Черный Маг Императора 6

Глава 1

Приближалось воскресенье. Если Юрасов и Шуйский были как-то причастны к этой истории с рунами смерти, то они никаким образом этого не выдавали и вели себя как обычно. Как полные придурки. Юрасов всячески выводил из себя Нарышкина, а загадочная мрачная улыбка на лице Шуйского стала еще более многообещающей.

В пятницу Лешка отказался ехать со мной в Белозерск и это было мне на руку. Я ведь не только на тренировку с Ткачом ехал, нужно было еще заскочить в офис «Теней», чтобы обсудить с Ибрагимом план на завтрашний день. Слишком важное мероприятие нам предстояло, чтобы упустить какую-нибудь деталь, каждая из которых была важна. В таком деле мелочей быть просто не может.

Именно поэтому мы с Турком решили разговаривать не в офисе, а сразу после моего приезда к нему поехали на место, чтобы осмотреться.

Лысый Камень находился совсем рядом с Белозерском, буквально в нескольких километрах от города. Это местечко было очень живописным, и я даже не ожидал, что оно мне так понравится.

Совсем небольшая полукруглая роща на берегу Белого озера скрывала огромный круглый и плоский камень, который лежал в нем в паре десятков шагов от берега. Собственно, именно поэтому оно и получило такое название.

К камню вел небольшой деревянный мост, который специально был проложен, чтобы на него можно было попасть. Учитывая, что Лысый Камень был излюбленным местом для дуэлей, по распоряжению губернатора Белозерска, мост уже не раз разрушали. Но проходило несколько дней, и он вновь оказывался на своем месте.

Что стоит волшебникам восстановить какой-то сломанный мост? Для любого старшеклассника из кленового класса это просто ерунда. Так что, в конце концов власти прекратили бороться с этим.

Рядом с рощей, прячущей Лысый Камень, была еще одна и это оказалось очень кстати для нашего с Ибрагимом плана. Призрак хотел, чтобы ребята из отряда его туда привезли еще ночью и оставили вместе с машиной, а сами уехали обратно в город на другой.

Дело неизвестно как может обернуться, а без машины никак нельзя. Вдруг нужно будет куда-то срочно ехать, всякое ведь может случиться. Тем более, что Лешка хотел сюда на такси добираться и ехать на собственной машине не собирался. Считал это плохой приметой.

Ну а в остальном все просто. Я забираю с собой артефакт материализации, а завтра в семь Ибрагим ждет нас на Лысом Камне, чтобы в случае острой необходимости я его подключил к дуэли.

Обратно в «Китеж» я ехал уже в более-менее нормальном настроении. С учетом того, что мы с Ибрагимом разработали план-капкан, который должен был нас подстраховать, затея с дуэлью уже не казалась мне совсем уж дурной идеей.

Во-первых, Юрасов совсем уже оборзел, и будет очень хорошо, если Нарышкину удастся его проучить. Тем более, что у нас есть подозрения насчет его причастности к этим рунам, которые должны были прикончить нас с княжичем.

Во-вторых, все-таки Кольцо Ветра должно было сыграть свою роль. Как бы ни была хороша техника Осипа, а скорость еще никто не отменял. Может быть, это даже покруче будет. Так что…

Мы еще посмотрим кто кого. В самом крайнем случае есть я и Турок, а у нас обоих с фехтованием все в полном порядке. Получше, чем у Юрасова и Шуйского.

Вернувшись с хорошими мыслями в школу, я с удовольствием отправился спать пораньше, чтобы выспаться вволю. Завтрашнее занятие Чертков отложил. Сказал, что у него какие-то срочные дела и до следующих выходных я свободен как птица. Так что, мне оставалось только еще раз поблагодарить его за подарок, который спас нам жизни.

Кстати, это кольцо почему-то очень заинтересовало московских полицейских и «нашего друга» из тайной канцелярии. Все допытывались где я мог такое раздобыть? Учитывая обстоятельства, я не стал ничего скрывать и рассказал как есть, что это подарок моего наставника. Лишь только после этого они от меня отстали.

Практически всю субботу Нарышкин провел в своей комнате и лишь под вечер набрал меня и предложил немного пройтись. Вот же тип! Я ему несколько раз в течение дня звонил, чтобы вытащить его и немного отвлечь, но он уже упертый как баран! Представляю, что он там себе наворотил.

Но это я так поначалу думал, а когда его увидел, то изменил свое мнение. Куда девалось растерянное выражения лица, которое я замечал то и дело? Он выглядел собранным и уверенным, как будто принял для себя какое-то важное решение.

Вечера были уже очень холодными, поэтому неудивительно, что кроме нас на лавочке возле общаги больше никого не было. Все предпочитали прятаться по комнатам.

Ни о чем особо не разговаривали. Так, просто сидели и размышляли каждый о своем. Друзьям ведь не обязательно о чем-то разговаривать, можно и молча посидеть, все равно ведь в кайф.

— Завтра будет хороший денек, — сказал Лешка, когда мимо нас прошла очередная хохочущая компания ребят, возвращавшихся из Белозерска.

Ну а чего им не веселиться? Выходной день как никак. Тем более суббота, а значит завтра еще один выходной, разве не классно? Круче только вечер пятницы. Точнее он был для меня самым крутым, пока в моей жизни не появился Чертков. Теперь же я больше предпочитал субботние вечера.

— Да, звезд много, — согласился я с княжичем, взглянув на небо. — Дождя, по идее, быть не должно. Ты, кстати, был хоть раз на Лысом Камне?

— Был один раз, — ответил он. — Я тогда еще на первом курсе учился. Как-то однажды старший брат в Белозерск приезжал, чтобы меня навестить и предложил показать место, где ученики на дуэлях дерутся. Я согласился, понятное дело. Интересно же… А ты?

— Нет, еще ни разу, — соврал я. — Но тоже будет интересно посмотреть.

— Ладно, пойдем в общагу, — сказал он и встал с лавочки. — Мне перед завтрашним днем выспаться нужно будет.

— Ты уверен, что не хочешь под одежду мою броню надеть? — третий раз за последние несколько дней предложил я.

— Да не налезет она на меня, Макс, — улыбнулся он. — Я почти на голову выше тебя.

— Ну не голову…

— Нет, спасибо тебе. Без нее справлюсь. Тем более, что от энергетического меча она может и не защитить.

* * *

Народные приметы нас обманули. Несмотря на вчерашнее ясное небо, с самого раннего утра зарядил дождь. Да не просто дождь, а самый сильный ливень, который я видел за последние пару месяцев.

— Хреново дело, — сказал я, слушая как тяжелые капли барабанят по крыше нашего такси, на котором мы добирались до места дуэли.

— Только не говори, что дождика испугался, — усмехнулся Лешка и поправил Кольцо Ветра, которое уже надел себе на палец.

— Не испугался. Просто на мокром поскользнуться легче, когда будешь прием делать. Там же камень под ногами будет.

— Ты-то откуда знаешь, если ни разу там не был? — спросил Нарышкин и подозрительно посмотрел на меня.

— Да я вчера в интернете посмотрел, как он выглядит. Интересно было, вот и не дотерпел.

— А-а, понятно… — кивнул он. — Ничего страшного. Камень под ногами не у меня одного будет.

Как только мы оказались на месте, сразу стало понятно, что игра пойдет не по правилам. Для начала их было трое. Юрасов и Шуйский притащили вместе с собой еще и Христофора Вильсона. Вот уроды! Примерно чего-то такого я от них и ожидал. Прямо на глазах дело осложнялось. Вильсон был лучшим фехтовальщиком из всей их троицы.

Единственное, что успокаивало, это присутствие Ибрагима, который уже ждал нас. Он стоял прямо рядом с этой троицей, но когда появились мы, сразу же пошел к нам на встречу.

— Доброго утра, мой господин. Надеюсь оно таким для вас и останется, — поприветствовал он меня и я, само собой, ничего не стал ему отвечать. — Должен предупредить, эти ребятки планируют вас убить. Юрасов рассчитывает справиться с Алексеем на дуэли и в этот же момент Вильсон должен напасть на вас. Потом за ними должен приехать кто-то из людей Шуйского, который их сюда и привез. Во всяком случае, я так понял затею этих ребят, пока они общались между собой. Кстати, этот белобрысый больше всего нервничает.

Какой интересный план! Надо же, значит не зря у меня было тревожное чувство насчет всей этой истории. Думаю, Ибрагим сегодня однозначно не будет лишним и очень здорово, что он здесь. Ну а то, что Вильсон нервничает, это хорошо. Главное, чтобы не кинулся на меня раньше времени.

В этот момент я не сдержался и улыбнулся. Так и подошел с улыбкой к нашим врагам. А когда увидел темные круги под глазами Юрасова, то моя улыбка стала еще шире. Надеюсь ему не удалось сомкнуть глаз этой ночью, и он провел ее просто пялясь в потолок.

Затяжной дождь лил как из ведра. Тяжелые капли заливали наши лица, но мы не обращали на это внимания. Как и на то, что прошло всего несколько минут, а мы уже промокли до нитки.

— Юрасов, тебе что, два секунданта полагается, или этот придурок тебя в качестве подружки пришел поддержать? — спросил Лешка и активировал свой меч. Судя по металлу в его голосе, он и без моих предупреждений понял, что играть будем не по правилам.

— Нарышкин, не в твоих интересах пасть открывать, — скривился Шуйский. — Или ты считать не умеешь? Не можешь понять, что три это больше чем два?

— Дело не в количестве, а в качестве, — сказал я. — Так мой дед обычно говорит.

— Ну да, точно, у тебя же кроме деда никого и нет толком, — ухмыльнулся Шуйский. — Я слышал твои родители шарахаются от тебя как от вшивого.

Вот сука! Я сжал в кармане артефакт материализации, приготовившись активировать его в любой момент. Вообще-то, за последние полтора года я уже привык к оскорблениям подобного рода, но на этот раз почему-то взбесился больше обычного.

— Спокойно, мой мальчик, — повысил голос Дориан, пытаясь привести меня в чувство. — Не делай глупостей. Пока не время.

— Каждому свое. От кого-то родители шарахаются, а кому-то делают большое одолжение, разрешая обучаться в «Китеже»… Вот и лезут они из всяких «Тирличей»…

Это я удачно вломил! У Юрасова с Шуйским аж скулы задвигались от негодования. Обожаю такие моменты! Всегда приятно смотреть как твои враги бесятся!

— Так что насчет Вильсона? — вернулся к началу разговора Лешка и кивнул в сторону незваного гостя. — Что здесь делает этот тип?

— Он здесь в качестве целителя, — ответил на этот раз Осип. — Кроме того, что он наш друг, он еще и кое-что в этом смыслит. Вдруг тебе повезет, и ты сможешь ранить меня? Вот он и полечит. Так что, начнем? Или ты передумал?

— Хрена с два! — сказал Нарышкин, не сводя глаз с Вильсона. — Если ты и правда такой трус, что решил привести с собой доктора, то пусть он стоит здесь, вместе с остальными. На Лысый Камень мы идем с тобой только вдвоем!

— Как скажешь, — скривился Юрасов.

— Я так понимаю, стороны не собираются примириться? — издевательским голосом спросил Шуйский. — Правила требуют уточнить этот момент перед началом дуэли.

— Тебе что, моча в голову стукнула, дурачок? — резко обернулся к нему Лешка. — Вы приперлись сюда втроем, а теперь вдруг ты вспомнил про правила?

Рука Шуйского потянулась к футляру с мечом, а его глаза превратились в узкие щелочки. Но в какой-то момент он остановился. Вовремя. Еще немного, и я бы включил в игру Ибрагима. Тогда уже точно не было бы никакой дуэли.

Дуэлянты друг за другом пошли на круглый камень. Третьим за Лешкой и Юрасовым шел Ибрагим. Согласно нашему плану, я должен был материализовать его, как только ситуация начнет выходить из-под нашего контроля. Мы втроем тоже подошли поближе к берегу, чтобы вид был получше.

Вот только одно было очень хреново. Из-за дождя, который стоял стеной, слышимость была, мягко говоря, ужасной. По правде говоря, я уже начал сомневаться, что смогу увидеть со своего места все детали и не пропустить тот самый момент, когда придет время.

Мать его за ногу! Ну почему всегда что-то обязательно идет не так?

Соперники заняли места друг напротив друга и стали в боевые стойки. Ярко-зеленый меч Нарышкина против менее мощного красного клинка Юрасова. Кстати, еще один плюсик в нашу сторону.

У Лешки меч был в несколько раз мощнее, а значит может случиться так, что оружие его врага не выдержит и сломается. Уж слишком большая разница в мощности клинков.

Они что-то говорили друг другу, но из-за шума дождя невозможно было расслышать ни одного слова. В какой-то момент Юрасов не выдержал и начал бой первым.

Блин… Какое же это нервное занятие наблюдать за тем, как твой друг прямо на твоих глазах играет в смертельные игры! Да еще зная о том, что у его противника играть в это лучше получается!

Тяжелые капли лупили меня по голове, в ушах отдавался шум стучащего как молот сердца, но я не замечал всего этого, изо всех сил пытаясь не пропустить момент, когда нужно будет прийти Нарышкину на помощь.

Однако, несмотря на мои опасения, получалось у него не так плохо, как я думал. Даже наоборот! Были моменты, когда он не просто очень ловко избегал атак более высокого и длиннорукого Юрасова, но и очень удачно контратаковал, заставляя его пятиться.

Вообще-то, считалось, что если кто-то из них свалится с Лысого Камня, то это тоже приравнивается к поражению. Вот только я был уверен, что если упадет Нарышкин, то Осип сделает все возможное, чтобы кровь в этой дуэли все-таки пролилась.

В то время, пока дуэлянты кружили по камню, я заметил, что Вильсон начинает понемногу приближаться ко мне. Это происходило как бы невзначай, будто он делал это в процессе наблюдения за боем. Вот хитрый сукин сын! Пытается выйти на короткую дистанцию, чтобы не дать мне возможности успеть среагировать на его удар, когда он решит его нанести.

Нет уж, не получится! Заметив его маневры, я примерно с такой же скоростью стал отходить от него в сторону, стараясь не дать ему желанного преимущества. В какой-то момент мы с ним встретились взглядом. Всего на мгновение, но он понял, что я все вижу и держу ситуацию под контролем.

С этого момента он замер на своем месте, а я получил возможность вновь вернуться к наблюдению за боем и меня вполне устроило то, что я видел. Судя по быстрым и коротким атакам, Юрасов уже немного устал. К тому же он выглядел немного растерянным.

Ну еще бы! Сто процентов он не раз видел Лешку в деле на уроках фехтования и прекрасно знал о его возможностях. Теперь же, когда скорость моего друга разительно отличалась от того, что он видел раньше, ему было отчего удивиться. Начиналось самое интересное!

В воздухе прямо витало напряжение, которое от дуэлянтов передалось и нам. Чувствовалось, что в ближайшие минуты все должно решиться.

Вот Юрасов пошел в длинную, затяжную атаку, состоящую из нескольких серий ударов. Лешка отбил одну, вторую, третью, и в этот момент его правая нога поехала по скользкому камню.

Осип прыгнул вперед и я услышал отчаянный крик Нарышкина, а затем ярко-зеленый клинок встретился с красным, и будто молния полетел вперед. Следом за этим последовал вопль, но это уже Юрасов орал от боли.

Ох! Неужели они проткнули друг друга одновременно?

Долго рассуждать мне было некогда, потому что я увидел как что-то блеснуло в руке Вильсона и одновременно с этим я сделал сразу две вещи. Материализовал Ибрагима и активировал свой энергетический меч, который уже давным-давно достал из футляра.

Со стороны Лысого Камня донесся еще один крик, а затем все стихло. Меня просто распирало посмотреть, что именно там произошло, но сейчас были вещи поважнее. Христофор с Шуйским, например.

Даже без Кольца Ветра моей скорости было достаточно, чтобы клинок уперся в грудь Вильсона, остановив его на месте. Еще бы несколько сантиметров, и я бы его проткнул! А так он просто стоял передо мной с перепуганными широко открытыми глазами и смотрел как кончик меча дотрагивается до его куртки, заставляя ткань дымиться.

— Стой на месте Шуйский! — громко предупредил я, заметив, что он начинает двигаться. — Еще один шаг и никакой целитель белобрысому не поможет!

Тот остановился.

— Не дури, Темников! — процедил он сквозь зубы.

— Закрой рот! Просто заткнись и стой на месте!

Мне некогда было смотреть на его рожу, но надеюсь, его достаточно сильно перекосило от бешенства.

— Леха! — позвал я Нарышкина, услышав тяжелые шаги, которые шлепают по камням.

— Все нормально, Макс… Ох ты ж… — услышал я его стон. Ну если какие-то звуки издает, значит все не так уж плохо. По крайней мере, я на это очень надеюсь.

— Нам нужно поспешить, — услышал я глухой голос Ибрагима. Бросив на него быстрый взгляд, я увидел, что на левой стороне куртки у него появилась дымящаяся дыра в районе ребер.

— Что это за урод? — процедил Вильсон, который сообразил, что он еще жив и прямо сейчас его никто убивать не будет.

Я деактивировал меч и как только исчезло лезвие, врезал рукоятью ему по зубам.

— Это мой друг, мудила! — выдохнул я в момент удара.

Шуйский смотрел на все происходящее как завороженный. Его лицо стало каким-то серым. Представляю, с каким удовольствием он бы сейчас вцепился мне в горло.

Я бросил взгляд в сторону Лысого Камня, на котором неподвижно лежал Юрасов. Какая милая картинка.

— Вот видишь, старики никогда не ошибаются. Я же тебе говорил, что качество главнее количества? — сказал я на прощание и побежал догонять Ибрагима, который даже с Нарышкиным на плечах успел убежать достаточно далеко.

Мне послышалось, или Шуйский плюнул мне в след? Идиота кусок! По крайней мере, целителя они с собой не зря привезли. Он им сегодня точно понадобится.

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

Напоминаю, что начиная с сегодняшнего дня мы вновь переходим на ежедневный режим выкладки:) Не забудьте добавить книгу в библиотеку и подписаться на автора, чтобы не пропустить обновления. Ну и конечно же прошу не забывать ставить лайки и оставлять комментарии!

Еще раз благодарю вас за поддержку!

Глава 2

Прошло почти два часа, прежде чем Киприан Фельд вышел из кабинета. Он был весь мокрый от пота, но улыбался. Хороший знак.

— Где это вас угораздило, Максим? — спросил он, подозрительно оглядывая дырку в куртке Ибрагима.

Заметив куда смотрит целитель, Турок как бы невзначай прикрыл дырку рукой и как ни в чем ни бывало закинул ногу за ногу.

— Да так, кое-что не поделили с одними придурками, — ответил я. — Но правда была на нашей стороне.

— Вот как? Если вы оказались у меня и при этом вышли победителями, тогда я им не завидую.

— Правильно делаете, господин Фельд. Редкие уроды.

— Можете поговорить со своим другом. Еще около получаса ему нужно будет побыть здесь, а потом я вас не задерживаю, — он снял очки и начал тереть их платком. — Только постарайтесь сегодня больше не влипать ни в какие истории. У моей младшей дочери день рождения, хотелось бы съесть кусочек праздничного торта.

— Постараемся, — сказал я, надеясь, что эта троица не устроит нам какой-нибудь подлянки по приезду в школу. — С Лешкой все будет в порядке?

— В полном, — кивнул он и вновь нацепил очки. — Меч прошел по касательной вдоль ребер, так что ничего страшного. Был сильный ожог, который я почти устранил. Шрам, конечно, останется, но со временем и он пройдет. Крови ваш друг потерял немного… Причин для паники не вижу.

— Спасибо вам, Киприан.

— Ерунда. По сравнению с той раной, с которой вас ко мне привезли в прошлый раз, это просто мелочи. Неприятные, конечно, но беспокоиться не о чем. Ах да, если будет просить воды — пока не давайте. Позже напьется вдоволь.

— Не дадим, — пообещал я.

Он кивнул нам и ушел, а мы вошли в кабинет, посмотреть как там Нарышкин. Он лежал на том самом столе, где в прошлый раз штопали меня.

Пытаясь понять спит он или нет, я тихо подошел к нему и осторожно заглянул, чтобы посмотреть открыты глаза или нет. Он не спал. Смотрел на меня спокойным взглядом.

— Ты чего крадешься, Темников?

— Да ничего, просто смотрю как ты тут. Фельд сказал, что тебе нужно еще полчаса полежать, я думал ты спишь, — сказал я и помахал ему рукой. — Ты как вообще?

— Лучше всех. Если бы ты мне еще холодной минералочки принес, то вообще было бы здорово. Пить очень хочется, — он приподнял голову и посмотрел по сторонам. — Ну или просто водички какой-нибудь.

— Целитель сказал, что нельзя тебе пока воды. Так что потерпи немного.

— Вот блин… — он опять положил голову на подушку и закрыл глаза. — Ты, кстати говоря, меня все-таки не послушал, да? Ибрагима подключил к этому делу.

— Ты чем-то недоволен?

— Нет, все в порядке, — он открыл глаза и повернул голову в сторону призрака. — Спасибо, что прикрыл меня.

— Для этого я там и был, Алексей Николаевич, — ответил Турок. — Что сказал бы ваш отец, узнай он о том, что с вами случилась беда, а я был там и ничем не смог вам помочь?

— Кстати об отце… Не нужно ничего говорить об этом Жемчужникову… — княжич дернулся и положил руку на то место, где у него была рана. — Тем более, что все уже закончилось.

— Да, я понимаю. Мой господин меня предупредил, что это тайная дуэль.

— Что с Юрасовым? Ты его не убил случайно? — спросил Лешка и нахмурился. — Он, конечно, мудак, но если помрет, то такая каша завертится… Шуйский с Вильсоном нас точно сдадут.

— Умереть не должен. Тем более, Максим сказал, что этот Вильсон целитель… Подлатает как-нибудь. Я его не очень сильно проткнул, — прогудел из-под маски Турок. — Но дырка в плече будет… Честно говоря, в тот момент я меньше всего думал о его безопасности.

— Да это понятно… — Нарышкин глубоко вздохнул, убрал руку с раны и посмотрел на меня. — Ну что скажете, мастер? Как вам мое фехтование?

— Славная была драка! Один из твоих лучших поединков, которые мне довелось видеть, — сказал я, лишь немного преувеличив. На самом деле, ошибок княжич наделал гору, и если бы не Кольцо Ветра, то все могло бы закончиться для нас куда хуже.

— Ты все равно правды не скажешь, — хмыкнул он. — Но получилось неплохо, я доволен. Вот если бы еще я не поскользнулся на этом долбаном камне, то вообще была бы красота. Откуда этот дождь взялся? Вчера же небо ясное было, каждую звездочку видно…

Он немного помолчал, а потом вдруг резко повернул голову ко мне:

— Слушай, Макс, мне показалось, или напротив тебя один Шуйский стоял? Куда Вильсон девался? Ибрагим меня так тащил, что я толком не рассмотрел. Сначала вроде двое их было… А когда мы совсем далеко отошли, вроде бы я его уже не видел… Правда я не присматривался особо.

— Ясное дело, — рассмеялся я. — На твоем месте мне бы тоже в тот момент меньше всего хотелось бы окрестностями любоваться. Вильсон тоже там был. Только в грязи лежал. Я ему по зубам дал, чтобы у него дурные мысли из башки выветрились.

— О, это ты правильно сделал, — Лешка вдруг хохотнул и схватился за бок. — Ох, блин…

— Ты чего ржешь?

— Я тут подумал… Не везет Вильсону на тебя. Второй раз деремся, и он все время от тебя по зубам получает…

— Карма значит у него такая, — пожал я плечами. — Если третий раз встретимся, то снова постараюсь ему хотя бы раз по роже врезать.

— Нет, надеюсь после этого мы у них охоту к дракам отобьем надолго, — сказал княжич. — Хотя… Горбатого могила исправит…

— Вот-вот, — согласился я. — Тем более, что они нас живыми оттуда выпускать не планировали.

— Откуда знаешь? — удивленно вскинул брови Нарышкин.

— Ибрагим рассказал. Он же не вместе с нами приехал, а еще с ночи их дожидался. Вот и послушал, о чем ребятки между собой разговаривали.

— Вот суки!

— Еще и какие… А ты за Юрасова переживаешь…

— Да я не за него лично беспокоюсь. Как по мне, он может прямо сейчас сдохнуть. Меня больше волнует, что было бы потом, — он снова вздохнул. — Никуда не денешься… Об этом нужно думать…

— Ну чего ты? Ибрагим же тебе сказал, что жить будет. Зачем мозги себе лишними вопросами забивать?

— Ага, а еще он сказал, что плечо ему проткнул… — напомнил мне княжич. — Вдруг этот Вильсон после твоей зуботычины не скоро в себя придет?

— Знаешь как говорят — дерьмо не тонет. Думаю, это как раз тот случай.

— Макс, ты знаешь, а мне вроде бы уже намного лучше, — радостно сообщил он. — Все-таки Киприан Фельд гений целительского искусства. Здорово, что нас в свое время с ним познакомили.

— Еще бы, — кивнул я. — Если бы не он, то даже не знаю, что бы я с тобой делал. Ты не вставай, куда собрался? Сказано тебе полчаса лежать нужно, вот и лежи.

— Ладно, не ори, — сказал попытавшийся было подняться Лешка и послушно улегся обратно.

Я вымерял ровно тридцать минут и лишь после этого разрешил Нарышкину подняться. Нам целительства даже вводным курсом пока не преподавали, так что я в этом совсем не разбирался. Но думаю Фельд знает, о чем говорит.

На прощание мы еще раз поблагодарили Киприана за то, что он сразу откликнулся на нашу просьбу срочно приехать. Он и правда молодец. К тому времени, когда мы добрались до его частной клиники, Фельд уже был на месте. Даже не представляю, как у него это получилось, может быть, портальной магией умеет пользоваться?

Во сколько нам обошлось Лешкино лечение я понятия не имею. Они сами этот вопрос обсуждали, а княжич не стал меня шокировать цифрой. Но думаю не дешево. Этот целитель за свои услуги берет очень дорого и цену себе знает. Как и все профессионалы в этом мире.

Выйдя из клиники, мы решили не сразу ехать в «Китеж», а немного пройтись по Мороку. Лешка хотел размяться и зайти куда-нибудь пообедать. Сказал, что аппетит у него зверский разыгрался, и пить хотел так сильно, что готов был напиться из ближайшей лужи.

Ну а почему бы и не перекусить? Дождь закончился, времени у нас вагон и маленькая тележка. Тем более, что мы сегодня победители. Так что, мы решили с ним наведаться в «Бычий глаз», сто лет уже там не были. Ибрагима я отпустил к его отряду, чего ему с нами бродить, если все уже закончилось?

Поначалу мы с княжичем шагали медленно. Я его не торопил. Пусть привыкает к своим ощущениям. Но понемногу он сам начал ускоряться и спустя десять минут уже шагал со своей обычной скоростью. Ну почти… Все-таки немного медленнее, чем обычно.

Несмотря на то, что дождь закончился, на улице было очень холодно. Нас трепал мерзкий пронизывающий ветер, который умудрялся проникать сквозь одежду. Пора уже снова по магазинам пройтись, чтобы утеплиться. Куртка еще туда-сюда, а вот ботинки точно будут маленькие.

Овчинников обрадовался нам как любимым родственникам и встретил с распростертыми объятиями. Особенно он суетился возле Нарышкина. Как всегда, впрочем.

— Горячий Вятский квас за счет заведения! Я все помню, даже не сомневайтесь! — щебетал он. — В такую погоду самое лучшее дело!

Пока мы выбирали столик, Овчинников махнул рукой официантам, и возле нас как по волшебству тут же появилась улыбающаяся девушка с меню в руках.

— Тащите что повкуснее и пожирнее! — сказал Лешка, окидывая полный зал взглядом. — Только найдите нам место где потише.

Вскоре мы уже сидели в небольшой отдельной комнате, а перед нами стояла пара кружек горячего кваса, аромат от которого шел просто сумасшедший.

— Ну что, Лешка, за твою победу на дуэли? — сказал я и взял в руку тяжелую кружку.

— За нашу, Макс! — ответил он и мы с ним чокнулись, пролив немного кваса на дубовый стол.

* * *

Белозерск.

Район Старой Площади.

Ресторан «Щука».

Телефонный разговор с необычным клиентом состоялся у Ибрагима в пятницу днем. Как раз перед приездом Максима.

Звонили с закрытого номера, но это призрака как раз удивило меньше всего. Половина клиентов «Теней» чаще всего звонят как раз с неизвестных номеров. Учитывая, что у большей части вопросы довольно щепетильные, это выглядело вполне логичным.

Незнакомец не представился, а сразу сказал, что хотел бы переговорить с Ибрагимом по очень важному делу, которое он не хотел бы обсуждать по телефону. Призрак пригласил его в офис «Теней», как делал это обычно, но тот отказался. Аргументировал тем, что вопрос такой важный, что он хотел бы обсудить его с глазу на глаз. Вот, например, можно встретиться в воскресенье вечером в ресторане «Щука».

Турку такой вариант вполне подошел и ничего подозрительного в этом он не увидел. Этот ресторан он отлично знал, так как это было одно из тех заведений, в которых клиенты часто встречаются с наемниками.

Складывалось все вполне удачно. Максим с Алексеем в безопасности, он им больше не нужен, так что вечер воскресенья целиком в его распоряжении. Он даже был немного удивлен, что так вышло.

На самом деле, призрак думал, что молодой господин задержит его на целый день, и встреча с новым клиентом не состоится. Он ведь звонил Ибрагиму с неизвестного номера, так что перезвонить и перенести встречу у него не было никакой возможности.

Впрочем, он не особо переживал по данному поводу. Дела Максима на первом месте, все остальное может и подождать. Захочет — перезвонит. Он даже ни слова не сказал Темникову, что у него на вечер встреча. Зачем забивать голову Максиму лишней информацией.

Когда он вошел в ресторан, главный зал был заполнен наполовину. Заведение хоть и было не самым плохим в городе, но имело сомнительную репутацию места, где обычно обсуждаются всякие темные дела.

Да и личности там собираются не самой приятной наружности. Вот, например, как у Ибрагима, при виде которого в зале стало тихо. Было слышно лишь приглушенную спокойную музыку, которая очень соответствовала царящей здесь неспешной атмосфере.

Турок еще только осматривался, когда к нему уже подошел человек в форменной одежде и угодливо улыбнулся:

— Вас ждут в отдельной комнате. Разрешите мне вас проводить?

Призрак ничего не ответил и молча пошел вслед за сотрудником ресторана. Глядя какими настороженными взглядами смотрят на него посетители, он улыбался под своей черной маской, скрывавшей его лицо.

Комната оказалась совсем небольшой, а из-за царившего в ней полумрака она и вовсе казалась какой-то конурой. Под потолком тускло светила старомодная лампа, а на столе стоял подсвечник с искусственными лампочками в виде свечей.

Стол был накрыт на двоих. Разнообразные закуски, бутылка водки и коньяка. Ибрагим вообще не разбирался в спиртных напитках, поэтому понятия не имел — дорогое оно или нет. Этикетки очень яркие, а на коньяке даже позолоченная, вот и все, что он мог сказать насчет них.

За столом сидел пухлый человечек, с маленькими хитрыми глазками, которыми он мгновенно осмотрел призрака с ног до головы. К этому моменту он уже давно переоделся, так что теперь дырок на его одежде не было. Она была в его теле, но это уже неважно.

При виде Турка, пухляш подпрыгнул как мячик и протянул призраку руку. Не снимая перчатки, Ибрагим ответил на рукопожатие и молча сел за стол, заставив тем самым незнакомца впервые удивиться за этот вечер.

Он слышал немало странностей про этого парня в маске и теперь сам ощущал их на себе. Какая холодная рука у этого необычного человека… Будто кусок льда в руке подержал…

— Вас зовут, Ибрагим, так ведь? — спросил он, пытаясь взять инициативу в свои руки.

— А вас?

— Пока мы с вами не придем к какому-то соглашению и наш разговор не приобретет деловую форму, я бы хотел оставить свое имя в тайне. Пусть меня будут звать Господин Икс, хорошо?

— Мне все равно, хоть Господин Игрек, — пожал плечами призрак. Хотя на самом деле ему было не все равно. Этот тип начинал ему не нравиться. Обычно свое имя не скрывали. Что же у него к нему за дело, если он решил сохранить в тайне даже его?

— Так! — пухляш хлопнул в ладоши и показал на стол. — Прежде чем начать наш разговор, я предлагаю немного выпить и закусить. Что вы думаете по этому поводу?

— Это лишнее, — прогудел Ибрагим из-под своей маски. — Давайте сразу к делу.

— О! Сразу понятно почему ваш отряд у всех на слуху! Если у вас даже нет времени немного расслабиться, значит полно дел! Это прекрасно! — человек изображал радостную улыбку, но вот на самом деле весело ему не было. Это была вторая странность за сегодня и что-то начинало ему подсказывать, есть большая вероятность того, что переговоры с этим парнем будут не слишком удачными.

Ибрагим молча смотрел на него и ждал пока тот приступит к сути вопроса, из-за которого он пришел в этот ресторан.

— Ну что же, к делу так к делу… — пухляш вытащил из-под тарелки салфетку, зачем-то вытер руки и бросил ее на стол. — Я представляю интересы одного очень авторитетного наемного отряда, и его владелец хочет сделать вам небольшое предложение.

Незнакомец сделал паузу в ожидании какого-нибудь вопроса, но его не последовало. Поэтому он сделал еще одну попытку, чтобы как-то заинтересовать этого странного типа. Должен же это парень в маске хотя бы попытаться узнать название отряда, о котором идет речь?

— Я бы даже сказал, что это, возможно, самый авторитетный отряд… Слава о котором идет гораздо дальше нашего небольшого Белозерска. Даже в Московском княжестве о нем говорят… — он снова сделал паузу, выждал несколько секунд и спросил. — Вам, наверное, было бы интересно узнать его название?

— Вообще нет, — ответил Ибрагим. — В чем вопрос?

Пухляш замер с открытым ртом, похлопал глазами и вновь начал теребить салфетку. Вот и еще одна странность. Да… Однако… Ну ладно, по крайней мере, он попытался.

— Мой, назовем его так, патрон… Хочет предложить вам огромную сумму денег, если вы лично согласитесь перейти со своей командой к нему в отряд. Сразу же скажу, сумма огромная… Со многими нолями… Если вы…

— Это все? — перебил его Ибрагим.

— Есть, конечно, еще кое-какие детали… — растерянно пробормотал пухляш.

— Мне это неинтересно. У меня есть свой патрон, — сказал Турок, затем встал и вышел из комнаты.

Пухляш проводил его ошеломленным взглядом и ослабил шейный платок. Учитывая то, что он представлял интересы своего босса вот уже как лет десять, в его жизни были самые разные встречи. Бывали даже с перестрелками. Но еще никогда они не были настолько короткими.

Он посмотрел на часы. Чтобы понять, чего он хочет и принять решение, этому парню понадобилось не больше пары минут. Хотя было над чем подумать. Любой другой на его месте захотел бы как минимум узнать о какой цифре идет речь, а этот даже бровью не повел.

Бред какой-то… Ну и тип… Интересно, что босс скажет на этот счет?

Глава 3

На следующий день Юрасова и Шуйского утром в столовке не было. Не появился Михаил и на первых уроках. Я решил уточнить этот вопрос у нашей всезнающей старосты Верки Каблуковой и подошел к ней после второго урока. Оказалось, что он еще вчера предупредил ее по телефону и поставил в известность Громова, что его не будет несколько дней. Какие-то срочные семейные дела.

Ну да, знаю я эти семейные дела… Но Шуйский беспокоил меня меньше Юрасова. Все-таки в него мечом никто не тыкал и даже пальцем не тронул. Хотя следовало бы съездить разок по наглой роже.

О своих тревогах я сказал за обедом Нарышкину, который к тому времени выяснил через знакомых, что Юрасова тоже не было в школе. Он, как и Шуйский, тоже отпросился. До конца недели вроде бы.

— Если сам отпросился, то значит живой, — сказал я, добавляя в борщ еще одну ложку сметаны. — По крайней мере, говорить может.

— Не факт, — покачал головой княжич. — Чтобы изменить собственный голос существует множество заклинаний. Причем не очень сложных. Если не Шуйский, то Вильсон точно мог знать какие-нибудь из них.

— Можно спросить у него лично, если хочешь, — сказал я и кивнул в сторону Христофора, который обедал в полном одиночестве. Выглядел он вполне сносно. Только верхняя губа опухла немного.

— Да пошел он… — скривился Лешка. — Как будет, так и будет. Все равно воскресить не сможем, если что.

— Как это не сможем? — спросил я и откусил большой кусок мягкой пампушки с чесноком. — Сможем… Правда он будет немного отличаться от себя прежнего, но мне кажется, в виде зомби он будет даже прикольнее.

— Очень смешно, — усмехнулся Нарышкин и махнул рукой. — Ну его. Про всякое дерьмо разговаривать, аппетит только портить.

Мы немного помолчали, увлекшись вкусным борщом и вновь заговорили лишь после того, как одолели по первой тарелке.

— Кстати, хочешь прикол? — спросил княжич. — Цветкова уже несколько раз к моей Насте подкатывала с вопросом как тебе без нее живется.

— И что она ей сказала? Что каждую ночь в подушку рыдаю от тоски?

— Сказала не знаю ничего и что мы на этот счет не разговариваем, — улыбнулся он. — Девчонки они же хитрые заразы. Ты думаешь Настя мне это просто так сказала? Ясно же, что нет. Одно из двух: или хотела узнать, что мне на этот счет известно, или Алиса помириться хочет и мягко об этом намекает.

— Она удрала, пусть сама и мирится, — я взял свою тарелку и встал из-за стола. — Ты добавки не хочешь?

— Хочу, конечно. Меня со вчерашнего дня голод все время мучает. Ем как не в себя. Скоро, вон, как Бубнов стану.

Чтобы не говорил Лешка, а за Юрасова мы с ним думали все время. Каждое утро начиналось с того, что искали его глазами в столовой. Но пока безрезультатно.

С другой стороны, к директору нас с ним тоже не вызывали, и полиция арестовывать не собиралась. Хотя люди в форме уже который день зачем-то наведывались в «Китеж». Нам не сообщали зачем, но ясно ведь, расследование проводят, что им еще здесь делать?

Шуйский появился в среду поздним вечером. Я к этому времени уже вернулся из Белозерска, куда теперь регулярно мотался на тренировки с Ткачом, и мы с Нарышкиным по традиции разговаривали в школьном парке, перед тем как разойтись по своим комнатам.

Михаил прошел мимо не глядя в нашу сторону. Лишь отойдя на несколько метров он вдруг замедлил шаг, будто собирался все-таки что-то сказать, но затем передумал и потопал дальше.

— Вот и Шуйский появился, — сказал я, провожая его взглядом. — Уверен, скоро мы увидим и Юрасова.

Лешка ничего не сказал в ответ.

С каждым днем вечера становились все прохладнее, так что наши посиделки становились все короче и короче. Вот и сегодня, едва стрелка часов перевалила за десять вечера, мы отправились спать.

Ну а со следующего дня у меня начались индивидуальные занятия с Бобоедовым. Сразу после того как закончился последний урок, я отправился в кабинет к Гороху, который уже ждал меня и что-то писал прямо в какой-то книге. Ну вот, а еще препод называется! Нам запрещают в книгах рисовать, а сами вот тебе пожалуйста!

— Здравствуйте, Кузьма Семенович.

— Привет, Темников. Проходи и садись где нравится, — сказал он не отрываясь от своего занятия. — Через пару минут начнем.

— Угу, хорошо.

Садись где нравится? Он еще и шутник. Когда в углу стоит небольшой стол, за которым лишь один стул, выбирать особо не из чего. Или он решил, что я могу усесться на пол?

Пока он портил книжку, я с интересом осматривал его небольшой кабинет. Необычно. Все завешено плакатами с разными графическими загадками, цифры, буквы, еще какие-то не очень понятные упражнения. Да… Чувствую веселиться мне здесь не придется. Скукотень будет еще та…

Чтобы закончить, ему потребовалась не пара минут, а почти полчаса. Все это время он молчал и скрипел ручкой в книге. Сказал лишь отключить звук на телефоне, когда он однажды у меня зазвонил.

Наконец он захлопнул книгу, отложил ее в сторону и посмотрел на меня своими огромными глазами на выкате.

— Чертков попросил меня немного вправить тебе мозги, ты в курсе, я так понимаю? — спросил он.

— В курсе. Только я думаю, что у меня с этим полный порядок.

— Бывает, — ответил он своим удивительно чистым и звонким голосом. — Сумасшедшие тоже, как правило, думают, что с ними полный порядок. Но на самом деле это не так.

Ну да, серьезный аргумент. С этим не поспоришь.

— В любом другом случае я бы скорее всего отказал, — продолжил тем временем Горох. — У меня есть несколько собственных подопечных, с которыми я провожу индивидуальные занятия, поэтому просто нет времени, чтобы тратить его на кого-то еще. Но ты один из немногих, кто хорошо соображает головой, когда это нужно. Правда такой же лентяй, как и все дети твоего возраста, но это нормально. Со временем мы это поборем.

— Приятно, что кроме меня кто-то еще будет заставлять тебя почаще раскидывать мозгами, — тут же влез Дориан.

— Отвали, Мор…

— Для начала я хочу оценить твои возможности на сегодняшний момент, поэтому мы сейчас кое-чем займемся.

— Опять загадки будете загадывать? — спросил я, глядя как он берет стул и идет с ним ко мне.

— Угадал. Только не такие, как на уроках.

Он сел напротив меня, протянул руку к стоящему рядом шкафу и вытащил из него небольшой мешочек. Судя по звуку, внутри него были монеты или что-то похожее. Так и есть.

— Возьми ее в руку и внимательно пощупай, — сказал он. — Только очень внимательно. Попробуй запомнить свои ощущения.

Я вертел в руке пятак и пытался обращать внимание на каждую мелочь.

— Запомнил?

— Ну вроде бы…

— Теперь закрой глаза и сделай то же самое.

Ну да, ощущения немного другие. Хотя, чего уж тут, совсем другие, по правде говоря. Будто до этого у меня в руке была совсем иная монета.

— Что-то изменилось? — спросил Бобоедов.

— Конечно, все изменилось, — честно ответил я.

— Прекрасно! — судя по голосу он был очень доволен тем, что я сказал. — Теперь, не открывая глаз, положи монету на стол и дай мне свою руку.

Вскоре я почувствовал, как на мою ладонь легла еще одна монета.

— Теперь попробуй с закрытыми глазами определить, что за монету ты держишь в руках.

Я попробовал. Она явно была намного меньше пятака. Значит или двушка или гривенник. Блин, мелкая такая. Не получается определить цифры. Даже не думал, что это окажется настолько сложным делом!

Так… А если оттолкнуться от веса? Насколько я помню, двушка полегче будет. Они из разного металла сделаны. Да, точно. По идее, все правильно думаю.

— Гривенник? — предположил я.

— А теперь открой глаза.

Я открыл глаза и увидел, что на моей ладони лежит неизвестная мне монета, на которой красовалась пятерка.

— Так не честно, Кузьма Семенович! Это же не наша монета!

— Само собой не наша. Это венгерские форинты, — ответил он, как ни в чем ни бывало. — Тебе бы следовало обратить внимание не на цифры. С обратной стороны нет имперского орла.

— Если бы вы сказали, что это не российская монета, может быть, я бы так и сделал… — пробурчал я в ответ, размышляя о том, что меня учат какие-то жулики! Чертков формулы короткие использует, Горох монеты неизвестные подсовывает! Как я должен учиться в такой обстановке?

— Ничего страшного, скоро научишься определять их за секунду. Монеты станут твоим первым упражнением. Будешь на них тренироваться, — сказал он и завязал мешочек.

— Что, на этом мешке? Да их там штук пятьдесят, наверное! Как я их все выучу?

— Вот в этом и дело. Их не нужно учить и запоминать детали каждой монетки. Ты просто должен научиться определять на ощупь что на них выбито, вот и все.

Ага, легко ему говорить вот и все… Такое ощущение, что это очень просто сделать…

— Кстати, тренироваться ты будешь не на этих монетах.

Ну хоть так…

Он вновь залез рукой в шкаф, кряхтя вытащил из него другой мешок и звонко бухнул его на стол.

— Вот, это будет интереснее, — сказал он, глядя на мои круглые глаза. — Не смотри так на него, Темников. Это и правда увлекательно. Потом мне еще спасибо скажешь.

— Да как я их все выучу, Кузьма Семенович? — обреченно спросил я. — Их же здесь штук пятьсот, наверное…

— Две тысячи сто, если быть точным, — подсказал он. — К тому же, я тебе уже говорил, не нужно ничего учить. От тебя требуется научиться их чувствовать и включать при этом мозги, ясно?

— Ясно…

— Классный дедок! — радостно влез куда его не просят Мор. — Интересное задание для тебя придумал.

Я ему даже ничего отвечать не стал. Злости не хватает! Надо мной тут издеваются как могут, а он веселится! Еще и другом себя называет…

— Теперь переходим ко второй части. Открой стол и вытащи из него лист бумаги, — велел Бобоедов. — Возьми ручку. Напиши слово — менталистика. Написал?

— Угу.

— Возьми ручку в левую руку и сделай то же самое. Что смотришь? Бери ручку в левую руку и пиши — мен-та-лис-ти-ка.

Все страннее и страннее… Я попробовал взять ручку в левую руку. Не сразу, но получилось. Непривычное ощущение. Очень необычное. Я попробовал написать требуемое слово и… А вот дулю с маком у меня хоть что-то из этого вышло. Точнее получилось, но это были явно не буквы. Во всяком случае, не наши буквы, а какая-то клинопись…

— Как ощущения? — улыбнулся Горох.

— Такое себе… Правой мне намного удобнее.

— Не переживай, Темников. Месяц-другой, и у тебя будет получаться, — заверил он меня. — Теперь возьми ручку в правую руку. Нет, ты не понял. Вторую ручку в правую руку.

— Кузьма Семенович, только не говорите мне, что будете учить меня писать двумя руками сразу… У нас же здесь не цирковой факультет… — сказал я, искренне надеясь, что этого не произойдет. Я даже не представлял, как такое вообще может быть.

— Молодец, мне нравится, что ты с юмором подходишь к занятиям. Хорошее настроение всегда помогает в учебе, — одобрил Бобоедов. — Не переживай, учить писать двумя руками я тебя не стану. Хоть обо мне и говорят всякое разное, но я все-таки не садист. Мы с тобой будем рисовать.

Охренеть… Одно другого лучше…

— Вижу по твоему лицу, идея тебе нравится. Теперь рисуй два круга одновременно правой и левой рукой. Не робей, я думаю, у тебя получится.

Горох оказался прав, у меня получилось. Полноценными кругами это назвать было сложно, но тем не менее то, что я нарисовал, было очень похоже.

— Вот видишь, Максим, это не так сложно, как кажется на первый взгляд, — похвалил меня Кузьма Семенович. — Давай еще раз. Вот. Молодец. Теперь обрати внимание, что когда ты пытаешься их рисовать, у тебя правая рука уходит в правую сторону, а левая — в левую. Попробуй еще раз, только так, чтобы обе руки уходили вправо.

Мы с ним занимались примерно полчаса. Рисовали не только круги, но и прочие геометрические фигуры, которые приходили ему в голову. К тому моменту, когда мы закончили, я уже изрисовал целую пачку листов, которая возвышалась на краю стола впечатляющей горкой.

— Устал? — спросил он у меня после одиннадцатого ромба по счету.

— Есть немного.

— Вижу. Но зато хорошо поработал. Для начала неплохо. Потом понемногу начнем еще кое-что подключать, но на первом месяце остановимся на этом, — сказал Бобоедов. — К следующему занятию чтобы научился безукоризненно рисовать круг, квадрат и треугольник. Помимо этого, писать слово менталистика левой рукой так, чтобы можно было разобрать хотя бы одну букву.

Нормально так он мне задач накидал… Если так и дальше пойдет, то я пропишусь в своей комнате и на прогулки буду выходить только вечером перед сном. Да и то, не больше, чем на десять минут.

— Также не забудь про монеты, Максим. Для начала я разрешаю выбрать тебе штук двести. Любых, какие больше нравятся. Я думаю, это увлечет тебя на какое-то время.

Ох, точно… Монеты же еще…

Не зря мне показалось, что Горох еле держал этот мешок в руках, он и правда оказался тяжеленный. Я запихнул его в рюкзак и попрощался с преподавателем.

— До свидания, Кузьма Семенович.

— Куда это ты собрался? — спросил он, а я так и замер от неожиданности.

— Вы же сами сказали, что хватит на сегодня.

— Это с занятием хватит, — ответил он. — А с домашними заданиями еще не все.

Он вновь полез в шкаф, который я уже начал тихо ненавидеть и положил передо мной тонкую книжку.

— «Учебник по чтению для слепых», — вслух прочитал я и удивленно посмотрел на старика. — Кузьма Семенович, так я вроде бы не слепой. Да и с чтением у меня никаких проблем нет.

— Это тебе только так кажется. Закрой глаза, — я глубоко вздохнул и закрыл глаза. Он раскрыл книгу, взял мою правую руку и положил на страницу. — Что чувствуешь?

— Пупырки какие-то…

— Это буквы, Максим. Слепые так читают. Все эти, как ты говоришь, пупырки, имеют смысл и обозначают какие-то буквы. Что скажешь?

— Блин, сложно, наверное, им приходится…

— Непросто, — согласился Бобоедов. — Но не переживай, скоро ты научишься.

— Да как так? Когда же мне все это учить?

— Я думаю, лучше всего вечерком, после уроков, — ответил он. — Если одному скучно будет, можешь и Нарышкина к этому делу подключить. Я слышал, вы с ним дружите… Ему тоже не помешало бы мозги прочистить.

Ну да, как же… Взял Лешка, все бросил и сел со мной этой ерундой заниматься…

— Теперь можно в общежитие идти? — осторожно спросил я, опасаясь как бы он не подкинул мне еще какого-нибудь занятия.

— Если хочешь, можем еще партию в шахматы, — предложил Горох. — Любишь шахматы?

— Люблю, но, может быть, в другой раз? Что-то сегодня устал сильно.

— Да? Ну ладно, тогда иди. В следующий раз сыграем. Вслепую.

Вот это я попал… Ну гад Чертков! Я ему все в субботу выскажу!

* * *

В пятницу утром на завтраке появился Юрасов. Я его даже сразу не узнал. Так сильно он изменился за эти несколько дней. Похудел, осунулся, да и вообще выглядел так, как будто все это время в тюрьме провел. Нас с Нарышкиным он подчеркнуто старался не замечать и не смотрел в нашу сторону.

— Вот видишь, Леха, прав оказался мой дед, — сказал я, как только Юрасов появился в дверях столовой. — Настоящее дерьмо все-таки не тонет. Всплыло.

— Ага, — кивнул он и усмехнулся.

— Чего лыбишься?

— Знаешь, что самое интересное? Все эти дни я переживал как бы он не умер и вместе с этим не возникло дополнительных сложностей, а теперь ловлю себя на мысли, что, может быть, так и лучше было бы? — он посмотрел на меня и глотнул немного кофе. — Кто знает, что теперь эта компания придумает? Да и вообще… Смотри сколько людей радуются его возвращению.

Старясь, чтобы это выглядело максимально естественно, я не спеша посмотрел по сторонам и понял, что княжич абсолютно прав. То один парень салютует Юрасову вилкой с наколотым на нее сырником… То другой приветствует его кивком и салютует чашкой с кофе… Большая часть ребят, конечно, не обращала на него никакого внимания, но все-таки…

— Ну и что? — спросил я у него и пожал плечами. — На любую силу есть другая сила, а на хитрую гайку болт с резьбой.

— Это тоже твой дед так говорит? — улыбнулся Нарышкин.

— Нет, народная русская мудрость, — ответил я и полил сырники сметаной. — Мы с тобой не слабее их, так что пусть они нас боятся.

Лешка ничего не ответил, отпил еще немного кофе и спросил:

— К тебе дед в воскресенье приедет?

— Зачем это? — не сразу сообразил я.

— Так родительский день как-никак, — напомнил он. — Ты же сам говорил, что деда позовешь. Или ты забыл ему сказать?

— Нет, еще на прошлой неделе сказал, — ну и неделька выдалась! Совсем из головы вылетело. — Приедет, конечно.

— Мой батя тоже приедет. Может быть, даже со старшим братом, если его со службы отпустят.

Я уже не раз виделся с Лешиным братом, который служил у нашего Императора одним из черных магов. Его звали Иван. Веселый парень, который постоянно его подкалывает. Ну и меня, само собой.

— Ванька?

— Ага, — кивнул княжич. — Он уже давно в «Китеж» рвется приехать. Поностальгировать, как он говорит. Да все как-то не получается. Но в этом году сказал, что вроде бы все должно срастись.

— О, круто будет! — обрадовался я. — Помнишь, он обещал нам какой-то секрет показать, когда в гости приедет?

— Нашел кому верить, — хмыкнул Нарышкин. — Врет он все. Трепло. Ничего он нам не покажет, сто процентов тебе говорю.

— Ну вот и узнаем. При условии, что я доживу до воскресенья.

— В смысле?

— У меня завтра занятие с Чертковым, а он вечно какую-нибудь хреновину придумывает… Кстати, Лешка, спорим я быстрее тебя Светящийся Огонек активирую?

Глава 4

Я смотрел как механические пчелы кружат в опасной близости от моего лица и когда одна из них уселась на правое плечо, Чертков недовольно прохрипел:

— Делай, Темников. Чего ты на них уставился?

— В прошлый раз одна меня в ухо ужалила, до сих пор чешется, — напомнил я ему и активировал Светящийся Огонек.

— Давай-ка еще разок, — попросил старик.

Я повторил. По моим вчерашним замерам, которые я производил вместе с Нарышкиным, на активацию заклинания сейчас у меня уходило пять секунд. Конечно, до Черткова мне далеко, но по сравнению с моими прежними результатами, это смело можно назвать прорывом.

Во всяком случае, мне этого вполне хватало, чтобы выиграть спор у Лешки, которому на то же самое требовалось в два раза больше времени. Ну а еще мой Светящийся Огонек наконец-то в самом деле был похож на шар, а не на какую-то загадочную и нестабильную фигуру.

— Ну… Более-менее, — пробурчал наставник, но мне эти слова показались самой лучшей похвалой с его стороны. — Но это не значит, что я доволен. К нашей следующей встрече нужно будет улучшить время в два раза.

— Угу, — кивнул я, зная, что недовольство может только привести к еще более жестким требованиям.

— У нас сегодня с тобой будет особое занятие, — сказал он и закрыл глаза.

Блин, как же сложно поддерживать активированное заклинание, когда по тебе ползают механические пчелы, которые царапают и щекочут своими лапками! Вот одна под рубашку полезла, зараза такая… Так и хочется ее прибить. Только боюсь Чертков не одобрит, если я его пчел перехлопаю.

— Скажи мне, вас уже начали учить проклятиям? — Чертков открыл глаза. — Совсем вылетело из головы на каком году обучения это начинается.

— С этого класса начали, — ответил я. — Пока только самые простейшие. Типа кашля, смеха… Всякое такое. Но если нужно, я знаю разные проклятия.

— Вот как? — удивленно крякнул старик. — Интересно. Чужие тоже снимать можешь?

— Не все. С этим сложнее, — признался я. — Есть такие, которые трудно увидеть. Даже если увидел, не факт, что снять получится… Нюансов много, Александр Григорьевич.

— Неужели? — на его лице вновь появилось то самое выражение, которое я определяю как улыбку. — Нашел кому рассказывать. Что с огоньком, Максим? Почему он мерцать начал?

— Потому что одна из ваших подружек у меня по спине ползает… Дрянь такая…

— Ну и пусть себе ползает, тебе до нее что? Выбрось ее из головы, — сказал он не отрывая взгляда от заклинания. — Ну вот, совсем другое дело. Так и держи его. На чем я остановился? А-а, ну да… Все правильно говоришь, есть такие проклятия, с которыми даже самый сильный темный маг не справится. Просто может не знать, что оно вообще существует.

— Те самые секретные формулы родов, о которых вы мне рассказывали в прошлый раз? — предположил я.

— Это само собой, но не только. Человек не может знать все, а потом, магическая традиция в каждой стране имеет свои особенности, Темников. Ты можешь обнаружить проклятие, оно покажется тебе знакомым, но на самом деле это будет совсем не то, что ты думаешь, и у тебя ни черта не получится. Понятно?

— Вроде бы.

— Мы с тобой маги-некротики, Темников, поэтому будем работать совсем другими методами. Непривычными тебе. С проклятиями можно взаимодействовать через некрослой.

— Ну да, вы мне говорили об этом как-то, — напомнил я ему.

— Не сбивай меня и лучше следи за огоньком, что-то он у тебя опять мерцать начал, — Чертков покрутился на стуле, щелкнул коленом и поморщился. — В наших методах есть свои плюсы и минусы. Я хочу, чтобы ты о них знал и четко понимал в чем они заключаются с самого начала.

Он чуть передохнул, глядя при этом на мое заклинание, а я в это время изо всех сил пытался не обращать внимания на пчел. Одно механическое насекомое в этот момент продолжало искать что-то под моей рубашкой, а второе копошилось на затылке.

— Первый плюс. Если ты смог обнаружить проклятие, значит ты всегда можешь попытаться выйти в некрослой и покончить с ним. Для нас не существует проклятий, которые невозможно уничтожить. Теперь второй плюс… — он внимательно посмотрел на меня. — Даже если ты не можешь обнаружить проклятие, но подозреваешь, что оно все-таки есть, тебе достаточно выйти в некрослой, чтобы проверить это. Если оно и в самом деле существует, ты обязательно увидишь его.

— Получается идеальная схема, Александр Григорьевич. Выходит, мы с вами стопроцентные убийцы проклятий!

— Выходит так, — кивнул он. — Вот только есть один минус. Не с каждым проклятием ты сможешь справиться.

— В вашей практике были такие, с которыми вам ничего не удалось сделать?

