Сокрушая великих. Книга 3

Денис Деев. Сокрушая великих. Книга 3

© Деев Денис

© ИДДК

Глава 1

Какая собака покусала Лидию⁈ Не иначе как бешенство. Или… черт возьми! «Барракуда»! Просила же правительница Фрипорта вернуть ее в целости и сохранности. Но откуда она узнала, что мы ее потеряли? Догадалась? Или успела с Энн побеседовать?

Я вызвал из «Манты» убежище. На вызов ответил Теодор.

— Привет! Как у вас дела?

— Все отлично. Ремонт «Левиафана» идет с опережением графика. У Яна и нашей милой дамы тоже вроде все неплохо.

— Будь добр, переключи меня на милую даму.

— Сделано, — кивнул мне на прощание Теодор.

На смену ему на экране пульта управления появилась Энн.

— Лэт! Ты как? У тебя все хорошо⁈

Беспокойство в голосе Энн говорило о том, что, несмотря на все запрещающие параграфы, она переживала и волновалась за меня искренне. Но у меня опять не было времени, чтобы с ней наши взаимоотношения обсудить.

— Ты связывалась с Лидией? Что ты ей сказала?

— Я⁈ Прости — не успела! Я Мироном руковожу практически без отрыва. Они такие дуболомы, что без меня бы уже сто раз в Сиднее вляпались.

— Значит, ты с Лидией не разговаривала?

— Говорю же — нет.

Как вариант в «Барракуде» мог стоять какой-нибудь маячок, который за мной шпионил и передавал данные о состоянии подлодки во Фрипорт. Сам факт такого шпионажа, конечно, неприятен, но на мой взгляд волна ненависти, захлестнувшая Лидию, несоразмерна с потерей подлодки. Я был готов возместить ее стоимость. Даже в двойном размере, если с нею Лидию связывали особо теплые чувства и воспоминания. Но угрожать мне смертью? Явный перебор!

И самое неприятное — у меня нет возможности выяснить, почему Лидия вдруг слетела с катушек. Вызвать ее — только лишний раз злить. Поговорить с ее людьми можно, только лишь захватив их. А стоит ли это делать, если она и так ведет себя как тигр, которому хвост от всей души прищемили? Нет, надо выждать. Гнев похож на лесной пожар, сначала вспыхивает с устрашающей силой, потом, гудя, сжигает все вокруг дотла. Мне надо дождаться того момента, как от ее гнева останутся одни лишь тлеющие головешки. Вот тогда и побеседуем. А сейчас у меня есть куча других неотложных дел.

— Лэт, — вывела меня из задумчивости девушка, — ты не рассказал, что не так с Лидией?

— Она хочет нас убить, — без деталей ответил я.

— Убить⁈ Нас⁈

— Ну меня — точно.

— Давай я поговорю с ней.

— Не смей! — гаркнул я так, что девушка аж подпрыгнула. — И нашим передай — пока с Лидией на связь не выходить! И на ее вызовы не отвечать.

— Тяжело же Яну придется. Он ей какой-то подарок готовит.

— Передай — пусть пока свои подарки придержит, — ответил я.

Влюбленность Яна в дальнейшем может стать для нас серьезной проблемой. Затуманенный любовью мозг способен на самые опрометчивые поступки. Как бы Ян на сторону Фрипорта не перебежал. Надо с ним очень серьезно переговорить на тему опасностей любви, как только доберусь в убежище.

«Забиваем ресурсами каждый свободный уголок на „Манте“».

«Ага! Будем готовиться к войне с Фрипортом? Давно уже надо показать этим оборванцам, на что способны атланты! И вернуть себе наш город! Представляешь, какую базу там можно будет организовать? Хватит нам по убежищам мыкаться!» — завелась Альта.

«Не-не-не, нам с Лидией не стоит развязывать войну. Еще один фронт мы не потянем. Мы на другую войну собираемся».

Ремонтники еще не вывели харвестер на полную мощность. Но он и на половинной выдавал столько окатышей-конкреций, что скоро их пришлось складировать прямо в кабине.

«Елагин — стоп! У „Манты“ по плавучести большой запас, но мы его вот-вот выберем», — объявила Альта, после того как мы выгрузили новую партию.

Атлантка остановила нахлынувший на меня прилив жадности вовремя. «Манта», хоть и не затонула, но начала двигаться с грацией обожравшегося бегемота. Инерция выросла, управляемость упала, да так сильно, что я чуть не врезался в стену тоннеля, проплывая к шлюзу убежища.

В стыковочном узле встретила взволнованная Энн.

— Ян пытался связаться с Лидией, — предположил я, — а вы связали его самого и бросили в кладовке?

— Нет, — ответила девушка чуть не плача, и я понял, что случилось что-то серьезное и мои шуточки слегка неуместны. — Группу Мирона в Сиднее поймали.

— Как поймали⁈ — опешил я.

— Мы готовили диверсию на одном из предприятий, и их задержали. Точнее — всех убили при задержании! — И тут корш не выдержала, уткнулась мне в плечо и зарыдала.

Ну вот Энн и столкнулась с суровой реальностью. Когда ты берешь на себя управление группой людей, то автоматом на тебя сваливается и ответственность за их жизни. Терять свой первый отряд нелегко. В голове чехардой крутятся мысли — все ли ты продумал, не допустил ли досадной промашки, которая и привела к гибели людей.

— Все новостные ленты трубят о победе Ома и героическом уничтожении группы полковника Эрлинга! — сказала Энн и хлюпнула носом.

— Так и говорят? Это же замечательно!

— Чего⁈ — Девушка отстранилась и глянула, как на настоящего маньяка.

— В смысле я рад не тому, что мы потеряли Мирона. Я радуюсь тому факту, что Ом пренебрег одним из ключевых правил ведения войны.

— Каким?

— Никогда не объявляй о своей победе до того как ты ее на самом деле одержишь. Иначе она быстро превратится в поражение. Пойдем.

— Куда?

— В центр управления. Готовить новую операцию.

— В Сиднее⁈

— А где же еще?

— Ты слышишь меня или нет? Вся группа уничтожена! До последнего человека!

— Это на суше.

При разработке плана по саботажу производства в Сиднее я учитывал, что на суше противник превосходит нас и численно, и качественно. Но есть зоны влияния, в которых я могу пободаться с владетелем в лоб.

«Альта, мне нужны все чертежи вооружений атлантов!» — потребовал я, идя в зал управления.

«С ума сошел? Ты знаешь, сколько их?»

«Без разницы, я должен видеть весь наш потенциал! Давай разобьем все оружие на категории. И на три группы».

— Теодор, — вызвал я Божко, — бросай все, беги быстрее в командный центр.

— Не могу, я весь в ремонте…

— Ремонт подождет! Мне срочно нужны твои мозги!

— В каком смысле…

— В самом прямом! — отрезал я.

Альта не обманула — чертежей для убийства людей у атлантов за войну накопилось изрядное количество. Я один бы просто потонул в таком объеме информации. Но у меня были умелые помощники. Мнению Божко и Энн я доверял. А Яна отправил заниматься тем, что у него получалось лучше всего — охотой.

— Пока бери акул. Всех размеров и видов. Потом я скажу, кто нам еще понадобится, — проинструктировал его.

Набившись в центр управления, мы втроем листали схемы вооружений и отбирали отдельные чертежи для заранее обсужденной тактики.

— Нам нужны барракуды, крупные. Пятнадцать штук, — связывался я с Яном по мере того, как мы определялись с выбором.

— Мне что, разорваться⁈ — первый раз на моей памяти Ян возмутился по делу. — Вы десять минут назад заказали тридцать медуз! И сотню креветок!

— Раков-богомолов! Не перепутай! — поправил я Яна.

«Альта, мне надо, чтобы через полчаса ты изготовила еще два станнера для оглушения животных». — Ян явно не справлялся, и ему нужна помощь.

«Почему только два?»

«Божко я хочу отправить к харвестеру. Нам потребуется по-настоящему много ресурсов».

Набрав полную корзинку подарков для Ома, мы с Энн отправились на охоту.

И почему я раньше этим не занимался? Почему поручил увлекательнейшее занятие Яну, лишив себя моря удовольствия? По скорости с «Нереем» не мог соревноваться ни один житель моря. Ну разве что кроме той дичи, которую я сейчас преследовал. Стадо дельфинов спокойно подпустило меня и отдельные особи даже попытались со мной заигрывать. Ровно до первого удара станнера. Я подхватил оглушенное животное и закрепил на его дыхале шланг для подачи воздуха, чтобы она не задохнулось. И бросился вслед за остальными особями.

Преимущество в скорости в охоте на дельфинов не было решающим фактором. Как только я как следует разогнался, дельфины разделились на три группы, рванувшие в разные стороны. Я на несколько секунд замешкался, раздумывая, кого же следующим преследовать. И выбрал наиболее многочисленное стадо. Которое, впрочем, мне тоже преподнесло сюрприз — дельфины умудрились буквально на месте остановиться и развернуться. Я выстрелил, но даже виртуальный маркер прицеливания не помог, слишком уж быстрыми были их маневры. За спиной загудел движок, разогнанный до максимальной мощности.

Я смог приноровиться к резвой добыче только через полчаса досадных промахов. И даже после этого удалось добыть всего двух дельфинов. Вернувшись за первым, я отволок всю «связку» в убежище. Энн закончила со своими задачами раньше меня. Когда я только вылез из шлюза, она уже снимала с себя «Нерей».

— Как успехи?

— Норма выполнена, полковник Эрлинг! — Энн шутливо приложила руку к голове, отдавая честь.

— Отлично. Но! Никогда меня так не называй. Эрлинг был моим другом и наставником.

— И? — Энн не поняла, в чем загвоздка.

— И его убили. Вместе со всеми моими близкими.

— Ой, прости. Я не знала. В общем, я свою задачу выполнила — три контейнера доверху забила медузами. Как у тебя?

— Всего трех доставил в лабораторию. Надо еще как минимум десяток, — признался я.

— Тебе помочь?

«Не соглашайся, Елагин! Ты мужик, ты альфа-самец, ты сам дельфинов добудешь!» — подначивала меня атлантка.

— От помощи не откажусь. Дельфины — чертовски быстрые засранцы!

«Тьфу, слизняк!» — удостоила меня обидным прозвищем Альта.

Вдвоем поимка быстрых засранцев пошла намного быстрее. Я гнал выбранную стаю на зависшую в воде Энн, а она их обездвиживала быстрыми точными выстрелами, иногда добывая сразу по три головы с одного стада.

— А мы отличная команда! — сообщила девушка, буксируя за собой связку из пяти дельфинов.

Ровно столько же вез за собой и я.

«Елагин — тобой манипулируют! Эта гнусная лесть, направленная на то…»

«Энн не умеет ни льстить, ни лгать», — напомнил я Альте, а вслух произнес:

— Только в ловле дельфинов? Или?

— Или, — ушла от прямого ответа Энн. — Идея с Сиднеем у тебя замечательная! Отомстим этим тварям за Мирона!

Я к бандиту из Дарвина не испытывал каких-то особо теплых чувств. Не ввяжись он в авантюру с нами, ему рано или поздно в порту глотку за мошенничество перерезали. Мстить за него я уж точно не собирался. Для меня это слишком мелко, я же готовил нечто глобальное.

«Первый грузовой дрон ушел к харвестеру», — порадовала Альта.

Это было хорошей новостью. Мне нужен Божко, чтобы закончить ремонт «Левиафана», а «Манта» — для путешествия в Сидней.

— Лэт, тебе не кажется, что нам лучше подождать, пока не закончится ремонт крейсера? — спросил Теодор во время общего ужина в жилом модуле.

— Нет. Во-первых, доводить «Левиафана» до идеала мы будем еще долго. А до этого рисковать им глупо. Во-вторых, нельзя сразу светить все наши главные фигуры разом. На операцию идем только мы с Энн…

— Я тоже считаю, что вам давно надо побыть наедине, — с набитым ртом произнес Ян.

С заботой произнес, с сопереживанием. И как с ним бороться? Да никак. Самый простой путь борьбы со злом под вывеской «простота хуже воровства» — это игнорирование.

— Вы остаетесь в убежище. Носи́тесь с ресурсами, управляйте крабами, но постарайтесь к нашему возвращению максимально восстановить «Леви». Чует мое сердце, что нам скоро понадобится вся его мощь!

Друзей у меня не осталось. Да, Лидию можно лишь с большим натягом назвать моим другом. Но теперь меня окружают сплошь враги. И как это ни звучало печально, к моим друзьям можно отнести лишь оружие, выкованное на принтерах атлантов. Очень необычное и крайне эффективное. А еще воинство атлантов было по большей части мобильным — мне не пришлось запихивать в «Манту» барракуд и дельфинов. Они до Сиднейского побережья добирались своим ходом.

Несмотря на то что меня заставляли торопиться обстоятельства, развертывал я игрушки атлантов не спеша. С чувством и толком. Смакуя, как будто на шахматной доске расставляя фигуры для будущей блестящей партии.

— Медузы на месте, — доложилась Энн, забираясь в подводную лодку через шлюз.

— Еще не все, забирай новый контейнер и расставляй их тут, тут и тут. — Я тыкал в виртуальную карту, создавая виртуальные метки.

Ян зря надеялся, что, когда мы с Энн останемся наедине, нас захлестнут романтические чувства. По дороге в Сидней дошлифовывали тактику, а прибыв на место, незамедлительно приступили к ее воплощению. Гонял я Энн как Сидор свою козу. Девушка уже десять часов практически не вылезала из «Нерея» и возвращалась на субмарину только для того чтобы заменить в нем аккумуляторы. Я сам тоже пахал в поте лица. Ну как пахал, сидел в кресле, подключенный по нейроинтерфейсу к системам «Манты». Животными со встроенными имплантами напрямую управляла Альта. Мне лишь требовалось давать ей общие указания.

Прямо сейчас атлантка гнала в сиднейский порт стадо дельфинов. Причем делала она это так, что стая выглядела максимально беззаботно. Животные резвились, нарезали круги, выпрыгивали из воды и всячески развлекали собравшихся на палубах крупнотоннажных судов матросов.

Дельфины вызывали у работников порта и моряков неподдельный восторг и радость. Помимо того, что появление этих милых животных было хорошей приметой, так еще стадо вело себя совсем беспечно, снуя между причалов и вплотную подплывая к пришвартованным к ним громадным пузатым кораблям, вызывая овации.

Хотя на месте моряков я бы так сильно не радовался. На поверхность поднимались и показывались на глаза людям только те дельфины, которые сбросили прозрачные контейнеры-тубусы, крепившиеся к их брюхам. Контейнеры опускались на дно, круглые крышки на их концах откидывались, выпуская мое воинство — тучу щедро окрашенных в оранжевый и синий раков с клешнями, прижатыми к груди будто бы в молитве. Распрямляя эти клешни, раки могли наносить сильные удары-щелчки, разносившие в труху раковины моллюсков или панцири других ракообразных. Ну, по крайней мере, так было до того, как над раками поработали технологии атлантов. Альта усовершенствовала не только их клешни, но и ноги под брюшком, превратив их в самые настоящие весла. Благодаря им богомолы могли относительно неплохо плавать. Что они и сделали, порхая в воде, как бабочки, устремившись со дна к корпусам пришвартованных кораблей.

Дельфины же, устроив на прощание серию кульбитов, порт покинули. Животные, получив от Альты последний приказ, пошли к убежищу самостоятельно. На сегодня их миссия закончена, но такие одаренные помощники мне явно пригодятся в будущем.

В порт начали потихоньку затягиваться новые действующие лица, не вызывавшие никаких эмоций у его работников. Да и какие эмоции может вызвать студень, который мотает туда-сюда по океану по воле волн и ветра. Если к дельфинам люди относились с воодушевлением, то к медузам — никак. Плывет себе эта странная слизь, и пусть плывет. Хотя на месте службы безопасности порта я бы все-таки повнимательнее присматривался к тому, что к ним в порт море заносит. На куполе каждой медузы Альта нарастила небольшой выступ из имитирующего студень материала. Он по сути своей был маломощным радаром, который бил максимум на триста-четыреста метров. Но медуз заплыло в порт много, и их радары перекрывали практически всю площадь. На «Манту» разведчики-студни передавали данные тоже необычным способом. Встроенный в тело минивибратор прямо через воду выстукивал данные шумом, который практически нереально отличить от естественного звукового фона моря. Из отрывочных данных можно слепить общую картинку порта Сиднея. И там было на что посмотреть — мало того, что Сидней являлся одним из крупнейших производственных городов в мире, так еще одним из важнейших логистических узлов. Тридцать шесть причалов, штабели из контейнеров, бесконечные вереницы конвейеров и складов, разгрузочные краны, торопливые буксиры и величавые корабли-гиганты, коих сейчас в порту находилось аж тринадцать штук. Все это приносит Ому баснословные прибыли. Точнее — приносило. Попользовался чужим добром — и хватит!

Глава 2

Первыми в дело вступили самые, казалось бы, незначительные члены моего воинства. Мелкие раки, облепившие днища здоровых транспортников, по команде с «Манты» поджали лапки и, резко их выпрямив, ударили по корпусам кораблей. «Манта» находилась в десяти километрах от акватории порта, однако даже на таком приличном расстоянии наши сонары уловили многочисленные удары.

Щелк-щелк-щелк! Будто бы под водой бесновались тысячи сошедших с ума барабанщиков, с невероятной скоростью отбивающих ритм палочками. Клешни богомолов были усилены с помощью сверхпрочной керамики, а мышцы — углеродным волокном. Каждый удар оставлял дыру размером всего лишь в мизинец. Для гигантов, имевших водоизмещение в полмиллиона тонн, угроза от такого отверстия смехотворна! Однако рак, медленно двигаясь по обшивке корабля, оставлял после себя перфорационную линию из таких отверстий. И раков тысячи!

На транспортах заорали тревожные сирены. В воздух взмыли патрульные дроны, до службы безопасности дошло, что ЧП разом на всех кораблях в бухте просто так не случается. Но что могли сделать вооруженные ракетами крылатые хищники? Бестолково сновать над погибающими кораблями? Ни засечь мелких монстров, терзающих корабли, ни тем более атаковать дроны-истребители были не в состоянии. Видя полную неспособность СБ адекватно отреагировать на угрозу, часть кораблей в авральном порядке начала отшвартовку. К ним спешили буксиры, на ходу выстреливавшие тросами, которые сами прикреплялись к бортам. Однако кроме лишней суеты и паники эти маневры ни к чему хорошему не привели. Раки, сидевшие на днище, продолжали выстукивать дробь, как осатаневшие. Там, где пробитые ими дорожки пересекались, у кораблей вываливались целые куски корпусов, в пробоины водопадами хлестала вода. Заливаемые забортной водой гиганты стали крениться в разные стороны.

— Они начали что-то понимать, — кивнула Энн на экран радара, где появилась россыпь новых точек. — Подлодки подтягивают с внешнего рейда.

Ом охранял свою жемчужину на совесть. Готовые к немедленному старту истребители, субмарины, поджидающие диверсантов на подходах к порту. Однако и подлодки ракам-богомолам были нестрашны. Что сделает командир субмарины, обнаруживший кишащих на корпусе паразитов? Прикажет залп торпедами отдать? Да пожалуйста, лично я только порадуюсь. Как вариант, конечно, он может выпустить ныряльщиков, чтобы те соскребали раков руками. Но, во-первых, богомолы за себя постоять могут — попробуй такого ухвати, запросто без пальцев останешься. А во-вторых, пока их всех соберешь, от корпусов одни только рожки да ножки останутся.

Я мог бы подождать и в стороне, пока дело закончится. Но задачи у меня были другие. Не просто нанести Ому огромный материальный ущерб, но и заставить понести имиджевые потери. Мне нужны не просто убытки, а полный разгром! На этот раз акул-потрошителей я решил не использовать. Они уже нападали на подлодки Ома, и сонары гвардейцев чисто теоретически могли их идентифицировать. Хочешь удивлять противника? Тогда для каждой новой встречи с ним готовь сюрприз!

На помощь затапливаемым судам спешило сразу шесть боевых субмарин. Грозная сила, способная остановить на первом этапе любого захватчика. А на втором — должна подключиться гвардия Ома полном составе.

Неподалеку от «Манты» болталось мое основное оружие. Стайка из двенадцати барракуд. Каждая рыбина была начинена взрывчаткой. В буквальном смысле слова начинена — оборудование Альты накачало мышцы и органы рыбы жидким взрывчатым веществом, срабатывающим от миниатюрного детонатора. Альта меня убедила, что барракуды имеют высочайшую эффективность против маломерных субмарин. Поэтому на перехват подлодок я отправил только шесть живых торпед.

Морская щука могла потягаться в скорости с дельфинами, развивая до сорока километров в час. Серые тела заскользили к подлодкам. А те на приближающихся рыб не обратили никакого внимания. Их вокруг снуют тысячи, и для радаров субмарин между ними нет никакой разницы. Взрывчатку же в телах барракуд можно обнаружить только при тщательном лабораторном исследовании.

Бабах! Первый взрыв был различим и без всяких датчиков, вода замечательно проводила звук. Хотя получился относительно несильным, много взрывчатки в рыбину не запихаешь. Однако одной лишь взрывчаткой модернизация тела барракуд не ограничилась. В их глаза и мозг мы встроили простейшую систему наведения, работавшую по принципу «целься туда, где шумнее». А где в подлодке шумит сильнее всего? Правильно, в двигательном отсеке. Попадание не уничтожило подводную лодку, но повредило ее двигательную установку и обездвижило. Она начала медленно погружаться и отчаянно подавать сигналы SOS на всех диапазонах. Ее подружки прожили недолго, взрывы прокатились один за другим, сливаясь в бесконечную череду. Радиоэфир раскалывался от сигналов бедствия. Его транслировали как поврежденные подводные лодки, так и начавшие уходить под воду прямо возле причалов транспортники.

Но служба безопасности порта не сдавалась. В самой акватории появились пузатые оранжевые шлюпки, начавшие подбирать моряков с транспортников. На южной оконечности порта от одного из ангаров в воду спустилась наклонная аппарель. По ней слетели в воду три патрульных тримарана, и они, поднимая волны, рванули к выходу из гавани.

«Катера включили активные сонары, прощупывают дно», — сообщила Альта.

— А эти по нашу душу, — увидела метки на радаре Энн.

До защитников порта дошло, что угроза исходит откуда-то из глубин.

— Не переживай. Мы сейчас из них самих душу вытрясем, — пообещал я.

Скупиться на этот раз не стал, на каждый спешащий на выход из гавани катер отправил по две барракуды. Тримараны двигались гораздо быстрее подлодок, и вероятность промаха по ним возрастала кратно. Да и барракудам оставалось жить считанные дни, внедренная в организм взрывчатка медленно их убивала. Так чего добру зря пропадать?

Наблюдать на экране за приближением меток катеров и живых торпед было очень волнительно. Расстояние сокращалось на глазах. Метки совместились и… ничего. Большого «бу-у-ум» мы не услышали.

«Готовь торпеды», — распорядился я, собираясь броситься в побоище на «Манте», хотя изначально этого делать не планировал. На сиднейский порт должна была напасть неведомая жуть из глубин. А «Манта» уже в сводках разведчиков Ома примелькалась.

«Не спеши, Елагин. Дай моим рыбкам шанс», — попросила Альта.

Рыбки возложенное на них доверие оправдали. Морские щуки прошли под днищами катеров, развернулись на догонный курс и… череда «бам, бам, бам» разнеслась по морским просторам.

— Уходим, — скомандовал я самому себе, потихоньку разворачивая лодку.

— Ом лично объявил план «Цитадель»! — воскликнула сидевшая на перехвате сообщений Энн. — Вход и выход в порт закрыт для всех транспортных средств!

Заключительный аккорд в этой пьесе уже должен был прозвучать без моего непосредственного участия. До диверсии мы разбросали тридцать шаров размеров с футбольный мяч. Ничего опасного они в себе не содержали — ни взрывчатки, ни оружия. Безобиднейшие штуки. По большому счету они являлись мощными динамиками. И под наше скрытное отплытие загремел марш Елагиных! Но перед этим они прокрутили короткое голосовое сообщение:

— С вами был полковник Эрлинг! Хорошего вам дня и настроения!

Пожелание «полковника Эрлинга» услышали тысячи работников порта и моряков торгового флота. Из репортажа в глобалнете о самом страшном теракте столетия упоминание об Эрлинге и бодрый марш удалили. Однако людская молва до владетеля обязательно донесет, кто в его любимом порту порезвился. И до других дойдет слух о том, что уничтоженный Омом полковник вдруг воскрес, да еще как, черт подери, красиво он это сделал!

— Ты молодец, провел отличную операцию, — похвалила меня Энн. — Ее на занятиях коршам преподавать будут однозначно.

«Да что бы ты там провел, не будь у тебя тета-животных⁈ Тоже мне, гений тактики и стратегии! — не удержалась Альта. — Но как она тебе заливает, а? Вообще всякий стыд и совесть потеряла!»

«Слушай, но ведь и правда все прошло на ура! И твой вклад в победу неоценим».

«Ой, да хорош подмазываться, Елагин!»

«А давай наш успех отметим? Мы же можем через биржу заказать пару ящиков вина? Пусть доставят по координатам в пустой участок моря, потом заберем. Как тебе вариант?»

«Ты еще меня спроси, какое я больше предпочитаю! — взревела Альта. — Красное полусладкое или сухое!»

«Э-э-э, ну прости…»

«Елагин, мне нужно тело! Срочно! Незамедлительно! Прямо сейчас! Никаких отмечаний и следующих заданий! Ни-ка-ких!» — забилась в истерике Альта.

«Потерпишь еще недельку! — отрезал я. — Но вино и всякие деликатесы закажи! Люди устали, им хочется праздника и отдыха!»

«Хорошо», — буркнула Альта.

— Сейчас мотнемся за вкусняшками — и на базу! Будем кутить! — подмигнул я Энн, которая ждала, пока закончится мой внутренний диалог.

— Круто! — На мордашке Энн нарисовалось неподдельное счастье.

Доставка в мире высоких технологий и дронов работала быстро и безукоризненно. Контейнер с напитками и закусками нам автоматизированный доставщик скинул буквально на голову. Доставщику было абсолютно без разницы, что ближайшее поселение находилось в пятистах километрах от точки сброса. Швырнул в открытое море и полетел себе дальше.

— Кажется, ты погорячился, — произнесла Энн, видя проплывающий мимо переднего иллюминатора гроб.

В ширину метр и в длину минимум два с половиной.

— Нормально, гулять так гулять.

Мы затащили гроб в «Манту» и на всех парах понеслись к убежищу. Предупреждать заранее о вечеринке Божко и Яна я не стал, собираясь сделать им сюрприз. Парни его заслужили однозначно.

Проплыв тоннель, «Манта» попала в стыковочный узел. Манипуляторы зацепили ее за скобы на корпусе и подняли вверх над шлюзовым бассейном. Аппарель откинулась, и мы волоком начали вытаскивать сундук с сокровищами.

— Народ, — закричала Энн, тянущая ящик спереди, — есть желающие помочь? У нас тут три ящика вина, между прочим!

В шлюзе мелькнула тень. Ждали наши товарищи возвращения, однако поведение проявили явно не товарищеское. Ян или Божко, я даже толком не успел увидеть, кто из них, вдруг врезал Энн в висок так, что не ожидавшая нападения девушка рухнула пол.

— Эй! — бросив ящик, я выбежал из «Манты». — Вы с ума посходили…

Яростный крик застрял в глотке, когда я понял, что стоящий передо мной человек не Божко. И уж точно не Ян. Напавший на девушку-корша был выше Яна на две головы и в три раза шире в плечах. Одет он был в «Нерей», что и сбило меня с толку, но его расписанная татуировками рожа говорила сама за себя — в убежище попал чужак. И чужак крайне опасный! В руках он держал короткоствольный карабин, приклад которого летел мне в грудь.

«Боевой режим!» — отдал я команду, по ней Альта должна активировать все импланты для драки. И спокойно принял удар на грудную пластину — старина «Нерей» и не от такого тычка мог уберечь. Однако тычок вышел довольно сильным. Меня пошатнуло и отбросило на пару шагов назад. Ладно, бугай, теперь моя очередь! Оттолкнувшись, я прыгнул и полетел на него, вытянув ногу вперед, он взмахнул винтовкой, отбивая мой выпад. Я согнул ногу, врезаясь в противника коленом и сбивая его на пол.

Надо же, как быстро отвык от привычки держать всегда при себе оружие, хотя бы церемониальное. Оно ведь создано не только для того чтобы подчеркивать мой статус, но и служит неплохим подспорьем в случае непредвиденных обстоятельств. Вот как сейчас, к примеру. «Живорез-Сияющий» меня бы в данный момент выручил. Однако он остался закрепленным на стене пилотской кабины «Манты». Ну ничего, мы с Энн только шлемы сняли, остальной комплект «Нерея» на мне. И его армированные титановыми нитями перчатки тоже можно назвать оружием ближнего боя.

Взгромоздившись на противника сверху и прижав его горло коленом, я начал методично, с двух рук, превращать его лицо в кашу. Раз-два, раз-два! Отлетела голова!

Только его разбитый в хлам нос начал надувать кровавые пузыри, в шлюз забежало еще двое противников, тоже вооруженных винтовками. Выжить у меня только один вариант — надо сближаться с ними как можно быстрее.

Оставив свою жертву на полу, я снова прыгнул, широко раскинув руки. Мне повезло — удалось сгрести и увлечь за собой сразу обоих. Точнее, повезло дважды, пока я летел, у меня прямо над головой пронесся плазменный заряд.

На мокром полу шлюза началась возня. Меня пытались ухватить за ноги, но я от души врезал налетчику локтем в лицо. Забрало его шлема треснуло, однако морду своему хозяину сберегло. На меня сверху попытался насесть другой нападавший. Подтянув ноги, я резко их выпрямил, отправляя его в полет, закончившийся в бассейне шлюза. Броня на громиле была обычная, пехотная. И удовольствия от внезапного купания не принесла, а, наоборот, начала тянуть его вниз. Пока он выберется, успею расправиться с его дружком. Я вскочил с пола и развернулся к нему.

— Елагин, стой!

Я повернул голову на окрик. Пока возился на полу, в стыковочный узел успело забежать еще несколько человек. Среди них пара громил, всклокоченный Ян и Лидия… прижимавшая ствол пистолета к голове не успевшей подняться Энн.

— Снимай с себя костюм, — прошипела она, — или я прострелю ей башку!

Чертов параграф чертового кодекса коршей! В «Нерее» против этой толпы у меня был пусть и призрачный, но шанс. По крайней мере, я сбежать могу, прыгнув в бассейн, вставив в рот резервный шланг подачи воздуха. Но если попытаюсь это сделать, Лидия убьет Энн без малейших колебаний! И мне, в общем-то, было бы на это плевать, если бы я не успел к девушке сильно привязаться.

— Хорошо, не стреляй! — Я поднял руки над головой.

— Костюм. Живо! — произнесла Лидия сквозь зубы.

Боже мой, сколько же ненависти в голосе! Да что такое я сделал⁈ Какое непоправимое зло сотворил?

«Альта, где вся наша хваленная система обороны⁈ — спросил я атлантку, медленно снимая правый наплечник „Нерея“. — Почему она не реагирует на чужаков⁈»

«Сама не понимаю! Тестирую», — отозвалась Альта.

«Шевели своей виртуальной роскошной попой! Нас сейчас, возможно, убивать будут!» — призвал я ее поторопиться.

«Шевелю я! Так, турели нормально функционируют по всей базе. Все, кроме той, что под потолком стыковочного модуля. Его кто-то вручную вывел из строя».

«Зашибись. Предательство?»

«Однозначно! Крабов-охранников прямым приказом отправили за пределы узла. Они сейчас за закрытой дверью, но могут начать ее прожигать по команде. Лидия и ее бойцы контролируют только узел и примыкающую к нему шахту перехода. Попробуют пройти дальше — система безопасности их порвет в клочки».

«Никаких телодвижений без команды!» — Пока крабы смогут пробиться в узел, меня и Энн гости из Фрипорта успеют самих порвать.

Гадать, кто же из моих оказался предателем, долго не стал. Ян здесь. Стоит с бледным лицом рядом с Лидией. А вот Божко нет. Наверное, погиб, пытаясь остановить вторжение в убежище.

«„Манта“ может выпустить торпеды на воздухе?» — Мой мозг отчаянно пытался найти выход из критической ситуации.

«Нет, сработает блокировка».

«Выстрелить из волновой пушки?»

«Может, но ты без шлема. Тебя слегка контузит, как и всех здесь собравшихся. Сильно резанет по ушам, но не более».

Говоря с Альтой, я продолжил раздеваться. Не слишком быстро, чтобы потянуть время. Но и не слишком медленно, чтобы не раздражать Лидию.

Глава 3

— Вот так, молодец, — сказала Лидия, когда я швырнул на пол нагрудник, — теперь тебя можно убить, не испортив замечательную вещь.

— Лидия, — попыталась вразумить правительницу Фрипорта Энн, — что ты делаешь⁈ Мы тебе не враги!

— Ты нет. И Ян тоже, но этот, — Лидия направила мне ствол пистолета прямо в лицо, — он даже не враг. Он тварь, для которой смерть слишком легкая кара!

— Да что я тебе сделал-то⁈

— Ты разрушил всю мою жизнь!

«Вот заявление! Елагин, я что-то про тебя не знаю? Ты когда успел-то, если мы с тобой неразлучны⁈» — Альта решила не совсем вовремя проявить чувство юмора.

— А ты это не узнаешь, червь! Я хочу, чтобы мысль «За что?» сверила твой мозг, пока будешь умирать!

Похоже, эта взведенная сучка решила меня ухлопать прямо сейчас. Ствол ее пистолета прыгал, выбирая, куда пустить пулю, в левый глаз или в правый.

— Дорогая, — приторно елейным тоном проблеял Ян, — а давай я сам, а?

— Ян! — закричала Энн и тут же получила по голове рукояткой пистолета от Лидии.

Я чуть зуб не сломал, но не дернулся. Лидия оценивающе взглянула на меня, потом на Яна. И усмехнулась.

— А неплохое предложение. Как тебе осознавать то, что тебя постоянно убивают свои?

— Да никак. Со временем привыкаешь, — пожал плечами я, стараясь оставаться спокойным.

Но внутри взорвался самый настоящий вулкан. Еще бы немного, и крышка моего черепа откинулась, выпуская наружу потоки лавы.

— Отлично. Кончай его, — Лидия кивнула Яну.

Тот сделал пару шагов ко мне и достал из-за пояса пистолет. Направил мне его в грудь. Нажал на спуск.

— Не-е-ет! — закричала Энн, бросаясь ко мне.

Лидия ее не задерживала, видимо, собираясь посмаковать момент, когда девушка будет рыдать над моим телом.

— Блин, забыл с предохранителя снять, — извиняющимся тоном произнес Ян, повернувшись к Лидии и ее громилам.

— Ну так сними! Или я сама тебя пристрелю! — та взяла на мушку Яна.

«Давай! Гони сюда крабов!» — лучшего момента для спасения могло уже и не представиться. Я хотел воспользоваться возникшей в стане врага заминкой, мой мечущийся взгляд упал на оружие, которое держал в руках Ян. Так оно же и не могло выстрелить, потому что…

Хотя нет, со второй попытки пистолет все-таки сработал. Но Ян его направил как бы случайно на Лидию. Станнер для охоты в своей памяти держал все наши биометрические данные, поэтому заблокировал выстрел по мне. А вот по Лидии он отработал с превеликим удовольствием. Ян стрелял широким конусом, поэтому зацепил не только ее, но и телохранителей. Сработал пистолет на удивление эффективно — все трое рухнули как подкошенные.

— Ха! Круто я их? — Ян повернулся ко мне, и его подбородок встретился с моим кулаком.

В сознании он пробыл чуть дольше своих жертв. Выплывшего из бассейна противника и громилу со сломанным носом я оглушил станнером Яна.

И только после этого повернулся к Энн и спросил:

— Ты как?

По виску девушки на щеку сбегала струйка крови, зрачки расширены от ужаса. Но она нашла в себе силы, чтобы улыбнуться:

— Все хорошо, давай найдем, чем их связать.

«Не надо ничего искать. В „Манте“ есть транспортировочная пленка — используйте ее», — подсказала Альта.

«Отличная идея», — поблагодарил я ее.

— Давай их всех закуклим!

Последним в широкое полотно пленки мы завернули Яна, где-то посредине процесса он начал постанывать. Альта взяла под контроль системы безопасности базы, и валяющихся на полу стыковочного узла пленников окружили бронированные крабы с излучателями в клешнях. Можно выдохнуть и расслабиться. А также вспомнить про еще одного члена моей команды.

— Энн, — попросил я девушку после того, как сходил на «Манту» за мечом, — найди Божко.

«Система слежения обнаружила его маркер в жилом модуле», — подсказала Альта.

«Живого⁈»

«Не знаю. Сигнал очень слабый».

Отправлять Энн за Божко, который сейчас, возможно, валяется в луже собственной крови, было жестоко. Но оставлять ее одну с напавшими на нас налетчиками еще и опасно. Прозрачная пленка, в которую мы их запеленали, как куколок бабочек, выдерживала фантастические нагрузки. Однако у бандитов могло быть с собой скрытое холодное оружие или импланты, и они могли бы помочь им выбраться. Поэтому мне надо остаться на страже.

— Чувак, — простонал пришедший в себя Ян, — за что⁈ Я же помочь хотел, я же нас всех спас!

— Спас⁈ Да ты привел к нам в убежище Лидию! Ты нас предал!

— Нет, я хотел дать нам возможность договориться! Развяжи меня, я все объясню.

— Ага, сейчас, потерпи! Разрежу пленку вместе с твоей глоткой! — грозил я не впустую.

Меня на самом деле одолевало желание прикончить Яна прямо здесь и сейчас. А уже потом у Лидии выяснить, какого черта она на меня взъелась. От лютой смерти предателя спасло появление Энн. И слегка помятого, но бодрого Теодора Божко.

— Слава богу, ты жив! Что с тобой случилось?

— Предполагаю, что наш юный друг мне что-то подмешал в еду, — ответил Божко. — В его оправдание могу сказать, что он очень постарался и обед был великолепен. Правда, по его окончанию я почему-то уснул.

— Ты хотел отравить Теодора⁈ — Энн пнула лежащего на полу Яна в живот.

— Да снотворное это! Обычное снотворное! — оправдывался тот. — Мне надо было Тео нейтрализовать, чтобы спокойно переговорить с Лидией.

— Ах ты, скотина! — возмутилась Энн, еще раз угостив паренька пинком с хорошим замахом.

— Я бы не был к Яну так суров, мне кажется, у него имелся какой-то план, — предположил Божко.

— Да, конечно, имелся! Перестаньте меня пинать, и я вам все расскажу! — взмолился Ян.

— Ну уж нет! — Корш начала чуть ли не прыгать на парне, пытаясь втоптать его в решетчатый пол стыковочного узла.

Я тоже считал, что какова бы ни была у Яна версия происходящего, он достоин самого сурового наказания. Изгнания как минимум. А может, и смерти. Решить судьбу паренька мы могли бы и в своем узком клановом кругу. Но нам надо понять, что делать с гостями из Фрипорта.

Приводили мы их в себя довольно варварским методом. Брали за ноги и по очереди окунали в шлюзовой бассейн. Кома отпускала их нехотя. Они очнулись, но выглядели как потравленные тараканы. Глаза их смотрели куда-то в район переносицы, мысли путались, речь бессвязная.

— Бедные дельфинчки, — пролепетала Энн, глядя на мучения Лидии и ее команды. — Им, наверное, было так же плохо. Давай придумаем, как их ловить без станнера?

— Хорошо, — кивнул я.

«Вообще, наш станнер очень гуманное оружие, — Альта тут же попыталась обелить честь атлантов, — после его воздействия особь чувствует только опьянение и эйфорию. Без всяких негативных побочек».

«Так они сейчас пьяны?»

«Как моряки в порту», — хихикнула атлантка.

Я подошел к Лидии, взял ее за плечи и потряс.

— Эй! Осторожнее! Она тебе не мешок! — вступился за даму сердца Ян.

— Пасть захлопни! Иначе скину в бассейн. — Я не намеревался щадить его чувства. После пистолета у головы Энн я вообще никого из напавших и предателей щадить не собирался. Допросим — и в бассейн. А после этого мы и Фрипорт к рукам приберем. Сбудется мечта Альты — там снова заживут атланты. Пускай всего в количестве одной штуки. — Лидия!

Та постаралась сфокусировать взгляд на моем лице. Получалось у нее не очень. Причем свои попытки она сопроводила глупой улыбкой. Пришлось влепить ей пощечину.

— Ты меня слышишь или нет?

Взгляд у правительницы Фрипорта стал более осмысленным. И злым.

— А-а-а, Елагин. Еще не сдох?

Я тряхнул ее чуть сильнее.

— Сосредоточься! Почему я должен обязательно сдохнуть?

— Потому что ты крыса! Скотина, исподтишка убившая мою семью! — выпалила она и плюнула мне в лицо.

От плевка я увернулся.

— Она находится в неадекватном состоянии, — высказал авторитетное мнение Божко. — Я могу вколоть ей средство, оно окончательно приведет ее в чувство.

— Нет! Она говорит правду! — Ян даже под угрозой утопления продолжил защищать даму своего сердца.

— Совсем от любви крыша поехала. — Энн посмотрела на нашего бывшего соклановца с жалостью. — Когда это Лэт ее семью убивал? Он же с нами постоянно находился!

— Да не сейчас! Он убил ее семью в прошлом! — выпалил Ян, заставив меня задуматься.

В своей прошлой жизни я убивал. Да что там увиливать, я положил толпу народа. Вполне возможно, что среди этой толпы могли быть и родственники Лидии. Если бы не одно серьезное но — я не убивал бет. Чисто по технической причине. Они выше меня по иерархической лестнице, и мне было просто непозволительно их убивать! Стоп! Одну семью бет я все-таки жизни лишил, прямо перед моей собственной смертью.

Догадка, видимо, отразилась на моем лице. Увидев ее, Лидия хищно оскалилась.

— Вспомнил, да⁈

Она, извиваясь, попыталась на меня броситься, но я просто ее отпустил, и она повалилась на пол, продолжая дергаться.

— Ты… Родригес⁈

Лидия чуть не вцепилась мне зубами в лодыжку, и чтобы ее обуздать, пришлось сесть на нее сверху. Теперь активно завозился и запротестовал Ян.

— Будет дергаться — оглушите его из станнера, — бросил я через плечо, а потом обратился к брыкающейся Лидии. — Ты дочь Веры? Веры Родригес?

— Да, будь ты проклят! — Глаза у Лидии были настолько бешеные, что я подумал, что ее лучше еще раз оглушить, а уже потом допросить.

Пленка, в которую она была замотана, жалобно скрипела, едва сдерживая попытки выбраться.

— Но как? — опешил я.

— Вот так! Она была моей матерью! А ты ее убил! Животное! Ты убил всех моих родичей!

У Веры действительно была дочь. Ребенок, шести месяцев от роду. Однако после штурма Дома Власти мои бойцы ее не нашли. Я тогда не придал ее отсутствию в замке никакого значения. Ее могли спрятать в какой-нибудь тайной комнате или успеть вывезти. Но так или иначе дочь Веры на тот момент для меня никакой опасности не представляла. Но теперь… Теперь она готова прожечь только лишь взглядом.

— Послушай меня. Эй! Эй! — пришлось залепить Лидии еще одну пощечину, чтобы таки добиться ее внимания. Контуры пальцев моей руки белым пятном остались на шраме на ее лице. — Твоя мать подло уничтожила всю мою семью! Я выжил лишь по счастливой случайности.

— Лучше бы тогда сдох вместе со всей твоей родней, — прошипела Лидия.

Пат. Окончательный и бесповоротный. От Лидии надо избавляться. Аргументы типа «я убил твоих, потому что они убили моих» в данной ситуации бы не сработали. По себе знаю.

— Она не знала! — Ян при всей своей глупости смог догадаться, какая сейчас последует развязка, и решил заделаться адвокатом. — Лэт, она про это ничего не знала! Да и про то, что она Родригес — тоже!

Уровень веселья, тайн и загадочности рос буквально по секундам.

— Как не знала, что Родригес?

— Вот так! Ее долго держали в анабиозе, потом вырастили в приюте. И никогда никто не говорил Лидии, что она потомок Родригесов!

— Заткнись! — накинулась на своего спасителя Лидия.

Ей было тяжело принять запутанную донельзя историю о ее рождении.

— Но как ты узнала, кто ты? И кем были твои родители?

Ответом мне был еще один презрительный плевок. Лидия решила не идти на переговоры со своим кровным врагом.

— Ей информацию подбросили, про нее и про тебя. Оставили в баре диск с информацией. Там и видео с ее дня рождения. И штурм Дома Силы, — за нее ответил Ян.

Значит, подбросили. Не стали доверять дистанционным методам передачи данных. Оно и понятно — уж слишком полученная Лидией информация была горячей.

— И ты сразу и безоговорочно этому поверила?

— Она смогла идентифицировать и догнать того человека, который доставил диск, — опять за Лидию ответил Ян.

Вот в чем в чем, а в хватке Лидии не откажешь. Мне страшно было подумать, что она сделала с бедолагой, который имел несчастье доставить ей настолько ужасающее послание.

— И что ты с ним сделала? — спросил я напрямую у Лидии. — Запытала до смерти, а кишки по старой традиции на фонари намотала?

Удивительно, но правительница Фрипорта на этот раз ответила мне сама.

— Дала ему денег. Очень много денег.

— Зачем?

— Чтобы узнать, кто его послал.

— А тебе не все равно? Нашлись добрые люди, проинформировали.

— До этих «добрых людей» я тоже планировала добраться. После того как покончу с тобой. Эти «добрые люди» знали о моей семье. О твоей семье. И подозреваю, что «добрые люди» мне всю эту веселую жизнь и устроили. Кто же держал меня в анабиозе? Зачем? А потом швырнул на самое дно общества и родовую метку из церебрала удалил? Вопросов у меня к ним больше, чем к тебе, Елагин.

— И что ты выяснила?

— А оно тебе зачем? Ты же не отпустишь меня, правда ведь? — Лидия криво улыбнулась.

— Лэт! Мы можем… мы должны договориться! — в отчаянии закричал Ян. — Я же специально Лидию сюда позвал, и весь этот план, чтобы мы не убивали друг друга! А сели и как цивилизованные люди…

— С тобой, цивилизованный мой, мы отдельно поговорим. И боюсь, тебе наш разговор сильно не понравится. — Я лихорадочно решал, что делать с Лидией.

Она обладала ценными знаниями о тех людях, которые слили ей информацию о наших семьях. Какая-то организация, просуществовавшая целых триста лет, все это бережно хранила до поры до времени. И у меня к этой конторке тоже появилась масса вопросов.

— Пытать будешь? — правильно оценила ход моих мыслей Лидия.

Прибывшие с ней громилы тоже начали шевелиться. И я, чтобы оставить время на размышление, взял станнер и не торопясь вырубил их одного за другим. После допроса Лидии я понял, что как «языки» они мне без надобности. Я и на Яна направил ствол станнера, с Лидией мне разговор предстоит не из приятных. Лучше ему этого не видеть.

— Погодите, — вмешался вдруг Божко. — Я читал архивы атлантов и выяснил одну любопытную деталь.

— Может, мы об этом как-нибудь потом поговорим? — Любопытные детали из жизни атлантов меня сейчас мало волновали.

«Елагин! Слушай, что Божко говорит! Тут действительно интересная картина вырисовывается», — загудела в моей голове Альта.

— Хорошо, — сдался я, — вещай. Только в двух словах, нас дама дожидается.

— А я с удовольствием послушаю. — Лидии было выгодно потянуть время.

— В двух, боюсь, не получится. Тема их социальных исследований была глобальной. Но если коротко, то они предполагали, что существует некое общество, которое управляет практически всеми процессами на планете…

— Я тебе могу без всяких исследований сказать, кто всем рулит, — Лидия перебила хаймеда. — Это альфы, представляешь?

— Нет! — отверг ее догадку Теодор. — В том-то и дело, что по косвенным признакам атланты полагали, что это таинственное сообщество находится вне традиционной социальной системы. И даже выше ее!

— Выше альф? — Атлантам я очень даже верил, но мне показалось, что тут они сильно ошибались. Землей управляли два Высших Дома. Точнее, влияние каждого из них распространялось ровно на половину планеты. — Да ты шутишь⁈

— Нисколько, — замотал головой Божко. — Аристократы в играх этих такие же пешки, как и обычные люди.

— И что же это за организация?

— Атланты, к сожалению, этого не смогли выяснить. Но у них была теория, что войну с ними развязали не Дома, а именно эта тайная организация.

«Да, была у нас такая теория, — поддакнула Альта. — Но мы, к сожалению, так и не смогли выяснить, кто конкретно стоял за раздуванием вражды между атлантами и людьми. Мы видели знаки, отмечали централизованное управление и пропаганду, но так и не вычислили этого тайного врага».

— Так кто, говоришь, слил тебе информацию о вражде наших семей? — спросил я Лидию еще раз, но она отвечать не спешила.

«Елагин! Центр связи принимает многочисленные сигналы бедствия, — сообщила Альта. — На всех каналах. Эфир просто разрывается!»

Глава 4

«Что стряслось? Кто в беде?» — Новость о множественных сигналах SOS была, мягко говоря, несвоевременной. Долг, конечно же, обязывает на вопли о помощи реагировать немедленно, но мне бы и самому она не помешала.

Но когда я получил ответ от Альты, брови мои полезли на лоб.

— Ты и дальше можешь отмалчиваться, но, боюсь, у меня известия, которые сделают тебя более разговорчивой.

Лидия посмотрела на меня с полнейшим презрением и решила не отвечать. В ее глазах читалось: «Делай что хочешь, дальнейшую беседу с тобой я продолжать не намерена».

— Не хочешь знать, что Фрипорт как резаный орет в эфире «мэй-дэй» и «спасите наши души»… Ладно, хорошо. Не буду рассказывать.

— Что с Фрипортом⁈ — Лидия заскакала так сильно, что чуть не скинула меня.

— Тише-тише-тише! Успокойся. — Я едва не свалился с этой бешеной кобылки.

— Сволочь! — и не думала успокаиваться Лидия. — Оставь в покое Фрипорт!

— Да ты с ума сошла! Я и мои люди все здесь, я понятия не имею, кто вас там потрошит! Хотя кое-какие мысли у меня на этот счет имеются. Скорее всего, на тебя обиделись те люди, которые подбросили информацию. Не надо было их курьера перекупать. Не хочешь сказать, кто это, черт возьми, был?

— А-а-а, поняла, ты меня разводишь, да? — Секундное замешательство у Лидии опять сменилось на презрительную улыбку.

— Альта, спроецируй сюда данные сонарного комплекса, — я специально произнес просьбу вслух.

Проектор под потолком стыковочного узла зашевелился, возле подвешенной подлодки появилась полупрозрачная карта с отмеченным красной меткой Фрипортом. Вокруг подводного города расходились круговые красные волны. На каждой висела пометка SOS.

— Думаешь, мы готовились и заранее такую красоту нарисовали? — спросил я у как громом пораженной Лидии. — Нет, нападение на Фрипорт происходит здесь и сейчас.

Ее взгляд метался по тревожным сигналам.

— Скажи, кто передал тебе данные о наших семьях! — заорал я ей прямо в лицо.

— Евгеники! — гневно выплюнула она.

Мне как дубиной по голове заехали. Везде, во всех темных делишках замешаны монахи. Они, как вороны, преследуют меня всю жизнь, да и не только меня, как оказалось. Лидия вон тоже у них под колпаком.

— Кто напал? Данные есть? — Лидия почти мгновенно перешла от лютой ненависти к сотрудничеству.

Привязанность к семье, которую она потеряла еще в младенчестве, была намного слабее, чем беззаветная любовь к собственному подводному городу. Вместо ответа Альта вывела на карту метки.

— Люди Флинта. Седые волки. Непрощенные. Веселые дикобразы, — прочитала Лидия. Мне эти названия ни о чем не говорили, но девушка узнала их сразу. — Четыре! Сразу четыре клана наемников!

— Ты же понимаешь, кто их нанял?

Судя по смятению на лице Лидии, до нее эта очевидная истина еще не дошла.

— Церковники присылают к тебе человека. Ты его перекупаешь, получаешь информацию о том, что его наняли евгеники… И до тебя правда не доходит, кто стоит за уничтожением Фрипорта?

— Наемников отправили монахи!

