Ник Фабер

Семнадцать часов

Глава 1

26 июня 785 года после колонизационной эры

Система Валетрия. Планета Сульфар

Второй оборонительный рубеж

В сорока километрах к западу от Джайпур Бана

02 часа 40 минут по местному времени

«Шах» Вимала покачнулся, зацепившись за торчащий из земли толстый корень.

Выкрашенный в тёмно-песочный с золотом мобильный доспех, на мгновение потерял равновесие. Прежде чем стабилизаторы и гироскопы исправили случившееся, боевая машина начала заваливаться на бок. От полного падения её спас лишь толстый ствол харрашаса. Четырёхпалая рука меха вцепилась в ствол дерева, сдирая металлическими пальцами тёмно-красную кору.

Моментально ожила система связи.

— Эранди! Живо вернись в строй!

— Д... Да, лейтенант!

Ругнувшись сквозь зубы, Вимал выправил положение своего доспеха и быстро направился в сторону горящих на экране отметок того, что осталось от их отряда.

Из восьми машин, в строю осталось всего пять. И каждая имела те или иные повреждения. Некогда гордые, красивые боевые мехи, теперь были покрыты царапинами и отметинами от близких разрывов и огня. Один из «Шахов» прихрамывал, продвигаясь в строю между двадцатиметровой высоты стволами харрашасов, а машина лейтенанта потеряла в бою левую руку. Вместо манипулятора, напоминавшего человеческую руку, теперь там была рваная культя с обрывками торчащих кабелей и лоскутами синтетических мышц.

А ведь они ещё даже не увидели толком своего противника...

— Внимание! — послышался в наушниках голос лейтенанта Рамакхандры. — Отходим назад, к точке два на границе леса!

— Нам вообще не нужно было сюда лезть, — услышал Вимал тихое, едва слышное, ворчание.

Быстрый, хотя и не особо нужный, взгляд на панель подтвердил его догадку, что это был «Санкар — 6». Машина Латы. Но похоже, что и лейтенант услышал её.

— Молчать! Сингх, ещё раз услышу твою болтовню, заставлю драить ангар до конца твоей чёртовой службы. Закрыли рты и сохраняйте строй.

Вимал покачал головой, вспомнив лица троих товарищей по отряду, которые остались в искорёженных машинах в глубине леса. Похоже, что конец их службы может оказаться куда ближе, чем им всем этого хотелось.

Пятёрка доспехов быстро направилась к указанной точке, обходя по пути массивные тёмно-бурые стволы древесных исполинов, которые раскинули свои ветви во все стороны над их головами. Каждые несколько секунд, Вимал бросал взгляд на экран радара, готовый вот-вот увидеть на нём отметки преследующего их противника.

Весь план обороны столицы разваливался прямо у них на глазах.

— Вим?

«Откуда у этих проклятых богом ублюдков подобное оружие? Да ещё и в таком количестве!»

Вимал никогда раньше не слышал о подобном. Даже не предполагал того ужаса, в который окунулось королевство всего за несколько часов...

— Вим?

Пять часов. Всего пять часов прошло с первого сообщения о нападении на одну из баз королевской гвардии в Бандар Гане. А ещё через одиннадцать минут сообщения посыпались непрерывным потоком со всего Ландширского пояса. Никто просто не мог поверить в том, что фанатики Хашмиты будут способны устроить нечто подобное. Даже Вимал, который в первые часы считал это не более чем глупостью. Разыгравшейся фантазией запаниковавших кабинетных офицеров.

— Вимал!

Голос заставил его вздрогнуть. На экране связи отряда мигал огонёк. «Санкар — 6» уже третий раз вызвал его по закрытому каналу.

— Лата? Что случилось?

— Что случилось? Ты издеваешься? Какого дьявола происходит, Вим?

Голос девушки звучал напряжённо. Вимал слышал в нём нотки страха. Он слышал их и в своём собственном голосе.

— Откуда мне знать, — раздражённо бросил он, внимательно следя за округой и стараясь не запутаться в змеящихся по земле корнях харрашасов. — Мы все понимаем не больше, чем ты. Просто делай то, что говорит лейтенант.

— Почему нас отправили в лес? Мы и так уже потеряли троих. Они что не понимают...

— Лата!

Вимал резко оборвал её. Голос девушки тут же замолчал. Даже через динамики, Эранди чувствовал охватившее её напряжение. Ещё не страх. Нет. Скорее предвкушение грядущего. Боязнь и напряжение из-за неизвестности.

— Успокойся и делай то, что приказано. Хорошо?

Слава богу, что хотя бы ближняя связь работала исправно. Доспехи связывались друг с другом с помощью узконаправленных лучевых передатчиков. Радиосвязь пропала за несколько минут перед той опустошительной атакой, которая обрушилась на позиции королевской гвардии. Почти все основные каналы связи были забиты помехами, которые блокировали связь с остальными подразделениями и штабом командования, который располагался в Джайпур Бане. Даже спутниковая связь не работала.

На дисплее на короткое мгновенье появилась и тут же пропала отметка.

— Вим, я... — начала было Лата, но её прервал резкий голос лейтенанта Рамакхандры.

— Контакт!

Едва он успел произнести предупреждение, как на них обрушился целый огненный шторм. Поток снарядов ударил их со спины, трассирующими стрелами пронзая темноту и в щепки разрывая прочную древесину могучих деревьев.

— Занять позиции!

Доспех лейтенанта быстро укрылся за толстым стволом и поднял уцелевшую руку с закреплённой на них четырёхствольной пушкой. Блок разгонных катушек провернулся и открыл убийственный огонь в направлении появившихся на дисплее внешнего обзора отметок, горевших на экране перед его глазами.

Поток двадцатимиллиметровых бронебойных снарядов, прошелся смертоносной косой по подлеску, срезая мелкие деревья и вырывая огромные куски коры у более крупных. Лес озарился мириадами вспышек и росчерками трассирующих следов.

Вимал бросил своего «Шаха» в сторону особо крупного ствола, укрывшись за ним от огня, что смертельной плетью хлестнул по его укрытию. Во все стороны полетели щепки и куски оторванной коры. Высунув руку из-за ствола, он дал короткий залп в темноту, не способный сказать точно, попал ли он хоть в кого-то.

Рядом с ним, за огромным, торчащим из земли и поросшим красноватым мхом валуне, занял позицию доспех Латы.

— «Санкар лидер» — всем машинам, — раздался в наушниках шлема голос лейтенанта. — Использовать «зажигалки». Дистанция двести. Накроем их!

Быстро подтвердив приказ вместе с остальными пилотами, Вимал активировал пусковой блок за левым плечом. Крышки прикрывающее пусковые трубы раскрылись одна за одной. Воздух наполнился глухими хлопками, с которыми в воздух вылетела шестёрка термобарических зарядов. Тридцать бомб рассыпались веером в воздухе и упали в двухстах метрах от машин лейтенанта Рамакхандра. Перед подрывом, каждый из тридцати зарядов успел распылить облако легко воспламеняемого аэрозоля, а затем поджечь его взрывом вторичного заряда. Полоса леса протяжённостью в сто пятьдесят метров озарилась ослепительным и всепожирающем пламенем боеприпасов объёмного взрыва.

Ударная волна молотом обрушилась на замершие в своих укрытиях машины, подняв настоящий ураган из веток, земли и камней. Вимал с трепетом смотрел на самый настоящий огненный смерч, который поднялся в воздух в двух сотнях метров перед ними.

— Лидер — всем машинам. Второй и третий, отходите вместе со мной. Пятый и шестой, на вас прикрытие. Отходите по моей команде. Как только доберёмся до края, используем прыжковые ускорители.

— Есть, лейтенант!

— Да, сэр.

— Есть, — напряжённо отозвался Вимал и услышал, как находившаяся рядом с ним девушка тоже подтвердила приказ.

«Шах» Рамакхандры начал отходить, прикрывая прихрамывающую машину двойки вместе с третьим. Вимал рискнул и быстро переместился на двадцать метров левее, чтобы дать себе более широкий сектор для ведения огня. Тяжёлые шаги его трёх с половиной метрового девятитонного доспеха сотрясали ночной лес, покрытый мириадами теней от разгоревшегося пожара.

На одном из дисплеев, тревожным красным цветом загорелась отметка. Неясный силуэт, который мелькнул между деревьями. Вимал моментально дал длинную очередь в направлении мелькнувшей цели. Роторник на его правой руке пронзительно завыл с глухим треском, выпуская двадцатимиллиметровые снаряды со скорострельностью в шестьдесят выстрелов в секунду. Трассирующие снаряды слились почти в одну беспрерывную линию, которая словно лазерный луч полоснула по стволам деревьев, разрывая древесину на части и вздымая фонтаны земли.

— Лата! Движение на два часа. Дистанция сто семьдесят, — крикнул он, нажав пальцем на кнопку сброса.

Пустой коробчатый магазин, закреплённый позади вращающегося блока разгонных катушек его роторника, с щелчком отделился и упал на землю. Левая рука уже сняла с креплений на левой набедренной бронепластине новый и установила на место. Индикатор боепитания загорелся обнадёживающим зелёным светом.

— Я вижу его, Вим. Ублюдок двигается на север.

Оба мобильных доспеха снова открыли огонь, стараясь подавить свою цель. Показатели боеприпасов стремительно начали уменьшаться. Два тяжёлых двадцатимиллиметровых роторника буквально просекли лес, вспарывая деревья и землю. Не успевший убраться в укрытие незнакомый мобильный доспех разорвало на части градом снарядов. Несколько смогли добраться до прикрытых бронёй энергетических накопителей доспеха. Взрыв разворотил машину, разбросав её обломки во все стороны и лишь добавив огня к уже горевшему лесу.

— «Санкар ...дер» — пятому. Мы ...зиции. Отходи...

Искажённый голос лейтенанта прерывался электронными помехами, но Вимал всё же смог разобрать его приказ.

— Лата, отходим! Ставим дым и отступаем.

— Поняла.

Песочный с золотом «Шах» справа от него начал отступать, двигаясь спиной и ведя непрерывный огонь. Доспех Латы стрелял пока у неё не кончились боеприпасы. Сбросив пустой магазин, она выпустила полдюжины дымовых гранат из расположенных на корпусе доспеха специальных мортир и развернувшись, побежала через лес. Вимал дал ей ещё несколько секунд. Его дымовые гранаты упали веером, вспухнув облаками непроглядного дыма. Эта преграда хорошо укроет их от приборов ночного видения, а специальные радио отражающие частицы в составе дыма станут преградой на пути радаров.

Доспех Вимала бежал через лес, маневрируя среди тянущихся к небу стволов Харрашасов. На дисплеях перед его лицом загорелись отметки остальных доспехов отряда, занявших оборонительные позиции на самом краю леса. Перепрыгнув глубокий, наполненный корнями овраг, его «Шах» с грохотом приземлился на ноги и тут же укрылся рядом с покалеченной машиной лейтенанта.

Переключившись на основной канал, предназначенный для связи между подразделениями гвардии, Вимал снова услышал лишь шипящие помехи.

— Сэр, вы смогли связаться с остальными отрядами?

— Нет. Дальняя связь по-прежнему забита помехами. Спутниковая так же не работает. Нет соединения.

— Какому идиоту вообще пришло в голову отправить МД в лес...

— Молчать! — голос Рамакхандра был пропитан напряжением. — Я...

В канале повисла тишина, нарушаемая лёгким, едва слышным шипением помех, когда лейтенант неожиданно замолчал.

— Есть связь с одиннадцатым бронетанковым полком, — наконец произнёс он. — Они сейчас находятся в шестнадцати километрах к северу от нас. Рядом с Катак Репалом. Соединимся с ними и...

Лейтенанта прервал взволнованный голос двойки.

— Движение на три часа! Дистанция двести сорок.

Головные модули всех пяти доспехов моментально повернулись в сторону леса. Расположенные в центре головы и прикрытые скошенными бронепластинами линзы инфракрасных сенсоров сфокусировались в указанном направлении.

Подчиняясь команде, изображение на дисплее перед Вималом увеличилось. Практически сразу же он заметил едва различимые на фоне леса силуэты, которые продвигались между массивными стволами харрашасов. Горящее зарево, вызванное подрывами термобарических боеприпасов, которые они использовали ранее, не позволяло точно рассмотреть противника. Но того, что они увидели было достаточно.

— Вижу восемь МД и какие-то мелкие силуэты, — услышал Вимал голос «Санкара — 3». — Возможно индивидуальные бронекостюмы.

«Да откуда у этих ублюдков подобное вооружение?! Что вообще за хрень здесь происходит?»

Эти вопросы вновь всплыли в голове Вимала, который следил за приближающимся противником, продвигавшимся через горящий лес.

— Так. Мы отступаем, — наконец принял решение Рамакхандра. — Отходим к позиции одиннадцатого бронетанкового. Используем прыжковые ускорители и разорвём дистанцию с противником.

Быстро выслушав подтверждения приказа, лейтенант развернул машину на север. Ускорители позволят им быстро разорвать дистанцию и пересечь плато, которое разделяло их и союзные силы. Пятёрка «Шахов» начала движение вдоль кромки леса.

Пальцы Альфреда Вольфганга расслабленно поглаживали рукояти управления мобильным доспехом. Его глаза неотрывно следили за пятёркой королевских машин. Очевидно, что они заметили приближавшиеся через лес отряды и решили отступить.

Что же, — подумал Альфред. — Это было мудрое решение. Учитывая ситуацию, в которой они оказались, он скорее всего сделал бы то же самое.

— Они отходят, босс.

Удовлетворенно хмыкнув, Альфред включил свой микрофон.

— Вижу Дирг. Что с остальными отрядами сульфарцев?

— Почти все уже уничтожены. Две группы смогли соединиться и сейчас ведут бой в восемнадцати километрах к юго-востоку. Жаль, но наши доблестные союзники не успели их перехватить до этого. Но рвения им не занимать, это уж точно.

Альфред скривился под защитным шлемом.

— Мне было бы куда спокойнее, если эти обезьяны решили подождать, пока сюда не прибудет группа коммодора Штрельца.

— Как и всем нам, босс. Но что поделать, придётся работать с тем, что есть. Ты же знаешь, нам не платят за лёгкую работу.

— Это уж точно...

Вольфганг вздохнул и снова выругался.

Правда в тот раз уже про себя. Ну вот чего стоило этим идиотам подождать лишние сутки? Тогда Альфред и его люди бы точно знали о прибытие кораблей коммодора и могли бы спокойно приступить к выполнению своего плана. Но нет... Они, видите ли, не могли больше ждать. Грёбаные идиоты...

Вольфганг в который раз обругал безмозглых кретинов , чьи старания столь сильно усложнили простую на первый взгляд операцию. Всё что нужно было, это два укомплектованных бронепехотных батальона и дело было бы сделано за пару дней. Альфред вспомнил надменное лицо агента службы внешней разведки, который практически раболепно пресмыкался перед местным военачальником. Конечно же, сам он именовал себя иначе, но Альфред и подобные ему люди всегда называли их только так. А следом, пресмыкаться и расшаркиваться пришлось уже и Альфреду. Вольфганг ненавидел, когда оперативное руководство отдавали в руки хомячков из СВР. Они слишком заботились о том, чтобы налаживать «хорошие» отношения с местными.

Хотя справедливости ради, стоило признать, что хотя бы действовали они грамотно. Почти шесть месяцев, которые Альфред Вольфганг и его люди потратили на обучение этих недоумков не прошли даром. А переданные им оружие и техника, которые контрабандой доставлялись на Сульфар ради этого дня, обеспечат им превосходство в огневой мощи.

Неожиданное движение на дисплее заставило его сконцентрироваться на происходящем, отбросив в сторону лишние мысли. Два доспеха из отступавшей группы взмыли в воздух, воспользовавшись прыжковыми ускорителями. От увиденного Альфред удивлённо присвистнул. «Они что совсем идиоты»?

— Босс?

— Да. Я вижу, Дирг. Похоже, они правда полные кретины. Какого дьявола им пришло в голову использовать их в такой ситуации?

— Чёрт их знает. Но, с другой стороны, они же не знают, что мы здесь. Так что...

— Ладно. — Альфред быстро сверился с тактической картой, которая показывала позиции хашмитов и известные данные по подразделениям королевской гвардии. — Что с отрядом, который должен был помочь разобраться с королевской бронетехникой?

— По последним данным, они увязли, натолкнувшись на группу королевских доспехов. Сейчас ведут бой. Вроде бы.

— Кто за ними присматривает?

— Леон и Райнхард.

— Хорошо, свяжись с ними через дрона и сообщи, что к ним двигаются гости с южной части леса.

— Босс, я хочу напомнить, что нам запрещено вмешиваться...

— Спокойно Дирг, — Альфред улыбнулся под скрывавшим его лицо шлемом. — Я лишь немного задержу этих бедолаг.

Подчиняясь командам своего пилота, матово-чёрный мобильный доспех поднялся на ноги. За ним потянулась длинная, полностью покрывавшая его маскировочная сеть, хорошо скрывавшая доспех на фоне местности. Вплетённые в неё тепло и радиопоглощающие волокна давали хорошую маскировку в инфракрасном и радиолокационном диапазоне.

Изображение на дисплее перед глазами пилота многократно увеличилось, передавая данные с внешних визуальных сенсоров, приблизив отступающие доспехи королевской гвардии. Сетка электронного прицела навелась на один из них. Доспех Вольфганга поднял удерживаемую в руках двух с половиной метровую рельсовую пушку. Пальцы Альфреда мягко прошлись по кнопкам на правой рукояти управления, дожидаясь, пока выбранная им цель совершит новый прыжок с помощью своих ускорителей и поднимется над складками местности, подставившись под его выстрел.

Как только это произошло, он плавно нажал на триггер.

Оперённый вольфрамовый сердечник преодолел расстояние до цели всего за секунду и ударил в только что поднявшийся в воздух доспех «Санкара — 3» точно в спину. Туда, где за бронепластинами находился кокпит пилота. Разогнанная до скорости в два километра в секунду, пятикилограммовая болванка, пробила доспех насквозь, разорвав броню с такой лёгкостью, словно та была не прочнее бумаги. Искорёженный мобильный доспех рухнул на землю бесполезной грудой металла, подняв облако пыли и комья земли от удара.

— Тарун! Откуда...

Вторая болванка врезалась в «Шах» «Санкара — 2», чуть ниже поясничного привода, разорвав машину на две части. В ушах Вимала всё ещё стоял захлёбывающийся крик пилота двойки, когда части его доспеха потеряв всякую стабилизацию рухнули на землю, кувыркаясь и разбрасывая во все стороны обломки.

— Все на землю! — приказал Рамакхандра и отключил поднявшие его в воздух ускорители на середине подъёма.

Это действие спасло ему жизнь. Ещё одна вольфрамовая болванка, ударила его машину в левое плечо, сорвав часть брони с уже и так искалеченной руки и повредив прыжковые ускорители.

Вимал и Лата отрубили свои прыжковые двигатели ещё раньше, жёстко рухнув на землю. Покрытые грязью и царапинами мобильные доспехи пропахали несколько метров земли, прежде чем остановились. Вимал ещё в полёте выбросил в воздух несколько последних оставшихся у него дымовых гранат, которые тут же вспухли непроглядными серыми облаками.

— Лейтенант?!

— Я в порядке. Только лишь слегка задело.

Рамакхандра бросил взгляд на боковой дисплей и выругался. Жизненные показатели пилотов обоих сбитых мехов горели красным. Оба были уже мертвы.

— Кто это был?!

— Понятия не имею, — лейтенант чуть приподнял машину и взглянул над холмом вдоль леса.

В двух километрах поднимался скальный уступ. Оптика «Шаха» моментально приблизила изображение, но не смогла засечь какое-либо движение. Было невозможно сказать, стреляли оттуда или нет. Головной модуль «Шаха» повернулся в сторону леса, откуда уже приближались помеченные красным силуэты мобильных доспехов.

— Так, — сульфарский офицер глубоко вздохнул, чтобы собраться с мыслями. — Эранди, Сингх, уходите по кромке леса и соединитесь с одиннадцатым полком. Я останусь здесь и задержу наших преследователей.

Всё внутри Вимала противилось этому приказу. Как и все, он видел приближающегося к ним противника.

— Лейтенант я...

— Выполняй приказ, Эранди. Сообщите им, что противник уже вышел из леса. Связи практически нет. Если вы их не предупредите, то весь их полк могут взять в кольцо.

Вималу хватило одного взгляда на искалеченную машину лейтенанта, чтобы понять. Он уже не сможет оторваться от преследующего их противника на повреждённом доспехе.

— Понял сэр, — практически против своей воли произнёс он. — Мы всё сделаем.

— Вот и отлично. Всё, уходите отсюда.

«Шах» Вимала развернулся.

— Лата. Уходим, — холодно произнёс он, переключившись на канал связи с «Санкаром — 6».

— Хорошо, — сипло ответила девушка после нескольких секунд.

Два «Шаха» развернулись и двинулись вдоль кромки леса, стараясь держаться как можно глубже в прикрывавшей их низине.

Рамакхандра глубоко вздохнул, чувствуя в кондиционированном воздухе запах горелого пластика и дыма. Датчики свидетельствующие о состоянии машины тревожно мигали красным, сообщая о повреждениях. Глаза лейтенанта пробежали по показаниям боезапаса. Едва ли четверть запаса снарядов к роторнику. Шесть ракет «Фалкан» и два «Сийяра». Ещё немного дымовых гранат. Вот и всё, что оставалось у него в запасе.

Лейтенант посмотрел на старомодную фотографию, закреплённую на приборной панели. Айчара, его любимая супруга, стояла обнимая их пятилетнего сына. На лице столь же черноволосого, как и отец мальчишки застыла полная радости улыбка. Этот снимок они сделали полгода назад, во время отпуска Рамакхандры. Сейчас его семья должна была быть там, в сорока километрах за его спиной, в их доме рядом с базой королевской гвардии «Багран», расположенной рядом со столицей.

Рамакхандра, едва сдерживал себя, чтобы не закричать. Его распирали злость и ярость от собственного бессилия. От неспособности изменить то, что должно было произойти. На какой-то миг, в его голове появилась мысль. Открыть кокпит. Бежать. Сдаться если потребуется. Выжить. Лейтенант ощущал едва заметную вибрацию от шагов приближающихся машин. Может быть сейчас? Если сдаться...

Но так же быстро, как эта мысль появилась в его голове, столь же быстро она и исчезла, буквально выжженная из его сознания злостью к противнику.

Как говорил его отец, у каждого мужчины есть право на минуту слабости. Но лишь на минуту.

Рамакхандра не мог позволить себе даже этого.

Из головного модуля поднялась тонкая телескопическая штанга. Она поднялась на метр и высунулась над краем расщелины. Установленная на её конце камера осмотрела кромку леса, моментально подсветив приближающиеся к расщелине мобильные доспехи и небольшие фигурки в индивидуальных бронекостюмах. Лейтенант облизнул губы и бросил взгляд на дисплей. Точки обозначавшие машины Вимала и Латы спешно удалялись по расщелине. У них будет ещё как минимум полтора километра, после чего им придётся выбраться на открытую местность, чтобы добраться до одиннадцатого полка.

А значит, Рамакхандре нужно выиграть для них время.

Он подпустил приближающиеся машины на триста метров, прежде чем открыть огонь.

Альфред удивлённо присвистнул, когда линия трассирующих зарядов прошла вдоль кромки леса, скосив один из хашмитских доспехов. Двадцатимиллиметровые дротики, разогнанные до сверхзвуковой скорости, разорвали броню машины и оторвали ей правую руку. Пилот пострадавшего доспеха не справился с управлением, и повреждённая, потерявшая баланс машина завалилась в сторону, упав на землю.

«Они слишком сосредоточены» — раздражённо подумал Вольфганг, глядя на то, как новый поток высокоскоростных снарядов ударил по выходящим из леса доспехам.

— Если эти идиоты сейчас не рассредоточатся, то...

Словно предугадывая его слова, из расщелины в воздух взмыла шестёрка ракет. По короткой дуге они обрушилась на приближающиеся к расщелине машины и пехоту. В ночной тьме вспыхнули огнём ослепительные шары взрывов, внося помехи в работу систем ночного видения. Альфред коснулся иконки передатчика, чтобы послушать переговоры их «союзников» и практически сразу же пожалел об этом. В канале стоял страшный, наполненный паникой гомон десятков голосов. Полевые командиры кричали, пытаясь заставить своих подчинённых замолчать и выполнять приказы, но Альфред уже видел, как строй хашмитов начинает разваливаться под напором этой внезапной атаки. Это была прекрасная демонстрация превосходства практики над теорией.

— Грёбаные идиоты...

— Сэр?

Альфред не ответил. Его пальцы прошлись по панели, вводя новые корректировки.

Матово-чёрный «Шварц» Вольфганга шевельнулся, наводя длинный ствол ускорителя на выбранную цель. По экрану пробежали десятки данных. Дальность до цели. Плотность атмосферы. Температура ускорителя. Заряд разгонных катушек. Системы доспеха пробежались по всем показаниям, сводя на экране прицельную сетку с целью.

Альфред облизнул пересохшие губы и выстрелил.

Пятикилограммовая вольфрамовая болванка пробила почву и скальную породу в считанных сантиметрах от «Шаха», оставив в камне уродливый шрам. Рамакхандра вздрогнул, услышав, как осколки камней бьют по броне.

— Значит ты всё ещё здесь, грёбаный ублюдок.

Лейтенант сдвинул доспех в сторону и сделал это как раз вовремя. Ещё один снаряд вспорол камень и почву в том месте, где он находился несколько секунд назад. Рамакхандра проверил показания с поднятой над грядой камеры. Системы доспеха успели зафиксировать точку, откуда был сделан второй выстрел.

С пусковых контейнеров слетели закрывавшие их пластиковые крышки. Два «Сийяра» вырвались на свободу один за другим. Ракеты стали сразу же набирать высоту, оставляя в воздухе шлейф от сгораемого топлива и уходя по дуге в сторону, поднимавшейся в двух километрах скалы.

Не долетев до своей цели несколько сотен метров, корпуса ракет раскрылись, выбрасывая в воздух разделяющиеся боевые фрагменты. Весь склон горы откуда был произведён выстрел усыпало вспышками разрывов. Для лейтенанта это выглядело, как внезапно вспыхнувший сноп рассыпавшихся по скале искр. Кассетные боеприпасы имели кумулятивную боевую часть с достаточным количеством взрывчатки, чтобы прожечь триста миллиметров прочной композитной брони. Если хотя бы несколько снарядов попали, то его противник должен быть выведен из строя хотя бы на время.

Вот только думать об этом у лейтенанта не было времени. Пронзительный предупреждающий звук моментально вернул его внимание к куда более опасной действительности. Лейтенантский «Шах» поднял над краем расщелины манипулятор с роторником. Прицельная очередь в две сотни снарядов оторвала стреляющему по расщелине доспеху хашмитов ногу, уронив машину на землю.

Система «Шаха» издала предупреждающий сигнал. Осталось всего пятьдесят снарядов для роторника...

Незнакомый лейтенанту доспех неожиданно спрыгнул в расщелину со стороны лесного массива. Земля сотряслась, когда двенадцатитонная машина упала на каменистую почву. Грузный и неповоротливый на вид, он двигался с удивительной скоростью для своих габаритов. Рамакхандра никогда раньше не видел эту модель вживую, но знал, что вроде бы она раньше принадлежала Союзу, хотя и не был в этом уверен.

Последние пятьдесят снарядов в пушке закончились моментально, стоило ему нажать на спуск. Роторник взвыл, осыпав свою цель настоящим вихрем из вольфрамовых боеприпасов. Неожиданным, плавным движением вражеский пилот увёл машину в сторону, и выстрелы «Шаха» лишь сорвали пластины брони с его доспеха, но всё же заставили его на мгновенье отступить назад. Осколки композитной брони разлетелись во все стороны.

Выругавшись, Рамакхандра сбросил установленную на руке пушку, и та с глухим ударом упала на землю. Рука «Шаха» сняла с крепления на бронированном бедре кумулятивный «пробойник» и сульфарский доспех бросился к своему противнику.

Оружие для ближнего боя представляло собой восьмидесятисантиметровый цилиндр, внутри которого находился мощный кумулятивный заряд, способный при детонации прожечь девятьсот миллиметров прочнейшей брони.

«Шах» преодолел разделявшие его и его противника двадцать метров за считанные секунды. Девятитонный доспех врезался в своего оппонента со страшным грохотом, повалив его на землю. Хашмитский доспех успел выстрелить практически в упор, калеча машину лейтенанта, но было уже поздно.

«Пробойник» ударил в грудную бронепластину. Ударная волна встряхнула Рамакхандру внутри кабины словно куклу, и только прочные ремни, удерживающие лейтенанта в кресле, спасли его. А вот его противника не спасло уже ничего. Двигающаяся со скоростью восемьдесят километров в секунду кумулятивная струя прожгла грудную бронепластину доспеха, оставив после себя аккуратное, оплавленное отверстие не больше пары сантиметров в диаметре. Но всё, что оказалось на пути сжатого направленным взрывом и расплавленного огромным давлением металла — превратилось в кашу.

Поверженная машина дёрнулась. Медленно, словно нехотя она завалилась на бок и рухнула на спину.

Это была маленькая победа, но времени насладится её у Рамакхандры уже не оставалось.

Добравшиеся до края расщелины мобильные доспехи открыли беспощадный огонь. Ураган выстрелов ударил по королевскому доспеху, безжалостно срывая с него навесное оборудование и куски брони. «Шах» покосился и упал, когда поток снарядов разорвал ногу в коленном сочленении. Несколько выстрелов разбили поясничные приводы, превратив доспех в неспособного подняться калеку.

Рамакхандра закашлялся. Кабина заполнилась густым чёрным и едким дымом от горелого пластика и проводки. Большая часть внешних дисплеев потемнела, когда двадцатимиллиметровые заряды импульсных пушек уничтожили сенсоры доспеха. Лишь один из экранов них выдавал нечёткую, прерываемую помехами при каждом попадании картинку.

Машины хашмитов остановились на краю расщелины, позволяя маленьким на их фоне фигуркам пехотинцев индивидуальных бронекостюмах приблизиться к повреждённому противнику.

Их намерения были ясны любому. Если им удастся захватить королевский доспех, то удастся и добраться до электронной информации, скрывавшейся в его системах.

Но лейтенант не мог позволить этому случиться. С невероятным трудом, он поднял руку и сбросил защитную крышку с одной из панелей. Трясущиеся пальцы набрали короткий, четырехзначный код и панель вспыхнула зелёным. Сульфарец выждал ещё несколько секунд, позволив окружившим его мерзавцам подойти ближе.

Рамакхандра бросил короткий взгляд на закрепленную в его кабине фотографию.

— Мне так жаль... — прошептал он.

Вдали за их спинами вспух ярко оранжевый столб пламени.

Вимал и Лата быстро продвигались по расщелине, стараясь не вслушиваться в звуки яростного боя, который разгорелся за их спинами. Воздух сотрясали разрывы ракет ближнего радиуса действия и гул импульсных пушек. Сейчас, там шёл бой.

А они бежали.

— Это не правильно...

Вимал вздрогнул, когда услышал тихий голос в наушниках шлема.

— Лата?

— Мы должны были остаться... Помочь лейтенанту и...

— Мы ничего не смогли бы сделать, — Вимал удивился тому, каким спокойным прозвучал его собственный голос. — Его машина была повреждена, а противников слишком много.

— Я понимаю, Вим. Но всё равно... Это неправильно.

Её голос немного искажался из-за помех. Связь всё ещё глушилась, на на близкой дистанции можно было поддерживать устойчивый канал связи. Используй они системы лазерной передачи, то тогда глушение не представляло проблемы, но лазерные передатчики работали только в зоне прямой видимости. Да и на машине Латы они всё равно были повреждены.

За их спинами прогремело ещё несколько глухих взрывов.

— Нам нужно как можно скорее добраться до одиннадцатого полка и предупредить их. Сейчас это наш долг.

Воздух за их спинами сотряс новый взрыв, за которым была лишь тишина.

Звуки боя наконец стихли и у Вимала не было никаких сомнений в том, кто победил в этой схватке.

Глава 2

26 июня 785 года после колонизационной эры

Королевский дворец

Джайпур Бан

03 часа 38 минут по местному времени

Аджиит Аль Хан, король Объединённого королевства Сульфара, навис над поверхностью своего стола и голографическим дисплеем..

— Это означает именно то, что я и сказал, ваше величество, — сохраняя невозмутимое спокойствие ответил генерал Оджас с голографического дисплея. — К сожалению, ситуация такова, что мы действительно не знаем, что именно происходит. В данный момент у нас имеются лишь отрывистые данные.

Генерал кивнул куда-то в сторону и рядом с его изображением появилась схематическая карта.

— На данный момент, ситуация такова. Пять часов назад мы потеряли связь с нашей базой в Бандар Гане. Мы не сразу поняли, что именно произошло, так как связь с базой прервалась. Снимки со спутников явственно указывают на то, что там был бой. Через час после этого, контакт с большинством наших спутников был потерян, а на все места дислокации королевской гвардии за пределами Ландширского пояса было совершенно массированное нападение с применением мобильных доспехов, техники и механизированной пехоты. Сейчас мы получаем отрывистые данные о столкновениях по всему Ландширскому поясу.

— А что с нашими спутниками, генерал?

— Одна часть была уничтожена ракетами с земли, другая просто не реагирует на наши команды. Мои аналитики предположили, что они, возможно, подверглись кибератакам. Мы уже начали перемещать птички с другого полушария, но пройдёт какое-то время, прежде чем они займут подходящие орбиты.

Аджиит устало откинулся на спинку своего кресла, не способный поверить в происходящее. Кроме него, сейчас в кабинете никого не было. Да это было и не удивительно, вся семья Аджиита всё ещё спала, ничего не зная об ужасающих событиях, которые происходили в этот самый момент. Его самого разбудили всего три часа назад и сейчас король отчаянно боролся с нехваткой сна. Через несколько минут их сон будет грубо нарушен королевской стражей, которая предпримет всё необходимое, чтобы обезопасить их.

— Хорошо генерал, — наконец произнёс он. — Что нам делать?

— Наши силы невелики, ваше величество, — моментально ответил Оджас. — Каким-то образом хашмитам удалось...

— Не используйте это слово, генерал, — резко оборвал его Аджиит.

— Ваше величество, я всего лишь...

— Они, народ Сульфара. Они, наши люди. Подданные королевства. Те, кто ответственен за это, — Аджиит махнул в сторону карты. — Не более чем террористы. Преступники. Мы не можем марать всех одним ярлыком.

Оджас поджал губы. Всё его лицо выражало несогласие со словами короля, но возразить ему он не мог. Да сейчас это и не имело смысла.

— Как вам будет угодно. Силы «противника», — сделал генерал ударение на последнее слово. — В данный момент приближаются к столице. Мы смогли установить контакт с помощью ретрансляторов лазерной связи с некоторыми нашими подразделениями. Я приказал им отходить к столице.

Голос генерала не дрогнул, но король заметил то, с каким трудом ему дались эти слова. Аджииту хватило одного взгляда на карту, чтобы понять причину этого.

— Вы не будете защищать оставленные на их пути населённые пункты.

Он не спрашивал. Это была констатация факта.

— Нет, ваше величество. Абсолютно ясно, что вы и Джайпур Бан скорее всего являетесь их главной целью. Противник хорошо вооружен и экипирован. К сожалению, мы не знаем, где они достали такое количество оружия и техники, но, по обрывочным сведениям, совершенно очевидно, что они продвигаются сюда.

Аджиит потёр покрасневшие от недосыпа глаза.

— Это не правильно, генерал, — тихо произнёс он. — Мы не можем вот так их бросить.

— Со всем уважением, ваше величество, но в первую очередь мы не имеем права потерять столицу и вас. Ваша безопасность — наша первостепенная задача. С остальным можно разобраться позднее.

Аджиит несколько секунд молчал, сидя в своём кресле с закрытыми глазами. Всё внутри него требовало, просто кричало о том, чтобы приказать генералу изменить план. Защищать каждый метр сульфарской земли.

Но это была ошибка. Как бы он не хотел отдать этот приказ, прекрасно понимая, что он будет выполнен, Аджиит знал, что это была ошибка. Оджас был прав.

— Хорошо, генерал. Действуйте так, как сочтёте нужным.

По лицу генерала скользнуло облегчение от того, что ему наконец развязали руки.

— Благодарю вас, ваше величество. Мы вас не подведём.

Связь отключилась и экран погас, оставив Аджиита Аль Хана в гнетущей тишине своего пустого кабинета.

03 часа 45 минут по местному времени

Оперативный штаб базы «Багран»

Самар Оджас спустился в главный командный пункт. Разговор с королём был для него тяжёлым, но необходимым. Оджасу претила мысль о том, чтобы уступить сульфарскую землю этому неожиданному противнику. Его величество мог говорить всё, что хотел, но Самар прекрасно знал, кто ответственен за это внезапную и вероломную атаку.

Сейчас, куда более важным вопросом было то, откуда у Рустала взялось такое огромное количество оружия и техники.

— Что с нашими силами? — немедленно спросил он, едва за его спиной закрылись двойные двери командного пункта.

Ответ последовал незамедлительно.

— Разбросаны по ландширскому поясу, генерал, — ответил один из офицеров. — Мы получаем обрывочные сообщения от наших сил о контакте с противником, но помехи слишком сильные для того, чтобы поддерживать устойчивую связь.

— Вы уже нашли эпицентр глушения?

— Нет генерал. Такое ощущение, что источников помех несколько и они перемещаются...

— Ладно... — Оджас вздохнул, задумчиво глядя на карту. — свяжитесь с базой «Корнад». Я хочу, чтобы все находящиеся в их распоряжении силы были передислоцированы к столице.

— Будет исполнено генерал!

База королевской гвардии «Корнад» располагалась в двух с половиной тысячах километров к юго-востоку от столицы, на самом краю Каркаданской пустыни. Помехи не могли повлиять на возможность связи, так как соединение шло по подземным кабелям.

В данный момент, там был расквартирован Шестой королевский механизированный полк. Тридцать шесть мобильных доспехов и приданные им силы. Конечно же, он был сформирован совсем недавно и был полон необученный новичков, но тем не менее, это была сила, с которой всё же стоило считаться. Если доставить её сюда, то она сможет значительно укрепить оборону столицы.

К сожалению, как бы того не хотелось Самару, армия Сульфара могла называться вооружёнными силами лишь номинально. Королевская гвардия в первую очередь была ничем иным, как силами поддержания порядка, а уже потом военными подразделениями. Усиление вооружённых сил королевства началось всего десять лет назад, чему способствовала неспокойная обстановка в этом секторе космоса. Валетрия находилась совсем близко к гиперпространственным маршрутам, которые проходили между Верденом и Рейнским протекторатом, отношения между которыми накалялись последние два десятилетия. Произошедший семь лет назад инцидент, который едва не вылился в открытое боестолкновение между двумя государствами, заставил короля задуматься о безопасности Сульфара и неприкосновенности его суверенитета. С той поры военные силы королевства начали наращиваться. Даже была начата программа создания королевского флота, которая началась с покупки восьми корветов типа «Светоч» у Союза Независимых Планет. А в будущем должны были быть заключены договоры на покупку четырёх эсминцев, так же строящихся на верфях СНП.

Но с учётом роста военных сил королевства, всплыла другая проблема. Им катастрофически не хватало обученных и высоко квалифицированных кадров. Хорошо развитая промышленность могла с лёгкостью штамповать мобильные доспехи и другую технику, но всё это добро было бесполезно без умелых и хорошо обученных пилотов.

Частично, эту проблему должен был решить младший брат короля. Частная яхта Шехара Аль Хана покинула Валетрию два дня назад для того, чтобы нанять специалистов из частной военной компании в качестве военных консультантов и обучающего персонала. Из-за желания сохранить свой суверенитет и сложного астрографического положения, король не хотел обращаться за помощью к какому-либо государству, так что наёмники были более чем разумным выбором.

Но сейчас, глядя на тревожные отметки на голографической карте, Самар покачал головой с грустной и наполненной сарказмом улыбкой. Хорошее решение, но принятое слишком поздно.

Размышления генерала прервал внезапный и взволнованный голос.

— Генерал! Нам удалось установить связь с Одиннадцатым бронетанковым полком!

— Вывести на «стол».

Подчиняясь командам техников, на голографическом столе моментально выделилось нужное подразделение. Одиннадцатый бронетанковый находился в самом центре Ландширского пояса. Перед глазами Оджаса появилось лицо командующего одиннадцатым полком.

— Полковник Рачапали. Доложите...

— Генерал, нам срочно нужны подкрепления. Мои силы обходят с флангов, и долго мы здесь не продержимся.

— Полковник, отходите к столице. Мы не будем оборонять Ландширский пояс. Вы меня поняли?

Голова полковника на экране метнулась куда-то в сторону. Изображение вдруг посветлело, а следом раздался звук приглушённого взрыва.

— Полковник? Вы меня слышали? Отступайте к базе «Багран».

— Мы не можем этого сделать! По нам бьют со всех сторон... Нам срочно нужна помощь!

Оджас ударил кулаком по поверхности голографического стола.

— Полковник, вы слышали мой приказ?! Немедленно отступайте к «Баграну»!

Картинка пошла помехами и изображение полковника пропало.

— Проклятие, немедленно восстановите связь с ними.

— Простите, но канал связи очень нестабильный. Мы перемещаем беспилотники ретрансляторы, но они практически сразу же уничтожаются с земли. Нужно ждать пока наши орбитальные птички не займут нужную и более высокую орбиту, чтобы их не достали с земли.

Одиннадцатый полк был одним из самых крупных их соединений. Терять его было нельзя ни при каких обстоятельствах. Оджас бросил взгляд на голографическую карту. Ближе всего к позициям одиннадцатого были отряды «Санкар» и «Дивит», но от обоих не было данных с момента, как началось массированное глушение связи.

Хотя нет. На карте мигала ещё одна точка, что находилась в десяти километрах от позиции одиннадцатого. В самой глубине Ландширского пояса, туда, куда ещё не добрался враг.

— Мы можем связаться с отрядом профессора Мукерджи?

— Теоретически, если поднимем ещё один дрон. Но сэр, вряд ли он проживёт достаточно долго...

— Не важно. Подготовьте беспилотник и запрограммируйте его на передачу сообщения.

Ландширский пояс

Передвижной испытательный комплекс

03 часа 56 минут по местному времени

Профессор Неру Мукерджи с ужасом смотрел на голографический экран своего терминала. Связи не было уже два с половиной часа. Им удалось установить короткий контакт минуту назад, но он практически сразу же пропал. Тем не менее, они смогли получить короткий файл с сообщением.

— Они что, совсем рехнулись?!

— Профессор?

Неру обернулся на голос и увидел стоявшую у открытого входа в заполненный исследовательским оборудованием фургон свою помощницу.

— Ада, эти безумцы хотят, чтобы мы оказали помощь одиннадцатому полку.

— Что?!

Профессор снял с переносицы старомодные очки и потер переносицу.

— И как эти идиоты думают, мы сможем сделать подобное? — спросил он больше самого себя, чем стоявшую рядом помощницу. — Мы не прошли и половины всего комплекса испытаний. У нас нет ни вооружения, ни подходящего оснащения...

Передвижной испытательный комплекс находился сейчас в самом центре Ландширского пояса. Длинная цепь плато и холмистых равнин трёхсоткилометровой дугой обхватывала столицу. Именно это место Неру выбрал для испытаний, а теперь им в спешке приходилось собираться. А ведь они ещё не успели упаковать всё оборудование до конца. Предполагалось, что они проведут здесь как минимум несколько дней...

Ада сделал несколько шагов внутрь огромного, двухэтажного трейлера. Снаружи, он мог бы показаться очень просторным, если бы не занимавшее всё свободное место аппаратура.

— Профессор, нам нужен ещё как минимум час, а лучше полтора чтобы разобрать всё оборудование и погрузить его. Если только не хотите всё бросить и...

Неру едва сдерживал себя, чтобы поступить именно так. Просто приказать всё бросить и немедленно отправляется в путь. Он хотел это сделать, но просто не мог. Это была работа его жизни. Его страсть. Его детище. Как любящая мать не могла бросить своего ребёнка, так и Мукерджи был не способен выкинуть на съедение этим шакалам своё величайшее творение.

Мысли профессора прервал раздавшийся из динамиков насмешливый, слегка хриплый голос.

— Эй, старик. Ты меня слышишь?

Неру вздохнул и рассеяно кивнул, хотя его собеседник никогда не смог бы увидеть этот жест.

— Слышу, Али, — вздохнул Мукерджи. — Я слышу тебя.

— Ты же хотел проверки? Ослабь поводок, старик. Позволь мне сделать свою работу.

— Али, машина ещё не протестирована. У нас нет оружейных комплектов для неё!

Голос в динамике рассмеялся, но в этом холодном смехе не было ничего весёлого. Словно скрежет острого ножа по коже.

— Ты слышишь это, старик? Я уверен, что это так. Ты тоже чувствуешь это. Он жаждет крови. Не держи зверя в клетке. Сделай это.

Неру смотрел на экраны. Рискнуть всё потерять? Он не мог сделать это...

А если мог? Что если он не сделает это? Если эти варвары доберутся сюда, он гарантированно лишиться своего творения. Принять решение и рискнуть, или же не делать ничего в надежде на то, что удача не отвернётся от них?

— Хорошо, — наконец произнёс Неру. — Хорошо, Сарчес. Только прошу тебя, заклинаю, верни эту машину обратно.

В ответ он услышал лишь тот же холодный, полный угрозы смех.

Им потребовалось не больше десяти минут на то, чтобы всё подготовить. Люди отступили от второго огромного восьмиколесного трейлера, позволяя тяжёлой грузовой рампе открыться и опустится на землю. Один за другим кабели подачи реакторной массы с глухими щелчками отключались от покоящейся внутри машины. Удерживающие захваты с металлическим лязгом раскрылись, освобождая покоящегося в них зверя. Хищная, тёмно-багряная фигура едва заметно вздрогнула и люди вокруг услышали еле слышный, низкочастотный гул, когда запустился её реактор.

Неру с обожанием смотрел на неё. Ему показалось, что расположенные на голове оптические сенсоры на краткий миг вспыхнули, словно глаза самого настоящего демона. Мукерджи вновь услышал слова, сказанные этим странным человеком.

Он жаждет крови...

Воистину, это было так.

Но всё это не заботило того, кто собирался подчинить себе этого зверя. Того, кому предстояло овладеть этим демоном.

Дисплеи обзора включались один за другим, разгоняя тьму внутри пилотской кабины. По губам Али скользнула хищная, предвкушающая улыбка.

— Вперёд, Шерхан.

Ландширский пояс

04 часа 05 минут по местному времени

— Вим!

— Я вижу, Лата. Дьявол!

Два «Шаха» бежали по ландширскому поясу, приближаясь к месту, где должен был находится одиннадцатый полк. Вимал боялся, что одиннадцатый сменит место своего положения и они не смогу найти его, но похоже, что эти опасения были зря.

На открывшейся взору сенсоров их машин равнине царил самый настоящий хаос. Трассирующим очередям, ракетным залпам и вспышкам пламени казалось не было конца. Окружённый одиннадцатый королевский полк вёл бой не на жизнь, а на смерть в окружении врага.

Оптические сенсоры «Шаха» Эранди выхватывали отдельные картины боя. Вот несколько танков на антигравах постарались отступить, отстреливаясь из своих главных орудий от атакующих их доспехов. Одно мгновенье и массированный ракетный залп накрыл машины королевской гвардии, оставив после себя лишь воронки и дымящиеся обломки. Шестёрка хашмитских доспехов тут же бросилась в прорыв, но была моментально остановлена скоординированным огнём сразу двух взводов сульфарских МД. Плотный огонь их роторников и тяжёлых импульсных орудий заставил машины хашмитов отступить.

В отместку за прерванную атаку, откуда-то с северо-запада в воздух взмыл целый рой ракет. Несколько ракет взорвались прямо в воздухе, когда на них навёлся один из наземных лазерных кластеров ПРО полка. Тонкие, сияющие спицы пронзили ночную темноту, сбив часть ракет на подлёте. Остальные же два десятка прорвавшихся через противоракетную защиту ракет накрыли позиции королевских машин, буквально утопив их в пламени разрывов.

В других местах творилось то же самое. Враги наступали, казалось, со всех сторон, затягивая петлю на шеях гвардейцев. По рисунку боя, который на дисплее выстраивали системы его «Шаха», Вимал видел, как у одиннадцатого оставалось всё меньше и меньше пространства для манёвра.

— Нужно связаться с ними, — услышал он голос девушки. — Они уже должны быть в зоне действия лазерных передатчиков.

— Верно. Сейчас попробую.

Его пальцы пробежали по клавишам. Оба лазерных передатчика моментально ожили в поисках ответного сигнала.

— Давай же... Ну давай, — шептал Вимал, глядя на то, как передатчики пытались найти готовую к приёму машину.

Вдруг оба передатчика получили ответ и открыли канал связи.

— Лата! Есть контакт! Одиннадцатый полк, это «Санкар — пять». Кто нибудь ответьте. Это «Санкар — пять»...

— Слышим вас, «Санкар — пять». Это Майор Сабах. Помощь нам не помешает. Сколько с вами машин.

— Два «Шаха» майор. Всё что осталось от нашего взвода. Мы в двух с половиной километрах к юго-западу от вас.

— Проклятие, лишние доспехи нам бы сейчас дьявольски не помешали бы. Секундочку...

Вимал напряжённо прислушивался. Через наушники он слышал хаотичную смесь из возбуждённых голосов и грохот орудий. На экране перед его глазами прямо в центре периметра, который занимала бронетехника полка, вспухли огненные шары взрывов, и практически сразу же он услышал приглушённые хлопки, раздавшиеся в динамиках.

— Майор Сабах?!

— Я здесь парень, не кричи. Послушайте. Я отправляю вам карту. К северо-западу от вас находятся ракетные установки. Они бьют откуда-то из-за холмов. Полковник Рачапалли хочет, чтобы вы уничтожили их...

Вимал на мгновение лишился дара речи.

— Майор, вы видимо не слышали меня. У нас всего два «Шаха». Боезапас и заряды накопителей на исходе. У нас просто не хватит...

— Я всё понимаю, «Санкар — пять». Но таков приказ полковника. Я объяснил ему ситуацию, в которой вы находитесь, но...

Последние слова незнакомого офицера остались невысказанными.

— Сделайте, что сможете, — вновь заговорил майор. — Если у вас получится хотя бы отвлечь их на себя от нас, это уже будет огромная помощь.

— Проклятие... Мы поняли вас майор. Сделаем, что сможем. «Санкар-пять» конец связи.

— Они совсем рехнулись?!

Вимал удивлённо моргнул и только сейчас понял, что канал связи с машиной Сингх всё ещё был открыт. Лата слышала каждое слово их разговора.

— Они хотят, чтобы мы сами сунули свои головы в эту мясорубку...

— Таков приказ, Лата, — Вимал устало потёр лицо. Он уже устал от бесконечных пререканий. — Если мы это сделаем, то сможем облегчить положение полка.

— У нас мало боеприпасов, а энергии накопителей едва хватит на сорок минут активного боя. Мы должны...

— Мы должны выполнять приказ, — резко оборвал её Эранди, почти крича. — Мне осточертело твоё бесконечное нытьё. Ты солдат, вот и выполняй приказы. Поняла?!

В ответ лишь тишина.

— Ты поняла? — вновь спросил он, когда не услышал ответа.

— Да поняла я, — отозвалась Сингх через несколько секунд. — Прости. Просто я уже чертовски вымоталась.

— Как и все мы, Лата. Как и все мы.

— И как ты предлагаешь это сделать?

— Двинемся в обход равнины здесь, — Вимал прочертил на карте кривую линию и отправил копию Сингх. — Пока они сосредоточены на одиннадцатом, может быть, если нам повезёт, то удастся прорваться к их пусковым.

— Если повезёт?

— Да, если повезёт.

— Чёрт, ладно. Ладно, — вновь повторила девушка со злостью в голосе. — Пошли.

Доспехи развернулись и побежали вдоль холмистой равнины, на которой сейчас шёл жёсткий бой. Стараясь не высовываться, обе машины продвигались в обход предполагаемых позиций противника. Если карта майора их не обманывала, то их возможная цель находилась в пяти или шести километрах. С учётом скорости доспехов и пересечённой местности они доберутся туда минут за пятнадцать...

Если вообще доберутся.

Вимал и Лата мчались по равнине, следуя маршруту, пока в долине грохотали звуки боя. Несколько раз в небе, в стороне от них, пролетали военные флаеры и беспилотники. И каждый раз сердце Вимала сжималось от напряжения. Все мало-мальски неважные для функционирования доспехов системы были отключены, а внешние излучения строго контролировались. Главной проблемой был инфракрасный след, но пока что им удавалось скрывать его, держа между собой и предполагаемым местом нахождения хашмитов неровный рельеф ландширской равнины.

В нескольких километрах впереди в воздух взметнулся новый рой ракет. Их двигатели ослепительно горели в ночной темноте, унося снаряды по дуге к небу. Совсем скоро им предстояло обрушиться на позиции одиннадцатого полка, но сейчас, Вимал думал не об этом.

Предполагаемое место запуска находилось совсем близко к точке на карте, которая отмечала их возможную цель.

Ландширский пояс

04 часа 14 минут по местному времени

— Тупые... Тупые, грёбаные идиоты, — Леон ударил кулаком по стенке кабины своего «Шварца» и усилием воли еле заставил себя успокоиться.

Его пальцы коснулись передатчика, вновь устанавливая соединение. Ему пришлось ждать почти минуту, прежде чем этот недоумок ему ответил.

— Да?

— Абал, послушайте меня....

— Я уже всё сказал, аджанби, Мы уничтожим королевских собак здесь и сейчас. Таков приказ шейха Рустала.

— Абал, ваш противник уже связан боем. Вам нужно продвигаться к столице, а не сидеть задницами на одном месте...

— Мы сделаем так, как приказал шейх Рустал, — оборвал его голос. — Это наше дело. Не лезьте в него.

Щелчок и связь оборвалась. Леон ещё несколько секунд смотрел на экран передатчика, прежде чем разразится бранью.

— Грёбаные идиоты... Райнхард?

— Я тут дружище, — моментально ответил весёлый голос по системе внутренней связи между доспехами. — Похоже наш друг Абал решил нас не слушать.

— Как будто могло быть иначе. Сраные самоуверенные кретины. Ненавижу эту работу. Ненавижу этих обезьян. И в особенности эту гребную планету...

— Полегче дружище, — добродушно посоветовал ему напарник. — Будь проще. Свою работу мы сделали, а дальше пускай они сами разбираются.

— Они без нашей помощи не могли найти свои собственные задницы. Если бы не требования этих умников из СВР, то мы уже давно разобрались с это идиотской ситуацией. Справились бы и тем, что привезли с собой.

Леон ещё раз глубоко вздохнул и расслабился, позволив ремням прижать его к спинке кресла.

«Барьерный риф». Именно так называлась это крайне идиотская по скромному мнению Леона операция.

Полгода назад взвод капитана Вольфганга тайно прибыл на Сульфар в качестве военных консультантов и учителей. Они оказывали техническую и информационную поддержку операции, обучая «правильных» сульфарцев стрелять в «неправильных». Шесть чёртовых месяцев они сидели по пещерам и тайным подземным базам, бесконечными часами тренируя и обучая этих людей пилотированию мобильных доспехов, тактики и стратегии. Само же оборудование, тренажёры, вооружение и техника доставлялись небольшими партиями контрабандными путями. Естественно, всё это делалось таким образом, чтобы в случае раскрытия эти поставки никоим образом нельзя было связать с Протекторатом.

В принципе, в те короткие моменты, когда Леон был честен сам с собой, он признавал, что эти люди ему даже нравились. Они внимательно слушали его и других рейнских военных, которые их обучали, впитывая знания словно губки воду. Эти люди часами изводили себя на тренажёрах, пока не начинали падать от усталости. Леону, как профессиональному военному импонировало такое рвение. Ему нравилось с каким энтузиазмом эти люди работали, постепенно превращаясь из обычных гражданских в некое подобие солдат. Он даже почувствовал некоторое родство с ними...

Ровно до того момента, пока не познакомился с их лидером. Рустал Имран Хашми. Одно только воспоминание об этом человеке, вызывало у Леона отчаянное желание плеваться. Идиот, возомнивший себя чуть ли не богом. Его бесконечные проповеди, в которых он обещал новое будущее для сульфарского народа, выводили Леона и некоторых других рейнцев из себя. Все, кого они обучали, были фанатично преданы Русталу, жадно ловя каждое сказанное им словно, будто это было некое божественное откровение.

Да к тому же, ещё и этот идиот из службы внешней разведки, действовал им всем на нервы, постоянно контролируя каждое их действие, а порой и слово. В особенности тот аспект их работы, который касался оперативной деятельности. У Леона чесались руки спустить «Шварца» с поводка и ринутся в бой, но им было строго запрещено вступать в схватку. Лишь контролировать происходящее и давать тактические советы. Не более того. Сульфарцы должны были сами сделать всю работу.

На самом деле, здраво рассудил Леон, им чертовски повезло. Каспар, их куратор из СВР, на полном серьёзе в начале даже потребовал, чтобы они не использовали свою технику. Этот яйцеголовый недоумок запретил им участвовать в сражениях, ограничившись лишь ролью тактических советников на поле боя. В принципе, по началу Леон не придал этому особого значения. В какой-то момент, он даже порадовался, так как ему не придётся лишний раз подставлять свою задницу под огонь. Но было одно «но», которое перевернуло его мнение обо всей этой операции на диаметрально противоположное.

Их просто отказывались слушать.

Они были аджанби. С местного языка, это дословно переводилось как «чужак». И именно ими они и были. Чужаками, которые пытались научить этих идиотов военному ремеслу. И пока всё не началось, сульфарцы более чем внимательно прислушивались к их словам, прекрасно понимая, что эти знания были необходимы им как воздух. Они были готовы принять их как своих учителей, но совершенно не видели в них своих командиров. Стоило им ринутся в бой, как своенравный и самоуверенный характер взял верх. Эти недоумки слушали только своих полевых командиров, которые в свою очередь отказывались слушать Леона и других рейнцев, допуская порой глупые и нелогичные ошибки.

Ничем иным, кроме как полным отсутствием мозгов, Леон объяснить это не мог.

— Ладно, будем присматривать за ними. Предлагаю сместиться сюда, — Леон пометил точку на карте и отправил копию Райнхарду. — Будем приглядывать за правым флангом. Они там слишком растянулись.

— Каспар приказал нам не вмешиваться, ты же помнишь? — заметил его напарник будничным тоном.

— Да плевал я на него и его приказы. Если не потребуется, то и не вмешаемся. Но я не собираюсь сидеть на заднице в том случае, если дерьмо всё-таки попадёт на вентилятор.

— Понял.

Уже через минуту «Шварц» Леона и более массивный и тяжело вооружённый «Бакхауф» Райнхарда двинулись в сторону выбранной ими позиции.

Ландширский пояс

04 часа 29 минут по местному времени

Вимал знал, что именно так это и случится.

Им изначально было не суждено добраться до своих целей. Королевские доспехи заметил проходящий над их головами беспилотник и практически сразу же на них обрушился настоящий дождь из стали и вольфрама.

Вимал дал короткую очередь по одному из хашмитских доспехов и быстро отпрыгнул назад, преодолев почти пятьдесят метров с помощью прыжковых ускорителей. Над его головой пронеслись последние остававшиеся в запасе у Латы ракеты ближнего боя, утопив две вражеские машины в огне вспыхнувших на земле взрывов.

— Так и знала, что этим всё кончится, — словно прочитала его мысли Сингх.

Вимал сместил доспех в сторону, избегая ответного огня и сам выстрелил несколько раз в ответ, внимательно следя за расходом боеприпасов. Осталось меньше трети запаса снарядов к роторнику и всего пять ракет типа «Фалкан».

— Лата! Что у тебя с боеприпасами?

— Двадцать пять процентов к пушке. Ракеты по нулям. Один комплект «зажигалок».

— Отходи. Я заманю их на себя. По моей команде дашь залп «зажигалками».

— Поняла.

Прыжковые ускорители ожили с ужасающим гулом, резко подняв девятитонный доспех в воздух. Ещё находясь в полёте, Вимал выпустил последние остававшиеся у него в запасе ракеты, по приближающимся доспехам. Воздух моментально заполнился потоками ускоренных до сверхзвуковой скорости снарядов, когда враг открыл огонь по приближающимся ракетам. Три из них взорвались в воздухе, скошенные этим вихрем, но оставшиеся попали в цель. Один из доспехов взорвался, расшвыривая во все стороны горящие обломки.

Вимал дал ещё один импульс ускорителей, чтобы смягчить приземление, но всё равно удар встряхнул его словно куклу в пилотском кресле. Не теряя времени, он побежал вперёд, одновременно с этим выстреливая во все стороны последние оставшиеся у него в запасе дымовые гранаты. Они тут же вспухли непроглядными завесами, которые словно колышущуюся ткань моментально изрезали трассы выстрелов импульсных пушек.

«Шах» бежал прямо через дым, двигаясь по дуге, пока не столкнулся практически нос к носу с ещё одним доспехом хашмитов. Вималу была знакома эта модель. МД-72 «Дуллахан». Тяжело бронированная машина Союза, которая пользовалась большим спросом. Когда-то, несколько таких находились на службе и в королевской гвардии, пока их быстро не заменили сульфарские «Ракшассы».

Первый же выстрел «Шаха» разорвал на части пушку, которую «Дуллахан» держал в правой руке. Орудие пробило насквозь сразу в нескольких местах, сделав его бесполезным. Очевидно, пилот «Дуллахана» моментально это понял, так как выбросил в сторону бесполезное уже оружие и прикрылся от новых выстрелов трёхметровым баллистическим щитом в правой руке. Даже с близкой дистанции снарядам не хватило кинетической энергии, чтобы пробить вязкие по своей структуре материалы, из которых тот был сделан. Они лишь оставляли на нём глубокие выбоины и вмятины. Может быть, Вималу и удалось бы пробить защиту, но у него было слишком мало снарядов в запасе, чтобы тратить их просто так.

С другой стороны, Вимал всегда любил ближний бой.

Вновь врубив ускорители, «Шах» бросился к своему противнику. Девять тонн сульфарского доспеха врезавшиеся в выставленный щит, сбили «Дуллахана» с ног. Зажатый в левой руке «пробойник» ударил в центр щита. Взрыв и поднявшийся столб пыли и дыма на мгновенье скрыл оба доспеха. Вновь используя ускорители, машина Вимала вырвалась из дыма и приземлилась в пятидесяти метрах, прочертив глубокие борозды на земле.

— Лата! Сейчас!

Шесть термобарических зарядов обрушились на место схватки «Шаха» с «Дуллаханом», утопив всё в огне вторичных взрывов. Даже за толщей брони доспеха, Вималу казалось, что он чувствует исходящий от огня жар. Температура в эпицентре взрывов могла достигать полутора тысяч градусов по Цельсию. Сам доспех они возможно и не уничтожат, но вот всё сенсорное оборудование точно не переживёт такого огненного ада.

— Вим! В сторону...

Два снаряда прошили огонь, оставив после себя конические разрывы в дымном полотне, оставшемся от взрывов и едва не задели «Шах». Вимал кинулся в сторону, стараясь уйти с линии огня, но в следующий миг почувствовал страшный удар. Машину развернуло и уронило на землю. Кабину заполнили тревожные сигналы системы контроля повреждений. Всю левую руку до плечевого сустава оторвало вместе с роторником.

— Вимал, уходи оттуда! Беги! Ты слышишь?!

Лата сорвалась на крик, но Эранди не слушал её, с трудом подняв упавшую машину на ноги. Он попробовал дать импульс на прыжковые ускорители, но система управления выдала ошибку.

А впереди, не далее, чем в полусотне метров, из угасающей стены пламени термобарических взрывов один за другим вышли ещё три «Дуллахана», прикрытые баллистическими щитами.

Орудия в их руках неумолимо навелись прямо на него.

Глава 3

Ландширский пояс

04 часа 39 минут

Мощный импульс прыжковых ускорителей стремительно поднял «Шах» Латы в воздух. Рёв двигателей разнёсся над равниной. Уже находясь в полёте, она открыла огонь из роторника по трём вышедшим из-за завесы пламени «Дуллаханам». Девушка совершенно не заботилась о сохранении боезапаса. Лишние снаряды мертвецам ни к чему. Неожиданная и длинная очередь хлестнула по доспехам, оторвав одной из машин голову вместе с основным сенсорным оборудованием, но не смогла пробить более толстую броню.

Тройке хашмитских доспехов пришлось спешно развернуться, чтобы прикрыться щитами от новой угрозы. Их импульсные орудия дали несколько залпов в воздух, но Лата вовремя уклонилась от выстрелов, дав короткий импульс на прыжковые движки и уйдя в сторону. Перегрузкой девушку вжало в кресло. Огромная, невидимая тяжесть надавила на грудь, не давая ей вздохнуть. Ещё один импульс, чтобы уклонится от прошедшего буквально в метре выстрела. Ответный огонь. Роторник взвыл, выпуская двадцатимиллиметровые болванки с бешеной скорострельностью.

Последние оставшиеся у неё в запасе дымовые гранаты рассыпались веером, ставя дымовую завесу на пути противников.

Девушку встряхнуло в кресле словно куклу, когда её «Шах» жёстко приземлился, после своего короткого полёта. Её глаза судорожно шарили по обзорным дисплеям, ища возможные угрозы. Под облегающим комбинезоном из негорючий ткани она чувствовала, что насквозь промокла от пота, а кабину заполнял мерзкий запах страха.

— Вим! Ты в порядке? Отвечай...

— Да здесь я — раздался в динамиках хриплый голос товарища. — Лишился руки и ускорителей.

Девушка бросила короткий взгляд на карту, где отметилось местоположение второго «Шаха».

— Держись, я сейчас.

«Шах» дёрнулся с места и побежал в направлении своего напарника. Дымовая завеса скрывала её от инфракрасного и радиолокационного обнаружения, но бесконечно это продолжаться не могло. У неё в запасе было ещё несколько секунд, прежде чем...

Из дыма вырвалась четвёрка невысоких фигур. Они мало походили на обычные антропоморфные мобильные доспехи и больше выглядели словно лишённые крыльев птицы. Плоские, угловатые корпуса были обвешаны оружейными модулями и пусковыми установками. Короткие, размещённые по бокам корпуса руки не имели манипуляторов и заканчивались встроенными импульсными пушками. МД — 7 «Грендель». Ещё одна модель, крайне распространённая на территории союза. Доспех поддержки и разведки. Быстрые и не особо бронированные машины, тем не менее были очень хорошо вооружены и обладали высокой мобильностью.

Лата развернулась и открыла огонь по ближайшему «Гренделю». Роторник осыпал вражеские доспехи короткой очередью двадцатимиллиметровых снарядов, срывая с противника броню, словно сухую шелуху. Бешеный поток выстрелов оторвал противнику манипулятор и сорвал с креплений пусковой контейнер с ракетами, а затем внезапно затих.

Вспыхнули предупреждения о полном расходе боеприпасов.

— Дерьмо... — Лата вздрогнула, когда услышала, как выстрелы «Гренделей» ударили по броне «Шаха». — Хорошо, ублюдки. А как вам такое?

Подчиняясь её командам, «Шах» развернулся и швырнул в противника один из двух имеющихся у Латы «пробойников». Предназначенное для ближнего боя оружие, вращаясь в воздухе врезалось в броню ближайшей машины и взорвалось. Паршивый угол не дал образованной взрывом кумулятивной струе уничтожить доспех, но отвлёк его внимание, заставив отступить.

Лата воспользовалась заминкой, чтобы вновь прыгнуть на ускорителях к машине Вимала. Девушка бросила короткий взгляд на запас топлива для ускорителей и выругалась. Осталось меньше пятнадцати процентов.

— Вим, нужно валить отсюда. Мы уже ничего не сможем сделать.

— Согласен, — раздался в динамиках голос напарника. — Уходи отсюда.

— Вместе Вим...

— Лата! Ускорители повреждены и доспех плохо слушается управления. Я далеко не уйду...

Из дымовой завесы вышли «Дуллаханы», моментально осыпав огнём всё пространство перед собой. Их импульсные орудия выпускали один снаряд за другим, вспарывая землю вокруг. Несколько снарядов едва не попали в доспех Латы, пройдя в считанных метрах.

— Ты слышишь меня? — вновь закричал ей Эранди. — Уходи отсюда немедленно...

«Да пошёл ты...»

Девушка ударила по кнопке аварийного сброса. «Шах» покрылся искрами от вспыхнувших пироболтов и на землю упал бесполезный уже роторник. Вслед за ним рухнули опустевшие пусковые контейнеры для ракет и блок запуска термобарических зарядов. Всё ненужное вооружение, для которого у неё всё равно не было боезапаса, лишь утяжеляло машину.

Рядом ударили тяжёлые снаряды «Дуллаханов». Времени совсем не оставалось. Стоять на месте — смерть. Ещё один короткий прыжок и вот она уже рядом с машиной Эранди.

— Вим! Держись крепче!

Руки её «Шаха» обхватили второй доспех в объятиях.

— Дура! Мощности не хватит...

Вимала тряхнуло в кресле, когда работающие на пределе мощности двигатели дёрнули оба доспеха вверх.

— Они не потащат обе машины!

— Заткнись!

Лата судорожно сжала рукояти управления. Кабина наполнилась визгом аварийных систем. Сразу на нескольких дисплеях загорелись предупреждения о перегрузке и перегреве прыжковых ускорителей.

— Давай малыш... Ты обязательно сможешь, — шептала она, следя за альтиметром и приближающейся землей.

Мощности едва хватило, чтобы поднять оба доспеха на двадцать метров в воздух. На максимальной тяге они преодолели чуть больше сотни метров, но даже это было хорошо. Чем быстрее они разорвут дистанцию, тем лучше...

Чудовищной силы удар сотряс обе машины. Удачный выстрел одного из «Дуллаханов» попал в спину «Шаха», окончательно уничтожив ускорители. Обе сульфарские машины камнем упали с двадцатиметровой высоты. Если бы не ремни, то Лату просто размазало при падении. Её «Шах» несколько раз перевернулся, катясь по земле и наконец затих.

Девушка тряхнула головой. Перед глазами всё плыло. Изображения на обзорных дисплеях расплывались, словно она перебрала спиртного. Всё тело болело, особенно в тех местах, где ремни натянулись сильнее всего. Звуки тревожных сигналов доспеха долетали до неё приглушёнными, словно через подводную толщу.

— Л... Лата! Ответь! Ты жива?

Девушка попробовала ответить, но зашлась в кашле. Словно удар выбил из лёгких весь воздух, и они не как не хотели сделать столь нужный вдох.

— Лата!

— Я... Жива я, — наконец смогла ответить она, глядя на уцелевший обзорный дисплей.

«Дуллаханы» в сопровождении «Гренделей» приближались. Неумолимо, словно рок. Участь, которой нельзя избежать.

— Только похоже, что это ненадолго...

Динамики «Дуллахана» наполнились радостными криками, когда выстрел Лакшита наконец нашёл свою цель. Тяжёлый снаряд едва зацепил находившиеся в воздухе машины, но видимо этого было достаточно. Оба пытавшихся сбежать доспеха камнем рухнули с небес на землю.

— Отлично! Ниирав, Паранай, вперёд! Добьём их. За шейха Рустала.

— За шейха Рустала! — дружным хором отозвались его товарищи.

Неожиданная атака королевских мобильных доспехов не на шутку напугала их. Лакшит на несколько пугающих мгновений даже подумал, что они напоролись на неожиданное подкрепление для окружённых сил и быстро вызвал подмогу.

Но как оказалось, это было не нужно. Это были всего два одиноких доспеха, возможно оставшиеся от одного из отрядов королевской гвардии. Без какого-либо прикрытия. Но даже так...

Мадхуп и Навия погибли от их рук. Бросившиеся вперёд, несмотря на его приказы. Королевские пилоты были умелы и хорошо обучены. Им хватило смелости, чтобы не только не сбежать, но и серьёзно повредить несколько машин, а две полностью уничтожить. Даже «Дуллахан» с его тяжёлой бронёй проиграл королевским «Шахам».

Обе машины лежали на земле, но как минимум одна из них всё ещё слабо шевелилась.

Лакшиит уже хотел отдать приказ открыть огонь, когда кабина доспеха заполнилась тревожным визгом. На экране радара появилась стремительно приближающаяся отметка.

— Юго-восток! — закричал он, спешно разворачивая и наводя импульсное орудие. — Дистанция...

Он не успел сказать. Цифры сменяли друг друга с пугающей быстротой. Семьсот метров. Пятьсот пятьдесят. Триста...

— Огонь! Стреляйте...

Что-то врезалось в машину Ниирава. Двадцатитонный «Дуллахан» сбило с ног с такой силой, словно в него на полной скорости врезался военный бот. Упавший доспех пропахал десять метров земли, прежде чем остановится. Тёмно-багряная тень одним движение играючи вырвала всю левую руку доспеха вместе с плечевыми пластинами брони, разрывая синтетические мышцы и ломая приводы с такой лёгкостью, словно те были не прочнее дешёвого пластика.

— Что это за машина! Я никогда раньше не видел...

Испуганный голос Параная зашёлся криком, когда оторванная рука массой в четыре тонны врезалась в его доспех.

Лакшиит выстрелил, но вражеский доспех с лёгкостью уклонился. Он двигался с чудовищной, абсолютно неестественной скоростью. Всё что они видели — это размытый силуэт во вспышках прыжковых ускорителей. Вот он двумя ударами пробивает кабину одного из «Гренделей», а в следующий миг уже прикрывается мёртвым доспехом от огня товарищей погибшего пилота.

Вспыхнули ускорители и багряный доспех оказался рядом с машиной Лакшита. Высокая, на полтора метра выше, чем «Дуллахан», с хищными и резкими обводами фигура врезалась прямо в него. Пятипалая рука сжалась на голове его доспеха, сдавливая и круша оптические сенсоры. Продавливая металл с ужасающей лёгкостью. Лакшиит услышал мерзкий скрежет и экраны над ним мигнули, переключаясь на запасные сенсоры.

— Да что это за тварь!

Его «Дуллахан» отбросил щит и ударил прямо в грудь, напавший на него доспеха. Противник перехватил удар и одним движение попросту оторвал доспеху Лакшиита руку и швырнул её в сторону. Четыре с половиной тонны металла и композитов врезались в спешившего на помощь «Гренделя», сорвав часть оборудования с его корпуса.

Мощные пальцы ухватились за грудную бронепластину, за которой скрывалась пилотская кабина. Чудовищный скрежет рвущегося металла и брони заполнил кабину. Лакшиит в панике забился в своём кресле, пытаясь сделать хоть что-то.

— Нет! Нет! Стой!

Прикрывавшую кабину броню сорвало с креплений. В Нос Лакшиита ударили запахи гари и дыма, царившие на поле боя. Закованный в тёмно-багряную броню демон протянул к Лакшииту свои руки, под разносящийся над полем битвы смех. Зловещий, наполненный извращённым удовольствием хохот.

Стены кабины начали сжиматься. Дисплеи треснули и погасли, крошась на осколки. Броня сминалась, не способная противится этой ужасающей мощи. Молодой пилот забился в кресле, стараясь расстегнуть ремни, но застёжка не поддавалась. Материалы вокруг него деформировались, сжимаясь всё сильнее и сильнее. А прямо перед ним горели алым огнём глаза чудовища.

Демона.

Превратившаяся в смертельную ловушку кабина сжалась ещё сильнее, сдавив его тело. Густая, перемешанная с маслом из разбитых приводов и топливом повреждённых ускорителей кровь из раздавленного тела потекла по металлу...

05 часов 7 минут

Восемь отметок хашмитских доспехов пропали с экрана один за другим. Леон нахмурился и проверил тактическую развёртку.

— Какого чёрта там происходит, — пробормотал он, когда ни один из пропавших «союзников» не отозвался на командные запросы его машины.

— Райнхард, что у тебя по одиннадцатому квадрату?

— Ты тоже заметил, — сразу же отозвался здоровяк. — Похоже, что один из королевских отрядов всё же добрался сюда.

— Чёртовы придурки, не смогли раздавить всего пару изолированных отрядов, — Леон раздражённо вздохнул. — Подожди секунду, я свяжусь с Абалом. Перемести пока беспилотник в тот квадрат.

Леон коснулся пальцами дисплея, переключая канал.

— Абал? Ответь. Это Леон. Абал?!

В ответ была лишь тишина. Леон быстро глянул на карту. Доспехи фанатиков Рустала собирались для новой атаки на позиции оборонявшегося одиннадцатого полка. Отметка командной машины горела позади атакующих сил зелёным цветом. Значит он был в порядке.

— Абал мать твою! Немедленно ответь.

— Что тебе нужно, аджанби. Мы почти победили...

— Слушай сюда победитель! Вы только что потеряли полный взвод на правом фланге. Посмотри на карту, твердолобый ты идиот!

— Я...

— Леон.

— Не сейчас, Райнхард, — огрызнулся рейнский пилот. — Абал, похоже что один из отрядов королевских доспехов добрался сюда. Вам следует...

Канал щёлкнул помехами и замолчал. Леон ещё несколько секунд смотрел на электронную табличку, говорящую о прерванном соединение, и не способный поверить в то, что только что произошло.

— Этот ублюдок отключил меня. Просто поверить не могу...

— Леон!

— Райнхард, эта безмозглая сволочь только что обрубила канал. Нет ну ты...

— Это не отряд.

С тактической карты исчезли ещё несколько контактов. Леон открыл канал передачи данных с дрона. Картинка моментально сфокусировалась, и он увидел остовы горящих доспехов, разбросанные по земле.

— Что за чертовщина.

Нет, он ошибся. Не все доспехи были уничтожены. Одна машина стояла посреди всего этого хаоса. Системы распознавания выделили фигуру, но моментально загорелись красным, не способные опознать тип доспеха.

— Ты когда нибудь видел, нечто подобное? Это точно не «Шах» или «Ракшасс». Впервые вижу такую модель.

— Я тоже дружище. Что будем дел... Эй! Вот же быстрый мерзавец.

Картинка с дрона резко прервалась. Леон отмотал запись на семь секунд назад. Незнакомый ему доспех повернул голову в сторону беспилотника. А затем просто прыгнул. Ускорители подняли машину в небо с невероятной быстротой. Последнее, что увидел на записи Леон, это попавшую в кадр руку, готовую сомкнуться на дроне.

— К чёрту, — Леон быстро принял решение.

Его пальцы коснулись панели связи.

— Леон? — практически сразу же раздался в динамиках голос Вольфганга. — Что у вас?

— Непредвиденные обстоятельства, капитан. Похоже у Сульфарцев оказалось несколько джокеров в колоде. Я пересылаю вам данные наблюдения.

Прошло около тридцати секунд, прежде чем капитан вновь ответил.

— Никогда раньше не видел подобной машины, — прозвучал его озадаченный голос...

Его голос прервали тревожные сигналы. Ещё несколько отметок хашмитских доспехов пропали с тактического экрана.

— Прошу разрешения вступить в бой, сэр.

— Разрешаю, — моментально ответил Вольфганг. — Постарайтесь захватить этот доспех или уничтожить. Но не рискуйте понапрасну. Я получил новые данные от «Свидетеля». На базе «Корнад» начались приготовления к развёртыванию. Скорее всего они собираются перебросить технику оттуда к столице.

— Поняли, капитан.

— Леон, — вновь заговорил голос Альфреда. — Плевать на протокол. Окажите всю необходимую поддержку хашмитам. Нужно разобраться с одиннадцатым полком здесь и сейчас.

«Пока эти идиоты сами всё не загубили» — подумал рейнский пилот. Губы Леона растянулись в улыбке.

— Поняли, капитан. Сделаем всё в лучшем виде.

Наконец-то. Леон был рад тому, что у него наконец были развязаны руки. Все его инстинкты. Воспитанные годами тренировок рефлексы. Сама его сущность требовала, чтобы он бросился в бой. Но вместо этого, им приходилось просто наблюдать за тем, как сражаются другие. Смотреть и осознавать, что «они» всё сделали бы гораздо лучше. Чище. Быстрее. Они были профессионалами. Настоящими воинами, в отличии от тех фанатичных мальчишек и девчонок, которых они обучали почти полгода.

«Свидетель» — было кодовым именем Каспара. Оперативный агент службы внешней разведки, а теперь и руководитель сульфарской части операции «Барьерный риф» был тем ещё мудаком. Естественно, с точки зрения Леона. На его скромный взгляд, каждый из представителей этой братии «плаща и кинжала», был форменным кретином, мнящим себя гениальным кукловодом. И, как и все кукловоды, они ненавидят, когда кто-то вмешивается в стройный танец нитей, которыми они управляют.

Капитан Вольфганг дважды предлагал провести атаку на базу «Корнад», но Каспар дважды отверг эту идею, аргументировав это тем, что стремительное нападение и последующее за ним падение столицы и королевской власти, будет более чем достаточно для того, чтобы установить порядок. Ему то всего и нужно было, усадить на вершину холма этого безумца Рустала. Тогда Каспар из серой мыши моментально превратится в дипломатического представителя Протектората.

Его «Шварц» движением руки сорвал с себя маскировочную сеть. В активном бою она будет лишь мешать. Рядом с ним зашевелился более массивный «Бакхауф» напарника.

— Райнхард? Ты следишь за ним?

— В процессе. Перемещаю беспилотники. Пришлось поднять дроны выше. Он движется на юго-юго-запад к третьему квадрату.

Ракетные установки — моментально подумал Леон. Именно там находились передвижные комплексы РСЗО ближнего действия, которые сейчас обстреливали позиции королевских сил.

— Босс развязал нам руки. Приказ захватить или уничтожить эту машину.

Райнхард весело рассмеялся.

— Отлично, потому что я уже засиделся на одном месте.

Вимал последний раз ударил по бронированной панели, но та даже и не думала открываться. Люк кабины никак не хотел поддаваться. Видимо повреждения в бою и последующее падение привело к тому, что автоматика отказывалась работать. А может просто падение повредило целостность структуры доспеха и люк попросту заклинило.

Эранди устало рухнул обратно на боковую стену кабины, которая сейчас была для него полом. «Шах» неподвижно лежал на земле, на боку, не способный двинуться. Машина была практически мертва. Большая часть всего внешнего сенсорного оборудования пришла в полную негодность. Лишь один из запасных оптических сенсоров передавал нечёткую, искажённую помехами картинку поросшей редкой травой каменистой почвы, на которой лежала машина.

— Лата? — позвал он.

Ответа не было. В динамиках был лишь треск и тишина в канале.

— Лата!

— Тут я. Не ори, — раздался прерываемый помехами искажённый голос девушки.

— Я не могу выбраться. Люк заклинило, — Вимал ударил кулаком по внутренней мягкой обшивке. — Что у тебя?

— Подожди секундочку... Системы в холодной перезагрузке.

Эранди вздохнул и заставил себя успокоиться. Это было не так-то и просто. Десять минут назад, он уже был готов умереть. Искорёженная сначала вражеским огнём, а затем и падением машина была теперь мертва. Почти все системы горели зловещим красным светом. Дальняя связь не работала, как и система лазерной связи, ввиду того, что все находившееся на корпусе передатчики просто перемололо в результате падения. Они даже не понимали, что именно произошло. Просто они всё ещё были живы и их почему-то не добили.

А теперь, он ещё и не мог выбраться. Так что оставалось только сидеть и ждать. Наконец, через несколько минут Вимал вновь услышал голос Латы.

— Так, вроде норм. Системы запустились и прошли проверку.

— Можешь двигаться?

— Сейчас проверю... Да! — в голосе напарницы слышалась неприкрытая радость. — Да, Вим, всё в порядке. Подожди немного.

Вимал с облегчением вздохнул. С помощью доспеха Лата сможет освободить его и...

— Так, Вим держись там.

Резкий толчок накренил машину, а вместе с ней и сидящего, точнее учитывая положение доспеха лежащего Вимала. Парень довольно ощутимо приложился лицом о боковую, покрытую мониторами внешнего обзора панель, не успев вовремя подставить руки.

— Эй! Надо предупреждать!

— Я и предупредила. Подожди, я сейчас вскрою кабину.

