Система-Самоцветы 2: Шепот смерти

Глава 1

Я крутил в руках пластиковую карточку вверху которой имелась надпись: «Водительское удостоверение», а кроме того значилось, что выдано оно было именно мне, Максиму Соболеву, и никак не мог понять — к чему мне удостоверение, если у меня нет тачки? Впрочем, я привык, что в последнее время Система заботится о моем будущем, словно мать родная, и как только у меня появляется свободное время, она тут же находит мне подходящее занятие. Как, например, с получением этих дурацких водительских прав, которые мне сейчас нужны как ежу футболка. Зато теперь я знаю правила дорожного движения на пять баллов и могу отличить один дорожный знак от другого. Вот счастье привалило, офигеть просто, кому сказать — не поверят!

Я снял с плеча рюкзак, сунул в один из карманов водительское удостоверение и в этот момент приятный женский голос сообщил:

— Вы получили новое Системное сообщение!

Ну хоть что-то хорошее за пару недель мучений с ручной коробкой передач на учебной «Калине»! Я всегда говорил, что всякий труд должен справедливо оплачиваться, а водительскую практику на «разорванном» учениками автомобиле иначе как тяжелой работой и назвать нельзя. Что нам пишут?

Внимание, Максим! Системное задание № 6 выполнено успешно! Ваша награда: 200 опыта, материальные ценности в сумме 25 000 рублей РФ, а также 1 капсула.

Ваш престиж: +1.

Награду вы можете забрать в постамате Сберлогистика, по адресу: станция метро «Белорусская», улица Лесная, 4.

Код получения: 4729 1108.

Срок получения награды: 48 часов.

Дальнейших Вам успехов, Максим!

Ну наконец-то капсула! За последние три месяца и два Системных задания это всего лишь вторая. Судя по всему, чем круче я становлюсь и чем большим количеством способностей обрастаю, тем меньше капсул мне полагается, иначе я не могу объяснить, как это работает. Хотя, если хорошенько разобраться, задания-то у меня тоже были не особо сложные и направленные скорее на самосовершенствование, вот как с этим водительским удостоверением, например. Так что, может и не за что мне было капсулы отсыпать. Хотя в данном случае я с Системой был полностью согласен — за это задание капсула полностью заслуженное вознаграждение! Да и денежные знаки лишними никогда не бывают. Не могу сказать, что я в них особо нуждался, Система не давала мне возможности помереть с голоду, но приятно осознавать, что ты в любой момент можешь позволить себе некоторые человеческие слабости, типа новых клевых джинсов или похода в паб.

Где-то вдалеке раскатисто громыхнуло. Я посмотрел на серое небо, которое вот-вот грозило пролиться неприятным холодным дождем, закинул рюкзак за спину и поспешил к метро. Сегодня у меня выдался редкий выходной, так что сейчас валим на «Белорусскую» за капсулой, а потом домой — обрастать новыми способностями и отдыхать до вечера. Может быть даже посплю пару часов, все равно особо делать нечего, а там видно будет, Ольга на вечер что-нибудь обязательно придумает, моей прекрасной пани плохая погода не помеха.

Народа в метро было немного, поэтому поездка выдалась вполне комфортной. Буквально через час я уже был дома и приветствовал Тоторо, бессменного охранника моего уютного жилища. Сменив уличную одежду на домашний спортивный костюм, я вытащил из рюкзака черный матовый сейф-пакет, на котором был напечатан символ Системы и бросил его на стол в комнате. Затем снял наплечную кобуру с пистолетом Макарова и положил ее на стол рядом с пакетом.

Очень хотелось выпить горячего чая. За окном пошел дождь. По стеклу забарабанили тяжелые капли. Осень. Я включил свет в комнате и на кухне — терпеть не могу, когда в квартире темно, такое ощущение, что живешь в подвале. Буквально несколько минут понадобилось чайнику, прежде чем он зашумел, забулькал и громко щелкнул, достигнув температуры кипения. Я залил чай кипятком, размешал сахар, привычно бросил чайную ложку в мойку и пошел в комнату. Исходящий от горячего напитка пар придавал хоть немного уюта этому серому осеннему дню.

Я поставил чашку с еще слишком горячим напитком на стол, взял сейф-пакет и сел на диван. Покрутил его в руках, все как обычно — прямо посередине пакета символ Системы — белая гексаграмма, в правом нижнем углу коротко и ясно: «Максиму Соболеву». Я положил пакет рядом с собой и усмехнулся — как все-таки быстро летит время. С тех пор как я стал частью Системы прошло уже без малого четыре месяца, а такое ощущение, что это случилось только вчера! Да и вообще — все как-то так стремительно завертелось, что только и успевай оглядываться. Хорошо хоть после той истории с «малахитами» Система дала нам с ребятами спокойно подышать и какое-то время уделить спокойной жизни без стрельбы и погонь. Кстати сказать, наградили нас за то приключение очень даже неплохо. Во-первых, весьма прилично деньжат отсыпали, что лично мне пришлось весьма кстати, так как после оплаты моей части долга за выкуп меня же из плена «мечей» в закромах оставались жалкие крохи. Во-вторых, Система наконец-то выдала мне разрешение на ношение личного огнестрельного оружия и я перестал чувствовать себя как придурок, который на все перестрелки ходит с ножом. Кстати сказать, отмечали мы это дело в «Кляксе», по личному приглашению советника Гранатового Дома Игоря Агапова, который, кроме шикарного стола, каждому из нас еще и выдал памятный подарок. Я не знаю кто ему сказал, что это было бы кстати, но мой пистолет Макарова, это его рук дело, именно этот ствол он подарил мне в тот вечер.

Ну а «лесники» нас после той разборки в Яховлевской Усадьбе больше не беспокоили. Денис Котов куда-то внезапно пропал вместе со своим требованием денег, вероятно его руководство посоветовало ему держаться от нас подальше. Если так, то правильное решение — достал со своими звонками.

Вообще-то, в одном из разговоров, Ольга мне намекала, что я пока еще смотрю на взаимоотношения Домов сквозь розовые очки и там не все так просто, но сослалась на то, что я еще не в том ранге, чтобы иметь доступ ко всем секретам. Интриганка, блин. Мало того, имела наглость сказать, что вообще еще много всякого, чего я не знаю, нормально? Тогда я на нее вроде как даже обиделся, но потом передумал — чего тут обижаться? Подождем, раз уж пока нельзя, значит всему свое время.

Приключение на Яховлевской Усадьбе — это, пожалуй, самое яркое событие за последние месяцы, потом все пошло более-менее размеренно. Отношения с Ольгой развивались ступенчато, если не брать в расчет ее закидоны, когда начинало казаться, что в нее вселилась нечистая сила и справиться теперь с ней можно лишь окропив святой водой с ног до головы, но это такое — как по мне, каждый имеет право на некоторые странности. Если говорить начистоту, то таких странностей у моей пани до черта, но с другой стороны, она красивая девушка, обладает шикарной фигурой, знает себе цену, а кроме того — нам хорошо вдвоем, чего еще хотеть? К чему обижаться на мелочи? С другой стороны, если мы из-за них ругаемся, то не такие уж это и мелочи. В общем, живем мы пока раздельно, но, несмотря на некоторые казусы, все как-то движется к нашему взаимному удовольствию.

С родителями тоже вроде все более-менее ровно. Точнее не так — что там думает отец по поводу того, что я свалил из дома мне как-то фиолетово, а мать вроде бы как свыклась с мыслью, что ее сын уже вырос и может жить один. Во всяком случае излишними переживаниями мозг она мне выносить перестала. Почти. Хотя иногда на нее находит — мать есть мать, тут уж никуда не деться. Хорошо хоть, что после того как я показал ей свою квартиру, она перестала думать, что ее сын скиталец, который вынужден вести жалкий образ жизни только бы не видеться с пьяным предком. Оказалось все не так. Мне она ничего не сказала, но я видел, что она приятно удивлена моей скромной обителью. Зато мне пришлось отвечать на щекотливые вопросы откуда у меня деньги на эту квартиру, продукты и новую одежду, поэтому пришлось врать, что я нашел отличное место барменом в ночном клубе с очень хорошей заработной платой и отличными чаевыми. Хорошо хоть пистолет я умудрился заблаговременно хорошенько припрятать, иначе это было бы совсем мрачно, в ее голове навсегда поселилась бы мысль, что я стал малолетним наркоторговцем.

Мама все переживала как моя работа скажется на учебе, но я ее успокаивал как мог — не я первый, не я последний, кто учится на заочном и работает. Как-нибудь справлюсь, тем более, что у меня к юридическим наукам талант. В конце концов она смирилась с текущей ситуацией. Говорить ей, что за два месяца я был в универе от силы три раза, я ей естественно не стал — к чему зря расстраивать родителей? Сессия начнется, вот там и будем решать свои проблемы по мере их поступления, а пока к чему забивать голову ненужными глупостями?

Ладно, что-то я со своими мыслями слишком далеко улетел. Я взял чашку с чаем и с удовольствием сделал несколько больших глотков, к этому времени он уже был как раз той температуры, как я люблю — не слишком горячим и не настолько холодным, чтобы перестать приятно обжигать горло. То, что нужно. Я оставил напиток в покое, разорвал сейф-пакет и вытряхнул из него содержимое. На руку мне упала капсула в индивидуальной блистерной упаковке. Приятное ощущение. Я выдавил капсулу на ладонь и немного полюбовался пляшущими внутри нее огоньками. Каждый раз эта картина вызывает во мне ощущение, будто ко мне в руки попал объект из будущего, а я, словно дикарь, смотрю на него с благоговейным трепетом. Я усмехнулся, закинул капсулу в рот и запил ее глотком чая.

Короткий спазм сильнейшей головной боли, который мгновенно сменился приступом наслаждения, от которого по телу пробежала дрожь. И все на этом. Да, по сравнению с первым разом ощущения уже далеко не те, ну да не в этом дело. Я в ожидании закрыл глаза и вскоре знакомый женский голос произнес ожидаемую фразу:

— Вы получили новое Системное сообщение.

Вот, это самое главное в данном процессе. Пришло время открыть Системный экран.

Получена новая способность: Кошачьи повадки.

Похоже Система решила сделать меня котом. Чтобы это ни значило. Прикольно, наверное. Ладно, разберемся, но прежде чем перейти ко вкладке «Способности и умения» есть у меня стойкое желание просмотреть весь свой профиль, что-то давно я туда не заглядывал. Времени у меня сегодня хоть отбавляй, а потом — все равно делать особо нечего. Где там раздел «Общей информации», ага, что тут у нас:

ОБЩАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Имя: Максим

Фамилия: Соболев

Принадлежность: Янтарный Дом

Ранг: Тень

Уровень: 3

Престиж: 22

Текущий опыт: 1600 / 3000

Выполнено Системных заданий: 6

Выполнено заданий Дома: 2

Текущий баланс: 224550 рублей

Ну, что сказать, растем потихоньку. Единственное, что меня совсем не устраивает, это мой ранг. Интересно, долго я еще буду «тенью»? Как-то не очень, если честно. А вот текущий денежный баланс приятно порадовал! Учитывая то, что деньги за аренду квартиры в этом месяце я заплатил буквально вчера, цифра весьма приятная, тут не поспоришь. Так глядишь, помаленьку и в самом деле на собственную тачку накоплю, а почему нет? Может быть и в самом деле начать откладывать понемногу? Нужно будет подумать об этом на досуге.

Ну хорошо, что там у нас дальше, «Способности и умения»? Посмотрим:

Регенерация 1/3

Боевые рефлексы

Ночное зрение

Импульс 1/3

Профайлер 1/3

Сокрушительный удар 1/3

Кошачьи повадки 1/3

Однако, как много всего нажито непосильным трудом! И все такое нужное.

Регенерация.

Текущий уровень: 1/3.

Вы способны восстанавливать поврежденные ткани, полученные в результате легких ранений.

Регенерация. Ну конечно, куда я без нее? Одно приключение в «Аккорде» чего только стоит, вспомнил я и потер плечо. Жаль только, что текущий уровень до сих пор только первый, пора бы уже двигаться вперед.

Боевые рефлексы.

У вас исключительная реакция. В нестандартных ситуациях вы не впадаете в панику, быстро берете себя в руки в случае «психической атаки».

И это полезная штука. Какая драка прошла без того, чтобы мне не пригодились мои боевые рефлексы? Я попытался припомнить хоть один такой случай и пришел к выводу, что такого просто не было. Без них никак.

Ночное зрение.

Вы можете видеть в темноте гораздо лучше обычного человека. Вы не можете видеть все детально, однако можете составить общее представление о происходящем вокруг вас.

Вот это вообще уникальная способность. Я уже даже не могу себе представить, как это неудобно, когда не можешь видеть ночью! То ли дело обладать ночным зрением — что ночь, что день. Очень удобно и полезно. Не знаю, как обычному человеку, но мне, как самоцвету, обладать таким навыком уж точно просто необходимо с нашим-то образом жизни. А как иначе, если половина вопросов решается ночью?

Импульс.

Текущий уровень: 1/3.

Для вас время идет намного быстрее, чем для обычного человека. На первом ранге данной способности это преимущество позволяет ощущать время вдвое быстрее обычного — то есть за секунду реального времени для вас проходит две. Длительность данного состояния на первом ранге составляет 15 секунд.

Интересно, сколько раз эта способность спасала мне жизнь? Не считал, а надо бы. Круто находится в состоянии, когда используется эта способность. Создается ощущение будто вокруг тебя все активно начинают тормозить, а ты становишься стремителен как ветер. Плохо только, что длится это состояние недолго. Очень недолго. Эй, Система, где мой второй уровень? А еще лучше сразу третий.

Профайлер.

Текущий уровень: 1/3.

Вы обучаетесь азам прогнозирования поведения человека на основе анализа наиболее информативных частных признаков: характеристик внешности, вербального и невербального поведения. На первом ранге данной способности вы получаете навык распознавания лжи и чтения эмоций по мимике, жестам и речи.

Ну здесь без комментариев. Кому может не понравиться знать, что тебя обманывают? Правда есть один нюанс… Пани Ольга временами забывает, что у меня есть эта прекрасная способность и норовит навешать мне лапши на уши, но это такое, со временем ко всему привыкаешь.

Сокрушительный удар.

Текущий уровень: 1/3

Ваш удар существенно превосходит удар обычного человека. Данная способность требует некоторого времени на подготовку.

Вот этим меня Система наградила после той истории с Малахитовым Домом. В принципе, очень неплохо и пару драк я заканчивал очень даже впечатляюще. Жаль только, что нельзя с одним и тем же эффектом размахивать кулаками налево и направо, а перед ударом какое-то мгновение необходимо на подготовку. Но когда есть время и нужно нанести один хороший удар, то эта способность приходится очень кстати.

Кошачьи повадки.

Текущий уровень: 1/3

Вы не получаете повреждений при падении и прыжков с высоты, если успели сгруппироваться. На первом уровне данной способности вы без особого вредя для здоровья может безопасно совершать прыжки с высоты до 5 метров.

А вот это мой сегодняшний улов. Ну, по большому счету, неплохо. Ночное зрение у меня уже есть, теперь вот кошачьими повадками обзавелся. Если Система еще подключит мне способность мурлыкать и орать по ночам, то считай все — плюс один кот на московских улицах тут как тут. Если серьезно, то очень хочется испробовать эту способность в деле. Пять метров это у нас сколько? Примерно уровень второго этажа или как? Ну, проверим при случае.

В этот момент зазвонил мобильник. Я посмотрел на экран. Звонила Ольга.

— Внимательно, солнышко.

— Макс, я уезжаю с ночевкой, так что сегодня оставляю тебя одного, мой котик.

Котик? Это она как в воду смотрит.

— Нормальное заявление, куда это ты собралась?

— С родителями на дачу, за город. Сто раз обещала составить им компанию, а сегодня у них там какое-то мероприятие, очень просят, чтобы я была, — мрачно ответила Ольга, судя по всему она была не в восторге от предстоящей поездки.

— Ну, мероприятие-то у родителей, ты здесь причем?

— Вот пойди им и объясни, — фыркнула Островская. — Ладно, вопрос решен, я уже сказала, что поеду.

— Зря ты так быстро сдалась. Я помню, когда я пытался объяснить тебе, что нет ничего страшного в том, что иногда парни едут на ночь в ночной клуб, то ты…

— Макс, не страдай фигней, это разные вещи. Если ты намекаешь, что собираешься сегодня закатиться с Никитой в ночной клуб, то я против.

— С Никитой? Он для этого уже давным-давно не годится! Настя скорее отрежет ему ноги, чем отпустит в ночник, так что, скорее всего, в этот унылый осенний вечер я буду совсем один, — напустил я грусти.

— Если хочешь, поехали с нами, — предложила Ольга.

— Не выдумывай, это неудобно. Что я забыл на семейном мероприятии твоих родителей?

— Ну, а чем ты будешь заниматься?

Хм, а заняться-то особо и нечем, я как-то рассчитывал, что проведу вечер с Ольгой.

— Придумаю что-нибудь. Может быть в киношку схожу или посплю, — вдруг меня осенила идея. — Хотя нет! Съезжу-ка я в гости к Лазаревым! Я уже недели две у них не был. Даже неудобно как-то, обещал Ваньке на прошлых выходных приехать и времени не нашел. Да и с Борисом давно не общался, а сегодня погода такая дождливая, так что хорошо будет посидеть, чайку попить. Все! Решено! Куплю чего-нибудь вкусненького и поеду вечерком их навещу.

— Вот и хорошо, отличная идея, — с облегчением сказала Ольга. — А то я уже начинала чувствовать себя виноватой. Передавай Ивану привет, он отличный парень.

Я познакомил Ольгу с Ваней и Борисом в прошлом месяце. Однажды мы заехали к ним вместе, я попросил Островскую подождать меня немного внизу, пока я перекинусь несколькими фразами с Иваном, но разве с ней бывает просто? В общем, как-то так получилось, что Лазаревы и Островская стали знакомы.

— Хорошо, передам Ивану привет. А почему только ему? Как же пожилой джентльмен?

— Обойдется твой джентльмен! — я улыбнулся представив себе, как в этот момент скривилась Ольга. У них с Борисом как-то сразу не заладилось. — Купишь ему самый кислый лимон, который найдешь и скажешь, что от меня.

— Да он нормальный старик, — в который раз попробовал я реабилитировать пожилого «сапфира». — Просто, в силу возраста, он говорит то, что думает.

— Хамло невоспитанное, — ответила Ольга. — И хватит об этом.

— Окей.

— Ладно, Макс, мне пора ехать — отец под окном уже третий раз сигналит, так что до завтра. Целую тебя.

— Я тебя тоже целую, — сказал я и положил трубку.

Что же, идея прокатиться в гости к Лазаревым и в самом деле была просто отличная. Вечер с пользой проведу, да и они мне будут рады, а ведь это приятно, когда тебе кто-то рад, разве нет? Справедливости ради нужно сказать, что я тоже буду рад их видеть. С непосредственным Иваном мне было легко и интересно, а отношения с Борисом тоже постепенно переросли от настороженных, до приятельских. Старик даже начал время от времени делиться со мной историями из своего «самоцветного» прошлого. Интересно, что в некоторых случаях он вспоминал, что мой ранг все еще «тень» и замолкал на полуслове, вероятно опасаясь выболтать мне какие-то вещи раньше времени. Честно признаться, меня это порядком раздражало, но что здесь поделать — как есть.

Я посмотрел за окно и с удовлетворением отметил, что дождь практически закончился. Отлично. Я сунул блистер из-под капсулы в пустой сейф-пакет и спрятал его в карман. Самое время отправляться в гости.

Глава 2

Настойчивый телефонный звонок заставил меня вынырнуть из уютного мира сновидений. Я открыл глаза и понял, что еще слишком рано — на улице только начинался хмурый осенний день. Интересно, кому это я понадобился с утра пораньше? Я посмотрел на телефон — звонил Витя Северов. Что-то случилось?

— Алло?

— Ты что, спишь еще? — бодрым голосом осведомился наставник.

Я убрал телефон от уха и посмотрел на экран — начало десятого. Ну да, уже можно было бы и встать.

— Еще сплю, — честно ответил я. — Вчера из гостей поздно вернулся.

— Понятно. Тут такое дело, Макс, — замялся Северов.

— Ну рожай, Вить.

— В общем тебе нужно к часу подъехать в Башню.

Нормально, с чего бы это?

— Мне одному или всему звену? — уточнил я.

— Только тебе.

— Зачем? Витя, мне что из тебя каждое слово клещами вытягивать?

— У тебя на час встреча с мастером Янтарного Дома Артуром Волошиным, — как-то неохотно произнес Виктор.

— Погоди, с каким мастером? Что-то здесь не сходится. Я не в том ранге, чтобы встречаться с мастерами, в моем случае максимум это наставник, ты же знаешь.

— Знаю, но тем не менее в час у тебя встреча с Волошиным, а он мастер. Так что доставай свой костюм и вали в Башню, я тебя буду там ждать, — сказал Северов и положил трубку.

Вот такие пироги с котятами. От этой информации сон как рукой сняло. В моем случае мастер, это большая шишка, зачем я ему понадобился? Непонятно. Все приказы и вообще разговоры ведутся только через наставника — это всем известное непреложное правило, которое на моей памяти ни разу не нарушалось. Конечно, я не так давно в теме, чтобы знать насколько оно вообще нерушимо, но то, что это необычно — сто процентов. Да и Витька нервничает. Ну оно и понятно, налицо прямое нарушение субординации, как никак мастер желает поговорить со мной напрямую, а не через него, что есть весьма болезненный удар по самолюбию Северова.

Ладно, оставим уязвленное самолюбие Виктора в покое, меня сейчас больше интересует предстоящая встреча. Интересно, кто такой этот Артур Волошин? Впервые слышу об этом самоцвете. Надо было у Северова спросить, хотя нет — он был не особо склонен к разговорам. Может быть, у Никиты узнать или Ольги? А нужно ли, чтобы они вообще знали об этом разговоре? Нет, пока лучше пусть не знают, а там видно будет.

Ну, пора выбираться из постели, надо еще свой сегодняшний гардероб проверить. Я откинул одеяло, встал с дивана и прошлепал босыми ногами до одежного шкафа. Костюм в порядке, это я знал наверняка, так как с момента покупки одевал его всего несколько раз, а вот к рубашке могли быть вопросы. По ходу так и есть, воротничок чистый, но саму рубашку нужно будет прогладить. Окей, после завтрака займемся.

Я сходил в душ и, хотя сегодня не планировал этого делать, даже побрился — желание прилично выглядеть оказалось сильнее лени. Затем наступил черед обязательной утренней яичницы с жареными сосисками и чашки кофе. За завтраком я с прискорбием отметил, что за окном ничего существенно не изменилось и там по-прежнему пасмурно, а кроме того, почему-то непривычно темно для этого времени суток. Создавалось впечатление, что сейчас вечер, а не утро. Во время еды я просмотрел «телегу» и отметил, что в это неприветливое утро обо мне вспомнили три человека — мама, Ольга и Никита.

Ольга прислала сообщение простое и ясное:

«Я по тебе очень скучаю. Сегодня тебя ждет сюрприз».

Отлично, сюрпризы я люблю. Нужно будет взять бутылочку вина на вечер, как приятное дополнение к сюрпризу. Отвечаем:

«Я по тебе тоже. Сюрприз? Надеюсь это то, о чем я думаю?».

Что там мама пишет? Ну, здесь все по стандарту.

«Максим, доброе утро. На улице дождь, не забудь зонт и шапку».

Само собой, мамочка, я же без шапки даже на балкон не выхожу. Блин, как объяснить маме, что я уже взрослый и могу сам о себе позаботиться? Наверное, никак. Проще так:

«Хорошо мамуля. Целую!».

Теперь Никитос. Этот в своем стиле, прислал голую телку и подпись:

«С добрым утром, чувак!»

Ну да, девочка недурна. Отвечаем:

«Взаимно. Теперь представь себе какую-нибудь голую девушку в твоем вкусе — лень искать».

Вроде всем ответил. Покончив с завтраком я взялся за рубашку и в который раз отметил, что хуже, чем глажка рубашки, может быть только глажка брюк и бесконечная война с непослушными «стрелками». С брюками в этот раз был полный порядок, ничего гладить не нужно было и это стало отличной новостью, я и без этого слишком завозился и боялся опоздать. Добираться до Башни я решил на такси — хоть я и предпочитал метро, но по такой погоде у меня не было никакого желания забрызгать грязью брюки.

Когда я уже расплачивался с водителем, у меня во второй раз за сегодняшний день зазвонил телефон.

— Ну, ты где? — это опять звонил Виктор.

— Я уже внизу, возле Башни. Можно сказать, поднимаюсь, — ответил я и положил трубку.

Один из лифтов Башни стремительно вознес меня на пятидесятый этаж, где в нервном ожидании томился Северов.

— Блин, Макс, без десяти час, где тебя носит? — недовольно пробурчал он, осматривая мой внешний вид на предмет презентабельности.

— Оказывается, в нашем городе все таксисты знают город только по навигатору, так что удивительно, что мы вообще доехали, — ответил я. — Ну, я же не опоздал, чего ты нервничаешь?

Судя по всему, Витя был просто не в духе и немного нервничал из-за этой встречи. Впрочем, я и сам нервничал не меньше.

— Кто такой этот Артур Волошин, не знаешь? — спросил я, пока Витя вел меня по коридорам резиденции Янтарного Дома.

— Да так особо ничего и не скажу. Обычный чувак, давал мне пару заданий — ничего особенного. Единственное, что я запомнил — у него глаза разного цвета.

— Это как?

— Вот так, — пожал плечами наставник. — Хрен его знает, может быть генетическая загадка, а может быть происки Системы, но смотрится необычно. Скажем так — запоминается надолго. Сам увидишь.

— А зачем я ему понадобился?

— Этим он со мной не делился, — ответил Витя и я понял, что ему неприятна эта тема для разговора. Он остановился и посмотрел мне в глаза, — Да и вообще, Макс, давай начистоту, мы же не дети.

Интересно, что ты мне хочешь сказать?

— Слушаю тебя, Витя.

— Если ты думаешь, что я в восторге от этой ситуации, то ты ошибаешься — мне это все не очень нравится, если честно. Ну вот скажи, почему мастер хочет поговорить с тобой в обход меня? — вместо ответа я пожал плечами. — Понятно, что ты не знаешь. Просто это не по правилам, а Система — это когда все по правилам, разве нет? Я наставник, а значит вся связь с членами моего звена должна идти через меня!

— Видимо бывают исключения, — ответил я, отмечая очевидный факт.

Северов смотрел на меня таким взглядом, будто собирался понять — почему это все сейчас происходит именно со мной?

— Да, похоже ты прав, видимо бывают исключения.

Сказал он и продолжил свой путь по коридору. Я пошел за ним. Не прошло и минуты как мы оказались возле небольшого кабинета с матовыми стеклянными дверями, перед которыми стояло несколько кожаных кресел, на изголовье которых были нанесены символы Янтарного Дома. В одном из кресел сидел молодой человек примерно Витькиного возраста. На нем был темно-серый в клетку костюм, светло-голубая рубашка, верхние пуговицы которой были небрежно расстегнуты, волосы были стянуты в хвост, а глаза и в самом деле разного цвета — один темно-карий, а второй холодного серого цвета. Парень с интересом посмотрел на меня и, видимо удовлетворившись увиденным, посмотрел на часы. Я был уверен, что мы не опоздали.

— Привет, — сказал он, встал с кресла и протянул руку. — Меня зовут Артур. Я мастер Янтарного Дома.

Ничего нового Волошин мне не сообщил, все это мне уже было прекрасно известно.

— Привет, я Максим Соболев, — ответил я на рукопожатие, а ранг решил не сообщать — думаю он ему прекрасно известен.

Судя по всему, никакой новой информации Волошин от меня тоже не узнал. Он поздоровался с Северовым, поинтересовался как у него дела, а затем сказал вот что:

— Витя, обычно так не делается, но в случае Соболева, как ты понимаешь, мы немного отступим от принятых норм — нам нужно с ним пообщаться наедине, поэтому не обессудь, но я попрошу тебя покинуть нас.

— Разумеется, — кивнул Северов. — Зачем тогда вообще нужно было вызывать меня?

— Такой порядок, — пожал плечами мастер. — Все-таки он в твоем звене, поэтому ты должен знать и видеть, что происходит с твоими ребятами.

— Понятно, — фыркнул Витя. — Надеюсь мне не нужно забирать его из Башни?

— Думаю нет, — Артур посмотрел на меня своими разноцветными глазами. — Судя по тому, что я вижу, он вполне в состоянии выбраться отсюда самостоятельно.

— Тогда не буду никого задерживать, — Виктор попрощался с нами и ушел. Его шаги были быстрыми, по всему было видно, что он нервничал.

— Ничего страшного, — сказал ему вслед Волошин. — Через пару часиков отойдет. Ну что, пойдем поговорим?

Артур распахнул стеклянные двери в комнату и характерным жестом пригласил меня внутрь. Обстановка вполне ожидаемо оказалась скучноватой. Примерно так же было в комнате, где нас хотели «выключить» в результате выездного судебного заседания пару месяцев назад — много стекла, много кожаной мебели и много света. Вот только было в ней и одно существенное отличие — в этой комнате бросалось в глаза обилие зелени. Практически вся левая сторона комнаты, та, которая была ближе к огромному широкому окну, была полностью заставлена всякими пальмами, фикусами и прочими растениями, названия которых я естественно не знал. На правой стороне комнаты стоял кожаный диван, пара кожаных кресел, низкий стеклянный стол и такой же шкаф. На столе стояло несколько стаканов и кувшин с соком, судя по цвету апельсиновым. Странно, обычно предлагают кофе, чай или воду, а здесь сок. Не то, чтобы это было как-то из ряда вон, но необычно. Я предпочел одно из кресел, которое оказалось довольно удобным. Волошин сел на диван. Он не спеша налил себе в стакан сока, не спрашивая у меня хочу я или нет, молча наполнил еще один стакан и пододвинул его ко мне.

— Пей, если хочешь, — сказал он.

— Спасибо, — ответил я и сделал несколько глотков, сок и в самом деле оказался апельсиновым.

— Ты, наверное, сейчас мучаешься вопросом, зачем ты мне понадобился? — спросил Волошин, внимательно меня изучая.

— Ну, не то чтобы мучаюсь, но пока для меня это задачка без ответа.

— Вопросы, это всегда хорошо. Когда мозг перестает задавать вопросы — можно считать, что он умер, — мастер сделал несколько глотков из своего стакана и вытер ладонью рот. — Я не люблю ходить вокруг да около, поэтому скажу сразу — Максим, я из тех ребят, которые присматриваются к новым самоцветам в нашем Доме, и ты смог вызвать определенный интерес к своей персоне. Пусть тебя это не удивляет — мастера имеют доступ к операциям которые находятся не только в их непосредственном ведении. Я подробно ознакомился с отчетом Северова по заданию нашего Дома на заводе «Оникс» и должен сказать, что был приятно удивлен. Для новичка ты показал себя очень неплохо. К тому же, как оказалось, ты обладаешь способностью ночного зрения, что нечасто встречается. Затем вся эта ваша история с вампирами, — Волошин одобрительно покачал головой. — Отчет по этому делу я тоже видел. Очень круто я бы сказал. Отлично сработано. Целая детективная история!

Отчет по этому делу? Интересное кино. Северов не говорил, что он составлял какой-то отчет по поводу тех событий. Точнее сказать — я и не думал, что наставник по каждому делу составляет какие-то отчеты, но оказывается бюрократии везде хватает.

И хочу сказать, что в том деле ты тоже показал себя просто отлично, — продолжал тем временем мастер. — Кроме того, как оказалось, ты владеешь способностью — профайлер. Я не знаю, какими еще способностями тебя наградила Система, но создается впечатление, что тебе выдают только самое полезное.

— А разве бывает бесполезное? — не смог я удержаться от вопроса.

— Ну, скажем так, бывает не очень нужное, — тактично ответил Артур из чего я сделал вывод, что Система может наградить и чем-нибудь не самым необходимым.

— Понятно.

— Кстати сказать, вступительное испытание у тебя тоже было не самое простое, что приносит еще один бал в твою копилку личных доблестей, — Волошин задумчиво посмотрел на меня, будто припоминая — все ли он перечислил, а затем подвел итог. — В общем и целом, ты достаточно интересный парень, Максим Соболев, собственно говоря, именно поэтому ты в данный момент здесь и находишься. Ты, наверное, сейчас думаешь, что ты такой весь из себя исключительный, что тебя зачем-то вызвал мастер в обход наставника.

Честно говоря, именно так я и думал, а разве нет?

— И в чем-то ты будешь прав, но лишь в чем-то. На самом деле так происходит довольно часто, просто Виктор об этом не знает. Это нормально, в конце концов наставники в основном конкурируют между собой, а не обмениваются слухами и новостями, я думаю ты это уже понял, не так ли?

— Понял, но я считаю, что люди должны оставаться людьми несмотря ни на что, — ответил я.

— Ты и в самом деле так считаешь? — удивленно поднял брови Волошин.

— Угу, — кивнул я и сделал несколько глотков из своего стакана — сок был просто отличным. — Во всяком случае хочется верить, что у нас в звене все именно так.

— Понятно, ну может быть в вашем звене все так и есть, я не вникал в специфику ваших внутренних взаимоотношений, — усмехнулся Артур и пригладил свои волосы. — К тому же к нашему делу это не относится, так что не будем на этом останавливаться, — мастер посмотрел на часы. — Собственно, самое время перейти к сути нашего вопроса. Максим, я хочу сделать тебе интересное предложение.

— От которого невозможно отказаться? — усмехнулся я.

— Типа того. Я считаю несправедливым то, что ты до сих пор не выбрался из самого первого ранга и не дорос до новичка. На мой взгляд, твоих заслуг для этого вполне достаточно, но, — Волошин сочувственно пожал плечами. — Так все устроено. Ты выполнил всего два задания Янтарного Дома, одно из которых сущая мелочь, которую даже в расчет брать не будем, поэтому ты до сих пор не новичок.

— Я это понимаю, — ответил я.

— И что думаешь по этому поводу?

— Если честно, то мне надоело ждать, когда наконец меня повысят. Вокруг столько загадочных намеков, что меня ждет нечто новое и недостижимое в новом ранге, что я уже жду не дождусь, когда это наконец случится. Я хотя бы пойму, какие секреты для меня были спрятаны все это время.

— Ну да, — кивнул Артур. — Я понимаю, о чем ты говоришь. И знаешь, что я тебе скажу? — Волошин улыбнулся. — Для новичка все намного интереснее, чем для тебя сейчас, это совершенно точно.

— Ну, это я уже понял. Кажется, у тебя было для меня какое-то предложение?

— Точно, — мастер допил сок. — Предлагаю сделку. Я тебе ранг новичка, а ты окажешь помощь мне в одном вопросе личного характера. Примерно через пятнадцать минут здесь появится гость из Рубинового Дома и ты поприсутствуешь при разговоре с ним, а потом скажешь пару слов насчет его искренности, вот собственно и все, — Волошин развел руки в стороны. — Как видишь, не сложно. Мне от тебя понадобится всего лишь твоя способность профайлера, ничего более.

Ну да, действительно ничего сложного. Вот только неужели не нашлось никого получше? У меня профайлер только первого ранга, можно сказать, минимального.

— Разве во всем Янтарном Доме один я с такой способностью?

— Хороший вопрос. Ты будешь удивлен, но профайлер действительно крайне редкая способность, можно даже сказать уникальная. В нашем Доме всего один самоцвет-профайлер о котором мне достоверно известно. Разумеется, есть и такие о которых я ничего не знаю — к твоему сведению не так много самоцветов горят желанием рассекретить эту способность даже если обладают ею, но ты не стал этого скрывать от своих товарищей.

Вот блин, похоже мне не стоило всем рассказывать, что я обладаю этой способностью, но что тут уже поделаешь, сделанного не вернешь. Хм… Если разобраться — способность и в самом деле любопытная. От сказанного мной слова зависит в чью пользу склонится чаша весов по итогам разговора и какие будут сделаны выводы. Любопытно, однако. Нужно будет над этим поразмыслить на досуге как следует.

— Поэтому, отвечая на твой вопрос, я скажу тебе, что в данный момент твоя способность мне очень нужна, — Волошин налил себе еще сока. — Кстати сказать, я из тех парней, которые не забывают хорошее и если уж я за тобой слежу с самого начала, то не оставлю и в дальнейшем, это понятно?

Понятно, что здесь непонятного.

— Возможно я не такой уж хороший профайлер, какой тебе требуется, — честно намекнул я на свой первый ранг.

— Об этом не беспокойся, — отмахнулся Артур. — «Мечи», что твои дуболомы — прямые как палки. Мне достаточно будет твоего мнения — врет он или нет.

— А если я ошибусь?

— Ну что же, — пожал плечами мастер. — От ошибок никто не застрахован. Разумеется, у меня есть и свои соображения на этот счет, поэтому твоя точка зрения, скажем так, будет лишь дополнительным поводом для размышления. Так что скажешь? У нас осталось не так много времени на разговоры.

Итак, что мы имеем. С одной стороны, есть Артур Волошин, мастер, который предлагает свою поддержку в дальнейшем и ранг новичка в обмен на незначительную услугу, которая будет мне недорого стоить. С другой стороны, у меня есть вопросы: во-первых, как часто он собирается использовать меня в своих собственных целях? Во-вторых, каким образом он поднимает мне ранг, если это его личная просьба?

— Артур, а как ты мне выдашь ранг новичка, достанешь из кармана?

— Не понял вопроса, — нахмурился Волошин.

— Но ведь это твоя личная просьба, это же не задание Янтарного Дома или что-то такое?

— По-моему, кто-то здесь намекает на то, что я могу не сдержать своего обещания? — усмехнулся Артур. — Не переживай, я привык держать свое слово.

Ну, что же, у меня будет возможность проверить это утверждение, а потом — что я теряю, в конце концов?

— Тогда не вижу причин не попробовать.

— Договорились, — Артур протянул руку, и я ответил рукопожатием. Затем он встал, — Жди меня здесь, я скоро приду, — Сказал он и вышел из комнаты.

Я сделал пару глотков из своего стакана, и глубоко вздохнул — никогда неизвестно, что готовит тебе новый день! Буквально несколько часов назад я безмятежно спал в тепленькой постели, а теперь нахожусь в Башне и жду, пока на моих глазах состоится некий диалог. В этот момент знакомый женский голос произнес:

— Вы получили новое Системное сообщение!

Я уже собирался было просмотреть сообщение, как за дверью послышались шаги. Так тому и быть, оставим просмотр на потом.

Глава 3

В комнату вошли трое — Артур и два самоцвета из Рубинового Дома. «Мечи» были как близнецы-братья — оба подкачанные, короткостриженые, одеты в какие-то старомодные серые костюмы с отливом, на пальцах массивные золотые кольца, на изготовление которых пошел весь золотой запас какой-нибудь небольшой африканской страны. Один из «мечей» держал папку с документами, которые смотрелись в его руках как-то противоестественно, гораздо уместнее там была бы бейсбольная бита.

«Мечи» без приглашения одновременно плюхнулись на диван, а Волошин занял одно из свободных кресел. Обошлись без рукопожатий.

— Кто это такой? — спросил один из «рубинов», кивнув в мою сторону.

— Это мой коллега, ты что-то имеешь против? — ответил вопросом на вопрос Артур.

— Да нет, мне все равно, — ответил «меч» и покрутил кольцо на своем пальце. — Мы при нем можем говорить?

— Совершенно спокойно, — заверил его Волошин. — Хотите сока?

— Нет, — одновременно скривились «рубины». — Мы такое пойло не пьем, а вискарик ты не предлагаешь. Ладно, давай ближе к нашим баранам, нам через десять минут на другую встречу в вашем гадюшнике нужно успеть.

Интересно, кого это он имел ввиду, называя баранами?

— Люблю деловых людей, — усмехнулся Артур. — Ты говорил, что у тебя есть для меня отличное предложение?

«Меч» почесал подбородок, посмотрел на меня и наклонился к Волошину:

— Поделка Малахитового Дома за два лимона, я тебе уже десять раз говорил, ты что, не врубаешься, Артур?

— Так не пойдет, Сергей, мы же взрослые люди, обсуждаем нормальную сделку, так что называй вещи свои именами, — «меч» мгновенно покраснел от гнева, но к собственной чести смог удержать себя в руках, а Волошин невозмутимо продолжал. — Итак, ты мне хочешь продать артефакт, изготовленный Малахитовым Домом, который называется Живая Кожа и просишь за него два миллиона, я правильно тебя понимаю?

— Вот ты гонишь, «змей» — ДА! — на этот раз «рубин» не удержался и повысил голос. — Хочу продать тебе этот гребаный артефакт за два лимона!

— Я тебя понял, — кивнул Артур, совершенно проигнорировав выражение «змей» со стороны своего собеседника. — И ты уверен, что артефакт настоящий?

— Я за базар отвечаю, — после короткой паузы ответил «рубин», пригладил свои торчащие «ежиком» волосы и осклабился. — Тот мудак с которого мы сняли эту хреновину уже ничего не скажет, но она настоящая — сто процентов.

На некоторое время в комнате стало тихо.

— Артур, рожай быстрее, у нас времени нет, — поторопил его «меч».

— И разумеется я смогу его проверить перед покупкой?

«Мечи» быстро переглянулись между собой.

— Ну, мы что-нибудь придумаем, — неопределенно ответил «рубин». — Хотя сдается мне, что ты хочешь нас обидеть. Мы уже давно знаем друг друга, к чему эти проверки?

— Вот именно поэтому они и нужны, — усмехнулся Волошин. — В любом случае мне нужно подумать.

— Только не слишком долго думай, вещь редкая, долго не залежится, — сказал Сергей и встал с дивана, второй «рубин» немедленно последовал его примеру. — Я итак для тебя держу его уже почти третий день, а ты тут сопли жуешь, так что жду ответа до вечера — если нет, забыли про этот разговор.

— Договорились.

Спустя мгновение шумные «мечи» ушли, в комнате вновь стало тихо и мне даже показалось, что немного светлее. Разговор вышел кратким и, что называется, «по существу».

— Даже дышать легче стало, — подтвердил мои мысли Волошин и потянулся в кресле как кот. — Ну, что скажешь?

— Что такое Живая Кожа? — спросил я.

— А это имеет отношение к делу?

— Нет, но мне интересно. Или это секрет?

— Да нет, в принципе, — Волошин хрустнул костяшками пальцев. — Это артефакты, которые изготавливают в Малахитовом доме. Тонкие как кожа бронежилеты, которые нельзя пробить пулей из автомата Калашникова и проткнуть ножом. Штучная вещь, их по пальцам можно пересчитать.

— Ну да, судя по всему, вещь и в самом деле хорошая, есть за что отвалить два миллиона, — согласился я.

— Так что скажешь? Стану я обладателем этой хорошей вещи? — улыбнулся Волошин. — Или меня хотят кинуть?

Для меня все было очевидно. «Мечи» и в самом деле плохо скрывали свои намерения, поэтому для меня «считать» их не составило особого труда. Все слишком нервно, много эмоций, капельки пота на лбу, излишняя жестикуляция, постоянные косые взгляды в мою сторону…

— Не хочу тебя расстраивать, но похоже эти парни и в самом деле хотят тебя развести на деньги. Не знаю, что именно — или артефакта у них нет, или есть, но тебе продавать они его не собираются, но что-то здесь не так.

— Понятно, — кивнул Артур. — Примерно такого ответа я от тебя и ждал. Ну, что же, спасибо за помощь, не смею задерживать.

— Я уже могу идти? — вообще-то я ожидал, что мое участие будет более длительным.

— Да, на сегодня я тебя больше не задерживаю. Хотя, надеюсь, что ты не откажешь мне в будущем, если я попрошу тебя о помощи.

— Нет, с чего бы? Тем более, если ты сдержишь свое слово.

— Об этом можешь не беспокоиться, — усмехнулся Артур. — Я не привык бросать слов на ветер.

Волошин встал с кресла дав понять, что с этого момента я совершенно свободен. Мы попрощались, я поблагодарил его за сок и вышел из комнаты. Оказавшись в лифте, я решил все-таки закончить с Системным сообщением, которое упало ко мне перед разговором с мечами. Что там у нас?

Внимание, Максим! Вы получили Системное задание № 7. Вам необходимо завербовать в Ваше звено Ивана Лазарева.

Срок выполнения задания: 336 часов.

Специальные условия: тестовое задание для Ивана Лазарева отсутствует.

Всего Вам хорошего, Максим!

Вот это нормальная такая тема! С чего это вдруг самоцвет должен оказаться в нашем звене по Системному заданию? Вообще-то я думал, что рано или поздно Иван моими усилиями и так попадет к нам в звено, вот только произойдет это, как и со мной, например, его кандидатуру предложим я вместе с Ольгой, а тут Системное задание… Да еще и с условием отсутствия тестового испытания. Вообще как-то странно получается. Выходит, не зря меня Система с ним в Ашане познакомила, ой не зря! Ну хорошо, с этим мы потом разберемся. Сколько мне на это времени выделили, четырнадцать дней? Времени еще вагон и маленькая тележка.

Я достал мобильный телефон и вызвал такси. Как только я закончил разговор с оператором, вновь услышал хорошо знакомую фразу:

— Вы получили новое Системное сообщение!

Интересно, а это что у нас такое? Неужели еще кого-нибудь завербовать понадобилось? Ознакомимся. Системный экран, раздел сообщений:

Внимание, Максим! Вы достигли нового ранга!

Ваш новый ранг: новичок.

С этого момента Вам открыт доступ в Купол.

Дальнейших Вам успехов, Максим!

Ого, прикольно! Выходит, Артур Волошин держит свое слово — услуга за услугу. Только что я наконец-то получил новый ранг и только что мне открылся доступ в какой-то Купол. Интересно, это об этом было столько таинственных недомолвок? Что это за хреновина такая — Купол? Нужно срочно выяснить. Кого выбрать в качестве консультирующей стороны Никиту или Ольгу? Чутье мне подсказывало, что моя пани будет в этом случае более предпочтительным вариантом, а еще лучше будет поговорить с обоими поочередно. Часы на мобильнике показывали два часа дня, а значит она уже дома или по пути домой, сейчас узнаем. Я набрал ее номер и вскоре услышал немного раздраженный голос:

— Соболев! Я конечно понимаю, что ты не в силах дождаться своего сюрприза, но неужели нельзя потерпеть до вечера? Я сейчас еду по объездной с родителями в машине, планирую принять дома душ и еще у меня кое-какие планы, если ты не против.

— Не нервничай, любимая, у меня к тебе срочное дело, что такое Купол? — я не стал тянуть с остро интересующим меня вопросом.

— В связи с чем вызван вопрос? — осторожно спросила она после некоторой паузы.

— Несколько минут назад я получил новый ранг, и Система сообщила, что с этого момента мне открыт доступ в Купол, а я понятия не имею, что это вообще такое есть, вот я у тебя и спрашиваю — что такое Купол?

— Макс…, — Ольга опять взяла паузу перед ответом. — Все это как-то странно, у нас же вроде не было никаких заданий, откуда у тебя новый ранг?

— Милая, поверь, у меня сегодня весь день состоит из одних только странностей, если я начну тебе их перечислять, то ты не поверишь, что такое бывает, — заверил я ее. — В любом случае, поверь мне на слово, вот уже несколько минут как я разговариваю с тобой в новом ранге и хочу узнать от близкого мне человека, что такое Купол, ну так что, ты мне поможешь? Или мне обращаться за помощью к Никите?

Честно говоря, меня эта ситуация уже начала немного злить — обратился за помощью называется!

— Ладно, Соболев, не бесись. Во-первых, мне сейчас неудобно говорить — для особо одаренных напоминаю, что еду в машине с родителями, а, во-вторых, ситуация и в самом деле странная, согласись, есть от чего удивиться.

— Согласен, но ты же должна мне верить, разве нет?

— Извини, здесь ты прав, — смутилась Островская, но тут-же взяла себя в руки. — Но ты тоже хорош! Нужно было меня как-то подготовить к этому разговору, а не так вот, с места в карьер.

Вот это было как раз в ее стиле, в любой ситуации сделать меня виноватым. Я открыл было рот, чтобы попытаться сказать несколько слов в свою защиту, но Ольга меня опередила.

— В любом случае, я больше не собираюсь с тобой ругаться, Макс, — сказала она таким тоном, будто это я накручивал обороты. — Слушай, давай я сейчас постараюсь поскорее закончить со своими делами и сразу к тебе, договорились?

Вот это уже куда лучше. Похоже она все-таки чувствует себя виноватой.

— С ответом на мой вопрос?

— Ага.

Это хорошо, похоже у меня сегодня на редкость успешный день! Нужно испытать удачу до конца.

— И меня, как ты и обещала, ждет сегодня сюрприз? — спросил я и улыбнулся, представив себе, как моя пани сейчас закатила глаза и улыбнулась.

— Соболев, не наглей, посмотрим на твое поведение, — холодным голосом ответила Ольга, которая, очевидно, решила, что нежностей на сегодня достаточно.

— Только не задерживаться.

Островская пообещала, что будет стараться оказаться у меня как можно скорее и я положил трубку.

Нужно ли говорить, что дома я просто весь измаялся от скуки в ожидании Ольги, которая соизволила явиться около шести часов вечера. Выглядела она просто отлично.

— Похоже свежий воздух явно пошел тебе на пользу, — заметил я ей по этому поводу.

— Блин, Макс, вечно ты со своими шуточками, — отмахнулась Островская. — Какой свежий воздух? Я на даче была всего один день, ты не забыл? Возьми лучше у меня пакеты, там суши.

Ольга страсть как любила суши и прочих морских гадов. Самое интересное, я бы предпочел хороший стейк, но каждый раз, когда она просила заказать или купить что-то вкусненькое, она имела ввиду именно суши, хотя отлично знала, как я отношусь к японской еде.

— Соболев, не кривись, я тебе взяла пару банок пива, чтобы тебе ужиналось веселее.

— Вот на этом спасибо, — ответил я и пошел на кухню опустошать содержимое пакетов.

К тому времени когда она переоделась в домашнее, я уже справился с порученным мне заданием вытащив все из пакетов. Затем открыл банку пива и расположился в комнате на диване.

— Тебя пока дождешься, можно стать старше на несколько лет, — сказал я, отхлебнув пива.

— Макс, не канючь, — ответила Ольга и села рядом со мной. — Лучше расскажи, за что это ты получил новый ранг? И кстати, я бы тоже чего-нибудь выпила или с некоторых пор ты стал эгоистом?

Блин, здесь она права, что-то я оплошал.

— Я купил на вечер бутылку вина, а если не хочешь, то могу поделиться пивом, что скажешь?

— Какое вино?

— Белое, полусухое вроде, я его особо не рассматривал, ты же знаешь я к этим вещам отношусь просто.

— Я бы даже сказала слишком просто, — усмехнулась пани. — Ладно, давай вина, один бокал перед ужином точно не повредит, а вот под наш с тобой разговор будет очень кстати.

Я сходил на кухню, открыл бутылку с вином и принес ей наполненный бокал. Она устроилась поудобнее, попробовала напиток и снисходительно кивнула.

— Третий сорт не брак, пить можно. Ну, так что там у тебя за история? Можешь начинать свой рассказ, я внимательно слушаю.

Вообще-то я не был уверен, что хочу рассказывать обо всем, что сегодня произошло, но, с другой стороны, к чему скрывать? В конце концов никаких преступлений я не совершал и ничего предосудительного не делал, а придумывать секрет из нашей встречи с Волошиным я не хотел.

— Я надеялся, что это ты будешь мне рассказывать что-то интересное, — сказал я. — Целый день тебя прождал.

— Давай по-честному, историю за историю, а так как твоя произошла раньше, то тебе первому и рассказывать.

Вот зараза иностранная, вечно все в свою пользу норовит выкрутить! Я вкратце рассказал ей про свои сегодняшние приключения, чем вызвал ее искреннее удивление. Ольга также нашла странным, что мастер решил обратиться ко мне за помощью, хотя признала, что самоцветов, обладающих способностью профайлер, действительно крайне мало, лично она кроме меня знала только еще одного такого, да и тот был вампиром, а не человеком. А Волошина она не знала, хотя и видела несколько раз, она припомнила, что в Башне ей как-то встречался «янтарь» с разноцветными глазами.

— Ну, я тебя поздравляю, — сказала она и отсалютовала мне бокалом с вином. — Похоже у тебя появился благодетель среди мастеров, это очень даже неплохо. Мало ли какие ситуации в жизни возникнут, теперь будет к кому обратиться, если что.

— Может быть и так, вот только Витя Северов теперь на меня губы дует.

— Не обращай внимания, ты же не сам вызвался искать контактов с Артуром или еще с кем-нибудь, это он тебя нашел. Так что считай, что это просто ревность, которая скоро пройдет.

— У вас у девочек всегда все просто.

— На том и стоим, — улыбнулась Ольга.

— Ладно, там видно будет.

— Давай лучше выпьем за твой новый ранг, это того стоит, — предложила Островская и я ее разумеется поддержал.

Мы чокнулись и каждый отпил немного своего напитка. Затем она наклонилась ко мне и поцеловала в щеку.

— Молодец, Макс, ты это заслужил. Ну, а что еще интересного расскажешь или это все новости на сегодня?

— Ну почему же все, есть еще кое-что. Система подкинула мне новое увлекательное задание — завербовать в наше звено Ваню Лазарева, как тебе такая новость?

— Да ладно! — воскликнула от удивления Ольга, чуть не опрокинув на себя бокал. — Это становится интересным. С каких это пор Система подкидывает такие задания? Я думала, новые люди у нас появляются с нашей собственной подачи.

— Вот и я так думал, — я отпил немного пива и добавил. — А еще для него не предусмотрено тестовое задание, поэтому, в отличии от меня, ему не придется рисковать своей жизнью.

— Ну и отлично, с его невинными глазами ему только девочек соблазнять, а не с пистолетом бегать. Хотя, кто знает какое задание ему бы подкинули?

— В любом случае мы этого уже не узнаем.

— А вообще интересная комбинация у нас складывается, — задумчиво сказала Островская. — Лазарев хороший парень, правда отец у него «сапфир» и сам он не от мира сего, но так даже лучше. Никогда еще не слышала, чтобы среди самоцветов Янтарного Дома были маги.

— Я тоже об этом думал. Так что если все получится, то наше звено будет первым, у кого будет собственный маг.

— Ты думаешь, что может не получиться? — удивленно вскинула брови Ольга. — Ваня умный мальчик, с чего бы ему отказываться?

— Действительно! Какой дурак может отказаться от таких радужных перспектив, — улыбнулся я. — Вместо спокойной и размеренной жизни, получить гонку на виражах с риском в любой момент получить пулю в задницу.

— Это частности, — скривилась пани. — В общем и целом у нас хватает преимуществ и положительных моментов, разве нет, Макс? Или ты недоволен своей новой жизнью?

— У нас просто жизнь похожа на работу пожарного: в целом все хорошо, но как пожар — хоть увольняйся.

— Бывает и так, — поддержала меня Ольга и глубоко вздохнула. — Ну, а что еще расскажешь?

— Ну уж хватит, теперь очередь твоей истории, Островская, — сказал я, вставая с дивана. — Погоди только, я сейчас еще пиво себе принесу, чтобы потом не отвлекаться и можешь начинать.

— Тогда и вино сюда тащи, — скомандовала Ольга.

Когда все было готово, мы вновь устроились на диване, она еще немного потомила меня, размышляя с чего начать, что для моей пани было вполне обычным делом — Ольга любила придать подобным моментам особую важность.

— Ты начнешь или мне тебя ущипнуть? — не выдержал я.

— Купол — это такое закрытое место недалеко от Пушкино, — начала она свой рассказ. — Там есть водохранилище, возле которого строили какой-то секретный объект, а потом его законсервировали. Это давно было, еще при Советском Союзе. Только не спрашивай меня какой именно объект там строили, я об этом все равно понятия не имею, поэтому рассказываю, то что сама знаю, а если тебе нужно будет — сам потом выясняй. Короче говоря, объект этот в свое время бросили, а теперь там выключенные обитают. Ну не только выключенные, конечно, но в основном именно они. Купол — это огромное сооружение, он как город в городе.

— Насколько он большой?

— Как тебе сказать… ты на стадионе был когда-нибудь?

— Приходилось пару раз.

— Наверное раз в десять больше, — пожала плечами Ольга. — Разве сразу так скажешь? Короче, он очень большой, сам увидишь. Только стадионы обычно у нас под небом голубым располагаются, а Купол крытый весь, с огромными бетонными колоннами внутри. Вообще-то там очень прикольно, улицы свои есть, кафешки, магазины, все как в обычном небольшом городке с одним лишь только исключением — живут в нем только самоцветы.

— Интересно, — я отпил пива. — Вообще-то я думал, что выключенные это своего рода отщепенцы, да нам такие в основном и попадались. А теперь, оказывается, у них свой город есть.

— Еще и какой город, поверь мне на слово, Макс. Там столько всего интересного, что это нужно только самому увидеть, всего не расскажешь. Кстати сказать, выключенные не отщепенцы, они тоже разные бывают, у них в Куполе организаций не меньше, чем Домов в Системе и расклады там случаются будь здоров, похлеще наших разборок.

— Организаций?

— Ну а как без этого, сам посуди? Они же раньше все в Домах состояли, так что можешь считать, что это у них как фантомные боли, — Островская сделала приличный глоток вина и поставила бокал на пол. — Между прочим, некоторые организации у них настолько мощные, что к ним и Дома за помощью обращаться не брезгуют.

— Так уж и за помощью? — честно говоря, мне не очень в это верилось.

— Ну, или за помощью, или чтобы дельце грязное провернуть, в котором свои руки марать не хочется, или чужими руками каштаны из огня потаскать, или еще чего. В общем, поверь, обращаются и еще как. Правда, как часто это происходит на уровне Домов я точно не скажу, а вот то, что обычные самоцветы к выключенным в какую-нибудь организацию обращаются, это как пить дать.

Любопытное кино получается. Выходит, что Дома, это еще не все, что может предложить в своем многообразии Система?

— И много таких организаций в Куполе?

Ольга задумчиво нахмурилась и приготовилась загибать пальцы.

— Чего далеко ходить, давай считать. Начнем, пожалуй, с «Синтез-Секты».

— Это что за звери такие?

— Здесь в основном бывшие «изумруды» обитают, хотя хватает у них одаренных и из других домов. Эмблема у них — синяя капля, а занимаются они химией всякой, снадобьями запрещенными, наркотиками и прочей ерундой. В общем, конкурируют с Изумрудным Домом как могут. Правда есть один нюанс, в Куполе ты можешь купить любую хрень, какая только продается, даже запрещенную, а вот Домам связываться с этим не резон, «архангелы» смотрят в оба.

— То есть в Куполе черный рынок процветает?

— Само собой, курва, — кивнула Островская. — Там действует нерушимое правило: все, что происходит в Куполе — остается в Куполе. «Алмазов» внутри нет, они только периметр охраняют, чтобы туда случайный прохожий не забрел или самоцвет, которому ранг там не позволяет околачиваться.

— А как они, интересно, мой ранг могут увидеть?

— Могут, поверь, — усмехнулась моя пани. — Есть у них такая способность видеть то, что не всем дано, они же все-таки на Систему работают, вот и имеют кое-какие особенности внутреннего свойства.

— И что можно купить в Куполе?

— Много чего и гораздо больше, — рассмеялась Ольга. — Поверь, я тебя не обманываю, там много чего интересного продается. Вот только огнестрельного оружия там нет и вход с пушкой запрещен, а так полное раздолье.

— Понятно, в общем «Синтез-Секта» — это у нас по наркоте товарищи.

— Почему по наркоте? У них хватает всяких интересных вещей, которых в Москве за между прочим не купишь, так что как-нибудь сам полюбопытствуешь.

— Это уж само собой, — кивнул я. — Думаю уже завтра в Купол на экскурсию махну, дела вроде как позволяют уделить день на осмотр подобного рода достопримечательностей. Кто там у тебя следующий?

— Дальше у нас «Клевер» пойдет, у них и эмблема соответствующая — зеленый четырехлистник. Это те еще отморозки. Проще говоря обычные бандиты. Если нужно машину угнать, решить какой-нибудь вопрос силой, что-то украсть — это к ним. В общем, там можно найти наемников на любой вкус.

— На их услуги большой спрос?

— Ну, а ты как думаешь? Практически любое грязное дело, в котором Дома не хотят фигурировать напрямую, могут сделать парни из «Клевера». Нужно, например, заводик какой разгромить у конкурентов, «Клевер» в помощь. Кражу рискованную совершить и тут они на выручку придут. Опять же личные проблемы можно через них решать. В общем, этим ребятам всегда есть чем заниматься, работы хватает.

— Интересно, — я вновь отхлебнул пива. — Прямо мафия какая-то.

— Мафия не мафия, одним словом — бандиты. Ну, слушай дальше. Раз уж мы о грязных делах заговорили, то есть такие ребята, которые называются «Крики». Вот эти уж точно занимаются только всякими грязными делами и с точки зрения морали, занимаются они всякими гадостями. У них даже эмблема соответствующая — рука, проткнутая ножом. Фу, пакость. Не могли ничего поумнее придумать.

— Какими гадостями, например, они занимаются?

— Наркотики в самом разнообразном количестве и качестве, публичные дома, бои без правил и все такое прочее, вот их основное занятие.

— Бои без правил?

— Ага, — Ольга взяла с пола свой бокал, сделала большой глоток вина и поставила его обратно. — Бои без правил в «Куполе» довольно широко распространены. Проводятся регулярно, а чемпионы этих боев известны всем, кто так или иначе увлекается подобными зрелищами. Само собой, все это сопровождается крупными ставками. Я не любительница, поэтому много тебе про эту забаву не расскажу, но некоторые ребята на этом деле крепко задвинуты и не пропускают ни одного крупного соревнования или хорошего боя. Зачем далеко ходить, наш наставник, Витя Северов, большой охотник этого дела, ставки регулярно делает, да и вообще в Куполе он частый гость. Что говорить, сам увидишь, если захочешь, что это такое.

— Да я, в общем-то, представляю, но назвать себя поклонником этого дела не могу, — усмехнулся я. — Терпеть не могу, когда люди превращают друг друга в кровавые отбивные, меня от этого подташнивает. В общем, с этими парнями примерно понятно, кто там дальше? Опять какие-нибудь преступники?

— Следующим пусть будет «Синдикат», — сказала Островская и загнула четвертый палец. — Вот этих точно преступниками не назовешь. Хотя, с какой стороны посмотреть, конечно. Их еще часто «слоны» называют, потому что у них эмблема — это желтый слон. Эти парни специализируются на деньгах.

— В каком смысле?

— В самом прямом. Они финансовые воротила нашего, скажем так, Системного социума. «Синдикат» — это мощная финансовая организация, которая может выдать кредит не любое дело или наоборот, взять у тебя деньги под проценты. Ссуды, сопровождение всяких финансовых сделок, ломбард в «Куполе» и прочая ерунда в том же духе. Короче говоря, если у тебя какие-то финансовые сложности, то можешь обратиться к ним. Вот только шутить с этими ребятами не советую, поэтому если задумаешь их хоть как-то обмануть, то лучше отбросить эти мысли сразу.

— Все так серьезно?

— А ты как думал? «Синдикат» это тебе не «Сбербанк» какой-нибудь, которому можно долг не отдавать, здесь тебе коллекторы названивать не будут. Не отдашь деньги, для начала отрежут уши, потом еще что-нибудь из ненужного. Поверь, они к своему имуществу очень трепетно относятся.

— Ты хочешь сказать, что лучше к ним вообще не обращаться? — я поболтал пиво в банке и сделал небольшой глоток. — Я тебя правильно понял?

— Макс, ты всегда был сообразительным молодым человеком и умеешь делать правильные выводы, — похвалила меня Ольга. — Ты прав, лучше обходить их стороной, ну а если уж ситуация какая возникла, что обратиться к ним все-таки нужно, то постарайся сделать так, чтобы к тебе не было никаких претензий. Кстати сказать, возможности у этих ребят большие, к ним иногда и Дома не брезгуют за деньгами обращаться, так что имей ввиду.

