбу с Томасом.

— Это ты за нее платишь? — спросил Гаррет. — Полностью?

— Ну да. Все счета пришли на мое имя. И я не собираюсь с ним за это судиться. Гаррет покачал головой:

— Это те деньги, которые, по его словам, ты пыталась из него вытянуть? Да-а… досталось же тебе.

— Поэтому я и уехала из города. Все считали, что это я во всем виновата. Что мне было делать? Оправдываться? Я приехала в Хай Пайн, не имея ни жилья, ни работы, лишь с небольшой суммой наличных.

Гаррет удивленно поднял брови:

— Наличных?

— Ну да. Я немного скопила на тот случай, если все пойдет наперекосяк. — На мгновение она задумалась. — Возможно, где-то на подсознательном уровне я чувствовала, что из этого ничего не выйдет.

— Нужно быть готовым к любой неожиданности, — согласился Гаррет. — От этого никто не застрахован. — Его глаза были устремлены на внезапно потемневшее небо. — Кстати, нам пора возвращаться. Уже поздно, и может пойти дождь.

Они повернули своих лошадей обратно к ранчо.

— А что было после того, как ты приехала в Хай Пайн, — спросил Гаррет, — без жилья, без работы, лишь с кучкой мелких наличных в новогоднем носке с нарисованным знаком доллара?

Она улыбнулась его шутке.

— Да, там было не много, поэтому я не стала терять время. Сначала я пролистала онлайн-объявления об аренде квартир и остановилась на первой, которую посмотрела. На следующий день получила работу у Мириам. С этого момента вроде как все наладилось.

— Тебе нравится твоя работа?

Уилла вздохнула:

— Более-менее. Если бы еще не так часто приходилось заниматься свадьбами. Своего рода кармическое возмездие — в наказание за то, что я сбежала со своей собственной.

— Да уж, — хмыкнул Гаррет.

— Извини, что вываливаю это на тебя. Боюсь, что я испортила отличную поездку.

— Не говори ерунды. Наоборот, я рад, что ты со мной поделилась.

— Просто с тобой очень легко разговаривать. Можно выболтать что угодно.

— Что ж, буду расценивать это как комплимент, — рассмеялся Гаррет.

Когда они подъехали к конюшне, он помог ей слезть с лошади и на мгновение удержал ее руку в своей.

— Спасибо тебе, — сказала Уилла. — Это было здорово — снова сесть на лошадь.

— Я рад, что ты согласилась составить мне компанию. Неторопливая прогулка с красивой женщиной — не часто такое случается.

— Неужели? Думаю, нашлось бы немало женщин, которые с удовольствием составили бы тебе компанию.

— Да, но среди них нет моей будущей жены.

— Ты прав. Сегодня такой день, что я совершенно забыла о нашей договоренности.

— Я тоже, — признался Гаррет. — Обычно я катаюсь один. Мне нравятся такие прогулки, это помогает прочистить мозги. Но я рад, что сегодня мы поехали вместе.

— Я тоже, — улыбнулась Уилла и прежде, чем успела остановить себя, спросила: — У тебя есть какие-нибудь планы на вечер? Мы могли бы вместе поужинать.

— Хотел бы сказать «да», но сегодня мы с Элиасом едем на родео в Форт-Уэрт.

Похоже, ее ожидал еще один вечер на диване за просмотром старых фильмов с пакетом попкорна в компании Дилана.

— Ну что ж, желаю хорошо провести время, — произнесла Уилла, не желая показать, что огорчена. С какой стати? Для Гаррета их отношения были простой договоренностью.

— Знаешь, я действительно хотел бы с тобой поужинать, но…

Нужно было закончить этот разговор. Она и так слишком много сегодня болтала.

— О, пустяки. — Дура. Он ведь ее предупреждал об этом. Его приоритетом всегда будет ранчо. Не отношения. — Нам ведь обоим приходится есть, верно? Вот я и предложила вместе поужинать. Короче, если тебе вдруг для чего-нибудь понадобится твоя фальшивая подружка, звони. А сейчас ты не мог бы меня отвезти к дому Дилана?

Глава 10

Когда Кэти узнала, что Уилла приехала на выходные в город, она тут же увидела в этом возможность обсудить с ней некоторые свои идеи.

Уилла уже собиралась вернуться в Хай Пайн, вдоволь насидевшись в уютном коконе маленького городка, когда ей позвонила Кэти. Все было неплохо до того момента, как она пригласила Гаррета на ужин. Идиотка.

Сидя на диване с пакетом попкорна, она смотрела фильм, где Джулия Робертс притворялась девушкой Ричарда Гира, и знала, что для нее это не вариант. Если она и станет женой Гаррета, то исключительно в рамках делового соглашения. Никакого лазанья по пожарной лестнице и признаний в вечной любви. Через два года их брак будет аннулирован. И это именно то, что ей нужно. Все. Точка.

Уилла знала, что ей собирается показать Кэти. Но дорожка к старому пруду оказалась ухоженной, а не заросшей, как она ожидала. Когда они вышли на окруженную деревьями поляну, Уилла улыбнулась. Она знала, что в конце тропы есть небольшой водопад, который сначала превращался в ручей, а потом впадал в пруд. В детстве они там часто рыбачили, и она помнила, как вечерами солнце опускалось за далекие холмы, создавая в небе величественную симфонию красок. Кроме того, это было то самое место, где она провела ночь с Гарретом. В тот августовский вечер они пришли сюда, чтобы посмотреть на падающие звезды. Гаррет постелил одеяло, а она тайком принесла из закусочной Пэтси бутылку вина. Они были навеселе, и наблюдение за звездами перешло в поцелуи, а потом и в гораздо большее…

— Знаешь, за все эти годы я была здесь всего один раз, — сказала Кэти, возвращая Уиллу из ее путешествия в прошлое. — Это ранчо такое огромное, что невозможно исследовать каждый его уголок.

Подняв глаза, Уилла увидела вдалеке Гаррета — он был верхом на вчерашней гнедой лошади. Ничего удивительного — ранчо было его домом.

— Здесь просто потрясающе, — продолжала Кэти. — Я хочу, чтобы все это мероприятие было небольшим, но запоминающимся.

— Мы могли бы провести здесь не только свадебную церемонию, но и прием, — поддержала ее идею Уилла. — Просто нужно будет продумать логистику доставки еды и напитков.

Уилла ожидала, что Гаррет проедет мимо — его лошадь шла быстрой рысью, — но он остановился прямо перед ними. Поздоровавшись с Кэти, он повернулся к Уилле:

— Можно тебя на пару слов?

Уилла кивнула.

— Я на минутку, — сказала она Кэти.

Гаррет привязал лошадь к дереву, и они отошли за лодочный сарай, тем самым обеспечив себе некоторую приватность.

— Пруд выглядит ухоженным, — сказала Уилла.

— Да, я люблю это место и часто здесь бываю.

— В самом деле?

Она не раз задавалась вопросом, имела ли для него та ночь хоть какое-то значение.

— Кэти хочет, чтобы свадьба была здесь. Я с ней согласна. У пруда очень красиво.

Гаррет снял шляпу и запустил пальцы в волосы.

— Похоже, в субботу я сделал что-то не так.

Она пожала плечами:

— Ерунда. Не стоит об этом беспокоиться.

— Мы с Элиасом были особыми гостями. Если бы я приехал с тобой…

— Ты этого не сделал. Мы хорошо провели время. Я просто немного проголодалась и подумала, что и ты, возможно, тоже.

— Я ведь говорил тебе, чем я занимаюсь. Работа, работа и работа. И редко когда удается выкроить время на что-то другое.

— Не думай, что я этого не понимаю.

— Тогда как ты смотришь на то, чтобы приехать в Эпплвуд на следующие выходные?

— А что тут будет?

— Элиас приглашает нас на ужин. Полагаю, чтобы получше к нам присмотреться.

— Хорошо. Я приеду в пятницу после работы. Скажу Дилану, чтобы он ждал меня.

— Не стоит, — возразил Гаррет. — Я хочу, чтобы ты остановилась у меня.

— У тебя?

— Ты можешь, конечно, занять комнату для гостей, но мне кажется, нам пора перейти на следующий уровень. — Уилла насторожилась. — Не по-настоящему, конечно, — добавил Гаррет.

— Ну хорошо. Тогда я еду прямо к тебе.

— И пришли мне список твоих любимых блюд и всякой мелочи, которая может тебе понадобиться. Я передам его своей экономке.

— Нет ли каких-то особых указаний насчет ужина? — спросила она, почтительно склонив голову.