— Были. Некоторые из них оказались сильнее меня. Правда их можно пересчитать по пальцам, но это ничего не значит. Бывает так, что тебе важнее прикончить именно это проклятие, чем сотню других, и страшнее всего, когда ты понимаешь, что не можешь ничего сделать, и даже твоя смерть ничего не решит. Скверное чувство… — он посмотрел на меня и глубоко вздохнул. — Хотел бы я пожелать тебе, чтобы ты никогда не испытал чего-то подобного, однако жизнь суровая штука, так что вряд ли у тебя это выйдет. Во всяком случае, я надеюсь, что у тебя таких ситуаций будет намного меньше, чем у меня.

Он дал мне минутку поразмыслить над его словами, а потом несильно ткнул тростью в мою ногу.

— Есть еще и третий плюс. Работа эта не самая простая, но она будет приносить тебе не только одни лишь испытания, но и удовольствие.

— Это как, интересно знать?

— С каждым уничтоженным тобой проклятием ты будешь становиться сильнее как маг-некротик, Максим. Причем намного сильнее. Даже самое слабое проклятие увеличивает твою мощь почти в три раза сильнее, чем шарики силы, за которыми мы ходили с тобой в прошлый раз.

Ну хоть так, это и в самом деле хорошие новости. А то что-то он своим мрачным рассказом вообще жути понагнал. Вот долбаное насекомое! В спину меня ужалило!

— Тц! — я не удержался и хлопнул рукой по спине.

— Разве я сказал, что ты можешь деактивировать огонек? — услышал я спокойный вопрос Черткова.

— Да они там кусаются, сволочи! — пожаловался я.

— Ладно, так уж и быть. На сегодня с огоньком закончили.

— Фух!

Старик щелкнул металлической шкатулкой, и я почувствовал, как пчела начинает вылезать из-под рубашки. Вторая в этот момент оставила в покое мой затылок и полетела домой. Вообще забавный звук издавали эти маленькие пакости в тот момент, когда летели. Будто тарахтел какой-то механизм, типа миниатюрной швейной машинки.

— Пора приступать к делу. Надевай свою броню, — велел Чертков.

Пока я переодевался, он мне рассказывал чем мы сейчас будем заниматься, и его план мне не очень понравился.

— Сначала в некрослой уйду я, ты примерно через минуту. Дай мне время, чтобы я покинул эту комнату. Если ты войдешь сразу за мной, то могут возникнуть ненужные проблемы, прежде чем ты поймешь, что происходит.

— А что такого будет происходить? — насторожился я.

— Прежде чем я туда уйду, ты наложишь на меня проклятие, Темников.

— Старость — не радость, — пробормотал Дориан. — Что это ему в голову взбрело?

— Чего ты смотришь на меня как баран на новые ворота? — он снял шляпу и бросил ее на стол. — Я не имею в виду, что ты должен максимально продемонстрировать мне самое мощное из того, что можешь. Достаточно будет какого-нибудь кашля или там заикания. Что-нибудь самое слабое из того, что ты умеешь.

— Хромота подойдет?

— Ты издеваешься? Как по-твоему я тогда вообще ходить должен буду? Ползком?

— Да, согласен, как-то не подумал, — сказал я и почесал затылок, размышляя какое проклятие из моего арсенала может быть слабым, а какое сильным. — Может быть, веснушки, Александр Григорьевич?

— Ну это еще куда ни шло. Черт с тобой, давай веснушки, — согласился старик. — Теперь слушай дальше. Когда выйдешь из комнаты, ты увидишь странную картину. Будто на мне сидит какая-то мерзкая тварь. Не знаю, как она будет выглядеть, меня еще как-то веснушками не проклинали и сам я никого от такого не избавлял, но ты разберешься. Так вот, тебе нужно будет ее прикончить до того, как она прикончит тебя. Вроде бы не сложно объяснил?

— Куда уж проще. У нас с вами такие интересные уроки, что просто дух захватывает… — сказал я, застегивая куртку брони. — С каждым разом все интереснее и интереснее.

— Рад, что тебе нравится, Темников. Гарантирую тебе, что в будущем будет еще интереснее, — пообещал он. — Кстати, за твое блестящее чувство юмора в конце нашего занятия тебя ждет награда.

— Правда?

— Угу, — кивнул он и взял свою саблю. — Разве я когда-нибудь тебя обманывал? Ладно, можешь меня проклинать.

Это я запросто! Раз! И вот уже испещренное морщинами лицо Черткова покрылось густой россыпью ярких красно-рыжих точек, отчего старик сразу приобрел какой-то хулиганистый вид.

— Ну как, получилось? — спросил он.

— Ага, еще и как, — я лишь каким-то чудом сдерживался, чтобы не заржать как конь.

— Тогда бери свою саблю и приготовься, — пространство внутри комнаты с треском разорвалось и перед Чертковым раскрылся вход в некрослой. Он обернулся ко мне и уточнил. — Ты помнишь, что нужно ждать не меньше минуты?

— Помню. А она вам ничего не сделает?

— Кто?

— Ну, мерзкая тварь, о которой вы говорите.

— Ни разу не слышал, чтобы проклятие в виде веснушек кого-нибудь прикончило, — ответил он. — Но смысл нашего разговора ты поймешь. Как только войдешь — не забудь укрыть себя некрощитом.

Старик шагнул внутрь, сразу же окрасился в черно-белые цвета и мгновенно исчез. Жаль, что в некрослой нельзя заглянуть снаружи, посмотреть что там внутри. Так бы я уже имел представление как выглядит это проклятие.

Я отсчитал ровно минуту и пошел следом за Чертковым, погрузившись в уже привычную мне необычную прохладу некрослоя. Не знаю, хорошо это или плохо, но я невольно поймал себя на мысли, что мне здесь с каждым разом нравится все больше.

Когда заходишь внутрь, то вместе с холодом еще и охватывает какое-то необъяснимое чувство спокойствия. Умиротворение, вот самое подходящее слово для этого. Это было очень странно и пугающе.

Что-то произошло со мной всего за несколько визитов сюда, и я не очень понимал, как такое могло быть? Ведь еще недавно меня охватывали совсем противоположные чувства. Ни о каком спокойствии и речи не шло, все было совсем наоборот — я испытывал тоску и безысходность. Вот что это было.

— Будь осторожен, мой мальчик, — сказал Дориан, пока я осматривался в комнате. — Как жаль, что здесь нельзя почувствовать присутствие опасности.

— Кто знает, может быть, со временем научимся, — ответил я ему и сделал шаг вперед, сквозь дверь.

Чертков стоял примерно в десяти шагах от меня, прямо напротив входной двери кабинета Терлецкого. Стены коридора привычно были покрыты растениями с широкими листьями, которые совсем немного покачивались. Все было как обычно. За исключением одного. Прямо на спине старика сидела какая-то тварь размером с овчарку.

Не знаю, как это работало, но скорее всего он вовсе не ощущал ее веса, иначе просто не выдержал бы и упал. Килограммов сорок эта тварь точно весила.

Она была похожа на какое-то насекомое. Медведка! Вот кого мне напоминала эта тварь. Она обняла своими хитиновыми лапами голову Черткова, и пила из нее что-то, переливающееся серебром. Так вот как выглядит проклятье в некрослое? Мерзость какая…

— Это еще одно из самых слабых, — брезгливо сказал Дориан. — Представляешь, как будут выглядеть те, что посильнее?

— Даже думать об этом не хочу, — мысленно ответил я ему, сжав в руке саблю покрепче.

— Судя по всему ты ее видишь? — спросил Чертков.

— Еще и как, Александр Григорьевич! Она сосет у вас из головы что-то серебряное! Вам не больно?

— Нет, — ответил он. — Мне не больно. Но выглядит это и в самом деле мерзко, я знаю. Но я немного чувствую ее вес, если тебе интересно. Стой! Если ты подойдешь ближе, то она кинется на тебя защищая свой источник питания. То есть меня. Прежде я хочу еще кое-что рассказать тебе.

— Охренеть можно, — выругался я. — Почему мне кажется, что вам больно?

— Я же тебе сказал, мне не больно! Стой спокойно на месте и слушай! — прохрипел он.

Блин… До чего же мерзко это выглядит… А вообще легко ему говорить — стой на месте. Сложно просто так стоять и смотреть как эта сволочь что-то высасывает из головы твоего наставника! Так и хочется разрубить ее пополам!

— В теории я могу покончить с этим проклятием сам. Просто сбросить его с себя и прикончить. В данном случае, это не так уж сложно. Именно этим ты займешься в следующий раз, когда мы с тобой поменяемся ролями.

Чего? Поменяемся ролями⁈ Это он про что такое говорит? Что у меня на спине будет сидеть такая же штука и что-то высасывать из моей головы? Ну нет, так мы не договаривались!

— Александр Григорьевич, я думаю…

— Замолчи, Темников, — недовольно прорычал Чертков. — Потом расскажешь мне что там у тебя наболело. Сейчас ты просто подойдешь еще на несколько шагов, проклятие бросится на тебя, и ты его прикончишь, ясно?

— Ясно.

— Давай, я жду.

У меня уже рука чесалась от желания поскорее уничтожить эту тварь, так что долго я не раздумывал. Сделал шаг и вот я уже рядом со стариком, а спустя еще мгновение она бросилась на меня. Причем я не ожидал, что это произойдет настолько быстро.

Это было похоже на стремительный бросок кобры. Вот она сидела на спине старика, а сейчас уже скользит в мою сторону. Быстрая, зараза! Я услышал как ее лапы цокают по полу, а когда до меня оставалась пара шагов, она прыгнула.

Я вроде бы и ожидал чего-то такого, но все равно это было неожиданно. Как-то неуклюже рубанув саблей, я сбил ее с траектории полета, а затем она врезалась в стену. Листья, которые до этого еле заметно двигались, вдруг ожили и буквально забурлили, мгновенно покрывая тварь слоями.

Ого! Да это растение хочет сожрать ее! Хрена с два! Если мне за это положена сила, то значит это моя добыча, и я ее просто так отдавать не собираюсь!

Несколько раз я рубанул саблей по листве и услышал звук, похожий на тихое недовольное шипение. Примерно с таким звуком выходит воздух из пробитого колеса.

Хватка растения немного ослабла, тварь повисла на листьях, засучила передними лапами и в этот момент я из всех сил рубанул по ней саблей. Ее большая половина упала на пол, а оставшуюся часть вновь начали опутывать ветки с необычайно широкими листьям.

В тот же момент я почувствовал прилив сил, о котором меня предупреждал Чертков, и это было не похоже на то чувство, с которым я впитывал энергию тех самых белых шариков. Ощущения были совсем иными.

Меня будто обдало мощным порывом ветра, который в любой другой ситуации просто сбил бы меня с ног, но сейчас он просто пронесся сквозь меня и это было нечто незабываемое. Даже когда я уничтожал в Искажении какую-нибудь сильную тварь, которая потом рассыпалась на кусочки поглощаемой мной энергии, ощущения были иными. Здесь же…

Я срочно захотел испытать что-то подобное еще раз! Тем более, что почувствовал себя явно сильнее. У меня было такое ощущение, что я могу сейчас отправиться на любое место силы, о которых рассказывал мне старик, и сразиться с самой жуткой опасностью.

— Мы идем домой, Темников, — услышал я голос Черткова, который вернул меня обратно в тот самый коридор, покрытый живой стеной.

— Александр Григорьевич, мне кажется, что мы могли бы здесь задержаться. Хотите я нашлю на вас еще одно проклятие?

— Да мне плевать на то, что тебе кажется! — его голос стал непривычно громким, а свистящее хрипение исчезло. — Я сказал — мы возвращаемся домой! Срочно! И не заставляй меня злиться еще больше!

Я посмотрел на медленно колышущиеся листья, которые только что сожрали половину проклятия, и вдруг услышал довольно четкое:

— Ссспасибо…

Стоп! Не понял, это что такое было?

— Александр Григорьевич, а знаете, эти листья, по-моему, со мной разговаривают. Как вы думаете, такое может быть?

— Я думаю, что если ты сейчас не пойдешь в нашу комнату, то я тресну тебя тростью по затылку! Тогда ты еще услышишь и колокольный звон в своей голове!

Эх… Вот так всегда… На самом интересном месте… Не дают развернуться в полную силу!

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

В ожидании продолжения рекомендую свой собственный цикл «Истинный дворянин». Цикл полностью закончен! Надеюсь вам понравятся приключения Владимира Соколова и Тосика:)

Прошу: https://author.today/work/235589

Глава 5

— Александр Григорьевич, получается, эти растения умеют разговаривать с нами? — уже в третий раз за последние несколько минут попытался я получить ответ на свой вопрос. Но каждый раз Чертков делал вид, что не слышит меня и молча копался в своей новой бумажной папке, перебирая в ней какие-то бумаги.

— Не в том смысле, в каком ты это понимаешь. Скорее они передают свои мысли, — наконец ответил он, отвлекся от своих бумажек и посмотрел на меня. — Вообще-то, я думал, что ты начнешь их слышать намного позже. Но похоже, что я тебя недооценивал. Твои способности к росту поражают.

— Спасибо. Обычно вы меня только ругаете.

— Я и сейчас тебя не хвалю, что за глупости? — прохрипел он и вернулся к бумагам. — Просто констатирую факт, это совсем другое.

— Понятно, — кивнул я. — Так что с растениями? Получается они разумные?

— Отчасти. У этого растения что-то вроде коллективного разума. Если ты отрубишь у него один листочек, то все остальные тоже будут знать об этом.

Я немного помолчал, припоминая как они разделались со второй половиной проклятия.

— Получается, они тоже питаются проклятиями?

— Они питаются всем, что умудряются поймать, Темников. Если тебя угораздит потерять сознание или заснуть в непосредственной близости от них, то они и тебя сожрут, можешь не сомневаться, — заверил меня старик. — Кстати, я бы на твоем месте не так уж сильно ими восторгался. В некрослое очень многие могут общаться таким образом и иногда это очень опасно. Так что имей это в виду.

— Ясно. Именно поэтому вы меня отправили на занятия к Бобоедову? — догадался я.

— И поэтому тоже, — ответил Чертков. — Меня не устраивает, что он собирается обучить вас Барьеру лишь к концу года. Мне нужно, чтобы ты умел пользоваться этим заклинанием как можно скорее. Причем не просто ставить какую-нибудь кривую защиту вроде твоих первых Светящихся Огоньков, а полноценно блокировать доступ к твоему мозгу.

— Насколько я знаю, Барьер — это не самое простое заклинание, — сказал я, заранее подготавливая себя к тому, что попотеть мне придется изрядно. Пока я не научусь пользоваться им как нужно Черткову, наставник от меня не отстанет.

— Непростое, — кивнул он. — Но и не слишком сложное, чтобы ты не смог этого сделать со своими способностями. Кроме того, оно одно из самых полезных. Поверь моему опыту, в жизни пригодится.

— Да я и не спорю… У меня к вам еще один вопрос…

— Валяй.

— Когда мы были в некрослое в самый первый раз, вы сказали, что если меня охватит чувство полной безнадеги, то сразу сказать вам. Помните?

— Это я только выгляжу не очень, Темников, а склерозом и провалами в памяти еще не страдаю. Что, тебе стало хреново?

— Наоборот. Мне даже понравилось. Теперь вот думаю — это нормально?

— Вполне. Но очень скоро твое хорошее настроение вновь сменилось бы тревогой. Чем сильнее ты будешь становиться, тем дольше тебя будут сопровождать положительные эмоции. Но со временем они вновь сменятся все той же безнадегой, — объяснил старик.

— То есть, в теории можно достичь того уровня силы, что некрослой мне всегда будет в радость?

— Наверное. Лично у меня это не получилось. К тому же, когда ты начинаешь уставать, твое хорошее настроение будет покидать тебя еще быстрее. Это я тебе гарантирую.

— Понятно, — вздохнул я и демонстративно посмотрел на мобильник. — Александр Григорьевич, я могу идти? Скоро обед…

— Потерпи пару минут, не умрешь.

Он еще немного повозился со своими бумагами, затем вытащил из нее штук десять листов и положил их на стол.

— Вот, пополнишь свою коллекцию. Здесь новые некросимволы, которые тебе нужно будет выучить к следующему занятию.

Я взял в руки бумаги, поочередно просмотрел их и вытащил из рюкзака свою папку. Даже не стал удивляться тому, что он нагрузил меня очередным домашним заданием. Было бы удивительно поступи он иначе.

— А почему рядом с ними нет никаких надписей? Что они делают?

— Как это нет, ты что, слепой, Максим? Под каждым некросимволом есть номер. Вот так их пока и запомнишь.

— Ясно… — я застегнул свой рюкзак и вдруг вспомнил. — О, Александр Григорьевич! Вы сказали, что в конце занятия меня ждет награда за мое чувство юмора!

— Точно! Хорошо, что напомнил! — кивнул Чертков и вновь развязал свою новую папку. — Сейчас я дам еще парочку некросимволов, пусть это будет тебе наградой. Чем больше ты знаешь — тем сильнее становишься, верно?

Ну да, кто бы сомневался… Чтобы я еще раз пошутил при нем… Черта с два!

* * *

На следующий день, как только закончился завтрак, мне позвонила мама. Все-таки родительский день. Уверен, что им с отцом пришло приглашение, иначе они вряд ли бы про него вспомнили. Во всяком случае, отец точно не держал в памяти это событие.

Ничего нового. Все как обычно. Мать узнала как у меня дела в школе, задала несколько вопросов про деда и извинилась, что в этот раз не смогут приехать. Такое ощущение, что в прошлом году они здесь были.

А, ну да, еще спросила почему я отказываюсь получать деньги, которые они продолжают мне высылать. Пятьдесят рублей в месяц, серьезно? Это при том, что я уже не ребенок и имею представление о доходах семьи. Нет, дело не в сумме, я ведь в деньгах не нуждаюсь. Скорее здесь вопрос в другом, зачем?

Я думаю, отец делал это в качестве успокоения для самого себя, что он пытается заботиться о своем непутевом сыне, который умудрился каким-то образом пробудить в себе темный дар. Вот только другим почему-то плевать на общественное мнение. Взять тех же Нарышкиных, которые живут с темным Даром и не тужат.

Как-то я разговаривал с дедом на эту тему. Не то, чтобы меня это сильно волновало — все-таки каждый сам для себя это решает, но… В общем, настроение было хреновое, вот и завел разговор.

Дед считает, что дело не только в самом темном Даре, но и в том, что я понемногу начал терять интерес к алхимии, а это очень злило моего отца. Наверное, это был какой-то особый вид ревности. Просто он решил, что внутри меня происходит какое-то соперничество между этими двумя Дарами. Ерунда какая-то, если честно. Такое ощущение, что не существует родов, где два Дара это норма. Ладно, его дело…

Как только я увидел деда, мое испорченное прямо с утра настроение стало стремительно улучшаться. Он приготовил мне сюрприз, от которого я даже растерялся… Слишком неожиданно получилось.

Он позвонил, что уже приехал, и я пошел его встречать, а оказалось, что они с Нарышкиным уже давно встретились, и дед на территории школы уже часа два, если не больше!

Я-то удивлялся, чего это княжич телефон не берет и на завтрак не явился? Думал, что просто с родными своими встретился и не до меня ему сейчас, а оказалось вон оно что. Они с дедом заранее договорились и все без меня сделали.

Картинка, которую я увидел в школьном парке, была в общем-то привычная — множество разноцветных шатров повсюду, на которых развиваются флаги их владельцев. Какие-то поменьше, не больше палаток, какие-то побольше, как у Нарышкиных в прошлом году, размером с цирковой шатер. Ну а у некоторых и вовсе никаких не было…

Я просто офигел, когда увидел шатер, на вершине которого развивался флаг с гербом рода Темниковых! Это было просто ни с чем не сравнимое и незабываемое чувство, которое я испытал впервые в своей жизни. Очень сложное чувство.

Все здесь перемешалось в одно… И гордость за свой род, и радость от того, что мы можем себе это позволить, и много чего еще, что я даже передать не могу… Меня просто распирало от удовольствия!

Наш шатер по здешним меркам был не очень большим. Особенно по сравнению с Нарышкиными, которые в этом году поставили себе шатер раза в полтора больше, чем в прошлом. Но все равно он для меня был самым лучшим и красивым.

А еще дед привез с собой Ибрагима, которого я тоже был очень рад сегодня видеть! Правда в дематериализованном виде, чтобы он не смущал всех своим подозрительным видом, но мне это было неважно. Самое главное, что он был здесь. Пусть он мне не родственник, но я уже успел привыкнуть к нему и мог назвать своим другом.

— Нравится? — спросил меня дед, пока я молча смотрел на все это с раскрытым ртом от удивления.

— Еще бы! Деда, ты это круто придумал!

— Не я один, — ответил он, смахивая слезу со щеки. — Это Лешка твой предложил. Ну а дальше я уже сам, после того как идею подхватил. Здесь еще Ибрагим где-то должен быть вроде бы…

Ну ясное дело, дед его не мог видеть.

— Да здесь он, деда, — успокоил я его. — Рядом с тобой топчется.

Шатер Нарышкиных стоял неподалеку от нашего, но сейчас на площадке перед ним никого из них не было. Как сказал дед, они пошли немного погулять по школьному парку, пока слуги на столы накрывают.

— Кстати, нас с тобой ждут к обеду, — сказал мне дед, когда я закончил осмотр шатра изнутри и вышел наружу.

— Обязательно пойдем, — ответил я, с гордостью осматриваясь, желая, чтобы наш шатер увидело как можно больше народа.

— Может быть, тоже пока пойдем прогуляемся? — предложил дед. — К Цветковым твоим зайдем, поздороваемся с твоей подружкой.

— Неохота, давай лучше здесь немного побудем, — сказал я и уселся на один из стульев, которые вынес из нашего шатра для себя и деда. — Смотри какой вид отсюда открывается.

— Уверен? Ну ладно, как знаешь, внучек, — сказал дед и опустился на свой стул.

Вид от нашего шатра и в самом деле открывался просто чудесный. Как и в прошлом году, Нарышкины разместились недалеко от школьного озера, а учитывая, что мы были совсем рядом — от нас Тихий океан тоже был виден во всей своей красе.

Все-таки каким приятным может быть родительский день, когда к тебе в гости приезжают родственники. Совсем ведь другое дело! Не сидишь за чужим столом как какой-нибудь подкидыш, которого приютили из жалости.

С довольным лицом я смотрел по сторонам и слушал радостный смех, который доносился из разных мест школьного парка. Вскоре отовсюду потянуло приятным ароматом жареного мяса. Шашлык на родительский день — это традиция, которой старались следовать все без исключения.

Ближе к полудню с прогулки вернулись Нарышкины в компании Жемчужникова. Как и говорил Лешка, отец приехал к нему в компании старшего брата Ивана, который светился о счастья. Ни разу не видел его таким довольным.

Завидев меня, они дружно помахали мне руками, и я помахал в ответ. Вскоре за нами с дедом пришел Лешка, который пригласил нас к столу.

— Слушай, Леха, а почему твоя мама никогда не приезжает? — спросил я, пока мы шли к его шатру.

— Отец считает, что женщины должны разговаривать со своими детьми дома, а не за столом, где обсуждаются всякие мужские вопросы. Ты же знаешь, моя мама никогда не лезет в бизнес и политику.

Ну да, это у них было. Поначалу я очень удивлялся, почему у Нарышкиных за обедом всегда говорят о всякой ерунде, но потом привык. У нас было не так.

— Тимофей Игоревич, Максим… Прошу к столу, гости дорогие, — князь лично вышел к нам на встречу, чтобы проводить к столу, который, как и в прошлый раз, ломился от разных блюд. — У нас сегодня жареный барашек. Жемчужников откуда-то приволок рано утром. Понятия не имею где он умудряется их все время доставать. Да еще и таких нежных.

Я посмотрел на тушку барашка, которого медленно вертели над огнем и сглотнул слюнку. Аромат от него шел просто крышесносный!

Мы расселись за столом, взрослые выпили по первому бокалу вина и принялись за расспросы. Как нам с Лешкой живется в школе в этом году и что мы уже успели натворить.

— Ну, учитывая, что в этом году Орлов мне еще пока на Лешку не жаловался, думаю все нормально, — предположил князь, перед тем как мы начали свой рассказ.

Да так оно и было, чего уж. Мы с Нарышкиным и правда пока ничего такого не сделали, чтобы директор школы его отцу звонил. Так, ерунда всякая…

Наевшись до отвала, мы с княжичем пошли к озеру. Немного проветриться и растрясти жирок. Учитывая, что немногим позже планировался еще второй обед, это было не лишним.

— Уток кормите? — спросил у нас Иван, который тоже решил к нам присоединиться. — Когда я учился, их здесь раза в два меньше было. Смотри-ка расплодились…

— Ну так, — хмыкнул Лешка. — Мы-то в них фейерверками не стреляем, в отличие от некоторых.

— Да это было один раз всего, — ответил Иван. — Просто реакцию хотели проверить… Кто же знал, что оно так громко бабахнет…

— Ваня, а помнишь ты нам секрет какой-то обещал показать, когда в «Китеже» окажешься? — напомнил я ему.

— Макс, кому ты веришь? То он с отцом вина перебрал и нагородил с три короба. Он любит всяких небылиц рассказать, когда у него настроение подходящее. Да, братец? — подмигнул ему Лешка. — Врал мне с самого детства. Прикинь, Макс, он вместо того, чтобы за мной смотреть во дворе, сказал, что у нас в пруду крокодил живет, нормально? Я потом год к нему боялся подходить, а родители думали, что у меня редкая форма водобоязни.

— Прикольно было, — усмехнулся Иван. — Тебя развести было, как у ребенка конфету отобрать. Всему подряд верил. Кстати, насчет секрета я не соврал. Просто сейчас не уверен, что стоит вам о нем рассказывать.

— Все понятно, — махнул рукой Лешка. — Опять отмазки начинаются.

Я смотрел на Ваню, у которого прямо на лице было написано, что его разбирают сомнения. Он хоть и был старше моего друга на десять лет, они с ним были похожи как две капли воды. Вот как сейчас, Лешка точно так же брови хмурил, когда о чем-то размышлял.

— Ладно, — решился он наконец. — Только если что, я вам этого никогда не показывал и ни о чем таком не говорил. Пойдемте.

Огибая расставленные повсюду шатры и палатки, мы пошли в сторону старых школьных общежитий. Когда мы начали приближаться к старой общаге стальных классов, мы с Лешкой переглянулись. Будет забавно, если тот секрет, о котором нам хочет Иван рассказать, это наш Бункер.

Мы его, кстати, даже толком еще не убрали с того момента, когда к Бубнову Сатана решил наведаться. Вот интересно, что скажет Лешкин брат, когда увидит черный трон!

Но мы ошиблись. Иван не стал заходить в общежитие и пошел дальше. В Богом забытый уголок школьного парка, куда обычно ученики старались не соваться, по той простой причине, что там было болото. Одно из владений Щекина, который там выращивал разные травы для своих экспериментов.

Делать там было нечего. Грязно, мерзко и воняет все время так, что голова кружиться начинает. Я здесь был всего один раз и то недолго. Просто из любопытства. Захотелось увидеть что тут есть интересного. Оказалось, ничего.

— Ну и зачем мы сюда приперлись? — спросил Лешка, когда наши ноги начали чвакать по грязи. — На болото посмотреть? Умнее ничего не придумал?

Иван загадочно посмотрел на нас и махнул рукой, призывая идти за ним.

— Заткнись, Леха, а то я тебе сейчас подзатыльник выдам! Имей терпение!

Мы прошли еще немного и когда дальше идти стало уже просто опасно, Ваня наконец остановился и показал вдаль, туда где начинался совсем небольшой пруд, за которым росли густые ивы.

— Вон там, между ивами, стоит штука, похожая на башню, видите? — спросил Иван и показал нам рукой вперед.

Мы с Лешкой попытались рассмотреть что он там показывает, но ничего не было видно. Ивы росли так плотно, что там было очень темно. Все зеленое… Как там можно было что-то увидеть?

— Вот вы слепыши оба! — фыркнул Ваня, затем активировал Светящийся Огонек и отправил его в ту сторону, куда до этого показывал рукой.

Вскоре мы и в самом деле рассмотрели нечто очень похожее на невысокую башенку. Она была сплошь покрыта темно-зеленым мхом и заметить ее на фоне деревьев было очень сложно.

— Ух ты! — сказал я. — И правда башня!

— Говорят, там спрятан страж «Китежа», — понизив голос сказал нам Иван. — Когда школе будет угрожать опасность, он вырвется и уничтожит ее.

— Круто… — прошептал Лешка всматриваясь в темноту. — А мы думали Щекин здесь свои травки-вонючки выращивает…

— Ага, смотри-ка, — усмехнулся Ваня. — Как будто он для этого другого места не мог найти. Ерунда это все. Он просто проверяет, чтобы башня в порядке была, и никто сюда не лазил, вот и ходит сюда.

— Врешь! — не сдержался Лешка. — Откуда ты знаешь?

— Мало ли что я знаю… — многозначительно ответил Иван. — Ладно, пойдем отсюда. Увидели разок и хватит.

Стараясь не набрать воды в ботинки, мы вышли на нормальную траву и пошли обратно к нашему шатру. Надо же, не соврал Ванька, был у него все-таки секрет. Не очень мне, конечно, верится, что в этой башне какой-то страж… Но зачем она там стоит? Любопытная штука…

Судя по задумчивому Лешкиному лицу, он тоже раздумывал над чем-то похожим. Какая любопытная штука!

— Ты уверен, что туда сразу нужно лезть? — спросил у меня Дориан.

— Сразу никто и не собирается… — мысленно ответил я ему. — Я еще у Лазаревой спрошу за эту штуку…

Обратно к столу мы вернулись очень вовремя. Его как раз начали обновлять новыми блюдами ко второй половине обеда. Мы только успели рассесться по своим местам, как вдруг я услышал недовольный голос Лешкиного отца:

— Князь Юрасов? Ты смотри-ка, Игнат, сюда идет… Какого черта ему здесь понадобилось, интересно знать? — он вытер руки белоснежной салфеткой и бросил ее на стол. — Ну-ка пойдем… Встретим непрошенного гостя…

Быстрыми широкими шагами к нам шел огромного роста человек. При ходьбе он помогал себе тростью, которая летала у него в руке как указка. Было видно, что он легко мог обходиться и без нее, а трость ему нужна была лишь как статусный аксессуар Рядом с ним шел Юрасов младший. На его лице играла гаденькая улыбочка и при этом он держался за плечо, которое проткнул ему Лешка.

Вот гаденыш! Неужели папочке наябедничал? Ну и что он ему рассказал, интересно знать?

Глава 6

Князь Нарышкин встретил Юрасова за десяток шагов от нашего стола. Они перекинулись несколькими фразами, затем Николай Федорович вернулся и посмотрел на моего деда.

— Тимофей Игоревич, можно вас попросить составить нам компанию, — при этом он нахмурился. — Князь Юрасов хочет выяснить кое-какие вопросы.

Он бросил взгляд на нас с Лешкой, но мы сделали невинные лица, намекая на то, что понятия не имеем о чем пойдет речь.

Жаль, что нас никто не позвал, было бы интересно послушать, что там наговорил Юрасов-младший, Юрасову-старшему. Судя по его печальной роже, он выступает в качестве безвинно пострадавшего.

Беседа длилась недолго, всего лишь минут пятнадцать. Однако велась при этом на повышенных тонах, так что ее краткость вполне компенсировалась насыщенностью. Догадаться о чем они там говорят, было не сложно. Особенно учитывая то, что Юрасов-старший время от времени тыкал пальцем в нашу сторону. Даже у Ибрагима не нужно было ничего спрашивать, хотя он стоял рядом с ними, чтобы рассказать мне если услышит что-то интересное.

— Что вы там натворили? — спросил Иван, наклонившись к Лешке поближе. — Судя по воплям Юрасова что-то страшное?

— Отстань, — отмахнулся от старшего брата княжич. — Сейчас батя придет, сам все узнаешь.

Обратно за стол князь Нарышкин вернулся в очень плохом настроении. Собственного говоря, как и мой дед.

— Это правда? — спросил он и грозно посмотрел на Лешку. — То, что говорит Юрасов, это правда?

— Нет, конечно, — ответил княжич. — Осип тот еще трепач. Я его терпеть не могу.

— Можешь утешиться, это взаимно, — сказал Николай Федорович. — Но это не значит, что нужно пытаться его убить.

— Леха, ты что, с дуба рухнул? — спросил у него Иван. — Ведешь себя как маленький ребенок!

— Погоди, Ваня… — остановил его отец. — Отвечай на мой вопрос, это правда или нет? Юрасов сказал, что вы втроем напали на его сына, когда он прогуливался с Шуйским по набережной.

Втроем? На них двоих? А куда, интересно знать, они девали Вильсона, и кто третий у нас? Неужели они Ибрагима имеют в виду?

— Никто на него не нападал, — скривился Лешка. — Нужен он больно, нападать на него. Он нанес мне оскорбление, я решил поквитаться с ним и… Ну, в общем…

— А ты что скажешь, Максим? — мрачно спросил у меня дед. — Ты ведь там тоже участвовал.

— Правду, — сказал я и посмотрел на деда. — Это была честная дуэль, один на один. Кстати их было трое, а не двое. Лешка дрался с Юрасовым, а я и Шуйский были секундантами. Только эти уроды еще и Вильсона с собой привели на всякий случай. Так что эти уроды были втроем, против нас двоих.

Над столом ненадолго повисла тишина. Отец Нарышкина хмурил брови и поочередно испепелял нас с Лешкой взглядом. Примерно тем же самым занимался и мой дед. Лишь только у Ивана на лице злость сменилась на заинтересованность. Мне даже показалось, что он был готов улыбнуться, если бы это сейчас было уместно.

Николай Федорович налил себе немного вина, чокнулся с Жемчужниковым, опустошил его наполовину одним махом и вновь посмотрел на своего младшего сына.

— Надо же, как быстро растут детки… Я все думаю, что мой Алексей еще молод для взрослых игр, а он тем временем на дуэлях скачет… — он посмотрел на моего деда, который, наверное, думал примерно о том же самом. — Ну, теперь давай ты еще раз попробуешь мне все рассказать. После того, что сказал Максим, я думаю, уже можно?

— Можно… — ответил Лешка и начал говорить.

Рассказ был недолгим — всего минут на десять. Зато практически полностью состоял из правды. За исключением двух моментов. Лешка забыл упомянуть о собственном ранении, а также о том, что нас и правда было трое. Ибрагим из этой истории выпал.

После того, как он закончил, над столом вновь повисла тишина. Однако кое-что изменилось. Теперь уже лицо князя не выглядело таким уж грозным, а если он и пытался выглядеть мрачным, то скорее для вида.

Дядя Игнат и вовсе иронично улыбался, время от времени прихлебывая вино.

— Юрасов сказал, что вас тоже было трое, — наконец сказал Николай Федорович. — Он упомянул какого-то таинственного незнакомца в маске, который будто бы появился ниоткуда и проткнул младшему Юрасову плечо.

Он сделал многозначительную паузу, погладил подбородок и продолжил:

— Черная маска в виде черепа… Даже не знаю, кто бы это мог быть… Алексей, ты мне не подскажешь? Кажется, ты рассказал не всю историю.

— Всю, — включился я в разговор. — Про человека в маске это они уже сами придумали. Просто Юрасова коробит, что Лешка на дуэли у него выиграл, а я Вильсону по роже съездил, вот они и плетут всякое. Каждый ученик знает, что мы отношение к отряду «Теней» имеем. И то, что там есть странный парень в маске, тоже знают. Вот и городят ерунду. Не хотят признавать, что мы вдвоем у них выиграли… Понятное ведь дело… Это Лешка его проткнул, а не какой-то там незнакомец в маске.

— Благодарю, мой господин, — сказал призрак, который стоял за моей спиной. — Я уже думал, что у меня артефакт заберут и больше не разрешат материализовываться.

— Ладно, будем считать, что вас было двое, — согласился князь. — Жаль, что здесь нет Ибрагима. Я думаю, он бы сказал нам правду.

В этот момент мы обменялись с дедом многозначительными взглядами, но он лишь покачал головой, осуждая нас с княжичем. Ну это мы переживем как-нибудь.

— Чтобы это было в последний раз, — сказал князь и вновь взял салфетку со стола, приготовившись повязать ее за воротник. — Ничего подобного не должно повториться, ясно?

Мы с Лешкой виновато опустили головы и оба молчали. К этому возрасту уже был кое-какой опыт в таких делах, так что оба знали, что сейчас лучше всего просто помолчать.

— Нет, где это видано! Мой сын дерется на дуэли! А если бы с тобой что-то случилось, ты об этом подумал? Такое ощущение, что у меня запасной Алексей есть, — ругался Николай Федорович. — А если бы этот Осип умер, что тогда делать прикажешь? Вновь родовые войны начинать?

Князь посмотрел по сторонам и подложил себе немного мяса.

— Сейчас и без того ситуация накалена до предела… Не хватало еще, чтобы из-за детских шалостей кровь полилась…

— Отец, ты же понимаешь, что при желании причина всегда найдется, — осторожно сказал Иван.

— Все я понимаю, Ваня. Не глупее тебя, — он отрезал ножом кусок мяса, и наколол его на вилку. — Только худой мир лучше доброй ссоры. Не мне тебе объяснять. В общем, я все сказал. Еще раз — лично ремнем выпорю!

— Понял, отец… — угрюмо пообещал княжич.

— Ну а теперь рассказывай, как ты его проткнул? — сказал князь и запил мясо вином. — Я думаю, все здесь с удовольствием послушают.

— Молодец, Лешка! — не удержался Иван и хлопнул младшего брата по плечу. — Давно было пора их немного на место поставить, а то совсем уже охамели в последнее время!

Мы с Лешкой обменялись взглядами и гордо подняли опущенные до этого головы. Совсем другое дело. Про дуэль рассказать, это можно.

* * *

Санкт-Петербург.

Резиденция Горихвостовых.

Сегодня в гостях у князя Дмитрия Андреевича Горихвостова был особый гость. Его вассал, виконт Захар Данилович Кишкин, который выполнял у него не только особые поручения, но и по совместительству занимал место главы наемного отряда «Железный корпус».

Отряд принадлежал Горихвостовым уже почти сто лет и за это время он превратился в довольно авторитетную организацию, которая была известна тем, что бралась далеко не за все задания, а лишь за самые высокооплачиваемые и весьма специфические.

«Железный корпус» не мог похвастаться тем, что в его составе несколько сотен наемников, скорее наоборот — их было не очень много. Зато все они считались большими специалистами своего дела и каждый был на вес золота.

Это была главная фишка наемного отряда, который Горихвостов так тщательно взращивал все последние годы. Кишкин перекупал лучших людей у конкурентов и следил за многими наемниками, которые потенциально могли усилить отряд.

Как только для этого возникал подходящий случай, он сразу же перекупал нужного ему человека. Учитывая, что князь готов был платить людям большие деньги, отказывали редко. Ну а если все-таки Кишкину отказывали… Тогда он делал все возможное, чтобы и конкурентам этот человек перестал приносить пользу.

Механизм был четко отлажен и работал без сбоев уже много-много лет, до того самого момента, пока на горизонте не появился новый наемный отряд «Тени», который практически сразу прогремел на весь Белозерск и привлек к себе массу внимания. Причем не только в этом небольшом городе, но и за его пределами.

Начать хотя бы с того, что он появился на базе бывшего отряда Грекова, который назывался «Спартанцы». Не самого слабого, между прочим, наемного отряда в Белозерске, а считающегося довольно мощным.

Причем «Спартанцев» не перекупили, как это иногда бывает, когда в деле появляется новый игрок с большим капиталом. Обычно новички предпочитают действовать как и сам Горихвостов с Кишкиным. Просто предлагают владельцу определенную сумму, от которой сложно отказаться, и отряд меняет хозяина. Все просто и цивилизованно.

Здесь же все вышло иначе. Это было похоже на какое-то варварство, когда отряд сменил владельца при помощи грубой силы. Кишкин знал бывшего владельца. Греков был не самым приятным человеком, но и не самым конченым гадом, которых ему доводилось видеть. Поэтому как так вышло и почему для расправы выбрали именно «Спартанцев», оставалось загадкой. Слухи ходили разные, но кто же им станет верить, если каждый из них опровергает предыдущий?

Правда была в одном. Новым владельцем стал не кто иной как князь Нарышкин. Еще, конечно, там каким-то боком Темников присутствовал, но кто же станет всерьез воспринимать этот род? Всем известно, что в последнее время он приобретает вес только за счет дружбы младших сыновей этих двух родов. Знающие люди в Императорском дворце только об этом и говорят…

Хоть оба они и поддерживали Романова, Горихвостовы давно уже точили зуб на Нарышкиных. Уж слишком часто пересекались их интересы в борьбе за внимание Императора. Вражда была давней и продолжалась уже несколько столетий. Если так разобраться, то с чего все началось никто точно и не скажет, но разве это что-то значит?

Совершенно ничего, тем более, что за последнее время ситуация не изменилась. Более того, даже хуже стало. С учетом того, что Нарышкины влезли в новый для себя бизнес — пекарный. Горихвостовы занимались этим делом из поколения в поколение, а эти лезут в этот бизнес как к себе домой и в буквальном смысле отнимают хлеб. Причем нагло лезут, дерзко, открывают пекарни одну за другой, и если так пойдет и дальше, то будет совсем плохо.

Дмитрий Андреевич очень нервничал по этому поводу, но когда он узнал, что Нарышкины полезли в Белозерск, это переполнило чашу его терпения. Вот твари ненасытные! Мало того, что хлеб забирают, так еще и чуть ли не в карман лезут, чтобы последнее оттуда вытащить! Треть крупных клиентов «Железного корпуса» уже к «Теням» переметнулась, а что будет потом? Половина? А затем он и вовсе с голым задом останется?

Именно поэтому Горихвостов решил пойти в наступление и сыграть с Нарышкиным в интересную игру под названием: «Кто кого». Правила игры они придумали вместе с Кишкиным и все выглядело очень красиво. В результате должно было произойти одно из двух.

В первом случае Нарышкины лишатся своего ударного отряда, который в полном составе перейдет к Горихвостову. Если так случится, то Дмитрий Андреевич даже готов вступить в конфронтацию и уверен, что при помощи тех же людей, которые сейчас куют славу «Теням», он и одержит победу над Нарышкиным.

Во втором случае игра могла пойти по другому сценарию. Менее вероятному. Это если не получится перекупить членов отряда и тогда их придется просто уничтожить в тихую. Да, не самый лучший вариант, но тоже вполне приемлемый. По крайней мере, «Тени» станут самым обычным отрядом, которых в Белозерске десятки, а значит «Железный корпус» вновь вернет себе свои позиции.

Первым шагом нужно было сделать предложение «Теням», на которое они обязательно клюнут, и это Горихвостову удалось в полной мере. Они подослали к этому странному человеку в маске по имени Ибрагим клиента, который сделал очень сладкий заказ. От такого предложения отказался бы лишь полный дурак и он проглотил наживку.

Самая сложная часть игры была реализована. Оставалось выяснить по какому варианту события начнут развиваться дальше. Именно сейчас Дмитрий Андреевич и хотел это решить вместе с Кишкиным, который специально для этого приехал к нему в гости.

Они как раз закончили ужинать к этому моменту и расположились в небольшом кабинете Горихвостова. Несмотря на малые размеры комнаты, князь любил обсуждать дела именно в своем кабинете. Камин, в котором потрескивали дрова, одновременно и согревал его, и успокаивал. Черт знает почему, но в этом долбаном огромном доме всегда было холодно. Несмотря на время суток и пору года. Такое ощущение, что при строительстве на него были наложены особые руны холода.

Компанию князю и виконту составила бутылка коньяка, половину которой они уже выпили за ужином, а со второй половиной решили разделаться в кабинете.

Кишкин только что закончил рассказывать как прошла встреча его переговорщика с Ибрагимом, и теперь Дмитрий Андреевич размышлял над тем, как стоит поступить дальше. Весьма непростой момент в его жизни. Он очень боялся, что если где-то произойдет сбой, то ошибка может дорого ему обойтись. С Нарышкиным шутить плохо. Очень плохо.

С другой стороны, если все сделать правильно, то он выбьет все козыри из рук врага и остановит дальнейший рост его могущества, что потенциально усилит его собственные позиции.

— Знаешь, что меня больше всего настораживает в этом деле, Захар? — спросил он у Кишкина, который молча пил коньяк в ожидании момента, когда князь заговорит.

— Слушаю вас, ваше сиятельство, — сразу же откликнулся он.

— Почему он даже не захотел узнать сумму, которую ему предлагают? — он посмотрел на своего вассала, который был похож на хитрого тощего хорька в очках. — Ты хоть раз встречал что-то подобное? Даже если предположить, что Нарышкин ему очень хорошо платит, разве есть в этом мире люди, которые откажутся получить еще больше?

— Я тоже об этом уже не раз думал, Дмитрий Андреевич.

— Ну и что надумал?

— Никаких мыслей на этот счет. Не знаю, чем можно объяснить подобную преданность… Ладно бы он был его вассал, так нет же… — виконт отпил немного коньяка и провел по усам тыльной стороной ладони, как делал всякий раз, когда нервничал. — Мы пробовали навести справки об этом Ибрагиме, но оказалось, что это довольно непростое дело. Никто толком не знает откуда он взялся. Как и все остальные странные ребята из этих «Теней». Выскочили как чертики из табакерки.

— Вот-вот… Именно поэтому я хотел познакомиться с ними поближе… — задумчиво сказал Горихвостов и посмотрел на своего вассала. — Где-то же этот Нарышкин их нашел? Почему ты не можешь находить подобных людей?

Кишкину нечего было ответить. Что тут скажешь. Он мог объяснить это лишь тем, что Нарышкину повезло, вот и все. Если бы на его горизонте эти ребята вспылили раньше, он бы нанял их сам.

— Ладно, не смотри на меня как побитый пес, — сжалился Дмитрий Андреевич. — Если так вышло, значит пусть теперь винят лишь сами себя. Видит Бог, я не хотел их смерти, они сами выбрали ее. Точнее этот идиот в маске выбрал ее для всех. Теперь самое главное — не допустить ошибки, Захар.

— Не допустим, ваше сиятельство, — пообещал виконт. — Все сделаем в лучшем виде. Место специально подобрали глухое, так что их потом еще долго искать будут.

— Вот и славно. Нельзя дать кому-нибудь из них уйти, Захарушка. Головой рискуем, — князь поболтал коньяк в бокале и выпил его одним глотком. — Звони подставному, виконт. Пусть снова выходит на них и говорит, что он готов. Будем кончать с этой историей.

Глава 7

Если и можно было выйти из истории с дуэлью с меньшими потерями, то я такого способа не знаю. В нашем с Лешкой случае обошлось тем, что перед отъездом мы выслушали долгую лекцию о вреде дуэлей и о том, как плохо они могут сказаться на нашем здоровье. Ну еще таким способом легко можно втянуть род в какие-нибудь неприятности, само собой.

Мы оба пообещали, что такого больше не повторится и на этом все закончилось. Хотя нет, не все. Николай Федорович еще велел Лешке игровую приставку сдать на месяц и лишил машины тоже на месяц. Сказал, если что, пусть водителя вызывает. Ну и ладно. Как будто мы на такси не сможем смотаться, если нам куда-нибудь срочно нужно будет. Лешка больше из-за приставки расстроился.

Хорошо, что Ибрагима нам удалось выгородить, и убедить князя в том, что призрака там не было. Не знаю, поверил он нам на самом деле или нет, но сделал вид, что поверил. Турок был счастлив как слон, когда узнал, что его никто дематериализовывать не собирается. Ну а других наказаний он не боялся. Машины у него не было и на игровой приставке он не играл, хотя Лешка пару раз грозился его научить.

На следующий день за завтраком Юрасов светился от счастья. Глядя на него, можно было подумать, что какое-то большое дело сделал. Хотя… Сделал же, чего уж тут. Лешкиного отца со своим лишний раз лбами столкнул и нам показал, что за него есть кому постоять, если что. Да кто бы его трогал, если бы сам не напросился? Зато теперь будет знать, что на дуэли лучше лишний раз не нарываться. Можно после нее не к целителям попасть, а совсем в другое место.

Дальше обмена многообещающими грозными взглядами дело не пошло. Никаких конфликтов эти трое не провоцировали. Не знаю, на сколько их хватит, хорошо бы надолго. Нам они особо ни к чему, так что сами мы их задирать не планировали.

Днем я позвонил Лазаревой и договорился с ней о встрече. Ну а вечером, сразу же после тренировки с Ткачом, поехал к ней в мастерскую и рассказал про башню, которую нам показал Лешкин брат. К тому времени она уже закрывала ее, так что мы с ней разместились в комнате для особых клиентов и спокойно поговорили.

— Откуда вы про нее узнали, интересно знать? — удивленно спросила она, как только я ей все рассказал. — На эти болота никто и не ходит никогда.

— Ну ты ведь тоже знаешь, что она есть?

— При чем здесь это? Я — совсем другое дело. У меня подруга была Нина Кладищева, так мы с ней весь «Китеж» излазили в поисках артефактов, — Полина улыбнулась. — Все нам почему-то казалось, что должны быть какие-то тайные места с артефактами, которые от учеников прячут.

— Нашли что-нибудь интересное?

— Зря смеешься, Темников. Между прочим, много чего нашли интересного, — сказал она и подмигнула. — Не только эту башню, но и кое-что поинтереснее.

— Например? — я сделал вид, что мне не очень интересно, а самого прямо распирало от любопытства.

— Сами ищите, — хмыкнула она. — И вообще — было да сплыло.

— Не очень-то и хотелось, — сказал я с надеждой, что мне удалось скрыть досаду в голосе. — Найдем, если захотим. Про башню расскажешь? Ее-то нашли уже.

— Кстати, ничего в ней интересного нет, так что, если надеетесь внутри нее клад найти, то зря.

— А что там внутри?

— Понятия не имею, мы внутрь попасть не смогли. Думаю, и вы не сможете.

— Лазарева, только не говори, что тебе было не интересно узнать что в ней. Как это вы в нее попасть не смогли? Врешь ведь.

— Не-а, — покачала она головой. — Не вру. Там даже двери нет. Просто башня и все.

— Странно… Но зачем-то она там стоит?

— Лично я думаю, это древний памятник какой-то, — сказала она. — Такие по всей Российской империи находят. Очень редко, правда, но находят. Они все немного по-разному выглядят, но все равно похожи между собой. Башня в «Китеже» самая высокая из них. Четкого понимания что это такое — нет.

— Вот я так и знал, что ты все про нее знаешь! — усмехнулся я. — Ну если есть еще похожие, значит известно, что в них?

— Неизвестно, Макс. Они все без дверей. К ним и подобраться вплотную не получается. Пока, во всяком случае.

— Как это?

— Вот так. Если попробуешь — сам узнаешь. Так что могу тебя поздравить, на территории «Китежа» есть собственная достопримечательность.

Ну такое себе. Надо проверить. Кажется мне, что никакой это не памятник.

— А вообще, я бы не рекомендовала вам там шастать, — сказала она.

— Почему это?

— Потому что там болота везде, утонуть можно. Между прочим, у нас там один парень утонул, когда я училась. Тоже, наверное, башней интересовался.

Угу, понятно. Тогда тем более нужно проверить.

— Ладно, буду иметь в виду.

— Не расстраивайся, Макс, иногда так бывает, что сигара — это просто сигара, — сказала она и поднялась с кресла. — Но, если вдруг что-то узнаете интересное, будет любопытно послушать.

Обратно в школу я ехал немного расстроенный. Честно говоря, я рассчитывал, что этот разговор принесет мне больше пользы. Если Полина говорит, что попасть внутрь никак нельзя, значит так оно скорее всего и есть, но все равно не очень понятно. Как это, не получится подобраться вплотную? Так не бывает.

Ну а если даже бывает и у нас с Лешкой ничего не получится, то можно ведь и не по правилам сыграть… Например, попросить Ибрагима, чтобы он заглянул внутрь и рассказал нам что и как.

В самом крайнем случае можно и через некрослой попробовать в нее пробраться. Но это если вдруг у призрака не получится. Вариант с некрослоем мне нравился намного меньше.

От этой мысли я приободрился. Идея, что можно подключить Турка, мне понравилась. Конечно, это совсем не то, что самим посмотреть, но, по крайней мере, не нужно будет гадать что там внутри. Но сначала все равно сами попробуем.

Этим же вечером мы с Лешкой решили, что надолго откладывать этот вопрос не стоит. Поэтому на следующий день, сразу после уроков отправились на школьное болото выяснять, что там не так с этой башней.

Кто бы сомневался, что именно в этот день туда соберется и Щекин. Он не спеша шел далеко впереди нас со своей огромной квадратной сумкой, в которой таскал компоненты.

В ожидании пока наш алхимик закончит там свои дела, мы засели в старой общаге багровых классов. Оттуда открывался отличный вид на болота. Правда до них все равно было далеко и Щекина нам не было видно, но когда он будет возвращаться, мы его точно не пропустим.

Вот так мы сидели час… Потом еще час… Потом пришло время ужина, который мы решили пропустить, а он все не возвращался. К тому моменту, когда мы начали думать, что могли его пропустить, уже совсем стемнело.

— Слушай, Макс, идти туда по темноте точно не стоит, — сказал Лешка, стуча зубами от холода. — Давай на завтра перенесем это дело. Тем более, что я уже замерз как Бобик и есть хочу…

Я с Нарышкиным был согласен, вечер и правда выдался холодным. Да и в животе начинало урчать все сильнее. Но дождаться пока Щекин пойдет назад, было важнее. Уже даже стало интересно, сколько он там времени проводит?

— Ты иди, если хочешь, а я его дождусь, — сказал я.

Княжич посопел, а затем недовольно пробурчал:

— Ладно, я тоже тогда подожду. Все равно уже столько времени сидим, не утонул же он там.

— Уверен? Если сильно замерз, то хотя бы за курткой сбегай, — посоветовал я ему, глядя как он трясется в одной рубашке. — Он еще долго там может торчать.

— Ну не до полуночи же!

— Может и до полуночи, — сказал я. — Вдруг он сегодня решил себе месячный запас компонентов собрать, а некоторые из них только в полночь и нужно собирать, чтобы они свойства приобрели. Есть такие, что на рассвете только собираются.

— Вот за это я твою алхимию и не люблю. Что за ерунда, ночами по болотам лазить и цветочки собирать?

— Про пиявок не забудь, — улыбнулся я. — Они тоже сами по себе на лабораторных столах не оказываются.

— Тем более! Гадость какая… — поморщился Нарышкин. — Я вот…

В этот момент прямо перед окном, в которое мы пялились, появился темный силуэт и нам в лицо ударил яркий луч света. Растерявшись от такого сюрприза, мы с Лешкой дружно заорали.

— А ну тихо, оба! — услышали мы знакомый строгий голос нашего алхимика.

Мы также дружно замолчали и молча смотрели на силуэт, пытаясь рассмотреть, Компонент там или нет, а из-за яркого луча света это было проблематично.

— Какого черта вы за мной следите? Отвечайте! Темников!

— Мы не за вами следим, Борис Алексеевич! — выпалил я.

— Неужели? Тогда что здесь делают два ученика, которые даже ужину предпочитают сидение в заброшенном здании? — спросил он. — Выглядит так, что они за кем-то следят, верно? Кроме меня здесь сейчас никого нет, поэтому я жду ответа. Причем немедленно, если вы не хотите, чтобы я вас загрузил отработками до конца учебного года. Нарышкин, попробуй ты.

— Борис Алексеевич, мы правда не за вами следим. Точнее за вами, но это другое.

— Ты же смышленый парень, Алексей, перестань меня расстраивать. Как можно в первом предложении говорить одно, а во втором другое? Ну-ка попытайся еще раз сформулировать.

— Мы просто ждем, пока вы уйдете, — сказал княжич.

— Зачем вам это понадобилось? — судя по голосу он был удивлен.

— Чтобы посмотреть башню, — выпалил я.

— Угу, понятно, очередные любители секретов, — он выключил фонарь и наши глаза наконец получили долгожданный отдых, а вскоре вверху появился Светящийся Огонек.

Мы молча смотрели друг на друга, пока наконец Щекин не заговорил.

— Думаю, вы не врете. Я мог бы и сам догадаться, — сказал он. — Ну, какова история на этот раз, что скрывается в башне? Давайте, выкладывайте, что вам рассказали про нее старшеклассники?

— Ничего не рассказали, — честно ответил я. — Мы просто ее нашли и хотели посмотреть что внутри. Кое-кто нам сказал, что там нет дверей и мы захотели проверить.

— Несмотря на то, что уже темно и вы могли увязнуть в болоте? По-вашему, это нормально? — спросил он и покачал головой. — Чувствую, вы своей смертью не умрете. Не зря мне Громов говорил, что рано или поздно кто-то из вас двоих сведет его в могилу.

Мы с Лешкой переглянулись, но решили это не комментировать.

— Ну, если вы все-равно решили остаться без ужина, то я вам устрою небольшую экскурсию. Будет жаль Громова, если кто-то из вас утонет, а ему устроят взбучку, как мастеру темных классов. Он ведь знает, что некоторые из его подопечных такие болваны, — Щекин махнул рукой и поправил сумку с ингредиентами. — Идите за мной. Только смотрите под ноги внимательно и постарайтесь не свалиться.

Не оборачиваясь, наш толстячок потопал обратно к болоту, а мы с Нарышкиным так и остались сидеть с открытыми ртами от удивления. Пройдя шагов двадцать, он обернулся и крикнул:

— До вас что, туго доходит? Вы же, кажется, хотели посмотреть башню, разве нет? Или особого приглашения ждете?

Мы по очереди выбрались из пустующего оконного проема и пошли за Компонентом. Я думаю, мы оба были в полном шоке от его предложения показать нам башню, поэтому шагали молча до тех пор, пока под нашими ногами не начало неприятно чвакать.

Над Щекиным появилось еще несколько Светящихся Огоньков, которые один за другим полетели в сторону башни. Вскоре вокруг нее было светло, почти как днем.

— Борис Алексеевич, сейчас же не видно ничего толком… — сказал Лешка, переминаясь с ноги на ногу. — Тут же трясины могут быть всякие… Ну знаете, которые бывают на болотах…

— Что, Нарышкин, мозг включился наконец? Вы же хотели сами здесь лазить? — княжич ничего не ответил,

Я подумал, что мы бы воспользовались левитацией и даже открыл было рот, чтобы сказать об этом. Все-таки не очень приятно, когда преподаватель считает тебя полным болваном. Но в итоге решил промолчать. Зачем ему знать, что я и такие заклинания знаю? Он же не Лешка, слишком много вопросов будет.