— Они же стравили наши семьи. И убили меня.

— Убили? — удивилась Лидия.

Для заносчивой правительницы недавние события подкинули слишком много сюрпризов.

— Убили, — подтвердил я, — но это история долгая. У нас есть дела более насущные. Прислушайся к себе — ты кого больше ненавидишь? Меня? Или церковников?

— Прислушалась. Плюс-минус одинаково.

— Хорошо, — сказал я, вставая с Лидии. — Можешь продолжать жить со своей ненавистью дальше.

— Лэт! Мне надо во Фрипорт!

— И? Это твои проблемы, они меня не касаются. Сейчас подготовим карцер, загрузим вас туда и будем думать, что с вами делать. Хотя выбор у нас невелик.

Вариантов, что делать с Лидией и ее бандой, на самом деле немного. Наиболее надежный — головорезов в воду. Лидию туда же. А потом спокойно разбираться с Омом. Но он в списке моих первостепенных целей переместился с первого на второе место. Как бы мне ни хотелось увидеть его голову на блюде, но что-то подсказывало, что Басаан — всего лишь слепое оружие. Инструмент, как и Лидия. И, наверное, как и я. Ведь если верить Божко и атлантам, то вражду между семейством Лидии и моим раздули как раз таки эти упыри.

Под тюрьму мы выделили одну из кладовок в исследовательском комплексе. Когда я караульным оставил Яна, Божко и Энн смотрели на меня, как на сумасшедшего. Они не знали, что на дверь Альта наложила такие блокировки, которые Ян ни в жизнь бы не смог обойти. Но мне надо дать ему поговорить с Лидией. И мой коварный план сработал. Не прошло и пары часов, как в центр управления забежал довольный Ян.

— Уговорил! Я ее уговорил! — отвлек он нас от созерцания уничтожения Фрипорта.

Сигналы бедствия на этот момент заглохли. Датчики регистрировали лишь мощные взрывы. «Твари! — бесилась в моей голове Альта. — Они же уничтожают город! Обваливают своды!»

Мне, конечно же, было жаль наследие атлантов, но в данный конкретный момент больше интересовало, о чем же там пошепталась влюбленная парочка через запертую дверь.

— На что? — спросил я.

— Она согласна нам помочь!

— А мы нуждаемся в ее помощи? Что нам может дать королева без королевства?

— Ну, у нее есть бойцы…

— Которые сидят вместе с ней в нашей кладовке… Кстати, ты почему пост бросил?

— Там крабы сторожат, — отмахнулся от претензии Ян. — У нее люди и вне Фрипорта есть. Человек двадцать-тридцать.

— Три десятка человек я и сам нанять могу, при этом они не будут пытаться меня убить, — резонно возразил.

— Ваша вражда в прошлом. Я с Лидией поговорил, она теперь хочет перебить только монахов…

— И я должен в это поверить? Выпустить ее с людьми из карцера и ожидать ножа в спину?

— Ну, она обещала…

— Когда ты ее впустил на базу, она тоже, скорее всего, обещала с нами просто поговорить?

Ян опустил голову, но уперто пробубнил:

— Хорошо же все закончилось…

— Позволь с тобой не согласиться, — встрял в беседу Божко. — Мне не нравится, когда меня поят транквилизаторами.

— Согласна! Меня тоже не устраивает, что у нас по убежищу скачет баба с пистолетом, которая хочет простелить мне голову! — вторила ему Энн.

— Ты ж понимаешь, что притащить ее сюда было ошибкой! И выпустить из карцера без всяких гарантий и обязательств мы не можем.

— Она может поклясться, что пока вы не размажете евгеников…

— Ты бы поверил клятве человека, семью которого убил? — я перебил Яна.

Уж для кого-кого, а для Яна семья ценность представляла. Поэтому и ответить он смог не сразу. Да я и сам бы не знал, как разгадать этот ребус, не дай мне Альта подсказку заранее.

— Клятва — дело хорошее, но у меня для Лидии предложение. Мы ставим ей один мод…

— Что за мод? — насторожился Ян.

— Минибомба, подключенная напрямую к Сети. Не понравится Энн, как Лидия себя ведет, — пуф! И нет у нее половины черепа, — пояснил я.

— Не-не-не, так не пойдет! — начал горячо возражать Ян.

— Только так и пойдет! — надавил я. — Не забывай, что вопрос с твоим предательством…

— Да я вас не предавал!

— Это только тебе так кажется. Если раньше твои выходки можно было назвать опрометчивыми поступками, то последняя из них — чистое предательство, — я говорил так, будто выносил приговор. — И за него тебя обязательно ждет расплата. Договоришься — будет и амнистия.

Я понимал, что поступаю жестко. Но ситуация, в которую попал, не допускала никакой мягкости. Тут или тебя к чертям перемелет, либо ты должен действовать, невзирая ни на какие сантименты.

Не одного меня одолели муки совести.

— Может, оставим их тет-а-тет? — предложила Энн, после того как я вывел на экран изображение с камер исследовательского блока.

И не только изображение, но и звук. Мы видели припавшего к запертой двери Яна с одной стороны, и мечущуюся, как тигрица в клетке, Лидию с другой.

— Еще чего! Они сейчас договорятся о том, что на время прикинутся лояльными до слез умиления, а потом ночью нам всем глотку перережут и, взявшись за руки, уйдут в закат.

— Но Ян… Он же свой⁈

— Ты не представляешь, насколько своими были те люди, которые предали меня в замке Родригесов. Я их знал всю свою жизнь, я с ними вырос. Но по сравнению с моими компаньонами Ян для меня абсолютно чужой человек! Про Лидию и не говорю.

Вопреки моим опасениям заговор наш бестолковый биохимик-штурмовик плести не стал. Он рассказывал Лидии, что я, в общем-то, неплохой человек. Честный и справедливый. И что не стал бы на ровном месте ее маму с близкими родственниками убивать. Слушая это, я невольно скривился. Ну кто же так переговоры начинает? Лидия начала на дверь кидаться! Успокоил, блин. Пока она пыталась выбить створку, Ян продолжал говорить о том, что вся вражда между нашими родами искусственно создана и выпестована евгениками. И что они наши настоящие враги. Ведь именно они Фрипорт разгромили, а не Елагин.

— Неплохо аргументирует, — заметил Божко, слушая Яна. — Но я считаю, что Лидии надо дать перерыв для осмысления всего происходящего.

Наш хаймед хорошо разбирался в психологии, но Лидия под поведенческие стандарты подходила мало. До утра расхаживать по камере, советоваться со своими подручными и с тоской глядеть на лампочку она не стала.

— На каких условиях мы можем договориться с Елагиным? — деловым тоном, без всяких эмоций, спросила Лидия.

— Ну, он тебя отпускает. Мы объединяем свои силы и вламываем евгеникам.

— И все?

— Нет, планов у него громадье! Он Бирюзовый Дол хочет захватить и еще пару замков в придачу. Если у вас с ним все пойдет нормально, он тебе один передаст. На замену, так сказать, Фрипорту.

— И что он за мою помощь хочет?

— Да одну незначительную фигню. Вставить тебе мод верности, — на ходу придумал название для бомбы Ян.

— И что этот мод делает? Меняет мне сознание? Заставляет любить Елагина и быть ему преданной?

— Нет-нет, все гораздо лучше! Если он решит, что ты его предала, ну или собираешься это сделать, он ее взорвет.

— Внутри меня? — уточнила Лидия.

— Ну-у-у… да.

— Хорошо! Эй, Елагин! — решила напрямую обратиться ко мне Лидия, понимая, что этот разговор я мимо ушей не пропущу. — Я согласна!

— Ты так быстро приняла решение? — спросил я, активировав интерком.

— А какой у меня выбор, не подскажешь? — глядя в камеру, криво улыбалась Лидия. — Если откажусь, сюда войдут твои крабы. Соглашусь и, может, проживу чуть подольше.

Я надеялся, что она откажется. И выход из сложившейся ситуации проще, и поглядеть можно, на что способны крабы. Но когда я искал простые пути?

— Я тебе неплохой подарок преподнесу. Тот контрабандист, который подбросил мне диск, рассказал, где у евгеников находится пункт для вербовки агентов. Я могу не только этой информацией поделиться, но и наведаться туда. Мне ребят, что со мной, хватит.

«Покупают тебя, Елагин!» — заверещала Альта.

«Ну и пусть. Ты думаешь, Лидия теперь сможет замириться с монахами? После уничтожения Фрипорта? Ты пойми — я когда-то давным-давно действительно круто обошелся с ее матушкой. Но она этого не видела. И связи как таковой у нее с матерью нет. Обида на меня, конечно, имеется, но она такая, эфемерная. А Фрипорт был ее единственной любовью. Ее страстью, любовником и одержимостью одновременно. Я думаю, сейчас в ее системе координат мы точно не в лидерах по неприязни».

«Рискуешь».

«А когда я жил по-другому? Не спеша и размерено? Продумывая каждый свой шаг? Рискуем, куда деваться. Ты мне вот что скажи — бомбу твою точно ни один хаймед не снимет?»

«Может, и снимет, но однозначно вызовет до этого детонацию. Я даю тебе стопроцентную гарантию, что избавиться от импланта она не сможет. Двухсотпроцентную, наши технологии на порядок превзошли все, что создали сухопутные».

В который раз пришлось полагаться на технику атлантов, но надо признать, она меня не подводила еще ни разу.

Вели мы Лидию до исследовательского модуля под конвоем. Всей командой, оставив только Яна сторожить боевиков. Вооружились станнерами, взгляд на которые у Лидии вызвал еще одну кривую улыбку.

— Ты настолько не доверяешь своим партнерам?

— Не торопись, мы еще не сходили к алтарю, — пошутил я, а Ян на в общем-то безобидную шутку вскинулся.

Операция не заняла много времени, мы дольше провозились, надежно пристегивая руку и ноги Лидии к столу.

«Слушай, может, сразу два таких импланта Лидии поставим?»

«Да не переживай ты, — успокоила меня Альта. — У нее и от одного мозг разнесет в кашу. А с подключением к глобальной Сети она будет совершенной собачкой на строгом ошейнике. Думаешь, я первый раз подобную штуку устанавливаю?»

«Не первый?»

«И даже не десятый», — призналась Альта.

«Ну-ка, ну-ка, расскажи мне о великом гуманизме атлантов!» — не удержался я.

«С волками жить — по-волчьи выть, — огрызнулась Альта. — И вообще, не отвлекай меня, я как бы сложнейшую операцию делаю».

В действительности работу делал хирургический манипулятор. Альта лишь управляла им и обычно могла при этом процессе болтать без умолку. Однако сейчас она не настроена отвечать на щекотливые вопросы.

«Все, готово», — сообщила Альта, и манипулятор начал наносить быстро затвердевающую искусственную кожу на рану на шее.

— Может, пора меня и отстегнуть? — Лидия демонстративно позвякала наручниками.

— Погоди, — я повернулся к Энн. — Проверь.

— Подключение распознано. Имплант активирован, — сообщила она.

— Ты можешь активировать его в любую секунду? — на всякий случай уточнил я.

— Угу. А еще я с точностью до пяти метров знаю, где находится его носитель. Также могу прослушивать его разговоры в реальном времени.

«Тада-а-ам! Приятный бонус, согласись?» — подленько захихикала Альта.

— Совершенное устройство! — Божко оценил имплант и его возможности как профессионал.

Но Лидия его восторгов не разделяла.

— Мы на это не договаривались!

— Считай, что внес небольшие правки в наш договор. Добро пожаловать в команду! — Я протянул руку Лидии.

— Может, лучше скрепим наш союз страстным поцелуем? — зло произнесла она, а Энн покраснела. — Да-да, девочка, вот так бывает. Еще вчера мы были хорошими подругами, а сегодня ты через имплант контролируешь мою жизнь. Ну надо же мне чем-то тебе отплатить?

— Прости, но этого мы делать не будем, — не дал я разгореться новому конфликту.

— Почему? — притворно надула губки Лидия.

— Потому что параграф один пункт три запрещает, — ответил я, и Энн посмотрела на меня с гордостью.

— Хорошо, поцелуи отменяются. Тогда что мы делаем дальше?

— Вот так сразу?

— А чего ждать? Или у нас торжественные события намечаются по случаю заключения союза?

Я мотнул головой, праздничных церемоний у нас точно не намечалось.

— Если ты не против, я сплаваю и посмотрю, что стряслось с моим городом.

— Идет. Только возвращайся, иначе…

— Ты самоутверждаешься, что ли, каждый раз напоминая мне, что моя жизнь в твоих руках? — вспылила Лидия. — Сплаваю, посмотрю и вернусь. Не переживай.

Боевики из заключения выходили понурыми. Им пришлось в шлюзе переодеться, собрав боевую броню в баулы, и нацепить дешевые маски для дыхания, Лидия бросила подлодку в двухстах метрах от нашего убежища, и мы ее команду доставили туда на «Манте».

— Что будем делать дальше? — После отбытия Лидии мы собрались в жилом модуле на оперативное совещание и моих соратников начало терзать чувство неопределенности. Первой на эту тему решила высказаться Энн. — Меняем планы? Вместо Сиднея беремся за монахов?

«Я бы этого не делала. Я постоянно мониторю СМИ и сообщения из Дарвина. Там уже зреет недовольство, и Ом был вынужден отправить туда команды следователей и спецназ. До прямых столкновений дело еще не дошло, но нам надо продолжать раскачивать Австралию. Тем более после диверсии в порту», — высказала свою точку зрения Альта.

Глава 5

Подавить в себе желание бросить все и с мечом наголо броситься жечь и крушить австралийский монастырь Фата Евгеники было непросто. Но Альта права — мы подогрели австралийские владения Ома. Пора начинать их готовить, хорошенько пропекая со всех сторон! Тем более у меня теперь появился союзник, который сам не против насадить головы монахов на пики.

— Монахов пока оставим на Лидию. Дождемся ее возвращения и уже вместе с ней решим, как будем раскручивать Церковь. Мы же с вами сосредоточимся на Сиднее. Надо его добить и поднять народ против владетеля. Идеи будут?

У меня самого пара наметок имелась, но в таком ответственном деле, как революция, умные головы не помешают.

— Голодный желудок — это не все, что требуется для поднятия революционного духа. Людям нужна какая-то важная сверхидея, за которую они начнут бороться. Мы хотим, чтобы они выгнали Ома. Но толпе надо что-то дать взамен. — Рассуждения Божко мне импонировали.

— Богатство! — выпалил Ян.

— Нет, — покачал головой Божко. — Сказочно богатыми всех и каждого мы сделать не можем. Не надо этого обещать — люди в это не поверят.

— Справедливость? — предложила Энн.

«Молодец, девчонка! Умеет вести подрывную деятельность. Справедливость легко пообещать и легко дать. Понятий о справедливости — миллион. И знаешь, Елагин, мне кажется, самое время поднимать знамя твоих предков. Легенда о старых, но справедливых правителях, которые вернулись, чтобы навести порядок. Как тебе такое?».

«Не сейчас. Пока поработаем под именем Эрлинга». Но идея о том, чтобы использовать доброе имя невинно убиенных Елагиных, здравая.

— Хорошо. Надо только придумать, как красиво оформить возвращение полковника Эрлинга. Креативно и с огоньком.

Однако окончательно наш план сформировался лишь к возвращению Лидии. Она пристала к внешнему шлюзу на той же «Барракуде», на которой и отплывала со своим небольшим отрядом. Да и человек в этом отряде тоже не прибавилось. Что говорило о том, что выживших во Фрипорте не осталось или они разбежались.

Прибывших мы разоружили прямо в шлюзе, уровень доверия между нашими отрядами не позволял еще разрешать шляться по нашей базе с оружием. Да и внешний вид бойцов Лидии тоже не располагал к дружелюбной беседе. Потемневшие рожи у всех перекошены, глаза горят лихорадочно, руки трясутся. Что-то они такое уж очень жуткое увидели в родном городе.

Лидия замыкала шествие, держа в руках ящик из настоящих деревянных досок.

— Что там? — остановил я ее.

— Не бойся. Не оружие. Точнее, оружие против депрессии, — она приоткрыла крышку, и я увидел стеклянные горлышки с завинченными пробками. — Виски, двадцатилетняя выдержка.

— Еще что-нибудь удалось спасти?

Лидия зыркнула на меня так, что захотелось попросить Энн активировать ее самоликвидатор. С трудом совладав со вспышкой гнева, Лидия прохрипела:

— Я лучше покажу.

Для просмотра отснятых ею кадров мы собрались в жилом модуле. То, что с Фрипортом случилось нечто страшное, стало понятно уже с первых кадров, которые продемонстрировала Лидия. Возле входа в пещеру, напоминавшую драконью пасть, на песке валялись остатки трех субмарин. Охрана подводного города не прохлопала появление врага, патрульные смело кинулись на перехват. Но только за тем, чтобы быстро погибнуть.

— По моим оценкам в нападении участвовало около тридцати подлодок, — глухим голосом прокомментировала картинку Лидия. — У моих не было шанса.

В тоннеле, который вел к куполу Фрипорта, погибли еще четыре подводных лодки, пытавшихся остановить нападавших. Но их покореженные корпуса говорили о том, что попытка вышла неудачной.

На стоянке перед куполом Фрипорта творился настоящий кавардак. Сколько там транспорта было уничтожено, сказать невозможно. Стоянка представляла из себя сплошное поле обломков, и поди разбери, какие части какой субмарине принадлежали.

— Это просто фарш! — выпалил на эмоциях Ян и тут же удостоился уничтожающего взгляда от Лидии.

«Варвары! Твари! Моральные уроды! — Я попросил Альту не отсвечивать в присутствии Лидии. Пусть для нее останется тайной, что мы как бы делим тело Текео на двоих. Поэтому атлантка возмущение выплеснула мысленно. — Ты представляешь, каких усилий стоило нам построить это чудо света! А они… они… У меня даже слов не хватает, чтобы описать, что они натворили».

У меня тоже приличных слов для увиденного не нашлось. Мало того, что прозрачный купол, защищавший город от сумасшедшего давления воды, разрушен многочисленными попаданиями торпед. Я представляю, какая паника в нем царила и как циклопические водопады смывали людей с его улиц. Нападавшие на этом не остановились, они дождались, пока купол заполнится водой, и торпедами расстреляли уцелевшие после потопа здания. Внутри Фрипорта царил фарш, как выразился Ян.

— Кто-нибудь уцелел? — спросил я, отчетливо понимая всю наивность этого вопроса.

— Только виски, — покачала головой Лидия. — Тащите бокалы.

Первую мы выпили не чокаясь и в гробовой тишине.

— Знаешь, Елагин, по пути во Фрипорт я много думала, как же тебя обхитрить и удавить. Не придумала ничего лучше, чем подкупить Энн, — Лидия подняла бокал, как бы желая коршу здоровья и долгих лет жизни.

— Лэт, я бы никогда не согласилась! — возмутилась Энн.

— Ты же не знаешь, сколько я бы тебе предложила, — грустно усмехнулась Лидия. — Город я потеряла, но у меня остались кое-какие сбережения. Может, их и хватило, чтобы купить твою преданность. А может, и нет — мы об этом никогда не узнаем. Ведь увидев Фрипорт, я передумала. Передумала тебе мстить. Ты, конечно, та еще скотина, но хоть человек. Тот, кто отдал приказ об уничтожении моего города, — нелюдь. Таких надо истреблять. Предлагаю тост…

— Понимаю твое состояние, но с пьянкой предлагаю немного повременить. Или завтра наемники монахов будут разносить уже наше убежище. Мы сейчас должны быть на шаг, нет, на три шага впереди церковников. Ты говорила что-то про место, где завербовали парня, доставившего тебе информацию. У нас пока есть свои дела, и разобраться с этим придется тебе.

Лидия залпом осушила бокал и поморщилась.

— Отлично. Давно я собиралась прогуляться по Сиднею, да времени не было…

— По Сиднею⁈

— Клуб, о котором мне рассказал контрабандист, находится именно там, — ответила Лидия, немного удивившись моей реакции.

— Планы отменяются. Точнее — корректируются, — объявил я.

Корректировка была кардинальной. Ян с Божко остались на базе восстанавливать «Левиафан» и организовывать доставку ресурсов с харвестера. Я бы им и парней Лидии в помощь добавил, но еще не настолько им доверял, да и силовая поддержка нам могла понадобиться. А предоставить ее бойцы могли — Лидия вложила в их оснащение целое состояние. Она решила гульнуть напоследок на все оставшиеся у нее деньги и облачила их в «Муруганы»! Причем в штурмовую версию, с навесными гранатометами на плечах, усиленной броней и встроенным в костюм экзоскелетом. Грех такую гвардию не использовать в деле. Но даже десяток лучшим образом вооруженных бойцов лобовое столкновение с войском Ома бы не потянул. Поэтому наш метод — скрытные операции. И именно по поводу их проведения возник горячий спор.

— С Лэтом в клуб пойду я! — безапелляционно заявила Энн. — Мы не знаем, чего от тебя ожидать! Вдруг там засада? Да и потом я прошла подготовку, я знаю, как внедряться…

— Ты ничего не знаешь о реальной жизни, — обрезала Энн Лидия. — Ты хоть раз была на криминальной сходке? Нет? А знаешь, что за один косой взгляд тебя там на куски порвут? Знаешь, сколько я раз встречалась с преступными элементами? За сотню точно.

— У меня тоже были практические занятия! — Энн не сдавалась. — Полное погружение и имитация реальных поведенческих моделей!

Я крепко призадумался. Имитация моделей — это весело и полезно, но тренинги, какие бы они ни были основательные, не могут полностью заменить практический опыт. Это только в сознании обывателей аристократы с утра до ночи развлекаются на светских раутах, в действительности и владетелям приходится марать руки. Я не один раз встречался с криминальными авторитетами и был полностью согласен с Лидией — этот народец постоянно находится в ожидании подлянки и не расслабляется ни на секунду. Преступники верхним чутьем улавливают любой подвох. И либо перестают с тобой вести дела, либо перерезают тебе глотку.

Бар «Сияй», в который мы отправлялись, по словам Лидии, был местом, где отдыхали и отрывались обычные граждане. А также в укромных уголках собирались преступные элементы, для того чтобы порешать свои темные делишки. Мы смогли получить приглашение через нашу черную биржу, благодаря крупному заказу на оружие и снаряжение, которое Лидия приобрела для своих воинов. Учитывая то, что на нее объявлена охота, заказ разместили на черном рынке с доставкой в произвольную точку на дне моря. Покупка была достаточно крупной, чтобы обозначить нас как нелегальных торговцев оружием. Мы запросили в клубе «Сияй» особые апартаменты и получили подтверждение на визит одной пары. Преступные дела можно творить и по Сети, но мафия предпочитала личные встречи, считалось, что таким образом можно лучше прощупать своих будущих деловых партнеров. На встречу с криминальными боссами я собирался пойти лично. Если клуб как-то связан с евгениками, никто лучше меня не разберется, как действовать дальше. Но вот с выбором пары возникли вопросы.

— А еще у тебя есть одна маленькая, но крайне важная для этой задачи черта — ты не можешь лгать! — добила Лидия корша. — В этой же миссии врать мы будем на каждом шагу. Конечно, ты можешь молчать как рыба, но позволь спросить — зачем ты там тогда нужна?

— Это нечестно! — удивил меня Ян.

Поправ свою ненормальную любовь, он решил все-таки заступиться за Энн. Заступиться за свою семью. Честно, нечестно — эти понятия хороши для дружеских посиделок. А для оценки потенциала того или иного участника команды для предстоящей миссии лидер должен руководствоваться другими критериями.

Поэтому на пирс Сиднейского порта с роскошной яхты, взятой в аренду, я ступил под руку с Лидией. Гражданский порт находился по соседству с грузовым. Я успел отметить, что там уже навели порядок с момента нашего прошлого визита. Затонувшие корабли подняли и в акватории снова царила нормальная торговая суета.

«Это ненадолго», — с удовлетворением подумал я про себя. Скоро мы наведем в этом городе шороху! Арендовали яхту без команды. Ее роль исполняли мордовороты Лидии. При этом роль капитана нашей посудины взяла на себя Энн. В белом приталенном кителе, обтягивающих клешах, с фуражкой с золотым шитьем она смотрелась неотразимо. Да и команды отдавала уверенным голосом. Но, честно говоря, ее наряд мерк перед стильно одетой Лидией. Та выбрала искристое красное платье с глубоким декольте. Чуть вьющиеся волосы водопадом спадали по ее оголенной спине. Она прикрыла изуродованную сторону лица золотой полумаской. Ее поверхность покрывала сложная гравировка, повторяющая черты лица. Маска шикарно гармонировала с протезом руки, также золоченым. А рубины, имитирующие ногти на пальцах протеза, идеально подходили под цвет платья. Женщина, сопровождающая мужчину, опосредованно говорит о его статусе. И надо сказать, что статус мой Лидия подняла до небес. Альта с помощью пластических накладок, выглядевших как натуральная кожа, изменила и мою внешность.

Уважение читалось в глазах пилота, посадившего прямо на причал черный, покрытый толстым слоем лака, коптер-лимузин. Нам его посадка прямо на пирс обошлась в неплохие деньги, но что поделать — раз уж взялся рисовать свой статус, будь добр поддерживать его во всем. У выскочившего из кабины пилота, собиравшегося открыть нам дверцу, чуть слюна с языка не капала от взгляда на Лидию. Он так на нее откровенно пялился, что у меня взыграло чувство собственника.

— Язык с пола подними, — прошипел я, — а то наступлю.

— Что? А… да-да, простите! — поспешил он уставиться в пол.

Однако когда Лидия усаживалась на сиденье, пилот не удержался и скользнул взглядом по ее оголившимся стройным ногам с мускулистыми икрами и бедрами. Я с удовлетворением подумал, что с выбором напарницы на это задание не ошибся. Мой бывший кровный враг на мужчин действовала, как удав на кроликов.

Мы, пролетев над жилищно-производственными башнями мегаполиса, приземлились на зеленной лужайке пригорода. Если в самом Сиднее все подчинялось урбанистическому стилю, то место, куда нас доставил коптер, кардинально от него отличалось. Поле идеально подстриженной зелени окружал высокий забор. Посреди этого газона для избранных белел небольшой двухэтажный особняк с колонами. Миленько, но от заведения, в котором, по моим предположениям, рулили евгеники, я ожидал большего. До входа нам пришлось идти пешком по дорожке из кирпича цвета слоновой кости.

— Деревня какая-то, — недовольно пробормотала Лидия, подбирая краешек платья так, чтобы оно не волочилось по дорожке.

— Ты уверена, что мы попали по адресу? — уточнил я у нее.

— Не очень. Информатор говорил, что «Сияй» — это клуб, где отрывается и заключает сделки местный криминалитет. А местный сарай больше походит на заведение, где старушки играют в маджонг и карты. Может, вызовем коптер и поищем второй клуб с похожим названием?

— Давай дойдем до администрации, раз приехали. Вдруг мы прибыли по адресу?

Двери, створки которых достигали метров трех, плавно отворились при нашем приближении.

— Добро пожаловать в самый экстравагантный клуб в Сиднее! Прошу вас, отпустите ваши тормоза! Мы взлетаем! — поприветствовал нас задорный девичий голосок.

— Что-то у нас прямо со взлета с полетом не заладилось, — произнесла Лидия.

Я был с ней согласен. Внутренние двери открываться не спешили. А внешние за нами захлопнулись. Мы оказались запертыми в тамбуре, где из безудержных развлечений имелись только две кадки с похожими на папоротник растениями.

— Я сейчас с ума от скуки сойду… О! У нас запросили пароль!

Когда мы зарегистрировали заявку на посещение клуба, Лидии переслали зашифрованный файл, который должен был служить пропуском в «Сияй». Ну как зашифрованный — Альта сказала, что она таких файлов по десятку в минуту может изготовить. Однако рисковать и пытаться протащить в клуб весь наш отряд мы не стали.

— У нас запрещен доступ с оружием, взрывчатыми веществами, химическими и виртуальными наркотиками, оборудованием для ведения шпионажа, — проинформировала нас невидимая девушка.

— Вообще скукота, — картинно зевнула Лидия, прикрывая губы золотой ладонью. — Как у вас здесь люди отрываются?

— Если у вас имеются обозначенные предметы, прошу вас, уберите их в ящик, — не обратив внимания на реплику Лидии, продолжила девушка.

В стене открылся проем, я заглянул туда — внутрь можно было запихать оружие для небольшой армии.

— У нас ничего такого с собой нет, — громко произнес я.

— Хорошо, — ответил оператор. — Взлетаем! Хорошего вам отдыха!

— Да хватит уже… ой! — схватила меня за плечо Лидия.

Я тоже с трудом удержался от того, чтобы не вскрикнуть. Пол под нами вдруг резко пошел вниз, да с такой скоростью, что показалось, падаем в пропасть.

Однако мы не рухнули в ловушку. Весь тамбур оказался сверхскоростным лифтом, на раз-два-три доставившим нас… В абсолютно пустой коридор! Когда внутренние двери открылись, мы увидели перед собой длинный проход с белоснежными стенами.

— Пошли, — тихо произнес я.

Лидия перестала вышагивать нога в ногу, как модель с журнала обложки. Она начала двигаться, как дикая кошка, пружиня на каждом шагу. И высокие каблуки ей помехой не служили.

Глава 6

— На полу, — шепнула она, взглядом указывая на торчавшие из пола миниатюрные сопла. — Это плазменные горелки!

Сопла располагались в метре друг от друга.

— Хороший способ избавиться от нежелательных гостей. Сжег их дотла, а потом смел пепел, — Лидия оценила архитектурный изыск по достоинству.

— Забыл вытащить из кармана пистолет, считай, что заказал себе кремацию, — согласился с ней я, одновременно проникаясь к этому месту уважением.

Многочисленные датчики и сканеры, встроенные в стены, строители и не пытались спрятать. Мы шли по коридору, а наши тела и импланты подвергались тщательнейшему анализу. Будет очень неприятно, если наблюдатели поймут, что к ним в гости забрела бета под ручку с гаммой. Черт его знает, как они на визит аристократов отреагируют. Но я надеялся, что защита, которую перед выездом нам установила Альта, выдержит любые проверки. Атлантка уверяла, что для дистанционного сканирования я — Текео. А Лидии так вообще создали синтетическую личность.

Проверку мы прошли, нас не зажарили, и двери в конце коридора перед нами раскрылись. Волна звука, выкатившаяся оттуда, чуть не сбила с ног. А яркий неоновый луч, прорвавшийся в проем, заставил прикрыть глаза.

Ритмичная музыка качала так, что от басов заболели барабанные перепонки. Мы вышли в зал, освещаемый лишь лазерными вспышками. Они били в стены и потолок нерегулярно, поэтому детально разглядеть, куда мы попали, не представлялось возможным. Одно ясно точно — зал этот по размерам точно превосходил стоявший на поверхности особняк. И настроение взлета наконец-то появилось! На стенах клуба извивались в танце силуэты-проекции. Женские силуэты, имевшие крайне соблазнительные изгибы. На танцполе бесновалась реальная толпа. В темноте понять, кто там выплясывает, не представлялось возможным. Но толпа была очень внушительной.

«Без понятия, как мы будем здесь кого-то искать», — чтобы не рвать связки, Лидия воспользовалась имплантом связи.

«Там, — махнул рукой я, указывая направление, — видишь барную стойку? Вопросы лучше задавать там».

Стойкой циклопическое сооружение можно было назвать только приблизительно. В кольце голографического пламени находилось трехэтажное строение, обнесенное перилами. Сидевший на барных стульях или развалившийся в креслах народ активно накачивал себя разнообразными напитками.

«Жаль, что ты с собой не захватил меч. Как будем прорубаться сквозь толпу?»

Местные танцы предполагали исключительно тесный контакт, расслабляющиеся в клубе терлись друг о друга, как в одной большой оргии. Перейти это человеческое море — задачка непростая. Но администрация решила нам прийти на помощь.

— Чем могу помочь? — Я обернулся на голос, который мог перекрыть гомон и музыку.

Ого! А мне нравится стиль владельцев заведения. Встречать нас отправили кошечку в черном корсете с короткой юбочкой. Причем кошечку в прямом смысле этого слова. Через безупречно уложенные в каре черные волосы торчали два треугольных ушка, на кончике носа красовалось типично кошачье сердечко, да и хвостик у нее в наличии имелся. Это был не маскарадный костюм, а специализированные пластические импланты. Ушки и хвост шевелились, как живые. Мне это не очень нравилось, но находились большие любители и на такую экзотику.

— Мы получили приглашение…

— Да, я знаю. Зал «Ветра Теней». Но, возможно, вы захотите расслабиться перед встречей? Могу предложить термы с наркотическим паром.

— Спасибо, мы неплохо расслабились по дороге к вам, — грациозно потянулась Лидия.

— Хорошо, прошу следовать за мной, — слегка поклонилась девушка, повернулась и пошла вдоль стены, помахивая роскошным пушистым хвостом.

Мы последовали за ней. Пройдя десяток шагов, «кошка» откинула шторку на стене и завернула в открывшийся проем. Мы повернули за ней и уперлись в две стоящие на полу турели. На них висело по два блока с восемью стволами в каждом. Нежданным визитерам здесь явно не рады. Однако наше приглашение подтвердилось, и на колпаках турелей загорелись зеленые лампочки, а дернувшиеся вверх было стволы опустились в пол. Грозного вида турелей хватало, чтобы отпугнуть зевак. Если в основном зале веселились тысячи, то в коридоре, куда мы попали, обойдя турели, не было ни единой души. Зато дверей сколько угодно — через каждые два шага в левой стене имелся дверной проем. Створки отлиты из светло-серого сплава и усилены приваренными крест-накрест толстыми балками. Возле каждой мигал глазок биометрического сканера.

— Куда они все ведут? — спросила Лидия, после того как миновали дверь под номером двадцать.

— Сидней — громадный город, и у каждого его жителя есть свои предпочтения в плане проведения досуга. А «Сияй» может предложить развлечения на любой, даже самый изысканный, вкус, — проинформировала нас кошка.

— А можно нам тоже их изучить? — Я воздерживался от лишних вопросов, но Лидия избрала верную тактику поведения.

Она как могла изображала праздную гуляку.

— Конечно. Вам доступны услуги класса «А». Я могу скинуть их полный перечень вместе с прайсом.

— Класса «А»? Самого высокого? — удивилась Лидия.

— Боюсь вас огорчить, но самый высокий уровень сервиса имеет уровень три «А».

— Ага, значит, самое вкусное нам недоступно. И как же получить три «А»? — не отставала от кошки Лидия.

— Тратить больше денег, разумеется! — весело ответила та. — И зарабатывать репутацию.

— Репутацию? Мы что, должны показывать примерное поведение? Не перебирать с выпивкой и не слишком усердно лапать стриптизерш?

— Нет! Выпить мы можете бочку, а лапать… — девушка остановилась, выгнула спинку и оставила ягодицы, — можете начинать прямо сейчас!

Попка у девушки была достойна внимания. Ее оценила даже Альта.

«Елагин! Смотри и запоминай! Я хочу такую же! — заголосила она. — А еще лучше — потрогай и отложи в памяти ощущения!»

Я ограничился лишь легким шлепком и вопросом:

— И как же поднять нам репутацию?

— Поучить рекомендацию у бриллиантовых членов нашего клуба. Кстати, такие будут в том зале, куда мы отправляемся. — Девушка-кошка подошла к двери, махнула рукой перед датчиком и открыла ее.

За ней оказалась кабинка лифта, она унесла нас еще ниже под землю. Мне всегда казалось, что лица с преступными наклонностями предпочитают мрачные помещения. Темное тянется к темному и чисто психологически избегает света. Раньше приходилось с криминалитетом видеться, и наши встречи проходили в каких-то подвалах. За карточным столом, к примеру. Тут же, когда дверь открылась, нам с Лидией пришлось зажмуриться от яркого солнечного света.

Когда я проморгался, то с удивлением обнаружил, что лифт привел нас не в глубь Земли, а на ее поверхность. Перед нами раскинулось прямоугольное поле, на нем росли кустики, усеянные мелкими красными помидорами. На углу примостился небольшой домик, собранный из цельных стволов деревьев. Крыша у домика была из соломы.

— Роскошная имитация, — произнесла Лидия, и я только после ее слов заметил, что небо над нашими головами не было настоящим.

И поле, и домик находились в пузыре под землей. Но кто-то создал идеальную имитацию неба и солнца. Что-то похожее мы уже видели во Фрипорте, но здесь строители пошли дальше — в лицо нам подул приятный летний ветерок.

— Прошу следовать за мной, — напомнила о своем существовании девушка-кошка.

Она пошла по тропинке между рядами посаженных овощей. Смотрелась эта штучка в деревенском пейзаже по меньшей мере дико.

«Да черт вас всех раздери!» — вдруг проснулась Альта.

«Чего?» — не понял причин ее негодования я.

«Я надеялась, что мы опустимся на самое дно криминального мира! И уж там-то найдем людей, которые помогут мне найти клонированное тело! А мы вдруг оказались в каком-то заповеднике древности! Откуда здесь клоны?»

В подтверждение ее слов со стороны домика раздался крик петуха. М-да, я тоже такому повороту не рад. Мы хотели познакомиться с местной криминальной элитой, внедриться в их ряды и выяснить, как они связаны с евгениками. Что-то подсказывало, что наш первоначальный план летит в тартарары.

Кошка привела нас не к дому, а к старушке в белом просторном платье, собиравшей помидоры с кустиков и складывавшей их в корзинку.

— Добрый день! — кошка поздоровалась со старушкой. — А вот и ваши гости!

— Спасибо Ив, ты свободна. — Бабулька вытерла руки о подол, поправила выбившуюся из-под косынки седую прядь и начала нас откровенно разглядывать.

Точнее — меня. Ее ультрамариновые глаза могли бы по сочности цвета поспорить с местным небом. Двигалась бабулька грациозно, как будто ей максимум лет тридцать исполнилось.

— Лэт, — произнесла старушка мое имя и перевела взгляд на мою спутницу, — Лидия. Рада наконец-то вас увидеть!

Весь наш маскарад смогла раскрыть какая-то деревенская старуха! Лидия начала поднимать протез, и я догадался зачем. Благодаря технологиям атлантов мы смогли запрятать в нем три тончайших шипа. Сжав руку в кулак, Лидия могла ими выстреливать на расстояние до десяти метров. Старушку без доспехов он бы прошил навылет.

Я положил ладонь поверх протеза и заставил Лидию опустить руку. Несмотря на прошивку наших церебралов, на изменения во внешности — нас узнали. Причем я думаю, что еще тогда, когда мы проходили по переходу, напичканному сканнерами. И владельцам клуба ничего не стоило с помощью плазменных горелок превратить нас в пепел сразу. Однако они решили с нами поговорить. И мы должны их выслушать.

— Мы тоже. Очень рады. Как вас…

— Русалина. Называйте меня просто Русалина. Пойдемте. — Старушка подхватила корзинку и направилась к дому.

Она точно не могла не заметить, что Лидия пыталась ей навредить. Но старушка чувствовала себя хозяйкой положения и не побоялась повернуться к нам спиной. Нам же ничего не оставалось, как следовать за ней.

— Хорошо тут у вас, — бросила Лидия, чтобы поддержать беседу.

Старушка обернулась, загадочно посмотрела на Лидию, рассмеялась и пошла дальше к дому.

— Странная она какая-то, — шепнула Лидия.

— Да и в общем это место тоже настораживает. — Нас окружала этакая сельская идиллия.

Меня и самого не раз посещали мысли о том, что, когда мне надоест игра во всесильного владетеля и я захочу отойти от дел, уступая дорогу своим детям, поселюсь в подобном месте. Но я все равно чувствовал какую-то скрытую угрозу. Вроде на полях не прятался взвод солдат. В небе не парили боевые дроны. А мне все равно было жутко и неуютно.

Глядя на идущую впереди Русалину, я понял, откуда берутся эти неприятные чувства. Бабулька излучала уверенность и силу. Если она знает наши имена, то должна быть в курсе наших художеств. Вот лично я бы никогда не повернулся спиной к налетчикам, устроившим погром в Сиднее или Дарвине. А Русалина вышагивает со своей дурацкой корзинкой впереди нас и видами любуется. Так ведут себя либо сумасшедшие, либо люди, осознающие, что у них все находится под полным контролем.

Когда мы подошли к домику, на меня как ведро кипятка вылили! Да и Лидия тоже застыла на месте с открытым ртом. А виновником этому была всего лишь незатейливая конструкция из палок, висящая над входной доверью — трехлучевой крест Церкви Фата Евгеники.

— Мочим бабку и бежим! — У Лидии сдали нервы.

— Куда? — еле слышно ответил я ей. Можно, конечно, воспользоваться и имплантом связи, но что-то не подсказывало, что наш разговор подслушают в любом случае. — До лифта мы, может, и доберемся. А дальше? Ты видела местные системы безопасности? Нас сто раз успеют сжечь, растворить в кислоте и разложить на атомы.

— Что остановились? Не стесняйтесь, проходите. Он вас ждет там. — Старушка махнула в сторону соломенного навеса и ушла в дом.

— Идем?

— Куда мы денемся, — ответил я Лидии.

Из-под навеса раздавались звуки. Какое-то непонятное шуршание. Фыр-фыр, фыр-фыр. Зайдя, мы обнаружили хозяина этого места. Он стоял согнувшись над бревном и мерно проводил по нему рубанком. Из-под инструмента летела завивающаяся в спирали стружка. Несмотря на свободную рубаху, было видно, как ходят бугры мышц на его широкой спине.

— Добрый день! — поздоровался я с неутомимым работником.

Тот не спеша обернулся и смахнул пот со лба. Меня второй раз за день шлепнуло высоковольтным разрядом. Бревно строгал не кто иной, как аббат монастыря, откуда я умыкнул фамильный меч.

— Нашли-таки. — Он поднял с земли глиняную крынку и сделал пару глотков.

— Это главарь евгеников. Ну или один из главарей, — сообщил я Лидии.

Та тут же вскинула протез.

— Меня твоими иголками не убить, девочка, — сказал аббат, приглаживая бороду.

Значит, нас просканировали гораздо глубже, чем предполагала Альта.

«Ну прости, — поспешила извиниться атлантка. — Сделала все, что могла».

«Не извиняйся. Судя по всему, эти ребята как бы не древнее атлантов будут».

— А я попробую! — Лидия метила аббату прямо в горло.

Шипы, спрятанные у нее в протезе, были штукой крайне неприятной. При попадании в плоть они разваливались на мелкие острые фрагменты, что делало их извлечение крайне сложной задачей. Также на них нанесен смертоносный нейротоксин, способный парализовать и убить жертву за секунды. Но мне почему-то казалось, что на седого льва все эти игрушки не подействуют. С ног не свалят, а максимум разозлят. Справимся ли мы с ним вместе с Лидией? Есть ли в его маленьком поместье еще люди? Ответов у меня не имелось. Поэтому я пока предпочел путь переговоров.

— Лидия, не стреляй, — успокаивающе я сказал девушке, — давай сначала поговорим.

— Два в глаза, третий в горло, — озвучила свои планы Лидия. — А потом ты с ним можешь еще успеть побеседовать.

У меня у самого стояли усилители рефлексов. И класса «омега». И даже класса «гамма» в прошлой жизни. Поэтому я четко представлял, что можно вытворять на ускорении. Вернее, я думал, что представлял. В следующее мгновение аббат наглядно продемонстрировал, что о боевых имплантах я знаю далеко не все. Мужик он был грузный, похожий на медведя, и особой прыти я от него не ожидал. Но он вдруг превратился в серую размытую тень!

«Боевой режим!» — запоздало скомандовал я Альте. И сам перешел в режим ускорения. Только вот режимы наши оказались несопоставимы по возможностям. Я-то вроде рванул на перехват деда во весь опор, но по сравнению с ним двигался как будто бы под водой. Или с пудовыми гирями на руках и ногах. Мы вроде были должны уравняться в рефлексах, но аббат пролетел мимо меня пулей. Моя рука лишь рассекла воздух за его спиной. Лидия успела вскинуть протез и выстрелить. Прозрачная, как стекло, игла вылетела из ее кулака. До аббата было всего три шага, но он успел пригнуться, и шип лишь прошел через его развивающуюся гриву. Лидия чуть двинула рукой, собираясь взять поправку на прицел, но выстрелить не успела. Аббат врезался в нее, как пушечное ядро. Девушка отлетела, врезалась в один из столбов навеса и переломила его, как спичку. Крыша накренилась, сверху на нас посыпалась солома. Пока аббат разворачивался, я подумал, что вот мой единственный, но верный шанс! Я прыгнул, тут же получил мощный пинок в грудную клетку и полетел назад, как футбольный мячик. И врезался спиной во что-то твердое.

«Трещина в ребрах, — доложила Альта. — Запускаю „берсерка“».

Аббат метнулся к поднимающейся Лидии, сбил ее с ног, наступил на протез и одним рывком переломил его. Без усилий. Как лапку муравьишке.

«Отставить берсерка», — приказал я атлантке, понимая, что мы грозному монаху не соперники.

Глава 7

Я остановился и поднял руки.

— Мы пришли не воевать…

— Да конечно, — усмехнулся дед. — Заблудились? Водички хотели попросить?

— С разведкой, — сознался я. — И поговорить.

— Лэт, ты слизняк, — безапелляционно заявила Лидия, садясь и осматривая обломанный протез, из которого торчали провода и тяги.

— Он не слизняк, дурочка, — примирительно произнес дед. — Он человек с головой, знающий, что лучше договориться, чем умереть. Запомни — торговцы всегда побеждают воинов!

Да что ж за день такой! Меня уже в третий раз как молнией в макушку ударило! Во внешности аббата и так что-то знакомое проскакивало. Но раньше мы с ним встречались при обстоятельствах, при которых мне его рассматривать было особо некогда. А сейчас стоим лицом к лицу, и я мысленно убрал его бороду, подстриг под строгий «ежик»… И заорал:

— Савва⁈ Савва Елагин⁈

«Да быть этого не может! Хотя погоди… вроде похож!» — ужаснулась Альта.

— Так вы что? Родственники⁈ — вскрикнула Лидия.

Я не знал, что ей ответить. Формально да, мы с Саввой вроде как родня. Но, во-первых, я знал его только по рассказам да архивным видео. И ни разу не видел вживую. А во-вторых — какой он мне родственник? Что он делает под сенью трехлучевого креста, в то время как родовое гнездо Елагиных захватил Басаан Ом?

— Дальние, — ответил за меня Савва. — Он мне правнуком приходится.

— От вас, Елагиных, сплошные неприятности. — Лидия с ненавистью смотрела то на меня, то на Савву.

— Я давно уже не принадлежу к клану, — покачал седой головой Савва.

— Да, ты его предал, — со сталью в голосе произнес я.

— Чего⁈

— Ты его предал. Ты спокойно наблюдал, как убивают моих родителей. Ты не вмешался, когда убивали меня и моих близких. Ты допустил, чтобы в Бирюзовом Доле поселился Ом. Ты ни разу не вмешался…

— В мальчишеские игры, — перебил меня Савва. — Но это нормально, взрослые не вмешиваются в детские игрища.

Я собирался Савве много чего сказать неприятного и обидного. Но от его слов аж завис! Падение нашего рода, его уничтожение на корню для постригшегося в монахи Саввы всего лишь детские игры!

— Прикрой рот, а то залетит туда еще чего-нибудь. И вообще — пойдемте в дом, нечего важные вопросы на ногах решать. — Как и старушка, Савва не побоялся повернуться к нам спиной, выходя из-под навеса.

Теперь-то я понимал, на чем его уверенность основывалась. Мы по сравнению с Саввой реально словно дети малые. Закатает одной левой и даже не вспотеет. Лидия подобрала сломанный протез и пошла за Саввой. Что делать — я двинулся за ними.

— Присаживайтесь, — зайдя в дом, Савва кивнул на накрытый стол.

Не сказать, что роскошный. Наоборот, три тарелки с парящим супом, хлебный каравай да чашки с каким-то отваром — вот и весь обед. Мне казалось, что высшие иерархи Церкви Фата Евгеники должны столоваться как-то поприличнее.

— Мы что, будем вот так сидеть, глядеть друг на друга и суп хлебать⁈

— Не хочешь — не хлебай, — ответил Лидии Савва. — А я проголодался.

Он присел, взял со стола нож и отрезал себе ломоть хлеба. После всех событий мне кусок в горло не лез, но и зубами скрипеть было бы глупо. Я присел, взял ложку и, подув на зачерпнутый суп, отправил ее в рот.

— М-м-м, а вкусно!

— Так все домашнее, натуральное, — проговорил Савва с полным ртом.

Он работал ложкой как заведенный. И я понимал почему. Наш с ним бой продлился всего несколько секунд, но в эти мгновения его организм работал на запредельном режиме, безжалостно сжигая калории, и теперь требовал их возмещения.

Я сидел и молчал, как идиот. Передо мной находилась живая легенда и самая таинственная загадка всего моего рода, а я не знал, с чего начать разговор. Тем накопилось слишком много.

— Вы же евгеник? — задала не очень умный вопрос Лидия.

— Есть такое дело, — усмехнулся Савва. — Я тебе больше скажу — это я в свое время реорганизовал Церковь. Превратил в то, чем она сегодня является.

Час от часу не легче! Савва не только замешан в церковных делишках, он еще и чуть ли не ее создателем является.

— А… зачем? — Я придвинулся к предку поближе.

Я правда не понимал, на кой черт представитель древнего рода ввязался в дела церковные.

— Зачем? Ну кому-то надо было взять на себя руководство планетой. — Савва говорил об этом так, будто речь шла, чтобы в его огороде яму выкопать.

Без должного пафоса. Просто надо сделать работу, и все.

— Руководство? Целой планетой⁈ А разве это не альфы делают? — Спору нет, Савва был фигурой выдающейся.

Но его заявление все равно повергло меня в шок. Землей рулили Высшие Дома — Сыны Солнца и Лунные Братья. Орбитальная станция Сынов всегда находилась на солнечной стороне, а вотчина Братьев держалась в тени планеты. Но даже их влияние было ограничено — каждый из Домов управлял лишь половинкой Земли.

— Тут надо сразу определиться с терминологией, — пояснил Савва. — Управлять — не значит собирать налоги, отдавать приказы армии или издавать законы и требовать их исполнения. Управлять — значит определять судьбу целой планеты, целой расы.

— Так вот почему церковники постоянно твердят про судьбу! — произнесла Лидия.

— Вся церковная идеология лишь ширма, за которой скрываются настоящие цели нашей организации, — ответил Савва.

— И какие они, эти цели? — Как по мне, так Савва нес какую-то чушь, но, может, среди этой чуши найдется нечто разумное?

— Пока тебе достаточно знать, что именно благодаря церкви человечество пока еще существует.

— Да с чего это⁈ — Лидия не могла сдержать эмоций.

— С того, что кто-то шаг за шагом уничтожил все оружие массового поражения. Как и любую другую технологию, которая угрожает всему человечеству в целом.

«Спроси его про атлантов! Мы не создавали никакой угрозы! И даже наоборот — мы думали о будущем!».

Я переадресовал вопрос Савве.

— А что это ты так атлантами интересуешься? Мы заметили, что ты оперируешь их техникой, нашел заброшенную базу? — На этот вопрос Саввы я решил не отвечать. Но радовало то, что евгеники не догадывались, что у меня в голове поселилась Альта. — Не хочешь говорить? Не надо. Узнаем. Вернее, ты сам нам расскажешь. А с атлантами получилось следующее — наши прогнозы показывали, что если дать им развиться, то через пару веков между ними и владетелями возникнет конфликт, в нем сгорит до семидесяти процентов населения.

— И вы решили пожертвовать меньшим, чтобы спасти большее? — спросил я, не слушая бушевавшую в голове атлантку.

— Мы всегда так делаем.

— Ага. И в моем случае — тоже! — вскипел я.

— Твой случай, — Савва опустил глаза, — особый… Понимаешь, мы оцениваем не только технологии или социальные образования, но и людей. У нас для каждого человека разработана система оценки по ключевым параметрам. Таким как агрессивность, целеустремленность или способность к сопереживанию. Всего сто двадцать три показателя.

— Ты оцениваешь собственного правнука по… параметрам⁈ — От возмущения у меня задрожал голос.

— Все, кто вступает в ряды Церкви, отрекаются от своего прошлого. От имущества. От титулов и званий. От родных.

— И ради чего? Чтобы оценивать людей по каким-то дурацким рейтингам⁈ — Мое сердце бешено колотилось.