Гаррет рассмеялся:

— Ничего особенного. Как всегда, мы должны делать вид, что без ума друг от друга.

— Будет сделано, сэр! — сказала она, шутливо отдавая ему честь.

— Будет сделано? — Гаррет шагнул к ней. — А может, нам стоит попрактиковаться?

Он потянулся к ней, и она позволила ему обнять себя.

— Нет ничего плохого в небольшой практике, — прошептала она. Его грудь была теплой и упругой. Он наклонился, и она почувствовала на своих губах его губы — мягкие и требовательные.

Обхватив ее за талию, он приподнял ее и прижал спиной к стене сарая. Вероятно, это могло испортить тонкий материал ее блузки, но ей было все равно. Ее ноги обвились вокруг его бедер, и он целовал ее так, словно от этого зависела вся его жизнь.

Его рука коснулась атласной ткани ее трусиков и отодвинула их в сторону. Она едва сдержала стон, когда его пальцы скользнули между ее ног.

— Ты такая горячая… — прошептал он.

Несмотря на все обещания не переступать грань, он был нужен ей. Нужны его прикосновения… Упираясь одной рукой в стену сарая и удерживая ее на своих бедрах, он использовал другую руку, чтобы довести ее до оргазма. Она прикусила губу, чтобы их никто не услышал, если б вдруг оказался поблизости. Она никогда не была беспечной или распутной. Все это пробудил в ней Гаррет. Ее дыхание было прерывистым и учащенным, когда она раскачивалась рядом с ним, бесстыдно наслаждаясь удовольствием.

— Я… сейчас… кончу, — выдохнула она и уткнулась ему в плечо.

Он поцеловал ее в висок и осторожно отпустил. Ее ноги дрожали. Они были почти полностью одеты, но каким-то образом этот момент показался ей одним из самых эротичных моментов в ее жизни.

И тут у нее в сумочке зазвонил мобильник.

— Уилла? — Похоже, она слышала голос Кэти не только в телефоне. Вероятно, она была где-то близко.

— Все. Я уже кончила, — объявила Уилла, непреднамеренно используя слово, которое она только что произнесла в объятиях Гаррета.

— Это точно, — усмехнулся он.

— О, заткнись, ты, — произнесла она игриво и, бросив на него последний взгляд, отправилась на поиски Кэти.

Глава 11

Приятно видеть вас вместе, — сказал Элиас.

Они сидели в ресторане, рука Гаррета лежала на спинке стула Уиллы.

— Мы стараемся. Ей нелегко живется в Хай Пайне.

Элиас перевел взгляд на Уиллу.

— А ты не думала вернуться в Эпплвуд? — В его глазах блеснул насмешливый огонек. — Если у вас, конечно, это серьезно.

Уилла бросила тревожный взгляд на Гаррета. Он успокаивающе похлопал ее по руке.

— Элиас, к чему эти вопросы? Я думал, мы хотели просто вместе поужинать.

— Это не значит, что меня не интересует жизнь моего внука. Возможно, вы уже собрались пожениться, откуда я знаю?

Гарретт подавил раздражение.

— Брак мы пока не обсуждали. Для этого еще слишком рано. Мы только начинаем узнавать друг друга.

— А я так всегда рада видеть вас обоих, — сказала Кэти. — Вы прекрасно смотритесь вместе. Ты, Гаррет, вряд ли мог бы найти кого-нибудь лучше Уиллы. Она добрая и внимательная, но — и я это знаю — может быть решительной и твердой.

Гаррет посмотрел на Уиллу и улыбнулся:

— Я это тоже знаю.

Уилла слегка смутилась, но потом приободрилась.

— Конечно, это может выглядеть немного подозрительным, — сказала она, обращаясь к Элиасу, — что мы начали встречаться сразу после вашего объявления, но, возможно, это просто судьба.

— Я не мог бы сказать лучше. — Гаррет провел кончиками пальцев по ее щеке. — Это действительно судьба. — Их взгляды встретились, время остановилось.

Наконец Гаррет отвел взгляд и откашлялся. Он вспомнил, как в последний раз прикасался к ней. Как его руки скользили по ее спине, пока он не поднял ее и не прижал к стене сарая. Конечно, она заслуживала большего, чем торопливые ласки у ветхой постройки. С того дня он только и думал о том, чтобы затащить ее в постель, хотя они решили не позволять своим гормонам командовать. После ужина они приедут домой, и она уйдет в комнату для гостей. Сможет ли он заснуть, зная, что она с ним под одной крышей?

Всю дорогу домой Уилла молчала. Целую неделю она не могла думать ни о чем другом, кроме того, что ей предстоит провести ночь в доме Гаррета. Если он не будет соблюдать установленные ими правила, ей придется самой нажать на тормоза.

Свернув на грунтовую дорогу, их машина миновала указатель на ранчо Хардвеллов. Через несколько минут они проехали мимо главного дома, и вскоре за поворотом показался еще один дом — его двойник, только поменьше.

Гаррет свернул на подъездную дорожку и остановился возле крыльца. Помогая выйти Уилле, он задержал ее руку в своей и повел к дому.

В доме, куда они вошли, поднявшись по широким ступенькам крыльца, Уилла сразу почувствовала себя желанной гостьей. Первый этаж был открытой планировки — большой, но в то же время уютный, с потолками до самой крыши. Пространство подчеркивали простые деревянные стены и большой камин, занимавший среднюю часть стены справа от входа. Слева находилась кухня, в которой, несмотря на ее функциональность, все же чувствовалась сельская атмосфера.

Гаррет набрал на своем телефоне какую-то комбинацию, и деревянные панели раздвинулись, открыв за собой широкое, во всю стену окно. Уже стемнело, но Уилла знала — она несколько раз была здесь, — что вид из окна был таким же, как из главного дома — поросшие сочной травой поля, пологие холмы с перелесками и синеющие вдали горы.

— Не могу дождаться утра, чтобы это увидеть.

— Ночью тоже есть на что посмотреть. — Гаррет кивнул на стоящий на треноге телескоп.

— Давнее увлечение перешло на новый уровень?

Гаррет рассмеялся:

— Вроде того.

В воздухе повисло неловкое молчание. Оба вдруг осознали, что впервые за эту неделю они остались наедине. Уилла вспомнила об их поцелуе в машине, потом после барбекю, и о том, что было у сарая. Каждая из этих встреч угрожала зайти еще дальше, но каждый раз им что-то мешало. Но если у них впереди была целая ночь под одной крышей, то что им тогда могло помешать?

Гарретт откашлялся.

— Что ж, — сказал он, — идем, я покажу тебе твою комнату.

Он повернулся и пошел к лестнице. Уилла последовала за ним. Наверху она никогда не была. Поднимаясь, она посмотрела вниз на гостиную — каменные плитки пола холодно поблескивали под лунным светом, проникающим через окно, — что вдруг ей напомнило кадр из какого-то старого триллера.

Наверху Гаррет остановился и подождал ее.

— Это моя комната. — Он кивнул на закрытую дверь. — А здесь, — сказал он, открывая соседнюю, — будешь спать ты.

Как и весь дом, комната была просторной и одновременно уютной. У дальней стены стояла широкая двуспальная кровать; еще одна дверь вела в ванную комнату, в которой кроме душа было и джакузи. Но больше всего ей понравилось, что французские двери выходили на широкий деревянный балкон, который шел вокруг всего дома.

Можно устроить себе пробежку в дождливый день, подумала Уилла.

— Ну как, нравится? — спросил Гаррет.

— Очень.

— Спасибо. Я хотел сделать этот дом своим маленьким кусочком рая.

— У тебя это получилось, — тихо сказала она.

Уилла повернулась, не зная, что он был совсем близко, и коснулась его своей грудью. Как бы они ни старались похоронить физическую часть своих не-отношений, ее каждый раз удивляло, как мало им требовалось, чтобы забыть об этом. Одного невольного прикосновения было достаточно, чтобы они превратились в двух гормональных подростков, которые не могли себя контролировать.

Гаррет отпрянул, словно спасаясь от раскаленного жара.

— Ну ладно, — сказал он. — Я пошел спать.

И, хлопнув дверью, вышел из комнаты.

Глава 12

Вот уже два часа как Гаррет ворочался в постели. Да и как можно было уснуть, когда с другой стороны стены спала Уилла? Ему потребовалась вся его сила воли, чтобы уйти от нее сегодня вечером. Но она установила между ними четкие границы, и он должен был уважать их.

— Ну все, хватит. — Откинув в сторону одеяло, Гаррет встал. Нужно было выпить. Это поможет ему расслабиться.

Спускаясь по лестнице, Гаррет заметил, что в кухне горит свет. Он помнил, что выключал его.