— Не переживай, пешком мы туда не пойдем, — сказал Щекин. — Кто-нибудь из вас хоть раз телепортировался?

— Я — да, — ответил княжич. — Старший брат мне показывал, что это такое.

— А я нет, — вновь соврал я, на всякий случай.

— Понятно, — сказал он. — Я так и думал. Не бойся, это не больно. Возьмите меня за руку. Так. А теперь…

Вжух! И вот мы уже совсем рядом с башней, которая даже в близи была совсем небольшой. Метров пять в высоту, она вся была покрыта сплошной стеной из мха, отчего создавалось впечатление, будто она бархатная.

До нее было шагов двадцать от силы и даже с этого расстояния я чувствовал, как воздух вокруг буквально вибрирует от количества энергии, которая заключена внутри нее. Нет, Лазарева однозначно ошибается, там точно что-то есть.

— Я с тобой согласен, мой мальчик. Пока это самый сильный источник, который мне попадался в этом мире, — сказал Дориан. — Нужно попытаться попасть внутрь и выяснить, что там такое.

Судя по равнодушному лицу Нарышкина, он не чувствовал ничего такого.

— Чего стали? Вы же хотели ее посмотреть — ну так смотрите или вы думаете, что я здесь с вами до утра торчать буду?

Мы медленно обошли вокруг нее в поисках чего-нибудь такого, что могло бы привлечь наше внимание, но все было так, как и говорила Полина. Никаких намеков на дверь или что-то такое. Просто как будто ее вытесали из камня, поставили здесь и облепили мхом.

Вот только что-то там все-таки было… Я в этом уверен.

Сделав вокруг нее пару кругов, я попробовал подойти поближе, чтобы попытаться положить руку на стену. Вдруг почувствую что-нибудь необычное. Но к моему удивлению ничего не вышло. Когда до этой башни оставалось сделать последние пять шагов, я вдруг уперся в невидимое препятствие.

На ощупь это было похоже на мягкий магический барьер, и если положить на него руку, ее приятно покалывало. Ага, вот и та штука, из-за которой нельзя подойти к этой башне. Ты смотри, не обманула Полина, а я думал врет.

— Прикольная штука! — сказал Лешка, надавив на нее несколько раз. — Это что такое, Борис Алексеевич?

— Какой-то уникальный вид магического барьера, Нарышкин. Я думаю, какая-то древняя магия, если ты хочешь знать мое мнение.

— Ваше мнение отличается от других? — спросил княжич.

— Не только я так считаю, Алексей, — ответил он. — На этот счет есть несколько мнений. Но никому не известно какое из них правильное. Пока эту загадку не удалось разгадать.

— А что эта штука делает у нас в школе? — спросил я.

— Неправильный вопрос, Темников. С учетом возраста, как ты говоришь «этой штуки», было бы правильнее спросить, почему «Китеж» находится возле нее. Но и на этот вопрос я тебе не отвечу.

Я бы еще долго мог находиться здесь. Даже то количество энергии, которое вырывалось наружу, приятно пьянило и будоражило мой мозг, а что будет, если попасть внутрь? Классное место…

— Ну что, насмотрелись? — спросил Щекин. — Надеюсь, я больше не увижу здесь ваши физиономии?

— Не-а, — уверенно ответил Лешка. — Зря мы сюда приперлись. Ничего здесь интересного нет.

Лично я придерживался другой точки зрения… Если сюда нельзя попасть обычным путем, значит будем действовать по-другому. Для начала активируем план «Б», под кодовым названием «Ибрагим». Посмотрим, что призрак расскажет насчет этого места.

— Темников, не слышу ответа! Кажется, я задал вам вопрос, — повысил голос Компонент.

— Полностью согласен со своим другом, Борис Алексеевич, самое скучное место из всех, что я видел, — уверенно соврал я.

— В самом деле? — спросил Щекин и подозрительно посмотрел на меня. — Надеюсь, что так оно и есть. Давайте сюда ваши руки.

Через мгновение мы вновь телепортировались обратно.

— А теперь оба чешите на ужин, — сказал Компонент и вновь поправил свою огромную сумку, которая все время съезжала ему за спину. — У меня есть кое-какая работа. Еще раз здесь увижу — заставлю литр мази для пяток из коричневых бронзовиков делать.

Услышав его последние слова, мы с Лешкой стремительно рванули в сторону общаги. Всем ведь известно, что второе название коричневых бронзовиков — это жуки-вонючки. Воняет от них так, что хоть из лаборатории выбегай! Ну а чтобы целый литр мази из них сделать… Нет, такого и врагу не пожелаешь.

Хотя… Разве что Шуйскому…

Спустя полчаса мы уже были с Нарышкиным в столовой, где с удовольствием лопали булочки с маком и запивали их горячим чаем. Лешка жаловался, что зря потратили вечер и что он еще скажет своему старшему брату пару ласковых насчет такого интересного сюрприза.

Ну а я вспоминал свои ощущения возле этого необычного места и размышлял, когда будет удобнее всего отправиться туда вместе с Ибрагимом. При этом постараться сделать так, чтобы не попасться на глаза Щекину. Как-то не хотелось мне с этими коричневыми бронзовиками связываться…

— Максим… — услышал я за спиной тихий голос Алисы. — Ты не занят?

В этот момент Лешка запихнул в рот остатки булки, запил ее чаем и встал из-за стола.

— Ладно, ребята, время позднее, побегу-ка я спать, — сказал он, махнул мне рукой и подмигнул. — Мне кажется я здесь все равно лишний.

Не дождавшись моего ответа, Цветкова села на Лешкино место и посмотрела на меня зареванными глазами:

— Ты на меня сильно злишься? — спросила она и шмыгнула носом.

Блин… Ну вот и как можно на этих девчонок злиться, когда они все время играют не по правилам?

— Мне кажется, я вела себя как полная дура, — продолжила она, пока я хранил молчание и пытался прожевать булку. — Давай мириться? Я тебе обещаю, что такого больше не повторится! Честно-честно!

Ну хоть так… Надеюсь она сама верит в то, что говорит… Блин, да что с этой булкой не так? Какая-то она бесконечная!

Глава 8

Временно оставив таинственную башню в покое, я вновь вернулся к школьной жизни, которая практически не оставляла мне свободного времени на отдых и личные дела. Ну, если, конечно, не считать личными делами тренировки с Ткачом и индивидуальные занятия.

В четверг я демонстрировал Бобоедову мои успехи по его домашним заданиям. Врать не буду, пока особо хвастать было нечем. Лучше всего у меня выходило рисовать геометрические фигуры разными руками, а вот писать совсем никак. Каракули какие-то, которые и буквами-то было нельзя назвать. Так, клинопись неразборчивая.

С монетами тоже не очень получалось. Как он их умудрялся разбирать, я понять не могу? А ведь разбирал же! Я специально попросил его показать мне как это делается, надеясь, что он хоть раз ошибется и жестоко разочаровался в своих ожиданиях.

Горох не ошибся ни разу. Более того, легко определял монеты не только правой, но и левой рукой, что было для меня совсем уж чем-то из ряда вон. Самое интересное, что у него это получалось практически мгновенно. Даже как будто к собственным ощущениям не прислушивался. Только брал монету в руку, как тут же давал правильный ответ. Эх… Мне еще долго придется с этими монетами возиться, чтобы до такого же уровня дойти.

А вот с учебником по чтению для слепых у меня получалось очень неплохо. Я даже сам не ожидал, что так быстро освою почти половину алфавита. Хотя… По правде говоря, это скорее у Дориана получалось, чем у меня. Он так говорил, по крайней мере.

Учитывая, что наши мысли иногда настолько тесно переплетаются, то трудно сказать наверняка. Единственное, в чем я был абсолютно уверен, так это в том, что половину букв я знал и когда вел пальцем по выдавленным на бумаге точкам, в моей голове всплывали правильные ответы.

— Ну хоть что-то, — недовольно пробурчал Бобоедов, после того как я закончил демонстрировать свои новые навыки. — Похоже ты не безнадежен, Темников. Правда я надеялся, что результат будет немного лучше, но надежда есть. Во всяком случае, я думаю, что Барьер ты освоишь до Нового Года.

Немного лучше? Это мне вместо похвалы? Вот интересно, у меня карма такая, что мне все время такие добрые преподаватели попадаются, или как?

— Ну а что ты хотел, мой мальчик, все-таки у тебя темный дар… — напомнил мне Мор. — Вот занимался бы ты целительством или какими-нибудь любовными приворотами, может быть и добрее наставники попадались бы.

— Мне только любовных приворотов не хватало… — мысленно ответил я ему. — Пусть уж лучше так…

— Новыми техниками мы пока заниматься не будем. Остановимся на том, что уже есть, — говорил тем временем Бобоедов. — Единственное, что мы с тобой подключим, так это шахматы. Тем более, что ты мне в прошлый раз сказал, что ты их любишь, так что не будем лишать тебя удовольствия.

Кстати говоря, играть с Горохом в шахматы мне понравилось. Хотя поначалу я думал, что если делать это вслепую, то будет не игра, а сплошное мучение. Оказалось, нет. Очень интересно. Наставник тоже остался доволен и даже расщедрился на первую похвалу за день.

— Молодец, Максим. Ты заслужил от меня награду, — улыбаясь во весь рот, сообщил он. — Я думал, что отдам тебе формулу Барьера в конце следующего занятия, но ты смог меня приятно удивить, так что вот, держи.

Я смотрел на небольшую картонку, на которой была начерчена формула заклинания и лишь улыбался. Скоро я вообще перестану удивляться таким вещам. Наградить меня дополнительной нагрузкой, разве может быть идея получше?

— Кстати, это не совсем обычный Барьер. Твои одноклассники ничего подобного учить не будут. Это моя личная формула, которая на треть короче, но почти в два раза мощнее, — сказал Бобоедов.

О! Ну это совсем другое дело. Теперь я уже смотрел на картонку совсем другим взглядом. Владеть нестандартными заклинаниями, это дело хорошее и не каждому доступное.

— Спасибо, Кузьма Семенович, — сказал я, пряча картонку в рюкзак. — Вот это и правда отличный подарок.

— Угу, рад, что ты это понимаешь, — судя по его довольному лицу, ему и правда было приятно. — Посмотрим… Если будешь стараться, может быть еще чем-нибудь побалую.

Конечно рано было еще говорить, что домашние задания, которыми засыпал меня Горох, так быстро начали давать результат, но мне показалось, некросимволы давались теперь легче, чем в первый раз.

Вот только их назначение пока осталось для меня загадкой. На очередном субботнем занятии я их просто чертил по памяти, как и велел Чертков. Ну как просто… Разве с этим вредным стариканом может быть что-то просто? Как бы не так!

Во-первых, кроме того, чтобы начертить некросимволы, я параллельно должен был еще и поддерживать Светящийся Огонек. Давалось мне это с большим трудом. Первое время он у меня постоянно потухал, зараза такая…

У меня вся рубашка пропиталась потом, пока начало получаться совмещать эти две задачи. Оказывается, очень трудно чертить некросимволы и параллельно с этим поддерживать активированное заклинание.

Но зато, когда мне это наконец стало удаваться, я просто расцвел от радости. Мне казалось, что я совершаю какой-то невероятный магический подвиг, на который способны лишь избранные волшебники!

Так я думал ровно до того момента, пока не случилось во-вторых. Он подключил к этому процессу своих долбаных механических пчел. С этого момента занятие превратилось в какой-то ад.

Александр Григорьевич то и дело недовольно возмущался своим хриплым голосом и рассказывал мне какой я бестолковый ученик. Если бы он заранее знал, что я окажусь таким тупым, то он бы ни за что не дал согласие Императору на мое обучение.

Врет, конечно, чего уж тут… Но все равно мало приятного, когда на тебя смотрят как на тупицу.

Даже с учетом того, что в какой-то момент в работу включился Дориан, который начал мне помогать с воспоминанием правильного начертания некросимволов, все равно это было трудным испытанием. Пока самым сложным из того, что придумал для меня Чертков.

Едва мне начинало казаться, что я довольно неплохо поддерживаю Светящийся Огонек, причем умудряюсь сделать так, чтобы он не терял при этом форму, как старик начинал ругаться, что у меня косые линии в некросимволах. Ну а как только линии становились ровными, ему переставало нравиться мое заклинание.

Уродские пчелы…

К тому времени, когда у меня все-таки стало кое-как получаться, время подошло к ужину. Я уже совсем выдохся из сил и растратил практически все свои силы, когда наконец Чертков велел мне закончить.

Не веря своим ушам я смотрел на него, а перед моими глазами стояли изображения некросимволов, которые я теперь мог начертить даже с закрытыми глазами.

— На сегодня хватит. С расплавленными мозгами ты мне тоже ни к чему, — сжалился надо мной старик, захлопывая проклятую металлическую коробочку с механическими пчелами. — В целом неплохо. Как часто ты тренируешься?

— Почти каждый день, — ответил я и это было абсолютно честно. Было лишь несколько дней за последнее время, когда я хоть немного не уделил времени тренировкам. — Я бы мог и больше, но Горох… Точнее Кузьма Семенович, меня заданиями нагружает. Голова пухнет.

— Правильно делает, что нагружает. Ученье — свет, а неученье — тьма, знаешь такое? Ладно, иди отдыхай, славно поработали, — пока я собирал в папку бумаги, он встал со стула и громко щелкнул суставом. — Вот только я одного понять не могу, почему у тебя вместо шаров иногда чайники получаются?

— Александр Григорьевич, хорошо хоть что-то получается… — сказал я и захлопнул папку. — Вы бы к своим пчелам еще муравьев добавили, у меня бы и самовары в арсенале появились.

В ответ старик лишь усмехнулся и покачал головой. Надеюсь, это не означало, что он мою идею с муравьями всерьез воспринял? Очень не хотелось бы.

Так что воскресенье, когда не нужно было ничего делать, показалось мне просто каким-то сказочным подарком, которым меня одарили за потраченные силы.

Мы втроем с Алисой и Настей отправились в Белозерск. Лешка с самого утра отправился на занятия со своим наставником Артамоновым и должен был присоединиться к нам после обеда. Как раз к тому времени, когда мы в кино сходить собирались, а потом и поужинать все вместе.

Учитывая то, что девчонок было двое, у меня появилась отличная возможность оставить их в торговом центре и уделить немного времени своим делам. Они потом еще хотели в салон красоты наведаться, так что я и к деду успевал заехать на часик, а потом еще и с Ибрагимом встретиться. Он о чем-то хотел со мной поговорить.

Даже не знаю, кто мне больше обрадовался, дед или коты, которые каждый раз при виде меня устраивали в доме скачки с препятствиями. Все это обычно сопровождалось кошачьими воплями и парой разбитых ваз. Но все равно дед смотрел на все это с улыбкой. Ему нравилась суета, которая начиналась в его доме с моим приездом.

Долго я у него не сидел — время не позволяло, но на час задержался. Этого времени ему вполне хватило, чтобы прочитать мне лекцию о вреде дуэлей и пользе учения, на которое мне следовало бы тратить свободное время.

Ох, деда! Ты даже не представляешь, сколько у меня в последнее время этого самого учения… От него уже мутить начинает…

Напоследок я пообещал ему, что так и буду делать, но судя по его взгляду, вряд ли он мне поверил. Ну а сразу после этого я покатил в офис «Теней», где меня ждал Ибрагим.

Вообще-то, он предлагал встретиться на базе, чтобы я и с остальными ребятами пообщался, которые меня видели лишь в дни тренировок с Ткачом, да и то недолго. Все времени не было нормально с ними поговорить. Но и сегодня у меня его не слишком много, так что я все-таки предпочел офис.

— Рад вас видеть, мой господин! — судя по счастливому лицу призрака, его до сих пор радовал тот факт, что он выбрался сухим из истории с дуэлью. — Прошу к столу.

Хах! А пока Ибрагим меня ждал, не терял времени понапрасну. На небольшом столе в его кабинете стояло несколько тарелок с восточными сладостями, полная ваза конфет «Мишка на севере» и высокий чайник с изогнутым горлышком.

— Вот, специально заказал доставку из ресторана к вашему приезду. Вы ведь любите рахат-лукум?

Да, это я любил. В последнее время пристрастился к нему, после того как Турок стал специально для меня держать в офисе эти сладости. Раньше я его как-то не особо жаловал, но со временем пересмотрел свои взгляды.

Турок оказался прав. Я просто не знал мест, где нужно заказывать восточные сладости. Оказалось, что тот рахат-лукум, который я пробовал раньше, это совсем не то. Он и в подметки не годился угощениям, которые доставал призрак. Если не врет, то их ему готовят по отдельному рецепту, с учетом его личных пожеланий.

Хотя лично мне было плевать врет он или нет. Самое главное, что это так вкусно, что просто пальчики оближешь! Особенно тот, который в гранатовой крошке! С ума сойти можно!

Не теряя лишнего времени я расположился за столом и принялся за угощение, а Турок рассказывал мне, о чем собственно он хотел со мной поговорить.

Для начала выяснилось, что он все-таки нашел для меня наконец-то призрака-алхимика.

— Столько времени прошло, я уже думал, что у тебя ничего не получается, — сказал я, запивая рахат-лукум чаем с добавлением каких-то необычных трав.

— Просто я искал самого лучшего, которого можно найти, — прогудел из-под маски призрак. — К тому же, вы просили, чтобы он желательно был не только алхимиком, поэтому я старался отыскать кандидатуру получше.

— Ну и как, получилось?

— Думаю да.

Я удивленно посмотрел по сторонам и пожал плечами:

— В таком случае, почему я его здесь не вижу? Я думал, ты приведешь его, чтобы мы смогли с ним обсудить условия.

— Есть один небольшой нюанс, мой господин… — ну вот и здесь есть небольшой нюанс. Интересно, в этом мире бывает что-нибудь просто? — Он хочет встретиться с вами в «Мельнице».

— Где это? Название мне ни о чем не говорит, если что.

— Необычный трактир недалеко от Белозерска, — ответил он. — По пути в Липин Бор… Когда-то давно он пользовался большим спросом, но сейчас там собирается довольно необычная публика.

— И призраки в том числе? — удивленно спросил я.

— Угу, — кивнул Турок. — В том числе и призраки.

— Как это? Что бы им там делать?

— Ну это такое необычное место, где собираются волшебники, которые могут с нами общаться, — ответил он. — Точнее таких там меньшинство. Обычно приходят всякие шарлатаны.

— Как интересно… Прямо салон ясновидящих каких-то, — усмехнулся я. — Даже не знал, что у нас такое есть.

— Есть, мой господин. Но по сравнению с вашими возможностями, они все просто малые дети. Даже те из них, кто и правда имеет Дар медиумов.

— Нашел чем удивить. Это я и без тебя знаю, — я взял еще один кусочек рахат-лукума и на этот раз это было что-то белоснежное в обсыпке из орешков. — Когда он хочет встретиться?

— Как вам будет удобно, мой господин. Он там все время околачивается. Все-таки он бывший маг и ему там интересно.

— Ладно, я понял. Как только представится возможность — я тебе сразу дам знать. Ух ты какая вкусная штука! — я проглотил кусок рахат-лукума, хлебнул чая и стал разглядывать тарелки, раздумывая что еще попробовать из этого всего разнообразия. — Что еще?

— Помните, я приходил к вам в «Китеж» по поводу того интересного заказа?

— Где нужно будет оживить мертвеца? Помню, конечно, с чего бы мне о нем забыть. Ты, кажется, говорил, что заказчик временно уехал по делам, разве нет?

— Истинно так, мой господин. Вчера он дал знать о себе, так что, если ваши планы насчет этого заказа не изменились… — Турок замолчал, ожидая от меня ответа.

— Не изменились. Вот было бы еще очень неплохо как-то выбрать для этого время, которого у меня практически нет, — я остановил свой выбор на кусочке, у которого внутри было что-то розовое. — Разве только пропустить тренировку с Ткачом… Других вариантов нет. Что скажешь насчет пятницы? Самый подходящий день. В субботу у меня занятия с Чертковым, а после них я буду практически обессилен. Воскресенье тоже не подходит — на следующий день в школу. Так что остается пятница.

— Как скажете, мой господин.

— Кстати, насколько я помню, ты собирался туда наведаться, разве нет?

— Я там был, — ответил Турок. — Место находится недалеко от Анненского Моста. Километров семьдесят отсюда. Все почти так, как он и говорил. Несколько заброшенных поместий, которые раньше ему принадлежали. В одном из подвалов самого крупного из них и правда мертвец… Причем в специальном семейном склепе, в котором кроме него еще штук пять покойников.

— Странная семейка, — хмыкнул я. — Что за мода своих родственников в подвалах хоронить?

— Угу, — кивнул призрак. — Необычно, согласен с вами. Но это ведь не все. Тех самых тварей, насчет которых он все время беспокоился, я там не увидел.

— Интересно. Куда же это они делись?

— Хороший вопрос, — озадаченно пробасил Ибрагим. — Я думал, что это могут быть какие-нибудь существа, которые появляются там только ночью, или еще что-нибудь такое, поэтому провел там почти сутки, но никто так и не появился.

— Тебя это тревожит? Может быть, твой клиент сам там давно не был, и они куда-нибудь делись? — предположил я. — А может быть, их и вовсе не было. У страха глаза велики, знаешь как говорят? Он ведь знает, что там мертвецы у него лежат, вот и мерещится ему всякая ерунда.

— Не знаю… — покачал головой Турок. — Как-то мне не особо верится в такие странности. Вот если бы наоборот было, вместо десятка тварей двадцать, тогда да. По крайней мере в этом был бы смысл врать, чтобы мы заранее не испугались, а так…

— По-моему, ты немного преувеличиваешь. Если их там нет, значит и работать легче, разве не так? — призрак промолчал в ответ. — Так что, в пятницу, или как?

— В пятницу, конечно. Это я так… Скорее мысли вслух. Просто не люблю, когда условие задачи со словами клиента не сходится. Характер у меня такой, подозрительный.

— Это есть, — я устало вздохнул, откинулся на спинку дивана и похлопал себя по животу. — Фух! Ну все, объелся… Больше не могу… Ты вот это все собери мне с собой, я сейчас ребят угощу.

— Само собой, мой господин. С большим удовольствием!

— Ты так и не решил мне рассказать, где ты его берешь? — попытался я в очередной раз выведать этот секрет.

— И не скоро решу рассказать, — ответил он. — Вы же тогда совсем перестанете меня навещать. Должен же я вас чем-то радовать?

— Ну нет, так нет… Ладно, уговорил, съем еще кусочек. Последний.

Глава 9

Понедельник начинался просто прекрасно. Наш преподаватель почему-то задерживался уже на полчаса, так что настроение у всего класса было превосходное. В конце концов, подобные вещи так редко случаются, что фактически являются небольшим праздником, который к тому же еще и случился в виде сюрприза.

Чтобы не навлечь на себя проблем в виде дежурных, мы вели себя тихо. Никто не орал, не бегал по классу и вообще все сачковали урок цивилизованно. Лично я играл с Нарышкиным в морской бой по телефону и шла уже вторая партия. У него сейчас была история, которую он знал на зубок, так что звезды сошлись. Кстати, первую княжич проиграл, так что горел желанием отыграться.

«Б-4» — отправил я Лешке очередное сообщение.

«Ранил», — ответил он.

О, прекрасно! А если так:

«Б-5».

«Убил»:(.

Просто отлично! Это был последний двухпалубный корабль в его эскадре. Остался еще один трехпалубный и где-то шныряет однопалубный. Сейчас мы их быстренько разбабахаем и адмирал Нарышкин выкинет белый флаг. Второй раз подряд, между прочим!

Общий счет за год тогда будет 17 — 12 в мою пользу. Учитывая то, что в том году по общему зачеты выиграл он, в этом я твердо намеревался взять реванш.

«Ж-7».

И в этот момент за окнами кабинета раздался протяжный металлический звук. Как будто какой-то великан взял в руки гигантскую рельсу и начал ее сгибать.

Следом за этим пришел еще один. Теперь совсем другой. Этот был похож на громкий треск, а затем раздался громкий гул. Наверное, примерно так должно начинаться извержение вулкана.

— По-моему, началось землетрясение, мой мальчик! — громко сообщил мне внезапно проснувшийся Дориан. — Когда-то мне довелось пережить нечто подобное! Нам нужно срочно валить отсюда! Бегом!

А потом вокруг меня наперебой заговорили все разом:

— Смотрите какая там хреновина!

— Охренеть!

— Ни фига себе!

— Мальчики, мне страшно… Что это за штука?

— На нас напали инопланетяне! Стальные титаны с планеты Занг-Занг!

Я вместе со всеми устремился к окну и… А ведь эта штука и правда похожа на гигантского робота! Точнее на стального голема, вот на кого он был похож.

Огромный, размером с девятиэтажный дом, весь закованный в латы, а под металлическим шлемом оранжево-красные глаза горят так ярко, что нам видно даже отсюда. Дрожание земли при этом не стихало, а голем становился все выше и выше. Судя по всему, он выбирался из-под земли.

Я вытащил телефон из кармана и начал набирать Нарышкина. У него сейчас урок в классе, который на пару этаже выше, так что ему там по-любому виднее. Нужно срочно выяснить что происходит!

— Лешка, ты видишь это⁈ — заорал я в трубку, как только услышал, что он ответил.

— Вижу, Макс! — взволнованным голосом ответил он. — По-моему, это возле старой артефактной мастерской!

— Что это такое, как думаешь?

— Да черт его знает! Похоже на конструкт!

Вдруг что-то щелкнуло и в классе включилась громкая связь, а в динамиках, которые были развешены по всей школе, раздался громкий и четкий голос Ники Львовны:

— Внимание всем ученикам «Китежа»! В данный момент в школе происходит нештатная ситуация. Прошу всех успокоиться и оставаться в своих классах! Внимание, повторяю! Всем оставаться в своих классах!

Затем мы услышали новый щелчок и динамик затих.

В классе раздались крики, кто-то из девчонок начал реветь. Стальной гигант к этому моменту стал еще выше. Теперь он был размером с полторы девятиэтажки, а может быть даже выше. До него было метров триста, если не больше, так что трудно было сказать наверняка.

Наконец он перестал расти, постоял немного и двинулся в сторону главного корпуса. Земля не дрожала под ним, но каждый его шаг был хорошо слышен.

Топ… Топ…Топ…

— Смотрите, преподаватели! — крикнул кто-то из девчонок, я отключил телефон и побежал к окну, чтобы занять место поудобнее.

К этому моменту уже практически весь класс сгрудился возле окон, так что дело оказалось непростым. Пришлось изрядно потолкаться, пока мне наконец удалось занять место в первых рядах.

Из корпуса и в самом деле выбежало с десяток преподавателей, которые дружно помчались к стальному гиганту, который не снижая скорости двигался в нашу сторону.

Я знал не всех из них, но там точно был Орлов, Громов, Островская и Щекин. Еще был один тощий высокий препод, который читал артефакторику у старших классов, но я не знал, как его зовут. Последним выбежал Горох, который на ходу натягивал пальто.

Эх, жаль, что нам запретили покидать классы! Вот было бы сейчас здорово там оказаться и посмотреть что будет происходить! Может все-таки рискнуть?

— Макс, тебе что, мало приключений на твой тощий зад? — возмутился Дориан этой моей мысли. — Еще не хватало, чтобы нас отсюда выперли за нарушение правил во время нештатных ситуаций!

Да, Мор прав… Сейчас, наверное, лучше не рисковать. Дело и правда может плохо кончиться. Ну ладно, будем ждать как оно развернется.

А разворачивалось вот как…

Мы все ожидали, что сейчас начнется небольшая война преподавателей со стальным гигантом. Приготовились наблюдать за магическими взрывами, которые должны были начаться с минуты на минуту, но… Пока ничего подобного не происходило.

Единственное, что случилось за все время, пока преподаватели добежали до него, стальной гигант перестал шагать и замер на месте. Спустя еще немного времени до нас донесся металлический скрежет.

Барррым… Барррым… Барррым… Бом… Брим-Бом…

Если бы меня кто-то спросил на что это было похоже, то я бы ответил, что стальной гигант так разговаривает. Потому что этот скрежет был каким-то странным… Я бы подумал, что это именно попытка высказаться или что-то типа того.

Прежде чем закончился странный разговор преподавателей с этой громадиной, прошло не меньше часа. А затем он вновь потопал, но только в обратную сторону от главного корпуса, и остановился на том самом месте, откуда выбрался.

Когда наши преподы возвращались обратно, все окна школы были уже раскрыты и ученики дружно приветствовали их аплодисментами, криками, свистом и даже топотом. Весь «Китеж» сотрясался от громкого рева сотен глоток.

Ну а спустя еще минут пятнадцать вновь раздался знакомый уже щелчок, который означал включение динамиков, а затем мы услышали голос Орлова:

— Внимание всем ученикам! Внимание всем ученикам! Прошу вас организованно покинуть ваши классы и собраться в актовом зале. Повторяю еще раз. Прошу вас организованно покинуть ваши классы и собраться в актовом зале. Через пятнадцать минут я выступлю с небольшой речью. Всем старостам организовать явку учеников. Покидать здание школы по-прежнему запрещено. Внимание! Покидать здание школы по-прежнему запрещено.

То, как мы покидали класс, организованной операцией было назвать проблематично. Верка Каблукова, на правах старосты, пыталась выстроить нас всех в шеренги по несколько человек, но это было бесполезно. Ее никто не слушал и все просто ломились на выход, желая поскорее попасть в актовый зал и дождаться Орлова, который расскажет нам что случилось.

Примерно то же самое происходило и в остальных классах. Двери открывались и оттуда неслись ученики, которых отчаянно пытались остановить старосты и преподаватели. С таким же успехом можно было стоять на берегу моря и требовать от волн, чтобы они прекратили накатываться на берег.

Пока я шел быстрым шагом к актовому залу, мне попалось лишь несколько классов, которые шагали более-менее спокойно и можно было сказать, что они это делают организованно.

Да и то, в одном из них были пятикурсники, которым уже по возрасту не полагалось носиться по школьным коридорам сломя голову. Ну а другой класс вела Стефания Ярославовна Пальчикова, которая взглядом, наверное, смогла бы и поезд остановить, будь у нее такое желание.

До тех пор, пока не появился директор, актовый зал напоминал растревоженный пчелиный улей. Со всех сторон был слышен яростный гул голосов, в каждом из которых был слышен свой взгляд на происходящее, а мнений на этот счет хватало.

— Робот!

— Зуб даю, это пришелец из космоса!

— Стальной голем!

— Конструкт!

— Гигантский механический человек!

Когда я просил, что Лешка думает на этот счет, то он остался при своем первоначальном мнении:

— Хрен его знает, Макс. Похоже на механизм. Но думаю, точно не пришелец из космоса. Бред какой-то! — ответил он.

Я вот не знал, что думать на этот счет, но был согласен с Нарышкиным — это что угодно, но однозначно не инопланетянин. Их не бывает. Разве что твари из Искажений. Так это другое совсем.

— Между прочим, обидно было, — сказал Дориан, после того как я пришел к такому выводу. — Получается меня тоже не существует?

— Отвали, Мор, ты же понимаешь, что я имел в виду… Таких огромных, стальных… Ну в общем, таких как этот.

Вдруг в актовом зале стало тихо. Как будто кто-то активировал мощное заклинание тишины, которое как покрывалом укрыло этот огромный зал.

Орлов вошел в сопровождении Островской и того самого длинного типа. Следом за ними цокала каблуками Ника Львовна, сжимая под мышкой свою папку, с которой она никогда не расставалась. Наверное, там особо секретная школьная информация, которую она боялась оставить без присмотра.

Директор школы сразу же направился к трибуне и без лишних вступлений сказал:

— Дорогие ученики, хочу вам сообщить, что сегодня у нас произошло исключительное событие! Наш стальной конструкт, который до этого был обычной артефактной мастерской, пробудился!

Он окинул взглядом учеников, которые удивленно переглядывались между собой, улыбнулся и продолжил:

— Все слышали легенду, что самая первая школьная артефактная мастерская изначально была конструктом? Это было сделано умышленно, чтобы конструкт мог перейти на новое место в случае необходимости. Вы ведь знаете из курса истории, что это был период жесточайших родовых войн, и наша школа неоднократно подвергалась нападениям противоборствующих родов.

— Прикинь, Макс… — прошептал Нарышкин и наклонился ко мне. — А я думал, что Ванька как обычно врет про эту историю с конструктом…

— Погоди, Леха, давай послушаем, — ответил я ему и вновь сосредоточил свое внимание на Орлове.

— Долгое время считалось, что конструкт давно уже не просто деактивирован, но и вышел из строя, и пробудить его невозможно. Оказалось, возможно.

По залу прокатилась волна возбужденных шепотков. В некоторых из них я явно услышал тревогу. Лично мне пока было очень интересно и уже на месте не сиделось от желания познакомиться с конструктом поскорее, если его не решат обратно деактивировать.

— Внимание! Прошу вашего внимания! — он постучал своим родовым кольцом по трибуне, заставляя всех замолчать. — Самое главное, что я хочу вам сказать — вы не должны его бояться. Он изначально был создан так, чтобы не смог нанести вред человеку. Для него нет друзей и врагов — конструкт просто не способен причинить вред человеку. Однако, я все-таки попросил бы вас соблюдать определенную технику безопасности в отношении него и по возможности не подходить слишком близко.

— Он что, останется у нас в школе? — раздался чей-то недовольный голос, который показался мне знакомым. — Он же конструкт! Бестолковый истукан!

— Во-первых, он не бестолковый. Для конструкта у него довольно продвинутый интеллект, — ответил Орлов строгим голосом. — Во-вторых, именно поэтому я прошу вас соблюдать технику безопасности и не пытаться забраться на него. Он навряд ли что-то сделает с вами, но если с него свалиться, то можно слишком сильно удариться и даже что-нибудь сломать.

После этих слов по залу прокатился смех. Каждый высказался, что именно можно было сломать, упав с конструкта.

— В-третьих, он останется в школе, господин Юрасов. Я так решил, — ага, значит это Осип там бунтует! То-то я слышу голос знакомый! — И в-четвертых, прошу запомнить, нашего конструкта зовут Борис. Он пока не до конца вспомнил алфавит и вообще не очень хорошо общается, но это временно.

Борис значит… Угу, понятно тогда почему мне все время слышится, что он пытается сказать какое-то слово на букву «б»… Значит будем знакомиться…

* * *

Мы с Лешкой уже решили, что прямо из актового зала пойдем знакомиться с нашей новой школьной достопримечательностью, как нас жестоко обломали… Громов жестами приказал нам двоим задержаться.

После того, как все остальные ученики вышли из актового зала, оказалось, что мы двое не единственные, кому велели остаться. Здесь было человек десять.

Практически всех я знал. Хорошая компания. Каждый из них хотя бы раз попадал к директору за то, что срывал урок или придумывал какую-нибудь штуку, о которой потом любили поговорить в школе и за ее пределами.

И самое интересное… Среди них был тот самый парень, которого я видел возле артефактной мастерской Лазаревой. Как там его, Емельян Гордеев, кажется? И что он здесь делает?

В этот момент меня осенила догадка. Что-то мне подсказывало, что совсем не случайно его оставили вместе с нами. Лазарева говорила, что они вместе с ним кое-какой эксперимент проводят… Кажется, я начинаю понимать, что это был за эксперимент… Эта парочка пробудила конструкт, вот что это было такое!

Мы встретились с Гордеевым взглядом, но теперь он не стал отводить глаза, а лишь сжал губы и смотрел на меня нахмурив брови. Ох, как страшно… Да, похоже я прав, и моя догадка верна. Здесь даже никакого Дара проницательности не нужно, чтобы понять — Емельян точно причастен к сегодняшнему событию.

— Слушай, Дориан, по-моему, этот парень думает, что я его собираюсь сдать, тебе так не кажется? — мысленно спросил я у своего друга, которому тоже хотелось поскорее пообщаться с конструктом.

— Угу, похоже на то… Мальчик мой, тебя считают неблагородным человеком… — ответил Мор. — Но ты же не собираешься этого делать?

— Конечно нет, за кого ты меня принимаешь? — возмутился я. — Мы просто поговорим с ним по душам. Я думаю, это будет интересная история. Ну и с Полиной потом еще. Мне кажется, ей тоже будет чем дополнить.

— Господа! — сказал Громов и его голос в опустевшем зале показался нам громовым раскатом. — Теперь прошу всех вас за мной. Иван Федорович Орлов хотел бы побеседовать с каждым из вас лично.

Ну да, понятно… Если в нашей школе что-то случается, то мы с Нарышкиным в первых рядах подозреваемых…

* * *

Белозерск.

Офис наемного отряда «Железный корпус».

Если совсем недавно, когда он гостил в Санкт-Петербурге, Кишкин заглядывал в рот своему сюзерену и ловил каждое его слово, то сейчас ситуация была обратная.

Захар Данилович собрал руководство наемного отряда «Железный корпус», чтобы довести до них последние решения князя Горихвостова. Ну и убедиться, что все правильно понимают свою задачу на ближайшую пятницу, когда его людям предстоит встреча с теми самыми «Тенями», о которых в последнее время все только и говорят в кругу наемников.

Он уже рассказал, что нужно будет сделать и выслушал мнение своего заместителя, бастарда из рода Черновых, который владел редким темным Даром и был дружен с Кишкиным уже как лет десять. Когда-то давно Захар Данилович увидел в нем большой потенциал, пригласил в наемный отряд и вложил немалые средства в его обучение.

Да, с тех пор много воды утекло… Было и хорошее, и плохое, но Артем Чернов был верен своему благодетелю как пес и за все эти годы ни разу не предал его. Хотя возможности для этого были. Некоторые ситуации Кишкин даже подстраивал специально, чтобы проверить лояльность своего подопечного. Ну и в конце концов он сделал его своим заместителем.

Они общались несколько часов. К этому времени виконт уже отпустил всех остальных, и они остались вдвоем со своим верным замом. Точнее втроем. Третьей была бутылка вина, которую передал Чернову лично князь Горихвостов.

— Артем… Дело важное и очень ответственное, — решил подвести итог долгому разговору Захар Данилович, после того как стрелка часов перевалила за полночь. — Если вдруг что-то пойдет не так…

— Не волнуйся, Захар, я все понял. Никто не должен уйти живым. Я позабочусь чтобы так и было, — заверил его Чернов. — Как только они окажутся в склепе, я подниму упырей, и они быстро разделаются с «Тенями». А если они как-то справятся с ними — мы будем ждать их снаружи. Расстреляем как щенков.

— Ну а если вдруг все-таки что-то выйдет из-под твоего контроля? — спросил Кишкин, наполняя бокалы темно-бордовым вином.

— В таком случае я позабочусь о том, чтобы никто из наших не попал в плен, — ответил ему Чернов и взял свой бокал. — Ну чего ты, дружище? Не в первый раз у нас такая история, опыт какой-никакой есть. Сам-то я уж точно смогу уйти.

— Черт его знает, Артем… — Захар Данилович запустил руку под пиджак и нервно почесал грудь. — Что-то сердце щемит… предчувствие у меня какое-то нехорошее…

— Да брось, — усмехнулся Чернов. — Просто ночь уже. Весь вечер об одном и том же говорим, вот тебя тоска и взяла. К тому же, ты только с дороги, что удивительного? Давай лучше выпьем на ночь глядя и будем расходиться. Поедешь отдыхать и сам не заметишь, как сердце отпустит. Для тебя это сейчас самое лучшее лекарство.

— Ну давай… — махнул рукой Кишкин и отсалютовал своему заместителю бокалом. — Ты прав. С этой работой лезет в голову всякая дрянь. Твое здоровье, Артем! Только к пятнице все равно подготовься как надо!

— Да перестань, что может случиться?

* * *

От автора:

Дорогие мои читатели! Очень скромный автор просит вас поставить лайк тех, кто дошел уже до конца 9 главы, но этого не сделал. Вас так много читает, а лайков (сердечек) как-то меньше, поэтому я просто уверен, что многие попросту забыли про него) Я знаю, такое очень часто бывает) Спасибо вам огромное!)

Глава 10

Орлов начал с опроса старшеклассников и пошел по нисходящей, так что моя очередь подошла в самом конце. К этому моменту я уже был один. Со второго курса было всего два человека, я и еще какой-то парень из багрового класса, с которым я не был знаком.

Первый курс в этом году вообще был каким-то слишком слабым. Ни одного ученика из нового набора в приемной Орлова. Если так и дальше пойдет, то после нашего с Нарышкиным выпуска скукотища в «Китеже» наступит неимоверная.

Кроме директора в кабинете были Громов и Островская. Я так понимаю, Роман Артемович находился здесь на правах мастера темных классов, а Виктория Артемовна как преподаватель по артефакторике.

До этого момента здесь была целая делегация преподов, ведь каждый из них был мастером какого-нибудь ученика. Но сейчас они все разошлись.

Судя по настроению всей троицы, в пробуждении конструкта меня никто особо не подозревал. Во всяком случае, вопросов было немного, причем все они были на тему артефактов, о которых я даже понятия не имел. Как и о принципах их работы, собственного говоря.

В конце концов все закончилось тем, что Островская предложила меня отпустить.

— Ясно ведь, что Темников не имеет к этому никакого отношения, — подвела итог Виктория Артемовна. — На втором курсе ученики даже понятия не имеют что такое конструкт — этим начинают заниматься во втором полугодии четвертого.

— Ну, Максим у нас вундеркинд, — сказал Орлов. — Он знает много такого, чего остальные ученики еще не изучали. Даже такие вещи, которые в принципе не входят в школьный курс обучения.

Он немного помолчал, выстукивая пальцами на своем рабочем столе какую-то мелодию, затем кивнул:

— Но в целом я согласен. Не думаю, что Темников к этому причастен. У него несколько другая специфика интересов, да, Максим? — я решил ничего не отвечать.

За последнее время я вообще понял, что если почаще помалкивать в разговоре с преподавателями, то можно избежать множества ненужных проблем. По крайней мере, большей части отработок совершенно точно.

— Иди, Максим, — сказал директор, выдержав паузу, видимо надеясь, что я решу что-то сказать. — Прошу помнить насчет техники безопасности в общении с конструктом. Пробовать его разбирать или взрывать тоже не стоит. Борис все-таки с интеллектом, может неправильно понять.

— Да я и не собирался, — соврал я. На самом деле у меня была мысль попытаться забраться к нему внутрь и посмотреть, как оно там все работает.

— Оставшиеся занятия на сегодня отменены, так что можешь в свой класс не возвращаться, — обрадовал меня на прощание Орлов.

Хотя Лешке повезло больше. Его раньше отпустили, а сейчас и так уже вечер почти. Одно занятие всего и осталось.

Когда я вышел из главного корпуса, меня ждал неожиданный сюрприз. На одной из лавочек недалеко от входа расположился Емельян Гордеев, который, увидев меня, помахал рукой.

Ух ты как интересно. С чего это вдруг он решил со мной поговорить? Да и о чем?

— Меня зовут Емельян, — представился он и протянул мне руку.

— Угу, я знаю, — кивнул я. — А меня Максим.

— Тоже знаю, — усмехнулся он и показал на дорожку, которая вела в школьный парк. — Пройдемся?

— Почему бы и нет? Дождь вроде бы не хлещет.

Мы молча прошагали метров двадцать, и я заметил, что мы идем в сторону Бориса.

— Спасибо, что не сдал меня, — начал разговор Гордеев, когда я уже начал недоумевать, почему он молчит?

— Да не за что, — пожал я плечами. — Это не в моих правилах, если что. Конструкт — твоя работа?

— Глупо это отрицать, правда? — усмехнулся он. — Хотя, если по-честному не только моя. Полина тоже приложила к этому свою руку. Я бы даже сказал, в том, что это произошло, больше ее заслуга, чем моя.

— С чего это ты решил мне об этом сказать? — спросил я.

В этот момент у меня закрались некоторые подозрения на счет этого парня, а не собирается ли он ее как-то подставить? Откуда ему известно, что я дальше буду делать с этой информацией?

— Не смотри так на меня, — рассмеялся он. — Я знаю, что вы с ней хорошие друзья. Она не раз мне об этом говорила, так что расслабься.

Хм… Приятно, чего уж тут…

— А говорю я тебе об этом лишь потому, что мы с ней собрались отметить это дело в ближайшее воскресенье, и я хотел бы пригласить тебя от ее имени. Она специально попросила меня сказать тебе об этом, чтобы ты знал — в деле конструкта мы с ней заодно и тебе я не враг. Скорее это ее эксперимент, в котором я лишь помощник.

— Если получится — обязательно буду. Спасибо за приглашение, — мы молча шли по дорожке, понемногу приближаясь к стальному гиганту. — А где и во сколько?

— Вот это лучше с ней, — сказал он и покачал головой. — Мне она ничего пока не говорила, а тебе лучше самому с ней пообщаться. Я на сегодня свое дело сделал.

— Еще не сделал, у меня есть к тебе несколько вопросов.

— Задавай, рад буду ответить.

— Вопрос первый: ты основной подозреваемый в этом деле? Мне показалось, что из кабинета Орлова ты выскочил злой как черт.

— Еще бы! Ты видел сколько их там набилось в кабинете? Набросились как коршуны! Еле отбился, — ответил он.

— А как ты хотел? Лешка говорит, что хорошо в артефакторике соображаешь…

— Ну неплохо, скажем так, — с улыбкой ответил он. — По крайней мере, лучше любого другого ученика в «Китеже», я думаю.

— Так а что ты тогда хотел? Значит я прав, тебя подозревают в первую очередь. Выглядит вполне логично.

— Как раз нет, — сказал он и подмигнул. — Последние три года я удачно маскировал свой интерес к созданию конструктов. Так что даже преподаватели думают, что основной мой интерес заключается в изучении магических посохов. Это настолько разные вещи, что сложно изучать их одновременно на одинаковом уровне. Без Лазаревой я бы точно не справился с такой работой. Тем более, что поначалу это был лишь ее интерес, а я уже потом глубоко залез в эту тему.

— С чего вдруг она выбрала тебя три года назад? — как бы между прочим спросил я.

— Мальчик мой, мне кажется, или в твоих словах я только что услышал ревность? — как всегда некстати вставил свою фразочку Дориан.

— При чем здесь ревность, я не понимаю? Просто интересно… Вдруг стало…

— Не именно меня, — ответил Емельян. — Вообще-то, у нее со многими ребятами совместные проекты. Причем это не она мне об этом рассказывала, а я просто видел некоторых у нее в мастерской. Вот как ты меня заметил в тот вечер. На самом деле я думаю, что у Лазаревой большое будущее. Очень большое. Обо мне хоть и говорят в школе, что я чуть ли не гений артефакторики, а до нее мне очень далеко.

— Ну да, Полина в этом кое-что соображает, — кивнул я.

— Кое-что? Ну ты даешь…

Тем временем мы и сами не заметили, как дошли до конструкта. Со всех сторон его окружила толпа любопытных учеников, которые галдели и пытались с ним заговорить. Ну и преподавателей, которые не подпускали к нему учеников слишком близко, здесь хватало.

Борис сидел на земле и вертел головой в разные стороны, все время приговаривая:

— Барррым… Бом… Барррым… Брим… Барррым… Бом… Брим-Бом…

Теперь уже не было никаких сомнений в том, что эти звуки издает именно он.

— Интересно, много времени пройдет пока он начнет разговаривать? — спросил я у Емельяна.

— Максимум пара недель. Конструкты очень сообразительны, а этот так особенно. Над ним в свое время поработали лучшие артефакторы, которые были в Империи, — ответил Гордеев. — Так что, понемногу он начнет врубаться.

— Он правда безопасен, как говорил Орлов?

— Угу, абсолютно. Его мозги настроены так, чтобы он не мог причинить вред людям.

— Тогда у меня к тебе еще один вопрос… Скажи, а с ним можно как-то общаться?

— Слишком много вопросов, Максим, — рассмеялся он. — Общаться в обычном понимании слова — запросто, а вот если ты хочешь узнать, можно ли ему дать распоряжение, которое он должен будет выполнить… Это совсем другое дело. Нет ничего невозможного в этом мире, но лучше тебе об этом с Полиной поговорить. Извини, если что, но…

— Да ладно, не парься, — махнул я рукой. — А то еще подумаешь, что я вообразил себя темным властелином, который при помощи Бориса решил захватить мир. Я так… Скорее для общего развития…

— Макс, а чего ты мне не позвонил, что уже освободился? — услышал я за спиной недовольный голос Нарышкина. — Я тебя жду-жду, а ты здесь торчишь.

— Я думал ты тоже здесь, — соврал я. — Вот пришел, а тебя нет. Да меня только что выпустили на самом деле.

— Ладно, пока Максим, — махнул рукой Емельян, кивнул Нарышкину и растворился в толпе.

— О чем вы здесь разговаривали? — спросил княжич, глядя вслед Гордееву.

— Да так… Он мне рассказывал про конструкта и благодарил, что я его не сдал. Помнишь, я тебе говорил, что видел его возле мастерской Лазаревых?

— А-а, что-то такое припоминаю… — ответил Лешка, разглядывая Бориса. — Прикольный, да? Как ты думаешь, можно будет на нем покататься?

— Надо будет попробовать.

* * *

Попробовать у нас не получилось. Бориса окутали специальным магическим барьером, который не давал возможности ученикам подобраться к нему вплотную. Зато разговаривать с ним мы могли сколько угодно. Правда пока это было не очень интересно, потому что на все вопросы Борис отделывался привычным:

— Барррым… Брим… Бом…

Хотя нужно отдать ему должное, между этими бессмысленными словами время от времени проскакивали вполне понятные. Причем с каждым днем их становилось все больше.

К концу недели интерес к внезапно появившемуся на школьной территории стальному гиганту, понемногу угас. Точнее не так, скорее все просто привыкли к тому, что он есть и перестали ежедневно осаживать его огромными толпами.

Теперь эти самые толпы были намного поменьше и уместнее было их назвать большими группами. Хотя девчонки по-прежнему продолжали с воплями разбегаться от него в разные стороны, когда он вдруг надумывал подняться с земли.

Он даже начал прогуливаться по школьному парку во время уроков. То и дело за окном было слышно его раскатистое:

Топ… Топ… Топ…

— Бурррым… Бурррурум… Бом…

Особенно весело было, когда Борис заглядывал в школьные окна во время уроков. Понятно дело, что в такие моменты процесс обучения уходил на задний план и урок можно было считать сорванным. Наверное, со временем и к этому все привыкнут, но пока это было очень круто.

Мы с Лешкой решили поближе начать с ним знакомиться немного попозже, когда он начнет нормально разговаривать и народа вокруг него станет еще меньше. Пока это было еще слишком сложно.

Лазаревой я позвонил на следующий день после нашего разговора с Гордеевым. Она была просто вне себя от счастья, что им удалось пробудить конструкт. Оказывается, Емельян скидывал ей множество видео и Полина, можно сказать, видела все происходящее как будто сама присутствовала здесь.

Встречу она назначила на пять часов вечера в «Кабане и фазане». Отличный выбор, как по мне. Когда-то я там обедал в компании Собакина и насколько помню, там очень вкусно кормят.

Вот так, под ежедневную шумиху, сопровождающую пробуждение стального гиганта, я и сам не заметил, как пролетела неделя и пришло время встречаться с призраками и отправляться к Анненскому Мосту.

Лешка рвался поехать вместе со мной, но я его отговорил. Какой смысл в этой поездке, если все так, как говорит Ибрагим? Просто потратить время. К его чести нужно сказать, что он сопротивлялся практически до победного, но в последний момент все решилось очень просто — в Белозерск пожаловал его отец вместе с матерью, которые очень хотели его видеть.

В любой другой раз это наоборот стало бы лишним поводом, чтобы Нарышкину еще сильнее захотелось рвануть вместе со мной на задание, если бы не одно важное обстоятельство.

Жемчужников открыл ему небольшой секрет, что в свете последних событий, князь намерен подарить ему на день рождения куртку из змееткани и его ждет примерка. Испортить сюрприз, который приготовил для него отец, было бы неразумно. Даже у его брата Ивана не было такого доспеха. Видимо Николай Федорович не очень верил Лешкиным обещаниям больше не драться на дуэлях.

Ни разу не видел, чтобы лицо княжича так светилось от счастья. Мне кажется, он меньше радовался, когда начал встречаться с Дашковой, о которой мечтал весь первый год обучения. Поэтому я еще раз убедил его в том, что он мне там совершенно не нужен и сам поехал на базу «Теней», где меня уже ждали ребята.

В расположении наемного отряда царила суета. Всем не терпелось поскорее выехать на задание и ждали только меня.

— Где можно шастать? — нетерпеливо спросила острая на язык Серебро, как только я вышел из машины. — Пока приедете, рак на горе свистнет!

— Ничего страшного, нам торопиться некуда, — ответил я. — Без нас все равно ничего не начнется. Мне еще переодеться нужно.

Можно было, конечно, и на месте это сделать, но мне хотелось заранее. Дориан настоял. Да и у меня, честно говоря, было не очень хорошее предчувствие перед этой поездкой.

Ибрагим заразил меня своими опасениями, которые я поначалу считал напрасными. Но сейчас… Сейчас я скорее был готов с ним согласиться. По крайней мере, мою верную броню лучше надеть заранее.

Как и говорил Турок, ехать было сравнительно недолго. Немногим больше часа до Анненского Моста, а потом еще минут тридцать по старой заброшенной дороге, которой давно уже никто не пользовался.

Со слов заказчика, он был последним, кто остался в их роду, а у него не было средств, чтобы восстановить доставшееся ему в наследство поместье. Собственно говоря, именно наш визит и должен был решить его проблему и вытащить из финансовой ямы, в которой он оказался.

Кстати говоря, с ним мы должны были встретиться на месте. Клиент совершенно не удивился, когда Ибрагим ему сказал, что он знает куда ехать. Даже наоборот, как сказал мне призрак, клиент был рад той обстоятельности, с которой «Тени» подходят к этому делу, и заранее осмотрели место, где предстоит работать. Вот правда Турку показалось, что его голос был несколько напряженным.

К тому времени, как мы почти добрались до поместья, уже практически совсем стемнело, хотя часы показывали, что сейчас еще нет даже семи часов вечера. Что поделать, зима приближалась все ближе, поэтому каждый день становился короче.

Мы ехали на двух джипах. В одном из них ехали Болотников, Серебро и Кастанеда, а во втором я, Турок и Ткач с Громобоем.

Когда до места назначения оставалось около километра, мы вдруг увидели, что дорогу перегородили несколько поваленных деревьев, которые лежали прямо на асфальте. Даже не знаю, что могло вырвать эти огромные дубы из земли прямо вместе с корнями.

— В прошлый раз ты тоже отсюда шел пешком? — спросил я у Ибрагима.

— Нет… — задумчиво ответил он и посмотрел по сторонам. — В прошлый раз здесь не было никаких деревьев. Я подъехал к самому поместью. Там большие железные ворота с аистом на гербе…

— Интересное кино, — пробасил Громобой. — Не могли же они сами по себе вырваться из земли вместе с корнями? Что-то я не припомню, чтобы в последние дни продыху не было от ураганов.

— Федя, не мели ерунды, — скривился Виктор и нервно убрал черную длинную прядь за ухо. — Какой должен был быть ураган, чтобы вырвать такие деревья из земли? Думаю, просто кто-то очень хочет, чтобы до тех самых ворот с аистом мы топали пешком.

— Возможно, — согласился я, вглядываясь в тьму. Кольцо Ночного Зрения давало мне возможность видеть довольно неплохо, но ничего подозрительного я пока не увидел. — А, может быть, наоборот… Кто-то хочет, чтобы обратный путь занял у нас как можно больше времени. Если это и в самом деле не случайность, а чьи-то планы, то мы их в любом случае нарушим.

Я посмотрел на призраков, которые дружно уставились на меня и спросил у Громобоя:

— Федор, ты ведь можешь устроить пару небольших взрывов, чтобы освободить нам дорогу?

— Запросто, — ухмыльнулся он и погладил свою огромную всклокоченную бороду. — Если надо — могу и лесочек этот спалить.

— Лесочек пусть стоит, а вот деревья нужно убрать, — сказал я ему и поправил свои футляры с мечами. Это был первый раз, когда я поймал себя на мысли, что с двумя клинками мне уже как-то удобнее и спокойнее, чем с одним.

Хлопнула передняя пассажирская дверь и Громобой обошел внедорожник из которого уже выбрались Катя с Болотниковым, и теперь рассматривали деревья.

— А ну-ка разойдись! — услышал я громкий крик Федора. Затем все вокруг озарила яркая вспышка и в первое дерево полетел мощнейший Огненный шар, который сильным взрывом разорвал его на тысячи ярко-красных угольков, разлетевшихся в разные стороны.

— Браво! — услышал я восторженный крик Екатерины, который тут же потонул во втором взрыве.

— Ну вот, совсем другое дело, — сказал я и на всякий случай еще раз убедился, что броня по-прежнему на мне. — Теперь смотрите в оба, ребята. Посмотрим, что нам приготовило это поместье… С аистами на воротах…

Глава 11

Оставшееся расстояние до железных ворот мы преодолели без каких-либо проблем. Ни деревьев, ни огромных ям больше по пути к поместью нам не встретилось.

Внушительные железные ворота были закрыты, а на каждой створке имелся тот самый герб с аистом, о котором говорил Ибрагим. Справа от ворот находилась небольшая калитка и вот она-то как раз была распахнута настежь, приглашая нас войти. Самое интересное, что на ней тоже был небольшой, гордо поднявший длинный клюв вверх, аист.

Учитывая обстоятельства, закрытые ворота меня почему-то смущали. Маленькая открытая калитка напоминала узкое горлышко в бутылке, которое при желании можно легко закрыть, и мы окажемся в западне. Ну не то, чтобы в западне… Ворота всегда можно вышибить, но какое-то время на это все равно уйдет. Не лучше ли оставить их открытыми заранее?

— Ребята, надо сделать так, чтобы ворот здесь не было, — сказал я, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Это можно, — сказал Болотников и подошел поближе ко мне. Выглядел он сейчас весьма своеобразно. Лунный свет отражался от его абсолютно лысой головы и казалось, что она светится.