— Окей, буду знать.

— А еще есть «Инженеры», эмблема у них в виде пчелки. Эти вообще психи ненормальные, чем-то на «малахитов» смахивают, у них и выключенные в основном из Малахитового Дома, хотя там всяких хватает.

— Чем они занимаются?

— Понимаешь, вообще-то они, в основном, лечением промышляют, могут перелом очень тяжелый починить, с которым тебя ни одна больница не возьмет. Могут пули после ранения из тела достать, кровотечение остановить, да мало ли что — я даже не знаю, чего они не могут сделать, если это касается физических увечий. Кстати, они и пластическими операциями занимаются, если понадобится.

— Пока вроде ни к чему.

— Мало ли, — улыбнулась Островская. — Сегодня не нужно, а завтра понадобится, будешь теперь знать к кому обращаться.

— Спасибо за совет.

— Да не за что. В общем, «Инженеры» с телом могут сделать все, правда и берут за это не дешево.

— Ну, а почему ты их психами назвала?

— А как иначе? — Ольга вновь отпила вина. — Это же не все, чем они занимаются. Они же еще и всякими биологическими экспериментами не брезгуют. При желании они тебе могут жабры вставить, чешую на тело или пару крыльев вживить. Одним словом — психи!

— Да уж, прикольные ребята, ничего не скажешь, — согласился я с ней. — Зачем кому-то себе жабры вживлять?

— Мало ли зачем? — пожала плечами Островская. — Может быть кто-то много времени под водой проводит, откуда ты знаешь какие у людей потребности? Каждому свое.

— Это точно, — я вновь сделал глоток из своей банки и отметил, что пиво уже не такое холодное, а значит нужно идти за следующей банкой. — Сейчас, погоди минутку.

Я прошел на кухню, вылил остатки теплого пива в раковину, открыл новую банку и вернулся в комнату. Ольга как раз допила свое вино.

— Тебе долить? — спросил я.

— Нет, спасибо. За ужином продолжу.

— Если ты и дальше продолжишь пальцы загибать, то мы ужинать только к полуночи сядем.

— Да нет, я тебе уже практически про все основные организации рассказала. Разве что «Гильдия» осталась.

— Это кто такие? — я плюхнулся на диван и отпил прохладного напитка.

— Маги всякие, у них на эмблеме пентаграмма изображена. Как ты понимаешь, там в основном выходцы из Сапфирового Дома, но не только они.

— Любопытная организация.

— Еще какая! Оказывают платные магические услуги всяким заинтересованным лицам, а таких, как ты понимаешь, хватает с избытком. К Сапфировому Дому не всякий обратится, да и не всякому там помогут, а в «Гильдию» пожалуйста — вход открыт всякому желающему, только деньги плати за оказанные услуги и полный спектр магических искусств в твоем распоряжении.

— Нужно будет подумать, может быть проклятие какое на кого-нибудь наслать? — улыбнулся я. — Кстати, Олечка, я думаю если тебя когда-нибудь выключат, то тебе самая прямая дорога в «Гильдию» я думаю тебя там примут с распростертыми объятиями.

— Это почему?

— Ну, ты иногда такая ведьма, что просто удивительно.

— Дурак ты, Соболев! Ничего не смыслишь в моем сложном женском характере, — отмахнулась Ольга. — Кстати сказать, можешь накрывать на стол и угощать гостью, я тебе все основное рассказала, а все остальное сам увидишь.

Блин! Мне уже не терпится посетить Купол и если ничего не поменяется, то, наверное, в самом деле завтра туда и отправлюсь. В ознакомительных, так сказать, целях.

— Окей, я накрываю на стол, а ты завтра едешь со мной в Купол, договорились?

— Посмотрим на твое поведение, — ответила моя пани и протянула мне пустой бокал. — Налей и мне немного винца к ужину, если тебе не трудно.

Я взял бокал, Ольга потянулась на диване как кошка и сонно зевнула.

— Что-то я устала за сегодня.

— А как же обещанный сюрприз? Так не пойдет — свое слово нужно держать.

— Ладно, — улыбнулась она. — Тащи суши, с сюрпризом что-нибудь придумаем.

Глава 4

Ночью мне не спалось. Ольга тихонько сопела рядом, а я вот никак не мог заснуть. В голове крутились мысли о Куполе. Целый город выключенных, это просто фантастика какая-то! Почему я думал, что среди них одни отщепенцы, а оно видишь как, даже организации серьезные имеются — «Крики», «Клевер», «Гильдия»… И это с учетом того, что по словам Островской, она рассказала только про самые крупные организации, сколько же там еще всяких разных помельче? Да уж, тут только с Домами более менее разобрался, а мне еще информации подсыпали — голова пухнет.

Отчаявшись заснуть, я вылез из-под одеяла и пошел на кухню, сделать себе чашечку кофе. Какой смысл валяться в постели, если сон все равно не идет? Когда я вставал, Ольга что-то пробормотала во сне, перевернулась на другой бок и продолжила сопеть. Вот кому хорошо, сон как у младенца.

Часы показывали половину второго ночи. Я включил чайник, бросил в кружку пару ложек заварного кофе, ложку сахара и сел ждать пока он закипит. В этот момент у меня зазвонил телефон. От неожиданности я даже вздрогнул. Зараза, обычно я выключал звук на ночь, но в этот раз мы с Ольгой слишком увлеклись ее сюрпризом и уставшие завалились отдыхать.

Звонил Борис Лазарев. Интересно, что ему понадобилось среди ночи?

— Слушаю, Борис, что случилось?

— Привет, Макс, извини что ночью, но… в общем тебе нужно срочно приехать ко мне, — старик явно был сильно взволнован.

— Может быть, объяснишь в чем дело? Второй час ночи вообще-то.

— Я знаю, но тут такое дело. В общем, Иван пропал.

— В смысле пропал? Не пришел домой или как?

— Нет, домой он не пришел.

— И ты не знаешь где он?

— Знаю. Приезжай, очень нужно поговорить, — попросил старик. — Только не задерживайся надолго, мне нужно с тобой кое-что обсудить.

— Хорошо, я скоро буду.

— Спасибо, Максим, — сказал Борис и отключился.

Громко щелкнул закипевший чайник. Похоже кофе откладывается на потом, нужно одеваться и ехать. Я вызвал такси и, стараясь не разбудить Ольгу, начал одеваться.

— Кто звонил и куда ты собираешься? — спросила она сонным голосом, когда я натягивал куртку.

— Борис Лазарев звонил, говорит что-то случилось с Иваном, попросил приехать.

— Среди ночи? — Ольга уселась на кровати и поджала под себя ноги. — До утра никак не потерпит? Что там у них случилось?

— Я пока знаю не больше твоего, но ехать нужно, — я чмокнул ее в нос. — Тем более, с учетом того, что Иван теперь мое Системное задание. Борис не стал бы звонить среди ночи от нечего делать, он еще в своем уме.

— Сильно в этом сомневаюсь, — недовольно пробурчала Островская. — Но если ты считаешь, что нужно ехать, то будь осторожнее.

— Хорошо, — пообещал я, еще раз проверил наличие пистолета в наплечной кобуре и вышел из квартиры.

На улице было прохладно и сыро. Отвратительная погода. Можно было бы подождать такси дома, но я хотел поскорее сбросить остатки сна, а холодная осенняя ночь помогала в этом как можно лучше. К тому моменту, когда к подъезду подкатила оранжевая «Шкода», я уже даже начал подмерзать, но сильно продрогнуть не успел. Я забрался на заднее сидение, назвал таксисту адрес и автомобиль тронулся с места.

Город спал. Не знаю почему, но ночная Москва вызывала у меня особые положительные эмоции. В это время все казалось совсем не таким как обычно, таинственным, что ли. Хотя бывает иначе, особенно когда сильно устал и единственная мысль, это поскорее добраться до дома, поужинать и завалиться спать. Можно даже не ужинать, а просто завалиться спать. Но в эту ночь было не так. Я смотрел на мелькавшие за окном машины дома с темными окнами и ловил себя на мысли, что мне не хватало таких вот ночных поездок, когда все уже давно спят и видят десятые сны, а у тебя этой ночью есть дела. Своеобразное ощущение. Чувствуешь себя не таким как все. Впрочем, я и есть не такой как все, что уж тут поделать.

Задумавшись о своем, я и не заметил, как «Шкода» подкатила к дому Лазаревых. Я расплатился с таксистом и вышел из машины. В квартире у Лазарева горел свет, оно и понятно, если Ивана до сих пор нет дома, то какой сон? Я вытащил смартфон и посмотрел на часы — без пятнадцати три ночи. Ну да, для ночной беседы самое подходящее время.

Выглядел Борис, скажем так, сильно уставшим. Лицо осунулось, волосы свисали на плечах как пакля, да и вообще, создавалось ощущение, что он как-то уменьшился в своем инвалидном кресле. Даже его глаза, которые обычно горели пламенем, сегодня были тусклыми и какими-то матовыми. В таком жалком виде мне его еще видеть не приходилось, это уж точно.

Мы прошли в комнату и он молча указал мне в свободное кресло. Передвижной стол был сервирован под чаепитие, а кроме чашек для чая и чайника, имелось блюдо с песочным печеньем.

— Есть хочешь? — спросил Борис.

— Да нет, есть не хочу, а вот чаю бы выпил. Холодно на улице, а я как-то выскочил в спешке, даже ничего горячего не выпил дома.

Он потрогал рукой чайник и устало вздохнул.

— Еще даже немного горячий, так что угощайся.

— Спасибо.

Борис молча ждал пока я готовлю себе чай и не начинал разговор раньше времени, хотя было видно, что ему не терпится изложить мне суть дела. Когда я наконец закончил с приготовлением напитка и сделал пару глотков, он протянул мне сложенный лист бумаги.

— Это тебе, прочитай.

Я развернул бумагу и прочитал вот что:

Доброго дня тебе и твоему приятелю Максиму Соболеву! Иван некоторое время побудет у нас в гостях. Нам кое-что нужно от твоего друга. В твоих интересах передать ему это письмо как можно скорее, думаю ты и сам это понимаешь. Детали нашей просьбы мы обсудим с ним при личной встрече. Завтра в 15:00, ресторан «Журавль», находится на Малой Бронной.

С наилучшими пожеланиями, Влад Беляев.

P . S . Жаль, что ты калека, мог бы приехать с ним.

Забавное письмецо, ничего не скажешь. Похоже ребята знают и меня, и то, что у меня с Лазаревыми хорошие отношения.

— Кто такой этот Влад Беляев, случайно не знаешь? — спросил я и сложил прочитанный лист бумаги.

— Знаю, — ответил Борис и в его глазах на мгновение вспыхнула гневная искра. — Это один из мастеров Сапфирового Дома. Когда-то давно мы с ним были довольно близко знакомы. Не скажу, что особо дружили, но довольно часто пересекались по разным вопросам.

Сапфировый Дом значит? Что же, похоже моя жизнь перестает быть скучной и однообразной. Зачем, интересно, я понадобился «ключам»? Причем хорошо так понадобился, они ради этого даже Ивана в заложниках решили подержать. Вот только не очень понятно почему именно так нужно было действовать, почему сразу ко мне с проблемой не обратиться? Множество вопросов со многими неизвестными.

— Интересно, зачем им Иван понадобился, почему сразу ко мне не пришли? — спросил я у Бориса.

— Вот это уж мне точно неизвестно, — пожал он плечами. — Может быть решили, что так будет проще с тобой разговаривать. Я уверен, что они знают о вашей дружбе. К тому же понимают, что я буду просить тебя о помощи. Ты же читал записку.

— Да, согласен с тобой, очень может быть и так, — я потер подбородок. — Может быть у тебя есть соображения зачем я им понадобился?

— Вот здесь я вряд ли смогу тебе помочь, — поднял руки вверх Борис. — Даже понятия не имею. Я как раз хотел у тебя спросить, может быть у тебя какие-то общие дела с Сапфировым Домом и они почему-то решили воздействовать на тебя через Ивана?

— Нет, никаких дел с «ключами» у меня нет и не было, это я тебе со всей ответственностью заявляю. Да и вообще, какая-то странная ситуация — ну допустим с «малахитами» я крепко пересекался, допустим «рубины», да мало ли кто еще, но с «сапфирами» жизнь меня пока не сталкивала.

— Значит до сегодняшнего дня тебе везло, — сказал Борис и потер руками свои культи. — Если, конечно, ты собираешься пойти на эту встречу.

— Издеваешься? — усмехнулся я. — Неужели ты думаешь, что я просто так отдам им Ваньку? К тому же у меня насчет него свои планы, ты же говорил, что хочешь чтобы он стал «змеем» или уже передумал?

— Нет, не передумал, — покачал головой старик. — Мы уже разговаривали об этом и свое мнение я не меняю. Но если ты идешь к сапфирам, то пару слов я тебе о Беляеве скажу.

— Будет очень кстати, — кивнул я. — Врага нужно знать в лицо.

— Для начала ты должен понимать, что Система не дает «сапфирам» какие-то особые способности, которые делают из них магов, поэтому можешь быть уверен, что огненными шарами тебя жечь никто не будет. Да, среди «сапфиров» очень много самоцветов со всякими нестандартными способностями, но все это приобретенное самостоятельно. Все, чем они обладают, это их личная заслуга и врожденные способности. Хотя конкретно Влада Беляева я бы на твоем месте поостерегся, этот человек отлично владеет всякими проклятиями, а еще он очень талантливый экстрасенс, а еще точнее — эмпат. Он умеет чувствовать тебя как никто другой и иногда тебе даже может показаться, что он читает твои мысли. Он очень опасен, поверь мне.

Охотно верю, с чего бы мне сомневаться? Ох как мне не хочется во все это ввязываться — терпеть не могу всякие такие штуки, которыми так славен Сапфировый Дом. Жаль только, что от этого мне никуда не деться. Ну хорошо, там видно будет.

— Проклятиями? Прямо как в сказках про ведьм.

— Ну да, только не в случае Влада Беляева. Если тебе и в самом деле так удобнее переваривать то, что я тебе говорю, то можешь считать его колдуном. Опасным и непредсказуемым колдуном, который запросто может испортить тебе жизнь, — сказал Борис.

Нельзя сказать, что я обрадовался услышанному, но хоть огненными шарами в меня никто бросаться не будет и то хорошо.

— Итак, он умеет насылать проклятия, практически читает мои мысли, что-нибудь еще?

— Этого вполне достаточно, чтобы ты по сравнению с ним казался ребенком, — ответил Борис. — К тому же мы уже давно не общались, сам понимаешь, поэтому я не знаю какими способностями он еще оброс за это время. В любом случае тебе не стоит забывать, что у вас разные весовые категории — он мастер, а ты всего лишь тень.

— Новичок, — поправил я старика. — С некоторых пор я уже новичок.

— Поздравляю, — сказал он и попытался улыбнуться, что у него не вышло. Оно и понятно, какие тут улыбки. — Но сути дела это не меняет.

Вот здесь трудно не согласиться, встретиться с «ключом» в принципе не особо хотелось бы, а уж от встречи с мастером Сапфирового Дома хорошего ждать не приходится. Хуже всего, что встречаться похоже придется один на один, даже никто не поможет, если что случится. Может быть, об этой ситуации ребятам рассказать? А что, будет кому спину прикрыть. Беляев же не предупреждает, чтобы я никому не говорил о встрече, верно? Хотя нет, кто его знает, как оно обернется, если я буду не один. Пусть уж лучше так.

— Не очень ситуация, — честно озвучил я свои мысли.

— С другой стороны это же только разговор, с чего переживать раньше времени? — попытался немного развеять мои тревоги Борис. — Если бы они хотели причинить тебе какой-то вред, то подобную историю не затевали бы, какой в этом смысл?

— Выходит речь пойдет о какой-нибудь сделке? — предположил я.

— Скорее всего, а там кто его знает, — Борис в очередной раз глубоко вздохнул. — Надеюсь, что они не хотят забрать Ивана себе.

— Зачем? Тебе насолить?

— Да нет, при чем здесь я? Я для них отрезанный и никому не нужный ломоть, про который все давным-давно забыли. Просто все очень уж гладко получается. Ванька в свои годы очень талантливый парень — телекинезом владеет, ясновидение у него хорошо развито, да и с разумом человеческим он поработать может. Вот тебе практически готовый «сапфир», даже искать никого не нужно, просто бери имеющийся материал и лепи из него, что захочешь.

Похоже старик прав, такое развитие событий очень может быть.

— Тогда зачем им я?

— Вот это как раз мне и непонятно, — согласившись с моими мыслями кивнул Борис. — Захотели бы забрать и так бы завербовали, у них возможностей хватает, а Ванька парень любопытный, до всяких знаний специфических большой охотник, нашли бы чем подманить. Но вот видишь, зачем-то с тобой хотят встретиться. Может быть настойчиво попросить, чтобы ты у них под ногами не крутился?

— Этого я не знаю, — теперь пришел мой черед пожимать плечами. — Об этом я узнаю только завтра.

Некоторое время мы сидели молча и каждый размышлял о своем. Я допил холодный чай и с сожалением отметил, что завтра вместо ожидаемой поездки в Купол, я получу нежелательную встречу с мастером Сапфирового Дома и чем эта встреча закончится абсолютно неизвестно. Мысли Бориса остались для меня загадкой, он уставился в одну точку и мне показалось, что улетел он в своих размышлениях далеко-далеко.

— А что за ресторан такой «Журавль»? — спросил я и старик вздрогнул от неожиданности. — Это какая-то база Сапфирового Дома?

— Нет, — покачал головой старик. — Они собираются в другом месте. Скорее всего просто ресторан.

Вот это уже какие-никакие хорошие новости. Если «Журавль» — это обычный ресторан, то скорее всего убивать меня завтра никто не собирается. Разве что проклянут смеха ради, но хоть живой останусь, а там видно будет. Я достал из кармана смартфон, чтобы посмотреть сколько времени осталось да встречи — часы показывали, что уже половина четвертого. Если прямо сейчас поеду домой, то может быть даже часика четыре поспать получится.

— Хорошо, Борис, я ситуацию понял. Завтра встречусь с этим Беляевым, можешь не сомневаться.

— Спасибо, Максим, рад, что я в тебе не ошибся, — усмехнулся старик.

— Перестань, — отмахнулся я. — Благодарить пока не за что. Еще нужно выяснить, что этот мастер Влад от меня хочет и зачем они Ваньку решили у себя в гостях оставить.

— Благодарить тебя или нет, это мне решать, а вот что касается остального… ну, завтра все и узнаешь.

— Ты не против, если я от тебя такси вызову?

— Какие разговоры, звони конечно.

Я набрал нужный номер и вызвал такси, заказывать машины через интернет мне почему-то не нравилось — через оператора оно как-то надежнее получается.

— Я тебе планы на завтра не сильно испортил своими проблемами? — спросил Борис, когда я закончил возиться с телефоном.

— Ну не только твоими проблемами, а скорее нашими, — ответил я. — А насчет планов… я вообще завтра хотел в Купол съездить вместе с Ольгой. Как-никак новый ранг позволяет полюбопытствовать, что это за место такое.

— Да, всякого интересного там хватает, это однозначно. Жаль, что так вышло с твоей поездкой.

— Ерунда, успею еще. Все-таки не последний день живем.

— Кстати говоря, я даже одно время подумывал и сам в Купол переселиться, — поделился со мной Борис. — Хотел в «Гильдию» попасть, все хотелось доказать Сапфировому Дому, что зря они меня «выключили», что я чего-то стою, а потом жена умерла и все как-то не сложилось. Хотя… может быть, оно и к лучшему, в Куполе всякого дерьма хватает, так что еще неизвестно с кем бы там Иван сдружился и что из этого всего могло получиться, а так хоть нормальным человеком вырос. Ты, кстати, знаешь, что такое «Гильдия»?

— Уже знаю, мне Ольга рассказала про некоторые организации, которые в Куполе хозяйничают. Выходит, что «Гильдия» одна из самых крупных.

— И одна из самых уважаемых, заметь себе, — сказал Борис. — Думаю, что и для меня там нашлось бы местечко потеплее чем здесь. Ну ладно, чего об этом говорить, прошлого все равно не вернешь.

В этот момент мне на телефон пришло смс, которое проинформировало меня, что через пять минут внизу меня будет ожидать серебристый «Хендай». Я встал с кресла:

— До завтра, — я протянул руку Борису на прощание. — И ляг поспи немного, а то слишком хреново выглядишь.

— Ты наберешь меня после встречи?

— Звонить не буду, приеду сюда и все обстоятельно расскажу, — ответил я. — Так что, завтра жди в гости.

— Годится, — он пожал мне руку, проводил до двери и в очередной раз напомнил. — Смотри осторожнее с Владом и больше слушай, чем говори.

— Спасибо за совет, Борис. Не переживай, все будет хорошо, — сказал я и вышел из квартиры.

Возле подъезда меня уже ждала машина. Я забрался на заднее сидение и мои мысли вновь вернулись к предстоящей встрече. Что-то подсказывало мне, что все будет не так хорошо, как я сказал на прощание Борису. Блин, а все же зачем я понадобился Сапфировому Дому?

Глава 5

Поспать мне так и не удалось. Сначала Ольга мучила меня вопросами относительно встречи с Борисом, а потом я банально не смог заснуть. Без особого толка прокрутился в постели около часа и принял решение вставать — какой уж тут сон если в голову постоянно мысли всякие тревожные лезут.

После бессонной ночи голова просто раскалывалась, а от мысли что сегодня у меня встреча с мастером Сапфирового Дома, она начинала болеть еще сильнее. Ко всему прочему, еще и с Ольгой повздорили, что тоже не есть хорошо. Она настаивала, чтобы я срочно звонил Северову и ни в коем случае не ехал на встречу один, но я, разумеется, был другого мнения. Раз уж приглашают меня одного, то было бы неправильно заявиться в ресторан всей нашей компанией, чтобы со мной ничего не случилось. В конце концов Островская обиделась, назвала меня упертым ослом и уехала. Да еще потом в «телегу» разных гадостей написала. Так что день как-то с утра не заладился, ну посмотрим, что будет дальше.

Ближе к назначенному времени я вызвал такси, сказал водителю название ресторана и отправился на встречу. Что-то в последнее время я слишком часто пользуюсь такси, так и привыкнуть недолго. Вообще-то, обычно я предпочитаю метро, но так уж в последнее время складывались обстоятельства — или поездки среди ночи, или удобнее просто на такси, или вот как сегодня, какое тут метро, когда голова лопнет с минуты на минуту?

Несмотря на то, что выехал я с хорошим запасом времени, благодаря неистребимым московским пробкам, в ресторан я все-таки опоздал. Ненамного, всего на десять минут, но тем не менее. Я расплатился с водителем, вышел из машины и понял, что очутился недалеко от Патриарших прудов.

Ресторан «Журавль» представлял собой довольно приятное с виду двухэтажное здание, глядя на которое понимаешь, что в джинсах и кроссовках я буду выглядеть здесь как инородный элемент. Так оно и оказалось на самом деле. Возле входной двери меня встретила симпатичная девушка в строгом костюме, осмотрела с ног до головы, но все же поинтересовалась:

— У вас заказан столик?

По идее она рассчитывала, что в этот момент я скажу, что ошибся адресом и поспешу удалиться, но я ее удивил.

— Меня должны уже ожидать, а стол, судя по всему был заказан на Влада Беляева, — надеюсь я не ошибся, иначе буду совсем глупо выглядеть.

— Одну минуту, — девушка внимательно посмотрела в свой блокнотик, затем еще раз меня осмотрела, но только теперь в ее взгляде читалось явное удивление. — Да, вас уже ожидают, прошу за мной.

Что же, местечко с претензией, ничего не скажешь. Внутри «Журавль» был оформлен как хорошая домашняя гостиная в каком-нибудь очень приличном доме, где хозяин не жалеет денег на дорогой интерьер. Добротная мебель, множество кресел на любой вкус, высокие шкафы со всякими модными дизайнерскими штучками, все это производило приятное впечатление. Теперь я прекрасно понимал встретившую меня девушку хостес, в своих джинсах и такой же джинсовой куртке, я полностью разрушал уютную и респектабельную атмосферу этого заведения. Ну да ладно, что уж теперь, костюм я все равно надевать не собирался. Людей в ресторане практически не было, что вполне логично — время обеда уже прошло, а до вечера еще далеко.

— Вам туда, — сказала девушка и указала на стол, спрятавшийся в глубине зала.

Я поблагодарил ее за помощь и пошел к единственному в этом зале столу, за которым сидел человек. Что же, судя по всему этот человек и есть Влад Беляев, кроме него никого здесь больше не было.

Завидев меня, он оторвался от своего кофе и помахал мне рукой как старый знакомый. Я подошел к столу и пришел к выводу, что мастера Сапфирового Дома я представлял себе как-то иначе. На мой взгляд он должен был выглядеть как-то таинственнее и загадочнее, чем человек, который в данный момент с интересом меня рассматривал.

— Меня зовут Влад, а вы, я так понимаю, Максим? — спросил он и встал из-за стола.

— Максим Соболев, — представился я и протянул ему руку, а вот ответного жеста к моему удивлению я не дождался.

— Прошу прощения, но я терпеть не могу рукопожатий.

Странный парень, прямо первый раз со мной такое. С другой стороны, каждый из нас со своими тараканами, а этот еще и «сапфир», пойди разберись, что у них там в голове происходит.

— Как скажете, — ответил я и сел в красивое темно-коричневое кресло, которое оказалось еще и очень уютным. — Извините за опоздание, эти пробки постоянные — просто жесть какая-то.

— Согласен, — кивнул Влад и протянул мне меню. — Если что-то хотите, то меню к вашим услугам. Я ограничусь кофе, который здесь, кстати сказать, очень приличный.

— В таком случае я поддержу.

Есть совершенно не хотелось, а вот чашечка хорошего крепкого кофе была бы сейчас очень кстати. В ожидании официанта я откинулся на спинку кресла и посмотрел на Беляева. На вид ему было около сорока пяти, может быть пятьдесят — по мужчинам его типа трудно определить возраст. Ухоженные длинные, черные волосы без каких-либо признаков седины, это навело меня мысль, что они крашеные, хотя… кто его знает? Хищные, ястребиные черты лица, искусственный загар, который я терпеть не мог. Практически на каждом его пальце имелось кольцо из белого метала, а в правом ухе он носил внушительную черную серьгу. В качестве одежды он предпочел обычный костюм темного цвета. В общем и целом, он был похож скорее на стильного бизнесмена, а не на мастера Сапфирового Дома.

В этот момент ко мне подошла официантка, я заказал ей большую чашку американо и она удалилась.

— Может быть сразу перейдем на «ты»? — предложил «ключ», когда пауза за столом уже слишком затянулась.

— Согласен, — кивнул я. — И можем даже сразу приступить к делу, хочется поскорее с этим закончить.

— Думаю слишком быстро закончить с нашим делом у нас не получится, так что советую настроиться на обстоятельный и долгий разговор, — сказал Влад и оскалился неприятной улыбкой.

Да, что-то мне подсказывало этот парень приготовил для меня не очень приятный сюрприз. Официантка принесла кофе и я уловил насыщенный аромат напитка. Похоже Беляев не врал, судя по всему кофе здесь и в самом деле неплохой. Я бросил в чашку пару ложек сахара, медленно размешал его и посмотрел на «сапфира». В какой-то момент мне показалось, что он чем-то похож на змею и если нужно будет, то прыгнет на меня не хуже какой-нибудь кобры.

— Ну, раз уж разговор у нас предполагается долгий, то может быть самое время его начать? — спросил я и пригубил напиток, который оказался просто чудо как хорош. — Очень хочется знать зачем я понадобился Сапфировому Дому?

— Молодые люди всегда так нетерпеливы, — прокомментировал мой вопрос «сапфир». — Но в общем все правильно, к чему тянуть? С чего бы лучше начать…

— Например, скажите зачем вам понадобился Иван?

— Хороший вопрос, — кивнул Беляев. — Но, давай по порядку. Для начала, я хочу объяснить почему ты здесь.

— Да, это тоже неплохо было бы выяснить.

— Видишь ли, мы давно наблюдаем за вашим звеном и тобой в частности, — надо же, как много людей за мной давно наблюдает, это становится какой-то модной тенденцией среди самоцветов. — И должен тебе сказать, что Северов собрал очень неплохую команду, в которой ты играешь не последнюю роль.

— Спасибо за комплимент.

— Всегда пожалуйста, — усмехнулся «сапфир». — Так вот, после некоторых размышлений, наш Дом пришел к выводу, что вы можете нам помочь.

— Чем же, интересно знать? — поручений от Сапфирового Дома я как-то не ожидал.

— Мы хотели бы, чтобы вы достали для нас некий артефакт, который нам очень нужен, — продолжил Влад, отвечая на мой вопрос. — По нашей информации он находится в Ардейском монастыре.

Я не могу похвастаться хорошим знанием имеющихся на территории Москвы монастырей, но кое-какие мне известны, а вот об этом я слышал впервые.

— Это где такое?

— В Новгородской области.

— Ого, далековато.

— Угу, — кивнул Беляев. — Не близко. Да и добраться до него непросто. С одной стороны Ардейское озеро, с другой стороны болото, так что только вертолетом. В общем и целом, место далеко не туристическое, да и сам монастырь давно уже не действующий.

— А с чего вдруг мы должны все бросить и отправиться на поиски этого вашего артефакта? — никакого острого желания отправляться в Новгородскую область у меня не было.

— Еще один хороший вопрос, — поднял указательный палец вверх «сапфир». — Вот здесь мы подходим к разговору об Иване. Насколько я знаю вы с ним дружны?

— Есть такое дело, — я не стал отрицать очевидные вещи.

— Может быть у тебя даже возникают кое-какие мысли о внедрении Ивана в Систему.

— С чего вдруг такие мысли? — спросил я и отпил немного кофе, который приятной горечью обжог горло.

— Почему нет? Он весьма способный и талантливый парень для своих лет, ему скоро исполняется шестнадцать, а это как раз тот возраст, когда дорога в Систему становится открытой, — Влад погладил одно из многочисленных колец на своих пальцах и посмотрел на меня. — Я же не думаю, что дело только в дружбе. К тому же отец у него весьма интересная личность, которая имеет непосредственное отношение к Системе. Ты ведь знаешь, что он был членом Сапфирового Дома?

— Разумеется.

— Именно поэтому у нас и возникли мысли, что у тебя там дружба с интересом. Кстати сказать, мы тоже присматривались к младшему Лазареву и если ты откажешься нам помочь, велики шансы, что он действительно станет самоцветом, вот только будет иметь отношение к Сапфировому Дому, а не к Янтарному. Поверь, это в наших силах. Тем более, что в нашем Доме, в окружении себе подобных, он будет выглядеть более гармонично. По правде говоря, своим появлением и дружбой с Иваном, ты здорово испортил наши планы насчет его будущего.

— Может быть и так, только еще неизвестно, что думает по этому поводу сам Иван.

— Это несущественно, — отмахнулся «сапфир». — В этом возрасте молодые люди очень быстро меняют свою точку зрения. Да в общем это и не важно, я думаю суть сделки ты понял. Нам нужен артефакт, вам нужен Иван — все просто. Ты помешал нам и должен за это заплатить, думаю будет справедливо если мы совершим обмен.

Да уж, действительно все просто, Иван мне действительно нужен. Я далек от мысли, что Беляев знает о моем Системном задании относительно младшего Лазарева, но и без этого картина вырисовывается более-менее ясная. Они следили за Лазаревым, строили в отношении него какие-то далеко идущие планы, а тут появился я и все это дело поставил под угрозу, здесь есть отчего расстраиваться. Я могу ошибаться, но не думаю, что в Москве ходят толпы подростков с экстрасенсорными способностями. Ну, а то, что со мной сейчас вообще разговаривают, говорит о том, что Сапфировый Дом до конца не уверен в том, что им удастся завербовать Ивана. Хотя… кто его знает, может быть артефакт действительно того стоит.

— Раз уж от вас поступает такое предложение, то достать этот артефакт будет непросто?

— Само собой, — гаденько улыбнулся Влад. — Если бы это было просто, то мы предпочли побороться за младшего Лазарева без всяких сделок.

— И в чем заключается основная сложность? Или это какой-то секрет?

— Ну нет, будет справедливо, если я расскажу все, что знаю по этому поводу. Во-первых, чем больше вы будете знать, тем лучше сможете подготовиться и тем выше будут шансы на успех; а, во-вторых, вы хорошо подумаете перед тем, как ввязываться в это дело.

— Откуда такая забота о нас?

— Наверное ты меня неправильно понял. Я забочусь не о вас, а об успехе этого мероприятия. Нам нужен артефакт и не хочется терять время понапрасну, — ответил «сапфир». — Мне, конечно, будет очень жаль, если кто-то из вас не вернется, но главное — это артефакт.

— Понятно. Звучит вполне искренне и обнадеживающе.

Информация о том, что кто-то из нас может не вернуться, меня насторожила. Похоже этот парень придумал для нас очень непростое приключение. Может быть послать его ко всем чертям вместе с его артефактом? Ох, Ваня, Ваня, чувствую влипнем мы по твоей милости в историю.

— Продолжим разговор или останемся при своих? — спросил Беляев и я понял, что мои тревожные мысли легко читались на моем лице.

— Давай дойдем до конца, а потом уже будем думать, — ответил я и допил остывший кофе, который в этот раз мне почему-то показался каким-то кислым. — Что не так с этим монастырем?

— Как скажешь, — кивнул Влад. — Если не размазывать масло по булке слишком тонким слоем, то суть такова — место загадочное и опасное. Ардейский монастырь старый, повидал на своем веку всякое, еще в царские времена выстроен. Потом, при советской власти, его использовали как тюрьму для политических, зданий для обслуги понастроили. Закрытый поселок был, просто так не попадешь. По слухам, там после войны секретные лаборатории какие-то работали, но это непроверенная информация. Ну, а при Хрущеве там все развалили, людей и технику вывезли. С тех пор там все заброшено, теперь стоит монастырь никому не нужный. Такие вот дела.

— Ну, почему никому не нужный? Вам же вот понадобился.

— Частный случай, — прокомментировал «сапфир».

— В чем опасность заключается, объяснить можешь?

— Объяснить не могу, так как сам не знаю, но информацию для размышления подкину. Мы туда уже две группы наемников из «Клевера» отправляли, но результата нет. Два месяца назад первую группу отправили и одного нашего вместе с ними, но никто не вернулся и связи с ними нет никакой. Месяц назад еще одну группу снарядили, но и они пропали. Что там происходит, совершенно непонятно, — Беляев посмотрел мне в глаза. — Теперь решили действовать чуть иначе, обратиться к профессионалам, которые могут выпутаться из самых сложных ситуаций.

Офигеть, конечно! Нашли, профессионалов. Да если бы не Ванька Лазарев, то я бы даже слушать не стал всю эту мрачную историю, а уж участвовать в ней и вовсе увольте, мне и здесь хорошо. Я на минуту представил, как расскажу ребятам про всю эту историю и мне стало не по себе, думаю особых восторгов от них я точно не дождусь, а вот согласятся ли они в этом участвовать вообще спрогнозировать невозможно.

— Хорошенькое дело, — прокомментировал я услышанное. — Особенно мне понравился момент, что уже куча людей там исчезла непонятно куда.

— Вот на месте и разберетесь, — усмехнулся Влад.

— Заманчивая перспектива. Ну, а что за артефакт и где он там должен быть?

— Анх, — ответил «сапфир».

— Чего?

— Артефакт так называется — Анх, — Беляев вытащил из внутреннего кармана сложенный лист бумаги и протянул его мне. — Вот, посмотри.

Я развернул лист и увидел изображение креста, вверху которого было кольцо. Прямо посередине креста красовался огромный рубин. Где-то я уже такое видел, на египетский иероглиф похоже.

— Вот этот артефакт нам и нужен. — сказал Беляев. — А то, что он находится в монастыре, нам известно довольно точно. Ошибка возможна, но маловероятна. Что касается размеров, то что-то около пятнадцати сантиметров в высоту. Материал — золото.

Я протянул ему лист бумаги обратно, но он его не взял.

— Возьми себе, я достаточно хорошо представляю, как он выглядит. Ну а где его искать точно не скажу, — продолжил Влад. — Насколько я понимаю он должен быть именно в монастыре. В любом случае я бы посоветовал взять с собой металлоискатели или что-то в этом роде. Еще лучше, если бы с вами оказался человек, который в этом кое-что смыслит.

Тоже мне, советчик нашелся! Вот ехал бы сам и смотрел, что там к чему с этим артефактом и почему там люди пропадают. Я сложил лист с изображением Анха в задний карман джинсов и показал официантке, что хочу рассчитаться.

— Не нужно, Максим, я заплачу. Все-таки я пригласил тебя на встречу в этот ресторан, — сказал Беляев.

Не знаю почему, но мне отчаянно захотелось расплатиться самостоятельно. Мысль о том, что этот парень будет платить за мой кофе, меня сильно разозлила. Впрочем, как и вся эта ситуация. Официантка принесла счет, я вытащил из бумажника пятисотрублевую купюру и положил ее на стол.

— Вот мои контакты, — сказал Беляев и протянул мне свою визитку.

— А что с Иваном? — спросил я, взял визитку и сунул ее в карман.

— С Иваном? А что с Иваном… пару дней жду твоего звонка и если ты не позвонишь, то считаю это отказом, вот потом и посмотрим.

— А если я соглашусь?

— Ваня в любом случае пока побудет у нас в гостях, — ответил Влад. — Будем смотреть по ситуации. Если все будет как надо, то обменяем его на Анх, ну а если нет… В таком случае, я думаю тебе будет все равно, что будет с Иваном. С Борисом мы как-нибудь сами разберемся.

На том и расстались. Я вышел на улицу не в самом лучшем расположении духа. Ну и что теперь делать? Вот уроды! Это называется пойди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что. Я вытащил из кармана телефон и набрал Северова.

— Витя, привет. Нужно срочно встретиться.

— Насколько срочно? — спросил он. — До завтра никак не терпит? У меня сегодня планы на вечер.

— Похоже придется их менять, дело действительно срочное.

— Жаль, — недовольно пробурчал Северов. — Ну ладно, где встречаемся?

— Давай в восемь вечера в «Шхуне.

— Договорились. Наших собирать или у тебя только ко мне разговор?

— Да нет, позвони ребятам, труби общий сбор.

— Ладно, — сказал Витя и отключился.

Я спрятал телефон в карман и поднял воротник куртки — холодный осенний ветер давал о себе знать. Половина пятого, куда сейчас? По идее нужно к Борису, он меня там заждался, но тогда могу не успеть к восьми в «Шхуну», как быть? Ладно, прорвемся, если долго не засиживаться, то успею, а долго мне там сидеть и ни к чему. Какая тут станция метро рядом «Тверская»? Вот к ней и пойдем.

Глава 6

Как я и планировал, надолго у Бориса не задержался. Вкратце разъяснил ему ситуацию, чем поверг старика в полное уныние. Он очень расстроился насчет того, что Иван будет находиться в «гостях» у сапфиров до того момента, пока у них не окажется артефакт, а еще больше его разозлило, что у них есть планы насчет вербовки его сына.

— Какие гарантии они дали, что после того как вы достанете для них этот артефакт, «сапфиры» оставят его в покое? — спрашивал у меня Борис, но ответить ему мне было нечего. Гарантий никаких.

Честно говоря, меня и самого напрягала эта ситуация. Поехать неизвестно куда на поиски Анха, да еще и не знать, что там тебя ждет, допустим, добыть артефакт и в результате лишиться Ивана. Так себе перспектива.

В конце концов старик смог взять себя в руки и ответил мне на несколько вопросов. Например, я узнал, что «сапфиры» имеют слабость к разного рода оккультным вещам и Анх одна из них.

Что такое Анх я более-менее представлял. Пока я ехал к старшему Лазареву, я успел немного узнать, что пишет интернет насчет этого артефакта и выяснил, что Анх — один из самых известных сакральных символов культуры Древнего Египта. Это знак вечной жизни. Он символизирует бессмертие, мудрость, силу, служит защитным талисманом. Анх представляет собой крест с петлей вместо верхней планки. Образуемый в верхней части круг — символ небесного свода. Там обитает дух Ра — бога солнца.

Сказать, что я поверил во все прочитанное — нет, не поверил, о чем и сообщил Борису. В ответ он лишь усмехнулся и ответил:

— Максим, существует множество вещей, в которые тебе трудно поверить или принять. Но если уж Сапфировый Дом охотится за этим артефактом, то кое-какие соображения у них на этот счет имеются, поверь. К твоему сведению у «сапфиров» имеется внушительная коллекция разного рода артефактов и некоторые из них я видел в деле, поэтому если ты во что-то не веришь, это не значит, что этого нет.

Сказанное Борисом я принял к сведению, но все же остался при своем мнении. Уж очень это все как-то нереально. Да, я все понимаю, Система тоже такое дело, в которое обычному обывателю поверить сложно, случись ему узнать о ее существовании. Но артефакты… Анх… Древний Египет… Бессмертие… Какие-то невероятные вещи. С другой стороны, Борис прав — в этом мире столько всего странного, что трудно чему-то удивляться. Да и не это главное, суть вопроса в том, что Сапфировому Дому нужен этот Анх, будь он неладен, а мне нужен Иван, живой и здоровый.

На прощание я пообещал Борису, что постараюсь добыть этот артефакт и освободить его сына. Он пожелал мне удачи и на том мы расстались.

В «Шхуну» я приехал вовремя, без пяти минут восемь. Администратор ресторана сказал, что наша «Каюта № 5» свободна и что меня там уже ждут. Оно и к лучшему, время позднее, не хотелось никого ждать. В этот вечер ресторан был заполнен практически полностью, и я с удивлением смотрел на скопление самоцветов, окутанных оранжевой аурой. Конечно, я видел много «янтарей» одновременно, например, в Башне, но даже там их было намного меньше. Как только я вошел в зал, на меня обратили внимание несколько «янтарей», но затем вновь вернулись к своим делам. Судя по всему, очередной незнакомец никого не интересовал, достаточно было видеть, что он «свой».

Я прошел через уставленный столами большой зал и свернул в коридор, который вел к хорошо известному мне помещению, с уютной темно-красной мебелью. Как оказалось, в каюте уже были все наши, ждали только меня. Я закрыл за собой дверь, снял куртку и уселся на диван, рядом с Ольгой. На столе стояли только чашки с кофе и минеральная вода, похоже ужинать никто не планировал. Ребята молча смотрели на меня напряженными взглядами и у всех на лице был один и тот же немой вопрос: «Что случилось и какого хрена ты протрубил общий сбор?».

— Всем привет! — улыбнулся я, чтобы как-то разрядить напряженную обстановку.

— И тебе не хворать, — хмуро ответил мне Северов. — Давай ближе к делу, что случилось, и откуда такая срочность?

В этот момент в дверь постучали, а затем заглянул официант, желая выяснить не нужно ли чего новому гостю? Я сказал, что ничего не хочу и попросил больше нас не беспокоить, после чего официант поспешно закрыл за собой дверь.

Несколько секунд я размышлял с чего бы начать и решил, что лучше всего будет вести рассказ по хронологии произошедшего. Начну, пожалуй, с приятного.

— Для начала хочу сообщить, что начиная со вчерашнего дня у меня новый ранг, теперь я новичок, — сказал я и улыбнулся.

Что же, кроме Ольги, для всех это был сюрприз. Отреагировали на него по-разному. Никита вместе с Настей поздравили меня с этим карьерным приобретением, а вот Витя лишь недовольно поморщился. Разумеется, Северов понял, что повышение моего ранга напрямую связано с визитом к Артуру Волошину, а для него вся эта ситуация была не очень приятной.

— Ты собрал нас, чтобы сообщить об этом? — нахмурился наставник. — Если так, то можно было бы выбрать время поудачнее, а не восемь часов вечера.

Никита и Настя посмотрели на Северова, удивившись его реакции на мое сообщение, но ничего не сказали, ожидая от меня детального рассказа насчет моего повышения. Однако пришлось их разочаровать.

— Ребята, Витя прав, историю об этом я расскажу как-нибудь в другой раз, — пообещал я, глядя на разочарованное лицо Никиты. — Если, конечно, пообещаете устроить для меня экскурсию в Купол.

— За этим дело не станет, — усмехнулся Никита. — Я всегда к твоим услугам. Там такие места есть — закачаешься.

— Ну уж нет, — грозно сказала Настя и выразительно посмотрела на Ольгу. — Я думаю без нас с Островской вам там делать нечего, знаю я ваши интересы.

Ольга обняла меня и сдавила плечо рукой.

— Настя права, все вместе поедем, а то Никита тебя плохому научит.

— Хорошо, вместе так вместе, — согласился я. — Но как-нибудь потом это обсудим. Давайте-ка перейдем к более важным вещам, а то просидим здесь до ночи.

Все успокоились, а затем я все рассказал. Хотелось, чтобы история вышла не слишком длинной, однако не получилось. Пришлось начинать с самого начала. С того момента, как я впервые познакомился с Лазаревыми. Далее я поведал о том, как познакомил с ними Островскую. Затем я рассказал про Системное задание, связанное с Иваном, про звонок Бориса, ну и, само собой, закончил историей о неприятной встрече с Владом Беляевым.

Когда я замолчал, в комнате повисла тишина. Я смотрел на ребят, пытаясь понять какие мысли сейчас у них в голове, однако по их задумчивым лицам трудно было сказать что-то определенное. Первым решил прокомментировать услышанное Витя.

— Интересная история. Не могу сказать, что я от нее в восторге. Умеешь ты найти неприятности на ровном месте, — хмуро сказал он. — Да и вообще, все это как-то странно. С каких пор Система дает такие задания? Насколько я знаю подбирать новых самоцветов в звено, в котором я являюсь наставником, это моя прерогатива.

— Не только твоя, — заметил Никита. — Например, Макс у нас появился из-за меня с Настей.

— Не придирайся к словам, — ответил Северов. — Сейчас не об этом речь, а о том, что Система решает вместо нас, вот что я хочу сказать. Если, конечно, все именно так, как говорит Соболев.

Вот это мне уже не нравится. Очень не нравится.

— Я что-то не понял, ты хочешь сказать, что я вру?

В комнате вдруг стало тихо и как-то неуютно. Похоже никому не нравилось в какую сторону у нас уходит разговор. Мне точно это не нравилось.

— Я не сказал, что ты врешь, — Витя вдруг обратил внимание на свои ногти и принялся их увлеченно рассматривать, стараясь при этом не смотреть мне глаза. — Просто все это как-то непонятно. У тебя есть твой приятель по имени Иван Лазарев, с которым никто из нас кроме Ольги не знаком и вдруг ты говоришь, что у тебя Системное задание на то, чтобы этот парень оказался в нашем звене. Ты не находишь это странным?

— Нет, не нахожу, — ответил я. — Да и вообще я сейчас не очень понимаю суть твоих претензий. Я вроде бы все рассказал, скрывать мне нечего, а то, что все это выглядит странным — не моя вина.

Разумеется, я не стал говорить, что несколько месяцев назад у меня был разговор с Борисом насчет Ивана и в дальнейшем я рассматривал возможность того, чтобы этот парень оказался в нашем звене. Сейчас это было ни к чему, да и потом — я себе все это представлял как-то иначе и, само собой, познакомил бы с ним всю нашу команду, но сложилось несколько иначе, и я в этом точно не виноват.

— Чего ты к нему пристал, Северов? — спросила Ольга. — Он не виноват, что так получилось.

— Ну да, — вздохнул Витя и нервно усмехнулся. — Как много странностей за последнее время. Сначала мастер хочет пообщаться с ним без меня, хотя я наставник и так не делается. Потом он получает новый ранг неизвестно за какие заслуги. Под вечер он собирает нас и говорит, что у него Системное задание на то, чтобы в моей команде появился парень, которого я не знаю.

— В нашей команде, — поправила его Настя.

— Пусть будет в нашей команде, сути дела это не меняет. Я вот хочу спросить у тебя, Макс, ты случайно не на мое ли место метишь?

Вот оно. Оказывается, это банальная ревность.

— Мне и на своем месте хорошо, — я пожал плечами. — Вообще не понимаю при чем здесь это?

— Парни, предлагаю успокоиться, — примирительно сказал Никита. — Так мы договоримся непонятно до чего. С учетом того, что Соболев до этого во вранье замечен не был, предлагаю принять эту ситуацию и вместе решить, что будем делать. Только давайте-ка без нервов.

— Поддерживаю, а то устроили тут склоку как бабки на базаре, — поморщилась Ольга. — Виктор, во-первых, я не думаю, что Соболеву позарез хочется стать наставником; а, во-вторых, нет ничего удивительного в том, что я знакома с Иваном Лазаревым. Ты же знаешь, мы с Максом встречаемся, а значит это нормально, что я знаю некоторые вещи, которые он не доводит до всех. Кстати, Ванька хороший парень, зря ты так.

— Никто не спорит, — фыркнул Северов. — Я просто сказал, что странностей слишком много вот и все. Ну если вам хочется думать, что ситуацию проехали — пусть будет так, в конце концов у нас демократия, каждый может высказываться и оставаться при своем мнении.

— Вот и хорошо, — сказал Никита. — Теперь давайте говорить по сути вопроса. Как быть с этим Иваном мы потом будем разбираться, у нас сейчас вопрос поважнее, что будем делать с Сапфировым Домом?

— Пусть для начала Соболев говорит, — сказал Витька. — Раз уж с ним вся эта история приключилась, пусть первый и расскажет нам, что он обо всем этом думает.

— Что я об этом всем думаю? Думаю, что ситуация, конечно, не очень. Но я надеюсь, что вы отправитесь со мной в этот Ардейский монастырь.

— И станем третьей группой, которая оттуда не вернется? — усмехнулся Северов. — Заманчивая перспектива, ничего не скажешь.

— Я никого не заставляю ехать вместе со мной, просто как-то спокойнее, когда рядом люди, на которых ты можешь понадеяться. Других вариантов я для себя не вижу. Дарить «сапфирам» Лазарева как-то не очень хочется, к тому же у меня на него Системное задание, а как достать артефакт не отправляясь за ним в монастырь, мне неизвестно. Так что, у меня только один выход — вперед за Анхом.

— Макс все правильно говорит, — погладил подбородок Чернов и добавил. — Нужно ехать за артефактом. Тем более, что никаких Системных заданий у нас вроде нет, а значит можно посвятить досуг этому увлекательному мероприятию.

— Не ехать, а лететь, — поправил я его. — Этот Беляев сказал, что туда только вертолетом можно добраться.

— Ну, вертолетом так вертолетом, какая разница? Значит найдем вертолет, — улыбнулся Никита. — Получим новый опыт, я вот, например, на вертолете еще ни разу не летал.

— Что касается меня, то я тоже в деле, — сказала Ольга. — Максиму я, разумеется, верю целиком и полностью, а Ваньку я «сапфирам» отдавать не собираюсь. Хоть у него папаша тот еще хам и грубиян, сын у него и в самом деле получился хороший.

— Я тоже с ребятами, — сказала Настя. — Даже не вижу предмета для обсуждения. Есть проблема, ее нужно решать, значит будем решать вместе.

— Выходит только я один такой кому не нравится вся эта история? — спросил у нас Витя и ответом ему было молчание. — Ну что же, в отличии от остальных здесь присутствующих, лично у меня никакого желания лететь в этот Ардейский монастырь нет, так что — без меня.

Вот оно как обернулось. Судя по гнетущей тишине, воцарившейся в комнате после слов Северова, к подобному развитию событий никто готов не был. Да я и сам не ожидал, что не захочет лететь с нами, он же все-таки наставник нашего звена.

— Вы ребята взрослые, — продолжил Витя. — Так что справитесь. Нужно же кому-то и на хозяйстве оставаться.

Он вытащил бумажник, достал из него пятисотрублевую купюру, бросил ее на стол, затем встал и вышел из комнаты, оставив нас в некотором замешательстве от произошедшего.

— Какая муха его укусила? — спросила Касаткина спустя минуту после его ухода.

— Эту муху зовут Максим Соболев, — сказал Никита. — А вот почему Витька ведет себя как маленький ребенок, это большой вопрос.

Ответ на этот вопрос я знал, способность профайлера меня еще не подводила, вот только озвучивать я ничего не стал. Разумеется, он бесится из-за моей встречи с мастером и из-за Ваньки, но как-то оправдываться и что-то объяснять не считаю нужным. Пусть будет как будет. Значит полетим вчетвером. Хотя нет, так дело не пойдет, нам бы желательно каких-нибудь ребят в помощь, которые в исследовании всякого рода заброшенных объектов толк знают.

— Ребята, спасибо за поддержку, но думаю, что вчетвером лететь опасно. Нам бы помощь не помешала, — высказал я свои мысли вслух.

— Ты сейчас о чем переживаешь? — спросил Чернов. — Нервничаешь, что нас четверо или у тебя другие поводы для расстройства?

— Поводов этих хоть отбавляй, — заверил я его. — Но самый главный из них заключается в том, что мы ничего не смыслим в такого рода делах. Разумеется, если никто из присутствующих не увлекался изучением «заброшек».

— Я согласна с Максимом, помощь нам бы точно не помешала, — сказала Ольга.

— Ну да, — задумчиво произнес Никита. — Есть над чем поразмыслить. Вопросов нарисовалась целая куча. Где взять вертолет? Где добыть пару-тройку копателей со стажем? Ну и самый главный вопрос — чем это все закончится.

— Все будет хорошо, не говори глупостей! Что за привычка молоть всякую ерунду? — сурово посмотрела Настя на Чернова. — С первыми двумя вопросами я согласна, без помощи будет сложно. Отсюда вывод — сегодня время уже позднее, а с завтрашнего дня начинаем искать парочку копателей, которые будут готовы отправиться с нами в Ардейский монастырь.

— Если что, — поднял руку Никита. — Поиск вертолета я беру на себя.

Я посмотрел на часы — половина десятого вечера, самое время ехать отдыхать после такого сумасшедшего дня.

— Блин, ребята, у меня что-то от всей этой истории голова пухнет, — признался я и вытащил из кармана бумажник, намекая на то, что на сегодня хватит. — Предлагаю на сегодня заканчивать, а завтра с новыми силами в бой.

— Отличное предложение, — поддержала меня Ольга и зевнула прикрыв рот рукой. — Что-то сегодня действительно событий хоть отбавляй, давайте расходиться.

Домой нас подвез Никита на своем «Гольфе». К тому времени, как мы оказались в квартире, часы уже показывали двадцать минут одиннадцатого. Зайдя в квартиру, я поприветствовал своего бессменного охранника Тоторо и пожаловался ему на то, что сегодня у меня выдался какой-то бесконечный и напряженный день. Не дождавшись от серого толстяка хоть какого-нибудь ответа, я собрался было сходить в душ, но зараза Островская оказалась проворнее и пока я общался со своей игрушкой, успела заскочить туда раньше меня. Похоже сегодня просто не мой день.

Я переоделся и лег на диван дожидаться своей очереди в ванную. Есть не хотелось, чаю тоже не хотелось, желание было только одно — быстренько выкупаться и спать. Пока я ждал Ольгу в голове проносились мысли насчет встречи с Беляевым, потом насчет неприятного разговора с Северовым, а затем я отрубился.

Глава 7

Новый день начался с хороших известий. Прямо с утра телефонным звонком меня разбудил довольный Никита, который сообщил отличные новости — он нашел подходящего наемника. Парень из выключенных, но с отличными рекомендациями и подходящим нам увлечением — исследование заброшенных объектов. В общем, именно то, что нам нужно. Под конец разговора Чернов посоветовал мне поскорее приводить себя в порядок и уведомил, что он назначил встречу с наемником на полдень, в Куполе.

— А сколько сейчас времени? — спросонья спросил я у него, перед тем как закончить разговор.

— Уже восемь утра, давно пора вставать, — жизнерадостно сказал Чернов. — Давай бегом одевайся, через час заеду за тобой, до Пушкино путь неблизкий.

— До какого Пушкино? — спросонья я туго соображал.

— В смысле до какого? Купол находится рядом с Пушкино! Ну ты даешь. Короче, собирайся, мы скоро будем. Только пистолет с собой не бери.

Еще несколько секунд я тупо пялился на телефон, пытаясь собраться с мыслями, затем отложил его в сторону и потянулся. Вставать совсем не хотелось и отдохнувшим я себя не чувствовал. С кухни послышались какие-то звуки и по тянувшемуся оттуда аромату я понял, что Ольга готовит завтрак. Судя по всему, яичницу с ветчиной, ничего другого у меня в холодильнике не было. От аппетитного запаха у меня тут же забурчало в животе, а остатки сна как рукой сняло.

— Кто звонил? — крикнула с кухни Ольга.

— Никита. Говорит, что нашел подходящего наемника для нашего приключения, — ответил я. — Назначил ему встречу на полдень в Куполе.

— Это хорошо. Ты вставать собираешься или мне одной завтракать?

Вот этого я допустить не мог, оставаться без хорошего завтрака не в моих правилах. Я вылез из-под одеяла и потопал в ванную принимать водные процедуры. Спустя каких-то десять минут мы уже сидели за столом и уплетали яичницу с ветчиной.

— Чернов сказал, что заедет за нами через час, — сказал я, покончив с половиной завтрака.

— Что-то я в последнее время только на машинах и езжу, если так пойдет и дальше, то я вообще забуду, как моя «Хонда» выглядит, — пожаловалась Островская.

— Ничего страшного, целее будешь.

— Что ты понимаешь в любви к скорости?

Не то, чтобы я не любил быстрой езды, но на мой взгляд быстрая езда и полет над асфальтом, это разные вещи. Самое интересное, что Островскую не останавливают даже аварии, из которых она лишь каким-то чудом выходит целой и невредимой. Конечно, в серьезные происшествия она пока не попадала, но если будет продолжать в том же духе, то рано или поздно удача ее покинет, о чем я сообщал ей регулярно, но она лишь отмахивалась от меня, как от назойливой мухи.

Покончив с завтраком, мы выпили по чашке кофе и только успели одеться, как очередной телефонный звонок сообщил мне, что Никита уже возле подъезда и они вместе с Касаткиной нас ждут.

До Пушкино мы добирались около часа, причем основное время потратили на стояние в пробках в городе и на МКАДе, но когда выскочили на Ярославское шоссе дело пошло быстрее. Немного покружили в самом Пушкино и в конце концов оказались на давно не видевшей ремонта асфальтовой дороге, которая и привела нас к Куполу.

Ну что сказать, я представлял себе это несколько иначе, а по факту Купол оказался огромным бетонным прямоугольником, который возвышался прямо на берегу водоема. Как впоследствии я узнал от Никиты, водоем являлся ничем иным, как Учинским водохранилищем. Прямо перед Куполом располагалась внушительная закатанная асфальтом автомобильная стоянка, которая была практически забита, Никита минут пять крутился между рядами автомобилей пока нашел свободное место.

— Каждый раз одно и то же, хрен найдешь место припарковаться, — бурчал Чернов, пытаясь вклиниться между автомобилями.

Наконец мы вышли из машины под холодный осенний ветер, который здесь был особенно сильным и пронизывающим. Видимо, тому виной было расположенное в непосредственной близости от Купола водохранилище. Не теряя времени мы направились к огромным воротам, которые были вмонтированы в одну из стен здания. Подойдя ближе, я увидел, что рядом с воротами имеются и обычные пластиковые двери.

Мы вошли внутрь и попали в большую длинную комнату, в конце которой находилось полностью застекленное охранное помещение и электронный турникет. Вдоль правой и левой стены комнаты тянулись длинные ряды ячеек для хранения вещей. Видимо здесь сдавали все то, с чем вход в Купол был запрещен. Прямо перед турникетом стояли три окутанных золотым свечением самоцвета, а в охранном помещении можно было видеть еще парочку «архангелов». Как только мы вошли, они настороженно замерли, осматривая нас цепкими, опытным взглядами. Похоже оценивали, а заодно и прикидывали стоит ли ждать от нас неприятностей. Подойдя ближе, я увидел, что «алмазы» вооружены.

— Оружие есть? — спросил у нас один из «архангелов», и мы дружно ответили, что оружия не имеем. — Металлические предметы и телефоны на стол, пожалуйста.

Мы послушно выполнили просьбу охранника и вскоре на столе появилась горка из телефонов, ключей и прочей мелочи. «Архангел» включил ручной металлодетектор и по очереди поводил вокруг каждого из нас.

— Что в рюкзаке? — спросил он у Насти, у которой за плечами имелся совсем небольшой женский рюкзак.

— Всякие женские штучки, — ответила она и улыбнулась. — Хотите посмотреть?

Охранник молча провел вдоль рюкзака металлодетектором и кивнул своим коллегам.

— Все чисто, могут проходить.

Красная подсветка электронного турникета изменила свой цвет на зеленый, и мы пошли к следующим дверям, справа от которых висел огромный плакат, который напоминал всем входящим, что в Купол запрещен вход с домашними животными, оружием, велосипедами и самокатами. Интересно, неужели сюда приезжают на велосипедах? Любопытно. Ничего из перечисленного у нас не имелось, и мы по очереди воспользовались дверью.

Оказавшись внутри Купола, я просто офигел от увиденного. Насколько все просто и примитивно было снаружи, настолько все неожиданно ярко и насыщенно оказалось внутри. Ольга была права, все это было похоже на небольшой город, который выстроили внутри огромного бетонного прямоугольника. Мы стояли на внушительных размеров площади, от которой в разные стороны уходило несколько улиц. Все вокруг было застроено зданиями, некоторые из которых достигали пяти этажей. На зданиях висели разнообразные светящиеся вывески, от вида которых глаза разбегались в разные стороны. Чего здесь только не было: казино «777»; бар «Ласточка»; какое-то место с красноречивыми голыми женщинами на вывеске; магазинчик с бутылочками на фасаде и названием «Седьмое небо»; какая-то гостиница без названия, но с уведомлением о том, что комнаты в ней сдаются почасово и посуточно; киоск с шаурмой и еще много всего прочего, за что цеплялся взгляд. Повсюду прогуливались самоцветы с самыми разными аурами. А из открытых дверей расположенных вокруг площади заведений, доносилась музыка. Да, веселое местечко, ничего не скажешь.

— Макс, ну ты идешь? — услышал я голос Никиты.

Пока я глазел по сторонам, мои друзья ушли уже на несколько десятков метров от меня и пришлось их догонять.

— Постарайся не отставать, — сказал Чернов, когда я подошел ближе. — Я понимаю, когда впервые здесь оказываешься есть от чего раскрыть рот, но мы опаздываем, так что осмотримся позже.

— Договорились, — пообещал я, глядя на его улыбающуюся физиономию. — Буду идти следом как утенок за мамкой.

Пока мы шли к нужному нам месту, я обратил внимание, что улицы здесь были довольно узкими и в некоторых местах можно было упереться в стены руками, раскинув их в разные стороны. Оно и понятно, машин здесь не было, а судя по нагромождению вывесок, народу здесь проживало более чем достаточно, чтобы исключить бездумную трату свободного места. Скажу честно, обилие близко стоящих, нависающих сверху зданий изрядно напрягало. Я чувствовал себя маленьким муравьем, которого поместили в огромный перенаселенный муравейник. Общее впечатление тесноты дополнял воздух, который был здесь каким-то затхлым, будто я находился в помещении, которое никогда не проветривали. Не то, чтобы мне отчаянно не хватало кислорода, но однозначно было немного не по себе. Все эти ощущения усиливались непривычным отсутствием неба над головой. Да, в торговых центрах тоже с небом напряженка, но там достаточно света, а здесь же над головой было темно и свет исходил лишь от ярких вывесок.

— Здесь душно или мне так кажется? — спросил я у Ольги, которая, не обращая внимания на встречные людские потоки, пыталась идти рядом со мной.

— Совсем немного, но ты скоро привыкнешь, — ответила она и взяла за руку. — Так всегда происходит, когда только попадаешь сюда, потом все приходит в норму. Человеческий организм такая штука, которая подстраивается под что угодно.