Раздался омерзительный и оглушительный скрежет. Поверхность люка сначала сжалась, сопротивляясь, а затем её сорвало с заклинивших креплений. «Шах» Латы просто выбросил искорёженный люк в сторону. В кабину тут же хлынул свежий ночной воздух, резко контрастируя со спёртой духотой, царившей внутри доспеха. Ухватившись за специальные скобы, Вимал выбрался наружу, встал на ноги прямо на броне доспеха и огляделся. Рядом стоял «Шах» Латы. Корпус машины был покрыт следами боя. Царапины и подпалины тянулись по корпусу. Сероватая, песочно-золотистая краска облупилась и покрылась гарью. А затем Вимал посмотрел туда, где ещё совсем недавно шло их сражение.

— Охренеть...

— Заметил да?

Громкий голос девушки шёл от внешних динамиков доспеха и разнёсся в воздухе. Землю усеивали остовы уничтоженных доспехов. Искорёженные тела «Дуллаханов» и «Гренделей» валялись на земле, словно разбросанные ребёнком куклы. У многих не хватало конечностей. Были оторваны головы и модули сенсорного оборудования. Один из «Дуллаханов» по-прежнему стоял на ногах, со вскрытой и сдавленной грудной частью.

— Какого дьявола здесь произошло? — только и смог спросить Эранди, ошарашенно глядя на место бойни.

— Понятия не имею, — вновь ответила через внешние динамики Лата.

Её доспех развернулся, двигаясь неуклюже и немного дёргано, и повернулся к Вималу спиной, опускаясь на одно колено. Раздалось шипение и на спине открылся скрытый за бронепластиной люк пилотской кабины.

— Вим, залезай и пошли отсюда.

— Сейчас!

Он скользнул обратно внутрь лежащего на боку доспеха, придерживаясь рукой за кресло. Коснувшись одной из панелей, Вимал быстро ввёл короткий, четырёхзначный код, после чего настроил таймер. Пяти минут будет достаточно. Вимал не собирался рисковать и оставлять машину на поле боя. Если полку придётся отступить, инженерные бригады не смогу забрать раненый доспех, а значит, что он может с высокой долей вероятности достаться их противнику. Может быть, это было лишней тратой времени, так как эти ублюдки и так уже возможно всё знали, но устав и инструкции — это устав и инструкции. Закончив, он вновь выбрался наружу.

— Эй! Вим, тебя долго ждать?

Его не нужно было долго упрашивать. Ухватившись за край люка, Эранди подтянулся и забрался внутрь. Кабина «Шаха» была рассчитана на одного человека, но всё же, если постараться, можно было потеснившись поместится и вдвоём. Вимал, кое как примостился за креслом Латы. Он сразу заметил, как внутри было жарко и душно. А ещё пахло кислым запахом пота и страха.

Девушка расстегнула верхнюю часть пилотского комбинезона и сбросила её, оставшись только в насквозь промокшей майке. Шлем лежал у неё на коленях, а растрепанные, слипшиеся от пота каштановые волосы она заплела резинкой в хвост, чтобы не мешали. После падения система кондиционирования воздуха сбоила, и температура в кабине была как в сауне.

Лата скользнула пальцами по клавишам и люк с шипением встал на место. Несмотря на все проблемы, она была не настолько глупа, чтобы перемещаться с открытой кабиной. Жару можно было и потерпеть. Качнувшись, доспех двинулся и пошел в ту сторону, откуда они пришли.

— Надеюсь, что нам никто не попадётся на пути. Мой малыш сейчас явно не боец...

05 часов 14 минут

Оперативный штаб базы «Багран»

— Генерал!

Оджас поднял голову, оторвав взгляд от голографической карты.

— Мы смогли установить связь с одиннадцатым полком, — отрывисто произнёс связист.

— Они больше нас не глушат? — удивлённо спросил Оджас, подходя к секции связи.

— Нет, сэр. Эфир по-прежнему полон электронного мусора, но мощность глушения упала.

— Соедините меня с ними.

— Секундочку, сэр... Готово!

На появившемся в воздухе голографическом дисплее появилось окно видео связи.

— Полковник Рачапалли...

Оджас прервался, так как появившейся на экране офицер был совершенно не похож на полковника.

— Майор Сабах, генерал. Полковник погиб во время последней атаки вместе со своим штабом. Я принял командование на себя.

— Майор, какова ситуация?

— У нас тяжёлые потери в технике и людях, но мы держимся. Несколько минут назад сила глушения упала и смогли установить связь с некоторыми подразделениями в Ландширском поясе. Сейчас силы полка закрепились на границе Катак-Репала и мы пока держимся. У нас почти не осталось беспилотников для разведки, но те что есть, передают довольно паршивую картину, генерал. Хашмиты собирают технику для атаки в нескольких километрах к северо-западу от нас. Мобильные доспехи вместе с бронетехникой.

Картинка дёрнулась и пошла рябью. За спиной майора в воздух взметнулся огромный столб пламени, на мгновение превратив ночь в день.

— Майор, немедленно отступайте к базе «Багран».

— Генерал, у нас очень много раненых и недостаточно средств для их эвакуации. Если мы начнём отступление прямо сейчас, то нам придётся бросить их и...

— Я понимаю, майор, но боюсь другого выхода нет...

Полевой штаб одиннадцатого полка

05 часов 15 минут

— Я понимаю, майор, но боюсь другого выхода нет...

Пальцы Сабаха сжали поверхность терминала.

— Генерал, нам нужна поддержка с воздуха. Отправьте к нам транспорты, чтобы забрать раненых. Да и гражданские всё ещё остаются в городе. После их эвакуации, мы сможем отступить к столице но для этого...

В открытый люк командной машины ворвался невысокий и молодой офицер с нашивками капитана.

— Сэр, на связь только что вышел Санкар — 6«. Они просили соединить их с вами.

Сабах на несколько секунд замер, когда его слух ухватился за знакомое название. А затем он вспомнил. Это был позывной отряда, с которым им удалось установить связь час назад. Рачапалли приказал им попытаться уничтожить ракетные пусковые...

Чёртов кретин.

Этот безмозглый идиот завёл весь полк в ловушку и вместо того, чтобы сразу же отступить, когда у него был шанс, дожидался приказов с базы «Багран», не способный сам принять решение. Теперь же, Одиннадцатый полк застрял на подступах к Катак-Репалу. Небольшой город с населением в двадцать тысяч человек, расположенный на ландширских равнинах едва ли, мог привлечь к себе внимание хашмитских выродков, целью которых очевидно была столица. Им просто не было никакого смысла нападать на город, не представляющий для них опасности либо же стратегического интереса.

Но всё это было уже в прошлом. Почти вся северная и западная часть города превратилась в руины под бесконечным обстрелом. Силы Сабаха постепенно оттесняли.

Чёртов Рачапалли. Сабах ненавидел его и ему подобных. Отпрысков аристократических семейств сульфара, которые пропихнули членов своих семей на высокие посты в недавно созданную королевскую армию. И вот этот вот идиот, стоически дожидался приказов, которые они не могли получить из-за отсутствия связи. А принять решение самому и проявить хоть какую-то инициативу ему не хватало смелости. Теперь же, когда этот бесхребетный идиот подох вместе со всем своим штабом во время последнего обстрела и командование перешло к Сабаху, это уже не имело никакого значения. У них было слишком много раненых, чтобы быстро и организованно отступить, а сам город превратился в поле битвы.

Когда Рачапалли приказал «Санкару» отправится на поиски пусковых, Сабах почти готов был возразить. Но не сделал этого. Даже несмотря на то, в какой ситуации находились эти ребята. Приказы не обсуждаются. В армии нет месту демократии. В независимости от того, какого мнения был Сабах о своём командире, Рачапалли по-прежнему оставался его командиром. Поэтому ему пришлось отдать приказ, который, как он был уверен, отправил на бессмысленную смерть ещё две человеческие жизни. Каплю в море тех, что прервались сегодня.

Но похоже, что хоть кому-то в этот раз улыбнулась удача.

— Генерал, подождите секунду, — Сабах повернулся к офицеру. — Что с ними?

— Они в трёх с половиной километрах от нас, вот здесь. — Капитан протянул майору планшет с картой и уже отмеченной позицией, с которой выходил на связь «Санкар — 6».

— Коды связи совпадают?

Сабах, устало потёр глаза и вернул планшет обратно. Первая же его мысль была о том, что противник каким-то образом смог захватить один или оба королевских доспеха...

— Да, майор. Все коды совпадают. Это наши доспехи.

— Ладно, передайте им маршрут к нашей позиции и пускай...

— Майор, они сообщают о том, что почти весь правый фланг пуст.

Капитан быстро передал сообщение пилота по имени Лата Сингх и кратко рассказал о коротком сражении, в котором ей и её напарнику довелось участвовать.

— Это проверенная информация? — Сабах почувствовал, как его тело пробрала лёгкая дрожь. Это известие было словно глоток свежего воздуха для переполненного адреналином и усталостью тела.

Капитан замялся.

— Я не знаю, сэр. Всё что у нас есть, это их доклад и больше ничего. Мы можем поднять оставшиеся беспилотники в воздух для того, чтобы проверить.

— Выполняйте. Немедленно!

Капитан что-то сказал, подтверждая приказ, но майор его не слушал. Если сказанное правда, то получается, что...

Он резко развернулся к экрану.

— Генерал Оджас, сэр, похоже ситуация только что изменилась...

05 часов 36 минут

Короткий импульс ускорителей бросил «Шерхана» вперёд и в сторону. Доспех играючи уклонился от двух выстрелов и моментально сблизился со своими противниками.

Невероятная подвижность и манёвренность этой машины были устрашающими. Ужасающими для её противников.

Сжатая в кулак рука ударила попытавшийся отступить «Дуллахан» точно в голову, круша основной комплекс сенсоров. Второй рукой «Шерхан» отбил в сторону руку с тяжёлой импульсной пушкой и перехватив угловатое запястье, попросту раздавил его. Орудие с грохотом упало на землю, а багряный доспех не собирался останавливаться.

Одно движение и он прикрывается «Дуллаханом» от огня его товарищей. Чудовищная перегрузка вжала тело Али в кресло, когда ускорители швырнули доспех и его жертву в сторону противников. Вынесенные на левое и правое бедро панели маневровых двигателей развернулись и сразу же включились на максимальную мощность, гася импульс движения «Шерхана» и унося его в сторону. «Дуллахан» пролетел ещё сорок метров и врезался в другой доспех, попытавшийся поймать машину Сарчеса в прицел.

Система вывела на экран сообщение о перегреве двигателей, но Али его просто проигнорировал. Он знал эту машину. Знал, на что она способна. Это был далеко не предел для неё.

Рывок в сторону. Оттолкнутся от земли и сократить дистанцию. Заблокировать удар щитом. Оторвать противнику руку с оружием. Ударом правой руки проломить броню и раздавить кабину пилота и в то же время перехватить щит и закрыться им от урагана стрельбы, который обрушился на него в тот же миг. Всё это сливалось в одну стремительную полосу бесконечного движения. Размазывалось в восприятии пилота. Ему казалось, что он не управляет доспехом. Лишь направляет его к очередной жертве.

Этот зверь жаждал крови с момента создания. Он не раз говорил это старику. И сегодня зверь получит то, что заслужил.

«Шерхан» бросился вперёд, прикрывшись тяжёлым баллистическим щитом и врезался в один из пытающихся отступить доспехов. Противник выбросил вперёд левую руку. Метровый длины виброклинок прошёл рядом с левым плечом «Шерхана», едва не задев его. Доспех пригнулся, уходя от удара, а затем одним движение вырвал противнику руку. Броня. Приводы подвижности. Синтетические мышечные волокна. Они сопротивлялись, но не могли устоять перед той этой силой.

Али быстро добил искалеченный доспех и тот с грохотом рухнул на землю. За их спиной догорали остатки взорвавшихся передвижных пусковых установок, которые обломками валялись на земле.

«Шерхан» стоял один, посреди поля боя, которому лучше подошло бы определение бойни.

Системы доспеха в очередной раз вывели на дисплей предупреждения. Но в этот раз искусственный интеллект был куда настойчивее. И на то была веская причина.

«Перегрев реактора».

Раздражённо цокнув языком, пилот пробежал пальцами по панели. На груди и спине открылись бронированные щитки, прогоняя прохладный ночной воздух, через систему охлаждения. Решение не самое хорошее, но единственно возможное в текущей ситуации.

В кабине было жарко. Очень. Старик со своими смышлёнышами так и не смог до конца справиться с проблемой отвода лишнего тепла...

Визг предупреждающих сигналов словно нож вспорол перегретый воздух в кабине. Расположенные в нижней части два ускорительных блока развернулись и мощный импульс их двигателей отбросил машину назад. Туда где она была всего секунд назад ударил снаряд, подняв в воздух тучи грязи и пыли, оставив в земле глубокую воронку.

Два матово-чёрных мобильных доспеха рухнули с небес на землю, замедлив падение импульсами прыжковых ускорителей.

Глава 4

05 часов 39 минут

— Всё готово к атаке, наиб. Последние наши отряды подойдут к точке сбора через пятнадцать — двадцать минут. Нам потребуется немного времени для того, чтобы заменить на их машинах блоки накопители, а затем, мы можем выступать.

Абал улыбнулся, услышав это обращение. Каждый раз, когда он слышал его, его охватывала гордость. Удовольствие от достигнутого было подобно вкусу вина на языке. На древнем диалекте его предков оно означало «наместник» или же, в более редких случаях, «заместитель». И именно им он и был. Наместником армии и заместителем самого шейха Рустала на поле боя. Он был продолжением его воли и каждое напоминание об этом ласкало его слух и гордость.

— Им не стоило оставаться в Ландшире, — удовлетворенно кивнул Абал. — Заняв город, королевские собаки сами себя загнали в ловушку....

— Да, наиб. Но это не всё.

— Что-то ещё?

— Да. Наши друзья в «Багнаре» докладывают о том, что их командование хочет прислать сюда воздушные транспорты для эвакуации полка.

Командир хашмитов удивился. Переданная им их «союзниками» зенитная артиллерия прекрасно справлялась с вялыми попытками королевской армии оказать своим людям поддержку с воздуха. Все подобные действия жёстко пресекались. Вокруг города уже лежало несколько догорающих остовов десантных ботов. Даже эти грозные птички не смогли тягаться с современными комплексами ПВО. Они же помогали в большинстве своём избавиться от беспилотных платформ для разведки и связи, лишив их врага глаз и голоса.

— А что с городом?

— Пока непонятно. Похоже, что все их мобильные доспехи отступили к дальней части Репала. Видимо, они собираются защищать перерабатывающие заводы и сделать их точкой для сбора своих раненых и эвакуации. По крайней мере мне так кажется.

Абал кивнул, соглашаясь с ним и открутил крышку у пластиковой фляги. Он сделал несколько жадных глотков чистой, а главное божественно холодной воды. За его спиной стояли тридцать девять мобильных доспехов, укрытые в седловине ущелья на краю равнины. В данный момент остальные его силы обстреливали Катак-Репал из дальнобойных орудий, не давая засевшему в городе противнику расслабиться. Королевские силы отступили к городу, позволив взять себя в кольцо и окружить. Как только с одиннадцатым полком будет покончено, его силы и подоспевшие подкрепления двинутся на столицу. Уже через сутки, Сульфар будет принадлежать шейху Русталу, а королевская семья будет мертва. Всё будет так, как и должно было быть с самого начала.

Абал развернулся к невысокому юноше в пилотском комбинезоне. Тот стоял у входа в командный транспорт, в ожидании, когда же на него наконец обратят внимание.

— Замечательно, Хасул, просто замечательно. Передай всем, что мы начинаем атаку на город через сорок минут, когда подготовят и перезарядят машины наших товарищей.

— Да, наиб, как будет тебе угодно.

Абал уже собирался выйти из транспорта, чтобы занять место в своём доспехе, когда его окликнул другой голос. Голос, при звуках которого он испытывал раздражение с лёгкими нотками презрения.

— Абал, прошу тебя одумайся. У нас слишком мало сил, чтобы штурмовать их прямо в лоб...

— У нас более чем достаточно сил, Имир, — прервал его Абал и повторил с железной твёрдостью в голосе. — Более чем достаточно.

— Но меня беспокоит наш правый фланг. Некоторые подразделения не отвечают. Мы уже потеряли часть глушителей частот, а один из отрядов не отвечает. И я не могу связаться с нашими учителями...

— Аджанби меня не волнуют. Пусть делают что хотят, лишь бы нам не мешали. Это наше дело. Дело Сульфара. И мы решим всё своими собственными руками, Имир. Как было задумано и без чужой помощи.

— Абал, прошу тебя, — молодой человек перед ним вскочил на ноги. — Одумайся! Наши первоначальные планы уже нарушены! Мы застряли здесь, сражаясь с королевской армией, хотя должны были уже подходить к столице! У нас должен был быть численный перевес и внезапность. Но вместо этого, мы застряли в Ландшире! Если так продолжится, то мы потеряем контроль над ситуацией. Ты что не понимаешь?!

— И что ты предлагаешь Имир? Отступить?

— Да, Абал. Именно это и нужно сделать. Отступить к Синангару и дождаться, когда сюда прибудут корабли наших учителей. С их помощью мы сможем завершить задуманное. Ведь именно таким был первоначальный план!

Наиб очень хотел ответить. Ответить резко. Грубо. Но затем пришло понимание. Имир просто не знал. Не ведал. И от того был не способен собрать картинку воедино и взглянуть на неё со всех сторон.

Через четыре дня сюда должны были прибыть корабли. Военный флот тех, кто в действительности несли ответственность за происходящее. Тех, кто сделали это возможным. Эта правда была известна лишь самому шейху Русталу и самым приближённым к нему людям. Лишь единицам. Адал был одним из них. Но правда была такова, что без чужой помощи, они никогда бы не смогли сделать то, что теперь стало возможным. Мобильные доспехи. Техника. Вооружение. Специалисты, которые их обучали. Всё это бралось не с потолка и у всего была своя цена, которую им пришлось бы заплатить. Цена, которую шейх Рустал платить совершенно не хотел. И не собирался.

В этом была одна из причин того, почему они выступили раньше времени.

Это было тяжёлое бремя, которое их лидер взвалил на свои плечи.

Абал прекрасно понимал о чём ему говорит его друг. Они действительно застряли здесь. Он мог бы сколько угодно говорить иначе, но правда была такова.

— Имир. Что сделано — то сделано. Сейчас, наша главная цель — это разбить королевские войска здесь и сейчас. Я понимаю о чём ты говоришь, но...

— Нет!

Имир резко оборвал его.

— Нет! — Вновь повторил он, распаляемый своими чувствами. — Мы слишком поспешили. Вместо того, чтобы уже быть в столице, ты и твои люди превратили всё это в битву на истощение! Ты допустил то, чего допускать был не в праве!

— Шейх Рустал...

— Рустал тоже ошибается! — Имир взмахнул рукой в сторону освещённого вспышками пожаров Катак-Репала. — Взгляни на это!

— Имир, тебе лучше замолчать, — почти прошипел Абал. — Ты не видишь все картины.

— Того что я вижу, мне достаточно, — огрызнулся тот в ответ и в его голосе явственно послышался страх.

Даже сейчас, когда Абал намекнул ему, Имир не оставлял своих попыток. И это раздражало. Как он смеет перечить ему? Тому, кого Рустал сделал своим наместником на поле боя. Абал почувствовал, как внутри него закипает гнев. Словно огненная волна, он поднимался внутри него. Имир ничего не успел понять, как вдруг, кулак Абала впечатал его в стену командного транспорта. А затем ещё раз. И ещё. Абал избивал упавшего на пол человека, пока тот пытался прикрываться руками от обрушившегося на него града ударов. После очередного удара ногой по голове, Имир обмяк и рухнул на пол без единого движения. Лишь заливавшая лицо кровь пузырилась у носа в такт прерывистому дыханию.

Внутрь транспорта вбежало несколько человек. Их руки сжимали в руках винтовки, а лица напряжены и встревожены. Они замерли, увидев одного из своих командиров, съёжившегося на полу и стоявшего над ним Абала. На его руках хорошо были видны ободранные костяшки пальцев.

Стряхнув кровь с пальцев, Абал пошёл прямо к выходу.

— Уберите это ничтожество с глаз моих, — прорычал он, едва сдерживая себя, чтобы не приказать добить этого труса прямо здесь.

Он прошел через маленький, полевой лагерь прямо к своей машине. Двадцати семитонный «Дуллахан» МК3 стоял, дожидаясь своего хозяина. Его угловатая и грозная фигура была обвешана дополнительными модулями брони и тяжёлым вооружением. От крышки люка пилотской кабины к самой земле тянулся трос в палец толщиной с небольшой перекладиной для ноги. Абал дёрнул трос и механизм быстро поднял его наверх.

Быстро заняв пилотское кресло, наиб закрыл кабину и активировал системы запуска доспеха. Ожила система связи и управления боем, электронной паутиной связывая командирский доспех с остальными машинами. На включившихся дисплеях загорелась панорама горящего в нескольких километрах Катак-Репала.

— Наиб? — произнёс голос его заместителя, когда Абал открыл шифрованный канал связи.

— Выступаем через сорок минут.

05 часов 42 минуты

— Вот ведь, быстрый ублюдок, — проворчал Леон, посылая к противнику ещё несколько выстрелов из своей длинноствольной импульсной винтовки. — Райнхард, обходи эту шваль. Я загоню его прямо на тебя!

И он тут же подтвердил свои слова, вновь открыв огонь. Их противник, Багряный доспех, вспыхнул ускорителями и увернулся от выстрелов. Дистанция была всего ничего. Каких-то жалких девятьсот метров. Но этот гад словно предугадывал все его движения. Каждый его выстрел, который должен был поразить настырную машину, уходил в молоко.

«Бакхауф» Райнхарда открыл ураганный огонь. Два тяжёлых роторника в руках его доспеха залили пространство огнём и металлом, выпуская сорокамиллиметровые снаряды. Две рейнские машины усыпали равнину разогнанным до сверхзвуковой скорости вольфрамом. Хлопнули крышки пусковых контейнеров и к цели устремилось пол дюжины ракет ближнего радиуса действия. Оставляя за собой дымные следы в ночном воздухе, они покрыли всё пространство перед доспехом разрывами, на краткое мгновение превратив ночь в день. Огонь от их разрывов взметнулся к небу, но их противнику вновь удалось увернуться.

— Грёбаный ублюдок, — услышал Леон азартное ворчание Райнхарда. — Да как он только может двигаться с таким ускорением?

Леон не ответил, слишком занятый захватам вертлявой машины в прицел. Рамка на миг загорелась изумрудно зелёным, и он нажал на триггер. Трёхметровая винтовка в руках доспеха вздрогнула вновь, выбрасывая в воздух очередную зарядную гильзу.

Это оружие обладало слишком большим расходом энергии, чтобы запитывать его от накопителей самого «Шварца». По этой причине в нём использовались боеприпасы с уже установленными на них зарядными накопителями, что гарантировало максимальную энергоэффективность оружия вне зависимости от состояния батарей самого доспеха.

Разогнанный до скорости двух махов сорокамиллиметровая вольфрамовая болванка раскалённой иглой вспорола землю, пройдя всего в считанных сантиметрах от багряной брони.

— Дьявол! Да кто он такой! — Леон врубил ускорители поднимая машину в воздух и вновь меняя позицию. — И что это за доспех?

— Понятия не имею дружище, но я точно хочу себе такой же. Леон, попробуем...

— Райнхард!

Их противник внезапно перестал лишь уклоняться от боя и бросился вперёд. Прямо к «Бакхауфу» Райнхарда. Разделявшие их триста метров, он преодолел всего за пару секунд. Вспышка ускорителей развернула багрянца прямо в полёте. «Шерхан» врезался в рейнский доспех, безжалостно впечатав того в землю с оглушительным грохотом.

Райнхарда тряхнуло в кресле с такой силой, что если бы не прижимающие к креслу ремни, его бы попросту размазало по кабине. «Бакхауф» едва успел защититься от обрушившихся на его машину ударов. Казалось, что у их противника не было совершенно никакого оружия. Он попросту избивал своего противника голыми руками и каждый удар сотрясал машину. В сторону отлетел смятый и искорёженный одним из ударов роторник. На броне «Бакхауфа» появились вмятины. Металлокерамический сэндвич, из которого была изготовлена броня доспеха, не выдерживал подобного натиска.

Вдруг атаковавшая его машина дёрнулась, а в следующим миг сенсоры ослепила вспышка сработавших ускорителей. Будто невидимая сила сорвала его противника с места и отбросила в сторону, а в том месте, где он находился, прошла трасса перекрученного воздуха. Вольфрамовая болванка словно игла вспорола воздух, а затем и землю.

«Шварц» Леона опустился на землю в сотне метров от напарника, ведя непрерывный огонь. Его длинноствольная винтовка плевалась ускоренным вольфрамом, делая по два выстрела в секунду. Максимальная скорострельность, с учётом пониженной силы заряда разгонных катушек. Снаряды чертили в воздухе трассы перекрученого и разогретого проходящими через него болванками воздуха. Каждый выстрел сопровождался оглушительным хлопком звукового удара. Зарядные гильзы градом сыпались на землю. В дополнение к ним подключились десятимиллиметровые пулемёты, установленные по бокам от головы «Шварца», используемые для борьбы с пехотой.

Но всё было бесполезно. Их противник просто не давал им достать себя.

— Райнхард?!

— Я в порядке, Леон. Эта мразь дьявольски быстрая. Зря я к нему сунулся.

«Бакхауф» тяжело поднялся на ноги и присоединился к напарнику. Оставшийся у него роторник взвыл диким гулом, засыпая пространство снарядами.

— Райнхард, схема боя «Д3». Не суйся к нему в ближний. Работаем на средней и если потребуется, то на дальней дистанции. Если попробует сбежать, то я им займусь.

— Значит, возьмём измором?

— Хотелось бы. Босс сказал при возможности захватишь машину.

«Перегрев реактора — немедленно требуется охлаждение!!!»

Назойливое предупреждение мигало на экране, раздражая одним своим присутствием. «Шерхан» увернулся ещё от двух выстрелов, прыгнул назад, туда, где валялись остатки уже уничтоженного им отряда хашмитских мобильных доспехов. Правая руках подхватила лежащий на земле трёхметровый баллистический щит, едва успев прикрыться им от назойливого стрелка.

«Перегрев реактора — немедленно требуется охлаждение!!!»

Али выругался, бросая машину в сторону, одновременно с этим швырнув бесполезный и покрывшийся несколькими пробоинами щит в здоровяка. Две с половинной тонны брони вращаясь в воздухе снесли на своём пути пару мелких деревьев и едва не угодили в более крупный доспех. Но тот каким-то непостижимым образом успел всё же увернуться, разминувшись с летящим ему в грудь щитом в последний момент.

А эти ребятки хороши, — в очередной раз подумал Али, вновь пуская машину в причудливый танец. Они были на несколько порядков лучше тех жалких ничтожеств, которые встречались ему до этого. Лишь по одним их движениям, было видно. Они профессионалы. Эти люди прекрасно знали свои доспехи. Их сильные и слабые стороны и компенсировали их командой работой. Вот и сейчас, более тяжело бронированный доспех пошёл в атаку, оставив более манёвренную и лёгкую машину прикрывать его издали.

Вой ускорителей не смолкал ни на мгновенье. Перегрузки одна за другой беспрерывно вдавливали пилота в кресло. Сарчес чувствовал боль во всём теле и капли крови, стекающие из носа на подбородок. Последствия маневрирования на такой скорости. Мигающее предупреждение вновь наполнило кабину воем. Машина перегревалась. И у пилота не было никакой возможности охладить её. Стоит ему хотя бы на мгновенье замедлиться, как мелкий мерзавец просто изрешетит его доспех.

От таких снарядов не спасёт никакая броня.

Трюк со щитом выиграл ему несколько секунд, но не более. Более крупный противник увернулся от внезапной атаки, чего Али совершенно не ожидал, и практически сразу же вернулся на атакующий курс. Несколько раз Али вздрагивал, слыша скрежет и удары скользящих по броне попаданий. Лишь царапины — ничего более. Но с этого всё начинается.

Очередная вспышка ускорителей бросает доспех в сторону. Прыжок в воздух сопровождается рёвом ускорителей и визгом систем, предупреждающих о перегреве. Температура в кабине продолжает повышаться. Ещё несколько минут такой бешеной гонки и внутри будет невозможно находиться.

Покрытое потом лицо Али скривилось от отвращения. Придётся отступить.

Осталось лишь найти способ сделать это.

«Шерхан» быстро разорвал дистанцию, одновременно с этим увернувшись от нового потока выстрелов. С тяжёлым доспехом он бы справился за считанные минуты. Более крупная машина была приспособлена в первую очередь под ведение боя на средней дистанции. На это хорошо намекало её вооружение. Быстрая схватка хорошо показала, что он не очень хорош в ближнем бою. И было похоже, что вражеский пилот прекрасно это понимал. Так, первая его атака — она была проверкой. Испытанием, чтобы посмотреть на что способен их новый противник. И как только эти ребята поняли, насколько мог быть опасен «Шерхан» в ближнем бою, больше в него не совались, строго держа выверенную дистанцию.

При этом у Али не было совершенно никакого оружия. Лишь его собственный доспех и всё. И пока что, этого было достаточно с головой. На тот мусор что встречался ему раньше ему бы более и не потребовалось. Но сейчас, он был бы не против иметь возможность поработать на дистанции. Простое бегство тоже не было выходом из ситуации. Здоровяк не сможет ему помешать, а вот второй доспех, судя по всему, был заточен именно под дальний бой. Ландширская равнина давала слишком мало возможностей для укрытия, а броня «Шерхана» не выдержит попаданий из этого огромного ускорителя.

Поэтому основной целью должен был стать именно он. Уничтожить или же вывести из строя. Лишить возможности ведения боя на дальней дистанции.

Али прошёлся глазами по полю боя, цепляясь взглядом за разбитые остовы уничтоженных им же доспехов. Новый импульс ускорителей позволил избежать попаданий и отбросил «Шерхана» в сторону разбитых им комплексов РСЗО ближнего радиуса действия. Разбитые репульсорные платформы лежали на земле. Одна из них была раскручена и перевёрнута. Искореженные панели приводов антигравитации были смяты и изломаны. Некоторые висели на одном честном слове. Когда Али разорвал на части их охранение, они как раз меняли боезапас. Коробчатые пакеты с находившимися внутри них ракетами лежали в десятке метров от искорёженных машин.

А вот это, как раз то, что нужно...

05 часов 58 минут

«Шах» Латы медленно подходил к городу с его восточной части. Они потратили почти пятьдесят минут на то, чтобы вернутся обратно своим маршрутом. По пути девушке удалось связаться с майором и сообщить ему всё информацию, которая у них была.

Доспех вздрагивал с каждым шагом, быстро идя по равнине. Каждый шаг левой ноги отдавался отвратительным скрежетом, но слава богу на подвижности это не сказалось. Возможно, при падении, когда доспех ударился об землю, где-то просто промяло броню и теперь при каждом движении она царапала приводы подвижности одной из ног.

Лата попыталась узнать у майора, что делать им с Вималом, но Сабах был слишком занят чтобы разбираться с ними. Одни из его офицеров просто приказал им двигаться к Катак-Репалу. Силы хашмитов вроде бы отступили, неспособные нахрапом преодолеть выстроенную полком оборону на входе в город, но всем было понятно. Они лишь копили силы. Это понял бы и дурак. Лата и Вимал хорошо помнили отряды противника, которые напали на них в лесу.

«Шах» поднялся на холм и перед пилотами открылась панорама Катак-Репала.

Большая часть города лежала в руинах. Многие дома были разрушены. Яркие отблески пожаров поднимались к ночному небу, превращаясь в тёмные дымные столбы.

— Ублюдки... — тихо и со злостью в голосе прошипела Лата.

Вимал ничего не сказал, лишь положил руку на плечо девушке и сжал его, стараясь приободрить.

Катак-Репал был одним из множества подобных городков, разбросанных по просторам Ландширского пояса. Этот регион был богат залежами полезных ископаемых и вот такие вот города становились своеобразными центрами жизни. Здесь жили люди, работающие в горнодобывающих кампаниях. Подобные города, никогда не были особо крупными. Население Катак-Репала едва ли достигало двадцати тысяч человек. По меркам «старых» миров, где население могло доходить до миллиардов и выше, Сульфар имел относительно маленькое население. Королевство не входило в какие-либо геополитические образования, предпочитая сохранять независимость, к которой долго и с большим трудом шли основатели колонии. Поэтому развитие мира хоть и шло уверенными темпами, тем не менее, по мнению некоторых снобов из Союза было незначительным и не заслуживало внимания. Просто ещё одна жалкая колония.

Но всё это совершенно не заботило двух молодых людей, которые с болью смотрели на разрушенный город.

Потребовалось ещё минут пять, на то, чтобы подойти ближе. С ними связались загодя, очевидно заметив подходивший к городу доспех. На несколько секунд завизжали системы предупреждения, сигнализируя о том, что машина взята на прицел, чем изрядно перепугала и так вымотанных и уставших пилотов. Как только их личности подтвердились, Лату подпустили ближе. «Шах» мерно шёл по улицам Репала, в то время как ребята рассматривали то, что осталось от одиннадцатого полка. Большая часть техники, по крайней мере той, которую они смогли увидеть, была в ужасном состоянии. Каждая машина несла на себе отметины недавних боёв. Шрамы и подпалины покрывали их броню словно боевые отметины кожу древних воинов. Несколько «Архантов», танков на антигравах, лежали своими брюхами на земле в подготовленных позициях внутри руин разрушенных зданий. Стволы их рельсовых ускорителей смотрели на северо-запад, туда, где в ночной темноте скрывался вероломно атаковавший их противник.

«Шах» продвигался по улицам разрушенного города, постоянно натыкаясь на такие вот места с заготовленными на них оборонительными позициями. Лата несколько раз ловила взглядом направленные на её доспех стволы безоткатных орудий и переносных ракетных комплексов, которые торчали из разрушенных домов и окон. Атмосфера недоверия висела в воздухе подобно отвратительному смраду, который разъедал глаза.

Доспех прошёл по улицам к центральной площади города. Раньше здесь был крупный рынок, о чём свидетельствовали разломанные и смятые торговые палатки, некоторые из которых ещё дымились после пожара. В дальней части площади, рядом с разрушенным практически до основания административным зданием — виднелись глубокие воронки, оставшиеся после ракетного обстрела.

Перед ними вышел человек в лёгкой пехотной броне и замахал руками.

Вимал зашевелился за спиной Латы. Люк пилотской кабины с шипением открылся, впуская в душную кабину прохладный ночной воздух. Горячее и покрытое потом тело девушки моментально покрылось мурашками, когда напарник выглянул наружу и послышался его голос.

— Давай налево, между зданиями, — произнёс Вимал, вновь подобравшись к креслу Латы. — Там за зданиями у них организован инженерный пост.

— Поняла, — Лата оглядела пространство перед собой. — Слушай, Вим, а где все доспехи одиннадцатого?

Вимал за её спиной моргнул и зашевелился, высунувшись из кабины.

— Слушай, а ведь правда, — молодой пилот выглядел удивлённым. — Я вижу только репульсорную технику. Но где всё остальное?

— Может потеряли? Посмотри, их так-то похоже не хило так потрепало.

— Может и так, — согласился с ней Эранди. — Ладно, сейчас пристроим твою машину и спросим.

Девушка направила «Шах» к указанному месту, продолжая осматривать город через внешние сенсоры. И чем дольше она это делала, тем хуже ей становилось. Её глаза постоянно цеплялись за остатки былой красоты. За отголоски жизней тех, кто жил здесь до того, как сражение превратило город в это. Но что было хуже всего, так это тела. Не только погибших в бою солдат и пехотинцев одиннадцатого, а тела простых гражданских. Жителей города, которые по какой-то причине не успели эвакуироваться отсюда или же просто не захотели. А теперь, они уже никогда не смогут исправить ошибочного решения.

Выйдя с улицы, доспех увидел расчищенную площадку, где скопилась техника полка. Вокруг боевых машин роем крутились техники, стараясь как можно скорее вернуть им боеспособное состоянии. Один из них заметил подошедший доспех и помахал руками, привлекая внимание. Добившись желаемого, он указал в сторону пустого пространства около стены пятиэтажного здания. Лата быстро подвела доспех в ту сторону, после чего опустила «Шаха» на колени и устало повисла на ремнях кресла.

Вимал потряс её за плечо.

— Лата, пошли подышим свежим воздухом.

Та лишь устало кивнула и принялась негнущимися пальцами расстёгивать металлические пряжки, скреплявшие ремни. Это у неё вышло не сразу. Одеревеневшие пальцы никак не хотели её слушаться. Наконец освободившись от державшей её в кресле упряжи, Лата развернулась в узком пространстве и коснулась кнопки. Специальный механизм сдвинул кресло назад, позволяя ей выбраться наружу. Вимал уже стоял на земле, дожидаясь её, и разговаривал с техником, который указал им место. Лата кое-как засунула ногу в перекладину и спустилась на тросе вниз. Даже будучи стоящим на коленях, пилотская кабина «Шаха» располагалась на высоте трёх метров, а падение с такой высоты для усталой девушки не предвещало ничего хорошего.

— Мне жаль, но сейчас у нас нет накопителей. Транспорт с запасными погиб под огнём, а всё оставшееся сейчас используется.

Лата расстроенно вздохнула. Запасы энергии её «Шаха» показали дно ещё на подходе к городу. До сюда доспех дошел уже на остатках резервных источников. Требовалась либо перезарядка уже установленных, либо замена. Первый вариант был до отвратительного долгим процессом. Требовались специальные зарядные станции и несколько часов времени для зарядки накопителей такого объёма. В боевой ситуации всегда предпочтительнее было просто сменить опустошённые аккумуляторы, что при наличии хотя бы одного дополнительного доспеха занимало считанные минуты.

— Так что мне жаль ребята, но сейчас мы вам ничем не поможем.

— Просто зашибись, — устало проворчала Лата и устало уселась на стоящий рядом пластиковый контейнер. — Ну и что мне теперь делать?

Техник лишь пожал плечами, осматривая стоящий перед ним доспех.

— Мне жаль. Всё что могу посоветовать, так это сходите и доложитесь лейтенанту. Он определит вас к квартирмейстеру. Может выдаст вам хоть какое-то пехотное снаряжение.

— Эй! Мы не какие-то пехотинцы! — Возмутилась Лата, но Вимал положил ей руку на плечо.

— Ладно, спасибо за помощь. Мы сейчас переведём дух и сходим посмотрим. Спасибо что сказал.

— Да было бы за что, — равнодушно откликнулся техник.

— Вим! Какого чёрта! Мы пилоты доспехов, а не грёбаная пехота, — чуть ли не закричала девушка. — Я не собираюсь ползать...

Вимал грубо схватил её за плечо. Пальцы впились в кожу с такой силой, что потом на ней обязательно останутся синяки.

— Лата! Закрой рот! — прошипел он ей в ухо, смотря куда-то в сторону.

Девчонка повернула голову в направлении его взгляда и замерла. В десяти метрах от них сидела пятёрка мужчин в изжёванной боем пехотной броне. Пять пар глаз не отрываясь смотрели прямо на них, в каждом взгляде читалась злость, густо замешанная с холодным презрением. Один из них, высокий с наголо выбритой головой и чёрной вязью татуировок смотрел на них, а затем сплюнул на землю.

— Чёрт, — сипло пробормотала она, отворачиваясь не способная терпеть эти взгляды.

— Пошли, доложимся как следует, а там уже посмотрим, — сказал он ей и по-прежнему удерживая за плечо повел в ту сторону куда указал встретивший их техник.

— Чёрт, я не хотела... Я не это имела в виду!

— Да кому какая разница, что ты имела в виду. Орать меньше нужно бестолочь. И думать, прежде чем рот открывать. Пойдём.

Всё было именно так, как и боялся Вимал. Майор Сабах естественно был занят и ему естественно было не до них. После гибели полковника Рачапалли, все обязанности по командованию полком свалились на него. Поэтому участь разбираться с двумя пилотами, которые остались без своих машин, досталась невысокому лейтенанту с кожей цвета тёмного кофе с молоком. Хрупкие надежды на то, что им выделят для пилотирования машины полка, рассыпалась на мелкие осколки. Как оказалось, все доспехи по приказу майора были переведены в дальнюю часть города к заводам по переработки руды. Как самое дальнее место от растянутого фронта, он стал точкой для сбора раненых.

От лейтенанта Вималу удалось узнать, что майор Сабах смог-таки установить связь с базой «Багран» и запросить помощь. Как ему сказали, через час или около того должны были подойти первые транспорты для того, чтобы забрать раненых и тех гражданских кого ещё удастся эвакуировать.

Лейтенант сказал им своим имя, но Вимал его даже не запомнил. Лишь понял то, что и так давно уже знал. Новые доспехи им никто не даст. При сражении мобильных доспехов, с учётом невероятной прочности этих машин и их живучести, пилоты очень часто выживали в схватках. Хотя подобное заключение не до конца отражало действительность. Как правило было достаточно лишить доспех подвижности и возможности продолжать бой, после чего машина, по сути, становилась бесполезной, если только кто-то не займётся её ремонтом. Но в бою редко встречается ситуация, когда противники сдерживают себя. Тем не менее, как правило пилоты порой переживали свои машины. И Вимал был прямым тому доказательством. К сожалению, одиннадцатый полк сейчас оказался в ситуации, когда свободных пилотов у него было больше, чем машин, в которые их можно было посадить.

А значит, для них оставалось лишь одно место.

Им выдали оружие и снаряжение. Пару видавших виды импульсных винтовок с комплектами запасных магазинов. Помимо этого, Вимал и Лата получили комплекты противоосколочных жилетов. Полноценных комплектов брони им никто не дал, но оно и не удивительно. Полк не возит с собой гору снаряжения, чтобы при необходимости одевать и вооружать всадников, оставшихся без своих коней. Всё что они получили, раньше принадлежало кому-то другому и было снято с чужого плеча. Об этом очень ярко свидетельствовали пятна крови на внутренней части жилета и десятимиллиметровая дыра на левом боку. Лата конечно же попробовала возмущаться, когда получила в свои руки такую же рвань. Вимал успел быстро увести её до того, как девушка разошлась, а затем настоятельно объяснил ей, кому принадлежали эти вещи до них. Девчонка совсем недавно попала в отряд лейтенанта Рамакхандра и была слишком своенравной. Недисциплинированной. Это одновременно раздражало и нравилось Вималу, который служил под началом их лейтенанта больше трёх лет. Но сейчас взрывной характер Сингх был неуместен и только мешал. Под конец, он посоветовал Лате заткнутся, одеть снаряжение и идти за ним.

— Лучше бы я в доспехе осталась, — ворчала она, идя за ним следом и стараясь подогнать слишком большой для её худой фигуры жилет.

— И что бы ты в нём делала? А? Оружия нет. Накопители пустые. «Шах» сейчас бесполезен.

— Спасибо, Вим, а то я без тебя не в курсе. Чёрт. Сраные хамитские ублюдки. Ненавижу их. Всех и каждого. Я пилот, а не пехотинец. Куда нас хоть определили?

— Сказали второе отделение сержанта Агрэ, — отозвался Вимал, сильнее затягивая несколько великоватую даже для него броню посильнее и распихивая по карманам дополнительные магазины к винтовке.

На то, чтобы найти нужное отделение, им потребовалось не больше десяти минут. Сержант Агрэ и уцелевшие в его отделении люди занимали высокое, по меркам Катак-Репала, восьмиэтажное здание, стоящее на перекрёстке двух широких проспектов. Оно выглядело относительно целым, если не считать крупных дыр, в центральной части. Вимал опытным взглядом пилота мобильного доспеха осмотрел повреждения, которые скорее всего были результатом попадания сорокамиллиметровых вольфрамовых болванок. Когда-то на первом этаже располагались кафе или закусочная, но сейчас всё это превратилось в засыпанные штукатуркой и бетоном развалины. Весь второй этаж обрушился вниз после одного из попаданий, полностью похоронив заведение. Благо хотя бы одна из двух лестниц не пострадала и можно было спокойно подняться наверх.

Пока они поднимались по лестнице, Вимал старался не смотреть по сторонам. Всё это здание превратилось в зеркало, которое отражало происходящий вокруг ад. Повсюду были заметны следы боя. Рваные дыры в стенах, оставшиеся от попаданий импульсных снарядов, которые пробивали тонкие стены насквозь. Следы пожара на втором этаже, который отдавал омерзительным запахом дыма и гари. Разбросанные вещи тех, кто совсем недавно здесь жил, а затем бежал, стараясь спасти свои жизни.

Первым их заметил высокий королевский гвардеец, который тащил в руках станину для тяжёлого пехотного роторника.

— Вы ещё кто такие? — устало спросил он без какого-либо любопытства в голосе.

— Ищем сержанта Агрэ и его отделение, — ответила Лата, чем заслужила скользнувший по своей фигуре оценивающий взгляд стоявшего перед ней солдата.

— Нас отправили к вам для усиления, — произнёс Вимал, отойдя в сторону и пропуская гвардейца с его ношей на лестницу.

Гвардеец скользнул взглядом по их куцему, явно снятому с чужого плеча снаряжению и вздохнул.

— Танкисты? — попробовал угадать он, кивнув в сторону пилотских комбезов, которые были видны под бронёй.

— Пилоты МД. Отряд «Санкар». Только вот остались без машин.

— Мда. Ваши костюмчики бы здесь пригодились. Ладно пошли. Познакомлю с сержантом. Посмотрим, куда сможем вас засунуть, чтобы под ногами не мешались.

Вимал с Латой пошли следом за солдатом по лестнице, пока не поднялись на самый последний этаж. Раньше здесь видимо находился какой-то офис или что-то подобное. Из выбитых близкими взрывами окон открывалась панорамная картина на весь Катак-Репал и в особенности на наиболее пострадавшую его северо-западную часть. Солдаты вокруг них спешно обустраивали позиции, ставя импровизированные баррикады перед окнами из обломков мебели и прочего мусора. Рядом с несколькими окнами стояли безоткатные орудия, стволы которых были направлены в сторону откуда ожидалось нападение противника. Вместе с ними находились ящики с боеприпасами, позволяя быстро перезаряжать их после каждого выстрела. Гвардеец повёл их по коридору и Вимал заметил в одной из квартир стоящую на закреплённой в полу треноге сорокамиллиметровую импульсную пушку. Панели разгонных катушек были вскрыты и рядом с орудием возились несколько гвардейцев. Слышались ругательства и препирания. На полу рядом с пушкой были сложены подготовленные снаряды. Твердосплавные болванки с зарядными гильзами.

— Сержанта найдёт там, — бросил ведущий их солдат и поудобнее перехватив лежащую на плече станину от роторника пошёл дальше.

Вимал вошел в помещение, которое когда-то было чем-то вроде комнаты отдыха и подошел к собравшимся у стола солдатам. Один из них заметил вошедших пилотов, усмехнулся и толкнул рукой стоявшего рядом с ним гвардейца с нашивками сержанта королевской гвардии.

Высокий, с наголо обритой головой и чёрной вязью татуировок, которые покрывали половину его лица. Эранди узнал его моментально. Это был один из тех солдат, которых они видели, когда только прибыли в город. Лата тоже узнала солдат и опустила взгляд, стараясь не встречаться с ними глазами.

«Ну, просто замечательно», — только и успел подумать Вимал.

Глава 5

06 часов 24 минуты

Агрэ с лёгким презрением во взгляде и без какого-либо интереса осмотрел обоих стоявших перед ним пилотов.

— Кто такие? — требовательно спросил он.

В голосе сержанта слышалась злость, густо смешанная с навалившейся на него усталостью.

— Пилоты отряда «Санкар», сэр. Вимал Эранди и Лата Сингх. Нас направили к вам для помощи сержант.

Агрэ чуть наклонился, словно посмотрев им за спины.

— И чем вы сможете мне помочь? Я что-то не вижу ваших хвалёных доспехов, пилоты.

Последнее словно было произнесено с изрядной долей сарказма и звучало практически как насмешка. Вимал с трудом сдержался, чтобы не ответить грубо. Он сам уже жутко устал и у него не было никакого желания собачиться с этим парнем.

— Моя машина была уничтожена в бою, сэр, — спокойно объяснил он. — А доспех Сингх здесь, но в данный момент он небоеспособен...

— Мне наплевать, — прервал его Агрэ и махнул рукой в сторону города. — У меня не хватает тридцати процентов отделения, а вместо подкрепления мне прислали двоих бесполезных пилотов, от которых никакого толка.

Агрэ критически осмотрел куцее снаряжение, которое выдали бывшим пилотам.

— Сержант. Мы не виноваты в том... — начала было Лата, но тут же была грубо прервана.

— Пасть закрой, девчонка. Мне плевать, каковы вы оба в управлении своих консервных банок, но здесь, на земле — вы бесполезны. От вас сейчас всё равно не будет никакого прока. Масуд! — громко крикнул он в сторону дверного проёма.

Из него тут же показалась голова того самого солдата, которого Вимал и Лата встретили на лестнице. В своих руках он держал две литровые пластиковые фляги с водой. Здоровяк перевёл взгляд с сержанта на стоявших перед ним Вимала и Лату.

— Сержант?

— Забирай этот балласт с собой, чтобы здесь под ногами не мешались. Может хоть помогут вам с Ашей, — Агрэ отвернулся обратно к столу с разложенной на нём картой, потеряв всякий интерес к двум пилотам.

Солдат за их спинами вздохнул.

— Ладно, пошли ребята. Покажу вам позицию, — не стал спорить он с начальством и махнул рукой, приказав бывшим пилотам следовать за собой.

Масуд пошёл по коридору, а Вимал и Лата переглянулись и пошли следом. Всё равно другого выбора у них не было. Здоровяк провёл их по коридору в дальнюю часть здания. В конце коридор оканчивался т-образной развилкой, расходясь в стороны, но они свернули раньше не дойдя до конца. Масуд прошёл через сорванную с петель дверь. Пилоты проследовали вслед за ним, сжимая выданное им оружие. Внутри, стоя на коленях рядом со стоящим у окна противотанковым безоткатным орудием стояла невысокая, тёмноволосая девушка. Она закрепляла станину в пол с помощью специального пистолета. С каждым нажатием, устройство загоняло восьмисантиметровые болты в бетонный пол прямо через устилавшее пол покрытие. Услышав приближающиеся шаги, девушка загнала последний болт в пол и подняла голову, ловко поймав брошенную Масудом пластиковую флягу с водой.

— Это ещё кто такие? — спросила она, кивком указав на стоявших за спиной Масуда Вимала и Лату.

— Довесок в помощь. Пара пилотов, которые остались без своих доспехов, — объяснил он, пройдя внутрь и усевшись на единственное кресло в помещении.

— Просто охренительно, — сделала она вывод, скручивая с фляги крышку. — Нам нужны солдаты, а они присылают на помощь хер знает кого.

Девушка прополоскала рот водой и выплюнула её в разбитое окно. Вимал быстро осмотрел помещение.

Раньше, это был просторный рабочий кабинет. Но это было раньше. Массивный рабочий стол, стоявший около окна, сейчас был сдвинут в сторону, к одной из стен. Широкое, панорамное окно было выбито, и через него в комнату проникал завывающий прохладный ветер. Уже был рассвет и на востоке виднелись первые лучи Валетрии. Звезда начинала медленно подниматься над горизонтом, освещая город превратившеийся в поле боя.

— Ладно, — Масуд положил флягу на пол рядом с креслом. — Как вас звать то?

— Вимал, — быстро ответил парень и кивнул в сторону стоявшей рядом с ним девушки. — А это Лата.

— Я Масуд, а вон ту шизанутую, — солдат кивком указал в сторону сидящей и стены девушки, — зовут Аша. Вы же стандартную учебку проходили?

— Конечно.

— Отлично. Ладно. Хоть что-то. Тогда ты, будешь помогать мне с роторником, а девчонка будет вместе с Ашей на «трубе». Делаете что мы вам говорим и не спорите. Подаёте боеприпасы и никуда не лезете. Это понятно?

— Конечно.

— Ну вот и славно, — Масуд махнул рукой с флягой. — Пить хотите?

— Да не отказались бы, — кивнул Вимал.

Масуд протянул ему бутыль и Вимал благодарно кинул. Аша же просто бросила свою Лате, устало привалившись к стене.

— Слушай, Масуд, можно вопрос? — спросило Вимал, сделав несколько жадных глотков и утолив жажду.

— Ммм?

— Почему полк остался в городе? Почему вы не отступили сразу, как всё это началось?

Масуд устало рассмеялся, а сидящая у стены Аша лишь фыркнула. Утолив жажду, Эранди вернул флягу владельцу и опустился прямо на пол, около отодвинутого к стене стола.

— Можешь пойти и спросить полковника об этом сам, — с мрачным весельем пробормотала сидящая у стены Аша рассмеялась. — Задрота убогая а не командир. Я даже не против поблагодарить хашиков за то, что они его грохнули. Одной головной болью меньше.

Масуд хихикнул, очевидно представив себе в уме подобную картину.

— Это да. Аша права. Рачапалли тебе уже не ответит. Видел административное здание на площади?

— Вроде да, — Вимал вспомнил разрушенной здание на центральной площади Репала.

— Ну вот наш доблестный командир решил устроить себе там полевой штаб, — с грустным смешком ответил Масуд. — Уж не знаю, каким именно местом он думал, но эти уроды накрыли всю площадь «гремучками». Там пол здания снесло и нашего полковника вместе со всеми, кто был внутри.

Вимал переглянулся с Латой и они оба поёжились. «Гремучками» в простонародии называли кассетные боеприпасы. Калибр, как и наполнение там могли быть самые разные. От кумулятивных зарядов и фугасов разного рода до экзотики вроде напалма, белого фосфора и чёрт знает чего ещё. А учитывая, во что превратился весь фасад здания, туда явно накидали чего-то крупного.

— Повезло, что хотя бы майор уцелел. А то, наверное, совсем худо пришлось бы... — Пехотинец замолчал, глянув через разбитое окно на город и вскочил с кресла.

— Все на пол! Живо! — закричал он и бросился вперёд, грубо повалив Вимала на пол.

Раньше, чем они коснулись пола, здание содрогнулось от взрыва. Грохот стоял невероятный. Где-то рядом от боли вскрикнула Лата. Вимал дёрнулся, желая помочь напарнице, но сильная рука вжала его голову обратно в пол.

— Лежи, мать твою. Лежи и не двигайся.

Через несколько секунд всё закончилось. Масуд отпустил Вимала и поднялся на ноги, осматриваясь. С потолка сыпалась штукатурка, а по одной из стен пробежала трещина. В дальней части комнаты на ноги поднимались Аша и Лата.

— Лата?

— Я порядке, Вим, — девушка поморщилась, придерживаясь за ушибленную руку. — Ударилась при падении. Что происходит?

— Сейчас узнаем, — Масуд коснулся раками надетой на ухо гарнитуры передатчика. — Сержант? Это Масуд. Что происходит?

Вимал осторожно подошел к окну. Он понял, что происходит ещё до того, как Масуд получил ответ от сержанта Агрэ. Западная часть Катак-Репала покрылась оранжевыми огнями всполохами от взрывов.

— Хашмиты начали атаку, — крикнул Масуд, ухватив Вимала за воротник противоосколочного жилета и потащив его следом за собой. — Эранди со мной. Аша, бери девку и за «трубу».

— Так! Раньше работал с такими? — спросил он, опускаясь рядом с закреплённым на станине орудием.

Вимал посмотрел на тяжёлый двадцати пятимиллиметровый противопехотный роторник, который был установлен на станине у окна.

— Нет. С такими нет.

Масуд раздражённо проворчал что-то, что Вимал не расслышал.

— Ладно. Будешь помогать с перезарядкой.

Пехотинец быстро показал, что именно нужно делать. Из дальней части кабинета доносились такие же команды и разъяснения от Аши, которая быстро объясняла Лате, что делать ей.

Масуд пристроился за ручками управления роторником.

— Да сержант? — произнёс он, вновь коснувшись гарнитуры. — Мы готовы. Понял вас. Так, вражеские доспехи подходят к городу. С ними замечено несколько отделений бронепехоты и прочая мелочь. Аша!

— Чего тебе Мас?

— Сержант приказал не открывать огонь без приказа. Ждём пока доспехи не подойдут к центру города.

— Поняла.

Вимал смотрел на открывавшуюся через окно панораму города. Вся западная часть лежавшего перед ними города покрылась вспышками. Грохот взрывов долетал до них приглушёнными хлопками. Он пока ещё не видел хашмитские доспехи, которые уже похоже вошли в город и сейчас скрывались за зданиями, продвигаясь по городским улицам.

— Масуд?

— Чего тебе? — резко отозвался приникший к прицелу роторника пехотинец.

— Почему нас не поддерживают наши доспехи? Без них городской бой против доспехов для нас самоубийство!

— Рот закрой! Откуда мне знать парень. Насколько я знаю, их отвели в промышленную часть города.

— Но это бред! Они же могли бы...

— Заткнись и следи за обстановкой, — огрызнулся Масуд.

Вимал вздрогнул, когда ещё один очень близкий разрыв сотряс здание. Повернув голову в сторону, он увидел Лату. Девушка съёжилась у стены, держа в руках пенал с упакованным внутри него зарядом для «трубы». На её бледном лице отчётливо застыло испуганное выражение. Он быстро кивнул, глядя ей в глаза, надеясь, что это придаст ей уверенности в себе. Большего сейчас он сделать всё равно не мог.

Собственное сердце набатом стучало в ушах, словно ища один ритм с звуками кипящего на улице боя. С высоты восьмого этажа город хорошо просматривался, а света от восходящего солнца было достаточно, чтобы не пользовался приборами ночного видения.

— Приготовьтесь! — крикнул Масуд, поудобнее устраиваясь за орудием. — Они сейчас появятся!

— Ублюдки пожалеют, что пришли ко мне домой, — змеёй прошипела Аша, прильнув к прицелу «трубы».

Боже, какого чёрта я здесь делаю? Я же не долбаный пехотинец! — Бессмысленный вопрос в очередной раз искрой вспыхнул в голове у Вимала. Он бросил взгляд вниз, как раз вовремя. Тройка танков типа «Архант» дала несколько залпов из своих орудий. Место в котором они укрывались тут же осыпал град ракет и машины поднявшись на репульсорах над землёй, быстро отступили, покинув ставшее опасным укрытие. Их огромные, одиннадцатиметровые рельсовые пушки прочертили в воздухе несколько трасс перекрученного и нагретого воздуха. Вимал ещё не видел целей, по которым били танки. Но раз «Арханты» начали отступать, значит до этого осталось не долго. По одной из улиц пронеслись несколько бронированных пехотных транспортов. Один из них дымился и царапал задними репульсорами асфальт городских улицы. Они резко свернули за угол. Двое успели уйти, но третьему не повезло. Вся его задняя часть взорвалась ошмётками металла, словно кто-то прошёлся по нему невидимой бензопилой. Транспорт накренился, потерял устойчивость и цепанул бортом асфальт. Перевернувшаяся машина кувыркнулась и влетела в стену одного из зданий.

— Аша! — закричал Масуд, прижавшись плечом к прикладу роторника. — Они сейчас появятся. Приготовься! Вимал! Не спи!

Прошло не больше десяти секунд. Хашмитские доспехи в серой раскраске появились на улицах, продвигаясь вперёд и поливая всё снарядами из всего своего вооружения. Вимал успел насчитать минимум восемь «Дуллаханов» и несколько машин поменьше, которые продвигались по улицам, прикрываясь громоздкими щитами, в то время как у них под ногами двигались крошечные фигурки. Эранди положил руку на плечо Масуда, привлекая его внимание.

— Пехота на два часа.

— Вижу.

Он сдвинул прицел роторника, но огня пока не открывал. До продвигавшегося по городу противника оставалось едва ли больше девятисот метров.

— Чего мы ждём? — спросил Вимал.

— Приказа, — быстро ответил Масуд, продолжая держать прицел на цели. — Аша?

— Они у меня на мушке, Мас.

— Отлично. Ждём.

Вимал нервно сглотнул. Со лба тёк едкий пот, заливая глаза.

— Ждём.

Быстрый взгляд, чтобы проверить близко ли лежит его импульсная винтовка. Хотя чем она сможет ему помочь против приближающихся мобильных доспех было решительно не понятно. Вражеские машины шли по улицам, медленно и неумолимо продвигаясь вперёд. То один, то другой из них поворачивались в стороны и заливали улицы огнём из своих орудий, стоило только им найти позиции спрятавшихся в зданиях солдат королевского полка. Обломки и куски фасадов зданий сыпались на утренние улицы Репала, застилая всё пылью и дымом.

— Ждём.

Вимал посмотрел на Лату. Девчонка съёжилась рядом со станиной, на которой была закреплено безоткатное орудие. Руки судорожно сжимали зарядный пенал. Грудь под жилетом ходила ходуном в такт бешеному, судорожному дыханию. Вималу казалось, что его собственное сердце сейчас просто взорвётся от напряжения. С такой сумасшедшей скоростью оно стучало в висках.

Масуд и Аша же были спокойны. По крайней мере внешне. Они прильнули к прицелам своих орудий, с бесстрастностью взирая на приближающиеся смертоносные машины. На их лицах не было ни страха, ни паники. Только предвкушение. Казалось, что это сводящее с ума ожидание совершенно их не заботило. В отличии от пилотов доспехов, они сейчас были в своей собственной стихии.

Масуд коснулся пальцем гарнитуры, прислушиваясь к голосу сержанта, а затем выдохнул.

— Огонь! — рявкнул он и нажал на спусковой крючок и роторник в его руках взвыл словно голодный зверь.

Они били отовсюду. Почти каждое высокое здание в центре города извергло из себя поток разогнанного до сверхзвуковой скорости вольфрама. Они залили улицы, рвя атакующую пехоту хашмитов на части. Даже индивидуальные бронекостюмы не могли защитить от обрушившейся на них мощи и урагана металла. Но это было далеко не всё, что приготовили королевские гвардейцы, чтобы отомстить своим врагам.

Практически одновременно с приказом Масуда, раздался радостный выкрик Аши. Безоткатное орудие калибра сто двадцать миллиметров оглушительно взревело. Несколько десятков «труб» ударили, казалось, со всех сторон. Кумулятивные снаряды, разработанные специально для поражения мобильных доспехов, обрушились на приближающиеся машины, скрыв их под ослепительной пеленой разрывов и дыма.

— Перезаряжай! — закричала Аша, и одним заученным до автоматизма движением открыла затвор «трубы».

Лата трясущимися от адреналина руками вставила пенал с новым снарядом внутрь. Аша тут же закрыла затвор и дёрнула свою напарницу в сторону от раструба, откуда должны были вырваться раскалённые от выстрела газы. Даже с ослабленными и специальными зарядами, предназначенными для стрельбы в закрытых помещениях, поток раскалённой дряни после выстрела мог убить стоящего у неё на пути человека.

Безоткатка рявкнула вновь, послав ещё один снаряд к попавшим в ловушку на улицах города доспехам. Рядом с Вималом оглушительно ревел роторник Масуда, стремительно опустошая свой боекомплект. На приближающиеся к ним внизу машины обрушился настоящий ураган из металла и взрывчатки. Вимал видел, что как минимум два доспеха были уничтожены полностью, и ещё несколько имели те или иные повреждения. Проблема была в том, что эти мерзавцы не собирались просто так стоять и позволить королевским гвардейцам убивать себя и дальше. Эффект неожиданности, каким бы удачным он не был, закончился. Тяжёлые импульсные орудия «Дуллаханов» вспарывали дым и облака пыли, вырывая целые куски из зданий в которых засели гвардейцы. Некоторые из них задействовали блоки управляемых ракет и те огненным градом ударили по стоящим дальше всего домам. Несколько ракет ударили в здание, в котором находились они и по вздрогнувшему от ракетного обстрела дому прокатился грохот и скрежет.

Один из «Дуллаханов» развернулся и поднялся в воздух. Прыжковые ускорители доспеха подбросили его вверх над городскими улицами. Импульсная пушка выстрелила один раз, второй, третий. А затем снаряды сразу трёх «Архантов» разорвали доспех прямо в воздухе. Искорёженные останки машины рухнули на крышу одного из зданий и проломив её, обрушились внутрь. Из пролома вверх взметнулся столб огня, когда взорвались энергетические накопители доспеха.

Вдруг, роторник рядом с ним замолчал.

— Эранди! Перезарядка!

Оторвав глаза от потрясающей своим ужасом картины городской бойни, Вимал бросился к орудию. Пустой короб упал на пол и Вимал просто пнул его в сторону окна, чтобы не мешался под ногами. Новый коробчатый магазин встал на место и податчик боеприпасов загорелся зелёным светом.

— Готово!

— Отлично! Сожрите это ублюдки.

Масуд нажал на спуск и воющий ультразвуковым гулом работающих катушек ускорителей роторник, словно метла прошёлся по узкой улочке между парой высоких зданий. Небольшую группу солдат в бронекостюмах изорвало на куски. Но часть уже скрылась внутри здания, уйдя из-под обстрела. Масуд быстро схватился за гарнитуру.

— Сержант! Это Масуд. Только что видели пехоту размером до отделения в бронекостюмах. Часть из них вошла в дом, который занимают ребята сержанта Кишана.

Солдат оторвался от прицела.

— Вимал, следи за отрядами пехоты. Эти ублюдки идут на штурм зданий...

Рядом вновь рявкнула безоткатка, отправив к сражающимся внизу вражеским доспехам новый снаряд. Лата под крик Аши принялась быстро перезаряжать «трубу».

Бой захватил весь лежащий перед ними город. Вспышки выстрелов и взрывов были повсюду. В небо поднимались столбы чёрного, даже на вид удушливого дыма. И было совершенно не понятно, кто именно побеждает. Несмотря на наличие у противника мобильных доспехов, королевские гвардейцы продолжали сражаться, используя засадную тактику и казалось, что они атакуют отовсюду. Каждый занятый ими дом превратился в маленькую крепость, ощетинившуюся орудиями. А ещё, на стороне гвардейцев было везение.

Вимал прекрасно знал, насколько опасным для мобильных доспехов может быть сражение среди городских улиц. Если у противника была возможность подготовить оборону, то улицы превращались в смертельные ловушки. Такой бой требовал навыков и осторожности. И Вимал совершенно не видел ни первого, ни второго в действиях нападавших. Вражеские доспехи продвигались вперёд, полагаясь исключительно на огневую мощь своих машин и безжалостный натиск. Они напоминали Вималу его самого, когда он только начал обучение. Пьянящая мощь, которая оказывалась в твоих руках могла с лёгкостью вскружить голову. Дать чувство превосходства над любым противником. И это было очень опасно. Подобное чувство не давало тебе мыслить трезво. И похоже, что именно это было как минимум с некоторыми из вражеских пилотов, за что те уже расплачивались. Они несли потери. Бывший пилот со своего места насчитал уже как минимум шесть или семь уничтоженных МД, грудой искорёженного метала лежащих на земле. Но похоже, что это нисколько не заботило их противников.

Тяжёлые «Дуллаханы» и более лёгкие «Грендели» продолжали переть вперёд, безжалостно подавляя огнём любые точки сопротивления.

Вдруг, дом в котором они находились вздрогнул, а вслед за ним пришло эхо глухого взрыва. Масуд вновь коснулся гарнитуры, а затем резко вскочил на ноги. Прежде чем он успел сказать хоть слово, Вимал как увидел, как пятёрка «Дуллаханов» подняла стволы своих тяжёлых импульсных пушек и навела их прямо на «их» здание.

— Все на пол!

А дальше мир потонул в грохоте и скрежете. Здание начало содрогаться от постоянных попаданий, которые обрушились на его стены одно за другим. Вимал рухнул на пол, увидев, как Аша схватила вскрикнувшую Лату и повалила её на покрытый мусором пол у стены.

Крик девушки остался неслышим за ужасным, скрежетом, сопровождаемым чудовищно громким звуком ломающихся перекрытий. Мир накренился и Вимал почувствовал, как его потащило по покрытой осколками стекла и другим мусором поверхности. Врезавшись в стену, которая медленно наклонялась вместе со всем зданием, он вдруг понял, что происходит.

Здание падало.

06 часов 58 минут

Восьмиэтажное здание, стоявшее на перекрёстке двух широких проспектов начало медленно оседать, заваливаясь на сторону в облаках пыли. Используя оптические сенсоры своего доспеха, Абал смотрел, как оно начало падать, пока верхняя часть не врезалась в ещё один дом, стоявший через улицу от него. Конструкция начала изгибаться под собственным весом, проседая вниз, в то время как из разбитых окон посыпались обломки, мебель и несколько крохотных человеческих фигурок.

Одной проблемой стало меньше.

— Продвигайтесь дальше, — приказал Абал, быстро сверившись с тактической картой. — Хасул, направляй пехоту к зданиям, где засели эти собаки.

— Будет исполнено, наиб, — тут же отозвался его собственный заместитель.

«Дуллахан» Абала двинулся вперёд по улице в сопровождении ещё шести доспехов.

Весь город превратился в одну сплошную волчью яму, набитую отравленными кольями. Сопротивление было отчаянным, но всё же не достаточным, что бы остановить силы Абала. Его отряды упакованных в индивидуальные бронекостюмы солдат штурмовали здания, безжалостно расправляясь с засевшими в них гвардейцами. Произведённые в Союзе штурмовые десантные бронекостюмы давали им огромное преимущество перед лишёнными такой защиты обычными солдатами гвардии. Сульфарская королевская армия была слишком молодой организацией, чтобы поголовно экипировать всех своих солдат подобной защитой и сейчас это обстоятельство работало на сторону Абала и его людей.

Всё же, он не мог не отдать должное аджанби. За полгода их «друзья» поставили им огромное количество современного оружия и техники, которая так была им необходима.

Доспех Абала мерно шёл вперёд, под прикрытием других машин. То одна, то другая машина резко поворачивалась в сторону, поливая здания снарядами из всего, что только было доступно. Вместе с группой Абала, было ещё две такие же группы, которые продвигались по городу. На их пути начали попадаться горящие и перевёрнутые «Арханты» одиннадцатого полка, которые не успели вовремя отступить. Через динамики своего шлема, Абал внимательно прислушивался к обстановке, изредка отдавая приказы отдельным отрядам и машинам.

Его переполняла гордость за своих людей, которые смогли овладеть столь не простой профессией.

— Наиб?

— Я здесь, Хасул. Что у тебя?

— Мы пробили сопротивление и прошли центр города. Двигаемся к промышленной зоне.

— Отлично. Мы идём следом за вами...

Впереди идущий «Грендель» дошёл до перекрёстка. Едва он успел шагнуть за угол здания, как сразу же в него ударили несколько ракет из переносных ракетных комплексов. Первая промахнулась, врезавшись в здание и засыпав машину каменной крошкой и обломками, но две другие были более точны. На броне доспеха вспухли сразу два взрыва и во все стороны полетели ошмётки сорванной брони. «Грендель» покачнулся от ударов, но тут же восстановил равновесие и изрешетил здание из двух роторников, установленных на его коротких руках. Дело довершила тройка выпущенных реактивных снарядов. Они взорвались в глубине здания, разорвав его изнутри и моментально убив всех, кто находился внутри.

07 часов 06 минут

Приступ удушливого кашля разрывал горло. Набившаяся в рот пыль не давала нормально вздохнуть. Вимал попытался выплюнуть грязь, но во рту было сухо, словно в Каркаданской пустыне. Вокруг была сплошная темнота и он испугался, что ослеп. Но уже через несколько секунд пальцы нащупали смесь из залившей глаза крови и грязи. Тело лежало в странном положении. Лишь через несколько секунд он понял, что лежал, по сути, на стене, которая теперь находилась под углом.

— Масуд?! — Закричал он, стараясь прочистить глаза. — Лата?!

Сбоку раздался полный боли стон. Эранди, шатаясь, поднялся на четвереньки и прополз вперёд. Масуд лежал в углу, придавленный массивным столом, который раньше отодвинули к стене.

— Помоги мне. Не могу сдвинуть эту хрень. Она мне ногу придавила...

— Сейчас.

Придерживаясь рукой о кривую стену, Вимал упёрся ногой в стол и толкнул. Масуда выгнуло дугой от боли, а с его губ сорвался болезненный крик. Стол же практически не пошевелился.

В дальней части комнаты зашевелилась груда мусора. Из-под неё, двигаясь с видимым трудом придерживая левую руку, вылезла Аша, за которой появилась Лата. Обе девушки выглядели паршиво и были густо покрыты грязью и пылью, сделавшей их загорелую кожу цветом похожей на грязный бетон.

— Масуда придавило! — Крикнул им Вимал. — Помогите мне.

Обе девушки стали пробираться к нему через разрушенную комнату. Всю мебель свалило в одну сторону, а через окна было видно, как наклонилась относительно пола линия горизонта.

Девушки добрались до Вимала и он с Латой снова попробовал освободить попавшего в ловушку солдата. В этот раз стол сдвинулся на несколько сантиметров, но вновь заставив Масуда заорать от боли.

— Дерьмо. Лата подожди, я посмотрю. — быстро произнёс Вимал и осторожно пролез со стороны.

Тяжёлый предмет мебелировки придавил ногу Масуда, зажав её в глубокой трещине, которая образовалась, когда здание завалилось на бок. Каждый раз, когда они пытались сдвинуть стол, он своим весом лишь сильнее вдавливал искалеченную и истекающую кровью конечность в трещину. Рана выглядела очень паршиво. Чуть ниже колена был кровоточащий разрыв, откуда торчали белесые обломки большеберцовой кости.

— Ну что там? — спросила Аша, воткнув себе в плечо одноразовый шприц с обезболивающим, а затем осторожно подползла к Масуду, чтобы сделать укол и ему.

— Дерьмово. У него открытый перелом и ногу зажало в трещине. Когда двигаем стол, этот деревянный ублюдок просто начинает рвать её.

— Что, мать вашу, вообще произошло?

— Да какая вообще сейчас разница, — Лата осторожно подползла к окну и выглянула наружу. — Нам нужно срочно убираться отсюда...

Стоило ей произнести эти слова, как всё здание вновь содрогнулось под аккомпанемент ужасающего скрежета.

— Девчёнка права, — прохрипел Масуд, отбросив пластиковый шприц в сторону. — Аша, бери этих двоих и вали отсюда.

Девушка посмотрела на него и покачала головой.

— Нет. Нет Мас, я тебя...

— Уходите отсюда! — Закричал на неё Масуд и словно услышав его слова, здание опять вздрогнуло. — Валите пока эта грёбаная коробка не сложилась. Выбирайтесь из здания!

Вимал посмотрел на окровавленного Масуда. В его глазах, красных от попавшей в них пыли и грязи, практически не было видно зрачков. У ног солдата валялось уже два использованных шприца от обезболивающих.

— Аша! Давай сюда аптечку! Быстрее.

— Что ты задумал? — спросила она, протягивая ему снятую с жилета сумку.

Вимал присел рядом и принялся копаться в аптечке.

— Мы заберём его с собой.

— Но нога...

— К чёрту ногу, — он выхватил из аптечки самофиксирующийся жгут.

Поняв, что он хочет сделать, Масуд попытался оттолкнуть его.

— Нет! Нет, не смей!

— Аша держи его! Лата иди сюда и помоги мне...

Напарница солдата схватила того за руку и прижалась к нему, практически нос к носу.

— Мас! Слышишь? Смотри только на меня дружище. Не смотри туда. Это нужно сделать.

— Вим?

Лата опустилась на колени рядом с ними. На бледном лице отчётливо виднелся страх, готовый вот-вот перерасти в панику. Вимал протянул ей пару оставшихся в аптечке инжекторов с обезболивающим и стимуляторами.

— Вколи ему оба.

— Вим, у него уже двойная доза. Это слишком!

— Это не даст ему сдохнуть от болевого шока, — резко оборвал он её, одновременно с этим обматывая ногу Масуда выше колена. — Лата, там всё что ниже колен — сплошное месиво. Кости уже перебиты. Нужно только избавиться от мягких тканей.

Он закрепил один конец жгута в специальном пазу и крошечный механизм моментально натянул его, плотно обхватывая ногу и затягиваясь всё сильнее. Масуд дёрнулся в руках у Аши и застонал от боли. Жгут автоматически зафиксировался и крошечный датчик загорелся зелёным.

— Но чем ты собираешься... — Лата замолчала, увидев, как Вимал потянулся за валяющейся рядом импульсной винтовкой.

Поняв, что именно он хочет сделать, она выругалась и быстро воткнула сначала один, а затем второй шприцы Масуду в бедро.

— Эранди! — Масуд дёрнулся, вяло попытавшись остановить его.

Было видно, что тройная доза обезболивающих уже оказала своё действие. Аша крепко держала друга за голову своей здоровой рукой и повернула её в сторону.

— Мас, успокойся. Мы тебя вытащим. Только не смотри туда. Прошу, тебя только не смотри.

Вимал сглотнул ком в пересохшем горле. Одно это движение далось ему с таким трудом, словно в рот напихали песка вперемешку с битым стеклом. Он переключил винтовку в автоматический режим и приставил ствол к раскрытой ране, откуда торчали осколки раздробленных костей. Лата отвернулась, не готовая смотреть на то, что будет дальше. Одна секунда. Вторая. Вимал медлил. Нажать на спуск было чудовищно тяжело.

Новый спазм сотрясений прокатившейся по зданию моментально избавил его раздумий, и он нажал на спуск.

Вимал и Лата практически тащили Масуда на себе, взвалив руки раненого себе на плечи. Обрубок ноги они наскоро залили кровоостанавливающей пеной. Специальный состав закрыл рану и практически сразу же засох твёрдой коркой, убирая кровотечение. Тройная доза обезболивающих из аптечки защитила здоровяка от смерти от болевого шока, а вколотые стимуляторы позволяли ему худо-бедно оставаться в сознании. Они с трудом вышли из комнаты и выбрались в коридор. Накренившийся и исчерченный трещинами пол превратился в практически не проходимое препятствие.

Но это было не самое худшее.

— Дерьмо!

Аша пнула груду бетона, которая завалила коридор. Часть потолка обрушилась, полностью перегородив проход.

— Здесь не пройти. Нужно найти что-то другое...

Она не успела закончить фразу. Дом содрогнулся с такой силой, что они едва устояли на ногах.

— Нужно выбираться, пока здание не рухнуло!

Вимал осмотрелся. Через разбитое окно была видна стена соседнего дома, который и не позволил их зданию рухнуть. Пока ещё эта шаткая конструкция держалась, но вряд ли это будет продолжаться долго. В голове у Вимала появилась совершенно дикая идея.

— Аша! Давай назад. Переберёмся в соседний дом.

Та лишь удивлённо посмотрела на него, а затем кивнула, догодавшись о чём он говорит.

— У вас есть связь с сержантом?

— Нет. Моя гарнитура накрылась, а Масуд потерял свою.

— Дерьмо. Ладно. Пошли. Осторожней, не споткнитесь здесь.

Вимал поудобнее перехватил руку Масуда. Они вдвоём с Латой наполовину понесли, наполовину потащили того «вниз» по коридору. Приходилось придерживаться за стены. Каждый неудачный шаг грозил падением. Они прошли ещё несколько метров по коридору, пока не добрались до «т» образной развилки. Последние метров пять они уже попросту съезжали по полу на своих собственных задницах, так как уклон был слишком большим, чтобы идти стоя. Аша, недолго думая просто расстреливала замки из своего пистолета и пинком распахивала открывавшиеся внутрькомнат двери. Им пришлось проползти половину коридора, прежде чем они нашли то, что искали. Аша посмотрела туда и покачала головой.

— Да вы издеваетесь?

— А у тебя есть другие предложения? — Вимал осторожно положил застонавшего от боли Масуда на стену коридора.

Комната, которая располагалась перед, а точнее с учётом уклона здания «под» ними, выходила на ту сторону здания, которая упала на соседнее. Раньше здесь было нечто вроде комнаты отдыха или небольшой столовой для работников здания. Выполненные в минималистичном дизайне пластиковые столы и стулья съехали в сторону, когда здание упало на бок и сейчас лежали на непонятно каким образом уцелевшем панорамном стеклопакете. Но всё это было не важно по сравнению с тем, что Вимал увидел за окном. Заполненный обломками и мусором балкон соседнего дома, который находился в трёх метрах ниже.

— Нужно разбить стекло, — быстро сказал он Аше.

Девушка кивнула и вытянула руку с пистолетом. Импульсные дротики начали дырявить прочное стекло, оставляя в нём круглые отверстия с расходившимися по стеклу трещинами. Но не смотря на это, оно никак не хотело биться на осколки.

— Прочная зараза, — проворчала девушка и убрала пистолет в кобуру. — Лата, дай винтовку.

Сингх сняла с плеча висевшее на ремне оружие и перекинула его девушке. Та же не стала церемониться. Переключив оружие в полностью автоматический режим, она высадила по предательски крепкому стеклу почти половину магазина, буквально изрешетив его. Вот только это всё равно не помогло. Проклеенные специальной плёнкой стёкла, несмотря на почти сотню сквозных отверстий продолжали стоять на месте, покрывшись непроглядной вязью тончайших трещин.

— Охренеть. Какого чёрта эта дрянь всё ещё целая?!

Аша удивлённо смотрела на по-прежнему преграждавшее им путь стекло. Масуд, бледный от потери крови и двигаясь словно сонный, залез дрожащими пальцами в одни из карманов своего жилета и извлёк небольшой, металический шар. Его напарница первая поняла, что произойдёт дальше и отпрянула от прохода.

— Закройте рты и заткните уши. Сейчас рванёт! — предупреждающее закричала она и отвернулась в сторону.

Вимал и Лата быстро сделали так, как было велено. Эранди плотно зажал уши ладонями и закрыл рот, глядя на то, как активированная граната улетела вниз. Через две секунд, которые показались ему мучительно долгими, прогремел оглушительный взрыв. Ударная волна вырвалась в коридор и на короткое мгновение ему показалось, что взрыв гранаты стал последней каплей и здание начало падать в оглушительном грохоте. Но прошла одна секунда. Вторая. За ней третья и ничего не происходило. Они всё ещё были живы, а здание всё ещё стояло накренившись, опираясь на соседний дом. Но вот скрежет, который не умолкал последние несколько минут становился всё громче.

Вимал заглянул за угол. Взрывом гранаты неподатливый стеклопакет попросту снесло. Осколки проклеенного плёнкой стекла и лежащей на нём мебели теперь валялись тремя метрами ниже на балконе соседнего здания.

— Так. Скатываемся вниз и падаем на балкон, — крикнул Вимал, убедившись, что все его слушают. — Оттуда сразу бегите в задание.

— Сука, там три — четыре метра падать, — Аша, не скрывая своего страха смотрела вниз. — И мусора столько, что все кости себе переломаем.

— Ну, либо так, либо остаёмся здесь, и тогда нам точно конец, — Вимал осторожно вылез в дверной проём, держась за дверной косяк. — Я пойду первый.

И не давая кому-либо хоть что-то сказать, разжал пальцы. Гравитация бессердечно протащила его по устилавшему пол ковровому покрытию, пока он не упёрся ногами в разломанную взрывом гранаты раму окна. Сбив ударом ботинка остававшиеся осколки, он глубоко вздохнул, стараясь унять клокочущий в груди страх и свесился вниз на руках. На то, чтобы отпустить пальцами раму, пришлось потратить не маленькое волевое усилие. Они никак не хотели разгибаться. Но всё же...

Секунда свободного падения, за которым последов сильный удар, выбивший из него воздух. Левая нога скользнула по лежащим на балконе обломкам и щиколотку пронзило болью. Выругавшись и кое как поднявшись на ноги, он поднял голову.

— Нормально! Давайте так же!

Смотрящие в проём девушки переглянулись между собой, но всё же начали шевелиться. Тяжелее всего было Масуду. Лата и Аша осторожно спустили его вниз, держа за руки, так как сам бы он ни за что не смог бы спрыгнуть вниз из-за ранения. Вимал постарался как можно аккуратнее принять раненого, но это было не просто. Масуд не только был крупнее щуплого на вид пилота, но и весил, казалось, чуть ли не в два раза больше. Эранди старался как мог, но в итоге они оба мешками рухнули на балкон. Но по крайней мере, они всё ещё были живы.

Здание над их головами содрогнулось до самого основания. Сверху посыпались каменные обломки. Один из них, размером с небольшой флаер, пролетел совсем рядом с балконом, задев его и отлетев в сторону.

— Быстрее! — Закричал Вимал, увидев, что здание медленно начало сползать вниз.

Девушки спрыгнули вниз одновременно, упав вниз. Воздух наполнился потоком ругательств и шипением от сдерживаемой боли. Аша неудачно упала прямо на уже и так повреждённую руку.