Он вскинул руки и провел две вертикальные линии. Кроме того, что в воздухе появился отчетливый кислый запах, больше не произошло ничего.

— Ну? — спросил у него Громобой. — Толк будет какой-нибудь или ты решил нам фокусы показывать?

— Отвали, сын варвара, — ответил ему Пиявка. — У меня тонкая магия, а не как у тебя, так что мне шуметь ни к чему. Но теперь ворота осталось только подтолкнуть. Думаю, с этим ты в состоянии справиться.

Федор лишь хмыкнул в ответ, а через мгновение от него пошла огненная волна, которая прошла сквозь ворота и исчезла. Они постояли несколько секунд, будто раздумывая что им следует делать, а затем медленно начали заваливаться, ускоряясь с каждым мгновением. Вскоре они с грохотом упали на асфальт, подняв с соседних деревьев тучу воронья.

— Дуболом… — фыркнул Болотников. — Единственное, что умеешь — это разносить к чертям все, что попадается тебе на глаза.

— Зато делаю это очень хорошо, — хохотнул здоровяк. — Вопросы к качеству работы хоть раз были?

— Пфф… — пренебрежительно усмехнулся Пиявка и пошел вперед.

Пока мы шли по дороге к самому дому, холодный осенний ветер трепал нашу одежду и пронизывал насквозь. Куртку я с собой не брал — она бы мне только мешала, а броня от холода не очень-то и спасала. Тем более, когда такой дубарь, что того и гляди снег пойдет. Зато призракам было все ни почем. Они шагали вперед как роботы, не обращая внимания на ветер.

— Миленькое местечко, — сказала Серебро, осматриваясь по сторонам. — Я такие люблю. Сразу видно, что не зря приехали и будет что-то интересненькое.

Похоже у нас с этой девушкой разное представление о хороших местах. Лично мне здесь было не по себе. Все вокруг было мрачным и тоскливым. Еще хуже, чем в тот раз, когда мы ездили в особняк Стрельцова. Да и само здание, которое постепенно вырисовывалось из темноты, выглядело постарше и было похоже на небольшой готический замок.

Не знаю, как пойдет дальше, но пока слова Турка полностью подтверждались, никакой темной энергии я не чувствовал. Это к тому, что Ибрагим говорил, что не нашел здесь никаких тварей, и я их тоже не видел.

Никаких посторонних звуков я не слышал. Шум деревьев, которые гнул ветер и наши шаги, вот и все звуки.

Вскоре мы увидели ярко-белый электроскутер, который стоял прямо посреди дороги и смотрелся на ней ярким пятном. Скутер был довольно большим. Трехколесный, он был рассчитан на двух человек и, судя по размеру аккумуляторной батареи, с большим запасом хода.

Рядом со скутером стоял невысокий сгорбленный человечек, который был закутан в пальто, а на голове у него была теплая кепка с опущенными ушами.

При виде нас он засуетился и подошел поближе. Точнее сказать подбежал. Его походка скорее напоминала очень странный бег, во время которого он быстро семенил своими маленькими шажочками.

— Ну наконец-то вы приехали! — радостно сказал незнакомец заискивающим голосом. При этом он все время покачивал головой как будто раскланивался.

Его глазки бегали с бешеной скоростью, перескакивая с одного призрака на другого и в конце концов его взгляд остановился на мне.

— Это ваша команда, Ибрагим? — спросил он. — Те самые «Тени», о которых так много говорят? В полном составе?

— Угу, те самые, — ответил Турок. — Но большая часть разговоров о нас — это нелепые сплетни и слухи.

— Все такие интересные и необычные, — сказал он, не переставая бегать глазками по призракам. — Что бы вы не говорили, думаю, большая часть слухов истинная правда, и я очень рад, что обратился за помощью именно к вам.

— Там на дороге мы видели поваленные деревья… — решил сменить тему разговора Турок.

— Да-да, — закивал он головой и показал рукой в сторону раскачивающихся высоких дубов, которые стояли неподалеку. — В последнее время здесь творится черт знает что! Какие-то природные аномалии. Насколько я понимаю, даже был ураган! Я сам чудом добрался сюда и объехал все эти деревья. Хорошо, что додумался взять электроскутер, а не машину, будто предчувствие какое-то было…

После этих слов он быстро посмотрел по сторонам и бросил взгляд в сторону своего скутера.

— Хотя в последнее время я на машине стараюсь и вовсе не ездить, возраст, зрение подводит… Кстати, а что это грохнуло несколько минут назад, вы не слышали?

— Это ваши ворота в поместье упали, — ответил Ибрагим. — Ветер подул, и они упали. Что-то он у вас здесь и правда шалит.

— Неужели? — вылупил на него глазенки незнакомец. — Надо же… Нужно будет их поправить…

Он вновь вернулся своим взглядом ко мне и спросил:

— Скажите, Ибрагим, а этот молодой человек… Дело настолько опасное… Он здесь в качестве кого?

— Вам не кажется, что вы суете нос не в свое дело? — немного повысил голос Турок. — По-моему вы говорили, что нужно попробовать оживить мертвеца…

— Конечно-конечно, — спохватился человечек и натянул свою кепку посильнее. — Пойдемте за мной, я вас провожу.

— Какой-то он суетливый, — сказал Дориан, пока мы шли следом за незнакомцем. — Будь с ним поосторожнее, мой мальчик. Здорово, что я заставил тебя пользоваться Лучом Смерти так же хорошо, как и активировать Светящийся Огонек.

— Не начинай, Мор, — мысленно ответил я ему и на всякий случай активировал Смертельную Тень.

Тем временем мы шли вдоль этого огромного дома, заходя все дальше на территорию.

— Вход в подземный родовой склеп расположен позади здания, — рассказывал незнакомец, семеня впереди нас своими мелкими шажочками. — Знаете, при других обстоятельствах я бы показал его вам. Уверяю, там очень интересно. Целый подземный комплекс.

Никто и ничего ему не сказал на это, поэтому он продолжил:

— Раньше усыпальница была рассчитана на двоих человек, но в конце позапрошлого века ее расширили, чтобы можно было разместить не меньше пяти. В тот год умерло слишком много моих родственников, — он обернулся и кисло усмехнулся. — Иногда родовые войны забирают так много жизней.

— А куда вы деваете родственников, которым не нашлось места в усыпальнице? Или в нее попадают по какому-то принципу? — спросил я

Интересно, что он скажет сейчас. На самом деле в глубине поместья, где начинали расти деревья, были еще мертвецы. Я отчетливо чувствовал некротическую энергию, которая исходила от них.

— Хороший вопрос, молодой человек, — ответил он и махнул рукой вдаль. — Все верно, в усыпальнице находятся не все мои сородичи. Большая часть лежит там, на родовом кладбище. Но нас интересует как раз один из тех, кто внутри.

Мы прошли еще немного и вдруг я почувствовал явные изменения. Мощный поток темной энергии поздоровался со мной приятным покалыванием в ладонях. Ну вот и наши неведомые твари, о которых говорил Ибрагиму этот парень. Вопрос только в том, что неизвестно откуда они вдруг здесь появились, ни с того, ни с сего. Ну ничего, я думаю, скоро мы узнаем ответы на все вопросы.

Вход в подземную гробницу находился как раз с обратной стороны здания. Массивная железная дверь с аистом на створках выглядела очень внушительно. Такую с виду и пушкой не прошибешь.

— Вы пойдете с нами? — спросил у него Ибрагим, как только мы остановились и стало понятно, что это и есть наш конечный пункт назначения.

— Нет-нет, я подожду вас здесь, — сказал он. — Спускаться туда это смертельно опасно. Я же говорил, там внутри твари… За это я, собственно, и плачу вам…

— Не могли бы вы немного отойти, — попросил его Ибрагим, после того как я два раза подряд сильно ткнул его кулаком в бок. — Нам нужно кое-что обсудить.

— Как угодно! Как будет угодно! — выставил ладони вперед незнакомец и отошел на несколько шагов в сторону.

— Я ведь правильно вас понял, вы именно этого хотели? — спросил у меня Турок, когда мы остались только в своей компании.

— Ты говорил, что не видел там никаких тварей, — сказал я. — Теперь они там есть. Не знаю сколько, но есть. Судя по количеству энергии, которую я чувствую, вариантов два — или их там много, или немного, но они очень сильны.

— Нас устраивают оба варианта! — громко поделился своим мнением Громобой.

— Закрой рот, варвар, — зашипел на него Болотников. — Чего ты орешь?

— Значит вам нечего делать внутри, пока не избавимся от того, кто там есть, — сказал Ибрагим и бросил взгляд на незнакомца. — Оставлять вас в компании этого типа у меня тоже особого желания нет.

— Не переживай, я составлю ему компанию, — сказал Ткач и щелкнул застежками, открывая свои футляры с мечами. — Надеюсь, вы справитесь внизу без меня?

— Хорошо, Ткач, охраняй Максима. Серебро, ты тоже останешься здесь, — распорядился Турок. — Если нам понадобится твоя помощь, кто-то из нас придет за тобой. Если что-то случится, то здесь от тебя пользы будет больше.

— Согласна с тобой, — кивнула Екатерина, чем вызвала общее удивление. Первый раз на моей памяти она не начала спорить и возмущаться.

— Значит так и поступим, — кивнул Ибрагим и махнул рукой типу в кепке. — Мы спускаемся.

Он засеменил в нашу сторону мелкими шажочками, попутно вытаскивая что-то из кармана пальто.

— Вот, держите, это ключи от входных дверей, — сказал он, звеня металлом.

— Это необязательно, — ответила Катя. Ей хватило всего нескольких секунд, чтобы внутри дверей что-то пару раз щелкнуло, ручка сама по себе ушла вниз и раздался еле слышный скрип. — Вот и все. Мы редко пользуемся ключами.

— Да? — удивленно спросил незнакомец, по-прежнему протягивая Турку ключи. — Надо же…

— Мы разделимся на две группы, — сказал ему Ибрагим. — Одна пойдет в гробницу, вторая останется с вами.

— Как вам будет угодно… — растерянно ответил клиент. — Значит я буду ожидать здесь вместе с вашими друзьями.

Турок внимательно посмотрел на меня, кивнул и пошел к двери. В этот момент я вытащил свои мечи и активировал их.

— Два? — спросил у меня Ткач и одобрительно кивнул. — Молодец. Мне тоже показалось, что ты уже готов.

Последним в гробницу вошел Кастанеда. Массивная дверь с грохотом закрылась за ним и с этого момента нам нужно было только лишь ждать их. Это при условии, что все будет идти по плану, так, как и говорил этот крысеныш в кепке. Вдруг наши опасения окажутся напрасными?

Ветер по-прежнему шумел деревьями и не собирался спадать, но теперь мне уже было не холодно. Скорее наоборот. Сердце билось как молот, я сжимал в руках мечи и смотрел по сторонам.

То, что происходит сейчас там внизу, меня интересовало чуть меньше, Громобой, Пиявка, Кастанеда и Ибрагим в состоянии ответить на любые угрозы, которые могут перед ними возникнуть.

Виктор стоял рядом со мной, а Серебро держалась поближе к нашему клиенту, который с каждой секундой начинал суетиться все сильнее. Он переминался с ноги на ногу, то смотрел на нас и улыбался, то вдруг хмурился и начинал вертеть головой по сторонам. В общем, вел он себя очень странно, что и говорить.

И вдруг где-то там внизу послышали сдавленные хлопки и хрипы. Такое ощущение, что это происходило прямо под нами.

— Ну вот и нашли наши ребятки ваших тварей! — весело сказал Ткач, глядя на нашего клиента. — Так что скоро ваши мечты сбудутся! Будете богатым человеком!

Вдруг Катя завертела головой по сторонам и закричала:

— Ткач, смотри за Максимом, я чувствую металл в стороне леса! Раньше его там не было!

В этот момент произошло сразу несколько вещей. В темноте начали появляться темные силуэты, а затем раздалось множество глухих хлопков, похожих на выстрелы.

Наш клиент рванул от нас в сторону и вдруг я почувствовал, что меня что-то резко укололо прямо в шею. Это было намного больнее, чем укус механической пчелы Черткова! Раз в сто!

Я почувствовал резкую потерю сил, хлопнулся на колени и в тот же миг увидел, как прямо из меня будто зеленой молнией прошелся заряд, который соединил меня и убегающего от нас незнакомца.

Спустя всего мгновение я почувствовал, как силы, которые секунду назад покинули меня, вновь вернулись ко мне мощным приливом. Вот только теперь как подкошенный свалился на землю наш клиент. Никаких признаков жизни он не подавал.

Ага! Похоже я впервые в своей жизни увидел как работает Смертельная Тень! Только что оно сохранило мне жизнь, забрав ее у того, кто был ко мне ближе всего и этим человеком оказался наш клиент.

Хах! Что-то подсказывает мне, что сегодня мы останемся без нашей обещанной награды. При условии, что вообще останемся…

Я повесил на себя новое Смертельное Касание и обернулся. Ну и кто там решил в нас пострелять?

Глава 12

Тем временем, Ткача рядом со мной уже не было и я увидел его мечи далеко впереди себя. Место Виктора заняла Екатерина, которая будто щитом загородила меня своим телом.

По движениям ее рук было явно понятно, что она чертит магические формулы своей тайной магии металла. Хлопков становилось все меньше, но пока они еще были. Вот сразу два характерных шлепка прилетели прямо в плечо Кати, и в этот момент я призвал Штормового Духа, в поддержку которого сразу заложил побольше энергии. Какое-то время я не смогу осуществлять над ним постоянный контроль.

— Серебро, не беспокойся за меня! — крикнул я, затем быстро начертил некросимвол, отрывающий врата, а следующим действием вошел внутрь.

Мир вокруг окрасился в черно-белые тона, а мое тело окутало волной холода. Пока еще прохлада была приятной и это было чертовски здорово — значит сил у меня еще хоть отбавляй.

В висках стучала кровь, а тело немного потряхивало… Вроде бы старался об этом не думать, но… Твою мать… Меня только что чуть не убили! Охренеть просто…

— Успокойся, мой мальчик, давай потом поговорим об этом, — строгим голосом сказал мне Дориан. — Для начала нужно закончить с этим делом. Пока еще партия продолжается.

Да, согласен с Мором, партия не просто продолжается, а находится в самом разгаре.

Я внимательно осмотрелся по сторонам, стараясь не пропускать ни одной детали. Все-таки я впервые нахожусь в некрослое сам и это… Зараза, это было так же здорово, как и страшно. Дух захватывало от одной только мысли, что сейчас я здесь сам, да еще и без своей сабли, которая могла бы меня выручить в случае опасности.

Опасно, черт побери! Рискованный шаг на самой грани! Вот только… Разве у меня есть сейчас какой-нибудь другой выход? Других нет, это единственный, так что все внимание на мелочах.

Блин, я же еще и новых некросимволов знаю целую дюжину! Эх… Вот только не знаю, что они делают… Проблемка…

Рассуждая о всех этих вещах, я понемногу двигался в ту сторону, откуда раздавались хлопки. Именно там было то, что меня интересует. С пару десятков ярко-красных пульсирующих точек, которые могут означать только одно — там живые люди, которые только что хотели забрать наши жизни.

Во время движения я все время смотрел по сторонам, но пока ничего опасного для себя не видел. Несколько лениво перекатывающихся жирных гусениц в шагах двадцати от меня и на этом пока все. Ага, нет не все… Вдруг в траве я увидел какое-то движение, а затем всего в одном шаге от моей ноги протянулся толстый стебель, увитый широкими листьями. Теми самыми листьями, которые все время двигались и выглядели как живые.

Еще один шаг и вот я уже далеко от опасного стебля. Помнится, Чертков как-то говорил, что у них нечто типа коллективного разума… Но я выясню это как-нибудь в другой раз, когда у меня хотя бы сабля будет. Сейчас у меня не было никакого желания интересоваться в курсе ли этот стебель, что не так давно я скормил половину проклятия его братишке? Ну или сестричке…

Тем временем, Штормовой Дух не давал скучать нашим врагам шараша их молниями направо и налево, и я заметил, что количество пульсирующих красных точек медленно, но верно уменьшается.

Хотя я думаю, к этому был причастен не только призванный мной монстр. Серебро и Ткач тоже играли в этом далеко на самую последнюю роль. Не зря же где-то там впереди Виктор плел своими мечами сложные смертельные узоры и все время раздавались отчаянные вопли, типа:

— Они бессмертные!

— Демоны!

— Спасайся, кто может!

Вот с последним как раз будут у ребят проблемы, спастись сегодня вряд ли у кого-то из них получится, хотя одного нужно оставить обязательно. Надо же выяснить у кого-нибудь из них, кто затеял всю эту игру? Было бы хорошо спросить об этом у нашего клиента, который с виду выглядел не очень крепким орешком, но он совершенно внезапно отправился в мир иной…

И вдруг я увидел его… Темный, высокий силуэт появился внезапно всего в тридцати шагах от меня. Он стоял совсем в противоположной стороне от тех людей, которые в нас стреляли. Надо же, как это я его сразу не заметил? Или, может быть, он только что телепортировался туда?

Что-то мне подсказывало, это не совсем обычный человек. Скорее всего Одаренный, и умеет он не только телепортироваться. Интуиция подсказывал мне, что именно он представляет наибольшую опасность.

Я двинулся в его сторону, но всего мгновение, и он оказался от меня в два раза дальше. Проклятье! Этот тип и в самом деле телепортируется! Причем уходит он в ту сторону, где по словам нашего бывшего клиента, располагалось их родовое кладбище. И зачем ему туда нужно, интересно знать?

Секунда и вот он от меня еще дальше… Ну что же, в эту игру можно играть и вдвоем. Магия у меня здесь не работает, зато с дарами демонов хаоса никаких проблем нет, так что телепортироваться и я умею.

Должен сказать, что хотя дар Дона-Нефрита и работал как нужно, у этого парня получалось явно лучше. Даже с учетом того, что я находился в некрослое и мои движения были намного стремительнее, чем обычно, он все равно уходил все дальше и дальше, пока наконец сам не остановился.

К тому моменту как я догнал его, усталость уже давала о себе знать. Прохлада этого измерения уже перестала казаться мне приятной, да и вообще, настроение стремительно портилось.

Как назло, я сегодня сунулся в некрослой совсем неподготовленным… Ни сабли, ни таблеточек, которые нужно принимать в самом крайнем случае… Эх, что за денек… Нужно поскорее заканчивать с этим, пока кто-нибудь не покончил со мной… Тот же некрослой сам по себе вполне мог запросто это сделать…

Родовое кладбище оказалось довольно большим. На первый взгляд здесь было штук тридцать крестов, не меньше. Я внимательно осмотрелся по сторонам в поисках какой-нибудь некротвари, которая могла бы обитать в таком месте, но не увидел ничего подозрительного. Судя по всему, здесь их не было. Наверное, потому, что и шариков силы здесь тоже не было. Некротварям здесь просто нечем было питаться.

Высокий незнакомец стоял перед мертвецами, вскинув верх руки и… Блин! Да он же некромант, и занимается тем же самым, что умею и я — поднимает из могил мертвецов!

В этот момент я услышал за своей спиной как громко лязгнули ворота и вскоре раздались крики моих друзей! Громче всех орал Громобой, понятное дело. Его разве что глухой не услышит.

Мертвецы тем временем выбирались из своих могил и замирали ожидая от него дальнейших указаний к действию. Незнакомец подошел к первому мертвецу, начертил в воздухе магическую формулу над ним… И мертвец превратился в какую-то тварь, похожую на гигантского, покрытого струпьями волка!

Глаза твари вспыхнули ярко-красным огнем, а зубы росли прямо на моих глазах, пока не превратились в длинные острые кинжалы. Волк зарычал и побежал в сторону призраков, а незнакомец перешел к следующему мертвецу.

Вот сукин сын! Он превращает мертвецов в демонических волков, зараза такая! Не то, чтобы они были какими-то супер мерзкими тварями, но гораздо опаснее обычных зомби!

Я сделал шаг… Еще один… И вот уже я вижу его пульсирующее сердце прямо перед собой… Почему-то на этот раз оно мне кажется каким-то огромным… Ярко-алым… Тук… Тук…

Что будет, если я дотронусь до него? Чертков говорил, что убить человека таким образом достаточно сложно. Слишком много сил для этого нужно и даже моему наставнику это пока не под силу, а что насчет меня?

По большому счету, я и не хотел сейчас убивать этого некроманта, а лишь сделать так, чтобы он не смог колдовать… Но все-таки… Что будет?

— Ты никак это не узнаешь пока не попробуешь, мой мальчик. Пришло время сделать этот шаг и получить ответ на свой вопрос, — мягко сказал Дориан.

— Но… Ты понимаешь…

— Рано или поздно у каждого наступает такая минута, Макс.

В этот момент незнакомец превратил третьего мертвеца в демонического волка, который с рычанием помчался к моим друзьям, и я решил, что, пожалуй, пришла пора дать о себе знать.

Я подошел еще ближе, протянул руку вперед и дотронулся до его сердца. Ощущения… Трудно было описать их, но они были скорее приятными… Легкое жжение, которое в тот же момент наполняло меня силой… Вот как… Получается, что это также делает меня сильнее, точно так, как и уничтожение проклятия и поглощение белых шаров света!

Незнакомец замер… Сделал несколько глубоких вдохов, как будто задыхался, а потом рухнул на колени. Несколько стоявших возле своих могил мертвецов тут же упали на землю. Видимо он потерял контроль над ними. Отлично! То, что мне и нужно было!

Он сделал еще один вдох и упал на четвереньки. Постоял так немного, затем поднял голову вверх и посмотрел по сторонам. Интересно, он чувствует мое присутствие или нет? Я думаю нет… Скорее просто не понимает, что сейчас вообще с ним произошло.

К этому времени хлопки за моей спиной давным-давно стихли. Ничего не взрывалось и не грохотало. Рычания демонических волков и криков, предупреждающих об опасности, я тоже не слышал. Это говорило о том, что скорее-всего все закончено. Те, кто напал на нас, жестоко пожалели о своем решении и если остался один человек, то вот он. Прямо передо мной.

Незнакомец сел на траву, затем помог себе руками подняться и встал на ноги. Он сделал несколько шагов, оперся рукой о большой каменный крест, который торчал из каменной плиты и посмотрел по сторонам.

— Максим! — услышал я знакомый голос Ибрагима. — Мой господин, где вы? Ответьте!

Меня потеряли, но судя по крикам, приближались как раз сюда. В нужную мне сторону. Самое главное, чтобы они по ошибке не прикончили этого парня. Горячие призрачные головы! Взбешенные моим отсутствием, могут и перестараться…

В этот момент незнакомец отдышался, встал ровно, прочитал заклинание и исчез… Точнее сказать, исчез для всех кроме меня. Его фигуру я и в самом деле не видел, но сердце по-прежнему пульсировало ярко-красным пятном, которое было совсем недалеко от меня.

Он медленно пошел от кладбища в сторону леса, а я направился вслед за ним. Судя по всему, этот парень применил заклинание невидимости и теперь надеялся свалить от моих ребят. Придумано неплохо. Даже очень неплохо. С кем-нибудь другим это запросто прошло бы, но только не с магом-некротиком.

Его шаги были медленными и тяжелыми, поэтому мне не составило особого труда нагнать его. Всего небольшое прикосновение и вот он громко застонал, а затем снова грохнулся на четвереньки. Еще один стон и он растянулся на траве… Лишь тяжелое дыхание давало мне знать, что он еще жив…

Честно говоря, даже несмотря на то, что я подпитался от него двумя своими прикосновениями, мне и самому было не очень хорошо. С каждой минутой мне становилось все холоднее и теперь от приятных ощущений остались одни воспоминания.

Нужно немедленно покидать это место, если я не хочу остаться здесь навсегда. Единственный человек, который сможет меня вытащить отсюда, это Чертков, а до моего наставника сейчас не меньше сотни километров.

Телепортация отнимала слишком много сил, которых у меня сейчас не было, поэтому до выхода из некрослоя я добирался пешком. При этом старался не делать лишних движений и выбирать максимально короткую траекторию.

Интересно, что скажет Чертков, когда я ему расскажу об этом? Пусть не со всеми деталями… Или лучше не стоит? Ладно, для начала нужно еще до «Китежа» доехать в целости и сохранности.

Когда я наконец добрался до выхода из некрослоя, то силы уже практически полностью покинули меня, и я буквально вывалился из прохода в наш мир.

Упав на землю, я сразу же почувствовал себя намного легче. Как будто мне вкололи какое-то целебное средство, которое придало мне сил. Мое сердце колотилось как молот, а дыхание было порывистым и тяжелым. Мне казалось, что я никогда не надышусь этим прекрасным воздухом.

Я сел на землю, вытащил из пояса эликсир, который правильно назывался «Вита Хиларит», но мы между собой называли его просто эликсир бодрости.

Дорогая штука, которая довольно быстро приводила в чувство, черпая дополнительные силы из организма. Вот только хватало ее всего на несколько часов, а потом приходил сильнейший откат, который просто валил с ног. Так что, перед тем как пить этот эликсир, желательно убедиться, что в скором времени получится отдохнуть.

Всего секунда и надо мной появился Светящийся Огонек, а еще через секунду я услышал радостный крик Ибрагима:

— Мой господин!

* * *

Белозерск.

Дом Кишкина.

В кабинете Захара Даниловича было темно хоть глаз выколи. Когда у него было плохое настроение, он не любил свет. Причем совсем. В таких случаях темнота успокаивала его, и он чувствовал себя более защищенным. Сегодня был как раз один из таких дней. Точнее сказать, сегодня был совсем хреновый день. Наверное, самый хреновый за последние несколько лет.

Свет он выключил еще в девять часов вечера, в десять закрыл наглухо шторы, чтобы и долбаные фонари с улицы светить перестали, а сейчас… Сейчас, когда часы показывали половину первого ночи, он был готов напустить в свою комнату еще больше кромешной тьмы, чтобы хоть немного успокоиться.

Вот только взять ее было негде и единственное, чем можно было пробовать спасаться — это бурбон. Хотя, по правде говоря, и он его не брал… Уходил как вода в сухую землю, но никакого облегчения не приносил.

Уже в сотый раз за сегодняшний вечер он проверил телефон — вдруг этот электронный гад отключился сам по себе? Но нет, с аппаратом было все в полном порядке. Не в порядке было с другим… Чернов не звонил и это была проблема…

Кишкина нельзя было назвать пессимистом, он всегда до последнего верил в успех… Но сегодня сердце подсказывало ему, что оптимизм ему не поможет. Дело труба. Если бы все было в порядке, Артем уже давно бы позвонил. Да и если бы что-то случилось, он тоже позвонил бы. Это молчание может означать только одно, скорее всего с Черновым что-то случилось.

Может быть мертв? Нет, это вряд ли. Этот некромант выбирался из таких историй, что оставалось лишь удивляться. Что такое эти «Тени» по сравнению с ним? Или как?

Он поставил стакан на стол и сжал виски, которые уже давно ломило от боли. Что за идиотский день… Как же много вопросов… В этот момент зазвонил телефон. Захар подпрыгнул от неожиданности и радостно схватил его. Наконец-то!

Но когда он увидел, кто звонит, его радость исчезла также мгновенно, как и появилась. Звонил его сюзерен, Горихвостов.

— Слушаю, ваше сиятельство.

— Захар, ты на часы смотрел, или нажрался там вместе с Черновым? Какого хера ты мне до сих пор не звонишь⁈

— Ваше сиятельство… Мне кажется у нас проблемы…

Глава 13

— Мой господин, вы в порядке? — встревоженно спросил Ибрагим, внимательно осматривая меня со всех сторон.

— Ну если я даже Светящийся Огонек могу поддерживать, то значит в полном порядке, — ответил я, в то время как Турок помогал мне встать на ноги.

— Жаль, что нам не удалось поймать никого из этих ублюдков… — огорченно сказал он, заботливо отряхивая прилипшую к моей броне траву. — Останься кто-нибудь из них в живых, было бы проще выяснить, кто все это устроил. Кто-то даже нашего клиента ухлопал… Вот он бы точно мог рассказать много чего интересного.

— По трупам тоже можно определить откуда эти ребята, — сказала Катя. — Если они из какого-то наемного отряда, то мы об этом узнаем. Причем сразу же после того, как информация об этом появится у полиции.

— Совсем ведь разные вещи, — сказал подошедший к нам Болотников. — Ну, допустим, узнаем мы, что это был за отряд, а дальше что? Главарь скажет, что их просто наняли, и они даже не знали кого убивать будут. Таких историй пруд пруди.

— Можно главаря с пристрастием допросить… Много чего интересного расскажет, — не сдавалась Серебро.

— Угу, расскажет, — хмыкнул Пиявка. — Если ему эту часть воспоминаний не блокировали.

— Ну ладно, хватит спорить. Горячие призрачные головы… — сказал я и потер шею в том месте, где почувствовал укол, перед тем как умер наш заказчик. — Есть один живой… Вон там, метрах в двадцати от кладбища я его оставил. Можете его забирать с собой.

— Максим, так чего ты раньше не сказал? Вдруг он уже удрал! — спохватилась Екатерина и побежала в ту сторону, куда я указал. Вслед за ней побежал и Болотников.

— Сильно в этом сомневаюсь… — сказал я и отпустил плечо Турка, проверяя могу ли я уверенно стоять на ногах. Оказалось, вполне себе могу и даже очень неплохо. — Иди за ними, Ибрагим… Только осторожнее, он Одаренный… Некромант…

Призрак убежал на поиски темного мага, а я решил осмотреться в поисках доказательства своей теории насчет сработавшего заклинания и причины, почему это случилось. В своей шее я никаких пуль нащупать не смог и даже дырок, через которые они в теории могли там оказаться, а значит…

Я опустил шар света немного пониже и увеличил его яркость. Вот она! Нашел! Пуля, как я и думал!

— Дориан, спасибо за то, что ты обучил меня этому заклинанию, — сказал я, внимательно рассматривая острый кусок свинца.

— Не стоит, мой мальчик. Ты же знаешь, что забота о твоем здоровье — это первое о чем я думаю, — ответил он. — Но все равно приятно. От такого невежы как ты трудно дождаться заслуженной благодарности.

— Да ладно, не начинай, — я бросил пулю в траву и отряхнул после нее руки. Не знаю почему, но в какой-то момент меня охватило чувство брезгливости. Даже не верится, что эта штука могла меня прикончить.

В этот момент я увидел яркую огненную вспышку, затем чей-то крик и все снова стихло. Нечего здесь стоять, нужно срочно выяснить что там произошло. Шаг… Второй… Третий… Отлично! Похоже я даже могу идти без всяких трудностей. Причем довольно бодро.

Через минуту я уже был возле того самого места, где оставил некроманта. Он лежал практически там же, лишь немногим дальше. Видимо смог пройти какое-то расстояние после нашей с ним последней встречи. Некромант лежал на спине, закрыв глаза и раскину руки в стороны.

— Надеюсь, вы его не прикончили? — спросил я и посмотрел на Ибрагима. — Это было бы совсем некстати.

— Громобой, тупица, чуть его не убил! — сверкнула глазами Серебро, глядя на удивленного Федора, который не понимал за что все на него ополчились. Ну или делал вид, что не понимает. Оба варианта вполне себе могли быть верными.

— Да ладно вам, — пробасил он и погладил бороду. — Живой ведь остался.

В этот момент Ибрагим расстегнул карман своей куртки и вытащил из него браслет, который переливался нежным бирюзовым цветом. Наклонился и защелкнул его на руке лежащего на земле некроманта.

— Что это за штука? — спросил я, потому что до этого не видел таких.

— Браслет Отмены, — ответил Турок. — Артефакт, который блокирует силы Одаренного и полностью лишает его магической энергии. Даже если он каким-то образом избавится от него, то какое-то время все равно не сможет использовать заклинания. До тех пор, пока не накопит достаточно энергии для этого. Очень полезная вещь, я им часто пользуюсь.

Ух ты какая интересная штуковина! Надо срочно заиметь себе точно такую же. Правда я пока не знаю для чего она мне нужна, но заиметь нужно обязательно. Такая может пригодиться в любой момент. Нужно будет поспрашивать насчет такого браслета у Лазаревой. Кстати, может быть, даже в воскресенье, чего откладывать?

— Ну что, валим отсюда? — спросил Ткач, глядя на некроманта. — Или там в гробнице есть что-нибудь интересное?

— Ничего нет, кроме пяти упырей, от которых мы оставили рожки и ножки, — сказал Ибрагим и пнул лежавшее на земле тело ногой. — Наверное, этот урод их оживил.

— Он, конечно же, кто кроме него? — пожала плечами Серебро. — Ну что, Громобой, бери его и тащи в машину.

— А чего я? — огорчился Федор. — Нет, мне, конечно, по-барабану, но дело принципа.

— Ну ты же его вырубил, — сказал Турок и хлопнул его плечу. — Так что давай, не вредничай.

— Эх, и то верно… Иди-ка сюда, родной… Оп! — легко, будто пушинку, Громобой одним махом закинул некроманта на плечо и потопал к машинам, что-то бормоча себе под нос.

Удивительно, но ветер к этому времени стих. Причем совсем. Ни один листочек на ветках не колыхался.

— Кстати, кто-нибудь увидел, кто грохнул нашего друга в кепке? — спросила Катя, которая шагала рядом со мной. — Ткач, ты не заметил?

— Черт его знает, — ответил ей Виктор. — Дырок на нем вроде бы нет… Может быть, тоже этот некромант? Придет в чувство — спросим.

Я шел молча, вспоминая тот самый момент, который я запомню на всю жизнь. Думаю, в моей жизни он не последний, но этот я точно никогда не забуду. Кстати, нужно попробовать постоянно Смертельную Тень на себе поддерживать, как Чертков меня со Светящимся Огоньком учит.

Ну а почему бы и нет? Энергии она немного в качестве поддержки требует, а эффект более чем полезный. Да, с завтрашнего и начну. Сразу после тренировок со стариком.

Последним шел Кастанеда, который демонстративно покинул поместье через уцелевшую калитку, аккуратно закрыв ее за собой со словами:

— Адьес, амиги! Заходите еще!

* * *

— Будете ругаться? — спросил я у Черткова, который вот уже минут пять молча хмурил брови, после того как я ему сказал, что был вынужден войти в некрослой. Без лишних подробностей, но все-таки. Я решил, что он должен знать о таких вещах.

— Тебя ругать, что мертвому припарки ставить, — прохрипел он и глубоко вздохнул, сильно присвистнув. — Да и не за что тебя ругать. Все правильно сделал, Темников. И на будущее, запомни — для тебя не должно быть такого понятия как правильно или нет. Вообще забудь об этом. Если у тебя только возникнет мысль о том, что ты в опасности, значит все, что ты сделаешь для того, чтобы ее избежать, это правильно. Ясно? Для тебя это должно быть также естественно, как пить воду.

— Какой дельный совет, мой мальчик, — тут же нашелся Дориан.

— Спасибо, Александр Григорьевич, — облегченно вздохнул я.

— Не за что, — ответил он и посмотрел вверх. — Почему опять какой-то чайник вместо нормального шара?

Блин, отвлекся на секунду… Как же сложно все время помнить об этом долбаном огоньке… Ну, по крайней мере, он у меня уже не тухнет регулярно.

— Вот, совсем другое дело, — кивнул он и показал на лежавшую на столе папку. — Некросимволы выучил?

— Начерчу любой какой скажете, — уверенно ответил я и это именно так и было. — Называйте номер.

Я вызубрил их до такой степени, что мог начертить любой просто по номеру. Кстати, учить некросимволы по номерам оказалось гораздо сложнее, чем, когда тебе известно назначение каждого из них. Поначалу я и сам думал, что мне так только кажется, но нет. Новые формулы других заклинаний, которые мы проходили в школе, давались мне гораздо легче.

— Не нужно, я тебе верю. Теперь просто слушай, запоминай и если нужно — записывай, — прохрипел он и кряхтя поерзал на своем стуле.

— Я запомню, записывать не обязательно, — ответил я и поймал себя на мысли, что это так и было.

За последнее время моя память стала намного лучше. Даже долбаная история теперь мне давалась гораздо легче. Я мог с легкостью называть даты, которые раньше неизвестным образом вылетали из моей головы сразу же после того, как я закрывал учебник.

— Да, Бобоедов тебя хвалил, — кивнул Чертков и его скрутило в приступе кашля на долгую минуту. — Ох… Ахрр… Хх… Но нужно еще быстрее, Темников. У меня каждый день жизни за пять считается… В лучшем случае… Ясно тебе?

— Не совсем, — ответил я.

— Ну и ладно… На чем мы с тобой остановились? А-а, ну да, точно. Сколько ты выучил некросимволов?

— Двенадцать.

— Это называется первая дюжина. Самая простая, но самая важная. В каждой дюжине их тринадцать.

— Так двенадцать же, Александр Григорьевич…

— У нас с тобой необычные дюжины, Темников, и в наших их ровно тринадцать. Один ты уже знаешь, если можешь входить в некрослой самостоятельно, — сказал наставник.

А-а, ну да, точно. Он имеет в виду некросимвол входа. Тогда да, все правильно получается — тринадцать.

— Теперь не мешай и слушай. Первая дюжина самая важная. Не сможешь чертить эти символы так же просто и быстро, как активировать Светящийся Огонек, можешь считать себя трупом, — сказал он и поправил ногу. Щелк. Клац. — Ох… Сначала я тебе перечислю их названия, а потом уже расскажу какой и что делает. После того как все усвоишь, перейдем к практике.

Угу, понятно. Может быть, лучше записать на всякий случай? Хмм… Нет, не нужно, обойдемся без костылей. Должен же я постоянно тренировать свою память, как говорит Горох?

— Итак… — продолжал тем временем Чертков, пока я закрыл глаза и приготовился слушать. — Первый…

Старик один за другим перечислил мне некросимволы из первой дюжины, которые я мысленно попытался увязать с цифрами, отпечатавшимися у меня в голове.

Не могу сказать, что это была крайне сложная задача, но было нелегко. Александру Григорьевичу пришлось повторить мне несколько раз, прежде чем мне удалось навсегда запомнить эту информацию.

Затем мы перешли к более интересным вещам — что делает каждый из разученных мной некросимволов. Это было намного веселее. Особенно, когда мы с ним закончили, и я понял, что начиная с сегодняшнего дня сабля будет не единственным оружием, которым я могу защитить себя в некрослое.

Да и вообще, оказывается там внутри много всего интересного можно делать и мне просто не терпелось поскорее все испробовать. Когда Чертков сообщил, что практикой будем заниматься в следующий раз, я даже расстроился.

Впервые за все время моего обучения мне не хотелось, чтобы урок заканчивался прямо сейчас. Даже несмотря на то, что пока мы с ним общались, оказывается, незаметно пролетел почти весь день и через несколько часов пора будет ужинать.

— Нельзя сразу так сильно нагружать мозги, Максим, — сказал он, перед тем как мы с ним окончательно распрощались на сегодня. — Даже несмотря на то, что тебя хвалит Бобоедов, все имеет свой ресурс. Мозг в этом плане не исключение, даже наоборот — его-то сломать очень просто. При большом желании.

— Хорошо бы научиться, — усмехнулся я.

— Если будешь стараться, то Кузьма Семенович тебя и так научит, — прохрипел старик. — Он любит работать со способными учениками. Некоторым даже особые подарки делает из собственного арсенала.

— Угу, я знаю. Он мне Барьер подарил собственного изобретения.

— Да, — кивнул наставник. — Мне это известно. Я сам его об этом попросил. Кузьма хоть и упертый, но в этом случае сделал такое исключение.

Вот гад Горох! Он же сказал, что решил меня так наградить за мои личные успехи!

— Но Барьер — это детский лепет по сравнению с тем, чему он может еще научить, — продолжил тем временем Чертков. — Вот только тут уж мои просьбы бесполезны. Здесь тебе самому стараться нужно.

— Александр Григорьевич, получается, что ментальные заклинания в некрослое работают? Вы же меня заставляете с Горох… точнее с Бобоедовым заниматься не только для того, чтобы я лучше соображал?

— Работают. Потому что ментальная магия — это несколько иное по сравнению с привычным тебе понятием Дар, — ответил он. — Если так разобраться, то чтобы стать сильным менталистом тебе особый Дар и не нужен. Просто требуется много работать и использовать свой мозг на полную катушку. Вот и весь Дар.

— А вы сильный менталист?

— Не слабый по общим меркам, — хмыкнул он. — Могу за себя постоять, если потребуется.

— Тогда почему он со мной занимается, а не вы? Разве так не лучше было бы? Знаете, что я учил, а что нет… На что способен…

— Он с тобой занимается потому что я просто хорош, а он — магистр. Кроме него в Империи таких не больше десятка, понятно тебе? Ну а на что ты способен я и так знаю… Все, что мне нужно про тебя знать, он мне сообщает. Так что, за это не переживай и лучше думай о некросимволах и о том, что в следующий раз придется их на практике применять.

— Так я всегда готов! — отозвался я. — Хоть каждый по пять раз попробую!

— По пять раз не получится, Темников, — улыбнулся Чертков. — Активация некросимвола внутри некрослоя очень много сил отнимает. Это тебе не Светящийся Огонек активировать. Так что, перед тем как его применять, хорошенько подумать нужно. Пока, во всяком случае.

Он оперся на трость, с трудом поднялся со стула и вытащил мне ключи от комнаты.

— Держи, Максим. Теперь сам будешь открывать эту комнату и закрывать, — сказал он. — Ну и вообще, пользуйся если нужно. Здесь ведь не только стены железные, она еще и магическим экраном защищена.

— Да? Что-то я не заметил…

— И не должен был. Хоть ты и гений, но все-таки еще не архимаг, верно?

— Угу, а зачем мне ею пользоваться?

— Ну мало ли… Туда-сюда у вас демонология начнется и всякое прочее… Отсюда они не убегут, если что. Можно для практических занятий использовать.

— Так демонов запрещено же вызывать? — спросил я, разглядывая массивный ключ.

— Во-первых, вызывать можно не только демонов, а во-вторых, я тебе это просто как пример привел, — ответил наставник и посмотрел вверх. — Кстати, можешь выключать свой чайник. На сегодня хватит.

— А-а, как пример… Понятно… — сказал я и деактивировал Светящийся Огонек.

Щелк. Клац. Щелк. Клац. Щелк. Клац.

Шаги Черткова удалялись от комнаты, а я тем временем собирал бумаги в папку, раздумывая над его словами. Конкретно над теми, когда он говорил, что мне нужно усиленно с Бобоедовым заниматься, да и с ним… Похоже совсем он себя плохо чувствует. Прямо на глазах тает.

Какие у меня варианты? Неужели вообще без свободного времени остаться? Не хотелось бы. Даже очень не хотелось бы. В таком случае, что остается? Тенедом… Вот, пожалуй, единственный верный вариант. Уходить туда и заниматься. Там время идет намного медленнее, так что…

Пришло время поговорить с Лакримозой и обрадовать ее тем, что я теперь часто заскакивать буду. Самое главное, себе комнату оборудовать как нужно и сделать так, чтобы меня никто не трогал. Ну или приходить в Тенедом только когда там ночь. Тихо, спокойно, речка за окном… Что может быть лучше для учебы? Тем более, что по ночам я и соображаю намного лучше.

Все, решено! Завтра же нужно смотаться в Тенедом и сообщить эту новость Лакримозе и Хорнборну. Тем более, что это не единственный повод для разговора. Есть у меня еще кое-какая задумка…

Так, со своими мыслями, я вышел из главного корпуса и набрал Нарышкина. По идее за день дядя Игнат уже узнал, что за ребята нам вчера устроили веселое представление, на котором меня чуть не прикончили.

— Слушаю, Макс.

— Леха, выходи во двор поболтаем. У меня занятия уже закончились.

— Так нельзя же в школьный двор, сказали до утра в комнатах сидеть, — ответил он.

— С чего это вдруг?

— Ты что, не знаешь ничего? — удивленно спросил он, заставив меня остановиться. — Сидишь там в своем подвале с Чертковым и в ус не дуешь! В Белозерске днем мертвого препода нашли, прикинь! Помнишь того длинного белобрысого, который у стихийников магией воздуха занимался?

— Пугало, что ли? — спросил я, вспомнив преподавателя с копной вечно взъерошенных светлых волос.

— Угу, вот его и нашли. Я дяде Игнату звонил, но он сказал, что позже перезвонит и расскажет, что там и как. Вот сижу и жду.

— Ладно, понял. Как будет информация — набери.

Я отключил телефон, сунул его в карман и потопал в общагу. Только сейчас заметил, что в школьном парке нет ни одного ученика. Слышно было лишь как где-то недалеко топает Борис.

Да… Новости, конечно, офигеть… Чувствую, что пропала наша завтрашняя встреча с Лазаревой… Ну и выходные у меня, просто жесть… Как-то все с пятницы не заладилось…

Глава 14

В субботу Жемчужников так и не позвонил, зато в воскресенье внезапно нагрянул сам. Причем прямо с утра, практически вместе с полицейскими. Встретил нас с Лешкой в школьном парке сразу после завтрака.

Вообще-то, запрет покидать общагу еще никто не отменил, но как сказал дядя Игнат, ему разрешили встретиться с нами при условии личного сопровождения.

Под завистливые взгляды учеников, которые топали из столовой сразу в жилой блок, мы шли по дорожке в сторону озера и нашей любимой беседки, которая сейчас точно не была занята.

Недалеко от нас шагал Борис, сопровождая свои передвижения неизменным:

— Барррымм… Бром… Бим… Борис… Бам-барарам…

— Веселый парень, — похвалил его Игнат, которому он сразу очень понравился. — Кто бы мог подумать, что старая артефактная мастерская это Борис. Когда я учился, мы туда лазили только чтобы найти какую-нибудь интересную штуку. Или даже магический кристалл, если повезет. Правда так ничего хорошего и не нашли. Так… Гайки, болты и всякое барахло.

Стальной гигант провел нас до самого озера, а когда мы заняли беседку, то он тоже разместился неподалеку, усевшись прямо на землю возле берега.

Помнится мне, раньше утки переплывали на противоположную сторону берега, если конструкт подходил к озеру, а сейчас нет. Бродят вокруг него, как будто он часть окружающего ландшафта. Хотя каждый раз, когда он делает свое «Буррурум», утки все-таки еще замирали в тревожном ожидании.

Дядя Игнат начал разговор с недавних событий в поместье с аистами. Это дело было поважнее, чем вчерашняя печальная история с Пугалом. Он рассказывал про то, что им удалось узнать от некроманта, а мы с Лешкой внимательно его слушали.

Оказалось, что нашего пленника звали Артем Чернов. Бастард, который работал в отряде наемников «Железный корпус». Мы с Нарышкиным в этих делах не очень хорошо разбирались — все-таки это больше компетенция Жемчужникова и Ибрагима, но со слов дяди Игната, отряд довольно серьезный. Покруче «Спартанцев» будет.

Ну а еще от пленника узнали и кое-что поинтереснее. Делалось это все с подачи Кишкина и князя Горихвостова. Мне-то эти фамилии ничего не говорили, но это только мне. Княжич с Жемчужниковым Горихвостова знали очень хорошо.

Оказывается, это давние конкуренты рода Нарышкиных, которые все время вставляли палки в колеса, если для этого возникал подходящий случай. Ясное дело, что Лешкин отец отвечал им тем же. Правда до этого момента Горихвостовы не решались на такие вот шаги, но создание «Теней» переполнило их чашу терпения.

— Так что, ребятки, с сегодняшнего дня мы вступаем в открытую войну, — подвел итог своему рассказу Жемчужников. — Окончательный план действий мы выработаем в ближайшие пару дней, поэтому пока попрошу вас никуда не дергаться и территорию «Китежа» не покидать. Береженого Бог бережет, так что лучше перестраховаться. Немного времени у нас точно есть, пока люди Кишкина рыщут по городу в поисках Чернова и пытаются понять куда он пропал.

— Хорошо, что этот некромант разговорчивый оказался, — пробурчал Лешка. — Хотя бы знаем откуда ветер дует.

— Ну как разговорчивый… — прошипел дядя Игнат. — Не думаю, что он нам много чего рассказал бы по собственному желанию, но Эликсир Правды такая штука… Хочешь не хочешь, а на вопросы отвечаешь… Вот только пока не знаем, что с ним делать. Князь пока думает, как лучше его в этой истории использовать.

Он замолчал ненадолго, а мы обдумывали услышанное от Жемчужникова под звуковое сопровождение Бориса, который что-то рассказывал уткам.

Что касается меня, то я пока особых переживаний насчет этого самого Горихвостова не испытывал. Я даже пока не знаю, что этот род из себя представляет, и какая угроза от них может исходить. Так что, зачем заранее переживать?

Больше меня беспокоила вчерашняя информация про убийство нашего преподавателя и то, что Корвин вчера вечером чуть стекло не выбил, пока я его в комнату не запустил.

— Теперь по поводу вашего учителя… — будто прочитав мои мысли сказал дядя Игнат. — История в точности повторяет прошлый случай, за исключением того, что нашли его в другом месте. В остальном же… Какой-то ублюдок выпил из него душу.

— Ох ты, блин… — пробормотал Нарышкин.

Не могу сказать, что я был сильно удивлен. Чего-то подобного я и ожидал. Тем более, после вчерашней реакции моего ворона, который всю ночь просидел в углу комнаты тише воды, ниже травы. Но все равно было неприятно это услышать. Выходит, мои опасения пока оправдываются.

После прошлого убийства ворон прилетел ко мне точно в таком же состоянии. Правда тогда он еще притащил за собой тот странный темный силуэт и это было единственное различие. В остальном же все сходится, а это значит, что моей птице угрожает опасность. Теперь это вполне очевидно.

Причем, судя по прошлому разу, тот, кто охотится за ним, запросто может проникать на территорию школы, и наша охрана ему не помеха. Вопрос в другом — кто он, этот таинственный темный силуэт и что ему нужно от Корвина?

Эх… Жаль, что ворон не умеет разговаривать. Мне кажется, что это слишком сложная загадка для меня и он единственный, кто сможет дать ответ на нее.

— Дядя Игнат, вы думаете в Белозерске завелся какой-то душелов, который охотится на Одаренных? — спросил у барона Нарышкин.

— Так думаю не только я, Алексей, — ответил ему Жемчужников. — Теперь такого же мнения придерживается и полиция. Не скрою, в прошлый раз я тоже думал, что убийство ученика может быть связано с какими угодно обстоятельствами, о которых полицейским не узнать. В конце концов, каждый род имеет свои тайны… Сейчас я думаю немного иначе.

— Бурурум… Брум… Бум-бум… — перебил его Борис и поднес к своему железному лицу, утку, осмелившуюся залезть ему на руку. Теперь она возмущенно крякала, а конструкт внимательно рассматривал ее со всех сторон.

— Все-таки он забавный, — усмехнулся дядя Игнат.

— А что сейчас думаете? — спросил я. — Ну, насчет этого самого душелова. Зачем это ему?

— Вот этого, Максим, я точно не узнаю, пока его не поймают, — ответил барон. — Пока мне ясно только одно — это дело рук сильного некроманта. Для того, чтобы душу у человека забрать, особое мастерство требуется. Если бы кто-то попроще работал, то скорее всего артефакт для этого использовал бы какой-нибудь. Кинжал или еще что-то такое, а этот без оружия обходится. Никаких следов повреждений на жертвах не находят.

Он встал с лавочки и потянулся, хрустнув суставами.

— Ладно, парни, пойдемте я вас в общежитие отведу. Мне разрешили вас на полчаса забрать, а мы уже не меньше часа прогуливаемся, — сказал дядя Игнат и вышел из беседки. — Я думаю, вам двоим об этом душелове беспокоиться не стоит. В Белозерске вы нечасто бываете, а если и наведываетесь, так компанией, как правило.

Мы вышли вслед за ним и пошли в сторону общаги. Барон вдруг остановился и внимательно посмотрел на нас:

— Но это не значит, что не нужно по сторонам смотреть, ясно? — строго сказал он.

— Ясно, — в один голос ответили мы и услышали за своими спинами гудение и металлический звон.

Это конструкт поднимался с земли, решив составить нам компанию.

— Бурурум… Борис… Общага… Бим-бом…

* * *

На этот раз полицейские учеников не трогали и практически все время провели в основном корпусе. Видимо опрашивали преподавателей и всякое такое. Все правильно, что мы могли им рассказать интересного про учителя? Ну а если кто-то из учеников и мог чем-то помочь полиции, то и сам мог пойти и рассказать об этом. Во всяком случае, именно об этом нас дважды попросил Орлов по громкой связи.

Учитывая обстоятельства, это был отличный момент, чтобы провести воскресенье с пользой и смотаться в Тенедом. Что я и сделал сразу же после обеда. Пообещал Корвину, что скоро буду и отправился в гости к ведьме и гному, по которым уже порядком соскучился.

Скажу честно, в тот момент, когда я чертил узор телепортации в Тенедом, то немного опасался насчет картины, которую могу там сейчас увидеть. Довольно много времени прошло с тех пор, когда я был там в последний раз.

Учитывая, сколько всего успели понастроить жители Лаламура и Бабаша к прошлому моему визиту, в этот раз передо мной мог раскинуться целый город. Но оказалось, что я зря опасался.

С момента моего прошлого визита практически ничего не изменилось. Новых строений не появилось, даже наоборот. Домов стало намного меньше и все они приобрели более-менее ухоженный вид. Теперь это все было больше похоже на небольшой уютный городок, а не на варварский лагерь, который соорудили на скорую руку.

Были и другие изменения, которые нам с Дорианом пришлись по вкусу. Территорию вокруг дома облагородили и теперь там росли всякие цветы, которых я раньше никогда не видел.

Наверное, это подарок от иномирцев, который они притащили Лакримозе. Учитывая любовь ведьмы ко всякого рода растениям, это было вполне объяснимо. Тем более, что ей нравилось ухаживать за ними не только из-за профессионального интереса. Все-таки она была девчонкой, а они любят возиться со всякими цветочками.

Возле входа в дом теперь стояла пара охранников. Один в высокой шапке от Лаламура и скелет с кривым мечом от Бабаша. Неужели Тахос Проклятый и Танутамон смогли найти общий язык между собой и все-таки пришли к какому-то согласию не устраивать противостояние хотя бы здесь?

Если так, это было бы просто прекрасно. По крайней мере, для моих дальнейших планов насчет этого места. Я уж думал придется принимать какие-то жесткие меры.

— Слушай, Дориан, мне кажется, или вход в наш дом еще больше расширили? — спросил я у Мора, пока стражники нашего дома удивленно смотрели на меня.

— Угу, на треть так точно, — подтвердил Мор. — Я боюсь, что скоро Хорнборну придется строить отдельную башню рядом с домом, в которой он мог бы помещаться. Макс, надо срочно что-то делать с этой историей. Того и гляди он догонит Бориса.

— Может быть, кто-то позвонит в колокольчик или вам для этого нужно особое указание? — спросил я у стражников и к моему удивлению скелет оказался более проворным, дернув за шнурок звонка первым.

— Какого черта? Я же сказал, что запрещено звонить в этот долбаный звонок в неурочное время! — раздался из-за двери возмущенный рев нашего гнома и только после этого я увидел на двери табличку, которую сразу почему-то не заметил.

Время приема:

Понедельник — четверг: 11:00 — 14:00.

Обед: 12:00 — 13:00.

Пятница — воскресенье: Выходные.

— Я смотрю вы тут не сильно перерабатываете? — спросил я у Хорнборна, когда он рывком открыл дверь, чуть не сорвав ее с петель.

Мрачное лицо гнома озарила радостная улыбка:

— Макс-Дориан приехал! — заревел он от радости, тут же сграбастав меня в объятия.

Мои кости затрещали как сухие ветки… Охренеть… С ним и правда нужно что-то делать, иначе в следующий раз он меня просто сломает к чертям!

— Сладенький мой! — всплеснула руками Лакримоза, выбежавшая в холл на крики гнома. Ведьма тоже подбежала к нам и впилась поцелуем прямо мне в губы.

— Бормот! Бормот! Бормот! — радостно скакал вокруг нас Бормотун, присоединяясь к общему веселью.

— Фух… Ну и силища… — сказал я, когда Хорнборн наконец перестал хрустеть моими костями. — Раздавишь как-нибудь, тогда встречать некого будет…

— Прости, Макс-Дориан, — шмыгнул носом гном и хлопнул меня по спине с такой силой, что я аж присел. Ну тип! — Так рад тебя видеть!

— Ты где пропадал так долго, милый мой? — улыбалась Лакримоза, глядя на мое лицо. — Гляди-ка, ты еще немного подрос! Скоро станешь совсем красавцем!

— Мне кажется, или вы как раз обедали? — спросил я, демонстративно принюхиваясь. Вообще-то, я недавно поел, но когда пахнет свежеприготовленной бужениной… Почему бы не подкрепиться еще раз?

— Как раз заканчиваем, но там еще много осталось, — проходи, сладенький мой, ворковала ведьма, ведя меня под руку в столовую.

Кстати говоря, она вновь сменила джинсы с кроссовками на короткую юбку-разлетайку, которая толком ничего не прикрывала. Ну и топик, едва прикрывающий груди, тоже вернулся на свое место.

— Ты так на меня внимательно смотришь, как будто и правда по мне соскучился, сладенький мой, — сказала она, накладывая мне на тарелку мясо.

— Кхм… Да, есть немного… — что-то я охрип немного. Наверное, здесь воздух другой, привыкать нужно. Давно не был просто. — Я смотрю у вас здесь много изменений…

— Еще бы! — сказала она и подмигнула мне. — Как видишь, у нас теперь полный порядок. Даже на арене вместо боев теперь устраивают еженедельные представления с песнями и плясками.

— Надо же, правда удивительно, — я вооружился приборами и принялся за истекающий соком ароматный кусок мяса. — Я смотрю у вас теперь так спокойно, что ты даже решетки с окон сняла. Представляю сколько пришлось потрудиться Хорнборну, чтобы навести здесь порядок.

— Наш гномик как раз здесь ни при чем, — скривилась Лакримоза. — Он до сих пор даже звонок не может переделать, лентяй… Просто сюда как-то наведались Тахос с Танутамоном на какие-то очередные праздничные разборки, и я сказала, что если они не наведут здесь порядок, то спалю все в чертям собачьим.