Здесь я был с ней полностью согласен, место действительно несколько экстремальное. Я могу ошибаться, но почему-то мне так кажется, что жизнь здесь бурлит круглосуточно. Да и как иначе, если непонятно, когда здесь день, а когда ночь — вокруг сплошной бетон и мигающие всеми цветами радуги неоновые вывески. Странное зрелище, какой-то мирок без солнечного света.

— Потерпи, Соболев, еще пару минут, и ты сможешь выпить пива и привести свои мысли в порядок, — услышал я голос шагающего впереди Никиты.

Совсем скоро мы оказались возле двери, над которой синим цветом мигала вывеска: Кафе авторской кухни «Океан». Да уж, с чувством юмора у местных обитателей полный порядок, назвать заведение, расположенное внутри бетонного куба — «Океан», это сильно. Хотя, конечно, может быть, авторская кухня здесь предполагает только рыбное меню, а потому и «Океан», но все равно странно.

Внутри относительно небольшого зала стояло с десяток пластиковых столов, а с левой от входа стороны, расположилась барная стойка. С освещением все обстояло крайне плохо, создавалось ощущение, что хозяева экономили на электричестве. Впрочем, света вполне хватало, чтобы рассмотреть зал. Хотя, по правде говоря, смотреть особо было не на что, обычное кафе невысокого ценового сегмента с соответствующей примитивной обстановкой. Я попытался припомнить, когда я в последний раз оказывался в подобном месте и не смог — в Москве подобные места уже давным-давно в прошлом. Никита подошел к скучающему бармену, перекинулся с ним парой фраз и вернулся к нам.

— Нас уже ждут в отдельной комнате, — сообщил он и направился к двери над которой висела табличка «VIP».

Здесь еще и отдельная комната есть? Ну прямо ресторан высшего класса, что и говорить. Мы вошли в комнату, которая ничем не отличалась от общего зала, но зато вместо пластиковой мебели здесь имелся длинный деревянный стол и деревянные стулья. Видимо это должно было говорить о премиальности данного помещения. В комнате было довольно светло, и я без напряжения увидел сидящих за столом двух самоцветов. Судя по окружавшей их ауре один из них был «рубином», второй «изумрудом». Завидев нас, тот, которого окружало зеленое свечение встал:

— Меня зовут Толик, в народе просто Валет, — сказал он и указал на своего соседа. — Это Костя, мой друг и напарник.

— В народе просто Паровоз, — добавил «меч».

Мы заняли места по другую сторону от наемников, и я смог их рассмотреть. Тот, который звался Толиком, был брюнетом, имел красные, уставшие глаза и татуировку трефовой масти на шее, видимо оттуда и пошла его кличка. Его друг был лысым как колено, имел на голове несколько безобразных шрамов и обладал внушительными габаритами, хотя при этом толстым его назвать было сложно, скорее просто здоровым парнем. Обоим на вид было лет по двадцать пять или около того.

Никита представил всю нашу компанию и сразу перешел к делу.

— По моей информации ты занимаешься исследованием заброшенных объектов, — сказал он обращаясь к Толику. — Я не ошибаюсь?

— Все так и есть, — кивнул Валет. — Именно так я тебе и сказал по телефону. Раз уж мы начали с вопросов, то и я хочу уточнить, речь шла об Ардейском монастыре, я правильно услышал?

— Правильно, — подтвердил Чернов и кивнул в мою сторону. — Максим изложит суть вопроса.

— Нам нужно найти что-то вроде золотой драгоценности, размером с ладонь, может быть чуть больше. По нашей информации она должна быть в монастыре, — сказал я и достал из кармана изображение артефакта, которое мне дал Беляев. — Вот так выглядит эта штука. По срокам она нам нужна была еще вчера, поэтому сами понимаете, чем скорее мы туда отправимся, тем лучше. Если есть еще какие-то вопросы — спрашивайте, я просто не знаю, что еще можно к этому добавить.

Толик взял бумагу с изображением Анха, внимательно изучил ее и передал Косте, который, в свою очередь, тоже посмотрел на бумагу и вернул ее мне.

— Эта драгоценность похожа на Анх, — сказал Толик и усмехнулся. — Его еще называют Египетским крестом. Зачем вам эта штука и откуда она там взялась спрашивать не буду, нам эта информация ни к чему. Поэтому давайте сразу перейдем к делу. Наши услуги обойдутся вам в пятьсот тысяч, если условия подходят, то можем перейти к деталям, если нет — расходимся.

— Может быть сойдемся тысяч на триста? — спросил Никита. — Половина миллиона сумма не маленькая.

— Не маленькая, спорить не буду, — кивнул Толик. — Но и мы со своей стороны предлагаем пакет «все включено», который подразумевает под собой полную организацию поездки.

— Очень сложной поездки, между прочим, — сказал Паровоз и почесал подбородок. — Да и место больно необычное, не всякий туда поехать согласиться. Не открою большую тайну если скажу, что мы не первые, кто туда отправляется, вот только что-то мало кто оттуда возвращается.

Здесь Костя был прав, судя по тому, что мне уже известно про Ардейский монастырь, место мягко говоря, действительно необычное. Настолько необычное, что даже неизвестно вернемся мы оттуда вообще или нет.

— Костян дело говорит, по нашим данным места там опасные, так что пятьсот будет в самый раз, — сказал Валет.

Никита посмотрел на меня, и я согласно кивнул. Других вариантов все равно нет, а финальное решение можно принять и в конце разговора, когда моя способность профайлер поможет разобраться, что это за фрукты и насколько они с нами будут искренни. Правда, если все срастется и мы договоримся, то придется потом какое-то время сидеть на одних макаронах, но это уже второй вопрос.

— Не дешевое выходит мероприятие, — вставила Ольга. — Так можно и по миру пойти с вашими расценками.

— Ну хорошо, — Никита протянул руку и Толик ответил рукопожатием. — Будем считать, что мы договорились. Слушаем вас.

— Окей, с этого момента считаем, что мы партнеры, — сказал Валет. — Теперь к деталям. Деньги перечисляете полностью без всяких авансов и так далее, возражений нет?

— А если мы ничего не найдем? — спросил я.

— Нас это не очень волнует, — ответил Толик. — Вы платите за организацию поездки и нашу помощь, все остальное не входит в сделку. Откуда нам знать, что эта драгоценность вообще там есть? Единственное, что я могу гарантировать со своей стороны, что если она там все-таки есть, то мы постараемся ее найти, но от неудачи никто не застрахован.

— Что будет входить в так называемый пакет «все включено» о котором ты говорил? — спросил Никита. — Мы же должны знать за что платим деньги?

— Здесь никаких секретов нет, все по-честному. Во-первых, львиная доля из этой суммы уйдет на оплату вертолета. Дорога туда неблизкая, пятьсот километров в одну сторону, так что стоит это немало. К тому же вертолет туда две ходки делать будет, сначала нас туда доставить, а потом еще забрать. Вот и выходит, что мы с Паровозом практически за еду работать будем.

Ну да, что-то я сильно в этом сомневаюсь. Хотя, что-то мне подсказывает, что в общем этот парень не врет, вертолет им действительно дорого обойдется.

— Во-вторых, — продолжил говорить Валет. — С нас полное обеспечение необходимым оборудованием — оружие, рации, металлоискатели, наушники, генератор, лопаты, спальники и прочая ерунда. В-третьих, к вашим услугам наш многолетний опыт и искреннее желание помочь, что также стоит недешево. Ну и в-четвертых, вы же сами знаете какие слухи ходят об Ардейском монастыре, правильно? Так что смельчаков, которые захотят туда отправиться по доброй воле еще нужно поискать. Вот собственно и все, что входит в наш пакет «все включено».

— Вроде бы хороший пакет, думаю можно брать, кто что скажет? — спросил у нас Никита.

С нашей стороны возражений не последовало, девчонки молчали, а это, как известно, знак согласия. Что касается меня, то я чувствовал, что Валет говорит вполне честно, кидать они нас не собирались.

— Подтверждаю прежнюю договоренность, все остается в силе, — сказал Чернов.

— У нас есть еще несколько условий, — подал голос Паровоз. — Ничего такого, но лучше обговорить это заранее, чтобы потом не было никакого недопонимания. Валет все верно сказал, на этом деле мы практически не зарабатываем и летим с вами не за деньги, поэтому хочу, чтобы вы знали — все, что мы там найдем кроме вашего Анха, будет принадлежать нам. Это первое условие. С собой нельзя брать никакой наркоты и крепкого алкоголя. Это второе условие. Ну и последнее, третье условие — на объекте все делаем сообща, либо по общему согласованию. Все скандалы, ссоры и выяснение отношений откладываем на потом, когда вернемся в Москву. Вот как-то так.

— Добавить нечего, — сказал Толик. — Правила игры вам Костя рассказал и если никого они не смущают, то еще пару моментов и можем разбегаться.

Лично меня сказанное Паровозом не смущало. Все по делу. Спиртное там ни к чему, скандалы тоже, ну а то, что они себе остальную добычу хотят забрать, так и это ребенку понятно — должны же они на этом заработать как следует, вот и переживают о собственной выгоде. Собственно говоря, нам кроме Анха ничего и не нужно, за ним и летим. Никто из ребят не был против условий о которых рассказал Паровоз, видимо каждый рассуждал примерно так же, как и я.

— Отлично, — улыбнулся Валет. — Будем считать, что беседа прошла в теплой, дружественной обстановке. Теперь еще пара организационных моментов. Номер кредитки на которую нужно перечислить деньги скину смс, оплатить нужно завтра до обеда, иначе затянем с вылетом. Если все пойдет как нужно, то ориентировочно вылетать будем послезавтра из Мячково. С собой возьмите провизии на неделю. Желательно консервы всякие, воды берите побольше, она лишней никогда не бывает. Завтра вечером наберу, уточнимся по времени вылета. Вроде бы все сказал. Если нет вопросов, то можем расходиться.

В принципе все понятно, вопросов у нас не было, вроде бы все обсудили, а остальное мелочи.

— В таком случае мы пойдем готовиться к поездке, — сказал Никита и встал из-за стола. — Приятно было познакомиться, парни.

— Взаимно, — дружно ответили парни.

Мы пожали друг-другу руки и вышли из комнаты, оставив наемников вдвоем. На первый взгляд, нормальные вроде бы ребята, а там время покажет. Ну что сказать, похоже намечается большое приключение. Интересно, чем оно для нас обернется? На этот вопрос ответа я пока не знал. Поживем-увидим, в любом случае способность прозревать будущее пока еще в моем арсенале не числится.

Глава 8

Мы вышли из кафе и я получил возможность немного осмотреться. Длинная, так называемая улица, с множеством призывно мигающих вывесок рекламирующих разнообразную кухню. Если не знать, что ты находишься в Куполе, то можно было предположить, что мы оказались на какой-то московской улице, которая являла собой кулинарную Мекку этого места. Здесь даже имелась вывеска Макдоналдса с одним небольшим различием — буква «М» в названии была перевернута.

— Никому есть не хочется? — спросил я, намекая на то, что было бы неплохо перекусить. — Я смотрю на этой улице заведений хоть отбавляй, есть из чего выбрать.

— Ножом и вилкой роем мы могилу себе, — ответил мне Никита и хлопнул по плечу. — Макс, еще успеем пообедать, пошли немного пройдемся, так сказать, нагуляем аппетит.

Вообще-то я аппетит уже нагулял, но пройтись по Куполу было не менее интересно, так что возражать я не стал.

— Мальчики, если вы не против, мы с Настей тоже пойдем по своим делам, пока вы будете осматривать местные достопримечательности. Не хочется чувствовать себя лишними на этой ознакомительной экскурсии.

— Окей, — кивнул Никита. — Где встречаемся?

— Давайте через пару часов возле «Ткемали»? — предложила Ольга. — Там заодно и пообедаем.

— Годится, — сказал Никита. — Если, что случится, звоните.

— Хорошо, — пообещала Настя. — Только вы не сильно расслабляйтесь. Никита, если соберетесь в «Свободу», то смотреть разрешаю, трогать нет, ты меня понял?

— Само собой, милая, — покорно склонил голову Чернов. — Ты же меня знаешь.

— Поэтому и предупреждаю, — строго сказала Касаткина. — Еще и Соболева гадостям научишь.

Разумеется, я слушал все это в легком недоумении, название «Свобода» мне ни о чем не говорило. Пока во всяком случае.

— Макс, тебя это тоже касается, не балуйся без меня, — предупредила меня Ольга, погрозила пальцем и девушки оставили нас одних.

— Какие они у нас все-таки умницы, — сказал им вслед Никита. — Дали возможность погулять без строгого надзора.

— Есть такое дело, — согласился я. — Ну, с чего начнем? Я так понимаю, что в данный момент мы находимся в каком-то местном кулинарном раю?

— Ну, не то, чтобы в раю, — улыбнулся Никита. — Но, в общем, наблюдательность тебя не подводит. Здесь имеются заведения с кухней на любой вкус. Хотя, в основном заведения среднего класса и ниже. Тут предпочитает харчеваться публика, у которой не слишком большие запросы к тому, что они едят. Ну и те, кому нужно о чем-то переговорить без лишнего внимания. Хотя в некоторых местах здесь кормят очень даже неплохо. Как видишь, народа здесь хватает, так что заведения пользуются спросом.

Никита был прав, самоцветов со свечением на любой вкус на этой улице было достаточно.

— Здесь только «выключенные»? — спросил я, разглядывая пестрый человеческий ручей.

— В основном, хотя не только. Вот мы, например. Да и вообще в Куполе нельзя знать заранее с кем ты общаешься, с «выключенным» или нет, у них на лбу это не написано, а там пойди пойми, — ответил Никита и махнул рукой призывая следовать за ним. — Ладно, пошли.

— А как эта улица называется?

— Никак. В Куполе нет названий улиц, только ориентиры, — усмехнулся Никита. — Не бойся, не потеряешься, если что, здесь их не так много. Со временем будешь ориентироваться здесь как рыба в воде. Ну а если все-таки заблудишься, то всегда можно спросить, как пройти на Площадь, а там уже разберешься.

— Площадь?

— Ну да, это место входа в Купол.

— Понятно.

Никита свернул в переулок между двумя кафе, и мы оказались на другой, более широкой улице, на которой вообще творилось столпотворение. Здесь было так людно, что приходилось проявлять чудеса ловкости, чтобы в кого-нибудь не врезаться.

— Это торговая улица, — пояснил Никита. — Здесь расположены магазинчики со всякими интересными вещами. Все что хочешь, кроме оружия. Во всяком случае огнестрельного. Зато холодного на любой вкус, ты как, не любитель помахать тесаком?

— Нет, это вообще не моя тема.

— Ну и правильно, — одобрил Чернов. — Уж лучше со стволом — эффективнее и крови меньше.

Пока мы шли, я с интересом рассматривал магазинные витрины. Здесь и в самом деле было много чего интересного, хотя все вперемешку. Магазин одежды соседствовал с магазином, торгующим какими-то снадобьями и препаратами, тут же, напротив, торговали кожаными куртками, а чуть дальше — рациями и квадрокоптерами. Одним словом — базар.

— У меня такое чувство, будто я оказался где-нибудь в Стамбуле, на огромном рынке, — высказал я вслух свои мысли.

— Есть такое дело, — сказал ловко лавирующий между самоцветами Никита. — Каждый торгует тем товаром, в котором разбирается.

Спустя некоторое время Чернов вновь нырнул в один из малозаметных переулков. Я поспешил за ним, и мы оказались на другой улице, которая отличалась от предыдущей тишиной и спокойствием. Здесь никто не бегал, никто никуда не спешил, и никто не пытался сбить тебя с ног тележкой с товаром. Можно даже сказать, что самоцветов на этой улице практически не было.

— Никита, что это за место? — удивленно спросил я.

— Это, Макс, одна из самых важных улиц Купола, на которой вершатся великие дела, — сказал он и, глядя на мое растерянное лицо, добавил. — Это улица на которой находятся самые мощные организации, понимаешь о чем я?

— Да, Ольга мне рассказывала про некоторые.

— Ну, значит объяснять тебе ничего не нужно.

Мы шли по практически пустой улице, а я с интересом рассматривал строгие вывески, некоторые из них мне были знакомы по описанию Островской. Вот синяя капля — это знак «Синтез-Секты»; чуть дальше, над внушительной металлической дверью, я увидел огромную пчелу — это, если меня не подводила память, знак «Инженеров», умелых врачей и любителей всяких биологических экспериментов. Следом за инженерами было представительство организации, у которых знаком была голова быка, не помню, чтобы Ольга мне о них что-то рассказывала. Затем еще несколько незнакомых мне знаков, а вот огромный четырехлистник, эта эмблема мне знакома — «Клевер», пристанище наемников на любой вкус. Интересно, не отсюда ли будут наши новые знакомые — Валет и Паровоз? Тоже ведь наемники. Не то, чтобы меня это как-то волновало, но любопытно.

— Интересная улица, — прокомментировал я увиденное. — Здесь все организации Купола находятся?

— За исключением некоторых. Например, «Крики» не здесь сидят, ну и еще парочка по Куполу разбросана. Но в основном все здесь, — ответил Никита. — Кстати, это очень удобно. Не нужно бегать по всему Куполу в поисках нужных тебе ребят.

— И что, все они нормально между собой уживаются или как у нас, постоянные склоки между Домами?

— Насколько мне известно, у них такого нет, во всяком случае я не слышал, чтобы организации Купола враждовали между собой. Каждому находится место под солнцем. Я даже слышал, что существует какой-то кодекс, регулирующий взаимоотношения между организациями, — Никита посмотрел на меня и пожал плечами — Но это лишь слухи, в руках я его не держал.

Мы прошли мимо неизвестной мне организации у которой на эмблеме была изображена кошка, свернули в очередной переулок и оказались на ярко освещенной площади, вокруг которой расположилось сразу несколько любопытных мест.

Одно из них красивое двухэтажное здание над входом в которое висела массивная красная вывеска с названием этого места: «Свобода». Справа от него расположился внушительный объект, чем-то напоминающий здание кинотеатра, который сплошь был увешен огромными растяжками с изображением проткнутой ножом руки — отличительного знака «Криков». На площади было многолюдно. Громко играла музыка.

— Что это за место? — спросил я у Никиты, пытаясь перекричать музыкальное сопровождение.

— Вотчина «Криков», — коротко ответил он, а спустя некоторое время, добавил. — Здание с вывеской «Свобода», это местный бордель, который одновременно с этим еще является стриптиз-клубом и просто местом, где можно потусить и вдоволь напиться.

— Короче, что-то типа ночного клуба, — сделал я вывод.

— Не совсем. Здесь практически нет никаких запретов и при желании ты можешь получить все, чего захочешь. Хочешь девочку — пожалуйста, мальчика — не вопрос, а про наркотики я даже не говорю, хоть до смерти нюхай и колись. Никакой полиции или что-то типа того в Куполе нет, поэтому всем на тебя насрать. Здесь ты можешь реализовать свои самые грязные фантазии, — Никита улыбнулся и хлопнул меня по плечу. — Как у тебя обстоит дело с грязными фантазиями?

— Даже не знаю, что и сказать. Здесь нужно подумать.

Ну да, интересное местечко, ничего не скажешь. Теперь я понимаю, что имели ввиду девчонки намекая нам о посещении «Свободы».

— А что за здание рядом? — спросил я. — Тоже что-то странное?

— Это «Арена». Мы сейчас с тобой туда зайдем, сам все увидишь.

Чем ближе мы подходили, тем более плотным было скопление самоцветов. Мы протиснулись ко входу, возле которого стояло несколько крепких парней. Они осмотрели нас и один из них махнул рукой, мол: «Проходите». Внутри «Арены» музыка была не такой громкой как снаружи, видимо динамики были расположены так, чтобы привлекать внимание публики к этому месту, но не раздражать ее слишком громкими звуками после того, как люди уже вошли.

Я осмотрелся и увидел, что название этого места отражало его суть. Прямо посередине огромного зала расположилась большая клетка, вокруг которой толпился народ.

— Здесь проводятся бои, — пояснил мне Никита.

— Ольга мне говорила, что «Крики» занимаются организацией подобных мероприятий, но я не думал, что это вызывает такой интерес, — честно признался я.

— Почему нет? — удивился Чернов.

— Вообще-то, я не большой любитель подобных зрелищ.

— Очень зря, много теряешь, — посочувствовал мне Никита. — Между прочим, бои между самоцветами, это не совсем обычные бои.

— В чем разница?

— Не забывай, что у самоцветов есть куча способностей, которых нет у обычных людей, поэтому никогда неизвестно как будет происходить бой и чем он закончится.

Об этом я как-то не подумал. Чернов был прав, с учетом того, что каждый самоцвет может иметь уникальные сверхспособности, это и в самом деле может быть интересным.

В этот момент общий шум перекрыл голос ринг-анонсера, который с помощью микрофона сообщил, что прямо сейчас на ринг приглашаются самоцветы по прозвищу Водолей и Рокот. Разумеется, мне эти прозвища ничего не говорили, но толпа восторженно взревела и отовсюду послышались крики:

— Пять тысяч на Водолея!

— Две на Рокота!

— Смерть Водолею! Чтобы он сдох!

И прочее в том-же духе. Среди толпы сновали букмекеры, которые собирали деньги и что-то сразу-же помечали в своих планшетах. Да, похоже, бои без правил, это весьма распространенная местная забава.

— Как мы удачно зашли! — оживился Никита. — Сейчас посмотришь, как это выглядит.

— Ты мне хоть правила объясни, — попросил я его.

— Макс, какие могут быть правила в боях без правил? — удивленно спросил он. — Хотя ты прав, кое-что имеется. Первое — нельзя умышленно убивать соперника, второе — нельзя бить лежачего и на этом, пожалуй, все.

— Не густо, — усмехнулся я. — Действительно, все для потехи благодарной публики. И что, часто здесь умирают?

— Всякое бывает, — уклончиво ответил Никита. — Но, как правило, до этого не доходит.

В этот момент на ринге появился один из бойцов и ринг-анонсер объявил, что это никто иной как Водолей. По окружавшей его ауре я увидел, что он был из «янтарей». Высокий, худой и подтянутый, он не походил на профессионального бойца, но по его пластике я понял, почему он называет себя Водолеем. Во время разминки его движения были плавными и изящными, все это чем-то напоминало неспешное течение воды. Водолей был встречен благосклонно, громкими криками зрители желали ему победы, хотя были и такие, которые осыпали бойца проклятиями и грязными ругательствами.

С другой стороны ринга вышел его оппонент по кличке Рокот. Могучего телосложения, мускулистый и широкоплечий, этот был из «рубинов». Под подбадривающие крики толпы он грозно осматривал своего соперника и улыбался. Судя по всему, он заранее был уверен в своей победе. Оно и неудивительно, уж слишком разные у них были весовые категории. Я даже представить себе не мог за счет чего Водолей мог одержать победу в этом бою.

— Тебе не кажется, что шансы изначально неравны? — спросил я у Никиты.

— Все относительно, — ответил Чернов.

Ринг-анонсер еще раз представил бойцов, пожелал каждому из них победы и вышел из клетки. Музыка внутри «Арены» стала еще тише и все внимание собравшихся обратилось на ринг, где начинался бой.

Никакого удара гонга, который мог быть сигналом к началу боя, ничего такого не было. В какой-то момент Водолей просто оказался возле Рокота и ударил его в печень. «Рубин» попытался схватить противника, но ему это не удалось. Под восхищенный вздох толпы Водолей каким-то чудом избежал захвата, оказался за спиной Рокота и нанес ему удар сзади в область почек. «Рубин» вновь попытался схватить его, но и в этот раз потерпел неудачу. «Янтарь» был слишком ловок, а его противник казался на его фоне неповоротливым и неуклюжим. Окрыленный успехом, Водолей каким-то неуловимым движением вновь оказался перед лицом своего противника, но на этот раз удача его подвела — мощным ударом в лицо Рокот отправил «янтаря» в полет, и зрители взревели от восторга.

Развивая успех, «рубин» бросился к стоящему на четвереньках Водолею намереваясь впечатать его своим весом в клетку, однако лишь безрезультатно сотряс клетку своим мощным ударом об нее. Сокрушить «янтаря» ему не удалось, так как тот в каком-то диком прыжке подпрыгнул вертикально вверх и завис над ним как обезьяна. В поисках противника Рокот посмотрел по сторонам и этой доли секунды хватило «янтарю», чтобы молнией броситься сверху на противника и стиснуть его шею. Было видно, как жилистые руки «янтаря» обвились вокруг шеи Рокота и теперь безжалостно сдавливали ее. Толпа на мгновение затихла и в относительной тишине раздался оглушительный хруст шейных позвонков «рубина». Однако, здоровяк был жив. Он беспомощно размахивал руками, а потом вцепился в цепкие руки «янтаря», пытаясь ослабить его стальную хватку. В этот момент хруст повторился. Рокот издал глухой хрип и упал на колени. Его глаза закатились, а потом он грузно повалился на бок. Похоже этот бой окончен.

На ринг выбежало несколько крепких парней, которые начали разнимать дерущихся, но это было непросто. Похоже Водолей не собирался отпускать своего поверженного противника и вцепился в него как собака в лакомую кость. Его взгляд был похож на взгляд бешенного животного, которое не понимает, что происходит вокруг и одержимо лишь одним желанием — убить. Наконец он ослабил хватку и отполз в угол клетки. Постепенно взгляд «янтаря» стал осмысленным, он улыбнулся и поднял правую руку вверх, заставив зрителей взорваться аплодисментами. Никита тоже аплодировал победителю, а вот что касается меня, то я остался при своем мнении — подобные зрелища не вызывали во мне приятных эмоций, это уж точно.

В то время, когда Водолей расхаживал по клетке и радостно улыбался, над его противником собралась группа людей, которые пытались привести его в чувство. Наконец один из них посмотрел на ринг-анонсера и показал правой рукой характерный жест — сжатая рука, большой палец вниз. Похоже в данном случае это могло означать только одно, смерть «рубина».

— Ну как тебе бой? — спросил у меня Никита закончив аплодировать. — Ты видел этот прыжок «янтаря»? Как он это сделал!? Просто фантастика!

Да уж, выглядело это и в самом деле впечатляюще, ничего не скажешь. Вот только, в отличие от Чернова, восторга от увиденного я не испытывал. Скорее наоборот, мне было жаль Рокота, которого в данный момент за ноги утаскивали с ринга. С другой стороны, это был его выбор.

— В очередной раз убедился, что это не мое, — сказал я Чернову. — Терпеть не могу, когда люди убивают друг друга просто так.

Никита не стал комментировать мои слова и лишь неопределенно пожал плечами.

— Ну, хорошо, пойдем отсюда, — потащил меня к выходу мой приятель. — Время поджимает, нам уже нужно к нашим дамам.

Я вытащил из кармана смартфон и посмотрел на часы — так и есть, два часа прошло пятнадцать минут назад. Девчонки будут в ярости, это однозначно. Кстати сказать, лесенка на смартфоне, отвечающая за качество сигнала, отсутствовала от слова совсем.

— Никита, а что здесь со связью? — спросил я, когда мы выбрались из душной «Арены» наружу. — Я хотел Ольге позвонить, что мы скоро.

— Связи здесь нет, если ты об этом, — ответил он и указал пальцем вверх. — Макс, ты внутри бетонного Купола, какая на хрен связь?

На встречу с нашими девушками мы спешили. На ходу я молча осматривал местные достопримечательности, а Никита никаких комментариев не давал, предоставив мне возможность делать выводы насчет увиденного самостоятельно. Я обратил внимание, что мы миновали несколько небольших жилых кварталов, во всякому случае мне показалось, что в этих зданиях живут, уж очень эти строения были похожи на привычные классические хрущевки. Разница была лишь в том, что балконов они не имели вовсе и возле подъездов никаких лавочек с бабушками, сплошной минимализм.

Вообще, все увиденное напоминало мне странный городской квартал, в котором напрочь отсутствовала гармония, а тихие улочки контрастировали с шумными торговыми рядами, борделями, штаб-квартирами разных организаций и еще не пойми с чем. Такая вот любопытная история.

Наконец наш небольшой забег окончился возле деревянных дверей заведения, которое называлось «Ткемали». Впрочем, на вывеску можно было и не смотреть, достаточно того, что перед входом мялись наши рассерженные девушки, а это означало, что мы пришли по адресу. Правда немного задержались. Никита открыл было рот, чтобы начать защитную речь, но Настя подняла руку вверх не дав ему сказать ни слова.

— Чернов, даже не начинай оправдываться. Не будем твоим враньем портить этот день окончательно и пошлите есть, — сказала она.

Я посмотрел на Ольгу, чтобы со своей стороны сказать несколько слов и снять с нас обвинения, но по ее взгляду понял, что сейчас не лучший вариант для этого. Оно и правильно, на сытый желудок разговор пойдет легче, к тому же я и сам ужасно проголодался.

— Ну? — грозно произнесла Островская. — Мы так и будем здесь стоять или может быть вы соизволите открыть дамам дверь?

Глава 9

Следующий день пролетел очень быстро. Оно и понятно, когда чем-то занят, время летит незаметно, а нам с Никитой было чем заняться. Девчонки были заняты собиранием вещей в поездку, поэтому на нас легло все остальное. Деньги Валету положили на карточку еще вчера вечером и должен сказать, что это довольно сильно ударило по карману. С другой стороны, ну а что я хотел? Понятно, что подобные поездки дешево не обходятся, тут Валет был прав — но я не жалуюсь, деньги дело наживное. Самое главное, чтобы поездка оказалась результативной, все остальное ерунда.

Целый день мы колесили с Никитой по городу, запасаясь провизией на неделю. К вечеру багажник его «Гольфа» был полностью забит ящиками с консервами, баклажками с водой и тому подобным. Несмотря на недовольство Чернова, кое-что пришлось даже грузить в салон, так как другого выхода не было — уж слишком много всякой всячины мы накупили. Крепкого алкоголя, как и говорил Валет, не брали, ограничились несколькими ящиками пива.

Закупив все необходимое, мы заехали в магазин «Охотник» и обзавелись четырьмя комплектами камуфляжных костюмов, посчитав данную одежду самой подходящей для подобных мероприятий. Ну а что, не в джинсах же по «заброшкам» лазить?

Ближе к вечеру, как и обещал, позвонил Толик и сказал, что вылет завтра в десять утра. Честно говоря, я переживал, что после оплаты денег Валет отключит мобильник и пропадет — все-таки пятьсот тысяч сумма немаленькая, но похоже опасался я напрасно, никто нас «кидать» не собирался. Для начала неплохо.

За день я устал как раб на галерах, поэтому даже не проверил, что мне там Ольга из вещей упаковала, полностью доверившись женскому выбору. Позвонил матери сказать, что на несколько дней уезжаю за город и буду не на связи. Наскоро поужинали, а затем я завалился спать. Никита обещал заехать в шесть утра, поэтому времени на отдых оставалось мало, а денек завтра намечался не самый простой. Во сколько легла моя пани я даже не знаю, когда я уже лежал в постели, она еще разбиралась с вещами.

До утра я спал как убитый и когда в пять утра Ольга меня начала будить, я даже не понял, что ночь уже прошла. Понятное дело, что я вообще не выспался, а потому за ранним завтраком настроение у меня было не самое лучшее. Ольга благоразумно старалась меня не трогать. Ближе к шести утра позвонил Никита и сообщил, что через пять минут он будет возле моего подъезда.

Мы взяли сумки, перед выходом я попрощался с моим охранником Тоторо, чем вызвал улыбку на лице Островской, а затем мы спустились вниз. Чернов нас уже ждал. Утро выдалось на редкость холодным и туманным, поэтому я искренне обрадовался, что не пришлось торчать под подъездом в ожидании Никиты. Разместиться в машине оказалось крайне сложным делом, так как практически все свободное место было забито ящиками с провизией и прочим необходимым барахлом. Однако минут через пятнадцать нам наконец это удалось, и мы двинулись в сторону Мячково.

Почти всю дорогу до аэродрома в основном молчали, а если и говорили, то крайне мало. Вероятно, сказывалась общая нервозность перед поездкой. Оно и понятно, никто из нас не знал, что нас ждет там, в Ардейском монастыре, да и вообще — не на пикник едем в конце концов. Никита попытался разрядить депрессивную обстановку каким-то старым анекдотом про Штирлица, но на этом все и закончилось, каждый думал о чем-то своем.

Несмотря на утреннюю загруженность дорог, в Мячково мы оказались почти на полчаса раньше положенного времени. Туман к тому времени полностью рассеялся и сквозь хмурые облака, даже показалось несколько робких солнечных лучей.

Перед въездом на аэродром мы уперлись в контрольно-пропускной пункт, но как только охранник услышал, что нас ждут Толик и Костя, которые должны были предупредить о нас, все пошло как по маслу — нас пропустили без проблем и даже разъяснили где можно оставить машину на длительную стоянку.

Как только за нами опустился шлагбаум пропускного пункта, Никита достал мобильник и позвонил Толику, чтобы узнать к какому ангару нам нужно ехать.

— Ребята, нам нужен тридцать первый ангар, так что посматривайте по сторонам, вдруг я пропущу, а то здесь этих ангаров как на собаке блох, — сказал Чернов после разговора с Валетом.

Я еще ни разу не был на этом аэродроме, поэтому пока мой товарищ вел машину, я с интересом смотрел по сторонам. Аэродром оказался намного больше, чем я его себе представлял и гораздо оживленнее. До этого мне никогда не приходилось видеть такое скопление разнообразных вертолетов и небольших самолетов в одном месте. Техники здесь было достаточно, во всем возможном разнообразии — от легких спортивных самолетов во всевозможной окраске, до шикарных бизнес-джетов. То же самое касалось и вертолетов, которых здесь тоже хватало. Что касается ангаров, то это отдельная история и их было много, причем самых разных по своей форме и размерам, от сравнительно небольших — в несколько автомобильных гаражей, до гигантов, в которых запросто мог бы поместиться средний пассажирский самолет. Никита тем временем колесил между ангарами, выискивая нужный нам.

Прошло еще почти десять минут пока мы нашли нужный нам небольшой ангар, на котором красовалась цифра тридцать один. Рядом с ангаром стоял белый красавец вертолет Ми-8, по бортам которого шли синие полосы. Грузовой люк вертолета был открыт и казалось, будто какое-то огромное животное раскрыло свою жуткую пасть чтобы сожрать всех окружающих. Возле вертолета лежала сваленная в кучу груда рюкзаков, сумок и коробок, а рядом с ними стоял окутанный зеленой аурой Валет, который был одет в камуфляжный костюм, похожий на наши. Теперь мы напоминали отряд диверсантов, который готовится к секретной операции.

Припарковавшись рядом с ним, мы вышли из машины и я, наконец, получил возможность немного размять затекшие конечности, которые от неудобной позы задеревенели и напоминали деревянные колоды. Тем же самым занялась и Ольга, которая растирала ноги, вспоминая недобрым словом пережитые часы в забитой грузом машине.

— Ты один, а где Костя? — спросил у Валета Никита открывая багажник.

— Да вон он едет, — ответил Толик и показал рукой на соседний ангар, из-за которого вынырнул белый внедорожник «Лексус».

Нормально! Похоже парни неплохо зарабатывают на этом деле, если позволяют покупать себе такие машины. Глядя на лица ребят я понял, что они думают примерно о том же.

— Я так понимаю, нам пора переквалифицироваться и тоже заняться исследованием «заброшек», — усмехнулся Чернов. — Не тем делом занимаемся.

— Да я не против новеньких в нашем нелегком деле, — сказал ему Валет. — Если «выключат» обращайтесь, на первых порах поможем чем сможем.

Белый «Лексус» припарковался рядом с «Гольфом» Никиты и из машины вылез Паровоз, который в камуфляже выглядел еще более внушительно и походил на гору, которую обмотали толстым слоем маскировочной ткани. Вообще мы представляли собой довольно интересное зрелище — четверо «янтарей», один «изумруд» и один «рубин» собрались вместе, и никто никому не угрожает или еще что-то в этом роде. Лично для меня картина странная и непривычная. Прямо какой-то уникальный случай, не иначе, кому рассказать — не поверят.

— Всем привет, — помахал рукой Костя. — Походу все в сборе, и я сегодня последний?

— Не последний, — ответил ему Валет. — Пилота еще нет.

— В смысле? — удивленно вскинул брови Паровоз. — Ты ничего не путаешь? Он же не мог уйти и бросить вертолет с открытым грузовым люком?

— Не парься, пилот где-то здесь, — махнул рукой Валет. — Он еще час назад мне звонил, сообщал метеосводку, так что сейчас будет. Кстати, летим с Александром Сергеевичем, ты его знаешь, мужик серьезный.

— Окей, — кивнул Костя и открыл багажник. — Будем думать, что он пошел отлить. Ладно, давай помогай выгружаться. Здесь еда и всякое такое. Кстати, ребята, если что, я на всякий случай пару ружей взял лишних.

— У нас свои имеются, — ответил Чернов и заслужил одобрительный взгляд наших новых знакомых. — Вам помочь выгрузиться?

— Да нет сами управимся, тут работы на пять минут, — ответил Костя. — Лучше приступайте пока к погрузке. Дамы, разумеется, могут не участвовать.

Последняя фраза была явно лишней, так как Ольга с Настей и не собирались ни в чем участвовать, а с интересом осматривали вертолет снаружи.

— Не вопрос, погрузка дело нужное, только сначала «Гольф» опустошим, — сказал Никита и мы занялись делом.

Сначала выгрузили все из его машины, добавив наши коробки к уже имеющейся куче вещей и припасов, а затем начали носить все это внутрь вертолета. Я сначала сильно сомневался, что все наши вещи вообще влезут в этот летательный аппарат, но оказалось, что внутри он гораздо больше, чем кажется снаружи. Дело шло не очень быстро, так как вещей было довольно много, но минут через к нам присоединились Толик с Костей, и погрузка заметно ускорилась. Когда мы наконец закончили, получилась целая гора всякого разного добра. Салон был заставлен многочисленными коробками с тушенкой, рыбными консервами, баклажками с водой и всем прочим. По моим прикидкам припасов здесь было не на неделю, а минимум на месяц, я даже удивился зачем нам столько? С другой стороны, лучше пусть останется, чем не хватит.

Мы уже заносили последние коробки, когда пришел пилот, тот самый Александр Сергеевич. На вид ему было около пятидесяти, маленького роста, но при этом он имел огромные рыжие усы, которые делали его похожим на таракана. Забавный мужик. Он молча поприветствовал каждого из нас, при этом я отметил, что рукопожатие у него крепкое, руку будто металлические тиски сжимают. Затем он деловито осмотрел гору наших вещей и строго посмотрел на девчонок, крутившихся вокруг вертолета. Видимо имея насчет них какие-то свои соображения, он нахмурился и покачал головой.

— А девушек зачем туда тащите? — голос у него был низким и немного хриплым. — Там места глухие, вокруг болото и комарья не счесть, не курорт, одним словом.

— Да мы как-то на курорт и не собирались, — ответила ему Настя. — Нас больше архитектурные памятники и археологические раскопки интересуют, так что к неудобствам мы привыкли.

— Ну, если архитектурные памятники, — усмехнулся в усы Александр Сергеевич. — Ладно, чего стоите? Все свое барахло занесли или как?

Занесли действительно все и пока Никита с Костей отгоняли свои машины на длительную стоянку, мы начали рассаживаться в вертолете. Несмотря на то, что вещей у нас хватало, внутри еще хватало места, как минимум, на три таких же партии груза. Как только мы расселись, пилот раздал нам всем звукоизолирующие наушники и посоветовал во время полета их не снимать.

Ребята вернулись минут через десять, судя по всему стоянка была недалеко. Убедившись, что все в сборе, Александр Сергеевич сказал, что лететь нам часа три и запустил двигатели. Я впервые летел на вертолете, но сразу понял, что наушники здесь очень кстати. Какое-то время вертолет стоял на месте, наверное, пилот проверял работу систем и прогревал двигатели, а потом мы взлетели.

Поначалу в вертолете было довольно холодно, но очень скоро воздух прогрелся и меня начало клонить в сон. Какое-то время я еще смотрел в иллюминатор, а потом глаза закрылись сами собой. Уже практически заснув, я почувствовал, что Ольга положила голову мне на плечо. Я посмотрел на нее — глаза у моей пани были закрыты, похоже она уже спала. Вскоре сон сморил и меня.

Проснулся я от того, что кто-то тряс меня за коленку. Я открыл глаза и увидел перед собой лицо Паровоза, который что-то мне говорил. Понятное дело, что в наушниках я вообще не понял, чего он от меня хочет. Я снял наушники и прокричал ему, чтобы он повторил.

— Просыпайся! Подлетное время около десяти минут! — прокричал Костя, затем посмотрел на девушку, подмигнул мне и улыбнулся, — И девушку свою разбуди!

Я погладил Ольгу по щеке и после нескольких прикосновений она проснулась, потянулась и зевнула. Я сделал характерный жест будто прикасаюсь на руке к тому месту, где обычно носят часы и показал десять пальцев — мол, десять минут до посадки. Она кивнула в ответ, а затем повернула голову к иллюминатору. Я последовал ее примеру.

Окружающие виды были совсем уж скудноваты и разнообразием не баловали. Честно говоря, смотреть особо было не на что, на многие километры вокруг одни лишь голые деревья, грязно-желтая земля, болото и все. Пейзаж был настолько тоскливым, что мне стало не по себе. Я смотрел в иллюминатор минут пять и за все это время я не увидел ни одной дороги, ни одного строения, вообще ничего такого на чем мог задержаться взгляд, просто какая-то дремучая глушь в самом деле.

Я мрачно посмотрел на Толика и тот, вероятно почитав мои невеселые мысли, показал мне пальцами знак, что все будет окей и улыбнулся. Ну да, мне бы его оптимизм. Мы переглянулись с Черновым, который сидел напротив меня и по выражению его лица я понял, что он также не испытывает особой радости от того, что видит.

Я вновь посмотрел в иллюминатор и заметил, что пейзаж вдруг изменился — за густым лесом показалось озеро, вглубь которого косой врезалась полоска земли. А вслед за озером вынырнул и небольшой Ардейский поселок.

Поселок был расположен на самом краю рассекающей озеро косы и производил внушительное впечатление. Очень живописно, ничего не скажешь. Да, предки умели выбирать подходящие места для строительства святых мест. После скучного и однообразного пейзажа, маленький поселок среди болот удивлял. Интересно, каких трудов стоило доставить сюда такое количество строительных материалов?

Молчаливым стражником над поселком возвышался огромный монастырь, высотой с девятиэтажный дом. Мы уже подлетели довольно близко, поэтому я получил возможность немного рассмотреть его. К моему удивлению, сохранился он довольно неплохо. И хотя практически со всего здания штукатурка осыпалась, обнажив кирпичную кладку, само здание еще не начало разрушаться и лишь пустые оконные проемы говорили о том, что монастырь давно заброшен. Честно говоря, выглядело все это несколько жутко, если не сказать больше. Когда находишься в Москве и сидишь в уютном кафе, поездка в Ардейский монастырь не казалась настолько непривлекательной. Хотя, разве был какой-то выбор?

В поисках удобного места для посадки, Александр Сергеевич сделал несколько кругов над поселком, после чего начал плавно снижаться.

В этот момент Ольга похлопала меня по плечу и указала пальцем в иллюминатор. Я постарался понять, что она хочет мне показать и увидел стаю животных похожих на волков. Ребята тоже заметили их и начали доставать свое оружие. Я обратил внимание, что у Толика и Кости многозарядные ружья «Сайга». Хороший выбор, за такую цену вряд ли есть что-то лучше. Я показал Валету большой палец в знак одобрения выбора ружья, и он кивнул в ответ, мол, согласен со мной.

— Ребята, как думаете, волки? — спросила Ольга, как только стих шум двигателя и можно было спокойно говорить.

— Да хрен его знает, — ответил ей Толик. — Может быть и волки, а может быть собаки.

— Откуда здесь собаки? — спросил я.

— Да мало ли откуда, — вступил в разговор Паровоз. — Собаки быстро привыкают к дикой природе. Может быть они тут остались после того как все остальные выехали, а их не взяли. Так что теперь от волков они мало чем отличаются — такие же дикие твари. Терпеть их не могу.

— Ладно, хватит лясы точить. Пилоту еще назад по светлому хочется вернуться, — сказал Толик и открыл боковую дверь. — Пошлите выгружаться.

Я достал свой ПМ, остальные ребята сделали то же самое. Увидев, чем мы вооружены, Толик пренебрежительно хмыкнул. Оно и понятно, «Сайга» поинтереснее будет чем пистолет Макарова, это и ежу ясно. Он кажется что-то говорил о паре лишних ружей, нужно будет временно экспроприировать один экземпляр, лишним не будет.

— Девчонки, вы выходите последними, — сказал Валет.

— Или вообще лучше здесь посидите пока мы осмотримся, — вставил Костя. — А то еще собаки покусают, возись потом с вами.

— Не покусают, — заверила его Настя. — Ты лучше на свежий воздух выбирайся, а то взяли моду девушек обсуждать.

— Костян, помолчи, пусть идут, — одернул его Толик и выпрыгнул из вертолета.

Следом за ним выбрались и остальные. Последней из вертолета выскочила Ольга, в правой руке она сжимала пистолет Макарова, и я в который уже раз отметил, что он ей совсем не идет. Красивая девушка с пистолетом, для меня это всегда было какое-то крайне непривычное зрелище. Но ничего не поделаешь, иначе не будет — мы сами выбрали свой путь.

Вокруг была практически полная тишина, которую нарушало лишь карканье потревоженного воронья. Вот же удивительные птицы, такое ощущение, что они везде приживаются! Мы внимательно осмотрелись по сторонам. Никаких волков и собак видно не было, похоже, они в страхе разбежались от шума вертолета.

Оказавшись на свежем воздухе, я с тревожным любопытством осмотрел окрестности. В конце концов, мне предстояло провести здесь ближайшие несколько дней. Повсюду можно было видеть следы разрушения и заброшенности. Проглядывающие сквозь деревья дома, утопали в густой растительности, кое-где виднелись покосившиеся заборы, которые уже трудно было различить из-за травы, отмахавшей в мой рост. Одинокими свечами торчали деревянные столбы, что интересно, между некоторыми из них даже были перекинуты провода. Особое впечатление на меня произвели огромные лопухи, мне кажется, некоторые из них были мне по плечо. В целом, увиденное производило гнетущее впечатление, если не сказать больше. Особенно поражала необыкновенная и неестественная тишина этого места, от которой сквозило какой-то безысходностью. Да, место мрачноватое, что и говорить.

Пока мы осматривались, пилот открыл грузовой люк, намекая нам, что стоять можно долго, а выгружаться все-таки нужно.

— Ну что, девчонки на охране, остальные за дело, — распорядился Валет. — Скоро стемнеет, так что давайте поторапливаться.

Несмотря на то, что Толик как-то ненавязчиво взял на себя роль лидера нашей группы, спорить с ним никто не стал. В данной ситуации — это вполне логично. Они с Костей отвечают за успех поездки и вполне естественно, что ведущую роль будет играть кото-то из них, а уж кто именно это будет, лично мне, как и остальным, было все равно.

Мы сложили оружие в вертолет и принялись за разгрузку. Никто не хотел задерживать пилота больше чем нужно, поэтому дело спорилось. Как оказалось, выгружать наше барахло было значительно легче, чем загружать, поэтому справились мы довольно быстро и уже минут через пятнадцать возле вертолета была гора нашей провизии и снаряжения.

После того как мы закончили, Александр Сергеевич закрыл грузовой люк и подошел к Валету.

— Как договаривались, в пятницу? — спросил он.

— Да, — ответил Толик. — Я думаю, пять дней нам хватит с головой. Так что будем тебя с нетерпением ждать. Не забудешь, надеюсь?

— Я-то не забуду, ты меня знаешь. Самое главное, чтобы погода позволила, — ответил Александр.

— Ну, тут уж как Бог даст, — усмехнулся Валет. — Мы припасов набрали с запасом, если что — несколько лишних дней продержимся.

— Надеюсь, не придется, — пилот на прощание окинул нас взглядом и усмехнулся в свои густые рыжие усы. — Удачи вам, ребятки, и поосторожнее здесь, уж больно слухи об этом месте нехорошие ходят.

— Спасибо на добром слове, — ответил за всех Валет. — И тебе без приключений домой вернуться.

— Ага, спасибо, — кивнул Александр Сергеевич. — А теперь отойдите подальше от машины, не хватало мне тут несчастных случаев.

Вскоре гул вертолетного двигателя разорвал нависшую над Ардейским поселком тишину, а еще через какое-то время вертолет, сделав прощальный круг, исчез из нашего поля зрения. Пилот торопился попасть в Мячково до наступления темноты.

Ну вот и все, на несколько дней связь с цивилизацией потеряна. Интересно, что нас здесь ждет в ближайшие несколько дней? Что-то мне тревожно, уж очень гладко началась наша поездка.

Глава 10

Мы провожали взглядами вертолет до тех пор, пока он совсем не скрылся из виду.

— Домой спешит, — заключил Паровоз, когда гул вертолетного двигателя затих вдалеке.

— И правильно делает между прочим, — прокомментировал Валет. — Сейчас день короткий. Нам бы тоже с ночлегом определяться поскорее, если не хотим ночевать в каком-нибудь хлеву.

— Да, парни дело говорят, — сказал я. — Нужно искать подходящее место для ночлега, я смотрю тут кое-какие дома еще остались относительно целыми, может быть их осмотрим?

— Так и сделаем, — поддержал меня Валет. — Нужно найти нормальный дом и обосноваться в нем на несколько дней, чтобы не тягать вещи туда-сюда. Предлагаю сделать так — Ольга с Настей останутся здесь, а мы разобьемся на двойки и поищем что-нибудь годное для недельного проживания. Если никто не возражает, я пойду с Максом, а Паровоз и Никита во второй паре.

— Я возражаю, — сказал Костя. — Ты же знаешь, что я всегда работаю один.

— Слушай, Костян, это еще не работа, мы просто ищем подходящий дом, — нахмурился Толик. — К тому же, хочу тебе напомнить, что места здесь, как ты знаешь, не располагают к неспешным прогулкам и осмотру достопримечательностей. Так что сейчас не та ситуация, чтобы ходить одному. К тому-же, что ты предлагаешь? Нам втроем идти?

— Ситуация всегда одинаковая, — возразил Костя. — Я работаю один и разговор закончен.

— Вот ты блин упертый, как баран! — усмехнулся Толик. — То есть ты будешь где-то один болтаться, а мне значит нервничать.

— А ты не нервничай, — посоветовал ему Паровоз. — Я уже взрослый мальчик, что за меня волноваться? Ты лучше бы о ребятах переживал, толку было бы больше. В общем, будем считать, что поговорили. Теперь давайте решим, как будем держать связь?

— Ладно, как знаешь, — пожал плечами Валет и пошел к сложенным в кучу сумкам и коробкам. — Связь будем держать как обычно, при помощи раций.

Толик взял одну из коробок, подошел к нам и открыл ее. Внутри лежало с десяток ярко-желтых раций, которые были завернуты в полиэтиленовую пленку.

— Разбирайте, сказал он.

Я взял одну из раций и с любопытством покрутил ее в руке, игрушка оказалось изготовлена фирмой Motorola. Наверное, хорошая штука.

— Отличная вещь, подтвердил мою догадку Валет. — Ее аккумулятора хватает почти на целый день и радиус хороший — бывали случаи, что и на десять километров брала без вопросов. Как пользоваться все знают?

Ответом на его вопрос было наше дружное молчание. По ходу никто из нас с подобными игрушками до этого момента дела не имел.

— Понятно, — улыбнулся Толик и подошел с одной из раций к нам. — Все просто. Вот это кнопка включения. Нажимайте. Отлично, видите, экран подсветился зеленым. Затем нажимаете вот на эту кнопочку и оказываетесь в эфире. Затем обращаетесь к тому, кого хотите слышать — вот и вся наука. Сейчас все рации настроены на один канал, так что вас услышат. Конец фразы обычно обозначают словом: «Прием», а разговор заканчивают фразой: «Конец связи». Вроде бы ничего сложного, вопросы есть?

— Только один. Когда я говорю, меня все слышат? — спросила Ольга.

— Да, разумеется тебя слышат все, — ответил ей «изумруд». — Поэтому если ты хочешь с кем-то посекретничать, то лучше делать это не в эфире.

Тем временем заморосил дождь.

— Дождик пошел, — констатировала Настя очевидный факт. — Ребятки, вы бы поторапливались, а то скоро темнеть начнет.

— Настя права, — поддержал девушку Валет. — Давайте за дело, а то не хватало всем промокнуть и схватить простуду или воспаление легких, здесь с больницами туго. Если Паровоз так хочет — пусть идет один, а мы пойдем втроем.

— Согласен с Толиком, — сказал Костя. — Пошлите, пока дождь слабый, а то еще придется дождевики искать — только время терять. Выдвигаемся?

— Нет, не выдвигаемся, — недовольно пробурчала Ольга. — Я здесь с Настей не останусь. Пусть кто-то из ребят остается, а я с вами пойду.

До этого момента я бы не сказал, что Островская трусиха, обычно все наоборот происходит, сама на свое мягкое место приключения ищет. Впрочем, понять ее можно, местечко то еще.

— Окей, давайте я останусь с Ольгой, а вы идите, — сказал я. — Мало ли что, а так будет спокойнее.

— Как скажете, — усмехнулся Толик. — Мне все равно с кем идти. Сейчас только один момент уточним. Нужно понять, где конкретно мы сейчас находимся.

Он вытащил какую-то сплошь оклеенную пленкой бумагу и развернул ее.

— Это последний из сохранившихся планов Ардейского поселка, — пояснил он. — С момента выпуска карты многое могло измениться, сами понимаете, но в основном все должно сходиться.

— Откуда это у тебя? — спросил Никита, показав пальцем на печать «Совершенно секретно» в углу карты.

— У меня много друзей, так что это было нетрудно, — ответил Валет не вдаваясь в подробности.

Ну да, похоже ребята знают свое дело, основательно подготовились к путешествию. Такой подход внушает уважение.

— Я думаю, мы вот здесь, — сказал он и ткнул пальцем в карту.

— Поддерживаю, — кивнул Паровоз. — Похоже, Толик показал на то самое место, где мы сейчас стоим. Вон виднеется дом, который расположен на востоке, — он показал пальцем в сторону почти до крыши заросшего травой деревянного дома, — Судя по карте, он там и должен быть. А вон на севере еще два дома рядом, один большой, другой поменьше.

Я посмотрел на карту. Похоже, парни были правы — поляна, на которой мы стояли, была единственным более-менее свободным от застройки местом, куда мог бы приземлиться вертолет. Остальные ориентиры тоже вроде бы совпадали.

— Окей, будем считать, что принято единогласно, — согласился «изумруд». —Тогда так — для начала Костя пойдет вон в тот дом на востоке, а если там не будет ничего интересного, то за ним еще парочка. Мы втроем пойдем на север.

Он посмотрел на свои наручные часы и поправил налобный фонарь.

— Сейчас тридцать две минуты четвертого. Если раньше никто ничего интересного не найдет, то встречаемся здесь в пять. Скоординируем наши дальнейшие действия. Никто не возражает? — возражений не последовало. — Тогда вперед.

Ребята ушли, и мы с Ольгой остались одни. Какое-то время стояли молча и осматривали окрестности.

— Пошли под дерево, — предложила она. — Не хочу под дождем мокнуть.

Дождь, конечно, был совсем слабый, но, разумеется, я не возражал. Стоять и мокнуть посреди поляны то еще удовольствие. Под деревом было намного суше, но все-таки некоторые дождевые капли прорывались сквозь стену листьев и раздражали своим неприятным холодом. Надо же, а некоторые любят осень. Никогда не мог этого понять, если честно.

— Какое у тебя любимое время года? — спросил я у Ольги. — Только не говори, что осень, а то я расстроюсь.

— Да нет, почему осень? Весна, конечно, — улыбнулась Островская и поежилась, пытаясь забраться в собственную камуфляжную куртку поглубже. — Люблю, когда солнышко светит, цветочки всякие и вообще. Это время года у меня ассоциируется с новой жизнью и чем-то очень приятным. А у тебя?

— Я люблю зиму, кажется я тебе уже как-то говорил об этом.

— Фу! Что хорошего зимой? Холодно, скользко, темно постоянно, снег этот противный вокруг! Нет, вот что я точно не люблю больше всего, так это зиму.

— Каждому свое, — пожал я плечами. — А ты знаешь, что по статистике больше всего самоубийств приходится именно на весну?

— Не ври.

— Точно тебе говорю, статистика вещь упрямая. Странно, правда?

— Правда, — усмехнулась Ольга. — Макс, ну и умеешь-же ты находить подходящие темы для разговора с девушкой. Будем считать, что я ничего об этом не слышала.

В этот момент в рации, что зашипело, а затем в микрофоне раздался четкий голос Толика:

— Ребята, Паровоз, кто меня слышит — скажите «мяу». Прием.

— Слышим тебя, прием, — ответила за нас обоих моя пани.

— У меня тоже порядочек, слышу тебя хорошо, — включился Костя.

— Отлично. Мы уже осмотрели маленький дом — для стоянки не подходит. Мы даже внутрь не стали заходить, там половина крыши внутрь упала. Идем ко второму дому. Паровоз, что там у тебя? Прием.

— Пока непонятно. Я обошел свой по периметру и на первый взгляд вроде бы все хорошо. Стекла в рамах есть, крыша в порядке, внутрь еще не заходил. Прием.

— Окей, береги себя и держи нас в курсе. Конец связи, — отключился Валет.

— Слушай, а рация оказывается прикольная штука! — восторженно улыбнулась Ольга. — Слышимость просто идеальная!

Я собрался было поделиться своими соображениями насчет этого технического чуда, но в этот момент где-то на другой стороне поляны громко хрустнула ветка. Мы замерли, и я инстинктивно направил в сторону звука пистолет. Звук больше не повторялся и тишину нарушал лишь дождь, барабанивший по листьям.

— Там кто-то есть, как думаешь? — шепотом спросила Ольга.

— Не знаю, вроде бы все тихо. Да и не видно никого. Может быть, ветка с дерева упала или еще что-то такое?

— Да нет, не похоже, — покачала головой девушка. — Ветка с таким звуком не падает. Вот курва! Может быть собаки?

— Тогда мы должны были бы их увидеть.

Вдруг включилась рация, и мы с Островской одновременно вздрогнули. Твою мать! Долбанная рация!

— Валет вызывает Паровоза. Как дела? Прием.

— Все путем, — ответил ему Костя. — Я внутри, но мне здесь не очень нравится. Крыша протекает, внутри очень сыро и мокро, думаю неделю мы здесь точно не выдержим. Прием.

— Тогда у нас хорошие новости — второй дом в нормальном состоянии. Все сухо, несколько больших комнат, есть печь и даже имеется приятный бонус — за домом сарай с дровами. Все как надо для приличной базы искателей приключений на свою задницу. Так что все возвращаемся на место высадки. Слышно меня? Прием.

— Понял, возвращаюсь. Конец связи.

— Это хорошо, — облегченно вздохнула Ольга. — Ребята возвращаются.

Я ничего не сказал, но на самом деле тоже был очень рад, что скоро мы будем не одни. Не нравится мне, когда ветки хрустят ни с того ни с сего, это как-то ненормально.

Переноска вещей в дом оказалось сущей пыткой. Идти было вроде бы недалеко, метров двести, но в такую погоду это расстояние оказалось марафонской дистанцией. Ноги вязли в грязи и густой траве, которая местами вымахала мне по пояс. Каждый шаг давался с трудом, да еще и дождь усилился.

К тому времени, как мы закончили, уже полностью стемнело. Костя подключил несколько энергосберегающих лампочек к большому аккумулятору, который мы привезли с собой, в доме стало светло и мы, наконец, смогли выключить налобные фонари. Электрическое освещение несколько улучшило общее настроение — обычно так и происходит, когда ты в ненастную погоду находишься в каком-нибудь уютном и безопасном месте. Уставшие и промокшие, мы повалились на тюки с вещами, и какое-то время можно было слышать лишь тяжелое сопение Кости, напоминавшее звук идущего на всех парах паровоза.

— Я думала эти сумки и ящики никогда не закончатся, — прервала общее молчание Настя. — Такое ощущение, что мы навсегда сюда приехали!

— Здесь все необходимое для недельного пребывания, так что без этого никак, — сказал Толик. — Самое главное, чтобы не случилось чего-нибудь экстренного, и мы не остались без припасов или воды, вот тогда ты еще пожалеешь, что этих ящиков было так мало.

— Ага, особенно тот тяжеленный ящик, который вы втроем еле дотащили! Вот уж, наверное, самая нужная вещь в нашем путешествии! — продолжала ворчать Настя.

— Ты права, моя девочка, может быть вещь и не самая нужная, но одна из них, это точно, — усмехнулся Никита. — Этот ящик называется аккумулятор и если бы не он, то мы сейчас сидели бы без света, и я не мог бы любоваться твоим милым личиком.

— Судя по оживленной беседе, все уже отдохнули, — сказал Валет и встал со свернутого спального мешка.

— Похоже на то, — сказал я и решив немного разрядить обстановку добавил. — Вон, даже Костя перестал пыхтеть.

— Да я и не устал вовсе, — отозвался на мою шутку Паровоз, осматривая комнату. — Кстати сказать, неплохие вы нашли апартаменты.

— Рад, что тебе нравится, — улыбнулся Толик. — Мы старались. Я думаю эти апартаменты понравятся нам всем еще больше, если мы их немного благоустроим и разберемся с вещами.

— Только холодно здесь как-то, — Ольга потерла ладошками. — Как на улице, разве что дождь не капает.

— Вот я об этом и говорю, — кивнул Валет. — Поэтому мы пока начнем разбираться с вещами, а Никита с Максом растопят печь.

Несмотря на то, что все уже порядком устали, за дело принялись весьма энергично. Пока ребята начали сортировать и разбирать сумки, мы с Никитой несколько раз сходили в сарай и принесли дров с изрядным запасом. К всеобщей радости, кроме дров, в сарае было немного угля — дрова быстро прогорают, а уголь можно будет закинуть в печь на ночь, чтобы было тепло до самого утра.

Печь оказалась в полном порядке. Не дымила и не чадила, с хорошей вентиляцией. Я остался возле печи, а Чернов пошел на помощь ребятам. Как говорится — дружные вороны гуся съедают, поэтому общими усилиями справлялись быстро.

Для начала всю ненужную мебель перенесли в соседнюю комнату, оставив только стол, несколько ветхих табуретов и скамью, на которой запросто могли уместиться четыре человека. Чтобы немного освободить пространство, коробки с припасами также сложили в соседней комнате. В комнате с печью, или, как мы ее назвали, кухне, оставили только спальные мешки, оружие и личные вещи. На стене рядом со столом висело несколько полок, на которых девочки разложили жестяные банки с кофе, чаем, солью и сахаром. Во время работы Костя заметил, что неплохо, если бы в доме оказался подвал, чтобы сложить там продукты, но этим вопросом решили озаботиться завтра, так как в данный момент все очень хотели есть.

Провода с лампами подвесили к торчавшему из потолка крюку, на котором раньше, очевидно, висел светильник или что-то на него похожее. Костя и Толик распаковали несколько ящиков и на столе появились пачки пластиковой одноразовой посуды, вакуумные упаковки с сосисками, сардельками, сыром, пара пакетов нарезного хлеба и даже кетчуп с горчицей. В заключении, с торжественным видом Никита водрузил на стол несколько упаковок баночного пива.

— Ну что, ребята, будем ужинать? — нетерпеливо спросил он. — Мы помним, что крепкий алкоголь здесь под запретом, но от пары банок пива я думаю катастрофы не произойдет.

— Я тоже так думаю, — согласно кивнул Валет. — Костя, ты что скажешь? Будешь пиво с сосисками?

— Он еще спрашивает! Я уже с ног валюсь от голода! Еще немного и совсем выбьюсь из сил, — пожаловался Паровоз и уселся на табурет, который под ним жалобно скрипнул.

— Имейте терпение, — Толик принес из соседней комнаты с десяток шампуров для шашлыка. — Предлагаю немного поджарить сосиски и сардельки, я думаю, после этой нехитрой процедуры они станут намного вкуснее, или кто-то со мной не согласен?