— Церковь Фата Евгеники — это фильтр. Без фильтра не может работать ни одна система. Любому организму нужна печень. И на данной конкретной планете печень — это мы. И фагоциты — это тоже мы. Мы удаляем из нашей экосистемы все, что может ей навредить.

— То есть, по-твоему, я вредитель? Вирус⁈ Бактерия⁈

— Точнее — не совсем подходящий ко всей стене кирпич. Я точно не помню чисел, но у тебя зашкаливающее честолюбие. И в своем стремлении вверх ты способен сжечь не только себя, но и окружающих. Мы оценили, что ты продолжишь карабкаться наверх и вызовешь войну среди аристократии.

— И ты отправил псов, чтобы убить собственного внука? — Хоть у Лидии и не было семьи, но даже для нее поступок Саввы находился за гранью.

— Правнука, — поправил ее Савва. — И я сделал это сам. Своими руками.

— Ты… ты… это был ты⁈ — У меня перед глазами пронеслась картинка, как из толпы монахов выходит их предводитель, держащий в руках молот.

Я настраивался на мирное ведение переговоров с аббатом. Но от нахлынувших воспоминаний внутри как спусковой крючок дернули. Альта исправила дефект моего тела, который самопроизвольно выбрасывал в кровь конские дозы гормонов и делал из меня безумца. Но с ума может свести не только неисправный имплант. Но и чистая, незамутненная до белизны ненависть.

Отбросив стул, я прыгнул вперед, превратив тело в снаряд. Руки вытянул вперед, метя Савве в глотку. Вцеплюсь, а там будь что будет. Даже если на куски порубят — пальцев не разожму. Пусть евгеники как хотят, так меня от него и отрывают. До горла Саввы оставались считанные сантиметры, когда аббат завалился назад, пропуская меня над собой. Падая, он уперся ногой мне в грудь, перекинул и отправил в полет до ближайшей стены.

— Смотрю на вас и думаю — может, и хорошо, что у меня семьи не было, — абсолютно бесстрастно заявила Лидия. — Мне кажется, родственные связи не мое. Убивать незнакомцев гораздо приятнее.

— Остыл? — Савва уже стоял на ногах, а я все еще пытался подняться. — Запомни, против меня у тебя нет шансов. По крайней мере, на кулаках.

— Это мы еще поглядим, — ответил я, давая себе обещание все деньги, которые успела накопить Альта на счете биржи, пустить на улучшения. — У тебя какой уровень? Альфа?

Савва зычно расхохотался.

— Альфа-бета-гамма-омега — это всего лишь условности. И последствия шаблонности мышления. Мир намного больше, чем четыре класса…

— Но на Земле… — перебила его Лидия.

— Вселенная не ограничивается всего лишь одним пыльным шариком под названием Земля. — В свою очередь Савва не стал дослушивать Лидию.

«А я говорила! Говорила вам, что будущее людей — в космосе!» — Альта любила быть правой.

— То есть люди живут не только на Земле?

— Тебе ничего не даст эта информация, — ушел от ответа Савва.

— И если мы с Лэтом не подходим под ваши стандарты, то почему еще живы? Почему вы нас не спалили в коридоре? Мы же вирусы, нас не жалко? — спросила Лидия.

— Люди практически не меняются. Ну, в обычном ритме жизни точно. Но вы оба пережили нечто совсем нестандартное. И — переродились!

— И теперь нам опять замки выдадут? — с иронией поинтересовалась Лидия. — Чур я снова гамма!

Савва никак не отреагировал на сарказм девушки.

— Не получится. Я же не сказал, что вы оба стали идеальными владетелями. Вы… у вас другие полезные качества.

— Ваша Церковь нашла себе новые игрушки? Новые инструменты? И ты сейчас нас будешь убеждать, что, служа вам, мы работаем на будущее человечества. И попросишь нас стать диверсантами…

— Или убийцами, — вторила мне Лидия. — Или наемниками. Будем города по твоему приказу выжигать.

— На проповедях мы не зря говорим о судьбе, — продолжил рассказ Савва после секундного раздумья. — Вы свою уже сформировали. Кем станете? Решать только вам и никому более.

— Так я уже ответила — хочу стать правительницей в Доме Власти! Ты отобрал у меня Фрипорт, я готова тебя простить, получив взамен что-то равноценное. — Лидия встала из-за стола.

— Тоже попытаешься на меня броситься?

— Обязательно. Но не сейчас, а как только представится такая возможность, — не стала увиливать Лидия.

— Хо-хо! — хохотнул Савва. — Не зря у тебя почти высший балл по нашей системе за мстительность. Честно говоря, я был сильно удивлен, когда увидел вас, заходящих в «Сияй» вместе под ручку. Но опять же — наша система указывала, что у вас обоих приспособляемость на высшем уровне. Тем вы и ценны.

— Рад, что ты меня оценил, дед. И вообще, приятно было повидаться. Но мы, наверное, пойдем. — Я, хоть убей, не понимал, о чем еще можно говорить с моим сумасшедшим предком.

Он оказался фанатиком самого неприятного типа — непробиваемого. Если он опять заведет разговор про судьбу, мне захочется его убить. А выполнить это желание я, к сожалению, не смогу. Как Лидия четко подметила — не сейчас. Сейчас бы нам из лап этого безумца выбраться подобру-поздорову.

Лидия посмотрела на меня и слегка качнула головой. Черт его знает, что она хотела сказать этим жестом. Неодобрение показать? Но что бы там ни было, большего от него нам все равно не узнать. А выбираться из его дома однозначно надо.

— Уже собрались? А я вам десерт принесла, — услышал я за спиной и обернулся.

На пороге стояла Русалина. Я ожидал увидеть в ее руках поднос с пирогом или горой пирожных. Но семейка моего прадеда умела удивлять. Старушка держала в руках ружье. Или гранатомет с прикладом, калибр у него такой, что мой кулак свободно в ствол пролез бы.

— Бабушка, вы бы с оружием не игрались. Мало ли, оно и выстрелить может, — напряглась Лидия.

— Может-может, — поддакнула Русалина. — Знаешь закон, что если на сцене вдруг появилось ружье, то оно обязательно выстрелит?

— Бабка, не балуй, а то… — Лидия не успела пригрозить бабульке карами небесными.

Русалина выстрелила. Правительница затопленного города, застыв, рухнула, как музейная статуя, даже не шелохнувшись. Оружие у бабки оказалось странным — ни пламя выстрела из его ствола не вылетело, ни яркой вспышки лазера. Оно только взвизгнуло на высокой ноте. Русалина перевела его на меня. Я прыгнул в отчаянной попытке спастись, но рефлексы у Русалины не хуже, чем у прадеда. Поймала она меня таки в прицел. Взвизгнуло ее ружье, и я почувствовал, будто меня целиком в кипяток окунули — кожу пронзили тысячи и тысячи иголок, а по затылку врезали увесистой дубиной. Так, чувствуя себя ощипанной уткой, закинутой в кастрюльку, я и отключился.

Не знаю, как работают станнеры атлантов, но их церковные аналоги не щадили… никого не щадили. Если в момент оглушения я себя как кипятком облитым чувствовал, то возвращение к жизни сопровождалось ощущением, будто меня вывернули наизнанку. Оружие евгеников так сильно било по нервной системе, что меня одновременно колотил озноб от холода и выступал пот на лбу от жары. Мозг абсолютно запутался в тех сигналах, которые ему передавали нервные окончания. Во рту и солено и сладко одновременно — ощущения мерзкие и непередаваемые.

Справа от меня раздался стон. Я с трудом открыл глаза и повернул голову.

— Тебе так же хреново, как и мне? — спросил я у лежащей рядом Лидии.

Девушка не спешила с ответом, и открывать глаза — тоже. Я осмотрелся. Лежали мы на кровати, плечом к плечу. Причем кто-то нас заботливо раздел до нижнего белья. Скосив глаза, я заметил, что и при выборе его Лидия проявляла безупречный стиль. Девушка в красном белье на атласных черных простынях смотрелась невероятно привлекательно. Впечатление от роскошной фигуры Лидии портил лишь обрубок протеза.

— Будешь пялиться, я тебе глаз выткну, — прошипела Лидия.

— Никогда не понимал женщин. Ты надела красивые трусики… для чего? Чтобы их спрятать и никому не показывать? Да и потом — ты пошевелиться можешь?

— Нет, — призналась девушка.

— И как ты мне глаз выколешь?

Лидия покраснела, как старшеклассница на свидании.

— Как только смогу двигаться, так и выколю! — выпалила она.

— Ты лучше силы побереги для евгеников и персонально для Саввы. Как думаешь, мы где?

Лидия пробежалась взглядом по комнате.

— Окно. А за окном солнце. Кажется, что настоящее. Значит, мы на поверхности.

— А комнатка похожа на номер обычного отеля. Неужели Савва нас отпустил?

— Зачем ему это? Он же толком не объяснил, зачем мы ему вообще нужны. — Едва я закончил говорить, дверь в наш номер затряслась от сильных ударов снаружи и покрылась трещинами.

— Вот сейчас у него сам и спросишь.

Глава 8

Чей-то кулак в бронированной перчатке пробил дверь насквозь.

— Готовься!

— Так я уже, — ответил Лидии. — Сейчас только трусы повыше натяну — и в бой!

Говорить я еще мог, и мизинцем на правой руке шевельнуть тоже. Но не больше. Поэтому встречать гостей, которые прорывались сквозь дверь, я мог лишь улыбкой и добрым словом. И оказалось, что большего и не нужно. Когда остатки двери слетели с петель, в комнату шагнула фигура в «Муругане». Она подняла руку к шлему и откинула забрало.

— Энн! — При виде девушки у меня отлегло от сердца. — Ты ж моя палочка-выручалочка…

— Ты! Ты! Мы весь город оббегали! Я чуть не поседела, после того как сигнал Лидии пропал! Думала всякое! Что убили вас или того хуже! А вы! А вы! — На глазах девушки выступили слезы.

— А мы что? — я сначала не понял причин ее истерики. — А-а-а! Ты про… да ты просто все не так поняла!

— Я, может, и не умею врать, но ложь отличить могу! И я не дура! — вскипела Энн.

— Да ты правда все не так поняла! — Мой мозг лихорадочно подыскивал объяснения тому факту, почему мы с Лидией голые валяемся на одной кровати.

Энн хотела еще что-то сказать, но, взвизгнув, выбежала из номера.

— Да-а-а, Елагин, умеешь ты с женщинами разговаривать. Успокоил. Утешил. Теперь бы догнать и все объяснить, но ты же не в состоянии, правда?

«Ты почему сразу не сказал, что вас парализовали?» — вторила ей Альта.

«А когда бы я успел⁈ Она все выпалила и убежала!»

Ситуация сложилась бы патовая, но вслед за Энн в номер зашли головорезы Лидии. Им было откровенно плевать на нашу с Лидией интрижку. Взяли под козырек, протянули своей госпоже части «Муругана».

— А сама я не могу, — обрадовала их Лидия. — Полный паралич конечностей.

Видимо, Энн прослушивала наши переговоры, поэтому в номер она вернулась. И вовремя — на прикроватном столике ожил микропроектор.

— Я рад, что ваше приключение закончилось благополучно, — объявила появившаяся голова Саввы. — Помните о нашем разговоре. Ожидайте инструкций. И это — Ома оставьте в покое, его свержение не входит в планы Церкви.

Голова пропала. Савва за нами подглядывал и видел наше чудесное спасение, поэтому и запустил запись на проекторе. Который после проигрыша записи заискрил, задымил и загорелся. Но это сообщение убедило Энн, что мы с Лидией не развлечения ради оказались в отеле.

— Вы правда парализованы? — сменив гнев на милость, спросила она.

— Да, дорогуша. Если б не удар станнером, мы бы с Лэтом та-а-ак позажигали! — не удержалась, чтобы не подколоть ее, Лидия.

И ей задеть Энн удалось — корш стала пунцовая, как помидор.

— А кто этот мужик? — спросила она.

— Ты не поверишь, еще один Елагин! — ответила коршу Лидия.

Энн вопросительно уставилась на меня.

— Как… родственник? Ты же говорил, что всю твою родню убили?

— Давайте вы сгоняете за носилками, заберете нас на «Манту», а уже там мы обсудим все новости? — Мне было не очень уютно валяться на кровати в одних трусах и при этом полностью беспомощным.

— Но это твой родственник вас оглушил, раздел и уложил рядышком на кровати? — уточнила Энн.

— Да! Против моей воли, если тебе это интересно. А теперь можно вы нас уже отсюда заберете, а? — До меня окончательно дошло, почему корпоративным шпионам запрещено заводить шашни на работе.

Ситуация критическая, возможен провал на секретном задании, а тебе твой напарник начинает ревностью мозг выносить.

— Тебе, наверное, сейчас очень плохо? Бедненький. — Энн, убедившись, что у нас с Лидией не было никакой интрижки, подошла к кровати и погладила мои волосы.

— Так, с меня хватит. Закидывай меня на плечо, и пошли отсюда, — приказала Лидия одному из своих бойцов.

— А ты меня на плече утащишь? — спросил я у Энн.

Грузоподъемности у девушки хватит, мышечные усилители творят чудеса. Но смотреться на ее плече я буду комично. «Хватит отлеживаться, Елагин. Паралич прошел», — доложилась Альта. И правда, покалывание в конечностях еще сохранилось, одеревенение мышц тоже, но пальцы, послушные воле разума, сжались в кулак.

До того момента, пока мы не оказались на палубе арендованной яхты, на душе висел камень весом в тонну. Я не мог избавиться от чувства, что Савва за нами наблюдает. Причем не только наблюдает, но и в любой момент может появиться. Не увязывалось у меня в голове то, что он нас отпустил. Появился, произнес напыщенную речь… и пропал? Я думал, что его цель в том, чтобы спровоцировать нас на какое-то действие. Или проследить до базы атлантов, что более вероятно. И что нам теперь делать? Петлять под водой по всему океану и каждый раз оглядываться, когда мы в убежище заплываем?

Отойдя от побережья, поставили яхту на автопилот. В порт приписки она должна прийти уже без нас. Арендная плата при таком варианте возврата резко возрастала за счет более дорогой страховки. Но деньги у нас водились, и мы могли себе позволить некоторые расходы. Эвакуацию с яхты выполнили без всяких изысков — просто попрыгали за борт. Лидия и ее люди остались на поверхности, а мы с Энн в «Нереях» ушли на глубину. Туда, где нас поджидала «Манта».

«О! Гляди-ка! Дарвин созрел! Окончательно и бесповоротно! Тамошние граждане решили активно протестовать», — сообщила Альта, после того как через внутрикорабельный ретранслятор вышла в Сеть и просмотрела новости.

«И что там?»

«Обнищавшие горожане решили на своих лодках и катерах перекрыть порт. Видео хочешь посмотреть?»

«Потом. Чего требуют?»

«Полных желудков и внимания владетеля».

Савва потребовал оставить Ома в покое. Но мне на это требование плевать с высокой колокольни. Заодно и проверим, что произойдет, если я буду требования своего предка игнорировать. А Басаана надо добивать. Идея, как это сделать, в голове появилась сама собой.

«Переверни всю биржу, нам срочно нужен один лот. Покупай за любые деньги, главное, чтобы доставили его до самого Дарвина», — я быстро описал, что хочу купить.

Пока продолжался мой внутренний диалог, Энн вывела нашу субмарину на поверхность, где мы подобрали отряд Лидии.

— Домой плывем? — После встречи с Саввой Лидия выглядела подавленной.

Еще вчера она была владычицей морской, а сегодня ей открыли глаза на суровую правду жизни — не владычица она, а кукла-марионетка, которая играет роль в чужом спектакле.

— Зачем домой? Есть у нас еще в Австралии дела.

— Займемся мародерством и прочими безобразиями?

— Ага. Только сначала нам придется поработать отделочниками.

— Кем⁈

— Увидишь.

Пришлось организовывать верфь прямо в открытом море, рискуя попасть на спутник-шпион Саввы. Или под око владетелю. Поэтому копошились мы под покровом ночи. Альта поставленную ей задачу выполнила и в кратчайшие сроки приобрела нужный лот — патрульный катер класса «Шип». Серия была в общем-то ничем не выдающаяся. Легкое артиллерийское вооружение, блок из шести универсальных ракет. Но кое-какой факт делал этот катер незаменимым в моем плане — точно такие же состояли на службе в Морском Корпусе Ома. Может, и наш экземпляр когда-то рассекал волны под его флагом. В настоящий момент катер находился в плачевном состоянии. Краска с бортов слезла, обнажая тусклый алюминий.

— Лэт, ты какой-то хлам купил, — заявила Лидия, едва поднявшись на борт катера.

— Что подвернулось, то и купил. — В нашем случае время намного важнее, чем состояние корабля. Все равно судьба его незавидная. — Он одноразовый. Но привести его в порядок все равно надо.

— В какой порядок? — не поняла, что я имею в виду, Лидия.

— В обычный. И внешний, и внутренний. Нам сейчас должны доставить запчасти и краску…

— Краску? И что мы с ней делать будем?

— А что обычно с ней делают? — ответил вопросом на вопрос я.

Посылку дрон скинул буквально минут через пять. Доставка работала оперативно даже в открытом море. Продавец катера честно указал, какие системы в нем требовали ремонта, поэтому над списком необходимых запчастей не пришлось ломать голову. Лидия предложила подняться в капитанскую рубку, а впахивать оставить своих лбов и Энн.

— Лидеры мы или нет? — апеллировала она к логике.

— Лидеры, но не рабовладельцы. Мы как бы должны личным примером народ на подвиги вдохновлять. А подвиг нам предстоит серьезный — до утра нам предстоит перекрасить всю лодку. У тебя опыт покрасочных работ есть?

Лидия отрицательно помотала головой.

— Ну вот сейчас и получишь, — пообещал я ей.

На деле мои обещания оказались не так страшны, как думалось. Кисти и валики давно остались в прошлом. Их заменили дроны с распылителем и бачком для краски на спине. Заправил бачок, надел виртуальные очки, взял мини-джойстик и отправил работника в полет. Энн могла и без гарнитуры обойтись, управляя дроном напрямую. На линзах очков сразу отображалась цветовая схема, в которую должен быть выкрашен катер. В принципе существовали и полностью автоматизированные системы окраски, но стоили они дорого, и покупать их на один раз не имело никакого смысла.

Я, Энн, Лидия и пятеро ее бойцов взялись за «творчество». Еще пятеро ее людей начали перетаскивать в трюм полученные запчасти. В ходовой установке кое-что барахлило, а мне катер нужен исправный и способный развивать полный ход. Также и в рубке требовалось установить несколько новых систем. Монтаж их несложный, втыкай в разъемы, подводи питание. Со сборкой мог справиться и неспециалист.

Теплый вечер, легкий освежающий бриз, успокаивающий шум волн, бьющихся о борт катера. Я стоял, опираясь на ограждение надстройки, в компании двух красавиц. Что еще надо от жизни?

— Умеешь ты себе занятие выбирать, — с сарказмом произнесла Лидия, ловко управляясь с джойстиком одной рукой. — Вроде бы и работаешь, а вроде и отдыхаешь. Морским воздухом дышишь.

— Не отвлекайся! — показал я, что, даже отдыхая, контролирую ситуацию. — Ты своим дроном за линию вылезла, теперь перекрашивать придется.

— Да ладно, я же немного…

— Из-за таких немного и идут к чертям даже самые блестящие планы. Мелочи и детали всегда важны, перекрашивай!

— Мы тут ерундой всякой страдаем, — бурчала Лидия, не привыкшая, чтобы ею кто-то командовал. — А твой Савва…

— Он не мой, — решил я расставить все точки в отношении своих родственников. — Ты забыла, что он был тем человеком, который без раздумий раскроил мне череп? После этого сложно испытывать к нему почтение и уважение. И при первой же возможности я постараюсь ему должок вернуть. Ты не сомневайся.

— Закончим в Дарвине и нанесем повторный визит в «Сияй»? У меня к твоему предку тоже кое-какой должок имеется, — Лидия помахала обрубком протеза. — Мне эта штучка около миллиона стоила. Плюс операция по вживлению, которая почти сутки продолжалась.

— Я думаю, что мы найдем пустую деревеньку. Савва уже очень давно живет на этом свете, и таких уютных гнездышек у него по миру раскидано видимо-невидимо. А нас там однозначно засада будет поджидать.

— Тогда давай монастырь взорвем? — предложила Энн. — Его-то евгеники от нас не спрячут.

— Прадед сказал, что они следят за всеми процессами, людьми и технологиями, — напомнил я. — А также прогнозируют события на десятки, если не сотни лет вперед. И не думаю, что возможные акты нашего возмездия они не предугадают. Надо бить туда, откуда удара не ожидают.

— И куда же? — спросила Лидия.

Мне осталось лишь пожать плечами.

— Не знаю. Надо искать, попытаться установить за евгениками тотальную слежку. Выяснить их слабости. Понять, откуда они черпают информацию или ресурсы. Где рекрутируют кандидатов в церковники. Где и в чем хранят свои активы. Да что я рассказываю, Энн эту работу лучше меня знает.

— Это долго, — оценила объем работ корш.

— По-другому эту гидру не свалить. Ты представляешь, как работают спецслужбы альф? В какие углы заглядывают? И контролируют почти все информационные и финансовые потоки в планетарном масштабе. И они до сих пор не выявили, чем на самом деле занимаются евгеники.

— А может, они с церковниками договорились?

— Девочка моя, — ответила Энн за меня Лидия. — В руках Церкви сосредоточена власть. Если Савва не врет — то власть абсолютная. И кто же ею будет по собственному желанию делиться?

— Тогда выход простой — нам надо сдать альфам церковников, — предложила Энн.

— Э-э-э… — Лидия застыла с открытым ртом. — Крысы в одной бочке?

— Пауки в банке. — Идея была одновременно и простой, и крайне эффективной, чем меня и впечатлила. — Надо только придумать, как мы альфам подкинем информацию.

— Не просто подкинем. Надо ситуацию вывернуть так, чтобы столкнулись их интересы. Устроить какую-нибудь провокацию, чтобы они кусок друг у друга из глотки выдирали, — увлеченно произнесла Энн.

— Страшные вы люди, — притворно ужаснулась Лидия.

— А то — Сокрушители Великих как-никак!

— У тебя краска на носу. Вытри, сокрушительница, — насмешливо ответила Лидия. — Пойду другой борт красить. Заодно подумаю, как евгеников и альф стравить.

Впервые после побега из отеля, куда нас заселил Савва, мы с Энн остались одни.

— Ты хорошо придумала насчет церковников…

«Тоже мне, идея! — проснулась Альта, молчавшая в течение всего обсуждения нашей будущей стратегии. — Принципу „разделяй и властвуй“ уже тысячи лет».

«А чего ты ее мне не подкинула?» — задал я обоснованный вопрос.

«Подкинула бы. Потом. Попозже. Наедине. Чтобы не мешать тебе ворковать. Окружил себя красотками и забыл, что мне обещал…»

«Не начинай! — оборвал я Альту. — Было у меня время заняться поиском тебе тела? Ты со мной неразлучна. Обмануть тебя в этом вопросе я не могу. Так была у меня хоть одна свободная секунда? Между тем, как меня дед по стенке размазывал, и пробуждением в отеле?»

«Не было», — признала очевидное Альта.

«А сейчас нам чем лучше заняться — попытаться Ома скинуть или нестись за тридевять земель за клонированным телом для одной взбалмошной барышни?»

«Елагин — ты демагог! — заявила атлантка. — Запомни, долго я терпеть не буду…»

Дослушать Альту не смог. Точнее, ее голос в моей голове звучал, но смысл слов от меня ускользнул. Ведь Энн, поддавшись какому-то своему порыву, сделала ко мне шаг и поцеловала.

— Ты чего? — удивился я, стаскивая с себя очки. Мой палец, лежавший на джойстике, дрогнул. Дрон, которым я управлял, сделал петлю, крайне неудачную. Он булькнул, упав в воду, и начал тонуть, разбрызгивая воду пропеллерами. — А, черт!

— Не переживай. У нас два запасных есть, — как ни в чем не бывало произнесла Энн. — А вот запасного тебя у меня нет. Поэтому…

Девушка озорно глянула на меня, обвила руками мою шею и поцеловала еще раз. Жадно и долго.

«Ну вот! О чем я и говорю! Они жизнью наслаждаются, а я должна за всем этим наблюдать со стороны! Доколе, Елагин, доколе будет продолжаться эта несправедливость⁈» — закудахтала Альта.

«Будь добра, заткнись, пожалуйста», — мысленно попросил я атлантку. Черт разберет этих женщин. Только я решил, что близкие отношения на самом деле идут во вред делу, как Энн решила поменять правила игры. Которые, между прочим, она сама и установила! Но гори эти правила синим огнем, я в ответ впился в губы девушки поцелуем. Потом поднял ее на руки и пинком отворил дверь, ведущую внутрь надстройки корабля. Не один я потерял над собой контроль — дрон, которым управляла Энн, неожиданно набрал высоту и рухнул на палубу катера, разлетевшись на мелкие куски и оставив после себя кляксу из краски.

«Я все понимаю, у вас страсть, но имущество-то зачем портить?» — Фраза Альты осталась без ответа. Я завернул в первую же попавшуюся каюту.

— А у тебя и правда нос в краске.

— Тебя это отталкивает? — улыбнувшись, спросила она.

— О нет! Наоборот, будоражит до невозможности!

Глава 9

— Да, Лэт! Умеешь ты личным примером народ вдохновлять! — встретил меня оклик Лидии, когда я на следующее утро, щурясь от солнца, вышел на палубу.

— Корабль покрашен?

— Покрашен, — ответила Лидия.

— Что и требовалось получить, — резюмировал я. — Пора инспектировать проделанную работу.

— Ну ты и нахал!

Корабль блестел, как пасхальное яйцо, будто только что сошел со стапелей. Хотя, если пройтись по его внутренним переходам, сразу станет ясно, что он — старая рухлядь. Вчера вечером я имел честь получше познакомиться с его каютами и даже случайно сломать ножку у кровати в одной из них. Но нам важен именно его экстерьер — внешне корабль выглядел отлично. Красно-синий, его цветовая схема полностью копировала раскраску кораблей Ома. А принесенный с «Манты» вычислительный куб имитировал сигнал транспондера. Обманкау сделали на скорую руку. Другой корабль владетеля она если и проведет, то ненадолго. У Морского Корпуса точно есть обмен сигналами «свой-чужой», да и база действующих кораблей тоже. Но мы не их обрались за нос водить.

— Идем в Дарвин? — Лидия заметила, что я удовлетворен состоянием «Шипа».

— На всех парах.

Правда, до самой гавани мы не поплыли. Да и вообще переместились с «Шипа» на «Манту». Подошли к порту Дарвина в полдень. Акт гражданского неповиновения, о котором Альта узнала из новостных сетей, выглядел донельзя мирно — неторопливым кольцом по акватории порта кружились разнообразные маломерные суда. На их бортах были закреплены транспаранты с лозунгами, общий смысл сводился к тому, что энергетическая отрасль Дарвина съехала в яму, в клиниках ощущается серьезный недостаток клиентов и неплохо бы владетелю обратить внимание на экономический кризис в городе. Никаких призывов о свержении Бассаана не наблюдалось. Но это пока — мы собирались в корне изменить отношение жителей Дарвина к владетелю.

«Шип» шел в двадцати километрах впереди «Манты». Нам повезло — два катера того же типа слонялись неподалеку от мирного митинга, охраняя порядок и особо не вмешиваясь в происходящее. Видимо, Ом был в курсе, но активно вмешиваться не спешил, надеясь, что ситуация разрешится сама собой. Цена на энергию на бирже подрастет или жителям просто надоест нарезать круги на воде — выразят недовольство и разойдутся.

— Готова? — спросил я у сидевшей в рубке «Манты» Энн.

Та сосредоточенно кивнула.

— Тогда давай, действуй, — скомандовал я.

Благодаря установленному на катере оборудованию, Энн могла им дистанционно управлять, как дроном. Времени на настройку и наладку нам хватило, поэтому функционал катера Энн был доступен почти в полном объеме. Она могла даже стрельбу вести из его вооружения. Но корш категорически возражала против применения орудия и ракет крейсера. У нас даже перед операцией возник скоротечный, но довольно жаркий спор на эту тему.

— Подойти ближе к протестующим, отстреляться и уйти — что может быть проще? — предлагала свой вариант провокации Лидия.

— Там мирные, ни в чем не повинные люди, — настаивала на своем Энн.

— Ой, да брось! Невиновных не бывает. Каждый человечишка за свою жизнь хоть раз, да совершит что-нибудь предосудительное. Всех есть за что покарать. — Лидия продемонстрировала полное отсутствие принципов гуманизма.

— Я не буду стрелять в мирных людей, — уперлась корш.

— Так давай я на катере поплыву. Возьму с собой трех человек. Отстреляемся, потом в воду попрыгаем, — предложила Лидия.

— Так не пойдет. Во-первых, мы не знаем, как Ом отреагирует на провокацию. При первых выстрелах он может отдать команду на уничтожение катера. Во-вторых, вас будут снимать. Сразу. После того как начнете стрелять, в воздух поднимутся разведдроны. И как ваша эвакуация с катера будет выглядеть? Глупо и нелогично.

— Но… — попыталась было возразить Лидия, но я ее дослушивать не стал.

— Ты можешь все провернуть без жертв? — спросил я у Энн.

— Да, я очень постараюсь!

И девушка старалась. Ведомый ею «Шип» вальяжно зашел в гавань. Вопреки нашим ожиданиям его никто не вызвал и не попросил назвать цель визита. Все внимание лоцманской службы порта поглотил митинг на воде. Да и прибытие еще одного патрульного катера подозрений не вызвало. Все в норме, владетель стягивает силы для контроля над ситуацией.

Катер обплыл кольцо протестующих и опять не вызвал интереса с их стороны, не привлек внимание своих «собратьев». По команде Энн на его борту заработали мощные мегафоны.

— Внимание! Всем собравшимся немедленно прекратить блокировку порта! Повторяю — всем собравшимся немедленно покинуть акваторию! Пристать к берегу и разойтись по домам! Это первое и единственное предупреждение! Ко всем, кто к нему не прислушается, будет применены силовые методы!

На записи звучал намеренно искаженный аппаратурой голос Лидии. Что-что, а приказывать, рычать и отдавать команды она умела. Кольцо митингующих дрогнуло. Лодки и катера начали замедлять ход. Некоторые даже успели развернуться носом к берегу. Но времени, чтобы выполнить «первое и единственное» предупреждение, наш «Шип» бастующим не дал. За его кормой забурлила вода, Энн вывела двигатели в режим полного хода. Катер попер прямо на остановившиеся в замешательстве суда. По размерам он не сильно превосходил своих визави, но проектировался и строился по военному образцу, поэтому конструкция носа корабля имела усиление, позволявшее ему брать врагов на таран.

Энн управляла катером филигранно. Она не врубалась в суденышки, а старалась их распихивать бортом, врезаясь по касательной, переворачивая и отправляя людей за борт. В рядах мирных демонстрантов возникла паника, они начали сталкиваться сами с собой. Но я за ними практически не следил, угрожать «Шипу» им было нечем, да и если катер потопят — невелика потеря. Меня больше интересовала реакция сил Ома. А она была… никакая. Оба катера не спешили ввязываться в свалку. Я представлял, что они сейчас лихорадочно пытаются связаться со штабом Морского Корпуса и понять, чей приказ выполняет наш «Шип». В штабе тоже на какое-то время возникнет неразбериха. Ведь корабль вроде как действует в интересах Ома, и приказ мог прийти с самого верха.

Долго бесноваться катеру все равно не дали бы. Рано или поздно «Шип» банально попытаются вызвать и объясниться, но мы этого ждать не стали. Катер выбрался из мешанины из лодок и, продолжая вещать о карах небесных, которые свалятся на голову любому, решившему нарушать общественный порядок, двинулся прочь из акватории. Наступала самая рискованная часть плана.

— Приготовиться к всплытию! — оповестил я команду.

«Манта» могла замечательно сражаться из-под воды, но на этот раз нам требовалось показаться честному люду. Лодка выскочила на поверхность. Я отметил, что система оповещения молчит — нас не успели сразу взять на прицел. И слава богу! Зато «Шип» давно уже был захвачен нашими системами наведения. Особо тратиться я на него не стал, подлодка выплюнула всего одну торпеду.

— Подставь-ка катер бортом, — попросил я Энн.

Энн молча кивнула. У девушки было много достоинств, если бы она не стала корпоративным шпионом, ей бы следовало себя попробовать в пилотировании. «Шип» начал выполнять противоторпедный маневр, закладывая курс на правый борт. Делал он это не совсем умело, но для сторонних наблюдателей логично и объяснимо, ведь его атаковала неизвестно откуда взявшаяся подлодка, и капитан катера имел право на ошибку. Для убедительности Энн даже дала по приближающейся торпеде несколько выстрелов из орудия катера. И тому почти удалось от торпедной атаки уклониться. Но только почти — торпеда впечаталась в корму «Шипа». Взметнулся фонтан воды от взрыва.

И только сейчас Морской Корпус Ома решился хоть как-то отреагировать — оба патрульных катера развернулись, вышли на глиссаду и начали приближаться к нам. «Манта» пошла на срочное погружение.

— А это было слишком близко, — сказала Лидия в ответ на прозвучавшие над нашей головой взрывы.

Катера начали обстрел.

— Нормально. Мы должны показать бой, а не убиение беспомощных кораблей, — ответил я ей.

По сценарию спектакля, придуманного мной, жители Дарвина должны увидеть именно бой. С взрывами, маневрами и прочими спецэффектами. Мне нужна шумиха! Ради нее пришлось даже пожертвовать тремя «умными» торпедами атлантов. Уходя на глубину, я их отстрелил, но поразить вражеские корабли не дал, по команде взорвав их. Вокруг катеров взметнулись столбы воды, заставив заметаться.

Они были быстры, но маневренности «Манты» с головой хватало, чтобы осуществить их перехват. Приподняв нос подлодки, я захватил в прицел один из кораблей и выстрелил из волнового орудия. Днище катера расползлось на лоскуты, он принял на борт внушительный объем воды и начал немедленно тонуть. Второй попытался уйти, но к этому моменту успели перезарядиться торпедные установки и «Манта» выдала залп из двух торпед. И одной бы хватило за глаза, но нам нужна зрелищность — катер Морского Корпуса Ома затонул, разломившись сразу на четыре части.

Пора разыгрывать финальную часть представления. «Манта» всплыла и, окруженная бурунами воды, направилась к берегу. Расправа над охранявшими порт кораблями случилась настолько быстро, что не все суденышки митингующих успели добраться до берега. Есть часть людей, у которых чувство любопытства превалирует над инстинктом самосохранения. Глядя на падающий на них с неба самолет, они будут стоять столбом, потому что это чертовски красивое зрелище и было бы обидно его пропустить. Именно поэтому несколько лодок, увидев приближение нашей субмарины, остановились. Встала и наша подводная лодка, и через верхний люк на ее рубку поднялась фигура в «Муругане», выкрашенном в золотой с бирюзой. Фигура сняла шлем, и ветер поднял роскошную гриву волос. Тоже золотых.

Я долго размышлял над тем, кто будет официальным лицом мифического сопротивления. Свою кандидатуру я отверг сразу же. Прямо говоря, лицо у меня сейчас не очень. Героического в щуплом подростке крайне мало. Хотя я уже мелькал в новостях после выступления на Арене, но максимум подходил на роль героя второго плана. Народ любит хлеб и зрелища. А кто из нашей команды самый зрелищный? Особенно с золотой полумаской на лице? Энн, конечно, тоже красивая, причем настолько, что покорила мое сердце. Но она была бесконечно милой, в то время как Лидия броская и способна притянуть к себе сотни взглядов за одну секунду.

На публике она собиралась появиться в том красном платье, в котором мы посещали «Сияй», но я смог ее переубедить, что во главе подпольного клана лучше будет смотреться не просто красотка, а красавица-воин. Голос Лидии усиливали динамики «Манты» так, что он раскатисто звучал по всему порту.

— Доброго вам дня, добропорядочные жители Дарвина! — начала она речь с приветствия. — Позвольте представиться. Меня зовут Лидия…

Девушка намерено сделала длинную паузу. Пока мы добирались до Дарвина, я заставил Лидию десяток раз отрепетировать эти слова. Природный ораторский талант — это хорошо, но поставленная речь и убедительный сценический образ не менее важны.

— Лидия Елагина! Я дочь Лэта Елагина, который был убит в результате подлого предательства!

«Ну вот, Елагин, и дочка у тебя нашлась!» — захихикала Альта.

«Ты сама помогала придумывать эту легенду», — напомнил я атлантке.

«Помогала. Легенда должна трогать за душу. Возьми любое известное историческое событие, и я тебя уверяю — вымысла там девяносто процентов. А может, и все девяносто девять. Бытовуха скучна, обывателю же интересны такие истории, от которых сердце начинает биться и слезы на глаза наворачиваются. Но Лидия… твоя дочка… мне кажется, мы перестарались».

Через камеры «Манты» я следил за людьми, сидевшими в лодках. И за народом, собравшимся в порту. Оценить их реакцию было пока сложно. Для них Елагины — это что-то малоизвестное из далекого прошлого. Но я представляю, как икнулось в этот момент Ому и другим компаньонам, предавшим меня, если Молли Мартинес и Алан Бейкер смотрели сейчас трансляцию. Но я был абсолютно уверен, что после того как в Дарвине прозвучала фамилия «Елагин», их разведка обязательно им про это доложит.

— Убит Бассаном Омом! — продолжила раскручивать нашу легенду Лидия. — Басаан убил мою маму, потом нанес подлый удар в спину моему отцу. А меня спас верный слуга Елагиных, полковник Эрлинг. Вы спросите, где я была все эти столетия? Скрывая меня от шпионов Басаана, Эрлинг погрузил меня в долгий анабиоз. Да, я провела в капсуле почти триста лет! Но я вернулась. И что я увидела, пробудившись ото сна? Я увидела страдания моего народа! Я увидела, как Басаан обворовывает вас, как выжимает из вашего кошелька последний токен!

Вот! Наконец на лицах собравшихся в порту людей я увидел некий отклик. Им, в общем-то, было плевать на то, что кто-то когда-то кого-то сверг и убил. Лишняя сотня токенов в собственном кошельке их заботила намного сильнее.

— Однако я ничем не могла вам помочь. У Ома есть армия, по его владениям повсюду снуют шпики. Что мне оставалось? Терпеть и наблюдать. Пытаться собрать верных людей, тех, кто верит в будущее Бирюзового Дола! И кому это будущее небезразлично. Но мое терпение лопнуло, когда я увидела, как сегодня солдаты Ома попытались подавить ваш протест грубой силой. Его псы набросились на вас… за что⁈ За то, что вы устали быть голодными⁈

Толпа на пирсе воодушевлялась все больше. Я видел, что люди начали кивать в одобрение слов Лидии, а кто-то вскидывал руки и что-то кричал в ответ.

— Я не смогла этого стерпеть, я не смогла обойти стороной этот вопиющий случай! Эту чудовищную несправедливость! Я понимаю, что поле того как я потопила корабли Ома, за мной начнется охота. Может, эти сволочи затравят меня и убьют, как моего отца. Но я знаю, что не одна! Я знаю, что меня поддержат все люди, которые хотят перемен! И в Дарвине, и во всем лене Елагиных! Да, вы не ослышались — именно во владении Елагиных! Я, Лидия Елагина, заявляю о своих правах на Бирюзовый Дол! Я заявляю о том, что граждане моего лена должны жить достойно!

Тут по сценарию Лидия должна вновь взять паузу. А я смог оценить воодушевление толпы — отлично, реагируют! Руками машут, орут чего-то.

— Но я ничего не добьюсь без вас, мои дорогие сограждане! В одиночку я не могу сместить Ома. Мне нужна ваша поддержка! — после этих слов Лидии энтузиазма у толпы поубавилось.

Одно дело, когда какая-то привлекательная особа придет и по мановению руки улучшит твое будущее. И совсем другое, когда тебе придется в этом активно участвовать, может, даже подвергая свою жизнь опасности. Ну ничего, энтузиазма мы им подкинем, сейчас основное — это картинка для Ома. Недовольство населения налицо. И что должен сделать любой мало-мальски разбирающийся в политике правитель? Правильно! Отсечь мятеж, изолировать охваченный им город, пока вирус недовольства не расползся по всему лену. Ну и второй задачей для Ома будет как можно скорее найти и по-тихому удавить самозванку. Ведь кто-кто, а он уж точно знает, что никаких дочерей у меня не имелось и Эрлингу просто некого было спасать.

Как будет действовать Басаан, я примерно догадывался. Все-таки мы с ним у одних и тех же преподавателей учились. И на все его действия у меня были заготовки. Но в этом уравнении оставалось одно серьезное неизвестное — евгеники. Как отреагирует Савва на то, что вопреки его приказу я начал шатать кресло под Басааном? Но, думаю, он оценит историю, которую мы подсунули людям в Дарвине. Не одни евгеники умеют придумывать красивые легенды.

Глава 10

День-ночь. День-ночь. Вроде бы повторяющееся миллиарды раз событие, которое никто за что-то сверхъестественное не воспринимает. Однако привычная смена светлого и темного времени суток влияет на все живое на Земле коренным образом. Начиная от простейшей бактерии и заканчивая, конечно же, человеком. Несмотря ни на какие импланты жизнь каждого из нас подчинена биологическим часам. К примеру, с двух до пяти часов дня у людей самая высокая активность — лучшая координация и скорость. Самый трезвый ум и быстрые мышечные рефлексы. А в девять часов вечера организм начинает потихоньку готовиться ко сну и запускает выработку мелатонина.

Цель и время для атаки в Дарвине я выбирал недолго. Целью являлся комендантский пункт владетеля. Такой имелся в любом городе с населением больше ста тысяч. Во внутренние муниципальные дела гарнизонные вояки не лезли, функцию той же полиции не выполняли. Они представляли и защищали интересы Ома. В обнесенном забором гарнизоне, находящемся в пригороде Дарвина, имелось две посадочных площадки с коптерами. Расквартированные здесь силы использовались и в качестве отрядов быстрого реагирования. При необходимости их можно было быстро перекинуть в любой ближайший город или другую точку, где происходило какое-либо ЧП. Непосредственно в Бирюзовом Доле размещалось менее трети всех сил, которыми располагал Ом. Все остальные части раскиданы по городам, создавая сеть из опорных пунктов, которые оперативно могли приходить на помощь друг другу.

Вот именно на такой пункт я и нацелился. Сумерки, то самое время, когда караульные начинают слегка позевывать. Рвение к службе понемногу отпускает. Через полчаса служба их закончится, и они всей гурьбой отправятся в местный бар, выпить крена и пощупать местных красоток. Все мысли караульных были уже там. И как же их разочаровал срочный вызов, сообщивший о том, что в двухстах морских милях от Дарвина банда пиратов совершила дерзкий налет на контейнеровоз. Двести миль — как раз на границе их ответственности. Еще бы немного, еще бы чуть-чуть — и перехват осуществляла бы другая группа.

Сообщение было тревожным — на грузовое судно напал десяток головорезов. Они взяли в заложники весь экипаж, всех троих операторов. С людьми бы черт с ними, но головорезы угрожали взорвать судно и уничтожить груз. Басаан Ом и так в последнее время нес из-за подрывной деятельности группы Эрлинга гигантские убытки. Поэтому проигнорировать наглый захват судна у себя под носом он никак не мог.

На базе запиликала тревожная сирена, и мечты гвардейцев под ее звук полетели псу под хвост. Но вышколены они были на совесть. Полторы минуты, и тяжелые коптеры с забитыми ракетами подвесками с жутким воем синхронно поднялись в воздух. Развернувшись на месте, грозные транспортно-боевые машины понеслись в сторону океана.

— Как по расписанию. — В «Манте» оставались только я и Энн.

Лидия со своими боевиками как раз таки и захватила контейнеровоз, который сейчас безостановочно слал сигналы «мэй-дэй» в эфир. Мы заранее знали, когда и по какому курсу пролетят коптеры. Поэтому для ракет ПВО, установленных на «Манте», они стали легкими целями. Мы даже сценарий запуска успели несколько раз просчитать. По нему надо только дождаться, чтобы коптеры пересекли береговую линию, мне не нужны жертвы среди гражданских. В конце концов мы объявили, что будем освобождать людей от гнета Басаана, а не убивать их.

Как только системы управления огнем захватили оба коптера, те начали противоракетный маневр с отстрелом имитаторов. Эти небольшие штуковины не просто излучали тепло, но шумели и светились на экране радаров неотличимо от настоящих летательных аппаратов. Но это на мой дилетантский взгляд неотличимо. Головки самонаведения атлантов отлично разобрались, где оригинал, а где фальшивка. Полет ракет был пугающе неизбежным, один из коптеров даже открыл огонь из орудия, пытаясь одну из них сбить. Ракета лениво отклонилась от трассеров и так же лениво влепилась в борт коптера. Второй взрыв последовал буквально через мгновение. Ни парашютов, ни кресел катапульты на экранах радаров видно не было. Экипажи и десант коптеров пошли на дно вместе со своими машинами.

Мои преподаватели по стратегии научили одной простой истине — если хочешь победить, то ты должен уметь предугадывать последовательность действий врага. Куда Ом кинет резервы в первую очередь? К захваченному кораблю? Или в Дарвин?

Заливают там, где полыхает. Обыватели в Дарвине после митинга разошлись по домам и активности не проявляют. А судно требует внимания прямо сейчас.

— Идем к берегу? — уточнила Энн.

— Именно. — Если я ошибся в своих предположениях насчет Ома, то нас будут ожидать серьезные неприятности.

В порт мы входить не стали, а бросили «Манту» на мелководье. После того как высадились, лодка сама отошла от берега и ушла на глубину.

У нас был серьезный груз, который мы распределили между собой. Одетая в «Муруган» Энн несла на плечах ствол, его можно прикрутить и к малокалиберной пушке. Однако он являлся частью противотанкового ружья, ствольную коробку и ложе которого я пер на собственных плечах. Мы заранее с помощью дрона провели рекогносцировку местности и выбрали позицию. Для наших целей идеально подходил маяк.

— Приветствую вас от лица группы Эрлинга! — обратился я к парочке, которая решила устроить пикничок у его подножия. Парень с девушкой разложили на пледе нехитрую снедь и уже успели откупорить бутылку вина. — Не хотел бы вас огорчать, но скоро здесь могут начаться боевые действия. Поэтому для вашей же безопасности я хотел бы вас попросить перенести пикник в другое место.

Парень застыл, не донеся бутерброд до рта, потом часто-часто закивал. По его глазам было заметно, что он меня узнал. Да и золотисто-синяя раскраска моего боевого доспеха процессу узнавания помогла. Они быстро свернули плед и покидали продукты в корзину.

— И да, — бросил я через плечо уходящей парочке. — Полицию о том, что вы нас встретили, лучше не оповещать.

— Конечно-конечно! Мы за вас! — поспешил нас уверить паренек.

На слово я им поверил. Однако доверяй, но проверяй.

— Следи за эфиром, — попросил я Энн, входя в здание маяка.

Имплант Энн мог без проблем перехватывать сообщения от личных коммуникаторов. Если бы встреченная нами парочка попыталась уведомить власти о нашем появлении, она бы серьезно осложнила выполнение задачи. Но, видимо, выступление Лидии впечатлило граждан Дарвина — пока мы понимались на лифте, Энн не зарегистрировала ни одной попытки звонка.

— Испортили людям праздник. — Добрая душа Энн, как всегда, больше переживала за незнакомых людей, чем за себя.

— Наоборот! Подарили острые ощущения! Они еще как минимум год будут вспоминать, как оказались в центре событий невероятного масштаба. И рассказывать знакомым, что еле ноги унесли и живы остались. А пикник? Что в нем такого запоминающегося? Ну посидели, ну выпили…

— Да-а-а, а ты, Лэт, оказывается, романтик! — закатила глаза Энн.

— Точно, этого не отнять. — Обняв девушку за пояс, я притянул ее к себе и откинул забрало шлема.

Она сделала то же самое. Целоваться в боевой броне не очень удобно, края наших шлемов стучались друг об друга. Но что делать — в непростые времена у нас роман случился.

Лифт остановился, двери распахнулись. Нам с Энн пришлось оторваться друг от друга. Я сбросил свой груз, и Энн начала собирать и заряжать винтовку.

Подойдя к сегменту прозрачной стене, окружавшей смотровую площадку, я достал из поясной кобуры пистолет и пару раз выстрелил. Пистолет метал плазменные заряды и делал это практически бесшумно. Прозрачный пластик, в который угодила плазма, потемнел и пошел пузырями. Он стал хрупким — я вышиб секцию окна одним ударом бронированного кулака.

— Отличный вид! — Энн подтащила винтовку к проему.

На мой вкус, особым изяществом вид за выбитым окном не отличался. Но его прелесть заключалась в том, что перед нами в километре раскинулся кирпично-красный забор гарнизона. Сумерки еще не полностью окутали Дарвин, видимость была сносная. С помощью оптики шлема я легко различил фигурку, бегущую от казарм к пункту управления.

— Может, не стоит тебе туда идти? — попыталась уже, наверное, раз в десятый отговорить меня Энн. — Я их и отсюда всех поснимаю.

— Верю. — Я присел рядом с лежащей возле винтовки девушкой и погладил ее по голове. — Поэтому тебя у себя за спиной и оставляю.

— Но…

Прерывать разговоры с девушкой — некрасиво. Но я знал, что Энн готова привести десятки доводов. А я не готов их слушать. Поэтому просто шагнул в оконный проем.

— Лэт! Ты скотина! — прокричали динамики в шлеме.

«Вынуждена согласиться с твоей пассией, — поддержала корша Альта. — Зачем тебе вообще это шоу нужно⁈»

Ответить я смог только после приземления. «Муруган» обладал мощным конструктивом, но его прочность тоже имела пределы — упав с высоты маяка, я если бы не убился, то ноги точно переломал. Однако в пяти метрах от поверхности сработали встроенные в лодыжки костюма одноразовые реактивные двигатели. В итоге на землю я опустился в облаке пыли и пламени. Вполне возможно, что мне тормозная система «Муругана» пригодилась бы в дальнейшем. Но прыгал я с маяка, чтобы разогреться. Создать себе настрой, так сказать, разогнать кровь.

«Вроде вы, атланты, ребята неглупые, — ответил я Альте, идя от маяка напрямую к ближайшей автостраде. — Но так и не поняли, что политика — это чистое шоу. И у кого оно ярче, тот и побеждает. Лидия щедро сыпала обещаниями, теперь настала пора эти обещания выполнять».

Альта через подставной аккаунт нашей биржи заранее заказала аренду мотоколеса, дожидавшегося меня на обочине, внутри которого находилось кресло для водителя. Колесо было где-то два с половиной метра в высоту. Кресло крепилось на мощной раме, позволявшей пилоту пережить серьезные аварии. Но основным достоинством мотоколеса являлась скорость. По прямой и по хорошей дороге оно способно развивать до двухсот тридцати километров в час. Больше пятидесяти в пределах города гнать запрещалось, но я собирался натворить дел покруче, чем нарушение правил дорожного движения.

Как только уселся в кресло, системы опознали меня как Текео. Подключаться через нейроразъем я не стал, чтобы не дать понять системе доступа, что не совсем тот, за кого себя пытаюсь выдать. Я положил руки на короткий руль-обрубок и повернул рукоять газа. Пока что не на максимум. За всеми транспортными средствами велся неусыпный контроль. Превышение скорости на короткое время допускалось — водитель мог резко ускориться, чтобы избежать аварийной ситуации. Но если несанкционированный разгон продолжался дольше, то управление транспортным средством перехватывал дорожный контроль и скорость гасилась. Поэтому пока я катил по улицам Дарвина, как законопослушный гражданин.

Однако, выйдя на прямую дорогу к гарнизону, я резко ускорился, обогнав красный грузовичок автоматической доставки. Колесо не только могло ехать быстро, но и набирало скорость почти что мгновенно. Цифры на экране управления перевалили за сотню, низко лететь над асфальтом мне никто не мешал — я вырулил на дорогу, которая вела непосредственно к воротам гарнизона и была пуста.

