Извините, а герои городского фэнтези долго живут во второй раз?

Пролог и немного воспоминаний

– Мне кто-нибудь может объяснить, какого хрена происходит?

– Нуууууу… Ты умер. Снова.

– Точнее ты меня убила.

– Нет, ты сам себя убил. Дважды за сутки впал в одержимость. В первый раз тебя пронесло, во второй раз я сделала так, чтобы не повезло.

– И погибла сама… Ничья выходит.

– Это моя исключительная победа. Я готовила это всё несколько лет. Даже вампира этого очаровала специально.

– Зачем? Он же по факту вообще непричастен был.

– Через него я убила несколько первых жертв, чтобы заявить о себе и сразу же создать алиби, чтобы раньше времени ничего не сорвалось.

– И чего ради ты устроила весь тот… пиздец?

– Я устроила гораздо больше, нежели просто пиздец. Я же люблю тебя…

– Ненавижу эту фразу…

– И это снова моя заслуга. Каждый раз, когда тебе кто-то признавался, за исключением нескольких последних, тебе в голову мной была заложена маленькая программа, на которой и держался весь план.

– То есть ты выжидала, пока мне признаются, чтобы незаметно на меня воздействовать?

– Я была инициатором этих признаний. Я заставила девушек признаваться тебе, а их влюблённость – всего лишь побочный эффект.

– И что это за программа?

– Суть её заключалась в том, что, когда ты услышишь «Я люблю тебя» от меня, ты сломя голову бросишься ко мне, что бы тебя не пыталось остановить.

– Но в итоге я всё равно убил тебя.

– Таков был план. Не забивай себе голову этим. Иначе я тебе подкину несколько очень неприятных вопросов, над которыми тебе стоит подумать.

– Например?

– Например такой: любили бы тебя близняшки, которых ты так сильно любишь, если бы я фактически не приказала им полюбить тебя?

– Ты, блять, что?

– А другие девушки? Подумай, ведь только Роза и Алина не вступали со мной в контакт. Вот только одна крутилась рядом с тобой из-за твоего клана и того, что вокруг тебя очень много охочих до перепихона девиц. А второй просто-напросто тебя навязали. Причём навязали ей тебя близняшки по приказу своей матери.

– …

– Выходит, что реально ты нужен только мне.

– Психованной маньячке с имбалансными способностями к телепатии.

– Ты так неожиданно делаешь комплименты! Я смущаюсь.

– Ты не можешь смущаться! Ты сейчас долбаная душа, привязанная к моей не менее долбаной душонке!

– Зато мы теперь всегда будем вместе! Люблю тебя!

– Заткнись нахуй!

– А что ещё делать? Пялиться в пустоту? Так нечем же!

– Ты упоминала какой-то коллапс неебических масштабов, который должен был отправиться разруливать я…

– Не я, а мы! До него бы ещё дожить. Упс! Не получилось.

– И мои девушки остались там совершенно беззащитными? Мне срочно надо вернуться!

– Автор же сказал: спаси другой мир, тогда верну. Вот и иди спасать тот мир. Вообще забавно, да? Я его обычно воспринимала как некий аналог Бога. Сидит себе где-то да пишет историю своих извращённых миров. Не ожидала, что он появится перед нами в своём воплощении.

– Да какое там воплощение. Я помню только силуэт. Ни пол, ни внешность, даже голос не могу вспомнить.

– Может это такой собирательный образ? Мол в нем есть частичка каждого его персонажа.

– Хуичка! Что конкретно он сказал?

– Сходить в одно место, помочь одному или двум людям, принести куда-нибудь что-нибудь, спасти мир. Вроде ничего сложного.

– Ага. Рутина блин…

– Не ворчи.

– Ты мне так и не ответила на мой вопрос. Чего ради ты угробила нас двоих?

– Чтобы связать. Моя душа теперь будет жить в твоём теле. МЫ будем ВСЕГДА вместе! Ну разве не прекрасно?

– А я уж думал, куда хуже?

***

Спустя пару мгновений я воплощусь в новом теле в новом мире с целью… сделать что-то. Первостепенной задачей поставлю возвращение в прошлый мир, всё остальное ниже по приоритету. Наверное, на второе место поставлю не сойти с ума, а на третье – выжить.

Я почувствовал, словно на голову мне уронили горшок с цветами. Лишь после того, как боль довольно быстро прошла, я понял, что наконец могу чувствовать. Я воплотился! Я открыл глаза, посмотрел на новые руки. Вроде не мелкий пацан, вроде даже ровесник моего прошлого тела. Отлично, значит можно будет сразу же заняться поиском приключений на свою задницу. Мысленно приказал Телисе, моей тени в виде поломанной огромной антропоморфной лисы, появиться передо мной. Ответом мне были глаза зелёного и кроваво-красного цветов, подмигнувших мне из собственной тени. Отлично! Тело – есть, сила – есть, возможность самовыпилиться – в наличии…

– Жаль, что солнышка нету, – прозвучал женский голос в моей голове.

Причина самовыпилиться – тоже есть. Бляяяяя…

Глава 1

Что такое? Эта глава не начнется с очередного признания? Увы нет. Видимо, больше я тут никому не нужен. Как бы сказать? Это очень странное чувство. В первый раз я не ощущал такой диссонанс, когда всё вокруг такое до боли знакомое, но в то же время всё такое непривычное. Я уже неделю скитаюсь по «этой» Российской Империи, и в таких знакомых местах и людях вижу, что это не они. Первым же делом я вышел на контакт со своими девушками, но близняшки меня не узнали и пригрозили расправой, если я не отстану. Это был первый тревожный звоночек, если не считать вообще того факта, что я снова умер. Дальнейшие звоночки я и пересчитывать не стану, просто перечислю, а те, кому нужно, всё посчитают сами. Я НЕ живу в той квартире, где я обитал в прошлой жизни, Таня НЕ знает ни меня, ни про мои таланты, Василий, Виктор, Макс, Саня – все они меня впервые в жизни видят, Вика НЕ влюблена в меня, моей способности и моей рожицы НЕТУ в базе данных Центра Управления Сверхспособностями. По временным рамкам меня закинуло на несколько недель назад, ещё до того, как мне признались близняшки. В довершение всей задницы стоит отметить, что здесь май гораздо дождливее, и солнце я видел только когда из стратосферы летел лицом в бетон, точнее душа моя летела в моё новое тело, всё остальное время светило закрывают тучи. Как будто из вселенной Марвел во вселенную ДС попал.

Конечно, в моём случае есть и плюсы. Мне никто не признаётся в любви, меня вообще никто не знает, а значит я никому ничего не должен и свободен как попаданец в уже второй мир. Приятного мало, если честно. Как оказалось, Маша была права, и я абсолютно никому не был нужен без её телепатии. Огорчает ли меня это? Лишь то, что я не узнал об этом раньше, когда количество девушек вокруг не превышало все допустимые превышения. Хотя за некоторых девушек обидно, взять хотя бы тех же близняшек. Я очень надеюсь, что найду способ попасть в тот мир, где меня любят… и, надеюсь, ждут.

– В таком случае, быстрее разберись с проблемами этого мира. Этого от тебя хочет Автор, и это поможет мне начать искать путь обратно, – это вишенка на тортике из слякоти, грязи и машинного масла, та, кто заварил эту кашу и даже после смерти не способная отпустить меня. Маша, по её же объяснениям, умерла, но перед смертью во время той псионической атаки влезла ко мне в голову и буквально прописала там себя. Это лишь воспоминание о ней, сравнимое с той белочкой, что приходит к алконавтам, только вот оно слишком дохрена говорливое. Хотя, не исключено, что я себе случайно тульпу создал, когда умирал с трупом бывшей жены на руках. Что ж, в таком случае, стоит порадоваться, что после смерти я научился разделять сознание на разные по назначению сущности. – Дима, за нами снова следят. Кто-то из ваших.

Я оглянулся. Этот следящий всю неделю меня палит. И каждый раз я замечаю эту странную черную, словно смоль, птицу, с разными глазами. По размеру, и, если смотреть издалека, может показаться, что это ворон, но глядя на него с такого расстояния, с какого его замечаю я, становится очевидно, что эта хрень как минимум не может быть живой. У птицы было разорвано брюшко и ее внутренности преимущественно были обмотаны вокруг одной из лап, на которой блестели через чур длинные для такой птички когти. Клюв был двойным, и из-под обычного вороньего клюва торчал удлиненный, покрытый множеством мелких зубов второй клюв. Каждый раз, когда я встречался взглядом с этим вороном, он громко пронзительно кричал, так что люди рядом за сердце хватались, и улетал куда-то ввысь, периодически зависая в воздухе, словно ждал, что я за ним пойду. И каждый раз я натягивал капюшон на голову и уходил в совершенно другом направлении. В этот раз птица сделала исключение: сорвалась с места, сделала круг вокруг меня и улетела куда-то во тьму.

– Не к добру это, – протянула Маша. Это я знал и без неё, да и моя интуиция буквально вопила, что надо уходить, а лучше бежать сломя голову, желательно, в другой мир. Я сделал шаг в сторону, противоположную траектории птицы, и чуть не наступил на черную кошку. Черную, как смоль кошку. С зелёным и красным глазами. С кучей ран на теле и раздвоенным хвостом. С блестящими огромными когтями. Животное шипело на меня сквозь пасть, намертво скрепленную зубами. И эта тварь абсолютно не смущалась толпы снующих куда-то по своим делам людей. Я уже видел такую кошку, только в другой форме, и я опасался, что Сильвер этого мира может хотеть убить меня, как это делают все Гриммы по отношению друг к дружке. – Дима! Скорее убегай! – Маша начала истерично кричать, мечась по моему сознанию как подожжённый хомяк. Тут она права, и я сорвался с места и взмыл в воздух метра на четыре, схватился за бетонный карниз здания и резким рывком оттолкнул себя на высоту пятого этажа. Вот только стоило мне залезть на крышу многоэтажки, как мне на плечи аккуратно легла маленькая девичья ручка с огромными когтями.

– Братик, я тебя сейчас покусаю, – пропела Сильвер и легонько, но весьма ощутимо, куснула моё ухо. – Сколько можно дуться? Я же уже извинилась. Да и убегать из дома на целую неделю не надо было. Мама и папа сильно волновались, да, папа?

– Верно Кас, чертовски верно. Я уже устал убеждать твою маму, что с Сашей всё хорошо, – из тени передо мной вышел мужчина лет сорока. Его лицо было точь-в-точь моим, только сильно старше, поросшее щетиной. На его плечо сел тот самый ворон, и мужчина усмехнулся: – Ал, у тебя такое лицо, будто бы ты нас впервые видишь.

– Правда? – Сильвер запрыгнула мне на спину и перекинула половину торса через моё плечо, чтобы заглянуть мне в лицо. Да, это действительно Сильвер, с лицом, фигурой, весом, движениями и способностями моей сестры. Только у этой Сильвер был не голубой глаз, а зелёный, как у меня, да и не Сильвер это, а какая-то Кас. А я, видимо, какой-то Ал. Забавно, мне казалось, что меня в этом мире никогда не было. Несколько секунд мы с Кас играли в гляделки, и лицо девушки постепенно мрачнело.

– Ал, только не говори мне, что у тебя очередной приступ, – Корвус, а я уверен, что это именно он, мой отец, подошел ко мне и заглянул в глаза. – Касуми, слезь с него. Он нас не узнаёт.

– Опять? Но… – договорить Кас не успела из-за поднятой руки Корвуса.

– Вот, до чего доводят твои шутки, – строго сказал Ворон и недовольно вздохнул. Видимо, у моего аватара есть какая-то странная болезнь с приступами амнезии. Как, чёрт возьми, удобно! Правда, сука, Автор?!

– Братик, пойдём домой, – Кас осторожно взяла меня за руку и потянула в сторону края крыши. Корвус, глядя на нас, кивнул, рывком сорвался с места, отрастив чёрные крылья, и смазанной тенью пронёсся дальше по улице. – Папа оставил машину там. Ну, попрыгали?

Касуми легонько подпрыгнула… для здешней версии моей сестры это был слабый прыжок, почти мимолётный, вот только меня со страшной силой потянуло вверх на несколько метров, и единственной мыслью в этот момент в моей голове было: «Лишь бы не поцеловаться со стеной». Приземлились мы на газон в паре десятков метров от того здания, с которого прыгали, причем Кас так извернулась в полёте, чтобы приземлиться самой и не дать уйти по колено в землю мне. И знаете, Касуми приземлилась, почти не уйдя в землю. Да, следы на мокрой земле с редкой травой остались, но и выкапываться ни ей, ни мне не пришлось. Во истину кошка.

Что немного напрягало, наше приземление было встречено прохожими абсолютно никак. Конечно, я не ожидал аплодисментов, да и не хотел я в незнакомом мире привлекать к себе лишнее внимание, но общая флегматичность людей мозолила глаза. Как будто в этом месте постоянно прыгают с крыши люди, приземляясь именно на этот газон. Даже в сторону нашу никто не посмотрел. И подобное я замечаю далеко не в первый раз. Чтобы адаптироваться к новому миру мне пришлось через раз по любому поводу вызывать Телису, и к огромной израненной искорёженной твари внимание прохожих совершенно не тянулось. Да, меня обходили где-то за метр, вместо привычных полметра, но не более.

– Видимо, это связано с тем, что к эсперам в этом мире другое отношение. Ты не заметил, но почти каждый третий человек, встреченный тобой, был эспером, – сказала Мария. Хорошо, наверное, владеть телепатией и заранее знать о встреченном тобою человеке чуть меньше чем всё. – Нисколечки! Не настолько всемогуща телепатия, да и это банально сложно. Ты как будто стоишь посреди толпы, в которой каждый человек кричит тебе прямо в уши, причём зачастую то, что и слышать не хочется. Я думала, что с ума сойду, когда способность пробудилась, – а в итоге с ума сошёл я, – Не драматизируй. Ты вполне в здравом уме, – только голос своей покойной жены слышу в голове, – В голове моего покойного мужа. Ты не более сумасшедший, чем кошка рядом с тобой. Кстати, она действительно раскаивается за ту шалость. Только не за то, что она тебя обидела, а за то, что вовремя не среагировала, когда ты начал убегать. Уж если бы она тебя поймала… провела бы она с тобой весьма приятный досуг, – ты можешь заткнуться? – Могу. Я просто привела пример того, что я обычно ощущала в общественных местах при жизни. И говоря про твою сестру, она сейчас думает, как бы было хорошо с тобой задержаться где-нибудь в неприметном повороте во двор. И как было бы хорошо не дать тебя при возвращении домой Квин. И всё-таки закончить ту шалость. Комплекс братика и нимфомания налицо.

– Братик, ты тут? Вон папина машина. Идем! – Касуми потащила меня к большому черному пикапу с эмблемой клана Гримм на водительской дверце, в виде звериных глаз красного и голубого цветов. В салоне, оббитом светлой кожей, было довольно уютно. Хотя мне было бы где угодно уютно, особенно после недели под вечным дождём. Не сказать, что мне пришлось плохо, нет. Всё-таки деньги здесь такие же, как и в прошлом мире, а наличность у меня есть всегда. В общем, прожил, не особо запариваясь конкретно на выживании, гораздо больше я искал тех, кто мог бы мне помочь, ну или просто узнал бы меня. Таких, к сожалению, здесь я не нашел, хотя, как показала практика, я не там искал, ведь особняк Гриммов я изначально пометил маркером «Ни за что не приближаться». Мало ли там враждебные ребята будут, ведь моим собратьям из прошлого мира хлебом не корми, а дай другого Гримма прикончить. А тут я, который понятия не имеет ни где, ни что, ни зачем, и только вот совсем недавно определился с когда.

– Ал, главное не волнуйся. Дома все хорошие и тебя там все любят, – сказал Корвус и посмотрел на Касуми через зеркало заднего вида, – некоторые даже слишком. Кас, нам надо что-нибудь купить домой?

– Хм-м-м, – протянула Касуми и положила кулачок под подбородок, а её кошачьи уши пару раз вздрогнули, – нет? По крайней мере, мне никто ничего не говорил.

– Ну ладно. Хватит и того, что мы блудного сына домой везём, с локальной амнезией в придачу, – усмехнулся Корвус. Лять, почему мой аватар напортачил, а стыдно мне?

– Потому что ты и есть свой аватар, – ответила мне Маша. – Если интересно, я могу покопаться у него в голове, чтобы ты хоть что-нибудь вспомнил, – я лишь мысленно кивнул. Можно, конечно прикинуться шлангом и расспросить у своих родных (как же непривычно использовать это слово) о чем-нибудь, что мне реально нужно знать. Но останавливало меня ровно две причины. Первая, самая банальная: вопросов было столько, что я вообще терялся в возможных строчках диалога. Вторая: у всей моей семьи есть такая классная способность – мыслить чуть шире, чем могут обычные люди. Сам ей часто пользовался, хоть и не осознанно. Если я начну задавать слишком очевидные для этого мира вопросы, мои могут догадаться, что я не совсем Саша, и не совсем здешний. Благо хоть, что Кристина научила отзываться не только на Диму, но и на Александра.

Когда мы приехали в особняк, я, глядя на него, был немного удивлён. Я запомнил это место как мрачное и пустынное строение, вокруг которого простирался сад из сорной травы и колючек. Даже деревья, и те имели зловещие формы, отчего складывалось ощущение, что в стволах заключены люди, корчащиеся в агонии. Здесь же все было… да таким же, наверное, только гораздо более ухоженным что ли. Особняк не растерял своей мрачности, но при этом он выглядел как место, в котором жили люди, а не как здание перед сносом. Сад тоже был гораздо пышнее, колючки хоть и присутствовали, но не росли как попало, а были высажены, образуя своеобразную защиту вокруг других цветов. Деревья, хоть и выглядели так же гротескно, как и в прошлом мире, были подстриженными, и иногда образовывали нечто вроде арок. Статуи не были разрушены (ну или были восстановлены), да и фонтан сбоку от дороги работал. Более того, в саду была даже теплица, а внутри неё маячили фигуры с белоснежными волосами. Этих я в прошлом мире не видел.

Корвус заехал на парковочное место и заглушил двигатель. Около минуты мы просто сидели в машине, причем от моих родных явно исходила нервозность.

– Ну что, так и будем сидеть? Добро пожаловать домой, Ал, – Корвус, не оборачиваясь ко мне почти бросил эти слова и открыл свою дверцу. Следом за ним вышли и мы с Касуми. По дороге к огромной окованной двери я несколько раз замечал на себе любопытные взгляды, впрочем, ни злобы, ни чего бы то ни было еще плохого я не чувствовал. Зато всё моё естество буквально кричало: «Вот он, дом родной!» Тварь лицемерная, ведь меньше часа назад было готово к махачу колоссальных размеров с этими же людьми.

– Все вокруг такие доброжелательные, – прокомментировала Мария. – Не думала, что представители самого мрачного клана современности будут искренне рады возвращению такого как ты. В смысле мальчика, который в свои семнадцать сбежал из дома, потому что испугался настойчивости своей сестры, – видимо, Маша что-то раскопала в моей голове. – Короче, шутка, из-за которой ты сбежал, на самом деле была плоховатым подкатом. Связано это с тем, что Александра собирались перевести из частной школы в обычную. Для того, чтобы ты мог нормально существовать в обществе, потому как до этого весь твой круг общения ограничивался кланом. Так вот, Касуми позвала тебя в свою комнату, чтобы рассказать что-то важное о переводе, после чего заперлась там с тобой и попыталась трахнуть. Почему ты так запаниковал, я не знаю, точнее ты не знаешь, потому как вы в течение года активно вот так вот уединяетесь. Причем, несколько раз с участием других твоих многочисленных сестёр. Может быть из-за напора сестры ты и испугался, – короче говоря, здешний я совершенно не похож на того, кем был в прошлой жизни. – Абсолютно точно. Поэтому постарайся как-то постепенно изменяться, чтобы никто ничего не заподозрил. Но учти, Александр переспал с большей половиной своих клановых ровесниц.

Комнатный цветочек с гаремом из сестёр. Сука! Верните меня обратно! Уж лучше признания каждый день, нежели такой расклад.

Стоило огромной двери захлопнуться за нами, отрезая мне путь к побегу, как меня буквально сбили с ног. Девушки, хотя тут вернее будет девочки, лет тринадцати-четырнадцати. У обоих были одинаково милые личики, длинные, почти до пола волосы и хрупкие тела. Отличались только глаза и цвет волос: у той, что была левее, оба глаза были голубыми, а волосы белыми, а у правой глаза кроваво-красные, а волосы чёрные. Мозг подкинул два имени и еще несколько воспоминаний. Синеглазую звали Айли, а красноглазую – Лиса, их тотем – кролик. Близняшки, которых звали Алиса и Алиса, способности которых работали только когда девочки были в непосредственной близости друг к дружке. И, судя по воспоминаниям, близняшки очень близки к Александру. Где-то я уже такое видел. У Автора что, шаблоны по второму кругу пошли?

Додумать я не успел. Две сильные руки буквально вытащили меня из-под девочек-заек и подняли, оторвав от земли. Высокая, мускулистая и пахнущая потом. Урсула-медведица. Когда я смог заглянуть в лицо великанши, облегчённый вздох чуть не вырвался сам собой. Урсула никак не отличалась от своей копии из прошлого мира. Даже её привычки легкомысленно одеваться на тренировки – и те остались. Долго вот так разглядывать медведицу мне никто не позволил: Урсула резко сжала меня в своих титанических объятиях. Из которых меня опять с силой вырвали, чуть не оставив частичку меня медведице. Квин де Випер, при помощи своих змей притянула меня к себе в объятия, отчего у меня чуть мозг не взорвался. Чтобы Квин не боялась показывать свои чувства и не пряталась под маской безразличия?

– Не мудрено. С ней ты вообще состоишь в официальных отношениях, – ответила на мой вопрос Мария. Лять! Что это за рай сестролюбов? Что дальше? Окажется, что я и с Линкс переспал? Маша в голове криво улыбнулась и кивнула. Автор, мать твою всем городом, что за херня?!

Квин прижала меня к себе так, чтобы моё лицо оказалось аккурат в ложбинке её грудей, после чего принялась гладить меня по голове, приговаривая: «Братика никто не обижал?» Здравый, сука, смысл меня обидел, тем что, мать его, не пришёл.

– Девочки, не налегайте на него, – вспомнила про своё существование в этом мире Касуми. – Он снова всё забыл.

– Вот как? – Квин приподняла бровь, после чего улыбнулась. Недобро так улыбнулась. И я готов дать голову на отсечение, что все остальные девушки улыбались точно также, хоть я их и не видел. – Тогда надо помочь ему всё вспомнить. Особенно то, как он всех нас любит.

Более прозрачные намёки ещё надо поискать. Судорожно придумывая план отступления, я заодно прикидывал, как много у меня шансов пережить подобный марафон с пятью девушками. Усиленными клановыми девушками с фамилией Гримм. Я не поставлю на своё выживание и ломанного цента. Судя по взгляду Квин, она тоже. В теории я смогу убежать от троих, проблема с близняшками: я банально не знал, на чем специализируется их тотем. Я, случаем, не знал это до попадания сюда?

– А зачем? Дают, и на том спасибо, – фыркнула Маша. Какой же этот Саша беззаботный, я аж херею с него. И вот это, чего греха таить, чмо выращивали мои родители совместно с кланом? И вот таким я бы был, если бы не смерть моей матери? Кстати о птичках…

– Мне надо к маме сходить, – попытался я вырваться из железобетонной хватки Змейки.

– Мы о-о-очень скучали, – сзади мне на плечи положила руки Урсула, отчего я чуть в подвал через пол не провалился. – Анита подождёт.

– Девочки, у Аниты слабое сердце. Потом наобщаетесь вдоволь, – пришла помощь откуда не ждали. Натрикс вышел из коридора, кивнул мне, я кивнул ему, и Квин меня не без ворчания отпустила.

– Ладно, беги к своей мамке, – буркнула она. Обречённо вздохнув, Урсула убрала с меня свои руки, что я почувствовал, как если бы с моих плеч упала гора. Касуми кивнула в сторону лестницы на второй этаж, и мы вместе пошли вверх, к очередному коридору с кучей дверей. Пока зашли наверх, навстречу выбежала еще одна девушка, одетая как монашка… из ближайшего сексшопа. Чего только стоило декольте до пупка. Фигура у девушки была весьма миниатюрная, но её ряса подчеркивала некоторую утончённость своей носительницы. Глаза у неё были как и у Квин или Урсулы, но вот длинные волосы, заплетённые в широкую косу, были бархатно-черными. Видимо, ещё один мутант. Девушка явно куда-то торопилась, но встретившись со мной взглядом, остановилась, упала на колени и принялась читать молитву, сложив руки.

– Не обращай внимание, это местная идиотка, – сказала Касуми и пнула девушку в грудь, отчего монашка скатилась с лестницы. Вот тебе и дружный клан. Глядя на моё, несомненно, удивлённое лицо, Кас принялась объяснять: – Это Гинис, дочка проклятого. Ну, того, который не способен сопротивляться тьме и становится психопатом, желающим убить нас. После того, как её отец, ныне Никто, свихнулся и напал на наших, она тоже начала подавать признаки одержимости. Чтобы совладать с бушующей тенью, она обратилась в христианство. С тех пор её здесь и не любят, и, если бы она не показывала признаки одержимости, её бы давно изгнали. Ты, кстати говоря, её ненавидишь. Ко всему прочему её ген слабый и не способный искоренить гены её матери.

Касуми, закончив говорить, потащила меня дальше по коридору. Я с тревогой смотрел на стушевавшуюся Гинис, пытающаяся пройти к входной двери. Стайка каких-то незнакомых девочек мешали ей пройти, а когда монашка делала шаг к двери, били её. Был бы я Гинис, я бы реально ушёл из клана. Может быть, по пути набив пару звериных морд. Нет, но ведь это реально идиотизм чистой воды: держать рядом с собой девушку, которая от горя из-за фактической потери отца чуть не слетела с катушек, только для того, чтобы, когда она уже точно сойдёт с ума, тупо её прикончить. При этом её постоянно унижают и избивают. И, что самое противное, я был в числе тех, кто её ненавидел. Первым делом, как повидаюсь с матерью, разыщу Гинис. Не дело это, когда ходячий мини сюжет из основного сюжета, а монашка именно такой штукой и была, терпит столько унижения. Вряд ли получится заставить остальных относиться к ней нормально, но вот мне никто не помешает это сделать.

– Бедная девушка. Я таких комплексов в жизни не видела. Её от суицида исключительно религия спасает, – подала голос Мария и покачала несуществующей головой. – А ведь зная, как устроен этот мир, я уверена, что твой план по её спасению навернётся на финишной черте, и девушка таки сойдёт с ума. Это, дорогой, клише. Ещё и эта дискриминация…

Увы, узнать, дошла ли Гинис до двери, я не смог, так как коридор превратился в развилку, и мы свернули направо.

– Я тут подумала, твой клан представляет из себя весьма сомнительных союзников, особенно если учесть, что и твой ген не смог перебороть ген твоей матери. Может поищем где-нибудь ещё? – это кого например? Близняшкам я нафиг не сдался, как и другим девушкам, которые мне признавались. – Обратись к той, которая призналась тебе последней. Её я не использовала для слежки, значит влюбилась в тебя сама. Роза может оказаться хорошим союзником, – так, не мозоль моё и без того израненное сердечко. Если Роза влюбится в меня здесь, я не смогу вернуться в свой мир. – А просто бросить? – то-то ты меня просто бросила. Мало того, что преследовала даже через миры, так ещё и послужила причиной моей смерти.

***

Стоя перед дверью в комнату, где по идее сидит моя мама, я всё больше понимал, что не готов к этой встрече. Я уже давно воспринимаю себя не как тридцатисемилетнего мужика, бросившегося под поезд, а семнадцатилетнего парня-неудачника по имени Дмитрий Кроль. И в сознательной жизни Димы, то есть моей, этой героини никогда не было, и мне довольно сложно ощущать к этой женщине в принципе. Но вот парадокс – я чувствую некий трепет перед ней. По словам Маши, мой аватар относился к матери крайне пренебрежительно, вернее сказать даже, что он её презирал. Но вот я сам, ни разу до этого её не видя, понимал, что люблю её.

Ладно, не целый же день стоять перед дверью. Я осторожно нажал на ручку и открыл дверь. Комната моей матери была сделана в светлых тонах, но ничего такого, на чём можно было заострить внимание, в ней не было кроме, наверное, хозяйки этой комнаты. Комната как комната, такая в любом доме найдётся. У окна на стуле сидела немолодая, но очень привлекательная женщина, лицо которой частично напоминало мне лицо Касуми или Сильвер. И если сходство с первой очевидно, то вот почему дочка Драгомиров была похожа на абсолютно чужую ей женщину, я не мог и близко представить. Разве что генная инженерия постаралась, но это маловероятно по ряду причин. Возвращаясь к Аните, первое, что бросалось в глаза – это её светящиеся изумрудно-зелёные глаза, такие знакомые и одновременно такие неизвестные. Её каштановые вьющиеся волосы рассыпались по плечам, облачённым в белоснежную блузку.

Она оторвалась от созерцания чего-то за окном и повернулась в мою сторону. Из глаз брызнули слёзы, Анита вскочила со стула и бросилась ко мне, громко всхлипывая.

– Живой и здоровый, – прежде чем меня обнять, мама осмотрела моё лицо на предмет предметов кастомизации, которых не было неделю назад, после чего вздохнула и крепко прижала меня к себе. Я машинально обнял её, и Анита зарыдала: – Прости! Не надо было переводить тебя с домашнего обучения в обычную школу. Но я же хотела как лучше!

– Всё нормально, мам, – протянул я, и посмотрел в сторону окна. Мне было чертовски неловко от всей этой ситуации.

– Правда? – Анита не верящим взглядом посмотрела на меня. Я кивнул, и женщина растерянно отошла от меня. Видимо, мой аватар не любил долгие материнские объятия, потому как Анита медленно отошла к окну и кивнула на выход, мол «можешь идти». Не желая шокировать свою мать ещё больше, я коротко кивнул и вышел из комнаты. Пора менять звание своего персонажа с «редкостного мудака» на что-нибудь более авторитетное.

***

Гинис сидела на коленях перед небольшим фонтанчиком, верхушку которого украшал крест. На краях фонтана по всему небольшому периметру стояли свечи, большая часть которых сгорела почти полностью. Вокруг была аккуратная клумба с розами, правда, какими-то неправильными, по крайней мере я никогда не видел их без стебля. Просто из земли начиналась розетка из листьев, в которой был нежный цветок. Ещё дальше располагались могильные плиты, однако они были настолько близко, что даже если гроб вертикально поставить, то он не поместится под плиту. На каждой из них были имена и в конце "Гримм". Подойдя чуть ближе, я услышал, как девушка почти беззвучно молилась. Решив её не прерывать, я прокрался к деревянной лавочке чуть поодаль маленькой святыни. Минут пять Гинис просто повторяла одну и ту же молитву, после чего немного поменяла текст:

– Господи, иже есть на небесах, прошу, помоги этому неразумному дитя обрести то, в чём она так сильно нуждается. Аминь, – я изо всех сил старался не прервать смешком её обращение. Не поймите неправильно, раньше я считал, что религия – это такой поводок, которым одни люди управляют другими. Не сказать, что моё отношение к религии сильно изменилось до сего момента, просто для монашки передо мной её вера была единственной надеждой, и я не хотел её забирать. Если Александр есть в этом теле и просто отстранён от управления, то пусть хоть посмотрит, как выглядит простая человечность.

– И часто ты просишь его о чём-то таком? – спросил я. Услышав меня, Гинис вздрогнула и медленно повернулась. Как я и думал, она действительно плакала, пока молилась, а вкупе с несколькими синяками на личике, сейчас эта без сомнений красивая девушка казалась бессовестно изуродованной. Впрочем, отвечать мне монашка не спешила. Ладно, надо её разговорить. – Твоё имя с латыни переводится как лебедь. Это ведь твой тотем, да? – девушка в ответ несмело кивнула, а её тело пробрала крупная дрожь. – Давай я открою тебе небольшой секрет, – Гинис яростно замотала головой, отползая от меня.

– Дима, не надо. Это может сильно аукнутся, – извини Мария, но я хочу, чтобы она мне доверяла. По-другому не получится.

– Подойди сюда, присядь, – я указал на лавочку, на которой сидел сам. Девушка смотрела на меня так, словно на лавочке рядом со мной была работающая циркулярка, или что-то ещё опасное, на что садиться несовместимо с жизнью (здесь могла быть шутка про бутылку). Но, немного поколебавшись, она медленно подошла и осторожно села на самый краешек скамейки. У меня появилось желание набить морды тем, кто превратил гордую птицу в это. Начать бы с себя, вот только проблемно мне, будучи Димой, набить лицо Саше. Я положил руки на плечи девушки, отчего та попыталась вскочить, но не смогла, и усадил её нормально и поближе к себе. Примерно так, чтобы я мог её обнять… или удержать от бегства. – Гинис, не надо меня бояться. Я тебе обещаю, что я больше никогда не причиню тебе зла.

– Господин просто забыл. Когда господин вспомнит, господин не сдержит обещание, – ответила Гинис почти шёпотом. Она старалась не смотреть в мою сторону, решив, видимо, что, если её нахождение рядом со мной сведётся к минимуму, я ей ничего не сделаю. Печально, что за все те годы, которые над ней издевались, такая стратегия её ни разу не спасала.

– Да я и так всё помню, только немного не так, как надо. И мне чертовски хочется побить самого себя, да и всех остальных, что травили тебя, – монашка снова залилась слезами, почти неслышно всхлипывая. Она до сих пор считала, что это такая прелюдия к издевательствам. – Нет, ну я так не играю. Я тут исповедаться пришёл, а она меня боится. Тебя надо наказать, – услышав это, девушка обречённо опустила голову. – Сначала вот таким способом, – я коснулся кончиками пальцев боков девушки, начав щекотать её. Гинис, надо отдать ей должное, держалась достаточно долго, и когда я уже было отчаялся вытащить из неё хотябы улыбку, монашка таки не выдержала и залилась звонким смехом, извиваясь у меня в руках. Какая же она прекрасная, когда смеётся. Чтобы мои попытки вызвать смех не превратились в очередной, с точки зрения девушки, акт травли, я почти сразу же перестал её щекотать и, не давая опомниться, тут же обнял её, прижав к себе.

– Больше тебя никто не обидит, я тебе обещаю, – прошептал я. Гинис шумно всхлипнула и тихонько заплакала.

– Спасибо вам, – также неслышно прошептала она.

– Поздравляю, теперь она тебе чуточку доверяет, – Маша подняла плакат с надписью "Congratulation!!!" и размахивала им из стороны в сторону.

Стоило Гинис подвинуться чуть ближе, чтобы, надеюсь, удобнее меня обнять, из окна второго этажа выпрыгнула Квин, абсолютно не смущаясь того, что под её короткой юбкой можно было без труда рассмотреть мелкие чешуйки на лобке и вокруг половых губок. Приземлившись, она уверенной походкой подошла к нашей лавочке, отчего Гинис попыталась сжаться в комок. Взгляд змейки был испепеляющим.

– Ты, – она посмотрела на Гинис, – исчезни, живо! А ты, – взгляд, полный злости, страсти, желания и ещё чёрт знает чего, упёрся в меня, – больше не сбежишь. Уж сейчас я точно возьму своё.

В это с трудом верилось, но те чувства, что летели от Квин в мою сторону, были теми же, которые я улавливал от близняшек. Она действительно считала себя моей девушкой и действительно любила меня.

– Как жалко, что Сашенька её чувства на причиндалах вертел, – проворчала Мария. Пожалуйста, не надо больше про этого урода.

– Давай отойдём, Чешуйка, – я кивнул в сторону густой рощицы в стороне от кладбища со святыней. Квин удивлённо выгнула брови.

– Как ты меня сейчас назвал? – девушка в негодовании начала быстро высовывать свой длинный тонкий змеиный язык, на кончике которого периодически виднелась маленькая жёлтая капелька.

– Чешуйка, – спокойно ответил я. Зная повадки Квин, она бы уже напала, если бы ей что-то не понравилось. Но она даже в боевую стойку не стала, только хмыкнула и потащила меня в ранее указанную рощу. Стоило нам скрыться за густыми зарослями, как Квин повалила меня на мягкую траву и села сверху.

– Мило, но не смей называть меня так при других членах клана. Я же будущая глава, меня должны все уважать, – сказала она, и, немного подумав, рухнула в траву рядом со мной, прижавшись ко мне, – Я так скучала, ты бы знал. Боялась, что ты больше не вернёшься.

– А я-то как скучал. Я был почти уверен, что никогда больше тебя не увижу, – я честно попытался стать ласковым. Даже обнял Квин и прижал её к себе. Только вот…

– Дима, ты что творишь? Твой аватар никогда не был с ней ласковым, он просто приходил, когда ему хотелось секса, – крикнула в моей голове Мария, отдавшись в голове волной мигрени. Видимо, не такая уж она и выдуманная.

– Саша? Это ведь ты, да? – Квин отпрянула от меня. Вот теперь в её глазах была угроза, и я уверен, что она без колебаний атакует, если сочтёт нужным. И что мне ей сказать? Нет, это Дима из параллельного мира, который одолжил тело твоего Саши и любит тебя гораздо больше, нежели этот кусок дерьма? Да она меня прикончит быстрее, чем я закончу это говорить.

– Дима, она гораздо слабее своей копии из прошлого мира. Ты её без труда одолеешь, – голос Маши вновь вызвал головную боль.

– Мне просто было одиноко, – я попытался скривить жалобное лицо. – Я так испугался. Я забыл тебя, чувствовал, что чего-то не хватает, чего-то очень важного, – я на ходу подбирал слова, и вроде даже лицо Квин становилось всё спокойнее и спокойнее. Как оказалось, я просчитался. Мгновение спустя у моего горла застыла с открытой пастью изуродованная змея.

– Ты ведь не Саша, так? – Квин прищурила свои глаза и с видом превосходства стояла надо мной, поставив ножку в туфельке мне на грудь. Ощущалось, словно мне на грудь поставили дом.

– Нет, я Дмитрий, а ты мне всё равно не поверишь, – ответил я, улавливая на нас взгляды ещё пары глаз. Видимо, монашка хотела подсмотреть за нами, а ведь такая невинная на первый взгляд. И часто она становится таким свидетелем? – Я как Александр, только не такое говно. И люблю тебя гораздо больше.

С искажённым шипением к моему горлу дёрнулись обе змеи, но эта Квин была действительно слабее той, которую я знаю, поэтому я без труда выбрался из-под неё и разорвал расстояние. Призывать ли способности? Да нафиг надо! Я смогу уложить Квин и без помощи Телисы. Гадюка, направив обе шипящие змеи на меня, начала понемногу подходить, формируя вокруг себя векторные стрелы. Когда между нами оставалось метров пять, девушка расплакалась и бездумно бросилась на меня, напрочь забыв про своё преимущество в виде атак издалека. Она и не хотела особо мне навредить, а била, скорее всего, от безысходности. На мгновение моё внимание привлек отблеск из окон особняка. Около сотни пар глаз жадно наблюдали за нашим боем. Всего мгновение мне понадобилось, чтобы понять, что если я срочно не огребу, то репутация Квин, как и её положение, будут уничтожены. Но если я поддамся, то мои шансы дожить до заката стремительно покинут меня. Вроде есть идея.

Я активировал когти, просто вида ради, чтобы не выглядело так, будто я не сопротивляюсь. Квин ударила, слепо и глупо, почти в никуда, но в последний момент я поймал удар и отлетел к стене. Сам, от удара Гадюки я бы и на шаг не сдвинулся. Изобразив испуг на лице, я уцепился за стену и перекинул себя через неё. Уловка удалась, и Квин, вспомнив про векторные стрелы, принялась догонять меня, попутно обстреливая. Спустя несколько крыш я нашёл небольшой пустынный дворик, где никто нам не помешает. Запрыгнув в него, я поймал голой рукой три векторные стрелы и демонстративно развеял их. Квин приземлилась рядом, и её змеи, раскрыв пасти, устремились ко мне. Я уже собрался их отбросить, как между мной и Квин сверху упала монашка. Гинис стала ко мне спиной и раскинула руки и чёрные крылья в стороны. Квин скривилась и махнула рукой:

– Уйди с дороги, идиотка! – захлёбываясь слезами крикнула Гадюка, но Лебедь только покачала головой.

– Гинис, отойди, пожалуйста, – я положил девушке руку на плечо. Гинис заглянула мне в лицо, после чего потупила взгляд и медленно отошла, словно спрашивая, уверен ли я.

– Сначала пропадаешь на неделю, а потом приходишь, и говоришь, что ты – это не ты, – Квин, тем временем, продолжала навзрыд плакать. Я мгновенно сократил дистанцию и, отмахнувшись от змей, обнял Гадюку.

– Квин… Мне сложно тебе это объяснить. Я одновременно и твой Саша, и неизвестный тебе Дима. Собрал, так сказать, всё лучшее от обоих и вернулся к тебе. И я действительно люблю тебя, – я прижимал к себе девушку так нежно и сильно, как только мог.

– Не разбрасывался бы ты такими словами, – посоветовала Мария.

– Я не верю тебе. Если ты и правда какой-то Дмитрий, то у меня нет причин верить тебе. А если ты Саша, то это очень плохая шутка, хоть и в твоём стиле. В любом случае, чтоб после отбоя ты был в моей комнате. Там решу, что с тобой делать, – Квин, надеюсь, успокоилась. Напоследок метнув испепеляющий взгляд на Гинис, она прыгнула на крышу в сторону особняка. Надеюсь, она не захочет сделать что-то с Лебедем, а то я могу продемонстрировать ей различия между Дмитрием Гриммом и Александром Гриммом.

– Лебедь, это была чертовски хреновая идея. А если бы она не остановилась? Её змеи убили бы тебя на месте, – я повернулся к Гинис и начал отчитывать её. Монашка виновато опустила голову и прикусила от обиды губки.

– Гадюка никогда мне не причиняла зла, всегда прикрывала от обидчиков. И особенно от вас… – прошептала монашка, поправив свою робу с этим несвойственным для одеяния монахинь вырезом. На мгновение мой взгляд опустился на обнажённую бледную кожу девушки. Было видно, что не все побои покрывала её регенерация: на левой груди был уродливый шрам, резко выделяющийся на фоне остальной чистой кожи. Проследив мой взгляд, Гинис покраснела и несмело прикрылась.

– Это кто тебя так? – почему-то от этого вопроса в горле застрял комок.

– В-вы, – далеко не сразу ответила монашка. От её ответа в голове резко помутнело, мысли начали сбиваться, но одна появилась перед глазами. Я видел, как Саша сломал ногу Гинис, одетой в нормальную робу, и предложил ей поиграть. Лебедь должна была спрятаться так, чтобы Лис её не нашёл, а если Лис её найдёт, то монашка будет наказана. Думаю, излишне говорить, что слабая девушка с переломаной ногой не смогла без способностей спрятаться за те жалкие полминуты. Саша вогнал ей коготь в грудь, после чего, приговаривая "грязная кровь", медленно резал, прижигая рану, пока Гинис не потеряла сознание, захлебнувшись в беспомощном крике.

Досмотрев воспоминание, я упал на тротуар. Зачем? Почему? Чего ради? Эти вопросы так и не сорвались с моих губ, а взгляд был намертво прикован к шраму на груди девушки. Чем Гинис заслужила такое? Тем, что её волосы чёрного цвета? Поэтому она – грязная кровь? Но ведь я тоже отличаюсь от остальных соклановцев, следовательно, моя кровь тоже не блестит чистотой. Перед глазами был шрам Лебедя, причем я прекрасно знал, как он выглядит полностью, даже та его часть, что была скрыта под одеждой. Знал, потому что сам вывел эту уродливую полосу на груди Гинис, проведя ее аж до верхней части лобка, особенно жирную точку оставив там, где у девушек находится матка. Знал, потому что спустя несколько дней, когда девушка очнулась, заявился в её комнату и порвал на ней остатки одежды, чтобы оценить своё художество, да и более приземлённые мысли у Александра тоже имелись. Именно из-за меня её сердце практически не бьётся, и именно из-за меня она не сможет иметь собственных детей.

– Господин, с вами всё хорошо? – Гинис давно уже не стояла передо мной, а села на корточки рядом, заглядывая мне в глаза. Мне хотелось молить её о прощении, но это не вернёт ей ни тех литров слёз, которые она выплакала, ни целые органы, ни её некогда гордый характер. Ведь именно я начал над ней издеваться первым, я так её изуродовал.

– Гинис, прошу… въеби мне так сильно, как только можешь. Я… этот урод не достоин жить, – я посмотрел на девушку. Уверен, что впервые за долгое время у меня на глазах появились слёзы.

– Но ведь его нету, – Гинис положила ладошку мне на голову и улыбнулась, взъерошив мне волосы. Ей можно. Ей всё можно. – Плохого Саши ведь нету, есть только ты. Ты хороший, правда?

– Нет… Я совсем не хороший. Я просто умею сострадать. И когда-нибудь я уйду, а Саша вернётся. И он, вероятно, продолжит тебя калечить.

– Тогда я уйду с тобой, – улыбнулась Лебедь. Так чисто, что у меня даже слов не нашлось, чтобы сказать, что это невозможно. Хотя откуда мне это знать?

Когда мы вернулись в особняк, Гинис ушла к своей святыне, сославшись на то, что ей нужно ещё несколько раз помолиться. Я остался в одиночестве и крайне плохом настроении. Саша, когда ему становилось плохо, издевался над Лебедем или засаживал первой готовой к траху. Я привык перебивать своё плохое настроение обществом своих девушек, причём я сейчас не про сну-сну говорю. Но, насколько я понимаю расклад, к близняшкам сейчас лучше не приближаться, а про Алину или Розу я вообще ничего не знал. Сколько не искал их, так и не нашёл. И если с Розой всё понятно: её срок выхода из-под домашнего ареста ещё не наступил, то вот отсутствие Алины заставляло понервничать. Хотя, у неё сейчас должен быть роман по расчёту с Матео, итальянским наследником торговой компании, поэтому её местоположение вообще нереально с моими ресурсами определить. Остаётся только Квин. Надеюсь, её можно найти там же, где обычно.

***

– Маш.

– Чего? – моя персональная тульпа ответила мне так, словно я её разбудил или отвлёк от чего-то очень важного.

– Тебе не показалось странным то, как быстро Гинис поверила мне? – этот вопрос мучал меня уже несколько минут, пока я неспешно шёл в сторону библиотеки. Уж не таится ли под всем этим очередной коварный план по умерщвлению моей тушки с последующим изнасилованием оной? А то я так один раз уже купился. Итог – я здесь.

– Обидно, – Маша поджала губки, но почти сразу же улыбнулась: – как ты думаешь, почему Гинис, несмотря на все издевательства со стороны клана, остаётся здесь? Почему она до сих пор не сбежала?

– Ей некуда идти? – наугад ответил я самый очевидный вариант.

– Она же Гримм. Они всюду ценятся несмотря на не самую хорошую репутацию. Нет, дело совсем не в этом. И даже не в том, что её тут держат силой. Дело в том, что она с вожделением ожидает каждой новой минуты наедине с Сашей. Несмотря на издевательства, ей понравилось, когда ты ею овладевал силой.

– Блять! – я не выдержал и выругался вслух. – Первый парень на деревне, чтоб тебя!

– Наконец-то до тебя дошло, – Мария ядовито улыбнулась. – Можешь даже не надеяться, что тебя вот так кто-то отпустит. И можешь не сомневаться, что новая глава этой истории начнётся с той самой фразы. Вселенная-то одна, а Автор, видимо, имеет на тебя большие планы. Я уверена, что мы с ним ещё не раз встретимся, любимый, – теперь улыбка Маши была максимально страшной, а взгляд – полностью одержимым. Видя это у себя в голове, я невольно вспомнил про подобный тип персонажей: яндере. Да, по понятным причинам Маша не способна сейчас носиться за моими девушками с предметами разной степени остроты, но парочка фактов явно выдаёт в ней яндере. Как же хорошо, что она уже мертва и реальной опасности не представляет.

Пока мысленно общался с Машей, дошёл до двери в библиотеку. Надо сказать, что даже старая массивная дверь в этом мире была куда как более опрятнее, чем её аналог в прошлом. Я осторожно потянул за пачку и заглянул внутрь. Библиотека была похожа на библиотеку, что меня немного даже смутило. Шкафы, заваленные книгами и папками с листами, стояли у каждой стенки и выстроились в несколько десятков рядов по всему пространству. Единственный пятачок комнаты, где шкафов не было, был обставлен мягкими диванами, креслами и низковатым столиком, на котором стоял сервиз. На диванах разлеглись три девушки, судя по внешности, какие-то мои родственницы. Они мило что-то обсуждали и пили из сервизных чашечек далеко не чай, судя по запаху, а нечто на основе спирта. Даже несмотря на это глаза радовались. Девушки безусловно были красивы, но трепет вызывало осознание, что это моя семья, и этот семейный особняк реально живой, а не подобие какого-то огромного склепа из прошлого мира, в котором по недоразумению живут люди.

Видя, точнее чувствуя, что Квин тут нету, я уже было хотел уйти, как под моей ногой предательски скрипнула половица. Скрипнула и скрипнула, подумаешь, вот только три одарённые девушки слегка навеселе с очень острым слухом мгновенно замолчали и слегка затуманенными взглядами обратились ко мне. Тень одной из них мгновенно заняла пространство между мной и дверью, причём даже не вылазя из тёмного измерения.

– Саша вернулся? – задала в общем-то риторический вопрос одна из девушек и принялась меня пристально рассматривать. Цвет волос девушки не особо отличался от моего или девушек рядом, но вот структура почему-то больше напоминала овечью шерсть. Ещё и два закрученных рога, выглядывающих из-под волос, дополняли её образ. Зрачки девушки были вытянуты горизонтально, отчего я не мог определить точно, куда она смотрит.

– Барашка, а у нас есть ещё парни с такими глазами? – ответила ей девушка с полосатыми волосами, вертикальными зрачками и выглядывающими из под пухлых губок клыками. Тигрица, не иначе. После своего вопроса она жадно впилась в свою чашку, осушив её до дна и даже вылизала после.

– Девочки, не увлекайтесь так сильно до ужина, а то опять отправят в наказание в подвале убираться, – сказала третья девушка, абсолютно не обратившая на меня внимание. В отличие от первых двух, её внешность ничем особо не выделялась с точки зрения члена клана. Короткие белоснежные волосы, бледная кожа, глаз красный, глаз синий, ни ушек, ни рогов, ни клыков, ни хвоста, ни крыльев – девушка как девушка для ценителей стандартов. Насколько я помнил, Саша не знал ни их имён, ни их тотемов. А вот они Сашу знали, что меня не слабо напрягало.

– Точно! Ужин! – тигрица вскочила с дивана и рванула ко мне, точнее к двери. За ней двинулась Барашка, одним своим видом заставив меня отойти от дверного проёма, а то была у меня теория, что с её скоростью и рогами я отправлюсь на больничную койку при столкновении. Последняя девушка лениво поднялась с дивана и, пошатываясь, неспешно пошла догонять подруг.

***

Клановая столовая, в которой проходил ужин выглядел как школьная столовая. В огромном зале с множеством столов разной степени занятости стоял буфет с неким подобием шведского стола, вокруг которого суетилась толпа моих соклановцев. К своему облегчению я обнаружил даже парней, державшихся особняком от девушек, которых всё равно было подавляющее количество. На моё появление в помещении отреагировали примерно никак, что меня здорово порадовало. А то уже запарило это "Саша вернулся".

Пока стоял в очереди, нашёл чутьём Гинис, сидящую за одним из самых дальних столов. Рядом с ней сидели другие неполноценные Гриммы – это я понял не только по расположению, но и по скудному пайку, который даже на вид казался несъедобным. У Гинис в тарелке вообще кроме хлеба ничего не было, благо хоть, что хлеб был свежий. Не знаю, насколько это законно, но у меня появилась навязчивая идея покормить Лебедя. Поэтому, взяв двойную порцию, я направился в самую отдалённую ото всех часть столовой и сел к монашке, поставив перед ней поднос. Ошибку свою я осознал, когда почувствовал взгляды на спине: мои соклановцы уже предвкушали новую порцию травли и с нетерпением ждали моих следующих действий. Вся проблема была в том, что мой порыв альтруизма совершенно не вязался со старым образом, и даже отмаза про амнезию не прокатит. Осознание реальности в лице Марии подкинуло ещё одну проблему: если мои соклановцы поймут, что я не Саша, меня скорее всего убьют. Может быть мне хватит сил отбиться от одного или двух, но вот остальные сотни меня тупо числом задавят, а если я откинусь, можно попрощаться с возможностью вернуться к моим близняшкам. Но я пообещал Гинис прекратить издевательства, и я не собираюсь нарушать своё обещание. А ещё я обещал себе вернуться в предыдущий мир.

Когда у меня в мыслях заканчивались уже и маты, рядом со мной поставила поднос Квин. Сейчас от избытка чувств я был готов её расцеловать, ведь она одним своим появлением спасла меня. Никто в здравом уме не будет издеваться над членом клана, даже если это кто-то в положении Гинис, при кандидате на место главы клана. Квин, пока я её мысленно благодарил, обратила несколько локонов в змей и подвинулась ко мне поближе, положив одну из змей мне на плечо.

– Саш, ты идиот, ты знаешь это? – услышал я голос Гадюки, хотя сама она спокойно ела, изредка бросая взгляд на Гинис, опустошающей свою порцию.

– Я это понял с минуту назад, – тихо ответил я.

– После ужина идём в мою комнату. Без неё, – змейка на моём плече высунула язык в сторону Лебедя.

– Ты приняла то, что место твоего парня занял я?

– Саш, это просто побочный эффект от приступа. Опыт формирует личность, а если в попытке защититься от окружающего мира ты случайно придумал себе другие воспоминания, это не значит, что ты перестал быть собой, – начала объяснять мне Квин. Я был с ней не согласен, но раз она сама мне оправдание выдумала, то я не против.

– Ну ладно, Чешуйка, – на мгновение Квин вздрогнула, но показывать недовольство не стала, даже наоборот немного покраснела, – раз ты такая сведущая в психологии, можешь мне заодно поведать про мои приступы амнезии?

– Всё у меня, – ответила Квин, и её глаза заблестели. – У нас впереди долгая и бессонная ночь.

***

Комната Квин представляла собой уменьшенную копию клановой библиотеки с двуспальной кроватью в дополнение, на которой мы и расположились. Считается ли секс со своей очень дальней родственницей инцестом, я не знал, но вот Александр относился к этому вопросу неожиданно по-философски: ему было похрен, а желание потрахаться вкупе с не очень сильной, но тем не менее, симпатией к девушке склоняли его мнение к позиции "однозначно надо пользоваться". Я, в свою очередь, не воспринимал Квин как свою родственницу ни в этом мире, ни в том. В прошлом мире я с Гадюкой редко контактировал, и наши с ней встречи были весьма холодны даже несмотря на признание девушки, а здешняя Квин изначально поставила себя в роль моей девушки, поэтому на протяжении всех предварительных ласк я и не вспоминал, что технически Квин моя сестра. Уже когда я снимал с девушки последний элемент одежды, появилась мысль, что я свернул не туда, вот только Гадюка мне и опомниться не дала. Похоже, что неделя воздержания для девушки была сущим адом, и теперь Квин собирается наверстать упущенное. Пока нижняя пара полушарий девушки со звучными хлопками и брызгами смазки поднималась и опускалась на меня, Квин держала мои руки на своей груди, заставляя стискивать соски, при этом мы с Гадюкой ещё и жадно целовались. Так мы до полуночи просто слепо трахались, абсолютно наплевав на возможные неудобства, доставляемые соседям.

– Чешуйка, тебе не кажется, что мы что-то делаем не так? – спросил я, откинувшись на подушку во время перерыва, который Квин организовала из соображений, что я мог устать. Сама девушка была готова кувыркаться ещё несколько суток точно, но вот Саша такой выносливостью не отличался, потому-то Гадюка о нём так заботилась. А то мой аватар в случае чего мог психануть и уйти, да не в свою комнату, а в очередной побег.

– Думаешь попробовать поменяться ролями? Хочешь меня доминировать? – томно спросила Квин, лёжа у меня на груди. От возбуждения её волосы превратились в змеек и беспорядочно двигались, иногда проползая и по мне. Ощущения были весьма странными: с одной стороны, это змея, значит она должна быть холодной и неприятной на ощупь; с другой, даже если и змея, но соткана то она была из волос, потому она такая мягкая и тёплая. Увы, когда дело доходило до чёрных пастей змеек, аргумент про «сделаны из волос» терялся, потому как язычки рептилий были влажными и скользкими, зубы – острыми, а яд – весьма действенным. Последнее я осознал, когда Квин парализовала меня в шутку, после чего во всю наслаждалась моей беспомощностью. Надо будет на будущее запомнить, что от воздержания у Квин сносит крышу начисто, а чем она безбашеннее, тем её игры в постели изощрённее.

– Я не об этом. Я просто пытаюсь тебе намекнуть, что мы брат и сестра, – я посмотрел в глаза Гадюке и погладил её по голове, второй рукой осторожно сжав сосок девушки, отчего она издала тихий стон. В ответ на поглаживания одна из её змеек обернулась вокруг моей руки.

– Кто? – стон не помешал девушке, сузив зрачки, переспросить.

– Мы.

– Кто мы?

– Брат и сестра.

– Мы?

– Да! Квин, хорош! – я посмотрел на девушку и увидел, что она натурально стебётся.

– Я просто пытаюсь тебе намекнуть, что твой вопрос чертовски туп, – пожала плечами девушка. – Инцест для кланов – вещь обыденная и практически всегда необходимая, чтобы способность не вырождалась. А в нашем случае, слово «инцест» не правильное, потому как родства у нас с тобой много и нету. Сколько там между нами поколений? Семь? Восемь? Десять? Люди уже после четвёртого колена считаются чужими, поэтому можешь считать, что мы просто соседи, только не по дому, а по клану. К тому же, наш клан является чуть ли не единственным кланом, в котором появление детей от пары Гримм-Гримм невозможно. Следовательно, можешь хоть мамку… нет, Аниту не надо, она не из наших… можешь хоть тётку свою трахнуть и заполнить до рвоты спермой…

– А как?..

– Неважно! Тут важен факт заполнения! Так вот, можешь хоть тётку свою, хоть сестру заполнить, им будет побоку.

– Ну да, я вроде так уже делал, – не я, но не будем трогать эту болезненную тему.

– Вот и я о том же, – кивнула Квин и села на меня сверху с чавкающим звуком. Внутри неё было чертовски жарко, влажно и тесно. – Давай ещё часиков до двух отработаем твоё отсутствие и спать ляжем, а то нам завтра в школу рано вставать.

– Ну ладно, – я двинул бёдрами вверх, заставив Квин громко вдохнуть, после чего остановился. – Стоять! В смысле нам?

– Ну ведь первое сентября завтра, точнее уже сегодня, учёба начинается, – посмотрела на меня как на идиота Квин и начала ёрзать у меня на коленях, блаженно сопя.

– В смысле первое сентября? – вот где-то в этот момент я понял, насколько моя разведка оказалась неточной. С другой стороны, ну не ожидать же сюжетных событий четверть года. Бля, ни за что не берите меня в разведку, а то по моим собранным данным будет наша армия наступать на саму себя.

Глава 2

– Муррррр, как же я люблю это!

«Прямо как кошка во время течки» – подумал я. А, ну да…

Как вообще поход в учительскую мог закончится ЭТИМ? Нэкомата сидела на моих коленях, тёрлась своей головой, точнее ушками, за которыми, насколько я помню, у кошек находится специальная секреция, которой они территорию отмечают, об мою рубашку, при этом она мурчала и вытаскивала из-под строгой блузки лифчик. Рядом, нервно крутя задом, стояла на стуле на четвереньках моя младшая сестра, пожирая взглядом училку, устроившуюся у меня на коленях.

Опять это всё… Ну ладно, заводите шарманку по новой. Началось всё с того, что Квин, кончив в последний раз, слезла наконец с меня и практически моментально уснула, обняв меня всеми конечностями. Было это не в обещанные два часа ночи, а в половину пятого утра, поэтому, после тоскливого взгляда на будильник со значением «шесть-двоеточие-ноль-ноль», мною было принято решение не спать. В какой-то момент, когда Квин, ворочаясь, чуть не засунула мой стояк в себя, Мария предложила ей отомстить за бессонную ночь и трахнуть, пока девушка спит, причём желательным условием было, чтобы Гадюка проснулась, когда её жёстко насаживают до упора. Идея была заманчивой, вот только что-то меня останавливало от этого, хотя Я-Александр на пару с Марией были абсолютно за. Да, вот это и останавливало. Дело в том, что спустя неделю в новом теле я уже не воспринимал себя и Сашу как нечто с названием «Мы», теперь я и Саша были целым «Я», что наталкивало на грустные мысли.

– А я? – возмущённо спросила Мария.

Заткнись! Не нарывайся на рифму, я же, блять, порядочный человек. Не дай бог, или кто там у верующих сидит, я стану таким же мудаком, как и Саша. Да даже частичное слияние меня и его я считал недопустимым. А что если он вообще сейчас в моей тушке бегает за близняшками? Мать! Теперь это опасение будет сидеть рядышком с Машей ещё очень-очень долго.

Квин проснулась за пять минут до будильника, осмотрелась немного сонным взглядом, пытаясь вспомнить, кто она такая, после чего таки выпустила меня из своих объятий, с сожалением посмотрев на утренний стояк.

– Знаешь, мне такой странный сон приснился, – начала Гадюка, задумчиво осмотрев свою комнату. – Там была одна девочка, которая сказала, что тобой можно управлять.

– … – я уловил какое-то подозрительное шевеление в моей голове, точнее где-то внутри сознания.

– Говорит, что если сказать тебе правильные слова, то ты выполнишь после этого любой приказ, – теперь Квин посмотрела прямо на меня, и в её разноцветных глазах я увидел смесь любопытства и коварства. Это же ведь был сон, мало ли, что кому снится.

– Ну? – Мария в моей голове была необычайно оживлённой, а вместе с её энтузиазмом рос и мой уровень тревоги.

– Саш, я же люблю тебя, ты же знаешь, – произнесла Квин, внимательно следя за моей реакцией. Видимо, реакция была, потому как Гадюка улыбнулась и продолжила: – И как любящая девушка я тоже хочу быть любимой тобой.

– Да! – крик Марии эхом отозвался в голове, отчего пространство вокруг немного поплыло как при головокружении. То, что Мария залезла в сон к Квин, я понял ещё на стадии вступления, но вот приказом последнюю реплику Чешуйки я не считал, правда вот та программа, про которую говорила Маша, сработала сразу же. Меня охватило такое странное чувство, будто бы всё тело щекочут, сама Квин в моих глазах стала выглядеть немного иначе, а гормоны внутри тела стали вырабатываться со звуком промышленного насоса. – Всё верно, Дима! – Мария чуть ли не в уши мне кричала, хотя, правильнее сказать, кричала она мне прямо в мозг. – Это как в первом биошоке. Сядь, будь любезен! Встань, будь любезен! Убей, будь любезен! Как думаешь, ты вообще когда-нибудь кого-нибудь любил по-настоящему? Ведь саму программу в тебя заложили близняшки, а дальнейшие признания вводили корректировки, чтобы мне было легче тобою управлять.

– Чешуйка, я же тебе уже говорил, что люблю тебя, – ответил Квин я, изо всех сил стараясь не показывать внутреннюю панику. А паниковать было из-за чего. Во-первых, Маша, не имея физического тела могла спокойно использовать свои способности прямо из меня, нарушая принцип самой работы со способностями. Во-вторых, эта программа могла очень сильно усложнить выполнение здешнего задания. Мало того, что я эту фразу слышу слишком часто, так ещё и Мария своей телепатией может раздать ключ ко мне буквально кому угодно, как она сделала сейчас.

– Это и правда сработало? – Квин склонила голову и очень недобро улыбнулась. – А если… – Гадюка легла на кровать и максимально эффектно раздвинула ноги. – Саша, я люблю тебя! – томно произнесла она и кивнула на свою сочащуюся промежность. Следующие полчаса я будто бы наблюдал за своим телом, которое самозабвенно трахало Квин. Одно утешало, хоть и не сильно: Квин минут десять пыталась выговорить стоп-фразу, но стоны каждый раз не давали ей сделать это. От процесса нас отвлекли кролики-близняшки, заглянувшие в комнату, чтобы позвать нас на завтрак, правда всем видом эти двое показывали, что не против присоединиться. Именно их появление смогло отвлечь меня, и я смог остановиться. Квин после исполнения своего желания устало упала на кровать не в силах даже что-то сказать.

– Братец, а давай ты к нам сегодня придёшь? – спросила меня Айли, а Лиса, покраснев, яростно затрясла чёрными кудряшками. «Ни за что!» – мысленно ответил я, просто промолчав в реальности. Быть может эти тоже не являются моими кровными родственниками, как и Квин, только вот Гадюка была уже взрослой девушкой, а эти двое только-только начали расти в тех местах, предназначение которых узнали примерно в тоже время. А я, несмотря ни изначальную испорченность, с детьми не сплю. Жаль, что Саша считал иначе и активно пользовал этих двоих под настроение, мешая с другими девушками.

– Лисёнок, твой импровизированный гарем весьма озадачен тем, что ты перестал уделять нам внимание, – меня хлопнули по спине и автор этих слов грациозно приземлилась в метре от меня. Касуми была в весьма благодушном настроении, а её полупрозрачная ночнушка приводило в такое же настроение и меня. Ненавижу это тело!

– Поэтому сегодня после школы мы устроим марафон! – поддержала мою сестру Айли. Лиса вновь затрясла головой, выражая согласие. А меня спросить тактично забыли? Правда от негодования меня отвлекли мои соклановцы, находящиеся в столовой, когда мы зашли в неё. Как оказывается, реально взрослых членов в нашем клане кот наплакал, основную массу составляли особи от четырнадцати до двадцати на вид лет, большая часть которых уже была одета в школьную форму. В самом помещении от силы было полтысячи человек, однако сегодняшнее утро было непривычно тихим, особенно если сравнивать со вчерашним ужином. По моим прикидкам, такого количества школоты хватит на взятие штурмом какого-нибудь небольшого города, но вот стоит прибавить к этому значению фамилию Гримм, как речь заходит о захвате стран, причём далеко не самых маленьких. Хорошо хоть, что вся эта масса школьников училась в разных учебных заведениях, о чём говорила их форма. Насколько мне известно, в моей школе особых правил к дрескоду нету, разве что пресловутое школьное бельё и тут прокралось, а вот в некоторых других школах с формой было строго. Взгляд выхватывал из толпы вчерашнюю троицу барашку-тигрицу-нормальную, одетую в строгую одинаковую форму. Ну как строгую, строгости прикидам девочек доставляли исключительно пиджаки, которые даже на вид казались чертовски колючими и неудобными. На пиджаках была обязательная эмблема в специальных красных цветах с вышитой «XI» золотыми нитками, что, наверное, означало класс. В остальном на девушках были блузки, расстегнутые на две пуговицы, кое-как завязанные красные галстуки, мини-юбки в цвет пиджаку да чулки или гетры – кому как удобно. Всё было в едином стиле и по задумке создателей должно было кричать о серьёзности учебного заведения. Получалось ли это? Весьма спорно.

Среди кучи белоснежных голов было довольно легко найти Гинис. Её чёрные волосы выделяли девушку издалека, да и регенерация сделала из вчерашнего невзрачного избитого личика нечто прекрасное. Школьной формы на девушке не было, вместо неё была всё та же монашеская одежда с вырезом до пупка. Гинис сидела там же, где и вчера, ела всё то же, что и вчера, но стоило ей увидеть меня, идущего посреди стаи из девушек, активно обсуждающих что угодно, но только не день траура по бесцельно прожитым трём месяцам, монашка чуть не подпрыгнула на стуле и еле сдержалась от того, чтобы не помахать мне. Улыбку ей сдержать не удалось, что не скрылось от глаз некоторых моих родственников. В частности, Барашка очень странно посмотрела на меня, на монашку, после чего что-то прошептала спящей над тарелкой Тигрице. Этому может и стоило бы уделить внимание, но я к столу с завтраком подойти не успел, как меня схватили три пары рук и потащили в сторону столов, за которыми сидели старшие члены клана. Увидев лицо тёти Линкс, мне почему-то стало спокойнее на душе. Лицо моего отца не вызывало таких тёплых чувств, но это с непривычки, это поправимо, а вот мама… Анита не показалась мне вчера активной женщиной, ей больше подходили меланхолия и медлительность, чем сегодняшняя улыбка, которая очень отличалась от натянутых улыбок остальных родителей. Для неё самой мой поход в школу был весьма волнительным, словно это она шла, и не в одиннадцатый класс, а в первый.

– Ну? Как настроение? Не передумал идти? – начала расспрашивать меня Линкс, пока отец усаживал меня за стол, а мама подставляла тарелку с яичницей. – Если что, там с тобой в одном классе будет Кас, поэтому всё будет отлично, – улыбнулась Линкс и уселась рядом, оттеснив Аниту. Касуми уселась напротив, заговорщицки подмигнув. Стоп! В каком смысле «всегда будет рядом»?

– Поверить не могу, что буду учиться рядом с братиком, – положив ладошки на покрасневшие щёки залепетала моя сестра. Если мне память не изменяет, Сильвер была в девятом. – Да расслабься ты! – увидев мысленные процессы на моём лице, поспешила меня утешить Кас. – В десятом классе можно особо не учиться.

– Касуми, всегда надо учиться, – шикнула на неё Анита. Кас в ответ сложила свои ушки из волос и нервно завиляла двойным хвостом. Стоп, а разве у Сильвер был двойной хвост? Я попытался вспомнить. Хвост был точно, правда она его доставала не всегда, а вот количество кончиков я не мог вспомнить. Впрочем, сейчас это была далеко не первостепенная по важности тема для обдумывания. Куда больше меня сейчас волновало то, что моя сестра и по совместительству любовница будет ещё и моей одноклассницей. Не сказать, что это сильно плохо, вот только общий фон мысли омрачает неизвестно откуда взявшаяся нимфомания буквально у каждой второй моей сестры. А если ещё и Мария начнёт свои фокусы с телепатией проворачивать, жизни мне нигде не будет.

Позавтракав, я, изобразив нечто среднее между волнением и безразличием, отправился переодеваться. Спустя почти сутки пребывания у себя дома я наконец смог добраться до своей комнаты. Ну что я могу сказать… Дмитрий Кроль и Александр Гримм действительно являются одним и тем же персонажем в версии параллельных миров. В моей берлоге был нехилый бардак, который, сразу видно, делали с любовью и заботой. Даже носки под кроватью валялись абсолютно в том же порядке, как и у меня дома. Единственным местом, которое не затронул беспорядок, была кровать, на которой сейчас была сложена аккуратно моя школьная форма. Выбирал, если правильно помню, Корвус. Оно и видно: удобно, стильно и весьма практично, но немного броско. Чёрные брюки с цепью и клёпаным ремнём, белая рубашка с укорачивающимися рукавами, клубный чёрный галстук и нечто среднее между туфлями и кроссовками. Пиджака не было, вместо него предполагалась чёрная кожаная куртка. По итогу, осматривая себя в зеркало в шкафу, почему-то казалось, что я сейчас иду не в школу, а давать рок-концерт, ну да и так сойдёт. Под одеждой была ещё нагрудная кобура с охотничьим ножом и раздвижной охранный прут. На кой чёрт оно мне надо? Впрочем, я всё равно одел и их, правда прут прикрепил к поясу. Вообще самым лучшим было бы засунуть прут в рукав куртки, но специальных креплений там не было, поэтому пусть пока висит на поясе. Всё равно в случае опасности я первым делом достану когти, а уже потом, возможно, вспомню про оружие. На выходе из комнаты меня ожидала Квин, одетая в идеальный, на мой взгляд, прикид для похода в школу. Блузка, галстук, жилетка, юбка чуть на десяток сантиметров выше колен, туфли и гетры – одним словом школьница. Даже очки на девушке выглядели слишком заумно, хотя в сочитании с её домашней одеждой они вообще терялись на девушке.

– Сойдёт, – придирчиво осмотрела меня Квин, после чего осмотрелась по сторонам, толкнула меня в мою комнату, зашла сама и захлопнула за собой дверь. Я уже было решил, что Квин ночного и утреннего марафона было мало, но лицо Чешуйки было очень серьёзным.

– Кто-нибудь ещё знает? – спросила она.

– О чём? – не понял я.

– О той самой фразе.

– Несколько девушек из другого мира и одна телепатка, засунувшая в меня эту программу и готовая растрепать о ней кому угодно, – отвечая, я наблюдал за мимикой Квин. Хоть Гадюка и нацепила привычную мне маску безразличия, но эмоции под ней проскакивали, правда опасности я не особо ощущал. Хотя, стараниями самой Квин, я сейчас к ней только блаженный трепет чувствовал, поэтому судить мне сложно.

– Ясно. Кто-нибудь ещё тебе говорил эту фразу? – Квин кивала собственным мыслям и наблюдала также за мной. Видимо, до неё таки дошло в полной мере, что я попаданец.

– Нет, – ответил я, после чего Квин впервые за беседу показала улыбку.

– Тогда слушай сюда, – Гадюка ткнула пальцем мне в грудь. – Я люблю тебя, поэтому хочу, чтобы только мои признания заставляли тебя подчиняться!

– Вот ведь хитрая зараза! – воскликнула Маша.

– А что, так можно было что ли? – воскликнул уже я.

– Не уверена, что это подействует, но попытаться стоит, – ответила Квин. – Мы же оба понимаем, что от такой хрени у тебя могут быть сплошные неприятности.

В этот момент я был готов полюбить эту девушку даже без всяких программирований разума. Казалось бы, какое ей дело? Ну спим мы вместе, ну и что? Никаких даже намёков на отношения у нас никогда реально не было, просто Саша как-то предложил ей встречаться во время секса, а она и согласилась. Вот только наши взаимоотношения с ней никак не изменились после этого. Квин, видимо, считала иначе.

– Ладно, – Гадюка поцеловала меня и направилась к двери, – удачи в первый день.

– И тебе, – ответил я, смакуя вкус её губ. А ведь раньше мне было всё равно, какая на вкус её помада. В следующую секунду я, сам охренев от такого поворота событий, схватил Квин за руку, притянул к себе и поцеловал, стиснув в объятиях. А ведь в голове просто родилась мысль спросить у Чешуйки про свою амнезию сейчас, чтобы не было проблем в школе, если подобный факт всплывёт, в чём я не сомневался. Но в какой-то момент влюблённый идиот внутри меня (уже третья по счёту моя личность) решил, что целоваться в данный момент будет лучшей идеей, чем устраивать расспросы. Когда я уже отпустил Квин, мне чертовски захотелось посмотреть на неё. На её лице застыли изумление и досада, отчего козёл внутри меня (это я-оригинальный, если что) улыбнулся. Так-то, будет знать, как загадывать такие стрёмные желания. Забавно, что я-Александр на всё это никак не реагировал. Ещё забавнее для меня был сам факт того, что я себя начал разделять на личности. Похоже, Корвус забыл положить в мою школьную форму смирительную рубашку. Интересно, раз у меня были психические отклонения, меня водили к специалистам, или моя проблема как обычно не выходила за пределы клана? Как много вопросов, целый один. Походу у меня реально крыша едет.

– Чешуйка, у меня тут намечается полный сдвиг по фазе, – зачем-то сообщил я Квин, лицо которой всё больше вытягивалось от удивления. – Ты вроде знаешь про мои провалы в памяти? Можешь рассказать?

– Насколько мне известно, это генетическое заболевание, – сделав умную моську, ответила Квин. Я, конечно, не эксперт в генетических заболеваниях, но у меня есть вопросы. Во-первых, когда это периодическая амнезия была наследственным заболеванием? Нет, я не претендую на звание учёного-генетика, но это даже звучит как полнейший бред. Во-вторых, если брать за основу мою прошлую жизнь, где у меня были абсолютно те же родители, что-то я не припоминаю провалы в памяти. С другой стороны, там Анита умерла при родах, а здесь жива, ещё и Касуми родила. Впрочем, я слишком много внимания акцентирую на том, что важно в последнюю очередь.

– Знаешь, почему я теряю память? Что-нибудь примечательное после этого происходит? Мне надо знать как можно больше об этом.

–Вроде как приступы происходят во время очень сильного стресса, – Квин призадумалась. – Честно, после того, как ты теряешь память, тебя всегда вели вместе с Касуми к одной из старейшин. Что там происходит, я не знаю.

– Но ты же будущая глава клана, – не смог не подколоть девушку я.

– Но ведь не действующая, – пожала плечами Квин.

– Вообще это странно, не находишь? Я совершенно не помню моменты амнезии, хотя память между приступами понемногу приходит.

– Я уже задумывалась об этом. Увы, у меня недостаточно влияния, чтобы задавать такие вопросы.

– Странно это всё, –подытожил я.

– Предлагаю продолжить мозговой штурм уже после школы. Если ты, конечно, вспомнишь об этом.

– Мне надо знать что-нибудь о моей школе?

– Там всё узнаешь, – улыбнулась Квин и, чмокнув меня на прощание, вышла из комнаты. Итого, что я узнал? Мне нужно растрясти Касуми на тему амнезии, а лучше всего это можно сделать, увы, после хорошего секс-марафона с ней.

Наконец я в компании Касуми, Гинис и тёти Линкс мы отправились в мою новую школу. Точнее, я и Касуми отправились в мою новую школу, а Линкс сопровождала Гинис в церковную школу, видимо, чтобы Лебедь не убежала по дороге. Я бы в это поверил, если бы был Сашей, но я, чёрт побери, видел немного другую картину. У Линкс был очень сильный материнский инстинкт, что я понял ещё в прошлом мире, а своих детей у неё нету. Видимо, Гинис стала для Рыси негласным объектом заботы, но, из-за хренового положения Лебедя, Линкс приходится делать вид конвоира. Интересно, а снизить травлю своей падчерицы до минимума Рысь не может по той же причине? И вот ведь какая дилема вокруг Гинис появляется: весь клан в отношении её разделяется на два лагеря. Первый, состоящий из подрастающего поколения, зачем-то всячески издевается над девушкой по одной им, точнее нам, известной причине. Надо будет, кстати, эту причину узнать, а то аргумент «слабая кровь» что-то не звучит. Второй лагерь, состоящий в основном из взрослых и очень небольшого количества членов поменьше, относится к девушке преимущественно нейтрально, хотя есть и исключения в виде Линкс. Это я ещё не разобрался, какого хрена именно я начал издевательства. У меня зарождаются смутные подозрения, что мои приступы амнезии как-то связаны с этим. Вечером обязательно обсужу этот вопрос с Квин.

Что-то я задумался и не заметил, как пейзажи и архитектура вокруг стали до боли знакомыми. Линкс и Гинис уже оторвались от меня с Касуми. Я оглянулся вокруг и обомлел. Нет! Точнее, да! ДА! Автор, может быть это и весьма предсказуемо, но я тебя просто обожаю! Сашиной первой школой является именно та, в которую я ходил в прошлой жизни. Это очень сильно облегчает задачу с адаптацией. Так я думал, пока нам не начали встречаться школьники. Ну допустим, что футляр от гитары в школу ещё нормально нести, а вот у той девушки за спиной висит полуторный меч. У мальчика, лет десяти, на поясе кобура с пистолетом. Да и содержимое футляра от гитары у того парня как-то странно гремит. Что за хрень?

В какой-то момент нас с Касуми обогнала пара девчонок, заставив моё сердце больно сжаться. Эти золотую и чёрную косы я где угодно узнаю. Вот только в этом мире я не являюсь парнем близняшек, да и становиться им не хочу. Алиса и Алеся шли в школу, держась за руки, отчего Касуми, едва завидев близняшек, выдала улыбку, которая мне совершенно не понравилась. Алиса, почувствовав на себе презрительный взгляд моей сестры, обернулась, от чего Алеся вздрогнула.

– Что, инцест – дело семейное? – Касуми сделала максимально невинные глазки.

– Кто бы говорил, – осадил я свою сестру. Уже обе близняшки обернулись и принялись меня рассматривать.

– Нам можно –мы же Гриммы, – отрезала Касуми. Ну да, железная логика.

– А тебе не всё ли равно? – спросил я уже в воздух, обращаясь не столько к сестре, сколько и к близняшкам. Касуми зачем-то прыснула в кулачок, схватила меня за руку и потащила по направлению к школе, оставляя моих девушек сзади.

***

Было бы всё так просто, да? Да, школа, в которой я с сегодняшнего дня учусь, была той, в которой я учился и в прошлой жизни. Она занимала примерно ту же площадь, находилась на том же месте на той же возвышенности, даже люди здесь учились те же, правда не все. Первое отличие от моей школы я заметил, стоило огромной шестиметровой стене показаться среди зданий. Причём стена эта была не просто решёткой или чем-то чисто декоративным. Это была метровая в толщину железобетонная стена с колючей проволокой сверху. А в этом заведении очень любят детей, я смотрю. Когда мы с Касуми уже подошли к воротам на территорию школы, я понял, зачем такие стены. В моём мире наша школа звалась средней школой номер… не помню номер, то ли сорок семь, то ли сорок девять. Здесь же, глядя на название, выбитое над воротами, способными на глаз выдержать прямое попадание танковым бронебойным снарядом, у меня появлялось очень много вопросов, отвечающих сами на себя. «Элитная средняя школа для контроля одарённых имени Валентины Хлыщ» – гласило название моей школы. Кто такая Валентина Хлыщ, я не знал, но закрадывались подозрения, что знать это мне надо. По бокам от входа стояли вооружённые огнестрелом охранники весьма крепкой комплекции. Что-то у меня всё больше пропадает желание идти за ворота.

– Предъяви оружие, – сказал нам один из охранников, когда мы подошли ближе. Касуми в ответ молча вытащила из рюкзака армейский нож, я, последовав её примеру, достал свой нож. Охранник удовлетворительно кивнул и потерял к нам всякий интерес.

Вот мы и на территории. Здания корпусов здесь выглядят куда крепче и массивнее моей прошлой школы. Есть несколько неизвестных зданий, которых раньше не было, купола оранжереи, где обитала Вельга, не было, вместо него был бетонный купол какого-то стадиона. И у каждого здания стояли охранники, причём не только на входах, но и на крышах и дорожках вокруг зданий. В окнах тоже мелькали лица в тактических шлемах. Ну точно не школа, а тюрьма.

Около главного корпуса толпились школьники, и Касуми повела меня именно в эту толпу. Причину нахождения здесь такого количества людей я понял, когда мы подошли поближе. Там были доски с объявлениями, на которых были выставлены списки классов. Что за японщина тут творится? Что дальше? Нам скажут: «Хули вы сюда припёрлись? Занятия в апреле начинаются». Я посмотрел на списки. Там только десятый и одиннадцатый классы. Я пробежался глазами по спискам и нашёл себя и сестру. Ну да, Касуми действительно со мной в одном классе, при том, что десятых классов тут три. Не знаю, радоваться мне или относиться ко всему этому скептически. Зачем-то посмотрел на список своего класса ещё раз, наверное, искал знакомые имена. И нашёл. Но как? По моим подсчётам близняшки должны сейчас быть в одиннадцатом. Ещё раз посмотрел на доску. Нет. Тервос Алеся, а под ней Тервос Алиса почти в самом конце списка. И обе, как и я, помечены, как новенькие. Странно. Ладно, по ходу разберусь, если вдруг не решу, что оно мне не надо. Стоп, а откуда моя малая их знает, если они здесь впервые?

– И куда нам сейчас? – обдумывая всё вышеописанное спросил я у Касуми.

– В актовый зал. Там нам скажут, как учителя рады нас видеть, и мы разойдёмся по классам, – зевнув, ответила мне Кошка.

Спустя десять минут мы уже сидели в актовом зале. Даже несмотря на то, что очень много учащихся ещё бродит по территории, мест, чтобы пятую точку посадить, особо не было, поэтому нам с Касуми пришлось разделиться. Немного поискав, я нашёл себе сидение рядом с какой-то училкой. Каштановые, почти бордовые, волосы, кошачьи ушки, большие жёлтые глаза с вертикальными узкими зрачками, приятные черты лица, меньше тридцати лет на вид. Одета женщина была в строгую блузку, наглухо запирающую под собой полушария весьма внушительных размеров, обтягивающую чёрную юбку чуть выше колен, чёрные полупрозрачные колготки и туфли на небольшом каблуке. Сзади из специального отверстия выглядывал хвост с шерстью такого же цвета, как и волосы. Бросив на учительницу ровно один взгляд, чтобы рассмотреть её, я сел на свободное место и принялся ждать. Училка заметила меня, только её изучающий взгляд бегал по мне куда дольше.

– Ты новенький в этой школе, да? – зачем-то спросила она. Я кивнул и уставился на сцену, по которой бегали учителя и ребята-активисты. – Я вот уже четвёртый год здесь, хотя иногда кажется, что первый день. В этом году мне даже классное руководство предложили, правда, только в качестве помощника классного руководителя, но всё же. А ты в каком классе?

– В десятом, – ответил я, обдумывая, как можно намекнуть училке, что я не настроен на разговор.

– Быть может в десятом «А»? – глаза кошко-училки сверкнули в темноте.