— Что-то сомневаюсь, что было так легко донести до них эту мысль… — сказал я и сунул в рот кусок мяса.

— Ты прав, сахарок, пришлось для этого использовать оборотный эликсир, чтобы превратиться в белую драконессу… — улыбнулась ведьма. — Драгоценного эликсира у меня больше нет, но зато это было эффектно.

— Угу, — кивнул довольный Хорнборн. — Если бы ты видел сколько шуму было! Просто с ума сойти!

— Да, орали все кому не лень, — подтвердила Лакримоза. — Даже скелеты разбежались от страха. Зато теперь, как видишь, живем новой жизнью. Никто никого не беспокоит без надобности и все вошло в нормальное русло. Я даже могу спокойно своими эликсирами заниматься, не беспокоясь о том, что к нам в дом кто-нибудь вломится.

— По хозяйству мне помогают, — кивнул гном. — Оказывается, они очень смышленые ребята, очень быстро всему учатся. У нас теперь еще кроме кур и поросят, свиногуси живут. Между прочим, буженина из них приготовлена.

Ох! Я после этих слов даже жевать перестал. Как много информации в этом мире, без которой можно запросто обходиться. Типа такой, которую я только что узнал.

— Надо будет на них посмотреть, потом… После обеда, — сказал я, с любопытством разглядывая кусок мяса, который с виду не выглядел подозрительно. Да и по вкусу это было лучше обычной свинины. — Пока вроде бы ничего, немного необычно.

— Ничего? Ха! Да эти свиногуси просто отличные животные! — радостно воскликнул Хорнборн. — Если мы когда-нибудь в наш мир вернемся, то я обязательно займусь их разведением! По размеру больше обычных свиней почти в два раза, а растут быстрее в трижды! Кроме этого, еще сами по себе на пастбище летают, да еще жрут все подряд! Представляешь, Макс-Дориан?

— Ну так, не очень… Будет интересно на них взглянуть… — пока я как-то смутно себе представлял этих животных. Даже любопытно стало как они выглядят — как свиньи с крыльями или, скорее, как гуси с пятаками.

Я съел еще один кусок свиногуся, отодвинул тарелку и налил себе чашку чая.

— Лакри, у меня для тебя хорошие новости. Я нашел тебе помощника, — сказал я, накладывая себе в блюдце варенье.

— Ну наконец-то! Спасибо тебе, дорогой! — сказала она, сложила губы бантиком и послала мне воздушный поцелуй. — Хоть немного отдохну от этих бесконечных эликсиров. Между прочим, это очень кстати, сладенький мой. Ты видел во дворе огромный цветник?

— Угу, — кивнул я, наслаждаясь божественным вкусом земляничного варенья, в который ведьма добавляла мяту и базилик. — Очень красиво.

— Это бы ладно, — махнула она рукой. — Красота не самое главное, а вот новые эффекты, которые они дают — совсем другое дело. Благодаря одной новой травке я сделала эликсир лечения, который почти в два раза сильнее обычного.

— Да ладно? — не сдержался я, мигом представив себе возможности, которые откроются, если у нас появятся новые сверхэффективные компоненты.

— Не сомневайся, — сказала она мягко опустив ресницы. — И это не единственный новый эликсир, который у меня получился. Но это еще не все… Тахос Проклятый обещал построить для меня оранжерею, в обмен на небольшую скидку на следующую партию эликсиров.

— Я смотрю ты очень неплохо ведешь дела, — похвалил я ее.

— Ага, — кивнула ведьма. — А Танутамон получит такую же скидку, когда обеспечит меня травами и цветами, список которых я дала этому назойливому жуку Шапуру. Так что скоро у нас здесь появится небольшое производство. Жаль только, что слишком много времени уходит на всякую ерунду вроде эликсиров от кашля, слабительных и прочего. Мороки много, а толка…

— Вот о чем-то таком я и хотел с тобой поговорить, — сказал я, облизал ложку с вареньем и отодвинул пустое блюдце. — У этих иномирцев есть много заклинаний, которые я бы хотел узнать.

— Ты хочешь, чтобы я своими женскими чарами заставила Тахоса и Танутамона выдать их мне? — проворковала она.

— Не совсем. В этом случае я не буду знать всего, что должен, — ответил я. — Мне нужно, чтобы их лучшие волшебники взялись за мое обучение. За это я хочу предложить им кое-что взамен…

Она склонила голову набок в ожидании продолжения, и я не стал ее томить.

— Как ты смотришь, если кроме оранжереи я предложу этим ребятам построить еще одно здание. Например, небольшую школу магии… Ты будешь обучать их будущих ведьм простейшим рецептам, не выдавая наших самых больших секретов, а они взамен предоставят своих учителей, которые будут обучать меня…

Ведьма смотрела на меня секунд тридцать, прежде чем ее ярко-красные пухлые губки растянулись в хищной улыбке:

— Ты знаешь, сладенький, а мне нравится твоя идея… Всегда хотела завести себе небольшую школу ведьмочек…

— Это еще не все. Я бы хотел, чтобы ты начала заниматься со мной рунологией.

— Вот как? А ты готов, сахарок? — прищурилась она. — Думаешь справишься?

— Вот заодно и посмотрим.

— Ну что же, подумать можно… — задумчиво протянула она, откинулась на спинку стула и погладила подбородок. — Вот только я пока не очень понимаю, что мне с этого, сахарок?

— Скажи ей, что когда я вновь вернусь в наш мир, то найду способ уничтожить ее врагов, и она сможет вернуться домой, — сказал мне Дориан. — В принципе, я все равно собирался это сделать, только она пока об этом не знает.

Я повторил Лакримозе его слова, она наклонилась над столом, улыбнулась, плюнула на ладонь и протянула мне руку:

— Договорились, Дориан!

* * *

От автора:

Дорогие читатели! У меня к вам вопрос… А какое бы вы дали название школе магии в «Тенедоме»? Предлагайте варианты в комментариях. Завтра выберу несколько и поставлю их на голосование:)

Глава 15

После обеда я осмотрел свою комнату на предмет новых изменений, но все было в полном порядке и на своих местах. Само собой, проверил Книгу Тысячи Мест — все-таки там вот-вот должна была появиться картинка нового неизведанного места.

Но нет, она по-прежнему еще не проявилась до самого конца. Оставалось совсем немного. Ну и ладно. Может быть, так даже лучше. У меня и без этого планов на это посещение Тенедома хватает.

Начали с осмотра местности и выбора места под будущую школу магии. После долгих споров решили строить здание подальше от нашего дома. Все-таки магия такая штука… Эксперименты там разные… Испытания… Вдруг что-то пойдет не так? Лучше уж пусть только здание школы пострадает, чем оно рванет вместе с домом.

Не думаю, что это произойдет, но судя по тому, что время от времени происходит в «Китеже», ни в чем нельзя быть до конца уверенным. Когда его открывали, тоже ведь по началу, наверное, не рассчитывали, что там будут происходить незапланированные взрывы и всякая прочая ерунда, которая приходит ученикам в голову.

Исходя из этих соображений, выбрали отличное место недалеко от леса и рядом с рекой, чтобы ученики могли купаться в свободное время. Да и вообще, красиво же, когда из окон вид на реку открывается. Я-то знаю, что значит хороший вид из окна и как он настроение поднимает. Вот у меня из комнаты школьный парк виден, а выходили бы они на другую сторону, пришлось бы на главный корпус каждый день пялиться. Ну а когда настроение отличное, тогда и учеба лучше идет.

Лакримоза уже начала понемногу входить в роль будущей директрисы, поэтому пообещала при строительстве соорудить для меня комнату с самым лучшим видом, который только может быть. Она меряла шагами зеленое поле, рассказывала где и что у нее будет с таким воодушевлением, будто это и в самом деле была самая большая мечта ее жизни.

Даже сделала вид, что не обратила внимания на то, что мы с Хорнборном ее практически не слушали, переговаривались между собой. Говорили мы, между прочим, о его проклятии, которое мучает гнома на протяжении многих лет.

Ну… Точнее сказать, это я так думал, что оно его мучает. Когда дошло до конкретного предложения избавить гнома от него, он неожиданно для меня начал сомневаться.

— Как-то я к нему привык, Макс-Дориан… — задумчиво говорил он, почесывая свой лысый затылок. — Как же я это без него буду?

— В смысле? — опешил я. — Как раньше был, так и будешь.

— Ну не знаю… — он погладил свою бородищу, половина которой была намотана на широкий кожаный ремень, чтобы не мешала ему при ходьбе. — Это что же получается, у меня и борода меньше станет?

— Вот этого я не знаю, может быть и станет, — честно предупредил я его. — Всякое может случиться. Проклятие это ведь штука такая, непредсказуемая. Тем более, с таким как у тебя я вообще ни разу не сталкивался. Поэтому я понятия не имею таким ты останешься или наоборот, уменьшаться начнешь со временем, пока прежним не станешь. Во всяком случае, расти ты точно перестанешь. Ну, это я так думаю, а там посмотрим.

— А вот тут будет хранилище для котлов, метел и всякого такого… — говорила где-то там впереди Лакримоза.

— Слушай, Макс-Дориан, я тут подумал… Что-то не очень мне хочется снова маленьким становиться. В смысле не очень высоким… Да и бороду короткую не хочу… — сказал Хорнборн. — Я уже как-то привык, что один такой очень высокий гном, и мне это даже нравиться начало. Удар у меня сильнее стал, ну и вообще…

Во, блин! Как-то он меня немного огорчил. Не то, чтобы я был против — все-таки это его личное дело. Просто я уже настроился на сражение с проклятием, вот и саблю даже взял…

Еще очень хотелось посмотреть как оно будет выглядеть. Как ни крути, посильнее будет того, которое я на Черткова накладывал, а теперь не узнаю.

— Если хочешь, можешь просто сгонять посмотреть, — предложил Дориан.

— Ага, очень мне нужно от нечего делать по некрослою гонять.

— Тогда что могу сказать, мой мальчик, все что не делается — к лучшему, — начал умничать Мор. — Может быть, тебе и не стоило с этим проклятием связываться, ты об этом не думал?

— Так как, может есть какие-то варианты, чтобы все по-старому осталось? — грустно спросил Хорнборн. — Я это к чему… Если представится возможность домой наведаться, то я бы хотел таким как сейчас быть.

— Дело твое, — сказал я и хлопнул его по спине, потому что до плеча не доставал. — Я просто переживаю, что ты скоро в дом перестанешь помещаться.

— Значит рядом еще один построим. Я бы его и обустроил по-гномьи… Погребок пивной… Сокровищница… — мечтательно сказал он, из чего я сделал вывод, что он давно уже размышляет о собственном жилище.

— Зачем тебе сокровищница, интересно знать? — удивился я. — У тебя и сокровищ вроде бы нет.

— Сокровища — дело наживное, — улыбнулся гном. — Сегодня нет, а завтра, глядишь, и девать их некуда.

— Так чего ты раньше не сказал, что свой дом хочешь? Строй на здоровье, я не против, — сказал я.

— Вот это дело! Спасибо тебе, Макс-Дориан! — на этот раз он хлопнул меня по спине и мне показалось, что у меня там хрустнуло.

— Бормот? — спросил серый, внезапно появившись рядом.

— Нет, Бормотун, тебе собственное жилище пока точно рано, — ответил я ему. — Если хочешь, можешь у Хорнборна жить.

— Не переживай, Бормотик, я тебе тоже маленький домик построю, — подмигнул ему гном. — Рядом со своим. Только чтобы мою живность не жрал, понял?

— Бормот? Бормот! — возмутился он.

— Да ладно, расскажешь мне, а то я не знаю… — погрозил ему пальцем гном. — Кто три дня назад свиноутку слопал?

Я оставил всю троицу на поляне, а сам пошел на наше с Дорианом тренировочное место, где, по его словам, у нас с ним на сегодня было много работы.

Вполне логично, с учетом сфер, которые я впитал в свой прошлый приезд и сегодня, перед тем как мы вышли из дома. Я до сих пор себя чувствовал немного странно. Меня будто распирало изнутри от дикого количества полученной энергии за такой короткий срок.

Было просто неописуемое желание поскорее избавиться хотя бы от малой ее части и призвать пару-тройку Штормовых Духов. Жаль Дориан запретил мне это делать. Сказал, что пока не очень понимает объем нашей с ним возросшей силы, и чтобы точно понять, лучше сохранить энергию в полном объеме.

Работы у нас с ним и правда оказалось много. Я бы даже сказал слишком много для одного дня. В какой-то момент мне показалось, что Дориан начал брать пример с Черткова и Бобоедова. Поэтому решил из меня выжимать все соки каждый раз, когда ему будет представляться такая возможность.

После того как все закончилось, я чувствовал себя выкрученным наизнанку, но в то же время очень довольным. Столько всяких полезных заклинаний за один день мы с ним еще ни разу не учили и это было очень круто.

Начали мы с самого простого и усовершенствовали мою Стрелу Тьмы, которая теперь стала мощнее в несколько раз. Кроме того, теперь она могла не только пронизывать моих врагов сетью темных молний. При желании я мог запросто заложить в нее ударный эффект, который иногда был крайне полезен.

Например, в те самые моменты, когда мне нужно не только нанести вред, но и отбросить вражину подальше. Да и вообще, крайне полезная в хозяйстве вещь. Особенно после того, как у меня получилось переломить этим заклинанием довольно толстое дерево.

То же самое касается и моего Некропокрова, который также получил новое развитие. Да, теперь мой багровый щит мог не только высасывать силы, но и перерабатывать их в необходимую для меня темную энергию. Своего рода эффект вампира, только вместо крови магическая энергия.

Хах! Но и это не все. При желании я мог заставить Некропокров взорваться, и в этом случае он наносил очень большие повреждения, причем сразу. Жаль только, что сам он при этом исчезал и нужно было ставить новый.

Это, конечно, не очень хорошо, учитывая, что он забирает достаточно много энергии на свою поддержку. С другой стороны, он же мне и возвращает ее, если поблизости есть кто-нибудь из моих врагов. Вот бы он еще забирал ее столько, сколько я на него трачу, а не в два раза меньше. Тогда ему вообще цены бы не было.

Но чего жаловаться, и так очень даже хорошо. Только ради этого стоило посетить Тенедом и улучшить это заклинание, а ведь это было далеко не все…

В моем арсенале появилось Иссушение Воздуха. Новое заклинание, которое выжигает из воздуха кислород в том месте, где я укажу. Я думаю, очень классная штука! Особенно, если учесть, что оно проникает везде и для этого мне не нужно видеть мою цель.

Ну а еще Дориан обучил меня Темному Зрению. Это заклинание позволяет видеть вещи такими, какие они есть на самом деле. Теперь я всегда смогу отличить иллюзию от реальности, и если кто-то решит наложить на себя заклинание смены облика, то меня обмануть не получится.

Более того, я могу видеть живых существ, которые находятся под воздействием заклинания невидимости. Причем Темное Зрение работает даже без активации. Просто не в полном объеме.

Например, у меня не получится рассмотреть кто именно прячется под невидимостью, но необычное переливающееся светом пятно я увижу. Вот это очень полезно! Дальше уже можно и активировать заклинание.

Во всяком случае, так пообещал мне Дориан, а как оно будет на самом деле, пока вопрос. Нужно будет попросить кого-нибудь из преподавателей небесных классов, чтобы он показал нам заклинание невидимости, а самому врубить Темное Зрение и проверить его в деле.

Не обошлось и без новых существ, которых я теперь могу призывать. Наконец-то у меня в подчинении появилось существо, с которым можно пообщаться почти как с обычным человеком — Жрец Смерти, вот какая штука. Ну как с нормальным…

При этом он был, конечно, мертвым, но, по крайней мере, он понимал мои приказы не только ментально. Кроме того, у него был собственный набор заклинаний, которым он пользовался по своему усмотрению. Достаточно было ему сказать, что нужно сделать и если он мог помочь, то делал для этого все возможное.

В теории все это выглядело очень даже неплохо, вот только как это будет на практике… Нужно обязательно испытать его при первом удобном случае. Кстати, того, которого я призвал, чтобы попробовать новое заклинание призыва, звали Бранн.

А еще у меня появилось первое большое летающее существо — Отродье Дракона. Жаль, что пока не сам дракон. Дориан сказал, что до этого момента мне еще нужно хорошенько подрасти. Но Отродье Дракона тоже очень злобная тварь.

Размером с небольшой легковой автомобиль, он оказался очень проворным и может оказаться весьма полезным, если нужно будет расправиться с какой-нибудь летающей тварью. Да и тем, кто на земле, он может доставить немало хлопот. Помимо острых как кинжалы когтей, у него еще и зубов в пасти достаточно. Длиннющий хвост с острым как коса наконечником, которым он запросто может разрубить пополам тварь размером с тролля. Кому и этого мало, то у Отродья Дракона имелась кислота, которой он пользовался вместо огня.

Если бы я владел таким заклинанием когда нам нужно было завалить бармаглота, то я бы и горя не знал. На фоне моего нового приобретения, он был просто жалкой ящерицей.

Вот только была одна проблема… Этот темно-зеленый красавец забирал так много энергии, что слишком долго его контролировать у меня не получалось. Дориан сказал, что со временем будет легче. Все-таки чем чаще пользуешься заклинанием, тем меньше оно начинает требовать энергии для активации.

Но одно дело какой-нибудь Светящийся Огонек, который можно хоть весь вечер активировать и практиковать таким образом навык. И совсем другое — мощное заклинание типа призыва Отродья Дракона… Слишком часто его не призовешь.

Ладно, сейчас важно совсем другое — сам факт его обладания им, все остальное со временем наработаем. Зато теперь Штормовых Духов я могу сразу призвать штук семь, а Жнецов вообще не меньше дюжины и это было просто здорово. Очень часто бывает так, что количество куда как важнее одного, пусть и очень мощного монстра.

К тому времени, как вернулся обратно к ведьме и гному, я уже еле волочил ноги от усталости. Мне просто хотелось оказаться в своей любимой комнате, где меня никто не будет трогать и завалиться спать.

Я даже от ужина отказался. Взял сумку с компонентами для эликсиров, которую заботливо приготовила для меня Лакримоза, попрощался с Хорнборном и вернулся в «Китеж».

Едва я скинул с себя обувь, я рухнул на кровать и как только моя голова коснулась подушки, мгновенно отрубился. Я даже не слышал, как мне звонил Нарышкин, чтобы отправиться вместе со мной на ужин. Хотя, судя по пяти пропущенным звонкам, которые я увидел лишь утром, наяривал он мне долго.

Почти до вечера следующего дня полиция тоже была в школе, ну а потом они уехали. Не знаю, удалось ли им раздобыть какие-нибудь ценные сведения, но сильно в этом сомневаюсь. Данила Журавлева уже давно убили и нет никаких намеков на то, чтобы они кого-то поймали. Однако, покидать общагу нам разрешили. Разве что Белозерск ближайшие несколько дней попросили посещать с осторожностью.

Через час после отъезда полицейских Лешке позвонил дядя Игнат и сказал, чтобы мы с территории школы никуда не уходили. Пообещал выпороть обоих, если о чем-то таком узнает. Да мы и не собирались. Нам и прогулки в школьном парке хватило.

Ну а ближе к полуночи, когда вся общага уже улеглась спать, случилось вот что.

Некоторые из компонентов, которые я притащил из Тенедома лучше всего было хранить в более прохладном месте, чем моя комната, где в последнее время хорошо топили. Пропасть они не пропадут, но могут потерять в качестве. Поэтому я решил отнести сумку в наш Бункер.

Лучшего места для хранения компонентов придумать сложно. Там и летом такая холодрыга, что уши мерзнут, ну а сейчас и вовсе Северный полюс.

Чтобы дежурные не задавали мне всяких дебильных вопросов, я решил их не беспокоить. Спокойно открыл окно и уже собирался воспользоваться левитацией, чтобы незаметно ни для кого покинуть комнату, как Корвин проснулся и засуетился.

— Я скоро вернусь, — пообещал я ему и показал сумку. — Отнесу сумку в Бункер и назад. Максимум полчаса.

Но вместо того, чтобы успокоиться, он вскочил на тумбочку, оттуда на кровать, на стол и вот он уже сидит и недовольно смотрит на меня своими черными глазищами.

— Кар…

Ох и Корвин, маленький упрямый засранец! Я его уже наизусть знаю и вот это был предупредительный «Кар». Если мы сейчас с ним не сможем договориться, то за этим последуют новые и тогда он точно перебудит своим карканьем всю общагу. Если это случится, то мою вылазку можно будет смело отменять.

— Черт с тобой, полетели вместе, шантажист бессовестный! Но если ты издашь хоть звук, то в следующий раз хоть укаркайся тут, хрена с два я тебя возьму с собой.

Вместо ответа он щелкнул клювом и запрыгнул мне на плечо. Нормально? Ни разу не видел такой наглой птицы! Он еще и лететь на мне решил, чтобы лишний раз не напрягаться!

— Ну ты и нахал, Корвин!

— Кар…

— Ладно, поехали, уговорил.

Я вылетел из окна и постарался как можно скорее укрыться в тени деревьев, чтобы меня никто случайно не увидел из окон общаги. Ругать меня, может быть, никто и не будет, если что, но к чему ненужная суета? Тем более среди ночи.

Когда я проделал почти половину пути, остальное расстояние решил пройти пешком. С учетом того, что я нес тяжелую сумку, а на плече у меня расселся Корвин, энергии тратилось больше. Я не слишком часто пользовался левитацией, чтобы знать наверняка, на сколько мне ее хватит, а грохнуться вниз никакого желания у меня не было.

Корвин даже в Бункер со мной пошел, не захотев остаться снаружи хотя бы на несколько минут. Аккуратно разложив компоненты на нескольких столах, я невольно улыбнулся, глядя на трон Сатаны, который до сих пор стоял на своем месте. Затем проверил, что ничего не забыл в сумке и выбрался на свежий воздух.

Воздух был пронизан холодом и впервые в этой осени трава уже с вечера покрылась инеем. Утром, по пути в столовую, мы уже частенько видели белый ковер, а вот вечером я увидел это первый раз.

— Еще немного и будем Новый Год встречать, — сказал я Корвину, который отказывался слезать с меня и сидел на плече крепко вцепившись когтями в куртку. — Что молчишь? Думаешь, что в письме Деду Морозу написать?

Ворон недовольно щелкнул клювом и вдруг я увидел Огненный Шар, который ярким росчерком рассек темноту и несся прямо в меня. Лишь каким-то чудом я успел прыгнуть за дерево и услышал, как в него тут же врезалось заклинание, а вокруг разлетелись сотни огненных брызг.

Корвин взмахнул крыльями и устремился вверх, а следом за ним полетело еще несколько Огненных Шаров. Кто бы там ни был, но судя по всему, ему нужен был не я, а птица! Иначе какого черта вообще швырять заклинания в ворона?

Раздалось отчаянное карканье, а затем треск ломающихся веток! Вот сука! Неужели он попал в Корвина⁈

Я выглянул из-за дерева и буквально в нескольких десятках шагов увидел чей-то силуэт. Мне показалось, или человек голый? Что за бред!

Разбираться с этим вопросом я не стал и в тот момент, когда в ветки деревьев с гудением полетел очередной Огненный Шар, ударил по ногам незнакомца Стрелой Тьмы. Он заорал как резаный и упал прямо в траву, визжа от боли.

Я ломанулся к нему со всей скоростью, на которую был способен, по ходу расстегивая футляр с мечом. С недавних пор я никогда не расставался со своим личным оружием, даже когда выходил на вечернюю прогулку в школьный парк.

Когда до воющего от боли незнакомца оставалось всего несколько шагов, я поскользнулся и упал на мокрую холодную траву, едва не проткнув его мечом, прокатившись по инерции на животе по скользкой от влаги земле. Спасло его какое-то чудо.

Всего несколько секунд мне понадобилось, чтобы вновь оказаться на ногах, а над нами ярко горел Светящийся Огонек. Я посмотрел в лицо человека, изо рта которого шла пена, и понял, что знаю его! Это же Шаповалов Егор из нашего Змеиного Ордена! Но он же стихийник-воздушник! И он действительно был в одних трусах!

— Тебе чего надо⁈ — заорал я на него, но Егор не отвечал, а лишь бился на земле, пуская пену изо рта и глядя на меня невидящими белыми глазами.

Я услышал злобное рычание, которое мог издавать лишь зверь, и поднял голову. Но это был не зверь… Это был еще кто-то… Всего мгновение мне потребовалось, чтобы там появился еще один Светящийся Огонек и одновременно с этим меня ударило мощной волной горячего воздуха.

Не удержавшись на ногах, я поскользнулся и шлепнулся на задницу, на долю секунды потеряв контроль над заклинаниями. Когда я активировал их вновь, то было слишком поздно. Кто бы ни был тот второй, его здесь больше не было.

Глава 16

Новость о том, что Шаповалов хотел убить Темникова, на следующее утро не обсуждали разве что кухонные коты в нашей столовке. Хотя, судя по всему, и те о чем-то таком догадывались. Уж слишком много шума вызвала история и произвела на всех большое впечатление.

Сам по себе Егор был крайне миролюбивым парнем и в драках особо замечен не был. Если уж на то пошло, за ним вообще не было замечено ничего странного, кроме того, что он состоял в Змеином Ордене. Но об этом знали лишь несколько человек на весь «Китеж».

Сразу после случившегося я хотел оттащить Шаповалова в медицинский блок, но мне это было не под силу. Слишком тяжелым оказался Егор. Да и вообще, с учетом того, что парня время от времени трясло, может быть, и нельзя его было трогать.

Поэтому я просто сообщил о происшествии дежурным, ну а там уже завертелось. Для чрезвычайных происшествий у них была своя инструкция, вот они по ней и действовали.

Вскоре я вместе с Шаповаловым оказался у наших целителей, где в двух словах рассказал что произошло, и каким заклинанием я против него защищался.

Спустя несколько минут повторил все это Громову. Мастер темных классов спокойно выслушал меня, задал пару вопросов и отправил спать. Лишь предупредил, что завтра меня скорее всего поднимут раньше обычного.

О Корвине я позаботился сразу после того, как выяснил отношения с Шаповаловым и увидел, что второй нападавший исчез. Уверен, что мне это не привиделось, я же не псих какой-нибудь и галлюцинациями не страдаю.

В какой-то момент я сильно испугался за птицу, решив, что тот тип мог забрать его с собой, если он упал, но нет… Корвина я нашел на дереве среди густых веток, где он сидел тихо как мышь. Вообще никаких звуков не издавал. Снизу его видно не было, так что, если бы не моя левитация, я бы его вообще не нашел.

Ворон дрожал мелкой дрожью, но был жив. Даже начал пощелкивать клювом, когда я взял его в руки. Ну а к тому моменту, когда сообщал дежурным о происшествии, я его уже посадил в любимый темный угол в моей комнате.

Как и обещал Громов, меня разбудили рано утром. Еще шести не было. Причем к Орлову на этот раз меня не вызывали. Директор и мастер темных классов сами пришли ко мне в комнату. Причину такого раннего разговора Орлов объяснил сразу.

— Хотим поговорить с тобой до приезда полиции, — сказал он. — Они скоро сюда пожалуют.

Ну вот, опять полиция. Если так пойдет и дальше, то скоро им придется поставить на территории нашей магической школы полицейский участок, чтобы не кататься туда-сюда.

— Да я не против, Иван Федорович, — я посмотрел по сторонам и развел руками. — Только у меня места маловато. Сесть особо негде.

— Разберемся… — сказал он в ответ и опустился на единственный стул.

— Кар! — громко каркнул Корвин, недовольный тем, что эта парочка нарушила нашу территорию.

— Привет, дружок, — подмигнул ему в ответ Орлов и посмотрел по сторонам. — Хорошая у тебя комната. Чисто, аккуратно… Зеркало даже стоит…

Директор заглянул в Волшебное Зеркало, и оно тут же спросило у него:

— Чего надо? — пока он удивленно хлопал глазами, оно решило дать ему совет на будущее. — Между прочим, темные очки в помещениях не носят. Это, как минимум, не прилично.

— Забавно, — усмехнулся он и посмотрел на Громова. — Когда-то у меня тоже такое было. Ох и ругались мы с ним все время… Только у меня оно почему-то мужским голосом разговаривало.

— А у меня старушечьим, — улыбнулся тот. — Голос такой скрипучий, противный… Как старая дверь. Ни разу меня не похвалило за все время, сколько оно у меня было. То одно ему не нравится, то другое. Не помню кому я его подарил при первом же удобном случае.

— Ну, Бог с ним, с зеркалом, — сказал директор и посмотрел на меня. — Роман Артемович мне в двух словах рассказал, как все произошло, но у меня все равно остались вопросы. Я вот так толком и не понял — что ты вообще делал ночью в школьном парке?

— Почему ночью? — спросил я и накинул на плечи одеяло. — Еще не ночь была. Часов двенадцать, наверное.

— И все-таки?

— Я с Корвином гулял, — где-то это даже было правдой. Ворон же со мной был.

— Ночью?

— Угу, — кивнул я и посмотрел на птицу, которая внимательно слушала наш разговор. — Он же ворон, ему не объяснишь, что ночь. Бывает, начинает суетиться, каркать — это значит, что он гулять просится. Если не пустить, то шума много от него становится. Всех учеников может перебудить. Вот я с ним и гуляю.

— Понятно, — кивнул Орлов и посмотрел на Корвина. — А как ты вышел из комнаты? Дежурные говорят, что они тебя не видели.

— Само собой, — решил я сказать правду. — Я через окно вылезал. Вот они меня и не видели.

— Зачем это? — удивленно поднял бровь над единственным глазом Громов.

— Они слишком много вопросов задают, если поздно из общаги выходишь. Думал не поверят и не выпустят, вот и решил, что через окно будет удобнее. Я же не знал, что так получится.

— Ну, допустим выбраться со второго этажа не сложно. Можно просто спрыгнуть вниз, — сказал директор. — А как ты обратно в комнату намеревался попасть и мимо дежурных пройти? Вы левитацию пока вроде бы не изучали…

— А я и не собирался мимо них проходить. Очень надо, — ответил я. — Обратно-то я бы уже с прогулки возвращался, так что это было бы неважно. Не впустить меня они не могут. Вот как-то так, Иван Федорович.

Они переглянулись межу собой и оба покачали головами.

— Ладно, будем считать, что ты говоришь правду, — сказал директор. — Выглядит, по крайней мере, довольно логично. Теперь рассказывай, что случилось.

Я и рассказал. Все в подробностях. Тут мне уже нечего было скрывать.

— Почему он мог на тебя напасть, есть какие-то соображения? — спросил он, после того как я закончил.

— Вообще нет, — ответил я и пожал плечами. — Нормальный парень, мы с ним никогда не ругались. Даже разговаривали иногда.

— Темников, а ты откуда заклинание такое знаешь? Атакующую магию темные классы на третий год изучать начинают…

— Так я в свободное время занимаюсь, Роман Артемович. Вы же сами знаете. Я не только Стрелу Тьмы знаю, еще много чего. Учебники же в общем доступе находятся. Разве нельзя?

— Можно, — ответил он и вздохнул. — Это я так спросил, для общего понимания вопроса.

— Да… Странная история получается, Максим… — нахмурился директор. — Пока мне ничего не понятно. Может быть, Егор что-то прояснит, когда в себя придет.

— Что с ним, кстати? Он жив? — с тревогой спросил я, потому что и сам очень хотел узнать у него причины, по которым он на меня напал. Никаких личных мотивов у него просто не могло быть. Ну и насчет того, второго человека, тоже хотелось узнать.

— Жив, — ответил он. — Правда ты его крепко приложил, так что на ноги он пару недель точно не встанет. Ну а еще у него сильный ментальный удар… Кто-то хорошенько поработал с его мозгами.

— Вот это точно не я! — я поерзал на кровати, поплотнее кутаясь в одеяло. — Я таких заклинаний пока не знаю.

— Мы тоже так думаем, что это не твоих рук дело, — грустно улыбнулся Орлов. — Если бы ты в своем возрасте владел еще и ментальными заклинаниями на таком уровне, то тогда тебя уже можно было бы в магическую академию отправлять, а не в «Китеже» держать.

— Там был еще кто-то, Иван Федорович, — сказал я и они оба удивленно уставились на меня. — Но я не увидел, кто именно. В тот момент я как раз поскользнулся и упал, а когда активировал Светящийся Огонек, чтобы посмотреть, то уже никого не увидел.

Они помолчали немного, а затем Громов спросил:

— Как много времени прошло между твоим падением и активацией заклинания?

— Немного. Всего несколько секунд.

— В таком случае, куда же этот кто-то по-твоему мог деться?

— Понятия не имею, — ответил я.

— Может быть, тебе просто показалось? — спросил Орлов.

— Нет, не показалось, — твердо стоял я на своем. — Там точно кто-то был. Я видел чей-то темный силуэт. Точно такой же, как в тот раз, когда у меня вылетели стекла в комнате.

На некоторое время в комнате стало тихо. Они вновь переглянулись между собой, а затем Орлов хлопнул себя по коленям и встал со стула.

— Хорошо, Максим, значит будем считать, что кроме вас двоих там был кто-то еще. Может быть, Шаповалов прольет свет на этот вопрос, когда его приведут в нормальное состояние.

— Вот было бы здорово, а то мне уже надоел этот «кто-то», — пробурчал я. — О! Кстати! Вы не знаете, почему Егор в трусах был? Как его дежурные из общежития выпустили в таком виде?

— Когда выходил, он был не только в трусах, — ответил Громов. — Недалеко от входа нашли его школьный плащ.

— А-а… Ну ладно тогда…

— Я бы посоветовал тебе поспать хотя бы часик еще, — сказал Орлов перед уходом. — Скоро приедет полиция и отдохнуть тебе не дадут.

— Угу, я постараюсь, — кивнул я.

— Ты знаешь, мой мальчик, по-моему, они тебе не очень поверили насчет второго человека, — сказал Дориан, как только за ними закрылась дверь. — Видел как они посмотрели друг на друга после твоих слов? Мне кажется, эти господа думают, что у тебя появилась какая-то навязчивая идея насчет того, что тебя преследует какая-то таинственная личность.

— Пусть думают что хотят, ты же сам видел, что там кто-то был.

— Вот как раз я этого типа опасаюсь не меньше тебя, Макс. Я просто понять не могу, какого черта ему надо от этой птицы? — удивленно спросил Мор. — И этот парень еще… Он здесь при чем?

— Ты тоже думаешь, что цель — это Корвин?

— Ну а какие могут быть варианты? Ты видел, как он шарашил в бедную птичку своими Огненными Шарами? Еще немного и у нас бы вместо Корвина появился ворон-гриль!

— Кар! — недовольно каркнул Корвин и громко защелкал клювом, как будто понял о чем мы говорим.

— Согласен, и правда не смешно, Дориан.

— Да ладно, пусть еще спасибо скажет, что ты в этого парня Стрелой Тьмы бросил! Еще бы минутка и он бы его точно изжарил.

Вот здесь я с Мором был полностью согласен. Можно сказать, что Корвин отделался легким испугом. Что такое несколько опаленных перьев, по сравнению с тем, что могло бы быть?

Я вытянулся на кровати, положил руки за голову и закрыл глаза. Еще раз прокрутил в голове ночное происшествие — вдруг забыл какую-нибудь важную мелочь, и сам не заметил, как просто отключился.

Меня разбудил Нарышкин настойчивыми телефонными звонками. Я думал, что прошло всего несколько минут пока я лежал, а оказалось, что пролетело почти полтора часа. Чувствую себя как дважды выжатый лимон. Глаза слипаются, голова трещит…

Я бы, может быть, и в столовку не пошел, если бы Лешка не требовал от меня немедленного подробного рассказа о случившемся. Так что пришлось идти. Других вариантов не было, иначе он бы меня насильно туда потащил.

Аппетита не было никакого, поэтому я уже в очередной раз за последние несколько часов рассказывал эту уже поднадоевшую мне историю и с кислым видом тыкал вилкой в омлет.

— Ты уверен насчет того, что с ним еще кто-то был? — спросил у меня Нарышкин, после того как я закончил.

— По-твоему у меня глюки?

— Да нет, просто… Ну мало ли, разволновался и всякое такое. Сам же говоришь, что темно было, вдруг показалось, — я ничего не ответил, продолжая издеваться над давно уже остывшей едой. — Ты, кстати, тоже герой. Нашел время. Ночью нормальные люди спят, а не птиц выгуливают.

— Угу, вот сам ему об этом и скажи, — я отодвинул от себя тарелку и в тот же момент услышал, как вокруг стало тихо.

Поднял голову и мрачно усмехнулся — в столовку вошла парочка полицейских. Они топтались возле входа, внимательно осматривая сидящих за столами.

— Вот и еще одни гости ко мне пожаловали, — сказал я и встал со стула. — Ладно, облегчу им задачу, сам пойду сдаваться. Вечером увидимся.

Я не ошибся, полиция пришла за мной. Ну и насчет времени, которое я проведу в их компании, тоже оказался прав. Эти ребята не отпускали меня почти до самого ужина.

Одними расспросами дело не обошлось, мы с ними еще и излазили место происшествия вдоль и поперек. Нашли множество следов, которые подтверждали мой рассказ, за исключением одного. Никаких следов присутствия третьего человека они не нашли.

Даже не знаю, что и делать. Если так и дальше пойдет, то я и в самом деле начну думать, что мне показалось. Как так вышло, что возле дерева, где топтался этот тип, даже трава не примята? Фантастика какая-то. Ну что же, будем надеяться, что Егор и в самом деле прольет хоть какой-то свет на эту историю.

Кстати, когда после опроса я зашел в медицинский блок, чтобы лично спросить, как у него дела, Веригин сказал, что волноваться не о чем. Завтра-послезавтра с Шаповаловым уже можно будет поговорить. Правда есть один небольшой нюанс… Ментальный удар был настолько сильным, что его мозг мог не выдержать.

— И что это значит? — спросил я у целителя.

— Вследствие этого у парня могут произойти некоторые изменения в мозге, — мрачно ответил он. — Не могу сказать, что это обязательно случится, но шансы довольно высоки.

— Он что, дурачком может стать?

— Всякое может случиться, Темников, что тебе не ясно? Это же мозг, а не палец, который всегда на место вставить можно! Все думаете, что это шутки, а как до дела доходит…

Мне показалось, или Веригин думает, что я имею к этому какое-то отношение? Думаю, не показалось. Половина школы смотрела на меня так, как будто это моя работа. К вечеру даже сама история называлась по-другому. Не Шаповалов напал на Темникова, а наоборот. Не все, конечно, но и так хорошего мало. Идиоты.

— Я-то здесь при чем? — спросил я и вышел из медицинского блока. Настроение что-то вообще ни к черту.

* * *

Санкт-Петербург.

Резиденция Горихвостовых.

Давненько такого не было, чтобы Кишкин всего за неделю гостил у него дважды. Если разобраться, то так бывало только раз в год, когда Дмитрий Андреевич собирал своих вассалов на ежегодную встречу, ставшей доброй традицией. Обычно там он рассказывал о новых победах рода Горихвостовых и хвалил свих верных союзников. Ну и приглашал их потом на торжество в честь своего дня рождения, само собой.

Вот только сегодня был совсем другой случай. Но на этот раз дело было исключительно важным и совсем неприятным. Настолько неприятным, что князя даже начало мутить от последствий, которые могли за этим последовать.

Одно дело представлять себе, как он в конце концов одолеет своего давнего соперника, и совсем другое — узнать, что вскоре он и правда может столкнуться с ним в схватке.

Никакой радости на этот счет у него не было. Тем более, что он совсем иначе представлял себе свои победы, которые будут одержаны после ударов исподтишка. Бросать вызов Нарышкиным в открытую он пока не был готов. Как оказалось, даже мысль об этом его немного пугала.

К тому моменту, когда они с Кишкиным откупорили вторую бутылку коньяка, смелости у него прибавилось, но все-таки момент был не самый приятный.

Он уже два раза выслушал виконта и теперь пытался как-то проанализировать свое положение. Самым слабым звеном во всей этой истории был Чернов, который неизвестно куда делся.

Судя по тому, что в поместье были найдены только его люди, некроманта скорее всего взяли в плен, но… Как так вышло, что нет ни одного мертвеца из «Теней»? Возможно, они забрали своих мертвецов с собой, но если это так, то где кровавые следы на траве хоть от кого-нибудь из них?

Если предположить, что Чернова взяли в плен, то это им тоже немногим помогло бы. По словам Кишкина, Артем должен позаботиться о том, чтобы никто не попал в плен. Даже если случится самое плохое и угроза нависла бы над ним самим, то некромант должен был покончить с собой, забрав на тот свет как можно больше врагов.

Над всеми этими вопросами Горихвостов думал сам, а заодно задавал их и виконту. Кишкин убеждал его в том, что, может быть, все обойдется и Чернов сделал все так, как и должен был. Во всяком случае, сам Захар в это очень верил.

Косвенно это подтверждалось тем, что прошло уже несколько дней, а Нарышкин до сих пор никак не проявлял себя. Вот это как раз было хуже всего. Нет ничего хреновее, чем просто ждать, а это единственное, что ему оставалось делать.

Бить первым, не зная наверняка всех раскладов, может быть смертельно опасным. Особенно с учетом того, что совсем недавно «Тени» утерли ему нос, перехлопав почти всех лучших людей «Железного корпуса».

Нужно было подождать. Авось пронесет. Не зря же Захар говорит, что верит Чернову как самому себе и тот не дал бы взять себя живым.

С другой стороны, тогда возникает вопрос зачем он понадобился «Теням» мертвый? Его тела так и не нашли… Как много вопросов и как мало ответов.

— Ладно, Захар, может быть, ты и прав… Нельзя шашкой махать в такой ситуации, — он посмотрел на виконта поверх бокала, нахмурил брови и погрозил ему пальцем. — Пока ничего не делать, но быть на чеку! Ясно тебе?

— Ваше сиятельство, они же не будут базу штурмом брать, это бессмысленно, — несмотря на количество выпитого Кишкин еще сохранил способность трезво рассуждать, поэтому успел подумать над разными вариантами развития событий. — Если что, они или прямо на вас начнут выходить, или на меня. Все-таки я вашей безопасностью занимаюсь. При желании они это быстро выяснят. Вашу охрану я усилил, там теперь все Одаренные. Ну а на мой счет не беспокойтесь, через меня они к вам не подберутся.

— Твоими бы устами да мед пить… Там могут так спросить, что все расскажешь, — сказал Дмитрий Андреевич. — Сидишь тут, хорохоришься…

Захар сунул руку во внутренний карман пиджака и вытащил из него пистолет.

— Вы мой характер знаете, ваше сиятельство, если что — я долго раздумывать не буду. Не станут же они меня мертвого допрашивать? — усмехнулся Кишкин.

— Ну если только так… — поерзал в кресле Горихвостов и посмотрел как огонь в камине пожирает очередное полено.

Ладно, будем надеяться, что Чернов умер и Нарышкин правда не понимает откуда ветер дует. Везучий сукин сын! Это же надо! Все так тщательно продумали, комар носа не подточит, а эти долбаные «Тени» все равно умудрились живыми уйти. Вот суки!

* * *

От автора:

Дорогие читатели! Спасибо вам большое за активное участие в выборе названия для школы! Очень круто! Интересных вариантов много, но выбирать все-таки нужно было. Я остановился на трех, которые перечислены в закрепленном комментарии.

Теперь предлагаю вам выбрать какой-нибудь один, который на ваш взгляд является лучшим. Просто пишите прямо под ним выбранное название.

Вы классные, спасибо:)

Глава 17

Егор Шаповалов пришел в себя к вечеру среды. Я как раз выходил из главного корпуса после занятий с Бобоедовым, когда увидел пропущенный звонок от Лешки и перезвонил ему. Вот он мне и сообщил последние новости.

Ну хоть так. Когда я на выходе из корпуса столкнулся с полицейским, то подумал, что опять случилась какая-нибудь гадость. Если происходит что-то хорошее, они обычно не приезжают.

Я еще даже не успел дойти до своей комнаты, как Громов позвонил мне и сообщил, что меня ждут в медицинском блоке. Причем срочно.

Несмотря на то, что Шаповалов лежал в небольшой отдельной палате, которая была достаточно просторной, сейчас она казалась крохотной комнатушкой, в которой отчаянно не хватало воздуха.

Оно и понятно. Не считая меня и Егора, который смотрел на всех удивленными глазами, в комнату набилось еще четыре человека. Громов, Орлов, Веригин и уже знакомый мне полицейский, который как-то меня допрашивал. Причем не один раз.

— Егор, Максим, знакомьтесь, — Орлов указал на полицейского. — Это майор полиции Роман Иванович Воробьев. Он будет присутствовать при нашем разговоре.

— С виконтом Темниковым мы уже общались неоднократно, — сказал полицейский и пожал плечами. — У меня вообще такое ощущение, что после того как этот парень появился в «Китеже», нас сюда стали вызывать гораздо чаще.

— Что со мной случилось? — привлек к себе внимание Шаповалов. — Какого черта я лежу в медицинском блоке?

— Ты не поверишь, Егор, но именно за этим мы здесь, — ответил ему Орлов. — Два дня назад ты напал на Максима Темникова и пытался его убить. В целях самозащиты он использовал против тебя заклинание и оказался более удачлив. В результате ты попал сюда. Теперь мы все хотели бы получить от тебя ответ на простой вопрос — зачем ты это сделал?

— Иван Федорович, если мое присутствие не обязательно, то я, пожалуй, пойду, — сказал Веригин. — Парень в порядке, моя помощь ему не требуется, а здесь и так дышать нечем.

— Угу, ступайте, — кивнул Орлов.

— Я этого не делал, — сказал Егор, как только за целителем закрылась дверь. — Ерунда какая-то… Зачем мне нападать на Темникова? Мы с Максимом нормально общаемся, конфликтов у нас никогда не было… Что за бред?

— Факты — упрямая вещь, молодой человек, — майор стряхнул со штанины невидимую соринку. — Вас нашли на месте происшествия в одних, я извиняюсь, трусах, что достаточно необычно. Учитывая позднее время суток и то, что Темников незадолго до этого покинул общежитие. Вы так торопились, что даже не успели толком одеться. Лишь накинули плащ на себя. Поэтому желательно вам объяснить, что вы там делали и зачем бросали Огненные Шары в Максима и его птицу.

— Да ничего я там не делал! — разнервничался Егор. — Зачем мне бегать в трусах по школьному парку, что за бредятина?

— Ты что же, ничего не помнишь? — спросил майор.

— Почему? Все отлично помню. У меня сильно заболела голова, я выпил обезболивающее и лег спать, вот и все. Проснулся уже здесь… — он задумчиво нахмурился. — Огненные Шары какие-то… Я их и активировать нормально не могу, не то что использовать направо и налево. У меня даже по начальным огненным заклинаниям еле-еле проходной балл набирался… У нашего рода другой Дар совсем, я — воздушник.

После слов Шаповалова в комнате повисла тишина. Каждый думал о своем. Лично я о том, что эта история мне с самого начала показалась какой-то странной. У него и в самом деле не было никаких поводов на меня злиться.

Да и его история сходится с тем, что говорил Веригин насчет сильного ментального удара. Возможно, кто-то позаботился о том, чтобы он ничего не помнил об этом. Получается так, что Егором просто воспользовались.

— Получается… — согласился со мной Дориан. — А еще, этот неизвестный — очень сильный маг, если он смог обучить Егора пользоваться заклинанием, формулу которого он толком не знал.

— То есть сообщника, который был вместе с тобой, ты тоже не помнишь? — немного повысил голос Воробьев.

— Успокойтесь, Роман Иванович, вспомните где вы находитесь, — одернул его Орлов, напомнив, что он не у себя в участке. — И что это за выражения такие — «сообщник»? Приберегите их для своего кабинета. Вы что, забыли с кем разговариваете?

— Прошу прощения, — сразу же стушевался полицейский и выдал жалкую улыбку. — Извини, Егор, иногда так заработаешься… Значит получается, что ты ничего не помнишь, и о факте нападения на Максима Темникова слышишь впервые, я правильно тебя понял?

— Именно об этом я вам и говорю, — ответил парень.

Воробьев посмотрел на директора и развел руками.

— Единственное, что я могу сделать — это предъявить официальное обвинение, чтобы иметь возможность забрать его для допроса, — он бросил на меня быстрый взгляд. — И то, только в том случае, если господин Темников выдвинет его против этого молодого человека.

Все дружно устремили на меня взгляды в ожидании ответа.

— Ничего я выдвигать не буду, — сказал я. — Незачем Егору на меня нападать, это и ослу понятно. Мы с ним ни разу не ругались, даже наоборот — дружили, можно сказать.

— Тогда я умываю руки, господа, — нервно сказал Воробьев и встал со своего стула, взяв его в руку. — Потом я еще зайду к вам, молодой человек, чтобы вы подписали протокол опроса.

Мы втроем расступились, чтобы майор смог протиснуться между нами вместе со своим стулом.

— Если вдруг понадоблюсь, я буду в приемной, — сказал он и вышел из палаты.

— Где голова болела, когда ты решил выпить обезболивающее? — спросил у Егора Громов, затем подошел к окну и распахнул его еще немного шире, чтобы впустить внутрь побольше свежего воздуха.

— Везде болела, — пробурчал Шаповалов. — Затылок особенно. У меня такого никогда не было. Что все это значит, Иван Федорович? Вы мне можете объяснить?

— Попытаюсь, — кивнул он и глубоко вздохнул. — Похоже кто-то очень сильно хотел прикончить Темникова и использовал для этого тебя.

Ну, скорее Корвина, а не меня… Но вообще да, думаю, что этот кто-то с большим удовольствием укокошил бы нас обоих.

— Как это? Ментальные заклинания? — удивленно спросил Егор. — Неужели это был кто-то из небесного класса?

— Вот в этом я как раз сильно сомневаюсь. Ученик «Китежа» на такое не способен. Разве что, какой-нибудь вундеркинд вроде нашего Темникова… — в этот момент все снова посмотрели на меня и было где-то даже приятно. — Но у него немного другая специализация.

— У нас на пятом курсе много талантливых ребят, — сказал Шаповалов. — Такие штуки вытворяют…

— Нет, Егор, — покачал головой Орлов. — Такую штуку, которую провернули с тобой, они точно не смогут вытворить. Я уверен, что в твоем случае применили сразу несколько заклинаний одновременно. Причем очень сложных заклинаний, типа Изменения Памяти и Полного Подчинения. Что касается второго, то его вообще нет в школьной программе. Так что… Это сделал не талантливый ребенок, а кто-то еще.

— Тот самый третий, которого видел Темников, — сказал Громов и поправил свою глазную повязку.

Вот как? Неужели мне поверили?

— Да, Максим, — пожал плечами в ответ на мой взгляд директор. — Поначалу мы, как и полиция, считали, что этот третий твоя выдумка на фоне первого… Хм… Скажем так, несчастного случая… Но после того, как тщательно проанализировали ситуацию, пришли к немного иному выводу.

Он посмотрел на Егора, который по-прежнему смотрел вокруг немного удивленно и в то же время растерянно.

— Если придерживаться этой точки зрения, то получается странная ситуация — кто-то атаковал Шаповалова, и этот странный человек не оставляет после себя следов на траве, — продолжил свою мысль Орлов, глядя в окно. — Если все так, то какую же защиту ставить против этого кого-то?

Хороший вопрос. Вот только ответа я на него не знал. Судя по тишине в палате, другие тоже не особо располагали вариантами.

— Иван Федорович, мне на ужин можно? — жалобно спросил Егор. — Очень кушать хочется.

— Если на ноги встать сможешь, то я не возражаю, — усмехнулся директор. — Веригин сказал, что ты уже в порядке. Как голова твоя, не болит?

— Да так, шумит немного, — Шаповалов потрогал голову и уселся на кровати. — Вот ноги и правда немного побаливают. Как будто их иголками истыкали.

— Ну извини, — сказал я и развел руками. — У меня вариантов всего два было. Или ты меня поджаришь, или я тебя с ног сшибу… Я вот второй выбрал.

— Тут наши мысли сходятся, я бы на твоем месте тоже, — улыбнулся он. — Господа, разрешите я оденусь?

— Иван Федорович, я бы тоже от ужина не отказался, — сказал я, когда мы дружно вышли из палаты в приемную.

— Я не возражаю, — сказал он и посмотрел на полицейского. — Если только ты у господина майора не должен какие-нибудь бумажки подписать.

— Он мне еще два дня назад все что нужно подписал, — ответил Воробьев.

— Тогда я тебя не задерживаю, приятного аппетита, — сказал директор.

— И пореже гуляй по ночам, — услышал я голос Громова, когда выходил из медицинского блока.

Фух! Как же приятно после всех этих больничных запахов вновь оказаться на свежем воздухе. Красота!

— Ну, что он сказал? — услышал я голос Нарышкина, который сидел на лавочке в темноте.

— Леха! Тьфу ты черт! Испугал меня! — наверное пришло время Кольцо Ночного Зрения постоянно носить, чтобы без таких вот сюрпризов. — Ты что здесь делаешь?

— Тебя жду, ясен пень, что я еще могу здесь делать? Замерз уже весь… Так что он сказал?

— Ничего интересного, — ответил я и сел на лавочку рядом с княжичем. — Сказал, что не помнит ничего. Орлов уверен, что Егора просто околдовали?

— Кто?

— Дед Пихто и бабка Тарахто! Я откуда знаю?

— Ладно, не злись, я-то здесь точно ни при чем. — сказал Лешка и хлопнул меня по плечу. — Пошли ужинать, пока все самое вкусное не съели. Заодно и обсудим, что будем на Новый Год в этот раз придумывать. Дашкова говорит, в этом году будет бал-маскарад. Без масок пускать не будут, прикинь?

— Точно, мне Алиса тоже что-то такое говорила. Откуда эти девчонки все узнают постоянно, я понять не могу?

— Бог их знает. На то они и девчонки, чтобы все знать.

* * *

Белозерск.

Дом Кишкина.

Первые сутки после того как пропал верный некромант, Захар просто сходил с ума. На него все время накатывали волны злости от происходящего и одновременно с этим какого-то нехорошего предчувствия, что вот-вот должно случиться нечто непоправимое.

От этих дурных мыслей помогал отвлечься лишь коньяк и поездка в поместье, где его наемный отряд должен был разделаться с «Тенями». Вот только получилось все в точности до наоборот.

Изначально планировалось, что гостей заманят в усыпальницу, где с ними разделаются упыри, которых оживит некромант. Ну а если кто-то из них выживет, то придет черед засады, которая будет поджидать их снаружи. В качестве тяжелой артиллерии поддержки должен был выступить Чернов.

В результате все пошло через задницу. Упырей разодрали на части как маленьких детей, тех, кто был в засаде, тоже отправили на тот свет всем скопом, а ко всему прочему и сам Чернов куда-то делся. При этом всем сами «Тени» не оставили ни одного своего трупа.

Ничего подобного на памяти Кишкина еще ни разу не случалось, поэтому для него это оказалось полным шоком. Прямо мистика какая-то!

Виконт никогда не считал себя трусом, но приходилось признать, что впервые в своей жизни весь следующий день после поездки в злосчастное поместье, он отсиживался дома в своем кабинете. И это было вовсе не желание просто в кои-то веки побыть одному. Подтверждением этому была многочисленная охрана, которая окружила его дом.

Каждые пять минут он подходил к окну и аккуратно отодвигал штору, чтобы лично убедиться в том, что охрана по-прежнему на месте и при этом люди Нарышкина не приготовились штурмовать его дом. Но нет, его опасения были напрасными. Ничего подобного не происходило. За окном был тот же самый мирный пейзаж и охрана, которая вселяла уверенность и спокойствие в его сердце.

На третий день стало полегче. Отпустило. Он нашел в себе смелость даже протрезветь и поехать в Санкт-Петербург, где его доклада с нетерпением ждал князь Горихвостов. Правда докладывать, по сути, было и нечего, кроме того, что «Тени» им хорошенько надрали задницу. Полный разгром.

С того момента прошла еще пара дней, а вокруг по-прежнему было тихо. Никто не нападал на базу «Железного корпуса» и не совершал покушений на самого Кишкина. Полная тишина. Поначалу она сильно давила на мозги и было полное ощущение того, что это тишина перед бурей.

Но бури все не было. Теперь вот в его сердце начало зарождаться новое ощущение — может быть, ее и не будет вовсе? Вдруг он оказался прав и Чернов все сделал как обещал? Если так, Нарышкин и правда не знает откуда дунул такой сильный ветер.

Точнее сказать, попытался сильно дунуть… Но как-то не заладилось… Получилось лишь тихонько пшикнуть в углу… Долбаные «Тени»!

Ну ничего! Сейчас пройдет немного времени, чтобы все чуть подзабыли о случившемся, а затем они с князем нанесут новый удар. Только на этот раз он будет гораздо тщательнее подготовлен! Так, чтобы от этих «Теней» только пух и перья полетели в разные стороны!

Он посмотрел на часы и зевнул. Половина второго ночи. Охренеть можно как быстро время летит. Только недавно было девять, а уже несколько часов пролетели. Да и коньяк как-то уж слишком быстро заканчивался. Кишкин и сам не заметил, как оказался на половине второй бутылки за этот вечер.

Захар взялся за подлокотники кресла, собрался и одним рывком оттолкнулся от них, приняв вертикальное положение. Немного постоял, чтобы убедиться в том, что он в состоянии нормально стоять на ногах и медленно потопал к окну.

Перед тем как отправиться спать, Кишкин хотел еще раз лично убедиться, что его верные псы на месте, а сам он находится под мощной охраной.

Уверенный в том, что он сейчас увидит, виконт отодвинул штору более решительно чем обычно. Сразу на метр так чтобы все было видно. Пора уже заканчивать прятаться в норе как какая-то крыса!

Он смотрел в окно и не мог поверить тому, что видит. Охраны перед домом не было. Причем совсем не было. Ни одного человека из пяти, которые должны были бы там сейчас находиться.

Кишкин до боли потер глаза кулаками, вновь раскрыл их, надеясь все-таки обнаружить охранников, как только звездочки перед глазами исчезнут. Но… Ничего не изменилось. Никто не появился.