— Честно говоря, я и так бы все сожрал, — недовольно пробурчал Костя, но после короткого голосования согласился с большинством, которое считало, что можно еще немного потерпеть и все же поджарить ужин.

Готовкой занялись Настя и Ольга, которые поджаривали сосиски с сардельками прямо в печи. Когда по всему дому разнесся запах подкопченных жареных сосисок, у меня громко и требовательно заурчал живот. Костя не выдержал, открыл себе банку пива и вышел из дома подышать свежим воздухом. Мы последовали его примеру, вот только решили не выходить из дома, а пили пиво внутри, безропотно ожидая ужина

— Ну, скоро еще? — нетерпеливо спросил Никита, который в нетерпении ерзал на скамье. — Пока вы там возитесь, мы все пиво выпьем!

— Или того хуже — желудочным соком захлебнемся! — сказал я.

— Да все уже готово, — улыбнулась Ольга. — Зовите Костю пока он там не замерз.

Паровоза звать не пришлось, сразу после слов Островской он сам появился в доме, видимо чувствуя, что самое время возвращаться. Ужинали с большим удовольствием, строго соблюдая пословицу: «Когда я ем, я глух и нем». Какие разговоры, если такой ужин на столе, а что может быть вкуснее, чем горячие сосиски с кетчупом и горчицей? Пока мы были заняты едой, комната немного прогрелась, а барабанивший по крыше и стеклам дождь, теперь не раздражал, а скорее создавал дополнительный уют.

Несмотря на дикий голод, наелись все достаточно быстро, и на столе еще осталась куча еды. Так всегда и бывает, когда голодный — кажется, что слона бы съел, а на самом деле оказывается, что нескольких сосисок, пары сарделек и куска сыра вполне достаточно.

— Спасибо, девочки! — широко улыбнулся Паровоз, похлопал себя по животу и сыто рыгнул. — Прошу у всех прощения, — смутился он и прикрыл рот ладонью. — Вот что бывает, если смешать пиво и хороший ужин.

— Согласен с Костей целиком и полностью — ужин что надо, — сказал Никита. — После такого было бы неплохо еще баночку пива, а затем отдохнуть хорошенько.

— Хорошая мысль, полностью поддерживаю, — сказал Толик и открыл себе пиво.

Я промолчал и последовал их примеру, хотя и после первой банки пива меня уже немного повело, сказывалась накопившаяся за день усталость. Вообще, после ужина, в теплом доме и окружении ребят, это место уже не казалось мне таким уж мрачным. Ну да, осень, дождь, заброшенный поселок… все это на кого хочешь произведет тягостное впечатление, а на самом деле может быть оно и не так мрачно на самом деле?

— Интересно, почему об этом месте ходят слухи будто сюда приезжают и не возвращаются? — спросил Никита и отпил пива. Судя по всему, ему тоже показалось, что все на так уж плохо, как говорят. — Не похоже, что здесь может быть что-то смертельно опасное. Поселок как поселок, обычные заброшенные дома.

— Вот когда найдем тех, кто отсюда не вернулся, тогда и спросим, что здесь за место такое странное, — усмехнулся Валет. — Может быть, на ночь глядя, о чем-нибудь другом поговорим?

— И то верно, — буркнул Паровоз и осуждающе посмотрел на Чернова. — Нашел тему.

— Тогда давайте о другом, — сказала Ольга. — Костя, мне вот интересно, откуда у тебя такие шрамы безобразные на голове? Ты извини, конечно, за вопрос, но разве врачи не могли как-то получше сделать?

Блин, что за вопрос ни с того ни с сего? Вот же Ольга, любопытная ворона. Похоже пиво ударило в голову не только мне.

— Я-то думаю, что ты постоянно на мою физиономию смотришь, — усмехнулся Костя. — А тебя оказывается мои шрамы интересуют. Самое интересно, что только девушки меня об этом спрашивают.

— Я просто не удержалась, — смутилась моя пани. — Если вопрос тебе неприятен или что-то личное, не рассказывай.

— Да ладно, чего уж, надо же нам как-то знакомиться поближе, все-таки почти целую неделю вместе проведем, — отмахнулся Костя. — Да и привык я уже к этому вопросу, у меня про этот шрам постоянно спрашивают, так что не парься. Никакой тайны здесь нет и вообще ничего особенного, но если интересно, расскажу, — Костя допил пиво и смял пустую банку. — Дело было зимой, перед Новым годом. Я тогда еще на первом курсе в институте учился. Мы с друзьями выпили хорошенько и домой я возвращался в изрядном подпитии. Уже практически к своему дому подходил, но поскользнулся, грохнулся на лед и вывихнул ногу. Боль была просто жуткая! Помню, я тогда очень долго пытался подняться и все время падал, — он открыл новую банку пива и одним мощным глотком опустошил ее наполовину. — Тут, откуда не возьмись, стая собак. Черт его знает, откуда они появились? Огромные, как телята. Одна из них на спину мне прыгнула и сразу свалила на землю, а остальные начали рвать. Не помню, как я от них отбивался, помню только вкус крови, которая мне все лицо заливала. Хорошенько они меня тогда покусали. К моему счастью, на детской площадке рядом с домом, молодежь какая-то отдыхала, они сбежались на мои вопли и собак отогнали. Потом они же и Скорую помощь вызвали. Утро я встречал в больнице, с зашитой башкой. Там еще на теле много чего зашивали, но это мелочи на два-три шва, голове больше всего досталось. С тех пор я не люблю собак. Вот такая вот история, — закончил свой рассказ Костя. — Ну что, удовлетворил я твое любопытство?

— Вполне, — кивнула Ольга. — Мрачная история, ничего не скажешь.

— Какая есть, — пожал плечами «рубин».

— Грубовато врачи поработали, — скривилась Настя. — Могли бы и лучше. Если хочешь, я тебе подкину телефончик одного неплохого пластического хирурга, он все исправит.

— Нет, спасибо, — ответил Костя. — Пусть останется на память. Зато теперь, если слишком много выпил, я всегда пользуюсь услугами такси, и пьяный по улицам не хожу. Так что кое-чему меня тот случай научил.

— Вот это правильно, — Толик поднял банку пива. — Предлагаю выпить за все то, что хорошо кончается. Паровоз жив и здоров, хотя все могло быть и хуже.

Мы чокнулись пивом и сделали по глотку. На некоторое время в комнате воцарилась тишина, которую нарушил Никита.

— Прикольная история, ничего не скажешь. Кто-то еще хочет рассказать что-нибудь не менее интересное или будем ложиться спать? Лично я за второй вариант — ужасно хочется спать. Да и девочкам, наверное, хватит всяких историй на ночь.

— Согласен, — сказал я. — Сейчас пиво допью и тоже спать.

— Тогда я расстилаю спальник, — Чернов взял один из спальников и начал его разворачивать. — Кто последний будет ложиться, уголька на ночь подбросить не забудьте, а то мы здесь к утру замерзнем.

— Я подброшу, — сказал Валет. — Ложитесь, а мы еще с Паровозом посидим немного, если он не против. — Костя кивнул — не против, мол.

— Во сколько завтра подъем? — спросила Настя разворачивая свой спальник рядом со спальником Никиты.

— Я думаю, часиков в восемь будет в самый раз, — ответил ей Толик. — Пока умоемся, позавтракаем уже и все девять.

Я встал из-за стола, чтобы взять нам с Ольгой по спальнику и в этот момент в стену дома ударило что-то тяжелое. Удар был такой силы, что со стола на пол свалились банки с пивом, а Ольга не удержавшись на ногах чуть не упала на колени, лишь в последний момент успев схватиться за мое плечо. В поисках своего оружия все бросились врассыпную и уже через мгновение у всех в руках были направленные в сторону входной двери ружья и пистолеты. Из моей головы хмель выветрился мгновенно. Я быстрым взглядом окинул лица ребят — все были максимально сосредоточены. Ольга сжала мое плечо с такой силой, что еще немного и будет перелом.

— Что это было, мальчики? — шепотом спросила она.

Ей никто не ответил.

— Нужно посмотреть, что там, — сказал Валет. — Кто пойдет со мной?

— Я пойду, — спокойно ответил Костя и подошел к двери. — Ну, что, выходим?

— Мы с Никитой тоже идем, — сказал я и Островская сжала мое плечо еще сильнее.

— Нет, останетесь с девушками, мало ли что, — распорядился Толик на правах старшего нашей группы и вышел из дома.

Следом за ним вышел и «рубин». Мне не очень понравилось, что нас оставили на хозяйстве, но особого выбора у нас не было — все-таки они отвечают за успех нашей поездки и где-то за наши жизни, а значит и им принимать решение.

Они вернулись примерно через минут десять, хотя нам показалось, что их не было около часа.

— Что там? — спросила у них Настя, как только они закрыли за собой дверь.

— Хрен его знает, — ответил Костя. — Мы ничего и никого не нашли. Версий тоже нет, если что.

— Но ведь удар же был, разве нет? — задала Ольга очевидный вопрос.

— Угу, — нервно подтвердил Толик. — Удар был, кто же спорит? Грохнуло так, что дом заскрипел! Но вам русским языком объясняют — версий нет. Может быть сильный порыв ветра или еще что. Иногда происходят вещи, которые сложно объяснить, так что давайте ложиться спать, нечего болтать без толку.

— В общем, с этой точкой зрения я согласен, — кивнул Паровоз. — Вариантов может быть хоть отбавляй. Но факт остается фактом — сейчас снаружи никого нет и что это вообще было неизвестно. Единственное, что предлагаю со своей стороны, ввести ночное дежурство. Участвуют все, кроме девчонок. Каждый по два часа.

— Мысль правильная. Сейчас половина одиннадцатого, — посмотрел на часы Валет. — Я буду дежурить первым.

— Без проблем, — сказал Костя. — У кого-то еще есть пожелания? Нет? Тогда следом за Толиком будет Никита, за ним Макс, а я буду последним, хоть посплю до дежурства подольше, что-то я сегодня устал, — он потянулся и зевнул. — Всем спокойной ночи. Спим со светом — кому не нравится, пусть тащит свой спальник в соседнюю комнату, там свет мешать не будет.

В соседнюю комнату, разумеется, никто не пошел. Толик подбросил в печь угля, затем поставил возле нее табурет и расположился на нем так, чтобы видеть входную дверь, которую подперли изнутри несколькими найденными в доме лопатами.

— Всем спокойной ночи, ребята, завтра будет новый солнечный день, — сказал он и выкрутил одну из двух лампочек.

В спальники залезали молча, каждый со своими мыслями. Я надеялся, что сразу засну, чтобы до дежурства хоть немного отдохнуть, но не тут-то было. Несмотря на сильную усталость, заснуть я не мог. Конечно, можно было в оправдание себе сказать, что во всем виноват свет, исходящий от лампочки, но на самом деле это было не так. Я лежал и думал только об одном — что могло с такой силой удариться об дом? Может быть, это было какое-нибудь дикое животное? Например, кабан или лось какой-нибудь? Хрен его знает. Бред, конечно, но других версий у меня не было, так что остается только догадываться. Единственное в чем я был уверен совершенно точно, удар был и это не какие-то звуки природы или что-то такое.

Судя по дружному храпу, не спалось только мне. Я с завистью посмотрел на сопящую в соседнем спальнике Ольгу и закрыл глаза — нужно постараться заснуть, во что бы то ни стало, так как через два-три часа мне уже заступать на ночное дежурство, а там уже и новый день не за горами.

Говорят, что когда долго не можешь заснуть, то нужно представить себя лежащим в лодке, которая тихо раскачивается на волнах или считать овец. Я попробовал оба способа — ни один не помог, хоть вставай и составляй Толику компанию! Но случилось чудо, я все-таки заснул ненадолго и проснулся от того, что меня кто-то грубо тряс за плечо. Это был Никита, судя по всему пришла моя очередь дежурить. Неужели так быстро прошло четыре часа?

Я приоткрыл глаза и зевнул. Голова просто раскалывалась, да еще в комнате был слышен легкий запах дыма, очевидно, где-то старая кладка печи все же его пропускала.

— Что-то у нас дымом попахивает, нет? — спросил я.

— Есть немного, но ты не ссы, не сгорим, — заверил меня Никита.

— Сгореть не сгорим, но у меня от него голова раскалывается.

— Завтра разберемся, что к чему с этой печкой. Кстати у меня тоже голова трещит, но я думаю это от пива.

— От пары банок? Вряд ли.

— Ладно, вставай, я намереваюсь поспать еще хоть немного.

Я потянулся и вылез из спальника. Терпеть не могу спать в одежде! Гадкое состояние — такое ощущение, что ты бомж, у которого из имущества, кроме спальника и надетой на нем одежды, больше ничего и нет.

— Подождешь, пока я в туалет выйду, мало ли что? — спросил я у Никиты.

— Думаешь тебя украдут? — усмехнулся он. — Ладно, валяй, подожду.

На улице было темно, сыро и холодно. Дождь уже не шел, но с веток капало. Вокруг было очень тихо. Казалось, мои шаги в густой траве, были слышны на многие километры вокруг. Далеко от дома я не отходил, прошел несколько шагов и справил нужду за углом. В дом я возвращался бегом.

— Быстро ты, — похвалил мою расторопность Чернов и пошел к своему спальнику. — Я уголь подбрасывал полчаса назад, так что можешь сидеть спокойно до самой смены. Если что — кричи.

— Хорошо, спокойной ночи.

— Ага, тебе тоже.

Спустя каких-то несколько минут Никитос уже храпел. В доме было тихо и было слышно лишь сопение ребят. Я открыл дверцу печи, посмотрел на раскаленные угли и отметил, что Никита был прав, угля было достаточно. Я закрыл дверцу, придвинул табурет к стене и оперся на нее спиной. Затем достал из кармана телефон и посмотрел время — начало четвертого. Теперь самое главное не заснуть. В целом, день неплохой — на вертолете полетал, новые места увидел, вот только… Почему мне кажется, что лучше бы я оказался сейчас в Москве, а не рядом с Ардейским монастырем?

Глава 11

Проснулся я от сумасшедшего аромата кофе, который заставил меня на минуту забыть о непрошедшей головной боли и улыбнуться. На мой взгляд, существует три самых крутых запаха в этом мире — запах свежескошенной травы, запах только что испеченного хлеба и, разумеется, кофейный аромат.

Возле стола хлопотали Настя с Ольгой и больше никого в комнате не было. Заметив, что я проснулся, Ольга подмигнула мне и улыбнулась.

— Давай просыпайся, соня, а то все веселье проспишь! Уже почти девять утра.

— А где ребята?

— Ушли территорию осматривать. Сказали, что через часик будут, а их уже часа полтора как нет.

Нормально! Могли бы и разбудить, между прочим.

— А почему меня не разбудили?

— Не знаю, — пожала плечами Ольга. — Они и нас-то разбудили лишь перед своим уходом, попросили завтрак готовить, а сами голодные ушли.

— Это Никита попросил, чтобы тебя не будили, — улыбнулась Настя. — Он сказал, что у тебя голова ночью болела. Так что дали тебе выспаться.

Ну, спасибо! Они значит на разведку пошли, а меня с девочками оставили. Такое ощущение, что я балласт!

— Макс, ты что будешь — чай или кофе? — спросила Островская.

— Кофе конечно! Тут такой аромат стоит, что крышу сносит.

— Сахар класть?

— Да нет, что-то сладкого не хочется.

— Как скажешь, — Ольга убрала упавшую на лицо прядь волос и вопросительно на меня посмотрела. — Ты еще долго лежать собираешься? Давай поднимайся. Возле печи черная сумка стоит, в ней мыло полотенце и всякое такое, разберешься короче.

— Ты мне воду сольешь? — спросил я.

— Если выходишь из дома, на правой стене прибит старый рукомойник. Как оказалось, он вполне работоспособный, даже воду почти не пропускает. Возле него стоит баклажка с водой, так что без меня управишься, а мы тут пока с завтраком закончим.

Я взял из сумки туалетные принадлежности и пошел умываться. На улице было не очень холодно, да и дождь сменился густым туманом. Где-то вдалеке крякали утки. В целом обстановка повеселее, чем вчера вечером, жаль только солнышка не видно, а то вообще было бы хорошо.

Умывался я быстро, ну оно и понятно — кому охота долго возиться в холодной воде? Не прошло и пяти минут, как с утренним туалетом было покончено. Я вернулся в дом бодрым и освежившимся.

— Давай, садись к столу, будем завтракать, — сказала мне Настя, как только я вошел. — Все уже готово.

— Может быть ребят подождем? — предложил я.

— Вот еще! — недовольно фыркнула Касаткина. — Сами виноваты! Вот где они так долго ходят?

Похоже она начинала переживать за Никиту. Оно и понятно — кто его знает, что здесь может случиться? В этот момент за дверью послышались голоса.

— Легки на помине! — улыбнулась Ольга. — Я так и думала, что завтрак они точно не пропустят.

— Девчонки, запах кофе за километр слышно! — с порога протрубил Паровоз и тут же занервничал. — Вы что тут, без нас завтракаете? Нам, хоть что-то оставили?

Ребята вошли в дом и начали снимать верхнюю одежду.

— В следующий раз не оставим, — пообещала Настя. — Будете знать, как шляться дольше обещанного и заставлять нас нервничать!

— Девочка моя, нельзя же так из-за мелочей расстраиваться? — миролюбиво сказал Никита и погладил ее по плечу. — Ты что, плакала?

— Да, все глаза выплакала, — пробурчала в ответ девушка. — Садитесь лучше завтракать. Кто что будет? Чай? Кофе?

Ребята заняли места за столом и, пока Настя заваривала чай и кофе, мы принялись за бутерброды с консервированной ветчиной, маслом и сыром.

— Почему меня не разбудили? — спросил я. — Мы же вроде как все одинаковые.

— Макс, вот же ты поросенок неблагодарный! — улыбнулся Никита. — Ему поспать дали пару лишних часиков, а он тут в позу становится! Ты же сам говорил, что у тебя голова болит?

Толик с Костей вместо ответа предпочли взять с тарелки по очередному бутерброду. На мгновение мне стало неудобно — ребята проявили заботу обо мне и девчонках, а я тут возмущаюсь. С другой стороны, я не хотел, чтобы мне выдавались какие-то поблажки за счет других, как-то оно неправильно.

— Спасибо за заботу, но в следующий раз в такой ситуации я предпочел бы пойти со всеми, — сказал я.

— Да я и не против, — ответил мне Валет. — Это вообще идея Никиты была, так что ему и предъявляй свои претензии.

— Ну ладно, хватит вам, — сказала Настя и протянула мне банку сгущенки. — Макс, открой лучше банку, а ребята пусть расскажут, что они интересного обнаружили.

— Если никто не возражает, то давайте я? — предложил Валет и никто ему возражать не стал — все были заняты едой и напитками. — Отлично. Первое и самое главное, в ходе короткой разведывательной операции с очень высокой долей вероятности удалось установить, что других людей в поселке нет. Во всяком случае, нам никого обнаружить не удалось, и найти какие-либо признаки пребывания здесь кого-то еще, также. Мы, конечно, не обходили каждый дом и не выбирались на околицу поселка, но видели достаточно, для того чтобы сделать такой вывод.

— Это хорошо, — заметила Ольга. — А то я так вчера испугалась, что просто жесть какая-то.

— Есть и плохие новости, — продолжил Толик, заставив нас напрячься. — Во-первых, нами были обнаружены собаки, причем в большом количестве. Собаки, разумеется, давным-давно одичали, так что работать придется очень осмотрительно и если есть какие-то сомнения относительно намерений животных, то лучше всего их сначала пристрелить, а потом разбираться, что к чему. Судя по тому, что мы видели, они постараются удрать, но мало ли что.

— С большим удовольствием, — сказал Паровоз. — Я их тут всех перестреляю, можете не сомневаться. Интересно знать, что они здесь жрут?

— Можешь даже на досуге этим заниматься — твое личное дело. Только не забывай, что патроны у нас имеют свойство заканчиваться, — сказал Валет.

— Что еще? — спросил я и отпил немного кофе, который к этому времени уже успел остыть.

— Теперь самое неприятное, — Валет взял паузу и задумчиво почесал подбородок. — Мы наведались в монастырь где нас ждал очень неприятный сюрприз — все входы в него замурованы, а до окон нам не добраться, даже если раздобудем лестницу. Кладка везде крепкая, поэтому думать о том, что где-то получится пробить проход — напрасная трата времени.

— Интересная информация, — сказал я. — Ваши предложения, господа копатели?

— Я думаю нужно исследовать близлежащие здания и искать подземный ход в монастырь, — высказал свою мысль Костя. — По нашему опыту практически в каждом монастыре такой имеется.

— В некоторых случаях даже не один, — добавил Толик. — Для подобного рода сооружений это вполне себе обычная практика.

— Прямо как в крепостях, — усмехнулся Никита. — Те тоже без подземного хода редко обходились.

— Крепость, монастырь — не велика разница, — пожал плечами Валет. — Жить всем хочется, и монахи не исключение.

— Ну хорошо, а если мы не найдем никакого подземного хода? Или его все-таки вообще не существует? — спросил я. — Что тогда будем делать?

— Предлагаю решать проблемы по мере их возникновения, — предложил Паровоз. — Что гадать? Давайте все проверим, а потом уже будем рассуждать. Почему-то мне кажется, что нас ждет успех.

— С чего это вдруг? — усмехнулся Никита. — Или ты просто оптимист по жизни?

— Ну как? — удивленно посмотрел на него Костя жуя бутерброд. — Монастырь древний, с традициями, так что здесь без подземного хода никак.

— Сильная логика, — рассмеялась Ольга.

— В любом случае нужно попробовать, почему нет? — сказал я. — Если ребята говорят, что теоретически должен быть подземный ход, то проще попытаться его найти, чем стены ломать.

В ответ мне никто ничего не сказал и заканчивали завтрак молча. Когда все было выпито и съедено, Толик хлопнул себя по ляжкам и улыбнулся.

— А теперь предлагаю поблагодарить наших милых девушек за завтрак, помочь им убрать со стола и заняться, наконец, делом.

Мы хором сказали девчонкам «Спасибо!», заставив их немного смутиться, а затем помогли убрать. Когда на столе не осталось ничего кроме чашек с чаем и кофе, Толик разложил на нем карту поселка.

— Сейчас начало одиннадцатого, почти полдня прошло впустую, — сказал он. — С таким успехом мы за неделю не успеем.

— Почему впустую? — возмутился Паровоз. — Разведка дело полезное, так что будем считать утро прошло не зря.

— Ну хорошо, — усмехнулся Валет и на какое-то мгновение мне показалось, что даже окружавшая его зеленая аура вспыхнула ярче. — Согласен, не совсем впустую, но все равно нужно ускоряться. Итак, вот мое предложение. Работать будем тремя группами. Никита и Настя — это группа номер один, группа номер два — это я, Макс и Ольга, ну и третьей группой будет упертый как баран Константин, который любит ходить один, — Паровоз в ответ на это лишь кивнул, мол, да, люблю ходить один и буду ходить один.

— А почему мы вдвоем с Настей? — спросил Никита. — Не то, чтобы мне было страшно, но все-таки.

— Потому, что вы останетесь на хозяйстве, — категорично ответил ему Толик и, предвосхищая возможные возражения со стороны Чернова, поднял руку и добавил. — Только не спорь пожалуйста, кто-то однозначно должен остаться на базе. Собак мы уже видели, а здесь могут оказаться не только собаки, но и еще какая-нибудь хищная живность. Лично я, по приходу назад, не хочу увидеть наше растасканное барахло по всей округе и испорченную еду. Поверь моему опыту, дикие животные способны проникать в подобные домишки самым непостижимым образом, а значит кто-то должен остаться и охранять наше имущество. Это вопрос нашего выживания, если хочешь.

— Допустим, — не сдавался мой друг. — Но почему именно мы с Настей? Пусть Макс с Ольгой останутся.

Тут уже пришел мой черед возмущаться, так как сидеть в этом доме мне уже порядком надоело и хотелось как-то размяться. Прогулка на свежем воздухе вполне для этого годится.

— Никита, так нечестно, — возразил я. — Имей совесть! Ты уже сегодня бродил по этому поселку, так что будет справедливо если теперь мы поменяемся местами.

Чернов нахмурил брови и скорчил недовольную гримасу, вариант остаться здесь в качестве охраны ему явно не очень нравился. Но, к моему удивлению, упорствовать он не стал, видимо видел какую-то логику в моих словах.

— Пусть идут, Никита, — махнула рукой Касаткина. — Чего ты? Завтра мы пойдем, не вижу поводов чтобы нервничать или ты боишься здесь оставаться?

— Да нет, почему боюсь? Пусть идут, конечно. Просто скучно сидеть на одном месте. К тому же мне тоже интересно полазить по окрестностям.

— Завтра полазишь, — заверила его Настя. — А сегодня поможешь мне обед готовить.

— Вот это правильно! — оживился Паровоз и на его лице появилась широкая улыбка. — Без обеда в нашем деле никак нельзя.

— Если возражений больше нет, то предлагаю считать вопрос закрытым, — сказал Толик, внимательно посмотрел на нас в ожидании возможных комментариев, но их не последовало и тогда он продолжил. — Теперь предлагаю распределить маршруты и вообще определиться со стратегией работы на ближайшие дни. Начать предлагаю со зданий, который находятся в непосредственной близости от монастыря. По нашему опыту, как правило, далеко скрытые хода не уходят, хотя бывает и наоборот, но в любом случае начать стоит с близлежащих. С учетом того, что в нашей группе будет больше народа, думаю работать мы будем быстрее, чем одинокий Паровоз, поэтому мы возьмем себе южную и западную часть территории, — Толик обвел маркером на карте несколько объектов. — Костя пойдет на восточную сторону, ну а северную часть, если понадобится, будем осматривать в самом конце. Строений там никаких нет, так что не думаю, что стоит оттуда начинать. Вкратце план такой, если кому есть, что сказать — говорите, только кратко и по сути, чтобы не терять времени.

— А что тут тары-бары разводить? Мне кажется, что в нашем случае нет никакой разницы, куда именно идти, — сказал Костя и почесал свою лысую голову. — Все равно не знаем где именно может находиться этот подземный ход.

— Если он вообще существует, — сказал Никита.

— И то верно, — согласился я. — Так и до обеда просидим, пока все не обсудим. Начнем, а там видно будет.

— Это общая точка зрения? — уточнил Валет, выдержал паузу и продолжил. — Окей, в таком случае согласовываем общие моменты. Во-первых, не забываем держать связь — каждый час или чаще, если есть, что сказать кто-то из группы докладывает ситуацию всем остальным, первый выход на связь в одиннадцать. Во-вторых, работаем до половины второго, затем короткий перерыв на обед и обмен информацией. Если кто-то задерживается — прошу сообщить об этом всем остальным, чтобы мы не теряли время на поиски. Вопросы? Предложения по существу? — вопросов и предложений по существу не поступило. — Тогда за работу.

После этих слов никто особо задерживаться на стал и вскоре две группы покинули наше временное пристанище.

К сожалению, за время нашего завтрака утренний туман никуда не делся. В этих местах он вообще был каким-то необычным — густой, клубящийся и белый, как молоко. До этого момента мне подобное зрелище видеть не доводилось. Хуже всего дело обстояло в видимости, потому как сквозь него просто невозможно было хоть что-то рассмотреть на расстоянии дальше двадцати шагов.

Первым шел Валет, за ним Ольга, ну а я прикрывал их сзади. Вокруг была полная тишина, даже птиц и тех не было слышно. При всем этом я не чувствовал какой-либо особой тревоги — так, разве что небольшое беспокойство и не более того. Ну, а чего волноваться в самом-то деле? Кто, кроме таких придурков как мы, может здесь оказаться? Во всяком случае, во время утренней разведки ребята никого не нашли. Ну, кроме собак, разумеется. Но это проблемы решаемые и для их решения у меня и Ольги есть пистолеты, а у Толика «Сайга» — справимся как-нибудь и не такое проходили.

Я, конечно, не хочу жути наводить, но по правде говоря, хорошего настроения окружающие виды не добавляли, а скорее наоборот, наводили чувство какой-то грустной безнадеги. Со мной так всегда происходило, когда приходилось видеть заброшенные дома или поселки. Все какое-то мрачное, грязное, древнее и тоскливое, по-другому не скажешь. Одним словом — безнадега.

Вот и сейчас, подходя к нужному нам дому, я наблюдал, как из тумана на нас выплывает древний, почти завалившийся забор и настроение начало портиться. После забора пришел черед и самого дома, который пребывал в таком же жалком состоянии.

— С этого момента внимательно смотрите под ноги и идите очень осторожно, — предупредил нас Толик.

— Да я и без предупреждений сама осторожность, — шепотом ответила ему Ольга. — У меня такое ощущение, что в этом тумане кто-то живет.

Я не совсем понимал, почему именно сейчас нам стоит идти очень осторожно, но все-таки послушался совета более опытного товарища и замедлил шаг.

— Ну, в тумане вряд ли кто-то живет, но вот во дворе может быть очень много разных сюрпризов, — сказал Валет. — Здесь может быть что угодно. Например, сливные канавы от уличных моек и рукомойников, выгребные ямы, которые остались после того, как сам сортир разрушился и сгнил. Кроме того, колодцы — так это вообще очень распространенное явление. С учетом полного отсутствия цивилизации и связанных с ней удобств, колодцы, как, собственно говоря, и сортиры, были в каждом дворе, а иногда и по несколько штук сразу. Как вы понимаете, навесы со временем рушатся и гниют, а шахты колодца остаются. Когда ты падаешь в выгребную яму или шахту колодца, как правило, существует несколько вариантов дальнейшего развития событий и все они не очень. Вариант первый — ты ломаешь себе ноги и сдыхаешь потихоньку, потому что не можешь выбраться. Вариант второй — ты ничего не ломаешь, но либо все равно не можешь выбраться, так как шахты обычно довольно глубокие, либо вязнешь в иле, который образовался от долголетнего гниения дерьма и все равно потихоньку подыхаешь.

— Фу! — возмущенно прокомментировала Ольга поучения Валета. — Сдохнуть в сортире, гадость какая!

— Конечно, существует и третий вариант, более оптимистичный, — невозмутимо продолжил Толик, не обращая внимания на недовольство Островской. — Есть шанс, что ты начнешь кричать и тебе придут на помощь, либо надежда на то, что ты сможешь выбраться самостоятельно, но я бы на вашем месте никогда не рассчитывал на третий вариант. В нашем деле это все равно, что верить будто нас всех, при случае, заберут инопланетяне, дадут каждому по миллиону долларов и вернут назад, понимаете?

Естественно мы все понимали и с этого момента очень внимательно смотрели под ноги. Даже с учетом того, что нас было трое и провалившегося в яму в любом случае как-нибудь вытащили бы — кому охота ломать ноги или измазаться в дерьме?

Мы осторожно обошли вокруг дома, но ничего подозрительного не обнаружили. С виду обычный, заросший кустами, старый серый дом, с пристроенным к нему сараем, на котором еще можно было видеть следы почти полностью облупившейся синей краски. Ставни в доме были открыты, а имелся ли в доме чердак — неизвестно, во всяком случае никаких окон на крыше не было.

Толик подошел к входной двери, которая была заперта на ржавый навесной замок, внимательно его осмотрел и поставил диагноз:

— Старье какое-то.

Он дернул замок, но тот не поддался, зато из двери вывалились проржавевшие замочные петли.

— Даже фомка не понадобилась, — усмехнулся Толик и открыл дверь. Из дома потянуло неприятным затхлым запахом. — Ну. Чего встали? Ждать пока проветрится особо некогда, так что надевайте прибамбасы.

Мы одели маски для лица, чтобы спасаться от пыли, включили налобные фонари и вошли внутрь. Валет шел первым, я за ним. Первым делом он осмотрел перекрытия и с силой похлопал по ним рукой.

— Макс, запомни на будущее, вдруг пригодится, такие вещи всегда нужно проверять очень внимательно, так как даже довольно крепкий снаружи дом не всегда является таким на самом деле. Стоит сделать несколько шагов и перекрытие может рухнуть.

— Ага, буду иметь в виду, — ответил я.

— Здесь, похоже, все в порядке, — сказал Толик и сделал несколько прыжков. — Пол тоже вроде ничего. Начнем потихоньку. Внимательно осматривайте полы, нас они интересуют в первую очередь.

В коридоре была кромешная тьма. Дверь из коридора вела на кухню. Здесь уже было веселее — света из окон вполне хватало для осмотра помещения. В комнате был порядок, создавалось впечатление, что хозяева собирались без спешки и в дальнейшем намеревались сюда вернуться. Мы поработали на кухне, но ничего интересного не нашли. Лишь отрывной настенный календарь за 1985 год, судя по всему, это был последний год, когда здесь жили люди. Толик поднял половик и обнаружил под ним крышку подвала.

— То, что нужно. Макс, подержи ствол, — он отдал мне ружье и открыл крышку подвала — оттуда потянуло жуткой вонью. Толик посветил вниз фонариком. — Метра два глубиной. Я попробую спуститься туда, а ты подашь мне металлоискатель. Понятное дело, что мы ищем тайный ход, но может быть еще что-то интересное найдем.

Я помнил о предварительных договоренностях насчет того, что все найденное кроме Анха будет принадлежать Толику и Косте, поэтому не удивился его намерению осмотреть подвал повнимательнее.

В этот момент включилась рация.

— Никита вызывает остальные группы. Как дела, ребятки? Что молчим? Или все так заняты, что пару слов сказать некогда? Прием.

— У меня все нормально, — в рации послышалось частое сопение Кости. — Занят был, на время вообще не обратил внимание. Прием.

— Макс вызывает Никиту, у нас все хорошо. Прием.

— Отлично, — ответил мне Чернов. — Не забывайте — максимум каждый час несколько слов в эфир, а то мы за вас волнуемся. Конец связи.

Тем временем Толик ногой проверил крепость ведущих в подвал ступенек и начал осторожно спускаться. Все прошло без сюрпризов, но и в подвале ничего интересного не обнаружилось. Никаких тайников и подземных ходов, лишь жуткая вонь и банки о содержании которых можно было лишь догадываться. Некоторые из них были взорваны, и из них вываливалось нечто заплесневелое.

За кухней была гостиная или столовая, не знаю, как именно хозяева называли эту комнату, единственное, что я могу сказать о ней — это то, что посередине комнаты стоял большой деревянный стол и шесть стульев, а в углу цветной телевизор марки «Электрон». Рядом с телевизором расположился сервант.

— Давайте я здесь поработаю, а вы в соседние комнаты, — сказал Толик. — Только полы проверять не забывайте.

Мы с Ольгой разошлись по комнатам. Мне досталась спальня. Удивительно, но кровать была заправлена и если бы не слой пыли на ней, превративший белое покрывало в грязную серую тряпку, то можно было предположить, что хозяева только что куда-то ушли и скоро вернутся.

— А дом неплохо сохранился, — сказал я, параллельно занимаясь осмотром пола.

— Есть такое дело. А хочешь, я расскажу тебе свою собственную теорию насчет домов? — спросил Толик.

— Интересно было бы послушать.

— Мне тоже, — раздался голос Островской из соседней комнаты.

— Так вот, по моему мнению, дом — это живой организм. Такая особенная штука, которая может реагировать на изменения, происходящие вокруг него.

— Каким образом? — не понял я его.

— Я думаю, когда люди покидают дом, то он на какое-то время включает режим ожидания того, что они вернутся. В это период с ним ничего особенного не происходит, он просто консервируется. Но проходят месяцы, затем годы и дом понимает, что он брошен, никому не нужен, и хозяева больше не придут. Когда это происходит, дом включает режим самоуничтожения. С этого момента он начинает активно разрушаться и это необратимый процесс. Даже если в нем кто-то поселится, акт самоуничтожения не остановить — дом настроен только на своего первого хозяина, поэтому, сколько бы следующие хозяева не старались поддерживать его в порядке — он все равно будет разрушаться.

— Интересная теория, — рассмеялась Ольга. — То есть ты хочешь сказать, что все дома живые? Прямо все?

— Типа того. Не то, чтобы они могут ходить с места на место или что-то такое, но основную суть моей мысли вы, я думаю, уловили. И это еще не все, — продолжил развивать свою мысль Валет. — Если кто-то из вас довольно продолжительное время провел в таком вот деревянном или даже кирпичном доме, то согласится со мной в том, что каждый дом издает собственные, свойственные только ему уникальные звуки — скрипы, шумы и всякое такое прочее, разве нет? Вот я и говорю — живые они в некотором роде, как ни крути.

— Вообще-то я не верю в мистику, а здесь ей очень сильно попахивает. Живые дома и все такое, — улыбнулся я. — Но, если принять твою теорию, то можно сделать вывод, что дом, в котором мы сейчас находимся, до сих пор находится в режиме ожидания, так получается? — спросил я.

— Так. Или находится в режиме самоуничтожения совсем недавно, не более двух лет.

— Не знаю, — я пожал плечами. — Теория, конечно, интересная, но принять ее я не могу. Какая-то она странная у тебя.

— Согласен, это выглядит несколько сумасбродно. Принимать мою теорию или нет, это твое личное дело, но думаю, что рациональное зерно в ней есть. И потом, я ничего не говорил о том, что дома живые в прямом смысле слова, это так, не более чем образное выражение, — отозвался Толик и вдруг радостно вскрикнул. — Ого! А у меня тут кое-что интересное нарисовалось.

— Что там? — спросила Ольга. — Нашел проход?

— Да нет, статуэтку одну любопытную, «Фигуристка» называется! — голос Валета был очень довольным и создавалось ощущение, что он нашел как минимум кучу денег.

— И что в ней особенного? — удивленно спросила девушка осмотрев находку. — Статуэтка как статуэтка.

— Ну не скажи, это редкая вещь, баксов на сто пятьдесят-двести потянет!

— Ладно, ребята, статуэтка это, конечно, хорошо, но здесь кое-что поинтереснее, — а у меня и в самом деле было кое-что любопытное. — Лестница на чердак. Тайный ход мы там вряд ли найдем, но интересно проверить.

— Разумеется! Всегда нужно проверять все, что можно! Ты не поверишь, сколько классных находок я обнаружил в самых странных местах! — настроение у Толик заметно приподнялось. — А чердак — это вообще Клондайк! Там могут быть почтовые марки, открытки, фотоальбомы, посуда ненужная! В общем, куча всего интересного!

Валет вошел в комнату и быстро осмотрел лестницу.

— Только давай я сам полезу, а ты меня внизу подождешь, хорошо?

— Почему не вдвоем? — удивился я.

— Ты не забывай, что дому сто лет в обед. Там доски уже старые, запросто можно провалиться, а если нас будет двое, то и риск увеличивается пропорционально, — ответил Валет. — А ты лучше лестницу мне подержи, чтобы я вместе с ней не рухнул.

— Окей, не вопрос, — Я посмотрел на часы. — Сейчас только в эфир выйду, а то уже почти двенадцать, — сказал я и включил рацию. — Макс вызывает группы один и три. У нас все хорошо. Прием.

— Группа три в моем лице в полном порядке, — сообщил Паровоз. — Никаких тайных ходов пока не нашел, но зато нашел парочку кластеров с почтовыми марками. Думаю, что-то интересное. Прием.

— Группа один тоже ничего, — ответил Никита. — Ждем вас на базе. Конец связи.

— Теперь лезь, — сказал я после переклички. — Надеюсь, там будет что-то интересное.

Но ничего интересного на чердаке Толик не нашел. Лишь разбитый патефон, прялка, сломанный детский трехколесный велосипед, две пары взрослых лыж и десятки пачек, перевязанных проволокой, старых газет и журналов. Одним словом — хлам и напрасно потерянное время. С другой стороны, каждый осмотренный объект повышает наши шансы найти тайный ход в следующем доме. Если, конечно, это тайный ход вообще существует.

После того, как закончили осмотр первого дома, мы решили вернуться на базу, так как времени оставалось мало и до обеда мы просто не успели бы осмотреть следующий дом полностью. Поэтому ограничились тем, что обошли вокруг следующего дома, чтобы не тратить на это время после обеда. Как оказалось, правильно сделали. Обойдя дом и проверив входные двери, мы выяснили, что они забаррикадированы изнутри, ставни также были крепко заперты. Конечно, дверь и ставни можно было бы попытаться взломать, но мы решили взять стремянку и проникнуть в дом через чердачное окно, благо ставен на нем не было.

На базу возвращались в разном настроении. Я с Ольгой были огорчены неудачной попыткой найти проход, а вот Толик был в приподнятом настроении, судя по всему, его радовала найденная статуэтка. Ладно, посмотрим, как там дальше будет. Интересно, может быть Костя что-то интересное нашел? Сейчас выясним.

Глава 12

На базу мы вернулись раньше Кости, поэтому не дожидаясь его, начали помогать готовить обед. Собственно, вся готовка заключалась в том, чтобы растопить печь, поставить на огонь чайник и разложить на столе сардельки. На горячее была лапша быстрого приготовления в трех вариантах — с говядиной, с курицей и с грибами. Вообще-то я не большой любитель подобной еды, но в данном случае перебирать харчами было бы верхом идиотизма. В такую погоду желудок просто требовал какого-нибудь горяченького супчика, пусть даже это будет и «Доширак».

Минут через пять после нас, пришел мрачный Паровоз. Он уже успел поработать в двух домах и кроме почтовых марок, нашел неплохую коллекцию янтарных побрякушек. Валет, в свою очередь, похвастал нашим утренним уловом. Что касается тайного хода, то здесь Косте тоже похвастать было нечем, пока ничего такого он не нашел.

— Ну «Фигуристка» и янтарь, это уже кое-что. Мелочи, конечно, но хоть что-то, — прокомментировал отчет Валета Костя и добавил. — Может быть, среди марок что-то хорошее попадется, они все не гашенные, так что там легко могут оказаться интересные экземпляры.

— Я в почтовых марках и открытках не разбираюсь, — пожал плечами Толик. — Так что в Москве будем выяснять что к чему.

Никита с Настей с интересом слушали наши рассказы и по всему было видно, что им здесь было скучно.

— Ну, нам хвастать точно нечем, — сказал Чернов. — Сидели на базе, никаких тайных ходов не нашли и ничего интересного не видели.

— Это хорошо, — кивнул Паровоз и нахмурился.

— Что-то ты какой-то невеселый, — сказал Валет и внимательно посмотрел на своего приятеля. — Хочешь что-то рассказать?

— Да нет, наверное, — задумчиво ответил Костя. — Хотя, кое-что странное произошло. Не хочу жути наводить, но мне показалось, что когда я осматривал второй объект, за окном кто-то прошел и мне показалось, что это был человек.

Вот тебе и новости! Мы дружно прекратили заниматься своими делами и уставились на Паровоза, который в ответ смотрел на нас. На какое-то время в комнате повисла тишина, которую нарушил Толик.

— Ты хочешь сказать, что здесь есть люди? — спросил он. — Если так, то это очень странно. Мы все здесь осмотрели и не обнаружили ничего подозрительного.

— Не обнаружили, — согласился Костя и невесело усмехнулся. — Не думаю, что стоить паниковать, может быть мне действительно просто показалось, но галлюцинациями я до этого момента не страдал, так что предлагаю быть осторожнее.

— Хорошенькое дело, — выразила общую мысль Настя. — Мне это место сразу не понравилось!

— Не паникуй, — погладил ее по плечу Никита. — Дождь, туман, может быть Косте и в самом деле показалось, всякое может быть. К тому же, мы действительно ничего странного не видели.

— В нашем деле ненужная нервозность действительно ни к чему, — согласился Толик. — Так что, давайте будем считать, что все идет по плану. А насчет осторожности я с Костей согласен, теперь смотрим внимательно по сторонам. Очень внимательно.

Обдумывая сложившуюся ситуацию, мы еще некоторое время помолчали, а потом Ольга разрядила общую растерянность одной простой фразой.

— Давайте кушать, лапша остывает, — сказала она и мы приступили к обеду.

Ели молча и с большим аппетитом. Похоже прогулки на свежем воздухе заставили всех изрядно проголодаться и лапша, вприкуску с сардельками шла на удивление хорошо. Справились минут за двадцать не больше. Даже горячие напитки, заблаговременно приготовленные Ольгой, не успели остыть. И вообще Островская держалась молодцом, старалась излучать оптимизм и благодаря ей нам удалось как-то развеять тревожные мысли.

— Ребята, а мы такой дом странный нашли, что даже не терпится вам рассказать! — возбужденно щебетала Ольга, отпивая из чашки зеленый чай с жасмином. — Там все забаррикадировано, и забираться в него нужно будет через крышу, представляете? Интересно, что там такое может быть?

— Что там, Толик? — спросил Паровоз.

— Да, — кивнул Валет и закинул в рот остаток сардельки. — Все так и есть. Дверь не открывается, замков на ней нет, так что похоже заблокирована чем-то изнутри. Ставни на окнах тоже закрыты, хорошо хоть на чердаке окно есть, вот через него и будем пробираться внутрь.

— Понятно, — сказал Костя и залпом выпил свой кофе. — Не забудь взять стремянку.

— Разумеется, — ответил Толик. — Переть только ее неохота.

— Не переживай, она легкая и высоты приличной. Я всякое дерьмо в приключения не таскаю, — немного повеселел Паровоз. — Только вы там осторожнее, я в прошлом году так чуть на растяжку с гранатой не нарвался, в последний момент ее увидел. Какой идиот ее там оставил до сих пор понять не могу. Там и интересного ничего не было, так, ветошь всякая. Так что смотрите внимательно.

— Ты же сам знаешь, как это бывает — какой-то копатель вроде нас все там уже осмотрел, а напоследок решил уменьшить популяцию себе подобных, уж больно много любителей в последнее время появилось. Но за совет спасибо, — поблагодарил Валет. — Ну, что пошлите, немного поработаем? Во сколько, кстати, заканчиваем?

— Думаю, часиков до шести будет в самый раз, что скажете? — предложил Костя. — Дальше слишком опасно, совсем темно уже будет.

— Окей, я полностью с тобой согласен, — Толик встал из-за стола и пошел в соседнюю комнату за лестницей.

Вот так и закончился наш первый обед в Ардейском поселке. Если утром все были более-менее в хорошем настроении, то сейчас оно сменилось непонятным ощущением тревоги. По правде говоря, мне с самого начала было здесь не по себе и Костя подтвердил мои опасения. Что-то здесь было не так. Осталось выяснить, что именно здесь не так. Пока я размышлял, Валет притащил стремянку. Перед тем как выйти из дома мы взяли с Никиты и Насти обещание, что они запрут за нами дверь и не будут никуда шастать без дела, после чего разошлись по своим участкам.

Стремянка и в самом деле оказалось очень легкой, мы несли ее вдвоем с Толиком и практически не ощущали веса. Оказавшись возле нужного нам дома, мы установили лестницу под чердачным окном.

— Держите крепче, — сказал нам Валет, закинул за плечо «Сайгу» и полез вверх.

Он добрался до окна и попробовал его открыть, но ничего не вышло.

— Не получается. Стекло грязное, ничерта не видно. Я думаю изнутри на щеколду закрыто, так что буду разбивать. Пригните головы, чтобы осколки не задели.

Толик снял с плеча ружье и ударом приклада выбил окно. Звон разбитого стекла в полной тишине показался нам таким громким, будто взрыв хлопушки в маленькой комнате. Стекло со звоном осыпалось вниз, но нас с Ольгой осколки миновали.

— Все целы? — спросил Толик и получив утвердительный ответ продолжил. — Я лезу внутрь, Макс поднимайся за мной, а Ольга пусть останется внизу.

— Одна я здесь не останусь, — сказала девушка. — Мне страшно.

— Ох уж мне эти девочки! — улыбнулся Валет. — Чего тут бояться? Ладно, тогда лезь сейчас, чтобы Макс тебе стремянку подержал.

Ольга довольно уверенно забралась наверх, и я медленно полез следом. Пока я карабкался наверх, ребята уже залезли внутрь. По сложению я был немного плотнее Валета и тем более Ольги, поэтому мне стоило определенных трудов, чтобы протиснуться в довольно узкое чердачное окно, да еще стараясь при этом не пораниться оставшимися в оконной раме осколками стекла. Спустя несколько минут и благодаря помощи Толика, я наконец оказался внутри.

К моему удивлению, чердак был абсолютно пустым, никакого хлама, макулатуры или еще чего-то подобного, просто сухое и абсолютно пустое помещение.

— Что же это они никакого барахла сюда не натаскали? — удивленно прокомментировал увиденное Толик. — На порядочном чердаке обычно шага сделать нельзя, чтобы не наступить на какую ни будь хреновину, а тут пусто. Странно как-то. Ладно, нужно внутрь пробираться.

Люк внутрь дома долго искать не пришлось, с учетом отсутствия каких-либо вещей, он был очень хорошо заметен. Толик попробовал его открыть, но он также оказался заперт.

— Странное дело. Такое ощущение, что хозяева очень не хотели видеть гостей, — растерянно сказал Валет.

— Ага, вот только как они сами-то отсюда вышли? — задала Ольга вопрос, который и у меня крутился в голове.

— Без понятия. Сейчас будем разбираться, что тут к чему, — Валет снял с пояса походный топорик и рубанул по люку.

Сухие и тонкие доски поддавались очень легко, поэтому буквально за пять минут он искрошил люк практически в щепки, а затем несколькими ударами ноги выбил его вниз. Изнутри дома потянуло затхлым, немного сладковатым запахом.

— Вот курва, что-то не нравится мне все это, — встревоженно сказала Островская. — Может быть, не будем туда спускаться?

— Почему? — я не совсем понимал причины ее испуга. — Что там такого? Ну, пахнет не очень, так это и понятно, дом неизвестно сколько не проветривался.

— Запах какой-то странный, — ответила девушка. — Мне от него как-то не по себе.

— Между прочим Ольга дело говорит, — поддержал ее Валет. — Запах и в самом деле не очень. Так пахнет смерть.

— Что ты имеешь в виду? — я не очень понимал, о чем он сейчас говорит.

— Я сейчас сделаю предположение, которое, скорее всего, окажется верным, так что не падай в обморок, если я буду прав, — Ольга прикрыла лицо руками, вероятно, пытаясь защититься от предположения Валета. — Думаю, что мы сейчас спустимся вниз и увидим труп. С очень большой долей вероятности я могу предположить, что он уже успел разложиться, и ты увидишь просто скелет, обтянутый кожей. Надеюсь, ты не станешь падать в обморок, а то я как-то не захватил с собой нашатырного спирта.

— Мне доводилось видеть трупы, если ты об этом, — ответил я, вспомнил бойню в Яховлевской Усадьбе и усмехнулся. — Да и вообще, кровью меня вряд ли испугаешь.

— Это хорошо, — кивнул Толик. — А что насчет Ольги?

— Не могу сказать, что я в восторге от трупов, но как-нибудь переживу, — заверила его моя пани. — Всякое видеть приходилось.

— Как скажешь, — Толик осветил фонариком лестницу с чердака, по которой ему предстояло спускаться внутрь, и медленно полез вниз. — Спускайтесь, только осторожно, — сказал он через некоторое время. — Не спешите, ступеньки скрипят, как бы не рассыпались.

Мы по очереди спустились вниз. Судя по всему, комната служила хозяевам чуланом или чем-то похожим на это. Чего здесь только не было: метлы, лопаты, ведра, полки были заполнены разнообразным инструментом, гвоздями и прочими вещами, которые могли пригодиться в хозяйстве. Толик толкнул дверь из комнаты, которая открылась с каким-то скрипучим треском, говорившим о том, что ее не смазывали уже очень много лет. Неприятный запах усилился. Краем глаза я увидел, что Ольга сжимает в руке пистолет. Оставалось надеяться на крепость ее нервов и на то, что она не начнет с перепуга палить куда попало.

Валет вошел в комнату, быстро осмотрел ее и не стал нас томить:

— Ребятки, похоже, это спальная комната. Здесь кровать, телевизор и труп. Он почти полностью высох, что называется — кожа да кости, поэтому заходите смело, можно никого не бояться, не думаю, что он станет возражать против нашего нежданного визита.

Я вошел в комнату и посмотрел по сторонам. Ничего подозрительного, никаких телодвижений — тихо, как в склепе. Все-таки моя способность ночного зрения в таких ситуациях просто незаменима, хотя с фонарем, конечно, будет удобнее. В полной темноте фонарь пятном осветил труп, который лежал на кровати и больше походил на скелет. За мной вошла Ольга. Я уверен, что она тоже увидела мертвеца, но никаких признаков испуга не подала.

— Что-то здесь слишком темно, — сказал Валет и подошел к окну. — Смотрите-ка, здесь ставни закрыты на внутренний запор.

Валет открыл окно, совсем немного повозился с запором и распахнул ставни. В комнату ворвался свет. Какое-то время мы привыкали к свету и осматривали комнату.

— Как интересно, похоже, хозяин перед смертью смотрел телевизор, — сказала Ольга и указала пальцем на воткнутую в розетку вилку.

Рядом с кроватью стояло древнее трюмо, зеркало которого было завешено тканью. На мертвеце лежало несколько хвойных веток, иголки с которых уже давно пожелтели и осыпались.

— Да, действительно интересно, — усмехнулся Толик. — Получается, что перед смертью он закрыл двери и все ставни, ну и завесил зеркало, чтобы его душа после смерти не оказалась в зеркальном лабиринте. После этого, по каким-то только ему понятным ритуальным соображениям, возложил на себя еловые ветки и лег помирать, а заодно и смотреть телик. Так, что ли?

— Бред какой-то, — прокомментировал я увиденное. — Все это попахивает какой-то мистикой, если честно.

В этот момент включилась рация и Ольга вскрикнула от неожиданности.

— У меня тут джек-пот! — раздался радостный крик Паровоза. — Эй, вы слышите меня? Повторяю — у меня здесь джек-пот! Прием.

— Костя, мы тут чуть не обосрались от твоего вопля! — ответил ему Толик. — У нас тут тоже джек-пот в виде мертвеца на кровати. Прием.

— Ух ты! Прикольно вам там, наверное, — заржал Костя. — У меня, конечно, не так интересно, но есть, что рассказать. Нашел золото, червонцы, в количестве пятнадцати штук, как слышно? Прием.

— Ребята, что у вас там за мертвец? — в рации послышался встревоженный голос Никиты. — Это случайно не кто-то из пропавших до нас групп? Прием.

— Не знаю, что за тело, но думаю, что нет, — ответил ему Валет. — Судя по тому, что мы видим, этот здесь давно лежит, сухой уже весь. Ну, а тебя, Паровозик, поздравляю с находкой! Прием.

— Спасибо, — поблагодарил довольный собой «рубин». — Буду дальше работать, никаких ходов пока не обнаружил. Конец связи.

— Конец связи, — Толик выключил рацию. — Смотрите, что в комнате, а я пока во всем доме ставни открою, а то ходим как по склепу.

Он вышел из комнаты, а я включил металлоискатель и начал осматриваться. Не могу сказать, что мне было страшно работать в компании мертвеца на кровати, но вот то, что он меня смущал, это точно. Хорошо хоть проверять тут было практически нечего. Полы без каких-либо видимых намеков на тайные проходы, лишь гладкие, покрытые пылью доски. Тумбочка возле кровати и шифоньер. И там и там ничего интересного не было, металлоискатель тоже ничего не показал, но на это я не особо и надеялся.

— Тут еще две комнаты, не считая кухни, — громко сказал Толик, так чтобы я его тоже слышал. — Странный домик, конечно. Мне такого раньше видеть не доводилось. Зеркала везде завешены, в каждом углу самодельные кресты приколочены. Сплошная мистика. Такое ощущение, что бывший хозяин чего-то или кого-то очень боялся.

— Мне здесь вообще не нравится, — прокомментировала Ольга. — У меня такое предчувствие неприятное, как будто что-то должно случиться. Бывает у вас такое?

— Такое у всех бывает, — ответил ей Валет. — А у женщин, с их особой интуицией, вообще очень часто. Надеюсь, что тебе это тревожное состояние навеяно мертвым телом в соседней комнате.

— Я тоже на это надеюсь, — мрачно усмехнулась девушка.

— В комнате с трупом ничего интересного нет, — отчитался я.

— Ладно, я посмотрю, что там на кухне, может быть погреб или подвал найдется, а вы тут пока поработайте, — сказал Толик.

Мы занялись делом.

— Тут, похоже, детская была или что-то такое, — раздался вскоре голос Островской из соседней комнаты. — Во всяком случае, здесь когда-то жил ребенок. Игрушки, правда, старые и в основном сломанные, но ребенок здесь был.

— Маленький домик, — констатировал я, начиная осмотр последней, самой большой комнаты, судя по всему, она служила хозяевам гостиной или залом.

Большая комната была бедновата. Кроме стола и стульев, здесь стоял рваный диван, даже примерный возраст которого определить не представлялось возможным, старый лакированный сервант и второй шифоньер. За стеклом серванта можно было видеть фотографию пожилой семейной пары. По всему было видно, что семья жила небогато. Вещей было немного, посуда в серванте тоже самая обычная, в общем и целом ничего, что могло вызвать хоть какое-то мое любопытство. После изучения стен и полов, пришлось констатировать, что никаких проходов они не скрывают. Содержимое шифоньера и шкафчиков серванта меня, естественно, не интересовало, пусть наш копатель изучает.

В этот момент на кухне раздался оглушительный треск.

Мы бросились в соседнюю комнату и увидели, что Толик с видом победителя и с топориком в руке стоял над открытой крышкой погреба.

— Фу! Ну и вонища! — сказал он и посветил в погреб фонариком. — Твою мать! Первый раз в жизни такое вижу. Вы только гляньте на это.

Я подошел к погребу и заглянул внутрь. От увиденного мне стало не по себе. Внутри лежало несколько человеческих скелетов. Я даже затруднялся ответить, сколько их там, пять, шесть или даже больше. Кроме скелетов в подвале было много сухих еловых и сосновых веток. Точно таких же, как и на трупе, который лежал на кровати. Воняло из подвала просто ужасно.

— Что там? — спросила Ольга и, не дождавшись ответа, посмотрела сама. — Какой ужас! — сказала она после того, как осознала, что именно она увидела. Девушка прикрыла рот рукой, видно было, что она очень испугана. — Что это такое, Толик?

— Не знаю, — честно ответил Валет. — Больше всего это похоже на небольшое домашнее кладбище.

— Мы же не полезем туда? — спросила она.

— Ты нет, — Толик повесил топор на пояс. — А нам с Максом надо бы. Ты же знаешь, в подвалах очень часто можно найти что-то интересное. Только сначала нужно решить, что с этим всем делать. Макс, ты когда-нибудь поднимал человеческий скелет или человеческие кости?

— Нет, — ответил я. От одной мысли, что придется во всем этом копаться, мне стало дурно.

— Сейчас тебе представиться такая возможность. Мой тебе совет, вообрази, что ты археолог, который вынужден заниматься подобной херней по профессиональным соображениям. Так будет легче.

— Нам обязательно расчищать подвал? — честно говоря, мне не очень хотелось этим заниматься.

— К сожалению, обязательно. Хотя бы частично, — сообщил Валет. — Этот дом совсем недалеко от монастыря, поэтому я не удивлюсь, если на дне этого подвала мы найдем еще один люк. Такое иногда случается, так что закатывай рукава и давай за работу.

— Если вы не против, я не буду в этом участвовать, — сказала девушка. — Меня от этого зрелища наизнанку выворачивает.

— Тебя никто и не просит. Я убрал запоры с входной двери, так что, если хочешь, можешь даже выйти на свежий воздух и развеяться, — сказал ей Толик.

Ольга посмотрела на входную дверь, а затем осветила ее фонариком. К двери был приколочен грубо сработанный крест, на котором что-то было написано. Я подошел поближе и прочитал: «Большой — смерть». Странная надпись.

— Ребята, вы видели? Здесь на кресте есть надпись «Большой — смерть», интересно, что бы это значило?

— Понятия не имею, — сказал «изумруд». — Как по мне, так херня бессмысленная. Думаю, что это уже было написано на доске, до того, как она стала частью креста.

— Может быть и так, — отозвалась Ольга. — Но все равно это как-то странно. Выходить я не буду, лучше посижу в соседней комнате пока вы здесь копаетесь. Я найду, чем мне заняться.

— Вот и хорошо, — сказал Толик и посмотрел на меня, вероятно оценивая мое состояние. — Все нормально, не тошнит от скелетов? Ты сможешь мне помочь?

— Да, все нормально, — мне и в самом деле не тошнило. Другой вопрос, насколько я вообще осознавал реальность происходящего, но вот то, что мне не тошнило — это точно.

— Тогда давай приступать, — кивнул Валет.

Он спустился на несколько ступеней лестницы, ведущей в подвал и начал вытаскивать лежащие сверху ветки.

— Ты обратил внимание, что здесь такие-же ветки, как и на трупе в комнате? — спросил я.

— Естественно. Я даже обратил внимание, что, судя по внешнему виду, время смерти этих мертвецов и того, который лежит на кровати, примерно одинаковое. Возможно они даже умерли по одной и той же причине. Хрен его знает. Если ты хочешь, чтобы я сделал какое-то конкретное предположение по этому поводу, то ничем не могу помочь — я не врач, — Толик усмехнулся и нахмурился. — А вообще здесь действительно как-то необычно. Заперто все, что только можно запереть, крестов больше чем спичек в коробке, ветки еловые повсюду. Бред какой-то, если честно.

— Самое главное, что закрытые двери их не уберегли, — сказал я. — Ты же это хотел сказать? И что значит эта надпись непонятная? Мне почему-то не кажется, что она совсем уж бессмысленная.

— Ладно, давай делом заниматься, — мрачно сказал Валет. — Чем быстрее здесь закончим, тем будет лучше. Хреновое место какое-то.

Больше я его не трогал, и мы просто освобождали подвал, чтобы там можно было поработать металлоискателем. Толик вытаскивал из подвала ветки, а я относил их подальше в сторону, чтобы не мешались под ногами. Следом за ветками пришел черед скелетов. Чтобы было удобнее, Валет разбивал их на части топором, а наверх мне подавал лишь крупные части — ноги, руки, грудные клетки. Все это я сваливал в кучу возле печки. Трудно определенно описать словами мои ощущения в этот момент. Чтобы я не сказал, все это будет не то. Все это настолько выбило меня из колеи, что какое-то время я вообще не до конца осознавал, что все это происходит со мной на самом деле. Чтобы ему пусто было, этому Владу Беляеву и всему Сапфировому Дому, вместе с их Анхом! Из-за них я должен заниматься подобной хреновиной. Хотелось думать, что все это был просто какой-то ужасный сон. Вот только… это было не сновидение.

Пока мы работали, на связь вышел Костя. Толик не стал рассказывать детали про наши находки и просто сказал, что дом очень любопытный, а подробности пообещал выложить на базе. За то время, что мы провели в этом доме, Паровоз уже осмотрел два, но ничего, заслуживающего внимания не нашел — никаких тайных ходов или чего-то такого. Зато у нас тут от всего интересного голова пухла, такое ощущение, что мы не искатели, а грабители могил! Максим Соболев — ужасный грабитель могил, как вам такое? От этой мысли мне стало смешно, и я рассмеялся, в этот момент у меня в руке как раз была чья-то грудная клетка. Толик с тревогой посмотрел на меня и вопросительно поднял брови.

— Не обращай внимания, — сказал я. — Это у меня нервное.

— Угу, я так и понял.

К тому времени, когда мы закончили, за окном стало темно. Часы показывали, что уже почти шесть часов. Пора возвращаться на базу, о чем настойчиво намекала Островская, сообщавшая нам время каждые пятнадцать минут. В конце концов, Валет попросил металлоискатель.

— Неужели это все? — спросил я, осматривая внушительную кучу извлеченных из подвала человеческих костей.

— Так, мелочь всякая осталась, но она уже не мешает, — отозвался Валет и спустя несколько секунд запищал включенный металлоискатель.

Толик работал долго, почти полчаса. За это время с нами успел связаться Никита, встревоженный тем, что нас до сих пор нет на базе и Паровоз, который сказал, что он очень хочет кушать и если мы не явимся, через пятнадцать минут, то он приведет нас силой.

