Каблукова Екатерина

Любовь без ошибок

Госпожа "Нет"

Глава 1

Императорский дворец напоминал растревоженный улей. Суетились слуги, усиливалась охрана помещений, над крышами то и дело мелькали военные пилотники, патрулирующие территорию. Площадка для посадки флаеров была заполнена до предела, последним сел флаер медицинской службы. Сэр Тоби на инвалидном кресле выехал из него и на предельной скорости помчался во дворец.

В гостиной было тесно: принцесса Фелиция и ее муж, премьер-министр,министр безопасности,  министр иностранных дел, министр юстиции… Не хватало только вдовствующей императрицы и сэра Рочестера, но они вот-вот должны были прибыть во дворец.

- Ваше высочество, - сэр Тоби поклонился принцессе. - Есть новости?

Фелиция только покачала головой. Ее лицо было очень бледным, а в глазах плескалась тревога.

- Никаких, - ответил за нее премьер-министр. - Флаер вошел в охранную зону около зоны выхода межмирового экспресса и пропал с радаров.

- Когда это случилось?

- С час назад.

- А сам экспресс?

- Прибыл по расписанию.

- Машинист ничего не заметил?

- На радарах было чисто.

- Значит… - сэр Тоби опустил голову, избегая взгляда принцессы.

- Договаривайте же, - резко потребовала она. - Флаер упал, вы ведь это хотели сказать?

- Да, ваше высочество! Но если вы вспомните, то во флаере его величества установлена система защиты, да и сам корпус…

- От падений? - звонкий девичий голос донесся от дверей.

Розоволосая девочка широко распахнула свои зеленые, как у матери, глаза. Сэр Тоби не сразу вспомнил, что это - дочь Эмбер Дарра, и почему она во дворце. Кажется, ее отцом был барон Макленбургский.

- Что с мамой? - она переводила взгляд с одного министра на другого.

- Пока неизвестно. Ступайте к себе, вам все сообщат, - отозвался министр юстиции, но девочка упрямо мотнула головой:

- Не уйду, пока вы не ответите!

- Она имеет право знать, - спокойный голос положил конец возражениям. Все присутствующие, как один склонились:

- Ваше величество.

Вдовствующая королева, опираясь на руку сэра Рочестера прошла к дивану  и присела, тщательно расправила подол василькового платья и поманила к себе Алекс.

- Детка, присядь.

Что-то в ее голосе было такое. что девочка безропотно подчинилась.

- Дело в том, что флаер, к котором твоя мама летела с его величеством… исчез.

- Что значит исчез? - зеленые глаза распахнулись еще шире.

- Его нет на радарах, - пояснил муж принцессы.

Алекс недоверчиво фыркнула:

- Это невозможно! Тем более на Альвионе. У вас же самые передовые системы!

Она в отчаянии переводила взгляд с одного мужчины на другого.

- Алексия, держите себя в руках, - не выдержала Фелиция. - мы все волнуемся, но это не повод вести себя недостойно!

- Недостойно?! - почти взвизгнула девочка. - Это же вы вчера угрожали императору! Говорили, что он разобьется, как и его отец!

Министры смутились, а Фелиция побледнела и с ненавистью уставилась на девочку.

- Думаешь, это - я? Я причастна к..?- она осеклась, развернулась и отошла к окну, невидящим взглядом глядя на звездное небо.

- Не думаю, что обвиняя друг друга мы сможем помочь в поисках. Лорд Флетчер, что на текущий момент сделано?

Человек в военной форме прокашлялся, одернул мундир и шагнул вперед.- на текущий момент мы отправили поисковые бригады в район предполагаемого падения флаера. Ориентировочное время их прибытия к имеющимся у нас координатам десять сорок пять.

- То есть через пятнадцать минут, - кивнула Мария-Тереза, сверившись с наручными часами.

- Так точно.

- Но что будет, если там ничего нет? - прошептала Алекс.

- В таком случае, военные начнут прочесывать всю зону, - пояснил лорд Рочестер. - Понимаю, это - тяжело, но нам остается только ждать.

Алекс послушно кивнула и прикусила губу.

Пятнадцать минут показались девочке вечностью. Она сидела, бросая взгляд на стоявшие на каминной полке огромные бронзовые часы, отлитые в виде какого-то храма.

- Ну, двигайся же, - прошипела она минутной стрелке, казалось, застывшей на циферблате.

Теплая ладонь легла поверх ее. Девочка подняла голову и встретилась с сочувствующим взглядом вдовствующей императрицы. Только теперь Алекс заметила, что в глубине светло-голубых глаз плескалось отчаяние и … страх? Да, именно страх, такой же, как и у нее самой, за очень близкого человека. Запоздало девочка сообразила, что во флаере находился и сам император.

- Вы тоже боитесь? - еле слышно, почему-то это казалось очень важным, спросила она у старушки. Мария-Терезия кивнула и сразу же повернулась к принцессе, стоявшей у окна.

- Лисс, будет лучше, если ты присядешь.

- Я… - она покачала головой, намереваясь возразить, но сразу же передумала. Грациозно опустилась в кресло и прижала пальцы к вискам.

- Только бы с Недом ничего не случилось, - прошептала Фелиция.

Алекс в ответ шмыгнула носом, пытаясь сдержать слезы.

Мария-Терезия нахмурилась.

- Лисс, - в голосе зазвучало предупреждение.

Принцесса сразу выпрямилась и украдкой обернулась, проверяя, не стал ли кто из присутствующих свидетелем ее секундной слабости.

Но остальные были заняты. Министр безопасности нетерпеливо посматривал на вирт-экран, дающий представление, где находятся поисково-спасательные отряды. Премьер-министр что-то обсуждал с министром иностранных дел, за их спинами виднелся лорд Рочестер, а сэр Тоби по галафону инструктировал пресс-центр что отвечать репортерам, которые моментально подхватили  слух об аварии и теперь требовали информацию.

- Вот ведь стервятники! - фыркнула Мария-Терезия. - Сэр Тоби, скажите им, что никаких комментариев не будет!

- Но ваше величество, - запротестовал секретарь. - Вы же понимаете…

- Никаких!

- Да, мэм, - секретарь склонил голову.

- Лорд Флетчер, что у вас?

- Поисковые бригады в пяти минутах от предполагаемого места падения, ваше величество!

- Прекрасно, пусть начинают.

- Но…

- Послушайте, насколько я знаю своего внука, он вполне мог приказать пилоту увести флаер. или же увел его сам. Начните прочесывать местность.

- Как прикажете, - министр безопасности по-военному поклонился и щелкнул каблуками.

Алекс с возрастающим изумлением смотрела на вдовствующую императрицу. Ни разу не повысив голоса, она легко добивалась того, чтобы ее распоряжения исполнялись незамедлительно.

Заметив пристальное внимание девочки, Мария-Терезия ободряюще улыбнулась  и распорядилась принести чаю с сэндвичами.

- Но я… - возразила Алекс.

- Конечно, ни у тебя, ни у меня нет аппетита, дорогая, но здесь находятся люди, которые помогают нам. Им предстоит нелегкая работа, и думаю, их стоит накормить,не так ли?

- Но…

- Никогда не стоит забывать о тех, кто трудится ради тебя, запомни это!

Не найдя, что возразить, девочка кивнула и уставилась в свой галафон невидящим взглядом.

Глава 2

Больше всего она удивилась тому, что после удара о землю смогла сделать вдох. Потом еще один. Перед глазами было черно, руки, ноги, тело - все было ватным. Это была как будто не она, а что-то сломанное. Потом она услышала хрип:

- Эмбер. Э-эмбер?

Заговорить удалось не сразу - губы шевелиться решительно отказывались. Но она пробовала снова и снова. И наконец, у нее получилось:

- Да. - это звук дался ей с невероятным трудом.

- Вы целы?

- Не знаю. - Она осторожно попыталась повернуть голову налево, потом направо. - Похоже, что жива. Но в это сложно поверить.

- Убить тех, кто в императорском флаере, не так и просто. Аппарат проектировали таким образом, чтобы он мог выдержать удар о землю. И чтобы силовое поле автоматически включилось в этот момент и как бы проще сказать… укутало пассажиров.

- Я в восхищении, ваше величество.

- От того, что я так много знаю? - ухмыльнулся он.

- Нет, - Эмбер снова смогла пошевелить шеей и отрицательно покачала головой. - Оттого, что вы вобще можете сейчас говорить длинным фразами.

Император глухо, но рассмеялся:

- Вы явно не пострадали от столкновения с землей.

- Вы так решили потому, что я могу говорить?

- Вы язвите по-прежнему. Значит, можно отключить силовое поле, осталось понять, как это сделать вручную. И поскорее убираться отсюда.

Эмбер смотрела несколько мгновений на Эдварда, который внимательно изучал развороченные им же внутренности корабля, негромко ворча что-то под нос. На миг ей показалось, что-то крайне неприличное, но она откинула эту мысль, как нечто невероятное. Хотя после того, как они остались живы…

- Нашел, - Император отсоединил что-то. - Попробуйте отстегнуться и встать. Должно получиться.

Эмбер выключила защитное поле. И вдруг до нее дошло:

- Вы, - у нее даже губы затряслись. - Вы…

- Я - он тяжело вздохнул. - Прекрасно знаю устройство флаера, и действовал наверняка. Простите, втянул вас во все это. Мне жаль.

- Это понятно, - отмахнулась Эмбер. - Но вы живы, хотя остались на полу!

- Судя по вашему виду, вы готовы исправить этот факт.

- Признаться, да, но я не в том состоянии, чтобы убивать вас.

- Это обнадеживает, - Эдвард как-то смущенно улыбнулся, как будто от мысли, что он не пострадал, ему было неловко.

Эмбер осторожно встала и сделала несколько шагов, проверяя, все ли в порядке. Император внимательно следил за ней, словно намеревался подхватить, если она споткнется.

- Но я всегда говорил, что наши конструкторы - лучшие, - лениво заметил он.

- Вы только что прослушали короткую рекламу во славу Альвиона, - проворчала Эмбер. - Но надо радоваться, что обошлось без травм.

- Не уверен, - он потер переносицу. - Кажется, в момент удара я слышал хруст.

- Вы все-таки что-то сломали? - испугалась она.

- Галафон, - он поднялся и полез в карман пиджака. - будем надеятся, что это какая-нибудь косточка, вы знали, что их в теле больше двухсот?.. Нет, все-таки галафон разбился.Так что пострадавшие есть.

Эдвард выудил гаджет, критически осмотрел повреждения и кинул на свое кресло.

- Вряд ли включится, - вздохнул он.

- Мой цел. можем воспользоваться им, - предложила Эмбер, доставая из кармана гаджет.

- Не хочу вас огорчать, - покачал головой император. - Мы в зоне выхода межмирового экспресса. В целях безопасности все гаджеты блокируются. Кроме моего, разумеется.

- Разумеется, - отозвалась Эмбер. - Но он сломан.

- Именно. - император направился к двери.

- А в вашем флайере нет отдельного канала связи? - поинтересовалась Эмбер. - Как у полиции?

- Есть, но он выключен, как и вся электрика, - Эдвард взялся за рычаг механического открытия двери. Дернул раз, другой.

- Вам помочь? - вежливо поинтересовалась Эмбер и заслужила насмешливый взгляд:

- Да, держите! - он скинул пиджак и протянул ей. - Не потеряйте, это мой любимый! Галстук, кстати, тоже.

- Учту, - сухо отозвалась женщина. Император снова повернулся к рычагу, но на этот раз взялся двумя руками. Стоя рядом, Эмбер видела, как под тонкой тканью напрягаются мышцы, а на лбу выступили капельки пота. Такие же виднелись в расстегнутом вороте рубашки. Эмбер вдруг захотелось лизнуть их, губами прижаться к разгоряченной коже…

Во флаере вдруг стало нестерпимо жарко. Эмбер судорожно вздохнула, в это  момент дверь  с оглушительным скрежетом отъехала в сторону, а в лицо ударило ночной прохладой.

Эдвард выпрыгнул первым и огляделся,потом подал руку Эмбер, помогая выйти из флаера.

- Побудьте здесь! - распорядился император, обходя флаер.

- Что вы собираетесь делать?

Она все еще дрожала, не то от холода, не то от неудовлетворенного желания.

- Достать Пола и выйти к дороге. Здесь недалеко.

Эмбер  задумчиво огляделась. Ни тропинки, ни огней. Вокруг был лес. Высокие кроны деревьев зловеще темнели на чернильно-фиолетовом небе, на котором мерцали проклятые звезды. Если бы не странная любовь императора к этим светилам…

- Может быть, разумнее будет дождаться помощи? - предложила она.

- Вы хотите остаться и посмотреть, кто доберется до нас первым?

- В каком смысле?

- Те, кто устроил диверсию, вполне могут прибыть раньше спасателей… или вместо… - Эдвард снова протиснулся в салон. - Тогда я не поручусь ни за вашу, ни за свою жизнь…

Эмбер вздрогнула. Спину словно пронзили миллионы ледяных осколков.

Казалось, больше испугать ее, чем уже сегодня случилось, было невозможно. Однако император Альвиона, несомненно, обладал большим талантом. У него получилось. Заметив, что он внимательно наблюдает за ней, Эмбер зло прищурилась:

- Полагаете, что нас убьют?

- Возможно, не только нас.

- Что?

Эдвард смотрел на нее, мрачно, и явно раздумывал: стоит ли продолжать говорить правду. Или все же промолчать.

- Ну же! - Эмбер схватила его за руку. - Говорите, как есть!

- Подумайте сами. Кто-то добрался до борта номер один. Кто-то вывел из строя не только системы, но и пилота. А это почти невозможно. Следовательно, этот кто-то, кого пропустила имперская служба безопасности. И весьма подготовлен…

- Дворец! - ошеломленно прошептала Эмбер. - Что если он во дворце…

- Не исключено.

- Там же… там Алекс.. Нам надо узнать…И как можно быстрее… - Эмбер вскочила, заозиралась, словно надеясь найти во флайере еще один галафон, но работающий.

- Срочно мы будем уходить отсюда.

- Вы не понимаете! - она не скрывала слез. - Моя дочь…

Эмбер закрыла лицо руками:

- У нас ведь только все наладилось…

- Тише, - Эдвард заколебался, а потом привлек ее к себе, обнял, как будто хотел поделиться силами. - Думаю, там все в порядке.

Она подняла к нему лицо, прошептала:

- Вы уверены?

- Да, - тихо проговорил он. - Не волнуйтесь, я сделаю все возможное.

Кончиками пальцев, бесконечно нежно он стер ее слезы.

- Пожалуйста, не плачьте.

Эмбер кивнула и вдруг обнаружила, что стоит в теплых и таких успокаивающих объятиях императора Альвиона.

- П-простите, - она отстранилась, ругая себя за то, что едва не впала в истерику. - Я…

- Вы волнуетесь за дочь, - кивнул Эдвард.

Убедившись, что с Эмбер все в порядке, он снова забрался во флаер и достал оттуда спасательное снаряжение. Развернул гравитационные носилки, проверил и включил.

Платформа зависла над землей и жизнерадостно помигивала датчиками, как будто обещая, что все обойдется.

- Сможете мне помочь? - повернулся он к Эмбер.

- Что надо делать?

- Вопрос истинного адвоката, - улыбнулся он и сразу же пояснил. - Поддержать Пола, пока я буду извлекать его из кабины. Одному мне не справится.

- Конечно.

Пола извлекли с трудом. Пилот оказался тяжелым и длинным. То есть, конечно, правильнее было бы сказать высоким, но пока его вытаскивали из флаера, а потом клали на носилки, он показался Эмбер бесконечно длинным.

- Готово! - выдохнул Эдвард.

Порывшись в сумке, он достал ампулу и, не колеблясь, вколол Полу в руку.

- Это для поддержания сил, - пояснил он Эмбер. - Наша разработка.

- Откуда вы все это знаете? - изумилась она.

Император пожал плечами:

- Я служил в армии. и потом не раз проходил курсы по безопасности и оказанию первой помощи. Ну что, сможете идти?

- Попытаюсь.

Эмбер покосилась на темный лес.

- Там нет ничего страшного, - уверил ее император. Главное - пробраться между упавших деревьев, мы их здорово поломали. Потом будет легче.

- Хорошо, - вздохнула Эмбер. - Идем.

- Держите, - он протянул ей странный бинокль на ремнях.

- Что это?

- Очки ночного видения. С непривычки, конечно, неудобно, но включать фонарь я не рискну.

Он помог настроить прибор и сам надел такой же.

- Вперед!

Эмбер включила очки. Черный лес стал зеленым, как и все вокруг, включая императора. Но во всяком случае, стало видно, куда ступать.

Хотя легче от этого не стало. Юбка казалась слишком узкой, а туфли на каблуке - неустойчивыми, особенно если в них перелезать через упавшее дерево. кажется, чулки зацепились за кору и порвались, Эмбер надеялась, что в ночном видении дырка не будет так заметна, как и грязные пятна на белой блузке. Очередной сучок впился в тонкую подошву. Женщина пошатнулась и тут же почувствовала, как ее поддержали. Она изумленно посмотрела на императора, удивляясь скорости реакций.

- Все в порядке?

- Да.

- Хорошо. Дальше будет легче.

Эдвард снова занял место во главе их маленькой колонны. Он вел их по безлюдной местности так уверенно, словно  в нем был вшит навигатор. Хотя, если вспомнить лучших во Вселенной инженеров, может быть, так оно и было. Или же он просто шел куда-то, не задумываясь о цели, лишь бы убраться подальше от рухнувшего флаера. Кто знает. По крайней мере, Эдвард все делал решительно.

Дороги все не было, Эмбер все больше спотыкалась, ноги гудели, на по спине струился пот. Она потеряла счет времени, когда император остановился, поднял руку и негромко объявил:

- Привал!

Только сила воли не позволила Эмбер упасть там, где она остановилась. Стиснув зубы, она сделала еще несколько шагов и присела на тонкий плед, который Эдвард взял с носилок. Вторым таким пледом был укрыт Пол.

- Он все еще без сознания? - женщина встревоженно посмотрела на пилота.

- Да, я же ему вколол ампулу, - напомнил император.

- И что там было?

- Ну… это такой состав… - протянул он. - В общем, немного противовоспалительного, немного обезболивающего, немного снотворного…

- А снотворное зачем?

- Чтобы не шевелился и не мешал, - Эдвард с наслаждением вытянул ноги:- Надо будет положить в спасательный комплект пару армейских ботинок.

Эмбер усмехнулась, вспомнив, что у ее спутника на ногах туфли ручной работы с кожаной подошвой, явно не рассчитанные на прогулки по пересеченной местности. Интересно, что от них осталось?

- О чем вы думаете? - Эдвард протянул ей сэндвич и бутылку воды.

- О том, что придется выбросить туфли, - Эмбер тяжело вздохнула. - И я бы не отказалась от армейских ботинок.

- Я распоряжусь, чтобы нашли ваш размер.И разумеется, компенсирую вам их потерю. Как и часов.

- Часов?

- Я же сломал их…

- Забудьте, вы спасали нас. К тому же они… я скоро куплю новые.

- Вот как?

- Да, это - традиция… - она прикусила язык, удивляясь самой себе. Что на нее вдруг нашло, чтобы вот так откровенничать, да еще и с кем? С недавним злейшим врагом! Впрочем, какой он враг? Просто уставший мужчина, вынужденный терпеть нападки сестры и истерики кабинета министров.

Эмбер украдкой посмотрела на Эдварда. Он сидел, запрокинув голову и любовался звездным небом. прибор ночного видения лежал рядом.

- Вы опять? - охнула она.

- Что?

- Из-за них мы едва не погибли, а вы! - она ткнула пальцем вверх, желая не то закрыть мерцающие огоньки, не то проткнуть небо. жаль, нельзя его просто свернуть как вирт-монитор.

- Мы едва не погибли из-за халатности службы безопасности, - резонно возразил император. - И звезды здесь совершенно не при чем.

- Но если бы вы не решили сделать крюк…

- Мы бы упали где-то… - Эдвард на секунду задумался, прикидывая траекторию полета. - Да, скорее всего в районе Нового моста. Что ж, тот кто планировал крушение предусмотрел все.

- Все?

- Если бы я не решил посмотреть на звезды, флаер рухнул бы на самые густонаселенные кварталы. Даже если бы мы и выжили, ущерб был бы колоссальным.

Эмбер на секунду задумалась, а потом уверенно предположила:

- Дискредитация монархии и смена политического режима?

- Не думаю. Все действия направлены на меня лично.

- Но если бы вы… - Эмбер хотела сказать “подали в отставку”, но поняла, что это неуместно.

- Вынужден был бы отречься от престола?

- Да, кто следующий в очереди?

- Фелиция. Пока что.

- А! - Эмбер сразу вспомнила скандал во дворце, свидетелем которого она стала, как и все, кто был на ужине.

- Проклятия имеют свойства сбываться, - император легко прочел ее мысли,

Он допил воду и поднялся. Было заметно, что несмотря на военное прошлое, каждое движение дается ему с трудом.

- Давайте, нам осталось немного, - Эдвард протянул руку, помогая женщине встать. Неодобрительно посмотрел на туфли на каблуках и вздохнул: - Все-таки надо подарить вам ботинки. И часы.

Прежде, чем Эмбер успела возразить, что ей ничего не нужно, император снова зашагал в одному ему ведомом направлении.

Дальнейшее запоминалось с трудом. Они все шли и шли, каблуки то и дело застревали в траве, мелкие камешки и ветки постоянно попадали под подошву, а корни деревьев оказывались на пути в самый неподходящий момент. Ног Эмбер уже не чувствовала, но упорно продолжала, ухватившись за носилки, идти за императором.

Слишком поглощенная тем, чтобы просто шагнуть, она опомнилась только когда они почти врезались в стену. Огромная темная твердыня, поросшая травой и мхом, возвышалась над ними.

Все еще не веря собственным глазам, женщина осмотрелась. Стена простиралась в обе стороны и терялась в темном лесу. Дальше пути не было. И Эдвард завел их сюда?

Эмбер глухо застонала, с горечью осознавая, что ее вера в императора оказалась фикцией.  Их ночной марш-бросок, его уверенность, которая бесконечно ее подкупала - все это пшик? И он такой же, как и все… просто болтун.

Она до боли прикусила губу, понимая, что сейчас бросать обвинениями в лицо просто бессмысленно, хотя ей очень хотелось расцарапать это самое лицо ногтями. На это бы ей сил хватило.

Прислонившись лбом к прохладной, мокрой от ночной росы стене, она стояла и просто дышала. Больше всего хотелось рухнуть на землю и зарыдать. Останавливало лишь понимание: если она упадет, она уже не поднимется.

- Отлично, - донеслось до нее откуда-то издалека. - Сейчас все будет. Да где ж ты?!

Эмбер повернула голову в сторону до отвращения бодрого голоса. Император отошел достаточно далеко. И он выглядел довольным жизнью, победителем. Это не могло скрыть даже неяркое, чуть с зеленцой освещение через прибор ночного видения. Ненависть всколыхнулась в душе с новой силой.

Эмбер осмотрелась в поисках палки. И почему она не нашла ее в лесу - тут, возле странной стены, что уходила, казалось, в небо, деревьев не было. Она уже поняла, что Эдвард привел их именно туда, куда планировал, но желание ударить отчего-то не испарилось.

- Готово.

Из стены что-то, загудев, выдвинулось. Эдвард, побрел назад. Теперь было видно, что и он двигается с трудом. И явно припадает на левую ногу.

- Пойдемте!

- Куда?

- Сейчас мы погрузимся на платформу и поднимемся на шоссе, - он мотнул головой, показывая туда, откуда только что вернулся.

- Шоссе? - Эмбер шла, навалившись на носилки, эти несколько десятков шагов были самыми сложными, самыми болезненными. И вопрос-то она задала, чтобы отвлечься. Хотя, нет. Интересно же. Шоссе - это дорога, которая на земле. Устаревшее слово. И по ней ездят… машины, кажется. Но зачем? От этого отказались… даже страшно представить, какое количество времени назад.

- Осторожно. Давайте руку.

- Я сама…

Эдвард не стал ее слушать. Аккуратно поддерживая за локоть, он помог ей ступить на платформу, погрузил носилки и только потом залез сам.

- Держитесь крепче, - предупредил император, нажимая какую-то кнопку. Вокруг что-то загудело, пол под ногами вздрогнул, и Эмбер едва не упала, но император удержал ее.

Шумя и словно вздыхая старинный механизм взмыл вверх, унося своих пассажиров к небу. Миг, - и они оказались на вершине стены. Вернее, огромного виадука, который уходил влево и вправо, теряясь в ночи.

- Все. Добрались. Ждем, - обрадовал ее император, снова расстилая плед на обочине пустынной дороги.

Эмбер  сняла впившиеся в ноги туфли и не удержалась от стона.

- Вы герой, - император опустился рядом, покосился на нее… с завистью что ли. Но остался в обуви. Хотя от былой роскоши его туфель остались только воспоминания, а на левой подошве зияла дыра. Понимая, что рассматривает сидящего рядом мужчину непростительно долго, Эмбер опустила взгляд и погладила белое шершавое полотно шоссе.

- Что это? И, главное откуда?

- Военное шоссе. Старая разработка на новый лад.

Эмбер поморщилась, потому что, как и положено политику, император ответил на вопрос, ничего не сказав толком. Он и сам это понял

- Зона выхода межмирового экспресса - потенциально опасная точка для вторжения. Это просчитали еще при разработках. Поэтому и построили еще во времена деда. У него была идея, не сказать, что навязчивая. Но все же… Он не верил в долгий мир ни с Альянсом, ни с Вольными мирами. А еще он считал, что только флаерами невозможно закрыть полностью землю.

- То есть вы смотрите на небо, а он смотрел на землю?

- Можно сказать и так. По его приказу были выстроены сети дорог. Особенно в подобных местах, где полеты либо затруднены, либо невозможны.

- Любопытно, - пробормотала Эмбер, которой вдруг стало жутковато. Вот прекрасно она жила без этих совершенно ненужных ей государственных тайн!

- Совет министров считал подобные стройки блажью, но дедушке отказать не посмели. - В его голосе проскользнуло что-то странное. Зависть что ли. - По счастью, тогда, все удалось решить миром. А дороги остались. И смотрите-ка. Даже пригодились.

- За нами кто-то приедет?

- Да. Тот, кому я доверяю.

- И это Джон, - утвердительно проговорила Эмбер.

- Именно, - устало, но очень довольно улыбнулся Эдвард

Глава 3

Они сидели достаточно долго, Эмбер не поняла, когда успела задремать. Даже не задремать, а впасть в какое-то полузабытье, из которого ее выдернул непонятный гул. Она встрепенулась, открыла глаза и сразу же прикрыла их снова из-за яркого света.

Перед глазами все плыло, но это были самые странные аппараты для передвижения, которые она только видела. Во-первых они катились по дороге. Да, да! На самых настоящих колесах, которые она видела только в учебниках истории. А во вторых, они урчали. Да что там урчали. Ревели, оставляя позади себя клубы дыма. Они стремительно подкатились к сидящим и остановились, зловеще поблескивая черными металлическими боками.

- Ваше величество! - Полковник Уайт выскочил из первого аппарата и кинулся к императору, который с трудом поднялся. - Все в порядке?

- Почти. Пол без сознания. Я вколол ему экстренную ампулу, - Эдвард шагнул к прибывшим и с деланной небрежностью оперся на вороненый бок агрегата. Механизм фыркнул, словно осуждая подобную фамильярность. - Займитесь им.

Последнее предназначалось людям, которые окружили их. Мужчины в военной форме моментально засуетились. Один из них, наверное врач, склонился над раненым, затем отдал короткий приказ, и носилки начали грузить в один из агрегатов.

Все это время император и Джон смотрели друг на друга, еле заметно улыбаясь.

- Жив?

- Жив.

Эмбер вдруг поняла, что этим двоим больше всего хочется хлопая друг друга по спине, орать восторженно-неприличные эпитеты. Но вокруг были посторонние, и поэтому оба оставались недовольно сдержанными.

- Ваше величество, господин полковник, раненому оказана первая помощь, он погружен в машину! - бодрый голос прервал молчаливый диалог друзей.

Эдвард кивнул:

- Поезжайте, мы следом.

- Есть! - врач козырнул, крутанулся на каблуках и бегом направился к агрегату, который он сам называл машиной. Рыкнул мотор, и они укатили, оставляя за собой шлейф сизого дыма.