За кухонным столом сидела Уилла. Когда он вошел, она виновато улыбнулась.

— Извини, если я тебя разбудила.

— Вовсе нет. Не можешь уснуть? — спросил он.

— Слишком много всего крутится в голове. А почему ты не спишь?

— То же самое. Все кажется как-то не так, когда ты в доме не один.

— Выходит, ты принес себя в жертву? — спросила она.

Гаррет усмехнулся:

— Ага… нашему общему делу.

Но Уилла даже не улыбнулась. В воздухе повисла неловкая пауза.

Гаррет знал, что излишняя вежливость — это способ установить дистанцию, сопротивляясь возникшему влечению.

Он достал из бара два низких стакана и бутылку бурбона.

— Хочешь выпить? — спросил он. — Это поможет уснуть.

— Да, это было бы кстати.

Когда она брала у него стакан, их пальцы соприкоснулись, взгляды встретились и между ними проскочила искра понимания — что для Гаррета послужило сигналом к отступлению. Он обошел вокруг стола и сел напротив, используя дубовую столешницу между ними словно барьер.

Уилла усмехнулась:

— Это просто какой-то сюр… Никогда не думала, что мы дойдем до этого.

— Все отлично, — сказал Гаррет. — Еще немного, и мы вытянем это дело. — Он наклонился вперед, и они чокнулись. — Только представь, один из самых убежденных холостяков Эпплвуда вдруг решил остепениться. Да еще с кем? С той самой «сбежавшей невестой»! — Он хотел пошутить, но по ее лицу понял, что это не получилось. — Черт… прости… Я не должен был этого говорить.

— Ничего. Мне и не такое приходилось слышать.

— Но не от меня. Я уверен, что за всем этим скрывается какая-то история. Конечно, ты можешь ее не рассказывать, но у тебя наверняка была причина, чтобы сбежать с собственной свадьбы.

— Да, была. — Уилла допила свой бурбон. — Но я не хотела бы сейчас об этом говорить.

Гаррет не стал спорить. Ему тоже не очень-то хотелось говорить о Томасе.

— А о чем ты хотела бы поговорить? — спросил он. — Раз уж мы оба не спим.

— Может, поговорим о тебе? — предложила она. — Как ты, например, справляешься со всем этим?

— Со всем — это с чем?

Уилла указала сначала на него, потом на себя.

— С тем, что происходит между нами. Требования Элиаса, фиктивные отношения… Это, должно быть, непросто для тебя. Как ты с этим справляешься?

Гаррет задумался.

— Ну… вроде нормально.

— Неужели? — удивилась она. — Для меня так это совсем не нормально. А у тебя на карту поставлено куда больше.

— Хорошо, — сказал Гаррет, — буду честен с тобой. Да, это непросто. Но я стараюсь думать о будущем. Думать, что, когда все это кончится, ранчо будет моим.

— И это все, чего ты хочешь?

— Это все, чего я когда-либо хотел. Поэтому мысль, что у меня это отнимут, если я не выполню поставленное передо мной условие — каким бы нелепым оно ни было, — для меня просто неприемлема. — Одним глотком он допил остатки бурбона.

— Ты считаешь его нелепым? — спросила она.

— Еще бы! — Гаррет поставил стакан на стол. — Меня бесит, что он вмешивается в мою жизнь. Он думает, что если я не женюсь, то никогда не буду счастлив. Мне не нужно говорить тебе, что в жизни есть не только любовь и брак. — Хотя многие думали именно так. Но ранчо и люди, с которыми он работал, были для Гаррета всем.

Налив им еще по порции бурбона, Уилла подняла свой стакан:

— Я выпью за это.

Гаррет с готовностью присоединился к ней.

— И все же, — спросила она, — неужели у тебя не было никогда желания жениться и завести семью?

Гаррет пожал плечами:

— Нельзя сказать, что я против семьи. Но иногда я провожу на работе несколько суток, а потом просто падаю в постель. Не знаю, какая женщина могла бы смириться с такой жизнью. Конечно, я умею расслабляться. Но у меня свой баланс между работой и личной жизнью. Свое расписание. Какая женщина захочет под него подстраиваться? Работа на ранчо — это работа двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю без фиксированных выходных. Вся энергия, которая могла бы пойти на развитие отношений, у меня уходит на ранчо. Люди, животные — все они зависят от меня. Возможно, это не традиционный жизненный идеал, но для меня это так.

Он посмотрел на Уиллу. Маленькая лампочка над плитой отбрасывала золотистый отблеск на левую сторону ее лица. В таком освещении она казалась очень домашней и очень милой — прямо идеал семейной жизни. И Гаррету стало ужасно жаль, что нельзя было совместить эти два идеала.

— Что ж, я уважаю такую позицию, — сказала Уилла. — И именно поэтому наша договоренность работает. Я бы не позволила недооценивать себя, заставляя играть вторую скрипку.

Гаррет уныло кивнул.

Наступило молчание. Уилла смотрела то на окно, то на часы на стене — куда угодно, только не на Гаррета. Он не знал, что она была на кухне, и спустился вниз в одних пижамных брюках. Одного его вида — полуодетого, с взъерошенными волосами, — было бы достаточно, чтобы заставить ее убежать. Она хотела его, но не могла позволить себе в него влюбиться. Он сказал, что никогда не поставит женщину выше работы. Она же дала себе клятву никогда не соглашаться на меньшее.

Гаррет зевнул:

— Ну что ж… пора в кровать.

— Рано в кровать, рано вставать… — пробормотала Уилла, убирая со стола стаканы.

— Точно. За исключением первой части.

Они оба посмотрели на висящие на стене часы. Было уже за полночь.

— В любом случае, — сказала она, — для того чтобы встать, нужно сначала лечь. А для этого нужно подняться наверх. — Эти слова заставили ее подумать о том, что подниматься им придется вместе. Хотя потом она отправится в свою комнату, а он в свою.

— Спокойной ночи, Уилла, — сказал он, когда они остановились между их комнатами.

Но Уилла осталась стоять на месте. Ее ноги просто отказывались двигаться.

Она прислонилась к стене и вздохнула:

— Ты знаешь, я много думала о том дне…

— О каком дне? — спросил Гаррет. — На этой неделе?

— Да. Это было что-то.

Он ухмыльнулся:

— Мне кажется, ты заслуживаешь лучшего, чем быстрого оргазма у сарая.

— Мы договорились больше не допускать физической близости, чтобы ничего не усложнять, — сказала она.

— Да, — подтвердил он.

Она сделала к нему шаг.

— Мне кажется, у нас это… не получается.

— Уилла… — В голосе Гаррета прозвучало предупреждение.

Уилла ничего не сказала. Вместо этого она обвила его шею руками и, притянув к себе, поцеловала. Он подхватил ее на руки и понес в свою спальню. Пинком распахнув дверь комнаты, он опустил ее на кровать. Тонкие шелковые трусики ему совсем не мешали. Он отодвинул их в сторону, наклонился и коснулся ее языком. Она застонала. На мгновение он отступил. Его рука потянулась к прикроватному столику и что-то оттуда достала. Она затаила дыхание и вскрикнула, когда через несколько мгновений он наполнил ее. От неожиданности он замер, но потом она начала двигаться, и он подхватил ее ритм, медленно входя и выходя из нее. Потом его ритм ускорился, сменившись жесткими напористыми толчками. Казалось, они оба обезумели — их руки цеплялись друг за друга, поцелуи стали небрежными, дыхание смешалось — и наконец мощный оргазм сотряс все ее тело, а еще через несколько секунд Гаррет выкрикнул ее имя и, несколько раз содрогнувшись, упал на постель рядом с ней. Когда она повернулась к нему спиной, он обнял ее и прижал к себе.

— Черт возьми, Уилла, — прошептал он, зарывшись лицом в ее волосы, — это было чудесно. Не знаю, почему мы столько времени отказывали себе в этом.

Она повернулась к нему и, довольно мурлыкая, начала рисовать круги в волосах на его груди.

Резкий звонок телефона заполнил всю комнату. Они отпрянули друг от друга, словно дети, застигнутые врасплох.

Кто бы ни звонил, причина для ночного звонка не могла быть несерьезной.

Гаррет взял с прикроватного столика телефон и нажал кнопку ответа.

Несколько секунд он молча слушал. Уилла смотрела, как менялось его лицо. Губы сжались, в глазах появилось беспокойство.

— Хорошо, сейчас приеду, — сказал Гаррет.

— Кто это был? — спросила Уилла. — Что-то случилось?