На экране высветилось предупреждение, что я нарушаю скоростной режим и мне будет выписан штраф. Я продолжил выкручивать ручку газа до упора, полностью его игнорируя. Предупреждение окрасилось в красный цвет, сообщая, что если я продолжу безобразия вытворять, то двигатель моего транспортного средства будет принудительно заглушен. Я завалил руль направо и выжал ручку тормоза. Мотоколесо оснащалось системой стабилизации, но таких изощренных издевательств эта система не перенесла, транспорт завалился на бок. Я вывалился из кресла и заскользил по асфальту вслед за колесом — пускай контроль глушит двигатель сколько хочет, колесо, высекая искры, неслось вперед не за счет него, а за счет инерции. Свою скорость я старался максимально снизить, раскинув руки и ноги. Если бы не «Муруган», то к воротам опорного пункта Ома от меня бы одни уши доехали. Но первым к воротам прилетело колесо!

Раздвигающиеся створки удар выдержали, все-таки они не стоянку в гипермаркете прикрывали. Но и колесо не сплоховало — створки чуть разошлись, и между ними боком человек мог протиснуться. Я вскочил и бросился к прорехе. Но даже в вечерние часы оставшиеся в гарнизоне солдаты не дремали. Прямо передо мной в асфальт впились пули. Я вскинул голову и увидел на заборе фигуру, которая целилась в меня из короткоствольного автомата.

«Боевой режим!» — оповестила Альта о том, что врубила все мои импланты на максимум. И это сразу почувствовалось — картинка перед глазами слегка поплыла. Такой эффект возникал из-за быстро выросшей скорости реакции.

Я кувыркнулся, уходя с линии огня, и выдернул из поясной кобуры пистолеты. Стрелок дал еще одну очередь со стены — пули, отрикошетив от нагрудника, ушли куда-то в сторону города. «Муруган» отрабатывал каждый вложенный в него токкен, обеспечивая хозяину неуязвимость даже под градом пуль. Но все имеет свои пределы, в том числе и прочность керамических пластин. Каждая последующая пуля оставляет в них микротрещины. Они, накапливаясь и становясь все шире, могут привести к разрушению броневого элемента. Для камер уличного наблюдения сценка получилась красивая, но стрелка надо бы уже и прищучить. Я почти успел вскинуть оружие и поймать его в виртуальный прицел, который имплант проецировал мне прямо в сетчатку. Но из шеи гвардейца Ома вдруг вылетел кровавый фонтан с ошметками. Вскинув руки и выронив оружие, он завалился по ту сторону стены. На охранной вышке дернулась было турель, разворачиваясь в мою сторону, но второй выстрел Энн разворотил ее корпус. Винтовка, которую она использовала, предназначалась для поражения легкобронированной техники и в принципе и одного попадания для турели достаточно. Но мой ангел-хранитель перестраховывался. В печально опускающую свой «хобот» башенку влетела еще одна пуля, выбившая все ее электронные кишки. Несмотря на домыслы толпы о том, что у владетелей денег девать некуда, реальные дела обстояли так, что и мне, и Басаану всегда было на что потратить бюджет. И при устройстве гарнизонов стояла дилемма — вложиться в их обороноспособность или ударную мощь. Лучшая оборона — это нападение, поэтому и я, и он вкладывались в основном в оснащение мобильных групп. Да и кто в трезвом уме будет нападать на гарнизон? Ради чего? Тут не было ничего ценного. Поэтому турель являлась чуть ли не единственной линией обороны.

— Будь осторожен! И прекрати красоваться!

Я хотел было ответить Энн, что в этом как раз и смысл, но решил не терять на это время. Девушка банально переживает за меня, и словами ее никак не успокоить. А вот дело надо доделывать до конца.

Я нырнул в проем между створок. Кувырок, присесть на одно колено, пистолеты в двух руках разведены по сторонам в поисках целей. Кроме лежащего кулем тела, других гвардейцев на площадке не наблюдалось. Видимо, на спасение захваченного судна из Дарвина выдернули практически всех бойцов. Мне же лучше: пользуясь ускоренными рефлексами и налившимися силой мышцами, я разогнался, как гоночный болид. Дверь, ведущая в оперативный центр, начала открываться, когда мне до нее осталось не более двух шагов. Из нее высунулась рука с автоматом. А я даже не стал вскидывать оружие, а просто врезался в дверь плечом. И тут же услышал хруст ломаемой кости и вопль.

Убрав пистолеты в кобуру, я вытащил из-за спины меч. Начиналось самое интересное.

Глава 11

«Он восстановлен примерно на восемьдесят процентов», — сообщила Альта.

Я не знаю, как выглядел на сто процентов готовый «Левиафан». Но и в нынешнем состоянии он вызывал сплошной восторг и восхищение. Рубка управления сияла белым пластиком, пульты управления — хромом. Всего в рубке из полной комплектации кресел оказалось ровно четыре. И это меня не могло не радовать. Мы с Божко заняли места первого и второго пилота. Ян место штурмана — непоправимо накосячить у него на этом месте мало шансов. У Энн же, наоборот, специализация в высшей степени ответственная. В экипаже «Левиафана» она выполняла функции оператора боевых систем.

После нападения на гарнизон мы сняли Лидию и ее бойцов с контейнеровоза. Невероятно, но факт — Ом решил от них откупиться! Конечно, он прислал свою гвардию и корабли, но произошедшее в Дарвине выбило его из колеи. Он перечислил деньги на указанный счет и отвел свои силы, дав Лидии возможность эвакуироваться с захваченного корабля. Гарантией того, что он не бросится за нами следом, было взрывное устройство, установленное в машинном отделении грузовоза. Груз Басаан сохранил, но лицо, по моему мнению, потерял. С учетом творившегося в его лене в последнее время бардака, Ому можно смело вручать пальму первенства за самое неумелое управление своими владениями. Этим я и собирался воспользоваться.

— Передаю управление, — произнес я.

— Управление принял, — ответил Божко.

Я встал с пилотского кресла и направился к выходу из рубки. Дальше Теодор поведет крейсер сам, а мне надо торопиться в одну из шлюзовых камер. «Левиафан» мог нести на борту до двадцати аппаратов размером с «Манту». Сейчас занята всего одна из них, и именно туда я и направлялся.

В десантной подлодке меня уже поджидала Лидия со своим отрядом. И если бы я не был уведомлен, то выхватил бы «Сияющий» сразу, как только вошел в транспортный отсек подлодки. Для столь нервной реакции имелось свое основание — «Манту» оккупировали евгеники! В полной боевой выкладке!

— Всплываем уже? — из-под шлема одного из них раздался голос Лидии.

— Угу, мы на месте. — Я протиснулся мимо «штурмовиков-монахов».

Их доспехи, в отличие от тех, которые я отдавал Мирону, не были обычным муляжом. Это накладки, сделанные поверх «Нерея». Подобное решение, конечно же, чревато ухудшением маскировки. Но мы отправлялись на слишком опасную встречу, на ней возможна стрельба. И хотелось бы, чтобы наши тела прикрывала реальная защита, а не бутафорская.

Я прошел в рубку, сел в кресло и подключился к нейроинтерфейсу. Отдал команду, и тут же шлюзовую камеру начала заполнять вода. Шлюз на «Левиафане» был сухого типа, он позволял проводить с «Мантой» или другой подлодкой ремонтные работы широкого спектра. Машинерия атлантов трудилась на славу — отсек заполнился водой за пару секунд, после чего открылся внешний люк. Наша трудяга выскользнула наружу и начала быстро подниматься к поверхности.

«Один нас уже ждет», — сообщила Альта, сверившись с данными с сонаров.

«Плохо, что второго не видно. Если он не приедет, то наши планы пойдут прахом. Нам нужны они оба».

Мы вынырнули на поверхность рядом с внушительным боевым кораблем. В точке рандеву на границе владений Ома нас поджидал целый крейсер! И когда мы показались на поверхности, его рельстроны главного калибра развернулись в нашу сторону. Ну это нормально, особо радушного приема я не ожидал.

На палубе крейсера появилась одинокая фигура. Она махнула рукой — мол, поднимайтесь.

— Ты готова? — спросил я по внутренней связи.

— Угу, — откликнулась Лидия.

— Тогда — на выход. Тебя уже ждут.

— Кто?

— Крайне приятный юноша. Зовут Алан. Гарантирую — он тебе понравится.

На корпус «Манты» Лидия выбралась тоже одна — так мы договорились. Оба владетеля соседствующих с Омом ленов договорились с нами только о личной встрече.

— Вам будет легче спуститься, чем мне подняться. — Лидия в свою очередь тоже помахала рукой.

Дерзости бывшей правительнице Фрипорта не занимать. Но такой подход к переговорам Алану понравился. Фигура на палубе расхохоталась.

— Ради встречи с наследницей Елагиных на что только не пойдешь. Подожди минуту, сейчас все будет.

С борта крейсера скинули какой-то серый ком. Он начал в воде надуваться и разбухать, пока не развернулся в широкий плот. Алан спрыгнул на него прямо с борта. Имплантов у него установлено порядком. Он приземлился, как воткнувшаяся в цель стрела, четко и точно, даже не покачнувшись.

Лидии было чем ответить. Она спрыгнула в воду и исчезла, полностью погрузившись, но уже через секунду вылетела оттуда, как ракета, и приземлилась прямо перед владетелем.

— Браво-браво-браво! — Алан похлопал в ладоши. — Узнаю дочь родного отца.

— Хватит ломать комедию. — Лидия была в курсе того, что Алан знал: никакой дочери у меня не было.

— Кто из нас ломает комедию — большой вопрос, зачем ты вырядилась в евгеника?

Диалог начался жестче, чем я предполагал. Но, с другой стороны, сможем сразу расставить все точки над «i». Мы разослали предложения о встрече Молли Мартинес и Алану Бейкеру и приложили к ним кадры резни из Дарвина. Да-да, именно резни! В здании гарнизона меня поджидали трое гвардейцев, их кровь забрызгала прикрепленную к моему доспеху камеру так, что было еле различимо, как я закладываю бомбу под аварийный реактор их базы. Рвануло знатно. В том, что на месте гарнизона сейчас зияет огромная воронка, Молли и Алан могли убедиться с помощью спутниковых снимков.

— Это моя настоящая форма, — ответила Лидия двухметровому блондину с голубыми глазами.

Что ни говори, а Алан был настоящим потомком викингов. Это отражалось и в его внешности, и в его нраве, недаром он командовал моей армией. Полковник Эрлинг возглавлял по сути лишь мою личную охрану, остальные войска подчинялись Алану Бейкеру.

— Ты представляешь Церковь? — удивился он. — У меня с ней налажены контакты. И обычно интересы евгеников со мной обсуждал другой человек.

— Церковь не так едина и монолитна, как может показаться со стороны. Я представляю ее правое, самое радикальное крыло. Но обсуждать это не имеет смысла.

— Почему же?

— Мы договаривались о встрече с двумя персонами. А явилась одна.

— А-а-а, ты об этом, — широко улыбнулся Алан. — Молли чуть более осторожна, чем я. Она не доверяет незнакомцам.

— Это плохо. Наша встреча окончена. — Лидия развернулась, чтобы уйти.

— Подожди. Я думаю, Молли убедилась, что обстановка тут отвечает ее понятиям о безопасности.

Сонары «Манты» уловили нарастающий гул, и на радаре появилась яркая метка. Что-то пикировало с неба прямо на плот. Ракета? Я уже хотел отдать приказ Лидии, чтобы она как можно скорее убиралась оттуда, но остановился, разглядев амфибию-истребитель, пикировавший к точке встречи. Перед самой водой он лихо развернулся, поднял тучу брызг и приводнился. Колпак кабины откинулся, и на его крыло выпрыгнул третий участник переговоров. Молли Мартинес показала, что она тоже мастер эффектных появлений.

— Пойдем к нам, — пригласил Алан вновь прибывшую на плот.

— Я и отсюда вас прекрасно слышу. — Молли не спешила принять предложение.

И за целых триста лет люди не способны измениться. Молли Мартинес была очень осторожным ребенком. И выросла в крайне осмотрительную, но очень опасную женщину. Молли возглавляла мою службу разведки, и доверял я ей больше всех. Ей это и по должности положено, да еще у нас с ней как-то случился короткий страстный роман.

«Елагин, как так происходит, что тебя по жизни окружают одни красотки⁈» — Альта имела возможность через камеры «Манты» детально оценить внешность Мартинес. Маленькая изящная кошечка с коротким черным каре выглядела более чем эффектно. И тоже ничуть внешне не изменилась с годами. Скорее всего, и Молли, и Алан неоднократно прибегали к клонированию своих тел.

— Эта дама, — Алан кивнул на Лидию, — говорит, что она представляет интересы Церкви Фата Евгеники.

— Убей ее и брось труп в море. Она врет. Эта дама — бывший лидер разрушенного пиратского Фрипотра.

Ай да Молли, ай да молодец! Не растеряла своих навыков! Она стремилась всегда знать все обо всем, происходящем поблизости. Но я, зная об этой особенности моей бывшей любовницы, смог подготовить Лидию к такому повороту.

— Я уже говорила твоему дружку, что внутри Церкви тоже происходит борьба. Случаются разногласия. И из-за одного такого Фрипорт, являвшийся на самом деле одним из проектов Церкви, уничтожили…

— Ты врешь, ты опять нам врешь!

— Девочки, погодите. Меня мало волнует вся эта церковная возня. Меня больше интересует, зачем ты нас сюда позвала? Ну идет у тебя лично или у Церкви война с Омом. Нам-то какое дело?

Крысы. Самые настоящие крысы. И эти люди были моими самыми ближайшими помощниками! Тогда они предали меня, а сейчас с легкостью отвернулись от своего бывшего товарища. Ну долбят Ома — ну и что? Им-то какое дело?

— В самое ближайшее время мы собираемся захватить Бирюзовый Дол, — заявила Лидия.

— Молодцы. Поздравляю. Если захватите — предлагаю дружить домами, — иронично ответила Молли.

— Но мы на этом не собираемся останавливаться. Дальше захватим замок Родригесов…

— А вот это уже интереснее! То есть мы с Молли сейчас говорим с нашим будущим боссом?

Алан веселился. Одного взгляда на его широкую улыбку и сияющие глаза хватило, чтобы понять: он не верит Лидии.

— Это зависит от вас. У нас очень далеко идущие планы. И одним Домом Власти они не ограничиваются. — Взгляд Лидии, напротив, был холоден как сталь.

— И сколько вы их хотите захватить? — В отличие от Алана, Молли оставалась серьезной.

— Все.

— Все? А потянете? — продолжал веселиться Алан.

— В нашем распоряжении появились некоторые ресурсы, они позволят нам это сделать. — Лидия кивнула на «Манту».

— Технологии атлантов? Очень интересно. Но сколько у вас таких аппаратов? — уточнила Молли.

— Больше, чем вы сможете себе представить.

— И в чем же заключается ваше предложение?

— Вы помогаете нам с уничтожением Дома Ома. Мы возвышаем вас до уровня бет. И даем Замки Власти в управление.

— Ого! А вы щедрые! Замки за просто так раздаете. — Алан не изменял своему ироничном тону.

— О нет! Не за просто так. Мы с вами должны уничтожить сухопутные силы Ома. Вместе.

— Всего-то лишь?

— Мы сделаем так, что они будут крайне уязвимы. Вам останется лишь нанести удар.

— Даже если мы решим присоединиться к вашей идиотской затее… А что вы будете делать с его флотом?

Вопрос Молли имел под собой серьезное основание. Так как владения Ома в основном располагались на побережье и островах, то перекос с упором в военно-морские силы логичен. Флот у Ома мощнее, чем у соседей.

— Потопим. Сами, — сказала Лидия об этом, как о малозначительной мелочи.

— Потопите⁈ Как? Алан, я ухожу, у меня нет желания связываться с сумасшедшими. Заполучили пару игрушек и уже считаете себя повелителями мира.

— Тео, ваш выход, — отдал я распоряжение по рации.

Сегодня прямо день эффектных появлений. Трюки показывали все. Но Божко, конечно же, всех переплюнул — перед появлением «Левиафана» вода вспучилась огромным пузырем, он лопнул. Из-под сбегающих водопадов показался наш подводный монстр. И даже у меня перехватило дыхание — на поверхности «Левиафан» выглядел еще внушительнее, чем под водой. Крейсер Алана сразу же визуально уменьшился до утлой лодчонки.

— Это… это… это… — как автомат повторял Алан, с лица которого мигом исчезла улыбочка.

Мартинес вообще слов не нашла. Похоже, до нее не дошло сразу, что это подводная лодка экстракласса, а не скелет морского чудовища времен юрского периода.

— Это одна из наших игрушек, — представила «Левиафан» Лидия.

— Одна? — уточнила Молли.

— Одна, и далеко не самая опасная, — подтвердила Лидия.

— Да ладно… Хорошо, что вы хотите? Зачем собираетесь захватить Дома Власти? В чем ваша цель? — Убедившись, что за спиной евгеников имеется кое-что серьезное, Молли приступила к обсуждению условий сотрудничества.

Алан мог лбом бетонные стены пробивать, но он не обладал такой гибкостью и скоростью мышления. Его в атаку посылать надо на укрепленные позиции, а не на переговоры.

— Дома Власти? Это слишком мелко. Мы хотим подчинить себе всю планету.

После слов Лидии в воздухе повисла тишина. Это уже не просто разговоры и демонстрация возможностей. Это — заговор и мятеж. Обсуждать захват Домов Власти — одно. А вот прямое противостояние с Сынами Солнца и Лунными Братьями — это смертный приговор. С Алана слетела напускная бравада, он даже голову задрал, как бы ожидая, что прямо сейчас с орбиты прилетит немедленная расплата. А Молли понизила голос.

— Всю? Ты хочешь бросить вызов альфам⁈

— Бросить вызов? Я не собираюсь заниматься всякими глупостями. Вызовы, объявления войны — этого не будет. Мы просто заберем один Дом за другим.

— Смелое заявление, — произнес Алан.

— Глупое. — Молли нервничала и явно собиралась залезть обратно в амфибию.

— Но что ты конкретно хочешь от нас? — Алан же жаждал подробностей.

Вряд ли он прямо вот так с пылу с жару решил присоединиться к нам. Скорее всего, просто удовлетворял любопытство.

— Пока ничего. Приведите войска в готовность, желательно скрытно, и ожидайте сигнала.

— Какого? — спросила Молли, все-таки не решавшаяся покинуть встречу.

— О! Я гарантирую, вы не сможете его не заметить, — пообещала Лидия. — Нам нужны только высокомобильные войска. Ваша элита. Удар будет быстрым, болезненным и финальным. Место и время мы пришлем за два часа до начала операции.

— Не буду я участвовать ни в какой вашей операции, — бросила через плечо Молли, усаживаясь в истребитель.

Ох и как же у меня чесались руки! Я мог бы сбить ее прямо на взлете, а потом попросить Божко выстрелить один раз и разрезать крейсер Алана пополам. Затем я бы выбрался из «Манты» и поговорил с Аланом с глазу на глаз. «Сияющий» мне для этого разговора очень бы пригодился. Я помимо воли потянулся к его рукояти.

«Э-э-э! Елагин! Мы просчитали все до мелочей! И сейчас ты хочешь взять и все это просрать⁈ — зазвенело у меня в голове. — Соберись, Елагин. Потерпи со своей местью еще немного. И отомстишь сразу всем. Оптом!»

«Все под контролем, я выдохнул».

«Верю. Но системы вооружения я на всякий случай деактивировала».

Лидия сказала все, что требовалось. И задерживаться на плоту не стала.

— До встречи! Жди сигнала!

— Я не уверен, что…

Не дожидаясь его ответа, Лидия прыгнула в воду и добралась до «Манты». Первым ушел под воду «Левиафан». За это время Лидия в мокрой броне успела пройти в кабину.

— Ну как?

— Ты молодец. Отыграла роль как по нотам, — похвалил я ее.

— Это во мне порода говорит! — напомнила о своем происхождении Лидия. — Девка эта, мне кажется, не купилась.

— Молли? Ты ее плохо знаешь, она не привыкла действовать очертя голову. Она спать не ляжет, пока детально не проанализирует каждую твою фразу, каждое слово и мимику.

— Думаешь, она, как и мы, вела запись разговора? Это же рискованно. Если альфы узнают…

— Так она специально вела себя так, чтобы показать свою лояльность. И потом, возможно, подставить Алана, которого считает тупым солдафоном. А он будет ждать ее реакции и нашего сигнала.

— Лэт, ты уверен, что мы этот сигнал потянем? Мне кажется, мы на слишком многое замахиваемся.

— Ты только что двумя владетелями помыкала как хотела. И сомневаешься, что мы что-то не потянем? — усмехнулся я в ответ.

Однако усмешка моя была показушной, мне и самому казалось, что мы замахнулись на дело, которое может оказаться нам не по плечу.

Глава 12

«Елагин, это мерзко», — сказала Альта, как отрезала. И пропала из моей головы. Причем сколько бы я к ней ни взывал, атлантка не отвечала.

После бурных последних дней мы решили вернуться на нашу базу. Отдохнуть, пополнить запасы, довооружить «Левиафан». И собраться с мыслями. Свои мысли — это неплохо, но я попросил Божко почерпнуть мудрости у бывших хозяев нашей базы. Теодор, получив от меня задачу, хорошенько переворошил архивы атлантов и нашел приборчик, который меня очень заинтересовал. Но едва я сунулся к атлантке, как получил от нее мощный от ворот поворот. Альта даже обсуждать отказалась возможность его применения. Вывести на разговор атлантку я смог только одним способом.

«Начинай через биржу искать себе тело».

Тут уж продолжить играть в молчанку Альта не смогла.

«Меня не купишь!»

«Я и не собирался. Обещал тебе тело — вот и выполняю обещанное».

Я валялся на кровати и вел внутренний диалог, ожидая, когда Энн вернется из душа. Мы перестали валять дурака, почитать кодекс и открыто жили в отдельной каюте.

«Ну и как ты себе это представляешь? Я выберу тело на распродаже со скидкой? И нам его доставят в свежемороженом состоянии? А как я из твоей головы в него перепрыгивать буду? Если я сама и должна эту процедуру проводить! Это как хирург, который сам себе операцию делает».

«Что ты от меня хочешь?» — сдался я.

«Я найду подпольный центр. Мы туда поедем, закажем синтез нового тела, а потом проведем процедуру переноса».

«Сколько времени это займет?»

«Понятия не имею. Сейчас же приступлю к поиску, как что-нибудь найду — сообщу».

Уф! Хорошо! И атлантку получилось подмаслить. И, честно говоря, обещание выполнить. Устройство, которое нашел Божко, имело только описание. А вот история его применения и практические испытания из архивов были почему-то удалены. Я надеялся, что, заполучив тело, Альта сменит гнев на милость и просветит нас в тонкостях работы устройства.

Закончив с переговорами, я потянулся на кровати и подтянул к себе под голову подушку. Что-что, а полноценный отдых я точно заслужил.

— Ждал меня? — услышал я, едва прикрыв глаза.

Веки успели налиться свинцом, поэтому я с трудом приоткрыл левый глаз. В дверях стояла Энн. Она умудрилась превратить рабочий комбинезон в эротичный наряд, приспустив его на пояс и обвязав рукава вокруг талии. Ее грудь прикрывало небрежно наброшенное полотенце. Второй глаз у меня открылся в один миг!

— С нетерпением! — Я скинул с себя одеяло и развел руки.

Энн в два прыжка разогналась и прыгнула в мои объятия. Врезавшись в меня, как снаряд, она сшибла на пол. Мы покатились, и я оказался сверху.

«Лэт! — раздался в голове истошный вопль. — Я нашла! Я нашла подпольный центр!»

— Не сейчас, — прорычал я вслух.

«Да как не сейчас! Ты пойми! У них там конспирация и все такое! Нам назначили время, если сейчас отплывем, то успеем. Если нет, то никто нас ждать не будет! Елагин, мы должны собраться немедленно!»

«Дай мне пару минут».

«Ага, знаю я эту пару! Вы к утру освободитесь. А будет уже поздно!»

— Что-то не так? — Энн не поняла, что же меня отвлекло.

— Альта.

— Я хотела признаться, что мне ее присутствие немного мешает. Ну когда мы… одни…

— Отлично. Прекрасно. Есть шанс от нее избавиться. Но делать это надо прямо сейчас.

— Прямо сейчас⁈

— Угу, вставай. Расскажу по дороге.

Энн состроила недовольную мордашку. Но потом, видимо решив, что вытащить атлантку у меня из головы важнее, поднялась с пола и накинула лямки рабочего комбеза на плечи.

— Кого еще с собой возьмем?

Вот тут я крепко задумался. Команда у меня небольшая, а круг дел обширен. Но я смог подавить в себе желание устроить свадебное путешествие и уплыть в центр по клонированию вдвоем с Энн. Это слишком опрометчиво. Наша маленькая армия уже заработала себе довольно громкую славу. И даже для короткой и относительно безопасной поездки желательно с собой прихватить кого-нибудь жутко опасного. Планы на «Левиафан» у меня под стать его размерам, он должен сыграть в них чуть ли не ключевую роль. Поэтому Божко и Ян должны оставаться на базе и заняться подготовкой нашего подводного чудовища. Доведением его до идеала. Им понадобится помощь, поэтому мордоворотов Лидии я им оставлю. А вот их предводительницу заберу с собой. Доверия ей нет, пусть лучше будет под моим присмотром и без своего отряда. Вызывать я ее не стал, решив лично сообщить о приятной новости, что ее краткий отпуск закончился.

Было неожиданно обнаружить в ее каюте Яна! Мы с Энн, как воспитанные люди, постучались, перед тем как открыть переборку. Ничем особо интимным Лидия с нашим недотепой не занималась, по крайней мере, они были одетыми. Но у Яна подозрительно пылали уши и светилась дурацкая ухмылка на пол-лица.

— И как это понимать? — спросил я, после того как Ян, выполняя мою просьбу, удалился.

— Как понимать? Скучно мне. И вариантов выбора немного.

— Та-а-ак, весело. Осуждать не имею права, но ты давай с ним полегче. У него психика расшатанная.

— Разберемся без твоих советов. Чего пришел?

— Собирайся. Через час выплываем.

— Куда⁈ Я еще толком выспаться не успела!

— В «Манте» отоспишься. — Рассказывать, куда же мы на самом деле направляемся, я не стал.

Лидия была бы недовольна тем, что мы бросили все дела и полетели со всех ног доставать тело для какой-то Альты, с которой она до сих пор даже не знакома.

Но взрыва негодования нам избежать не удалось. Он произошел уже на борту «Манты», когда мы отплыли с базы и все-таки поведали Лидии о цели нашего путешествия.

— Тело⁈ У нас мировая революция намечается, мы с великими кланами зарубиться планируем, а у вас на уме какое-то там клонированное тело⁈

— Ну это не просто тело. Понимаешь, практически всеми достижениями, которые мы имеем, мы обязаны Альте, — попыталась вступиться за атлантку Энн.

— А подождать она не может⁈

— Ну как бы она и так ждала, сколько могла.

— Все равно — дурацкая затея.

В том, что эта затея не из лучших, я смог убедиться и сам. К чести Альты центр она подобрала очень удачно. Добраться до него мы могли без пересадок и не покидая субмарину. Конечный пункт нашего путешествия находился за пределами владений Ома, в заливе Петра Великого в бухте Павловского. Не маршрут, а сплошное загляденье. Мы шли в подводном состоянии, избегая встреч или погружаясь глубже, встречая надводные конвои. Выспаться удалось не только Лидии — наша экспедиция проходила настолько безмятежно, что спать устали все. Но к прибытию на место назначения в рубке собралась вся наша компания.

Подпольная лаборатория, торговавшая телами, законспирировалась наглухо. Мы бы ее и не нашли, не будь у нас четких указаний от ее владельцев. Человечество хозяйничало на планете уже черт-те сколько времени, однако на нашем шарике оставались укромные места, типа убежища атлантов. Или секретной базы подводных стратегических лодок, возведенной еще в те стародавние времена, когда Землей управляли империи.

Вход на базу ВМФ был подводным. И замаскированный поросшими водорослями сетками так, что проплывешь в десяти метрах и не заметишь. Но у нас-то целая цепочка из виртуальных меток перед глазами выстроилась. Так что в тоннель наша субмарина зашла без проблем.

— Уныло, — прокомментировала Лидия открывшееся нашим глазам зрелище.

Тоннель был завален всяким хламом. В том числе и бетонными блоками начавших разваливаться стен.

— А по-моему, отлично придумано. Вот мне дальше плыть не хочется. Молодцы, что создали такой эффект унылости и заброшенности, — похвалила подпольщиков Энн.

«Манта» едва протискивалась меж завалов, и когда я бортом слегка зацепил валяющуюся ржавую ферму, то под душераздирающий скрежет мне тоже резко расхотелось плыть дальше. Но, в отличие от случайно забредших в тоннель странников, мы знали, что место это не пустует.

Тоннель начал понемногу изгибаться наверх, над нашими головами появился воздушный карман. Мы всплыли и включили прожектор, в лучах которого увидели огромную черную тушу стратегической подводной лодки, стоящей у бетонного причала.

— Ого! Нам прямо везет на масштабные находки! — обрадовалась Энн. — Эту в строй ставить будем?

— Эта уже давно никуда плыть не в состоянии. — Мне хватило и одного взгляда, чтобы понять, что этот исполин отплавался раз и навсегда.

Корпус покрывали потеки и известковый налет в несколько пальцев толщиной. Огромный винт с косыми лопастями оторван и просто лежал на корме гиганта. Зализанной формы рубка также пострадала от обрушающегося свода. Несколько упавших блоков снесли обшивку в ее головной части.

Я выбрал свободное место на пирсе и причалил.

— Вам не кажется, что нас как-то встретить должны? — произнесла Лидия, когда мы выбрались на палубу «Манты».

Вроде и говорила она тихо, но эхо так и загремело под каменными сводами.

«Куда нам дальше?» — спросил я у своего виртуального альтер эго.

«Э-э-э… никуда. Мы в лаборатории», — ответила обескураженная Альта.

Зря я в вопросе выбора целиком и полностью доверился атлантке. Хотя она меня никогда не подводила, но тут особый случай. Она торопилась как могла, чтобы наконец-то стать полноценным человеком. И, скорее всего, из-за этой торопливости и наделала ошибок, связавшись чуть ли не с первыми встречными. Заброшенная база для ограбления место идеальное. Тут, под землей, хоть полномасштабную войну развяжи, наверху точно никто ничего не услышит.

Эти невеселые мысли пришли нам с Лидией в головы одновременно. Она дернула винтовку с плеча, я вытащил из ножен «Сияющего».

— Не трогайте оружие! — раздался чей-то звонкий голос. — Или… или будете уничтожены!

Неизвестный парламентер выбрал в переговорах неправильную тактику. Может, против кого-то она бы и сработала, но только не против нашей слаженной команды. Мы, как кузнечики, попрыгали с «Манты» на пирс и заняли оборонительные позиции за разбросанным там хламом.

— Эй! Вы куда⁈ — в голосе появилось удивление. — А ну, выходите!

— Ты кто? — начал я диалог, решив, что стрелять в нас пока точно никто не будет.

— Я бы хотела остаться инкогнито! — последовал категоричный ответ.

— Это сложно сделать, особенно после того, как ты угрожала нам уничтожением, — хрипло рассмеялась Лидия.

«Елагин! Перестань! Ты не с той ноты начал разговор! — запаниковала Альта. — Быстро налаживай контакт, пока вы друг друга не поубивали!»

«Слушай, но это же ты нашла этих уродов. А они сразу в нас начали пушками тыкать. Кто так с клиентами себя ведет?»

«Ничего не знаю. Гаси конфликт! Больше ждать я не намерена!»

— Эй! Мы пришли сюда не стрелять! — крикнул я. — И несмотря на неласковый прием, все еще готовы потратить кучу денег на услуги, которые вы оказываете.

— Тогда кидайте оружие и выходите из укрытий! С поднятыми руками!

— Еще чего! — вызверилась Лидия. — Значит, так: или вы сдаетесь, пока я считаю до пяти, или мы вас находим и отрываем уши. Вместе с головами.

— Поумерь немного свой пыл, — вызвал я ее по прямому каналу. — Мне головы этих коновалов не нужны.

— Пять! — как будто не слыша моего приказа, выкрикнула Лидия.

«Пристрели ее, Елагин, пристрели! Она же сейчас все испортит!» — заголосила Альта.

— Четыре!

— Стойте! Давайте не будем воевать, а?

— Не мы это начали! Три! — Лидия перла вперед, как танк.

— Но я… ой!

— Все, можете выходить, — объявила Энн.

Корш, пользуясь затянувшейся словесной перепалкой, ужом проползла к стрелку, который нам угрожал, и приставила пистолет к его голове. А потом заставила выйти из-за бетонного блока на причал.

— И этот сопляк собирался нас кинуть⁈ — воскликнула Лидия, увидев, кого вытащила Энн.

— Я не сопляк!

Приглядевшись, я увидел, что Энн действительно поймала не сопляка. А соплячку. Примерно лет пятнадцати от роду. Худющую, мелкую, со штурмовым шлемом на голове, лет которому, наверное, столько же, сколько и брошенной стратегической субмарине. Одета девчонка была в какое-то подобие фартука из яркого желтого пластика.

— Вот, — Энн кинула к моим ногам старую ржавую винтовку.

У меня возникли сомнения в том, что она вообще способна стрелять.

— Ты здесь одна? — Лидия положила руку девчонке на плечо и сжала пальцы. — Говори, дрянь мелкая!

Девчонка посмотрела на Лидию, потом на меня. А потом тихонько заплакала.

— Ну-ну. — Энн убрала руку Лидии с плеча девочки. — Это еще что за рыдания? То ты одна на нас с автоматом бросаешься, то плачешь, как маленькая. Просто ответь на вопрос — тут, кроме тебя, есть еще кто-нибудь?

Девочка замотала головой так сильно, что пряжка от шлема ударила ее по подбородку.

— Нету. Одна я.

— Все ясно. Юная особа решила заманить сюда доверчивых простачков. Возвращаемся на «Манту». — Лидия была человеком жестоким, но практичным, и не видела смысла в кровавой расправе над девчонкой.

Я с ней был согласен. Жалко, конечно, впустую потраченного времени. Но мстить неумно поступившей девочке считал бессмыслицей.

— Грузимся, — отдал команду я, и мы не спеша пошли обратно к подлодке.

— Может, возьмем ее с собой? — шепнула мне Энн.

— Ее? Зачем⁈

— Ну она тут… одна… плохо ей будет, если на каких-нибудь придурков наткнется. С нами ей еще повезло.

«Подружка твоя дело говорит, не стоит одну девчонку оставлять».

— Слушай, у нас не сиротский приют! Знаешь, сколько по всей Земле одиноких девочек раскидано? И что — нам их надо всех собрать, накормить и жильем обеспечить? — ответил я обеим собеседницам сразу.

«А атланты хотели…» — решила со мной поспорить Альта.

«И у них ни черта не получилось. Переусердствовали они с добротой. Показали, как делать не надо. И теперь последняя представительница их рода сидит у меня в голове и клянчит себе тело». — Может, я и излишне жестко ответил Альте, но балаган с удочерением надо заканчивать.

— Стойте! — крикнула нам в спины девочка.

Ну вот. Сейчас и она начнет канючить, рассказывая, как ей тяжело жить и почти нечего есть. А также, что здесь холодно и сыро. И, боюсь, моя добрая душа этого не выдержит, и я повезу эту мелкую прилипалу в убежище атлантов.

— Чего тебе?

— А вам на самом деле тело нужно?

— Нет, мы проплыли пятьсот миль, чтобы с тобой в прятки поиграть. — По тону Лидии было понятно, что она с трудом сдерживается, чтобы не дать дерзкой девчонке затрещину.

— Ну я же серьезно спрашиваю.

— Сейчас ты скажешь, что знаешь парня, который знает парня, у которого есть знакомый, который занимается пересадкой сознания и клонированием тел? Так, да? Прости, но два раза подряд мы на одну и ту же уловку не покупаемся, — отрезала Лидия и спрыгнула с пирса на «Манту».

— Не надо никакого парня! У меня здесь все есть!

— Ага, неплохая попытка, — я тоже запрыгнул на нашу субмарину.

— Правда-правда! Хотите покажу?

«Елагин — быстро на берег!»

«Да ты с ума сошла! Откуда у этой соплячки высокотехнологичная лаборатория? Ты вокруг посмотри!»

«Если есть шанс один к тысяче, что она говорит правду — мы должны проверить! Я тебе не прощу, если мы просто уплывем, не посмотрев! Я тебе такой ад в твоей же голове устрою…»

«Ладно, — прервал я поток угроз. — Посмотрим и сразу отплываем».

Я спрыгнул обратно на причал.

— Хорошо. Показывай. Но без фокусов. Если задумала что-то нехорошее — лучше скажи сразу, иначе я отдам тебя вот этой злой тете, — я указал на Лидию.

— Пойдемте! — Девчонка шустро побежала к застывшей у причала древней махине.

Мы не спеша двинулись следом. У перекинутого к подлодке ржавого трапа я остановился. Он был идеальным местом для диверсии. Рванет под ногами — и полетишь в бездну.

— Ну вы чего там застряли? — Девчонка выглянула из открытого люка.

Решив не рисковать, я разбежался и перепрыгнул на крутой бок подлодки.

Глава 13

Я был поражен! Как и откуда у нашей сиротки могла оказаться настолько хорошо оборудованная лаборатория⁈ Разруха и убожество снаружи сильно контрастировали с внутренним убранством подлодки. Как только я забрался в люк, меня встретил практически домашний уют. Занавесочки из теплой оранжевой ткани, мебель из настоящего дерева, картины в рамах. И как только девчонка умудрилась это все в заброшенную подлодку припереть? Но еще больше я удивился, когда вслед за хозяйкой подлодки перешел в следующий отсек.

«Елагин, потрогай пальцами. Это точно не голограммы?» — вместе со мной удивилась и Альта.

Все системы подводной лодки были срезаны с оснований и вынесены наружу. Взамен них вдоль обоих бортов стояло научное оборудование. Я не понимал его назначения, но выглядело продвинуто и дорого. Это резко диссонировало с внешним видом нашей проводницы.

— Ты кто вообще такая?

— Я? Клякса.

— Клякса? Почему Клякса? — спросил я.

Девушка сняла шлем и взлохматила пятерней фиолетовую шевелюру.

— Вот поэтому.

— С первым вопросом разобрались. Теперь второй: это все, — я обвел рукой оборудование, — откуда?

— Дед организовал. — Клякса решила быть со мной максимально честной.

— Угу. А сам он где?

— Уехал за расходными материалами. Два месяца назад. И не вернулся. — Клякса хлюпнула носом, собираясь разрыдаться.

— Бедненькая. — Энн подошла и приобняла девчонку. — Может, он позже на связь выйдет?

— Ага. Выйдет. Я ждала-ждала и решила поработать сама.

Картина более-менее прояснилась. Но не до конца.

— А перенос сознания кто делал? Тела кто клонировал?

— Деда.

«Ты сможешь разобраться со всей этой техникой? И нам инструкции оставить, какие кнопки нажимать?»

«Издеваешься, да? Перенос цифрового слепка личности — это тончайшая процедура! Какие кнопки?»

— Но я ему помогала. Я умею! — торопливо добавила Клякса.

«Ты готова отдаться в руки ученика?» — уточнил я у Альты.

«Давай так: сначала клонируем тело, а потом поглядим. Если первый этап пройдет гладко, то я подумаю».

Клякса подтвердила, что и тело она в состоянии изготовить. А потом попросила предоплату.

— Ну ты наглая! — усмехнулась Лидия. — Мы тебе жизнь сохранили. А это — самый приятный аванс.

— Белковые картриджи стоят дорого! У меня комплект всего на три тела…

— Никого не волнуют твои проблемы! Вышла бы нормально на причал, поздоровалась, был бы тебе аванс, — Лидия продолжила гнобить Кляксу.

Но у той нашлись заступники.

— Лэт, мы должны дать девочке шанс. И деньги, — вступилась за Кляксу Энн.

«Если что-то пойдет не так, мы просто заберем клонированное тело. И уже Божко на моем оборудовании попробует сделать перенос. Вернемся не с пустыми руками», — корша поддержала и Альта.

— Сколько ты хочешь получить авансом? — спросил я.

— Сто тысяч, — выпалила Клякса.

— Пятьдесят. И это если начнешь работу прямо сейчас. Не пытаясь торговаться.

— Ладно! — Клякса села на кресло перед терминалом. — Давай задание.

— Какое?

— На тело же! Какое тебе надо?

— Ну, женское…

— Понятно, тебе нужно склепать очередную куколку-блондинку.

Сопровождающие меня Лидия и Энн чуть от возмущения не задохнулись.

«Стоп, Елагин! Дальше я сама! У меня параметры для тела уже давно заготовлены. Просто диктуй».

«Чего диктовать?»

Альта начала выдавать абсолютно непонятный для меня набор букв и цифр. Однако Клякса весь этот шифр поняла с полуслова и начала вбивать в терминал.

— Охо! Клевый выбор! — воскликнула девушка, закончив вводить параметры.

— Можно посмотреть на итоговый результат? — спросил я.

— Да без проблем, сейчас сгенерирую трехмерную модель и выведу на проектор.

«Нет! Не смей! Мое тело — мое дело! Выходите и ждите результат снаружи».

«Ты обалдела⁈»

«Вышли все! Это личный и очень интимный момент! Не хочу, чтобы твои куколки-блондинки на меня глазели. И не дай бог комментировали или делали замечания по поводу моего вместилища. Выходите!»

— Ладно, девочки, на выход, — скомандовал я.

— Почему мы должны пропустить самое интересное⁈ — Лидия была недовольна.

— Альта все-таки не платье себе выбирает. Давайте проявим капельку уважения. На выход, барышни.

У матери-природы на моделирование человеческого тела ушли миллионы лет. Капсула клонирования изготавливала его за час, от костей до кожи. Но полюбоваться на результат ее работы нам не удалось — капсула не имела смотровых окошек и представляла из себя литой цилиндр из блестящей стали.

— Как все прошло? — поинтересовался я, вернувшись.

— Более или менее, — ответила Клякса.

— В смысле более или менее⁈

— Ну, трех рук или четырех ушей у нее точно не будет. Наверное. Да успокойтесь вы, — торопливо добавила она, видя, как вытянулись наши лица. — Все прошло идеально. Следующим этапом — перенос. На каком носителе у вас слепок личности?

— Во мне, — признался я.

— Как это? Ты хочешь продублировать себя, но в женское тело⁈ Не мне судить, но…

«Просто дай ей нейроинтерфейс. Я открою доступ к нашему церебралу».

— Подключай это, — я вытянул из руки тонкий проводок интерфейса. — Дальше увидишь сама.

Я подумал, что мне теперь придется или забирать эту девчонку в убежище, или убить. Ведь подключившись к церебралу, она увидит, кто я на самом деле.

— Ого! Как ты до сих пор с ума не сошел? Первый раз такое вижу! — Девочка не понимала, какой опасной тайны она сейчас коснулась.

Ее интересовали лишь технические детали.

— Ты понимаешь, что делать дальше?

— Конечно! Собственно, я уже начала. Идет загрузка долгосрочной памяти в кору. Ой-ой-ой, полегче!

— Все? Сломала? — спросила довольная Лидия.

— Нет, снизила плотность потока. Та-а-ак, а в гиппокамп отравляем краткосрочные воспоминания.

— Это надолго?

— Нет, минут на двадцать, — ответила Клякса.

— Хорошо, подождем.

Только я дал волю своей фантазии. И не я один.

— Интересно, а Альта какой цвет волос выбрала? — задалась вопросом Лидия.

— И вообще… она стройненькая или… плотненькая? — вторила ей Энн.

Капсула клонирования издала тихое шипение. Верхняя ее половина отъехала вбок.

— Не плотненькая, — тихо пробормотала Лидия.

Я много раз пытался себе представить, какой же Альта была при жизни. Ну или какое тело она себе выберет. Но ни разу не угадал. На белоснежной подложке капсулы лежала девушка среднего роста. Однако ее пропорции средними назвать нельзя. Довольно широкие плечи, большая, идеально круглой формы грудь. При этом очень тонкая талия, широкие бедра. Но больше всего меня поразил цвет кожи — Альта была ну или стала мулаткой. Копна плотно завивающихся волос цвета чуть потускневшей меди доходила ей до плеч. Альта открыла глаза и вновь удивила — радужка глаз цвета яркого полуденного неба где-то на тропиках.

— Интересно, перенос прошел удачно или она сейчас слюни пускать начнет? — протянула Лидия.

— Вы… вы совсем одурели⁈ Я же голая! — Альта тут же показала, что она находится в здравом уме и трезвой памяти.

— Но ты такая красивая! — воскликнула Энн.

— Вон! Вышли все вон!

Выйти-то мы вышли, но до меня вдруг дошло, что, торопясь побыстрее попасть в подпольный центр клонирования, мы забыли о такой незначительной детали, как одежда. Для Альты. Я как-то привык, что она существо бестелесное. А она, видимо, так спешила обрести тело, что ни о чем другом и думать не могла.

— Нам нечем прикрыть ее наготу, — озвучил я вслух.

— Ха-ха! Точно! Мы для нее ничего не взяли! — рассмеялась Лидия. — Лэт, но признайся, это же к лучшему. Я-то видела, что у тебя чуть глаза не лопнули, когда ты атлантку в капсуле разглядывал. Радуйся — тебя ждет стриптиз нон-стоп по дороге на базу.

Энн такой расклад не устраивал, и понятно почему. Наши чувства и отношения будут подвергаться опасности со стороны нагой и очень аппетитной мулатки.

— У нас на «Манте» есть запасной комплект «Нерея». Его и на голое тело носить можно. Я мигом за ним сгоняю!

— Давай-давай. Быстрей-быстрей. Пока у Лэта от этой мулаточки окончательно крыша не съехала. — Голос Лидии был полон сарказма.

Энн зыркнула на веселящуюся девушку, но в перепалку вступать не стала, а просто выбралась наружу.

Как я и ожидал, у Кляксы тоже не нашлось одежды для Альты. Размеры у них слишком разные. Поэтому из лаборатории атлантка вышла, замотанная в одну из оранжевых занавесок. Надо признать, Альта соорудила из нее нечто достойное, напоминающее греческую тунику.

— Хороша! — прокомментировала ее появление Лидия.

— Правда? — Альта закрутилась на месте.

— Тело — высший шик! — подтвердила Лидия.

— Ты как себя чувствуешь? — Хоть фигура у Альты и выглядела сногсшибательной, мне важнее то, что сейчас происходило в ее голове.

— Нормально она себя чувствует, — заявила выходящая из лаборатории Клякса. — Рефлексы в норме, ассоциативный ряд работает — я все проверила.

— Не все! — горячо возразила Альта. — У тебя шампанского на борту нет?

Клякса отрицательно мотнула головой.

— Ну хотя бы красного полусладкого? Бутылочку?

— Она что, алкоголик? — тихо шепнула мне Лидия.

— Нету. Есть крен. Со вкусом киви и арбуза. Будешь? — предложила Клякса.

— Бр-р-р, нет, спасибо. Я слышала, это напиток для дегенератов.

— Да вроде не похоже. Алкоголикам без разницы, что пить, — шепотом ответил я Лидии. И добавил уже в голос: — Если все получилось, мы готовы тебе деньги перечислить.

Девчонка запрыгала и захлопала в ладоши.

— А также, если захочешь, можем перевезти тебя вместе с оборудованием к себе, — продолжил я.

Причем исходил не только из чувства жалости к девочке — нам бы пригодился настолько толковый специалист.

— К себе⁈ А куда? А зачем? — опешила девушка.

— Начнем с последнего вопроса — что тебе здесь одной делать? Неприятности ждать? А так поехали с нами и…

— Никуда она не поедет! — прозвучало за нашими спинами.

Мы дружно обернулись. Возле переборки стояла прижимающая кирасу «Нерея» к груди Энн, а позади нее стоял низенький лысый дед. Причем не просто стоял, а еще держал у горла корша узкий изогнутый клинок.

— Ты еще кто⁈

— Деда! — рванула было к старику Клякса, но Лидия перехватила ее за плечо и притянула к себе.

— Опусти нож. Мы не навредили твоей внучке. Мы — обычные клиенты и уже получили что хотели, — я постарался максимально успокоить старика.

— Вы не получите мое оборудование!

— Да мы и не претендуем!

— Эй, старик! — окликнула деда Альта.

Я не знаю, что у нее творилось в голове. Может, перенос все-таки прошел не совсем успешно, потому что в следующее мгновение они скинула с себя импровизированную тунику. У деда от удивления слегка приоткрылся рот. И тут же ему в лоб прилетел боевой шлем — Лидия воспользовалась замешательством старика и метнула в него часть экипировки.

Корш тоже не сплоховала, перехватила руку, в которой старик держал нож, отвела ее от горла и, закинув к себе через плечо, исполнила образцовый бросок.

— Теперь понятно, в кого Клякса пошла. — Я встал над поверженным дедом. — У вас обоих излишне горячая кровь. Все, выдохни! Успокойся! Мы ни тебе, ни внучке твоей не желаем ничего плохого. Ты появился, когда я ей деньги за заказ перевести собирался.

— Деньги? Заказ⁈ — Мне показалось, что эта новость деда не обрадовала.

— Деда! — Клякса вырвалась из рук Лидии, подбежала, села и обняла старика. — Где же ты был⁈

— Долгая история, потом расскажу. Про какой заказ говорят эти люди?

— Ну вот, — Клякса кивнула на успевшую накинуть на себя занавеску Альту, — заказ. Смотри, как клево получилось! Правда, я у тебя молодец?

— Ты потратила белковый картридж⁈ — И опять я в голосе деда уловил какую-то тревогу.

— Ну, как бы да. Без него тело же не создать!

— Что ты натворила⁈

— Денег заработала, а что⁈

— Нам конец, — произнес дед. Покряхтывая, поднялся и направился в лабораторию.

Клякса побежала за ним.

— Энн, перечисли девчонке на счет деньги, которые мы должны. — Я до сих пор не имел доступа к электронным кошелькам, и в этом простейшем действии мне требовались помощники.

— И поплыли отсюда. — Лидия прошла к лестнице, которая вела к люку.

Но ни Энн, ни Альта с места не сошли. Обе девушки выжидательно уставились на меня.

— Чего⁈ — спросил я у них.

— Мне кажется, мы должны узнать у старика, что с ним случилось, — сказала Энн.

— Да, девчонка сделала мне прекрасное тело, — поддержала ее Альта. — Надо бы ее отблагодарить.

— А мы ей перегнали не менее прекрасные деньги, — напомнил я.

Но девушки не шевелились.

— А знаете что? Вы придумали эту дурацкую благотворительность — вам и работать. Мы с Лидией идем на «Манту». Я жду вас двадцать минут. Вы уладите все вопросы с сумасшедшим дедом и его не менее сумасшедшей внучкой и догоняете нас. И я вас попрошу — потратьте не более двадцати тысяч.

Девочки уложись быстрее. Только я уселся в пилотское кресло, как в рубке «Манты» появилась Альта.

— Елагин, ты должен вернуться.

— Ни за что. Где Энн?

— Она с дедом осталась. Елагин…

— Я сказал — ни за что! — повторил я и вызвал Энн. — Быстро сюда!

— Ты должен вернуться, — откликнулась корш. — И послушать старика.

— Так, у тебя две минуты… — Я начал терять терпение.

— Старик — альфа.

— Чего⁈

— А вот того! Лидию лучше оставить охранять «Манту», — Энн намекнула, что дед и внучка нашей воительнице не доверяют.

Я не мог не вернуться. Тайна появления небожителя на заброшенной стоянке для подводных лодок слишком интересная, чтобы я мог ее проигнорировать.

— Ты иди, а я пока переоденусь, — заявила Альта, и я не стал ее убеждать в том, что ее быстросъемная туника хорошо себя зарекомендовала в переговорах со стариком.

Из-за беготни туда-сюда я чувствовал себя дураком. Но, усевшись в кресле и начав беседу со стариком, понял, что мне в руки прямо с неба упал настоящий джек-пот. Больше всего меня, конечно же, интересовал сам факт появления альфы на поверхности.

— Мне пришлось покинуть орбитальную станцию Сынов Солнца после очередного Исхода. — Дед вроде бы и постарался объяснить свое присутствие в древней подводной лодке, но я из этого объяснения мало что понял.

— Что такое Исход?

— А, ну да. От жителей на поверхности эта процедура скрывается. Раз в сто лет правящая верхушка станции обновляется.

— Как обновляется? — Мне показалось, что старик врет.

Я все-таки стоял на более высоких ступенях общества, чем обычные омеги. Был знаком с представителями Высшего Дома и не замечал, что они как-то сменяются.

— Вот так. Сразу около тридцати человек пропадает…

— Куда пропадает?