- Вам лучше подняться, угарный газ всегда стелется по земле, - император протянул руку Эмбер, чтобы помочь встать.

Она бросила задумчивый взгляд на истерзанные туфли и решила не надевать. В конце концов, она не правит Альвионом, и не обязана держать лицо. К тому же около машины остались только они втроем и несколько военных, судя по всему, охрана.

Эмбер оперлась на руку, попыталась подняться и не смогла сдержать стон. Ноги словно одеревенели, а спина затекла.

- Позвольте, - улыбнувшись, император поднял ее на руки. Эмбер хотела запротестовать, но сил не было. К тому же ей было так хорошо, чувствовать себя абсолютно беспомощной в кольце сильных мужских рук, прижиматься к груди, ощущая биение сердца и, главное, ничего не делать. А поругать себя за слабость можно и позже.

Она и не поняла, как оказалась внутри агрегата. Джон занял место водителя, а император сел рядом с ним на переднее сиденье.

- Что в столице?

- Боевая тревога. Все въезды заблокированы, войска приведены в боевую готовность.

- А… Алекс? - перебила Эмбер, с ужасом вслушиваясь в рассказ, больше напоминавший рапорт.

- Ваша дочь во дворце. Он тщательно охраняется, - отозвался Джон, удерживая в руках странный круг, обтянутый кожей. Кажется, этот атавизм в учебниках истории называли “руль”.

- Но вы же сказали… она знает, что я жива?

Джон бросил быстрый взгляд на императора, тот едва заметно кивнул.

- Никто не знает.

- Что? - только ремень, идущий откуда-то из-за плеча и уходящий в сиденье удержал ее на месте. От рывка грудь неприятно сдавило, Эмбер зашипела.

- Все слишком серьезно: никто не должен знать, где мы, - Эдвард обернулся к ней насколько позволяла спинка его сидения.

- Но Алекс…

- Утомлена и спит.

- Откуда вы знаете?

Он улыбнулся и посмотрел на Джона.

- Селл, - приказал полковник, поднося руку с часами к губам.

- Да, милый, - перед ними, прямо на лобовом стекле возникла отчего-то мутноватая фигурка. - Нед! Живой!

- Не дождешься, - буркнул император, старательно сдерживая улыбку.

Фигурка плыла, меняя очертания, лица, одежду разных эпох. Словно Сэлл не могла выбрать, на кого она собирается походить.

- Стоп, - приказал Эдвард, прикрывая глаза рукой. - Не мельтеши.

- Пока не могу, - с раскаянием в голосе ответила та. - Меня немного неудачно пытались вскрыть.

- Кто? - император напрягся.

Перед ними промелькнуло бледное лицо сэра Тоби. Эмбер сидела ни жива ни мертва, стараясь дышать и не кричать на всех. И император, и его чудо-машина, и Джон - все они говорили о каких-то абсолютно неважных вещах. Нет, дворцовые интриги - это, конечно, жизненно. Но что с людьми во дворце. Что с ее дочерью?

- Алекс, - прошептала она, не выдержав. - Пожалуйста…

Оба мужчины удивленно взглянули на нее. Эдвард сообразил первым.

- Селл, покажи девочку.

Алекс спала, скрючившись на диванчике в гостиной. На щеках блестели слезы. За руку ее держала императрица Мария-Терезия, сидевшая рядом. В кресле напротив прикрыла глаза принцесса Фелиция.

- Почему им не сообщили? - голос Эмбер толком не слушался.

- Не было приказа, - отозвалась Сэлл.

- И пока не будет, - голос императора звучал жестко.

- Но…

- Это не обсуждается. как видите, с вашей дочерью все в порядке, она под надежной защитой.

- И вам не жалко ни вашу сестру, ни вашу бабушку? - не сдержалась Эмбер.

Хотелось кричать, топать ногами, но она понимала, что это - бесполезная трата сил, которых и так не было. Император усмехнулся:

- Фелиция примет мое решение, что же касается бабушки… уверяю вас, вдовствующая императрица поступила бы так же.

Понимая всю тщетность возражений, она окатила императора гневным взглядом. К ее удивлению, он не отвернулся. наоборот, протянул руку и ободряюще сжал ее ладонь.

- Потерпите немного, - просто попросил он.

- Похоже, ничего другого мне не остается, - вздохнула Эмбер.

Странно, но прикосновение императора успокаивало, а тепло, идущее от его пальцев обещало защиту… и еще что-то… машина мерно покачивалась на огромных колесах, мотор урчал, а веки становились тяжелыми. Эмбер заморгала, но усталость оказалась сильнее, и она не заметила, как погрузилась в дрему.

Убедившись, что его секретарь спит, Эдвард осторожно выпустил ее руку и откинулся на спинку сиденья.

- А-ах… - он не смог сдержать стон.

- Тяжело? - Джон бросил на него насмешливый взгляд.

- Бывало и лучше, - Эдвард зевнул. - Признаться, бродить по лесу в кожаных туфлях еще то удовольствие.

- А нечего любоваться на звезды, - друг крутанул руль, выворачивая на грунтовку, ведущую к воротам базы.

- Лучше было упасть на жилые кварталы?

- Думаешь, планировали именно это?

Эдвард помолчал, размышляя.

- Не знаю, - наконец признался он. - Ни для кого не секрет, что я часто закладывал этот крюк. С другой стороны… подобная подготовка делается не за один день, а угадать погоду… думаю, просчитывались оба варианта.

Джон кивнул и притормозил у мерцающих силовых ворот.

- Сиди тихо, - предупредил он императора, прикладывая ладонь к датчику. Несколько секунд и панель полыхнула зеленым, а мерцание перед машиной стихло, открывая путь на базу.

После темноты леса свет прожекторов показался очень ярким, Эдвард поморщился и бросил взгляд в зеркало заднего вида, беспокоясь об Эмбер. Напрасно. По всей видимости, спор отнял у госпожи Дарра последние силы, и теперь она крепко спала, прижавшись щекой к стеклу.

- Приехали! - Джон остановил машину у административного здания и заглушил мотор. - Надо бы разбудить…

- Думаю, мы поступим проще, - Эдвард вышел и открыл вторую дверцу, отстегнул ремень, удерживающий женщину и легко подхватил ее на руки.

Она не проснулась, только пробормотала что-то и завозилась, устраиваясь поудобнее на широкой мужской груди.

Эдвард мысленно поблагодарил судьбу за долгую прогулку по лесу - он был слишком вымотан для того, чтобы отреагировать на это, хотя тело недвусмысленно намекало, что после небольшого отдыха, он вполне мог бы продолжить обнимать хрупкую блондинку… и не только обнимать. Почему-то представилось, как он касается губами ее губ, как скользит ладонями по стройному телу, как…

- Нэд, ты часом не заснул? - окликнул его Джон.

Император шумно выдохнул.

- Я просто задумался, - коротко пояснил он и направился в кабинет друга.

Осторожно сгрузив драгоценную ношу на диван, он накрыл женщину пледом, а сам присел за стол, рядом с которым замер бессменный Саймон.

- Ну и задали вы нам жару, ваше величество, - проворчал механик, разливая по бокалам коньяк.

- Присоединишься? - Эдвард с наслаждением рухнул в кресло, вытянул ноги, болезненно поморщившись: тело отвыкло от длительныех нагрузок, и теперь все мышцы болели.

- Почему бы и… да, - механик решительно отодвинул стул и присел, положив фуражку на край стола. Эдвард криво улыбнулся. наверное, стоило протянуть руку и взять бокал, но сил не было.  К тому же он боялся, что после пережитого ему хватит и одного глотка, чтобы опьянеть, а Эдварду необходимо было сохранить разум, чтобы понять, как действовать дальше.

- Что собираешься делать? - поинтересовался Джон, словно читая его мысли.

- Ждать, - император пожал плечами и поморщился. - Как все болит! Ладно ноги, но что я делал руками?

Вместо ответа Джон с ехидцей взглянул в сторону спящей Эмбер:

- Нес ее?

- Нет. Не поверишь, но весь путь она прошла сама. На каблуках.

Саймон крякнул и испуганно покосился на спящую блондинку.

- Сильна, - восхищенно прошептал он.

Император в ответ только кивнул и все-таки взял бокал. Пригубил, смакуя на языке огненный вкус напитка.

- Что думаешь по поводу случившегося? - поинтересовался он у Джона.

Полковник пожал плечами:

- Странно, что тебя пытались убить таким способом.Теоретически, капсула безопасности, встроенная в флаер, защитила бы тебя при столкновении с межмировым экспрессом.

- Меня - да, а пассажиров экспресса?

- Были бы жертвы.

- Именно. А полети мы во дворец, то крушение произошло бы в жилых кварталах, там где наибольшее скопление людей,- Эдвард задумчиво рассматривал янтарный напиток, словно ответ таился на дне бокала.

- Кто-то очень хотел наделать шуму, - проворчал Саймон.

- Именно. Создать шумиху, чтобы дискредитировать меня. Не императора, не  монархию, а непосредственно меня.

- Ну да. ты с красивой блондинкой, еще и врагом империи… - кивнул Джон.

- Верно. сразу бы вспомнили моего отца и что яблочко от яблони… вполне возможно, чтобы сохранить существующее положение вещей, мне бы пришлось отречься от престола…

Джон и Саймон многозначительно переглянулись.

- Думаешь, это Фелиция? - поинтересовался полковник.

- Устроила заговор? Вряд ли, она недавно слишком громко кричала о том, что я закончу так же, как и наш отец. К тому же ей нравится антураж, но не власть как таковая.

- Тогда кто? Муж принцессы? Джаспер?

- Тоже нет. Он слишком предан жене, и поэтому не станет подставлять ее. - Эдвард покрутил бокал в руках. - Хотя все равно не мешает проверить. Поэтому пока что вы оба не должны говорить, что я жив.

- Но Нед, - попытался возразить полковник.

- Джон, считай, что это - приказ. И подумай, как нам попасть во дворец, не привлекая внимания.

- Это не составит проблем. Мой флаер внесен в списки приоритетных. Мы легко пройдем посты.

- Хорошо.

- А что потом, Эдвард?

- Не знаю. Посмотрим по обстоятельствам… Что во дворце?

- Все тихо - отозвалась Селл механическим голосом. - Меня все еще пытаются взломать…

- Выведи трансляцию! - приказал Эдвард.

Снова гостиная. Фелиция в кресле, Джаспер у окна, всматривающийся в темноту ночи, вдовствующая императрица, сидящая на диване, рядом с ней прикорнула розововолосая девочка, Алекс.

- Селл, звук!

- Настраиваю.

Шум, последовавший за фразой, заставил сидящих за столом недовольно поморщиться.

- Да дай ты уже отпор! - взорвался Эдвард.

- А что, так можно было? - радостно удивилась сеть. И тут же ярко вспыхнула, но сразу же выровнялась, давая над столом четкую картинку того, что происходило во дворце

- А звук? - поинтересовался Саймон, с интересом  рассматривая пеструю компанию, находившуюся в гостиной.

- Пока не могу, - Селл делано смутилась. - Сэр Тоби изволят гневаться… и ругаться.

- И что с того? - поинтересовался Эдвард.

- Милый, боюсь, ты не знаешь таких слов.

- Тогда нам вдвойне стоит услышать то, что он говорит.

- Как пожелаешь  - промурлыкала сеть.

Приглушенные голоса наполнили комнату.

- Что поисковые группа? - спрашивал кто-то, кажется, премьер-министр.

- Пока без изменений. Прочесывают лес. Никаких следов.

Странно. А вот этот голос был ему незнаком. Что это во дворце происходит?

- Враки, - пробормотал Эдвард. - Мы ломились через бурелом как стадо слонов. Странно, что этого никто не заметил.

- Возможно, поисковая группа просто не может себе представить слона на каблуках? - предположил Джон, косясь на спящую на диване блондинку.

- Или просто не хотят замечать очевидное… - император тяжело вздохнул и страдальчески посмотрел на друга. - Только не говори, что придется менять командование и проводить учения…

- Ты сам это сказал, - Джон потянулся к бутылке.

Эдвард покачал головой и накрыл бокал ладонью:

- Мне хватит. Да и тебе, в сущности тоже. Завтра голова должна быть ясной.

- Как прикажете, - наигранно весело отозвался Джон. Эдвард ободряюще улыбнулся. Саймон, наблюдавший за обоими друзьями, скривился и пробормотал что-то о двух баранах, которые хорохорятся друг перед другом, хотя в воздухе уже пахнет шашлыком.

Эдвард усмехнулся, прекрасно поняв, кому адресовалось ворчание, и встал,вынуждая подняться остальных.

- Надо идти спать. Завтра тяжелый день.

Саймон кивнул, отсалютовал и вышел первым.

- Пойдешь в казармы? - поинтересовался полковник Уайт у друга.

- Нет. Это рискованно. Могут заметить,- Эдвард задумчиво посмотрел на диван.

- Если ты поднимешь ее, я смогу разложить, - предложил Джон. Император помотал головой:

- Не забывай, что она - адвокат. Обнаружив, что мы спали рядом, она вчинит мне такой иск, что мне придется продать Альвион и еще с десяток планет.

- Ваше величество, держите - Саймон снова появился в кабинете, неся в руках спальный мешок и комплект формы, включая ботинки, на которые император посмотрел со странноватым выражением. - Надеюсь, вам будет комфортно.

- Ты хоть помнишь, как его расстилать? - поинтересовался Джон.

- Не волнуйся.

- Если что - зови! - с этим напутствием Джон покинул кабинет вслед за Саймоном.

Эдвард скинул убитые туфли, с покосившись на Эмбер, сорвал с себя костюм, переоделся, расстелил спальный мешок - выдумали тоже - помогать. Тут только за веревку дернуть да раскатать. С наслаждением растянулся, наслаждаясь теплом и покоем и тем, что никуда не надо идти.. Он, как ему казалось, долго прислушивался к звукам снаружи: шагам караульных, бряцанью оружия, отрывистым командам, а потом глаза закрылись и он, наконец,заснул.

Глава 4

Просыпаться было тяжело: все тело ломило, а рука, на которую во сне Эмбер положила голову, онемела. Женщина попыталась пошевелить пальцами и застонала: ощущение, будто сотни тонких игл пронзили кожу.

- Доброе утро!

Бодрый до отвращения голос заставил подскочить.

- Вы? - спросонья голос был хриплым и напоминал карканье вороны.

В памяти сразу же пронеслась вчерашняя ночь, падение флаера  отсвечивающий зеленоватым в приборе ночного видения лес и выматывающий путь к автобану.

- Вы ожидали увидеть кого-то другого? - Эдвард изогнул бровь так, что Эмбер невольно залюбовалась. Надо же, как непринужденно у него получается этот жест, описанный в множестве романов. Читая их, чтобы отвлечься от юридической литературы, Эмбер сомневалась, что подобная мимика вообще возможна. Сейчас император с легкостью продемонстрировал, что она заблуждается.

Эмбер вздохнула и вылезла из-под пледа. Как только ступни коснулись пола, ноги отозвались мучительной болью.

- Вот, держите, - Эдвард совершенно правильно истолковал гримасу на ее лице.

- Что это? - Эмбер подозрительно взглянула сначала на белую таблетку, потом на императора.

- Армейский обезбол. Помогает в экстренных случаях.

- Спасибо. я воздержусь.

- Зря, - он покачал головой.

- Думаю, я сама могу решить: зря или нет! - парировала Эмбер, которую всегда раздражали утренние разговоры до того, как она выпила кофе. А уж мысль о том, что она не могла нормально умыться приводила в бешенство.

- Душевая командного состава к вашим услугам, госпожа Дарра. К сожалению, свежей одежды предложить не могу - вашего размера нет на складе.

- Скажите проще, на складе вообще нет женской одежды, - пробурчала Эмбер, нь уже более миролюбиво: мысль о горячем душе победила желание убивать.

- Нет, - подтвердил Эдвард. - Мы ведь консерваторы и считаем, что женщинам не место в армии!

- Вы говорите о себе во множественном числе? - фыркнула Эмбер.

- Только во время официальных церемоний.

- Да, верно, - чтобы встать с дивана ей пришлось опереться на ближайший стул. Кто бы мог подумать, что в теле человека столько мышц! До сегодняшнего утра Эмбер и не задумывалась об этом, но сейчас у нее болело все. Осторожно она попыталась сделать шаг и сдавленно охнула.

- Предложение обезбола все еще в силе, - Эдвард с сочувствием наблюдал за ней.

- Мой отказ тоже.

- Зря.

- Только не говорите, что вы приняли таблетку!

- Я принял две. Не люблю страдать понапрасну, - понаблюдав еще немного за ее гримасами, император встал и подхватил женщину на руки.

- Что вы…

- Делаю? Несу вас в душевую, тем самым сберегая драгоценное время! - широким шагом он пересек коридор и опустил Эмбер перед невыразительной дверью, окрашенной в цвет стены.

- Чистые полотенца слева в шкафчике. Полчаса сюда никто не войдет. Разденетесь сами или помочь?

Не понимая, последняя фраза - глумливая шутка или просто предложение помочь, Эмбер смерила его гневным взглядом и скрылась, гордо хлопнув напоследок дверью.

Душевая оказалась достаточно безликой. Но вода была горячей, струи - упругими, гель для душа, правда, оказался мужским и пах… Эдвардом. Эмбер с опаской покосилась на дверь. Не потому, что думала, что. император может ворваться в душевую, нет. Потому что в этот момент ей захотелось, чтобы он так сделал. Словно бы и случайно приоткрылась дверь. Один шаг, другой. Руки на ее плечах. Она закрывает глаза и подается к нему. Но он выжидает - мучительно, неправильно. И она знает, чего он ждет, пытая этими мгновениями и себя, и ее. Он ждет ее “да”.

И она ему скажет… сказала бы…

Ей пришлось прикусить губу, чтобы заглушить непрошенный стон. И словно его услышав, а это ведь не так? Она распахнула глаза.

Деликатный стук в дверь заставил ее окончательно прийти в себя.

- Эмбер, с вами все в порядке? - вежливо поинтересовался герой ее грез. Интересно, что будет, если она скажет, что нет? Он ворвется? Или отправит полк солдат спасать королевского секретаря?

- Эмбер…

- Да, - отозвалась она. И это проснувшись была недовольна своим голосом? Считала, что говорит, как ворона. Ха.

Быстро смыв гель, с сожалением посмотрев на незнакомый шампунь - голову в полевых условиях она мыть  не решилась - ее еще и сушить, она вышла из душа. Ее одежда: грязная и основательно помятая жалкой кучей лежала на полу. Эмбер с отвращением натянула ее, побрезговав бельем, и вышла.- Доброе утро! - теперь рядом с императором стоял незнакомец в военной форме. Судя по морщинам на лице и седым вискам, он был гораздо старше Эдварда.

- Доброе утро, - поприветствовал ее незнакомец. - Позвольте представится: Саймон О'Нейл.

- Очень приятно, Эмбер Дарра.

- Да. Я знаю, - широко улыбнулся он.

Ответить было невозможно, и Эмбер, улыбаясь, протянула руку, которую очень осторожно сжали и аккуратно тряхнули.

- Я подумал, что вам будет комфортнее переодеться, - продолжил Саймон, протягивая Эмбер небольшой пакет.

- Что? - она не поверила собственным ушам.

- Переодеться, - спокойно пробасил он. - С размером, конечно, я мог не угадать, да и вещи самые простые, но новые.

- Спасибо, - тепло поблагодарила Эмбер. Прижимая к груди заветный макет, она вернулась в душевую и достала вещи.

Самые обычные джинсы, плотная темная футболка и легкие кроссовки. Белья не было. Надеясь, что плотный трикотаж скроет его отсутствие, Эмбер переоделась, закинула изничтоженный вчерашней ночью костюм в пакет. Первым порывом было оставить все у мусорного ведра, но это могло вызвать вопросы у командного состава базы. Поэтому она предпочла забрать все с собой. Держа туфли в руках, она вышла в коридор.

- Куда это можно выбросить?

- Давайте, - Саймон с легкостью выхватил пакет из рук женщины и закинул туда туфли.

- Мои вещи тоже не подлежат починке, - грустно заметил император.

- Вы что - когда-то в своей жизни отдавали что-нибудь в починку? - удивилась Эмбер.

- Разумеется. Постоянно. Я не настолько богат, чтобы разбрасываться деньгами ради очередного костюма или пары обуви.

- О, - вспомнив о правилах приличия, Эмбер повернулась к Саймону. - Деньги! Мистер О’Нейл…

- Саймон, - оборвал он ее.

- Саймон, сколько я должна вам за одежду?

- Ровным счетом ничего, - добродушно отмахнулся он.

- Но…

- Чек пришлют мне, - Эдвард оборвал все возражения. - И поспорить со мной по этому поводу вы можете за завтраком во флаере.

Эмбер вздрогнула, окончательно возвращаясь в реальность. О чем она только думает! Вчера их с императором чуть не убили,ее дочь во дворце, а она сама!..

Она бросила взгляд на виновника всех ее бед. Неизменно подтянутый, император Альвиона даже в обычной одежде вызывал… Трепет? Эмбер не могла назвать это чувство. Но сейчас, глядя на монарха она отчетливо понимала, почему на Альвионе сохранился монархический строй, пусть даже ограниченный конституцией.

- Не переживайте, - Эдвард интерпретировал затянувшееся молчание по-своему. - Все обойдется.

Эмбер покачала головой. И как она дала себя втравить во все это? Побег дочери, ее отказ возвращаться, попытки наладить с ней отношения - все эти проблемы перед лицом вчерашней смерти казались такими же незначительными, насколько раньше казались неразрешимыми. Поглощенная этими мыслями, она позволила увести себя на площадку для посадки флаеров. При виде огромных, поблескивающих на солнце летательных аппаратов, сердце тревожно забилось, а во рту пересохло. Перед глазами пронеслись воспоминания: потерявший сознание пилот, император, разрезающий силовой кабель… в голове зашумело, а все вокруг поплыло.

- Эмбер, все в порядке. - кажется, ее подхватили за плечи . - Эмбер, посмотри на меня!

Ее встряхнули, словно куклу.

- Давай же! Вздох… выдох…

Сработало. Опомнившись, Эмбер подняла голову и встретилась взглядом с голубыми глазами императора. Он выглядел невозмутимым, словно каждое утро просыпался на военной базе после неудачного покушения.

- Как вы живете? - вырвалось у Эмбер.

- Простите? - он озадаченно нахмурился.

- Как вы можете спать, есть, да просто жить после такого?

- Такого?

- Вчерашнее поку

- А, вы про это, - широко улыбнулся Эдвард. - Честно? Никогда не задумывался. Когда получается спать - сплю, когда голоден - ем…

- Но ведь…

- Эмбер, послушайте, - он осторожно взял ее руки в свои. - Все равно будет как будет. Другое дело, что надо приложить все усилия, чтобы получилось так, как надо тебе.

- И как же вам надо?

- Сейчас мне надо, чтобы мы вылетели. Пойдемте!

Эдвард подхватил ее под руку и уверенно провел во флаер. усадил в достаточно узкое, но удобное кресло и лично включил поле защиты.

- Это - спортивная модель, так что долетим быстро, - проинформировал он женщину, проходя вперед и занимая место рядом с Джоном, который загружал маршрут в навигатор.

Эмбер кивнула и предпочла сосредоточится на дыхании. Как она не старалась казаться спокойной, руки все равно подрагивали. Поглощенная своими страхами, она пропустила момент, когда фаер завибрировал сильнее. потом ее вдруг вжало в кресло, а желудок ухнул куда-то вниз.

Флаер резко набрал высоту, заложил крутой вираж над базой и рванул вперед. Вцепившись ногтями в обивку сидения. Эмбер краем глаза заметила, что император улыбается. в его глазах вспыхивал азарт. Она поняла, что он не собирается останавливать друга, явно решившего поставить рекорд скорости.

- Думаете, подобная скорость не привлечет внимание служб, контролирующих воздушное пространство? - женщина постаралась, чтобы фраза прозвучала небрежно.

Мужчины переглянулись.

- А ведь твой секретарь права, -  с сожалением в голосе произнес, Джон сбрасывая скорость.

Эдвард тяжело вздохнул, но возражать не стал.

Ко дворцу они подлетели с непривычной стороны. Приземлились среди небольших флаеров, заполнивших почти всю парковку.

- Приехали! - Эдвард отстегнул силовые поля и повернулся к Эмбер. - Это - вход для слуг и парковка для их флаеров. Сейчас все усилено патрулируется, так что - вот, наденьте!

- Зачем? - эмбер недоверчиво взглянула на протянутую ей кепку с вышитым вензелем: переплетенные буква “Э” и галочкой, символизирующей цифру пять.

- Так вы не будете выделятся.

Сам он встал и нацепил черную куртку и такую же черную кепку, моментально став похожим на охранника. Джон последовал его примеру. Пожав плечами, Эмбер надела кепку, натянув ее на лоб так, чтобы козырек скрывал лицо. покрутила головой, демонстрируя мужчинам.

- Отлично. Идем! - бросил Эдвард, пропуская Джона вперед. на Эмбер он даже не взглянул. Чувствуя себя уязвленной, она последовала за мужчинами.

Дворец напоминал растревоженный улей. Все куда-то спешили, то тут, то там слышались звонки галафонов. Несколько раз их останавливала охрана, но Джон неизменно демонстрировал документы и те брали под козырек. Узкие безликие коридоры сменяли один другой, и Эмбер, поначалу пытавшаяся следить, где они идут, окончательно запуталась, когда император, тщательно убедившись, что за ними не следят, юркнул в одну из комнат.

- Заходите, отрывисто приказал он.

Недоумевая Эмбер подчинилась, Джон зашел последним и тщательно закрыл дверь.

- Надеюсь, госпожа Дарра, мне не придется напоминать вам, что вы подписывали документ о неразглашении государственной тайны, - строго произнес Эдвард.

- Вы уже напомнили об этом, - сухо отозвалась женщина. Она терпеть не могла театральных моментов, а сейчас поведение императора напоминало дешевое представление.

- Хорошо, - он кивнул и подошел к старинному шкафу, закрывавшему полстены. Внимательно всмотрелся в резьбу и вдруг достаточно быстро сдвинул несколько завитушек. Что-то скрипнуло, а потом шкаф отъехал в сторону.

- Подземный ход? - ахнула Эмбер, недоверчиво переводя взгляд с темнеющего в стене проема на хозяина дворца.

- Потайной, - поправил ее император.

- И куда он ведет?

- В мою спальню, - эдвард усмехнулся. - Один из моих предшественников был гм… очень любвеобилен, и, чтобы жена не поймала его с поличным, повелел построить потайной ход. Уже перед смертью он открыл эту тайну наследнику.

Он шагнул в темноту.

- Хотите сказать, что о нем до сих пор никто не знает? - Эмбер заглянула внутрь.

- Все знают, конечно, пришлось даже сигнализацию ставить, - хмыкнул Джон.

- Да, но во внутренних комнатах нет охраны, они патрулируют внешний периметр, Это поможет нам дойти незамеченными, - Эдвард приложил ладонь к сканеру. вверху вспыхнул свет, превращая таинственный тоннель в обычный безликий коридор. - Селл, зацикли изображение камер!

- Сделано! - голограма, на этот раз женское лицо в фуражке, возникла перед глазами. - какие еще будут приказы, мой генерал?

- Тебя перестали взламывать?

- Да, я немного похулиганила с твоим секретарем. Он оказался занудой.

- Тоже мне новость, - хмыкнул Эдвард, шагая вглубь тоннеля. - Эмбер, Джон, поторопитесь!

Поняв, что она упустила момент, когда из “госпожа Дарра” превратилась в просто “Эмбер”, женщина направилась за императором.

Глава 5

Как Эдвард и говорил, они оказались в спальне. Вышли из такого же шкафа,по всей видимости, предок императора не слишком отличался воображением, или просто не считал нужным оригинальничать.

- Переодеваться будешь? - поинтересовался Джон у друга, тот мотнул головой:

- Потом. Время сейчас дорого.

Полковник кивнул.

- Почему бы вам просто не заявить о своем прибытии? - Эмбер наконец решилась задать этот вопрос. - Тогда не пришлось бы устраивать эту игру в шпионов.

- потому что авария - не случайность и мне очень хочется посмотреть на лица тех, кто сейчас находится во дворце.

- Думаете, заговорщики себя выдадут?