— Дилан. Одна из лошадей рожает. Пока все нормально, но в прошлый раз у нее были осложнения. Я должен туда поехать.

— Хочешь, я поеду с тобой?

— Нет, — коротко ответил Гаррет и встал с постели.

Оставшись без его тепла, Уилла надела сброшенную на пол пижаму. Когда она подошла к окну, Гаррет уже спустился вниз. Она видела, как он вывел из гаража квадроцикл и надел шлем. Спать ей уже не хотелось, и она отправилась в душ.

Стоя под теплой водой, Уилла вдруг поняла: случилось то, чего она боялась, — она влюбилась в Гаррета Хардвелла.

Подъезжая к конюшне, Гаррет постарался выбросить из головы все посторонние мысли. Все, что случилось у него с Уиллой. Кому-то могло показаться странным, что он оставил ее, беспокоясь о здоровье лошади. Ни одна женщина с этим бы не смирилась.

У ворот его встретил Дилан.

— Дэйзи уже выехала.

Они не всегда вызывали ветеринара при родах животных, если не было осложнений во время беременности.

— Хорошо, — одобрил Гаррет. — Как она?

Дилан пожал плечами:

— Ночной дежурный услышал шум и пошел проверить. Увидев, что у нее начались схватки, позвонил мне. Пока вроде все нормально.

— Спасибо, что дал мне знать, — поблагодарил Гаррет.

— Извини, что разбудил.

— Я не спал.

— Похоже, я видел машину Уиллы на подъездной дорожке, — помолчав, сказал Дилан.

— Ты не ошибся, — кивнул Гаррет.

Дилан нахмурился.

Гаррету хотелось что-то добавить, но потом он повернулся и пошел в конюшню. Сейчас у них были более серьезные причины для беспокойства.

Подойдя к лошади, он начал мягко поглаживать ее по шее, зная, что она напряжена и испытывает боль.

— Ничего, девочка… расслабься… Все будет хорошо. Скоро приедет тетя Дэйзи и поможет тебе… Все будет хорошо.

— Дэйзи приехала! — донесся от входа голос Дилана.

— Ну вот она и приехала… — пробормотал Гаррет.

Он отошел в сторону, чтобы освободить Дэйзи и ее помощнице место для работы, и вместе с Диланом вышел из конюшни.

Дилан молчал, за что Гаррет был ему благодарен. Это давало ему возможность думать об Уилле. Он вспомнил выражение ее лица, когда встал с постели. Возможно, следовало объяснить ей, насколько важны некоторые события на ранчо — рождение жеребенка было одним из самых важных. Хотя вряд ли это что-то могло изменить. Проблема была не в ней, а в нем.

На следующее утро, когда Гаррет проснулся, в воздухе уже витал аромат кофе. Только когда рассвело, Дэйзи осмотрела жеребенка и они с Диланом разъехались по домам, довольные, что все закончилось благополучно. Это была долгая ночь, и его мысли то и дело возвращались к Уилле. Он знал, что его поведение было бестактным, но он привык к холостяцкой жизни. Он приходил и уходил из дома, когда это было нужно. Но теперь в его жизни появился другой человек, и какие бы у них ни были отношения — настоящие или нет, — они, несомненно, заслуживали внимания.

Гаррет слышал, что Уилла была на кухне и готовила завтрак. Вытолкнув себя из постели, он оделся и направился вниз.

Уилла стояла у плиты.

— Доброе утро, — сказал Гаррет.

— Доброе утро, — ответила она, даже не взглянув в его сторону. Была ли она сердита на него?

Гаррет налил себе чашку кофе.

— Как жеребенок? — поинтересовалась она.

— В порядке. Можешь заехать, посмотреть. Он довольно милый.

— Возможно, заеду.

Наступила пауза.

— У нас все хорошо? — спросил Гаррет.

Уилла кивнула, по-прежнему не глядя на него.

— Может, я чего-то не понимаю, — сказал Гаррет, — но мне так не кажется.

Она промолчала.

— Эта ночь… — начал Гаррет.

— Была ошибкой.

— Это не то, что я собирался сказать.

— Но это правда. — Она повернулась к нему. — Я разочарована. Не в тебе. В себе. Не нужно было этого начинать.

— Тогда это казалось правильным.

— Да, было здорово. В этом-то и проблема. Я боюсь, что я буду хотеть от тебя все больше и больше… а ты не сможешь мне этого дать.

Гаррет молчал. Возразить было нечего. Ночью он оставил ее ради выполнения своих обязанностей на ранчо. И не мог обещать, что этого больше не повторится.

— Ты права, — согласился он.

— Думаю, мне лучше уйти. — Она хотела пройти мимо него, но Гаррет удержал ее за руку.

— Наша договоренность все еще в силе? — спросил он.

— Я же обещала, что я это сделаю. А я человек слова. Просто сейчас мне нужно побыть одной.

Гаррет отпустил ее руку и нахмурился.

— А что, если мы сократим сроки? — предложил он.

— Что ты имеешь в виду?

— Через пару недель ты переедешь сюда, потом сразу помолвка, через месяц свадьба, ну а потом развод. Так сказать, экспресс-вариант.

Уилла подумала и потом кивнула.

— Что ж, это идея. Возможно, так действительно будет лучше.

Глава 13

Через пару недель Уилла снова начала собираться в Эпплвуд. На этот раз в багажнике ее «мини» лежал чемодан, чтобы создать впечатление «официального переезда» в дом Гаррета.

Было немного страшно. Она привыкла к своей квартире в Хай Пайне — ее собственному жизненному пространству, — и вот теперь ей опять предстоит жить в чужом доме.

Уилла встретила Томаса в тот же год, когда окончила колледж, и вскоре он уговорил ее переехать к нему.

У него было все — ум, обаяние, деньги. К тому же никто не проявлял к ней столько внимания. Он поселил ее в своем доме… и показал свое истинное лицо. Он не позволял ей встречаться с ее друзьями, которые ему не нравились; не позволял работать. Он даже не хотел, чтобы она виделась с братом. Через какое-то время она оказалась от него в полной зависимости. У нее не было ничего — ни работы, ни собственных денег. Дилану Томас никогда не нравился. Он не хотел, чтобы она выходила за него замуж, а ей было стыдно признать свое поражение.

Чтобы отвлечься, Уилла включила радио. Звучала песня в стиле кантри. Женский голос пел о том, что ей не нужен мужчина, чтобы наслаждаться жизнью. Уилла вздохнула. Именно так ей и хотелось жить. После Томаса она поклялась себе, что больше никогда не попадет в зависимость от мужчины. И вот, пожалуйста, она с чемоданам поворачивает к дому Гаррета.

Последнее время они держались на расстоянии и только на публике изображали влюбленную пару. И все же ложь изматывала. Она могла говорить себе, что то, что она делала, помогало Гаррету — и ей самой, — но когда друзья однажды сказали, что искренне рады, что она наконец нашла себе достойную пару, для нее это оказалось как удар под дых.

Когда Уилла подъехала к дому, Гаррет ждал ее на крыльце в своей обычной одежде ковбоя — в синих джинсах, рубашке и в черной ковбойской шляпе.

— Ты это сделала! — Широко улыбаясь, он сбежал с крыльца и помог ей выйти из машины. — А то я боялся, что ты струсишь.

Он обнял ее, и оба они на мгновение замерли, словно решая, стоит ли продолжать. К счастью, он отпустил ее и направился к багажнику, чтобы достать оттуда ее чемодан. Чемодан и спортивная сумка на заднем сиденье — вот и все, что она взяла с собой.

Поднявшись по ступенькам крыльца, Гаррет отступил в сторону, пропустив ее вперед, чтобы она первой вошла в дом.

— Что ты делаешь? — спросила она, увидев, что он занес ее чемодан в свою спальню.

— Заношу чемодан в комнату, чтобы ты могла распаковать вещи. Место в шкафу я уже освободил.

— А почему ты решил, что я буду спать в твоей комнате?

— Потому что любому, кто сюда придет, покажется странным, если твои вещи будут в комнате для гостей.

Конечно, он был прав, но Уилла не представляла, как они смогут спать в одной постели, соблюдая их договоренность. Это было бы еще тем испытанием.

— Послушай, — сказал Гаррет, смиренно сложив на груди руки, — я сам буду спать в комнате для гостей. Просто все должно выглядеть так, будто ты здесь живешь. И не на правах временной гостьи. Это все, что меня волнует.

«Это все, что меня волнует», — эхом прозвучало в ее голове, еще раз напомнив, что она не должна позволять своим гормонам командовать.