Вимал вместе с Латой подхватили Масуда и бросились к двери балкона. Невыносимый скрежет превратился в оглушительный рёв. Дом рушился прямо им на головы. Аша прямо на бегу выпустила в замок все остававшиеся в магазине пистолета заряды, вырвав тот из двери. Девушка налетела на неё, и уже лишённая запиравшего её замка дверь распахнулась, пропуская людей внутрь. Едва они оказались внутри, как мир за их спинами потемнел, а всё вокруг потонуло в ужасающем грохоте разрушающегося здания.

Глава 6

07 часов 28 минут

Они скользнули внутрь в самый последний момент. Дом, из которого они выбрались, стремительно пошёл вниз, съезжая по стене и безжалостно срывая с неё всё, что на ней было. Балкон, который их спас, просто исчез в облаке пыли и грохоте.

На какое-то ужасающее мгновенье, Вималу показалось, что их новое укрытие не выдержит и обрушится следом за первым. Но проходили секунды, а они так и продолжали лежать на грязном, дрожащем полу. В воздухе грязным маревом висела пыль, не давая вздохнуть, но они всё ещё были живы. Грохот начал сходить и где-то сбоку раздался рваный кашель и стоны от боли.

— Сука... Не могу поверить, что мы выжили, — Аша, пошатываясь поднялась на ноги, бережно прижимая к телу сломанную руку.

— Лата?! — крикнул Вимал, с трудом поднимаясь.

— Здесь я, — почти сразу же отозвалась девушка и зашлась в приступе кашля, когда хватанула ртом висящей в воздухе пыли.

— Что с Масудом?

— Жив, — сипло отозвался тот. — Вот только не знаю, надолго ли...

Встав, Вимал осторожно подошёл к разрушенному пролому, который всего минуту назад был выходом балкон.

Балкона не было. Как вообщем-то и всего, что раньше находилось на этой стороне здания. Словно по этой стороне дома прошлись мелкой тёркой. Как оно устояло после подобного, у Вимала не было ни малейших представлений. Где-то внизу, в покрытых клубами пыли улицах всё ещё шли бои. Вспышки и всполохи пламени просвечивали через пыль, наполняя её жутковатым, призрачным сиянием.

Теперь перед ними стоял вопрос. Что делать дальше? Оставаться здесь или же уходить. У каждого из вариантов были как свои плюсы, так и минусы. Здание давало им определённый уровень безопасности, так как никто из них не знал, что вообще происходит внизу. Ни у Масуда, ни у Аши не было связи с остальными солдатами полка и было не понятно, уцелел ли хоть кто-то из их взвода после обрушения здания.

Ответ на этот вопрос в виде прошедшей по зданию судороги от взрыва пришёл практически моментально. Едва уцелевшие в одном обрушении люди не собирались испытывать свою удачу вновь. Вимал и Лата, держа Масуда за руки, двинулись в сторону коридора. Аша шла перед ними с пистолетом в руке, проверяя коридоры и комнаты, которые встречались им на пути. По всюду царила разруха. Разбросанные вещи, принадлежащие бывшим жильцам, валялись на полу в хаотичном порядке. Всё вокруг говорило о том, что люди уходили в спешке. Двери некоторых квартир были открыты настежь, и Аша заглядывала внутрь. В одной из таких, она нашла несколько бутылей с божественно прохладной водой. Благодаря ей, Вимал наконец смог промыть лицо и глаза от мерзкой, засохшей корки из крови, грязи и пота.

Лифты в здании не работали, поэтому пришлось воспользоваться лестницами, что бы спуститься на первый этаж. Пока они спускались, пыль на улице успела немного осесть и видимость слегка улучшилась, но дышать всё равно было тяжело. Лата порвала на лоскуты найденную в одной из квартир пару белых наволочек, что бы все смогли закрыть тканью рот и нос и не дышать пылью и дымом. Из второй наволочки и пары пластиковых трубок, отломанных в одной из квартир, девушка соорудила для Аши шину для сломанной руки и перевязь.

— Нужно двигаться в промышленную зону города, — с уверенностью заявила Аша. — Там сконцентрирована большая часть оставшихся сил полка. Если кто ещё и может сражаться, то это точно они.

Вимал выглянул из двери наружу. Над улицами разносились звуки идущего в городе боя. Каждые несколько секунд доносились хлопки взрывов и приглушённый рокот тяжёлых импульсных пушек.

— Ага, — проворчал Эранди, осторожно оглядывая улицы. — Ещё бы понять, в какую сторону идти. Тут почти что ни черта не видно из-за этой чёртовой пыли.

— Дай-ка я гляну.

Аша пролезла мимо него и оглянувшись по сторонам побежала по улице. Вимал даже сказать ничего не успел, а фигура девушки уже исчезла в облаках дыма и пыли. Лата удивлённо посмотрела на своего напарника.

— Какого чёрта! Куда она...

Но прежде, чем она успела закончить, Аша выскочила из облаков клубящейся пыли, закрывая рот и нос обрывком ткани.

— Я знаю куда нам идти, — быстро сказала она, убрав ткань с лица и тряхнув рукой, сбивая с импровизированной повязки пыль и грязь.

— Откуда?

— Я же говорила. Катак-Репал это мой город, — в её голосе отчётливо слышалась густая смесь злости и ненависти к тем, кто сотворил такое с её домом. — Я здесь родилась и выросла. Там указать был. Берите Масуда и пошли.

Они шли по пережившим сражение улицам, стараясь держаться как можно ближе к домам. Стоило им пройти дальше по проспекту от места обрушения здания, как воздух становился чище, а видимость улучшилась. По началу, Вимал обрадовался, но сейчас идя по разрушенному городу уже не испытывал от этого хороших чувств. Повсюду были видны следы прокатившегося по городу сражения. Разрушенные дома. Горящие и исходившие чёрным и густым дымом флаеры, разбросанные по улицам словно игрушечные. И тела. Трупы в военной униформе королевской гвардии и более редкие фигуры в развороченных множеством попаданий индивидуальных бронекостюмах. Но куда хуже, когда ему на глаза попадались тела обычных жителей города. Тех, кто не успел или по какой-то причине не стал покидать город.

Тех, кого они дали присягу защищать.

В нескольких местах им попадались сооружённые прямо на улицах баррикады из перевёрнутых машин, флаеров и разного мусора. Вимал и Лата смотрели на всё это с жалостью, так как хорошо знали. Подобные укрытия могли бы помочь против пехоты и лёгкой техники. Но против мобильных доспехов, они не устоят даже и пары минут. И картина перед их глазами прекрасно доказывала эту правоту. Очень часто на месте разрушеных до основания подобных укреплений, рядом с погибшими гвардейцами лежали тела в обычной одежде с гражданским оружием. Кто-то из жителей всё же решился на то, чтобы рискнуть и дать отпор. И жестоко за это поплатился. Одна из баррикад до сих пор была объята пламенем. Выпущенные по перекрёстку, где она находилась термобарические боеприпасы, превратили это место в пылающий ад. В воздухе стоял удушливый и вызывающий тошноту смрад от дыма и запаха горелой плоти.

Вимал прекрасно понимал, что в таком состоянии, встреться им сейчас противник, они не смогут сделать ровным счётом ничего. Из оружия у них были пистолет, которым была вооружена Аша и одна импульсная винтовка, которая сейчас болталась на ремне за плечом у Вимала. Вторую Лата потеряла, когда прыгала из дома на балкон.

Вдруг, идущая впереди Аша замерла, дойдя до угла, а затем быстро вернулась назад. Вимал и Лата поняли причину её действий ещё до того, как она открыла рот. Они оба почувствовали ритмичную, ударную вибрацию.

— Мобильные доспехи! — прошипела она.

Эранди кивнул в сторону полуразрушенного фасада закусочной у неё за спиной.

— Давай туда. Забьёмся поглубже.

Девушка кивнула. Они быстро занесли Масуда внутрь через разбитое окно. Осколки разорванного стеклопакета хрустели у них под ногами. У дальней стены валялись сдвинутые к стене перевёрнутые столы. Торопясь, они быстро спрятались в самом конце закусочной. Даже здесь, в глубине этой разрушенной забегаловки, отчётливо чувствовались ритмичные удары, сотрясавшие землю. Оба пилота моментально поняли, что являлось источником, этого звука. Для них обоих, он был привычным. Практически родным. Они слышали и ощущали его бесчисленное множество раз. Поступь идущего мобильного доспеха.

— Все на пол и не поднимайте голов, — зашипел Вимал, и сам моментально последовал своему совету. — У этих уродов могут быть включены инфракрасные сенсоры.

Четверо человек затаились за стойкой, как можно сильнее постаравшись вжаться в пол. Вимал судорожно вспоминал всё, что он знал или когда либо слышал о доспехах СНП и характеристиках их сенсоров. Заметят или нет? Если да, то им конец. Звуки тяжёлой поступи были всё ближе и ближе. Осколки разбитой посуды, валявшейся на грязном полу, тихонько бренчали, подпрыгивая на месте от вибраций. Вимал заметил крошечную щель между двумя секциями стойки и посмотрел через неё на улицу.

И вот они появились. Один. Второй. За ними третий. Судя по бронированию и внешнему виду это были «Дуллаханы». Около их ног двигались фигуры высотой с человеческий рост. Пехота в силовой броне. Вимал отпрянул от щели, отодвинувшись как можно дальше, что бы операторы брони не заметили тепло его тела. Эранди поймал себя на том, что даже задержал дыхание. Каждую секунду, он ждал, что доспехи заметят их. Что закованные в бронекостюмы пехотинцы ворвутся внутрь и перебьют их голыми руками. Им для этого даже оружия не потребуется.

Вдруг звуки шагов прекратились. Замерли. Остановились.

Вимал посмотрел на бледное, напуганное лицо прижавшейся к нему Латы. Почему они остановились. Заметили? По его лицу катились крупные, грязные капли пота. Что-то неожиданно схватило его за руку. Вимал чуть не дёрнулся, но это была всего лишь Лата. Пальцы девушки сжали его ладонь с такой силой, что её ногти впились ему в кожу.

Раздавшийся в неожиданной тишине треск крошащегося стекла, показался им оглушительным. Разбитый и изорванный на части стеклопакет, который лежал у входа. Снова треск. Кто-то медленно ступал по разбитому стеклу. Звуки становились всё ближе. Сидящая рядом Аша поудобнее взяла в руку пистолет. Её пальцы сжимали рукоять с такой силой, что у девушки побелели костяшки пальцев, а ствол едва заметно дрожал.

Снова треск. И снова ближе.

Эранди сглотнул и медленно переложил себе на колени винтовку, стараясь делать это как можно тише.

Снова треск и снова он раздался ближе.

Громко хрустнул под бронированной пятой осколок керамической тарелки. Сердце Вимала билась в таком бешеном ритме, что молодому сульфарцу казалось, что его могут услышать. Звуки шагов были всё ближе и ближе. Руки крепче сжали винтовку, а палец судорожно дрожал на спусковом крючке.

— Нет! Не стреляйте!

Раздавшийся в тишине крик и последующий за ним выстрел быстро поглотила тишина.

07 часов 56 минут

Абал остановил доспех посреди широкого проспекта. Крупная группа доспехов и несколько взводов бронепехоты под его непосредственным командованием продвигалась по разрушенным улицам Катак-Репала.

Сопротивление гвардейцев было отчаянным. Эти люди сражались до последнего, стараясь нанести урон его силам. Абал почти готов был уважать их за это самоубийственное упорство. Но лишь «почти».

Применённая ими в самом начале тактика засад и создание опорных оборонительных пунктов в зданиях принесло свои ужасающие плоды. Силы Абала потеряли куда больше техники и людей, чем предполагалось изначально. Из более чем шестидесяти атаковавших город доспехов, они уже потеряли семь машин уничтоженными и около дюжины имели те или иные повреждения. Часть из них, из-за этого осталась не боеспособными, поэтому их тоже можно было списывать со счетов. По крайней мере до того момента, как техникам Абала не удастся отремонтировать их и вновь ввести в строй.

Среди пехоты потери были ещё хуже. Комплекты штурмовых бронекостюмов, произведённых в Союзе Независимых Планет и поставленных Каспаром для армии Рустала, давали хорошую защиту от обычного пехотного оружия. Но вот против крупнокалиберных скорострельных орудий и тяжёлых двадцати пятимиллиметровых роторников они не могли сделать ровным счётом ничего. А тактика гвардейцев, построенная на внезапных атаках с заранее заготовленных позиций, привела к тому, что пехота Абала попадала под перекрёстный огонь подобного оружия. На данный момент, они лишились уже двадцати процентов убитыми и практически такое же количество имело ранения разной степени тяжести. Естественно, что подобная тактика работала ровно до того момента, пока закованные в броню солдаты Абала не встречались с королевскими гвардейцами в прямом столкновении. В такой ситуации броня и подвижность даваемая хашмитам костюмами давала абсолютное превосходство. Стоило только им пройти первые огневые рубежи и ворваться в занимаемые гвардейцами здания, как спасти тех уже не могло ничего. Люди Абала беспощадно вырезали королевских солдат целыми отделениями, вымещая на них ярость за погибших друзей и товарищей.

Но даже несмотря на то, что потери оказались выше ожидаемых, они побеждали. Побеждали уверенно и безоговорочно. Имир, жалкий трус в глазах Абала, ошибся. Половина города уже была занята его войсками, вытесняя гвардейцев к промышленным районам, туда, где находились их раненые и гражданские. Гвардейцы были припёрты к стенке и бежать у них не было никаких шансов. Абалу уже доложили о редких попытках прорваться к городу, но несколько военных ботов, попытавшихся сделать это, были немедленно сбиты. Правда и Абал не мог получить нормальных данных о позициях королевских войск в промзоне. Каждый беспилотник, который они туда отправлялся, сбивался лазерными кластерами ПВО, часть из которых всё ещё осталась в рабочем состоянии. А его люди, подходившие к позициям гвардейцев, всё ещё не могли дать сколько то ни было точных данных. Всё что они знали, это то, что у противника осталось от четырнадцати до восемнадцати мобильных доспехов и около дюжины танков и другой военной техники. Даже если они укрепились, то превосходство в тяжёлой технике было на стороне Абала, а стоило его бронепехоте прорваться к оборонительным позициям, как вся защита королевского полка развалится на части.

Победа была делом одного, максимум пары часов.

Сопровождавшие Абала пехотинцы начали расходится по сторонам, проверяя здания. Несколько из них зашли внутрь какой-то разрушенной забегаловки, другие же разошлись по улице, проверяя двери и окна на предмет ловушек или прячущихся людей.

Мигнула иконка входящего соединения.

Вот наконец и вышла на связь передавая группа. Абал коснулся экрана и открыл канал связи.

— Наиб? — послышался голос из динамиков.

— Слышу тебя Хасул. Что у вас?

— Мы подходим к промышленной зоне. Видим королевские танки и несколько мобильных доспехов. В основном тяжёлые «Ракшассы». «Арханты» заняли позиции за обломками зданий. Мы отметим их для вас.

— Что насчёт других сил?

— Больше ничего не видим. Вероятно, они очень хорошо спрятались, — произнёс Хасул, намекая на засаду, устроенную их силам в центре города.

— Трусы всегда хорошо прячутся, — ответил Абал и услышал в наушниках смешок.

— Согласен, наиб. Мы постараемся пройти дальше, но не уверен, что у нас получится. Мы можем попробовать обойти их, но...

— Оставь это дело друг, — прервал его Абал и вывел на экран. Мы скоро подойдём. Нужно собрать силы в один кулак и раздавить этих собак одним, решительным ударом. Займите позиции и дожидайтесь нас.

— Понял тебя, наиб. Будет исполнено.

Внешние микрофоны командирского «Дуллахана» уловили крик, а затем выстрел из тяжёлой импульсной винтовки. Абал быстро открыл канал связи с командиром отделения.

— Что у вас?

— Нашли спрятавшуюся собаку наиб, — быстро ответил командующий отрядом бронепехоты. — Ничего, что стоило бы твоего внимания.

— Хорошо. Продолжаем движение вперёд.

— Понял.

Пехотинцы моментально начали движение вперёд по улице, а через несколько мгновений за ними двинулись и мобильные доспехи.

07 часов 59 минут

Минуты шли одна за другой, а Вимал и остальные продолжали сидеть, боясь пошевелится, вслушиваясь в звуки удалявшихся мобильных доспехов. Эранди поймал себя на том, что даже дышать стал едва заметными вдохами. Это, наверное, был самый страшный момент в его жизни. Неожиданный крик и последующий за ним выстрел напугали его настолько сильно, что ему казалось будто его сердце сейчас разорваться. Ещё никогда он не боялся за свою жизнь так сильно, как сейчас.

Но минуты шли одна за другой, сменяя друг друга, он всё ещё был жив. Они все были живы.

Наконец поборов сковавшее его оцепенение, он медленно и аккуратно нагнулся к щели между двумя секциями стойки, за которой они прятались, но ничего не увидел, кроме пустого участка помещения. Несколько раз глубоко вздохнув и уняв кричащее и требующее забиться в самый дальний угол сознание, он приподнялся и быстро взглянул над стойкой.

Приютившая их забегаловка была пуста. Мобильные доспехи и сопровождавшая их пехота ушли. По крайней мере, он на это надеялся.

— Кажется они ушли, — прошептал он, вернувшись за стойку.

— Что это была за чертовщина? — тихо прошептала Лата и Вимал заметил размазанные дорожки от слёз, пробежавшие по её лицу.

Им всем сейчас было тяжело.

— Не знаю, но похоже, что нам сейчас чертовски повезло...

— Я бы так не сказала, — так же тихо бросила Аша, помогая Масуду сесть удобнее. — Эти гады ушли в ту же сторону, в которую шли и мы.

— Они идут к промзоне, — произнес Вимал, поднимаясь на ноги.

— Ага, именно туда, где собрались сейчас все наши.

— Эти ублюдки, наверное, со всего города стягивают туда силы, — с трудом проговорил Масуд прислонившись спиной к стойке. — Хотят окружить и навалиться всем скопом.

— А это значит... — начала было Лата, но Аша быстро закончила за неё.

— Это значит, что скорее всего все силы полка в городе уже перебиты, — с мрачной уверенностью сказала она.

Лата устало опустилась обратно на пол.

— И что нам теперь делать? Идти туда — это грёбаное самоубийство.

— Нужно предупредить наших, — устало произнёс Масуд. — Нужно дать им знать о том, что скоро все эти уроды на них набросятся.

— Да какой в этом толк?! Как будто они и сами этого не знают, — огрызнулась Сингх. — У нас нет никакой связи, а между нами и промзоной куча плохих парней, если ты не заметил. Как будто если мы их предупредим, это что-то сильно поменяет.

— Может и нет толка. А может и будет. Мы понятия не имеем, но предупредить их нужно. Нужно сделать хоть что-то...

Лицо солдата скривилось, и он сжав зубы застонал от боли. Аша моментально опустилась рядом с напарником.

— Дерьмо... Эффект обезболивающих проходит.

Она озабочено посмотрела на него, а потом на двоих пилотов, стоявших рядом.

— Если не доставить его к медикам, то боль будет просто невыносимой. Нам нужны медикаменты и связь.

Аша пошла в сторону двери, ведущей к помещениям для персонала.

— Я посмотрю, может найду что-нибудь полезное.

Глаза Вимала же, зацепились за карту города, висящую на стене. Отпечатаны на листе пластика, она была покрыта налетевшей с улицы пылью так, что сделанные яркой краской отметки едва проглядывали сквозь осевший на ней слой грязи. Недолго думая, он подошёл прямо к ней и сорвал со стены.

— Вимал?

Эранди не ответил. Он уложил карту на стол и ладонью смахнул грязь и пыль в сторону. На карте с логотипом заведения яркими отметками были отмечены другие забегаловки с таким же названием, как и эта. Но не это было важно, а красиво выгравированная отметка, показывающая, где именно находилось это заведение относительно других.

Хлопнула дверь и оба пилота резко обернулись назад. Аша вернулась обратно со злым и разочарованным выражением на лице.

— Ни черта у них нету, — девушка взглянула на сорванную со стены карту. — Чего делаете?

— Лата, — задумчиво произнёс Вимал, рассматривая карту. — Ты помнишь, где оставила свой «Шах»?

— Чего? Зачем тебе... — Лицо девушки посветлело и на её губах появилась радостная улыбка. — Вим, ты гений!

Она подскочила к карте, в то время как Аша смотрела на них с неумением.

— Вы сейчас о чём?

— В её доспехе есть и экстренная аптечка первой помощи и связь, — быстро ответил Вимал. — Если доберёмся до неё, сможем найти медикаменты для Масуда и возможно связаться с командованием полка, если они ещё живы.

— Либо, найдём всё это по дороге. — Предположила Аша и подошла ближе. — Где вы оставили доспех?

Лата задумчиво смотрела на карту, пытаясь вспомнить свой путь, который она проделала на доспехе, когда пришла в город.

— Я не помню точно. Мы зашли с северо-восточной стороны и прошли к центру. Мимо центрального административного комплекса. Там была временная стоянка для техники или что-то подобное...

Аша задумалась, глядя на карту.

— Кажется я знаю, где это, — она ткнула пальцем в место на карте, в нескольких кварталах от разрушенного административного здания. — Здесь была временная точка сбора техники после того, как мы отошли к городу.

Вимал поднял взгляд и посмотрел на напарницу.

— Лата?

Та лишь задумчиво смотрела на схему, но в конце концов пожала плечами.

— Вроде и оно. Помню, что там было широкое пятиэтажное здание...

— Здание городского технического колледжа, — кинула Аша. — Тогда это точно здесь.

— Сколько по времени?

Аша лишь пожала плечами.

— Если бегом, то минут десять. Но чёрт его знает, что сейчас твориться на улицах.

— Хорошо, — Вимал взял в руки лежащую на стойке винтовку. — Тогда туда и обратно. Аша, останься с Масудом...

— Нет, — отрезала та. — Я иду с вами.

— Масуду нужна... — возразила было Лата, но тут же была прервана.

— Я ему сейчас ничем не помогу. А в отличии от вас, я знаю город и помогу дойти быстрее и не заблудиться.

Вимал хотел было возразить, но ответить на это ему было нечего. Они действительно не знали город, а с проводником им будет куда легче добраться до оставленного доспеха.

Думать о том, что его уже могло не быть на месте, ему решительно не хотелось.

— Ладно, — он опустился на корточки рядом с раненым пехотинцем.

Лицо солдата побледнело, а его дыхание стало прерывистым. Губы плотно сжаты с такой силой, что превратились в тонкую линию.

— Продержишься немного? Мы постараемся вернуться как можно быстрее.

— А у меня как будто есть выбор? — Хрипло ответил вопросом на вопрос Масуд и грустно усмехнулся. — Идите. Только оставьте мне винтовку. Не хочу сидеть тут с голым задом, если эти ублюдки ещё раз сюда сунуться.

Вимал пошёл к выходу, но не дойдя до него, увидел человеческую руку, торчащую из-за нагромождения столов. Среди них, в луже собственной крови лежало тело некогда красивой девушки в голубовато-розовой униформе и с логотипом заведения на груди. Большая часть черепа попросту отсутствовала развороченная выстрелом.

Вот чей крик они слышали.

— Почему она ничего не сказала, когда мы вошли? — тихо спросила подошедшая Лата и посмотрев на лежащее на полу тело, практически сразу же отвернулась.

— Может быть боялась, что «мы» это «они»? Какая теперь разница.

— Угу.

— Ладно, пойдёмте. У нас мало времени.

08 часов 18 минут

— Далеко ещё?

Вимал осматривался по сторонам, выискивая глазами любое движение.

— Почти пришли, — ответила ему Аша, занятая тем же самым. — Там дальше. За поворотом налево будет здание колледжа.

— Хорошо. Пошли.

Быстрыми и короткими перебежками, они передвигались от одного укрытия к другому. По дороге им ещё раз встретилась колонна мобильных доспехов и лёгкой техники, которая продвигалась через город в сторону расположенных в дальней части города промышленных районов. Лёгкие танки на антигравах и десантные машины следовали за доспехами, ощетинившимися стволами орудий. Всю эту процессию сопровождали отряды бронированной пехоты с оружием в руках. Затаившись в глубине жилого здания, они переждали опасность и продолжили путь дальше.

Решение взять с собой Ашу оправдало себя на все сто процентов. Девушка вела их через паутину узких улочек и уже через пару таких срезок Вимал совершенно терял ориентацию в пространстве. Несколько раз он спрашивал у девушки направление и каждый раз получал уверенный ответ. Выбранный девушкой путь позволил им миновать крупные проспекты и улицы, которые могли контролироваться противником и что более важно, позволял существенно сэкономить время, двигаясь к нужной цели практически напрямую.

Временно устроенная одиннадцатым полком техническая площадка по-прежнему была тут. Всё оставалось практически так же, как и тогда, когда они только сюда пришли. Вимал до последнего боялся, что отступавшие силы полка уничтожат «Шаха», но то ли они слишком торопились, то ли просто решили не тратить на это силы и время. На лице Латы расцвела счастливая улыбка, когда она увидела свой доспех, стоящий на коленях у стены колледжа.

— Лата, проверь доспех. Отдашь Аше аптечку. Я пока гляну, может быть, найду что-то полезное.

Девушки кивнули и быстро двинулись в сторону «Шаха». Вимал же направился в другую сторону, туда, где стояло несколько повреждённых машин. Два десантных транспорта стояли прямо на земле. Антигравитационные панели одного из них были изрешечены так, что становилось понятно. Это транспорт своё отлетал. Рядом с ним стоял его брат близнец со вскрытым двигательным отсеком, от которого тянулись десятки кабелей. Рядом валялись разбросанные инструменты. Похоже, что атака хашмитов застала техников в врасплох и они поспешили убраться из опасного места как можно скорее.

Технический персонал набирался среди гражданских и у тех не было ни военных навыков, ни подготовки. Да что там говорить. Сам Вимал был когда-то одним из них. Сын хозяина крупной фермы, он уже с тринадцати лет сидел в кабине сборщика посевов, которые были дальними родственниками грозных боевых машин, которые разносили сейчас Катак-Репал.

На мгновенье Вимал задумался о том, что сейчас делал его отец. Знает ли он о происходящем здесь? Ферма семьи Эранди располагалась в шестистах километрах южнее Джайпур-Бана, так что, наверное, он всё же слышал что-то об ужасах, творившихся сейчас в Ландширском поясе.

Тряхнув головой и выбросив из неё бесполезные сейчас мысли, Вимал подбежал к стоящим на земле машинам и принялся осматривать их. Транспорт со вскрытыми техническими люками был мёртв. По всей его бортовой броне шли рваные отверстия от попаданий снарядов. Эранди ухватился за борт и стараясь не пораниться о торчащие рваные края металла, подтянувшись на руках, залез на верх. Прямо к открытому люку в находившейся сверху небольшой башне. Ствол орудийного ускорителя был развёрнут по-походному -, назад и закреплён в специальных креплениях, а крышка люка была открыта. Бросив быстрый взгляд в сторону, он увидел, как Лата поднимается на тросе к кабине «Шаха».

Взявшись за специальные скобы, Вимал быстро пролез через люк во внутрь и осмотрелся. Свет уже поднявшейся над горизонтом звезды пробивался через рваные дыры в бортах десантного транспорта, худо-бедно освещая пространство внутри. И лучше бы он этого не делал. В нос Вимала ударил густой, с железным привкусом запах крови. В некоторых местах создавалось впечатление, что кто-то просто расплескал на борта ведро красной краски. Настолько её было много. Похоже, что транспорт попал под обстрел ещё когда был забит пехотинцами. О том, что произошло здесь в тот самый момент, ему даже думать не хотелось. При ходьбе ноги задевали разного рода мелочевку. Магазины от импульсных винтовок и карабинов. Кусочки вырванного метала и внутренней обшивки. Обёртки от одноразовых инжекторов с обезболивающими и вероятно пустые флаконы из-под кровоостанавливающей пены.

Одна эта картина была способна рассказать целую маленькую историю о том, как запертые в повреждённой машине люди пытались спастись сами и помочь своим раненым товарищам.

Обшарив машину, но так и не найдя ничего полезного, Вимал вылез из неё и не спускаясь на землю перепрыгнул на броню следующей. Здесь дела обстояли уже несколько лучше. За исключением уничтоженных репульсорных панелей антигравов, внутри транспорт практически не пострадал. Вимал нашёл винтовку с полупустым магазином, но что самое главное, это пузатую сумку аптечки первой помощи, лежащую в одном из грузовых отделений. Вскрыв её, он обнаружил, что она была полностью заполнена по штату. Обезболивающие. Кровоостанавливающие препараты. Жгуты. Хирургический набор. Всё было на своих местах. Вероятно её просто забыли здесь и техники не забрали её с собой при отступлении.

Повесив её на плечо, Эранди добрался до кабины и уселся в кресло. Его пальцы пробежали по консолям управления, запуская системы диагностики. Может быть, возможно, повреждения были не такими страшными, как ему показалось сначала и они смогут использовать транспорт, чтобы выбраться отсюда. На дисплеях перед ним начали появляться отчёты о состоянии машины. Нет. Всё-таки придётся им воспользоваться своими двоими. Диагностика антигравов выдавала сообщения о критических ошибках и полном отсутствие функциональности.

Вимал расстроенно ударил рукой по рукоятям управления и откинулся на спинку кресла. Вокруг была тишина и покой. Наверное, в первый раз за последние несколько часов, в этом забытом всеми транспорте он почувствовал себя защищённым. В безопасности. Нужно было пойти и узнать, как дела у Латы, но усталость брала своё. Хотелось посидеть ещё немного. Просто что-бы перевести дыхание. Немного отдохнуть...

Вимал вскочил с кресла словно ужаленный.

— Чёрт... — молодой пилот потряс головой, стараясь прогнать сонливость и проклиная себя за минутную слабость.

Не хватало ему ещё заснуть прямо здесь.

Вимал повернулся, чтобы вернуться и вылезти обратно через открытый люк в башне, когда краем глаза заметил движение в дальней части площадки. Шестёрка фигур под два метра ростом вышли из-за угла здания колледжа и сейчас направлялись прямо к ним. Даже с такого расстояния, угадывались угловатые формы индивидуальных бронекостюмов, в которые те были одеты.

В груди у Вимала похолодело. Они шли прямо сюда. Он бросился назад к люку, но замер на пол пути. Если он сейчас выскочит наружу, то не успеет сделать и пары шагов, как его заметят. Из оружия у него была лишь винтовка с полупустым магазином и всё. Что он может противопоставить людям в штурмовой броне? Но что если...

Озарённый мыслью, Вимал кинулся обратно в кабину.

Лата ухватилась за подъёмный трос рукой и вставила ногу в перекладину. Механизм моментально поднял её наверх к открытому люку кабины. Ей потребовалось несколько секунд, что бы пролезть внутрь и усесться в привычное и знакомое кресло. Несколько секунд она просто сидела, наслаждаясь комфортным креслом, пока раздавшийся снизу голос не заставил её вздрогнуть.

— Ну что там?

— Сейчас!

Протянув руку, она вытащила из под кресла экстренный набор и раскрыла его. Небольшая сумка с аптечкой лежала на своём месте с плитками высококалорийного пайка и прочими мелочами, необходимыми в экстренной ситуации. Положив сумку на колени, она коснулась консолей управления и запустила загрузку контрольной системы «Шаха».

Пока машина медленно оживала, Лата извернулась и вылезла наружу.

— Есть аптечка, — девушка бросила небольшую сумку вниз и Аша ловко поймала её одной рукой.

— Отлично. А связь?

— Нужно немного подождать, пока система запустится. Дай пару минут.

— Хорошо.

Аша опустилась на землю и принялась одной рукой рыться в аптечке, проверяя, что в ней есть. Лата же вернулась обратно в кресло. Обзорные экраны, размещённые по стенкам, потолку и даже полу кабины мигали различными параметрами. Несколько дисплеев рядом с креслом показывали статус загрузки системы. Покидая машину, девушка полностью отключила её, заблокировав все системы на тот случай, если сюда попробует влезть кто-то другой. Это был стандартный протокол действий в подобной ситуации.

Больше всего, Лата переживала, что системы связи окажутся повреждены или же что-то ещё пойдёт не так. В этот проклятый день вообще всё пошло не так. По этому девушка просто сидела в кресле, достав из под него флягу с водой. Она хлестнула себе на лицо, что бы смыть пот и грязь и хоть немного взбодриться, что бы не начать клевать носом.

Системы «Шаха» оживали одна за другой. Перед её глазами мелькали отчёты о готовности к запуску. Статус энергоустановки. Объёмы накопителей. Как раз тут всё было печально. Основные были опустошены, тогда как в резервных батареях осталось не больше семи процентов заряда. Этого не хватит даже на то, что бы просто выйти из города. Зато системы связи работали. Передатчик активировался и принялся искать частоты гвардии и моментально нашёл среди активных те, по которым с ними связывался майор Сабах.

— Отлично, — девушка обрадованно похлопала ладонью по креслу и повернулась, что бы рассказать Аше хорошую новость.

В этот момент наконец загрузились оптические сенсоры доспеха и дисплеи моментально отобразили картинку окружающей «Шаха» местности. Её и шестёрки боевиков в хорошо узнаваемых бронекостюмах, которые двигались вдоль здания колледжа прямо к ним. На одном из нижних дисплеев Аша, тоже видимо заметившая противников бросилась в укрытие...

На дисплеях было видно, как солдаты в броне зашевелились, очевидно заметив девушку. Двое из них, что стояли ближе всего моментально вскинули винтовки и открыли огонь. Две очереди в мясо изрешетили технические пластиковые контейнеры, за которые юркнула Аша, буквально разорвав из на куски. Остальные же бросились прямо к ним.

Лата ударила по кнопке закрытия люка кабины и схватилась за рукоятки. Система ещё не загрузилась до конца. «Шах» по прежнему продолжал стоять неподвижно, не способный шевельнутся. На глазах у Латы, Аша кинулась на землю рядом с каменной лестницей, что вела внутрь колледжа и в слепую несколько раз выстрелила из пистолета. К удивлению, она даже попала. Выстрел задел одного из нападающих в плечо, но вместо того, что бы ранить, всего лишь срикошетил от брони, покачнув противника, который моментально ответил стрельбой на эту робкую попытку защититься. Выстрелы хашмитских бойцов вырывали из камня целые куски, расшвыривая их во все стороны, а всё что могла сделать Лата, это безучастно смотреть на всё ещё продолжавшуюся загрузку.

— Давай малыш. Прошу тебя, давай быстрее, — шептала девушка, в глупой надежде, что эти слова каким-то магическим образом смогут ускорить загрузку.

Но всё было тщетно. Лата видела, как Аша опустила пистолет с опустошённым магазином и в жалась в угол между лестницей и стеной колледжа. Людям в чёрной броне оставалось пройти каких-то жалких двадцать метров, что бы добраться до неё и у Аши не будет против них никаких шансов. Они разбились на двойки и уверенно приближались к её укрытию...

Ровно до того момента, как один из них не разлетелся в облаке кровавых брызг.

Глава 7

08 часов 27 минут

Спаренная автоматическая противопехотная пушка, установленная на башне одного из транспортов, чуть повернулась и вновь открыла огонь. Бойцы в бронекостюмах стремительно бросились в рассыпную с невообразимой скоростью. Обычный человек просто не мог так двигаться. Но штурмовая броня, усиленная искусственными мышцами, давала им такую возможность.

И всё равно, ещё одному из противников не повезло. Он просто не успел добраться до укрытия вовремя. Длинная очередь со стоящего на земле и неподвижного транспорта ударила его в поясницу, моментально пробив не рассчитанную на такое броню. Разогнанные до огромной скорости вольфрамовые болванки играючи разорвали тело несчастного пополам.

— Молодчина Вим! — Радостно вскрикнула девушка.

Лата судорожно водила глазами, смотря то на обзорные экраны, то на дисплеи, где по-прежнему продолжалась загрузка систем доспеха.

Орудийный модуль на верхней броне транспорта повернулся из стороны в сторону, выискивая новых противников, но так и не открыл огонь. Их противники попрятались среди оставленного оборудования и их просто не было видно.

Быстрым взглядом Лата проверила, как дела у Аши. Девушка воспользовалась шансом и быстро бросилась в сторону стоящего на коленях «Шаха», чтобы сменить позицию и убраться от хашмитов подальше.

По десантному транспорту пробежал сноп искр. Пара вражеских бойцов обстреляла его из своих винтовок, но тут же вновь скрылись за укрытиями, когда в очередной раз рявкнули пушки транспорта. Со своего места Лата видела, что так ему их не достать. Но пока что броня защищала её напарника от ответного огня, а башенное орудие не позволяло противникам подойти ближе. Слишком уж открытым было перед ним пространство. Но так не могло продолжаться вечно. Ещё хорошо, что внешне процесс запуска доспеха никак не проявлялся, кроме усиления инфракрасной сигнатуры машины. Ситуация была патовая, но...

Из-за одного из укрытий показалась труба переносного противотанкового ракетного комплекса.

У Латы заложило уши от собственного протестующего и отчаянного крика, который эхом ударил по стенкам кабины.

Ракета преодолела тридцать метров до транспорта за какую-то жалкую секунду, и десантная машина исчезла в огне взрыва. Ударная волна прокатилась по пространству, расшвыряв во все стороны мелкие обломки покорёженной брони. Лата в ужасе смотрела на то, как горит раскуроченный корпус десантного транспорта вместе с Вималом. Последний выживший товарищ по отряду и близкий друг только что погиб у неё на глазах.

Люди, с которыми она тренировалась. Жила весь последний год. Все они погибли у неё на глазах за какие-то сраные семь часов. На глазах выступила влага, от бессильной ярости, что закипала в душе и требовала выхода. Приказывала сделать хоть что-то, словно наполняя тело жидким огнём.

Убийцы в бронекостюмах вышли из своих укрытий. Двое из них стали приближаться к доспеху, что бы найти Ашу и поступить с ней точно так же.

Громко пискнул предупредительный сигнал и по экраном пробежали горящие зелёным строки состояния систем доспеха. Заряд резервных батарей упал до шести процентов. Мало. Очень мало для полноценного функционирования. Но сейчас этого более чем хватит. Её «Шах» наконец ожил.

И Лата как никогда была готова убивать.

Девушка дождалась, пока один из этих ублюдков не подошел достаточно близко. Его винтовка ходила из стороны в сторону, выискивая спрятавшуюся жертву. По губам девушки скользнула кровожадная улыбыка, больше похожая на оскал голодной до крови волчицы. Одно движение рукоятью и четырёхпалая рука «Шаха» стремительно схватила не успевшего увернуться мерзавца словно куклу. Ублюдок задёргался в стальной хватке, стараясь вырваться, но у него не было на это ни единого шанса. Повинуясь желанию Латы, стальные пальцы сжались в кулак. Бронекостюм лопнул и раскололся в руке её машины словно гнилой орех. Сквозь бронированные пальцы «Шаха» на землю ручьём потекла кровь.

Отбросив превращённое в кровавое месиво тело в сторону, «Шах» поднялся на ноги. Лата слышала, как по броне бьют выстрелы винтовок, но это было бесполезно. Тройка ещё живых противников попыталась разорвать дистанцию. После всех ночных сражений, у доспеха не было какого-либо оружия. Но оно сейчас ей было не нужно. Правая рука опустилась на крупный, пустой контейнер для хранения снарядов и размахнувшись швырнула его в сторону отступавших. Двое успели увернуться в последний момент. Контейнер ударил в спину третьего, отбросив человеческую фигурку в стену колледжа. Закованное в броню человеческое тело смешно отскочило от стены и мешком упало на землю. Лата нервно хихикнула от увиденного и бросила машину вперёд.

Заряд резервной батареи мигнул. Осталось всего пять процентов.

Новый поток выстрелов бесполезно ударил по броне. Одни из оптических сенсоров вышел из строй. Девушка выругалась. Ублюдки целились в голову, надеясь ослепить основные сенсоры машины. «Шах» одним движением вырвал из тротуара фонарный столб и взмахнул им словно обычной дубиной. Её противники не ожидали подобного и один из них попал под удар, врезавшись спиной в стену здания. Удар не убил его. Лишь задел свою жертву по касательной и отбросил в сторону. Закованная в бронекостюм фигура попыталась сразу же подняться на ноги...

Нога девятитонного «Шаха» опустилась на человеческое тело, буквально размазав его по асфальту, превратив в грязное и кровавое пятно.

— Где же ты? — вслух спросила Лата, жадно шаря глазами по обзорным дисплеям в поисках своей последней жертвы. — Куда же ты делся?

«Шах» крутился на месте в поисках последнего противника. Заряд батареи упал до трёх процентов. Нужно было как можно скорее разобрать с последним оставшимся противником. Если она не сделает этого, то эта мразь с лёгкостью потом расправится и с ней, и с Ашей. Это будет лишь вопрос времени. Датчики засекли движение сбоку. «Шах» стремительно развернулся в то сторону. Уже в этот момент, глядя на нацеленную на неё трубу ПТРК, Лата поняла, что не успеет увернуться.

Вспыхнув пламенем, ракета устремилась прямо к ней, преодолев разделявшее стрелка и доспех расстояние за какую-то жалкую секунду. Лата лишь успела поднять руки доспеха, чтобы защитить кабину. Удар был настолько сильным, что взрывом кумулятивной боевой части ракеты одну из рук, повреждённую ещё во время боя ночью, попросту оторвало и отшвырнуло в сторону. Потерявшего от удара равновесие «Шаха» с грохотом уронило на землю. Резкий толчок выбросил забывшую пристегнутся девушку из кресла. Лата с такой силой ударилась головой о боковую стенку кабины, что у неё потемнело в глазах. Расположенный на ней обзорный дисплей треснул, покрывшись кровью из пореза на лбу.

Перед глазами у девушки всё плыло после удара. Голова была словно ватная, наполненная острой, пульсирующей болью. Где-то, на самой границе слышимости, прорываясь через звон в ушах до неё доносились тревожные звуки аварийных систем доспеха. Машина отчаянно кричала пилоту о своих неисправностях и повреждениях. Кое как приподнявшись на локте, Лата смахнула с глаз текущую со лба кровь и огляделась. Дисплеи мигали статикой. Два из них полностью переключились на запасные сенсоры, так как основные уже были уничтожены.

Девушка услышала тяжёлые и частые удары по броне. Один из дисплеев неожиданно мигнул, погаснув и переключился на другой набор внешних сенсоров. Фронтальный дисплей последовал за ним. Картинка дробилась и искажалась, стараясь подстроиться под резко уменьшившиеся возможности наблюдения.

Сердце девушки замерло. Этот ублюдок уничтожал сенсоры машины. По крайней мере те, которые видел. Некоторые дисплеи продолжали передавать картинку окружающего мира, но лишь кусками. Словно это были разрозненные части отдельного пазла. В её голове один за другим крутились варианты, но ни один из них не подходил. Стоит ей открыть кабину и попробовать вылезти наружу и тогда шансов на спасение не будет никаких. Что она могла противопоставить одетому в штурмовую броню солдату? У неё даже оружия при себе никакого не было.

Движение в самом углу одного из ещё работающих и передававших внешнюю картинку дисплеев привлекло её внимание. Человек в броне подошёл к лежащему на земле телу одного из своих товарищей и снял с его спины круглый пластиковый футляр, длинной с человеческую руку. Сбросив висевший на плече гранатомёт, он ловким движением вставил пенал в его тыльную часть.

Несколько неожиданных пистолетных выстрелов удрали по бронекостюму. Уже поднимавший трубу пусковой к плечу противник рефлекторно дёрнулся в сторону. Аша продолжала стрелять из своего укрытия, стараясь отвлечь противника от повреждённого доспеха. Лата попыталась заставить машину двигаться, но та практически не отзывалась едва шевелясь. Заряда батарей почти не осталось. «Шах» двигался словно сквозь водяную толщу. Медленно. Неохотно. Он с трудом прополз по бетону первый метр. Ублюдок в бронекостюме на её глазах отпустил «трубу» пусковой, позволил ей повиснуть на ремнях и схватил свою винтовку. Длинная очередь прошила гору контейнеров, из-за которой стреляла Аша, рвя пластик с такой лёгкостью, как будто это была бумага.

Откуда-то со стороны горящего транспорта на мерзавца обрушился целый вихрь выстрелов. Броня выдержала удар, но их противнику пришлось закрыться руками. Ещё одна очередь из импульсной винтовки прошлась по ногам. В некоторых местах ей даже удалось пробить броню, уронив хашмита на землю.

А в следующий момент четырёхпалая рука «Шаха» опустилась вниз, раздавив этого ублюдка словно назойливое насекомое.

Лата увидела бегущего в сторону доспеха Вимала. Он был жив и здоров, не считая подпаленной ткани пилотского комбеза на плече и измазанного сажей лица. В поле видимости попала и Аша. Девушка хромала на левую ногу и шла в сторону доспеха, пытаясь перезарядить пистолет одной рукой. Лата ударила по кнопке открытия кабины и нетерпеливо выбралась на внешнюю броню. «Шах» лежал на боку на бетоне, и девушка просто спрыгнула с брони на землю и тут же бросилась к своему напарнику. Еще раньше чем она поняла, что делает, её руки обхватили удивлённого такой реакцией парня за шею.

— Боже... Вим, я думала, что ты погиб!

— Лата, — сипло прошептал Эранди, когда у него потемнело в глазах от боли в руке. — Лата, руку... Рука!

Девушка опомнилась и отпустила его. На левой руке от плеча к локтю растянулся длинный и уродливый ожог. В некоторых местах материал пилотского комбинезона попросту прикипел к мягким тканям. Болеть всё это должно было чертовски сильно.

— Прости.

Сингх быстро размазала по лицу не прошенную влагу тыльной стороной ладони. Ей даже думать не хотелось, что из себя сейчас представляет её лицо.

— Как? — только и спросила она. — Я же видела, как они...

— Меня не было в транспорте. Я сделал только первый выстрел, а дальше поставил систему на автономное наведение. Когда эти суки взорвали транспорт, меня лишь слегка задело.

— Эй! — Аша наконец добежала до них. — Если вы наконец закончили, то я предлагаю делать отсюда ноги, пока кто-то не заинтересовался, куда делись эти ублюдки.

Он махнул рукой, показывая в сторону останков от погибших хашмитов. Вимал осмотрел ногу раненой и быстро скинул с плеча небольшую сумку с аптечкой, которую он нашёл раньше.

— Лата, в «Шахе» ещё осталась энергия? — спросил он, достав пару одноразовых инжекторов с обезболивающим. Один парень вколол себе в бедро, а второй протянул Аше.

— Совсем чуть-чуть...

— Попробуй связаться с майором, а мы пока обработаем раны.

Девушка кивнула и побежала обратно к доспеху. Ей потребовался едва ли десяток секунд, чтобы залезть обратно в кабину. Индикатор заряда резервных батарей показывал всего два процента. Большая часть систем уже отключилась из-за низкого запаса энергии, но кое-что ещё работало. Система связи всё ещё была активна. Активировав передатчик, Лата нацепила на голову гарнитуру, открыла канала связи и послала запрос. Статус канала горел жёлтым, показывая, что аппаратура связи исправна, но ответа нет.

Сзади раздались звуки и короткое, сдавленное ругательство. Через несколько секунд Лата услышала, как кто-то залез в кабину. Девушка обернулась и увидела сгорбившегося за креслом Вимала.

— Ну что?

— Никто не отвечает. Связь работает, но ответа нет...

Не успела она договорить, как огонёк сменился с жёлтого на зелёный.

— Назовите себя? — быстро прозвучал в наушнике строгий голос.

— Есть ответ, — обрадованно произнесла девушка и быстро передала гарнитуру назад.

Вимал даже одевать её не стал. Лишь приложил рукой к уху.

— Вимал Эранди. Третья механизированная рота. Отряд «Санкар».

Пилот быстро проговорил свой личный номер и идентификационный код.

— Слышим вас Эранди. Что у вас?

— Сэр мы находимся в центре города. Примерно тридцать минут назад видели крупные силы, двигающиеся в направлении промышленной зоны Репала. Мобильные доспехи, лёгкая техника и механизированная пехота. Если вы сейчас там, то они все стягиваются прямо к вам, — закончил Вимал.

— Мы знаем, «Санкар». Всё в порядке.

Голос в наушниках звучал на удивление спокойно. Словно Вимал только что не сообщил об крупных силах, которые вот-вот навалятся на остатки одиннадцатого полка. Парень моргнул и посмотрел на девушку.

— Сэр? Вы сказали всё в порядке?

— Да, «Санкар». Всё так, как и должно быть.

08 часов 36 минут

Промзона пылала.

Взрывы прокатывались по промышленному району бесконечными волнами, порождаемые ракетами и зажигательными зарядами. Люди Абала не жалели боеприпасов и для этого была веская причина. Оборона гвардейцев была отчаянной.

А их ответный огонь — убийственным.

— Вперёд! Продвигайтесь дальше! — Закричал он, одновременно осыпая техническое здание огнём из двух импульсных орудий своего «Дуллахана».

Он отказался от щита в пользу большей огневой мощи. Сорокамиллиметровые вольфрамовые болванки прошивали стены здания чуть ли не насквозь.

— Будет исполнено, наиб!

Пятёрка «Дуллаханов» вместе с тремя «Гренделями» пошли вперёд. Более тяжёлые доспехи прикрывались щитами, но это помогало мало. Казалось, что огонь вёлся чуть ли не со всех сторон, осыпая машины металлом и взрывчаткой. Один из «Гренделей» вырвался вперёд слишком сильно. Стоило ему это сделать, как сразу пять «Архантов» сосредоточили на нём свой огонь. Тяжёлые снаряды их массивных ускорителей вспарывали металло-композитную броню, словно раскалённые ножи масло. Сосредоточенный огонь разорвал машину на части практически мгновенно.

Разъярённые потерей товарища, остальные мобильные доспехи сконцентрировали свой огонь на позициях королевских танков, буквально засыпав их ракетами с кассетными и термобарическими зарядами. Заметившие угрозу танки начали отступать, но было слишком поздно. Несколько кассетных зарядов успели захватить танки и крошечные стабилизаторы в их хвостовой части повернулись, корректируя полёт. Один из «Архантов» осел на землю, когда заряд повредил его репульсоры и был моментально разорван сконцентрированным огнём «Дуллаханов» на части. Второму же заряд пришёлся точно в крышу корпуса в том месте, где за бронёй находились энергетические накопители. Мощный внутренний взрыв создал такое давление, что танковую башню сорвало с корпуса и подбросило в воздух на двадцать метров. Она, вращаясь, упала на крышу соседнего здания и, проломив крышу, исчезла внутри.

Оставшиеся «Арханты» смогли отступить, оставив на своей прежней позиции более двадцати мёртвых тел королевских гвардейцев, которые моментально погибли в огне термобарических зарядов, превративших это место в филиал самого настоящего библейского ада на сульфарской земле.

Силы Абала наступали широкой дугой и при этом у него в запасе ещё оставался небольшой резерв на тот момент, если защита будет пробита. Даже не смотря на ожесточённое сопротивление, которое оказывали королевские солдаты, подобный манёвр был более чем оправдан. Как только оборона в одном месте не выдержит, десять тяжело вооружённых мобильных доспехов и более двухсот солдат в штурмовой броне бросятся на прорыв, сминая защитников.

Абал поморщился, услышав, как выстрелы противопехотных роторников стучат по броне его машины. «Дуллахан» неумолимой поступью шёл вперёд. Его голова повернулась влево и размещённые в специальных нишах противопехотные пятнадцатимиллиметровые пушки изрешетили целый этаж невысокого пятиэтажного здания и тех солдат, которые заняли там позицию.

Первая контратака гвардейцев закончилась провалом. Наученные горьким опытом хашмиты видели в каждом здании перед собой возможный опорный пункт. Поэтому часть из них они просто расстреливали из тяжёлых орудий, а другие зачищала пехота в броне. Жестокие, кровавые и короткие схватки развернулись в узких коридорах и на лестницах городских домов. Броня против огневой мощи. Гвардейцы храбро сражались за свои укрытия и счётчик потерь постоянно рос. Особенно, это касалось двух случаев, когда его люди столкнулись с оснащёнными бронекостюмами спецподразделениями королевской гвардии. Армейская выучка и навыки гвардейцев в купе с защитой, которую им обеспечивала штурмовая броня, позволили выйти победителями из обоих коротких сражений.

Но во всех остальных случаях, победа была за хашмитами. Победа стремительная и кровавая.

Система предупреждения оглушительно взвыла, предупреждая пилота. Абал заставил «Дуллахана» присесть и бросил машину в бок, пряча её за стеной стоявшего рядом дома. Там, где он находился мгновенье назад, пронеслись сразу две противотанковые ракеты и бесполезно ударили в стоявшие в двадцати метрах за его спиной здания.

«Дуллахан» развернулся и вышел из-за своего укрытия, ведя огонь сразу из обоих ускорителей. Орудия в руках доспеха рявкнули дважды, обрушив свою ярость на атаковавший его королевский доспех. Тридцатитонный «Ракшасс», ответил на это новой порцией ракет и быстро, но безуспешно, обстрелял машину Абала из тяжёлого роторника. Короткая очередь заставила лидера хашмитов вновь скрыться за зданием.

Абал в очередной раз проклял невозможность использовать беспилотники. С ними было бы куда легче найти все машины королевского полка и уничтожить их издали ракетным огнём или же, хотя бы в значительной мере повредить. Но из-за того что вражеские силы были сгруппированы на небольшой площади, два уцелевших лазерных кластера ПРО с легкостью справлялись со своей работой. Они безжалостно выбивали с неба беспилотные разведчики, которых люди Абала посылали на разведку.

Голос Хасула зазвенел в динамиках машины.

— Наиб!

— Слушая тебя Хасул? Что у вас?

— Гвардейцы отступают в четвёртом секторе. Нам вот-вот удастся прорваться за их линию обороны!

Услышанное наполнило Абала долгожданной радостью. Момент, которого он с таким нетерпением ждал, наконец появился!

— Бери резерв, Хасул, и идите на прорыв. Уничтожьте их всех!

— Будет исполнено, наиб!

Прекрасно. Просто замечательно. Губы Абала сами собой растянулись в довольной усмешке. Всё шло именно так, как и должно было. Его пальцы коснулись панели связи, открывая канал с личным отрядом мобильных доспехов.

— Внимание всем пилотам. Хасул смог пробить брешь в их обороне. Прорываемся вперёд и поддержим его!

Динамики разорвал хор голосов, подтверждающих приказ. В тот же момент девять мобильных доспехов одновременно двинулись вперёд. Тяжёлые «Дуллаханы» прикрылись щитами и пошли в атаку, отвлекая огонь на себя от более лёгких машин. В воздух взметнулись десятки ракет, чтобы уже через несколько секунд обрушиться на занимаемые гвардейцами здания. Взрывы вырывали из них куски бетона, наполняя воздух пылью и дымом. Из-за угла на полном ходу выскочил королевский «Архант». Водитель танка умело развернул парящую в метре над землёй машину в заносе. Танковое орудие рявкнуло дважды, отправив снаряды в сторону одного из «Гренделей», и тяжело повредив доспех. Находившийся в отдельном модуле на башне противопехотный роторник смертоносной косой прошёл по двигающимся за доспехами рядам пехоты, перемалывая тех, кто не успел укрыться, в кровавый фарш.

Хашмитские войска шли в последнюю атаку и у потрёпанного полка уже не оставалось никаких шансов на то, чтобы их остановить.

08 часов 45 минут

Глубоко внутри промышленной зоны, майор Сабах внимательно следил за получаемыми докладами от своих людей.

После смерти Раччапали и всего его штаба командная цепочка была нарушена. Слишком многие погибли вместе с этим недалёким, по мнению Сабаха, идиотом. Ему пришлось срочно восстанавливать командную структуру, ставя на необходимые посты своих людей, которые были попросту не подготовлены к тем должностям, что упали на них со смертью их предшественников. Но угроза неминуемой смерти, густо перемешенная с ненавистью к врагу и острым желанием отомстить, помогли им компенсировать эти недостатки. Сделанное дало свои плоды. Одиннадцатый королевский полк вновь был боеспособным подразделением. Настолько, насколько это было вообще возможно в текущей ситуации.

Очередной взрыв заставил здание, в котором они находились, вздрогнуть, но майор даже не заметил этого. Бесконечная канонада разрывов и тряски стояла уже тридцать минут с того самого момента, как противник начал наступление на промышленную зону Катак-Репала. И с какой стороны не посмотри, положение королевских войск выглядело плачевным. По крайней мере, у них теперь хотя бы была устойчивая связь с командованием и базой «Багран». Резервные спутники наконец переместились на новые позиции и заняли более высокие орбиты. Теперь системы постановки помех, которыми пользовались эти мерзавцы уже не оказывали столь сильного влияния.

В помещение быстрым шагом вошёл один из помощников майора и лавируя между столами с разложенным на них оборудованием подошёл прямо к нему.

— Майор. Капитан Сиб доложил, что они почти у цели и готовы начинать.

Сабах почувствовал, как адреналин наполняет его кровь. Этого сообщения он ждал весь последний час, страшась, что их план не удастся. Но только что полученное донесение заставило его поверить в то, что не смотря на все трагедии прошедшей ночи, удача по-прежнему благоволила королевству.

— Сообщите Сибу, что бы ждал приказа, — быстро приказал Сабах и прошёл к размещённой в углу секции связи. — И откройте канал с базой «Багран».

— Да майор. Секунду.

Времени прошло чуть больше, но уже через несколько мгновений на дисплее появилось худощавое лицо генерала Самара Оджаса.

— Майор. Как у вас обстановка?

— Хашмитские силы стягиваются вокруг нас, как и предполагалось, генерал.

Оджас кивнул и, его лицу скользнула улыбка. Наверное, первая за последние десять часов.

— Отлично. Начинайте отступать по плану. Подразделения с базы «Корнад» в десяти минутах от вас и готовы выступать по вашему приказу, майор. Оперативное командование на месте будет за вами. База «Багран», конец связи.

Сабах кивнул, глядя на уже потухший дисплей с эмблемой королевской гвардии.

Теперь всё зависело от того, смогут ли его люди успешно выполнить задуманное. Был лишь один способ это выяснить. Сабах повернулся и положил руку на плечо техника.

— Передайте капитану Сибу, пусть начинает.

— Да майор.

08 часов 53 минуту

— Они бегут, наиб! Эти трусливые собаки отступают!

Радостный крик Хасула трещал в динамиках, заглушая глухие звуки взрывов и ударов мелких снарядов по броне доспеха. Абал развернул машину, и послал свой «Дуллахан» бегом между двумя высокими зданиями. Оба импульсных орудия рявкнули практически одновременно. Их снаряды один за другим ударили появившийся в ста метрах впереди «Ракшасс». Один прошёл мимо, лишь чиркнув по броне, а второй сорвал огромный кусок брони с правой руки доспеха. Королевский пилот быстро увёл машину за здание, успев сделать несколько выстрелов, но промахнулся.

Не желая дать противнику возможности на побег, Абал направил доспех вперёд, в погоню за своей добычей. Тяжёлая поступь мобильного доспеха оставляла следы на асфальте и заставляла дрожать редкие, ещё остававшиеся в зданиях окна.

— Хасул! Наступайте. Не стойте на месте и давите их! Мы почти победили.

— Будет исполнено, наиб! За шейха Рустала! — воодушевлённо закричал Хасул и отключился.

В трёхстах метрах слева в воздух взметнулись столпы дыма и огня. Почти двадцать мобильных доспехов хашмитов уже прорвали защитный периметр королевских сил и ворвались на территорию промзоны. Абал внимательно следил за развитием боя, изредка отдавая короткие приказы и контролируя своих солдат. Но и сам он не забывал принимать активное участие в развернувшемся в городе сражении. С тех самых пор, как шесть месяцев назад аджанби контрабандой доставили первую партию доспехов, молодой военачальник влюбился в эти машины. В ту мощь и силу, которую они давали. Сидя в кресле и положив руки на рукояти управления, он ощущал огромную власть, которая была заключена инженерами в этот смертоносный механизм. Шесть месяцев он ждал, чтобы наконец спустить эту силу с поводка. И сейчас, когда этот момент наконец настал, он не собирался сдерживаться.

Сенсоры засекли пару отступавших королевских доспехов. Два тяжёлых «Ракшасса» шли в глубь промзоны, одновременно перестреливаясь с несколькими хашмитскими «Дуллаханами». Разработанные и произведённые на Сульфаре, эти мощные машины ни в чём не уступали доспехам Союза, а в некоторых характеристиках даже превосходили их. В сражении один на один, они могли гарантированно выйти победителями. Но только не сейчас. Не тогда, когда доспехи и их пилоты были измотанны ночными сражениями. Не тогда, когда они вели бой, постоянно испытывая нехватку боеприпасов и энергоснабжения.

Абал поймал себя на мысли, что до сих пор во время сражения в городе им встречались лишь тяжёлые модели сульфарских мобильных доспехов. Более лёгкие «Шахи» практически исчезли с поля боя. Поначалу это настораживало его, пока он не просмотрел записи предыдущих сражений за эту ночь. Именно «Шахи» первыми приняли удар на себя. Скорее всего к началу осады промышленных районов Катак-Репала этих машин практически не осталось в строю.

Система связи выдала предупреждение о входящем сообщении. Идентификационный код соответствовал их передовой базе, которая была развёрнута в семи километрах от города. Абал нахмурился и открыл канал связи.

— Да?!

— Абал! Они здесь!

Хашмитский военачальник скривился, едва лишь услышав голос, раздавшийся из динамиков. Чёртов трус, очевидно, не понял урок, который Абал ему преподал.

— Имир! Кто тебе позволил...

— Они здесь, Абал! Они атакуют!

— Что у вас случилось! Что ты несёшь!

— Королевские мобильные доспехи! — Чуть ли не закричал в ответ Имир. — Их «Шахи» уничтожают нашу базу и зенитные комплексы!

Абал почувствовал, как у него холодеет кровь. Это невозможно. Какая-то глупость. Их противник был перед ним. Такое просто не могло происходить на самом деле. А если могло? Если Имир говорил правду? Этот червь был трусом, но ни как ни идиотом. Если это правда, то значит...

Картинка начала выстраиваться у него в голове. Отступавшие королевские войска. Отсутствие их лёгких и быстрых машин на поле боя. Невыгодная позиция, словно призывающая напасть на них и сокрушить.

Всё это было ловушкой.

И они угодили в неё, прыгнув в капан обеими ногами.

— Имир! Немедленно свяжись с аджанби. Сообщи им об этом и запроси помощь.

— Я уже пытался. Но они тоже понесли потери. Их командир сообщил, что им приказали отступить, — голос Имира потонул в треске помех и шипящих звуках взрыва. Когда он заговорил вновь, то Абал явственно услышал ничем не скрываемый страх в его голосе. — Господи, они уже здесь!

— Имир! Собери людей и защищайте установки ПВО!

— Я... Я не...

— Ты слышал меня! Любой ценой не пускайте их к комплексам! Имир!

Но его крик остался без ответа. Канал связи потонул в статике, а через мгновенье отключился.

Нужно было что-то предпринять. Срочно. Ракетные комплексы ПВО дали им значительное преимущество, позволив закрыть небо над этим районом Ландширского пояса и над Катак-Репалом. Как только они будут уничтожены, то...

— Наиб!

Раздавшийся в динамиках голос Хасул звучал настороженно.

— Что у тебя Хасул?!

— Мои люди засекли воздушные контакты с юго-востока. Их много, и они приближаются.

Юго-восток?! Абал лихородачно соображал. Это не может быть подкрепление с базы «Багран» в столице. Она находилась севернее города. А значит это могли быть только силы расквартированные в «Корнаде». Неужели их направили прямо сюда?

— Хасул. Немедленно отступайте.

— Что?! Но наиб, мы побеждаем...

— Это ловушка Хасул! Нужно немедленно уводить наших людей.

Пока мы ещё можем это сделать — мрачно подумал он.

Абал не ошибся в своих предположениях.

Более тридцати штурмовых и военно-транспортных челноков стремительно приближались к Катак-Репалу. В этот самый момент, отряд из десяти «Шахов» под руководством капитана Бабара Сиба безжалостно добивал остатки передовой хашмитской базы. Эти десять мобильных доспехов покинули Катак-Репал почти три часа назад, одновременно с отступившими к промзоне основными силами одиннадцатого полка. Сиб смог провести своё подразделение по изрезанным ущельями и седловинами равнинам к западу от Репала в режиме полного радиомолчания. Приказ на полный запрет связи между ним и полком был нарушен лишь единожды, когда машины достигли своих целей.

Главной их задачей было обнаружение и уничтожение хашмитских комплексов ПВО. И сейчас, остатки этих боевых машин горели вместе со своими расчётами, пока десять «Шахов» громили передовую базу войск Абала. Желание достигнуть своих целей как можно скорее и, что наиболее важно, сделать это без помощи чужаков, заставили Абала совершить ошибку, поверив в то, что победа лежит у него практически в кармане. Он допустил ошибку, которую до него совершали сотни командиров. Он поверил в победу настолько, что перестал бояться своего противника.

И за эту ошибку ему предстояло тяжело заплатить.

Подчиняясь приказу своего наиба, хашмиты начали массированное отступление из города, которое практически граничило с паническим бегством.

От основной группы приближающихся челноков отделились ударно-штурмовые птички и направились к центру города в то время, как десантные опустились и начали высаживать пехоту и технику в пригороде Репала, чтобы встретить отступающего противника и отрезать ему все пути к бегству. Подчиняясь приказам генерала Оджаса, сюда прибыл Шестой королевский механизированный полк практически в полном составе. Тяжёлые челноки спускались на землю. Опускались грузовые апрели и на землю один за другим выходили всё новые и новые мобильные доспехи. Почти сорок полностью готовых к бою доспехов и свежих пилотов. За ними, паря на своих антигравах, следовали танки и лёгкие десантные транспорты. Шестой королевский полк стремительно разворачивался на поле боя, готовый встретить идущих на него противников.

В это самое время, ударно-штурмовые челноки обрушились на отступающие силы Абала. Пилоты не жалели боеприпасов, безжалостно расстреливая любого противника, который попадался на прицел их систем наведения. Словно волки, они гонялись за отступавшими через город мобильными доспехами. Полностью подавленные отрядом капитана Сиба комплексы ПВО и неожиданное полное превосходство в воздухе со стороны королевских войск полностью изменили баланс сил, развернув ход сражения на сто восемьдесят градусов.

Подчиняясь командам майора Сабаха, уцелевшие силы одиннадцатого перешли в контрнаступление. При поддержке с воздуха уцелевшие доспехи и бронетехника королевской гвардии пошли в атаку, гоня и преследуя бегущие хашмитские силы. Возможно, с большой долей вероятности, они бы никогда не смогли одолеть своего противника один на один, но прибытие подкрепления с базы «Корнад» полностью изменило ситуацию. Всё что оставалось хашмитам, это отступать в надежде на то, что у части их сил получится прорваться за окружение.

И некоторым это действительно удастся.

Спустя сорок минут, силы, атаковавшие Катак-Репал, были практически полностью разгромлены. Большая часть военной техники и мобильных доспехов оказались уничтожены и захвачены королевскими войсками.

Генерал Оджас лично доложил Аджииту аль Хану о победе.

09 часов 13 минут

Гиперпространственная граница системы Валетрия

Чудовищный энергетический выброс безжалостно исказил пространство, когда восемь кораблей прошли через гиперпространственный порог и материализовались в реальном пространстве. Четыре эсминца. Два крупных десантно-войсковых транспорта и ещё два корабля странной и непривычной для любого флотского офицера формы.

Прошло не более десяти минут, которые потребовались этой небольшой эскадре на восстановление коммуникаций после прыжка и проверку всех систем.

Как только это было сделано, корабли начали ускоряться в направлении Сульфара.

Глава 8

09 часов 23 минуты по сульфарскому времени

Эсминец рейнского военно-космического флота «Нотингем»

Коммодор Максимилиан Штрельц отвернулся от развёрнутой в воздухе карты системы Валетрия.

— Через сколько они заметят наш гиперслед? — спросил он одного из офицеров.

— Всё будет зависеть от разрешающей способности их сенсоров, но в любом случае с учётом расстояния от гиперграницы до планеты у нас есть ещё как минимум семь — десять минут.

Штрельц кивнул. Один из офицеров связи оторвался от своего поста и повернулся к командующему.

— Коммодор. Вызов с «Данау». С вами хочет говорить лично генерал Кровель, сэр.

— Выведите на мой дисплей, лейтенант, — незамедлительно приказал Штрельц и направился к своему креслу.

— Есть сэр.

«Данау» и «Эрфурт» шли сейчас в тесном построении, окружённые четырьмя рейнскими эсминцами. Каждый из этих двух кораблей, по своей массе покоя превосходил все корабли Штрельца вместе взятые. Но, что удивительно, несмотря на свои размеры и массу почти в один миллион тонн, эти монструозные десантно-штурмовые корабли могли поддерживать значительное ускорение, не слишком сильно отставая от «Нотингема» и других кораблей рейнского флота, которые их охраняли.

Штрельц опустился в своё кресло, почувствовав, как умная поверхность кресла моментально подстроилась под его тело. Его пальцы коснулись консоли, быстро настраивая один из мониторов, куда был переведен вызов с «Данау». Потратив секунду на то, чтобы быстро осмотреть свой мундир, Штрельц коснулся иконки на голографическом дисплее.

Перед его глазами появилось уже знакомое лицо. Лицо, при каждом взгляде на которое его передёргивало от холодного и липкого чувства неприязни к человеку, которому оно принадлежало. Вряд ли у кого-нибудь получилось назвать генерала Рудворта Кровеля красивым человеком. Даже в свои лучшие годы, это резкое, словно грубо вырубленное из куска гранита топором лицо, вряд ли притягивало к себе восхищённые взгляды. В эпоху, когда благодаря достаточно простым хирургическим операциям можно было даже самого ущербного и неказистого человека превратить в писанного красавца или красавицу, увидеть подобное было странно. В особенности, этот образ дополняли несколько глубоких шрамов, которые пересекали лицо генерала. Один спускался от коротких тёмных волос по правой стороне лба, через глаз к правой стороне губ. Второй же проходил под линией глаз через переносицу и уходил назад по левой стороне лица к левому уху. Из-за пересекавшего губы шрама, Максимилиану всегда казалось, что лицо генерала искаженно в лёгкой, презрительной усмешке.

— Генерал, — кивнул Штрельц, поприветствовав Кровеля.

— Коммодор, — Кровель кивнул с уже привычной Максимилиану своей кривой полуулыбкой. — Примите мои поздравления. Переход оказался даже быстрее, чем предполагали мои люди.

— Благодарю, генерал. Нам потребуется ещё семь часов на подход к планете и торможение.

Кровель задумчиво кивнул.

— Через сколько Сульфарцы нас обнаружат?

— Ну, данные по энергетическому выбросу от нашего гиперперехода они должны будут получить уже в течении следующих десяти минут. Что же касается полноценного слежения и опознания... — Штрельц пожал плечами и продолжили. — С учётом их сенсоров и наших возможностей к маскировке, если разведка не ошиблась, они вряд ли смогут засечь нас в ближайшие несколько часов. Это я могу гарантировать. В любом случае, через три часа это уже не будет иметь почти никакой разницы. На расстоянии в семь — восемь световых минут, их датчики частиц Черенкова получат точную информацию о наших транспортах и эсминцах.

Штрельц не стал напоминать о том, что ранее он неоднократно предлагал сначала провести внутрь системы дивизион эсминцев вместе с корветами, чтобы обезопасить пространство вокруг Сульфара. Но полученные ими данные о том жалком подобие космического флота, который охранял планету привели к тому, что генерал приказал после выхода из прыжка направляется сразу к планете и не дробить их и без того скромные силы.

Конечно же скромными они были исключительно по меркам Рейна. Сульфарцам и думать было нечего справиться с ними в открытом столкновении. Но будучи офицером флота, хорошим офицером, Штрельц не любил рисковать и поэтому предпочитал более осторожный вариант, которые Кровель отверг. А именно он был главнокомандующим в этой экспедиции.

Рудворт задумчиво почесал вертикально пересекавший его лицо шрам.

— Хорошо, коммодор. Надеюсь, мне не нужно напоминать вам, сколь важным является изолировать систему и не позволить кому-либо покинуть её?

— Нет. Именно для этой цели с нами в систему прибыла коммандер Акидзучи Рен и её корабли, генерал. Новые корветы прекрасно справятся с поставленной задачей.

— Будем на это рассчитывать, — с изрядной долей скепсиса в голосе произнёс Кровель.

Он, как в общем то и многие армейские офицеры, был не особо доволен тем, что в последнее время большая часть военного бюджета Протектората была поглощена обширной и крупнейшей программой по модернизации флота.

Штрельц понимал это и не собирался лишний раз наступать ему на больную мозоль. С любым другим человеком на месте Кровеля, он возможно бы ещё позволил себе тонко завуалированные намёки на превосходство флота над армией. Но сейчас он позволить себе подобного не мог из чувства собственного самосохранения. Только не с тем человеком, которого за глаза называли Палачом Кирии-4.

— Я уверен, что так и будет, — осторожно произнёс Штрельц. — Прошу меня извинить, генерал, но мне необходимо отдать соответствующие приказы.

— Конечно, коммодор. Действуйте, — покровительственно произнёс Кровель и отключил связь.

Максимилиан несколько минут сидел в кресле, раздумывая над судьбой злодейкой, которая свела его с генералом в этой операции. «Барьерный риф» развивался согласно плану и сейчас им предстояло выполнить свою часть этой нелёгкой работы.

— Что с трафиком внутри системы? — спросил он подошедшего ближе старшего помощника.

— Мы уже смогли засечь несколько грузовых кораблей. Основной поток сосредоточен здесь, у планеты и ещё здесь.

Офицер указал на спутник газового гиганта Виншара, который по местным астрографическим базам данных носил имя Индриан. Согласно полученной разведывательной информации, на его орбите и поверхности находилась промышленная инфраструктура, в основном сосредоточенная на производстве водородной реакторной массы. Это был весьма тонкий момент их плана, так как количество реакторного топлива у эскадры Штрельца было не то, чтобы в избытке. Конечно же, два неповоротливых транспорта, которые шли в хвосте колонны имели довольно крупные запасы, которые в основном предназначались для военных кораблей и их более прожорливых реакторов. Но по сравнению с обычными флотскими танкерами снабжения, объёмы их внутренних танков были значительно меньше, так как эти суда несли другой, куда более важный для этой миссии груз.

— Связь. Соедините с «Энцеладой» — приказал Максимилиан и через несколько секунд на его дисплее появилось лицо удивительно молодой для своей должности женщины.

Коротко подстриженные чёрные волосы были убраны под фуражку и резко контрастировали с бледной кожей лица. Холодные, цвета голубого льда, узкие глаза спокойно смотрели на Штрельца с дисплея.

— Коммодор.

— Командер Акедзучи. Ваши корабли готовы?

— Так точно, коммодор, — как-то даже по-механически кивнула девушка. — Все системы проверены и готовы к действию. Можем отстыковываться от носителей по вашему приказу.

— Отлично. Тогда можете начинать. Ваша основная задача — полностью пресечь любые попытки покинуть систему. В данном случае, нам повезло, и сотрудники нашей резидентуры на Сульфаре не ошиблись. Транспортный трафик в системе весьма низок, так что вряд ли у вас возникнут проблемы.

— Поняла, сэр. Протокол в отношении судов, которые откажутся подчиниться?

Штрельц вздохнул. Эта часть операции не нравилась ему в особенности. К сожалению, никого не волновало, что ему нравится, а что нет. У них были чёткие приказы, а приказы должны были исполняться.

— Действуйте по плану, коммандер. Если кто-то из них окажется достаточно глуп, чтобы не подчиниться, то у вас есть разрешение на любые, — Штрельц наклонился к экрану. — Я повторяю, на любые меры, что бы не позволить судну покинуть систему.

Акидзучи кивнула с отсутствующим выражением лица.

— Поняла вас сэр. Всё будет сделано.

Экипажи корветов были готовы с момента появления своих кораблей в системе. Уже через пять минут после того, как приказы были отданы, с двух крупных и специально переоборудованных транспортных кораблей отошли шесть небольших корабликов.

Новейшие корветы типа «Энцелада» были попыткой расширить возможности этих внутрисистемных боевых кораблей. Они обладали очень скромными характеристиками массы покоя — всего двадцать пять тысяч тонн. Практически не несли на себе брони и были весьма уязвимы перед любыми системами вооружения. С другой стороны, за счёт модифицированных реакторов и новых, улучшенных в ходе программы модернизации флота, инерционных компенсаторов, они обладали просто поразительной мобильностью и скоростными характеристиками.

В купе с небольшим размером и использованием всех достижений Протектората в области малой заметности, их было чрезвычайно трудно засечь в радиолокационном и инфракрасном диапазоне. Новые корветы были куда быстрее и лучше вооружены чем свои предшественники, но имели один существенный недостаток.

Они были не способны перемещаться в гиперпространстве, поэтому их пришлось доставлять в системы состыкованными с транспортами снабжения.

Линия сборки «Энцелад» только недавно заработала на одном из старейших кораблестроительных комплексов Рейнского Протектората, расположенном в системе Меклен. Вращающиеся на орбите Померании верфи огромного кораблестроительного комплекса сейчас были на полную загружены работами по доведению до состояния боеготовности тяжёлых кораблей Второго рейнского флота. Но всё же у них были мощности и для того, чтобы производить что-то новое. На данный момент, количество введённых в строй новых корветов было около сорока и коммодор Штрельц смог выпросить для себя шесть из уже построенных и укомплектованных, чтобы компенсировать тот факт, что его группу лишили четырёх эсминцев, направив их на другие задачи связанные с ходом операции «Барьерный риф».

Шестёрка корветов отошла от своих кораблей носителей и, разойдясь в пространстве, начала набирать ускорение, быстро оставив корабли эскадры позади.

09 часов 36 минут

Столица Объединённого сульфарского королевства Джайпур-Бан

Королевский дворец

— Значит, — медленно и со всё возрастающим облегчением в голосе произнёс Аджиит. — Мы победили?

Смотрящий на короля с экрана генерал Оджас с улыбкой кивнул.

— Так точно, ваше высочество. В данный момент силы Шестого и Одиннадцатого полков зачищают от противника пространство вокруг Катак-Репала, а наши воздушные силы продолжают поиски тех, кому удалось отступить из города.

При последних словах по лицу Оджаса пробежала гримаса отвращения.

К сожалению, даже несмотря на то, что план, предложенный майором Сабахом, сработал настолько хорошо, насколько вообще мог бы, части хашмитских сил удалось отступить из охваченного сражением города.

— Насколько велики силы, которым удалось скрыться?

— Не очень. По предварительным данным им удалось вывести из окружения небольшое количество мобильных доспехов и лёгкой техники. Противник направился на юго-запад, к Ландширскому хребту. Вероятно, ему удалось скрыться среди множества ущелий, которые проходят по южной части пояса.

Король откинулся на спинку кресла и глубоко вздохнул. Аджиит почувствовал, как его тело наконец покидает невероятное напряжение, которое он испытывал последние десять часов. Нервное напряжение было настолько сильным, что ему даже было трудно просто поесть, о чём свидетельствовали стоящие на краю стола тарелки с лёгким завтраком, к которому он так и не притронулся. От одного лишь вида еды его начинало мутить. Но сейчас, после слов Самара, чувство облегчения и расслабленности словно многотонный пресс вдавили его в кресло.

— Есть уже данные о наших потерях? — спросил он, массируя глаза кончиками пальцев и боясь услышать ответ.

Взгляд Оджаса ответил ему раньше, чем генерал открыл рот. Лёгкими эти слова не были.

— Они тяжёлые, ваше высочество. Скажу сразу, данные пока предварительные, но боюсь, что со временем они станут только хуже. Сейчас же, можно утверждать следующее. Одиннадцатый полк безвозвратно потерял шестьдесят процентов своей техники и более тридцати процентов личного состава убитыми. Количество раненых я пока не могу назвать точно, но их ещё больше. У шестого полка дела обстоят немногим лучше. Они смогли избежать кровопролитных ночных сражений, но тут проблема состоит в том, что Шестой сформирован совсем недавно и в нём очень высокий процент новобранцев, у которых до этого не было практически никакого опыта.

— Насколько всё плохо?

— Ну, они потеряли порядка одиннадцати мобильных доспехов, правда часть из них мы сможем восстановить. Потери в пехоте и лёгкой технике тоже ниже, чем у одиннадцатого, но всё равно высокие. К счастью, их технический персонал остался не тронутым. Через час или два мы начнём вывозить технику из Катак-Репала сюда, на базу «Багран», для ремонта и последующего введения в строй.

— А что с ранеными?

— Их уже доставляют по воздуху сюда, на базу, ваше высочество. Мы мобилизовали персонал из городских госпиталей, поэтому с этой проблемой худо-бедно, но мы справимся.

— Как же мы могли допустить подобное, Самар? Неужели, никак нельзя было предвидеть подобное? Сделать хоть что-то, чтобы предотвратить это?

Оджас лишь пожал плечами. Он прекрасно понимал, что король не обвиняет в случившемся лично его. Вопросы эти по сути были риторическим воплощением чувства вины, которое сейчас съедало его господина изнутри.

— Уверен, ваше высочество, что через некоторое время мы сможем найти достаточно следов, которые бы указали нам на подготовку к произошедшим событиям. Но это сейчас, когда мы уже знаем, в какую сторону нужно смотреть. Не корите себя, ваше высочество. Задним умом все крепки. Сейчас же, для нас наиболее важно собрать как можно больше информации и сделать всё, чтобы подобное не повторилось в будущем.

Аджиит кивнул, соглашаясь с генералом, но всё равно чувствуя на себе ответственность за случившееся. Умом он понимал, что это было глупо и он ни как бы не смог предотвратить произошедшее. Но его сердце всё равно болело от мысли о гибели всех тех людей, которые расстались со своими жизнями из-за того, что он и его люди сделали свою работу недостаточно хорошо. К сожалению, как бы ты не старался, её невозможно сделать идеально.

— Касательно этого, генерал, вашим людям удалось захватить кого-нибудь из этих мерзавцев?

— Да, ваше высочество, — кивнул Оджас. — Мы смогли взять нескольких пленных. В основном это технический персонал их передовой базы, которую уничтожили доспехи капитана Сиба.

— Я до сих пор не могу понять, как они могли решиться на что-то подобное. Откуда у них такое количество техники и оружия...

— К сожалению, ответ на ваш первый вопрос мучает и меня, ваше высочество. Но вот со вторым, я думаю у нас есть более или менее подходящий ответ. Практически всё оружие и техника, которую нам удалось заполучить, принадлежат Союзу.

Аджиит удивлённо моргнул.

— СНП? Вы думаете, что они...

Оджас лишь пожал плечами.

— В том то и дело, что мы не знаем. Союз известен своей крайне слабой разборчивостью и продаёт своё оружие всем, кто хорошо платит. Даже нам они предлагали свою технику. Да что говорить. Мы же сами покупали у них военные корабли. Замешены ли они в случившемся? Честно говоря — понятия не имею, ваше высочество. Здесь придётся разбираться уже другим людям. В любом случае, ситуация станет яснее, когда наши люди из службы безопасности допросят захваченных пленных. Возможно, тогда мы сможем узнать что-то новое.

Аджиит несколько секунд сидел в кресле, раздумывая над сложившейся ситуацией. Ему предстояло сделать очень многое, но всё это будет касаться государственной и административной деятельности. Это можно было отложить. По крайней мере на ближайший час. Военный же вопрос был куда сложнее и требовал немедленного решения. Аджиит был достаточно мудр, что бы знать, когда стоит спросить совета. И сейчас, был как раз именно такой момент.

— Хорошо, генерал. Что нам делать дальше?

Оджас же в свою очередь выглядел полностью уверенным в себе и словно ждал этого вопроса.

— В данный момент, нам нужно стабилизировать ситуацию и полностью разобраться в произошедшем, ваше высочество. Как только у нас появится дополнительная информация, мы сможем начать действовать более активно. Я, как думаю и вы, ваше высочество, прекрасно знаю, кто именно ответственен за эту атаку.

— Да, генерал, но, к сожалению, найти его будет не так просто...

Дверь в кабинет приоткрылась и внутрь вошла высокая и стройная женщина в красивом белом сари. Аджиит бросил взгляд на супругу и улыбнулся ей, прежде чем вернуться глазами к экрану.

— Генерал, держите меня в курсе. Если вам что-то потребуется, свяжитесь со мной напрямую. Я буду готов ответить на любой ваш вызов.

Изображение Самара склонилось в небольшом, но уважительном поклоне.

— Благодарю вас, ваше высочество. Мы не подведём вас и королевство.

Экран погас. Аджиит поднялся из кресла, прошёл через кабинет к своей супруге и осторожно обнял её, чтобы не потревожить выдающийся под тканью живот.