Захар бросился к мониторам, которые уже успели погаснуть от того, что он не притрагивался к ним последние пару часов и на всех девяти экранах одновременно появилась картинка. Вот его охранники везде стоят и даже за окном перед домом.

Что за бредятина?

Виконт вновь ломанулся через всю комнату к окну, по пути споткнулся об пуфик и растянулся на полу, больно ударившись лицом обо что-то. Черт его знает, обо что именно, сейчас это заботило его меньше всего. Мгновение, и он вновь оказался на ногах.

Может быть, ему показалось, что там никого нет? Он вновь одернул штору и… Хрена с два там кто-то появился!

В этот момент щелкнул дверной замок его кабинета. Один оборот… второй… Он смотрел на происходящее как завороженный. Ну, допустим, замок открыт, но есть же еще и запор изнутри!

Стараясь не издавать лишних звуков, он на носочках прокрался к столу, взял пистолет и навел его на дверь. Ну что же, милости просим! Кто-то решил, что он бессмертный? Ну-ну…

Кишкин сжал зубы и ждал.

Прошла секунда, ручка двери тихо опустилась вниз, а затем он услышал женский голос:

— Вот сукин сын, там внутри есть запор! Сейчас…

Глядя как медленно запор начинает сдвигаться в сторону, у него начал раскрываться рот от удивления. Это как вообще может быть?

Щелк. Дзинь. Запор открылся полностью и даже язычок медленно опустился вниз.

Бред какой-то…

— Милости прошу, господа, — вновь тот же женский голос, а еще через секунду дверь начала медленно открываться.

В тот момент, когда в проеме показался чей-то силуэт он начал стрелять.

Бам! Бам! Бам!

Кто-то должен упасть, разве нет? На тогда!

Бам! Бам! Бам!

Едкий пороховой аромат заполнил всю комнату, но на пол никто не упал. Вместо этого какой-то глухой и грубый голос задал ему простой вопрос:

— Кишкин, ну ты и дикарь! Кто же так встречает гостей?

Бам!

Вот теперь чье-то тело с грохотом рухнуло на пол, а затем в комнату вошло еще несколько человек.

— Ибрагим, какого черта он застрелился? — прошипел кто-то. — Ну и что нам теперь с ним делать? Он должен был рассказать столько всего интересного!

— Не волнуйтесь, Игнатий Михайлович. Я думаю он нам и так все расскажет. Есть у нас один маленький чертенок, который даже из мертвых может ответы вытащить.

Глава 18

Жемчужников меня разбудил в половине седьмого утра. Честно говоря, я думал, что еще какая-нибудь хреновина случилась. Учитывая мои приключения за последние несколько дней, это было бы неудивительно.

— Доброе утро, Максим, — по голосу барона всегда было трудно определить в каком он настроении, а спросонья так вообще невозможно.

— А оно доброе, дядя Игнат?

— Для кого как… Но тебе беспокоиться не о чем, если ты об этом.

Ну хоть так, а то что-то я начал уставать чередовать проблемы с занятиями. Того и гляди тоже в медицинском блоке окажусь на реабилитации.

— Ты извини, что я так рано звоню, но есть одно важное дело, в котором без твоей помощи никак. У тебя как со временем на сегодняшний вечер?

— Да вроде бы свободен. Только уроков сегодня много. Могу не успеть обратно в «Китеж» вернуться до одиннадцати, — ответил я. — Вы же сами правила знаете.

— За это не переживай, вас с Алексеем заберут и обратно доставят. Так что, думаю, успеешь, — прошипел Жемчужников. — Но ты на всякий случай предупреди, что можешь у деда на ночь остаться. Кто его знает, как там оно пойдет.

— Что пойдет, дядя Игнат?

— Не телефонный разговор, Максим. Вечером все узнаешь. Давай, хорошего тебе дня.

Он отключился, а для меня начался длинный день мучительного ожидания. Ну, по крайней мере, не только я один страдал. Жемчужников и Лешке звонил, но тоже ничего не сказал.

А еще сегодня на завтраке наконец-то появился Шаповалов, которого ученики дружно приветствовали аплодисментами и радостным улюлюканьем. При этом все поглядывали на меня. Ну конечно, учитывая какие ходили слухи, всем было очень интересно как я отреагирую на его появление.

Разумеется, я хлопал вместе со всеми и действительно был рад, что для него все так хорошо закончилось. Веригин же сказал, что он мог дурачком остаться, но нет, повезло.

Егор застыл с улыбкой на лице, положил правую руку на грудь и торжественно раскланялся. Затем бросил взгляд в нашу сторону и помахал мне рукой. Даже несмотря на аплодисменты, можно было слышать, как по столовке прокатилась волна голосов:

— Смотрите, Темникову машет!

— Во дают!

— Охренеть!

— Как это понимать?

Ну да, общее недоумение было понятно. Они-то были не в курсе всего, что произошло. Знали лишь только сплетни, которые в самом разнообразном виде бродили по «Китежу». Но мне было плевать, тем более, что Егор только что положил конец большей части из них.

Когда уроки у нас наконец-то закончились, я пулей вылетел из главного корпуса в школьный парк. Там меня уже поджидал Нарышкин, у которого сегодня было на один урок меньше.

— Погнали, Макс, машина уже давно нас ждет. Дядя Игнат еще полчаса назад звонил.

— Так мне переодеться нужно, — сказал я и провел рукой по школьному костюму.

— Да ладно тебе, ты перед кем наряжаться собрался? Время-то идет, — с нетерпением сказал княжич. — Я тебя и так здесь уже почти час дожидаюсь.

— Пять минут ничего не решит, — сказал я и побежал в сторону общаги.

На самом деле, я хотел не столько переодеться, сколько взять все свои артефакты, без которых я в последнее время старался в поездки не отправляться. Правда временами про них еще забывал, но это временно. Привык же я все время мечи с собой носить, вот и к артефактам привыкну.

Я думал, что Жемчужников пришлет за нами машину «Теней», но оказалось, что приехал лимузин Нарышкиных. Думаю, это задумано специально, чтобы к нам было меньше вопросов. А значит становится еще интереснее.

Обычно водитель Нарышкиных тащился до Белозерска почти час. Он никогда не превышал скорости, даже если Лешка сам об этом его просил. На все просьбы и угрозы реагировал одинаково, мол, таково распоряжение его высочества.

Но сегодня он нас приятно порадовал. Скорость он по-прежнему не превышал, но зато ехал на самом пределе, что для него уже было чем-то выходящим из ряда вон.

Мы долетели до Белозерска за рекордные для это парня пятьдесят семь минут. О чем Лешка ему торжественно сообщил, когда он заехал на территорию базы «Теней». Теперь оставалось выяснить зачем он нас сюда привез.

Первый сюрприз был, когда нас встретил Лешкин отец, которого сопровождал Жемчужников и Ибрагим.

— Привет, сынок, — сказал князь и потрепал Алексея по голове. — Решил устроить тебе небольшой сюрприз и нагрянуть без предупреждения. Смотри-ка! Да ты подрос за то время, что я тебя не видел! И Максим тоже… Вы куда растете, парни? Скоро меня обгоните!

Мы еще немного постояли на стоянке, пока я по просьбе князя рассказал ему про наше недавнее происшествие в «Китеже». Без подробностей, разумеется. Детали я и деду не рассказывал, чтобы он лишний раз за меня не волновался.

Ну а потом мы пошли в подвал, где до этого момента я еще не был ни разу. Оказалось, что он здесь просто гигантских размеров. Если и меньше наземной постройки, то совсем ненамного. Он тоже состоял из нескольких этажей и здесь даже был свой собственный лифт.

Правда лифт был какой-то допотопный и двигался со скоростью черепахи. Такое себе ощущение, если честно. Кабинка тарахтела и тряслась так, что я думал это моя последняя поездка на лифте. Мы пока тащились, у меня сложилось ощущение, будто мы едем в преисподнюю на каком-то адском транспорте.

— Все нормально, парни. Он всегда так работает, — успокоил дядя Игнат, глядя на наши встревоженные лица. — Я, когда первый раз на нем ехал, тоже немного попереживал. Вот, держите. Вам они там пригодятся.

Жемчужников протянул нам с Лешкой две шерстяные шапки и это было очень кстати. В нашем подвале и правда было очень холодно.

Наконец кабинка издала громкий жалобный скрежет и замерла. Жемчужников распахнул железную дверь, и мы вышли в тусклый коридор.

— Как в фильмах ужасов, — пробурчал Нарышкин, пока мы шли за Жемчужниковым вперед. — Тихо, как в могиле. Хоть бы какой-нибудь звук.

— Прошу, — сказал дядя Игнат, остановившись возле одной из дверей. — Только не пугайтесь пожалуйста.

Вообще-то, я мертвецов не очень боюсь, но вид лежащего прямо на полу человека с дыркой в виске немного напрягал.

— Это кто, дядя Игнат? — шепотом спросил княжич.

— Кишкин Захар Данилович. Глава наемного отряда «Железный корпус». Один из тех людей, по чьей вине могли убить Максима, — ответил он и посмотрел на меня. — Это и есть то самое важно дело, о котором я тебе говорил. Нам очень нужно пообщаться с этим парнем, чтобы покончить со вторым человеком, который в этом участвовал.

— Вторым? — спросил я, рассматривая труп.

— Князь Горихвостов, наш давний соперник и сюзерен этого помойного пса, — сказал стоявший за моей спиной Николай Федорович. — Этот гаденыш в последнее время слишком много берет на себя. Какое-то время я его терпел, но после этой выходки… Пришло время выяснить с ним отношения.

Он положил мне руку на плечо и продолжил:

— Кишкин отвечал за безопасность своего хозяина, так что я очень надеюсь на твою помощь, Максим. Если мы узнаем все, что нас интересует — дальше уже будет дело техники.

— Вообще-то я такого еще делать не пробовал, но я постараюсь, — пообещал я, глядя на труп.

— Давай, мой мальчик, не робей, — решил поддержать меня Дориан. — На самом деле, это не так сложно, как тебе кажется. Начинай как обычно, а дальше я тебе помогу… Здесь нужно будет использовать немного другую формулу.

— Что значит немного другую? — мысленно спросил я у него, подходя к мертвецу поближе, чтобы чувствовать исходящую от него энергию как можно лучше.

— Ну в принципе, это обычное заклинание Поднятие Нежити, только повыше рангом, — ответил он. — Тебе же нужно с ним разговаривать, а не просто поднять из мертвых кусок мяса. Давай…

* * *

Это оказалось гораздо легче, чем я думал. Заклинание было достаточно простым. Ну, во всяком случае, для меня.

Князь и Жемчужников общались с ним почти час. Дядя Игнат записывал разговор на диктофон, а я поддерживал Кишкина в нужном состоянии для разговора. Энергии на это уходило немало, но я справлялся.

Почти. Если не считать одного раза, когда я чуть ослабил контроль и отвлекся на разговор с Дорианом. В этот момент мертвец замолчал, пошатнулся и рухнул вперед всем весом впечатавшись лицом в холодный кафель.

Вид после этого он имел довольно забавный… В виске дырка, нос набекрень, половина зубов сломана… Я думаю, если бы с нами были наши девчонки, то этот парень запомнился бы им надолго.

— Скажите, Николай Федорович, а что будет с этим Горихвостовым? — спросил я у князя, когда все закончилось, и мы отогревались горчим чаем наверху.

— Что с ним будет? — задумчиво переспросил князь. — Я тебе скажу, что с ним будет… Я предоставлю ему выбор. Либо его род лишится своего Дара и имущества, но сможет сохранить свои жизни. Либо… Впрочем, я думаю, ты догадываешься, что с ним произойдет, если он откажется от первого предложения.

— Разве можно лишить человека Дара? — спросил я.

— Разумеется, — кивнул он. — Энергетические потоки, которые сформированы в твоем теле, можно и уничтожить. Это очень сложный ритуал, но… все возможно. После такого человек уже не будет прежним, но останется жив. Лично я выбрал бы второй вариант, но зная эту крысу, я почему-то думаю, что он выберет первый. Даже интересно…

Больше на эту тему мы не разговаривали. Мне было не очень интересно, что произойдет с человеком, который отдал приказ меня убить. В любом случае, этот вечер я провел не напрасно.

Во-первых, немного попрактиковался с новым заклинанием.

Во-вторых, узнал от князя информацию, которой раньше не знал. Просто не думал, что это возможно. Если честно, это крепко шибануло меня по голове. Как это — лишить человека Дара? Если бы такое произошло со мной… Даже думать об этом не хочется.

Жемчужников с князем поблагодарили меня за помощь и выделили свой лимузин, чтобы он доставил меня обратно в школу. Лешку отец попросил остаться в Белозерске, что было вполне логично. Ибрагим вызвался меня сопроводить до выезда из города, но как только мы сели в машину, оказалось, что у него был другой план.

— Мой господин, времени у нас еще с запасом, может наведаемся в «Мельницу»? — предложил он. — Тут недалеко, за пару часов управимся.

Я вытащил из кармана мобильник и посмотрел время. Половина восьмого. В принципе, Турок прав, должны успеть. Если сопли жевать не будем. Ну а так, идея вполне себе, чего зря время терять, если я все равно уже здесь?

— Едем в «Мельницу», — попросил я водителя. — Потом в школу.

— Должен напомнить, что мы должны попасть в «Китеж»… — завел свою пластинку этот нудный мужик, который даже мне уже надоел со своим заунывным голосом. Даже не знаю, как его Лешка все это время терпит…

— Да-да, я в курсе, успеем, — не дал я ему закончить. — Мы там недолго.

Он осудительно посмотрел на меня через зеркало заднего вида, но нашел в себе силы промолчать. Наверное, нарушение запланированной программы для него было чем-то вроде тяжкого преступления. Где-то рядом с кражей или грабежом.

Как и говорил Ибрагим, «Мельница» располагалась недалеко от Белозерска. Минут двадцать езды в сторону Липиного Бора, немного не доезжая Приозерного. Нужно было свернуть с трассы в лес и проехать еще пару километров.

Когда мы вышли из машины, я просто обалдел от увиденной картины. Очень классное место! Небольшое двухэтажное здание, на котором нежно-голубым светом мигала вывеска «Мельница». Рядом с ним был целый ряд домиков, в виде небольших теремков, а прямо за ними виднелась река.

Повсюду были развешены фонарики, которые тоже светились голубым светом. Здорово просто! Такое ощущение, что я попал в какое-то сказочное место, которое затерялось среди леса.

— Ибрагим, а почему «Мельница»? — спросил я у него, осматриваясь вокруг.

— Призраки говорят когда-то давно она здесь и правда была, — ответил он и показал в темноту, где виднелось какое-то темное пятно. — Вон, видите? Вроде как это все что от нее осталось. Здесь нечистая сила завелась… Знаете, как оно бывает… А потом кто-то из дворян ее выкупил и заведение построил. Пользуется спросом, между прочим. Оно здесь уже лет сто стоит.

— Да вижу, что пользуется спросом, — сказал я, окидывая взглядом два ряда машин, которые стояли на небольшой стоянке. — Ну, пойдем посмотрим, что там у них внутри.

Внутри тоже было отлично! Прямо глаз радовался! Везде царил полумрак, который ненавязчиво заполнялся мягким голубым светом, исходящим из старомодных фонарей. Все огромное пространство заведения заполнено множеством кабинок, которые были огорожены друг от друга тонкими ширмами.

Если нужно с кем-нибудь встретиться, чтобы было поменьше свидетелей, то лучшего места не найти. Просто классно! Обязательно возьму себе его на заметку!

Лишь по множеству приглушенных голосов и шепотков можно было понять, что в заведении сейчас сидит куча людей, которые активно общаются между собой. Еще было отчетливо слышно, как где-то совсем рядом течет вода. Будто прямо внутри этой комнаты журчит ручей. Все это вместе обволакивало теплотой, спокойствием и каким-то необъяснимым ощущением того, что здесь хотелось задержаться.

Я ненадолго замер возле входа, раздумывая куда мне идти дальше, как вдруг услышал тихий голос справа от себя:

— Добрый вечер. Могу я вам чем-то помочь, господа?

Именно так я представлял себе в детстве добрых волшебников, когда читал о них в сказках. Передо мной стоял невысокий дедуля, с длинной белой бородой и добрым взглядом. Картину дополняла синяя мантия и такого же цвета остроконечная шляпа.

— Да, — ответил я, растерянный от того, что сразу не заметил этого милого старичка. — Мы бы хотели поужинать.

Кроме очень уютной атмосферы, здесь еще очень вкусно пахло и мой желудок сразу же напомнил громким урчанием о том, что давно пора бы что-нибудь съесть.

— Прошу за мной, — сказал старичок и не спеша пошел вперед.

Я топал вслед за ним, походу оглядывая все вокруг, и пока мы шли, заметил еще одного старичка, который как брат-близнец был похож на нашего поводыря.

Ну а еще я увидел нескольких призраков, которые болтались между кабинками без дела. Понятное дело, что на нас они не обратили никакого внимания, откуда им знать, что мы их прекрасно видим? Я тоже не собирался привлекать их внимание к себе, а то я представляю, что сейчас начнется… Не дадут же поговорить спокойно.

— Как вам здесь? — спросил старичок, предлагая мне кабинку, по углам которой стояли огромные горшки с какими-то раскидистыми кустами, которые создавали ощущение леса.

— Отлично, — сказал я и расположился на мягком диване, который тоже оказался на удивление удобным.

— Сейчас к вам подойдут, господа. Отдыхайте, — сказал старичок и исчез, оставив нас с Турком одних.

— Вам нравится здесь, мой господин? — спросил у меня Ибрагим.

— Очень! — честно ответил я ему, глядя на потолок, который был сделан в виде звездного неба. — Одно из лучших мест, в котором мне доводилось бывать. Если здесь и кормят вкусно, тогда вообще… Теперь я понимаю, почему здесь любят собираться ясновидящие и почему так много машин на улице.

— Очень вкусно, поверьте мне. Когда-то давно я любил заезжать сюда, чтобы немного отдохнуть, — с грустью в голосе сказал он. — Бывало мог задержаться на несколько дней.

Он наклонился ко мне поближе и показал на потолок.

— Между прочим, там наверху отличные комнаты. Многие живут здесь месяцами и давно уже превратили их в свои личные апартаменты. Знаете, мой господин… — Ибрагим перешел на шепот. — Говорят, что здесь есть какая-то особая магия, которая помогает всем этим ясновидящим лучше провидеть и все такое. Вроде бы как они здесь сильнее становятся…

После этих слов я прислушался к своим ощущениям, но никакой таинственной силы не почувствовал. Во всяком случае, той, которая мне помогает лучше колдовать. Кто его знает, может быть, у этих ребят она какая-то другая?

В этот момент напротив нашей кабинки остановилась девушка, которая была одета как натуральная ведьма! Вот такими я их и представлял, когда читал про них в сказках! Только одежда и шляпа у этой была не черная, а нежно-голубая. Под цвет царящих в этом заведении оттенков.

— Меня зовут Эсмеральда, — сказала она и положила передо мной меню, буквы на котором были напечатаны ярко-голубыми алхимическими чернилами. — Хотите что-нибудь заказать сразу или позовете меня попозже?

— Я немного посмотрю… — сказал я, рассчитывая внимательно изучить меню.

— Как угодно, — она исчезла так же тихо, как и появилась.

— Мой господин, вы пока выбирайте, а я приведу Андромеда, — сказал он и мне показалось я ослышался.

— Как ты сказал его зовут?

— Андромед. Он говорит раньше это имя было очень модным, — ответил он и ушел.

— Дориан, ты слышал? — спросил я и открыл меню.

— Согласен, Макс. Только Андромеда нам с тобой и не хватало! Охренеть можно!

Глава 19

— Что решили съесть, мой господин? — спросил Ибрагим, который вернулся через несколько минут. — Я бы вам очень советовал заказать кусок запеченного молодого поросенка. Они у них просто вкуснятина. Пальчики оближешь! Помню…

— Погоди-ка с воспоминаниями, где твой алхимик? — перебил я его.

— У него там какой-то спор вышел с бывшим коллегой, сказал скоро подойдет, — ответил Турок.

— Вечно с этими призраками какие-то проблемы, — пробурчал я, листая меню. — Не могут все по-человечески сделать, жди его теперь.

— Я тебе когда-то говорил, чтобы ты с ними не связывался, — напомнил мне Дориан разговор столетней давности. — Но ты же меня не слушаешь никогда, а потом сам же и страдаешь.

Не зря я опасался насчет нашего алхимика. К тому моменту, когда он соизволил явиться, я уже успел не только сделать заказ, но и наполовину его умять.

Мой восточный друг оказался прав. Поросенка здесь и правда готовили просто сказочно. Никогда не ел ничего подобного. Нежное мясо, с хрустящей запеченной корочкой… Даже когда я был у Нарышкиных в Москве и меня угощали всем чем только можно, мне не довелось пробовать такой вкуснотищи.

Я как раз раздумывал над тем, что нужно будет в «Китеж» несколько порций захватить и на выходных устроить пикничок с девчонками, когда появился наш Андромед.

Блин, ну вот почему мне все время попадаются всякие вот такие ребята? Даже одного взгляда на алхимика было достаточно, чтобы сказать — тип, как минимум, необычный.

Для начала он носил старомодные круглые очки, которые предпочитали летчики в далекой древности. Кроме того, на нем был халат, очень похожий на медицинский. Ну и дополняли картинку всклокоченные, торчащие в разные стороны волосы.

Он был похож скорее на какого-нибудь ученого-психа, чем на алхимика.

— Судя по вашему взгляду, молодой человек, Ибрагим меня не обманул, вы и правда видите призраков, — сказал он, после того как я вот уже целую минуту с интересом рассматривал его. — Не можете же вы просто смотреть в пустоту… Хотя, если вы сумасшедший…

— Кто из нас двоих сумасшедший, это еще нужно разобраться, — недовольно сказал я и с сожалением отодвинул от себя недоеденный кусок мяса. Жаль… К тому времени, когда мы закончим, оно уже будет холодным.

— О! Выходит точно не соврал — мои слова вы тоже слышите! Надо же как интересно! — оживился алхимик. — Мне говорили, что в городе завелся какой-то мальчишка, который якобы умеет говорить с призраками, но я думал, что все это выдумки. Призраки все время придумывают всякие небылицы, делать-то им больше нечего. Получается, что вы не выдумка?

— Получается так, — кивнул я.

— Меня зовут Андромед, — сказал он. — Мой отец увлекался астрономией, поэтому как-то так…

— А-а, тогда понятно, — кивнул я и решил перейти поближе к делу. — Ибрагим сказал, что вы очень талантливый алхимик… Вы Одаренный?

— Был, — ответил Андромед. — Хмельников моя фамилия.

— Да ладно? — оживился я. — Это значит в первом классе мы по вашему учебнику учились? «Основы сбора и хранения компонентов»?

— Почему только в первом классе? — удивился он. — У меня много учебников. Есть еще…

— Я знаю, — перебил я его. — Меня зовут Максим Темников.

— О! Славная фамилия! Ваши предки тоже довольно неплохо разбирались в алхимии. Надеюсь, эта славная традиция продлится и дальше, — сказал он и передвинул свои круглые очки на лоб.

Судя по его взгляду, особого доверия я у него не вызывал. Во всяком случае, пока.

— Скажите, а куда вы пропали тогда, много лет назад? — спросил я у него. — На обратной стороне учебника было написано, что вы таинственным образом исчезли…

— Об этом потом. Если дойдет черед, — нахмурился он. — Кстати, разве в «Китеже» снизили возраст для учеников? Или вы просто очень молодо выглядите?

— Меня туда за особые заслуги взяли, — пожал я плечами. — Просто я не только алхимией занимаюсь… Еще всяким-разным понемногу…

— Да, это я уже понял, — сказал Андромед и красноречиво посмотрел на Турка. — Ибрагим сказал мне, что вам нужна моя помощь и для этого вы хотите меня материализовать. Я правильно понял?

— Все так и есть.

— Было бы интересно узнать, зачем я вам понадобился и в качестве кого?

— Скажите… кхм… Андромед, вы бы не хотели попробовать себя в качестве преподавателя? Ну или наставника, как вам будет удобнее.

Он посмотрел на меня растерянным взглядом.

— Наставника? Не совсем понимаю… О! Погодите-ка! Кажется, меня осенила догадка, — он прищурился. — Вы хотите стать блестящим алхимиком и вам понадобилась моя помощь, я правильно понял?

— Неправильно. Чтобы попросить вас о помощи, мне не нужно вас материализовывать, — сказал я. — Вы же сами видите, что мы с вами и так прекрасно беседуем друг с другом.

— Ах да… В самом деле… Что-то я не подумал…

— Я бы хотел, чтобы вы стали постоянным помощником одной моей хорошей знакомой ведьмы. Будете готовить вместе с ней эликсиры, собирать компоненты и всякое такое…

Хмельников открыл было рот, чтобы что-то спросить, но я жестом попросил его не перебивать меня. Он оказался понятливым.

— Это ваша первая задача, но не единственная, — продолжил я. — Кроме этого вам нужно будет обучать других девушек алхимии. Что-то не слишком сложное. Какой-нибудь вводный курс и самые базовые эликсиры. Я думаю, вы с Лакримозой разберетесь в этом вопросе и без меня.

— Лакримозой? — на этот раз он все-таки не выдержал и перебил меня. — Какое необычное имя. Непросто ей, наверное, с таким живется.

— Кто бы говорил… — встрял Дориан.

— Да, немного непривычное, — согласился я с ним. — Так что скажете?

— На первый взгляд звучит очень заманчиво, — на лице алхимика появилась восторженная улыбка. — Всегда мечтал поработать учителем и даже не думал, что такая возможность представится мне лишь после смерти.

— Угу, — кивнул я. — Согласен с вами. Никогда нельзя знать наперед, что с тобой приключится в следующую минуту.

— Я ведь могу учить не только алхимии! — тем временем рассуждал Хмельников, пропустив мои слова мимо ушей. — Разве есть кто-нибудь, кто лучше меня разбирается в бытовой магии?

— Вот и отлично, что вы в этом большой специалист. Это тоже будет очень полезным, — после его слов у меня появилась мысль, что учить девчонок бытовой магии тоже будет не лишним. За дополнительную плату, разумеется.

— Звучит очень заманчиво! — радовался тем временем Андромед.

— Только есть один небольшой нюанс… — сказал я. — Так, небольшая мелочь. Не думаю, что это сможет изменить ваше настроение.

— Ну вот, начинается… Так я и думал… — улыбка медленно сползла с лица Хмельникова. — Всегда есть какие-то нюансы…

— Это и правда ерунда, — заверил я его. — Тем более, в вашем случае. Дело в том, что школа магии, в которой вы будете работать, находится в другом мире. Не на этой планете.

На лицо Андромеда было жалко смотреть. Столько разных выражений всего за несколько секунд. Он наклонился поближе ко мне и прошептал:

— Вы ведь точно не сумасшедший, Максим? Времени у меня сейчас хоть отбавляй, но все равно не очень хотелось бы тратить его на бессмысленные разговоры.

— Он говорит правду, — сказал Ибрагим. — Этот парень и в самом деле умеет путешествовать между мирами. Я и сам был в том месте, о котором говорит мой господин. Кстати… Лакримоза — девушка поразительной красоты, и если ты согласишься, то жалеть не придется, поверь.

Андромед посмотрел на Турка, затем снова на меня и вновь сдвинул очки на глаза. Нет, в таком виде он точно похож на какого-то маньяка-ученого.

— Ну… Допустим я вам верю, — сказал он и принялся рассуждать, как будто нас здесь и не было. — В конце концов, что я теряю? Зато если это окажется правдой, то приобрету очень много. Чего стоит одна лишь материализация… А потом еще наставничество… В компании красивой девицы… Прямо какая-то призрачная мечта!

— Тогда будем считать, что мы договорились? — спросил я у него и посмотрел на тарелку с куском поросенка. Можно было бы попробовать его съесть перед отъездом. Думаю, даже остывший он все равно будет вкусным.

— Угу, — кивнул он и почесал затылок. — Только и у меня есть одна просьба. Небольшой нюанс, как вы говорите…

Вот теперь пришла моя очередь напрячься и в очередной раз подумать о том, что слишком все гладко складывалось до этого момента. Так не бывает.

— А я тебе говорил…

— Отвали, Дориан, давай послушаем, что ему нужно.

Я молча смотрел на Андромеда, а тот, не дождавшись пока я спрошу в чем заключается нюанс, продолжил сам.

— Для нормальной работы мне нужно три вещи, без которых никак не обойтись. Можно сказать, мои талисманы. Черный флакон, — сказал он и загнул один палец. — Инструмент для сбора компонентов, и мой любимый рабочий фартук.

— Ну это не сложно, — облегченно вздохнул я. — Такое даже в нашем магазине есть. Я вам предоставлю все самое лучшее, можете не беспокоиться.

— Максим, вы не меня не поняли. Мне не нужно самое лучшее… Мне нужны именно мои вещи… — серьезно сказал он. — Они все волшебные. Черный флакон я создал сам и без него никак. Мало того, что при объеме в двести пятьдесят грамм он может вместить почти пять литров любой жидкости, так он еще и приносит мне удачу. Инструмент также моя работа и без него никак.

— Он тоже вам удачу приносит? — спросил я.

— Нет, но он ничего не весит, а все ножи в наборе всегда острые как бритва, — ответил он. — Фартук, между прочим, самоочищающийся, что очень удобно, согласитесь.

— Согласен. Ладно, если вы так привыкли к этим вещам, заберете их с собой, не вижу никаких проблем. Только скажите где их забрать?

— Внутри радужного крокодила, который меня сожрал, — ответил он. — Тварь ненасытная…

— Какого крокодила? — на всякий случай переспросил я.

— Радужного, — повторил Андромед. — Это такие твари метров пятнадцать в длину.

— Ибрагим, он сейчас о чем говорит? — я посмотрел на Турка.

— О радужных крокодилах, мой господин, — ответил он, как ни в чем ни бывало. — Очень похожи на обычных, только злее и приходят к нам из Искажений. Наверное, один из таких сожрал этого парня.

— Сожрал! Проглотил в один присест! — пожаловался Хмельников. — Я и пикнуть не успел! Гадина мерзкая! Я даже толком не понял что произошло. Сначала я услышал, как что-то хрюкнуло, потом хрустнуло, затем в глазах стало темно, а спустя несколько секунд я уже глазел на эту уродину со стороны.

Да блин, весело… Радужный крокодил какой-то нарисовался… Внутри которого нужные Андромеду безделушки… С детства крокодилов не люблю…

— И вы знаете где его искать, этого радужного крокодила?

— Само собой, — кивнул алхимик. — В Бурых Топях. Я его время от времени навещаю. Все надеюсь, что он вот-вот издохнет, а он живет себе и живет, сволочь такая. Даже еще больше с тех пор вымахал.

— Это где такое?

— Недалеко. Километров пять от Дубравино, — подсказал Ибрагим.

— Точно, — поддакнул Хмельников и заулыбался, видимо радуясь тому, что появился шанс отомстить своему убийце. — Совсем недалеко.

— А вы-то там что делали? На этих Бурых Топях? — мрачно спросил я, не разделяя веселья призрака.

— Как это? Компоненты собирал, понятное дело. Между прочим, там самый лучший в округе серебряный мох растет, — с готовностью ответил Андромед. — Ну так что, договорились?

— Ладно, черт с вами, — кивнул я. — Загляну к этому крокодилу на днях.

— Вот и отлично! Тогда как принесете мои вещи, то я сразу же в вашем распоряжении. Только вы сильно долго не затягивайте.

— Вам то чего?

— За всю жизнь ни разу не был в другом мире, — ответил он. — Если вы не врете, то было бы очень интересно посмотреть.

В этот момент мимо нас проплыл какой-то призрак, увидев которого Хмельников попрощался с нами и свалил. Есть мне уже перехотелось. Мыль о том, что придется убивать какого-то радужного крокодила, да еще потом вскрывать ему пузо и копаться в кишках, напрочь отбила аппетит. Кто его знает, может быть, этот Андромед до сих пор не переварился. Гадость какая…

— Ибрагим, где ты его нашел такого?

— Мой господин, вы же сами сказали, что нужен самый лучший, — виновато ответил он. — Вот я и нашел… Кстати, про крокодила он мне ничего не говорил. Вы не переживайте насчет него. Командой мы его быстро уделаем.

— Ладно, чего уж теперь об этом говорить. Ты, между прочим, сегодня со мной в «Китеж» поедешь, — сказал я, поднимаясь со стула.

— Что-то случилось? — напрягся Турок.

— Мне нужно, чтобы ты для меня проверил одну штуку, в которую я попасть не могу, — ответил я. — Это на территории школы находится. Завтра на рассвете сходим туда, все посмотрим и поедешь домой.

— С удовольствием! — обрадовался Ибрагим, который очень любил бывать в «Китеже», когда для этого представлялась такая возможность. — Для меня это пара пустяков!

Как я и хотел, перед отъездом попросил упаковать мне с собой несколько кусков поросенка, и мы покинули «Мельницу». Когда лимузин выезжал с парковки, я обернулся, проводив взглядом нежно-голубую вывеску и подумал о том, что нужно будет сюда обязательно наведаться с Нарышкиным и показать ему это место.

Кстати, на летних каникулах вообще можно сюда закатиться на неделю и пожить здесь немного. Мне кажется, будет здорово. Ну а что? Кормят вкусно, отдыхается просто отлично. С того момента, как я сюда приехал и пары часов не прошло, а я чувствовал, что за это время полностью восстановил свои силы. Да, прав был Турок, когда говорил, что это место какое-то особенное. Интересно, почему?

* * *

— Темников, ты куда это собрался в такую рань? — сонно спросил меня дежурный, когда я выходил утром из общаги. — Начало шестого только… Еще и выходной же…

— Угу, самое время собрать несколько цветочков для Компонента, — ответил я и показал дежурному свою школьную сумку для сбора компонентов.

— А-а, — понимающе протянул он и улыбнулся. — Тогда все понятно.

Самая легкая и простая отмазка, которую можно было придумать. Щекин любил надавать ученикам всяких заданий типа этого. Причем собрать нужные компоненты на рассвете, это еще не самое плохое.

Некоторым приходилось всю ночь сидеть над каким-нибудь растением, которое распускалось всего на пару минут и именно в этот момент нужно было его срезать. Причем правильно срезать и не ошибиться ни на сантиметр, иначе оно теряло свои свойства. Ну, а если нет… Что же, тогда будет следующая ночь… Или сколько их там потребуется, пока все получится как нужно.

Утро встретило меня густым туманом, который и на туман-то толком не был похож. Скорее какой-то очень мелкий дождь, который невидимыми мокрыми каплями мгновенно промочил мою одежду. Мерзость какая. Терпеть не могу такую погоду.

Я топал в сторону той самой башни на болотах и посматривал по сторонам, опасаясь увидеть нашего Компонента. Черт знает как, но этот человек частенько умудрялся оказываться там, где его присутствие в этот момент было крайне нежелательно. Чуйка у него что ли была на это дело особенная?

Но опасался я зря. На своем пути я не встретил ни одной души и в какой-то момент даже начал наслаждаться этой прогулкой. Все-таки приятно побродить по «Китежу», когда вокруг ни одной души. Интересное ощущение. Как будто я здесь совсем один.

— Буррум… Бум…

Я аж подпрыгнул от неожиданности!

— Борис, твою мать! Чушка свинцовая! Нельзя так живых людей пугать! — сказал я конструкту, который неподвижно сидел на траве.

— Бурурум, Макс…

— Угу, я из-за тебя чуть в штаны бурурум не сделал…

— Болота… Бум-бам…

— Да, именно туда, — ответил я ему. — Кстати, можешь пойти со мной, если хочешь.

Топ… Топ… Топ…

Минуту спустя мы уже шли к башне в компании конструкта, и я рассказывал ему куда иду. Ну а он старался поддерживать разговор как мог. Не знаю, правду ли говорил Орлов, что Борис начнет говорить как обычный человек, но даже так можно было легко понять, чего он хочет. Во всяком случае, у меня получалось. Временами.

В тот момент, когда мы подошли к болотам, он как раз рассказывал мне какую-то историю про воробьев. Если я его правильно понял, то некоторые из них пытаются вить в нем гнезда.

С каждым новым шагом ботинки проваливались в траву все глубже и в какой-то момент я решил, что дальше идти не стоит. Мне почему-то не казались шуткой слова Компонента о том, что это место не самое безопасное в «Китеже» и не зная всех тропок, сюда лучше не соваться. К тому же, Ибрагим может прекрасно справиться и без меня.

— Вон там, — показал я Турку примерное направление, где он должен будет искать башню. — В тумане ее не видно, но ты сразу поймешь, о чем я тебе говорил, когда увидишь ее.

— Не беспокойтесь, мой господин. Все осмотрю и доложу в лучшем виде.

Я проводил взглядом серебристый силуэт призрака, а затем вновь вернулся к Борису, который удивленно вертел головой по сторонам, не понимая с кем я разговариваю:

— Так что ты там про воробьев говорил?

— Бурум… Гнездо, Максим… — ответил он и продолжил свой рассказ.

К тому времени как вернулся Ибрагим, туман уже немного развеялся, а на сером небе появилось солнце. Греть оно уже особо не грело, но хорошего настроения немного прибавляло.

— Ну? Чего молчишь? — с нетерпением спросил я у Турка, который молча стоял передо мной. — Докладывай, что ты там увидел.

— Ничего не увидел, мой господин, — растеряно ответил он.

— Как это? Ты что, башню не нашел?

— Нашел. Но попасть в нее не смог, — виновато ответил призрак. — Там какой-то мощный энергетический барьер, через который даже я не могу пройти. Наверное, это какая-то магия.

Вот оно как значит. Это становится уже любопытным. Если даже призрак сквозь этот барьер пройти не может, то что же там внутри, интересно знать? Хм… Остается единственный вариант, попробовать попасть туда через некрослой.

— Ты уверен, что это в любом случае нужно сделать? — спросил Дориан. — Не обязательно настойчиво лезть в каждое место, в которое трудно попасть. Ты не думал, что может быть оно просто слишком опасное?

— Думал, Мор, ты лучше меня об этом знаешь, — мысленно ответил я ему. — Но интересно же все-таки узнать, что там внутри?

— Бурурум, Максим? — спросил в этот момент конструкт.

— Угу, обязательно. Только не сегодня. Дориан прав, вдруг там придется задержаться, а у меня скоро урок с Чертковым. Да и доспехи я свои не взял…

— Мой господин, может быть я еще раз попробую? — предложил Турок, глядя как я задумчиво смотрю в сторону башни. — Вдруг не заметил лазейку какую-нибудь?

— Нет, Ибрагим, не стоит. Думаю, тебе туда не попасть.

Ладно, башенка, погоди немного. Скоро я к тебе вернусь.

— Пойдем, Борис. Нечего тебе тут делать. Не хватало еще, чтобы ты здесь утонул. До конца года весь «Китеж» гудеть будет, что Темников конструкта утопил.

— Брррам… Бом… Буррым…

Глава 20

Каждое занятие с Чертковым теперь начиналось с привычного ритуала, который я старался не нарушать, чтобы не слышать в свою сторону его недовольное брюзжание. Как только мы с ним оказывались в нашем рабочем кабинете, я первым делом активировал Светящийся Огонек.

Между прочим, мое заклинание уже давно не напоминало разные виды чайников, как говорил старик. Ровные, идеальные шары, которые появлялись по щелчку пальцев именно в том месте, где мне было нужно. Причем я мог проделывать такие штуки не только в комнате.

Эксперименты на свежем воздухе показали, что я могу повесить Светящийся Огонек на расстоянии до двадцати шагов. Довольно прилично. Но я ведь еще продолжал тренировки, так что в скором времени планировал увеличить это расстояние как минимум раза в два.

От Александра Григорьевича трудно было добиться похвалы, но даже он перестал мне делать замечания насчет моего заклинания. В его случае это означало, что я достиг нужного ему мастерства в этом навыке.

Сегодня он выглядел немного бодрее, чем в нашу прошлую встречу. Мне нравилось, когда он был в таком вот приподнятом настроении. В такие моменты он чаще шутил и реже называл меня безмозглым остолопом, который не может запомнить элементарных вещей.

Правда такое происходило крайне редко и затем приливы энергии сменялись у него еще более гадостным настроением, чем обычно… Но все равно это было здорово. Думаю, когда-то давно он был большим любителем пошутить. Жаль, что это было давно.

Как всегда, перед тем как перейти ко всяким интересным штукам, наставник в очередной раз провел мне короткую лекцию о технике безопасности, которую я уже знал наизусть. Это тоже был своего рода ритуал, к которому я успел привыкнуть.

Я даже взял на себя смелость и повторял слова Черткова следом за ним, но он даже не обратил на это внимания и довел лекцию до конца. Наверное, он просто добивался, чтобы элементарные вещи, которым он меня учил, врезались в мое сознание навсегда. Так оно и было.

Закончив говорить, старик дождался от меня ответа, что я все понял, и принялся чертить на полу формулы меток портальной магии. Похоже нас ожидало путешествие.

— После того, как закончится перенос, стоишь на месте и ничего не делаешь, ясно? — напомнил он в очередной раз.

— Да ясно, вы же уже предупредили…

— Значит так нужно, Темников, — невозмутимо ответил он, осматривая меня с ног до головы. — Ну вроде бы нормально… Давай, бери меня за плечо.

Спустя несколько секунд мы оказались…

— Где мы, Александр Григорьевич? — спросил я, глядя на каменные кресты и склепы за оградой. — Похоже на какое-то кладбище.

— Оно и есть, — ответил Чертков. — Мы с тобой сейчас недалеко от Белозерска. Километрах в пяти. Это старое закрытое кладбище. Здесь давно уже никого нельзя хоронить.

Только после его слов я обратил внимание на то, что место и правда выглядело не очень ухоженным. Травы много, а некоторые могилы вообще заросли так, что даже крестов видно не было.

Я посмотрел по сторонам. Мрачное местечко. Вокруг лес, который сплошной стеной прилегает к кладбищу. Дождь моросит и вороны каркают. Куда же без них.

Но при этом было еще кое-что. Несмотря на окружавшие меня виды, я вот не могу сказать, что меня это как-то угнетало. Здесь было что-то совсем другое. Такое ощущение, что я отлично понимал — кладбище не место для хорошего времяпровождения. С другой стороны…

Нет, я не буду говорить, что мне здесь очень нравилось, но поскорее отсюда убраться мне тоже не хотелось. Скорее я просто отметил для себя, что это не самое веселое место где приходилось бывать. Однако меня это вообще никак не напрягало. Даже наоборот. Тихо, спокойно, никакой суеты… Все это было странно.

— С кем поведешься, от того и наберешься, — сказал Дориан. — Ты же не думал, что Чертков тебя на карусели водить будет?

— Никогда не думал, что мне будет нравиться находиться на кладбище, — мысленно ответил я ему. — Видимо пребывание в некрослое все-таки как-то бьет по мозгам.

— Ты что замолчал? — оторвал меня от разговора наставник.

— Да ничего… Просто, осматриваюсь…

— Не стой столбом, открывай вход. Только не суетись внутри, помнишь?

Блин, в четвертый раз за день уже… Я не стал отвечать, молча воспроизвел некросимвол и через мгновение услышал характерный рвущийся звук, с которым разрывалось пространство перед нами.

Спустя еще несколько секунд я уже был там и наслаждался ощущением окутавшей меня приятной прохлады. Внутри некрослоя дождя не было. Хотя, чего тут удивляться? Здесь же, наверное, вообще не бывает никаких осадков, откуда им взяться?

Я смотрел на открывшуюся передо мной картину и понял, почему Александр Григорьевич сказал мне стоять на месте. Здесь повсюду что-то двигалось, а еще я успел заметить несколько тех самых светящихся шариков силы, которые лежали недалеко от ограды.

Прошло несколько минут, прежде чем я немного привык к картинке перед собой и стал понимать откуда у меня появилось ощущение непрекращающегося движения там, за оградой, очерчивающей границы кладбища.

Все дело в существах, которых там было просто до черта! Начиная от падальщиков, которые топтались недалеко от замеченных мной шариков и продолжая какими-то более крупными тварями, глядя на которых даже не верилось, что такие вообще могут существовать. Особенно меня поразило одно из них, похожее на паука, которого скрестили с двухголовым человеком.

Но ведь это еще было не все. Чем дольше я смотрел, тем больше замечал новых существ. Некоторые из них были даже более уродливыми. Вон какой-то пузатый упырь смотрит в мою сторону… Это у него что вместо рук, щупальца какие-то, что ли? Ох и пакость…

— Так выглядит настоящее место силы, Максим, — сказал мне Чертков, заставив вздрогнуть от неожиданности, настолько я увлекся изучением местной живности.

— Сколько их здесь, Александр Григорьевич? — шепотом спросил я, опасаясь привлечь их внимание к нам. Я, конечно, не знаю всех способностей своего наставника, но думаю даже он здесь не справится.

— Несколько десятков наберется, — ответил старик. — Но ты ведь видишь лишь малую часть этого кладбища. На самом деле, оно очень большое и самые опасные существа находятся ближе к центру.

— Почему так?

— Обычно там находятся самые старые захоронения, поэтому самые мощные источники тоже там. Ну и наиболее мерзкие твари, как ты понимаешь, предпочитают находиться там же.

Он посмотрел на меня и поправил шляпу.

— Кстати, Темников, заруби себе на носу — пока господин Бобоедов на научит тебя пользоваться Барьером так же хорошо, как ты научился активировать Светящийся Огонек, тебе в такие места лучше не соваться.

— Почему?

— Потому что сначала они превратят твои мозги в кисель, а потом сожрут с потрохами. Вот почему.

— А-а, понятно. Да мне пока туда не очень хочется…

— Ну это пока, поверь. Однажды наступает такой момент, когда ты начинаешь понимать, что силы никогда много не бывает и сам захочешь тут оказаться, — объяснил он. — Ну или в каком-нибудь другом месте типа этого. Да и вообще, начиная с третьей дюжины некросимволов, каждый из них будет забирать у тебя очень много сил, поэтому, чтобы учиться дальше и пользоваться ими в свое удовольствие, а не по праздникам, у тебя просто не будет другого выхода.

Ух ты какая интересная новость! Выходит, рано или поздно мне все равно придется познакомиться с этими тварями поближе. Лучше, конечно, попозже. Пока что-то не очень хотелось. Особенно с тем странным паучком.

— Что замер с открытым ртом, Темников? — спросил старик. — Не переживай, раньше, чем положено, я тебя туда не отправлю. Кстати, их необязательно всех убивать, если ты об этом думаешь. Со старшими иногда можно и договориться. Но и об этом тебе думать рано, Максим. Пока им проще тебя убить, чем с тобой о чем-то договариваться.

Не могу сказать, что из меня самый лучший переговорщик, но если можно договариваться — это уже хорошо. Особенно, когда есть риск самому остаться на этом кладбище.

— Александр Григорьевич, а сколько всего дюжин некросимволов?

— Тебе-то зачем? Ты еще и первыми ни разу не пользовался.

— Ну так, для общего развития.

— Я знаю пять дюжин, а всего их шесть. Боюсь последнюю мне уже не выучить, — сказал он и постучал саблей по своему костылю. — Моя наука уже закончилась. Так что ты будешь первым за последние несколько сотен лет, кто разучит все шесть. Если, конечно, тебя не прихлопнут раньше времени. Всякое бывает.

— Умеете вы подбодрить…

— Угу, — кивнул он. — Уж какой есть.

Вообще, такое себе ощущение, когда в тридцати метрах от тебя целый некрозоопарк, а ты стоишь рядом с ним с одной лишь саблей в руках и с некросимволами в уме, которыми ты ни разу не пользовался.

— Александр Григорьевич, а они на нас не нападут? — спросил я на всякий случай. — Мне кажется, некоторые из них смотрят прямо в нашу сторону.

— Не нападут. Для тех, кто здесь живет, это кладбище что-то типа собственного государства с границами в виде оград. Они никогда не будут покидать своей территории без особых на то причин, — объяснил он. — Так что не бойся.

— А я и не боюсь… Я так, просто спросил… А что это за особые причины могут быть?

— Ну вот если бы мы с тобой пошли туда и начали их уничтожать всех без разбора, вот это была особая причина, — ответил старик. — Ну ладно, Темников, посмотрел и хватит. Давай делом займемся. Покажи мне некросимволы, которые ты выучил.

— Прямо здесь что ли? — удивленно воскликнул я.

— Что тебя смущает? — улыбнулся Чертков и оперся на костыль.

— Вот это все! — я обвел рукой вокруг. — Они будут меня отвлекать! Мне кажется, практикой нужно заниматься в более спокойных местах.

— Ерунда, — скривился старик. — Дичь какая-то… Отличное место! Первоклассное кладбище! Где еще может быть спокойнее чем здесь?

Угу, в нашем мире может оно и так, кладбище не самое суетливое место, но здесь — это совсем другое дело.

— К тому же, ты должен уметь применять некросимволы в любой ситуации, Максим, — продолжал мой наставник. — Так что, если тебя эти твари раздражают, то так даже лучше. Пользы будет больше. Давай, приступай. Начнем с самого начала. Первый: Слово-Омут. Делай.

Я сделал, и как только это произошло, то сразу почувствовал, что значит, когда сила покидает тебя не постепенно, а сразу солидной порцией. Сейчас произошло именно так. Некросимвол вырвал сразу огромный кусок энергии и в тот же миг я ощутил, как прохлада этого места стремительно перестает казаться мне приятной.

Надо же, как быстро происходит это изменение, когда ты начинаешь расходовать силу чуть быстрее, чем обычное перемещение.

— Молодец, Темников, — удивленно сказал Чертков. — Даже с первого раза получилось.

То, что мне удалось активировать некросимвол, было видно и без комментариев наставника. Меня будто накрыли звездным покрывалом, и я не видел даже собственных рук. Какой необычный визуальный эффект! Я похож на ходячее звездное черное пятно!

— Прикольно, — сказал я, осматривая себя со всех сторон. — Это получается, что местные твари меня сейчас не видят?

— До тех пор, пока ты стоишь на месте и не начнешь двигаться, — ответил он. — Слово-Омут не раз спасет тебе жизнь, Максим. Одно из самых действенных средств, когда тебе нужно стать невидимкой.

— Даже если я использую его посреди этого кладбища? — спросил я и посмотрел на глазевших в нашу сторону тварей.

— Даже там. Оно будет работать пока ты не начнешь двигаться или сам не отменишь его, — разъяснил Александр Григорьевич. — Вот только все время, пока некросимвол действует, он будет пить из тебя силу.

— Вот это не очень хорошо.

— А за счет чего он по-твоему должен работать? Давай дальше. Не теряй времени. Мне не очень хочется, чтобы ты истратил всю свою энергию на один лишь Слово-Омут.

Следующим был Слово-Друг и в этот раз я тоже сразу понял, что у меня все получилось как надо. Я увидел, как из моей руки начинает выходить тонкая серебристая нить, а вместе с тем что-то невидимое забирает у меня еще немного сил.

В какой-то момент нить рвется и прямо из-под земли вырастает… Я бы сказал, что это скорпион. Вот только с крыльями на спине, а вместо клешней вполне себе трехпалые руки, в каждой из которых он сжимал клинки, похожие на электрические разряды. Как и наши сабли, клинки тоже переливались разноцветными искрами.

Сразу после его появления я почувствовал в своей голове его присутствие. Он ничего не говорил, а просто ждал от меня распоряжений. Не знаю, как это происходило, но я был в этом уверен. Этот крылатый скорпиончик сделает все, что я ему прикажу.

В данный момент он сразу же повернулся в сторону кладбища и взлетел вверх, оказавшись на уровне моего лица. Уродец он конечно тот еще…

— Второй некросимвол, который ты будешь применять очень и очень часто, — сказал Чертков, пока я с интересом рассматривал скорпиона. — Он не очень силен, но умеет отвлечь на себя внимание, когда это нужно. Лично я люблю его использовать, когда нужно что-нибудь стащить. Мне кажется, такие поручения он выполняет с большой охотой.

Я протянул руку к скорпиону и дотронулся до него. Такое ощущение, будто кусок льда погладил. Хотя нет, лед, по-моему, все-таки немного теплее.

— Давай дальше, еще успеешь им налюбоваться, — велел старик и я перешел к следующему некросимволу, который назывался Слово-Серп.

Это оказался первый некросимвол, которым я мог нанести вред самостоятельно. Ярко-белая дугообразная вспышка, размер и мощность которой можно было менять в зависимости от моего желания.

Понятное дело, что чем сильнее мне нужен был некросимвол, тем больше энергии он забирал. Но я все равно остался очень доволен. По сравнению с двумя предыдущими, он требовал меньше силы, а значит сразу превращался в крайне полезную вещь.

После этого Чертков дал мне таблетку, поддерживающую силы, и мы продолжили занятия. Он хотел сегодня разобраться по меньшей мере с половиной дюжины.

Я бы с большим удовольствием попробовал все, но старик сказал, что у меня силенок не хватит, а кормить меня таблетками он не хотел.

К тому же, большую часть некросимволов второй половины дюжины нужно испытывать, когда рядом есть люди и проклятия, так что… Сейчас ни того, ни другого не было. Лишь куча некротварей которые сидят за оградой и внимательно наблюдают за нами. Ну и Чертков, а на нем некросимволы испытывать не самая лучшая идея.

Поэтому я попробовал еще три: Слово-Клетка, Слово-Скорость и Слово-Доспех.

Самое последнее из них мне больше всего понравилось. Здесь работало обычное правило всех ребят в «Китеже» — кто-то налегал сильнее на атакующие заклинания, а кто-на на защитные.

Я был из тех, кто предпочитал безопасность. Поэтому Слово-Доспех мне показалось одним из лучших некросимволов, которые я сегодня попробовал. Эта штука вешала защиту, равную восьми некрощитам — вполне себе серьезный уровень!

Даже Александр Григорьевич считал его очень мощной штукой. Вот бы оно еще сил забирало поменьше, то цены бы ему не было, а так… Может быть, конечно, дело было в том, что это был самый последний некросимвол, над которым я работал в этот день, но после того как я его активировал, меня сразу начало шатать.

Хотя и два первых некросимвола были полезными. Я пока еще не знал, зачем мне может понадобиться Слово-Клетка, которое можно надеть на какую-нибудь тварь, но Чертков сказал, что потом разъяснит мне как с этим работать.

Ну а что делает Слово-Скорость и так было понятно. Сразу, как только наставник сказал мне название этого некросимвола. Да, он еще больше увеличивал скорость передвижения по некрослою. Причем под его воздействием можно было двигаться действительно очень и очень быстро.

— На такой скорости можно удрать от кого угодно! — поделился я своими ощущениями со стариком, сразу же после того, как испытал Слово-Скорость в действии.

— Если бы… — мрачно ответил он. — Водятся здесь такие гадины, от которых просто так не удрать. Хоть в десять раз быстрее двигаться будешь.

Вот что за тип мой наставник? Мало того, что с каждой минутой у меня и без того настроение все гадостнее становилось, так он его еще больше портил как мог.

Лишь после того как мы вновь оказались в школе, я понял, как устал на самом деле. Просто с ног валился от усталости. Причем в самом прямом смысле этого слова. Хотелось только одного — рухнуть в кровать и немного поспать.

Все-таки как же много сил забирал этот некрослой, просто с ума сойти можно. Сколько должно пройти времени, прежде чем я стану настолько силен, чтобы использовать некросимволы в полную меру?

Ответа на этот вопрос я не знал, но был уверен только в одном — работать придется много.

Я закрыл дверь за нами и еле перебирая ногами от усталости, потопал вслед за Чертковым, который невозмутимо шел впереди. Я смотрел на его спину, которую он всякий раз выгибал, подтягивая искалеченную ногу, и просто поражался его выносливости. Да и вообще…

Сколько он провел времени в некрослое? Никто кроме него самого не знает ответа на этот вопрос, но думаю, что немало. С каждым разом я все сильнее понимал опасность этого измерения и то, что старик был еще жив, вызывало во мне чувство уважения к нему.

Щелк… Клац… Щелк… Клац…

— Александр Григорьевич, — окликнул я его, как только он дошел до лестницы.

— Чего тебе? Еще на один заход решился?

— Да нет, хватит с меня на сегодня. Можно у вас одну таблетку попросить?

— Зачем это? — насторожился он. — Если узнаю, что без меня по некрослою шастаешь…

— Не буду, — ответил я. — Просто хочу таблетку эту изучить — вдруг ее можно как-то усовершенствовать? Например, чтобы она сил восстанавливала больше или «откат» после ее применения был не такой ощутимый. Я же все-таки алхимик… У меня и Дар такой…

Он внимательно посмотрел мне в глаза, затем вытащил из кармана пару таблеток и протянул их мне:

— На, держи. Может быть, у тебя и правда что-то получится изменить в этом многолетнем рецепте… Лично у меня не получилось…

Щелк… Клац… Щелк… Клац…

* * *

От автора:

Дорогие читатели! Спасибо вам большое за активное участие в выборе названия для школы в «Тенедоме»! Результаты голосования объявлю завтра. Это было круто!:)

Глава 21

— Почему именно рыцари? — спросил я у Цветковой, после того как закончил жевать сырник.

В это воскресное утро девчонки решили составить нам компанию за завтраком, а заодно поделиться оперативной информацией насчет предстоящего новогоднего праздника. По их словам, они раздобыли точную информацию, которую официально объявят лишь на следующей неделе.

— А почему бы и нет? — Алиса посмотрела на Дашкову. — Мне кажется, отличная идея провести средневековый бал! Мы уже с Настей даже несколько вариантов платьев себе придумали.

— Кто бы сомневался, — хмыкнул Нарышкин, щедро намазывая на свои сырники густой клубничный джем. — Не удивлюсь, если в результате нарядов окажется по штук пять. По паре часов на каждый.

— Ну и что в этом плохого? — с вызовом спросила Настя, приготовившись вступить в схватку, если потребуется.

Но не потребовалось. Княжич лишь пожал плечами и благоразумно промолчал в ответ.

— Слушай, Леха, у меня идея! Если уж рыцари, то, может быть, коней себе купим? Я вот, к примеру, черного бы себе выбрал, а ты?

— Белого, — хохотнул Нарышкин. — Ну или всяких разных целый табун. Чтобы тоже их менять через каждые два часа, как наши девчонки платья.