— Я не знаю. Они просто исчезают, и все. Никто не знает, зачем и почему. А я подготавливаю тела для их преемников. Тела — полные копии бывших правителей станции. И переселяю в них сознание.

Мы случайно смогли откопать нечто сродни бриллианту в навозной куче!

— Зачем они это делают? — уточнил я.

— Мне не докладывают, — дед потягивал какой-то пряно пахнущий напиток из кружки, которую ему протянула Клякса, — но таков порядок. Из века в век. Только в этот раз кое-что поменялось. Меня решили устранить после переноса.

— Устранить⁈

— Да. Убить после того, как я проведу все необходимые процедуры.

— Для чего?

— Видимо, чтобы скрыть какую-то тайну. Меня предупредил… старый друг. И я сбежал.

— Вместе с внучкой?

— Кляксу я нашел уже здесь, — старик погладил девчонку по фиолетовым волосам, — она не родная мне по крови…

— Зато родня по духу! — с вызовом задрала нос девушка.

— Так и есть, так и есть. Я открыл это… — старик обвел руками убранство подлодки, — заведение и проработал без малого сорок лет. Но когда уехал пополнять запасы, меня поймали агенты Сынов Солнца…

— И отпустили⁈

— Да, в конечном итоге отпустили. За обещание оказать им услугу. И это обещание я не смогу выполнить. Потому что Клякса израсходовала на вас один картридж.

Глава 14

Кое-как усадив и успокоив деда, мы все-таки смогли узнать причину его уныния и беспокойства.

— Альфы меня отпустили только для того, чтобы я изготовил по их заказу пять тел…

Мне пришлось перебить деда в самом начале рассказа.

— Зачем им к тебе обращаться? На орбите разом встали все капсулы для клонирования? Что за чушь!

— Меня в детали не посвящали. Мне кажется, они хотят, чтобы я эти тела изготовил в обход их правил. Причем загружать в них личности альфы будут сами. Я должен был передать их завтра…

Мне снова пришлось перебить старика.

— Ты их куда-то повезешь или…

— Они сами за ними приплывут. Сюда.

Деда мне послала сама судьба. Мне нужен контакт с Сынами Солнца, но как на них выйти, я понятия не имел до тех пор, пока не встретил странную парочку на заброшенной подводной базе.

— А у меня нет белкового картриджа, и его не так просто найти. Такой товар продается нелегально и заказывается заранее. Неделя, может, две уйдут на поиски. Но Сыны Солнца столько ждать не будут. Четыре картриджа у меня оставались в лаборатории, один они мне дали. Должно было хватить… — Старик тяжело вздохнул и замолчал.

— Деда, ну прости-и-и! — обняла старика Клякса. — Я тебя ждала-ждала, потом решила сама как-то начать выживать.

Старик провел морщинистой рукой по фиолетовым волосам девчонки.

— Ничего страшного, что-нибудь придумаем.

При этом у него был стеклянный взгляд. Такой бывает у обреченного человека, который осознает, что ничего в данной ситуации придумать невозможно. Как мне показалось из его краткого рассказа, выполнение заказа для старика — лишь краткая отсрочка. А потом его либо на станцию альф вернут, либо шею свернут. Что более вероятно.

— Вы как-то можете связаться со своими заказчиками? Попросить отсрочку? — Я не удивился, что Энн тут же проявила сострадание к попавшему беду старику.

Ведь, по ее мнению, в его непростой ситуации отчасти виноваты и мы. Не вовремя приплыли, не вовремя тело заказали, израсходовав один картридж. Девушка жила и росла вне социума, и ей было невдомек, что неприятности существовали у каждого жителя Земли. Начиная от самой занюханной омеги и заканчивая правителем станции Сынов Солнца. Просто калибр этих неприятностей у них разный. И наша маленькая группа не может переживать за каждого первого встречного. Нам тогда некогда будет своими делами заниматься. Но случилось нечто удивительное — в случае с дедом стоит проявить благородство! Так как преследуя мои личные цели, ему можно было бы и помочь.

На вопрос Энн дед лишь слегка покачал головой, не меняя унылого выражения лица.

— Мы вам поможем, — сказал я и получил от Энн ослепительную улыбку в духе «молодец, горжусь тобой до безумия».

— С чего бы это вам нам помогать? — Старик прожил на свете немало и, в отличие от корша, понимал, что за помощь обычно приходится чем-то расплачиваться.

Ценностей у него в наличии имелось две — лаборатория и непоседливая девчонка с фиолетовым чубом. И с ними обеими он расставаться не собирался.

— С того, что мы добрые самаритяне, — сказал я. Недоверие отразилось и на лице Кляксы. Исходя из подробностей нашего с ней знакомства, нас можно было заподозрить в чем угодно, но только не в излишней доброте. Поэтому для убедительности я добавил: — И с того, что нам понадобятся ваши услуги. Ты сказал, что на поиски картриджа у тебя уйдет некоторое время, из чего я могу заключить, что ты имеешь доступ к некоторым запрещенным технологиям.

Через черную биржу, организованную Альтой, мы могли купить многое. Но кое с чем даже подпольные дилеры предпочитали не связываться. Существовали категории «горячих» товаров, за которые любого продавца могли достать из-под земли и голову открутить.

— Что именно вас интересует?

— Импланты.

— Ну, этого добра на рынках много…

— Гамма и бета уровня, — добавил я, и у старика от удивления открылся рот.

— Я могу попробовать… — Дед понимал, что напрямую говорить о своих каналах не стоит.

Мы могли быть засланцами от Домов Власти. И цель наша была бы в выявлении и вскрытии цепочек, торгующих нелегальными имплантами.

— Попробуй. Тогда мы попробуем тебя защитить, когда сюда завтра прибудут альфы, — придал я старику дополнительной мотивации. — Сделаем так — мы сейчас оставим вас наедине, думаю, вам с Кляксой есть о чем поговорить. А утром ты мне скажешь, что можешь найти для нас требуемые импланты. И мы останемся, чтобы переговорить с агентами альф. Или скажешь, что не в состоянии этого сделать. И тогда мы уплывем. Как тебя зовут?

— Деймон.

— Думай, Деймон, думай. — Я подошел к лестнице, ведущей к люку рубки.

— Их будет двое или трое. Твоя команда с ними не справится, — произнес старик, не поворачивая ко мне головы.

— Поверь, мне есть что им предложить, — отозвался я, взбираясь по лестнице.

Альта и Энн последовали за мной. И только догнав меня на пирсе, Энн осторожно спросила:

— Мы ведь не бросим их?

Я ожидал, что вопросами на эту тему она начнет меня заваливать сразу, как только мы выберемся из старой стратегической подлодки. Но она смогла проявить терпение.

— Это теперь зависит от самого Деймона, — ответил я на ходу.

— Не бросит он их, не переживай, — успокоила Энн шагающая за нами атлантка. — Лэту надо встретиться с альфами. Разве он эту возможность упустит?

Альта, старая интриганка. Это перед наивной Энн можно из себя благородного рыцаря корчить. Атлантка же мигом меня просчитала. Чует мое сердце, придется еще не раз пожалеть, что я ее на волю выпустил.

— Ты не веришь в мою бескорыстность, — с наигранным укором произнес я.

— Ой, Елагин, я всю твою семейку знаю! Вы шагу без личной выгоды не сделаете! — рассмеялась Альта, и мне ее смех не понравился.

Что-то было в нем то ли злое, то ли завистливое. Выяснять отношения с атланткой я не стал, решив отложить это дело до возвращения домой. Сейчас же мы погрузились на «Манту», которую я отвел от пирса за старой стратегической лодкой. Альфы обещали прибыть только завтра, но я бы на их месте провел разведку уже сегодня. Или вовсе заявился без уведомления с утра пораньше. Не успели мы улечься спать, как пришло кратенькое сообщение от Кляксы: «Деда согласен».

— Так, дамы, на завтра у нас намечается веселый день, полный приключений и, возможно, крови со стрельбой. Поэтому отбой отменяется, надо кое-что обсудить.

Обсуждения продлились до четырех утра. А как иначе? Моими помощниками-советчицами были три женщины. Причем одна из них радовалась, как ребенок, впервые научившийся ходить. Альта постоянно себя щупала и даже щипала, чтобы убедиться, что ее тело реально. И без умолку трещала, соскучившись за века заточения в цифровом носителе по простому человеческому общению. У двух других прямо противоположные темпераменты. Энн предлагала решить вопрос с альфами по-тихому, используя всякие шпионские трюки. Лидию же ничему не научила встреча с Саввой — она предлагала идти напролом и побеседовать с посланниками владык Земли чуть ли с не с позиции силы.

Однако ни тот, ни другой методы в мои планы не входили.

— Альта, принцесса новорожденная, ты же соскучилась по задушевным разговорам? Завтра твой выход! — обрадовал я атлантку.

— И что она может? — не согласилась с выбором парламентера Лидия.

— Лэт, Альте надо сначала немного освоиться. — Энн же переживала за атлантку, а не за итоги встречи. — Давай лучше я пойду?

— Наши лица — мое, твое и даже красивая мордашка Лидии уже примелькались. У агентов альф могут быть импланты-распознаватели. Они свяжутся с базой и вычислят, что мы связаны с группой полковника Эрлинга…

— Но мы можем использовать макияж. — Энн снова попыталась оградить атлантку от опасного задания.

— Можем. Но зачем? У нас есть свежее личико. Да и у альф шок будет — они никак не смогут вычислить, кто она такая. Решено, на встречу завтра отправится Альта. Всем спать-отдыхать.

Принятое лично тобой решение всегда тянет за собой ответственность. Опять же — лично твою. И при взгляде в перископ на одиноко стоящую на пирсе Альту меня покусывала и терзала совесть. С точки зрения апгрейдов девушка абсолютный нуль. Тело у нее, спору нет, роскошное, но оно не приспособлено для боев. А видя, кого прислали альфы, я был на девяносто процентов уверен, что боя нам не избежать.

Как и ожидал, посланцы припылили около пяти часов утра. На амфибии-истребителе, легко покоряющем как умопомрачительные высоты, так и темные глубины. С борта на пирс спрыгнули не один и не два человека, а целая боевая пятерка. Один главный переговорщик и прикрытие из двух пар.

Два бойца имели дальнобойные винтовки и осуществляли дальнее прикрытие. Они разбежались по концам пирса и застыли, медленно поводя длинными стволами винтовок. Парламентер не был вооружен и одет не в броню, а в легкомысленное парчовое кимоно. Зато за плечами у него высились два бронированных от пяток до макушки головореза с вибромечами в руках. Костюмы у них какого-то запредельного уровня. Ни в своей прошлой жизни, ни в нынешней я ничего похожего не встречал. Силовая часть кирасы и щитков, закрывающих конечности, изготовлена не из цельных пластин, а из чешуек, размером не превосходящих ноготь. Вопреки моим ожиданиям чешуйки не сияли чистым золотом — прибывшие ребятки не афишировали свою принадлежность к Сынам Солнца. Броня у них была нейтрального, стального блестящего цвета. Бойцы активировали какую-то защиту — по чешуйкам пробегали едва заметные электрические разряды.

Один из телохранителей обогнал посланника и подошел к одинокой фигурке Альты, ожидавшей агентов возле старой подлодки. Телохранитель остановился в паре метров от атлантки, замотанной в оранжевый отрез ткани. Мы решили, что не стоит ей красоваться перед альфами в «Нерее». Пусть лучше она выглядит как нищая оборванка, чем выдадим ее связь с группой полковника Эрлинга и «дочерью» Елагиных. Боец-альфа протянул левую руку за спину и достал сканер, потом самым беспардонным образом просветил им атлантку. Даже не спросив разрешения. Сверился с показаниями прибора и бросил через плечо:

— Чисто! Оружия нет. Вредоносных имплантов нет. Точнее — никаких нет.

Посланник со вторым охранником приблизился к Альте.

— Где Деймон?

— Он немного занят. Работает над очередным заказом. Переговоры с вами буду вести я.

— Переговоры? Ты что-то путаешь, нам надо только забрать заказ. Ты же его внучка? — Посыльный альфы говорил, глядя поверх головы Альты.

— Внучка? — усмехнулась она. — По возрасту это он мне во внуки годится.

— Мне некогда разбираться в ваших родственных тонкостях. Дернется — уничтожить. — Переговорщик обогнул Альту, направившись к рубке подлодки.

На лбу девушки появился красный лазерный крестик — один из снайперов взял ее на прицел. То, как бесцеремонно вели себя альфы, доказывало мое предположение, что от деда после выполнения заказа они намерены избавиться.

— Я же говорила, что не стоило ее отправлять! Всплывай! — Лидия вставила батарею в винтовку и щелкнула затвором.

Против четверых первоклассных бойцов моя команда могла выставить только троих — беззащитная Альта не в счет. Да и качественное превосходство тоже на стороне альф. Но и оставлять Альту и деда с внучкой в придачу на заклание я не собирался. В конце концов, на моей стороне все-таки одно весомое преимущество — снайпер, который целился в Альту, стоял на самом краю причала, и система захвата цели «Манты» на нем тоже крестик поставила. Как бы хороша ни была его броня, но торпеда атлантов корабли пополам переламывала. Его же прямо в броне такой взрыв в кашу превратит.

— Клоны не готовы, — не оборачиваясь к посланцу владык планеты, произнесла Альта.

— Тогда нам ничего не останется, как сжечь лабораторию и вас вместе с ней. Мы предупреждали Деймона. Сделка есть сделка.

Ну вот и все. Вариантов, кроме как принять бой, у меня не оставалось. Я заметил, как и второй стрелок навел оружие на атлантку. Альфа не угрожал — он просто констатировал факт и предъявлял счет за сорванные договоренности.

— Я хочу тебе предложить нечто более ценное, чем пять мешков из мяса. — Альта специально принизила ценность клонированных тел.

Посланец подошел к ней вплотную, склонил голову к плечу и зашептал:

— Понимаешь, внучка, дело не в самих телах. Вся проблема, что у нас есть план. Он выходит далеко за рамки понимания, твоего и старика. Тела были лишь небольшой деталью этого плана. Небольшой, но крайне важной. По вашей вине они не изготовлены. И весь большой план под угрозой. Ты согласна, что за это должен кто-то ответить?

— Да. Ты должен будешь ответить за провал перед своими боссами…

Посланник схватил Альту за волосы и оттянул ее голову назад. Один из охранников приставил к горлу девушки виброклинок.

— Вот дура! — выругалась Лидия. — Зачем она нарывается⁈

— Лэт! Нам пора вмешаться! — дернула меня за рукав Энн.

— Для чего? — обоснованно возразила ей Лидия. — Чтобы нас из-за ее глупости на кусочки порубили? Заберем потом ее церебрал, вырастим новую Альту.

Девушки Альту знали значительно хуже, чем я. Ведь, грубо говоря, атлантка с моего второго дня рождения практически со мной не расставалась. Кем угодно, но набитой дурой Альта точно не была. Она что-то задумала, поэтому я не торопился вмешиваться.

— Знаешь, почему ты до сих пор жива? — спросил у атлантки посланник. — Потому что мои люди сейчас выволокут твоего деда и еще раз зададут ему вопрос — когда будет готов наш заказ? Мне кажется, вид клинка у твоего горла заставит его поторопиться.

— Он не мой дед! — просипела Альта, с задранным вверх подбородком ей было тяжело говорить. — Но это неважно! Важно то, что я могу дать вам то, что спасет ваши шеи. Даже больше — вы получите от владетеля награду. Немыслимую награду!

Дисциплина у боевиков-альф была на высочайшем уровне. Но они не удержались и захохотали.

— Что ты нам можешь дать, внучка? Десять токенов, которые отложила на черный день? Или свое тряпье? — В отличие от подручных, посланник лишь слегка улыбнулся. — Хотя стоит его сорвать и посмотреть, что ты за ним прячешь.

Энн поднялась с кресла и направилась к люку, ведущему в десантный отсек.

— Все, я больше не могу на это смотреть! Вы как хотите, а я выплываю!

— Скатертью дорога, — Лидия даже голову не повернула вслед уходящему коршу.

Ну а я заблокировал от греха подальше шлюз. Энн теперь пусть хоть вальс вокруг него отплясывает, но открыть все равно не сможет. За Альту я не переживал. Лидия права — в самом крайнем случае мы снова ее клонируем. Деда и Кляксу жаль, но не настолько, чтобы ради них подставлять свои шеи.

Клинок телохранителя опустился с шеи Альты на плечо. Легким движением он рассек узел, на котором на теле Альты держалась импровизированная туника. Атлантка как ни в чем не бывало подхватила ткань рукой и не дала ей упасть с груди.

— Я дам тебе информацию. Бесценную. — Ее голос даже не дрогнул.

— И о чем ты хочешь нам поведать? — насмешливо спросил ее посланник. — О подпольной сети по продаже белковых картриджей? Или о торговцах органами и нелегальных клиниках? Поверь, все они существуют только потому, что мы разрешаем им существовать. И кстати, продолжишь дерзить, я прикажу отдать тебя в одну такую клинику. Здесь ты умрешь быстро. Там будешь мучиться неделями, пока тебя полностью не разберут на составные части. Живой товар держат под конкретного клиента.

— Я расскажу о мятеже, который готовят Дома Силы.

— И где ты о нем услышала? В каком-нибудь кабаке?

Альта пропустила усмешку мимо ушей.

— И не только расскажу, но и покажу доказательства.

Глава 15

С собой у Альты был небольшой голографический проектор, его мы позаимствовали у деда. Атлатка достала его из кармана и помахала перед носом у посланника. Потом поставила на землю. Я-то знал, что за фильм она собралась альфам демонстрировать, а вот их пробрало. Буквально с первых кадров все внимание посланника и телохранителей было приковано к видео, на котором запечатлена встреча Лидии с Молли Мартинес и Аланом Бейкером.

— Откуда это у тебя? Это подделка? — спросил посланник, когда разыгранный Лидией спектакль закончился.

Альта подняла кубик голопроектора и протянула его альфам.

— Возьми. Проведи какие хочешь тесты и убедись, что это реальные кадры.

Посланник сгреб проектор с ее руки.

— Откуда это у тебя?

— Думаешь, я буду про это рассказывать? — затягивая рассеченную ткань в узел так, чтобы туника держалась на плече, ответила Альта. — Понимаешь, меня мало заботят разборки Великих Домов. Политика — это совсем не мое. Мое — это экономика. У меня есть информация, и я хочу на ней заработать, и не единоразово. Сейчас я передала вам часть информации, если она заинтересует владетеля, то я готова продать еще часть.

Клинок телохранителя снова коснулся шеи атлантки. Сам собой, даже без команды посланника. В ответ Альта лишь криво улыбнулась.

— Ну давай, убей меня, и ты никогда не узнаешь, где и когда евгеники и мятежные Дома Силы нанесут удар. Давай я вам сэкономлю время — ты забираешь куб, перечисляешь мне миллион сто тысяч. Причем не токенов, а марок, — Альта озвучила свои требования в валюте Домов Силы.

— Почему именно миллион сто? — посланник даже не спросил, зачем омеге марки.

— Нравится цифра. Ничего не могу с собой поделать.

Посланник задумчиво крутил в руках кубик.

— Ты же омега, как я тебе перечислю марки?

— Деду скинешь, — у Альты на все был ответ.

Так как дед Кляксы альфа, то он мог принимать любую валюту.

— А тела?

— Считай, что они входят в сделку. Прости, но ты их не сможешь получить.

На мой взгляд Альта дерзила и с этим перебарщивала. Я бы на месте посланника отдал своим псам приказ скрутить ее в бараний рог и доставить в замок. Но и его уступчивость я тоже хорошо понимал — на моей памяти открытого мятежа, открытого вызова главенству альф еще ни разу не случалось. Владетели пониже классом грызлись между собой, альфы умело пользовались принципом «разделяй и властвуй». Однако ни у кого, в том числе и у меня, ни разу не закрадывалась мысль, чтобы бросить им прямой вызов. И ситуация не была бы для их власти столь угрожающей, не присоединись к мятежу еще одна сила, с которой они вынуждены считаться — Церковь Фата Евгеники. И это для представителя владетеля оказалось настолько сильным аргументом, что он не стал убивать дерзкую девчонку. Более того — он не торгуясь заплатил ей требуемое. И оставил контакт, на который можно присылать следующие порции данных.

Альфы отплыли, а мы вернулись на древнюю стратегическую субмарину. Деймон и Клякса сидели в рубке с круглыми от удивления глазами. Во-первых, только что на их глазах Альта несколько раз подряд унизила посланника Сынов Солнца и осталась жива. А во-вторых, у деда еще никогда на счет не падало столько денег разом. Однако его необходимо разочаровать — эти деньги мне нужны прямо сейчас.

— Ты занимался установкой имплантов? — без всяких прелюдий спросил я ошарашенного деда в лоб.

— Да. Это же начальный уровень для хаймедов. Около сорока лет…

— Достаточно. — Я не собирался выслушивать всю его биографию. — Оборудование для их установки и настройки есть?

— У нас с дедой и не такое есть! Да мы можем…

— Импланты бета и гамма уровня сможете поставить? — Вообще я бы хотел, чтобы моим апгрейдом занялся Божко.

Но, надо признаться, у Деймона практика иного, а точнее, высочайшего уровня. Специалиста его калибра не было даже в Бирюзовом Доле. Поэтому я решил, что установкой имплантов займется именно он. Конечно же, под неусыпным надзором Альты. Атлантка тоже много чего понимала в процедуре подборки и установки модов, и я не сомневался, что она сможет в случае чего подстраховать Деймона.

— Без проблем, — ответил Деймон.

— Поднимай свои связи и готовь план по установке улучшения.

— Кого будем улучшать?

— Меня. Уровень гамма. А потом и девушек.

Я думал, что Деймон будет тянуть время, уточнять задание, жаловаться на то, что в наше время достать стоящие импланты непросто, и набивать цену своим услугам. Однако я и моя команда смогли на деда произвести такое неизгладимое впечатление, что он без жалоб тотчас же приступил к работе. Провел меня в соседний отсек и, открыв дверцу, пригласил пройти в вертикальную прозрачную капсулу. Сам же Деймон уселся за терминал.

— Дрянные импланты. Низкий уровень надежности. Зачем ты их себе ставил? — спросил он у меня после того.

— Альфам этого не понять. Представляешь — бывают, оказывается, такие времена, когда у тебя нет денег. Или они есть, но их хватает только на самые дрянные импланты, — я озвучивал то, что и меня повергло в шок в первое время пребывания в новом теле.

— Мы их удаляем?

— Все до единого, — подтвердил я.

Те жалкие поделки, которые омеги называли имплантами, у меня вызвали лишь отвращение. И стремительный поединок с Саввой подтверждал, что отвращение мое обосновано.

— И какую специализацию будем строить? — Вопрос Деймона не был праздным.

Подбор модов проводился не хаотично, не как бог на душу положит, а так, чтобы они взаимно усиливали друг друга. Мне хотелось сказать, чтобы Деймон отворил из меня военачальника. Но я трезво смотрел не вещи — армии у меня в наличии не было. Если не считать сброда, который вела за собой Лидия. А если нет бойцов, то мне надо самому становиться армией.

— Делаем из меня… штурмовика. Основной упор на оружие дальнего боя, выживаемость, огневую мощь, — мне снова припомнился поединок с Саввой, — реакцию, скорость — на максимум.

Деймон и без моих подсказок знал, что необходимо элитному бойцу.

— Подкожная броня «Эластик-6»…

Надо заметить, что он смог с первых же слов меня огорошить. Об «Эластике» я услышал впервые.

— Подкожная… что?

— Ну ты даешь! — Панибратское отношение Капли меня бесило, но, кажется, по-другому девушка общаться просто не умела. — «Эластик» — это такая пленка…

— Углеродное полотно, — поучительно уточнил Деймон.

— Но выглядит как пленка. Выращивается прямо под кожей, организмом не отторгается. В обычном состоянии она мягкая и гибкая. Но если по ней сильно ударить, моментально твердеет, защищая от проникновения колющего оружия и кинетических снарядов.

— А также служит внешним скелетом при падениях, — дополнил рассказ о свойствах «Эластика» дед.

Я засомневался. Судя по рассказам, этот «Эластик» по сути штука неплохая, но мысль, что у меня под кожей будет какая-то черная пленка, отталкивала.

— Да не криви ты лицо, — Клякса заметила терзавшие меня сомнения. — Ты ее даже не почувствуешь.

— Неделю, максимум две будешь привыкать к необычным ощущениям. Но согласно статистике, «Эластик» повышает шансы уцелеть в бою на три целых шесть десятых процента.

Это много. Учитывая, с кем придется сражаться, даже одна десятая может оказаться решающей.

— Умеете вы красиво убеждать. Причем именно в паре.

— Так мы этим на жизнь зарабатываем, — простодушно заметила Клякса. — Деда, давай ему баллистический вычислитель впаяем.

— Это без вариантов. — Впаивать мне ничего не пришлось. Без устройства, сопрягающегося с оружием и державшего перед моим взором виртуальную сетку прицела, трудно представить любую драку. В принципе, похожие устройства имелись и у омег, но гамма-вариант предоставлял гораздо больший набор возможностей. К примеру, он учитывал нагрев ствола, направление и скорость ветра, погрешности, возникающие из-за боеприпасов разного типа и качества, и мог помогать стрелку укладывать буквально пулю в пулю. Также он мог предсказать рикошет от различных поверхностей и позволял таким образом поражать противника даже за укрытием. — Дальше.

Я решил отдать инициативу Кляксе и ее деду. С момента моей смерти прошло триста лет. И несмотря на то, что мне показалось, технологии имплантов почти не продвинулись, Деймон смог меня удивить «Эластиком». А вдруг появилось нечто крайне полезное для умерщвления себе подобных, но я про такую полезную штуку никогда раньше не слышал⁈

— Если не спасет подкожная броня, то пригодится «Архангел 3000»! — голосом из рекламы произнесла Клякса.

— Реанимационный имплант? — догадался я, исходя из названия.

— Целая система. Во-первых, наниты для остановки внутреннего и наружного кровотечений. Они же залатают рану любой сложности и глубины. Встроенный дефибриллятор для сердечной мышцы. Аптечка в шее для антишоковых препаратов и анестезии. Ты сможешь по лаве бегать, не теряя сознания. Ну, если пяток не жалко. Еще целый набор гормонов для стимуляции мозга. Они отлично дополняют аппаратное ускорение рефлексов. Аппарат искусственного легкого, накачивающий кровь кислородом в случае, если свои легкие выжжены. Он же спасает при погружениях или отравленном воздухе. Антитокс-модуль также помогает вывести из крови яды. Ему без разницы, как они в организме оказались, с едой или через рану.

— Беру два! — Технические характеристики «Архангела» меня впечатлили.

— Погоди, оставь еще место для самого вкусного! — Клякса увлекалась все больше.

— И что же это?

— Искусственные мышечные волокна «Атлант»…

— Тоже мне, нашла чем удивить. — Мышечные усилители стояли у меня и сейчас, в среднем они давали прирост в силе на триста процентов.

— Они делают тебя на порядок сильнее, — дополнил описание технологии Деймон.

— На порядок? — переспросил я.

— В десять-двенадцать раз! — похвасталась Клякса.

Прилично. В мое время потолком на гамма-уровне было усиление на семьсот процентов.

— Без усиленного каркаса мышцы сломают твой скелет, так что ставим и его.

— Ставим, — я кивнул.

Технология усиления скелета с помощью тончайших керамических стержней мне знакома. Прелесть ее состояла в том, что керамика могла сращиваться при переломах. Не так быстро, конечно, как мягкая плоть, но валяться месяцами со сломанным бедром мне бы не пришлось. Самые сложные травмы зарастали за дни, мелкие — за часы.

— Устройства последнего шанса будем вживлять?

— Это что? — Клякса снова смогла меня удивить.

— Можно самоликвидатор поставить. В безвыходной ситуации он тебя взорвет. И всех в радиусе четырех метров тоже.

— Безвыходных ситуаций не бывает, — мне чужда была концепция самоубийства, — по крайней мере, таких, когда стоит убивать себя.

— Тогда ставим «Ската».

— Он что делает?

— В грудной клетке размещается суперкондесатор. — Клякса запустила на проекторе голографию с изображением человеческого тела. За ребрами загорелся красным небольшой цилиндрик. От него сначала до плеч, а потом и до ладоней на обеих руках протянулась пунктирная линия. — А в ладошках у тебя прямо под кожей будут скрыты два контакта. Схватил кого-нибудь за голову, выдал импульс в сто тысяч вольт — спек недругу мозг. Правда, и ладони тоже поджарит. Но «Архангел 3000» приглушит боль. Берешь?

А вот эта штука хорошая. Причем воображение подсказывало, что «Ската» можно использовать не только по прямому назначению. Настоящая молния в руках всегда пригодится.

— Беру.

— Досыплем по мелочи безголосовую защищенную связь, тактическое управление отрядом до взвода включительно, и вроде все?

Предлагаемые Кляксой и дедом усиления должны сделать из меня настоящую машину для убийств. Но они шли по стандартной программе для штурмовика. Мне же хотелось получить еще пару штучек, которые могли в будущем неприятно удивить моих противников.

— Не помню названия мода, в ребра ладоней встраиваются лезвия. — Я защелкал пальцами, пытаясь вспомнить, как назывался тот имплант, которым было оснащено мое прошлое тело.

Мне его поставили еще в подростковом возрасте, поэтому название из памяти стерлось. А вот умения им пользоваться в рукопашной схватке — нет.

— «Меч-в-кармане», — Деймону и это улучшение было знакомо. — Имплант редкий. Инструкторов по нему по пальцам пересчитать. Но найдем.

— Инструкторов не надо, — я сам мог кого угодно обучить бою с помощью спрятанных прямо в плоти клинков, — только имплант. В правую ладонь нить-захват. С липучкой.

Пять метров тончайшей нити легко выдерживали вес до двухсот килограммов. С помощью мини-лебедки в руке и присоски с повышенной адгезией на ее конце я мог переправляться через препятствия. Это если использовать имплант штатно. А еще — именно из-за толщины нити ею можно резать незащищенную плоть на кусочки. Деймон был, по-видимому, в курсе этой особенности мода, поэтому лишь хмыкнул и не стал задавать лишних вопросов.

— Все? Или еще будут пожелания?

— Сделаем сборку, испытаем. Если мне чего-нибудь будет не хватать — докупим и установим. — Открыв дверцу, я выбрался из капсулы.

— Кого будем сканировать следующим? — спросила Клякса.

Больше денег, чем на себя, я планировал потратить только на одного человека. Лидия была бетой, значит, при всех прочих равных боец из нее получится еще более серьезный, чем из меня. Часть имплантов у нее бета, часть гамма уровня, и их бы Деймон не назвал откровенно дрянными. Но я хотел подкорректировать ее специализацию, сделав из нее бойца ближнего боя и командира звена.

Бывшую владетельницу Клякса пригласила в отсек и запихала в капсулу. Проблем с подбором имплантов для Лидии не возникло. Деймон прикинул, что, купив моды для меня и Лидии, он израсходует примерно половину той суммы, которую ему перекинули альфы.

Деньги мне было куда тратить. Пусть у Энн церебрал всего лишь омега-класса, но и для нее у Деймона нашлась пара интересных новинок. Больше всего впечатлил мимический имплант, который за счет напряжения лицевых мышц мог менять внешность! В ограниченных рамках, конечно, но, взглянув на измененное лицо шпиона мельком, можно его и не узнать. Если и с этой спутницей у меня проблем не возникло, то что делать с Альтой, я решительно не понимал. Телом мы атлантку обеспечили. Но телом пустым, без церебрала. Омега-класс мы ей хоть сейчас можем вживить. Церебралы более высоких не купишь ни за какие деньги. И толк с этой покупки невелик — при выходе в сеть нелегала, возжелавшего стать аристократом, мигом вычислят и казнят самым жестоким образом.

— Ну и что будем с тобой делать?

— Вернемся на базу, я сама себе поставлю церебрал, — ответила мне, хитро улыбнувшись, Альта.

— М-да? И где ты его возьмешь?

— У меня в запаснике есть один.

— Какого класса? — я ожидал услышать, что это обычная омега, и решил, что настою на том, что главный имплант ей установит Деймон.

На вживление и запуск церебрала уходит время, так зачем его бездарно терять?

— Любого, — произнесла Альта, и я заметил, что Деймон внимательно прислушивается к нашему диалогу.

— Как любого?

— Вот так. Универсального класса. Подключай все, что хочешь, от омеги до альфы.

Мне показалось, что Альта шутит. Издевательская улыбочка с ее губ не сходила.

— Такого не бывает, — вместо меня ответила Клякса.

— У вас не бывает. У нас — есть, — продолжила веселиться Альта.

И я понял, что она умудрилась спрятать от меня на базе настоящее сокровище. Творение атлантов. Уникальный церебрал, работающий со всеми типами и классами имплантов. Знал бы я это раньше, возможно, сейчас бы заказывал у Деймона альфа-моды. Причем заказывал для себя.

Глава 16

— Я еще раз тебя спрашиваю — ты хорошо подумал? — Альта, как и Энн, не расставалась со мной на время процедур по внедрению имплантов.

И если корш за меня банально переживала, то у атлантки была своя причина. Она пыталась меня отговорить от использования найденной мной в базе атлантов технологии.

— А я тебе еще раз отвечаю — да, да и да! — я неподвижно лежал на кушетке, а в моем теле торчали тысячи игл.

К иглам подсоединялись тончайшие трубки, по ним закачивался полимер. Эта вязкая жидкость должна стать основой моей подкожной брони. Или не стать — Деймон строго-настрого запретил шевелиться, дед сказал, что процедура внедрения и активации «Эластика» требует полной неподвижности. Но как можно не шевелиться, если одна барышня постоянно пытается участливо взять тебя за руку, а вторая, не умолкая, читает морали.

— Лэт, пострадают невиновные! — настаивала атлантка.

— Да ладно? — притворно удивился я. — А ты можешь сказать, когда они не страдали? Ну хоть один момент из человеческой истории приведи, когда такого не было?

— Ты рассуждаешь, как деспот и сатрап! — рассердилась Альта.

— Нет, как практичный человек. И думаю, что ты с моими выкладками согласишься. Если кто-то должен пострадать, то кто? Мы с тобой? Или обыватели Сиднея?

— Чушь! Можно разработать план, в котором никто не пострадает! — Альта была самым настоящим филантропом, и чужая судьба ее волновала больше, чем собственная.

— Так не бывает. Мы затеяли революцию, бунт, мятеж! И до этого момента ты вроде бы не возражала.

— Но сейчас ты хочешь осуществить теракт! В одном из крупнейших городов Гармонии!

— Альта! — не выдержала сидевшая возле кровати Энн. — Оставь Лэта в покое! Ему нельзя сейчас волноваться, вернетесь к этому вопросу после всех операций!

— Они две недели идти будут! Причем половину этого времени он проведет в искусственной коме! — не собиралась сдаваться атлантка. — Мы должны обсудить наши следующие шаги сейчас!

— Значит, так, у тебя есть в запасе неделя, чтобы придумать и предложить мне альтернативный вариант действий, — к моей кровати подошла Клякса, несущая прозрачный резервуар с оранжевой жидкостью, в ней болтался очередной имплант — вытянутый цилиндрик сантиметров восьми в длину.

— Конденсатор для «Ската»! — торжественно объявила девчушка, водружая емкость на столик возле кровати. — Сейчас будем устанавливать.

— Это надолго? — уточнила у нее Альта.

— Нет, операция несложная. Но нам придется вскрывать грудную клетку. Так что — баю-бай! — прежде чем я успел возразить, Клякса нажала на медицинском мониторе пару кнопок.

Нейроанестезия действовала почти мгновенно — я почувствовал, как у меня немеют конечности и угасает сознание.

— Эй! Мы не обсудили… — голос Альты звучал как из колодца.

— Отстань от него! — Энн я уже слышал, срываясь в бездонную черную пропасть.

Хотя не совсем бездонную — внизу увидел алый отсвет. Падение мое продолжалось, но как-то совсем замедленно. Я не летел вниз ядром, а не спеша спускался, как перышко, мотаясь из стороны в сторону. Но лучше бы несся стремительным кирпичом, опустившись ниже, я обнаружил, что меня в конце пути поджидает адское пламя! Причем не какой-нибудь там костер, а факел перегретой плазмы. Я замахал руками, как крыльями, но воспарить, как орел или, на худой конец, как хромой воробей, не смог. Ярко-оранжевый факел медленно, но неумолимо приближался. Когда его кончик коснулся моей груди, я заорал. Наверное, я так не кричал ни разу за всю свою жизнь. Огонь играючи прошил мою кожу и начал выжигать внутренние органы. От дичайшей боли я бы, наверное, потерял сознание, но я и так находился в бессознательном состоянии!

Из которого меня решили выдернуть.

— Лэт! — кто-то сильно шлепал меня по щекам. — Лэт, очнись! Чего ты стоишь, быстро делай что-нибудь!

— Я не стою. Я лежу, — уточнил я на всякий случай.

Хоть и очнулся, но дикая боль в груди продолжала огнем жечь внутренности. Глаза я открыл, но зрение отказывалось фокусироваться.

— Я не тебе, — я почувствовал, как Энн успокаивающе погладила меня по руке. — Ты лежи-лежи. Клякса, что это было⁈

— Незапланированный разряд. Со «Скатом» это бывает…

— Сделай так, чтобы больше не было! Исправь все! — настаивала Энн.

— Хватит уже орать! И дергаться! Сейчас иглы повыскакивают и нам «Эластик» придется по новой ставить!

— Так, девчонки, панику прекратить. Что случилось? — Зрение понемногу ко мне возвращалось.

По крайней мере я уже видел две наклонившиеся надо мной обеспокоенные мордашки.

— Конденсатор «Ската» разрядился…

— У меня еще легкие есть? И сердце?

— Все есть. Все на месте. Разряд был неполным, — Клякса водила над моей грудью небольшим сканером, — даже внутренних повреждений нет.

— А чего так больно-то⁈

— Ударило по нервным окончаниям. Слегка…

— Слегка⁈ У меня дымится все внутри!

— Нет, я через разрез вижу — все нормально, ничего не дымится, — успокоила меня Энн.

— Через разрез? — я вспомнил, что для установки импланта Клякса должна была мне грудь вскрыть. — Значит, ты меня сейчас видишь изнутри? Черт, у меня от тебя не осталось больше никаких тайн и секретов. Клякса, где Деймон? Давай лучше он займется установкой…

— Ему некогда, он готовит полученные импланты, — посылки от черных дилеров доставляли на базу старых подлодок автоматические дроны, и дед лично занимался их распаковкой.

— Но ему лучше…

— Не надо нас учить, как нам работать, — дерзко заявила Клякса и, прежде чем я успел хоть что-то возразить, снова погрузила меня в искусственную кому.

Настолько глубокую, что сновидений на этот раз не было. Когда я из нее вышел, то обнаружил себя лежащим на кровати. Но не на лабораторной, а обычной жесткой кушетке в отсеке со ржавыми бортами. Одно не поменялось — рядом со мной все так же сидела Энн.

— Больно?

Я прислушался к ощущениям. Боли больше не было, но раздражал зуд. Деймон предупреждал о чем-то подобном, однако не сказал, что мне захочется содрать с себя кожу или хотя бы почесаться железной щеткой.

— Нет, все прошло, — не стал я расстраивать девушку. — Мне полный комплект вкатили?

— Да, Клякса сказала, что установили все. Сейчас они с Деймоном работают над Лидией.

— Они что, не отдыхали?

— Я так поняла, у деда с девчонкой какие-то импланты на выносливость стоят. Работают они, как пчелы.

— Нам тоже надо поработать.

— Ты что⁈ Клякса категорически запретила тебе двигаться! Установка такого количества имплантов за один раз сильно нагружает организм! Не вздумай вставать или активировать моды! Тебе надо отдохнуть минимум двенадцать часов! — Меня опекала самая заботливая медсестра на свете.

— Я знаю. Мне не в первый раз ставят моды. Но я могу поработать и без физических нагрузок. Прокинь линию связи до «Манты». Надо отдать Божко и Яну кучу распоряжений. Нам надо готовиться к операции…

— Забудь! Голову тебе напрягать сейчас тоже нельзя!

Опека мне начала надоедать.

— Я сказал, прокинь…

— Клякса сказала, что ты упертый. Поэтому дала мне это, — Энн помахала у меня перед носом пультом с одной-единственной кнопкой.

И я догадался, что он делает.

— Не смей!

— Прости, но так надо, — сказала Энн, нажимая на кнопку.

Меня опять заключила в свои объятия принудительная кома. «Очнусь и показательно выпорю эту засранку!» — успел я пообещать самому себе.

Очнулся ровно через двенадцать часов, как по таймеру. Однако воплотить обещанное не смог — тело сковала слабость. Я с усилием поднял и вытянул руку — пальцы дрожали, как листья на ветру. Энн рядом не оказалось. Я хотел ее окликнуть, но вспомнил, что мне теперь драть глотку не надо. Я активировал мод управления тактическим звеном. Перед глазами появилась виртуальная табличка, в ней отражались мои спутницы. Я быстро свел их в один отряд и, получив подтверждение с их церебралов, получил доступ к управлению звеном. Сердце забилось с удвоенной силой, почувствовав, что возвращается мое былое могущество. Помимо всего прочего, имплант получал данные о физическом состоянии членов моего отряда. Их показатели говорили о том, что Лидии и Энн либо прямо сейчас устанавливают импланты, либо они отдыхают после их монтажа — обе девушки находились в состоянии искусственной комы. Альта должна была «пойти под нож» уже на нашей базе после установки церебрала атлантов, поэтому она просто спала.

Беспокоить я ее не стал. Все равно мои планы ее не касались. Но поуправлять мне было кем и чем. Я наконец-то сам получил возможность дистанционно командовать своими подопечными. Установил связь с «Мантой», а она ретранслировала сигнал в убежище атлантов.

— Лэт⁈ Ты как меня вызвал⁈ — Голос у Яна был сонным.

Видимо, я его застал лежащим в кровати.

— Привыкай, времена меняются. Я тебя теперь не только вызывать могу, но и круглосуточно наблюдать за тобой тоже.

— Правда? И что я сейчас делаю?

— Как обычно, занимаешься всякой ерундой, — мне не надо было использовать камеры слежения базы, чтобы убедиться в своей правоте, — но я придумал, чем тебя занять.

— Мы с Божко только-только закончили с «Левиафаном», он теперь конфетка!

— Вот видишь, я так и знал. Поэтому поручаю тебе новое задание.

— Какое? — обреченно произнес Ян.

— Петля замкнута, ты возвращаешься к истокам.

— Чего⁈ Снова искать мусор, оставшийся после атлантов?

— Не настолько к истокам. Лови морские деликатесы и тащи их на базу. Только живыми. В больших количествах.

— Зачем? У нас все склады едой забиты!

— Я же сказал, морские жители нужны мне живыми. Заселяй ими аквариум, где раньше жил кит. — Я прикинул, что в одиночку мои грандиозные планы Ян может и не потянуть. — Бери с собой людей Лидии…

— А как я им скажу? Они мне не подчиняются, — испуганно ответил он.

— Так и скажешь — я приказал! — С двоевластием в нашей команде пора заканчивать. — Будут проблемы с ними, вызови меня. Отлов начинайте с завтрашнего дня.

— А кого ловить-то?

Я подумал, что в этом вопросе необходимо посоветоваться с Альтой.

— Завтра с утра скину список. — Не хотел я обращаться к атлантке, но сделать это все-таки придется.

С атланткой предстоял нелегкий разговор. Я чувствовал, что она сопротивляется тому, что я задумал, и как бы она не начала проводить прямой саботаж. Проболтали мы с ней почти до утра, причем темы для разговоров у нас были по большей части не прикладные, а общефилософские. Альта не оставляла попыток отговорить меня от задуманного. Но альтернативного варианта, как погубить наших врагов, она так и не смогла предложить. Поэтому действовать мы решили по моему сценарию. Также Альта вынесла мне мозг, требуя решить судьбу Кляксы и Деймона. Атлантка уговаривала взять их собой в убежище, однако у меня на них совсем другие планы. Во-первых, я хотел, чтобы местонахождение нашей базы оставалось в тайне. Операция, которую мы задумали, могла провалиться, и нам жизненно необходимо иметь место, где можно отсидеться после провала. И чем меньше людей знает о существовании убежища, тем у меня больше уверенности, что его местонахождение не будет раскрыто. Во-вторых, иметь запасное на случай непредвиденных обстоятельств нам тоже не помешает. И заброшенная база стратегических подводных лодок на его роль подходила идеально.

— Деймон и Клякса — живые люди! А не пешки в твоей игре! — с жаром возражала мне Альта.

— И хорошо, что живые. Они будут поддерживать свою лабораторию и подлодку в функционирующем состоянии. Если что, мы сможем просто переселиться к ним. Альфы их не тронут…

— Альфы их не будут трогать ровно до того момента, пока не узнают, что ты их надул!

— Хорошо — альфы их пока не тронут, — я выделил слово «пока». — А если все пойдет по плану, то и альф никаких не будет.

— А если нет⁈

— Если нет — будем что-то решать.

— Ох, Елагин, не нравится мне, как ты начинаешь к людям относиться! Слишком много эгоизма в тебе, это до добра не доведет!

— Кого? — Споры с Альтой на тему полного отсутствия у меня хоть капли человечности стали надоедать.

— Тебя в первую очередь! И нас всех заодно!

Если бы Альта мне не была нужна позарез, то сейчас я бы поставил в нашем разговоре точку, просто выгнав атлантку из команды. Но пока с ее присутствием я вынужден мириться.

— Давай так — если что-то начнет угрожать Демону, мы вышлем за ним и его внучкой субмарину, — примиряюще сказал я.

— Обещаешь?

— Клянусь!

— Ладно, Елагин. Что делаем дальше?

— Как только придут в себя Лидия и Энн, отплываем домой. Там Божко поставит тебе церебрал и моды…

— А потом?

— А потом мы отправимся захватывать мир.

Говоря это Альте, я нисколько не лукавил. Задача перед нами стояла грандиознейшая, но перед тем как ее воплотить, нам предстояло как следует потрудиться.

К чему мы и приступили сразу по возвращении в убежище. Альта таки дала мне доступ к найденному в базе атлантов устройству, которое называлось «Час хаоса». Изобрести-то его атланты изобрели. Даже испытания провели, но применять в войне с сухопутными крысами не стали. Кишка у них оказалась тонка. А самое главное — их головы, как и у самой Альты, были забиты ненужным хламом. Всякими там понятиями о человеколюбии и справедливости. Увидев результаты испытаний, я понял — примени они «Час хаоса», мы бы проиграли. Великие Дома бы пали. Мой род пресекся бы задолго до предательского нападения евгеников. Так что я был благодарен атлантам за их малодушие. Однако их ошибку не повторю.

Чтобы Альта не путалась под ногами и не заламывала руки в попытках меня остановить, я передал атлантку Теодору. Альте предстояло получить полный комплект модов, что вывело бы ее из строя дня на три-четыре.

— Привет! — догнал меня в переходе сияющий от радости Ян. — Пойдем к аквариуму, покажу, что мы наловили!

Пареньку не терпелось похвастаться своими успехами. Но мне было не до них, мы с Энн направлялись в производственный цех, чтобы запустить в изготовление «Час хаоса».

— Поддерживайте состояние животных, — на ходу отдавал распоряжения я. — Как Альта очнется — передадите их ей. Да, и отлов не прекращайте, нам нужны стаи и стада!

— Понял, сделаем. — Ян не стал досаждать мне ненужными вопросами.

Сразу после загрузки чертежей с центрального сервера принтер начал изготавливать части «Часа хаоса».

— Лэт, а ты уверен… — спросила Энн, едва на платформе появился контур заготовки.

— Вы сговорились, да⁈ — Я психанул не на ровном месте. Божко, просмотрев характеристики оружия атлантов, тоже поджал губы. От возражений он воздержался, но всем своим видом дал понять, что методов моих не одобряет. — Если все такие умные, то почему никто не может предложить альтернативный вариант? Прикрываетесь своими моральными принципами — хорошо! Считаете меня моральным уродом — пожалуйста! Но укажите тогда путь, по которому нам надо двигаться! Я сам не в восторге от выбора, но другой тактики не вижу!

— Лэт, не надо на мне срываться!

— Я не срываюсь. Я жду поддержки и помощи. А не нытья!

— Какой поддержки?

— К примеру, как мы доставим «Час хаоса» в Сидней? Нам в этом деле нужна абсолютная скрытность…

— Это вообще не проблема. Ты про кита забыл? — с улыбкой произнесла Энн, и я мысленно обозвал себя дураком.

Ведь в моем распоряжении уникальное транспортное средство, которое не засечет ни один радар! Правда, с запуском оружия из-под воды могли возникнуть технические трудности, но они решаемы. Та же атлантка, когда придет в себя, могла помочь мне их преодолеть. А откажется — мы вдвоем с Божко справимся.

— Да ты же моя умница! Дай обниму! — Я был рад почувствовать поддержку хоть от одного члена своей команды.

Глава 17

Мне было немного обидно от того, что прелюдия моего изящного плана происходила за сотни морских миль от «Левиафана», в рубке которого я сейчас находился. Справа от меня с закрытыми глазами в кресле сидела Энн. Вообще, с китом лучше всех управлялась Альта, но она наотрез отказалась участвовать в кровавом шоу. Я не понимал, что она углядела в нем кровавого, но не настаивал. Мне было спокойнее, что важным процессом управляет уверенный во мне человек, а не рефлексирующая атлантка.

На главном экране пока кроме мутной, наполненной светом от полуденного солнца, толщи воды, не было видно больше ничего. Кит размеренно и неспешно плыл на глубине десяти метров. Прелесть в его использовании в том, что его могли нащупать сонары, но поднимать тревогу из-за приближавшегося к порту кита автоматика бы не стала. Мы же тоже особо не наглели — Энн направляла кита не в саму акваторию сиднейского порта. Там его легко бы обнаружили визуально, а нам это не нужно. Путь морского гиганта лежал к одному из городских пляжей. Там могли сейчас находиться люди, но помешать они нам не могли.

Неудобство нам доставляло только мелководье — кита самого по себе малышом не назовешь, так еще у него под брюхом болтался транспортный контейнер, им никак нельзя возить по песку. Уж слишком у него нежный груз.

— Да куда же вы прете, а? — заерзала в своем кресле Альта. — Вы понимаете, что будет с животным, если оно застрянет на мели? Его выбросит на берег, и оно погибнет!

На мостике находилась вся моя старая команда. Лидия со своими головорезами разместилась в десантном отсеке «Левиафана» — на операцию мы выдвинулись в полном составе, причем в обратном направлении от Сиднея, где вот-вот должны начаться завораживающие события.

— Еще немного, иначе их смоет обратно волной… — пробормотала, не открывая глаз, Энн.

— Открывай створки! — рявкнула Альта, видя, что туша кита едва помещается в просвете между песчаным дном и поверхностью.

Энн приоткрыла один глаз.

— Хорошо, — кивнул я ей. — Начинай высадку.

Судьба кита меня волновала мало. Я переживал из-за того, что севшее на мель животное может привлечь внимание береговых служб. А его следовало избегать.

По команде Энн раскрылись створки транспортного отсека и из них на песок посыпались мои подарки для жителей города Сидней. Если посмотреть на их кулинарную ценность, то можно сказать, что я одарил город деликатесами. Ян сбивался с ног, чтобы насобирать эти сотни колючих крабов, а избавились мы от них за один миг.

— Уводи кита…

— Стой! — перебил я Альту. Мне надо убедиться, что операция идет по плану. А камеры, размещенные на ките, были моими единственными «глазами». Поднимать над Сиднеем дроны я не решился — успех моего удара целиком и полностью зависел от его внезапности. — Немного всплыви. Дай мне увидеть то, что происходит на берегу.

На спине кита имелось некое подобие перископа — камера на тонкой штанге. Она имела приличное разрешение и зум. Выпущенными на волю крабами управляли микропроцессоры, их атлантка запихнула им под панцирь. И бегали они не просто так, а по жесткой программе, которая полностью руководила их действиями. По заложенным в нее алгоритмам мое колючее воинство должно сначала рассыпаться по береговой полосе и спрятаться там среди камней и скал.

— Все, можешь отплывать, — приказал я Энн, увидев в зоне прибоя коричневую живую ленточку.