– В нём, – ответил я, на всякий случай приготовившись снимать с себя училку.

– Ой, так я… мы вместе весь год будем, – улыбнулась кошка, после чего сразу же схватилась за голову и скривила личико. – Извини, наверное, вчера я всё же перебрала немного.

Судя по тому, как у меня неприятно зудело в области мозжечка, не в количестве выпитого дело. Мария после выходки Квин обиделась, видимо, и вплоть до этого момента не показывала признаков своего нахождения в моей голове. Нет у меня особого желания валить на неё подобные незначительные неприятности, но я зарёкся верить в случайности. Всюду есть заинтересованные личности, и именно благодаря этой я здесь, а не в компании своих девушек.

– Доброе утро, мои маленькие и не очень друзья, – на сцену с микрофоном вышла какая-то пожилая женщина. Судя по её лицу, сегодняшнее утро было абсолютно не добрым ни для неё, ни для школоты в зале. Тем не менее, она продолжала: – Как директор этой школы, я рада приветствовать вас всех в этом храме знаний для самых особенных, – на последнем слове директор выдала ироничную улыбку. Я её не виню – сам при этих словах чуть в голос не рассмеялся. – Я очень надеюсь, что все мы проучимся ещё один чудесный год как дружная семья. И, что очень важно, без серьёзных происшествий, – честно, я сомневался по поводу последнего пункта. У каждого школяра в зале был как минимум нож, да и сама директор говорила в микрофон, перекинув через плечо нечто, отдалённо напоминающее калаш. Единственная, наверное, на весь зал персона без оружия – это кошко-училка рядом со мной, правда ей оно особо и не надо было: коготки у этой кошечки были посерьёзнее когтей Касуми. – Надеюсь, мне не придётся напоминать про правила внутреннего распорядка и безопасности, ведь никто не хочет повторения инцидента двухгодичной давности. Помните, вы в храме знаний, а уже после в специальном учреждении для таких ОСОБЕННЫХ как вы. Особо горячо хочу поприветствовать тех, кто сегодня впервые пересёк ворота нашей школы. Ваши классные руководители расскажут вам про правила нашего заведения немного позже…

– А могут и сейчас, – томно прошептали мне на ухо, отчего я чуть не отпрыгнул от училки. Её жёлтые глаза теперь блестели постоянно, впившись в меня. – Меня, кстати, Адриана Евгеньевна зовут, сегодня вашего классного руководителя не будет, поэтому я за старшего. А ты у нас?..

– Д… Александр Гримм, – немного охренев от такого внезапного напора от училки, я чуть не проболтал своё прошлое имя.

– Хорошо, Сашенька, будешь мне помогать сегодня, – зачем-то подмигнув ответила мне Адриана Евгеньевна и повернулась к сцене. Директор уже ушла, и сейчас на сцене три школяра самозабвенно насиловали музыкальные инструменты, а четвёртая школьница в это время насиловала в уши зрителей. Судя по общему шуму в зале, нравилось это немногим. Следом за ними школьники различной степени взрослости показывали, на что им пришлось угробить драгоценную последнюю неделю лета. Кто-то пел, кто-то танцевал, кто-то просто не пришёл (а чё, так можно было?) – в общем, к концу мероприятия я уже подумывал забить на предстоящие занятия по своему обыкновению и свалить из этого храма лицемерия и бездарности. Останавливала меня только Адриана Евгеньевна, схватившая меня под локоть, стоило директрисе сказать последние слова, и потащила меня куда-то в другой корпус под предлогом «мне надо взять оооооочень тяжелые учебники из моей каморки, по недоразумению зовущейся учительской, и притащить в наш класс». Я особо и не был против, особенно, если это поможет мне заиметь у нашей помощницы классрука немного доверия, а следовательно, и привилегий. По дороге в учительскую нас догнала Касуми и потребовала немедленно освободить её любимого братика, на что училка едва обратила внимание. И вот, когда наша троица уже пришла в комнату два на три метра, заставленную шкафами и столом со стулом, я уже было решил, что кошки подерутся.

– Учитель-нэкомата, у нас же вводные занятия, зачем вам учебники? – как только мы пересекли порог учительской каморки, у Касуми вдруг начали работать мозги.

– Вот стоят, – кивнула на стол учитель… её что, серьёзно зовут нэкоматой? Да моя сестра больше на это прозвище пригодна. – Не спрашивай зачем, это приказ свыше, – Адриана Евгеньевна указала пальчиком с острым коготком на потолок. Зачем-то Касуми посмотрела туда, хотя прекрасно знала, что там ничего нет, кроме хреновой штукатурки. В тот же момент меня с нечеловеческой силой толкнули на стол, сметя мной несколько папок, после чего довольная победой нэкомата села мне на колени, и принялась об меня тереться. Касуми от такой наглости вытаращила на нас гляделки и, вместо того, чтобы вытаскивать меня, стала на четвереньки на стул рядом и, обратившись наполовину, принялась крутить задом.

– Мур, – шепнула мне на ухо Адриана Евгеньевна, отчего у меня волосы встали дыбом, и повернулась к Касуми, – как же я люблю это!

И вот, мы пришли к началу.

– Долбаная кошка, какого хрена ты творишь?! – возмутилась внутри моей головы Мария. – Ты должна была сказать по-другому!

Где-то в этот момент я понял, что пора переставать изображать из себя и принцессу. Одним движением я скинул с себя слишком развязную училку и отскочил подальше, чтобы не прохватить штрафную сдачу. Адриана Евгеньевна от неожиданности пролетела ровно в мою сестру, но всё таки успела махнуть тоненькой ручкой наотмашь, отчего в угол я не отскочил, а отлетел. Зато от удара в стену мысли стали думаться нормально, а не как-то заторможенно. Ну конечно, это Мария её решила её по-быстрому влюбить в меня, чтобы внести корректировки в свою программу. Как, однако, удачно, что нэкомата всё запорола.

– Будешь знать, как лезть в голову другому телепату, – до меня как-то не сразу дошло, что Адриана Евгеньевна это не сказала, а подумала. – Ты, конечно, посильнее будешь, но и я не просто так двадцать пять лет способность развиваю.

– Блять! Я облажалась! – вскрикнула Маша и картинно удалилась, оставляя весь бардак на меня. Для меня самого телепатия моей учительницы стала большим сюрпризом. В прошлом мире способность к чтению чужих мыслей была невозможной. Единственная, кто это мог делать – это Мария, но она попаданка, её способности по умолчанию должны быть невозможными. Видимо, в этом мире телепатов хватает, как и других одарённых, процент которых здесь в разы выше. И вполне логично, что в школе для одарённых детей будет работать одарённый учитель. Нашим общим с Машей проколом была неправильная оценка способности училки. Вот только для меня этот прокол незначителен, в то время как для Маши он был фатальным.

– Ты действительно пытался влюбить в себя учителя? – прищурила свои кошачьи глаза нэкомата. Сразу видно, что телепат она слабенький, потому как не смогла определить во мне несколько личностей. Стоп! А вдруг она не способна прочесть мои мысли? – И знаешь что? – Адриана Евгеньевна поднялась с барахтающейся Касуми и подошла ко мне ближе, после чего таки вытащила из-под блузки белый лифчик. – Ты смог. Поэтому после уроков жду тебя сюда для… хм… воспитательной беседы, – с этими словами нэкомата всунула мне в руки свой лифчик и указала на книги. – Не забудьте про моё поручение.

***

– Ты серьёзно пытался влюбить в себя училку-нэкомату? – в вопросе Касуми не было упрёка, скорее что-то похожее на смесь обиды и гордости.

– Кас, каким нахрен образом я мог такое провернуть? Я же не долбаный телепат! – раздражённо ответил я, поправив стопку книг в руках. И кому пришло в голову делать их настолько неудобными для переноски? Книги, шириной где-то в десять сантиметров и габаритами как лист А3, имели очень толстый корешок, отчего конечная форма была схожа с треугольной трапецией. Тащить их в руках сразу по тридцать штук было чертовски неудобно, так как книги постоянно скользили по гладким обложкам друг друга.

– Тебе виднее, – пожала сестра плечами. – Жалко только, что из-за нэкоматы ты сегодня не сможешь прийти к нам с крольчихами.

– А мне-то как жаль, – ответил я, мысленно поблагодарив всех виноватых в моём наказании. Ес! Я не буду сегодня трахаться с сестрой и маленькими девочками! Жизнь, блин, удалась!

Глава 3

Как же скуучно! Я и в прошлой жизни не переваривал учебу и посещал занятия либо от нечего делать, либо из-за близняшек. В этом же мире для Алисы и Алеси я являюсь лишь одноклассником, таким же, как и ещё двадцать человек, сидящих в этой классной комнате. Короче говоря, причин сидеть на уроках у меня нет, родительская похвала не сильно заботила Александра, не заботит она и меня. Вот так маясь от скуки на первом уроке, который был классным часом, я уже планировал свалить с остальных уроков.

– Сейчас наша староста раздаст вам распечатки с расписанием. Ознакомьтесь пожалуйста и не теряйте его, – вещала Адриана Евгеньевна около доски. С небольшой кипой бумаги в руках по классу пробежала низенькая девушка с каштановыми волосами. Её имя я не запомнил, да и не планировал. Поздновато пришло осознание, что я занимаюсь не тем. Сомневаюсь, что спасение мира включает в себя хождение в школу… Я же не ОЯШ какой-нибудь… Да?

К тому же… У меня в голове снова начал составляться некий часовой механизм, собрав который я смогу свалить отсюда. Надеюсь… Это не точно. Я кинул взгляд на Касуми, снова порадовался, что у меня теперь есть семья. После начал вспоминать членов своего клана и остановился на Гинис. Что-то относительно её не давало мне покоя. Было такое чувство, будто она является одной из мелких шестерёночек. М-да. Дима, ну и куда ты лезешь? Снова возвращаемся в детективный роман? И куда это тебя привело? Чёрт, я уже общаюсь сам с собой. Ладно бы с Машей, она хоть отвечает. И всё же… Гинис Гримм. Почему моё чутьё постоянно останавливается на тебе? Я и раньше задавался вопросом, почему же эту морально нестабильную девушку держат внутри клана. Она же в любой момент может стать ходячей мясорубкой. Да, её пока сдерживает вера… Что-то с этим поклонением не так. И хрен с кем обсудишь…

– Я всё ещё здесь! – крикнула Мария. – Что ты к этой монашке прицепился?

Звонок. Громкий звон металла о металл дал понять, что я ненадолго свободен. Надо заняться делом. Но с чего начать? Почему-то мне кажется, что несостыковки этого мира и прошлого могут мне помочь. Взгляд задержался на двух юбках, выпорхнувших из класса. Близняшки. Надо выяснить, почему они учатся в десятом, а не в одиннадцатом классе. Чутьё вопит, что каким-то образом я причастен к их нынешней позиции.

Я вышел из класса и осмотрелся в коридоре. Эти две косички я где угодно узнаю, и их обладательницы неспешно зашли за угол. Школьников в коридоре было немного, поэтому уже через несколько секунд я залетел за угол и увидел хлопающую дверь в туалет. В женский туалет. Твою мать. И что, ждать их? Я просканировал своей тенью комнату за дешёвой деревянной дверью. Кроме близняшек никого…

– Ты же не собираешься… – договорить Мария не успела, потому как я без капли стеснения залетел в туалет к близняшкам. В поле зрения сразу же попала Алиса, поправляющая макияж перед зеркалом, Алеси же видно не было, видимо справляет нужду в одной из кабинок. Прежде чем дверь хлопнула, обратив на меня внимание, я подскакиваю к Алисе, успевшей таки увидеть меня в зеркале, но уже неуспевающей сделать что-либо ещё, и хватаю блондинку одной рукой под грудь, блокируя движения руками, и ладонью второй руки закрываю девушке рот.

– Тише, милая, – шепчу ей на ухо и оттаскиваю в дальнюю кабинку туалета, благо они являются полноценными стенками, закрывающим всё пространство от пола до потолка, да и Алиса решила-таки, что лучше будет не брыкаться. Зайдя в кабинку, я посадил девушку на унитаз, всё ещё закрывая ей рот: – Выкинешь что-нибудь, и твоей сестре, – я кивнул на соседнюю кабинку, – кранты.

Алиса кивнула, насколько позволяла моя рука на лице девушки, и я её отпустил. Судя по выражению её симпатичного лица с раскрасневшимися щеками, сердито сдвинутыми золотистыми бровями и слезах на ледяных глазах, из этой кабинки живым выйдет только один. Прекрасно, ща информацию добудем, юху!

– Чего тебе от меня надо? – я даже рот открыть не успел… да какое там! Я не успел сформулировать в голове вопрос, а блондинка уже задаёт свои вопросы, отвечать на которые мне совершенно не нужно. – Это же ты к нам с сестрой с неделю назад приставал со странными вопросами, так?

Ну да, мне же надо было узнать, куда я попал. Жалко только, что ситуацию тогда их отказ не сильно прояснил.

– Да, это был я, – тихо ответил я, прислушиваясь к звукам в соседней кабинке. Судя по характерному стуку и дальнейшему шуршанию, Алеся уже одевается. – Видишь ли… – на мгновение промелькнула мысль немного приврать для убедительности, – у меня случился приступ амнезии, а так как вас я увидел в числе первых, подумал, что мы могли быть знакомы.

– Да ты к нам в квартиру ворвался! – прошипела Алиса.

– Я просто целеустремлённый, – дверь соседней кабинки хлопнула, послышались удаляющиеся шаги. Алеся, впрочем, отошла не далеко, по моим прикидкам до умывальника.

– Сестра? – обеспокоенно позвала брюнетка. Я угрожающе посмотрел на Алису и даже глазами сверкнул для убедительности. Блондинка сердито поджала губы. – Алиса! Где ты? – Алиса от злости аж тряслась, но молчала. – Ну блин, зачем ты меня бросила? – хлопнула дверь в туалет и стало тихо.

– Прости, сестричка, – прошептала блондинка.

– Она боится ходить одна? – спросил я. В прошлом мире Алеся несколько лет ни на шаг от Алисы не отходила, но на момент нашего знакомства смогла-таки побороть свою робость. Должна была и в этом мире, но по каким-то причинам она всё ещё ходила почти за ручку со своей сестрой.

– Не твоё дело! – уже громче ответила блондинка.

– Как скажешь, – пожал я плечами. – Но знаешь что, ответишь так на остальные вопросы, и я не посмотрю на своё отношение к вам, – в туалете вторя моим словам моргнул свет. Алиса от такой простой демонстрации вздрогнула и постаралась отсесть подальше от меня. – Да расслабься ты, я не хочу вредить ни тебе, ни твоей сестре. Пара вопросов, и мы с тобой расходимся, будто ничего не было.

– Всего-то вопросы? – Алиса послушалась меня и чуть расправила плечи. Ну да, я же не говорил несколько раз, что я только спросить. – Я-то уже решила, что тебе вот это надо, – блондинка ухватилась пальчиком за самую верхнюю застегнутую пуговицу на блузке, коей была третья сверху, открывая вид на декольте.

– Не сегодня, солнышко, – я даже позволил себе улыбнуться, уж слишком сильно эта Алиса напоминала мне мою. – Вопрос такой: по моим подсчётам вы должны быть в одиннадцатом классе, но вы почему-то в десятом. Почему?

– Это секрет клана, – Алеся пожала плечами. Автор всемогущий, вот что мне с ней сделать? Упрямая, как и в прошлом мире. И такая же пошлая, мой взгляд нет-нет, да и цеплялся за вырез под рубашкой. Стояком по лбу ей ударить что ли?

– Алиса, лучше ответь… – начал я, но блондинка меня перебила. Знал же, что нельзя показывать своё добродушное настроение.

– А то что? Сестру ты уже тронуть не сможешь, если ударишь меня, могут быть вопросы у учительского состава.

– Во-первых, учителя не будут лезть в дела двух кланов, особенно если это дела Гримм, – Алиса сразу помрачнела. Ну да, рублю правду-матку. – Во-вторых, я своей способностью могу спокойно отсюда прикончить и тебя, и твою сестру. Конечно, могут возникнуть вопросы, куда вы обе делись, но если тел не найдут, то и дело не заведётся, а я, уж поверь, тела прятать умею.

– Но ведь тебе нужна информация…

– Она имеет значение только пока вы живы, а после вашей смерти уже не нужна, так что… – я замолчал, давая осознать Алисе её положение. Убивать бы я девочек не стал, не хватало ещё навлечь на себя гнев Кристины, их матери, да и не убивал я никогда, а Кристина и в прошлом мире не сильно приятно обходилась даже с будущим мужем своих дочерей.

– Мы на год были вынуждены уйти из школы, – Алиса отвела взгляд, на глазах проступили слёзы. Это я её напугал так что ли? – Я с сестрой принимали главенство над кланом, налаживали старые связи и занимались реформами личного состава и техники. Доволен?

– Но зачем? Вы же ещё не окончили школу, почему ваша мать так рано отдала вам главенство над кланом?

– Нет её, – произнесла Алиса. У меня аж волосы дыбом стали от осознания. Как? Белоснежку, казалось, было невозможно убить. Такая женщина одним своим видом пули остановить может.

– А как же сестра вашей матери? Или хотя бы дворецкая? – я присел на корточки и заглянул в мокрые глаза-ледышки девушки. Хочу её обнять. Безумно хочу.

– Я и Алеся только и остались из основной ветви клана Тервос, – прошептала Алиса. – Мама, Лиля, Лена – все погибли. Теперь ты закончил свои тупые расспросы?

– Нет ещё, – я вздохнул и позволил себе приблизиться к девушке. Я просто не могу стоять и смотреть на её слёзы. Алиса испуганно смотрела, как я кладу ей руки на плечи, заставляя встать с унитаза, после чего прижимаю к себе. – Прости, солнце, но мне нужно знать, как они… погибли.

– Ты чего творишь? Совсем с ума сошёл? – Алиса принялась колотить мне по спине и животу кулачками, несколько раз даже покрыв их льдом.

– Алиса! Мне очень нужно знать!

– Ты долбаный псих! – воскликнула девушка и грубо отпихнула меня. – Убили их. Они со встречи ехали, когда их машина в подстроенную аварию попала, а потом ещё и добили, – Алиса поежилась. – Даже хоронить было почти нечего. Их тела почти полностью сожгли.

– Неизвестно кто?

– Нет, – Алиса подняла на меня свои глаза. Я в ответ молча отошёл от двери, и девушка тут же выскочила. Клановые войны довольно часто происходят, но по определённым правилам. Во-первых, клановые войны объявляются заранее, причём через Императора, чтобы тот отправил судейский состав. Скорее всего война клану Тервос объявлена не была, раз неизвестно, кто подослал убийц. Нанимать киллеров вне войны запрещено, и клан, нанявший, может понести суровое наказание. Эти правила распространяются и на этот мир, значит… Да хрен его знает, что это значит. Император скажет кому-нибудь, если его найдут и смогут доказать вину, "атата", но Кристину это не вернёт.

– Дим, это же не твои девушки, – попыталась меня утешить Мария.

– А какая разница? – вздохнул я и вышел из туалета. – Значит, мне это ещё предстоит.

Картина, представшая передо мной, ещё больше настроение испортила. Не зря Алеся боялась одна ходить. Брюнетку прижал к стене Максим Снегирёв, известный мне ещё в прошлом мире. Мы там почти друзьями были, правда из-за близняшек я до сих пор подумываю его убить, причём буквально. Макс обладает способностью к отвердеванию, и эту самую способность он и использовал, покрыв голову, шею и руку черной чешуёй, чтобы не обращать внимание на скачущую вокруг Алису, бьющую льдом по телу парня. Кроме меня и этой троицы в коридоре никого не было, хотя я и чувствовал неподалёку несколько прихвостней Макса. Опять? Снова клану Снегирёвых понадобились близняшки Тервос? Снова мне вмешаться?

– Дим, не надо! – воскликнула Мария.

Ещё как надо! Раз уж пустился во все тяжкие, то зачем тормозить?

– Макс! – зарычал я. – У тебя есть ровно секунда, чтобы отпустить её!

– А ты кто? – что неожиданно для этой ситуации, Макс не только обратил на меня внимание, но даже повернулся в мою сторону, вопреки всем клише, где главгад не должен обращать на меня внимание. Повернулась и Алиса, профукивающая хорошую возможность отморозить Снегирёву лицо, за ней повторила и Алеся. – И что ты можешь мне сделать? – видимо, по беглой оценке, меня определили, как нечто, не способное быть опасным.

– Могу сделать вот так, – пожал я плечами. Макса резко сорвало с места метким ударом в бронированную челюсть, изо рта парня брызнула кровь. Похоже, броня не спасла Макса от перелома, и приземлился Снегирёв на пол с измазанным в крови и слюнях лицом и распахнутым на неопределенное время ртом. Было большое искушение ударить ещё раз, но смысла в этом было мало. Испуганная Алеся скатилась по стенке на пол и залилась слезами, а Алиса тут же подскочила к сестре, обняв её и закрывая от меня. Да бросьте, я же ещё даже не обращался в тёмную форму. Я пока что милый и пушистый.

– Не стоит опаздывать на урок, – кивнул я девушкам и подошёл к Максу. От шока тот находился где-то между космосом и нирваной. Пришлось поднять парня за шиворот и переложить на бок, чтобы тот не захлебнулся в собственных слюнях с кровью. Пока что мне такие проблемы ни к чему. Всё-таки Мария права – близняшки не мои, а значит, я вполне мог превысить степень самозащиты (да, я знаю, что первый напал, хотя с точки зрения гражданского долга, я именно оборонялся). Но вот проблема: за мной стоит большой клан, причём не какие-то там Снегирёвы, а самые настоящие Гриммы.

– Не доведёт тебя до добра опора на свой клан, – проворчала Мария. – Разленишься.

Топот в коридоре обозначил тройку парней, прибежавших на грохот. Те самые прихвостни. Хорошо, значит и с ними смогу разобраться. Три парня, стоило телу Макса попасть в поле их зрения, остановились и начали сверлить меня взглядами.

– Нападаете? – уточнил я, разводя руки в стороны? В ответ несмелые гляделки и молчание. – Тогда забирайте этого в больничку, – кивнул я на Макса и демонстративно развернулся в сторону класса.

***

Уроки будут сегодня добросовестно прогуляны, тут сам бог… да, именно он, велел. Всего пятнадцать минут перемены, а какие приключения! Плохого парня побил, девушек спас, не исключено, что и тех и других напугал до усрачки, но таковы мои возможности. Касуми решил не говорить, классной – тем более. Хотели там меня после уроков оставить? Да нечего делать! Судя по пустующим местам, не одному мне школьная рутина надоела спустя один урок от начала учебного года – добрая треть класса благополучно свалила, остались лишь примерные учащиеся и дураки… и Касуми, её мотивы мне пока неизвестны. Портфелей Тервос не было, меня это нисколько не удивило, ведь девочки пережили настоящую психологическую травму, причиной которой так или иначе был я. Совесть меня уж точно не грызла, высказывала своё резкое "фи" только Мария, да и то её голос практически был неслышным. Видимо, какие-то силы у моей тульпы есть, и эти самые силы были практически полностью истрачены утром на внушение учителю-нэкомате, что она меня любит. Мой портфель был практически пуст, хотя обычно в первые дни учебы он должен быть забит учебниками, но я умнее этой системы и вертолётил всех сторонников бумажной литературы на своём детородном органе. В коридор я выскочил за минуту до звонка и с этим адским трезвоном вышел из учебного корпуса под недовольный взгляд охранника, не спешившего меня остановить. Ворота за территорию конечно закрыты, но отчаянным прогульщикам и шестиметровые стены с колючей проволокой не преграда. При мне несколько людей с крюком-кошкой и кусачками перемахнули через ограждение, мне же было достаточно просто перепрыгнуть его. Вот только не суждено мне пойти по своим, пока ещё не придуманным, делам.

– Гримм! – окликнули меня со спины. Голос Алисы. Я обернулся и увидел распахнутый лимузин и голову девушки, выглядывающую из прохода.

– Чего тебе? – спросил, показывая недовольство.

– Обсудить надо, – Алиса махнула рукой, показывая мне садиться в машину.

– Не, я своим ходом до дома, – развернулся я и сделал шаг. Лишь чутьё позволило пропустить бесшумно выпущенные и практически невидимые спиральные нити электрошокера, пущенные мне в спину. Я отскочил от пролетевших снарядов и повернулся в сторону лимузина, как раз вовремя, чтобы увернуться от очереди резиновыми пулями из какого-то ствола, вмонтированного прямо в дверцу машины. Пули со свистом пролетели мимо правого уха, а в голове возник вопрос: "А зачем мне уворачиваться от резиновых пуль?". С этой мыслью я бросился навстречу следующей очереди, выпущенной Алисой, принимая на плечо резиновые снаряды. Неприятные толчки я почувствовал, а вот почему меня подбросило на несколько метров в воздух, а после с электрическим треском уронило на асфальт для меня стало загадкой. Видимо, пули не резиновые. Слышу ещё выстрелы, но тело словно парализовало, и ещё две пули прилетают в спину и левую ягодицу. Снова меня рвануло куда-то в сторону, протащив полметра по земле, после чего отшвырнуло под колёса лимузина Тервос. Из прохода выглянула довольная Алиса, кивнув, а ля "надо ли меня ещё упрашивать?".

– Ладно, прокачусь с вами, – почему-то охрипшим голосом произнес я. Алиса подала руку, помогая мне подняться на не слушающиеся ноги и лёгким движением толкнула меня на сиденье лимузина.

– Ты уж прости, – весело произнесла блондинка, – но в этом мире у двух беззащитных девушек для выживания просто обязаны быть пушки, натыканные всюду.

– Я заметил, – ответил я и перевел взгляд на Алесю, сидящую в дальнем конце салона. Машина тронулась, и Алиса приземлилась на сиденье рядом с моим. – Чем стреляла?

– Резиновые пули, – пожала плечами блондинка.

– А начинка?

– Смесь из озона, водорода и ещё пары элементов. При сильном ударе создаёт небольшую шаровую молнию, самое то против брони Снегирёва, – усмехнулась Алиса.

– Против моего слабоумия тоже неплохо справились, – ответил на улыбку я. – Блочит способности?

– Нет, просто током сигналы в мышцы перебивает. Если заземления нет, то какое-то время конечности будут не боеспособны. А способность рубит сам носитель. Психологический фактор.

– Смотрю, Макс вас достал знатно.

– Убила бы этого придурка давно, – сжала кулаки Алиса, – да положение у нашего клана сейчас шаткое. Подмять под себя все хотят.

– Ну не надо тут, – усмехнулся я, периодически бросая взгляд на Алесю. Было видно, что сказать ей есть что, но пока она сдерживалась. – Далеко не всем вы нужны.

– Да вот только от этого не легче, – наконец подала голос Алеся. – Снегирёвы нас рано или поздно захватят. Тервос были их главными конкурентами, но как мамы не стало, так наши возможности сильно поредели. Да и отец из своего клана хочет нас к себе забрать.

– В клан Фрей, так? – я вспомнил Владимира, Наталью и их дочь, практически неотличимую внешностью от близняшек, Алину. – Неужели ваш отец хочет прибрать к рукам остатки вашего клана?

– Нет, ему нужны мы, – Алиса указала на себя и Алесю. – Хочет взять опекунство. Но без нас и клана не останется.

– От опекунства смысла нет, – помассировал я переносицу. – Вам восемнадцать меньше чем через год.

– Есть, – возразила Алеся.

– Опекунство даст возможность распоряжаться нашим имуществом и недвижимостью, – продолжила за сестру Алиса.

– Допустим, – согласился я. – Но зачем вы рассказали это всё мне? Разве ты не отказывалась делиться клановыми секретами? – посмотрел я на Алису.

– Знаешь, я ведь тебя убить хотела, – оскалилась блондинка. – Но ты сразу же помог нам со Снегирёвым, поэтому Алеся решила, что тебе можно доверять.

– А ты не думаешь, что я мог вломить Максу из-за личных мотивов? – обратился я к Алесе. Брюнетка поёжилась и вжалась в угол сиденья.

– Вспоминая наш разговор в туалете, – нарочито медленно произнесла Алиса, а у её сестры бровки вверх поползли, – ты сам сказал, что навредить нам не хочешь и даже имеешь к нам некое положительное отношение. Не надо быть математиком, чтоб сложить это и твою реакцию на известие о смерти мамы, чтобы понять, что именно из-за неё ты нам помог, – закончила блондинка и посмотрела с довольным видом на меня, а ля "я тебя раскусила". Даже не хочется говорить, что я их Кристину даже не знал. Но этим можно воспользоваться.

– Она однажды мне помогла, и взамен я пообещал, что по мере своих сил помогу вам, – почти не соврал я.

– Отлично! – хлопнула в ладоши Алиса.

– Сестра, но можем ли мы ему доверять? – растерянно произнесла Алеся.

– Сестричка, ты бы видела его растерянное лицо там в кабинке в туалете, – ответила блондинка брюнетке.

– Зачем вы вообще там вдвоём были? – на мгновение в глазах Алеси вспыхнул огонёк. Только на мгновение. Мы с Алисой посмотрели на брюнетку, щёки у блондинки слегка румянились. Ничего себе, она умеет смущаться? Алеся переводила взгляд с меня на сестру и хмурилась. Надо что-то сказать… И куда делись все мои сортирные шутки? Такой случай уходит, а сказать ничего не могу! Обидно блин!

– Это уже не важно, сестричка, – пожала плечами Алиса, переведя взгляд на меня: – Кажется, я нашла нам решение некоторых наших проблем.

– Стоп, я на такое не подписывался, – возмутился я. Даже спрашивать не хочу, о каких решениях каких именно проблем идет речь… Или хочу?

– Не за бесплатно, конечно же, – кивнула Алиса, поняв из моих возражений нечто своё.

– Да мне без разницы, будете вы мне платить, или нет. Я против подобных авантюр.

– Ты уже вписался в эту авантюру, – улыбнулась Алеся.

– Верно, – кивнула за сестрой Алиса. – Снегирёвы тебя будут из-под земли доставать после случившегося на перемене.

– Очень боюсь, – ухмыльнулся я. – Да хер они на Гриммов полезут, мой клан их раздавит не заметив.

– Возможно силой вы и превосходите Снегирёвых, – кивнула Алиса. – Но вас могут начать давить экономически, например. Предприятий у Снегирёвых вдвое больше, чем у нас, – Алеся вторя словам сестры достала планшет с картой Российской Империи, где были разными цветами выделены какие-то места. – А твой клан вообще не имеет и одну двадцатую часть от собственности Снегирёвых.

– К тому же, если ты не знал, любой Российский клан с радостью примет участие в уничтожении вашего клана, – добавила Алеся.

– Видишь ли, Сашенька, мир уже давно вышел из тех самых тёмных веков, когда было достаточно мочь хорошенько ударить, чтоб тебя все боялись. Поэтому, тебе лучше работать с нами, чтобы обезопасить свой клан, – подытожила Алиса. Я же после этой лекции молча сидел и анализировал.

Что я вообще знаю про свой клан? Чем мы занимаемся в этом мире? Сколько нас? Насколько мы сильны, какое место занимаем в жизни Империи? Ничего этого я не знал, а эйфория от неожиданного обретения семьи и потуги собрать свой мозг по кусочкам после произошедшего в прошлом мире совсем заслонили банальную истину: мои знания про клан Гримм из того мира в корне неверны по отношению к реалиям этого. И тут не нужно быть каким-то знающим человечком, достаточно просто посчитать: основное отделение клана Гримм в прошлом мире (будет исходный, задолбал меня этот «прошлый мир») насчитывает шесть лиц, включая меня, и ещё неизвестное, но катастрофически малое из-за внутренних разборок, число тел, блуждающих по всему миру; в этом мире (больше похожим на искаженную версию исходного) нет, ну или практически нет, внутренних разборок внутри клана, поэтому основное отделение насчитывает полторы тысячи особей, и ещё тысяч десять разбросаны небольшими скоплениями в других странах. При этом здесь даже какие-то предприятия есть во владении клана, что одновременно и усиливает клан, и делает его уязвимым. Держу пари, в тех тёмных веках, про которые говорит Алиса, клан пребывал в том самом положении, в котором он был сейчас в Исходном мире. При этом, вспоминая демонстрации способностей Касуми и Квин, по сравнении с оригиналами из Исходного, становится понятно, что мощность способностей в Искажении резко меньше. Дела…

– Я тебе говорила, что не стоит полагаться на свой клан, – пожала плечами Мария и вздохнула.

Но ведь должно же быть что-то. Быть не может, чтобы сила Гриммов сильно упала просто из-за того, что клан стал выполнять свои социально-политические и экономические функции. В конце концов, даже если считать по силе способностей, я не смогу перебить весь клан, банально не хватит умений, ведь мои способности сырые и нуждаются в освоении… Вот оно! Научить меня чему-то в том мире не могли, так как никто не знал, что я могу и как работает тотем Лиса. Да, была Книга Проклятых, клановый артефакт, но в ней сам чёрт ногу сломит, да и полный функционал её, опять же, никто не знает. Здесь меня могут обучить. Возможно, именно тренировки клановых техник и сделали так, что сила способностей уменьшилась, так как тьма не застаивается в телах Гриммов, вызывая их мутации изнутри, а уходит на использование каких-либо приёмов.

Но в таком случае нужно разобраться с устроенной мною проблемой в виде Макса Снегирёва, чтобы начать реально учиться пользоваться своими способностями и усмирить наконец эту теневую тварь, сидящую в моей тени.

– Вы хотите с моей помощью уничтожить Снегирёвых? – после долгой паузы спросил я. Алиса и Алеся переглянулись.

– Губозакаточную машинку достань, – улыбнулась блондинка. – Мало будет нас троих, чтобы целый клан уничтожить. Но мы можем сделать так, чтобы дела их пошли совсем плохо и им было проблематично воевать с нами и тобой.

– Есть какие-нибудь рычаги воздействия?

– Пара компроматов, которые есть у всех, – ответила за сестру Алеся. – Из-за клановой этики такие компроматы используются чисто в развлекательных целях.

– Да, но они из разряда безобидных, – вздохнула Алиса. – Такими не навредишь.

– То есть у вас ничего нет, – подытожил я.

– За это не переживай, – ответила брюнетка. – Я уже набросала план, как можно не только на Снегирёвых управу найти, но и припугнуть другие кланы.

Чую подвох. Им прям несёт от очаровательных золотых глаз Алеси. Сука! Как же сложно воспринимать их не как своих девушек! У меня сердце скоро убьётся от выработки гормонов, ещё и мозг укурится ими вусмерть! Надо завязывать эти покатушки.

За окном проплывал город. Бетонные муравейники, собранные в небольшие отдельные мирки, посредине которых стояли детские площадки разной степени поношенности. Дорога была настолько хреновой, что даже прокаченная подвеска лимузина не спасала и порой от тряски слегка укачивало. Можно конечно сказать, что это типичная Россия, можно даже поворчать, что Федерацию заменили на Империю, а в сущности ничего не изменилось. Не думаю, что это от правительства зависит, да и город наш далеко не Москва… да и в Москве дороги не лучше. Я просто только что понял, что ещё из мира, где завел друга Поезд-куна, я привык, что разруха вокруг есть норма, но прямо сейчас я будто бы прозрел что ли. Была одна деталь, которая резко выделила какую-то серую угрюмость за окном. Лимузин проехал мимо старой обшарпанной церкви, столь маленькой, что располагалась она во дворе многоэтажек. Там были люди, в основном пенсионеры, было несколько женщин в платках, покрывающих головы, и в юбках практически в пол, точнее в грязную землю, но ещё там были девочки, ориентировочно от десяти до шестнадцати лет, одетых в типичные монашеские накидки. Среди них выделялась Гинис, держащаяся от основной толпы прихожан и монашек в стороне. Её изорванные одеяния не могли спасти девушку от осеннего холода, а другую одежду монашки почему-то не носили, но Лебедь стойко стояла у широкого дуба, держа в руках коротенькие свечки. Прихожане не спешили подходить к девушке с такой причудливой гетерохромией, а сами необычные глаза девушки провожали взглядом чёрный лимузин, проезжающий по улице мимо. Она почувствовала меня, это я видел. А ещё я видел какую-то странную улыбку на лице девушки, да и глаз её, тот, который должен быть голубым, почему-то был ярко-бирюзовым. Может быть из-за расстояния, погодных условий, преломления света через стекло я увидел её глаза именно такими, но я готов голову поставить, что мне не показалось.

Гинис осталась за поворотом, и я перестал смотреть в окно. Почему-то тоска накатила по этой всей серости. Может быть патриотизм какой-то проснулся, или что-то ещё, за что доктора могут в дурку оправить, но я вдруг подумал, что этот город можно сделать лучше. Что мешает сделать нормальную дорогу? Отремонтировать дома, площадки, церковь? Затраты? Да я вас умоляю! У каждого клана есть возможность отреставрировать кварталы хотя бы вокруг своих резиденций, как это сделали Кубусы в Исходном. Почему рядом с особняком Гриммов меня ни разу не посещали мысли о классической российской серости? Рядом с гостевой резиденцией Тервос вообще коттеджная застройка, причём в более-менее однообразном стиле. Значит, кланы могут. А государство нет?

– Не включай мамкиного бунтаря, – произнесла Маша.

Но я ведь могу кое-что поменять. У меня в руках, может, и нету власти и денег, но есть сила. Да, мне только что впаривали, что она сейчас мало значит, но практика показывает, что это весьма весомый аргумент. Да и повышение уровня жизни обычных горожан как-то больше вяжется со спасением мира.

– Ладно, но чем вы собираетесь платить мне? – вспомнил я обещание про работу «не за бесплатно». – Деньги меня мало интересуют… – предвидя возможные варианты, чтобы совсем не сойти с ума от когнитивного диссонанса, добавляю: – Вы тоже меня мало волнуете.

– Эх, – вздохнула Алиса. – А знаешь, заполучить в свои лапы Гримма лишним бы не было, к тому же ты в моём вкусе, – она точно дочь Кристины. Даже мыслит также. Какой же страшной женщиной она вырастет?

– У нас есть доступы в старые архивы спецслужб, – сказала Алеся. – Мы можем дать тебе доступ к практически любой информации.

– Даже про Крейга Гримма сможете нарыть инфу? – быстрее, чем я смог понять, что сказал, я что-то сказал. Мария?

– Это не я! – взвизгнула тульпа. Тогда кто? И кто такой Крейг Гримм?

– Вплоть до места его содержания в данный момент, – кивнула Алеся. Я ещё и в слух сказал это? – А с чего такой к нему интерес?

– Надо, – пожал я плечами. На самом деле, совсем не надо. Но, если честно, кое-что меня заинтересовало. Про него знают близняшки, и он неожиданно всплывает сейчас. Я конечно никогда не нюхал рояли в кустах, но могу точно сказать, что именно так они и пахнут – тонкими девичьими духами, капельку запахом пота, синтетическими ароматами обивки машины, смешанными со специфическим запахом пороха. Точно, если это не рояль, то я оттрахаю этих двоих в салоне этой же машины.

– Они тут не при чём! – возмутилась Мария. Молчала бы. Ты знаешь, кто такой Крейг Гримм? Нет? Тогда и не возникай. Не люблю ложь. Не третья же отдельная личность у меня вдруг проснулась…

Машина вдруг остановилась. Мы уже приехали? Примерно в этот момент в голове поселилась одна неприятная мысль. А, куда, собственно, мы ехали? За окном какой-то пустырь, глазки у близняшек какие-то совсем уж хитренькие. Сидят вот, две очаровашки, рядышком, у обоих от подмигиваний скоро лица сломаются. Ведут себя так, будто у меня совершенно нет способностей.

– Где мы? – немного нервнее, чем было необходимо, спросил я.

– На пустыре, – сказала Алиса.

– За городом, – ответила Алеся.

– Зачем мы на пустыре за городом? – начал изображать дебила я. Неужели убивать будут? И это после предложения о сотрудничестве?

– Выходи, – с улыбкой на лице сказала Алиса, щёлкнув затвором пистолета. Откуда она его достала? Впрочем, я вышел из машины не споря. Меня немало занимала данная ситуация. Следом вышли и Алиса с Алесей, причём стволы были уже у обоих. А внутри, к гадалке не ходи, пули с миниатюрными шаровыми молниями. Не успели близняшки пройти и десятка метров, как с другой стороны пустыря заехал БТР, или что-то похожее. Не шарю я в военной технике. Бэтр проехал по пустырю и остановился в метрах тридцати от лимузина. Из десантного люка сзади высыпались люди, покрытые чёрной чешуёй. Снегирёвы. Я обернулся на девушек, Алиса лишь головой покачала на мой вопросительно-подозрительный взгляд.

За первым Бэтром приехал ещё один, и ещё два остановились на дороге по разные стороны от пустыря. Нас окружают? Мне с трудом верилось, что встречу такую глупость в этом мире.

– Въезды заблокированы, значит, сюда никто не заедет, – констатировала, оглянувшись, Алиса. Ну да, ведь на этом пустыре где-то в жопе города было такое оживлённое движение, что понадобилось аж три брони, чтобы всё перекрыть.

– Или не уедет, – мрачно произнёс я. Нет, мне-то всё равно, я в любом случае смогу свалить при первых признаках укуса за жопу одним упитанным полярным пёсиком, да и лимузин близняшек спокойно свалит через любую сторону пустыря, где не стоит БТР. Мне сама ситуация не нравится.

– Я вашим обсуждениям не помешаю? – со стороны толпы людей в чешуе вышла низенькая девушка с зелёным глазами и пышной копной каштановых волос, собранных в высокий хвост, достающий девушке до плеч. На лице минимум косметики и на щеках крохотные чёрные чешуйки. Одета в кремовое пальто и шарфик, обута в тёплые зимние ботинки. Если бы не чешуя, сложилось бы впечатление, что она и не одарённая вовсе. Пока я изучал девушку, она осмотрела меня, и в отличие от своего недалёкого родственника, внимание на меня обратила: – А это кто?

– Тот, кто сегодня познакомился с твоим братцем, – ответила Алиса.

– Это из-за него Максик валяется в госпитале? – нахмурилась девушка. – Ну ладно, буду знать. Как зовут-то?

– Александр Гримм, – представился я. Мой зад чувствует подставу.

– А чего глаз зелёный? – без тени насмешки спросила девушка.

– А твои? – раздражённо ответил я.

– Родилась с такими, – пожала плечами девушка.

– Я тоже, – повторил пожатие плечами за девушкой. – У нас много общего.

– Шутник, сука, – разозлилась девушка. – Вот же некстати я заболела. Холодно-то как, блин!

– И зачем было нас звать сюда? – спросила Алиса. – Посидели бы где-нибудь у нас, или у вас.

– Нахрен надо! – воскликнула девушка. – В прошлый раз нам полхаты отстраивать заново пришлось с вашими культурными посиделками.

– Ир, ты же сама предложила в настольный теннис поиграть, – подала из-за наших с Алисой спин голос Алеся.

– Так поиграть в пинг-понг и разнести к херам три комнаты и несколько коридоров – это не одно и тоже, златоглазка! – Ира громко чихнула и посмотрела на меня. – Холодно, сука!

– Я не чувствую холода, – пожал плечами я. – Да и заболеть для меня ой как непросто.

– Везучий, – усмехнулась Ира, и оглянулась на толпу за своей спиной. – Бабоньки, – она повернулась к близняшкам. – Ай да разносить какой-нибудь бар!

Без каких-либо согласий или отказов, девушка подскочила к близняшкам, схватила их за руки и потащила в лимузин. Взвыл двигатель, и машина умчалась с пустыря, оставив меня наедине с кучей людей в чешуе и пятью БТРами. Махаться будем?

– И нахуй мы в такую даль пёрлись? – спросил кто-то из толпы. Все дружно покивали и пошли рассаживаться по бэтерам. А я нахуй сюда припёрся? Точнее, нахуй меня сюда привезли?

– Эй, Гримм! – выкрикнул кто-то из ближайшей брони. – Тебя подбросить, или ты своим ходом?

Глава 4

Поездка в бэтре с ребятами из Снегирёвых оказалась чертовски расслабляющей. Серьёзно, вроде едешь в недотанке в окружении головорезов (а то, что их работа состоит исключительно из отрезания голов, они мне сами рассказали, и даже показали, до сих пор те видосики перед глазами мелькают), а атмосфера такая, словно к младшеклассницам на девичник попал – так лампово там было. Десантный отсек бэтра был отделан кожей, сиденья мягкие и удобные, имели подлокотники и без труда регулировались, да и места было куда больше, чем я думал. По крайней мере, по воспоминаниям из самой первой жизни, внутри таких машин должно быть тесно, вспоминались даже гусеничные МТЛБУ того мира, в которых в десантном отсеке не могли разойтись двое несчастных.

– Мужики, – обратился я к сидящим рядом парням лет пятнадцати-шестнадцати на вид, – сколько человек может перевозить ваш чудо-пепелац?

– Как и стандартный Фукс, десять человек, – отозвался один из них. – Правда без экипировки.

– Зато удобно, – возразил парню сидящий дальше мужик с внушающей уважение бородой. – А экипировка одарённым нахер не упала, – бородач сделал паузу, после чего добавил: – по крайней мере на пару возможностей меньше убиться.

– С нашими то способностями? – возразил тому ближайший ко мне парень-блондин и для демонстрации закатал рукав, под которым на руке за секунду выросла толстая чешуя.

– Знаешь, малой, – хмыкнул бородатый. – Бывали случаи. Не на пустом же месте я про такое говорю.

– Это ты про случай с Коляном чтоль? – спросил кто-то из глубины бронетранспортёра.

– Не, Николя себя экипировкой не травмировал, – ответила симпатичная брюнетка напротив. – Он просто как-то на спор пробил головой обшивку.

– Прям в двигательный отсек, – добавили в глубине.

– Ну, сука, я потом двигатель снимал и чинил! – прокричал водила. И как только услышал? Хотя, пока мы ехали, двигатель ни разу не ревел, а просто мирно тихо гудел. Правда, это не отменяет того факта, что между десантом и водительским местом находится звукоизолируемое отделение с движком, а значит, услышать разговор водитель не мог.

– Как он нас услышал? – я решил брать от жизни всё. Лишних знаний не бывает. По крайней, мере кто-то чертовски умный такой фразой пытался оправдать свои четыре высших образования. Безработным был.

– На стене видишь пластину? – девушка напротив указала на стенку. – Это интерком. В кабине такой же. Позволяет переговариваться с пилотом.

– Мы через него обычно магнитолу слушаем, – ухмыльнулся бородач.

– Куда чаще вы орёте, что я не дрова везу, – произнес водитель. Качество передачи звука просто потрясающее, ни единой помехи, словно водила сидит рядом со мной.

– А вот если бы в магазин заехали, – вздохнул малой блондин рядом, обращаясь ко второму малому, – были бы в дрова.

– Вам ещё за прошлую попойку в ангаре предстоит отмыть не одну броню, – скрестив руки на груди ответил бородач.

– А потом это дело обмыть надо будет, – пробубнел под нос второй малой. М-да, у этих ребят, я смотрю, что не фраза, то для иностранца, изучающего язык, повод повеситься.

– Слушайте, а как там Макс? – вопрос я задал внезапно даже для себя. Я же вообще не хотел об этом говорить, всё-таки в броне кроме меня, дебила, сидят ещё девять родственников того самого типа, которому я лицо сломал несколько часов назад.

– А что с ним будет? – пожал плечами бородач. – Поваляется немного в больничке да и вернётся.

– Да, снова будет хвалиться, какой он крепкий, – добавил блондин. Выходит, им всё равно?

– А ты один из его прихвостней чтоль? – спросил бородатый.

– Неа, – я покачал головой. – Просто интересно, он после моего удара хоть жив остался?

Повисла тишина. Недобрая такая тишина.

– Это ты его отделал? – девушка напротив, прищурившись, смотрела мне прямо в душу.

– С одного удара? – это уже спросил бородач

– Я, – протянул я, на всякий случай мысленно хватаясь за царивший вокруг полумрак. Вдруг накинутся, а я уже готовый отражать атаку.

– Не хочешь смахнуться? – бородач аж засиял от восторга. – Я всяко покрепче буду!

Вы шутите, да?

Слава богу, придумывать очередную «Едем-едем в соседнее село на дискотеку!» мои попутчики начали сразу же, как я их покинул. Печально, что усиленный слух всё равно уловил начало песни, отчего накатила какая-то ностальгия по старому миру (в этом ещё песню не придумали) и чувство безысходности. В этом мире и так с музыкой беда! Стоя перед церковью весьма потрепанного вида, я мысленно хвалил свою предусмотрительность. Нет, я не сомневался, что моих сил хватит и не на одного обросшего броней Снегирёва с рандомным именем, но раз: я уверен, что противников будет куда больше, чем те, что сидели со мной в БТРе, и два: я совершенно не горю желанием работать способностью. У Телисы есть зубы, и эти зубы в первую очередь угрожают мне, что может угрожать в том числе и тем, кто мне не безразличен. На ум мгновенно пришли мысли про Квин. Странные ощущения – я мысленно понимаю, что люблю её из-за приказа, но ничего с этим поделать не могу и люблю её. Впрочем, перед церковью я оказался из-за другой девушки. Не то, чтобы во мне проснулся заботливый брат, но почему-то мне очень захотелось узнать, как проходит жизнь Лебедя вне кланового особняка. Не совсем точное описание моих намерений, но пусть будет так. Меня всё ещё что-то в отношении этой девушки настораживает…

Церковь была очень старой, с грязными голыми стенами, обросшими мхом, под которыми валялись осколки кирпича, плитки и стекла, сметённые в кучки. Видимо, кто-то пытался сделать вид, что его волнует порядок на территории. Окна были побитые, местами вообще были провалы, через которые ветер выдувал пыль, что наталкивало на мысль об весьма радикальных идеях проветривания у верующих людей. Черепица на крыше соответствовала строению и была побитой (я бы сказал убитой), местами из крыши виднелись ростки каких-то деревьев. Про башню с крестом я говорить не буду: на их месте зияла дыра (не исключено, что была она сделана намеренно для освещения).

Чуть поодаль от церкви стоял небольшой одноэтажный домик, выглядящий немного лучше основного строения. В его предназначении я не сомневался – барак есть барак, даже если он во дворах на территории церкви. Свет внутри не горел и в потёмках разглядеть что-либо внутри я не мог, хотя глаза нет-нет, да и вылавливали фигуры, движущиеся по помещениям. Впрочем, скепсис одолевает, когда думаешь о внутренней планировке. Я поймал себя на мысли, что мне действительно хочется, чтобы это было общежитие с отдельными комнатами для одного-двух человек, чтоб внутри был санузел и электричество… но реально я прекрасно осознавал, что внутри планировка похожа на казарму: кровати (хорошо, если не двухъярусные) выстроены вдоль стен с промежутками от двух до трех метров, между каждой второй кроватью стоят раздельные тумбочки, хорошо бы, чтоб кровати отделялись одна от другой какими-нибудь перегородками, или, на худой конец, шторами, но это из разряда «роскошной фантастики». Да и не похоже, что внутри есть хоть какое-то разделение на мальчиков и девочек. Уверен, все местные спят в одной комнате. Что-то тяжёлое в душе появляется, когда осознаю, как живут те, кто не может уйти домой после школы за неимением оного. А ведь я не так давно был таким же беспризорником, и, если бы не знания из первой жизни, гнить бы мне в подобном месте… или и того хуже.

«Денег что ли пожертвовать?» – подумалось мне и сразу же отверглось. Нет в этом смысла. Церковь, уверен, живёт на казённые средства, и пусть здешние будут называть это «волей Божьей», реально это воля Императора, который, уверен, раз в полгода-год выделяет средства в том числе на реставрацию зданий (в отличие от кое-кого другого). Но где это всё? Возможно, сегодня я пролью свет и на эту тайну. Откуда во мне это взялось?

Я подошёл и заглянул в окно. В церкви горел теплый, подрагивающий при порывах ветра, свет, видимо от свечей, и была слышна невнятная беседа. Сути её я не понимал, ибо оба собеседника были мертвецки пьяны и, скорее всего, общались на совершенно разные темы, ещё не факт, что друг с другом. Оба мужика лет пятидесяти были острижены на лысо, имели плюс-минус одинаковые опухшие лица и плюс-минус одинаковые жировые складки в области… да всего тела. Не скрывали излишнюю тягу к покушать и монашеские рясы, и бороды до груди (размера четвертого-пятого (простите)), и даже сверкающие при свете огоньков золотые кресты. Рядом с полужидкими стариками сидела девочка, состояние которой вызывало множество неудобных вопросов. Девочке было на вид лет двенадцать-четырнадцать, здешняя воспитанница: это понятно по монашеской рясе. В руках гранёный стакан с плещущейся водой (что-то мне подсказывало, что она горючая), причём время от времени тара подносилась к лицу девочки, после чего стремительно опустошалась. Взгляд юной алкоголички блуждал по двум её собутыльникам, правда, осмысления в глазах уже давно не было. Зато было то, что я уже видел у девушек постарше в отношении себя. Желание, очень сильное, если учесть, что девочка всё выше и выше поднимала подол рясы, оголяя коленки, и с сожалением теребила воротник, намекая, что и тут была бы не прочь расстегнуться, если бы конструкция её одеяний позволяла. Мужики время от времени кидали взгляды на девочку и подливали ей по мере опустения стакана, но особой заинтересованности я не почувствовал.

– Почувствовал, – пробормотал я. – Когда я начал в таких контекстах употреблять это слово?

Здесь должна быть реплика Марии, но она всё ещё восстанавливалась, поэтому сарказма не будет. Зато тупые шутки будут, уж в этом я мастер. Один из мужчин поднял взгляд на меня. Осмысление пришло спустя всего секунд десять, и церковник хлопнул широкой ладонью по импровизированной лавочке, состоящей из кирпичных ножек и пары досочек:

– Молодой человек, присаживайся. Ты исповедаться пришёл?

– Боюсь, мне жизни не хватит, – усмехнулся я и всё-таки присел на предложенное место. Мужик, в ответ посмотрел на меня с досадой. Да, не смотрели они ни одной части «Мстителей», ведь их в этом мире не снимали, вот и не смогли понять глубину отсылки. Лишь девочка медленно расплылась в улыбке, правда, боюсь, не из-за шутки.

– Так ты это… – на обшарпанном столике материализовался стакан, внутрь которого тут же зажурчала «святая вода» – это второй мужик взял слово: – для храбрости вот возьми!

– Спасибо, конечно, – я проследил, как девочка схватилась за предложенный мне стакан и залпом его осушила, естественно, дождавшись моего отказа, – но я не верующий. Мне правда не нужно.

– Перед богом все равны, что верующие, что неверующие, – с видом познания дзена произнёс тот, что предложил мне сесть, и посмотрел вглубь здания, где посреди алтаря перед рядами пыльных скамеек стоял крест. Ну как крест… Ножка и правое плечо там стояли, а всё остальное словно… срубили? Так, мне это начинает не нравиться. В любом случае, перед таким крестом я бы не исповедался, даже будь я религиозным – уж если и делать, то делать нормально, а не как… у меня обычно получается. – Тебя как бишь звать-то? – мужик быстро, аж шея хрустнула, повернул в мою сторону голову.

– Дима я, – пожал плечами. Где-то глубоко внутри мозга обессиленно зашипела Мария.
– Я Силантий, – поклонился тот, что налил мне.

– А я Понфирий, – поклонился второй. – И что же вас, Дмитрий Батькович, привело в нашу скромную обитель?

– Пара вопросов, – я вновь пожал плечами. – Например, почему работники церковной школы выпивают с утра пораньше… – я глянул на часы, – ладно, в полпервого дня, когда у детей ещё идут уроки. Или, например, почему с ними выпивает маленькая девочка? – я кивнул в сторону притихшей монашки, ряса которой уже позволяла рассмотреть внутреннюю часть бёдер. Оба церковника посмотрели в её же сторону, делая вид, видимо, что тут никого нет. Не, не прокатит! Я не настолько сумасшедший, чтоб придумать себе маленькую раздевающуюся девочку в костюме монашки, нагло выпивающую остатки запасов горючих жидкостей.

– Видит Бог, – протянул Силантий и разлил по трём стаканам водку, – мы не выпиваем.

– Видит Бог, – вторил ему Понфирий, пропуская мимо глаз ручки девочки, схватившие третий стакан, – мы лечимся.

– Да-да, – я закатил глаза, – протираем струны души.

– Вот видишь, понимаешь же, – улыбнулся Силантий и, выдохнув, опрокинул содержимое тары в себя, после чего обратился к Понфирию, который точь-в-точь повторил за товарищем: – А чтоб жиром не заплыть, надо?..

– Подышать свежим воздухом, – ухмыльнулся церковник и добавил, посмотрев на меня: – для оздоровления.

– Ну да, –покачал я головой, – воздух, пропущенный через папироску всяко чище.

Мужики одновременно поднялись со своих мест и потопали к выходу. А что мешало здесь закурить? Впрочем, я тоже поднялся и направился следом, бросив взгляд на девочку, гипнотизирующую стакан.

На крыльце оба церковника хлопали себя по карманам ряс, что-то бормоча. Я же просто стоял рядом, глядя на солнце над многоэтажками. Вдруг под носом возникли сигарета и зажигалка. От неожиданности я даже не смог отказать, и вот уже мы втроём стоим на крыльце церкви и потягиваем «свежий воздух». Эх, сколько жизней назад я курил? Когда вообще я мог себе позволить вот так стоять в окружении незнакомых нетрезвых людей и потягивать сигарету? После появления в моей первой жизни Маши, я перестал курить… словно и не курил никогда. Сам тогда удивился, ведь до этого сколько раз пытался бросить, и всё бестолку, а тут вот как. Тогда я списал это на мотивацию, мол новая жена, очень-очень люблю, а у неё здоровье слабое. Мда, сейчас воспринимаю это совершенно по-другому, теперь кажется, что она снова меня «запрограммировала». А после первого перерождения ни ситуация, ни средства не располагали к курению, да и не хотелось просто. Забавно, я вообще впервые об этом вспомнил за почти два десятка лет. А теперь едкий дым вновь забивал мои лёгкие, обжигая горло, и доставляя некий странный эстетический кайф, выходя через ноздри. Вредно для здоровья… С моей регенерацией я сомневаюсь, что когда-нибудь хоть один самый дотошный врач сможет понять, что я курил. Но маме всё равно не скажу…

– Смотри, – Понфирий указал на здание через дорогу. Ну да, домик, копирующий барак с этой стороны, только там в окошках горел свет, и было видно фигурки в чёрном. – Это здание школы, а здесь общежитие и церковь. Там свои учителя учат наших воспитанниц.

– А мы здесь, – вздохнул Силантий, – присматриваем за теми, кто не может находиться на учёбе.

– Звучит очень важно, – почему-то мне этих двоих даже жалко стало. Стало бы ещё жальче, не чувствовал бы я перегар.

– Много нынче одарённых, – кивнул на моё замечание Силантий. – Девочки в таком нежном возрасте склонны к совершению глупостей.

– Важно присматривать за ними, когда у них наступает пик фазы дара, – добавил Понфирий. А? Чего?

– Что это за пик? – я не удержался от вопроса. Мужики лишь вздохнули и направились в сторону общежития. Я же смотрел вслед, матерясь про себя.

– Когда одарённый не использует дар, то дар начинает использовать одарённого, – произнесли за спиной. Я обернулся: девочка стояла посреди выхода с пустой бутылкой в одной руке и с рясой в другой. Решила-таки проблему с невозможностью оголить грудь. – Я вот, например, становлюсь незаметной.

– А я психопатом-маньяком, – задумчиво произнёс я, глядя вслед девочке. Надо будет этот вопрос поинтересовать у знающих людей, хотя я и понимал, что это истина, хоть и перефразированная для детского понимания. Думается мне, что у человека крыша просто едет… Но тогда, получается, что мне задница в любом случае. Или это была отправная точка? Раньше я не использовал способности, потом они начали активироваться сами… Это ли тот самый пик?

Я взглянул в сторону двух стариков. Вокруг них уже бегали девочки школьного возраста, что-то щебеча, правда какое-никакое расстояние держали, и я сомневаюсь, что виной тому перегар. Скорее всего, два церковных алкаша в детях души не чаяли, а вот другие учителя под страхом наказаний или иных пыток запрещали ученикам и воспитанникам тереться рядом с «коллегами». А дети… А дети просто находились в компании двух «пьяных дядь», держа безопасную дистанцию. Авось не наругают.

Не сразу понял, что на моём лице красуется устрашающий оскал, именуемый улыбкой. Чего это меня пробирает? Раньше что ли подобного не видел? Перестав улыбаться, я развернулся к выходу с территории. Про Гинис так и не спросил… Впрочем, а кто её тут обидит? Про физическое насилие я и упоминать не буду – Лебедь разнесёт кого угодно в аккуратный новогодний дождик (может быть даже на ёлку повесит), и хоть она такого делать не будет, ибо грешно людей на дождик резать, многие понимают, что девушка с подобной причудливой гетерохромией может быть опасна. Может быть, её как раз и сторонятся от греха подальше, но уж в этом я ей не помогу никак: сложно объяснить толпе, что-либо. Даже если большую часть убедить смогу, останется один или два, а уж они распространят свои сомнения на остальных. Толпа, что поделать.

В подобных раздумьях я топал в сторону особняка. Рано вернусь, палевно будет, ну да пёс с этим. Саша никогда правилам не следовал, я же и начинать не буду. В какой-то момент сзади раздался звон колоколов, и я машинально глянул на часы. И чего это в полвторого колокола трезвонят? Впрочем, относительно быстро смог сообразить, что школа церковная, значит, звонок тоже церковный. Урок, получается, закончился. Я сам догадался, я у мамы умный… Вот только спустя пару минут я почувствовал, как кто-то пялит на меня. Прямо взглядом прожигает. Знакомо и, тем не менее, не приятно. Я обернулся и уставился в прямо глаза Гинис, стоящей метрах в ста от меня. Ладно, придётся поздороваться. Я развернулся и неспешной походкой направился к монашке, от которой почему-то несло… страхом? Да, зелёные волны, покрытые кучей иголочек, всё больше расходились от тела девушки, поражая учениц вокруг, впиваясь в них иглами и создавая новые очаги зелёных волн. А это что такое? Я сегодня смогу прожить хоть час без открытий? Это так Мария видит эмоции?

– Добрый день, Александр, – Гинис вышла вперёд и поклонилась. Хоспаде, что это?

– Добрый день… – я замялся. А как полное от Гинис будет? Чтоб эту традицию Гриммов называть людей в честь животных! Я же даже полную латинскую версию не знаю! – Добрый день, уважаемая сестра, – я смог выкрутиться и не забыл в ответ поклониться, наблюдая за реакцией Гинис. Вокруг её гудели одноклассницы, перешептываясь, сама же девушка стояла к ним спиной и не боялась показывать лютое охреневание от происходящего. А что, теперь спросить, херли моя физиономия тут лыбится, и свалить не получится… наверное… по моим расчётам точно.

– Для чего же вы пришли в нашу скромную обитель? – я отвечаю, в глазах этого гордого птица сейчас отплясываю бесята. Она приняла ход и, не теряя заданного мной официоза, стала отвечать. Так и недалеко до культурного посыла по моему любимому адресу. Кстати, Гинис поклонилась ещё ниже. Испытывает чтоль?

– Хотел убедиться, что никто не обижает мою ДРОЖАЙШУЮ сестрёнку, – остальные девочки, наблюдавшие за нами, дружно отскочили на пару шагов назад. Ну не надо тут, я не такой страшный! Или, быть может, их смутило то, что я поклонился монашке ниже её самой? Кстати, зелёные волны пропали. Она перестала бояться? Я не понимаю!

– Ваши опасения мне понятны, – это что, ехидная улыбка? Она так умеет? Это вообще Гинис? – но беспокоиться не о чем, – я вроде уловил ещё пару слов, сказанных очень тихим шёпотом. Вроде что-то про «здесь» и про «снова». При этом я вроде как заметил тот самый бирюзовый отсвет на одежде девушки, хоть она и опустила лицо, стоило мне уловить её улыбку. Что за способность она использует?

– Рад это слышать, – я лисицей (а кем же ещё?) подскочил к девушке и приподнял её лицо за подбородок, вглядываясь сверху-вниз в глаза Лебедя. Спустя секунду раздались вздохи вокруг, хотя мне было плевать, как и Гинис. Ни намёка на бирюзовый отсвет в глазах девушки не было, зато были зрачки, расширившиеся при попадании моего изображения в них. Лять! Я тут о серьёзных вещах (пока не знаю о каких) думаю, а вы всё романтику да любоф воображаете! Да не могло мне почудиться! Я даже немного повертел обмякшую в моих руках девушку, предполагая, что всему виной освещение. Нет, глаза девушки как были небесно-голубым и кроваво-красным, так и оставались. Спросить может? – Извини за этот чувственный порыв, – я отпустил лицо девушки. – Захотелось насладиться цветом твоих глаз, – на этих словах вокруг девчонки зашушукались ещё интенсивнее, кто-то даже начал снимать. – Мне на мгновение показалось, что в твои чистые глазки закралась предательская бирюза.

Внешне, Гинис не поменялась в лице, а вот глазки забегали, правда, не от волнения, а от… усталости? Да что здесь творится?! Какого хрена я понимаю её эмоции? Какого хрена она от меня устала? Откуда тут, сука, звёзды?! Вспышки млять! Они на деревьях! Девчонки вокруг уже не стесняясь фотографировали нас с монашкой, стоящих до неприличия близко, причём фоткали со вспышками. На кой хрен вам вспышка? На улице светло! Гинис, тем временем смотрела снизу-вверх в мои глаза и что-то обдумывала, по крайней мере через её глазки я наблюдал, как чертята проводят мозговой штурм. У меня никакого желания продолжить не было, и я предпринял типичную для самого себя попытку бегства: резко развернулся, театрально вздохнул и направился куда подальше от впечатлительных школьниц. Едва ли у меня получилось…

За рукав моей куртки схватилась ручка Лебедя, приложив при этом нешуточную силу. По крайней мере, она смогла меня остановить и даже заставила обернуться. Очень зря я это сделал, так как уже Гинис заняла ведущую роль и буквально напрыгнула на меня, коснувшись своими губками моих. Вокруг девочки со вздохами наблюдали за нами, кто-то даже грохнулся от переизбытка чувственности. Какая хитрая девушка эта Гинис. Уважаю.

– Скоро занятия закончатся, мой дорогой брат, – выпустила меня из объятий монашка и сделала виноватый вид. – Если так хочешь, можешь подождать меня и вместе пойти домой, – вроде говорила Гинис заискивающе и даже как-то игриво, а вот я чувствовал, что это нихрена не предложение. Я взглядом спросил, не попутала ли моя собеседница чего-либо, на что Гинис так же взглядом ответила, что так надо. Спросить также взглядом кому это надо я не смог, поэтому, пожав плечами, развернулся в сторону от школы. Пора валить, чутьё подсказывало.

– Извините, Дмитрий! – со спины раздался голос Понфирия. Я уйду отсюда или как?

– Что такое? – я в очередной раз обернулся. На Понфирия, кроме меня, смотрели ещё полсотни учеников церковной школы.

– Можно вас на пару слов, прежде чем вы уйдёте? – старик вроде и предлагал, но в его взгляде читалась мольба. Что у них за мода якобы просить, но не просить?

Снова старая церковь, в которой не сломанным были разве что рюмки. Силантий и Понфирий сильно нервничали, переглядывались и не решались начать разговор. Я же косился на пустые рюмки и думал, смогут ли мои собеседники выйти из немого режима, если возьмут ещё по паре грамм.

– Дмитрий, вы же одарённый? – смог выдавить из себя Силантий.

– И как же вы догадались? – я не смог не усмехнуться. На сам ответ я не рассчитывал, едва ли мужики смогут посвятить меня в свои причинно-следственные связи в таком состоянии. – Да, я одарённый.

– Видите ли, этот район «держит» банда каких-то отморозков, – начал описывать ситуацию Понфирий. – Если вы можете… – старик замялся и умолк.

– Хотите, чтобы я от них избавился?

– Нет, что вы! – воскликнул Силантий. – Бог не одобряет насилие.

– Но, если вдруг они придут сюда, и вы случайно их выгоните отсюда, мы ему не скажем, – закончил наконец мысль Понфирий. Старики переглянулись и кивнули друг другу.

– Только если я тут вдруг окажусь, – пожал я плечами и протянул мужикам какую-то дощечку, на которой тьмой были выжжены мои контакты. – Как говорится, на всё воля Божья, – усмехнулся я и под взгляды округлившихся глаз церковников исчез в тенях. Товар надо показывать лицом, так ведь?

***

Вот уже виднеется край особняка Гримм. Эта махина, стоящая среди девятиэтажек, словно пыталась спрятаться среди кучи бетона, но, признаться честно, у огромного дома из чёрного мрамора это совсем не получалось. Уверен, такой и со спутника было легко найти, достаточно просто навести на город.

В исходном мире городок был построен специально для жизни кланов почти под Москвой. Многие семьи были в принудительно-добровольном порядке высланы сюда, чтоб не разносить столицу, и, в случае непредвиденных ситуаций, быть под императорской рукой. Даже назван был Романовском, чтоб каждый житель понимал, для чего город существует. Москвичи, тем временем, относились к Романовску как к отдельному району Москвы.

Ещё метров пятьсот, и я наконец доберусь до тяжёлой кованой ограды, отделяющей территорию особняка от всего города. Пока шёл, заметил странную тему. У каждого третьего встреченного мной человека была гетерохромия. Сомневаюсь, что вокруг особняка основали гетто для людей с разными глазами, подозреваю, что дело как раз в самом особняке. Надо будет узнать.

– Я снова с вами! – в мозгу как будто кувалдой по колоколам прошлись.

– Мария, не надо так кричать! – воскликнул я, отчего прохожие поторопились свалить от меня подальше.

– Не наломал дров? За тобой же глаз да глаз нужен!

– Наломал, – улыбнулся я. – Спокойная жизнь? Что за глупости!

– Девушке, следующей за тобой уже километра два, скажи об этом, – ухмыльнулась Мария, и я резко развернулся. Моя преследовательница резко сменила свой курс куда-то во двор ближайшей многоэтажки.

– Симпатичная, – прокомментировала Мария. Соглашусь. Чёрные волосы до лопаток, гетерохромия из синего и серого, приятные черты лица, родинка над губой, и чёрное пальто, скрывающее невысокое тело. – Догоним?

– Можно, – кивнул я.

Впрочем, догонять её пришлось не долго. С моей скоростью понадобилось секунды две, чтоб оказаться на траектории движения незнакомки. Та от возмущения чуть на вдохе не задохнулась и… рывком перешла на бег, удивив меня своей скоростью. Она не была одарённой, это мне подсказала Мария, однако за секунду пробежать десяток метров не каждый олимпийский бегун может, а тут хрупкая девчонка напрашивается на рекорд. Но, опять же, я быстрее, поэтому догнать убегающую незнакомку и продолжить пробежку в одном с ней темпе мне не составило труда. Та всё бежала, пролетев двор, потом улицу, потом ещё несколько дворов, явно стараясь от меня отвязаться. И чего преследовать было?

Наконец девушка остановилась, согнулась, уперев руки в колени, и пыталась отдышаться. Я же стоял рядом, смеряя её взглядом. Спустя минуту-другую незнакомка выпрямилась и посмотрела на меня.

– Нужно что? – это мы сказали одновременно, отчего девушка потрясённо сделала шаг назад. Нет, я не умею читать мысли.

– Зачем ты за мной шла? – спустя минуту молчания спросил я.

– По пути было, – ответила та. Ага, так и верю. Особенно эмпатия говорит, что да, именно по пути со мной девушка шла.

– А потом решила пробежаться до, – я осмотрелся на крохотный дворик, кажущийся заброшенным с самого основания города, – сюда?

– Ты догонял, – пожала плечами девушка.

– А ты убегала, – передразнил я её. – Что тебе нужно от меня?

– Ты! – воскликнул какой-то дрыщавый парень со спины, которого я изо всех сил боялся спугнуть. Нет, серьёзно, его паркур с кульбитами было сложно пропустить. Как и ещё двух парней покрепче. Дрыщ с гетерохромией (кстати) замахнулся куском арматуры и… замер. Лишь секунду спустя он посмотрел на своё оружие, которое стало куда легче из-за отделения большей части. Я же даже не шелохнулся, глядя на девушку.

– Твою мать! – начал материться другой парень с гетерохромией. Вообще у всех тут глаза были разного цвета, как будто я попал на сходку какого-то клуба.

– Не хочешь, чтоб в следующий раз распалась на атомы твоя тушка, советую сохранять дистанцию, – я позволил себе взгляд на опешившего парня.

– Мы думали, что ты будешь слабее, полукровка, – сказала девушка.

– Мне казалось, что будет веселее, – пожал я плечами. – Ответь мне на, – я задумался, – два… да, два вопроса, и разойдёмся без крови.

– Чтоб мы болтали с Гриммами! – вдруг закричал один, но резко осёкся, глядя на девушку.

– Давай свои вопросы, – незнакомка скрестила руки на груди.

– Кто вы, и зачем я вам понадобился?

– Мы – Отвергнутые! – гордо вздёрнула носик девушка. – Мы выступаем против угнетения Гриммами этого района. И ты нам нужен был, чтоб нас наконец услышали твои старейшины.

Кто такие Отвергнутые я так и не услышал, но я обещал два вопроса, поэтому развернулся и направился к арке.

– Даже не спросишь, кто такие Отвергнутые? – спросила в спину девушка.

– Бросьте это дело, – не оборачиваясь ответил я. – Вам не достичь такой цели, уж поверь мне. Но, знаешь, – я повернулся, – красивые глазки у вас всех.

В спину полетели ругательства. Кто-то взялся за мусор, намереваясь использовать его как оружие. Ну да, а то они послушают. Первым за спиной оказался дрыщ, нашедший себе новый кусок арматуры. Впрочем, как появился, так и исчез, с грохотом врезавшись в мусорный контейнер у дальнего подъезда. Остальные парни попытались меня окружить, но и это привело их к валянию в мусоре. Девушка же вытянула руки вперед, сформировав перед собой сферу тьмы размером в футбольный мяч. От напряжения у бедняжки даже кровь носом пошла, аж умиляет подобное. Все это время я стоял к ним спиной, и именно в мою спину сфера лениво полетела, источая из себя чёрные молнии, оставляющие расплавленные трещины на окружающих поверхностях. Вот только моей спины на траектории её полёта уже не было. Я переместился девушке за спину и тихонько аплодировал, моя визави смотрела на меня с нотками обиды.

– Эй, я такое не умею, – честно признался я. – Моя стезя – трансформации, – теперь я хлопал не в ладошки, а в теневые когти, соприкасающиеся с металлическим звоном друг с дружкой.

– Монстр! – всплеснула руками девушка.

– А ты само очарование, – я убрал когти и засунул руки в карманы. – И сферка твоя тоже очаровательная. Прилети такая в обычного человека, испарила бы нафиг. И откуда такое?

– Гриммы дали, – всхлипнула незнакомка. Вокруг неё появились зелёные волны. Боится. – Моя семья была одарена вашими. Для чего – не знаю.

– И поэтому глаза разного цвета?

– Угу.

– Хорошо, – вздохнул я. Ничего хорошего, если честно. Больше работы только. – Забирай своих и вали отсюда, а то я слышу полицейские мигалки.

***

В это трудно поверить, но я добрался-таки до особняка. Стоя в главном холле, я с неверием смотрел на убранство, размышляя, насколько тяжёлым выдался денёк. Стоило, наверное, остаться в школе, авось сократил количество приключений на процентов девяносто. Однако, вопрос «что делать дальше» всё ещё стоял. Мне надо было узнать очень много, многое спланировать. Кто-нибудь помнит про Крейга Гримма? А знает про существование Отвергнутых? Может просто может посоветовать по контролю способностей? В библиотеку бы сходить, но я сомневался, что там будет нужная мне информация. Это же не книга про школяра-попаданца, тут в первой попавшейся книжке не будет ответов на все вопросы.

С такими не весёлыми мыслями я шёл в сторону своей комнаты. И тут мне до пункта назначения дойти было не суждено.

– Саша? – со спины (опять!) раздался голос Аниты. – Почему ты не в школе?

– Ты поверишь, если скажу, что нам отменили уроки в честь дня траура всех школьников и распустили по домам? – осторожно спросил я, украдкой глядя на часы. Два часа дня с небольшим хвостиком. Моё появление дома в такое время вообще-то должно считаться нормальным.

– Мне звонила твоя классная и сказала, что ты ушёл с уроков, – возразила Анита, скрестив руки на груди и глядя с прищуром. Режим строгой матери, чтоб его. Я на секунду представил, как Нэкомата обзванивает родителей прогульщиков, звонит Тервосам, а близняшки говорят ей, что они в курсе своего прогула. Аж улыбнуло. – Здесь нет ничего смешного! Ты гулял по городу во время занятий! Один!

– Никогда такого не было, – развёл я руками, – и вот опять. Можно подумать, ты бы не злилась, если бы нас была компания.

– Саша! – глаза Аниты полыхнули бирюзой. Я не успел среагировать, и ощутил, как в черепной коробке начал работать гидравлический пресс. Из глаз брызнула кровь. Да какого хрена?

– Дима! Она… АААААААААА! – завопила Мария. Боль в голове была невыносимая, я катался по полу и бился головой обо всё, лишь бы заглушить эту боль. В черепной коробке словно напалмом хреначило. В какой-то момент я зацепил взглядом Аниту. Та стояла всего в паре метров, глядя на меня светящимися глазами и ухмыляясь. Вот ссука!

Вокруг пропал свет, тьма начала сгущаться до состояния жидкости, отгораживая меня от матери. Я понимал, что происходит, но никак не мог это остановить. Телиса вышла из сгустившихся теней и нависла над побледневшей Анитой. Та пыталась заставить меня убрать тотем, но с тем же успехом она могла отругать стену. Тогда женщина сфокусировалась на моей тени, но и тут ничего не произошло, зато у меня перестал болеть мозг. Телиса уже замахнулась на мать, собираясь оставить очередной шедевр постмодернизма с готикой на ближайшей стене, когда я простым мысленным приказом отправил её обратно в тени. Вокруг словно все цвета исчезли, оставив только чёрные и белые, и лишь глаза мои и матери были в этом монохроме словно звёзды. Анита, поняв, что гротескная тень не убьёт её, бросилась бежать, у меня же сил хватило только привалиться к стене и положить руки на лицо. Дурдом какой-то!

***

До комнаты я таки добрался, желая зайти в душ как можно быстрее. Кровь с лица текла дальше и пропитывала собой рубашку, впрочем, и с землёй пообниматься я за сегодня тоже успел. Беда в том, что людей в моей комнате мало волновали мои планы, и даже моя морда, измазанная в крови, никого не смутила.

– А мы тут… А что мы тут? – пыталась составить мысли в правильном порядке Алиса.

– Ждём? – спросила ту Алеся.

– Да, точно! Ждём!

– Кого? – подала голос Ира, не отрываясь от бутылки.

– Сашу? – спросила уже её Алиса.

– А это Саша? – с моей кровати подскочила девушка, указывая на меня. Высокая. С длинными медовыми волосами, украшенными парой лисьих ушек с кисточками. Насыщенно-вишнёвые глаза со зрачками щёлочками. Нежное личико, пухлые губки всё того же вишнёвого цвета, аккуратный вздёрнутый носик. Конечно же, сногсшибательная фигурка, выгодно подчёркнутая школьной формой, и, Огромный пышный лисий хвост. То есть я искал Розу на протяжении недели, а эти… девочки… просто приводят её ко мне в комнату. Как всё просто!

– Саша? – Алеся посмотрела на меня. – Да, это Саша!

– А я, – лисичка подошла ко мне и, если бы не запах вина, я бы ни за что не сказал, что барышня мертвецки пьяна, – Сакура. Надеюсь, тебе очень приятно.

Глава 5

– Да не жмоться ты! Отдай!

Бабы... Им нужно только одно… И это…

– Это моя майка! Она тебе даже на сиськи не налезет! – так ожесточённо я давно не сражался. Эти ненормальные залезли в мой шкаф, который, судя по вещам, реинкарнировал вместе со мной, и начали раскулачивать меня на майки. И, чёрт возьми, сохранить их оказалось для меня делом чести.

– Ату его! Слева заходи! – улюлюкала Алиса.

И это дело чести я конкретно проигрывал.

– Девочки, потише, – со стороны кровати донёсся стон Иры, у которой последствия пьянки начались уже. Дело, скорее всего в метаболизме, хотя он как-то странно работает.

– Пить меньше надо! – выкрикнул я на Иру и краем глаза увидел ещё одну хитрую моську. Алеся, воспользовавшись тем, что Сакура заставила меня отойти от шкафа, рылась сейчас в несчастном предмете мебели. Вот же!

– Ага! Попался! – Сакура поднырнула под мои руки и вырвала из них майку, попутно умудрившись задеть моё лицо своей грудью, которую, к слову, ничего не прикрывало. Манёврами лисицы воспользовалась не менее голая Алиса, подкравшись ко мне со спины и резко дёрнув мою рубашку (пропитанную в крови) вверх. На что она рассчитывала? А, понятно. Я запутался в рукавах рубашки и всего на секунду вышел из боя, когда с победным криком Алеся передавала несчастную майку сестре.

– Неплохо держался, – похвалила меня Сакура, когда я, наконец, освободился от рубашки. – Держи за старания, – на мою ладонь опустился треугольник с ниточками. Сама кицунэ, виляя голой задницей, неспешно шла к моей кровати.

– Как вы собрались вчетвером тут спать? – бросив трусики на ближайшую поверхность спросил я.

– Вчетвером мы тут спать не будем, – ответила Алиса. – Мы тут будем спать впятером!

По сравнению с тем, что было днём, когда я обнаружил этот пьяный шабаш у себя в комнате, девчонки либо протрезвели до того, чтоб говорить более-менее внятно и осознанно, либо наоборот охмелели ещё больше. Беда в том, что Ире уже плохо, Алеся вроде и передвигается уверенно, но преимущественно на четвереньках, Алиса вдруг стала слишком любвеобильной и уже раз надцать пыталась залезть ко мне в штаны, а Сакура… Её состояние вообще невозможно определить. Как лисица вела себя трезвая, так она ведёт себя и пьяная. Радует, что количество пьяных тел в моей комнате не росло. Быть может, Кас или Квин, услышав, что тут «занято», решили не тревожить.

Сам не верю. Но факт остаётся фактом – ни одна моська с гетерохромией не пришла в мою комнату. Что радует. Избавиться бы ещё от этой четвёрки, но девчонки твёрдо решили, что спать будут со мной. Для Иры ключевым словом было «спать», для Алеси – «будут», для Алисы и Сакуры – «со мной». То есть, как минимум двое будут преследовать меня всюду, в какую бы койку я не прыгнул. И эти же двое не дадут мне спать ночью, я в этом уверен. Слишком хорошо их знаю…

– Надо только раздеть его, – вот от кого, а от Алеси я такой подставы не ждал.

На мне только штаны с носками остались, а, и трусы тоже, но что-то мне подсказывает, что эти раздеванием до трусов не ограничатся. Ну да, только Ира не участвовала в поделе моих маек, тихонько свернувшись калачиком в углу кровати и периодически скуля о больной голове, остальные девочки разделись как положено… с их точки зрения. Кстати, Алиса мою отвоёванную майку не надела, найдя себе новую добычу – окровавленную рубашку. Сакура вообще хищно смотрела на меня, видимо, решив, что я буду её добычей. Я ведь даже не умылся толком, так в крови и хожу. В кровать я так не лягу, не в таком я состоянии, чтоб забивать на гигиену.

– Окружаем? – Сакура посмотрела на близняшек, те переглянулись и вскочили с койки, вызвав очередной скулёж Иры.

Я было метнулся к двери, однако Алиса предугадала мой побег, превратив дверной проём в айсберг. Меня такое не остановит! Я провалился в тень и выскочил с той стороны. Из-за двери в мою комнату послышались ругательства. Отлично, они этот айсберг до утра не… БАХ! Льдина рассыпалась снежной крошкой и дверь раскрылась. Да, не остановит до утра, ага.

Странный хоррор получается: герой, то бишь я, посреди ночи убегает по бесконечным коридорам и лестницам мрачного особняка от множества неприятелей, стало быть, девушек. Нет, на каком-нибудь сайте с эротическими играми подобного навалом найти можно, но уж лучше бы это действительно была игра. Серьёзно, в ночной тишине игривый хохот девчонок слышится как истерический смех маньяка, и я бы не испугался, увидь я посреди коридора или за поворотом одинокую фигуру с ножом и в маске. Такому хоть мзды дать можно без зазрения совести, с этими же фуриями я не рискну драться, потому что а) «анижедевочки», б) они же бухие в говно, в) при этом ещё и одарённые. Да, надавать по щам тому же Максу близняшки не могут, зато гонять по коридорам меня, находясь под шафэ — это пожалуйста.

А ведь где-то здесь ещё и Анита обитает, и, уверен, посреди ночи встретить её в этом лабиринте шансы только возрастают. Я вообще запутался в определении её: она мне мать или враг, и не мешает ли первое второму? За очередным поворотом в коридоре мелькнуло тело с рыжим лисьим хвостом. Маршрут перестроен! Я чуть в угол стены за этим действом не впилился. В следующем коридоре меня встретил взгляд ало-бирюзовых глаз Гинис. Да вашу! Я свернул в сторону предыдущего коридора, молясь, чтобы он не был тупиком, или чтоб там хотя бы было окно. Так уж и быть, прыжок с… На каком я этаже?