Уставшие и морально истощенные мы возвращались на базу. В подвале были найдены несколько нательных крестиков, один из которых был золотым, и пять монет разных периодов и стоимости. Ничего такого, что могло нас заинтересовать, даже Толик довольно прохладно отнесся к находкам. Напрасно проделанная работа. Конечно, если смотреть на это с другой стороны, то с каждым осмотренным объектом мы на шаг приближаемся к нашей цели и шансы отыскать нужный нам проход увеличиваются.

Шли молча, разговаривать сил не было. Каждый думал о своем. Лично я вспоминал гору человеческих костей и кресты в каждой комнате, а еще мне не давали покоя два вопроса. Вопрос первый — существует ли вообще этот тайный ход или мы напрасно тратим свое время? И вопрос второй — почему с каждым часом, проведенным в этом поселке, мне все больше хочется навсегда его покинуть?

Глава 13

— Что это с вами, ребятки? — спросила Настя, как только мы вошли в дом.

— Все нормально, — попыталась улыбнуться Ольга. — Просто день как-то не заладился, устали как собаки.

— Ага, оно и видно, — не поверила Касаткина. — Ты себя в зеркало видела? Белая совсем, как лист бумаги. Давайте рассказывайте, что случилось?

— Погоди, дай немного отдохнуть, — Валет устало сел на лавку возле стола, и мы с Ольгой последовали его примеру.

— Ладно, вы отдыхайте, а мы тут пока посуетимся, — сказала Настя и начала вместе с ребятами накрывать на стол.

Я закрыл глаза. Как хорошо было оказаться в этом доме после такого жуткого дня. Когда я шел, то думал, что даже ужинать не буду — попью чай и сразу в койку, но теперь мое настроение изменилось, и я бы не отказался чего-нибудь съесть. Мне показалось, что так я просидел минут десять, не больше. За это время я немного согрелся, а от запаха жарящихся на огне сосисок начало сводить живот. Кажется, я начал оживать. Я открыл глаза и увидел, что Ольга и Толик, уже давно пришли в себя и даже пили чай. На столе стояла кастрюля с вареной картошкой, блюдо с сосисками, еще одно со всякой солкой и салом. Весь этот набор дополняли две упаковки пива. Когда они успели все это приготовить? Похоже на то, что я заснул.

— Я что вырубился?

— Ага, — кивнул Валет и улыбнулся. — Тебя не было с нами минут пятнадцать. Но проснулся ты как раз вовремя — все готово к ужину, если ты, конечно, планируешь составить нам компанию.

— Я планирую не только составить вам компанию, но и порядком уничтожить наши запасы, — сказал я и потянулся, пытаясь немного размять тело. — А где Паровоз и Никита?

— Пошли в сарай, — ответила мне стоявшая возле печи Настя. — Сейчас придут, я как раз успею сардельки дожарить.

Ребята пришли через пять минут. В руках у Паровоза были дрова, а Чернов тащил два ведра с углем. Одно из ведер давно уже просилось на свалку, так как из его дна тонкой струей высыпался уголь.

— Никита, у тебя ведро с дыркой, — сказал я.

— О, Макс проснулся! — улыбнулся мой приятель. — Живой?

— Как видишь, — ответил я, затем взял со стола пачку влажных салфеток, вытащил одну и вытер руки.

— Это хорошо, что все живы, — сказал Паровоз, усаживаясь за стол. — Наконец-то можно спокойно поесть без всяких волнений, — он взял с тарелки самую большую сардельку, обильно полил ее кетчупом, и собирался было ее уделать, как его остановил Валет.

— Костя погоди, куда ты спешишь?

— Да, что же это такое! — Паровоз бросил сардельку на пластиковую тарелку. — Не дадут человеку спокойно поужинать! Ну что опять случилось?

— Да ничего не случилось, просто, согласно нашим добрым традициям, мы должны отметить наш первый рабочий день в этом поселке, а для этого следует начать ужин с тоста иначе все у нас пойдет через жопу! — сказал Толик, укоризненно посмотрел на Паровоза и разорвал картонную упаковку с пивом. — Так что, берите по банке.

— Не знаю как ребята, но я предупреждаю — если я сейчас выпью пива, то могу отъехать, и вам придется меня укладывать в спальник! — с улыбкой сказала Ольга. — У нас сегодня выдался очень сложный день.

— Я думаю Макс как-нибудь справится, — заверил ее Толик.

— Ну, давай, начинай, — нетерпеливо сказал Костя и открыл банку пива, остальные последовали его примеру. — Только не долго, а то жрать охота.

— Итак, — Толик встал. — Я хочу открыть этот торжественный вечер в этом хреновом месте, в честь чего предлагаю выпить за отличное начало этого путешествия и окропить этим хмельным напитком наши первые находки.

— Да, начало действительно отличное, куда уж лучше, — тихо сказал я, но Валет сделал вид, что не расслышал моих слов и продолжил.

— Костя, ты говорил, что нашел червонцы? Тащи сюда один, — Паровоз встал из-за стола и принес блестящий золотой червонец, который Толик положил в пустую пластиковую тарелку и налил в нее немного пива. — За хорошее приключение! Надеюсь мы найдем то, за чем мы сюда прилетели! Ура!

Все чокнулись банками и сделали по глотку. Пиво шло на удивление хорошо. Приятное тепло разлилось по всему телу, и я понял, что именно это мне сейчас и требовалось.

— Я надеюсь, с торжественной частью теперь покончено, и мы можем наконец поесть? — нетерпеливо спросил Паровоз, вооружившись вилкой.

— Предлагаю приступать к праздничному ужину! — закончил торжественную речь Валет и уселся на свое место.

И мы приступили. В отличие от остальных, я и Ольга ели меньше всего. По девушке было видно, что она и в самом деле сильно устала, а мне вполне хватило нескольких сосисок, чтобы почувствовать себя сытым. Зато остальные ребята наминали, что есть силы. Глядя на Паровоза, который поглощал сосиски и сардельки, будто семечки, я даже удивился — как в человека вообще помещается столько еды? Если бы его отправить на конкурс поедания хот-догов, он бы там точно оказался в призерах.

За ужином все поделились, как прошел сегодняшний день. От нашей группы рассказчиком выступил Толик. Что касается меня, то говорить о сегодняшнем дне мне вообще не хотелось. а вспоминать его вторую половину точно никакого желания не было. К моему удивлению, когда Валет рассказывал обо всем этом кошмаре, все реагировали на удивление спокойно. Паровоз лишь иногда цокал языком и качал головой, а Никита то и дело косился на меня и хмурился. Ну, оно и понятно, одно дело слушать рассказ о наших приключениях и совсем другое принимать в них непосредственное участие. Что означали все эти кресты в доме и ветки — никто не знал и даже предположений не делал. А что тут скажешь, давняя и непонятная история, мало ли, что там могло случиться?

Зато, когда Ольга рассказала про странную надпись на кресте, Паровоз неожиданно оживился и сказал, что в одном из домов видел на стене странный рисунок — несколько маленьких человечков окружали одного большого.

После его слов все на некоторое время задумались, чтобы это все могло значить и если связано между собой, то каким именно образом? При чем здесь этот большой человек и эта странная надпись на кресте «Большой — смерть»? Разумеется, ничего конкретного сказать никто не мог, поэтому общим мнением отнесли всю эту историю к банальному совпадению.

Слово за слово и мы совсем позабыли утренние тревоги, насчет того, что Косте показалось будто он видел какого-то человека. Наша история с этими мертвецами тоже уже не казалась такой уж омерзительной, всем было тепло и уютно, а потому неприятных тем даже избегать не приходилось, они как-то сами собой ушли из разговора.

В заключении ужина подвели краткий итог сегодняшнего дня и обозначили цели на завтра. Выходило так, что за завтра мы должны осмотреть последние близлежащие к монастырю дома и если он все-таки есть, то и обнаружить тайный проход. Не знаю почему, но мне начало казаться, что мы вообще его не найдем и придется думать над альтернативным вариантом проникновения в монастырь. Хотя, что рассуждать, там видно будет. Для начала нужно закончить с осмотром.

— Ребята, вы не хотите одну лампочку выкрутить? — спросила Ольга, когда ужин уже подходил к своему логическому завершению. — Спать хочется, вообще жесть.

В этот момент на потолке, что-то отчетливо хрустнуло, и на нас посыпалась штукатурка. Мы замерли. Тишину нарушал лишь треск дров в печке.

— Ну и что это было? — спросил Никита. — Неужели дом разваливается?

Ему никто не ответил, все озадаченно смотрели на потолок. Какое-то время ничего не происходило, а потом вновь раздался треск и на столе оказалась новая порция штукатурки. Кроме того, теперь наверху отчетливо были слышны чьи-то тяжелые шаги. На чердаке кто-то был. Похоже этот вечер перестает быть томным. Время стало вязким, как желе, мне казалось, что каждая секунда длится по часу. Ноги стали ватными, очень хотелось сесть, но я боялся даже пошевелиться. Мы молча смотрели друг на друга, при этом девчонки стояли прикрыв лицо руками, видимо пытаясь таким образом защититься от этих странных звуков. Шарканье какого-то тяжелого существа продолжалось довольно долго. Существо ходило из угла в угол, и мы отчетливо слышали сопение. Шаги прекратились, и до нас донесся долгий, протяжный стон, переходящий в хрип. Затем пол чердака стал кто-то царапать. Я не уверен, что его действительно царапали, но звук был именно такой. Кто бы там ни был наверху, но он хотел пробраться к нам в комнату.

— Мальчики, мне страшно! — прошептала Настя. — Что это такое?

Первым вышел из состояния шока Костя. Он взял свою «Сайгу» и посмотрел на Валета.

— Толик, вы чердак проверяли, когда дом осматривали?

— Да, Никита там все проверил, — ответил «изумруд» и тоже взял в руки ружье.

— Никита? — Костя перевел взгляд на Чернова. — Ты точно все проверил?

— Ну да. Там все было чисто. Всякого барахла там хватало, но людей там не было, это точно. Наличие крыс и прочей мелкой сволочи я не проверял, если что.

— Тот, кто сейчас наверху, — Паровоз многозначительно указал пальцем на потолок. — К мелким грызунам отношения не имеет, это точно.

— Может быть, медведь или росомаха? — предположил Валет. — Мне недавно в одном из таких вот домишек барсуки попались, я там чуть не обосрался со страха.

— Ничего такого там не было. Крупных животных я бы точно увидел, — стоял на своем Никита. — Я вообще не могу понять, как на этом чердаке можно свободно передвигаться туда-сюда? Там столько хлама, что шага свободно не сделать!

— Ладно, был там кто-то или не был, что теперь гадать? — отмахнулся Костя от рассуждений Чернова. — Просто надо посмотреть, что там происходит сейчас.

Вот это самое «просто надо посмотреть», на самом деле было ох как не просто сделать! Во всяком случае, я таким желанием не горел, даже если бы мне дали в руки вместо пистолета артиллерийскую гаубицу. Будь моя воля, я бы сейчас вообще предпочел оказаться дома.

— Я могу пойти первым, — предложил Никита, видимо чувствуя за собой вину, что чего-то там не увидел, когда осматривал чердак.

— Еще успеешь, — осадил его Валет и посмотрел на потолок, который кто-то усиленно продолжал царапать. — Эй, там! — громко крикнул он. — Я сейчас начну стрелять.

Никакой реакции не последовало и царапание не прекратилось. Толик дважды выстрелил. В замкнутом пространстве выстрелы прозвучали как громовые раскаты. С потолка посыпалась штукатурка.

Царапанье не прекратилось.

— Я пойду первым, — вновь вызвался Никита и в этот раз никто не стал его останавливать.

— Давай, я за тобой, — подбодрил его Костя.

— Только осторожно, ребята, — прошептала Настя.

Чернов надел налобный фонарь и взял пистолет. Я тоже, на всякий случай, взял в руку оружие. Лестница, которая вела на чердак, находилась за печкой. Он сделал первый шаг, и ступеньки возмущенно заскрипели под его весом. Шаг, еще один и вот он уже возле люка. Он осторожно приоткрыл его и посмотрел по сторонам, чтобы осветить чердак.

— Ты хоть что-нибудь там видишь? — спросил Валет.

— Пока ничего интересного, — Никита полностью открыл люк и сделал еще шаг. Затем еще один. Теперь он забрался на чердак.

Вдруг стало тихо, сверху не доносилось никаких звуков.

Следом за Никитой на чердак пошел Паровоз. На его лысой голове были видны капли пота.

— Здесь никого нет, — крикнул Чернов. — Как я и говорил — куча хлама и больше ничего.

— Ты уверен? — спросил Костя и заметно ускорился.

— Чердак не такой большой, чтобы здесь можно было чего-то не увидеть. Я говорю вам — здесь только хлам. Ни медведей, ни росомах, ни енотов, один лишь хлам и две дырки в полу, через которые идет свет из нашей комнаты. Хотя, вот не знаю почему, но чердачное окно открыто. Честно говоря, не помню закрыто оно было или нет, когда я осматривал чердак, но сейчас открыто.

Костя уже тоже был наверху и от их шагов жалобно скрипели чердачные половицы.

— Здесь все чисто, — подтвердил Костя. — Лично я спускаюсь. Если здесь кто-то и был, то сейчас он удрал.

— Ну, слава Богу, — сказала Ольга и перекрестилась. Вот это новости! До этого я не замечал за моей пани особой набожности.

Ребята спустились вниз. Мы положили оружие и вновь уселись за стол. В полном молчании я открыл себе банку пива и остальные последовали моему примеру. Даже девчонки не отказались от еще одной баночки пенного.

— Иногда ветер издает странные звуки, — сказал Толик после слишком затянувшейся паузы.

— Как в «Собаке Баскервилей»? Болото издает странные звуки? — мрачно усмехнулся Никита. — Ты это хочешь сказать?

— Других версий у меня нет, — пожал плечами Валет. — Точнее есть еще одна, но думаю, что она вам понравится еще меньше первой.

— Интересно было бы послушать, — Никита взял со стола картонную пивную коробку, но пива там не нашел. — Макс, у нас есть еще пиво, а то я что-то слишком быстро расправился со своей банкой.

— Поищи в комнате, там должно быть еще достаточно, ответил я и с интересом посмотрел на Валета. — Давай, Толик, что ты хочешь нам рассказать?

— Не стану вдаваться в детали, но, в общем, я считаю, что каждый дом живет своей собственной жизнью, — продолжил Толик. — И у каждого дома есть хранитель.

— Ты сейчас о домовых и всяком таком? — удивленно поднял брови Костя. — Я правильно тебя понимаю?

— Не совсем о домовых, но в общих чертах — да. Это некая сверхъестественная сила, которая считает дом своим собственным, в нем рождается и в нем же умирает.

— Херня все это, — безапелляционно сказал Паровоз и стукнул банкой с пивом по столу. — Не верю я во всю эту галиматью. Домовые, блуждающие огоньки, лепреконы, зубные феи, черные покрывала и прочая аналогичная муть!

— Толик, я тебе уже говорил, но на всякий случай повторю — я тоже не верю во всякие мистические вещи, — сказал я.

— Да, Толик, ты извини, но в данном случае я поддержу большинство, — сказал Никита. — Я понимаю, что все сейчас скажем так — под сильным впечатлением от произошедшего, но не стоит бросаться в крайности. Думаю, что домовые здесь точно ни при чем.

— Ну да, конечно, Валет только глупости говорит, — отмахнулся Толик. — В таком случае, я готов послушать вашу версию, наверное, она гораздо убедительнее. Или остановимся на первом варианте — иногда ветер издает странные звуки?

— Ладно, ребята, давайте не будем ссориться, — устало вздохнула Ольга. — И так тошно, а тут еще давайте перегрыземся для полного счастья. Предлагаю лечь спать, утро вечера мудренее.

— Согласен с девушкой, — кивнул Костя. — Мы все немного возбуждены и все такое, так что лучше завтра вернемся к этому вопросу, если к нему вообще стоит возвращаться.

— Я как все, — Никита встал из-за стола и выкрутил одну лампочку. — Всем спокойной ночи. Если нет возражений, то дежурить будем в такой же очередности, как и вчера.

Честно говоря, после всего произошедшего за день, мне было страшно дежурить одному, но я прекрасно понимал, если мы будем дежурить по двое, то никто толком не выспится, а нам это было просто необходимо. Поэтому я молча залез в свой спальник, закрыл глаза и попытался заснуть. Вот только заснуть не получалось.

Не знаю, сколько именно я пролежал с открытыми глазами, но за это время все успели улечься, Паровоз допил свое пиво и ложился последним. Какое-то время он еще переговаривался с Толиком, а потом разговоры затихли. Судя по ровному дыханию соседей, заснуть удалось всем кроме меня и Толика, который время от времени подбрасывал уголь в печь.

За окном по подоконнику забарабанил дождь. Судя по всему, дождь в этих местах, это какая-то постоянное и неизменное явление. Где-то далеко раздался лай собак, судя по всему, там была довольно большая стая. Хотелось бы знать, на кого они лают? В этот момент на чердаке снова послышались звуки — кто-то царапал половицу.

Я открыл глаза и приподнял голову — Толик сидел на стуле возле печи и раскачивался на табурете.

— Толик! Ты слышишь шум наверху? — шепотом спросил я.

Он перестал раскачиваться и посмотрел на потолок, а потом на меня.

— Нет, ничего не слышу, а что?

— Кто-то опять царапает чердачный пол.

— Не знаю, я ничего не слышу, — он усмехнулся. — Макс, у тебя сегодня было слишком много впечатлений, как и у всех нас. Так что, думаю тебе сейчас просто нужно заснуть.

— На чердаке кто-то царапает пол, — уперто повторил я.

— Не дури, ложись спать. Ребята все проверили, там никого нет. В чертовщину ты не веришь, так что попытайся заснуть.

Если Валет не врал, то спорить с ним не было никакого смысла — он ничего не слышал, а будить остальных и спрашивать слышат они звуки сверху или нет, было бы по меньшей мере странно. Да и потом — вдруг на самом деле мне это кажется? Откуда я знаю, что происходит с мозгом человека, который впервые в жизни наблюдал столько трупов за раз, да еще и вытаскивал останки из подвала? Да, наверное, мне просто нужно поспать.

Я попытался не слышать звуков сверху и вскоре они и в самом деле прекратились. Тем временем дождь за окном усилился, а собачий лай не прекращался. Иногда собаки визжали так, как будто их кто-то бил, может быть, так и было на самом деле. Я усмехнулся — интересно, Толик сейчас слышит собачий визг, или только у меня одного начала ехать крыша? Ответа на этот вопрос у меня не было, да я и не хотел его знать.

Глава 14

Проснулся я полностью разбитым и с дикой головной болью. Такое впечатление, что я вообще не ложился, а кроме того, по мне еще и топтались всю ночь. Такого со мной давно не было. Создавалось ощущение, будто я вчера перед сном выпил бутылку водки и теперь расплачиваюсь за это тяжелейшим похмельем. В комнате было тихо, никакого царапанья наверху, лишь слышно, как переговариваются ребята. Может быть, мне вообще все это приснилось и никаких звуков наверху и не было вовсе? Странно конечно. За окном был слышен шум дождя, похоже он не заканчивался и шел всю ночь. Говорят, что край дождей и туманов — это Лондон, но, судя по всему, Ардейский поселок даст столице Англии фору. Разумеется, этот факт не улучшил моего настроения — бродить под дождем, то еще удовольствие.

— Макс, — я услышал знакомый женский голос и открыл глаза — рядом со мной сидела Ольга и улыбалась. — Пора вставать, я тебе кофе приготовила.

Я попытался улыбнуться в ответ, но вместо улыбки смог изобразить лишь ее жалкое подобие, больше походившее на кислую гримасу.

— Спасибо большое, — сказал я и благодарно дотронулся до ее руки. Чашка крепкого кофе сейчас будет в самый раз.

Я выбрался из спальника и осмотрелся. Все, кроме Насти были в комнате, а вот настроение у всех явно было не очень. Даже всегда улыбающийся Чернов и тот выглядел каким-то помятым и уставшим. Вдруг меня осенила мысль — я сегодня ночью не дежурил! Это показалось мне настолько неправильным, что остатки сна как рукой сняло.

— Почему меня не разбудили на дежурство?

— Валет попросил передать по смене, чтобы тебя не будили, — усмехнулся Никита и отхлебнул из своей кружки. — Он дежурил вместо тебя. Но ты, похоже, чем-то недоволен?

— Толик, это нечестно, — сказал я. — Все устали не меньше моего, я уже вторую ночь подряд дрыхну больше положенного.

— Я рассудил иначе, — ответил он. — Иди умывайся, у нас впереди новый день и надеюсь он будет полегче вчерашнего.

Хотя кофейный аромат немного прочистил мне мозги, идти на улицу умываться вообще не хотелось. Вот совсем. Если честно, сейчас я больше всего хотел оказаться дома, в своей постели, в своей квартире, в своем городе, в конце концов. Однако, ничего не поделаешь. Я взял мыльно-рыльные и пошел умываться. Разумеется, вода была просто ледяная, а капающий сверху дождь лишь дополнял мрачное очарование этого хмурого утра.

За завтраком я заставил себя съесть сосиску и кусочек сыра, больше просто не лезло, еще одна сосиска и я бы просто выблевал весь завтрак назад.

— Толик, у нас есть таблетки от головы? — спросил я.

Валет встал из-за стола и принес большую картонную коробку, на которой черным маркером было написано «Лекарства».

— Держи. Здесь таблеток как у дурака фантиков, поищи сам, что тебе подходит.

Я покопался в лекарствах, которых и в самом деле было очень много. Чего здесь только не было: таблетки, мази, бинты, все что угодно. Я остановился на пенталгине и закинул в рот сразу пару таблеток.

— Что-то вы все расхворались, — сказал Паровоз. — Еще немного и у нас тут целая больница организуется.

— У кого-то еще голова болит? — спросил я.

— Да нет, у Насти что-то с животом совсем плохо, — ответил Никита и нахмурился. — Даже из спальника выбираться не хочет.

Я посмотрел на Настю, которая лежала на своем месте свернувшись калачиком.

— Может быть съела вчера что-то? — предположил я и Чернов в ответ лишь неопределенно пожал плечами.

— В любом случае, сегодня мы опять останемся здесь, — констатировал он очевидный факт — идти в таком состоянии Настя, конечно, никуда не сможет, это и ежу понятно.

— Ну, а как всем спалось? — спросил я, пытаясь переключить ненужное внимание с Касаткиной.

— Пока ты спал, мы это уже обсудили, — ответил за всех Костя. — Всем спалось хреново. А ты что, хочешь улучшить нам настроение рассказом о каком-то чудесном сновидении? Было бы неплохо.

— Нет, просто интересуюсь. Кстати, кто-то слышал лай собак? — спросил я и сделал глоток еще горячего кофе. — Они всю ночь гавкали.

— Что-то такое было, — ответила Ольга. — Но я думала, что мне это приснилось.

— Чудно все как-то, — усмехнулся Паровоз. — Никакого собачьего лая я не слышал, зато под утро звонил колокол. Почему об этом никто не говорит?

— Здесь не может звонить колокол, — ответил ему Толик. — Мы же были возле монастыря, ты сам видел звонницу, там не то, что колокола поснимали, даже веревки не висят.

— Вот в том-то и дело, — нахмурился Костя. — Там нет колоколов, но они звонили, а до сегодняшнего дня я не страдал слуховыми галлюцинациями.

— Если тебя это утешит, то все когда-то случается впервые, — сказал Валет и встал из-за стола. — Предлагаю заканчивать с завтраком и начинать работать, а то меня уже мутит от всех этих разговоров — слышал, не слышал, бред какой-то. На улице очередной прекрасный день! Холодный осенний дождь! Куча неотработанных объектов! Что еще нужно настоящему искателю приключений на свою задницу?

— Какая пламенная речь и как вовремя! — улыбнулся Костя. — Похоже, ты впустил лучик позитива в это хмурое утро! Смотри, как все разом загорелись желанием поскорее приступить к работе.

— Лично у меня сейчас одно желание — поскорее свалить отсюда, — пробурчал Чернов и уныло посмотрел на дырки в потолке. — Не нравится мне это место.

— Никитос, не начинай, — сказал я. — И так тошно, а тут еще ты нудеть начинаешь. Анх мы пока не нашли, к тому же раньше, чем договорились, вертолет все равно не прилетит, так что заканчивай жаловаться. И вообще — психологи говорят, чтобы отвлечься от негативных мыслей, нужно чем-то заняться, поэтому предлагаю прислушаться к совету Толика.

С одной стороны, я был полностью согласен с Никитой и, разумеется, сам был бы рад свалить отсюда, но нам нужно найти артефакт, чтоб он провалился!

Одевались мы молча и без вчерашнего энтузиазма. Моя головная боль немного утихла, и мне перестало казаться, что виски сдавливают мощным гидравлическим прессом. В процессе приготовления к рабочему дню все понемногу пришли в себя и уже даже начали шутить, но тут произошло вот какая штука — у нас перестали работать рации. Валет распаковал запасные комплекты, но и они не работали. Рации вообще не подавали признаков жизни и даже не включались.

— Толик, вот сейчас я готов поверить в твою мистическую галиматью, похоже местный домовой решил нам здорово подгадить, — прокомментировал случившееся Костя. — Что будем делать, коллеги?

— Да ничего не делать, так идти. Странная хреновина, конечно, — Валет озадаченно почесал затылок. — Но, что тут сделаешь?

— Тогда давайте так. Во время работы связь держать не получится, это понятно, поэтому встречаемся здесь, как и вчера в половине второго, — Паровоз приложил наручные часы к уху и мрачно улыбнулся. — Во всяком случае, часы идут, это уже неплохо. Если вдруг что-то экстренное случится, то все примерно знают где друг друга искать. Ну, а если уж совсем невмоготу и нужна помощь — стреляйте в воздух, кричите, в общем, делайте все что угодно чтобы вас услышали.

Не то, чтобы мы были в восторге от предложения Кости, но других вариантов все равно не было. Расходились все в мрачном настроении под непрекращающийся аккомпанемент дождя.

К нужному нам дому мы пришли довольно быстро. Как и все прошлые наши дома, он был с чердаком, такое ощущение, что жители поселка просто не представляли, как можно без него обходиться. Мы с Толиком привычно осмотрели периметр, а затем перешли к строениям. Первым на очереди был сарай, в котором нас ждала весьма мрачная находка — останки коровы. Что же, Ардейский поселок уже начал приучать меня к тому, что приятного здесь будет мало. Вокруг одни трупы, скелеты и всякая подобная фигня. Примерно эту мысль я и высказал слух.

— Ну, а что ты хотел? Веселые аттракционы в каждом доме? — ответил мне Валет. — Если хочешь хорошую новость, то вот она — все рано или поздно проходит, пройдет и это. Пошли в дом.

Ольге про скелет коровы ничего не сказали — зачем? Я думаю, ей и без этой информации было не очень здорово.

Сам дом оказался на удивление скудным на находки. Кто здесь раньше жил и чем занимались эти люди — большой вопрос. Никаких писем, фотографий, настенных портретов, вообще ничего. В одной из комнат металлоискатель посоветовал нам взломать пол, что мы и сделали. Несмотря на кажущуюся хлипкость и старость досок, они плохо поддавались, поэтому пришлось изрядно попотеть, чтобы расковырять их. В качестве вознаграждения мы выудили оттуда несколько мелких монет семидесятых годов прошлого века, которые ничего не стоили.

— Что-же, во всяком случае, мы попытались, — прокомментировал находку Валет. — Давайте быстренько проверим чердак и валим отсюда.

На чердак вела приставная лестница, а сам люк был заперт на довольно внушительный запор и был сделан из металла.

— Интересно, какому дураку вздумалось делать в доме металлический люк? — спросил я.

— Ну, что тебе сказать, — пожал плечами Толик. — Видимо, бывший хозяин удачно разжился металлом и решил приспособить его сюда. Поверь, иногда и не такое встречается. Однажды мне попался детский манеж, который был сварен из металлического уголка — та еще картинка. Я тогда тоже был удивлен не меньше твоего.

Валет приставил лестницу к люку, без труда открыл запор и забрался наверх. Я полез вслед за ним, ну а Ольга, как всегда, была последней.

В отличие от дома, на чердаке было, что посмотреть. Он был под завязку набит коробками и ящиками самого разнообразного вида и размера. Толик попросил нас помочь ему разобраться со всем этим хламом, и мы взялись за дело. Работы было много, поэтому в процессе особенно не разговаривали, а молча разбирали коробки. Мы перелопатили почти половину, когда вдруг услышали, как с оглушительным металлическим звоном хлопнула закрывающаяся крышка чердака, а затем щелкнул запор. Внизу что-то грохнуло, по всей видимости, кто-то свалил приставную лестницу на пол. Толик бросился к люку и с силой дернул его за ручку, но тот не поддался.

— Что за тупые шутки?! — крикнул Валет. — Кто там?

Ответа не последовало.

— Макс, быстро к окну.

Раскидывая ящики и коробки в разные стороны, я пробрался к чердачному окну, но ничего подозрительного не увидел. Лишь деревья, кусты и высокая трава, больше ничего.

— Никого нет. Да и окно здесь по дебильному стоит, если внизу кто-то и был, то входная дверь все равно за углом, если бы он захотел, то мы бы все равно не увидели, как он уходил.

— Что значит — если внизу кто-то был? — спросил Валет и ударил по люку ногой. — Ты хочешь сказать, что люк сам по себе захлопнулся? А запор тоже сам по себе сработал? Бред какой! — затем он еще раз ударил по люку и еще раз, и еще. Так продолжалось до тех пор, пока он не выбился из сил.

— Кто это сделал? — тихо спросила Ольга, через некоторое время. — Явно не кто-то из наших.

— Не знаю, — немного отдышавшись, ответил Толик. — Но кто-то же это сделал?

Честно говоря, я не знал, что думать по этому поводу.

— Может быть, Паровоз был прав и в этом поселке кроме нас и в самом деле есть еще люди? — предположил я. — Не думаете же вы в самом деле, что это наши?

— Ладно, что гадать, нужно искать выход отсюда, — недовольно пробурчал Валет. — Через люк нам не выбраться, какие будут предложения?

— А какие могут быть предложения? Вариантов у нас немного, выйти отсюда можно только двумя способами — либо через люк, либо через окно. Путь через люк закрыт, остается только окно, — я пожал плечами. — По-моему все очевидно.

— Да ты прямо Капитан Очевидность, — Толик похлопал меня по плечу. — Так держать, Макс!

Я даже не обратил внимания на его язвительное замечание, он просто попытался немного разрядить обстановку, это ясно. Толик подошел к окну, открыл его и присвистнул.

— Высоко. Думаю, что я справлюсь, а вот насчет вас даже не знаю.

Я последовал примеру Валета и тоже глянул вниз. До земли примерно метра четыре — высота не маленькая. Ну, что же, хороший повод проверить мою новую способность — кошачьи повадки.

— За меня можешь не переживать, паркуром я, конечно, не увлекался, но эта высота ерунда, спрыгну без проблем, а вот что касается Ольги… Конечно, можно спрыгнуть вниз, затем войти в дом и приставить лестницу.

— Не нужно ходить в этот дом, — уверенно сказала Островская. — Вдруг там еще кто-то есть? Сами справимся. Вы прыгнете первыми и поймаете меня внизу.

— Ну, хорошо, — Валет подошел к окну и отломал его створки. — Так будет удобнее прыгать, — объяснил он свой поступок, скорее Ольге, чем мне.

Затем он скинул свой рюкзак вниз, а вслед за ним отправилось ружье. Он по пояс высунулся из окна и еще раз оценил высоту.

— Думаю, высота здесь метра три с половиной. Плюс минус полметра. Макс, помоги.

Я подсадил его на окно, чтобы уменьшить высоту прыжка он свесил ноги вниз и прыгнул. Раздался чавкающий звук — это Толик приземлился на мягкую, раскисшую от дождя землю.

— Ну как ты? — спросил я, выглядывая из окна.

— Все в порядке, — Толик убрал свои вещи подальше. — Давай, прыгай, я подстрахую.

Я перелез через окно, уселся на подоконник, прикинул высоту и спрыгнул. Если не считать, того что после прыжка я не удержался на ногах и упал на задницу, то в целом все прошло просто отлично — никаких неприятных ощущений. Я отряхнул штаны от налипших кусков грязи и улыбнулся.

— Ты в порядке? — спросил Толик.

— В полном, только одежду испачкал.

— Ну, это не беда, высохнет — почистишь.

Настал черед Ольги. Она сбросила вниз мои вещи, затем свои и посмотрела на нас сверху.

— Ой, ребята, что-то мне страшновато.

— Не переживай, — я попытался ее успокоить. — Мы тебя здесь поймаем, все будет хорошо.

— А вдруг не удержите?

— Да прыгай ты, — рассмеялся Толик. — Нас же здесь двое! Ох уж мне эти девочки.

Мы стояли прямо под окном, воздев руки к небу и были похожи на двух жрецов, которые взывают к богам с просьбой ниспослать им дождь. Хотя лично я в данный момент просил бы о противоположном — дождь уже порядком осточертел. В ответ на мою мысль дождь усилился.

— Ну, долго нам здесь стоять?! — нетерпеливо крикнул Валет.

Она прыгнула и в самый ответственный момент я вдруг поскользнулся на мокрой земле и упал. Толик неуклюже попытался поймать Ольгу самостоятельно, но ее приземление все равно получилось гораздо жестче, чем задумывалось. Когда ее ноги ударились об землю, раздался глухой хруст, больше похожий на громкий щелчок или на звук раскусываемой во рту карамели. В своей жизни мне уже приходилось слышать подобный звук, и ничего хорошего от него я не ждал.

Ольга вскрикнула и повалилась на землю.

— Что там? — спросил Толик, но она в ответ лишь громко стонала. Валет недовольно посмотрел на меня — что же, я вполне заслуживал этого взгляда. — Ты, что не мог собраться? Как корова на льду!

— Да ладно, поздно уже, орать. Так получилось, — сказал я и присел на четвереньки. — Какая нога? Правая? Левая?

— Правая, — ответила Ольга, но это уже и так было видно. На ткани, чуть ниже колена начала проступать кровь. — Что-то мне это не нравится. Толик, как ты думаешь, перелом?

— Хрен его знает. Сейчас посмотрим, что гадать.

Он снял с пояса нож и аккуратно разрезал штанину в том месте, где была видна кровь. Мои самые плохие ожидания оправдались — у Ольги был открытый перелом, это было очевидно даже для человека далекого от медицины. Кровь не хлестала ручьем, но шла довольно сильно, и ее нужно было остановить как можно скорее. Толик снял ремень и перевязал ее ногу выше колена, девушка застонала.

— Что там такое? — испуганно спросила она.

— Ты сломала ногу, — ответил я. — У тебя открытый перелом, поэтому постарайся не двигаться.

— Там, что кость торчит? — по ее лицу покатились слезы. — Максим, что ты молчишь? Там торчит кость?

— Нет, там ничего не торчит, — попытался успокоить ее Валет. — Просто рана, из которой идет кровь. Поэтому я перетянул тебе ногу выше колена ремнем, чтобы ослабить кровотечение, — он встал и посмотрел на меня. — Нам нужно отнести ее на базу, сама она идти не сможет.

— Ну, это я и без тебя понимаю. Как будем нести? Ты за руки, я за ноги?

— Нет. Так ее нести нельзя, нужно сделать, что-то вроде носилок. Она должна лежать на чем-то ровном и твердом.

— Какие мысли? Быстренько сбегаем на базу и соорудим какие-то носилки или ребят позовем?

— Лишняя потеря времени. Я предлагаю сходить в дом и взять приставную лестницу, с помощью которой мы забирались на чердак. Мы застелем ее куртками, а на нее уложим Ольгу. Носилки получатся на пять баллов.

— Хорошая мысль, — согласился я с Валетом. — Только давай осторожнее, там кто-то еще может быть.

С ружьем наперевес он вошел в дом первым, я за ним. Толик быстро осмотрел комнаты, но в доме никого не было. Лестница валялась на полу, под чердаком.

— Никаких следов от чьих-то ботинок, ни грязи, ни воды — ничего, — сказал я. — А судя по погоде что-то должно было остаться.

— Это все ерунда, мой юный Шерлок Холмс, бери лестницу и пошли. Потом поговорим про следы.

Мы вынесли лестницу на улицу. Она была несколько длиннее, чем нам было необходимо и могла переломиться пополам во время транспортировки, поэтому Толик снял с пояса топорик и быстро укоротил ее до нужных размеров. Мы стащили с себя куртки и положили их на лестницу, затем очень аккуратно переложили туда Ольгу и пошли.

Нужно отдать девушке должное, она не впадала в истерику, не плакала и вообще старалась помалкивать, хотя я отлично понимал, что каждый наш шаг отдается в ее ноге жуткой болью. Я вспомнил тот хруст, когда ломалась ее кость, и на мгновение закрыл глаза, если бы я не поскользнулся, то ничего бы не произошло.

— Олечка, извини, это я виноват, — сказал я и посмотрел на нее, а она перехватила мой взгляд и улыбнулась.

— Ерунда. Это дождь виноват и этот долбаный поселок, а вовсе не ты.

Ну, по крайней мере она улыбается, а это уже неплохо. Что касается меня, то радоваться было нечему — открытый перелом, это очень хреново. Ольге срочно нужно к врачу, а ближайшая больница отсюда далеко.

Я открыл рот, чтобы спросить у Ольги не нужен ли ей отдых и в этот момент мы услышали отчетливый хлопок. Затем еще один и еще один. Мы замерли на мгновение.

— Похоже на выстрелы! — сказал Толик. — В той стороне, где работает Паровоз!

— Сейчас отнесем Ольгу и бегом туда. База совсем близко уже.

— Главное, чтобы поздно не было, — мрачно заметил Валет. — Но и ее здесь бросать нельзя. Так что давай ускоряться.

Мы пошли так быстро, как это было возможно. Ольга закусила нижнюю губу и молча терпела боль, которой отзывалась нога при наших торопливых шагах. Интересно, что там случилось у Кости? Может и в самом деле здесь кто-то есть и на него напали? В этот момент знакомый женский голос, который я уже давно не слышал сообщил:

— Вы получили новое Системное сообщение!

Ого! Вот это новости! Всевидящее око Системы достало нас и здесь. Ну, и как, интересно знать, это работает? Мобильной связи здесь нет, это абсолютно точно, может быть через спутник? Загадка века, однако. Ну, а что мне пишут?

Внимание, Максим! Вы получили задание Янтарного Дома № 3.

Условие выполнения: Полной информацией по заданию владеет наставник вашего звена Виктор Северов, согласно занимаемого ранга вы находитесь в его подчинении.

Участники из вашего звена: все.

Участники из вашего Дома: закрытая информация.

Срок выполнения: закрытая информация.

Всего Вам хорошего, Максим!

Вовремя, ничего не скажешь! Они, что там, издеваются? И что теперь делать? Мы здесь в полной заднице, Северов в Москве, суть задания непонятная, сроки тоже неизвестны… В общем, нормальная такая ситуация. Ладно, сейчас главное вообще в эту самую Москву попасть, а там видно будет. Я перехватил носилки поудобнее и посмотрел на Ольгу:

— Ты получила сообщение?

В ответ она утвердительно кивнула. Толик обернулся, понимающе хмыкнул и ускорил шаг. До базы оставалось всего ничего.

На базе нас ждал встревоженный Никита и Настя, которые бросились к нам, как только мы вошли в дом.

— Что случилось? — испуганно спросила Настя. — Что с Ольгой? Мы слышали выстрелы!

— Мы тоже, — ответил ей Толик. — Но это было в той стороне, где Костя.

— Ольга сломала ногу, — сказал я и мы поставили носилки на пол.

Никита подошел к девушке, присел возле нее, увидел кровь и посмотрел на меня.

— Кровь у нее откуда? Что-то серьезное?

— Да, — ответил я. — Открытый перелом. Во всяком случае, я так думаю.

— Хреново дело, — констатировал он очевидный факт.

— Ладно, хватит вздыхать, — вмешалась в разговор Ольга. — Идите к Паровозу, а я расскажу Насте, что делать с раной. Я в этом все-таки получше вас разбираюсь.

— Тебе бы в больничку, — сказал Никита.

— Раньше, чем прилетит вертолет, в больничке она оказаться не сможет, — ответил Толик. — Поэтому нужно сделать так, чтобы она продержалась несколько дней, а нам и в самом деле нужно идти. И бегом.

Больше мы времени не теряли. Никита накинул плащ, взял пистолет, и мы рванули на выручку к Косте.

Глава 15

Дождь все шел и шел. Вторые сутки подряд и это меня начинало бесить, если не сказать больше. А еще очень раздражала неестественная тишина этого места. Лишь изредка донесется какой-нибудь звук и все на этом. Даже вороны, и те куда-то пропали. Создавалось ощущение, что этот поселок просто поставили на паузу, не выключили совсем, а именно поставили на паузу, так как что-то здесь все же происходит. Понять бы только, что именно.

Когда мы добежали до Костиной территории, выяснилось, что работал он довольно быстро. В процессе его поиска мы нашли девять домов, на входных дверях которых красовались нарисованные мелом кресты — это означало, что он уже в них побывал. Рядом с последним, отмеченным крестом доме, стояло два здания и Паровоз с равной долей вероятности мог пойти в один из них.

— Костя! — громко крикнул Толик.

Мы подождали немного, но никакого ответа не последовало. Похоже он нас не слышал. Судя по всему, Валет пришел к тому же выводу и выстрелил в воздух. Мы подождали еще немного, но лишь напрасно потеряли время — Паровоз не отзывался.

— Пошлите, — скомандовал Толик.

Осмотрев первый дом, мы поняли, что здесь он еще не был. Никаких следов, дверцы всех шкафов были заперты, все в паутине — даже я, с моим совсем маленьким опытом понимал, что нам нужен другой дом.

Когда мы подходили ко второму дому, то Валет, который шел первым, остановился и поднял правую руку вверх — этот жест означал, что нам нужно быть осторожнее. Мы с Никитой замерли. Поначалу ничего слышно не было — лишь капли дождя били по листьям и траве. "Изумруд" постучал правой рукой по уху, намекая нам на то, что нужно прислушаться. Нам понадобилось не меньше двух минут, чтобы услышать какие-то звуки, которые явно исходили из дома. Я не мог однозначно сказать, что это было — то ли тихо плакал ребенок, то ли жалобно скулили собаки, но этот звук явно издавало живое существо.

— Нужно осмотреть периметр, — шепотом сказал мне Валет и показал рукой, что он пойдет направо, а я налево. Никита остался перед входной дверью.

Ничего стоящего внимания мы с Толиком не нашли. Я попытался заглянуть в одно из окон, но оно было завешено изнутри плотной занавеской, поэтому ничего интересного увидеть не получилось.

Толик тихо передернул затвор на ружье и показал, что он будет входить первым, а за ним Никита. Я должен был идти последним и, если честно, я не возражал против именно такой очередности. Валет сделал первый шаг к входной двери, и вдруг она тихо скрипнула и начала сама приоткрываться. Мы отступили и направили свое оружие в сторону двери.

На порог выполз небольшой щенок. Я не большой специалист по собакам, но думаю, что ему было не больше двух месяцев или около того. Он был рыжим, с белым пятном на носу. Щенок полз на животе, оставляя за собой кривой кровавый след, а следом за ним по полу волочились его кишки. Выглядело все это не очень здорово, и я зажал рот рукой, чтобы не проблеваться.

— Интересно, кто это его так? — спросил Толик.

— Паровоз как-то говорил, что не любит собак, — заметил я. — Очень может быть, что щенки тоже входят в эту категорию — они ведь тоже собаки.

— Костя, ты здесь? — громко крикнул Никита, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. — Это ты тут животных мучаешь?

Никите никто не ответил. Либо Кости здесь не было, либо он уже ушел из этого дома. Нужно было проверить. Толик снял с пояса нож, наклонился над щенком и перерезал ему горло. Это было сделано с таким равнодушным выражением лица, как будто ему не было никакой разницы, что резать — собаку или колбасу. Щенок еще какое-то время сучил лапами, а затем затих.

— Это чтобы он не мучился, — объяснил мне свой поступок Валет и вытер нож о штанину. — Пошлите в дом, посмотрим, где там Паровоз спрятался.

— С чего ты взял, что он здесь? — спросил я, не сводя глаз со щенка, которого он только что прикончил.

— На двери нет никаких отметок, значит он здесь, куда ему деваться? — сказал он и вошел в дом.

— Если, конечно, это и в самом деле он, — буркнул Никита и вошел вслед за ним.

Мне вообще не хотелось заходить в этот дом. Из него неприятно пахло. Но стоять под дверью и ждать пока выйдут остальные, тоже хорошего мало, поэтому я переступил через мертвого щенка и пошел следом.

Такого в своей жизни мне еще видеть не доводилось — я попал на какую-то живодерню. Трупы собак здесь были повсюду. Начиная с коридора и кухни, и заканчивая дальними комнатами. Все комнаты были в крови. Кровь была везде — на полу, на стенах, в некоторых местах она даже капал с потолка. В доме стоял просто ужасный сладкий запах — густой, хоть ножом режь. Я не знал, сколько здесь было собачьих трупов — десятки? Трудно сказать. Много — это будет достаточно точным определением в данном случае. Такое ощущение, что какой-то маньяк ворвался в собачий дом и устроил в нем небольшую кровавую баню. Большинство собак уже умерли, но некоторые еще подавали слабые признаки жизни — они скулили и копошились среди мертвых.

От увиденного мне стало страшно. Очень страшно. Это было какое-то безумие. Я просто не мог поверить, что все это происходит сейчас со мной на самом деле. Если это и в самом деле сделал Костя, то вариантов два: либо у него не было другого выхода, либо он больной на голову.

— Круто, — только и смог сказать Чернов, похоже, он тоже был под сильным впечатлением. — Не ожидал такого от Паровоза. Да он просто какой-то собачий киллер! Когда вернемся домой, нужно будет обязательно намекнуть «Гринпису», чтобы они взяли его на поруки!

Валет не разделял веселого настроения Ивана и смотрел на это с довольно мрачным выражением лица. Видимо, в этот момент Костя открывался для него с какой-то новой, неизвестной ему ранее стороны. Для меня, впрочем, тоже. Хотя, может быть это не его рук дело? Может быть в этом поселке и в самом деле еще есть люди? Ответы на эти вопросы мог дать только он сам, а его еще нужно найти.

В комнатах никого не было, чердак тоже оказался пустым и единственное, что отличало его от остальных комнат — там не было ни одного трупа. Проверили и чердак, на котором также ничего не нашли.

В доме Кости не оказалось, но во дворе нас ждал еще сарай и гараж. В гараже был обнаружен ржавый «Москвич» 412-ой модели.

— Интересно, кому в этом поселке понадобилась машина? — удивился Никита. — И как она здесь вообще оказалась?

— Насколько мне известно, до войны сюда можно было подъехать, — ответил ему Валет. — Судя по всему, дорога какое-то время существовала и после войны.

Я заглянул в салон автомобиля. Бардачок был открыт. Из него выглядывали какие-то бумаги. Сидения были почти полностью изъедены — мыши или крысы здесь хорошо поработали. Кроме автомобиля ничего интересного в гараже не было.

Оставался сарай и вот там нас ожидало продолжение фильма «Кровавая собачья бойня». Вторая серия, так сказать. Время оказалось не властно над этим сооружением, сарай оказался сухим и, почему-то, теплым. Наверное, по этой причине собаки и выбрали его в качестве своего жилища, за что и поплатились. Теперь здесь были одни собачьи трупы. Как и в доме — везде только кровь, повсюду только мертвые животные и тот же запах крови, которым был пропитан воздух. Я даже явно ощутил сладковато-соленый вкус крови во рту.

— Что-то сегодня с кровью какой-то перебор, — сказал Валет и брезгливо поморщился. Мы с Никитой от комментариев воздержались — что тут скажешь?

В одном из углов сарая черной дырой зиял открытый люк. Он вел в подвал. Мы присели возле него и посветили внутрь. Подвал был небольшим, но очень глубоким, примерно как два моих роста. Стены отделаны деревянными досками. На одной из стен доски были выломаны, и теперь в стене красовалась внушительных размеров дыра.

— Похоже, тут у нас подвальчик с сюрпризом, — сказал Валет. — Интересно.

Затем он начал спускать вниз, а мы двинулись вслед за ним. Оказавшись в подвале, мы посветили в проем фонарями и увидели, что все это выглядело, как хорошо оборудованный, широкий секретный ход.

— Дыра — это нора, а нора — это кролик? Так что ли Винни-Пух говорил? — улыбнулся Никита. — Неужели нашли?

— Да уж, хороша нора, ничего не скажешь, — ответил ему Толик, освещая ход фонарем. — А кролик-то со знанием дела попался, чемпион по рытью нор — не только стены и потолок, даже пол и тот досками выстелил.

— Вы думаете, что это и в самом деле какой-то тайный ход? — спросил я.

— Макс, не тупи, — ответил мне Чернов. — Что это, по-твоему? У тебя есть какие-то другие варианты?

Других вариантов у меня не было. Похоже, все выглядело именно так.

— Вы думаете, что Костя обнаружил этот ход и выломал доски? — спросил я.

— Доски сломал точно не он, это случилось давно, — ответил Валет. — А вот обнаружил он его или нет — мы можем только догадываться. Во всяком случае, в сарае точно кто-то был и этот кто-то, скорее всего тот-же самый человек, который перед этим был в доме.

— С чего ты взял, что доски выломаны давно? — удивился Никита.

— Я, конечно, не сыщик, но думаю, что если бы доски были выломаны недавно, то трещины на досках были-бы светлыми, а сейчас они серые, — пожал плечами Толик.

— Да, похоже, ты прав, — кивнул Чернов. — Кто-то обнаружил этот проход гораздо раньше нас. — Он пнул ногой одну из валявшихся на полу досок. — Ну, идем? Чего стоять?

И мы пошли.

Коридор был высоким и широким, поэтому идти по нему было легко. Иногда он петлял и уходил то влево, то вправо, но в целом никаких неудобств, за исключением свисавшей с потолка паутины — видимо, пауки здесь чувствовали себя вполне комфортно. Лично меня смущали две вещи. Одна из них — жуткий запах, исходящий из недр коридора, а вторая — какой-то непонятный глухой звук, который время от времени доносился откуда-то изнутри. Трудно было определить его источник, но создавалось ощущение что бьют чем-то тяжелым по наковальне. Не знаю, что думать по этому поводу.

— Мне не нравится, чем здесь пахнет, — произнес я свою мысль вслух. — Такое ощущение, что кто-то здесь издох.

— Похоже на то, — подтвердил мое предположение Никита. — Но ты не падай в обморок раньше времени, я думаю, что так могут вонять мертвые собаки.

— С чего бы вдруг им здесь оказаться?

— Ну, мы же не знаем, как давно открыт люк в подвал и не знаем, как давно они здесь живут, так что эти собачки запросто могли организовать себе в этом коридоре кладбище или что-то вроде этого.

— Какое кладбище, Никита, ты о чем? — похоже, он просто прикалывался надо мной.

— Знаешь, я где-то читал, что собаки любят подыхать в одиночестве. Когда настает их время, они стараются уйти подальше от стаи или сбежать от хозяина и издохнуть на каком-нибудь подходящем для этого дела пустыре, — ответил он. — Это, конечно, не пустырь, но тоже неплохое местечко для подобной затеи.

— Все так и есть, — подтвердил его слова Толик. — Коты, кстати, тоже так делают.

— И эти странные звуки изнутри мне тоже не нравятся, — сказал я. — Такое ощущение, что там внутри живет кузнец-гигант.

— Ну, этого мы не узнаем, пока сами не выясним, — сказал Валет. — Так что, предлагаю заканчивать трепаться и двигать вперед.

Что мы и сделали.

Мы прошли еще метров пятьдесят, когда нам действительно попался собачий труп. Он уже практически полностью разложился, и теперь остались лишь клочки шерсти, которые кое-где прикрывали скелет.

— Похоже, моя версия имеет право на жизнь, — сказал по этому поводу Чернов.

Когда мы оставили за собой еще пару десятков метров, то запах стал просто невыносим, а трупы стали попадаться нам чаще. Здесь были только собаки. Причем чаще всего это были просто собачьи скелеты.

— Нужно переименовать это место в Поселок Мертвых Собак, — пробурчал я, переступая очередные собачьи останки. — Меня уже мутит от этой вони.

Валет вдруг остановился и его стошнило прямо мне под ноги. Похоже, дурно было не только мне. Мы молча подождали, пока он умоется и прополощет рот, а затем двинулись дальше. Все понимали, что вернуться сейчас не лучший выход — прошли уже слишком много. Где-то же этот ход должен заканчиваться?

А еще через некоторое время нас ждала находка, от которой меня бросило в пот. Мы наткнулись на человеческий труп, который был одет в военную форму. Прямо посередине лба у него торчал топор, который почти расколол его череп на две половины. Кожа превратилась в тонкий пергамент, и черты лица убитого теперь уже определить было невозможно. Меня поразило насколько длинными и густыми были у него волосы, казалось, они торчали отовсюду, даже из носа.

— За столом сидит гость, а во лбу торчит гвоздь. Это я его забил, чтобы гость не уходил, — прокомментировал увиденное Никита и после недолгой паузы добавил. — Народный фольклор.

— Интересно, кто это такой? — спросил я.

— Да кто угодно. Запросто может быть кто-то из компании наших предшественников, таких же искателей приключений как и мы, — ответил ему Толик, затем присел и осмотрел карманы мертвеца. — Ничего нет. Причем, вообще ничего.

— Вряд ли это кто-то из таких же как мы, — уверенно сказал Чернов. — Какие должны быть причины, чтобы его убили?

— Вот что легче всего найти в данном случае, так это причину, — Валет встал и вытер руки об штаны. — Может быть, добычу не поделили, а может быть, на почве личной неприязни, да мало ли что? Похоже, еще одна из многочисленных местных странностей, — подвел итог Толик. — Пошлите дальше, я хочу поскорее выбраться отсюда.

— Самое главное, чтобы нам не пришлось возвращаться назад, — сказал я. — Еще окажется, что выход из коридора завален или еще что-то такое.

— Не каркай, — буркнул Валет. — Возвращения я не перенесу и улягусь помирать рядом с этим парнем.

И вдруг мы услышали шаги, которые были отчетливо слышны из глубины коридора. Вот только шаги были какими-то странными, будто идущий специально шаркал ногами по доскам. Мы замерли на мгновение, а затем приготовили оружие.

— Никита, посвети вперед! — распорядился Толик и вскинул ружье.

Я тоже достал пистолет и приготовился открыть огонь при необходимости. Чернов осветил проход. Шаги приближались. Какое-то время ничего не происходило, а затем из темноты вынырнула фигура человека. До него было примерно пятнадцать шагов. Увидев нас человек замер, а затем зарычал и бросился к нам. Куда девалась его неуклюжая шаркающая походка! Он, как медведь, греб на нас, задевая стены и выставив руки вперед. Мы выстрелили все втроем одновременно. Человек зашатался, затем упал на колени, но продолжил ползти вперед. Твою мать! Что это за новости? Мы сделали еще по одному выстрелу и только после этого он упал.

Мы медленно подошли к лежащему на досках человеку.

— Кто это такой, мать его!? — спросил Чернов. — Шесть пуль в него выпустили!

И в этот момент человек поднял голову и оскалился.

— Вот сука! — Валет приставил ствол «Сайги» в упор к его голове и выстрелил.

Ошметки черепа разлетелись на несколько метров вокруг. Тело конвульсивно содрогнулось и лишь после этого замерло навсегда. Мы молча смотрели на труп, не зная, что и сказать по этому поводу. Лежащий на досках человек, был одет в какое-то рванье и что меня особенно поразило — он был без обуви, а цвет его голых ног был каким-то неестественно темным, почти черным. Первым пришел в себя Валет.

— Похоже Костя был прав, в этом поселке мы и в самом деле не одни, — мрачно сказал он. — Здесь есть еще люди.

— Что-то не очень этот парень похож на человека, — сказал я. — Он сдох только после выстрела в голову, хотя должен был умереть гораздо раньше.

— Макс, ты хочешь сказать, что этот тип — зомби? — спросил Никита.

— Я ничего не хочу сказать, — ответил я. — Просто это ненормально, когда человек после шести пуль продолжает жить.

Мы еще немного постояли возле безголового тела и пошли вперед. Что-то подсказывало мне, что этот тип не последний, кого мы встретим в этом тоннеле. Так и получилось, буквально через несколько десятков метров мы вновь услышали знакомую шаркающую походку, а вскоре на нас выбежало еще двое этих странных типов. В этот раз мы подпустили их поближе и стреляли целенаправленно в голову. Один из них упал сразу, а вот во второго пришлось выпустить четыре пули прежде чем он рухнул на доски.

— Если так пойдет и дальше, то у нас просто закончатся патроны! — сказал Никита.

— Тогда перейдем на топоры, — усмехнулся Толик. — Отступать некуда, похоже другого пути в монастырь нет.

— Ты думаешь этот ход ведет в монастырь? — спросил я.

— По крайней мере очень на это похоже. В любом случае не узнаем, пока не проверим, — он ударил ногой лежащий на досках труп. — К тому же где-то там впереди Костя и нужно его вытаскивать отсюда или у вас другие соображения на этот счет?

Других соображений у нас не было, разумеется Паровоза нужно вытаскивать отсюда. Если он вообще еще жив.

Мы пошли дальше. Какое-то время ничего не происходило, а потом тоннель неожиданно закончился, и к нашему удивлению мы оказались в огромной длинной комнате. Определить ее назначение было затруднительно. Вдоль стен было все заставлено кроватями на которых уже, наверное, лет сто никто не спал, а из постельных принадлежностей на них лежали лишь гнилые матрасы из которых в разные стороны торчали ржавые пружины. Весь пол комнаты был плотно покрыт собачьими останками. На левой стене была огромная металлическая дверь, в которую время от времени с обратной стороны что-то билось. Похоже кто-то или что-то пыталось оттуда выбраться и именно этот звук и был слышен все это время. Дверь была заперта на внушительный засов.

— Смотрите, это похоже на какой-то алтарь, — обратил наше внимание Валет на возвышавшееся прямо посередине комнаты сооружение.

Ну да, глядя на четкий прямоугольник, торчавший в центре комнаты, что-то такое можно было предположить. Вокруг него были навалены свежие сосновые ветки, а на поверхности самого постамента был выложен замысловатый узор из еловых и сосновых шишек. Судя по всему, в центре этого узора раньше что-то находилось так как сейчас пустота смотрелась как-то уж очень нелогично. Создавалось ощущение, что здесь явно чего-то не хватает. Теперь же на пустом месте была только надпись: «БОЛЬШОЙ».

— Что это за место? — задал вопрос Никита, ответ на который явно интересовал всех здесь присутствующих.

В этот момент в запертую металлическую дверь ударили уж очень сильно.

— Потом будем разбираться! Смотрите по сторонам! — крикнул Толик. — Если Костя здесь проходил, то где-то должен быть еще один выход.

Мы начали отчаянные поиски второго выхода из этой ужасной комнаты и очень скоро наши поиски увенчались успехом. На противоположной стороне обнаружилась еле заметная деревянная дверь.

— Нужно спешить, — торопил нас Валет. — Я не знаю, что там за этой дверью и выяснять не собираюсь, а нам нужно еще Паровоза найти, да еще как-то обратно вернуться.

Вот с этим я был полностью согласен. Дело, похоже, нас ждет не самое легкое. Будем надеяться, что этот проход и в самом деле ведет в монастырь и Костя нас там ждет. Вот только найти его — это еще не все, нужно еще как-то артефакт раздобыть.

Мы пошли вперед. Нам все время попадались собачьи трупы. Я даже не знаю, сколько их здесь было. Временами у меня создавалось такое ощущение, что в этом поселке умерли собаки со всей страны! Мы протопали по коридору уже почти час, а он все тянулся и тянулся. Когда мне начало казаться, что он никогда не закончится, мы уперлись в ржавую металлическую лестницу. Это была добротная лестница, со ступеньками.

— Поздравляю, похоже наше путешествие закончилось, — сказал Валет и пошел вверх. — Не знаю куда именно мы пришли, но куда-то пришли — это совершенно точно.

Мы гуськом пошли за ним. Я, как всегда, шел последним. Лестница заканчивалась дверью, которая была открыта. Так как никто даже не представлял себе, где именно мы окажемся, на всякий случай ребята приготовили оружие. Толик открыл дверь, и в нашем коридоре стало немного светлее.

— Наконец-то! — я вытер рукавом куртки катившийся по лицу едкий пот. — Если честно, я уже начал опасаться, что нам придется возвращаться обратно.

Мы отдышались, а затем осмотрели комнату, в которой оказались. Хотя комнатой это помещение было назвать трудно, скорее комнатушка. Под потолком было небольшое окошко, через которое поступал свет. Когда-то давно стены были побелены — в некоторых местах побелка сохранилась, но в основном все осыпалось на пол вместе со штукатуркой. Выход из комнаты был не обычным прямоугольным, а арочным.

— С кем поспорить на поджопник, что мы таки приперлись в монастырь? — весело спросил Никита.

— Думаю ты прав, — ответил ему Толик и громко крикнул. — Эй, Костя, ты здесь?

— Здесь… здесь… здесь… — ответило нам вместо Кости эхо, а затем мы услышали его самого.

— Кто там кричит, Валет, ты что ли?

Мы услышали голос Паровоза, и смело вышли из комнаты. За ней была небольшая каменная лестница, которая вела в большой зал, судя по всему, раньше здесь проходила служба, теперь же гуляли только сквозняки. Костя стоял в самом центре зала, а рядом с ним лежали два трупа, в такой же военной форме, как и мертвец, найденный нами в самом начале коридора. Никаких эмоций увиденная картинка у меня не вызвала, в последнее время к мертвецам я уже стал привыкать. Возле трупов лежало несколько рюкзаков. Мы подошли ближе и я заметил, что изо рта трупов торчат еловые ветки — похоже в этих местах это было каким-то культом, все были помешаны на хвойных растениях.

Я посмотрел на Костю и увидел, что практически вся его одежда залита кровью. Она даже высохнуть, еще не успела. Что же, других вариантов нет — всех этих собак убил именно он. Заметив мой пристальный взгляд, Костя посмотрел на меня и наши глаза встретились.

— Вам тоже показалось, что вы оказались в каком-то аду? — спросил он.

— Если ты об этих странных зомби, которые помирают только от выстрела в голову, то есть такое дело, — ответил Толик.

— Не только от выстрела, — ответил ему Паровоз. — Одному из них я раскроил череп топором, и он тоже издох. Кстати я не только об этих тварях, собаки тоже пытались меня сожрать. Буквально. Я конечно понимаю, что животные меня не очень любят, но даже не предполагал, чтобы настолько сильно.

— У кого-нибудь есть какие-то соображения насчет того, что здесь вообще происходит? — спросил я.

— Лично у меня есть только одно соображение — нужно валить из этого монастыря как можно скорее, пока они не выломали дверь, которую я запер, — сказал Костя. — Она хоть и железная, но не может сдерживать их вечно.

— Мысль правильная, — кивнул Валет. — Полностью поддерживаю. Валим отсюда.

— Валим, — не стал спорить я. — Только сначала монастырь осмотрим. Твари и бешеные собаки это, конечно, плохо, но нам нужен артефакт и ради него мы сюда приперлись.

— Макс, я понимаю, что артефакт, это важно и все такое, но… — начал было говорить Толик, но Костя его сразу же осадил.

— Погодите, все в порядке, — Он достал из кармана золотую цепочку на которой блеснуло массивное украшение, похожее на крест. — Вот, держи. Мы свою часть работы выполнили, думаю это то, что вы искали.