— Хорошо, — сказала она, — мы оба будем спать здесь. — Если она обуздает свои гормоны и чаще будет напоминать себе, зачем она это делает — чтобы помочь Гаррету получить ранчо, а себе купить особняк, — у них не возникнет никаких проблем.

Гаррет с сомнением покачал головой:

— Ты уверена?

— Почему бы нет? Мы оба взрослые люди. Мы вполне можем спать в одной постели, не теряя над собой контроль, тебе так не кажется?

Взгляд, которым он ее одарил, был опасен для ее решимости.

— Ну, если ты так думаешь…

Вечером Гаррет дождался, пока Уилла примет душ и ляжет в постель, и только тогда не спеша начал готовиться ко сну сам. Их первый день прошел лучше, чем он ожидал. Они вместе поужинали, а потом посидели во внутреннем дворике, выискивая на небе знакомые созвездия. И даже посмотрели какой-то старый фильм, который каждый из них видел уже не раз, словно специально оттягивая время.

В спальне было прохладно и тихо. Уилла, свернувшись калачиком, лежала на своей половине. Неужели заснула?

Гаррет на цыпочках подошел к постели и скользнул между простынями. Постель была королевских размеров, но он все равно остро ощущал ее близость. Ее тепло, аромат ее шампуня… Гаррет закрыл глаза и отвернулся. Но сон не шел. Он был так измучен желанием, что едва мог дышать.

— Гаррет… — От неожиданности он вздрогнул, услышав свое имя. Это было словно музыка. — Ты спишь?…

— Нет, — отозвался он, все его тело было напряжено, как струна, — я не могу спать…

— Я тоже… — Она прерывисто втянула в себя воздух. — Как ты думаешь, что нам с этим делать?

Они одновременно повернулись друг к другу. Уилла протянула руку и пальцем коснулась его губ.

Это было разрешением, в котором он так нуждался. Он придвинулся к ней и, обхватив ее лицо руками, завладел ее ртом. Ее пальцы ухватились за край его футболки и потянули ее вверх. Следующей была ее футболка.

Его губы прижались к ее груди. Его язык и зубы играли с ее соском, скользя вокруг и покусывая.

Уилла выгнула спину, теснее прижимаясь к его животу, чтобы почувствовать его эрекцию. На мгновение отстранившись, он вошел в нее. Его толчки были долгими и медленными, она наслаждалась каждым из них. Их стоны наполнили комнату, сливаясь в причудливый контрапункт, ее высокие и протяжные, его глухие и низкие, и, наконец, перейдя в крещендо, она вскрикнула, а он, войдя в нее в последний раз, что-то удовлетворенно прорычал ей на ухо.

— Это было здорово, — сказала она, отдышавшись.

— Я боялся, что ты снова скажешь, что это было ошибкой.

Она покачала головой:

— Не знаю, как мы могли думать, что сможем с этим справиться, мол, это явление разовое, давай-ка уберем его из нашего плана.

— Так зачем с этим бороться? — спросил Гаррет. — Зачем отказывать себе в удовольствии, пока мы вместе? Скажи, если я не прав.

— Ты прав, — сказала она. — Жизнь коротка. Мы должны пройти через все — через наши отношения, свадьбу, развод, — а потом, когда все это кончится, продолжать жить — каждый своей жизнью. — Ей вдруг стало грустно от этой развязки.

— Живем один раз, верно? — пошутил Гаррет.

Уилла даже не улыбнулась.

— Ну и далеко ли мы продвинулись, как ты думаешь? — спросила она.

— Думаю, мы проделали неплохую работу.

— Особенно если бы нас могли видеть сейчас, — сказала она, поймав их отражение в зеркале. — Вполне функциональная пара.

— Надеюсь, сейчас нас никто не видит.

Она игриво шлепнула его по груди.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

— Хочешь сказать, что пора переходить на следующий уровень?

— Что ты имеешь в виду?

— Объявить о помолвке. — Гаррет почувствовал, как она напряглась. — Ты как, в порядке? — спросил он.

— Я-то в порядке… Просто, видишь ли, брак — это уже серьезный шаг. Одно дело встречаться и жить вместе, но брак — это совсем другое. Теперь и наша ложь тоже перейдет на следующий уровень.

— Значит, надо быстрее покончить с этим. Не хочу, чтобы каждый раз, когда мы встречаемся с семьей или друзьями, тебе было плохо. — Другое дело, что теперь он сам не хотел, чтобы это закончилось.

— Хорошо, — согласилась Уилла. — Сделаем следующий шаг.

— Кстати, — спросил Гаррет, — у тебя есть какие-нибудь планы на выходные?

— Нет. — Она придвинулась еще ближе к нему. — А что?

— Мы могли бы пригласить мою семью к нам на ужин. Как ты на это смотришь?

— Это и будет следующим шагом в нашем плане?

Он улыбнулся. Ему нравилось, как она прижималась к нему. Его тело уже снова было готово для нее.

— Точно. Завтра я куплю кольца. У тебя есть какие-нибудь пожелания?

— У этом нет необходимости. Можно воспользоваться кольцом Томаса.

Гаррет нахмурился:

— Его кольцо все еще у тебя?

— Где-то в моей квартире. Я сохранила его, когда переезжала, на тот случай, если мне понадобятся еще наличные. Он не просил его вернуть.

Гаррет взял ее руку и поднес к губам.

— Я не позволю тебе носить кольцо другого мужчины, пока ты помолвлена со мной — все равно, по-настоящему или нет.

«Все равно, по-настоящему или нет».

Все это было задумано как шоу. Ради денег.

В худшем случае можно было рассчитывать на несколько раундов кувыркания между простыней. Большего не предполагалось. Никаких чувств. Но теперь — и этого нельзя было отрицать — она влюбилась. То, как Гаррет смотрел на нее, как прикасался к ней — с таким осторожным вниманием, — заставляло ее страдать. Она хотела его, и она его получила. Она собиралась выйти за него замуж, но это ничего не значило.

Ее сердце учащенно стучало.

Не будь глупой, говорила она себе. Он же объяснил, на что был бы похож их брак. Разве этого она хотела от жизни?

Уилла почувствовала на глазах слезы.

— Эй… — Его пальцы коснулись ее щеки. — Что с тобой?

— Ничего, — сказала она, отстраняясь и от своих эмоций, и от его прикосновений. — Нам действительно нужно поспать. Завтра на работу.

— Нет, здесь что-то не так. Если ты думаешь, что мы должны покончить с этим, или тебя беспокоит что-то другое, скажи мне. Тебя не устраивает наше соглашение?

Уилла вздохнула. Несмотря на то что у них была потрясающая ночь, Гаррет привел ее в свой дом в рамках договоренности. И не стоило забывать об этом.

— Да нет, все нормально. Давай спать, — сказала Уилла и отвернулась от него.

Гаррет лежал на спине и смотрел в потолок. Черт возьми, у них была потрясающая ночь, и он не мог понять, почему она его оттолкнула! Они наслаждались друг другом, а потом — буквально за несколько секунд — ее настроение вдруг изменилось. Он не привык говорить о чувствах. Он даже не знал, как спросить об этом. Ему надо было выспаться, чтобы начать работу со свежей головой. Но сейчас ему было все равно. Его мысли были заняты Уиллой. Завтра он пойдет и купит кольцо. Это был следующий шаг в их плане.

Гаррет никогда не думал о браке — ранчо составляло всю его жизнь, — но теперь, когда появилась Уилла, будь он проклят, если он не хотел, чтобы все это было по-настоящему!

Он протянул руку и коснулся ее щеки. Но что он мог предложить ей? Жизнь с мужчиной, который полностью поглощен работой, было не тем, чего она хотела. И чего она заслуживала. Гаррет чувствовал, что начинает влюбляться в нее, но будущего у них не было. Придется довольствоваться сиюминутным. Тем, что он мог получить от их нынешних отношений — настоящих или мнимых.

Глава 14

После еще одной почти бессонной ночи Гаррет подъехал к главному дому, где уже собирались работники. Были среди них и новые лица.

— Я нанял еще несколько помощников, — объяснил Дилан.

— Уже?

— Нужно время, чтобы подготовить их к осени. — Дилан удивленно смотрел на Гаррета. — Мы же с тобой обсуждали это.

— А, верно… Последнее время я немного рассеян. Извини.

— Конечно, у тебя много дел, — усмехнулся Дилан.

Гаррет бросил на него быстрый взгляд. Его раздражали эти намеки и то, что в последнее время жизнь на ранчо шла как бы мимо него, поскольку все его мысли были заняты Уиллой. Но он доверял Дилану и знал, что тот обо всем позаботится.