Слишком поздно я осознал, что я всё-таки в тупике, да ещё и на подвальном уровне, значит вариант прыгнуть в окно недееспособен. Хотя… Нет, голова у меня крепкая, но не настолько. Быстро осмотревшись, обнаружил весьма тяжёлую дверь. Задуматься, почему здесь стоит бронированная дверь, которую даже я выбить бы не смог, было некогда, благо проход не был закрыт. Забежав в комнату и закрыв за собой дверь на тяжёлый металлический засов, я начал осматриваться, успокаивая сердце, выдающее с десяток ударов в секунду. Не от бега уж точно.

Стоп, я уже видел это место. Точно был здесь, только полки с какими-то субстанциями побольше и полнее. Столы с разными приборами сомнительного назначения и что-то среднее между стоматологическим креслом и электрическим стулом находилось там же, где я это видел. Могу точно сказать, что Натрикс этого мира живёт побогаче своей версии из исходного.

Кстати, вышеупомянутый мужчина сидел за одним из столов, увлечённо что-то ковыряя. Делал он это скорее для вида, чтоб показать непутёвому визитёру, что здесь научные опыты проводятся, и мешать им травмоопасно. Я же не стал отвлекать человека от важных дел и принялся исследовать содержимое полок. Это что, кровь девственницы? Три литра?

– Не спится? – Натрикс смирился с тем, что я не уйду. – Решил позаниматься исследованиями?

– Скорее убегал от них, – махнул я рукой. – Не в настроении я исследовать богатый внутренний мир представителей Кубус и Тервос. Как они вообще сюда попали?

– Приехали на лимузине, сказали, что к тебе, – пожал плечами Натрикс.

– И их просто впустили? Организация на уровне.

– Красть тут нечего, – снова пожал плечами Натрикс.

– Кроме личных вещей и некоторых клановых сокровищ.

– Личные вещи могут охранять их владельцы, а к сокровищам не каждый наш подойдёт, а доступ кого-то со стороны исключён.

– Ну да, – я вновь принялся осматривать полки. Китовая кость вот лежит, точнее её фрагмент, от которого откололи немало фрагментов поменьше. – Это для рун?

– Типа того, – кивнул Уж, а я прифигел. Натрикс реально делал руны, причём, уверен, не для украшения.

– И как? Работают?

– Да пока не получаются. Поди разбери всю ту тонну бреда из Книги Проклятых. Получается либо что-то странное, либо очень слабое. Например, одна из рун превращала мой тотем из змеи в червя, пускающего нити. Жаль, что это всё равно не мифический тотем.

– Что за мифические тотемы? – я развернулся.

– Наши тени могут принимать форму разных животных, – начал объяснять Натрикс. – От чего зависит форма тотема не ясно: может быть от характера, может быть от чего-то иного, а характер определяется тотемом, но на протяжении всей жизни зверь не меняется. Да, внешне он может измениться от увечий или ещё чего, но никогда змея не станет птицей. Однако, иногда тотем не способен определиться и получает облик нескольких животных. Это и есть мифические тотемы.

– И у многих такие есть?

– У Квин мифик, у Касуми мифик, – Натрикс начал загибать пальцы. – У тебя тоже мифик.

– А у Крейга был мифический тотем? – резко перевёл я тему разговора. Анализ после, сперва информация.

– Да, у Крейга тоже был мифический тотем, – Натрикс отложил инструменты и стал наблюдать за мной через отражение в линзе на штативе. – Я не должен о нём говорить, Саша. Он – изгнанный.

– Ныне Никто? – я вспомнил слова Касуми, когда та представляла мне Гинис. – Как это случилось?

– Старейшины только знают, – пожал плечами Уж.

– Но ведь многие пострадали тогда. Как о таком могут знать ТОЛЬКО старейшины?

– Саша, зачем тебе это? Не стоит сюда лезть.

– Нуж… – «…но» я так и не сказал. Сзади скрипнула дверь, на мгновение я увидел чёрные как тень волосы и бирюзовый отсвет в глазах. Гинис била наверняка, и в царство Морфея я не просто отправился, а пронёсся на третьей космической скорости, напоследок подумав: «Дежавю».

***

Саша сидел в клановой столовой, ковыряя содержимое тарелки. Есть после занятий по медитации хотелось зверски, но почему-то пища одним своим видом вызывала отвращение. Не особо переживая на этот счёт, Саша смотрел в потрёпанную тетрадь, в которой один из стариков (так в клане звали предков) описывал свои наблюдения и ощущения от тех или иных упражнений. Таких тетрадей в архиве было с избытком, но в большинстве своём они были бесполезны, так как имелся обычай сохранять вообще всю макулатуру, оставшуюся от ушедших в лучший мир хозяев, а поэтому большая часть записей была из разряда «сейчас, только ручку распишу». Однажды, Саше попалась тетрадь с рисунками, причём не практики или упражнения там были зарисованы, а тела и фигуры неких безликих людей, а название «Сокровищница Гримм» как бы намекало.

Автор этой тетради был писарем, а тотем имел похожий на Сашин – волка, что оказалось большой удачей. Однако, чем больше Александр вчитывался в записи, тем больше понимал, что общего у них с написавшим записи примерно столько же, сколько у моркови и банана. Триумф от находки быстро сменился разочарованием, но Саша не терял надежду.

Несколькими столиками далее заливисто рассмеялись две девчонки. Касуми и Урсула как обычно сели почти в самом центре столовой, но поближе к столу Саши. Для чего? Александра не интересовало это. С родной сестрой он почти не общался после того, как у неё прорезался дар матери и последняя, не теряя времени, начала обучать способную дочурку, а Урсула всегда была немного отрешённой из-за своих комплексов. Что парадоксально, Медведица комплексовала из-за своих габаритов и, чтобы скинуть пару тройку килограмм, постоянно находилась в спортзале, однако из-за занятий только больше росла, комплексуя ещё больше. Мимо девочек прошёл мужик, завёрнутый в медвежьи шкуры, сухо поприветствовав девушек. Арс, отец Урсулы, был куда крупнее своей дочери и косил под скандинава, заплетая свою белую бороду в косы, бреясь налысо, разрисовывая тело рунами и используя в бою не тотем, а обычный топор. Арс направлялся в сторону Саши и, поравнявшись с ним, сухо кивнул парню, на что Александр ответил не менее сухим кивком.

– Слышал, Крейг привёл из странствий какую-то девчонку, – произнёс Викинг и двинулся дальше. Саша тоже это слышал, но бежать рассматривать новое приобретение своего дяди он не стал. Рано или поздно познакомится.

– Правда, что он её удочерил? – спросил Саша в спину Арсу.

– Да, Ал, это правда, – Викинг даже не повернулся. То, что ему не нравилась ситуация, было понятно и без слов.

– Почему же? – Ал задал риторический вопрос и вновь уткнулся в тетрадь.

Что странно, в гостиной никого не было, что крайне обрадовало Сашу. Он уселся на один из диванов и начал медитировать, вглядываясь в чёрные воды, бушующие внутри. Это его сила, и каждый раз она завораживала, просила, чтобы её любили и использовали. Саша знал, что нельзя использовать её много, иначе она уничтожит его самого.

– Ты здесь один? – неожиданный вопрос вывел Ала из своеобразного транса. Его автором оказалась низкая исхудавшая девушка, которую Саша не знал. Её длинные и когда-то белоснежные волосы отливали серебром от грязи, неестественно бледная кожа казалась прозрачной, алый и голубой глаза слабо светились, словно девушка была на последнем издыхании. Саша мог поклясться, что видел её череп, настолько кожа плотно облепляла скелет. Одежда незнакомки тоже была потрёпанной и грязной. Фигуры не было и в помине, скорее это можно было назвать телом, на которое девушка натянула всё, что смогла найти, чтобы не умереть от холода. По крайней мере, так это выглядело.

– Как видишь, – пожал плечами Саша. – Выглядишь паршиво.

– А ты умеешь делать женщинам комплименты, – хрипло бросила незнакомка и с тихим шелестом упала на соседнее кресло. – Надеюсь, я доживу до завтра.

– А что будет завтра?

– Новая жизнь, – незнакомка улыбнулась. – Так мне сказал мой новый отец.

– … – Саше хотелось задать много вопросов, однако девушка перед ним выглядела так слабо, что он боялся даже дышать в её сторону.

– Знаешь, ещё вчера я хотела стать монахиней, – зачем-то стала рассказывать девушка… или девочка. Назвать хотя бы примерный возраст этой особы Саша не мог. – Они помогают прихожанам, а церковь их содержит.

– Боюсь, не всё так просто, – покачал головой Саша.

– Они хотя бы не боятся засыпать, не зная, что будет после пробуждения.

Разговор сошёл на нет. Девушка хотела говорить, но была слишком обессилена, а Саша не хотел раскрывать эту загадку так скоро, поэтому он просто погрузился в медитацию.

Его опять прервали, но на этот раз не девушка, а часы, пробившие девять вечера. Девушка, видимо уснувшая, резко подскочила, материализовав за спиной чёрные крылья, Саша же недовольно посмотрел на предмет мебели, раздумывая, имеет ли смысл дезинтегрировать его.

Дверь в гостиную распахнулась. На пороге на одной ноге стоял Крейг Гримм, дядя Саши. Вторая нога его была поднята над полом и согнута в колене. Крейг всегда открывал двери с ноги.

– Ну что, принцесса, пора! – бодро произнёс дядя, после чего повернулся к Саше. – Здорова, малой! Как закончу с ней, загляну к тебе, хорошо?

Саша в ответ кивнул. Крейг хоть и относился ко всем с пренебрежением, очень любил своего племянника. Девушка слезла с дивана и несмелым шагом пошла в коридор.

– Меня зовут Гинис, – на пороге обернулась она.

– Не просто Гинис, а Гинис Гримм, – подбодрил девушку Крейг. – С сегодняшнего дня ты официально моя дочь.

– А я Александр. Александр Гримм, – кивнул девушке Саша. – Добро пожаловать в семью!

***

Голова дико гудела. Какого чёрта я стал видеть флешбеки из чужого прошлого. Дико болела голова, на верхней губе собиралось что-то жидкое, текущее из носа. Даже осмотреться сил не было. Это так Гинис меня приложила… А ведь я был уверен, что у Лебедя на такое силёнок не хватит. Выходит, я снова вляпался в какую-то задницу.

– Анита! Не смей! – как будто издалека я услышал голос Натрикса.

– Это необходимо, Натрикс! – оттуда же кричала и моя мать. – Твоя шлюха-дочь даже не в состоянии выполнить простую просьбу! Мне и так проблем хватает!

В периферию зрения попала фигурка в порванных монашеских одеждах. Она беззаботно сидела на одной из стоек, болтая ногами, а оба глаза девушки светились бирюзовым светом.

– Так разбирайся с ними! И не трогай мою дочь!

– Ты думаешь, это так просто? – вдогонку фразе что-то с грохотом ударило в стол, сбрасывая с него что-то стеклянное. – Да я эту психованную еле держу, а этот вообще смог избежать силы моего дара!

– Анита…

– Если так пойдёт и дальше, дела наши будут печальными, Натрикс. Так что вызывай сюда тех, кого я позвала! Это в твоих же интересах…

Гинис спрыгнула со стойки и двинулась в мою сторону, стуча о плитку босыми ногами. Мне захотелось убежать, но я с ужасом понял две вещи: во-первых, я не могу двигаться, меня приковали к стулу, а во-вторых, я не чувствую свою тень. Это означало, что лишь чудо может мне помочь.

– Знаешь, подслушивать не хорошо, – игриво прошептала мне на ухо Гинис и положила свои руки мне на плечи.

– Эй! Отойди оттуда! – уже ближе выкрикнула Анита, и я почему-то вновь почувствовал неестественную сонливость. Бирюзовое свечение накатывало бушующими волнами, словно пыталось меня задавить, и моё сознание улетело куда-то в темноту. Как же я сейчас уязвим!

***

То, что Саша взял тетрадь из архива, никто не знал, а вкупе с тем, что эти записи можно было брать только с разрешения наставников, получалось, что Александр украл её. Парень на этот счёт не переживал, потому как любой уважающий себя Гримм постоянно обносил архив, делая из этого некую традицию. В любом случае, записи оказались бесполезными, и раздосадованный парень следовал на подвальный уровень, где и располагался архив, чтобы положить несчастную тетрадку обратно на пыльную полку.

Подземелье особняка отличалось особой атмосферой. Наставники говорили, что где-то внизу, под полом подвала, была спрятана гробница старейшин, где обитали тени самых сильных представителей клана. Насколько это было правдой, Саша не знал, но коридор подвала казался ему чем-то вроде амфитеатра, а на сцене был он сам. Ал ощущал тысячи невидимых взглядов, испытующе пронзающих парня.

Саша осмотрел стены коридора, выложенные из чёрного кирпича, но никаких глаз там не обнаружил. Да и не должен был. В такой час в подвале была лишь одна живая душа, и это был сам Александр.

– Мяу!

Ал чуть не родил от испуга, а белый котёнок чуть не стал шашлыком на теневой пике. Лишь в последний момент Саша сменил траекторию дара, и копьё врезалось в тусклый светильник. Котёнок же даже не шелохнулся, глядя на Сашу своими светящимися бирюзовыми глазами. Ал любил кошек, а ещё он знал, что Касуми тоже очень любит кошек, и именно она оставила котёнка здесь.

– Мохнатый, ты бы хоть сныкался куда, – Саша развернулся от котёнка в другую сторону и неспешно двинулся к архиву. Зачем было выставлять шухер в тот коридор? Единственное представляющее интерес в той стороне была лаборатория Натрикса, но никто в здравом уме не сунется туда без ведома Старого Змея.

Саша почти дошёл до двери в архив, когда из другого конца коридора послышался громкий крик, сразу же стихнувший. Неестественная тишина стала неприятно давить на уши, отчего взгляды тысячи лишь сильнее чувствовались. «Вдруг показалось?» – понадеялся Саша и сделал шаг к нужной двери. – «Ага, покажется тут, конечно!»

С досадой Ал бросился обратно к развилке. Как назло, кричали именно из коридора, который охраняла кошка. Добежав до развилки, Саша остановился. Всего минуты две назад здесь был красивый белый котёнок. Сейчас же клочок белой кошачьей субстанции валялся в луже собственной крови и предсмертно хрипел. Будто кто-то очень спешил и наступил на кота, а потом пытался отскрести его от подошвы ботинок.

Саша как завороженный смотрел на бело-красный комок, чувствую внутри пустоту. Словно именно из-за него кошка сейчас умирала. От рефлексии его отвлекли тяжёлые шаги на лестнице. Из-за пролёта показался Арс с топором наголо, следом за ним бежала Урсула.

– Кто кричал? – Викинг смерил взглядом парня перед собой. Сзади Урсула тихо охнула, увидев остатки кошки.

– Не знаю, – ещё находясь в прострации ответил Ал. – Но там, скорее всего, сейчас Касуми.

Троица тут же рванула вперёд по коридору. Спустя десяток метров дрогнула земля, и вновь раздался душераздирающий крик, переходящий в плач. Они были близко! Всего три-четыре десятка метров.

– Это из лаборатории! – подала голос Урсула. Арс кивнул и разогнался сильнее, стараясь набрать побольше скорости. Видимо, дверь в лабораторию не переживёт этот марафон.

Дикий грохот выбил дверь и кусок стены прямо в троицу. Ал ничего не понял: вот он бежит, а вот он лежит на полу, придавленный куском стены. Арсу повезло меньше – тяжёлая дверь приложила его прямо по черепу и рассыпалась в труху, напихав кучи заноз в лицо Викинга. Урсула смогла проскочить под обломками и теперь валялась прямо на выходе из лаборатории, заливая пол кровью. Нечто с чудовищной силой ударило девушку по лицу и, не была бы Урсула одарённой, отсекло бы ей часть головы. Из просвета комнаты доносился женский плач и звуки боя. Кто-то что-то громил.

– Вставай, Алекс! – взревел Арс и, размахивая топором, прыгнул в провал в стене.

– Отвалите от неё! – прорычало нечто внутри, и тело Викинга вылетело обратно в коридор оплетённое чёрными щупальцами, у которых вместо присосок были длинные изогнутые зубы. Следом с шипением вылетело тело силуэта в форме кошки с двумя хвостами. Ал перевернулся на живот и подполз к провалу в стене, заглядывая внутрь.

Лаборатория была разгромлена, посреди комнаты размытыми фигурами дрались два существа, около стены валялось хвалёное процедурное кресло, на котором была пристёгнута тяжёлыми ремнями Гинис. Рядом с ней лежала мать Ала, водящая над креслом руками с зелёным свечением, отчего пристёгнутая девушка истошно кричала. Одна из теней, представляющая из себя что-то среднее между человеком и кальмаром, пыталась добраться до Аниты своими щупальцами, а фигура, состоящая из змей, отчаянно сдерживала первую. Причём складывалось впечатление, что перевес сил очень резкий, и явно не в пользу оборонявшихся. Змей закрывал своим телом с отростками в виде змеиных голов Аниту, но было видно, что у него еле хватает сил держать трансформацию, в то время как Кракен всё нападал и нападал, понемногу откусывая щупальцами с зубами кусочек за кусочком тела оппонента.

Арс вновь поднял топор и с рёвом бросился к фигуре с щупальцами. Его руки стали лапами, лицо вытянулось и оскалилось длинными зубами, тело покрылось непробиваемой медвежьей шкурой. Фигура даже не повернулась, отшвырнув Викинга обратно в стену, выбив часть кирпичной кладки и обнажив какую-то подсобку. Урсула, вскрикнув, отскочила от летящего тела отца и поползла в сторону выхода из подвала, закрывая кровоточащее лицо. Кошка попыталась встать, однако одно из щупалец рвануло к голове девушки, и болтаться бы Касуми на щупальце также, как мог болтаться тот котёнок на копье, но на пути отростка возникла могучая туша Арса. Старик изо всех сил метнул топор, снося фигуру с щупальцами к дальней стене, но самого Викинга это не спасло – его тело прибило к стене подвала, после чего зубы в теневом щупальце резко увеличились, разрывая тело Арса. Кровь и внутренности забрызгали всё вокруг, из коридора раздался крик очередной девушки, на глазах которой погиб её отец.

Ал поднялся на ноги, и, воспользовавшись случаем, оттолкнул Касуми к Урсуле, чуть не получив теневым щупальцем по лицу. Фигура болталась прибитая к стене топором, чем смог воспользоваться Змей, выкинув кресло из лаборатории и прошипев: «Забирай её и беги!»

Ал подскочил к Гинис и принялся расстёгивать ремни. За спиной взревело чудовище, и лишь на инстинктах Саша смог не повторить судьбу Арса, выцепив из сидения обессиленную от крика и боли девушку. Надо было уносить её отсюда. Но куда? Лишь вопрос времени, когда фигура расправится со Змеем, и тогда настанет очередь Гинис и Ала, так невовремя решившего положить книгу на место. Бежать смысла нет, прятаться тем более, значит остаётся только одно…

Змей пропустил очередной удар бесчисленных щупалец, и вся чёрная дымка рассеялась. Натрикс упал на холодный пол, понимая, что их авантюра закончилась толком и не начавшись. Даже как-то обидно было… Крейг в своей тёмной форме медленно подошёл к Аните и схватил ту за воротник блузки, поднимая над землёй.

– И зачем? – это спросила Анита, понимая, что Крейг тянет время. – Всё равно же прикончишь.

Крейг не ответил, лишь заревел на женщину и начал трясти. На пол посыпались пуговицы. Натрикс мысленно поблагодарил Создателя, что не руки. К тому же под распахнутой блузкой женщины открывался прекрасный вид, жаль только настроения не было этим наслаждаться.

– Тупой дикарь, – выплюнула Анита. – Даже не способен изъясняться.

Глаза женщины засветились. Что она сейчас пыталась сделать, можно только догадываться. За спиной Крейга цокнул об камень топор, и тот обернулся, разрывая зрительный контакт с Анитой. Саша со светящимися глазами, частично окутанный тьмой, держал в руках оружие и чего-то ждал. От такого зрелища Натрикс себя по лицу бы ударил, да сил не было даже моргать. С хлопком и стоном на пол приземлилась Анита, и Крейг переключил всё своё внимание на Сашу.

– И зачем всё это? – Ал указал на кровавые разводы на стенах и полу.

– Для моей дочери… – прохрипел Крейг, на мгновение продемонстрировав здравый рассудок.

Вокруг Саши в стенах дрогнули тени. На каменной кладке выступила чёрная слизь, образуя силуэты каких-то гротескных тварей. Саша стоял в окружении этого всего и не понимал, что он вообще может сделать. Но ведь другого решения не было, выбор абсолютно правильный. Тогда что ему делать сейчас?

Твари из стен одновременно рванули к Алу, тот же весьма ловко выскочил из окружения, ударив одно из существ топором. Он очень надеялся, что это была голова существа. Остальные принялись гонять парня по лаборатории, к чему присоединился и обезумевший Крейг, которому и стены, и пол не были помехой. Саша изворачивался и бил тварей в ответ, в какой-то момент потерявшись в пространстве. Вокруг уже не было лаборатории, не было и подвала, не было вообще чего-то, хоть отдалённо напоминающего постройки человека.

Крейг и Ал провалились куда-то в катакомбы и разносили всё там. Внизу взгляды тысяч уже не просто чувствовались – Ал ощущал, как каждый взгляд пробивается в черепную коробку, доставая оттуда кусочек самого Ала и забирая себе. Крейг тоже это чувствовал, отчего ему пришлось сбавить обороты. Воспользовавшись тем, что противник перестал часто атаковать, Ал метнул в Крейга топор, лишь после сообразив, что метать топоры он не умеет. Оружие попало аккурат по подбородку Крейга рукоятью, отчего тот даже не скривился.

Саша остался без оружия, способностей у него не хватало даже на трансформацию, а чтоб справиться с одержимым и речи быть не могло. Крейг надвигался на парня всей своей тушей с тентаклями. Вот хентаю тут сейчас не хватает! Саша метнулся влево от дяди, уворачиваясь от щупалец, Крейг же выл от невозможности схватить парня. Умений у Саши может быть и нет, зато есть скорость. У любого одарённого есть слабое место – там, где находится небольшой отросток спинного мозга, отвечающий за способности носителя. Сделать хотя бы один удар! Вот бы Крейг случайно промахнулся! Стены катакомб переливались зелёным светом, и Крейг действительно ошибся, ударив туда, где Саша был не полсекунды назад, а три. Небольшое окно, но именно это было нужно парню.

Удар пришёлся точно в сочленение позвонков. Впрочем, это было единственным, что получилось точно. Саша немного переусердствовал, и вместо кулака ударил теневым лезвием, почти отрезав Крейгу голову. Лишь когда полилась кровь, окатив и без того не самого чистого и целого парня, Ал испуганно отдёрнул руку.

– «Надеюсь, ничего серьёзного я сейчас не сделал,» – прошептал Саша, глядя на обезглавленный труп.

Наверху парня ждали Натрикс, сумевший таки встать на ноги, и Анита, так и прихрамывающая вокруг дыры в полу с голой грудью. У провала в разрушенную лабораторию была Касуми, единственная, кто при появлении Саши подбежала к нему.

– Ты бледный как сама смерть! – выдала она, положив ладони на щёки брата.

– Я… убил его… – ответил сестре Ал.

– Давай ка осмотрим тебя, – выдал Натрикс. – Садись, – он указал на вернувшееся в лабораторию процедурное кресло. Ал с недоверием сел на краешек. Видя это, Анита подошла к сыну и надавила ладонью на солнечное сплетение парня, укладывая его.

– А где Гинис? – вдруг зачем-то спросил Саша. Ответом ему была тишина. Поздно Ал осознал, что его конечности надёжно зафиксированы ремешками, а силы подавлены самим креслом. Натрикс воткнул шприц в руку парня, и мир начал вращаться вокруг.

– Нет худа без добра, – откуда-то послышался голос Аниты, и мир померк, зажёгшись напоследок бирюзовым светом.

***

– Нет худа без добра, – произнесла своим мыслям Анита.

– По крайней мере, он будет снова стабильным, – ответил ей Натрикс. – Только, может не надо…

– Надо, Натрикс! – от стали в голосе я поёжился. – Больше Касуми не на ком безопасно учиться. Кас! У нас всё готово!

– И Сашенька как раз проснулся, – пропела над головой Гинис.

– Мам, может не надо? Он же опять сбежит, – начала жаловаться Касуми.

– Надо, родная, надо, – злобно прошипел я, заставив всех обернуться. – Делай, что мамочка говорит, Касуми. Мамочка ведь херни не скажет делать.

Касуми от обиды поджала губы. Её глаз засветился зелёным.

– Знал бы ты… – прошипела она. Мне было фиолетово. Я пытался почувствовать, что делает Касуми и повторить это. Мы же ведь от одной матери, и если Кас может использовать её способности, то почему не могу я? Тень я почему-то призвать не мог, что сильно бесило, сбивая меня с действий сестры, но я всё пытался понять, что делает этот бирюзовый свет. Точнее, было понятно в общих чертах, но этого было мало.

Секунда, и я понимаю, что нужно делать. Касуми не ожидала, что я что-то сделаю, и пропустила удар зелёным светом, упав на пол. Сзади захихикала Гинис, а Анита подскочила ко мне, схватив меня за подбородок.

– Он не сможет ударить в ответ, – как бы между прочим заметил Натрикс. – Его тень скована моими гво…

– Ты заткнёшься сегодня? – повысила голос Анита. – Он же только что оглушил Касуми! Ты совсем тупой? Любое твоё знание может стать нашим оружием!

Больше выдать чего-то подобного я не смог, и не понимал почему. В любом случае, надо выбираться, пока мне моя собственная мать не сделала бесконтактную лоботомию. Телиса была скована, это я уже вижу: моя лисичка искажённым силуэтом была прилеплена к стене обычными гвоздями. Ну почти обычными. На шляпке каждого горел какой-то символ, видимо и дающий обычной железке такие свойства. Не суть. Во флешбэке Крейг вообще командовал целой стаей теней, почему я так не смогу? Как раз прямо над катакомбами отдыхаем. Пока я мысленно звал тени, а Анита ругалась с Натриксом, меня сзади обняла Гинис.

– Вот поэтому ты и не смог бы сдержать своё обещание, – грустно прошептала она.

– Психованная, отойди оттуда! – Анита от злобы чуть волосы на себе не рвала. Да хоть кто-нибудь, отзовись!

– Чего изволишь? – Тень Аниты открыла глаза и уставилась на меня. Один зелёный и четыре красных, разбросанных по правой части по-человечески плоского лица. Пасть тени была зашита зубами, вросшими в противоположные челюсти, тонкое гуманоидное тело не имело ног, зато руки было четыре, по две из каждого плеча. Каждая рука была тоненькой и очень длинной и венчалась пятёркой таких же пальцев с классическим для теней маникюром. Пока тварь заметил только я и Гинис, которая теперь заговорщицки смотрела на меня, Анита и Натрикс так же ругались, решая, что со мной делать.

– Разнеси здесь всё к хренам!

Глава 6

Иногда за мной гонятся умные мысли, куда чаще в последнее время – девушки. Итог в любом случае один. Я быстрее.

– Я восхищаюсь, – прохрипел я вслух и мельком оглянулся за спину. Где-то в темноте этого лабиринта промелькнул крылатый силуэт, встретившийся с очередной стеной и с потешным "ой" отскочивший от неё. Причём я даже не знаю, чем восхищён больше: упорством, с которым Гинис считает каждую стену своей моськой, или упрямостью, с которой эта гордая птица продолжает летать в тесных коридорах и, что самое обидное, девушка от меня практически не отстаёт. А ведь у меня тонна преимуществ в виде быстрых ног, которые не боятся всём известных вещей, и прекрасного окружения, в котором бегать удобно, а летать не особо. Эта дура меня ещё и догоняет на прямых участках коридоров, из-за чего приходится нырять в трещины в стенах, предварительно их сотворив. Короче, я заблудился, а Гинис с желанием меня то ли убить, то ли трахнуть помогает мне быстрее найти выход.

Вариант развернуться и дать в многострадальную моську я отверг сразу: во-первых, Гинис не просто одержима, а ещё и... как это правильно сказать... стабилизирована, наверное, способностями Аниты, что куда опаснее, а во-вторых, я всё ещё не хочу причинять девушке вред. А если она отключится от удара? Мне её на себе тащить? Так я сам понятия не имею где мы. Впрочем, маловероятно, скорее отключат меня, и тогда будет мой бедный мозг в очередной раз лоботомирован. Ох уж эти семейные разборки!

Где-то над самой макушкой сомкнулась когтистая лапа с перепонками, не доставшая буквально пару сантиметров. От такого финта я резко ушёл в стену, пробив её насквозь, причём всего в паре метров от более легального прохода. Пора реально отбиваться! Если я, будучи маленьким и глупым, смог уделать одержимого Крейга, то и монашку должен уработать! За этой мыслью пришла разумная: Саша, в отличие от меня-неуча, знал какие-то приёмы и способы применения способности, а мои приёмы ограничиваются "Призвал когти – ушатал когтями – повторять до победы", и то я даже это не умею стабильно использовать.

Сзади вновь подбиралась Гинис, посеявшая во время дороги немало одежды, плоти и крови. Как прикажете отрываться, если эта девочка постоянно нагоняет меня? Гинис взмахнула когтями, а я подгадал момент и замер, пригнувшись. Не ожидая подобного, девушка со смешным "Ай!" влетела грязным от крови и исцарапанным лицом в стенку, перелетев меня. "Отличный финт!" – похвалил я себя, и тут же расстроился: – "Жаль, что убежать уже не успею... "

Гинис не торопилась подниматься с каменного пола, уткнувшись в него лицом и выставив вверх попу, наблюдая за моими действиями. Если я побегу, она в два счëта догонит не успевшего взять разгон меня, если поддамся провокации, то захватить меня будет проще простого. И где же те умные мысли, что отстали в самом начале погони? Наверное, тоже потерялись.

– Короче, ты ситуацией воспользовался, – два чёрных глаза неотрывно смотрели мне в душу. – А ведь девочка несовершеннолетняя.

– Во-первых, это была самооборона, – я поднял руки, мол сдаюсь. – А во-вторых, я вообще-то тоже несовершеннолетний.

– Рассказывай дальше, не томи! – уголки губ женщины передо мной поползли вверх. Узнаю чертовку!

– Собственно, почти кульминация...

Лоскут рясы, загораживающий обзор на приятные глазу выпуклости в белых трусиках, был осторожно убран. Гинис даже попку свою оттопырила сильнее, отчего показалось, что девушка почти пополам сложилась. Естественно это была ловушка. Мы оба это понимали. Стоило мне только положить ладонь на ягодицы девушки, с которых уже было сорвано всё ненужное, Гинис внезапно извернулась и впечатала меня в стену, по дороге потеряв мои штаны, точнее их остатки.

– Обязательно в таких подробностях? – моя собеседница перекинула одну ножку на другую и выжидающе посмотрела на меня.

– Опущу кто, что, куда и кому, – пожал я плечами. – Я всё равно не силён в таких рассказах. Мы крошили друг друга, попутно трахаясь где-то полчаса...

– Всего-то? – белоснежная бровка приподнялась.

– Хорошо бы, чтоб было так, как ты себе представила, – я нервно усмехнулся, машинально дотронувшись до правого плеча. Оно всё ещё болело, хотя регенерация работала на износ, отчего желудок пел что-то из Призрака оперы. – Нас прервали.

– Кто? Клановые?

– Нет. Или да. Я понятия не имею, какая у этих... существ... принадлежность.

Наши переплетающиеся тела привлекли ненужное внимание. Саша уже испытывал это чувство, будто сама тьма наблюдает. Я ощутил это стократно, и, что вызывало дикий ужас, наблюдатели не просто смотрели, но и перемещались, иногда выглядывая из теней. Очередной удар когтями Гинис вместо того, чтобы рассечь мне лицо, превратился в объятия. Девушка прижалась ко мне, дрожа как осиновый лист, прося прощение. У кого – не знаю.

Белые гротескные фигуры, окутанные тьмой, с безликими лицами, уже не прятались. Наблюдатели выходили из теней, собираясь вокруг меня и Гинис, что-то бормоча.

Я замолчал.

– Что дальше? – собеседница скрестила руки на огромном бюсте.

– Не знаю, – я покачал головой.

Очнулся я уже на улице. Гинис рядом не было, через дорогу вовсю разгребали завалы особняка Гримм. Я даже не знал, что обрушил часть его... Даже не знал, что эта монументальная постройка может быть повреждена.

Бежать! Это была моя первая мысль. Вторая требовала зайти в комнату за нужными вещами. Решил, что риск оправдан, и двинулся в обход суетящихся соклановцев.

Что удивительно, рядом с моей комнатой не было и подобия охраны. Грешной мыслью подумал, что моя мать погибла в завале, но быстро эту мысль отверг. Не знаю как объяснить, но я чувствовал, что жертв не было, не смотря на серьёзные разрушения.

Девушек в комнате уже не было, это я тоже понял ещё только подбираясь к окну в свою жилплощадь. И хорошо. Своих проблем хватает.

В комнате я не обнаружил рюкзак и часть учебников, видимо девчонки их забрали, рассчитывая встретить меня в школе. Двинувшись к шкафу с вещами, я выронил из рук книгу. Выронил, остановился и долго смотрел на ветхий фолиант, облачённый в чёрную кожу с металлическими вставками. Как долго я ношу с собой сокровище клана? Откуда эта книга взялась? Натянув новые джинсы, туфли, белую рубашку и чёрный галстук, я осторожно подхватил с пола Книгу проклятых и положил её на письменный стол. Если вспомнить, в Исходном мире я видел её, правда текст книги состоял из бреда сумасшедшего, отчего читать было практически невозможно.

Сейчас же Книга проклятых сама открылась, явив мне всего одно слово, которым была исписана вся страница. "Беги!" Кратко и лаконично, чего уж тут.

– И ты подчинился? – чёрные глаза слегка прищурились.

– Глупо было пойти против, – пожал в ответ плечами и посмотрел на чёрный фолиант, валяющийся на краю рабочего стола. – Книга проклятых способна предсказывать будущее, правда в трактовке мозг сломаешь.

– Не из-за трактовки ли?

– Понимаю, что звучит бредово, но она уже предсказывала события, которые в итоге привели меня сюда.

– Ты же говорил, что видишь книгу впервые.

– Это правда. ЭТУ книгу я вижу впервые, и даже не догадываюсь, как она ко мне попала. Зато догадываюсь, что сделает клан, когда обнаружит её пропажу.

– Понимаешь, почему я против твоего нахождения здесь?

– Понимаешь, насколько малы шансы того, что мои родичи пойдут меня искать в полицию или скорую? Они же не нормальные люди.

– Товарищ майор! – в кабинет ворвался полноватый мужичок, с которым я полчаса назад познакомился на входе в участок. – Там какой-то пацан обманом в здание проник!

– Ты в пробке стоял? – решил уточнить я, а мужичок (целый прапорщик между прочим) уставился на меня пустым взглядом.

– Иди, Иван, я сама разберусь, – строго произнесла товарищ майор и, предвидя возмущение мужика, прикрикнула: – Бегом!

Прапор захлопнул дверь и громко дыша действительно побежал обратно. Я же перевёл взгляд от двери на весьма привлекательную женщину двадцати восьми лет, недовольно прожигающую меня своими глубокими чёрными глазами. Пепельные волосы немного выбились из предполагаемой причёски, пухлые губы смешно подрагивали, а мягкие черты лица только дополняли образ добренькой тётеньки, у которой хоть мелочь, хоть трусики попроси – всё отдаст. И упаси кто-нибудь любого придурка, который реально поверит, что Татьяна действительно добренькая. Эта барышня одним взглядом придушить может, а что происходит, когда она берёт в руки свой любимый монструозный револьвер. Вызвавшие гнев Тани не то что будут проклинать тот день, когда родились, они будут проклинать тот момент, когда произошел большой взрыв, породивший в конце концов самих бедолаг, общество, из-за которого они стали на скользкую дорожку, и эту женщину. И я тьмой клянусь, что сейчас гнев Татьяны был направлен в одну конкретную точку, а мне дико не нравилось быть этой точкой.

– От тебя всегда столько проблем? – выдохнув спросила Таня.

– Типа того… – сколько сейчас острых шуточек крутилось на языке, но из этих чёрных глаз на меня сам Дьявол смотрел… смотрел и сочувствовал моей участи. Планы у меня были грандиозные: припереться к Тане и поселиться в участке в обмен на работу, которой я ещё в Исходном занимался – документация. Вот только что-то пошло не так, причём я сам не понял, как план пошёл под откос.

– Слушай и запоминай, – Таня прикрыла глаза рукой, а я взял обратно слова о том, что план пошёл не по плану. – Сейчас идёшь в школу и… И! Это важно! Не отсвечиваешь там. Любых знакомых обходишь за километр, если не получается обойти – прячься в любую щель. Твоя задача сделать так, чтобы учителя не подняли хай. Возвращаешься сюда, здесь твоя уютная камера будет подготовлена.

– Надеюсь, одноместная? – улыбнулся я, отчего получил носком туфли по колену. Вот же длинноногая стерва! – В происшествии были свидетели, и они будут спрашивать… а ещё у них мои вещи…

– Как с тобой всё сложно, – Таня задумалась. – Те девушки?

– Да.

– Не отвечай конкретно. Неизвестно, можем ли мы им доверять.

Когда это «я» стал «мы», я решил не уточнять. По крайней мере, Таня сама очень сильно подставлялась, причём по неизвестным мне причинам. Но моя в прошлом опекун всё же поддержала меня, не знаю, природное ли очарование, или что-то ещё, но союзника я себе нашёл. По крайней мере я на это надеюсь…

***

Нэкомата очень недобро смерила меня взглядом и со вздохом отправила за парту. Ну да, опоздать на два урока во второй учебный день для неё было чем-то из ряда вон. Ну ничего, привыкнет ещё.

В классе заметно прибавилось учеников, правда их основным занятием была не учёба, а отбывание срока уроков. Касуми в классе не обнаружилось, что радовало, а вот близняшки с Сакурой были в классе, и их многозначительные взгляды были куда суровее. Представляю, чего они там напридумывали, и понимаю, что допроса с пристрастием не избежать. Твою…

Звонок ударил по барабанным перепонкам, сигнализируя, что я опоздал больше, чем на два урока. Надо успеть выскочить из класса.

– Сашенька, задержись пожалуйста, – елейный голос Адрианы Евгеньевны разбил мои стремления не отсвечивать.

Три пары взглядов стремительно мазнули по мне, и их обладательницы скрылись за дверью в толпе лоботрясов и им сочувствующих. Сразу видно – десятый класс. Свалить из кабинета за считаные секунды могут только эти черти.

Кабинет опустел, оставив меня и училку наедине, и была бы атмосфера интимной, если бы не противный скрежет когтей нэкоматы по учительскому столу.

– Сашенька, а чего это мы на занятия не ходим? – медленно Адриана Евгеньевна двинулась в мою сторону, продолжая портить предметы мебели. – Избегаем своего любимого учителя?

– … – который раз ловлю себя на мысли, что мне тупо нечего ответить. Словно все искромётные шуточки погибли вместе с Марией в моей голове. Впрочем, нэкомата и не собиралась слушать мои ответы, о чём мне весьма тонко намекнул пальчик училки, разместившийся у меня на губах. Опа, я шутейку придумал: – Предупреждаю сразу – сосать не буду.

Адриана в ответ хлопнула ресничками, а пуговка на её блузке с треском отскочила, показав краешек чёрных кружев, где-то за спиной чуть не навернулась Сакура, схватившись ладошкой за парту. Нэкомата заглянула мне за спину и встретилась со взглядом лисицы. О чём эти двое телепатически шептались мне не ведомо, но в итоге за руку меня схватила кицунэ и потащила из класса.

– И с каких это пор наша училка-нэкомата стала такой любвеобильной? – Сакура закрыла за собой дверь и толкнула меня в стену.

– Я её второй день знаю, – пожал в ответ плечами. – Тебе виднее.

– Я у неё только с этого года учусь, но слышала, что она с недотраха тот ещё зверь.

– Трудно не согласиться… – я криво улыбнулся, вспомнив эпизод в кабинете Адрианы.

– Ладно, а ночью ты куда пропал? – Сакура внимательно осмотрела меня. – Выглядишь так, словно тобой весь ваш особняк подмели. А эти сексуальные круги под глазами! Так и теку при взгляде на тебя!

– Завязывай, – я отодвинул руку девушки, которой та прижимала меня к стене. – Пропадал по делам клана…

– Эти дела, – перебила меня кицунэ, – не связаны случаем с обвалом в вашем милом монолитном домике? – взгляд лисицы стал пронзительным. Или мне так показалось?

– Возможно, – я чуть себе язык не прикусил, когда не подумав ответил. Хотя, я же про побег ещё не рассказал. – В любом случае, это дело клана.

– Того, из которого ты сбежал? – рядом возникла Алиса, за спиной которой пряталась Алеся.

– Может быть, но это…

– Если ты скажешь, что нас это не касается, я сломаю тебе челюсть, – улыбнулась блондинка.

– Силёнок не… – среагировать на выпад я не успел, и кулак Алисы влетел мне в скулу. Сломать ничего не сломала, но это, подозреваю, был предупредительный. В любом случае моя отлетевшая тушка была поймана грудью Сакуры.

– Может не в коридоре? – шёпотом спросила Алеся.

***

В этой школе слишком много пустых классов. А в этих пустых классах слишком много вооружённых девушек. Два пистолета, нацеленных мне в голову несколько нервировали, а кицунэ, сидящая прямо на моих коленях и обнимающая меня, несколько сбивала с толку. Убить меня хотят, или всё-таки трахнуть?

– Озоновые, твои любимые, – с улыбкой произнесла Алиса, но глаза её отливали сталью. С каких пор я полюбил озоновые пули? Да уж, ситуация отливает запашком, а ведь я подозревал, что меня не будут просто спрашивать, ещё когда Алеся предложила найти пустой класс.

– Итак, Саша, ты же расскажешь нам что происходит? – мягенько произнесла Сакура, поёрзав задом по моему хозяйству. – Почему ты в очередной раз сбежал из дома?

– С каких это пор тебя интересуют мои побеги? – с издёвкой, мол «хрен я вам что расскажу», ответил ей, стараясь не смотреть на дула пистолетов. Не надо, чтобы девушки могли понять, что я их опасаюсь.

– Знаешь, это интересовало ещё мою матушку, пусть покоится она с миром. Видишь ли, не совсем нормально, что ребёнок так часто сбегает из дома. Который это раз за последние два года?

– Второй?

– Двадцать, мать его, второй! – ладошка кицунэ, до этого мирно поглаживающая меня по спине, вдруг остановилась. – Не стоит прикидываться дурачком, мы все знаем, что ты не такой!

– Конечно, – пожал плечами я. Очень хотелось сказать, что как раз-таки дураком я являюсь, но когти Сакуры впились мне в спину и весьма ощутимо провели по ней, разрывая рубашку и кожу в придачу. Чую кровь. – Вот только мои побеги ни тебя, ни твою мать не касаются!

– Может просто влезем ему в голову? – спросила Алиса.

– Влезете, как же! – усмехнулся я. – Едва ли способностей лисицы хватит, чтобы прочесть мои эмоции.

– Сакура! – блондинка прикрикнула на лису.

– Алиса! Не смей на меня кричать! – рыкнула в ответ Сакура.

– Стойте! Мы же союзники! – вдруг один пистолет опустился. Не ожидал, что Алеся вообще осмелится вставить слово в перепалку.

– Как мы можем быть союзниками, если не можем ему доверять? – крик Алисы перешёл на брюнетку.

– Тот факт, что я вас ещё не убил, – я скрестил руки на груди, – говорит о том, что я вам не враг.

– Но и не говорит, что ты нам друг, – кицунэ выдохнула и посмотрела мне в глаза. – Расскажи, что случилось, и забудем этот некрасивый эпизод.

– Поверь мне, этот эпизод ещё только начал терять свои краски, – к возмущению девушки я спихнул её с себя. Алеся нервно переводила взгляд с потирающей пятую точку Сакуры на меня, Алиса дрожащими руками держала меня на мушке.

– Нас трое, – процедила блондинка, – ты один. Шансов нас убить слишком мало.

– Сестра, у него две… – из глаз Алисы текли слёзы, её страх был виден даже без моих способностей.

– Чего у него две? – Алиса непонимающе посмотрела на сестру.

– Тени, – спокойно произнесла Сакура, глядя в пол. Мы все разом посмотрели туда же. Источников света в кабинете не было, и только солнце, нещадно отрабатывающее последние тёплые деньки, освещало нас. От моих ног тянулось две тени, причём одной из них, у которой было четыре верхних конечности, было совершенно наплевать, откуда исходит свет, и она указывала своей рогатой головой с пятью светящимися глазами точно на солнце.

– Мы… – дрожа произнесла Алиса.

– Неприлично просчитались, – закончила за неё Сакура, и исподлобья глянула на меня. Не спокойствие было в словах кицунэ. Ужас. А я был её кошмаром.

– Завязывайте с этим, не трону я вас, – я поднял руки. – Просто не лезьте в мои дела, и…

– И когда ты прибежишь за помощью к нам, я брошу все силы, чтобы тебя уничтожить, – с тем же ужасом прошептала Сакура, после чего грациозно бросилась к двери в класс.

– Это лишнее, – вздохнул я и посмотрел на Алесю, которая столкнулась с неприятной проблемой: её путь к отступлению пролегал аккурат через меня, так неудачно брюнетка отошла от спорящих девчонок. Алиса всё ещё держала меня на мушке, хотя её бегающий взгляд говорил, что девушка лихорадочно ищет способ выхода, причём со своей сестрой. Эти двое и в Искажённом мире были неразлучны.

Так мы и играли в гляделки, пока… Я услышал щелчок. Отвечаю, щелчок. Алиса что-то придумала, и у неё в голове что-то щёлкнуло… хотя скорее переклинило.

– Саш, пожалуйста, не трогай Алесю… – с этими словами пистолет упал на пол, а сама блондинка начала расстёгивать пуговицы своей блузки. Несчастный предмет одежды, вынужденный сдерживать давление весьма немаленьких прелестей девушки, облачённые в белые кружева, упал на пол, следом полетела юбка-разлетайка, и Алиса выжидающе уставилась на меня, пытаясь прикрыться чисто ради приличия. Хоть бы покраснела ради всё того же приличия…

– Маловато для неё, – я усмехнулся и посмотрел на Алесю, которая, в отличие от сестры, была красная до кончиков ушей. – А ты чего сидишь? Думаешь, твоя сестра не находится в опасности?

Бесы. Это всё бесы. Хотя должен признать, попутали они меня на славу. Мысли крутились в голове аки горящие хомяки, и я совершенно не представлял, что делать с близняшками. Алиса уже сняла с себя бельё и туфельки, оставшись в одних чулках, а Алеся всё ещё не могла справиться со своей блузкой, хотя её юбка уже съехала по стройным ножкам на пол. Лишь бы не запуталась, ведь во время сильного нервяка брюнетка становится совсем неуклюжей. Раздеваться то они раздеваются, но, повторюсь, что я буду с ними делать? Я совершенно не планировал сношать эти версии своих девушек, да и вообще хоть как-то тесно контактировать с ними. Мне ещё к своим близняшкам возвращаться…

Алиса осторожно обошла меня и принялась помогать сестре раздеваться. У брюнетки текли слёзы, а руки дрожали, поэтому блондинка сама стащила с неё через голову блузку и принялась расстёгивать такой же кружевной лифчик, как и у неё самой.

– М-может не надо? – с какой-то трагедией в голосе спросила Алеся, когда первая часть нижнего белья упала на пол и Алиса принялась стягивать с сестры трусики.

– Всё будет хорошо, – произнесла Алиса и посмотрела через плечо на меня испепеляющим взглядом. Я посмотрел на небесные глаза блондинки и понял: ничего хорошего не будет. Она и не собиралась так легко сдаваться.

Наконец обе девушки в одних чулках предстали предо мной во всей своей природной красе: одни изгибы их тел уже были достойны поклонения. Ага, ну да, буду я тут культ женских грудей разводить. Указал пальцем на пол, и сёстры покорно опустились на коленки и подползли ко мне. За дверью прозвенел звонок. Короткая что-то перемена.

– Что ж, развлекайтесь, – улыбнулся я и, спрыгнув с парты, направился к выходу из класса. – А у меня дел по горло.

Дойти до двери я не успел, и среагировать тоже, потому как фаербола в спину я не ожидал. Сгусток огня врезался мне в плечо, спалив нафиг часть рубашки и растительности на спине, а когда я обернулся с вопросом «аре ю ахуела?» в меня врезалась блондинистая бестия. Отправила ли её в полёт сестра, или Алиса сама решила меня сбить, остаётся загадкой, решать которую было некогда. С треском блондинка сорвала с меня остатки рубашки, а брюнетка, держа в руках очередной фаербол и сияя узорами на теле, вальяжно подползла на коленках к нам.

– Дел у него по горло! Сейчас покажешь, какими делами ты решил заняться! – возбуждённо шипела Алиса.

***

– То, что наши заигрывания вышли из-под контроля, мы поняли, когда в комнату с криком «Где ты?» залетела девушка в форме стриптизёрши.

– Может монашки?

– Больше на стриптизёршу было похоже. Увидела нас, развернулась, и убежала, судя по звукам, разнеся что-то по дороге.

Лежать на жёсткой парте было не удобно, но сгонять с себя успокоившуюся и довольную Алесю не хотелось. Уж слишком острые у этих двоих коготки, даже регенерация охреневала от их. Алиса же лежала на боку рядом, удерживая мою ладонь на своей груди и царапающая меня, если мои поглаживания были на её вкус слишком слабыми. Казалось, что только мне парта казалась не самым удачным предметом для валяния, благо хоть не на сломанных партах полежать девушкам захотелось.

– Вот, и пошли мы тебя искать, – продолжила рассказ блондинка, прикусив от удовольствия нижнюю губу.

– Надо полагать, не нашли, – вздохнул я. Вторая рука тоже была занята: Алеся желала быть обнятой и опять же царапалась, если ей казалось, что я пытаюсь руку отнять. – Мда, пить в вашей компании себе дороже.

– Так ты и не пил, – пробормотала брюнетка, чуть ли не мурчащая от удовольствия. Как мало ей надо… Всего-то пара часов секс-марафона без презервативов и телесная близость после.

– Вот именно! И надо было вам именно ко мне приехать.

– Если что, мы до сих пор не знаем, что произошло, – Алиса вновь впилась когтями мне в руку и я в ответ ущипнут её за сосок.

– Да я сам пытаюсь разобраться, – пожал плечами, отчего брюнетка оставила на моей искалеченной груди очередной порез. – Скажем так, я вчера ночью… или сегодня утром… признаться, не было времени смотреть на часы, узнал, что практически вся моя жизнь в клане является ложью. Я уже совершенно уверен, что никогда ничем не занимался ни со своей сестрой, ни с тамошними детьми, ни вообще с кем-нибудь кроме Квин, которая должна была за мной присматривать. Мне просто придумали жизнь среди гарема сестёр для того, чтобы… – тут я замолчал. Ответ на этот вопрос я ещё не нашёл. Но для чего-то же меня лоботомировали. – Короче, мне постоянно стирали память, заменяя вырезанные куски тем, чем можно было меня удержать… или контролировать. А мои побеги были лишь попыткой спастись, правда без памяти убегать не пойми от чего, ведомым одним чутьём, мягко говоря бесполезно. Меня в очередной раз находили, заливали в уши всякие непотребства, и… Очевидно, что-то делали.

– Ты что-то вспомнил ночью? – Алеся оторвалась от меня и заглянула в глаза.

– Как в клан пришла Гинис, та монашка.

– А почему к нам не пошёл? – спросила Алиса.

– Потому что не знал, кому могу доверять, – после очередного пожимания плечами меня, о чудо, не стали царапать. – Не знаю, по правде, до сих пор.

– Нам можешь, – Алеся легла на меня животом, прижавшись грудью с твёрдыми сосками. – Мы как раз пытаемся противостоять действиям твоего клана.

– И Сакуре можешь, – улыбнулась блондинка. – Не обращай внимание на её слова, стоит нам рассказать, как хорошо мы провели время, как эта нимфоманка простит тебе вообще все грехи.

– Алис, она не нимфоманка, – поправила блондинку Алеся. – У неё даже парня никогда не было.

– А этого мы в наглую пользуем, – улыбнулась ещё шире Алиса. – Хотя вишенка застолбила его. Спорим, она уже знает?

– Учитывая, как она сыпала проклятьями, – подал я голос, – не сильно Сакура и огорчится.

– Поверь мне, – зачем-то похлопала меня по плечу блондинка, – сильнее, чем нам всем хотелось бы.

Алиса нехотя отстала от моей руки и принялась собирать одежду.

– Лесь, не помнишь, куда я лифчик бросила?

– Посмотри в парте, – блаженно потянулась брюнетка.

– В которой? – Алиса остановилась и начала с напряжённым лицом смотреть на разрушенные парты.

– Наверное, – Алеся, скривившись, встала с меня, – в этой? Или в той?

Две минуты. Ровно столько мне понадобилось, чтобы лениво встать, потянуться, потупить, найти всё, что уцелело из одежды и накинуть это на себя. Девочки же не просто не оделись, они умудрились потерять вообще всё то немногое, что на них было, пока искали свои вещи. Разберутся, наверное, а мне надо сваливать, пока не привлёк ненужное внимание. С этой мыслью я открыл дверь и натолкнулся на бегающий взгляд какого-то школьника.

– Нужно что? – с улыбкой спросил я, на что малой отвёл взгляд.

– Ну… это… мы тут ждём, – заикаясь пробормотал школяр.

– Кого? – уточнил я, скользнув взглядом в коридор. Там ещё с два десятка школьников стояли в состоянии, близком к состоянию моего собеседника.

– У нас урок в этом классе… вот… и мы ждём, когда он освободится.

– Ничего себе, – протянул я и заглянул в класс. Девочки вроде даже что-то на себя одели, правда свои трусики каждая сжимала в ладошке, а Алиса осматривала разрушенные парты, бормоча про потерянный лифчик. – И как, долго ждёте?

– Час почти…

– Так вы уже урок пропустили. Шли бы по домам.

– Так учиться же надо…

– Лаадно, подожди ещё минутку, – я захлопнул дверь перед носом школяра и обратился к девочкам, выясняющим чьи кому какие трусики принадлежат: – у нас там группа поддержки собралась, и они очень хотят учиться именно в этом классе.

– Хочешь на бис провести урок полового воспитания? – Алиса приподняла бровку.

– Нет, хочу свалить через окно, и вам советую.

– Третий этаж, – захлопала глазками Алеся. – Разобьёшься.

– И не с такой высоты прыгал, – пожал плечами я.

Вопреки моим ожиданиям, первой к окну направилась Алиса. Блондинка выглянула, что-то у себя там прикинула и вытянула руки. Ничего, кроме понижения температуры не произошло.

– Твою! – девушка выругалась и посмотрела на меня. – Я горку хотела соорудить. Не получилось.

– Влаги в воздухе мало, – ответил я. – Я могу попробовать вас спустить.

– Держись! – сзади подбежала Алеся и прыгнула в окно, схватив меня и Алису за руки. За что, твою мать, держаться?!

Каким-то неведомым образом я смог сгруппироваться в воздухе и даже подхватил на руки кого-то из девчонок. Скорее всего ту, которая не полетела к земле на реактивной тяге. Приземление вышло жёстким, я не только ноги чуть не переломал, но и руки тоже, зато смог почти безопасно опустить на землю Алису.

– Мой герой, – буркнула блондинка, поправив выбившийся локон.

– А ты действительно крепкий, – рядом упала Алеся, обливаясь потом. – Надо уходить быстрее.

– Давай помогу, – Алиса схватила ручку сестры, положила себе не плечо и помогла брюнетке встать.

– Осталось с ношей на плечах перемахнуть через забор. Шестиметровый забор с колючей проволокой, – я критично осмотрел близняшек.

– Он ещё и под напряжением, – улыбнулась Алиса.

– Правда? Не заметил. В любом случае, для вас двоих это нереально. Если, конечно ты не хочешь использовать Алесю как ракетный ранец.

– Мы разберёмся, – прохрипела со спины Алисы брюнетка. – Иди уже куда там тебе надо было.

Глава 7

– А вот и ты. Что-то случилось? – Таня стояла за дубовым столом в своём кабинете опиравшись на него руками и строго смотрела на меня.

– Почти ничего, – пожал плечами. – По крайней мере ничего, что ставило бы меня и тебя под удар, и ничего, что я не планировал.

Да, я немного покривил душой. Уединение с девушками в пустом классе я предугадывал, но не предполагал, что близняшки утворят то, что утворили. Думается мне, что они и сами подобное не предполагали. А ведь инициаторам была Алеся… Или Алиса? Был ли это план, или мы действовали исходя из ситуации? Гениальность ли это или безумие?

– Саша, приём! – Таня повысила голос, видимо заметив, что я её не слушаю. – Телефон свой, говорю, сюда давай, – и вытянула руку.

– Тань, не первый день в армии, – хмыкнул я. – Я его ещё до первого посещения участка оставил в камере хранения на вокзале.

– Центральном?

– Не совсем, – я улыбнулся ещё раз.

– А на каком?

– На Ленинградском…

– Шутишь?

– Нет. Я сделал вид, что свалил из города, причём удостоверился, что за мной следили. Приехал в Москву, затерялся от слежки, положил телефон в камеру хранения, типа убежал, и поехал на КняжеЛитовский вокзал, откуда сел в поезд и сбежал из него, когда состав тронулся. Вернулся сюда всего за полчаса быстрого бега.

– И всё это, чтоб избавиться от телефона?

– Не только. Впрочем, это бесполезно, ведь после такой попытки сделать вид, что я свалил, ты отправила меня светиться в школу. Мои, уверен, уже знают, что я опять в городе.

– Я связывалась с твоей классной, – прервала меня Татьяна. – В школе тебя сегодня не было.

– Танюш, – мне эту святую наивность аж пожалеть захотелось, – ты действительно считаешь, что от отметок в журнале там что-то зависит? У Гримм есть свои люди и вне клана, возьми почти каждого с гетерохромией. Да, не все из них работают на мой клан, но из десяти два-три точно будут засланцами. Я пересекался сегодня как минимум с шестью людьми с разными глазами. Каковы шансы?

– Поняла, хорошо! – Таня недовольно ударила ладонью по столу. – Какой ты нудный!

– Я просто осторожный. И тебя мне тоже придётся опекать, потому что в случае чего ты – ходячий труп.

– Я прекрасно знаю, на что подписалась, – нахмурилась моя собеседница и тут же улыбнулась. – Но спасибо за заботу.

– Пожалуйста, – пожал в ответ плечами. – Могу я наконец осмотреть своё укрытие? Мне его ещё осветлить надо.

– В смысле святой водой? – бровки Тани поползли вверх, а голова склонилась на бок.

– Нет. У меня аллергия на святую воду, – улыбнулся я. – Надо света туда побольше. У Гримм способность позволяет видеть всё, что есть в темноте. Правда ей никто не пользуется, но я бы не надеялся на это.

– Прямо всё? – какой хитрый прищур.

– Прямо да, – мне не нравилось, куда это идёт. Но направление, заданное логичностью этого диалога, даже не виляло и двигалось согласно заданной траектории.

– Какого цвета на мне трусики? – теперь Таня ещё и улыбалась с хитрецой. Что-то не сходится: я думал, что меньше всего отличий между Исходным миром и Искажённым именно в Тане, но…

– Бирюзовые полупрозрачные, – без промедления ответил. Я понял в чём проблема. В Исходном Таня, не смотря на свою сногсшибательную внешность, никак не могла найти себе парня, как, полагаю и здесь. Вот только там у неё появился приёмный сын-раздолбай, собственно я, и недотрах девушки отошёл на задний план, оставив своеобразную заботу обо мне, а здесь такого беспризорного меня не было, поэтому колом и стоит проблема с отсутствием мужика. Тьфу! Не хочу и дальше мусолить эту тему. Не хватало ещё обнаружить версию своей приёмной мат… хер с ним!.. старшей сестры у себя в койке.

– Прикуплю пару лишних прожекторов, – кивнула Таня, кивнув на мой ответ. – Тех что на складе может не хватить.

Впрочем, идея со светом оказалась нерабочей. Это я понял, когда битых полтора часа настраивал прожектора, чтобы и малейшей тени в камере не было, а после посмотрел на свою работу своим тёмным зрением. Да, внутри комнаты не было видно от слова совсем, беда в том, что она маяком горела на фоне всей темноты Тёмного мира. Ещё несколько точек так осветить что ли? Пришлось убрать свет. Пока носился с метрами проводки взгляд то и дело падал на тюремную кушетку, на которой валялась Книга проклятых. Быть может…

– Ну что, пора раскрыть твои тайны! – чёрный фолиант таки попал в мои руки и раскрылся, являя на свет бесконечное количество страниц с бессвязным бредом, скрывающим самые тёмные секретики не менее тёмного рода людей.

***

– Ты вообще из камеры выползаешь? – от штудирования древних знаний меня отвлёк голос Татьяны, оперевшейся на прутья камеры, невольно приковывая взгляд не только мой, но и многих соседей из камер рядом к бюсту, который не были в силах сдержать ни служебный китель с майорскими погонами, ни те же прутья решётки, в кои сия титаническая масса упёрлась. – У нас тут датчики движения то ли сломались, то ли не могут зафиксировать твои передвижения.

– Может второе? – пожал я плечами, и вновь посмотрел на строки фолианта. Нихрена не понятно…

– Я бы тоже так решила, только вот, Сашенька, ты уже третий день не вылазишь из клетки, – зачем-то повторила моё движение плечами Таня, отчего её грудь покачнулась, вызвав жалостный скулёж бедного металла прутьев и нескольких ребят в камерах рядом.

… Но, очень, сука, интересно!

– Какой день? – я ошарашенно подскочил к преграде и Татьяне на ней. – Ты гонишь!

– Сегодня пятница, пятое сентября, – улыбнулась девушка. – А мне на телефон вот уже три часа названивает какая-то идиотка и требует тебя. Причём не к телефону, а к шлюхам. Видимо, очень хорошая подруга…

– Видимо да, – я отвернулся к стене камеры с маленьким бронированным окошком. Отвернулся и выругался. Вся стена была заклеена листами бумаги, на которых красовались мои каракули, некоторые листы были связаны нитями, в итоге образуя что-то похожее на деформированную пентаграмму вперемешку с перевернутым крестом.

– Кого ты пытался вызвать? – Таня за моей спиной изо всех сил пыталась не смеяться. – Уж не ту ли девочку, из-за которой я выбросила телефон в окно?

– Здравый смысл, – вздохнул я. – И, видимо, это было напрасно.

– В любом случае, пора выползать отсюда, – Татьяна вдруг стала куда серьёзней, даже руки под грудью скрестила, отчего я получил оторвавшейся пуговицей в глаз. – Пора приниматься за твою часть договора.

– Ту самую, – я открыл дверь камеры, на что сбоку кто-то начал возмущаться и кричать: «А что, так можно было что ли?», и подошёл к Тане, уловив от неё мимолётный порыв ткнуть меня лицом в то место, откуда недавно улетела пуговичка, – которую ты решила не обсуждать, а я просто согласился?

– Именно, – кивнула девушка и направилась к выходу из камер.

– Надеюсь, – я двинулся за Таней следом, отметив, что она виляет задом куда более провокационно, чем обычно, – это что-то связанное с работой в полиции, – потому что ручаюсь, я не удивлюсь, если Таня отведёт меня до ближайшего туалета, чтобы оприходовать. Нет, это не у меня спермотоксикоз головного мозга, это у Татьяны не просто горит зелёный свет, там настоящий королевский проезд с вопящей сиреной.

– Для других целей я тебя не планировала пользовать, – ага, так я ей и поверил. Качающиеся полушария под обтягивающей юбкой и кружевные чёрные чулки с подвязками как бы намекают, что у Татьяны исключительно платонические планы. И ведь она прекрасно видит, что я прекрасно вижу, и ей от этого только кайфовее. – У нас сегодня пополнение на три лица.

– Кто такие? – я таки смог поднять взгляд на удаляющийся затылок. А, точно! Чуть не забыл. – Братище, – повернулся к какому-то доходяге в камере напротив моей. – Добей ту схему за меня, я скоро вернусь. Наверное.

Я этот кадр ещё по выходу с камеры заметил. Сидел и абсолютно пустым взглядом смотрел на стену с недопентаграммой в моей камере. Мужик в ответ лишь перевёл взгляд на меня и тут же уставился обратно. Наркоман что ли?

– Один дурак и малолетка, засматривается на свою начальницу, – Таня подняла руку и оттопырила указательный палец. Не средний, и на том спасибо. – И ещё две девушки. Вроде стажёрами были где-то в Москве, но ничего дельного про этих двоих не писали. Хотя, признаться, я их личные дела по диагонали читала. В любом случае, в отделе видно будет.

Поднявшись по лестнице и поплутав по двум с половиной коридорам наш с Таней дуэт остановился напротив двери в хорошо знакомую мне комнату ещё по прошлому миру. Допросная. Мини бункер участка, практически полностью звуконепроницаемая и обставленная в стиле минимализма, чтоб бедным преступникам ничего лишнего не мозолило глаза. Внутри я побывал как по своим писарским делам, так и во время последнего расследования, приведшего меня в этот мир. Остановились мы перед закрытой дверью из-за того, что внутри общались на очень повышенных тонах, да так, что звукоизоляция не справлялась.

– Мы точно хотим заходить? – с надеждой спросил я. – Может дождёмся, пока там останется только кто-то один и добьём?

– Давай не ёрничай, – Таня рывком открыла дверь и также рывком впихнула меня внутрь, зайдя следом.

Две девушки сначала посмотрели на меня и ничего не поняли, а потом посмотрели на Татьяну и как всё поняли. Обе подскочили со стульев и встали по струнке, приложив ладошки к козырькам, я же так делать не стал. Нечего руки тянуть к пустой голове, да и не сотрудник я, поэтому просто кивнул девушкам и сказал: – «Вольно, бойцы!» – отправился к отдалённому стульчику.

– Не выпендривайся, – улыбнулась Таня и посмотрела на растерявшихся девчонок: – Вольно, садитесь.

Девочки сели обратно, однако одна, что-то сообразив, подскочила с места и, снова приложив ладошку к козырьку, двинулась строевым к Тане. Вторая совсем потерялась от действий первой девчонки и не могла сообразить, стоять ей или остаться сидеть, ворочая головой от меня до Тани, ища подсказки к действиям. На очередной вопросительный взгляд я лишь руками развёл: я не шарю, подруга.

– Товарищ майор, старший сержант Калита… – начала докладывать девушка, но в который раз растерялась, посмотрев на нахмурившуюся Таню.

– Сядь, старший сержант Калита, – рыкнула Таня, отчего девочка улетучилась на своё место.

Скорость, с которой девушка оказалась на своём стуле чуть не создало вакуумную воронку в воздухе, по крайней мере вторую девушку вместе со стулом на добрых полметра протащило по полу. А это уже становится интересно…

Таня моего энтузиазма не разделяла и раздражённо швырнула две папки, непонятно как материализовавшиеся у неё в руках, на стол. Личное дело номер раз и личное дело номер два, причём на обложке первого кто-то нацарапал «Биба», а на втором «Боба». Имена на обложках не были написаны, но догадаться, чьи это документы, смог даже я.

– Сержант Шелия Елизавета Марковна, – Таня открыла «бибу» и подняла глаза на девушку, которой хватило ума не докладываться.

– Я! – вскочила с места и выкрикнула Лиза, да так, что я, сидящий дальше всех от девушки, чуть не оглох. Симпатичная худышка с русой причёской до плеч и немного загорелой кожей. Хоть фигурка была весьма недурной, но девочка своими костлявыми ручками и впалыми щёчками демонстрировала признаки анорексии. В целом на исхудавшем лице всё было прекрасно, наверняка не без помощи макияжа, но на мой взгляд девочка вполне тянула на оценку «симпатишно». Лиза приняла строевую стойку и боялась отвести свои зелёные глаза от чёрных с серебристым отливом глаз Татьяны.

– Головка от… – Таня мазнула взглядом по мне, – неважно. Что с формой одежды?

Лиза стояла ко мне спиной и из формы одежды я мог сфокусировать взгляд только на ягодицах в обтягивающих брюках, по бокам из которых ещё и резинка чёрных трусиков торчала. С трудом подняв взгляд чуть выше, отметил, что длина рубашки не просто не даёт её заправить, она попросту заканчивается на середине спины, являя с моей стороны изящную спинку, а со стороны Тани плоский животик.

Лиза не могла выдавить и слово, а её подруга тихонько хихикала в ладошку. Ничего, скоро вместе посмеёмся.

– И как ты собираешься идти в патруль в таком виде? – Таня обошла окаменевшую девушку и не без удовольствия шлёпнула ту по заднице. Ля, а не перегибает ли товарищ майор с играми в начальника?

– Товарищ майор, – я позвал Таню, отвлекая ту от пока что зрительного раздевания подчинённых, – может перейдём непосредственно к сути?

Мне очень хотелось сесть за комп и забыться в документации. Девушки же мои слова восприняли как-то не так – Лиза чуть в обморок не шлёпнулась, а её подружка моментально побледнела. Да в фразе даже эротического подтекста не было! Вроде…

– Не указывай мне, Гримм, – для вида прошипела Таня и отошла от Лизки, которой, судя по виду, скоро понадобятся гроб и батюшка. – Так, по твоему делу, сержант Шелия, можно сказать, что ты прекрасная залётчица. Но есть и заслуги перед старым местом стажировки, что обнадёживает. В патрули ходила?

– Т-так точно, – стоило видеть, сколько сил потребовалось девушке, чтоб ответить. Её буквально душил страх.

– Садись. Теперь… – Таня открыла дело с пометкой «Боба», – старший сержант Калита София Константиновна.

– Я! – выкрик этой особы не был таким громким, но по крайней мере в её голосе чувствовалась уверенность.

– Блять! А с твоим внешним видом что?! – Таня со злобой бросила папку на стол, отчего бедный предмет мебели издал пронзительный визг. Реакция Сони – шедевр. Дело в том, что в отличие от своей худенькой подружки, София могла похвастаться выдающимися формами и спортивным телосложением, по крайней мере рельеф на плечах был виден чётко. Одежды на девушке тоже было побольше, хотя смысла было мало, потому как под рубашкой отчётливо проглядывалось отсутствие лифчика, что лишь подтверждала щель на груди. У девушки в районе верхних девяносто были расстёгнуты все пуговицы, что выглядело весьма стимулирующе из-за застёгнутых двух первых пуговичек, отчего рубашка была буквально натянута на немаленькие достоинства Сонечки. – Ты на панель пришла или в полицию?

– Так точно! – на чуть румяном лице девушки, обрамлённом светлыми локонами ни дрогнул ни мускул, а фиолетовые глаза смотрели точно на Таню… или сквозь её.

– Соси сочно! – Таня упала на стул и начала массировать виски, глядя в личное дело Сони. – Кому из вас пришла в голову гениальная идея украсть табельное?

– Так точно! – повторила София. Мда, походу кто-то решил отключиться от текущей сессии.

– После кражи несчастный пистолет был продан за игрушечный автомат, который в свою очередь был использован как бита. Ой, сейчас… как тут написано? А, вот. Игрушкой была предпринята попытка выбить боковое окно служебного автомобиля для незаконного завладевания… кто это писал? Завладевания, блять! Так… для завладевания сумочки с документами, находящейся внутри автомобиля. И как? – Таня посмотрела на Лизу. – Добрались до сумочки?

– Автомат сломался, – прошептала девушка, опустив взгляд.

– А что мешало взять ключи от машины? Или хотя бы нормальный автомат, который хранится в той же оружейной, где вы стырили пистолет.

– Пистолет было легче незаметно пронести.

– А кто был дежурным? Мимо кого вы проносили оружие?

– Соня в наряде была, поэтому и решили именно это использовать. Ещё и в участке не было никого, кроме нас.

– Так точно! – подтвердила Соня.

Я мысленно матерился и ржал, Лиза пыталась понять, что от неё хочет Таня, Соня была где-то в космосе, а сама Таня материлась вслух, понимая, кого перевели в её участок.

– Саша, – Татьяна перестала браниться и посмотрела на меня, – эти двое на тебе. Будешь сопровождать их в патруле, чтоб они ненароком не убились.

– Так точно! – выкрикнула Соня.

– Да завали ты наконец еб…

***

Давненько меня не было в весёлом квартале не менее весёлой семейки Кубус. Что же я, достаточно порядочный парень, забыл в местном крупнейшем в Российской Империи борделе? Я сегодня мальчик по вызову. Сакура вынесла мозг Татьяне, Татьяна вынесла мозг мне, я же иду вершить добро и творить правосудие с серым веществом Сакуры. Всё циклично. И две девчонки за компанию, видимо, чтоб на приглашения чудесно провести время с девочками отвечать, что я со своими.

Соня и Лиза своим внешним видом почти сливались с местными девчонками, правда всё же одежды на стажёрках было побольше. Не знаю в чём прикол (вру, прекрасно знаю), но все местные не носят штаны… или юбки, или хоть что-то, что может прикрыть ноги, некоторые вдобавок не носят и верхнюю часть одежды, а пара десятков встречных девиц не носили ничего вообще. И знаете, кто больше всех залипал на приятные подпрыгивающие в движении полусферы от самых маленьких до космических? Соня залипала, прямо пускала слюну, и одну девушку уже успела укусить за сосок. Покусала бы ещё, да я вовремя оттащил охочую до женских прелестей девушку от потерпевшей с шестым размером груди, из которой тонкой струйкой било молоко, с рожками и маленьким треугольником белой ткани, прикрывающей срам. Зачем? Она и так голая стоит посреди улицы, ещё и рядом с местом под названием глорихол, где ещё до входа внутрь можно присунуть чьей-то жопе, торчащей из отверстия в стене. Наверное, чтоб коровке не было холодно.

Миновав кафешку, в которой суетились голые официантки, я направился в сторону главной улицы квартала, откуда можно было по прямой выйти к замку Кубус. Интересно, в этих кафе хоть раз заказали что-нибудь съедобное? Но, естественно, пройти просто по дворику очередного рассадника фетишей для любых страждущих мы не могли. Лиза захотела сделать перерыв, Соня предложила вернуться к коровке, я предложил обеим сходить по известному адресу и, увидев блеск в глазах девчонок, воспринявших мой посыл буквально, хлопнул себя по лицу. Ещё и со спины какая-то бодибилдерша в тряпочках выползла со словами: «Я тоже хочу!».

С горем пополам мы добрались до главной улицы, по обе стороны которой раскинулись… нет, не бордели для самых искушённых, а стандартные магазинчики с одеждой, мебелью, косметикой и прочей всячиной. Да, рекламировали их девушки в неглиже, да и товары на витринах в основном выглядели как фалосы, но всё было куда культурнее, даже почти платонически. Видимо верхушка Кубус понимает, что проституция наказуема даже для них, и решила, что вот на главной улице секса не будет. В их понимании власть имущие даже не догадываются, что квартал состоит чуть больше чем из одной улицы.

– И что здесь забыли дети доблестной полиции? – стоило нам выйти из перехода на тротуар, как из местного кинотеатра, на афишах которого были исключительно порнофильмы (в чём я никого не виню, потому как местный кинематограф сосёт), выскочила девушка-лиса с длинными чёрными ушками с кисточками. Серые глаза лукаво смотрели на меня, выделив представителя компании, а стройное тело со всеми нужными выпуклостями, которое не могло спрятать чёрное коктейльное платье с вырезами всюду, извивалось в каком-то танце, чему вторили чёрные хвосты.

– К Сакуре идём, – без лишних уловок ответил я, узнав в кицунэ сестру рыжули, которой я обязательно должен отыметь мозг. – Точнее иду, эти здесь патрулируют.

– Так точно! – подтвердила Соня, приложив ладошку к козырьку.

– Соси сочно! – рыкнул я, отчего обе стажёрки отпрыгнули на пару метров. – Задолбала!

– С отсосом могу помочь, – улыбнулась чернявая лисица, потянувшись к шнуркам на платье.

– Лучше к сестре отведи, – вздохнул я.

– Я тебя не знаю, – лисица сделала вид, что ужасно опечалена, дернув таки за шнурок, отчего платье чуть сползло по безупречному телу, повиснув на честном слове, а точнее на двух бугорках в районе груди. Сзади Соня опять стала пускать слюни. – И дел у сестры с Гримм вроде не было.

– Уже есть, – пожал плечами и попробовал обойти лисицу. Хер там! Лиса показала чудеса прыти и буквально закинула меня обратно в переход, да так искусно, что её платье осталось у меня в руках, а девушка уже возилась с моим ремнём. Мастерство не пропьёшь, а именно перегаром от девушки и тянуло вперемешку с запахом какого-то цветка с нотками мяты.

– Это кошачья мята, – угадав мои мысли пояснила лисица, расстегнув наконец ширинку. – Ну что, будем знакомиться? – девушка ухватилась за мой стояк и заглянула мне в глаза.

– Александр, – представился я, обрабатывая ситуацию. – Александр Гримм, – Выходов была масса, а у меня, к удивлению, даже был выбор плана, а не его отсутсвие.

– Сумире, – лисица осторожно коснулась моего прибора губками. – Сумире Кубус.

Ого, спустя смерть я узнал, как её зовут. Можно только помолиться, чтоб в исходном её звали также.

– Отлично, вот и познакомились, – попытался улыбнуться я. – Или тебе для полноценного знакомства нужен тест вкуса спермы?

– Нужен, – переиграла и уничтожила мою шутку лисица, а её губы сомкнулись на единственном кровосодержащем на данный момент отростке моего тела. Твою же, и даже прерывать не хочется, мне уже дух перехватило.

Вот только я сегодня не на увеселительной прогулке, а по делу. Парой фокусов я таки овладел за время чтения, а сейчас у меня появилась возможность их попробовать. Всего мгновение, и я стою рядом со стажёрками, а Сумире отсасывает тёмному силуэту, свято уверенная, что это всё ещё я. Иллюзии. Как оказалось, это основа моей силы. Если правильно всё делать, то даже я буду верить в свои фокусы, а если подкрепить их менталистикой, в коей я всё ещё понимал чуть больше чем ничего, то и самый скептически настроенный оппонент не заподозрит фальши.

– Идём скорее, пока эта еб… ненормальная не просекла, что её надули, – я схватил Соню и Лизу за ручки и повёл дальше по улице.

– Может лучше мы за ней присмотрм? – выдала первую разумную мысль за сегодня Лизка.

– Валяй, – всего секунда понадобилась мне на размышления. Да, оставлять этих двоих тут себе дороже, но в замке им будет куда опаснее находиться, да и толку меньше. Хоть эти две дуры и вырядились как на панель, но они всё ещё выглядят как полицейские, отчего окружающие в большинстве своём старались не отсвечивать. – Только не убейтесь ни обо что.

До замка я добрался куда быстрее. Хорошо, что балласта нет, и я могу двигаться с удобной скоростью. Уже переходя по подвесному мосту решил таки глянуть на канал под ногами. Внизу резвились те, кому была необходима водная среда, типа девушек-русалок, девушек-слизней (одна из них, заметив меня, живо помахала тентаклей и двинулась в сторону лестницы на уровень улицы) и прочие представители фэнтезийной водной среды. С клиентами тут было не так богато, как в остальном квартале, но смельчаки были и тут.

Дойдя до огромных ворот с несколькими дверями разной высоты друг в дружке, я решил накинуть на себя иллюзию. Просто глаза другого цвета, лицо поярче и волосы потемнее, ещё немного сгорбился и сделал вид, что меня уже задолбала жизнь. Это не я параноик, это чутьё подсказало. И, как оказалось, не просто так.

Я вжал до упора дверной звонок, и спустя долю секунды дверь распахнулась, едва не встретившись с препятствием в виде меня, и чья-то тонюсенькая белоснежная ручка втянула меня в замок.

– Хозяйка никого не принимает! – тихо прокричала мне в лицо девушка в школьной форме, заставив меня выматериться. Я уже видел эту девушку. Белоснежные волосы, один глаз красный, другой голубой, симпатично-непримечательное лицо и дьявольская сила. Как её зовут, я не знаю, но я запомнил её, бухающую в библиотеке Гримм в компании девушки-тигрицы и девушки-барашка. Хозяйка? У Гримм? Куда же докатился самый ужасающий клан современности…

– Не думаю, что она меня вызывала чтобы не принять, – ответил я опешившей от чего-то девушке.

– Мне она ничего не говорила, – моя сколько-то-там-юродная сестричка задумалась, обрабатывая сказанное мной. – Слушай, а мы с тобой не знакомы? Где-то я тебя видела.

– Не думаю, я бы запомнил, – пожал плечами я. – Если не хочешь отвести меня к Сакуре, то…

– Я Чарли, – девушка сделала ловкий реверанс. – Чарли Кубус-Гримм. Я отведу вас…

– Дмитрий, – не моргнув ответил я. – Дмитрий Кроль. Веди.

Замок изнутри оказался практически безжизненным. За весь путь от главного холла до самой высокой башни, находящейся в самом дальнем участке строения, нам встретилась всего пара девушек в достаточно большом количестве одежды. Конечно, как и у девочек снаружи, трусики ни у кого не были прикрыты, но сверху были не лифчики, топы, или что-то ещё достаточно открытое, а рубашки, застёгнутые практически под горлышко. Совсем выбивает из колеи, если честно.

– Не удивляйся, – заметила мои мысленные метания Чарли, – в замок хозяйка допускает только самых надёжных… и свою сестру. Ей доверять не стоит.

– Да я видел её по пути сюда, – кивнул в ответ. – Затаскивала в переулок какого-то счастливчика.

– Очень на неё похоже. В её преданности клану сомневаться не приходится, но Сумире достаточно рассеянная девушка, и может по неосторожности выдать лишнее.

– Понимаю. Но почему у руля Сакура? Где вся остальная верхушка?

– Были убиты.

Были убиты. У меня почему-то кровь носом пошла. Что происходит? Почему главы крупнейших кланов гибнут один за другим? Точнее, почему они не способны дать отпор нападавшим? Ладно мать Сакуры, её в бою я не видел, но Кристина, мать близняшек, дама весьма боевая. Такую даже я, если бы задался целью, с большим трудом убил, и то не точно. Кровь пошла сильнее.

– Ты в порядке? – Чарли остановилась и протянула платок. Спасибо блин, вот платок точно то, что нужно.

– Всё нормально, просто давление шалит, – я помахал рукой, отказываясь от помощи девушки. И правда, мне такое даже не доставляет и толику дискомфорта.

– И где только хозяйка берёт таких? – спросила Чарли в пустоту и двинулась дальше. Обиделась.

***

– И кого ты мне привела? – Сакура спрашивала это спокойно, но по глазам вижу, что моей провожатой жопа.

– Того, кого ты в край задолбала своими звонками, – не дал я оправдаться Чарли и подошёл вплотную к лисице. – Я, понимаешь ли, читаю три дня подряд, не вылажу из убежища, а потом приходит хозяйка хаты и требует, чтобы я вынес тебе мозг. Даже обрез предлагала, но мне без надобности.

– Ты кто? – Сакура похлопала ресничками, переводя взгляд с растерянной Чарли на меня.

– Пусть она выйдет, – я кивнул на провожатую, – и мы обсудим этот вопрос. И ещё хренову тучу вопросов.

– Она никуда не пойдёт, – Сакура сделала взгляд тяжёлым. Не от страха, просто ей надо, чтобы девушка присутствовала.

– Ладно, но расхлёбывать последствия будешь сама, – пожал я плечами и развеял иллюзию, выпрямившись. Спина болит сутулым притворяться.

– Саша, блядь! Не пугай меня так! – вразрез с воплями Сакура притянула меня к себе и поцеловала. Сказать, что я в шоке – ничего не сказать.

– К-какого чёрта?! – со спины стала возмущаться Чарли. Уверен, пойми она, что это я, хер бы я до Сакуры добрался. – Саша? Что ты тут забыл? Тебя же ищут?

– Знаю, – я отлепил лисицу от себя. – Но она мне мешала прятаться.

– Спрятался ты, конечно, гениально, – улыбнулась Сакура. – В соседней камере до вчерашнего дня ютилась моя девочка. Вот она мне и рассказала, где тебя искать, а то на телефон ты не отвечаешь.

– Я его выкинул, – пожал плечами уже который раз.

– А оставить способ связи для друзей ты не додумался?

– В нашу последнюю встречу ты хотела меня убить.

– Хотела бы – убила. К тому же ты спустя пять минут после моего ухода переспал с близняшками. Это оскорбительно!

– Не бухти, так случайно получилось.

– Нихрена себе у тебя случайно получается! Страшно представить, что будет, если ты что-то спланируешь!

– Давай без вот этого всего. Ни тебе, ни близняшкам я не должен, да и девочки были не против. Давай лучше поведай мне, из-за чего Таня на меня взъелась и отправила к тебе?

– Вот, смотри, – Сакура протянула мне планшет и запустила какой-то клип. Музыка попсовая, на сцене под это дёргаются в эпилептическом припадке несколько девушек одетые весьма откровенно. А, это они так танцуют.