Паровоз протянул мне цепочку. Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять — это именно та штука, которую просил достать меня мастер Сапфирового Дома Влад Беляев. Вот только я представлял его поменьше, а Анх оказался размером с сигаретную пачку. Красивая вещь, ничего не скажешь. Большой рубин, помещенный в центр красивого золотого креста, играющего своими многочисленными гранями… Да, сразу видно, что вещь сработана не сейчас, а давным-давно, руками старого мастера, который корпел над ней не один день. Такие вещи сейчас не делают. А еще от него исходила жутковатая сила. Непонятная мне и оттого пугающая своей неизвестностью загадочная сила. Похоже, Сапфировому дому эта штука нужна не в бирюльки играть, там знают, чего хотят, это уж как пить дать. Ладно, меня это не касается, мой интерес эту штуковину на Ваньку Лазарева обменять, вот к этому и будем стремиться.

— Где ты его взял? — спросил я и надел артефакт на шею.

— В большой комнате, — пожал плечами Паровоз. — Он лежал прямо в центре постамента среди кучи еловых шишек.

— Ну да, — усмехнулся Никита. — Теперь понятно почему мне показалось, что там чего-то не хватает. Сейчас понятно, чего именно.

— Парни, может быть мы уже пойдем? — отвлек наше внимание от артефакта Валет. — Давайте на базе обсудим все вот это вот, хорошо?

Обсудить все это на базе мысль конечно хорошая, вот только есть один немаловажный момент — до этой самой базы еще нужно как-то добраться. Возвращаться обратно в длинные и узкие коридоры никому не хотелось, это легко читалось по лицам, но вот других вариантов не было.

Путь был только один.

Глава 16

Почему-то всегда кажется, что обратная дорога быстрее. Так было и на этот раз. Даже с учетом того, что дорога эта проходила через вонючие, пропахшие смертью и еще непонятно чем, лабиринты подземных ходов, все равно мне показалось, что выбрались мы из тоннеля довольно скоро. Хотя мы нигде особо не задерживались и шли вперед с максимально возможной скоростью. К нашему счастью, металлическая дверь в большой комнате еще сдерживала этих тварей, что позволило нам двигаться практически без каких-либо трудностей и довольно скоро мы выбрались наружу. К этому времени уже совсем стемнело, поселок погрузился в темноту и только одно осталось неизменным — дождь.

Идти по свежему воздуху было легче, чем по подземному коридору, с его тошнотворным запахом. По крайней мере, можно было свободно дышать и не задыхаться от вони мертвечины.

Мы шли молча, стараясь идти след в след, чтобы не угодить в какую-нибудь яму в темноте. По капюшону моей куртки барабанил дождь, а ноги то и дело вязли в грязи. Где-то совсем рядом завыли собаки. Надо же, оказывается здесь еще остались живые собаки! Интересно, сколько здесь этих собак, если я видел не меньше нескольких сотен убитых?

— Давайте немного ускоримся, — сказал Толик, который шел первым. — С такой скоростью мы в прошлом окажемся, а не на базе.

— Да и так быстро идем, я уже мокрый весь, — тяжело сказал Никита, который шел следом за ним. — Такое ощущение, что мы за кем-то гонимся.

— Вы бы трепались поменьше, а шаги делали пошире, — пробурчал Валет. — Тогда и толку было бы побольше.

Думаю желание Валета идти поскорее, было связано не только с тем, что все уже порядком устали и хотели оказаться возле теплой печи и еды. Было еще что-то… и это что-то называлось простым и понятным словом — страх. Сейчас он был в каждом из нас. Липкий, животный страх, который гнал нас вперед и заставлял шагать быстрее. Я шел третьим, сразу за Никитой и изо всех сил старался не смотреть по сторонам, а полностью сосредоточиться на его спине, либо смотреть себе под ноги. Но это удавалось не всегда, то и дело приходилось отвлекаться на тревожный обзор окрестностей. На самом деле я все ждал, что вот-вот из темноты на нас вынырнет один из тех странных мертвяков, которые напали на нас там, в тоннеле, но ничего такого не происходило.

Вообще же, ночной Ардейский поселок, это то еще зрелище! Однозначно не для слабонервных. Возникающие из темноты дома, казались молчаливыми памятниками на кладбище, а покосившиеся телеграфные столбы — могильными крестами. Каждый из домов хранил свои секреты, многие из которых лучше бы я не знал. Я вспомнил слова Толика о том, что у каждого дома есть свой хранитель и эта мысль заставила мою кожу покрыться дрожью. Сейчас эта теория не казалась мне такой же абсурдной, как раньше и от осознания этого факта я невольно улыбнулся — однако, как быстро меняется точка зрения под воздействием внешних обстоятельств.

Вдруг с правой стороны от меня мелькнула чья-то огромная тень. Будто большое двуногое существо беззвучно прошло мимо. Нет, этого не может быть. Это ветер качает деревья, а их тени исполняют дикие танцы в свете наших налобных фонарей. В этот момент я сбился с шага, поскользнулся и упал. Высокая трава больно резанула по лицу. Я посмотрел в ту сторону, где видел тень, но там ничего не было. Только деревья.

— Макс, поднимайся, уже совсем скоро, — Костя дал мне руку и помог встать. — Ты как, в порядке?

Блин, на самом деле я был в полном порядке и мне не хотелось, чтобы кто-то из ребят подумал будто я устал больше других, тем более, что я и в самом деле просто споткнулся.

— Просто поскользнулся, — ответил я Паровозу и отряхнул одежду, хотя в темноте, да еще и под дождем, особо и не было понятно испачкалась она в грязи или нет. — Никто ничего не видел? Мне показалось я видел силуэт человека.

Ребята на какое-то время замерли, и мы все вместе начали осматриваться, но вполне ожидаемо ничего подозрительного не увидели. Лишь очертания домов, деревья и торчавшие черными свечами во тьме, телеграфные столбы.

— Похоже тебе показалось, Макс, — усмехнулся Толик. — Оно и понятно, после такого дня что угодно может привидеться. Ладно, пошлите, нам и в самом деле уже недолго осталось.

Еще немного усилий, и мы наконец добрались до нашего временного пристанища, которое за последние несколько дней уже начинало казаться нам вполне уютным и обжитым местом.

— Вашу мать! Ну, где вас носит?! — встретила нас Настя недовольным вопросом. — Мы тут уже и не знали, что и думать! Изволновались все.

— Спокойно, кошечка, все под контролем, — попытался успокоить свою разбушевавшуюся тигрицу Никита. — Мы живы и здоровы, так что все класс, можешь успокоиться.

— Как Ольга? — спросил я.

— Спит она, — коротко ответила Касаткина. — Только недавно температура спала и сразу заснула. Так что вы не орите сильно, ей сейчас поспать будет очень кстати.

Ну, Ольга спит, это уже хоть какие-то хорошие новости, а то я все боялся, что она здесь с ума сходит от боли.

— Ребята, вы бы скинули с себя мокрые шмотки, пока сами не простудились, — сказала нам Настя, пытаясь стянуть с Чернова насквозь мокрый плащ.

Какое-то время после Настиных слов мы просто сидели молча, как будто находились в каком-то ступоре. Судя по всему, только сейчас для каждого из нас наступил откат и только сейчас каждый всерьез начал оценивать и переживать, что с ним на самом деле случилось за день. По правде говоря, день и в самом деле был безумным, если не сказать больше. Я думаю, еще немного, и он добил бы нас окончательно. Из этого состояния нас вывел Паровоз, который громко хлопнул себя по ляжкам заставив нас всех вздрогнуть от неожиданности.

— Ну, господа самоцветы, посидели и хватит, — сказал он. — Мне кажется, нам нужно поесть и кое-что обсудить. Да и Насте будет не лишним узнать последние новости.

Не знаю, сколько испытаний может выдержать человеческий организм, но, похоже, ресурс у него тот еще. Во всяком случае, после слов Паровоза мы действительно немного пришли в себя и занялись подготовкой к ужину. Никто никому не говорил, что делать, каждый занимался тем, чем посчитал нужным. Паровоз вместе с Никитой помогали Насте накрывать на стол, ну а мы с Толиком взяли на себя доставку топлива для печи. Приготовления к ужину много времени не заняли, на стол собрали необходимый минимум, которого нам вполне хватило.

Ели молча и без аппетита, откуда ему взяться? Если честно, я вообще не хотел есть, разве только из необходимости как-то поддерживать организм калориями. Один только Костя успевал с завидной скоростью метать сардельки и последовательно излагать Насте все, что с ним случилось. Когда он закончил, то слово взял Никита и к концу ужина у Касаткиной сложилась полная картина произошедших с нами за день событий, а сама она находилась под сильным впечатлением от услышанного. Ну да, согласен, здесь и в самом деле было отчего впечатляться.

Закончив с ужином, молча убрали со стола, и дом на какое-то время погрузился в тишину — каждый был занят своими мыслями, а здесь было над чем подумать.

— Ладно, ребята, предлагаю размышлять всем вместе, — внес здравую мысль Толик. — Очень может быть, что у нас сейчас не так много времени на размышление и поиск нужной стратегии, поэтому давайте-ка каждый изложит свои соображения по поводу того, что здесь происходит. Кто начнет? — спросил он, но все предпочли промолчать. — Что, ни у кого нет никаких соображений? Тогда, с вашего разрешения, начну я, а вы понемногу включайтесь в разговор. Предлагаю накидывать варианты происходящего, потом мы все дружно будем обсуждать их, отметать наиболее неправдоподобные и оставлять вменяемые. Собственно говоря, что мы здесь имеем?

— Хер пойми что! — буркнул Костя. — По-другому это не назовешь.

— Все верно, — кивнул Толик. — Как подсказывает мой старый приятель, мы здесь имеем ряд странных и труднообъяснимых событий. Не знаю как у вас, а у меня о этих событий уже крыша едет.

Вот здесь Валет был прав как никогда, я тоже не мог поверить, что со мной это и в самом деле происходит.

— Сразу отбросим мысль, что мы дружно сбрендили, — продолжил Толик. — Поэтому примем все как есть и попытаемся ответить на вопросы, которых у меня накопилось уже порядком. Вопрос первый: почему мы обнаружили так много трупов в этом сраном поселке и при чем здесь еловые ветки, которые обязательно присутствуют на трупах?

— Я думаю, это один из символов какого-то культа, которому поклоняются живущие здесь твари, — предположил Чернов. — Людьми их трудно назвать, но они вроде как и не мертвяки. Ну, я имею ввиду ту мерзость, которая хотела нас сожрать в тоннеле.

— Мы поняли тебя, Никита, — махнул рукой Костя. — Давайте все-таки называть этих тварей мертвяками?

— Почему мертвяками? — спросил я. — Мне они показались довольно живыми.

— Ну, надо же их как-то называть, — пожал плечами Паровоз. — А то, что на обычных людей они не похожи это ясно как день.

— Пусть будут мертвяками, какая разница? — согласился Толик. — Итак, допустим здесь живут эти мертвяки. Допустим он убивают всех, кто сюда является, посыпая трупы еловыми ветками и совершая ритуальные песнопения или что там у них.

— При этом они разводят и едят собак, — вставил Костя, чем привлек к себе наше общее внимание.

— С чего ты взял, что они их едят? — спросил я.

— Ну, а как иначе? Вы видели сколько собачьих костей в этом вонючем тоннеле? Разумеется, они их разводят и жрут! — уверенно сказал Паровоз. — Сами подумайте, что-то же они должны жрать так почему бы не собак?

— Вдруг они друг друга жрут, откуда нам знать? — усмехнулся Чернов. — Мысль не хуже твоей, между прочим.

— Мне вот на самом деле вообще насрать кого и что они здесь жрут, — сказал я. — То, что у них с башкой не все в порядке и так видно. Меня больше интересует кто такой этот Большой, который так часто упоминается во всяких надписях и рисунках?

Я не стал говорить, что когда мне показалось будто я увидел чью-то тень, то она была гораздо больше, чем та, которую мог отбрасывать обычный человек. Конечно, многое можно было свалить на игру света и все такое, но мне почему-то кажется, что зрение меня не обмануло. В любом случае, скажи я об этом сейчас — мне все равно никто не поверит.

— С чего ты взял, что вообще существует какой-то Большой? — нахмурился Толик.

— Почему бы нет? Мы видели надпись: «Большой — смерть», мы видели эту же надпись на постаменте в тоннеле в большой комнате, значит она должна нести для этих мертвяков какой-то смысл, — ответил я. — И будет лучше, если мы будем готовиться к худшему, чем к лучшему. Если в компании этих уродов может появиться еще и какой-то их гигантский собрат, то лучше быть к этому готовыми заранее, разве нет?

— Где появится? — спросила Настя. — Вы что, думаете они явятся сюда?

— Я думаю это очевидно, — не стал тянуть кота за хвост Валет. — Тем, что мы забрались в их тоннель, мы по сути сами разворошили это упыриное гнездо собакоедов.

— Но почему вы решили, что они должны прийти сюда? — не унималась Касаткина. — Может быть, с них хватит и того, что вы столкнулись в тоннеле и кое-кого из них убили.

— Я думаю не хватит, хотя бы потому, что мы забрали у них вот это, — сказал я и вытащил из-под рубашки блеснувший золотом Анх. — Теперь они захотят вернуть его обратно. Во всяком случае, я думаю, что будет именно так.

Судя по воцарившейся в комнате тревожной тишине, все остальные были согласны с моей точкой зрения.

— Ну да, что тут думать, рано или поздно эти твари сюда заявятся, — Паровоз погладил свою лысину и нахмурился. — Значит нам нужно как следует приготовиться к встрече с ними. Толик, ты как в воду глядел, когда говорил, что нам не помешает пара лишних ружей! Нужно выдать парням вместо их пукалок, а то мертвяки на смех возьмут.

Здесь, конечно, я был полностью согласен с Костей, давно уже следовало сменить наши пистолеты Макарова на ружья. Чем мы собственно, не откладывая в долгий ящик и занялись. Вскоре мы с Никитой стали счастливыми обладателями новеньких ружей, а Толик еще и притащил большой ящик, который практически под завязку был забит коробками с патронами.

— С таким арсеналом можно месяц оборону держать, — уважительно сказал Чернов, осматривая свое ружье. — С пистолетом мне, конечно, привычнее как-то, но зато с ружьем понадежнее будет. Да и патронов у нас уже пистолетных не осталось, так что будем воевать тем, что есть.

В этот момент во сне застонала Ольга. Я подошел к спальнику, на котором она лежала и потрогал ее мокрый от пота лоб. Даже термометра не требовалось, чтобы понять — у нее температура, причем довольно высокая. Настя сочувственно посмотрела на меня и лишь пожала плечами, мол, что уж теперь — как будет, так и будет, ничего поменять не получится. Она была права, в данном случае остается надеяться только на то, что нам удастся дотянуть до Москвы без серьезных осложнений. Вот только сделать это будет не так просто, вертолет прилетит лишь через несколько дней. Кроме того, есть еще один немаловажный момент, про который не стоит забывать в свете последних событий — до вертолета еще нужно как-то дожить и что-то подсказывает мне, что сделать это будет не так просто. Ну, мы еще посмотрим кто кого.

Время тянулось медленно, с учетом того, что мы сидели молча, то временами и вовсе казалось, что оно замерло навсегда. В комнате было тепло, за окнами барабанили тяжелые дождевые капли, ощущение тревоги сменилось сначала изнеможением, а потом и вовсе какой-то опасной апатией. Я не знаю, сколько времени прошло, но в конце концов я почувствовал, как мои глаза начали непроизвольно закрываться от усталости. К тому моменту, когда Паровоз своим грозным рыком вывел меня из этого состояния, я уже практически заснул.

— Ну все, парни, это ночное бдение нужно заканчивать, — он громко хлопнул в ладоши, чем заставил нас всех немного взбодриться и выйти из тревожного состояния невнятного равнодушия. — Все устали, нам нужно отдохнуть.

— Костя дело говорит, — поддержал товарища Валет. — Ночь за окном, у меня голова раскалывается. От того, что мы пытаемся бодрствовать ничего хорошего не выйдет — утром нам будет только хуже, и мертвяки возьмут нас голыми руками. Поэтому предлагаю немного поспать.

— Что будем делать, если они ночью явятся, а мы тут дрыхнем? — спросил Никита. — Попросим зайти попозже?

— У тебя есть лучшее предложение? — нахмурился Толик. — Сидеть и ждать непонятно чего, пока сами не свалимся от усталости?

— Ладно, не спорьте, парни, и так тошно, — примирительно сказал Костя. — Предлагаю по обычной системе, каждый дежурит по очереди и, если услышит подозрительные звуки, будит всех остальных. Чтобы не было лишних вопросов, первым дежурить буду я. Затем Валет, Никита и Макс. По часу вполне достаточно, чтобы хоть немного отдохнуть. Окна и дверь нужно забаррикадировать мебелью, благо в соседней комнате этого хлама в достатке. В общем — будем держать оборону до последней капли крови.

— Ага, надеюсь, что не до нашей последней капли крови, — сказал я. — Ну, давайте начинать, что сидеть?

За дело мы взялись весьма рьяно. Первым делом перенесли спальник с Ольгой подальше от окна. Несмотря на то, что мы с Никитой старались не доставлять моей пани особых хлопот, она, разумеется, проснулась и начала выяснять, что вокруг нее происходит? Понятное дело, что подробного рассказа я постарался избежать, да ей все равно было не до него, но в двух словах объяснил, что за история с нами приключилась. В ответ Ольга лишь кивнула, мол, делайте то, что считаете нужным и вновь провалилась в сон. Надеюсь, что она именно засыпала, а не впадала время от времени в забытье.

Переместив Островскую в безопасное место, мы убрали стол со стульями и начали стаскивать из соседней комнаты все, что могло хоть как-то при необходимости помешать этим уродцам проникнуть в наш временный дом. Подходящей мебели нашлось достаточно, похоже предыдущие хозяева не жалели денег на всякий деревянный хлам. Особое место во всей этой истории занял старый и тяжеленный как мраморная плита диван, которым мы загородили входную дверь.

Когда вся работа была закончена, уставшие, но довольные собой мы разбрелись по своим спальникам. Теперь мертвякам с наскока нас не взять, это уж точно!

Перед тем как потушить свет, я обратил внимание, что все положили рядом с собой ружья. Моя «Сайга» тоже была рядом со мной. Успею я ей воспользоваться или нет, но когда она рядом мне спокойнее.

Я устроился недалеко от спальника Ольги, оперся спиной о стену и вытянул ноги. В нескольких метрах от нас сидел Паровоз, который молча смотрел на горящий в печи уголь, все остальные затихли практически сразу. Сколько прошло времени пока я отрубился сказать было проблематично, но мне показалось, что это произошло практически сразу после, того как я закрыл глаза.

Мне снилось, что пришел мой черед дежурить. Я сижу на табуретке возле печи и слышу, что вокруг дома кто-то ходит. Тяжелые шаги. И еще чей-то глухой очень глубокий хрип. Шаги все громче, и я явно слышу, как ломается трава, когда на нее наступают. Наконец шаги замерли. Я знал, что кто бы там ни был, сейчас он находится прямо за нашей дверью. В полной тишине нашей комнаты больше никаких посторонних звуков — никто не слышит и не чувствует, того, что происходит сейчас возле дома. Вот это уже никуда не годится, похоже еще немного и будет поздно. Совсем поздно.

Нужно просыпаться, Макс!

Я открыл глаза и осмотрелся. Возле печи сидел Никита и настороженно смотрел на входную дверь. Услышав шорох, он посмотрел на меня, увидел, что я проснулся и прошептал:

— Макс, по-моему, снаружи что-то происходит. Мне это не нравится.

Я выбрался из спальника и прислушался. Шума дождя слышно не было, похоже в кои-то веки он все же прекратился, но вот что-то непонятное снаружи происходило, это совершенно точно. Такое ощущение, что вокруг нашего лагеря происходило движение и ничего хорошего от этого ждать не приходилось.

— Нужно будить остальных, — сказал я и взял в руки ружье.

Никита встал со стула и начал поочередно обходить ребят. Вскоре все, за исключением Ольги, уже проснулись и сидя в своих спальниках пытались понять, что происходит и зачем их, собственного говоря, разбудили?

— Никита, какого хрена, я еще мог спать пару часов как минимум, — недовольно бурчал спросонья Паровоз. — Что случилось?

Ответом на его вопрос стал звон разбитого стекла в дальней комнате и это мигом отбросило все имеющиеся вопросы — то, что происходит что-то плохое, теперь было вполне очевидно. В доме началась суета. Парни спешно выбирались из своих спальников и хватали ружья. Буквально через несколько мгновений послышались проклятия и ругательства — оно и понятно, в темноте натыкались друг на друга, спотыкались и матерились, отчего общая паника только усиливалась. Женский вскрик сигнализировал о том, что похоже и Насте досталось во всей этой суете.

— Свет! — раздался в темноте крик Толика. — Включите, сука, свет!

— Не стрелять в темноте! — кричал Паровоз.

Моя способность ночного зрения позволяла мне не дожидаться, пока в комнате вспыхнет освещение, и я первым делом решил проверить, что происходит в дальней комнате. По пути увернулся от стоявшего посреди комнаты Кости, выскочил во вторую комнату и увидел, что через выбитое окно в комнату пытается пробраться мертвяк. Его голова уже практически пролезла между окном и стоявшим перед ним шкафом. Не долго думая, я вскинул ружье, направил его прямо мертвяку в голову и выстрелил. Меня обдало вонючими брызгами того дерьма, которое находилось в его черепе и осколками костей.

В этот момент в доме включился свет и одновременно с этим начался штурм нашего лагеря. Входная дверь затрещала от многочисленных ударов, а в первой комнате градом посыпалось на пол разбитое стекло. Теперь уже было явно слышно, что вокруг нашего дома собралась целая банда этих уродов. Судя по раздающемуся снаружи хриплому рычанию, их там было не меньше нескольких десятков. По стенам дома начали сыпаться удары, казалось они собираются испытать все это сооружение на прочность. Увидев в окне ломящегося внутрь мертвяка, Настя испуганно закричала. Ну да, понятное дело, что такое не каждый день увидишь, тут кто угодно может потерять самообладание, даже Касаткина, которая на своем веку уже всякого повидала. Вот только в том, что происходило сейчас, была одна большая разница, в этот раз нас хотели убить совсем не люди и не просто убить, а в лучшем случае сожрать, в худшем — перед смертью сделать еще частью какого-нибудь обряда.

— Макс, держи их в дальней комнате! Никита — окно! — спешно отдавал приказы Валет. — Костя, не спускай глаз с чердака! Стрелять только в голову!

Ну, вот то, что в голову нужно стрелять — это нам уже хорошо известно.

В несколько секунд спокойная и безмятежная ночь превратилась в какую-то преисподнюю! Казалось, мертвяки, как тараканы, пытались пробраться в дом изо всех щелей! Дом наполнился жуткими хрипами и криками этих отвратительных существ, которые, наверное, когда-то были людьми. То и дело слышались ружейные выстрелы — это парни не оставляли мертвякам никакого шанса пробраться в дом.

Я было подумал, что похоже про мое окно совсем забыли, как в один и тот же момент сразу два мертвяка ломанулись прямо в него. От неожиданности я выстрелил и первый выстрел оказался неточным. Но вот два следующих оказались очень даже меткими и вскоре мертвяки исчезли так же внезапно, как и появились. Жаль только, что один из них сумел проломать шкаф, которым было прикрыто окно и теперь в нем была огромных размеров дыра, через которую можно уже пытаться пробраться в дом. Хорошего мало конечно.

За моей спиной грохотали выстрелы и сыпались проклятия.

— Костя, чердак! — заорал вдруг Валет и в этот миг я услышал, как потолок с треском проламывается и осыпается внутрь.

Судя по громкому рычанию мертвяков, которое теперь раздавалось совсем рядом, вместе с обрушившимся потолком в доме оказалась и парочка этих тварей. Только этого не хватало!

На мгновение все вокруг утонуло в пыли. Я попытался прикрыть глаза рукой, чтобы укрыться от пыли, но сильный удар в голову в один момент заставил меня отлететь в противоположный угол комнаты. Твою мать! Ну и силища у этих тварей, кто бы мог подумать! Я треснулся головой обо что-то твердое, но к моей огромной радости остался в сознании и даже чудом не выпустил из рук ружье. Вот это уже неплохо! Похоже удача сегодня на моей стороне.

Я перекатился на спину и увидел, как на меня, растопырив свои руки в разные стороны, несется мертвяк. Стрелял я в него уже скорее рефлекторно, чем прицельно и к моему счастью выстрел оказался точным. В голову я ему не попал, но зато пуля угодила в шею, чего оказалось вполне достаточно, чтобы остановить его. Добил я мертвяка следующим выстрелом.

Судя по непрекращающейся пальбе, в соседней комнате была бойня. Звуки выстрелов чередовались с отборными матами, которые в свою очередь перемежались женскими криками Насти и Ольги — раз девчонки кричат, значит пока с ними все в порядке, это непреложная истина.

И вдруг все как-то затихло также внезапно, как и началось. Почти минута прошла, пока мы, не покидая своих позиций, ожидали продолжения этой яростной атаки, но все и в самом деле затихло.

— Похоже эти уроды взяли паузу! — хохотнул Валет. — Хорошенько мы их умыли!

Я зашел в комнату к ребятам и оценил масштаб произошедшей бойни. Вообще удивительно, как в таком небольшом пространстве мы умудрились не перестрелять друг друга. На полу валялось четыре мертвяка, судя по всему, это те ребятки, которые свалились нам на голову, проломив крышу. На полу, возле печи, лежит Ольга и смотрит на меня ошеломленным взглядом, мол, что это такое сейчас было? Рядом с ней сидит Настя. Ну да, с девчонками похоже все в порядке.

Ловлю на себе немного растерянный взгляд Никиты, его правая щека изорвана и из раны идет кровь. Где это его угораздило? Валет сидит на полу, а рядом с ним лежит Костя. Его лысая голова в крови и даже мне, далекому от медицины человеку, понятно, что рана у него довольно сильная. Вот это уже хреново. Как они умудрились добраться до Паровоза?

— Что там, Толик? — спросил я.

— Твою мать, похоже Косте по тяжелому досталось, — траурным голосом сообщил он. — У него пульс не бьется.

— Дай посмотрю, — Настя быстро подошла к лежавшему среди мертвяков Паровозу и прощупала ему пульс.

Никому из нас не нужно было слышать очевидных вещей, достаточно было красноречивого Настиного взгляда, чтобы понять — Паровоз умер.

— Как говорят в таких случаях в официальных источниках: «рана, не совместимая с жизнью», — сказала она.

Я смотрел на лежащего на полу истекающего кровью Костю и в очередной раз ловил себя на мысли, что все это выглядит как какой-то фантастический фильм ужасов. Вот это поездочка выдалась! Я, конечно, вообще не знал, что нас может ждать в этом поселке, но даже предположить не мог, что мы столкнемся с чем-то похожим на происходящее. Собаки, мертвяки, кучи трупов… Бред какой-то. И уж тем более я не мог предположить, что буду смотреть на человека, который успел стать мне приятелем, и знать, что его убили мертвяки. Кто в такое поверит?

Судя по окружавшей меня давящей тишине, примерно такими мыслями были заняты головы и других ребят. Не знаю, как насчет Валета, мало ли с чем они там сталкиваются в своих «заброшках», но вот остальные, скорее всего, думали о том же, о чем и я.

Тем временем ночь за окном понемногу сдавала свои позиции. Становилось немного светлее, а это значит, что скоро утро. Не знаю, принесет нам новый день избавление от этой напасти или нет, но во всяком случае мы встретим еще один рассвет, а это уже неплохо в нашем случае.

— Будем надеяться, что эти твари сюда больше не заявятся, — с надеждой сказала Настя. — Думаю с нас хватит того, что уже случилось.

Вот только желаемое, как это часто бывает, в корне расходилось с действительностью. Не успели мы немного прийти в себя, как дом потряс мощный удар. Здание жалобно скрипнуло и с потолка посыпалась побелка. Снаружи раздался протяжный и громкий рев, от которого у меня по коже побежали холодные мурашки. Так не могло кричать ни одно из известных мне существ и уж точно этот яростный крик не мог принадлежать человеку.

— Что это, мальчики? — испуганно вскрикнула Касаткина.

Разумеется, ей никто не ответил и даже всезнающий Толик в этот момент выглядел каким-то непривычно растерянным и испуганным. Мы инстинктивно стали спинами к печи образовав таким образом полукруг, в центре которого была сидевшая на полу Ольга.

Так прошло несколько напряженных мгновений, а потом случилось нечто, чего никто из нас даже предположить не мог. От следующего мощного удара деревянная стена с оглушительным треском проломилась и нашим глазам предстало зрелище от которого мы просто оцепенели. В зияющей дыре стояла огромная гуманоидная тварь неестественного исполинского размера. У нее было какое-то странное угловатое тело с суставами, похожими на шары для боулинга, и вся она сплошь была покрыта шерстью. Голова отдаленно напоминала человеческую, вот только лицо было просто омерзительным, больше похожим на отвратительного орка из какой-нибудь компьютерной игры. А еще запах… От нее несло могильным холодом и чем-то приторно сладким, похожим на запах воздушной кукурузы.

Какое-то время мы молча смотрели друг на друга, а потом не сговариваясь начали стрелять. Существо заревело и принялось крушить стены стараясь пробраться к нам. Как сумасшедшие мы остервенело палили в него, пытаясь сделать так, чтобы эта тварь не добралась до нас. Вот только тварь будто обладала каким-то врожденным иммунитетом против огнестрельного оружия. Я был уверен, что каждый из нас как минимум несколько раз попал в нее, но она как будто не замечала пуль и продолжала переть на нас.

— В голову! Старайтесь стрелять в голову! — крикнул Толик и в ответ на его крик тварь наконец упала на колени.

Судя по всему, пули в результате сделали свое дело. Еще какое-то время существо неуклюже топталось на месте, пытаясь устоять, но затем со всего размаху рухнуло прямо на нас. Мы бросились врассыпную и лишь каким-то чудом ему не удалось придавить кого-нибудь из нас своей вонючей тушей.

Наступила тишина. После оглушительной ружейной трескотни мне показалось, что тишина была абсолютной и какой-то неестественной. Вокруг нас стоял туман от десятков ружейных выстрелов и резкий пороховой запах. Я смотрел на раскинувшееся посреди комнаты огромное тело и не мог поверить, что нам все-таки удалось пристрелить эту тварь.

— Вот это и есть то самое существо, которое они называют Большой и о котором я вам говорил, — сказал я и мои слова прозвучали в звенящей тишине как небольшие громовые раскаты. — Толик, думаю теперь ты не будешь отрицать, что эта тварь все-таки существует.

В ответ Валет промолчал. Да оно и понятно, что тут скажешь, если и без слов все ясно.

— Вот теперь, Настя, эти существа сюда уже точно не заявятся, — сказал Никита и обнял Касаткину. — Что-то подсказывает мне, что самую грязную работу мы выполнили.

Хотя мы часто расходимся с Черновым во взглядах на разные вещи, что касается сегодняшней ночи, я был с ним полностью согласен — с самой сложной работой на сегодня мы в самом деле закончили. Теперь дело осталось за малым, выбраться из этого проклятого поселка.

Глава 17

Время в ожидании вертолета тянулось медленно и несколько дней показались мне целой вечностью. Обычно так и происходит — когда хлопоты приятные, течение времени не замечаешь вовсе, а если уж пришла беда на порог, то каждая минута кажется бесконечной.

Костю мы похоронили на следующий день. Обошлись без пафосных речей, которые в данном случае были как минимум неуместны. Мы с ребятами толком его и не знали, а что касается Толика, то я думаю все что он посчитал нужным сказал Паровозу наедине, без нашего присутствия. Жаль, конечно, что так получилось и Костя оставался в этом поселке, но, как говорится — всякому свое.

Разумеется, в доме, где происходила вся эта бойня, оставаться мы не могли. После нашего сражения с мертвяками, он уже не был добротным деревянным строением и напоминал израненную долгой осадой крепость, которая могла в любой момент рухнуть. Поэтому мы нашли более-менее подходящий домик и перебрались в него. Он был намного хуже своего предшественника, но зато находился сравнительно недалеко, да и на пару дней вполне хватило и его.

Вот с Ольгой с каждым часом дела обстояли все хуже. Ее практически постоянно мучали боли, а нормального обезболивающего у нас, понятное дело, не было. Обходились пенталгином, который в ее случае был что мертвому припарки. Рану Настя ей перевязала, но этого было явно недостаточно. Островская все время стонала и лишь иногда проваливалась в забытье, которое и сном-то назвать нельзя, ее обессиленный организм просто отключался на некоторое время. Вся надежда была на спасительный вертолет и на то, что звезды сойдутся в нашу пользу — пилот нас не кинет, погода будет пригодной для полетов и все такое.

Мертвяки нас больше не беспокоили. Собственно говоря, как и мы их. Судя по всему, каждый получил что хотел и решил остаться при своих. Я не знаю, есть ли у них какие-то мозги, но видимо есть, иначе они бы лезли к нам пока мы не прикончили бы последнего. Может быть, конечно, мы действительно их всех перестреляли, но лично я в этом сильно сомневался. Скорее всего это было связано с тем, что мы прикончили Большого. Как бы там ни было, к нам они больше не совались и нас это вполне устраивало.

Вертолет прилетел утром в пятницу, как и должен был. Мы провели в Ардейском поселке пять дней, которые я вряд ли когда-нибудь забуду. Пилот не стал нас расспрашивать, что случилось с Костей, видимо он не в первый раз сталкивается с тем, что привозит он больше людей, чем увозит.

Горя желанием поскорее покинуть это гиблое место, мы удивительно быстро погрузили наше барахло на борт и уже через пару часов после прибытия, вертолет взял обратный курс на Москву. Я проводил взглядом удаляющийся от нас монастырь, потрогал амулет на груди и невольно улыбнулся — похоже в этой битве мы выиграли. Я посмотрел на лежащую в проходе Ольгу и с удивлением обнаружил, что она спит и мне даже показалось, что на ее бледных щеках появился легкий румянец. Ну а через несколько минут я и сам отключился.

Никита разбудил меня почти перед самым прилетом в Мячково. Поначалу я не сразу понял где нахожусь, а когда сообразил, что мы уже не в Ардейском поселке, а недалеко от Москвы, то в первый раз за долгое время облегченно вздохнул. Честно говоря, мне вообще неделя в Ардейском поселке показалась вечностью, и я был очень рад, что мы смогли оттуда благополучно выбраться.

Теперь одной проблемой стало меньше, но вместо них прибавились другие, которые нужно решать не менее быстро и первая, и самая важная из них — Ольга. Разумеется, о том, чтобы везти ее в больницу на машине Никиты не могло быть и речи, поэтому я вызвал подходящее такси, и мы помчались в травматологию.

Если поначалу я обрадовался, что мой телефон включился и я вновь обрел возможность звонить и пользоваться мессенджерами, то за время поездки от Мячково до больницы успел несколько раз пожалеть об этом.

Во-первых, мне позвонила мама и сообщила, что я неблагодарная свинья, которая за все это время могла найти возможность хотя бы пару раз позвонить матери и сообщить как у меня дела. Разумеется, я полностью признал свою вину и согласился с тем, что все так и есть — в конце концов спорить в такой ситуации с мамой — это равнозначно самоубийству, а я кто угодно, но только не самоубийца.

Во-вторых, что было гораздо хуже, мне позвонила мама Островской. Вот это, скажу я, было намного хуже. Не то, чтобы я имел уж очень близкое знакомство с родителями Ольги, но как-то раз был им представлен как ее молодой человек, а значит спросить с меня уже можно было, что ее мама и сделала в полной мере. Для начала мне по второму разу пришлось объяснять почему мы не нашли возможность сообщить о себе. Затем, на свою беду, я попытался терпеливо дать ответ на вопрос — почему у Ольги выключен телефон, но лучше бы я этого не делал. Как только ее мама услышала, что мы едем в травматологию и что у Ольги перелом ноги, она тут же высказала все, что думает о молодом человеке, который не сумел уберечь ее любимую дочь от беды и болезни. В заключении она ледяным тоном уточнила в какую именно больницу мы направляемся и получив необходимые сведения, отключилась. Ну да, похоже теперь я у Олиной мамы враг номер один. Что же, пока примем как факт, возможно после выздоровления Островская сможет меня как-то реабилитировать.

В-третьих, мне позвонил Витя. Видимо к нему пришло сообщение, что мой телефон включился и меня можно успешно набрать. Честно говоря, отвечал на звонок я с некоторым беспокойством, расстались мы все же не самым лучшим образом, так что совершенно непонятно, как и куда пойдет разговор. К моему удивлению Северов держался как обычно, во всяком случае по его тону нельзя было сказать, что он как-то напряжен. Видимо за то время, пока нас не было, кое о чем он все-таки подумал и какие-то решения для себя принял, а вот какие именно узнаю позже.

— Макс, привет, — его голос был немного взволнованным, хотя он хотел казаться веселым. — Где вас носит целую неделю? Тут дел невпроворот, а вы по поселкам прохлаждаетесь, все монастырями любуетесь.

— Привет, Витя, — разумеется я его хорошего настроения не разделял, мне сейчас точно было не очень радостно. — Я сейчас везу Ольгу в травматологию, так что давай чуть позже поговорим.

— Что-то серьезное?

— У нее открытый перелом. Надеюсь ее починят, но хорошего мало. Слишком много времени потеряли.

— Не переживай, еще танцевать будет. Островская барышня живучая, ее обычным переломом не возьмешь, — успокоил меня Витя. — Как остальные?

— Все в порядке, все живы здоровы.

— Ну, а съездили хоть удачно? — я попытался уловить в его голосе иронию, но нет, ничего такого.

— Ну да, шалость удалась, — мрачно усмехнулся я.

— Ну и хорошо, тогда не буду сильно задерживать, вы там, наверное, устали, — вот тут он был прав на все сто процентов, устали и еще как. — Давайте завтра в полдень в «Шхуне» встретимся. Ребят я сам обзвоню, так что занимайся Олей. Если нужна будет какая-то помощь — звони.

— Окей, — сказал я и отключился.

Со входящими звонками на этом было покончено, дальше я уже звонил сам. Для начала стоит набрать Влада Беляева и если это возможно, то лучше встретиться с ним сегодня и обменять артефакт на Ивана. Думаю, младший Лазарев будет только рад поскорее оказаться дома, да и отец его там, наверное, совсем извелся за эти дни.

Телефон Беляев взял далеко не сразу. То ли не хотел показать, что сильно ждет моего звонка, то ли еще почему, но вот так. Я уже хотел было отключиться, как в трубке раздался невозмутимый голос сапфира.

— Слушаю, Максим.

Я решил особо не расшаркиваться, да и времени на это особо не было, поэтому сразу перешел к делу.

— Нам нужно встретиться. Желательно сегодня, — сказал я.

— Есть повод для встречи?

Я на минуту представил, как на загорелом лице сапфира появилась надменная улыбка и у меня мгновенно подгорело от бешенства.

— Послушай, Влад, у меня сейчас настроение — полное дерьмо, поэтому давай не будем страдать херней, окей? Если я тебе звоню, значит у меня есть повод это делать, как ты думаешь? Или у сапфиров есть правило целыми днями названивать друг другу от нечего делать, а я просто об этом не знаю?

— День не задался? — хмыкнул Беляев. — Может быть зелье какое успокоительное порекомендовать? Если что, у меня хорошие связи в Синтез-Секте, могу помочь с хорошим товаром.

Вот это уже перебор, я ведь могу и обидеться.

— Ну, так как, тебе еще нужен артефакт или мне оставить его себе и подумать над другими вариантами возвращения Лазарева?

— А зачем тебе артефакт?

— Что-нибудь придумаю, поверь. В крайнем случае повешу его на цепь покрепче и буду от хулиганов в темных переулках отмахиваться.

— Ладно, не кипятись, я все понял. Вещь у тебя, это хорошо, но вот одно плохо — сегодня у меня срочные дела, так что встретиться не получится. Давай завтра ближе к обеду? Раньше у меня все равно никак.

Вот же засада, все не слава Богу. На полдень у меня встреча в «Шхуне» с ребятами, так что придется Борису немного потерпеть. Хотя сапфир тоже красавчик, уж ради своей игрушки мог бы поднапрячься и найти время.

— В обед я не могу, так что давай на вечер, часиков на пять?

— Хорошо, — согласился Беляев. — Завтра утром я скину тебе координаты места где будем встречаться.

— Только вы там фокусы не придумывайте никакие, а то я знаю сапфиры большие специалисты по этому делу. Пусть все будет так, как и договаривались — я тебе артефакт, ты мне Ивана.

— Фокусы? За кого-ты меня принимаешь, «змей»? — похоже на этот раз у меня получилось зацепить Беляева за живое. — Это у меня больше поводов переживать, чем у тебя — Янтарный Дом никогда не славился безупречной репутацией и кристальной честностью.

— Ну, тебе виднее как оно бывает, — спорить я не стал, если мы оба не вызываем особого доверия друг у друга, так это даже к лучшему. — Значит договорились, завтра на пять?

— Договорились, — буркнул сапфир. — Только одно условие — ты должен быть один или ничего у нас не получится.

— Как скажешь, мне отряд вроде бы как ни к чему. Это единственное условие?

— Да.

— Тогда до встречи, утром жду координаты, — сказал я и отключил телефон.

Ну что же, завтра так завтра. Я посмотрел на Ольгу, которая внимательно слушала все мои разговоры и улыбнулся.

— Потерпи немного, Олечка, скоро приедем и все будет хорошо, — в ответ она лишь устало улыбнулась. Похоже сил у нее совсем не осталось.

Еще один звонок и хватит на сегодня с меня разговоров. Я набрал Бориса Лазарева и, судя по скорости, с которой он взял трубку, старик все эти дни дежурил возле телефона.

— Алло, Максим? Ты где?

— Добрый день, Борис, я уже практически в Москве, так что скоро встретимся.

— Ты сказал — добрый день? — усмехнулся Борис. — А он действительно добрый или как?

— Думаю да. Во всяком случае я надеюсь, что Иван скоро вернется домой. Правда не так скоро, как мне хотелось, так что придется потерпеть до завтра.

В разговоре повисла пауза и я услышал как он тихо плачет. Жаль старика, но тут я ничего поделать не могу.

— Борис?

— Да, я здесь. Извини, Максим. Просто… сам понимаешь, наверное.

— Понимаю. Ничего страшного, все нормально. Ты извини, я сейчас не могу долго разговаривать, у меня кое-какие срочные дела, но завтра жди меня в гости с Иваном.

Я и в самом деле не хотел долго разговаривать сейчас с Борисом. Во-первых, ему сейчас лучше остаться со своими мыслями, а, во-вторых, все, что я должен был сказать — уже сказано.

— Спасибо тебе, Максим.

— Глупости, — усмехнулся я. — Дело оказалось несложным, так что можно сказать — съездил в туристическую поездку.

— Что-то не очень верится, — сказал старик. — На сапфиров это непохоже, так что не обманывай меня, Максим.

— Ладно, не буду, — вот же блин, пойди его обмани. — В любом случае жди меня завтра, Борис.

Я закончил разговор и откинулся на спинку сидения — что за день такой сумасшедший? Утром я еще был в Ардейском поселке, а сейчас уже в эпицентре совсем других проблем, от которых я за последнюю неделю даже успел отвыкнуть. Что же, придется привыкать.

К тому моменту, когда наш автомобиль наконец дотащился по московским пробкам до больницы, уже был практически вечер. Семейство Островских вполне ожидаемо уже было там. Ее отец сухо поприветствовал меня, что касается ее мамы, то она старалась меня не замечать. Ну, это ее дело, думаю Ольга потом ей все объяснит.

В самой же больнице я явно был лишним. Родители моей пани окружили ее полной заботой и вниманием, где для меня просто не осталось места, и я мог лишь бродить следом от кабинета к кабинету. Разумеется, я мог уехать домой, тем более, что я просто валился от усталости и пределом моих мечтаний было просто добраться до душа, а затем рухнуть в любимую постель, но так поступить означало только одно — упасть в глазах мамы Островской еще ниже, а этого мне не хотелось. Да и, если честно, хотелось лично услышать от врачей что-нибудь успокаивающее, всякого дерьма в последнее время и так хватало.

Более-менее ясной ситуация стала лишь после того, как молодой врач наконец-то смог расшифровать рентгеновский снимок, а случилось это примерно через час после того, как мы оказались в больнице. С видом умудренного опытом старца, съевшего на открытых переломах не одну собаку, врач помахал перед нами снимком, нахмурил брови и молвил:

— Перелом на самом деле не самый сложный, но учитывая, что пациентка попала к нам не сразу…, — после этих его слов мама Островской бросила на меня выразительный взгляд, который лишь каким-то чудом не испепелил меня на месте. — Так вот, учитывая этот фактор, возможны некоторые осложнения. К тому же девушка слишком ослаблена, что тоже не очень хорошо, но будем надеяться молодой организм справится.

— Будем надеяться, — трагическим голосом прошептала ее мама и смахнула откуда-то появившуюся слезу.

— Не переживайте, — поддержал ее врач. — Все обойдется. Знаете как у молодых кости срастаются? Прямо на глазах! Так что плакать не стоит.

— Если нужны какие-то дорогостоящие препараты или что-то еще, то вы скажите, — деловито сказал Олин отец. — Я все понимаю, в наших больницах может быть не все, что нужно для квалифицированного лечения.

— Думаю этого не потребуется, — ответил врач, немного поразмыслил и добавил. — А, впрочем, спасибо, если что-то будет нужно я скажу.

— И отдельную палату нашей девочке, если можно, — сквозь слезы сказала мать семейства.

— Вот это можно организовать, — улыбнулся доктор. — Устроим со всеми удобствами, а условия, если вы не против, мы обговорим с вашим супругом.

Врач и отец Островской отошли в сторонку обсуждать стоимость одноместного размещения моей пани, а я почувствовал, что наступил тот самый момент, когда я могу свалить не особо переживая за последствия. Теперь уж я и в самом деле был здесь лишним, к тому же все, что мне было необходимо знать, я уже знал — Ольга в надежных руках, перелом по словам врача не самый сложный, что мне еще нужно для успокоения? Ну а к Оле в гости я завтра заеду, надеюсь родители Островской до этого момента ей сим-карту не поменяют и меня из ее памяти не удалят, а уж между собой мы как-нибудь сами разберемся. Я откланялся матери Ольги, вызвал такси и покатил в свою уютную съемную квартиру.

Разумеется, этот день не мог закончиться просто так, наверное, поэтому мне попался весьма разговорчивый таксист, который просто не мог понять, что разговаривать я не хочу. Да и ему собеседник был не особо-то и нужен, он просто рулил и делился со мной всякой информацией, без которой по его мнению я просто не мог обойтись. Так я узнал, что в Москве он всего полгода, что у него здесь куча родственников и что на самом деле таксистом он только подрабатывает, а вообще у него крепкий бизнес и еще было очень много сведений, от которых у меня начала раскалываться голова.

Домой я попал уже затемно. Вымотанный, уставший и обессиленный. Меня хватило лишь на то, чтобы поприветствовать верного Тоторо, наспех принять душ и завалиться спать. Я даже не помню, как засыпал, когда моя голова наконец коснулась подушки я просто провалился в темноту.

Глава 18

Бывают моменты, когда ты вроде бы поспал, а такое ощущение, что только закрыл глаза на минуту и вот уже наступило утро. Вот у меня были точно такие же ощущения — казалось ночь пролетела за одно мгновение, но тем не менее чувствовал я себя вполне отдохнувшим. Голова не болела, тело не ломило, в общем было ощущение, что я неплохо отдохнул, такое ощущение, что и не было вовсе этой смертельно опасной поездки в Ардейский поселок.

Я протянул руку к лежащему на столе смартфону и включил его. Блин, оказывается еще только девять утра, можно было еще часик поспать. Ну ладно, чего уж теперь, проснулся и проснулся, пробовать засыпать заново вообще не хотелось. Пропущенных звонков у меня не было, видимо ребята не хотели беспокоить, а матери я сказал, что как проснусь — сам наберу. Ольга тоже не звонила, видимо ее накололи всякими уколами и теперь она спит, что ей пойдет только на пользу. Нужно будет сегодня обязательно выкроить время, чтобы навестить ее. Вот только получится ли? Неизвестно на сколько затянется встреча с сапфирами, а потом еще к Борису нужно будет заехать… ладно, там видно будет. А вот сообщение от Влада Беляева на телефоне имелось. Короткое и лаконичное: «17:00. ВДНХ. Музей космонавтики». Что-же значит встречаться будем на ВДНХ. Почему именно там? Странный выбор как по мне. Зачем выбирать такое людное место? Может быть он и в самом деле опасается, что я собираюсь его «кинуть»? Не зря же он сказал, что у него есть поводы для переживания, видимо Янтарный Дом и в самом деле ему где-то когда-то насолил. Ладно, это его дело где встречаться, а мне не принципиально — я никаких глупостей не выдумываю.

Я еще немного повалялся в постели, прочитал последние новости — все-таки целую неделю ничего такого не читал, может быть президент распорядился, чтобы каждому по миллиону выдали, а я и знать не знаю. Но нет, ничего такого, всякая обычная фигня. Я встал, неспеша принял душ, заварил себе кофе, потупил в телефон и вот так как-то незаметно и пришло время ехать в «Шхуну» на встречу с ребятами. Интересно, что там Витя расскажет про новое задание Янтарного Дома?

В ресторан я поехал на метро. Хотелось как-то развеяться, а такси для этого никак не подходило, во-первых, никакого единения с народом, а, во-вторых, я еще не до конца отошел от вчерашней поездки с крайне разговорчивым таксистом.

До двенадцати было еще почти полчаса, а я уже приехал в «Шхуну». Наша «Каюта № 5» как всегда была забронирована Северовым заранее, поэтому я прошел привычным маршрутом, по пути заказал себе минеральной водички и стал дожидаться ребят. Собственно, долго скучать в одиночестве мне не пришлось. Буквально через пять минут в комнату шумно ввалились Никита с Настей. Они оба были в отличном настроении, так что, судя по всему, хорошо в эту ночь спалось не только мне. Не успели они заказать себе напитки, как пришел и Северов.

— Ну, я смотрю все уже в сборе? — констатировал он очевидный факт, усаживаясь на диван. — Островская, разумеется, пока не в счет. Как она там кстати?

— Да все нормально должно быть, — ответил я. — Врач сказал, что перелом не самый сложный, так что думаю она скоро выкарабкается. К тому же, когда я уезжал, там оставались ее родители, желающие определить свою дочь в самую лучшую палату и все такое, так что учитывая этот факт, надеюсь по части медицины вопросов не будет.

— Это хорошо, — усмехнулась Настя. — Хоть Островская иногда и сучка редкостная, без нее как-то скучно.

Напитки принесли очень быстро, что было для этого места вполне обычным явлением — в «Шхуне» вообще с обслуживанием был полный порядок. Когда за официантом закрылась дверь, Северов выдержал небольшую театральную паузу, убедился, что все смотрят только на него и начал говорить.

— Для начала хочу сообщить, что жалею насчет того, как прошел наш последний разговор. Наверное, мне не следовало так реагировать на ситуацию с Лазаревым.

Витька, который признает свои ошибки? Это что-то новенькое. Видимо пока нас не было он обо что-то головой приложился.

— Ну и, наверное, мне все-таки стоило поехать с вами, — продолжил он.

— Да уж, — кивнул Чернов. — Ты много пропустил, здесь я с тобой согласен целиком и полностью.

— Ладно, подробности как-нибудь в другой раз, Макс сказал, что съездили вы успешно и этого мне вполне достаточно, — ответил на это Северов. — Разумеется, если не считать перелома у Островской, но это дело поправимое. Теперь, если никто не против, давайте к нашему заданию, итак несколько дней потеряли.

Мы не были против и молча пили свои напитки, я минералку, Никита с Касаткиной кофе, ну а Северов апельсиновый сок. Витя справедливо расценил наше молчание как руководство к действию и продолжил.

— Я так понимаю все получили информацию о том, что у нас имеется задание от Янтарного Дома? — ответом было наше общее молчание — разумеется мы прекрасно знали об этом. — Тогда самое время перейти к его сути. Начну с небольшой прелюдии. Примерно полгода назад в круг интересов Янтарного Дома попал один очень талантливый химик — Артем Нефедов. Парень не из самоцветов, но из-за этого его гениальности никто не отменял. Вот, кстати, его фотография.

Мы по очереди посмотрели на фотокарточку, на которой был обычный парень, таких обычно называют «ботаниками».

— Чем же он так прославился? — не выдержала Настя.

— Я сейчас все скажу, — Северов отпил сока и вытер губы тыльной стороной ладони. — Этот умник придумал новый наркотик, который получил известность под названием «хрусталь». Ничего мудреного, просто вещество выглядит как небольшие очень прозрачные кристаллы, похожие на хрусталь, вот и все объяснение. Так вот, «хрусталь» — это наркотик нового поколения, который кроме кайфа дает наркоманам сверхспособности. Я не знаю какие точно, но определенно принявший дозу становится быстрее, сильнее и, что самое удивительное, умнее. Находясь под кайфом, наркоманы могут проворачивать такие штуки, которые не придут в голову обычному, даже весьма одаренному человеку. Множество ограблений, мошеннических схем и прочих моментов, реализованы именно благодаря чудодейственной силе «хрусталя».

— Прямо какое-то суперзелье получается, — хмыкнул я. — Может быть бросим все эти самоцветные дела и дружно подсядем на «хрусталь»?

— Я бы на твоем месте не спешил, — ответил Витя. — Дело в том, что у этого наркотика есть один очень плохой побочный эффект — рано или поздно от него умирают.

— Ну, рано или поздно от всего умирают, — заметил Чернов. — Думаю «хрусталь» в этом плане не уникален.

— Если не считать того, что счет идет максимум на несколько месяцев. Если, например, даже от употребления героина наркоманы могут жить довольно долго, то в случае с «хрусталем» фатальные последствия наступают намного быстрее, — сказал Северов и вновь вернулся к своему соку.

— Но если все так, то почему его употребляют? — удивленно подняла брови Касаткина. — Какой смысл, если через несколько месяцев умрешь?

— Не все так просто, — пожал плечами Витя. — Не забывай, что людям нравится чувствовать себя выше и круче остальных, а «хрусталь» в полной мере дает им такую возможность. Кроме того, эту гадость не зря называют наркотиком нового поколения, он вызывает практически мгновенное привыкание и однажды употребив его, человек уже не может ничего поделать с собой в дальнейшем. Смыслом его существования становится поиск новой дозы, вот как это работает.

Некоторое время мы сидели молча, обдумывая услышанное. В качестве познавательной информации это все, конечно, интересно, вот только пока я не очень понимаю при чем здесь мы и зачем нам этот Артем Нефедов сдался? Похоже остальные думали примерно о том же, потому как Никита озвучил мой вопрос.

— Все понятно, — сказал он. — Вот только пока я не очень понимаю нашу роль во всем этом и с чем собственно связано задание?

— Это была необходимая прелюдия, теперь переходим к сути вопроса. Пока этот парень работал на Янтарный Дом, мы держали наркотик в тайне и использовали только как основу, которая нуждается в доработке, а именно — попытке избавиться от фатального эффекта «хрусталя». После того, как отрицательный эффект был бы сведен на нет, Янтарный Дом планировал использовать его в личных нуждах. Но, как это обычно и бывает, — Северов развел руками в разные стороны. — В один прекрасный момент выяснилось, что Нефедов торгует своим изобретением направо и налево, используя полученные средства для личного обогащения. Разумеется, нашим это не понравилось, между химиком и курирующими его представителями Дома возник конфликт, в результате которого наш подопечный переметнулся под теплое крылышко Изумрудного Дома. «Черепа» дали Нефедову необходимую базу для производства наркотика в больших объемах и вскоре получили возможность зарабатывать на всей этой истории огромные барыши. При этом их не интересуют сложности наркоманов и вообще моральный аспект этого дела.

— Кто бы сомневался! — рассмеялся Чернов. — Где Изумрудный Дом, а где, как ты говоришь, моральный аспект. Да они сами любители придумать какую-нибудь гадость, от продажи которой можно получить бабки, а вот мрут от нее или нет — это уже второстепенный вопрос.

— Ну, чтобы вы понимали, сейчас «хрусталь» — это модный и дорогой наркотик, на котором «сидит» куча народа и в том числе самоцветов, — сказал Витя. — И наш Дом очень хочет заполучить Нефедова назад, чтобы все-таки закончить начатое и доработать эту гадость. Вот только во всей этой истории есть одна сложность — никто не знает где найти этого засранца, поэтому нам поручают ответственное задание по его поиску, дальнейшему отлову и доставке в Башню или куда скажут. В крайнем случае можно его не доставлять и пристрелить, но в таком случае необходимо сначала получить формулу этой дряни, — Северов погладил шею и нахмурился. — Но это в самом крайнем случае, все-таки желательно доставить его живым.

— А почему нельзя просто разобрать этот наркотик на части и узнать его состав? — спросила Настя. — Или у нашего Дома возможностей не хватает?

— Возможностей хватает, — Витя допил свой сок и с сожалением посмотрел на пустой стакан. — Только не получается у них что-то. Я в этом деле не большой специалист, но, по моим данным, есть там какой-то секрет, который без этого Нефедова никак разгадать не получается. Такие вот дела.

— Сколько у нас времени? — спросил я.

— Времени хватает, но если долго будем тянуть, то по голове не погладят, — ответил Северов. — Простое любопытство или ты к чему-то спрашиваешь?

— К тому, что прежде чем возьмемся за это задание, нужно закончить историю с Ваней Лазаревым. Если уж он должен оказаться в нашем звене, то значит и за химика этого будем уже с ним браться, — сказал я. — Может быть и он нам чем-то поможет.

— Не знаю, чем он нам поможет, конечно, — как-то свысока заметил Виктор. — Но в этот раз ругаться не будем, пусть решает большинство. Что касается меня, то скажу сразу — я предлагаю все-таки сначала заняться заданием нашего Дома, а потом уже обзаводиться новым членом нашего звена.

Ну, что же, лично у меня было совсем другое мнение по этому поводу. Не для того мы рисковали жизнями в Ардейском поселке, чтобы задвигать Лазарева на потом.

— Я за то, чтобы все-таки начать с Лазарева, — не стал тянуть кота за хвост Никита. — Будем решать вопросы по мере их возникновения, а первым был Лазарев. К тому же, у нас есть артефакт, поэтому считаю, что затягивать с этим делом не стоит. Ни к чему.

— Все понятно, — усмехнулся Северов. — Настя, ну а ты что скажешь?

— Я как большинство, — пожала плечами Касаткина. — А большинство за Лазарева.

Витя поджал губы, выдержал паузу и обреченно вздохнул.

— Вот, черти полосатые, надоело мне с вами бороться! Дался вам этот Лазарев! Ну чем нам может помочь этот пацан, я понять не могу?

— Может или не может — это второй вопрос, — сказал я. — Ванька парень непростой, не зря на него «сапфиры» глаз положили. Да и отец у него та еще фигура, так что неизвестно, чего из всей этой истории выйти может. Все-таки мага в звено получаем, а это-кое чего да стоит.

— Будь по-твоему, может быть ты действительно окажешься прав и нам этот парень придется ко двору, — махнул рукой Виктор. — Ну, давай тогда рассказывай — какой у нас дальнейший план действий?

— Да нечего особо рассказывать, — я отпил немного прохладной минеральной воды, нашел в телефоне сообщение от Влада Беляева и показал Северову. — Все коротко и ясно, встреча сегодня в пять на ВДНХ, возле музея космонавтики. Только не спрашивайте меня, что за странное место для встречи — я этого не знаю. Могу только предположить, что «сапфиры» очень переживают как бы мы их не обманули, этот Беляев говорил, что не особо доверяет «змеям».

— Ты хочешь сказать, что поэтому и место людное выбрали? — спросил Никита.

— Ну да, — кивнул я.

— Как по мне, то выбранное место вполне себе годится для обмена, — сказал Северов. — Если что, мы тоже застрахованы от каких-нибудь неожиданных действий с их стороны. Чем больше народа, тем больше шансов, что все пройдет нормально.

— С «сапфирами» я бы не была так в этом уверена, — вставила Настя. — Эти парни большие мастера на всякие неожиданные штуки. У них по восемь тузов в колоде, если что. Как бы нам не остаться и без артефакта, и без Ваньки.

— Согласен с Настей, я бы не стал им доверять целиком и полностью, — нахмурился Витя. — На всякий случай нужно продумать какой-нибудь вариант отступления, если что-то пойдет не так. Макс, ты, кстати, один собрался с ним на встречу идти?

— Почему нет? — спросил я. — Это было его условием, и я пообещал отряд с собой не приводить. На самом деле я не думаю, что Беляев задумал какую-нибудь пакость.

— С чего вдруг такая уверенность? — удивленно подняла брови Настя.

— Интуиция, — усмехнулся я. — Надо же кому-то доверять в этом мире?

— Самоцветы из Сапфирового Дома для этого не годятся, — фыркнула девушка.

— Я согласен с Касаткиной, — сказал Северов. — Здесь нужно перестраховаться. Поэтому предлагаю, чтобы мы отправились с тобой. Мало ли как оно там повернется, а когда знаешь, что твою задницу прикрывают верные товарищи, то и жить становится веселее.

Здесь конечно Витька был прав — вместе и черта бить не страшно. Вот только есть один нюанс, а если Беляев их заметит? Он может подумать, что его хотят «кинуть» и испортит все мероприятие, а мне этого как-то не хочется, потому как никто его обманывать не собирается.

— Слишком рискованно, «сапфир» может вас увидеть и неправильно понять происходящее. Давайте лучше я сам, а вы меня подождете где-нибудь недалеко от музея, например, возле станции метро.

Ребята молча переглянулись между собой — похоже мой план им не очень нравился.

— Не уверен, что так будет лучше, — выразил общую мысль Северов. — Риск, конечно, есть, но…

— И все-таки, давайте я сам, — сказал я. —Я не буду дергаться опасаясь, что вас увидят, а значит не вызову лишних подозрений. Будете ждать нас возле метро, так будет лучше. Да и вообще — предлагаю закончить этот разговор и отправиться в «Макдоналдс». Времени у нас до пяти хоть отбавляй, а мне, честно говоря, есть очень хочется.

— Чем тебе «Шхуна» не угодила? — удивился Витя. — По-моему здесь всегда отлично кормили.

— Не спорю, готовят здесь действительно вкусно, — улыбнулся я. — Вот только за последнюю неделю я как-то очень сильно истосковался по вредной еде. Причем настолько сильно, что как представлю «Биг-Мак», так сразу в животе урчать начинает.

— В этом ты не одинок, — хлопнул меня по плечу Никита. — Правда я бы лучше в пиццерию какую-нибудь закатился, но «Мак» тоже неплохо.

— Погодите со своим «Макдоналдсом», — нахмурилась Настя. — Я все-таки считаю, что нам нужно его подстраховать.

— Стоп, ребята! — сказал я и погрозил Насте пальцем. — Касаткина, нельзя быть такой подозрительной, людям нужно доверять. Хотя бы иногда.

— Людям — может быть, но при чем здесь «сапфиры»? — удивилась она. — Эти ребята у меня на отдельном счету и с ними нужно быть настороже.

— Хорошо, — сдался я. — Я буду с Беляевым повнимательнее, обещаю. Но все-таки на встречу я пойду один. Не вижу смысла рисковать Ванькиным здоровьем.

— Ну, как знаешь, — махнула рукой Настя и встала из-за стола. — Потом не говори, что я тебя не предупреждала. Ну, чего расселись? Мы едем в «Макдоналдс» или так и будем здесь сидеть?

Глава 19

Без четверти пять я уже был на месте встречи возле музея космонавтики, Беляева еще не было. Не могу сказать, что я особо нервничал, так как в отличии от ребят не считал, что «сапфиры» могут задумать какую-то аферу. Хотя, кто знает на самом деле?

Я сидел на лавочке, ел пломбир и наслаждался хорошей погодой, а также привычной для ВДНХ суетой. Сегодня вообще был какой-то особенный день, похоже половина города одновременно решила отправиться в музей. Вокруг сновали восторженные дети, за которыми постоянное наблюдение вели сопровождающие их взрослые.