— Что у вас на сегодня намечено, ребята? — спросил он, поздоровавшись со всеми. Они уже знали, что перед ними их будущий хозяин ранчо, поэтому все — даже те, с кем он работал бок о бок в течение многих лет, — прямее держали спину и внимательно смотрели на него. Гаррету не понравилась эта перемена. Возможно, он скоро станет здесь хозяином, но он не хотел, чтобы его команда относилась к нему как к большому боссу.

Ему казалось, что он, который постоянно был в курсе всех дел на ранчо, постепенно теряет эту связь, и это укрепляло его уверенность, что серьезные отношения отнимают время от его повседневных обязанностей. А быть владельцем ранчо на пол ставке Гаррет не хотел.

— Дилан отправил нас на восточную окраину, — сказал Билли, один из самых опытных работников. — Надо посмотреть, весь ли скот в загонах. И возьмем с собой новых парней, чтобы им там все показать.

— Хорошо, — одобрил Гаррет. — Но я и в западной части видел одно стадо, так что пусть кто-то из вас туда съездит.

— Есть что-нибудь еще? — спросил Билли.

— Еще нужно, чтобы кто-нибудь обошел все ранчо по периметру и тщательно проверил ограждение. На камерах были зафиксированы койоты.

— Будет сделано, — кивнул Билли.

Гаррет снова повернулся к Дилану.

— Нам нужно поговорить, — сказал он.

Дилан нахмурился.

— А что такое?

Гаррет не знал, как у них в данный момент обстоят дела с Уиллой, но договоренность все еще действовала, и нужно было довести дело до конца.

Они отошли в сторону.

— Я хочу попросить Уиллу выйти за меня замуж, — заявил Гаррет. — Что ты можешь сказать на это?

— Что я могу сказать? — На лице Дилана появилась изумленная улыбка. — Да это просто здорово! Ей столько всего пришлось пережить. Я рад, что она наконец счастлива.

Гаррет был смущен такой искренней радостью. Он чувствовал себя змеей, обманом проникшей в дом друга.

Глава 15

Прошла неделя. Отношения между Уиллой и Гарретом оставались натянутыми, но они все же решили устроить семейный ужин. На публике они по-прежнему вели себя как влюбленная пара, но с той ночи, когда Уилла наконец поняла, что ей никогда не получить всего Гаррета, они больше не занимались любовью и не спали в одной постели.

Уилла вошла на кухню, где поставщики провизии разгружали продукты.

— Могу ли я чем-то помочь? — спросила она.

— Уилла, дорогая, — сказал появившийся в дверях Гаррет, — оставь людей в покое. Они знают свое дело. Пойдем лучше к гостям.

Он вручил ей бокал вина, и они вместе вошли в комнату, где Уилла увидела Кэти, Элиаса и отца Гаррета с женой. И конечно же, Дилана.

Гаррет запланировал семейный ужин, и, хотя Уилла была рада видеть их всех, между ними двумя после разговора той ночью все изменилось. Они по-прежнему были милы друг с другом, но «поведение влюбленной пары» включали только на публике. Они вместе поприветствовали гостей. Большие семейные мероприятия были непривычны для Уиллы, но ей начало нравиться, когда вокруг собиралось так много друзей и членов семьи.

Гаррет взял вилку и постучал по своему бокалу с виски.

— Спасибо всем, что пришли сюда. Поскольку все были очень заняты, а Элиас и Кэти занимались подготовкой к свадьбе и переезду, прошло какое-то время, как мы собирались вместе. — Он обнял Уиллу за талию и притянул к себе. — Последний раз это было на вечеринке по случаю помолвки Кэти и Элиаса, на которой Элиас объявил о своей отставке и дал мне повод задуматься. — Гаррет повернулся к старшему Хардвеллу и поднял бокал: — Ты бросил мне вызов, заставив выйти из привычной зоны комфорта. Спасибо тебе за это. — Он перевел взгляд на Уиллу: — А тебе, Уилла, я благодарен за то, что ты открыла мне глаза и заставила увидеть, что кроме работы есть много других радостей в жизни. Я люблю тебя, Уилла.

Эти слова, хотя она и знала, что за ними ничего не стоит, произвели на нее какое-то странное действие. У нее закружилась голова. Его рука на ее талии, то, как он смотрел на нее, и сами слова — все было таким же фальшивым, как трехдолларовая купюра, и все же…

У нее пересохло в горле.

— И я люблю тебя, Гаррет, — наконец сказала она, глядя на улыбающиеся вокруг лица. Пускай это было просто шоу, но она должна сыграть свою роль.

— На этой ноте, — продолжал Гаррет, — я хотел бы задать Уилле один очень важный вопрос. — У нее перехватило дыхание. Она знала, какой это будет вопрос. — Уилла, — спросил Гаррет, — ты выйдешь за меня замуж? — Он достал из кармана маленькую черную коробочку и открыл ее. — Надеюсь, тебе понравится.

Большой бриллиант в оправе из белого золота в окружении трех бриллиантов поменьше составляли изысканную композицию.

Уилла не могла этого не оценить.

— Какая прелесть, — сказала она.

Гаррет взял из коробочки кольцо и надел ей на палец.

— Но ты не ответила на мой вопрос: ты выйдешь за меня замуж?

До их соглашения она думала, что в следующий раз, когда она услышит эти слова, все будет по-настоящему. Что она примет предложение руки и сердца от мужчины, которого действительно полюбит. Уилла посмотрела на Гаррета и поняла, что это правда. Она любила его, и, хотя знала, что это глупо, ее сердцу было все равно.

— Да, — сказала она. — Я выйду за тебя замуж.

В комнате раздались аплодисменты. Гаррет наклонил голову и поцеловал ее. Когда они отстранились друг от друга, Уилла огляделась. Все улыбались. Все были рады за них, не смущаясь обстоятельствами или возможными мотивами их помолвки.

— Спасибо всем за такой теплый прием, — произнесла Уилла.

Она и в самом деле была благодарна, что Хардвеллы никогда не осуждали ее за прошлое. Казалось, чуть ли не каждый в Эпплвуде считал своим долгом иметь мнение на ее счет. И только Хардвеллы принимали ее такой, какой она была.

— Мы просто ужасно рады видеть Гаррета таким счастливым, — сказала Кэти. — Наконец-то он понял, что в жизни есть не только работа.

— Теперь, когда ты выходишь замуж, — добавила Элеонора, — должна признаться, что я думала — мы все думали, — что Гаррет, уступая требованиям Элиаса, просто «купил тебя». Но, глядя на вас, только слепой не увидит, что вы просто созданы друг для друга.

Уилла молчала. Эти люди думали, что она и Гаррет влюблены друг в друга. А они лгали им прямо в лицо.

— Мы знаем, что у тебя в прошлом были проблемы, — сказала Кэти, — но мы не можем тебя за это винить. Ведь к браку нужно относиться серьезно, без притворства и принуждения.

Все улыбались им и поздравляли — все, кроме Дилана, который, стоя у окна, внимательно наблюдал за ними. Поймав его взгляд, Уилла подошла к нему.

— Полагаю, поздравления уместны? — спросил он, притягивая ее к себе.

— Ты рад за меня?

— Конечно. Хотя я не думал, что дело дойдет до брака — да еще так быстро, — но я люблю вас обоих. Надеюсь, вы будете счастливы.

— Спасибо. — Она обняла его, чувствуя, как к ее глазам подступают слезы. Что бы сказал милый Дилан, если бы узнал, что его сестра и его лучший друг все время лгали ему? Что он скажет, когда это все закончится?

Уилла отстранилась от брата и прошла через комнату — туда, где стоял Гаррет.

— Мы не могли бы с тобой поговорить? — спросила она.

Взглянув на ее лицо, он кивнул:

— Конечно. Но давай лучше поднимемся наверх.

Они вместе поднялись по лестнице и зашли в его комнату.

— Что-то не так? — спросил Гаррет, закрыв за ними дверь. — Тебе не нравится кольцо?

Она покачала головой:

— Дело не в кольце. В предложении. Я не знала, что это будет сегодня.

— Я хотел сделать тебе сюрприз.

— Понимаю. Просто это не совсем то… как я себе это представляла. Никакой романтики.

— Слишком официально? Тогда можно попробовать еще раз.

Гаррет взял ее за руку, снял с пальца кольцо и опустился на одно колено.

— Уилла Статлер, сделаешь ли ты меня самым счастливым человеком на свете, оказав мне честь стать моей фейковой невестой? В болезни и здравии, в богатстве и бедности, в шарадах и фарсах?

Он хотел надеть ей кольцо, но она поймала его руку и сжала кольцо в ладони.

— Нет, — прошептала она, — не могу.