– Говно музыка, – прокомментировал я. Для полноты картины бы пузырь жвачки надуть. Иллюзия мне в помощь. – Да и всё остальное ни о чём.

– Смори дальше. С таким репертуаром эти «звёздочки» ни за что бы не пробились, – Сакура постучала пальцем по экрану, перематывая сам концерт.

Ох ля. После концерта девушки под куда более заводную музыку спустились со сцены на фан-зону, попутно сбрасывая с себя одежду. Я подумал, будут кидать в зал, но нет. Вместо вполне обычного забрасывания в толпу вещей на память, девушки принялись стягивать штаны с ближайших к ним молодых людей. Естественно, дальше началось нормальное такое порно в худших его проявлениях. Это я к тому, что даже с экрана было понятно, что кайфа девушки не получают, лишь имитируя стоны. Ещё же и виагры какой выпили перед этим делом. Что удивляло больше всего, никто из фанатов даже не пытался пристроиться к девушкам со «свободных» отверстий. Все вокруг тупо дёргали на находящееся доступное тело в мере от себя.

– Что за куколд-шоу? – я поднял взгляд на Сакуру. – Ты позвала меня сюда, чтобы порно показать? Хоть бы в кино позвала, для атмосферности.

– Саш, это не порно, – нахмурилась лисица.

– Это выступление ныне популярного гёрлс-бэнда «Девушки со звёзд», – подала голос подошедшая поближе Чарли. – Выступают под эгидой нашего клана.

– Название оригинальное до идиотизма, – покачал я головой. – И что с ними?

– Ни я, ни мама никогда не спонсировали такое, – ответила Сакура. – Они пользуются моей фамилией для прикрытия, а все претензии от власть имущих получаю я. И никакие доводы, что это не наш проект, не прокатывают. Мне недавно журналист пытался доказать, что я сама подписалась под этим всем.

– То есть они нагло тобой пользуются, – подытожил я. – А ты, имея огромный ресурс и целую девушку Гримм в придачу, не можешь просто разобраться с ними?

– У меня связаны руки, – лисица совсем поникла. – Со дня на день рухнет организация моего квартала, а отвлекаться на такие проблемы из вне я просто не могу. Я бы и не обращала внимание на это, но мои позиции в государстве резко ниже позиции мамы, отчего меня не воспринимают всерьёз. Эти лжерекламщики были незначительной проблемой, но она со временем стала серьёзнее.

– Насколько? – я поднял взгляд. Вроде элементарная история, я даже подводные камни не чувствую.

– Настолько, что в квартал приехал телохранитель Императора, – ответила за Сакуру Чарли, – наш с тобой прадед, и заявил, что если это не прекратится, то Император расформирует клан Кубус.

А вот теперь говном завоняло.

– И сколько у нас времени? – улыбнулся я. Чую кровь. Почему я так улыбаюсь?

– Месяц, – ответила Чарли.

– Был две недели назад, – припечатала Сакура.

– Есть план? – я окинул взглядом девушек. Про оплату спрашивать не стоит, надо бы сказать спасибо, что тут нет тех представителей Гримм, которые заинтересованы в моей поимке.

– Я лично приеду к ним на студию, или где там эти «Девушки со звёзд» обитают, и скажу, что прикрываю их лавочку, – озвучила гениальнейший план в истории человечества Сакура. – Вы вдвоём стоите рядом и пугаете всех своим видом. Если будет что-то не по плану, буду импровизировать.

– Сакура, завалиться на студию к этим ребятам и сказать, что ты не давала добро на свою фамилию в их рекламе всё равно, что вешать баннер Министерства внутренних дел на порно сайты – только тупой поведётся на такое, – отметил я маленькую неточность в плане лисицы и вздохнул. – Ясно. Плана у нас нет, но есть рисунок плана…

Глава 8

– Ваш план говно! Я в нём не участвую! – с диким визгом Сакура выскочила из комнаты, сбив кого-то за дверью.

– Брезгует, – Чарли флегматично смотрела вслед лисице.

Понимаю девушек, мы уже битых часов четыре разрабатываем план-капкан на замену броску на амбразуру, и, так как нас было только трое, ни один из планов не был утверждён. Зато мыслительные процессы девушек помогли мне чуть больше их понять. Чарли, на моё удивление, часто предлагала метод силовой, с разбитыми лицами и отыметыми до состояния отбивной всеми. Парней Чарли вызвалась взять на себя и Сакуру, на что лисица категорически отказалась, а мне должен был достаться весь женский состав. Речь к слову не только о выступающих девушках, но и обо всём начальстве и обслужке. План забраковали я и Сакура.

Сакура хотела приехать официально от имени клана, и сколько вариантов она не предлагала, всё сводилось к «я захожу и говорю, что так нельзя, а вы бьёте лица всех несогласных». Чарли поддерживала Сакуру из-за того, что будет мордобой, и того, что Сакура – хозяйка девушки. Я разносил все такие планы. Никогда, блин, такого не было, и вот опять.

Мой план был… Девушкам он не понравился. Я понимаю почему, но всё равно то, что предлагал я было в разы лучше мордобоя с изнасилованиями и объявления войны с, собственно, войной. Я предложил действительно оформить покровительство, предложив такую сумму, что «Девушки со звёзд» просто не смогут отказаться, а после разнести их на уровне инвестора. Если кто-то подумал, что дело в деньгах, то поспешу огорчить – клан Кубус в основном зарабатывает проституцией в том или ином виде, поэтому денег в клане столько, что сам Император удавится от зависти.

План не понравился Сакуре, потому как такой подход перечеркнёт все её слова о том, что клан к гёрлс-бэнду не имеет и малейшего отношения. Учитывая, что такая сделка пройдёт через Имперскую канцелярию стопудово, и там нет-нет, да и поднимутся вопросы, я прихожу к выводу, что лисица не совсем понимает в бюрократических процессах. Собственно, Сакура сбежала, а без неё я могу придумать хоть всех Кубус отыметь, а херли толку.

***

Огромная дверь со скрипом закрылась за мной, и я вдохнул свежего воздуха. Мда, а пахнет как… Водорослями с канала, сексом оттуда же, машинным смрадом и кирпичной сыростью.

– А вот и ты, – с улыбкой ко мне подскочила незнакомая девушка, состоящая из прозрачной и сладковатой на запах слизи, и буквально обтекла мне руку. – Спрятался от меня?

– Занят был, – без какого-либо труда пожал плечами.

– А сейчас? – лукаво подмигнула девушка.

– И сейчас занят, – вздохнул я и оказался метрах в трёх от слизня, ныне обнимавшей пустоту.

– Злюка ты! – выкрикнула девушка и прямо с навесного моста утекла в канал.

Отлично, найти ещё Соню и Лизу и можно валить отсюда. Как я понял, наш чудо-отряд будет ходить в щенячий патруль исключительно сюда. Не самое лучшее место для трёх альтернативно-одарённых, но имеем что имеем.

Девушки обнаружились в ближайшем кафе: Лиза уплетала местные пончики, а Соня мяла грудь одной из официанток, видимо, в надежде найти там молоко. Глядя на местных работяг у меня язык не поворачивался ругать старшего сержанта. Все официантки были одеты исключительно в передники и трусики, причём последнее вызывало скепсис. Впрочем, мало кому понравится употреблять пищу, когда рядом бегают хоть и чертовски красивые, но всё же жопки.

– Дамы, – я распахнул дверь (отвечаю, в голове на мгновение заиграла «Somebody once told me…»), – пора завершать наш крестовый поход!

Не без обидок во взгляде девочки повскакивали с мест, оставив стопку купюр на столе. Соня на прощание помахала официантке, видимо, намереваясь сюда вернуться, а сама официантка потрясла грудью, намекая, что ждёт полицейскую.

– Очень сладкие пончики, – вздохнула Лиза.

– И девочки огонь! – воодушевлённо крикнула Соня, после чего обе девушки посмотрели на меня.

– И планы просто охуенные, – не без улыбки отчитался я, опустив часть про швейцарские часы. Девочки не поняли. Им же лучше.

Шли мы по главной улице некоторое время, девчонки о чём-то щебетали, я, глядя на них, грустил, уж очень они напоминали моих девушек, а какая-то падла с тотемом ворона палила меня. Вроде и прячется, а всё равно вижу его. Твари! Нашли таки!

Хотя я и не скрывался особо. Уж здесь меня бы точно искали, учитывая, что Сакура аж ночевала у меня дома. Абсурд ситуации даже улыбаться заставлял. Лисица же попала в мою комнату абсолютно случайно.

Но в топку эти размышления! Что делать, если за более-менее сведущим в иллюзиях эспером пытаются следить? Да что угодно вообще! Как показала практика, мои иллюзии достаточно реальны, чтобы обманывать других одарённых, а значит, я могу навязать любые условия боя, хватило бы тупости у преследователей.

Корвус наблюдал, как две полицейские и его сын идут по улице, а потом они просто испарились. И это не иллюзия какая-то – пустая улица была реальнее некуда. А я стоял прямо за его спиной, наблюдая за озадаченностью. И когда же он поймёт? К слову, отец был тут не один. На крыше справа валялась Гинис, обмотанная в бинты и остатки своей рясы (купите наконец девочке нормальную одежду!), а ещё поодаль на чёрных нитях стояла тоненькая девушка в теневой форме паука. А что, прикольно.

– Глаза подводят? – я хлопнул Корвуса по плечу и крыша, на которой мы стояли, взорвалась черепицей. Два мощных теневых тела переплелись в каком-то незримом танце, уходя из места засады всё дальше и дальше.

– Ты! – в чёрных глазах со светящимися красным и синим зрачками Ворона бушевали бирюзовые переливы на пару с первобытной яростью. Надо будет уточнить, почему моя иллюзия вызывает столько агрессии. – Ты… помнишь? – а теперь бирюза почти исчезла, отчего искажённое лицо отца, напоминающее морду вороны, исказилось гримасой боли.

– Конечно, ведь моя любимая матушка не успела провести мне сеанс лоботомии, – огрызнулся я, приняв форму гуманоидной лисы.

– Это… это шанс! – эмоции Корвуса сменялись быстрее ударов сердца, а вспышки бирюзы в глазах могли запросто вызвать эпилептический припадок. Ворон схватил меня и начал говорить скороговорку, дёргаясь в такт светомузыке в своих глазах. – Это Ковен. Они боятся тебя. Найди способ это остановить. Не давай никакой информации. Всё, что ты знаешь, всё что знаю я, всё что знает каждый – всё используют против.

– … – Я не нашёл что ответить. Слишком много информации. – Спасибо, папаш…

Договорить не успел. Рядом с грохотом упала Гинис в форме гуманоидной птицы и паучиха.

– Дерись! – удар пришёлся в солнечное сплетение, откинув меня на добрые два десятка метров в какое-то здание. Пробивать головой стены неприятно, это я знал давно, в этом я утвердился сейчас. И трахаться, когда в тебя с обломками кирпича прилетает какая-то теневая хрень, тоже не доставляет удовольствие. Девушка и какой-то старик подо мной и Корвусом тоже будут это знать. Образовательное шоу однако!

Да уж, сила иллюзий поистине имбалансная. Для понимания: меня уже давно нет на территории красного квартала. Где я? Валяюсь в своей камере, анализирую входящую с иллюзии информацию. То, что сказал папа... странно. Я думал, что мама способна полностью брать под контроль даже таких как Гримм, но уже во второй раз вижу расхождения. Корвус находится под контролем, знает об этом и сопротивляется. Или Анита специально держит его в таком состоянии? Вопросы без ответов. Гинис тоже постоянно своевольничает, хоть и подчиняется моей матери. Но с этой девушкой всё куда непонятнее. Единственная безвольная марионетка – девочка-паук. Я чувствую, что ей управляют напрямую. Считай, семейная встреча.

Может у мамы сил не хватает держать всех под каблуком? Ответ получу только освоив свою ментальную способность. Черт, как же это заезженно звучит, но мне нужно стать сильнее. Причём не тьмой, она уже даёт мне силы делать иллюзии реальнее реальности, а именно ментальностью. Надо тренироваться.

После очередного удара от Гинис я просто отозвал иллюзию. Для троицы это выглядело, как я прыгнул в тень и исчез. Спорю, что паучиха способна ловить Гримм во тьме. Ну, удачи ей с этим. Меня в камере они теперь никогда не обнаружат, и всё благодаря фишке моего тотема.

Но где мне тренироваться? Точнее даже не где, а как? Роза из Исходного рассказывала про свой печальный опыт манипуляции людьми, а ведь она просто внушала эмоции. Тогда всё закончилось трагично, и Розу осудили на ссылку. Со мной всё хреновее. Ментальность даёт возможность взаимодействовать с разумом, и если я случайно проведу лоботомию... будет неприятно. Причём мне, а человеку без мозгов уже будет фиолетово.

***

Двое суток меня не трогали. Сокамерники приходили и уходили, Сакура, видимо, боялась меня звать, я же могу ещё пол квартала разнести и предложить ещё парочку классных планов, а Таня перестала отправлять меня на патрулирование из-за инцидента с Гриммами, когда они втроём разнесли несколько домов в красном квартале. Моя хранительница решила издеваться надо мной иначе. Короткие юбочки, кружевные чулочки, расстëгнутые пуговички, из-за которых были видны чашечки лифчика, постоянное нависание на прутья решётки. Я ощущаю сильное давление. Таня буквально вопила: "Я хочу трахаться!", а я начал всерьёз задумываться над походом в красный квартал не по делам. Не могу я. Я допускаю, что могу напихать под хвост Касуми, допускаю связь с Линкс или ещё с кем-нибудь из моей родни, но совокупление с Таней, которая в Исходнем заменила мне мать (сестру, за мать можно и по шапке получить), я не могу. Да и с сестрой и тётей не выгорит. Не потому что они не захотят, а потому что я отказываюсь повиноваться окружающему идиотизму и разврату во имя неизвестно чего.

Правда, на мои внутренние метания у Танечки были свои философские взгляды. Пока я пытался вытащить из книги проклятых информацию, арестантов в камерах становилось всё меньше, пока к ночи второго дня после драки в красном квартале я не обнаружил, что остался в обезьяннике один. То есть нет, один я тут не был. Компанию мне составляли сиськи Тани, незнамо как материализовавшиеся вместе со своей владелицей в моей камере. Лифчика под рубашкой не было, на что намекали и выпирающие бугорки в районе груди девушки, и мокрая рубашка, демонстрирующая бордовые кружочки. Почему рубашка Тани вдруг стала мокрой?

– Знаешь, у меня маленькая проблема, – томно произнесла девушка, болтая на пальце бирюзовые трусики. – Кажется, у меня началась лактация.

– И что же натолкнуло тебя на эту мысль, – я честно старался не смотреть на ту единственную пуговицу, которая ещё держала прелести Тани за исключительно символическим барьером.

– Моя грудь постоянно течёт, – Татьяна наигранно вздохнула, улыбаясь краешками губ. Она прекрасно видела, что её представление привлекает моё внимание. – У меня вообще всё течёт.

– Чердак в первую очередь, – бежать мне было некуда. Нет, я мог упасть в тени. Мог, но не буду. Таня не одарённая, и использовать способность, чтобы сбежать от обычного человека мне гордость не позволит.

– С ним как раз таки всё прекрасно, – Таня медленно делала шаг за шагом ко мне. Не то, чтобы ей нужно было много идти, камера то два на три метра. Девушка просто наслаждалась всем действом. – Разве что у тебя проблемы с головой.

– Сегодня день нелогичных выводов? – я делал шаги назад, из-за чего упёрся в стену. – В моём здравомыслии я не сомневаюсь. Псих есть псих.

– У тебя перед носом я, готовая на всё, – ещё шаг Тани, и теперь расстояние между нами меньше полуметра, – а ты всё нос воротишь. В чëм твоя проблема?

– Тань... – мля, я знаю куда это идёт. К сексу очевидно, но я про другое. Сейчас начнётся.

– Мне казалось, ты видишь меня не такой грозной, как все остальные, – да, Таня реально обиделась. Точнее по своему плану, чтоб я уже из соображений совести не смог отказать ей. – Мне просто очень нужно это.

– Тань, я прекрасно знаю о твоей нежной стороне, но... – не, подруга, так дело не пойдёт. Нет у меня совести, и манипулировать собой я не дам.

– Заткнись! – моё лицо буквально впечатало в грудь, и запах грудного молока ударил в нос, от чего все волосы на моём теле встали дыбом. Нет, мне точно надо в красный квартал.

***

Первой упала моя гордыня. С полу секундной задержкой на пол камеры упали обрывки юбки Тани. Несчастный предмет гардероба был просто-напросто сорван с ягодиц девушки. Последним штрихом в этом раунде стриптиза без музыки стала бедная пуговица, улетевшая куда-то в угол камеры при особенно глубоком томном вздохе Тани. Теперь прелести девушки не скрывало ничего, а распахнутая рубашка и кружевные чулочки, закреплённые на поясок, лишь добавляли градусов до кучи, отчего моя реакция не заставила себя ждать.

Ладонь девушки упала на бугор в районе моего паха, второй рукой девушка обхватила меня и притянула к себе. Теперь мои вещи полетели на пол, причём скорость их срывания росла по мере того, как клыки Тани впивались в моё тело, как интенсивнее из её груди фонтаном било молоко, как её рука проводила по моему стояку от основания до конца и обратно. Остановилась девушка лишь когда на мне остались трусы.

– Ты попросишь это сам, – прорычала мне на ухо Таня, после чего вновь впилась в мою шею.

Я же молчал, положив руки на зад девушки, иногда задевая её нижние губки. Там всё было ещё мокрее чем сверху, хотя казалось бы... Надо прекращать это... Сука, срочно!

"Оставь её мне!", – пронеслась мысль в моей голове. Ну вот, чердак совсем потёк, голоса вот слышу. Опять...

***

Теперь я понимаю Сашу и восхищаюсь его терпением. Всё это время он был здесь, смотрел на мои действия и не мешал, но прямо сейчас даже его терпение кончилось при взгляде на то, как я ломаюсь. Саша отстранил меня от управления телом, схватил Таню за затылок и грубо опустил ту на колени. Мне выйти погулять, друже?

"Не стоит," – с улыбкой ответил мне Александр.

Впрочем, я бы всё равно не смог.

Делай что хочешь, тело твоё и жизнь твоя.

"Позже обсудим," – Саша надавил на затылок Тани сильнее, и у неё просто нахрен крышу снесло.

Попросишь сам, да? Трусы просто испарились, с такой скоростью девушка их сорвала и сразу же по самые яйца заглотила стоящий колом член. Саша решил на этом не останавливаться, и принялся двигать бёдрами, постоянно упираясь головкой члена в горло Тане. На неё было жалко смотреть: весь старательно нанесённый макияж размывался от слез, а в глазах кроме желания была ещё одна эмоция. Если охарактеризовать её одним словом, то это будет "Помогите".

Первой не выдержала Таня. Спустя минут пять она жалобно заскулила и стала дёргаться всём телом, оставив под собой лужицу, которая, к слову, пахла восхитительно-сексуально. Саша не был зверем, поэтому-таки освободил ротик девушки, поднял её и поставил на ноги. Рубашка Тани уже вся была насквозь мокрая от грудного молока, что лишь сильнее подталкивало Сашу к следующим действиям. Он прислонил девушку к прутьям камеры и схватил ту за ножку, резко подняв её. На мгновение мне показалось, что Таня останется без конечности, но её растяжка оказалась на уровне, поэтому импровизированный шпагат девушка приняла без проблем. Ну или почти без проблем. Когда Саша поднял её ножку и подпёр её плечом, Таня кончила снова.

Но мой альтер-эго не останавливался. Саша легонько провёл головкой вдоль нижних губок девушки, вызвав у неё вздох. Таня попыталась насладиться на столь желанный член, который был так близко, но Александр держал её крепко, подразнивая киску девушки. Таня извивалась как могла, стонала, даже пыталась ударить нас, но получалось у неё от слова никак. Наконец, достаточно помучав девушку, Саша упёрся головкой в неё и слегка надавил. Член вошёл буквально на пару миллиметров и замер, после чего Александр, посмотрев на уже еле находящуюся в сознании от возбуждения девушку, наклонился к её ушку, поправил прядь пепельных волос и прошептал:

– Скажи, чего ты хочешь? – хоть это и был вопрос, но ответ на него был не нужен ни мне, ни Саше. Просто очередной способ довести Таню до ручки. Месть бывает сладка.

Таня молчала, её взгляд судорожно бегал по камере, а дыхание было столь громким, что в соседнем доме жильцы решили не отставать от нас и начали исправлять демографическое положение страны. Таня их не слышала, но я, ровно как и Саша, слышал прекрасно.

– Д... дай мне его! – девушка наконец озвучила своё желание, покраснев до кончиков ушей. Напомню, разница в наших возрастах почти одиннадцать лет не в мою пользу.

– И всё? – Саша дунул на кончик ушка Тани и принялся покусывать его. – Только этого хочешь? Можешь попросить о чём угодно.

– ... – Таня не нашла что ответить, и Саша сделал очередное движение бёдрами. То единственное, чего так хотела девушка. Она выгнулась, насколько позволяло положение, но Саша не давал ей расслабиться, прижал к прутьям камеры и принялся двигаться.

Таня начала истекать почти сразу и почти ото всюду. Слезы, слюна, молоко и смазка били чуть ли не фонтанами, а Саша всё не останавливался, доводя счастливую жертву до состояния экстаза. Вскоре, Таня не смогла сопротивляться и упала на прутья, прекратив попытки сопротивляться, что стало сигналом Саше. Парень обхватил девушку под грудью, попутно ущипнув за сосок, и оттащил на койку, продолжая двигаться. Так, я знаю, что он хочет сделать, вопрос только в том, переживёт ли это Таня.

Саша сёл на койку, прижал девушку к себе, обхватив истекающую грудь, после чего принялся поднимать и опускать почти бессознательное тело. Впрочем, этого парню было мало, и сначала одна, а следом и другая ножка Тани взлетела вверх. Девушка застонала ещё больше, а когда Саша протолкнул член до самой шейки матки, слабо закричала. Теперь головка при любом раскладе билась в шейку, отчего Таня каждый раз выгибалась дугой и выплёскивала всё больше смазки.

– Как думаешь, на шум может кто-нибудь зайти? – Саша всё шептал какой-то бред девушке на ушко, но эти слова стали поистине волшебными. Таню скрутило судорогой, и из киски выстрелил фонтан в сторону несчастных прутьев, после чего девушка осела, пытаясь отключиться.

Саша ей такой возможности не дал. Он вытянул член из Тани на секунду, чтобы усадить ту на койку, после чего вошёл опять и принялся отбивать внутри девушки самбу по всей видимости.

"Тебе удобно в полуприсяди трахаться?" – полюбопытствовал я, ощущая дискомфорт в районе икр и колен.

"Не сахарный!" – оскалился Саша.

– П-по-пожалуйста, дай мне передохнуть, – Таня широко распахнула глаза от очередного движения вглубь.

– Миледи, – возразил ей Александр, – Ты кончила уже четыре раза, а я ни одного.

Я мысленно злорадствовал. И охреневал. Сказать, чего было больше, сложно. По крайней мере с такой позиции открывался прекрасный вид на Таню. Я мог до мельчайших подробностей рассмотреть каждую родинку на её теле, каждую красную линию на груди от прутьев решётки, каждую белую каплю, сочащуюся из сосков девушки.

– Саша! – Таня протестовала изо всех сил, которых ей катастрофически не хватало для борьбы с Гриммом. – Я... Я! – она снова кончила. С ней кончил и Саша, причём его не волновало, что его семя заливается прямо внутрь Тани, что могло привести к нежелательным последствиям. Да, нас точно ждёт разговор.

***

Таня отключилась прямо на койке. Саша вернул мне управление телом, оставив разгребать весь этот бардак. Сука, чувствую себя оленем. Вроде и я трахался, а в итоге и не я вовсе. Сперва я снял с Тани её насквозь мокрую рубашку, после чего накрыл одеялом, стараясь не пялиться на истекающие белой жидкостью сосочки девушки и на её киску, из которой тонкой струйкой стекало семя. Раз уж пошёл во всё тяжкие, может взять второй раунд? С такой растяжкой, как у Тани, сделать эту ночь незабываемой будет проще простого.

"Говорить будем?" – я обратился к своей второй личности.

"Я устал," – помахал руками Саша и исчез где-то в моём разуме.

Ну и хер с тобой! На Таню упало шерстяное одеяло, отчего девушка чуть ли не замурчала. Почесать её что ли за ушком? Если проснётся, второй раунд обеспечен.

Где-то за решёткой зазвонил телефон. У Тани как обычно на звонке местный закос на рок, правда не дотягивает до привычного мне. Местные бы охренели от какого-нибудь AC/DC, про Металлику или Сабатон, или даже Рамштайн я боюсь думать. Местная музыка настолько кал, что я, человек, для которого порванный наушник является трагедией, сравнимой с армагеддоном, не слушаю вообще ничего. Телефон всё надрывался, а Таня демонстрировала лютый похуизм. Ну и хорошо, что эта дура не собирается вставать. Почему-то я уверен, что следующие несколько дней превратятся в сплошную неловкость, или в ежедневный секс с начальницей участка. От Тани зависит.

– Да мать твою! – взвыл я, когда некто весьма целеустремлённый позвонил в третий раз. Пришлось выползать из клетки и топать до телефона, оказавшегося в Танином кителе, который хозяйка заботливо повесила на спинку стула перед входом в камеры.

– У тебя есть ровно минута, чтобы написать завещание! – рыкнул я, ответив на звонок. Да, там мог быть и какой-нибудь полковник, генерал, да хоть сам Император, но мне было откровенно всё равно.

– Наконец-то! – раздражённо ответила девушка на той стороне. Вроде Алиса, хотя может быть и Алеся. – Саш, надо помочь Сакуре.

– Она от моей помощи отказывается, – хмыкнул я. – Видимо, придётся ей самой трахаться с теми идолами.

– Не так ей надо помочь, – вздохнула девушка в трубку. – В квартал завалились Гриммы, вся надежда на тебя.

– Они ещё два дня назад туда завалились, – зевнул я. – До сих пор ищут?

– Не совсем, – интонация голоса сменилась, а на фоне послышалась возня. – Тут две фигуристые девочки ищут своего парня и брата. Очень агрессивно ищут.

– Ладно, посмотрю, – я сбросил звонок.

Вообще, мне нельзя туда идти. Если Квин я ещё понимаю... Нет, совершенно не понимаю. Ей же приказали со мной быть, зачем она сама пошла меня искать? А Кас? Ладно, надо решать проблемы по мере их поступления.

Была, правда небольшая проблема. Таня отправила на лоскуты мой последний целый комплект одежды. Почему в Исходном я никогда не испытывал трудности с этим? За неделю угробить три комплекта – это надо уметь. Или быть мной. Не голым же мне идти в красный квартал. Хотя...

***

Таня меня убьёт. Хотя, учитывая, что полицейская форма на мне сидит идеально, меня хотели затащить на официальную службу. Интересно, секс с начальницей является кнутом или пряником? С Таней возможны варианты.

Мимо опустевшей площади пришлось красться аки мышь, причём именно ей я себя и чувствовал из-за нескольких десятков кошек, которые лишь по случайности и удачному стечению обстоятельств меня не заметили. Близняшки тусили вместе с Сакурой в двухэтажном симпатичном домике, построенном с закосом на мансарды. К ним тоже тихонько подкрался для оценки обстановки.

Во-первых, девочки не ждали атак со спины вообще. Алеся осторожно выглядывала из окна на площадь, где ходила-ползала Квин в своей форме змеи, а рядом сидела на капоте машины Касуми. Алиса делала вид, что ничего не случилось и наминала груди местной обитательнице. Дежавю, мать его. Сакура раздражённо смотрела в окно не таясь и грызла ногти, что-то бормоча.

– Я кого-нибудь сегодня убью, – прорычала лисица.

– Успокойся, Сак, – мурлыкала Алиса, оттягивая твёрдые соски своей жертвы. – Считай, что это посетители.

– С такими посетителями мне лучше действительно просто расформировать клан! – всплеснула ладошками Сакура. – Стрелять их мало!

– И бесполезно, – добавил я. – Хотя, они слепые и в упор меня не увидели.

Что удивило, девушки на моё появление никак не отреагировали, только бедная девочка в руках Алисы томно посмотрела на меня и начала стягивать трусики из-под платья.

– Было бы хорошо, чтоб они тебя искали не здесь, – вздохнула Сакура. – У меня и так проблем по горло.

– Боюсь, что их у тебя куда больше, – возразил я. – Ведь меня тут ищут не просто так, а потому что кто-то сдал, что я был здесь.

– Кстати, а правда, что там твоя девушка? – вдруг подала голос Алеся, а девушка в руках Алисы сорвала с себя платье, раздвинула ножки и киску, показывая, где мне очень рады.

– Не знаю, – вздохнул я. – А что?

– Просто кое-кто ловит кайф от осознания, что не просто потрахалась с парнем, а наставила рога чьей-то девушке, – объяснила Алиса и не церемонясь загнала в лоно голой девушки всю кисть, на что последняя чуть не описалась. Алеся в ответ покраснела.

– Она была моим надсмотрщиком, – ответил я. – И трахалась со мной, видимо, считая, что так я точно не сбегу.

– А вторая? – Алеся внимательно на меня смотрела.

– Моя сестра.

– Это понятно, – сказала Алиса, ухватившись за что-то внутри девушки. – Но вы с ней...

– Нет, – покачал головой я. – По крайней мере я на это надеюсь. Слишком много воспоминаний потеряно.

– И ты скажешь им, чтоб они ушли? – Сакура посмотрела на меня как-то слишком жалобно.

– А смысл? Вас не послушали, так послушают меня?

– Но надо же что-то делать?

– Надо... – я посмотрел в окно. Вот только что? Понятно, что иллюзию, но вот какую?

– Саш, надо срочно заполнить это! – из раздумий меня вытянула Алиса. Я посмотрел на неё, посмотрел на то, что было у неё в руках. Бедная девушка в руках сумасшедшей блондинки тяжело дышала, а из её раскрытой киски на меня смотрела шейка матки, которую кто-то чуть ли не вытащил из девушки.

– Ты как это сдела?! – я слегонца охренел от такого. Я всякого в порно и хентаях видел, но в не думал, что такое реально в жизни. – Это вообще с жизнью совместимо?

– Не парься об этом, – покачала головой Сакура. – У большинства моих девочек можно так сделать, – я посмотрел на лисицу, и та пожала плечами: – Работа с клиентами. Если эту чрезмерно заправить, то её формы резко начнут расти.

– А третий глаз не вырастет? – вашу Машу, на улице две маньячки буянят, а этим лишь бы меня на потрахаться развести.

– Саш, не вежливо заставлять девочку ждать, – Алиса провела пальчиками по клитору и резко вогнала их прямо в шейку. Девушка таки описалась. – Видишь, она готова.

– Да ты и без меня справляешься, – парировал я.

Если честно, я ещё чувствовал какую-то гнильцу в душе из-за Тани, словно я потерял нечто очень важное. Абсурд какой-то! Какого хрена меня хотят отыметь вообще все в этом мире? Ну, или чтоб я их отымел… Место и время вообще идеально подобраны! И ладно Таня, она именно что нашла нужный момент и сделала так, чтобы всё произошло, хоть и план пошёл по известному месту почти сразу же. А это что?

«Хорош ныть» – подал голос Саша. – «Может тебе такое не нормально…»

Ага, а тебе, видимо, норм!

«Нет, я тоже в ахуе. Познакомишь нас? Я бы на этой блондинке женился»

Во-первых, мы и так знакомы, а во-вторых, давай сократим количество действующих лиц на два. Иллюзия создана, осталось только начать представление.

***

– Кас, ты уверена? – Квин даже под личиной змеи показывала своё раздражение, и каждая змеиная голова на её теле были напряжены.

– Такая наводка у родителей, – Касуми в ответ пожала плечами, краем глаза наблюдая, как несколько женственных мальчиков ловят каждое движения её кошачьего хвоста, задирающего юбку до неприличного высоко.

– Но его нет, – прошипела Гадюка.

– Ты так волнуешься, словно от Саши зависит твоя жизнь, – хохотнула Кас. Только она знала, насколько это было близко к реальности.

– Ты не поймёшь. Ты уж сколько Сашу в койку пыталась затащить?

– Уже и не посчитать. И каждый раз всё срывалось! – в сердцах Кошка ударила по капоту машины, на которой лежала, отчего металл со стоном вмялся.

– Вот-вот, и это при том, что он мой парень.

– Скажешь тоже! – фыркнула Касуми. – У него в голове такой кишмиш, он во что угодно поверит. Напомни, как он к тебе относился до смерти отца Урсулы?

– Кхх… – Квин зашипела. Сразу видно, что Кошка попала в яблочко.

– И долго вы собираетесь мешать работе моих людей? – к девочкам подошла Сакура, у которой от злобы на лице не осталось и тени суккубьей красоты.

– Во-первых, пока ты не выдашь нам того, кого прячешь, – прошипела Квин, высовывая тонкий змеиный язык.

– А во-вторых, я не помню, чтоб Гримм не могли находиться здесь, – перебила Гадюку Касуми. – Мы же тоже посетители.

– И не поспоришь, – пробормотала Сакура. – В таком случае, я могу дать вам то, чего вы так хотите.

– Долго же ты соображала, – кивнула Касуми и вскочила с машины. – Куда идти?

– Здесь недалеко, – Сакура развернулась на каблуках и махнула рукой, призывая девушек идти с ней.

О да! Вам очень понравится! Это я, если что, злорадствую.

Глава 9

– Можешь помочь кое с чем? – это я вместо «Привет, я был не прав» выбил дверь в комнату одной весьма занятной особы. – С меня должок!

– Ты… – девушка посмотрела на меня, зачем-то расчёсывая волосы, состоящие из тонюсеньких щупалец, – Можно было просто открыть дверь. Сейчас же рабочий день, и я работаю как раз для тех, кому невмоготу.

– Мне О-О-О-ОЧЕНЬ надо, – закивал я. – Прям совершенно невмоготу.

– И чего ты хочешь? – девушка-слизень томно посмотрела на меня, уже стягивая маечку со своего полупрозрачного тела. – Скажи мне, что тебя возбуждает. Какой образ мне принять?

– Меня любимого конечно! И подружек позови, а то тебя одной не хватит...

***

Её взгляд надо было видеть. Да вообще все сегодня по ахуям метались от меня. Сакура, когда почему-то на площадь вышла её точная копия, хоть я и скопировал не её, а Розу, версию лисицы из Исходного. Сэм, та девушка-слизень, испытывала лёгкий когнитивный диссонанс от моих сексуальных желаний, другие девочки, способные к мимикрии, коих оказалось с полсотни штук только на одну улочку красного квартала. Даже Квин и Касуми были с меня в ахуе… С нас… С них… Да, меня там не было, несмотря на все протесты Саши, коих, к слову, не было. Он тоже далеко не в восторге был от наших родственников.

И пока Квин и Касуми в сопровождении моей иллюзии и армии кошек топали до места, где я якобы обитаю, я со скоростью пули летал по всему кварталу, организовывая развлекательную программу под названием «умри или заебись» для моих дорогих сестричек. Самое весёлое, что никто из присутствующих понятия не имел, что я задумал. «Твои знания – их оружие,» – так вроде сказал Корвус. Приходится изгаляться.

– Какой прибор у вас самый крупногабаритный?

– А вам для кого, товарищ… кто вы по званию? – девушка за прилавком ошалело посмотрела на меня. Полагаю, в магазин с фалоимитаторами редко захаживают мальчики в полицейской форме.

– Сестре подарить хочу, – я постарался максимально невинно похлопать глазками, отчего девушка за прилавком дёрнулась.

– Если она не одарённая, то вон там до двадцати сантиметров любой выбирайте, – кивнула моя собеседница.

– Одарённая она, – я кинул взгляд через плечо на стойку с разноцветными продолговатыми игрушками. – И о-о-о-очень выносливая. И ей надо по самую глотку прям очень срочно засадить что-нибудь такое, от чего она ещё неделю ноги свести не сможет.

– Вон та полка, – девушка перегнулась через стойку и указала мне за спину, попутно заглянув в глаза.

«Дим…» – Саша подал голос.

Как закончим, обязательно вернёмся, будь уверен. На кукольном личике девушки, обрамлённом рыжими волосами, струящимися до плеч, располагались огромные глаза цвета неба, а миниатюрное тело было облачено в безразмерную толстовку, через ворот которой открывался чудесный вид на маленькие розовые сосочки на практически плоской груди, плоский животик и рыжий пушок на лобке. Маленькая нудистка изучала меня чуть больше секунды, после чего томно прикусила пухлые губки и уселась обратно за прилавок, уткнувшись в телефон.

Два полуметровых фаллоса я выбрал достаточно быстро, один извивающийся, для моей несостоявшейся девушки, и один ребристый для сестрички, после чего, бросив взгляд через плечо на продавца, заприметил ещё один. Но это на потом, а сейчас надо торопиться.

Пикнув карточкой и дождавшись, когда покупки будут упакованы, я пулей выскочил из магазинчика. Что нам ещё надо? Верёвка и, в идеале, что-нибудь для повышения чувствительности, в наличии которого в красном квартале я не сомневался. Успеть бы найти…

***

– Он обитает здесь? – Квин с недоверием посмотрела на домик, отстроенный в азиатском стиле, отличающийся от стандартных жилых своими габаритами.

– Окраина, – Сакура загнула палец, – легко сбежать в случае чего, и никто не догадается, что в театре может кто-то проживать.

– Ну да, – Касуми кивнула, положив кулачок под подбородок. – Вполне в стиле братика.

Кошка осторожно прощупала внутреннее помещение чутьём, которое подтвердило, что внутри есть только одно существо со способностями тени. И не было похоже, что тот, кто сидит внутри, знает о своих гостях.

– Кассандра, – Касуми обратилась к одной из кошек, недоверчиво сверлящей Сакуру жёлтыми глазами, – рассредоточьтесь вокруг. Наблюдайте за округой.

Кошки моментально разбежались по округе, а троица вошла в здание театра. Внутри было достаточно светло, чтобы поисковые способности Гримм не могли отследить кого-то внутри при обширном поиске, но при этом свет не мешал пользоваться способностями внутри. Очень продуманно. Наверное, так думала Касуми… или Квин… Я так точно не думал, но было необходимо создать такие декорации, чтобы никто из девочек не решил, что что-то здесь не так. Я бы так и подумал – очень складно всё получается. Но девушки всё шли, сначала по коридору мимо пустой билетной кассы, потом по залу со зрительскими местами, после поднялись на сцену и подошли к занавесу.

– Квин… – Касуми чуть напряглась. Наверное, до неё только сейчас дошло, что где-то тут пахнет не самыми чистыми вещами. Впрочем, поздно. Из-под занавеса моментально появились мужские руки и щупальца и, схватив девушек, утащили тех во тьму закулисья. Иллюзия Сакуры тут же развеялась, а я, стоя перед самим зданием театра, ловил на себе офигевшие взгляды настоящей лисицы.

– Что? – я решил-таки ответить на взгляды Сакуры. – Ты просила разобраться, я разобрался. В чём проблема?

– В этом! – лисица махнула хвостом в сторону театра. – Ты считаешь, что это нормально?

– Нормально? Нет! Это точно не нормально! – я вздохнул. – Но это закономерно. Одна методично стирала мне память на протяжении двух лет, а вторая знала обо всём и помогала меня пленить. Это возмездие!

– Это месть, – холодно отрезала Сакура. – И это не справедливо.

– Месть никогда не бывает справедливой, – процитировал я чью-то фразу.

Мы ещё часа полтора всматривались в здание театра, слышимость которого, к слову, была прекрасной. Я столько охов и стонов ни в одном другом месте красного квартала не слышал. На мгновение даже захотелось побыть там и поучаствовать. Сакура же вообще меняла эмоции одну за другой – о злости к любопытству, заинтересованности, зависти, досады, обиды, гневу, смирению, злости. И это повторялось по кругу, причём взгляд лисицы всё чаще останавливался на мне. Кажется, у Сэм появилась постоянная клиентка. Пару раз даже какие-то слова доносились от лисицы, но, стоило мне перевести взгляд от дверей театра на Сакуру, как та тут же отворачивалась. Бабы блин.

На исходе третьего получаса к нам присоединились близняшки. Обе красные, Алиса немного потрёпанная и очень довольная, а Алеся просо пунцовая и дымящаяся. Внатуре дым идёт.

– Мы развлеклись! – отчиталась Сакуре блондинка. – А вы?

– Развлекуха в самом разгаре, – проворчала лисица.

– Саш, – вдруг, совершенно неожиданно, Алеся оказалась прямо за моей спиной, – помнишь, о чём ты просил нас?

«Нет?» – спросил Саша.

– Помню, – кивнул я. – Нашли что?

– Даже больше чем что! – Алиса не дала сестре и рта открыть. – Мы знаем, где находится объект твоих желаний, и даже можем помочь тебе с ним повидаться.

«Они про Крейга?» – Саша ничего не понял.

– Он не червей кормит? – немного удивился я. Хотя, чего я удивляюсь? Сам же прекрасно понимал, что его точно не грохнули.

– Не здесь, – Алеся приложила пальчик к губам сестры.

– И не сейчас, – вздохнула Сакура. – Пока что сосредоточьтесь на том, чтобы мой клан не развалился. Это же в общих интересах?

– Не оставим мы тебя, – улыбнулась Алиса.

– Угу, не оставим, – кивнул я. – Вот только кое-кто должен хотя бы попытаться сделать так, чтобы в каждой подворотне не обсуждали, как скинуть тебя с поста главы. Я пока бегал туда-сюда только об этом и слышал.

Сакура нахмурилась, распушила хвост и надулась, её ушки с кисточками упали на голову.

– Мы поможем, конечно же, – я положил ладонь на макушку лисицы и принялся её гладить. Роза от этого кайфовала, Сакура… вроде перестала дуться.

– Да, рыжик, мы поможем! – Алиса обняла лисицу, а Алеся аккуратно схватилась пальчиками за рукав маечки Сакуры. Поддержка, херли.

– Да вы все конченые! – с грохотом дверь в театр слетела с петель, чуть не убив какого-то зеваку. – Мы же просили по-человечески!

– А мы вам по-человечески объясняли, – лисица стряхнула наше звёздное трио и направилась в сторону Касуми, еле стоящей на ногах, – что нет у нас вашего Саши! И если это не ваш фетиш, то я понятия не имею, что вы тут забыли! Сначала ваши разгромили мне полквартала, теперь вы на нервы действуете. Нет его тут! НЕТ!

Я почти похлопал актёрской игре Сакуры, Станиславский орал «Верю!», а Касуми опасливо отстранилась от лисицы и стала отступать. Её взгляд зацепился за меня, и кошка с шипением отскочила ко входу в театр, из которого выползала Квин. У гадюки вообщё была странная палитра эмоций – она изо всех сил пыталась показать, что недовольна, но была капец какой довольной. Обработала их Сэм с девочками что надо.

– Нам больше не надо! – испуганно пропищала Касуми, глядя на меня. – Мы уже уходим!

– Стойте, – я привлёк внимание уже и Квин и поднял в руках два пакета моей собственной сборки. – Это вам на память сувениры. Наши фирменные, – я обворожительно улыбнулся, отчего и Касуми и Квин поёжились и отступили ещё ближе к дверному проёму. Я вас, мать вашу, научу меня преследовать и донимать совершенно непричастных людей.

***

– Как всё прошло? – девушка за прилавком легла на, собственно, прилавок и рассматривала меня.

– Знаете, – я улыбнулся, вызвав у продавщицы лёгкий румянец, – они были очень благодарны мне. А я очень благодарен вам.

– Да не стоит! – девушка зачем-то засмущалась и слезла с прилавка. – Это моя работа просто такая – продавать людям радость.

– Прекрасная работа, – кивнул я и повернулся к тому самому прибору, который приметил ранее. – Я бы хотел прикупить ещё и вот этот…

– Неужели уже сломали? – девушка удивилась и пошла в сторону витрины за указанным мною дилдо.

– Нет, это в благодарность кое-кому особенному, – я честно пытался не улыбаться, но у меня аж лицо судорогой свело. Не лечила этот недуг и Сэм, вошедшая в магазин и с милой улыбкой рассматривающая витрину.

– Приветики, Сэм, – кивнула ей продавщица, снимая с витрины прибор. – Мы сейчас закрываемся, так что давай быстрее.

– Здравствуй, Дашенька, – кивнула ей Сэм. – Не сможешь сегодня задержаться немного?

Впрочем, ответ слизь и не ждала. Сэм молниеносно обтекла своим телом несчастную Дашу, «слив» через себя толстовку девушки, и упёрлась своей грудью в витрину, выпятив свою и Дашину попку ко мне. Девушка внутри слизи что-то пыталась сказать про то, что через витрину всё будет видно, но сопротивлялась она исключительно для приличия. Кушать подано, как говорится.

***

Гаденькое чувство, когда имеешь двух девушек сразу, уперев тех в витрину магазина, чтоб девчонкам снаружи тоже было чем заняться, и встречаешься взглядами с кем-то знакомым и задетым вышеописанными фактами. Ещё гаже на душе становится, если это твоя девушка, пусть эта Алеся таковой и не являлась. Совсем хреново будет, если девушка целенаправленно искала меня, но, оценив ситуацию, надулась и куда-то убежала. Саша кайфовал от соития сразу с двумя девушками, я же пожалел, что не умею делать не иллюзорных клонов.

– Сэм, мне надо бежать, – наклонился к ушку девушки и прошептал я. Та кивнула, и выпустила из себя Дашу. В какой-то момент обессиленная досочка решила, что всё закончилось, но взмывшие прозрачные тентакли быстро объяснили девушке, что вот сейчас и начнётся веселье. Ещё и свежекупленный прибор пошёл в дело. Меня променяли на полуметровый хер. Мдааа…

Я выскочил из магазина и направился в сторону, куда побежала Алеся. Саша ворчал, но не мешал, а я искал в толпе очертания брюнетки. Ничего. Словно испарилась.

«Тогда вернёмся?» – с надеждой предложил Александр.

Нет. Надо найти. Возможно, именно то, что хотела сказать Алеся даст толчок к дальнейшим действиям, потому как сейчас я топтался на месте и понятия не имел, что делать дальше.

«Смотри, там…» – мой взгляд сфокусировался на золотой косе, владелица которой отдалялась от меня в обнимку с двумя девушками. Мне понадобилось около двух секунд, чтоб преодолеть толпу и оказаться рядом. Ничего не скажешь: Алиса выбрала себе девушек весьма колоритных. Обе загорелые, мускулистые и выше блондинки как минимум на две головы, ещё и одетые в нечто похожее на бикини… микробикини. Или даже нано, чего уж там. Сказать, что ниточки что-то скрывали – сильно преувеличить. Я их даже не сразу рассмотрел.

– Саш? Давай с нами, – улыбнулась блондинка.

– Прости дорогая, но я сегодня на неделю вперёд натрахался, – пожал плечами. – Не видела Алесю?

– То есть со мной нет, – на мгновение в глазах Алисы появился лёд, – а сестру мою хочешь? – она не то чтобы спрашивала, скорее констатировала и укоряла.

Ещё и этот пробирающий взгляд. Моя Алиса тоже так умела, но у неё слишком яркий характер, и она никогда не смотрела на меня так. Даже если мы ссорились, а ссорились мы часто, если так подумать.

– Типа того, – уклончиво ответил я. Не буду же я оправдываться. В конце концов, ничего ей я не должен, поэтому и обиды свои она может метать сколько влезет. Мне каждая как серпом по яйцам, но в целом всё равно.

– Странно, – ухмыльнулась Алиса. – А вот сестра моя на тебя сильно обижена, так что вряд ли тебе что с ней светит. А со мной пока всё возможно. Если попросишь.

Улыбка девушки стала ещё шире. Знаю я, какие просьбы она хочет. Уверен, стоит мне просто штаны спустить, и Алиса забудет про свою якобы доминантную позицию, да и девушки с ней тоже перестанут поигрывать мышцами.

Удивительно, но, несмотря на то, что квартал ориентирован в основном на мужскую аудиторию, реально сюда ходили либо храбрецы, либо отчаявшиеся, причём девушек было больше. А к таким грудам мышц и рельефа, дай Создатель, чтоб хоть один клиент в месяц приходил. Страшно за причиндалы, знаете ли.

– И куда Алеся пошла? – я проигнорировал очередное предложение и сделал вид, что собственные ногти мне куда интереснее этого трио.

– На парковку, – улыбка с лица Алисы исчезла. Будет пай-девочкой, подарю и ей дилдо. Я сегодня щедрый.

– Спасибо, – улыбнулся я.

Мгновение, потраченное на то, чтобы оказаться рядом с блондинкой и чмокнуть ту в щёку, и я на всех парах нёсся по крышам в сторону парковки. Благо, я знал, где обычно паркуются близняшки.

Алеся не успела дойти до лимузина, и заметил я её в нескольких дворах от парковки перед замком Сакуры. Осторожно спрыгнул с крыши в паре метров сзади, чуть не вызвав у девушки обморок. Пусть привыкает, сама же хочет со мной работать.

«Не работать она с тобой хочет», – поделился со мной Саша.

А то я не знаю. А ещё я знаю, что ментальными дарами пользоваться при построении таких отношений не стоит. В ответ мой аватар лишь пожал плечами. Ну да, мне виднее.

Полминуты мы стояли посреди дворика в свете красных фонарей в тишине. Алеся дулась и пыталась придумать, что сказать, я же не хотел начинать с оправданий или извинений. В конце концов, я ни в чём не виноват перед ней.

– Давай хоть провожу что ли, – предложил я, найдя нейтральный вариант.

Алеся кивнула и направилась в сторону выхода из дворика. Я поравнялся с ней и рассматривал местную архитектуру. Ничего нового. Черепица, красные фонари, реклама секса и украшают это всё голые и не очень девушки. Парней тут априори было меньше, но и они попадались, правда, иной раз и не понятно, кто передо мной стоит: девочка с выпирающим бугром в районе трусов, или всё-таки очень женственный паренёк.

Парни тут вообще были всего двух видов: либо женоподобные мальчики, либо рельефные шкафы с дрынами по метру. Утрирую конечно. По полтора. Выдаёт с головой и лисьими ушами, что предпочтения у старшей представительницы Кубус были весьма незаурядными. Хотела доминировать – брала хилых женственных мальчиков, хотела чего-то пожёстче – горы мышц два на два с огромными болтами были в её распоряжении. Уверен, что первые, что вторые считали огромной честью ложиться с матерью Сакуры в постель. Интересно, а часто Сакура слышит шутки про мамку?

Пока рассматривал местных, ловил на себе напряжённые взгляды Алеси. Девушка в общении всегда была профаном, а рядом со мной боялась лишний звук издать. Быстро, правда, это проходило, но в Исходном мне с Алисой не один день пришлось приучать ко мне любимому Алесю.

Здесь же я метался меж двух огней. У меня уже есть Алиса и Алеся, но они где-то там в Исходном, а я даже ни на грамм не приблизился к возвращению. При этом в метре от меня шла Алеся, влюблённая каким-то хером (на мой чур не показывать) в меня, доступная, только руку протяни. Я не хочу к ней привязываться, но в случае неудачи и у разбитого корыта сидеть не хочу. Да и мои чувства тоже не стоит сбрасывать со счетов. Алеся? Алеся, а то что не та, не колышет. Почему бы и не любить её?

И при всём этом я как мальчик не мог найти повод заговорить с брюнеткой. Она явно ждала, что я что-то скажу, но события в тематическом магазине не располагали к разговорам, начинающимся не с оправданий или извинений, а виноватым я себя почему-то всё же чувствовал, причём всё больше и больше.

Интересно. Алиса и Алеся несколько отличаются от своих версий в Исходном. Причины тому были, а именно смерть их матери и груз ответственности за клан. И кому понадобилось убивать Кристину? И ведь не только её. Лиля, Лена, ещё несколько охранников и водитель. Всех пустили в расход. Конечно, легче назвать, кому не выгодна смерть Кристины, но к ней и подобраться не так просто было. Женщина она была своенравной и всегда била на упреждение, какой бы проблема не была, от чего я искренне считал её сумасшедшей. И должен отметить, что не отказался бы от такой матери.

Но кто-то её убил. Смог застать врасплох в собственной машине, не оставив следов и даже смог уйти, не будучи смертельно раненым. Кто мог так сделать? На ум приходят только Гриммы, но те в своём познании пацифизма и похуизма настолько преисполнились, что им дел до кланов вокруг нет. Или сам Император, но ему смерть Кристины не выгодна. Старшая Тервос держала в узде всю округу, облегчая работу Императора в вероятно самом проблемном пункте. Кто тогда? Клан мамы? Возможно, но я вообще и близко не знаю, что у неё в клане творится такого, что она свалила проживать к Гриммам.

Но вопрос в том, будет ли кто охотится и за близняшками? Девочки сейчас очень уязвимы, а наложить лапы на клан Тервос не хочет только ленивый. Даже их отец не прочь сделать как в том художественном фильме, хоть и прикрывается опекой дочерей.

– Алесь, – мы прошли ещё один дворик и выходили к парковке. У меня от мыслей пух мозг. Слишком много. Я умел иногда разогнаться так, что потом мыслительные процессы могла остановить только смерть, но сегодня что-то бью все рекорды. – На вас никто не покушается сейчас?

– Меня преследует какой-то извращенец, – беззлобно пожала плечами Алеся и уставилась на меня.

А что мне ответить? Она хоть и согласилась на мою компанию, но в остальном не согласиться с её словами было сложно. В конце концов, девушек двух сразу сношал у прохожих на виду, поэтому и на извращенца обижаться смысла нет.

– Так значит, – Алеся внимательно изучала меня, – тебе нравится девушки... поменьше?

Кто бы говорил. У самой фигура хоть и отпад, но объëмами девушка явно не вышла и терялась на фоне своей сестры и подруги. Да и характер у неё тоже не располагает к нахождению на виду. Видимо, что-то на моëм лице такое отразилось, из-за чего девушка нахмурилась и отвела взгляд.

– Да не особо, – быстро ответил я, вновь сфокусировав внимание на себе. – Просто та девчонка правильно себя подала и обозначила своё желание, а я просто не смог отказаться.

Что за бред я несу. Не могу я при близняшках мыслить трезво.

– Правда что ли? – мой ответ совсем не устроил Алесю. И следом последует логичный вопрос: – А со мной и Алисой также было? Мы просто себя правильно подали?

Ты бросила мне в спину фаербол. Озвучивать я это не стал. Настроение Алеси было и так у отметки бешенства. И с чего бы?

Да знаю я прекрасно с чего! Я её как облупленную знаю. Да, характер у этой Алеси несколько отличается от моей девушки из Исходного, но я прекрасно вижу, что брюнетка сохнет по мне. По-настоящему. Но я не хочу давать ей надежд. Поэтому так мы молча и шли по улице к выезду из красного квартала.

На стоянке нас ждал армейский Хаммер в тёмных цветах. Алеся распахнула дверь и, схватив меня за воротник, закинула внутрь, после залезла следом.

– Куда? – водила и бровью не повёл на наше появление.

– На кольцо, после чего к базе, – отчеканила Алеся.

Водитель кивнул и поднял перегородку между нами, оставив меня наедине с брюнеткой.

– А Алиса не поедет? – конечно, глупо упоминать другую девушку в такой обстановке, но моя задача свести интим к минимуму, а то я к концу недели член сотру.

– Ночует у Сакуры, – буркнула Алеся. – Мы поссорились.

– Не самый лучший предлог разбежаться, – ответил я, глядя на задумчивую Алесю, рассматривающую что-то в окне. Её рука как бы невзначай лежала на среднем сидении, намекая, какое действие от меня хотят. – За мной охотятся, и не факт, что не охотятся за вами.

– Поэтому я тебя и взяла, – Алеся так и не повернулась. – Так безопаснее.

"Не только в этом причина", – прокомментировал Саша. Почему-то ему Алеся совсем не нравилась.

И без тебя понимаю.

– Свою бы безопасность обеспечить, – протянул я и отвернулся к другому окну. Рукой от греха подальше подпёр подбородок. Не хватало ещё лишних прикосновений.

Рядом шумно и злобно засопели. Мудак я? Естественно. А ещё псих и дурак. Но мои розовые сопли Алеся чувствовала и не могла понять, что она делает не так. Она видит, что нравится мне, а я прекрасно чувствую, что она видит. Но строить безумные планы у Алеси не получается. Ещё бы! Одно дело, когда я специально попадаюсь в её ловушки, чтобы сблизиться, а совсем другое, когда мы не играем в поддавки, и Алеся ничего не может придумать такого, чтоб меня влюбить. С другой стороны, я прекрасно понимаю, что ей и делать ничего не надо. Я уже. Поэтому и держу расстояние.

Мимо плыл город. Такой знакомый, и такой чужой, аж до ломоты в зубах. Не здесь моё место. Я должен быть в Исходном, а не вот это вот всё. Машины шарахилсь от нашего Хаммера, давая ехать спокойно и достаточно быстро. Уверен, были бы на машине мигалки (воткнутые, видимо, прямо рядом с пулемётом на крыше) дорога бы была пуста. Одна из машин при мне сиганула в кювет, стоила нам поравняться.

Алеся излучала ауру недовольства, вызывая у меня ураган мыслей и желаний. От классического обнять, до угона машины с последующим трахом на капоте. Как сложно быть гормональным подростком с суперсилой, когда рядом сидит дующаяся няшка-милашка. Вспомнилась песня Нойза. «Бог, одинокий ребёнок, брошенный всеми в пустом магазине игрушек…» Интересно, сколько ещё миров со мной и близняшками склёпано? Где-то мы, наверное, никогда и не встречались, а где-то мы счастливы все вместе. «Ещё сильнее я в тебя всё равно не влюблюсь…» Вот уж не знал, что буквально прочувствую на себе эту песню. Может стоить вспомнить пару аккордов на гитаре и сыграть близняшкам, когда вернусь? Они бы расплакались. В этих мирах с музыкой всё печально. А ещё вспомнить группу «Порнофильмы». «Знаешь, я так соскучился!» Твою мать, я так сам разревусь. От культурной ломки. Точно, именно от неё.

Машина съехала с кольца и направилась к подножию горы, в которой была построена гостевая резиденция Тервос. Здесь она отличалась от своей версии в Исходном. Там строение было лепниной из разных стилей, внутри которого без карты, кирки и провожатого было невозможно не заблудиться. Здесь же резиденция была обыкновенным готическим замком. Даже, скорее, крепостью. Построен так, чтобы было легко оборонять, даже пулемётные гнёзда имелись и ежи на подъездах.

Совсем недалеко отсюда была и моя квартира в Исходном. Интересно, моя берлога так и выглядит еле обжитым клоповником, или кто-то совершил подвиг и смог его отдраить?

– Саш, – Алеся таки решилась и прошептала моё имя, положив ладошку мне на щёку, – тебя же что-то тревожит. Ты какой-то слишком задумчивый.

Прогресс, мать его, на лицо. Всего пятнадцать минут езды, а она уже столько слов может в моём присутствии сказать. Оно эволюционирует! Мысленную оплеуху мне зарядил Саша. Да, было грубо, но не сделай я так, у меня бы появился повод отсюда не сваливать в мой мир.

– Просто навевает воспоминания, – улыбнулся Алесе, отчего та покраснела. – Жаль, что не совсем мои…

В голове всё играли песни «Порнофильмов», Саша ликовал хоть какой-то классной музыке, я же смотрел на громадину резиденции и всё больше погружался в меланхолию. И что мне делать? Я понятия не имею, что от меня хотят, было ли это на самом деле, за что я тут занимаю чужое тело, и смогу ли я вернуться в Исходный. Руки опускаются. Быть может именно сеанс лоботомии мог бы помочь? Просто зелёная вспышка, и все мои приключения вместе с Исходным стираются, остаётся только аквариум с гаремом из сестёр и постоянные сеансы мозгопила с матерью и сестрой.

– Наверное, воспоминания очень тяжёлые? – Алеся придвинулась ближе, положила голову мне на плечо, вжалась грудью в мою руку.

– Расскажу – не поверишь, – ответил я. Удочка заброшена, осталось только подсечь. Всё равно я не собирался повторять ошибку прошлого мира и скрывать, что я залётный.

– Расскажи, тогда и буду решать, верить или нет, – прошептала Алеся. Ей сейчас куда важнее было просто сидеть рядом со мной, чем слушать мои бредни.

– Сначала ты, – я сдался. Моя рука обхватила брюнетку и прижала ко мне.

Алеся ойкнула, но не растерялась и устроилась поудобнее. Девушка прикрыла глаза и положила руку ко мне на грудь.

«Милашка», – эту мысль подумали и Александр, и я одновременно.

А чего не нравится?

«Не по-пацански это девчонок братана уводить», – выдал Саня.

У меня мои есть в Исходном (звучало как у бабушки в деревне), а эти в твоём распоряжении.

«Займусь после твоего ухода».

– Ты спрашивал про Крейга Гримма. Я смогла его найти, – Алеся подняла взгляд золотых глаз.

Она просто золото. Тащусь от неё. Вернусь – и мне будет глубоко фиолетово, что тамошние сестрички могли меня разлюбить из-за внушения. Судя по тому, как ведут себя здешние близняшки, не разлюбят. Так вот. Женюсь мать вашу! Золото и бриллиант в виде двух очаровательных девушек. Таких динамить или тянуть до идиотии нельзя ни в коем случае.

– Тогда мне надо с ним встретиться, – я погладил Алесю и зарылся лицом в её волосы. Пахнет солнцем. – Если это возможно.

С трупами разговаривать я пока не умею. Обращаю внимание. ПОКА.

– Сложно, но можно. Он в тюрьме для особо опасных одарённых. Вроде как в особом бункере. И к нему никогда никто не приходит, – Алеся совсем растеклась и просто прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями.

«Правильно думай, правильно чувствуй,

Сердцем в могиле – душой в тюрьме

Это Россия – Россия для грустных,

Ни выбора, ни перемен!»

Что-то сегодня весь день «Порнофильмы» играют. Жаль, что в голове. Главное, чтоб по приезду «Король и Шут» не заиграли, а то кормить друзей в лесу я не хочу. По крайней мере не сегодня.

Хаммер въехал во внутренний двор и остановился. Ещё минуту мы с Алесей нежились на сидении, но в конце концов вышли. Не то, чтобы это было необходимо – водила быль готов ждать нас хоть до ядерной зимы, но у меня ноги стали затекать.

Когда вышел, увидел, что водитель закурил сигарету.

– Мужик, сигареты не будет? – обратился я к нему.

Тот пожал плечами и одним щелчком вытащил сигарету из пачки и бросил мне. Зажигалка прилетела следом. Я затянулся, пропуская дым в лёгкие, после чего выпустил дым через нос. Водитель с уважением хмыкнул, а Алеся нахмурилась. А кто без греха в наше время? Вы пить не умеете, а я слушаю музыку в голове и курю, депрессуя по жизни в другом мире. Россия для грустных. Даже, если это Российская Империя.

– Не знала, что ты куришь, – Алеся подошла ко мне. – Не люблю сигаретный дым.

– Это пройдёт, – пожал плечами. – Люблю погорячее.

Девушка покраснела и отвела взгляд. Хоть комплименты понимает, уже хорошо.

– Знаешь, – спустя ещё пару тяг обратился к девушке, – сперва надо помочь Сакуре, а потом решать дела с моим дядей.

Алеся удивлённо взметнула брови. Ну да, она и не знала, что тот заключённый – мой родной дядя. Мы стоим друг друга. Он сошёл с ума, я его чуть не убил. Дружная семейка. Сестра меня совершенно не по-сестрински хочет, мать хочет мои мозги, батя хочет не пойми чего… Уроки любви мы явно пропускали. И это я только ближайших перечислил. Сводная двоюродная сестра вообще хочет меня трахнуть и убить, и ей плевать, в каком порядке.

Но, прогресс есть, а дальше надо работать в заданном направлении. Чуйка говорит, что нам пизда. Надеюсь, физическая, а не метафорическая. Работаем, чего уж.

Глава 10

Ночью Алеся таки добралась до моей койки. Сразу сказал, что не в настроении отжигать ночью, к тому же завтрашний день обещает быть насыщенным, но девушка поразила меня своим рвением. Ночь. Луна. Дверь тихонько приоткрывается и в комнату прокрадывается тень в симпатичном пеньюаре. Алеся склонилась надо мной, осторожно ткнула пальчиком в щёку, проверяя, сплю ли я, после чего забралась ко мне под одеяло, обняла и стала греть. Огненный дар, поэтому я не преувеличиваю. Жарко, словно я в печку залез спать.

Я в долгу не остался. Осторожно расстегнул застёжки лифчика на спинке девушки, после стянул предмет белья (Алеся сама руки подняла, чтоб стягивать удобно было). А я что. А я просто уткнулся носом в мягонькие полушария и демонстративно засопел. Алеся какое-то время ждала чего-нибудь ещё, после чего стянула трусики и прижалась ко мне. Хоть поясок с чулками не сняла, но и смысла в этом и не было.

На утро Алеся разогрела кровать до температуры плавления вольфрама, отчего я из объятий девушки вытекал. Ошпаренных меньше чем замёрзших, так кто-то говорил. Не согласен…

Согласен. Алису пришлось расталкивать и освобождать из объятий двух девиц, с которыми я видел её вчера. Девочки были мягко говоря не в самом лучшем состоянии. Мертвенно бледные, с синими губами и кончиками пальцев, дрожащие и выдыхающие пар. Ошпаренные и замёрзшие один – два. Кое как, при помощи Алеси (да, «идинахернемешай» тоже можно считать помощью), я смог привести бедных девочек в чувство и состояние передвигаться и направил к доктору, запретив пытаться согреться самим. Кое-что всё же из оказания первой помощи при обморожении я помню. Надо будет восполнить пробелы – мне ещё счастливую жизнь с близняшками жить.

Алиса поднималась неохотно, как бы случайно, скидывая с себя одеяло, демонстрировала формы, выгибалась, глядя на меня из-под прикрытых век. Твою мать, и эта туда же! Спорить готов, что той двойне досталось только для того, чтобы я поревновал. Попытка засчитана, чего сказать.

– А, это ты? – сонно протянула девушка.

– Проснись и пой, солнце, – я бросил в Алису её блузку. – Завтрака в постель не будет. Не заслужила.

– Фи! – фыркнула Алиса и посмотрела на Алесю, стоящую в дверном проёме. – Я смотрю, облом был не только у меня. А вот если…

– Если бы у вас хотя бы на двоих был хоть один мозг, вы бы не разбегались в ВАШЕЙ, мать её, ситуации по всему городу, – перебил я блондинку. А то всё «А вот если пойдёшь со мной…» и им подобные уже в печёнках сидят.

Алиса притихла и обиженно уставилась в пол, застёгивая блузку, Алеся тоже не спорила. Она вообще, как правило, была немногословна по утрам.

– Ладно, товарищ начальник, – в голосе Алисы прибавилось холода, – что у нас по распорядку дня?

– Не даём Сакуре потерять клан, – я стал загибать пальцы, – бьём морды, пьём сук, трахаем сок… Нет, всё правильно сказал. Зарабатываем очки социального статуса путём бескомпромиссной дипломатии и старого-доброго насилия. Если совсем конкретно, разваливаем небольшой гёрлс-бэнд из шлюх, находим их верхушку и разваливаем её, после чего возвращаемся к Сакуре и объясняем, что с деловой хваткой у неё всё плохо. Это в идеале.

– А без идеала? – за спиной послышался едкий голос лисицы. Легка на помине!

Сакура не совсем ожидала нас увидеть у Алисы, иначе бы на ней было одежды чуть побольше, чем тонюсенькие, просвечивающие всё что можно, трусики и рубашка размера так титанического. Девушка была смущена, но и изъяны характера не показать не могла.

– А без идеала придётся отстраивать наш любимый Романовск… Если, конечно, будет где отстраивать. Мы как раз хотели пойти тебя будить.

– Не разбудили бы, – Сакура сонно тёрла глаза. – Я дверь всегда запираю.

– В моём понимании, – улыбнулся я, излучая тонны позитива, – войти к девушке в комнату через окно – правило хорошего тона. И это никак не связано с фобией дверных проёмов.

– Какие вы все юморные блин! – воскликнула Алиса, выбравшаяся из кровати.

– А ты всегда спишь только в лифчике? – без каких-либо мыслей спросил я, провожая взглядом золотистый пушок на лобке девушки.

– Только когда жду, что очередной недалёкий воспользуется моим предложением, – блондинка специально наклонилась за трусиками так, чтобы продемонстрировать мне киску. Да что я там не видел? А… Ну да, Алиса же не знает… Если подумать, это вообще неправильно звучит.

– Саш, тебе бы по магазинам сходить, – Сакура подошла ко мне и положила подбородок на моё плечо. – Ты в ментовских шмотках сильно выделяешься.

– Как только – так сразу, – погладил я лисицу, но та уже была занята и не отбивалась. Досыпала. Понимаю.

– Заплети мне косу! – в плечо ударил кулачок Алисы.

– Я? – я посмотрел на девушку. Она злилась. Капец как злилась. В комнате даже температура упала, и я на мгновение испугался, что Алиса застудит Сакуру.

– Головка от… – блондинка кашлянула и поправилась: – А кто ещё?

Я оглянулся на Алесю. Брюнетка пожала плечами, мол, она не при делах.

Ладно. Я осторожно переложил Сакуру на кровать и сел за спиной Алисы, подобрав её волосы. Вспомнить бы ещё, как косы плетутся. Разделил будущую причёску на три пряди и принялся химичить. Главное узел не завязать…

Теперь главное, чтоб это можно было развязать при необходимости. Хорошо хоть, что вслух не подумал. Я долбаных полчаса вязал эту косу. Кроме шуток, волосы у Алисы почти до задницы были, и я, похоже, завязал их в какой-то морской узел. Что что-то не так я понял, когда повернулся за резинкой и отпустил плоды своих трудов. Лишь секунду спустя я чуть не заорал, что эта хрень сейчас распадётся, но при взгляде на косу, понял, что пряди не разошлись. Надо быстро резинкой закрепить, чтоб никто не понял, что Алиса в могилу с этой косой ляжет. Или без волос…

Сама девушка по мере того, как я заплетал это всё ниже и ниже, успокаивалась и расслаблялась. Очень хотел посмотреть на её выражение лица.

– Готово, – отчитался я. Алиса повернулась ко мне и наклонилась так, что её лицо оказалось напротив моего.

«Поцелует», – заметил Саня.

«Поцелует», – согласился я.

«Хер тебе!» – улыбнулась Алиса и толкнула меня в сторону кровати. Мать, ты же только оделась. Но сношать меня никто не планировал. Вместо этого я упал в руки уже проснувшейся окончательно Сакуре, в руках которой тоже была резинка. Зря я расслабился. Девочки, обмениваясь только хитрыми взглядами, принялись заплетать что-то на голове и мне.

– Я же говорила, что с хвостом ему лучше! – спустя полминуты борьбы восхищённо пролепетала Алиса.

Ну, волосы перестали лезть в глаза – это плюс. Выгляжу я теперь, как очень мужественная уродливая девушка – это минус. Не заметил, как успел так сильно зарасти.

– Ему бы ещё побриться, – заметила улыбающаяся Сакура, – и я могла бы его на клановые банкеты брать. Его даже мешки под глазами не портят.

– Был бы он моим парнем, – вздохнула Алиса и замерла, переваривая сказанное. Посмотрела на меня, краснея.

– Да, ты сказала это вслух, – кивнул я. Алиса залилась краской ещё больше. Сакура и Алеся не комментировали это, а смотрели на меня. Им нужна реакция. А мне нет.

***

Закупился я одеждой достаточно быстро к неудовольствию девушек. Ну да, они ожидали приватный стрипиз с последующим сексом в примерочной, а я такой нехороший зашёл, взял первые понравившиеся куски одежды и уже через пять минут их оплатил. Собственно, полицейская форма сменилась на мой более привычный набор: чёрные джинсы, рубашка, галстук и, как нововведение, подчёркивающее мой «более интеллигентный» внешний вид, жилетка. Неудобная очень, но раз в год надеть можно.

Из магазина сразу же направились к офису «Девушек со звёзд». Уговоры Сакуры я благополочно опущу. Лисицу еле-еле смогли уговорить хотя бы попробовать мой план я и Алеся. Серьёзно, как будто это мне надо, чтобы Сакура не оказалась на улице.

Казалось бы, мы от Москвы на достаточно приличном расстоянии, а всё равно стоим в пробке. Начала её не видно, а карты на телефоне Алисы показывают, что стоим не только мы, а ещё два перекрёстка дальше. Вроде там какая-то авария.

– Мы до офиса такими темпами доедем к старости, – заметил я и вздохнул.

Хотелось закурить. Жаль, что три девушки, сидящие со мной в салоне лимузина, были категорически против. Не курения. МОЕГО курения. Поэтому мне даже вылезти из лимузина на свежий воздух не давали. Зато всем своим видом показывали, что могут просто дать. Саша в моей голове проклинал их.

– А слышали легенду про школьный кружок? – Сакура травила байки про нашу школу.

– Это про какой? – Алиса без особого интереса слушала, расстегнув ещё одну пуговицу на блузке.

– Такой, который в перечне кружков не указывается. Никто не знает, где он находится, кроме тех редких счастливчиков, что пользуются услугами кружка. Кружок приятных знакомств.

– Впервые слышу.

– На то он и тайный, – пожала плечами лисица, закинув ногу на ногу. Трусики она так и не переодела, поэтому вид мне открылся прекрасный. – Кружок представляет из себя два помещения – клубная комната для участников и каморка с отдельным входом. В каморке почти нет света и стоит одна единственная кушетка. Посетители приходят туда, к ним выходит кто-то из участников, лиц которых посетители не видят, и начинают заниматься деятельностью кружка. Если посетителю всё понравится, то он может в конце попросить включить свет, чтобы узнать, кто его так обхаживал.

– Романтика, – протянул я.

– Даже печально, что я к кружку этому не имею никаких отношений, – вздохнула Сакура. – Уж сколько пыталась на их выйти – всё без толку. Мне даже кто-то пояснял, что Кубус туда не берут.

– Действительно удивительно, – протянул я.

– Вижу, у тебя впечатление сложилось о нас не правильное, – уловила мой сарказм лисица. – В нашем квартале никто ничего по принуждению не делает. Всё просто – все любят секс, а мы просто нашли для себя выгоду в этом. Причём заметь, Саша – ты ни разу не заплатил моим девочкам за то, что трахался с ними.

– Да я и не трахался с ними особо. Первым и последним разом был вчерашний в магазинчике.

– А театр?

– Ну хорошо, театр тоже можно считать, – пожал плечами.

– А мог бы… – начала Алиса.

– Мог бы, – перебил я её. – Но не захотел. Мы вроде решили вместе работать, а не трахаться в любой непонятной ситуации.

– Почему бы и не совместить приятное с полезным? – парировала Сакура.

Я вздохнул в ответ. Наши культуры в разных плоскостях находятся, и убедить лисицу в её неправоте у меня не получится. Вот как объяснить девушке, выросшей посреди постоянного секса, что личное и профессиональное перемешивать не стоит. Последствия могут быть катастрофические и для работы, и для отношений.

Алеся, единственная, кто не раздевался, молчала. Тараканы в её голове всё ещё бились над попытками понять, что вчера случилось, и почему я сегодня такой отстранённый.

Как же душно. Не спасал и кондиционер, работающий на износ, а ауры девушек, направленные на меня, только повышали температуру. Сочно-красных цветов, с нотками фиолетовых вкраплений обид и непонимания. У Сакуры цвета чуть бледнее были, но она просто не понимала, что обо мне думать. Капец, а ведь я с ней толком и не общался. Пара слов, пара фраз, пара действий, угроза убить меня – вот и всё, что было нужно, чтобы влюбиться.

С Розой мы бадались дольше, хотя и симпатию она показывала изначально. Сначала это было обусловлено просто желанием отбить меня у Алеси, чтобы в первую очередь самой себе доказать, что она потомок суккуб, а после девушка поняла, что мне можно доверять и не бояться предательства. Сакуру родная мать не отправляла в ссылку, а после не использовала, чтобы заполучить родство с Гриммами.

– Мы хоть сколько-нибудь продвинулись? – Алиса опустила стекло и выглянула наружу.

В салон задул холодный осенний ветер, и я смог выдохнуть с облегчением.

– Ни на метр, – подытожила блондинка и положила палец на кнопку подъёма стела.

– Оставь, – попросил я.

– Ты ещё закури в салоне, – ответила Алиса и стекло поехало вверх. Да причём здесь это? Вы вообще не чувствуете духоты? – В конце концов, в чём твоя проблема?

– Моя проблема? – я стал загибать пальцы. – Я нахожусь в бегах от самого сильного клана мира, и, вместо того, чтобы бегать решать свои проблемы, катаюсь с тремя через чур озабоченными школьницами по странным офисам с не менее странными обитателями. И, вишенка на клятом тортике – мне не дают выйти покурить.

То, что решение последней проблемы может сгладить нервяк от остальных я тактично умолчал. Не хочется совсем уж накалять обстановку.

– Мы же обещали помочь, – возразила Алеся.

– Да вы себе сначала помогите! – моё самообладание трещит по швам. – На вас охотится хер пойми кто, у вас хотят забрать всё, а вы делаете целое ничего… Ах нет! Вы втроём решили, что будет куда лучше найти себе бычка-осеменителя и пользовать его, пока ваши проблемы не решатся сами собой. Ещё, в придачу, вы решили, что тягаться с моими проблемами у вас как раз хватит времени и сил. Ну да, они же такие незначительные!

Выговорился. Не хотел я так прямо объяснять, почему девочки не правы, но довели. В салоне повисла тишина. Даже шум пробки снаружи резко стих, словно водителя решили резко рассосаться от гнева клановых дурочек подальше. Мне же деваться от этих бестий было некуда. Первее всех от сказанных мною слов отошла Алеся. Церемониться не стала – ручка взлетает вверх и плавно, на скорости истребителя, опускается мне на лицо.

От звона пощёчины вернулись в строй и Сакура с Алисой, но вмешиваться не стали. Брюнетка их сейчас очень пугала.

– Ты конченый! – выплюнула Алеся и уселась обратно. – Ты обвиняешь нас в бездействии и в том, что мы берём на себя слишком много, и сам делаешь точно, сука, также.

Повисла тишина. Опять. И стало ещё душнее – девушки излучали злобу и обиду, направленную чисто на меня, от чего дышать было уже нереально. Лёгкие натурально обжигало. Спасибо, мать, за такой прекрасный дар.

– Ты не знаешь всего, – произнесла Сакура. – Ложе может помочь, но…

– Да заткнись ты! – сорвалась на крик Алеся. – Ему незачем знать про Ложу.

Это уже второе название без конкретики за неделю. Первым был Ковен. И у меня совершенно нет желания узнавать об этом. А то сейчас преисполнюсь в познании тайн вселенной, и окажется, что в офисе гёрлс-бэнда обитает тайное мировое правительство. Ага, а я родственник Императора. Внебрачный сын. Да, для большего безумия надо ещё что-нибудь про инцест закинуть. И со взрывом.

– Заебали! – я поднялся с сидения и полез к выходу из машины. – Либо форточку откройте, либо дайте мне выйти.

– Саша, не надо! – Сакура среагировала первой и схватила меня за плечи, удерживая на месте. – Мы не злимся, правда-правда.

Едва ли лисице удалось меня удержать на месте. Я без особых проблем стряхнул девушку с себя и вышел-таки из лимузина. В уши сразу ударил гул стоящего города, а в нос – выхлопные газы. Красота. Свежий воздух, как я и хотел. И никаких мозгоимений со словами «Ну почему ты нас не хочешь?». Хочу блин, ещё как хочу.

На улице вовсю гулял осенний ветер, разнося первые опавшие листья, но светило солнце, хотя много тепла и не давало. Осень вежливо стучалась перед тем, как войти во всей своей красе: на следующей неделе Романовск утонет в шторме, и это не преувеличение. Передают красный уровень опасности, и по этому случаю я бы очень хотел решить проблему Сакуры и свою в кратчайшие сроки. Более того, после шторма всегда наступает туман, да такой густой, что дальше носа ничерта не видно будет. Ежегодное событие. Весь Романовск вымирает на эти две недели. Кто-то просто уезжает подальше от города, кто-то играет в Сайлент хилл в реальной жизни, а я всегда в это время ютился дома с пледиком и годовым запасом чая. Ну, после того, как попал под Танино опекунство, а до этого учился жить в тумане и внаглую пользовался отсутствием жизни на улице. Я же всё-таки был беспризорником.

«Как думаешь, если ты им расскажешь, что будет?» – Саша наблюдал за моими мыслями и воспоминаниями и смаковал.

Не в обиду будет сказано, скорее из чёрной зависти, но это комнатному цветочку хорошо представлять романтичный образ мальчика-бродяги, живущему на улице. Мне же тогда хотелось дожить до следующего дня, а параллельно безболезненно сдохнуть. Халтурки то всегда были, и деньги водились, но на что-то серьёзное, типа съёма жилплощади, средств никогда не хватало. Не всегда хватало на поесть, а сигареты, хоть и глушили чувство голода по рассказам уличных проживал постарше, ещё надо было за что-то купить. Приходилось не сладко. Ещё и способность спала, хотя отголоски её я чувствовал, но очень слабые и незаметные.

«И как так получилось?»

Наш приют закрыли, а сирот просто выкинули на улицу. Да, без мистики и прочих атрибутов, я там и близко не был виноват, а потому всё банально. Здание было аварийным и по бумажкам уже лет десять как снесённым, а тут Император едет в Романовск по делам. Вот приют и снесли от греха подальше, а сирот деть было некуда. Нас даже не существовало по документам. Типичная бюрократическая ошибка.

Хочется курить. Подумать только, семнадцать лет не курил, два тела сменил, а привычка осталась, стоило два раза принять ракового солдатика. Поговорка про могилу и горбатого теряет актуальность. Я потянулся к пачке сигарет, повертел её в руках, и засунул в карман. Опять весь мозг выедят, если от меня снова сигаретным дымом пахнуть будет.

– Ну что? Успокоились? – с этими словами я залез в салон лимузина. Пробке действительно краю не видно, и если лимузин вдруг не научится летать, то до офиса сегодня мы не доберёмся.

– А ты? Накурился? – оскалилась в ответ Алиса и демонстративно отвернулась. Не успокоилась.

Я сел на своё сидение. Говорить было не о чём, поэтому пришлось тупить в первую попавшуюся точку, благо, куда посмотреть было. Сакура мой взгляд на своих трусиках чувствовала, а потому лишь шире раздвинула бёдра и постучала по внутренней их стороне пальчиком. Она бы ещё поманила или сказала: «кис-кис-кис», а то что-то не получается у неё.

Я отвернулся. В голову пришла одна мысль – спать. Авось проснусь, когда пробка рассосётся.

– Эй! Не смей спать! – Алиса пресекла мою попытку устроиться поудобнее толчком в плечо. – Мы не спим – и ты не спишь!

– Алис, мы с тобой не были в браке туеву хучу лет, – отмахнулся я от девушки.

– Всё ещё впереди, – я даже с закрытыми глазами почувствовал, как она улыбнулась. – И вообще! Я злюсь, а ты тут дрыхнуть собрался?!

– Поспи и ты, – посоветовал я. – Авось подобреешь и мозг мне перестанешь сношать.

– Это от недотраха, – усмехнулась Сакура.

– Не припомню, чтобы у Алисы были с этим проблемы, – пожал плечами. – На крайняк, надо было брать не двух девушек, а двух парней.

– А мне не нужны два парня, – мигнула глазами девушка, и в салоне стало холоднее. Знает чертовка, как сделать мне приятно. – Мне нужен один конкретный.

– Пожелаю удачи, – отвернулся я и вновь прикрыл глаза. – Твоему избраннику оооочень повезло.

Алиса захлебнулась на вдохе, Сакура едва подавила нервный смешок, а Алеся замахнулась для очередной пощёчины. Хреново, что я и с закрытыми глазами прекрасно всё видел. Вроде, у меня уже такое было, когда Телиса, моя тень, набирала силы. Плохой знак. Сколько я не штудировал древний фолиант, а найти способ унять своевольную тень так и не смог.

Пощёчины не последовало. Девушки решили сделать умнее и последовали моему совету, но, как обычно, по-своему. Близняшки пересели и прижались ко мне с двух боков, а Сакура залезла ко мне на коленки и, для надёжности, наверное, ещё и хвостом меня прижала к сидению. По крайней мере, девочки замолчали. Правда, от тепла их тел я подумал, что суицид всё же может помочь в некоторых случаях, а стояк решил, что Саккура весьма удобно на нём устроилась. Дожили, у меня теперь на них встаёт просто по факту нахождения девочек рядом.

– Почему? – прошептала мне на ушко Алеся.

– Как-нибудь расскажу, – ответил я. Рассказывать про Исходный у меня сейчас не было настроения.

***

Зелёная вспышка молнии. Дождь, сумерки, дорога. С одной стороны мерцали огни Романовска, с другой стоял лес. По трассе то и дело проезжали редкие машины, но интервалы их появления были настолько большими, что я не боялся пропустить нужную. В любом случае, стоит бронированному лимузину в окружении военных хаммеров попасть с поле моего зрения, как никто от меня не уйдёт. В своих силах я был уверен.