Беляев в компании Ивана появились ровно в пять. Я уже даже начал переживать, что их так долго нет, но, как оказалось, напрасно. «Сапфир» был один. Я внимательно посмотрел по сторонам в поисках еще кого-нибудь, кого окружала бы характерная синяя аура, но нет, ничего такого я не увидел. Лишь парочка самоцветов из Изумрудного Дома неспешно прогуливались и ели мороженное, которые никакого отношения к нашему делу не имели. Во всяком случае, мне показалось, что они просто гуляют.

«Сапфир», как и в прошлый раз, был в костюме и глядя на идущего рядом с ним Лазарева, создавалось впечатление, что какой-то охранник сопровождает сыночка олигарха. Завидев меня, Ваня улыбнулся и помахал мне рукой, что же, это уже неплохо, по крайней мере выглядит он целым и невредимым. Беляев посмотрел кому это машет Иван, увидел меня и направился к моему месту расположения. Все время, пока они шли ко мне, «сапфир» нервно осматривался, вероятно ожидая от меня какого-то подвоха. Похоже, я был прав, убедив ребят подождать меня возле метро, по всему было видно, что Беляев нервничал, и кто знает, как обернулось бы дело, если бы он увидел кого-то из наших.

— Привет, Ваня, как дела? — спросил я, когда они подошли ко мне. — Надеюсь все хорошо?

— Да, все в порядке, — ответил он. — Ты приехал забрать меня домой?

— Ага, сейчас мы с этим дядей решим кое-какие вопросы и поедем, — я посмотрел на «сапфира» и отметил, что тот все же нервничает. — Я ведь правильно говорю, Влад?

— Правильно, — кивнул Беляев и отпустил Ивана, которого до этого момента он держал за руку. — Если ты со своей стороны сделал все, о чем мы договаривались, то никаких проблем не вижу — забирай пацана и расходимся.

Имеющаяся у меня способность профайлера помогла мне понять, что «сапфир» действительно не врет и, скорее всего, обманывать меня не собирается. Я сунул руку в карман и достал артефакт, который заблаговременно туда спрятал. Анх сверкнул на солнце, и Беляев в нетерпении выхватил его у меня из руки. Похоже этот артефакт и в самом деле был ему очень нужен, силы воли не хватило даже с достоинством его взять — ухватил как голодная собака кость. Он внимательно осмотрел его, видимо опасаясь, что я могу всучить ему подделку, а затем его лицо расплылось в счастливой улыбке.

— Красивая вещь, — сказал я, глядя на артефакт с некоторым сожалением — не знаю почему, но мне не очень хотелось расставаться с этой вещицей.

— Красивая? — Влад усмехнулся, достал из кармана шелковую ткань, бережно завернул в нее Анх и спрятал его в карман. — «Красивая вещь» это не совсем подходящее определение для него, но в целом я с тобой согласен — он прекрасен. Как вам удалось добыть его?

— Опустим подробности. Артефакт у тебя, свою часть сделки я выполнил. Не вижу смысла задерживаться, парень соскучился по дому, да и у меня нет особого желания разговоры разговаривать.

Беляев посмотрел куда-то в сторону и кивнул. Я проследил за его взглядом, но никого кроме замеченной ранее парочки «изумрудов» не увидел — похоже эти ребятки не просто здесь прогуливались и ели мороженое. Все-таки определенные меры безопасности Влад предпринял, но это его личное дело.

— Ну, если нам больше нечего сказать друг другу, то не вижу поводов медлить, — Беляев кивнул на прощание и оставил нас вдвоем.

Разумеется, руку для рукопожатия я ему не протянул, как и он мне — этот парень терпеть не может рукопожатий, как он сказал мне неделю назад в ресторане, да и у меня с ним особого желания ручкаться не было.

— Хочешь мороженое? — спросил я у Ивана.

— Нет, — мотнул головой парень. — Хочу домой.

— Тогда в путь, отец тебя уже заждался. К тому же дома нас ждет серьезный разговор.

Лазарев озадаченно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Спустя пятнадцать минут мы уже катили к его дому. Вообще-то мы могли и сами доехать, но ребята были непреклонны в своем желании подвезти нас.

Вот так, между делом, я их и познакомил. Поначалу Ваня ошалел от внимания, которое на него как-то вдруг свалилось сразу со всех сторон — Настя и Никита сыпали в него вопросами самого разного характера и только Северов хмурился и время от времени с любопытством на него посматривал. Видимо наш наставник пытался понять, что такого в этом голубоглазом пареньке, из-за которого заварилась такая каша? Честно говоря, я пока и сам не знал точного ответа на этот вопрос, но других вариантов у меня все равно не было. Во-первых, вербовка Ивана — это мое Системное задание, а, во-вторых, я не мог поступить иначе и по моральным соображениям — его отец очень на меня рассчитывал, а расстраивать его мне не хотелось. Вообще-то, я немного иначе представлял себе как пройдет знакомство Вани с ребятами, но тут уж выбирать не приходится, времени по базам отдыха разъезжать у нас нет.

Когда мы подъехали к дому Лазарева, было уже около шести. Я сказал Ване, чтобы он шел домой, а сам немного задержался в машине перекинуться с ребятами парой словечек.

— Ребенок еще совсем, этот твой Лазарев, — сказал Северов, после того как за Иваном закрылась дверь. — И глаза как у теленка, как бы его не подстрелили в первой же переделке.

— А мне паренек понравился, — улыбнулся Никита. — Скромный, конечно, дальше некуда и перепуганный какой-то, ну а так ничего — смышленый.

— Конечно перепуганный, — фыркнул я. — Набросились на него со всех сторон со своими вопросами — а что? а как? а сколько тебе лет? Такое ощущение, что я вам зверюшку неведомую привел, а не обычного человека.

— Этот обычный человек скоро станет членом нашего звена, — пожала плечами Настя. — Так что без вопросов тут никак.

— Станет, если не откажется, — сказал я.

— Ну, а почему бы ему отказываться? — удивился Витя. — Ты же согласился, вот и он я думаю не дурак.

— Поживем — увидим. Он все-таки хоть и скромный, но вполне себе самостоятельный и волевой молодой человек, так что еще неизвестно какое решение примет.

— Это что еще за новости? — удивленно поднял брови Никита. — Мы значит жизнями своими рискуем, а он значит может не согласиться? Макс, ты эти шуточки брось. Нужно ему все так объяснить, чтобы у него даже никаких сомнений по этому поводу не было. Да и вообще — какой человек в здравом уме откажется быть «самоцветом»? Такие перспективы заманчивые открываются!

— Ага, перспективы лучше некуда, — иронично заметил я. — Например, можно получить пулю в задницу на каком-нибудь очередном задании или поучаствовать в сражении с мертвецами — сплошные радости жизни. Хотя, конечно, и хорошего хватает, но финансовые блага и тому подобные вещи для малолетнего подростка еще не столь актуальны как для взрослого человека, так что вопрос остается открытым.

— Не забывай про сверхспособности, — назидательно сказал Никита и поднял вверх указательный палец. — Такие вещи подростки любят, это я тебе точно говорю.

— Ванька итак парень не совсем обычный, так что некоторые сверхспособности для него это как раз плюнуть, — сказал я.

— Это какие, например? — спросила Настя. — Он что, молниями кидается?

— По моей информации молниями он не кидается, но кое-что умеет, поверь мне на слово, — ответил я. — Ладно, не будем тянуть резину, у меня еще куча дел на сегодня. Я так понимаю времени у нас немного — нужно за этого химика браться, так что давайте предварительно обсудим планы на завтра.

— Макс, здесь все зависит от итогов вашего разговора, — логично заметил Северов. — Без этого планировать что-то проблематично.

Я попытался выстроить в уме возможный порядок завтрашних событий, но без понимания решения младшего Лазарева это и в самом деле было сложно.

— Давайте сделаем вот как — сегодня я общаюсь с Ваней и даю ему время подумать до завтрашнего утра. Если все проходит нормально, то мы созваниваемся и там уже будем принимать решение.

— Годится, — кивнул Витя. — Тогда иди общайся, а мы поедем дальше, у нас еще одна встреча на сегодня запланирована.

Глядя на мое озадаченное лицо Настя улыбнулась и хлопнула меня по плечу.

— Да ладно, Макс, не парься. Никаких секретов у нас от тебя нет. Просто хотим съездить проведать Ольгу, ей там, наверное, без нас скука смертная.

Блин, вот это я дал маху! За целый день так и не удосужился ей позвонить! Справедливости ради нужно сказать, что один раз я пытался ей дозвониться, но телефон у нее был выключен, а вот то, что не попытался перезвонить позже, меня не красит однозначно.

— Хорошая идея, — несколько смущенно прокомментировал я. — Привет передавайте и скажите, что я сегодня постараюсь заскочить. Не знаю, конечно, насколько у нас затянется разговор, но попробую успеть до глубокой ночи.

Ребята пообещали, что обязательно выполнят мою просьбу и уехали, а я пошел наверх в гости к Лазаревым. К тому моменту, как я зашел в квартиру, отец с сыном видимо уже успели излить друг на друга переполнявшую их радость от встречи, но я заметил, что у одного и второго глаза были на мокром месте, похоже без слез не обошлось. Борис тепло поприветствовал меня и попросил Ивана заняться приготовлением чая. Парень довольно шустро организовал все необходимое для чаепития и вскоре мы уже сидели втроем вокруг имевшегося в комнате стола. Как-то нужно было начинать разговор, и старик мне помог небольшой вступительной речью.

— Ваня, мальчик мой, — начал он, после того как мы сделали по первому глотку чая. — Тебе скоро исполнится шестнадцать и пришло время для серьезного разговора. Сейчас Максим расскажет тебе в чем, собственно, дело, но для начала я хочу, чтобы ты знал — как твой отец я хочу для тебя только добра, поэтому прошу тебя серьезно отнестись к тому, что он тебе сейчас скажет. Я не вечный, — старик тряхнул своими длинными волосами. — Не сегодня, так завтра мои дни закончатся, и я хочу быть уверен в том, что хоть как-то помог тебе устроить твое будущее.

— Папа, что за разговоры? — Ванька удивленно смотрел на отца своими ярко-синими глазами и выглядел растерянным. — Ты же знаешь, я терпеть не могу, когда начинаешь разговоры о своей смерти.

— Погоди, не перебивай, — поднял руку Борис. — Я еще не совсем выжил из ума, поэтому знаю, что говорю. Просто слушай. Возможно, что-то из сказанного Максимом тебя удивит, но я хочу, чтобы ты знал — он говорит правду и все так и есть на самом деле. Давай, Максим, теперь твоя очередь говорить.

Что же, после такой вводной будет легче. Во всяком случае, младший Лазарев не будет смотреть на меня как на сумасшедшего, а это уже неплохо. А начну я, наверное, с того же, с чего в свое время начинал этот разговор со мной Витя Северов. Как там было? Ну, конечно, как я мог подзабыть?

— Вань, я сейчас буду рассказывать тебе немного странные вещи, а ты постарайся меня не слишком часто перебивать, договорились? — парень посмотрел на отца, потом на меня и кивнул. — Вот и отлично. А начнем мы вот с чего. Скажи, ты читал книги про Гарри Поттера?

Ну, что сказать, разговор выдался непростым и, если честно, я думал все будет намного проще. Неужели и я задавал так много разнообразных вопросов? В точности я не помнил, но что касается Ваньки, то вопросов была масса. Я как мог отвечал на них, однако временами Борис все же приходил мне на выручку, за что я ему искренне благодарен. Если бы не его помощь, то у меня ушло бы в два раза больше времени, это как пить дать. В конце концов парень задал тот самый вопрос, который я от него ждал?

— Все это конечно интересно, — сказал он, пребывая в легком смятении от услышанного. — Вот только мне пока не совсем понятно — вы все это мне сейчас зачем рассказали?

— Иван, тебе скоро исполняется шестнадцать, — взял слово Борис. — А это тот самый возраст, когда ты можешь принять предложение Максима и стать самоцветом.

— Вы это сейчас серьезно? — недоверчиво спросил Ванька, который видимо еще не до конца понял, что все это не розыгрыш.

— Вполне, — кивнул я. — Вообще-то до шестнадцати вход в Систему запрещен, но судя по всему для тебя сделано небольшое исключение.

— С чего это вдруг?

— Это уж мне неизвестно, — честно ответил я, так как даже понятия не имел, с чего это вдруг Система дала такое задание. — Однако факт остается фактом — такая возможность у тебя есть.

Пока Иван находился в глубоком размышлении, я вытащил телефон и посмотрел на часы — десять часов вечера. Блин, когда только время успело пролететь? Разумеется, теперь не могло быть и речи, чтобы ехать к Ольге в больницу — не припрусь же я туда в полночь? Дело, конечно, скверное и если ее мама узнает, что я сегодня не изыскал возможности навестить ее больную дочь, то ни о какой реабилитации даже речи быть не может, я навсегда превращусь в отрезанный ломоть. Ладно, думаю Островская меня поймет, она же все-таки нормальный человек и прекрасно понимает ради чего мы вообще ездили в этот Ардейский поселок. Так что, дело нужно доводить до конца.

Я повернулся к Ивану и уже собрался было начать расписывать ему все возможные перспективы, как вдруг он глубоко вздохнул и сказал:

— Мне нужно подумать.

— Тебя никто и не заставляет давать ответ сейчас, — сказал я. — Здесь нужно хорошенько все обмозговать, так что я даю тебе времени до завтрашнего утра. Думаю, этого вполне хватит, как считаешь?

— До утра? — Ванькины синие глаза стали круглыми от удивления. — Разве такие решения можно принимать так быстро?

— Извини, парень, но так уж складываются обстоятельства, — я допил свой давно остывший чай и вздохнул. — Я понимаю, все как-то свалилось прямо сразу — какие-то самоцветы, Дома и всякая фигня в том же духе. Над всем этим было бы неплохо поразмышлять как следует, но я не могу дать тебе слишком много времени. Даже скажу тебе вот что — в твоем случае вообще все будет быстро. Не успеешь оглянуться, как тебя будут ждать великие дела — с корабля на бал, так сказать.

Последней фразой я похоже смутил Ивана окончательно. В поисках поддержки он посмотрел на отца, но тот лишь улыбнулся в ответ.

— Сынок, пора становиться взрослым, — сказал он. — Некоторые решения нужно принимать быстро. Но ты не переживай, мы еще поговорим с тобой на эту тему сегодня после того, как Максим уедет.

Что же, намеки я понимаю очень даже неплохо — пора мне валить, а то я и в самом деле засиделся.

— Вань, какое бы решение ты не принял, я хочу, чтобы ты знал — тебя никто не заставляет, это твой личный выбор. — Я встал с кресла, растер затекшие от долго сидения ноги и улыбнулся. — Поеду отдыхать, сегодня был очень насыщенный день.

— Максим, спасибо тебе еще раз, — сказал мне на прощание Борис, но я лишь махнул рукой в ответ — мол, мелочи жизни.

На улице было прохладно. Осень уже давала о себе знать в полную меру. Такси от Лазаревых я вызывать не стал. Во-первых, не хотелось им надоедать еще больше и так уже слишком поздно, а, во-вторых, хотелось просто немного постоять на свежем воздухе и привести мысли в порядок. Слишком бурно как-то события в последнее время развиваются, такое ощущение, что я все время куда-то бегу и не могу остановиться. Хотя, может быть, так оно и есть на самом деле, все-таки не зря говорят, что остановка движения — это смерть. Я вызвал такси и в ожидании машины решил набрать Ольгу. Трубку она взяла практически сразу, наверное, ждала моего звонка и в этот момент мне стало как-то не по себе — все-таки я не смог приехать к ней, а это как-то неправильно.

— Алло, Макс, как дела? — сходу начала Островская. — У тебя все в порядке?

— Да, все отлично, как твоя нога?

— Врачи говорят, что жить буду, так что не парься.

— Оль, ты извини, что у меня не получилось сегодня заехать, просто…

— Макс, ничего страшного, — не дала мне закончить пани. — Я все понимаю, а потом я тоже считаю, что это дело нужно было закончить, иначе к чему все это было? Кстати, как там Ванька?

— Жив-здоров, передавал тебе привет.

— Он с нами?

— Пока не знаю, — честно ответил я. — Он, конечно, в шоке от услышанного, поэтому я дал ему время подумать с ответом до завтра.

— Это хорошо, что с ним все в порядке, я до конца сомневалась в «сапфирах». Ко мне заезжали ребята и сказали, что с парнем все окей, но ты же лучше его знаешь, поэтому решила уточнить.

— Все правильно сказали, отощал только немного, а так какой был. такой и остался — теленок с синими глазами.

— Ну, не такой уж и теленок, если вот-вот самоцветом может стать, — рассмеялась Ольга. — Но вообще-то да, нужно его очаровательную робость с него выбивать понемногу, иначе мы с ним далеко не уедем.

— Ты так говоришь, как будто он уже согласился, — сказал я и поежился — на улице становилось довольно холодно.

— Согласится, куда он денется? А если нет, то я его самого в Ардейский поселок к мертвецам отправлю.

— Вот это правильное решение, узнаю свою любимую!

— Ну, а как иначе? Ты, кстати где сейчас?

Никогда не любил ее дурацкую привычку внезапно перепрыгивать с одной темы на другую.

— Стою возле подъезда Лазаревых, такси жду.

— Понятно, — она немного помолчала. — Ты завтра приедешь?

— Да, прямо с утра, — пообещал я. — Так что, буду твоим будильником, ты не против?

— Что за дурацкий вопрос, конечно нет. Кстати хорошо, что тебя сегодня не было — мама целый день возле меня просидела, а вам пока лучше с ней не встречаться.

— Ну, это я и так понял. Теперь я у нее враг номер один.

— Не льсти себе, враг номер один это я, потому как «дура набитая», понял? А ты так, временный нервный раздражитель, так что не бери в голову. Ладно, Макс, на меня уже соседка по палате смотрит, так что давай до завтра, ага?

— Какая соседка? Тебя же отец вроде бы в отдельную палату собирался определить?

— Не вышло у нас с отдельной палатой, вечером мне еще одну барышню подселили, говорят с местами совсем туго. Но это ерунда, она нормальная девочка. Правда орет от боли время от времени, но я уже даже привыкла.

— Понятно. Ладно, спокойной ночи, жди завтра утром в гости.

— Целую, Макс.

— Я тебя тоже, — сказал я и отключился.

К тому времени, как подъехала машина я успел порядком замерзнуть. Надо было все-таки заказывать машину от Лазаревых, а то с такими прогулками и простудиться недолго, а болеть сейчас времени нет. Я попросил водителя включить печку и сам не заметил, как заснул.

Глава 20

Вставать пришлось рано. Хотелось оказаться у Ольги до того, как ей нанесут визит ее родители. В этот раз метро я отложил на другой раз и воспользовался такси. По пути заскочил в цветочный ларек, потом в супермаркет, чтобы приобрести стандартный набор посетителя больного — сок, фрукты и пару любимых Олиных шоколадок, ну а потом уже, в полном вооружении покатил в больницу.

Мне повезло, в палате у Островской я оказался первым посетителем. В этот момент как раз разносили завтрак. От еды она отказалась и предпочла принесенную мной плитку шоколада. Впрочем, меня это не удивило — Ольга та еще сластена. А вот новости были не очень хорошими, по ее словам она могла проваляться с переломом пару месяцев, а может быть и больше. Разумеется, в больнице она все это время находиться не будет, но тем не менее хорошего мало. Блин, Олька, уж лучше было бы лестницу к этому чердаку приставить, чем ногу поломать! Надо было мне все-таки настоять на этом, но тут уж такое дело — задним умом все крепки.

У Ольги я провел почти час, пока она не начала меня выгонять, опасаясь скорого приезда родителей. Времени нам наговориться вполне хватило и, что самое главное, она на меня не дулась за вчерашнее, хотя зная ее характер вполне могла вставить пару едких замечаний по этому поводу.

Когда я вышел из больницы, было около девяти утра. Я сел на лавочку в больничном дворе и стал раздумывать над тем, чем мне заняться. Может быть Ваньке позвонить? А что, уже вполне себе утро, чего зря время тянуть? Я вытащил из кармана телефон и в этот момент он завибрировал прямо у меня в руках. Разумеется, звонил младший Лазарев — похоже он и вправду ясновидящий, иначе как назвать такие вот совпадения? Самое интересное, такие моменты случались регулярно, случись мне подумать о Ваньке или заговорить и вот он тут как тут.

— Алло, как дела Ваня?

— Нормально, Макс, вот сидим с отцом чай пьем.

— Чай, это хорошо, но меня больше интересует — что ты решил?

Парень немного помолчал, а когда я уже хотел переспросить, сказал:

— Я согласен, Макс. Приезжай к нам чай пить.

Вот это уже неплохо — как камень с плеч, иначе не скажешь. Попить с ними чаю? Это, конечно, можно, вот только времени у нас нет чаи распивать, нужно звонить Северову.

— Вань, ты молодец! Правильное решение принял. Жди меня, думаю я скоро приеду.

Я отключил Лазарева и набрал Витю. Судя по голосу я его разбудил.

— Чего трезвонишь ни свет ни заря? — пробурчал он. — Взяли моду по утрам наяривать, такое ощущение, что вы вообще спать не ложитесь. Ну, что там у тебя?

— Давай вставай, уже десятый час, нечего дрыхнуть! Ванька звонил, сказал, что он согласен.

— Это уже лучше, — смягчился Северов. — Хотя бы повод был звонить.

— Хватит кряхтеть, лучше скажи, что дальше делать будем, ты же все-таки наставник!

— Не нервничай, все по стандарту. Теперь ему в больничку нужно, на Китай-город, ты же не хуже меня знаешь. Так что не суетись и езжай к нему, а я пока все организую.

— Долго нам тебя ждать?

— Посмотрим, самое главное, чтобы нужный мне мастер на связи оказался, а остальное уже дело техники.

— Какой еще мастер?

— Неважно какой, тебя это не касается, — обрезал мое любопытство Витька. — Кстати, можешь и ребятам позвонить, пусть тоже готовятся к больничке подъехать.

— А они там зачем? — не понял я. — Насколько мне помнится, я там долго провалялся после того как мне микрочип вживили.

— В его случае все будет намного быстрее, он же не ранен, лечить его не нужно, так что много времени не понадобится. А потом, само собой, торжественная часть, которую никто не отменял, — ответил Северов. — Ладно, хватит трепаться, езжай к нему и жди моего звонка.

Я так и сделал. Сразу после того, как закончил разговор с Витей, я вызвал такси и поехал в гости к Лазаревым. По пути я набрал Никиту, объяснил ему ситуацию и сказал, чтобы были готовы в любой момент подъехать в район Китай-города.

— О, похоже нас сегодня ждет хорошая вечеринка! — обрадовался Чернов. — С самого прилета из Ардейского поселка хочу как следует напиться, да все как-то случай подходящий не подворачивается, а тут даже и деваться некуда.

В целом я был с ним полностью согласен, честно говоря, мне и самому хотелось как-то сбросить напряжение после нашей незабываемой поездки в монастырь, так что сегодняшний день подойдет как нельзя лучше. Жаль только, что над подарком для Ивана заранее не подумали, но это успеется, самое главное, что основная задача выполнена, все остальное не так уж важно.

Когда я приехал к Лазаревым, они и в самом деле пили чай. С учетом того, что я с самого утра еще не завтракал, то я к ним с удовольствием присоединился. Ваня сделал мне пару бутербродов, которые пришлись как нельзя кстати. Вопреки моим ожиданиям Иван не задал мне практически никаких вопросов, а это могло означать только одно — он уже задал все интересующие его вопросы Борису и получил на них исчерпывающие разъяснения. Единственное, что Иван у меня уточнил, это состав нашего звена.

Не прошло и часа с момента моего приезда к Лазаревым, как меня набрал Северов и сказал, что скоро заедет за нами. Я сказал Ивану, что сейчас поедем в особую больницу, чем вызвал у него острые переживания по этому поводу. Оказывается, у парня хроническое недоверие и боязнь людей в белых халатах. На то, чтобы успокоить его и заверить, что ничего страшного его не ждет, у нас с Борисом ушло минут пятнадцать. Он вроде бы немного успокоился, но когда приехал Северов, то разволновался вновь. Похоже парень всерьез переживал, что его ждет как минимум трепанация черепа, а то и еще чего похуже. Дошло до смешного — два взрослых мужчины в лице меня и Бориса, уговаривали практически совершеннолетнего парня как малое дитя. Наконец мы смогли убедить его и Иван, с видом приговоренного к четвертованию мученика, вышел из квартиры. При этом Борис пустил скупую мужскую слезу, которая могла означать только одно — старик грустил, что его сын так быстро вырос.

— Блин, вы что там, решили вздремнуть? — недовольно пробурчал Виктор, когда мы садились в его машину. — Как можно выходить из квартиры полчаса?

— Ваня у нас оказывается врачей боится, насилу уговорили, — объяснил я нашу задержку.

Иван поприветствовал Северова и затих. До самой больницы мы не услышали от него ни одного слова, было видно, что он сильно переживает относительно ожидавшей его операции. Разумеется, лишний раз рассказывать, что в момент операции он будет спать и ничего не почувствует, было абсолютно бесполезно. Когда мы добрались до больницы и сдали его врачу, он на прощание поглядел на нас таким тоскливым взглядом, будто мы с Витькой звери лютые и отправляем его на убой.

Конца операции мы ждали почти два часа. За это время приехали Никита с Настей и теперь мы все вместе томились в коридоре, ожидая пока врач наконец-то соизволит пригласить нас в палату. Пока мы ждали, Витя позвонил в «Шхуну» и заказал на вечер нашу неизменную «Каюту № 5».

Наконец врач, который проводил операцию, вышел к нам и меня посетил приступ дежавю — это был тот самый бледный парень, который делал операцию и мне.

— Можете его забирать, — сказал он. — Короткую обязательную речь я ему уже сказал, так что он вас ждет.

Не теряя времени мы вошли в палату и обнаружили Ваню сидящим на кровати и удивленно осматривающим комнату. Похоже он привыкал к новым возможностям своего зрения. Увидев нас, он удивленно вытаращил глаза и коротко прокомментировал увиденное:

— Вы все оранжевые, вам это известно?

— Разумеется, — констатировал я очевидный факт и улыбнулся вспомнив себя в аналогичной ситуации. — Ты между прочим теперь тоже, как ты говоришь, оранжевый.

Лазарев бросил быстрый взгляд на свою руку и вскрикнул от удивления.

— Офигеть! Я тоже оранжевый!

— Ты теперь полноценный самоцвет и член Янтарного Дома, — сказал Северов и хлопнул его по плечу. — Поздравляю!

Мы дали некоторое время парню, чтобы он немного привык к своему новому состоянию и улыбались, глядя как он открывает новые возможности своего второго рождения. Разумеется, следующим моментом который его глубоко удивил, стала информационная система.

В этот момент хорошо знакомый голос, по которому я уже успел порядком соскучиться, сообщил:

— Вы получили новое Системное сообщение!

Я автоматически просмотрел его.

Внимание, Максим! Системное задание № 7 выполнено успешно! Ваша награда: 1000 опыта, материальные ценности в сумме 100 000 рублей РФ, а также 1 капсула.

Ваш престиж: +2.

Награду вы можете забрать в постамате Сберлогистика, по адресу: станция метро «Авиамоторная».

Код получения: 7715 8110.

Срок получения награды: 48 часов.

Дальнейших Вам успехов, Максим!

Ого, в этот раз Система отвалила плюшек на славу! Целая тысяча опыта и сто тысяч рублей — это очень даже неплохо, а то, что к этому всему еще и капсула прилагается вообще отлично. Интересно, что свою награду я буду забирать на «Авиамоторной», как и после выполнения своего первого Системного задания. Прикольно. Неужели и первое задание у Ивана будет такое же, как и у меня? Скорее всего да, думаю, что первое задание стандартное для всех новых самоцветов.

— Вань, а ты знаешь, что ты везунчик? — спросила у него Настя воспользовавшись паузой в Ваниных комментариях, относительно произошедших с ним изменений.

— Это еще почему? — спросил он.

— Обычно, перед тем как стать самоцветом, все проходят непростое испытание, а вот в твоем случае его не было.

— И насколько сложное испытание? — удивленно поинтересовался Лазарев. — Неужели что-то опасное?

— Ну, как тебе сказать, — улыбнулся Никита. — Все относительно конечно, но, например, твоего друга Макса Соболева мы привезли сюда после испытания всего в крови и без сознания. Так что — да, обычно это что-то сложное и опасное.

— А некоторые после испытания вообще сюда не доезжают, — доверительно сообщила Настя.

— Как в этом мире много информации, без которой мы вполне могли бы обойтись, — прокомментировал услышанное Ваня. — Будем считать, что я действительно везунчик и меня это вполне устраивает.

В этот момент дверь открылась и в палату вошел врач, который поставил возле входа большой бумажный пакет.

— Здесь его вещи, — сказал он, улыбнулся чему-то своему и вышел.

Я взял пакет и поставил его на Ванину кровать.

— Мне кажется перед отъездом тебе действительно будет не лишним одеться, — сказал я.

— Мы куда-то едем прямо из больницы? — спросил Иван.

— Разумеется, — ответил Никита. — Или ты здесь собрался неделю лежать?

— Вообще-то я бы чего-нибудь перекусил — есть очень хочется, — сообщил Лазарев. — А в больницах говорят пациентов кормят.

— А мы, по-твоему, куда собираемся? Ясное дело в ресторан! — рассмеялся Чернов. — Так что давай, поскорее одевайся и выходи. Мы тебя внизу подождем.

— Сейчас спущусь, — кивнул Ваня. — Кстати, Максим, а где Ольга? Она же должна быть вместе с вами или нет?

— Должна быть, Вань, — невесело сказал я и словил себя на мысли, что без нее и впрямь как-то тоскливо, к тому же она как непосредственный участник приключения в Ардейском поселке обязательно должна была бы здесь быть. — Она сейчас в больнице. В другой раз как-нибудь расскажу, что случилось. Так что, сегодня без нее, а ты давай одевайся, мы тебя ждем.

Никита и Витя были на машинах, поэтому такси вызывать не пришлось, как только Лазарев вышел из больницы мы поехали в «Шхуну». Мы с Ваней разместились в «Тойоте» Северова, а Никита с Настей в «Гольфе». Не успели мы проехать и нескольких минут, как Ванька снова издал звук крайнего удивления. Ну разумеется, наверное, он услышал голос нашей цифровой девушки, которая сообщила ему о получении Системного сообщения. Своим последующим вопросом он подтвердил мою догадку:

— Макс, со мной какая-то девушка разговаривает, — удивленно сказал он. — Это же нормально или как?

— Вполне нормально, так что привыкай, — успокоил я его. — Теперь ты будешь слышать ее голос довольно часто. Можешь прочитать сообщение. Подсказать как или сам разберешься?

Лазарев взял небольшую паузу, после которой сказал:

— Мне нужно узнать, что является символом Системы.

— Это стандартное первое Системное задание для новеньких, — сказал Витя. — Так что ничего необычного. Можешь не переживать по этому поводу, в ресторане тебя ждет подробная лекция на эту тему.

— Понятно, — кивнул Иван и, судя по его лицу, принял для себя решение больше не удивляться всяким необычным явлениям, которые валились на него нескончаемым потоком.

— Кстати, Вань, с некоторых пор своим новым коллегам мы дарим подарок от всего звена, но в этот раз все прошло так быстро, что мы не успели как следует подготовиться, — сказал Витя и подмигнул ему в зеркало заднего вида. — Так что с нас причитается.

В ответ Лазарев ничего не сказал, а лишь неопределенно пожал плечами. Дальнейший путь проделали в молчании, а судя по немного отрешенному лицу Ивана, тот баловался с информационной системой и знакомился со своими начальными параметрами. Никаких вопросов он не задавал, что не удивительно — там все было предельно доступно и понятно даже новенькому.

Когда мы подъехали к ресторану, он внимательно посмотрел на охранников возле входа и вопросительно посмотрел на меня.

— Нет, Ваня, тебя не будут везде окружать самоцветы с оранжевой аурой, — пояснил я ему. — Просто «Шхуна», это своего рода неофициальная база Янтарного Дома. Что-то типа клуба для своих. Здесь встречаются, кушают, а заодно обсуждают свои дела и иногда проводят встречи с представителями других Домов. Понятно? — в ответ он кивнул. — Межу прочим, у нас здесь свой постоянный столик имеется — «Каюта № 5» называется.

— Почему — каюта? Что за странное название? — удивился Иван.

— Ну, это же шхуна, а на кораблях каюты, — ответил Витя.

Больше вопросов Лазарев не задавал, а молча шел за нами и глазел по сторонам. В это время дня в «Шхуне» было не очень людно, однако и те немногие посетители, которые здесь находились, смотрели на нашу компанию с нескрываемым любопытством. Оно и понятно, Ванька не выглядел не то, что на шестнадцать лет, но даже на свои пятнадцать, поэтому вполне логично, что все видевшие оранжевую ауру вокруг него задавались справедливым вопросом — а, что, собственно этот мальчишка делает в рядах самоцветов? Заметив, что привлекает к своей персоне всеобщее внимание, Иван немного смутился и как-то напрягся.

— Не обращай внимания, — успокоил его Северов. — Просто ты слишком молодо выглядишь для самоцвета, вот и пялятся на тебя все, кому не лень. Я бы на твоем месте наоборот гордился этим фактом, а не втягивал голову в плечи.

Услышав это Ваня немного расслабился, однако было заметно, что парень чувствует себя не в своей тарелке. Ну ничего, привыкнет.

Оказавшись за своим столиком, мы заказали всякой всячины, дождались напитков, а уж потом со всей обстоятельностью взялись растолковывать парню, что такое символ Системы и как он выглядит. Слушал Иван с интересом и не мешал рассказчикам, лишь время от времени уточняя интересующие и непонятные ему детали. В конце концов мы закончили, оставив парня в глубоком раздумье. Судя по всему, он раскладывал и упорядочивал новую полученную информацию которой сегодня было очень много. В какой-то момент мне даже стало его немного жаль, но что делать — иначе здесь никак не получится, все нужно усваивать быстро.

Наконец его лицо приняло вполне осмысленное выражение, и он даже позволил себе улыбнуться.

— Мне только что сообщили приятную новость — я стал обладателем ста тысяч рублей и каких-то капсул, — сообщил он. — Кто-то мне подскажет, что со всем этим делать?

— Ну, что делать с деньгами я думаю ты и без нас разберешься, — рассмеялся Никита. — А насчет капсул… я так думаю тебе Макс все объяснит после нашего праздничного обеда, плавно перетекающего в ужин. Раз уж вы с ним приятели, то пусть он и занимается твоим начальным образованием, ты как, Макс, не против?

— Это само собой разумеется, — кивнул я. — Кстати, Вань, поздравляю с выполнением твоего первого Системного задания.

— Спасибо, — растеряно поблагодарил меня Иван.

— Кстати, хочешь я угадаю где тебе нужно получить твою награду? Я так думаю в постамате на станции метро «Авиамоторная», правильно? — судя по озадаченному лицу Лазарева я понял, что моя догадка верна. — Не удивляйся, свою первую награду я получал там же, наверное, это стандартное явление для первого Системного задания.

А вот интересно — Система случайно решила, что свои награды мы с Лазаревым должны забирать в одном месте или как? Что-то мне подсказывало, что это не случайность. Хотя, так даже лучше, меньше времени будем болтаться по метро.

— Ну что, начало положено, что означает символ Системы ты узнал, теперь предлагаю предаться чревоугодию, а уж потом поговорим и о текущих вопросах, — сказал Витя и начал наваливать себе салат. — Я думаю никто не против?

Разумеется, противников не нашлось. От изобилия блюд на столе у меня уже давно урчало в животе, но одновременно разговаривать с Иваном и есть было неудобно, поэтому все дружно дожидались пока парень получит исчерпывающую информацию о Домах и всем остальным, что ему сейчас необходимо знать. Видимо Ване не часто приходилось сидеть за столь обильным столом, а может быть и вообще не приходилось, поэтому поначалу он немного робел, но когда ему объяснили, что этот маленький пир организован в его честь — осмелел и даже как-то повеселел.

Так, с шутками и смехом, обедали мы в общей сложности почти час. За это время Ваня немного привык к новой компании и чувствовал себя более раскованно. Ну, а как иначе, в конце концов мы звено, как там у мушкетеров — один за всех и все за одного? Вот, пусть привыкает, без этого никак. Несмотря на то, что каждый из нас смог уместить в себе довольно приличное количество еды, после окончания трапезы на столе осталось еще много всяких вкусностей. Впрочем, мы еще не уходим, так что всему свое время.

После того как все наелись, Витя изложил Лазареву суть задания, над выполнением которого нам всем придется работать в ближайшее время. К моему удивлению Ваня слушал молча, а когда Северов закончил, погрузился в размышления. Какое-то время мы ожидали от него комментариев относительно услышанного, но после того как их не последовало, Виктор решил сам узнать, что Иван думает насчет этого.

— Что скажешь, Ваня? — спросил он. — Сам понимаешь, как от новенького я не жду от тебя каких-то готовых решений или советов, но надеюсь, что ты каким-то образом включишься в беседу.

— Витя, не дави на парня, пусть немного посидит и послушает, — как-то раздраженно сказал Никита. — Я конечно понимаю, что ты ждешь от него каких-то чудес или чего-то сверхъестественного, но думаю ему для этого нужно время.

Северов нахмурился, но промолчал. Судя по всему, наставнику хотелось, чтобы Лазарев включился в работу прямо сейчас, а еще лучше одним махом решил все наши проблемы. Я посмотрел на Ивана, который выглядел немного недоуменным, судя по всему он не ожидал такого внимания к своей персоне.

— Ну, хорошо, — кивнул Витя, видимо поняв, что действительно не стоит требовать от Лазарева слишком много. — Наверное вы правы, не будем спешить. Тогда на завтра план такой. Пусть Максим и Ваня занимаются своими делами, Никита прав — будет правильно если Соболев поможет парню, а уже послезавтра присоединятся к нам. Ну, а мы начнем действовать с завтрашнего дня. Для начала Никита и Настя прокатятся по всем точкам, где торгуют наркотой — я думаю разберетесь без меня, а я прокачусь в Купол, мне кажется там тоже можно поспрашивать насчет интересующего нас наркотика. Я правильно понимаю, что не нужно напоминать о сути — в первую очередь нас интересует Артем Нефедов и возможное место производства «хрусталя», остальное не так уж важно.

— Все понятно, — кивнул Никита. — Главное ввязаться в драку, а там видно будет.

— Мне нужна кровь наркомана, — сказал вдруг Иван, заставив всех посмотреть на него.

— Не понял? Ты сейчас, о чем говоришь? — удивленно спросил Витя, явно не ожидавший, что парень как-то вступит в разговор.

— Нам ведь нужно найти место производства этого «хрусталя», я правильно понимаю? — ответил Иван. — Ну, а если так, то мне нужна кровь кого-то употребившего этот наркотик. Желательно ее получить от живого человека, а не от того, кто от этого наркотика умер. Крови много не нужно — несколько капель будет достаточно.

— Хорошая история, — улыбнулась Настя, которой явно понравилось, что Ванька так быстро начинает приносить пользу хотя бы в виде обсуждения происходящего, но от ироничного вопроса все-таки не удержалась. — А почему именно от живого человека? Чем тебе мертвый не подходит?

— Мертвый подходит, но кровь живого человека несет в себе больше информации, — ответил парень, не уловивший в ее вопросе никакого подвоха. — С ней проще работать, понимаешь?

Сказать, что после этого вопроса мы просто офигели, то это будет неправильным. Гораздо точнее будет так — мы были в полном шоке. Настолько странным и непривычным звучало объяснение Ивана, что нам всем стало немного не по себе и это было отлично видно по лицам ребят. Работать? С кровью? Серьезно? Нет, все-таки нам всем определенно придется привыкать к тому что в нашем звене появился маг, это как пить дать.

— Ну, в крови этого парня будет наркотик, правильно? Принцип объяснять не буду, но поработав с этой кровью я смогу сказать, где этого вещества много, — глядя на наши удивленные лица пояснил Иван. — Не чтобы прямо адрес назову конечно, но примерное место определить смогу.

— Круто! — восхищенно сказал Никита и хлопнул Ивана по плечу. — Ты мне определенно начинаешь нравится, парень!

— Да, прикольно, — сказала Настя. — Осталось дело за малым, найти человека, который обкололся «хрусталем» и добыть немного его крови.

— «Хрусталь» не колют, его рассасывают как леденцы, — сказал Витя.

— Какая разница, — отмахнулась Касаткина. — Сути дела это не меняет. Как мы поймем, что человек находится под воздействием этого наркотика?

— А вот это как раз не очень сложно, — с видом победителя сообщил Северов. — Наркотик оставляет характерный след. Видели свои глаза после пьянки?

— Видели. Красные как помидоры, — ответил я. — Но если это единственный «характерный» след, то пользы от него не много — красные глаза явление распространенное, нам так половине города придется кровь пустить.

— Погоди, дослушай сначала. Так вот, «хрусталь» и здесь уникален, — продолжил Витя. — После его употребления глаза становятся светло-голубыми. Весьма странное зрелище, между прочим.

— Это тебе откуда известно? — спросил Никита. — Неужели на себе пробовал?

— На себе не пробовал, но досье насчет действия «хрусталя» на человеческий организм читал внимательно. Так что, при должном усердии — найдем.

— Сложнее будет добыть немного крови, — сказала Настя.

— Ну, а что тут сложного? — удивился Чернов. — Убивать конечно не будем, но что-нибудь придумаем.

— Согласен, — кивнул наставник. — Это уже дело техники.

— Вот и хорошо, — сказал Ванька и пожал плечами. — Ну, а дальше уже посмотрим, что можно сделать.

— Что-то запахло какими-то темными обрядами и сатанизмом, — Настя с улыбкой посмотрела на Лазарева. — Ванька, ты случайно в дьявола не веришь?

— До этого пока не дошло, — ответил он, при этом выражение его лица дало понять, что это не очень подходящая тема для шуток.

Немного помолчали, обдумывая полученную от Ивана информацию, а потом Северов подвел итог. Судя по всему, ребята раздумывали насколько серьезно стоит относиться к словам Вани. Что касается меня, то я был уверен, что парень слов на ветер не бросает, а учитывая то, что лично мне он демонстрировал пару фокусов связанных с телекинезом, сомнения и вовсе отпадали. Он знает, что говорит.

— Итак, с учетом новых вводных, задание на завтра несколько видоизменяется, однако по сути остается прежним — я еду в Купол, Никита с Настей по злачным местам и если находим подходящий нам экземпляр, немедленно звоним Максу, — Витя посмотрел на Лазарева и нахмурился. — Ну, а дальше посмотрим, что из этого всего выйдет.

— А если завтра никого не найдем? — спросила Касаткина.

— Значит продолжим послезавтра, — ответил наставник. — Если уж решили идти по этому пути и довериться Ване, то значит будем идти до конца. В любом случае, это хороший вариант — иначе придется искать иголку в стоге сена и допрашивать каждого наркоторговца среди самоцветов, а мне этого делать не хочется.

Иван ничего не сказал и невозмутимо положил себе в тарелку пару ложек «Столичного» салата, дав понять, что разговор в общем-то закончен. Свое слово он сказал, осталось дело за малым — добыть немного крови, но в этом он нам помочь не сможет. Однако, парень-то наш ко двору пришелся и лишним точно не будет. От вида уплетающего салат Ивана у меня тоже разыгрался аппетит.

— Ну, раз уж разговор окончен, может быть горяченького чего-нибудь закажем? — я взял в руки меню и пролистал пару страниц. — О! Хочется шашлыка с кружечкой холодного пива!

Вот так, за разговором, наш обед плавно перетек в ужин. Ну а что — сегодня у нас небольшой праздник, все-таки не каждый день новенького в звено принимаем, а о завтрашнем дне, завтра и думать будем.

Глава 21

Следующий день для меня начался ровно таким же образом, как и прошлый. Встав рано утром я заехал в супермаркет и покатил к Ольге. Долго задерживаться у нее я не стал и на то были причины. Во-первых, она почему-то была совсем не в настроении, поэтому на все мои шутки и попытки хоть как-то ее развеселить, она отвечали неизменными колкостями и ироническими замечаниями. Поэтому мое хорошее настроение очень быстро сошло на нет. Я, конечно, понимаю, что у нее болит нога и все-такое, но это не повод срывать злость на мне. Ну, и во-вторых, она сказала, что родители должны приехать раньше обычного, поэтому никакого смысла задерживаться я не видел. В общем, я поделился последними новостями, посидел немного и мы распрощались. Так будет лучше, а не то я бы мог не сдержаться и наговорить кучу резкостей, а это сейчас ни к чему, ей и без того хреново. Хотя, по правде говоря, из-за такого холодного приема настроение у меня резко ухудшилось, а впереди еще целый день, между прочим. Но удивляться тут было нечему, Островская та еще штучка и перепады настроения для нее обычное дело — думал, когда выбирал, вот теперь кушайте, не обляпайтесь.

По пути на «Авиамоторную», где у меня была назначена встреча с Иваном, я усиленно пытался как-то отбросить полученный в больнице негатив и исправить свое настроение мыслями о новом прекрасном осеннем дне, который и в самом деле выдался на редкость теплым и солнечным. Отчасти мне это удалось. Во всяком случае, когда я встретился Иваном, мне даже удалось вполне искренне улыбнуться и еще раз поздравить Лазарева со вчерашним знаменательным событием.

Не теряя времени, мы забрали положенные нам сейф-пакеты и поехали ко мне домой. Повторять свои прошлые ошибки и знакомиться с содержимым сейф-пакетов в кофейне я не стал, в прошлый раз девчонка бариста чуть полицию не вызвала, думая, что я наркоман, поэтому к чему лишние нервы?

До этого Ванька ни разу не был у меня в гостях, поэтому осматривал мое жилище с нескрываемым любопытством.

— Ты здесь один живешь? — спросил он, рассматривая моего Тоторо.

— В основном, — ответил я и кинул свой рюкзак на диван. — Хотя частенько здесь Ольга остается, сам понимаешь — дело молодое, — после этих слов Ваня усмехнулся и подмигнул мне, мол, понятное дело, чего уж тут. — Ну, а так вообще сам. Если не считать моего верного Тоторо конечно.

— Прикольная игрушка, кстати. Ты где его купил? — Ваня положил свой рюкзак рядом с моим, достал из него сейф-пакет и сел в кресло.

— Я его не покупал. Он мне после моего тестового испытания достался на память.

— Того самого, с которого тебя всего в крови привезли?

— Ну да, с тех пор Тоторо мне охранником служит.

— А он тебе своим видом каждый раз не напоминает о случившемся? — озадаченно спросил Ваня. — Ну, я так понял, не самые лучшие воспоминания, если там кровь присутствует?

— Дело прошлое, — отмахнулся я. — Да и вообще — я же живой остался, чего грустить? Ты что будешь — чай, кофе?

— Лучше всего чай.

Я пошел на кухню, заварил нам чай и вернулся в комнату с двумя дымящимися кружками. Иван удивленно крутил свой сейф-пакет в руках и не решался его открыть.

— Интересно, — пробормотал он. — Как это происходит?

— Что именно?

— Ну, как так — мне только вчера Система сообщила об этом пакете, а на нем уже напечатано мое имя и фамилия? При этом сделано все на высшем уровне, как будто на фабрике.

Интересный вопрос, между прочим. Честно сказать я и сам не знал на него ответа. Впрочем, Система хранила в себе много всяких тайн и загадочных моментов.

— Не знаю, Вань, — честно ответил я. — Самое интересное, даже если бы ты сразу поехал на «Авиамоторную» за этим пакетом, то он бы уже тебя ждал. Такое ощущение, что их туда заранее кладут.

— Кто?

— Ну, например, «архангелы», — предположил я. — В конце концов этот Дом по сути работает на Систему, мы же тебе рассказывали.

— Оно-то так, но все равно есть над чем подумать, — нахмурился Иван и было забавно видеть подобное озадаченное лицо у пятнадцатилетнего парня, такое ощущение, что на него разом свалились все мировые проблемы.

— Ты лучше открывай пакет, — улыбнулся я. — Над тем что такое Система и как она устроена как-нибудь в другой раз поразмыслишь.

Лазарев молча разорвал пакет и вытряхнул его содержимое себе в руку. Там оказался точно такой-же набор, который в свое время выпал и мне — кредитная карта и три капсулы в индивидуальных блистерных упаковках. Кредитная карта парня не заинтересовала вовсе, даже не рассматривая ее он сунул кусок пластика в карман и стал с интересом рассматривать капсулы. Я его понимал — таблетки, внутри которых что-то постоянно движется, зрелище достойное удивления.

— Это те самые капсулы, о которых мне говорил отец? — спросил он.

— Ну, я не знаю, что он тебе рассказывал, — пожал я плечами. — Но, наверное, это они.

Ваня рассматривал капсулы с таким видом, будто не верил, что прямо сейчас ему нужно будет их проглотить. Чтобы придать ему уверенности, я вытащил из рюкзака свой сейф-пакет, быстрым движением разорвал упаковку и вытряхнул из нее блистер с капсулой.

— Вот, смотри, точно такая же как у тебя, — сказал я и показал ему блистер. — Погоди немного.

Я сходил на кухню, налил в два стакана воды и вернулся обратно.

— Теперь делаем так, — я выдавил капсулу себе на ладонь, затем закинул ее в рот и запил водой.

Голову сковал привычный приступ боли, который мгновенно сменила накатившая волна наслаждения. Вероятно, все это отразилось на моем лице, потому что когда я открыл глаза, Иван смотрел на меня с нескрываемой тревогой.

— Все нормально, — усмехнулся я. — Когда проглотишь капсулы, ты поймешь почему так. Ощущения, скажем так, немного необычные, но ничего смертельного, поверь.

В этот момент в моей голове раздался хорошо знакомый мне женский голос:

— Вы получили новое Системное сообщение.

Ну, разумеется, куда же без этого. Я с нетерпением открыл раздел «Системных сообщений» где появилась следующая информация:

Получена новая способность: Шестое чувство.

Ваш престиж: +1

Примите поздравления, Максим!

Вот это хорошая информация! Интересно, Система понимает под этим то, что я думаю или у нее имеется собственный вариант? Я открыл закладку «Способности и умения» где прочитал вот что:

Шестое чувство.

Вы обладаете способностью понимать тонкие причинно-следственные связи между разными событиями, которые находятся вне понимания интеллекта. Понятие — интуиция, теперь для вас значит многое.

Ну да, именно это мне и требовалось — в паре с профайлером, шестое чувство будет работать просто отлично!

Я посмотрел на Ивана, который по-прежнему с подозрением рассматривал свои капсулы, время от времени бросая на меня недоверчивый взгляд.

— Вань, ты же не думаешь, что мы с твоим отцом мололи всякую чепуху? Съешь их в конце концов, чего ты на них смотришь? — сказал я и пододвинул к нему стоявший на столе стакан с водой. — Только напоминаю — ощущения будут своеобразными, будь к ним готов.

После этих слов Лазарев кивнул, затем одним махом закинул в рот капсулы, запил их водой и зажмурился. По выражению его лица было видно, что он переживает всю гамму ощущений, которые сопутствуют принятию капсул. В конце он улыбнулся и открыл светившиеся от радости и возбуждения глаза:

— Офигеть! Это было круто! — ликовал Иван. — Почему ты мне не сказал?

— Я тебе намекал как мог, — улыбнулся я, глядя на торжествующего парня. — Но ты со своей подозрительностью меня не слышал. Кстати, это еще не все. Теперь самое время просмотреть новые Системные сообщения, а потом открыть вкладку «Способности и умения». Думаю, тебя там ожидает кое-что интересное. После этих слов Ваня закрыл глаза и надолго ушел в себя. Через полчаса я уже начал беспокоиться — не заснул ли он часом? Однако, будто читая мои мысли он вдруг ожил, прищурился и настороженно спросил:

— Это то, что я думаю?

— Вань, у меня такое ощущение, что в прежней жизни ты был шпионом — что за привычка не верить всему, что творится вокруг тебя? Да, это твои новые способности, если ты хотел меня об этом спросить.

— То есть ты хочешь сказать, что теперь я могу…

— Вот здесь стоп! — оборвал я его на полуслове. — Прежде чем ты продолжишь, я должен тебе сказать, что среди самоцветов не принято распространяться о своих способностях. Однажды я совершил подобную ошибку и хочу тебя предостеречь от того же.

— Почему не принято, что здесь такого? — спросил он, глядя на меня непонимающим взглядом.

— Ну, как тебе сказать. Мир самоцветов может быть не так прост, как кажется и окружающие тебя люди, которые сегодня являются твоими друзьями, завтра могут оказаться врагами. Обычно так не происходит и я пока еще не сталкивался с подобным, но ты должен об этом знать, — глядя на недоуменное лицо Лазарева я пожал плечами и усмехнулся. — Просто если кто-то знает о твоих способностях, то он всегда может использовать их против тебя самого, понимаешь?

— И даже ты?

Вот блин, чувствую себя старшим братом. Такое ощущение, что своими разъяснениями я убиваю в этом парне веру в человечество. Неприятное ощущение, но вот по-другому здесь никак не получится, детство у него вчера закончилось.

— Ну при чем здесь я? — ответил я и отпил давно остывшего чая. — Дело не во мне, а вообще, в принципе. Вот смотри, про некоторые мои способности ребята знают, потому что я применяю их на практике, и они становятся очевидными, а про некоторые не знают, и я не собираюсь об этом рассказывать. К тому же иногда лишняя информация не идет тебе на пользу. Например, из-за того, что я обладаю способностью профайлера, ко мне проявил интерес один из мастеров Янтарного Дома и попросил о небольшом одолжении. Вроде бы ничего такого, но в результате мы поссорились с Витькой Северовым. Поэтому лишняя информация никому не нужна и делись ей по мере необходимости, вот что я хочу тебе сказать.

— А почему вы поссорились с Северовым?

— Долго рассказывать, — махнул я рукой. — Как-нибудь в другой раз расскажу. Ты понял, что я хотел тебе объяснить?

— Ну, в общем да, — судя по его серьезному взгляду, похоже Ваня и в самом деле кое-что понял, а то я уже начал переживать, что со своей телячьей наивностью он далеко не уедет. — Я вот думаю, а это ничего, что я теперь про одну из твоих способностей знаю?

— Ничего. Об этом уже, наверное, весь Янтарный Дом знает, — вздохнул я. — Вот и делай выводы. Между прочим, мне в свое время не обязательно было делать так, чтобы об этом все знали, но — задним умом все крепки.

— Макс, ты знаешь, мне не терпится проверить мои способности в деле, — доверительным тоном сообщил мне Лазарев.

— Понимаю, сам такой был, — кивнул я. — Ну, так я тебя собственно не держу. Считай, что на сегодня мы с тобой все дела выполнили, так что можешь быть свободен. Только по пути домой не чуди чего-нибудь, а то еще в полицию попадешь.

— Хорошо, чудить не буду, — пообещал Иван и в этот момент запиликал мой смартфон.

Я взял аппарат в руку и посмотрел на экран — звонил Чернов. Вот никак не ждал от ребят звонка раньше вечера, что там у них, интересно, могло произойти?

— Привет, Никита, что случилось?

— Здорово, Макс, — его голос был на удивление веселым, судя по всему мой приятель пребывал в отличном расположении духа. — Чем ты там занимаешься?

— Провожу Ване курс молодого бойца, — ответил я. — А если точнее, то только что наш новенький обрел свои первые способности.

— Ага, понятно, ну значит с самым необходимым вы уже закончили, я правильно понимаю?

— Типа того, а ты в связи с чем интересуешься?

— Тут такое дело, — Никита еле сдерживал смех. — Мы значит приехали с Настей в «Карат» и встретили кое-кого из наших старых знакомых. Кого, как ты думаешь?

— Вообще без понятия. У нас с тобой знакомых за последние месяцы прибавилось — хоть пруд пруди, гадать можно до завтра.

— Так-то оно так, но мне кажется этих ребят ты должен был запомнить надолго. Хорошо, раз уж задачки со звездочкой не для твоего ума, даю подсказку, даже две — «Оникс» и «мечи».

Ну да, что-то знакомое и какая-то взаимосвязь между этими словами есть… Вот только, убей Бог, не могу припомнить, какая именно.

— Ладно, Никитос, не томи — устроил тут «Что? Где? Когда?».

— Скучный ты какой-то, с тобой вообще не интересно, — расстроился мой друг, который, судя по всему, рассчитывал, что я проявлю больший интерес к его интеллектуальной игре в загадки. — Ладно, вот тебе последняя подсказка — подвал в гараже. Если ты и после этого не сообразишь, то расстроишь меня окончательно.

Блин! Да ладно! Неужели нам вновь повстречались те самые уроды, которые держали меня в подвале? Ну, что же, в тот раз у нас не было времени искать этих парней и призывать их к ответу за тот беспредел, что они устроили, но в этот раз совсем другое дело. У меня прямо руки чесались от желания дать по зубам тому уроду, который меня пинал, заодно и свою новую способность сокрушительный удар опробую.

— Я все понял, сейчас мы приедем, — сказал я.

— Допер наконец-то? Это хорошо, а то я уже собирался тебя куда-нибудь в кружок по развитию интеллекта записывать, — заржал Чернов и сквозь смех продолжил. — Но это еще не все, мой друг, сегодня у нас полный джекпот — эти придурки под «хрусталем», представляешь?

Ну вот это вообще здорово! Набить кому-нибудь морду с пользой для общего дела — разве может быть что-то лучше?

— Вот и в самом деле хорошие новости! Ты уверен?

— Еще бы, — хохотнул Никита. — Правда, мне кажется, что они кроме «хрусталя» еще и нажрались как свиньи, уж очень забавно все это выглядит. Короче давайте дуйте сюда, поскорее, а то боюсь мы вас можем не дождаться.

— Едем.

Я отключил Чернова и начал набирать номер такси. Вот же чертяка, кто куда, а он вечно в «Карат» попадает, надеюсь он там хоть с Настей, а то она ему кое-что оторвет, если узнает.

Минут через десять мы с Ваней уже ехали в «Карат». Вообще-то в этот клуб ему рановато, там девки голые на сцене пляшут, а он к таким зрелищам вряд ли приучен, но чего уж теперь — пусть привыкает к взрослой жизни. Заодно и самоцветов из всех Домов увидит — там постоянно толпы народа околачиваются, так что познавательная выдастся экскурсия.

Несмотря на то, что до вечера было далеко, «Карат» был забит посетителями. Почему-то всегда так происходит, когда сюда не явись всегда половина столов заняты, такое ощущение, что самоцветы здесь живут. Глядя на удивленно осматривающегося по сторонам Лазарева, я понял, что в подобных местах раньше ему бывать не приходилось. Особый интерес у молодого человека вызвали полуголые девицы, которые развлекали публику эротическими танцами.

Никиту и Настю я нашел на втором этаже, где также имелась небольшая сцена, вот только столиков было поменьше. Завидев нас, Никита улыбнулся и молча кивнул куда-то в сторону сцены.

— Вон там, видишь?

Разумеется, я видел — способность ночного зрения помогала мне справиться с полумраком, царящим в ночном клубе. Через два столика от нас сидела знакомая мне парочка «рубинов», которая устроила мне несколько месяцев назад не самую лучшую ночь в моей жизни. Одного из них, кажется, зовут Леха, а вот имени второго я не знал, зато прекрасно понял по татуировке рыцарского шлема на башке — судя по тому, что он до сих пор был цел и невредим, набитый на лысину доспех берег его от жизненных ударов.

— Узнаешь? — спросил Никита и подмигнул. — Они тут такое вытворяют, что просто держись! Уже и суперменами себя называли, и плясали до упада, и с охраной драться пытались. Тот, который с татуировкой, даже грозился поработить весь мир, нормально?

— Они точно под «хрусталем»? — я с сомнением посмотрел на «мечей» один из которых вот-вот готовился рухнуть со стула. — Ты уверен в этом?

— Абсолютно, — ответила Настя. — Один из них пытался пригласить меня на танец, так что мы уверены — глаза у него ярко-голубые, как и говорил Северов.

— Вообще-то Витя говорил, что под этим наркотиком люди могут вытворять разные геройские штуки, которые никак не вяжутся с тем, что я вижу сейчас, — сказал я.

— Ну да, я с тобой согласен, — сказал Никита. — Я и сам поначалу сомневался, но после того, как они на моих глазах выдули бутылку вискаря, пришел к выводу, что они абсолютно бухие, поэтому ожидать от них геройских штук не стоит.

— Понятно. Ну, так какие у нас планы? — спросил я. — Набьем этим уродам морды?

Вообще-то я не сторонник нанесения телесных повреждений лицам, находящимся в состоянии сильнейшего алкогольного опьянения, но в случае данной парочки с удовольствием поступлюсь своими принципами.

— Разумеется, — хохотнул Никита. — Я тебя за тем и позвал. Кстати, есть хороший повод — тот, который с волосами, слишком открыто пялился на Настю и даже несколько раз ей подмигнул, прикинь?

— Беспредел, — усмехнулся я. — Я считаю, что за это стоит вызвать на дуэль.

— Вот этим сейчас и займемся. Только давай это сделаем быстро, пока охранников нет.

Никита встал со стула и пошел к «мечам», я последовал за ним. Когда мы подошли к их столу, то поначалу нас даже никто не заметил. Оно и понятно, лысый был в отключке, а судя по глазам его товарища, он тоже уже слабо понимал, что вокруг него происходит.

— Помнишь меня, козлина? — спросил я, не откладывая наше дело в долгий ящик.

«Рубин» попытался сфокусировать на мне взгляд и когда это ему наконец удалось, улыбнулся во весь рот.

— Птенчик из подвала? Тебе чего надо, «змей»?

— Мне надо дать тебе разок по роже за то, что ты мне по ребрам тогда в подвале саданул, — ответил я.

Улыбка сползла с лица «рубина» не сразу, какое-то время ему понадобилось на то, чтобы понять смысл моих слов. Когда наконец до него дошло, он зарычал и попытался встать со стула. Вот этого допускать не следовало, мужик был больше нас в два раза и если дать ему место для маневра, то и в пьяном виде мог устроить нам проблемы. Судя по всему, Никита пришел к такому же выводу, поэтому подняться он ему не дал и врезал по роже. Тот неуклюже плюхнулся обратно на стул, а затем увлек его за собой и свалился на пол.

Однако, оказалось, что не все так легко. Оказавшись на полу, «меч» заревел как бык и неожиданно для нас очень быстро поднялся на ноги. Куда только девалась его пьяная неповоротливость? По моему телу пробежалась горячая волна — это привычно включились боевые рефлексы. Вот теперь самое время проверить одну из моих новых способностей — сокрушительный удар. «Рубин» уже раздумывал с какой стороны подобраться к Никите, как неожиданно для него я рубанул его в ухо. Он мгновенно переключился на меня и в этот момент я вложил всю силу в удар, который пришелся ему прямо в нос. Еще какое-то время он удивленно смотрел на меня своими голубыми глазами, а потом шумно рухнул на пол как мешок с дерьмом, подтвердив устойчивое выражение: чем больше шкаф — тем громче он падает.

Вокруг закричали несколько впечатлительных девушек, что было вполне ожидаемо — «Карат» считался более-менее респектабельным местом с хорошей охраной и такие вот истории случались здесь не часто. «Рубин» лежал на полу широко раскинув руки в стороны и чем-то напоминал огромную пятиконечную звезду. Из его разбитого носа обильно текла кровь.

— Ванька, ты где? — громко позвал парня Никита пытаясь перекричать громко играющую в клубе музыку.

В этот момент Ванька как раз наклонялся с бумажной салфеткой над лицом «рубина». После того, как бумага стала темно-красной от крови, Лазарев поморщился, брезгливо сложил салфетку и сунул ее в карман. Вот теперь было самое время уходить, свою задачу мы выполнили. Остается надеяться, что эти уроды и в самом деле были под «хрусталем».

Мы помчались на первый этаж, лишь несколькими секундами разминувшись на лестнице с охраной, а затем выбежали из душного клуба на прохладную осеннюю улицу. Пробежав метров сто и свернув за угол, мы наконец остановились и перевели дух.