— Очень смешно, Нарышкин, — скривилась Алиса и занялась своим завтраком.

Вместо сырников она взяла себе овсяную кашу со всякими орешками и сушеными фруктами. Такое себе. Как по мне, сырники поинтереснее будут.

— Интересно, что ты скажешь, когда одну из нас выберут дамой вечера, — продолжила она, глядя на меня поверх ложки с кашей. — Придется брать свои слова по поводу платьев обратно.

— Ого! И такое будет? — хмыкнул Лешка. — Тогда сразу беру свои слова назад. Если на кону титул самой прекрасной дамы, то тогда хоть целый гардероб покупайте.

— А еще говорят… — Настя сделала многозначительную паузу, дождалась, когда нам с княжичем станет невтерпеж узнать, что же там еще говорят, и продолжила. — Еще говорят, что будет рыцарский турнир перед вечерним балом. И победителю будет полагаться какой-нибудь приз!

— Да ладно? — обрадовался я. — Вот это другое дело! Если призом будет автоматический проходной бал по всем предметам, то я буду в первых рядах, кото подаст заявку на участие!

— Ага, прикольно, — кивнул Нарышкин. — Интересно было бы посмотреть, если, конечно, это окажется правдой, а не слухами.

— Можешь поверить, Леша, информация добыта из надежного источника, — сказала Дашкова, немного наклонилась над столом и понизив голос добавила. — Мне сама Ника Львовна об этом сказала. Так что, сам понимаешь, надежнее быть не может.

— Ну да, помощница Орлова врать не будет, — кивнул я, глядя на пустую тарелку и раздумывая над тем, что не мешало бы сходить за добавкой. — С чего это вдруг она с тобой откровенничала?

— В смысле? — удивленно посмотрела на меня Настя. — Мы с ней всегда нормально общались. Не все же в «Китеже» каждую неделю к директору на ковер попадают.

— Между прочим, в последнее время мы с Лешкой снизили свою активность, — ответил я. — Боюсь как бы не потеряли былой авторитет. Еще начнут по всей школе слухи пускать, что мы за ум взялись, хоть беги.

Пока я ходил за добавкой, в моей голове уже неслись вскачь мысли о турнире, про который только что сказала Дашкова. Скорее всего, она говорит правду и турнир будет, а значит нужно срочно подать заявку, как только о нем объявят. Кто знает, вдруг там количество мест ограничено? Ну или еще что-нибудь в этом роде…

Когда я вернулся за стол, то девчонок уже не было.

— Где наши прекрасные дамы? — усмехнулся я, кивнув в сторону пустого стула Цветковой.

— Их забрали подружки, — с улыбкой ответил он. — Судя по их загадочным лицам, те тоже пришли делиться с ними «секретной» информацией.

— Кто бы сомневался, — я полил сырник сметаной и вооружился вилкой. — Делаем ставки? Думаю, к вечеру об этом будет знать вся школа.

— К вечеру? Ты недооцениваешь наших девчонок, Макс. Максимум к обеду, — хохотнул он. — К ужину доставка уже привезет первые платья самым нетерпеливым. Я думаю, крепко мы с тобой попали с этим новогодним балом-маскарадом. Ближайшее время только о нем и будем с ними говорить.

— Согласен, — кивнул я. — Даже спорить не буду. Девчонки же…

Мы немного помолчали, занявшись своим завтраком и обдумывая новую информацию.

— Что думаешь насчет турнира? — спросил я. — Считаю, что нам нужно будет подать заявки сразу же как появится такая возможность.

— Ну не знаю… — пожал плечами княжич. — Прикольно, конечно, придумали. Интересно будет посмотреть… Но участвовать я, если честно, не планирую.

— Как это? — моя вилка с куском сырника остановилась на половине пути. — Ты чего это, особа, приближенная к Императору? Не хочешь поучаствовать в таком интересном приключении? На тебя это не похоже.

— При чем здесь хочу или не хочу? — нахмурился Нарышкин. — Я свои способности оцениваю трезво и участвовать в таком деле просто ради галочки у меня никакого желания нет.

— Почему ради галочки? Ты неплохо фехтуешь.

— Брось, Темников, — усмехнулся он. — Это ты меня сейчас просто по-дружески поддерживаешь. Я свой уровень знаю, так что… Выше головы не прыгнешь, как не старайся.

Эх… Жаль, что Лешка участвовать не хочет. Вообще-то он прав, фехтование это не самая сильная его сторона. Но все равно жалко… Было бы намного интереснее.

— А вот тебе заявиться нужно будет обязательно, — сказал княжич. — Я считаю у тебя есть все шансы на победу. Только не начинай рассказывать, что сам так не думаешь.

— Да я и не собирался, — сказал я и подмигнул ему. — Наоборот, я как раз планирую взять первое место, иначе к чему вообще в нем участвовать?

— Хороший план, — одобрил он. — Мы будем за тебя болеть. Представляю, как все удивятся.

— Чего это вдруг? Я вроде не скрывал, что знаю, как это делается.

— Я не об этом, — отмахнулся Лешка. — Просто двумя мечами у нас никто не фехтует. Будешь единственным.

— Ага, вот только я еще сам не решил, один меч выбрать или два. С двумя я еще не очень хорош, по правде говоря… — сказал я, припоминая эпитеты, которыми меня награждал Ткач на нашей последней тренировке.

— Зато будет действовать эффект неожиданности, — сказал княжич. — Так что я на твоем месте хорошо бы об этом подумал.

— Ладно, успею. Еще и турнира-то никакого нет.

Да, турнира еще не было, но новость о том, что именно нас всех ожидает на новогодней вечеринке, разлетелась по «Китежу» со скоростью света. К тому моменту, когда у Нарышкина закончились занятия с Холодным, об этом знала вся школа.

Лешка освободился не очень поздно и был в отличном настроении, так что мы, как я и планировал, решили устроить небольшой пикник на свежем воздухе. В этом году он точно будет последним. С каждым днем становилось все холоднее и вот-вот должен был пойти снег. Что-то он и так немного задержался.

Как и говорил княжич, в основном все разговоры были посвящены предстоящему празднику. Тут же как… Мало того, что сам слух везде разлетелся, он же уже успел обрасти самыми фантастическими подробностями и деталями.

Ладно бы дело касалось только платьев и предстоящего рыцарского турнира, были и другие интересные новости. Например, о том, что якобы преподавателями будет призван настоящий дракон, который будет катать на себе всех желающих. Это раз.

Кроме этого еще выстроят целый замок с огромным танцевальным залом, чтобы торжество выглядело более стилизованным. Это два.

А еще, якобы директор уже лично распорядился, чтобы к празднику были готовы несколько карет, на которых учеников будут подвозить от общаги к месту танцев. Кстати, на карете волшебным образом будет появляться родовой герб того, кто находится внутри. Это три.

Ну еще много чего такого, что и перечислять лень. Какие-то уж совсем бредовые мысли, на которые мы с Лешкой даже не реагировали, устав спорить с девчонками. Как их вообще можно переспорить, я понять не могу? Гиблое дело…

Так что, вскоре единственным внимательным слушателем Насти с Алисой был Борис, который уселся рядом с нами и сопровождал каждую новую сплетню загадочным:

— Буррым… Бом-бам… Борис… Баррарум… Новый Год…

Как по мне, было не очень понятно, что наш конструкт думает на этот счет, но Алиса с Настей в этом и не очень-то нуждались. Мне так показалось, во всяком случае.

Ну а мясо, как я и предполагал, понравилось всем без исключения. Просто пальчики облизывали от удовольствия. Причем в самом прямо смысле этого слова. Очень к месту был вопрос Цветковой, где я раздобыл такую вкуснятину.

Наконец-то получилось сменить тему разговора. Я чувствовал, что если мы еще немного поговорим о новогоднем бале-маскараде, у меня начнется изжога.

Оказалось, что не только я ни разу не слышал про «Мельницу». Никто из ребят тоже не знал до сегодняшнего дня о существовании такого заведения. Так что мы договорились на зимних каникулах съездить туда и пообедать.

Ну, например, мой день рождения отметить, что ли… Правда он у меня немного раньше будет, но все к тому моменту уже разъедутся.

Вот только пришлось немного соврать и приплести в свой рассказ Ибрагима, когда у меня Нарышкин спросил что я там делал. Я сказал, что это Турок мне посоветовал там поужинать. Кстати, не сильно-то и соврал. Отчасти это было правдой.

До темноты засиживаться не стали и решили закончить с пикником пораньше. Лешка порядком устал от занятий со своим индивидуальным наставником, девчонкам уже не терпелось добраться до планшетов с магазинами… Да и похолодало сильно к вечеру, так что хотелось поскорее оказаться в своих теплых комнатах.

Вот только у меня на этот вечер были немного иные планы, которые надолго я откладывать не собирался. И так всю ночь крутился и боролся с желанием прямо на рассвете в башню рвануть. Меня удержало только то, что второй раз подряд уходить из общаги за компонентами, могло показаться дежурным странным. Да еще с саблей в руках… Еще увяжутся за мной чего доброго…

Замаскировать саблю оказалось самым сложным делом. Пришлось ее за спину спрятать. Правда после этого у меня довольно сильно изменилась походка… Вот если бы я сам себя увидел в тот момент, когда я выбирался из общаги, то точно решил бы, что я не успел до туалета добежать.

Лишь только после того как достаточно далеко ушел от общаги, я наконец вытащил саблю и облегченно вздохнул, получив возможность двигаться свободно.

Борис, который по вечерам любил ошиваться возле общаги, где ему было обеспечено большое внимание со стороны учеников, на этот раз со мной не пошел. И за это ему моя отдельная благодарность, иначе нас бы точно кто-то увидел. Все-таки вечер воскресенья и завтра на учебу, так что почти все уже к этому времени вернулись в «Китеж».

Вскоре мои ноги понемногу начали прилипать к земле, а это означало, что еще немного, и пора будет начинать мою секретную операцию. Только до этого времени нужно решить где будет лучше сделать разрыв — подальше от башни или наоборот, поближе к ней?

Каждый из вариантов имел свои недостатки.

С одной стороны, если выбрать расстояние побольше, то риск снижается, так как я буду далеко от самой башни. Но в то же время я потрачу дополнительные силы пока доберусь до нее.

С другой стороны, мне не нужно будет до нее долго топать, но зато я могу оказаться в опасности. Кто его знает, что там внутри? Это при условии, что я вообще смогу попасть внутрь.

— Макс, мне кажется, что идея входить в некрослой возле самой башни не самая лучшая, — сказал Дориан. — К чему лишний раз рисковать? Тем более, что у тебя в запасе пара таблеток.

Да, то что Чертков выдал мне сразу две, это было просто прекрасно. По правде говоря, я рассчитывал в лучшем случае на одну. Это при условии, что он вообще не откажет в моей просьбе, опасаясь как бы я не отправился искать приключений на свою задницу.

Между прочим, я не собирался его обманывать и заранее решил, что если наставник выдаст мне хотя бы одну таблетку, то половину я все равно оттащу деду в лабораторию. Уверен, что существуют способы, которые сделают их эффективнее. Как говорит мой любимый дед, все и всегда можно улучшить. Хватило бы только на это ума.

Чтобы не мешать своим движениям, я на всякий случай сбросил на траву куртку. Блин, вот же холодрыга какая! Без куртки сразу чувствуется, что зима близко…

Правильное название некросимвола, открывающего портал между измерениями, было Слово-Вход и получалось оно у меня уже практически идеально. Всего пара секунд и пространство разорвалось со знакомым звуком, который в окружающей меня тишине показался слишком уж громким.

Я сжал саблю покрепче и шагнул внутрь. Теперь, когда знаю несколько новых некросимволов, я чувствовал себя намного увереннее. Хотя все равно было страшно, чего уж тут…

Надо же, как сильно, оказывается, отличается эта местность от того, что мы видели с Чертковым возле выхода из главного корпуса. Растения незнакомые… Вон какие-то жучки бегают… Причем довольно таки быстро бегают…

Так, незнакомые твари мне совсем не нравились. Александр Григорьевич не раз говорил, что даже самая безобидная с виду живность, на самом деле может оказаться крайне опасной. Лучше сделать вот что от греха подальше.

Слово-Друг.

Тонкая паутинка потянулась из моей руки и рядом со мной появился мой верный скорпиончик. Он сделал несколько оборотов вокруг себя, во время которых, судя по всему, пытался определить не угрожает ли мне что-то прямо сейчас, а затем я услышал вопрос:

«Что делать?».

Хотя нет, скорее не услышал, а просто почувствовал, чего он хочет от меня. Это разные вещи. Совсем не так, как с Дорианом.

— Ну еще бы! — гордо сказал в этот момент Мор. — Равняешь меня с каким-то тараканом!

— Скорпионом… — автоматически поправил я его.

— Какая разница?

«Охраняй меня. Мне не нравятся вон те жуки».

Передал я свои мысли скорпиону, и он сразу понял кого я имею в виду, потому что сразу повернулся в нужную сторону.

Башня возвышалась темным расплывчатым пятном, которое было отлично видно посреди серо-белого тумана, который ее окружал.

Есть на этом болоте трясины или Лешкин брат нам сказки рассказывал, я проверять не собирался и воспользовался левитацией. Тем более интуиция мне подсказывала, что трясины здесь были.

Скорпион шуршал крыльями рядом со мной, а когда мы пролетали над насекомыми, я повнимательнее присмотрелся к ним. Зря я это сделал. Чуть не оставил там свой обед…

Эти твари вблизи были намного больше, чем показались мне с первого взгляда. Уродливые головы с пульсирующими жвалами смотрели на меня снизу вверх, и я так думаю, размышляли каков я на вкус.

Вот только крыльев у них под панцирями не было. Они были прозрачные и там внутри них копошились какие-то маленькие жучки… Бывают же такие мерзкие создания на этом свете… Хотя нет. Скорее на том. Это ведь некрослой.

Когда до башни оставалось совсем немного, я вновь вернулся на землю и почувствовал, что несмотря на холод, от волнения у меня вспотели руки.

Я сделал несколько шагов и выставил руку вперед в том месте, где должен был начинаться барьер. Ничего. Совсем ничего. Так… Теперь нужно быть повнимательнее… Я сжал саблю с такой силой, что даже услышал, как хрустнули мои пальцы.

Медленно, стараясь не делать резких рывков, шаг за шагом я подошел к башне, не чувствуя при этом никакого сопротивления. Последние усилия, я вхожу внутрь и… Лечу вниз, твою мать!

Зараза такая!

Вновь активирую подарок Дона-Нефрита и застываю на месте прямо в воздухе. Только сейчас я замечаю, что моего верного скорпиончика рядом со мной нет. Ага! Значит призванные мной существа тоже не умеют проходить сквозь стены, как и местные. Учтем на будущее.

Я висел прямо по центру башни, а вокруг меня вилась лестница и уходила вниз. Пока я не видел где она заканчивается, поэтому спустился чуть ниже, затем еще немного… И оказался на ровной каменной площадке, в центре которой стояла конструкция, похожая на гигантскую подкову.

— Дориан, есть какие-нибудь мысли насчет этой штуки? — спросил я у своего друга, обойдя подкову несколько раз и не увидев ничего интересного.

— Очень похоже на какие-то врата, Макс… — задумчиво сказал он.

— Да… Похоже на то… — согласился я с ним и дотронулся до конструкции. — Как ты думаешь, эта штука работает?

— Понятия не имею. Выглядит так, как будто бы нет, — ответил он. — По крайней мере, если работает, то я не знаю, как ее активировать.

Так и есть. Никаких выключателей или переключателей. Вообще ничего. Просто гладкая огромная подкова. Может быть, конечно, я что-то увижу, если посмотрю на нее из нашего измерения, вот только как это сделать?

Да и не факт, что окажись я в нашем мире, то это что-нибудь изменило бы. Странная штуковина, вот что я скажу. Я вытащил из кармана телефон и сфотографировал врата. Может быть, найду в интернете что это за фиговина такая. Попробую, во всяком случае.

Пока понятно одно — в этой конструкции должен быть какой-то смысл, иначе что бы она здесь делала?

* * *

Дорогие мои читатели! Сегодня подводим итог выбора названия для школы в Тенедоме! В финал вышли два названия «Лакрица» и «Ведьмин котел». В результате ожесточенной борьбы с большим перевесом победило второе — 18 на 29. В итоге название школы будет «Ведьмин котел»!

Спасибо вам огромное за участие и поддержку! Вы самые классные! ))

Глава 22

В понедельник утром старосты классов торжественно сообщили всем новость, о которой и так уже знала вся школа — новогодний бал-маскарад будет называться «Сказочное королевство». Со всеми вытекающими отсюда последствиями. Балом, рыцарским турниром и всем прочим.

Оказалось, что даже строительство дворца планировалось. Только снежного, а не настоящего. Причем Нового Года никто ждать не будет. Как только выпадет достаточно снега, стихийники сразу возьмутся за дело.

После того как слухи подтвердились официально, весь «Китеж» забурлил как кипящий котел. Если вчера все обсуждали предстоящее событие как свершившийся факт, но с маленьким знаком вопроса, то сегодня даже преподаватели часть урока посвятили балу-маскараду.

Почти все. Компонент был как всегда в своем стиле, безрадостный и раздражительный. Нам он сказал, что не разделяет общих восторгов насчет этой идеи Орлова. По его мнению, из-за этого в школе возникнет слишком много ненужной суеты, которая будет отвлекать учеников от занятий.

Ну а в остальном все были настроены более-менее положительно. Самым радостным оказался Гребень, к которому сразу же после обеда выстроилась очередь из желающих участвовать в праздничном турнире. Наш препод по фехтованию должен был лично принимать заявки и давать свое одобрение.

Пока я стоял в очереди, Артем Захарович отказал лишь одному человеку. Какому-то первокурснику, которому он сказал, что ему еще рановато принимать участие в таких соревнованиях. Всем остальным давал добро.

Очень многих из толпившихся в очереди я видел на уроках по фехтованию. В основном здесь были те, кто и в самом деле неплохо фехтует. Хотя несколько человек, на мой взгляд, попросту теряли свое время и собирались участвовать лишь по каким-то личным соображениям. Как фехтовальщики они были явно слабоваты.

— Ты один? — удивленно спросил Гребень записывая меня в специальный журнал, который был сделан в виде древней книги. — А что же княжич Нарышкин?

— Он не хочет, — пожал я плечами. — Сказал, что как-нибудь в другой раз.

— Да? Напрасно, напрасно… По сравнению с некоторыми, кто уже есть в этом журнале, у него неплохие шансы оказаться в первой двадцатке, — подмигнул мне наставник.

— Я думаю, что оказаться в двадцатке, это для Алексея не повод для гордости, — сказал я.

— Возможно, — кивнул Гребень. — В этом тоже есть своя логика. Ну а ты, Темников? Как ты сам оцениваешь свои возможности?

— Буду стараться, а там посмотрим… Не люблю наперед загадывать, примета плохая.

Артем Захарович наклонился немного и понизил голос:

— Скажу тебе по секрету, за тебя будет много кто болеть в школе, и не только ученики. Так что имей в виду.

— Спасибо, — усмехнулся я. — Еще больше людей будет болеть против.

— Ахах! — хохотнул Гребень и хлопнул меня по плечу. — Ну, друг мой милый, тут уж ты сам виноват. Ладно, расписывайся здесь. Так… И вот здесь… Ну все, желаю удачи, Максим!

Я кивнул ему в ответ и пошел на выход вдоль очереди, которая стала еще длиннее. Вот же! Вот это толпа! По-моему, здесь все парни «Китежа» собрались! Ну половина так точно. Даже Бубнов пожаловал…

Кстати, он в последнее время совсем изменился. Я перестал его узнавать. Несколько раз я даже видел его фамилию в списках лучших учеников его класса. Видимо пошла ему на пользу встреча с Сатаной, вон как за ум взялся.

Само собой, здесь был и Шуйский вместе со всеми своими дружками. Они уже подали свои заявки и теперь всей компанией дружно обсуждали некоторых участников, столпившись возле выхода из спортзала. Вот кому еще не мешало урок преподать, как Бубнову. Может быть, тоже мозги на место встали бы.

Вообще-то, после того случая с дуэлью, мы друг друга особо не трогали. Мы с Лешкой старались делать вид, что их не существует, а они не замечали нас. Хотя Юрасов иногда не сдерживался и ляпал в наш адрес какую-нибудь гадость. В основном в адрес Нарышкина. К нему у них были особенные чувства.

На этот раз проходя мимо них не удержался я и, немного сбросив скорость, спросил у Юрасова:

— Смотри-ка, неужели княжич Юрасов пожаловал? Разве тебе папка не запретил меч в руки брать?

— Вали отсюда, Темников, — процедил сквозь зубы Вильсон. — Пока тебе шею не намылили.

— Христофор, вот что за привычка лезть, когда не с тобой разговаривают? Вот бью я тебя бью, а толку никакого…

После моих слов он сразу же побагровел, но сдержался и лишь криво улыбнулся.

— Надеюсь наши с тобой дорожки на этом турнире пересекутся, и я тебе напомню про этот разговор, — пригрозил он.

— Пока, дуэлянты, — махнул я рукой и вышел на свежий морозный воздух, который после душного спортивного зала показался просто волшебством.

Между прочим, насчет нашей встречи с Вильсоном, это не пустые слова. Учитывая, что он и правда довольно хорошо владеет мечом, она вполне себе могла состояться. Ну что же… Если так случится, то это даже будет хорошо. Пару раз я ему по роже съездил, вот и третий раз постараюсь не оплошать.

Ну а на последнем уроке произошло еще одно важное событие, которое на несколько минут затмило даже предстоящий бал-маскарад. За окнами пошел первый снег. Настоящий. Не то что робкие снежинки, которые уже срывались несколько дней назад. Сегодня это были большие хлопья, которые сыпались плотной стеной.

Как всегда, девчонки радостно захлопали в ладоши, а парни усиленно делали вид, что они уже не маленькие, чтобы радоваться таким вещам. Вот ведь, а еще в прошлом году тоже к окнам бежали…

Мне, конечно, было радостно смотреть на медленно падающие за окном снежинки, вот только кроме всего прочего они напомнили обо одном важном деле. Не самом приятном. До того, как снега навалит и все крепко замерзнет, нужно разобраться с крокодилом, который Хмельникова сожрал… Причем чем скорее, тем лучше.

Сказано — сделано. Поэтому я сразу же после окончания последнего урока позвонил Ибрагиму и сказал, чтобы он на завтра готовился. Ну и Андромеда подтянул, чтобы он нам компанию составил.

А вот остальных ребят из «Теней» на этот раз я решил не брать. Мало ли что. Вдруг кто-то из них проболтается дяде Игнату про этого долбаного крокодила и сразу же возникнет множество ненужных вопросов. Ну а объяснять им почему не нужно об этом всем рассказывать слишком муторно. Не скажешь же — нельзя, потому что нельзя.

Сами справимся. Тем более, что Дориан меня новым штукам обучил, которые мне давно уже не терпится испробовать. Да и Ибрагим очень хорошо знал с какой стороны за меч нужно браться. Так что, за это я особо не переживал.

Бам!

Чей-то снежок прилетел мне прямо в шею! Пока я шел к общаге занятый своими мыслями, я и не заметил, что старшаки устроили обстрел снежками всех, кто топал в общагу.

Бам! Бам! Бам!

Теперь и сзади еще кто-то! Ну, гады, держитесь! Сейчас я вам устрою Ледовое побоище!

На этот раз первая снежная перестрелка обошлась без жертв. Прошлогодней бойни удалось избежать. Я думаю, это потому, что снега еще слишком мало было для полноценного сражения. Ну ничего, это мы еще успеем. Надо будет взяться за Бориса, чтобы в нужный момент он на нашей стороне оказался. Представляю, какие он снежки лепить будет!

Вот только Нарышкин в снежной перестрелке не участвовал, что было на него не похоже. Да и вообще целый день хмурый ходил. А когда я ему предложил со мной вечерком к Ткачу на тренировку прокатиться, он даже разозлился.

Эх… Думаю, все-таки переживал насчет того, что в турнире не будет участвовать. Самому-то хочется, наверное, но опасается слишком уж плохо выступить. Лешка же такой… Любит везде первым быть… Ладно, пройдет. У него бывает. Главное, его сейчас поменьше трогать и все станет на свои места.

А Виктору про турнир я зря рассказал. Он как узнал аж затрясся от радости и обрадовал меня новостью, что начиная с этого дня мы будем заниматься по усиленной программе. Ткач пообещал, что сделает из меня чемпиона… Черт бы его побрал…

Ни минуты покоя мне не давал. Я, когда обратно в «Китеж» ехал, раз пять пытался немного поспать в такси, но как только закрывал глаза, передо мной тут же появлялось лицо Ткача.

— Быстрее, Темников! Быстрее! Топчешься как бегемот на лугу!

Тебя уже три раза проткнули, пока ты ворон ловишь!

Фух… Чувствую ждут меня горячие деньки…

* * *

— А где Андромед? — спросил я Ибрагима, когда оказался у него в машине. — Мы за ним должны будем заехать в «Мельницу»?

Если так, то эта идея мне не очень нравилась. Дубравино считай рядом, а тащиться до Белозерска и обратно — целая история на два часа.

— Я его сразу туда отвез, — ответил Турок. — Достал меня просто! Сказал, что выслеживать его будет, чтобы он от нас никуда не спрятался!

— А-а… Другое дело тогда.

Мы уже подъезжали к Дубравино, когда вновь повалил снег. На этот раз он сыпал еще сильнее. Дворники работали как бешеные, но ехать все равно было сложно. Перед нами будто появилась белая стена, через которую мы пробирались с черепашьей скоростью. Ехать быстрее просто не получалось.

— Мой господин, вы как чувствовали, что сегодня нужно с этим крокодилом разобраться, — сказал Турок, вглядываясь вперед. — Если он так всю ночь будет идти, то завтра уже по лесу не проберешься.

— Вот только не факт, что вы его вообще найдете в такой снегопад, — засомневался Дориан. — Или вообще не заблудитесь…

Что за характер? Ох уж этот Мор! Всегда найдет к чему прицепиться!

— Слушай, Ибрагим, я тут недавно одну штуку про крокодилов вспомнил. Они же вроде как засыпают, когда сильно холодно? — спросил я, оставив слова Дориана без ответа. — Может быть и наш дрыхнет? Тогда и возиться с ним не придется.

— Я зимой на радужных крокодилов не охотился, врать не буду, — ответил он после некоторых размышлений. — Но когда мы их в «Черном Плюще» проходили, нам об этом ничего такого не говорили. Это ведь не обычные крокодилы, мой господин.

— Обычные — не обычные… — пробормотал я. — Крокодил он и есть крокодил… Ладно, скоро узнаем, как оно с иноземными тварями работает.

Нам повезло. К тому времени, когда мы проехали Дубравино, снегопад стал слабее. Ну а когда въехали в лес и практически совсем перестал идти.

Проехав около километра, Ибрагим свернул с асфальта в лес на какую-то только ему известную дорогу и порулил, ловко лавируя между деревьями. Внедорожник подпрыгивал на кочках и временами его подбрасывало так, что если бы не ремень безопасности, то я бы давно уже лобовое стекло своей головой выбил.

Наконец Турок остановил машину и с хрустом затянул ручной тормоз.

— Дальше пешком, мой господин. Здесь нормальная дорога заканчивается, — сказал он, распахивая водительскую дверцу.

— Нормальная? Я чуть крышу своей башкой не пробил! — пробормотал я, выбираясь из машины.

— Ну вот видите, а дальше она еще хуже. Всю ходовую разобьем и без колес останемся, — прогудел из-под своей маски Ибрагим как ни в чем не бывало и указал рукой вперед. — Нам туда. Насколько мне помнится, не больше пары километров. Я здесь давно был, точно не помню.

Направление призрак указал верное, это точно. Через полчаса ходьбы я начал чувствовать легкие покалывания, которые означали только одно — от кого-то неподалеку явно исходит темная энергия, и я догадывался от кого именно.

Тем временем, начало темнеть и идти становилось все сложнее. Земля под снегом становился все мягче и мягче, а это означало, что мы уже вошли на территорию Бурых Топей и до нашей цели оставалось немного.

Кстати, совсем немного, если судить по моим ощущениям. Ну или тварь была настолько огромной, что давала такой мощный сигнал.

— Ибрагим, мне кажется мы уже где-то рядом, — предупредил я призрака, который тут же активировал энергетический меч. Я не стал отставать и активировал парочку своих.

— Тише вы! — вдруг услышал я за спиной голос Андромеда. — Вас за километр слышно!

От неожиданности я резко развернулся, махнув перед собой мечом, который прошелся прямо сквозь Хмельникова. Тот выглядывал прямо из огромного дерева, причем наполовину. Вторая половина была внутри ствола.

— Тьфу на вас! — сказал я, глядя на его седую голову с торчащими в разные стороны волосами. — Так и заикой можно сделаться!

— Я вас здесь уже два часа жду! — пожаловался он. — Где можно так долго ходить?

— Тебе какая разница? — пробасил Ибрагим. — Сидишь себе в дереве и сиди.

— Мне ничего, а только пользоваться моментом нужно пока он дрыхнет! — недовольно сообщил Андромед. — Я о вас больше беспокоюсь! Сейчас проснется и будете с ним возиться…

Мы с Ибрагимом переглянулись.

— Я же тебе говорил, что они в холодное время засыпают, — с улыбкой сказал я. — Теперь дело техники. Нужно просто пойти туда и его прикончить.

— Макс, я бы на твоем месте кого-нибудь призвал на всякий случай, — посоветовал мне Дориан. — Крокодилы такие ненадежные твари… В любой момент могут проснуться…

— Нет, Мор, призывать я никого не буду, — мысленно ответил я ему. — Сам подумай, вдруг еще разбудят его. Жрец Смерти завывает как ненормальный, Отродье Лича рычит все время… Так что, с моими ребятами не вариант. А вот Некропокров на себя накинуть лишним не будет, здесь я с тобой согласен.

— Долго еще думать будете? — нетерпеливо спросил алхимик и вылез из дерева. — О! Темников! Что это на тебе за штука багровая появилась? Аура какая-то, наверное?

— Ага, типа того. Полезная штука в хозяйстве. Вы только слишком близко не подходите, она призраков умеет развеивать.

— Ой! — Андромед испуганно шарахнулся в сторону, а Ибрагим довольно хмыкнул. Будет знать, как нас поторапливать!

— Ладно, шучу, — сказал я. — Ведите нас к этому обжоре, будем ваши вещи из него доставать.

Хмельников что-то недовольно пробурчал в ответ и медленно поплыл вперед. Мы пошли следом, стараясь при этом шагать как можно тише, но это было нелегко. Припорошенные снегом ветки предательски трещали под нашими ногами так громко, что мне казалось, нас и в Дубравино отлично слышно.

Хотя нет. Если я слышал, как впереди ругался на нас алхимик, то волноваться было не о чем. Он-то вообще думал, что шепотом говорит.

С каждым шагом ноги проваливались все сильнее, а вскоре под ними начало хлюпать. Ну вот где-то здесь и сидит наш крокодильчик. Когда мне начало колоть руку с такой силой, что нестерпимо захотелось ее почесать, Андромед вдруг остановился и показал нам жестом куда нужно смотреть.

Поначалу я вообще не понял, что он хочет нам показать, и даже мое колечко с эффектом ночного зрения не помогало. Заснеженные деревья… Вон там огромное темное пятно, это, наверное, болото… Вот поваленный толстенный дуб возле него…

Стоп! Да это же не дуб ни фига! Это что, наш крокодил? Охренеть какой он огромный! Метров пятнадцать точно будет, а может даже и больше! Вот это махина… Интересно, сколько в нем Андромедов может поместиться?

— Ты его видишь? — шепотом спросил я у Ибрагима. Тот в ответ кивнул. — Что будем делать?

— Мой господин, предлагаю подкрасться и снести ему голову, — ответил он. — Я могу это сделать одним ударом.

— Ага, давай так и сделаем. Я буду тебя страховать и, если что, сразу его добью.

— Не переживайте, мой господин, если он не проснется, то ваша помощь мне не потребуется.

— Вы идите, а я вас здесь подожду, — сказал Андромед. — Мне отсюда интереснее наблюдать будет.

Угу, интереснее, гляди-ка! Вот же ссыкло призрачное…

Как мы не старались, а совсем бесшумно никак не получалось. Под ногами все-таки чвакало и хлюпало. Наверное, по-другому на болотах никак. Оставалось надеяться, что этот крокодилище не проснется от такой ерунды.

Чем ближе мы к нему подходили, тем страшнее становилось… Это Ибрагиму впереди все равно, а мне вот как-то не очень хотелось призраком становиться. Рановато пока еще… Ну и громадина!

Мы уже подобрались к нему вплотную и при желании я мог, например, попробовать отрубить немного от его хвоста. Так бы и сделал, если бы это как-то помогло. Какие огромные у него шипы на спине! Как кирпичи! Такие попробуй еще пробей…

Медленно, шаг за шагом Турок крался к голове этой твари, все время делая паузы. Пока все шло как нужно. Мы уже прошагали половину дистанции, оставалось всего чуть-чуть.

Вот уже оставалась треть… Еще немного… И в этот момент раздался рев и в то же мгновение эта сволочь повернула к нам свою голову, разинула огромную пасть и…

Ах ты сука! Эта падла сожрала моего Ибрагима! Целиком! Вместе с маской и сапогами!

Я рванул обратно к берегу и, судя по звукам, он шлепал прямо за мной! Причем довольно бодро! Вот же попал! Все-таки бывают моменты, когда моя броня из змееткани до задницы… Проглотит вместе с ней и фамилию не спросит!

— Сзади! Темников! Сзади! — орал мне во всю глотку Андромед, как будто я без него не догадывался, что мне нужно бежать очень быстро.

И я бежал! Так быстро, как только мог. Не самое лучшее место для бега, но я думаю, что бил мировые рекорды один за другим.

Чвак! Хлюп! Чвак! Хлюп!

— Он остановился! — услышал я крик Хмельникова сквозь громкий стук в ушах.

Не до конца понимая смысл его слов, я еще немного пробежал вперед по инерции, а затем понял, что наступил отличный момент, чтобы немного сосредоточиться и призвать кого-то из моих друзей типа Жреца Смерти.

Я развернулся, чтобы оценить обстановку и увидел в метрах десяти от себя крокодила, который смотрел на меня и… Ну, я бы сказал, что он икает… Причем как-то слишком громко… Фу! Ну и вонища же у него из пасти…

— Макс, по-моему, его сейчас стошнит… — предположил Дориан. — Причем прямо на тебя…

Да, похоже на этот раз мой друг был абсолютно прав. Крокодилу было явно хреново. Видимо жрать Ибрагимов для радужных крокодилов не очень полезно. Может быть, даже вредно…

Только я успел об этом подумать, как крокодил попытался срыгнуть, но вместо этого завалился на бок и в тот же момент из его живота вылез ярко-синий энергетический клинок. Он задержался всего на пару секунд, а затем с огромной скоростью понесся вперед, разрезая крокодилу живот.

Спустя несколько мгновений из его живота на снег плюхнулся Турок, который тут же вскочил на ноги. Надо же, как оно бывает… Прямо первый раз со мной такое…

Крокодил несколько раз дернулся, затем издал предсмертный рык и затих.

— Ибрагим, ты в порядке? — спросил я у призрака, который подошел к голове крокодила и на всякий случай несколько раз проткнул ее мечом.

— В полном, мой господин. Что со мной может случиться?

— Я думал, он тебя сожрал… Точнее совсем сожрал…

— Я тоже так сначала подумал, — сказал он. — Потом оказалось, что есть варианты.

Он посмотрел на Хмельникова и помахал ему рукой.

— Эй, Андромед! Иди ищи свое добро! Смотри сколько у него из пуза всякой ерунды прикольной вывалилось!

Глава 23

— А где мой любимый рабочий фартук? — спросил Андромед у Ибрагима, который до этого тщательно покопался в животе у крокодила и достал из него все, что смог. Такое себе зрелище, если честно.

В результате перед нами скопилась небольшая горка всякого разного добра. По большей части всякий хлам, типа очков, ржавого пистолета, велосипедного колеса и даже был барабан.

— Интересно, кто ходит по лесу с барабаном? — спросил я Турка.

— Не знаю, мой господин. Но крокодилу это тоже не понравилось.

— Ну где же мой фартук? — причитал Хмельников. — Куда эта скотина могла его задевать?

Фартук был единственной принадлежавшей алхимику вещью, которую мы не смогли найти. Инструменты и флакон к этому моменту уже были найдены. Даже его родовое кольцо нашлось, про которое он совсем забыл.

— Может быть, он его переварил? — предположил я. — Крокодилы такие твари, что всякую дрянь жрать могут.

— Вот же скотина тупая! — сказал Андромед и злобно посмотрел на мертвое животное. — Ящерица безмозглая! Надо же, лишил меня моего любимого фартука!

— Да ладно, не расстраивайтесь, большую часть вещей все-таки нашли. Даже колечко вон, родовое. Фартук я вам другой закажу в артефактной мастерской, — пообещал я ему. — Есть у меня одна хорошая знакомая, которая сможет нам помочь в этом вопросе. Я так думаю, во всяком случае.

— Правда? — в этот момент Хмельников выглядел будто маленький ребенок, которому сказали, что его любимую потерянную игрушку обязательно найдут. — Тогда ладно. Но только обязательно. Я без него буду некомфортно себя чувствовать.

— Договорились, — кивнул я. — Только техническое задание точное дадите, чтобы потом ко мне вопросов не было.

— Что? А… Ну да, разумеется, — сказал он. — И кольцо мое родовое не забудьте забрать, я его после материализации буду носить.

— Обязательно, — ответил я и присел возле горки с нашими трофеями.

Чтобы было виднее, я повесил над нами парочку Светящих Огоньков. Один себе, а второй Ибрагиму, который начал активно работать энергетическим мечом, вырезая у крокодила всякие полезные вещи.

Кроме хлама и вещей Хмельникова, среди находок было еще кое-что интересное. Вот, например, любопытный браслет с драгоценными камешками, который мое Кольцо Магического Взора определяло как магический.

Никаких проклятий на нем не было, а значит отправляем его в карман. Жаль, что подарок Черткова только наличие магии может определять, если бы он еще и вещи умел сразу идентифицировать, то ему бы цены не было. Ну ладно, будет еще один повод в гости к Лазаревой наведаться.

Что здесь еще? Цацки какие-то… Кстати, их тоже продать можно. Лишние деньги никогда не помешают. Еще одно родовое кольцо… Чье, интересно знать? На гербе хорек какой-то…

— Я бы сказал, что это скорее соболь, — решил поумничать Дориан.

— Такое ощущение, что ты можешь одного от другого отличить… Тем более, на кольце он вообще мелкий… Почему не ласка какая-нибудь?

— Нет, это соболь, — уверенно сказал Мор. — Что я, соболей не видел?

— Все с тобой понятно, — мысленно ответил я ему, пряча кольцо в карман. — Брехло ты, Дориан! Сказал бы это Нарышкин, я бы ему, может быть, и поверил. Тот по гербам большой специалист, а тебе как-то не очень…

— Можем поспорить, если хочешь. Давай так — если соболь, то ты вонючка безмозглая, а если хорек, то я.

— Заметано!

Так, а это у нас что такое? Ключ? Странный какой-то… Ярко-зеленый… На ощупь вроде бы как каменный… Тяжеленький, грамм триста, не меньше… Похоже на малахит. Ну или что-то вроде того. Ладно, пока в карман, а там разберемся. Блин, холодно становится!

— Ибрагим, ты еще долго его курочить будешь? — спросил я у Турка, который в этот момент что-то с хрустом выдрал у крокодила из головы. — Итак уже полный рюкзак набил!

— Нет, мой господин, сейчас второй глаз заберу и можем идти, не пропадать же такому добру…

Хххрррытьь… Чпок…

— Ну вот и все, — он посмотрел на глаз и одобрительно кивнул. — Хороший… Отличный экземпляр нам попался! Столько всякого полезного с него добыли!

— Кроме фартука, — с досадой сказал Андромед.

— Ну чего ты ноешь? Сказано же тебе, новый сделают, — прогудел из-под маски Турок, задумчиво осматривая крокодила, размышляя что бы еще такого у него оттяпать. — Можем ехать, мой господин, теперь точно все. Почему улыбаетесь?

— Да вот думаю, хорошо, что сидения в твоей машине кожаные. Ты же весь в крокодилятине этой… Вонючей…

* * *

Вечером я не вылезал из ванной почти час. Пока мы ехали обратно в «Китеж», моя одежда так провоняла этим долбаным крокодилом, что от меня даже дежурные шарахались.

Зато потом с каким удовольствием я под одеяло забрался! Разве может быть что-то лучше после того как промерз, чем полежать в горячей ванной и залезть под теплое одеяло? Если тоько что еще книгу хорошую почитать на ночь…

Вот только сейчас меня больше интересовало другое — во-первых, кто все-таки на родовом кольце? Даже после того как я его тщательно рассмотрел на свету, ясности это не прибавило. За то время, пока оно было внутри этой зверюги, краска поменяла цвет, а местами вообще облупилась.

Я взял планшет и занялся изучением гербов, пытаясь найти похожие. Все оказалось гораздо сложнее, чем я думал. Похожих на мой гербов было около пяти, и три из них практически ничем не отличались.

Точнее не так. Они-то различались, но такими мелкими деталями, которых на моем кольце по причине отвратительного состояния уже не было. Ну а как иначе, в таких-то условиях хранения…

Эту задачку я отложил на потом и начал искать в интернете что-нибудь, связанное с малахитовым ключом. Информации нашлось как грязи. Правда, в основном она касалась ювелирных изделий, которые многие дворяне дарили своим возлюбленным. Типа ключик от ее сердца и всякая такая ерунда.

Но мой ключик был не очень похож на те, которые я видел на фотографиях. По сравнению с ними, мой был намного больше. Да и сделан совсем не так. Без всякой позолоты и вкраплений драгоценных камней. Просто ключ из малахита, вот и все.

К тому моменту, когда часы показывали почти половину второго, я начал засыпать и решил, что эту задачку я тоже отложу на потом. Вот и еще один повод нарисовался к Лазаревой в гости заехать. Если кто-то и должен знать про малахитовый ключ, то это она.

Утром за завтраком Лешка сообщил мне новость, что он тоже решил принять участие в турнире, чем очень меня удивил.

— Да ладно? С чего вдруг?

— Ну а почему бы и нет? — усмехнулся он. — Надо же узнать, чего я стою на самом деле. Да и Гребень вчера весь мозг проел… Три раза мне вечером звонил, прикинь? Говорил, что я обязательно должен участвовать.

— Судя по тебе, ты доволен своим решением? — спросил я, глядя на его довольное лицо.

— Угу, — кивнул он. — Только все равно нервничаю немного. Наверное, я с сегодняшнего дня вместе с тобой в гости к Ткачу буду ездить. Даже пара недель тренировок лишними не будут.

— Отлично, Леха! Вдвоем веселее будет!

Вот так, с этого дня и начались наши совместные тренировки у Виктора. Да и вообще, дни полетели с сумасшедшей скоростью. Приближался ведь не только новогодний бал-маскарад, из-за которого все вокруг с ума сошли, экзамены тоже были не за горами.

Времени не хватало ни на что в буквальном смысле этого слова. Тренировки с Ткачом перемежались занятиями с Бобоедовым и Чертковым, которые тоже никто не отменял. А те жалкие свободные часы, которые у меня оставались, я тратил на то, чтобы подтянуть свои знания по сложным для меня предметам.

Таких было не очень много, но все-таки были… Типа истории, экономической географии и прочей ерунды, которую я считал не очень важной. С такими вот предметами всегда сложнее всего. Когда кажется, что он не нужен, то он и учится плохо.

Чтобы все успеть и нигде не отстать, я даже стал наведываться в Тенедом, дабы выкроить для себя несколько лишних часов на науки. Причем кроме этого я там практически ничем не занимался и лишь согласился несколько раз сходить с Лакримозой на площадку, где строилась наша будущая школа.

Получалось очень даже недурно. Мне показалось, что она чем-то похожа на небольшой замок, только деревянный и очень необычный. С большим количеством надстроек в виде небольших домиков и множеством башенок.

— Вообще на мою школу не похоже, — сказал я, после второго осмотра, когда уже начала вырисовываться более-менее понятная картина.

— Зато на мою очень похожа, сладенький мой, — сказала она. — А крыша будет покрыта ярко-зеленой черепицей, чтобы все было практически один в один. Я уже цвет выбрала, когда проект с Тахосом и Танутамоном согласовывала.

— Кстати, как они отнеслись к этому предложению? — спросил я, глядя на строящуюся школу и представляя себе, как она будет выглядеть с зеленой крышей.

— Обоим очень понравилась твоя идея, сахарочек, — сказала она и взяла меня под руку. — И оба попросили, чтобы их учениц было больше. Кстати, тебе нужно будет посмотреть кое-какие книги с заклинаниями, которые они для тебя передали. Хотят понять, каких волшебников тебе сюда прислать и подыскать самых лучших заранее.

Ох… Еще и отсюда книги тащить… Нет, это уже явно после Нового Года, пока я совсем не спятил от переизбытка знаний. Если я сейчас за них возьмусь, то мне и дышать некогда будет.

— Попозже заберу, — пообещал я ей. — Пока времени нет. Вот притащу тебе Андромеда после праздников, тогда и книгами займусь заодно.

— О! Какой ты у меня молодец, — она обвила мою шею руками и смачно чмокнула в щеку. — Наконец-то я смогу немного отдохнуть.

— Ну я же обещал, — блин, какие жаркие у нее объятия! Аж вспотел сразу…

— Как ты сказал его зовут? — удивилась Лакри. — Бромомед?

— Андромед. Это имя такое есть в моем мире, — не сдержал я улыбки, хотя на самом деле очень сильно сомневался, что Хмельников такой не единственный в своем роде.

— Да? Не думала, что такие имена бывают…

Я хотел было ей сказать, что алхимик ее имени тоже удивился, но решил этого не делать. Зная характер ведьмы и так не ясно, как они друг с другом поладят, а если она еще заподозрит, что алхимику ее имя не понравилось…

Думаю, тогда она и материализованного призрака сможет повторно умертвить… Причем вообще без каких-то шансов на повторную материализацию.

— Всякие бывают, — ответил я.

— Ну ладно, посмотрим, кого ты мне притащишь. Я надеюсь, он хотя бы красавчик типа твоего Ибрагима?

— Почти, — кивнул я. — Только этот будет немного старше.

— Кстати, Тахос Проклятый просил тебе напомнить, что ты ему какой-то костюм обещал, — проворковала она. — «Адидас» вроде бы называется.

— А-а… Ну да… Хорошо, привезу.

— И мне бы не мешало по магазинам пройтись, — сказала она и сложила губы бантиком. — Скоро сюда понаедут гости, а я, по-твоему, должна все время ходить в одном и том же? Ты мне обещал, между прочим.

— Обещал? Что-то я такого не помню…

— Сладенький мой, ты же сейчас шутишь, правда? — почему мне послышалась угроза в ее словах.

— Потому что это так и есть, — сказал Дориан. — Ничего конкретного ты ей не обещал, конечно, лишь намекнул, что как-нибудь при случае… Но…

— Да ладно, Мор, и так понятно, — мысленно ответил я ему и посмотрел на Лакримозу.

— Ты что-то хочешь сказать, милый? О чем вы там шушукаетесь с Дорианом?

— Я говорю, что по магазинам мы с тобой обязательно пройдемся, но не сейчас.

— А когда?

— После праздников, — пообещал я ей. — Все после праздников! У меня сейчас времени нет, нужно к экзаменам готовиться.

— За это ты не переживай, ты же такой умный мальчик… — сказала ведьма и положила голову мне на плечо. — Целый день по магазинам будем ходить?

— Тц… Целый день…

— Ну хорошо тогда.

— Кстати, а зачем эти вот домики и башенки? — решил я сменить тему, пока Лакримоза еще чего-нибудь не выклянчила.

— Как это зачем? — удивленно спросила она. — Разве для приличной ведьмы может быть что-то милее собственного жилища?

— Ну так можно было бы просто комнаты внутри…

— Там и внутри комнаты есть, — ответила Лакри. — Но для самых лучших учениц будут домики и башенки, потому что именно так должна выглядеть обитель ведьмы. Между прочим, я до сих пор отдельно от вас не живу лишь потому, что ты сюда редко наведываешься и особо мне не мешаешь. Так уже давно бы рядом собственный домик попросила.

— А Хорнборн? Он ведь там тоже живет.

— Гном? Это другое, — отмахнулась она. — Тем более, что он никогда со мной не спорит, и я к нему успела привыкнуть. У него характер покладистый.

— А-а, понятно… Слушай, а почему здание черно-белым получается? Или твоя школа также выглядела, и они бревна специально красят?

— Нет, — подмигнула она. — Просто у этих остолопов Танутамона и Тахоса Проклятого деревья разные растут. У одного белые внутри, а у другого черные. Проект же совместный, поэтому, чтобы никого не обидеть, пришлось согласиться. Тебе что, не нравится, сладенький мой? По-моему, так даже красивее получается.

Не знаю, насколько это было красиво, но необычно, это точно. Ну а еще мне понравилось, что самая большая пристройка в виде башни — это будет моя будущая комната. Все-таки я согласен с Лакримозой. Насчет маленького домика конечно вопрос, но вот жить в собственной башне это прикольно. Пусть даже она внутри будет и ненамного больше моей комнаты в «Китеже».

Ну а в школе немного свободнее вздохнуть у меня получилось лишь за неделю до экзаменов, когда Чертков и Горох сказали, что в этом году занятий больше не будет.

К этому времени Александр Григорьевич успел научить меня остальным некросимволам из первой дюжины. В конце последнего в этом году занятия он сильно меня удивил, сказав, что я оказался более толковым учеником, чем он думал.

Приятно, что тут говорить. Особенно, если учесть, что на похвалы он очень жадный и это чуть ли не первый раз, когда он сделал это без желания меня как-то поддеть.

Кстати говоря, не все некросимволы я смог опробовать. У меня отлично получились Слово-Боль и Слово-Холод, которые действовали исключительно против людей, но вот ни на ком мы их не испытывали.

Старик сказал, что у меня еще будет возможность попробовать их в деле, немного позже. Сначала мне нужно чуть лучше научиться контролировать свою силу. Пока еще слишком велик риск того, что я могу не рассчитать, и это закончится плохо.

Зато я узнал, что Слово-Кровь ненадолго останавливает кровотечение, если меня кто-то ранит. В некрослое это чрезвычайно важно. Любая рана это смертельно опасно, потому что кровь приманивает к себе некротварей как магнит.

Еще испробовал Слово-Прилив. Очень хорошая штука. Действует примерно так же, как и таблетки, вот только откат от него намного сильнее. Так что, наставник советовал использовать этот некросимвол с очень большой осторожностью, когда других вариантов не будет.

Однако в нем был и свой плюс. Хоть откат и правда был очень мощным, зато наступал он намного позже. Если твердо уверен, что совсем скоро покинешь некрослой, то можно примерно рассчитать, когда тебя одолеет слабость и позаботиться, чтобы к тому времени оказаться в безопасном месте.

Слово-Огонь и Слово-Метка работали только против проклятий и их мне тоже удалось попробовать. Правда для этого вновь пришлось проклинать Черткова, но тут уж ничего не поделаешь. Быть некротиком-наставником не самая полезная для здоровья работа.

Первый некросимвол был похож на привычное мне заклинание Воспламенение, которое я видел, когда стихийники-огневики страдали всякой фигней в школьном парке и хвастались перед девчонками своими познаниями.

После применения этого некросимвола проклятие тоже охватывал белый огонь, который начинал их сжигать. Ох и визжат они при этом! Аж уши закладывает!

Ну а Слово-Метка как раз заставляет проклятия отцепиться от своей жертвы и обратить внимание на себя. Для этого даже не обязательно близко подходить и рисковать нарваться на их стремительную атаку.

Этот некросимвол работал метров с пятнадцати и этого было достаточно, чтобы пришибить проклятие, пока оно до тебя доберется. Во всяком случае, так было со слабыми проклятиями, а сильных я еще и не видел. Старик говорит, что мне пока рано с ними сталкиваться.

Как-то так обстояли дела.

А еще ведь и Горох меня похвалил! Нет, то что я глупее стула, на котором сидел, он мне по-прежнему говорил довольно часто. Но вот с тем, что у меня довольно неплохо начал получаться Барьер, все-таки поздравил.

— Хм… Можешь гордиться, Темников. Ты уже владеешь заклинанием на уровне третьеклассника. Невелика заслуга, понятное дело, но ты должен об этом знать.

Отличные слова! По крайней мере, я был доволен. Жаль только, что он пробивал мое заклинание с такой же легкостью, как я его ставил. Но ничего, с этим мы тоже справимся…

Вот так, незаметно и как-то слишком быстро пролетели эти несколько недель. До Нового Года оставались считанные дни.

Эх… Вот бы еще и зимние экзамены в этом году отменили… Может быть, Лешка и прав, что таскает с собой на каждый из них Золотую Булавку Удачи? Себе что ли попробовать…

Глава 24

Самым простым для меня неожиданно оказался экзамен по менталистике. Из трех вопросов, которые попались мне в билете, Бобоедов послушал мой ответ лишь на первый. Да и то не до конца. Молча нарисовал мне в ведомости проходной балл и велел звать следующего.

Зато Компонент взялся за меня основательно. Хотя на все основные вопросы я ему ответил легко и просто, даже экзаменационный эликсир приготовил почти в два раза быстрее, чем требовалось, он начал осаждать меня всякими дополнительными задачками.

— Ладно, Темников, еще пара вопросов и можешь считать, что сдал на отлично, — сообщил мне Щекин, после того как я ответил на его очередной вопрос.

— Борис Алексеевич, почему ко мне такая несправедливость, я понять не могу? — возмутился я. — Из пяти человек, с которыми я заходил вы никому не задавали так много вопросов. А у меня спрашиваете даже то, чего и в учебниках нет!

— Все правильно, какой смысл спрашивать это у них, если я заранее знаю, что они не дадут мне ответа? — усмехнулся он.

— Но все равно получат проходной балл… — пробормотал я.

— Проходной балл бывает разным, Темников, ты же знаешь, отличников по моему предмету немного, — ответил он и это было действительно так. Чтобы получить у Компонента отлично, нужно было хорошенько потрудиться.

— Неправильно спрашивать того, чего нет в учебниках… — не сдавался я.

— Кто тебе сказал такую чушь? — спросил Щекин и на его пухлом лице появилось удивление. — Наоборот! Лично я считаю, что ученик достоин высшей отметки лишь в том случае, когда находит время заниматься дополнительно. Чтобы знать намного больше основной программы и владеть предметом, а не просто зубрить книжки, как это делает половина твоего класса. Тем более, не вижу никаких причин, почему бы тебе возмущаться? Ты-то на вопросы отвечаешь.

— Пока отвечаю, — ответил я. — Но я же не знаю, что вы еще спросите…

— Тогда не ропщи, Максим. Кстати, тебе это не идет. Давай дальше. Какие компоненты нужны для приготовления эликсира бодрости?

— Масло клена, Грибной сок, Лотос, Корень календулы и Кора кровавого дерева, — сказал я после небольшой паузы. — Перед тем как помолоть Кору кровавого дуба в порошок, ее нужно двое суток выдержать в спирте.

— Ты хочешь сказать, что без спирта ничего не получится? — спросил Компонент, как бы между прочим. Пытался меня подловить! Но я знал эту деталь, поэтому как бы не так!

— Получится, — ответил я. — Просто эффект будет намного слабее.

— Верно, молодец, Темников! — одобрительно кивнул головой Щекин и занес ручку над экзаменационной ведомостью. — Ну и немного про багровник напоследок. Когда собирают и где применяют?

— Собирают в конце августа — этот цветок к этому времени наибольшую силу набирает, ну а применяют в приготовлении сильных ядов. Сказать каких?

— Не нужно, этого достаточно, — сказал Борис Алексеевич и поставил мне оценку. — Вот видишь, а ты говорил, что нельзя вопросы не из учебника задавать… Про багровник вы же еще не читали, а ты знаешь. Приятно. Теперь свободен и зови следующую пятерку.

С чувством выполненного долга я вышел в коридор, где томились мои одноклассники и кивнул в сторону кабинета:

— Прошу, господа, — пригласил я их с сияющей улыбкой.

В тот же момент со всех сторон посыпались вопросы. В прошлом году у нас все намного проще было, так что это, можно сказать, наши первые полноценные экзамены.

— Сдал?

— Ну что он там?

— Как настроение?

— Злой как черт! — соврал я, чтобы они немного понервничали и довольный от того, что для меня уже все закончилось. — Дополнительными вопросами валил, так что имейте в виду…

— Пфф! Только не говори, что он тебе не отлично поставил, — с вызовом посмотрела на меня староста. — Ты же у него любимчик…

— Я-то свое получил, но чего мне это стоило… Не завидую вам, ребятки!

Довольный произведенным эффектом, я потопал отдыхать к себе в комнату. Представляю, как там сейчас Верка Каблукова трясется. У нее на лабораторных уроках по алхимии вечно вместо эликсиров дрянь какая-то получается. Вонючая, как правило.

Ну конечно… Теорию-то она зубрила как могла, а вот когда до практики доходило, там зубрежкой не отделаешься. Эликсир чувствовать нужно. Температуру, плотность, запах и всякие прочие детали, без которых никак не обойтись… Учитывая, что Каблукова везде пыталась быть первой, я так любил смотреть на нее, когда она пыхтела над очередным эликсиром… Но получалась очередная вонючая бурда.

Самое интересное, что я бы ей с удовольствием помог, если бы она хоть раз обратилась за помощью. Но нет… Верка была из тех, кто считал себя самым умным в классе и вместо этого она предпочитала все время компостировать мне мозги всякой ерундой.

В общем, двигалось все довольно таки неплохо. Практически по всем предметам я отстрелялся вполне себе нормально, а по некоторым даже лучше, чем думал. Например, по той же ритуалистике.

Я боялся, что Стефания Ярославовна Пальчикова устроит мне веселую жизнь и засыплет дополнительными вопросами не хуже Компонента. У нас же с ней особая симпатия была…

Но нет, к моему удивлению, ничего лишнего она не спрашивала. Ее интересовали лишь те вопросы, которые были в билете. Она внимательно выслушала меня, попросила уточнить несколько моментов и все!