Почти целую минуту, они вдвоём просто стояли на месте, сжимая друг друга в объятиях и не говоря ни слова.

— Аджиит, — тихо спросила Майя и её руки сильнее сжались на плечах супруга. — Всё закончилось?

— Да милая. Всё закончилось. Теперь, всё хорошо. Как дети? — Спросил Аджиит, наконец отстранившись от супруги, и, ведя её за руку, усадил на стоявший в кабинете диван.

— С ними всё хорошо, дорогой. Слава богу, они ещё слишком маленькие, чтобы понять, что происходит. Я отправила их позавтракать.

При этих словах глаза Майи скользнули по рабочему столу мужа и стоявшие на нём тарелки с так и не тронутым завтраком. Супруга укоризненно посмотрела на мужа.

— И кое-кому бы тоже это не помешало.

Король удивлённо моргнул и, повернувшись, посмотрел на свой стол. До этого момента, от нервного напряжения его начинало мутить от одной лишь мысли о еде. Но сейчас, после разговора с генералом Оджасом, он вдруг осознал, насколько в действительности проголодался.

— Ты права, милая. Надеюсь, ты составишь мне компанию?

09 часов 56 минут

Ландширский горный хребет

Леон зашипел и поморщился от лёгкой боли. Длинные и тонкие манипуляторы автодока с деловитой, механической аккуратностью и свойственной роботу педантичностью продолжали зашивать глубокий порез на голове своего пациента.

Дверь в медицинское помещение открылась и через неё в комнату вошёл высокий светловолосый офицер. На его чёрном пилотском комбинезоне не было никаких знаков различия, что было неудивительно с учётом специфики их задания. Альфред Вольфганг молча подошёл ближе и присел на одну из медицинских коек, дожидаясь пока автоматический хирург закончит процедуру.

Леону хватило одного взгляда в глаза своему командиру, чтобы тут же отвернуться и больше не поднимать головы. Он терпеливо ждал, пока манипуляторы автодока накладывали на рану один шов за другим. Лёгкая боль, которая сопровождала операцию, вдруг показалась ему абсолютно несущественной. На самом деле, он даже предпочёл бы, чтобы этот процесс затянулся.

Настолько ему хотелось бы избежать этого разговора.

Но ничто не может длиться вечно. Прошло не больше пяти минут, и автоматический хирург закончил работать, сложив свои манипуляторы в специальные отделения. Кроме них в помещении больше никого не было и в комнате повисла давящая тишина.

— Сэр?

— Я хочу узнать твою точку зрения. Что именно там произошло? — наконец спросил Вольфганг.

Командир смотрел на него, сложив руки на груди. Его взгляд не был осуждающим или обвиняющим. Но Леону всё равно было тяжело посмотреть в ответ.

— Я... Я не знаю, сэр.

— Начни с начала, — спокойным голосом подтолкнул его Альфред.

— Хорошо. Я... Мы ещё никогда ни с чем подобным не сталкивались, — Леон покачал головой и свежие швы на голове отозвались болью. — Скорость. Сила. Манёвренность. Эта сволочь превосходила нас абсолютно во всём, сэр. У него просто бешеная тяговооружённость и он чертовски опасен в ближнем бою. Скакал на ускорителях, словно у его баков нет дна. Если честно, я вообще не понимаю, как пилот мог управлять машиной с такими перегрузками.

Вольфганг вздохнул и достал из нагрудного кармашка своего комбинезона небольшой кругляш голопроектора. Положив его рядом с собой, он коснулся его пальцем и через появившийся интерфейс запустил запись. Леон моментально узнал происходящее. Это были записи сенсоров его собственной машины.

Короткий восьмиминутный бой неизвестного красного доспеха, «Шварца» Леона и «Бакхауфа» Райнхарда. Леон молча смотрел на запись, вновь погружаясь в свои воспоминания о произошедшем. Он смотрел и снова переживал те ужасные, холодящие кровь минуты. Впервые он столкнулся с противником, которого они не могли победить. Все их с Райнхардом атаки проваливались. Неизвестный багряный доспех либо уходил от них, используя невероятную скорость и манёвренность, либо же парировал, стараясь навязать рейнцам ближний бой, которого те старательно избегали. Одной короткой стычки Райнхарда с ним в самом начале схватки было достаточно, чтобы осознать грозящую опасность.

Смотря запись, он словно всё глубже и глубже погружался в холодную, сковывающую движения воду. Они с Райнхардом были уверены, что полностью ведут схватку. Полное отсутствие дальнобойного, да и вообще какого либо оружия у противника, позволяло им держать дистанцию и навязывать ему свои условия боя...

Так они думали.

Он не хотел смотреть дальше. Леон и так прекрасно знал, что будет дальше. Огромный силы взрыв, когда взорвались боеприпасы уничтоженных ракетных установок. Чудовищный шар огня сопровождался ударной волной. Тяжёлый «Бакхауф» устоял на ногах, в то время, как более лёгкого «Шварца» отшвырнуло в сторону, словно детскую игрушку. Это его и спасло. Леон и глазом моргнуть не успел, как этот багряный ублюдок набросился на повреждённую взрывом машину Райнхарда. Голыми руками он разорвал его доспех на части. Леон ещё никогда не видел ничего подобного. Ни одна рейнская машина не обладала подобными характеристиками. Всё это он подмечал мимоходом, смотря запись, а в ушах всё ещё стояли крики друга, доносившиеся из раздавливаемой кабины. Этот дьявол в алой броне попросту раздавил всю центральную часть доспеха, словно та была сделана из тонкого алюминия.

Запись продолжалась ещё с минуту, но Леон уже не смотрел на изображение, попросту уставившись в шершавое, серое покрытие пола.

— Ладно, — наконец сказал Альфред, убрав голопроектор в карман. — Мы, конечно, облажались. Тут уж ничего не поделаешь.

— Что будет дальше, сэр?

— Дальше, у нас будут новые приказы. Эскадра коммодора Штрельца прибыла в систему.

Леон поднял голову и удивлённо посмотрел на своего командира.

— Уже? Я думал, что их корабли прибудут только после завтра.

— Да, я тоже так думал, но похоже наши флотские друзья оказались расторопнее, чем все мы думали. В любом случае, они уже направляются сюда. Идти им ещё часов шесть-семь.

— Вы уже связались с ними?

— Нет, но наш «прекрасный» друг Каспар, — Альбер усмехнулся и особо выделил слово, — уже получил сообщение от генерала Кровеля о том, чтобы начать подготовку хашмитского восстания, как и предполагалось.

Говоря это, Вольфганг грустно рассмеялся, даже не смотря на своё паршивое настроение. Это грёбаное восстание уже успело не только начаться, но уже провалилось ко всем чертям. Альфреду было чертовски интересно, как Каспар будет объяснять причины произошедшего такому человеку, как Кровель.

— И что нам теперь делать?

— Не знаю, Леон. Будем ждать подхода основных сил, а там уже посмотрим. Пока наше подразделение остаётся здесь. Будем сидеть тихо и не высовываться. Всё равно возможности переброски на базу в Синангаре сейчас у нас нет, пока королевские птички продолжают искать остатки шайки Абала.

— До сих пор не верю, что этому мудаку удалось сбежать из Репала...

— Ещё бы у него не вышло, — Вольфганг покачал головой. — Эта мразь использовала своих людей в качестве щита, пока сам он бежал сюда, сверкая пятками своего доспеха. Королевские ищейки, наверное, до сих пор ломают головы, как они смогли скрыться.

Леон кивнул, соглашаясь со своим командиром. База, на которой они находились, располагалась внутри разветвлённой системы пещер, что пронизывали горы Ландширского хребта. Эта огромная цепь из горных хребтов и пиков протянулась почти на три тысячи километров. Идущие вдоль хребта огромные равнины и называли Ландширским поясом. Находившаяся в горах база использовалась приверженцами Рустала уже более двадцати лет, пусть и не в том объёме, что последние шесть месяцев. Последние пару месяцев именно сюда свозилась техника, оружие и люди в подготовке к восстанию, так как это место обладало достаточными размерами, чтобы вместить в себя маленькую армию. Скрытую в толще скальной породы базу было крайне трудно обнаружить, и она располагалось достаточно близко к столице.

Дверь открылась и в проходе показался невысокий человек в таком же, как у Леона и Вольфганга пилотском комбинезоне.

— О, капитан, я как раз вас и искал.

— Что-то случилось Дирг?

— Запрос на связь с нашей резидентуры в Синангаре. Каспар хочет переговорить с вами.

Вольфганг горестно вздохнул. Этот разговор он предвидел и надеялся на то, что его получится хотя бы некоторое время избежать. Но видимо не судьба.

— Ладно, скажи им, что я сейчас подойду.

Кивнув, Дирг скрылся, а Альфред повернулся обратно к сидящему на койке Леону.

— Ладно, — вновь повторил он и встал с койки, на которой сидел сам. — Иди передохни. Потом напишешь полный рапорт и пришлёшь мне. В любом случае всё, что нам пока остаётся, это ждать прибытия кораблей Штрельца. Надеюсь они разберутся в том дерьме, которое эти идиоты здесь наворотили. А там уже, я надеюсь, у нас появятся и новые приказы. Хотя бы какие-то.

Леон смотрел в спину уходящему командиру и думал, насколько же тяжело сейчас тому приходится. Как бы они не называли произошедшее, но это был провал. Изначальный план предполагал выступление хашмитских сил только тогда, когда в систему прибудут корабли и силы Протектората, которые их поддержат. Но действия Рустала и, Леон в этом практически не сомневался, Каспара, форсировали события, начав восстание раньше и положившись на заверения этого безумца Абала, что они смогут взять столицу своими силами. Теперь же, как любил иногда говорить их командир, дерьмо ожидаемо попало на бешено вращающийся вентилятор. Восстание не только провалилось ещё до прибытия сил генерала Кровеля, так ко всему прочему они потеряли одного из своих...

Руки Леона сжались в кулаки. Перед глазами вновь появился этот проклятый доспех в багряной броне. Он встал с кресла и направился к выходу из лазарета вслед за своим командиром.

Ступая как можно осторожнее, дабы ненароком не зацепиться за протянутые прямо по полу различные кабели, он дошёл до поворота к подземным ангарам, где сейчас находились их машины. Коридор был вырезан точно в толще скальной породы. Грубо обработанные пол и стены освещались проведённым по потолку освещением из редких и едва заметно мерцавших ламп. Ему потребовалось несколько минут, чтобы добраться до обширной каверны. Хашмиты приспособили эту огромную пещеру в качестве ангара для хранения и обслуживания техники. Вдоль стен тянулись технические стойки и мостки, по которым техники могли бы получить доступ к различным узлам мобильных доспехов. Всего пятнадцать часов назад, здесь было не протолкнутся от огромного количества техники. Мобильные доспехи были сгруппированы так плотно, что техники могли буквально ходить у них по головам, добираясь от одной машины до другой.

Сейчас же, здесь было удивительно пусто. Из Катак-Репала смогло уйти и добраться до базы всего одиннадцать машин. В стороне от потрёпанных сражением хашмитских доспехов, стояли семь рейнских машин, которые даже на неопытный взгляд сильно отличались от произведённой в Союзе техники. Практически каждая машина была в отличном состоянии и сейчас прибывший на Сульфар вместе с отрядом Вольфганга технический персонал проводил техническое обслуживание.

Единственной машиной, которая сильно выделялась на общем фоне, был доспех Леона. Его «Шварц» стоял у самой стены пещеры. Опалённая взрывом броня, с которой из-за близкого взрыва исчезла специальная радиопоглощающая краска, обнажив матово-серые пластины брони. Множество шрамов от осколков и вмятин. Она выглядела хуже всех и техники только начали возится с ней, с помощью кранов снимая повреждённые секции бронепластин, дабы позднее заменить их на новые.

Приветственно махнув работающим с ней техникам, Леон подошёл к своей машине. Командир был прав. Ему стоило отдохнуть. Он чувствовал накопившуюся за ночь усталость, как телом, так и разумом. Вместо бессмысленного хождения по базе, ему бы сейчас стоило пойти к себе в комнату, лечь и поспать.

Но он просто не мог заставить себя сделать это. Они делили эту комнату вместе с Райнхардом и от одной мысли, чтобы пойти туда и спокойно лечь спать, его начинало мутить. Словно так он мог каким-то образом предать погибшего друга. Неумолимая, невидимая сила, тянула его сюда. К покорёженной и повреждённой машине. Четырёх метровый мобильный доспех стоял закреплённый в специальных захватах. Приземистая, с острыми углами голова меха смотрела, казалось, прямо на него. Центральный оптический сенсор, словно глаз, смотрел на него с укором за то, что он позволил товарищу умереть.

Стоящая перед ним, покрытая шрамами машина, словно спрашивала, что он будет теперь делать?

И Леон знал ответ на этот вопрос.

10 часов 11 минут

База «Багран»

Самар Оджас поднял голову от терминала, на котором читал недавно поступившие новые донесения от групп, занимавшихся поиском сумевших скрыться из города хашмитов. Даже не смотря на тщательно, по крайней мере настолько, насколько это было возможно в текущей ситуации, спланированную ловушку, в ней нашлись бреши, через которые врагу удалось улизнуть. Самар уже несколько раз пересмотрел записи того, как доспехи фанатиков Рустала прорывались из окружённого подразделениями Шестого полка города. Та самоубийственная храбрость с которой эти безумцы бросались на недавно прибывшие подразделения, прикрывая тем самым отход остальных своих сил, обескураживала.

Это была одна из причин того, что Шестой понёс такие большие потери, особенно среди новобранцев и пилотов новичков. Количество похоронок, которые предстояло подписать выжившим командиром, превосходило все разумные пределы. Для совсем недавно сформированной сульфарской королевской армии, это было тяжелейшее испытание, которое, тем не менее, та прошла с достоинством. Самар был невероятно горд за своих людей, которые смогли отстоять безопасность королевства в столь трудном и тяжёлом бою.

Сейчас же, когда пушки своё отгремели, им предстояло сделать паузу и разобраться в произошедшем. Огромное количество вопросов по-прежнему оставалось без ответов. Откуда у Рустала взялись оружие и техника? В то, что всё это было спланировано и осуществлено лично им и его людьми, Самар не поверит никогда. Рустал Имран Хашми был демагогом и политиком. Он мастерски выворачивал человеческие мысли. Словно песчаный паук, он сплетал из них удивительно сложную паутину, позволяя жертве запутаться в сетях в ожидании, когда та умрёт от голода. На взгляд Самара, Рустал никогда не был хищником, способным лично вцепится в горло своей жертвы. Нет. Как и песчаные пауки, он был падальщиком. Рустал предпочитал действовать чужими руками. Так что в то, что за трагическими событиями этой ночи он стоял единолично, Оджас никогда не верил и не поверит.

Другой стороной вопроса были деньги. Самар прекрасно знал сколько стоили мобильные доспехи. Военная техника была дорогим удовольствием сама по себе. Но многие, абсолютно не сведущие в военном деле люди, ошибочно считают, что достаточно лишь купить или построить нужное количество танков, мобильных доспехов, десантных ботов и армия будет готова. Подобные заявления были в корне не верны. Как бы смешно это не звучало, но деньги, которые королевство вкладывало в производство и постройку мобильных доспехов, не шло ни в какое сравнение с теми средствами, которые шли на их обеспечение и обслуживание. Инфраструктура. Обеспечение боеприпасами, энергией и топливом. Техническое обслуживание. Обучение персонала, который этим самым обслуживанием будет заниматься. Обучение пилотов для всей этой техники. Это лишь малая часть того огромного пузыря из сопутствующих расходов, которые сопровождали наличие парка как мобильных доспехов, так и любой другой техники. И так было везде.

Логистика всегда является одной из двух важнейших частей в механизме под названием армия. Логистика и информация.

И именно со второй частью этого уравнения, как выяснилось этой ночью, у них были существенные проблемы. Отделы разведки и информационного обеспечения носом рыли землю, стараясь отыскать ниточки, которые привели бы их к нужным ответам. Пока что, всё было глухо.

Но что было ещё хуже, так это невосполнимость потерь среди личного состава. Мобильных доспехов можно наклёпать сколько угодно. Были бы деньги. Найти замену погибшим пилотам и техникам, было куда сложнее. А ведь сегодня они потеряли не только новичков, но и множество из их учителей и наставников. Качественно обученные кадры обладали огромной ценностью и их нельзя было просто взять из воздуха. В свете случившегося, решение короля нанять профессионалов со стороны в качестве военных советников и учителей, было верным выбором. Война была самым ярким и жесточайшим примером дарвинистского отбора, который только был известен человечеству. Как правило, на работу в частные военные корпорации шли работать бывшие военные, которые уже обладали достаточным и богатым опытом. А учитывая, что наёмным солдатам приходилось воевать куда чаще, чем регулярным военным формированиям, они имели возможность оттачивать свои опыт и навыки.

Именно для того, что бы нанять одну из таких компаний, несколько дней назад Сульфар покинул младший брат короля, Шехар аль Хан. Один из деловых партнёров королевства, представитель «Люцернийского конгломерата орбитальной добычи» посетил короля три месяца назад и помимо деловых переговоров, за поздним ужином поведал крайне интересную историю, произошедшую на одной из планет союза. Входивший в состав совета директоров «ЛКОД» мужчина, сам стал свидетелем случившихся событий, так как в то время находился на Абрегадо для заключения с губернатором договора о расширении орбитальной добычи в системе. В тот день, террористы неожиданно напали на губернатора прямо посреди военной базы во время праздника в честь его старшего сына. И если бы не действия наёмников, вполне возможно, что задуманные ими ужасные события осуществились бы. Но к счастью, нанятые для борьбы с пиратской угрозой частники смогли справится и с этой угрозой, в то время, как силы гвардии союза ничего не могли сделать.

Оджас навёл справки о случившемся и имел несколько другой взгляд на произошедшие события. Особенно о том, что касалось нападения на базу гвардии. Слишком много там было чёрных пятен. Особенно в том, что касалось судьбы одного из губернаторских сыновей.

Но сейчас, всё это было не важно.

Самар откинулся на спинку своего удобного кресла и заложил руки за голову. Сейчас было бы не плохо пойти поспать и восстановить силы. Оджас уже начинал чувствовать, как утомление притупляет его разум. Весь последний час он ловил себя на том, что порой по два или три раза перечитывает предложения очередного отчёта, стараясь понять, что же такое он только что прочитал. Отдых был необходим и было глупо пренебрегать им.

С другой стороны, учитывая какой политический бедлам сейчас творился во дворце, он посочувствовал своему королю. Аджииту аль Хану сейчас приходилось разбираться с паникующими представителями сульфарской аристократии. И слава богу, что Оджас мог оставить это поле боя королю. Победу на своём они уже получили.

Широко зевнув, генерал наконец принял решение дать себе немного отдохнуть. Он уже собирался встать с кресла и направится на выделенную для него небольшую квартиру на базе, когда тревожно замигал его терминал.

— Да?

— Генерал, с орбитальной станции астроконтроля доложили о том, что они засекли мощный след гиперперехода.

Самар нахмурился и выпрямился в кресле.

— Количество кораблей?

— Сложно сказать, генерал. Судя по энергетическому выбросу от пяти до девяти. Но это не всё, сэр. В данный момент у нас по прежнему нет контакта с ними...

— Что значит «у вас нет контакта»? Чем они там вообще занимаются? Когда был совершён переход?

— Почти час назад, сэр.

— Час? Целый час и я до сих пор не знаю о произошедшем?

— Прошу прощения генерал, но вы были заняты происходящем в Катак-Репале и ваши помощники не рискнули вас беспокоить в тот момент. Сейчас мы переориентируем наши сенсорные массивы для того, что бы найти их.

— Я спускаюсь в командный центр, — отрывисто бросил Оджас, вставая с кресла и снимая с его спинки свой мундир. — К моему приходу должна быть вся имеющаяся информация об этом контакте. И свяжитесь с командором Харшадом.

Отключив связь и ругаясь сквозь зубы на своих собственных адьютантов, генерал вышел из кабинета и быстрой походкой направился к лифту.

Глава 9

10 часов 22 минуты

База «Багран»

Пузатый транспортный челнок аккуратно подошёл к базе. Совершив над ней один круг, он медленно пошёл на посадку. Подчиняясь командам диспетчеров челнок уже через минуту мягко опустился на бетонное покрытие базы. Со всех сторон к нему сразу же бросились десятки только и ждавших этого медиков и врачей. Многие из них, в отличии от своих военных коллег, не носили военной формы и были обычными гражданскими специалистами, которых срочно вызвали на базу «Багран» для помощи с раненными. Одежда многих из них уже была испачкана в крови. Люди помогали раненным, оказывая помощь тем, кому она была срочно нужна, других же сразу же отправляя в расположенные по близости от базы городские госпитали Джайпур-Бана.

Дождавшись, когда грузовое отделение опустеет, Лата и Вимал подхватили Масуда под руки и осторожно спустились по грузовой рампе на землю. Рядом с ними, прихрамывая и прижимая к телу сломанную руку шла Аша.

Масуду повезло. Он смог продержаться достаточное количество времени и остаться незамеченным в охваченном сражением городе. Когда Вимал и остальные нашли его, парень уже потерял сознание от потери крови и только лишь препараты из аптечки, найденной в транспорте, смогли сохранить ему жизнь.

Стоило им спуститься на землю, как к ним моментально подбежали несколько медиков, двое из которых тащили самую обычную каталку. Масуда погрузили на неё в то время, как один из медиков внимательно выслушал Вимала и сделал пометки того, какие препараты они уже успели дать раненому пехотинцу. Оба пилота и Аша получили от врачей классификацию «А» и «А плюс». Группа «А» означала лёгкие ранения. «А плюс» — более тяжёлые, но при которых пациент мог самостоятельно передвигаться. Дальше классификация шла по нарастающей, от «Б» — то есть людей, требующих госпитализации, до группы «Е». Это была последняя группа. Её обозначение говорило, что его обладателям уже не помочь и следует сконцентрироваться на тех случаях, где ещё можно было сделать хоть что-то.

В текущей ситуации, медики моментально забыли о них. Двое чуть ли не бегом покатили каталку с лежащим на ней Масудом, а осматривавший их молодой врач подошёл к спускавшимся по апрели раненым за их спинами.

Поток людей не прекращался. На посадочную площадку опустились ещё два таких же транспорта. Люди, по крайней мере те из них, кто могли передвигаться самостоятельно, спускались и выходили из челноков на землю. Многие помогали выйти своим раненным товарищам или же выносили их на носилках и сразу же передавая в руки врачей. За их спинами оставались грязные, покрытые алыми разводами от натёкшей крови грузовые отсеки. Но они не были пусты. По апрелям тут же входили люди, чтобы забрать тела тех, кто не смог пережить перевозку несмотря на все старания полевых медиков и их товарищей.

— Пойдёмте, доложим о прибытии, а потом хоть перекусим… - устало предложил Вимал и девушки его поддержали. Пустота в желудке становилась уже невыносимой.

Эта мысль почему-то показалась ему сейчас чрезвычайно важной. Он попытался вспомнить, когда нормально ел за последние время и выходило так, что это был вчерашний обед, который он съел за несколько часов до того, как начался весь этот хаос. Горячая еда и отдых было в данный момент высшим пределом мечтаний для троих уставших людей.

— Хм… Это ещё кто такие? - с любопытством пробормотала Лата, глядя куда-то в сторону.

Вимал устало посмотрел на напарницу.

— Это ты сейчас о чём?

Вместо ответа девушка кивком указала в дальний конец взлётно-посадочного поля.

Пока они втроём шли по широкому посадочному полю базы, в её дальней части открылись массивные ворота. Через них на территорию базы медленно въехали три монструозных, восьмиколёсных грузовика. Проехав вперёд несколько сотен метров, они свернули в сторону и направились к возвышавшимся в западной части базы ангарам для мобильных доспехов.

— Может начали вывозить повреждённую технику? - пожала плечами Аша, придерживаясь рукой за плечо Вимала при ходьбе.

— Вряд ли, — Лата глазами проследила за удалявшимися грузовиками. — Им бы сейчас с ранеными разобраться. Не до техники им сейчас.

Она расстроенно вздохнула.

— Чего?

— Да переживаю за своего малыша. Мы же его там так и бросили.

После короткого сражения у стен колледжа, «Шах» Латы с полностью севшими батареями так и остался лежать там. Вимал понимал тревогу напарницы за доспех. Большинство пилотов были очень суеверными людьми, которые привязывались к своим машинам, так что тут не было ничего удивительного. Он и раньше замечал странное отношение и чрезмерную заботу девушки к своей машине.

Не то что бы и сам Вимал не следил за состоянием своего собственного доспеха. Но всё же он не наделял обычную машину некими надуманными чертами характера. Для него, это всегда была лишь просто техника.

— Да брось ты. Что с ним случится. Через пару дней притащат его сюда. Не пройдёт и недели, как его снова вернут в строй, а ты опять будешь изводить механиков. Тебе вообще повезло. У тебя хоть машина осталась.

— Угу. Может быть и твой тоже починят…

— Это вряд ли, — покачал он головой. — Ты просто не видела в каком она состоянии была после того, как мы рухнули. Боюсь, что там весь каркас повело. Им будет проще списать машину на слом.

Слушая их разговор, Аша чуть ли не завыла от усталости. Проведённые на ногах сутки и пережитый бой сожрали практически все наличные силы без остатка. Пределом мечтания для измученных людей сейчас была горячая еда, душ и сон. Три такие простые вещи, но сейчас они казались высшим благом из всех, какие только возможны. После пережитого за ночь людям требовался отдых. Не только физический и умственный, но и душевный. Нужно было цепляться за привычные и ставшие неотъемлемой частью обихода вещи, которые подсознательно связывались с чувством безопасности и покоя.

Лата задержала взгляд на грузовой аппарели, смотря на то, как служащие базы выносили из грузового отсека один за другим чёрные мешки. И ей казалось, что им не было ни конца, ни края. Наглядное свидетельство того, скольких они сегодня потеряли. Девушка вспомнила свой отряд. Вечно весёлого и готового позубоскалить Таруна. Мрачного, больше других любящего копаться в технике молчаливого Лочана. Погибшую самой первой Джаю, новенькую с которой она так и не успела стать близкой подругой. Всегда строгого и серьёзного лейтенанта Рамакхандру, который, тем не менее, всегда заботился о них и был хорошим учителем.

Из всего отряда «Санкар» осталась лишь она и Вимал. Сейчас уже, название их отряда было для неё словно насмешка. Какая к чёрту здесь была удача, когда столько людей, которых она знала, погибли всего за одну ночь. Люди, с которыми она провела так много времени.

На её глазах двое служащих с нашивками службы снабжения вынесли из грузового отсека очередной мешок. Они прошли несколько метров, разделявших транспорт и грузовую платформу, и просто закинули мешок на неё. Прямо поверх других таких же. Без трепета. Без какого-либо уважения. Словно в мешке были перезрелые плоды баджа. О чём-то спокойно переговариваясь, они развернулись и просто пошли за следующим.

Увиденное настолько сильно захватило девушку, что она почувствовала, что начинает задыхаться от внезапно переполнившей её ярости и злости. Ей хотелось пойти прямо туда. Наорать на них за подобное. Царившее в душе бешенство требовало выхода. Призывало её броситься туда и показать этим тыловым крысам хотя бы частичку того ужаса, который пережили за эту ночь далеко не все из них. Она даже сделала первый шаг.

Чьи-то пальцы сжали плечо, остановив Лату, так и не сделавшую шага.

— Не надо, — тихо пробормотал Вимал. — Пойдём.

— Вим, но они же…

— Что «они»? Для них, сейчас, это просто мешки, — с грустью в голосе ответил парень и развернув девушку, повёл её стоявшим у края поля зданиям. — Думаешь им сейчас легко? Они так абстрагируются от произошедшего. Для них это просто мешки. Просто работа. Пойдём.

Лата шмыгнула носом, но всё же позволила увести себя.

Ей это не нравилось. Но Вимал был прав. Для них это была только работа. Кто знает, что чувствовали сейчас эти парни, перетаскивая тела погибших и незнакомых им людей.

Вот в чём и была трагедия прошедшей ночи. Многие сегодня потеряли друзей. Но ещё большее количество людей совершенно не знали тех, кто отдал свои жизни на равнинах Ландширского пояса. Они ничего о них не знали, а значит и не испытывали тех чувств, которые захлестнули девушку. Она одна могла рассказать о погибших столько всего, но что теперь будут значить её слова для тех, кто никогда не знал этих людей?

Просто чёрные мешки.

Просто работа.

Лата шагала по ровному бетону, ощущая, как силы покидают её. Всё чего ей сейчас хотелось, это поесть, принять душ и лечь спать. Она удивлялась, как Вимал всё ещё мог стоять на ногах с таким выражение бодрости на лице, хотя он наверное валился с ног не меньше, чем она.

10 часов 30 минут

База «Багран»

8й ангар

— Профессор? - Ада заглянула внутрь трейлера. — Мы готовы.

Неру поднял голову, оторвав расстроенный взгляд от диагностических данных «Шерхана», которые выводились на планшет. Бесконечные колонки цифр, схем и аналитических программ смешивались у него перед глазами в казавшееся бесконечным полотно.

— Я сейчас Ада, — быстро ответил он и сняв очки потёр глаза пальцами. — Где Али?

Девушка поморщилась, словно он спросил её о чём то непристойном.

— Пошёл в туалет, — брезгливо ответила она. — Он сказал что сейчас подойдёт.

— Хорошо, — Неру одел очки обратно. По их стёклам моментально побежали данные с экрана планшета. — Начинайте. Я сейчас подойду.

Мукерджи поднялся со стула и подошёл к закреплённому у стены небольшому холодильнику и порывшись в нём, достал холодную баночку с фруктовым соком. Глянув на этикетку, Неру несколько секунд подумал, а потом пожал плечами.

Ему и такой сойдёт.

За всё случившееся с прототипом, Мукерджи лучше вообще оставил бы его умирать от жажды.

Выйдя наружу, под ярко светящие лампы ангарного освещения, он повернул, обошёл трейлер и пошёл в направлении ещё одной машины.

Их загнали сюда сразу же после прибытия на базу. Изначально они направлялись обратно, к зданию исследовательского комплекса. Но стоило им приблизиться к городу, как им моментально приказали двигаться на базу «Багран». Мало того, через пять минут над ними уже находились два штурмовых бота, который сопровождали их практически до самой базы. Мукерджи начал было возмущаться, но когда понял, что это ни к чему не приведёт, просто бросил это дело и приказал трейлерам следовать в «Багран».

Третий трейлер внешне отличался от двух других. Если первый и второй были исследовательской и грузовой машиной для перевозки оборудования, то третий был предназначен для перевозки мобильных доспехов. Одного конкретного мобильного доспеха. Мощная рама с силовыми захватами, в которых покоился «Шерхан» поднялась в вертикальное положение подняв заключённый в ней доспех.

«Шерхан» неподвижно замер в захватах. От его корпуса змеились десятки толстых кабелей и проводов, подключённых к скрытым под бронёй разъёмам. Сейчас мощные компьютеры, скрытые в трейлерах, обрабатывали каждый бит информации, которая была собрана во время ночной схватки. Мукерджи смотрел на доспех и его сердце обливалось кровью от одного его вида. Багрово-алая броня была покрыта грязью, пылью и сажей. Во множестве мест по её некогда идеально ровной поверхности проходили шрамы и глубокие царапины. Бронепластины на всей левой руке отсутствовали почти полностью, искорёженные и сорванные близким и очень мощный взрывом, обнажив подброневой каркас и тугие канаты синтетических мышц, плотность которых была выше, чем у любого мобильного доспеха, который когда-либо создавался на Сульфаре. Всю радиопоглощающую краску с левой стороны машины сожгло и Мукерджи даже думать не хотел о том, какой мощи был взрыв, что он так сильно повредил это покрытие.

Но страшнее всего выглядели руки. У Неру создалось впечатления, что пальцы доспеха были измазаны в крови.

Тряхнув головой, он отогнал жуткие видения ночной схватки, записи которой смотрел пока они добирались до базы.

Он, конечно, знал, на что будет способна эта машина, но одно дело представлять, а другое увидеть своими собственными глазами.

От жутких воспоминаний Неру отвлёк раздавшийся за спиной голос.

— Эй старик! Как у нас дела?

— Как у нас дела… - пробормотал Неру, вертя в руках уже успевшую покрыться конденсатом банку с холодным соком. — Как у нас дела?

— Ну да.

Неру обернулся и посмотрел на своего пилота испытателя. Высокий. Худой. С длинной копной стянутых в хвост тёмно рыжих волос и аккуратно подстриженными усами и бородой. Верхняя часть комбинезона была расстегнута и сброшена вниз, оставив пилота лишь в тёмно-синей, насквозь промокшей от пота майке без рукавов. С его шеи свисало перекинутое влажное полотенце, а с волос текли капли воды.

Неру заметил, как его взгляд опустился ниже, к его руке, что сжимала холодную банку.

— Это мне? - спросил он с неподдельным интересом и улыбкой.

— Тебе? С чего это вдруг? Али! Я тебе что сказал?

Пилот пожал плечами и махнул в сторону зажатого в раме доспеха.

— Вернуть машину. Что я и сделал.

— Я сказал, вернуть в целостности и сохранности! В сохранности! - Неру указал зажатой в пальцах банкой с соком в сторону доспеха. — А ты что сделал?!

— А что я сделал? Машина цела? Цела! Ты получил кучу данных. Я повеселился. Все в выиграше.

— Ты это называешь «цела»?! Издеваешься? Да нам придётся всю броню с левой руки менять и комплект силовых приводов плеча. Я не говорю уже о куче мелких повреждений сенсорного оборудования и прочее…

Гневная тирада сопровождалась взмахами рук с зажатой в одной из них банкой сока. Глаза спокойного на вид пилота-испытателя внимательно следили за мерцавшей, в свете расположенных на потолке прожекторов, алюминиевой банкой с яркой этикеткой.

— Так мало того, — продолжал тем временем Мукерджи. — Ты ещё и реактор довёл почти до критического состояния! Я сколько раз тебе говорил, не выводить машину за критические показатели? Сколько?

— Успокойся, старик. Я знаю его не хуже тебя. Он способен на куда больше, чем говорят твои программы. И ты это знаешь. Так что прекрати выделываться. И дай мне уже эту проклятую банку!

Раздражённо вздохнув, Мукерджи бросил Али холодную и покрытую конденсатом банку с соком. Тот схватил её словно драгоценное сокровище и пристально посмотрел на этикетку.

— Какого чёрта старик! Я ненавижу манговый! Где апельсиновый?

— Апельсинового нет, — пожал плечами Неру, отвернувшись и наблюдая за тем, как техники подключают к «Шерхану» толстые шланги в теплоизоляционных муфтах. — Пей что дают или отдай назад.

— Знал бы, что будет манговый, даже не стал бы напрягаться, — проворчал он и приложил холодную банку ко лбу.

Приятная прохлада несколько уменьшила головную боль, но скорее всего это был эффект плацебо. По крайней мере, Али мог стоять спокойно и не шататься из стороны в сторону словно пьяный. Последствия теплового удара будут сказываться на нём ещё как минимум несколько часов, прежде чем подействуют препараты.

Он стоял рядом с Мукерджи и наблюдал за тем, как техники начали осторожно откачивать хладагент из реакторной камеры. Процедура была чертовски опасной несмотря на то, что в системе его было не особо много. Всего около семидесяти литров. Не особо большой объём с учётом тепловой отдачи и мощности ядра. Но сам по себе он был чрезвычайно токсичен и ядовит.

Эль Сарчес впервые довёл «Шерхана» до такого состояния, что ему потребовалась полная замена охладительного компонента. Сражение на Ландширских равнинах заставило его выложиться на полную. Под конец схватки с теми двумя доспехам, температура в кабине поднялась почти до семидесяти градусов. Ещё бы немного, и он бы гарантированно отключился прямо там в кабине. Плюс ко всему, на это накладывались колоссальные перегрузки, которые испытывал пилот во время использования ускорителей.

Откачав хладогент из реакторной камеры, техники начали осторожно демонтировать пластины грудной брони. Там, где у обычного доспеха располагались бы генераторы, питающиеся от накопителей, у «Шерхана» размещалась круглая, почти метр в диаметре камера плазменного реактора. Она была защищена толстыми пластинами брони, которые полностью закрывали её со всех сторон. Из-за размера камеры, кабина пилота была смещена назад и располагалась ближе к спине доспеха в своеобразном горбу. Сейчас кокпит был открыт и внутри него возились техники, снимая статистическую информацию с датчиков доспеха.

Али в очередной раз залюбовался машиной. Побитый, весь в царапинах и шрамах зверь стоял неподвижно, почти на полтора метра возвышаясь над стоящими у дальней стены двумя королевскими «Шахами». По своей массе он в плотную приближался к более тяжёлому «Ракшассу», хотя невообразимо превосходил его по манёвренности, тяго-вооружённости и автономности.

«Шерхан» был венцом разработки в области мобильных доспехов в Королевстве. Несмотря на то, что Сульфар был маленькой колонией, прошлое всегда имеет свой след. Предок нынешнего короля, Сумир Аль Хан, был не только выходцем из аристократических родов древней Индии, но ко всему прочему и крайне богатым промышленником. Ему и его семье принадлежал один из крупнейших и богатейших промышленных конгломератов на планете, что позволило ему воплотить в жизнь план о колонизации Сульфара. Вместе с собой он забрал всех, кто мог принести помощь в этом нелёгком деле, предполагая, что для создания своего мира в удалённом от Федерации уголке космоса потребуются не только баснословные деньги, но технологии и умы тысяч людей.

Но даже не смотря на все свои технологические достижения, этот прототип нового МД был в первую очередь создан для обкатки новой технологии миниатюризации плазменных реакторов. Ещё никогда на подобные машины не ставили энергоустановки такого типа. Реактор не просто был важен. Он был краеугольным камнем этого проекта. Без него доспех попусту превратился бы в бесполезную груду железа, так как обычно используемые накопители дали бы ему запас автономности всего на сорок минут. И это только в экономном режиме. На максимальной мощности энергопотребление могло возрастать восьмикратно. Настолько были прожорливы его системы. И это, не говоря об ускорителях, которые вместо обычного топлива использовали плазменный выхлоп реактора, что нивелировало их потребность в обычном реактивном топливе.

Али с гордостью смотрел на доспех. Ему было плевать на различные заумные технологии. По отдельности они не имели для него никакой разницы. Лишь сплавленные в это механическое чудовище, они заставляли его душу трепетать. Дрожать от бурного, ничем не сравнимого восторга. Это было то чувство, которое испытывали люди тысячи лет назад, выходя на бой с холодным оружие в руках. Радость схватки лицом к лицу.

Для такого кровожадного ублюдка, как Али Эль Сарчес, это было лучшее ощущение в жизни. Бывший наёмник, который стал пилотом-испытателем. Он давно не проливал чужой крови, и сегодняшняя ночь была для него словно глоток свежего и холодного воздуха посреди палящего зноя пустыни. Возвращение в сладкое прошлое, от которого он сбежал.

— Как думаешь, — наконец спросил Мукерджи, глядя на то, как их технические специалисты отсоединили повреждённую правую руку машины и осторожно начали снимать бронепластины закрывавшие плечевой привод. — Всё закончилось?

Али развернул банку другой, ещё не успевшей нагреться стороной и приложил мокрый от конденсата метал к виску.

— Надеюсь, что нет, — ответил он, засунув руку в карман комбинезона.

— Надеешься? Тебе было мало того, что произошло ночью?

— Мне всегда этого мало, старик. Тигр должен охотиться, иначе его навыки притупляются.

— Ты думаешь, что…

— Нас же не зря направили именно сюда. Не так ли? Они же знают, на что мы способны. Вот и не хотят выпускать такую силу из рук на тот случай, если всё пойдёт не так, как они хотят.

— Професор?

Оба мужчины обернулись. За их спинами стояла Ада, личная помощница Мукерджи и по совместительству один из разработчиков «Шерхана». Али улыбнулся и совершенно не скрываясь скользнул взглядом по фигуре девушки. Заметившая это Ада, прикрылась планшетом словно щитом и показательно не смотрела на пилота. Профессор словно и не заметил короткой дуэли взглядами.

— Да, Ада?

— Я связалась с лабораторией, — холодно произнесла девушка. — Учитывая, что мы пока застряли на базе, я согласовала поставки дополнительных запчастей для ремонта прототипа. Я хотела сверить с вами списки запчастей и уточнить, потребуется ли что-то ещё?

Мукерджи задумался. Посмотрел на стоявшего рядом с ним Али.

— Прикажи погрузить на транспорты комплект «Д».

Ада тут же ввела дополнительные данные в планшет.

— Что ни будь ещё?

Мукерджи перебирал в голове список дополнительного оборудования, которое ждало этапа финальных испытаний. Он уже хотел было сказать, что и этого хватит, но тут вспомнил один из проектов, который так и остался на стадии постройки нескольких законченных прототипов. Покатав в мыслях слова Али, он наконец решил, что это не будет лишним. В конце концов, его проблемный пилот-испытатель имел одну неприятную черту.

По какой-то непонятной причине, он всегда оказывался прав.

— Ада, прикажи так же погрузить и привезти сюда замену реакторного ядра и «Лэнс».

Девушка нахмурилась.

— Профессор, но мы же собирались отложить замену до того, как вернёмся. А прототип «Лэнса» на консервации…

— Просто сделай это Ада. Ядро мы можем поменять и здесь. Я попрошу персонал базы выделить нам оборудование и техников. И скажи им, что они доставили всё сюда, как можно быстрее.

Девушка кивнула и поставила ещё одну пометку в своём планшете.

— Хорошо.

По ангару разнёсся громкий, отвратительный скрежет. Мукерджи резко развернулся на звук и увидел, как одна из пластин брони, прикрывающая реакторную камеру, заклинило в своём пазу, когда техники начали снимать её краном.

— Что вы творите идиоты! - закричал он и быстрым шагом направился к техникам, на ходу отдавая команды.

Глядя на разгневанного начальника, Али ухмыльнулся и посмотрел на стоявшую рядом девушку.

— Может сходим куда-нибудь? - спросил он с улыбкой глядя на неё.

— Скорее ад замёрзнет, чем я соглашусь встречаться с таким отбросом, как ты, — высокомерно ответила та и резко развернувшись зашагала прочь.

Али лишь рассмеялся её отказу, проводив глазами удаляющуюся девушку. Его всегда забавляли представители местной аристократии, которые смотрели на него не иначе, чем на голодного и опасного зверя, которого посадили на поводок. Но вместе с тем, в их глазах был и страх. Страх перед тем, кому доводилась не единожды убивать себе подобных. Рациональное чувство опасности, когда животное видит опасного хищника.

Порой сдерживающий зверя поводок может и порваться.

Али развернулся и вновь посмотрел на «Шерхана». Открыв банку, он сделал пару глотков холодного сока и поморщился.

— Ненавижу грёбаное манго.

10 часов 50 минут (по столичному времени)

Синангар

Терпкое, прохладное вино медленно покачивалось в бокале. Сидящий в кресле мужчина поднёс бокал к губам и сделал небольшой глоток, покатав напиток на языке. От дорого вина исходил аромат пряностей и фруктов, а вкус был сладок с лёгкой ноткой горечи, которая оставалась на языке. Любимый напиток, который, тем не менее, сейчас не доставлял ни капли удовольствия.

Рустал поморщился от своих собственных мыслей и поставил бокал на стол рядом с его креслом. Он сидел на балконе, глядя на береговую черту, которая жёлтой полосой разделяла сине-зелёные морские воды и город.

Синангар всё ещё был плотно укрыт ночной темнотой, поддёрнутой яркой россыпью звёзд, разбросанных по небосводу. Со стороны Ригведского моря до него долетали свежий морской бриз, отдающий запахами соли и едва заметным аромат йода.

Всё провалилось.

Его люди уже сообщили ему, что их атака на столицу окончилась полным разгромом. Из всех их сил уцелела едва ли пятая часть. Полгода подготовки, планирования и амбиций разрушились всего за одну ночь, как, возможно, и все его далеко идущие планы на будущее. Он готовился к этому дню более пяти лет. Собирал вокруг себя верных и надёжных людей, которым мог доверять. Выделял деньги на постройку тайных баз и убежишь для своих последователей. Заключил сделку с их инопланетными друзьями, дабы получить военную технику и нужных ему специалистов.

Он рискнул. И похоже проиграл.

Его пальцы с такой силой сжались на бокале, что тонкое стекло треснуло. Но Рустал этого даже не заметил. Даже если бы бокал разлетелся в дребезги, изрезав его ладонь острыми осколками, он не придал бы этому какого-либо значения. Что такое банальные повреждения плоти, когда твоя мечта начинает выскальзывать сквозь уже сжатые пальцы.

Часть плана пошла прахом. Часть, но не весь…

Снизу раздались звуки возбуждённых голосов. Среди тягучего сульфарского акцента слышался сухой и резкий голос аджанби. Чужака, помощь которого была так необходима Русталу. Через несколько секунд голоса смолкли и вокруг снова воцарилась тишина, прерванная открывшейся дверью.

— Господин? Аджанби хочет вас видеть. Говорит, что это срочно.

— Проводи его ко мне, Сарад, — спокойно произнёс Рустал и взглянул на уже почти опустевший графин. — И принеси ещё один кувшин с вином.

— Конечно, господин.

Долго ждать не пришлось. Не прошло и минуты, как двери в покои Рустала открылись вновь. Через них в комнату вошёл невысокий и щуплый мужчина с короткими, светло-русыми волосами и гладко выбритым лицом. Одетый в дорогой на вид чёрный костюм двойку, он прошел через комнату на балкон. Рустал даже и не подумал о том, чтобы подняться и поприветствовать гостя.

— Я связался с Вольфгангом и остальными, — без какого либо приветствия начал говорить Каспар и опустился в кресло напротив Рустала. — Потери огромны. Но кое чему удалось уцелеть.

Рустал вопросительно посмотрел на своего гостя и сделал глоток вина. Он молчал, позволяя Каспару говорить вместо себя. Не потому, что ему нечего было сказать. Просто для начала он должен был узнать всё, что хотел сообщить ему этот чужак.

— Твои люди почти полностью разбили одиннадцатый королевский полк и сильно потрепали шестой, — продолжил говорить Каспар, взглянув на опустевший графин и облизнув губы.

Даже ночи в Синангаре были жаркими и удушливыми, не смотря на близость Ригведского моря. Безжалостный зной и жар, накопленный пустыней за день, словно одеялом укрывали стоящий на побережье моря город горячим маревом.

Рустал внимательно посмотрел на сидящего перед ним человека. Отец всегда говорил ему, что люди не далеко ушли от животных. Зная звериные повадки всегда можно узнать кто перед тобой, если внимательно присмотреться. Бесстрашный и хитрый хищник. Безвольное и не опасное травоядное. Звериные черты проскальзывают в поведении людей столь ярко, что однажды научившись их замечать, не возможно перестать этого делать. И сейчас Рустал прекрасно видел, кто именно сидит перед ним. Жадный и трусливый грызун, который попробовал ухватить слишком большой кусок, который он просто не сможет утащить к себе в норку до того, как на него накинутся настоящие хищники. Рустал часто видел подобных людей и умел определять их с первого взгляда.

И сейчас он прекрасно видел, что этот грызун что-то не договаривает.

— В чём дело, Каспар?

Сидящий перед ним мужчина помялся несколько секунд, прежде чем ответить.

— Я получил данные от наших людей в службе астроконтроля, — наконец сказал он.

Рустал заинтересованно наклонился к своему гостю.

— И?

— Почти два часа назад на самой границе системы из прыжка вышла группа кораблей.

— Чьих кораблей?

— Наших, Рустал. Это группа коммодора Штрельца. Они прибыли раньше предполагаемого срока.

Услышав это сульфарец вдруг замер, не донеся бокал до рта. От неловкости, вызванной этими неожиданными новостями, его спас слуга, что тихо вошёл в покои и поставил на столик между двумя мужчина кувшин с холодным вином.

Каспар же даже не заметил короткой заминки, овладевшей Русталом. Его сейчас интересовал лишь прохладный напиток, которым он тут же наполнил стоящий бокал.

— Где сейчас находятся ваши корабли? - наконец спросил он, внимательно смотря на своего гостя и покачиваю я пальцах бокал с вином.

— Где-то в системе, — пожал плечами Каспар. — В данный момент у службы астроконтроля нет возможности следить за ними, так что могу предположить, что сейчас они приближаются к планете. В любом случае, пока они не подойдут на дальность действия датчиков частиц Черенкова, мы больше ничего не узнаем.

— Как думаешь, через сколько они подойдут к планете?

— От пяти до семи часов. Где-то в таком диапазоне если они пойдут прямо к планете и не станут отвлекаться на гражданские суда. Королевским их всё равно нечем останавливать. Что такое шесть ваших жалких корветов против четырёх эсминцев. Они от них даже мокрого места не оставят…

Каспар продолжал и продолжал говорить, но Рустал его не слушал. От былого уныния не осталось и следа. Ещё пять минут назад он почти похоронил все мысли о выполнении своего плана. Но сейчас, когда это насекомое принесло ему столь желанные новости, ситуация могла развернуться в его пользу, даже не смотря на ночное поражение.

Вся эта ситуация, была развитием более чем тридцатилетнего плана, который начал ещё отец Рустала, но из-за смертельной болезни не смог его завершить. Рустал, как и его предки всегда верили в то, что их мир должен был стать куда большим, чем каким-то жалким очередным моносистемным государством, которых было полно на просторах освоенной человечеством галактики. Идея Аль Ханов об изоляционизме и спокойной жизни была глупой. Кто захочет довольствоваться одним миром, когда можно получить в свои руки куда большее? Не смотря на изолированность, у Сульфара была хорошая технологическая база. Единственное чего не хватало, это огромного толчка в промышленности, направленной на расширение их владений. Постройка кораблей. Создание мощной и послушной армии. И наличие сильного союзника, который поддержит притязания Рустала на новые владения.

Власть была самым сладким наркотиком. Она пьянила куда сильнее любого вина. Притягивала так, как не снилось ни одной женщине. Это было то, ради чего Рустал жил с того самого момента, как почувствовал её в своих руках. И он не собирался довольствоваться одним миром. Его плавны были куда амбициознее. Он жаждал новых завоеваний. Мечтал поставить под свои знамёна новые миры. Обогатить себя так, как это никогда не снилось этим жалким дурачкам, играющим в своё игрушечное королевство.

Когда почти год назад с ним связались люди Каспара и начали осторожно прощупывать почву на предмет сотрудничества, он пошёл им на встречу. Когда же перед ним открылась правда и замысел людей, пославших сюда Каспара, Рустал понял. Тот самый шанс, которого он ждал, наконец настал. А в сложившейся ситуации, даже ночное поражение уже не выглядело столь печальным. У них всё ещё оставались силы и средства для того, что закончить начатое. Особенно, когда помощь была столь близка.

— Скажи мне Каспар. Каков будет их план действия, когда ваши корабли доберутся сюда?

— Прости, но это я тебе сказать не могу Рустал. Из-за вашего провала этой ночью, их планы могли серьёзно измениться и возможно, — Каспар пожал плечами, словно извиняясь и осторожно добавил. — Это приведёт к некоторому пересмотру наших соглашений.

Сидящий напротив него Рустал никак не отреагировал на эти слова и у Каспера отлегло от сердца. Но на самом деле, Рустал ожидал чего-то подобного от этого жалкого и трусливого грызуна. Он отметил то, как Каспар особо выделил, что это был «их» провал. Этим он как бы отгораживался от произошедшего. Как только первоначальный план не сработал, этот жадный мерзавец моментально постарался сменить сторону, чтобы уменьшить возможные проблемы для себя лично. Рустал часто встречался с такими людьми и поэтому давно привык к подобной манере поведения.

— Когда ты сможешь связаться со своими людьми?

— Не раньше, чем они подойдут к планете на расстоянии пеленгации датчиками частиц Черенкова. Как только это произойдёт, мои сотрудники будут получать их точные пространственные координаты и свяжутся с ними по узко направленному лучу.

Рустал задумался, прокручивая в голове доступные варианты. У него всё ещё оставался Абал и его выжившие люди. Даже идиоту было ясно, что этого было недостаточно для того, чтобы повторить атаку на столицу.

А значит, ему придётся действовать тоньше. Более аккуратно.

И нужно будет позаботится о грызунах.

10 минут спустя

Каспар покинул дом Рустала в тихом, абсолютно не заметным внешне бешенстве. Вся полнота обуревавшей его гаммы чувств выражалась лишь в плотно сжатых губах и хмуром взгляде.

Этот дикарь бесил его. Каспар ненавидел эту планету, за её омерзительный сухой и жаркий климат. Ненавидел этих людей, обычаи многих из которых словно застряли в прошлом. Его бесила та надменность и чувство превосходства, с которой Рустал смотрел на него. Словно хищник на добычу. Это злило настолько, что Каспар хотелось достать тщательно замаскированный в рукаве костюма импульсный пистолет и просто выстрелить ему в лицо. Позволить разогнанному до высокой скорости дротику разорвать его череп и мозги на части, разметав их по отвратительному ковру, который устилал пол балкона, где они говорили всего пару минут назад.

У ворот особняка его ждал приземистый флаер, местного производства. Стоило ему приблизиться к его корпусу, как машину услужливо подняла дверь, впуская его в салон.

Не спрашивая лишнего, пилот, один из сотрудников СВР Рейна и подчиняющийся лично Каспару, направил машину в сторону города и находившейся в его центре штаб квартире. Глядя на укрытый покрывалом ночи город, глава рейнской разведки на Сульфаре обдумывал сложившееся положение.

Уже сейчас, все их проблемы были бы решены. Королевская семья была бы мертва, а столица захвачена. К прилёту коммодора Штрельца, Рустал при поддержке своих сил и рейнских помощников быстро бы взял управление в свои руки. Большая часть аристократических семей, которые входили в правящий совет планеты и были настроены против короля, отказывались открыто поддержать Рустала, так как позиции монарха были удивительно крепки. Несмотря на все рычаги, которые задействовал Рустал, от подкупа до угроз, те кто мог его поддержать отказывались делать это пока Аджиит занимал свой трон.

А значит, лучшим способом добиться поддержки, было избавится от короля и всей фракции, которая его поддерживала. Операция «Барьерный риф» предполагала долгое присутствие Протектората в Валетрии. И было куда проще, а главное дешевле добиться необходимого, когда планета была под контролем лояльных тебе сил. Правительство, пусть и марионеточное, способно дать куда больший контроль над людьми чем оккупационные силы.

Произошедшее ночью можно было бы назвать настоящей катастрофой. Предполагалось, что доставленная контрабандой военная техника и оружие будут использованы во время восстания после прибытия рейнских сил, которые смогу оказать им поддержку. Но Каспар позволил себя убедить в том, что они смогут всё сделать сами. Более того, уверенный в этом, он сам дал добро на это, так как именно он являлся начальником рейнской резидентуры на Сульфаре. А в итоге хашмиты проиграли. Каспар вновь обругал себя, за то, что дал себя уговорить и поддался редкой возможности выделится. В случае успеха именно ему бы принадлежала вся слава и почести за завершенную столь быстро операцию. Проходи бы всё по плану, его роль в ней отметили не значительнее, чем у хорошего связного. А для него этого было мало. Он слишком много сил положил на то, чтобы подняться по карьерной лестнице. Но случившийся провал грозил ему как минимум неопрятными разбирательствами и «вечно» кабинетной работой.

Точнее было бы сказать, что он мог бы грозить. Все уже подготовленные отчёты ясно говорили о том, что Каспар был полностью против решения Рустала выступить раньше срока. Более того, в рапорте указанно, что он требовал от них прекратить подготовку к операции, но они не послушали его и сделал всё по-своему. Подчинённые ему сотрудники полностью подтвердят его отчёты и рапорты. В конце концов, от него зависели и их карьеры.

Единственным слабым местом в его прикрытие были Альфред Вольфганг и его люди. Эти безмозглые и тупые до мозга костей солдафоны никогда не встанут на его сторону. Воспоминания о недавнем разговоре с Альфредом до сих пор заставлял его внутренне гореть от злости. Этот ублюдок ни в грош его не ставил и прямо в лицо высказал всё, что думает об этой операции и о Каспаре лично. И всё это дерьмо он был вынужден выслушивать. В данный момент Каспар искренне жалел, что за прошедшую ночь погиб лишь один из его людей. Ему было бы гораздо удобнее, если Альфред и все его люди подохли бы там всем скопом. Было бы куда меньше проблем, да и можно было бы с лёгкостью приплести их к решению Рустала начать действовать раньше. Теперь же, этот безмозглый цепной пёс обязательно напишет рапорт.

Ладно, — мысленно сказал Каспар сам себе. — Не нужно беспокоится. По крайней мере сейчас. В конце концов, он всегда сможет опротестовать его. Он начальник резидентуры и опытный сотрудник службы внешней разведки. Его слово против слова этого солдафона в звании капитана. Это была даже не смешно.

И нужно было что-то сделай с самим Русталом. Разведчик чувствовал, что сульфарец становился проблемным. У него было слишком много амбиций. Слишком уж жадным до власти он был.

Флаер под чутким руководством начал заходить на посадку в центре Синангара, а Каспар размышлял над тем, что в конце концов всегда найдётся кто-то, кто сможет заменить Рустала на его посту. Потомку Эмрана Хашми будет куда полезнее для Протектората стать мучеником, чем реальным правителем, которого будет сложно и хлопотно контролировать. По мнению Каспара, незаменимых людей не существовало.

Кроме самого Каспара, разумеется.

Глава 10

11 часов 15 минут

Корабль сил системной обороны Валетрии

Корвет «Тиминтал»

— За прошедший час, мы потеряли связь с ещё двумя транспортными судами, — произнёс Оджас с экрана. — Они направлялись к гипергранице системы чтобы совершить переход, когда всякий контакт с ними оборвался. На наши попытки связаться с ними они по прежнему не отвечают.

Капитан «Тиминтала», Амар Харшад внимательно слушал очередной доклад со всё возрастающим напряжением. С того самого момента, как с орбитальной станции астроконтроля ему доложили о группе кораблей, совершивших гипер пространственный переход на самой границе системы, Амар находился в подвешенном состоянии. Его нервы были напряжены до предела. Развернувшееся на равнинах Ландширского пояса ночное сражение, стало для всех ужасающей неожиданностью. Никто из них не мог поверить, что подобное могло произойти в действительности. Что фанатики Рустала действительно решаться на нечто подобное. Известие о том, что у противника есть современное оружие и боевая техника ещё сильнее взволновали всех, кто сейчас находился орбите Сульфара. Всё что им оставалось делать этой ночью, это переживать и слушать о происходящих внизу событиях.

— Думаете это дело рук наших гостей, генерал? - спросил Амар, попивая кофе из герметичной пластиковой груши.

Все шесть корветов под его командованием по прежнему находились на высокой орбите Сульфара. На каждом корабле всё ещё была объявлена боевая тревога на случай любой не предвиденной случайности.

Амар в очередной раз подумал о том, что любимое его матерью выражение о том, что «беда не приходит одна», вновь подтвердило свою правдивость.

Оджас на экране перед ним пожал плечами.

— Мы не знаем. С пропавшими кораблями нет связи. Они просто пропадали, словно там появилась чёртова чёрная дыра. И, что самое паршивое, мы до сих пор не можем нащупать их дальними сенсорами.

Амар нахмурился.

— Совсем никакого отклика?

— У станции астроконтроля есть засветка на пару крупных транспортов. Их засекли на обратном пути к гипергранице.

— Тип и масса?

— Касательно типа, точно пока сказать ничего нельзя. Примерные показатели по массе с учётом их ускорения находится где-то на уровне миллиона тонн покоя. Плюс или минус. Я отправил тебе все данные.

На экране появилось схематичное изображение системы. Яркими точки были показаны места выхода неизвестных кораблей на краю гиперграницы Валетрии и места в которых были потеряны контакты с гражданскими судами.

Уже через секунду Амар заметил, что с каждым разом, отметки пропавших судов приближались к Сульфару.

— Думаете, ночное нападение и эти корабли связаны?

— Я не знаю Амар, — честно ответил Оджас. — Я уже связался с королём по этому поводу. В данный момент о произошедшем знают только на станции, здесь в «Багране» и часть правящего совета. К сожалению, пока наши незванные гости не подойдут к нам на дальность действия датчиков Черенкова, мы не сможем сказать ничего конкретного.

Капитан «Тиминтала» в очередной раз помянул недобрым словом отсутствие нормального сенсорного охвата всего пространства системы. Он и ещё несколько высших офицеров только зарождающегося сульфарского флота, неоднократно настаивал на создании широкой сенсорной сети, которая могла бы охватить большую часть системы. Им даже удалось, при поддержке генерала Оджаса, продвинуть проект развёртывания сети. Первые крупные модули сенсорных массивов уже были заказаны и должны были введены в строй в течении полугода.

К сожалению, с таким же успехом, их можно было не вводить в строй вообще. В данный момент нужна была информация, а взять её было неоткуда.

— Чего вы хотите от нас генерал?

Выражение на лице генерала скривилось.

— Лично я бы хотел, что бы вы оставались на орбите Сульфара, Амар. Но к сожалению, в данном вопросе решение было принято иное.

Амар с интересом поднял бровь и придвинулся чуть ближе к экрану. Генерал Оджас тем временем продолжил.

— Вам и кораблям под вашим командованием приказано найти эти корабли, локализовать и либо задержать, либо же проследить, чтобы они незамедлительно покинули космическое пространство Валетрии.

— Легко сказать, да я боюсь, что будет не просто сделать. И кто же принял это решение?

Генерал выразительно посмотрел в экран, словно его ответ не нуждался в озвучивание. Амар глубоко вздохнул. Чего-то подобного он и ожидал.

Конституционная монархия, как форма правления на Сульфаре, была дуалистической. Аджиит Аль Хан, как признанный и законный король Объединённого королевства Сульфара делил власть с правящим советом, куда входили аристократические семьи, потомки которых последовали за прадедом Аджиита с земли. Он сам, лично, назначал министров на государственные должности и мог при необходимости пренебрегать «рекомендациями» совета семей, старавшихся продвинуть на определённые посты своих людей. Это позволяло ему создавать то правительство, которое наиболее качественно выполняло свои обязанности.

Но, как это часто бывает, было одно «но». Еще в те времена, когда колония только основывалась, Сумир Аль Хан сделал предположение, что королём может стать человек, не обладающий столь высокими моральными ценностями, какими обладал он сам. И что бы у совета семей оставался рычаг давления на монарха, за ними оставалось право вотировать бюджет. Предполагалось, что таким образом совет сможет следить, что бы средства королевства направлялись только на то, что было необходимо.

В самом начале существования королевства, ещё в то время, когда место монарха занимал прадед Аджиита, Сумир, дело обстояло именно таким образом. Но в нынешнее время ситуация изменилась. Поколения сменялись друг за другом и люди изменились. Право вето, которым владел совет семей стал своеобразном поводком, призванным ограничивать власть монарха. Создание сульфарской армии и начало программы по созданию системного флота, проходило через совет с огромным скрипом. Очень многие представители аристократических семейств, входящих в совет, не хотели тратить на это деньги. По их мнению, их можно было потратить с куда большей, для них разумеется, пользой.

Отсюда, кстати, росли ноги проблемы с отсутствием широкого сенсорного массива космических датчиков, что мог бы отслеживать происходящее в системе. Большинство представителей совета считали такие траты бесперспективными справедливо полагая, что для отслеживания судоходного трафика будет более чем достаточно уже размещённых систем.

И сейчас, Амару предстояло столкнутся с прямой опасностью от подобного решения. Ведь именно его и его корабли направляли на разведку.

— Генерал, — осторожно произнёс Харшад. — Я не стану оспаривать этот приказ, но хочу заметить. Силы в моём подчинении весьма… Ограничены. Наши корветы смогут при необходимости справится с любым грузовым судном и да с пиратскими лоханками. Но если там будет что-то более серьёзное…

— Я всё понимаю Амар, — прервал его Оджас и на лице генерала появилось извиняющееся выражение. — Но к сожалению, в текущей ситуации я ничего не могу сделать. Тебе придётся работать с тем, что у тебя есть.

Харшаду оставалось только кивнуть. Как будто у него был другой выбор.

— Будет исполнено генерал, — произнёс он и отключил связь.

Встав с кресла, Амар поправил чуть примявшийся мундир и не забыв подхватить лежащую на столе рядом с терминалом фуражку, направился к выходу из каюты. Ещё ничего не началось, но он уже чувствовал возбуждение. Последние шестнадцать часов они торчали на высокой геосинхронной орбите планеты и безучастно наблюдали за развивающейся на её поверхности драмой, не способные сделать ровным счётом. Закупленные у Союза «Светочи» были лёгкими корветами, предназначенными для системной обороны и патрулирования. У них не было средств орбитального подавления, которые они смогли бы использовать для поражения целей на поверхности планеты. Корабли же более высокого класса могли бы с лёгкостью применить мощные разгонные установки ракетных пусковых для того, чтобы обстрелять цели на поверхности кинетическими боеприпасами. Такая практика была уже привычной и часто использовалась. Разогнанные до огромной скорости пятитонные металлические болванки обладали достаточной кинетической энергией, что бы превратить поверхность в безжизненный лунный пейзаж.

Но к сожалению, корветы не обладали подобными системами. «Светочи» комплектовались самыми лёгкими противокорабельными ракетами, которые для экономии внутреннего пространства самих корветов, выбрасывались в космос и стартовали из состояния покоя относительно выпустившего их корабля. У корветов Харшада просто не было возможности для оказания поддержки наземными силами, так как «Светочи» изначально затачивались только под патрульные задачи в космосе. Более того, они были не способны даже на то, что бы войти в атмосферу Сульфара.

Возможно, всё изменилось бы в следующем году, когда со стапелей сошёл бы первый из нескольких заказанных королевством эсминцев. Но для этого времени им всем нужно было ещё дожить.

Амар шёл по коридорам «Тиминтала», прекрасно понимая, что сложившуюся ситуацию придётся решать исключительно своими силами.

11 часов 37 минут

Ландширский горный хребет

Абал стоял на коленях склонив голову в уважительно поклоне.

— Я надеюсь, — прозвучал из динамиков спокойный и властный голос Рустала. — Что ты понимаешь, нового провала я не потерплю?

Стоящий перед экраном мужчина вздрогнул. Жгучие чувство стыда вновь затопило его душу едким ядом, когда он слышал недовольство в голосе своего господина.

— Да. Я понимаю это.

— Хорошо, — Рустал с безразличием смотрел в камеру, сидя в удобном кресле. — Ты знаешь, что нужно делать. Наши друзья обеспечат тебе всю необходимую помощь.

Абал искренне удивился, когда услышал это. Он хорошо помнил, с каким жаром на него чуть не набросился командир аджанби, после их возвращения с ландширских равнин.

— Я не думаю, что они согласятся нам помогать господин, — осторожно произнёс он.

— Их согласие, меня не волнует. Я уже обо всём договорился. Наш друг, — последнее слово, Рустал выделил особо, — прикажет им помогать тебе во всём.

Абал в очередной раз склонил голову в поклоне.

— И Абал, у меня будет к тебе особое поручение.

— Господин?

— Скажем так. Каспар, попросил, что бы когда всё будет сделано, ты решил для него одну маленькую проблему.

Рустал спокойно объяснил, что именно от него требуется и губы Абала против его воли растянулись в улыбке.

— Конечно. Будет исполнено, господин.

Связь оборвалась и экран терминала потемнел.

Прошедший разговор прошёл легче, чем предполагал предводитель хашмитов. Он встал с колен и быстро вышел из своей небольшой комнаты.

Пальцы Альфреда сжались в кулаки. Ему даже пришлось глубоко вздохнуть и досчитать до десяти, что бы не начать орать прямо здесь и сейчас.

— Нет, — твёрдо произнёс он. — Я считаю, что это будет неправильным использованием наших сил…

Его собеседник сжал губы. Альфред видел, с каким бешенством Каспар посмотрел в камеру и с каким трудом себя сдерживает сотрудник рейнской СВР.

— Никого не волнует, что ты думаешь, Вольфганг. Это приказ и ты его исполнишь!

Один. Два. Три… Главное спокойствие. Альфред снова глубоко вдохнул, что бы говорить спокойно. С этим идиотом, криком делу не поможешь, подумал он. А значит, нужно было опираться на факты.

— У нас недостаточно сил для новой атаки. Ты видел мой рапорт. У хашмитов осталось едва ли двадцать процентов тех сил, которые были у них ещё вчера. Мы сами понесли потери этой ночью…

— Мне плевать, на твои проблемы Альфред! - Каспар практически кричал. — Я руковожу операцией! Я, а не ты. И меня не волнуют твои проблемы. Когда я отбирал людей для этой миссии, я просил лучших. Лучших! А не жалких слюнтяев, которые не способны выполнить отданные им приказы.

Вольфганг сжал зубы и старался дышать спокойно и ровно, сдерживая себя одной лишь силой воли. В который раз он подумал, смогла бы эта кабинетная крыса сказать это всё ему в лицо.

Нет. Вряд-ли, — подумал он, смотря на изображение Каспара и стараясь не давать воли эмоциям.

— Мои люди…

— Твои люди, хороши лишь в качалке, поедании жратвы и в кабинах своих доспехов! Кто-то видимо по ошибки назвал вас солдатами, потому что, похоже выполнять приказы вы ни черта не умеете!

— Можешь говорить что угодно, но мы не можем штурмовать базу и город. У нас просто недостаточно сил.

— Тогда что такого специального в вашем спец отряде, если вы не всё можете? - язвительно спросил Каспар. — Ты и твои люди с этого момента будут делать то, что скажет Абал. У наших друзей есть план…

— У них и в прошлый раз был план, — с издёвкой перебил его Альфред. — Это идиотизм! Я говорил, что эти действия ставят под угрозу всё нашу миссию…

— Это не тебе решать, Вольфганг! Я сам буду решать, как проводить эту операцию. Я. Не ты! Ты понял меня?

— Да, — после нескольких секунд тяжёлого молчания ответил Альфред. — Я понял. Но когда сюда придут корабли коммодора Штрельца и генерал Кровеля, я дам свою оценку ходу операции и тому, как она проводилась.

— Да пожалуйста, — бросил Каспар, словно отмахнувшись от него, как от надоедливого насекомого.

Это на мгновение выбило Альфреда из колеи. Он ожидал… Да нет, совершенно точно ждал, что его слова напугают эту кабинетную крысу. Потому что Вольфганг был уверен. Написанное им, будет в корне отличатся от написанного Каспаром. Но вместо этого, сидящий перед ним глава резидентуры остался абсолютно спокоен. Словно его его совершенно не заботил тот факт, что Альбер может своим рапортом серьёзно пошатнуть его положение.

— Альфред, когда всё закончится, делай что захочешь, но сейчас изволь подчинятся моим приказам. Я конечно могу ошибаться, но кажется вас учили чему-то подобному?

Прозвучавший вопрос звучал как гадкая издёвка, но Альфред проглотил её постаравшись не подать вида и сохранить на лице невозмутимое выражение.

— Да, — спокойно ответил он. — Чему-то подобному нас обучали.

Каспар победно улыбнулся в экран.

— Ну вот и прекрасно. Тогда, будь добр, иди и занимайся своей работой.

Экран погас, оставив Альфреда в тишине маленькой комнаты, которую выделили ему хашмиты на их базе.

В очередной раз, Вольфганг проклял те незримые нити судьбы, которые свели его отряд с Каспаром. Подобными операциями должны руководить военные, а не дилетанты плаща и кинжала. Но к сожалению, как бы ему не хотелось, он ничего не мог сделать. Каспар был назначен руководителем операции, а их отряд занимался лишь обеспечением военной поддержки и обучением. И хочешь не хочешь, ему придётся подчинятся приказам Каспара.

Но свой рапорт он всё же подаст. Альфреду было крайне интересно, как этот скользкий гад сможет выкрутится, когда генерал Кровель получит столь разные взгляды на то, как проходила операция.

Альфред отключил терминал связи и поднялся со старого, потрёпанного кресла, которое имело такой вид, словно его просто и без затей выдрали из корпуса старого грузового флаера. Вольфганг прошёл к выходу и открыв дверь, без удивления обнаружил за ней весь свой отряд, стоящий у стены.

Дирг, его бессменный напарник ещё с образования отряда. Привалившиеся к стене Генрих и Ренейт. И стоявший чуть поодаль Леон. Его лицо по прежнему представляло напряжённую маску, со смесью мрачной решимости. Атмосфера в отряде была паршивой. Альфред видел это невооружённым взглядом. Гибель Райнхарда ударила по всем. Невозможно не переживать потерю товарища и друга, с которым ты служишь уже больше пяти лет.

Они были одними из лучших пилотов мобильных доспехов во всём Рейне. И если бы операция разворачивалась так, как советовал Альфред, даже с учётом непонятного ему желания фанатиков Рустала выступить раньше срока, всё бы уже было кончено.

Но к сожалению, никто не утверждал, что мир должен быть идеален.

Заметив хмурое выражение на лице своего командира, Дирг ощутимо напрягся.

— Босс?

— Готовьте машины. Мы выступаем через час с небольшим.

Генрих и Ренейт удивлённо переглянулись.

— Выступаем? - спросил Генрих. — Мы покидаем базу?

— Да, — вздохнул Альфред. — Окажем поддержку Абалу и остаткам его сил.

Ренейт презрительно фыркнула.

— Да какой в этом смысл?! Наши корабли будут здесь когда? Часа через четыре? Нахрена то сейчас нам рыпаться…

Вольфганг пристально посмотрел на девушку и та замолчала, оборвав себя на полу слове. Альфред никогда не был сторонником жёсткого формализма и дисциплины, предпочитая более свободные отношения внутри отряда. В конце концов они сильно отличались от стандартных армейских подразделений. Да и его приказы никогда не обсуждались. Но всё же ему не хотелось сейчас слушать возражения Ренейт. У него самого и так кошки скребли на душе.

— Это, нас волновать не должно. У нас есть приказ и мы будем его исполнять. С остальным будем разбираться после проведения операции.

Ренейт неохотно кивнула. Альфред понимал, что её злость была направлена исключительно в сторону их временного руководства. Она подчинится приказам и выполнит их точно так же, как и остальные.

— Наша задача? - спросил Генрих.

— Осуществляем поддержку остаткам сил Абала в атаке на базу «Багран». Помогаем им прорваться.

От услышанного четвёрка пилотов замерли, как вкопанные. Первым сбросить оцепенение от услышанной новости смог Дирг.

— Босс, — осторожно начал он. — Я конечно мало понимаю во всех этих шпионских штучках, которыми занимается Каспар, но какой в этом смысл?

Вльфганг прислонился спиной к жёсткому и грубому камню.

— Хотел бы я сам это знать. Но к сожалению, меня видимо забыли поставить об этом в известность. Делаем то, что сказано и попутно стараемся не сдохнуть.

— Отличный план. Просто превосходный, если я правильно поняла, — буркнула Ренейт. — С какой пойдём загрузкой?

— С максимальной, — в тон ей ответил Альфред и заметил, как Дирг и Ренейт немного повеселели от этих слов.

Это было не мудрено. С максимальной огневой загрузкой их «Бакхауфы» могли стереть с лица земли небольшой городок. Да и более лёгкие «Шварцы» Альфред, Генриха и Леона тоже будут обладать куда большей огневой мощью. Этой ночью они действовали в качестве поддержки и советчиков, так что их машины были снаряжены в лёгкой комплектации, дабы не ограничивать их мобильность.

Сейчас же, всё будет по другому.

— Это всё конечно очень здорово, но как мы пересечём Ландширский пояс? - задал вопрос Генрих.

— Погрузим доспехи на транспорты и основную часть маршрута проделаем на них. Я ещё переговорю с Абалом касательно транспорта, но по словам Каспара проблем у нас не возникнет.

— Бред! Это когда у нас над головой постоянно шныряют королевские флаеры? Да мы и четверти пути не пройдём, когда нас засекут. А прорывается с боем сейчас это чистой воды самоубийство.

— Рен, я всё понимаю, мне самому не по нраву весь этот цирк, но таков приказ. Если хочешь, то можешь остаться здесь.

— Нет, спасибо, — буркнула девушка. — Кто-то же должен прикрыть ваши задницы.

— Ну и славно. Идите готовить машины. Леон? Что с твоим «Шварцем»?

— Он будет готов, — ответил тот с холодной уверенностью и посмотревл командиру прямо в глаза.

Капитан несколько секунд смотрел на своего подчинённого, а затем кивнул. Он, да и все они, прекрасно понимали, в чём причина ауры мрачной решимости, которая окутала их товарища.

Леон рассчитывал на то, что им вновь встретится тот красный доспех.

Как и все, он хотел отомстить.

— Ладно, — Альфред направился по коридору и жестом приказал всем идти за собой пойдёмте. Нужно подготовить машины и транспорт.

Пятёрка рейнцев направилась вслед за своим командиром по узким переходам подземной базы. На то, чтобы добраться до огромной пещеры, приспособленной под ангар для мобильных доспехов потребовалось несколько минут. Альфред в очередной раз удивился тому, как хашмиты умудрились построить подобную базу под самым носом у сульфарской столицы. Вольфганг сделал для себя простой вывод. Скорее всего в постройке базы помогали кто-то из правящего совета аристократических семей. Может быть, он и ошибался, но даже если и так, его это мало волновало. В данный момент, у них снова был приказ и его нужно было выполнить. Это единственное, что имело значение.

Пятёрка рейнских доспехов стояла у дальней стены ангара и на данный момент технических специалисты возились лишь с машиной Леона. Большая часть лёгких повреждений уже была устранена, а левую руку, повреждённые в бою сенсоры и некоторые пластины брони заменили полностью. Благо Альфред ещё до начала операции распорядился, что бы сюда было доставлено всё их оснащение, так как предполагалось, что действовать они будут именно отсюда. Вольфганг не хотел остаться без технической поддержки. Один из главных техников заметил группу пилотов и помахал им рукой. Альфред махнул в ответ и жестом подозвал того к себе. Кричать не было смысла. Слишком уж было шумно в ангаре.

Быстро распорядившись о том, что бы техники начали снаряжать машины максимальной боевой нагрузкой, Альфред заметил идущего прямо к нему Абала. На лице хашмита царила надменная улыбка, которая сразу ему не понравилась.

— Аджанби, — с тенью надменности бросил Абал подойдя ближе, что бы стоявший в ангаре шум не мешал говорить. — Готовьте свои машины. Мы скоро выступаем.

Альфред поморщился. Ему чертовски хотелось просто подойти и врезать сульфарцу по морде. Ударить так, что бы навсегда сбить с его лица это надменное выражение. Но он сдержался.

И без удивления для себя самого заметил, что уже устал сдерживаться.

— Я в курсе, Абал.

— Вот и прекрасно. С вами пойдёт отряд Садхира. Они присмотрят за вами и в случае необходимости окажут помощь.

Вольфганг усмехнулся.

— Она нам не потребуется. Мы выполним свою часть операции…

— Это не обсуждается, аджанби, — уже более грубо произнёс Абал. — Вам приказано делать то, что скажу я. И если я сказал, что люди Садхира пойдут с вами, заучит так оно и будет. Я не допущу, что наши действия потерпели неудачу.

— Очередную, ты хотел сказать? - Насмешливо спросил Альфред, вставив шпильку в разговор.

Но Абал пропустил сказанное мимо ушей. Вместо злости, на его лице появилось сосредоточенное и предельно серьёзное лицо.

— Можешь думать что угодно, — с твёрдостью в голосе произнёс Абал, посмотрев Альфреду прямо в глаза. — Вы здесь - чужаки. Вам нужно то, что может предоставить вам шейх Рустал. Твоё начальство это прекрасно знает. А значит, ты будешь делать то, что скажу тебе я. Так что идите и готовитесь. Транспорт для ваших доспехов будет здесь через час.

— Я надеюсь, что у вас есть чертовски хороший план. Потому что если ты собираешься штурмовать базу с такими силами, то вряд ли у вас что-то получится.

Вольфганг старался говорить спокойно, потому что понимал. Любая попытка надавить на этого идиота приведёт лишь к обратным последствиям.

— Не переживай, аджанби, — Абал улыбнулся. — У нас всё подготовлено.

Наверное именно с такой улыбкой паук смотрит на попавшую ему в паутину муху, прежде чем сожрать её.

Альфред смотрел в спину удаляющемуся Абалу и в очередной раз пожалел, что на это задание не выбрали кого-нибудь другого. Шесть месяцев подготовки и торчание на раскалённой сульфарской сковородке. И потребовалось всего неделя, чтобы пустить всё псу под хвост из за любви некоторых кретинов тащить одеяло на себя.

Вольфганг мысленно решил добавить несколько пунктов к рапорту, который напишет позднее, когда в кармане его комбинезона завибрировал личный комм. Достав его, он быстро прочитал полученное сообщение.

Сульфарские корветы только что покинули орбиту планеты.

11 часов 58 минут

База «Багран»

Лата стояла в душе закрыв глаза. Потоки теплой воды стекали по телу, по крупицам забирая с собой накопившуюся усталость и утомление. События прошедшей ночи сплетались в бессвязный комок тягостных воспоминаний. Покрытое синяками и кровоподтёками тело болело с каждой минутой всё сильнее. Обезболивающие, которыми они накачались ещё в Катак-Репале медленно и уверенно прекращали действовать, пропуская наружу боль от многочисленных ушибов. Девушке даже двигаться не хотелось. Хотелось просто стоять здесь, под струями воды и не шевелится.

Их с Вималом доклад затянулся. Слишком многие офицеры сегодня погибли. Механизированная рота, куда входил их отряд вместе с двумя другими, отправленная в ландширский пояс, была уничтожена практически полностью. Из двадцати четырёх доспехов, угодивших в ловушку в харашассовых лесах выжило всего пять машин. Она, Вим и ещё трое ребят из отряда «Ферат». Вот и всё. Тяжесть от потери товарище и друзей навалилась ещё сильнее, давя на неё словно многотонный гидравлический пресс.

Уже позднее, закончив с докладом, усталые и вымотанные, они отправились к зданию, где размещалась их рота. Рассчитанное на вдвое большее количество людей, оно всегда было просторным, но сейчас, когда из живших здесь тридцати человек в живых осталось всего пятеро, внутри этих стен было до отвратительного тихо. Слишком тихо. Казалось, что всё было пропитанное этой холодной, печальной и давящий тишиной.

Лата глубоко вздохнула и пересилив себя, всё же выключила воду и пошла одеваться. Несмотря на тяжёлые и горестные мысли, настроение потихоньку поднималось. Горячая еда, душ и чистая, свежая одежда сделали своё дело. В который раз можно было удивится, как мало нужно человеку, что бы почувствовать себя лучше.

Одевшись и забрав с собой мокрое полотенце, она вышла из душевой и поднявшись по лестнице дошла до комнат в которых жили члены их отряда. Вот только в отличие от прошлой ночи, звук доносился сейчас лишь из одной. Она слышала тихие шаги, в комнате, которую Вимал делил вместе с Таруном. Лата повернула налево и открыв дверь зашла в свою комнату, в которой она жила вместе с Джаей. Новенькая сразу пришлась ей по душе, едва только успела попасть в отряд. И теперь, пустая, аккуратно заправленная постель была красноречивее любых слов. Лата бросила одежду в очиститель и быстрым шагом вышла из комнаты.

— Вим, может быть пойдём, поедим…

Девушка осеклась на полуслове, войдя в соседнюю комнату.

Вимал лежал на кровати с закрытыми глазами. Судя по ровному, спокойному дыханию он уже спал. Лата задержалась в проходе, смотря на на него и спрашивая себя, как он только смог заснуть здесь, когда ей было чуть ли не физически больно находится одной в пустой комнате. Девушка прикусила губу и сделала несколько шагов по направлению к кровати и осторожно опустилась на самый её краюшек. Лата задержала взгляд на безмятежном лице своего напарника и друга, поражаюсь тому, каким спокойным и безмятежным оно выглядело. Тёмные, ещё не успевшие высохнуть после душа волосы упали ему на лицо. Девушка протянула руку, но остановила себя, едва не коснувшись растрёпанных и ещё влажный после душа волос. Пальцы предательски дрожали.

Перед её глазами вновь промелькнули события прошедшей ночи. Яростная схватка в лесу. Их бегство и новые смерти товарищей. То, как она бросилась к нему, когда его доспех был повреждён в бою и наплевав на все предосторожности вытащила его на своих ускорителях. То, как он спас их с Ашей, отвлекая на себя хашмитских солдат в броне, пока запускался доспех Латы. Он не раздумывая рискнул своей жизнью, что бы защитить её. Что бы помочь ей.