– Произойдёт несчастный случай, – всплыла в голове чья-то реплика. – Не пропусти.

Дождь усиливался, в небе начало греметь и светиться. Видимость становилась всё хуже, отчего два зелёных огонька с дороги было заметить нереально. Идеальная погода.

Из города завывая проехала скорая помощь, следом пожарная. Кто-то меня опередил что ли? Нет. Жди. Так говорили инстинкты. И я ждал, задумчиво провожая синие маячки взглядом. Три минуты. Уже скоро.

Закрыл глаза, сделал глубокий вдох и очень медленно выдохнул. Глаза не открывал. Только мешать будут в такой темноте. Две минуты.

Сосчитал до десяти, потом до нуля. Ударил ладонями по щекам. Вдохнул, задержал дыхание, выдохнул. Сосчитал до десяти вновь. Минута. На дороге появились три машины. Пора.

Обернулся в тень и оттолкнулся ногами от земли. Бежать метров пятьдесят, главное правильно попасть. Ещё один прыжок, вижу, как водитель что-то почувствовал и повернулся в мою сторону. Медленно. Нога входит в стекло, осыпая осколками сидящих внутри, пяткой попадаю прямо в челюсть мужика за рулём. Тот только и успел, что руль крутануть, его челюсть с противным чавком вминается в голову.

Девушки за перегородкой вскрикнули, водитель захрипел и замер, а машина на скорости сто двадцать километров в час вылетает в кювет. Удар, затем второй. Впереди разгорается пламя, а сзади слышен скрежет. Система безопасности машины отстрелила от передней части лимузина заднюю, частично погасив удар.

Выскакиваю через пробитое окно за секунду до взрыва, пламя которого на несколько долгих секунд осветило пространство вокруг. Из салона вылезла первая девушка, вскидывая помповый дробовик в мою сторону. Медленно. Я оказываюсь рядом раньше, чем дуло было направлено туда, где я был мгновение назад. Девушка с иссиня-чёрными волосами успела дёрнуть на спусковой крючок, и дробовик выстрелил в огненное зарево. Я схватил ту за шею и ударил головой о корпус лимузина. От удара голова девушки взорвалась у меня в руках, а на машине появилась вмятина.

С другой стороны машины заплясали языки зелёного пламени. Маленькая девочка с большими зелёными глазами что-то кричала. Имя, вроде. После в меня хренакнула струя зелёного огня. Не стал уходить с линии атаки. В плечо кольнуло очередью из винтовки. Вспышка слева. Хватаю маленькую девочку за волосы и притягиваю к себе, подставляя под пули. Та закричала, но не погибла. Это поправимо. Движение второй рукой, и детское тельце без головы падает на землю, а ворох светлых волос с черепной коробкой полетел в сторону стрелка.

Женщина с белоснежными волосами и ядовито-зелёными глазами на рефлексах ловит голову. Голову любимой младшей сестрички. Автомат упал на землю, и женщина опустилась на колени, баюкая несчастный обрубок. Со стороны дороги донёсся топот десятка ног, послышались щелчки затворов. Надо заканчивать.

– Чудовище! – вопила Белоснежка. – Я убью тебя!

– В следующей жизни, – ничего умнее в голову не шло. Один удар. Женщина была единственной не одарённой в машине, потому и такая малость стала фатальной. Её голова с хрустом дёрнулась. Сзади началась стрельба. Я сорвался с места и убегал, петляя среди деревьев.

– Вы его видели? – орал кто-то.

– Тут кто-то был?

Идеально. Всё, как и планировали. Две минуты бега, и со мной поравнялась другая тень. Девушка в монашеской рясе. Я её ненавидел. Не знаю за что. Не помню.

– Всё сделала? – рыкнул на неё. Та в ответ кивнула.

Вспышка молнии озарила мир вокруг зелёным светом.

***

– Блять! – Я вскочил с места. Ужасно болела шея и ныли руки. Сакура возмущаясь поднялась с пола.

– Саш? Ты чего? – потягивая спросила Алиса. – Кошмар?

Да уж лучше бы…

«Ты это видел?» – Саня в голове паниковал.

Нет, проспал блин! Блаженство в неведении, мать его. Воспоминания нахлынули слишком внезапно, видимо, из-за того, что лимузин, в котором ехал я, один-в-один копия того, в котором убили верхушку Тервосов. Ещё и от первого лица наблюдал это всё. Кристина никогда на меня не смотрела с такой смесью ненависти и отчаяния, и я надеюсь, что никогда не посмотрит. У меня сердце не выдержит. Пулевое ранение скорее всего, но я спишу это на инфаркт. Сука!

– Саш? Саша! Приём! Что случилось?

– Саш, очнись! – кто-то схватил меня за плечи и принялся трясти.

– Девочки, у него пульса нет…

Мир вокруг ужался до салона лимузина, в котором метались три девушки. Да даже подумать не дадут, твари!

– Заткнитесь нахрен! – взревел я. – И так слишком много информации прилетело!

– Какой нахуй информации?! – мой крик привёл к эффекту обратному, и Алиса ещё сильнее вцепилась мне в плечи. – Ты там блять с космосом общаешься что ли?

– Уж лучше бы с ним, – буркнул я.

Наши с блондинкой взгляды пересеклись. Глаза, цвета холодного неба, такие родные и такие чужие одновременно. Я словно тонул в них. Ведь страшней всего для меня как ни странно в двух океанах ясных глаз твоих тонуть. Как же я боюсь. Вот оно.

Я боялся. Хоть я и сводил все попытки сблизиться на нет, но это отнюдь не из-за моих отношений с близняшками в Исходном. Сука, я же прекрасно понимал, что так и будет. Ещё когда только узнал про кончину Кристины я смог сложить два и два и получить ответ, правда это было слишком неправдоподобно. Но со вскрывшимися подробностями жизни Саши я просто забыл про это, и отмёл на далёкое потом.

– Я… – к горлу подступил ком. Кажись, блевану сейчас. Спишу на откат от возвращения воспоминаний. В прошлый раз тоже что-то подобное было, но мне далеко не до головных болей и тошноты тогда было – жить хотелось куда сильнее. – Я убил их…

Девушки синхронно повернули головы ко мне, я на мгновение даже подумал, что кто-то из них сейчас упадёт замертво, свернув себе шею. Нет, а что? Скрывать? Смысла нет, и так планировал расследовать это. А рассказать уже после плодотворного сотрудничества между делом, что я перебил всех родных близняшек – слишком жестоко даже для меня. И я боялся. Действительно боялся, впервые в жизни по-настоящему. Не реакции девочек, не последующей мести. Я боялся признать, что от моих рук погибли те, кто ещё несколько недель назад были мне родными. И пусть об этом никто не догадывается, мне плевать. Я это знаю.

«Не от твоих рук», – начал было Саша, но я мысленно его заткнул. Ты. Я. Какая разница? Не в исполнителе дело. Дело в мотиве, которого не было. Мне сказали – я убил. Наверняка должен был убить и близняшек, и Сакуру… Чёрт, да может меня лоботомировать собирались как раз для этого. Я. Убил. Людей. Я ни разу не убивал сознательно, а смерть Маши была в состоянии одержимости, когда я не понимал вообще, что вокруг творится.

Холодок пробежался по коже. От самой души по всему телу и сконцентрировался в голове. Телиса. Ликовала, зараза. Я сейчас был уязвим, и моя тень, не подающая вида уже много времени, может одним мысленным движение захватить меня.

Окружение салона менялось, тени плясали как сумасшедшие, предвкушая нового одержимого. Но. Нет! Не сейчас. Не сегодня. Я изо всех сил сконцентрировался на глазах Алисы, в которых собирались слёзы.

– С чего ты это решил? – теперь передо мной были насыщенно-вишнёвые глаза Сакуры.

– Просто вспомнил, – выдавил я. Голос хрипел, будто я полдня орал без продыху.

Тишина. Девушки не знали, что делать с моей информацией.

– Может это был просто кошмар? – я перевёл взгляд в отливающие золотым огнём глаза Алеси. Как же мне хотелось, чтобы она была права…

– Да ну нахуй? Неужели?! – до нас донеслись крики водителя, и лимузин наконец тронулся с места, набирая скорость.

Сучья пробка. Убил бы нахер тех оленей, что додумались столкнуться посреди проспекта. А вот как раз и они… Одна машина была просто всмятку, вся в копоти и крови, вторая от удара улетела на противоположную полосу и выглядела не лучше. Рядом стояли полицейские и скорые, в которые медики погружали катали, накрытые чёрным брезентом. Олени справились и без меня…

Глава 11

Обиды обидами, а дело всё же важнее. Так мы все по крайней мере решили. Сначала не даём Сакуре отправиться на улицу на постоянное место жительства, потом решаем наши общие проблемы. По крайней мере у девочек течка прекратилась. Или по крайней мере задержалась.

– Ты не можешь себе более смазливое лицо сделать? – критиковала мои иллюзии Сакура. – Ты совершенно не выглядишь как представитель Кубус.

– И как по-твоему я должен выглядеть? – скривился я.

Не поймите неправильно, это иллюзия, а потому по барабану, как я выглядеть буду, хоть самой Сакурой обернуться могу, но она уже одиннадцатый раз заставляет меня сделать другое лицо. Понимаю – девушка волнуется, но и я тоже не железный.

– Ты должен выглядеть так, чтобы любая встреченная тобою девушка не раздумывая стягивала с себя трусики, – лисица дёрнула ушами.

– Принял бы свой обычный облик, – с иронией заметил я.

– Ты слишком грубо выглядишь! – отрезала Сакура. – И к тому же, ты слишком себя переоцениваешь.

– А вот ваше трио доказывает, что я не переоцениваю себя, – улыбнулся я.

– Не отвлекайся! – по затылку прилетел кулачок Алеси. Она вообще перестала себя контролировать после новости о своей матери. Уже который раз срывается.

– Да, и ещё кое-что, – Сакура вдруг полезла в свою сумочку и достала оттуда флакончик с духами. – Брызгайся.

– Мне не нужно, – я взял в руки флакон и повертел его. Я не люблю, когда от меня идёт хоть какой запах. Предпочитаю не пахнуть вовсе. Первый признак того, что способность меня изменяет, кстати.

– Нужно. Как от тебя сейчас пахнет?

– Не знаю, – пожал плечами. – Никак?

– Вот именно! Никак! Это ненормально. Ты – представляешь Кубус, а мы…

– Должны пахнуть так, чтобы нам сходу давали, – закончил я за лисицу и получил очередную затрещину от Алеси.

– В целом да, – кивнула лисица, после чего стянула с себя кофточку.

Офигели все присутствующие, и офигели мы без баяна. Лисица тем временем преспокойно сложила аккуратно кофточку и расстегнула чёрный кружевной лифчик с золотыми линиями, являя на свет свои четвёрочки с вишнёвыми сосками.

– Клади руку, – деловито приказала девушка, отчего близняшки в лютом ахуе плюхнулись на сидения.

– Зачем? – я предусмотрительно руку убрал. Если так подумать, Розу я голой ни разу не видел (сон не считается), а Сакура – та же Роза, только с отвратительным характером.

– Клади. Руку. Или, я тебе клянусь, я переломаю тебе ноги и затрахаю до смерти! – нетерпеливо процедила лисица.

– Ну и хер с тобой, – пожал плечами и положил руку на грудь девушки.

Во-первых, у меня встал. Точнее, у меня встал ещё когда лисица сняла кофту, но сейчас стояк налился кровью так, что затрещали новые штаны, и боль стала практически невыносимой. Мягкая. Нет, я далеко не в первый раз трогаю девичью грудь, но эта… Твою мать, я не смог отнять от неё руку. Хотелось сжимать и мять её до скончания веков, и с каждым движением стояк всё больше и больше болел, требуя использовать девушку с таким волшебным делом по назначению.

– Нихера себе ты виагра ходячая, – знал бы кто, сколько воли мне пришлось вложить, чтобы просто перестать теребить сосок девушки и отдёрнуть руку.

Сакура недовольно посмотрела на свою грудь, которую я секунду назад держал. Да ей самой кайфово было, ещё больше чем мне. Запах вишни в салоне как бы намекает.

– Понимаешь теперь? – лисица как ни в чём не бывало села на сидение. Одеваться не стала. – Вот какие ощущения бывают у обычных людей от нахождения рядом. Так что брызгайся и иди уже!

– Хорошо, – буркнул я и пару раз нажал на дозатор флакончика, направив тот на себя. Он не пах. – Он не пахнет, – озвучил я последнее наблюдение.

– Это тебе он не пахнет, – лисица забрала у меня духи и положила вместо них в ладонь какую-то тряпочку. Чёрную, мокрую. Трусики. – И никуда ты с таким стояком не пойдёшь!

Спорить было сложно, да и я не пытался даже. Никогда раньше не пользовался афродизиаками, но сейчас был уверен, что я и от нескольких порций виагры бы не поймал такой прилив сил. Идти на деловые переговоры с поднятым флагштоком – чистой воды безумие. А тут…

Три девушки. Две готовы снять трусики, а та, что стягивала с себя юбку уже была без белья. Вот только соображения прагматичности резко сменились соображениями межличностными. Это безумие! Я только что признался, что убил их родню, а теперь ещё и трахну их? Безумие, чистой воды безумие. Я это понимал, девушки это понимали, и даже возбуждённая Сакура это понимала, и всё равно раздевалась. Порой меня вгоняли в ступор местные повороты сюжета.

– Саш, – лисица села рядом и прижалась ко мне, вызвав очередной «прилив сил». Одежда не спасала от влияния младшей суккубы. – Пока мы не начали, хочу донести одну вещь. То, что ты сказал – вполне правдиво, но это не делает тебя виновным. Думаешь, мы не знаем, как работает Ковен? Ложа была создана, чтобы уничтожить их. Виновны заказчики, а не ты.

– Легко тебе говорить, – в моём голосе вновь появился хрип.

– Не знаю, что связывало тебя и Кристину, но я чувствую твою боль, – Сакура коснулась моей щеки. – Не будет убийца так сожалеть о ком-то, кого не знал… близко. Наверное, очень близко.

– Тебе легко говорить, – пожал плечами я. А мне с этим теперь жить.

– Надо приступать, – с другой стороны меня подпёрла Алеся, правда, пока что одетая.

– Умеешь же ты, рыжик, поставить всё дело под вопрос, – недовольно пробурчала Алиса, стягивая с себя рубашку. Лифчика не было. Когда успела? – И ты тоже хорош! – теперь блондинка смотрела на меня. – Мы знали, что ваш клан приложил к этому руку, но не знали кто именно. С тобой мы позже разберёмся!

– Отлично! – кивнула Сакура. – Алис, ты когда-нибудь делала минет?

– Нет, – покачала головой девушка.

Да, но я об этом промолчу. Не та Алиса.

***

Час, мать вашу! И это было «по-быстрому». Работали только близняшки, лисица вообще отсела подальше, чтобы лишний раз не провоцировать. Как она пояснила, не взяла в расчёт, что я одарённый с конской выносливостью. Приуменьшила явно. Выносливости мне на табун лошадей хватило бы… Создатель, как же это плохо прозвучало…

Наконец я смог выйти из машины. Видок у меня был… Сакура одобрила словами: «Истинный представитель Кубус», я же чувствовал, что от меня сексом несло за километр и без феромонов, да и помятая одежда как бы намекала.

До офиса было топать всего две сотни метров. Перед зданием уже стояла толпа зевак и журналистов. Какое-то мероприятие, видимо. Мы должны были сделать все дела ещё до него, но имело место отклонение от графика на четыре часа.

Что же до прессы… Эти прессовали (хы-хы, я знаю) какую-то девушку перед входом. Путём нехитрых математических вычислений, я понял, что это как раз одна из звёздочек, от которой у Сакуры проблемы. Журналисты задавали ей вопросы разной степени провокационности, на которые девушка невозмутимо давала ответы и мило улыбалась на камеру. Были ли те вопросы связаны с песнями и плясками? Да были ли они хоть сколько-нибудь интересны нормальному человеку? Едва ли.

Но журналисты ждали шоу, и симпатичная фигуристая девушка с такой нежной внешностью, что её непроизвольно хотелось обнять и на руках отнести в кровать, чтобы… уложить спать конечно же, решила шоу организовать аккурат к моему прибытию.

Я обошёл толпу журналистов и направился к главному входу, через стеклянные двери которого было видно скучающую девушку за стойкой, и её совершенно не веселила толпа на улице, и не менее скучающий охранник, курящий на крыльце.

– Мужик, огоньку не будет? – я щелчком пальцев достал из пачки очередного ракового солдатика.

Охранник тут же достал зажигалку и чирканул ей перед моим лицом, а я в очередной за сегодня раз затянулся горьким дымом. Капсулу забыл раскусить. Хотя, какая разница? Всё равно вкус не чувствуется. Ну а что? Перед переговорами не грех и закурить для расслабления.

– Сука, и так они тут торчат уже два с половиной часа, – пожаловался охранник.

– Чёт долго, – кивнул я, глядя на девушку.

Длинные чёрные волосы, карие глаза, немного пухлые румяные щёчки, аккуратный макияж, изящные изгибы, подчёркнутые достаточно открытым платьем. Что такая красотка забыла в студии, где порнуху по первому каналу с её же участием крутят – ума не приложу.

– Обнажёнки ждут, – пожал плечами мужик.

– И часто она происходит?

– На публике нет, – выдохнул клуб дыма охранник и тут же поправился: – При мне по крайней мере. А на съёмках чего только с ними не вытворяют. Снять с себя всю одежду – так, цветочки.

– И что же там делают? – я выдохнул тонкую струйку дыма.

– Да всякое, – пожал плечами охранник. – Бабло как только могут зарабатывают. А что получаю из этого бабла я? Шиш! А ведь я только за этот месяц разобрался с восемью попытками проникновения в офис. Сдались всем эти девки… Ты, кстати, сам чьих будешь?

– Алекс, – не сводя глаз с толпы ответил я. – Алекс Кубус. К начальству приехал. У госпожи есть выгодное предложение. Глядишь, и тебе на зарплату перепадёт.

– Дело хорошее, – мечтательно зажмурился охранник.

Девушка всё продолжала отвечать на вопросы, причём их информативность ни на грамм не изменилась. «Когда тебя ебали, что на жопе написали?» – примерно так каждый звучал. Жёлтая пресса, мать их. Задавать действительно нужные вопросы, типа «На каких условиях ты здесь работаешь?», или «Что думают твои родные и близкие о твоей работе?» таким изданиям не с руки.

– Издание «Вся правда о звёздах», – обратилась к девушке одни из журналисток, – можете рассказать о том, как проходят ваши съёмки?

Спорим, в издание совершенно не попадут вопиющие случаи домогательств, а только самые сливки о том, как каждая из участниц с нетерпением ждёт свою работу, чтобы хорошо и с пользой «поработать»? Девушка в ответ улыбнулась и зачем-то развернулась, уставившись на меня. Зачем? Перестань на меня смотреть. В глазах красавицы промелькнули озорные огоньки, а улыбка стала ещё шире. Серьёзно, завязывай, мать твою!

Девушка будто услышала мои мольбы и отвернулась к развернувшись ко мне боком, и вновь посмотрела, закусив губу. Её ручка поднялась к лямке платья и в одно движение скинула ту с плеча. Платье, видимо, держалось только на одной этой лямке, и, лишившись единственной опоры, крало на землю. Сакура, когда я вернусь, я тебе твой флакон с феромонами в задницу затолкаю! Девушка не просто передо мной трусики сняла, она изначально была без белья, а теперь стояла в одних чулках прямо на улице… в центре города… с кучей прохожих… под вспышками камер.

От увиденного даже охранник прихуел, а девушка продолжала своё шоу.

– Мне нужен доброволец, – пояснила она журналистке, у которой глаза разве что лазеры от восторга не пускали, – и я его сейчас выберу.

Замерли все: журналисты, прохожие, охрана, девушка за стойкой в здании, один я прекрасно понимал, на кого девушка укажет. Ага. На того единственного дебила, которого облили феромонами суккуб. На меня. Надо валить, пока не засветился больше необходимого.

– Мужик, как там тебя, пошли запишешь меня, – я схватил охранника за плечо и потянул в здание.

– А? Что? – отвечаю, если бы он ещё спросил «Ты кто?», я бы ему челюсть сломал.

Охранник с трудом отвернулся от голой девушки и расстроенно вздохнул, ведомый мной к стойке регистрации. Девушка расстроенно упёрлась мне в спину взглядом. Покурил, мать вашу!

– Свет, запиши гостю пропуск пожалста, – пробубнел охранник и отвернулся ко входу, где раздевшаяся девушка таки нашла, с кем будет показывать процесс съёмок и уже натирала счастливчику болт.

– Как вас зовут? – девушка оторвалась от зрелища за дверью и глубоко вздохнула.

– Дмитрий Кубус, – улыбнулся я, от чего девушка немного поёрзала на стуле, что-то поправляя под столом.

– А отчество? – регистратор, не глядя в монитор, вбила туда какую-то ахинею из букв, пока её взгляд блуждал по мне, а рука таки поднялась из-за стола. В ладони были насквозь мокрые трусики. Сука, я надеялся, что сигаретным дымом перебью запах феромонов.

– Пиши без отчества, – я сделал вид, что не заметил мокрый клочок белья на столе.

– Лааадно, – девушка ещё что-то написала и с третьего раза нашла клавишу ввода на клавиатуре. – Вы курите? От вас так классно сигаретами пахнет, – и улыбнулась, облизав губы. При этом как бы случайно одна из пуговиц на блузке не выдержала давление бюста и оторвалась, привлекая внимание к заманчивой ложбинке. У меня уже созрел план мести Сакуре. Главное дожить.

– Курю, – кивнул я и добавил: – И очень сильно тороплюсь.

Девушка расстроилась и протянула мне мой пропуск, зарегистрированный на имя Лимтриы Кбусс. Как говорится, приятно познакомиться.

– Где главный обитает? – поднял глаза на девушку, которая уже стянула через блузку лифчик. У меня начинает рождаться гениальный план мести.

– По коридору дальше, там лестница, вам на третий этаж, дверь с золотой табличкой, – выдохнула девушка, хотя по взгляду могу точно сказать, что фраза должна была звучать: «Возьми меня здесь и сейчас!». Ну нахер! Надеюсь, директор мужик. На них феромоны вроде не действуют.

***

Перед дверью с золотой табличкой (реально золотая, я монетой провёл – там глубокая царапина осталась) стоял стол с компьютером, телефоном и какими-то бумажками. Место секретаря. Правда, самой девушки на месте не было, что, уверен, объясняется сдавленными охами за дверью. Классика.

Кстати, весь офис звуконепроницаемый, с несколькими студиями и тренажёрами, и всюду творилась какая-то бесовщина. Нет, прогуляйся по Красному кварталу, и то, что творится здесь, начинает вызывать скуку, но на втором этаже я в какой-то момент решил, что попал в бордель.

На подиуме в одной из студий ходили девушки в нижнем белье, и их маршрут выглядел так: вышла девушка, прошла по подиуму, покрутилась вокруг шеста, если кто-то из толстосумов в зрительном зале звал, девушка спускалась и прямо на месте её сношали, если нет, просто скидывала лифчик и трусики и шла за кулисы.

Про спортзал с группой девушек, занимающихся йогой, вообще молчу. Девушек там имели тренера по поводу и без. Стонов обычный человек слышать не должен был, но я то не обычный, поэтому к кабинету продюсера пришёл в боевом настроении, вопреки всем стараниям Алисы и Алеси. Ничего, они тоже входят в мой план мести.

Вообще, атмосфера здесь пугала до жути. Обыватель услышит и увидит много секса, я же слышу плач, стоны, отнюдь не от удовольствия, а вот моя ментальность вообще улавливает отчаяние и злобу, причём здесь фонит этим больше, чем в обезьяннике у Татьяны. Хотя, казалось бы: там сидят обозлённые на всех и вся уроды.

Заходить к главному пока не стал, хотя очень хотелось влететь в кабинет так, чтобы дверь с петель улетела на улицу, но ладно. Пусть порадуется напоследок. Хотя, судя по вздохам, там совсем беда. Может у него сердечко прихватило? Нет, ну мало ли? Не хотелось бы, чтобы мою работу сделала досадная случайность.

Долго ждать не пришлось. Всего минуты две после моего прихода прошло, а из двери вышла секретарша. Женщина, лет тридцати, в строгом костюме со строгой внешностью. Этакая училка, которая может и отсосать, и линейкой пальцы сломать, причём одновременно. Выбивались из строгости только трусики барышни, которые та держала в руке.

– Директор не принимает! – зло бросила женщина и уселась за стол, скинув несчастный предмет белья в мусорку.

– Мне назначено, – спокойно ответил я, хрустнув шеей.

– На сегодня записей нет, – секретарь даже не посмотрела в монитор компьютера. Забавно, но, кажется, феромоны не работают. Хммм, а если?..

– Поверьте, мне действительно назначено, – я опёрся руками в стол и заглянул женщине в глаза. Ментальность не использовал, пока что… Требовалось заинтересовать её, и я, кажется, знал, что ей можно предложить.

– Да… – секретарь осеклась и посмотрела в коридор. Нет там никого, да и не предвидится. – А кто вы?

– Ты, дорогая, – улыбнулся я. – Давай на «ты». Дмитрий я, а послала меня госпожа Кубус.

– Кубус? – переспросила женщина, явно обдумывая, чем может обернуться мой визит. – А зачем?

– Кто знает? – пожал плечами. – Быть может, я смогу сделать так, чтобы ваша порно-студия закрылась, а может смогу сделать вас счастливее и, чего уж там, явно богаче?

Секретарша задумалась, смакуя мои слова. Что-то ей там понравилось, только она не могла понять, что именно. Причём, взгляд женщины постоянно цеплялся за две вещи: смятые трусики в мусорном ведре, и бугор в районе моего паха. Феромоны вернулись в чат, мать их.

– Могу я?.. – секретарь потянулась в мою сторону и одна из пуговичек на блузке расстегнулась, распахнув вид на ложбинку.

***

– Денис Александрович, к вам посетитель, – произнесла тяжело дышащая Елена, вытирая белые капли с подбородка.

Лужицу под столом она уберёт попозже, когда я зайду к директору. Настроение, блин, шутить про ключи и замочки. По крайней мере именно мой член и стал тем самым ключом, а эта уже удовлетворённая барышня кончила несколько раз просто мне отсасывая.

– Я не принимаю, Леночка, – послышался тяжёлый голос из телефона.

– Меня примешь, – я выхватил трубку из рук секретарши и подмигнул ей. – Я не каждый день выбираюсь в подобную дыру, чтобы дать нищенкам кучу бабла!

Волшебное слово произнесено, и дверь в кабинет отворилась сама собой. Ну вот и кульминация. В голове заиграла песня Арии. Мы раскачаем этот мир!

Кабинет изнутри был сделан безвкусно и явно для пафоса, или же просто для удовлетворения высокого чувства собственного величия своего хозяина. В любом случае, золота было много, и в его подлинности не приходилось сомневаться – один вид хозяина этой берлоги кричал, что контакт с серебром или любым другим дешёвым металлом его убьёт. Жирный мужик, с тремя подбородками, залысиной на башке и цепкими глазками-бусинками, которые не отрывались от меня с моего первого шага в кабинете, оценивая. Что ж, надеюсь, мои обновки ему понравились, потому как за один только галстук пришлось отдать немыслимую сумму.

– Дмитрий Кубус? Забавно, – Денис Александрович решил начать диалог первым, чтобы вести, но у меня было на это своё мнение.

– Именно, Мороз Денис Александрович, – выплюнул я и достал из пачки сигарету, закурив, – забавно! Ради такого гостя можно было и освободить график. Скажем, между траханьем секретарши и дрочки в ладошку, – я кивнул в сторону пачки влажных салфеток на дорогущем дубовом резном столе.

– Гхм! – директор закашлялся и поспешил перевести тему. – Так что же вашей госпоже понадобилось от моих девочек?

– НАША госпожа, – моё лицо растянулось в ядовитой улыбке, – видит ваш… бизнес… достаточно интересным, но недостаточно… как бы это сказать… Ну не то, Дениска, совсем не то. Крутить порнуху на первом канале в прямом эфире – это совсем не уровень. Сакура считает, что небольшая стимуляция, – в моей руке крутанулась пластиковая карточка, – может помочь вам расцвести, а наш клан вообще отправит ваши рейтинги в космос.

– И сколько ваша госпожа предлагает? – в глазах мужика сверкнули алчные огоньки.

Я молча протянул директору чек с шестизначными циферками. Сумма превышала собой полную продажу всего офиса и его обитателей раза в четыре. У Дениса от такого округлились глаза.

– Не слишком ли это? – он с недоверием посмотрел на меня.

– Для Сакуры это копейки, – пожал я плечами.

– Копейки? – у директора от услышанного вырос ещё один подбородок. – Хотя, чего удивляться? Видал я её по телеку ещё когда девчуля только начала понимать, зачем ей вагина между ног. Скажи: соска что надо?

– При ней только такое не ляпни, – усмехнулся я. – Но да, барышня прямо создана, чтоб её на член сажать. И, по секрету скажу, она диво как хороша. Ни одна девушка не сможет доставить столько удовольствия, сколько доставляет госпожа.

Мужик прям проникся. Уже решил, что стоит ему только подписать соглашение, как лисица сама запрыгнет к нему на член. А меня он теперь видел исключительно в виде другана, с которым можно обсудить все свои похождения. Ему же хуже…

– Мы… Мне надо подумать… Такие деньги… – пробормотал Денис и покосился на монитор.

– Внимание госпожи Кубус не вечно, – я выдохнул облачко дыма. – Честно говоря, она может уже завтра переключить внимание на других более сговорчивых.

– Хорошо, я согласен! – выпалил мужик и вскочил, решив, что я собираюсь уходить. Он схватил ручку и дрожащей рукой поставил крестик на чеке, являющимся и контрактом на покровительство.

– Отлично, – я достал второй чек. – Что? Копии должны быть. Одна у тебя, другая у госпожи.

– Ох, конечно! – Денис схватил второй чек и подписал и его. Даже не читал. Да и не должен был, а то отказался бы ещё ненароком.

– Хорошо, – кивнул я и достал телефон.

Номер был вбит заранее, так что случилось как в плохом кино – я просто нажал на экран и мне сразу же ответили.

– Чувствуй себя как дома.

***

Конечно, лисица не собиралась работать с «Девушками со звёзд» всерьёз. Сакуре и без этих выскочек было чем заняться, но я на пару с Алесей смогли убедить её не закрывать гёрлс-бэнд, а просто переквалифицировать. А чтоб совсем не запарно было, спихнуть его управление на кого-нибудь другого, ко умеет в управление, но при этом слоняется без дела. Как удачно, что именно в этот момент с младшей сестрой решила повидаться старшая…

– Одной головной болью меньше, – выдохнула Сакура, глядя на меня. Долго глядя, даже как-то непривычно.

– А не двумя? – я кивнул в сторону второго лимузина, перед которым стояли в окружении журналистов Сумире Кубус и директор «Девушек со звёзд».

– Мира не доставляла никогда проблем, – пожала плечами лисица.

– Значит, теперь тебе ничего не угрожает? – спросила Алиса.

– Пока нет, – Сакура всё же отвела от меня взгляд и посмотрела на свою сестру. – Только осталось удостовериться, что Мира сможет разнести эту лавочку, а дальше можно думать о более важных делах.

– Например, о Ложе, – произнёс я.

– Точно, – согласилась Алеся. – Надо много наверстать.

– Хотя, мне всё ещё нужно найти Крейга, – как бы между прочим заметил я.

– Мира вернётся, и мы отвезём тебя, – дёрнула ушками Сакура.

– Да она ещё час с хером будет ходить! – вздохнула Алиса. – Чем займёмся?

Намёки блин. Хотя, я ждал подобного. Девчонки вон уже глазками стреляют, пуговички расстёгивают. Но! Есть одно но… Что-то мне не нравится в сделке. Вот странно это. «Девушки со звёзд» собирали огромное количество просмотров не только за постоянный секс на камеру, но и из-за своего неповторимого стиля (да, пришлось поверхностно ознакомиться с противником), девушки все как на подбор красотки, но при этом у директора совершенно нет вкуса, вспомнить хоть его кабинет, или просто то, что мужик совершенно за собой не следит. Жадный, но при этом почти пошёл на попятную, увидев число в чеке, которое, к слову, для подобных сделок обыденное. Текст контракта не прочёл, хотя держит огромный офис с борделем, от которого голова болит и у Императора, и, как следствие, у Сакуры. Будто… А не мог директор быть подставным? Но тогда я теряю смысл всего нашего действа.

Я вышел из машины и двинулся к Сумире и Денису. Последний вообще выглядел, как мальчишка, которого отчитывают за двояк.

– Да как ты вообще этим управлял с такими знаниями? – старшая Кубус махала перед ним кипой бумаг. – Ты некомпетентен! Ты безграмотен! Ты… ТЫ!

– Душа моя, – я отвлёк девушку от гневной тирады, – я могу задать вопрос товарищу директору?

– Бывшему товарищу директору! – Сумире поморщилась. Удивительная девушка, если честно. При нашей первой встрече она мне не показалась ни на грамм серьёзной, а тут такое.

– Кто за тобой стоял? – я посмотрел на Дениса, на всякий случай активировав способность, отчего мои глаза загорелись. – На кого ты работал?

– Я… Я частный предприниматель, – проблеял директор.

– Да он даже не в состоянии сказать, окуда у него деньги на всё это! – возмутилась Сумире.

– Денис, дружище, если ты хочешь сегодня добраться до дома, а не, скажем, в морг, – мои глаза засияли ещё сильнее, – ответь мне честно. На. Кого. Ты. Работал. Это. Вопрос.

– Я всё это сделал сам! – взвизгнул мужик и рванул в сторону офиса.

– У тебя десять минут собрать вещи, – сказала ему вслед Сумире и посмотрела на меня. – С ним что-то нечисто?

– Есть подозрения, – кивнул ей. – Я проверю, чтобы он ничего лишнего не захватил.

– Хотела сама попросить.

Денис ожидал погони, поэтому дверь закрыл на замок и с кем-то очень оживлённо беседовал. Интересно, если я сейчас зайду, он сожрёт телефон?

Лёгкое движение рукой – и дверь улетает в окно с частью стены. Я посмотрел на Дениса, Денис ошарашено смотрел на меня. Телефона у него в руках не было, зато был включен компьютер. Так даже проще.

– Я только спросить, – улыбнулся я, ментально парализовав мужчину.

Обошёл того по кругу и заглянул в монитор. Который погас, стоило мне посмотреть в его. Денис всё ещё не мог двигаться. Тогда что это? Ладно, придётся прибегнуть к другому номеру.

Я схватил Дениса за ворот пиджака и протащил по кабинету до выбитого окна. Мужик заголосил свинячим визгом, когда единственной его опорой стала моя рука, а расстояние до земли увеличилось до трёх этажей.

– Дениска, – улыбнулся я ему, – у меня сегодня отвратительный день был, и моё терпение закончилось ещё внизу. Ответь на вопрос, и я тебя отпущу, даже на пол поставлю.

– Я… Это ИИ! – взвизгнул мужик. – Там на компе. Мне его подогнали вместе с баблом.

– Кто?

– Я не знаю! Честно-честно!

– Сука, – выдохнул я, и втянул мужика в развалины кабинета. – Съебался в ужасе!

Денису подсказывать не пришлось. Он и без того уже на четвереньках бежал в сторону дверного проёма. Окей, теперь надо познакомиться с ИИ. Я осторожно прокрался к роутеру и осторожным движением срезал провода. Без понятия, что там за прога, но на всякий случай, отсутствие интернета лишним не будет. Ну что?

– Итак, – я поводил мышкой по коврику, но комп отказывался подавать признаки жизни, – как насчёт включиться. Альтернатива – полёт в стену.

Не знаю, был ли на компе включен микрофон, но он тут же ожил, являя мне… Сука, строчки кода. Много строчек кода, которые сами себя постоянно переписывали на космической скорости. Мне плохо стало от осознания, насколько бедный процессор внутри этого монстра. И что мне с этим делать? Я не прогер, да и даже если бы был, понять в тонне изменяющихся команд и чисел хоть что-то было нереально.

– Что ты, мать его, такое? – мысленно выругался вслух, раздумывая, не выкинуть ли системник с третьего этажа.

– Я – индивидуальный бизнес помощник! – гордо донёсся из колонок голос гугл-мужика.

А, ну это меняет дело. Оно ещё и говорит… Тащите гроб и батюшку, просто святой водой тут не обойтись.

– И откуда ты такой взялся? – похер на сам ИИ, куда интереснее, кто подогнал Денису такую штуку.

– !!! – комп пронзительно запищал и выдал: – Ошибка! Данные не найдены.

Логично, если честно. Подтереть за собой – дело святое.

– Зарегистрирована смена пользователя. Идёт обновление данных. Это займёт несколько минут, – с этими словами комп отрубился.

– Саш, ты хоть представляешь, в какую копейку обойдётся ремонт кабинета? – Сумире влетела в дверной проём и сразу начала с наездов.

– Продай табличку с двери – тебе на капитальный ремонт всего здания хватит, – огрызнулся ей. – Тут проблема посерьёзнее.

– Что случилось? – старшая лисица подскочила ко мне.

– Не Денис управлял тут всем, а его комп, – я помассировал переносицу.

– Ни слова больше! – ладошка Сумире взлетела вверх. – Тут я сама разберусь. Ты и так хорошо поработал.

Девушка явно пытается набрать очки в моих глазах, и у неё это получается. С полуслова поняла меня. Сань, может имеет смысл вот с ней мутить? И что, что нимфоманка? Зато мозг есть.

Глава 12

Большая сила влечёт большую ответственность. Так говорил обычный человек не совсем обычному мальчику и чуть погодя умер. Грустный момент, который был необходим для того, чтобы мальчик стал героем. Как в комиксах всё просто...

А вот то, что большая сила, тварь такая, спать не даёт, никто не говорил. Сон необходим, даже будь я трижды супер-пупер-гипер человеком. Жаль, что тьма считает иначе. Круги под глазами девчонки единогласно признали сексуальными, а вот постоянная головная боль – проблема. Да, я отдыхаю иногда, но сон и отдых вещи разные. Мозг получает информацию, её много, она накапливается, но вместо структурирования я получаю созерцание чёрного океана и дикую головную боль.

К доктору бы сходить, да кто же мне поможет? Единственный, кто может мне помочь, это Натрикс, но в силу некоторых обстоятельств с дядей выйти на контакт сродни суициду. Книга проклятых на вопросы про сон вообще выдаёт способности тотема бабочки. Вот и получается: информация поступает, не может структурироваться, я ищу инфу, как с эти бороться, информация поступает. Замкнутый круг, мать его. Как итог – постоянные головные боли, которые напрочь отбивают желание что-то делать.

Ещё после дела в офисе "Девушек со звёзд" мозг начал охреневать от количества информации, да так, что о плане гениальной мести Сакуре за подставу с феромонами пришлось забыть. Частично, правда, всё же я тот ещё злыдень. В итоге всю дорогу до Красного квартала Сакура, Алиса и Алеся чуть с ума не сошли из-за баночки с духами, которую я просто вылил на себя. Прилетело и близняшками, чего в планы не входило. И даже не хотелось оправдать это профилактикой. Ничего, чуть позже отработаю, девочки давно просят.

Главное – опять поступление информации. Наконец-то мне поведали, где же окопался мой изгнанный из клана дядя Крейг Гримм. Оказалось, что он таки не помер (о чём я и так догадывался, но червячок сомнения был), а был каким-то неведомым образом извлечён из катакомб под особняком Гримм, где я его оставил, и оправлен в некое секретное заведение для особо опасных особо одарённых. Да, заведение настолько секретное, что о нем знает каждая собака. Неизвестно только, где оно находится, но здесь мне повезло. Так уж вышло, что у клана Тервос, занимающегося охраной в том числе и Императора, как раз есть информация о данной тюрьме. Более того, с близняшками я могу ходить там как у себя дома, так как большая часть охраны – выходцы из Тервос. Удобно… Я то думал, что давать такую задачу близняшкам сродни указания пальцем в небо, а тут так хорошо попал.

Но, как это обычно бывает, легко не будет. Охранники тюрьмы обо всех посетителях докладывают непосредственно Императору, а точнее его телохранителю. А кто его личный телохранитель? Я же уже когда-то говорил об этом. Гримм. Леон Гримм, действующий глава клана Гримм, а заодно мой какой-то там прадед. Честно, мне совсем не хочется общаться с родственниками в данной ситуации, хоть и парочка неудобных вопросиков у меня есть конкретно к Леону.

Алеся, умничка моя, подумала над этой проблемой, и выдала гениальную идею. А что, если Александр Гримм по-тихому влезет в одно из самых охраняемых мест Российской Империи и по-тихому поболтает со своим родственником?

– Лесь, ты же не серьёзно? – я в очередной раз посмотрел на план тюрьмы на столе. – Эту дыру проектировали специально, чтоб оттуда Гримм не смог выйти, а мне требуется зайти и выйти. Это тебе не пять лет ложкой подкоп копать, там охранные системы меня засекут ещё на подлёте.

– Других идей нет, – пожала плечами Алеся и уселась в кресло рядом.

– Там же твои люди. Нельзя просо сказать, чтоб они не докладывали?

– Низзя, – передразнила меня вошедшая в комнату Алиса. – Любая промашка – удар конкретно по нам. Там проверки бывают чаще, чем тараканы в школьной столовой. Любые аномалии системы тут же фиксируются и незамедлительно идёт реакция.

– Блять, – я согнулся от головной боли. – Тогда мне туда лезть точно нельзя.

– А иллюзии? – осторожно уточнила Алеся.

– На камеры, сенсоры и датчики не работают, – покачал головой.

– Мой промах, – расстроилась брюнетка. – Стоило это уточнить заранее. Эй, ты куда?

– Надо проветриться, – я направился к окну. В последнее время использовать двери мне кажется отвратительной идеей.

***

Вечерний летний ветер обдувал ноющую голову, но легче не становилось. Хочу спать. Но не получается. Идущие навстречу девушки Красного квартала приветливо махали ручками или просто кивали, приходилось кивать в ответ. Кто-то намекал на возможность хорошо провести ночь, но настроения не было совсем. Единственное, чего хотелось – найти ствол калибром покрупнее и снести к херам голову.

И всё равно приходится думать. Как сделать так, чтобы после диалога с дядей меня не повязали мои же? Уверен, когда узнают, что прибыл посетитель к изгнанному и забытому Гримму, подтянут не гвардейцев, а самих Гриммов. Я сильнее многих из них, но вот их больше. Я и от одной Гинис кое-как отбился не без помощи чего-то необъяснимого обитающего в катакомбах. А тут у девушки будет кавалерия в виде наших бравых родственников. Дай Бездна, чтоб живым выбрался в таком случае. Ещё и в итоге под угрозу станет клан Тервос. «Жопа, – как говорил доктор из одного сериала, – полная беспросветная жопа».

Особо холодный поток ветра ударил в лицо, от чего мигрень усилилась. Есть ли возможность договориться непосредственно с Леоном? Учитывая проблемы в клане, это маловероятно. Хотя кое-что не сходилось. Весь клан под каблуком у моей матери, а если и Леон тоже, то меня бы уже разыскивала вся Империя. Хотя нет, не настолько я важный шпиц, чтоб отправлять на мои поиски гвардию. Наверное. Надеюсь на это. В любом случае, ни сейчас, ни несколько дней до этого меня не обнаружили, хоть я и успел хорошо наследить, да и моё состояние может принести немало проблем матери. Быть может, кавалерию оставили на случай, если совсем прижмёт, а может до главы Гримм просто не смогли добраться. Это ещё предстоит выяснить. А за ответами нужно идти в осиное гнездо – клановый особняк.

Пока думал, ноги принесли меня к церковной школе. В темноте здание церкви выглядело ещё удручающе и гротескнее, единственный свет на улице вообще лился из окон жилого барака. Хоть не свечами освещали, и на том спасибо. Интуиция же настоятельно требовала зайти к моим духовным наставникам Силанию и Понфирию в полуразрушенную церковь. Ну, раз требует, то чего бы и не заскочить на огонёк. Авось пара стопок святой воды поможет справиться с головной болью.

На улице темно, в церкви совсем темень непроглядная, едва разгоняемая несколькими свечами у алтаря. Там же метались две полные тени, о чём-то обеспокоенно переговариваясь.

– Господи, спаси…

– Ты лучше ещё раз набери мальцу, – прошипел Понфирий.

Стук стекла о стекло. Кто-то что-то дрожащими руками наливает в стакан.

– Да недоступен он… – грустно констатировал Силантий.

К этому моменту я успел подойти достаточно близко, чтобы видеть в свете свечей лица мужиков.

–В диапазоне между отчаянием и надеждой? – спросил в пустоту, отчего оба священника подпрыгнули и обернулись.

– Лёгок на помине, – прошептал Понфирий.

– Вашими молитвами, – пожал плечами. – Оно?

– Позвонили полчаса назад, – кивнул Силантий.

– Чё хотели?

– Монашек, – вздохнул Понфирий. – Боюсь, не для богоугодных дел. Вы очень вовремя зашли, Дмитрий.

– Я просто проходил мимо и решил зайти поздороваться. В последнее время занемог от головной боли, – я достал сигарету из полупустой пачки и подкурился от свечи. – Пойду поздороваюсь с нашими гостями?

– Они с минуты на минуту будут, – кивнул Силаний и покосился в угол помещения. Там стоял сельхозинвентарь, поблёскивающий в свете свеч.

Новости, конечно, не очень. Для церковников. Для меня это лишь повод попробовать одну штуку. У одной из моих теней четыре руки, а значит, в теории, я мог бы призвать себе ещё две руки. Но ими же надо ещё и управлять. Вот и попробую.

Стоило мне выйти из церкви, как улица утопла в свете фар нескольких машин. Чёрные иномарки, тонированные стёкла, ничего впечатляющего. У Снегирёвых БТРы, а тут просто машины.

Конвой остановился перед церковью, и оттуда посыпались люди. Бездна, они кастинг устраивали что ль? Все как на подбор лысые, с внешностью бывалых зэков, татухами на лицах и шрамами там же, одетые в деловые костюмы, нелепо смотрящиеся поверх толстых, но мускулистых тел. Одиннадцать человек. Ещё и вооружённых. Пре-крас-но.

Я вышел к ним на встречу. Зэки на меня особого внимания не обратили, вместо этого посматривали на барак с горящими окнами. Ох, не люблю, когда меня игнорят. Пришлось достать волшебную корочку.

– Независимый эксперт, Романовский отдел, – представился ребятам, выставляя красную корочку на свет фар.

Зэки синхронно повернули головы в мою сторону.

– Шкет, вали отсюда, пока мы тебе эту корочку в жопу не засунули! – выкрикнул один, а все остальные заржали.

Было темно, но я увидел, кто это сказал. Медленно закрыл ксиву и подошёл к умнику. Тот ухмыляясь смотрел на меня, взглядом спрашивая, что я буду делать дальше. Я схватил зэка за ворот рубашки и дёрнул к себе.

– А ты попробуй, – прошептал ему в ответ, положив в ладонь корочку.

Вокруг раздались щелчки затворов.

– Чёт ты дохуя борзый, – прорычал особо крупный детина, похрустывая костяшками.

– У нас ваш отдел в доле, так что вали отсюда, – поддакнул кто-то из темноты.

– Что там у вас? – с этими словами из средней машины выполз ещё один мужик.

Выглядел он интеллигентнее всех присутствующих вместе взятых. Костюм его был в разы дороже костюмов его подсосов, а в руках была трость с рукояткой в виде ворона. Пахан, стало быть. Наверное. Я не знаю, как их там называют.

– Да пацан какой-то залупается, – прорычал самый крупный.

– Ага, говорит, из мусарни.

– Малец, давай вали к мамке, – улыбнулся главный. – Мы и деньжат подкинем.

– К твоей? – я отпустил зэка и забрал у того свою корочку.

– Шутник? Это я люблю. Особенно хорошо шутники шутят, когда их раскалёнными прутьями пытают, – злобно улыбнулся главарь.

– Тогда можешь разогревать, а то тут от уныния сдохнуть недолго.

– И начальницу свою позови, – сбоку ко мне подошёл тот самый детина. – Для неё уж точно прут погорячее найдём.

Общий ржач.

– Да без базару, братан, – улыбнулся ему. – Сюда же весь отдел едет, включая майора Осипову. Заодно ещё раз свои договорённости обсудите.

Страх. Главарь не потерял лицо, актёр он неплохой, но я уловил его страх. Да, Таня прекрасно справляется со своими обязанностями, и все мы это знаем.

– Ворон, чё… – начал было детина, но его прервал интеллигент:

– Дельтуем, – спокойно отчеканил тот. – Ник, останься. Разведаешь, потом доложишь. Малого сильно не бей. Жалко его.

С этими словами все братки попрятали стволы и принялись рассаживаться по машинам. Крупный улыбнулся и посмотрел на меня сверху-вниз.

– Не парься, – бросил я в спину главному. – Я тебе Ника по частям принесу, как наиграюсь.

Машины стартанули с диким визгом и понеслись прочь. Что-то ребята шуток не понимают.

– Ну, звиняй малец, – Ник занёс руку для удара.

Впрочем, рука так и не опустилась. Бедолага даже не сразу понял, что его правой конечности больше не было. Она испарилась. А следом ему прилетело от теневой руки под дых, отчего Ник согнулся. Я же с четырёх рук принялся наносить удары, завершив ударом в подбородок. Перестарался я, и громила не просто отключился, а улетел со сломанной челюстью куда-то в темноту. Не, ты мне ещё нужен.

Колонна не так далеко уехала, хотя я немало времени потратил, чтобы найти тело Ника. Куда больше времени заняли мордоразносящие изыскания. Машина главного была в центре колонны. И у меня появилась прекрасная идея, как избавиться от этой проблемы. Я ужас на крыльях ночи!

***

Всего километр успели проехать мужики, когда в машину главаря влетело нечто со скоростью пушечного ядра. Машину от такого нехило крутануло и вынесло на обочину, впечатав в столб. Будут трупы. Не привыкать.

Из машины выскочил какой-то дрыщавый гопник в костюме, увидел меня, медленно шагающего к месту аварии в полутеневой форме, икнул, и принялся палить в мою сторону. Ни одного попадания блин. Даже не весело. Я шаг за шагом подходил ближе к куску металла, некогда бывшему машиной, из которого выползло ещё двое. Какой-то бандит, принявший решение перед смертью остаться анонимным, и Ворон. Главарь поднял на меня взгляд, за линзами очков вспыхнули глаза. Я не удивлён, что он одарённый. Может и Ник одарённым был, просто решил, что ему дар не нужен против какого-то пацана с полицейским удостоверением. Ну да, я же не выгляжу как одарённый. Аж глаза зачесались от тупости.

– Это Ник! – прохрипел аноним, глядя на бесформенную массу в остатках одежды громилы. – Он Ника завалил!

Ворон в ответ вновь посмотрел на меня.

– Поигрался и возвращаю, – улыбнулся ему. – Как и обещал.

– Не стоит горячиться, – кивнул Ворон. – Предлагаю сотрудничество. Мои наниматели щедро заплатят такому как… вы.

– А с чего ты решил, что меня интересуют деньги? – шаг, и ещё шаг.

Гопник от меня был уже в пятёрке метров. Бедолага всё не мог понять, что у его пистолета кончились патроны, и он всё давил на замерший спусковой крючок.

– Мы можем это обсудить, – Ворон испускал волны облегчения, заметив, что я не сказал, что не согласен сотрудничать. – Только не здесь. Боюсь, машина скоро загорится.

Я оставил худощавого позади и подошёл к Ворону. Если он и мог что-то мне сделать даром, то стоило это делать сейчас, когда расстояние между нами сократилось до метра. Но Ворон не терял надежды, и даже протянул мне руку:

– Ну что? Как насчёт сотрудничества?

– А почему бы, – я ответил на рукопожатие, – тебе просто не сдохнуть? Ненавижу таких как вы!

По правой руке главаря поползла сеть из ярких трещин, заполнившая тело мужчины практически моментально.

– Ошибка… – успел прохрипеть главный, после чего рассыпался пеплом.

– Ворон! – взвыл анонимный, вскинув ствол. – Он Ворона замочил!

– Телиса, – из моей тени выползло антропоморфное чудовище, напоминающее изуродованную лису. – Жрать!

***

Голова, притихшая от выброса адреналина, взвыла с новой силой, стоило мне добраться до резиденции близняшек. Бандиты бандитами, а мне всё ещё нужен был Крейг. Уже стоя в распахнутом окне комнаты, в которой пыталась уснуть Алиса, я громко охнул от мигрени и свалился на пол.

– Саша? – испуганная блондинка мигом подскочила ко мне, приложив холодную ладонь ко лбу. – Господи, что с тобой случилось?

– Подрался, – скривился я.

Нет, травм физических у меня не было, но я был весь в крови, да и горелым топливом от меня несло неслабо. Были ли там все бандиты, или это только часть, я мог только догадываться, но уже после слов о нанимателях я понял, что кому-то серьёзному понадобилось держать в страхе округу при помощи этих недоносков. Зачем? Кто знает? Давление, быть может, надо было создать, или ещё что. Мне до фени. Преступников надо карать. Эту философию я перенял у опекающей меня Тани.

– Всё хорошо? – Алиса искала на моём мертвенно бледном лице следы травм, но единственное, что меня действительно волновало, это…

– Башка раскалывается, – покачал я головой. – Ничего серьёзного.

– Алис? Что слу… – дверь в комнату девушки отворилась, на пороге стояла Алеся. – Саша? Что? Какого? Иди умойся, бога ради!

Ну да, как и говорил, несло от меня отличным коктейлем из гари и крови. Душевая нашлась быстро, но девушки повели меня дальше по лабиринту к местным горячим источникам. Давненько тут не был.

– Нужна помощь? – спросила Алиса, глядя, как я снимаю убитую рубашку.

– Я не инвалид, сам справлюсь, – бросил ей. – А вот одежду на смену этой было бы неплохо найти.

– Хорошо, – блондинка продолжала пожирать меня глазами.

Нашла на что смотреть. Я же не качок какой… Ох ёпт! Мимолётный взгляд в зеркало показал, что я не прав. Мышечной массы стало куда больше, впрочем, без фанатизма. Телосложение так и осталось худощавым, но мышцы явно проступали под кожей, словно я год в качалке проторчал. Одно плохо было – кое-где вены почернели и хорошо просматривались под мертвецки-бледной кожей. Это говорило только о том, что моя тьма усиливалась, подгоняя моё тело под себя.

– Занятно, – прокомментировал я и прошёл за ширму к источникам. Банька-парилка…

Пока отмокал в бассейне с джакузи, начал обдумывать. Не складывалось что-то с моим кланом и Леоном Гриммом. С одной стороны, если всё плохо, то столкновение будет с моими соклановцами с неизбежной лоботомией, с другой стороны, если до Леона моя мать не достала, то и стычка будет с гвардией. А где узнать наверняка? У Чарли спросить. Или у кого-нибудь, кто ещё сохраняет своё сознание в моём клане. Чарли выглядит предпочтительнее, но она может просто не знать. К тому же после налёта Гриммов на Красный квартал девушка залегла на дно. Тяжело.

Рядом со мной в бассейн нырнула девушка. Не успел разобрать кто это, но могу предположить, что длинные светлые волосы носит тут только Алиса. Надеюсь, что это она, а не злобный призрак её матери Кристины, или младшей сестры Кристины Лили. Не боюсь я призраков, но вот сказать этим двоим мне было бы нечего.

Но нет, это была Алиса. Блондинка нарочито резко вынырнула, чтобы больше брызг полетело в меня, и уселась на скамейку рядом со мной, выставляя роскошную грудь на обозрение. Ждёт возмущений. По глазам вижу. Алиса всё ждала и ждала, зазывно покачивая грудью, а у меня за спиной послышались шаги.

– Водичка сегодня огонь! – воскликнула Алеся, спускаясь в бассейн.

Для неё водичка всегда огонь. Температура в бассейне резко подскочила, стоило девушке опустить ножку в воду.

– Согласна, хорошая водичка! – кивнула Алиса, прижавшись грудью к моей руке.

– Согласен, посреди ночи пойти помыться самое то, – улыбнулся девушкам. – Вы спите с перерывами на помыться?

– Нет, – Алеся прильнула ко мне с другой стороны, прижавшись и вцепившись мне в плечо острыми ноготками. – Просто я боюсь.

– Чего? – я поморщился от боли из-за царапин.

– За тебя, – ответила за сестру Алиса. – Сам посуди: ты плохо спишь, влетаешь посреди ночи в комнату весь в крови, бежишь от собственного клана, разрываешься от внутренних метаний… Ничего не забыла?

– Ты и половины не знаешь, – протянул я, жалея, что нет сигареты.

– Так расскажи, – пожала плечами блондинка.

«Когда-нибудь это бы случилось,» – философски заметил Саша. И надо им это?

***

Из бассейна я вышел первым. Девушки были не в той кондиции, чтобы увязываться со мной. Мой рассказ об Исходном их сильно впечатлил. Боюсь, и близняшки сегодня ночью не уснут.

«Какие планы на завтра?» – зевнул в мозгу Саша.

Мы идём в школу. Первый раз в десятый класс!

«Стой! Там же будет Касуми,» – Саня явно не мог понять, что я задумал, что было странно. Он существует посреди моих мыслей, а значит должен понимать всё.

И действительно, стоит мне зайти в класс, как на спокойном побеге с уроков можно ставить крест – меня будут ждать с целью поимки мои родственники. Но, на то и расчёт. Да, я поверил в себя и решил, что мне таки хватит силёнок отбиться от десятка Гриммов. Что меня на это натолкнуло? Драка с бандитами Ворона. Дело в том, что, когда я призывал дополнительные руки, мне не понадобилось тренироваться, чтобы привыкнуть к ним. Они чувствовались столь естественно, будто у меня всегда было четыре руки, и сейчас, когда их не было, я ощущал себя некомфортно. Ещё и Телиса вновь слушается меня. Так что, шансы есть. Как сказала Книга Проклятых, я не помру, пока жива моя тень. Да, Телису могут уничтожить только Гриммы, но у меня две тени, значит и захватить меня будет проблематично.

Так что, дела максимально простые: выдвигаемся грызть гранит науки, пытаем мою озабоченную сестричку, умерщвляем ударный отряд Гримм, анализируем данные и кабанчиком спешим на свидание с Крейгом. Возможно, где-то по дороге ещё зацеплю пару юбок, но это опционально. А сейчас надо попробовать уснуть. Хотя бы часик. А то у моих родичей есть все шансы не успеть меня убить, их опередит недосып.

Где лечь? В прошлый раз я спал с Алесей в комнате Алисы. А сейчас? Придумал! Сегодня моей жертвой будет Алиса. Настроение даже как-то поднялось от осознания, что я нашёл выход из тупика. Поэтому закрытая на замок дверь меня не остановила, и я приземляюсь лицом в подушку, на которой час назад спала Алиса.

Утром проснулся от будильника и матерной тирады блондинки. Алису не смутило моё наличие в её постели, и она вместо скандала просто легла спать на мою руку, в придачу закинув на меня свою ногу. Хоть за член не держит, и то хлеб.

– Вставай, солнышко, – попытался я было спихнуть с себя девичье тело, но куда там, Алиса вцепилась в меня всей своей одарённой силой. – Нам в школу пора.

– В школу? – с блондинки весь сон мигом сошёл. – Саш, ты ебанулся?

– Я и не переставал, – пожал плечами. – Но в школу надо.

– Сумасшедший, – вздохнула девушка, и отпустила меня.

Сборы на пару с объяснением, зачем мне отправляться туда, где меня без проблем схватят мои родственники, заняли около часа. Близняшки пытались меня отговорить, потом стали просто очень громко и недовольно молчать, пока машина подъезжала к школе. А я нож взял? Вроде без него не пропустят.

На входе девочки предъявили травмат, а я иллюзией показал охраннику нож. Разводилово прошло на ура. Странно, что в мире, в котором одарённых где-то треть от всего населения, в школе, где учатся в основном одарённые, охрана – обычные люди, которые буйным детям со способностями на два зуба.

– Помните про план, – прошептал на ушко Алесе.

– Ага, и ни слова по-русски, – повторила ранее сказанное мной брюнетка и нахмурилась.

– Проблем с правоохранителями не оберёмся, – пожаловалась Алиса.

– Да что вы как маленькие? – я изумлённо посмотрел на девочек. – Как устраивать вооружённый набег на одного несчастного парня, так вы ничего не боитесь, а тут всего-то надо вывезти из школы одну кошку. Вы ж неприкасаемые.

– Может быть… – пожала плечами Алиса. – Только вот ваша мать не будет сидеть сложа руки, когда поймёт, что у неё отобрали уже двоих детей.

– В полицию она очно не обратится, – парировал я. – Зачем, когда… Так всё! Заткнулись, а то у моей родни слух хороший. И помните – ни слова по-русски.

***

– Брат? – я ловлю дежавю.

На меня и в Исходном все так же изумлённо смотрели, когда я на занятиях появлялся. Да-да! Мистер «Кто это?» и «Его ещё не отчислили?» прямо сейчас залетел в класс, да ещё и в компании двух ослепительно-красивых девушек. Но это мелочи. Главное, что Касуми меня увидела и напряглась. Куда бы сесть? Ну точно, рядом с моей ненаглядной сестрёнкой и сяду. Там правда занято, но кого это волнует?

– Мне кажется, ты занял моё место, – подошёл я к какому-то бедолаге на полголовы меня ниже. Тот вылупил глазёнки и набрал было в грудь воздуха, но… Ой, что-то шеей похрустеть захотелось.

– Я тут всегда сидел! – не, всё же молодые парни совсем намёков не понимают.

– Прекрасно, – улыбнулся я. – А сегодня посидишь где-нибудь в другом месте.

– Да я жаловаться буду! – брызнул пацан слюной мне в лицо.

– Как же ты жаловаться будешь, если я тебе челюсть вырву? И ручки с ножками местами поменяю.

Близняшки тем временем отжали парту за мной, правда у них как-то невесело получилось: ни матерных криков, ни рассыпавшихся зубов.

– А силёнок хватит? Я так-то боксом занимаюсь! – пацан принял стойку.

– Матвей, может не надо? – Касуми посмотрела на меня.

Она девочка умная и уже догадалась, что я по её душу пришёл. Решила вот спасти хотя бы это недоразумение.

– Не беспокойся, мой котёнок, – и у меня, и у сестрёнки лица перекосились одинаково, – я сейчас доходчиво объясню этому хулигану на понятном ему языке, что…

Не, Матвей совсем не понимал девушек.

«Ты сильно понимаешь…» – проворчал Саня.

Сейчас не об этом. Хотя до кровопролития всё же доводить не стоит, а то у нашей классной проблемы будут.

Я просто вытянул кулак в направлении оппонента. Ни ускорения, ни какой-то тьмы, даже силу с гулькин нос закинул, просто потому что ещё меньше не смог. Но Матвей с его хвалебными речами о боксе и котятах умудрился не отреагировать, отчего моя еле сжатая ладошка прописала тому хорошего леща. Не сильно, скорее громко и обидно. Но эффект возымело странный.

Пацан, секунду назад желавший разговора на кулаках, расплакался от нежного касания ладошки и лица и убежал. Да, до кровопролития не дошло. Но Адриану Евгеньевну жалко. Это теперь её головная боль будет.

– Ну и чмошник, – прокомментировала Алиса.

– Да задолбал он уже, – вздохнула Касуми. – И вы тоже!

– А мы то чего? – блондинка упёрлась взглядом в мою сестру.

– Вы нахрена этого придурка прячете? – в меня упёрся тоненький пальчик с весьма опасным коготком. – Давно с Гриммами не бадались? А ты? Если прячешься, то прячься так, чтобы о твоих похождениях не рассказывали по телеку!

– Саша? – глаза Алеси сфокусировались на мне, и я почувствовал жжение в мозгу.

– Да кто эти телеки смотрит? Особенно новости? – пожал я плечами и сел-таки за парту. Хотелось вытащить мозг и размазать его об стену, так мигрень достала.

– Представь себе, кто-то смотрит! После уроков мы с тобой вместе едем домой! Это не обсуждается! – Касуми села рядом.

Ага, точно. Я же домой хотел с сестрой поехать, поэтому в школу припёрся. И кто меня заставит?

– Папа за нами заедет, – словно прочитав мои мысли добавила Касуми. Ведьма! Сжечь её!

А вот это не по плану. Надо что-то придумать.

– Может пропустим последний урок? Хочу в тот бутик заскочить, пока там очереди нет, – предложила Алиса Алесе, на что та тихонько согласилась.

– Даже не ду… – звон стекла прервал слова Касуми.

Спустя всего секунду мы упали на газон, сцепившись в зверином танце. Касуми не стесняясь вырывала когтями из меня клоки плоти, я же… Да что я рассказываю? Сестричка у себя в голове дралась со мной, сидя спокойно в это время за партой. Я могу её взять за руку и увести, а она и сопротивляться не будет. Да, обе мои способности в деле: иллюзия от тени и контроль разума от менталистики. Гремучая смесь.

– Девушки, предлагаю отсидеть этот урок и сваливать, – повернулся я к близняшкам. – По пути так и быть заедем в бутик.

– Саш, ты лучший! – взвизгнула Алиса и наклонилась ко мне, целуя в губы. Сука, мне же и понравится может…

Глава 13

Недооценил я наших, ой недооценил. Первый урок прошёл, а неприметная машинка с нервничающими пассажирами перед входом уже стоит. Благо, что и я решил для начала проверить. Ну, Касуми, и когда только успела? Хотя, чего это я? Анита уже утратила контроль над одним ребёнком, так что за вторым присмотр будет мама не горюй. В любом случае, выйти как-то нужно.

– Девочки, тащите свои задницы к другому выходу, – выдал я, закидывая тело сестры на плечо. Понятия не имею, что это за другой выход, но девочки, думаю, разберутся. – Как хвост сброшу, найду вас.

– Так давай мы Касуми возьмём? – предложила Алиса.

– Не, там ребята за мной и сестричкой приехали, так что будет легче, если… – я отвлёкся на сцену перед воротами.

Там стоял Макс и спорил о чём-то с охранником. Ну, я думаю, что объяснять, о чём они спорят, не стоит. Так, а вот использовать это можно.

– Ваша взяла, берите Кас и дуйте в машину, – я скинул тело с плеча в руки Алисы и направился к воротам.

– У меня важные клановые дела! – спорил Макс с охранником.

– Молодой человек, пока вы не предъявите предписание, я вас не выпущу, – устало произнёс достаточно крепкий мужик с автоматом за спиной.

– А ты думаешь, что клановые будут полгорода извещать о своих делах? – подошёл я. – Кому надо – те знают.

– Но ведь занятия идут, – мужик понял, что этот бой ему не выиграть. Ещё и из машины стали высыпаться люди в чёрном и потихоньку топать к нам.

– Да никуда занятия не денутся, – скрестил руки на груди Макс, краем глаза наблюдая за полупокерами в пиджачках. – Заняты мы, блин! Я вот на встречу лечу, а… – парень смотрит на меня.

– А я вот встречаю друзей, – улыбнувшись, киваю я на ребят за воротами. Охранник посмотрел за ворота и, прошептав что-то подозрительно-матное, сваливает с глаз долой. – Кстати, поможешь?

– Встретить? – Макс оценивающе посмотрел на остановившихся парней и улыбнулся, – А чего и нет?

***

– Ты уверен, что это ваши? – Макс поднял за шкирку вырубленного щуплого мужика и стал его осматривать.

– Наёмники скорее всего, – пожал плечами. – Хотя мои не пользуются услугами наёмников. Странно это…

Странно, но объяснимо. Либо то была приманка, либо у моей дорогой маман заканчиваются силы, чтобы отправлять клановых на штурм школы. Либо репутацию портить не хотят, хотя было бы что портить…

Я посмотрел на улыбающегося парня под ногой и кивнул:

– Приманка.

Секунда. Ровно столько понадобилось Корвусу в обличье гротескного человекоподобного ворона, чтобы пересечь улицу и схватить меня за горло. Ровно столько мне не хватило, чтобы создать иллюзию. Впрочем, где не получилось создать иллюзию, поможет тюкнуть кувалдой по черепной коробке. Двояко получилось… Но, так как я презираю по умолчанию Ментализм и способность влиять на разум человека, то становится понятно, что говорю я про грубую силу. Извиняй, пап, надеюсь, асфальт сегодня вкусный…

– Где Касуми?! – оба глаза отца светились бирюзовым цветом.

– Извини, мам, – улыбаюсь я, – но её со мной нет. Не хочешь, кстати, увести и папу отсюда, пока я его не покалечил?

– Неблагодарный!..

– Да ты совсем охуела?! – эмоции – мой враг. Бедный Корвус был не при чём в наших разборках, но отдуваться будет он. Я схватил марионетку за лицо и впечатал его в асфальт, подняв облако цементной крошки. – Ты, блять, с завидной периодичностью делала мне лоботомию! Ты, сука, заставила меня убивать! Ты, блять, внушила мне, что я перетрахал всех своих сестёр и им сочувствующих! И ты, ебать, говоришь, что я должен быть тебе за что-то благодарным?! – с каждым ударом лицо отца всё больше теряло сходство с моим, становясь кашей с осколками асфальта и бетона. – Послушай, меня, конченая тварь, когда я вернусь, тебя не спасёт даже цистерна с вазелином, а мучения, которые я пережил, покажутся тебе лёгкой прогулкой. И Касуми ты больше не увидишь, сколько бы сраных марионеток не отправила! – последний бросок тела в дыру в асфальте, и Корвус больше не двигается. Но вроде живой.

– Саш… – по целой части дороги подъехал лимузин и из его открытого окна на не самую красивую сцену смотрела Алиса, – Поехали…

Девушка не боялась, я чувствовал это. Скорее, не хотела встревать в семейную ссору. Какое же она солнышко всё-таки.

– П-п-п-р-р-ости-и-и-и, – прохрипел Корвус остатками рта. – Я не-е…

– Регенерируй, – бросил я. – Мне не за что тебя прощать. Просто борись…

– Ёпт! – подошёл Макс, с опаской глядя на изломанное тело. – Впервые вижу, чтоб Гримма так разматывали. О, привет! – помахал парень Алисе. – Спасибо за помощь с охраной, я побежал, – с этими словами Снегирёв смотался.

Не виню его, я бы тоже смотался, после такого зрелища, да и, подозреваю, свежи ещё воспоминания о том, как я отправил Макса на больничную койку из-за близняшек. Впрочем, уход парня настроения мне не прибавил, поэтому в лимузин я залез в крайне мрачном расположении духа.

– Куда? – обратился водила из-за окошка.

– По кольцу катайся пока не скажу, – произнёс я, падая рядом со смотрящей мультики в голове сестрой. Пора выяснять ответы на некоторые вопросы.

***

Коты – странные создания. Больших сорвиголов ещё поискать надо. Наши три полосы стоят в вечной пробке (вечные проблемы Романовска), и пролететь мимо стоящих машин даже слепой и хромой кот в состоянии, а вот встречка из четырёх полос сегодня была на редкость оживлённой. При разрешённых девяноста километров в час машины летают со скоростью взлетающего Боинга, но полосатый чертяка зачем-то полез туда.

Две полосы кот проскочил, сделав сальто назад перед носом одной из машин, а вот на третьей лёг на полосе, отчаянно избивая хвостом асфальт и, подозреваю, истошно вопя. Сука! Ну видно же, что кот бежит, не так уж много машин на полосе, чтоб не заметить хвостатое нечто. И следующая тормозить даже не думает, только движком взревела, несясь на пушистого дол… дебила.

У лимузина дверь только с одной стороны, и, дам подсказку, не с той, где я через окно молился за успех кота. Открывать долго – кошак уже видел все свои жизни в узорах на шине иномарки. Окна бронированные, что и не является преградой, но драгоценные секунды будут потеряны, зато есть полуоткрытый люк.

На встречке я оказался в считанные мгновения от неминуемой гибели желтоглазого ублюдка, даже рассмотреть его нормально смог, как и рожу водилы, у которого от ужаса волосы стали седеть. А, то есть человека страшно сбивать, а кота нормально? Ублюдок, я тебе твою баранку в задницу засуну и буду крутить!

В считанных сантиметрах от колёс я смог подхватить кота и рывком улетел за ограждение дороги, снеся его и скатившись по откосу в кювет. Надеюсь, шерстяной комок в руках переживёт такие перегрузки, иначе смысла в моём порыве не было. Геройство в попе заиграло…

Отплёвываясь от песка, я посмотрел на содержимое моих рук – кошак жив, истошно орёт и крутит хвостом как пропеллером, а вот его передние лапы перемолоты в фарш с торчащими костями. Сука, в ветклинике скажут, что он не жилец, и предложат усыпить. Вот тебе и геройский порыв. Настроение вообще упало в отметку «Не лезь – покалечит и убьёт, предварительно надругавшись».

– Саша! Ты что творишь?! – жаль, что Алиса не умеет читать настроение, такая молодая помрёт…

– Жизни, блять, спасаю! – рыкнул я, залазя обратно в салон, от чего два из трёх тел в салоне сжались.

– Жизнь какого-то блохастого кота?! – Алиса только больше в позу встала, а её глаза вспыхнули в полумраке салона.

– И что? Любая жизнь ценна, – я закрыл тушку кота от этой фурии. Станется с неё льдом долбануть. Я-то переживу, а кот – маловероятно. – И даже если у него есть блохи, он достоин лучшей смерти, чем быть намотанным на колесо какого-то долбоёба на иномарке.

– Да тебя вместе с ним чуть на колесо этого долбоёба не намотало! – в салоне стало ощутимо холоднее.

– Беспокоишься за машину? – я наклонил голову в бок.

– Да, блять! – я отчётливо услышал, как у Алисы подорвало седалище. – Мне живой парень нужен! Я, блять, за тебя переживаю!

– Она твоя девушка что ли? – подала голос Касуми.

– Не лезь! – рыкнули мы с Алисой на неё.

– Угомонитесь вы, – а теперь температура в салоне резко подскочила, чему виной была Алеся, глаза которой светились как прожектора в ночи, – или я вас обоих в реанимацию отправлю с ожогами неживой степени!

– Действительно, – улыбаюсь я. – Коту и так досталось, а тут ещё ваши истеричные вопли.

– Господи! – Касуми оказалась около меня и вырвала из моих рук тело несчастного животного. – Вы его окончательно в гроб загоните! Тихо, милый, – сестра принялась баюкать кота на руках. – Сейчас я тебя быстренько на лапки поставлю.

Руки девушки стали излучать тёмную дымку, которая впитывалась в тело кота.

– И давно ты не смотришь мультики? – спрашиваю я, глядя на то, как шерсть кота становится светлее, а его переломанные лапы восстанавливаются. А чего я спрашиваю? Как с Корвусом встретился глазами, так и забыл поддерживать иллюзию. И не вспомнил даже. Похититель из меня тот ещё.

– Да иди ты в сраку! – не отрываясь от кота буркнула сестра. – Я думала, что одержимой стану. Зачем ты вообще меня похитил? Пытать хотел?

– Ага, Гриммам же не насрать на боль, – вздыхаю в ответ.

– И что? Опять смотреть мультики? – неуверенно дёрнула ушками Кас.

– Да сиди уже, только без фокусов, – ещё раз вздыхаю.

– Братик! Я тебя обожаю! – улыбнулась девушка и принялась тискать многострадального кота. – Так что? – Касуми кивнула на близняшек. – Бабы твои?

– Нет! – Да! – мы ответили в унисон и переглянулись. Взгляды близняшек так и говорили: «Хер ты от нас куда денешься!».

– В перспективе, – сдался я.

– А они ничо такие. За твоими пируэтами на дороге когда наблюдали, инсульт каждую миллисекунду ловили. За-а-а-а-ботливые.

– Они же тебе не нравились. Как легко ты переобуваешься.

– Та я просто соску-у-у-у-чилась, мяу! – протянула сестра. – Ты что-то совсем к нам не заглядываешь.

– И почему по-твоему? – я скрестил руки на груди.

– Да я понимаю, мяу, просто… Я скучаю! А Квин вообще на говно изводится. Её с недотраха вообще лучше не злить. Отрывается на каждом встречном, только к маме нашей не лезет. Знает, что та может…

– А про тебя, значит, не знает?

– Я слабее, и мы подруги. А ты, оказывается, ещё сильнее меня будешь.

– Нет, я понятия не имею, как этим пользоваться.

– А как же… – Кас дёрнула ушками.

– Тотем, – пожимаю плечами. – Ты кошек со всего района приютила, а я вот иллюзии накладываю. У каждого свои фетиши, сестричка.

– Очень мощно получается, особенно с нашим Ментализмом. Мы же можем буквально каждого марионеткой сделать. А с твоими иллюзиями сочетается как хорошо. Что за несправедливость?

– Да идите вы! – я, кажется, вспомнил, что настроение у меня ниже некуда. – Ты с твоей ебонутой матерью на протяжении двух лет стирали мне память и внушали, что я трахаюсь с каждой своей сестрой, ещё и заставляли убивать. О какой справедливости идёт речь?!

– Я… Мама не говорила, что отправляла тебя убивать кого-то. Это, наверное, были очень плохие люди?

– Он убил нашу мать, и её сестёр, – в глазах Алеси вспыхнули огоньки, и температура в салоне резко увеличилась.

– Мне… жаль, – поникла Кас. – Я не знала… А, вам насрать, думаю… думаю… Но что я могла сделать с этой… с этим монстром? Хоть одно слово поперёк, и я могла стать такой же марионеткой. Мама меня только потому и не обработала, что у меня её дар прорезался.

– В этом теперь нет смысла, – ответила Алиса. – Но я теперь знаю, кому нужно мстить. И поверь мне, моя месть будет страшна.

– В очередь, – осадил я Алису. – Быть может оставлю тебе кусочек. Зависит от того, как просить будешь.

– А можно хотя бы не при мне заигрывать? – взмолилась Касуми. – Я так-то тоже девушка в полном расцвете сил, ещё и одинокая, ещё и с коплексами. Я же и присоединиться могу.

– Закрой рот! – три крика в унисон. Нет, тут точно жениться надо…

Наконец все успокоились, только котяра нашёл запасную жизнь и пытался кого-то призвать, бегая по потолку салона и что-то бормоча по кошачьи. Кас сказала, что это нормально, так что внимание я не обращал.

– Надо тебя сныкать, – выдаю я, глядя на дёргающиеся кошачьи ушки сестры. – Нельзя возвращать тебя матери, иначе тебя в овощ превратят.

– Можем у нас, – предложила Алиса, но я тут же качаю головой, предвидя такое предложение.

– О вашей причастности знают, да и резиденция ваша – рай для теневика. Есть идея. Почему бы не использовать нашу вишнёвую лисичку? Она как раз очень сильно занята, чтобы спалиться в наших взаимодействиях, да и спрятать в Красном квартале одну кошкодевку будет несложно.

– Можно не надо? – подпрыгнула на месте от упоминания Красного квартала Касуми.

– Неужели не понравилась моя маленькая месть? – поворачиваюсь к ней. Уверен, выгляжу я сейчас так, что мне на любой вопрос ответят утвердительно.

– Мяу! – вскрикивает Кас и обнимает себя. – Конечно не понравилась. Я же не шлюха какая-то, чтоб мне ТАКОЕ понравилось! Я таких противоречий в жизни не испытывала… ладно, вру конечно, но тем не менее.

– Бывает, – пожимаю плечами. – Уверен, моя мстя была совершенно незаслуженной.

– Иди ты! – вспыхивает девушка. – Сам иди и трахайся со своими щупальцами!

– Он уже, – замечает Алеся.

– Верно! – киваю я. – Как и верно, что мы отвезём тебя в Красный квартал. Не потому что я такой козёл, а потому что там тебе будет безопасно. И это не обсуждается. А чтобы ты больше не спорила, попрошу Саманту, чтоб присматривала за тобой. Её тентаклям ты понравилась.

– Братик… – жалостно пискнула Кас.

– А теперь у меня два вопроса. Первый: Леон Гримм. Какое отношение он имеет к нашей родне, чем занимается в клане, чем не занимается? Второй: Крейг Гримм и Гинис. Откуда дядя её привёл, чем он вообще занимался в нашем клане, почему Аните так понадобилась Гинис?

– Как много вопросов… – прошипела Кас, опустив ушки. – И какие хорошие вопросы. За такие можно и жизни лишиться… Что? Не могу не заметить, что твои вопросы очень опасные и ведут в недра тайн нашего клана.

– Меня после атаки мертвецов в катакомбах ничего не удивит, – пожимаю плечами и выжидающе смотрю на сестру.

– Ладно. Леон и Крейг, да? Они…

***

Два долбоёба они. Из рассказа сестры я понял, что Леон, будучи главой клана Гримм, забил на свои обязанности и скинул их на своего младшего сына Крейга. Чего не на старшего Корвуса? Потому что Корвус был занят своей невестой Анитой Каталис и слал все предложения прадеда по известному адресу. А не промах мой батяня. Как и тётя, пославшая прадеда чуть дальше.

Крейг к тому же больше подходил на роль главы, потому что владел многими родовыми техниками, имел мифический тотем (напоминаю, это когда не кальмар, а кракен) и заботился о ближних своих. Настолько заботился, что периодически скидывал ненавистную корону своему лучшему другу Натриксу, пока сам гонялся за «дикими» Гриммами. Откуда эти «дикие» берутся, одному автору известно, Кас понятия не имела, как так вышло, что наш клан имеет таких вот изгоев. Политика, она и в фэнтези политика.

И вот с последней такой вылазки Крейг привёл девочку, убитую горем и тяготами выживания. Гинис. Хотел её официально удочерить, но случилось то, что случилось. Гинис стала изгоем, а Крейг был по официальной версии убит ни кем иным, как мной. Зачем маме понадобилась напуганная девочка – ещё одна загадка. Спрошу при встрече, если не забуду. Главное сначала спросить, дождаться ответа, а после ломать челюсть.

А что же там Леон? А у деда всё прекрасно – дед охраняет Императора и в ус не дует. Ещё и личную гвардию завёл, которая никакого отношения к гвардии Императора не имеет. Гвардия Леона состоит из Гриммов неизвестного происхождения, и вроде как они были очень сильными. Даже мне бы пришлось попотеть. Или включить иллюзию и вкусно кушать попкорн. От клана Леон отдалился максимально, на звонки не отвечает, письма рвёт, послов сжигает вместе с посланиями, голубей сбивает из зениток, а в ответ на сигнальный костёр видимо танцует с бубном, вызывая дождь.

Короче да, дед забил на клан, хотя и является официально его главой. И это, в моём случае, прекрасно. Значит, я столкнусь не с кучей зомби-куколок, а с элитным имперским спецназом, что в корне меняет планы. Пора, видимо, съездить на разговор, который я так старательно откладывал. Но, сначала, по шлюхам прокатиться.

Красный квартал встречал нас своей суетой. Всё как всегда: девочки бегали в трусиках и маечках (иногда), посетители бегали за самыми раздетыми, никто никого на улицах не сношал, но все были довольными. Все, кроме Касуми, которую знатно потряхивало от осознания, что ей снова придётся контактировать с щупальцами. Визит в тюрьму для особо одарённых я отложил до вечера. А что? Сбегать легче будет.

Первым же делом я нашёл Сэм, которая опять расчёсывала прозрачные щупальца на голове. В жизни не поверю, что это волосы.

– О, какие люди решили меня посетить? Соскучился?

– Ты даже не представляешь как, – улыбаюсь в ответ, отчего девушка сразу напряглась. – А ещё я привёл к тебе ту, которая ещё больше скучала.

Бездна, у меня сейчас лицо треснет от улыбки. Тянуть кота за яйца я не стал и одним движением втолкнул сопротивляющуюся сестричку в дверной проём.

– Саш, может не… – начала Кас, глядя на девушку-слизня.

– Надо, – перебил я кошечку и обратился к Сэм: – Моя сестра, Касуми Гримм и её пушистый друг Бесоёб. С её богатым внутренним миром ты знакома. Задача – холить, лелеять и очень сильно, но без принуждения, любить. Отвечаешь головой. С Сакурой я договорюсь.

– Но… – начала Сэм.

– Но… – начала Кас.

– Дел по горло, – отрезал я и выскочил из помещения.

Теперь надо двигать к лисичке, попутно, желательно, наконец поднять настроение хотя бы до безопасной для окружающих отметки. Ещё и головная боль…

Красный квартал. Место, которое бывалый романтик может восхвалять вечно, где каждая встреча уникальна, где атмосфера неповторима, а обитательницы приветливы независимо от тяжести кошельков посетителей. Кроме шуток, после вчерашнего каждая повстречавшаяся девушка мне улыбнулась, чуть меньше даже поздоровались, и ни одна из них не делала это не искренне. Ментализмом чую. Видимо, новости о том, что девочки могут и дальше продавать свою любовь без вмешательств Императора и ему сочувствующих, уже разлетелись.

«Быть может, кто-нибудь будет не против поблагодарить нас более… явно?» – подал идею Саша.

Да ну их. С ними трахаться себе дороже. К тому же не факт, что Ро… Сакура не будет меня встречать сразу раком. Я вроде повода не давал.