- Как верно заметила ваша дочь, мои подданные не слишком хорошо играют в карты. Селл, блокируй связь в радиусе одной мили.

- Сделано!

Эдвард вышел и, уже не таясь, направился к гостиной. Он не стал оборачиваться, но знал, что Эмбер Дарра следует за ним. Он стиснул зубы, пытаясь сохранить трезвость ума. Удивительное дело, но эта хрупкая блондинка вызывала в нем нешуточные страсти. Особенно если вспомнить, что сейчас на ней нет белья…

Он запнулся и едва не упал, выпрямился, бросив из-за плеча на виновницу его бушующих гормонов.

“Закрой глаза и думай об Альвионе!” - мысленно приказал император самому себе. Помогло мало. Выдохнув, он продолжил свой путь.

- Стой! - стражник, несший караул у дверей попытался преградить путь, его напарник внимательно взглянул на императора и выпучил глаза: - В-ваше…

- Тихо, - приказал Эдвард, подходя к дверям. - О моем появлении не распространяться. Селл, трансляцию!

Гул голосов между тем стал громче, а потом и вовсе распался на отдельные слова.

С волнением Эмбер вглядывалась в голографическое изображение, выведенное на стену. Принцесса Фелиция замерла у балконной двери и с негодованием взирала на стоящих перед ней мужчин. Алекс заметно не было, но Эмбер знала, что дочь там, за проклятой дверью, которую ей не позволили распахнуть.

- Флаер найден в зоне крушения, тел на нем не обнаружено, - уверенно и даже с каким-то чувством превосходства (непонятным, но ярко выраженным) докладывал какой-то господин в сером костюме.

- Любопытно, почему в моем дворце люди, которых я не знаю? - проворчал Эдвард.

- Можно предположить, что его величество был захвачен. - продолжил господин в сером костюме, даже не догадываясь, что вызвал достаточно бурную реакцию его величества. Но со снисхождением глядя на министров, непозволительно похожих на заквохтавших куриц.

- Это Альянс! - воздевал руки к небу министр юстиции. - О, бедный наш император. А все эта женщина!

- Скорее, Вольные миры, - с тщательно отмеренной горечью в голосе отвечал ему министр иностранных дел.

- И почему ему в голову не приходит, что мы просто-напросто отступили? - возмутился император. - Хорош бы я был, если бы меня было настолько легко захватить.

- Задержать механика, повредившего флайер, к сожалению, не представляется возможным. - Переждав возгласы членов кабинета министров, продолжил человек в сером.

И снова стенания, от которых Эдвард морщился.

- Почему? - прорвался через гвалт спокойный, ледяной голос Фелиции. Сухие глаза, прямая спина, руки за спиной - то ли, чтобы не показывать, что они дрожат, то ли чтобы не надавать пощечин совету министров в полном составе. А рядом с ней, в точности копируя позу сестры императора, стояла Алекс. Сердце Эмбер пропустило удар. Дочь была бледной, но держалась.

- Он найден мертвым, ваше высочество.

- Хотите сказать, вы его упустили?

- Ваше высочество!..

Министры наперебой принялись уверять, кто о том, что  вообще не знали, кто -  что все под контролем.

Гвалт моментально достиг апогея. Эмбер представила себе, как внимательно служба безопасности будет отрабатывать эту запись потом, отслеживая не только кто что сказал, но и каким тоном. Какая при этом была поза. Выражение лица. И что-то ей подсказывало, что для кабинета министра ничем хорошим этот кризис не закончится. Хотя и ей стоит забрать дочь и отправиться восвояси. Непонятно куда, но как можно дальше.

- Ваше высочество! - нервные голоса оборвались вдруг, как по команде. И вперед выступил премьер: - Ситуация отчаянная, И требует решительных мер. Дабы как-то купировать кризис и не допустить волнения народа Альвиона, мы вынуждены предложить вам власть.

- Что? - дрогнули побелевшие губы сестры императора.

- Только чтобы избежать волнений. И сохранить империю. Вы должны это сделать. Мы готовы принести присягу.

В этот момент камеры Селл проехались не только по всем, кто стоял у окна, окружая принцессу, но и вообще всех, кто был в гостиной. Эмбер вгляделась в кадры, автоматически отмечая выражения лиц.

Сэр Тоби, отодвинутый в сторону высокопоставленными вельможами, не сводит глаз с Фелиции. У него подрагивают губы, а в глазах - целая буря. Как будто он вот-вот станет обладать любимой женщиной. Снулой рыбой его назвать точно нельзя.  Джаспер, наоборот, стоит около дверей с непроницаемым лицом. Он какой-то отстраненный. И получается,что он лучший игрок в покер из всех присутствующих. По нему ничего не прочесть. Кроме, пожалуй, неприязни к секретарю императора. Министры сбились в кучу около Фелиции, кроме, пожалуй, министра здравоохранения и министра транспорта. Те буквально на шаг отошли чуть в сторону - вроде бы и со всеми, а вроде бы и чуть поодаль. Военный министр что-то сказал человеку в сером - они явно были знакомы.

На секунду камера замерла. Вдовствующая императрица сидела с абсолютно непроницаемым лицом и не сводила взгляда с внучки.

- Вот как? - медленно проговорила Фелиция дрожащим от злости голосом - ей изменила выдержка. - Вы отказываетесь продолжать поиски?

- Разумеется,  нет! - вмешался военный министр. - Поиски будут продолжены, но чтобы успокоить народ, мы объявим вас регентом… регенткой…

- Регентшей, - не сдержавшись, подсказала ему Алекс, заслужив один благодарный взгляд и несколько гневных.

- Нет! - Фелиция скрестила руки на груди. - Я отказываюсь участвовать в этом!

- Но ваше высочество…

- Мой брат жив. Он заканчивал военную академию в числе лучших, он был на боевой службе и я не верю, не желаю даже допускать мысли, что он мог… - Она отвернулась и снова посмотрела в окно. - Продолжайте поиски!

- Как вам будет угодно, - подал голос министр иностранных дел, - но позвольте заметить, что долго скрывать исчезновение его величества не представляется возможным. сегодня-завтра это все просочится в прессу.

- Это - угроза? - Фелиция изогнула бровь. - Вы. Угрожаете. Мне?

- Я - нет. Эта ситуация угрожает всем нам. Последствия вашего решения могут оказаться фатальными для всего Альвиона.

- И позвольте поинтересоваться, чем именно? - Эдвард открыл дверь и шагнул внутрь.

В гостиной воцарилась оглушительная тишина, в которой эхо шагов императора прозвучало зловеще.

- Мама! - Алекс опомнилась первой. не скованная условностями, девочка кинулась к Эмбер и повисла на шее. - Мамочка!!!!

Ее крик вывел остальных из оцепенения.

- Нед! - Фелиция прошла к брату, гадая, обнять его или же оттаскать за волосы.

- Ваше величество! - министры окружили императора, сэр Тоби попытался присоединиться, но был бесцеремонно отодвинут вместе с креслом. Первый секретарь попытался встать и едва не упал, не поддержи его один из гвардейцев.

- Мамочка, где вы были? Почему вас не могли найти? Почему вы не связались? - все перекрывал звонкий голос Алекс. - Вас и вправду похитили?

- Я… Мы… - растерялась Эмбер, не зная,что можно говорить, а что говорить нельзя при таком скоплении народа.

- Думаю, мы обсудим это позже,- вмешался император. - В любом случае, госпожа Дарра всего лишь выполняла мои приказы.

- То есть вас никто не похищал? И вы просто не давали о себе знать, потому что… - дочь быстро сложила два плюс два. Под ее пронзительным, требовательным взглядом Эмбер не смогла юлить и только кивнула.

- Вот и прекрасно, - Алекс вырвалась из объятий матери. И рванула к двери, чуть не снеся сэра Тоби вместе с его креслом. Джаспер успел отступить. И даже открыл дверь перед маленькой разъяренной фурией, опасаясь, видимо, за сохранность императорского дворца.

- Алекс! - Эмбер, забыв обо всех и обо всём, кинулась за дочерью.

- Научили бы вы свою девочку вести себя в приличном обществе, - скривился министр юстиции.

- Милорд, - прошипела на него Фелиция, что успела прежде всех. - Смею вам напомнить. что этот ребенок был с нами на протяжении всех этих часов и вел себя достойно. Очень достойно. “В отличие от многих”, - явственно читалось между слов. Лорд Болленброк насупился, но промолчал. впрочем никому до него не было никакого дела.

Эмбер попыталась последовать за дочерью, но ей помешали.

- Подождите, - прошептала Мария-Терезия, едва ощутимо касаясь ее руки. - Чуть позже. Дайте девочке успокоиться.

В мертвой тишине, которая повисле после появления императора и выступления Алекс, она подошла к внуку.

- Ваше величество, - она склонилась в реверансе. - счастлива вас видеть живым и невредимым.

Ее поступок послужил сигналом остальным. Реверанс Фелиции, поклоны… Эдвард смотрел на все это, гадая кто же их присутствующих замешан в заговоре. Разумеется, чуть позже он передаст Джону записи, сделанные Селл, по которым можно будет проанализировать поведение каждого, кто был во дворце, но ему хотелось знать уже сейчас. Чтобы понимать, кто из них - его враг. впрочем, что понимать. Друзей среди кабинета министров у него нет.

Император покосился на сестру. Ну хоть в ней можно быть уверенным. Как бы они не ссорились, слова принцессы, сказанные недавно в этой комнате показывали, что она всецело предана брату. А вот Джаспер… смог бы он? Эдвард внимательно посмотрел на зятя. Заметив это, тот поднял вверх большой палец, показывая, что рад счастливому завершению треволнений. Затем он подошел к жене, наклонился и что-то шепнул. Фелиция согласно кивнула.

Эдвард мотнул головой, отметая крамольные мысли. Нет, Джаспер слишком хорошо знает свою жену и смог бы предугадать ее отказ стать регентом. Бабушка тоже исключается. Остаются министры и… Император еще раз посмотрел на сэра Тоби.

Честно говоря, больше всего ему хотелось, чтобы это оказался именно его секретарь. И он непроизвольно повернулся к Эмбер.

В простой футболке и джинсах, лишенная брони серых костюмов и туфель на каблуках, она казалась настолько хрупкой и беззащитной, настолько юной и желанной, что хотелось выгнать всех, прижать ее к себе - и никогда не отпускать. И как-то не помогали уже мысли о долге перед Альвионом и кабинет министров в полном составе. Но… Она смотрела на него с таким отчаянием и ненавистью, что император понял: не простит. Она никогда не простит ему эту ссору с дочерью.

Он подавил тяжелый вздох, подошел к бабушке, поцеловал ей руку, чуть дрогнувшую - безусловно и Марии-Терезии эти часы дались нелегко. Потом была Фелиция. Странно, но сестра смотрела на него, скорее с одобрением. Как-то он отвык от такого выражения ее лица.

- Сестра, - чуть склонил он голову.

- Брат, - в тон ему ответила принцесса.

Невысказанные слова клятвы повисли в воздухе.

“Ты - мой брат и сюзерен. Я всегда буду верна тебе”, - говорил взгляд Фелиции.

“Ты - моя сестра и вассал. Я всегда буду защищать тебя.”

- Господа, - обернулся он к своим министрам. -  Можете быть свободны.

Император поймал себя на мысли, что смотрит на своих растерянных, оглушенных, бормочущих что-то принятое министров … с удовольствием. Как будто он победитель. Это было неправильно. Потому что оставался главный вопрос. И он касался даже не покушения, которое надо расследовать.  Разогнать он их, предположим, разгонит. Даже Фелиция поняла, похоже, что это попросту необходимо. Вопрос в том, кого он поставит на их место. И как заработает на благо империи уже его собственный аппарат.

- Останьтесь, - очнулся от своих мыслей, когда к двери последним подошел человек в сером. - Я хочу с вами поговорить.

Поклон. И молчание.

.- Следуйте за мной, - подавляя в себе раздражение, бросил Эдвард. Кабинет его был рядом, он с удовольствием уселся в кресло, вытянул гудящие от напряжения ноги. И только потом внимательно посмотрел на челорвека, вытянувшегося перед ним. - Напомните ваше имя.

- Полковник Адамсон, служба контрразведки. Назначен исполняющим обязанности начальника службы безопасности вашего величества.

- Вот как, - побарабанил по столу император. - А где лорд Флетчер-Вейн?

- Задержан до выяснения подробностей покушения на ваше величество.

- А кем назначены вы?

– Лордом Гастингсом.

- Любопытно, - поднял на его глаза Эдвард, отметив про себя, что полковник, судя по имени, не аристократ. - И почему военные расследуют покушение и занимаются организацией моей безопасности? А вас назначает военный министр?

- Почтительно прошу обратиться с этим вопросом к моему командиру. Я получил приказ - и его выполняю. Но смею заметить, что после покушения вы доверили свою жизнь именно нам, военным.

“Я доверил свою жизнь моему другу,” - подумал император, но полковнику, понятное дело, ничего не сказал.

- И какие у вас версии?

- Их немного, - видя, что его внимательно слушают, человек в сером костюме словно воспрял духом. -  Основная. Заказчик - из Вольных миров.

- Но?

- Простите, ваше величество.

- Я слишком хорошо различил сомнение в вашем голосе.

Полковник кивнул:

- Понимаете… эта версия слишком очевидна. Бывшие колонии стремятся отомстить…

Эдвард нахмурился:

- Хотите сказать, нам ее стараются подсунуть?

- Именно.

- Откуда такая уверенность?

Адамсон пожал плечами:

- Я видел повреждения вашего флаера - его доставили к нам в отдел. Для экстремистских организаций слишком тонкая и слишком бессмысленная работа. Смысл устранять одного человека, если можно устроить взрыв и погибнет гораздо больше?

- Но если этот человек - император?

- Король умер, да здравствует король, - полковник зло усмехнулся. - Нет, цель экстремистов - дискредитировать режим. Следовательном - большое скопление народу. Потом взять ответственность на себя и привлечь средства массовой информации на свою сторону. Вспомните, как было при вашем деде, когда Вольные миры хотели отделиться. И потом, никогда до флайера императора никто из них не добирался.

- Значит, свои?

- Получается,что так, ваше величество.

Эдвард украдкой потер виски. Смешно, но он до последнего надеялся, что враг все-таки окажется вне страны.

- А почему вы доложили, что нет следов? - спохватился он, видя что собеседник поглядывает на часы. - Вы не могли не видеть.

- Ваше величество. - полковник невольно улыбнулся,. - Поймите правильно: вы направлялись к базе. С вами был раненый. Поэтому я посчитал, что мой долг - дать вам свободу для маневра.

- Благодарю за службу. - задумчиво проговорил император положенные слова.

- Служу империи, - откликнулся полковник.

Его величество откинулся на спинку кресла. И задумался. В игру вступили военные. И министр лично, который все годы, что при отце, что при нем, ни в какие политические игры не влезал. И даже, более того, максимально дистанцировался от них. И что все это значит?

Глава 6

- Покушение на его величество - ваша работа, госпожа Дарра!

Министр юстиции раздувал щеки. Или это они у него сами по себе раздувались? От гнева или от непомерной гордыни, ничем, кстати говоря не подкрепленной.

- Доказательства? - по привычке холодно поинтересовалась Эмбер.

- Что? - оппонент взвизгнул, словно поросенок, которого вот-вот прирежут.

- Вы выдвинули обвинения. Хотелось бы увидеть доказательства.

- Мы не на суде!

- Пока что. Но имея только голословные утверждения, вы проиграете процесс. впрочем, ничего нового, - она демонстративно отвернулась, давая понять, что разговор закончен.

- Это мы еще посмотрим! - змеиное шипение за спиной заставило скривить губы в улыбке.

Признаться, она испытала наслаждение, в очередной раз одерживая верх над человеком, который олицетворял для нее все то, что она терпеть не могла: глупость, ханжество и чванство, помноженные на статус человека, которому никогда в жизни не приходилось чего-то добиваться самому. И который (как он считал) имел право кидаться голословными обвинениями, что в условиях дворца еще и записывались. Ну как глупый избалованный ребенок, которому вместо пирожных выдали на ужин цветную капусту, право слово. Вот сейчас упадет на пол и засучит ногами.

- Лорд Ворт, - голос вдовствующей императрицы звучал очень нежно. - Мне кажется, вы слегка заблуждаетесь.

- Ваше величество, - попытался возразить министр. - При всем почтении…

- Не думаю, что оно есть, - пробормотала Мария-терезия вроде бы тихо, но тем не менее все присутствующие ее услышали. Министр юстиции вздрогнул, но продолжил:

- Ваше величество, вы же понимаете, что присутствующая здесь господа Дарра - гражданка враждебного нам государства!

- Мы враждуем с Альянсом? - изумился сэр Рочестер. - С каких пор?

Лорд Ворт кинул на него надменный взгляд:

- Вы прекрасно понимаете, о чем я!

- Лорд Ворт, вы любите читать детективы? - внезапно поинтересовалась вдовствующая императрица.

- Что вы, ваше величество, - министр юстиции напрягся. - Как можно читать такую чушь?

- Отчего же чушь? - кончики губ бабушки императора приподнялись, похоже, по ее мнению, это должно было символизировать дружелюбие. - Вот я, читая эту, как вы выразились “чушь”, знаю, что первым делом проверяется мотив, возможность и средства. Странно, что вы не в курсе. Или книги лгут?

- О, ваше величество, я знаю об этом! - уверил министр юстиции.

- Тогда странно, что вы выдвинули обвинения, не предоставив доказательств, - вдовствующая императрица приподняла брови.

- Мы их ищем.

- Неужели начали работать? - проворчала Мария-Терезия и, улыбнувшись, продолжила чуть громче: - А знаете, что я еще узнала в детективах, милорд?

Эмбер сухо улыбнулась: судя по выражению лица, министра юстиции этот диалог начал утомлять, но по правилам этикета прекратить его первый он не мог.

- Что же, ваше величество?

- Что очень вредно кидать голословные обвинения и утверждать о вражеских намерениях других государств. За это могут в лучшем случае выставить ноту протеста, а в худшем - привлечь к ответственности, и не только вас! Всего хорошего, господа!

С этим она подхватила под руку Эмбер:

- Пойдемте, дорогая, признаться, я слегка устала, проведя ночь с таким количеством мужчин!

Эмбер подавила смешок и позволила увести себя.

- Вы и правда любите детективы? - поинтересовалась она, следуя через анфиладу комнат.

- Детективы? Я? - старушка фыркнула. - Терпеть их не могу: ругань, кровь и куча трупов.

- Но только что…

- Я в очередной раз поставила на место этих снобов. Когда уже Эдвард решится принять меры и разогнать этих бездельников?

- Все не так просто, - почему-то попыталась оправдаться Эмбер.

- Конечно, - Мария-Терезия замедлила шаг. - Но преимущество монархии заключается в том, что император может потребовать отставки кабинета министров. И не надо проводить референдумы или ждать истечения срока, как в случае с президентом. В этом глобальное отличие от так называемой демократии! Ну вот мы и пришли. Вы позволите?

Эмбер поняла, что они стоят перед дверями комнат, которые выделили им с Алекс, и вдовствующая императрица просит разрешения войти.

- Как я могу вам отказать? - пробормотала известный адвокат, лично распахивая дверь.

- Правильно, не можете, - Мария-Терезия переступила порог. - О, как мило…

Эмбер пожала плечами. Она слишком устала для светских разговоров с коронованной особой. К тому же еще надо было поговорить с Алекс…

Сердце женщины сжалось. Они едва стали налаживать отношения. Только-только все хоть как-то сдвинулось. И… вот… Она кинула взгляд на дверь в спальню дочери. Да, так и есть: там висела такая же табличка, что и дома. “Не входить!” И череп с костями.  Интересно, где дочь ее раздобыла? Впрочем, он-лайн магазины на Альвионе работали хорошо.

Истеричный смешок вырвался из груди женщины. Стоило менять страну, жизнь и рушить карьеру, становясь чуть ли не предательницей своей страны, чтобы снова и снова натыкаться на те же грабли.

Иррациональный гнев захлестнул Эмбер в глазах заплясали ослепительно белых мушки, в груди запекло. Она протянула руку, чтобы толкнуть дверь, влететь к дочери и высказать все. Но ее остановила твердая маленькая ладонь, опустившаяся ей на плечо:

- Вы позволите мне?

Она и сама не знает, как ей удалось успокоиться, не завизжать. Отошла в сторону. Мария-Терезия чуть улыбнулась ей одними глазами и решительно постучала.

- Никого нет! - сипло ответили из-за двери. - А если и есть, то я не желаю разговаривать.

- Может быть, вы сделаете исключение для меня? - бабушка императора говорила вроде бы и негромко, но реакция не замедлила проявиться.

Громкое “Ой!”. Грохот. Извиняющееся: “Одну минуту”.

Алекс распахнула дверь. И даже не запротестовала, когда за Марией-Терезией в комнату зашла и Эмбер.

“Вот почему у меня так никогда не выходит с дочерью? - продумала Эмбер. - С клиентами, оппонентами, судьями… Да с самим императором - выходит! А с дочерью - нет?!”

Она посмотрела на Алекс, которая настороженно замерла у дверей, демонстративно игнорируя мать.

- Я бы хотела пригласить вас погостить в моем поместье, - проговорила бабушка императора.

И Алекс, и Эмбер посмотрели на нее одинаково изумленно. И та, и другая ждали, что их будут мирить. И это не замедлила озвучить Алекс.

- С чего бы мне это делать? - Мария-Терезия пожала плечами.

- Ну… - Алекс попыталась придумать причину, но так и не смогла.

- Вот видишь, - вдовствующая императрица снова улыбнулась и присела в кресло, жестом предлагая обоим слушательницам последовать ее примеру. - Никогда не стоит вмешиваться в семейные отношения, моя милая, поскольку виноватой всегда окажешься именно ты.

- Разве я виновата в том, что мама всю ночь была неизвестно где, пока мы здесь сходили с ума от волнения? - взвилась девочка.

- Алекс, это образно. Ее величество имела ввиду, что родственники всегда разберутся между собой сами, - устало пояснила Эмбер, присаживаясь на стул.

Девочка прикусила губу, но сразе жде вздернула голову, давая остальным понять, что так просто не сдастся.

- Именно, - кивнула Мария-Терезия. - А поскольку беспокойство за близких людей сблизило нас. теперь, когда мы убедились, что они живы-здоровы, я приглашаю вас провести время в моем имении.

- Но… - Алекс украдкой бросила взгляд на мать, гадая, как та отнесется к предложению.

- Думаю, никто не станет возражать, к тому же по закону вы являетесь подопечной его величества, не думаю, что он будет против.

- Он даже не заметит пропажи, - проворчала Эмбер.

- У него слишком много дел. Разгонять кабинет министров - дело хлопотное. Так что вам двоим предстоит много работы, - вдовствующая императрица улыбнулась. Казалось, что она радостно предвкушает тот переполох, который поднимается при смене правительства.

- Думаете, я не найду время для общения с дочерью? - напряглась Эмбер.

- Конечно, найдете! При современных средствах связи это не проблема. К тому же вы можете приехать ко мне на выходные. И даже в сопровождении Эдварда. Думаю, к тому времени я перестану сердиться на него за сегодняшние события.

- Вы тоже сердитесь? - подала голос Алекс.

- Разумеется. Хотя, признаю, у него были причины поступить так, и даже вовлечь вашу мать во все это.

Девочка хмыкнула и явно задумалась, прикидывая, стоит ли соглашаться.

- К тому же совсем рядом поместье Уайтов. Вы, кажется, знакомы с Метью Уайтом.

Судя по лукавому взгляду, это была козырная карта, припасенная вдовствующей императрицей.

- Мэтт там? - оживилась Алекс. - Конечно, я поеду! Вернее, было бы неплохо…

Она замялась, понимая, что должна сказать что-то такое…

- Просто поблагодари ее величество за приглашение, - вполголоса подсказала Эмбер. Алекс уничижительно фыркнула, но послушно произнесла “спасибо”.

- О, не за что, - отмахнулась Мария-Терезия и демонстративно взглянула на часы. - Двадцати минут на сборы вам хватит?

- Конечно! - Алекс кинулась к шкафу.

Вдовствующая императрица встала и подмигнула Эмбер, приглашая ее выйти из комнаты.

- Надеюсь, вы не в обиде за эту маленькую хитрость, моя дорогая?

- Даже если я и буду возражать, это ведь ничего не изменит, верно? - хмуро отозвалась та, гадая, зачем бабушке императора отягощать себя обществом подростка.

- Скажем так, вашей дочери будет тяжелее уехать.

- Она все равно сделает это, там ведь Мэтт Уайт…

- Первая влюбленность, - Мария-Терезия вздохнула. - Она такая трепетная…

- Главное. чтобы обошлась без последствий… - проворчала Эмбер, вспомнив свою любовь к надменному альвионцу… и то, как она расплачивалась за свои чувства.

- Я прослежу за этим, - кивнула вдовствующая императрица. Разговор пришлось прервать, поскольку дверь распахнулась и на пороге возникла сияющая Алекс.

- Я готова!

- Прекрасно, - кивнула Мария-Терезия. - В таком случае, прощайтесь, и пойдемте!

Алекс замялась, глядя на мать. Только сейчас девочка сообразила, что приняла решение, даже не спросив ее. Эмбер вздохнула и подошла к дочери, поправила розовую прядь:

- Пожалуйста, будь благоразумна!

- Кто бы говорил, - пробурчала девочка.

С секунду они просто стояли друг напротив друга, а потом Алекс, кинув сумку на пол, порывисто обняла Эмбер.

- Пожалуйста, больше не пропадай! - прошептала девочка.

- Постараюсь. Звони мне, ладно?

- Ага, - Алекс снова подхватила сумку. - Мне пора.

Эмбер улыбнулась. У самого порога она, не выдержав, окликнула дочь.

- Да? - зеленые глаза уставились на нее, в них читалось нетерпение.

- Желаю хорошо провести время.

Алекс улыбнулась и вышла.

Госпожа Дарра прошлась по комнате, гадая, правильно ли она поступила.

- Дорогуша, если ты закончила кружить, то тебя ждут, - Селл возникла над головой. На этот раз голограмма изображала строгую учительницу с указкой.

- Император? - зачем-то уточнила Эмбер.

- А что, есть варианты? - фыркнула голограмма. - И поторопись, мне одной не справится!

Тяжело вздохнув, госпожа Дарра переоделась и поспешила в кабинет его величества.

Глава 7

Дворец гудел, как растревоженный улей. Новости о внезапном появлении императора разнеслись со скоростью молнии, и теперь обрастали подробностями. Проходя по анфиладам, Эмбер ловила на себе любопытные взгляды слуг, слышала перешептывания за спиной и понимала, что это - только начало. В приемной тоже было много народу: министры, секретари, военные, и несколько лиц в штатском, чей вид просто кричал о принадлежности к спецслужбам. При виде вошедшей женщины все разговоры вдруг смолкли.

Опытный адвокат и героиня бесчисленного множества таблоидов, сейчас госпожа Дарра почувствовала себя неуютно под пристальными взглядами присутствующих. Слишком уж они были… Она попыталась подобрать нужное слово, но в голову лезло только “понимающие”. да, именно такие, понимающие взгляды, от которых почему-то хотелось пойти в душ и долго стоять под струями воды, смывая с себя грязь.

- Эмбер, - бывший муж, бесцеремонно растолкав стоящих перед ним двух генералов, шагнул к ней.

- Чарльз, - она кивнула.

- Нам надо поговорить.

- Неужели? - фыркнула Эмбер.

- Да, я хочу забрать Алексию.

- Извини, это не обсуждается. Господа, я буду признательна, если вы покинете это помещение и подождите в… - она задумчиво щелкнула пальцами.

- Думаю, алая гостиная будет вполне подходящим местом, - донеслось из-под потолка. - Спасибо, Селл. Господа?

Эмбер ожидала возражений или насмешливых нападок, но к ее удивлению, все послушно направились к дверям. Все, кроме бывшего мужа. Барон Макленбургский остался стоять на своем месте. Эмбер бросила на него пристальный взгляд, отмечая оттопыренные уши и тонкие губы. Хорошо, что Алекс не унаследовала ни того, ни другого, ни, что самое главное, характера этого человека. Да вообще, сейчас с высоты прожитых лет, госпожа Дарра не понимала, как можно было влюбиться в такого человека.

- Чарльз, тебя это тоже касается.