Крабы до пляжа добрались. Они просидят там в укрытиях до ночи. А потом выберутся и ручейками потекут в город. Внезапные массовые миграции у крабов не редкость, поэтому слишком много внимания мои многорукие помощники не привлекут. Часть из них погибнет под колесами транспорта, в расчетах на непредвиденные потери заложена треть от всех тета-животных. В панцири крабов и так имплантировано много электроники, датчики их состояния туда было уже не впихнуть, поэтому сколько их погибло бы при пешей прогулке, я бы не узнал. Мне оставалось надеяться, что до точек назначения доберется достаточное количество. Крабы должны не только пробежаться по улицам города, но и взобраться на крыши зданий. О небоскребах мечтать не приходилось — большая часть проникнувших в город непрошеных гостей была бы отловлена на лестницах и в лифтах. Поэтому цель крабов — невысокие дома и укромные чердаки. Запаса хода у моих помощников хватало — без воды они могли обходиться часами. Правда, на выживаемость крабов это не влияло, после выполнения задания они должны погибнуть поголовно, что тоже раздражало атлантку, постоянно твердившую о моей жесткости и беспринципности. И отчасти она права — как только передо мной замаячила возможность снова забраться на крышу мира, я буду туда карабкаться, вообще не заморачиваясь какими-то моральными принципами. Надо пойти по головам и трупам — пойду не задумываясь! Перемены в моем настроении команда улавливала, что только пошло ей на пользу. Мне стали меньше задавать глупых вопросов, а приказы мои пыталась игнорировать только Альта. Она же и выразила сомнение в правильности нашего курса — основные действия должны развернуться в Сиднее, а непобедимый монстр «Левиафан» шел сейчас в совсем другом направлении. И особенно забавно то, что отслеживание оперативной ситуации мы могли проводить, используя лишь новостные каналы!

До полуночи, когда должна сработать заложенная нами в Сиднее бомба, я проспал. Один, запершись в каюте и наказав будить меня только в исключительных случаях. Ближайшие сутки-двое обещали быть крайне богатыми на приключения, и я решил дать организму отдохнуть, чтобы в случае цейтнота использовать его резервы на полную катушку. К счастью, никаких непредвиденных происшествий не случилось, и будильник поднял меня за полчаса до начала того, что потом историки назовут «Большим сиднейским переполохом».

На табло часов появилось «00.01», и я почувствовал зуд нетерпения — началось! Правда, на самом «Левиафане» все по-прежнему тихо и спокойно. Громадная подлодка ушла на глубину и висела у самого дна неподвижно.

— Ну, получилось? — первым не выдержал Ян. — Завертелось или нет?

— Мы-то откуда знаем? — осадила его Энн. — Были бы у нас спутники-шпионы, можно было бы по возросшей активности понять, что происходит в Сиднее. А так — ждем официальных новостей.

Шпионы, пусть и не спутники, в Сиднее имелись. И к моей команде они не имели никакого отношения. Договоренности между Лидией и Аланом с Молли в силе. Оба Дома Силы отправили в Сидней своих наблюдателей. И тоже ждали от них новостей — начнется ли в Сиднее большой шухер, как мы обещали, или нет? У этих шпионов прямой контакт с Лидией. Но пока они на связь не выходили.

Я только в мыслях мог себе представить, что сейчас в Сиднее происходит. Карапаксы притаившихся в укромных уголках крабов развалились напополам. Из панцирей выдвинулись чашеобразные излучатели. В их основе тонкая пленка, натянутая на спицах так, что вся конструкция напоминала раскладной зонт. Батарей в теле краба хватало всего на пару минут работы устройства на полной мощности. Но за это время она успевала сделать свое дело. Излучатель испускал инфразвук в узком диапазоне. Жители города его не слышали, но мне этого и не нужно. Мое послание было другим, оно действовало не на сознание. А на подсознательное. Такие звуковые волны излучали природные катаклизмы — извержения вулканов, землетрясения и ураганы. Все живое, почувствовав их, в панике уносило ноги из эпицентра катастроф.

Мы недаром призывали граждан к мятежу публично, создавая впечатление у Ома, что у него под боком зреет революция. У владетеля нервы были напряжены, а у его гвардии они натянуты в струну. И когда гонимые инфразвуком, обезумевшие толпы выплеснулись на улицы, отряды Ома решили, что это тот самый мятеж, о котором говорила «дочь» Елагина. И начали его гасить самыми жесткими мерами. Инфразвук гвардейцев с ума не свел. Во-первых, потому что боевые шлемы изолировали своих владельцев от него. А во-вторых, при планировании операции я для крабов выбрал районы города, где не расквартированы войска Басаана. Может, даже хорошо, что у нас не было прямой трансляции с улиц — при столкновении обезумевшей толпы с войсками должна начаться настоящая мясорубка! С реками крови, невинно убиенными и прочими прелестями гражданского бунта. Моя психика к таким зрелищам готова. Лилия и ее люди его тоже, наверное, выдержат. Остальных моих помощников к кровавым зрелищам жизнь не готовила. На мостике «Левиафана» мог возникнуть свой мятеж в духе «Лэт, что же мы творим⁈». Но я получил совсем другую обратную связь.

— Лэт, люди Молли докладывают, что на улицах начались беспорядки, — по коммуникатору доложила Лидия.

— Они пока не вмешиваются?

— Нет. Ни они, ни шпионы Бейкера пока в бучу не лезут. Ждут от нас обещанного, — произнесла бывшая хозяйка Фрипорта.

Пообещали мы моим бывшим компаньонам, а ныне владетелям Домов, ни много ни мало — остановить подкрепления, которые Ом бросил бы на подавление мятежа в крупнейшем городе своего лена.

Я знал, как он будет их отправлять. Штурмовые элитные группы, конечно же, отправятся по воздуху. Для подавления мятежа в зародыше элита должна как можно быстрее взять под контроль стратегически важные объекты: станции выработки и распределения энергии, здания мэрии и полицейские участки, узлы Сети и связи, основные трассы. Но Ому в Сиднее нужна большая масса бойцов, которая город будет зачищать от революционного элемента. Столько людей по воздуху не отправишь. Учитывая географию Сиднея, основной ударный кулак Ома отправится в Австралию морем на быстроходном транспорте, так как в одно десантное судно можно запихать больше людей и техники, чем в весь воздушный флот владетеля. Также я предполагал, что Ом не будет дергать гарнизоны из других владений, опасаясь того, что Сидней будет обманным маневром, а заговорщики нанесут основной удар в другой провинции. Помощь в Австралию поспешит от японских берегов. Из самого Бирюзового Дола!

Именно к японским островам и направлялся изначально «Левиафан». Генеральное морское сражение мы будем давать не возле Австралии. А здесь! Буквально под носом у Ома, чего он, конечно же, никак не ожидает.

— Идем к точке «Один», — скомандовал я.

Вопреки своей изначальной специализации Божко сейчас выполнял роль первого пилота. А Ян занимал кресло рядом с ним и был дублером. Они вдвоем излазили «Левиафан» во время восстановления вдоль и поперек. И знали наш флагман чуть ли не лучше, чем Альта. Поэтому управление этой махиной я им доверил со спокойным сердцем.

— Так точно, — отозвался Божко. — Идем к точке «Один». Глубина триста, скорость пять узлов.

К намеченной навигационной метке мы ползли с черепашьей скоростью, чтобы себя не выдать. Она находилась в сорока милях северо-западнее удивительного острова Минамитори — крошечного атолла, имевшего форму почти равнобедренного треугольника. Природа не ограничилась тем, что придала острову необычную форму, она окружила его коралловым рифом, настоящей крепостной стеной, достигающей на некоторых участках толщины в три сотни метров. Сразу же за рифом глубина резко уходила в свал на целую тысячу метров. Это, с одной стороны, позволяло подходить к острову крупнотоннажным кораблям, а с другой — риф защищал остров от атак и диверсий из-под воды. Моим предкам Минамитори полюбился не только за красивую форму и естественную защиту. Атолл, ко всему прочему, еще и удачно распложен. Во-первых, он находился чуть ли не в самом центре нашего лена. А во-вторых — до ближайшей суши от него больше тысячи километров. Незаметно подготовить войска для вторжения на Минамитори практически невозможно. Авиацию, флот, даже подводный, можно засечь на приличном расстоянии от острова и подготовиться к отражению атаки. Но это если противник использует стандартные методы ведения войны. У меня же была Альта. И передовые технологии атлантов.

— Точка достигнута! — отрапортовал Божко.

Дело предстояло ультрасерьезное, поэтому моя команда вела себя как закоренелые вояки. Собранно и без обычных пустых разговоров.

— Переключить сонары в пассивное сканирование.

— Сделано! — откликнулся Ян.

— Все системы корабля в тихий режим.

— Есть!

На борту «Левиафана» выключилось практически все. Работал только сонарный комплекс, да и то лишь в режиме приема. «Уши» субмарины собирали весь звуковой фон, фильтровали его и внимательно анализировали, вычисляя известные объекты, их скорость и вектор перемещения. Результатом их нелегкой работы была трехмерная карта в виде куба, на которую наносились метки. Вся остальная аппаратура, кроме сонарного комплекса, ушла в глубокую спячку. Отключилась даже система жизнеобеспечения, чтобы избежать шелеста вентиляторов, в стелс-режиме углекислый газ перерабатывался в кислород прямо в отсеках с помощью химических шашек.

Карта продемонстрировала нам, что возле атолла крутится один фрегат и пара подводных лодок. В этом не было ничего необычного, после мятежа в Сиднее гвардейцы Ома и должны перейти на усиленный вариант несения патрульной службы, более тщательно прикрывая Бирюзовый Дол от возможных атак. Но не эту активность я ожидал увидеть.

— Альта, подключайся к птичкам, — приказал я атлантке.

Сонарная карта штука неплохая, но у меня для разведки было кое-что получше. Для проведения этой операции нейроинтерфейсы вшивались всем членам моей команды. Более того, Альта сама установила нам протоколы атлантов, которые напрямую позволяли управлять техникой погибшей подводной цивилизации. И не только техникой.

Несмотря на то что интерфейсы у всех сейчас находились в подключенном состоянии, я попросил именно Альту управлять птичками не просто так. Хоть у нас и было время на освоение технологии управления тета-животными, все-таки у Альты практического опыта в этом деле больше всех, а задача перед ней стояла нешуточная.

Альта откинулась в кресле и закрыла глаза. Мониторы на мостике «Левиафана» мигнули и выдали картинку с высоты птичьего полета. На самом деле с птичьего — камеры, с которых мы сейчас видели изображение, крепились к вездесущим чайкам. К целой стае! Эта стая была настоящим произведением инженерного искусства. Часть птиц несла камеры, часть, летевшая рядом, ретрансляторы сигнала. Мощность этих ретрансляторов низкая, сигнал передавался от особи к особи на смехотворное расстояние. Зато и засечь его сложно. Передачу на «Левиафан» вели птицы, охотившиеся за мелкой рыбешкой на поверхности воды. У чаек имелись также вожаки, управляемые Альтой, они задавали вектор движения всей стае. При этом атлантка должна была руководить всей оравой пернатых так, чтобы у стороннего наблюдателя складывалось впечатление, что двигается она хаотично — обычные птицы занимаются своими обычными делами. Орут, летают, едят и гадят.

Альта филигранно управляла более чем тридцатью «дронами» разом. Но любоваться на ее работу я не стал, потому что на экране мостика появилось нечто, к чему я стремился с того самого момента, как воскрес в теле Текео. Возвышающаяся над островом башня, сложенная из лазурных блоков и увенчанная золотым куполом с флагштоком, на котором развевалось знамя с красно-синими полями. Удивительно, но повесив тряпку со своими цветами над моим родовым гнездом, Басаан не стал перекрашивать стены башни. Хотя я его понимал, на фоне моря Бирюзовый Дол выглядел потрясающе!

Глава 18

Четырехсотметровая бирюзовая башня была не единственным строением на острове. Возле нее располагались склады и казармы. Но взгляд к себе приковывала именно она. Пусть мой замок и не парил в воздухе, как дом Родригесов, к примеру, но от этого он не проигрывал в величии. Раньше моя родовая вотчина была обыкновенной круглой башней. Но руки легендарного Саввы и до нее дотянулись. Теперь башня выглядела, как друза сросшихся кристаллов лазурита, причем центральный, шестигранный, выдавался высоко вверх над остальными. Где-то там, под венчающей его пирамидкой, находились покои владетеля. И я более чем уверен, что Басаан Ом сейчас в них мечется, как тигр в клетке. Частичным свидетельством того, что у Басаана сегодня выдался тяжелый день, являлось то, что от казарм к стоящим на взлетных площадках транспортникам протянулась вереница бойцов. Они, как живой конвейер, передавали друг другу припасы и оружие и грузили все это добро в машины.

Басаан швырял в Сидней свои последние резервы, насколько я мог судить по форме, в коптеры сейчас грузилась личная охрана владетеля.

— Ждем отбытия. Ничего не предпринимаем.

— А поспать пока можно? — невпопад спросил Ян.

— Можно. Но чтоб проснулся по щелчку, — камеры с чаек-шпионов демонстрировали нам, что к активным действиям мы приступим нескоро.

Меня так и подмывало попросить Альту подвести стаю ближе к башне. А то и вовсе пробежаться одной чайкой по куполу и заглянуть в окна. Эти мысли с трудом, но отбросить я смог. Подглядывать в окна — занятие, недостойное настоящего триумфатора. А я ни на миг не сомневался, что сегодня меня ожидает триумф.

Крыло из шестнадцати траспортников, сопровождаемое четырьмя истребителями, поднялось в воздух и, воя турбинами, понеслось к горизонту. Курс, взятый машинами, сомнений не оставлял — в Сидней «птички» потянулись. Но это не послужило триггером для нашей активности. Я ждал другого.

Порт Бирюзового Дола раскинулся на кольце рифа, окружавшего остров. Из-за небольшого размера, ограниченного самой природой, он не был основной базой флота владетеля, поэтому имел всего десяток причалов, где сейчас болтались десять пузатых ботов на воздушной подушке. Их загрузка тоже шла полным ходом, по причалу тек сплошной поток из пехоты, небольших штурмовых бронированных машин и грузов. Басаан собирался сражаться за Сидней до последнего. И понятно почему — под угрозой оказалась агломерация, приносящая владетелю наибольший доход. А деньги — это святое!

Описывающий круги вокруг Минамитори фрегат подошел ближе к порту, и транспортники выстроились за ним в походный ордер. Две субмарины Ома прикрыли фланги конвоя.

— Готовим наше воинство? — довольно потер ладошки Ян, который так и не смог совладать с волнением, чтобы подремать.

— Нет. Ждем.

— Чего⁈ Они же уплывают! — расстроился шебутной паренек.

Данный этап операции зависел не от меня, а от Молли и Алана. Хватит ли у них смелости выполнить свою часть сделки? Достаточной ли им наградой покажется Сидней и обещания Лидии, для того чтобы вопреки всем мыслимым и немыслимым правилам развязать междоусобную войну и вызвать недовольство Сынов Солнца и Лунных Братьев?

— Вызови наших союзничков. Спроси, они готовы? — вызвал я Лидию по коммуникатору.

— На позициях. Наблюдают. Их реакция зависит от того, выполним мы свое обещание или нет, — через несколько секунд ответила она.

Это могло быть ловушкой. И Алан Бейкер, и в особенности Молли Мартинес могли связаться с альфами и сдать нас. За деньги или за преференции в управляемых ими ленах. Но я вынужден идти на риск, своими силами свергнуть Ома я не в состоянии.

— Следуем за конвоем. Держим дистанцию в тридцать миль, — отдал я распоряжение Божко.

Теодор начал осторожный разгон «Левиафана». В принципе, гигантская подлодка могла бы и в одиночку расправиться с конвоем. Но ее обширные погреба вооружений требовались мне для другого. Да и Ом до поры до времени не должен знать, что поблизости от острова крутится наш кит.

— Подключаемся, — сказал я, опустив спинку кресла, и прикрыл глаза.

Управление стаей чаек оставалось на Альте. Разведка и глаза, наблюдавшие за островом, нам необходимы позарез. Однако Ян наловил не только их, от базы атлантов до Минамитори следовал целый шлейф из разнообразных морских созданий.

В управлении тета-животными я не силен. Чтобы освоить этот навык, я провел шесть получасовых тренировок под присмотром Альты. Их хватило, чтобы научиться выбирать направление и скорость перемещения тета-животного. Но одного. Сейчас же я готовился глядеть на мир десятками глаз.

Сопряжение с модулями управления киборгами происходило довольно обыденно. Перед глазами появилась красная надпись «Сопряжение». И тут же, без всяких переходов, я оказался в воде! Причем не только видел картинку, я кожей почувствовал прохладу и упругую среду. Хорошо еще, мне самому хвостом размахивать и плавниками шевелить не приходилось — контроллер, установленный вдоль позвоночника барракуды, преобразовывал мои простейшие команды в двигательную активность. Я видел окружающее пространство глазами рыбы, и это меня не радовало. Зрение у барракуды сферическое, я одновременно видел на триста шестьдесят градусов, за исключением небольшой серой зоны ближе к спине и хвосту. Но резкостью зрение рыбы не отличалось, окружающие объекты проступали расплывчато.

А посмотреть было на что. Управляемая мной рыба возглавляла косяк, который догонял «Левиафан». Изнутри тот воспринимался громадиной, но в родной среде обитания и со стороны выглядел куда более величественно. Настоящий древний морской дракон, проснувшийся от векового сна, чтобы покарать грешников!

Обогнав нашу подлодку, я направил барракуду наверх, в более светлый слой воды. В левом нижнем углу моего поля зрения висела круглая виртуальная карта. На нее наносились метки, полученные от чаек и радаров, а также отмечались и все дружественные объекты, я видел «Левиафан» и пару «облаков» — другие косяки, которыми управляли Энн и Ян.

Наши цели и задачи были расписаны заранее, поэтому моим помощникам не требовались команды. Да и сильно сосредоточиться на управлении группой я не мог, барракуда так и норовила выйти из-под моего контроля.

Стаю хищных рыб я направил на идущий в голове колоны фрегат. Этот многоцелевой корабль мог успешно бороться и с надводными целями, и задать перца воздушным. Его ракеты одинаково хорошо поражали и те и другие. Мелочь успешно поражалась скорострельными счетверенными лазерными установками. А для любителей незаметно подкрасться и нанести удар из-под воды у фрегата имелись шустрые торпеды и умные глубинные бомбы. Все это оружие позволяло успешно бороться с любым противником… кроме того, который сейчас на фрегат нацелился.

В нападении на головной корабль конвоя было что-то скучное. Фрегат не пытался маневрировать или отстреливаться, даже если мою стаю сонары обнаружили, то экипаж на нее вообще не отвлекался. Ну, им же хуже! Я направил барракуду прямо в борт вражеского корабля, и как только до покрытой отложениями и водорослями плиты осталось менее метра, отдал команду на подрыв. Ох, черт! А это больно! Не иначе Альта постаралась, для того чтобы я хорошенько прочувствовал, каково это — быть взорванным изнутри!

Я хотел перехватить управление и над остальными барракудами, но опоздал — вся ведомая лидером стая врубилась в борт фрегата и подорвалась. Сработал алгоритм «делай как я», и я ему благодарен за то, что мне заново не пришлось испытать неподражаемые ощущения, как тебя разрывает на сотню кусочков.

Общий вес жидкого взрывчатого вещества, закачанного в рыбину, не превышал двухсот грамм. Осколки, могущие повредить корпус корабля, в живой бомбе отсутствовали. Но барракудами я потопить корабль и не намеревался. Мне требовался визуальный эффект, обманка, которая отвлечет от себя внимание наблюдателей.

Корпус «Левиафана» загудел. Вибрация передалась через кресло, «Левиафан» накапливал энергию для своего самого жуткого оружия — курсовой волновой пушки.

— Выстрел! — прозвучал бас Божко.

Вибрация прекратилась, к обреченному фрегату понеслась смертоносная волна. Ниже ватерлинии броня как таковая у фрегата отсутствовала, волна прошла сквозь обшивку, как сквозь бумагу, натворив кучу бед и фактически разрезав корпус несчастного корабля пополам. Для диспетчерской службы Бирюзового Дола авария выглядела как последствие многочисленных взрывов вокруг фрегата. Вряд ли до наблюдателей дошло, что фрегат стал жертвой неведомой субмарины. Для меня это важно, ведь вокруг поля боя крутились две сопровождавшие конвой подлодки Ома. «Левиафан» и с ними справится без особых проблем, но задуманная мной операция должна проходить стремительно, с ее началом каждая секунда на счету. И я не хотел терять время на возню с подлодками.

Если в Бирюзовом Доле что-то в гибели фрегата, уходившего под воду с ревом выходящего из трюмов воздуха, и показалось подозрительным, то в следующий момент диспетчерам Ома стало резко не до тонущего корабля. Подопечные Энн и Яна добрались до грузовых судов. И начали настоящую резню!

Мои соратники управляли более солидными тварями. Живыми торпедами весом под восемьсот килограммов, способными разгоняться под водой до умопомрачительных ста километров в час! У каждого из них в управлении было всего по три марлина, но над ними атлантка поработала основательно. Голову и лоб рыбы Альта закрыла толстыми броневыми пластинами, длинное рыло удалила, вместо него внедрив узкий длинный стержень из сверхпрочной керамики. Подобным оружием акула распластала батискаф, в котором за мусором, оставшимся после атлантов, спускались Энн и Текео.

У транспортов на воздушной подушке одно преимущество — скорость. Они не плыли, а буквально летели над водной поверхностью, поднимая тучи брызг. При этом траспортникам не надо заморачиваться с точкой высадки десанта. Если надо, они могли и на пляж вылететь. Но за любое преимущество приходилось расплачиваться. Массивные суда удерживались в воздухе за счет давления, нагнетаемого мощными турбинами им под «юбку», которая представляла из себя тонкую композитную пленку, натянутую на каркас-клетку. Чтобы посмотреть, насколько тета-марлины справятся со своей задачей, я попросил Альту сфокусировать камеры на судах конвоя.

Первой свою тройку убийц вывела на цель Энн. Большая овальная лодка, летящая впереди строя, вдруг как будто споткнулась обо что-то, торчащее из-под воды. Ее закругленный нос завалился налево и вниз, корму с двумя молотящими воздух пропеллерами наоборот, подкинуло вверх. Я успел заметить блеснувшее возле борта судна серебристое тело. Оно поднялось на поверхность и проплыло вдоль борта, оставляя за собой распоротую пленку «юбки». Атакованный десантный бот застопорил ход, чтобы не перевернуться, и осел в воду. Казалось бы, это никакой угрозы для судна не несет, оно обладало положительной плавучестью и прекрасно держалось на воде. Но атака второго марлина эту плавучесть сильно уменьшила — рыбина прошлась вдоль второго борта, на ходу своим носом-мечом разрубая обшивку и переборки за ней. Как бритвой полоснула по ткани!

Судно начало заваливаться на бок, а троица марлинов устремилась к следующему десантному боту. Обрабатывали рыбины корабли на «раз-два-три». Легкие турели, установленные на транспортниках, водили за ними своими стволами, умудряясь даже выпускать короткие очереди… Но очереди бестолковые, марлины метались слишком быстро.

Из открывшихся люков десантники посыпались в воду, как горох из мешка. Идти на дно вместе с продырявленными ботами желающих не было. Чудесное спасение толпы вражеских солдат не входило в мои планы. Конвой недалеко отошел от Минамитори. Побросав оружие и сняв с себя доспехи, они могли вполне доплыть до берега. Да и владетель мог выслать катера на помощь барахтающейся в воде пехоте. Поэтому, добив последний корабль, марлины взялись за людей.

С высоты это смотрелось как дружеская вечеринка с заплывами наперегонки. Солдаты, взбивая воду в пену, молотили руками и ногами… и по одному исчезали. Чтобы потом всплыть аккуратно разрезанными на куски.

— Та-а-ак! — выкрикнул я, заметив, что в дружеском заплыве принимают участие всего три марлина. Троица других кружила в стороне от барахтающихся солдат. — Кто отлынивает⁈

— Я не могу! — подпрыгнул в кресле и открыл глаза Ян. Хотя я был уверен, что это Энн отлынивает от прямых обязанностей. — Там кровь! И… и… и кишки плавают!

Я бы мог переключить управление марлинами на себя, но не стал. Кое-кому пора привыкать купаться в крови с кишками. И хорошо, если привыкание это пройдет дистанционно. Потому что совсем скоро Яну придется наматывать на штык кишки реального, а не виртуального противника.

— Соберись, штурмовик! — рявкнул я. — Приступить к выполнению…

— Но я не могу!

— Сможешь! У тебя ровно два варианта. Или ты сейчас стискиваешь зубы и начинаешь выполнять поставленную задачу, или отказываешься. И тогда мы заряжаем тебя в торпедный аппарат и отсылаем к десантникам Ома!

— Лэт… — взмолился Ян.

— Раз! Считаю до трех. Два!

— Будь проклят тот день, когда ты вселился в тело Текео! — со злостью прошипел Ян и откинулся на кресле.

Злость — это хорошо. Пусть злится и вымещает свою злобу на десанте Ома. А вот если бы он сейчас раскис или, не дай бог, рыдать и биться в истерике начал, то мне бы пришлось угрозу с торпедным аппаратом выполнять. Отстреливать я бы его не стал, но до конца операции там изолировал. Чтобы Ян своим настроем не влиял на остальных.

— Обнаружен пуск торпед! — сообщил Божко.

— По нам⁈

— Нет, «Левиафан» они до сих пор не обнаружили. Стреляют по марлинам… кажется.

— А, ну успехов им в этом нелегком деле. — Я был уверен, что торпедные залпы больше навредят десанту, а не рыбам. — Засекай места пусков!

Для успешного захвата острова нам необходимо уничтожить все расположенные вокруг нее силы. И особенно меня беспокоили две затаившиеся в глубине хищницы. Может, рыбам их торпеды вреда не нанесут, но «Левиафану» шкуру подпортить могут.

— Засек! — ответил Божко, и на экране появились маркеры возможного местоположения подлодок.

Можно наслать на них марлинов. Но зря, что ли, Божко вместе с Яном трудились в поте лица, приводя в порядок наш подводный крейсер?

— Выпускаем охотников? — попросил у меня разрешения Божко.

— Развлекайся, Тео, — дал я отмашку, потом вызвал Лидию. — Скидываю видеоряд. Пересылай его Молли и скажи, что мы свои обязательства по сделке выполнили. Теперь их черед. Добейся от них подтверждения, что они выступают. «Подумаем, чуть позже, еще не время» — не тот ответ, который я хочу услышать.

— Поняли. Вытрясу из них душу. Намекну, что если они откажутся, то о нашем соглашении узнают альфы, — Лидия знала толк в шантаже.

Хотя мы и так уже сдали моих бывших компаньонов Сынам Солнца, но Молли ведь про это не знает. Так что как рычаг давления сойдет.

— Охотники выходят в зоны поисков, — доложил Божко.

Охотниками назывались автономные подводные дроны атлантов. Оснащенные бесшумными движителями-плавниками, они на цыпочках подкрадывались к жертве, нащупывали ее сонарами и врубали реактивные движки, мигом доставляющие их к цели. За этим следовал самоподрыв охотника — триста килограммов взрывчатки не оставляли никаких шансов даже не при контактном взрыве. Охотник был сложным, высокоинтеллектуальным и дорогим продуктом. Однако я не переживал за их расход — если все пойдет по плану, то скоро я вообще покину морские глубины!

Глава 19

Продвижение охотников на карте-кубе мы отслеживать не могли. Подводные роботы прятались и от нас в том числе, скрытность была их самым важным оружием. Что очень неудобно — марлины почти закончили крошить десант Ома и гонялись за единичными бедолагами. Пора переходить к следующему этапу операции, но меня смущали подложки противника. Ведь в самый ответственный момент они могут оказаться у «Левиафана» за спиной и конкретно подпортить нам весь праздник и веселье. Я лихорадочно раздумывал над следующим шагом. Можно отдать приказ Божко и перевести сонары в активный режим поиска. Мы бы нащупали врагов, но и свое местоположение выдали. Мало того, что после этого нас на прицел возьмут субмарины, так еще и в Бирюзовом Доле найдется чем нас забросать. Как вариант, мы могли бы проигнорировать подлодки и нацелиться на сам замок владетеля. Что тоже рискованно. Один из постулатов военного искусства гласил: «Никогда не оставляй недобитого врага за спиной».

— Ян! Энн! Выходите из бойни! Отправляйте марлинов на поиск лодок! — Я решил, что полтора десятка выживших бойцов для нас сейчас не представляют какой-либо значимой опасности.

Они вымотаны и полностью деморализованы тем адом, который мы им устроили. Даже если и выберутся на берег, то боевые возможности их будут невелики.

— Коптеры! — крикнул Божко в тот момент, когда я только подумал, что решил все наши проблемы.

Обычно авиация представляла самую большую опасность для подводных лодок. И чем крупнее лодка, тем выше вероятность, что ее засекут. «Левиафан» завис на глубине порядка четырехсот метров, и разглядеть его с воздуха практически невозможно. Однако самолеты могли сбрасывать поисковые буи и дроны, аналогичные нашим охотникам.

— Тео, готовь ракеты к массированному запуску!

Цели для ракетного налета мы раскидали заранее. На мое счастье, Ом мало что изменил из оборонительных сооружений острова. Хотя зачем ему менять то, что замечательно работало? Он же себе даже в самых страшных снах не мог предположить, что после покушения я останусь жить и вернусь, чтобы забрать у него Бирюзовый Дол.

— Выдадим себя, — с сомнением произнес Божко.

Ответить ему я не успел. «Левиафан» слегка тряхнуло от далекого приглушенного взрыва.

— Охотник-один готов! — с радостью в голосе доложился Божко.

— Противника уничтожил⁈ — спросил я.

— Судя по вторичным взрывам — да! — Видеть, что там в глубине сотворил охотник, Божко не мог.

Но чуткие акустические датчики вырисовывали четкую, понятную картинку для Теодора — сначала рванула боеголовка охотника, а затем на вражеской субмарине стали взрываться торпеды. Теодор даже слышал, как хрустят, ломаясь под напором ударной волны, переборки и отсеки вражеского корабля.

— Энн, остался только твой бандит!

— Знаю. Точнее, я его вижу, — ответила девушка, не открывая глаз.

Корш перевела на один из экранов мостика изображение с камеры, установленной на лбу марлина-вожака. Стая шла на приличной глубине, солнечный свет сюда почти не проникал. Поэтому виднелся лишь серый силуэт подлодки Ома — классическая вытянутая сигара. Бравые подводники, видимо, решили не испытывать судьбу. Вместо того чтобы зигзагами расчерчивать прилежащую к острову акваторию, они драпали прямиком в порт Минамотори. И не пытались помочь остаткам воинства, барахтающимся на поверхности. Нашими ударами мы смогли достичь важной цели — войска Ома потихоньку охватывала паника!

— Иду на сближение, — пробормотала девушка.

Но мы и так видели на экране, что марлины на сумасшедшей скорости устремились к подводной лодке врага. Эта скорость размазывала видеоряд в серую кашу. Но «меч», торчавший из головы рыбы, находился на расстоянии вытянутой руки от камеры, и его заостренный кончик было видно неплохо. Впереди вырос размазанный силуэт. Удар! Камеру затрясло так, что я вообще ничего не понимал из происходящего. Марлин отплыл от борта подводной лодки, и только тогда я заметил, что за ней потянулся шлейф из серебристых пузырей воздуха. Первая же атака увенчалась успехом! Энн действовала как виртуоз — мгновенно переключаясь между рыбинами, нанося вспарывающие удары и отводя после них марлинов в сторону. Подлодка неуклюже крутилась и даже выпустила пару торпед, которые не смогли захватить живые цели и унеслись в сторону острова. Глядя на беспомощную подводную лодку, я не понимал, как атланты вообще умудрились проиграть войну, если у них настолько совершенные орудия уничтожения⁈

— Все, идет ко дну! — доложила Энн.

Однако дух перевести нам не дали.

— Коптеры приводнились! — тут же выкрикнул Божко.

— И чем они занимаются⁈

— Спасают десантников.

— Хорошо, не будем им мешать. Всплываем на двести метров. — Хотят спасать — пусть спасают, мне даже выгодно, что авиация противника отвлечена.

Спина «Левиафана» представляла из себя сплошную стартовую площадку, только в рубке и в хвостовой части отсутствовали ячейки для вертикального запуска. Всего в полном залпе было двести многоцелевых ракет, способных поражать как корабли и самолеты, так и стационарные объекты на суше. На борту крейсера имелся еще один полный боекомплект, перезарядка занимала около минуты, но я надеялся, что второго залпа нам не потребуется.

— Отправляйте марлинов в открытое море, — приказал я Энн и Яну. — Пусть пока резвятся на свободе.

Если на радаре вдруг снова появятся надводные цели, дальность связи, которую обеспечивали антенны «Левиафана», позволит быстро вернуть марлинов в строй. Команда у меня хоть и профессиональная и нафаршированная новейшими имплантами, но небольшая. Отряд Лидии я решил близко к управляющим цепочкам не подпускать. И использовать его только в качестве ударной силы. Поэтому у нас имелся серьезный недостаток рук, который компенсировать можно, только оперативно переключаясь с одной задачи на другую.

— Энн, подключайся к приемникам. Мне надо знать, что творится в радиоэфире. Лидия, — я вызвал десантный отсек «Левиафана», — что слышно от наших друзей? Ты им переслала записи уничтожения флота?

— Они впечатлились, сообщают, что приступают к наземной операции в Сиднее, — ответила она.

В Сиднее действовали законспирированные агенты Молли. После того как Мартинес убедилась, что подкрепления с моря от Ома не будет, они должны были влиться в уличные беспорядки. Но это еще полдела — сейчас из ленов Бейкера и Мартинес в Сидней должны стартовать транспортники с тяжелой пехотой. Чисто теоретически Ом мог потом собраться с силами, договориться с альфами и бетами, найти союзников и отбить город. Система Великих Домов стоит уже тысячу лет. И всем владетелям выгодно, чтобы она еще столько же простояла. Поэтому в прямых вооруженных конфликтах никто не заинтересован. В обычной ситуации Молли и Алана быстро поставили бы на место. Но это не первое потрясение, которое я собирался устроить иерархической лестнице Гармонии.

Басаану сейчас не позавидуешь. Его флот только что погиб на его глазах, а подключившиеся к мятежу агенты Молли превратили улицы Сиднея в кровавую баню. У него сейчас в мозгу хрустели шестеренки — какой из двух ударов по его лену был главным? А какой — отвлекающим? На что покусился неизвестный противник? На оплот его власти? Или на агломерацию, приносящую фантастический доход? Защита чего сейчас в приоритете? Думай, Басаан, думай. Беги советоваться со своей мудрой женой. В принципе, у меня есть заготовки на его различные реакции. Вплоть до того, что нам сегодняшней диверсией придется ограничиться и вернуться в убежище атлантов. Да, мы подставим Молли и Алана, но эти ублюдки, участвовавшие в моем низвержении, так или иначе должны понести наказание. И мне без разницы, как свершится месть. Удавлю я их собственными руками или за меня это сделают расстрельные команды альф.

— Молли сообщает, что в город прибыли коптеры из Бирюзового Дола, — сообщила Лидия, и мое сердце забилось от радости.

Ом выбрал защиту Сиднея и не стал возвращать гвардию в Бирюзовый Дол. Меня этот вариант развития событий устраивал больше остальных.

— Отлично! Ну что, ребятки, готовы? — Если до этого момента мы наносили удары, оставаясь в тени, то со следующим этапом должны сшибиться с врагом грудью в грудь.

И своих помощников я к этому должен подготовить. В ком сомневаться не приходилось, так это в Энн. Девушка сидела бледная, лоб ее покрывали бисеринки пота. Охота за десантниками и субмаринами далась ей нелегко. Но корш старалась выглядеть максимально собранной, в отличие от того же Яна, рассеянно переводящего взгляд с одного товарища на другого. Божко сидел ко мне спиной и отрываться от пилотирования не собирался. Но в нем я уверен, как-никак ветеран Африканского Корпуса и точно не в первый раз в атаку идет. Атлантка продолжала лежать на кресле с закрытыми глазами. Исходя из рассказов Альты о встречах с моим отцом, боевым опытом она тоже обладала и уж точно не являлась слабым звеном.

— Производим запуск? — Я угадал, Божко не нуждался во вдохновляющих речах.

— Давай!

Я сам в боях участвовал бесчисленное количество раз. Но почему-то именно теперь меня начала колотить дрожь предвкушения. По корпусу субмарины пробежала волна. Это откидывались крышки пусковых шахт.

«Простите меня, дорогие предки», — попросил я прощения у череды пращуров, которые отстраивали и развивали Бирюзовый Дол.

— Пуск! — сообщил Божко.

Дрожь усилилась настолько, что у меня застучали зубы. Заработали стартовые двигатели ракет. Какой бы солидной массой «Левиафан» ни обладал, но пуск такого количества ракет расшатал бы что угодно. И даже с «Левиафана» они взлетали не всем скопом сразу, а с задержкой в секунду. В стене пузырей прорывались на поверхность, выпрыгивали из воды на несколько метров и там у них расцветали огненные цветки реактивных двигателей. Стреляли мы с предельно минимальной дистанции. Ракеты едва поднимались и тут же начинали сыпаться водопадом на цели на атолле. Никогда бы не подумал, что меня обрадует вид тотальных разрушений в Бирюзовом Доле. После начала запуска ракет система ПРО не сплоховала — из установок, кольцом охватывающих башню, навстречу угрозе рванули маленькие юркие противоракеты. Но противоракетная оборона быстро перенасыщалась, да и ее системы никогда не были настроены на подобный близкий и массовый пуск. Мы расстреливали остров практически в упор. Накрыли казармы, точного числа гвардейцев Ома я не знал, поэтому рисковать не стал. При подлете к земле головная часть ракет раскрывалась, щедро разбрасывая мячики суббоеприпасов — миниатюрные бомбы, они устраивали полное ковровое покрытие площадей. Казарменный комплекс закрыла сплошная пелена разрывов и клубов пыли. Оборонительные турели поражались ракетами с боеголовкой другого типа и прямым попаданием. Мощные фугасы оставляли после себя громадные воронки.

— Божко — останься! Остальные за мной.

Мне, конечно же, хотелось бы забрать Тео с собой — при любых штурмовых операциях медик в команде не помешает. Медимпланты — дело хорошее, но полевой хирург заметно повышает выживаемость бойцов после тяжелых ранений. Но сказывалась компактность нашей команды — кому-то надо остаться на «Левиафане», чтобы поддерживать нашу атаку ракетными ударами. Ну или быстро эвакуировать нас с острова.

Добежать до десантного отсека было делом нескольких секунд. Отряд Лидии и она сама уже сидели в креслах, удерживаемые фиксаторами.

— Отправляемся? — криво улыбнулась бета.

Шрам на ее щеке алел от возбуждения перед битвой.

— Ага. — Ян плюхнулся на соседнее с ней кресло.

Замешательство у него как рукой сняло — он решил до последней капли крови защищать свою даму сердца. Хотя, по правде говоря, это большой вопрос, кто кого защищать будет. Даже по короткой схватке с Саввой я понял, что Лидия боец бывалый.

Мы с Энн тоже сели в кресла, сверху опустились рамки с мягкими подушками, насмерть зафиксировав нас на сиденьях. Альта села напротив меня. Атланты предусмотрели разнообразные методы доставки десанта до цели. И сейчас мы собирались использовать самый радикальный из них. Как-то, когда мы были нищими беженцами, то путешествовали на аэрокапсуле. Принцип примерно тот же — десантную капсулу разгоняло в короткой трубе электромагнитное поле. Перегрузка, которая при этом возникала, делала наши тела раз пять тяжелее. У меня потемнело в глазах, а во рту я почувствовал вкус крови. Однако длилось это долю секунды, включившийся в работу имплант быстро погасил последствия перегрузки.

К вертикальному вектору движения добавилась и дичайшая болтанка — у десантной капсулы выдвинулось восемь небольших крыльев, управляемых в псевдослучайном порядке и резко меняющих курс. Зигзаги, которые выписывала капсула, нужны для снижения вероятности поражения средствами противовоздушной обороны. Хоть мы и раскатали стационарные комплексы в пыль, всегда оставалась возможность, что какой-нибудь герой выскочит из-за завалов с ПЗРК на плече. Чтобы максимально усложнить ему прицеливание, десантная капсула, приземляясь, отстрелила шашки. Те полетели вниз и начали скакать, как мячи, попутно распыляя смесь из непроницаемого для оптики дыма и дипольных отражателей-полосок, нарушающих работу вражеских радаров. Мотнувшись в воздухе слева направо, капсула плюхнулась на землю, лишь слегка притормозив двигателями перед самым ударом.

Выход из капсулы совершался мгновенным способом, для того чтобы столпившиеся возле люка десантники не стали для противника легкими мишенями. Позади нас раскрылись панели, наши кресла откинулись назад. Одновременно с этим разжались фиксаторы. Кресла работали как катапульты, буквально выстреливая нами. Хорошо, что Альта нас проинструктировала заранее. Я сгруппировался в полете и перекувыркнулся, едва ударился о песок. Без боевой брони такие акробатические трюки могли закончиться переломанными ребрами. Но на мне был «Муруган», демпфирующий слой которого полностью поглотил энергию удара. Все вокруг устилал оранжевый маскирующий дым, видимость была нулевая. Но благодаря тактическим модам я видел всю свою группу, информация от одного бойца до другого передавалась узконаправленными пучками, им даже диполи не помеха.

Наша высадка синхронизировалась с еще одним событием. Получив сигнал от десантной капсулы, Божко выпустил последние тридцать ракет — мы не давали защитникам Бирюзового Дола ни единого шанса к сопротивлению. На этот раз целью удара была центральная башня. Мое сердце обливалось кровавыми слезами, но я надеялся, что Савва и евгеники тоже сейчас наблюдают со спутников за творящимся на Минамотори беспределом. Из-за дыма я не видел картины разрушений, но представлял, что заряды ракет атлантов могли натворить. Смотри, Савва, смотри внимательно, как рушится прекрасный кристальный замок, который ты воздвиг! И это только начало, я собираюсь разрушить почти все, что ты построил, и до основания расшатать систему каст в Гармонии!

С Лидией мы договорились так: я осуществляю общее управление и задаю цели. Она же рулит бойцами на тактическом уровне, исполняя роль моего сержанта. На данном этапе моих прямых приказов не требовалось, Лидия знала, что делать, если после десантирования мы не встретим ожесточенного сопротивления.

— Цепью! — Лидия раскидала для всех метки построения. — На замок!

Глава 20

Из оранжевого маскировочного дыма мы выбежали в… дым. «Левиафан» был ужасающей платформой! Одного его полного залпа хватило на то, чтобы превратить оплот владетеля в горящие и дымящиеся руины. Но с этим дымом тепловизоры и сенсоры наших шлемов справлялись без особых проблем. Созданная с помощью ИИ картинка показывала, что на острове пылали многочисленные пожарища.

— На колено! — скомандовала Лидия, и мы с разбегу бухнулись на колени. — Осмотреться!

Как бы ни был силен удар, всегда найдутся счастливчики, которые его могут пережить. Даже в зоне тотального поражения существуют «дыры» метр на метр, где, скрючившись от ужаса, выживает некоторое количество бойцов. Оглушенные, опаленные, со съехавшими мозгами и бурлящим в крови адреналином, они представляли из себя некоторую угрозу.

— Трое на десять часов! — прошелестел в динамиках голос Лидии.

Сектор, который она назвала, не входил в мою зону ответственности. Стрельба прозвучала с левой стороны нашей шеренги, я же вместе с Энн и Альтой находился в ее центре. Шум с левого фланга доносился разнообразный — это строевым желторотикам выдают одинаковые дешевые стволы, а наша команда профессионалов подбирала оружие на свой вкус. Визжали лазеры, ухал огнестрел, ревели рельсотроны. Три появившихся в развалинах казармы фигурки попадали как подкошенные.

— Чисто! Перебежками по десять метров! — отдала команду Лидия.

В теории в казармах до атаки мог ошиваться какой-нибудь обслуживающий персонал. Но я распорядился предельно ясно — всех, кто нам по дороге к замку встретится, ликвидировать не раздумывая. Или мы никого не пожалеем сейчас или нас не пожалеют в будущем. Успех нашего плана зависел только от скорости его претворения в жизнь. Нашу горстку бойцов в обычной ситуации силы Ома перемолотили бы в дым за несколько минут. Но сейчас его армия раскидана по гарнизонам и городам. А ее элита либо порублена марлинами, либо воевала в Сиднее с наемниками Молли и Алана.

Мы выбежали наконец-то из клубов дыма, но рассмотреть, что же наши ракеты натворили с центральной башней, я не успел.

— Воздух! К вам приближаются коптеры! — появился в эфире Божко.

— Боевые⁈

— Нет, — ответил он. — Те, которые занимались спасением утопающих.

— Тео! — Я пробежал отмеченные десять метров и укрылся за сохранившимся после налета куском стены. — Ты совсем мышей не ловишь! Сбивай их к чертовой матери!

— Так они же эвакуационные…

Оставил медика на капитанском мостике — будь готов к последствиям. Все-таки профдеформация — вещь нешуточная. Божко только что стер с лица земли несколько десятков зданий, а вот открыть огонь по эвакуационному транспорту у него рука не поднялась.

— Сбивай! — Мало того, что они нам могли мокрых десантников на головы насыпать, так к тому же несли на борту вооружение, которое могло ухлопать кого-нибудь из нашего отряда.

К нашему счастью, разрушения, царившие на острове, ошарашили пилотов. Те зависли над посадочной площадкой, глазея на пробоины в куполе ангара. Коптеров было всего четыре, Божко отправил по их душу сразу шесть ракет. Ракеты у атлантов умные, они могли перераспределять цели и дублировать друг друга. Поэтому на четыре коптера их должно хватить с головой.

— Сидим, не высовываемся. Ждем, пока их с неба не скинут, — остановила наше продвижение Лидия.

Отследить глазом ракеты было невозможно — двигатели у них модифицированы так, что почти не оставляли в воздухе инверсионного следа. Однако импланты в нас дед с Кляксой не просто так зашивал. Наш отряд и «Левиафан» объединялись в одну боевую информационную систему. И я видел виртуальные метки, стремительно приближавшиеся к нам. В следующую секунду пилоты Ома показали на практике, почему атланты все-таки проиграли в войне — их технологическое преимущество не было тотальным. Пара винтокрылов не успела даже дернуться, в воздухе расцвели два огненных шара. А вот другая пара показала себя настоящими асами, они оба одновременно сбросили обороты двигателей. Винты машин замедлили вращение, а сами коптеры устремились к земле. Ракеты атлантов были королевами воздуха, но чем ближе к поверхности, тем сильнее ограничивался их маневр. Припавшие к земле коптеры резко воспарили, а вот ракеты за ними не успели.

— Распределение целей! — закричала Лидия, после того как ракеты атлантов вспахали землю.

Тактические импланты проделывали за командира просто огромный объем работы. Моды проанализировали тип целей, вспомнили, какое оружие на руках у нашего взвода, и сами назначили, кому по какому коптеру стрелять.

На операцию я шел вооруженным до зубов. В руках сжимал «Орион-10000», стрелковый комплекс, совмещавший в себе винтовку калибра четыре миллиметра, стреляющую дротиками из сверхпрочной керамики. Темп стрельбы регулировался — от одиночных снайперских выстрелов до очередей темпом в две тысячи выстрелов в минуту. Под винтовочным стволом располагался универсальный гранатомет. Сейчас у меня в магазине к нему три типа боеприпасов. Реактивные — для поражения легкой бронетехники. Осколочно-фугасные, образующие до четырехсот осколков для выкашивания пехоты. И термобарические, создающие аэрозольное облако, после подрыва которого происходил резкий скачок давления. Самое оно для выкуривания защитников из коридоров и закрытых помещений.

Для стрельбы по быстрым юрким целям больше подходил винтовочный ствол, переведенный в режим пулемета. «Мой» коптер быстро набирал высоту, и его частично скрывали клубы дыма. Но для оптики моего шлема это не являлось проблемой. Винтокрыл попал на радары «Левиафана», и у меня на забрале шлема высвечивалась его мечущаяся метка. Приклад в плечо, команда на увеличение зума — и вот уже машина с четырьмя несущими винтами в прицеле. Кое-какая броня на ней имелась, но это не штурмовой вариант коптера, а обычный транспортный. Однако я не стал строчить по корпусу в надежде зацепить какой-нибудь важный узел. Выпустил очередь в передний правый винт. Схема винтокрыла позволяла ему находиться в воздухе даже с двумя поврежденными двигателями, но если вывести из строя хотя бы одни из них, у него резко поубавится маневренность. Разнеси два винта — и он уже еле ковыляющий инвалид.

Попавшие во вращающиеся плоскости дротики красиво заискрили. Аппарат заложил крутой вираж, пытаясь выйти из-под обстрела. Стрелял по нему не только я, с земли протянулось минимум пять огневых трасс. Но точку в обстреле поставил Ян. Мы его оснастили, как настоящего бойца тяжелой поддержки. На его правом плече висел комплекс, выпускавший снаряды, прошивающие насквозь танки и машины поддержки пехоты. По воздушным целям он тоже мог работать. Ян присел на одно колено, из тупорылой пусковой установки выпрыгнула ракета, у нее метров через десять включился маршевый двигатель.

Коптер отстрелил тепловые и шумовые ловушки и попытался уйти в очередном крутом пике. Но не вышло, объятый пламенем, он рухнул на усеянную антеннами радарную станцию. Выстрел Яна принес нам двойную выгоду. И цель снял, и уменьшил способность Ома к наблюдению за нами.

Со второй машиной вышло все не так просто. Управлявший ею пилот умудрился выпустить со своих подвесок все, что там размещалось, прежде чем его сбили. На правом фланге нашей цепи раздалась серия взрывов.

— У нас один убит. Двое раненых.

— Состояние у них стабильное. Реанимационные моды включились. — Мой командный имплант предоставлял все данные о состоянии отряда, в том числе и жизненные показатели членов. Я с удовлетворением отметил, что пострадали только люди Лидии, моя «свита» потерь не понесла. — Заберем их на обратном пути.

— Но…

— Вперед, Лидия, только вперед! Не доберемся до Ома — сами все на здешних пляжах поляжем в красивых позах!

Спорить она со мной не стала.

— Оставляем раненых, — распорядилась женщина на общем канале. — Новые метки расставлены. Вперед!

Из-за того что защитники острова не оказывали нам никакого сопротивления, Лидия задала нам более длинную перебежку. Построение маршрутов облегчали парящие над островом чайки. После того как Альта ушла с мостика, тета-птички перешли в авторежим и начали бесцельно нарезать круги над Минамотори, но видео поток с их камер исправно поступал к нам. В углу забрала я видел идеальную карту с высоты птичьего полета. И хоть какая-то активность наших противников на ней отсутствовала.

С новыми мышечными усилителями я разгонялся до скорости автомобиля, бронированные башмаки крошили обломки, которыми была засыпана посадочная площадка, в пыль. Лидия гнала наш отряд на новые позиции, проходившие как раз по линии последнего рубежа обороны башни — забору высотой около трех метров с караульными вышками через каждые пятьдесят метров. Вышки и находящихся там дозорных мы поразили во время налета с «Левиафана», в заборе зияли пробоины и бреши. Но это никак не объясняло того факта, что нас не встречали личные телохранители Басаана! Если уж где им и стоило упереться и встречать врага, то лучшего места просто не найти!

Я с разбега плюхнулся на бок и юзом прокатился до перевернутого дымящегося бронетранспортера. Возле забора искалеченных машин оказалось несколько. Я заглянул в оторванный подрывом боекомплекта люк и поморщился. Даже боевая броня не уберегла бойцов от превращения в фарш. Скорее всего, Ом отправил вторую партию бойцов на погрузку для отправки подкрепления в Сидней. Если это так, то нам повезло — мы смогли покрошить их на марше. Ползком добравшись до полуразрушенной стены, я выглянул через забор и смог наконец-то увидеть Бирюзовый Дол. М-да уж, Савва точно не придет в восторг от этой картины. Часть окружавших башню кристаллов была разрушена. В восточном крыле не сработала система пожаротушения, и вырывавшееся оттуда пламя лизало центральную башню, оставляя на блестящей поверхности грязные пятна сажи. При проектировании конструкторы закладывали в основной столб колоссальный запас прочности, но его не хватило — башня наклонилась!

— Активность отсутствует! Активность отсутствует! Активность отсутствует! Активность отсутствует! — начали по цепочке докладывать бойцы.

— Активность отсутствует! — сообщил и я, осматривая внутренний двор и не замечания ни одного движения.