И она не раздумывая сделала тоже самое.

А если бы он погиб? Если бы она осталась одна?

События прошедшей ночи прокатились по её разуму огненным калейдоскопом, вновь поднимая болезненные воспоминания из глубин сознания, куда девушка старалась их засунуть. Лата ещё несколько минут посидела в тишине, не решать разбудить своего друга. Так не и смогла решится коснутся его, а затем встала и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

Через несколько минут, она вышла из здания на прогретый солнцем воздух и направилась в сторону общей столовой.

База всё ещё была в движении и напоминала встревоженный муравейник. Почти полуденное солнце палило нещадно, нагревая бетонное покрытие. Лата не стала одевать полный комплект униформы, а осталась только в спортивной форме. Майка и короткие шорты. Конечно, кто-то мог сделать ей замечание, но по большому счёту ей сейчас было на это наплевать. Да и вряд ли такая мелочь привлечёт чьё либо внимание в этом хаосе.

Мимо неё промчались несколько крупных грузовых флаеров, порывом воздуха подняв в воздух облако пыли. Лата прикрыла глаза ладонью, про себя обругав водителей, заметив, что это были явно гражданские машины, не принадлежащие к военным. Прямо на её глазах грузовики свернули и направились в сторону ангаров для мобильных доспехов. Двери одного из ангаров с крупно изображённой на них цифрой восемь открылись. Охранявшие их солдаты в форме сульфарской гвардии отошли в стороны, давая грузовикам проехать внутрь. Лата успела заметить пару стоящих внутри «Шахов» и широкую, многоколёсную платформу, которые иногда использовали для перемещения доспехов. Оно вдруг вспомнила, что уже видела её пару часов назад, когда они только прибыли на базу.

Но стоило грузовикам попасть внутрь ангара, как массивные створки вновь закрылись за ними, а солдаты снова заняли свои места у входа. Лате даже стало жалко их. Пока она шла по улице её тело уже успело вспотеть даже под лёгкой одеждой. А уж от одной мысли о том, чтобы стоять под солнцем будучи одетым в полную форму ей кажется стало ещё жарче. Обычно в наряды по базе ставили самых новичков и Лата задумалась, как должны они были себя чувствовать, когда всё это началось. Что они ощущали, когда их товарищи уходили в бой, оставив их здесь? Лата представила себя на их месте и поняла, что не за что не захотела бы остаться в стороне. Вот так вот, сидеть на базе, зная, что твои друзья и товарищи отправились в бой. От этой мысли по телу девушки пробежала холодная дрожь, даже несмотря на жаркую погоду.

Он тряхнула головой, снова отгоняя дурные мысли.

Дойдя за десяток минут до столовой, она взяла пару готовых обедов в саморазогревающихся упаковках. Один для себя, а второй для Вимала, чтобы он поел когда проснётся. Довеском Лата прихватила несколько полулитровых бутылок с холодной водой и пошла обратно. Всё, чего ей сейчас хотелось, это поесть и завалится в кровать.

На базу продолжали стекаться машины и грузовые флаеры. Большинство из них принадлежали к медицинским службам Джайпур-Бана, которые передали большое количестве своих специалистов для помощи раненым, так как расположенный на территории базы госпиталь, был просто не в состоянии принять всех нуждающихся. Из Катак-Репала продолжали прибывать всё новые и новые транспорты с ранеными. Не только с военнослужащими гвардии, но и гражданскими, жителями охваченного ночным сражением города. «Багран» стал своеобразным пунктом концентрации раненых, откуда их быстро доставляли по медицинским центрам и госпиталям столицы.

Подняв резкий порыв ветра, над головой у Латы прошёл военно транспортный флаер с эскортом из четвёрки более лёгких машин. Он развернулся в воздухе и стал медленно опускаться на одну из посадочных площадок. В отличии от остальных, эта находилась чуть поодаль и была окружена кольцом гвардейцев, сжимавших в своих руках импульсные винтовки. Лата остановилась, чтобы посмотреть, что именно происходит. Уставший мозг не сразу смог соотнести все факты в цельную картинку. Но как только по опустившейся грузовой аппарели стали спускаться первые пассажиры транспорта, она всё поняла.

Взятые в плен хашмиты один за другим выходили из нутра грузовика. Скованные по рукам и ногам, они шли по посадочной площадке, пока гвардейцы держали их под прицелами своих винтовок. Лата заметила на лицах некоторых из них, самых молодых, страх и отчаянье. Но большинство смотрело вокруг глазами полными отвращения и презрения. Особенно один из них. Высокий, с густыми чёрными волосам и такой же чёрной бородой. Он напоминал дикого зверя, которого посадили в клетку.

Это произошло, когда первые пленные не прошли и десяти метров. Первый гневный выкрик, за которым лавиной хлынули другие. Оскорбления посыпались на пленённых хашмитов словно волна, становясь всё громче и грубее. Лата отвернулась, не желая больше смотреть на этих людей и пошла обратно.

Здание где размещались казармы их отрядов, находилось в восточной части базы, рядом с техническими и складскими объектами. Девушка прошла уже половину пути и шла мимо складских зданий. Она была так погружена в свои собственные мысли, что едва заметила вылетевший из за поворота транспортный грузовик с эмблемами службы снабжения на бортах. Он пронёсся совсем рядом с ней издав несколько предупредительных гудков и едва не задев успевшую в последний момент увернутся девушку. От резкого движения, Лата чуть не уронила контейнеры с едой. Пластиковые бутылки с водой упали на землю и покатились по ней в разные стороны.

— Смотри куда едешь, чёртов придурок! - закричала она в след удаляющимся грузовику. — Безалаберные идиоты…

Водитель ещё раз нажал на клаксон издав громкий гудок и помахал рукой из окна.

— Кретин, — сквозь зубы прошипела Лата и перехватив контейнеры, пошла собирать упавшие бутылки с водой.

Три из них она быстро нашла и подняла, но четвёртая успела укатится по горячему бетону к стене одного из крупных складских корпусов базы. Пластиковая бутылка прокатилась по бетону до самого здания, пока не остановилась, уперевшись в стену, рядом со служебным входом. Устало вздохнув и в очередной раз обругав неосторожного водителя, она дошла до лежащей у стены бутылки и наклонилась, чтобы поднять её. Пальцы уже схватились о нагретый солнцем пластик, когда её глаза заметили узкую, тёмную щель приоткрытой двери, что вела внутрь склада.

Лата нахмурилась и задался вопросом, кто мог оставить дверь открытой? По правилам, они должны были быть заперты. Особенно, в такое неспокойное время.

Придерживая боксы с едой, Лата подошла ближе и толкнула дверь рукой. Та оказалась не заблокированной и с лёгкостью открылась, повернувшись на магнитных петлях. Внутри было темно и тихо. Девушка быстро оглянулась по сторонам, прикидывая, что делать дальше. Свой комм она с собой не взяла. Даже не подумала об этом, потому что собиралась просто сходить за едой и вернутся обратно. Лата, открыла дверь шире и заглянула внутрь. Коридор был пуст и расходился через несколько метров «т» образной развилкой.

— Эй? Здесь есть кто нибудь?! - крикнула девушка, сделав несколько шагов по коридору.

Из за поворота послышался шум.

— Эй?

— Да, да сейчас, — раздался голос. — Сейчас.

В коридоре появился невысокий мужчина в форме службы обеспечения. Мятый песочно-серый комбинезон и натянутая на глаза кепка. Он подошёл к ней, старательно оттирая пятна на руках тряпкой.

— Чем-то помочь? - раздражённо поинтересовался он.

— Ребят, у вас вообще-то дверь открыта, — Лата ткнула пальцами себе за спину, указав на вход.

Техник лишь бросил короткий взгляд за спину девушке и махнул рукой.

— Да с ней постоянно проблемы, — равнодушно произнёс он, скомкав тряпку и засунув в один из карманов комбинезона. — Сбоит система запирания.

— Ну ладно. Но вы на всякий случай сообщите, что бы на контрольном пункте знали о проблеме.

При этих словах, стоящий перед ней мужчина напрягся и ещё раз посмотрел на открытую дверь.

— Хорошо, — он перевёл взгляд с двери на девушку. — Я сообщу. Что нибудь ещё? Если нет, то могу я попросить вас на выход? У нас ещё куча работы.

Техник указал рукой на дверь, убрав другую в карман комбинезона. Лата, поморщилась, в очередной раз за сегодня помянув снабженцев дурным словом. Она уже начала поворачиваться, когда его глаза зацепились за пятна на рукаве техника. Тёмно-бурые пятна, которые она уже видела сегодня на свой собственной одежде. Пятна от крови. Их вид, заставил её замереть на какие-то жалкие несколько секунд, пока утомлённый мозг пытался сопоставить разрозненные кусочки в единую картинку. И стоявший рядом с ней мужчина это заметил. А когда Лата вдруг почувствовала опасность, было уже слишком поздно.

Техник дёрнул руку, которую держал в кармане, выхватив из него небольшой пистолет, но прицелиться так и не успел. Одним движением, Лата швырнула ему прямо в лицо коробки с едой и бутылки, которые держала в руках и бросилась к выходу. Она успела сделать почти три шага, когда первый выстрел ударил её в спину.

Глава 11

12 часом 14 минут (по столичному времени Сульфара)

Десантно-транспортный корабль РВКФ «Данау»

Высокий и крепко сложенный офицер вошёл на центральный мостик «Данау». На его лице господствовало выражение полной и абсолютной уверенности в себе. Полный комплект силовой брони делал его фигуру ещё более крупной и устрашающей. На его правом плече была эмблема принадлежности к десантно-штурмовым подразделениям. Пройдя через пространство мостика, он остановился ровно в трёх шагах от Кровеля и замер по стойке смирно.

Генерал ещё несколько секунд смотрел на скользившие по голографическому экрану строчки донесений. Лишь после этого, он развернулся и посмотрел на стоявшего перед ним офицера.

— Вольно капитан. Докладывайте.

Стоявший перед ним офицер немного расслабился. Впрочем это можно было заметить лишь по чуть шире расставленным ногам и тому, как едва заметно опустились его плечи.

— Да, сэр. Один из корветов коммодора Штрельца подавил средства связи на орбитальных платформах и сейчас полностью контролирует ситуацию. Мои люди готовы к высадке генерал.

— Превосходно. План действий?

— Высадка на четырёх «мулах», — быстро ответил капитан. — Захват платформ и изоляция обслуживающего персонала. После чего доставка на платформы дополнительного технического персонала и последующий контроль инфраструктуры.

Кровель согласно кивнул, быстро прогоняя детали плана у себя в голове.

Новенькие корветы Штрельца оказались на удивление эффективны для той работы, которую им поручили. Поначалу, Кровель сомневался в их эффективности. Слишком уж их было мало на его взгляд для предстоящей операции. Но скромный транспортный трафик внутри системы позволил им выполнить свою задачу даже при такой малой численности. Вооружение здесь играло малую роль. Основным приоритетом в таком вопросе была именно скорость. А её у новых кораблей было хоть отбавляй. «Энцелады» были как минимум на двадцать семь процентов быстрее, чем их предшественники, что позволяло им без труда догонять и принуждать к остановки медлительные гражданские грузовые корабли.

В данный момент, главным интересом для Кровеля были крупные промышленные платформы расположенные на орбите Индриана, ледяной луны газового гиганта. Один из корветов уже подавил системы связи и лишил платформы лёгких транспортных челноков, предназначенных для внутрисистемных полётов, тем самым заперев находившихся на ней людей.

— Как нам поступить с местными генерал? — без каких либо эмоций поинтересовался командир десантников.

— Постарайтесь не убивать, их без лишней на то необходимости, капитан. Но помните, что выполнение нашего задания — превыше всего. Если вашим людям потребуется применить силу, пускай действуют не задумываясь. И позаботьтесь о том, что бы на платформах находился только наш персонал.

Капитан согласно кивнул. Именно эти слова он и ожидал услышать.

— Конечно генерал. Как только мы получим контроль над платформами, то попросту переправим сульфарцев на размещённые на поверхности луны предприятия и изолируем их там.

— Хорошо. Я распоряжусь, что бы люди Штрельца выделили вам технический персонал и офицеров для контроля платформ, капитан. — Кровель улыбнулся. — В конце концов, это совместная операция.

Стоящий перед ним капитан хмыкнул.

— Как скажете, генерал. Лишь бы под ногами не мешались.

Кровель улыбнулся в ответ на эти слова. Генерал хотел уточнить состав подразделений, которые будут выбраны для штурма платформы, но его прервал голос одного из младших офицеров техников.

— Генерал, сэр, вас вызывает коммодор Штрельц с «Ноттингема».

— Переведите вызов сюда.

— Конечно сэр.

Тактическая карта, показывающая сейчас схематичное изображение промышленных платформ расположенных на орбите Индриана уменьшилась и потеснилась, когда в воздухе развернулось окно видео связи.

— Коммодор, — произнес Кровель и кивнул изображению Штрельца с экрана.

— Генерал Кровель. Наши сенсоры только что засекли шесть контактов. Они покинули орбиту Сульфара и двигаются в нашем направлении.

— У них уже есть данные о нашем место положении?

— Да, генерал. Шесть минут назад мы вошли в зону действия их датчиков частиц. Если наша разведка передала правильные сведенья относительно характеристик их сенсорных массивов, то в данный момент они уже могут наблюдать за нами в реальном масштабе времени...

— Если только мы не выключим двигатели, — задумчиво произнёс Кровель, бросив короткий взгляд на тактическую карту.

— Верно генерал.

— Они представляют для нас опасность?

Впервые Штрельц позволил себе самоуверенно ухмыльнуться в разговоре с генералом.

— Минимальную. Это лёгкие патрульные корветы купленные сульфарцами у Союза. Если только они не провели над ними значительные модификации, эти корабли не могут угрожать нам. Я уже приказал капитану Акидзучи разобраться с этой проблемой. Её корветы станут нашим авангардом.

— Хорошо, коммодор. Будем надеяться, что ваши подчинённые справятся со своей задачей.

Лицо Штрельца поморщилось, от того с каким пренебрежением Кровель поставил под сомнение способности его людей.

— Они справятся, генерал, — с уверенностью в голосе заявил он.

— Нисколько в этом не сомневаюсь. Так же у меня будет к вам просьба. Я хотел бы, что бы выделили технических специалистов и несколько офицеров для штурмовой группы, которая возьмёт под свой контроль орбитальные платформы на луне.

— Хорошо. Я распоряжусь, что бы вам выделили техников и несколько офицеров из экипажей одного из эсминцев...

12 часов 26 минут

Резидентура службы внешней разведки

Синангар

Каспар с удовольствием откинулся на спинку своего кресла и взял стоящий на столе и покрытый каплями конденсата бокал с водой. Наполнявшие его кубики льда тихонько звякнули, когда он поднёс его к губам и сделал несколько освежающих глотков.

Не смотря на то, что в помещении работали кондиционеры, проклятая жара за стеклом действовала угнетающе. Фронт горячего воздуха из раскалённой пустыни обрушивался на побережье Ригведского моря, накрывая Синангар полуденным зноем и ужасающей духотой. Достаточно было лишь прикоснутся к панорамному стеклопакету, что бы почувствовать царящий за стеклом жар. Казалось, что расположение города на побережье должно было сделать это место более приятным, но из за повышенной влажности эффект оказался прямо противоположным. Любой выход из кондиционированного помещения приводил к тому, что Каспар уже через пять минут начинал обливаться потом под костюмом. Ощущение того, как влажная от пота ткань липнет к коже, постоянно заставляла его чувствовать себя глупо. А Каспар ненавидел чувствовать себя глупо.

Через открытую дверь его кабинета вошёл один из сотрудников СВР.

— Сэр, мы получили данные от нашего человека на станции астроконтроля. Корабли коммодора Штрельца вошли в зону действия датчиков частиц Черенкова.

Каспар чуть не поперхнулся очередным глотком воды.

— У нас уже есть точные данные по их местоположению?

— Да, сэр. Мы получаем их телеметрию прямо со станции астроконтроля по шифрованному каналу.

— Это хорошо. Очень хорошо. Когда сможем установить с ними связь?

— Через десять минут, сэр. Нужно немного времени, что бы перенастроить передатчик и мы будем готовы.

Каспар быстро поставил бокал на стол и поднялся из кресла.

— Отлично. Начинайте готовить оборудование к отправке сообщения. Я сейчас подойду.

— Конечно сэр.

Каспар не мешкая открыл один из ящиков своего стола и достал из него один из нескольких коммуникаторов. Все они были рейнского производства и были напичканы самыми совершенными системами шифрования, которыми располагал Протекторат. В данном случае, именно это конкретное устройство предназначалось для связи с небольшим отрядом, который нёс постоянной дежурство рядом с домом Рустала на окраине города.

Нажав на кнопку вызова, он дождался, пока программа шифровки связи создаст выделенный шифрованный канал и установит связь с другим устройством. Как и местные устройства, эти коммы использовали для связи планетарную информационную сеть. Но вместо того, что бы работать через специально подготовленные для связи серверы, их программы словно паразиты пролезали внутрь программ связи чрезвычайных служб и уже через них создавали отдельные и тщательно замаскированные шифрованные каналы, которые было практически невозможно обнаружить.

Прошло всего несколько секунд, прежде чем он услышал голос человека на другом конце линии.

— Это Робеспьер. Доклад.

— Объект на месте.

Значит Рустал по прежнему находился у себя в особняке. Это было хорошо.

— Продолжайте наблюдение. После получения приказа, выйдите с ним на контакт.

Несколько секунд молчания, а затем в динамике вновь послышался голос.

— Вас понял. Продолжать наблюдение. При получение приказа, выйти на контакт с объектом.

Удовлетворённый разговором Каспар отключил комм и убрал его во внутренний карман своего пиджака. С этого момента, его люди будут полностью готовы. Кодовое выражение «выйти на контакт» означало, что стоит ему лишь отдать приказ, и они ликвидируют Рустала.

Этот грёбаный варвар слишком много о себе возомнил. Рустал хотел не только править этой поганой планеткой. Этот амбициозный осёл решил, будто Рейн поможет ему построить свою собственную империю. Безмозглый идиот. Неужели он не понимает. У Протектората нет и не может быть друзей. У Протектората есть только интересы. Всё, что не приносит пользы Рейну, не имеет никакого значения.

Сульфар был подобен даже не Давиду, что стоял перед Голиафом. Он больше походил на жалкое насекомое на фоне величия стоящего перед ним человека. Стоит лишь канцлеру Адлеру захотеть и эта планета будет превращена в безжизненную пустыню. И этот жадный до власти идиот считает, что мы станем ради его амбиций идти у него на поводу? Это было даже не смешно. Подобный фанатик весьма удобен для разжигания конфликта. Старая аксиома, гласившая что обиженные есть везде, как всегда оказалась верной. Но после, когда работа будет сделана, им будет крайне трудно управлять. Подобные люди не нужны Протекторату и будет гораздо лучше, если Рустал примет на себя роль мученика для своего собственного народа. Люди Каспара с лёгкостью обставят дело так, что убийство Рустала будет выглядеть так, словно здесь постарались преданные королю люди. Фальшивые доказательства не сложно будет состряпать. Благо они уже хорошо поднаторели в подобных делах и это не составит для них какой либо трудности.

А после того, как Рустал примет мученическую смерть от рук королевских гвардейцев, Каспар просто заменит его, поставив на его место одного из его близких помощников. У него уже было несколько кандидатур. Осталось лишь выбрать того, кто будет достаточно жаден и в тоже время достаточно благоразумен, дабы добровольно оставаться послушной марионеткой.

На несколько секунд, Каспар даже задумался, не следует ли ему включить свои планы относительно судьбы Рустала в грядущий отчёт, что он сейчас пойдёт записывать. Но подумав, он отказался от этой идеи. Будет куда лучше, если последующие события он представит таким образом, будто случившееся стало для него полной неожиданностью, но он, будучи опытным и осторожным оперативником успел подготовится и к подобному возможному исходу. Это лишний раз покажет Каспара, как человека предусмотрительного и дальновидного.

Да. Пожалуй так он и сделает...

12 часов 37 минут

Ландширский горный хребет

Ренейт пробежала пальцами по контрольному дисплею, внимательно следя за отчётами, которые выдавал искусственный интеллект машины. После ночной вылазки, немного сбоили гироскопические стабилизаторы. Последствия близкого разрыва снаряда. И теперь система стабилизации правой ноги работала с крохотной задержкой. Она была едва ощутима и возможно менее опытный пилот мог бы и закрыть глаза на такую мелочь. Но для Рен, подобное было недопустимо. Она была одним из профессионалов, которым поручали самые трудные миссии. Для неё, подобная мелочь была гранью между жизнью и смертью. Между проваленным и выполнены заданием. И девушка не собиралась её игнорировать.

Раздался шум и доспех слегка покачнулся, когда техники снаружи установили в захваты на спине массивную ракетную пусковую установку с револьверным механизмом заряжания. На боковом экране появились детали подключения дополнительного навесного вооружения, но Рен просто смахнула их в сторону. Она проверит их позднее, как только разберётся со стабилизирующей системой.

Не глядя, она взяла лежащий на у неё на коленях бутерброд и принялась разворачивать плёнку, в которую тот был завернут. Она не отрывала глаз от дисплея и откусила от сэндвича сразу четверть. Задумчиво пережёвывая состоящую из местного хлеба, мяса и овощей бутерброд, она одной рукой вносила поправки в систему стабилизации. Закончив она вновь запустила проверку. Система управления доспеха начала одну за другой прогонять проверки в тестовом режиме. В этот раз, напротив каждого теста загорались зелёные значки успешной проверки. Ренейт жевала бутерброд, внимательно следила за ходом тестовых программ, пока система не выдала заключение об успешном завершении всех проверок и полном функционировании системы стабилизации.

Облегчённо выдохнув, она отправила в рот последний кусочек, скомкала оставшуюся от бутерброда обёртку и вылезла из кабины наружу.

В ангаре царил самый настоящий хаос. Десятки людей постоянно двигались, перенося оборудование, снаряжая доспехи и проверяя их системы. Просторный зал ангара был заполнен шумом механизмов и с трудом слышными на их фоне голосами сульфарцев и рейнских техников. Ренейт ухватилась за бронированный люк кабины и осмотрела ангар с четырёх с половиной метровой высоты своего «Бакхауфа». Работа с машинами их отряда была практически завершена. Технический персонал заканчивал установку вооружения и совсем скоро они будут готовы к предстоящему заданию. В дальней части ангара, выстроившись в ряд, стояли восемь здоровенных и жутко неуклюжих на вид грузовых флаеров. Уже скоро местные начнут грузить в них свои машины.

Рен ещё раз окинула взглядом пространство ангара, выискивая капитана Вольфганга, но увидела лишь Генриха и Дирга, которые стояли в дальней части пещеры и о чём-то увлечённо разговаривали друг с другом. Удостоверившись, что капитана действительно нигде нет поблизости, девушка быстро спустилась вниз по приставленной к кабине лестнице. Рен быстро прошла вдоль неподвижно стоящих боевых машин до самого конца, где стоял побитый в сражении «Шварц» Леона. Техники уже привели машину в порядок, заменив повреждённые сегменты брони, но машина всё равно имела такой вид, будто прошла через ад. Радиопоглощающая краска во многих местах отсутствовала и её просто было невозможно нанести заново в такой спешке. Слишком сложным и трудоёмким был этот процесс. В таком состоянии, покрытый царапинами и подпалинами «Шварц» выглядел грозно и даже брутально. Ренейт облизнула губы, а в следующий миг заставили себя выбросить подобные мысли из головы.

Потеря Райнхарда стала тяжёлым ударом для них всех, но куда сильнее она давила на Леона. Ренейт даже представить не могла, что он чувствовал глядя на смерть своего друга и не способный помочь ему в тот самый момент.

Девушка обошла доспех и поднялась по приставленной к кабине лестнице. Уже почти оказавшись наверху, она услышала голоса и замерла на месте. Голоса, которые она очень хорошо знала. Они принадлежали Леону и Райнхарду.

Ренейт замерла, слушай разговор двух пилотов. Лишь через несколько секунд, она поняла, что Леон смотрит запись их ночного столкновения с тем странным доспехом. Девушка медленно и осторожно заглянула внутрь. Леон сидел в кресле пилота и молча смотрел за проигрывающейся на центральном дисплее записью. Звуки голосов становились всё более и более напряжёнными. Рен начинала слышать в них отголоски страха, который испытывали в тот момента оба пилота.

Она знала чем закончится эта запись. Они все знали. Альфред заставил их всех не раз пересмотреть копию этой записи. Не способная больше слушать это, она пригнулась и забралась в кабину. Услышав движение у себя за спиной, сидящий в пилотском кресле Леон вздрогнул и повернулся, поставив запись на паузу. Он удивлённо посмотрел на неё так, словно ожидал увидеть на её месте кого угодно, но только не её.

— Рен?

Но прежде, чем он успел сказать ещё хоть что-то, её руки обвили его шею. Ренейт не дала ему сказать ни единого слова и прильнула к его губам своими. Через секунду, она почувствовала, как он отвечает на поцелуй. Как его руки коснулись её скрытого под тканью тонкой майки тела и прижали его к себе. Внутренне она обрадовалась, получив именно ту реакцию, на которую надеялась...

Но уже в следующее мгновенье его руки оттолкнули девушку.

— Что ты здесь делаешь? — мрачно спросил он, глядя на неё. — Если кто нибудь...

— Да тут долбаный бардак, — вспылила она, поражённая тому, насколько тускло прозвучал его голос. — И капитана нет. Я посмотрела.

Леон вздохнул и облокотился на стенку кабины «Шварца».

— Рен, это сейчас...

— Заткнись!

Ренейт почувствовала, как от былого хорошего настроения не осталось и следа. Больше всего, она боялась именно этого.

— Заткнись, Леон. Нам всем сейчас тяжело! Думаешь я не скучаю по Райнху? Или остальные?

Леон вздохнул и извернувшись в тесном пространстве, плюхнулся обратно в пилотское кресло доспеха.

— Я был там, Рен. Я был рядом с ним. Смотрел, как эта мразь его убивает и ничего не мог сделать!

— Нас всех там не было! И что теперь? Зачем ты изводишь себя? Зачем пересматривать эти записи снова и снова?!

Леон отвернулся и вновь включил запись боя с самого начала.

— За тем, что когда я вновь встречу этого ублюдка, я прикончу его и отомщу за Райнхарда.

— Ты даже не можешь быть уверен, что снова встретишь его! — С расстройством и злостью в голосе заявила Рен, но Леон пропустил её слова мимо ушей.

Его глаза внимательно следили за движениями красного доспеха на экране.

— Не сомневайся Рен. Если он будет рядом, то обязательно появится.

— Да с чего ты вообще это взял?!

— Потому что ему нравится убивать, Рен. Взгляни на него. На то как он двигается. На то, как он убил Райнха. Ему это нравится. Этот ублюдок играл с нами.

Леон неотрывно смотрел на экран и Рен ужаснулась его взгляду. Она уже не раз видела подобный взгляд. Такими глазами смотрели сумасшедшие.

— Мы его встретим. В этом я уверен...

Ренейт несколько мгновений смотрела на него. Ей хотелось схватить Леона. Вытрясти из него всю эту дурь. Выбить кулаками, если потребуется. Но вместо этого, она повернулась и вылезла наружу, оставив его одного.

Они с Леоном были вместе уже чуть больше года, тщательно скрывая свои отношения от всех вокруг. В Рейне подобные отношения между военнослужащими были под строжайшем запретом. Это, конечно же, совершенно не означало, что запрет соблюдался неукоснительно. Скорее всего, эта статья устава была, наверное, самой часто нарушаемой в рейнских вооружённых силах. Люди закрывали глаза на возможное наказание из за чувств друг к другу и старались вести себя осторожно. Точно так же себя вели и Леон с Ренейт. Они были осторожны, ни чем не выдавая своих отношений даже напарникам внутри отряда. Ни один из них не собирался схлопотать наказание за нарушение устава.

За этот год, они узнали друг друга горазду глубже, чем могли бы это сделать оставаясь обычными друзьями. Рен знала Леона так же хорошо, как и саму себя. Но сейчас, ей было физически больно смотреть на то, во что он превращался. Она знала, что смерть напарника и друга ударила по нему больнее всего. Но чтобы настолько...

Рен прокручивала эти мысли в своей голове, идя к своему доспеху, но вдруг остановилась. Она развернулась и пошла в сторону выхода из ангара.

Она не собиралась смотреть, как её любимый заживо сжирает себя, думая лишь о мести. Достав из кармана плотского комбинезона комм, она связалась по внутренней сети с капитаном.

— Сэр.

— Да Ренейт. Что у тебя?

— Капитан, мне нужно поговорить с вами...

— Что-то случилось?

Голос Вольфганга звучал одновременно взволнованно и настороженно. Ренейт обернулась назад и посмотрела на стоящий в дальней части ангара «Шварц» Леона.

— Это касательно Леона, сэр.

— Ладно. Зайди ко мне.

Несколько минут спустя, она спустилась на лифте на жилые уровни базы хашмитов. Конечно же, уровнями их можно было назвать весьма условно. Это были разветвлённые и углублённые сети пещер, которые сульфарцы расширили и использовали для своих нужд. На этом «уровне» обитал рейнский технический персонал и весь отряд Вольфганга. Капитан не хотел распыляться и потребовал, что бы их всех поселили друг рядом с другом. Крохотная комната, которая служила Альфреду одновременно спальней, кабинетом и импровизированным конференц залом для отряда, была одной из последних. Подойдя к двери, Рен постучала и дождалась, пока дверь не открылась, явив ей взбаломошенное лицо капитана.

Девушка моментально вытянулась во фрунт перед начальством.

— Сэр.

Вольфганг осмотрел коридор, но сейчас, кроме них двоих, здесь никого не было.

— Заходи. Пить хочешь?

— Нет сэр. Спасибо.

Вольфганг зашёл внутрь и вернулся к своему столу. На голографическом экране она заметила открытый файл с не законченным рапортом, над которым до её прихода корпел Альфред. Капитан коснулся клавиатуры и экран моментально погас.

Альфред кивком указал на стоящий перед его столом небольшой и жёсткий стул.

— Присаживайся.

Ренейт лишь встала перед его столом и покачала головой.

— Я лучше постою, сэр.

— Ладно. И так, — сказал он, опустившись в своё кресло и посмотрев на неё. — Я тебя слушаю.

— Сэр, я...

Ренейт вдруг запнулась на полу слове. А собственно что она собиралась сказать? Альфреда, казалось, нисколько не смутила её заминка. Он продолжал сидеть в своём кресле и со спокойным ожиданием смотрел на стоящую перед ним девушку.

— Сэр, — наконец решилась сказать Рен. — Я считаю, что будет лучше, если вы отстраните Леона от этого задания.

Альфред с интересом посмотрел на неё.

— Интересное требование. Попробуй объяснить.

— Он не в себе, сэр. Леон зациклился на этом красном доспехе. Он только и думает о том, что бы отомстить. Мне кажется, что сейчас он... — она замолчала, подыскивая более подходящее слово. — Мне кажется, что он не в себе, сэр.

— Интересное заключение. Наши медики сказали мне, что его состояние удовлетворительное и он может продолжать службу.

— Я говорю не про его физическое здоровье, капитан. Я о том, что смерть Райнхарда подкосила его морально. Он сейчас сидит в ангаре и словно сумасшедший, раз за разом, смотрит запись гибели Райнха!

— Его смерть, больно ударила по всем нам, Рен. Всем сейчас не просто. И неужели ты думаешь, что я не подумал о произошедшем в подобном ключе?

— Капитан, я...

— Я уже поговорил с Леоном о произошедшем, Рен. И я поговорил с остальными. — Альфред наклонился к ней и опёрся руками о столешницу. — И Дирг и Генрих, оба считают, что Леон в порядке. И я считаю так же.

Девушка нервно сглотнула и посмотрела на своего командира.

— Сэр, капитан, со всем моим уважением, я считаю, что вы ошибаетесь. Я знаю его лучше, чем остальные. Лучше чем вы...

— Потому что ты спишь с ним?

Заданный в лоб вопрос заставил её замолчать. Она ошарашена смотрела на сидящего перед ней Альфреда, который в ответ смотрел ей прямо в глаза. Он молчал и внимательно наблюдал за ней, словно оценивая реакцию на этот вопрос.

— Я не «сплю» с ним, сэр, — твёрдо ответила она, не отводя в сторону взгляд. — Это...

— Ой, Рен, — оборвал её Вольфганг. — Вот давай только без речей о возвышенных чувствах хорошо? Что ты хочешь мне сказать?

— Я...

— Ты, что? — Вновь прервал её капитан. — Что вы любите друг друга? Да пожалуйста. Называй это как тебе будет угодно, только прошу тебя, давай обойдёмся без соплей.

Рен наконец не выдержала и смущённо отвела взгляд.

— Важно лишь две вещи. Первое — то что пока ваши с Леоном отношения не мешают работе отряда, я закрывал на них глаза. Второе — это то, что на самом деле, не официально, я склонен согласиться с твоей точкой зрения.

Услышав это, девушка моментально вскинула подбородок и непонимающе посмотрела на на своего офицера.

— Капитан. Но тогда, я не понимаю...

— В том то и проблема. Даже не смотря на свои опасения, я не могу оставить Леона здесь, даже если бы и хотел. Рен, пойми, нас слишком мало. Изначально, мы вообще не должны были принимать активного участия в операции.

Говоря эти слова, Альфред словно невзначай посмотрел на свой терминал.

— Учитывая задуманное этими умниками, мне нужен будет каждый из вас и я просто не могу позволить себе оставить Леона на базе, даже с учётом твоих опасений. Наши медики официально признали его годным к службе.

— Капитан, я не думаю...

— А ты подумай, Рен... — резко ответил Альфред и устало потёр переносицу пальцами. — Слушай, сядь будь добра.

Она вновь посмотрела на стул и хотела что-то сказать, но Альфред посмотрел на неё таким взглядом, что девушка решила за лучшее просто молча опуститься на стул.

— Послушай меня. Я понимаю, что именно тебя тревожит. Что бы ты знала, я думаю точно так же. И будь у меня возможность, я бы не взял Леона с собой. По крайней мере, пока не пройдёт какое-то время. Я тебе этого не говорил, но на мой взгляд, вся эта операция начинает очень дурно пахнуть.

Альфред повернулся в кресле и достал из небольшого переносного холодильника пластиковую бутылку с водой и пару стаканов.

— Я понятия не имею, что задумали Каспар на пару с Русталом. Их самодеятельность уже вынудила нас отойти от запланированного. И их нынешние действия, только подтверждают то, что они оба играют в свои игры.

Он открыл бутылку и налил воду в оба бокала, один из которых пододвинул через стол к внимательно слушающей его девушке. Альфред ладонью стёр мокрую дорожку, оставшуюся от бокала на столе.

— Спасибо, — поблагодарила его Рен.

— Пожалуйста, — Альфред обтёр влажную ладонь о штанину своего комбинезона и продолжил. — Так вот, Рен, то что ты должна понимать, так это то, что мы с тобой просто пешки в чужих играх. Расходный материал. И мне крайне не нравится, как наше прямое начальство, здесь на Сульфаре, ведёт свою игру. Через четыре часа корабли Штрельца будут здесь и командование перейдёт к генералу Кровелю. Но до тех пор, мы вынуждены подчинятся Каспару и я не собираюсь рисковать. Мы и так ослаблены без Райнхарда и я не хочу ещё больше рисковать, лишая нас Леона. Ты это понимаешь?

Ренейт молчала несколько секунд, покачивая в руках бокал с водой, прежде чем ответить. Умом она понимала, что командир прав. Но сердце твердило ей, что это ошибка.

— Понимаю, сэр, — наконец сказал она.

— Хорошо. Рен, я переживаю за вас всех. И не хочу, чтобы кто-то повторил судьбу Райнха.

В комнате повисло молчание. Альфред ждал. Он уже достаточно ясно высказал ей свою позицию. Благо девчонка была далеко не дурой и понимала, что здесь не место для глупых истерик. Более того, он оказался впечатлён тем, что она пришла сюда, дабы поговорить с ним напрямую, рискуя тем, что может всплыть факт её с Леоном отношений.

— Давно вы знаете, сэр?

— Достаточно, — усмехнулся Альфред. — Как я уже сказал, я закрывал на это глаза, пока это не вредит отряду. И поступлю так и впредь. Но, ровно до тех пор, пока это не мешает вам выполнять ваши обязанности.

Рен отпила ещё один глоток воды, скрыв за бокалом выражение облегчения на своём лице.

— Спасибо, сэр.

— Да всегда пожалуйста...

Откуда-то донёсся звук комма. Альфред наклонился к стоящей сбоку от стола раскладной кровати и сдёрнув с неё тонкое покрывало взял лежащее под ним устройство. Несколько секунд, он читал поступившее сообщение, после чего раздражённо цокнул языком.

— Переоборудование машин закончено, — сказал он, показывая тем самым, что разговор окончен. — Дуй туда и готовьте машины к погрузке. Мы выступаем через тридцать минут.

Ренейт кивнула и встала, поставив бокал обратно на стол. Уже у самой двери, она вновь услышала голос окликнувший её голос Вольфганга.

— Рен!

— Сэр?

— Надеюсь, мне не нужно тебе говорить, что этого разговора не было? — спросил он, выразительно посмотрев ей в глаза.

Девушка покачала головой.

— Какого разговора сэр?

— Вот и умница, — Альфред улыбнулся и махнул ей рукой. — А теперь дуй отсюда. Мне нужно ещё рапорт закончить.

Лишь после того, как дверь за девушкой закрылась, Вольфганг вновь активировал свой терминал. Ему нужно было внести ещё несколько правок в свой отчёт о ходе выполнения операции на Сульфаре.

13 часов 3 минуты

База «Багран»

Их попросту сунули в камеры на гауптвахте.

Всех захваченных в плен в Катак-Репале хашмитов доставили на базу «Багран». В данный момент, их содержали в здании предназначенном для содержания военнослужащих, которые совершили те или иные проступки. Прибывающим здесь за мелкие нарушения королевским гвардейцам крупно повезло. Никто просто не предполагал, что сюда поступит такое количество пленных. Камер для их содержания не хватало, поэтому всех лишних попросту выпустили и выставили за дверь, ради более крупной и важной рыбы.

И сейчас схваченные хашмитские фанатики заполнили все помещения в этом отдельно стоящем в северной части базы здании. Предназначенные для восьми — десяти человек камеры, сейчас были заполнены чуть ли не в двое большеим количеством преданных Русталу фанатиков, пленённых во время ночного сражения. Многие из них, самые молодые, были подавлены, словно ни как не могли поверить в то, что произошло. Они были огорошены поражением, тогда как им обещали блистательную победу.

Другие же, те кто был старше, сохраняли спокойствие. Они переодически и со злостью в голосе огрызались на ходящих за решётками караульных, получая ответные оскорбления в ответ.

Но труднее всего приходилось королевской военной полиции.

Стандартный протокол в таких случая предполагал разделить офицеров и рядовой состав, дабы лишить их возможности контактировать друг с другом. Вот только пленные хашмиты не носили ни военной формы, ни каких либо знаков отличия. И определить, кто именно среди них был главным, не представлялось возможным. Поэтому когда следователи начали таскать пленных на допросы, то делали они это практически случайным образом.

На общем фоне выделялся один здоровяк, с густой чёрной бородой и такими же тёмными волосами, сидящий в одной из камер. Хасул спокойно смотрел на ходивших за решёткой камеры караульных и специально не принимал участия в бесконечном потоке оскорблений, ругательств и угроз, которые обрушивались на солдат, стоило им только попасться хашмитам на глаза.

Его схватили в самом конце сражения. Он и его отряд прикрывал отступление наиба, когда удачный выстрел поразил его доспех и вывел машину из строя. Он сильно переживал из за своего пленения. Главное, что наиб и часть их товарищей смогли уйти из превратившегося в ловушку города. Он выполнил то, что от него требовалось и по большому счёту, Хасулу было глубоко наплевать на своё пленение.

Уже далеко не молодым мужчиной, Хасул влачил жалкое существование на окраинах Синангара. Не обладавший образованием и нужным положением в обществе, будучи сиротой Хасул прибился к одной из многочисленных преступных банд, которые хозяйничали на окраинах города. Преступная жизнь показалась жестокому молодому мальчишке куда более привлекательной, нежели необходимость каждый день монотонно заниматься скучной и глупой работой. Юношеский максимализм густо помешанный на жадности и проявившееся в молодом человеке любви к жестокости, как к самому короткому пути к самоутверждению, позволили ему быстро подняться иерархической лестнице внутри преступного мира Синангара. Но, как это часто бывает, в конце концов, он упёрся в свой собственный потолок. Место кровожадного и безумного верного цепного пса, которого его хозяин спускал в тех случаях, когда нужно было преподать кому либо показательный урок.

Взамен, Хасул получал всё, что хотел. Деньги. Женщин. Уважение. Его запросы не были большими и «работа» позволяла ему полностью удовлетворять их. Хасула совершенно не заботило, что уважение это было основано исключительно на страхе. Это даже импонировало ему. Позволяло чувствовать свою мнимую значимость.

Он так и жил внутри своего ограниченого мира, пока семь лет назад весь преступный мир Синангара не оказался вырезан практически под корень. Нет, конечно же самые крупные игроки уцелели благодаря своим связям и деньгам. Но работающие на них мелкие банды и группировки были безжалостно истреблены силами королевской гвардии и сил гражданской безопасности. Хасулу повезло. Он смог остаться в живых. Но вместе с тем, он остался один. Никому не нужный преступник, который более не имел «крыши» над своей головой. Больше некому было ему платить. Жадный до лёгкой наживы и насилия преступник оказался никому не нужен. Ему попросту было некому больше служить. А ничего другого, он более не умел.

Именно тогда, его и нашёл Абал. Жалкого. Спивающегося дешёвым алкоголем в грязных подворотнях. Сам Хасул до сих пор не знал, что именно увидел в нём наиб. Но с тех пор, у него вновь была цель. Абал дал её ему. Позволил вновь вернутся к привычной жизни, требуя от него лишь беспрекословной верности по отношению к себе и шейху Русталу.

А так же жестокости и беспощадности ко всем, кто стоял у них на пути. Однажды лишившийся своей жизни, Хасул был готов сделать что угодно, лишь бы не потерять её вновь. Всё, что бы защитить человека, который дал ему второй шанс. И когда потребовалось сделать всё, что бы наиб смог спастись, Хасул без колебаний принёс в жертву себя и весь свой отряд, что бы задержать силы короля и дав Абалу шанс ускользнуть из западни.

В коридоре раздался шум и голоса. С шипением гидравлических замков открылась дверь через которую их всех сюда привели. Стоявшие напротив их камер королевские гвардейцы держали в руках винтовки и посмотрели куда-то в сторону. Через некоторое время показалась тяжёлая тележка, которая парила в двадцати сантиметрах от пола на паре небольших репульсоров. Идущий рядом с ней человек жестом остановил её и открыв, начал вынимать из неё небольшие пластиковые коробки.

Люди в камерах оживились когда им начали раздавать еду в одноразовых пластиковых коробках. Хасул облизнул губы. Он не ел с ночи и был удивлён тому, что их всё же решились покормить. И как оказалось, не он один.

— Какого дьявола мы должны кормить этих ублюдков? — проворчал один из караульных своему напарнику, следя за тем, как невысокий мужчина в форме службы снабжения передавал коробки заключённым.

— Лучше бы их всех попросту перебили прямо там, в Ландшире, — согласился с ним второй, окидывая взглядом камеры.

Хасул дождался, пока его взгляд не прошелся по нему и самодовольно улыбнулся, глядя ему прямо в глаза. Хашмит тут же был вознаграждён полной злости и отвращения гримасой на лице гвардейца, от чего улыбнулся ещё шире и радостней.

Тем временем тележка докатилась до их камеры. Снабженец взял поднос с двумя десятками пайков и продвинул его в камеру через широкое, но не высокое окошко специально сделано в прутьях.

— Это не мои проблемы, — буднично и без какого либо интереса в голосе отозвался он. — Мне приказали и я исполняю...

При этом, он поднял голову и посмотрел прямо в глаза Хасулу. Посмотрел так, словно знал его.

— А если скажут сидеть и ждать, — продолжил он. — Значит буду сидеть и ждать. Что приказали, то и делаю.

Хасул замер, слушая его слова. В первые на его лице мелькнула эмоция отличная от отстранённого пренебрежения. Мужчина забрал поднос и под присмотром караульных пошёл дальше, пока Хасул сидел на месте, чувствуя, как его лицо расплывается в довольной и предвкушающей улыбке.

Глава 12

13 часов 10 минут

Корабль сил системной обороны Валетрии

Корвет «Тиминтал»

«Тиминтал» и сопровождавшие его корабли шли с максимально возможным для них ускорением. Их цель — шесть крупных, ярко горящих на сенсорных дисплеях контактов. И названные гости приближались к ним совершенно не пытаясь хоть как-то замаскировать и попытаться скрыть себя. Впрочем, в подобной ситуации это всё равно не имело смысла.

Приближающиеся к сульфарским корветам корабли уже находились глубоко внутри зоны действия датчиков частиц Черенкова, установленных на «Тиминтале» и остальных сопровождавших его корветах. Экипажи сульфарских кораблей внимательно наблюдали за названными гостями и были готовы на тот случай, если те решат отключить двигатели в глупой попытке затеряется в космическом пространстве. Не то чтобы, у них не было ни единого шанса на это. Возможно, находись они на самой границе действия датчиков, у них был бы шанс скрыться, но сейчас это было уже бесполезно. Амар, как впрочем и остальные капитаны корветов, нещадно муштровал свой экипаж, изнуряя их бесконечными тренировками. Он уже достаточно хорошо изучил как слабые, так и сильные стороны своих подчинённых и вверенного в их руки оборудования. И с учётом встречного курса приближающихся к нему неопознанных контактов, а так же взаимной скорости сближения у тех просто не было шанса на то, что бы незаметно изменить траекторию своего движения так, что бы люди Харшада этого не заметили.

Но всё равно. Это не был повод расслабляться. Космос холоден и жесток. Словно мифический Ад, он пожирает праздных и ленивых. Тех, кто забыл о том насколько опасной работой они занимаются среди безбрежного и бесконечного океана пустоты.

— Сэр, — молодой офицер отвечавший за секцию связи «Тиминтала» развернулся в кресле. — Они по прежнему не отвечают на наши вызовы.

— Продолжайте вызывать их.

Харшад внимательно следил за показаниями внешних сенсоров. Неопознанные корабли находились на расстоянии в три с половиной световые минуты от них. У Связистов «Тиминтала» был чёткий сенсорный контакт, а сообщения шли на открытом канале широким лучом. Это означало, что их требования гарантированно доходили до своего адресата. А значит, ответа не могло быть лишь в одном, единственном случае. Если их названные гости молчали специально.

И это крайне нервировало Амара и всех, кто находился на капитанском мостике корвета. На несколько секунд Амар позволил себе совершенно глупую мысль о том, что у их визитёров просто не работают системы связи. Но это было столь абсурдно и глупо, что он не дал этой мысли даже пары секунд задержаться в его мозгу.

Судя по характеристикам излучения и ускорения, к ним приближались четыре корабля классом близкие к эсминцам. По крайней мере, такой вывод был сделан на основе их массы, мощности излучения маршевых двигателей, а так же изменения скоростных параметров. Ещё два контакта, в противовес сопровождавшим их кораблям обладали огромной массой покоя близкой к миллиону тонн или даже немного больше. И если эти транспорты мало волновали Амара, то вот четыре других корабля, были куда опаснее. Если предположить, что это действительно были эсминцы, то тогда у Амара и его людей скорее всего не было против них ни единого шанса.

Закупленные в Союзе «Светочи» представляли из себя именно патрульные корабли, предназначенные для охраны внутреннего пространства системы и борьбы с пиратами, а также прочим отребьем. В СНП эти корветы повсеместно можно было увидеть в качестве основных рабочих лошадок сил обеспечения безопасности систем. Дешевизна и простота в эксплуатации сделали их крайне популярными и Союз постоянно продавал их на экспорт различным покупателям.

Но как бы хороши они не были для решения подобных задач, против настоящих боевых кораблей эти корветы были чуть более, чем бесполезны. В шестером, возможно, они смогли бы справится с одним эсминцем, если бы на их стороне был эффект неожиданности, хорошие позиции для атаки и исключительно в том случае, если бы им удалось бы войти в зону действия энергетического оружия. Про возможность победить в классической ракетной дуэли, Амар даже и не думал. Даже самые современные типы ракет, приспособленные для использования на корветах были слишком слабы, что бы нанести значительные повреждения военному кораблю. У них были ниже показатели ускорения. Их боеголовки несли меньше фокусирующих комплексов для рентгеновских лазеров ядерной накачки. Они были эффективны против гражданских судов и пиратских кораблей, которые как правило представляли сильно модифицированные не военные суда с их слабым бронированием и «тонкими» щитами.

Поэтому каждая минута, с которой они всё больше приближались к своей цели заставляла его нервничать всё сильнее. Особенно с учётом того, что они до сих пор не отвечали на их вызовы...

От мрачных мыслей, Амара отвлёк взволнованный голос.

— Изменение параметров контакта!

Харшад коснулся рукой одного из своих мониторов, переводя на него показания с сенсоров «Тиминтала». Он понял, что именно произошло ещё раньше, чем голос того же самого офицера заговорил вновь.

— Они реверсировали ускорение сэр. Неопознанные корабли только что развернулись и начали торможение.

Амар уже видел это на одном из своих экранов. Параметры ускорения их целей стал постепенно меняться, а излучение частиц Черенкова сразу же выросло. Названные гости тормозили, а их траектория вела прямо к Сульфару.

— Через сколько они выйдут к планете с нулевой относительной скоростью?

— Если учитывать, что их текущие показатели не изменятся, то примерное время подхода к геосинхронной орбите с нулевой скоростью относительно планеты составит четыре часа сэр.

На крохотную секунду, Амар подумал о том, что на самом деле, это было не так. Что неизвестные наконец услышали их сообщения и отреагировали, начав торможение. Но практически сразу же он отмёл эти наивные мысли. Параметры ускорения и траектория движения этих кораблей говорили сами за себя. Они просто продолжали планомерно двигаться по уже проложенному маршруту и этот разворот был давно запланирован.

— Свяжите меня с базой «Багран», — быстро приказал он.

— Да капитан!

На то, что бы установить связь с планетой, потребовалось всего минута. Была двух с половиной минутная задержка связи, но в текущих условиях она не помешает разговору. Амар дождался, когда на экране появилось сосредоточенное лицо генерала Самара Оджаса.

— Докладывай Харшад, — без приветствия приказал он.

— Да генерал. Неопознанные корабли только что завершили манёвр разворота и начали торможение. Согласно нашим данным, они выйдут к планете с нулевой скоростью через четыре часа.

Лицо генерала помрачнело.

— Вы пытались с ними связаться?

— Так точно генерал. Но они игнорируют любые наши попытки связаться с ними. Если честно, я ожидал от них хоть какой-то реакции, но они ведут себя так, словно нас вообще не существует.

Амар наверное впервые позволил себе показать неуверенность перед лицом окружавших его подчинённых. Вся эта ситуация чертовски сильно действовала ему на нервы. Особенно, если учесть сколь значительным был перевес в массе между кораблями Амара и их гостями.

— Генерал, как думаете, эти корабли могут как либо быть связаны с ночной атакой?

Оджас сдержано посмотрел в объектив камеры.

— Я не знаю, — наконец ответил он и на его лице появилось неуверенное выражение. — Хотел бы я сам знать ответ на этот вопрос Харшад. Мне хочется верить, что это не так, но время их появления выглядит слишком уж «не случайным». А тот факт, что они продолжают игнорировать ваши запросы на связь и начали торможение, лишь заставляет меня сильнее беспокоится.

— Сэр, если это действительно эсминцы, то у меня критически мало возможностей...

— Я знаю, Харшад, знаю. Но в данном случае, решение принималось советом. Через тридцать минут я должен быть на собрании совета семей и возможно смогу убедить их в необходимости действовать иначе. Но пока что, к сожалению, ничего другого сделать не могу.

Генерал замолчал. По его лицу промелькнули эмоции, словно Оджас ощутил, что должен сказать что-то ещё. Что-то важное лично для него самого, не способного хоть как-то изменить или повлиять на ситуацию.

— Мне жаль Амар, — наконец очень тихо произнёс он. Настолько тихо, что записывающие речь микрофоны едва уловили звук его голоса.

В ответ Харшад лишь кивнул. Он прекрасно понимал, что скрывается за словами генерала. Злость из за того, что у него связаны руки. Чувство беспомощности. Оджас хотел бы действовать иначе. Но в данной ситуации не мог ничего изменить.

— Мы сделаем всё, что в наших силах сэр, — заявил Амар с уверенностью в голосе.

По крайней мере, он надеялся на то, что его голос прозвучал настолько уверенно, на сколько ему самому этого хотелось бы. Услышав его, Отджас серьёзно и с уважением кивнул прежде чем отключить связь.

Королевский дворец Сульфара

Джайпур-Бан

13 часов 26 минут

— Ваше высочество, — тихо вошедший в личный кабинет короля слуга уважительно поклонился. — Совет собран и ожидает вас.

Монарх Объединённого королевства устало потёр глаза и кивнул, показав тем самым, что принял сообщение к сведению.

Это был тяжёлый день для всех. Аджиит старался как можно чаще напоминать себе об этом. Каждый раз, когда он чувствовал усталость и испытывал с трудом преодолимое желание добраться до своей кровати. И каждый раз, когда в его голове появлялись подобные мысли, он испытывал обжигающее чувство стыда. Как он мог жаловаться на усталость, когда сотни его подданных заплатили своими собственными жизнями дабы защиты их мир от такой внезапной угрозы?

— Передайте, что я сейчас приду, — сказал Аджиит, тщательно скрывая любые признаки усталости в голосе.

— Конечно, ваше высочество.

— Я так понимаю, что собрались представители далеко не всех семей?

Замерший у его стола слуга лишь чуть ниже склонил голову.

— К сожалению, ваше высочество. Некоторые из представителей не смогли явится на собрание сославшись на срочные дела требующие их внимания.

Аджиит фыркнул и испытал острое желание рассмеяться от того, сколь глупо и наигранно звучало эта формулировка. На самом деле, заданный им вопрос мог бы быть риторическим. Аджиит был практически уверен, что смог бы без труда назвать имена всех людей, за исключение может быть двух или трёх, которые в данный момент отсутствовали во дворце. И причины вынудившие их пропустить собрание, вряд ли были вызваны «срочными делами». Скорее уже боязнью за собственные шкуры — раздражённо подумал он.

И практически сразу же он одёрнул себя. Нет, на самом деле трусость была бы куда лучшем оправданием того, что могло бы быть истиной причиной их отсутствия. Но верить в это он не хотел.

— Хорошо. Я сейчас спущусь к ним.

Король поднялся со своего кресла. Не забыв проверить идеально ли сидит на нём костюм, он направился по коридорам своего «дворца». Стараясь двигаться как можно более незаметно, за его спиной моментально появились шестеро королевских гвардейцев, сжимая в руках свои устрашающие на вид импульсные винтовки. Лишь в стенах своего собственного кабинета молодой король мог воспользоваться роскошью, что зовётся уединением. Но стоило ему покинуть его стены, как молчаливая стража неустанно следовала за ним куда угодно. Это ужасно раздражало Аджиита, но каждый раз он силой заставлял себя успокоиться. С тех пор, как он принял от отца этот титул, ему пришлось пожертвовать многим, в том числе и некоторой личной свободой.

Но что может значить эта жалкая «жертва», когда этой самой ночью его подданые заплатили куда более высокую цену?

На самом деле, мало у кого повернулся бы язык назвать это место дворцом. Центр сосредоточения власти на Сульфаре представлял из себя комплекс из трёх ста восьмидесяти двух этажных башен возвышавшихся в самом центре Джайпур — Бана. Три здания были соединены между собой множеством закрытых переходов, открытых террас и эстакад, на которых располагались висячие над землёй сады — повод гордости сотен людей, которые следили за невероятной красоты растениями. Весь комплекс выглядел удивительно красиво и даже элегантно.

В первые дни после окончания своего строительства двести одиннадцать лет назад, комплекс служил главным административным центром колонии, а после того, как семьдесят шесть лет назад отец Аджиита и Шехара наконец исполнил мечту своих предков, провозгласил создание Объединённого королевства, комплекс был переименован в королевский дворец Сульфара.

Двое стоявших перед ним гвардейцев синхронно повернулись и открыли перед ним широкие двустворчатые двери, ведущие в зал совета. Доносившиеся из открытых дверей звуки голосов и разговоров моментально стихли, стоило ему лишь войти внутрь. Сто двенадцать мужчин и женщин встали со своих мест в полном молчании. Каждый из них ждал привычного и торжественного объявления о прибытии короля. Но стоявший у дверей королевский слуга промолчал. Аджиит подавил желание улыбнутся и с удовольствием заметил, как глаза некоторых из присутствующих напряжённо переводили взгляды из стороны в сторону, пытаясь понять, что стало причиной нарушения уже привычного им протокола.

Зал совета представлял из себя огромное круглое помещение со свободным круглым пространством в центре. От него, поднимаясь вверх рядами шло множество кресел, которые сейчас занимали наиболее влиятельные и благородные представители правящих семей. Выйдя в центр и медленно осмотревшись вокруг, Аджиит на мгновение пожелал, что бы второе определение было столь же всеобъемлюще, сколь и первое. Но к сожалению, существующий мир далёк от того идеала, который хотел бы видеть его пра-прадед.

Сидевшие в креслах люди смотрели на него в ожидание. Их глаза перебегали с окружавших их соседей на короля и обратно. Очевидно, что столь затянувшееся молчание заставило их понервничать. По крайней мере большинство из них — тут же поправил себя Аджиит, заметив несколько абсолютно спокойных взглядом. Решив, что затянувшейся паузы уже более чем достаточно, он наконец заговорил.

— Уважаемые дамы и господа. Все вы уже наверное знаете о том, сколь ужасная трагедия произошла этой ночью. Я не буду отнимать ваше и своё время излишними подробностями. О них вам расскажет более сведущий в военном деле человек. Скажу лишь то, что сейчас ситуация находится полностью под контролем наших вооружённых сил. Мятежные и восставшие против королевства силы разгромлены и обращены в бегство. В данный момент, силы сульфарской армии под руководством генерала Самара Оджаса и его подчинённых, — Аджиит сделал короткую, едва ли больше нескольких секунд паузу, чтобы движением руки выделить сидевшего в первом ряду генерала, — заняты тем, что преследуют бежавшие с поля боя силы мятежников.

Аджиит замолчал и прошёл к своему креслу, откуда он мог бы наблюдать за всеми кто находился в зале совета.

— Генерал, прошу вас.

Оджас тут же встал и поклонился.

— Да, ваше высочество.

Генерал вышел в самый центр окружённого рядами кресел пространства. В своих руках он держал планшет. Несколько движений пальцами и перед каждым из присутствующих появился голографический дисплей, полностью дублирующий картинку на планшете генерала.

— И так. Вчера, в одиннадцать часов вечера произошло нападение на нашу военную базу расположенную вблизи Бандар-Гана. Пять заминированных грузовых флаеров при поддержке шести мобильных доспехов прорвались через охраняемый периметр базы, после чего на базе произошло несколько мощных взрывов. Главный командный пункт. Станция связи. Казармы для пилотов мобильных доспехов, а так же другие места подверглись атаке превращённых в брандеры грузовиков.

Генерал прервался, давая возможность каждому из присутствующих ознакомиться с записями камер наблюдения, что запечатлели это ужасное событие. Впрочем вызванная его словами тишина в зале, продлилась недолго. Уже через десяток секунд со всех сторон послышались перешёптывания. Люди тихо обсуждали увиденное. Решив, что этого достаточно, Самар коснулся планшета и запись остановилась.

— Через одиннадцать минут после этого, — вновь продолжил он, — подобные атаки были совершены на все более или менее крупные места концентрации наших сил по всему Ландширскому поясу...

Синангар

13 часов 36 минут

«Приказом генерала Кровеля, вам запрещается предпринимать какие либо действия до его прибытия на планету.»

Каспар поморщился. Эта фраза, полученная во время последнего обмена сообщениями с кораблями коммодора Штрельца, до сих пор стояла у него перед глазами раздражающим пятном.

Глава резидентуры службы внешней разведки на Сульфаре так и знал, что ему не стоило включать в свой отчёт некоторые лишние детали. Но сейчас уже не было никакого смысла об этом беспокоиться. Сделанного всё равно не воротишь. Тем более, что содержание его рапорта по прежнему оставляло ему довольно широкое поле для манера и толкования произошедших событий в нужном ему ключе.

Далеко не всё ещё было потеряно. Особенно с учётом того, что задуманный Русталом план, что удивительно, пока что развивался вполне успешно. Если всё и дальше пойдёт именно так, как задумано, то практически все провалы минувшей ночи можно будет с лёгкостью переиграть, даже не смотря на то, в какой спешке всё происходило. До прибытия кораблей рейнского флота оставалось едва ли больше четырёх часов и за это время нужно было успеть сделать как можно больше и подготовиться на случай любых непредвиденных случайностей. Их и так уже было более чем достаточно.

Машина накренилась, сделала поворот и быстро зашла на посадку рядом с ухоженным четырёх этажным особняком. Каспар вылез из своего флаера едва тот успел коснулся земли. Стараясь двигаться как можно быстрее он пересёк короткую террасу пролегавшую перед домом Рустала. Его до зубного скрежета раздражала необходимость каждый раз лично являться на встречу в с этим варваром. Словно это его помощь была необходима им, а не наоборот. Он пытался несколько раз убедить Рустала, что куда разумнее будет использовать доставленные им на планету средства шифрованной связи, но этот идиот каждый раз отказывался от столь щедрого предложения, предпочитая личные встречи. Поэтому Каспар приходилось терпеть его выходки. По крайней мере пока что.

Уже знакомый Каспару слуга вновь провёл его по коридорам и лестницам особняка на верхний этаж, где на балконе в уже привычном кресле его ждал хозяин дома.

— Рад тебя видеть, Рустал.

Сидящий в кресле сульфарец приподнял руку с бокалом вина.

— Взаимно, мой друг. Присаживайся. Может быть вина или чаю?

— Вино, Рустал. Благодарю, — Каспар опустился в кресло сохраняя на лице тщательно выдерживаемую улыбку и прикладывая все усилия, что бы не поморщиться от мерзкого ощущения прилипшей к вспотевшей спине ткани рубашки.

Он ненавидел эту жару.

Уже знакомый ему слуга молча наполнил его бокал вином и поклонившись удалился. Каспар сделал освежающий глоток, с удовольствием немного покатав напиток на языке. Пожалуй местное вино было единственным, о чём он будет скучать, когда вернётся обратно домой.

— И так, — начал он, поставив бокал на столик между их креслами. — Как всё идёт?

— Пока что, всё идёт так, как задумано. Наши люди уже покинули своё укрытие и направляются к столице.

— Меня по прежнему беспокоит то, что их могут перехватить по дороге. Королевские силы продолжают патрулировать ландширские равнины.

Рустал отмахнулся от его слов с такой лёгкостью, словно это было лишь назойливое насекомое.

— Ты можешь не переживать об этом, друг мой. Даже если королевские псы и обратят на них своё внимание, ничего не случится. Преданные мне люди подготовились к этому заранее, а значит и опасности для этой части плана не существует.

— Посколько в этом задействованы и мои люди, мне всё же хотелось бы получить несколько более весомые аргументы, чем простые заверения, Рустал.

Рустал улыбнулся.

— Эти слова звучат весьма забавно, учитывая твою предыдущую просьбу, мой друг.

Каспар и сам улыбнулся холодной улыбкой, приподняв бокал в качестве своеобразного жеста признания правоты своего собеседника.

— И всё же, — произнёс он. — Для нас это единственный шанс на то, что бы переиграть поражение минувшей ночи. Ты и сам должен понимать, что моё руководство плохо относится к подобным вещам.

— Победителей не судят, Каспар. Я согласен, что возможно мы допустили ошибку, сделав свой ход столь рано. Но и ваши корабли прибыли раньше. Когда Абал выполнит задуманное, победа будет у нас в руках.

Сидящий напротив сульфарца мужчина едва сдержался, чтобы не закатить глаза.

— «Если», Абал выполнит задуманное, — мягко поправил его Каспар, не давая собеседнику забыть о минувшем провале.

В ответ Рустал лишь кивнул.

— В любом случае, пока, всё идёт так, как я предсказал. Насколько удалось узнать моим людям, собрание членов совета семей во дворце уже началось. Как я и предполагал, король созвал совет семей и большинство их представителей явились на него во дворец.

— Большинство?

Каспар в ироничном вопросе поднял бровь. Рустал лишь улыбнулся в ответ.

— Конечно же не все из приглашённых смогли явиться. У некоторых, скажем так наиболее лояльно настроенных ко мне глав семей нашлись веские причины, по которым они не смогли явиться на собрание.

— Нам было бы куда проще работать, если бы мои подчинённые имели доступ к твоим союзникам среди них...

Сульфарец нахмурился.

— Мы это уже обсуждали, Каспар. В данный момент знание их имён ничем вам не поможет. Тем более, что они слишком трусливы и бояться за свои места, что бы действовать в открытую.

Сидящий напротив него рейнец понимающей кивнул и улыбнулся. На самом деле, это была лишь очередная крошечная уловка. Каспар уже давно знал, какие именно из семей совета поддерживали Рустала. Более того, именно среди них Каспар нашёл того, кто заменит собой сидящего сейчас перед ним человека, когда Рустал примет без сомнения ужасную, но такую полезную «мученическую» смерть от рук фальшивых королевских гвардейцев. Рейнец провёл взглядом по расположенным вокруг особняка домам. Где-то там сейчас находились его люди, готовые по первому же приказу ликвидировать всех, кто сейчас находился в этом доме. Вполне возможно, что сейчас они оба сидели под прицелами снайперских винтовок и приборов наблюдения, которые были направлены на этот самый балкон.

— Ну что же, тогда будем надеятся, что твои люди не подведут тебя, Рустал. Не мне тебе говорить, сколь многое поставленно сегодня на карту.

— Согласен. Сегодняшний день важен для всех нас, — сульфарец поставил свой бокал на столик и расслабленно опустил руки на подлокотники своего кресла. — Скажи мне, мой друг. Не мог бы ты ответить на один мой вопрос и тем самым утолить моё любопытство.

Каспар с удивлением посмотрел на хозяина дома.

— Конечно Рустал. Что тебя интересует?

— Расскажи мне о Рейне, Каспар. Я хотел бы узнать о Протекторате, но сделать это из уст человека, который лично верой и правдой служит укреплению его могущества.

Каспар удивлённо нахмурился.

— Позволь спросить, откуда такое любопытство?

— В будущем судьба Сульфара и Рейна будет тесно связана и мне хотелось бы побольше узнать о своём... — Рустал замолчал на мгновенье, словно подыскивая более подходящее слово. — О своём будущем покровителе.

Каспар уважительно кивнул, на секунду по новому взглянув на своего собеседника. Ему понравился выбор слов, использованный сульфарцем. Возможно, он даже понимает, каково в действительности его истинное место, — подумал Каспар и мысленно улыбнулся.

13 часов 47 минут (по местному столичному времени)

Корабль сил системной обороны Валетрии

Корвет «Тиминтал»

Корабли продолжали неумолимо сближаться, оставляя всё меньше и меньше вариантов на какие либо манёвры друг другу. Офицеры связи так и не получили ни единого ответа от приближающихся кораблей, хотя ни на минуту не переставали отправлять им всё новые и новые запросы.

Похоже, иного выбора у нас не остаётся, — подумал Харшад, глядя на главный тактический дисплей. На голографической проекции шесть горящих приятным, зелёным цветом иконок стремительно сближались с шестью красными местами, которые шли прямо на них. Вместе с отметками сульфарских корветов двигалась тонкая красная линия, обозначающая максимальный радиус действия их ракет. И с каждой секундой она становилась на миллиметр ближе к горящим красным отметкам. Совсем скоро, Харшад проверил — это случится через пятьдесят шесть минут, они выйдут на дистанцию стрельбы противокорабельными ракетами с полностью активной фазой работы двигателей. У же сейчас, Харшад мог бы приказать открыть огонь, включив в полётный профиль баллистическую фазу.

Внутри него шла внутренняя борьба. Одна часть его хотела отдать такой приказ. Другая же, более рациональная, сдерживала её. Им пока слишком мало известно о своих возможных противниках, чтобы начинать палить в слепую. Расстояние было пока ещё было слишком большим, что значительно снижало их возможную точность на такой дистанции. А учитывая довольно скромное количество ракет, Харшаду были необходимы эти попадания.

Отданный им приказ был прост и не допускал иных толкований. Остановить и не пустить эти неопознанные корабли к планете.

На мгновенье, внутри Амара вспыхнула злость. Словно дорогой и крепкий алкоголь, она пламенем разгорелась внутри него. Огонь, который заставлял насыщенную адреналином кровь быстрее бежать по венам. Ему хотелось вновь запросить связь с «Баграном». Потребовать других приказов. Добиться того, что бы параметры их задачи изменили.

Но, как любое сильно вспыхнувшее пламя быстро пожирает свое топливо и гаснет, так же и эта вспышка злобы быстро сошла на нет. Лишь сжатые в кулаки пальцы были единственным проявлением внутреннего напряжения, которое испытывал сульфарский офицер. У них была задача и они обязаны были её выполнить. Всё остальное было неважно. Харшад глубоко вздохнул, стараясь успокоить себя. Это бездействие выматывало его сильнее, чем любая физическая тренировка.

Нужно было сделать что-то. Как-то изменить сложившиеся правила игры. Амар повернулся в сторону тактического поста управления огнём «Тиминтала».

— Текущих данных достаточно для стрельбы?

— Да, сэр. Но придётся добавить в полётный профиль фазу полёта ракеты по баллистике. И я бы не рассчитывал на высокую точность, сэр.

Последние слова офицер произнёс извиняющимся тоном, словно в этом была и его вина, хотя и он и Амар, оба понимали глупость подобных мыслей.

— Хорошо. Подготовите одну из ракет к стрельбе и переведите её боеголовку в режим первичной детонации.

— Будет исполнено, сэр.

— Отлично. Как только приготовления будут завершены, открывайте огонь.

Через пять минут космос озарился вспышкой. Специальный механизм выбросил семнадцати тонную ракету из специального пускового контейнера, закреплённого на внешней подвеске «Тиминтала». Как и большинство кораблей этого класса, он не имел собственных пусковых шахт для запуска ракет. Ракетное вооружение корветов, как правило, группировалось в специальных блоках, которые монтировались на внешнюю броню корабля. Ракеты упаковывались в них и при запуске просто выбрасывались специальными механизмами в космос, что бы стартовать через несколько секунд после сброса. Таким образом исключалась возможность того, что стартовавшая ракета может зацепить выпустивший её корабль факелом своего двигателя.

Конечно же, у такого подхода были и свои минусы. Отсутствие мощных разгонных пусковых установок приводило к тому, что боеприпасы стартовали из состояния покоя относительно выпустившего их корабля и дольше набирали ускорение. Хотя стоит признать, что данный недостаток несколько нивелировался высокими скоростными характеристиками самих корветов.

Другой же проблемой, было то, что расположенные на внешней подвеске блоки были крайне слабо бронированные и слабо защищены от внешних повреждений, которые неминуемо могли возникнуть во время боевого столкновения. На более крупных корабля с их более толстой броней и щитами, такой проблемы не существовало. Там ракеты хранились в специальных, тщательно защищённых дополнительно бронёй отсеках, откуда они подавались по специальным трассам к ракетным пусковым. Конечно же, даже это не гарантировало им защиты от так называемого «золотого» выстрела. Мысль о том, что случится, если удар придётся в ракетный погреб, вызывала содрогания у любого флотского офицера. На корветах же такой роскоши не было. Любое «удачное» попадание могло в лучшем случае лишить корабль боезапаса, а в худшем привести к его детонации, что могло погубить весь корабль.

Но пока что, Харшад думал совсем не об этом. Он внимательно следил за тем, как выпущенная ракета включила свой двигатель и начала быстро ускоряться в сторону приближающихся кораблей. Прошло три минуты и её значок на тактическом дисплеи сменился. Датчики Черенкова больше не могли отслеживать её, так как ракета заглушила свой двигатель и летела теперь исключительно по инерции. Эта фаза полёта растянется на девять минут и тридцать семь секунд, по истечению которых, птичка снова запустит свой двигатель и начнёт манёвр сближения.

Минуты шли одна за одной. Напряжение на мостике «Тиминтала» возрастало с каждой секундой всё сильнее. Причиной этому было полное бездействие со стороны приближающихся неопознанных кораблей. Отметке на экране казалось даже не заметили, что по ним открыли огонь. Они не только не попытались изменить маршрут своего движения, когда ракета заглушила свой двигатель. Судя по показаниям сенсоров, они даже не совершили манёвр разворота, что бы убрать из под опасности не прикрытые щитами двигатели.

Экипажи шести сульфарских корветов с замиранием сердца следили за происходящим на их тактических экранах, совершенно не понимая причин подобного поведения со стороны их таинственных оппонентов. Казалось, что названные гости попросту полностью игнорировали их.

Но что было гораздо хуже, занятые пристальным наблюдением за приближающимися кораблями, ни один из сульфарских корветов не заметил куда более страшной и близкой опасности, практически у себя под носом.

Глава 13

13 часов 47 минут (по местному столичному времени)

Корабль Второго рейнского флота

Корвет «Энцелада»

«Энцелада», «Эспада» и «Кинжал». Первый полу-дивизион подразделения Акидзучи Рен летел через космическое пространство Валетрии с полностью отключёнными двигателями и жесточайшим контролем внешних излучений. Сейчас они попросту превратились в три куска крайне трудно обнаруживаемого металла и керамики, которые неслись в пространстве с огромной скоростью, приближаясь к своим целям. Словно стрелы, выпущенные в ночной темноте.

Оставшиеся три корвета, в данный момент, наводили тихую панику на внешних рубежах системы, занимаясь рейдерской деятельностью и выполняю приказ коммодора Штрельца. «Ни один корабль не должен покинуть пределов системы». Таково было приказание. И учитывая скудный транспортный трафик, у корветов не было с этим проблем. Они просто подходили к цели предварительно заглушив все системы связи своей жертвы, после чего высаживали нескольких рейнских космических десантников. Акидзучи уже успела познакомиться с этими до безумия храбрыми людьми, которые находились на борту её «Энцелады». Они попросту перепрыгивали через пространство между двумя кораблями, стоило только охотнику и жертве уровнять скорость между собой и подойти на необходимое расстояние. Персональные ранцы систем пространственного маневрирования перебрасывали четвёрку десантников в тяжёлой штурмовой броне на судно, где они спокойно и деловито захватывали контроль над транспортником. Учитывая, что оказать им хоть какое-то противодействие экипажи транспортов могли с таким же успехом, как её корвет сразиться с крейсером, практически все захваты приохотили быстро и почти без жертв.

Тонкие губы на холодном лице чуть изогнулись в гордой улыбке. Именно Рен предложила коммодору использовать данный вариант действий, что бы не тратить время на полноценный абордаж и использование призовых команд. Четвёрки десантников было более чем достаточно, что бы взять на себя контроль за судном. После их можно будет быстро забрать, а на сульфарские транспорты, если это потребуется, высадить временные команды из числа офицеров с экипажей эсминцев. Более того, подобный способ уже достаточно хорошо показал себя, когда «Кинжал» и «Эспада» произвели захват орбитальных промышленных платформ на орбите ледяной луны, спутника местного газового гиганта. Операторы РЭБ корветов лишили станцию возможностей к связи, после чего двадцать восемь вооружённых до зубов рейнских десантников проникли на орбитальные сооружения и захватили контроль над ними. Полноценная оккупация будет осуществляться рядовыми армейскими подразделениями, когда космическая часть операции будет завершена. Сейчас же, события развивались точно и согласно предварительным планам.

Акидзучи спокойно смотрела на несущуюся через космос ракету, выпущенную с одного из сульфарских кораблей. Разогнавшийся снаряд отключил двигатели и летел на одной лишь инерции, прямо на повернувшиеся беззащитными двигателями и тормозящие корабли коммодора. Как и другие корабли их эскадры, «Энцелада» уже почти час принимала сообщения передаваемые местными по открытой чистоте. Эти призывы безжалостно игнорировались и Акидзучи могла лишь предположить, какое недоумение, а возможно даже и паника, творились сейчас среди сульфарцев.

Она бросила взгляд на один из дисплеев своего собственного кресла. На него передавалась вся информация с тактического поста. До точки контакта осталось всего семнадцать минут. Если их конечно же не заметят раньше. Но она слабо верила в подобную вероятность, хотя и не сбрасывала её со счетов.

Акидзучи в очередной раз незаметно проверила состояние своего контактного скафандра. Она постаралась сделать это таким образом, что бы больше никто не заметил этого крошечного признака её собственной неуверенности в себе. Ей легко давалась роль холодного, словно космический вакуум и безмерно уверенного в себе капитана. Маска, которую она носила последние пять лет с момента окончания академии, была с ней столь часто, что Рен практически полностью сроднилась с нею. Перестала замечать, что и сама стала той, на кого хотела быть похожей не только нося офицерский мундир рейнского флота, но и в повседневной жизни. Наплевавшая на любую личную жизнь женщина с упорством и оскалом голодной волчицы шла к своей заветной цели. К этому самому креслу в центре капитанского мостика. Её родители так и не смогли понять, что такого она нашла в этом. Оба известные учёные, они с детства готовили девочку, рассчитывая, что она пойдёт по их стопам, отдав себя на служение и развитие науки. Но жизнь бывает дьявольски изменчивой и непредсказуемой. Сколько Рен не пыталась, она так и не смогла объяснить родителям свою тягу к звёздам и пустоте между ними. Но всё было бесполезно. Люди на взгляд которых выращивание новой культуры грибка было в стократ важнее любых «игр в солдатиков», как они это называли, так и не смогли понять свою собственную дочь.

Когда семь месяцев назад ей предложили должность капитана на ещё тогда не построенных корветах, она согласилась не раздумывая. Любой офицер на её месте лишь брезгливо поморщился от подобного предложения. Капитаны настоящих, гиперпространственных боевых кораблей, со снисхождением и презрительностью относились к своим коллегам, что командовали корветами. Этими крохотными скорлупками, которые смотрелись жалкими мошками на фоне грозных космических левиафанов.

Но Акидзучи так не считала. Отнюдь. Корветы нового проекта сразу же привлекли её внимание. Высокая скорость. Расширенные возможности маскировки. Более мощное энергетическое вооружение, которое могло бы посоперничать по весу залпа с орудиями эсминца или лёгкого крейсера. Девушка отдалась целиком и полностью, чтобы освоить эти новые корабли и её старания не были напрасны. За проявленное рвение, упорство и свои таланты именно Акидзучи получила должность командира первых шести «Энцелад», которые было решено испытать в Валетрии.

И сейчас, глядя на то, как тройка её кораблей по слегка изогнутой кривой траектории приближалась к ничего не подозревающим сульфарским корветам, она чувствовала, как её губы в очередной раз изогнулись в холодной улыбке.

Оставалось совсем немного.

13 часов 53 минуты (по местному столичному времени)

Корабль сил системной обороны Валетрии

Корвет «Тиминтал»

Выпущенная «Тиминталом» ракета активировала свои двигатели в точно выверенный момент, вновь вспыхнув яркой точкой на сенсорном дисплеи. Она устремилась к приближающимся кораблям, безжалостно сжигая остатки энергии в своих накопителях, стремительно ускоряясь.

Но на самом деле, в этом не было абсолютно никакой нужды.

Тактики «Тиминтала» логично предположили, что стоит их птичке перейти на баллистическую фазу полёта, как неизвестные корабли тут же попытаются сменить курс своего движения. По этой причине, у ракеты оставалось более чем достаточно времени активной работы двигателя, что бы выйти на точку детонации в независимости от возможных манёвров её цели. Но все эти приготовления оказались бесполезными. Ненужными. Их цели не только не сменили своего курса, но даже не развернулись, что бы убрать незащищённые щитами двигатели из под возможного удара.

Харшад чувствовал злость. Он злился на то, с каким пренебрежением к ним отнеслись. И не только он. Амар ощущал, как это чувство распространяется по всему мостику «Тиминтала».

— До детонации три минуты, — оперативно доложил один из офицеров, на что Харшад лишь кивнул.

— Передать по кораблю, — громко приказал Амар, одновременно с этим одевая шлем своего контактного скафандра. — Первая готовность по боевым постам. Передайте на другие корабли.

Тут же по коридорам корвета разнеслись громкие предупреждения о смене боевой готовности. Теперь уже каждый из членов небольших экипажей корветов знал — они идут в бой. На постах моментально прекратились все лишние разговоры. Лишь тихий шёпот иногда раздавался между взволнованными людьми.

Глаза всех на мостике были прикованы к одинокой точке на дисплеи. Секунды текли одна за одной, словно песок сквозь пальцы, пока наконец...

— Детонация! Первичная детонация боеголовки!

Слова произнесённые офицером тактиком «Тиминтала» пронеслись по мостику словно крик, не смотря на то, что были сказаны совершенно обычным голосом. Где-то там, в бескрайней космической дали, сейчас вспух шар термоядерного пламени, на короткое мгновение родив новую, крошечную звезду ровно в одном миллионе километров от рейнских кораблей.

Этот выстрел должен был показать всю серьёзность намерений сульфарцев. Стараясь сохранять спокойствие, Харшад повернулся в кресле.

— Связь! Открыть канал на общей частоте!

— Есть, сэр. Канал открыт. Мы готовы к передаче.

Амар чуть повёл плечами, стараясь выглядеть в своём кресле, как можно солиднее. Проглотив появившейся от напряжения ком в горле, он посмотрел в глазок камеры.

— Неизвестные корабли. С вами говорит корабль сил системной обороны Валетрии «Тиминтал». Это было последнее предупреждение. Немедленно измените курс и назовите себя. Повторяю, немедленно измените курс и...

— Контакт! Радарный контакт! Левый борт, пеленг ноль — семь — ноль на один-один — два!

Громкий вскрик оборвал Харшада на полу слове и пронёсся по мостику. Амар дёрнулся, словно от пощёчины и одним движением ладони моментально сменил показания одного из дисплеев.

— Три сигнатуры. Дистанция четыреста двадцать...

— Откуда они тут взялись?

— Что...

— Как они смогли подобраться так близко!?

— Молчать! — громко приказал Харшад, с ужасом смотря на то, сколь стремительно сокращалось расстояние между ним и новыми точками на голограмме. У них едва ли оставалось больше двенадцати секунд в запасе. — Передача по группе! Всем кораблям к бою.

13 часов 56 минут (по местному столичному времени)

Корабль Второго рейнского флота

Корвет «Энцелада»

— Мы обнаружены, капитан!

Акидзучи спокойно кивнула. Она уже и так это знала. Радары и лидары сульфарских корветов осветили их своим излучением, заставив бортовые сенсоры кораблей забиться в тревоге. Дистанция уже сократилась до четырёхсот тысяч километров. А с учётом скорости взаимного сближения...

На поверхности тактического дисплея зашевелились красные точки. Сульфарские корабли начали медленно рассредоточиваться группами по двое.

— Противник начал манёвр расхождения, капитан.

Видимо их командир понял, что произойдёт дальше, — спокойно подумала про себя Рен, не отрываясь глазами от показаний лазерных дальномеров. Правильное действие, но на такой дистанции оно было уже абсолютно бесполезно. Молодая женщина внимательно смотрела на свой дисплей, пока цифры на нём не пересекли отметку в триста тысяч километров.

— Открыть огонь.

Три «Энцелады» дали залп одновременно. Каждый из рейнских корветов нёс на себе четыре башни со сдвоенными лазерными излучателями. Расположенные линейновозвышенно в носовой части корветов снизу и сверху относительно оси корабля, они могли направить всю свою огневую мощь на одну единственную цель.

Из за высокой мощности энергетической артиллерии, современные космические корабли старались избегать линейного боя на близкой дистанции. Подобное сражение, как правило, редко когда заканчивалось благополучно для обеих сражающихся сторон. И это, если говорить о более крупных кораблях. Для корветов же, это было сродни самоубийству. Тем не менее, корветы типа «Энцелада» предполагали вероятность того, что у них будет возможность подойти незамеченными достаточно близко, чтобы задействовать свои орудия. Не всегда и далеко не везде. Но подразумевая, что у них всё же будет на это шанс, инженеры и конструкторы позаботились о том, что бы у рейнских кораблей было всё необходимое для того, чтобы выйти победителями из подобной схватки.