Взгляд выцепил двух девушек в полицейской… а, да, в полицейской форме. Как обычно, Соня и Лиза решили прийти на тусовку при параде, но так, чтоб мало отличаться от местных. По крайней мере Соня сегодня пришла без юбки, а Лиза без лифчика. Таня бы убила. Сначала жёстко изнасиловала, а потом убила.

Кстати, не я один решил сначала, что девочки местные. Вон к ним какой-то лысый хмырь крадётся. Шкаф два на два метра сделал пару шагов и положил ладошки девочкам на попки. Даже интересно стало. Нет, не подумайте, я в любой момент эту раму на лопатки уложу, возможно со смертельным исходом, так как в мужике дара по нулям, но всё же мне интересно…

От нежного шлепка ластой по жопе Лиза охнула и с локтя прописала несчастному посетителю в солнечное сплетение, от чего бедолага тоже охнул и отступил. Отступил он, чтобы Соня прописала бедолаге каблуком в челюсть. Покойся с миром, любитель нижних девяносто.

– Веселитесь? – подошёл я к девушкам и посмотрел на валяющегося на земле амбала.

– А то! – кивнула Соня. – Что-то ты нас не спешил спасать.

– Дамы, если бы прижало, вы пикнуть бы не успели. Просто было интересно.

– Любишь смотреть, как девушек лапают? – приподняла бровки Лиза, как бы невзначай поправляя распахнутую рубашку, чтоб я мог получше рассмотреть её грудь.

– Люблю смотреть, как кто-то получает по щам, – пожал плечами. – Кто вас уже раздеть успел?

– Местный спортзал, – Соня кивнула куда-то в сторону улицы. – Там все тренажёры с ремнями для фиксации и разными приблудами для пихания в себя.

– По-моему, это не спортзал, – нахмурился я от тисков, что решили сжаться на моём мозге. Сраная головная боль.

– Саша! Твою мать! Тебя на пять минут оставить нельзя! – как рядом со мной появилась Алеся я пропустил, смакуя мигрень. – Что за шлюхи?

– Эй! Мы так-то полицейские! – возмутилась Лиза.

Алеся критично осмотрела её наряд, задержавшись на открытой груди и вздохнула. Осознала, что она тут конкуренцию составить не в состоянии. Бедная, мне её аж обнять захотелось, поднять на ручки и, нашёптывая всякие глупости, отнести в кроватку. Без интима, просто поняшиться.

– Ты на всех коров с огромными дойками будешь прыгать? – повернулась Алеся ко мне.

– Ой, да тут пожар! – хохотнула Лиза.

– Саша справится! – поддержала подругу Соня, показывая мне большой палец. Ну хоть не средний, и на том спасибо.

– Лесь… – у меня на языке крутились ругательства и обвинения. Оправдываться я не собирался – я ничего ей не должен, да и не сделал ничего. – Пошли к Сакуре.

Алеся фыркнула в ответ и пошла вперёд, демонстративно отвернувшись.

– Бабы, – развела руки Соня. Кто бы говорил!

Нагнал я девушку довольно быстро и схватил за руку, дёрнув на себя. Алеся от такого упала мне прямо в руки, уставилась на меня своими золотыми глазами и демонстративно отвернулась.

– Не вижу причин так себя вести, – произнёс я, не глядя на девушку в руках.

– А тебя не смущает, что… – вспыхнула Алеся, но я её перебил:

– Ни тебе, ни твоей сестре я ничего не должен. Мы не встречаемся, мы даже не дружим, мы просто сосуществуем вместе в попытке выжить.

– Но ведь ты наш парень! – нахмурилась Алеся, забыв, что дуется.

– Не «ваш», а «их», – поправил я. – Тех, кто сейчас находится невообразимо далеко… Тех, для кого я умер, – настроение совсем упало.

Без шуток, меня от осознания беспомощности ситуации подмывало сравнять весь Красный квартал с землёй. Вот он я – чудовищно сильный придурок с весьма неплохим набором способностей, правда, какая нахрен разница, какая у меня сила, если я банально не способен добраться до своей цели. Между мной и пунктом назначения целый мир, состоящий из туевой хучи галактик, а я и на толику не приблизился к решению. Где прогресс? Вышел покурить.

– Саш… – ладонь Алеси легла мне на щеку. По глазам девушки вижу, что ей очень хочется поддержать меня, но она не способна понять всю полноту проблемы. Хоть и очень старается. Я задавался с неделю назад вопросом: полюбили бы меня близняшки, если бы им не приказали. По изучающему взгляду Алеси вижу – полюбили бы в любом случае. Только вот вопрос не тот был поставлен. Полюбил бы я этих двоих без вмешательства Марии. Ответ… удручает.

– Прости, – попытался улыбнуться Алесе. – Я… не могу понять слишком многое. Давай наконец узнаем, что наша лисичка задумала.

– Затащить тебя в койку, очевидно же, – помрачнела Алеся.

– Это понятно, но там должна быть развлекательная программа перед койкой.

– Клан снова наш, но расслабляться пока рано, – вещала явно заготовленную речь Сакура единственному слушателю. Сумире, казалось, даже сестру свою не слушала, уткнувшись носиком в планшет и хмурясь. – Порядка ноль, а нас даже за хоть какой-то орган власти не считают.

– И что ты предлагаешь? – оторвалась старшая кицунэ от девайса. – Хочешь ликвидировать тех, кого считают властью? Провести показательную порку? Пока ты сидела в своей башне, наслаждаясь бездельем, наши соклановцы терпели и пытались пережить нападки обезумевшей от вседозволенности толпы. Как не стало мамы, в нашем квартале появилось беззаконие, и пришло оно извне. А ты даже не хотела посмотреть, что же там происходит. Поэтому девчонки и забили на нас, научившись работать без поддержки главы клана. Считай, нас выкинули за борт.

– А что предложишь ты? – вспыхнула кицунэ. – Я знаю, что клановые отдаляются от нас, но что мы можем сделать?

– Улучшай условия жизни, – предложил я, открыв дверь с ноги, вызвав вскрик какой-то неголой горничной в трусиках и фартуке. – Если ваш клан поймёт, что под вашим руководством они смогут лучше жить, то они сами прыгнут в вашу маленькую лодочку.

– Насколько всё плохо у вас с охраной? – спросила Алеся, заходя следом за мной. – Ни на что не намекаю, но я глава клана Тервос, специализирующегося на охране.

– Те, что сюда полиция отправила, не справляются, – вздохнула Сумире.

– Возможно из-за того, что местный отдел и так мал, а ваша мать при жизни послала начальницу полиции Романовска по известному адресу, – я упал на мягкий диван и развалился. – Перенаправить вам больше людей просто невозможно за неимением оных, да и квартал ваш не самый маленький, чтобы его могли патрулировать две полуголые девушки.

– А заказать охрану у Тервос мы не можем, – продолжила Сакура. – Будет выглядеть, что мы скидываем наши проблемы на другой клан.

– Верно, – кивнула Сумире. – Нужно организовывать наших девочек.

– А они не послушаются, – ушки Сакуры опустились.

– Почему? – улыбнулся я. – У вас полно девочек, которые любят причинять людям боль. Развяжите им руки и поставьте на патрулирование.

– А самоуправства не будет? – прищурилась Сумире.

– Добавьте штрафы и наказания, поставьте кого-нибудь, кто будет за этим всем следить. Это же не сложно, лисичка!

– Ты такой умный блин… – теперь гнев Сакуры полностью направился на меня.

– Точно, Сашенька! – улыбнулась Сумире. – Вот ты и будешь за нами всеми присматривать!

– Я на такое не подпишусь, – покачал я головой, хлопая себя по карманам в поисках пачки раковых солдатиков.

– Пожалуйста-пожалуйста! Что хочешь сделаю! – Сумире подскочила ко мне и поднесла к моему лицу зажигалку, ожидая, когда я положу в рот сигарету.

– А как же… – озадаченно спросила Сакура, но её перебила сестра:

– Он беглый, а значит, бесклановый, да и для нашего клана уже кое-что сделал. Девочки ему доверяют. Это, наверное, единственный доступный вариант.

– Я на такое НЕ подпишусь! – чуть повысил голос я, затягиваясь горьким дымом.

– Саша, плачу жопкой своей сестры! – похлопала глазками Сумире. – Стань нашим Хранителем. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

– ДА МАТЬ ВАШУ! Я НА ЭТО НЕ ПОДПИШУСЬ!

– И ты в итоге согласился, – хихикнула Алиса, слушая наш с Алесей рассказ.

– Я не уверен, что останусь живым после этой ночи, – проворчал я. – А после, если живым останусь – хоть вся Империя пускай горит. Я даже помогу.

Лимузин выехал на шоссе в сторону Тюрьмы для особо опасных одарённых. За тонированным окном совсем ничего не было видно, да и в полумраке салона увидеть можно было не много: лишь очертания объектов и блестящие глазки двух девушек.

– Мы прикроем, – попыталась успокоить меня Алиса.

– Не вздумайте! Ещё пришибут вас ненароком, а мне с этим ещё жить… Недолго правда, но жить, – шикнул я.

На самом деле меня не нужно было успокаивать. Эту встречу я всё откладывал и откладывал, постоянно динамя информацию и, пару раз, забывая про это. А теперь, когда дольше тянуть кота за яйца уже было невозможно, на меня накатили некая апатия и сосредоточенность, которые даже головная боль не прогоняла. Задача была проста: я залетаю с близняшками в тюрьму, пользуюсь их положением и попадаю на диалог тет-а-тет с дядей, задаю глупые вопросы и выхожу через главный вход, где меня уже принимают гвардейцы деда. Девочки к тому моменту должны свалить, а там я уже разгуляюсь по полной, дабы умереть как нормальный воин – в бою. Авось на могилку медаль повесят. За слабоумие и отвагу.

– Приехали, – нервно произнесла Алеся, когда лимузин остановился.

– Пошли, – выскочил я из машины и посмотрел на тёмную громадину здания посреди леса. – Быстрее начнём – быстрее помру, зато с ответами.

Да, мой дядя, надеюсь, закосплеит того мужика из Осознания. Только бы не пришлось стрелять потом, чтоб выйти на нормальную концовку.

Удивительно, но прошли мы до дежурного охранника вообще без сучка и задоринки. Мужики, как только увидели герб Тервос на машине, тут же провели нас к посту, где уже ожидал начальник смены. Правда, у начальника глаза чуть из орбит не вывалились, когда он услышал, кто был целью визита.

– П-простите? – решил уточнить он.

– К-р-е-й-г Г-р-и-м-м, – по буквам сказал я, от чего нормального такого верзилу затрясло.

– Знаете, к нему не часто приходят посетители, – проблеял мужик, кивая напарнику в караулку.

– Дайте угадаю, – улыбнулся я. – Ни разу за всё время нахождения тут.

– А вы проницательны. Он у нас немного буйный.

– Пытается сбежать?

– Нет, спокойно сидит, правда к нему подойти просто невозможно – сердце перестаёт биться рядом с ним.

– Ничего страшного, – кивнул я. – Веди.

Девочки остались на посте охраны, а я и начальник смены двинулись в сторону камер. Правда, до них не дошли и спустились в подвал, откуда на служебном лифте опустились ещё на десяток метров под землю.

– В камере подавители работают, так что не волнуйтесь, – зачем-то оповестил меня мужик.

– По вашим рассказам, они у вас не работают, – заметил я.

В ответ бедолага поперхнулся. По коридору мы шли под аккомпанемент кашля начальника смены мимо толстенных металлических гермо-дверей, за которыми я ощущал людей. А говорят, подавители работают. Хотя, я ещё в Исходном научился эти подавители игнорировать.

Наша дверь была последней в коридоре. Начальник смены приложил ключ-карту к панели, и та одобрительно пиликнула. Вслед за этим дверь стала подниматься, и из щели повалил густой чёрный дым.

– Пожалуйста, будьте аккуратны, – обратился начальник смены. – Если что-то произойдёт, там в стене есть кнопка с интеркомом.

– Хорошо, – честно соврал я.

Дверь распахнулась, обнажая помещение, заполненное чёрным плотным дымом. Я сделал шаг в него и остановился. Дым просто не давал мне нормально осмотреться, но никакой опасности он не нёс. Хорошо. Я сделал ещё шаг, прежде чем сзади раздался удар металла о металл.

– Ну здраствуй, племянник, – прохрипел неясный силуэт в паре метров от меня.

Глава 14

Дым рассеялся, и передо мной предстал мой дядя, некогда пышущий силой и жизнью, а ныне худощавый, постаревший и усохший Крейг Гримм.

– Здравствуй, дядя, – кивнул я, оценивая дядю и его камеру.

Мужчина был, как бы это не парадоксально звучало, лишь тенью от того, которого я помнил из отрывков воспоминаний Александра. Бледный, обросший, исхудавший, покрытый чёрными прожилками, смотрящий мертвыми глазами, а его волосы из белоснежных превратились в чёрные. Сидел он на каком-то электрическом стуле, зафиксированный всем, чем только было можно, разве что рот не был заткнут.

– Ты малость повзрослел, – взгляд Крейга блуждал по мне. – Погрубел что ли… И стал сильнее. Куда сильнее, чем в нашу последнюю встречу.

– Хотел бы я сказать тебе то же самое, – нахмурился я, доставая из пачки очередную сигарету. – Жаль, что в могилу краше кладут тела.

– По крайней мере я умирал ровно на один раз меньше тебя, – усмехнулся Крейг.

Не понял шутки юмора. Точнее понял, но мне смысл немного не понравился.

– Но не сейчас об этом, смекаешь? – от улыбки Крейга у меня волосы дыбом встали. Этот недопокойник давил такую лыбу до ушей, что любители крипипасты убились бы от счастья.

– Да, нынче не об этом, – кивнул я. – Я хочу, чтобы ты рассказал мне, что происходит в этом сумасшедшем мире, а главное, что мне делать дальше, чтобы свалить? Уверен, ты знаешь, о чём я.

– Как там поживает твоя матушка? – Крейг меня будто не слышал. Дядя смотрел сквозь меня и что-то невнятно бормотал, периодически выдавая более-менее связный текст. – Надеюсь, этой змеюке хорошо ходить без головы?

– Жива-здорова… пока что, – терпеливо ответил я, обдумывая свой вопрос. Откуда у меня такая уверенность?

– Ха, да-да. Я же не успел тогда ей голову реально снести, – кивнул Крейг. – Мне тогда Лис помешал.

– Лис стоит перед тобой! – прикрикнул я, отчего Крейг сфокусировал свой взгляд на мне. – Хватит притворяться поехавшим!

– Ты? – дядя обвёл глазами камеру, будто искал кого-то ещё. – Я знаю, кто ты… На Лисёнка ты похож, но ты – не он.

«Что за бред?» – Саша в голове в полном ахуе сидел.

– Здравствуй, шкет, – улыбнулся Крейг.

Теперь в ахуе стоял я. Он УСЛЫШАЛ голос Саши в моей голове. Он видит, что нас тут двое. Да как это возможно?

– Допустим, – вздохнул я. – Знаешь, как нам выбраться из нашей ситуации?

– Знаю, – улыбнулся Крейг и замолчал, сверля меня взглядом.

– И? – очевидно, от меня ждали вопроса.

– Но не скажу! – рассмеялся дядя.

– Да ты дрочишь меня! – у меня начало припекать.

– А как ещё? – бормотание исчезло, и взгляд Крейга стал лукавым. – Иначе было бы не весело.

– Да я уже задолбался веселиться! – знал бы мой собеседник, каких сил мне стоило не разбить ему лицо. – Смеюсь, сука, столько, что жить уже вечность буду.

– Всего-то? – Крейг изогнул бровь. – Ну а как ты хотел? Легко и быстро не будет, да и я не из «Осознания», чтоб просто взять и просто рассказать сюжет. Могу лишь сказать, что путь ты выбрал в нужном направлении, только со следующими шагами не ошибись.

– Крейг… – у меня не было слов. Мужик попаданец – это понятно по отсылкам на Сталкера, но какой-то он… не правильный. – Что ты такое вообще? Откуда тебе всё это известно?

– Айм бэтмэн! – прохрипел Крейг. Сука, его в дурку надо! Попал бы в одну палату со мной, мы бы с ним подружились. Хотя, мы и так дружили…

– Очень смешно, – скрестил я руки на груди. – Быть может, ты ответишь на мои вопросы?

– Задай ПРАВИЛЬНЫЙ вопрос, – от улыбки Крейга у меня волосы на спине зашевелились, а ведь я даже не знал, что у меня на спине есть волосы! – А пока ты думаешь, ответь на мой вопрос: насколько мы, Гриммы, сильные?

– Без понятия, – пожал в ответ плечами. – Мы кошмарим всех вокруг одним своим присутствием.

– Это значит, что мы сильные? – прищурился дядя.

– Нас боятся, – кивнул я. – Полагаю, не просто так сильнейшие мира сего могут опасаться кучки практически бессмертных дебилов. А если нас боятся – значит, мы сильные.

– Объективно… – задумчиво протянул Крейг. – А теперь подумай, насколько сильный ты?

– Я… – я задумался. – Я не знаю.

– По твоей логике, тебя должны боятся, если ты сильный. Тебя боятся?

– Нет, – покачал я головой, вспомнив насупленные моськи Алисы, Алеси и Сакуры. Это дуры всегда боятся ЗА меня. Любят что ли? С чего бы?

– Значит, ты слаб? – уставился на меня Крейг. – Но при этом тебя опасается твой собственный клан, а ты сам играючи справляешься с одержимыми, которые должны быть на порядок сильнее обычных Гриммов. Если слаб ты, значит ли это, что клан ещё слабее?

– Это всё относительно, – пожал я плечами. – А одержимые ведь не контролируют себя, так что может их сила и возрастает, но вот воспользоваться этой силой они в полной степени не могут.

– Так ли это? – прищурился Крейг. – Я вот контролировал всё, когда был одержимым. Всё, кроме последнего удара, который по какой-то причине пролетел в полуметре от тебя.

– Значит ли это, что ты убил Арса, отца Урсулы, сознательно?

– Значит, – кивок в ответ. – Ты хочешь узнать, зачем? Начну с того, что жертв должно было быть больше. За Арсом должны были отправиться Анита и Натрикс. Но, как мы оба знаем, мне помешали. Что иронично, – усмехнулся Крейг, – чтобы через пару лет закончить самостоятельно.

Я кивнул в ответ.

– Анита планировала при помощи Гинис вынудить меня передать главенство Арсу, поэтому та компания так быстро собралась в лаборатории. Единственный, кого там не должно было быть – это ты. Но каким-то образом ты там оказался. Полагаю, таким же образом ты сейчас пришёл ко мне. А вообще, это идея…

– О чём ты? – я наклонил голову.

– Ко мне на протяжении двух лет приводили молодых людей как Леон, так и Натрикс. Все считают, что мне пора уйти с поста главы. Кандидаты проходят множество проверок и обучаются многим вещам, но ни один из них не был готов к главенству. А вот ты…

– Крейг, я вообще не готов! – сделал шаг назад я. Было очевидно, куда двигается разговор.

– Ты оказался здесь в оптимальное время, оказался почти случайно, и ты совершенно не готов к главенству. А ещё на тебя не действует ментализм твоей матери. За последнюю неделю ты продвинул невидимый фронт между Ковеном и Ложей куда больше, нежели он продвигался последнее десятилетие. Да, Дима, я знаю куда больше, чем должен, на то я и глава. И я принял решение, что следующим главой клана Гримм станет Дмитрий-Александр Гримм!

– Иди ты в сраку, маразматик престарелый! – в два прыжка я оказался рядом с Крейгом. Не убивать его я планировал, просто ударить чуток, чтоб образумился.

Каково же было моё удивление, когда я обнаружил себя прижатым огромным теневым щупальцем к потолку, а сам Крейг без каких-либо проблем стоял рядом (да, на потолке, прямо головой вниз). Казалось, что гравитация сегодня ушла покурить.

– Изучай Книгу Проклятых, и пробуй пользоваться новообретёнными способностями, – Крейг ухватил меня за руку, и татуировка в виде щупалец Кракена поползла с его запястья на моё. – Учись и адаптируйся быстро, мир не будет давать тебе нужное количество времени, чтобы всё отрепетировать. Пляши как получится, а в Исходном скажешь мне, что так и планировалось.

Тату кальмара перетекло на моё запястье, бережно обвив щупальцами изображение двух лис и чего-то с несколькими глазами. Стоп, я никогда не видел ещё две татуировки тотемов на моей руке. Откуда?

– Я пока залягу на дно. Если встретишь девушку с крайней степенью одержимости сплетнями, обязательно задай ей те вопросы, которые спрашивал меня. Всё, не прощаюсь!

Хлопок, и у меня выбило дух из груди от удара об пол. Стул Крейга был буквально низведён до атомов, а большую часть камеры покрывали чёрные светящиеся трещины. Самого слишком живого дяди не было видно. Смылся, наверное. Я не удивлён, и, если честно, чего-то такого и ожидал. Когда у меня всё шло как задумано?

– Что у вас происходит? – на шум естественно прибежал охранник, правда лицо у него было таким красным, словно он бежал марафон.

– Беды с головой, – отплёвываясь от пыли я поднялся с пола.

– Заключённый? – мужик принялся вертеть головой в поисках ещё одного тела в комнате.

– Сбежал походу, – сука, как же ломит грудь. Пара рёбер приказала долго жить сто пудово. – Хотя было похоже, что он просто взорвался.

– Нужно немедленно доложить! – охранник выскочил за гермодверь, которая захлопнулась следом за ним, отрезая меня от выхода. Правда, бесполезно, так как стена частично обрушилась.

– Наберут, блин, дебилов по объявлению, – посетовал я, выходя через пролом в стене.

На улице собралась большая тусовка. Куда больше, чем я рассчитывал. По центру стоял лимузин Тервос (Курицы блин! Сказал же сваливать, как только я зайду), перед которым с пистолетом наголо с моими любимыми озоновыми пулями крутила головой Алиса.

Справа от неё в небольшом отдалении стояли бронированные фургоны с символикой гвардии Империи, вокруг которых стояли люди в бронежилетах и с винтовками в руках, среди которых выделялись трое: старик, парень примерно моего возраста с огромным хвостом скорпиона и тоненькая девочка с белоснежными хвостиками, правая рука которой отсутствовала по локоть. У всех были белоснежные волосы и красно-голубые глаза.

Слева стояла знакомая мне машина с символикой клана Гримм, рядом с которой стояли Квин и Урсула. А перед всем этим великолепием стоял я, окружённый охраной заведения. Итак, загадка про три стула… Вилку было выбрать проще, а то тут куда не сунешься – отстрапонят.

– Руки! Чтоб мы видели! – заорали охранники, стоило мне покинуть здание.

– Да на, не нервничай так, – проворчал я, поднимая руки. Потом чуть подумал и поднял ещё теневые руки. – Ты, главное, скажи, когда рук хватит.

Особенность Кракена – множество конечностей, так что рук я успел поднять с десяток, когда дед со стороны гвардейцев хмыкнул и кивнул. Хотя, на деда он был похож слабо: взгляд разве что тяжёлый, да бородка белоснежная, а в остальном – мужик в возрасте, не более.

– Полагаю, Крейг сделал выбор, – протянул он. – Ты – Александр, сын Корвуса, так?

– Собственной персоны, – кивнул ему. – А ты – мой безнадёжный прадед, Леон?

– К твоим услугам. Сказал бы, что приятно познакомиться, да обстоятельства…

– Согласен, я не рассчитывал на такую вечеринку. Советую пересмотреть охрану, а то крысы могут расплодиться.

– А он уморительный, – к Леону подошёл парень с хвостом скорпиона. Смеющийся взгляд красно-голубых глаз, волосы, собранные в небрежную косичку, крепкое телосложение и несколько шрамов на оголённых плечах. – Мне нравится.

– Назад, Скорпиус, он опасен, – схватила единственной ладошкой Скорпиона однорукая девочка. Симпатичная, правда, сказать её хотя бы приблизительный возраст я не в состоянии, уж слишком тяжёлый у неё взгляд, да и за спиной висит далеко не детский полуторный меч. Девочка низенькая, всего полтора метра от земли, и тонюсенькая, как палочка, того и гляди, ладошкой порежет.

– А как насчёт продолжить диалог, когда нас станет чуть меньше? Предлагаю отправить по домам вон тех очаровательных девушек, – я кивнул в сторону близняшек, Квин и Урсулы.

– Никуда мы без тебя не уедем, – прошипела Гадюка, взгляд которой сулил мне мучительную смерть. Надеюсь, не через постель, не в шоу-бизнес иду всё же.

– Согласен, – кивнул Леон. – Вы двое, – посмотрел в сторону девчонок из Гримм, – свободны!

– Но ведь!.. – Урсула вышла вперёд с недовольной миной.

– Урсула, это приказ ГЛАВЫ, МАТЬ ЕГО, КЛАНА! – повернулся я к девушкам. Ну а что? Могу себе позволить.

Девушки не сдвинулись с места, вопрошая взглядами: «Дай мне хоть одну причину, почему нам не должно быть похуй». А мне и не сложно:

– Ктулху! – простое слово, а каков эффект!

Лес вокруг на мгновение замер, после чего стволы елей полезли из земли ввысь, обращаясь в громадные щупальца. Земля же напротив стала уходить из-под ног, обнажая огромную пасть с тысячами изогнутых чёрных зубов. Какой же тотем Крейга огромный, он им явно что-то компенсировал.

Все на поляне стали мертвецки бледными, наблюдая за появившимся чудовищем, а Урсула вообще упала на колени, обняла руками голову и разрыдалась. Видимо, картина смерти Арса перед глазами всплыла. Не теряя времени, я выскочил из окружения к Алисе и тихонько её обнял.

– Какого чёрта вы не уехали? – прошептал ей на ухо, поглаживая по светлым волосам девушку.

– Подстраховать хотели, – прошептала Алиса. Что забавно, она и сейчас не боялась чудовища, появившегося прямо посреди леса. Ей было страшно за меня. Ментализм, ага.

– Бери Алесю и уезжайте к Сакуре. Я вернусь, как только тут закончу, – я отстранил девушку от себя. Алиса посмотрела на меня и кивнула, отошла на полшага, посмотрела на Леона, кивнула снова, покачала головой, посмотрела на пистолет, вновь кивнула. По растерянному взгляду вижу, что девушка нихрена не поняла.

– Ехидна! – позвал Леон, и из-под его ног появилось чудовище, размером превышающее фургон. Огромная чёрная масса, отдалённо напоминающая некое животное с несколькими разными головами, десятком конечностей и огромным хвостом с жалом на конце. Даже были какие-то отростки, обозначающие крылья, правда на таких крыльях можно было бы летать всего раз, и тот вертикально-вниз.

– Валите давайте! – прикрикнул я на Алису. – Не хватало ещё, чтоб вы тут в разборках другого клана зашиблись!

Блондинка снова кивнула и всё же заскочила в машину. Аллилуйя! Машина Тервос с визгом покрышек сорвалась с места и исчезла в темноте леса.

Теперь эти две пигалицы. Квин, хоть и испугалась, но всё же призвала своих змей и приготовилась к атаке векторными стрелами. Хорошая она подруга, чего уж тут… В двух шагах лежит Урсула в состоянии неадеквата от паники, а эта даже не посмотрела в её сторону. А мне вот чего-то для счастья не хватает. Музыки!

Из раций солдат, крутящих винтовками от щупальца к щупальцу, послышалась какая-то матерная брань под басы и барабаны. Это же Hollywood Undead! Enemy, если я не ошибаюсь. Сто лет её не слышал.

Векторные стрелы сорвались в мою сторону, но ни одна не долетела до меня, развеявшись от взмахов щупалец. Прыжок, которым я ушёл с линии атаки Скорпиуса, в сторону Квин, хватаю девушку… за что ухватился, руки сами на выпуклые окружности легли, и закидываю в открытую дверь машины под возмущённую брань. Минус одна, но надо и вторую. Ещё один прыжок и взмах ложной рукой вверх, от которого куда-то в сторону отлетает однорукая малявка, и я оказываюсь перед рыдающей Урсулой. Повинуясь моему мысленному приказу, щупальца Ктулху оттесняют нападающих и закрывают нас подобием купола, по которому тут же забарабанили пули.

– Урсула, очнись! – мощная пощёчина прилетела по щеке девушки. – Не время корчить принцессу!

Ноль, вот и весь результат. Ладно, за неимением выхода пришлось взять на руки двухметровое тело девушки и в два прыжка и одно сальто закинуть тело прямо на выскакивающую за новой порцией люлей Квин.

– Трогай! – заорал я в сторону водителя, который был обычным неодарённым, и вторая машина исчезла вслед за машиной Тервос.

– Остались эти, – под начало припева я повернулся в сторону гвардейцев и шайки Леона.

– I'm so afraid of me, so what's it gonna be? Are you my enemy? – орали рации бойцов. Пора опробовать новые силы на полную!

Малявка оказалась ближе всех ко мне, замахиваясь полуторником. Первый удар щупальца, выстрелившего из земли, ударяет девушку в живот, заставив ту болезненно вскрикнуть и выпустить из рук меч. Припечатать к земле девушку вторым ударом мне не дал Скорпион, отбивший щупальце жалом и бросившийся ко мне. Кому реальнее выиграть в ближнем бою: мне с десятком рук, или парню с хвостом скорпиона?

Ответа на вопрос я не получил. Стоило мне со Скорпиусом приблизиться достаточно близко для обмена ударами, как нас обоих протаранила тень Леона. Скорпиус без проблем сгруппировался и ушёл из-под атаки, а вот меня знатно протащило по поляне. Тут же слух резанули выстрелы со всех сторон, заставив меня сорваться с места. Один приказ, и Ктулху несколькими ударами укладывает всех бойцов на лопатки, прижимая к земле. Теперь надо разобраться с тройкой Гримм.

Мимолётный мысленный импульс, и полторашка со Скорпионом принялись чистить лица друг другу, свято уверенные, что их оппонент – я. Остался Леон, на которого моя иллюзия, внезапно, не сработала. Точнее, он её просто проигнорировал. Тогда давай по-плохому!

Пасть Ктулху вновь раскрылась под лапами тени деда, и последняя с диким визгом улетела покорять внутренний мир кракена. Дед не растерялся и в пару мгновений оказался рядом со мной. Два удара я смог заблокировать, хотя по ощущениям в меня железнодорожный состав врезался. Дважды. От третьей я вроде смог уклониться и провёл ложный выпад, который, к слову, никого не впечатлил, и следующим ударом Леон попадает аккурат мне в нос. Лишь бы не выпал через затылок. Это была моя последняя мысль, когда наступила тьма. Вру, предпоследняя. Последним был мысленный приказ для Ктулху отступить. Не хватало ещё поубивать нерадивых родственничков.

– Как это выключить? – первое, что слышу, возмущённый крик полторашки, барабанящей единственной ручкой по магнитоле, из которой всё ещё играла Hollywood undead, правда уже какая-то другая песня. Из-за гудящей головы не мог понять, что за трек.

– Оставь, в кои-то веки классное музло, – попытался спасти бедную магнитолу Скорпиус.

– Ну да, местная музыка – редкое говно, – поднимаюсь с седушки я.

– Опа! Очнулся! – оживился Скорпиус. – Не сикай, не всё ещё проспать успел.

– Напомни, почему мы его не убили? – полторашка с ненавистью посмотрела на меня.

– Приказ деда, – пожал плечами Скорпиус. – Приедем на базу – будем разбираться, чо нам с ним делать.

Ехали мы в одном из фургонов, правда, почему-то тут были только я и эта парочка. За окном была беспросветная темень, да и голова в очередной раз вспомнила, что она любит болеть и без причин. Бесит!

Музыка в магнитоле резко пошла помехами, а свет от фар замигал. Я же на взбесившуюся электронику внимание не обращал, схватившись за голову и кривившись от боли. Ещё и шёпот этот. Казалось, будто тысячи голосов, каждая тень от каждого объекта, пытались мне что-то рассказать. Если это способности главы клана, то… то свихнусь я нафиг с такими способностями!

Кроме способностей Крейга я ещё тонну информации получил, и разгребать я её буду ой как долго. Что печально, когда мне открытым текстом сказали, времени нет, и события уже начинают движение, а мне надо бы там присутствовать не в форме амёбы. Вроде и фору получил, заработав главенство, а вроде и ну её, такую фору.

Полторашка в какой-то момент прервала мой мозговой штурм, припечатав своей ладонью по моей голове.

– Какого?..

– Прекрати! Хочешь, чтобы мы врезались куда-нибудь? – строго отчитала меня девушка.

Удивительно, но стоило мне сосредоточиться на её глазах, как светомузыка с помехами прекратились. Их тоже я что ли вызвал? Каким образом?

Москва встретила нас огнями и городским шумом, по сравнению с ней Романовск – тихая деревенька. Скорпиус долго петлял на фургоне среди улиц, объезжая пробки. Пробки, сука, ночные! Москва не засыпает ни на секунду. От моего офигевания даже магнитола ожила, выдавая Тату с Rammstein. Не знаю, самый ли прекрасный город в мире Москва, но сердечко она тронуть может.

Вместо Императорского дворца поехали на базу гвардии. Как-то её Скорпиус по-умному обозвал, да только я был слишком поглощён ностальгией, подпевая под музяку с магнитолы, чтобы услышать и запомнить название. Да и вообще – база и база, чего выдумывать? Придумают блин «Расположение воинской части внутренних войск имени Романова», а мне, дураку, сиди и обрабатывай полученную информацию.

База, как я и писал выше, есть база: парк, казармы, парковка, КПП, штаб. Плаца нет только… А, стоп, это не парковка. Хотя, реально, никакой армией тут и не пахнет. Местная воинская часть свалила куда-то за Урал, а гвардейцы скоренько сели на освободившееся место и устроили качалку. Казармы оборудовали в общежития, столовую – в тренажёрку, а на приёмы пищи разбредаются по городу, база то в центре города считай. И надо ли говорить, что почти все местные – беловолосые красавчики и красавицы с красно-синими глазами? Леон, видимо, решил создать свой клан Гримм, коли с основным всё плохо.

Скорпиус остановил фургон в парке рядом с ангаром и пригласил всех пассажиров на выход. Полторашка рядом была не такой доброжелательной, выскочила из машины первой, чуть не вырвала дверь с креплений и вытянула меня из салона, после чего потащила в сторону здания штаба. Все встреченные по пути Гриммы сочувствующе смотрели нам вслед, а когда наши взгляды пересекались, кивали в приветствии. Короче, тут безопасно, и меня не собираются садить в странное кресло для лоботомии. Максимум зубы посмотрят. Ментализм отвечает.

– И хорошо же ты меня приложил, малец, – потирая шевелюру на голове посетовал Леон, стоило мне только приземлить зад в кресло в его кабинете.

– А зачем было лезть? Я в вашу сторону даже не пикнул, как вы стволы и тени расчехлили, – проворчал я в ответ.

– Перестраховаться решили, – Леон налил в кружку с термоса некую жидкость, от которой пахло спиртом и деревом. – Где Крейг, пацан?

– Да кто ж его знает? Когда он сбегал, я пробовал пол его камеры на вкус, – пожал я плечами. – Хотя, было похоже, что он просто исчез.

– Да уж, это в его духе. Говорил что важное?

– Ложа, – начал я загибать пальцы, – Ковен, пиздец, по пути сам разберёшься. Вроде ничего не забыл.

– А главенство зачем передал? – дед отхлебнул из кружки, даже не поморщившись.

– Я его не просил, – не остался я в долгу, закурив сигарету. – Он решил, что настало время, а я очень удачно появился в его камере.

– В его духе, – повторил Леон. – Сильный ты, да только вот не умеешь ничерта. Если бы не тень, вообще не смог бы оказать сопротивление.

– Вы напали, чтобы оценить, – не спросил, а просто констатировал я. – И что дальше?

– Побудешь пока здесь. Мне спокойнее, если свежий глава моего клана будет у меня под присмотром, да и обучить тебя не помешает. Вот Стелла этим и займётся.

Маленькая девочка, полтора метра всего, ещё и без руки, а держит всю округу в страхе, и наваливает рукопашкой так, что мне с моим улетевшим на луну болевым порогом выть хочется. Стелла, так полторашку зовут, была, мягко говоря, не в восторге от приказа, но грушей для битья оказался я, поэтому девушка выкладывалась на полную. Очередной спарринг, опять я получаю по лицу… да вообще по всем выступающим частям, не забывая лупить малявку в ответ, но в итоге падаю первым. Который это раз за день? А за неделю? Да, я уже тут неделю торчу. Не жалуюсь, меня ведь не только избивают, но и учат.

Между спаррингами у нас перерывы по пять-семь минут на регенерацию, на которую каждый здешний Гримм во время приёма пищи поглощает просто немыслимое количество калорий. Что интересно, у Стеллы какие-то проблемы с восстановлением. Если я вечерами выхожу с ринга практически невредимым, то вот Стелла нередко была с фингалами и ссадинами. И я её не с собой сравниваю, ведь я куда сильнее всех Гриммов, а с остальными. У ребят нет никаких проблем с регенерацией, а Стелла ходит побитая. Ещё и шрамов на ней на дохрена больше, чем у нормального Гримма.

– Лупишь ты от души, – пожаловался я неразговорчивой и вечно хмурой девушке, во время очередного перерыва.

– Так и надо, – поморщилась от резкой боли в области челюсти Стелла.

– Знаю, – киваю в ответ, чувствуя жжение восстановления в теле. – Опыт лучше всего набивается набиванием шишек.

– Ты поэтому не сдерживаешься со мной? – девушка недовольно посмотрела на меня.

– А зачем с тобой сдерживаться? – я склонил голову в бок.

– У меня нет руки, – проворчала Стелла. – И я бесполезная для подразделения.

– А у меня нет мозгов, и я совершенно не гожусь в главы клана, – улыбнулся в ответ. – Ты уж точно не бесполезная. Держишь всех здешних в страхе, ездишь на захват потенциального главы вместе с Леоном и Скорпиусом, считающимся тут сильнейшим, при этом у тебя нет руки. Дед тебя высоко ценит.

– Он меня жалеет.

– А ты меня нет! Боюсь представить, как бы ты мной ринг вытирала, если бы у тебя была вторая рука. Никого сильнее тебя я пока не встречал.

Стелла промолчала и покосилась на меня. Комплексы делают страшные вещи с людьми, и девчонка не стала исключением. Она молодец, хоть и без руки, а выкладывается так, словно у неё наоборот конечности лишние есть. Понятия не имею, что бы я делал, если бы у меня руки не стало.

«Отрастил бы новую?» – подкинул идею Саша. А, ну да. Ктулху, все дела.

– Отдых окончен, – Стелла вскочила с места и направилась к рингу.

– Посиди ещё, – крикнул я ей вдогонку и, наблюдая отсутствие реакции, метнул в девушку бутылкой с водой.

Стелла без проблем словила бутылку и посмотрела на меня с немым вопросом.

– У тебя всё лицо синее, – ответил я. – Восстановись лучше.

– Я справлюсь, – девушка бросила бутылку обратно.

– Боль сковывает движения, – поймал я бутылку и выкинул куда-то за спину.

– Спасибо, брат, – один из бойцов поймал её и сделал пару глотков. – Как раз пить хотел.

– Не спорь с учителем, – Стелла пошла с козырей.

– Сама напросилась, – уговоры не помогли, значит буду пользоваться эмпирическим методом. – Потом не жалуйся.

Боль сковывает тело. Стелла поняла это на собственном опыте, не сумев провести по мне несколько ударов и хорошо подставившись, дав мне возможность ударить. Я же не стал отказываться от возможности преподать девчонке урок. Спарринг не продлился и пары минут, когда Стелла упала на пол не в силах подняться.

– А регенерировала, и на полу валялся бы уже я, – сказал я, спускаясь с ринга.

– Отвали, – буркнула девушка, принимая из моих рук бутылку с водой. – Умный самый?

– Да нет, тупой наоборот. Почему ты так медленно восстанавливаешься?

– Не твоё дело! – отрезала девушка.

– И как ты собираешься… – договорить я не успел.

Стелла в один прыжок оказалась рядом со мной и опрокинула меня на пол, сев сверху. Неоднозначная поза, да мне не до того было. Толчок в миниатюрную грудь под обтягивающим топиком, от которого девушка отлетела к скамейкам, подскок, уход от выпада, захват и резкий бросок на пол. Теперь девушка была подо мной, как был я пару секунд я, только я держал её за руку, не давая ударить.

– Чему-то ты учишься, – впервые на моей памяти Стелла улыбнулась. – Нет у меня тени, вот и способности плохо работают. Доволен?

– Как у Гримма может не быть тени? – я поднялся с девушки и дёрнул её за руку, поднимая следом.

– Один одержимый убил мою тень, а следом и руку мою сожрал по локоть в один укус, – Стелла нахмурилась.

– И где же этот одержимый?

– Удобряет своим пеплом почву, – пожала девушка плечами. – Я смогла в тот момент взять себя в руки и убить его.

– Без руки и тени? А говоришь, что бесполезная, – похлопал я девушку по плечу и двинулся к рингу. – Когда там обед? Жрать хочется неистово!

Глава 15

– Где тебя черти носят? – полтора часа я выслушиваю капанье на мозг от Алисы и Алеси, передающих друг дружке телефон. Изредка Сакуре удавалось добраться до несчастного девайса, издать пару звуков, после чего телефон попадал обратно в руки близняшек, а на заднем фоне слышались звуки борьбы.

– В столице я, – уже который раз повторяю я, глядя в потолок.

Касуми сбежала. Сэм понятия не имеет ни как, ни куда. Неужели, сестричка меня обманула? Но тогда надо срочно возвращаться в Романовск, чтобы защитить девочек. Если мать узнает, что они со мной в сговоре, то отправит по их души кого-нибудь страшного. И вот что вызывает истерический смех – я могу при помощи сил главы и Ктулху взять под наблюдение и защиту весь Романовск, но для этого мне придётся вернуться в город. Беда в том, что Леон меня не отпустит. Старик принялся пичкать меня всевозможными навыками как умалишённый, а завтра вообще пообещал познакомить с кем-то важным. Зная, в каких слоях населения тусит старик, я даже приблизительно догадаться не в состоянии, что там за счастливчик.

И во всём этом великолепии из месяца мордобоя и обучения всякой хрени мне совершенно не улыбается возможность атаки на моих девушек… Дожили блин! Когда эти курицы моими успели стать?

– Случилось что? – Скорпиус уже несколько минут наблюдал за мной у стационарного телефона (обычные низзя, это же воинская часть).

– Ага, – пришлось прикрыть ладонью звукоулавливатель на трубе.

– Хорошее или плохое?

– Время покажет, – пожимаю плечами.

Новость о побеге Касуми однозначно хреновая. Мне банально было спокойно от осознания, что моя сестра под присмотром и в безопасности там, где мама не сможет её достать. Теперь я вообще не знаю, что думать. Заметил, что Сильвер, что Касуми вызывали у меня какое-то утраченное чувство нежности с первой же встречи, а я, между прочим, даже к близняшкам относился по началу с подозрением. Мне не хотелось верить, что моя родная сестра решила меня предать. Но… Всё указывает, что я зря решил довериться этой кошкодевке.

Из зала донеслась музыка. Гул, сирена, потом удары по струнам акустической гитары, и подхват басов и барабанов.

– Опять не в настроении? – Скорпиус с остальными уже привыкли, что электроника на любые мои эмоциональные изменения очень резко реагирует, начиная проигрывать какие-либо песни из моего первого мира, причём иногда я сам не знал, что это за песни.

– Чувствую проблемы, – немного подумав, я положил трубу обратно на базу, прекратив уже час как бессмысленный разговор. – И, возможно, серьёзные. Как бы не пришлось раньше времени возвращаться в Романовск.

– Дед будет против, – заметил Скорпиус.

– Как будто я у него спрошу, – ухмыльнулся я. Глава я, или мимо пробегал?

– Это для твоего же блага, – вынырнула из примыкающего коридора Стелла. – Тебе нужно тренироваться.

– Знаю, – кивнул в ответ. – Но никто не будет ждать, пока я перестану быть грушей для битья, и дед одобрит мой уход отсюда. Мир не вертится вокруг меня.

Проигрыватель надрывался, напевая: «Я прошу – не делай мне больно! Я – твой народ», а народ вокруг заинтересованно вслушивался в слова неизвестной мне песни, кивая головами. Сначала я думал, что проигрываться будут только известные мне композиции, но это уже не в первый раз, когда я ловлю себя на мысли, что я раньше никогда не слышал этих песен. Заставляет подумать, где же действительно МОИ воспоминания, а где мне просто закинули в голову какие-то левые мысли. С этих сраных недотелепатов станется.

– Удачи, – махнул рукой Скорпиус и направился на соседний ринг к своему партнёру.

– Давай начнём с чего попроще, – произнесла Стелла, становясь в стойку, стоило мне только подняться на наш ринг.

– Будто у меня есть выбор, – иронично заметил я, готовясь в очередной раз целоваться с полом.

Прогресс есть. По крайней мере несколько недель назад ребята не спорили кто кого уложит на лопатки, наблюдая за моими тренировками, а сейчас активно перебрасывались монетами и бумажками, ставя на победу или проигрыш.

– Соберись! – Стелла сделала очередной ложный выпад и резко атаковала ногой.

Я бы и рад, да вот мыслями я точно не на ринге. Впрочем, это не мешает мне принимать удары на автомате, парируя выпад за выпадом. Касуми где-то там, и это не даёт мне покоя. Даже то, что я отправил Телису на её поиски, не дают мне забыть о побеге сестры. Я всё ещё не доверяю Телисе, точнее просто не понимаю, почему она вдруг перестала пытаться меня убить.

За прошедший месяц я немало продвинулся в изучении Тёмного моря и его обитателей. Точнее, это и не море вовсе. Тёмный мир для каждого Гримма выглядит как море, заходить в которое смертельно опасно, однако настоящую ценность для развития представляет то, что находится на дне. Чем сильнее Гримм, тем мельче для него это море, и тем доступнее для него дно, представляющее из себя развалины какого-то города. Например, для меня над толщей воды уже видны шпили башен и верхние этажи высотных зданий. Их исследование позволяет ещё больше осушить тьму сверху, чтобы исследовать ещё больше и становиться сильнее. Грубо говоря, пока Гримм не может добраться до развалин, он должен самостоятельно тренироваться, а появление построек говорит о том, что достигнут некий барьер, пройти который можно только после исследования собственного внутреннего мира. И да, мысленное погружение в воды Тёмного моря всё ещё вызывают «одержимость», которая как правило убивает неспособного справиться с избытком силы носителя.

Что смешно и грустно, подавляющее большинство Гриммов этого не знают, зачастую так и не достигнув даже первых участков руин. Впрочем, они и без того представляют огромную угрозу для социума. Я же, по словам Леона, уже в состоянии стать угрозой всей планете. Страшно представить, что будет, когда я таки откачаю всю водичку и смогу бродить по развалинам улочек. Буду устраивать геноцид вселенского масштаба? Леон, увы, не знает. Не застал он настолько сильных Гриммов. А ведь руины ещё и заселены разными тёмными тварями. Часть из них была тенями уже умерших Гриммов, но большинство просто дикие твари, которых именно толща Тёмного моря сдерживает. Палка о двух концах блин.

Стелла пропустила выпад и сделала несколько шагов назад, чем я решил воспользоваться. Да, всё ещё на автомате. Уже давно перестал следить за нашими боями. Рывок, выпад, подсечка, и Стелла падает на пол под общее улюлюканье. Здешние ребята обожают качественный бой, так что даже Стелла такой реакции не обижается.

– Эй, мелкая, дай я тебя заменю, – на ринг залез Скорпиус, покачивая из стороны в сторону хвостом с жалом.

– Но… – Стелла растерялась и посмотрела на меня. – Ах, делай что хочешь! – с этими словами девушка слезла с ринга и присосалась к бутылке с водой.

– Ну что, Саш? Поиграем? Ты и я, на полную катушку.

Я кивнул в ответ. Хоть какое-то разнообразие. Скорпиус не стал тратить время на стойку и просто бросился в атаку, отведя хвост для удара. У него там серьёзный паралитический яд. Я знаю, потому что я глава. Уже привык к тому, что знания сами возникают в голове. Первый выпад Скорпиуса уходит в молоко, а мои удары с четырёх рук стали осыпаться с бешенной скоростью на корпус и руки визави. Скорпиус принял защитную стойку, пытаясь пробиться через шквал ударов для вида, чтобы вновь ударить хвостом. Удар долго ждать не заставил и разнёс в щепки весь ринг, оставив после себя обломки и пол, покрытые чёрными трещинами. Я смог отклонить ещё несколько ударов хвостом, прежде чем мне надоело разносить тренажёрный зал. Пришлось уйти в глухую оборону и ждать, пока Скорпиус допустит ошибку. Парень слишком увлёкся боем и не заметил, что я собрался сделать. Не знаю, я от постоянных драк чувствую лишь апатию, а им нравится. Очередной замах хвостом Скорпиуса, и я просто делаю один удар. Апперкот в челюсть отправляет моего противника куда-то в стену и, заодно, в Нирвану. Я даже иллюзии не использовал за ненадобностью. Скорпиус не просто так считается тут сильнейшим, бьёт он весьма ощутимо, да только вот в горячке боя он теряется, открываясь для таких вот простых ударов.

– Проверьте, живой он там? – засуетились наши зрители, которых каким-то чудом не задело обломками ринга и стен с полом.

– А что с ним будет? – задался философским вопросом ближайший к Скорпиусу зритель, проверяя на всякий случай пульс.

– Всё хорошо? – Стелла догнала меня в коридоре к личным комнатам.

– Тебе как ответить? Правду, или чтоб было спокойно? – повернулся я к девушке.

Стелла в ответ неопределённо пожала плечами. Никакой розовой туфты, просто девушка прекрасно понимала, что просто так я хмурым ходить не буду, а проблемы Главы могут обернуться катастрофой и без того катящегося в тартарары клана.

– Вероятно, Касуми…

– Мяу! – меня прервал ор кота за окном. Полосатого, с белыми проплешинами в шерсти, с разными глазами. Точь-в-точь тот, которого я из-под машины доставал. Рядом на подоконнике сидели ещё три кота, все как на подбор с белой шерстью и разными глазами.

– Давно у нас кошачье нашествие? – Стелла рассматривала вторженцев, раздумывая, пускать ли их. По глазам вижу, девушка уже предвкушала, как будет наглаживать эти комки шерсти.

– Мелкая, эти коты – вестники проблем, – без тени юмора бросил я.

– Что могут сделать обычные котики? – всё же здравый смысл уступил желанию ми-ми-ми, и девушка открыла окно.

– Эти ничего не могут. А вот их хозяйка та ещё заноза, – развернулся я.

– Не говори… – «глупости» Стелла произнести не успела. Её прервало тело Касуми, влетевшее в открытое окно. От удара мелкая улетела в стену коридора, попутно снеся тумбочку с вазой.

– Наконец я тебя нашла! Теперь точно покусаю! – Касуми даже внимание не обратила на однорукую девушку, торчащую из стены, и бросилась ко мне.

– Что в словах «Сидеть на жопе ровно» тебе не понятно? – зло спросил я, уворачиваясь от бросившейся в объятия сестры.

– Я соскучилась! – возмутилась Кас, прыгнув в мою сторону снова. Очередной уворот, и в объятиях кошки оказалась только очухавшаяся Стелла. – Ты не Саша, – придирчиво осмотрела свою добычу Касуми.

– Долго думала? – пробурчала Стелла. Недотрогу из себя сроит. На самом деле ей нравится обниматься, особенно по ночам.

– Ты как сюда вообще попала? – я схватил за шкирку сестру и поднял в воздух.

– Через КПП прошла, – пожала плечами Кас, не чувствуя и толику дискомфорта. – Сказала, что к брату пришла, меня и пустили.

– Идиоты, – сделала вывод Стелла.

– Почему-то напуганные идиоты, – поправила её Кас. – Почему, стоило мне упомянуть тебя, – кошка посмотрела на меня, – как крепкие бойцы на КПП стали ещё бледнее обычного?

– Может быть, – Стелла подошла к Кас и повернула голову последней к себе, – потому что твой брат глава клана?

– Саша? Мяу! Ой насмешила! – Касуми залилась смехом. – А я близкий родственник Императора!

– Не зарекайся, девочка, – у меня за спиной возник Леон. Как он это сделал, я не знаю, так как Телиса чувствует все живые организмы в здании. – Порой даже самые смелые мысли способны воплотиться в реальность.

– Деда! – Касуми бросилась на руки Леона, и тот тут же её поймал.

– Котёнок! – Леон прижал девушку к себе, и Касуми обвила руками его шею. – Как ты выросла!

– А про меня ты так не говорил, – с улыбкой заметил я, обращаясь больше к Стелле.

– Ты не часто меня посещал, – хмыкнул дед. – А вот Касуми с Корвусом иногда ко мне захаживали, когда бывали в Москве.

Продолжать расспросы я не стал. Саша всегда был нелюдимым.

– Как ты сюда попала, котёнок? – Леон поставил Кас на землю.

– Через КПП зашла, – Касуми сцепила руки за спиной и принялась качаться из стороны в сторону, пытаясь сойти за наивного ребёнка. – Сказала, что по братику соскучилась.

Леон в ответ улыбнулся, а Стелла прыснула в кулачок. Один я не проявил эмоций, укоризненно глядя на Кас. Потом ремешком по одной кошачьей жопке пройдусь, а то обнаглела.

– Дед, пора? – решил отвлечься от мыслей об экзекуции.

– Вечером приедет одна особа из клана Каталис, – кивнул Леон. – Попросила сопроводить её в Санкт-Петербург. Поедете вы со Скорпиусом.

– Если Скорпиус к вечеру от койки сможет оторваться, – хмыкнул я.

– Этот то сможет, – в тон мне хмыкнул дед. – А ты собирайся пока, и про медиации не забудь.

Медиации. Теперь я отправляюсь в Тёмное море постоянно для исследования открывшихся руин. Их стены испещрены письменами, которые при сосредоточении складываются в слова. Порой тексты полезные, порой полная бессмыслица, но при каждом заходе все письмена меняются, а их анализ и усвоение позволяют мне тоньше работать с собственными силами.

С трудом разделившись с сестрой, которая требовала моего общества здесь и сейчас, я смог уединиться в своей комнате и улечься на кровать. Медитация не требовала поз лотоса или собак мордой в пол, просто расслабиться в любой удобной позе и найти способ попасть в Тёмное море.

С удовольствием обнаружил, что из-под воды стали видны шпили ещё нескольких башен, но отправился не к ним, а к самому высокому строению, которое исследовал уже как месяц. Залетел через провал в стене, осмотрелся в кромешной тьме помещения и сделал несколько шагов. Вокруг послышался шёпот, время от времени нарастающий, а глаза выудили с поверхности мраморного кирпича надписи. Понятия не имею, каким образом я вижу что-то в темноте, но ладно, спишем на правила этого мира.

Надписи в этот раз были… необычными. Они были взаимосвязанными, и все твердили про кого-то, кто обитает в глубине Тёмного моря. И этот кто-то очень хочет моего общества. Я прямо популярным стал. Аж бесит. Центры внимания не для меня.

– Как только – так сразу, – произношу я и собираюсь уходить.

В ответ откуда-то из глубины донёсся глухой рык, напоминающий смех. Ну и жуть! Мне нравится.

Как только я вынырнул из медитации, обнаружил, что надо мной с испуганной миной склонилась Кас.

– Я думала, ты помер, – прошептала сестра. – Ты не дышал, и у тебя сердце не билось.

– Не с твоим счастьем, – улыбнулся я и встал с кровати. – Я медитировал.

– Жёстко, – прокомментировала сестра и уселась на коврик на колени. – Ну что? Готов ехать в Питер?

– А уже пора?

– Гостья уже ожидает, – кивнула Кас. – Я, кстати, еду с вами.

– С какого перепуга?

– Поучиться работать как представитель клана. Чтоб помогать тебе.

– Ты же понимаешь, что всё идёт к тому, что я убью нашу мать?

– Мяу… – Кас опустила кошачьи ушки. – Саш, а может… ну, не надо? Ты застрял в бесконечном цикле. Ты теряешь что-то важное, убиваешь, и так по кругу. Может стоит не делать то, о чём ты будешь сожалеть? Она же наша мама…

– Кас, – я повысил голос, – она моими руками убила людей! Людей, которые были мне дороги. Она превратила меня в сраную марионетку!

– Мяу! – Касуми зашипела. – Ты гнёшь одну линию! Но ведь сейчас она оставила тебя в покое! Если бы она хотела, весь город бы перевернула, чтоб тебя найти и вернуть. Может, ей самой не хотелось делать всё это?

– Вряд ли мы придём к какому-то соглашению, – вздохнул я. – Иди собирайся, раз едешь со мной.

– Ага, – поникла Кас и вышла из комнаты. Телефон вдруг ожил звуками бас гитары, через десяток секунд подкреплённые барабанами. Порнофильмы «Выйди из комнаты». Пора совершать ошибки!

В кабинете Леона сидела девушка и потягивала из металлической кружки чай. Одета была в платье с рюшечками, тонкие изящные ножки были в белых колготках, а на ступнях красовались туфельки со стразами. Половину лица скрывал кружевной зонт, который незнакомка зачем-то раскрыла в помещении, но и то, что я видел, говорило, что незнакомка чертовски красивая. Чего только стоили золотистые локоны, струящиеся по плечам девушки, и пухлые губки в алой помаде, украшающие нижнюю часть лица.

– Вроде сегодня дождя не передавали, – кивнул я, заходя в кабинет.

– Вам там брошюрки раздают на входе? – нахмурился Леон, а незнакомка улыбнулась на мои слова. Кроме этих двоих в кабинете сидел Скорпиус, сдерживающий смех.

– Живой? – я уселся рядом с последним.

– Каким-то чудом. Удар у тебя тяжёлый, – рассмеялся Скорпиус.

– Не просто же так мной Стелла ринг вытирает каждый день, – отшутился я, следя за гостьей.

Девушка внимательно нас изучала, улыбаясь на каждую фразу краешком губ. Странная.

– Вроде сегодня дождя не передавали, – в кабинет вошла Касуми, и Скорпиус не выдержал и заржал.

– Боже… – Леон хлопнул себя по лбу.

– Забавные вы, – хихикнула гостья и чуть приподняла зонт, глянув на меня почти салатовыми глазами.

– Раз все в сборе… – взял слово Леон.

– Извиняюсь, что перебиваю, – перебила его гостья, – но к чему тут столько людей? Я просила одного…

– С тобой поедет Скорпиус… – перебил девушку Леон.

– … Конкретного, – не обратила внимание на деда гостья и ещё раз глянула на меня.

– Брат, – Касуми наклонилась ко мне и шепнула на ухо, – мне кажется, что её обращение в мужском роде говорит о том, что меня не звали.

– Аплодирую твоей дедукции, Кас, – тихо произнёс я, играя в гляделки с незнакомкой.

– А ещё она явно против Скорпиуса, – продолжила шептать Касуми, – а значит… Ты знаешь её?

Последнее сестра спросила слишком громко, а потому все повернулись ко мне, а у деда аж глаза кровью налились.

– Впервые вижу, – сказал я, и девушка отвела взгяд. Я выиграл!

– А в чём смысл? – почесала макушку Касуми.

– Не пытайся понять умом женщину, сестричка. С ними так не работает.

– Слова истинного сексиста, – хмыкнул Скорпиус.

– Братик, ты сексист? – хихикнула Касуми.

– Заткнулись! – рыкнул Леон и обратился к гостье: – Девочка, я не могу отправить с тобой Александра. Он сам себя защитить не в состоянии, а ему ещё тебя оберегать.

– Меня там никто убивать не собирается, – возразила ему девушка. – Дело скорее политического характера, а не оборонительного.

– Красиво стелет, – присвистнул Скорпиус.

– Мне нужен именно Александр, и я это указывала в заявке, – продолжила напирать на Леона девушка.

Дед посмотрел на меня, я в ответ сделал морду кирпичом. Мне самому не улыбается с какой-то аристократкой ехать в другой город в больше чем шести сотнях километров от Москвы. Особенно не улыбается, учитывая, что я и так критически далеко от Романовска. Но мы с Леоном уже обговаривали, что могут быть такие вот запросы, и ещё месяц назад решили, что я не сахарный и не растаю от такой работы. Опыт какой-никакой.

– Я прекрасно понимаю, леди, но у Александра нет такого опыта, – перевёл взгляд обратно на гостью Леон. – Поэтому я и хочу отправить с ним кого-нибудь, кто в случае чего сможет показать, как надо.

– Деда, при всём уважении, – надулась девушка под зонтиком, – Александр, как мне известно, не является твоим подчинённым, как раз таки наоборот, он твой глава. А потому решение за ним, разве я не права?

Оба повернулись ко мне. У Леона на лице читалось что-то типа: «Согласишься – ты труп!», а вот девушка наоборот смотрела с надеждой. А есть вариант отправить кого-нибудь другого?

– А как?.. – посмотрел я на деда.

– Вивиан Каталис, – прервала открывшего было рот Леона девушка.

– Как насчёт отойти на шу-шу, Виви, буквально на пять секунд? – указал на дверь.

– Тебе пяти секунд не хватит, – хихикнула в ладошку Кас, а Вивиан покраснела.

– Идите, – покачал головой Леон и махнул рукой. Уже смирился, что правила диктует не он.

Права была Кас – пяти секунд не хватило. Да и десяти минут не хватило. Пойди найди в воинской части, забитой под завязку Гриммами, место, где никакая ушастая сволочь нас не подслушает. Пришлось топать немало, что Виви не понравилось. Она даже пыталась упасть пару раз для драматизма. Пыталась. Спотыкалась, махала ручкой, ойкала, смотрела на меня, видела абсолютный пофигизм и переставала выделываться.

– Для чего тебе нужен я? – дойдя до места я резко повернулся, отчего Виви чуть действительно не упала.

– Сопроводить меня в Питер, – похлопала моя собеседница ресничками. Зонтик она так и не сложила.

– Не припомню, чтобы нанимался на помощь молодым дворянкам, – скрестил руки на груди и нахмурился. – Дед прав – Скорпиус действительно опытнее меня будет.

– Но нужен ты! – топнула Виви каблучком.

– Для каких целей? – я сделал шаг, и в помещении склада замигал свет.

– Очень секретных целей! – девушка крепче ухватилась за ручку зонтика и запаниковала.

– Я не собираюсь охранять тебя от того, не знаю чего, – вздохнул я и повернулся к выходу, намекая, что ещё чуть-чуть, и кто-то рискует уехать отсюда вообще без охраны.

Виви растерянно оглядывалась, пытаясь понять, как меня можно остановить. Судя по испугу, вариантов она не видела. Даже к лямке платья прикоснулась, но отдёрнула руку спустя секунду размышлений.

«Странная она,» – поделился наблюдениями Саня.

А то я не заметил. У меня есть подозрения, что она пытается увести меня подальше от Романовска. Уже находясь в Москве я нахожусь очень далеко, так что пройти в город через тени я уже не могу, а что уже говорить про Питер. Да и девушка из клана Каталис, а про их я знал немного. Клан моей матери, чего уже достаточно для недоверия к этой семейке.

– Стой! Ты не можешь меня тут бросить! – выкрикнула Виви.

– Могу, и оставляю, – не оборачиваясь махнул рукой в ответ. – Вписываться в мутные авантюры я сейчас не имею права.

– Да боже! Хорошо! – девушка топнула ножкой. – Я хочу поехать именно с тобой, потому что ты являешься частью моей семьи. Доволен?

– Звучит притянуто за уши, – хмыкнул я и остановился. Чувствовал, что девушка не лжёт, просто не договаривает.

– Я могу Очень подробно рассказать о нашем даре. Просто сопроводи меня! – всхлипнула Виви.

– А что мне мешает выбить из тебя или любого другого члена твоего клана информацию? – повернулся я. Угу, у девочки тушь потекла.

– НАШ клан, – снова топнула ножкой Виви. – Тебе же не нужен скандал? Подумай, наш клан опекает сам Император.

С козырей пошла. Могу ответить тем же:

– А ты не думала, что мне фиолетово? Если знаешь мой интерес к твоему клану, то должна и знать мою цель. Если не знаешь, то могу просветить: я собираюсь прикончить Аниту Каталис, свою мать.

– Ты… – девочка потерялась. Неужели действительно не знала? Видимо, мозгами она не блещет. – Стой, ты же не серьёзно? Это же… бесчеловечно.

– Много ты знаешь, – хмыкнул я. – За преступления Аниты она отделается простой смертью. Это, считай, милосердие. И да, мне ничего не стоит избить тебя на предмет необходимой информации.

– Стоит, – костяшки на пальцах Виви побелели, так сильно она сжала зонт. – Если опущу зонтик, то ты не сможешь мне ничего сделать.

Врёт. Но не совсем.

– Ух ты! Врать ты не умеешь, – покачал я головой. – В Питер я с тобой не поеду. Возьми любого Гримма, благословляю тебя, и катись куда угодно.

Девушка поджала губки и топнула ножкой. Совсем странная она. Каталис же на ментальных воздействиях специализируются, сужу по матери, а потому могут использовать дар для удовлетворения таких вот хотелок. А эта не использует. Виви совсем раскисла и осматривалась вокруг, ища, видимо, предмет потяжелее. Пару раз поправляла платьице, раздумывая, имеет ли смысл демонстрировать мне то, что под ним, но всё же идею эту бросила.

– Саша, ну позязя, – подбежала девушка ко мне. Глаз её я не видел, но готов поспорить, что они у неё как у небезызвестного кота сейчас.

– Эт ты типа с козырей пошла? – смеюсь.

– Я не хочу ходить козырями. Просто хочу договориться, – хрипловато ответила Виви.

– Ну тогда слушай, переговорщица, – скрестил руки на груди. – Я не могу уехать сильно далеко от Романовска. Я не имею права рисковать и ехать на хер пойми какие авантюры. Причём, все эти «не могу» из-за выходца из ТВОЕГО, – ткнул пальцем девушке в грудь, – клана. Приняла?

– Если согласишься поехать со мной, то познакомишься с моей семьёй. Уверена, папа сможет решить эти проблемы, – шмыгнула носом Вивиан.

Я было открыл рот для продолжения бессмысленной дискуссии, но остановился. Заручиться помощью клана менталистов было бы кошерно, правда нет никаких гарантий, что меня эти самые менталисты через бедро не кинут.

– Мне нужны гарантии, – грозно ответил я, от чего Виви вздрогнула.

– Ты же будешь со мной, – дрожа прошептала девушка. – Я – твоя гарантия.

– Дед, мы договорились, – дверь в кабинет Леона была открыта мной с ноги, потому как впечатляющее появление поможет сразу оказать давление на собеседника. – Я еду с милой дамой в Питер.

Леон закатил глаза и вздохнул.

– Пока можете попить чаю или, не знаю, обговорить детали. Касуми!

– Мяу? – Кас прищурилась.

– Теперь ты со мной буквально на пять секунд.

– Опять? – рука Леона всё-таки приземлилась на лицо со смачным шлепком.

– Снова! – поправил я деда и вышел из кабинета, впуская Виви.

– Чё надо? Как дама? Умеет минеты делать? – хихикала Кас, ожидая мои слова.

– Успею, думаю, ещё узнать в Питере, – улыбнулся я. – Внимание, оперативная задача, – я потянул сестре руку. Та с недоумением вытянула свою, и на раскрытую ладошку упало что-то тёмное и извивающееся.

– Что это? – Касуми с недоумением рассматривала объект.

– Кусочек тени Ктулху, – ответил я и посмотрел на сестру, вокруг которой разве что вопросительные знаки не летали. – Дуй обратно в Романовск в Красный квартал. Как только там будешь, положи это в тень, дальше я сам всё сделаю.

Вообще, это мой немного переделанный чекпоинт. Очень вовремя я вспомнил, что умею их ставить, но не суть. Эта штука, попав в тень, начнёт быстро разрастаться, а если ещё и ночь будет, то за несколько часов я смогу знать обо всём, что творится в городе, причём будет абсолютно не важно, где нахожусь в это время я. А самое вкусное, я смогу переместиться туда из любой тени мира, то есть смогу за считанные мгновения оказаться в городе посреди конфликта. Слишком сильно? Могу себе позволить! Глава я, или мимо пробегал.

Касуми с недоверием смотрела на маленькое извивающееся нечто в руке, после чего вздохнула и подошла к окну, на подоконнике которого сидел котёнок. Сестра взяла животное на руки и потянула мне.

– Чтоб я знала, что с тобой всё нормально, – строго промяукала Касуми. – А то дозвониться до тебя невозможно, а так хоть буду иметь возможность помочь тебе в случае чего. И да, чтоб с Питера мне кота привёз, ясно?

– Ясно, – улыбнулся я и положил ладонь сестре на голову, начав её гладить. Та в ответ зажмурилась и замурчала. – Будешь хорошей девочкой – двух привезу.

– Ловлю на слове, – промурчала сестра и нехотя высвободилась от моей руки. – Береги себя.

– Ты тоже.

Глава 16

– Для начала заедем домой, – тараторила Виви. – Я соберу вещи, а ты пока…

– Присяду на уши твоему папеньке, – продолжил я. Уже который раз это слышу.

Двадцать минут назад я храбрился, а вот сейчас начал сомневаться, что делаю правильно. Вроде всё нормально – Касуми через час посадит мой чекпоинт в черте Романовска, и спустя несколько часов весь город будет у меня как на ладони. Переместиться я смогу хоть с Питера, хоть с Марса, найти бы тень, что достаточно сложно не сделать. Да и за ситуацией следить я смогу, а значит, мои близкие в безопасности. Правда ведь? Я ничего не упускаю. Или же… Нет, вроде ничего.

Вивиан будет рядом со мной, так что её запрос я тоже не завалю. В конце концов, у меня на данный момент три СВОИХ тени, а власть главы клана позволяет мне управлять куда большим количеством. Да рядом со мной девушке будет безопаснее, чем в бункере внутри бункера, спрятанного под бункером. Правда, я всё ещё в непонятках, от чего эту молодую менталистку нужно защищать. И сама Виви косплеит партизан и помалкивает, ссылаясь на потом. Сука, отвечаю, если меня не впечатлит то, от чего я должен эту пи… девушку защитить, о девушку надо будет защищать от меня! Касуми не даст соврать – я страшен и крайне изобретателен в гневе. У сестрички до сих пор бзик на любые извивающиеся продоговатые предметы.

– Верно, – кивнула Виви и хихикнула: – Папенька будет очень рад твоему прибытию. Считай, блудный сын вернулся.

– Надеюсь, истории с распятием не случится, – проворчал я. – Не люблю каноны.

Квартира семьи Виви находилась близко к центру города в небольшой пятиэтажке. Когда я подходил, подумал, что не могут нормальные клановые жить в хрущёвках, правда, спустя одну дверь в подъезд моё мнение резко изменилось. Весь дом принадлежал паре семей, все, что очевидно, с фамилией Каталис. Тут жили и сами менталисты, и их прислуга, да и выглядело здание как снаружи, так и внутри, внушительно. Снаружи были видны следы относительно свежего ремонта, от которого веяло неким общим стилем и стариной, напускной конечно же, но тем не менее, здание так и кричало, что здесь живёт как минимум король. Всюду колонны, статуи у входа, фонтан, который уже не работал из-за непривычно холодной осени, окна – витрины в арках с барельефами. Серьёзно, увидь я на парковке карету с кучером, решил бы, что ничего естественнее нет.

Внутри дом вообще не был похож на многоквартирный. Скорее, особнячок, плавно вписанный в соседние корпуса. Отделка из светлого камня, с теми же колоннами и барельефами, некоторые детали которых были покрыты тонким слоем золота (что это золото я не сомневался). На стенах гобелены, на полу ковры, иногда на лестничной клетке пробегали мужчины и женщины в форме прислуги, откуда-то пахло чем-то аппетитным и мысленно отсылающим к векам так семнадцатым-восемнадцатым.

– Мило тут, – прокомментировал я, рассматривая потолок лестничной клеки, с изображением чего-то, подозрительно отсылающего к библии. Точняк, этот стиль барокко называется.

– Отец постарался, когда ему попался этот дом, – кивнула Виви. – Тут всегда уютно.

– Ага, а ещё тут не идёт дождь, – кивнул я на зонт, который девушка даже дома не сложила.

Виви в ответ поджала губы и вцепилась в рукоять ещё сильнее.

– Вивьен? Ты уже вернулась? – звонкий голос из тамбура отвлёк меня. – О, и гость тоже прибыл! Признаться, мы ждали вас несколько раньше.

Автор этой реплики вцепился мне в руку и принялся её трясти, бормоча что-то вроде как на французском. Ладно, повысим планку до девятнадцатого века. Мужчина, высокий, с ухоженной бородкой, завитыми усами, длинными светлыми волосами, убранными в хвост на затылке и ярко-зелёными глазами. Телосложение несколько хилое, ещё и морщины говорили, что моему собеседнику около полтинника, а одежда… Одежда была той самой квинтэссенцией типичного аристократа времён девятнадцатого века. Серьёзно, если я вспомню, как называются элементы его одежды, пропишу себе путёвку в дом престарелых, или сразу в археологический музей в качестве экспоната.

«Кто-нибудь, скажите этому джентльмену, что на улице двадцать первый, сука, век, и уже не модно носить панталоны,» – простонал в голове Саша. Капец, ты знаешь, что такое панталоны! Да у мужика даже слюнявчик вместо галстука в наличии, и чулки на ногах. Да, я понятия не имею, как это всё правильно называется.

– Вивьен, ма шер, ты уже собралась для поездки в Град Петров? – мужик задолбался трясти руками и отпустил меня, переключившись на Виви. Девушка сильно поднялась в моих глазах: если бы я жил с таким человеком, я бы сел за убийство с особой жестокостью. Сколько там за него дают? От восьми до бесконечности? Ах да, я же одарённый. Казнят меня. Если смогут. – Доченька, поторопись Христа ради, дела не ждут!

Виви бросила на меня взгляд и удалилась в противоположный тамбур, а чудо в слюнявчике вспомнило, что я существую.

– Прошу, Александр, идите за мной. Сегодня на обед бесподобный запечённый поросёнок в соусе… Как там его? А не важно! Прошу, присаживайтесь куда угодно, сейчас подадут чай, – мужик даже не пытался дать мне слово. Остановить его словесный поток невозможно. Тут тот самый случай, когда и глухого заебёт.

Гостиная от стандартной четырёхкомнатной квартиры. Казалось бы, простая комната, через которую обычно из прихожей идут в спальню или на балкон, но некий гений смог сделать её настолько стилистически правильной, что создаётся ощущение, будто я во дворце.

– Александр… Вы же не против, если я начну ваз звать по имени? – Бездна, он заткнулся! Он на полном серьёзе ждёт, когда я отвечу!

– Да вы вроде уже… – четыре слова. Вот на сколько хватило терпения мужика.

– Очень рад нашей встрече! Я Фёдор Каталис, отец Вивьен и двоюродный брат вашей ненаглядной матушки. Как, кстати, её здоровье?

– Жива пока, – «но это ненадолго» я сказать не успел.

– В таком случае при встрече обязательно передайте ей мои пожелания долгой и счастливой жизни. Я очень рад, что вы вызвались сопроводить мою дочурку в Град Перов. Вы не смотрите на её странности, она очень хорошая барышня из достойной семьи, хе-хе.

«Бездна! Он же не начнёт вот это самое? У нас товар, у вас купец?» – снова простонал Саша.

– Да, барышня она хорошая. Да-а-а-а, – протянул Фёдор и умолк. Поток мысли, видимо, иссяк.

– Кроме, шуток, – протянул я, сев на стул, повернув его спинкой вперёд, – зачем Вивиан сопровождение? Я понимаю, что Питер – родина романтичных маньяков, но не припомню, чтоб стереотипы были причиной для беспокойства.

Мне надо срочно валить из общества этого надушенного по самое не хочу мужчины. Я такими темпами материться разучусь через несколько минут общения.

– Видите ли, Александр, Вивьен очень хорошая барышня, – протянул Фёдор и принялся подыскивать слова. В эмоциях царил штиль, а значит, он их скрывает. Интересно. – Да, она прекрасная девушка, уверен, вам она при длительном знакомстве даже приглянется. Ей уже столько предложений от знатных господ пришло. Ух, она моя гордость.

– Фёдор, ближе к делу, – улыбнулся я. – Я могу ведь и обратить внимание, что вы зачем-то тянете время, что Виви почему-то сейчас плачет в своей комнате, что вы пытаетесь на меня ментально воздействовать…

– Понимаете, Александр, мне, как отцу, неприятно о таком говорить. Вивьен прекрасная барышня…

– Я это слышу уже пятый раз за последние две минуты. Фёдор, клянусь, ещё раз вы это скажете, и я вам челюсть сломаю, – да, я всё ещё улыбался, от чего мой собеседник побледнел.

– Не нужно горячиться, Александр. Мне кажется, вы предвзято относитесь к моей семье, – Фёдор всё ещё скрывал эмоции, правда руки у него тряслись, словно он решил линии электропередач потрогать.

– У меян есть на то причины, – кивнул я. – Но не о них мы сейчас хотим поговорить. Что ожидает Виви в Питере, что ей понадобилась охрана не просо Гримма, а Главы клана Гримм?

– Вивьен, Александр, это важно, поймите, очень, повторюсь, ОЧЕНЬ, хорошая барышня. Она своего рода уникальная даже среди таких неординарных личностей, как семья Каталис. Боже, Александр, мне неловко об этом говорить… – Фёдор посмотрел на меня, увидел абсолютный пофигизм к его неловкостям и вздохнул: – У Вивьен очень сильный дар. Право слово, она настолько сильна, что даже сильнейшие практики воздействия на разум не могут за ней угнаться.

– Всегда есть какое-то «но», Фёдор, – кивнул я, видя, что мужик вновь умолк. – И вы мне сейчас его поведаете.

– Александр, вы подлец! Вы заставляете старого человека говорить такие вещи. Я же отец этой барышни!

– Фёдор, не меняйте тему.

– Как вам будет угодно, – вздохнул мужчина. – Но начну издалека. Вивьен изнасиловали, когда ей было двенадцать. Тогда мы жили в другом месте, и вызывали мастера проверить водоснабжение. Я отошёл на несколько минут, а когда вернулся, он уже срывал с моей дочери исподнее.

– И вы его остановили.

– К сожалению, я тогда был в смятении и не рассчитал силы. Мужчина скончался прямо там. Мы сразу же вызвали правоохраниелей и докторов, но те лишь руками разводили. Простой человек, Александр, не может жить с мозгом глубокой прожарки.

– Ух ты! Настолько сильно вы его приложили? Это… не нормально, даже учитывая обстоятельства.

– Мне пришлось! Дело было в том, что я не мог воздействовать на мужчину с меньшей милой, потому что на нём уже было воздействие, и очень сильное. Оно буквально не пускало меня.

Запишем, что ментальные воздействия не могут оказываться несколькими одарёнными, так как они замещают друг друга. Дальше?

– Значит, тогда вы не дали случиться преступлению, – кивнул я, обрабатывая информацию. – Но вы сказали, что изнасилование было.

– Было, Александр. В тот день я успел помешать злодею, но вот спустя всего неделю над Вивьен надругался наш дворецкий. Я тогда ездил по делам семьи, и помочь ей не смог. Вивьен после первого раза долго не могла прийти в себя, а случай с прислугой совсем выбил её из колеи. Она полгода не выходила из комнаты, скрывалась от каждой мыши. Исхудала, бедняжка.

– Понимаю, – кивнул я. Не раз сталкивался с жертвами изнасилования, когда ещё практику у Тани проходил. Уйти в себя ещё не самое страшное. Порой приходилось из них показания клещами доставать, а некоторые впадали в истерику, едва видели меня у клавиатуры.

– Не понимаете, Александр, – покачал головой Фёдор. – Стоило Вивьен выйти из комнаты, как несчастье случилось вновь. Две горничные и садовник. А потом ещё раз, и ещё, и ещё.

– Сколько в итоге? – это уже интересно.

– Полтора десятка за последние шесть лет, – вздохнул Фёдор. – Мы узнали, почему так происходит, но каких-то полноценных контрмер до сих пор нет. Вивьен не контролирует свой дар, она его даже не чувствует, а каждый, кто её увидит, лишается рассудка очарованный ею. Даже другие практики из нашей семьи не способны ей противостоять. Мы можем сопротивляться, но не способны избежать влияния.

– Поэтому она скрывает лицо зонтом, – кивнул я и поднялся с дивана.

– Александр, а как же обед? – вскочил Фёдор.

– Присоединюсь к вам позже.

– Как ты выживаешь? Я бы такого слащавого родителя бы уже давно пристрелил, – я опёрся спиной на дверной косяк и наблюдал, как Вивиан с кружевной повязкой на глазах ходит по комнате. Под глазами девушки были полоски от туши.

– Он хороший. Правда. Может, если бы ты вырос не в постоянной грубости, ты мог бы оценить его достойно, – Виви даже не остановилась, просто кинула в чемодан кофточку и пошла дальше.

– Я не спорю, он хороший, но чрезмерно манерный на мой вкус… Твою мать! Это, похоже, заразно! Сука, блядь, пизда, залупа…

– От тебя уши вянут. Можешь делать это не в моей комнате?

– Не могу, – хмыкнул я. – Ты не можешь рассказать мне ОЧЕНЬ, сука, ВАЖНУЮ ИНФОРМАЦИЮ, от которой может буквально зависеть твоя жизнь, твою мать, а я не могу не материться через слово. Видишь, мы не одно и тоже…

– Папа тебе всё рассказал уже, – Виви повернулась ко мне. – Так чего ты от меня хочешь?

– Я? Исключительно поиздеваться, – пожал плечами. – В конце концов, имею моральное право. Обмолвилась бы ты хоть словечком…

– А ты бы о таком рассказал?! – девушка подскочила ко мне и даже замахнулась для пощёчины. – Ты бы рассказал первому встречному, что сводишь с ума одним только видом? Что тебя трахает каждый встречный, который кинет хотя бы один взгляд в твою сторону?

– Скажи, твой уровень интеллекта вообще приближается к положительной отметке? – хмыкнул я. – Неужели ты считаешь, что подобная информация не окажется важной? Дура, блин! Зонтик может и ветром сдуть, а маски не будет… Да мало ли, что вообще может случиться? И что мне прикажешь делать, если вдруг полгорода превратиться в ебливых зомби, охочих твоего тела? Благодаря твоему отцу я хотя бы знаю, что такой расклад может быть вероятен. А вот ты играешь в шпионов, что мне совсем не нравится.

– Скажи я тебе это раньше, ты бы отказался, – Виви опустила руку.

– Возможно, – пожал плечами. – По крайней мере, у меня было бы больше времени на обработку стратегии по сохранению твоей задницы в том виде, в котором она мне досталась.

– Ты невыносим, – девушка улыбнулась. На душе чуть-чуть тепло стало даже.

– Ты сама меня позвала, – в который раз пожал плечами. – Теперь не жалуйся.

Со спины почувствовал чьё-то внимание. Не враждебное, просто… неожиданное. Как будто наблюдатель телепортировался мне за спину, а от того я и среагировал. Чистый рефлекс, не более, но теневая конечность прошла в милиметрах от головы служанки, отчего та слегка отступила, но даже не подумала показывать страх.

– Леди Вивиан, господин просит вас и вашего сопровождающего к столу, – невозмутима отчеканила служанка.

– Спасибо, Марина, мы сейчас подойдём, – кивнула Виви, и прислуга удалилась.

– Они телепортируются что ли? Я её не почувствовал, – я ошарашенно посмотрел вслед служанке. Не уведи я хвост, кому-то пришлось бы отмывать мозги со стен.

– Нет, просто ходят. Они работаю здесь очень долго, так что даже эмоции не показывают, настолько всё стало рутиной.

«У нас всё ещё сбоят способности, – ответил мне Саша. – То включаются, то выключаются. Раньше я чувствовал живых в радиусе нескольких сотен метров постоянно, но сейчас, когда ты здесь, да ещё и после получения способностей главы клана, мозг, видимо, не успевает за всеми процессами».

Да уж, надо что-то с этим делать. Мозг тупо не вывозит все процессы и не может принять всю информацию, которую получает от… Да мне сложно уже считать все свои процессы восприятия мира! Зрение, слух, нюх, вкус и осязание понятно, они были всегда, и сейчас сильно обострились. Чувства температуры, равновесия и прочие в счёт не берём, информация от них ситуативна. А вот что делать с предчувствиями, ощущениями внимания, присутствия, эмпатией и далее, которые простые смертные называют шестым чувством, я не знаю. А ведь с часа на час я ещё и получу доступ к теневому ростку, который Кас несёт в Романовск. Головная боль, мучавшая меня ещё месяц назад, никуда не делась, просто я уже научился её не ощущать. Мозг старается как может, но ему оперативной памяти не хватает, так что ненужные процессы он выключает. Поэтому у меня нервишки пошаливают. Благо, пока никого не убил, но гарантий на сохранение этого факта мало. Если только не придумаю, как увеличить возможности своего серого вещества.

– Идём? – Виви чуть склонила голову в бок и приложила палец к подбородку. – Признаться, я с утра ничего не ела, так что стоит поторопиться. Тебе. В большой семье, как говорится, ничем странным не щёлкают.

– Как у такого нарочито вежливого до зубного скрежета человека как Фёдор выросла такая невоспитанная дочь? – пропустил я девушку вперёд.

– Не, а что такого?

– Ну ты же де-е-е-евочка, – рассмеялся я.