Бывший муж явно не собирался уходить.

- Где Алексия?

- С чего вдруг такая забота о дочери?

- Ей нельзя оставаться здесь.

- Раньше ты так не считал, - хмыкнула она. - Особенно когда похищал дочь из моего дома и отдавал в заложницы императору!

- Это - всего лишь традиция.

- Тогда почему ты не отправил своего сына? - Эмбер вдруг замерла, пораженная догадкой. - Или ты знал, что так будет?

- Что ты спутаешься с императором? - фыркнул он.

- Что я… что? - Эмбер не поверила ушам.

- Милая, вас не было всю ночь. У тебя синяки под глазами. Интересно, что вы делали?

“Пробирались сквозь лесную чащу,” - пронеслось в голове Эмбер, но говорить вслух она не стала.

- Думай, что хочешь, - она прошла к своему столу. - Алекс ты не получишь и если сейчас же не покинешь дворец, я вызову охрану.

- Эмбер!

Демонстративно игнорируя бывшего мужа, она села за стол, развернула вирт-окна и только потом повернула голову:

- Ты еще здесь? Селл.

- Да, милая, - голос голограммы был до тошноты приторным.

- Вызови охрану.

Чарльз Макленбургский скрежетнул зубами.

- Я просто так не отступлю! Моя дочь не будет жить с королевской…

Кровь бросилась в лицо. Эмбер вскочила так резко, что кресло упало. Зло цокая каблуками она направилась к бывшему мужу. Он попятился. как раз в этот момент дверь распахнулась и в приемную вошли двое гвардейцев в алых мундирах.

- Госпожа Дарра? - они с любопытством рассматривали героиню сплетен.

- Барон уходит. Проводите его до ворот, - слова дались с трудом. больше всего хотелось отдать приказ о казни и посмотреть, как эти бравые ребята его исполнят. Понимая, что его сейчас выведут из королевского дворца на глазах у всех, барона Макленбургского перекосило.

- В этом нет нужды, я прекрасно помню дорогу, - надменно бросил он, направляясь к дверям. гвардейцы посторонились, пропуская его. В эту самую минуту император появился в приемной.

- Госпожа Дарра, с вами все в порядке?

При виде барона он нахмурился, а потом, заметив опрокинутое кресло, зло сверкнул глазами:

- Что случилось?

- Ничего страшного, - уверила его Эмбер, с удивлением понимая, что его величество готов с кулаками накинуться на обидчика. - Барон интересовался судьбой Алекс. Впервые за пятнадцать лет.

- Неужели? - Эдвард криво усмехнулся. - Лучше поздно, чем никогда, Чарльз?

Судя по виду, тот хотел высказать правителю все, что думает, но в последний момент удержался.

- Только не рассчитывай больше на алименты! - предупредил он бывшую жену, покидая, наконец, приемную.

От неожиданности прозвучавшей фразы Эмбер не сразу нашла что ответить.

- Он так щедро оплачивал содержание дочери? - поинтересовался Эдвард, поднимая кресло и ставя его обратно к столу.

- Что? Чарльз? Он вообще ни разу не перевел денег… - Эмбер покачала головой.

- И вы не настаивали?

- Разумеется, нет.

- Почему? - Эдвард присел на край стола, не сводя взгляда с хрупкой, но в то же время такой сильной женщины. Она пожала плечами:

- Тогда Алекс была бы должна ему… я не хотела обременять дочь.

- обременять?

- Конечно. получи она хоть что-то от Чарльза, она должна бы была ему в разы больше, и он наверняка, воспользовался бы этим.

- Почему вы вышли за него? - вопрос сорвался прежде, чем Эдвард успел подумать. Он внутренне напрягся, ожидая строгой отповеди, но Эмбер только пожала плечами:

- Мне было восемнадцать…

Эдвард кивнул, принимая объяснение.

- А когда родилась Алекс?

- Через год. Мне пришлось взять академический отпуск, - она прошла к окну, задумчиво смотря на зеленые газоны и пестрые клумбы одного из дворов. - Еще через полгода Чарльз уехал и прислал документы о разводе. Я подписала их, не глядя. Как потом выяснилось - зря.

- Вот как?

- Да, помимо отказа от его состояния я еще приняла на себя его долги в Альянсе.

- Много? - впервые в жизни Эдвард жалел, что живет не в то время, когда одного слова императора было достаточно, чтобы человеку отрубили голову.

- Порядочно, - голос Эмбер заставил вынырнуть из кровожадных мыслей.

- И вы их выплатили?

- Нет, рассмеялась она, качая головой. - Я пошла к Эшли.

- Эшли? - сердце неприятно кольнуло.

- Эшли Уилксу. Самому блестящему адвокату Альянса. К удивлению, он меня не выгнал, а выслушал и предложил сделку: он помогает мне разобраться с долгами, а я работаю у него секретарем. Так что, вы - не первый, кто предлагает мне подобную работу. Правда, Эшли не шантажировал меня дочерью.

- О, да, - неприязненно отозвался император. - У него были другие рычаги давления!

- Верно. В любом случае, именно Эш помог мне стать тем, кто я есть, - она грустно вздохнула, вспомнив последний разговор с другом. наверняка, Эшли считает, что она предала его.

Она повернулась и внезапно для себя самой встретилась взглядом с глазами императора. Он так и сидел на краю стола и пристально смотрел на нее. По его лицу трудно было предположить, о чем он думает, и Эмбер стало неуютно.

- Пора заняться делами, в гостиной куча народу, которые жаждут пообщаться с вами, ваше величество, - она села на свое место, и игнорируя императора, начала составлять список визитеров, фамилии которых любезно вывела на экран Селл.

- Да, конечно, - Эдвард нехотя поднялся и направился к себе, у дверей остановился и посмотрел на фигурку женщины. Такая хрупкая, и такая сильная… Он вдруг вспомнил, как вчера ночью они шли по лесу, пробираясь сквозь чащу, как потом она спала на диване у Джона, а он лежал на полу, долго прислушиваясь к ее размеренному дыханию, как утром она радовалась чистой одежде…

“Интересно, есть ли на ней сейчас белье?” - пронеслось в мозгу. Конечно, можно подойти и будто бы невзначай провести рукой по ее спине, осторожно развернуть к себе… Тело сразу же напряглось в такт порочным мыслям. Эдвард тряхнул головой. Что за наваждение? он давно не мальчишка, возбуждающийся от одной мысли об обнаженной женщине. К тому же госпожа Дарра - матерый адвокат и если он попробует соблазнить ее на рабочем месте, то скорее всего, ему придется продать пару дворцов, чтобы компенсировать свои оскорбительные действия. И тяжело вздохнув, император нашел в себе силы скрыться в кабинете.

Дверь хлопнула, и Эмбер, наконец, выдохнув, оторвала взгляд от экрана, на который пялилась. Да, да, именно пялилась - буквы прыгали, а в глазах рябило. Странно, но присутствие императора действовало на нее будто разряд электрического тока. По телу пробегала дрожь, ноги подкашивались, а дыхание перехватывало. И дело было вовсе не в голубых глазах его величества, и не в ямочке на его гладко выбритом подбородке…

Или все-таки в них?

“Я - взрослая, самостоятельная женщина!” - напомнила себе Эмбер, снова обращая взор к экрану. Повинуясь порыву, она вбила в юридический поисковик слово “измена империи”. Прецедентов оказалось немного. в основном, в древние века, когда изменников обезглавливали. правда, было пару случаев и в новые времена, и даже одна революция, где обезглавили уже короля. Впрочем, не прошло и четверти века, как монархию снова восстановили, сыну обезглавленного короля принесли извинения и посадили на трон.

- Итак, у нас почти ничего нет, - вздохнула женщина. - Придется жонглировать законами и создавать прецедент. Что там у нас полагается за измену?

- Смертная казнь! - Селл в образе палача с черным колпаком на голове и окровавленным топором на плече возникла перед глазами.

- Воспользовавшись правом на которую Альвион сразу же потеряет реноме среди остальных миров, - кивнула Эмбер. - Альтернатива - пожизненное заключение, стало быть, содержание за счет казны.

- И постоянные жалобы со стороны родственников заключенного на несправедливый приговор и ужасные условия содержания. Просто Клондайк для адвокатов.

Эмбер кивнула:

- Можно решить, что все затевалось именно для этого.

- Возможно, - Селл прислушалась. - Извини, дорогуша, надо бежать - служба!

Этот сумасшедший день закончился. Хотя казалось, этого не произойдет никогда. Посетители, спешившие заверить в своем почтении и преданности. Неискренние настолько, что Эдварду хотелось даже не посочувствовать. А подойти и обнять. И их было какое-то бессчетное количество. И к концу дня Эмбер стала бесить даже не ложь, а убитое количество времени, потраченное на бессмысленные разговоры.

На утро Эдвард вызвал Джаспера, похоже, удивив его весьма и весьма.

- Пожалуй, это единственное, что мы сделали сегодня толковое, - заметил император, устало откинувшись в кресле.

Из обеда у него был только кофе, в таком количестве, что в нем можно было утопиться. Или (Эмбер предпочла бы именно этот вариант) утопить посетителей. Особенно одного, надутого индюка в парадном мундире, которого выставила охрана.

- Ужинать и спать. – провозгласил свою волю Эдвард Пятый, покидая кабинет.

Короткий кивок, не менее быстрый реверанс – и она оказалась предоставлена самой себе.

За окном темно, на душе темно. Из последних сил удерживаясь от того, чтобы не стащить с себя туфли и не пойти по мягким коврам босиком, Эмбер дошла до своих комнат.

Пустых комнат.

Покосилась на галафон. Поняла, что если позвонит и услышит в голосе дочери гадостные недовольные нотки…

Нет. Она не силах сегодня. Завтра. Она сможет все завтра. Она справится со всем. В конце концов, у нее это всегда получалось. Получится и сейчас.

Душ. И спать.

Вот что за наивность?

Повернуться налево. Направо. Посмотреть в потолок. Поискать позу, которую бы тело не отвергало.

Любопытно, как император отнесется к тому, что она проникнет к нему в спальню. И… что?.. Потребует взять ее на ручки и пообещать помирить с дочерью? Или сразу начнет домогаться, покусившись на честь империи. Надо признать, Эдвард ее привлекал. Так, наверное, не было даже с ее бывшим мужем, когда голова отключилась. И включилась… что? Страсть? Хорошая фантазия, что придумала романтический безупречный облик, в который она поверила?

Хорошо, у нее теперь голова прибита гвоздями жизненным опытом. И добавить в свою жизнь неприятностей и проблем романом мало того, что с работодателем, так еще и с императором… Вот этого точно не надо. И плевать на тех, кто считает, что она провела прошлую ночь гораздо более приятно, чем было на самом деле. Плевать на бывшего, который… надо же – посмел предъявлять ей какие-то претензии!

Она отдает себе отчет, что к такому мужчине как Эдвард она привяжется. Просто легкого производственного романа не получится. А вот что ей не хочется – так это собирать свою душу из осколков.

На этом она и заснула.

Хотя снилось ей, что она, устав вертеться кровати, поднялась и вышла в коридор, прошла мимо нескольких дверей. Пушистый ковер нежно ласкал пальцы, как и мечталось. Бесшумно открыла дверь. А он ее ждал.

Глава 8

Утро было бестолковым продолжением вчерашнего бестолкового дня. Такое впечатление, что высокопоставленные подданные императора так и ночевали во дворце. Потому что успели столпиться с самого утра и жаждали общения с повелителем. Кстати говоря, и знакомое имя бывшего в списках тоже оказалось замечено. И во дворце он был.

- И если он и зайдет, то зайдет последним, - провозгласила Селл. И исчезла.

Эмбер открыла закон и начала читать, но успела посмотреть только первую страницу. Дверь в кабинет императора распахнулась, и Эдвард показался на пороге.

- Вы мне нужны. Пойдёмте! - отрывисто приказал он.

Эмбер нахмурилась, но подчинилась приказу.

Как только они вышли из кабинета, навстречу императору кинулись все те, кто ожидал аудиенции в алой гостиной. Эдвард остановил их взмахом руки:

- Я занят!

- Но…

- Ваше величество…

- Я же сказал - позже! - Он не стал повышать голос, но все замолчали, отступив. Эмбер подумалось, что император нарочно выжидает, держа всех в напряжении.  Только вот зачем ему понадобилось выходить? И, главное, куда?

Ответ нашелся очень быстро: уже знакомым путем они дошли до личных покоев его величества. Около дверей Эмбер остановилась, напряженно всматриваясь в спину императора. Она, конечно, замечала его интерес во взгляде, но все-таки до этого момента никакого намека на возможные отношения не было. Неужели, услышав домыслы барона, его величество решил обратить слухи в правду? Или он прочитал ее собственные вчерашние мысли?

Эмбер поняла, что краснеет, как девчонка.

- Ну, что же вы? Поторопитесь! - бросил Эдвард через плечо.

- Но ведь это…

- Моя спальня, да. Откуда, как вы помните, ведет потайной ход, - он уже открывал панель.

- Да, точно, - выдохнула Эмбер.

Эдвард на секунду обернулся:

- А вы о чем подумали?

- Да так, - она неопределенно пожала плечами. - Просто не поняла, зачем покидать кабинет.

- Потому что нас ждут. А этот человек никогда бы не стал прорываться ко мне просто так.

Выйдя из хода в знакомой комнате, Эмбер с удивлением заметила у окна знакомого военного, который утром на базе выдал ей пакет с одеждой.

- Саймон?

- Ваше величество, - игнорируя возглас Эмбер, тот шагнул к императору. - Полковник Уайт арестован.

- Что? - Эдвард уставился на Саймона, пытаясь осмыслить услышанное. - Кто осмелился?

- Безопасники. Пришли и вывели в наручниках на глазах у всех, - мрачно пояснил механик. - Они и меня сюда пускать не хотели, пришлось обходным путем и вашу голограмму вызвать. Хорошо у меня к Селл допуск есть.

Император мрачно кивнул.

- Ну, все, моему терпению пришел конец, - процедил он.

- Что вы собираетесь делать? - поинтересовалась Эмбер.

- Разгоню кабинет министров к… - он проглотил последнее слово.

- Похвальное решение, но как это поможет вашему другу? Вряд ли удастся быстро сформировать новый кабинет.

- Я просто прикажу выпустить Джона.

- И тем самым оставите пятно на его биографии?

- Простите?

- Если вы просто прикажете снять все обвинения, что, кстати, вряд ли вам удастся, если дело касается безопасности Альвиона, тут первична конституция, то на вашем друге всегда будет клеймо изменника, помилованного другом-императором. А на вас - сентиментального слабака.

- Предпочитаете, оставить все как есть? - взвился Эдвард, полыхая праведным гневом. Женщина  покачала головой:

- Предпочитаю доказать его невиновность, а заодно найти тех, кто действительно виновен.

Эмбер подняла голову и посмотрела в глаза императору, словно пытаясь внушить то, что она только что сказала.

Спустя несколько долгих-долгих секунд император нехотя кивнул.

- Хорошо, но если в течение двух дней мы ничего не обнаружим…

- Вы выпустите друга из тюрьмы, - кивнула Эмбер и повернулась к Саймону. - Кто арестовал полковника Уайта?

- Не знаю, - ответил тот нехотя. - Они вошли, предъявили ордер и полковник поехал с ними, хотя я предлагал вышвырнуть их прочь.

- Так и надо было сделать, - пробормотал Эдвард. - А базу перевести на военное положение.

- Виноват, ваше величество! - отозвался Саймон.

- Вам только военного мятежа не хватает для полного счастья! - отмахнулась Эмбер. - Саймон, вы видели ордер?

- Нет, - покачал головой он. - Мне никто не показал.

- Селл, - рявкнул император. – Селл!

Голограмма появилась в военной форме, парадной. Белоснежной с золотом.

- Да, мой генерал!

- Не смешно, - поморщился Эдвард. – Кто подписал документы на арест полковника Уайта?

Голограмма нахмурилась, пошла рябью, а потом снова стала видимой.

- Доступ информации по полковнику Уайту заблокирован.

У императора дернулся глаз. Еще раз.

- Доктора? – вырвалось у Эмбер.

- Коньяка? – подхватил Саймон.

- Голову министра юстиции, - кровожадно прошипел Эдвард, ослабляя узел галстука.

- Давайте мы не будем торопиться с выводами и умозаключениями – это прерогатива лорда Боллинброка, - вздохнула Эмбер. – Нам нужны документы. И при этом желательно, чтобы служба имперской безопасности не была в курсе, что они у нас есть - это обеспечит возможность маневра.

Император кивнул.

- Селл, взламывай что хочешь, как хочешь – копии документов через час должны быть у меня.

- О, Эдвард, ты разрешаешь мне побыть плохой девочкой? - Селл мгновенно преобразилась. Никакого военного мундира: полупрозрачный пеньюар, при виде которого Саймон покраснел, а Эмбер недовольно дернула уголком рта, заслужив насмешливый взгляд искусственного интеллекта.

Только император остался бесстрастен.

- Селл, время - деньги.

- Конечно, - пеньюар стал еще прозрачнее, под ним виднелись корсет, панталоны и чулки на подвязках. Саймон закашлялся и отвернулся к окну, украдкой поглядывая на Эмбер.

Она вздохнула и демонстративно посмотрела на часы.

- Намек понят, ухожу, но милый, мой тебе совет - принять военного министра. Он пытается прорваться к тебе, а его не пускают…

- КТО? - Эдвард кинулся к дверям, но Эмбер ухватила его за рукав.

- Ваше величество, если вы сейчас выйдете отсюда, у многих во дворце появится вопрос, как вы сюда попали.

- Да. Верно, - он провернулся на каблуках и буквально ринулся в потайной ход. Эмбер хотела последовать за ним, но ее окликнули:

- Миледи… мисс… госпожа Дарра?

- Да? - она обернулась к механику, который стоял, переминаясь с ноги на ногу.

- У меня к вам просьба: присмотрите за его величеством.

- Что? - Эмбер не поверила своим ушам.

- В гневе он… не слишком приятен и сгоряча может натворить дел…

- Эмбер, где вы? - раздалось из потайного хода.

Самый известный адвокат Межмирового Альянса вздохнула и, кивнув сразу же приободрившемуся механику, поспешила на зов императора.

Император Альвиона Эдвард Пятый был страшен. Не торопясь, как будто уговаривая себя не отдавать приказаний, на которые, на самом деле, он не имел права (к таким, к сожалению, относилась и смертная казнь) он с абсолютно прямой, точно доску проглотил, спиной направился к себе в кабинет. На ходу, будто невзначай, вдруг остановился и поманил к себе одного из гвардейцев, несших караул.

- Узнайте, прибыл ли военный министр и проводите его ко мне. Немедленно! - последнее слово прозвучало так, что  гвардеец невольно вжал голову в плечи.

- Зачем нам мятеж? Зачем покушения? – проворчал император, пытаясь успокоиться. – У нас есть верные слуги, которые сами разрушат государство изнутри. Эмбер, вас я попрошу присутствовать при разговоре.

- Разумеется, - она достала из сумки блокнот с ручкой и улыбнулась изумленному императору. - Так лучше думается.

- Как вам будет угодно, госпожа Дарра, - он придержал дверь, пропуская ее в кабинет. - Располагайтесь, где вам удобно.

Эмбер кивнула и села за стол так, чтобы оказаться спиной к свету. Эдвард хмыкнул, прекрасно понимая ее маневр и занял свое кресло. Хоть оба и умели ждать, положение и род занятий обязывал, показалось, что пять минут тянулись целую вечность.

Наконец, послышались шаги, дверь распахнулась и в кабинет вошел военный министр в сопровождении гвардейца и еще одного человека в штатском, слишком прилизанный вид которого просто кричал о принадлежности к службе безопасности.

Отсалютовав императору, гвардеец удалился, а мужчины замерли у порога, ожидая, пока монарх заговорит первым. Эдвард не торопился, внимательно рассматривая стоявших. И если военный министр был скорее раздражен, то безопасник явно взволнован, хоть и пытался сохранить невозмутимость.

- Чем обязан? - холодно поинтересовался его величество. Присесть он не предложил, и Эмбер заметила как безопасник сглотнул.

- Ваше величество, я прошу прощения, но…

- Это я прошу прощения, граф Уоллингтон, но вопрос сейчас адресован не вам, а лорду Уилксу. Не помню, чтобы приглашал его сюда.

- Ваше величество, чрезвычайная ситуация требует чрезвычайных мер, - мужчина в штатском шагнул вперед.

- Например, не пускать меня к императору? - возмутился военный министр. - Что за шутки, Арчи?

- Это не шутки, а меры предосторожности, - процедил тот. - С учетом того, что одни из ваших людей обвиняется в попытке убийства его величества!

Граф Уоллингтон скрежетнул зубами и намеревался ответить, но был остановлен взмахом руки императора.

- Вот как? - Эдвард откинулся на спинку кресла. - Вы так быстро нашли виновного? Мои поздравления.

- Благодарю, ваше величество, - лорд Уилкс сдержанно поклонился.

- Можете быть свободны, - милостиво разрешил император. - Ах, да, подождите!

- Ваше величество?

- Вы не назвали имя преступника.

- Прошу прощения, но из соображений государственной безопасности…

- Они арестовали полковника Уайта, ваше величество, - бесцеремонно вмешался военный министр. - Одного из лучших офицеров и вашего ближайшего друга.

- Вот как? - Эдвард мысленно поблагодарил Саймона, успевшего рассказать все и тем самым позволившего ему сохранить невозмутимый вид. - Лорд Уилкс, надеюсь у вас были все основания поступить так?

- Предают именно лучшие друзья, ваше величество, - сухо заметил начальник службы безопасности. - В истории полно примеров…

- И именно на этом вы основывались, когда арестовывали полковника Уайта? - вмешалась Эмбер. - Скажите, а как звучали предъявленные обвинения?

Лорд Уилкс смерил ее надменным взглядом:

- Прошу прощения, мисс, но из соображений национальной безопасности…

- Вас послушать, так любое слово может стать угрозой, - фыркнул Эдвард.

- Ваше величество, в условиях сложившейся ситуации…

- Нам не стоит разбрасываться такими людьми, как полковник Уайт, - обрубил военный министр.

Начальник службы безопасности повернулся к сопернику.

- Вы зря считаете, что Джон Уайт - образец благопристойности и верности, - прошипел он.

- Все не можете забыть старое соперничество в военной школе, Арчи? - усмехнулся граф Уоллингтон.

- Соперничество? - снова вмешалась Эмбер.

- Да, лорд Арчибальд Уилкс и Джон Уайт возглавляли так называемые дома в военной школе Сайндринхема, - пояснил Эдвард. - Как вы понимаете, вечное соперничество… Но не думал, что вы, Эшли до сих пор помните, как Джон обошел вас в финальной гонке, - императору доставило удовольствие видеть выражение злости, мелькнувшее на лице лорда Уилкса. впрочем, он быстро взял себя в руки.

- Ваше величество, не думаю, что это относится к делу.

- Почему же? - Эмбер встала и прошлась вдоль стены. - Вы вполне могли решить отомстить полковнику за школьные неудачи.

- Ваше величество! Не думаю, что обязан выслушивать эти бредовые предположения! - взорвался начальник безопасности. - Еще и от врага Альвиона!

- Да что ж у вас вокруг одни враги, - посетовал император. - Смею вам напомнить, милорд, госпожа Дарра  работает на меня и является первым секретарем императора, что означает статус советника по юридическим вопросам. Более того, именно ей я поручаю защиту моего друга, полковника Уйта. Так что, принесите извинения - и можете быть свободны. Пока что.

- Извинения? За что?

- За клевету, - Эдворд выжидающе посмотрела на медленно багровеющего лорда Уилкса.

- Извиняться перед… - он проглотил последние слова.

- Довольно! Вы перегнули палку, Арчибальд! Селл, вызови охрану!

- Конечно, милый. Военные - моя слабость, - раздался мурлыкающий голос. Ровно через минуту в кабинете появились двое гвардейцев.

- Арестуйте лорда Уилкса за клевету и неуважение к императору! - распорядился Эдвард. Гвардейцы переглянулись.

- Выполняйте! - поддержал монарха военный министр. Судя по выражению лица, он был весьма доволен происходящим.

- Милорд, простите, следуйте за нами, - пробасил один из охранников, трогая арестованного. Тот дернул плечом и бросил взгляд, полный ярости на Эмбер и послушно вышел.

- Ваше величество, я потрясен! - военный министр склонил голову. Эдвард тихо хмыкнул, и повернулся к Эмбер.

- Я сделал все, что в моих силах, госпожа Дарра. у вас есть сорок восемь часов, чтобы раскрутить это дело.

- Сорок восемь?

- Именно столько продлится арест лорда Уилкса. к сожалению, арестовать его на более длинный срок не представляется возможным. Граф Уоллингтон окажет вам поддержку.

- Сочту за честь, - старый военный снова поклонился.

Глава 9

Кабинет императора Эмбер покидала в состоянии глубокой задумчивости. Странно, что Эдвард так легко согласился с ее доводами и, более того, позволил ей защищать своего лучшего друга. Хотя… она уже поняла, что император славился непредсказуемостью и быстротой решений.

- Итак, что мы имеем, - вздохнула Эмбер, открывая вирт-экран. - Полковник Джон Уайт. Древний род, младший сын, по традиции закончивший военную школу, лучший друг императора, просто идеальный военный, хотя лучше бы он был менее идеальным.

- Тебе не нравятся идеальные мужчины, дорогуша? - Селл возникла напротив. Знойная брюнетка в алом платье, она сидела за барной стойкой с бокалом вина.

- Они не нравятся судьям, - мрачно обронила Эмбер, невольно вспомнив бывшего мужа. Тот тоже тогда казался идеальным. - Ты что-нибудь нашла?

- Я пока взламываю систему, - она с силой провела наманикюренными пальчиками по краю бокала так, чтобы стекло заскрипело. Хотя, конечно, это была имитация звука. - Интересная комбинация… Джон и не знал о такой!

Эмбер запоздало сообразила, что Селл тоже творение Джона. Его подарок другу. И вчера во дворце они получили преимущество именно благодаря этой программе. Что если арест Джона был поводом вывести искусственный интеллект из игры? Последний вопрос она задала вслух. Брюнетка повела плечами.

- Откуда мне знать, дорогуша. Вероятность подобного развития событий процентов девяносто. А доверительный интервал должен быть не менее девяносто пяти. - Она сделала вид, что прислушивается. - О, извини, мне пора, один из ключей, кажется подошел!

Голограмма растаяла в воздухе.

- Ваше последнее предположение не лишено оснований, - знакомый бархатистый баритон заставил обернуться. Император стоял в дверях кабинета. - Селл попортила кровь многим.

- Давно стоите? - Эмбер подперла подбородок рукой.

- Не очень, - он улыбнулся. - Кстати, можете не вставать.

- Я и не собиралась, - мстительно улыбнулась госпожа Дарра. - Можете составить список?

- Сколько раз вы пренебрегли этикетом?

- Считаете, что это поможет оправдать друга?

- Боюсь, что нет.

- Именно. Мне нужен список тех, кому помешала Селл. Например, ваш первый секретарь…

- О, этот список давно готов и даже опубликован! - рассмеялся император, а Эмбер вдруг обнаружила, что у него на щеках ямочки. Точь-в-точь, как у вдовствующей императрицы.

- Неужели?

- Ага, он называется “Состав кабинета министров”, - веселился Эдвард. - Там только пару фамилий вычеркнуть.

- То есть у нас есть сорок восемь, вернее уже сорок семь часов, чтобы  проверить десять человек, - вздохнула Эмбер. - Мило.

Император развел руками:

- Именно поэтому я и обратился к вам, госпожа Дарра, вы - лучшая!

- Ваше величество, вы - ужасный льстец! - она улыбнулась против воли.

- Вот так то лучше, - хмыкнул он. - кстати, вам говорили, что у вас красивая улыбка?

- Да.

- В таком случае, я не оригинален, жаль.

- Вы вышли, чтобы сказать мне об улыбке? - странно, но от комплимента она смутилась, будто школьница на первом свидании с понравившемся мальчиком.

- Вообще-то я шел в бассейн, - он смущенно моргнул. - Спина затекла. Хотите составить компанию?

- Нет! - при одной мысли о том, что они будут почти раздетые, рядом, низ живота скрутило, а ладони вспотели. - К сожалению, у меня осталось сорок шесть часов и сорок минут, чтобы оправдать вашего друга, и я не могу тратить время зря.