— Теперь будем считать, что ты отомщен, — рассмеялся Никита и хлопнул меня по плечу. — Этим уродам еще тогда нужно было по рогам настучать, теперь справедливость восторжествовала.

— Согласен, — кивнул я и посмотрел на свою руку, которая до сих пор гудела после мощного удара. Удивительно, но никаких видимых повреждений на ней не было, даже кожу не содрал.

— Круто ты ему врезал, Макс! — сказала Настя. — Я уже думала, что сейчас он вам раздаст на орехи.

— Солнце мое, с каких это пор ты утратила веру в своего любимого? — улыбнулся Чернов и обнял девушку.

— С тех пор, как вы стали драться с мужиками, которые в два раза больше вас! — ответила она. — Раньше не замечала за Максом особых бойцовских навыков, очень рада, что они проявились в такой важный момент.

— Вот видишь! — Никита назидательно поднял вверх указательный палец. — Нужно всегда верить в своих друзей!

— Ладно, — отмахнулась от него Касаткина. — Вань, ты все сделал, что тебе нужно было?

— Ага, — кивнул Лазарев и похлопал рукой по карману в котором лежала окровавленная салфетка. — Все в лучшем виде.

— А тебе этого хватит? — недоверчиво спросил Никита.

— Вполне, — усмехнулся Ваня. — Или ты думал, что нужно будет нацедить у него из носа хотя бы пару литров?

— Ну, я хрен его знает, как у вас магов все это работает. На салфетке крови не так уж много.

— Мне хватит, — заверил его парень. — Теперь мне нужно время до завтра. Если будут какие-то результаты, то завтра утром все расскажу.

— Собираешься творить ночные ритуалы? — улыбнулась Настя.

— Что-то типа того, — серьезно ответил Лазарев и нахмурился. — Ладно, ребята, я поеду. Завтра созвонимся.

— Где метро знаешь? — спросил я.

— Разберусь, не маленький, — ответил Иван и пошел в сторону ближайшей станции метро. Похоже он тут ориентировался.

Какое-то время мы смотрели ему вслед, а затем я спросил:

— Вы Северову звонили?

— Угу, — кивнул Никита. — Связи нет, он, наверное, в Куполе, а там сам знаешь, мобильная связь роскошь.

— Понятно. Ну что, расходимся? — я достал мобильник и посмотрел на часы. — Время еще не позднее, поеду в гости к Ольге съезжу, поделюсь новостями, а то она с утра, что-то не в духе была.

— Может составить тебе компанию? — предложила Настя.

— Да нет, я сам, — ехать к Островской всей компанией мне вообще не хотелось. — Хочу побыть с ней наедине.

— Тогда ладно, — улыбнулась девушка. — Привет передавай.

— Обязательно, — пообещал я и пошел к метро вслед за Иваном.

Хороший выдался денек, весьма плодотворный. Новую способность получил, нужную кровь добыли, что может быть лучше? Будем надеяться, что у Ольги настроение уже улучшилось, как-то не хочется опять ее недовольную видеть. Ладно, сейчас разберемся, главное, чтобы ее родителей там не было, а остальное дело техники, что-нибудь придумаю.

Глава 22

— Я думаю это примерно вот здесь, — Ваня ткнул пальцем в развернутую на столе карту Москвы.

Мы дружно склонились над картой пытаясь поточнее рассмотреть указанное парнем место. Его палец уперся в район станции метро «Перово», а если точнее, то чуть правее станции.

— Интересно, что там может быть? — спросил Северов. — Ты поконкретнее не можешь сказать?

— Нет, — мотнул головой Ваня. — Я же не всемогущий.

— Ну и как тогда быть? Обыскивать все дома и строения в указанном районе? — растерянно спросила Настя. — Мы так и за год не управимся, нам такой вариант не подходит.

— Я думаю нужно ехать на место и там уже разбираться, что к чему, — сказал я. — Что мы можем сказать, глядя на кусок бумаги? Ваня, ты сможешь на месте более точно определить источник?

— Не могу гарантировать, но я попробую. Кровь на салфетке совсем высохла, так что сложно сказать заранее получится у меня или нет. Чем больше проходит времени, тем хуже я чувствую след.

— Тогда я согласен с Максом, — сказал Никита. — Здесь мы все равно ничего не высидим, других вариантов у нас нет, так что нужно ехать в Перово.

— Ну почему нет других вариантов? — нахмурился Витя. — Откуда нам известно, что Ваня не ошибается? Мы можем не терять время на всякие расследования и попробовать добыть информацию другим способом.

— Это каким, интересно знать? — хмыкнула Касаткина. — Или ты вчера в Куполе добыл нужную информацию?

— Нет, — скривился наставник. — Ничего интересного. Просто вся эта магия с телепатией не внушает мне особого доверия.

— Вить, не начинай снова-здорово, — недовольно сказал Чернов. — Мне твоя подозрительность и недоверие начинает казаться какой-то нездоровой манией. Мы или верим Лазареву, или нет и раз уж он теперь в нашем звене, давай будем использовать его возможности.

Я посмотрел на Ваню, но обсуждение его способностей казалось нисколько его не смутило. Видимо парень давно привык, что обладает некоторыми талантами, которые многим непонятны и к которым относятся с недоверием.

— Ну хорошо, — нехотя согласился Северов. — В конце концов постоянно голосовать за каждое решение — это идиотизм. Если считаете, что нам нужно туда ехать, тогда поехали, чего время терять.

Вот с этим спорить никто не стал. Мы расплатились по счету и покинули уютный «Билли Бонс», в который мы время от времени захаживали пропустить пару кружек пива.

Сегодня в качестве водителя был наставник, так как у него был внедорожник, а для большой компании он подходил гораздо лучше, чем «Гольф» Никиты. Как и следовало ожидать, до Перово добирались довольно долго. По ходу я успел даже задремать под моросящий за окном мелкий дождь. Нет, все-таки передвигаться по Москве на метро гораздо удобнее, это однозначно, и я в очередной раз задался вопросом — а зачем я, собственно, водительские права получал? Ох уж эти Системные задания, пойди их пойми.

— Ну, что теперь? — спросил Витя, когда мы оказались на примерном месте, которое указывал Иван.

— Это где-то рядом, — сказал Лазарев. — Давайте покатаемся по району. Я дам знать, если что-то почувствую.

По округе мы колесили около часа, пока наконец не оказались возле какого-то неработающего объекта, который был огорожен высоким забором.

— Стоп! — громко сказал Иван. — Это где-то здесь.

Витя резко нажал на тормоз, шины взвизгнули, и машина остановилась.

— Здесь? — удивленно спросила Настя и осмотрелась по сторонам. — Ты имеешь ввиду это заброшенное здание или как?

Я покрутил головой — собственно, кроме этого строения вокруг ничего интересного больше и не было, пара пятиэтажек, что-то еще похожее на котельную и небольшая лесополоса позади заброшенного здания, которая каким-то чудом выжила среди окружающего ее бетонного царства.

— Сейчас разберемся, — сказал Никита и вышел из машины.

— Интересно, куда это он? — удивилась Настя.

Никита тем временем пошел в сторону ближайшей пятиэтажки, до которой было метров сто. Вернулся он минут через двадцать, его лицо при этом лучилось радостной улыбкой.

— Как вы думаете, что я узнал от местной бабушки? — самодовольно спросил он. — Никогда не догадаетесь! Это здание — бывший завод по производству лекарств, «Фарма» называется.

Вот это уже интересная информация. Если это бывший фармацевтический завод, то вполне логично, что нужного там оборудования для производства наркотиков хоть отбавляй. Это при условии, что его оттуда не вывезли.

— Но это еще не все! — продолжал сыпать полученными сведениями Чернов. — Бабуля сказала, что на этой фабрике идет ремонт. Вот только рабочих здесь давным-давно не видели. Лишь иногда по ночам свет горит. Бабка думает, что это подростки там шалят. Хотя, как по мне, что-то здесь нечисто.

— Действительно любопытно, — сказал я. — Что за неестественная тяга рабочих работать ночами?

— Бред какой-то, — пробормотала Настя.

— Ну почему бред? — я посмотрел на Ивана, который слушал Никиту с видом победителя. — Может быть Лазарев прав и это именно то место, которое мы ищем?

— Вообще-то там и сейчас люди внутри, если что, — сказал Иван. — Причем их там довольно много.

В машине стало тихо. Мы с удивлением смотрели на парня, а он непонимающе смотрел на нас.

— Что я такого сказал? — настороженно спросил он. — Что-то не то?

— Ну… как тебе сказать, — растерянно пробормотала Настя, удивляясь, что парень не понимает, что сказанное им не совсем естественно для обычного человека. — А ты уверен, что там сейчас кто-то есть?

— Само собой, вот это как раз несложно определить, — улыбнулся Иван. — Во всяком случае для меня все очевидно — там сейчас есть люди.

— Ну, хорошо, — сказал Витя барабаня пальцами по обшивке автомобиля. — Конечно, все это странно, но раз уж решили идти по этому пути, то давайте идти до конца. Будем считать, что люди внутри этой фабрики сейчас есть. Тогда что из этого следует?

— Что? — хором спросили мы с Никитой.

— А из этого следует вот что. Во-первых, можно допустить, что место выбрано не случайно, и бывшая фабрика по производству лекарств подходит для изготовления наркотиков как нельзя лучше. Там могло остаться какое-то оборудование, помещения для этого приспособлены, ну и тому подобные вещи.

— Я об этом тоже подумал, — сказал я. — Выглядит это логично и работает на версию, что это как раз то место, которое мы ищем.

— Во-вторых, если те, кто сейчас находятся в здании скрывают этот факт, значит им есть чего бояться и это тоже работает на нашу версию. Ну и в-третьих, возникает вопрос — как они туда попадают? — Витя прекратил барабанить и нахмурился. — Вопрос, конечно, интересный. Подъезд к заводским воротам весь травой зарос, следовательно, им не пользуются. Понятное дело, что если никаких ремонтных работ внутри не проводится, то подвозить стройматериалы им не нужно, но никаких других проходов я не вижу.

— Нужно внимательно осмотреть забор по периметру, — сказала Настя. — Должен же быть какой-то проход.

— Может и нет, — сказал я.

— Это как? — усмехнулся Чернов. — По-твоему они там просто материализуются или телепорт поставили?

— Ну не знаю… Во всяком случае если бы был какой-то проход, то твоя бабушка бы точно сказала, что рабочие им пользуются, а не говорила про подростков хулиганов.

— Да, странное дело, — задумчиво произнес наставник. — Нужно хорошенько осмотреть периметр. Жаль только, что сейчас это сделать не получится.

— Почему не получится? — спросила Касаткина.

— Насть, да потому, что за забором точно есть охрана и если нас здесь увидят, то озадачатся простым вопросом — какого хрена эти люди бродят вокруг завода? — произнес Никита очевидный факт.

— Ну да, — вздохнула девушка. — Об этом я как-то не подумала.

— Мы приедем сюда ночью, — решил Северов. — Если бабулька говорит, что ночью здесь свет горит не часто, значит существует большая вероятность побродить тут в одиночестве и найти проход на завод.

— Не думаю, что ночью мы здесь будем в одиночестве, — сказал я. — Охрана здесь точно есть.

— Вот и проверим как хорошо она работает, — усмехнулся Витя. — Ну, что скажете, друзья мои?

— Отличный план, — улыбнулся Никита. — Мне нравится. Темные дела должны делаться ночью!

— В этом случае наше дело скорее светлое, все-таки избавляем народ от наркотиков, — сказал Иван.

Я посмотрел на парня, но ничего говорить не стал. Пусть считает, что мы и в самом деле делаем хорошее дело, зачем ему объяснять, что Янтарный Дом планирует заполучить рецепт «хрусталя» не для того, чтобы навсегда от него избавиться?

— Скорее да, чем нет, — усмехнулся Никита, вероятно подумав о том же, о чем и я. — Ну так что, едем отдыхать?

Предложение было принято единогласно, отправляться на ночное приключение не отдохнув как следует — это, как минимум, неправильно. Я попросил высадить меня возле метро, решив съездить к Ольге, но неожиданно для меня все ребята выразили желание навестить больную. Ну а что, неизвестно чем наша ночная история закончится, всякое может случиться, вдруг и не увидимся больше? В последнее верить, конечно, не хотелось, все-таки умирать я еще не планировал, ну а там видно будет.

Островская была очень рада нашему приезду и вообще была в прекрасном расположении духа. Уж не знаю, чем было вызвано вчерашнее плохое настроение, но сегодня создавалось ощущение будто ее подменили. На мой вопрос насчет предыдущего дня она ответила, что сильно болела нога, ну а там кто его знает. Долго мы у нее не сидели, так как времени особо не было — нужно еще успеть хоть немного поспать перед ночным путешествием. Собственно, Ольга нас и не собиралась задерживать, так как прекрасно понимала ситуацию — сама не раз оказывалась в подобном положении. Примерно через полчаса после нашего приезда, она пожелала нам удачной ночной охоты и отпустила на все четыре стороны. Разумеется, я выходил последним, целоваться на виду у друзей как-то не хотелось. Не то чтобы мы стеснялись, но в тот момент мы оба четко понимали, что кто-то еще будет лишним. Наверное, сказывалась ее тревога насчет нашей предстоящей операции, мало ли как оно там повернется.

После больницы Витя развез нас всех по домам, при этом я был первым в очереди. Договорились, что на «Фарму» выдвинемся на двух машинах — Северов заберет меня и Лазарева, а Никита с Настей поедут на его «Гольфе».

Оказавшись дома я даже толком не ужинал, хватило хорошего обеда в «Билли Бонсе». Принял душ и завалился спать. Хотя «завалился спать», это громко сказано — заснуть у меня так толком и не вышло. Вертелся с одного бока на другой, а сон все никак не шел. В конце концов я плюнул на безрезультатные попытки хоть немного отдохнуть, встал с постели и включил телик. Нужно было хоть как-то убить время до часу ночи, того момента, когда за мной должен будет заехать наставник.

Надо ли говорить, что время тянулось медленно, как и всякий раз, когда чего-то ждешь. Однако в этом были и свои прелести. Без особой спешки я спокойно выпил чай, поел, оделся, а затем проверил и приготовил пистолет, не забыв установить на него глушитель. Очень полезная штука, между прочим, вообще-то установить глушак на ПМ это еще та головная боль, но Северов мне в этом помог, найдя нужных ребят в Изумрудном Доме.

Витя приехал без опозданий, ровно к часу. Лазарев уже сидел у него в машине, поэтому мы сразу поехали в KFC, которое располагалось недалеко от станции метро и где договорились встретиться с ребятами.

К тому моменту, когда мы подъехали к закусочной, ребята нас уже ждали. Несмотря на то, что на улице было довольно прохладно, отказать себе в стаканчике кофе, мы не смогли. Вообще у нас стало доброй традицией перед каждой ответственной операцией заезжать в «Мак» или KFC за кофе. Кстати, короткая встреча со стаканчиком кофе в руках, в подобные моменты была очень полезна. Как-то настраивала на нужный лад и создавала соответствующее настроение, чтобы каждый с должной серьезностью относился к тому, что предстоит сделать. Да и вообще, подобные встречи лишний раз напоминают, что мы прежде всего одно звено, а уж потом все остальное. Так было и в этот раз.

— Где вас носит? — спросил Никита и достал из машины картонный стаканодержатель на котором стояло три стаканчика. — Вань, я не знаю, что ты любишь поэтому рискнул взять тебе капучино, ты как?

— Вообще-то я больше чай предпочитаю, но капучино тоже сойдет, — сказал Лазарев, высыпая в напиток сахар.

К моему удивлению Ванька не особо нервничал и даже наоборот, был абсолютно спокоен. Такое ощущение, что мы направлялись в парк развлечений, а не в опасное место, где нас может ждать что угодно. Ну, это и к лучшему, лишняя нервозность сейчас ни к чему.

— Ну что, пора? — задал Витя свой традиционный вопрос, когда мы справились со своими напитками. — Оружие все проверили?

Все, кроме Лазарева, дружно кивнули.

— Тогда так, — Северов смял свой стаканчик и бросил в урну. — Машины ставим возле ближайшей пятиэтажки, а дальше идем пешком. Привлекать лишнее внимание разъезжая вокруг фабрики — ни к чему. Напоминаю суть нашей задачи — главное не перестрелять всю охрану или кого мы там найдем, а добыть формулу. Еще лучше заполучить самого Артема Нефедова, но с этим уже будем разбираться на месте. Все понятно?

— Понятно, что тут непонятного? — улыбнулся Никита, который даже в такие моменты не терял присутствия духа и хорошего настроения. — Из пушек зря не палим, ведем скрытный образ жизни и играем в шпионов. Я правильно понимаю?

— Вечно ты со своими шуточками, Чернов, — нахмурилась Настя.

— Ладно, хватить трепаться, давайте займемся делом, — подвел итог Северов.

Мы расселись по машинам и поехали к «Фарме». На улице тем временем начался дождь. Блин, терпеть не могу дождь. Понятно, конечно, что для осени это вполне нормально, но лазить под холодным дождем, то еще удовольствие. Успокаивает только одно, если фабрика действительно охраняется, то дождь сыграет нам на руку. Все-таки я не один такой, кто не любит ночами под дождем бродить, будем надеяться, что и охранники будут сидеть по норам, а не бродить по территории.

Подъехав к пятиэтажке, которая располагалась ближе всего к заводу, мы оставили возле нее машины и двинулись осматривать территорию. Разумеется, мне, со способностью ночного зрения, было гораздо легче чем остальным. Практически вся территория вокруг «Фармы» поросла бурьяном с мой рост, из-за которого ничего не было видно. Ребята то и дело спотыкались об невидимые кусты и кочки, чертыхались и матерились. Настя даже разок свалилась в кустарник и вывозилась в какой-то гадости похожей на мазут.

— Зараза! — прошипела она, отряхиваясь от какой-то липкой субстанции неизвестного происхождения, но в результате лишь еще сильнее размазывала ее по одежде. — И воняет как от солярки какой-то!

— Свинья везде грязь найдет, — прошептал Никита.

— Чернов, еще одно слово, и я тебя пристрелю! — пообещала девушка.

— Да тише вы, уже практически рядом находимся! — грозно шикнул на них Северов. — Дома разберетесь!

Ребята замолчали, и Витя переключил свое внимание на нас с Лазаревым.

— Ну, парни, рассказывайте, что видите и чувствуете? Один из вас с ночным зрением, второй практически темный маг, так что вам и карты в руки.

— Я пока кроме забора ничего интересного не вижу, — сказал я. — Так что давайте двигать вдоль забора — нужно искать подходящее место, чтобы забраться внутрь.

— Вань, а ты, что скажешь? — спросил Витя и мы дружно посмотрели на Лазарева ожидая от него какого-нибудь откровения.

— Да ничего особо не чувствую, — разочаровал нас Иван. — Трудно сказать. Так, отдельные скопления живой энергии есть, но тут жилой дом рядом… В общем ничего определенного сказать не могу. Во всяком случае толпы народа сейчас на «Фарме» нет, в этом я уверен абсолютно точно.

— Тоже мне, капитан Очевидность, — фыркнула Касаткина, которая явно была не в духе. — Это мы и без тебя видим — свет на фабрике нигде не горит, значит нет там никого.

— Чем мог, тем помог, — пробурчал парень.

— Окей, тогда идем дальше, — решил наставник. — Смотрите в оба. Макс, иди вперед.

Быстро миновав открытую местность, мы вошли в расположенную позади фабрики лесополосу. Идти становилось труднее, под ноги то и дело попадали какие-то кочки и ветки. Под шум дождя мы медленно брели вдоль забора около двадцати минут, пока я вдруг не заметил ровную линию света, вертикально проходившую через весь забор. Я остановился и тоже самое сделали за моей спиной ребята.

— Кажется я нашел кое-что интересное, — сказал я и надавил плечом на забор.

Он легко поддался и отошел в сторону. Это оказался довольно широкий проход внутрь.

— Ну, вот как-то так, — улыбнулся я. — Вот так сюда и попадали эти парни. Проход расположен внутри этой лесополосы, которая заросла как джунгли, поэтому, собственно, они и проходили на фабрику не особо привлекая к себе внимание.

— Похоже на то, — прошептал Северов. — Вот теперь абсолютная тишина и внимание, если ты прав, то охрана будет где-то рядом.

Ох, блин! Я очень надеялся, что эта фабрика именно то, что нам нужно, иначе сейчас могут погибнуть невинные люди — не велик подвиг, ночью перестрелять сторожей на стройке. Ладно, сейчас посмотрим, как оно развернется.

Глава 23

Дождь усилился и теперь было уже довольно сложно не обращать внимание, на холодные и неприятные потоки воды с неба. Я застегнул до самого верха молнию на куртке и легко толкнул дверь в заборе. Открылась она бесшумно, без единого скрипа, что было нам на руку. Медленно, соблюдая максимальную осторожность, я прошел на территорию фабрики и осмотрелся. Ничего такого, что могло бы привлечь мое внимание. Лишь одинокий грязный фонарь над дверью, ведущей внутрь здания.

— Пошли потихоньку, — сказал я и не спеша побрел вперед.

Ребята шли за мной гуськом, стараясь не отставать и особо не задерживались, чтобы убедиться в нашей безопасности. Видимо, они полностью доверяли мне и моим способностям. Когда мы уже практически подобрались к зданию, мне показалось, что на втором этаже я увидел какой-то свет. Я остановился, чем вызвал позади себя легкую панику.

— Макс, ты чего? — прошептал Северов, который шел прямо за мной.

Я всматривался в черные оконные проемы, но больше ничего подозрительного не увидел. Хрен его знает, может быть отблески от света жилых домов? Так они вроде бы далеко. На долю секунды меня охватило какое-то тревожное предчувствие, которое также внезапно исчезло. Если это мое шестое чувство, то как понимать такие сигналы? Угрожает нам что-то или нет? Ладно, в любом случае нужно быть осторожнее — береженого Бог бережет.

— Да так, показалось, кое что.

— Показалось или как? Ты давай конкретнее, не в бирюльки играем.

— Конкретнее не скажу, в любом случае смотрите в оба.

Дождь лупил как из ведра. Ноги вязли в раскисшей грязи, которая напоминала болото. Никогда не понимал — откуда на стройках постоянно столько грязи? Такое ощущение, что ее специально сюда грузовиками завозят, вместе со стройматериалами.

До двери мы добрались без приключений. Без особой надежды на успех я дернул за входную ручку и к моему удивлению она оказалась открыта. Вот это уже хуже — обычно двери в таких местах закрыты, а если нет, значит внутри скорее всего кто-то есть. Это отлично понимали все присутствующие. Мы тревожно переглянулись и начали неспеша заходить внутрь. Торопиться нам было некуда, а вот любой лишний звук мог обернуться для нас большими неприятностями.

Когда мы оказались внутри, то немного оторопели от увиденного. Во-первых, неожиданно для нас, здесь горел свет. Причем не какая-нибудь тусклая лампочка Ильича, а вполне себе современная светодиодная лампа. Значит за освещением здесь следили, это интересно. Во-вторых, комната оказалась раздевалкой. Внутри было чисто, вдоль стен рядами стояли шкафы, предназначенные для переодевания и все это никак не вязалось с обшарпанным зданием фабрики, каковым оно казалось снаружи.

— Нормально так они здесь устроились, — сказал Никита.

— Вот только по части безопасности им еще нужно кое-что доработать, — сказал Витя. — Видеокамеры им бы здесь точно не помешали, а я их что-то не вижу.

— Видимо гостей они не ждали, — предположил я. — Если так, то наше появление будет для них большим сюрпризом.

— Ну, я так понимаю, не стоит надеяться, что мы здесь одни, верно? — сказала Настя и это больше походило на утверждение, чем на вопрос.

Собственно, я был с ней полностью согласен, все это не очень походило на заброшенное здание и тем более, ничего не говорило о том, что здесь ведутся какие-то ремонтные работы. Вообще вся эта картина лишний раз указывала на то, что Иван не ошибся со своим предположением после проведенного ритуала с кровью избитого нами «меча» — «хрусталь» действительно изготавливают в этих стенах.

— Что скажете, парни, похоже Ваня был прав или есть еще какие-то мнения? — спросил я и посмотрел на ребят.

Других мнений не нашлось, для всех это было также очевидно, как и для меня.

— Чего рассуждать? Все итак ясно, — пробурчал Северов и, судя по тону, ему не очень понравилось, что Лазарев оказался прав, все-таки недоверие к парню ему было трудно перебороть. — Пошлите вперед, Ваня, держись сзади, думаю стреляем мы лучше, чем ты.

Лазарев со всей серьезностью отнесся к словам наставника и растерянно кивнул. Судя по его взгляду, он был немного напуган, чем меня несколько удивил — может быть до него только сейчас начало доходить, что все серьезно и здесь никто не шутит? Надеюсь, он не станет паниковать в самый неподходящий момент, иначе это нам может здорово все испортить.

Северов пошел первым. Из раздевалки вел всего один выход и никакой двери там не было, просто проход в следующее помещение, которым мы и воспользовались. В коридоре никого не было, и он также, как и раздевалка, был чистым, со светло-голубыми стенами. Вообще, осматриваясь по сторонам, я пришел к выводу, что все это больше походило на больницу. Вполне может быть, что так оно и было на самом деле — если здесь делали наркотик, то должна предполагаться хотя бы минимальная санитария при его производстве.

С левой стороны коридора была глухая стена, поэтому можно было идти только направо. Гуськом, словно большая гусеница, мы шли друг за другом, внимательно прислушиваясь к окружающим нас звукам, а они были. Где-то наверху что-то равномерного гудело. Примерно с таким звуком у меня дома работает стиральная машина. Никаких дверей на стенах коридора не было, поэтому мы могли не опасаться, что неожиданно на нас выскочит охранник из какой-нибудь двери. Когда мы оказались около лестницы, ведущей на второй этаж, гул заметно усилился. Если этот звук издавал работающий механизм, то похоже он был где-то совсем рядом с нами.

Удивительно, но судя по освещенной лестнице, на верхнем этаже тоже было светло и этот момент был для меня непонятен — как, интересно знать, этот свет остается невидимым снаружи? Ведь с улицы здание кажется абсолютно заброшенным, без намека на хоть какой-нибудь фонарь на втором этаже. Странно, если не сказать больше.

Пока я раздумывал над этой загадкой, Северов вдруг поднял руку вверх, и мы остановились. А спустя пару секунд я отчетливо услышал голоса. Разговаривали два мужчины, которые находились рядом с лестницей.

— Вот же погода сучья, — злобно сказал один из них. — Как подумаю, что через полчаса нужно идти на улицу территорию обходить, аж блевать хочется.

— Так и не ходи никуда, — посоветовал второй, голос которого был немного грубее, чем у первого. Если бы мне пришлось угадывать, то я бы сказал, что второй человек постарше, хотя я мог и ошибаться.

— Да нет, не ходить не получится, — с нескрываемым раздражением сказал первый. — Я и так уже два обхода пропустил, если начальство узнает, мне голову отобьют.

— Откуда они узнают? В такую погоду кто сюда поедет тебя проверять?

— Ты плохо знаешь Рябого, — с явной злобой в голосе заверил его первый. — Он тот еще мудила, поверь, и в такую погоду может заявиться аж бегом. В прошлый раз он приперся сюда как раз в такой же ливень, а потом мозги мне промывал два часа, сука толстожопая.

— Ну, если ты так его боишься, то почему уже два обхода пропустил? — задал вполне логичный вопрос второй. Судя по всему, мозгов у него было чуть больше, чем у его приятеля. — Иди тогда работай.

— Рано еще. Я же говорю — до обхода еще полчаса, а если он сейчас явится, то откуда узнает, что прошлые обходы я пропустил, верно?

— Ну да, так получается.

— Тогда мой ход.

— Это еще почему?

— Потому что из-под дурака ход, ты что, правил не знаешь? Я же тебя только что в дураках оставил или у тебя память короткая?

— Ладно, ходи давай, — с неохотой согласился второй. — Только в этот раз в переводного.

— Нет базара, лови семерку.

В этот момент где-то позади нас еле слышно скрипнула входная дверь. Меня окатила волна холодного пота. Вот только этого нам сейчас не хватало! Неужели все-таки этот Рябой сюда с проверкой заявился? Если так, то мы те еще везунчики, это точно. Хотя… может быть это какой-нибудь охранник, которого мы не заметили на улице? В любом случае, раздумывать было некогда, нужно было срочно что-то делать.

— Сзади какой-то шум, — сказала Настя.

Судя по всему, скрип двери услышал не только я.

— Быстро на лестницу, — скомандовал Витя и мы заняли лестничный пролет. — Сейчас бы внизу свет потушить, вообще было бы хорошо. Макс у нас с ночным зрением, он бы с гостями в темноте быстро разобрался.

— Интересно, каким образом ты собрался это сделать? — спросил Никита и с тревогой посмотрел на верхний лестничный пролет, видимо опасаясь, чтобы к нам никто не подобрался. Однако все было тихо, лишь тот же равномерный гул и разговор игроков в карты.

В коридоре послышались шаги, кто-то неспеша двигался в нашу сторону.

— Вот это как раз можно устроить, — сказал Иван. — Свет я потушу, если нужно.

— Ну так давай, сейчас самое время, — поторопил его Северов.

Лазарев аккуратно выглянул из-за угла и вскоре одна из ламп в коридоре с громким хлопком погасла. Следом за ней еще одна, а потом еще одна и в коридоре стало темно.

— Твою мать! — послышался из коридора чей-то грубый голос. — Что за херня здесь происходит?

Не теряя времени, я спустился с лестничного пролета и посмотрел, что там творится в коридоре. Два человека. Один из них толстый как бочка, по-видимому это и был тот самый Рябой, а рядом с ним еще один человек, длинный как шпала. Они в растерянности стояли посреди коридора оценивая ситуацию.

— Погоди, сейчас фонарик на телефоне включу, — сказал один из них.

А вот этого уже допустить было нельзя, если он включит фонарик, то все наши труды пойдут насмарку. Я прицелился и выстрелил. Сначала один раз, а затем еще один. Первая пуля попала точно в цель — не издав не единого звука толстяк рухнул на пол, как сноп. Второй выстрел оказался менее удачным, длинный схватился за ногу и заорал:

— Сука! Какого хрена!

Я послал третью пулю и в этот раз все сложилось очень неплохо, длинный заскулил и свалился на пол — больше никаких звуков он не подавал. Вот только было уже поздно. Голоса наверху затихли и послышались торопливые шаги в нашу сторону. Спустя какую-то секунду в лестничном пролете появился охранник с пистолетом в руке, вот только воспользоваться он им не успел. Оно и понятно, по части физического воздействия на противника Витька с Никитой были большими мастерами. Охранник даже не успел толком понять, что происходит, как буквально подлетевший к нему Никита ударом локтя разбил ему лицо, а Витя схватил его за ноги и стащил вниз. Беглого взгляда на охранника хватило чтобы понять — Чернов отключил его надолго.

— Блин, Никита, нам ему пару вопросов задать не мешало, а ты его вырубил! — с досадой сказала Настя, глядя на распростертое на ступеньках тело.

— Ну, а что мне надо было делать? Подождать пока он кого-нибудь из нас пристрелит? — огрызнулся Чернов. — Вечно тебе все не так!

— Ладно, тише вы оба! Дома будете ругаться! — угомонил парочку Северов и подмигнул Лазареву. — Ванька — ты красавчик, отлично все сделал.

— Может быть как-то наверх уже будем подниматься? — спросил я. — Как бы этот урод на втором этаже подмогу не вызвал, а то нам здесь несладко придется.

Северов рванул наверх, и мы устремились вслед за ним. В несколько шагов миновали два лестничных пролета и оказались на втором этаже. Ну что сказать, производство у этих ребят было организовано на высшем уровне. Все было как в самом лучшем московском офисе — стеклянные стены, хороший паркет и много-много света.

— Во, блин! Прямо как у нас в Башне! — не удержался Никита. — Слушайте, а глядя с улицы и не скажешь, что здесь организовано такое модное производство.

С левой стороны от входа на этаж, стоял диван, пара кресел и стол, на котором были разбросаны игральные карты. На диване сидел насмерть перепуганный очкарик в белом халате и смотрел на нас с открытым ртом. Его трясло как в лихорадке. Похоже парень не привык к таким вот нестандартным ситуациям и боялся нас как огня. О том, чтобы вызвать подмогу не могло быть и речи, видимо беднягу чуть не парализовало от страха.

Не теряя времени мы окружили его, Северов сел рядом с ним на диван и приставил к подбородку молодого человека пистолет.

— Здесь еще кто-то есть? — спросил он.

В ответ на простой вопрос очкарик клацнул зубами и испуганно посмотрел на наставника. Судя по его взгляду, парню казалось, что его окружают демоны, а не люди. Разумеется, вести вразумительный диалог в такой ситуации не представлялось возможным.

— По-моему он тебя немного боится, — усмехнулся Никита. — Так мы далеко не уедем.

— Давайте я попробую, — сказала Настя и села с другой стороны от очкарика. — Слушай, ты нас не бойся, мы тебя не тронем, слышишь? — молодой человек еле заметно кивнул. — Сейчас я буду задавать тебе вопросы, а ты просто на них отвечай, понял?

Очкарик вновь кивнул и с тревогой посмотрел на Витю. Настя окинула нас взглядом и мотнула головой, мол, отойдите в сторону. Ну да, так, наверное, сейчас будет лучше, а то еще этот доходяга помрет от страха, тогда мы точно от него ничего не добьемся. Северов убрал пистолет и встал с дивана, а затем мы дружно отошли от них на пару метров. Слишком далеко отходить тоже не стоило, мало ли, что на уме у этого парня? Вдруг еще бросится на Касаткину с дури.

— Повторю вопрос моего друга — здесь еще есть кто-нибудь кроме тебя? — спросила Настя, пытаясь говорить медленно и спокойно.

— Нет, — ответил очкарик.

Ну, наконец-то, хоть какого-то ответа от него добились. Информация, что мы здесь одни немного успокоила, во всяком случае, не нужно опасаться, что какой-нибудь придурок прибежит сюда с пистолетом.

— Ты кто такой и что здесь делаешь? — продолжила Настя.

— Ничего не делаю. Смотрю, чтобы оборудование работало, — ответил парень и тревогой посмотрел на нас. — Я каждую ночь смотрю за оборудованием. Процесс не должен останавливаться.

— У вас здесь производство, так? — он кивнул. — И вы здесь делаете наркотики, я правильно понимаю?

— «Хрусталь», — быстро ответил очкарик, затем немного подумал и добавил. — Мы делаем здесь «хрусталь». Если вам нужны деньги, то денег здесь нет. И наркотиков здесь нет, позавчера они забрали все, что было.

— Кто такие — они?

— Не знаю, — пожал плечами парень. — Я просто смотрю за оборудованием и больше ничего не знаю.

— Вы заметили, что он не из наших? — спросил Никита и я только сейчас обратил внимание, что вокруг очкарика нет никакого свечения по которому можно было определить принадлежность к Дому.

— Кстати, те внизу тоже не самоцветы, — сказал я. — Похоже Изумрудный Дом решил не светиться лишний раз и доверил всю работу обычным людям.

— Самоцветы? В смысле драгоценности? Самоцветов здесь нет, — поспешно вставил парень. — Ни денег, ни самоцветов — ничего такого, что могло бы вас заинтересовать.

— Понятно, — усмехнулся Чернов. — Похоже этот придурок думает, что нам вздумалось грабануть эту лавочку.

— Слушай, доходяга, ты знаешь парня по имени Артем Нефедов? — теряя терпение спросил Витя. — По идее он у вас здесь главный.

— Ага, — кивнул тот и вдруг его лицо осенила улыбка. — Я кажется понял, вы из полиции, правильно? Я знаю Нефедова, это мой шеф и вся эта лаборатория принадлежит ему.

— Да, мы из полиции, — сказала Настя. — Поэтому тебя трогать не будем, но нам очень нужно поговорить с твоим шефом.

— Причем очень срочно, — пробурчал Северов. — Или я прострелю тебе ногу для начала.

После этих слов очкарик вновь затрясся, как кусок желе.

— Витя, ты можешь немного помолчать? — недовольно спросила Настя. — Мне теперь все заново начинать!

Касаткина молча уставилась на парня в белом халате, видимо размышляя, какой вопрос ему задать, но тот вдруг округлил глаза и скороговоркой выпалил:

— Я могу его вызвать сюда! Сказать, что проблемы с составом вещества и вызвать сюда!

— Вот это уже деловой разговор, — улыбнулся Никита. — Только у меня один вопрос — этот Нефедов сюда сам заявится или нам нужно будет в войнушку поиграть?

— Ну что, очкарик, ты вопрос слышал? — спросил у него Витя. — Твой шеф сюда сам заявится? Как у вас это обычно происходит?

— Бывает сам приезжает, а бывает и с охраной, — ответил тот.

— Понятно, от тебя толку как от козла молока, пристрелить тебя что ли? — задумчиво произнес Северов и почесал подбородок. — Ладно, не трясись, я пошутил. Звони своему шефу, только не говори ничего лишнего, сам понимаешь, это в твоих интересах.

Настя улыбнулась и ткнула пистолет парню под ребра.

— Не вздумай страдать херней, понял? Я тоже плохой полицейский, если что, поэтому могу в тебе дырок понаделать, понял?

Судя по лицу очкарика он все понял. Витя уважительно посмотрел на Касаткину и тоже навел пистолет на парня, отчего тот покрылся каплями пота. Самое главное, чтобы в обморок не упал, а то будем сидеть здесь до самого утра.

Дрожащей рукой парень достал из кармана телефон и принялся суетливо копаться в телефонной книге. Получалось у него это с трудом — телефон то и дело грозил выпасть у него из рук, несколько раз он нечаянно выходил в главное меню, потом снова заходил в телефонную книгу и так продолжалось довольно долго. В конце концов Настя не выдержала и забрала у него аппарат.

— Как он у тебя записан?

— Шеф. Артем Нефедов записан как — «Шеф», — как на экзамене ответил тот.

Настя быстро нашла нужный контакт и вернула телефон очкарику.

— Звони.

Глава 24

Очкарик нажал на вызов и поднес телефон к уху. Судя по всему, Нефедов спал, так как ответил далеко не сразу. В тишине, которой мы окружили очкарика, слышимость была очень хорошая, поэтому мы четко услышали в динамике телефона недовольный сонный голос.

— Алло? Кто это?

— Это Дима из лаборатории, — ответил очкарик дрожащим, заплетающимся голосом.

— Что там у вас случилось?

— Проблемы, шеф, — забормотал он. — У нас тут проблемы!

— Какие? Ты объяснить толком можешь, что ты блеешь как овца?

— У нас тут проблемы с веществом! Оно… Вещество… Оно… — пытался закончить свою мысль очкарик, но вдруг отключился и обессиленный откинулся на диван. По его лицу катились капли пота.

— Ну ты и дебил, Дима из лаборатории, — сделал вывод Северов и посмотрел на нас. — Думаю, после такого звонка этот Нефедов явится сюда не один, так что давайте готовиться к приему.

— Слушай, доходяга, через сколько он здесь будет? — спросила Настя у парня, но тот, видимо окончательно потерял присутствие духа и молча смотрел на нее выпученными глазами.

— Четырехглазый, ты слышал вопрос? — Северов передернул затвор и подошел к парню. — Через сколько они здесь будут, идиот?

— Двадцать минут… Двадцать, двадцать пять минут…

— Окей, — кивнул наставник и повернулся к нам. — Ну, что, господа самоцветы, как будем гостей встречать? Мне конечно до талантов Лазарева далеко, но могу дать довольно точное предсказание — этот Нефедов будет здесь с подкреплением.

— Согласен, — кивнул Чернов и улыбнулся. — Если, конечно, не предположить, что он такой же идиот, как и этот Димон.

— Не думаю, — сказал я. — Как будем действовать?

— Ну, во-первых, надеюсь все помнят — Нефедов нам нужен живым. Во всяком случае до того момента, пока мы с ним не побеседуем, — напомнил нам Северов.

— Это сложнее, — вздохнула Настя. — Пристрелить было бы куда проще.

— Ну так уж сложилось, — развел руками наставник. — Поэтому задача усложняется. Какие будут мнения? Только быстрее соображайте, время-то идет.

На некоторое время все замолчали и кроме равномерного гула от работающих машин было тихо. Даже очкарик и тот перестал ерзать на диване, как будто у него шило в заднице.

— Я могу его парализовать, если нужно, — произнес вдруг Иван. — Только ненадолго, не больше чем на несколько минут.

— Ого! Я тебя начинаю уважать! — удивленно сказал Северов. — Если так пойдет и дальше, то от тебя будет больше пользы, чем от нас вместе взятых.

Мне показалось в этот момент Лазарев немного смутился. Видимо Ванька не ожидал такой похвалы от наставника, который до этого момента довольно скептически относился к его способностям, а может быть, даже ждал, когда тот ошибется, чтобы продемонстрировать его бесполезность в нашем звене. Но все получалось наоборот и настал момент, когда Северов вынужден был это признать. Во всяком случае, пока слова Ивана не расходились с делом, а потому продолжать не доверять ему было просто, как минимум, странно.

— Выходит, пока Ваня будет заниматься этим долбаным химиком, на все про все у нас совсем мало времени, — сказал я. — Предлагаю встретить их на первом этаже, там сейчас света нет, так что для меня самая подходящая обстановка. Все-таки у меня перед ними будет преимущество — не думаю, что они могут видеть в темноте.

— Макс, они могут воспользоваться фонариками на телефонах, для этого большого ума не надо, — нахмурился Никита. — А вас там будет всего двое. Думаю, мне нужно вас прикрыть, так что будет лучше если я буду ждать гостей вместе с вами.

— В принципе вариант неплохой, — после недолгого размышления сказал Витя. — Вы втроем караулите их внизу, я наверху, ну а Настя подежурит возле этого четырехглазого доходяги, чтобы он никуда не сбежал. Давайте на позиции, скоро они явятся, если этот урод не врет. Только одна просьба — не ухлопайте его по ошибке. Вот, еще раз посмотрите на всякий случай.

Северов дал нам фотокарточку, которую мы уже видели в ресторане. В новинку фотография была только для Лазарева. Ваня довольно долго смотрел на нее, потом кивнул и улыбнулся.

— Я все понял, постараюсь его обезвредить до того, как ребята его пристрелят.

Времени мы не теряли, каждый понимал, что если не успеем как следует подготовиться, то дело может обернуться весьма печально. Мы втроем спустились на первый этаж и выбрали подходящие дислокации. После недолгих раздумий решили расположиться таким образом, чтобы после того как гости окажутся в коридоре, мы были у них за спинами — это существенно повысит наши шансы на успех. Когда все наконец было готово, осталось только одно — ждать.

Вообще время занятная штука — оно идет слишком быстро, если ты куда-то торопишься и слишком медленно, если ты чего-то ждешь. В нашем случае оно текло медленно, как густой воск, который временами даже застывал на ходу. Иногда мне казалось, что оно вообще остановилось навсегда. Мы сидели в засаде уже минут тридцать, не меньше, так что похоже очкарик нам наврал. Когда я уже совсем отчаялся дождаться хоть чего-нибудь, мы услышали голоса снаружи здания, а затем громко хлопнула входная дверь. Ну вот, к добру или к худу, но мы похоже дождались.

Судя по голосам гостей было трое, может быть четверо. Что же, уже неплохо, если честно, я опасался, что их будет гораздо больше.

— Что за херня, почему нет света? — спросил кто-то. — Что-то не нравится мне это, давайте-ка повнимательнее. Артем держись сзади.

Вот это уже хорошо, информация полезная — значит химик будет идти последним. Через несколько минут лучи света разрезали царящую вокруг темноту и стали приближаться к нам. Мгновение и вот мы уже слышим осторожные шаги. Я почувствовал, как рука с пистолетом вспотела, оружие вдруг стало неудобным и тяжелым. Плохой признак, остается надеяться, что с такого маленького расстояния промахнуться будет сложно даже ребенку, а уж у меня навыков в этом деле хватает.

В коридор вышли двое и посветили фонариками вглубь помещения. Казалось, в этот момент от волнения мы даже дышать перестали — сейчас мы были прямо за спиной у этих ребят. Вокруг этой парочки было яркое зеленое свечение, что говорило только об одном — эти двое самоцветы. Я напрягся, с этими ребятами может быть посложнее, абсолютно неизвестно чего от них ждать.

— Смотрите-ка, в конце коридора светло, значит на втором этаже свет есть, — сказал один из ночных визитеров.

Из раздевалки вышли еще трое. Два «изумруда», а последним шел, судя по всему Нефедов, так как никакого свечения вокруг него не было, а Северов говорил, что химик не самоцвет. Это немного упрощает дело, по крайней мере не нужно бояться, что подстрелишь не того, кого нужно.

— Внимание! Здесь парочка трупов и похоже это парни из охранного агентства, — вновь тот же голос. — Похоже дело не чисто!

Вот зараза! Почему мы не додумались убрать из коридора трупы? Идиоты! Что еще тут можно сказать? В этот момент Нефедов вдруг остановился, посмотрел по сторонам и повалился на пол. Похоже в дело вступил Лазарев, теперь время тянуть нельзя. Мы с Никитой выстрелили одновременно. В тишине отчетливо прозвучало два сухих хлопка и один из «изумрудов» упал, а вот второго отбросило вперед, как будто его сильно ударили по спине, но он устоял на ногах. В воздухе появился отчетливый запах пороха.

Всего мгновение понадобилось нашим гостям, чтобы сориентироваться в ситуации и этим они сильно отличались от обычных охранников, которых мы ухлопали до этого. Реакции этих парней можно было только позавидовать. Те, которые шли первыми, резко бросились в разные стороны, а затем в коридоре грохнули выстрелы. Это уже ответный огонь. Я почувствовал, как буквально в миллиметрах от моего лица пролетела пуля и услышал сдавленный вскрик Никиты. Хреновина начинается! Похоже одна из пуль «изумрудов» достигла своей цели и угодила в моего друга.

Я ответил двумя пулями и, судя по огласившему коридор воплю, одна из них достигла своей цели. Что же, теперь их уже двое, это повеселее. Сейчас бы помощь от Северова ох как не помешала! Будто услышав мои мысли, с другой стороны коридора появился наставник и обозначил свое присутствие тремя сухими хлопками. В ответ в него тоже полетели пули, он спрятался за угол и похоже остался цел. Во всяком случае, никаких стонов или криков я не услышал. Я выстрелил еще в одного и в этот момент коридор озарила яркая вспышка. Что за херня? Неужели световая граната?

Интуитивно я закрыл глаза, стараясь уберечь их от яркого света и сделал пару шагов в сторону, пытаясь заслонить собой Ивана. Вновь раздалось несколько выстрелов — один где-то в глубине коридора, а второй совсем рядом. Я услышал рядом с собой еще один крик, наверное, Витька достал третьего «изумруда», а затем мою правую ногу обожгло огнем. Сука! Похоже меня зацепило! Я дотронулся до того места где было горячо и почувствовал, что под одеждой что-то мокрое и липкое. Кровь, разумеется!

Зрение понемногу возвращалось, а когда вернулось совсем я увидел, что изумруд схватил Лазарева, держит его прямо перед собой и намеревается использовать как щит.

— Еще один выстрел, и я пристрелю этого щегла! — крикнул «изумруд».

— Витя, не стреляй, у него Ванька! — громко сказал я, так как на крик у меня просто не оставалось сил.

Давненько я не попадал в такие переделки! Совсем форму потерял.

— Что там, Макс? — услышал я голос Северова.

— Беда, Ваньку взяли в заложники! — ответил я, пытаясь тем временем навести пистолет на голову «изумруда», что было совсем не просто.

Разумеется, этот парень не знал, что я могу видеть в темноте, но пока это не слишком облегчало мне задачу — «изумруд» крутился на месте как юла и направлял пистолет то в мою сторону, то в сторону Северова. Блин, рискованно, можно попасть в Лазарева, а этого мне совсем не хотелось. Но времени раздумывать не было — Никита ранен и неизвестно, что с ним. У меня тоже дырка в ноге, чего ждать? Пока этот парень всех здесь уложит?

Я сделал глубокий вдох, затем выдох, задержал дыхание, подождал пока он в очередной раз повернется в сторону наставника и выстрелил. Без единого звука «изумруд» вместе с Иваном упали на пол.

— Витя, бегом сюда! — крикнул я и услышал громкий топот ног наставника по коридору.

Остановившись на секунду, Северов включил фонарик на своем телефоне и посветил им в нашу сторону.

— Где вы там, Макс? Тут одни трупы везде валяются!

— В самом конце коридора, — ответил я и поднял правую руку вверх, чтобы меня было заметнее.

Витя подбежал ко мне.

— Ты что, ранен?

— Есть немного, — рана на ноге начинала жечь сильнее. — Но, думаю, обычная царапина, иначе я бы с тобой не разговаривал. Посмотри, что с Никитой и Лазаревым?

— Да живой я, все нормально, — ответил Иван, выбираясь из-под придавившего его своим телом «изумруда».

Ну, это уже лучше, по крайней мере с одним все в порядке. Какое-то время Витя возился возле Никиты и мрачно сообщил:

— У него рана на правом боку и крови очень много. Нам нужно срочно в больницу.

— А этого, что, здесь бросим? — спросил я и указал не лежащего на полу Нефедова. Он был в полном сознании и смотрел на нас как на демонов, которые вдруг ни с того, ни с сего появились из преисподней.

— Нет, — покачал головой наставник. — С этим парнем мы закончим и довольно быстро — иначе я его пристрелю как собаку.

Витя взял химика за шиворот и потащил его к лестнице. Судя по скорости с которой он двигался, он вообще не замечал веса этого парня, который, между прочим, был довольно плотным. Мы с Иваном пошли вслед за ним, при этом каждый мой шаг отдавался в ноге неприятной болью.

Северов положил химика прямо на ступеньки и тот попытался сесть — видимо наркоз, который прописал ему Лазарев, понемногу прекращал свое действие.

— Что вам надо? — спросил он и Витька не раздумывая треснул его кулаком в лоб, при этом звук был такой, будто ударили по пустой бочке.

Нефедов схватился за голову и открыл было рот, чтобы сказать, что-то еще, но наставник с размаху заехал ему в ухо, отчего тот повалился набок и завыл.

— А теперь закрой рот и слушай меня внимательно, — громко и внятно сказал Витя. — Мне нужна формула «хрусталя», а также вся технологическая документация по его производству, я понятно выражаюсь? Если сейчас дашь четкий и правильный ответ, то останешься жить, если нет, то я тебя убью.

Наставник демонстративно наставил пистолет на Нефедова и спросил:

— Ты мне веришь?

Судя по всему, особой смелостью химик не отличался, а может быть просто интуиция ему подсказала, что сейчас с ним особо церемониться никто не будет и на вопросы лучше отвечать. Он посмотрел на Северова, затем на нас с Ваней и сказал:

— В кабинете, рядом с лабораторией на столе лежит ноутбук, в нем есть все, что вам нужно! Только не убивайте меня!

— Как выглядит дверь? Мне что, каждое слово из тебя вытаскивать?

— Правая, в самом конце коридора.

— Он не брешет? — Витя вопросительно посмотрел на меня. — Ты же у нас все-таки ходячий детектор лжи.

— Нет, — ответил я. — Правду говорит.

— Ваня, проверь, — распорядился наставник.

Лазарев убежал наверх.

— Мальчики, у вас там все хорошо? — послышался сверху голос Насти. — А то я тут волнуюсь.

Мы с Витькой переглянулись, и он сказал ей сам:

— У нас в порядке, с Никитой нехорошо. Ему пуля в бочину прилетела.

Касаткина не издала ни звука. Оно и понятно, с нервами у нее всегда был полный порядок.

— Сейчас закончим и поедем в больничку, — пообещал ей Северов. — Максу тоже туда нужно как можно скорее, так что мы поторопимся.

— Хорошо, — ответила Настя.

— И у нас есть отличная новость — мы на всех парах движемся к финалу, сейчас Ванька принесет ноутбук и можем отчаливать, — обнадежил я девушку, но она в ответ ничего не сказала.

Буквально через несколько минут прибежал запыхавшийся Лазарев. В его руках был маленький ноутбук белого цвета. Витя взял его в руку и сунул под нос химику.

— Это он?

— Да, — ответил Нефедов. — Вы обещали, что я останусь жить!

— Я пошутил, — сказал Витя и направил пистолет ему в лицо.

— Погоди, не стреляй, — сказал вдруг Лазарев. — Я могу вытереть ему память, тогда не нужно будет его убивать.

— Как это? — удивленно спросил я.

— Вот так, — пожал плечами Иван. — Не скажу, что будет легко и просто, но это можно устроить. К тому же так будет лучше — если нам будет нужно, я вновь смогу вернуть ему память. Правда для этого придется его найти.

— Найдем, — уверенно ответил Северов.

— И мне нужен будет образец его крови, — добавил Лазарев.

— Это без проблем, — сказал Витя и выстрелил в Нефедова.

— Сука! — химик схватился за окровавленное ухо и повалился на ступеньки. Сквозь его пальцы лилась кровь.

— Хороший выстрел! — похвалил я наставника.

— Ваня, бери крови сколько нужно, делай свои ритуалы и поехали отсюда — у нас времени в обрез.

— А что будем делать с тем парнем на втором этаже? — спросил я. — Если его оставить здесь, то он нас сдаст с потрохами.

— Ничего не будем делать, — послышался сверху голос Касаткиной. — Он только что попытался удрать, так что пришлось его успокоить. В общем, никому он теперь ничего не скажет.

Нормально так! Настя, конечно, никогда не была слишком уж сентиментальной, но вот и особой жестокости за ней не наблюдалось. Я удивленно посмотрел на Витю, но тот лишь пожал плечами в ответ, мол, хрен его знает, что ей в голову взбрело. Хотя, дело такое, неизвестно как бы я отреагировал в подобной ситуации?

— Ну, хоть здесь без ритуалов обойдемся, — прокомментировал услышанное Северов и пошел к Чернову. — Давайте заканчивайте здесь поскорее, нам еще Никиту к машине тащить.

Сверху спустилась мрачная Настя и пошла вслед за Витей. Ваня тем временем достал носовой платок и смочил его в крови скулящего от боли Нефедова. Когда кусок ткани практически насквозь пропитался багровой жидкостью, он брезгливо сунул платок в карман, посмотрел на меня, нахмурился и сказал:

— Макс, иди к ребятам, я вас догоню через пару минут.

— Ты уверен?

— Абсолютно, — кивнул Иван. — Иди, я сейчас.

Я посмотрел на плачущего Нефедова, затем на закрывшего глаза Лазарева, кивнул и пошел к ребятам.

Вот блин, все-таки опасная у нас работенка!

Эпилог

Поправился я примерно через неделю. Во всяком случае, мог спокойно наступать на ногу, не рискуя при этом свалиться на пол.

Сразу после истории с Нефедовым мы поехали в больничку, которая находилась в районе Китай-города — ту самую, где из нормальных людей делают самоцветов. Как оказалось, специалисты там многопрофильные и могут не только микрочипы в голову вкручивать, но и по части всего остального большие специалисты. Вот меня быстро на ноги поставили и Никиту, можно сказать, с того света вытащили. Правда Чернов до сих пор у них отдыхает и думаю еще недельку проведет в больнице, но самое главное, что его жизнь уже вне опасности, так что еще повоюем.

Я сидел в кабинете у Артура Волошина, того самого мастера Янтарного Дома, которому помогал своей способностью профайлера в его разговоре с «мечами» и пил кофе. В помещении было холодно. Несмотря на прохладный осенний день, Волошин распахнул настежь одно из окон и теперь в комнате гулял холодный ветер. Честно говоря, я вообще теплолюбивый парень и не могу сказать, что такая обстановка была для меня нормальным явлением, скорее наоборот, крайне неприветливая обстановка. Однако кабинет не мой, до собственного я еще не дорос, так что и правила диктовать не мне.

На мастере был темный костюм глубокого синего цвета и белая рубашка, верхние пуговицы которой, как и в прошлый раз, были расстегнуты. Он пил сок, смотрел на меня и улыбался. Похоже я долго буду привыкать к тому, что у этого парня глаза разного цвета, уж очень непривычно это выглядит.

В этот раз обошлось без Северова, мастер сам позвонил мне и попросил подъехать в Башню. Что-то я уже начинаю уставать от всех этих шпионских игр, а еще было бы неплохо понять, чем вызван подобный интерес к моей персоне?

— Как твоя нога, Макс? — начал издалека Волошин. — Уже не болит?

— Как сказать… Целыми днями на кровати лежать уже не обязательно, но и марафонец пока из меня никакой. В общем, иду на поправку понемногу. К тебе, как видишь, добраться смог.

— Это уже хорошо, сока хочешь?

— Нет, спасибо, давай ближе к делу. Я сегодня первый день как на свежий воздух выбрался, хочу Островскую навестить до того, как стемнеет.

— Девочку из вашего звена?

— Ага, и по совместительству мою девушку.

— Понятно, — улыбнулся Волошин. — Любовь — это хорошо. Получается у вас служебный роман?

— Что-то типа того.

— Ну да, дело молодое. Ладно, давай поговорим о деле.

Мастер встал со стула, подошел и закрыл окно. В комнате сразу стало как-то теплее и уютнее, хотя не могу сказать, что хоть один из кабинетов Башни можно было назвать гостеприимным, во всяком случае, находясь здесь, я всегда ощущал себя немного не в своей тарелке.

— Собственно, у меня к тебе всего один вопрос — как ты относишься к карьерному росту внутри Янтарного Дома? — спросил Артур и вновь уселся в кресло.

Нормально так! Интересно девки пляшут, нечего сказать. К такому вопросу я не был готов, да и как-то не задумывался над этим. Во всяком случае становиться наставником я пока не собирался, так как особого смысла в этом не видел, меня и так все устраивает.

— Не могу сказать, что я горю желанием становиться наставником, — честно ответил я на вопрос мастера. — Да и с Витей мы вроде как ладим, зачем мне его подсиживать? Или он на повышение собрался?

— Никого подсиживать не нужно и Северов никуда не собрался, — ответил Волошин.

— Тогда я не очень понимаю суть вопроса, — сказал я. — О каком повышении мы говорим?

Мастер некоторое время задумчиво смотрел на меня как на дитя неразумное, затем глубоко вздохнул и сказал:

— Речь идет о другом. Сейчас ты получаешь Системные задания и задания от Янтарного Дома, которые распространяются на все ваше звено.

— Ну да, так и есть.

— Учитывая твои особые навыки и таланты мы считаем, что ты готов принести нашему Дому гораздо большую пользу, — Артур вновь отпил сока. — Если ты примешь мое предложение, то время от времени будешь получать от Янтарного Дома личные задания, которые ты будешь выполнять самостоятельно.

— А чем вам наше звено не угодило?

— Причем здесь это? — недовольно скривился мастер. — Дело не в том, что кто-то кому-то не угодил. Просто существуют такие, скажем так, поручения, которые один человек сделает лучше, чем команда. И самое главное — эти поручения не должны получать широкую огласку, понимаешь? Своего рода — индивидуальные поручения. Ты будешь получать за выполнение таких заданий больше денег, чем за те, которые вы делаете все вместе, понятно?

— Вроде как, — в голове у меня эта информация пока не укладывалась, но кое-что прояснялось. — То есть, я буду кем-то типа особого агента Янтарного Дома?

— Ну ты загнул, — усмехнулся Волошин. — Ты что, шпионских фильмов обсмотрелся? Джеймс Бонд, мать его, и все такое? — я промолчал в ответ. — Но вообще, ты прав, что-то типа того. Правильнее будет сказать — специалист по особым делам.

Прикольно конечно, но все это попахивает как-то нехорошо. Уж слишком явно проводятся параллели с особой опасностью таких вот поручений. Хотя… Почему бы и нет? Так даже интереснее. Не могу сказать, что мне остро не хватает адреналина в моей жизни, но почему-бы не попробовать?

— Максим, я тебя должен сразу предупредить, что если ты сейчас согласишься, то я хочу, чтобы ты понимал — никаких поблажек это тебе не даст и если у вашего звена будет еще какое-то задание, то его придется выполнять. Эти вещи никак не будут взаимосвязаны друг с другом, — Артур развел руками в стороны. — Просто в твоей жизни появится новая история, которая гарантирует дополнительные трудности, но вместе с тем и отличные перспективы.

— Это какие, например?

— Ну, хотя бы то, что за выполнение таких заданий, кроме всего прочего, тебе будут полагаться капсулы, то есть ты получишь возможность развиваться и обрастать новыми способностями. Разве может быть что-то лучше? Ну и дополнительные деньги, само собой.

Деньги? Для меня это уже далеко не самая важная в жизни цель, денег мне вполне хватает и сейчас, а вот способности… Да, тут Волошин прав, знает, о чем говорит — лучше новых способностей ничего быть не может, а за обычные задания Янтарного Дома капсулы не полагаются. Если уж совсем начистоту, то я и сейчас себя иногда ощущал каким-то сверхчеловеком, но перспектива стать еще круче… Здесь есть над чем подумать. Хотя, кого я обманываю, над чем тут думать? Я уже знал, что я скажу Волошину.

— Что мне нужно сделать в знак своего согласия?

— Ничего, — пожал плечами Артур. — Тебе просто нужно сказать — да.

— Окей, тогда я говорю — да.

— Вот и хорошо, — кивнул мастер. — Вообще-то я был уверен, что ты согласишься. Парни вроде тебя любят, когда вокруг погорячее.

— Самое главное, чтобы не обжечься, а еще хуже совсем не сгореть.

— Есть такое дело, — улыбнулся Волошин. — Но тебе об этом думать не стоит, пока у тебя получается все просто отлично.

Ну да, ключевые слова здесь — «пока получается», а как там будет дальше неизвестно. Ладно, пусть я и по лезвию ножа иногда хожу, но пока у меня вполне получается не порезаться, будем надеяться, что так и будет.

— А как я пойму, что это то самое, особое задание?

— Ты что, не знаешь, как читать Системные сообщения? — удивленно поднял брови мастер. — Я думал, что ты уже имеешь об этом представление.

— Знаю, конечно, — немного смутился я от ироничного замечания Артура.

— Ну вот и прочитаешь.

— Понятно. Тогда я поехал? — спросил я и встал со своего кресла.

— Да. Как говорят в таких случаях — я рад, что наша беседа прошла в теплой и дружеской обстановке, — сказал Волошин и протянул мне руку.

Я вышел из Башни в холодный осенний день. На улице моросил противный мелкий дождь. Вот же зараза, что ни день, так дождь! В такие дни хорошо сидеть дома и читать книгу, а не болтаться по улицам, но для меня подобное времяпровождение было непозволительной роскошью. Ладно, это все мелочи жизни, подумаю об этом как-нибудь в другой раз. Я накинул на голову капюшон своей теплой пайты и посмотрел на хмурое серое небо. Судя по всему, дождь зарядил надолго. Хотя, может быть к тому времени когда я доберусь до Ольги он закончится? Было бы неплохо. Во всяком случае, можно будет немного с ней прогуляться, а то сидеть у нее дома под испепеляющим взглядом Островской старшей, что-то совсем не хочется. Хотя… Может быть мне тортик купить? Для примирения, так сказать. Ну, а почему бы и нет? Молодой человек с тортом и виноватым лицом, что может быть лучше для Олиной мамы в сложившейся ситуации? Разве только новость, что меня машина сбила, но это уж извините, с тортом в руках оно как-то лучше.

Дождь пошел сильнее. Нужно ускоряться. Не хватало еще заболеть и слечь с соплями — супергероям это не к лицу. Я обернулся, посмотрел на Башню и невольно улыбнулся. Как там Волошин сказал — специалист по особым делам? Ну что же, по особым, значит по особым.

__________________________________________________________________________________________

Читайте третью книгу здесь: https://author.today/reader/218813/1946138 (Самоцветы: Темные грани)

Хочу поблагодарить всех, кто поддерживает цикл своими комментариями, лайками, покупками и наградами! Поверьте, это очень приятно и важно автору :) Огромное вам Спасибо! :)

Вы самые классные!

С уважением, ваш Александр Герда.

Content

Система-Самоцветы 2: Шепот смерти

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Эпилог