Двадцать четыре лазерных излучателя ударили практически одновременно. Ослепительные спицы лазерных лучей прорезали космос, прочертив его раскалёнными линиями смертоносной энергии. Сульфарские корветы только начали манёвр расхождения, когда на них обрушился огонь рейнских кораблей. Лазерные лучи безжалостно ударили по корветам, без какого либо труда пробивая их жалкие щиты, тонкую металло-композитную броню и проходя сквозь них, словно раскалённые гвозди через брусок масла.

Акидзучи не собиралась давать своему противнику ни единого шанса на выживание. На каждом из сульфарских корветов одновременно сосредоточили свой огонь сразу по две орудийные башни. Но, что было удивительно даже для Рен, не смотря на такие ужасающие повреждения, сульфарцы огрызнулись в ответ. Как минимум три сульфарских корвета открыли вялый оборонительный огонь из своих слабых орудий. «Эспада» натолкнулась на залп с одного из них, приняв удар на щиты. Энергетическая защита корвета поглотила часть урона, но к сожалению была не способна полностью заблокировать его. Экран правого борта продержался едва ли больше одной трети секунды, прежде чем вспыхнуть и исчезнуть. Но своё дело он сделал. Ослабленные лазерный импульс оставил уродливый шрам на правом борту рейнского корабля.

А через семь секунд, которые потребовались орудиям «Энцелад» на то, что бы вновь зарядить конденсаторы орудий, космос осветился огнём нового рейнского залпа. Один из сульфарских корветов вспух огненным шаром перегретой плазмы, когда взорвался его пошедший в разнос повреждённый реактор. Остальные же, превратились в куски искореженного металла, что лишь отдалённо напоминали боевые корабли. Разбитые и покорёженные остовы пяти чудом уцелевших корветов бесконтрольно вращались в пространстве, расшвыривая во все стороны обломки и оставляя за собой шельф из застывающей в космическом вакууме кислорода.

Именно таковы были современные космические бои, где корабли сближались друг с другом, что бы пустить в ход своё самое смертоносное оружие. Они были быстры, скоротечны и безжалостны. Жестоки, словно поножовщина в тёмном переулке, где шансы на выживание были лишь у одной стороны.

И то не всегда.

С момента открытия огня, всё сражение заняло не больше двенадцати секунд.

13 часов 58 минут (по местному столичному времени)

Корабль сил системной обороны Валетрии

Корвет «Тиминтал»

Харшад с огромным трудом смог открыть глаза. Это простое движение далось ему с таким усилием, словно он хотел сдвинуть с места гору. Перед глазами стояли светлые пятна, которые рябили с чудовищной яркостью, стоило ему лишь единожды моргнуть.

— От... Отчёт...

Его собственный голос глухо прозвучал внутри шлема. Ответом ему была лишь давящая тишина. Перед глазами по-прежнему стояли световые блики, не давая рассмотреть творящееся вокруг. Что-то коснулось его плеча. Амар дёрнулся в кресле и это движение чуть не утопило его в океане боли, практически лишив сознания. Ничего не видя, он нащупал коснувшийся его предмет. Им оказалась рука в контактном скафандре. Сульфарец закрыл глаза с силой сжав веки, стараясь дать глазам хотя бы немного придти в норму. Сжимаемая его пальцами рука шевелилась, но как-то странно.

Лишь через пол минуты, по личным ощущениям Харшада, глазам стало чуть легче и он открыл их.

Первое же, что увидел Амар, был его старший помощник, которого он держал за руку. Его подчинённый замер перед ним, смотря на своего командира открытыми и неподвижными глазами. Нижняя часть лицевого щитка его шлема была заляпана кровью. Амар открыл было рот, чтобы сказать что-то, но в тот же момент захлопнул его, борясь с сильным приступом тошноты от увиденного. Разорванное пополам тело старшего помощника плавало в воздухе, наполняя пространство вокруг алыми каплями застывающей в вакууме крови.

Мостик вокруг был разрушен практически до основания. Вся передняя часть, где находились посты управления, контроля систем вооружения и сенсоров превратилась в мешанину из измятого и искорёженного метала и пластика. Харшад расстегнул ремни и поднялся с кресла. Это простое движение чуть не подбросило его к потолку мостика. Искусственная гравитация не работала, хотя он понял это и так. А заучит не работали инерционный компенсатор и двигатели, иначе их всех бы уже размазало тонким паштетом по переборкам. Повсюду, вокруг него, в пространстве плавали обломки аппаратуры. Куски изломанной обшивки. И тела. Разорванные на части, изувеченные тела его подчинённых. Они парили в тусклом свечении уцелевших приборов и экранов, придавая ситуации сюриалистичный облик. Всего минуту назад они все были живы. Всё было иначе.

А в следующий миг заполненный живимы людьми мостик превратился в кладбище.

— Кто нибудь?! — Уже без особой надежды прокричал Амар, проверяя систему связи скафандра. — Отзовитесь! Хоть кто-то?!

В конце мостика за раскрученной консолью поднялась рука. Это простое движение придало Харшаду больше сил, чем коктейль из стимуляторов и обезболивающих, которыми накачивала его автоматическая аптечка, встроенная в скафандр. Активировав магнитные захваты в ботинках, он чуть ли не бегом двинулся в сторону выжившего. Попутно он с каким-то странным отчуждением посмотрел на глубокую борозду, которая прочертила пол мостика всего в десяти сантиметрах от его собственного кресла. Кусок переборки в боковой части мостика взрывом швырнуло через всё помещение прямо в секцию астронавигации, где вращающийся обломок убил тесно сидящих рядом друг с другом людей. Какие-то жалкие десять сантиметров отделяли Харшада от смерти. Сульфарец отстранённо подумал о том, что в таком случае его подчинённые убитые обломком скорее всего бы выжили.

Амар потряс головой, отбрасывая бесполезные и опасные мысли в сторону и пробрался через разрушенный мостик к махавшей ему рукой фигуре. Женщина сидела в кресле и пыталась освободится из опутавшей её тело перевязи притяжных ремней. Харшад попробовал разглядеть имя написанное на груди контактного скафандра, но не смог это сделать из за покрывавшей её крови. На разорванное обломком тело в соседнем кресле Амар старался не смотреть.

— Подожди, сейчас я помогу. Ты слышишь меня?

Девушка помахала руками, но ничего не сказала. Лишь продолжила дёргать руками, переодически хватаясь за крепления ремней и пытаясь отстегнуть их. Её судорожные, панические движения были похожи на истерику.

— Успокойся. Послушай, ты должна успокоиться. Я вытащу тебя...

Амар попытался перехватить её руки, но это привело лишь к тому, что сидящая в кресле девушка сильнее забилась в панике. Сквозь стекло её шлема Харшад увидел, как её рот открывается в беззвучном крике, а по щекам текли слёзы. В этот момент ему пришла в голову мысль. Он схватил её рукам за шлем и с силой прижался к её прозрачному лицевому щитку своим.

— Успокойся! — Закричал он. — Прекрати дёргаться и я тебя вытащу!

Девушка дернулась, но всё же перестала биться в истерике. Её покрасневшие глаза метались из стороны в сторону, словно не могли сфокусироваться на чём-то одном.

— Ты в порядке? Не ранена?

— Нет, — закричала та в ответ и Харшад услышал её речь переданную вибрацией соприкасающихся шлемов. — Только застряла и не могу выбраться. Не могу отцепить ремни!

— Хорошо. Успокойся.

Харшад отпустил её голову и попытался отстегнуть ремни, удерживающие девушку в кресле, но замки заклинило и они ни как не хотели открываться. Механизм выглядел повреждённым. Амар попробовал несколько раз ударить по замкам тяжёлым ботинком своего скафандра, но и это не помогло.

— Я сейчас вернусь, — прокричал он внутри своего шлема, вновь вплотную прижавшись к ней.

— Нет! Капитан не брос...

Амар не слышал последних слов, отпустив её голову. Отключив магнитные замки он оттолкнулся от пола и пролетел через мостик к задней его части где находился встроенный в переборку комплект аварийного оборудования. Попутно, Харшад проверял попадающиеся ему на пути тела. Эта ужасающая картина наверное будет сниться ему в кошмарах до конца его жизни, — подумал он.

Ну и пускай, — подумал он. Лишь бы они выжили.

Вскрыв аварийный комплект, он принялся перебирать находящиеся внутри него предметы, пока не нашёл нужный. Оттолкнувшись от стены, он пролетел через разрушенный мостик обратно. Когда девушка вновь его увидела, в её глазах стояло настолько глубокое выражение радости и счастья, что Амар смутился. Не тратя времени он активировал компактный плазменный резак и перерезал крепления ремней. Больше не сдерживаемое ими тело девушки под воздействием её собственных движений вылетело из кресла к потолку, но Амар успел ухватить её за руку и притянуть к себе.

— Спасибо вам, сэр, — прокричала она когда их шлемы вновь соприкоснулись.

— Как тебя зовут!

— Шанта, сэр.

— Хорошо, Шанта. Послушай меня. Нам нужно добраться до спасательных капсул и найти тех, кто ещё жив.

— Д... да, сэр. Я поняла.

— Хорошо. Следуй за мной и не отставай.

Девушка кивнула, так как Амар уже отклонился назад, разрывая контакт между шлемами. Вдвоём они пересекли мостик. Попутно Амар проверил секцию связи, но, как и находящиеся рядом посты управления кораблём и тактическая секция, он был полностью разрушен.

Из тринадцати человек на мостике корвета уцелели лишь они вдвоём.

Амар и следующая за ним Шанта продвигались по коридорам, используя магнитные подошвы и проверяя попадающиеся им на пути отсеки корвета. Харшаду удалось найти ещё нескольких выживших членов экипажа, двое из которых были ранены, а один, судя по показаниям его собственного скафандра, уже потерял сознание от потери крови. Встроенная в его скаф аптечка поддерживала в раненном жизнь, накачивая несчастного кровезаменителями и стимуляторами сердечной активности, но это была лишь временная мера. Им требовалось как можно скорее получить медицинскую помощь.

Вообще любую помощь.

Спасательные капсулы на «Тиминтале», как вообще-то и на всех корветах типа «Светоч», находились почти в центре корабля, чуть сдвинутые к его корме. Каждая из них была оснащена всем необходимым для того, что двадцать человек могли протянуть до тридцати суток в режими полной автономности. Там были медикаменты, едва, вода и что самое главное, воздух. Учитывая, что запасы систем жизнеобеспечения их скафандров был ограничен всего двадцатью часами, запасы капсул могли подарить им хотя бы надежду на выживание.

Харшад шёл по тёмным коридорам своего корабля, ведя за собой семерых выживших, двое из которых тащили в невесомости тело потерявшего сознание товарища. Амар шёл молча, ужасаясь тому, что стало с его кораблём. Ещё час назад эти коридоры были освещены и полны жизни, а сейчас это место больше напоминало могилу. Металлическую гробницу. Сульфарский капитан постарался представить силу, которая так могла искорёжить прочнейшие материалы из которых был построен корвет. Словно по скорлупке корабля нанёс удар безжалостный гигант.

Группа выживших добралась до конца коридора. Прочная гермостойкая дверь была закрыта, отделяя их от второй части прохода, который вёл к отсеку где располагались три спасательные капсулы.

Дверь оказалась закрытой. Попытки открыть её с помощью расположенной на переборке панели управления ни к чему не привели. Амару вместе с ещё тремя выжившими членами экипажа пришлось вскрывать люк аварийного доступа и в ручную отключать гидравлические приводы, а затем, так же вручную, используя инструменты из аварийных наборов открывать створки двери.

Им удалось раздвинуть их на пол метра, когда Амар наконец посмотрел сквозь открытый проход. Губы выживших шевелились в немых вопросах. Кто-то из них беззвучно кричал. А Амар просто стоял и смотрел на поддёрнутую сияющими огнями звёзд бесконечную космическую пустоту. Металический лом, который он сжимал в руках подчиняясь инерции выплыл из его ослабевших пальцев и медленно вращаясь полетел в это холодное и безбрежное пространство.

Вся кормовая часть «Тиминтала» отсутствовала. Корвет попросту разорвало пополам, лишив их последней надежды на спасение.

14 часов 05 минут

База «Багран»

Сознание возвращалось урывками. Болезненными вспышками, которые впивались в тело подобно тысячи крохотных раскалённых игл. Глаза ничего не видели, кроме бесконечного светлого марева. Лата попыталась испуганно закричать, но из пересохшего горла вырвался лишь сдавленный, хриплый и болезненный стон. Казалось, будто в горло напихали стеклянной крошки в перемешку с песком.

Последнее, что она помнила, был тот странный человек с кровью на рукаве и рациональное чувство опасности. Она помнила, как бросила в него коробки с едой и побежала. Как бросилась к выходу. А затем была боль. Глубокая, всепоглощающая боль. Она ударила её в спину и растеклась по телу огненной волной, наполняя собой каждую клеточку её уставшего тела, пока Лата наконец не потеряла сознание. Ей показалось, что эта ужасная пытка длилась часы, хотя на самом деле она потеряла сознание уже через пару секунд и её парализованное тело упало на пол.

Девушка усилием воли заставила себя успокоиться. Она дышала медленно, концентрируясь на этом просто действии и стараясь найти в нём хоть какую-то уверенность. Вдох. Выдох. Снова вдох. Выдох. Попытка пошевелиться ни к чему не привела. Лишь заставила тонкие верёвки, туго стягивающие за спиной её запястья, сильнее врезаться в кожу.

Сколько уже прошло времени? Лата не знала. Она вновь открыла плотно закрытые до этого глаза. Тусклый свет в помещении всё равно резко вспыхнул, словно был в десятки раз ярче, но через минут стало легче.

— Пришла в себя?

Тихий голос раздался откуда-то сбоку.

— Ч... Что происходит? — каждое слово давалась с трудом. Лата закрыла рот и попыталась сглотнуть скопившуюся во рту слюну, что бы хоть как-то прочистить горло. — Где я?

— Где-то в технических коридорах, — вновь ответил ей всё тот же голос.

Девушка несколько раз закрыла и открыла глаза, стараясь вернуть зрение в норму. Теперь уже было легче. Мир вокруг перестал напоминать из себя сияющие ослепительным светом и чёрными пятнами пространство. Лата лежала на полу, на боку, в какой-то технической подсобке. По стенам и потолку змеились трубы и кабели коммуникаций с десятками поясняющих табличек, а всё освещение в помещении исходило от двух световых полос на потолке, мощности которых едва хватало на освещение небольшого помещения.

У стены напротив сидели двое парней в одном нижнем белье с точно так же связанными за спиной руками. У одного из них нижняя часть лица была залита кровь из разбитого и похоже сломанного носа. Второй же попросту свернулся в комок и ни как не реагировал на происходящие. От сжавшегося тела исходили тихие всхлипы и едва слышное бормотание.

— Что за хрень здесь происходит?

— Да если бы я знал, — горько усмехнулся парень с разбитым носом. — Эти ублюдки ворвались к нам. Избили и забрали форму. Потом притащили тебя. Ты была без сознания.

— А мы... — Начала было Лата, но сидящий напротив неё парень ответил раньше, чем она успела закончить вопрос.

— Где-то под третьим складским блоком. Точнее не скажу. Нас самих вырубили, прежде чем сунуть сюда. Я Радж. А это, — парень кивнул в сторону всхлипывающего парня. — Это Вазу.

Лата присмотрела ко второму парню. Сначала она подумала, что тот ранен, но не увидела чего либо, что могло подтвердить её мысль.

— А что с ним?

— Эти мрази всадили в него четыре или пять зарядов из парализатора. Бедняга так перепугался, что бросился бежать. Упал после первого же выстрела, но этот ублюдок выстрелил в него ещё несколько раз, когда Ваз уже лежал на полу.

Радж со свистящим звуком втянул сломанным носом воздух и сплюнул кровь в угол.

Вот значит, что это было, — отстранённо подумала Лата. Парализатор. Та ещё дрянь. Вызывает мгновенную перегрузку нервной системы, полностью вырубая человека. Мало кому требовалось больше одного выстрела. А четыре или пять выстрелов подряд могли довести мозг до состояния овоща. Судя по двум продолжавшим гореть огнём точкам на пояснице и между лопаток, в неё попали минимум дважды. Сколько она так провалялась? Час? Два? Пять? Что вообще присходит? И почему они всё ещё живы?

Вопросы роились в мозгу словно рой насекомых. Но как бы ей не хотелось об этом думать, но найти им ответы у неё не получалось. Было бы куда проще попросту убить их, чем возиться с пленниками. Ответа на этот вопрос у неё не было, но она была счастлива, что имела возможность о нём задуматься. В противном случае, ей бы уже было всё равно. Лата настолько зациклилась на этой мысли, что не сразу заметила. Парень что-то говорил. Спрашивал её о чём-то.

— Что?

— Ты кто такая, спрашиваю, — Ради снова сплюнул кровь. — Я раньше тебя не видел.

— Я пилот МД.

Радж как-то грустно хохотнул и покачал головой, от чего несколько капель текущей из носа крови сорвались вниз и упали на покрытый пылью пол.

— Это как же золотую девочку занесло к нам сюда, в крысиные коридоры.

Лата чуть смутилась. Глупое прозвище, которое ходило среди обслуживающего персонала и службы снабжения. В молодой сульфарской армии о пилотах мобильных доспехов действительно заботились лучше всего. Именно они, тщательно обученные специалисты и профессионалы должны были стать тем костяком, на котором потом вырастет следующее поколение. И поэтому отношение к ним было лучше всего. За что многие их конечно же недолюбливали. Армейская служба снабжения и обслуживания в этой иерархии находилась чуть ли не ниже всех и с презрением относилась к так называемым «настоящим» солдатам.

Девушка даже ответить не успела. Дверь отъехала в сторону и в проходе показался тот самый мужчина, которого Лата уже видела. Одет он был всё в тот же самый технический комбинезон, очевидно снятый с одного из сидящих напротив неё парней. Разве что пятен крови на рукаве девушка больше не увидела. В одной руке он держал парализатор, а во второй обычный с виду тонкий планшет. За его спиной стоял ещё один, в таком же комбинезоне. Худой. С наголо выбритой головой. Он стоял привалившись к стене с мерзкой улыбкой ни лице, держа в руках стеклянную бутылку с какой-то этикеткой.

— Мне нужны карты технических тоннелей, — жёстко и с холодным спокойствием произнёс он.

— Мы уже всё вам отдали, — ответил ему Радж. — У вас и так наши планшеты. Что вам ещё нужно?

— Мне нужны точные маршруты. Как добраться до этих мест по коммуникационным переходам. Без того, что бы выходить на поверхность.

Он коснулся планшета и показал экран Раджу.

— Покажи мне, как это сделать и останетесь живы.

Радж несколько секунд смотрел на экран планшета. Его глаза бегали туда сюда по экрану. Лата видела, как парень нервно сглотнул. — В этих местах нет подземных коммуникаций...

Мужчина перед ним без лишних слов и движений просто направил ствол парализатора на скулящего в углу Ваза и нажал на спуск. Лата дёрнулась от резкого, но на удивление не очень громкого звука, который эхом отразился от стен. Беднягу на её глазах словно ударило молнией, а в воздухе повис запах озона и горелой кожи. Получив удар парализатора, тело Ваза выгнулось дугой и забилось в судорогах так, словно у него случился сильнейший эпилептический припадок. Парня вырвало прямо на пол, а в раскрытых глазах было такое выражение муки, что Лата отвернулась, не желая смотреть на это дальше.

Мужчина опустился на корточки и помахал сжимаемым в руке парализатором.

— Этой штучкой можно не только вырубить человека. Стоит лишь немного подкрутить параметры и эта игрушка превращается в очень полезный инструмент. Одно нажатие на курок и тебе покажется будто каждый твой нерв опустили в чан с кипятком. Поверь мне, это не самое лучше ощущение.

Глаза Раджа метались от содрогающегося и лежащего на полу тела к планшету. Мужчина тем временем повёл рукой и навёл ствол парализатора на Лату.

— Возможно, — спокойно произнёс он. — Стоит преподать ещё один урок.

Его палец медленно надавил на спуск.

Глава 14

14 часов 08 минут

База «Багран»

— Стойте!

Надавивший на спуск палец замер. Лата замерла. Вжалась в стену, боясь пошевелиться.

— Стойте! — Вновь повторил Радж. — Хорошо. Хорошо! Я покажу вам всё, что нужно.

Мужчина улыбнулся одними губами и опустил руку с парализатором. Он спокойно, словно ничего не было протянул планшет Раджу. Их второй пленитель стоял в дверном проходе за спиной у первого, привалившись к стене, и с улыбкой потягивая напиток из бутылки.

— Показывай.

Связанный парень склонился над экраном, несколько секунд смотрел на него, после чего начал называть номера туннелей и переходов, паутина которых змеилась под поверхностью базы.

— Технические переходы М-43 и АН-84. Вам нужны они...

Лата молча наблюдала за происходящим, стараясь не слушать раздававшиеся из угла судорожные, болезненные стоны корчившегося на полу Ваза. С каждой секундой они словно становились громче. Судороги становились всё сильнее. На губах несчастного выступила белая пена, а глаза закатились так, что были видны лишь одни белки. Эти звуки отдавались ужасающим эхом, отражаясь от стен помещения. Словно предзнаменование грядущей участи, что была уготована им всем.

Боль и страдание.

Лата хотела бы закрыть себе уши. Не слышать этого. Тонкий шнур, которым были связаны её руки, с болью врезался в запястья, не позволяя это сделать. Всё что она могла, это лишь закрыть глаза, борясь с растущей в душе паникой. Слишком многое случилось с ней всего за один день. Слишком много боли, страданий и смерти она видела за последние сутки.

В какой-то момент, Ваз перевернулся на спину. Его тело выгнулось дугой с такой силой, что казалось его позвоночник вот-вот сломается. Его крик был настолько сильным, что заглушил всего голоса в комнате, оборвав Раджа на полу слове.

Лицо державшего планшет мужчины исказилось от раздражения и злости.

— Хариш, заткни его!

Стоявший в у входа вновь отпил из бутылки и усмехнулся. Он в несколько шагов пересёк разделявшее его и Ваза расстояние. Закрывшая глаза Лата услышала протестующий крик Раджа вновь раскрыла их, поражённая злостью и отчаянием, которыми был наполнен его голос.

— Нет! Стой! Не надо...

Не обращая на него никакого внимания, Хариш попросту наступил ногой Вазу на лицо, прижав его голову к полу, а затем наклонился и одним коротким движением вонзил несчастному в висок лезвие появившегося в руке ножа. Тело Ваза слегка дёрнулось и затихло, обмякнув на пыльном полу.

— Не стоило этого делать... — начал было первый, но Хариш лишь рассмеялся.

Убийца одним рывком выдернул нож из головы своей жертвы и обтёр лезвие о руку уже мёртвого парня.

— Ты сказал заткнуть его, Суман. Я заткнул.

Оцепеневшая Лата смотрела на то, как по лицу совершенно незнакомого ей человека на пол стекала кровь, растекаясь багровой лужей. Густая, алая жидкость перемешивалась с грязью на полу. Девушка медленно перевела взгляд с мертвого парня на стоявшего над его телом скалящегося ублюдка. Тот, как ни в чём ни бывало, поднёс горлышко полупустой бутылки к губам и сделал очередной глоток. Его насмешливое, надменное лицо не выражало вообще ничего. Словно он только что раздавил насекомое, а не лишил человека жизни.

Эта холодная, безэмоциональная жестокость что-то сломала внутри неё. Изменило. На место страху пришла злость. Иррациональное чувство гнева, поднялось в ней словно волна, требуя выхода.

— Ублюдки... — тихо прошептала она.

Хариш оторвался от бутылки и с лёгким интересом посмотрел на связанную девушку.

— Чего? Что ты там бормочешь?

Радж замолчал и посмотрел на неё глазами полными страха и обреченности. Он хотел что-то сказать. Может даже остановить сумасшедшую на его взгляд девушку, но так не и не произнёс ни единого слова. Ужас от убийства друга прямо на его глазах был настолько силён, что даже если бы он захотел сказать что-либо, то не смог бы выдавить из себя ни единого слова.

Лата должна была чувствовать себя так же. Напуганной. Оцепеневшей. Но за последнее время произошло слишком многое.

— Вы сраные ублюдки, — уже громче прошипела она, глядя ему прямо в глаза. — Убогие, жестокие мрази! Заче вы это делаете?! Какого чёрта вам от нас...

Стеклянная бутылка ударилась о стену в сантиметрах от её головы и разлетелась во все стороны на осколки. Кусочки стекла болезненно впились в правую щёку и скулу. В нос ударил приторно-сладковатый запах деланжа, слабоалкогольного напитка, популярного в южно-восточных регионах планеты. Сильные пальцы схватили её за волосы, грубо заставив задрать голову. Остриё ножа холодной сталью упёрлось ей в подбородок, едва не проткнув кожу.

— Прости пожалуйста, — медленно, растягивая произнёс Хариш. — Я не расслышал. Так, что ты там вякнула, сука?

Лата посмотрела ему прямо в глаза. Первая же попытка что либо сказать привела к тому, что приставленное под подбородок остриё ножа проткнуло кожу. Капли её собственной, горячей крови, потекли по шеи.

— Что? Ты уже не такая разговорчивая, да? — Хариш чуть надавил на её голову рукой, которой сжимал её волосы.

Лезвие вошло чуточку глубже. Капли крови побежали быстрее. Лата попыталась отстраниться от ножа, но этот ублюдок крепок держал её за волосы, не позволяя шевельнуться.

— Все вы храбрые, пока вам не приставишь нож к горлу. А как только это сделаешь, сразу становитесь такими тихими, — нависшей над ней мужчина рассмеялся. — Люблю послушных сучек.

Его низкий и грубый голос заставил девушку едва заметно задрожать. Острие ножа дёрнулось, оцарапав кожу на шеи и в следующую секунду прижалось к её щеке. Лата прерывисто и часто дышала, видя как окропленное её собственной кровью лезвие застыло в сантиметрах от её левого глаза.

— Хариш!

— Подожди, Суман, я только вырежу эти маленькие, злобные глазки.

Харишь посмотрел своего напарника и усмехнулся. Лата едва успела зажмуриться, как рука сжимающая нож шевельнулась и клинок скользнул к её глазам.

14 часов 00 минут

Ландширские равнины

Восемь крупных транспортных флаеров неслись в десяти метрах над землёй, быстро двигаясь через ландширский пояс к своей цели. Они уже преодолели большую часть своего пути и сейчас шли прямо к городу. Не скрываясь и не таясь.

После ночного сражения, развернувшегося на просторах Ландширского пояса и последующей кровавой схватки в Катак-Репале, воздух постоянно расчерчивали следы военных флаеров и транс-атмосферных истребителей. Силы королевской гвардии продолжали прочёсывать местность, стараясь найти тех, кому удалось сбежать после поражения хашмитских сил в Катак-Репале. Восемь крупных грузовиков, которые совершенно не старались скрыть себя и направлялись к столице, не могли не привлечь к себе внимание. Тем более, что скрыть своё передвижение у них всё равно не было ни единого шанса.

Случилось то, что неминуемо должно было случиться. Их заметил пролетавший на высоте пары километров катер королевской гвардии. Стоило этому произойти, как он тут же стремительно спикировал вниз со своей высоты. Пилоты грузовиков быстро заметили снижающуюся машину. Их вспотевшие ладони лежали на рукоятях управления, но ни один из них не посмел отклониться от уже проложенного курса. Преследующая транспорты машина снизилась до высоты в пятьдесят метров и развернувшись описала круг вокруг идущих колонной грузовиков. С такого расстояния были хорошо видны нацеленные на переднюю часть колонны импульсные пушки катера и находившееся на внешней подвеске блоки управляемых ракет.

Уже через несколько секунд ведущая машина получила требование выйти на связь.

— Неопознанные транспорты, это лейтенант Фарах. Немедленно опознайте себя! Повторяю! Немедленно опознайте себя!

Вспотевший от напряжения пилот облизнул губы и протянул пальцы к системе связи, но его остановила уверенная рука. Пилот повернул голову и увидел стоявшего за своей спиной Абала. Молодой хашмитский военноначальник выглядел удивительно спокойным для человека, чья жизнь сейчас висела на волоске. Абал коснулся панели связи.

— Лейтенант, это Джаьянт Лон из дома Керан Су. Направляемся в столицу с гуманитарной помощью.

— Слышу вас Лон. Передайте идентификационные коды для входа в пространство столицы, грузовой манифест и подпись представителя рода.

Абал удовлетворенно хмыкнул и коснулся панели.

— Выполняем лейтенант.

Абал отключил передачу и повернулся к одному из пилотов.

— Передайте заготовленный пакет данных.

— Да Наиб.

Через несколько секунд зашифрованный пакет данных с цифровой подписью дома Керан Су был передан военному флаеру. Все замерли в ожидании. Каждый был уверен, что в любой момент королевский пилот откроет по ним огонь. Скрытые внутри транспортов мобильные доспехи может быть и переживут первые мгновения, но для них, сидящих в ничем не перекрытой кабине всё будет кончено в туже секунду. Один лишь Абал стоял и со спокойствием следил за совершавшим очередной круговой облёт боевым катером. Для себя он уже всё решил. Слова шейха Рустала раскалённым металлом горели в его сознании. У него больше не было права на ошибку. Либо он выполнит возложенную на него задачу, либо умрёт. Третьего было не дано. И тогда уже не важно, когда это случится. Сейчас или позже. Фаталистичные мысли, подкреплённые абсолютной верностью, затмили собой чувство самосохранения.

— Ваши данные приняты Джаьянт Лон. Можете продолжать движение.

Воздух в кабине транспорта наполнилась тихими вздохами облегчения. Абал лишь улыбнулся одними губами и наклонился к панели связи.

— Как представитель дома Керан Су, я благодарю вас, лейтенант. Мы продолжим наш путь.

— Я предупрежу патрули о маршруте вашего следования.

— Будем признательны. Конец связи, — Абал коснулся плеча замершего в своём кресле пилота. — Продолжаем движение. Передайте на остальные машины, что бы следовали за нами.

— Конечно, Наиб.

— Сколько осталось до базы?

— Если не будет остановок, то минут сорок. Плюс или минус.

Сидящий в кресле пилота молодой парень проводил взглядом удаляющийся катер королевской гвардии.

— Я... Я думал нам всем конец, Наиб. Прости меня, я сомневался, что у нас получится...

— Не нужно сомнений, мой друг, — спокойно прервал его Абал и направился к металлической лестнице, которая вела в грузовое отделение транспорта. — Воля Шейха Рустала сильна и мы орудие в руках его. Всё предусмотрено. Предупредите меня за десять минут до цели. Я спущусь вниз и проверю машины.

— Конечно Наиб.

Абал улыбнулся и спустился вниз.

Естественно у них получилось, — самодовольно подумал он. Мало у кого хватило бы полномочий самовольно влезть в дела одного из самых влиятельных и богатых аристократических домов Сульфара. Деврадж Рас Керан Су. Абал уже давно отказался от этого имени. Принял иную судьбу, более не связанную с жалкими амбициями и желаниями своего отца. Старый дурак так и не понял, что его сына не интересовали деньги, торговые соглашения и игры в политику. Всё это было нее более чем жалкой шелухой. Иллюзией, что рождается в горячем мареве раскалённой пустыни. Абал же хотел быть частью чего-то большего. Кусочком великой идеи. Осколком, в котором отразиться будущее. И ему было плевать, если это видение ему не принадлежало. Молодой мальчишка, сын одного из богатейших людей планеты. У него от рождения было всё, чего можно было только пожелать. И это изобилие пресытило ему. Деврадж не хотел, подобно своему отцу, заниматься глупой и скучной работой. Каждый день делать одно и тоже. Нет. Он хотел судьбы великого война, способного одной лишь своей силой изменить судьбу собственного мира. Повернуть его в новое русло. Ведь именно сила дарует власть. И Рустал даровал ему эту силу.

Для мальчика, что носил имя Деврадж всё изменилось в тот день, когда он встретил высокого и сухого мужчину, что пришёл на встречу к его отцу. Это был человек с мудрыми глазами, за которыми скрывалась непоколебимая и стальная воля. Этот человек быстро понял, что скрывалось за тусклыми глазами скучающего и злого подростка. А десятилетие спустя, мальчик ставший мужчиной и давший себе имя Абал, безропотно принял титул Наиба, дабы стать мечом этого мудреца.

А теперь, наконец, похоже что его отец так же смог рассмотреть величие этого человека. Встать на сторону победителя в удобный для себя момент. Это было так похоже на его отца.

Войдя в грузовой отсек транспорта, Абал достал из кармана коммуникатор. Небольшое шифрованное устройство, которое тем не менее, до этого ни разу не использовалось. Даже не смотря на то, что для связи оно использовало тщательно скрытый и зашифрованный канал, Абал не собирался слепо доверять этой технике. Такие были лишь у нескольких людей и предназначались для одного единственного сообщения. Набрав код другого коммуникатора, который знал лишь он один, Абал отправил короткое сообщение.

14 часов 10 минут

База «Багран»

Небольшой коммуникатор в кармане Сумана издал тихую трель, сигнализируя о поступившем сообщении. Но даже не смотря на низкую громкость, в тесной технической каморке мелодичная трель острым лезвием рассекла напряжённую тишину.

Сжимавшая нож рука Хариша остановилась. Остриё клинка замерло в каких-то миллиметрах от левого глаза боявшейся пошевелиться Латы. Продолжая держаться я за волосы, хашмит повернул голову и вопросительно посмотрел на своего товарища.

— Нам пора, — быстро проговорил Суман, убрав комм обратно в карман. — Брось её.

— Эх, а я только надеялся повеселиться, — с наигранной грустью в голосе бросил Хариш.

— Время, Харишь! — с нажимом произнёс Суман и выключив планшет, спрятал его за пазуху комбинезона. — Нужно идти. Оставь их.

Лезвие ножа исчезло столь же стремительно, как и появилось. Не тратя времени Хариш попросту швырнул девушку обратно на пол, отпустив её волосы. Лата упала прямо на осколки разбитого стекла и не удержалась от вскрика, когда острые фрагменты велись в руку и бок через тонкую ткань майки.

— Никуда не уходи сучка. Может быть я вернусь и тогда мы поиграем с тобой ещё немного, — улыбнулся безумец и закрыл дверь. По крохотной комнате разнёсся щелчок замка.

Стоило этому произойти, Радж подполз к лежавшей на полу девушке.

— Ты как?

— Боже, я уже думал что этот безумец тебя убьёт.

— Я тоже, — с трудом ответила Лата и посмотрела в сторону Ваза, тело которого лежало в рассекающей луже крови. — Мне... Мне жаль твоего друга.

Радж глубоко вздохнул. В этом звуке было столько горя от потери, что девушка почти физически почувствовала эту боль.

— Мне тоже, — ответил он тихо. — Кто эти мрази вообще такие?!

Лата изогнулась и вытерла о плечо кровь с подбородка.

— Я почти уверена, что они связаны с хашмитскими ублюдками, которые атаковали этой ночью.

Глаза связанного техника расширились.

— Что? Они? Здесь...

— Радж, что им было от тебя нужно?

— Я... Это схемы технических коммуникационных тоннелей. Их десятки проходят под базой. Но я понятия не имею, зачем они им нужны.

Радж выглядел растерянным и испуганным. Для него, как и для остального гражданского персонала, произошедшие ночью события были чем-то невероятным. Сродни фильму, который можно было посмотреть, отстранённо наблюдая за разворачивающиеся событиями. Хоть они и были реальными, никто из них не верил в то, что опасность может угрожать лично им. Ведь они находились на самой крупной и защищённой военной базе сульфарской армии. Конечно же, прикрывающая их глаза пелена спала, стоило только людям начать выносить из транспортов первые мёртвые тела, что были доставлены на базу. Но в тот момент, все справедливо считали, что всё уже закончилось. Да, произошедшие события были ужасны и трагичны. Но лично их, они не затронули.

А сейчас, Радж столкнулся с этой опасностью лицом к лицу. Посмотрел смерти в глаза и почувствовал её холодное и безжалостное дыхание. Лата поерзала по усыпанному осколками стекла от бутылки полу и поднялась на колени.

— Они ведут за пределы базы?

— Нет, — Радж отрицательно затряс головой. — То есть, да. Есть три транспортных тоннеля, но один идёт к новому космопорту, а два других предназначены для сообщения со столицей. Ни один из них не имеет выходов на поверхность за пределами базы. Да они про них вообще не спрашивали.

Пальцы девушки нащупали крупный осколок.

— Тогда что?

— Да я понятия не имею. Им нужны были несколько отдельных технических тоннелей. Они вообще никуда не ведут! Это коммуникационные тупики. Большая часть систем, к которым можно получить оттуда доступ давно продублированы в других местах.

Девушка сдавленно зашипела от боли, когда острый осколок стекла порезал неудачно взявшиеся за него пальцы. Кое как извергнув его, Лата начала медленно и осторожно тереть его о связывающую запястья верёвку.

— Я вообще удивлён, почему они не убили нас прямо тут...

Лата ничего не ответила. Девушка боялась, что знает ответ на этот вопрос. Они были до сих пор живы, по одной и пугающе простой причине. Потому что в скором времени, их жизни уже не будут абсолютно иметь никакого значения.

14 часов 9 минут

Королевский дворец Джайпур-Бана

— Что значит, вы потеряли с ними связь?!

Неожиданное сообщение застало Генерала Оджаса с чашкой чая в руках. Сидящий напротив него Аджиит напрягся, увидев, как изменился в лице генерал.

После того, как Самар закончил свой доклад, в заседании совета был объявлен короткий перерыв, что бы дать возможность людям обдумать и обсудить услышанное. Аджиит, как хозяин дворца, пригласил Самара выпить с ним чаю, но их беседа была грубо прервана неожиданным сообщением, поступившим с орбитальной станции астроконтроля.

— Простите, генерал. На данный момент у нас просто недостаточно данных. Корветы командира Харшада сближались с неопознанными кораблями. Согласно протоколу, «Тиминтал» сделал предупредительный выстрел, а через одиннадцать минут мы полностью утратили контакт с его кораблями. Их нет ни на радарах, ни на датчиках частиц Черенкова. Телескопы зафиксировали кратковременные энергетические импульсы энергетических орудий, но через двенадцать секунд мы полностью потеряли с ними какой либо контакт.

Оджас замер. Повернув голову, он поймал встревоженный взгляд короля.

— Харшад сообщил хоть что нибудь перед этим?

— Нет, генерал. Лишь то, что неизвестные корабли продолжают игнорировать их требования и не отвечают на вызовы.

— Что с этими неопознанными кораблями?

— По прежнему без изменений, генерал. Они по прежнему продолжают торможение к планете. Согласно нашим расчётам, с текущем ускорением они выйдут на геосинхронную орбиту Сульфара через два часа.

— Хорошо. Приказываю объявить первый уровень тревоги для станций орбитального охранения. Приступайте к эвакуации гражданских станций.

— Да генерал. Будет исполнено.

— Самар? Что происходит?!

Оджас обернулся к королю. В глазах Аджиита безошибочно читалась тревога.

— Ваше высочество, мне нужно срочно вернутся в «Багран». Я прошу вас и весь совет семей немедленно укрыться в убежище под дворцом.

Лицо короля исказилось от смеси промелькнувших по нему эмоций.

— Всё настолько опасно?

— Я... — Оджас вздохнул и встав с кресла, одел снятый до этого китель. — Я не знаю, ваше высочество. Но боюсь, что ситуация может оказаться куда хуже, чем мы считали.

— Моя семья...

— Укройтесь с ними в убежище, — повторил генерал. — Оно достаточно защищено, что бы вы находились там в полной безопасности. Сейчас для нас самое главное, это безопасность. Ваша, вашей семьи и членов совета. Прикажите вашей гвардии сопровождать вас, а я пришлю дополнительные силы для вашей защиты.

Аджиит кивнул и повернувшись к стоявшему у стены слуге быстро отдал нужные распоряжения.

— Самар, но что мы можем сделать? В такой ситуации? Если это боевые корабли...

— Для этого у нас есть подразделения противо-космической обороны, — Оджас уверенно направился к выходу, попутно достав свой личный коммуникатор дабы срочно вызвать доставивший его во дворец бот. — И мы сделаем всё, что в наших силах, ваше высочество.

14 часов 24 минут

База «Багран»

— Ну что?

— Подожди...

Острое стекло вновь укололо руку, оставив длинную царапину на запястье. Кусок разбитой бутылки в её пальцах с трудом резал стягивающую запястья верёвку. Двигаться было очень тяжело. Плотно стянутые руки не позволяли нормально резать импровизированным лезвием. Почувствовав, что верёвка поддаётся, Лата стала усерднее работать осколком, наплевав на боль от порезов. В какой-то момент верёвка наконец не выдержала и лопнула с тихим, едва слышным треском.

— Отлично! — обрадованно воскликнул Радж и повернулся к ней спиной. — Освободи меня!

— Да, сейчас...

— Скорее! Они могут вернуться.

— Да, да...

В этот раз всё было куда быстрее. Не прошло и минуты, как они справилась с путами, которые связывали Раджа.

— Нужно выбираться отсюда, — Лата поднялась на ноги и подошла к двери. Она коснулась кнопки открытия, но закрытая створка не шелохнулась. — Эти ублюдки нас заперли!

— Подожди, дай я попробую, — Радж рукой отодвинул её, и присел на корточки рядом с панелью управления дверью.

— Что ты делаешь?

— Тут гидравлические замки, — пробормотал он, рассматривая панель. — Мне нужно что-то плоское...

Лата оглядела помещение.

— Сейчас... Это подойдёт?

Она сорвала со стены рядом с трубами тонкую металлическую табличку.

— Да. Должно. Дай попробую.

Радж взял импровизированный инструмент.

— Ты знаешь, что делаешь?

— Ага. Мы с Вазом занимались техническим обслуживание и мелким ремонтом, так что да. Знаю.

Используя плоскую сторону металлической таблички, Радж Поддел пластиковые зажимы на панели и снял её лицевую часть.

— Здесь гидравлические приводы замков. Они запитанны от основной линии энергоснабжения базы. Если её отключить, то можно будет снять фиксацию с замка.

— Стой, если ты отрубишь питание, то замок заблокирует!

— Нет.

Радж уверенно ковырялся в проводах, в поисках нужного.

— Нет. То есть да. Но не здесь. В случае потери энергоснабжения блокируются замки только важных и жизненонеобходимых помещений. Там свои аккумуляторы в системе, так что доступ всё равно останется и замки продолжат работать. Но атомные системы запирания стоят далеко не везде...

С последними словами, он ухватился за несколько проводов и резко дёрнул их, вырывая из панели. Красный огонёк на панели замка мигнул и погас, а по комнате пронёсся щелчок открывшегося замка.

— Я же говорил, — пробормотал он с улыбкой.

Дальше всё было не так уж и сложно. Используя металлическую табличку, как упор, Радж чуть отвёл створку двери. Ухватившись за ней двумя руками, он напрягся и отвёл её в сторону.

В коридоре стояла тишина, нарушайся лишь тихим гулом системы вентиляции.

— И что дальше?

Девушка задумалась над этим вопросом. Что делать дальше? Броситься в погоню за этими ублюдками? Но она даже не знала толком где они находились. Лата понятия не имела, что именно происходит и что было нужно этим мерзавцам. Броситься искать их? Глупость. Не пройдёт и пары минут, как она потеряется в бесчисленных переходах и технических туннелях. У неё нет совершенно никакого оружия. Прошедшая ночь безжалостно выбила из девушки все иллюзии относительно своей мнимой «неуязвимости», которой так часто грешат молодые солдаты вроде неё. Подсознательно ты прекрасно понимаешь, насколько опасной является то дело, которым ты занимаешься. Но не смотря на это, твой мозг всё равно отказывается верить в собственную смертность. Словно старуха может забрать кого угодно, но только не тебя.

Чушь. Поганая и опасная чушь, завёрнутая в обёртку из приятной лжи и самообмана. За последние сутки Лата так часто смотрела в глаза смерти, что уже полностью уверилась в том, что умрёт сама. Смирилась с этой мыслью. Сначала в кабине мобильного доспеха на просторах Ландшира, а затем на улицах разрушенного Катак-Репала. Каждое мгновение она ждала, что случайный выстрел оборвёт её собственную жизнь. Понимание этого простого факта успокаивало. Позволяло сосредоточится на деле. А вслед за прошедшими сражениями, через которые она прошла, пришло опустошающее осознание того, что она всё ещё была жива. Это было настолько обескураживающее и невероятное чувство, что Лата сама не могла в это поверить. Ровно до того самого момента, пока не увидела чёрные мешки с мёртвыми телами, которые выгружали на бетонное покрытие лётного поля базы. В такие моменты, ты резко перестаёшь верить в свою неуязвимость и мир становиться гораздо проще. Просто тебе повезло, а другим нет. Вот и весь ответ.

И Лата не хотела умирать. Но кто знает, сколько удачи у неё осталось в запасе. Девушка вспомнила лицо лежавшего на кровати и спящего Вимала. Такое спокойное. Без тени тех ужасов, которые они пережили ночью. Она не хотела умирать.

— Нужно выбрать отсюда и как можно скорее сообщить о происходящем, — уверенно заявила Лата. — Где здесь выход?

Парень осмотрелся по сторонам, стараясь сориентироваться.

— Если я не ошибаюсь, то мы сейчас на первом уровне под базой. Выход должен быть в той стороне. Там лестница. Ведёт на нулевой уровень складского блока.

Не теряя времени, они направились по техническому туннелю. Радж и идущая следом за ним Лата старались двигаться как можно тише. Девушка каждую секунду ждала, что из за поворота появится один из хашмитов. У них не было совершенно никакого оружия. Вообще ничего, что можно было бы использовать для собственной защиты. Почти. Проходя мимо тележки с ремонтным оборудованием, Радж прихватил с неё лежащий на ней тяжёлый ключ. Идя по коридорам, они через минуту дошли до развилки.

— Куда дальше?

— Выход должен быть здесь, — сказал он, указав на боковую, ведущую наверх лестницу. — Быстрее.

Поднявшись по ней, Лата быстро узнала это место. Серые стены. Такие же были в том самом складском блоке, где её вырубили парализатором. Догадка оказалась верной. Стоило им всего один раз повернуть, как девушка моментально увидела знакомый коридор. У стены на полу валялись раскрытые коробки с едой, которые она так и не донесла. И выход в конце, перекрытый дверью.

Они бросились к ней бегом. Уже не скрываясь. Торопясь как можно скорее выбраться наружу. Лата успела первой и ударила ладонью по панели управления дверью, но ничего не произошло. На ней горел красный огонёк блокировки.

— Ну?! Открывай! — Стоящий за ней Радж не заметил произошедшего.

— Она заперта!

— Что? Отойди.

Нетерпеливо отодвинув стоявшую перед ним девушку, парень присел у панели.

— Дерьмо. Тут стоит блокировка.

— Наверное поставили после того, как я на них наткнулась, — предположила Лата.

— Может быть. Да, скорее всего ты права.

— Можешь открыть?

— Без шансов, — покачал он головой, быстро осмотрев панель доступа. — Здесь уже нормальная система. Даже если я отрублю питание, она на своих аккумуляторах. А попробуем вскрыть, она заблокирует замки намертво.

Лата выругалась, подавив упрямое желание выхватить из рук Раджа ключ и от души врезать им по двери.

— А другие выходы?

— В складской зоне, но...

— Тогда идём туда.

— Стой! Подожди немного.

— Что ещё?

Радж выглядел растерянным. Сомневающимся. Лата пристально посмотрела ему в глаза.

— Радж, в чём дело?

— Именно там находятся спуски в коммуникационные тоннели и...

— И что...

Лата замолчала, поняв у чему именно клонит Радж.

— Именно от туда можно попасть в переходы М-43 и АН-84. Это те туннели, о которых они меня спрашивали, — произнёс он, подтвердив её собственные мысли. Здесь же раньше старый порт был. А значит и они могут быть там.

О том, что «Багран» был построен на том месте, где находился старый столичный космопорт Лата знала и так. После строительства нового, к югу от Джайпур-Бана и подписания указа о создании полноценных вооружённых сил, именно старый космопорт был выбран в качестве основы для главной военной базы на планете. Сделано это было из за уже существующего наличия огромного количества коммуникаций и готовой инфраструктуры. Правда многочисленные перестройки привели к тому, что огромное количество старых, бывших ещё во то время, когда действовал космопорт, тоннелей, оказались заброшены или просто не использовались, так как в них не было необходимости. Некоторые вообще отсутствовали на планах.

Тогда, какого дьявола, здесь было нужно этим хамитским ублюдкам? Что они задумали?

Девушка раздумывала едва ли больше нескольких секунд.

— Идём.

14 часов 30 минут

Вольфганг сверился с картой на своём планшете. Отмеченные на экране транспорты быстро двигались в сторону столицы. Уже совсем скоро они будут на месте.

— Десятиминутная готовность, — громко крикнул он. — Занять места в машинах.

Его люди моментально выполнили приказ. Спокойные и уверенные в себе Дирг и Генрих. Леон, с выражением холодной сосредоточенности и отрешенности на лице. И бросающая на него не взволнованные взгляды Ренейт. Вольфганг покачал головой.

Когда они вернутся на базу, нужно будет сделать с этим что-то. Если Рен будет думать о Леоне больше чем о выполнении своей задачи, то Альфреду не останется ничего другого, как убрать её из отряда. А он этого не хотел. Будет чертовски не просто найти другого пилота, который будет близок к ней по навыкам пилотирования мобильных доспехов. Они уже и так потеряли Райнхарда, которому теперь придётся искать замену. Уход Ренейт образует новую дыру в отряде, которую придётся закрывать. А значит нужно будет тратить время на дополнительные тренировки, что бы новички влились в отряд и научились правильно взаимодействовать внутри него.

Только дилетанты могут считать, что стоит собрать подразделение из квалифицированных пилотов и они сразу же станут грозной силой. Глупость, которая слишком часто находила подтверждение в крови. Альфред по опыту знал, что хорошо спаянный и сработавшийся друг с другом отряд средненьких по навыкам пилотов, при прочих равных, сможет противостоять группе из более квалифицированных, но не подготовленных к работе друг с другом людей. Личные навыки, это конечно очень хорошо. Они играют очень важную роль. Но война — это командный спорт. Сплочённый отряд всегда будет несоизмеримо эффективнее чем наспех собранная группа не умеющих работать друг с другом солдат. Конечно, порою попадались настоящие монстры, навыки которых находились на абсолютно другом, ином уровне. Их можно было назвать самыми настоящими чудовищами на поле боя. Но даже они не смогли бы в одиночку противостоять полноценному и слаженному боевому отряду состоящему из закалённых профессионалов.

Так что с этой проблемой ему придётся что-то решать. И желательно побыстрее.

Транспорт в котором они находились был под завязку забит доспехами. Пять рейнских машин и ещё три хашмитских доспеха. Места между боевыми роботами едва хватало для того, что бы их пилоты могли добраться до кабин. И то, им приходилось делать это, чуть ли не ползая друг у друга по головам. И в остальных транспортах сейчас творилось тоже самое. Абал явно решил поставить все фишки на эту ставку. Двадцать три мобильных доспеха и почти сотня солдат, облачённых в штурмовые бронекостюмы. Это были все резервы, которые смогли наскрести хашмиты для этой операции. И дело было даже не столько в том, что на подготовку у них было крайне мало времени. Просто для этого дела они выгребли всё, что у них было под чистую.

Это было хорошо заметно по внешнему состоянию наспех подготовленных к бою мехов. Многие по прежнему носили не устранённые повреждения после ночного сражения. Некоторые машины пришлось разобрать на запчасти, что бы наскоро подготовить другие.

Альфред в очередной раз задумался о том, в какой именно момент, операция стала развиваться совершенно не по подготовленному плану. Потратив на размышления не больше нескольких секунд, он вновь пришёл к уже и так известному ему выводу. Дерьмо попало на вентилятор в тот момент, когда горячо любимое руководство решило, что управлять ходом операции должны яйцеголовые и СВР, а не кадровые военные офицеры. Там где Альфред видел проблему и искал методы её наиболее эффективного решения, Каспар видел эфемерные возможности и выгоды, и старался подстроить ситуацию под свои желания, вместо того, чтобы самому подстраиваться под ситуацию.

Отбросив бесполезные размышления о несправедливости судьбы, он повернулся к стоящим за его спиной хашмитским пилотам. Молодые ребята, которых они с отрядом обучали почти полгода. Вольфганг лично знал многих из них. И большинство из них не пережили прошедшую ночь. Война была самым суровым и жестоким из всех дарвинистских процессов, безжалостно выбраковывая слабых. Остались лишь самые опытные. Или самые везучие.

Абал приставил к ним целый взвод. Шесть машин. Три из них находились сейчас в одном транспорте с рейнцами, а ещё три были погружены на другой. После того, как всё начнётся, они будут выполнять роль поддержки для доспехов Протектората. Конечно, если бы не предложенная ему честь, Вольфганг предпочёл бы отказаться от такого подарка судьбы. Но выбора у него не было. Приказы всё ещё оставались приказами и Альфред, как хороший солдат, всегда их выполнял. Чёртов Каспар, — в очередной раз подумал Альфред, но ничего не мог с этим поделать. Так что ему придётся некоторое время потерпеть «детишек», которых посадили ему на шею.

Вольфганг подошёл к своей машине и цепляясь руками за пластины брони залез в кабину. Предстартовая подготовка была уже проведена и все системы горели успокаивающим зелёным светом. Боезапас и энергетические накопители были заполнены на сто процентов. Для этой вылазки все их доспехи были упакованы под завязку. В особенности, это касалось Дирга и Рен. Их «Бакхауфы» обладали огромной огневой мощью, а разрешение Альфреда дало им возможность взять с собой самые смертоносные игрушки из доставленного на Сульфар снаряжения.

Люк за спиной пилота мягко закрылся. Экран услужливо сообщил пилоту об успешной герметизации кабины. Его «Шварц» был готов к бою. Коснувшись панели связи, Вольфганг открыл доступный лишь его отряду канал связи.

— Проверка готовности.

— Всё зелёное, — тут же отозвался Генрих.

— Заряжен и готов, босс, — не отстал от него Дирг.

— Все системы в норме, капитан, — послышался из динамиков голос Ренейт.

— Готов, — кратко и холодно отозвался Леон.

— Отлично. А сейчас, слушайте сюда. После начала, выполняем свою часть плана. Держимся вместе и прикрываем друг друга. По отдельности в бой не вступать. Всё поняли?

Кабину «Шварца» наполнил согласный хор голосов пилотов. Альфред с раздражением заметил, что одного голоса он в нём не услышал.

— Леон? Ты вся понял? Подтверди.

— Да, сэр. Всё понял.

Голос парня прозвучал холодно и отстранённо. Такой тон больше подходил бы роботу, чем человеку из плоти и крови. Альфред подумал, что возможно ему действительно стоило бы оставить его на базе.

Но сейчас уже поздно что-то переигрывать и менять.

— Вы знаете, что Абал посадил нам на шею своих ребят. Следите, что бы эти болваны не лезли под наш огонь. Будем надеяться, что они не будут мешаться нам под ногами. В случае необходимости, будем им помогать, но выполнение задания в приоритете.

Получив подтверждения, он быстро переключился на основной командный канал связи.

— Абал. Это Вольфганг. Мы готовы.

Надменный сульфарец не заставил себя долго ждать и ответил практически моментально.

— Я понял, аджанби. Ждите моих приказов.

— Да уж куда мы денемся, — хмыкнул рейнец себе под нос.

— Вот и отлично. Выполняйте мои приказы. Делайте так, как я скажу и сегодня мы победим.

"Ага", — подумал Альфред. — "Сказал слепой, посмотрим".

14 часов 36 минут

Воздушное пространство над базой «Багран»

Военно-транспортный бот сделал круг над базой и быстро начал снижаться. Оджас был единственным пассажиром, который находился на его борту помимо двух пилотов и ещё двух гвардейцев своей личной охраны, которые сейчас сидели напротив него в комфортабельных креслах.

Потребовалось всего десять минут полёта, что бы добраться от дворца до базы, которая располагалась на севере Джайпур-Бана. И всё это время генерал постоянно получал непрерывные отчёты с орбитальной станции астроконтроля. И с момента последнего доклада, ситуация стала лишь хуже.

Сейчас у орбитальных телескопов был уверенный визуальный контакт с приближающимися к планете кораблями. Они продолжали тормозить, замедляясь для выхода на орбиты и по прежнему высокомерно игнорировали любые попытки связаться. Согласно полученным донесениям, это были четыре эсминца и два крупных транспорта. Самар не был фаталистом. Он был реалистом. И как профессиональный военный, прекрасно понимал, что могло скрываться в трюмах этих кораблей. В конце концов, зачем ещё было тащить сюда эти транспорты.

Бот накренился и мягко зашёл на посадку, опустившись на посадочную площадку. Оджаса уже ждал кар с раскрытой дверью, что бы доставить его в центр управления. Он не успел дойти нескольких шагов до машины, когда планшет в его руках мигнул, уведомив хозяина о новом сообщении.

Орбитальная станция астроконтроля Валетрии

Капитан Джохар Прем

Главнокомандующему армии, генералу Самару Оджасу

Сэр, с сожалением вынужден сообщить, что результаты поисков отрицательные. Нам не удалось обнаружить никаких следов спасательных капсул с кораблей Амара Харшада и аварийных сигналов о помощи..

Пальцы сжали прочный пластик с такой силой, что у Самара побелели костяшки пальцев. Простое сообщение. Оно продолжалось, включая в себя различную дополнительную информацию, но это уже не имело никакого смысла. Никаких признаков того, что кто-то спасся с «Тиминтала» и других корветов. А даже если это было не так, то они всё равно ничего не могли сейчас сделать. Шесть кораблей крохотного сульфарского флота погибли меньше чем за двенадцать секунд. Оказались стёрты из реальности вместе с людьми, которые ими управляли.

Даже если им каким-то чудом удалось выжить, то они сейчас всё равно ничего не могли сделать. Эти незнакомцы уже показали свою силу. Показали, что готовы применить силу, не взирая ни на что. Мог ли Оджас отдать сейчас приказ о том, что бы направить дополнительные суда на поиски выживших? Каковы шансы, что эти мерзавцы позволят сделать это? Запасы кислорода в системах жизнеобеспечения индивидуальных скафандров должно хватить на двадцать часов. А что потом? Если только этим людям дьявольски не повезёт, их ждала ужасная судьба умереть от удушья посреди безжалостной и бесконечной пустоты.

Машина быстро доставила Оджаса к центральному блоку базы. Двадцати этажное здание возвышалось в самом центре «Баграна», уходя в верх ромбовидным шпилем. На его белых стенах был изображён герб сульфара, взгляд на который быстро напомнил Самару о том, что у него всё ещё есть работа.

Войдя в здание, генерал направился на центральный командный пункт, расположенный на минус четвёртом этаже под землёй.

— Доклад?! — резко приказал он, едва войдя в помещение ЦКП.

— Без изменений, генерал, — ответил молодой и высокий офицер, оторвавшись от масштабной голограммы планеты и находящегося рядом с ней пространства.

— Майор Сабах, — с уважением кивнул ему Оджас. — Я думал, что вы всё ещё в Катак-Репале.

Мало кто теперь не знал одного из главных героев ночного сражения и последующего разгрома сил фанатиков. Именно Сабах получил большую часть лавр за реализацию своего плана. Самар ещё утром отметил, что вся эта шумиха сильно смутила удивительно молодого для своей должности офицера.

— Вернулся сюда час назад, сэр. В городе не требуется моя помощь. Там мы практически закончили, а здесь всё похоже только начинается. Хотите кофе, сэр?

— Да уж, — Самар с грустью улыбнулся. — Не откажусь.

Отмеченные алым точки на голограмм неумолимо приближались к планете.

— Как дела во дворце? — спросил Сабах, передав генералу исходящую паром чашку с крепким кофе.

— Его величество вместе с семьёй и членами совета укрылись в убежище под дворцом, — ответил генерал, сделав осторожный глоток, чтобы не обжечь губы. — Я уже приказал поднять по тревоге все силы безопасности столицы. Сейчас они должно быть готовят своих людей.

— Не лучше ли будет вывезти короля вместе с семьёй?

— Вывезти куда? Там куда безопаснее, чем в любом месте. Бункер под дворцом способен выдержать ядерную бомбардировку. Это не говоря о том, что у в случае необходимости у них есть подземная транспортная магистраль, которая в случае чего сможет увести их из убежища. Что с системами ПКО.

Заданный вопрос отвлёк Самара от тяжёлых мыслей, позволив переключиться на «рабочий» вопрос.

— Орудия противо-космической обороны вокруг столицы и базы приведены в полную боевую готовность. Ракетные шахты сейчас проводят проверку. Её закончат через тридцать минут. Кто бы не были эти мерзавцы, сэр, если они они сунуться в пространство над нами, то сильно об этом пожалеют, — Сабах замолчал, а затем осторожно добавил. — Если честно, генерал, после произошедшего с нашими кораблями, я искренне надеюсь на то что они это сделают.

Оджас отстранённо кивнул, согласившись со словами своей соподчинённого. ПКО Столицы состояли из семи тяжёлых энергетических батарей планетарного базирования и комплексов ракетных шахт. Следует признать, что не смотря на то, что эти орудия можно было назвать устаревшими, это совершенно не означало, что они были не эффективными. Да, из за рассеивающего эффекта атмосферы лазерные орудия сильно теряли в дальности и мощности импульса по сравнению со своими аналогами предназначенными для действий в космосе. Но и сражение в данном случае велось на куда более меньших дистанциях. Дальности поражения этих монстров хватит для поражения целей на высоких орбитах до пяти тысяч километров. А в случае, если их «гости» не решатся подойти ближе, у них были ракеты шахтного базирования. Не очень много, но достаточно, чтобы неприятно удивить возможного противника. Все системы управления системами ПКО сходились сюда, в центральный командный пункт, из которого можно было моментально отдать приказ на открытие огня.

Поэтому, Самар прекрасно понимал желание майора отомстить. Злость прорывалась в людях, несмотря на военную дисциплину. Они устали. Воистину, это был наверное самый тяжёлый день в карьере Оджаса. Но в тоже время, он искренне надеялся на то, что в будущем у него будет возможность вспомнить об этом.

Оставалось немногое. Сделать так, чтобы у них это самое будущее было.

Люди вокруг генерала и майора старались спокойно и деловито выполнять свою работу, скрывая царящую в их сердцах тревогу. Генерал был прав. Они устали. Физически и эмоционально. Некоторые люди, подобно майору, отказались идти отдыхать, стараясь принести как можно больше пользы и помогая всем чем было возможно. Возможно поэтому, один из операторов слишком поздно обратив внимание на небольшое изменение, произошедшее на радаре.

Транспортный конвой везущий гуманитарную помощь и принадлежащий одной из самых влиятельных семей королевства. Его отметки горели на дисплее. Их уже дважды проверяли. Сначала, когда они были замечены одним из патрульных катеров. Естественно, что подобное не осталось незамеченным. Сразу же был сделан официальный запрос, что бы подтвердить принадлежность этих машин. И дом Керан Су незамедлительно подтвердил эти данные. Эти машины принадлежали им и направлялись к Джайпур-Бану. Достаточно рядовое событие. Это был не первый подобный конвой, которые направлялись к городу этим утром. Поэтому приближающиеся машины были отмечены и...

...забыты, как нечто не требующее постоянного внимания.

И когда они резко свернули со своего маршрута, это заметили слишком поздно.

Глава 15

14 часов 42 минуты

Лата коснулась панели. Дверь тихо скользнула в сторону, открыв её глазам огромное помещение внутренней складской зоны.

— Ну что там? — спросил замерший за её спиной Радж.

Девушка обернулась. Стоящий рядом с ней техник по прежнему был одет лишь в одно нижнее белье и сжимал в руках найденный им тяжёлый ключ.

Добираясь сюда по коридорам, они пытались проникнуть внутрь других помещений, но все замки предательски горели алыми огоньками блокировки. Радж попытался открыть одну из них, но натолкнулся на ту же самую систему защиты, которая была и на выходе. В итоге, им пришлось следовать уже состоявшейся идеи и добираться до складской зоны. От туда на улицу вело сразу несколько выходов и по словам Раджа, они служили для доставки малогабаритных грузов и имели ручную систему отпирания.

И сейчас, они оба стояли на пороге огромного склада, освещенного расположенными на потолке лампами и проникающим через широкие окна на крыше светом. Он был заставлен почти на половину стандартными грузовыми контейнерами, которые покоились на антигравитационных поддонах для удобства транспортировки. На специально огороженный и освещённой площадке стали несколько репульсорных погрузчиков. Всю левую часть склада занимали высокие, пятиметровые стеллажи из толстых стальных балок, на которых хранились контейнеры меньшего размера.

— Вроде тихо, — шёпотом ответила ему девушка. — Где ты сказал расположены выходы?

— В дальней части. Справа. У западной стены, — быстро ответил Радж, а затем беспокойным голосом добавил. — Видишь кого нибудь?

— Нет, говорю же. Мне отсюда вообще ни черта кроме самого склада не видно. Радж, ты точно сможешь открыть один из этих грузовых выходов?

— Да.

— Уверен? Потому что иначе...

— Да уверен я, уверен, — нетерпеливо и даже резко оборвал он её. — Говорю же, там есть ручная система разблокировки на случай если питания не будет и нужно будет срочно что-то доставить или забрать...

Он так внезапно замолчал, что Лата моментально повернулась, готовая к тому, что на них напали со спины. Но кроме них двоих в коридоре по прежнему никого не было. Она посмотрела замершему парню в глаза, отчётливо увидев в них внезапный испуг.

— В чём дело?

— Чёрт... Я забыл. Если мы сейчас попробуем открыть один из выходов в ручную без внесения в электронный журнал, то поднимется тревога.

— Так это же отлично, Радж, — Лата впервые за последний час почувствовала себя лучше при этих словах. — И пускай. Мы лишь предупредим наших о том, что здесь творится.

— Ты... Ты не понимаешь, — парень нервно сглотнул. — Тревога поднимается сразу же, как я попытаюсь разблокировать дверь. А мне нужно на это несколько минут. Они узнают, что мы здесь. Понимаешь?! Те кто убили Ваза! Они же должны быть где-то здесь.

Лата всё поняла. Хватило одного взгляда на стоящего перед ней парня, который мокрыми от пота руками вцепился в инструмент. Он сжимал его с такой силой, словно в данный момент это было единственное, что хоть как-то придавало ему храбрости и сил.

А ведь она чувствовала себя точно так же. Она была напугана происходящем не меньше, а возможно, благодаря своему опыту, даже больше чем стоящий перед ней молодой парень. Просто Лата пыталась контролировать свой собственный страх. Сдерживала его. После всего пережитого ночью это было не так то и сложно сделать. Особенно когда понимаешь, что стоит на кону.

— Радж, пожалуйста, послушай меня. Нам нужно отсюда выбраться. Нужно предупредить о том, что эти ублюдки здесь. А для этого, нужно выбраться отсюда. Понимаешь?

Радж сглотнул и отрывисто кинул.

— Да. Да, я понимаю. Просто...

Лата положила ладонь на его руку, которой он сжимал ключ. Его пальцы были напряжены, как будто выточенные из камня.

— Я понимаю, но это нужно сделать.

Он боялся. Это было хорошо заметно. Но покрасней мене, он старался держать себя в руках.

По крайней мере пока что.

— Хорошо. Тогда пошли.

Парень кивнул и последовал за ней. Они шли по безлюдному, уставленному грузовыми контейнерами складу. Различные маркировки сообщали о скрытом внутри содержимом. Похоже, здесь был склад дополнительных частей к для техники и мобильным доспехов. Лата видела контейнеры в которых, если судить по надписям, хранились комплекты синтетических мышц, дополнительные приводы, блоки гироскопической стабилизации и другие детали, часто очень необходимые в ремонте этих боевых машин. В её голове появилась мысль о том, что бы попробовать поискать среди них. Вдруг что-то могло бы пригодиться. Но практически сразу же она отбросила эту мысль. Оружия или боеприпасов здесь быть не могло. Подобные вещи хранились в подземных арсеналах. А возиться и тратить сейчас время на вскрытие контейнеров было не позволительной роскошью. Да и не факт, что они найдут что-то подходящее.

Пройдя мимо нескольких высоких, уставленных контейнерами стеллажей, Лата и Радж дошли до погрузочной зоны. Специальный лифт, предназначений для грузовых контейнеров, опускал их вниз, где находились проложенные под поверхностью базы туннели. Они значительно облегчали доставку негабаритных и крупных грузов. Можно было просто спустить нужные тебе ящики с запчастями вниз и на антигравитационных поддонах быстро переместить до нужного ангара, где находились такие же лифты.

Но сейчас, было заметно, что лифтом кто-то пользовался. Платформа была опущена вниз, а рядом с ней находились вскрытые контейнеры. По каждому бежали маркировки арсеналов базы и строчки обозначающие хранящиеся внутри них снаряжение. Проходя мимо, Лата успела прочитать надписи на одном из них. От увиденного девушку пробил холодный пот.

— Радж, нужно поторопиться.

— Что? — Парень вздрогнул, услышав тревогу в её голосе и обернулся. — В чём дело? Что это?

Не теряя время даром, Лата ухватила его за локоть и повела в направлении выхода, о котором говорил техник.

— Это контейнер от гребной ТПББ. Быстрее...

— Что?! Что это ещё за хрень?!

— Тяжёлая противобункерная бомба. Это контейнер с нашего склада. Радж нужно...

Её слова прервал звук работы гидравлических приводов. Он раздавался из тускло освещённого провала. Платформа грузового лифта начала медленно подниматься.

Девушка резко толкнула замершего на месте Раджа и чуть ли не подталкивая загнала за один из стеллажей. Они едва успели во время. Платформа поднялась наверх, но была она отнюдь не пустой. На ней стояли четверо мужчин в форме технического персонала базы. Они о чём то тихо разговаривали, но с такого расстояния девушка не слышала о чём именно. Двоих Лата узнала моментально. Это были те самые ублюдки. Суман и Хариш. Кажется так их звали. Двоих оставшихся, Лата видела впервые. А вот Радж, похоже нет. Он замер и смотрел на лица двоих незнакомцев с глазами полными ужаса от узнавания.

— Как они... — Прошептал он с удивлением и непониманием в голосе. — Этого не может быть.

— Ты знаешь их?

— Это Шаши и Нишант. Они работали с нами в параллельной смене. Но они же... Дьявол, я же знаю их три года, Лата!

— Радж, пойдём. Нужно валить отсюда. Пойдём.

Лата потянула его в тень между стеллажами с контейнерами. Поняв, чего от него хочет девушка, парень повернулся в сторону выхода. Но он сделал это слишком резко и случайно задел сжимаемым в руках ключом о стойку стеллажа. Громкий металлический звон разнёсся по складу, эхом отражаясь от стен. Отголоски тихих разговоров, которые слышала Лата моментально исчезли.

Окружающий мир словно замер и погрузился в тяжёлую, давящую тишину.

Радж не выдержал первым. Парень сорвался с места раньше, чем Лата успела сделать хоть что-то и побежал.

— Они там!

— Хариш стой! Это...

— Наплевать. Бери с собой Нишанта. Займись Халидом и остальными Суман. Мы здесь разберёмся...

Импульсная винтовка взвыла, вспоров тишину склада своей стрельбой. Более сотни впущенных в слепую зарядов прошили воздух над головой у упавшей на пол девушки, разрывая на части ящики с запчастями и пластиковые контейнеры. Они разлетались во все стороны усеивая пол. Всё что оставалось Лате это сжаться в комок, прикрыв голову руками и молится, что бы её не задело.

Неожиданно стрельба прекратилась. Может быть у стрелка кончился магазин, или ещё что. Лата не собиралась гадать. Она на четвереньках переползла под самой низкой стеллажа и перекатилась на другую его сторону.

Как раз вовремя. В проходе между рядами полок появились две фигуры. Одна держала в руках винтовку, из тех, которыми пользовались королевские гвардейцы. Второй же выглядел безоружным, но Лата прекрасно знала, что это совершенно не так. Она сразу же узнала худого ублюдка. Это он холоднокровно убил Ваза у них на глазах. Это он чуть не убил её саму.

— Проверь с другой стороны. Нужно найти крысёнышей.

Хашмит с винтовкой кивнул и повернувшись пошёл к следующему ряду стеллажей. Лата едва успела забраться под полку и спрятаться.

— Мышка, мышка, мышка... Где же ты прячешься?

Хариш медленно шёл между рядов, поигрывая непонятно откуда взявшимся в руке ножом.

Лата слышала шаги с другой стороны. Она замерла под нижней полкой, стараясь дышать как можно меньше. Всё было покрыто пылью, которая набивалась в нос и рот при малейшем вздохе.

Шаги были всё ближе и ближе. Размерянный топот каблуков по твёрдому покрытию пола раздавался всё громче. Приближался. Девушка дрожала. Спрятавшаяся под полками стеллажа, зажимая рот, чтобы не вдохнуть грязи и пыли, она даже дыхание задержала, лишь бы не издать способный выдать её звук.

Совершенно внезапно, до неё донёсся приглушённый рокот. Глухие хлопки, словно громовые раскаты в отдаление, сопровождаемые едва заметной дрожью грязного пола на котором она лежала. Кто-то, возможно, действительно мог признать эти звуки за последствия бушевавшей стихии. Но не она. По телу девушки прокатились капли холодного пота от осознания того, что она только услышала. Человек, который хоть раз слышал эти звуки на поле боя уже никогда не спутает их с ударами грома.

Звуки взрывов. И услышала их, не она одна.

— Похоже мои друзья уже здесь. Слышишь меня, мышка? Я тебя найду. — голос прервался скрежетание метала о метал. Харишь провёл кончиком лезвия по балке одного из стеллажей. — И когда найду, то выпотрошу тебя. Сделаю это тем самым ножом, которым убил вашего дружка. Я же знаю, что это ты. Ты и тот дружок, которого...

Последние слова потонули в громком крике. Он эхом разнёсся по складу и тут же был прерван басовитым стрекотом импульсной винтовки. Всё произошло настолько внезапно, что не готовая к такому Лата дёрнулась в своём укрытии. Инстинкты требовали от неё, кричали чтобы она бежала. Спасала свою собственную жизнь. Но она продолжала неподвижно лежать. Рискнуть и попытаться сбежать или же остаться в надежде, что её не заметят. Что лучше? Как поступить? Эти мысли смерчем метались в её голове и она не могла решиться выбрать какую-то конкретную из них.

И пока она ждала, этот выбор сделали за неё.

— Привет, мышка.

14 часов 57 минут (несколькими минутами ранее)

— Начинаем! — спокойно произнёс Абал по системе связи. — За Шейха Рустала!

— За Шейха Рустала — вторили ему сотни голосов.

Колонна из восьми направляющихся к столице грузных и больших транспортов неожиданно и резко повернули влево. Они моментально увеличили свою скорость. Один из транспортов, подчиняясь заранее разработанному плану, быстро вырвался вперёд. С каждой секундой он всё больше и больше отрывался от своих товарищей, направляясь прямо к базе.

Абал ждал, что их неожиданная смена курса моментально вызовет хоть какую-то реакцию. Он был готов к чему угодно. Ждал немедленных приказов от охраны базы, но система связи транспорта соединённая с его доспехом молчала. Благодаря своим людям, которые находились на территории «Баграна» им хорошо были известны силы, которые охраняли базу. И они были достаточно велики, чтобы поставить под угрозу все их планы.

Но, прошла почти минута, прежде чем по системе связи транспорта разнеслись первые встревоженные сообщения и приказы немедленно остановиться и опознать себя. А за это время, вырвавшийся вперёд грузовик, уже набравший максимальную скорость приближался к своей цели. На обзорные дисплеи командирского «Дуллахана» выводилась картинка с внешних камер грузовиков. Абал хорошо видел, как пропускной пункт у ворот базы пришёл в движение. Автоматические пушки расположенные на стенах повернулись стволы своих орудий в их сторону.

— Римжат! Приступайте!

— Да Наиб.

Два грузовика, идущие в хвосте колонны, покрылись вспышками, когда сработавшие пироболты сорвали маскировочные панели в задней части их корпуса и обнажая скрытые под ними ракетные установки. В облаках дыма и рёве пламени более сорока ракет одна за одной вырвались из пусковых контейнеров и начали стремительно набирать высоту. Всего какие-то жалкие сто метров, но большего им было и не нужно. Головки наведения моментально ухватились за источники тепла, направляя снаряды к цели. Они быстро обогнали вырвавшийся вперёд грузовик, расчертив небо тонкими, дымными следами.

И если до этого момента охрана базы ещё могла иметь хоть какие-то сомнения, то сейчас они развеялись под ударом безжалостной действительности. Автоматические пушки, расположенные у входа на базу, повернулись, отыскивая цель. Управляющие ими директивы моментально определили приближающиеся ракеты, как основную угрозу и открыли огонь, заполняя небо над базой разогнанным до сверхзвуковых скоростей металлом. Поражённые выпущенными снарядами ракеты начали взрываться прямо в воздухе. Некоторые просто разваливались, падая в низ после первого же попадания. Защищавшие базу автоматические пушки были универсальны для работы как по наземным, так и по воздушным целям. Они обладали достаточно скорострельность, что бы перебить все приближавшиеся к ним ракеты, будь у них только на это время. Четвёрка «Шахов», несущих дежурство у входа на базу сразу же поддержали своим огнём пушки автоматической обороны.

Но к сожалению, именно времени у них не было. Как бы хорошо не была управляющая ими автоматика, у них просто не было достаточного количества времени, что бы сбить каждую из сорока приближающихся ракет. Расстояние было слишком маленьким. Всего через двенадцать секунд, после того как оборонительные орудия открыли огонь, двадцать четыре ракеты обрушились на центральный защитный пост и прикрывавшие его автоматические пушки. Всё это исчезло в пламени разрывов. Целая секция окружавшей базу стены длинною в сорок метров просто исчезла, погребённая в пламени под этим страшным напором. Охранный пост. Пропускной пункт. Автоматические орудия. Мобильные доспехи. Всё это оказалось поглощенно безжалостным, всепоглощающим огнём. Королевские мобильные доспехи попытались воспользоваться прыжковыми ускорителями, чтобы попытаться выйти из зоны поражения, но сделать это успела лишь часть из них. Два «Шаха» оказались разорваны в клочья под ударами ракет.

И только в этот момент, над базой пронеслись первые завывания тревожной сирены.

Вырвавшийся вперёд транспорт достиг разрушенных ворот базы и разорвав облако чёрного дыма ворвался на территорию «Баграна». Не сбавляя скорости, он резко свернул в сторону. Благодаря своим людям на территории базы, Абал и его офицеры очень хорошо знали планы расположения большей части строений, находившихся на её территории. И сейчас, до выбранной цели оставалось всего каких-то четыреста метров. Разогнавшийся транспорт преодолел их за жалкие пятнадцать секунд. Солдаты охранявшие базу, поняв куда именно направляется грузовик, открыли по нему огонь из своих винтовок. Многие даже попали. Их выстрелы с лёгкостью пробивали корпус грузовика. Тонкий метал рвался словно бумага, когда к ним присоединился один из «Шахов», уцелевших при ракетном обстреле. Он успел дать длинную очередь, буквально изорвав всю заднюю часть грузовой машины, но так и не смог её остановить.

Даже не думая о том, что бы замедлиться, машина врезалась в приоткрытые створки ворот главного ангара базы, где в ожидании технического обслуживания стояли мобильные доспехи. Восемнадцать из тридцати машин, которые были приписанные к охране базы и всегда находились в состоянии боевой готовности. Сейчас часть из них не находились на дежурстве, но машины всё равно были готовы к действию. Пилотам нужно было лишь занять места в кабинах доспехов и они были бы готовы к отражению любой опасности. Но такого шанса им попросту не дали.

От удара кабина грузовика смялась. Но этого было недостаточно, что бы остановить разогнанные двести одиннадцать тон массы грузовика и того, что находилось внутри него.

Двадцать две тонны загруженной на него взрывчатки сдетонировали ровно через две секунды после удара. Чудовищной силы взрыв взметнулся в небо, разрушив ангар практически целиком, убив всех, кто находился внутри и рядом со зданием. Гора обломков взметнулась в небо на сотни метров и разлетелась во все стороны. Обломки задания, куски оборудования и мобильных доспехов , изувеченные тела. Они разлетелись во все стороны, врезаясь в стоящие на базе здания. Взрывная волна выбила практически каждый стеклопакет на базе, лишь добавив хаоса и разрухи.

Семёрка хашмитских транспортов к этому моменту успела подойти к разрушенному ракетным ударом входу на базу. До превращённого в руины пропускного пункта оставалось едва ли больше пятисот метров, когда Абал отдал новый приказ.

Боковые панели, закрывавшие грузовые отсеки, сдвинулись и поднялись вверх. Двадцать три мобильных доспеха выпрыгивали наружу прямо на ходу и используя прыжковые ускорители моментально устремлялись к базе. Один из доспехов прыгнул слишком высоко, поднявшись над базой всего на тридцать метров, но этого было более чем достаточно, что бы на нём смогли сосредоточить огонь орудия обороны периметра с другой стороны базы. Несчастную машину изрешетило прямо в воздухе, разорвав на куски.

— Пошли, пошли, пошли! — прокричал Альфред, выводя свой доспех наружу. — Предел высоты двадцать метров пока не подавим орудия!

«Шварц» Вольфганга выпрыгнул наружу и моментально развернулся в воздухе на девяносто градусов. Альфред поморщился, когда доспех увело в сторону на несколько метров сильнее, чем он рассчитывал. Навешенная на него масса дополнительной брони вместе с оружием придала машине большую инерцию. Мощный импульс ускорителей бросил доспех вперёд. Слева и справа моментально появились машины Леона и Генриха. Более крупные «Бакхауфы» чуть отстали. Следом за ними неслись хашмитские доспехи. Рейнские доспехи были остриём этого разящего копья.

Для этого боя на «Шварцах» заменили дальнобойные рейлганы на более полезные в ближнем бою скорострельные сорокамиллиметровые импульсные пушки. Зарядные гильзы посыпались на землю, когда Вольфганг открыл огонь. Генрих и Леон последовали за ним. Двойка выживших при ракетном ударе королевских «Шахов», взорвались, получив по десятку прямых попаданий каждый. На такой небольшой дистанции никакая броня уже не спасёт.

Бетонное покрытие базы перед ними лопнуло, словно по нему прошлись цепной пилой. Успевший взлететь десантный бот открыл огонь по атаковавшим базу мобильным доспехам едва поднявшись в воздух. Установленный под его носом роторник вспорол воздух и хлестнул по бросившимся в рассыпную хашмитским и рейнским машинам.

Идущая слева от Вольфганга машина Генриха среагировала первой и развернулся в сторону новой угрозы. Установленный за левым плечом блок управляемых ракет повернулся и одну за другой выпустил три ракеты. Снаряды за пару секунд преодолели расстояние до своей цели. В последний момент пилот бота бросил машину в сторону и смог увернутся от первой ракеты, но вторая ударила прямо в кабину, разорвав её на части. Горящий и потерявший управление бот закружился в воздухе, перевернулся и рухнул на расположенные в западной части базы технические строения. В воздух взметнулось новое облако взрыва.

— Босс! — Королевские доспехи! Северо-Запад двести.

— Дирг, Ренейт, займитесь ими. Леон и Генрих со мной.

Да, глупо было надеяться, что им удасться избавится от всех машин находившихся в охранении базы, — отстранённо подумал Вольфганг, укрыв «Шварца» за зданием от огня королевских доспехов. Хашмиты уже доказали, насколько действенной была тактика использования загруженных взрывчаткой брандеров при наличии эффекта неожиданности. Но после ночного столкновения охрана базы была усилена. Два «Шаха» и три более тяжёлых «Ракшасса» заняли позиции в двух сотнях метров от них, поливая огнём доспехи хашмитов и рейнцев. Стоило людям Рустала проникнуть на территорию базы, как Абал моментально бросил все свои машины на прорыв к цели, оставив работу по зачистки на людей Альфреда и Садхира. Пехота в бронекостюмах быстро продвигалась следом за ними, безжалостно добивая всех, кто встречался ей на пути.

Вольфганг до последнего пережевал о том, что навязанные им волей этого зазнавшегося ублюдка сульфарские юнцы будут лишь путаться под ногами у его людей. Но к его собственному удивлению, пока что всё шло хорошо. Садхир и его отряд держались сзади них, прикрывали и не мешали действовать.