- Жаль. В таком случае, я тоже останусь.

- Нет, вы идите! - торопливо произнесла Эмбер.- Приятного плавания!

И она отвернулась, делая вид, что погружена в работу, а на самом деле смотря в экран невидящим взглядом - воображение так и подкидывало картинки почти обнаженного императора. Легкий стук возвестил, что мужчина, так тревожащий мысли вышел, Эмбер досчитала до ста, и только потом вывела на экран список кабинета министров.

- Ну, давайте посмотрим, кто мог ненавидеть полковника не только за личные качества, но за работу, - пробормотала она. - Кстати, а чем он занимался? Селл!

- Дорогуша, мне кажется, ты не можешь существовать без слушателя, - на этот раз голограмма была в белом врачебном халате.  - Хочешь об этом поговорить?

- Чем занимался Джон Уайт?

- Информация засекречена.

- Полностью?

- Тебе - частично, - голограмма с уважением посмотрела на женщину. - Исследование космоса. Новейшие разработки пилотников. Этого достаточно?

- Вполне, - кивнула Эмбер. - Спасибо.

Она собиралась сравнить статьи расходов бюджета, предоставленные для обсуждения в парламент Альвиона, но Селл не собиралась прекращать разговор.

- Кстати, дорогуша, я тут кое-что взломала…  - она театрально помолчала. Белый халат исчез, теперь на голограмме был черный латексный костюм и маска.

- Что- то нашла?

Вместо ответа на экране появилось видео. На нем полковник Уайт шел по очень знакомому Эмбер коридору ассамблеи Альянса. Он остановился у огромного панорамного окна, из которого простирался вид на город и сделал вид, что любуется панорамой. В этот момент в кадре показался еще один человек, при виде которого Эмбер широко распахнула глаза.

- А он что здесь делает? - пробормотала она, вглядываясь в знакомые черты соседа-банкира, а по совместительству своего любовника.

Словно в ответ тот стал рядом с Джоном, огляделся и протянул конверт.

- Как вы просили, полковник, - немного искаженный, но все равно знакомый голос, заставил вздрогнуть. - Вам остается исполнить свою часть этой сделки.

- Хорошо, - кивнул Джон. - Но это может занять некоторое время.

- Мы подождем.

Запись обрывалась. Эмбер еще несколько секунд сидела, пытаясь осмыслить увиденное.

- Селл, когда была сделана запись?

- Два месяца назад, во время межмировой конференции.

- А точнее?

- Двадцатого марта, в три часа дня.

- Этого не может быть, - она открутила запись назад и запустила снова, внимательно всматриваясь в лица встречавшихся мужчин.

- Ты не находишь это странным? - поинтересовалась она у искусственного интеллекта.

- Что они передают деньги?

- И это тоже, - кивнула адвокат.  - Они не смотрят друг на друга. Почему?

- Потому что не видят?

- Именно! - Эмбер усмехнулась. - и мне кажется, я знаю, в чем дело. Интересно, знает ли об этом его величество!

Разумнее было бы дождаться, пока Эдвард наплавается и вернется, но Эмбер не хотелось терять время, к тому же в бассейне мог быть эффект внезапности и… “Почти обнаженный мужчина” - шепнул ей внутренний голос. Она вышла из кабинета и остановила одного из лакеев:

- Где находится бассейн?

- Ближайший в пару миль отсюда, миледи…

- Хотите сказать, император поехал туда?

- О, вы про личный бассейн его величества? Он в цокольном этаже.

- Спасибо, - она направилась к лестнице, но лакей ее окликнул:

- Прошу прощения, миледи!

- Да?

- Этим бассейном можно пользоваться только в личного разрешения его величества.

- Не беспокойтесь, плавать я не буду! - ослепительно улыбнувшись, госпожа Дарра оставила озадаченного лакея, а сама направилась вниз, пока путь ей не преградила дверь. Гадая, будет ли у нее допуск в личное помещение императора, Эмбер приложила ладонь к сканеру, панель отъехала. Она перешагнула порог, в нос сразу ударил запах воды. Эмбер сделала несколько шагов и оказалась у края огромного бассейна.

Император был там. Отточенными четкими движениями он рассекал воду. Эмбер прекрасно было видно, как играют его мышцы спины, а плавки обтягивают ягодицы. Во рту пересохло. Кляня себя за непредусмотрительность, Эмбер хотела было уйти, но в этот момент его величество доплыл до бортика и развернулся:

- Эмбер? - он даже снял очки, с удивлением смотря на незваную гостью.

- Да, - крикнула она, голос звонким эхом заплясал под крышей.

- Подождите, - Эдвард снова опустил очки и легко оттолкнулся от бортика, заскользил под водой, вынырнув где-то на середине и в несколько гребков добрался до края, где стояла женщина.

- Что?  - вода капельками стекала по его лицу, волосы прилипли к шее и казались совсем черными, а глаза - пронзительно-голубыми.

- Я… они… - при виде того, как размеренно поднимается и опускается грудь мужчины, мысли разбежались, а в голове образовалась звенящая пустота. - Я нашла…

Она непроизвольно сделала шаг вперед по мокрому мрамору, нога поехала, Эмбер поняла, что падает на мрамор, со всей силы дернулась куда-то вперед и вверх и, нелепо взмахнув руками, свалилась в воду.

От неожиданности она попыталась вскрикнуть, и вода сразу же наполнила рот, забилась в нос, мешая сделать вдох. Эмбер дернулась. Ноги будто бы сковало чем-то, и она не сразу поняла, что это просто намокшая юбка льнет к ногам.

- Осторожно! - Эдвард легко подхватил ее, вытащил и прижал к себе, удерживая на поверхности. - Все в порядке?

- Если вы спрашиваете, умею ли я плавать, то да, - зло отозвалась госпожа Дарра, хотя она прекрасно понимала, что злиться надо было только на себя. Но это иррациональное чувство не поддавалось логике. И на императора она злилась тоже. Зачем он вообще пошел в этот бассейн? Не скрывая своих чувств, она откинула мокрые волосы с лица и яростно посмотрела на мужчину.  Какие все-таки у него глаза: голубые, бездонные, окаймленные густыми черными ресницами.

- В таком случае, вам следовало бы переодеться в купальник, - широко улыбнулся император, не торопясь ее отпускать. - Хотя в любом случае, рад, что вы нашли время присоединиться ко мне.

- Я хотела…

Тонкая шелковая блузка, сделавшись от воды почти прозрачной, облепила тело. На этот раз (это Эдвард прекрасно видел) на Эмбер было белье, но такое… лучше бы его не было, поскольку думать о стране не получалось, а закрыть глаза и вовсе было бы кощунством. Кажется, она что-то говорила, но император не слушал.

Он смотрел на женщину, которую держал в объятиях, изо всех сил стараясь… Стараясь не сделать то, о чем будет жалеть. Хотя, надо признать, с каждой секундой его решимость все исчезала и исчезала. Чувство долга, здравый смысл, умение держать себя в руках… Кому это надо? Зачем? Зачем думать о чем-то еще, когда он держит в объятиях ту, которая прочно поселилась в его мыслях.

А ведь ему на мгновение показалось прошлой ночью, что она придет к нему. Беззвучно откроет дверь, замрет, с вызовом глядя в глаза, как тогда, в тронном зале. Лежа в огромной кровати, он грезил, что дверь откроется, и госпожа Дарра появится на пороге.

Он представлял ее, такую обычно спокойную и рассудительную,  изнемогающей в его объятиях: волосы растрепались по подушке, полуприкрытые глаза, опухшие от поцелуев губы, выдыхающие только одно. ” Да…”

Показалось, или она действительно сказала это?

Непокорная, сильная, дерзкая… Красивая. Сверкающие гневом зеленые глаза, непривычно ей оказываться в положении, где не она, госпожа Дарра, контролирует происходящее.  Тело предало, недвусмысленно среагировав на близость. Эмбер судорожно вздохнула, ее глаза расширились, но явно не от страха.

Наверное, надо было хотя бы вылезти из воды, но желанная женщина была так близко, и Эдвард решился. Не отпуская ее, не разжимая объятий, не отрывая взгляда… Ближе, еще ближе. Ее зрачки заполнили всю радужку, стали почти черными, плечи подрагивали, блузка, облепившая влажную кожу, отчаянно мешала.

Еще ближе. Он склонялся над ней медленно, словно издеваясь надо собой, словно наказывая ее. За то, что никогда не жил чувствами, за то, что не позволял себе коснуться желанной женщины. За то, что и теперь от нее он, скорее всего, услышит “нет”. И словно в ответ она, взбунтовавшись и не желая больше ждать, сама потянулась к его губам. Коснулась, и тут же отпрянула, словно испугавшись своего намерения. Эдвард удержал ее и усмехнулся.

От счастья, от необычной легкости, словно все мысли, что терзали его, лопнули, как мыльный пузырь, оказавшись настолько незначительными, что на них и вовсе не стоило обращать внимания. Он снова притянул ее к себе, ближе, невозможно ближе, накрыл своими губами ее, лаская и безмолвно давая понять, что не отпустит вот так просто.

Ее сердце билось так же сумасшедше, как и его, он это слышал - и отчего-то это наполняло его ликованием. Он отчего-то рычал, когда она пыталась отстраниться. И целовал, целовал, целовал, лаская ее непокорные губы, чтобы не дать ей возможность произнести хоть одно слово.

Потому что отчаянно боялся, что этим словом будет ее любимое “Нет”. Надо же, он никогда в отношениях ничего не боялся, рассудочно подбирая тех женщин, от которых не будет проблем. А тут…

Ее руки, нежные и требовательные, ласкали его спину, время от времени проходясь острыми ноготками по ней. Она то и дело задевала его браслетом от своих часов, так не подходящих ей, и по телу пробегали мурашки.

Мокрый шелк блузки лип и к его коже, эта прозрачная еле ощутимая преграда окончательно сводила с ума. Уже не контролируя себя, он с силой рванул ткань. Что-то посыпалось в бассейн, кажется, пуговки, но Эдварду было все равно. Он осторожно скользил губами по поже, языком очерчивая тонкое кружево, прикрывавшее пышную грудь.

- Эдвард, - выдохнула Эмбер.

- Ш-шш. Все будет хорошо, - бормотал он, уверяя не то ее, не то себя самого.

Где-то в голове бродили здравые мысли о том, что ее надо выпустить, что, в конце концов - бассейн не место для занятий любовью. И вообще в воде… он даже вспомнила слово “хлорка” - и нечеловечески загордился собой. Но прервать поцелуи… Пока еще поцелуи… разжать объятия и дать ей уйти…

Невозможно. Немыслимо.

- Ваше величество! - громкий голос как-то не вязался с осторожным стуком. - Ваше величество…

Два стона разочарования: его и ее - слились воедино.

- Убью, - сообщил император, не отрываясь от Эмбер и не выпуская ее из объятий. - Даже не казню. А придушу лично…

- Милый, я сказала никому не входить, но приехал герцог Йоркский, - механический голос Селл эхом отразился от воды.

- Кто? - переспросил Эдвард, не сразу сообразив, о ком идет речь..

- Герцог Джаспер Йоркский. Муж твоей сестры, если ты вдруг забыл…

- Вот что ему понадобилось сейчас? - вздохнул Эдвард.

- Ему - не знаю, поскольку ты сам пригласил его. Возможно у тебя в голове были какие-то мысли.

- Да. - все еще удерживая Эмбер, он ладонью зачерпнул воды и плеснул себе на лицо. - Были.

- Нам… мне надо идти, - Эмбер все еще не могла отдышаться. В зеленых глазах бушевала буря.

- В таком виде? - с видимым сожалением Эдвард легонько подтолкнул ее к лестнице. Ему доставило удовольствие наблюдать румянец смущения на щеках непобедимого адвоката и… самой желанной женщины в мире.

- Полотенце и халат на шезлонге. Берите, мне принесут другие.

Вот так и рассыпается волшебство. Миллиардом брызг, поскольку его величество снова нырнул в воду, выскочил где-то у самого конца дорожки, и отфыркиваясь поплыл к противоположному от Эмбер бортику. И несколькими небрежными словами, от которых… что? На голову рухнул здравый смысл?

Вцепившись в поручни лестницы, она так и стояла, пытаясь осознать, что только что произошло между ними. Хотя что тут осознавать? Император был привлекательный мужчина, а она… Она готова была ему отдаться, стать одной из многих, кто повелся на внешность, приправленную романтическим ореолом аристократического происхождения. Эмбер криво усмехнулась: она попадает второй раз в одну и ту же яму. Похоже, у нее явная слабость к аристократам, иначе как объяснить, что именно приводит ее в их объятия, от которых она и теряет рассудок?

Она тряхнула головой и все-таки выбралась наружу.

Быстро вытеревшись, она завернулась в огромный пушистый халат, на груди которого тускло поблескивал вышитый золотой ниткой герб Альвиона, и замерла, пытаясь понять, как поступить дальше. Идти в таком виде по дворцу…

Промокшей, босиком, в халате с плеча императора и с губами, опухшими от поцелуев… "Нет, так низко Эмбер Дарра ты еще не падала", - пронеслось в мозгу. С другой стороны, вариантов у нее не было.

Можно, конечно, отправить кого-нибудь из слуг за чистой одеждой, но при мысли о том, что кто-то будет рыться в ее белье, Эмбер передернуло.  И она снова принялась промокать волосы. Мокрая одежда противно льнула к телу. Мелькнула мысль снять с себя все, сорвать блузку, вместе с чулками скинуть узкую юбку, но она покосилась на императора, который так и не вылез из воды и сдержалась, понимая, что это будет расценено как приглашение к дальнейшим действиям.

Вряд ли это пойдет им двоим на пользу. Госпожа Дарра предпочитала не заводить производственных романов, и потом плотнее запахнула халат.

- Я… я пойду, ваше величество? - зачем-то спросила она и сразу заметила, как темнеют его глаза.

- Да, конечно, - кивнул он. - И госпожа Дарра…

- Да? - она напряженно замерла, ожидая не то просьбы забыть о том, что было, не то приглашения продолжить в чьей-нибудь спальне

- Я должен вам уже две пары туфель, - ослепительно улыбнулся Эдвард. - И, кажется, одну блузку.

Закатив глаза, она торопливо вышла, но всю дорогу до своей комнаты ловила себя на мысли, что улыбается.

Глава 10

И за что ему все это? И что все? Счастье? Несчастье?

Он смотрел на женщину, что уходила из бассейна. да еще как. Он дышать не мог, глядя на вроде бы простые движения… А когда она снимала чулки…

Эдварду больше всего хотелось выбросить тело из воды. Отключить голову. Приказать Селл отправить Джаспера туда, откуда он столь не вовремя появился. Но. Было одно “Но”, которое определяло все.

Альвион. “Всегда думай о служении стране и народу”. Вот он и думал. и понимал, что роман с Эмбер абсолютно не входит в рамки этого служения. Вернее, он выходит за все рамки, в том числе элементарных правил приличия.

Поэтому он дождался, пока госпожа Дарра  уйдет и только тогда выскочил из бассейна. Реакция на женщину, хоть и очень привлекательную, удивляла, пусть даже эта женщина свалилась ему в объятия. При воспоминаниях о том, что совсем недавно произошло, тело снова напряглось, а кровь отхлынула от мозга, прилив совершенно к другому органу. Император выругался и включил ледяной душ. Ему пришлось простоять там несколько минут, прежде чем он снова обрел ясность мысли. Наскоро вытеревшись, благо слуги исполняли указания от Селл без промедления, Эдвард прошел в свои покои. Камердинер уже ждал его, подготовив костюм темно-синего цвета. Хорошо, не мундир.

Быстро одевшись, Эдвард позволил завязать себе галстук и приказал проводить мужа сестры в зеленую гостиную, где он обычно еженедельно встречался с премьер-министром.

- Ваше величество, - Джаспер переступил порог и поклонился. - Счастлив, что вы полностью оправились от ночного приключения.

- Дверь уже закрылась, поэтому можешь оставить все эти политесы, - отмахнулся Эдвард, присаживаясь в одно из ажурных кресел с золотой обивкой и кивая зятю на другое. - Или брак с моей сестрой приучил тебя к церемониям?

- Не без этого, - улыбнулся герцог Йоркский, следуя примеру императора. - Всегда было интересно почувствовать, каково это, аудиенция премьер-министра с монархом. Нед, почему они такие неудобные?!

Последнее Джаспер произнес с обидой. Эдвард едва не расхохотался.

- Чтобы премьеры не задерживались, - пояснил он. - Хотя, мне кажется лорд Стенхоуп и так не задержится.

Джаспер кинул на него проницательный взгляд:

- Собираешься распустить кабинет?

- У тебя есть возражения?

- Только восхищение тем, как долго ты держался.

- Ты же понимаешь, мне не нужен кризис в правительстве.

- Он все равно произойдет. вопрос только, кого ты поставишь на место Стенхоупа, чтобы держать удар.

- Тебя, - не спуская взгляда с мужа сестры, Эдвард откинулся на спинку кресла.

Джаспер вздрогнул:

- Ты сейчас серьезно?

- Вполне.

- И за что ты так меня ненавидишь?

Эдвард расхохотался.

- Знаешь, я ожидал, что ты либо будешь благодарить, либо отказываться…

- Я еще не согласился.

- Ты же понимаешь, что это - неизбежно. кому еще я могу доверять, как не тебе?

- Тебе ни разу не приходила в голову мысль, что недавнее покушение - моих рук дело? - изумился герцог.

- Неужели ты в этом замешан?

- Нет!

- Вот видишь. Ты слишком любишь мою сестру, чтобы участвовать в чем-то подобном.

Джаспер кивнул и нахмурился, размышляя.

- Знаешь, Нед, я приму твое предложение…

- Но? - понимающе улыбнулся император.

- Но с одним условием: в течение этого года ты женишься и озаботишься наследником.

- Прости, что? - Эдвард не поверил своим ушам.

- Наследник, Нед. Он нужен тебе, он нужен Альвиону, он нужен мне, поскольку я хочу, черт побери, нянчиться с собственными детьми! А у твоей сестры пунктик: никаких детей у нас в семье до того, как ты обзаведешься наследником.

- Ты серьезно? - вот тут его величество был ошарашен. Нет, он, конечно, хорошо знал Фелицию и то, как ревностно она стоит на защите всего, что по ее мнению дорого Альвиону. Но чтобы настолько…

- И мне это надоело, - добавил муж сестры.

- И как, по-твоему, я должен выполнить это условие? - иронично осведомился Эдвард.

- Ты не знаешь, откуда берутся дети? - в тон ему отозвался Джаспер.

- Я не знаю откуда берутся достойные матери. Пока что я таких не нашел.

-  Может, просто не там искал? - ухмыльнулся Джаспер. - с вашего позволения, ваше величество…

Поклонившись, как того требовал этикет, герцог направился к дверям. Эдвард не стал его останавливать. Условия герцога Йорского были идиотскими, неприемлемыми и… вполне обоснованными. Императору действительно следовало озаботиться наследником. Только…

Эдвард провел по все еще влажным волосам. Кому сказать - он старательно избегал уз брака потому что боялся. Боялся ошибиться с выбором, слишком уж свежи были воспоминания о разводе родителей. Безобразные скандалы, казалось надежно скрытые от публики толстыми стенами дворца, все равно выплыли на публику в виде воспоминаний некоторых слуг. Некрасиво приукрашенные прессой, они доставили много проблем отцу, который с легкой руки зарубежных СМИ сразу же превратился в деспота. Эдвард был уверен, что и авария, в которой флаер отца врезался в опору моста, отчасти была вызвана очередной волной шумихи.

Перед глазами снова промелькнули картины: искореженный флаер, море букетов у стен императорского дворца, гроб, накрытый флагом Альвиона. Чувствуя, что задыхается, Эдвард рванул узел галстука, оперся ладонью на каминную полку, наклонил голову, пытаясь успокоится.

- Давление повышается, пульс учащен. необходимо врачебное вмешательство! - раздался над головой механический голос Селл. Только доктора для полного счастья ему не хватало. Наверняка тот будет настаивать на отдыхе, запрете алкоголя и полетов за штурвалом. Спазм прошел. Император резко выпрямился.

- Я в порядке, - сообщил он в пустоту.

- Рада слышать, шеф!

Он хмыкнул и вышел, старательно следя за тем, чтобы идти ровно.

Эмбер уже сидела на своем месте, одетая точь-в-точь такие  же блузку и юбку, что были на ней в момент падения. Эдвард ошеломленно моргнул. Если юбку госпожа Дарра и могла быстро высушить, приказав слугам принести из бассейна, то вот пришить пуговицы, утонувшие в бассейне, к блузке… Только потом он сообразил, что она просто купила несколько одинаковых и облегченно выдохнул. Эмбер сразу же повернула голову:

- Как прошла встреча?

- Многообещающе, - усмехнулся Эдвард, понимая, что подобрал самую верную характеристику прошедших переговоров. - Но мне кажется, вы что-то хотели рассказать мне до того, как упали в воду.

Ему доставило удовольствие наблюдать смущение, промелкнувшее во взгляде. впрочем, известный адвокат сразу же взяла себя в руки.

- Да. Нам нельзя сейчас освобождать вашего друга.

- Что?! - рявкнул император, разом забывая обо всех нежные и романтичных устремлениях. - Объяснитесь!

- Конечно. Подойдите сюда, - она поманила его, выждала, пока он займет место за его спиной и запустила видеозапись. - Смотрите внимательно.

- Что за… - Эдвард поморщился. - Запись - явная подделка.

- Они называют это коррекцией, - она внимательно следила за лицом императора.

- Что?

- Не совсем. Я проверила, ваш друг ездил в составе делегации на переговоры с Альянсом.

- Да, мы как раз обсуждали возможности развития освоения космоса. Но эта встреча…

- Это действительно подделка. А знаете, почему?

- Джон никогда не стал бы брать деньги!

- Это - прекрасный бездоказательный довод, основанный на личной эмпатии, но вряд ли ваши слова произведут впечатление на судей, которые будут смотреть эту запись.

- Откуда она вообще взялась?

- Вы что-нибудь слышали о коррекции? - Эмбер внимательно всматривалась в лицо собеседника.

- О чем? -  Его удивление было абсолютно искренним.

- Коррекции. Видеозаписи с камер наблюдения - решающий аргумент для судей, поскольку видео считается достоверным.

- Считается, но…

- Вы уловили суть, - улыбнулась госпожа Дарра. - Я, а теперь и вы, знаем, что и эти записи можно подделать, если перехватить контроль над камерой. Что и было сделано.

- Вы можете это доказать?

Эмбер улыбнулась:

- Я знаю и могу свидетельствовать, что второй человек на пленке - банкир Фредерик Дю Барри в этот день и в это время не мог присутствовать на переговорах с представителями Альвиона.

Она говорила с таким убеждением, что Эдвард прищурился:

- Откуда вам это известно?

- Потому что Фредерик был со мной.

- Что? - взвился император. Он не знал, что его задело больше: подделка видеозаписи или же признание хрупкой блондинки, которую он так хотел, несмотря ни на что.

- Мы с Фредериком - любовники… Были ими до недавних пор, - она внимательно смотрела на собеседника.

Императора охватило желание убивать. Немедленно помчаться в альянс, схватить этого лощеного банкира и вытрясти из него душу, он ведь даже не аристократ! Но сначала он все-таки овладеет этой хрупкой блондинкой, которая сидит сейчас на расстоянии вытянутой руки. Эдварду ничего не стоит схватить ее, посадить на край стола, и… Он вдруг заметил, что влажные завитки волос прилипли за ушами к шее. Он с трудом подавил желание провести по ним кончиками пальцев, а потом коснуться тонкой шеи губами, спускаясь все ниже… ниже… От порочных мыслей его бросило в пот. Кажется, Эмбер что-то говорила… про Альянс…

- Что? - переспросил он.

- Эта запись не могла появиться без участия Альянса, - повторила Эмбер. Желание сразу же пропало.

- С чего такая уверенность? - хищно прищурился Эдвард. ь

- Запись с камер. Откуда она у ваших служб?

- Верно, - кивнул император. - Селл?

- Откуда мне знать, милый? - сразу же откликнулась голограмма. - Я пришла, увидела, забрала…

- Можешь отследить путь?

- Вряд ли.

- Это бессмысленно, - перебила Эмбер. - Скорее всего, запись была получена официальным путем. Вопрос только, где она подверглась коррекции.

- И как это узнать?

- Думаю, в Альянсе есть человек, который сможет прояснить ситуацию, - Эмбер протянула руку. - Мой галафон, наверняка, прослушивается спецслужбами Альвиона. Вы позволите ваш?

Император кивнул и достал личный гаджет.

- Держите.

Эмбер легко по памяти набрала номер. Дождалась строгого:

- Слушаю.

- Эш, это я, Эмбер…

Глава 11

Эшли приехал вечером. Вышел на перроне и огляделся, фиксируя камеры видеонаблюдения. Эмбер следила за ним вместе с Селл, которая за минуту до прибытия экспресса перехватила управление видеонаблюдением у службы безопасности.

- Представляю, как бедняги сейчас носятся, пытаясь починить систему, - хихикнула голограмма.

- Что ты с ней сделала?

- Ввела массив данных в программу распознавания лиц, и теперь она распознает как преступников собачек и кошечек, - Селл вытянула руку, любуясь оранжево-алым маникюром. И Эмбер вдруг подумала, что ей тоже не помешал бы такой. Она бросила взгляд на свои руки: хоть и ухоженные, но сколько лет она предпочитала нюдовые оттенки? Пять? Десять? Может, Алекс права, и пора что-то менять?

- Внимание, до прибытия объекта двадцать минут. Время пошло! - предупредила голограмма.

Эмбер снова бросила взгляд на экран. В сопровождении двух военных Эшли направлялся к выходу с вокзала.

- Надеюсь, все обойдется без сюрпризов, - пробормотала женщина, пытаясь отбросить мысли о том, что Эшли могли перехватить имперские безопасники.

Двадцать минут показались очень долгими, наконец послышались шаги, дверь распахнулась и Эшли Говард перешагнул порог:

- Итак, принц разочаровал, и красавица позвала дракона?

- Эш… - Эмбер встала, сделала несколько шагов и протянула руку.

- Эм… - поколебавшись, он сжал ее ладонь. - Рад, что у тебя все в порядке.

Она улыбнулась, прекрасно понимая, что хотел сказать друг: он не держит на нее зла и признателен за то, что она обратилась к нему.

- Все в порядке? - герцог Йоркский в сопровождении военного министра появился в приемной. - Господин Говард, рад видеть.

- Ваша светлость или ваше сиятельство? Все время путаю,- Эшли сухо улыбнулся, обмениваясь рукопожатиями.

- Светлость, - лениво протянул Джаспер. - Сиятельство у нас Уоллингтон.

Военный министр хмыкнул в усы.

- Постараюсь запомнить, - криво улыбнулся министр юстиции Альянса, всем своим видом показывая, что не одобряет аристократические титулы.

- Господа, император ждет, - вмешалась Эмбер. - Прошу.

Имперацы посторонились, пропуская ее, а Эшли, напротив, стал рядом, не то желая защитить женщину, не то просто досадить оппонентам.

Идя в кабинет его величества Эмбер пыталась вспомнить, когда в последний раз они вот так вместе шли куда-то. Наверное, лет пять назад. тогда они одержали оглушительную победу. Эшли предложили пост заместителя министра юстиции, а Эмбер возглавила фирму. Потом она выкупила долю друга, а еще через год Эшли возглавил министерство. Потом они часто встречались в его кабинете, иногда - на официальных приемах или благотворительных вечерах, но с тех пор никогда они вот так не ходили вместе. Все это пронеслось в голове за мгновение, пока она переступала порог кабинета императора.

- Добрый день, - сидящий за столом монарх махнул рукой. - Присаживайтесь.

Возникла заминка, поскольку оба юриста намеревались занять места спиной к окну, - так, чтобы свет меньше падал на лица. Эдвард с едва заметной улыбкой наблюдал за ними.

- Селл, задерни шторы и включи освещение, - негромко приказал он. - думаю, так будет комфортнее для всех. Госпожа Дарра, вас прошу сесть напротив меня.

- Да, конечно, - Эмбер повиновалась.

Эшил так и остался на своем месте, но теперь, когда шторы были задернуты, он потерял свое преимущество. Оба имперца сели напротив него, и Эмбер подумалась, что подобная рассадка годится, скорее, для званого обеда, а не для переговоров. Император словно подчеркивал, что ни она, ни он сам не являются вовлеченными лицами.