Гаррет был изумлен:

— Что?

— Не могу, — повторила она. — Я не могу продолжать лгать. Лгать твоей семье… друзьям. Эти мнимые отношения начинают казаться слишком реальными… и меня это убивает.

— Уилла, послушай…

Он встал и сделал к ней шаг. Он хотел обнять ее, но она отбросила его руку.

— Нет. Мы должны были как следует подумать, прежде чем затевать весь этот фарс, чтобы ты получил свое ранчо. Прости, Гаррет, — она положила кольцо на постель, — но я просто не могу этого сделать.

— Ну и ну… — Услышав голос, они обернулись. В дверях стоял Элиас и, судя по выражению лица, все слышал. — Я должен был прислушаться к своей интуиции. Я чувствовал, что здесь что-то не так. Что ваши отношения не настоящие. Но я хотел, чтобы они стали настоящими.

Гаррет открыл было рот, но Элиас жестом остановил его.

— И все же я не думал, — продолжал он, — что ты осмелишься солгать мне. Тем более нарушишь соглашение, которое сам подписал. — Он покачал головой. — Все кончено, Гаррет. Сделка расторгнута. Ты получишь ту же долю ранчо, что и твои братья и кузены. Не больше.

Уилла выдохнула. Ее отказ стоил Гаррету всего, к чему он стремился. Но и она тоже ничего не получит. Хотя теперь это не имело значения.

— Гаррет, — сказала она, — прости…

— Замолчи! — Всю злость и досаду на себя он обратил на нее. — Ничего бы не случилось, если бы ты просто выполнила свою часть сделки. Но я должен был знать, что не стоит доверять женщине, склонной в последний момент отказываться от своих обещаний.

— Ты не смеешь так со мной разговаривать! Твоя вина в этом не меньше. Иди ты к черту!

Уилла выбежала из комнаты. Элиас последовал за ней.

Гаррет остался один. Только он и кольцо с бриллиантом на постели.

Глава 16

Подъехав к мэрии, Уилла оставила машину на муниципальной парковке. Неделю назад она уехала из дома Гаррета, разрушив свою жизнь и надежды на будущее. Она ужасно скучала по Гаррету, иногда боль казалась невыносимой. Хорошо, что они не пошли дальше в этом фарсе. Но, был ли Гаррет в ее жизни или нет, она все еще могла взять под контроль свое будущее. Что означало еще раз увидеть Томаса.

Уилла вошла в приемную.

— Он у себя?

— Разговаривает по телефону, — ответила секретарша.

Уилла кивнула и, не обращая внимания на протесты секретарши, прошла в кабинет Томаса.

Увидев ее, Томас на мгновение замер.

— Я перезвоню, — сказал он в трубку.

Опустив ее на рычаг, он тяжело вздохнул:

— Уилла, разве ты не знаешь, что нельзя вот так просто сюда врываться?

— Похоже, я только что это сделала.

Скорчив гримасу, Томас кивнул на кресло.

— Ну тогда присядь хотя бы, — сказал он.

Уилла покачала головой и осталась стоять, используя динамику власти — прием, которым широко пользовался сам Томас.

— Ничего, я постою.

Его брови нахмурились.

— Что я могу для тебя сделать, Уилла?

— Тебе не нужно ничего делать. Просто я хочу сказать, что мне это надоело. Мне надоело беспокоиться о всех этих сплетнях, которые ходят обо мне в городе. Сегодня с этим будет покончено.

— Откуда такая уверенность?

— Ты помнишь день нашей свадьбы? — спросила Уилла.

— Еще бы… забыть такое унижение.

— Не вижу в этом ничего несправедливого. Потому что до этого унижал меня ты.

Уилла подошла к окну, выходившему на главную улицу Эпплвуда. За последние годы город значительно вырос, хотя по современным меркам все еще оставался небольшим.

— Ты хочешь знать, почему я ушла? — спросила она.

— Потому что у тебя есть склонность все драматизировать. А может, ты просто струсила.

— Струсила? О нет! Идти обратно от алтаря на глазах у всех было самым смелым моим поступком. Я долго мирилась с тем, как ты со мной обращался, только потому, что думала, что это все, чего я заслуживаю. — На мгновение она сделала паузу, вспомнив свои отношения с Гарретом. Они даже не были настоящей парой, но он все время заставлял ее чувствовать себя особенной. Она снова посмотрела на Томаса: — Но я все же заслуживаю большего.

— Поэтому ты и пришла сюда? — ухмыльнулся Томас. — Сказать, что ты заслуживаешь большего?

— Нет, не поэтому. — Она положила ему на стол чек. — Мне нужна собственность моей семьи. — Сумма, написанная на чеке, могла не соответствовать той, которую хотел получить Томас — без денег Гаррета она не могла ее набрать, — но все же достаточной, чтобы отнестись к ней серьезно.

— Откуда у тебя такие деньги? — спросил Томас. — Украла у Хардвелла?

— Ни у кого я ничего не украла.

Уилла продала кольцо Томаса. Этих денег хватило, чтобы покрыть ту часть суммы, которую он добавил к стоимости дома перед тем, как снова выставить его на продажу. Вернуть ему деньги за кольцо, чтобы купить дом, который когда-то принадлежал ее семье, по-своему было даже романтично.

— Я знаю, что это не вся сумма, которую ты хотел, но это только для начала. Перепиши собственность на меня, и в течение года я выплачу тебе остальное.

Томас рассмеялся. Он по-прежнему не воспринимал ее всерьез.

— Похвально-похвально, Уилла. Мне нравится твоя решительность, твое мужество… но, боюсь, я ничего не смогу для тебя сделать.

— Почему?

— Потому, что этот дом больше не принадлежит мне.

— Что?! — Это была катастрофа.

— Ты меня слышала. Я его продал. Ты опоздала буквально на пару дней. — Томас смотрел на нее с притворным сожалением. — Ну и что ты теперь будешь делать, бедная Уилла?

— Ничего, — сказала она. — Ты этого не стоишь. Я просто хочу забыть тебя.

Она повернулась и вышла из кабинета, оставив на столе чек. У нее ничего не было. Ни дома. Ни мечты. Ни Гаррета.

Ее план остаться в Эпплвуде провалился.

Она села в машину. И куда теперь ехать? В Хай Пайн? Но даже этот город хранил в себе слишком много воспоминаний. Почему бы не отправиться куда-нибудь еще? Например, в Денвер, где она училась в колледже. Да куда угодно — в Лас-Вегас, Майами, Нью-Йорк, Цинциннати… Дилан, конечно, будет скучать по ней, но он справится. В Эпплвуде ее уже ничего не удерживало. Но сначала нужно было сделать одну остановку.

Свернув на уходящую в лес грунтовку, Уилла подъехала к особняку. С этого мгновения там висела табличка «Продано». Последняя надежда исчезла. Теперь она ничего не чувствовала ни к городу, ни к тому, что с ней случилось.

Словно в каком-то полусне, Уилла вышла из машины и только тогда увидела, что с другой стороны особняка припаркован черный пикап. Нынешние владельцы? Она повернулась, чтобы уйти. Ей не хотелось никого видеть и объяснять, почему она крутится возле чужой собственности.

— Постой, — услышала она за спиной знакомый голос, и обернулась. В своей обычной рабочей одежде — в джинсах и в клетчатой рубашке, — с конвертом в руке к ней шел Гаррет.

— Я так и думал, что ты здесь появишься, — сказал он, улыбнувшись.

— А ты что здесь делаешь?

Он кивнул в сторону дома:

— Пришел проверить свою новую покупку.

Уилла была в шоке:

— Так это ты его купил?!

— Точно.

— Но зачем он тебе?

— Хороший вопрос. Как раз это меня и мучает. Что мне теперь с ним делать? Отремонтировать и открыть гостиницу?

— Один из возможных вариантов.

Гаррет с сомнением покачал головой:

— Слишком много затрат. Может, просто подарить кому-нибудь?

— Кому нужна такая рухлядь? — усмехнулась Уилла, решив поддержать игру.

— Надеюсь, я все же кого-нибудь найду. — Он протянул ей конверт. — Вот, держи.

Она удивленно заглянула в него:

— Что это?

— Что-что… договор. Я купил этот дом, и теперь он твой. Что тут непонятного?

Ее глаза округлились.

— Ты шутишь?

Он усмехнулся:

— Ты уже должна знать, что с юмором у меня не очень. Короче, дом твой. И это серьезно.

Уилла замотала головой:

— Нет-нет… я не могу это принять. Я хотела его купить, но…

— Ты бы не взяла деньги. И не оставила бы у себя кольцо. Так что сейчас мы поедем к моему адвокату и перепишем дом на тебя.