— Активность… подождите, сейчас-сейчас, — произнес в эфире Ян. Ухнула его тяжелая установка, выпустив ракету. Раздался взрыв. — Тут был робот охранный. Все, его нету.

Я увидел перед собой дыру в кристальной панели. Она находилась всего в паре метров над землей.

— Лидия! Отправляй ко мне Альту, Яна, Энн и троих своих бойцов. У меня тут пробоина, через нее мы можем попасть в шахту лифта. — Если Ому было лень перестраивать комплекс зданий на острове, то я более чем уверен, что он не тронул и внутреннее убранство Бирюзового Дола.

А значит, я смогу в башне ориентироваться по памяти.

— К острову идет конвой из четырех кораблей, — не вовремя влез в разговор Божко. — Дистанция около ста морских миль.

— Ом? Или евгеники? — Я помнил предостережение Саввы о том, чтобы к новому владетелю Бирюзового Дола не лез.

— Морской Корпус Ома. Идут как на параде, даже маячки не выключили. Головной «Наварин», эсминец сопровождения и два транспорта.

Новость из ряда вон плохая. Мы проводили разведку только в окрестностях Минамотори. Да и то — на максимально мягких лапках, чтобы не обнаружить себя. И теперь за это наступала расплата, мы умудрились проглядеть и не заметить флагман Ома.

— Теодор, ты сможешь их задержать?

— А утопить можно? — спросил он в ответ.

— Топи! — приказ дался мне нелегко.

Сначала Бирюзовый Дол, потом «Наварин». Что-то я слишком быстро уничтожаю то, что предки строили веками.

— Есть! — обрадовался Божко.

Хотя я его радости не разделял. «Наварин» и сам по себе имел достаточное количество вооружения, так еще и являлся носителем для быстроходных катеров и воздушных истребителей, которые могут если и не утопить, то серьезно повредить нашего подводного монстра. Увижу ли я Тео и «Левиафана», оставалось только гадать. Но время, которое он нам подарит, сражаясь с превосходящими силами противника, тратить попусту нельзя.

— Лидия! Ты людей ко мне отправила? — По тактической карте я увидел, что моя команда ко мне перебежками продвигается. А вот люди Лидии с места не тронулись. — Давай быстрее! Мы время теряем! Войдем внутрь, вы пока останетесь в арьергарде. Встретим упорное сопротивление — попытаетесь их обойти через какой-нибудь другой пролом.

Тактику я сочинял на лету. Ничего другого не оставалось, я понятия не имел, какими силами располагал Ом. Мне вообще непонятно, какого черта он отсиживается в здании. По всем канонам он должен был выслать разведку или хотя бы дронов, чтобы понять, кто на него напал и какими средствами располагает. Неужели его настолько напугал залп «Левиафана», что он решил запереться в башне и ждать помощи извне?

Проверить, что же происходит в Бирюзовом Доле, можно только одним способом — заявиться в гости. Окинув взглядом внутренний двор и не обнаружив ничего подозрительного, я перемахнул через остатки забора и со всех ног кинулся к замеченной дыре. Если Ом решил отсидеться, то мне надо действовать максимально быстро и дерзко. Пока он не очнулся и не начал затыкать дыры в своей защите, я должен занять удобную пробоину для проникновения в здание.

Не добежав до дыры нескольких метров, я вытянул руку, из которой вылетела «липучка» на тонком тросе. Она зафиксировалась над дырой, трос дернулся, увлекая меня наверх. В пробоину я залетел, выставив вперед «Орион». «Липучка» отцепилась от наружной стены, я упал, перекатился и сел, водя по сторонам стволом.

— Чисто! — выкрикнул я. — Энн и все остальные, поднимайтесь быстрее, нас здесь не ждут.

Коридоры охватывали башню кольцом. Тот, в котором я оказался, был пуст. Потолочное освещение работало, в здании включились резервные источники питания. Но меня удивляло то, что не орали сирены оповещения. Не мог же Ом и его служба безопасности проспать нашу атаку⁈

Позади раздался шорох, я обернулся — в проем залетела Энн.

— Это, — я стволом указал девушке на ряд металлических дверей, — лифты. Крайний справа ведет на самый верх. Попробуй подключиться к ним и выяснить, работают они или нет. Даже если правый заблокирован, попытайся включить остальные. Пять-десять этажей в таком случае мы пробежим пешком.

Не задавая лишних вопросов, девушка начала вскрывать панель лифта с помощью небольшого плазменного резака. Я же просматривал коридор, заранее приготовившись завалить его осколочными снарядами из гранатомета. Через десяток секунд в дыру запрыгнули бойцы Лидии, а затем и Альта с Яном. Контролировать проходы нам стало проще.

Энн, вытащив из панели пучок проводов, по очереди прозванивала каждый с помощью нейроинтерфейса. Установленные в ее теле импланты помогали обходить протоколы защиты и напрямую обращаться к устройствам. Особых чудес я от этих манипуляций не ждал, но чем черт не шутит, вдруг безопасники Ома и здесь себя проявят не с лучшей стороны и нам удастся завладеть одним из лифтов.

— Все лифты заблокированы. Кабины находятся на этаж ниже нашего. Чтобы попробовать обойти блокировку мне нужно минут двадцать…

— Забыли про лифты. — Двадцать минут были целой вечностью в таких стремительных операциях. — Режем двери, поднимаемся на реактивных ранцах. Энн, проверь, есть ли в шахтах защитные устройства.

Глава 21

Стопроцентной гарантии Энн нам дать не могла. Она с помощью минидрона обнаружила в шахте лазерную решетку, она активизировалась при попытке подъема чего-то неавторизованного и не имеющего кодов доступа. Также дрон поближе к верхним этажам снял две мины-ловушки, готовые засыпать всю шахту вольфрамовыми шариками. Она еще два раза просканировала всю шахту и сообщила, что вроде бы все. Слово «вроде бы» меня напрягло. Поэтому первыми в шахту лифта отправились парни Лидии. Им про «вроде бы» я сообщать не стал, а просто нарезал задачу долететь до верхних дверей, занять там позицию и ждать нас.

Либо Энн пропустила какой-то сюрприз, либо парень Лидии не справился с управлением ранцем. Но один из головорезов, добравшись до середины башни, жутко ругаясь, вдруг полетел вниз. Когда он промелькнул возле раскрытых дверей на нашем этаже, я попытался его поймать «липучкой», но промахнулся. Боевик с треском врезался в кабину лифта этажом ниже. Он пробил потолок и замолчал. Я выглянул в шахту и прислушался. Странно, неудачливый приятель нашумел изрядно. Но тревожная сирена в башне снова молчала. Я сверился с показаниями датчиков упавшего — он свернул шею и размозжил череп. Если его мозг расплескался внутри шлема, любые реанимационные импланты в таком случае бессильны. Боец был хоть и крутой, но все-таки омегой, поэтому его смерть окончательная. Церебралы с функцией возрождения при последующем клонировании омегам недоступны.

— Что у вас происходит⁈ — Лидия тоже заметила потерю бойца.

— Ничего страшного. Несчастный случай. Сопротивления нет, подтягивайтесь к нам.

Дожидаться Лидию я не стал. Темп, темп и еще раз темп! Подниматься в шахте мне помогала та же самая «липучка». Ранец давал тягу, тросом же я выравнивал и контролировал полет, делая его более безопасным. Наверху, там, где располагалась магнитная система лифта, закрепились на стенах с помощью крюков два бойца. Пока я, Ян и Альта держали двери на прицеле, Энн ковырялась с механизмом их запирания.

— Чего мы тормозим? Давайте, я в них из гранатомета бахну? — развоевался Ян.

— В закрытом пространстве? Гений! — высмеяла его Альта. — Лучше сразу себе в голову бахни!

— Ян, — я был более сдержан, но понимал, что тяжелое орудие паренька могло нам насоздавать проблем на ровном месте, — без прямого приказа свою базуку не применять. Ясно?

— Ясно-ясно, — расстроился парень, он только-только начал входить во вкус массовых убийств и тотальных разрушений.

Энн не подвела, ее нейроинтерфейс нащупал-таки какое-то слабое место в защите, и двери лифта разъехались.

— Ха-ха! — заорал Ян, едва в дверях появилась узкая щель.

А потом пушка на его плече грохнула, выпуская снаряд. На наше всеобщее счастье, в щель Ян попал. «Муруганы», скорее всего, спасли бы нас от осколков, но ударная волна могла сбросить в шахту.

— Ты что творишь, идиот⁈ — не сдержалась Альта.

Двери разошлись чуть шире, и я увидел первых защитников башни. Точнее, макушки их шлемов, выглядывающих из-за наваленной из мебели импровизированной баррикады. Телохранители Ома начали вскидывать винтовки, но делали это заторможенно — летящая им в лоб ракета их слегка озадачила.

— Закрывай двери! — проорал я Энн, вытягивая на одной руке «Орион».

Гранатомет залаял, выплевывая между створок шарики термобарических гранат. Если Энн не поймет за один миг, что же я от нее требую, нам тоже придется несладко. Первая граната, соприкоснувшись с отполированным в зеркало гранитом пола, уже выпустила белесое аэрозольное облако. Но, к счастью, у Энн и со скоростью мышления, и с рефлексами все хорошо. Мало того, что она дала команду на закрытие, так еще и ступней уперлась в створку, помогая ей ехать быстрее. Лифтовые двери закрылись.

— Держитесь! — крикнул я.

Громыхнуло так, что сталь дверей выгнулась внутрь шахты пузырем. Стены сильно шатнуло, не успевшая как следует закрепиться Энн сорвалась и полетела вниз.

— Мамочки! — прокричала девушка, стараясь перевернуться, чтобы включить реактивный ранец.

Вылетевшая из моего запястья «липучка» вцепилась ей в плечо. Девушка дернулась и повисла.

— Что у вас там происходит⁈ Мы возле шахты… нам подниматься или нет⁈ — спросила по рации Лидия.

— Поднимайтесь, все хорошо, — ответил я, подтягивая Энн.

— Как мы попадем через это⁈ — спросил Ян, указывая на выпученные взрывом двери. — Может, я все-таки бахну?

— Поставь свою гаубицу на предохранитель! И вообще больше никогда из нее не стреляй! — вызверилась на Яна атлантка.

И отчасти она права, у Яна не так много боевого опыта. В данном случае не повезло гвардейцам Ома. Но с тем же успехом могло не повезти и нам, попади ракета в створку.

— Вырезать сможешь? — спросил я у Энн, кивнув на покореженную сталь.

— Легко, но это потребует времени.

У бойцов Лидии с собой было еще два резака, поэтому, когда они подтянулись к нашей команде, дело пошло быстрее. Вскоре сначала одна, а уже через несколько секунд и другая створка, ударяясь о стены, полетели вниз. Я не переставал удивляться везению Яна. Как по мне, так он вообще не должен был дожить до своих лет. Но госпожа фортуна при рождении поцеловала его в лоб. И каждый раз выносила в объятиях из любой опасной ситуации. Ракета, которую он выпустил, умудрилась залететь за баррикаду. Я был уверен на сто процентов, что он стрелял навскидку и не рассчитывал на столь идеальное попадание. Термобарические бомбы довели разрушения до идеала. Не выдержали даже стены соседних помещений, окна тоже повышибало, и теперь по верхнему этажу гулял ветер. Нам лучше — не пришлось плутать по коридорам и исследовать их на наличие засады. Если покои владетеля и охранялись, то взрывом их смело, как огромной метлой.

В личные помещения на лифте напрямую не добраться. От холла, в котором мы сейчас находились, туда вела лестница. И она устояла.

— Дверь под прицел! — скомандовал я, выкатываясь в холл.

И сам взял на прицел массивные двустворчатые двери с золотым орнаментом, идущим по панелям из синего лазурита.

— Легко, как на прогулке, — раздалось позади меня.

Лидия решила присоединиться к нашей компании как нельзя вовремя.

— Только попробуй! — Энн задрала ствол ракетной установки Яна вверх.

Я же его попросил взять дверь на прицел — он взял. Но доверие Ян подорвал окончательно, и наши боевые подруги решили его плотно опекать.

— А с другой стороны, хочет — пусть пробует.

— Чего? Правда⁈ — Ян не знал, стоит мне верить или нет.

— Стреляй! Всем на пол!

— Но у меня последний снаряд…

— Тем более, скинешь наконец с себя эту дуру, — дополнительно замотивировала Яна Эн.

Два раза его уговаривать не пришлось.

— Хо-хоу! — Душу Яна захватил демон разрушения.

Мембраны шлема спасли перепонки от разрыва и снизили уровень шума. Но человеческое тело воспринимает сильные вибрации не только ушами, но и всей поверхностью. Даже несмотря на броню, при сильных взрывах все равно наступает легкая контузия. Она лишь притормаживает реакцию. Несильно, но мне этого хватило.

Охранять Ома остались самые верные. Он, как и положено владетелю, заимел себе компаньонов. Всего троих, но готовых стоять до конца. Взрывной волной вышибло двери в покои и первое, что увидела троица преданных псов, когда в них перестали лететь обломки, это сияние «Живореза», разогнавшее пыль и дым. Они еще только поднимались на ноги, а я налетел на них подобно ангелу смерти. Первому снес голову ударом меча, и та попрыгала прочь, как мячик. Второй начал поднимать оружие, и пришлось расстаться с верным клинком. Крутясь в воздухе огненным колесом, «Живорез» мгновенно преодолел расстояние между нами и пробил компаньону грудь. Третьего разорвало на части огнем моей группы поддержки.

Пораженный мечом стоял на коленях и был еще жив. Он с хрипами старался вытянуть «Живорез» из груди. Почему бы не помочь обреченному. Я подошел к нему, взялся за рукоять и выдернул клинок. Другой рукой выхватил пистолет и несколько раз выстрелил в шлем противника в упор, забрало не выдержало и треснуло на пятом выстреле. Компаньон сломанной куклой опрокинулся на спину.

— Слева — личные покои, справа — командный центр, — проинформировал я сподвижников.

— Идем налево, — Лидия, как и я, решила, что раз Ом не смог организовать приличную оборону, значит, отсиживался, трясясь от страха, под столом в гостиной.

В гостиной мы его не обнаружили. Спальни тоже были пусты. Меня посетила нехорошая мысль, что узурпатор Бирюзового Дола успел сбежать. Это объясняло тот факт, почему башню обороняли вяло и без огонька. Но находка в персональном медицинском центре опровергла мою догадку. Когда я туда ворвался, то увидел лежащее на столе тело предателя. Его грудная клетка разворочена в мясо. Басаан был подключен к системам поддержки жизни, из его груди торчали шланги, по ним принудительно перекачивалась кровь.

Рядом со столом стоял медик. И жена Басаана Ерма, прижимающая к себе подростка лет двенадцати. На голове Ома виднелся сетчатый шлем, провода от него тянулись к углу комнаты, где стояла капсула для клонирования тел. Ага, Басаана, видимо, зацепило в самом начале нашей атаки. Этим и объяснялась вялость обороны замка. А теперь мой старинный приятель задумал перебежать в новое тело!

Я вскинул «Орион» и выпустил в капсулу клонирования весь магазин. Винтовка, выведенная на наивысший темп стрельбы, буквально перепилила ее надвое. Вместе с клонированным телом, разумеется.

— Ерма, добрый день! Я — Лэт, — поздоровался с женой Ома, после того как мой отряд взял на прицел и ее, и медика.

Тот сразу отвалил к стене, подняв руки. Лежащему на столе телу хватило и одной пули. Точно в лоб. После моего выстрела подросток чуть не вырвался из объятий матери, чтобы кинуться на меня. Но Ерма его удержала.

— Лэт⁈ — ошеломленно переспросила она.

— Ну, не только вы умеете прыгать из тела в тело. Я пришел попросить вас освободить мой замок.

Все-таки Ом с выбором супруги не ошибся. Она не стала рыдать над его телом, не грохнулась на колени, вымаливая жизнь для себя и сына, не упала в обморок, узнав, что я жив. Она подошла к диалогу, как деловой человек.

— Я хочу выкупить у тебя свою жизнь. И жизнь своего ребенка.

— Боюсь, у тебя нет того, что мне нужно. — Ерма не просто так переживала за жизнь своего отпрыска.

В любых кровавых разборках между аристократами в первую очередь страдали дети, оставлять наследников в живых не полагалось. Кому надо, чтобы он вырос и рано или поздно начал мстить за гибель родичей?

— Если ты на самом деле Лэт…

— Можешь не сомневаться.

— То я могу предложить тебе следующее — ты отпускаешь меня и сына. С остальными людьми Ома можешь делать что хочешь. А я даю вам пропуск в Дом Власти Родригесов.

После ее слов стоящий возле стены медик побледнел.

— Родригесов⁈ При чем тут Родригесы? — Предложение Ермы заинтересовало больше Лидию, а не меня.

— И что мне там делать?

— Ты рвешься наверх, Лэт. Я это понимаю. И также понимаю, что Сыны Солнца тебе просто так Бирюзовый Дол не вернут. Ты нарушил все существующие правила, им легче от тебя избавиться, чем признать владетелем. Тебе нужна сильная позиция для переговоров. Тебе нужен Дом Власти.

— Не настолько сильно, насколько ты думаешь. — Я кривил душой.

На самом деле, чем выше заберусь, тем сложнее потом альфам будет меня оттуда скинуть.

— Лэт, нам нужен мой Дом Власти! — встряла в разговор Лидия.

— Твой? — удивилась Ерма.

Я зыркнул на Лидию так, что она мигом заткнулась.

— Какие гарантии, что ты нас туда проведешь?

— Я буду вести переговоры вместе с тобой. Ты сможешь убедиться, что я не обманываю.

— Переговоры о чем?

— О моей эвакуации. Понимаешь, мы дружим с владетельницей. И если я попрошу о помощи, она не сможет мне отказать.

По моим планам захват Дома Власти мы могли осуществить не раньше, чем через год. Щенок Ома и его жена мне не нужны. Более того, пустив пулю в голову Басаана, я не испытал никакого морального удовлетворения. И предложение Ермы выглядело очень заманчиво.

С другой стороны, к штурму Дома Власти я не готов. Под моей рукой только те люди, которые находились в Бирюзовом Доле. Их мало, а в замке Родригесов нас встретят первоклассные бойцы, гаммы и беты. Для принятия решения мне необходимо услышать, что конкретно скажет Ерма владетелю замка.

Мы проводили ее в центр связи. Я стоял с пистолетом наготове за спиной Ермы. На случай, если она решила пожертвовать собой, чтобы отомстить за смерть мужа, мы также держали в заложниках ее сына — Лидия приставила ему к голове пистолет. Скажет Ерма какую-нибудь глупость, ее сын умрет на ее глазах.

На вызов Ермы ответил приятный женский голос.

— Ерма, что у вас там происходит? Я смотрю трансляцию со спутника…

— Лора, Басаан убит! — Ерма прервала собеседницу.

— Как⁈

— Мятеж. Заговор. Долго объяснять. Нам с сыном надо бежать, я хотела бы направиться к тебе. Можно? — Ерма отлично изобразила панику в голосе.

Со мной же она беседовала хладнокровно, без эмоций.

— Сбежать? Подожди! Я вышлю к вам войска!

— Они не успеют! Наши тоже не успевают добраться из гарнизонов! У меня остался один самолет, пилот и горстка верных людей! Нам с Дахаем больше не к кому обратиться! Лора, спаси нас! — Ерма сорвалась на крик.

— Конечно, вылетайте. Я могу отправить вам прикрытие навстречу!

— Лора, ты наша спасительница!

— Поблагодаришь лично, когда долетишь, — ответила незнакомка и отключила связь.

— Вот видишь, как я и обещала — все без подвоха.

Я кивнул, опуская пистолет.

— Отпусти моего сына, — попросила Ерма Лидию.

Та отрицательно покачала головой.

— Не, парнишка останется со мной. На все время полета.

Ерма не стала спорить попусту.

— Хорошо, вам надо переодеться в нашу форму…

— Не пойдет, — уперлась Лидия. — У нас индивидуально подогнанная броня! Если мы переоденемся в твоих гвардейцев, наша боевая эффективность упадет.

— Накиньте хотя бы плащи, — нашла идеальное решение Ерма.

— Тео, что у тебя? — вызвал я Божко, идя по коридорам башни вслед за Ермой.

— Воюю, — коротко ответил Теодор. — Увожу их за собой от острова.

— Успешно?

— Пока да.

— Теодор, нам надо улетать.

— Куда⁈ — удивился Божко.

— Долго рассказывать. На «Левиафан» мы не вернемся. Когда, — я не стал говорить «если», чтобы не подрывать боевой дух Божко, — всех потопишь или оторвешься от эскадры, возвращайся в убежище. И жди нас.

— А если вы не вернетесь? — Теодор же мои чувства не щадил.

— Жди ровно месяц, а потом начинай жить в свое удовольствие, — сделал я Теодора счастливым обладателем наследства атлантов. — За нас мстить не пытайся.

— И в мыслях не было! Удачи вам, Лэт!

— И тебе тоже! — ответил я и отключил связь.

Дойдя до арсенала, мы накинули на себя плащи охраны Ома и пополнили боезапас. Особенно Ян обрадовался, обнаружив снаряды к своему чудовищу. Потом Ерма вызвала лифт, и мы спустились в подвалы башни. Система безопасности функционировала, и любые двери Бирюзового Дола беспрекословно открывались перед владетельницей. Она провела нас в пусковую шахту для тяжелого десантного самолета и дала к нему полный доступ. Энн и я заняли места пилотов, вся остальная команда разместилась в десантном отсеке.

— Лидия, как взлетим, свяжись с Аланом и Молли. Скажи, что мы передаем им контроль над Бирюзовым Долом, как и обещали. — Мне было важно, чтобы оба владетеля продолжали творить беспредел и как можно дольше притягивали внимание альф к себе.

Глава 22

История любит повторяться, а судьба — преподносить нам одни и те же испытания. Пройдя одно, во втором похожем ты должен сделать соответствующие выводы. Или сдохнуть, не сделав выводы и не поняв, как приспособиться. Триста лет назад я вылетел из Бирюзового Дола. Со мной рядом сидела Лэя, а мой штурмовик сопровождала целая армада десантных машин, в каждой из них сидели бойцы, готовые за меня отдать жизнь. Сейчас же этот маршрут повторялся. Только теперь я отправлялся в замок Родригесов на единственном самолете, окруженный людьми, верность которых вызывала сомнения.

Про Ерму и говорить не стоит, вдова Ома зубами бы мне кадык вырвала при любом удобном случае. Лидия и ее парни — большой вопрос. Они со мной, пока им выгодно. Предложи им Ерма что-нибудь по-настоящему ценное — перейдут на ее сторону в ту же секунду. Имеем в сухом остатке Альту, Энн и Яна. Даже Божко по пути я умудрился потерять. С Яном все понятно, скорее всего, он будет со мной до конца, но ценность от его преданности сомнительная. А боевые и прочие качества не на высоте. Альта самая темная лошадка в моей команде. То, что она хотела, она получила. В собственном теле Альта от меня гипотетически независима. Я был уверен в том, что она не раскрыла и десятой части наследия атлантов. И в любой момент могла просто исчезнуть, обосновавшись в какой-нибудь тайной подводной базе. Но пока она предпочитала меня сопровождать и выносить мозг разговорами про гуманизм и человеколюбие.

Энн. Вот тут все сложно. Мне очень хотелось, чтобы она оставалась в убежище. Наша авантюра с Бирюзовым Долом сама по себе могла окончиться полным разгромом и трагедией. Полет к Родригесам — вообще билет в один конец. Из воздушного замка нам даже бежать некуда. Но она была единственным человеком, кому я без опасений мог доверить спину. Дверь в пилотскую кабину оставалась открыта, и единственное, что я мог сделать, чтобы ее поддержать, это крепко взять за ладонь в тот момент, когда на радаре замаячили перехватчики Родригесов.

Мы обменялись вызовами и подтвердили, что на борту находится жена владетеля Бирюзового Дола с наследником. Четверка истребителей взяла нас в «коробочку» и проводила до парящего над океаном замка. В прошлый раз меня здесь встречали залпы орудий и огненные трассеры. Сейчас же из динамиков радио доносился бравурный гимн — приветствовали нас, как дорогих гостей.

Архитекторы, создававшие замок, решили, не мудрствуя лукаво, надавить на богатство. Если в Бирюзовом Доле центральная башня всего одна, здесь же на толстой базальтовой подложке их выстроено аж двенадцать штук. И основным материалом для их возведения служило золото. Строители добавили в состав металла легирующие добавки, сделавшие материал намного прочнее. Они же изменили оттенок с желтого на кроваво-красный, что несло в себе некоторый смысл — Родригесы добывали строительный материал из сокровищниц поверженных врагов.

Нам обозначили точку для приземления. И вели не в какой-нибудь темный ангар, а прямо на площадку перед башней владетеля. Она оставалась пустой, но как только колеса нашего самолета коснулись покрытия, на нее выбежала толпа бойцов в золотых плащах. Они плотной цепью окружили наш транспортник.

Солдаты застыли, взяв винтовки на караул. Из башни вышла встречающая делегация — владетельница и пять ее компаньонов. Они треугольником выстроились перед десантным люком.

— Ты помнишь? — Лидия показала Ерме зажатый в ладони миниатюрный серебристый пульт.

— Зачем ты это делаешь? Хочешь разозлить? — прошипела Ерма. — Ну так я хочу тебе сказать, что я и так зла. Очень зла на всю вашу компанию.

— Задави в себе эту злость. Улыбайся, радуйся. И не забывай, что пульт управляет бомбой на шее твоего сына. Стоит мне отпустить эту кнопку… — На пульте была всего одна кнопка, которую Лидия удерживала большим пальцем. По сути пульт служил «рукой мертвеца», он срабатывал и по желанию Лидии, и в том случае, если ее убьют и рука разожмется. Тонкий ошейник со взрывчаткой и пульт его управления мы нашли в арсеналах Ома. И в этом заключалась некая ирония. Басаан сам приобрел жуткое устройство, которое теперь висело на шее его наследника. —…и пуф-ф-ф!

Лидия развела руками, показывая взрыв.

— Держи руку на пульте. А я буду удерживать владетельницу замка от того, чтобы разорвать вас на куски. — Ерма напомнила нам, что тоже держит на за глотки.

Горсть разношерстных бойцов против элиты-бет не продержится и пяти минут.

— Я оставлю все, что у вас есть, на счетах. Как только мы возьмем замок, я отдам тебе твой транспорт. Сможешь высадиться на поверхность. Имея деньги и связи, ты можешь даже попытаться отбить Бирюзовый Дол…

— У тебя⁈

— Нет. У своих друзей. У Бейкера и Мартинес, — произнес я, смакуя каждое слово. Пусть Омы на собственной шкуре почувствуют, что такое предательство. — Сможешь — оставишь Дом Силы себе.

— Ты на самом деле позволишь мне вернуть замок⁈

— После смерти Ома мне он больше не интересен. — Если Лидия угрожала Ерме кнутом, то я протягивал ей пряник.

Предложение могло со стороны показаться щедрым — я ей отдавал Дом Силы, которым владели мои предки на протяжении многих поколений. Но на самом деле я стравливал Омов, Бейкеров и Мартинес. Чем больше они поубивают друг друга в борьбе за Бирюзовый Дол, тем для меня лучше.

— Нам пора выходить, хозяева заждались.

У самолета откинулась аппарель, и мой отряд сбежал по ней, формируя охранный периметр. Мне повезло, что у Лидии служили бывалые вояки, хоть какую-то парадную выучку мы смогли продемонстрировать. А то, что Ян встал не в свое место в строю или что Энн с Альтой по росту и телосложению не дотягивали до стандартов гвардейцев, легко объяснялось тем фактом, что, убегая, Ерма собрала всех людей, до которых смогла дотянуться. Вслед за нами по аппарели спустились Ерма и ее сын. Во владетельнице я не сомневался, а вот ее щенок мог что-нибудь ляпнуть лишнее вышедшей их встречать женщине.

Несмотря на толпы вооруженных людей, да и саму ситуацию с захватом Бирюзового Дола, владетельница Дома Власти не озаботилась тем, чтобы влезть в доспехи. Она была одета в длинное платье цвета кровавого золота. Высокая. Стройная. С выдающимся бюстом и широкими бедрами, мелькавшими в разрезах платья. Родригесы на золоте помешаны, но вразрез с правилами волосы у владетельницы густого черного цвета. На голове сверкала диадема с бриллиантами с голубиное яйцо. Она протянула руки, приобняла Ерму и поцеловала ее в щеку.

— Я соболезную твоей утрате, — произнесла брюнетка в золотом.

— Спасибо! — Ерма поклонилась и прижала руку владетельницы ко лбу. — Ты нас спасла, если бы не твоя…

— Я собрала войска и готова направить их в Бирюзовый Дол. — По Басаану владетельницы погоревали недолго.

Конечно, там целый замок пропадает, толку переживать из-за безвременно почившего владетеля.

— Мы можем обговорить условия, на которых ты предоставишь нам помощь, — ответила Ерма.

Мы что-то такое и предполагали. Сейчас владетельницы удалятся, чтобы обсудить цену вмешательства Дома Власти. Только они повернулись и направились к башне, к нам подошли гвардейцы Родригесов.

— Прошу вас сдать оружие, — официальным тоном попросил их капитан. А неофициальным добавил: — Что там, сильно жарко было?

— Очень, из роты остался только я, — ответил ему, протягивая «Орион» и снимая с пояса пистолет. — И вон тот парнишка.

Я кивнул на Яна, он с трудом расставался со своей наплечной гаубицей.

— Кто напал? — спросил капитан, забирая у меня оружие и меч и убирая их в роботележку с бронированным контейнером.

— Не знаю. Пришлые, я такой формы никогда не видел. Раскатали нас ракетами, а потом пошли на штурм. Там был ад, капитан.

— Ну, он закончился, и вы выбрались из него живыми. Пойдемте, покажу, где вы сможете расположиться.

Капитан запер контейнер в тележке, приложив к замку ладонь. Он и трое его людей повели «выживших в аду» за собой в примыкавший к площадке туннель. Роботележка катила следом за нами.

— Если владетельницы договорятся, вы должны будете готовы выступить, — кинул мне как бы невзначай капитан, намекая на то, что разлеживаться на диванах нам долго не дадут. — У тебя раненые есть?

— Есть, но пустяки, царапины.

— Хорошо. В казармы не пойдем. Тут неподалеку есть комната отдыха техников, разместим вас там. — Я догадывался, что дело не только в том, что до казарм долго добираться, а дернуть нас могли в любую минуту.

Просто командование замка не хотело не пойми кого пускать на военный объект. И это тоже играло нам на руку.

— Вот, — капитан довел нас до двери и, махнув перед датчиком рукой, открыл, — проходите, располагайтесь. Ваше оружие доставят в арсенал и привезут обратно, если оно понадобится.

— Спасибо. — Я протянул капитану руку.

Солдатская доля тяжелая. Ты можешь брататься с кем-нибудь, а уже через пять минут, получив приказ, ловить этого кого-нибудь в прицел. Формально мы и гвардия Родригесов были союзниками. И капитан, проявив уважение, мою руку пожал. За моей спиной отряд заходил в отведенные нам апартаменты.

— Сильно не расслабляйтесь. Леди Лора объявила общий сбор и боевую тревогу еще до вашего прилета, — шепнул мне капитан. — Думаю, у вас на отдых не больше получаса.

— Еще раз спасибо, — с благодарностью ответил я. — Боекомплект мы у вас сможем пополнить?

— Если будет указание, то конечно. И…

Из помещения раздался грохот. А вслед за ним и истошный крик Энн:

— Помогите! Ей плохо!

В помещение мы с капитаном и охранниками залетели почти что одновременно. И застали такую картину — Лидия лежала на полу, свернувшись в клубок и держа руки на животе.

— Что с ней⁈ — спросил я.

— У нее осколок, — ответила склонившаяся над Лидией Энн. — Все было нормально, но, видимо, он двигаться начал!

— Живая? — Капитан присел рядом.

— Да, но сознание потеряла. И медицинский мод почему-то не отвечает.

— А говорили — царапины. — Капитан поднял забрало шлема и попробовал перевернуть Лидию на спину.

Она перевернулась, но при этом резко распрямила ноги, лягнув капитана. Мышечные усилители сотворили настоящее чудо. В боевой броне гвардеец весил никак не меньше двухсот-трехсот килограммов. Однако полетел он в стену, как надутый воздухом шарик. Но последствия от удара воздушными назвать было никак нельзя. Капитан своим телом почти пробил стену, но застрял в бетоне. Он шевельнулся, только на этом Лидия экзекуцию не закончила, она выбросила вперед руку, и из ее ладони вылетела тонкая игла сантиметров тридцать длиной. Игла угодила капитану точно в голову, он дернулся и затих, изображая из себя пришпиленную бабочку.

Одновременно с Лидией начал действовать и я, схватив за шеи двух ближайших ко мне конвоиров. Клякса говорила, что «Скат» дарит владельцу непередаваемые ощущения. На мой вкус они слишком непередаваемые — конденсатор в груди выдал импульс в два плоских электрода в ладонях. А уже оттуда высоковольтный разряд вскипятил мозги гвардейцам Родригесов, попутно обуглив кожу на моих ладонях. Медимплант купировал адскую боль и начал терапию, восстанавливая поврежденные ткани.

Третий охранник на свою беду по замку разгуливал без шлема. За что и поплатился — один боец Лидии перехватил его со спины за грудь, другой отточенным движением свернул шею. Расправа над нашими конвоирами произошла за секунду. И эта молниеносность нам была необходима как воздух — отправить сигнал тревоги любой гвардеец мог за мгновение. Но и расслабляться рано, мы только-только начали свою самоубийственную миссию.

— Тележку! Быстро! — скомандовал я.

Двое бойцов затянули робота внутрь. Он сильно не сопротивлялся. Согласно показаниям его датчиков, лидер группы конвоиров находился в нашей комнате.

Лидия уже сдергивала руки пришпиленного к стене капитана перчатку.

— Тащите ее сюда быстрее, пока он не остыл!

Человеческое тело, да еще усиленное имплантами, умирает не мгновенно. Какая-то активность в нем сохраняется даже после поражения мозга. На нашу удачу капитан оказался еще тем живчиком — Лидия шлепнула его рукой по замку на роботележке, и контейнер открылся.

— Раздевайте их! — Второй раз за день нам пришлось менять гербы на одежде.

На этот раз основательно — мы полностью раздели трупы и примерили их доспехи на себя. Наша оперативная группа снова сократилась, так как у нас всего четыре комплекта брони.

— Лидия! — Красотку со шрамом я бы взял с собой в любом случае. У нее стояли лучшие в отряде импланты. Да и ее отряд следовало обезглавить на тот случай, если она задумала вести свою игру. Энн среди головорезов я тоже оставлять не планировал. Но вот над выбором следующего члена команды призадумался. И выбрал удачу вместо богатого жизненного опыта. — Энн и Ян, облачайтесь.

— А я⁈ — Альту не устраивала роль пассивного наблюдателя.

— А ты остаешься здесь. За старшего.

Чип для роботележки болтался у капитана на шее, его с помощью быстрого сканирования обнаружила Энн. И это для нас было отличной новостью. Я надел шнурок на шею, и роботизированный транспорт поехал за нами. Но самое замечательное то, что его распознавала система безопасности и открывала перед тележкой двери. И перед нами заодно.

Планировку Дома Власти я помнил гораздо хуже, чем Бирюзового Дола. Там-то я прожил всю жизнь, а к Родригесам наведывался только на светские рауты. Ну и один раз прошелся по замку огнем и мечом. С тем же самым мечом, между прочим, который сейчас висел за спиной. Повторы, повторы, повторы. Лишь бы финал сегодняшней истории отличался от того, который случился триста лет назад. Но, честно говоря, все к тому и шло. Мы, изображая из себя немного заскучавших охранников, топали по тоннелю за тележкой. Я примерно представлял, куда он нас выведет — в комплекс казарм на северной оконечности летающего острова. Навстречу нам маршировал уже третий отряд тяжелых штурмовиков. Лора, судя по всему, уверена в том, что Ерма не откажется от любых условий, которые она выставит. И поэтому готовила свою армию к отправке.

Нам повезло — в суете на нас не обращали никакого внимания. Мы не выбивались из общего алгоритма перемещения войск. Но это работало до поры до времени, камеры и сканеры вычленят нас из общего потока, как только отправимся к покоям владетельницы. И тут же поднимут тревогу.

— Здесь налево, — скомандовал я, и наша процессия свернула на перекрестке.

Тоннель здесь резко сужался. В жилую часть замка не было необходимости завозить тяжелые боевые машины и объемные грузы.

Переход шел по поверхности, в закругленных стенах тоннеля врезаны большие окна. Выглянув в одно из них, я удостоверился, что направление выбрал правильно — впереди маячила главная башня комплекса.

— Лэт, гляди, — шепнула подошедшая Энн. — Там, внизу!

Оптика и система распознавания лиц и силуэтов, несмотря на разницу в уровнях, у корша лучше, чем у меня. Сказывалась ее шпионская специализация. Приглядевшись, я заметил на большом закругленном балконе, раскинувшемся под нашим тоннелем, две фигурки.

— Владетельницы решили пошептаться с глазу на глаз, — сказала Энн.

И я понимал почему. Лора сейчас задирала налоги, которые будет выплачивать Бирюзовый Дол в случае помощи в его освобождении, до небес. Ерма должна пережить небывалое для владетеля унижение, вымаливая помощь и торгуясь. О да, сейчас обе владетельницы торговались, как площадные продавцы! И лишние глаза или уши благородным особам в этих спорах не нужны.

Я представил примерный путь от нас до балкона. Выходил целый лабиринт, да и то я не на сто процентов уверен, что смогу вывести свою команду на балкон. И однозначно нас по пути встретит не один патруль, а перед дверями на балкон будет поджидать серьезный заслон из личных телохранителей Лоры. У нас против них всего одно действенное оружие — внезапность. Или… дурость! В мою голову заскочила внезапная шальная мыслишка. Пробежавшись взглядом за окном и найдя там нависающую над балконом балку с сенсорным блоком, я приказал Энн:

— Режь!

— Чего… резать? — не поняла она.

— Стекло режь! Вот такой овал, — я пальцем прочертил на окне контур требуемой дыры.

Не задавая глупых вопросов, Энн вытащила резак и лихо прочертила линию прямо по следу на стекле. Загнала в щель острие ножа, поддела, и вырезанный овал с оплавленными краями ввалился к нам в тоннель.

— Подними забрало, — попросил я Энн.

И когда она это сделала, я крепко ее поцеловал.

— Возвращайтесь к остальным. Ждите двадцать минут. Если не вернусь — уходите.

— Уходить⁈ Куда⁈

Отвечать не стал. Сам не знал, куда они смогут уйти с летящего острова. Но удачливость Яна, профессионализм Энн и напористость Лидии куда-нибудь их да выведут. Я вскинул руку, прицелился. Запаса троса едва хватило для того, чтобы «липучка» долетела до балки. Я пролез в вырезанное Энн отверстие и прыгнул. Балка прогнулась, но мой вес выдержала. Описав в воздухе размашистую дугу, я отцепил «липучку». Трос погасил инерцию, но скорость падения все равно была приличной. Грохнувшись на балкон, я перекатился. Причем сделал это крайне удачно — вскочил на ноги буквально в паре шагов от беседующих владетельниц.

— Дамы, добрый день! — Я выхватил из-за спины «Живорез» и его кончик направил точно в горло Лоре. — Надеюсь, не помешал?

— Ты кто еще такой⁈ — Прекрасное лицо владетельницы перекосило от гнева.

— А. Ну да. Прошу прощения, забыл представиться, — я поднял забрало шлема.

Мое лицо Лоре ничего не сказало.

— Тебя изжарят живьем. Потом достанут церебрал и пересадят в новое тело. Которое будут купать в кипятке. Потом — кислота. Следом…

— Лора… это Елагин, — Ерме не составило никакого труда узнать меня в доспехах Дома Власти.

— Елагин⁈ Какой еще Елагин⁈

— Тот самый. Я Лэт. — Я слегка поклонился, не спуская глаз с владетельницы.

Лора сначала в растерянности уставилась на меня, а потом и Ерму.

— Это Лэт⁈ Елагин⁈ Но… откуда⁈

— Из мира мертвых. Кстати, у тебя есть шанс туда отправиться, если не будешь меня слушать. — Я слегка качнул клинком.

— Это точно он⁈

— Внешне не похож. Но у меня было время с ним пообщаться по дороге сюда. Он знает обо мне и о себе такие вещи, которые мог помнить только Елагин.

Лора внимательно смотрела мне в глаза, видимо, пытаясь разглядеть в них что-то елагинское. Ее лицо мне было незнакомо. Если я ее и встречал в своей жизни, то встреча эта была мимолетной.

— Преподнесешь ему сюрприз? А то он слишком довольно улыбается, — озадачила меня Ерма.

Что Лора мне может сказать? Хотя, судя по ее хищной улыбке, ей было что мне сообщить. Она шагнула вперед так, что острие моего меча уперлось ей в гортань. Хорошо, что у «Живореза» выключена плазменная рубашка, а то владетельница булькнула бы пару раз и головы лишилась. Она все еще пыталась найти во мне какие-то знакомые черты, жесты, манеры. Меня это начало раздражать.

— Я внутри. Под кожей. Так не увидишь.

— Я хочу почувствовать. И узнать, почувствуешь ли ты? Узнаешь ли меня?

— А я должен?

— Ну было бы удивительно, если бы ты не узнал свою Лэю.

Глава 23

Рука у меня дрогнула. Это просто чудо, что я не распорол владетельнице горло. Я рассмеялся, задрав голову. Но это был нервный, полный злости смех.

— Плохая попытка. Никуда не годная. Лэя, из-за вас, сволочей, погибла, и ее не вернуть! — От того, чтобы снести башку высокомерной владетельницы, меня удерживало только желание узнать, откуда она знала про меня и Лэю.

Как вариант, ей могла нашептать Ерма, что мы явились в Дом Власти. И владетельницы не торговлей за Бирюзовый Дол занимались, а обсуждали, как нас обвести вокруг пальца.

— Неожиданно, правда? Я знала, что на тебя эта новость окажет некоторое волнительное действие, — широко улыбнулась Ерма.

Лора же не стала ухмыляться. Женщина продолжала с интересом меня разглядывать.

— Тогда почему Лора? — задал я, наверное, один из самых глупых вопросов на свете.

— Знаешь, как звала меня в детстве мама? Не знаешь. А почему, Лэт? Наверное, потому, что мы с тобой только тем и занимались, что расширяли лен Елагиных. Подавляли мятежи, устраивали подкупы, устраняли конкурентов. В нашей жизни было слишком мало романтики и разговоров по душам.

— И как она тебя называла? — То, что говорила Лора, отчасти правда.

И ребенок у нас с Лэей появился довольно поздно, из-за того, что мы с ней постоянно влипали в какие-то аферы.

— Лорелея, Лэт, Лорелея!

Она произнесла это с таким напором, что я отступил на шаг назад.

— Лора? Лэя? Допустим, но… это не объясняет того факта, что я держал на руках твое… ее мертвое тело. — Когда я это произнес, то в памяти всплыли события того вечера, когда нас с Лэей предали.

Я держал ее остывающее тело на руках и сходил с ума от горя. Горя, которое потом переросло в гнев. Моя рука, удерживающая «Живорез», задрожала. Я решил, что допрошу владетельницу, а потом убью. Убью кроваво и жестоко, мстя за то, что она снова заставила меня переживать весь ужас ночи предательства.

— А церебрал в нем был?

Она могла узнать у кого-то из аристократов, что Лэю не просто убили, но еще и похитили ее церебрал. Сам факт этого знания ничего не доказывал.

— Нет. Его удалили.

— Ты в руках держал пустой мясной мешок, — жестко произнесла Лора-Лэя.

— Все равно не сходится. Зачем те, кто тебя… ее похитил, возродили тебя потом в этом теле? И отдали Дом Родригесов⁈

— Это было частью сделки, — хохотнула Ерма.

— Сделки⁈ — Что за чушь она несет? Зачем Лэе надо было убивать меня и себя, чтобы заполучить замок Родригесов, ведь на тот момент он уже и так был наш!

— Сделки, — подтвердила Ерма, — от которой каждый из твоего окружения получил кусок. Мы — Бирюзовый Дол…

— Ложь, ложь и еще раз ложь! — Я развернул клинок на побледневшую Ерму. — Лэе не нужно было меня предавать, чтобы получить Дом Власти! Мы были там полноправными хозяевами! По праву сильного!

— Сильного? Я часто говорила Басаану, что с тобой надо осторожнее — ты всегда переоценивал свои силы. Ты думаешь, тебе бы позволили стать бетой⁈ — скривила лицо Ерма.

— Мы с Лэей вырвали себе такое право!

— Возможно, да, а возможно, и нет. Но ей предложили гораздо больше, чем…

Справа от меня что-то издало тонкий визг. Лоб Ермы пробил красный луч не толще иглы. Владетельница Бирюзового Дола остановилась на полуслове, замерла и осела кулем на пол. Я развернулся, собираясь одним движением разрубить Лору пополам. «Живорез» засиял, одеваясь в плазменную рубашку. Но меня остановило то, что Лора опустила бластер.

— Ты должен был услышать это от меня. Но давай пройдем внутрь, сейчас здесь станет тесно от моих гвардейцев.

Выстрел должны зарегистрировать системы безопасности замка. Мое появление на балконе они, скорее всего, игнорировали потому, что владетельница приказала обеспечить ей с Ермой максимальный уровень конфиденциальности. Сканеры и подслушивающие устройства на балконе на момент переговоров выключили. Но выстрел проигнорировать система безопасности никак не могла.

— Зачем ты убила ее⁈ — Говоря, я сместился за спину Лоры.

Она швырнула бластер на землю и подняла руки, как бы демонстрируя мирные намерения. Я на этот трюк не купился, перехватив ее за талию. Выключил подачу плазмы и упер ей клинок под лопатку. Личная охрана владетельницы показала отличную выучку — из отворившейся двери на балкон высыпал отряд. Действовали ребята грамотно — часть растянулась по флангам, пытаясь обойти меня с боков, часть припала на колено и вскинула оружие, выцеливая меня.

— Ты умрешь первой, — предупредил я Лору.

— Здесь не умрет никто, — сказала она.

Хм, а лежащая, раскинув руки в разные стороны, Ерма могла бы с этим утверждением поспорить. Если бы не была мертва.

— Прикажи им опустить оружие! — прошипел я Лоре прямо в ухо.

Но она пошла дальше моих ожиданий.

— Покиньте нас! — крикнула она охране.

— Но госпожа… — возразил ей телохранитель с отметками капитана на броне.

— Немедленно покиньте нас! Ждите за дверью! — Несмотря на приставленный к лопатке клинок, держалась владетельница очень уверенно.

Чего не скажешь о ее охране. Видя, что хозяйка замка находится в руках у неизвестно откуда взявшегося киллера, и труп Ермы, покидали они балкон нерешительно. Но оспорить приказ не посмели — двери за ними плотно закрылись.

— Я еще раз хотела тебе предложить пройти в мои покои…

— Чтобы меня там разорвали твои псы? Мы остаемся здесь! — Я развернул владетельницу лицом к себе.

В следующий момент произошло нечто невероятное. Даже если бы Лора выстрелила в меня из еще одного припрятанного пистолета или долбанула каким-нибудь модом, я бы меньше удивился. Она впилась в мои губы страстным поцелуем! В голове мелькнула мысль о яде, спрятанном под коронкой зуба. Упершись ей в грудь рукой, я резко оттолкнул, подумав, что не зря отослал Энн к Альте. Иначе корш бы спустилась на балкон и поинтересовалась, а что здесь, собственно, происходит?

Этот же вопрос волновал и меня. Но задать его я не успел.

— Я скучала, Лэт. Я безумно скучала все эти долгие годы.

— Века, — поправил я ее на автомате. — Прошли века.

— Для меня случившееся осталось как будто в прошлом году. Знаешь, сколько раз я мучила себя вопросом — а верно ли тогда поступила?

— У меня есть для тебя готовый ответ — неверно. И мое присутствие здесь этот факт подтверждает. — Я до конца не верил, что передо мной стоит Лэя в новом теле.

Но стоило поддерживать эту игру, чтобы получить от нее побольше сведений.

— Ты же не знаешь, что мне предложили.

— Я бы не стал подставлять тебя, если бы мне предложили все сокровища мира! — Я сказал это вполне серьезно.

То, чего мне не хватало, я мог взять силой. Но семья всегда занимала вершину моей системы ценностей, никого из ее членов я предать не мог в принципе.

— Сокровище? Лэт, мне предложили будущее.

— Мы сами в состоянии были добиться любого будущего для себя. — И в этом я тоже уверен.

— Я говорю не о нас. А о нашем сыне, — едва слышно ответила Лора.

Или Лэя? Да какая, к черту, разница — меня второй раз за день будто разрядом в сто тысяч вольт пробыло от пят до затылка.

— Сыне⁈ — Я задохнулся от ненависти.

Мне снова захотелось несколькими отточенными движениями разрубить тварь, которая стояла напротив меня, на куски.

— Да, Лэт. У нас есть сын.

— Это невозможно! Невозможно! Тебя же убили, когда ты была…

— Операция по твоему устранению готовилась долго. И тщательно. Как я уже говорила, ты держал в руках окровавленный пустой сосуд. В нем уже не было ни моего сознания, ни нашего будущего сына. Его достали… заранее. И поместили в капсулу. Он родился, Лэт!

Никогда не думал, что меня легко одурачить. Запудрить мозги, заставить сдаться. Но новость, что мой сын выжил, словно выключила во мне что-то. То, что позволяло двигаться, думать и дышать. Звякнул о камень выпавший из моей руки «Живорез».

— Он здесь?

Лора-Лэя смотрела на меня с каким-то непонятным обожанием, ее глаза наполнились слезами.

— Нет. Я же тебе говорила, — она наклонилась и прошептала мне в ухо, — я предала тебя ради нашего будущего, Лэт. Ради большого будущего для нашего сына. Он сейчас живет так, как мы не могли и мечтать.

Это заявление окончательно выбило меня из колеи. Мы были владетелями, перебравшись на бета-уровень, мы фактически воплотили в жизнь наши самые смелые фантазии и мечты.

— Мы были бетами…

— Мы могли стать бетами. Но Родя… — Лора отстранилась от меня, чтобы снова смотреть мне прямо в глаза.

— Кто?

— Родион. Наш сын. Он альфа, Лэт.

— Это слишком. Ты зашла в своей лжи слишком далеко! — У меня появилось горячее желание подобрать «Живорез».

— И не просто альфа, — добила меня Лэя. — Он предводитель Сынов Солнца.

Я сел на пол из каменной плитки прямо возле ног Лэи. Это что же получается? Все, кому я хотел отомстить и намотать их кишки на свой клинок — мои ближайшие родственники, что ли?

— Ты убила Ерму, чтобы та не смогла опровергнуть эту дичайшую ложь?

— Я убила Ерму, потому что сказанное здесь не предназначалось для ее ушей. Кое-что она знала. Но ей было неведомо, что именно наш сын занимает сейчас трон на орбитальной станции. Это наша тайна, Лэт. Только моя и твоя.

— Хорошо, допустим на минуту, что ты говоришь правду. Но кто смог все это провернуть? Кто убил меня, возвысил тебя и вознес нашего сына на вершину мира? Кому это надо? Альфам? То есть они сами себя устранили, получается? Но это же бред!

— А ты не догадываешься, чьих это рук дело? — Лэя присела рядом и обняла меня за плечи.

У меня голова настолько пошла кругом, что прямо сейчас я явного кандидата на столь глобальное вмешательство в структуру Гармонии не видел.

— Инопланетяне? — попытался я пошутить, вышло довольно глупо.

— Лэт, ну подумай!

— Не буду. Мне кажется, все, что ты рассказала… Савва! — озарила меня внезапно догадка.

Мой предок при нашей встрече нес какую-то околесицу про судьбы человечества, которыми он управляет. Лэя уткнулась головой мне в плечо.

— Вот по этому Лэту я и скучала, — тихо произнесла она. — По Лэту, который все схватывает на лету.

— И позволила меня убить?

— У меня не было выбора, пойми. Или ты… или мы все вместе. Савва поставил мне такое условие.

— Но почему ты со мной не поделилась? Мы бы нашли выход!

— Савва продемонстрировал мне свои возможности. Лэт, евгеники свергают альф, мы им на один укус!

— Но зачем ему уничтожать собственного потомка⁈

— Понимаешь, евгеники создают и удерживают баланс в нашем мире. А ты был той песчинкой, которая попала в их веками отлаженный механизм! Савва мне устроил целую презентацию с графиками и таблицами. По его выводам через пять-семь лет ты бы поднял мятеж против альф и ввергнул Гармонию в кровавую гражданскую войну.