- Итак, господин Говард, - начал Эдвард, - я пригласил вас, чтобы просмотреть одну очень интересную запись и попросить прояснить некоторые моменты. Селл!

Над столом развернулся экран-шар.Увидев Джона, получающего взятку от известного банкира, военный министр охнул, а Джаспер тихо выругался, тревожно поглядывая на Эдварда. Император сохранял невозмутимость, внимательно следя за  министром юстиции Альянса. Эмбер считала, что Эшли Говард не принимал участия в подлоге, но Эмбер слишком ценила своего друга и могла ошибаться. Хотя… Все ведь считали, что он может ошибаться в Джоне Уайте…

- И что именно вас интересует, ваше величество? - досмотрев запись, Эшли откинулся на спинку стула. - Желаете получить юридическую консультацию по поводу коррупции вашего подданного?

- Я хочу знать, Эш, замешан ли ты в коррекции, - спокойно поинтересовалась Эмбер.

Три пары глаз изумленно уставились на женщину.

- Откуда ты знаешь? - процедил Эшли.

- Про коррекцию?

- Что это - именно она.

- Селл, вторую запись, - приказала Эмбер.

- Милая, ты уверена? - чарующим голосом поинтересовалась голограмма.

- Селл, запись.

- Как скажешь.

Над столом возникла пара: высокий мужчина и хрупкая блондинка. Они ехали в лифте, вышли вместе и направились к дверям квартиры. Уже открывая дверь, мужчина мягко привлек женщину к себе. Она рассмеялась и подставила губы для поцелуя.

Резкий звук заставил вздрогнуть. Выругавшись, Эдвард отшвырнул сломанную пополам перьевую ручку и, выхватив платок, начал оттирать чернила с рук. Лорд Уоллингтон нахмурился, неодобрительно косясь на хрупкую блондинку, которая так спокойно только что выставила на показ свою личную жизнь, а Джаспер с изумлением посмотрел на деверя.

- Простите, вторая за неделю, - пояснил Эдвард. - Кто их делает?

- Наверное, Свободные миры, - ухмыляясь подсказал Эшли. - Эмбер, признаться, вечеринка кино становится более интересной. Я и не знал, что у тебя роман с дю Барри.

- Был, - спокойно поправила она. - Поэтому Фредерик никак не мог быть на конференции. В тот момент он был со мной. Дата и время двух видеозаписей совпадают.

- И что ты хочешь от меня? - Эшли моментально стал серьезным.

- Понять на чьей ты стороне, Эшли. И насколько имеешь отношение к этой коррекции, - она чуть наклонила голову на бок.

- Не имею, - резко ответил он. - Ты прекрасно знаешь мое отношение к подобным фальсификациям.

- Я его знала, но…

- Ничего не изменилось. Это все?

- Нет, - Эдвард снова вступил в разговор. - Эта запись не могла возникнуть без содействия Альянса.

Эшли выставил вперед руку, останавливая его:

- Давайте не будем обобщать.

- В любом случае, дипломатического скандала не миновать. Слежка за имперскими подданными, подлог…

- Вы забываете, что ваш человек все равно брал что-то у кого-то.

- Фредерик тоже не будет молчать, Эш, - вмешалась Эмбер. - Не думаю, что тебе хочется разруливать конфликт с международным банковским комитетом, не говоря уже о персональных исках.

- Не хочется, - кивнул министр юстиции. - Что ты предлагаешь?

Он намеренно подчеркнул, что готов выслушивать только предложения Эмбер.

- Мы закрываем дело еще на предварительном слушании, ты подтверждаешь, что эта запись - фальсификация. Альянс приносит извинения Альвиону и полковнику Уайту лично.

- И мы подписываем договор о исследовании космоса, - вставил император. - После тех переговоров Альянс все затягивает подписание ряда документов, это тормозит процесс.

- Это все?

- Не думаю, что вас касается внутренние перестановки в кабинете министров Альвиона.

- О, грядет отставка кабинета министров? - ухмыльнулся Эшли. - Что ж… мне это даже на руку - собираюсь баллотироваться в президенты.

- Я проголосую за тебя, - улыбнулась Эмбер. - Если меня еще не лишили гражданства.

- Не лишили, - Эшли еще раз взглянул на императора, внимательно прислушивающегося к разговору и задумчиво добавил: -  Пока что.

- В таком случае, господин Говард, жду от вас проект соглашения по этим вопросам, - кивнул император. - Думаю, всем нам будет лучше, если вы выиграете выборы.

- Надеюсь на это.

- Хорошо. С нашей стороны вопрос будет курировать герцог Йорский. прошу, не стесняйтесь беспокоить его ни днем, ни ночью.

- А как же госпожа Дарра? - поинтересовался Эшли. - Ведь должность первого секретаря предполагает как раз юридические консультации монарха.

- У госпожи Дарры, как вы верно заметили, нет гражданства Альвиона. Пока что. Господа, вы свободны.

Поклонившись, они покинули кабинет. Эшли взглянул на часы:

- Кажется, придется ночевать на Альвионе. Не подскажете приличный отель?

- Если желаете, можете остановиться у нас в доме. Моя жена будет рада, - вежливо отозвался Джаспер.

Эмбер еле заметно усмехнулась: вряд ли принцесса, с пеной у рта отстаивающая интересы собственной страны и готовая лично перегрызть горло врагу, будет рада видеть того, кто не раз наносил ощутимый ущерб Альвиону.

- К тому же ваш император настаивал не спускать с меня глаз? - отозвался Эшли. - Что ж, почту за честь. Кажется так у вас говорят?

- Простого “да” вполне достаточно, - улыбнулся герцог, пропуская гостя впереди себя. Все трое вышли, а Эмбер устало опустилась в кресло.Переговоры прошли успешнее, чем она ожидала, но она все равно чувствовала себя выжатой, как лимон.

- Что, дорогуша, трудно выставлять свою личную жизнь напоказ? - Селл снова возникла перед глазами. На этот раз голограмма медленно крутилась у пилона в костюме стриптизерши.

- Думаю, образ подглядывающей в замочную скважину подошел бы больше, - отозвалась Эмбер.

- Ты разозлила Эдварда, - Селл ничуть не смутилась, за ее спиной сразу же возникла дверь.

- Откуда ты знаешь?

- Милая, я и медицинские показатели считываю. уровень гормонов в его крови в последнее время явно зашкаливает. Особенно после бассейна.

- Вот как? - госпожа Дарра почувствовала, что краснеет.

- Да, - голограмма вдруг остановилась и стыдливо прикрылась руками. - Милый, я не специально, просто мы заболтались…

Эмбер не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что император вышел из кабинета. Сердце вдруг бешено застучало. Что он скажет ей, после того, что видел? Поймав себя на этой мысли, Эмбер нахмурилась: какая ей, в сущности, разница, что скажет император Альвиона? Как верно было замечено, у нее даже гражданства нет.

- Ваше величество, - женщина встала.

- Знаете, я впервые видел вас на переговорах вживую, - задумчиво произнес он, не спуская с нее глаз. - Теперь я понимаю, почему вы всегда выигрываете.

- Вот как?

- Да, ваш друг даже не выразил сомнений, что вторая запись тоже могла быть скорректирована.

- Эшли хорошо знает меня, и что я никогда не пойду на подлог, как и он сам. Он будет хорошим президентом.

- Да, - Эдвард усмехнулся.

Сказал бы кто ему еще год назад, что он будет обсуждать кандидата в президенты Альянса со своим первым секретарем, еще и женщиной. Ему вдруг представилось, как долгими вечерами они сидят у камина, как некогда делали бабушка и дедушка, тихо рассказывая друг другу о том, что приключилось за день. Родители так никогда не делали.

Эдвард озадаченно нахмурился. С каких это пор он жаждет сидеть с красивой женщиной у камина, вместо того, чтобы увлечь ее в спальню? Скорее всего, это усталость, слишком уж много накопилось за предыдущие дни. Он заметил, что Эмбер все еще смотрит на него, ожидая продолжения разговора.

- Уже поздно, - тихо заметил он. - Я провожу вас.

Он ожидал возражений, но она только грустно улыбнулась:

- Как вам будет угодно.

Глава 12

Они шли по коридору в уютном молчании, и Эмбер вдруг поймала себя на мысли, что ей хочется опереться на сильную мужскую руку, прислониться головой к надежному плечу и спросить, не устал ли ее спутник. Грустная улыбка мелькнула на губах, и сразу же пропала: императору не стоит знать, о чем она думала.

Дверь, ведущая в ее комнаты показалась непростительно близко. Эдвард замедлил шаг.

- Спокойной ночи?

Показалось, или в его голосе послышался вопрос. Император протянул руку. Не колеблясь, Эмбер вложила свою:

- Спокойной ночи, ваше величество.

Он улыбнулся и вдруг, не отрывая взгляда, поднес ее ладонь к губам, еле ощутимо коснулся, вызывая дрожь во всем теле и сразу же выпустил, отступив на шаг:

- Приятных сновидений, госпожа Дарра.

- И вам… - только и смогла ответить она.

Император распахнул дверь.

- Что это было? - спросила Эмбер у самой себя, когда зашла в комнату. В какой-то миг ей показалось, что Эдвард… Нет, он не мог смиренно ждать ее приглашения. Он - император, монарх и привык получать все, что захочет. Тем более женщину. Любопытства ради Эмбер открыла вирт-экран и собиралась ввести поисковую информацию, когда вдруг услышала шум в пустой комнате. Мысли понеслись вскачь. Неужели отец Алекс решил похитить дочь? Или же это - репортеры, желающие узнать пикантные подробности жизни той, кто совсем недавно был первым врагом могущественной империи?

Эмбер вскочила и схватила первое, что попалось под руку. Кажется, это была ваза.

- Кто здесь? - рявкнула она. - Немедленно выходите, или я позову охрану.

- Это… это мы. Нам нужна твоя помощь, - отозвался из угла знакомый голос. Эмбер даже подпрыгнула. настолько зловеще и неожиданно это прозвучало. Выдохнула с облегчением, когда узнала нарушителя спокойствия..

- Алекс?!

- Мама, да тише ты.

- Что случилось? Почему тише?

- Добрый вечер, - раздался второй голос. Мальчишеский. И явно более воспитанный. По крайней мере, здороваться представителя этого голоса научили.

- Дети, - строго проговорила она. - Объясняйте.

Видимо, ситуация и вправду была серьезной, потому что даже Алекс на ненавистное “дети” не среагировала.

- Вот, - светловолосый паренек - копия своего дядюшки, надо отметить. - Алекс сказала, что только вы сможете помочь.

Эмбер поняла две вещи. Ей протягивают деньги. наличкой - дикость какая! И достаточно крупную сумму. И дочь в ситуации, когда нужна была помощь, пришла к ней и привела парня, который ей небезразличен. У Эмбер от ликования сердце просто взорвалось. Да! Да!!!

- Мама, что с тобой? - ворчливо заметила дочь.

- День был тяжелый. Давайте мы сядем в кресла, и вы мне все расскажете.

- Я хочу, чтобы вы взяли деньги и сказали слова, - услышала она от Мэта торжественное.

- Какие? - удивилась Эмбер.

- Мама, не тупи, - Всплеснула руками Алекс.

Она даже ничего не успела сказать. Или даже рявкнуть на дочь, потому что “не тупи” звучало до ужаса обидно. Но парень стал пояснять и она сосредоточилась, потому что по детям было видно, что дело серьезное.

- Нам адвокат нужен. Это - дело жизни и смерти.

Госпожа Дарра медленно осознавала сказанное. Дочь была собрана. Мэтью - бледен и решителен. Что они натворили?

- Вы что, кого-то убили? - вырвалось у нее. Эмбер все же села в кресло. Как-то стало тревожно. Алекс кинула на нее такой взгляд, что адвокат поняла: еще немного и будут убивать ее саму.

- Ладно, давайте по-другому. Алекс, ты прекрасно знаешь, что есть понятие адвокатской тайны и все, что сказано в рамках даже простой консультации не подлежит разглашению. Итак, что случилось?

- Сколько вы возьмете за то, чтобы вытащить дядю Джона из тюрьмы? - хрипло спросил Мэтт. - Немедленно!

- Но я не могу этого сделать, - вот тут Эмбер растерялась. Она снова попала в ситуацию, когда не могла сказать правду. И что ей быть? - Я могу дишь заверить, что делается все возможное и даже близкое к невозможному, чтобы…

- Понятно. Тоже только болтовня!  - Мэтт отвернулся и направился к двери. - Переходим к моему первоначальному плану. Тебе, Алекс,  лучше остаться здесь, во дворце.

- Ты что, реально считаешь, что организация побега из тюрьмы - это лучшее, что можно придумать? - всплеснула руками дочь.

- Организация чего? - вот сейчас Эмбер показалось, что она просто бредит. Хороший вариант для окончания этого ненормального дня.

- Вы думаете, у меня не получится? - с вызовом сверкнул глазами парень.

- Получится, - непонятно почему, но Эмбер была в этом уверена. - Но дело не даже не в освобождении твоего дяди. Дело в том, что его репутация не должна быть запятнана.

- Да как она может быть не запятнана, если от него отказался император. А говорил, что друг! - выкрикнул парень.

- Почему отказался? - опешила Эмбер.

- Он позволил арестовать его. И держать в тюрьме. И дома от него все отказались. Все! Отец обязан был что-то сделать, потребовать, обратиться напрямую к императору. Потребовать…

- Мэт, это император, - тут даже Алекс сообразила, что у императора как-то требовать чего-то не принято.

- А это мой дядя - самый честный и преданный человек! - закусил удила Мэт. - Императору и Альвиону!

- Хорошо, что пока что интересы его величества и страны совпадают, - проворчала Эмбер, судорожно пытаясь понять, как остановить этого защитника дяди Джона, пока он дров не наломал.

- “Надо выждать и узнать хотя бы, в чем его обвиняют”, - передразнил кого-то парень, похоже, что отца. - Трус!

- Постой, - окликнула его Алекс. - Мама говорит, что делается все возможное…

Эмбер устало улыбнулась и сжала ладонь дочери, без слов благодаря ее за поддержку. И только хотела сказать, что первой реакцией императора был приказ освободить Джона. Но…

В коридоре было как-то неспокойно. Топот, приглушенные тревожные фразы. Вдруг в дверь заколотили.

- Быстро в спальню Алекс и сидеть, как мыши! - прошептала Эмбер. Подождала, пока дети прошмыгнут к ней и подошла к двери: - В чем дело?

- Нарушители на территории дворца, - раздалось за дверью. - Откройте, госпожа Дарра.

На мгновение она растерялась даже, почувствовав себя преступницей. Потом покачала головой - да что с ней такое?- , и открыла дверь.

- Позвольте, - ее аккуратно, но бесцеремонно отодвинули. - Есть ли у вас в комнатах посторонние?

- Нет, - Эмбер стало любопытно.

- Прекратите этот балаган, - вдруг раздался раздраженный голос его величества. - Если охрана дворца работает из рук вон плохо и даже не знает, кто пробрался и с какой целью, то не надо изображать бурную деятельность постфактум.

Охранники переглянулись вытянулись по струнке.

- Ваше величество, во дворец проникли двое, - отрапортовал старший из них.-  По пропуску полковника Уайта.

- Интересно, с чего вы решили, что это неизвестные?

- Но ведь полковник Уайт… - охранник явно замялся.

- Задержан, да. О чем мне знать не обязательно, верно?

- Ваше величество!

- Свободны, - император мотнул головой по направлению двери.

- Но…

- Не заставляйте меня повторять дважды, господа, - ледяным тоном процедил Эдвард. - И передайте начальнику охраны, что я жду его с рапортом в… - он взглянул на часы. - В понедельник.

Охранники козырнули и поспешили выйти.

- Почему в понедельник? - поинтересовалась Эмбер.

- Потому что завтра я буду ничего не делать, чтобы спасти человека, который предан мне и Альвиону, - усмехнулся Эдвард.

И по тону императора Эмбер поняла, что он мало того, что этот самый разговор слышал, так еще и не на шутку задет им.

- Дети, выходите, - вздохнула она.

Алекс вышла с легкой улыбкой, как будто она действительно была рада видеть его величество. Мэт был насуплен и недоволен. Мало того, что его план не удался - так он еще и справедливо ожидал взбучки.

- Итак, - император опустился в кресло и закинул ногу на ногу. - Мистер Уайт, я даже не буду интересоваться причинами, которые побудили вас проникнуть во дворец…

- Конечно, вы же подслушивали, - буркнул мальчишка.

Алекс непочтительно фыркнула, а Эмбер прикусила губу и отвернулась, скрывая улыбку.

- Что еще остается делать, если у вас не хватает смелости сказать мне все в лицо?

- Я не трус! - возмутится мальчик.

- Ваши поступки свидетельствуют об обратном.

- Я… - глаза Мэтта подозрительно сверкнули. - Дядя Джон считал вас своим другом! Ради вас он готов был на все, а вы… вы и пальцем не шелохнули, чтобы вытащить его из тюрьмы!

Эдвард молча смотрел на него. Минута, другая, и мальчишка опустил голову, признавая свое поражение. Император кивнул:

- Завтра вас отвезут в имение. Наказание за ваш поступок определит ваш отец.

- Но ведь Мэтт всего лишь хотел… - начала возмущаться Алекс и под тяжелым взглядом императора поспешила прикусить язык.

- Что касается вас, юная леди, то я ничуть  не сомневаюсь, чья была идея пробраться во дворец, - холодно продолжил Эдвард. - Вы нарушили мой приказ домашнего ареста и к тому же доставили волноваться вдовствующую императрицу.

- Я… я просто очень хотела повидать маму!

Эмбер, несмотря на серьезность ситуации, с трудом удержалась от смеха - настолько выразительна была ее розоволосая лиса. И Алекс удалось даже выжать из себя слезинку. Заблестевшую как капелька росы на заре. И зачем дочь рвалась в империю в лучший во всей Вселенной технический университет? Могла бы просто пойти в театральный. Но на императора, правда, это не подействовало. Он расположен был выдать взбучку.

- Неужели? И что же мешало вам воспользоваться средствами связи и просто сообщить о желании приехать?

- Ну… - Алекс явно рассчитывала на большее сочувствие со стороны зрителей.

- Ясно, - Эдвард поднялся. - Знаете, милая леди, меня все больше посещает мысль, что вам давно не хватает хорошей порки. И как ваш опекун не вижу причин откладывать ее.

- Ч-что? - охнула девочка. - Но ведь наказания запретили!

- В школах - да. Но это - частное дело, - он лениво потянулся к пряжке ремня.

Эмбер недоуменно взглянула на императора, заметила в его глазах лукавый огонек и предпочла не вмешиваться. В конце концов, Алекс действительно стала позволять себе слишком много и легкое потрясение ей не повредит.

- Мама?! - вот тут Алекс уставилась на Эмбер уже правда шокировано.

- Ты добилась опеки императора, а он в своем праве, - пожала плечами Эмбер. Конечно, она и пальцем не дала бы тронуть свою невозможную дочь, но раз его величество блефует и делает это совершенно гениально, то почему бы ему и не подыграть. - Прежде, чем что-то подписывать, надо тщательно изучать документы.

- Ваше величество! - Мэтт, побледнев, подался вперед, закрывая собой Алекс. - Она не при чем. Во всем виноват я, мне и отвечать. И если вы хотите наказать кого-то…

Два взгляда снова схлестнулись, только теперь Метью не стал опускать голову, с вызовом смотря в глаза императору. Казалось, еще немного, и противники вытащат шпаги, чтобы схлестнутся в смертельном поединке чести.

- Ваше величество, - Эмбер коснулась плеча Эдварда, почувствовала, что мышцы были закаменевшие. Все-таки Эдвард принимал все слишком близко к сердцу.- Ваше величество. Прошу вас. Они все-таки дети.

Император вздохнул. Посмотрел на детей: ошарашенную Алекс и Мэта, готового защищать девочку до последнего. Покачал головой, словно удивляясь самому себе.

- Дети - это прекрасно, особенно чужие и издали, - тихо пробормотал он и приказал уже громче: - Значит так, обсудим все завтра, на свежую голову. Сейчас предлагаю, всем разойтись.  Алекс - в свою комнату, Метью… Знаю, ты бы предпочел тюрьму, но это долго, поэтому через десять минут тебя ждет гостевая спальня. Селл, распорядись.

- Минуту милый, - раздался чарующий голос. Голограмма явно наслаждалась происходящим.

Понимая, что гроза миновала, дети переглянулись. Мэтт кивнул и Алекс послушно направилась к себе в комнату. сам парень на секунду замешкался.

- Что еще? - изогнул бровь Эдвард.

- Ваше величество, я бы хотел…

- Метью, на твоем месте я бы просто отправился спать, - предупредил император.

- Но…

- Вон!

Скрипнув зубами, мальчишка гордо откинул длинную челку, падающую на лоб и вышел.

- Господи, - Эдвард выждал, пока он закроет дверь и закатил глаза. - За что мне все это?

- Можно подумать, вы всегда были пай-мальчиком, - фыркнула Эмбер.

- Нет, но… - он тяжело вздохнул. - надеюсь, вы не в обиде на маленькое представление, которое я разыграл?

- Немного, все-таки это - моя дочь, и наказывать ее позволено только мне, - она лукаво улыбнулась. - Но полагаю, подобная встряска  пойдет на пользу Алекс. Во всяком случае, она поймет, что не все готовы играть по ее сценарию.

Последнюю фразу она произнесла очень громко и с нажимом. Из-за дверей спальни раздалось обиженное фырканье.

- Вот так всегда, - шутливо посетовала Эмбер.

Император молча кивнул. Она стояла очень близко и аромат ее духов кружил голову. Хотелось протянуть руку, коснуться ее лица, заправить за ухо непослушную прядь и…

При мысли о том что могло бы произойти, его бросило в пот. А ведь кровать совсем неподалеку, за одной из дверей.  За второй, правда, комната дочери Эмбер. И сама Алекс, наверняка, прислушивается к разговору. Эдвард еле заметно поморщился от досады. угораздило же эту девчонку приехать именно сегодня! Будто нельзя было подождать до завтрашнего утра и только потом якобы бежать из имения, при полном попустительстве вдовствующей императрицы. Эдвард был уверен, в том, что бабушка была в курсе  как исчезновения Алекс, так и ее места нахождения в данный момент.

- Думаю, нам всем не мешает отдохнуть, - Эмбер нарушила затянувшееся молчание.

Она устала вот так стоять и смотреть на мужчину, гадая, что он сейчас сделает: поцелует, подхватит на руки и понесет к огромной кровати, на которой она могла спать поперек, или же… Просто поклонится и уйдет?

Она не знала, чего страшиться больше: того, что случится или же того, что не случиться никогда. Эмбер уже не помнила, когда так трепетала перед мужчиной, страстно желая его, но не решаясь даже намекнуть об этом. Слишком уж все запуталось. и возможно, самое правильно было уйти ей самой. Но она не могла. Не могла вот так повернуться и скрыться. Захлопнуть дверь спальни, отсекая даже мысли о близости.

Император решился первым. Пожелал спокойной ночи, поклонился и все-таки ушел, оставив ее стоять посередине комнаты.

- Он ушел? - Алекс осторожно выглянула из своей комнаты.

Вопрос заставил Эмбер опомнится.

- Да, - она провела рукой по лбу, пытаясь изгнать глупые мысли. Подумать только, она и император. Вряд ли из этого получится хоть что-нибудь. Да проведи они ночь вместе все только усложнит и без того непростые отношения. Нет, надо взять себя в руки и перестать растекаться лужицей у ног мужчины, пусть даже и такого привлекательного.

- Ты действительно позволила бы ему ударить меня? - продолжала Алекс, не замечая, что творится с матерью.

Эмбер по привычке хотелось ответить дочери, чтобы перестала спрашивать глупости, но в последний момент она передумала, это свело бы эффект шоковой терапии императора на нет, поэтому она ограничилась только тем, что пожала плечами:

- Боюсь, дорогая, я вряд ли смогла бы ему помешать - по законам Альвиона его величество был в своем праве, да ты и сама это проверила в галасети, верно?

Судя по тому, как Алекс пробурчала что-то себе под нос и скрылась в комнате, громко хлопнув дверью, она действительно проверила все в межмировой паутине.

Эмбер пожала плечами и отправилась спать. Завтра ей предстоял трудный день.

Глава 13

Эдвард вошел в свои покои в крайне мрачном состоянии. И дело было не в хрупкой блондинке, которая находилась рядом, но в то же время была недосягаема. Вернее, не только в ней. Император с раздражением подумал, что в последнее время проблем стало как-то слишком много.Вдобавок ко всему прочему, его действительно задели слова мальчишки, племянника лучшего друга, обвинившего его в предательстве. Уж не потому ли, что он в глубине души чувствовал, что Мэтт прав. А он, согласившись с Эмбер, которая хотела не только оправдать Джона, обелить его репутацию и заодно поймать тех, кто задумал всю эту интригу - нет. Нельзя так с другом. Пожалуй, с единственным другом. Мальчишка Мэтт - честнее что ли. “Не мог” - и все тут. Просто вера в человека. Роскошь, которая ему непозволительна. Что это? Неужели зависть?

Он набирал номер бабушки, думая об этом. Видеосвязь включилась не сразу. Эдвард с раздражением считал секунды: одна, вторая, третья…

- Да, дорогой? - На экране появилась седовласая старушка.

- Как дела? - небрежно поинтересовался император.

- Эдвард Георг Стюарт фон Гюттенберг! Ради этого ты позвонил мне в такой час? Узнать, как мои дела?

Бабушка нахмурилась, а он скупо улыбнулся. Перед этим понимающим все и всегда взглядом он чувствовал себя мальчишкой.

- Дети во дворце, не переживай, - Эдвард решил перейти к самому главному. - Я сам их отвезу.

- Рада за них, - Мария-Терезия сделала глоток из фарфоровой чашки с расписными розами. Зная бабушку, император готов был поклясться, что в чашке отнюдь не чай.

- Как я понимаю, ты знала?

- О том, что эти негодники направились к тебе искать справедливости? Пришлось им немного подыграть, чтобы они добрались до тебя безопасно.

- То есть никакой паники и никаких сюрпризов?

- Почему? Я была удивлена, что Мэт решился. А сюрпризы? Не тогда, когда что-то под моим контролем, милый.

- Мэтт обвинил меня в том, что я предал Джона, - сообщил император.

- Хороший мальчик. Правда молод и потому склонен к необдуманным поступкам.

- Наверное…

- Вспомни себя в его возрасте, Нед.

- А что я? - император пожал плечами.

- Ты постоянно спорил с отцом.

- Но если он был неправ!

Тихий смешок, прозвучавший за изображением, был ему ответом. Эдвард улыбнулся:

- Добрый вечер, сэр Рочестер!

- Ваше величество, - камера перевела объектив на пожилого джентльмена.

- Вы? В такой час? - он лукаво посмотрел на бабушку, которая невозмутимо пила чай. - Мне стоит беспокоится и начать интересоваться вашими намерениями, милорд?

- Эдвард, - поморщилась Мария-Терезия. - Давай обойдемся без твоих шуток дурного тона!

- Должен же я взять реванш за то, что ты подкинула мне во дворец двух подростков! Я только избавился от них!

- Они не мыши и не тараканы, Нед, - поучительно произнесла бабушка. - кстати, Фелиция рассказала мне об ультиматуме Джаспера.

- Да?  И что ты, вернее, вы с лордом Рочестером думаете об этом?

- Стране нужен наследник.

- Почему бы Джасперу и самому не исполнить эту святую обязанность и оставить меня в покое? - проворчал император.

- Потому что ты - император? - Мария-Терезия отставила чашку. - Я все понимаю, Нед, но ты должен решиться.

- Думаешь, подкидывая мне детей ты ускоришь этот процесс?

- Я всего лишь не стала их останавливать. Видишь, они пришли к тебе сами, значит доверяют.

- Они пришли к Эмбер, - сообщил он и прикусил язык, понимая, что впервые назвал госпожу “Нет” по имени при посторонних. - Я просто оказался рядом.

- В такое время? - передразнила его вдовствующая императрица. - Мне стоит поинтересоваться твоими намерениями?

- Я собираюсь закончить разговор и лечь спать, у меня завтра тяжелый день.