Может быть и не зря мы потратили столько времени на их обучение, — промелькнуло у него в голове. Но уже в следующий миг яростный ответный огонь сульфарцев моментально выгнал все лишние мысли из его головы. Дальнейшие действия слились для него в один сплошной и наполненный смертью танец. Развернуть машину и дать короткую очередь. У королевского «Шаха» отрывает руку вместе плечом. Грудная броня трескается и покрывается глубокими вмятинами. Пилот пытается отступить, бросив доспех назад на прыжковых ускорителях, но тут же падает на землю, когда выстрелы Леона разорвали машину на куски. Взвыла система предупреждения. «Шварц» Вольфганга отскочил в сторону, увернувшись от града ракет и укрылся за пятиэтажным зданием.

Тяжёлый «Бакхауф» Рен развернулся в сторону нового противника. Её увешенная дополнительной бронёй машина держала в руках длинное массивное орудие со встроенными в почти трёхметровый ствол панелями линейных ускорителей. В пространстве вокруг её доспеха разнёсся низкочастотный гул от которого казалось завибрировали даже стены зданий. Девушка облизнула губы, дождалась когда двойка «Ракшасов», которые сейчас упорно поливали огнём прорывавшиеся к южной стороне базы доспехи хашмитов попали в прицел и нажала на курок. Выстрел массивной плазменной пушки на мгновенье ослепил сенсоры её собственной машины. Температура была настолько высокой, что раскалила бетонное покрытие перед её доспехом. Плазменные луч буквально смыл оба доспеха, оставив после них лишь оплавленные и раскалённые остовы.

Над головами сражающихся пронёсся рой из двадцати ракет и ударил в центральное здание базы. Возвышавшееся в центре строение укуталось облаками разрывов и разлетающихся во все стороны осколков.

Битва за базу «Багран» была в самом разгаре.

Лезвие ножа сверкнуло у неё перед лицом. Лата в последний момент почти успела увернуться от ударившего её ножа. Острый клинок вспорол грязную ткань перепачканной в грязи, поте и пыли майки, и глубоко рассёк кожу на левом плече. Девушка зашипела от боли и не глядя пнула ногой, обрадовавшись, когда услышала сдавленной ругательство. Уперевшись ногами о вмонтированную в бетон стойку стеллажа, она с силой оттолкнулась, выбрасывая себя из своего укрытия и подальше от разъярённого хашмита.

— Ах ты грёбаная сука!

Взбешённый Хариш бросился за ней, раскидав коробки и почти успел схватить её за руку, но девушка вырвалась и бросилась бежать. Левая рука горела болью. Из глубокого пореза по коже струилась кровь, оставляя за собой след из алых капель на полу. Она успела пробежать несколько метров, когда сильные пальцы схватили её сзади за волосы и без какой либо жалости с силой дёрнули назад. Потерявшая равновесие девушка закричала от боли, падая на пол. Хариш бросился на неё сверху, занося руку с ножом для удара. Клинок рассёк воздух. Лата в последний момент успела заблокировать удар и нож высек каменную крошку около её головы. Что было сил, она ударила по руке с ножом, выбивая оружие из пальцев и ударила коленом в пах набросившегося на неё противника. Лата была тут же вознаграждена наполненным болью стоном. Но уже в следующий миг удача отвернулась от неё. Хариш попросту ударил её по лицу, от чего голова приложилось об пол. Следом он нанёс удар ей в живот, прямо в солнечное сплетение, выбивая из лёгких весь воздух. Девушку скрутило от боли. Как бы Лата не силилась, у неё не получалось вздохнуть. Голова раскалывалась от боли из за удара о пол. Мир перед глазами поплыл.

Она вяло попыталась защититься руками, но нависшей над ней Хариш ещё одним ударом сломил сопротивление. Он обеими руками схватил её за горло и сдавил шею пальцами. Лата захрипела, пытаясь вырваться, но всё было бесполезно. Сил практически не оставалось В последней попытке защитится, она вскинула руки, пытаясь попасть по глазам своего противника, но лишь оставила глубокие царапины на его лице. Хариш рассмеялся и сильнее сжал руки, по капли выдавливая жизнь из своей жертвы. Её жадно раскрытый рот раз за разом пытался сделать бесполезный вздох, пока прижатое к полу тело билось в судороге.

Перед глазами всё заволокло чёрными пятнами.

Звук глухого удара донёсся до неё, словно через толстенное стекло. Мерзкий, влажный звук соприкосновения металла и человеческого тела.

Хватка на её горле ослабла и Лата сделала первый, судорожный и болезненный вздох. Желанный воздух наполнил лёгкий, мучительно проникая в них через пострадавшее горло. С боку раздался чей-то крик. Затем ещё один. Вопль, преисполненной гнева и животной ярости. Звук чего-то металлического, упавшего на пол. Мир вокруг наполнился разгневанными криками. Лата вслепую начала шарить руками вокруг себя в поисках хоть чего-то, что можно было бы использовать в качестве оружия. Чёрный туман заволакивающий глаза понемного спадал. Лата увидела Хариша, который с перекошенным от бешенства лицом избивал ногами съёжившееся на полу тело в одним трусах. Радж стонал, пытаясь прикрыться руками. Лицо его мучителя было залито кровью, которая стекала из страшной рваной раны на голове. Кусок кожи размером с ладонь свисал с черепа вместе с каштановыми волосами.

— Сраная мразь! Да как ты посмел меня тронуть, поганый ты недомерок! Ничтожество! Я убью тебя.

Хариш орал, ни на мгновенье не переставая избивать сжавшегося в комок парня. Но Лата не смотрела на них. Её глаза намертво вцепились в лежащий в метре от неё предмет. Длинный, почти в метр длинной ключ. Испачканный в крови, он лежал на полу практически рядом с ней.

Было больно. Ей казалось, что у неё болело абсолютно всё. Но Лата переборола себя. Шатаясь, она вскочила на ноги. Чуть не упав обратно на пол, когда мир вокруг неё сделал сальто, она схватила ключ руками с такой силой, что раненую руку прострелило болью. Она вцепилась в него так, словно это была сейчас самая важная вещь в её жизни. Ей нужно было всего два шага. Два небольших шага.

И она их сделала.

С влажным, чавкающим звуком головка ключа врезалась Харишу в голову. Брызнувшая кровь разлетелась во все стороны крупными каплями. Лата размахнулась ещё раз и со всей силы ударила пошатнувшегося ублюдка по ноге. Раздробленное ключом и не способное больше держать вес тела колено подогнулось. Кричащий от неожиданности и боли Хариш рухнул на пол. Но его крик резко прервался, когда тяжёлый инструмент опустился на его лицо, превращая нижнюю часть лица в кровавое месиво.

Лата ударила вновь. И вновь. Она поднимала тяжёлый ключ и со всей силой опускала его вниз, даже не понимая, что сама кричит. В какой-то момент, она замерла с сжимающими оружие поднятыми руками. Девушка смотрела на кровавую кашу из ошмётков мозга, крови и осколков костей в которую превратилась голова лежащего перед ней тела. Покрытая прорезиненным покрытием рукоять выскользнула из её пальцев. Ключ со звоном упал на пол. Этот звук пронёсся по складу, выводя её из оцепенения.

— Радж!

Лата бросилась к лежащему на полу парню.

— Радж. Ты слышишь меня!

Она упала на колени рядом с техником. Парень поднял голову и девушка содрогнулась. На его лицо было больно смотреть. Разбитый, истекающей кровью нос. Один глаз заплыл от побоев так, что даже не открывался. В окровавленном рту не хватало нескольких зубов, которые белёсыми камешками лежали на полу рядом.

— Лата?

— Да, да это я.

— П.. прости меня. Я... Я испугался и побежал. Прости...

— Всё хорошо. Слышишь? Ты же вернулся. Мы живы!

— Он...

— Мёртв. Я убила ублюдка. Всё хорошо, слышишь? Всё будет...

Мощный взрыв ударил по складу, оборвав её на полу слове. Выбитые ударной волной стекла расположенных у крыши окон, влетели внутрь, просыпавшись на пол сверкающим дождём. А следом за ними, проломив крышу в вихре обломков, внутрь склада рухнул горящий и искорёженный мобильный доспех. Точнее верхняя его часть. У машины не было головы и нижней части туловища. Словно кто-то рассёк машину чудовищных размеров плазменным резаком. Горящий остов доспеха огненным метеоритов рухнул на высокие стеллажи, снося их своим весом и те начали складываться словно карточный домик. Последнее, что увидела Лата, это покосившуюся пятиметровую конструкцию из стоек и полок, заставлены ящиками и контейнерами.

И всё это падало прямо на них.

15 часов 02 минуты

Командный пункт базы «Багран»

Пронзительный вой аварийных сирен едва не заглушил крик одного из офицеров.

— Мы атакованы...

Гулкое эхо мощного взрыва докатилось даже сюда, заставив находившихся в помещении людей вздрогнуть. Казалось, что даже стены подземного бункера содрогнулись до основания. С потолка посыпалась штукатурка. Оджас недоверчиво посмотрел на потолок, гадая о том, что только что произошло на поверхности.

— Сэр... Генерал! — Сабах чуть ли не бегом пересёк комнату. — Первый ангар уничтожен...

— Вражеские доспехи проникли на базу, — прервал его другой крик. — Они вступили в бой...

— Генерал! Капитан охраны базы не отвечает, сэр! Мы не можем с ним связаться...

Донесения сыпались на него одним сплошным потоком. Словно лавина, они обрушились на него клубком из хаотичных голосов и событий. Самар в ужасе смотрел на данные с камер внешнего наблюдения. Два десятка мобильных доспехов с прикрытием из броне-пехоты ворвались на территорию «Баграна» и сейчас яростно атаковали солдат и технику королевской гвардии. Всё развивалось слишком стремительно, чтобы можно было легко принять происходящее. Оджас просто не мог поверить в то, что эти мерзавцы смогли осуществить что-то подобное.

Но, как бы ему не хотелось принять происходящее за страшный сон, окружающий мир настойчиво твердил ему об обратном.

— Поднять по тревоге все подразделения! Вызвать подкрепления из столицы. Всем воздушным силам немедленно вернуться на базу для поддержки. Майор!?

Сабах поднял голову, оторвавшись от экрана внешнего наблюдения.

— Принимайте командование нашими мобильными подразделениями. Нужно во что бы то не стало остановить их.

— Да, сэр. Но нам потребуется помощь...

— Я распоряжусь, чтобы сюда направили ближайшие отряды мобильных доспехов из Джайпур-Бана.

Сабах нахмурился.

— Генерал, а что если они отвлекают наше внимание от...

— Его величество будет в полной безопасности в убежище под дворцом. Действуйте майор!

15 часов 02 минуты

Ударная волна от взорвавшегося транспорта пронеслась по базе, сокрушающим молотом ударив по зданиям. Прикрывавшие окна стеклопакеты, не способные выдержать такой напор, трескались и вылетали из прочных пластиковых рам. Они разлетаясь на осколки, раня находившихся рядом с ними людей, лишь добавляя хаоса и неразберихе в и без того ужасную ситуацию.

После событий ужасной ночи и последующего за ним городского сражения в Катак-Репале, Вимал уснул едва его голова коснулась подушки. Настолько он был психологически и физически вымотан. Он крепко спал, когда врезавшийся в один из главных ангаров транспорт взорвался с такой силой, что обломки здания и куски разорванных на части взрывом мобильных доспехов разлетелись во все стороны, падая на территорию базы. Безжалостный удар заставив всё здание, где когда-то жили пилоты отряда «Санкар», содрогнутся до основания. Стены дома треснули. С потолка белой пылью и крошкой посыпалась штукатурка и закреплённые светильники. Стеклопакетное окно, не выдержав подобного напора попросту разлетелось на части, влетев внутрь вместе с рамой.

Эранди вскочил с постели, засыпанный осколками стекла и ещё до конца не понимающий, что произошло. Его мозгу просту нужно было несколько секунд для того, чтобы осознать происходящее.

Но этих секунд ему не дали.

С полтора десятка вольфрамовых болванок удали в здание, с лёгкостью пробивая сделанные из панельных блоков стены и круша всё, что попадалось им на пути. Годами вбиваемые рефлексы взяли верх. Вимал бросился на пол, прикрыв руками голову, пока помещение над ним и практически весь этаж изрешетило в клочья.

Отпихнув упавшие на него куски пластика сорванные со стены, Вимал вскочил на ноги. Не обращая внимания на острые осколки и битое стекло, он в одних штанах бросился через коридор к соседней комнате.

— Лата! Ты...

Комната была пуста. Напарницы нигде не было. Постель была аккуратно заправлена. Разве что усыпавшие комнату куски строительного мусора и пробитые снарядами в стенах дыры нарушали картину.

Да где она может быть?

Очередной близкий взрыв пошатнул здание, выбив лишние мысли из головы.

Вимал рванул обратно в коридор и побежал к лестнице.

На базе царил хаос. Мир встретил Вимала видом подбитого и падающего десантного бота. Неуправляемая машина перевернулась в воздухе и упала за зданиями, породив шар огня и чёрного дыма. Звуки развернувшегося на территории базы сражения разносились повсюду. В северной части что-то полыхнуло. С рёвом над головой Эранди пронеслось два десятка ракет. Оставляющие за собой дымные хвосты снаряды врезались в здание главного штаба, утопив его в огненных разрывах.

В голове у пилота была только одна мысль. Ему нужен был доспех. Нужно было сражаться. Сделать хоть что-то...

Вот только его разбитая машина осталась на равнинах Ландшира.

Можно конечно было бы взять любую другую, но добраться в текущей ситуации через территорию базы до ангаров гвардии было нереально. Его скорее всего попросту прибьют и даже не заметят этого. Решение было принято моментально. Вимал побежал в сторону технических ангаров, расположенных рядом с лётным полем. Туда доставляли повреждённые ночью машины и возможно некоторые из них были ещё на ходу.

С басовитым гулом над его головой пролетела на прыжковых ускорителях тройка «Шахов». Все три доспеха вели огонь в полёте, поливая из своих роторников скрытых за зданиями базы противников. Отключив ускорители доспехи упали вниз. Одна из машин не успела вовремя сбросить высоту. Ударивший точно в грудную броню поток перегретой плазмы оставив в центре доспеха полуметровое оплавленное отверстие. Доспех рухнул вниз, едва не раздавив Вимала, который в последний момент успел броситься в сторону.

Кожа на спине горела так, словно он весь день пролежал на пляже под палящим солнцем. Даже прошедший в двадцати метрах плазменный луч опалил кожу и нагрел воздух так, что просто пытаться вдохнуть его было болезненно. Горячий воздух опалял лёгкие при каждом вздохе.

Царящий вокруг ужас было трудно описать словами. Со всех сторон бежали люди, обычные гражданские специалисты, застигнутые в врасплох этим огненным ужасом. Они кричали. Бежали в поисках хотя какого-то укрытия. Натыкались на бегущих им на встречу солдат, которые рвались в самое пекло, дабы защитить свой дом. На глазах у Вимала из за здания небольшого офицерского клуба для младших офицеров, где они часто проводили веча вместе с товарищами по отряду, вышел «Ракшасс». Пилот доспеха плавным движением развернул свою машину. Импульсные пушки в его руках рявкнули дважды и сверхзвуковые снаряды с громкими хлопками прошили воздух над головой у Вимала. А за ними ещё и ещё. «Ракшасс» вёл огонь без остановки несколько секунд, пока чей-то точный выстрел не снёс ему голову с блоком основных сенсоров.

Машина покачнулась. Сделала шаг назад. Видимо пилот «Ракшасса» уже переключился на вторичные блоки оптических датчиков, так как через мгновенье его орудия вновь дали новый залп. А в следующий миг королевский доспех оказался растерзан на части слаженным огнём хашмитских машин. Несчастному пилоту даже не удалось скрыться или защититься. Горящая, лишённая правой руки машина с развороченной грудью упала назад, проломив фасад офицерского клуба и рухнула внутрь здания, погребая себя под обломками.

В одних штанах, с изрезанными стеклом босыми ногами, Вимал бежал в сторону возвышавшихся перед ним технических ангаров. Тяжёлые, шести метровой высоты створки нескольких из них были открыты. Один из ангаров горел и изнутри вырывались языки пламени вместе с клубами чёрного дыма. Вимал бросился прямо к ним, прикрывая голову руками и молясь всем богам которых знал о том, чтобы случайный выстрел не зацепил его в этом хаосе.

Он почти добрался до одного из ангаров со здоровенной цифрой восемь, нарисованной на одной из створок ворот, когда сбоку от него что-то взорвалось. Словно молот, ударная волна швырнула Эранди о стену здания с такой силой, что молодой пилот на мгновенье потерял сознание. Всего на секунд, но она показалась ему вечностью. Тьма перед его глазами растянулась, казалось, на целые годы, отрезая его от безумного хаоса, который творился вокруг. Но жестокая действительность безжалостно вырвала его обратно в полную огня и смерти реальность.

Он лежал на боку, привалившись спиной и плечом к стене, о которую его припечатало взрывной волной. Перед глазами всё плыло. Вокруг стояла давящая тишина, нарушаемая лишь звоном в ушах. Кое как повернувшись, он увидел, что по покрытию ангара расплывалось кровавое пятно. Как раз на уровне его головы. Его тело оставило алый, смазанный росчерк, когда съехало по стене на землю.

Попытка подняться на ноги, лишь привела к тому мир вокруг него закрутился в бешеном хороводе. Окружающий мир крутанулся настолько резко, что организм не смог осознать это и сопоставить с тем, что тело стояло ровно и не шевелилось. Вимал попробовал сделать несколько шагов, но это лишь всё ухудшило. Приступ тошноты, настолько сильный, что его невозможно было сдержать скрутил его и уронил на колени. Вимал едва успел ухватиться за стену ангара, что бы не упасть окончательно, когда его вырвало прямо на серый бетон базы. Он понимал, что близкий взрыв и удар о стену вызвали у него контузию и скорее всего сотрясение мозга.

Но понимать, не означает контролировать.

Мир вокруг вращался в бешеной круговерти, не желая останавливаться. Любая попытка хоть как-то подняться на ноги заканчивалась новым приступом едва задерживаемой тошноты. Опираясь на руки, Вимал попросту пополз вперёд, укрывшись в узком проходе между двумя зданиями. Впереди были дополнительные выходы для персонала, к счастью оба открытые. Эранди полз вперёд, борясь с накатывающей болью в голове и последствиями сотрясения. Он концентрировался на простых движениях. Кое как всё же поднялся на ноги, держась за стену. Не смотря на звон в ушах, он чувствовал, как дрожал и вибрировал мир вокруг него. Каждые несколько секунд по территории базы прокатывались всё новые звуки взрывов. Они ударной волной проходили по земле, заставляя окружающий мир дрожать. Смешивались с криками раненых и умирающих, сплетаясь в бесконечной симфонии разрушения. Огненный шар вспух в десятке метров за его спиной. Поток сжатого и горячего словно огонь воздуха грубо швырнул его обратно на землю. А грохочущий звуками боя ужас продолжал греметь вокруг него. Разыгравшиеся барабаны войны не собирались останавливаться.

Чьи то руки подхватили Вимала за плечи и оторвали от земли. Они протащили его несколько метров и вдруг доносившиеся сквозь звон в ушах с улицы звуки битвы стали тише. Эранди кое как смог открыть глаза. Попробовал оглядеться, но это привело лишь к ещё одному приступу тошноты, который как он не пытался, но не смог сдержать.

— Эй, док! Сюда!

— Какого чёрта вы творите! Я приказал закрыть ангар!

— И что мне было делать, старик?! Бросить его там подыхать?

— Я отдал приказ Али! Ты мой сотрудник и должен подчинятся мне...

— Господи боже, да пожалуйста. Хочешь я его обратно выкину?

— Пошли вон, идиоты. Отойдите от него.

Голоса едва доносились через звон в ушах. Руки с тонкими пальцами взяли Вимала за лицо и подняли голову. Ощупали рану на голове. В глаза ударил свет настолько яркий, что казалось он вот вот ослепнет. Его источник мелькал из стороны в сторону так быстро, что глаза Вимала просто не успевали за ним.

— У него сильное сотрясение. И похоже контузия. Ада! Принеси аптечку.

— Сейчас.

— Три кубика ролавтриментарола... Нет, дай четыре. Так, парень потерпи немного. Сейчас тебе будет чертовски паршиво...

Через затуманивающую разум дымку, Вимал почувствовал, как игла медицинского инжектора вошла в шею. И в тот же миг его тело охватил пожар. Словно от места укола по венам растёкся жидкий огонь. Он пронёсся по телу прямо в мозг и ударил по сознанию слепящей вспышкой боли.

— Да, да. Знаю. Паршивая дрянь, но поможет на время с последствиями сотрясения. Сейчас погоди немного.

Второго укола Вимал не ощутил. Лишь давление инъектора, приставленного к шеи. В этот раз по венам пронеслась волна успокаивающего холода, смывающая боль и проясняющая сознание. Прошло может быть с минуту, когда органы чувств пришли в норму. Зван в ушах постепенно уменьшился, позволив лучше слышать происходящее вокруг.

— ...фессор! Они отказали нам в эвакуации. Сказали, что там слишком опасно и они...

— Пффф... да им сейчас свои бы задницы спасти, а не то что о нас переживать.

— Пасть закрой, псина безродная. Я не к тебе обращалась.

— Эй, куколка, не стоит кричать на собаку. Я и укусить могу.

— Да как ты смеешь...

— Рррааф!

— Заткнитесь! Оба! Ада, что сказало командование базы?

— Они сейчас...

— Они сейчас пытаются не просрать всё что у них осталось, старик. А я ведь тебе говорил, что это ещё не конец...

— Али!

— Что?

— Я сказал, чтобы ты...

Вимал потряс головой, приходя в себя. Руки опирались на холодное покрытие пола. Вокруг звучали голоса. Люди спорили. Пытались решить, что делать. Их голоса были наполнены страхом. Все кроме одного, в котором слышалось едва сдерживаемое веселье. Вернувшееся в норму зрение наконец позволило ему осмотреться вокруг. Просторный технический ангар. У высоких створок главных ворот стояли два массивных восьмиколёсных транспорта. У дальней стены в специальных захватах находились два «Шаха» без вооружения и навесного снаряжения. Практически всё ремонтное оборудование было сдвинуто в стороны, что бы освободить место для стоящего в центре ангара мобильного доспеха. Вимал ещё никогда не видел подобной модели. Высокая, почти в пять с половиной метров в высоту, машина. Покрашенный в багряно-алый цвет корпус был закрыт серыми блоками навесной брони, которая делала его ещё массивнее и крупнее.

Но сейчас, это мало интересовало Вимала. Его взгляд задержался на пустых и открытых кабинах стоявших у стены «Шахов».

Парень поднялся на ноги и поковылял в их сторону, чем вызвал удивление окружавших его людей. Женщина средних лет в белом халате моментально подскочила к нему.

— Стой, тебе нельзя двигаться...

— Мне нужен доспех, — отмахнулся от неё Вимал, целенаправленно идя в сторону замерших у стены машин.

— Стой, да подожди ты! Профессор! Скажите ему...

Неру обернулся на окрик врача, но не успел сказать и слова, когда почувствовал, как на его плечо легла чья-то рука. Обернувшись он увидел стоявшего рядом Али.

— Пусть идёт. Тебе же нужно время, старик? Так я куплю его тебе.

— Али, я уже сказал тебе. Мы не будем...

— Не будем что, старик? Сражаться? Ты же сам видишь, что происходит на базе. Хочешь, чтобы работа всей твоей жизни попала в руки этих недомерков?

— Я...

— Я куплю вам времени, что бы вы смогли уйти.

Эль Сарчес посмотрел на сторону странного парня, которого он притащил с улицы. Паренёк добрался до одного из доспехов и цепляясь за выступы брони полез в кабину.

— А этот паренёк мне поможет.

Неру переводил взгляд со стоящего перед ним пилота-испытателя на замершего в центре «Шерхана» и обратно. Как бы ему не хотелось, Али был прав. Им действительно нужно было время на то, чтобы удалить все данные с оборудования. У Мукерджи были копии всех файлов дома и в университете. Вот только ему будет крайне трудно воспользоваться этими данным, если он погибнет сегодня. Профессор оглядел стоявших вокруг него людей. Среди них не было ни одного военного. Ни одного солдата. Обычные гражданские специалисты и подчинённые Неру, которые работали с ним над проектом. На лицах каждого из них отчётливо читался страх. Они боялись. Вздрагивали от каждого прилетающего разрыва. Сколько у них было времени, прежде чем сражение докатится до них и достанет их из обманчиво безопасного ангара, как нежное мясо моллюска из скорлупы?

Хотя нет, Неру был не совсем прав. Среди них были двое, которые казалось совершенно не обращали внимание на происходящее вокруг. Странный, наполовину голый парень с покрытом ссадинами и царапинами телом и Али. Высокий наёмник стоял привалившись к стене и с улыбкой смотрел на него. Мукерджи хорошо помнил тот день, когда этот выскочка прилетел на Сульфар, чтобы стать пилотом испытателем его прототипа. Венца его шестилетней работы. Неру плохо знал о его прошлом. Лишь то, что Али был наёмником, который сражался за деньги. За очень большие деньги. И очень долго. Но сейчас, он был здесь, в дали от той жизни в которой провёл более тридцати лет. Что же заставило такого человека, бросить всё и улететь сюда, на задворки исследованного человечеством космоса? Однажды он спросил его об этом. Али лишь посмеялся и сказал ему: «Мы все от чего-то бежим, старик». Вот и весь ответ.

Неру видел записи из кабины «Шерхана» во время ночного сражения в Ландширском поясе. Он хорошо запомнил то выражение удовольствия, с которым Али делал свою ужасную работу. То наслаждение, с которым он убивал. В это было что-то противоестественное. Не правильное. Человек не должен наслаждаться подобным. Не должен испытывать столь сильное удовольствия от такого.

А ещё, как бы ему того не хотелось, он знал, что Али прав.

— Ладно, Али. Делай то, что хочешь...

Вимал извернулся и рухнул в пилотское кресло «Шаха». Его пальцы порхали над панелями управления и удивительной скоростью. Чем бы его не накачали, это помогло прояснить сознание. Вим чувствовал лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Словно им натерпелась сделать что-то. Схватить. Нажать. Знакомое чувство. Эффект от действий стимуляторов. Обзорные экраны по периметру кабины включились. По ним побежали строчки состояния систем доспеха. Эранди чуть ли не раскачивался в кресле, мысленно подгоняя машину. Попутно он запустил систему связи «Шаха» и набрал коммуникационный код личного комма Латы. Связь была, но девушка так и не ответила. Либо она просто не взяла его с собой, либо...

Вимал потряс головой, прогоняя подобные мысли.

Он запустил загрузку нулевой системы. Машина видимо не была приписанная ни к какому из подразделений и не имела установленного пилота. Настраивать доспех под себя было слишком долгим процессом, что бы заниматься им прямо сейчас. Вимал тихо выругался. Придётся использовать то, что есть в наличии.

Центральный дисплей мигнул. Операционная система доспеха загрузилась. Побежали строчки дополнительных проверок, которые заканчивались обнадёживающими зелёными отметками. Вимал быстро проверил уровень накопителей. Девяносто три процента. Отлично. А вот топлива для прыжковых ускорителей было немного меньше половины. Уже не так хорошо конечно, но даже так будет лучше, чем шататься по базе чуть ли не голым. Жаль только, что на этот доспех не было установлено никакого вооружения. Широкие дисплеи внешнего обзора мигнули и переключились на картинку с оптических сенсоров доспеха.

— Эй, пацан!

Вимал посмотрел на один из экранов. Внизу стоял высокий мужчина в расстёгнутом пилотском комбинезоне с длинной копной собранных в хвост огненно рыжих волос, и такого же цвета бородкой. Вимал коснулся кнопки и кресло отъехало назад.

— Чего надо?

— Кто такой будешь?

— Отряд «Санкар»... По крайней мере то, что от него осталось. Мне нужно...

— Отлично, пацан. Через пять минут выходим.

Вимал глянул на стоявший в центре огромный доспех. Это чудовище возвышалось над его «Шахом» почти на два метра.

Он собирается пилотировать этого монстра, — мелькнула мысль в голове у него. — Что это вообще за чудовище?

Эль Сарчес хлопнул в ладоши, привлекая внимание обратно к себе.

— Всё понял? Пять минут!

— Мне нужно найти...

— Плевать я хотел на то, что тебе нужно. Через пять минут выходим. Прикроешь транспорт со стариком на выходе. Или я сам тебя грохну.

Вимал несколько секунд смотрел на Али, а затем просто кивнул. Доспех отследил движение его головы и угловатый головной модуль «Шаха» кивнул вслед за ним. Спорить смысла не было никакого. Если этот монстр отвлечёт на себя внимание ему будет проще сделать... Сделать что?

Стены ангара содрогнулись от взрыва. Небольшой кусок крыши сорвало и горящие осколки посыпались прямо в низ на грузовые контейнеры, стоявшие рядом с одним из восьмикодёсных грузовиков.

Вимал рухнул обратно в кресло и вернул его на место. Адреналин бурлил в крови, подгоняемый химией стимуляторов. Дрожащие от возбуждения коснулись переключателей и бронированная крышка пилотской кабины за его спиной с шипением встала на место и загерметезировалась. Руки легли на рукояти управления. «Шах» был готов и только ждал приказа. Чуть качнувшись, машина вышла из захватов.

Али натянул верхнюю часть комбинезона и застегнул молнию. Прикосновение к специально кнопке на запястье привело к тому, что расположенные по всей площади комбинезона жгуты сжались, плотно обхватывая его тело. Костюм отслеживал кровяное давление, пульс, уровень насыщенности крови кислородом и десятки других параметров. Но что было более важно, он чертовски здорово помогал при перегрузках, не давая крови отливать от головы. Али прошёл мимо стоявшего «Шерхана», с которым возились последние техники, закрепляя кабели внешнего питания в специальных портах на спине доспеха.

Сейчас он выглядел иначе, чем ночью. Дополнительные блоки навесной брони придавали машине массивности. Грубости. Они скрывали его эллегантную и хищную фигуру. Но сейчас практичность была куда важнее. Но, что радовало Али куда сильнее, в этот раз он не будет безоружным. Он был рад, что старик послушался его и распорядился доставить сюда второй прототип, который разрабатывался одновременно с ядром «Танатос». Забавно, что человек, которые не любит насилие, создал нечто подобное. Забавная насмешка судьбы.

Али прошёл мимо доспеха, проведя пальцами по холодной броне. «Шерхан» едва ощутимо вибрировал. Будто зверь, который в нетерпении ожидает, когда же его наконец выпустят на волю. Последние техники уже бежали к дальней части ангара, где стояли два гражданских флаера. Они вывезут профессора и его людей. Оборудование придётся бросить здесь, благо вся информация уже была удалена. У раскладной лестницы, приставленной сзади, дабы ему было удобнее добраться до кабины стояла она.

Али лишь усмехнулся.

— Поцелуй на прощание? — спросил он с усмешкой подходя ближе к ней и вставая практически в плотную.

Ада высокомерно фыркнула, на что Али улыбнулся. О, как он любил это её выражение лица. Чувство собственного превосходства и гордости, которые словно щит, прикрывают её от страха и ужаса происходящего. Девушка вздрогнула, от очередного, раздавшегося на базе взрыва.

— Ты слишком высоко мнения о себе, — презрительно бросила она. — Я лишь хочу передать тебе, что профессор приказал вернуть ему эту машину в целости и сохранности...

Али лишь рассмеялся.

— Уверен, что он начнёт тараторить мне об этом, как только я включу связь. А значит...

Вытянув руку, он схватил стоявшую рядом с ним девушку и притянул к себе. Жалкая попытка вырваться была прервана поцелуем, когда Сарчес впился в её губы своими. Грубо. Настойчиво. Бесцеремонно. Ада протестующе замычала, не способная вырваться из его хватки...

И всё же ответила на поцелуй.

Через несколько секунд, которые показались ей даже не минутами, а часами, она вырвалась из его рук, жадно хватая ртом воздух.

— Видишь, я же сказал, что ты пришла сюда не затем, чтобы...

Резкая пощёчина обожгла его лицо. На щеке горели следы от покрытых профессиональным маникюром ногтей, что оцарапали кожу. Али рассмеялся и ухватившись руками за перекладины лестницы, начал подниматься.

— Ты ответишь за это! Слышишь! — Раздался громкий крик за его спиной. — Я тебе этого не прощу.

— Ага, обязательно... — только и хмыкнул он в ответ и забрался в кабину.

Машина была уже запущенна и готова к действию. Ядро реактора работало стабильно, питая доспех и дополнительное оборудование. Али крутанул шеей, разминая её и одел на голову шлем. Стоило ему это сделать, как ожила система связи доспеха.

— Али? Это Мукерджи.

— Слышу тебя старик.

— Али, не потеряй его. Ты должен вернуть «Шерхана» обратно! Слышишь?!

Пилот рассмеялся, пока его пальцы танцевали над панелями управления вводя последние корректировки с учётом изменившегося баланса машины из за навешенной на него брони. Ребята профессора конечно сделали первичную настройку, но они не знали эту машину так, как знал он.

— Старик, Ада рядом?

В динамиках шлема послышался кашель. Заминка длилась всего несколько секунд.

— Не понимаю...

— Передай ей, что я вернусь и отвечу за свой поступок.

— Эээ... Али, я не понял...

— И не надо. Просто передай ей.

Сарчес переключил систему связи, создал отдельный канал и добавил стоявший рядом «Шах».

— Эй, пацан. Ты готов?

— Да, — ответил ему голос. — Готов. Но эта машина не вооружена и...

Ужасный, раздирающий воздух скрежет разнёсся по ангару. Механические пальцы проникли через створки ангара, смяв металл. Механизм поддался и они начали раздвигаться в стороны, явив людям грозный силуэт четырёх метрового «Дуллахана».

Отпущенное им время закончилось. Теперь сражение докатилось и до них.

— Не парься, пацан. Я расчищу нам дорогу.

Облизнув губы, Али нажал на гашетку.

Глава 16

15 часов 02 минуты

В тюремном блоке творился самый настоящий хаос.

С момента первого взрыва заключённые на гауптвахте пленные хашмиты толпились у закрывавших их камеры решёток, крича на своих надзирателей. Охранявшие их гвардейцы кричали на них в ответ, в тщетной надежде заткнуть рты своим заключённым. Полдюжины молодых парней в форме королевских войск. Их взгляды судорожно метались из стороны в сторону, а вспотевшие руки силой сжимали табельные винтовки.

Халид и другие хашмитские ветераны, захваченные в плен в Катак-Репале, сохраняли спокойствие и просто сидели на твёрдых скамейках. После той встречи и завуалированного сообщения, в душе Халида вновь поднялась надежда. Надежда на то, что ещё не всё кончено. Что у них по прежнему оставался шанс. Поэтому, когда снаружи до них докатились звуки начавшегося боя, они показались Халиду самой сладкой музыкой на свете. Он готов был часами слушать эти чудовищные, сплетающиеся в грубую композицию ноты.

Один из охранявших их гвардейцев, молодой парнишка, с лица которого ещё не исчезли прыщи, нервно оглядывался из стороны в сторону, сжимая в руках свою винтовку. Его глаза постоянно скакали по лицам оскорблявших и кричащих на него заключённых. И в этих глазах них царил близкий к панике страх. А ведь всего сорок минут назад он стоял здесь же. Преисполненный гордости и чувства собственного достоинства перед грязными и загнанными в камеры заключенными. Халид хорошо помнил, как этот щенок огрызался на них, бросая презрительные взгляды на сидящих в камерах людей.

Сама по себе их тюрьма была грубейшим нарушением всех правил по содержанию пленных и заключённых. Гауптвахта «Баграна» никогда не предполагалась для содержания такого количества людей. Она вообще предназначалась исключительно для отбывания наказания солдат, допустивших дисциплинарные нарушения. Конечно же, здесь были куда более надёжные камеры, отвечающие всем требованиям безопасности. Вот только их количество было крайне ограничено. Да и рассчитаны они были на двух — трёх человек. Не более того.

— Заткнитесь! — прокричал стоящий перед решёткой парнишка, возбуждённо размахивая винтовкой. — Закройте свои рты!

Он размахивал винтовкой, вероятно рассчитывая, что это будет выглядеть достаточно грозно, но его звучавший испуганным фальсцетом голос вызвал лишь новые крики и смешки. Халид поднялся со скамьи и подошёл к решётке в плотную. Между ним и молодым охранником было едва ли больше полу метра. Его взгляд упёрся в парня, словно фары автомобиля в выскочившее на дорогу животное. Халид часто так смотрел на своих будущих жертв.

И похоже, что парень почувствовал что-то такое в этом взгляде. Он вскинул оружие, направив ствол винтовки прямо в лицо стоявшего за прутьями решётки здоровяка.

— Живо отошёл от решётки! Быстро...

Халид спокойно и с усмешкой смотрел на направленное на него оружие, сжимаемое в дрожащих руках.

— Ты уже труп, парень.

— Что?

— Чандр! Отойди от него! — закричал на солдата и заметивший их разговор офицер. Он стоял около двери в дальней части коридора, где был единственный выход из блока содержания. Еще когда их привели сюда, он строго на строго запретил охранникам разговаривать с заключёнными.

Но разгорячённый страхом и адреналином молодой парнишка видимо пропустил слова своего командира мимо ушей.

— Что ты там сказал?! Что ты вякнул, мразь, а?

Для подкрепления своих слов, он даже подошёл чуть ближе, ткнув стволом винтовки чуть ли не ударив ею стоявшего за решёткой Халида по лицу.

— Отошёл назад живо!

— Чандр! — вновь закричал капитан. — Быстро отошёл от заключённого мать твою! Я кому сказал...

Дверь за спиной офицера неожиданно открылась. Двое гвардейцев и офицер моментально развернулись к ней. За открывшимся створками стояли двое мужчин в комбинезонах службы снабжения. Гражданский наёмный персонал, который работал на базе. Офицер даже узнал одного из них. Того, который совсем недавно доставлял еду для заключённых. Все эти мысли промелькнули в его голове за долю секунды.

А затем он увидел оружие в руках появившихся людей.

Суман и Нишант открыли огонь раньше, чем кто-то из солдат успел сказать хоть что-то, опустошая магазины небольших карабинов в стоящих перед ними людей.

Замерший у решётки парнишка панически дёрнулся, когда услышал звуки выстрелов, но сделать ничего не успел. Халид стремительно просунул руки через прутья решётки и схватив ствол направленной на себя винтовки дёрнул парня к себе. Молодой солдат закричал, но этот вопль оборвался с хрустящим звуком, когда Халид попросту свернул парню шею. Он разжал пальцы и позволил мёртвому телу съехать на пол.

Суман обшаривал тело офицера, пока Нишант шёл по коридору и добивал одиночными выстрелами в головы лежащие на полу тела. Тела семерых гвардейцев лежали на полу, истекая кровью. В прямом как стрела коридоре у них не было никакой возможности чтобы спрятаться от огня. Половина из них даже не поняла, что на них напали до того момента, когда выпущенные карабинами дротики не начали рвать их тела на части.

Через минуту Суман уже открыл камеры найденым в одном из карманов офицера электронным ключом и заключённые вырвались на свободу из открывшихся камер. Они хватали оружие и снаряжение с тел мёртвых королевских гвардейцев. Халид поступил так же, забрав винтовку из рук убитого им же молодого солдата.

— Рад тебя видеть, Суман.

Подошедший к нему товарищ приветственно кивнул.

— И я, Халид. Наиб до последнего думал, что ты погиб. Сейчас наши люди штурмуют базу. У нас есть дело и для тебя.

— Что Наиб хочет, чтобы я сделал?

Суман улыбнулся и протянул ему гарнитуру связи.

— Посейте хаос.

15 часов 05 минут

Лата открыла глаза, не способная поверить в то, что они всё ещё были живы. Обрушившийся на них стеллаж висел у неё над головой, уперевшись в соседний, который и не дал всей конструкции упасть им на головы. Металл жалобно скрипел и стонал под собственной нагрузкой. Различные пластиковые контейнеры, остановленные ограничительной сетью в своих ячейках, замерли в каком-то полуметре прямо над ними.

Не желая дальше испытывать судьбу, Лата схватила замершего на полу Раджа за плечи и потащила парня из под образовавшейся над их головами ловушки. Неизвестно сколько ещё продержится эта конструкция, прежде рухнуть прямо на них. Лишь выбравшись наконец из под обрушившихся стеллажей в центр склада, где всё ещё находилась лифтовая платформа и вскрытые ящики, в которых хранились боеприпасы, девушка наконец почувствовала себя относительно безопасности.

Склад начало постепенно заполнять дымом от горящих обломков мобильного доспеха. Им нужно было как можно скорее выбраться наружу, но, что более важно, предупредить кого нибудь о том, что здесь делали эти хашмитские ублюдки. Благо изначальный план так и не поменялся. Радж провёл девушку к западной части склада. В некоторых местах им пришлось пробираться через обрушившиеся металлические конструкции стеллажей, но уже через минуту, они были у двери. Радж опустился на колени и принялся ковыряются в контрольной панели.

Пространство склада вдруг наполнилось звуками тревожной сирены. Её рёв разнёсся по помещению столь неожиданно, что напугал и без того едва державшуюся на ногах девушку настолько, что та едва не сорвалась с места в поисках укрытия. Радж успел схватить её за руку, удержав на месте.

— Всё в порядке, Лата. В порядке. Я же говорил, как только отрублю систему блокировки, активируется тревога. Всё в порядке.

— Долго ещё, — дрожащим голосом спросила девушка.

— Почти... Готово!

Стоило ему произнести эти слова, как дверь перед ними отъехала в сторону. Яркий солнечный свет резанул по глазам. А вместе с этим в нос ударили запахи, которые Лата уже и не думала почувствовать вновь. Ароматы дыма и гари, висевшие в воздухе моментально вернули её назад во времени, на улицы Катак-Репала. Ничем не сдерживаемые звуки идущего сражения нахлынули на неё подобно неумолимой волне.

— Радж, идём, нужно поспешить... — Лата сделал несколько шагов, прежде чем поняла, что идёт одна.

Полуголый парень так и стоял в проходе. Его избитое и израненное лицо застыло в нерешительности. Словно он пытался принять какое-то решение, но ему не хватало сил сделать это...

— Пошли! Нужно предупредить всех...

Резкий порыв горячего воздуха чуть не сбил девушку с ног. С оглушительным воем над её головой пролетел матово-чёрный мобильный доспех, неизвестной ей модели. Пилот виртуозно посадил машину на площадку и почти трёхметровая импульсная винтовка в руках доспеха басовито выплюнула несколько выстрелов. На бетон посыпались зарядные гильзы от сорока миллиметровых снарядов. Лата бросилась обратно к сладу.

— Пошли! — уже кричала она, желая как можно скорее убраться с открытого пространства.

Радж кажется всёже принял какое-то решение, потому что выражение на его лице сменилось холодной решимостью.

— Иди, Лата. Сделай то, что должна. Я вернусь туда.

— Куда туда? Ты спятил?! Мы должны...

— Лата, я знаю эти тоннели! Я знаю, какие именно переходы были им нужны. Если они отвезли туда что-то, то возможно, я смогу найти это. Что-то с этим сделать.

В западной части базы что-то громко взорвалось. К небу поднялся шар оранжево-красного пламени вместе с чёрными, маслянистыми клубами дыма. Лата не хотела оставлять здесь парня. Но глядя на его решительное лицо лишь кивнула и побежала в сторону где располагалось здание где проживал её отряд. Каждый сам выбирает, что ему делать и она не собиралась его переубеждать. Тем более, что он действительно мог быть прав.

Радж же не терял времени даром и бросился обратно внутрь склада.

Дым уже заполнял его пространство, собираясь у потолка и выходя наружу через рваную дыру, которую проломил мобильный доспех. По пути он быстро подобрал валяющуюся на полу винтовку, стараясь не смотреть на лежащее на полу тело с расколотым черепом. Он до сих пор не мог поверить в то, что Шаши был одним из них. Просто не хотел верить в то, что весёлый парень, которого он знал уже более трёх лет, был одни из этих кровожадных убийц. Дьявол! Он же постоянно работали вместе. Отдыхали в барах во время выходных. Даже несколько раз вместе шлялись по клубам в столице и кадрили девчонок...

Он вспомнил, как чуть не умер со страха, когда задел ключом стеллаж и привлёк к ним внимание этим извергов. Как это напугало его настолько, что он не выдержал и побежал. В тот момент в его голове была лишь одна единственная мысль. Бежать. Бежать и прятаться. Спастись. Он бросился к техническому выходу, через который они с Латой хотели выбраться наружу. Но из за одуряющего страха он попросту забыл о том, что все входы и выходы были заперты. И тогда он забился в щель между двумя стеллажами. Его сердце билось с такой бешеной скоростью, что ему казалось, что оно вот вот лопнет. А затем он увидел его. Шаши медленно и уверенно шёл между стеллажей, водя дулом винтовки из стороны в сторону и осматриваясь вокруг. Радж слышал слова второго ублюдка, который искал Лату. Он помнил, как этот мерзавец убил Ваза и хотел искалечить девушку. И то, как он только что бросил её одну, сходя с ума от страха за свою собственную жизнь.

Этот момент стал для Раджа его собственным, личным откровением. Его отвращение к самом себе, помноженные на ярость и злость по отношению к этим мерзавцам потеснили страх в в его душе.

Сейчас, даже не смотря на то, что прошло не больше десяти минут с того момента, как всё случилось, Радж не мог вспомнить что именно он сделал. Не мог вспомнить, как он бросился со спины на бывшего друга, в котором теперь видел лишь врага. Человека, который предал его и всех людей, что работали и жили вместе с ним на этой базе. Как с криком обрушил тяжёлый ключ на его голову. Одного этого удара хватило, что бы проломить Шаши череп, мгновенно убив его. Мертвец рефлекторно нажал на спусковой крючок, выпустив половину магазина и рухнул на пол. А Радж бросился обратно. Там он увидел этого ублюдка. Он прижимал девушку к полу, сжимая её горло своими руками. Молодой техник бросился на него, насчитывая убить его одним единственным ударом, как он уже поступил с бывшим другом, но промахнулся, лишь вскользь задев мерзавца. И тогда он понял. Та его победа, столь воодушевившая его, была не более чем везением. Вся его храбрость бесследно испарилась, когда Хариш выбил оружие из его рук и принялся методично и с яростью избивать его. Всё его лицо до сих пор болело, а каждый вздох отдавался вспышкой боли в груди. Похоже, у него было сломано как минимум два ребра с левой стороны. И если бы не Лата, то он бы убил их обоих.

И Радж хотел сделать что-то, что поможет им всем. Он не соврал. Как и многие, Они с Вазом работал здесь с момента перестройки старого космопорта и основания базы и очень хорошо успел изучить систему подземных коммуникаций. Бригада Нишанта и Шаши занималась в основном мелким ремонтом, электроникой и системами связи, практически не спускаясь вниз.

И если Лата была права и эти мерзавцы что-то притащили в «его» туннели, то он сделает всё, что только в его силах, что бы сорвать их планы. В этот момент молодой парень испытывал наверное самое сильное возбуждение в своей жизни. Осознание того, что он сможет сделать что-то, что поможет всем настолько преисполнило его энергией, что Радж даже забыл про боль и травмы. Он уверенно дошёл до спуска и запустил платформу, которая начала опускать его вниз. Винтовка в его руках лишь добавляла ему уверенности в себе. Он никогда особо не увлекался оружием, но всё же не был дураком и знал, как ей пользоваться.

В конце концов, в его фантазиях у «героя» всегда было оружие.

15 часов 17 минут

— Аджанби! Ты слышишь меня?

Вольфганг поморщился, когда раздавшийся на командной частоте голос Абала чуть не отвлёк его. Его «Шварц» атаковали сразу два королевских мобильных доспехов. «Ракшасс» наступал прямо на него, а более манёвренный «Шах», прикрывал его из за спины. Вокруг них на земле валялись остовы двух хашмитских машин, уничтоженных этой двойкой. Пара «Гренделей» даже не успела понять, что именно произошло, когда огонь королевских доспехов прикончил их обоих.

— Да, слышу.

— Мы добрались до первичной цели. Начинаем вторую фазу. Я оставляю командование на тебя.

— Понял...

Значит, они уже добрались до подземных туннелей, которые вели с базы в город, — мелькнуло в голове у Альфреда.

Раньше они были частью коммуникаций старого космопорта и служили для быстрой доставки крупных грузов с пребывающих кораблей в столицы, дабы их не приходилось везти по городским улицам. Сейчас же, эти туннели помогут небольшому отряду во главе с Абалом добраться до их первоочерёдной цели. Альфреду же, вместе с его людьми и уцелевшими в сражении хамитскими машинами, нужно было покончить с базой и отступить. «Багран» был центральной точкой в командной цепочке королевских вооружённых сил. Уничтожение базы и её командного состава сломает хребет молодой королевской армии и избавит рейнские оккупационные силы от проблем в будущем.

Но сейчас, все эти мысли были не более, чем секундными образами в голове Вольфганга. Во время боя опасно думать о чём-то постороннем.

«Шварц» использовал прыжковые ускорители, чтобы по пологой траектории уйти от ракетного залпа «Ракшасса». Импульсная пушка в руках доспеха рявкнула трижды, отправляя к цели один снаряд за другим. Первый же выстрел уничтожил оружие противника. Два других попали точно в центр бронированного грудного модуля. На такой дистанции бронепластины не могла выдержать подобный удар. Первая болванка буквально продавила слои композитной брони, а вторая, угодившая практически в тоже самое место, пробила машину насквозь. Королевский доспех замер, пошатнулся и рухнул на спину, когда отказала система стабилизации.

Но Вольфганг этого уже не видел. Меткая очередь из двадцати миллиметрового роторника «Шаха» попала точно в ствол импульсного орудия в его руках. Альфреду пришлось выбросить испорченную винтовку. В двадцати метрах от него на огненных всполохах прыжковых ускорителей приземлился «Шах» и бросился прямо на него. В обоих руках вражеская машина держала по «пробойнику». Оружию для ближнего боя, с кумулятивной боевой частью. Простые в изготовлении и весьма опасные в сражении на короткой дистанции. Следуя командам своего пилота, матово-чёрный «Шварц» пригнулся, пропуская над собой руку с «пробойником». Похожее на полутораметровую дубинку оружие, вместо того чтобы попасть точно в плечо рейнского доспеха ударило в стену невысокого административного здания. Контактный взрыватель сработал моментально. Кумулятивный заряд пробил в стене сквозную тридцати сантиметровую дыру. Пилот королевского доспеха тут же попытался воспользоваться вторым «пробойником», но Вольфганг не дал ему ни единого шанса.

Специальные панели на предплечьях его доспеха сдвинулись, выпуская на волю два полутораметровых клинка. Отливающие серебром лезвия протяжно взвыли невыносимым низкочастотным гулом, когда активировались вибрационный генераторы в основании лезвий. Первый же удар отсёк у машины его противника руку с оружием. «Шварц» крутанулся на месте вокруг своей оси, Одновременно уворачиваясь от ответного удара и в тот же момент атакуя вновь. Вибрирующая со скоростью в полторы тысячи колебаний режущая кромка клинка отсекла вторую руку вместе со всем плечевым суставом. Третьим ударом «Шварц» пронзил грудь «Шаха». Машина вздрогнула. Дёрнулась, словно в судороге и тяжело рухнул на колени. Пилот уже был мёртв. Лезвия прошел через грудь доспеха, добравшись до кабины.

Вольфганг извлёк клинки. Режущие кромки обоих были сильно испорчены, по этому он не задумываясь отстрелил их. Полутораметровые куски прочнейшей стали с испорченными краями упали на землю. Всё же, композитная броня мобильных доспехов слишком быстро приводила их в негодность. Более мягкие и не такие твёрдые материалы не так быстро убили режущую кромку.

Рядом с его «Шварцем» во всполохах прыжковых ускорители приземлился грузный «Бакхауф» Дирга. Из ниши на спине его доспеха появился тонкий дополнительный манипулятор. Словно конечность насекомого, он изогнулся и передал своему командиру импульсную винтовку, которая хранилось в специальном боксе, закреплённом на спине его доспеха.

— Спасибо Дирг.

— На за что, Босс. Я так понимаю, наш доблестный военноначальник пошел дальше?

— Ага. Что по потерям?

— Мы в полном порядке. За исключением истраченного боезапаса потерь нет. Правда Рен немного поцарапала своего красавца, но там ничего серьёзного.

— А что с хашмитами?

— Там конечно всё похуже. Они потерял четыре машины вместе с пилотами и где то тридцать человек броне-пехоты. В данный момент, они прижали два взвода МД в западной части базы у лётного поля и технических ангаров. С ними сейчас Ренейт и Генрих для прикрытия. Ребята Садхира пока целы, но они особо вперёд не лезут, прикрывая нас. В целом пока, всё идёт хорошо...

Стоило ему это сказать, как системы предупреждения обоих доспехов взвыли, предупреждая своих пилотов об опасности. Альфред моментально развернул машину и заставил доспех отпрыгнуть назад. С протяжным воем активировались прыжковые ускорители, гася импульс движения. В том месте где он находился ещё мгновение назад ударило несколько танковых снарядов. Некоторые из них попали в стену здания и лежащего на земле «Шаха». Повреждённый доспех просто разметало на части от попадания с близкой дистанции.

Поняв, что они промахнулись, два королевских «Арханта» начали отступать назад. Оба рейнских доспеха покрылись тысячами искр, когда автоматические противопехотные пушки на башнях танков открыли бешенный огонь, что бы прикрыть свой отход. Альфред поморщился от мерзкого, стрекочущего звука, с которым их снаряды отскакивали от дополнительной брони, установленной на его машину.

«Надо будет обязательно сказать нашим интендантам спасибо, за то что взяли комплекты с ней с собой, — подумал он.

Тяжёлая сорокамиллиметровая винтовка в руках его доспеха уже была заряжена. Вольфганг готов был открыть огонь по отступающим доспехам, но Дирг не дал ему такой возможности, опередив своего командира. Системы накачки плазменного орудия его «Бакхауфа» взвыли. Поток превращённого в перегретую плазму и разогнанного линейными магнитными ускорителями водорода огненной волной смыл оба танка, оставив от них лишь пылающие остовы с остатками раскалённой брони. Экипажи боевых машин попросту сварились заживо внутри своих танков.

Альфред бросил взгляд на тактическую карту. Дирг был прав. Пока, всё шло хорошо.

Да, их силы были значительно меньше, чем гарнизон базы. Но эффект неожиданности сделал своё дело. При наличии точной разведывательно информации и хорошей подготовки, внезапное нападение всегда имеет эффективность. Это была аксиома проверенная временем и тысячами жизней. Плюс ко всему, следовало признать, что их ночной провал пошёл на пользу этим событиям. Сульфарская армия была очень молодым образованием. У них попросту не было достаточного количества профессиональны военных, которые бы создали мощный костяк для этого организма. Несгибаемый хребет, что мог вынести на себе мышцы, сухожилия и всё остальное. У молодой королевской армии ничего этого не было. Да, они смогли обучить и подготовить какое-то количество хороших специалистов, но их способы и техники обучения были далеки от идеала. Крайне далеки. Естественно, с точки зрения Рейнского Протектората, который был сугубо милитаристическим государством, правительством которого управляли военные. Здесь же, ситуация была совершенно иная. Из за необходимости постоянно согласовывать свои действия с представителями местной аристократии, король с большим трудом проталкивал идею создания собственных вооружённых сил.

Во время их ночного сражения на просторах Ландширского пояса, а затем и во время осады Катак-Репала, хашмитам удалось перебить огромное количество подготовленных кадров. И это была та потеря, от которой было труднее всего оправится молодой организации. Именно человеческий ресурс был наиболее важен. Мобильные доспехи. Инфраструктура. Оружие. Всё это можно было произвести или закупить. Но обученных людей нельзя было сделать по щелчку пальцев. На то, что бы получить качественных специалистов нужно было потратить годы обучения. Но что было ещё хуже, после этого они должны были пройти через горнило сражения, что бы подтвердить свои навыки на практике. Лишь понюхавшие пороха солдаты могли понять свои сильные и слабые стороны. Понять и найти способ стать сильнее.

Естественно, если при этом они проживут достаточно долго.

У сульфарских подразделений такой возможности просто не было. Ночью люди Рустала устроили им кровавую бойню и даже не смотря на своё поражения, это можно было назвать своеобразной победой. Конечно же, шесть месяцев, которые люди Вольфганга потратили на обучение этих сосунков не превратили их в настоящих военных. Но это и не было их целью. Они готовили их для одной, конкретной операции. И в этих рамках они справились более чем хорошо.

Конечно же, если не оглядываться на абсолютно безалаберное и идиотское решение передать оперативное управление ходом операции в руки местного начальника СВР.

Сейчас же, их главная задача состояла в том, чтобы дать возможность Абалу добраться до своей цели.

Вольфганг сверился с картой. Хамитская пехота зачищала здания базы и вот-вот должна была начать осаду центрального комплекса. Большую часть оставшихся в строю королевских доспехов сейчас оттеснили к западной части базы. Сейчас там были Ренейт и Генрих. Они проследят за тем, что бы всё прошло как можно лучше. Пока что с учётом потери шести доспехов и того, что с Абал забрал с собой ещё четыре машины, у них оставалось всего семь хашмитских боевых роботов и пять рейнских. Плюс более сотни человек в штурмовой броне.

Более чем достаточно сил для того, что бы выполнить задуманное.

По выделенному каналу их отряда разнёсся голос Генриха.

— Сэр! Наши люди только что перехватили сообщения от командования «Баграна». Они вызывают сюда подкрепления...

— Откуда именно? — моментально спросил Вольфганг.

— Да вообще отовсюду. Тащат сюда всё, что у них есть в наличии.

— Они запросили помощь только сейчас? — удивлённо переспросил он.

— Нет сэр, простите. Первый запросы пошли около двадцати минут назад. Ребята Каспара только сейчас смогли взломать их коды связи. Они воспользовались для связи перемещёнными спутниками, взамен тех, что мы выбили ночью. И видимо сменили коды для коммуникации. В любому случае, у нас скоро будут гости.

Альфред начал лихорадочно соображать. Ближайшее место откуда они могли получить существенную помощь, была база «Корнад», но её можно было вычеркнуть из списка. Даже если подмога оттуда вылетит немедленно, то её ждать около двух — трёх часов. Нет. Скорее всего они в первую очередь попробуют перебросить сюда силы из столицы. Тут максимум пятнадцать минут лёта. И возможно из Катак-Репала. Альфред знал, что там всё ещё оставались подразделения шестого и одиннадцатого полков. По крайней мере те, которые ещё не успели вывезти сюда. Плюс была база трансатмосферных истребителей в новом космопорте столицы. Правда этих машин у сульфарцев было всего ничего. Вряд ли и пол дюжины найдётся для немедленного применения. Значит в первую очередь стоит опасаться сил из Джайпур-Бана. Конечно силы безопасности охранявшие столицу были в массе своей значительно хуже подготовленны, нежели кадровые военные части. Но, у них были мобильные доспехи и пехота, а так же воздушный транспорт. Моментально они не отреагируют, а значит, у них было от тридцати до сорока пяти минут. В лучшем случае.

Более чем достаточно времени.

— Окей, Дирг. Выпусти дополнительные беспилотники для наблюдения. Присматривайте за воздушным пространством со стороны столицы и Ландширского пояса. И передай эту информацию Абалу. Пусть поторопится...

Ослепительный луч чистой, разрушительной энергии распорол небо. А вслед за ним, в воздух взметнулось пламя.

15 часов 26 минут

«Бакхауф» Ренейт дал залп из своей плазменной пушки. Поток перегретой плазмы ударил в то место, где ещё мгновенье назад находился почерневший от копоти и дыма королевский «Ракшасс». В последний момент его пилот успел увести машину за стену здания из за которого он вёл огонь и плазменный выстрел слизнул часть стены, оставляя после себя лишь перегретый и дымящийся шлак.

Девушка быстро сбросила израсходованную водородную ячейку и заменила её на новую. Плазменные орудия обладали огромное мощью, но у них были и свои недостатки. Одним из таких была дальность. Она составляла не более ста пятидесяти метров. Это было максимальное расстояние, на котором могло удерживаться магнитное поле вокруг выпущенного плазменного заряда. Потом оно рассеивалось и плазма быстро вступала в реакцию с кислородом, превращаясь в облако раскалённого ионизированного газа. Но в текущих условиях, когда бой вёл чуть ли не в упор, плазменные орудия подходили идеально из за своей колоссальной порождающий мощи.

Взвыло радарное предупреждение. Девушка быстро отреагировала, развернув доспех. Плазменная пушка всё ещё находилась в стадии зарядки для нового выстрела, поэтому Рен быстро перевела систему огня на блок рельсовой пушки. Один из дополнительных манипуляторов выдернул контейнер с ней из за спины «Бакхауфа» и подал освободившееся от защитного контейнера оружие в левую руку доспеха.

Как раз вовремя. Взвывшие ускорители подбросили доспех массой в двадцать семь тонн в воздух, давая Ренейт больше пространства для ведения огня. Тройка королевских «Архантов» открыли огонь из своих пушек, но лишь бесполезно вспороли снарядами бетонное покрытие. Рен сделала несколько выстрелов, уничтожив одну из машин, а затем боковым импульсом ускорителей швырнула свой доспех в сторону. «Бакхауф» тяжело приземлился на ноги, оставив десятиметровые борозды на бетонном покрытие базы.

Из за стены выскочил «Ракшасс», с которым она перестреливалась пол минуты назад и окатил её очередью из своего двадцати миллиметровго роторника. Сульфарец идеально подгадал момент для атаки, выскочив в то самое место, куда сместилась Ренейт после атаки танков. Подобное событие не на шутку встревожило девушку. Быстро активировав установленную за правым плечом ракетную установку, она выпустила несколько ракет по «Ракшассу», вновь заставив того отступить. Залёгшие в укрытиях королевские пехотинцы поддержали товарища огнём из переносных безоткатных орудий и своих винтовок. И если их ручное орудие не представляло для доспеха никакой опасности, то вот безоткатки могли серьёзно повредить даже такого монстра, как «Бакхауф».

Это была уже не первая атака, в которой остатки сил охранявшие базу начали действовать совместно, координируя свои действия. Эффект неожиданности от их атаки, позволивший им нанести первые страшные удары в самом начале, постепенно сходил на нет. Удивляться тут было нечему. Они изначально предполагали, что так и будет. Просто им нужно было разобраться с силами охранения базы раньше, чем они окончательно мобилизуются и подтянут сюда подкрепления.

— Я займусь ими, Рен! Разберись с «Ракшассом».

«Шварц» Генриха подпрыгнул в воздух на ускорителях и приземлился прямо на танки. Девять с половиной тон его доспеха рухнули на один из «Архантов», буквально вжав его в землю. «Шварц» направил свою винтовку вниз и несколько выстрелов пробили верхнюю броню башни, пройдя танк насквозь. Генрих отпрыгнул в сторону, дав несколько выстрелов по второму танку и повредив тому орудие.

Ренейт не стала медлить и сама бросилась в атаку. Её доспех всей своей массой врезался в здание за которым скрывался королевский «Ракшасс» и пробил его насквозь, выскочив с другой стороны в облаке пыли и обломков. Не ожидавший подобного королевский пилот промедлил всего на секунду, но этого оказалось достаточно. Рен открыла огонь сразу с двух рук. Сорокамиллиметровые снаряды импульсной винтовки оторвали противнику левую руку вместе с плечом, а выстрел из плазменной пушки превратил всю его грудную часть в кусок оплавленного и спёкшегося металла.

Миномётная система за левым плечом «Бакхауфа» активировалась, выбрасывая в воздух полтора десятка зажигательных бомб. Снаряды упали веером, в то место, откуда вела огонь пехота королевской гвардии, вспыхивая стеной огня, легко испепеляя всё, до чего мог добраться.

— Рен, перемещайся ближе к хашмитам и приглядывай за ними.

— Поняла тебя Генрих! Как у них дела?

— Они сейчас добивают последние остатки королевских доспехов.

Не тратя больше времени, Рен вновь активировала прыжковые ускорители и подняла доспех в воздух, направив его к паре отделившихся от группы хашмитских доспехов. Сейчас уже можно было не боясь использовать ускорители. Автоматические пушки на другой стороне базы были выведены из строя ракетным огнём и уже не смогут им помешать.

Девушка осматривалась по сторонам, в поисках какой либо угрозы. Попутно, она ещё раз проверила тактический дисплей. Одна из иконок на нём, ничем не отличающаяся от остальных кроме своего позывного, горела в небольшом отдалении.

«Шварц» Леона находился сейчас в дальней части базы. Его увешенная аппаратурой РЭБ и системами наблюдения машина неподвижно замерла на одной из крыш разбросанных по периметру базы здания. Похоже, что командир всё же прислушался к её словам и не потащил Леона в его состоянии в основную битву, оставив его наблюдать за происходящим и обеспечивать огневое и прикрытие и радиоэлектронное противодействие. Дальнобойная электромагнитная винтовка его «Шварца» переодически выискивала отбившиеся от основных сил одиночные цели и с лёгкостью расстреливала их с безопасного расстояния. Рен понимала недовольство на лице Леона, когда командир сообщил ему о его задаче, но ни сказал не слова.

Точки на экране сдвинулись. Один из «Дуллаханов» под прикрытием «Гренделя» проверял технические ангары. Пилот доспеха попросту вскрывал их и заливал внутренние пространство из установленных на доспехе противопехотных огнемётов, убивая внутри всё живое. Рен была против подобного, но когда попыталась высказать эти мысли командиру, Вольфганг лишь покачал головой.

«Не мы здесь руководим парадом, Рен. Пускай делают что хотят, а мы потом сможем показать ситуацию с нашей точки зрения.» — ответил он тогда.

И Рен последовала приказу. Когда всё закончится, они смогут со всем разобраться. И с этой дурацкой операцией. И с Леоном.

Ослепительный луч рассёк мир прямо перед ней, оставляя после себя лишь огонь и пламя. С экрана моментально пропала иконка «Дуллахана».

— Какого чёрта?! Что это было?

Ренейт не ответила. Ускорители подбросили её машину в воздух на двадцать метров, давая ей отличный обзор с высоты. И то, что она увидела, заставило её тело похолодеть от страха.

По базе кто-то словно прошёлся ножом, разрезав несколько стоящих перед ангарами зданий. Девушка быстро нашла точку, в которой погиб хашмитский «Дуллахан». Она сделала это как раз во время, что бы увидеть, как из одного из технических ангаров, в облаке оставшихся от хашмитской машины обломков, на свободу вырвалось... нечто. Ренейт ещё никогда не видела подобной машины. Больше чем «Ракшасс» или «Дуллахан». Больше и массивнее чем рейнские «Бакхауфы». Серая груда брони с багряно-алыми проблесками.

Противник двигался с абсолютно неестественной стремительностью. Он не бежал или использовал прыжковые ускорители. Неизвестная машина как будто отталкивалась от земли, подпрыгивая в воздух и некоторое время паря в каком-то метре над ней. Оставшийся в живых «Гренедель» открыл огонь сразу из обоих своих двадцати миллиметровых роторников, закреплённых на коротких руках. Потоки выпущенных им снарядов ударили в то место, где ещё мгновенье назад находилась неизвестная машина. Расстояние было меньше семидесяти метров. С такой дистанции просто невозможно было промахнуться, но этот монстр всё же увернулся. С невероятной скоростью, которую Ренейт уже видела, он приблизился к судорожно пытающемуся отступить «Гренделю». Хашмитский пилот воспользовался прыжковыми двигателями, чтобы попытаться отпрыгнуть назад и разорвать дистанцию, но этот монстр не дал ему такой возможности. Он просто схватил того за вытянутую ногу в самом начале прыжка и с силой впечатал лёгкий доспех в бетонное покрытие базы, после чего одним ударом ноги раздавил кабину, в которой находился пилот.

Это был он.

Ренейт была в этом уверена. Та самая машина, что убила Райнхарда этой ночью. Сейчас она выглядела несколько иначе, но эти движения, пугающая скорость и размеры не оставляли сомнений.

Одна из точек на дисплее, обозначающая «Шварц» Леона сорвалась со своей позиции и бросилась к ним.

15 часов 32 минуты

Вимал в ужасе смотрел на то, что осталось от попытавшегося ворваться внутрь «Дуллахана» противника. Неизвестное оружия в руках этого монстра практически рассекло того на две части.

— Не спи, пацан! Старик! Я отвлеку их на себя. Проваливайте отсюда.

Стоящий в центре ангара монстр бросился вперёд, отбросив стоящий на своём пути мёртвый доспех в сторону, словно это была детская игрушка. Стоявшие в задней части ангара флаеры поднялись в воздух и рванули к выходу.

Ошарашенный произошедшим Вимал даже не ответил. Просто бросился следом за флаерами. Мир за стенами ангара встретил их солнечным светом и чёрными столбами дыма, что поднимались к нему с разных концов базы. Вимал вывел доспех наружу и помчался следом за флаерами. Его доспех бежал сбоку от них. Теперь Эранди понимал, почему так важно было вывести отсюда этих людей. Если это было, о чём он только что подумал, то ни в коем случае нельзя было допустить, что это попало в руки этих ублюдков.

Словно подтверждая его слова, пространство за их спиной прорезал ещё один ослепительный луч.

Вимал отбросил лишние мысли, лишь изредка поглядывая на систему связи доспеха, которую он настроил на код своего личного комлинка. На тот случай, если Лата попробует связаться с ним.

Система предупреждения выдала тревожный сигнал. Из за стоящего перед ними здания показался вражеский «Грендель». Мех развернулся к ним на своих похожих на птичьи ногах, наводя закреплённые на предплечья орудия на флаеры. Вимал среагировал моментально. На одних вбитых в него тренировками рефлексах. Импульс прыжковых ускорителей бросил его машину вперёд и немного вверх. Перепрыгнув флаеры, «Шах» врезался в «Гренделя» всей своей массой, повалив того на землю. Видимо вражеский пилот нажал на тригерры орудий и упавшая на землю машина начала стрелять во все стороны. Одной рукой «Шах» отодвинул от себя короткую руку с роторником, а второй ударил по корпусу вражеского доспеха. Висящий пол тонны стальной четырёх палый кулак смял весь основной блок оптических сенсоров. Вимал ухватился за то, что от них осталось и вырвал вместе с кабелями и кусками смятых композитных пластин.

Он знал, что даже этого скорее всего было мало, чтобы лишить мобильный доспех боеспособности. «Шах» избивал Грендель буквально голыми руками, сдирая с него навесное вооружение. Машина Вимала была практически безоружна, за исключением комплекта к двум противопехотным пушкам, встроенным в головной модуль. Они предназначались для противодействия живой силе противника на близкой дистанции и эффективно справлялись с этой задачей. Вот только против брони мобильных доспехов, они чуть более чем бесполезны. Сейчас у Вимала попросту не было необходимого для сражения снаряжения. Всё, что он мог сделать, это позаботиться о том, что бы этот доспех не смог продолжить бой.

Покончив с «Гернеделем», «Шах» последовал за флаерами. Вимал вёл боевого робота между зданиями базы, следуя за машинами с гражданскими, переодически поглядывая на дисплей, транслирующий картинку с задних камер. Долго укрываться у них не выйдет. Рано или поздно, но им придётся выйти на открытую местность, что бы флаеры могли набрать скорость и уйти из опасной зоны. Это будет самый опасный момент.

Именно так и оказалось. Системы предупреждения машины взвыли протяжным воем. Кто-то только что осветил его доспех прицельным радаром. Не прошло и двух секунд, как звук сменил тональность. С восточной части базы в воздух устремилось полдюжины ракет. Тонкие стрелки, оставляющие за собой дымные хвосты. Они поднимались в небо по дуге, постепенно переходя в пологий полёт и сейчас направлялись прямо к ним. Вимал бросил взгляд на дисплей. Флаеры наконец-то вырвались на открытое пространство. Они начали набирать скорость и высоту, что бы быстро перемахнут через окружавшую базу стену. Системы доспеха уведомили Вимала, что на него было нацелено как минимум три ракеты, а значит остальные были...

— Не сбавляйте скорость! — прокричал он водителям флаеров по заранее установленному каналу связи. — Я отвлеку ракеты на себя.

Прежде чем они успели хоть что-то ответить, Вимал вывел ускорители «Шаха» на полную мощность. Притяжные ремни болезненно впились в плечи, а перегрузка вжала его в кресло с такой силой, словно хотела раздавить. Выкрашенная в песочный камуфляжный оттенок машина прыгнула вверх, прямо на встречу приближающимся ракетам. Расстояние между ними быстро сокращалось. У него не было возможности определить за такой короткий промажут времени, какие из них были нацелены на его доспех. Поэтому, он решил действовать просто. Скакнул верх и в сторону, что бы развести для ракет радарные цели.

И их электронные мозги купились на это.

Тройка ракет сразу же изменила траекторию полёта, откланяясь в его сторону. Активировались автоматические пушки установленные в головном модуле доспеха, наполняя воздух сотнями разогнанных до сверхзвуковой скорости снарядов. У него было всего несколько секунд, но за это время Эранди успел сбить три ракеты из шести. Те, которые продолжили полёт в сторону удаляющихся на пределе мощности своих двигателей флаеров. А вот с тремя ракетами, которые нацелились на него, он уже просто не успевал что-либо сделать.

Поэтому, он попросту развернул доспех в воздухе и врубил ускорители на полную мощность, бросив машину к земле. Ракеты тут же сменили траекторию, преследуя свою цель. Когда до поверхности оставалось всего ничего, Вимал вновь активировал двигатели, выведя их на предельную мощность. Топливо для прыжковой системы стремительно заканчивалось. Его и так было немного, а использование ускорителей на пределе возможностей быстро расходовало тот небольшой запас, который у него был. «Шах» развернулся спиной к земле. Стволы установленных в головном модуле орудий открыли огонь, успев зацепить одну из ракеты и повредив ей стабилизаторы. Потерявший управление снаряд вильнул в воздухе, оставляя за собой дымный след и пропал из виду.

А затем, все обзорные экраны закрыло огромное облако пыли и горячего газа, поднятого выведенными на полную мощность ускорителями. «Шах» швырнуло в сторону у самой поверхности и ракеты не успели повторить этот манёвр. Слишком большая у них была для этого уже набранная скорость. Они бесполезно взорвались, врезавшись в землю. Ударная волна настигла Вимала, безжалостно впечатав его машину в землю. Потерявший управление доспех врезался в окружавшую базу стену и проломил её насквозь, после чего врезался в стоящее за ней здание. Притянутого к ремнями к креслу Вимала швыряло внутри кабины как детскую игрушку. Его доспех несколько раз перевернулся, катясь кубарем по земле, пока наконец не замер искорёженной грудой металла, лежащей на земле.

15 часов 32 минуты

В главном командном центре базы «Багран» творился самый настоящий хаос. И генерал Оджас находился в самом его центре.

— Генерал! Подкрепления и техника из столицы будут здесь через пятнадцать минут, — доложил один из офицеров ответственный за связь со столичным гарнизоном.

— А что с нашими подразделениями в Катак-Репале?

— Первые боты с пехотой и лёгкой техникой уже вылетели, но на то, чтобы подготовить к переброске тяжёлую им потребуется ещё как минимум тридцать минут. Раньше они просто не успеют.

Вопрос только в том, продержимся ли мы эти тридцать минут, — подумал Оджас.

Нет! Мы обязаны сделать это.

— Майор!

Сабах оторвал голову от тактического экрана. На схеме базы передвигались десятки разрозненных иконок.

— Наши силы у лётного поля смогли укрепиться и сейчас держат позиции. Несколько мобильных доспехов и два танковых взвода застряли у топливохранилищ и пока не могут сдвинутся с места. Но...

Мощный взрыв прошёл через двадцать метров почвы и бронированного фундамента, который прикрывал главный командный центр базы. В отличии от многих, Сабах даже не обратил на это внимания. Этот бункер специально был предназначен для того, что бы выдержать любой возможный обстрел с поверхности и сейчас им ничего не угрожало. По крайней мере пока что...

— Генерал! Пехота противника штурмует здание главного штаба!

Оджас свернулся с места.

— Покажите мне!

— Конечно, сэр.

Перед глазами многих собравшихся появилось голографический экран, передававший видео поток с камер внешнего наблюдения. Фасад здания над их головами горел, раскуроченный на обломки мощным взрывом. Через него, добивая раненых гвардейцев двигались фигуры в штурмовых бронекостюмах. Вражеская пехота быстро ворвалась внутрь, беспощадно подавляя любое сопротивление. Вокруг генерала прозвучало несколько панических выкриков. Эфемерная безопасность, которую давали им стены бункера только что была нарушена.

— Майор, — Оджас быстро повернулся к стоящему рядом с ним Сабаху. — Я хочу, чтобы вы немедленно направились в резервный центр управления.

— Генерал, я...

— Немедленно, майор. Здесь мы пока ещё в безопасности и будем какое-то время. Но я хочу, что бы на резервном пункте находился человек, которому я доверяю.

Оджас быстро подошёл к своему терминалу и набрал несколько команд на его панели, после чего отдал небольшой инфочип замершему перед ним офицеру.

— Здесь приказ с моим личным кодом о том, что командование переходит к вам.

— Генерал, при всём моём уважении, там могут справится и без меня. Здесь от меня будет куда больше прока чем...

Оджас не выдержал и схватив майора за локоть развернул его в сторону.

— Чёрт возьми, Сабах, они на уже на грани! Ты понимаешь? Эти ублюдки никогда бы не решились на что-то подобное, если бы имели в своих руках другие возможности. Через двадцать минут сюда начнут прибывать подкрепления из столицы. А ещё через двадцать техника, оставленная нами в Ландшире. И тогда мы раздавим этих мерзавцев. Но я не могу допустить всё на волю случая. Мы любой ценой обязаны сохранить контроль над системами управления орудиями противокосмической обороны. Обязаны, учитывая, что эти проклятые корабли будут над нашими головами уже через тридцать минут. И когда это произойдёт, я хочу чтобы вы были там. Если с нами что-то случится, я хочу, чтобы вы не позволили этим ублюдкам приблизиться к планете.

Сабах несколько секунд смотрел в решительные глаза стоявшего перед ним генерала, а затем кивнул. Всё его естество противоречило против этого приказа. Он хотел, жаждал остаться здесь и продолжить координировать действия разбросанных по базе остатков гарнизона. Им уже удалось кое как стабилизировать положение, а теперь, его срывали с этого места.

Конечно же, он всё понимал. Оджас был прав. Если они потеряют контроль над системами ПКО и позволят неизвестным кораблям приблизится к ним, то кто знает, что может произойти. Естественно, эти системы можно было контролировать и из дворца, но прежде чем находящиеся там люди разберутся в ситуации и начнут действовать пройдёт время. Они не могли допустить себе проволочек. И генерал хотел возложить эту обязанность на него на тот случай, если центральный командный пункт будет захвачен.

— Я всё понял, генерал. Будет исполнено.

Оджас вздохнул и улыбнулся.

— Отлично. Тогда идите майор. Воспользуйтесь туннелем.

— Есть, сэр.

Сжав в руке чип с приказом, Сабах бросился к дверям ведущим из командного центра. Самар проводил взглядом его покидающую бункер фигуру и вернулся обратно к своему терминалу. Стоило ему это сделать, как один из офицеров орбитальной связи окрикнул его.

— Генерал! Станция астроконтроля засекла новые цели!

— Выведите на мой дисплей.

— Сейчас генерал.

Картинка на его экране моментально изменилась. Теперь она показывала сенсорную схему орбитального пространства вокруг Сульфара радиусом в десять световых секунд. Шесть отметок неопознанных кораблей по прежнему приближались к планете, постепенно замедляясь для выхода на орбиту. Таймер услужливо подмазывал что до этого момента осталось всего тридцать четыре с половиной минуты. Но было и кое что новое. С двух самых крупных кораблей начали отделяться многочисленные мелкие отметки. Двадцать новых отметок моментально начали изменять траекторию своего движения, направляясь к зависшей в пространстве станции.

Глава 17

15 часов 35 минут

Синангар

Каспар внимательно следил за тем, как разворачивались события в столице. Его люди подключились к одному из сульфарских спутников наблюдения. С их технологиями это совершенно не представляло какой либо проблемы. И сейчас они получали самые подробные сведенья о том, как проходила операция. И, что несомненно радовало Каспара, пока всё шло очень даже хорошо.

— Сколько осталось до прибытия кораблей коммодора Штрельца?

— «Ноттингем» и сопровождающие его корабли выйдут на орбиту через тридцать две минуты, сэр. Они уже сбросили штурмовые челноки для захвата станции астроконтроля и орбитальной инфраструктуры.

Каспар дивлённо посмотрел на своего помощника.

— Уже? Хм... Кровель действует шустро. Они вызывали нас?

— Да, сэр. Уже трижды. Мы продолжаем игнорировать их, как вы и приказали.

Каспар кивнул. Армейское командование не имело права отдавать приказы представителям СВР. И в данный момент, до прибытия Кровеля и своры его цепных собак он по прежнему оставался руководителем операции. Тем не менее, он не собирался позволить этому полоумному солдафону вставлять себе палки в колёса.

Особенно сейчас.

По сути, в данный момент они вернулись к изначальному плану. Штурм базы. Вывод систем управления ПКО из строя чтобы позволить кораблям Штрельца произвести высадку десанта. После чего ликвидировать всю верхушку сульфарской знати. Конечно же, их совместный с Русталом план делать всё своими силами провалился. Это было печально и крайне неприятно. Из за этого, сейчас им приходилось действовать крайне малыми силами, но похоже, что всё будет сделано так, как нужно.

Естественно, корабли Штрельца могли подавить орудия ПКО Сульфара. В этом Каспар не сомневался ни единой секунды. Но на это потребуется время и вполне возможно приведёт к ненужным жертвам со стороны рейнских ВКС. Но всё это было не столь важно в сравнении с тем маленьким фактом, что в таком случае это будет явный провал со стороны Каспара. У него было конкретное задание и он его провалил. А руководство СВР не любит неудачников. Именно по этой причине, сейчас было так важно чтобы план Рустала сработал и его безумные мясники всё сделали как надо. Ну и конечно же самому Каспару не помешает подчистить несколько хвостов за своей собственной спиной. Насчёт одного такого, он уже позаботился.

Теперь же, пришло время заняться другим. Он достал из кармана своего пиджака коммуникатор и набрал код вызова. Несколько секунд ему никто не отвечал, но затем на экране появилось лицо одного из его оперативных агентов, которые тайно работали в Синангаре.

— Сэр?

— Можете начинать. Приказываю выйти на контакт с объектом через десять минут.

Мужчина на экране серьёзно кивнул.

— Да, сэр. Приступаем к исполнению.

Экран погас, а Каспар удовлетворенно убрал устройство в карман. Не пройдёт и пятнадцати минут, как Рустал Иран Хашми станет лишь ещё одной печальной жертвой в этот несомненно прекрасный день.

15 часов 35 минут

База «Багран»

Али играючи увернулся от выстрелов сразу двух «Дуллаханов», которые наступали на него прикрываясь своими массивными щитами. Используя плазменные двигатели «Шерхан» моментально развернулся на сто восемьдесят градусов и отпрыгнул назад, подкрепив прыжок дополнительным импульсом движков.

Система контроля вооружения запищала, сигнализируя о полной зарядке орудия и Али отрубил ускорители, позволив доспеху упасть на землю. Ноги «Шерхана» коснулись бетонного покрытия и заскользили по нему, подчиняясь инерции и оставляя за собой глубокие царапины. Пальцы Али нажали на тригеры и «Лэнс» выстрелил вновь. Огромное, массой в пять с половиной тонн орудие в руках «Шерхана» вспыхнуло ослепительным светом. Луч сияющей, разрушительно энергии играючи пробил какое-то техническое здание и скрывавшегося за ним «Дуллахана» насквозь, разорвав машину практически на двое.

Лучевое энергетическое оружие.

Никто и никогда не устанавливал подобные системы вооружения на мобильные доспехи. Это просто не имело смысла. Даже самые компактные образцы достигали очень крупных размеров и массы некоторых лёгких мобильных доспехов. Но даже это не было крупной проблемой. Основная сложность крылась в энергоснабжении оружия. Энергетический излучатель лазерной пушки потреблял колоссальное количество энергии. Оно было столь велико, что накопители доспехов были просто не способы обеспечить его адекватно питание. Пробовали использовать схему с установкой отдельных, заменяемых батарей в само орудие, но конструкция получалась слишком громоздкой. А при использование накопителей меньшего размера, выходная мощность пушки падала настолько, что рассеивающий эффект атмосферы делал применение подобного оружия бессмысленным. Слишком малая выходная мощность луча. Слишком громоздкая и сложная конструкция. Слишком большое потребление энергии.