– Ху… кхм… Это не значит, что я не могу выражаться или много есть, – почти сматерилась Виви. – К тому же, я, наивная маленькая девочка, попала под плохое влияние своего сколько-то-там-юродного братика.

– Ага, потом расскажешь, – улыбнулся я.

В столовой (Виви строго-настрого запретила называть столовую кухней, да бы не ранить чувства Фёдора) пахло изумительно. Даже я, предпочитающий почти сырое мясо, решил, что бедный поросёнок в соусе сегодняшний обед не переживёт. В конце концов, мне надо много топлива на свои способности, а оно, как правило, получается из калорий.

– Вивьен, Александр, присаживайтесь, – отец Виви уже сидел за столом и разве что чудом не прожёг в поросёнке дыру взглядом. Кроме него за столом никого не было.

– Больше едоков не предвидится? – шёпотом спросил я Виви.

– Не, – отмахнулась девушка и села за стол. – Мама в другом городе сейчас, а остальные нашли кучу самых неотложных дел, чтоб с тобой не пересечься.

– И почему ты не взяла пример с родственников? – я тоже сел за стол и осмотрелся.

Очевидно, что обед предполагал чуть больше людей, потому как тут одной только картошки на гарнир было пять видов. Закуски, бутерброды с икрой и красной рыбой, салатики, обжаренная рыба, овощи, фрукты – казалось, что мы что-то празднуем, причём собираемся мы это делать около недели. Благо, я помню, что люди за столом не обычные, а значит, как минимум половина всего находящегося на столе сегодня исчезнет в течение получаса.

Стоило мне сесть за стол, как в комнате появились две служанки. Одна нарезала бедного поросёнка и положила каждому, причём положила не мало, а вторая принялась раскладывать салаты и гарниры по нашим тарелкам. Закончив с делами, служанки отошли к стене и приняли непроницаемый вид, изображая мебель.

– Так, а зачем тебе понадобилось в Питер? – решил уточнить я перед тем, как первый кусочек мяса исчезнет у меня во рту.

– Дать ответы на предложения нескольких тамошних дворян, – нарезая обжаренную свинину ответила Виви.

– Верно, руки моей Вивьен хотят многие, но в силу обстоятельств и, чего скрывать, невыгодности такого брака, мы решили отказать, – поддержал дочь Фёдор.

– Дайка угадаю, сделать это можно исключительно при личной встрече, потому как дворянский этикет? – полюбопытствовал я. Помнится, я своим близняшкам тоже отказал, да те меня из гроба бы достали, лишь бы согласился. Грустно стало. И голова разболелась.

– Александр, всё хорошо? – спросил Фёдор, глядя на моё перекошенное лицо.

– Ничего страшного, просто головная боль, – отмахнулся я и закинул-таки кусок мяса в рот. Великолепный вкус. Не знаю, что за соус, но он прекрасно сочетается с прожаренной свининой.

– К вашему сведению, у практиков контроля разума не бывает «просто головной боли», – возразил Фёдор. – Наша голова – наш главный инструмент, и за ней надо бережно следить.

– Я вырос в клане Гримм, Фёдор, поэтому для меня головная боль – просто знак того, что мне по моей головушке надо меньше получать. А способности к ментализму я начал осваивать совсем недавно.

– И уже на достойном уровне, – улыбнулся мужчина. – По моим данным, вы прекрасно работаете своим даром, и успешно заставляете драться друг с другом даже представителей семьи Гримм.

– Увольте того, кто вам предоставил такие данные, – проворчал я. – Я никогда своих соклановцев не стравливал друг с другом. В противном случае они бы поубивали друг друга, чего мне не хотелось ни как члену клана, ни как главе клана.

– И даже так, ваш уровень владения даром может даже превосходить уровень владения вашей матери.

– Очень сомневаюсь, – перед глазами пролетели картинки воспоминаний. Зараза, вот только флешбэков мне не надо!

– Расскажете? – Фёдор по-заговорщицки подмигнул мне.

– Нет, – отрезал я.

На том переговоры закончились. Виви и Фёдор обсуждали что-то ещё, но я их не слушал. Почувствовал, что росток уже начал пускать корни в тени города, от чего мозг взвыл, матерясь, а поросёнок в считанные минуты испарился с блюда, как и тонны салатов и гарниров. Мне нужно больше энергии. Не знал, что поддерживать росток будет так сложно.

«Перекрой поступающие данные, а лучше зафиксируйся на чём-то одном, – посоветовал Саша. – Нам нафиг не упали данные по перелётам голубей, вид трахающихся посетителей Красного квартала и ещё куча информации. Зафиксируй Касуми, Сакуру, близняшек, и, по возможности, маму. Остальное оттруби от восприятия. Корни ростка всё равно будут существовать автономно, пока есть тени».

Пара мысленных махинаций, и мозг даже перестал выдавать матерные эпитеты. Зато теперь девочки всегда будут под моим наблюдением. Да, не самый хороший способ, и, по-хорошему, надо бы их одобрение, но какие времена, такие и решения проблем. По крайней мере, я смогу в любой момент предотвратить непоправимое.

«Хорошо, ещё бы настроить сами каналы, – кивнул Саша. – Чтоб ещё больше освободить мозг, и будет замечательно. Не смотри на меня так! Тебе надо знать, что они едят, чем занимаются в туалете или как они спят? Скан ближайшей местности от них на предмет инородных объектов, жизненные показатели и эмоциональное состояние – всё, что нужно».

С этим позже разберусь. Процесс, чую, трудоёмкий, а делать несколько действий одновременно мне сейчас не нужно, чтоб мозг не перегружать. Ещё и Телиса, Страж (та херобобина с четырьмя руками и пятью глазами… вроде пятью), и Ктулху внимания требуют. Телиса вообще стала послушной и шёлковой, разве что лапу по команде не даёт, а Страж меня, если честно, пугает до чёртиков. Тени не должны иметь интеллект как таковой, только разум, но Страж способен самостоятельно думать, принимать решения и осуществлять их. Да, он предварительно потребует приказа, но это пугает ещё больше. Что это за тень вообще?

– Всё, я собралась! – Виви вошла в гостиную с двумя чемоданами.

– Мы на три дня едем, – мысленно присвистнул я. – На кой ляд тебе столько вещей?

– А вдруг жара, а я без зонтика? – рассмеялась Вивиан.

– Аристократы странные, – покачал я головой.

– Ты сам аристократ, – пожала плечами Виви. – Сам собрался?

Я посмотрел на свой рюкзак. А мне много надо? Зубная щётка, пара трусов, несколько пар носков, штаны сменные и несколько рубашек. В итоге я даже на половину рюкзак не занял. Виви трактовала моё молчание как утвердительный ответ.

– Отлично, тогда поехали! – махнула девушка рукой и кинула в меня чемоданами. Ну да, кому же ещё их тащить?

– Какого? – я ухватился за ручки чемоданов и посмотрел в след Виви. – Ты туда всё, что в доме было, закинула?

– Не жалуйся, там самое необходимое, – отмахнулась Вивиан.

Спрашивать, что конкретно эта ненормальная взяла, я не стал. В конце концов, меня далеко не пара чемоданов в будущем ждёт, а уж сколько их у близняшек будет, стесняюсь представить.

Ехать в Питер, как оказалось, Виви решила на автобусе. Чтоб не выделяться. Сама так пояснила на мой немой вопрос. Лады, мне то что? Лишь бы остановки на покурить были, а то я с ума сойду и без помощи моей подопечной. Правда, от багажа Виви крякнул даже автобус, и обдал какого-то пассажира выхлопными газами. Тут нервы сдали уже у нашей провожатой, которая попросила Вивиан чемодан открыть. Девушка и открыла. Мы с провожатой заглянули внутрь, увидели ровно ничего (одежда, обувь, бельё, всё собрано не аккуратно, но никаких нелегальных партий наковален или стройматериалов внутри не было), и сошлись на мнении, что нас посетила шиза. Да, автобус тоже. Пока мы всё выясняли, я даже покурить успел – такой я молодец, а Виви недовольно фыркала рядом. Чем им всем, женщинам, сигаретный дым не угодил?

Ехать долго, от восьми до десяти часов, так что Виви выбрала стратегическое решение поспать. Я бы тоже поспал, но во-первых, я должен бдеть, а во-вторых, сложно откинуться в сиденье, когда какая-то тварь упёрлась коленками в спинку моего кресла. Главное, сама девушка сзади откинулась спокойно и мирно посапывала, да и персонаж с ребёнком спереди смог спинку откинуть, чуть не ушатав мне по лицу. И мне вот так ехать что-то около дофига времени. Порешал бы…

Город за окном скоро сменился на лес, автобус трясся, на телевизоре спереди крутили какой-то сериал про одарённых, я же пытался не умереть со скуки. Было сложно. Зато на санитарной остановке первым выскочил. Успел покурить, отойти за угол с какими-то братками, которые решили докопаться, из какого это района леса я такой красивый припёрся курить, объяснил браткам, что их стиль жизни отдаёт запашком, потом вместе постояли покурили, рассуждая за жизнь. Ровные пацанчики заявили, что меня обязательно дождутся, я пожелал им удачи… а, нет, я сказал им не страдать фигнёй и не изображать Хатико, потому как велика была вероятность, что мы тут на обратном пути не остановимся.

Виви тоже зря время не теряла. Пока я искал друзей, она успела поцапаться с пассажирами перед нами, дети которых слегонца берега попутали. Мало того, что бедняжку прижали спинкой кресла, как и меня, так ещё и на остановке эти цветы жизни начали клянчить у Виви номер телефона и сбережения под одобрение родителя. Короче, Виви повеселилась от души, правда, не распуская руки, но она от словесной перепалки оргазмы ловила, пока яжбать с бутылкой пива на говно изводился, что дети, вообще-то, это святое. Спустя десять минут родитель с малыми были отправлены по известному адресу провожатой, которая изначально запретила находиться в нетрезвом виде в автобусе. Бедный родитель божился, что пиво ему подкинули, на что упёртая женщина заявила, что ей всё равно, и непутёвые пассажиры уже настроились на увлекательную пешую прогулку до Москвы, когда в дискуссию вступила, кто бы это мог быть, Виви. Вспомнила, что вообще-то аристократка, а ещё купилась на бегающие щенячьи глазки яжбатя. Таким нехитрым способом у меня и Вивиан образовалось чуть больше свободного места, а весёлая семейка даже не поехала до Питера привязанной к заднему бамперу, хотя, если честно, мне очень хотелось именно так сделать.

К слову, я глаз сомкнуть не смог, полагаю, из-за тряски, а вот Виви проспала две санитарные остановки и разомкнула веки около шести утра, когда автобус подъезжал к Питеру. Сам Питер встретил нас Московской площадью, кучей людей и голодом. Виви ещё в туалет хотела, а я прикидывал, где в половину седьмого утра можно найти открытое заведение. «Кафе 24» вопреки названию было наглухо закрыто, на улице почему-то несло канализацией, а Виви всё больше трахала мне мозг. Спасла ближайшая заправка. Пока я опустошал стеллаж с готовой шаурмой, Вивиан успела не только сгонять в туалет, но и переодеться, а на обратном пути купила мороженое.

Питер, прекрасный город, уникальный, и в тоже время похожий на все города, в которых я был и хоть чуть-чуть запомнил особенности архитектуры. Мы с Виви по дороге на съёмную квартиру играли в «угадай адрес». Она называла московские, я романовские и минские, потому как Москвы много не видел и адреса не запомнил.

Квартира оказалась не совсем квартирой. Я бы такое место ночлежкой обозвал. Куча комнат, соединённых коридором, в комнатах живёт по восемь человек. Что в этом месте забыла аристократка, а конкретно Вивиан Каталис со своим проблемным даром, я не знаю, но Виви была в восторге. Я тоже, когда узнал, что в нашей комнате никто не живёт, и соседи не предвидятся. Хоть расслабиться помогло. Пока я прислушивался к обсуждению соседей на тему «Где бы взять на опохмел?» и «Как настроить гитару?», Виви принялась копошиться в чемоданах, скидывая с себя одежду. Признаться, я немного увлёкся соседями за картонными стенами, поэтому проморгал момент, когда моя подопечная начала переодевать бельё. Впрочем, учитывая особенности дара этой особы, я и не расстроился. Зато Виви обиделась. Стала бегать вокруг в кружевном белье, причитать, что я «невоспитанный мужлан» и не ценю её. Короче, чувство дежавю меня так знатно накрыло.

– Будешь спать на другой кровати! – как приговор бросила Виви и демонстративно накинула платье. Ну да, мы же так близки, что хотели под одним одеялком няшиться всю ночь.

– Принято, – кивнул я. – Пойду тем придуркам гитару настрою, пока она ещё живая.

Мужики мне совсем не расстроились, позвали покурить, а пока мы ходили, в комнате уже разлили водяру по стопкам и достали колбасу и хлеб на закусь. Ребята решили, что если я умею настраивать гитару, то и играть умею. Я то и умею, практиковался не так давно, когда пытался новые способности освоить, но местных песен не знаю. Поэтому после нескольких минут возни со струнами, теста ради ударил по струнам и пропел:

– На велосипеде под дождём, – у мужиков лица стали озадаченными, потому как «Порнофильмы» тут никто не знает, – разгоняя в лужах облака…

Краем глаза заметил, что к комнате стали подтягиваться люди, а в дверях стояла Виви, опираясь на дверной косяк. Отвечаю, эта песня никого равнодушным не оставит.

– Правильный диагноз подтвержден — Я болен бесконечным зовом далека…

На словах «Прости, прощай, привет» мужики счастливо загрустили, а из-под кружевной маски Виви показалась слезинка. Вот она, сила музыки. Мужиков и соседей настолько проняло, что меня никто не просил сыграть что-нибудь местное, все просто сидели, затаив дыхание, и ждали следующую песню. «Лесник» Короля и шута тоже всем понравился, у некоторых на лицах читался даже ужас, а лично я был в восторге. Давно эти песни не слушал, а уж о том, чтобы сидеть в комнате на восемь человек посреди кучи нетрезвых незнакомцев и играть на гитаре, я и подумать не мог.

Закончили мы около шести вечера песней «Бог – одинокий ребёнок» Нойза, заставив почти всех рыдать, и на этой ноте концерт пришлось закончить. У меня болели пальцы от струн, и даже регенерация со словами «иди лесом» решила не лезть. Никогда не видел, чтоб такое скопление нетрезвых людей сидело тихо и спокойно, внимательно вслушиваясь в строчки песен.

– С таким талантом тебе на сцену идти, – утирала слёзы Вивиан. – Твои песни там всех порвут.

– Это не мои песни, Виви, – отмахнулся я. – А петь со сцены чужое и притворяться, что моё, я не буду. Неправильно это.

– Ага, а заставлять всех постояльцев и хозяйку рыдать, значит, правильно? – Вивиан лукаво улыбнулась.

Я усмехнулся, но не ответил. Суть музыки в том, чтобы трогать струны души, вызывая эмоции, так в чём я тогда виноват? В том, что у Виви весь макияж уплыл?

– Слышал, кстати, что завтра на Дворцовой площади устраивают бал? – вспомнила моя подопечная. – Говорят, соберутся все главы кланов и даже Император.

– Бал? – я хлопнул себя ладошкой по лицу. – Виви, в ком веке ты живёшь? В девятнадцатом?

Ага, а на дуэли за девушек я так не возмущался. Был молод и глуп. Да и весело же было. Собрались клановые ребята и стрелялись друг с дружкой, а проигравшие потом обещали отомстить. Веселуха же!

– Саша, мы в культурной столице, – возразила мне Виви.

– Я помню, – кивнул я. – Я даже долю матерной речи снизил, а на Невском проспекте уже четыре стриптиза насчитал.

– Стриптиз? – Виви заозиралась по сторонам. – Тут есть стриптиз?! И ты об этом молчал?! Ты совсем охуел?

– То есть тебя не смутило, что ко мне уже несколько раз подходили с вопросом: «Девочки надо?» И ты собираешься на этот бал?

– Конечно, там же будут и те деби… мужчины, просящие моей руки. И Император! Я должна хотя бы поздороваться.

И зачем спрашивал? Ясно как день, что Вивиан уже собралась туда. Вероятно, против желания отца, но это уже её дело. Беда в том, что на бал придётся идти и мне, а значит, следующие сутки моя подопечная будет мне выносить мозг, чтоб я прилично оделся.

На полтора часа мы с Виви застряли в книжном кафе. Девушка, оказывается, очень любит здешнюю художественную литературу, большая часть которой основана на любви одарённых к неодарённым и на превозмогании установленных рамок, а меня заинтересовали книги по рисованию. Короче, через полтора часа мы с Виви сошлись на мнении, что надо тикать отсюда, пока мы всё заведение не купили.

Молодой организм потребовал алкоголя, да и сам Питер располагал атмосферой, поэтому пройдя несколько каналов мы зашли в бар. Вот забавная штука, сливочное пиво в меню есть как фирменный коктейль, а о приключениях мальчика со шрамом на лбу, где и засветилось данное пойло, в этом мире не слышали. Прикола ради заказал его, и чуть разочаровался. В книге сливочное пиво описывалось, как безалкогольный сладкий напиток с пенкой. Здешнее было на тёмном пиве, в который залили сливки и карамельный сироп, и, хоть я обожаю карамель, но такое издевательство над тёмным пивом было мне не понятно, так что коктейль вышел на среднячок. А вот кофейные коктейли мне понравились. Виви заказывала всё то, что заказывал я, и постоянно делилась впечатлениями от дегустации.

Тут же в баре мы познакомились с Олегом, женатым широким (в плечах) мужиком из какого-то небольшого городка под Уралом. Изначально он хотел подкатить к Виви, но быстро понял, что она со мной и ловить ему нечего, что, впрочем, не помешало ему продолжить общаться.

– Мальчики, я отойду, – прошептала мне на ухо изрядно готовая Виви и заглянула в глаза, ожидая, видимо, одобрения.

– А мы тогда сходим покурим, – кивнул Олег и подскочил с барного стула.

Против покурить я никогда не буду, поэтому кивнул Виви и отправился на выход из заведения, по пути доставая сигарету и подкуриваясь.

– Я тут вообще в командировке, – зачем-то поведал Олег, выйдя следом.

– Я тоже, своего рода, – затянулся я.

– А мне казалось, что вы чисто отдохнуть приехали.

– Вивиан однозначно отдыхает, – улыбнулся я. – А я слежу, чтобы она отдыхала не сильно, чтоб потом город после зомби-апокалипсиса не пришлось отстраивать.

– Эй, пацан, – ко мне косым шагом подвалил какой-то мужик в шортах, майке и сланцах, с рюкзаком и разбитым лбом, – где тут можно проституток найти?

– Понятия не имею, – отмахнулся я.

– Следующая дверь, – ответил мужику бармен, курящий чуть поодаль.

Я посмотрел в ту сторону и увидел розовую вывеску с силуэтами голых женщин и надписью «Страсть».

– Это же стриптиз, не? – спросил бармена Олег.

– За деньги там и трахаются, – пожал плечами бармен. – Закажи эротический массаж, и будет тебе счастье. Пошли, отведу, – махнул он мужику, и они отправились к заведению.

– Может быть, тоже сходим? – предложил Олег.

– Да, давай! – закивала неизвестно откуда взявшаяся Вивиан. – Саша, мы же пойдём? Хочу-хочу-хочу!

– А я не хочу, – отмахнулся я. – Особенно туда, где собираются такие индивиды, – кивнул на спину мужика в сланцах.

– Давай по-мужски решим? – предложил Олег, выставив кулак.

Глава 17

И вот надо было мне камень показать? Благо хоть, что бармен решил отвести нас в другой стриптиз, сославшись на то, что в «Страсти» все девушки уже разошлись по приват комнатам. Спросите, где тут шутка? А в том, что мы прошли около пятидесяти метров за угол, где был ещё один стрип бар. Питер – культурная столица Российской Империи. Культура, видимо, оценивается по количеству стрип баров. Тот, в который мы зашли, назывался «StripArt». Что-то название «Страсть» меня больше влекло, а то тут прямо веет оригинальностью.

«А при чём оригинальность до стриптиза? – посмеялся Саша. – Тут главное – девочки, и их танцы».

Тоже мне нашёлся знаток. В любом случае, местные не переплюнут девушек из Красного квартала. В конце концов, для последних секс хоть и является необходимостью, но их просто так не купишь, им надо понравится. Так что да, если единственным вариантом лишиться девственности (не подумайте, что я сторонник шаблона «девственник = лузер», просто именно это состояние ума подходит к высказыванию) это сходить в Красный квартал, не факт, что что-то выгорит. А вот местные танцовщицы, видимо, за необходимую сумму совокупляются с любым, кто готов бабки внести. Да, это бизнес, но моё отношение к такому несколько холодное. Надо себе цену знать.

– Вы тут впервые? – на входе за стойкой регистрации (да, в стрип баре стойка регистрации) стояла рыженькая девушка в откровенном прикиде. Нет, ничего видно не было, грудь в лифчике, трусики на заднице, а корсет не даёт оценить животик, да и толстая цепь на бедре как бы намекает, что трогать сие персону не стоит, но всё равно прикид уже заставил Олега вспотеть. – Давайте я вам проведу кратенькую экскурсию, а потом мы вас зарегистрируем?

Экскурсия была обычным «Тут у нас туалет, там можно курить, вот бар, там два хача сидят, а дальше дверь в приватные комнаты», но позволила оценить обстановку. Пока ходили, увидел двух девушек. Одна танцевала вокруг шеста на длинной овальной сцене, вокруг которой стояли столики с диванчиками, вторая делала вид, что ей очень интересно, о чём же ей болтают два бородатых кавказца за одним из столиков. Первая была в чёрном белье из плотной такни, на ткани в районе сосков было написано «тут кусай» справа и «тут соси» слева, а на крохотных трусиках такая же крохотная надпись «тут целуй». Вторая была в розовом белье, хотя бельё – название с натяжкой, потому как вся ткань была сеточкой, крохотной, но всё ещё просматриваемой, и оценить то, что бельё обычно скрывает, я успел. Честно, не впечатлило. Не потому что я такой ханжа… Да, потому что я такой ханжа! Чёрт с ним, с размером, но блин, надо же за собой следить, коли сиськи собираешься показывать! Там размер чуть-чуть меньше Алесиных, но форма вообще не эстетичная. Серьёзно…

– Саша, я всё понимаю, но столько пялиться на грудь стриптизёрши неприлично, – прошептала мне на ухо Виви.

– Было бы на что пялиться, – проворчал я.

Про музыку вообще говорить нечего. Она громкая, она долбит по ушам, она не вызывает ничего, кроме отвращения.

– О, я смотрю, пожаловал любитель вымени? – Виви не осуждала, но в её тоне читалось осуждение.

– У моей второй невесты второй размер груди, и расти дальше не собирается, из-за чего та постоянно рефлексирует, – обломал я девушку, предвкушающую спор «какие сиськи лучше?». Что-то мне подсказывает, что каноном такого спора является ответ «твои» и дальнейшая аргументация в горизонтальной плоскости.

– Стоять, у тебя есть невесты? – да, мой ответ мгновенно сместил вектор внимания Виви с бессмысленного спора на мой социальный статус.

– Есть, – вздохнул я. Жаль, что не здесь.

«Чёрт, мне кажется, тебя хотели трахнуть пять минут назад,» – заметил Саша.

А мне пофиг! Я на работе.

«Спорим, она из кожи вон лезть будет, чтоб узнать, кто твои невесты? – продолжил мысль мой компаньон. – И всё для того, чтоб похвастаться, как она тебя затащила в стриптиз».

Я предполагал подобное. Всегда знал, что женщины – коварные существа. Тем временем мы с рыжулей вернулись к стойке, и девушка рассказала, сколько с нас будет, если мы хотим остаться. Мы с Олегом кивали, слушая ценник, а потом прифигели, когда услышали цену для Виви. Оказывается, девушкам вход в стриптиз будет в пять раз выше, а в качестве бонуса ей полагается бутылочка шампанского или кальян. Лично я хотел свалить отсюда за такие бабки, но Виви с секунду думала, после чего достала кредитку. Ну да, я и забыл, что ни я, ни Виви не стеснены в средствах, но извините, я предпочитаю тратиться рационально. Разрулил всё Олег:

– Ну раз я нас сюда привёл, я и расплачусь, – после чего приложил карту к терминалу.

Прибор одобрительно пиликнул и рыжуля вновь повела нас внутрь. Посадили нас по другую сторону сцены от двух горячих парней с Кавказа, после чего девушка в чёрном белье положила на столик меню. Олег тут же схватился за картонную книжку и принялся доёбывать сначала танцовщицу, а потом и бармена на тему алкоголя. Я перестал слушать после слов «Дело в том, что я сам бар-менеджер…». Душно, откройте окно… я выйду в него.

Пятнадцать долгих минут, за которые я и Виви успели выползти на улицу (я покурил, а Виви просто наслаждалась отсутствием общества душнилы), сходил в туалет, узнал имя рыжули за стойкой и вернулся, Олег выбирал алкоголь. К нам уже пришли вообще все девушки заведения, видимо, чтобы стимулировать скорость выбора, да только хер там плавал. В итоге вместо виски, рома, вина или, прости господи, шампанского, Олег заказал текилу. Вместе с подносом текилы принесли и бутылку шампанского с бокалами, и тут понеслась.

Сначала мы весело болтали о всяком разном с девушкой в чёрном белье, к которой вскоре присоединилась светлая девушка, как ни странно, одетая в облегающее вечернее платье. На столик через несколько минут принесли кальян и фруктовую тарелку, а Олег принялся рассказывать свои ох… классные истории с работы бар-менеджером. Что удивительно, подобная духота только заинтересовала девушек. Виви тем временем отобрала у кавказцев девушку в розовом белье, посадила ту рядом с собой и принялась доканывать и её. На возмущённые крики горячих парней, у которых девушка девушку увела, прибежали ещё несколько девушек. Правда, спустя минут пять девушки решили сменить дислокацию на наш столик, и кавказцы опять остались ни с кем, почесали репу, да свалили.

Я честно хотел порадоваться, что все дамы разошлись в кампании Виви и Олега, но и по мою душу заявились. Прямо на колени мне плюхнулась брюнетка несколько азиатской внешности в белом прозрачном белье и не менее прозрачной рубашке, а к руке прижалась та блондинка в платье. В общем, ломался не долго, и уже через минуту пил и рассказывал какие-то истории. За первой бутылкой шампанского пошла вторая, правда уже вина по моей просьбе (я бы виски взял, но девочки хотели чего полегче), а Виви вдруг решила поделиться впечатлениями от сегодняшнего концерта.

С какой скоростью десяток, а именно столько успело прибежать к тому моменту, девушек смогут найти в стрип баре гитару? Ответ: моментально. Ди-джей вырубил свою попсу и выжидающе смотрел на меня, ожидая, видимо, обсёр. А я что? Я вспомнил, как классно рядом со мной проигрыватели сходят с ума. В итоге, на крики девушек «Дайте людям рома!» прибежала испуганная бармен и принесла целый поднос рома. Король и шут творит чудеса, а чудеса должны трогать сердца, поэтому гитару я отложил и создал из тьмы (ко всеобщему вздоху, потому как никто, кроме Виви, не подозревал, что я Гримм) скрипку. Да, это «Кукла колдуна» всё тех же Короля и шута, и песня произвела просто взрывной эффект. К нам стали стягиваться вообще все обитатели стрип бара, и даже парочка зевак с улицы прибежали на чудный визг скрипки. Нет, играть на скрипке я не умею, это… импровизация. Теневой инструмент будто сам указывал, какие сруны нужно задевать смычком, чтобы песня звучала так, как я её помню.

Сделали перерыв на покурить, где меня учили делать кольца из дыма, что у меня не получалось. Виви стала докапываться до девушек, как им удаётся так грациозно танцевать, будучи на двадцатисантиметровых каблуках, на что Алеся, девушка в платье, сняла свои туфли и протянула их Виви. Настя, азиатка в прозрачной рубашке, не растерялась, и сняла свои, протягивая мне. Посмотрел я на неё озадаченно и… да, раз гулять, то так, чтоб соседи вешались. Два дебила, в лице меня и Вивиан пытались пройти хотя бы пару метров так, чтоб не встретиться лицом с плиткой на полу, а Алеся и Настя смеялись и пытались нас удержать. Никогда больше не буду сомневаться в героизме Розы, которая каблуки не носит только в кровати.

– А давайте мы вам приватные комнаты покажем? – предложила нам Наташа, которая в чёрном белье с надписями, когда мы вернулись.

Решив, что а чего бы и да, попёрлись за дверь к лестнице на третий этаж. Комнаты как комнаты: кровать, тумбочка, пачка презервативов да люстра. Говорили, что двумя этажами выше есть джакузи, но я поверил на слово. Было в падлу подниматься ещё больше. Но это я, а вот Олег и Виви заинтересовались. В общем, я с Алесей и Настей спустились к сцене, а все остальные попёрлись выше.

Гитара сама легла в руки, и я по памяти ударил по струнам, вспоминая, как там поётся «Звонок» Киша. Во время песни ди-джей спустился от пульта и поклонился со словами «Виноват, брат, был не прав», а кальянщица принесла ещё один кальян «за счёт заведения». Да, ЧСВ пробивает потолок, но это пока. Обязательно найду повод его уронить. А пока «Звонок» сменился «Ангелом» группы… как их там? Анаконда? А, ля, Aacondaz. В бухую голову мысли очень заторможено лезут. Стиль не мой любимый, но сам текст – огонь. И мои слушатели оценили.

– Пойдём в приват? – после окончания песни предложила Настя.

– Звиняй, я на мели, – соврал я под мысленные возмущения Саши.

«Ты чего? Она же уже насквозь мокрая! И подружку прихватил бы!» – вещал он.

– Вам вообще нравится такая работа? – спросил я исключительно ради интереса.

– Мы не проститутки, Саш, мы можем и отказаться от оказания услуг, если нам что не нравится, – ответила мне обычно молчаливая Алеся.

Вот это интересная информация. Хотя, удивляться глупо, ведь не будет же заведение прямо на главном проспекте города принуждать девушек к проституции, которая так-то незаконна.

– Ладно, последняя песня, а то у меня уже пальцы болят, – хмыкнул я и ударил по струнам. Пламенев «Девушка, крадущая сны», и, как итог, после первого припева девушки обвили меня руками и рыдают в меня, как в подушку, ди-джей утирает слёзы за пультом, а Виви с Ирой, девушкой в розовом белье, спустились из приватных комнат тоже в слезах.

– Александр, ты подлец! – заявила мне Виви. – Я обязана рассказать твоим невестам, что ты тут вытворяешь! К слову, кто они?

– Не ваше дело, госпожааааа, – я кинул издёвку.

– Я же всё равно узнаю, – рассмеялась Вивиан. – Готова поспорить, что они будут на балу.

Блять, бал! Я забыл про него. Очевидно, находиться там с бодуна будет прекрасно. Может завязывать с алкоголем? Время полчетвёртого утра. Да не, бред какой-то. Но пальцы действительно устали, поэтому гитару пришлось отложить.

В семь утра идут два дурика по улице. Один – я, второй – Виви, обоих шатает, и обоим жарко от выпитого алкоголя.

– Знаешь, сколько по итогу вышла наша прогулка в стриптиз? – вяло произнесла Виви.

– Не знаю, – пожал я плечами. – Дохуя?

– Нихуя! – крикнула на всю улицу девушка. – Олежик за всё заплатил.

– Надо будет устроить так, чтоб мы с ним больше никогда не пересеклись, – сделал я вывод. – Откуда бишь он?

– Из Томбова, – икнула Вивиан. – А ты коварный!

– Нет, я предусморительный. Не доверяю я мужику, который, будучи женатым, пытается подцепить малолетку в баре, а после отказа ведёт её в стриптиз и трахается там с танцовщицами.

– Фига! А где же ваша хвалёная солидарность?

– Заканчивается там, где я бы делать также не стал. Не люблю измены.

– Братик, ты открываешься для меня в таком неожиданном свете, что я в шоке. Возможно, будь я чуть пьянее, запрыгнула бы в койку к такому верному парню.

– Мечтай, – отрезал я. – Ты к вечеру готова? Я вот готов только умереть. Когда просплюсь.

– Я тоже, – согласилась Виви. – Но макияж и таблетки от головы творят чудеса. Надо?

– Не, хочу быть максимально пугающим, чтобы ни одна любопытная морда не доёбывала меня.

– Но поспать всё же стоит. Хоть мешки под глазами неоспоримо сексуальные, но лучше, чтобы они были не такими явными.

– Рубишь правду-матку, – вздохнул я. – Полдня сна, и я как новенький.

– Тогда разбуди как проснёшься. А то я опасаюсь, что если меня не разбудишь ты, я тупо помру.

Итак, задача следующая: даны два бухих друга, Лёлик и Болик, а есть хозяйка хостела, которая перегар за милю чует. Цель проста – попасть на койку и не выселиться. Всем понятно? Отлично! Приступить к решению!

Мы с Виви аки узкоглазые ниндзя прошмыгнули в хостел и прокрались к нашей комнате. Пока мы крались, постояльцы с интересом наблюдали за нами, но нам было плевать – у нас была ЦЕЛЬ. И мы справились! Проснулись правда от того, что хозяйка выселяла всю соседнюю комнату вместе с полицией и криками, решив, что перегар был от них. Нет, она права, но от нас несло сильнее. Полуденный эпизод быстро был отодвинут на задний план, когда голова решила спросить, хочется ли мне опохмелиться. Пришлось вновь уснуть.

– С охранником с такой рожей ко мне вообще никто подойти не осмелится, – простонала Виви от нахлынувшей головной боли, – даже отец родной.

– Прекрасно, значит к выполнению обязанностей я готов, – я поправил воротник кожаной курки.

– Ты точно хочешь пойти в этом? – Виви посмотрела на мой клёвый прикид и поморщилась.

– Ты идёшь развлекаться, а я иду работать, – отмахнулся я.

– Да, но тебя же пригласили официально как главу клана, – возразила Вивиан.

– И это повод, чтоб мне не было всё равно?

– Действительно! – ладошка в кружевной перчатке таки упала Виви на лицо.

«Нам пизда! – заявил Саша. – Я обязан покинуть эту пока что целую черепную коробку!»

Зато будет весело. Почему Саша на измене мечется замкнутом пространстве, где по идее гниёт серое вещество? Проснулся я полтора часа назад, растолкал вяло отбивающуюся Виви, с которой во сне сползла вся одежда кроме кружевной маски, и начал думать. Да, делаю я это не часто, но раз в году и Дима думает. На бал же идут все главы кланов, так? Значит есть целых три человека, которые при личной встрече меня сначала изнасилуют (или надругаются, от перспективы зависит), а потом убьют в страшных муках. А три ли? Держу пари, что и Гриммов я там встречу. Деда сразу на месте порешать надо, а со Скорпиусом надо в турне по барам отправиться, с окончанием в борделе. А что, он давно просил.

Короче, вечер обещает быть шикарным. И в его шикарность идеально вписывается мой опухший е… да, культурная же столица, так что лицо. От хостела до Дворцовой площади идти было не долго, около сорока минут неспешной прогулки по Невскому проспекту с его уникальной архитектурой, напоминающей проспект Независимости в Минске, но тут Виви решила психануть. Кричит, мол, нам нужна машина. Обязательно такая, чтоб понтов много, не в коем случае ни каршеринг, ни такси. Чем ей местный общительный африканец-таксист не угодил, я ума не приложу. Но машину искать надо, а то как я эту, не умеющую пить, пиз… даму понесу обратно после бала я, к сожалению, тоже не знаю. Беда в том, что она может быть не одна, и это не влажные мечты, а, сука, суровая реальность. Так что да, надо искать понтовую тачку. Или нафиг послать леди-явсёхочусделатьвпоследниймомент, и поехать на такси. Хотя ещё вопрос, что легче сделать: наколдовать в центре Питера машину из ничего, или найти таксиста-не-маньяка.

Оказалось, первое. Тесла модель С, бесшумный монстр, который я умудрился за полчаса выиграть в споре. На что спор был? На лоха. Иду по улице, никого не трогаю, сигарету курю, а во дворе какие-то мажорчики гонки устраивают. Ну и устроили. Я двумя ножками умудрился обогнать автомобиль на четырёх колёсах, которые приводят в движение косарь с лишним лошадиных сил. Тесла красненькая, так что Виви будет довольна.

– У тебя прав нет, да? – лучась от счатья уточнила Вивиан, садясь справа от меня.

– А мне они нужны? – хмыкнул я.

Сорок минут пешком превратились в сорок минут стояния в пробке. Вот поэтому я и против автомобилей. Впрочем, опоздать я не боялся. На такие мероприятия невозможно опоздать, можно только не явиться, да и учитывая, какие машины стояли в пробке, не мы одни такие.

Наконец я высадил Виви рядом с Дворцовой площадью и поехал парковать машину. Пока парковался, понял, что никто вообще не умеет водить. Гнать по встречке на проспекте сто двадцать? Парковаться сразу на три места? Объезжать пешеходов на светофоре? Заверните два! В любом случае, мы таки добрались. Мне даже понравилось с Виви в пробке стоять. В отличие от близняшек, она умеет не капать на мозг. Чудо, а не женщина, был бы холостой – женился, и пофиг, что она мне какая-то там сестра в хрен пойми каком колене. Не родная, и на том спасибо.

Виви, к слову, не полетела вершить добро и нести правосудие без меня, эта умничка меня дождалась, и уже вместе мы залетели на бал с четырёх ног и одного хвоста, собственно, моего. Просто дверей на площади нет, так что зайти в помещение с ноги не является возможным, так как сие мероприятие на открытом воздухе, пришлось импровизировать. И вот мы, Биба и Боба, один в джинсах с цепями, берцах и кожанке поверх белой рубашки, а вторая в шикарном вечернем платье, достаточно закрытом, но всё равно сногсшибательном, и на каблуках. Влетели, и замерли, осматривая охреневших гостей.

– По-моему, зашли на десяточку! – рассмеялась Виви.

– Ме, шестёрка, не больше. Я даже не в крови и со всеми конечностями, да и трупов не валяется, – рассмеялся я в ответ.

– А ты умеешь веселиться! – девушка повисла на моей руке, а предчувствие обожгло взглядами. Так, к источникам не идём, там мне пизда, причём и физическая, и метафорическая. А вот о выпить не отказался бы. Где наливают?

– Леди и джентльмен? Сообщите пожалуйста ваши кланы, – один из официантов отмер и подскочил к нам.

– Каталис, – кивнула девушка, – Вивиан Каталис.

– Так, есть такая, – отметил на планшете, видимо, распорядитель местного бардака, и перевёл взгляд на меня. – А вы?

– Беги веселись, – отстранил я от себя девушку и хлопнул её по пятой точке. – У тебя вроде дела были.

Виви хихикнула и двинула в сторону обелиска на площади, а я встретился взглядом с распорядителем. Или это швейцар? Я не разбираюсь! Мне вот интересно, он догадается, или мне придётся народ пугать? Такие как он должны всех гостей знать в лицо, это я точно знаю.

– Молодой человек, – чуть повысил голос мужчина, и на его крик стали подтягиваться гости, ожидая шоу, – скажите ваш клан.

– Не кипятись, – покачал я головой. – Подскажу, раз ты в зенки долбишься. Гримм, – у мужика распахнулись глаза и отвисла челюсть. – Александр Гримм. Глава. Клана. Гримм.

Швейцар забыл как дышать, а его глаза чуть из орбит не выпали. Гости же проявляли несколько другие эмоции. Дамы тут же принялись поправлять несуществующие складочки, показывая себя во всей красе, а мужчины стали оценивать меня, переговариваясь. Дятлы, никто из них мне не представляет угрозы. Четыре усика от теневого ростка тоже были в толпе. Девушки окружали меня, а вот мать решила свалить в другой конец площади, во избежание конфликтов. Пару раз я ловил на себе взгляды близняшек и лисички, но пока решил не идти к ним. Пока что мне надо работать.

– Я могу войти? – я наклонился над швейцаром.

– Прош-ш-шу пр-р-ростить меня, к-конечно проходите, – заблеял швейцар и побежал к другим гостям.

– Неужели я таки удостоился чести познакомиться с новым главой самого проблемного клана Империи? – ко мне, саркастично хлопая в ладошки, подошёл взрослый дядя, лет пятидесяти на вид с рыжей бородой. Них… Ничего себе, мне даже материться мысленно перехотелось. Сам Император, чтоб меня!

– Неужели я наконец смогу пожать руку самому Императору, – не менее саркастично ответил я и протянул руку. – Александр.

– Николай, – пожал мне руку Император и кивнул на меня: – Не самый подходящий наряд для такого ивента.

– Я на работе, – пожал плечами. – Это вы тут развлекаетесь.

– Ох если бы, друг мой, – вздохнул Император, положил мне руку на плечо и повёл вглубь гостей к столу с бокалами. – Я тоже работаю.

– Сочувствую, – покачал я головой.

– Коля, вот ты где! – из толпы выскочила брюнетка с салатовыми глазами. Выглядит, как Анита, только старше и, не знаю, выражение лица что ли добрее.

– Уже соскучилась, дорогая? Я познакомился с Александром Гриммом, новым главой клана Гримм, – обнял Николай женщину и указал на меня ладонью.

– Александром Гриммом? – женщина перевела взгляд на меня. С секунду в её глазах плескалось нечто странное, не поддающееся моему понимаю, а потом руки женщины оказались у меня на плечах. – Саша, племянник, как же ты вырос!

Извиняюсь заранее: ЧТО БЛЯТЬ? Какой к чёрту племянник?

– Это Анастасия Каталис, моя жена, – представил мне свою женщину Николай. – И твоя родная тётя.

Они бредят? Или у меня уже совсем с головой беда? То есть, все те разы, когда я или Кас шутили, что мы с какой-то миллиардной вероятностью можем быть родственниками Императора, мы, мать кого-нибудь, не шутили? Не, это же развод, очевидно.

– А как Касуми поживает? Признаться, я её в последний раз совсем крошкой видела, она тогда ещё толком ходить не умела, – продолжала усиливать мой когнитивный диссонанс Анастасия.

– Прекрасно она поживает, – к нашей компании вышел Корвус. – Берёт самые хреновые примеры со своего старшего брата и месяцами не ночует дома.

– Здраствуй, шурин, – пожал руку отцу Император.

– Корвус, сладкий, как же давно я тебя не видела, – кивнула Анастасия папе, но обнимать меня не перестала. – Ты посмотри, какой славный парень вырос! Поди уже помолвлен с какой-нибудь прекрасной девушкой?

По канону сейчас должна была выйти троица Алиса-Алеся-Сакура, стряхнуть с меня тётю и увести на анальную кару, но канонов не случилось, чему я, если честно, удивлён. Девушки были тут же, рядом с нами, но держали дистанцию, вымеряя момент для броска.

– Да кому он такой нужен? – хмыкнул Корвус. – Неуправляемый, импульсивный, неосторожный.

– Весь в отца, – улыбнулся Император.

– Только всего больше, – заметил я, и взгляды трёх сошлись на мне. Не, самоирония – штука прекрасная. – Если позволите, мне надо отыскать свою подопечную, пока она не начала локальный зомби апокалипсис, – обратился я к Анастасии.

– Весь в делах, – выдохнула женщина и отпустила меня. – Мы можем сосватать тебе нашу дочурку. Она где-то здесь бегает с подружками.

«Ну нахер!» – картинно ухнул Саня.

Соглашусь, ещё одной Каталис я не переживу. На самом деле я лукавил про Виви. У девушки всё было прекрасно, она уже успела отшить своих женихов и ещё нескольких любителей подкатить к свободной барышне, и сейчас занималась поисками моих несуществующих невест, свято уверенная, что они где-то здесь. Не буду ей мешать, у меня ещё дел выше крыши.

– Хорошо идёшь, главное – не зацикливайся больше обычного, – прошла мимо меня и бросила эту фразу какая-то девушка, заставив меня обернуться. Незнакомки и след простыл. Что это было?

«О чём ты? Тут никого не было,» – недоумевал Саша.

Я точно уверен, что это был не глюк. Кто она такая? И о чём она говорила?

– Это ты с леди в маске пришёл? – пока я искал незнакомку, меня окликнул какой-то парень под одобрительный ропот прихвостней. – Я вызываю тебя на дуэль!

Да твою налево! Меня ещё на праздновании дня рождения Алины в Исходном мире этим задолбали! Лады, ща отошью его по красоте.

– Во-первых, имбецил, представься, – я скрестил руки на груди. – Во-вторых, ты мешаешь мне выполнять мою работу, а значит, я могу накуканить тебя без ответа на вызов. И в-третьих, губозакаточную машинку достань, а то вызывалка ещё не отросла главу клана на дуэль вызывать.

Парень завис, обрабатывая мною сказанное, а я развернулся и направился в сторону окружающих меня фурий. Конкретно, к Алесе, чтоб быстрее сие звёздное трио собрать. Удивительно, но чем ближе я подходил к девушке, тем дальше она от меня отходила. Можно пройти через тень, но меня забавляют эти кошки-мышки, и лишать себя удовольствия я не намерен.

А стоило бы. Пока один усик ростка отдалялся, второй оказался рядом. Я не сразу обратил внимание, но в какой-то момент Саша забил тревогу, когда в метре о меня оказалась женщина в белом костюме. Брюнетка с зелёными глазами, моя родная мать, Анита Каталис. Выглядела она испуганно и как-то болезненно. Мне даже её жалко стало.

– Саша? – Анита посмотрела на меня и схватила себя за плечи, стараясь унять дрожь. – Что ты здесь делаешь?

– Работаю, – хмыкнул я. Забавно, меньше суток назад я был готов убить эту женщину, а сейчас я смотрел на побледневшую, исхудавшую и дрожащую мать и понимал, что мне просто будет не весело. – А что здесь делаешь ТЫ?

– Тебе не нужно здесь быть, – прошептала мать, игнорируя мой вопрос. – Они убьют тебя. Уходи отсюда, пока не поздно!

– Поздновато ты решила за меня побеспокоиться, – гневно произнёс я.

– Ты не понимаешь! Пока ты был под моим контролем, ты был в безопасности. А сейчас они хотят тебя убить. Они считают, что ты опасен!

– Да кто они то?

– Ковен! – Анита бросилась бежать.

Чудачка, совсем из ума выжила. Разве не она глава Ковена?.. Стоп, а с чего я решил, что именно моя мать глава организации, на которую я работал?

Ответ пришёл незамедлительно. На балу было много Гриммов, в конце концов, логично, что Леон пришёл сюда с кавалерией. А вот сейчас добавился ещё один Гримм, летящий с безумной скоростью прямо сюда, причём летела она вертикально вниз. И не надо гадать, кто это мог быть.

Рядом с обелиском в центре Дворцовой площади упала монашка в изорванных одеяниях, тело которой было частично обмотано бинтами, что не сильно помогало, ведь очертания её фигуры угадывались без проблем. Гинис, собственной персоны. Давно я её не видел. И упала она рядом со мной, а вокруг площади раздались выстрелы и крики. Понятно, по мою душу припёрлись.

Гинис раскрыла перепончатые крылья, покрытые чёрными перьями, и посмотрела на меня, сформировав два теневых кола в руках, а из тени монашки вылетело чудовище с длинной шеей и несколькими парами крыльев.

– Саша, я так рада тебя видеть! – пропела монашка. Следом за этим в образовавшееся свободное место вошли ребята в военной форме с винтовками. – Мы пришли поздравить тебя с повышением!

– Птичку свою убери, – хмыкнул я, входя в теневую форму. Ктулху – область, и огромный моллюск нырнул в тени, захватывая территорию площади. Страж – охраняй Вивиан, и четырёхрукая тень исчезла из поля зрения. Телиса – зададим жару! Тень лисы с рёвом выползла из моей тени, заставив гостей бежать. Лебедь Гинис, повинуясь моему приказу (глава клана, херли мне?), взлетел в воздух, атакуя острыми как бритва метательными перьями людей в форме. Я же покрылся тьмой, отрастив на руках когти и вырастив из плеч ещё несколько конечностей, а из спины три хвоста.

– Придётся тебя чуточку убить, – улыбнулась монашка и бросилась на меня. Я же ждал, пока Гинис не влетит в зону моей атаки, чтобы быстро прижать её к земле. Жаль, что и на этот раз моим планам не суждено случиться. Выстрел за моей спиной, после чего Гинис утонула внутри яркой вспышки и с громовым треском улетела на исходную.

– Отвали от него, сука! – выкрикнула девушка за моей спиной, держа в руках пистолет. – Мне с ним ещё счастливую семейную жизнь прожить и воспитать не одного ребёнка!

От такого охренел даже я и повернулся к Алесе. Девушка сегодня выглядела сногсшибательно в чёрном клубном платье с вырезом на бедре и наглухо закрытым декольте.

– Встань в очередь, тварь! – выкрикнула Алиса с другой стороны от меня. – Сначала этого дебила убью я, потом моя сестра, а потом ещё множество людей из длиннющей очереди.

Лиса сегодня заменяла собой солнце, а её белое платье подозрительно походило на свадебное. В руках, облачённых в кружевные перчатки, девушка держала пистолет.

– Это наш парень! Хочешь убить его, пройди через нас! – хором выкрикнули девушки, целясь по опешившей монашке.

Можно я отойду поплачу? Это так трогательно, что мне даже неловко. Кто ещё будет готов за меня бросить вызов одержимому Гримму?

«Так и рождается дилемма,» – вздохнул Саша.

Глава 18

Как много тут атакующих элиту сея Российской империи? Около меня, не смотря на старания летающего чёрного гуся, ребят в форме не убывало, ещё и со стороны входа, где был император уже шёл бой. Языки багрового пламени, рёв химеры деда, противное шипения тени Скорпиуса и ещё чёрт знает что раздавались то ближе, то дальше. Атакующие всё прибывали, где-то даже умудрились подбить вертушки с солдатиками, причём не понятно, с чьими. Согласен, если бы я хотел обезглавить как можно больше кланов, не ударить по такому празднеству было бы моветоном. Правда, я бы другую тактику выбрал, но и здесь есть определённая схема: убить сначала самых опасных, а оставшимися силами добить остатки. Умно… но глупо.

– Я очень тронут, девочки, правда, но не будете ли вы так добры включить мозг и взять пример с Сакуры, которая не высовывается на толпу противников? – я положил руки близняшкам на плечи и мягко их задвинул за себя. – Это моя дуэль и мои счёты, а вы…

– Боишься, что мы погибнем? – нагло ухмыльнулась Алиса.

– Самую малость опасаюсь, – кивнул я.

– Если умирать надумал, то не раньше нашей свадьбы, – помотала головой Алеся.

– Не думаю, что доживу до предложения, – вздохнул я, краем глаза наблюдая за солдатиками и за Гинис, терпеливо ожидающую начала драки.

Ктулху почуял ещё одну сигнатуру, потом ещё одну. Одна была менталистом, очевидно, Каталис, а второй был мне неизвестен. По ощущениям, он был огромен, около трёх метров ростом, и весил не менее двухсот кило, что не мешало ему парить в двух десятках метров над землёй. Я его и визуально видел, как маленькую светящуюся точку метрах в трехстах от меня, хотя могу и ошибаться, всё же определить положение объекта в воздухе было сложно.

– Мы будем твоим щитом, – вздёрнула аккуратный носик Алиса. Я бы расплакался, честно, но мне было не до сантиментов. Человек в воздухе сильно меня беспокоил. И, как оказалось, неспроста.

Гинис вновь бросилась в атаку, минуя, к счастью (поди пойми моему или её) близняшек. Удар элементарный, абсолютно дикий и вообще… Я надавил ладонью на бок ведущей руки Лебедя, отклонив удар, после чего коротким апперкотом отправил девушку на несколько метров над землёй. Пока жертва не очухалась от моей наглости, дополнительные руки вытянулись на почти десяток метров и сцепились в замок аккурат на груди девушки (без пошлости, у нас тут мордобой идёт), после чего уронили Гинис на землю, вбив в брусчатку площади на добрый метр. Не зря мной собирали всю пыль на ринге последний месяц. Без тренировок на брусчатке валялся бы я. Гинис быстро очухалась и взмыла в воздух. Что она хотела сделать, я так и не узнал.

Точка в небе стала чуть ярче, после чего на площадь рухнули сотни бомб. Девочек я вроде успел прикрыть при помощи Ктулху, Гинис попала под удар и исчезла в облаках дыма и рёве огня, те, кто не успел уйти с площади превратились в обожжённые груды мяса и костей, а я получил несколько снарядов тело и улетел на пару десятков метров, сбивая остатки плоти об брусчатку.

Теневой мир вновь окунул меня в свои тёмные недра. Приземление на верхушку мраморной башни мягким не было, да и при дальнейшем осмотре я выяснил, что кроме вывернутых ног, кучи отверстий от осколков я получил бесплатную ампутацию руки, нескольких пальцев, глаза и нижней челюсти. Про зубы вообще молчу, их просто не было.

Но было ли теневому миру хоть сколько-нибудь не наплевать на моё состояние? Отнюдь. На стенах письмена звали, даже требовали, чтобы я немедленно оправился на нижние уровни башни. Передвижение не представлялось возможным, поэтому я принял единственное верное решение: направиться строго вниз. Теневые конечности налились тьмой и с грохотом опустились на пол, пробив его, увлекая мою тушку ниже на этаж. С каждым ударом я был всё ближе и ближе к таинственному «ему», и ощущение наблюдения тысяч глаз всё больше и больше чувствовалось. Но мне было плевать. Я обязан был вернуться на поле боя, обязан был узнать, что с близняшками всё хорошо, обязан был засунуть тот гранатомёт летающему чудику в задницу по самый приклад. И если для этого было нужно встретиться хоть с самой смертью, то я не был против. Что угодно отдам, ради последнего выхода на бис, и я обещаю, это будет фееричное зрелище, даже если у меня не будет зрителей!

Тёмный мрамор ломался от моих ударов, сердце опалял гнев, подпитываемый яростью. Да, такое уже случалось, и тогда я погиб, но сейчас, обещаю, всё будет по-другому. Сейчас я знаю, как это контролировать, направить в нужное русло. Знаю, что когда я открою глаза, пизда придёт определённому персонажу, а не всем вокруг, как было ранее. Это называется контроль. Это – прерогатива главы клана. Нет! Это, блять, моя прерогатива!

Осколки мрамора летели во все стороны, угрожая, порой, засыпать меня, но я рушил башню быстрее, молотя теневыми конечностями как умалишённый (впрочем, не как, а именно умалишённый), приближаясь к навязчивому существу, жаждущему моего общества. Возможно, неизвестный станет первым, кого я прибью, если окажется, что я без толку потратил время.

Сколько я раз провалился вниз я уже не считал. В какой-то момент понял, что меня от моей цели отделяет один единственный этаж. Последний раз я занёс теневые кулаки и обрушил их на мраморный пол. Последняя преграда обрушилась, увлекая меня в огромный зал с множеством колонн, посреди которого стоял трон, на котором сидела человекоподобная фигура. Вместо одной кисти у существа было лезвие меча, а сама фигура была одета в какой-то доспех со шлемом, через прорези которого на меня смотрели два светящихся голубым и красным глаза.

– Впервые вижу, чтобы кто-то решил прийти ко мне таким образом, – прохрипел незнакомец. – Оригинально, глава, очень оригинально.

– Чего тебе надо? – говорить я не мог, поэтому отправлял свои реплики ментально. – Я слегка занят.

– Чем? – усмехнулась фигура. – Ты, сейчас, немного не в состоянии занятости.

– Я должен прикончить несколько мудаков.

– Всего-то?

– Слушай, я…

– Умолкни, Лис, – целая рука фигуры в латной перчатке ударила по подлокотнику трона. – Молчи и слушай. Я могу помочь тебе, а ты, в свою очередь, окажешь мне услугу. Я – Кейн, первый Гримм, и я сижу здесь, чтобы направлять тех, кому перешло главенство. Ты – новый глава, и я одобряю выбор предыдущего главы. Отныне мы с тобой друзья и надёжные товарищи. Ты уже перенимаешь умения всех Гриммов, заточёных в Теневом мире, а сейчас ты сможешь получать и мои знания.

– Отлично, – кивнул я. – Мне надо вернуться в реальность.

– В реальности ты калека и не дееспособен, – покачал головой Кейн. – Но мы можем это исправить, и ты сам знаешь как.

– Одержимость, – вздохнул я. – Но это опасно…

– Быть Гриммом опасно, а это так, пустяки.

– Это опасно для тех, кого я хочу защитить, – повысил я тон.

– Уже нет, ты же сам это понял. Ты в шаге от силы, просто раскрой дверь.

Кейн замолчал, а я осмотрелся. В тронном зале были двери, удерживаемые засовом, а за ними, уверен, было Теневое море.

– Учти, если обманешь меня, я прикончу тебя, – я пополз к дверям, помогая себе теневыми конечностями.

Пора возвращаться. Крестите яйца, суки, ваша смерть будет мучительной! Размах и удар в дверь, и мощный поток обжигающей тьмы сносит меня.

– Я думал, глава Гримм будет сильнее, – рядом с моим телом приземлился тот самый мудак, устроивший бомбардировку площади.

Высокий мужик с лысой башкой, обвешаный металлом по самое не балуй. Механические руки, механические ноги, механический торс, на плечах гранатомёты, на руках тоже стволы по всей окружности корпуса кистей, видимо из органики у него только голова.

– Глаз с него не спускай, – к киборгу подошёл пожилой мужик с тёмной шевелюрой, тот самый менталист. – Этот крысёныш был проблемой и без сил главы. Кончай его и отправляйся устранять остальных.

– Не смей мне указывать, – послышался механический голос от киборга. – Займись остатками людей и направь их на оцепление площади. Никто не должен уйти.

Из хороших новостей, Телиса ныкалась в тенях, ожидая отмашки, и Страж всё ещё оберегал Виви. Из плохих – Ктулху улетел на респавн, как и гусь Гинис. Где близняшки я не знал, ровно как и не мог обнаружить монашку, которая до обстрела была в нескольких метрах от меня.

– Как скажешь, – отмахнулся от киборга менталист. – От шизанутой тоже избавься. Она больше не нужна.

– Эй, фотите фахадкху? – пробормотал я. Не очень удобно говорить, когда от нижней челюсти осталось целое ничего. – Уфахаете, кофму пифда?

– Я же говорил, что он живучий, – всплеснул руками менталист, а киборг навёл на меня свою пушку на руке.

– А фот и фне пфавильно, – насколько возможно улыбнулся я.

Телиса вынырнула из тени, разрывая когтями меналиста и ныряя обратно в тень аки акула с добычей. Киборг бегло отстрелялся ей в след и навёл пушку на меня.

– Сорян малой, при другом раскладе поиграли бы, – безэмоционально произнёс киборг и выстрелил.

Надо было видеть его лицо, когда снаряд разорвал брусчатку, а не покалеченного парня. Да, оно было всё таким же безэмоциональным. Иллюзии рулят, друже. Меня откинуло взрывной волной чуть вбок, но боли я не чувствовал. Не чувствовал я и регенерации, которая уже успела поставить мне на место ноги и немного заживить многочисленные нефункциональные отверстия. Ещё несколько секунд, и можно будет воевать.

Киборг, понявший, что его нагло обманули, расчехлил стволы и принялся стрелять в дым, не разбирая, кто там. Я же уже успел отойти к тому месту, где были близняшки и Гинис. Последняя лежала здесь же, аккуратно накрытая обломками обелиска. А вот Алису с Алесей я найти не смог. Надеюсь, потому что они умудрились уйти в безопасное место. Пока полз, восстановил челюсть и даже смог произнести членораздельно и без шепелявости насколько матерных слов. Киборг уже нёсся к Гинис, чтобы добить хотя бы её, но замер, стоило ему увидеть почти целого (но всё ещё без руки) меня.

– Подскажешь время? – мой противник навёл на меня орудия.

– На тебе же можно биткоин майнить, а часов нет? – хмыкнул я.

– Приходится чем-то жертвовать, – покачал головой киборг и дал залп. – Сегодня жертвой будешь ты.

– Жертвой клише? – все снаряды улетели куда-то в небо, повинуясь моей воле. – Меня слышно? ВЫХОДИТЕ СПЯЩИЕ В ТЕНИ, НАСТАЛО ВАШЕ ВРЕМЯ.

Темнота вокруг ожила, покрывшись тысячами глазами, за которыми повалили фигуры. Все поломанные, непропорциональные, обезображенные, а ещё верные мне и моим приказам, коих был один – убивать. Теневые силуэты появлялись на многие сотни метров вокруг, заполняя опустошённую площадь, разрывая нападающих на куски. Те, что были рядом со мной, бросились на опешившего от ситуации киборга, и тот, получив несколько ощутимых царапин на корпусе, взлетел и, врубив реактивные двигатели на спине, спешно улетел.

Я же взял Гинис на руки и понёс туда, где из земли били столбы багрового пламени. Близняшек я чувствовал где-то там, как и Сакуру, а силы стремительно меня покидали, но я не мог отключиться, пока не узнаю, что девушки в порядке и в безопасности. Из-за моей способности вся площадь превратилась в филиал ада для нападающих, и их атака уже захлебнулась, так что их отступление лишь вопрос времени.

Когда среди языков пламени и столбов дыма стали виднеться уцелевшие, последние силы покинули меня, и я только и успел прижать к себе тело Гинис и бросить последний взгляд в сторону Императора, рядом с которым маячили две точки, на которых были усики моего ростка. Они по крайней мере находились в вертикальном положении, что обнадёживало.

– У меня вышло фееричное выступление? – как же классно стоять на своих двоих. Ничего не имею против полежать, но не в груде обломком тёмного мрамора.

– Пойдёт, – я не видел лица Кейна, но мог точно сказать, что он улыбается. – Ты хорошо поработал, и даже не умер, как, например, в прошлый раз.

– Согласен! – энтузиазм так и пёр из меня, хотелось кому-нибудь разбить лицо по приколу. – Даже жалко такую силу оставлять Саше. Без обид приятель.

– Саше? – Кейн опёрся на руку и приподнялся, внимательно меня рассматривая. – Какому Саше?

– Это тело ведь не моё, – поделился я, – а моей версии из этого мира.

– Ты так думаешь? – от Кейна повеяло иронией. – С чего ты так решил?

– Он мне отвечает, я его воспоминания видел, – я посмотрел на фигуру.

– То, что ты слышишь голоса, лишь говорит о том, что твоё психическое здоровье не в порядке, – отмахнулся Кейн. – Сейчас же Саша тебе не отвечает?

Друг, скажи что-нибудь? Тишина в ответ.

– Тебе ведь было удобно переложить свои преступления на деяния кого-то другого, кто управлял твоим телом? Ещё и потеря памяти от воздействия менталистов так удачно подвернулась.

– Хочешь сказать, что я это всё придумал?

– Не хочу, а открытым текстом заявляю, что ни Марии, ни Александра в твоей голове не было. Ты сам их придумал. Первую из-за чувства вины и не понимания мотивов своей женщины, второго, чтобы оправдать убийства и сексуальную связь с теми, с кем ты якобы не хотел этих связей. Да, ты не осознаёшь этого, но на то это и психика.

– Но ведь ростком управлял Саша! У него и тень по-другому выглядела, это сказала Анита.

– Твоё сознание может разделяться на несколько подсознаний, которые отвечают за процессы, которых ты не понимаешь. Ты же не создашь личность, чтобы дышать, или идти? А форма твоей тени зависит от твоего опыта. Поэтому во время амнезии ты буквально перестраиваешь свой тотем.

– Бред какой-то! По твоим словам, я нахожусь в этом мире…

– Почти восемнадцать лет, – кивнул Кейн. – Но вспомнил о том, что когда-то был убит лишь недавно. Именно так.

– А ты откуда знаешь?

– Я знаю всё обо всех Гриммах. Я здесь сижу не только для глав, а вообще для всех, кто способен пробиться к тронному залу через толщу Теневого моря. А теперь достаточно о твоей больной голове! Я говорил, что хочу услугу за свою помощь.

– И какую? – жопа ожила и начала посылать неприятные сигналы об опасности.

– Свободу, хотя бы на чуть-чуть. В следующей стычке просто вызови не свои тени, а меня.

– И ты меня, конечно же, не предашь?

– Я не могу тебе навредить или сделать что-то, чего ты не хочешь. Я слишком разумен для такого, а ты слишком силён, чтобы я мог завладеть тобой.

– Учти, если обманешь меня…

–Ты меня прикончишь, я знаю, – кивнул Кейн. – Ты повторяешься.

Пробуждение было болезненным. Не каждый день просыпаясь осознаёшь, что у тебя как минимум расстройство личности с посттравматическим расстройством, или нечто похожее, причём созданное твоим желанием и твоими способностями. Голос Саши я больше не слышал, даже не ощущал его, что говорит о том, что проблемы с психикой тут нет, проблема именно в ментализме, который потерял берега ещё при моей смерти в Исходном мире вместе с Телисой. Как я создал Марию? Да придумал я её, внушив, что моя некогда жена присосалась к моей душонке, воплотив это ментализмом, а Саша – просто удобный козёл опущения. Не я убил Кристину, Лену и Лилю и Бездна знает кого ещё, а Саша. Удобно? Даже близняшки и Сакура в это поверили, сложив два и два и получив хер.

Догадываются ли они, что ошибаются? Уверен, что да. И всё равно вышли меня защитить в бой, в котором заведомо проиграют. Да, у них есть озоновые пули, а вот у любых пуль есть не лучшая особенность заканчиваться при стрельбе. Перезарядить? Гинис способна маневрировать в пространстве на сверхзвуковой скорости. Она бы порешала девочек ещё до того, как их пальцы вдавили бы на кнопку, освобождающую обойму. В итоге получаем, что близняшки Тервос вышли на верную смерть ради спасения убийцы их семьи. Как же, блять, я им задолжал. А ведь должен ещё больше, но не здешним, а тем, которые остались в Исходном.

Что там говорил Саша последнее, прежде чем исчезнуть? Так и рождается дилемма. Кто-то останется у разбитого корыта, и я даже не говорю о себе. Какие-то Алиса и Алеся похоронили своего жениха, а какие-то вышли на верную смерть ради того, кого по идее должны хотеть убить. Ненавижу философствовать, после этого весь намеченный путь рассыпается, и вообще не понятно, что я должен делать. Вернуться в Исходный мир означает покинуть Искажённый мир навсегда. Раньше я думал, что здесь останется Саша. Теперь до меня дошло – я сам себе в очередной раз придумал радужное развитие событий, и слепо бежал по нему, не заботясь о творящемся вокруг. Какой смысл убивать мою мать? Какой смысл пытаться вернуться? Там я мёртв, а здесь офигеваю в агонии. И даже посоветоваться не могу ни с кем. Смысл? Разве можно вообще дать дельный совет в такой ситуации?

Здесь у меня есть семья, есть те, за кого я без сомнений отдам жизнь, хоть и буду желать остаться с моими близкими как можно дольше. В Исходном я уже потерял всё. Быть может, остаться здесь не самый худший исход?

Сейчас я лежу в какой-то комнате с подключёнными капельницами. На лазарет не похоже, скорее просто жилая комната. В сотне метров о меня два усика ростка – Алиса и Алеся. Они целы, хоть и обе на койках, да и их состояние как минимум эмоциональное вселяет тревогу. Страж находится здесь же, на этаж выше, рядом с Виви. Сакура тоже где-то рядом, вероятнее всего на улице, а Анита находится под землёй без сознания. Все усики живы.

Я поднялся с койки, вытащил из рук капельницы и направился к двери. За проёмом коридор, дальше по которому были ещё двери. За одной из них лежат близняшки. Я направился к ним, чуть прихрамывая. По дороге нашёл зеркало, при взгляде на которое ещё больше понял, насколько ситуация пахнет писюнами.

Я сильно исхудал, под глазами здоровенные мешки, от мускулатуры осталось упоминание, я больше напоминал скелет, обтянутый кожей. Склеры глаз почернели, радужка сохранила цвета, но теперь пульсируя светилась, зрачок вертикально вытянулся, намекая, что человека во мне с одержимостью стало меньше. Волосы тоже почернели, лишь несколько прядей были серыми… или седыми. Тело вроде восстановило всё потерянное, даже зубы, которые теперь были больше и каждый был острым как клык, но я чувствовал, что внутри всё совсем не так здорово. Сердце билось реже, несколько пальцев не двигались, а правая нога кричала, что в ней что-то сломано.

Да, на фоне регенерации повреждения не казались чем-то критическим, даже не требовали внимания – и так зарастёт, нужно лишь плотно поесть, но изменения внешние говорили, что я заключил сделку с Дьяволом, и он, в лице Кейна, упивается моей глупостью. Да, выбора не было. Не поднимись я тогда, погибло бы больше людей, значительно больше. Я не жалею о выборе. Потому как именно он привёл меня к комнате, в которой восстанавливались близняшки, а не к их могилам.

Я толкнул дверь и замер. В комнате стояли две кровати, обе скрытые за ширмой, в открытой части комнаты сидела медсестра на диванчике, слушая мерное пиканье приборов.

– Господин Гримм, вам нельзя вставать с кровати! – вскочила медсестричка в вызывающе маленьком халате, из которого её выпуклости так и норовили выпрыгнуть при движении, и на которую мне было откровенно плевать. – Стойте, им нужен покой!

Не обращая внимание на протесты медсестры, я отдёрнул ширму, за которой лежала Алеся. Она не спала, просто лежала и пялилась в потолок, на меня даже не посмотрела. Девушка тоже сильно исхудала, но всё ещё была безумно красива, и, что меня волновало больше всего, жива.

– Саша? – Алеся всё ещё не смотрела на меня. – Хорошо, что ты жив.

– Да, – прохрипел я и осознал, что в горле у меня не было жидкости как минимум жизнь. – Рад, что ты тоже жива. Остальное не важно.

– Пара царапин, – хмыкнула Алеся. – Алиса и наработки защиты нашего клана закрыли меня… А вот Алиса…

Я подошёл ко второй ширме и положил на ткань руку.

– Не думаю, что она будет рада, что ты её увидишь, – Алеся нашла силы потянуть ко мне руку, но я лишь пожал плечами.

– Саша? – из-за ширмы послышался голосок Алисы. – Не заходи! Я немного…

– Лис, кого ты лечишь? – я отдёрнул ширму и вошёл в импровизированную палату. – На меня посмотри и успокойся.

Алиса выглядела куда хуже своей сестры. Левый глаз перебинтован, из-под бинтов выглядывала полоска страшной раны. Девушка тоже исхудала, правая рука была покрыта гипсом, из-под которого выглядывали признаки открытого перелома. Видимо, Алиса все силы бросила на спасение Алеси, оставив себе минимум.

– Я немного не при параде, – нервно улыбнулась девушка.

– Ты жива, – я подошёл ближе и склонился над лицом блондинки. – А про парад забудь, мне всё равно.

– Александр, немедленно вернитесь в палату, – очнулась медсестра и схватила меня за плечо, что отдалось болью. Видимо, я немного переоценил свою боеготовность. – Ой, извините, – увидев, как я стиснул зубы, девушка отшатнулась, выхватывая из кармана халатика телефон. – Я сейчас.

– Вы целы, – повторил я и сел на стульчик рядом с кроватью. – Вы целы, значит я что-то смог сделать.

– Что-то? – усмехнулась из-за ширмы Алеся. – Да если бы не твои тени, Ковен растоптал бы нас. Ты один победил его.

– Скорее сокрушительно проиграл, – покачал я головой, что отдалось мерзкой болью в шее. – Главное, что я спас вас.

– Говоришь так, будто важнее ничего нет, – улыбнулась Алиса.

– Важнее нет ничего, – повторил я за девушкой. – Ты чертовски права. Действительно, пусть оно всё ебётся конём, лишь бы с вами всё хорошо было.

– Сестра, по-моему, он сошёл с ума, – обратилась к Алесе Алиса.

– А вот тут ты не права, – я поднялся со стула и пошёл к выходу. – Именно сейчас я в здравом уме. Выздоравливайте и закупайтесь платьями. Чёрными или белыми я сообщу позже. Или за меня сообщат.

В коридоре со мной чуть не столкнулась другая медсестра, в руках которой был поднос со шприцом и баночкой успокоительного.

– Отведи меня к Леону, – прохрипел я. – Я знаю, что этот чёрт здесь.

Спустя лестницу и коридор девушка робко указала на массивную дверь.

– Кабинет Его Величества, – прошептала девушка и грустно уставилась на поднос.

– Что там? – я толкнул дверь и взглядом указал на несчастную алюминиевую пластинку.

– Успокоительное с добавками витаминов, – захлопала медсестра ресничками и сразу ответила на невысказанный вопрос: – Вы очень много массы потеряли при лечении, и мы боялись, что вы умрёте от истощения.

– Приготовь ампулу и иди за мной, – я вошёл в кабинет.

Здесь сидели за столом Леон и Император, а чуть поодаль в кресле сидела тётя Настя, которая первая вскочила, когда я вошёл. Замечу, не с ноги. Состояние не то.

– Саша! Ты такой бледный и худой! Ты ещё не вылечился! – причитала тётя.

– Герой проснулся, – улыбнулся Николай. – Мы тут как раз медаль для тебя обсуждали.

– Подавитесь ей, – отмахнулся я и выхватил из рук медсестры шприц, после чего вогнал его себе в шею. Удивительно, но тело стало болеть гораздо меньше. – Я не для наград или признания чуть не угробил себя. Какое число жертв?

– Полторы сотни, – вздохнул Леон. – Плюс-минус два десятка, которые сейчас пропали без вести. Если бы не… это, – дед с отвращением указал пальцем на меня, – было бы в разы больше, так что награду ты заслужил.

– Поставьте на ноги сестёр Тервос – вот моя награда, – вновь отмахнулся я. – Сейчас надо найти этих мудаков, решивших, что можно устроить резню в центре Питера без последствий.

– Да искали мы их уже, – Леон покачал головой. – Ян Каталис пропал, а Дикий, тот киборг, скрылся где-то рядом с Романовском. Анита ничего не знает, как и девчонка-лебедь.

– Ян, который управлял солдатиками? – я вопросительно глянул на деда, и тот кивнул. – Телиса!

Теневая лиса выскочила из моей тени с обглоданным торсом менталиста.

– Полагаю, на одну цель меньше, – удовлетворительно кивнул Император. – Александр, ты не перестаёшь меня удивлять. Я считал, что ты просто неразумный юнец с большой властью, но ты раз за разом доказываешь, что я ошибаюсь.

– Где мы сейчас? И как давно я на койке? – не обратил я внимание на похвалу Императора.

– Часов десять-одиннадцать, – ответила Анастасия. – Мы в резиденции Каталис в Санкт-Петербурге. А тебе надо вернуться в кровать.

– Надо вернуться в Романовск. Если Дикий там, я его найду в два счёта. А здесь мы как на ладони, было бы желание вдарить.

– Гвардию в Романовск просто так не потащишь, – задумался Николай. – Народ и так волнуется, у меня уже язык стёрся объяснять журналистам, которые, к слову, требуют героя, – упрекающий взгляд на меня, – что мы ни с кем не воюем.

– Там наша резиденция с нашими людьми, – ответил я. – И ещё партизанское движение среди гражданских. А ещё до кучи несколько крупнейших кланов страны.

– Добро, я отдам приказы, – кивнул Император. – А ты…

– Вернись в грёбаную постель, пока я тебя туда не унесла сама! – воскликнула Анастасия и посмотрела на медсестру, – А ты скажи на кухню, чтобы те делали обед. Обильный. Нет. ОБИЛЬНЫЙ.

Медсестра убежала.

– Согласен, выглядишь как оживший мертвец, – кивнул Леон. – Тебе надо восстановиться.

Я выйти из кабинета не успел, как меня в крысу атаковала Виви. Всё в том же платье, с той же маской на лице и со своим зонтиком в руках.

– Саша! Господи, что с тобой случилось? – воскликнула девушка.

– Переработал чуть-чуть, – улыбнулся я.

– Было так страшно! Что это были за существа?

– Знаешь, стоял я перед своей знакомой и подумал: если ты не устроишь зомби-апокалипсис, его устрою я. Во и позвал своих друзяшек, – беззлобно пошутил я.

– Александр, – за спиной Виви возник Фёдор. – Если бы не ваши «друзья», переехали бы мы в местность за городом.

– Ага, в домики подвального типа пол метра на два, – кивнул я.

– Я ваш должник до гроба, – Фёдор протянул мне руку. – Если вам что понадобится, дайте мне знать.

– С этим можете подойти к Леону, – пожал я руку. – Он, думаю, найдёт вам достойное применение, учитывая, что нам предстоит сделать. А сейчас прошу меня простить, – я отпустил руку Фёдора и направился к лестнице, – меня ожидает разговор с моей матерью.

На лестнице меня догнала Настя, женщина с, как оказалось, ультраслухом. Была уже не такой добродушной как пять минут назад и, отвечаю, могла бы стрелять из глаз лазерами, испепелила бы меня уже. Я не против компании, лишь бы мне на мозг не капали, а Настя очень хотела мой мозг со всем говном сожрать.

– Саша! Живо в кровать! – ругалась тётя, попутно сверкая глазами.

– Не рассыплюсь я от спуска к заключённым, – отмахнулся я. – А вопросы надо порешать сейчас.

– Ты не здоров! Совсем! Краше в гроб кладут! – причитала Настя.

Она боялась. Боялась, что я могу устроить самосуд и добить Аниту. Я и могу, но смысл? Всё равно что в шахматной партии бить фигуру, находящуюся вне игры. Состояние матери было не очень, в таком не только способностью не помахаешь, там уже пора задумываться о ритуальных услугах. И ей совсем легче не становилось, только хуже. Мне нужно узнать, из-за чего это происходит, а заодно расставить все точки над «ё» с моими делами с Анитой и Гинис.

Я не слушал Настю и шёл вперёд. Остановился только перед дверью, где об меня чуть не споткнулась тётя.

– Саш, – дрожащим голосом прошептала женщина, – только не делай глупостей.

– Если не буду делать глупости, моё существование прервётся, – пожал я плечами и толкнул дверь.

Мать сидела за столиком в кресле, и вид у неё был… хреновый. По ней и от Дикого прилетело, и, видимо, армия Ковена тоже постаралась, да и сама Анита себе знатно поднасрала. Короче, дела у моей биологической матери были на волосок от краха. А я тут глупости собрался делать.

– Выглядишь не очень, – я сел на стул с другой стороны от столика.

– Ты тоже, – вздохнула мама и мельком посмотрела на сестру. – Делай что задумал.

– Сделаю, но сначала задам вопросы, – я скрестил руки на груди. – Что именно ты почувствовала тогда, когда я сбежал.

– Влияние другого менталиста, – ответила Анита. – Как оказалось, тебя.

Я промолчал. Да, теперь я точно могу сказать, что чуть-чуть сошёл с ума. Надо было мне это подтверждение…

– А что на счёт Гинис? Ты ведь её всё ещё держишь?

– Держу, хоть она и срывается постоянно. Не держала бы – эта полоумная разнесла клан.

– И из-за этого ты сейчас почти при смерти?

– Я… – Анита растерялась.

– Мам, не ври, у тебя сил нет удерживать одержимую. Ей ведь ещё кто-то управляет. И кто-то решил избавиться от тебя. Думаю, товарищи из Ковена.

– Я не могу сказать, – вздохнула мать. – Если хоть что-то скажу, умру на месте.

– Понял. Тётя! – я повернул голову к женщине, стоящей у двери.

– Да? – Настя была в непонятках от моих вопросов не меньше Аниты.

– У тебя есть возможность научить меня пользоваться даром, – сказал я, ожидая реакцию на «волшебные слова».

Глаза Насти расширились, а челюсть непроизвольно отпала. Прекрасная реакция.

– Да, – растерянно произнесла тётя. – Конечно. Давай посмотрим…

Глава 19

Если совсем коротко и по тупому, то есть как мне впопыхах объясняла Настя, разум менталиста является чем-то вроде удочки. Чем сильнее менталист, тем больше крючков он может зацепить за другие разумы. У меня проблем возникнуть не должно было, учитывая, как я обращался с иллюзиями, которые имели в чём-то похожую механику. Обе женщины думали, что я хочу заставить Аниту выложить информацию. Да, это её убьёт, о чём и Настя, и Анита знали, но все уже устали спорить с упрямым мной. Я герой, и мне простят, даже медальку не отберут.

Немного махинаций, и я смог увидеть эти самые лески, тянущиеся от и к Аните. Причём видел не только ментальные, но и иные, которые, видимо, и убивали мою мать. Вся проблема в том, что их было дохрена, и от моего вмешательства ничего не поменяется, и Анита будет молчать. Естественно, если пытаться давить на неё силой разума. Меня интересовало другое. Крючки ведь можно отцепить, и, вроде, инструментарий у меня соответствующий имелся. Более того, через эти крючки я мог взаимодействовать и с «удочкой». Да, опыта нет, поэтому взаимодействие заметят, но мне надо было всего пара секунд, чтобы с той стороны не послали сигнал на уничтожение.

В общем, план я уже составил. По леске отправил Стража наводить суету, а сам в это время принялся работать ментальными ножницами, перекусывая леску за леской. Пару раз перехватывал сигналы с той стороны, но моя реакция и кипиш от Стража позволяли мне не пропускать посылы в мозг Аниты. Это были самые долгие две секунды в моей жизни. Кропотливая и требующая предельной сосредоточенности работы выжали немало сока, коего было и так в дефиците. Уже потом подумал, что мне было проще прикончить того, кто закинул крючки, чтобы разом от всего избавиться. Подумал я это, когда уже Страж вернулся.

– Ну как? – смахнул я пот со лба. – Лучше? Будем рассказывать классные истории?

– Что ты сделал? – Настя пыталась рассмотреть мои махинации, но получалось у неё хреново.

– Если коротко, то снял её с крючка, – каламбур напрашивался сам собой, и я не удержался. – А теперь наша дружная команда отправится в клетку к Гинис, и проделает то же самое.

Для освобождения мне даже не пришлось заходить в другую комнату. «Подключился» через Аниту, и поломал все крючки там в голове Гинис. Ещё одни две секунды длинною в жизнь. Правда, на крайний случай пришлось сбегать до комнаты монашки и проверить, не буянит ли она. Та же крепко спала и выглядела, к моей зависти, куда лучше чем я.

Больше волновать хрупкое сердечко Насти не стал. Так-то можно и вспомнить, что она как бы Императрица, что не помешало мне отправить её на доклад Леону и Николаю. Я же, заверив тётю, что прямо сейчас пойду принимать горизонтальное положение, отправился в комнату к близняшкам, где бесцеремонно завалился на диван. Медсестра тут же притащила с десяток пакетов капельниц и затыкала меня иголками такое чувство, что насмерть. По крайней мере, я уснул, надеясь, что при пробуждении не захочу сломать больной головой пару твёрдых поверхностей.

В Тёмный мир я не попал, да и не хотел совершенно. Не доверяю я Кейну, что-то он мутит подозрительное. Зато видел сон. Сон, к слову, был тревожным. Какой-то город, какая-то разруха, все куда-то бегут, и только я и какая-то девушка сидим на открытом воздухе около какой-то кафешки.

– Ты всё-таки зациклился, – отхлебнув из кружки чай произнесла незнакомка. Лица её я не смог распознать, но знал, что уже виделся с ней, при чём недавно. – Я не могу указывать, что делать, я просто пишу историю, так что не задавай глупых вопросов, а лучше попробуй пораскинуть мозгами.

– Дай тему – пораскину, – криво усмехнулся я.

– Что это за мир, и какое отношение он имеет к миру другому, например, – заговорщицки улыбнулась девушка и что-то записала в блокнот. – А потом можешь подумать, какая роль у тебя здесь и там.

Проснулся я от того, что кому жить надоело. Этот кто-то склонился надо мной и дёргал за плечо со словами:

– Ержан, – требовательно дёргает плечо, Ержан! Вставай, на работу пора.

– У тебя есть две секунды, чтобы написать завещание, – прорычал я, открыв один глаз.

– Да как два пальца, брат! – рассмеялся Скорпиус. – Завещаю поход в Красный квартал себе и своему братцу Саше, а Леон срочно завещает тебе вот эту пое… хренотень для ознакомления, – и суёт мне какую-то папку.

– Даже умереть спокойно не дадут, – пожаловался я в пустоту, забирая папку.

– Я тебе, блять, ща умру, козёл! – выругалась со своей койки Алиса.

– Никаких смертей без детей! – присоединилась к сестре Алеся.

Больные на голову! Какие к чёрту дети? Мне бы просто дожить до завтрака. Серьёзно, лучше бы бухал, и то чувствовал бы себя в разы лучше, нежели сейчас. А сколько вообще времени? За окном светло, значит точно не ночь. А очень бы хотелось, а то я на клеточном уровне чувствую острую неприязнь к свету. Да, я вернулся к началу, когда свет был моим главным врагом. Ох, не вылез бы какой злой ебака с силой пускать солнечные зайчики. Глаза выколю!

О, спонтанная агрессия. Да, я всё ещё одержим, и я догадываюсь, почему я сохраняю мало-мальски здравый рассудок. Причины у меня две (вообще три, но третья где-то гуляет), и они возмущаются, лёжа на своих койках. Я мимолётом начинаю сравнивать здешних близняшек с близняшками из Исходного. Не припомню, чтобы девочки там так собою рисковали ради меня.