Просто класс! Я ее после этого даже зауважал. При желании она могла мне хорошенько жизнь подпортить и устроить парочку пересдач. Ну или влепила бы минимальный проходной балл, что тоже не очень приятно. Но она решила этого не делать, чем сильно подросла в моих глазах.

Значит не зря о ней говорят… Она хоть тетка и строгая, но справедливая. Так что после этого экзамена я летел из кабинета на крыльях радости оттого, что практически все экзамены сданы. Еще один и можно спокойно готовиться к турниру. Без всяких дурных мыслей о пересдачах и всяком таком.

Вот только последний экзамен у меня был история и он беспокоил меня не меньше ритуалистики. Хоть после начала индивидуальных занятий с Горохом, мне эта наука давалась намного легче, не могу сказать, что я был абсолютно спокоен за результат.

Ну а зубрить половину учебника наизусть у меня вообще никакого желания не было. Поэтому я решил устроить Ибрагиму выходной и подключил его к этому делу. Должен же он мне помогать в учебе, в конце концов?

Мы решили провернуть с ним вот какую штуку. Я его снабдил учебником по истории и взял с собой на экзамен. Предполагалось, что он прочтет мои вопросы в билете, а затем в лучшем виде продиктует мне ответы из учебника.

Я, конечно, волновался — получится или нет. Все-таки преподаватели у нас рангом повыше учеников, сплошь мастера и магистры… Вдруг каким-то чудом моего Турка почувствуют и ничего не выйдет.

Но переживал я зря. Еще ни разу по истории я не давал таких четких и обширных ответов. Препод был от меня в полном шоке. Даже сказал, что все время недооценивал мои знания и теперь он горько об этом сожалеет. Оказывается, мне просто нужно давать немного времени подумать перед каждым ответом.

Угу, так и есть… Он же не знал, что это самое время мне требовалось на то, чтобы Ибрагим нашел для меня нужный ответ в учебнике.

Так что, все прошло лучше некуда. Нам с Нарышкиным так понравился этот фокус с призраком, что мы решили его еще раз провернуть. Только теперь, чтобы он Лешке помог по алхимии, с которой у того были постоянные проблемы. Я пытался его подтянуть немного по этому предмету, но мне это оказалось не по силам.

Если перед княжичем разложить все компоненты и последовательно описать, что и как нужно делать, то тогда еще есть какие-то шансы на успех. Ну так… Весьма туманные, конечно, но вероятность есть.

Самое сложное начиналось, если попросить его рассказать из каких компонентов эликсир состоит. Вот тут у Нарышкина начинались проблемы. Черт его знает почему, но у него в голове эта информация никак не хотела задерживаться. Он все время путал одно с другим, и я никак не понимал почему так происходит.

Загадка века. Как можно не запоминать компоненты, при том, что он легко ориентировался в какой-нибудь истории родов или геральдике? Этого мне никогда не понять. Мы с ним пришли к выводу, что у нас просто мозги по-разному работают, поэтому привлечь Ибрагима было вполне логичным решением.

Надо ли говорить, что Компонент был в полном шоке от результатов, с которыми княжич выдержал экзамен. Еще бы! Турок-то у нас в алхимии и приготовлении эликсиров кое-что соображает! Так что, княжич произвел на Щекина сильное впечатление. Тот даже сказал ему, что дружба со мной начала идти ему на пользу.

Вот так, один за другим, все экзамены были сданы и можно было спокойно заняться приготовлением к празднованию Нового Года, который с каждым днем становился все ближе. Градус общего нетерпения и ожидания начала торжеств нарастал в «Китеже» все сильнее.

Своего апогея он достиг к моменту начала турнира, который должен был продлиться в общей сложности три дня. В первый день несколько раундов квалификационных поединков, на второй день должна была пройти основная часть турнира и на третий день — заключительная борьба и финалы.

Вскоре после окончания турнира предполагалось начать праздничный ужин, ну и бал, само собой, к которому усиленно готовились наши девчонки.

Что касается меня, то я над своим нарядом на последний день особо не раздумывал. Было бы над чем думать. Меня больше заботили турнирные поединки, чем вот эта вся суета — кто в чем будет, и кто с кем пойдет на бал.

Поэтому я заказал себе черный костюм в средневековом стиле, который смотрелся на мне очень неплохо. Даже мое Волшебное Зеркало в кои-то веки не ругало меня за то, что я выгляжу как охламон, который нашел свою одежду на свалке. На этом моя подготовка к праздничному балу закончилась.

Тем временем, наш спортивный зал вовсю готовили к предстоящему празднику и делали так, чтобы от него хоть немного повеяло средневековьем. Все это свелось по большей части к тому, что его украсили флагами и всякими разноцветными ленточками.

Снаружи, прямо на заснеженном поле, разбили несколько шатров с гербами всех классов, которые существуют в нашей школе. Начиная с первого дня турнира там будет кто-то из старост, который должен будет снабжать болельщиков флажками в цветах того класса, за который они будут болеть.

Наконец наступил первый день начала торжеств. Вот же безумный день выдался, просто жесть! Вокруг спортивного зала и расставленных возле него шатров происходило какое-то безумие. Все это было похоже на бурлящую реку, в которой вместо воды были ученики «Китежа», размахивающие разноцветными флажками и выкрикивающие фамилии участников, которых они поддерживали. Действо происходило под средневековую музыку, которая доносилась из расставленных повсюду динамиков.

Понятное дело, что спортивный зал не мог вместить всех желающих. Почти половину его предполагалось отдать под площадки, на которых будут происходить бои.

Те счастливчики, которые поспешили явиться сюда пораньше, смогли занять места внутри зала. Некоторые ученики торчали там с самого утра, как только начались последние приготовления. Ну а для всех остальных снаружи были установлены огромные экраны, на которых предполагалось транслировать все то, что происходит внутри.

Турнир начинался сразу после обеда и это был первый обед за все время, который я съел вообще без всякого желания. Какой тут будет аппетит, когда на тебя глазеют со всех сторон, а на каждом углу только и разговоров о шансах участников на успех.

К тому моменту, когда все наконец началось, мне уже не терпелось поскорее оказаться в спортивном зале, чтобы заняться делом. От разговоров об этом всем уже начинало мутить.

Все началось в два часа дня. Как обычно Орлов выступил с праздничной речью и пожелал всем участникам удачи в предстоящих боях. Вот только про награду пока ничего не сказал, лишь намекнул, что она будет достойная.

Затем слово было передано Гребню, который перешел к практической части вопроса и под шум толпы рассказал, как именно все будет происходить.

Оказалось, что всего на турнир записалось больше двухсот человек. Не такая уж и большая цифра, если разобраться. Судя по очереди, которую я видел в первый день регистрации, я думал, что их будет как минимум пятьсот, а может быть даже и больше.

Всех участников разбили на две большие возрастные группы. В первую попали ученики с первого по третий курс, а во вторую — с четвертого и пятого. В каждой из двух групп должен будет определиться свой чемпион. Так что выяснилось, что их будет как минимум два. Но Гребень заверил всех, что призы будут одинаковыми для всех.

Ну а в остальном все, как планировалось, так что сегодня нас ждали квалификационные бои. Где соперника каждому из участников определял жребий. На каждого бойца сегодня выпадало два боя. При условии, что он одержит победу в первом из них.

Перед началом жеребьевки мы с Нарышкиным пожелали друг-другу удачи и под громкие крики зрителей все началось. Каждая пара сопровождалась гулом толпы. Тут же прикидывали шансы на успех и заранее предсказывали победы и поражения.

Лично мне первым выпал второкурсник из багрового класса, которого я толком не знал. Так, видел несколько раз в спортивном зале на параллельных уроках фехтования, но это, пожалуй, все, что я мог о нем сказать. Во всяком случае, не помню, чтобы в школе о нем ходили слухи как о первоклассном фехтовальщике.

Я разминался перед боем, когда ко мне подошел Гребень и огорошил вот какой новостью:

— Темников, ты знаешь, что тебя не хотели допускать к участию в турнире? — спросил он как бы между прочим, делая вид, что проверяет мой доспех и артефакт с энергетическим барьером.

— С какого это перепуга⁈ — удивленно спросил я, не ожидая услышать что-то подобное.

— Кое-кто считает, что тебе по возрасту рано участвовать в таких соревнованиях… — ответил он.

— Да я всего на год младше первокурсников! Мне через несколько дней будет четырнадцать! — возмутился я.

— Ну пока тринадцать, разве нет? — спросил он под шум голосов со всех сторон. — Так что, ты здесь под мою личную ответственность, поэтому постарайся сделать так, чтобы я не зря нервные клетки истратил пока тебя отстаивал.

— Постараюсь… — пробормотал я расстегивая футляры с мечами. — Спасибо, Борис Алексеевич…

— Да не за что, Темников. Ты что, двумя мечами драться собрался? — спросил он, заметив мои приготовления.

— Попробую.

— Сложно сразу двумя… Знаешь, как это делается? — с опаской спросил он. — Не хочется, чтобы ты в первый же день вылетел.

— Догадываюсь, — ответил я. — Так что не волнуйтесь, Борис Алексеевич.

— Ну давай, — усмехнулся он и покачал головой. — Давненько я такого стиля не видел. Только ради этого стоило поломать за тебя копья.

В зале раздался громкий звуковой сигнал, который призвал всех к началу первых квалификационных боев. В центр зала вышел один из судей, одетый в забавную средневековую одежду и с ярким красным беретом на голове, из которого в разные стороны торчали разноцветные перья.

Он громко призвал всех к тишине и назвал первые пары, а также тех, кто последует за ними и должен приготовиться. Среди первых пар меня не было, так что пришлось пока постоять в сторонке и дождаться своей очереди на третьем круге.

Среди тех, кто дрался первыми, знакомых у меня практически не было, так что болеть было особо не за кого. Зато во второй очереди дрался Нарышкин и это уже меняло дело. Ему попался худой длинный парень с первого курса, который выглядел так, как будто стоит на ходулях.

Я его совершенно не знал и на уроках по фехтованию не видел, поэтому на что способен незнакомец, было для меня полной загадкой. Думаю, Лешка знал про него не больше.

Таким серьезным и сосредоточенным я княжича уже давно не видел. Глядя на его лицо можно было подумать, что этим поединком решается вся его жизнь.

— Расслабься, особа, приближенная к Императору, — хлопнул я его по плечу перед выходом на ринг. — Нужно от этого получать удовольствие, а не принимать все близко к сердцу.

— Я постараюсь, — криво усмехнулся он, затем активировал свой энергетический барьер и под крики со всех сторон пошел на ринг.

— Страсть как я люблю турниры! — сообщил мне Дориан. — Жалко только, что они с барьерами сражаются, без них было бы интереснее!

— Что-то не очень мне хочется без барьера мечом махать, — сказал я, глядя на Нарышкина, который разминался на ринге. — Всякое бывает, сам знаешь. Можно и без головы остаться. Никакие целители не помогут.

— Можно, — согласился Мор. — Ну так а мы здесь при чем? Я про других говорил. Чтобы интереснее смотреть было.

— Вот ты тип, Дориан…

К этому моменту судьи закончили осматривать бойцов, прогудел звуковой сигнал, вокруг рингов появились защитные барьеры и начался бой.

Блин, все-таки одно дело наблюдать за всеми остальными, а совсем другое, когда на ринге твой друг… Едва началась схватка, как я тут же почувствовал, что мои руки стали влажными от пота.

Лешка был почти на голову ниже своего соперника, который сразу же попытался достать его стремительным выпадом. Княжич успел увернуться, затем ушел от еще одной атаки и ударил в ответ, заставив оппонента отпрыгнуть и напомнить ему, что он не хозяин ринга.

Они сделали несколько кругов глядя друг на друга, а затем перешли к более решительным действиям. Скоро мне стало понятно, что длинный фехтует хуже Нарышкина, у которого явно было побольше опыта, что должно было рано или поздно сыграть свою роль.

Так и случилось, после очередного выпада незнакомца, княжич провел отличную атаку в ответ и дважды коснулся мечом энергетического барьера своего противника. От каждого удара барьер вспыхивал яркой вспышкой, которые отдавались во мне радостью.

— Стоп! — услышал я громкий голос судьи. — Победа Нарышкина!

Его голос тут же потонул в радостных криках зрителей, которые болели за Лешку. Таких было немало, кстати говоря. Особенно слышны были многочисленные женские визги. Княжич стоял на ринге с поднятой рукой вверх и растерянно улыбался.

Ну вот… Еще несколько минут и придет моя очередь…

Глава 25

Моего оппонента я знал. Даже несколько раз сидели на лавочке в школьном парке в больших компаниях. Его звали Павел, а фамилия Медников. Он, как и я был второкурсником, только учился в стихийном классе и специализировался на силе земли. Ну а еще он был старше меня на два года, само собой.

Судьи проверили нас на отсутствие артефактов, которые могли бы нам помочь в бою, а затем пришел черед выходить на ринг. Волнительное дело, вот что я скажу. Со стороны это выглядит немного иначе, а вот когда приходит твой черед подниматься по ступенькам как-то начинаешь нервничать.

— Удачи, Макс! — услышал я за спиной голос Нарышкина и поднял руку вверх в знак того, что я его услышал.

Едва я оказался на ринге, в зале как-то сразу стало тише, что в очередной раз напомнило мне о том, что сейчас все с большим интересом смотрят сюда. Вот только с совершенно разным настроением.

Кто-то желает мне победы, кто-то наоборот, хочет, чтобы я вылетел как можно скорее. Желательно в самой первой схватке. Лично мне очень хотелось порадовать первых и утереть нос вторым. Если уже и вылетать, то точно не в самой первой схватке.

Когда я активировал свои мечи, по спортивному залу сначала прошла волна гула удивленных голосов, а потом со всех сторон я услышал громкие шепотки.

— Ты видела это⁈

— У него два меча!

— Вот это он дает!

— Хвастун, он думает, что второй меч ему чем-то поможет?

— Все у него не как у людей!

— Пфф…

— Крутяк! Два меча!

Голосов было так много, что я просто старался не обращать на них никакого внимания, а спокойно разминался перед боем, как делал это всегда перед очередным занятием с Ткачом.

— Привет, Максим, — поприветствовал меня Медников, когда нас поставили друг перед другом и до начала боя оставалось всего несколько секунд. — Пусть победит сильнейший?

— Привет, Павел, — ответил я и отсалютовал ему мечом. — Да, пусть будет так.

Громкий звуковой сигнал сообщил нам о начале боя, и мы одновременно отошли друг от друга. Оба выбрали осторожную тактику и перед тем как броситься в атаку, лично я хотел немного осмотреться.

Виктор всегда говорил, что спешить нужно лишь в самом крайнем случае или когда уже знаешь о слабых сторонах своего противника. Любая недооценка оппонента может привести к самым печальным последствиям.

Так что, перед тем как начать махать мечом, нужно задействовать свое первое грозное оружие — глаза. Именно они должны сделать всю основную работу за мгновения перед боем и потом сообщить мне как нужно действовать. Тогда можно подключить второе оружие — мои личные ощущения от того, что я вижу.

Когда все будет в норме и я пойму, что примерно понимаю какими будут действия противника, тогда можно уже и начинать работать мечом.

Павел был выше меня, но ненамного. Однако, на мой взгляд, в нем было слишком много лишних килограммов, отчего его шаг был немного тяжелым. Это, конечно же, нужно было использовать в деле. Вообще-то, я видел в прошлом году как фехтует Медников, но вот вообще не помню его в деле. Хотя, с того момента многое могло измениться, кому об этом знать как не мне?

Мы сделали несколько кругов по рингу, не спуская друг с друга глаз и за это время я заметил еще один его недостаток. Он как-то слишком долго задерживает левую ногу при ходьбе.

Очень может быть, что когда-то у него была травма и теперь нога работает не совсем так как нужно. Это тоже можно использовать, если потребуется. Пока у меня был немного другой план.

Сейчас я…

И в этот момент Павел пошел в атаку. Притихшая было толпа яростно взревела, приветствуя начало активной фазы поединка.

Мой план сделать все быстро и красиво пошел к чертям, но если Медников хотел одолеть меня неожиданным напором, то хрена с два у него это получилось.

Для начала я легко, будто на тренировке, ушел от его выпада и ударил в ответ. Он успел неожиданно быстро для своей комплекции развернуться и поставить блок моему удару.

Я даже успел увидеть радостную улыбку на его лице, когда он понял, что успел отбить мой удар. Вот только он не учел одного момента… У меня левой руке есть и второй меч, которым я его и ударил.

— Стоп! Победа Темникова! — громко крикнул судья и его голос слился с новыми яростными криками, которые заполнили зал. Мне показалось, он сейчас взорвется от тех эмоций, которые наполнили его.

— Молодец!

— Нечестно!

— У него два меча!

— Круто!

— Его нужно дисквалифицировать!

Лично я был полностью удовлетворен и с удовольствием отсалютовал Медникову, который смотрел на меня растерянным взглядом. Казалось, он не очень понял, как так произошло, что он проиграл? Да, Павел, так бывает…

— Молоток, чертяка! — хлопнул меня по плечу Нарышкин. — Это было красиво!

— Да ладно, мы даже еще не начали, — ответил я, стараясь не обращать внимания на крики вокруг. В конце концов, тех, которые меня поддерживали, была как минимум половина, а на всяких остальных придурков даже внимания никакого обращать не собираюсь.

— Максимчик! — протиснулась сквозь толпу Цветкова, обвила мою шею руками и крепко поцеловала в губы. — Какой ты у меня молодец!

— Подожди, Алиса… — я осторожно выбрался из ее объятий. — Рано еще радоваться… Ты же знаешь, я заранее не люблю…

— Все равно умничка! — она еще раз чмокнула меня в щеку и убежала обратно. В технической зоне могли находиться только участники, так что ей было нельзя здесь надолго задерживаться.

После первой победы мне стало намного легче дышать, а окружающая атмосфера турнира перестала давить, навевая одну и ту же мысль — главное не вылететь в первом же бою. Не вылетел.

Честно говоря, я и сам догадывался, что первый квалификационный раунд должен пройти. Все-таки еще слишком много не самых сильных участников. Но опасения были… Жребий же такая штука… Непредсказуемая. Можно было сразу и на кого-нибудь из самых сильных ребят нарваться.

— Ты чего мокрый весь? — спросил Лешка, пока мы шли к нашим местам, предназначенным для участников турнира. — ты же не двигался совсем!

— На себя бы посмотрел, — сказал я, вытаскивая платок из кармана. — С тебя вообще градом текло… Как с мыши…

Тем временем закончился первый круг квалификационных боев и начались более серьезные испытания. Напряжение начинало нарастать. Особенно у старшаков. Те уже выясняли отношения по-взрослому и в одном из боев дело даже закончилось мордобоем, после того как объявили победителей.

Неудивительно в общем-то. Сейчас здесь собралось столько потенциальных врагов, семьи которых давно уже не находят общего языка, что иначе просто не могло быть. Потому понемногу весь зал разбился на два лагеря. Половина из которых болела за одних бойцов, половина за других. Причем это было верно и для нас, и для старшеклассников.

— Смотри-ка сколько змей повылазило, — скривился Нарышкин, окидывая взглядом трибуны. — Прямо какой-то серпентарий…

На этот раз первым идти на ринг была моя очередь и теперь соперник был куда сложнее. Третьекурсник из небесного класса, Лев Желтухин. Он вместе с Лешкой учился. Редкий засранец. Княжич на него постоянно жаловался.

Лев был из тех ребят, которые любят подсказать преподавателю, что именно задали, когда все остальные сговорились сказать, что ничего. И кто ему имя такое звучное дал при таком гадостном характере? Ему бы крысенок больше подошло.

На разминку нам дали меньше времени, чем в первый раз. Все-таки мы уже провели по одному поединку, так что немного разогрелись.

Желтухин был высоким парнем. Почти на голову выше меня. Он смотрел на меня сверху вниз и скалился. Я думаю, в его голове он уже прокрутил весь наш бой и видел себя победителем в конце. Ну посмотрим…

Едва мы успели поприветствовать друг друга, как он стремительно пошел на меня в атаку. Звуковой сигнал, означавший начало поединка, еще не закончил звенеть, а я уже отбивал его яростные быстрые удары.

Один… Другой… Третий… Четвертый… Вот так вот, друг! Ты думал все будет так быстро? Как же, разбежался, морда крысиная!

Потерпев неудачу, он отпрыгнул назад и теперь тяжело дышал, удивленно рассматривая мое оружие и непривычную стойку. Да-да, дружок, если бы не второй меч, то последним ударом ты бы мог меня достать… Но видишь какая штука — у меня их два…

— Молодец, мой мальчик! Это было очень красиво! — похвалил меня Дориан, сильное волнение которого невольно передавалось и мне. — Теперь самое главное не нервничай и не делай ошибок… Половину из того, что он умеет, этот тип уже показал.

— Ты сам не дергайся, — мысленно ответил я ему, оценивая обстановку и привыкая к своим ощущениям от этого поединка. — Я все вижу…

Я чувствовал, что Желтухин сейчас размышляет как лучше всего на меня напасть. Это было видно по его лицу и легко читалось. Мне оставалось только ждать нужного момента, который вскоре настал.

Всего каких-то мгновений ему не хватило, чтобы начать свою атаку, как вперед пошел я. Один из самых лучших вариантов, который можно найти в бою.

Он все это время размышлял над собственной атакой и прикидывал какие удары будет мне наносить, а вместо этого вдруг сам оказался в роли защищающегося.

Да, такой парень как Ткач, легко справился бы с этим, потому что Виктор был одним из лучших фехтовальщиков, которых мне доводилось видеть. Иногда мне казалось, что его невозможно победить, и он прокручивает в своей голове с десяток возможных вариантов дальнейшего развития событий.

Вот только Желтухина и Ткача в мастерстве разделяла огромная пропасть. Поэтому Лев сейчас неуклюже парировал мои удары с испуганным выражением лица на своей крысиной физиономии и отступал назад. Именно это мне от него и нужно. Для начала сбить уверенность в своих силах, а дальше будет легче.

Кстати, с моей атакой он справился очень неплохо, а от последнего удара внезапно для меня даже ушел перекатом. Очень неожиданно для его роста!

— Да ты прямо акробат, Желтухин! Тебе вместо «Китежа» в цирковую школу нужно! — с улыбкой сказал я и постарался, чтобы это было сказано вызывающе. Пусть побесится. Мне это на пользу пойдет.

— Сам ты клоун, Темников… — прошипел он и начал свою атаку.

Агрессивно, что сказать! Не то, чтобы мне пришлось напрячься на полную катушку, но был момент, когда пришла и моя очередь продемонстрировать ему чудеса акробатики.

Выглядело это довольно эффектно! Лев хотел ударить меня по ногам, но я успел подпрыгнуть и его меч пронесся подо мной. В этот момент по залу прокатился гул голосов, в котором явно читался восторг, смешанный с досадой.

Проведя первую атаку, Желтухин тут же попытался взять быка за рога, пошел на меня во второй раз и это стало его ошибкой. Нужно было дать себе отдохнуть хотя бы немного. Сейчас же…

Он действовал на пределе своей скорости, которой не хватило, чтобы меня достать. Совсем чуть-чуть… Но в том-то и дело, что в фехтовании так не работает. Вот это чуть-чуть и есть самое важное в поединке.

Мне кажется, в тот момент, когда он заканчивал свою атаку, Лев уже понял, что проиграл. Проведя слишком азартную атаку он просто оставил слишком мало места для маневра, чтобы отбить мои ответные удары.

Отчаянно взмахнув мечом, он попал по моему мечу, но мой удар все равно был сильнее, поэтому я вскользь прошелся по его плечу, а вторым мечом ударил по шее. Его энергетический барьер ярко вспыхнул, и я услышал долгожданный голос судьи:

— Стоп! Победа Темникова!

Вот теперь можно и порадоваться! Я с удовольствием помахал рукой зрителям и заметил, что большая часть учителей тоже хлопают в ладоши. Кто-то от всей души, кто-то лишь из вежливости, будто нехотя, но меня это не особо трогало. Для меня сегодняшний день закончился очень неплохо!

— Я верил в тебя, мой мальчик! — радостно орал Дориан. — Как ты его! Раз! Вжик! Опа! Это было круто!

— Без тебя я бы не справился, — мысленно ответил я ему и это была чистая правда. Часть моих ощущений так или иначе принадлежали и Мору, а значит он был полноценным участником моих боев.

А вот Нарышкин был просто каким-то счастливчиком! Ему на второй поединок достался один из самых слабых ребят, которые еще остались в деле. Первокурсник из багрового класса Сафон Огарков. Молодой и ретивый княжич, который расхаживал по «Китежу» с таким видом, будто вся школа принадлежала его роду.

Честно говоря, я был удивлен, что он как-то попал во второй раунд. Фехтовал он откровенно так себе. Разве что пригрозил противнику влиянием своего папеньки. Вполне может быть, между прочим. Я бы не удивился, если бы узнал о чем-то таком.

Судьи проверили бойцов, прозвучал сигнал, возвещавший начало боя, и соперники разошлись. В этот момент мне показалось, Огарков что-то сказал Нарышкину, но из-за гула толпы вообще невозможно было расслышать, что именно. Зато неожиданно для всех Лешка рассмеялся и ринулся в атаку с таким напором, которым буквально с первой попытки смел своего противника.

Сафон, который был ниже моего друга почти на две головы, выглядел как маленький щенок, на которого набросился разъяренный дракон в виде Нарышкина. Защищаясь, он выставил перед собой меч и поставил блок. Но Лешкин удар был настолько мощным, что Огаркову в голову прилетел и меч Нарышкина и его собственный.

— Стоп! Победа Нарышкина! — громко крикнул судья и на этот раз радостных криков было намного больше, чем после моей победы. Ну что поделать, я ведь не Нарышкин… Во всяком случае, пока.

Когда Лешка выходил с ринга, он выглядел самым счастливым человеком в этом мире.

— Ну вот видишь! А ты не хотел участвовать! — сказал я и мы с ним радостно обменялись рукопожатиями. — Все про уровень мне свой талдычил!

— Поздравляю! — в этот момент к нему подлетела Настя, которая чуть не снесла его с ног и вцепилась в княжича мертвой хваткой. — Я тебя обожаю!

Я смотрел на Нарышкина, который хватал воздух как рыба, но помочь ничем не мог. Пусть сами разбираются…

* * *

Ужин в этот вечер проходил очень оживленно. Все громко делились между собой впечатлениями от первого дня и строили прогнозы на завтра.

В принципе, первый день больших сюрпризов не принес. Почти все, от кого ожидали побед, прошли в основную сетку. Было несколько крайне неожиданных результатов, но это скорее случайности, которые подтвердили правило.

Типа Огаркова, который каким-то чудом смог выйти во второй раунд квалификации, но тут же был наголову разбит Нарышкиным, который не оставил ему ни шанса.

Уставшие и вымотанные сегодняшним днем, мы не стали надолго задерживаться за ужином и решили разойтись по комнатам раньше. Девчонок мы отправили гулять со своими подружками, которые наперебой хвастались друг перед другом своими парнями, а у нас на это уже не было сил.

Лично меня эти два боя вымотали похлеще двухчасовой тренировки с Ткачом. Хотелось только одного — как можно скорее принять горячий душ и завалиться спать. Завтра будет тот еще денек, так что сил понадобится много.

— Что тебе, кстати, сказал этот Сафон? — спросил я, когда мы не спеша шли с Лешкой в сторону общаги. — Ты на него бросился как зверь.

— Да я особо не расслышал, — пожал плечами Нарышкин. — Мне послышалось, что он спросил — не забыл ли я кто его отец?

— Ну и как? — усмехнулся я. — Помнишь?

— Угу, — кивнул княжич. — Редкий говнюк. Прихвостень Шуйского…

— Максим, можно тебя на минутку? — услышал я вдруг чей-то знакомый женский голос.

Мы остановились, чтобы рассмотреть кто это был. Девчонка в белой норковой шубке… О! Да это же Алена Серебрякова! Моя старая знакомая! Чего ей от меня нужно, интересно знать?

— Ладно, Макс, я пойду, — сказал воспитанный Нарышкин, оставив нас с девушкой наедине.

— Давай, пока, — махнул я ему рукой и вопросительно посмотрел на княжну.

— Слушай, я все хотела извиниться перед тобой за тот раз… — неожиданно сказал она. — Наверное, мне не следовало так себя вести.

Я смотрел на нее и не мог поверить, что слышу это. Серебрякова решила перед кем-то извиниться? Скорее небо упадет на землю, чем я поверю, что это происходит на самом деле.

— Вот, держи, твои любимые… Просто не хочется, чтобы ты плохо думал обо мне… И вот еще что — поздравляю, Максим.

— Спасибо, — автоматически ответил я, но она уже не слушала и растворилась в темноте.

Я смотрел на перевязанный лентой бумажный пакет в своих руках, на котором красовалась знакомая фирменная надпись «Мишки на севере».

* * *

От автора:

Дорогие мои читатели! Не забудьте поставить Лайк 💖 , если нравится произведение)

Спасибо вам огромное!)

Глава 26

Про конфеты, которые мне подарила Серебрякова, я вспомнил лишь после того, как выкупался и уже был в постели.

— Вот я бы на твоем месте не стал их пробовать, — сказал Дориан. — Пусть полежат себе спокойно, а завтра разберешься на свежую голову. А еще лучше выбрось их сразу.

— Погоди, Мор, давай хотя бы посмотрим…

Я сел на кровати и в углу закопошился Корвин, который после нашего последнего приключения довольно часто оставался у меня в гостях на ночь.

— Ну ладно меня на сладенькое потянуло, а ты чего не спишь? — спросил я у него.

Он пару раз лениво щелкнул клювом в ответ и затих, а я принялся распаковывать бумажный пакет. Едва я сорвал с него ленту и раскрыл, как тут же почувствовал шоколадный аромат и еще почему-то запах корицы.

Необычно. Запах своих любимых конфет я знал довольно хорошо, никогда они не пахли корицей. Зачем он здесь нужен? Я закрыл глаза, вдохнул еще раз и все понял. К запаху корицы добавился легкий аромат корня осоки.

Так я и думал. Я сразу не очень-то поверил словам Серебряковой. Чтобы Алена с кем-нибудь решила помириться по собственной воле? Сильно в этом сомневаюсь. Разве что ей было бы что-то очень сильно нужно от этого человека. Во всяком случае, ни с того, ни с сего приносить мне извинения это точно не в ее стиле.

— Корень осоки? Она хочет, чтобы ты пару дней провел на горшке, мой мальчик, — сообщил мне Дориан.

— Ну да, и пара дней это в самом лучшем случае, — я закрыл пакет и бросил его в корзину для бумаг.

— Какая коварная барышня, — возмущался тем временем Мор. — Мне кажется, что нужно будет ей напомнить об этом случае при первой возможности.

— Обязательно. Причем в самое ближайшее время, — сказал я и вытянулся на постели. — Ох уж эти девчонки… Жаль, что так вышло. Одну конфетку на ночь я бы, пожалуй, съел… Ну или парочку…

* * *

Нарышкин терпел практически до самого конца завтрака, когда наконец не выдержал и спросил:

— О чем там вчера с ней разговаривали?

— Догадайся с трех раз.

— Даже пытаться не буду. Угадать, что у девчонок в голове — это гиблое дело. Тем более в этом случае. Просто не представляю, что могла от тебя хотеть Серебрякова. Так что не томи, и так полчаса сидел морозился…

— Извиниться хотела за свое плохое поведение в прошлом году.

— Да ладно! — Лешка замер не донеся вилку с беконом до рта и капнув на стол жиром. — Поверить в это не могу!

— Угу, — кивнул я и улыбнулся. — Прикинь. Даже пакет с моими любимыми конфетами вручила.

— Надо же… Кто бы мог подумать… — княжич задумчиво жевал бекон. — Что-то не похоже на нее. Чего это она, как ты думаешь?

— Вот и я так решил. Не мог понять ровно до того момента, пока не решил их попробовать, — я сделал паузу, извозил кусок бекона в яичном желтке и сунул его в рот. — Оказалось, что конфеты отравленные.

— Охренеть! — Нарышкин снова замер с вилкой в руках.

— Ага, корень осоки. Видимо очень хотела, чтобы мое выступление на турнире закончилось.

— Вот сучка! — усмехнулся Лешка. — Надеюсь ты их не успел попробовать? Хотя, что я спрашиваю… Ты же все-таки урожденный алхимик. Серебрякова, конечно, дуреха — нашла кого пытаться отравить. В который раз убеждаюсь, если девчонкам что-то в голову втемяшится, то логика куда-то уезжает.

— Во всяком случае, она попыталась, — я отодвинул пустую тарелку и взял чашку с кофе.

— Думаешь ей как-то намекнуть о том, что ничего не вышло?

— Да, как-нибудь намекну. Надеюсь она это запомнит.

Понемногу в столовой начало появляться все больше людей, так что мы решили долго не засиживаться. Скоро начнутся бои основной сетки, так что нужно было настроиться как следует.

Тем более, что сегодня нас ждет по три боя. Один до обеда, а потом еще парочка. Ну это при условии, что первый бой будет за нами.

Удивительно, но утренний бой не вызвал особого ажиотажа среди учеников. Если вчера народ чуть ли в двери не вываливался, то сегодня было чуть полегче. Я так понимаю, все экономили силы на последующие два боя, которые обещают быть поинтереснее.

Свободных мест было немного, но при желании можно было подыскать себе уютное пристанище, откуда будет открываться хороший вид.

Оно и к лучшему. По крайней мере, хорошо слышно друг друга и не нужно было орать на ухо, пытаясь перекричать толпу. Более-менее спокойная обстановка, в которой можно было наблюдать за потенциальными соперниками и делиться их слабыми местами.

После вчерашней квалификации нас осталось тридцать два человека. Причем треть из этого количества были очень сильными соперниками, к которым стоило присмотреться повнимательнее. Еще треть ребят были среднего уровня, но и с ними лучше не шутить. Если предоставить им шанс, они своего точно не упустят.

Но были и те, которые оказались здесь случайно. Кому-то попался удачный жребий, кто-то воспользовался оплошностью недооценившего их противника, кому-то просто повезло. Кстати говоря, именно большая часть таких вот счастливчиков смотрели вокруг надменным взглядом. Видимо, уже почувствовали себя в высшей лиге.

По большому счету, это не так уж и важно. Главное, что они оказались среди сильнейших, а это уже хороший повод похвастаться перед девчонками. Собственно, чем они вчера весь вечер и занимались во время ужина. Только и слышны были их хвастливые выкрики как они лихо расправлялись со своими соперниками.

Ну а еще, в строю тех, кто попал в основную сетку, были наши «верные» враги — Шуйский и Вильсон. Михаил снисходительно посматривал на всех со своей гаденькой улыбочкой, а белобрысый Христофор все время сверлил меня своим взглядом.

Когда напряжение достигло предела, распорядитель наконец-то огласил пары, и мы с Нарышкиным облегченно вздохнули. Нам обоим выпал лучший жребий, который только мог быть.

Княжичу достался единственный из оставшихся в сетке первокурсников, а мне какой-то новенький второкурсник, который пришел к нам только в этом году. Я вчера видел один бой с ним. Ничего особенного. Слишком спешит.

Так оно и вышло. Никаких проблем у меня не возникло, а вот у Лешки был момент, когда я немного напрягся. Мне показалось, что он почувствовал свое превосходство и начал играть на публику. Вместо применения простых и эффективных приемов он начал выделываться.

Выглядело эффектно. Вон Дашкова аж руки сложила на груди от восторга, вот только он чуть не доигрался. Первокурснику не хватило самую малость, чтобы его достать.

После этого княжич поспешил закончить поединок, но поволноваться заставил.

— Ну ты и позер, особа, приближенная к Императору, — сказал я ему, когда мы за обедом обсуждали утренние поединки.

— Да ладно тебе, выглядело-то красиво, — пожал он плечами и посмотрел на столик, за которым сидели наши девчонки со своими подружками. — Настя сказала, что я дрался как лев!

— Ага, если бы у того парня рука была бы длиннее, то ты был бы дохлым львом, — напомнил я ему. — Ты об этом тоже сообщил своей ненаглядной?

— Как раз это ей знать не обязательно, — с улыбкой ответил он. — Свой заслуженный поцелуй я получил… Кстати, смотри как Серебрякова на тебя пялится. Что-то не вижу особой радости в ее глазах. По-моему, ей не очень приятно тебя видеть.

— Я еще с утра это заметил. Даже рукой помахал.

— Она теперь будет думать, что у тебя желудок как у тролля. Может даже камни переваривать.

— Это ее дело… Меня больше сейчас турнир интересует. Ты видел, Вильсон-то прошел…

— Угу, — кивнул Нарышкин. — И Шуйский тоже.

— Это меня мало интересует, — скривился я. — Буду только рад, если в следующем бою меня с ним поставят. На уроках Гребень нас с ним никогда в спарринг не ставит, а у меня уже давно руки чешутся.

— Слушай, Макс, я тут подумал… Это в теории нас же тоже могут друг против друга поставить… — нахмурился Лешка.

— Не исключено.

— Я тебя хотел попросить… Ты дерись в полную силу, хорошо?

— Само собой, — кивнул я и улыбнулся. — Это ты дома особа, приближенная к Императору, а на ринге и в бане все равны. Но все равно надеюсь на Шуйского.

Но мои надежды не оправдались. С Михаилом меня не поставили. Вместо него мне вновь достался один из самых слабых оставшихся бойцов.

Я его легко одолел, но это уже начинало немного злить. Не хотелось бы думать, что я иду вперед только благодаря счастливому жребию. Даже после утреннего поединка разговоры об этом уже пошли, а что будет дальше?

Утешало одно — это был последний круг, где еще оставались слабые бойцы, в следующем их уже точно не будет. Здесь уже никакого везения, только личное мастерство.

Зато случилась вот какая штука — Нарышкина попарили с Шуйским! Эта новость мгновенно облетела весь «Китеж» и буквально за несколько секунд наш спортивный зал превратился в переполненный пчелиный улей.

К этому моменту он и так не пустовал по сравнению с первым утренним боем, но сейчас зал был на пике своих вместительных способностей. Явились даже те, кто вообще не интересовался фехтованием.

Была забита вся преподавательская ложа, а некоторым из них даже не хватило мест. Это был первый бой, на который пришли наши с Нарышкиным личные наставники — Чертков и Артамонов.

— Бурум… Бам… Нарышкин… Буруррым…

Сообщал о своих предпочтениях наш конструкт, который заглядывал в огромное окно. Стальному гиганту пришлось улечься на живот, чтобы иметь возможность видеть, что происходит внутри спортивного зала. Иначе никак не получалось.

— Ты видишь сколько народа пришло на тебя посмотреть? — спросил я у Лешки, когда пришел их черед выходить на ринг.

— Да вижу… — хмуро ответил он, натягивая фехтовальные перчатки. — Только кошек кухонных еще не хватает и Корвина твоего, а так бы вся школа в полном составе здесь была.

— Давай, удачи… — я хлопнул его по спине, и он потопал на ринг.

Оба княжича вышли на ринг с гордо поднятыми головами, как и подобает в таких случаях. Со всех сторон слышались ободряющие крики, ученики пытались перекричать друг друга поддерживая своего бойца.

Лешка был выше Шуйского на полголовы. Да и вообще, смотрелся мощнее, чем худосочный Михаил. Это давало Нарышкину некоторое преимущество, но это, пожалуй, единственное, что играло на его стороне. В остальном соперники были равны между собой. Думаю, бой будет интересным.

Так оно и вышло. Бойцы не обманули ожиданий от своего поединка и практически сразу же взялись за дело. Оно и понятно, к этому времени оба уже неплохо изучили стили друг друга, так что чего тут расшаркиваться? К тому же, им обоим явно не терпелось надрать задницу своему противнику.

Первая часть поединка явно осталась за Нарышкиным. Он провел одну за другой три атаки подряд, но достать Михаила у него не получилось. Тот был юркий как хорек и успевал парировать все удары, которыми осыпал его Лешка.

Дальше уже пришел черед Шуйского. С неожиданной для него скоростью он провел две атаки подряд. Причем вторая действительно была очень классная. Если честно, в этот момент я подумал, что он сейчас достанет Нарышкина, но нет.

Каким-то непостижимым образом моему другу удалось остаться целым и невредимым. Судя по его ошеломленному лицу, он и сам не ожидал, что Михаил способен выдавать такие фортели. Похоже были у него кое-какие сюрпризы, которые он приберег напоследок.

После того, как оба показали, что не собираются отсиживаться в обороне и умеют огрызаться, противники немного сбавили обороты. Зато болельщики прибавили! Шум стоял такой, что даже судью не было слышно! Да что там говорить, у меня самого руки вспотели от волнения.

Первым не выдержал Лешка и пошел вперед. Удар, еще удар… В этот момент Шуйский шагнул ему за спину уходя от атаки и наступил ему на ногу, куда-то в район стопы. Нарышкин громко вскрикнул от боли, упал на одно колено и в этот момент получил удар по спине.

— Стоп! Победа Шуйского! — громко закричал судья.

Со всех сторон раздались крики учеников.

— Ура!

— Это нечестно!

— Шуй-ский! Шуй-ский!

— Подлец!

— Бум… Буррыыммм… Реванш… Бом…

— Так запрещено!

Лично мне сейчас больше всего на свете хотелось вскочить на ринг и дать Мишке прямо по его улыбающейся роже! Причем раза три подряд. Чтобы вбить ему улыбку глубоко и надолго. Если бы он не наступил Нарышкину на ногу, то мой друг успел бы отбить удар, это и дураку ясно.

Судьи помогли Лешке сойти с ринга и посадили на стул.

— Ты как? — спросил я у него, пока над ним колдовали целители.

— Больно, зараза…

— Тащите его в медицинский блок, — распорядился подошедший к нам Веригин. — Надеюсь обойдемся без перелома.

— Лешенька, как ты? — рыдала подлетевшая к нам Настя, как будто Нарышкин был при смерти.

— Жить будет, — сказал ей Дементий Брониславович. — Можешь даже проводить его до медицинского блока вместе с целителями.

В тот момент, когда княжича клали на носилки, все это и правда выглядело как-то не очень. Носилки придавали ситуации еще больше драматизма, заставляя болельщиков шуметь все сильнее.

Тем временем, Шуйский уже покинул ринг и теперь сидел на своем месте, принимая поздравления от Вильсона. Он лениво помахивал рукой своим поклонницам, которых здесь было в достатке и победно улыбался.

Пока судьи о чем-то совещались между собой, шум не прекращался. Я надеялся, что они отменят результат поединка и, как минимум, назначат повторный бой. При условии, что целители смогут до завтра поставить Лешку на ноги. Ну или какой-нибудь другой вариант… Что угодно кроме победы этого хитрого засранца, которого судьи в данный момент подозвали к себе и о чем-то с ним беседовали.

Наконец один из них вновь поднялся на ринг и огласил финальное решение.

— Травма княжичу Нарышкину нанесена княжичем Шуйским неумышленно. Он двигался вперед по инерции и не мог остановиться мгновенно. Итог боя — победа Шуйского!

Пока толпа ревела, я посмотрел на Михаила и в этот момент наши глаза встретились. Надо же, он мне подмигнул! Вот сукин сын! Ну погоди, даст Бог, мы с тобой в следующем поединке встретимся!

* * *

Мне пришлось ждать почти до восьми часов вечера, пока все поклонники свалят из Лешкиной палаты, и я наконец смогу с ним спокойно поговорить.

К этому моменту я уже знал от целителей, что у Нарышкина серьезное растяжение и завтра на праздничном балу танцевать он не сможет. Я бы на его месте только радовался — терпеть не могу все эти танцульки! Но танец входил в программу выбора королевы вечера и получается, что теперь у его Насти шансы намного ниже, чем у остальных девчонок.

— Я бы с тобой с удовольствием поменялся, при условии, что поучаствовать в турнире я смогу, — сказал я, глядя на его расстроенную физиономию. — Как представлю, что мне завтра с Алисой пируэты выписывать, аж дрожь берет…

— Да ладно, хрен с ним, — махнул рукой княжич. — Там все равно большая часть за Серебрякову проголосует, она ведь у нас типа самая красивая девчонка в «Китеже»… По крайней мере, я найду для Насти аргумент. Пусть считает, что проиграла из-за того, что у нас не получилось с танцем.

— Ну насчет победы Серебряковой я бы не был так уверен, — подмигнул я ему. — У меня кое-какой должок перед ней, а я не люблю быть кому-нибудь должен.

Лешка открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Немного полежал, глядя в темноту за окном, и спросил:

— Говорят ты в последнем бою управился за несколько минут?

— Угу, было дело, — кивнул я. — Да он сам виноват… Слишком долго соображает… Тугодум…

— А чего сидишь тогда с кислым лицом? Вышел в финальную четверку, круто же! Радоваться надо! Поздравляю тебя, дружище!

— Так я и радуюсь, — ответил я. — Вот только плохо, что мне Шуйский сегодня не попался. Очень я хотел с ним на ринге оказаться.

— Ну он же все равно вылетел, — пожал плечами Лешка. — Какая разница, кто его выбил — ты или Рахманинов?

— Большая! — сказал я. — Только не делай вид, что и правда не понимаешь. Когда мне еще представится шанс на законных основаниях ему пилюлей выписать?

— Ерунда… Успеешь еще… — сказал Нарышкин и скривился. — Блин, Веригин мне какую-то мазюку наложил, огнем жжет!

— Хорошая, наверное. У вас же как, у целителей? Если процедура болючая, значит очень полезная. Притом чем больней, тем лучше… Сам знаешь, что мне тебе объяснять?

— Ну ты даешь, Макс! — рассмеялся княжич и попробовал усесться на кровати. — А вообще да, что-то такое есть… Ты что насчет завтрашнего дня думаешь?

— А что тут думать? — пожал я плечами. — Посмотрим… Противники все серьезные попались…

— Сам-то ты кого хочешь?

— Для начала Вильсона! Должно же мне все-таки повезти⁈

Глава 27

Школа магии «Китеж».

Комната княжны Серебряковой.

Алена открыла глаза, потянулась и сладко зевнула. Часы показывали половину седьмого утра. Отличное время для того, чтобы успеть привести себя в порядок и выйти к завтраку в полной боевой готовности.

Настроение у нее было пока не самым лучшим. Во-первых, она всегда просыпалась не в самом лучшем расположении духа, а во-вторых, этот идиот Темников какого-то черта вчера продолжил свое участие в турнире, хотя по ее задумке, в худшем случае он должен был валяться в постели. Ну а в самом лучшем не вылезать из туалета пару суток.

Вот же урод! Правду говорят, что у него черти в роду водились. Даже корень осоки на него не действует. Или он вообще не ел эти конфеты? Вряд ли. Как можно удержаться от конфетки на ночь? Вот она бы точно не смогла. Даже с учетом ее крайне строгой диеты, которую она соблюдала непрекословно.

В приложении к Дару и титулу, ее красота была тем самым контрольным выстрелом в голову того единственного, кого она решит осчастливить своим выбором.

Кстати о красоте…

Она выкинула мысль о Темникове из головы и переключилась на другое. Сегодня ведь не только финальная часть турнира, но и праздничный бал, в ходе которого выберут королеву сегодняшнего вечера.

С того момента, как в «Китеже» узнали о предстоящем новогоднем празднике и о том, что на нем будет происходить, она занялась подготовкой своей победы вплотную. Алена сделала все возможное, чтобы большая часть учеников проголосовала за нее.

Что касается парней, то здесь и утруждаться особо не пришлось. Они готовы были сделать все что угодно, лишь бы только заслужить ее внимание и получить ласковое слово в ответ. Ох уж эти мальчики… С ними так легко найти общий язык при большом желании…

Работа была проделана немалая, так что к утру сегодняшнего дня Серебрякова была уверена в том, что чисто технически победа уже у нее в кармане. Остались только какие-то небольшие формальности в виде официального объявления результатов. Но это уже мелочи.

Немного поразмыслив над этим она улыбнулась и еще раз вытянулась на кровати. Да хрен с ним с Темниковым, было бы из-за кого настроение себе портить. Титул самой красивой ученицы «Китежа» тоже будет отличным подарком к Новому Году.

К тому же, еще не факт, что этот идиот сегодня не вылетит в первом же бою. Да и вообще — может быть он и правда не ел в тот вечер конфеты и тогда он мог их съесть, например, вчера. Или даже сегодня. Почему бы и нет? Интересная мысль, кстати! Так очень даже может случиться!

Алена скинула с себя теплое одеяло, уселась на кровати и провела рукой по голове. Блин… Волосы путаются в руке… Что за ерунда?

Она посмотрела на свою руку и обомлела… На ладони были ее волосы…

Этого не может быть!

Девушка одним рывком вскочила с кровати и рванула к зеркалу, в которое она любовалась каждое утро. Из зеркала на нее смотрела все та же Серебрякова, правда кое-что изменилось… Большей части волос на ее голове не было!

Прямо на ее глазах слетела еще одна… Что за кошмарный сон⁈ Этого просто не может быть!

Алена обернулась и посмотрела на свою кровать… На подушке лежали густые пряди ее прекрасных белых волос…

В этот момент у нее все поплыло перед глазами, а затем она рухнула на пол.

* * *

В честь финального дня турнира, перед началом боев, ученики первых классов устроили небольшое представление, на котором они демонстрировали свои магические способности.

Я не особо следил за тем, что там происходило, но судя по оживленной реакции зрителей, им все нравилось. Да и вообще, атмосфера в зале сегодня была просто замечательная.

Повсюду появились дополнительные гирлянды, искусственные елочные ветки и прочая новогодняя мишура. Ну а еще по всему залу разносился свежий аромат хвои. Это уже преподаватели небесных классов постарались.

Во всем чувствовалось, что сегодня особенный день. Дело не только в том, что сейчас состоятся финальные бои, а вечером долгожданный торжественный вечер. Это ведь еще и последний день, когда «Китеж» наполнен учениками. С завтрашнего дня все изменится…

Но это завтра, а сегодня еще целый день впереди, и начался он довольно неплохо. Серебряковой на завтраке не было, разве это не прекрасно? Просто отлично, я считаю, тем более, что судя по слухам, она была в медицинском блоке.

Мысль о том, что сейчас целители выслушивают ее истерики и пытаются хоть что-нибудь сделать, заставила меня улыбнуться. Хорошо начинать день с приятных новостей, разве нет?

А еще на трибунах появились плакаты с поддержкой тех, за кого сегодня болели, и второй приятной новостью было то, что там была и моя фамилия.

Причем не могу сказать, что плакатов с моей фамилией было не меньше, чем остальных. Приятно видеть, что у тебя здесь не только злопыхатели, которые желают твоего скорейшего поражения.

Целых две хороших новости за одно утро! Даже не помню, когда в последний раз ко мне такое счастье приваливало!

— Надеюсь, это не последняя хорошая новость на сегодня, мой мальчик, — сказал Дориан, который, судя по голосу, тоже был в отличном расположении духа. — Самое главное, не расслабляйся раньше времени.

— Ага, расслабишься тут… — ответил я ему, глядя на своих соперников.

Нас осталось четверо. Кроме меня еще Вильсон, Аркадий Рахманинов и Федя Соловьев, которого все в школе называли просто — Соловей. Из оставшихся только я был второкурсником, все остальные учились на третьем.

Каждого из них я знал, и все трое были очень серьезными противниками. У всех были в запасе секретные приемчики, которыми они могли удивить соперника, поэтому исход поединков мог быть каким угодно.

По сути, все, кто попал в финальную сетку, были более-менее равны, поэтому предугадать результат я бы не решился. Хотя, если бы у меня был выбор, то для начала я бы предпочел сразиться с Вильсоном, а потом с Соловьевым.

Из этой троицы Аркадий Рахманинов казался мне самым серьезным противником. Я не раз видел его на занятиях по фехтованию, когда они у нас совпадали по времени, и могу сказать, что до того момента, когда я увидел в деле Ткача, я вообще считал его самым лучшим фехтовальщиком.

Он хоть и учился в кленовом классе, но похоже у него еще был Дар фехтования, не иначе. Такое ощущение, что его с самого рождения начали учить и владеть мечом он научился раньше, чем ходить.

Все остальные в этот момент занимались тем же самым, чем и я. Внимательно рассматривали своих потенциальных противников и прикидывали свои шансы на успех. Надо ли говорить, что Рахманинов выглядел самым расслабленным из всех?

— Не ссы, Макс, всякое может случиться, — поддерживал меня Нарышкин, будто прочитав мои мысли. Сегодня в технической зоне разрешалось находиться по одному помощнику, так что я выбрал его.

— Да я и не ссу, — ответил я. — Просто немного волнуюсь…

Первокурсники развлекали зрителей около получаса, которые пролетели для меня за несколько минут. Едва они закончили и ушли с ринга, зал забурлил. Чувствовалось общее напряжение, ведь сейчас огласят результаты жеребьевки. Причем сразу для двух групп — и для младших, и для старших.

К тому моменту, когда распорядитель турнира вышел на ринг, у меня от волнения уже ладони вспотели. Что за приколы тянуть по двадцать минут? Так и переволноваться можно!

— Итак, объявляются пары на полуфинал в младшей группе! — громко объявил он. — Темников-Вильсон и Соловьев-Рахманинов!

После этих слов волнение мгновенно спало. Ну вот и встретимся мы с Христофором в честном поединке. Ему все не терпелось надавать мне по заднице — теперь ему представится такая возможность.

Кто там будет драться в финалах старшей группы я даже не слышал, все мое внимание было сосредоточено на Вильсоне, который смотрел на меня таким взглядом, как будто он уже выиграл. Сейчас самое главное, дать ему понять, что боятся его только первокурсники, да и то не все. Расстояние между нами было существенное, но я все-таки рискнул применить против него Страх и помахал рукой.

Не знаю, что именно сработало, но улыбаться он перестал. Как-то стушевался и забегал глазами по сторонам, делая вид, что он вовсе и не смотрел в мою сторону. Вот урод! Будет тебе наука!

Пока мы сражались с Вильсоном взглядами, Нарышкин с Шуйским тоже не отставали от нас и смотрели друг на друга как волки, готовые разодрать противника в клочья.

В общем, обычная такая обстановка перед боем, в котором должны встретиться два человека, ненавидящие друг друга. Хотя нет, ненависть для Вильсона, это слишком круто, до этого он еще не дорос. Пока я его просто презирал, а там видно будет.

Наша пара была первой и по факту мы открывали сегодняшний турнирный день, что было лишним поводом для волнения. Все-таки намного проще выходить на ринг, когда несколько боев уже прошло. Не знаю почему, но это работало именно так.

Пока мы разминались, со всех сторон раздавались оглушительные крики зрителей, которых собралось никак не меньше чем вчера, когда Лешка дрался с Шуйским. Преподаватели почти в полном составе, Борис заглядывает в окно…

В этот момент звучит предварительный звуковой сигнал, который означает, что через тридцать секунд начнется бой. Я закрываю глаза и пытаюсь полностью сосредоточиться на своих ощущениях, как учил Ткач.

Шум толпы немного стихает и теперь он просто фон. Я открываю глаза и внимательно смотрю на Вильсона, который занимает свою позицию. Вот наступает момент, когда мы должны кивнуть друг другу в знак приветствия, но никто из нас этого не делает. Не хватало!

Еще один звуковой сигнал и бой начинается.

В ушах стучит кровь, движения становятся плавными и теперь главное — хорошо отработать глазами. Понять, что он будет делать и принять решение. Ощущения… Очень важно сейчас — мои ощущения…

Понемногу я начинаю понимать Вильсона. Хоть он изо всех сил старается не показать этого, но мне отлично видно, что он нервничает. Причем сильно нервничает. Поменял несколько стоек… Круги нарезает…

Со стороны кажется, что он со мной играет и пытается запутать, но все происходит в точности до наоборот. Белобрысый отлично понимает, что любая ошибка может стать для него проигрышем. И я тоже знаю, что мне ошибаться нельзя.

Сколько времени прошло? Не знаю… Не уверен… По моим ощущениям не меньше минуты. В этот момент он замер всего на долю секунды, но этого мгновения мне было достаточно, чтобы понять — Вильсон решился.

Так и случилось. Судя по удивленному вздоху, прокатившемуся по залу, уверен, что зрителям показалось, будто его выпад был неожиданным для меня. Но им только показалось… Я же был готов к этому, поэтому в тот же момент, когда он бросился атаку, я уже начал уходить от нее.

Всего в нескольких сантиметрах его меч проносится мимо меня и по залу прокатывается новый вздох. Теперь уже удивление, смешанное с восхищением. А затем приходит моя очередь. Я наношу ему сразу два удара один за другим.

С яростным криком он разворачивается, успевает выставить меч, чтобы парировать один удар и в тот же момент получает еще один прямо в грудь. Его энергетический барьер вспыхивает, я вижу его налитые кровью глаза и слышу заветное:

— Стоп! Победа Темникова!

* * *

От автора:

Дорогие читатели!

На этом месте заканчивается шестой том приключений Максима Темникова. Надеюсь вы с удовольствием следили за ними.

Еще раз хочу поблагодарить вас от всего сердца! Сказать вам огромное спасибо за оказанную поддержку, вашу теплоту, лайки, покупки, награды, стихи, картинки и добрые слова — поверьте, для меня это было очень важно и приятно.

Кому все понравилось, но про лайк он забыл — лепите прямо сейчас! Так уж работает механика сайта, когда лайки для автора — это не только сигнал о том, что вам все понравилось, но и двигатель книги вверх!

Делитесь впечатлениями в комментариях насчет финала шестого тома и не забывайте: ВЫ САМЫЕ ЛУЧШИЕ! Я же, в свою очередь, постараюсь радовать вас продолжением этой истории и делать ее как можно интереснее!

Ну а теперь, прошу в путь! Седьмой том и новые приключения ждут вас прямо сейчас! Там, как всегда, будет много всего интересного, это я вам обещаю)

Для тех читателей, кто пользуется приложением «Автор Тудей» не обновляя его, специально прикладываю ссылку на новый том:

Вот она: https://author.today/work/342602

Ну а для всех остальных, внизу появится соответствующая кнопка.

ЖМИТЕ!)

Content

Черный Маг Императора 6

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27