- Когда было иначе? - фыркнула бабушка. - Знаешь, может быть тебе стоит приехать ко мне на выходные? Свежий воздух пойдет тебе на пользу. Заодно привезешь детей.

- Я подумаю, - пообещал Эдвард и отключился.

Сэр Рочестер бросил на подругу задумчивый взгляд:

- Не слишком ли грубо ираешь, Мари?

- Грубо? С чего ты взял? - она потянулась за корзинкой для рукоделия и достала недовязанную шаль.

- Мать девочки наверняка тоже захочет приехать.

Вдовствующая императрица улыбнулась:

- Вполне вероятно. Надо не забыть послать ей приглашение. Думаю, Неду не составит труда привезти их всех вместе.

Бывший министр иностранных дел покачал головой:

- Ты понимаешь, что может произойти?

- Еще одна сказка о золушке? Что ж, миру нужны подобные сказки. Они усиливают веру в избранность монархов и приносят нам деньги.

- Эмбер Дарра не так проста. Смотри, чтобы обошлось без сюрпризов.

Старушка лукаво улыбнулась:

- Сюрпризы? Милорд, какие могут быть сюрпризы, когда все под моим контролем?

Сэр Рочестер только вздохнул и покачал головой.

Глава 14

На этот раз обошлось без сновидений. Эмбер так устала, что крепко заснула, как только голова коснулась подушки. Проснувшись по будильнику, она долго лежала, смотря невидящим взглядом на балдахин и собираясь с мыслями, как всегда делала перед судебными заседаниями.

Когда она вышла в гостиную, Алекс уже была там. Судя по сервировочному столику, завтрак им привезли в комнату.

- Ты все-таки будешь защищать дядю Мэтта? - девочка намазала хрустящий тост джемом, подцепила пальцем капельку, готовую вот-вот сорваться с края.

- Алексия, где твои манеры! Ты все-таки дочь барона!

- Который за четырнадцать лет вспомнил о моем существовании, когда ему понадобился заложник во дворце, - фыркнула девочка, облизывая палец. - Интересно, он знал о предстоящем покушении?

- Я тоже думала об этом, - нехотя призналась Эмбер.

- Мам, а можно ты еще раз выйдешь замуж и твой муж меня удочерит? Только путь это будет не наш сосед!

- Алекс! - от сердца немного отлегло. как ни крути, Эмбер опасалась, как дочь воспримет то, что у ее матери есть личная жизнь. - Откуда ты…

- Да пару раз видела вас вместе, - отмахнулась девочка. - Мам, он зануда и у него лысина на макушке.

- Ты говоришь так, словно Фредерик уже сделал мне предложение, - она налила себе кофе и заставила откусить кусочек тоста.

Как обычно, есть не хотелось, но заседание могло затянуться до вечера, поэтому приходилось запихивать в себя хоть что-то.

Алексия пожала плечами, поскольку как раз жевала - как и все подростки, она не страдала отсутствием аппетита. Эмбер только вздохнула, допила кофе и отправилась приводить себя в порядок.. Чуть позже, одетая в стальной серый костюм, точно в броню, она вышла из комнаты. Строгий пучок, легкий макияж, капелька духов на запястья и мужские часы - госпожа “Нет” готова была вести сражение.

Дочь как раз доедала последний тост. Взглянув на маму, она вытянула руку и подняла большой палец вверх, давая понять, что мать хорошо выглядит.

- Алексия, пожалуйста, сегодня без глупостей, - попросила Эмбер. - Я не могу быть и там и здесь одновременно!

- Ладно, - кивнула девочка и совершенно серьезно добавила. - Мам, удачи!

- Спасибо.

Хотя до здания суда, напоминавшего скорее замок, чем административное здание, можно было дойти пешком, император настоял на флаере и охране. Сам он должен был появиться позже, к началу заседания.

Идя по мозаичному полу огромного холла с арочными сводами, Эмбер чувствовала привычную дрожь: адреналин начинал бурлить в крови. Найдя нужный номер на дверях зала заседаний, около которого уже толпились репортеры, она остановилась, внимательно рассматривая толпу.

Эдвард постарался на славу, адвокат довольно улыбнулась, видя эмблемы межмировых новостных каналов.

Кто-то начал репортаж, не дожидаясь заседания. Её репортеры не узнали. Пока что, но Эмбер понимала, что это - всего лишь отсрочка.

Огромные дверь, на которых был вырезан герб империи распахнулись, и журналисты ринулись к входу.

- Стоять, - стражники в старинных мундирах (ох уж эти традиции) скрестили алебарды, преграждая путь. - Заседание закрытое.

- Как это? Почему? - заволновалась толпа. Поверх голов засверкали вспышки камер.

- Прекратите съемку! - потребовал один из стражников.

- Мы в своем праве! - возмутился один из репортеров. Эмбер моментально узнала его - слишком часто его лицо мелькало в международных новостях.

- Разрешите! - негромко попросила она, направляясь к дверям.

В холле воцарилась тишина. все с изумлением смотрели на хрупкую блондинку в сером костюме с мужскими часами на запястье.

- Это же…

- Эмбер Дарра?

- Что она здесь делает?

Репортеры расступились.

Эмбер сухо улыбнулась и подошла к дверям.

- Я - адвокат обвиняемого.

Охранники переглянулись, прекрасно понимая, что не имеют права не пустить официального защитника, тем более такого известного.

- Что здесь происходит? - судебный пристав, облаченный в черную мантию с белым воротничком подошел к дверям.

- Я - Эмбер Дарра, представляю интересы Альянса, - достаточно громко произнесла Эмбер. Толпа за спиной снова заволновалась. Репортеры жаждали подробностей.

- Здесь рассматривается дело полковника Уайта, - проинформировал ее пристав, сверившись со списком, который держал в руке. - Заседание закрытое.

- Обвинение основывается на уликах, затрагивающих интересы Альянса и его граждан. В этом случае, закрытое заседание возможно только при согласии всех сторон.

- Которого Альянс не давал! - Эшли вышел из-за колонны вступая в игру. При виде министра юстиции Альянса репортеры заволновались еще больше, чуя очередную сенсацию. Эшли подошел и встал рядом с Эмбер.

- В случае отказа пропустить нас и прессу на заседание Альвион получит ноту протеста и судебный иск за клевету.

Эмбер еле заметно улыбнулась. Пристав побледнел и беспомощно оглянулся, но в зале кроме него, судебного секретаря и стражников никого не было.

- Я… позвольте я уточню, - пролепетал он, но не успел закрыть дверь. Эшли моментально подставил ногу, лишая того возможности сбежать. Охранники нахмурились.

- Простите… - один из них двинулся к министру юстиции.

В этот момент двери во дворец правосудия распахнулись и в центр парадным строевым шагом вышел начальник караула, который торжественно объявил:

- Его императорское величество Эдвард Пятый!

“Вот все-таки насколько в имперацев вбито почтение перед монархом,” - изумлялась Эмбер, рассматривая склонивших головы людей: репортеры, операторы, клерки, адвокаты… Все, кроме военных. Те, напротив, вытянулись по стойке “смирно”, отдавая честь.

Под прицелом моментально включенных камер Эдвард подошел к залу заседаний.

- Господин Говард, рад вас видеть… госпожа Дарра…

- Ваше величество, - Эшли еще раз поклонился и пожал протянутую руку. Эмбер сделала положенный реверанс, которые, тут следовало признать, у нее получались все лучше.

- Как я понимаю, вы изумлены не меньше моего?

- Именно.

- В таком случае, предлагаю войти в зал и разобраться с обвинениями, - Эдвард махнул рукой. Пристав побледнел и отступил в сторону.

- Ваше величество… - он почтительно поклонился.

Эмбер даже стало жалко этого человека, так некстати оказавшегося на пути императорского правосудия. С другой стороны, в любой профессии есть свои издержки. Бросив на беднягу сочувствующий взгляд, она проследовала за императором в зал судебных заседаний.

Идущий рядом с ней Эшли критически хмыкал, рассматривая деревянные панели, наполовину закрывающие стены, лепной потолок и огромные хрустальные светильники. Сам он, насколько помнила Эмбер, предпочитал металл и стекло.

Эдвард занял место на деревянной скамьей, больше подошедших церкви, чем залу суда, Эшли присоединился к нему, выбрав роль наблюдателя, а Эмбер направилась к массивному адвокатскому столу, расположенному около балюстрады, за которой находилось место обвиняемого. Репортеры, хлынувшие в зал, старались сесть так, чтобы ничего не пропустить. Секретарь, сидевший рядом с судейским столом ошеломленно смотрел на все это.

- Что здесь… - лорд Боллленброк замер на пороге. - Господа, это - закрытое заседание!

- Уже нет, милорд, - вежливо возразила Эмбер. Она заметила, что император не стал оборачиваться, чтобы не быть узнанным и теперь ухмылялся, внимательно слушая диалог.

- Госпожа Дарра? Видимо, должности первого секретаря императора вам мало? - процедил он.

Она ослепительно улыбнулась:

- Что поделать, в императорском дворце наши прения не столь интересны.

- Учтите, что здесь ваш царственный покровитель вам не поможет! Вы останетесь одни на один со мной и судьями!

Эмбер приподняла брови.

- Надеюсь, вы будете талантливее вашего сына и я хотя бы получу удовольствие от прений.

В зале послышались смешки. Болинброк покраснел.

- Да как вы смеете! - прошипел он. - Вы вообще не имеете права находится здесь! Кто вас впустил?

Он повернулся к приставу. Тот окончательно сник.

- Я, - император все-таки обернулся и смерил взглядом своего министра. - И распорядился впустить прессу.

- Ваше величество, - тот быстро поклонился. - Простите, это - закрытое заседание. Нахождение здесь посторонних недопустимо.

- Оно перестало быть закрытым, как только вы затронули репутацию Альянса, - возразил Эшли Говард. По примеру императора, вставать он не стал. Эмбер заметила, что лорд Болинброк занервничал. Либо просто волновался, либо… На всякий случай она быстро набрала сообщение Селл  и отправила. Вовремя! Как раз в этот момент в зал ввели Джона Уайта. Облаченный в парадный мундир, он выглядел невозмутимым, хотя острый взгляд мог заметить то, как он сжимает кулаки а так же подрагивающую жилку у виска. При виде заполненного зала, Джон недоуменно нахмурился, затем его взгляд переметнулся на Эмбер.

- Эм… госпожа Дарра? - в голосе смешалось все: удивление, облегчение, радость от того, что про него не забыли.

- Полковник, - женщина кивнула. - Извините, не успела предупредить - я буду защищать вас, если вы согласны.

- Разумеется, - взгляд скользнул дальше. - Ваше величество…

- Полковник, прошу прощения за это… недоразумение. надеюсь, скоро все уладится, - отозвался Эдвард, демонстративно отворачиваясь от лорда Боллинброка.

- Встать, суд идет! - радостно от того, что может переложить ответственность на других, провозгласил пристав. Все, кроме императора поднялись.

В черных мантиях и париках судьи прошли в зал и замерли, пытаясь понять, почему зал полон. Один из них вдруг заметил императора и указал остальным. Все трое направились к монарху.

- Ваше величество, рады приветствовать вас в нашей обители, - заученные слова раздались под сводами. - Да будет наш суд справедливым и беспристрастным!

Они поклонились. Эмбер прикусила губу, заметив округлившиеся от удивления глаза Эшли. Конечно, ее друг давно вращался в политических кругах, но император никогда раньше не появлялся на процессах и вид кланяющихся судей поверг министра юстиции в легкий шок.

- Благодарю, - отозвался Эдвард, автоматически приняв позу, будто сидел на троне в мантии и короне. - Да свершиться правосудие.

Судьи еще раз поклонились и заняли свои места на за огромным старинным столом.. Спинки у их стульев были такими высокими, что у Эмбер при одном взгляде на них заныла поясница.

- Слушается дело империя Альвиона против полковника Уайта, - провозгласил пристав.  С этого момента он был единственным в зале суда, исключая императора, кто мог говорить без разрешения судей и свободно передвигаться по залу. - Империю представляет его милость лорд Боллинброк…

Слушая стандартные формулировки начала заседания, Эмбер внимательно изучала лорда Боллинброка. До этого времени она имела дело только с его сыном, и хотя яблочко от яблони обычно падало не далеко, но не стоило недооценивать противника.

- Защиту обвиняемого берет на себя гражданка Межмирового Альянса госпожа Дарра.

Услышав свое имя Эмбер встала и коротко поклонилась, подумав, что за сегодняшний день она с традициями империи разомнет шею на год вперед.

- Госпожа Дарра почему вы не указаны в повестке заседания? - поинтересовался один из судей.

- Прошу прощения, ваша честь, все решилось сегодня утром.

Судья кивнул и обратился к Джону:

- Полковник Уайт, ранее вы отказались от защитника, что вы скажете теперь?

- Не возражаю, ваша честь.

- Формальности соблюдены. Пристав, принесите госпоже Дарре мантию и парик. Где-то за спиной хрюкнул Эшли. Эмбер постаралась запомнить, чтобы потом высказать другу все, что она думает по этому поводу. Облачившись в мантию и надев на голову небольшой парик, она снова присела на свое место и сосредоточилась на вступительной речи обвинения.

Она была короткой и невнятной, не ожидавший сопротивления лорд Боллинброк даже не стал готовиться, ограничившись общими фразами: “предавший доверие императора” и “измена Родине”.

- Госпожа Дарра, ваше слово, - обратился к ней пристав.

Она встала:

- Ваша честь, простите, я так и не поняла, в чем конкретно обвиняют моего клиента.

- Простите, вы что, не слушали речь обвинения? - поразился судья.

- Слушала, и очень внимательно, но, к сожалению, кроме общих фраз лорд Боллинброк ничего не сказал. В чем состоит суть преступления?

- Полковник Уайт неоднократно подвергал риску жизнь и здоровье его величества, допуская к полетам!

- Разве его величество не заканчивал летную академию?

- Разумеется, заканчивал.

- И там его жизнь не подвергали опасности? Или он никогда не садился за штурвал пилотника? - Эмбер выразительно приподняла брови.

Репортеры зашушукались.

- Конечно, он управлял летательными аппаратами.

- И потом, разве его величество, будучи наследным принцем, не служил в летной части?

- Госпожа Дарра, мы здесь не для того, чтобы разбирать биографию его величества! - возмутился лорд Боллинброк.

- Правильно, мы здесь, чтобы расследовать правомерность действий полковника Уайта по отношению к своему монарху, который на протяжении последних пятнадцати лет подвергался опасности, поскольку садился за штурвал летательных аппаратов разного уровня сложности. Странно только, что на скамье подсудимых сейчас полковник Уайт, а не командование военно-воздушных сил Альвиона в полном составе.

В зале послышались смешки.

- Тогда был приказ императора о допуске наследника…

- Подождите, а сейчас? - Эмбер повернулась к Джону. - Полковник, у вас был приказ его величества?

- Разумеется.

- Вот как? Тогда может быть, лорд Боллинброк пояснит всем нам, чем  приказ нынешнего императора отличается от приказа его предшественника?

- Ну… э… Это не относится к делу.

- Отчего же? Потому что иначе ваше обвинение становится ничтожным?

- Госпожа Дарра, это - вступительная речь, а не прения! - попытался спасти ситуацию один из судей.

- Ваша честь, я хочу понять, есть ли вообще хоть одно весомое обвинение или, затевая  этот процесс, лорд Боллинброк преследовал личные цели.

Судья покосился на императора, тот кивнул.

- Продолжайте, госпожа Дарра.

- Итак, вы вменяете полковнику в вину исполнение приказа, отданного императором.

- Если этот приказ касается безопасности его величества…

- Вы понимаете, что создаете прецедент по которому в дальнейшем любой военный может отказаться исполнять приказ, мотивируя, что счел его небезопасным для правителя? - продолжала Эмбер.

- Но позвольте…

- Не позволю. Согласно военному кодексу, - она достала свои записи и сверилась с ними: -  А именно главе второй, параграфу первому “Выполнение приказа, отданного правителем - первейший долг того, кто давал присягу. Отказавшийся считается изменником и подлежит суду военного трибунала.”

Адвокат протянула листок приставу. Он кивнул и положил лист судьям. те вчитались в строки и переглянулись:

- Обвинение снято.

Репортеры опять зашушукались и главному судье пришлось несколько раз стукнуть молотком, призывая к порядку. Эмбер заметила как усмехается Эшли и как склоняется к императору, шепча что-то. Эдвард кивнул и так же тихо ответил.

- Благодарю, ваша честь, - адвокат снова поклонилась. Парик едва не съехал, пришлось его поправить. - Полагаю, это касается всех обвинений?

Судьи снова переглянулись, явно недоумевая.

- Обвинение в измене неоспоримы. У нас есть доказательства, что полковник Уайт брал взятку от стороннего лица…

- Я так понимаю, что речь идет о видеозаписи с камер наблюдения здания Ассамблеи Межгалактического Альянса? - невинным голосом поинтересовалась Эмбер.

- Откуда? - охнул министр юстиции, но сразу же взял себя в руки. - Мы предоставим эту запись во время процесса.

- Вы гарантируете ее подлинность?

- Разумеется, это ведь камера видеонаблюдения Ассамблеи Альянса. Как вы знаете, записи с них не подвергается сомнениям.

- Прекрасно, тогда я прошу включить в список улик еще две записи с камер видеонаблюдения, на которых банкир Фредерик дю Барри запечатлен в то же время, но совершенно в другом месте, - она протянула лист ходатайства приставу.

- Подождите, - судья взял документы. - Вы утверждаете, что на всех трех записях в одно и то же время присутствует один и тот же человек?

- Именно так, ваша честь.

- И места абсолютно разные?

- Господиню дю Барри потребовалось бы не менее двух часов, чтобы доехать из одного места, где его видели в другое.

- Записи подделаны! - взвился лорд Боллиброк.

- Вы сами только что утверждали, что такое невозможно, - парировала Эмбер.

- Ну теоретически… - протянул он, старательно избегая встречаться взглядом со своим императором.

Судя по играющим на щеках желвакам Эдвард с трудом сдерживался, чтобы не вскочить, прерывая заседание и не схватить своего министра за грудки, чтобы вытрясти из него правду.

- Практически мы имеем три записи с камер видеонаблюдения, демонстрирующих одного и того же человека одно и то же время в двух разных местах, - прервала его Эмбер.

- Три?

- Одна из Ассаамблеи Альянса, и две из жилого комплекса: наружная и внутренняя камеры наблюдения, - пояснила Эмбер.

- Милорд, объясните, как такое возможно? - потребовал судья.

- Я… эти записи - подделка! Я слышал, что есть методы, мы, конечно ими не пользуемся, но…

- Они называют это коррекцией, - прервала его Эмбер.

После ее слов в зале воцарилась абсолютная тишина, все замерли, не желая пропустить ни слова.

- Любое изображение - всего лишь двоичный код, его легко скорректировать, если знать как.

- Видите, госпожа Дарра сама призналась в подделке, - обрадовался Боллинброк.

- Я всего лишь сказала, что подделка возможна. Поэтому предлагаю суду не принимать во внимание ни одну из записей, снять все обвинения с полковника Уайта и отправить дело на доследование в связи с вновь открывшимися фактами.

- Вновь открывшимися фактами? - поинтересовался один из судей. - Это какими же?

- Лорд Боллинброк в течение этого года малыми партиями скупал акции компании, владеющей межмировым экспрессом. На сегодняшний день, - Эмбер взглянула на экран галафаона, куда Селл прислала информацию по запросу. - На его имя почти двадцать процентов.

- Это ничего не доказывает!

- Кроме того, что вам было невыгодны космические исследования и вы всеми силами пытались помешать им, лоббируя запреты в парламенте, а когда это не удалось, решили дискредитировать императора.

- Вранье! - министр юстиции побледнел и рванул воротник мантии. - Да что вы все слушаете ее! Эмбер Дарра - главный враг Альвиона! Она специально делает все, чтобы очернить меня! Всех нас!

Его крики потонули в гуле голосов. Репортеры повскакивали со своих мест, пытаясь задать вопросы. Судье пришлось долго призывать к порядку. Выждав, пока публика в зале успокоится, эдвард поднялся, вынуждая всех встать.

- Милорд, обвинения, выдвинутые госпожой Даррой очень серьезны… У вас есть доказательства, опровергающие выдвинутые против вас обвинения?

- Ваше величество, вы готовы поверить врагу государства?

- Я готов поверить фактам, а они сейчас говорят против вас, милорд!

- Я… я никогда не желал вам смерти, ваше величество, я готов подтвердить это на полиграфе.

- Охотно в это верю, но желали ли вы видеть меня своим монархом? И готовы ли вы подтвердить на полиграфе и это?

Старик побледнел и, медленно опустившись на стул, закрыл лицо руками. Император кивнул и обратился к судьям:

- Милорды, ваше слово?

- Принимая во внимания все обстоятельства, суд считает необходимым снять с полковника Уайта все обвинения и отправить дело на доследование.

Слова председательствующего судьи утонули в аплодисментах. Репортеры кинулись к Джону, намереваясь взять у него интервью. Сухо улыбаясь, полковник решительно отстранил их, подошел к Эдварду и по-военному щелкнул каблуками:

- Мой император…

- Полковник, мои поздравления… и извинения за причиненное беспокойство.

- Служу Альвиону и императору, - отозвался Джон.

Глава 15

- Как ты догадалась про акции? - поинтересовался Эшли у Эмбер, когда они, прорвавшись сквозь ряды репортеров, все вместе с императором и Джоном сели во флаер. - Вчера ведь об этом разговора не было.

- Не просто же так Боллинброк придумал все это… - Эмбер устало откинулась в кресле. - Мы же еще вчера говорили, то тот, кто это все затеял, не желал смерти Эдварду… Вот я и подумала… Только из-за детей проверить не успела…

- Каких детей? - нахмурился Джон, пока Эшли переваривал то, что Эмбер называет императора по имени, и это звучит… совершенно обыденно, словно так и должно быть.

- Твоих в том числе, - усмехнулся император.

- Извини, я наверное, слишком долго пробыл в тюрьме и кое-что упустил… Откуда у меня дети?

- Твой племянник, болван! Он подговорил одну юную леди пробраться во дворец, используя твой пропуск, благо генетическое сходство высоко, да и Селл впустила паршивца…

- Это был досадный технический сбой, - раздался обиженный голос голограммы.

- Отдать тебя на перепрошивку?

- Милый, ну зачем рубить сгоряча? - откликнулась Селл.

Эдвард хмыкнул и продолжил:

- В общем, Мэтт был настроен вытащить тебя из тюрьмы любой ценой, и хотя наши намерения совпадали, мне пришлось задать ему головомойку, так что я вылетел из списка “любимых друзей дяди Джона”.

- Вот паршивец! - процедил Джон, сжимая кулаки. - Выпорю!

- Меня? - усмехнулся император.

Ему хотелось шутить, а еще похлопадь друга по плечу и откупорить бутылку шампанского. Нет, лучше ящик!

- Мэтта! - рявкнул полковник Уайт. - Что он о себе возомнил?

- В принципе, им двигали благородные мотивы, - вмешалась Эмбер. - Стоит ли наказывать мальчика за то, что он пытался спасти того, кто ему дорог?

- Вы решили стать адвокатом всей нашей семьи? - весело поинтересовался полковник Уайт.

- Боюсь, тогда вы разоритесь. Только избранных, - Эмбер вымученно улыбнулась. Эдвард это заметил и потянулся к бару:

- Виски?

Женщина покачала головой:

- Нет, надо еще проверить соглашение с Альянсом.

- Чего его проверять? - обиженно фыркнул Эшли. - Я готовил его лично.

- Вот поэтому его обязательно надо проверить! - возразила Эмбер.

- Играешь против меня? - хмыкнул Говард и тут же примирительно поднял руки, заметив опасный блеск в глазах собеседницы. - Шучу, шучу.

- Вот и славно, но все соглашения я все равно проверю.

- А как же иначе.

Эмбер сухо улыбнулась и отвернулась к окну, давая мужчинам понять, что не намерена больше вести беседу.  Адреналин недавней схватки схлынул, уступив место усталости и… страху? Эмбер поняла, что дрожит. Что с ней? Неужели она… Она боялась?. Отчаянно не хотела себе в этом признаваться, а тем более показывать, но в тот момент, как флайер отрывался от земли, ей удавалось дышать… не сразу.

Утром, когда они летели на заседание  этого не было, оно и понятно - слишком уж госпожа Дарра была увлечена предстоящей схваткой. теперь, когда мозгу нечем было занятся, тревога усилилась, грозя перейти в паническую атаку. Перед глазами мелькали видения: свет гаснет и они падают, зеленые стволы деревьев - именно такими они кажутся в приборах ночного видения, пилот, лежащий без сознания на пульте управления… Страх сковал тело, в ушах шумело.

- Отлично, госпожа Дарра, займитесь этим. Но, думаю, не сегодня, - донесся до нее голос императора. Эдвард. Он справился тогда, он поможет ей и сейчас.

Эмбер не знала, как ей все-таки удалось заставить себя улыбнуться - и, главное, дышать. Губы плохо ее слушались, но она должна справиться, как иначе. Но пока кровь стучала в висках и сквозь этот грохот она с трудом слышала слова, даже важные.

- Почему не сегодня? - рефлекторно спросила она.

- Сегодня нам всем не до этого, - беспечно отмахнулся император, даже не подозревая, что творится в голове женщины. И тут же спросил: - Сэлл, все готово?

- Да, повелитель! - томно, с придыханием, протянул искусственный интеллект. Хоть голограмма и не появлялась во флаере - слишком далеко было расстояние до дворца, но легко было представить Селл в полупрозрачных шароварах и золотистом лифе, возлежащую на диване.

Эмбер перевела взгляд на мужчин, гадая, что пропустила, пока пыталась справиться со своими нервами. Оба недоуменно хмурились, значит, не знали, что именно задумал правитель Альвиона.

- Прибыли принцесса Фелиция и герцог Йоркский, - тем временем продолжала голограмма.

- Хорошо, - кивнул император. Он выглядел очень довольным. Словно ребенок, дождавшийся подарка на день рождения.

Любопытство, что же такое задумал его величество, было настолько велико, что пересилило страх. Весь остаток пути Эмбер задумчиво смотрела на монарха, гадая, что же у него на уме.

Она пропустила момент, когда флаер пошел на снижение. Опомнилась, только когда мерный гул мотора стих.

- Ну что же, - император первый вышел и протянул руку Эмбер, помогая спустится. - Начнем!

Он повернулся и направился во дворец. С сестрой он встретился в холле. Фелиция как раз собиралась подняться.

- Нэд! - она подошла к брату и сделала положенный реверанс. Её муж поклонился. - Что происходит?

- Заговор, Лисс, просто заговор, - беспечно отозвался он. - Джаспер, наши договоренности в силе?

- Да, ваше величество, - герцог позволил себе улыбнуться.

Он казался расслабленным и довольным жизнью, а Эдвард на миг задумался - а все-таки насколько он знает мужа своей сестры. Вопрос был не о доверии, он поставил на своего родственника. А о том, каков Джаспер, герцог… на самом деле. Странно, такие вопросы никогда не приходили ему в голову. Насколько он знал об истории отношений Фелиции с мужем. брак был, скорее, по любви, чем по расчету. Хотя у сестры одно с другим не расходилось. Но более удачного варианта для замужества принцесса просто не могла найти. И как ей это удается? И почему не удается ему?..

Он бросил взгляд на стоящую перед ним пару. Грациозная, он никогда бы не назвал Фелицию хрупкой, женщина и высокий мужчина на полшага позади нее. Всего на полшага. Теперь он выйдет вперед. Правильно ли это? Но переигрывать было уже поздно.

- В таком случае, герцог, следуйте за мной, - подчеркнуто спокойно произнес Эдвард. - Эмбер, вы тоже!

- Да, ваше величество, - Джаспер посторонился, пропуская его вперед. Эмбер шагнула следом и встретилась взглядом с мужем принцессы. Показалось, что в его глазах мелькнуло одобрение. В любом случае, он галантно поклонился, пропуская ее вперед и направился следом, замыкая шествие.

Фелиция чуть повернула голову, следя за ними взглядом. Движение, отточенное годами, и если бы не едва заметно подрагивающие руки, никто бы и не заметил, что принцесса волнуется.

- Нед,- окликнула она брата.