Многие учёные, конструкторы и инженеры могли бы вдоволь посмеяться над этой ситуацией. И Рейнский Протекторат и Верден вели свои разработки в этом направлении, но так и не смогли решить эти проблемы. А сульфарец по имени Неру Мукерджи смог. Но что было ещё забавнее, создание подобного и столь мощного оружия, являлось лишь побочным продуктом того, над чем он работал. «Танатос». Сверхкомпактный плазменный реактор. Естественно, его размеры не позволяли установить его в какой либо из существующих мобильных доспехов. Одно только ядро «Танатоса» было близко по размеру всему грудному модулю «Шаха». Но профессор Мукерджи не стал даже пытаться решать проблему в лоб. Вместе с командой лучших сульфарских инженеров они спроектировали и создали абсолютно новый мобильный доспех, предназначенный для «Танатоса». Так родился «Шерхан».

Он был больше и тяжелее «Ракшасса». А по подвижности превосходил «Шахи», в которых во главу угла ставилась манёвренность и скорость. Ядро реактора обеспечивало его огромнейшим запасом энергии, что позволило конструкторам не сдерживать себя вечной проблемой баланса между эффективностью и энергопотреблением. Сила. Манёвренность. Тяговооружённость. По всем этим параметрам он превосходил любую подобную машину в мире.

Но неуёмная желание конструкторов выжать из имеющейся машины самый максимум привели к тому, что ей стало просто невозможно управлять. Она была слишком чувствительной. Слишком быстрой. Слишком требовательной. При использовании системы плазменных двигателей, которые питались напрямую от реактора, перегрузки были такие, что даже самые лучшие сульфарские пилоты испытатели просто теряли сознание, не способные справится с ними. И тогда, во время одной из своих поездок в Союз, Неру и нашёл его.

Али Эль Сарчес. Бывший наёмник с мутным прошлым, который согласился стать пилотом испытателем его машины. Вне всяких сомнений неприятный, грубый и проблемный человек. Но у него было одно неоспоримое достоинство. Никто не мог сравниться с ним в управлении мобильным доспехом. Даже лучшие пилоты королевской армии и рядом не стояли с его навыками и способностями. Именно такова была сила человека, который последние тридцать лет сражался за деньги и свою жизнь, получая в боях бесценный опыт, получить который иначе было просто невозможно. В чём-то, он напоминал Неру самого себя. Извращённую и искажённую версию самого Мукерджи. Только если профессор стремился расширить свои познания, добиться лучшего решения стоящей перед ним технической проблемы, создать что-то новое, то единственное в чём был хорошо Али — это умение пилотировать доспех и убивать.

Импульс двигателей швырнул машину вперёд. Прямо к замершим перед «Шерханом» доспехам хашмитов. Среди них Али моментально подметил несколько выкрашенных в матово-чёрный цвет неизвестных машин. По губам Сарчеса скользнула усмешка. Две подобные модели он уже видел этой ночью. И даже смог справиться с одной из них. В принципе, он бы и со второй разобрался, не находись тогда ядро «Танатоса» в состоянии перегрева. Али развернул «Шерхана» и выстрелили из «Лэнса». Ослепительный энергетический луч полоснул по попытавшемуся прикрыться щитом «Дуллахану». Лазер разрезал щит, доспех и находившееся за его спиной здание словно раскалённый нож кусок масла. «Дуллахан» исчез в облаке огня. Это яркой вспышкой взорвались его энергетические накопители.

Разобравшись с противником, Али моментально увернулся от ответного огня его товарищей и пропустив поток плазмы сбоку от себя. Давно он не видел подобного вооружения. Слишком уж оно было дорогое. «Шерхан» вспыхнул ускорителями. Перегрузка вдавила Али в кресло с такой силой, что у него на мгновение потемнело в глазах. Зато он вновь смог увернутся от ещё одной атаки. Сразу два чёрных доспеха обстреливали его из тяжёлых импульсных винтовок, совершенно не жалея боеприпасов.

Эти ребята были хороши. Очень хороши. Действовали совместно, стараясь загнать его под огонь друг друга. Молодцы. Вот только...

Новый выстрел из «Лэнса» вспорол здание, пробив его насквозь, едва не попав в вооружённый плазменным орудием чёрный доспех, пройдя в считанных метрах от него.

Завизжали системы предупреждения о ракетной атаке. Али моментально развернулся в сторону приближающихся ракет и полоснул по ним из лазерной пушки. Энергетический луч «Лэнса» уничтожил часть ракет прямо в полёте. Ещё несколько погибли от осколков своих собратьев, а от оставшихся Али с лёгкостью уклонился, используя плазменные движки. Увернувшись прыжком от огня одного из хашмитских «Гренделей», Али подскочил к нему и одним ударом повалил лёгкую машину на землю. Благодаря реактору «Шерхан» обладал куда большей силой, чем любые другие машины. Его приводы и искусственные мышцы были мощнее чем у кого бы то ни было. Али даже не нужно было тратить заряд лазерной пушки на подобную мелочь. Левая рукой он сорвал пластины брони, которые прерывали кабину и следующим же ударом раздавил её вместе с находившемся внутри пилотом. Расположенные на бёдрах поворотные модули с плазменными двигателями развернулись, отбросив «Шерхана» назад. В том месте где он был секундой ранее ударил заряд плазмы, испепелив десяток квадратных метров бетона и то, что осталось от «Гренделя».

Да, эти ребята совершенно точно не местные, — сделал он вывод. Уж слишком они любят использовать прыжковые системы. Сульфарцы больше полагались на маневрирование на земле, используя ускорители лишь для того, что бы разорвать дистанцию или же получить преимущество в атаке. Эти же пользовались ими куда чаще и эффективнее, моментально меняя положение своих машин в пространстве и занимая более удобное положение для скоординированной атаки. Они привыкли сражаться в группе, полагаясь друг на друга.

Но, это можно было обратить и против них.

Радар доспеха выдал предупреждающую трель об изменении ситуации на поле боя. Четыре уцелевших «Дуллахана» и два «Гренделя» вдруг повернулись и начали отступать. А вот пять иконок наоборот стремительно приближались к нему.

15 часов 40 минут

— Какого чёрта тут происходит?!

— Откуда у них подобное вооружение?! Что это вообще за машина такая?

— Заткнулись! — рявкнул Вольфганг на Генриха и Ренейт. — Действуем по плану.

Альфред быстро переключился на канал, который связывал его с Садхиром и его людьми.

— Садхир, отступите назад. Он слишком опасен для вас. Мы сами займёмся им.

— Как скажешь, аджанби. Оставляем этого противника вам.

— Да уж, спасибо, — проворчал Вольфганг и выкинул прошедший разговор из головы и вернулся на линию связи с отрядом. — Так! Вы все смотрели записи. Окружаем его и загоняем под огонь. В ближний бой к нему не лезть.

Его ребята отозвались дружными подтверждениями.

Грёбаные сульфарцы... Откуда в вас могла взяться подобная машина?

Вольфганг знал о том, что королевство обладает хорошей и достаточно развитой промышленностью для того, чтобы проектировать и производить свои собственные мобильные доспехи, которые обладали достаточно высокими характеристиками. А ведь далеко не все планеты решаются на это. Проще закупить нужную технику и всё. А сульфарцы мало того, что решили разрабатывать свои собственные доспехи, так эти машины совершенно не уступают доспехам союза и даже превосходят их. Да, произведённые в Рейне «Шварцы» и «Бакхауфы» были лучше, но этот разрыв был не настолько большим, как того хотелось бы Альфреду. А эта машина была за гранью всего, что ему доводилось видеть.

Нет, — поправил себя Альфред. — Не только она. Её пилот был профессионалом, который не раз понюхал пороха. Такие навыки нельзя получить на тренировках и симуляторах. Кто бы не сидел сейчас в кабине этого монстра, он хорошо знал его возможности и слабости. И знал, как ими пользоваться.

Вот и сейчас, он играючи выскользнул из казалось бы захлопнувшейся ловушки. Огнём плазменной пушки Ренейт загнала его между двумя техническими ангарами. Прямо под огонь «Шварца» Генриха. Но этот ублюдок просто пробил стену и скрылся внутри здания. А в следующий миг уже Генриху пришлось уворачиваться, когда сделанный казалось бы в слепую выстрел прошёл в полуметре от его машины. Лазерный луч вспорол стену здания, в котором скрылся их противник, чуть не задел «Шварца» и насквозь пробил следующий ангар. А их враг уже выскочил с другой стороны в облаке разлетающимся во все стороны облаке обломков.

— Окружайте его! Нужно загнать его на открытое пространство, — быстро приказал Вольфганг и пустил своего «Шварца» в обход зоны сражения.

Проходи бой на открытой площадке, они справились бы с ним за пару минут. Да, этот мерзавец был дьявольски быстр, но на открытой местности даже у него не получится увернутся сразу от пяти доспехов. Здесь же, было слишком много укрытий, за которыми тот мог спрятаться, что бы быстро разорвать дистанцию и уйти из под атаки. Жилые и административные здания и прочие строения давали ему хорошее пространство для манёвра и укрытие от огня.

Но это не могло продолжаться вечно. Рано или поздно численное превосходство рейнских доспехов скажет своё веское слово. Всё что им было нужно, это медленно и аккуратно затягивать удавку на шеи этого ублюдка, пока у него не останется пространства для манёвра.

А отряд Вольфганга хорошо умел это делать.

15 часов 42 минуты

Радж бежал по подземным переходам ища нужный поворот. Действия бурлившего в крови адреналина, что наполнял его после прошедших событий, уже прошло и теперь всё тело болело после побоев, которе ему устроила эта мразь. Особенно болело пострадавшее лицо. Радж в очередной раз пошевелил кончиком языка один из передних зубов, который раскачивался, едва держась на своём месте.

Но он упрямо продолжал идти вперёд, вглядываясь в информационные таблички. Он не соврал Лате. Радж действительно хорошо знал систему расположенных под базой тоннелей. Но это всё равно, что сказать, что человек хорошо знает прочитанную книгу. Это не означало, что он сможет переписать её точь в точь по памяти. Нет, просто он хорошо знал последовательность событий, описанных в тексте. Здесь была тяже ситуация. Радж хорошо знал систему подземных коммуникаций. Но переходы М-43 и АН-84 остались ещё со времён, когда база была коспомортом и давно не использовались. Сам он был там всего лишь однажды. Поэтому, Радж лишь представлял, где именно они находятся и как до них добраться. Было бы гораздо проще, будь у него планшет с полной картой всех подземных туннелей, но его у него забрали ещё несколько часов назад, когда эти мерзацы схватили его и Ваза.

Самая большая проблема была в том, куда идти сначала. Им нужны были два туннеля, но они оба находились довольно далеко друг от друга, хоть и оба в итоге пересекались под землёй. Радж подумал и выбрал М-43. Только к нему вели достаточно широкие проходы, чтобы по ним мог пройти ручной погрузчик с антишграв платформой. Мысли об оставленных наверху, в недрах разрушенного склада, пустых ящиков от боеприпасов не выходили у него из головы. Сам Радж никогда этих бомб не видел, но если Лата была права, то эти штуки наверняка были чертовски тяжёлыми. Слишком тяжёлыми, что бы тащить их вручную. А значит, хашмиты воспользовались для их транспортировки платформой. И только до М-43 можно было добраться вместе с платформой нигде не застряв по дороге.

По крайней мере, так он считал.

Молодой техник нашёл нужный, отмеченный табличкой поворот. Обрадованный, он свернул туда и по широкому коридору добрался до ведущей вниз широкой лестницы. Проход вниз перекрывала решётка. Радж несколько раз дёрнул её, но та оказалась заперта. Несколько секунд, которые парень потратил на контрольную панель, оказались потрачены зря. Зато Радж убедился в том, что оказался прав. Панель управления замком была полностью раскручена до нерабочего состояния. Видимо мерзавцы заперли её за собой и просто уничтожили систему управления, чтобы никто не смог пройти их путём.

Но на этот случай, у Раджа при себе была отличная отмычка. Он отошёл на несколько шагов и направил винтовку прямо на замок. Тщательно прицелившись, он нажал на спуск, но ничего не произошло. Спусковой крючок под его пальцев не поддался ни на миллиметр. Выругавшись, молодой техник потратил с пол минуты на то, что бы найти автоматический предохранитель и отключить его. Короткая очередь разнесла замок, изрешетив его. Во все стороны разлетелись металические осколки, один из которых болезненно чиркнул Раджа по голени. Парень зашипел от боли, оттолкнул решётку и начал быстро спускаться по лестнице.

15 часов 46 минут

Лазерная пушка «Шерхана» в очередной раз огрызнулась, отогнав назойливых противников. Как бы того не хотелось, но Али пришлось признать. Его противники были слишком хорошо обучены, чтобы позволить легко себя убить. Любая его попытка навязать им ближний бой, где скорость и сила «Шерхана» давала ему огромное преимущество, оканчивалась неудачей. Его оппоненты явно предпочитали сражение на средней и дальней дистанции, постоянно поддерживая расстояние и не позволяя втянуть себя схватку на короткой дистанции. Было очевидно, что они сделали выводы из их короткой схватки этой ночью.

Пространство базы, на котором сражался «Шерхан» и пятёрка рейнских мобильных доспехов превратилась в руины. Обе стороны не жалели огневой мощи, постепенно превращая окружавшие их здания и инфраструктуру базы в руины.

Один раз Али попыталась атаковать пехота в бронекостюмах. Они использовали переносные ракетные комплексы для борьбы с техникой, но эта попытка была пресечена с максимальной жестокостью. Лазерному лучу «Лэнса» было всё равно. Металлы, композитная броня, плоть и кости. Это оружие с играющей лёгкостью испаряло всё чего касалось. Пальцы «Шерхана» алели от крови. Нескольким хамитским пехотинцам не повезло оказаться к нему «слишком» близко. Али раздавил их тела с такой же лёгкостью, с какой ребёнок ломает фигурки игрушечных солдатиков.

Поток плазмы ударил слева, оставив в месте попадания пятно расплавленного бетона и вынудив Али быстро отступить в сторону. Он постепенно отходил, позволяя своим противникам медленно но уверенно окружать себя. По его расчётам и прикидкам у него было ещё около пары минут, пока эти засранцы не прижмут его окончательно, лишив пространства для манёвра.

И это было прекрасное, пьянящее чувство опасности. Он обожал его. Жил ради него. Лишь здесь, на поле боя перед смертельной опасностью Али чувствовал себя живым. Лишь тогда, когда делал то единственное, что умел лучше всего. Он наблюдал за своими противниками. Оценивал их реакцию на различные свои действия. Запоминал. Они двигались слаженно и эффективно. Использовали уже годами отработанные тактики. Это было хорошо заметно. Особенно в манере боя хороших военных подразделений. Профессиональные армии давно перевели войну в математическую плоскость, где всё подчинено тактическим схемам и определённым действиям, направленным на достижение лучшего результата. На современном поле боя не осталось места одиночкам. Берсеркам. Безумцам, которые было плевать на такие вещи, как эффективность и тактика. Людям, которых вело лишь одно желание — убивать.

Но это не означало, что таких людей не осталось.

Матово-чёрный «Бакхауф» выскочил из за здания прямо перед «Шерханом».

Классическая схема. Тяжело вооружённый доспех атакует на расстоянии, что бы заставить его уклоняться и сменить позицию. Али читал их словно раскрытую книгу. Ствол плазменной пушки полыхнул ярким синевато-белым светом, выплюнув плазменный заряд прямо в него. Но вместо того, что бы как и раньше уклониться от выстрела, Али бросился вперёд. Его ответный залп из «Лэнса» ударил в туже секунду, как выстрелила плазменная пушка. Лазерный луч прошёл через поток сдерживаемой магнитным полем плазмы, разрушая его и превращая в облако раскалённого ионизированного газа. «Шерхан» вломился прямо в него и выскочил с другой стороны. Блоки навесной брони раскалились от соприкосновения с облаком раскалённого газа. Системы машины взвыли о перегреве, но Али было плевать. Он наконец-то подобрался к своей цели.

Почти тридцати тонный «Шерхан» врезался в «Бакхауфа». Первым же ударом, он уничтожил плазменное орудие, лишив своего противника оружия. Рейнский пилот попытался отступить. Его прыжковые ускорители включились раньше, чем фрагменты плазменной пушки упали на землю, но Али не собирался упускать свою добычу. Следующий удар впечатал рейнский доспех в стену стоящего рядом здания. Верхние этажи обрушились вниз, погребая его под обломками и строительным мусором.

Эти ребята всегда действовали по чётким схемам. Одни доспех своим огнём заставляет его уклонятся, загоняя под огонь более подвижно и лёгкой машины. А значит...

Забыв о выведенном из строй противнике, «Шерхан» развернулся, поднимая лазерную пушку и нацеливая её в то место, которое ещё секунду назад было пустым.

— Генрих!

Крик командира ударил по ушам. Словно в замедленной съёмке, Леон наблюдал как ослепительный энергетический луч пробил машину Генриха насквозь, даже не заметив дополнительной брони, которая покрывала их машины. «Шварц» взорвался прямо в воздухе, разлетевшись на куски.

Двигатели машины Леона взвыли, буквально швырнув доспех вперёд. Туда, где скрывался этот красный ублюдок. Туда, где была Рен. Телеметрия с её машины всё ещё исправно поступала, а значит хотя бы сам доспех был цел. По крайней мере пока что.

Дирг на своём «Бакхауфе» последовал за ним. Мимо пронеслись залпы его плазменного орудия, но неизвестный доспех с лёгкостью ушёл из под огня. Даже «Шварцам» не хватало скорости, что бы угнаться за ним. Леону просто не хватало манёвренности. Навешенное на доспех оборудование вместе с пластинами дополнительно брони слишком утяжеляли машину, лишая её привычной Леону подвижности.

По системе связи понеслись новые приказы командира отряда.

— Дирг, Леон, обходите его! Нужно отогнать эту мразь от машины Рен.

— Да босс.

— Понял, — моментально отозвался Леон и быстро воспользовавшись ускорителями сместился в сторону.

— Ренейт! Что с тобой?

— Доспех завалило...

— Будь на месте и не привлекай к себе внимание. Мы уже рядом...

Остатки слов Вольфганга Леон уже не слышал. Его «Шварц» вылетел из за угла здания. Это был он. Без всяких сомнений. Этот красный доспех. Сейчас он выглядел иначе, но это точно был он. Мразь, убившая его друзей. А за его спиной разрушенное здание в котором находился погребённый под обломками доспех Рен.

«Шварц» рванул вперёд, прямо к нему. Длинноствольная винтовка его руках выстрелила один раз, затем сразу же второй. Опереенный вольфрамовый сердечник преодолел расстояние до своей цели практически мгновенно. Первый выстрел прошёл мимо, пробив стену здания и вырвав из неё куски армированного бетона. Второй наконец смог задеть цель, вскользь зацепив её. Пятикилограммовая болванка сорвала с его плеча кусок навесной брони, одновременно с ответным выстрелом. Ствол Лазерной пушки полыхнул ослепительным светом. Леон едва успел уклонится от выстрела. В последний момент его «Шварц» оттолкнулся от земли в сторону. Лазерный луч прошёл в полуметре от его машины. Завизжали системы предупреждения о критическом перегреве. Навесная броня на правой стороне машины и хрупкая аппаратура РЭБ оплавилась и Леон быстро ударил по кнопке сброса. Вспыхнули пироболты, экстренно отсоединяя блоки дополнительной защиты и уже испорченное оборудование, которые в текущей ситуации лишь утяжеляли машину. Вновь обретший былую подвижность «Шварц» бросился вперёд, прямо к своей цели.

— Назад! — услышал он крик Вольфганга. — Не лезь к нему в одиночку...

Но Леон его не слушал. Злость и бешенство направленные на убийцу его друзей стучали в ушах, заглушая любые звуки. Всё, чего ему сейчас хотелось, это уничтожить «его». Убить. Разорвать на части. Винтовка выстрелила ещё раз, стараясь поразить ускользающую цель, но противник уклонился, уйдя в строну с такой скоростью, что перегрузка должна была лишить пилота сознания. Но Леон не собирался так просто отпускать своего противника. «Шварц» добежал до угла за которым скрыл его враг.

И моментально был отброшен назад мощным ударом. Леону показалось, что в его доспех на полном ходу врезался грёбанный десантный бот. «Шварца» уронило на землю, впечатав доспех в бетонное покрытие базы с такой силой, что оно пошло трещинами. Леон тут же постараясь подняться на ноги, но тяжёлая ступня «Шерхана» ударила его «Шварц» прямо в грудь, вжав его в бетон и не давая подняться. Пилот слышал, как скрипит броня его машины под этим страшным давлением. А на обзорном экране хорошо было виден ствол лазерной пушки, нацеленный прямо ему в грудь.

15 часов 46 минут

Он наконец нашёл её!

Она была там, где он и думал. Радж подбежал к лежащей на репульсорной платформе бомбе. Продолговатый цилиндр установленный на платформе покоился на специальных подставках, на которых он очевидно и хранился внутри контейнера. Полтора метра длинной и почти шестьдесят сантиметров в диаметре, заряд был выкрашен в стандартный для сульфарской армии серый цвет и покрыт множеством маркировок и мелких надписей. Небольшая часть в том месте, которое Радж мог бы назвать носом, была снята и изнутри тянулся толстый пучок проводов, подключены к лежащему на платформе устройству.

Быстро положив винтовку на пол, Радж опустился на колени и внимательно осмотрел то, что как он считал было подобием детонатора или передатчика. Молодой техник совершенно не разбирался в оружии, обладая лишь поверхностными знаниями. Но даже он понимал, что подобные бомбы не предназначены для кустарной переделки в самодельные взрывные устройства. А значит, что эта была грубая работа, выполненная на скорую руку для одной и простой цели. Радж осмотрел планшет, чувствуя, как пальцы покрылись потом и стали скользкими. Уведенное вновь наполнило его кровь адреналином. Тело было возбуждено. Сейчас, сидя перед этой штукой он точно должен был испытывать страх. Но вместо этого, чувствовал одно лишь возбуждение. Его тело затряслось от мелкой, радостной дрожи, когда он осознал одну вещь. Он мог отключить её. Сможет стать тем, кто всех спасёт. Сделает что-то значительное. Парень вспомнил девушку и ту безумную храбрость, которая светилась в её глазах. Он хотел быть похожим на неё. Таким же храбрым.

Прикусив губу, Радж осторожно взял планшет в руки и осмотрел его.

Схема подключения была простой и незамысловатой. Кто-то, возможно даже эти мрази Шаши и Нишант, использовал подключённый к ней планшет, что бы обойти встроенную в бомбу систему подрыва. Тут явно работали в спешке, а значит подключались по самой простой схеме. Получается, что планшет выполнял исключительно роль таймера или...

Вот только лежащей перед ним бомбе было глубоко наплевать на человеческие желания и стремления. Пока Радж размышлял, созданное человеческими руками средство разрушения спокойно дождалось когда запущенный на планшете таймер дошёл до нуля.

15 часов 46 минут

Самар Оджас внимательно следил за происходящим на базе. Вражеские пехотинцы захватили все выходы из здания штаба и сейчас держали его в кольце, но по какой-то причине не шли на штурм, оставаясь снаружи. Но так было даже лучше. Подкрепления из столицы будут здесь уже через шесть минут. Они смогу сдержать противника, а силы перебрасываемые из Катак-Репала закончат начатое. Да и мобильных доспехов у противника осталось не так много. Большая часть из них была потеряна, а сейчас, когда в бой вступил прототип профессора Мукерджи, стало окончательно ясно. Сегодня, победа будет за ними. Они смогли пережить случившееся. Сражение в Ландшире и нападение на базу были ужасны по своей кровопролитности, но молодая сульфарская армия смогла сегодня доказать свою необходимость. Теперь уже ни у кого не возникнет вопросов о её необходимости. И возможно, удача будет сопутствовать им и в дальнейшем.

Как Оджас и предполагал, отделившиеся от основной группы кораблей крохотные контакты оказались ничем иным, как абордажными челноками, направленными на захват станции астроконтроля. Три минуты назад они полностью лишись какой либо связи со станцией. Но в данный момент, это было не важно. Они по прежнему контролировали системы планетарной ПКО, а значит не позволят этим кораблям подойти непосредственно к планете. По крайней мере некоторое время. А за это время, они смогут придумать что-то ещё...

Но сделать этого им было не суждено.

Ни один из девяносто двух офицеров находившихся сейчас в командном центре не поняли, что именно произошло. Ни кто из них не смог заметить того крошечного момента времени, в который оборвались их жизни. Старый коммуникационный проход под номером М-43 проходил прямо под бункером, в котором располагался главный командный центр базы «Багран». Этот бункер был построен с расчётом на то, чтобы выдержать практически любую атаку, которая могла быть направленна на него сверху. Но он не был защищён от нападения «снизу». Ещё шесть лет назад, когда началась перестройка старого космопорта и медленное превращение его в военную базу, многие подобные технические тоннели, что проходили под землёй вскрывались и запечатывались. Но некоторые, в особенности те, что пролегали на большой глубине, строители решили попросту не трогать. Сейчас уже не имело значения, что именно стало причиной такого поступка — желание к экономии или банальная лень. Их просто убирали с новых планов, оставляя лишь на общих схемах.

И сейчас, именно этот технический тоннель стал смертельной ахиллесовой пятой. Взорвавшаяся внутри его замкнутого пространства бомба была специально предназначена для поражения защищённых от подобных атак целей. Взрыв полностью уничтожил бункер командного центра, создав под зданием главного штаба огромную полость и повредив основные несущие опоры центральной секции башни. Уже пострадавшее в ходе ракетных обстрелов здание больше не могло выдерживать свой собственный вес и начало разрушаться, оседая вниз и разваливаясь прямо на глазах.

Двадцати этажная башня рухнула вниз, подняв огромное облако дыма и пыли, что распространилось вокруг.

15 часов 45 минут

Когда Лата добралась до здания, в котором жил их отряд и увидела, что с ним стало, у девушки упало сердце. Все окна были выбиты, а стены зияли сотнями отверстия от попаданий импульсных снарядов. Левая часть дома обвалилась до второго этажа, когда повреждённые стены не выдержали нагрузки. Лата бросилась внутрь. Девушка рванула по ведущей наверх лестнице, спотыкаясь на обломках, но даже не замечая этого. Оказавшись на своём этаже, она побежала туда, где находились комнаты их отряда. Всё вокруг было разрушено. Личные комнаты в которых они жили лежали в руинах, погребённые под грудами мусора и обломков. Девушка ворвалась в комнату Вимала и замерла на месте.

Комната была пуста. Через пролом в стене, в том месте, где раньше было окно, открывался вид на идущую в западной части базы битву. Девушка даже не понимала, кто вообще здесь побеждает, а кто проигрывает. Всё превратилось в хаос, который просто невозможно было осознать со стороны.

— Куда же ты пропал, Вим...

Лата даже не знала, чего она боялась больше. Того, что найдёт его здесь или того, что его здесь не окажется. Она по просту боялась найти его мёртвым или же не найти совсем.

Прогремевший над базой взрыв вывел её из оцепенения. Девушка бросилась обратно в коридор, к своей комнате. Уходя за едой несколько часов назад, она оставила свой личный комм на тумбочке рядом с кроватью. Сейчас же, его уже там не было, но Лата быстро нашла устройство лежащим на полу среди груды мусора. Схватив его, она первым делом вбила личный код Вимала. Комм пикнул, устанавливая связь, но больше ничего не произошло. Ответа не было. Лата стояла на коленях в своей собственной разрушенной комнате и смотрела на дисплей коммуникатора. Поняв, что ответа она не дождётся, девушка начала перебирать список контактов, стараясь связаться хоть с кем нибудь.

А затем она услышала его. Глухой скрежет, с которым мир вокруг неё затрясся. Всё вокруг неё содрогнулось, словно в землетрясении. С потолка на пол посыпались всё новые и новые обломки и Лата в ужасе закричала, когда решила, что дом в котором она находилась начал разрушаться. Девушка ринулась наружу, обратно в коридор, но уже через мгновенье, она поняла свою ошибку. Похожая на обелиск башня главного штаба базы «Багран» начала оседать вниз, разрушаясь и разваливаясь на куски. Сопровождаемая страшным грохотом, высокое двадцватиэтажное строение рухнуло вниз за какие-то секунды, подняв стену сплошной непроглядной пыли.

Комм, который девушка сжимала в пальцах всё ещё пытался установит связь хоть с кем-то, но это уже не имело никакого смысла. Все люди, которых она хотела предупредить, уже были мертвы.

Давящая безысходность от осознания всей бессмысленности её действий многотонным грузом упала ей на плечи. Потерять множество знакомых и близких друзей всего за один день. Лишится человека, который нравился ей. Человека, который рискую своей собственной жизнью спас её собственную. Увидеть, как привычный тебе мир, в котором ты жил последние годы безжалостно разрушается по желанию других людей.

Это было невыносимы.

Лата без сил упала на колени. Девушка хватала ртом воздух. Ей казалось, что она не может сделать ни единого вздоха. Она просто не знала, что ей делать дальше.

15 часов 47 минут

Словно в замедленной съёмке, Ренейт смотрела на то, как это чудовище практически размазало «Шварц» Леона по земле. Она видела, как ствол его оружия упёрся тому прямо в грудь.

Её «Бакхауф» уже практически смог освободится из под завала. Лишь левую руку придавило армированной плитой и она не могла её высвободить. Но увиденная картина была слишком пугающей, чтобы ждать дальше. Подчиняясь отданной команде манжета плечевого сустава лопнула. Приводы и группы подключения синтетических мышц отсоединились от своих креплений. Доспех отбросил левую руку, как волк, отгрызающий себе лапу, чтобы выбраться из капкана.

Взвыв реактивными двигателями, «Бакхауф» бросился прямо на своего врага. Без какого либо вооружения и одной руки. На повреждённой машине. И Ренейт всё ещё была опасна. Удар её уцелевшей правой обрушился на ствол лазерной пушки словно молот, успев в самой последний момент отклонить в сторону уже готовое выстрелить орудие. Лазерный импульс прочертил раскалённую кривую и прорезал стену стоявшего рядом технического ангара. Но и вражеский пилот моментально среагировал на её атаку. Длинная рука вцепилась в головной модуль «Бакхауфа». Железные пальцы сжались с невероятной силой, раздавив голову доспеха вместе с комплектом основных визуальных сенсоров. Дисплеи перед Рен мигнули и переключились на картинку с запасных. Но её это не волновало.

— Можешь забрать себе эту голову, — чуть ли не прорычала она. — А взамен, я заберу твою чёртову жизнь.

Девушка нажала кнопку на панели. Закреплённые на её роботе панели навесной брони отбросило во все стороны, когда по всему корпусу «Бакхауфа» сработали пироболты. Тяжёлые навесные пластины врезались в её противника. Она надеялась, что эта неожиданность отвлечёт его. Взвыл высвобожденный на правой руке виброклинок и Рен ударила, целясь этому монстру прямо в грудь.

Расстояние было слишком маленьким, что бы от такого можно было уклониться, а её атака слишком неожиданной. Но вместо груди вражеского доспеха, лезвие вспороло ствол лазерной пушки, которым успел защититься её противника. Рассечённое пополам оружие с грохотом упало на землю. Это стало для Ренейт полной неожиданностью, но даже так, девушка моментально попыталась атаковать вновь. Лезвие её клинка метнулось к своей цели...

И было остановлен другой рукой.

Одним движением «Шерхан» оторвал доспеху своей противницы руку до локтевого сустава, а затем воткнул уже лишившееся питания лезвие в грудь «Бакхауфа» с такой силой, что оно прошло практически насквозь.

15 часов 49 минут

Сабах в ужасе смотрел на то, как рушится здание главного штаба. Двадцати этажная башня сложилась вниз, словно потерявший опору карточный домик. Майор выхватил свой личный коммуникатор и попытался связаться с главным командным пунктом. В конце-концов, он находился на глубине нескольких этажей под самим зданием в укреплённом бункере и мог пережить даже подобную катастрофу.

— Майор! Нам нужно лететь!

Сабах повернулся к пилоту, и чуть не столкнулся с невысокой девушкой с капральскими отметками на военной форме. Девчонка продолжала стоять и смотреть широко раскрытыми глазами на то, что осталась от здания главного штаба базы.

Они стояли в закрытом ангаре, предназначенном для лёгких транспортных средств. Сюда, из расположенного под землёй бункера, вёл отдельный тоннель, изначально предназначенный для старшего командного состава на случай необходимости срочной эвакуации. Но в последствии, его стали использовать просто, как способ быстро добраться до расположенного на краю базы ангара для флаеров. Естественно, доступ в него был лишь у военных офицеров и гражданский технический персонал не допускался ни в переход ни в ангар.

Именно его использовал Сабах, что бы быстро попасть к уже приготовленной для него машине с пилотом. Они должны были доставить майора к расположенному в двадцати километрах резервному центру управления системами ПКО. Всё что им было необходимо, это подняться в воздух и достигнуть входа в широкий транспортный тунель, который остался на базе ещё с тех времён, когда она была гражданским космопортом. Здесь было три таких туннеля, два из которых протянулись до столицы, для быстрого перемещения крупногабаритных грузов, дабы не тащить их через город, а ещё один, проходил под землёй до вторичного поста наблюдения, что располагался на противоположном конце Джайпур-Бана.

Естественно, что использование уже существовавших гражданских структур в военных целях не приветствовалось. Но к сожалению, военные бюджеты сульфарской армии были крайне ограничены. Продвижение через совет правящих семей проекта о создании собственных вооружённых сил дался королю с большим трудом и чтобы иметь шансы на реализацию, было необходимо использовать то, что уже было в их распоряжении дабы просто вписаться в уже утверждённые бюджетные рамки. База «Корнад», к примеру, вообще была построена на основе морского торгового порта.

Сабах быстро взглянул на экран своего комма. «ЦКП» не отвечал. Возможно, системы связи бункера были повреждены. Или, там просто уже не было в живых никого, кто мог бы ответить на его вызов. Тихо выругавшись, он развернулся обратно к флаеру. У него был приказ и майор должен был его исполнить. В сложившихся обстоятельствах, это задача стала гораздо важнее всего остального.

Он почти дошёл до ждущей его машины, когда поток выстрелов разорвал её лобовое стекло на части. Выстрелы импульсных винтовок с лёгкостью прошли через укреплённый материал, разорвав не успевшего понять что происходит пилота на куски. Один из выстрелов задел Сабаха, вырвав у него из бедра кусок мяса размером с кулак и раненный мужчина упал на землю, закричав от неожиданной и столь сильной боли.

Со всех сторон послышались крики. Повернувшийся на спину майор успел увидеть толпу людей в грязных комбинезонах. Некоторые из них были вооружены винтовками. Другие сжимали в своих руках армейские пистолеты. Третьи были безоружны или держали в руках приспособленные под оружие подручные средства. И вся эта преисполненная жестокости и злости орущая толпа ворвалась в ангар. Лишь через несколько секунд, майор узнал в этих людях заключённых, которые были захвачены в плен после ночного сражения в Ландширском поясе и Катак-Репале. Они набрасывались на находящихся в ангаре людей, безжалостно расстреливая их из оружия или же просто толпой валили их на землю, избивая руками, ногами и всем, что попадалось им под руку. На глазах у Сабаха несколько мужчин тащили по полу за волосы ту самую девушку капрала. Она кричала и сопротивлялась, но напавшим на неё мужчинам было плевать.

Рука майора дёрнулась к висящей на поясе кобуре с пистолетом. Он даже успел достать пистолет и сделать два выстрела, убив двоих бросившихся на него хашмитов, прежде чем остальные набросились на него, выбив из рук оружие. На скорчившегося на полу майора обрушился град ударов. Его жестоко избивали, не давая подняться или хоть как-то защититься. Кто-то ударил его по голове то ли обрезком трубы, то ли каким-то инструментом. Сабах так и не понял. Глаза заливала кровь. Сломанные руки и ноги отказывали шевелиться. От боли в глазах майора потемнело. Когда беснующаяся злая толпа наконец расступилась, пропуская своего главаря, майор уже потерял сознание, истекая кровью из нескольких рваных ран.

Халид медленно подошёл к лежащему на полу телу. Где-то за его спиной визжала женщина, но он не обращал на это никакого внимания. Вырвавшиеся на свободу заключённые ураганом шли вперёд ломая и убивая всё, до чего могли дотянутся. Это была его стихия. В ней, он прожил всё свою жизнь.

И похоже, проживёт ещё. Ему нравилась такая перспектива.

Халид направил ствол винтовки, той самой, которую вырвал из рук им же убитого молодого солдата и дважды нажал на спусковой крючок, с лёгкостью оборвав жизнь человека, которого прозвали героем битвы у Катак-Репала. Возможно, знай Халид об этом, он бы оценил иронию произошедшего.

Но он не знал. Через несколько минут он и забыл об убитом им офицере.

Последний час

15 часов 49 минут

Синангар — Штаб квартира резидентуры рейнской Службы Внешней Разведки

Каспар стоял в самом центре просторного помещения, заполненного аппаратурой связи и компьютерными терминалами. Люди вокруг него, его подчинённые, внимательно следили за ходом развивающихся на базе событий. Картинка со спутника и запущенных отрядом Вольфганга беспилотников выводилась на широкий экран, позволяя ему в режиме реального времени наблюдать за происходящим.

И то, что он видел, не могло его не радовать.

Этот странный, пугающий красный доспех прикончил уже двоих из отряда этого идиота Вольфганга. Если так пойдёт и дальше, то всё будет даже лучше, чем он изначально планировал.

Но всё же, было кое что, что его беспокоило. Его руки крутили в пальцах коммуникатор, по которому он недавно связывался с командой, предназначенной для устранения Рустала. Его люди уже должны были приступить к выполнению своего задания четыре минуты назад и Каспар в любой момент ждал от них доклада о выполнении. Естественно, такие дела не делаются моментально и по щелчку пальцев. Иначе Союз и Верден давно бы уже лежали у ног Протектората, а сам Каспар занимал бы скромную, но без всяких сомнений достойную его должность начальника Службы Внешней Разведки.

Но к сожалению, как уже было сказано выше, такие вещи не происходят моментально. Каспар был профессионалом и знал, что для подобных акций требуется подготовка и время. Поэтому он совершенно не волновался насчёт действий команды ликвидаторов.

Куда больше его беспокоили постоянные попытки подручных офицеров Кровеля связаться с ним. Подчинённые Каспара по прежнему продолжали игнорировать эти вызовы. Потом, когда наступит нужное время, он с лёгкостью сможет объяснить их необходимостью соблюдения информационной безопасности во время выполнения операции. Но это будет потом. А сейчас, он не собирался рисковать. Каспар более чем уверен, что происходящее на планете, особенно учитывая близость столицы, точно не осталось без внимания местных. Канал поступавшего видео потока с сульфарского спутника был прекрасным доказательством этого. А если уж эти тупые варвары могли наблюдать за творившейся на базе бойней, то и на кораблях Кровеля должны были что-то заметить.

Глядя на то, как остатки команды Вольфганга сражались с этим странным красных мобильным доспехом, Каспар сделал себе мысленную пометку узнать всё что было возможно об этой машине и её создателях и конструкторах. Когда утром Альфред показал ему записи ночного сражения его людей с этой машиной, он не мог поверить в то, что сульфарцы смогли создать что-то подобное. Но похоже, даже в куче дерьма можно было отыскать небольшой алмаз, если хорошенько покопаться.

Да. Как только закончим с приемником, который займёт место Рустала, нужно будет заняться этой проблемой. Каспар поручит своим людям заняться этим, а дальше нужно будет лишь составить правильный доклад. В конце концов, он же не обязан был сам копаться в дерьме в поисках алмазов.

15 часов 49 минут

«Дуллахан» Абала утопил пространство перед собой огнём из двух противопехотных пушек. Они были схожи с теми, которые устанавливались на рейнских «Шварцах» или же сульфарских «Шахах». Четыре лёгких «Гренделя» за его спиной дружно поддержали своего командира, поливая очередями наспех поставленные укрытия, за которыми скрывались королевские гвардейцы.

Хамитские бойцы в бронекостюмах уже спрыгнули с брони «Гренедлей» и рванулись прямо вперёд, совершенно не заботясь о собственной безопасности. Одетая на них штурмовая броня могла позволить им пережить подобную атаку без слишком сильного вреда для себя.

Пятёрка доспехов и более двадцати пехотинце проделали двадцати километровый путь по подземному тоннелю до своей главной цели. Пока база сульфарской армии находилась под атакой хашмитских мобильных доспехов и броне-пехоты, Абал под прикрытием общего хаоса добрался до спуска в туннель, быстро расправившись с защищавшими его солдатами и спустился вниз. Им потребовалось почти тридцать минут, чтобы пробежать весь подземный переход и добраться сюда, пока остальные его люди разносили базу «Багран».

Первая часть плана была уже выполнена. Перед тем, как взорваться, планшет подключённый к скрытой в туннеле М-43 бомбе отправил короткое сообщение по единственному заложенному в неё контакту. Абал уже прекрасно знал о том, что здание главного штаба базы, как и располагающийся под ним бункер были уничтожены взрывом. Эту же информацию ему чуть позднее передали его люди, что сейчас сражались на поверхности.

А значит, для окончательно победы, ему осталось выполнить лишь свою часть операции.

Хамитские пехотинцы в штурмовой броне прошли вперёд. Это были его самые верные и лучшие бойцы, на которых он мог положиться, как на самого себя. Истощённые короткой схваткой гвардейцы продолжали огрызаться из за своих укреплений в приёмном терминале тоннеля, но любое их сопротивление жёстко подавлялось огнём мобильных доспехов. Автоматические противопехотные пушки боевых роботов рвали их укрытия на куски, не оставляя каких либо шансов на спасения скрывавшимся за ними солдатам. Ураган металла попросту смёл их с позиций.

Хашмитская бронепехота ворвалась в помещения резервного центра управления системами планетарной ПКО, безжалостно убивая всех, кто попадался им на пути. Выстрелы их винтовок не замолкали, пока в просторном, заполненном оборудованием зале не осталось ни единой живой души.

— Наиб. Центр управления захвачен. — Доложил командир пехотинцев, глядя на то, как его люди ходили по залу, тщательно проверяя тела.

— Прекрасно. Начинайте закладывать взрывчатку. Что с вторым выходом?

— Мы работаем над этим, Наиб. Нам нужно ещё несколько минут.

— Прекрасно. Действуйте по плану.

Абал отключился от канала связи и переключил систему. Доспех снова быстро установил контакт с десятью оставленными ими в туннеле небольшими ретрансляторами. Стены туннеля препятствовали прохождению сигналов и небольшая штурмовая группа Абала рисковала остаться без связи. Поэтому они просто оставляли за собой небольшие автономные передатчики по всему пути следования через двадцати километровый тоннель от самого входа и до сюда, обеспечив себе устойчивую связь с поверхностью.

Ему нужно было сообщить о своём успехе. На экране перед ним появилось спокойное лицо человека, который явно сидел в кресле на балконе своего дома.

— Ваш приказ исполнен, господин.

Морщинки на загорелом лице Рустала разгладились и по его тонким губам скользнула удовлетворенная улыбка.

— Прекрасная работа. Я горжусь тобой, мой мальчик.

Абал почувствовал, как радость от похвалы озаряет его лицо. Он старался сдержать эмоции, но ничего не мог с собой поделать. И это не осталось незамеченным наблюдавшим за ним Русталом.

— Я никогда не сомневался в твоём успехе. А теперь, уходите от туда. Сегодня мы уже и так потеряли слишком многих.

— Конечно, господин...

Абал осёкся на полуслове, когда через динамики до него понеслись знакомые звуки. Сначала он подумал, что кто-то из королевских солдат остался в живых, но быстрый взгляд по боковым обзорным панелям показывал лишь мёртвые и неподвижные тела. А в следующую секунду его тело похолодело от внезапного страха, когда он осознал правду. Вокруг его доспеха была тишина. Звуки стрельбы доносились по каналу, который связывал его с Русталом. Страх ледяными пальцами сжал его сердце.

— Господин! На вас напали?! Что происходит ?!

Рустал лишь покачал головой и грустно, даже как-то прискорбно улыбнулся.

— Это всего лишь закономерный итог нашего сотрудничества. Тебе не чём переживать, мой мальчик. Возвращайтесь домой.

— Но...

— Возвращайся домой, Абал. Всё будет в порядке. Верь мне.

— Д... да господин. Я понял.

Эти слова дались Абалу с большим трудом. Он верил Русталу больше чем самому себе и спокойное выражение на лице его повелителя смогло немного успокоить его забившееся от тревоги сердце. Окно видео связи погасло, оборвав разговор. Это произошло столь внезапно, что Абал не смог бы сказать, сам ли Рустал отрубил связь или же это произошло по чему-то злому умыслу.

Но сейчас было не место для лишних тревог. Если его господин сказал ему не беспокоится, то он так и сделает. По крайней мере, постарается.

— Заканчивайте, как можно скорее, — приказал он своим солдатам. — Нам нужно возвращаться...

Осталось лишь отправить короткое сообщение Садхиру.

15 часов 49 минут

— Рееен! Ренейт!

Безумный, полный боли и горя крик Леона отразился от стенок пилотской кабины. Он в ужасе смотрел на то, как неподвижный доспех Ренейт осел на колени и упал на землю с торчащим из груди собственным клинком. Увиденное наполнило его сердце таким бешенством и злобой, каких он ещё никогда не чувствовал в своей жизни. Один лишь вид стоящего перед ним алого доспеха выворачивал его душу наизнанку, топя сознание под нахлынувшей волной обжигающей ярости. Его чувства смешивались в жуткий, пугающий ураган. В силу, что кипела внутри него. И сейчас эта сила требовала лишь одного.

Убить. Это было всё. Предел мечтаний. Конец всех стремлений. Убить. Отомстить. Разорвать врага на части. Эти мысли и эмоции и рядом не стояли с тактикой или стратегией. Они граничили с первобытными, звериными инстинктами, которые жили внутри каждого человека. Люди по разному справлялись с этими порывами. Но редко когда, они позволяли взять им верх. Никто не хочет превращаться в ведомого жаждой крови бешеного зверя. Но иногда, человек сам, добровольно отдаёт себя на волю этой бешеной ярости.

— Мразь! Я убью тебя!

Ускорители «Шварца» подняли доспех. Новый импульс бросил машину прямо к своему противнику. С глухими щелчками раскрылись бронепластины и руки матово-чёрного доспеха взвыли освобождёнными клинками.

— Леон! Стой! — Бесполезно кричал ему Вольфганг. — Он слишком опасен...

Но внутри этого доспеха уже не было того, кто мог бы прислушаться к этим словам.

Алый демон на его пути с радостью принял вызов. Два доспеха столкнулись друг с другом. Более сильный «Шерхан» заблокировал оба удара, а затем впечатал левую ногу в грудь машины Леона, отшвырнув его назад с такой же лёгкостью, с которой взрослый мужчина мог пнуть подростка.

В последний момент перед ударом, Леон вывернулся и полоснул левым клинком по груди своего противника, оставив на навесной броне глубокий разрез. А через мгновенье его доспех врезался спиной в стену здания. Мимо пронеслись трассёры выстрелов. Альфред и Дирг открыли огонь сразу же, как Леон ушёл с линии стрельбы.

Теперь, им будет проще. Как бы не были ужасны смерти Ренейт и Генриха, но теперь этот ублюдок лишился возможности к бою на дистанции. Уничтоженная лазерная пушка обломками валялась на земле. Вспыхнув ускорителями, их противник ушёл в сторону, увернувшись от ответного огня. Вольфганг и Дирг сразу же бросились за ним, преследуя свою цель.

Через пол минуты «Шварц» Леона выбрался из здания и одним прыжком поднялся в воздух и бросился в погоню.

— Это уже начинает утомлять, — проворчал Али, вновь бросая машину в манёвр.

Вспыхнув двигателями, «Шерхан» уклонился от нескольких выстрелов одного из чёрных доспехов и чуть не нарвался на залп из плазменной пушки, который прошёл достаточно близко, что бы системы доспеха завопили о перегреве внешней обшивки.

Ситуация складывалась паршивая. Ядро «Танатоса» начало перегреваться. А потеря «Лэнса» сделала его безоружным в схватке на дистанции. Всё, что ему оставалось, это ближний бой. Но, как бы он не старался, эти вёрткие мерзавцы боли слишком профессиональны, чтобы позволить втянуть себя в рукопашную схватку. Али не сомневался, что они слишком хорошо знаю способности «Шерхана» и ту опасность, которую он представлял.

Али вновь включил ускорители, одновременно разворачивая доспех на сто восемьдесят градусов. Импульс плазменных двигателей сорвал его с места и перегрузка грубо вдавила тело Сарчеса в кресло. Хорошо, что вокруг было ещё достаточно укрытий, чтобы он мог по прежнему не позволять своим противникам загнать себя в угол. Но долго так продолжаться не могло. Рано или поздно, они достанут его. К сожалению, при такой интенсивной нагрузке ядро реактора перегреется значительно быстрее, чем доспехи противника исчерпают запасы своих накопителей, а значит, битва на истощение тоже не была для него выходом...

«Шварц» напал на него неожиданно. Али был уверен, что сумел правильно позиционировать положение всех трёх доспехов, но этот мерзавец каким-то образом смог оказаться там, где быть его не должно было. Чёрный доспех был на полтора метра ниже «Шерхана». Леон набросился на него, моментально атаковав левой рукой с воющим ультразвуком клинком. Али отклонил доспех в сторону, уворачиваясь от удара и вибро клинок вспорол стену за его спиной. Но на одном лишь промахе Леон не остановился. «Шварц» быстро развернулся на месте и ударил уже другой рукой. «Шерхан» заблокировал удар своей левой рукой, приняв бешено воющее лезвие на секцию навесной брони, установленной на предплечье. Клинок вошёл в вязкие композитные пластины, прорезая их с кажущейся просто невероятной лёгкостью. Клинок должен был пройти и их и всю левую руку, но Али вовремя ударил по кнопке экстренного сброса навесного снаряжения, отстрелив и установленную поверх всей левой руки дополнительную броню. Это сместило угол удара, вынудив его противника промахнуться.

Ответный удар «Шерхана» чуть не снёс «Шварцу» головной модуль, но Леон вовремя увернулся от атаки. Испорченное в последней атаке лезвие с правой руки упало на землю. Леон выхватил из специального крепления на плече пробойник, и ударил им наискось, буквально вонзив боевую часть своего оружия противнику в бедро. Взорвавшийся кумулятивный заряд оторвал «Шерхану» левый поворотный ускоритель.

Али выругался, когда доспех содрогнулся от удара. По дисплеях пробежали строчки о зафиксированных повреждениях. «Да, схватка на истощение явно была для него проигрышной».

По хорошему, ему бы следовало уже прямо сейчас отступить. Свою работу он уже сделал. Флаеры со стариком и остальными уже давно ушли отсюда. Без оружия, с перегретым реактором ему здесь делать было нечего. Вот только вряд ли ему позволят сделать это так просто. Стоит «Шерхану» высунуться на открытое пространство, да ещё и с повреждённой системой ускорителей и даже личные навыки Али не спасут его. Эти сволочи попросту расстреляют его с дистанции. А значит, ему придётся разделать этих ребят. Других вариантов просто не было.

Два уцелевших ускорителя, вторичный на правом бедре и основной на спине глухо взвыли подбросив «Шерхана» в воздух. Али практически кожей чувствовал, как тяжело приходится машине. Из за дополнительной нагрузки на систему, температура ядра реактора стала расти ещё быстрее, доводя его практически до показаний за пределами пиковой нагрузки. Температура в кабине уже превышала шестьдесят градусов и системы кондиционирования и охлаждения не справлялись. Под плотным пилотским комбинезоном тело Али было покрыто потом. Ему нужно было как можно скорее закончить этот бой.

Он быстро нашёл взглядом здоровяка вооружённого плазменным оружием и рванул прямо к нему. Без каких либо манёвром и увёрток. Просто атака в лоб. Ускорители бросили «Шерхана» прямо к своей жертве.

Эта самоубийственная атака была настолько абсурдной, что мало кто смог бы поверить в подобное. Лезть в лобовую на вооружённую плазменным орудием машину было безумием. Но Дирг был слишком опытным пилотом, что бы задумываться над подобными вещами. Он прицелился и выстрелил всего за секунду, с удовлетворением наблюдая, как поток кипящей плазмы попал в свою цель.

А вслед за этим чувством удовлетворения, пришло обескураживающее удивление, когда его противник прикрывшись правой рукой вломился прямо в плазменный заряд...

И вылетел из расширяющегося облака раскалённого газа, в который превратилась плазма после соприкосновения с целью. Лишившись всей навесной брони на корпусе, с отсутствующей правой рукой, которую попросту оторвало, «Шерхан» врезался в «Бакхауф» Дирга, впечатал его в бетонное покрытие базы. Обе машины проскользнули с десяток метров по бетонному покрытию базы, оставляя на ней глубокие царапины, ни на секунду не прекращая схватку. Али хватило одного удара, чтобы уничтожить плазменную пушку. Дальше всё было просто. Увернутся от ответной атаки, пропустив мимо удар сжимающей пробойник руки, оказаться у противника за спиной и ударить по двигателям прыжковой системы, превратив её в груду искорёженного металлолома.

«Шерхан» одним прыжком ушёл в сторону, что бы не попасть под огонь третьего доспеха. Ему просто нужно было лишить противника возможности к преследованию, а там он уже как нибудь сумеет сбежать.

— Отлично, один есть остался...

Леон не видел той безумной атаки, когда его противник набросился на доспех Дирга. Всё, на что он смотрел, были показания с висящих над базой беспилотников, которые передавали тактическую картинку в реальном времени. Всё, что ему было нужно, это знать где эта мразь окажется в следующий момент. Один раз, он его уже достал. А значит, достанет и снова.

Сейчас, ему было абсолютно плевать, выживет ли он сам или нет. Всё, чего он сейчас хотел, это прикончить этого ублюдка. Убить его, своими собственными руками. Леон внимательно следил за тем, как Алый стремительно набросился на его товарища, уничтожив тому ускорители прыжковой системы. Он хорошо знал эти атаки. Леон наверное сотню раз прокрутил видеозапись их первой встречи с ним. Сотню раз, он смотрел, как погибает его лучший друг, под ударами этого чудовища. Каждый раз он смотрел на то, как этот алый демон атакует и отступает. Как маневрирует до и после атаки.

И Леон знал, как он поступит сейчас. Он читал своего противника, так же как он читал их самих. И когда он совершил прыжок в сторону, что бы укрыться от доспеха капитана Вольфганга...

«Шварц» врезался в «Шерхана» на скорости почти в восемьдесят километров в час. Это был максимум, до которого его разогнали прыжковые ускорители за те несколько секунд, которые были у него перед атакой. Страшный удар чуть не вырвал Леона из кресла, но он был готов к этому. А его противник нет.

Пробойник в левой руке уткнулся в грудь и взорвался, ослепив вспышкой оптические сенсоры. А в следующий миг чудовищный по силе ответный удар оставил глубокую вмятину на грудной броне «Шварца». Удар был настолько силён, что расположенные перед Леоном дисплеи внешнего обзора треснули и потемнели, когда деформированный от удара корпус доспеха выгнулся внутрь. Второй подобный удар моментально прикончит его ослеплённый и искалеченный доспех.

Но Леону не нужно было видеть. Он уже знал, куда нужно ударить. Правая рука «Шварца» изогнулась и врезала вторым пробойником в область на спине «Шерхана».

Именно туда, где находилась кабина пилота.

Кумулятивный заряд пробойника с лёгкостью прошёл через внешнюю броню «Шерхана», словно раскалённая игла через лист бумаги. Леон ударил точно туда, куда целился. А точнее, туда, куда мог достать. Еще после ночного сражения, он раз за разом пересматривал записи, отметив странную конструкцию машины своего противника. Ещё тогда он понял, что кабина пилота располагалась не в груди, как у большинства доспехов, а была смещена ближе к спине и расположена выше в небольшом своеобразном горбу. Причин подобной конструкции он понять не мог. Ведь он попросту не знал, что в том месте где у обычного доспеха чаще всего располагалась кабина пилота, у «Шерхана» располагалось реакторное ядро «Танатоса».

Второй его удар, должен был быть смертельным, если бы не одно но... Пятидесяти миллиметровая прослойка из вспененного теплоотводящего материала, которая прикрывала кабину пилота от избыточного тепла в случае перегрева реактора. Когда кумулятивная струя добралась до этой прослойки, то её пористая структура привела к преждевременному рассеиванию кумулятивной струи. Это не могло погасить её полностью, но смогло частично ослабить её эффект. Вместо того, что бы пробить броню, внутренний корпус кабины и изжарить всё внутри, мгновенно убив пилота, она лишь разошлась в пространстве, создав зону избыточного давления. Вся левая часть кабины лопнула с такой силой, словно по ней ударили огромным плоским молотом. Осколки дисплеев и фрагменты корпуса ударили Али сбоку, ломая и калеча его тело. Кости левой руки и ноги сломались, словно сухие ветки. Как и три ребра с левой стороны. Прочный шлем треснул, когда вся левая часть пилотской кабины взорвалась прямо ему в лицо.

В ушах стояли надрывающиеся вопли аварийных сирен, сигнализирующих о критическом сбое работы реактора. Первый удар повредил оболочку и камера стремительно теряла охладитель, что в таком состоянии неминуемо привело бы к расплавленную ядра. Едва соображая от боли от переломов, Али ударил по кнопке аварийно остановки ядра. Одну долгую секунду он был уверен, что опоздал и приготовился встретить ослепительную, обжигающую смерть. Но этого так и не случилось. «Шерхан» лишь замер на месте, когда питание ядра отключилось. Лишившиеся питания системы стабилизации более не могли поддерживать искалеченную машину на ногах. Пяти с половиной метровый алый мобильный доспех накренился и тяжело рухнул на землю, увлекая за собой уже не способного сражаться «Шварца».

Али кое как дотянулся до аварийного набора, который всегда брал с собой в любой выход на мобильном доспехе ещё с тех времён, когда был солдатом удачи. Раскрыв его, он достал от туда небольшой импульсный пистолет, который носил больше в качестве талисмана, чем средства самообороны. Сарчес всегда считал, что погибнет в кабине доспеха и ни как иначе. Но этот старый, потёртый временем пистолет прошёл с ним слишком много, что бы отказаться от старой привычки.

Но сейчас он ухватился за него, как способ к спасению. Первая же попытка выбрать закончилась неудачей. Левая рука и нога не слушались, отказываясь двигаться и вспыхивали болью при каждой попытке пошевелиться. Али расстегнул комбинезон и засунул пистолет внутрь. Затем отстегнул шлем и сняв его, швырнул на пол кабины. Неподвижный доспех лежал сейчас на правом боку. Шипя от боли, Сарчес расстегнул притяжные ремни и рухнул на правую стенку кабины. Он вывернулся из кресла и кое-как, достал до кнопки аварийного открытия кабины. Приводы люка питались от собственных аккумуляторов на тот случай, если ядро заглохнет и пилоту нужно будет выбраться наружу. Стоило ему открыться, как в лицо измученному пилоту ударил свежий, божественной прохладный и пропахший дымом и гарью воздух с запахом раскалённого металла.

Али с трудом прополз по стенке кабины и попытался осторожно выбраться наружу. Левая нога совершенно не держала вес тела и мгновенно подкосилась. Сарчес рухнул на землю, шипя от боли такой сильной, что у него потемнело в глазах. Кое как, он перевернулся на спину, привалившись правым плечом к почерневшей броне «Шерхана».

Откуда-то спереди раздались гулкие, тяжёлые шаги. В пятидесяти метрах перед ним, из за разрушенного здания вышел матово-чёрный мобильный доспех. Тот самый, который был вооружён плазменной пушкой и которому Али уничтожил прыжковую систему. Сбоку от него на крышу здания приземлилась другая, более лёгкая и компактная модель. Точно такая же, которая сейчас лежала рядом с «Шерханом». В руках доспех держал импульсную винтовку, ствол которой был нацелен прямо на него.

— Вот, похоже и всё, приятель, — хрипло пробормотал Али и рассмеялся.

Каждый вздох отдавался болью в левой части груди. Он только сейчас понял, что сидит в луже своей собственной, растекающейся крови. Осколок малоберцовый кости разорвал мягкие ткани в открытом переломе и кровь текла на грязный бетон через разорванную штанину.

Откуда-то сбоку до него донеслось тихое шуршание и звуки шагов. Самых обычных, человеческих шагов. Скрип подошвы армейского ботинка о каменную крошку, которая усеивала землю. Али запоздало потянулся к лежащему за пазухой пистолету, но не успел. Ствол короткого, компактного карабина упёрся ему прямо в лицо. Светловолосый парень с пронзительными, голубыми глазами смотрел на него полным ненависти и злости взглядом. Указательный палец его правой руки так дрожал на спусковом крючке, что Али даже не стал сопротивляться. Лишь откинулся спиной на броню доспеха. Он моментально понял, что дело было не в нерешительности. Просто этот парень едва сдерживал себя, чтобы не нажать на курок.

— Ты убил их, — практически выплюнул Леон, глядя Али прямо в глаза. — Ты убил её.

Его голос голос дрожал от ярости и сквозил ядовитой горечью. В нём звучала боль от потери товарищей. Боль от потери кого-то куда более близкого, чем просто друга. Потери человека, который был очень дорог ему. Али понял это моментально. Он слишком часто слышал эти слова из чужих уст. Гнев от потери дорогих тебе людей был частым спутником человека на поле боя.

А ещё, Али было плевать. Плевать на стоящего перед ним парня. На царившую вокруг него разруху. Он слишком долго варился в этом котле, чтобы сокрушаться над каждой утраченной жизнью. Всё, чего он сейчас хотел, это попросту отрубиться, потому что хорошо знал. Скоро боль от переломов и ран будет просто не переносимой. А он слишком устал чтобы её терпеть.

Али хрипло рассмеялся и покачал головой.

— Кого «их»? Говори конкретнее, пацан. Я убил слишком многих, чтобы запоминать...

Лицо Леона исказилось в гримасе бешенства. Глядя в глаза этому ублюдку, он просто не мог вынести подобной насмешки. Только не после гибели Райнхарда и Генриха. Только не после смерти Рен. Он с силой опустил свой ботинок на раненную ногу лежащего перед ним человека, вынудив того закричать и изогнуться от боли. О, сколько радости испытала его душа от этого полного боли крика. От той толики страданий, которые он смог причинить лежащему перед ним ублюдку. Перехватив карабин, он со всей силой врезал прикладом по этому ухмыляющемуся лицу. А затем ещё раз. И ещё. Он бил, пока лежащий перед ним человек не перестал шевелиться, а с его истекающего кровью лица не пропала эта мерзка ухмылка. Его собственное сердце бешено билось в груди, заставляя горящую адреналином кровь набатом стучать в висках. Мёртвые требовали мести. Он сам её желал.

— Леон!

Громкий, усиленный внешними динамиками голос командира разнёсся над руинами базы «Багран».

— Заканчивай. Нужно уходить. Скоро здесь буд...

Разогнанная до сверхзвуковой скорости вольфрамовая болванка ударила командирский «Шварц» в спину. Выпущенный с короткого расстояния снаряд пробил мобильный доспех насквозь, моментально оборвав жизнь Альфреда Вольфганга. Лишившийся управления «Шварц» стоял ещё несколько секунд, качнулся и тяжело рухнул вниз, ударившись о бетон грудой мёртвого металла. Услышавший произошедшее за своей спиной Леон в ужасе обернулся, не способный поверить в происходящее. Прямо на его глазах несколько «Дуллаханов» практически в упор расстреливали доспех Дирга. Снаряды их орудий рвали машину друга и товарища по отряду на части, буквально разрывая её на куски. Леон просто не мог поверить в происходящее. Пытавшийся отойти «Бакхауф» получил сразу несколько снарядов в грудь, где они оставили глубокие, зияющие дыры.

С такого расстояния никакая броня уже не спасёт. Мёртвый «Бакхауф» с тяжёлым ударом рухнул на бетон.

А затем, у себя за спиной Леон услышал едва различимый щелчок предохранителя. Он резко обернулся, одновременно поднимая сжимавшие карабин руки, но в тоже время зная, что уже не успеет вовремя. Али выстрелил ему прямо в голову. Дротик снёс молодому пилоту большую часть головы, разметав мешанину из осколков черепа и кровавых ошмётков багряным веером.

— Хочешь убить, стреляй, — Али хрипло рассмеялся, уронив руку с пистолетом, который вдруг оказался таким невыносимо тяжёлым. — А то развёл тут сопли. Придурок...

16 часов 07 минут

Синангар - Штаб квартира резидентуры рейнской Службы Внешней Разведки

Вот и всё…

Они победили. Оба основных центра управления орудиями противно-космической обороны были уничтожены. База «Багран» разрушена и лежала в руинах. Большая часть высшего командного состава, по крайней мере та его часть, что находилась на базе во время атаки, уничтожена.

А их корабли были уже здесь. Четыре эсминца и два крупных военных транспорта зависли на геосинхронной орбите над планетой.

Каспар был доволен. Всё прошло именно так, как они и ожидал. Особенно удачно получилось с людьми Вольфганга. Хашмитам услужливо решили для него эту проблему. Наблюдать за тем, как машины фанатиков Рустала ударили в спину Альфреда и его людей было приятно. Ещё одна помеха только что ушла с доски, перестав мешаться у него под ногами.

«Нужно будет толко не забыть проверить все личные вещи Альфреда». Подумал Каспар, делая глоток холодного чая со льдом. «С этого кретина станется написать или, по крайней мере, подготовить основу для своего рапорта Кровелю».

В текущей ситуации лишняя точка зрения будет именно что «лишней». Иной взгляд на события - это конечно хорошо, но сейчас, он лишь помешает. А ночной провал можно будет с лёгкостью поставить в вину Вольфгангу. В конце концов, это же именно он обучал хашмитов военному делу и использованию привезённой рейнцами технике. А раз они не смогли победить, то это исключительно его вина.

Единственное, что пока не давало Каспару покоя, это по прежнему молчавший комм, который он держав в своей левой руке. Команда ликвидаторов уже должна была решить проблему Рустала и сообщить ему, но пока что ответа от них по прежнему не поступало. Каспар прекрасно знал, что такие акции требуют времени. Да что там, он сам не раз занимался подобной работой. Но с момента приказа прошло уже более сорока минут, а он всё ещё не знал, что там происходит. В том, что они выполнят поставленную задачу, он не сомневался, но всё же отсутствие информации выводило его из себя.

Комм, который он держал в руке, внезапно ожил. Даже не смотря на то, что Каспар ждал этого, звук входящего вызова заставил его возбуждённое тело вздрогнуть. Руководитель рейнской резидентуры моментально нажал на иконку входящего вызова. Никакого видео, только звук.

— Докладывайте, — сразу же резко приказал он, поставив бокал с недопитым чае на стол рядом с собой.

— Здравствуй, мой друг.

От прозвучавшего в динамике голоса, Каспар похолодел. По его спине скатилась одинокая, холодная капля пота. Он слишком часто слышал этот голос, чтобы не узнать его хозяина.

— Рустал…

Сидящие за оборудованием вокруг своего начальника люди обернулись, услышав знакомое имя и столь явное напряжение в голосе своего начальника.

— Твои люди допустили ошибку, мой друг. Они слишком сильно недооценили мою охрану.

Каспар сглотнул застрявший в горле ком, прежде чем смог ответить, судорожно перебирая в голове возможные варианты действий.

— Послушай, Рустал, — начал он осторожно. — Не делай поспешных выводов…

— Закрой свой поганый рот, Каспар. Я принимал тебя в своём доме. Принимал, как друга. Как гостя! А ты решил отплатить мне этим? Убить. Убрать со своей доски, как более не неудобную тебе фигуру. Решил, что сможешь избавится от меня и найти на моё место послушную марионетку? Я ведь прав, не так ли. Мой друг.

Последние сказанные слова прозвучали ядовитой издёвкой. Каспар чувствовал, как внутри него закипает гнев. Слишком долго он терпел этого зазнавшегося дикаря.

— Да даже если и так, Рустал. Что с того? Это просто работа. Я делаю то, что полезно для моего государства…

— Нет, — резко оборвал его твёрдый голос сульфарца. — Ты делаешь только то, что полезно лично тебе. Ты всего лишь жалкое насекомое, Каспар. Крохотный паучёк, что сидит в центре сплетённой им паутины и ждёт, когда муха сама запутается в его сетях и умрёт, потому что слишком слаб, чтобы охотится самостоятельно.

Каспар лишь рассмеялся в ответ.

— Очень поэтично, но ты забываешь одну простую вещь. Сейчас, там на орбите, находятся корабли нашего флота, Рустал. Не вашего. У вас его нет. У вас вообще ничего нет, кроме удобного расположения системы для наших нужд. Вы, поганые дикари, сидящие на своей поганой планетке. И если потребуется, то на планету спустятся тысячи наших солдат. Как ты будешь договариваться с ними, а Рустал? Может подскажешь мне? Или у тебя есть другие контакты, готовые поручится за тебя? А? Ну? Что же ты молчишь?

Последние слова, Каспар практически прокричал. Настолько этот разговор разозлил его. Он ожидал чего угодно. Угрозы. Мольбы. Попыток торговаться. Но вот чего он не ожидал, так это, что его собеседник ответи спокойным, даже немного грустным голосом.

— Ты прав, Каспар. Нам придётся договариваться с вами.

По губам офицера СВР скользнула улыбка, которая впрочем моментально испарилась, когда Рустал заговорил вновь.

— Но делать это, я уже буду без тебя. Неужели ты думал, что я не узнаю, где находится ваше резидентура…

Каспар не дослушал последние слова Рустала. Он бросился к дверям ведущим из оперативного центра раньше, чем осознал это. Потому что он слишком хорошо знал, как любит работать этот полоумный фанатик. Ничего не понимающие люди вскакивали со своих рабочих мест, глядя на столь странное поведение своего собственного начальника и не понимания причин этого, а Каспар был слишком озабочен спасением своей собственной шкуры, чтобы остановится и начать объяснять.

Он почти успел добежать до дверей, когда заложенная этажом ниже бомба превратила это место в пылающий ад.

16 часов 13 минут

Синангар

Рустал сидел в своём любимом кресле, на своём любимом балконе и прислушивался к разносившемуся по воздуху отзвуку прозвучавшего в городе взрыва. На столе перед ним лежал испачканный в крови коммуникатор. Мужчина протянул руку взял пальцами стоящий на столе бокал с вином и сделал небольшой глоток, позволив напитку растечься по языку. Несколько секунд, Рустал молча наслаждался вкусом вина, прислушиваясь к эху отгремевшего взрыва.

Глупое самомнение и чрезмерная уверенность в собственном превосходстве. Вот каково было имя тем столпам, которые только что обрушились под аккомпанемент этого грохота.

«Каспар. Ты жалкий и трусливый идиот. Неужели ты думал, что вы сможете укрыться от меня в моём же собственном городе...»

Рустал вздохнул и поставил бокал обратно на стол. Его верный слуга безмолвной тенью стоял в нескольких шагах в стороне.

— Мы можем связаться с их кораблями?

— Конечно господин, — ответил слуга. — Их корабли уже вышли на высокую, геосинхронную орбиту.

— Хорошо, тогда откройте канал связи и вызовите их. Сообщите, им, кто именно хочет с ними поговорить и о чём.

— Конечно господин. — кивнул слуга и вышел из комнаты, оставив своего повелителя в иллюзорном уединении.

Естественно, Рустал не был один. В комнате рядом с ним находилось несколько вооружённых охранников, которые молчаливыми статуями замерли в тенях. Сейчас, где-то глубоко в недрах этого дома, троим из шести выжившим убийцам, подосланных Каспаром, чтобы убить его, предстояло познакомится с обратной стороной сульфарского гостеприимства. Их мучительные вопли несомненно будут оглушительными, но Рустал не услышит ни единого звука. Слишком хорошая была звукоизоляция в этих «гостевых» комнатах. Когда-то и сам Рустал любил заниматься этим делом, вытягивая нужные знания и информацию из несговорчивых людей. Он умел развязывать языки. Когда ты хорошо разбираешься в человеческой психологии и анатомии, получить нужную информацию становится легко. Человеческое тело было подобно пластилину в его опытных руках, из которого при достаточной сноровке можно было вылепить именно то, что тебе нужно.

Физическая боль — хороший помощник. Если человек говорит, что не сломается — он врёт. Свой предел есть у каждого. У кого-то высокий, у кого-то низкий. Кто-то сломается, стоит лишь едва надрезать кожу. Кто-то не произнесёт ни слова, даже если начать выжигать его нервы калёным железом. Рустал хорошо помнил одного такого человека. Он не сдался даже тогда, когда он этими самыми руками начал медленно снимать с него кожу. Но и этот храбрец сломался. Стоило лишь приступить к работе на его сыном прямо у него на глазах.

Предел есть у всех.

И сейчас, этим троим несчастным убийцам предстояло узнать, где именно заканчивались их собственные границы выдержки и силы воли. То, что они дойдут до этих границ живыми и в сознании, Рустал не сомневался. У него были хорошие ученики.

Он вновь пригубил вино, размышляя о недавнем разговоре, который у него состоялся с Каспаром в этом самом помещении. Тогда он спросил его, что Рейн ценит больше всего. И полученный ответ, полностью удовлетворил Рустала.

Сила. Сила и Решимость. Вот, что имело наивысшую ценность.

Через открывшуюся дверь в комнату вернулся его верный слуга и подошел к Русталу, всё так же спокойно сидящему на балконе. В руках он держал планшет и положил его на столик перед своим господином, таким образом, чтобы камера смотрела на его лицо.

— Они на связи, господин.

Рустал указал на планшет и слуга коснулся экрана. В воздухе спроецировался голографический дисплей. Перед его глазами появилось изрезанное двумя длинными, пересекающимся шрамами суровое лицо мужчины в чёрном мундире с двумя красными полосами, спускающимися по кителю от правого плеча.

— Генерал Кровель, я полагаю, — поприветствовал рейнца Рустал.

Мужчина спокойно кивнул.

— Рустал Имран Хашми.

— Верно, генерал. Добро пожаловать на Сульфар.

Кровель улыбнулся одними губами и даже такой жестокий человек, как Рустал, внутренне поёжился глядя на своего собеседника.

— У нас случилась довольно странная проблема, — совершенно будничным тоном произнёс Кровель. — Мы не можем установить связь с нашими представителями, которые должны находится на планете и оказывать вам поддержку.

Рустал откинулся на спинку своего кресла.

— Вероятно, причина в том, генерал, что ваши представители мертвы.

— Вот как...

— Да, мне очень жаль. Это... без сомнения, ужасная потеря.

Кровель несколько секунд смотрел на него с экрана, а затем рассмеялся сиплым, скрипучем смехом. Рустал улыбнулся в ответ.

— Действительно. Могу ли я узнать, как обстоят дела на планете?

— Основные силы королевской армии нейтрализованы генерал. Их системы противно-космической обороны лишились контроля, а король и большая часть преданных ему людей сейчас находятся в подземном бункере под дворцом в столице. Именно эти люди являются главной преградой перед нами, генерал.

Кровель чуть наклонил голову, вопросительно посмотрев на сульфарца.

— И чего вы хотите от меня, Рустал?

16 часов 26 минут

Эсминец РВКФ «Ноттингем»

Геосинхронная орбита Сульфара

— Генерал! Я против подобного!

— Я понял вас, коммодор. Ваши возражения приняты к сведению. А теперь выполняйте полученный приказ.

Штрельц сглотнул, ощутив, как туго воротник форменной рубашки сдавил его горло.

— Это будет прямым нарушением Марсианского пакта, генерал...

— Не будет, коммодор, — Резко отрезал Кровель. — Всё, что мы делаем, это помогаем дружественному нам политическому образованию и действуем по их собственной просьбе.

Штерльц глубоко вздохнул, стараясь успокоится. Отданий ему приказ противоречил всему, чему его учили. Любой офицер знает, что может произойти подобная ситуация и ему выпадет нелёгкая участь сделать то, что должно. Но, как и любой «хороший» офицер флота... Как человек, Штрельц всегда надеялся, что ему никогда в жизни не придётся делать чего-то подобного. Сражение в космосе с противником, который может ответить это одно. А это же...

Но он ничего не мог поделать. Под его началом находились лишь космические силы и оперативный контроль над ними. Но общее руководство операцией находилась в руках этого гребенного мясника, Рудворта Кровеля. И Максимилиан был обязан подчинятся его приказам.

— Я настаиваю, чтобы мои возражения против этого были зафиксированы и записаны, генерал.

— Как вам будет угодно, коммодор, — отмахнулся от него Кровель. — Выполняйте приказ.

Экран погас. Штерельц ещё несколько секунд стоял, стараясь дышать ровно и сдерживая себя, что не начать орать благим матом. Он даже не заметил, насколько тихо стало на командном мостике эсминца. Его подчинённые и офицеры замерли вокруг него, не произнося не слова. Личный помощник и начальник штаба Штрельца осторожно подошёл к своему командиру.

— Коммодор, сэр, если хотите, я могу связаться с капитаном Розеном.

— Зачем Бонард?

— «Бреслау» и «Каппонир» могут выполнить...

Штрельц отрицательно мотнул головой.

— Нет. Ненужно. Я не стану отдавать приказ, который не хочу выполнить сам из боязни запачкать руки. Мы всё сделаем сами. Начинайте сход по орбите до высоты в тысячу километров и подготовьте орудия.

— Д... да сэр. Боевая задача?

Штрельц лишь грустно усмехнулся. Если его помощник считал, что коммодор решит изменить параметры приказа, то он ошибся. Они все офицеры и выполнят то, что приказано. Вне зависимости от того, нравится оно им или нет.

— Ты ведь слышал наш разговор с генералом, не так ли? План ведения огня «Зевс».

Через шесть минут «Ноттингем» покинул общий строй зависших на орбите рейнских кораблей и начал спускаться ближе к планете. Внутри его корпуса пришли в действие механизмы подачи боеприпасов, извлекая из ракетных пусковых уже заряженные в них противокорабельные ракеты. В тоже время, из специальных погребов начали поступать первые кинетические заряды. Каждый из них представлял из себя огромную болванку веретенообразной формы, выполненную из самых прочных и тугоплавких материалов. Это было необходимо для того, что бы они могли с лёгкостью выдержать прохождение через плотные слои атмосферы на той огромной скорости, которая будет придана им пусковыми установками.

Через восемь минут все ракетные пусковые «Ноттингема» были вновь заряжены и подготовленны, дожидаясь лишь того момента, когда эсминец окажется в нужной точке пространства.

16 часов 34 минуты

База «Багран»

Лата бежала.

Она неслась через разрушенную базу, пробиваясь через душную, мутную и пыльную завесу, которая поднялась в воздух после падения башни главного штаба. Небо над разрушенной базой уже давно заполнилось столбами чёрного, грязного и маслянистого дыма, поднимавшегося от горящих зданий и уничтоженных мобильных доспехов. Это была пугающая, ужасающая картина. Апофеоз войны в миниатюре, сотворённый человеческими руками. Лата старалась не смотреть по сторонам. Она бежала вперёд, сжимая в руках свой коммуникатор.

И сейчас, несмотря на весь окружавший её ужас, в её душе теплилась крохотная надежда на то, что ещё не всё потерянно. После того гнетущего, обезоруживающего ощущения собственного бессилия, которое она испытала, эта надежда была подобно яркому свету солнца после длинной и тёмной ночи. Это помогло ей вновь подняться на ноги. Вновь встать и попытаться что-то сделать. Лишь тогда, когда она уже полностью отчаялась, коммуникатор в её руке ожил тихим, едва слышным хриплым шипением, а прозвучавший из динамика голос назвал её по имени.

И сейчас, она бежала по бетону, старясь не смотреть на разбросанные вдруг мёртвые и искалеченные тела. Один раз девушка споткнулась об каменный обломок, незамеченный из за висящей в воздухе пыли. Она упала и покатилась по бетону, разбивая локти и колени в кровь, но даже не заметила этого. Лата вскочила обратно на ноги и побежала дальше. Мимо разрушенных технических ангаров и лётного поля. Ноги несли её мимо превращённых в руины топливных складов. Она бежала, пока не добралась до внешней стены, окружавшей базу. Там, рядом с разрушенным зданием лежала искорёженная фигура «Шаха». Сейчас, он больше напоминал сломанную жестоким ребёнком игрушку, нежели гордую боевую машину.

Забыв обо всём, Лата бросилась к нему. Её пальцы нашли небольшой люк доступа и открыли его, добравшись до кнопки аварийного открытия кабины. Толстая и покрытая бронёй крышка кабины на спине доспеха зашипела, когда открылись удерживающие её замки и начала медленно открываться. Но раскрывшись едва ли на треть, она дёрнулся и замерла, когда поврежденные механизмы заклинило. Но девушке было плевать. Хватаясь руками за выступы брони, они залезла наверх.

— Вимал! Вим!

Ответом ей была лишь тишина. На короткий миг, в её сердце вновь зародилась паника. Ужас от осознания того, что она не успела...

— Л... Лата...

Хриплый голос донёсся изнутри полностью тёмной кабины.

— Да. Да, Вим. Это я. Я тут. Ты сможешь сам выбраться?

— Я... я не знаю.

Его голос был слаб и наполнен болью. Лата уже знала, что он был ранен. После падения, практически все системы доспеха были повреждены и раненный пилот не мог открыть люк кабины изнутри доспеха. Но к счастью, Вимал смог связаться с ней. Настроенный на поиск её личного кода связи, компьютер доспеха зафиксировал работу коммуникатора, когда девушка добралась до их общежития и нашла его.

В темноте кабины послышалось шевеление. Лата хотела помочь ему выбраться наружу. Но парень зашипел от боли, стоило ей лишь коснуться его правой руки.

— Прости...

— Ничего, — сипло ответи он, прижимай к груди сломанную руку. — Помоги спуститься.

— Конечно.

Она спрыгнула вниз и осторожно помогла другу слезть с брони. Вим выглядел ужасно. В одних лишь лёгких штанах, покрытых грязью он с трудом слез на землю. Его грудь покрывали темные синяки в тех местах, где притяжные ремни давили на тело во время перегрузок. Сломанная правая рука была неестественно изогнута и начала распухать у запястья.

Но всё это было не важно. Не имело значения, по сравнению с тем фактом, что он был жив. Что они оба были живы.

А затем, воздух вдалеке разорвал громкий, оглушительный хлопок. Его грохот долетел до них словно раскат далёкой грозы. Прямо на их глазах, сияющая алым пламенем тонкая стрела сошла с небес на землю.

Первый кинетический снаряд ударил в юго-восточную башню королевского дворца, пройдя её насквозь до самых нижних этажей за доли секунды. Второй ударил в центр, комплекса. Прошедший между башнями снаряд одной лишь ударной волной спрессованного воздуха от своего пролёта разрушил все мосты, эстакады и висячие сады дворца. Двадцати тонный снаряд, разогнанный до скорости в девять тысяч километров в час имел кинетическую энергию, равную по мощности ядерному заряду. Но, у него было одно значительно преимущество. Он проходил куда глубже, после удара.

Король Сульфара — Аджиит Аль Хан вместе со своей супругой погибли мгновенно, даже не поняв, что произошло. А вместе с ними умерли все, кто находился во дворце и подземном бункере под дворцовым комплексом.

Но это было только начало.

Одна за одной алые росчерки пронзали небеса, оставляя за собой колоссальные удары от прохождения звукового барьера. Они падали вниз, и каждый их удар был подобен взрыву маломощной ядерной бомбы. Ударные волны от их попаданий сносили возвышавшиеся в центре Джайпур-Бана башни небоскрёбы. Другие же, разрушались словно игрушечные домики, когда очередной снаряд попадал в одну из башен. «Ноттингем» обстреливал столицу королевства три минуты, пока траектория движения не увела его за горизонт. Ударные волны от попаданий кинетических снарядов по городу одна за другой докатывались до базы оглушительными раскатами грома, сотрясая всё вокруг.

Лата прижалась к Вималу, закрыв глаза и уткнувшись лицом ему в грудь. Она больше не могла смотреть на это. Девушка почувствовала, как он обнял её здоровой рукой и прижал к себе.

Они так и сидели, пока мир который они поклялись защищать разрушался у них прямо на глазах.

Content

Ник Фабер
Семнадцать часов

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Последний час