— Но почему он не поговорил со мной? Я же ему не чужой человек!

— Евгеники анализируют нас. Круглые сутки. Анализируют наши поступки. Наши слова. И чем выше в иерархии находится человек, тем тщательнее его исследуют. К нам, как ты понимаешь, было очень пристальное внимание с их стороны. У них на всех владетелей есть психологический портрет. И Савва сказал, что даже если он с тобой поговорит, ты не отступишься. Да, на время затаишься, но потом твое желание властвовать безраздельно возьмет над тобой верх. Оно тебя с ума сведет, и ты обязательно начнешь пробиваться к замкам на орбите.

— Угу. Значит, для тебя графики и таблицы оказались более убедительны, чем я? Ладно Савва, почему ты мне не призналась⁈

— Потому что я тебя знаю. И тот факт, что ты сейчас сидишь рядом со мной, подтверждает мою правоту. В выкладках Саввы не было ошибок — Елагин, ты не можешь, просто не умеешь сдаваться!

Вот тут мне крыть нечем. Однако во всей этой увлекательнейшей беседе оставался всего один маленький, но важный нюанс — правду говорит мне Лора-Лэя или с ходу смогла придумать всю эту невероятную историю. Я обнял ее. Крепко обнял. И сказал:

— Я готов во все это поверить. Больше скажу — если все, что ты мне рассказала, правда, то я улечу из твоего воздушного замка и больше никогда не вернусь. Ты больше никогда не услышишь обо мне.

— Но Лэт…

— Не перебивай! Я еще не назвал своего условия.

— Ты не можешь ставить мне условия, у меня две тысячи воинов в замке. И Савва…

— А у меня есть это, — я поднял «Живорез». — И ни Савва, ни твоя охрана не сможет тебе помочь здесь и сейчас.

Лэя была прекрасным бойцом. И с того момента, когда она стала бетой, ее навыки только улучшились. Но я в боевой броне и при оружии. А на ней великолепное, но все-таки обычное платье.

— Хорошо. Чего ты хочешь?

— Ты должна показать мне сына.

— Да не…

— Должна! — с напором произнес я.

— Как ты себе это представляешь⁈ Я же сказала — он правитель половины мира!

— И твой сын. Я ни за что не поверю, что у тебя нет привилегии его видеть.

Я попал в точку. Лэя сникла.

— Завтра…

— Сегодня. Сейчас. Сажай шаттл прямо на этот балкон. Мы стартуем отсюда. И еще — мне надо кое-кого взять с собой.

Под кое-кем я имел в виду Энн, Яна и Альту. Бросить их на произвол судьбы в Доме Власти я не мог. Ведь они тоже стали для меня чем-то похожим на семью. А семья — это святое. Лидию с ее головорезами я с собой брать не стал, чтобы не посвящать в тайны семьи Елагиных. Да и толку от них на орбите никакого — один альфа разорвет всю нашу разношерстную компанию в клочья. С Лэей мы договорились, что Лидию высадят недалеко от базы старых подводных лодок. Там у нее появится шанс создать новый процветающий подводный город. Клякса и дед будут только рады такой силовой поддержке.

Также мы с Лэей остановились на том, что она полетит к Сынам без сопровождения. Без охраны, по-семейному. Она согласилась, потому что если бы я ее хотел убить, то сделал бы это на балконе. Одной из гарантий ее безопасности служило то, что шаттл шел на автопилоте. Мы никак не смогли бы изменить его маршрут.

Полет проходил в абсолютной тишине. Челнок вела сама владетельница. Нам с ней обсуждать нечего до того момента, пока я не увижу сына и не поговорю с ним. И кроме как поговорить, других способов проверить наше родство не было. ДНК-анализ проводить — бессмысленное занятие. Мало того, что мне неоткуда взять образцы своего оригинального тела, так и не факт, что Родион находится в теле, данном ему при рождении. Проверить церебрал можно, но его можно взломать. Поменять имя, родовую и классовую метку. Сделать это крайне тяжело, но для того, кто устранил меня, да еще и верхушку альф поменял, нет ничего невозможного.

Небо за бортом с набором высоты посветлело так, что глазным имплантам пришлось применить затемняющий фильтр. Скорость подъема у шаттла была высокой, яркое голубое небо темнело прямо на глазах.

— Мы в космосе, — объявила Лэя.

И без ее уведомления наш выход на орбиту ощущался по телам, теряющим вес. На небе разглядывать особо нечего, свет от солнца скрывал звезды, но под нами зрелище было, кончено, впечатляющее — с такой высоты Земля выглядела как настоящая драгоценность, сияющий сплав сапфира и изумруда.

— Половина всего этого, — Лэя заметила, что я залюбовался видом из иллюминатора, — принадлежит нашему сыну.

— Как… сыну? — Энн сидела позади меня.

Ее лица я не видел, но мог догадаться, какое сейчас на нем написано недоумение.

— Вопрос в том, является ли он моим сыном на самом деле.

— Когда ты увидишь… ты поймешь. Ты сразу поймешь!

— Вы нас простите, но что здесь происходит? — Альта выразила общий настрой моей команды.

Они до сих не отошли от того, как их быстро и эффективно мордами положили в пол. А уже потом штурмовой отряд объяснил, что их на месте уничтожать не будут и вообще проводят к владетельнице и Лэту. И если я хоть примерно, но представлял, что нас ждет, они же оставались в полном неведении.

Глава 24

Само собой напрашивалось, что обитель Сынов Солнца должна иметь золотистый окрас. Но золото альфы оставили Родригесам. Станция в вакууме была белой — такой цвет позволял ей отражать максимальный объем солнечного света и не перегревать обшивку. Но ее форма говорила сама за себя: правильный диск, к которому по кругу крепились восемь треугольных причалов-лучей.

— Родригес-красный, видим вас, — вызвали нас альфы. — Приготовьтесь, мы берем управление на себя.

Иметь в качестве дома орбитальную станцию, безусловно, престижно. Но небезопасно. В отличии от наземных замков на станции серия обычных пробоин могла привести к катастрофическим последствиям. А что будет, если в нее на полном ходу влетит шаттл? Поэтому альфы не рисковали, они перехватывали управление всех приближавшихся транспортов. Ну или уничтожали их.

— Мы подлетаем к Солнечному Берегу, чертогам правителей Земли! — Видимо, Лэе захотелось нас впечатлить.

— Да ну как же, — подала голос Альта. — Солнечный Берег, ага. Это — наша станция Проксима!

— Ее тоже атланты построили? — удивился я.

— Ну а кто? Сухопутные крысы, что ли? Солнечный Берег, тоже мне, романтика и поэзия. Эта станция называлась Проксима. И ее мы строили для подготовки экипажей к межзвездным путешествиям. А на той, которую после войны забрали себе Лунные Братья, должен был строиться наш первый корабль. Вы бы видели станции, где альфы ютились до этого — мрак и позор!

— Атланты? Какое отношение она имеет к атлантам? — Лэя повернулась, чтобы посмотреть на Альту.

— Никакого. Читала про них много. — Я не собирался делиться своими тайнами с той, которая участвовала в заговоре против меня.

И глянул выразительно на атлантку — мол, заканчивай свои байки. Челнок сбросил скорость и плавно приблизился к одному из лучей. Наш транспорт завис под ним. Из стыковочного узла выстрелили три гибких шланга. Один присосался к носу шаттла, два других прикрепились к корме. Над нами раскрылись створки шлюза, шланги осторожно втянули нас внутрь. Состыковка происходила в полностью автоматическом режиме. Пока ангар, куда мы попали, заполнялся воздухом, я рассматривал наше окружение через иллюминаторы — ни единой живой души. Зато защитных турелей в ангаре целых три штуки. И их стволы смотрели четко на нас.

— Давление выровнялось, — сверилась с датчиками Лэя.

— Выходим? — отстегнула ремни и встала Энн.

— Ждем приглашения. Без него нельзя покидать шаттл.

— Строгие здесь порядки, — хмыкнула Альта.

«Которых вынуждена придерживаться даже мать владетеля», — подумал про себя я.

В ангаре открылась дверь, через нее выбежал отряд, окруживший наш челнок. В отличие от предыдущей встречи, эта походила не на торжество и парад, а на оцепление. Будто бы на станцию прилетела не владетельница и ближайшая родственница хозяина, а группа заключенных для размещения в местной тюрьме.

— Выходите! — прозвучала команда снаружи.

Лэя нажала клавишу на пульте и встала из-за кресла. У шаттла начала откидываться аппарель.

— Держитесь позади нас, — бросила она моим спутникам.

— Ясное дело, мы же свита, — язвительно произнесла Энн.

У корша была хорошо развита интуиция, и девушка однозначно догадалась, что меня с Лорой-Лэей что-то связывало. Что-то очень личное. После того как все закончится, придется с ней очень долго объясняться. Или не придется, так как наш полет к Сынам Солнца был очень рискованной затеей, и мы с Энн можем попросту не успеть сказать друг другу последнее «прости» перед тем, как нас разорвет личная охрана моего сына.

А выглядела эта охрана по-настоящему внушительно. Вокруг шаттла выстроилось человек тридцать гвардейцев в молочно-белой броне. Богатыри, как на подбор — ростом все где-то под два метра с половиной. И одинаковые. Чему тут удивляться, ведь альфам доступна полная гамма технологий по созданию тел и перемещению в них цифровых слепков личности. Вот они и напекли себе солдат с идеальными телами. И что еще хуже — с идеальными имплантами. Но даже эти бугаи смотрелись сопляками по сравнению с теми существами, что выстроились позади них. На поверхности создание боевых роботов с искусственным интеллектом строжайше запрещено. После победы над атлантами владетели еще три года отлавливали в океанах тета-рыб. Намучились с ними столько, что запретили производство киборгов на основе животных. И боевых машин, обладающих собственных интеллектом. Управляемых дронов строй, сколько хочешь. А за полностью автоматизированные системы любого, даже владетеля, ожидала смертная казнь. Хозяева Домов жили долго, каждый из них обладал ресурсами, чтобы не торопясь создать огромную армию роботов-убийц, которая могла потом попить кровушки как соседям, так и сюзеренам. Но альфам закон не писан, поэтому станцию Сынов Солнца наряду с элитными гвардейцами охраняли и четырехрукие бронированные исполины на гусеничной платформе. Верхняя пара конечностей у них снабжалась скорострельными шестиствольными пулеметами. Маломощными, ведь на космической станции применять оружие с большой пробивной силой самому себе дороже выйдет. Пробьешь, не дай бог, борт и оставишь владетеля без атмосферы. На нижних конечностях смонтировано мерзкое вооружение — нейтронные излучатели. Быстрые нейроны, которые они испускали при выстреле, безопасны для конструкций, зато органику превращали в кашу. Нейтронки также запрещены на Земле из-за своей негуманности и способности создавать в металлах наведенную радиацию, но альфам и на это было плевать. Ведь правила, по которым жила вся Гармония, устанавливали именно они.

От группы охранников отделилась фигура, за спиной ее болтался темно-синий плащ с вышитым на нем Солнцем.

— Леди Лора, — гвардеец удостоил Лэю легким поклоном, — вы сообщали, что вас будет сопровождать один гость.

— Да, вот он, — Лэя указала на меня.

— Хорошо, вы можете проследовать за мной. Всех остальных поместите в карцер! — распорядился офицер.

Его распоряжение вызвало недовольство у моих спутников.

— Эй! Какой еще карцер⁈ — выступила вперед Альта. — Мы гости…

Гвардия Сынов Солнца была вышколена на загляденье. Бойцы, как по команде, синхронно отставили правую ногу и вскинули винтовки к плечу. Боевые роботы проснулись от спячки, блоки стволов их пулеметов с визгом раскрутились. Я осознал, что нас сейчас прямо на площадке перемолотят в фарш. Причем вместе с владетельницей Дома Власти. Еще в челноке Лэя забрала у нас доспехи и оружие, отправив их в трюм, объяснив это тем, что охрана будет стрелять в любого без предупреждения, если тот додумается по трапу спуститься со стволом в руках. Так что сейчас отпор давать гвардейцам нам нечем.

— Стойте! — Я вскинул руки, потом обернулся и прошипел Альте: — Заткнись и иди с ними! Это ненадолго! Я вас потом вытащу!

— Смотри, Лэт, не затягивай с этим, — на губах Альты заиграла странная улыбочка, — иначе мы сами освободимся.

Мне только этой напускной бравады сейчас не хватало! Особенно под прицелом десятков стволов.

— Иди с ними, — с нажимом произнес я.

— Хорошо. — Альта обернулась к гвардейцам: — Наручники надевать будете?

С тех, кто больше всех выделывается, спрос особый. Наручники надели, но только Альте. Когда моих спутником уводили, Энн выбрала момент и шепнула:

— Возвращайся, живой возвращайся, слышишь⁈

Перед лицом опасности Энн решила, что сцены ревности она закатит позже. Решение трезвое, и его надо поддержать. Как, собственно, и девушку.

— Вернусь. Я вернусь к тебе. А потом мы отсюда улетим, обоснуемся в убежище и перестанем заниматься всякой рискованной ерундой.

От этих слов лицо корша просияло от радости. Женщины всегда ценят домашний очаг больше, чем увлекательные, но опасные приключения. Такова уж их натура за редким исключением, к которому относилась, к примеру, Лидия. Я думал, что и Лэя из их числа, но ошибался, за что в итоге и поплатился. Лэя предпочла меня потерять, но приобрести большое будущее для нашего ребенка. Второй раз я такую ошибку не сделаю. Я нас самом деле хотел наконец обрести покой. Вместе с Энн.

Яна, Альту и Энн увели под конвоем, и только после этого офицер махнул нам рукой — следуйте за мной. В этом жесте было слишком много пренебрежения. Ладно, со мной можно не церемониться, я никому не известная здесь гамма. Но к Лэе, как к владетельнице Дома Власти, гвардейцы должны проявлять больше уважения. Однако, может, я многого от них требовал, ведь рядовым охранникам невдомек, что по отсекам они вели за собой ближайших родственников их господина.

Как по мне, так сын жил в далеких от настоящей роскоши условиях. Охрана вела нас по отсекам с серыми унылыми стенами, покрытыми какой-то сеткой-тканью. Ни тебе эпических гобеленов, ни даже банальной растительности в горшках. Тоска смертная, как можно с утра до вечера пялиться на это убожество? Хотя, может, достигнув наивысшей точки власти, владетеля больше не заботит роскошь и убранство? Хлопоты моего сына на порядок выше, чем какая-то красивая тряпка на стене? Как-никак он управляет половиной Земли.

— Прошу вас. — Офицер открыл перед нами двери в очередной отсек.

Створка с шипением скользнула в сторону, но сам он за нами следовать не стал. В небольшом зале с висящим на стене синим флагом с изображением золотого солнца нас встречала другая группа охранников. Эти здоровяки были еще больше, и у каждого за спиной болтался алый плащ. Наверное, элита из элит, своеобразные преторианцы. Они охраняли высокие двустворчатые двери с солнечным гербом.

В этой приемной уже ощущалось, что мы попали не куда-нибудь, а именно в покои владетеля. Помимо четверки охранников по углам отсека застыли и два робота-убийцы. Для удобства ожидания посетителей в центре зала стояли буквой П удобные мягкие диваны.

— Присаживайся, Родион Тридцать Восьмой очень занятый человек, — произнесла Лэя, устраиваясь на диване.

— Тридцать Восьмой? — переспросил я, садясь рядом.

— Династия, традиция, уходящая глубокими корнями в древность, — пояснила Лэя.

«Какая, к чертовой матери, династия⁈ — подумалось мне. — Династия Родиона управляла Бирюзовым Долом! И его место там!» Вслух я, естественно, ничего не произнес. Даже преторианцы, скорее всего, не в курсе, что Родиона здесь быть не должно. Но как Савва умудрился подселить сознание моего сына в тело наследника Сынов Солнца? Выкрал тело? Создал точную копию? Надо расспросить этого ушлого старикана, если мне доведется его увидеть.

Лэя догадывалась о мыслях, не дававших мне покоя. В ее глазах запрыгали игривые чертики.

— Долго нам ждать?

— Иногда я дожидаюсь аудиенции по несколько часов. Я же говорила — Родион очень занятый человек.

Когда Лэя связывалась с Сынами Солнца, она не упоминала о том, что в гости к Родиону решил наведаться его отец. Такую информацию дальней связи не доверишь. И как вариант, именно из-за того, что Родион не знал, кто конкретно ожидает приема, он и не выбежал с криками радости из тронного зала.

Я глубоко вдохнул. Выдохнул и попытался успокоиться. Ведь впереди ждало не сражение, а разговор с сыном, которого я никогда не видел. Мои изыскания подходили к финальной точке, причем к наилучшему сценарию развития из всех возможных. Лэя жива и возглавляет один из самых влиятельных Домов Власти. Родиону, стараниями Саввы, повезло еще больше. Сам Савва руководит таинственной религиозной организацией, способной свергать монархов и вершить судьбы всего мира. Если здраво рассудить, то Дом Елагиных не пал, как мне казалось. Наоборот, он достиг уровня величия, о котором я даже и мечтать не мог. Конечно, существовала одна проблема — мне среди всего это величия места не нашлось. Но что делать дальше? Свергать своих могучих родичей одного за другим? Занятие бессмысленное и опасное как для них, так и для меня. Поэтому наилучшим вариантом было просто поздороваться, пожелать Родиону успехов и процветания, а самому раствориться в океанских глубинах, исследуя наследие атлантов. Копить силы и ждать, когда кто-нибудь покусится на Сынов Солнца, чтобы прийти Родиону, Савве и Лэе на помощь. В моей мятущейся с повторного рождения на свет душе вдруг возникло умиротворение. Савва все-таки ошибался — Лэт может исчезнуть и уйти на покой.

— Правитель готов вас принять! — объявил преторианец.

Охрана вытянулась по стойке «смирно», когда тяжелые створки дверей начали открываться. Мы с Лэей поднялись с дивана.

— Не перечь ему, — тихо бросила Лэя.

— Чего? — на ходу спросил я.

— Он очень эмоционален.

Я усмехнулся. Ну а как по-другому? Он же сын своего отца.

Мы вошли в тронный зал, и двери позади нас закрылись. Не так я себе представлял место, где правитель проводит аудиенции. В зале царила темнота, ее разгоняла лишь гигантская голографическая карта Земли, висевшая посреди него. Карта была интерактивной, сплошь усеянной какими-то отметками, графиками и даже небольшими картинками со спутников наблюдения. Прямо под ней стояло широкое кресло с откинутой спинкой, на котором лежал темный силуэт.

— Лэя, ты можешь подойти. Твой спутник тоже, — не вставая, произнесла фигура.

Не так я себе представлял встречу матери с сыном. Но, может, Лэя и права, и у нашего сына столько забот, что он каждую секунду пытается использовать для дела?

Мы подошли ближе к креслу. Фигура махнула рукой, и голографический глобус повернулся, область с японским архипелагом приблизилась. Я узнал Минамотори, над крохотным островком пылала иконка скрещенных мечей.

— Почему до сих пор ты не отправила войска в Бирюзовый Дол? Там же происходит настоящий мятеж! — недовольно произнес правитель.

— Родион… произошло нечто из ряда вон… я хотела тебе сообщить, что…

— Владетель в первую очередь должен заботиться о своем лене! — перебил Лэю так и не соизволивший встать Родион. — Все остальные задачи второстепенны! Закон и порядок! Порядок и закон! Вот чем ты должна руководствоваться! А если тебе кажется, что ты больше не способна поддерживать закон в своем лене, скажи об этом мне. Я назначу нового владетеля.

— Хорошо, я немедля приступлю к подавлению мятежа, как только…

— Никаких промедлений. Ты уже подумала о том, кто возглавит Дома Силы вместо Мартинес и Бейкера? — опять не дослушал мать правитель. — Если у тебя нет кандидатов, я готов предоставить своих.

Вальяжный тон, которым он разговаривал с матерью, взбесил. Да и то, как Родион старательно меня игнорировал, мой пыл не остудило.

— Я хотел бы представиться. — Я с трудом себя сдержал, чтобы не заорать на своего высокомерного отпрыска.

Внезапно мне пришло в голову, что я с Саввой тоже беседовал без должного уважения. Яблоко от яблока недалеко улетело.

— Позже. Это подождет…

— И все-таки я настаиваю!

Моя дерзость отвлекла Родиона от созерцания глобуса. Он приподнял голову.

— Родион, — поспешила вмешаться в разговор Лэя. — Это… это твой отец! Лэт Елагин!

Правитель в один прыжок поднялся с кресла. Он встал под светящейся голограммой, и я наконец смог его разглядеть. Что представлялось мне при слове «сын»? Мальчик, максимум подросток. Оболтус типа Яна. На меня же с вызовом смотрел мужчина, ровесник моего погибшего в замке Родригесов тела. И как две капли похожий на меня из прошлого. От своей мамы Родион не наследовал ровным счетом ничего.

— Отец? — он склонил голову, разглядывая меня. — Тот самый неудачник-гамма, о котором ты рассказывала?

Приятно было, что Лэя ему хоть что-то рассказала про меня. Но почему же, черт побери этих напыщенных аристократов, неудачник⁈

— Так, сынок. Нам надо поговорить о почтении к старшим. — Я старался изъясняться спокойно. Повернувшись к Лэе, добавил: — А с тобой — о почтении к умершим.

Глава 25

— Почтения заслуживают только победители, — сказал Родион, и я еле удержался, чтобы не врезать ему по лбу.

— Ты стоишь перед отцом, прояви к нему уважение. — Сам того не желая, я втягивался в конфликт с Родионом.

Ну а как по-другому? Я ожидал от него любой реакции на свое появление, но только не презрительной.

— Ты требуешь уважения. Савва требует к себе уважения. Почему? Только лишь потому, что я ваш потомок? Я не знал ни его, ни тебя! И тут сначала появляется он и…

— Лэт может быть нам полезен в борьбе против Саввы, — осмелилась вставить фразу Лэя.

Было заметно, что ей далось это нелегко. Тигрица боялась собственного сына!

— Да? — Родион начал обходить меня, разглядывая, будто диковинную зверушку.

Я сдерживался, стоя ровно и смотря прямо. В борьбе против Саввы? Кажется, я нафантазировал себе ситуацию, в которой мои родичи живут мирно и идеально ладят между собой. У Лэи и Родиона явно какие-то проблемы в общении. Правитель Сынов Солнца свою мать ни во что не ставит. Ну, это ее проблема — воспитала эгоиста, пускай сама мучается. Но с Саввой у этой парочки что не так⁈

— И чем он может быть полезен?

— Евгеники убили его… — начала было Лэя, но я ее бесцеремонно перебил.

— Чтобы тебя сделать бетой. А твоего сына — альфой. И я в данный момент не понимаю — на кого я больше злюсь? На них, потому что они снесли мне голову, или на Лэю, которая этому поспособствовала? Расскажите мне про Савву — с ним-то у вас что не так? И, может, кое-кто вспомнит об обязанностях хозяина и все-таки предложит присесть?

Мой бессрочный отпуск на морском дне, кажется, откладывался. Перед тем как в него отправиться, надо примирить сына с пращуром. Родион закончил свой обход, остановился передо мной и задумался.

— Ладно, — кивнул он, приняв какое-то решение. — Пойдем.

Он провел нас в угол зала, в котором началась трансформация. Прямо из пола выдвинулись барная стойка и шкафчик, заставленный разнокалиберными бутылками и фляжками. А также ряд стульев на высоких ножках. На потолке зажегся прожектор, осветив бар ярким кругом. Я с облегчением выдохнул — значит, ничто человеческое Родиону не чуждо. А то я уже подумал, что он сутками пялится на свой глобус, раздавая приказания и упиваясь властью. Не маньяк — и ладно, дело с ним все-таки можно иметь.

Но я рановато подумал о нем, как о нормальном человеке. Безраздельная власть его психику все-таки деформировала. На барной стойке стоял всего один вытянутый стакан с трубочкой и оранжевой жидкостью внутри.

— Наливайте себе что хотите, — махнул Родион в сторону бутылок.

Эгоистом он был законченным, даже не подумал сразу заказать нам коктейль.

— Предпочитаю обсуждать дела на трезвую голову. — Я уселся на стул рядом с Родионом.

Лэя же прошла за бар и накапала себе прозрачную жидкость в маленькую рюмку. Выпила. Поморщилась. Родион цедил коктейль через трубочку.

— Так что у вас с Саввой? — попытался я оживить разговор.

— Мы не можем рассказать тебе всего…

— Тогда давайте сделаем так, — психанул я, не став дослушивать Лэю. — Я поглядел на ваше идеальное семейство. Прослезился от счастья. Понял, что вы не особо рады меня видеть, и решил оставить вас в покое. Отпустите моих друзей, дайте мне челнок, и больше вы никогда меня не увидите.

— Как мы тебя отпустим? Ты знаешь слишком много. Про меня. И про Родиона! — воскликнула Лэя.

— А если мы тебе расскажем про наши неприятности с евгениками, ты узнаешь еще больше, — вторил ей Родион.

— Слушайте, меня эти разборки не касаются. Я умер триста лет назад. То, что происходило потом, меня не касается.

— И поэтому ты подбил на мятеж два Дома Силы? — возразил мне Родион.

— Ну простите. Я думал, что власть в нем узурпировали враги, а не друзья моей семьи! — Я заводился все больше.

— Родион! Лэт! Стоп! Хватит! — Лэя грохнула рюмкой об стол, та брызнула осколками. — Савва — наш общий враг! Родион, он так или иначе вынудит тебя выполнить договор. А тебя, Лэт, он никогда не оставит в покое. Ты забыл, что он считает тебя главной угрозой для своей обожаемой Гармонии?

— Что у вас за договор с Саввой?

— После того как я тебе это расскажу, я не смогу тебя отпустить.

Я задумался. Вот оно мне надо — лезть в разборки между альфами и евгениками? Но Лэя права, мой предок точно никогда не забудет про мое существование. И на морском дне отыщет ведь.

— Давайте договоримся так. Мы сообща мочим евгеников и расходимся. Я никогда не буду претендовать на Бирюзовый Дол и уж тем более на Солнечный Берег. Если вдруг когда-нибудь в будущем у нас возникнет конфликт интересов, мы его решаем, как цивилизованные люди. Вот как сейчас — беседуя за баром.

Лэя вопросительно посмотрела на Родиона, тот утвердительно кивнул. Значит, всемогущему альфе все же требовалась моя помощь. Чем же Савва их так сильно зацепил?

Родион не соизволил опуститься до объяснения всех деталей проблемы перед какой-то гаммой. Рассказ начала Лэя.

— Лэт, то, что я тебе сейчас расскажу, является самым большим секретом Гармонии.

«Они меня не отпустят, — подумалось мне. — Я и так знаю слишком много. А уж узнав этот главный секрет, автоматически становлюсь следующей после Саввы мишенью».

— Управляющий аппарат Сынов Солнца и Лунных Братьев раз в столетие меняется…

— Спешу тебя огорчить — это уже не самая главная тайна Гармонии, — усмехнулся я, вспомнив историю Деймона.

Дед Кляксы что-то про это рассказывал, правда, без деталей. Он и сам их не знал.

— Откуда ты узнал⁈ — округлились глаза у Лэи, а Родион поперхнулся коктейлем.

— У меня есть свои источники, — загадочно ответил я. — Продолжай.

— Может, ты знаешь, куда исчезают альфы? — не выдержал Родион и подключился к беседе.

— Может, знаю. А может, и нет. Давай сравним наши истории, вдруг твоя окажется увлекательнее, — предложил я.

Родион зыркнул на меня волком, но продолжил рассказ сам.

— Человечеству доступны межзвездные перелеты, — произнес он, явно собираясь сразить меня наповал.

А я лишь пожал плечами.

— Корабли и станции разработаны атлантами, тоже мне новость и секретный секрет.

Лэя и Родион ошеломленно переглянулись.

— И они работают, — сообщил правитель.

Я кивнул, мол, знаю-знаю. Хотя для меня это сюрприз. Зачем мы миллиардами толчемся на нашем шарике, если нам доступны бесконечные просторы космоса⁈

— Атланты открыли две пригодные для обитания планеты. Но потом вы их уничтожили. — Из уст Родиона это прозвучало как обвинение. Мол, это лично Лэт Елагин уничтожил развитую подводную цивилизацию. — Насколько я понял из архивных документов, именно открытие планет и способа доставки до них колонистов и послужили основной причиной уничтожения атаманов. Правители Земли не могли допустить, чтобы люди начали сбегать из-под их контроля.

Мне не удалось продолжать изображать из себя всезнайку — новость слишком ошеломляющая!

— Атланты вышли в космос? Мы можем колонизировать другие планеты? — Увижусь с Альтой, скажу ей пару ласковых.

Ведь она знала, но молчала!

— И на этом этапе вмешались евгеники. Они засекретили эту информацию, забрали чертежи кораблей себе и тайно их построили. Об этом не знали даже альфы! Потом Савва путем интриг и переворотов сместил правителей. И ввел в действие программу «Наследие».

— Это еще что такое?

— Евгеники. Само название говорит за себя. Ты не догадываешься, что они задумали?

Программа «Наследие», чем бы она ни была, проектом была слишком масштабным, чтобы за несколько секунд понять его сущность.

— Отбор, Лэт, — вмешалась в разговор Лэя. — Евгеники устраивают селекцию. У них же есть данные на всех жителей Земли. И они решают, кто достоин отправиться на новые миры, а кто вынужден вариться в экспериментальном котле под названием Земля!

— То есть они отбирают людей и отправляют на эти новые планеты?

— Ты не понял, каких именно людей? Лучших из лучших! — дал мне подсказку Родион.

И тут в голове головоломка с треском и хрустом сошлась. Кто у нас является лучшими представителями человечества? С блестящим образованием, идеальными телами и имплантами! Я видел только одних кандидатов.

— Евгеники отправляют туда альф.

— А он хорош, — сказал Родион матери. — Схватил на лету. Так и есть. Сынов Солнца отправляют на одну планету, Лунных Братьев на другую. Но есть один нюанс — когда пришло мое время отправляться, я отказался. И не отпустил туда своих приближенных.

— Почему? — Лично мне Земля опостылела настолько, что я сбежал бы с нее в первых рядах.

— Что мне там делать? Здесь я правитель, делящий власть над планетой с Лунными Братьями. А там кем я буду? Рядовым колонистом? Ведь колониями там управляют евгеники, мне Савва рассказывал.

— И как он отнесся к твоему отказу?

— Отказам. Я же уже триста лет управляю Солнечным Берегом. Первый раз, когда надо было передавать власть, он попытался меня мягко уговорить, расписывая, что получит человечество в целом от освоения новых планет. По его словам, на них царит настоящая утопия. Но это только по его словам. Второй раз он начал мне угрожать.

— А на третий Савва выдвинул ультиматум. Он требует, чтобы я тоже отправилась в новые колонии, — сказала Лэя.

— Ну так летите с богом, — развеселился я. — Через Савву весточку пришлете, как устроились.

— Лэт, нам не до смеха. Мы каждую минуту ожидаем, где ударит Савва.

— Я думал, события в Бирюзовом Доле его рук дело, — признался Родион.

— И что вы от меня хотите?

— Поговори с Саввой, — попросила Лэя.

— В нашу последнюю встречу он мной вытер пол. Я не могу сказать, что мы близки.

— Тогда помоги нам уничтожить евгеников, — кровожадно произнес Родион.

— У вас насчет меня завышенные ожидания.

— Но ты же смог добраться до Солнечного Берега, — вкрадчиво произнесла Лэя, пытаясь мне польстить.

— Мной двигала жажда мести. Я хотел отомстить за тебя, — пояснил я, и Лэя опустила глаза.

— Но Родион твой сын…

— Который меня не признает.

Наш разговор зашел в тупик, и чем он закончится, предположить было невозможно. Родион вполне мог отдать приказ своим псам порвать меня и моих друзей на куски. Но в ситуацию решила вмешаться третья сила. Голографический глобус вдруг сменил цвет на красный. В зале зазвучали переливы тревожной сирены.

— Что происходит⁈ — вскочила со стула Лэя.

— Кто-то решил атаковать станцию! — сорвался с места Родион.

Он добежал до кресла под картой и плюхнулся в него. Двери в зал открылись, и в него забежали четверо преторианцев.

— Этого — увести! Посадить вместе с остальными! — распорядился Родион насчет меня.

— Постой! Выдай нам оружие!

— Чтобы вы сожгли Солнечный Берег так же, как и Бирюзовый Дол? Увести.

Охрана подняла оружие. Мне не оставалось ничего, кроме как подчиниться.

Меня вывели из зала. Мы почти побежали по коридору, когда я услышал, как заухали, посылая снаряды в цель, оборонительные турели станции. Что было очень тревожным сигналом — альфы недаром жили на орбите. У омег, гамм и бет не имелось оружия, а тем более средств доставки десанта, способного угрожать орбитальным станциям. Но Родион четко обозначил своего врага. И если у евгеников межзвездные корабли есть, то почему бы им не завести бронированные десантные боты? Или вообще — космические истребители?

Мои догадки практически тут же подтвердились. Что-то ударило по станции, да так мощно, что пол под нами шатнулся и мы еле удержались на ногах.

— Веди его в карцер, потом возвращайся на восемнадцатый пост, — приказал офицер одному из конвоиров, поняв, что дело принимает совсем уж дурной оборот и его бойцы скоро понадобятся на линиях обороны.

Дальше меня конвоировал один боец. Проведя через серию тоннелей, он подошел к лифту. За это время орбитальную станцию трясло еще четыре раза.

— Кататься на лифте во время обстрела — не лучший выбор, приятель, — я намекнул конвоиру на то, что в лифте мы можем застрять надолго.

Причем освещение в коридорах уже пару раз моргало, значит, обстрел задел какие-то важные системы внутри здания.

— Заходи, — скомандовал конвоир, не прислушавшись к голосу разума.

Ехали мы недолго, спустившись всего на три палубы вниз. Первым из лифта вышел я. Эта палуба ничем не отличалась от верхней, те же серые трубы-коридоры, тянущиеся в три стороны от лифта.

— Направо, — обозначил дорогу охранник.

Мы повернули и резво побежали по переходу, который вывел нас в ангар, полный боевых роботов. Те пробуждались ото сна, шевеля конечностями и проводя стартовые тесты систем. Родион призывал на бой свою механизированную гвардию.

— Что-то дела у вас совсем плохи.

— Заткнись! Беги! — Мой конвоир начал нервничать.

У меня мелькнула шальная мысль, а не начать ли с ним играть в догонялки, прячась за корпусами роботов. Тем более те начали приходить в движение, катясь в разные стороны на гусеницах. В этом хаосе был шанс затеряться. Но приступить к выполнению своего дерзкого плана я не успел. Целая серия снарядов попала в станцию. Я не удержался на ногах и упал. И тут же резко перекатился в сторону, чтобы не быть раздавленным очередным роботом.

— Ты где⁈ — завопил поднявшийся на ноги охранник, ища меня. Увидев, он навел на меня винтовку. — Не вздумай сбежать!

— Да куда я со станции сбегу-то? — ответил я, поднимая руки. — Вокруг сплошной вакуум и…

Договорить не успел. Один из проезжавших мимо роботов вдруг остановился и развернул торс к нам. Нейтронные излучатели засветились багрянцем.

«Родион решил меня уничтожить от греха подальше», — успел я подумать, прежде чем он выстрелил. Подлость этого оружия еще и в том, что лучи быстрых нейтронов абсолютно невидимы. Смерть приходила внезапно и без предупреждения. Мне показалось невероятно глупым умереть вот так, едва узнав обо всех этих подковерных играх великих мира сего. Но лучи смерти пронзили не меня. Охранник, державший меня на прицеле, согнулся и рухнул забралом в пол. А робот как ни в чем не бывало покатил дальше.

Секунду-другую я так и сидел на полу, подняв руки, не понимая, что же сейчас произошло. Почему вдруг робот уничтожил защитника станции? Сбой системы «свой-чужой»? Мне стало нехорошо, в ангаре шевелился еще как минимум десяток этих идеальных убийц. Что, если кому из них взбредет в их электронные мозги попрактиковаться в стрельбе и на мне?

— Лэт! — окрикнули меня с другого конца ангара.

Я не видел кричащего, но узнал голос.

— Энн, не высовывайся, машины свихнулись и стреляют по людям! — громко крикнул я.

— Беги к нам. Они не свихнулись, они под управлением!

Детально выяснять, под каким же управлением, я не стал. Оббегая едущие машины, я со всех ног бросился к Энн, которая поджидала меня в очередном тоннеле. Там же нашелся и Ян. Я сел рядом с ними, опершись спиной на стену.

— Альта где? Как вы выбрались?

— Альта открыла дверь тюрьмы, — ответила корш.

— Как⁈ Пальцем?

— Дождалась, пока уйдет охрана. Села. Закрыла глаза. Помедитировала, и дверь открылась. Сама!

— Да как это во… — Я осекся на полуслове.

— Станцию построили атланты, — напомнила Энн.

Ее слова почти заглушила череда взрывов на верхней палубе.

— А там что происходит⁈ — взвизгнул Ян.

— На правителя напали. Предположительно евгеники, — ответил я. — Так вы думаете, что Альта управляет станицей?

— Мы не думаем, — я еле слышал Энн из-за канонады, раздававшейся у нас над головами. — Мы видели. Она открывает любые двери, взаимодействует с любой техникой. Альта сказала, что эти жуткие роботы тоже ей подчиняются. И что она смогла связаться с центральным ядром.

Ну вот, оказывается, лентяем был не только Басаан, не озаботившийся перестроить систему безопасности Бирюзового Дола. А зачем? Он ведь думал, что я погиб. И альфы тоже решили не заморачиваться с монтажом новой системы управления. Но я выжил. Чудом выжила и последняя атлатнка, которая сейчас наводила у себя в доме порядок.

— Где она? Куда пошла⁈

Мои товарищи пожали плечами.

— Сказала — оставайтесь тут. Что она за нами вернется.

Я выглянул в ангар, роботов там уже не было. Видимо, уехали наверх, чтобы принять участие в битве. Только на чьей стороне? Кто там сейчас против кого воюет?

— Значит, так, пробираемся до лифта. Оттуда до челнока. Вооружаемся и ждем.

— Чего? — спросил у меня Ян.

— Понятия не имею. Но когда-нибудь эта стрельба закончится. И нам придется договариваться с победителем. Лучше это делать вооруженными.

Пока мы бежали к лифту, я прикидывал, с кем же мне лучше договориться. Родион — куда ни шло. Саваа — вариант посложнее, но больше всего меня пугала Альта. Если атлантка захватит станцию, то получит бразды правления над всеми ленами Сынов Солнца. А если она захочет отмстить за уничтожение своей цивилизации? От такой перспективы становилось дурно.

Мы поехали наверх. Лифт не был заблокирован, хотя по всем протоколам безопасности должен. Как-никак на станции бой шел. Но либо управление над всеми системами перехватила Альта, либо… нас здесь уже встречали. Когда створки разошлись, мы увидели перед собой боевую гусеничную платформу. Излучатели робота не засветились красным. Он махнул нам пулеметом, предлагая следовать за ним. Спорить с этой махиной и убеждать, что нам не по дороге, было опасно.

— Идем за ним, — сказал я.

Робот ехал знакомой мне дорогой. И вела она прямиком в зал управления. Только путь этот изменился до неузнаваемости. Ткань на стенах выжжена выстрелами, а пол устилали трупы. Часть мертвецов, которых давила гусеницами бездушная машина, в форме гвардейцев Родиона. А другая тоже мне была знакома! Ребятки в таких же серых доспехах и лишили меня как-то жизни! Кто кого здесь перебил, решительно непонятно, но трупов навалено по колено.

Роскошные двери, которые вели из приемной в сам зал, снесли. Обожженные створки валялись на полу.

— Быстро же здесь власть сменилась. — За роботом я зашел внутрь, ожидая увидеть Савву и его солдат-монахов.

Савва там находился. Но был он единственным представителем евгеников. Живым, по крайней мере. Трупов в зале много, а живые собрались за той же барной стойкой, за которой не так давно сидел и я. Лэя в этой бойне тоже выжила, и я почему-то этому факту не удивился — она всегда умела о себе позаботиться. На ней не было ни царапины. Родион же в хватке пострадал: бегло окинув его взглядом, я увидел несколько кровавых ореолов на его броне. Побежденный правитель сидел понурив голову, но держался молодцом — продвинутые модификации уже залечили его раны.

Четвертым человеком была Альта, мешавшая себе в бокале какую-то выпивку.

— О, Лэт! Рада тебя видеть! Присоединяйся! Тебе что-нибудь намешать?

— Ничего не надо мешать. Чистый виски, пожалуйста. — Я прошел к стойке, которую окружали восемь роботов.

— Ты же говорил, что не пьешь во время переговоров? — удивился Родион.

— Так переговоры закончились, — ответил я, усаживаясь на стул и вопросительно глядя на Альту. — Я правильно понимаю? Нам же сейчас зачитают приговор?

— Приговор? Я бы так не сказала. И вообще, Лэт, мы были бы на одной стороне, если бы не Сидней.

— Что не так с Сиднеем? — спросил Савва.

— Да так, мелочи, он применил там оружие массового поражения. И тогда я поняла, что он ничем не отличается от тебя. И от тебя, — Альта указала сначала на Савву, потом на Родиона. — Но он сделал свой выбор. Пошел по легкому пути насилия и жестокости. Ты подверг опасности целый город!

— И что? Ты сейчас прикажешь своим роботам расстрелять меня на месте?

— Нет-нет, вы, Елагины, настоящая драгоценность. Алмаз, но неограненный. Вас нельзя просто так растрачивать…

— Погоди. Давай ты меня с Энн и Яном отпустишь, и все? Не поверишь, но с меня уже хватит. Я был моральным уродом и чудовищем, однако сегодняшний вечер меня изменил коренным образом. Я тебе оставляю Савву и Родиона. Если я чудовище, то они боги обмана и жестокости. Хочешь кого-нибудь наказать? Оставляю их тебе на растерзание.

Я залпом выпил виски, грохнул стаканом о стойку и встал.

— Пошли отсюда, — сказал я Энн и Яну.

— Лэт, сядь, — само по себе слово меня не остановило, но было услышано.

Роботы повернулись и нацелили свое оружие на меня.

— Они будут стрелять?

— Если он попытается покинуть эту комнату, убейте его, — развеяла мои сомнения аталантка, отдав приказ роботам.

— Слушай, — я сел обратно на стул и попробовал договориться с Альтой, — ну зачем тебе это? Отомстить? Я тебе по своему опыту скажу — это очень глупое занятие.

— Месть — это мелко, Елагин. Я буду не мстить, я буду создавать! Творить новый мир! Мир, о котором мечтали атланты…

— Все уже создано до тебя, девочка. Создано, настроено и четко работает, — устало произнес Савва, пытаясь приладить на место оторванный наплечник кирасы.

Предку моему тоже досталось в битве.

— Девочка⁈ Ха-ха-ха! — рассмеялась Альта.

— Савва, она атлантка. Я не знаю, кто из вас старше.

— Старость не означает мудрость. Когда-то я тоже был полон всяких романтических мечтаний. А потом создал Церковь Фата Евгеники, жесткий фильтр на пути человека к звездам!

— Кстати, я что-то не понял с этой идеей об отправке в колонии только избранных. Зачем это евгеникам? — спросил я.

— Затем, чтобы не тянуть за собой в новые миры человеческую глупость, жадность и ограниченность! — Савва не смог починить броню и со злостью швырнул наплечник об стену. Роботы нервно развернулись в его сторону, но стрелять не стали. — По этой же причине я не настаивал, чтобы туда отправился Родион. Он не готов.

— И все это счастье вы оставляете на Земле? Превратив ее в мусорную яму? Вместо того чтобы перевоспитывать людей⁈ — От возмущения Альта побелела.

— Перевоспитать? — нервно расхохоталась Лэя. — Люди — стадо, которым надо управлять. Как ты хочешь перевоспитать сразу миллиарды? Обратно в школу, что ли, отправишь?

— В школу? Неплохая мысль. Елагины, оставайтесь на месте. Все остальные отойдите от бара на десять шагов.

Приказ Альты все выполнили беспрекословно. Все, кроме Энн. Она, наоборот, рванулась ко мне.

— Стой! — крикнул я, увидев, как на нее развернулись излучатели боевых платформ. — Не переживай, Альта просто хочет с нами поболтать с глазу на глаз.

Я и сам так думал, но ошибался. Барная стойка вместе с нами вздрогнула и начала уходить вниз.

— Оригинальное решение для личного убежища, — прокомментировала Альта место, где мы оказались.

Три стены из толстых броневых листов, а четвертая…

— Почему ты не сбежал? — спросил я, увидев вместо четвертой стены борт спасательной шлюпки.

— Он хотел, — ответила за Родиона Альта. — Но я заблокировала вход. А сейчас разблокирую. Прошу вас на борт, владетели!

Приглашение Альта подкрепила взмахом бластера.

— А если мы откажемся? — поинтересовался Савва.

— Я вас убью и сожгу ваши церебралы. — Альта подарила ему очаровательную улыбку.

Мы зашли внутрь. В шлюпке находился диван на трех пассажиров и кресло пилота с пультом управления.

— Штурвал можете не дергать, — произнесла Альта, закрывая за нами люк. Но ее голос продолжил транслироваться через систему связи спасательной шлюпки. — Я его отключила.

Через прозрачный иллюминатор я увидел, что Альта откинула панель на борту шлюпки и что-то набрасывала на небольшом экране.

— Куда ты нас отправишь?

— Недалеко, сделаю из шлюпки спутник станции. Покрутитесь немного, пока у вас не кончатся запасы пищи и воды.

— Ты хочешь нас уморить голодом?

— Нет. Я хочу сводить вас в школу. У твоего сына продвинутая шлюпка. Под сиденьем пилота есть шлем для передачи цифрового слепка личности. Когда будете готовы — скидывайте их мне.

— Зачем тебе наши слепки? — прорычал Савва. — Ты хочешь изготовить наших клонов?

— Не сейчас, когда-нибудь потом. Когда мир готов будет принять деспотов. А до этого момента вы будете сидеть в кристалле памяти. Все вместе. Лет триста-четыреста. Пообсуждаете, подискутируете на тему справедливого устройства общества. Лично мне это пошло на пользу. Я многое поняла…

— Альта, не смей! — стукнул я кулаком по иллюминатору.

— Сколько раз я говорила: «Лэт, не смей!» Ты меня послушал? Ты, ослепленный своей ненавистью, шел к цели, не замечая, сколько страданий и горя приносишь невинным людям! И поэтому…

Вдруг на Альту что-то свалилось сверху. Точнее, кто-то. Удар сбил с ног атлантку. Ян вскочил первым и начал тыкать пальцами в экран на борту шлюпки.

— Ты что делаешь⁈ — заорал я.

У Альты хоть имелся какой-то план, с ней можно договориться. А вот мышление Яна обычно до стройных планов не доходило, ограничиваясь лишь импульсивными решениями.

— Освобождаю тебя! Не слушай ее! Ты хороший человек! Своеобразный, но…

Альта сшибла Яна с ног. На полу завязалась борьба. Но нас она уже мало касалась — спасательную шлюпку от бункера отделила опустившаяся сверху стена.

— Старт через три, две, одну… старт! — в спасательной шлюпке прозвучал приятный женский голос.

Сработали патроны, отстрелившие шлюпку от станции. Никто из нас не успел сесть в кресло и пристегнуться, поэтому мы попадали на пол.

— Штурвал! — крикнул Савва, а Родион ужом прополз к креслу и сел в него.

— Мертв! — с разочарованием констатировал мой сын, подергав рычаги управления.

— Лучше бы твой друг нам управление разблокировал, — с горечью произнес Савва.

— Скажи спасибо, если он нас на Солнце не отправил. Он может.

Скорее всего, удачливость Яна распространялась не только на него самого, но и на его друзей. Шлюпка направилась не к светилу, а, совершив виток вокруг Земли, устремилась в ее атмосферу.

— Мы падаем или приземляемся? — уточнил Родион.

— Внимание! Не покидайте кресел! Внимание! Возможны перегрузки! — предупредила нас шлюпка.

В следующие минуты с нами творился настоящий ад. Спасательную капсулу трясло так, что я бы потерял сознание, если бы не помощь медицинских имплантов. Глянув в иллюминатор, увидел, что обшивка раскалилась добела, от нее летели какие-то ошметки.

— Шлюпка разваливается! — прокричал Савва.

— Нет. Ее атланты строили. Надежнейшая в мире вещь! — ответил ему Родион.

— И куда мы падаем?

Родион сверился с показаниями монитора.

— В океан!

— Хорошо. Больше шансов уцелеть.

Они оба оказались неправы. До самой поверхности воды все системы капсулы отработали штатно, но как только от нее отстегнулся парашют, женщина с приятным голосом сообщила нам неприятную новость.

— Отказ системы сохранения плавучести! Отказ системы сохранения плавучести!

— Даже у техники атлантов случаются неполадки и…

Как огромный снаряд, шлюпка вошла в воду! К чести атлантов, надо отметить, что корпус удар выдержал.

— Какая здесь глубина⁈

— Я даже не имею понятия, где здесь. Приборы сдохли от толчка, — проинформировал нас Родион. — Мы где-то возле Австралии, и это все, что я могу сообщить.

Шлюпка продолжила стремительно погружаться.

— Ну что, сородичи, вот и случилась та самая вечность, которую мы проведем вместе, — невесело пошутил я, глядя, как за иллюминатором темнеет толща воды. Мы проваливались просто на какую-то невероятную глубину. — О чем поговорим? Что обсудим?

— Какого черта вы приперлись на мою станцию⁈

— А ты какого черта отказался улетать⁈ — Савва тут же в ответ наехал на Родиона.

— А ты меня какого черта убил⁈

Мы спорили ровно до того момента, как, мягко захрустев бортом о песок, капсула улеглась на океаническое дно. И, кстати, не просто драли глотки, а даже получили некоторый конструктив, пройдясь по ошибкам друг друга.

— Воды и еды хватит на пару недель, — сообщил Савва, проверив запасы.

— На имплантах на поверхность не выплывем?

— Вряд ли. Оставим этот вариант напоследок. На тот момент, когда нам захочется сожрать друг друга, — предложил я.

— Плохая перспектива. И…

Вдруг прошуршал узел связи.

— Тихо! — крикнул я и прислушался.

—…вызывает «Левиафан». Неизвестная спаскапсула, вас вызывает…

Я диким оленем скакнул за пилотское кресло и нажал на клавишу связи.

— Божко, ты⁈

— Да… а это кто?

— Лэт! Это Лэт! Как ты нас нашел⁈

— Это не я. Автоматика «Левиафана» засекла аварийный сигнал атлантов. Иду к вам! Мне ходу на пару дней.

— Не торопись, Тео…

— Как это не торопись? — синхронно завопили мои родственнички.

— Нам тут кое-что надо обсудить. Возьмешь нас на борт только по моей команде. — Я отключил связь и повернулся к родне. — Ну что, будем обсуждать, как жить дальше?

— Я вернусь к евгеникам, и мы сметем…

— Неправильный ответ. Ты расформируешь Церковь, — перебил я Савву. — Ты был прав — я опасен для той системы, которую ты выстроил. Но ты же понимаешь, что это нерабочая система? Слишком жестокая, слишком ограниченная!

— А я…

— Помолчи, когда взрослые говорят! — заткнул я Родиона. — Господа Елагины, мы будем здесь сидеть столько, сколько нам понадобится для того, чтобы придумать новый мир. И его устройство. И учтите, я считаю, что Альта тоже кое в чем права. Я даже убивать ее не буду, когда мы до Солнечного Берега доберемся.

— Думаешь, мы сможем? — с кислым выражением спросил Родион.

— Кончено сможем. Я один был на это способен. А теперь нас трое! — ответил я, не сказав, что на этот раз у меня есть дополнительный мотив и цель.

Где-то там, наверху, меня ждала Энн. И я сделаю все, снесу любые преграды и преодолею любые трудности, лишь бы снова ее увидеть. Также я не кривил душой, говоря, что не хочу мстить Альте. Мне расхотелось сокрушать, моя душа жаждала созидания. Ведь у человечества целых три мира! И трое Елагиных, чтобы мудро ими управлять.

Nota bene

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Сокрушая великих. Книга 3

Content

Сокрушая великих. Книга 3

Денис Деев. Сокрушая великих. Книга 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Nota bene