— Но почему ты это делаешь?

— Почему? По той же причине, по которой ты сама согласилась мне помочь. Потому что ты мне нравишься. И не важно, что произошло между нами, я хочу остаться твоим другом. А друзья для того и нужны, чтобы помогать друг другу. Томас хотел взять с тебя чудовищную сумму за этот дом, я же купил его чуть ли не в два раза дешевле.

— Почему он тебе его продал?

— Я сделал это через своих адвокатов. Анонимно. А если тебя все же беспокоит, что приходится брать от меня деньги, то можешь считать это инвестицией. — На мгновение он замолчал. — И еще. Я хочу извиниться. В тот день во время ужина я вел себя как самая последняя задница. Я не должен был так с тобой разговаривать.

— Я тоже виновата. Мне жаль, что все так вышло.

До этого момента Уилле казалось, что жизнь решительно повернулась к ней своей темной стороной, и, когда Гаррет сказал, что хочет передать ей дом, о котором столько мечтала, она просто не смела в это поверить. В ее жизни ничего подобного никогда не случалось. Да, она хотела независимости, но что плохого в том, чтобы принять помощь от друга?

— Спасибо тебе, — сказала Уилла.

Гаррет улыбнулся.

— А теперь поехали к адвокату. Садись в мою машину.

Он направился к своему пикапу, но Уилла не двинулась с места. Он собирался помочь ей, почему она не может ответить ему тем же?

— Гаррет, постой…

Он обернулся и вопросительно посмотрел на нее.

— Я сделаю это, — сказала она. — Я выйду за тебя замуж.

— В самом деле? — спросил он.

Уилла кивнула.

— Что заставило тебя передумать?

— Я люблю тебя, — ответила она.

Гаррет молчал.

— Думаю, это и было основной моей проблемой. Я все время отталкивала тебя, потому что боялась в тебя влюбиться.

— Ты любишь меня, — наконец произнес он. Это прозвучало как утверждение, а не как вопрос. — Слава богу. — Он сделал к ней шаг и притянул к себе. — Я ведь тоже тебя люблю.

Глава 17

Через шесть месяцев Гаррет снова надел кольцо на ее палец.

— Согласен ли ты, Гаррет, чтобы Уилла стала твоей женой? — спросил священник.

— Да, я согласен.

— Согласна ли ты, Уилла, чтобы Гаррет стал твоим мужем?

После примирения они оба решили пожениться как можно скорее. Местом для проведения церемонии был выбран уединенный ручей, где теплой августовской ночью они впервые занимались любовью.

— Да, — сказала Уилла, — я согласна.

— Тогда я объявляю вас…

— Подождите, — остановил его Гаррет. — Мне нужно кое-что сказать.

Уилла замерла. Именно такими словами закончилась ее первая свадьба.

Среди гостей раздался недоуменный ропот. Что это? Кармическое возмездие?

— Уилла, — сказал Гаррет, — когда мы только встретились, я еще не знал, что ты и есть та самая, единственная для меня, женщина. — Он улыбнулся. — Разумеется, в то время мы были очень молоды. Не дети, конечно, но и не взрослые.

Напряжение спало, послышался смех.

— Возможно, понадобилось немало времени… хм… лет десять, чтобы я это понял. — Еще один взрыв смеха. — Но последние полгода были самыми прекрасными в моей жизни. Ты показала мне, что в жизни есть не только работа, а и нечто большее. Я люблю тебя. — Он уже говорил эти слова. Но теперь она знала, что они искренни.

— Я знаю, — сказала Уилла, — что сначала я сопротивлялась. Я была закрыта от всех. Но ты вытащил меня из моей раковины. Ты заставил меня понять, что в жизни есть еще много поводов для радости. Я люблю тебя.

Священник откашлялся.

— Если это все, — сказал он с улыбкой, — то мне бы хотелось наконец объявить вас мужем и женой.

Гаррет притянул Уиллу к себе и наклонил голову. Она заглянула ему в глаза. Все началось как шарада, как фиктивные отношения, но теперь в его глазах она видела только любовь.

Глава 18

После окончания церемонии Гаррет заглянул в кабинет Элиаса, чтобы хоть на минутку отвлечься от суеты. Он не думал, что даже скромная свадьба окажется такой утомительной. Между поздравлениями гостей, проверкой правильности составления документов и признанием в вечной любви не было и минутки, чтобы перевести дух. Только теперь, когда Уилла ушла переодеться в платье для приема, такая минутка нашлась.

Гаррет достал из бара стакан и дорогую бутылку виски, которую Элиас не сумел достаточно хорошо от него припрятать. Но он недолго наслаждался своим одиночеством. Услышав, как скрипнула дверь, Гаррет обернулся.

— Я всегда знал, что ты ценитель хорошего виски, — входя в кабинет, сказал Элиас.

Гаррет рассмеялся и достал еще один стакан.

Они тихо чокнулись и выпили.

— Я должен тебе кое в чем признаться, — сказал Элиас.

— В чем?

— Я с самого начала знал, что твои отношения с Уиллой — фарс, фикция, фальшивка. Короче, классические «три Ф».

Гаррет потупился.

— Мне стыдно за это. Я…

Элиас поднял руку, остановив его.

— Я не глупец, — сказал он. — И не слепой. Но я не хотел вмешиваться в твою игру. Ваша договоренность распалась, но я не думал, что ты так просто откажешься от ранчо. Это было не в твоем характере. Я знал, что так или иначе ты будешь бороться за него. Например, подашь в суд, чтобы меня признали юридически некомпетентным.

— Еще не поздно, верно? — пошутил Гаррет.

Элиас проигнорировал его слова.

— И все же в конце, — продолжал он, — ваши отношения уже нельзя было назвать фальшивыми, не так ли?

— Ты прав, — сказал Гаррет. — Я и в самом деле люблю ее. И я благодарен, что ты вытолкнул меня из зоны комфорта. Прости меня за эту ложь, но я не мог допустить, чтобы ранчо досталось кому-то другому.

— Никто из твоих братьев его бы не получил. Не могу сказать, что я не люблю их. Но они никогда не хотели такой жизни. Даже контрольный пакет акций не вернул бы их сюда.

— Но если ты поймал меня за руку при попытке устроить фиктивную свадьбу, то кто теперь получит ранчо?

— Ты действительно тупее ботинка, Гаррет. В любом случае это был бы ты.

— Итак, все это…

— Было таким же фейком, как начало твоих отношений с Уиллой. Как тебе удалось подбить ее на это? Ты пообещал ей денег? Но шло время, и я видел, как менялись ваши отношения. Вы стали ближе. Мне казалось, что вы полюбили друг друга… Все так и было, не правда ли?

— Да. Но нам потребовалось время, чтобы это понять. Нам действительно хорошо вместе.

— Это все, чего я для тебя хотел, — сказал Элиас и, похлопав внука по плечу, вышел из кабинета.

И снова, как и два месяца назад, Гаррет остался здесь наедине со своими мыслями. Просто удивительно, как с тех пор изменилась его жизнь.

Но вскоре его уединение было снова нарушено. После короткого стука дверь кабинета открылась, и вошла Уилла.

— Привет, муж, — сказала она. — Я видела, как отсюда вышел Элиас. Все в порядке?

— Похоже, наша игра была не такой убедительной, как мы думали.

— И что вы решили? Ты получишь то, что хочешь?

Гаррет взял ее за руки и посадил к себе на колени.

— У меня уже есть то, что я хочу.

— А ранчо?

— Оно всегда было моим. Весь этот спектакль был такой же игрой, как и наш план.

— Значит, все это было зря?

— Вовсе не зря, — возразил Гаррет. — Я рад, что он выдвинул этот ультиматум. Это дало мне шанс найти то, чего мне не хватало.

— Мне тоже, — призналась Уилла.

За дверью заиграла музыка.

— Слышишь? — спросил Гаррет. — Пришло время для нашего первого танца.

— Я бы хотела еще немного здесь побыть, — сказала Уилла.

Гаррет достал из кармана телефон и нашел песню в стиле кантри, под которую они танцевали на благотворительном вечере Дэйзи.

— Мы потратили время наших свиданий, работая на публику. Не попробовать ли нам наверстать упущенное? Вы не потанцуете со мной, миссис Хардвелл?

Она вложила свою руку в его ладонь.

— Вопрос с фамилией мы обсудим потом, — сказала она. — А сейчас давай потанцуем.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Крич Марго Попробуй стать моим

Марго Крич Попробуй стать моим

Соблазн — Harlequin — 438

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18