Так посмотри, у меня вообще нет причин любить близняшек из Исходного. Только внушённое наитие. Но глядя на этих двоих, я понимаю, что это не было ошибкой. Мы сошлись даже несмотря на то, что я их усиленно динамил и всячески отмахивался. Звучит, как бредни фаталиста, но так оно и есть. Что по указке со стороны, что без неё, я здесь с Алисой и Алесей, и происходит ровно то, чего я опасался – появится вопрос, на который я не смогу дать ответ.

– Смотрю, тебя конкретно за яйца ухватили, – присвистнул Скорпиус, глядя в сторону ширм.

– Ты третью не видел, – я кое-как смог принять сидячее положение и уставился на папку. Ничерта не понятно, что там написано. – Та меня требует с утроенной силой.

– И кто она? Неужели Вивиан?

– Сакура, – подсказала Алиса. – Сакура Кубус.

– Земля тебе пухом, братик, – бедолага Скорпиус еле-еле не уронил на пол челюсть и похлопал меня по плечу. – Ты кому душу продал за таких женщин.

– Сам хочу знать, – пожал я плечами и всмотрелся в текст. Вроде начал различать отдельные буквы. – Вернул бы по гарантии этих троих.

– Сашенька, – елейно произнесла Алиса, от чего сразу в голове пронеслась мысль, что мне пизда, – ты там случаем бессмертия не покушал?

– Нет, золотце, всего лишь чуть не помер, а что? – не менее елейно ответил я.

– Да вот думаю, убить тебя сейчас, или после брачной ночи.

– Убей во время, – предложил я. – Драматичнее будет.

– И романтичнее, – вздохнула Алеся.

– Ознакомься с документами, – Скорпиус решил наши маниакальные желания не слушать и направился к двери, – а я схожу покурю пока.

– Я бы тоже перекурил, – жаль, что мой названый брат уже свалил.

– А может не надо? – ширма со стороны Алисы раздвинулась, являя саму девушку, одетую в коротенький халатик и опирающуюся на костыль. – Останься с нами, пожалуйста.

Мне крыть было нечем. Не тогда, когда моя любимая девушка так умоляюще на меня смотрит единственным глазом. Да даже если бы и мог, не пошёл бы – тело с таким громким скрипом двигалось, что осталось только лечь и ждать, пока принесут гроб и батюшку.

Алиса села рядом и положила голову мне на плечо, уставившись в папку вместе со мной.

– Ты правда меня не бросишь? – спустя несколько минут молчания выдала девушка.

– Правда, – кивнул я. – Не каждая девушка готова меня закрыть от верной гибели… своей верной гибели.

– А как же те Алиса и Алеся?

– Я не знаю, – вздохнул я. – Для них я умер. Может, лучше и не возвращаться.

– Категорически нет! – вторая ширма раскрылась, являя Алесю. – Уверена, они верят в тебя!

– Ага, а вас я как брошу? – вздохнул я. – Да и я так и не нашёл способ вернуться.

– Мы поймём… – прошептала Алиса.

Поймут они, как же! По лицам вижу, что не хотят, чтобы я уходил. А я хочу? Я не знаю…

Сводки в документах были бредовыми. Их составляла разведка, которая успела нифига себе узнать о противнике за одну короткую стычку. Досье на покойных, досье на живых, кто что умеет, кого, как и в каком порядке бить надо. Кое-что написала лично моя мать, освобождённая от каких-либо обязательств перед Ковеном. Её заметки были куда конкретнее и познавательнее, а ещё в папке лежало письмо от Аниты, адресованное мне. Нужна порция абсурда?

В письме моя мать расскзала, зачем меня несколько лет лоботомировали. Оказывается, Ковен изначально опасался меня, когда выяснилось, что у меня есть способности и Каталисов, и Гриммов. Чтобы не дать меня и Касуми в обиду, мать предоставила нас организации в качестве невольных сотрудников. Я сопротивлялся, а вот сестричка смирилась. Дальше было интереснее. Моё отношение к Гинис, которую, напомню, Ковен тоже прибрал к рукам, мне внушила Анита, чтобы я не запалился перед родственниками и, главное, чтобы монашка меня боялась, она как-никак одержимой была. Даже когда я сбежал, меня преследовали только для вида и только тогда, когда по мнению моей матери я смог бы уйти. В общем, всё, что делала со мной Анита, она делала для моей защиты. Неплохая многоходовочка, хотя кое-где пазлы не сходятся, но это уже из-за ментализма. По крайней мере, мать сделала то, что хотела – дала мне возможность вытащить свою задницу и задницы Касуми и Аниты из лап Ковена, когда появилась такая возможность.

– Мило, – холодно отреагировала на содержание письма Алиса. – Да только нашу маму из-за этого в расход пустили.

Я не ответил. Всё ещё винил, да и буду винить в этом себя. Мозг вообще-то у меня есть, но убивал я семью своих девушек без задней мысли.

Цепкие лапки у близняшек. Боюсь представить, как бы меня держали, будь они здоровы. Скорпиус так и не вернулся, поэтому я сам пошёл в кабинет к Императору. Выглядел владыка не важно, в прочем, я выглядел ещё хуже.

– Доброе утро, герой, – хмыкнул Николай, когда я вошёл без стука в кабинет. – Журналисты требуют твоей кровушки, и моей в придачу.

– Чего им надо? – я не разделял веселье главы государства.

– Героя, что в соло спас немало аристократов, – подсказал мне Леон, сидящий на диванчике рядом. – Шоу ты устроил то ещё.

– А ваши люди по приколу там стреляли в их понимании?

– Да, – хором ответили Леон и Николай.

– Сука, надеюсь, вы их куда подальше послали?

– Послать-то мы их послали, – кивнул Леон, – однако, ты всё равно на всех сегодняшних первых полосах. Вот, послушай, – старик взял газету, на первой странице которой было шакальное изображение меня любимого, – «Молодой глава клана Гримм героически отбил атаку неизвестных террористов на Дворцовой площади! Его подвиг вдохновил многих молодых аристократов, и уже сегодня утром военные училища заполнили юноши, требующие немедленно взять их на службу…».

– Бред, – хмыкнул я. – Я же даже не военный, да и не агитировал никого. Только смерти пожелал паре дебилов, сунувшихся в пекло.

– Бред или нет, а в училищах действительно наплыв заявок от аристократов, – покачал головой Николай.

– Пиар-ход, не более, – я уселся на диван, а то больная нога даёт о себе знать. – Лучше расскажите, что мы с Ковеном делать будем.

– Нагибать раком и жёстко трахать, братец, – в кабинет влетел Скорпиус. – Только без тебя.

– Верно, – кивнул Николай. – Ты скажешь нам, где прячется Дикий, и поедешь восстанавливаться. Думается мне, что сёстры Тервос мне причиндалы оторвут, если я тебя ещё на одну бойню заберу, – Император как бы извинялся. – У дочек Кристины характер их матери, ей богу.

Я кивнул. Что? Участвовать в финальном забиве? Увольте! Я изо всех сил стараюсь не развалиться на ровном месте, о каких битвах идёт речь? Меня так однажды грохнули, так что на скакать по граблям я не собираюсь. Моя приоритетная задача – помощь близняшкам и Сакуре, да и в своём клане надо порядок навести. Не до разборок с обществом любителей чужих тронов мне, ой не до них.

– Жалеешь, что не взял её в жёны? – хмыкнул Леон и посмотрел на меня, – Если что, Ложа – это собрание потенциальных невест императора. Там история образования мутная, но в итоге Настя вышла замуж за Колю, а остальные дали клятву, что будут оберегать их.

– Если совсем утрировать, – подхватил Николай, – то Ложа – просто большая семья. Мы все поддерживали друг друга и наш дом – Российскую Империю. Девушки были моими глазами и ушами там, где было много проблем. Конечно, никому из Ложи не запрещалось иметь свою семью, это шло лишь на пользу всем.

– Угу, – кивнул я. – А потом семьи чутка разрослись и между ними начались тёрки за влияние.

– Проблема общества, – пожал плечами Император.

– Но ведь вы могли взять в жёны всех, – недоумевал я. – И контроля больше, и все счастливы.

– А вот и нет. В гареме всегда кто-то оказывается позади, да и я люблю Настю, а остальных считаю хорошими друзьями. Зачем обманывать тех, кто тебе дорог?

– Затем, что это не привело бы к созданию Ковена? Анита же была той, кто его организовал.

– Верно, правда её быстро сместили с поста главы, когда члены Ковена не сошлись во мнениях о способах переворота. Даже организатором твою мать назвать сложно. Изначально Ковен должен был стать тайной полицией, которая бы действовала там, где у обычных законников руки связаны. И они этим и занимались, пока у некоторых «доверенных» людей не подросли амбиции. Было бы всё так просто, я бы в родственники всех глав клана взял.

– И где гарантии, что родственники не предадут? – я скрестил руки на груди.

– Это к тебе вопрос, – Леон повернулся ко мне и смерил меня взглядом. – Та девушка, Гинис, вроде, сбежала. Раньше её могла отследить твоя мать, как и контролировать, а сейчас никто не знает, где она.

Вот это была печальная весть. Я намеревался после собрания отправиться в камеру монашки и расставить все точки на «ё». А теперь где её ловить? Зная её, сама появится, главное не упустить.

Решено было на следующий день, то есть сегодня, уехать наконец из культурной столицы Империи в столицу всех одарённых, то есть Романовск. Остаток дня я провалялся на диване, поглощая всю пищу, что мне приносили. Лишний вес? А анорексию не хотели? Я во время восстановления похудел почти до сорока килограмм, но смог возместить уже почти пятнадцать, что вселяло надежду, что меня в скором времени перестанет сдувать с места сквозняком.

Конечно, просто так полежать мне не дали. Дамы хотели романтики, а я хотел не помереть, поэтому сошлись на множестве разговоров, общее содержание которых я не запомнил. Впрочем, это было и не важно, там больше смысла в самом взаимодействии было. Алиса, девушка без комплексов, умудрилась найти парочку, и теперь совсем потерялась. Её беспокоило и отсутствие глаза, и уродливый шрам, и моя принадлежность к другому миру, и её собственные мысли. Алеся тоже задумалась конкретно, чего она от меня хочет. Изначально эти две дуры решили, что детей им будет достаточно, а отец может идти куда угодно. Сказывалось то, что их собственный отец ушёл в клан Фрай к своей младшей дочурке Алине, оставив Кристину один на один с воспитанием дочерей, и, сомневаться не приходится, женщина прекрасно смогла вырастить и воспитать девочек, управляя при этом немаленьким кланом.

Ещё Алеся упоминала некий проект «Элементаль», о деталях которого знали лишь их родители и несколько привлечённых лиц, но я уже примерно прикидывал суть проекта, хоть и не спешил делиться мыслями. Всё равно меня отправят с девушками в их особняк, где можно будет покопаться в вещах Кристины и узнать точно.

На штурм меня так и не взяли, чему я был рад, но оставили в резерве «на всякий случай», чтоб я по первому сигналу припёрся на объект и дал мзды всем нуждающимся. Правда, тут же оказалось, что мне бы для начала надо заехать в свой особняк и собрать там группу бойцов, потому как гвардию Николай отправить не может – это привлечёт внимание, поэтому надо собирать людей на стороне. Благо, Леон своих берёт, да и близняшки отправили своим весточку о боевой тревоге, чтоб те собирали манатки и через сутки были готовы выступать. Я же тем временем не мог даже сказать, есть ли у нас какие-либо подразделения. На ум приходили лишь Подражатели, обычные люди, которым Гриммы с барского плеча отсыпали крупицы силы. Этих, правда, ещё пойди уговори, но я уверен, что точки соприкосновения я найду.

Слышал тоже, что даже бойцов у Сакуры возьмут. Даже комментировать не хочу, лишь посочувствовать тем бедолагам, которых до смерти затрахают. Ещё привлекут Снегирёвых, да и Каталисы мне людей задолжали, так что вечеринка будет что надо. Так и вижу: «Теракт на Дворцовой площади надцатого октября две тысячи двадцатого года, реконструкция», и вот это вот всё. Надо попросить кого-нибудь стрим запустить. Я такое не люблю, но ради сего зрелища даже попкорн куплю… тележку попкорна минимум, а лучше вагон. Жаль даже, что операция секретная, хотя с таким уровнем скрытности можно было бы и в центре города стреляться – всё равно все заметят. Как вообще можно по-тихому уничтожить целую группировку.

На утро осознал, что стал кроватью для двух чересчур наглых девушек. А ещё узнал, что у Стеллы есть склонность к рассматриванию спящих людей. Девушка полтора часа разглядывала, как я и близняшки мило спим. Вот вроде я должен был разум потерять от одержимости, а какого-то чёрта сходят с ума окружающие. Как так-то?! Я надеялся на комфортабельные апартаменты в ближайшей дурке, а теперь понимаю, что передо мной длиннющая очередь.

Пришлось разогнать с себя девушек и попутно подраться со Стеллой, которая принимать профилактические тумаки не хотела, не укусив в ответ. Там к драке попыталась подключиться Алиса, которую я щупальцами Ктулху аккуратно отговорил вмешиваться. Вот забавно, больше месяца у меня эта тень, а я только сейчас, глядя на покрасневшую девушку, осознал, что я управляю МАТЬ ИХ ТЕНТАКЛЯМИ! В порно меня со всеми лишними конечностями забрали бы. А что? Лысый смог, так чем я хуже? Главное, Сакуре это не показывать. У неё и своих тентаклей хватает в квартале, но лисичка не ровно дышит конкретно ко мне, а как про новые способности прознает как пить дать закроет в подвале.

Кстати о птичках. Сакура ожидала меня и близняшек около выделенного фургона. Что-то её совсем не было видно на той тусовке, хоть я и знал, что она там присутствовала. И да, фургон, детка! Не лимузин, не автобус, даже не бронетранспортёр. Фургон! Вижу, как морщится лисичка, но что поделаешь, военные на детородных органах вертели лимузины и предметы беспричинного шика. К слову, мою честно выигранную машину вернули тому мажору, который мне её проиграл, а мне устроили профилактический нагоняй, честно мною прослушанный. В конце концов, я даже не убил никого, чтобы машину получить, так что с меня брать нечего.

– Ого, красавица, а вы случайно не родственница главы клана Кубус? – Скорпиус, присоединившийся к нам просто чтобы попрощаться, присвистнул, глядя на лисицу у машины.

– Увы, случайно не являюсь, – томно ответила Сакура, подмигнув мне.

– Жалко, – нисколько не расстроившись произнёс парень. – Я думал, что все лисицы являются родственницами главы клана.

– У нас много лис и не являющихся мне роднёй, – пожала плечами Сакура. – Да и я не могу быть родственницей самой себе.

И снова Скорпиус уронил челюсть на пол и посмотрел на меня.

– Саша, девочки! – Сакура подлетела к нам и обняла нас троих. – Я так переживала! Этот ужасный теракт, а потом тишина. Я уже было подумала, что случилось страшное! А ты, – взгляд вишнёвых глаз остановился на мне и бровки лисицы поползли вниз. – Про тебя я вообще ничего не слышала с вашей поездки в ту тюрьму! Купи наконец телефон!

– Обязательно, – отмахнулся я и всё же обнял лисичку. – Рад, что ты цела.

– Да я что… – пробормотала растерянная Сакура. – Я далеко была, так что до нас никто не добрался…

Уже когда садились в фургон, к нам закинули ещё и Аниту. Объяснили, мол Корвус умотал в Романовск ещё вчера вечером по поручению Николая, а больше мою мать повезти не с кем. По взгляду Аниты понимал всю печаль её положения, а по взглядам девочек понял, что я обзаведусь наследниками, если отправлю мать добираться до Романовска своими силами, так что ничего против её компании не имел.

Много я сплю в последнее время. Организму нужен отдых, я уже трое суток восстанавливаюсь всё-таки. Тут очень удачно подвернулись пустые мягкие бёдра Сакуры, да и хвост её тоже кстати пришёлся, так что я внаглую улёгся девушке на колени, обнял её хвост и, не дожидаясь возмущений, отправился в царство Морфея.

Или в Тёмный мир. Кейн меня не затягивал всё то время, что я восстанавливался, а сейчас решил напомнить о себе и нашем уговоре, а заодно чему-нибудь меня научить. Точнее, накапать на мозг, после моего вопроса: «А что, собсна, сейчас делает Гинис?». Контроль я снял, но девушка вместо ожидания меня с дальнейшим выяснением полётов, словила белочку и ретировалась куда-то в сторону Романовска. Причём, даже Кейн понятия не имел, с какой целью. Она одержима, а значит, что намерения у неё могут быть непредсказуемыми. В любом случае, я не верил, что меня там ждёт благодарность. Грустно, но чего-то такого я ожидал.

Дамы в машине ссорились. Три бестии набросились с обвинениями на Аниту и, я уверен, не валялся бы я на мягеньких коленках лисички, порвали бы её на месте. Мать же даже не пыталась как-то спорить, просто молчала и смотрела в пол, чем ещё больше распаливала гнев девушек.

– Кто та бессмертная су… душа, которая решила прервать мой сон?! – вскочил я, чуть не вызвав инфаркт у Сакуры. По крайней мере глазки у лисички закатились, а сердцебиение на мгновение прервалось.

Близняшки тоже от неожиданности чуть не пробили макушками потолок фургона, а их ручки метнулись за спины, где, видимо, фурии хранили стволы. Алеся первой оклемалась и вытянула ручку с оттопыренным указательным пальчиком в сторону… Аниты, кто бы сомневался.

– И что она? – я прищурился и глянул на маму, которая, по виду, умирала.

– Она убила наших… – стала объяснять суть претензий Алиса, но я её прервал поднятой ладошкой с тёмными коготками.

– Ваших маму, тётю и дворецкую порешил я, – и снова эта тема, которая мне не нравится, но отрицать свою вину я не имею права. – Не моя мать, а я. Так что все вопросы ко мне.

– Абсурд, – выдохнула Алеся и нервно захихикала. – Понимаешь, как это звучит, учитывая, что ты наш жених?

– Мы не помолвлены, – покачал я головой. Звучало действительно абсурдно.

– Стоп! Когда это вы успели? – отмерла и возмутилась Сакура. – То-то Алиса такая довольная сидит.

– Мы не… – повернулся я к лисице.

– Мы же договаривались, что Саша достаётся мне! – но Сакура не унималась. – Я его хранителем нашего квартала по приколу по-вашему назначила?

– Хранителем? – переспросила Анита, растерянно глянув на меня. – Это же буквально значит, что клан Кубус становится вассалом клана Гримм.

– Тогда он ещё не был главой, – отмахнулась Сакура и улыбнулась, правда улыбка быстро сошла с её моськи. – Сууууука… А ведь точно, технически, за нами присматривает глава клана Гримм.

– Сумире будет счастлива, как и весь клан Кубус, – усмехнулась Алиса.

– Рано радуешься, – осадил я девушку. – Ты думаешь, вы останетесь независимыми после возможного брака?

– Брака? – Анита вновь посмотрела на меня. – А внуков у нас с Корвусом пока не появилось?

– Вопрос времени, – хмыкнула Алеся.

– Что? – Анита смотрела на меня не мигая, всем своим видом прося, чтобы я опроверг их слова.

– В очередь, сучки! – на моей руке сцепились тонкие мягкие ручки Сакуры. – Я первая его захватила! Никаких детей до моей беременности.

– Да вы совсем с ума посходили?! – я упёрся в лисичку и принялся её отдирать от себя, но куда там. Девушка держалась так, будто от этого зависела её жизнь. – Ты домашку сделала, мамаша недоделанная?! А вы? – я повернулся к близняшкам. – Давно за кол жгучий втык не получали?

– Ты кого школотой назвал?! – на удивление слаженно вся троица принялась избивать меня. Мне в общем всё равно, просто чуть-чуть обидно было, но отбиваться я не стал. Не стал, пока чья-то рука в гипсе не прошлась мне по виску, оставив достаточно болезненную царапину.

– Боже, спаси наши души, – взмолилась Анита, наблюдая на игру, переросшую в настоящий мордобой.

– Держи, – Скорпиус протянул мне телефон хрен пойми какой модели. – Будь на связи. Завтра будем штурмовать подземный город. Уверен, что Дикий там?

– Уверен, – кивнул я, сверившись с нитями ростка.

Не думал, что меня ТАК накроет, когда мы в Романовск заедем. Буквально каждый миллиметр города был для меня как на ладони. Я даже чуть-чуть растерялся (что очень слабо сказано), из-за чего умудрился потерпеть сокрушительное поражение в драке, свалившись на пол фургона как мешок с… пусть будет с картошкой. В итоге меня запинали ногами, а когда Аниту выгрузили рядом с особняком Гримм, где её ожидал Корвус, девочки вообще с катушек слетели. Бедной Сакуре не досталось ничего (лисичке не привыкать), и близняшки ясно дали понять, что связи со мной они будут добиваться всеми правдами и неправдами. Я, увы, родео пропустил, пытаясь понять, где в какофонии теней находится моя тушка. Кейн предупреждал, что такое может случиться, и что мне лучше находиться во время дезориентации в кругу тех, кому я могу доверять. Додоверялся, млять!

По-хорошему, мне нужно было покинуть девушек вместе с матерью. Клан Гримм, как мне сказали, очень ждёт нового главу. Жаль, что озабоченные девушки решили, что надо как можно быстрее меня затрахать, поэтому остановку мы пропустили. А злюсь я уже постфактум. Когда-таки понял, где и что, девочки затрахались об меня сами. Я бы и порадовался, что даже неосознанно умудрился вымотать трёх девушек, причём одну даже без натирания богатого внутреннего мира, но как-то не получалось.

Вышли мы в итоге рядом с домом близняшек, а Сакура поехала в Красный квартал в несколько расстроенных чувствах. Глядя вслед поникшим лисьим ушкам с кисточками, рука сама собой потянулась к новоприобретённому девайсу, в который кто-то очень трудолюбивый вбил номера как Императора и Леона, так и сестёр Тервос и Сакуры. Отправил незамысловатое сообщение и направился с Алисой и Алесей к ним домой. Мне до завтра надо очень много успеть.

Алеся первым делом отвела меня в кабинет своей матери, в котором царил бардак. Здесь, по словам девушки, сёстры провели множество бессонных ночей, знакомясь с делами клана и составляя стратегии на будущее развитие. Интересующий меня документ лежал в перевёрнутом сейфе рядом с бутылкой красного вина. Глядя на бутылку, мне снова стало грустно. Кристина любила выпить, но без фанатизма, отдавая практически всю себя клану и, что куда важнее, дочерям.

«Проект «Элементаль»» гласила надпись на картонной папке времён Советского союза. На первых страницах были записи о том, что у читателя должен быть определённый уровень допуска к секретной информации, что только подогревало интерес. Допуска у меня не было, но Алеся настояла, что с документом я должен ознакомиться. Следующие страницы описывали способности испытуемого, коим являлся Владимир Храбрый, биологический отец близняшек, а также цели проекта.

Владимир мог контролировать три эссенции (так их в документе обозвали): огня, холода и электричества. Мог он их контролировать, но очень слабо, так как три способности конфликтовали и не поддавались грамотному использованию. В ходе первых тестов было ясно, что в едином теле использовать способности на приемлемом уровне было невозможно, и клан Тервос был привлечён для решения этой проблемы.

Дальше описывалось, что эссенции нужно разделить, но разделить нужно их грамотно. Чисто теоретически (и пару раз практически), они могли взаимодействовать друг с другом, создавая нечто новое, но при этом происходил резкий рост силы эссенций, что заканчивалось травмами как испытуемого, так и исследователей. Нужны были «сосуды», коими могли выступать дети Владимира. Собственно, вот они слева-направо: Алиса, Алеся и Алина.

Первый «эксперимент» оказался удачным и неудачным одновременно. Вместо тройни Кристина родила двойню. Да, девочки переняли способности Владимира и даже могли их комбинировать в телах друг друга при касании, но нужна была третья дочь. Что стало с ней я так и не понял. То ли ребёнок погиб при рождении, то ли ещё в утробе матери. Из-за этого близняшек хотели «утилизировать», но Кристина уговорила руководство проекта (Императора на секундочку) оставить ей дочерей, и попробовать ещё раз.

Начались новые проблемы. Доктора, осматривающие Кристину, дали неутешительный вывод для «единственной подходящей» кандидатуры, что ещё одну тройню Кристина не потянет. На этом этапе проект был официально объявлен провальным, но спустя год Кристина вновь забеременела, используя старые наработки. Вроде там были серьёзные проблемы у Тервос, отчего глава клана пошла на крайние меры. Эти записи уже были написаны от руки, полагаю, самой Кристиной и, местами, Владимиром.

Были ли проблемы? Конечно были. Забеременела Кристина одним ребёнком, который ещё и убивал собственную мать пока был в утробе. Тут уже Владимир принялся искать способ спасти любимую жену и мать очаровательных двойняшек. Было решено найти ту, кто сможет довыносить ребёнка. И такая нашлась – Наталья Фрай. В ходе достаточно рискованной операции эмбрион пересадили, спася две жизни: Крисины и ЕЁ ДОЧЕРИ АЛИНЫ.

После рождения девочки Кристина и Виктор опасались, что Алина унаследовала все способности отца, но так получилось, что девочка могла контролировать только электричество. Связь с огнём и холодом тоже была, но на порядок слабее связи двойняшек. Как итог: Виктор ушёл к Фраям растить младшую дочь, а Кристина осталась воспитывать старших двойняшек.

– Не знал, что Кристина мать и Алины, – протянул я, закуривая сигарету. – Получается, проект «Элементаль» был успешным? А как же сам Владимир? Для него ничего не изменилось. Элементаль так и остался при всех трёх конфликтующих эссенциях.

– Им занялись Снегирёвы и Фрай, – ответила Алеся, морщась от сигаретного дыма. – И да, технически, проект «Элементаль» был успешным. Разделение эссенций было только началом. Мы, как это сказать, запасные испытуемые. Нужны на случай, если папа не выдержал бы вмешательства генной инженерии.

– Но он выдержал? – я не спросил, скорее констатировал.

– Да. На данный момент он один из сильнейших одарённых Империи.

– Который при этом заявлял, что собирается прибрать вас и ваш клан.

– Да, – кивнула Алеся. – Поэтому брак нам необходим, иначе отец получит весь проект в свои руки.

– А это плохо? – я вспомнил внешне раздолбая Владимира. Не могу представить, что он способен навредить своим дочерям.

– Плохо, – вздохнула девушка. – Не знаю, что произошло, но после смерти мамы он не предпринимал попыток найти её убийцу. Куда больше его интересовали мы и наш клан.

– Думаешь, он работает на Ковен? – я посмотрел Алесе в глаза, но девушка не отвела взгляд.

– Мы подтвердили это, – произнесла она. – А значит, Элементаль нужно уничтожить. Я уже не говорю о том…

– Что вам страшно, – закончил я за Алесю и приобнял её. – Я понимаю. Понимаю, и помогу.

И вот надо было именно в этот момент раздаться рингтону на телефоне. Увы, близняшки не единственная проблема, с которой нужно что-то решать как можно быстрее.

Глава 20

– Не хочу, – Алеся крепче обняла меня. – Не уходи.

Я молчал и… наслаждался. Почему-то от простых объятий становилось так уютно, что воткни мне кто нож в спину – я не замечу. Но идти было нужно. За ночь слишком много нужно успеть, и сон тут стоит на последнем месте.

– Зачем тебе к ней? – девушка тем временем пыталась из пустого места создать истерику.

– Потому что ей это нужно, – я осторожно отстранил от себя Алеся. – Не меньше, чем вам, Лесь.

– Возвращайся скорее, – сдалась девушка и поникла. – Я буду скучать.

– У тебя работы выше крыши, – усмехнулся я. – Скучать уж точно не будешь.

Откуда во мне столько цинизма? Я бы с удовольствием остался, и пусть весь мир рухнет, но… Всегда есть пресловутое «но». Пока существует Ковен, девочки будут в опасности, и я не питаю иллюзий, что смогу их защищать постоянно. Лучше вырубить проблему на корню, авось не придётся становиться параноиком.

У ворот стояла машина, обычная купе, какой-то азиатско-американской марки (поди разбери кто у кого что спёр), максимально непримечательная, разве что стёкла затонированы в ноль, но сейчас так многие катаются. Внутри всё оказалось чуть роскошнее, чем должно быть, но на то уж причуды богатых. За рулём водила с похерфейсом, рядом с которым можно перевозить трупы или ящики травы – килотонна безразличия будет единственной реакцией, а на заднем сиденье самый роскошный элемент салона – Сакура, одетая совершенно не по погоде.

За окном середина осени, а эта вырядилась как на пляж на экваторе. Пару четвёрок кое-как сдерживает обтягивающая белая маечка (короче, топлес была лисица, майка просвечивает всё), плоский животик голый, на ножках коротенькие шортики, из-под которых торчали завязки трусиков-бикини. Единственный элемент гардероба, обувь, если конкретно, был по сезону, да и то пара высоких сапожек сиротливо стояла под передним сиденьем. Сама Сакура выглядела и грустной, и довольной одновременно, даже не накрасилась совсем, хотя обычно минимум макияжа накидывала «для приличия».

– Паршивая погода, – кивнул я за окно, залазя в объятия лисицы. – Сезон туманов в этом году затянулся.

– Согласен, – отозвался водила. – Ни черта не видно, так что добираться будем полжизни.

– Не страшно, – улыбнулась Сакура и потянулась ко мне губами.

Я движение лисы проигнорировал. Пока надо находиться в здравом уме, а от поцелуев этой прохвостки крышу сносит основательно.

– Двигай к Фраям, – сказал водителю, и, подумав, добавил: – И никому никогда не рассказывай, что происходило этой ночью.

– Обижаешь, – улыбнулся мужик одними уголками губ и вдавил на газ.

– Обижаешь, – вздохнула Сакура, так и не получив свой поцелуй.

– Достала то, что я просил? – я проигнорировал выпад девушки.

– Достала, – надулась та и протянула мне. – Как ты узнал, что они у нас есть? Мы такое не афишируем, а то можно и от властей получить.

– Когда-то имел удовольствие на своей шкуре проверить, – покрутил в руках металлический ошейник. Мне было некомфортно уже держать его в руках.

– О! Игры с подчинением? – «догадалась» лисица.

– Остуди свою воспалённую фантазию, – шикнул я. – Тебя там и близко не было.

Сакура надулась и отвернулась, решив играть в молчанку, а я всё смотрел на подавитель. Устройство это должно было при контакте с одарённым блокировать его силы, и именно в клане Кубус в Исходном я познакомился с этим девайсом. Правда, он то ли сломанный был, то ли диапазон ему не тот выставили, но кончилось всё тем, что я чуть не перебил Сумире и её свиту, решивших, что поиздеваться над Гриммом – это отличная идея.

Этой ночью подавитель тоже будет нужен. Надеюсь, только им и обойдёмся, потому как бить лица я пока не готов. А ведь придётся, уверен. Тяжела жизнь одарённых. Хочу быть никому ненужным бездарным человеком, которому завтра вставать в шесть утра в школу. Минута слабости.

До поместья клана Фрай добрались быстро, хоть и ехали с черепашьей скоростью. Видимость действительно оставляла желать лучшего, так что дальше позолоченных ворот, ведущих во дворец, не было видно ничего. Насколько я помню, дальше за оградой был вычурный безвкусный садик, а дальше само здание. Раньше я был уверен, что эта дура нужна только для праздников или приёмов, но Фраи тут и живут тоже. Жаль их прислугу, которые каждый день вынуждены вычищать огромную площадь. За плотной стеной тумана можно было различить несколько огоньков. Странно, полвторого ночи, а кто-то ещё не спит. Ага, кто бы говорил.

Пропустив мимо патруль охраны, перемахнул через ограду и направился к горящим окнам. Было бы неплохо, если там будет тот, за кем я пришёл. Садик представлял из себя лабиринт из живой изгороди и кучи статуй, но меня это совсем не тормозило. Даже, я бы сказал, помогало лишний раз не попадаться на глаза охранникам. Бедолаги были вынуждены высматривать угрозы в условиях практически нулевой видимости без какого-либо оборудования. Странно это, вроде деньги у Фрай водились, а на собственную безопасность они средства зажопили. Впрочем, мне только в плюс. Понятия не имею, смог бы я сныкаться от тепловизоров или от обычного прибора ночного видения.

Свет лился из окон комнаты, оборудованной под арт-студию. За холстом сидела девушка с серебряными волосами, яркими изумрудными глазами и несколько детскими чертами лица, что не мешало найти почти полное сходство с близняшками Тервос. Угу, моя третья невеста из Исходного, Алина, одетая в обтягивающую маечку и спортивные трусики, прямо сейчас сидела перед мольбертом и беззвучно ругалась с рисунком, время от времени касаясь его кистью с красками.

Не она мне нужна была, но я не удивлён совсем, что именно эту девушку я встретил сейчас, когда пришёл за её отцом. Попасть внутрь было не сложно, и уже спустя секунд десять я стоял за спиной девушки и рассматривал её рисунок. Пейзаж с изображением дворца Фрай был нарисован в тёплых тонах и с заваленным горизонтом. Рисунок самоучки, видно сразу. Я хоть и не дружу с красками и больше специализируюсь на академическом рисунке, но такие косяки вижу сразу. Художник художнику рознь.

– Ты перспективу посеяла, поэтому и фигня получается, – озвучил я своё мнение и немного пригнулся, пропуская разряд молнии над головой. – Вижу, тренировками ты не пренебрегаешь.

Девушка ошарашенно подскочила с места и развернулась. Её глаза наполнились фиолетовым сиянием, узоры на теле засветились едва уловимым лиловым светом, а свет в комнате начал мигать.

– Кто ты? – Алине пришлось несколько секунд рожать этот вопрос. – И что тут делаешь?

– Александр Гримм, – представился я, чуть поклонившись. – Ищу встречи с неким Элементалем.

– Он не принимает посетителей, – между пальчиков девушки пробежали электрические заряды. – Ночью тем более.

– Меня ему придётся принять, – улыбнулся я. – Уж лучше меня, чем отряд имперской гвардии. И в твоих интересах привести его ко мне.

– Я перед тобой, – после секундной паузы сказала девушка. – Чего хотел?

– Нет, меня не интересуют дети проекта, – покачал я головой. – Мне нужен исходный Элементаль.

Девушка совсем потерялась и нервно бегала глазками по комнате в поисках решения. Естественно, ничего найти ей не получилось, и ничего лучше атаки девушка не придумала. Грозовые разряды с громким треском ударили в то место, где я стоял, но я их играючи пропустил мимо, подскочив вплотную к Алине, заставив её упасть на пол. Из колонок рядом донесся оркестр с японским вокалом. А это идея! Чуть надавив сознанием на несчастный прибор, я выкрутил громкость на максимум, после чего весь трёхэтажный дворец наполнился оглушающей музыкой, перебудив всех в доме. Отслеживая сигнатуры, обнаружил, что та, что мне нужна, двигается как раз в нашу с Алиной сторону.

Дверь в студию распахнулась, и внутрь залетел мужик в одних трусах со светящимися узорами по всему телу. Возрастом под полтинник, с зализанными на ходу тёмными волосами и серыми глазами, объёмной мускулатурой, он ошарашенно смотрел на меня.

– Владимир Фрай, позывной «Элементаль», – не поворачиваясь к мужику произнёс я. – Вас я и хотел видеть.

– Чем обязан принимать у себя главу клана Гримм? – нахмурился Владимир, а Алина округлила глаза и не мигая смотрела на меня.

– Увы, – повернулся я к мужчине, – о приёмах речи не идёт. Вы обвиняетесь в заговоре против Императора.

Теперь Алина забыла, как дышать. Её взгляд метался между мной и Элементалем, а уровень непонимания устремился на орбиту.

– А доказательства есть? Или документ какой? – с вызовом спросил Владимир.

– Друг мой, – хмыкнул я. – Были бы доказательства или приказ, не я за вами пришёл бы, а лично мой дед со своими бравыми бойцами. И забрали бы они не только вас, а всех присутствующих на территории. Я же пришёл лишь предложить наиболее оптимальный вариант, который поможет вам и вашей семье.

– Сдаться с повинной? – догадался Владимир.

– Верно, только сдаваться вы поедете прямо сейчас, – кивнул я и вытянул руку вперёд. – И в этом.

Владимир с кислой миной посмотрел на подавитель и кивнул, обдумывая мои слова. Впрочем, я не видел причин много думать. И ежу понятно, что я его отсюда увезу. Даже несмотря на весь его опыт и немаленькую силу, одолеть меня у мужика не выйдет, да ещё и дочурку свою под удар подставит.

– Хорошо, – согласился Владимир и… поступил максимально глупо, ударив по мне струёй огня вперемешку с электричеством.

– Телиса, – спокойно позвал я, уходя из-под удара.

Моя тень выскочила из тьмы за спиной Владимира. Последний отскочил, повернувшись к обезображенной лисе и пальнул в неё молнией, на что Телисе было по большому счёту плевать. Поморщилась только от света, да и только. Я же тем временем схватил Владимира за руку и заломал её. Тот, осознав, что дерётся один с двумя (наивный), ударил меня огненной плетью из заломанной руки, после чего покрылся толстой бронёй из пылающего льда.

– Я куда опытнее, щенок, – рявкнул Элементаль и бросился на меня.

– И тупее, – парировал я, уходя с траектории движения неповоротливой глыбы льда и формируя когти.

Один удар по боку импровизированного доспеха, и мои коготки с шипение рассыпаются, а Владимир с самодовольной миной поворачивается ко мне. Так и вижу, как он радуется собственному превосходству. Даже уже тираду на тему моей слабости подготовил и готов её выдать.

Я же без слов подскочил снова и ударил под дых Элементалю, туда, как раз, куда бил когтями. Там броня покрылась тёмными трещинами и осыпалась, а мой «опытный» оппонент этого даже не заметил. Глаза Владимира расширились, и он согнулся, но и я не в аниме-рыцаря играть пришёл. Откинул тело, после чего подошёл и принялся наносить удары, отбивая всё больше и больше куски льда. И вот когда Владимир начал хрипеть, я поднял его над полом и застегнул на шее подавитель.

– Уверен, что в багажнике перевозить его нормально? – возмущённо сопела Алина, наблюдая, как я закрываю её отца.

– Поехал бы в салоне, если бы согласился, – ответил я.

Сакура разделяла возмущение Алины, но демонстративно громко со мной не разговаривала.

– А если вы схватили не того? – не унималась младшенькая из троицы сестричек. – Вы подумали, что с вами сделает мой клан?

– Во-первых, мы схватили того, и его сопротивление лишь доказывает, что он виновен, – отмахнулся я. – А во-вторых, я бы рекомендовал тебе переехать к своим сёстрам, иначе следаки могут и тебя приплести.

Не дождавшись ответа от девушки, я сел в салон авто и выжидающе посмотрел на дрожащую от холода Сакуру. Лисица демонстративно отвернулась, потрепала по голове Алину и села в машину, не забыв топнуть ножкой.

– В жилые кварталы около особняка Гримм, – скомандовал водиле.

Тот кивнул, и машина тронулась, оставив за нами Алину и кучу охраны, сопровождающей её.

– Я поняла, – неожиданно произнесла Сакура, улыбнувшись, – почему у тебя ничего не получилось с Розой.

– Ух ты, – без капли заинтересованности протянул я. – Просветишь?

– Ты просто бесхребетный мужлан, – смакуя слова сказала лисица. – И понимаешь намёки только тогда, когда девушка сама перед тобой раздвигает ноги.

– То-то я тебя трахнул уже, – рассмеялся я. – Твои попытки меня вывести из себя глупы. У меня ничего не получилось с Розой, потому что я не мог понять, что она от меня хочет, и сама Роза не понимала, чего она от меня хочет. Мы нравились друг другу, но она не могла понять, в какой момент потакания своим желаниям, она станет слушаться приказов своей матери. Она постоянно металась между «я хочу» и «мама приказала», не могла решить, что важнее и что будет лучше.

– Но ведь она была влюблена в тебя, – возразила Сакура. – Мог бы и сделать шаг навстречу.

– Я и делал, – покачал головой. – Вот только каждый шаг навстречу нас отдалял. Поэтому у её матери кончилось терпение, и Розу отправили обратно в ссылку. – я вздохнул. – Я бы многое отдал, чтобы оказаться сейчас рядом с ней.

– И нас тоже? – неуверенно протянула Сакура.

– Нет, – я ещё раз вздохнул. – Ни тебя, ни близняшек я бы никому и ни за что не отдал.

– А Роза?

– А что Розе до вас? Она про ваше существование может разве что догадываться.

Повисла тишина. Сакура тихонько сопела рядом со мной, пытаясь решить, что ей делать сейчас. В конце концов она просто прижалась ко мне и обняла, опустив голову, чтобы не показывать слёзы. Я обнял девушку и прижал к себе. Грустно, но что я могу сделать в этом мире, чтобы повлиять на Исходный?

– Ахи, лань, разговор есть, – раздался шёпот в темноте, и девушка в кровати моментально проснулась, чувствуя опасность.

Быстрое движение рукой, и ночник выхватил силуэт, сидящий на стуле в двух шагах от кровати. Мгновение, и девушка рассмотрела лицо, после чего хотела закричать, но передумала. Любопытно стало, что от неё хочет такой монстр.

– Давно не виделись, дорогуша, – хмыкнул я, хрустнув шеей. – Скучала?

– Нет, – ответила девушка и с вызовом посмотрела на меня. – Чего одержимому нужно от меня?

– Слышала, что у Гриммов сменился глава? – начал я издалека. – Я хочу немного поменять ту задницу, которая происходит на подконтрольной территории. Улучшить условия жизни, помогать людям – вот все вот эти идеалистические идеи, которые ты, признайся, мечтала услышать от какого-нибудь Гримма.

– И зачем ты мне это говоришь? – девушка с подозрением пробежалась взглядом по предметам в комнате.

– Утром от Романовска может не остаться камня на камне. Я пришёл обсудить наше сотрудничество с Отвергнутыми. Если ты сможешь собрать людей и привезти их к особняку, я обещаю, что жизнь людей сильно улучшится.

– Дай мне двадцать минут, – девушка вскочила с кровати, махнув чёрными волосами, и побежала к телефону. – Как нам представиться, чтобы не было вопросов?

– Отвергнутые, – пожал я плечами. – Скажете, что к Александру Гримму, и вас никто не тронет.

– Замётано, – улыбнулась девица. – Меня, кстати, Диана зовут, – она протянула руку. – Надеюсь на плодотворное сотрудничество.

– Взаимно, – ответил на рукопожатие. – Надеюсь, больше вы не станете пытаться своровать парочку Гриммов с улицы.

– Ты всё ещё злишься на это? – рассмеялась Диана.

– Где водитель? – я залез салон. – Нам бы выдвигаться пора.

– Отошёл за энергетиками, – ответила Сакура и прильнула ко мне. – Ты холодный.

– Я с улицы только, – усмехнулся я. – Отвергнутые согласны сотрудничать, стоило только сказать, что наш клан станет заботиться о жителях.

– И кому спасибо? – улыбнулась лисица.

Я рассмеялся и поцеловал девушку. Сразу на душе теплее стало, а в штанах тесно. Пока водителя не было, можно и укрепить наши непростые отношения.

Машина уже давно тронулась и даже успела остановиться, когда я наконец отошёл от действия афрозии. Сакура довольно хватала ртом воздух, правда её мешали её же мокрые насквозь трусики, что девушку совсем не смущало.

– Давно приехали? – обратился я к водителю.

– Минут пятнадцать назад, – усмехнулся тот. – Пора бы и честь знать, мастер Гримм.

– Афрозия, – пожал я плечами.

– Знаю, – кивнул водитель. – Зрителям бы ещё объяснить.

– Перебьются, – хмыкнул я и вышел из машины, застёгивая попутно ремень на штанах.

Вокруг машины успели собраться люди. Ближе всех стояли Диана и Корвус, первая восторженно на меня смотрела, а вот отец был недоволен.

– Опаздываешь, ещё и дурью маешься, – принялся отчитывать меня папа.

– Ну па-а-ап, – рассмеялся я. – Там глава Кубус валяется вообще-то. Считай, я работаю.

Диана не выдержала и рассмеялась в голос.

– Что по людям у нас? – глянув на смеющуюся девушку спросил я.

– Сорок человек Отвергнутых, хе-хе, – отчиталась девушка. – Готовы свергать власть, если потребуется.

– А у нас человек десять, – мрачно произнёс Корвус. – На штурм бы хватило, но…

– Дай угадаю, – прервал я отца. – Кто-то сбежал.

– Натрикс, Урсула, Квин, Бель, Рашну, Альгиз и ещё двое, – перечислил Корвус. – Не было бы в Ковене Гриммов, десятка наших хватило бы за глаза. Ещё и с Гинис хер пойми что. Наши не хотят драться со своими.

Я кивнул. С Натриксом всё понятно – он изначально был с Ковеном. Квин желала стать главой, но это место досталось мне, да и отец переметнулся, так что Змейка вполне ожидаемо свалила на другую сторону баррикад. Урсула… Не знаю. Не думал, что эта девушка вовлечена в политику. Я был уверен, что после смерти отца она будет ненавидеть Ковен. Рашну, девушка-тигрица, и Бель, девушка-овен, которую в шутку звали барашком, тусовались с Чарли. Быть может решили, что их подруга в Ковене, вот и переметнулись. Остальных я не знаю лично, так что могу только предполагать, что движет ими.

– Видимо, придётся мне тоже идти на штурм, – вздохнул я, мысленно похоронив выходной.

– Леон со своими там будут, так что… – протянул Корвус.

– Я смогу заставить сдаться переметнувшихся без крови, – парировал я. – Но людей всё равно может потребоваться больше.

– Главу они послушают, – задумался Корвус.

Пока шли, Диана рассматривала силуэты деревьев, видневшиеся в тумане. Девушка что-то сильно прониклась тем, что у неё появился шанс оказать помощь своим людям. НЕ вылилось бы это в проблему.

Мы вошли в просторный холл особняка, и я чуть не ослеп от света.

– Какого так ярко? – прикрывая глаза ладонью прошипел я.

– Люстра светит, – зачем-то ответил Корвус, хотя вопрос был риторическим.

– А они тут все зачем? – я окинул взглядом сотни людей, столпившихся у стен холла и на лестнице. Сотни, если не больше, Гриммов в абсолютной тишине смотрели на меня, чего-то ожидая.

– Хотели поприветствовать нового главу, – улыбнулся отец.

– В три часа ночи? – я чуть повысил голос. – Вам делать нечего? Завтра никому работать не надо?

– Так это… – растерянно протянул кто-то в толпе, – завтра же воскресенье.

– И что? Повод стоять час в холле и ждать с моря погоды? Валите спать все. Останьтесь только те, кто готов выступить утром на штурм базы Ковена.

Помещение заполнилось голосами, и люди стали расходиться. Спустя пару минут осталось только человек тридцать, выжидающе смотря на меня. Добровольцы. По большей части, молодые, хотя и было несколько взрослых. В первых рядах вообще стояли две миниатюрные девушки, Айли и Лиса, с общим тотемом на двоих. Да уж, огневая мощь что надо.

– Вы же понимаете, что можете не вернуться? – окинул я взглядом толпу. – И что там будут наши соклановцы?

– Но ты же с нами будешь, – ответил за всех Корвус.

– За главой хоть в могилу, – закивали Айли и Лиса.

Я криво улыбнулся. Не хотелось бы ещё раз помирать. Ещё один исекай я не переживу.

– Вы двое, – вмешался Корвус, – живо в кровать! Вам по двенадцать лет, в школу в понедельник, а они помирать собрались!

– Звучишь как дед, – хмыкнул я. Девочки тоже рассмеялись. – А вы двое марш в люлю! Подрастёте – тогда и воевать будете.

Кролики поникли и нарочито неспешно двинулись вглубь особняка. Пока они удалялись вверх по лестнице, мы, команда из тридцати человек, меня, Корвуса и Дианы, молча провожали их взглядами. Быть может, они были совсем не лишними в нашей миротворческой тусовке, только вот опасность действительно была, и брать с собой неподготовленных морально к мясорубке детей желания не было никакого.

– Остальные как? Все осознают, что могут не пережить эти сутки? – обратился я к остальным.

– Глава приказал, – почесал репу парень чуть младше меня на вид.

– Я приказал выступить добровольцам, – отрезал я. – Как зовут? Опыт какой есть?

– Сокол я, – представился парень. – Опыта особо нет. Так, драки в школе, только и всего.

– Боишься умереть?

– А кто не боится? – Сокол пожал плечами. – Да только вот, не выйду я и они все, – махнул в стороны руками, – можем потерять весь город.

– На редкость трезвое суждение для Гримма, – повернулся я к отцу. – Сможем снарядить?

– Этим Леон займётся, – ответил Корвус. – Ты к нему сейчас?

– Да, – киваю, – надо бы ему подарочек один доставить.

– То-то у тебя в машине багажник ходуном ходит.

По пути до машины, рядом с которой стояла Сакура с довольной мордочкой, на меня с неба свалился… дядя Крейг, вызвав переполох среди нашей организованной колоны.

– Вижу, справляется приемник, – ухмыльнулся дядя. – Я его украду на часик.

Не дожидаясь возражений, Крейг ухватился за моё плечо и потащил в сторону заднего дворика. Сейчас на него было даже как-то приятно смотреть. Волосы перестали быть чёрными, приобретя цвет стали, мышцы вновь надулись, взгляд, правда, не изменился и был таким же безумным, но это была фишка дяди.

Мы дошли до небольшого святилища посреди кладбища, сооружённого когда-то одной монашкой. Все свечи давным-давно потухли, а их фитиля отсырели – в общем место выглядело давно необитаемым.

– Вижу, Гинис смогла в какой-то мере воплотить свою мечту, – вздохнул Крейг.

– Думаю, она смогла бы сделать больше, если бы не это всё – я раскинул руки в стороны.

– О да, она бы смогла, – улыбнулся Крейг. – Я ещё когда её нашёл обнаружил у моей дочери удивительную целеустремлённость. По крайней мере для девушки, живущей на улице и выживающей каждый день. Знаешь, где она сейчас?

– Не знаю, – покачал я головой. Удивительно, но я мог лишь сказать, что Гинис где-то в городе, но вся моя сеть не могла дать мне конкретное место.

– А если подумать? – Крейг уставился на меня. – Попробуй хоть раз включить мозг. Хорошее, между прочим, умение для главы клана.

Я задумался. Если бы я был набожной девушкой с бедами с головой, куда бы я направился?

– Церковная школа? – предположил я.

– Гляди-ка, гении мыслят одинаково, – рассмеялся Крейг. – Наперегонки?

Кто быстрее: лисица на суше, или кальмар на суще? Ждать Крейга у церкви мне пришлось минут десять. Пока ждал, успел разведать чуть территорию. В церкви посреди ночи горели свечи – очевидно, что Силантий и Понфирий, местные священники, снова протирают струны души. В бараках и в школе света не было, но движение время от времени я чувствовал, что не мудрено.

– Ну как? Тут она? – наконец появился Крейг.

– Надо искать, – ответил я. – Гинис прячется, и прячется хорошо, будто знает о моей сети.

– Знает, – кивнул Крейг. – Я ей когда-то объяснял, как это работает, да и одержимые куда тоньше чувствуют теневые техники.

Мы вошли на территорию церкви и направились к полуразрушенной церквушке.

– Ну и разруха, – поморщился дядя. – Клан без главы, смотрю, совсем позабыл о своих территориях.

– Как разберёмся с Ковеном, я возьмусь за это, – вздохнул я. Помог бы ещё кто, а то у меня ни капли понимания, как организовать перестройку целого района города.

– Уж не забудь, – кивнул Крейг. – Для многих местных весть о новом главе стала лучом надежды, что вскоре их существование в этом городе станет легче и приятнее.

Мы добрались до церкви и вошли внутрь. Как я и думал, два священника действительно распивали очередную партию бутылок с мутной водой. Интересно, они перерывы делают? На сон например? Или у них чисто перекуры?

– Ой, Дима, – заметил меня Силантий. – Что-то вы к нам давно не заглядывали.

– Дела были, – отмахнулся я. – В другом городе.

– Наслышаны, – кивнул Понфирий на газету, служившую импровизированной скатертью.

– Я тут ищу одну из ваших воспитанниц…

– Гинис тут, – указал за спину Силантий.

Я посмотрел в указанную сторону и действительно обнаружил там фигуру на коленях под крестом.

– Нашлась пропажа, – усмехнулся Крейг и направился к девушке, а я остановился. Что-то мне тут не нравилось.

Я осмотрел двоих спокойно распивающих мужиков, оглядел внутреннюю разруху и уставился на Гинис. Та вообще не шевелилась, лишь её губы беззвучно двигались.

– Доча, – Крейг подошёл к девушке и присел на корточки рядом. – Папка вернулся.

– Крейг… – я не успел среагировать, когда дядю откинуло от девушки ударом тёмного крыла.

Крейг врезался в стену и со стоном осел на пол, глядя на девушку.

– И ты смеешь появляться передо мной? – эхом разнеслось по помещению церкви. Девушка поднялась с колен и оказалась перед своим приёмным отцом. – Ты обманул меня! Обещал спокойную жизнь в кругу семьи, а в итоге что? Пустил меня на опыты?

– Гинис, я не смог тебя защитить, – прохрипел Крейг. Из его голоса исчезла напускная несерьёзность.

– Но ты обещал! – Гинис занесла руку. Мгновение, и она обезглавит единственного человека, который действительно о ней заботился, но тут есть я.

Я оказался рядом с девушкой и схватил её за руку.

– Гинис, прекрати, – строго сказал я.

– С тобой, Са-шень-ка, я поговорю позже, – оскалилась девушка.

– Несомненно, – крепче сжал я ручку монашки. – Но только тогда, когда перестанешь быть одержимой.

– Несомненно, – повторила монашка. – Только я не вернусь к «нормальному» состоянию. Я стану вашим злым роком, отомщу десятикратно за всё, что вы со мной сделали.

Сказав это, девушка расправила крылья и взмыла в воздух. Я расправил крылья, данные мне тенью лебедя, и взлетел следом. Не знаю, что было сейчас в голове у монашки, но отпускать её сейчас было нельзя. Боюсь представить, куда безумие заведёт Гинис, да и не хотел я, чтобы девушка сделала что-то, о чём позже сильно пожалеет. Как будто она и без этого будет мало сожалеть.

Глава 21

Рождённый ползать летать не может. Так написал Горький в своём (почему-то) стихотворении, а я, будучи школьником, прочувствовал всю суть псевдонима писателя, когда учил наизусть сие произведение без капли рифмы. Собственно, это я к чему…

Может ли человек, впервые летящий на дельтаплане, поймать в небе птицу? А если эта птица ещё и яростно отбивается? Если ответы «Да» и «Да», то кому-то пора проконсультироваться с психиатром. Мне бы вот не помешало. Гинис летала всю жизнь. Её крылья – логическое продолжение её тела, как у меня хвост и когти, а её стихия – небо. Я же хоть и понимал инстинктивно как пользоваться крыльями, угнаться за девушкой не мог, и разница в силе совсем не помогала. Девушка ещё и острейшими перьями успевала кидаться, когда я умудрялся её нагнать.

Так мы и летели. Невредимая Гинис, которую отсутствие потолка совсем не смущало, и я, дырявый во всех смыслах и желающий удариться головой в какую-нибудь преграду, чтобы закончить это безобразие. О том, чтобы сбить девушку на землю и речи быть не могло – мне догнать её уже было достижением. Удивительно, что я содержимое желудка ещё не растерял.

Монашка ещё и кричала что-то. Жаль, что я не мог её выслушать из-за оглушающего ветра, а я очень хотел. Недовольство девушки понятно, а вот следствие его казалось совсем бредом. Да, извинениями тут не отделаешься, но лететь хер пойми куда и мстить… Да, Гинис тот ещё мстюн.

Панорама Романовска с высоты в несколько тысяч метров завораживала. Остановиться бы и полюбоваться, да вот бесы в башке Гинис не давали. И что делать? Я попробовал использовать техники, даже привязался щупальцем к ножке монашки, чтобы не отставать, что девушку очень впечатлило. Настолько, что она тут же рухнула вниз и на бреющем полёте впечатала меня в стену многоэтажки.

Было ли это причиной удара головой, или мои умные мысли наконец догнали меня, но я таки додумался преследовать девушку по земле, где уже я ей фору могу дать, а в воздух отправить тень, недавно стыренную у самой Гинис. Петлять по улицам долго не пришлось, и уже спустя минут пять мне стала очевидна цель монашки. Она на кой-то ляд двигалась к месту сбора нашей миротворческой группы, и что-то мне подсказывало, что стать добровольцем в планы девушки не входит.

– Слушай, твоё величество, – оправдывался чутка помятый Элементаль, которого таки достали из багажника машины Сакуры, – я ничего против тебя и твоих порядков не имею. Я бы и рад в сомнительную перспективу не соваться…

– Но ты влез, – перебил мужчину Леон, сидящий тут же в кабинете. – И влез очень глубоко. А когда тебя прижал мой внук, вместо сдачи произошла драка.

– Они угрожали моей семье! – возмутился Элементаль.

– Владимир, – усмехнулся Император, – лицемерие тебя совсем не красит. Мне известно, что ты участвовал в устранении своей бывшей жены, Кристины Тервос. Да, сделал всё чужими руками, но ведь наводка была твоей. Хочешь сказать, что твоя семья ограничивается только самой младшей дочерью?

– Но ведь по плану старшие должны были перейти ко мне, – возразил Владимир.

– Удивительно, но они без проблем смогли сложить два и два, – прикрыл лицо рукой Леон. – И получили они в итоге верный ответ. Ответы, я бы сказал.

– О том, как они вышли на убийцу своей матери и что сделали после, мы поговорим потом, – покачал головой Император.

– Верно, – кивнул Леон. – А сейчас, Володя, будь добр, расскажи о своих горе-друзьях.

Владимир с секунду с кислой миной разглядывал карту подземной части Романовска, после чего указал на одно из зданий. От объяснений его отвлёк внезапно оживший радиоприёмник, проигравший сначала мелодию пианино, после чего какой-то неизвестный исполнитель начал петь «Каждый вдох отзывается болью в груди…». На третьей строчке песни снаружи донёсся грохот, словно столкнулись два автомобиля под окнами занятого здания.

Забегая вперёд, песня была Пламенева «Наш мир», а источником грохота была Гинис, которую на подлёте к окнам кабинета Императора сбила собой тень огромного лебедя, отшвырнув в машины на парковке. Я уже был тут, и давать монашке возможность взлететь снова я не собирался. Щупальца выросли из теней на мокром асфальте, опутав сопротивляющуюся девушку. Таки поймал на грани фола. Ещё чуть-чуть, и быть проблемам.

– Ты извини, сестричка, но тебе нужнее, – сказал я, защёлкивая на шее Гинис подавитель, отобранный у Владимира под его честное слово не бузить.

В ответ монашка вздохнула и с ненавистью посмотрела на меня. Знаете, мне точно нужен семейный психолог. Сходим к нему я и Гинис, она изобьёт меня воздушным шариком, или как там распри между родственниками решаются у хранителей семейных отношений, и пойдём в светлое будущее рука об руку. Если сам психолог выживет, будет совсем сказка.

Впрочем, сильно ошейнику я не доверял. По собственному опыту могу сказать, что он не в состоянии сдержать одержимого Гримма, и ещё в Исходном чуть не стал причиной кровопролития кучки самоуверенных шлюшек моей скромной, но очень злой персоной.

Я и Гинис вошли в кабинет Николая и устроились рядом с Леоном. Дед смерил нас грозным взглядом, хмыкнул, и вновь уставился на карту подземного города, на которой Владимир указывал какие-то объекты и описывал их.

Подземный Романовск считался городом беззакония. А что? Света нет, транспорта тоже, значит будет гнездом бандитизма и оплотом преступности. Беда как раз была в том, что внизу с законом было ещё жёстче, чем на поверхности. Сверху за преступниками присматривали полиция и кланы, и то не сильно, так как и преступников было не много. Внизу же обитали семьи вампиров, откинувшиеся зеки и другие индивиды, которым условия жизни на поверхности были не комфортными. Вампиры очень жёстко смотрели за соблюдением порядка, а каждого психа, решившегося нарушить закон, ждала учесть стать закуской кровососов. Не сказать, что тёмных дел в подземельях не мутилось, но обитатели любили рубить с плеча, что было нехилым сдерживающим фактором.

Вообще, изначально подземный Романовск был основным городом. Император желал держать одарённых в надёжном бункере, но из-за проблем с логистикой и постоянными подтоплениями сверху вырос обычный город, в который и перебрались многие кланы, не терпящие сырости и дефицита витамина D. Город внизу зарывался на две сотни метров, постоянно стоял на воде, из-за чего автомобильных дорог там не было. Единственным способом быстро перемещаться по городу был монорельсовый поезд, соединяющий все районы подземелья в единую сеть. Остальное расстояние топали ножками или использовали элекросамокаты, велосипеды и им подобные средства передвижения.

Здание, в котором засел Ковен, находилось на удалении от линий монорельсов, но стояло близко к старым тоннелям, которые использовали для доставки стройматериалов в такие давние времена, что сами тоннели были давным-давно заброшены или просто завалены и обжиты теми, кто не мог позволить себе ночлег в нормальных домах. Да, многие бездомные Романовска обитали именно в подземелье, и я их не виню. На верхних уровнях не было вечной влаги, было постоянно тепло и работа всегда была, так что какая-никакая копейка всегда водилась.

Беда была в том, что из-за невозможности проезда транспорта было невозможно быстро добраться большому количеству бойцов к нужным зданиям. Засекут ещё на подходе, и было бы прекрасно, если местные не станут лезть на вооружённых вторженцев. А я был уверен, что просто так подойти к базе Ковена у нас не получится. К тому же нужно было оставить людей у ближайшего тоннеля, чтобы те не дали уйти Ковену, когда начнётся облава.

Леон долго гипнотизировал несчастную изрисованную карту, соображая план действий. Могло показаться, что деду было в тягость разрабатывать адекватную стратегию, но я улавливал, что Леон наслаждается.

Перед вылазкой я умудрился немного поспать. Не должен был, но Император здраво рассудил, что валящийся с ног я ему не сдался. Меня отдали в нежные руки Сакуры, и я, приняв рядом с ней горизонтальное сразу же отрубился.

Снились ли мне сны? Ага, тёмный зал, трон, тени. Но было отличие. На троне сидел не Кейн, а я, а прародитель Гриммов стоял на колене предо мной в окружении других теней. Все были покорёженными, гротескными, но были и те, кто выделялся. Я привык, что у теней тело состоит из тьмы, а, следовательно, они тёмного окраса, но были несколько с белоснежными телами, сильно выделяющимися на фоне общей темноты.

– Ты что-то хотел, Кейн? – я опёрся щекой на руку, усевшись поудобнее на мраморном троне. Сомнительная штука, твёрдая, холодная, неудобная, ещё и способствующая развитию геморроя.

– Ты нас призвал, глава, – улыбнулась тень напротив. – Твоя власть над тьмой крепчает, и число твоих последователей растёт.

Я вновь окинул взглядом помещение и собравшихся. Вопросов было немало, но задавать их не хотелось. Появилось чувство, что я сам в состоянии до всего додуматься.

– Почему тут два тотема некоматы? – я остановился взглядом на практически идентичных переломанных кошках. Они отличались только цветом одного из глаз: у одной был зелёный, а у другой голубой.

– Ты сам должен понимать это, – ответила одна из белых теней с огромными рогами.

И я, что удивительно, понимал. Та кошка, что была с голубым глазом, принадлежала Сильвер, моей сестре из Исходного, а вторая – Касуми. Но почему они обе тут были?

– Твоя душа привязана к предыдущему миру, – пояснил Кейн. – А Некомата оттуда безоговорочно доверяет тебе, потому её тотем здесь.

– Ты же не станешь мне сейчас говорить, что всё это время я мог вернуться в Исходный? – спросил я, сопоставляя факты. Не, ну а что? Тотем Сильвер может попасть в Искажение, а я в Исходный не могу?

– Не стану, – кивнул Кейн. – Ты сам это сказал…

Пробуждаться в объятиях лисички мне понравилось. А вот осознавать, что девушка, пару часов назад желающая мне жестоко отомстить, спокойно спала на моей груди, зарывшись лицом в мою рубашку, мне не понравилось. Волосы Гинис почти приняли белоснежный цвет, а сама монашка даже не пыталась проявлять агрессию. Такая лапочка, так бы и затискал… Надо будет постучаться головой о что-нибудь твёрдое, а то меня из крайности в крайность бросает. По крайней мере, возможностей нанести себе черепно-мозговую травму у меня в ближайшем будущем будет навалом.

Нехотя я выбрался из объятий Сакуры и вышел из комнаты в коридор, где меня уже ждали.

– Сань, есть разговор, – Скорпиус выглядел чересчур озабоченным.

– Что случилось? – я автоматически осмотрел коридор на наличие слежки. Клянусь, раньше у меня такой привычки не было.

– Тебе не кажется странным поведение Ковена? Типа из-за одной неудавшейся атаки они засели на своей базе и не высовываются, отдали нам своего человека, не последнего, между прочим. У меня стойкое ощущение, что мы лезем в капкан.

В словах парня действительно были нотки здравого смысла.

– Согласен, – кивнул я. – Но чего они ждут? Делают вид, что загнаны в угол, чтобы ударить сильнее?

– Угу, – промычал Скорпиус. – И учитывая, что в пекло собирается сам Император, очевидно, кого будут выцеливать в первую очередь.

– А сил у них хватит?

– Элементаль понятия не имеет, сколько людей у них, и на что Ковен реально способен. Мы знаем, что у них есть как минимум один киборг, кучка Гриммов и мозгоправы. Уже не слабо, а это только то, что нам позволили увидеть.

– Леону с Императором говорил?

– Меня и слушать не хотят. Сказали, что разведка никаких ловушек не обнаружила, и сидят, отмечают грядущую победу.

– Вот что, Скорпиус, – у меня созрел план, дерзкий и тупой, но на том и держимся, – сходи к ним ещё раз и вновь тыкни в это, а заодно скажи, что я уже уехал на штурм. Поможет обратить внимание. Я поеду вперёд и сам посмотрю что там и как. Если всё так, как докладывает разведка, то моих ребят с головой хватит, а если это ловушка, то сможем предупредить.

Я вышел из здания и направился к машинам с Отвергнутыми, где меня уже ожидали все подконтрольные мне группы. Хорошо уметь отдавать приказы мысленно, столько сил и времени упрощает.

– Итак, мы собираемся совершить глупость? – уточнила подошедшая Диана. – Идём против Императора?

– Оказываем ему услугу, – поправил я девушку. – И творим глупости конечно. Наши готовы?

– Уже три часа как, – отчиталась глава Отвергнутых.

– Отлично, тогда выезжаем. Собираемся у въезда в подземку. Буду ожидать там.

Девушка кивнула и направилась к машинам, а я, как и ещё несколько Гриммов, решили «сократить» путь ножками по крышам.

У въезда стоял полицейский блокпост, во главе которого дежурила лично Таня. Женщина выглядела уставшей, постоянно зевала и прикладывалась к бумажному стаканчику с кофе.

– Мне уже доложили, что вы что-то попутали, – зевнула Таня, когда я приземлился рядом с ней.

– Мы на разведку, – пожал плечами. – Есть движение?

– Сидят и не рыпаются, – Таня отпила из стаканчика чёрной густой жижи и даже не поморщилась. – Что? Шесть ложек сахара. Должна же я как-то не спать.

– Я не осуждаю, сам бы от такого не отказался. Меня вообще вырвали из объятий девушки из Кубус.

– Их главы? – Таня допила сахар с кофе и выкинула стаканчик. – Да-да, всё я знаю. Променял меня на сладенькую лисичку, подлец.

– Тань, без обид, но ты мне как сестра больше, – зачем-то извинился я.

– И заметь, со мной можно было без угрызений совести резвиться.

– Ты даже не представляешь, насколько ошибаешься, – хмыкнул я.

Пока мы мило болтали, подъехали мои ребята и высыпались из машин. У всех лица перекошенны от ожидания и усталости. Бойцы, блин. Такие нехило навоюют.

– Итак, товарищи, – я запрыгнул на машину и обратился к Гриммам и Отвергнутым, – сегодня мы делаем историю, сегодня мы… Ха-ха, Бездна, вы такие серьёзные, что не могу. Расслабьтесь. Наша задача на сейчас – разведка. Займём указанные позиции и будем мирно намекать противнику, что выходить из здания плохо. Этим займутся Отвергнутые, а вот Гриммы пойдут со мной внутрь. Ищем наших сородичей и объясняем им, что в родном клане лучше. И пули чур лицами не ловим. У меня всё. Диана, командуй.

Лидер Отвергнутых кивнула и повернулась к бойцам, а мои тридцать человек подошли к въезду.

– Сделаю вид, что задремала, – зевнула Таня. – Только не смейте там помирать, это же всё бумажками мне на стол упадёт. И вот, – девушка протянула мне рацию, – на всякий случай, вдруг начальство поболтать захочет, а ты под землёй и без связи.

– Вы её слышали, – бросил я своим, идя в первом ряду. – Ищем наших, вытаскиваем, возвращаемся. По пути устраняем всех, кто оказывает сопротивление. Вопросы?

Гробовая тишина, даже сверчков было слышно, хотя насекомые уже должны были в спячку упасть.

– Вот и славно.

Продвижение по подземелью было простым. Слишком даже. Единственное что, пришлось отключить часть маячков, чтобы не перегружать восприятие. Ни на въезде, ни дальше на пути к предполагаемой базе не было ни намёка на засаду, а ведь подземный город был идеален для таких вещей. Складывалось ощущение, что в искомом месте нет никого. Ложное ощущение, ведь Дикого я чувствовал, и он ждал меня. Даже позу ту самую для ожидания принял, да на настенные часы поглядывал.

Мои ребята рассредоточились вокруг какого-то склада и ждали отмашку на вход. Внутри была толпа наёмников, и они были хорошо вооружены, но на рожон никто не лез. Напряжение такое было, словно я в вестерн на дуэль попал. Не то, чтобы я боялся начала стрельбы, но всё же бойню устраивать не хотелось, так что пришлось натягивать милую улыбку и рисковать собой, спокойно идя к главному входу. Особенно мой оскал оценили охранники, стоящие у двери. Бедолаги в масках держали меня на мушке трясущимися руками, но не просили остановиться или уйти. Странно.

– Г-господин Г-гримм, – обратился ко мне один, когда я подошёл поближе, – наша г-госпожа уже ждёт, проходите.

– Ага, – кивнул я, чуя подставу. С какого такого перепугу меня ожидают на базе противника? – Там это, ребятки мои. Наших заберут и уйдут, так что советую не мешать, – я махнул рукой, дав отмашку на вход.

– К-как с-с-скажете, – кивнул охранник.

Я вошёл, следом за мной потянулись мои бойцы, скаля рожицы готовым помереть от инфаркта солдатам.

– Спасибо, что провёл, – шепнул мне на ушко голосок Чарли.

– Ещё раз такое выкинешь – пожалеешь, – пробормотал я вслед невидимой девушке, пристроившейся за мной хвостиком с самого входа в подземелье. Знал бы, что Хамелеон пойдёт с нами, отправил бы её вперёд на нормальную разведку.

Внутри было не мало бойцов, все при оружии, за исключением Гриммов, попадающихся то тут то там. Мои соклановцы провожали меня недобрыми взглядами, хрустели костяшками и шеями. Как дети, честное слово. Их тени уже отозваны мной, чего они тут навоёвывать собираются?

– Где главный? – я подошёл к одному бойцу, и тот от неожиданности чуть не воткнул себе в ногу штык-нож.

– Н-наверху, – указал бедолага в сторону офисов и поспешил убраться подальше.

Да уж. Начинаю понимать, почему базу решили не покидать. С такими бойцами ни о каких сменах дислокации и речи быть не может.

– Боже, мы все подохнем, – услышал я вслед, когда подошёл к искомой двери.

Зачем же так драматизировать?

– Ну наконец-то! – встретил меня нетерпеливый возглас… Насти? Когда она успела сюда припереться? – Саш, опаздываешь, – женщина постучала пальчиком по несуществующим часам на запястье.

Кроме жены Императора в комнате находились Дикий, Квин и Натрикс, плюс ещё несколько мужчин и женщин, которых я опознать не смог. Уверен, несколько из присутствующих из Каталисов, да и остальные явно были представителями аристократии.

– Та-а-а-ак, – протянул я, оценивая шансы скрутить всех без боя, – вы абсолютно точно хотите объяснить мне, что тут происходит.

Увы, моя чуйка сказала, что добыть всех здешних членов Ковена живыми не представляется возможным. С потерями – пожалуйста, но тут приходилось выбирать между двух стульев, надписи на которых были «Гримм» и «Каталис». Чтобы скрутить одних придётся расправиться с другими.

– В кои-то веки кое-кто решил не начинать с кулаков, – хмыкнул Натрикс, поправляя очки.

– В кои-то веки кое-кто не провёл мне очередной сеанс лоботомии, – передразнил я дядю.

– Хм-м, – протянул Уж. – Приемлемо. Один-один.

– Мальчики, мы тут не для детских споров, – осадила нас Настя. – Здесь и сейчас решаются дела государственной важности.

– Допустим, – вздохнул я и уселся на какой-то ящик. – Правда, вы могли бы решить их до моего приезда.

– Видишь ли в чём вопрос, – Анастасия склонила голову и уперлась пальчиком в подбородок, – ты, как бы, наше центральное звено в плане.

– Был, пока всё по жопе не пошло, – хмыкнул Дикий.

– Ещё скажите, что вы тут не Николая ждали, а меня, – улыбнулся я.

– Бинго! – рассмеялся киборг. – Десять очков Гриффиндору! – мужчина заржал механическим смехом, после чего махнул рукой, – Брось, ты всё равно не поймёшь. Никто не понимает.

Я тактично умолчал, что я понял. Хотя поворот неожиданный.

– Мы действительно ждали тебя, – кивнула Анастасия. – Благо, что я смогла предугадать твои действия. Наивный ты у меня, племянничек, и воюешь не в ту сторону.

Я склонил голову на бок, показывая интерес. Пускай поболтают, а я подожду, когда остальные ребята стянутся. Кстати, уже слышу их… И выстрелы. Какого чёрта? Они слишком далеко, чтобы стрелять по складу.

– А вот и кавалерия, – вздохнул Натрикс. – Давай расскажу в двух словах, чего мы хотели.

– Так, я придумала, я и расскажу, – прервала мужчину Настя. – Дело в том…

Без меня меня женили короче. Ковен хотел вполне себе законно сместить Императора с трона, выдав его дочурку замуж… за меня. Почему за меня? Чтобы ребёнок был супер-мега-имбой. Ну а ещё потому что я был послушной марионеткой, и на троне сидел бы чисто для галочки, пока знающие дяди и тёти через наш брачный союз занимались страной. Звучит бредово? А насколько бредово это звучит с поправкой, что Император на самом деле отбитый на голову тиран, и за свой трон будет в упор стрелять и насмерть? Я не поверил, и Настя привела убедительный аргумент в виде свидетельства о рождении некого Андрея Каталиса, который должен был быть на год меня старше. Почему должен был? Потому что любящий папка придушил его, когда ребёнок только родился. Свидетельство о смерти тоже мне под нос сунули.

И в чём тогда прикол? Зачем было то нападение на бал в Питере?

– У Коли спроси, – пожала плечами Настя. – Я тебе клянусь, что не имею к нападению никакого отношения.

– А как же ваш терминатор? – кивнул я в сторону Дикого, у которого лицо приняло несколько офигевший вид, насколько это было возможно.

– Ликвидация подставных улик, спасение членов Ковена, устранение ключевых лиц Ложи, – перечислила Настя. – Но не вышло, что и позволило Коле уже в открытую выступить против нас.

– Ладно, допустим я чуть-чуть поверил, – покачал я головой, прислушиваясь к выстрелам снаружи. Рация молчала, а чувство тревоги вопило, что нужно срочно убираться отсюда. – С чего вы решили, что он уступит трон мне после женитьбы? Что помешало бы ему устранить и меня?

– Андрюша умер в колыбели, о нём никто не знал. Вашу свадьбу же будут транслировать по всей Империи, так что убрать тебя не получится, – пожала плечами Анастасия. – И даже если бы у Коли вышло, мы бы показали народу на того, кто это сделал, и его бы всё равно свергли.

– Угу, то есть я для вас просто разменная монета? Пешка?

– Добро пожаловать в политику, – хмыкнул Натрикс. – Не обольщайся, ты и сейчас не более чем пешка. Только тобой ходит другой игрок, и он не намерен оставлять тебя в живых.

– И кто же меня убьёт? Ты что ли? Или это киборг?

– Оставлю это на интригу, – нахмурился и отвернулся Натрикс. – Мы все сегодня умрём, так что не вижу логику отказывать себе в маленьких радостях.

Все замолчали. За окном всё ещё стреляли, и я подошёл к нему, чтобы узнать, в чём дело. Кто-то атаковал моих людей. Ещё кто-то. Третья сторона? Или четвёртая? Я уже запутался.

– Глава! – в комнату влетел пацан из моего клана. – Нас ударили в спину! Отвергнутые несут большие потери и отходят к промышленной зоне. Мы заняли склад.

– Кто напал? – спросил я парня.

– Кто-кто? Твои «друзья», – улыбнулся Натрикс.

Чутьё взвыло, крича об опасности, и склад утонул в огненной вспышке.

– Тц! Не думал, что ты решишься предать супружеский долг, – покачал головой Николай, глядя на обгоревшее тело Анастасии. – И вы тоже хороши, – посмотрел Император на ещё кучу тел. – Клялись в верности, и что в итоге?

– Какого чёрта?! – прохрипел я, ощущая, как болезненно отрастает новая кожа. Меня ещё и обломками какими-то придавило. Вроде и фигня, но с обгоревшими конечностями много не поднимешь.

– Ой, а вот и мой несостоявшийся зять, – хмыкнул Николай и подошёл ко мне. – Неужели будет кого казнить за измену прилюдно?

Император рассмеялся, а за ним несмело рассмеялись вооружённые люди, снующие по пепелищу в поисках выживших. Увы, редкие выстрелы говорили, что не спасения ради людей ищут. В поле моего зрения попал Леон, держащий в руках отрубленные головы Квин и Натрикса. Вот ублюдки!

– Шучу, парень, просто шучу, – хмыкнул Николай. – Я не настолько глуп, чтобы упускать такую прекрасную возможность тебя убить.

– За что? – несколько равнодушно спросил я. Ответ меня мало интересовал, я просто тянул время для регенерации.

– Ты опасен, – пожал плечами Николай и отвернулся от меня, уставившись на дрожащую гору мусора и пепла.

Заревели двигатели, и мусор разлетелся под действием реактивного пламени Дикого. Киборг со скрежетом поднялся и, пыхтя, взлетел, активируя уцелевшее оружие в своём теле. Долго, правда, он не продержался – его сбила крылатая тень, приземлилась на искорёженном взрывом теле терминатора и принялась его рвать на части.

– Вот и всё, – вздохнул Николай. – Ты последний из Ложи и Ковена, так что осталось убить только тебя.

– В смысле последний? – я напряг остатки своих сил и связался с маячками Алисы и Алеси. Ничего. Розы? Тоже. Касуми? Нет…

– Мы провели успешную операцию по уничтожению мятежа, – ответил Леон, призывая в ладони огромный огненный шар. – Думаю, тебе уже всё равно, что твои невесты мертвы, ведь ты последуешь за ними.

Огненный шар подлетел на несколько метров ввысь и устремился в мою сторону.

«Кейн? Не хочешь выйти погулять?»

«Пора бы…»

– Кейн! – прохрипел я. – Разъеби их всех!

После моих слов весь свет исчез. Это не я в очередной раз отрубился. Это влияние Кейна на мир такое. Он же всё-таки первый Повелитель тьмы, причём с большой буквы. В темноте я лишь мог видеть очертания огромной трёхметровой тени, размахивающей клинком, что твоя доска для сёрфинга, и крики боли, раздающиеся с каждым взмахом. Можно было бы отключиться, дать тени сделать всё за меня.

Можно, но, сука, нет! Я этому старпёру глотку в задницу затолкаю, или наоборот, смотря, что первым мне в руки попадёт. Одержимость? Ярость? Угасающая человечность? Кому оно всё нужно? Я хотел быть человеком, хотел до конца делать ПРАВИЛЬНЫЕ вещи, а что толку? Мои правильные поступки привели к тому, что в этом мире не осталось никого, для кого я могу оставаться человеком. А в таком случае, пусть они все сгорят в чёрном пламени!

Императора обнаружить я смог быстро. Николай обозначал себя огненными вспышками, на мгновения освещая пространство вокруг, но Кейну были его снаряды побоку. Тёмного монстра не могли остановить даже Гриммы Леона, чего уж говорить о каком-то пирокинезе?

– Старый ублюдок! – взревел я, отследив по очередной вспышке перемещение Императора.

Боль, страх, конечности – я не чувствовал ничего из перечисленного, но это и не требовалось. Зачем мне жить в этом мире, где какой-то мудак отобрал у меня вообще всё? А вот Николая я заберу с собой в могилу. Император на мгновение отвлёкся, отправив фаербол в меня, но это было сродни плевку. Он бы ещё ладошкой махнул.

Игнорируя преграды, выпущенные снаряды и законы физики, я оказался перед Николаем. Я видел, как старик утопает в ужасе, видел, что сил у него осталось немного. И я воспользуюсь этим. Один приказ, и всё вокруг сало озаряться огненным кольцом, диаметром метров сто, чтобы видеть всё поле боя. Хотя как боя… Скорее это поле трупов, некоторые двигались лишь по недоразумению.

– Ты сгоришь изнутри! Ты ответишь за их жизни! – процедил я лицо Николая и развернулся к другому деду.

Леон управлял своей тенью, стараясь ранить Кейна, но его Химера изображала эпилептический припадок, не решаясь атаковать своего повелителя. Скорпион Скорпиуса делал примерно то же самое. Что же, пора терять голову!

Я оказался рядом с дедом и моим недобратом и положил им руки на плечи.

– Терпеть не могу предательство, – прошептал я им, наслаждаясь волнами ужаса от обоих.

– Забери меня, остальных не тронь, – прошептал Леон. – Они лишь исполняли мои приказы и не могли ослушаться.

– Занятно, – улыбнулся я, смахивая голову деда с плеч. – Ты убил всех, кто был мне дорог, а я должен выполнить твою «последнюю волю»?

– Только быстро, – всхлипнул Скорпиус, наблюдая, как голова Леона падает в пепел.

Я не стал мучить парня. Настроения не было. Голова Скорпиуса упала следом за телом Леона. Пока тело парня оседало на горы мусора и пепла, огненное кольцо стало затухать, и спустя всего десяток секунд единственной горящей точкой было тело Императора. Как говорится, король умер…

Эпилог

Сил не было даже ноги передвигать. Надо ли говорить, что прохожие в ужасе разбегались, едва моя обгорелая и измазанная грязью, кровью и пеплом тушка появлялась на горизонте. Я не знаю, куда шёл, но я чувствовал направление и просто переставлял ноги. Подземелье давно осталось за спиной, на поверхности было солнечно и как-то даже тепло. Увидеть утренний Романовск мне мешали картинки перед глазами: Николай, Леон, Скорпиус, Анастасия, Гинис, Дикий, Квин, Натрикс, Отвергнутые, которых ударили в спину и всех перебили, мои бойцы, которых порешали их соклановцы. Резня получилась знатная.

Искомый дом внезапно вырос перед глазами. Стены покрыты дырами от пуль, окна разбиты, вокруг кровь и несколько трупов у входа. Девочки не сдавались просто так. Первой я обнаружил Алису. В её остекленевших глазах застыл немой вопрос, а пистолет рядом с её рукой ещё дымился.

Чуть поодаль лежала Сакура. Судя по позе, её пули настигли во время прыжка. Некогда роскошная грудь превратилась в кровавое месиво. Ушки и хвост безвольно упали, и никогда больше не поднимутся.

Алесю я обнаружил в ванной. Видимо, Алиса закрыла её, чтобы защитить от нападавших, но девушка не собиралась корчить из себя принцессу. Леся прострелила замок и выскочила из ванны, когда кто-то из нападавших втолкнул девушку обратно и ударил её в горло ножом. Ужасная смерть.

Я упал на колени рядом с телом и обнял её, завыв от бессилия. Близняшки, как и Сакура, готовы были жизнь отдать за Императора, а этот ублюдок просто отдал приказ убить их. Сегодня вообще Империя понесла слишком большие потери, и я сомневался, что она сможет от такого оправиться.

Сил почти не было. Еле хватило, чтобы оставить записку кому-нибудь из Гриммов. Хотя, уверен, что мои посмертные желания никому никуда не упрутся, когда начнётся грызня за трон. Это я ещё молчу, что Империю по любому попробуют захватить соседи. Честно, мне уже плевать. Сил не было.

Так я и испустил дух, сжимая в объятиях тела своих девушек.

– Не пора ли домой? – было последним, что я услышал на границе разума.

Я не знал ответ на этот вопрос. Мне уже никуда не хотелось… Всех, кого мог, я подвёл, месть мне не помогла, а возвращаться таким разбитым в Исходный всё равно, что ядерную боеголовку скинуть. Я не хочу возвращаться…

Как будто у меня есть выбор…

Content

Извините, а герои городского фэнтези долго живут во второй раз?

Пролог и немного воспоминаний

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Эпилог