- Да? - он замедлил шаг, но не стал оборачиваться, только тяжко подумав, что сейчас ему только не хватало ругани с Фелицией. Понятно, это не остановит его и не отменит ни его решения, ни уверенности в собственной правоте, но…

- Удачи, брат, - тихо проговорила принцесса.

“Я не согласна с твоим решением, но я поддержу тебя”, - услышал он.

Признательно улыбнувшись, он стал подниматься по лестнице. Как будто на штурм вражеских укреплений.

Глава 16

Под сводами огромного зала, спроектированного знаменитым архитектором для балов и приемов раздавался гул голосов, который сразу же стих, как только распахнулись огромные позолоченные двери.

- Его императорское величество…

Эдвард не стал дожидаться, пока объявят все его титулы,  а потом и перечислят титулы Джаспера, и переступил порог. Два десятка глаз уставились на него. Эдвард еле заметно улыбнулся. Лет десять назад это, возможно, смутило бы его, пять лет назад - вызвало раздражение от ощущения беспомощности, сейчас же он… Странно, но он ничего не чувствовал. Вернее, было какое-то странное удовлетворение от осознание того, что он делает все правильно, и это пойдет на благо государству. Да уж, закрой глаза и думай об Альвионе… Тем не менее, следовать совету до конца он не стал.

- Милорды, - он обвел собравшихся внимательным взглядом.

- Ваше величество, - премьер-министр выступил вперед. - Позвольте от  имени кабинета министров выразить удивление…

- Не позволю, - неожиданно для самого себя произнес Эдвард

- Простите? - опешил лорд Стенхоуп.

- Вы прекрасно знаете, по какому поводу я собрал вас здесь, милорд, - император прошел в центр зала. Джаспер следовал за ним, точно тень.

- Как я понимаю, вы хотите обсудить с нами недостойное поведение лорда Боллинброка, ваше величество? - судя по всему, это была заранее подготовленная фраза.

Эдвард покачал головой.

- Я не собираюсь обсуждать с вами хоть что-то, господа… - он выдержал паузу и спокойно добавил: - Властью, данной мне народом и богом, я выражаю вотум недоверия кабинету министров. Господа, вы свободны. Лорд Стенхоуп, передайте свои полномочия герцогу Йоркскому!

- Но…

- Это незаконно! - взорвался министр финансов. - Альвион - конституционная монархия, мы не позволим…

Император повернул голову и подчеркнуто вежливо посмотрела на Эмбер. Она шагнула вперед:

- Хартия 1650 года позволяет…

- Она давно устарела!

- Тем не менее, она не упразднена, - спокойно возразила адвокат и первый секретарь.

- Вы ссылаетесь на реликвию! - возмутился кто-то. - Все равно, как на кости динозавров!

- Да, но они существуют, так же как и хартия, подписанная вашими предками. Хотите ее оспорить? - Эмбер приподняла брови.

- Да!

- Жаль. поскольку именно в хартии указано, что тот, кто пытается ее оспорить, считается предателем и должен быть лишен жизни путем отсечения головы… ничего личного, просто традиция и старинные законы…

Министр сглотнул и попятился за коллег. Император обвел взглядом весь кабинет:

- Может быть, еще кто-то желает возразить?

Все молчали. Упрямо, раздраженно, но молчали. Глядя на этих людей, гораздо старше себя,  Эдвард впервые в жизни действительно чувствовал все бремя власти на своих плечах. Министры приходят и уходят, но именно он останется в истории и будет нести ответственность за все…

- Итак, - продолжил он, понимая, что надо заканчивать эту партию. - Милорды, прошу передать свои полномочия. Указ будет вывешен незамедлительно. Госпожа Дарра, прошу взять это на личный контроль.

- Да, ваше величество, - Эмбер сдержанно поклонилась. Не хотелось признаваться, но она была весьма впечатлена увиденным. Сейчас она понимала, почему на Альвионе сохранилась монархия, и восхищалась мужчиной, стоявшим перед толпой, которой он с легкостью управлял.

- Прекрасно, герцог, полагаюсь на вас, - Эдвард сухо улыбнулся Джасперу и вышел, оставляя за собой абсолютную тишину.

- А еще я уволю Тоби, - пробурчал император, когда они с Эмбер направлялись в одну из гостинных, Джаспер остался с министрами, чтобы обсудить сроки их отставки.

- После того, как вы разогнали кабинет министров, вряд ли кто-то обратит внимания на секретаря, - пожала плечами Эмбер.

- На вас же обратили… как только вы подписали контракт с Альвионом.

- Обстоятельства были слишком… шокирующими, - она с досадой поморщилась, поймав себя на мысли, что начинает разговаривать, как имперцы.

- Неужели? - улыбнулся Эдвард, резко останавливаясь и оборачиваясь к Эмбер.

- Увы… Я заметила, что вы вообще любите эпатировать окружающих.

- Возможно, - он вдруг воровато оглянулся и шагнул к ней.

- Что? - охнула она, уже догадываясь, что сейчас произойдет.

- Эпатировать окружающих, - хрипло повторил он ее слова. - Вы ведь тоже любите это делать?

- Нет! - возмущенно воскликнула самый известный адвокат. - Я… вы не понимаете, судебный процесс - это другое!

- И в чем разница? - не сводя с нее взгляда Эдвард плавно сделал еще один шаг вперед, заставляя пятится, пока она не уперлась спиной в стену.

- Суд - это сражение, - Эмбер все еще силилась сохранить спокойствие, хотя в ушах шумело, а взгляд то и дело падал на губы императора.

- По моему в нашем случае это было избиением, - вдруг широко улыбнулся Эдвард.

Ну почему у него такие красивые губы? От этой улыбки внутри нее что-то сжалось, а дыхание перехватило.

Воспользовавшись заминкой, император оказался совсем рядом, и Эмбер инстинктивно положила ладони ему на грудь, пытаясь сохранить хотя бы видимость дистанции.

- Эдвард…-  голос звучал очень хрипло.

Эмбер беспомощно смотрела в его глаза, потемневшие, словно море в шторм.Она понимала, что произойдет, но никак не могла определиться, хочет этого или нет. Роман с работодателем, еще и императором не мог привести ни к чему хорошему, но вопреки здравому смыслу, Эмбер тянуло к этому мужчине, слово мотылька к огню.

Не зная, как поступить, она в нерешительности замерла, и Эдвард моментально воспользовался этим, приникая губами к ее полуоткрытым губам.

И Эмбер уступила. Слишком давно хотелось это сделать: ощутить вкус поцелуя, почувствовать сильные мужские объятия и хотя бы на несколько минут забыть обо всем.

Эдвард что-то пробормотал и прикусил ее нижнюю губу, дождался судорожного вздоха, а потом принялся покрывать  поцелуями шею, каждый раз слегка прикусывая кожу. Шея, ложбинка между ключицами… Кажется он расстегнул пуговицы блузки, но Эмбер почти не заметила этого. Адреналин бушевал в крови. Мысль о том, что это опасно, и в в любой момент их могут увидеть, пьянила не хуже шампанского.

- Нэд, мы заждал… - раздался голос принцессы.

Тихий стон сорвался с его губ. Император оглянулся, старательно закрывая собой Эмбер. Впрочем, Фелиция все равно наверняка о всем догадалась. Она выпрямилась ее больше, лицо будто застыло.

- Ваше величество, вас все ждут, - обронила сестра и направилась обратно. Эдвард подождал, пока хлопнет дверь и только тогда отодвинулся.

- Напоминает старшую школу, - хмыкнул он, жадно следя за тем, как Эмбер застегивает пуговицы блузки и пытается расправить смявшийся пиджак. Ее щеки пылали, а в глазах все еще плескалась страсть. - Во всяком случае, ощущения очень похожие.

- Боюсь, сравнивать мне не с чем, - сухо обронила Эмбер.

Слова императора ее уязвили. Хотя, онам прекрасно понимала, что заслужила подобное. Зажиматься в коридоре, как пара подростков! И это она, которую прозвали "Госпожа Нет"! Что вообще с ней происходит?

- Ты не ходила в старшую школу?

Вопрос застал врасплох. Какое ему в сущности дело?

- Я не целовалась в коридорах.

Если Эмбер и хотела поставить его не место, то ей это не удалось.

- Ты была одной из тех пай-девочек,кто всегда делает уроки и не ходит к парням в гости с ночевкой? - поинтересовался Эдвард, пропуская ее вперед.

- Какая разница? - Эмбер пожала плечами. Мысли все еще разбегались, и она не могла придумать достойный ответ.

Улыбка сбежала с лица императора, он нахмурился, словно услышал что-то неприятное.

- Вы правы, никакой. И поскольку моя сестра любезно напомнила, что нас ждут…

Он направился в ту сторону, куда ушла Фелиция, совершенно не заботясь, последует ли за ним Эмбер. Вернее, он был уверен, что обязательно последует. В любой другой ситуации, она развернулась бы и направилась прочь, но сейчас это бы накалило обстановку до предела. Эмбер понимала, что только что вызвала неудовольствие монарха, но не понимала, чем именно.  Решив подумать об этом позже, она направилась за своим работодателем.

Они зашли в малую гостиную, которую принято было использовать, если прием готовился только для своих. Алый шелк на стенах и обилие позолоты сейчас вызывали у Эдварда только раздражение. К чему обладать всем этим, если не можешь получить женщину, которую хочешь? В том, что он хотел Эмбер Дарру, император не сомневался. Вопрос только: хотела ли она его? А если да, то почему так упорно воздвигала между ними стену?

Покашливание Фелиции заставило его опомниться. Эдвард сухо улыбнулся собравшимся и сделал знак лакею, стоящему у дверей, чтобы тот поставил на стол поднос с бокалами и ведерком, в котором охлаждалась бутылка.

- Дамы и господа, - торжественно объявил император. - Полагаю, у нас есть повод для праздника!

- Шампанское? - Фелиция изогнула бровь.

- Ты что-то имеешь против?

- Мне кажется, у нас кризис в правительстве.

- Мне кажется, кризис миновал, и у нас смена кабинета министров, - Эдвард пристально посмотрел на сестру. - Но если у тебя есть возражения…

Принцесса повела плечом, давая понять, что возражений у нее достаточно, но она не собирается высказывать их.

Император подхватил запотевший бокал, дождался, пока слуги выйдут и продолжил:

- Итак, я бы хотел поднять этот бокал за начало успешного сотрудничество двух миров: Альвиона и Межгалактического Альянса!

- За наши договоренности! - откликнулся Эшли Говард, салютуя императору бокалом. Эдвард кивнул и сделал несколько глотков, чувствуя, как напряжение уходит. От него не укрылось, что Фелиция едва пригубила напиток. Вообще сестра выглядела какой-то… потерянной? Да, пожалуй, это самое правильное слово. Она то и дело поглядывала на двери, явно ожидая мужа. И император вдруг почувствовал угрызения совести за то, что почти разрушил устоявшуюся жизнь сестры.

Привыкнув, что Джаспер всегда рядом, она явно страшилась перемен. Праздничное настроение мгновенно испарилось, Эдвард одним глотком осушил бокал и хотел подойти к сестре, но в эту минуту двери распахнулись, и в комнату вошел герцог Йоркский.

На один миг, прежде чем поклониться императору он задержал взгляд на жене и еле заметно ей улыбнулся. Только на миг их взгляды встретились. Фелиция улыбнулась в ответ и сразу же опустила ресницы, прерывая безмолвный разговор.

- Ваше величество, - Джаспер сразу же поклонился. Это все произошло настолько быстро, что не наблюдай Эдвард за сестрой, он бы ничего и не заметил.

Что было совершенно удивительно и так же недопустимо - император почувствовал зависть. В его жизни никогда не было отношений, чтобы так понимать: с полувздоха, с полувзгляда. Хотя… Он бросил взгляд на Эмбер…

Она стояла с бокалом в руке и смотрела… нет, не на него, а на Эшли Говарда! А тот что-то вполголоса говорил ей. Эдвард скрипнул зубами. В эту минуту он готов был порвать все подписанные соглашения и вызвать министра юстиции на дуэль, тем самым лишая Межгалактический Альянс получить умного президента. Император даже шагнул вперед. Это привлекло внимание. Эмбер отвернулась от Говарда и посмотрела на него. В ее взгляде была безумная усталость. Злость прошла. Схлынула, оставляя вкус горечи на губах. Эдвард подхватил со стола бутылку и сам наполнил свой бокал. не рассчитал, и шампанское перелилось, белой пеной хлынув на полированную поверхность.

- Нед! - Джон поспешил выхватить бутылку. Дождался, пока пена осядет и наполнил бокал до краев. - Это же не бренди!

- А жаль, - тихо заметил тот. Он хотел поинтересоваться у Джаспера, как все прошло, но вдруг услышал тихое шуршание за дверью. Их подслушивали!

В первый момент он пожелал вызвать охрану, чтобы те приволокли нарушителей. А в следующую секунду он понял, кто стоит за дверью.

Неугомонные дети, проникшие во дворец за справедливостью и оставленные им. Он поднося бокал к губам, покосился на Джаспера. Может, выдать ему и Фелиции на неделю-другую эту парочку юных нарушителей всего? Чтобы неповадно было шантажировать собственного императора? А то вздумали ставить ему условия, когда жениться и размножаться…

Хотя нет. Еще Фелиция вообще раздумает детей иметь в принципе. Тогда все конфликты с бывшим премьер-министром покажутся детским лепетом…

Пока он делал глоток шампанского и думал, как ему поступить с Мэтом и Алекс - не отдавать же приказ о порке в самом деле! - в дверь вежливо постучали.

- Можно войти? - раздался тонкий девичий голос.

У Фелиции от подобного нарушения протокола брови взметнулись вверх, что сделало ее лицо неожиданно забавным и неожиданно… живым.

- Войдите, - милостиво разрешил Эдвард, решив для себя, что будет наслаждаться спектаклем. И дети не обманули его ожиданий. По крайней мере, Мэтт. Он вошел в гостиную, печатая шаг, как на параде.

Джон чуть не подавился шампанским, Эмбер не удержала лица, в ее глазах мгновенно заплескалась тревога. Алекс тоже не выглядела довольной.

- Ваше величество! Я… я виноват перед вами, я позволил себе… и - Мэтт судорожно выдохнул и опустился на колено. - Примите мою клятву верности.

Со вздохом сожаления Эдвард отставил бокал. Клятва верности - традиционная присяга вассала своему сюзерену была еще одной традицией, тянувшейся сквозь тысячелетия. Как правило, ее приносили во время коронации высшие лорды королевства. Лорд Боллинброк в их числе, и это не помешало ему пытаться сместить Эдварда с престола, чтобы передать власть его сестре. Так что в святость клятвы император не верил, но глядя на этого мальчишку, он понял, это - не каприз. Произнеся клятву, Мэтт будет верен своим словам, и если ему скажут умереть за императора, примет смерть с радостью. Этого Эдварду не хотелось, но обидеть мальчишку отказом он тоже не мог.

Все еще колеблясь, он перевел взгляд на Джона. Друг кивнул, и император тяжело вздохнул.

- Встань!

- Но, - Мэтт упрямо вздернул голову, с вызовом смотря на монарха.

Эдвард криво усмехнулся:

- Мэтт, я понимаю, что ты еще не поклялся беспрекословно исполнять мои приказы, но если ты хочешь это сделать, то начни учиться исполнять их прямо сейчас.

Мальчишка покраснел и поднялся.

- Пойдем, - император устало вздохнул и подошел к ближайшему креслу. Расположился в нем, принимая заученную годами позу: прямая спина, руки лежат на подлокотниках.

- Мэтью Уайт! Желаешь ли ты присягнуть своему сюзерену? - повинуясь едва заметному кивку монарха спросил Джон.

- Да! - парень шагнул вперед и снова опустился на одно колено и протянул сложенные вместе ладони,которые император накрыл своими. От важности момента голос мальчишки дрожал.

- Я, Мэтью Джейкоб Уайт клянусь вам в своей верности, и я буду служить вам и вашим детям верой и правдой, как ваш пожизненный вассал. Да поможет мне Бог!

При слове “дети” Эдвард едва не закатил глаза: и этот туда же! Он недовольно покосился на Джаспера, гадая, не является ли клятва происками родственника, но герцог Йоркский выглядел озадаченным, как и все в комнате. Почти все, не считая розоволосую девчонку, на всякий случай державшуюся ближе к матери.

- Мэтью Джекоб Уайт, я принимаю твою клятву, - император встал, вынуждая мальчишку поднятся. - Я буду защищать тебя и твой род. Да поможет мне Бог!

По традиции вассал целовал сеньора, но вместо этого Эдвард похлопал по мальчишку по плечу и подтолкнул к дяде.

Глава 17.

Эмбер почти не обращала внимания на то, что происходило в комнате. Потягивая шампанское, она судорожно пыталась разобраться прежде всего в себе и почти не ощущала ни вкуса, ни опьяняющего действия напитка.

Когда-то она поклялась самой себе, что она и только она будет контролировать течение своей жизни. Потому что ни одна любовь, никакие отношения, никакой мужчина рядом не стоят унизительного чувства беспомощности, когда тебя предает тот, кого ты подпустила слишком близко к себе. И она не подпускала. Никогда и никого, но сейчас…

Она снова бросила задумчивый взгляд на мужчину, который последние дни занимал ее мысли. Высокий, красивый, властный. Он не привык слышать “нет”, но даже не допускающий, что такое слово в принципе существует. За столько лет работы Эмбер привыкла иметь дела именно с такими. И легко говорить им: “Нет”. Всем, кроме императора.

И дело было отнюдь не в Эдварде, а в ней самой, готовой вот-вот снова угодить все в ту же ловушку, что и пятнадцать лет тому назад.

Дойдя до этого пункта рассуждений, Эмбер скрипнула зубами. Злясь не на Эдварда, нет. Ну, в самом деле, не доверять же столь ответственное и важное кому-то постороннему, пускай даже и мужчине, который тебе нравился. Безумно.  Раздражала и бесила себя она сама.

- Тебе нужна помощь, - не вопросительно, а утвердительно проговорил Эшли, подойдя к ней с бокалом шампанского.

- Ты ее уже оказал, - отмахнулась она, моментально раздвигая губы в улыбке: сказывалась выучка прошлых лет.

- Эмбер, - лицо министра юстиции было бесстрастным, в отличие от тональности его голоса. - Ты запуталась. И я готов поставить свою карьеру против должности нотариуса в самом мелком городке хоть Альянса, хоть Альвиона, что твоя выходка с бегством в Империю до добра тебя не доведет. Дома ты знала, кто ты. А сейчас?

- Я и сейчас знаю, кто я, - отсалютовала старому другу адвокат.

- Ага. Персона, недружественная Альянсу с замороженными счетами, - досада все же проскользнула во взгляде Эшли.

- Кто в этом виноват?

- Ты. Ты бросила вызов, мы не могли не ответить.

- Я спасала дочь.

И, сказав это, Эмбер поняла, что сделала правильный выбор. Как оно ни повернется - дочь. Ее семья - вот главное. То, что Алекс принеслась за помощью к ней и притащила смешного мальчишку, правильного и честного. И ей не хотелось думать, что могло быть по-другому.

- И вот что твою девочку занесло сюда, - вздохнул Эшли. - Как будто у нас, во всем Альянсе, нет достойного учебного заведения.

- О, вы уже и об этом знаете?

- Представляешь - да. Там такое расследовании началось, хорошо, что ты была здесь. Но теперь…

- А что теперь? - она сделала глоток ледяного шампанского - и как прежде не чувствовала ни крепости, ни  вкуса.

- Посмотри в галафон, - улыбнулся ей министр юстиции. - И вообще, я сомневаюсь уже, что из Альвиона живым выберусь.

- Что? - несмотря на шутливый тон, Эмбер стало не по себе.

- Ты хоть по сторонам смотри и обращай внимание на взгляды.

- И о чем они тебе говорят?

- О том, что император хочет убить меня за то, что мы с тобой разговариваем. А его сестра тебе весьма недолюбливает. Видишь, насколько я проницательный. А если учесть, насколько имперцы умеют держать себя в руках - так я вообще гений наблюдательности!

Эмбер рассмеялась. И тут же достала из кармана галафон. Несколько сообщений от банков, в которых говорилось одно и тоже “Вас счет разблокирован”. Да, Эшли было, чем гордиться.

- Быстро ты… - усмехнулась Эмбер.

- Пришлось задействовать кое-какие рычаги, - он пожал плечами.

- Зачем? - она не сводила с Эшли взгляда.

- Дом - это дом, - тихо сказал он. И чуть отошел в сторону в тот самый момент, когда император недовольно сказал “Войдите”.

- Алекс! - Эмбер едва не застонала, увидев дочь. Ну сколько можно влипать в неприятности? Вернее, искать их? Она уже хотела вмешаться и отправить дочь в комнату, когда Мэтт вдруг опустился на колено перед своим императором и заговорил о присяге.

Эмбер видела растеряность, мелькнувшую в голубых глазах Эдварда и то, как он бросил взгляд на Джона, словно спрашивая разрешения.

- Присяга? - Эшли снова подошел к ней. - Разве он совершеннолетний?

- Мэтью пятнадцать, по старинным законам он вполне может выбрать себе сеньора для служения, - пояснила женщина.

- А по современным?

- Прецедентов не было.

- Даже так, - хмыкнул Эшли, и Эмбер впервые в жизни ощутила раздражение, что ее друг так насмешливо отнесся к чужим традициям.

- В чужой монастырь, Эш…

Кажется, он хотел что-то ответить, но в этот момент Алекс подошла к матери.

- Привет, дядя Эшли! - весело поздоровалась она, и Говард, криво улыбнувшись, промолчал.

- Здорово я все придумала? - обернулась Алекс к матери, когда церемония закончилась.

- Так и знал, что без тебя не обошлось, - фыркнул Эшли.

- Алекс… - только и простонала Эмбер.

Девочка пожала плечами и на всякий случай обиженно надула губы:

- Хочешь сказать, я была неправа, когда советовала Мэтту?

- Просто просчитывай последствия не на шаг вперед, а на три. Минимум, - устало попросила Эмбер.

- Вечно ты…

- Алекс, мама права, - вмешался Эшли. - Что если через три года Мэтт захочет уехать из Альвиона?

- Вряд ли такое возможно, - отмахнулась девочка. - Он же наследник и вообще - патриот!

- И кое-кому следовало бы брать с него пример, - пробурчал Эшли.

- Если это про меня, то могу напомнить, что мой отец - барон Макленбург, поданный Альвиона, - Алекс пожала плечами. - И, согласно Конвенции прав человека, по достижению восемнадцати лет я вольна выбрать гражданство.

Эшли бросил на Эмбер взгляд, полный укора:

- Я же говорил тебе: сделай нормальный пароль на доступ к юридической библиотеке!

- Словно это спасло бы от любопытного подростка, - со вздохом отозвалась она, украдкой потирая висок.

- Все так плохо? - поинтересовался Эшли.

- Прости, что?

- Ты всегда трешь висок, когда у тебя болит голова, - подсказала Алекс, заставляя мать закатить глаза:

- Хоть что-нибудь может остаться незаметным?

- Вряд ли, - бесчувственно отозвалась девочка. - Во всяком случае не твои привычки.

- Спасибо, - Эмбер снова бросила взгляд на императора.

Показалось, что он недоволен, но чем? Присягой, которую ему пришлось принять, или же тем, что она разговаривает с Эшли?

На породистом лице мужчины трудно было что-либо прочесть, и где-то мелькнула мысль, что с ним опасно играть в карты.

И не только в карты. Эдвард поймал взгляд Эмбер и приподнял брови, безмолвно спрашивая, чем вызван такой интерес. Она покачала головой и отвернулась.

Краем глаза она видела, что император шагнул в ее сторону, но в этот момент двери распахнулись и в гостиную вошел герцог Йоркский. При виде мужа принцесса Фелиция выдохнула, улыбка озарила ее лицо, и Эмбер поняла, что этот брак основан на любви. Она невольно почувствовала зависть к женщине, так умело соединила долг и собственные чувства.

- Как все прошло? - поинтересовался Эдвард, подходя к родственнику.

- Сносно. Стенхоуп в ярости, но крыть ему нечем. Учти, что завтра все вспомнят твоего деда и заявят, что ты тиран, как и он.

Фелиция недовольно поморщилась, вызывая улыбку у брата.

- Переживу, - отмахнулся он и протянул бокал герцогу Йоркскому. - Шампанского?

- Лучше бы коньяку, - вздохнул герцог Йоркский и залпом осушил бокал.

До коньяка дело так и не дошло. Фелиция пожелала отбыть раньше, и Джаспер, мгновенно войдя в роль мужа царственной особы, беспрекословно последовал за ней, напоследок подмигнув императору. Эмбер тоже предпочла уйти, сославшись на усталость. Даже если слова были ложью, Эдвард не стал настаивать на том, чтобы она осталась - в конце концов, именно госпожа Дарра была виновником сегодняшней победы. Эшли Говард вызвался проводить ее до дверей комнаты, чем вызвал ярость императора. Эдварду стоило огромного труда не намекнуть министру юстиции куда и зачем ему идти. Только выдержка, тренируемая годами и воспитание, спасло две страны от международного скандала. Впрочем, Эдвард не был уверен по поводу скандала, скорее всего его просто подняли бы на смех. Последним комнату покинул Джон. Разумеется, не будь здесь Мэтью, друг бы остался и они вдвоем завершили вечер прекрасной попойкой, но с учетом последних поступков, Джон предпочел не спускать глаз с племянника, и Эдвард его прекрасно понимал. Оставшись один, император прошелся по комнате, а потом отправился к себе.

Как обычно, путь шел через галерею. Портреты предков, с полотен которых императоры с надменным видом взирали на непутевого отпрыска. Казалось, еще миг, и они сорвутся со стен и кинутся на живого правителя, как совсем недавно портрет деда.

А вот и он… Эдвард остановился, всматривался в строгий пронзительный взгляд, непримиримые складки около сурово сжатых губ - художнику хорошо удалось передать характер монарха.

Тиран, так кажется сказал Джаспер?

Дед тоже был таким. Тираном. Эдвард хорошо помнил его, хотя они редко проводили время вместе - интересы Альвиона всегда были на первом месте.

Несгибаемый, жесткий. Положивший жизнь на благо империи - как он это самое благо понимал. И - вот что удивительно - очень счастливого в браке. Жаль, что государственные дела подкосили его здоровья, и дед рано умер, оставив после себя теплые воспоминания, припорошенные горечью потери.

"Прежде всего правитель - слуга. Слуга своей страны, своего народа, а потом уже просто человек" - поучал Георг юного внука. Да уж… Слуга двух господ, не иначе.

Интересно, а как бы дед отреагировал на то, что сейчас происходит?

Почему-то ему казалось, что разгон правительства не вызвал бы у сурового монарха никаких вопросов. Другое дело - исследования космоса и… отношения с Эмбер.

Хотя, какие тут отношения? Так, несколько поцелуев украдкой. Эдвард и сам не знал, зачем ему все это? Он прекрасно понимал, что их отношения обречены: император и разведенная женщина. Еще и гражданка Альянса. Даже любовницей ее никто не примет, Фелиция тому яркий пример. И все же… Его  с неимоверной силой тянуло к хрупкой блондинке. До зуда в пальцах, хотелось дотронуться до нее, заключить в объятия и целовать до тех пор, пока она не скажет “да”. А потом… Эдвард вздрогнул, пытаясь приструнить разыгравшееся воображение.

Он еще раз взглянул на портрет. Мужчина, изображенный на холсте, смотрел на потомка с явным осуждением.

Странно, что он пошел со своими сомнениями как раз к деду. Не к  портрету отца, где в глубине глаз не только принятие и благодушие, но и слабость Хотя казалось бы, именно отец со своими терзаниями и демонами скорее был готов принять его.

В его мысли ворвался звонок галафона. Сэлл оттранслировала его сюда, в картинную галерею.

- Соедини, - приказал император, даже не поинтересовавшись, кто мог побеспокоить его в такое время.

Это была бабушка. Одетая по-домашнему: в платье с кружевным воротником и вязаную кофту она олицетворяла все то, о чем недавно тосковал Эдвард. Семья.

- Похоже, полуночные разговоры становятся традицией, - усмехнулся император.

- Наверное. С чего вдруг тебя занесло в картинную галерею?

- Да так, - немного смутился он. - Когда еще полюбоваться произведениями искусства?

- Днем освещение лучше.

- Днем у меня нет времени на это. Сэр Рочестер рядом?

Мария- Терезия покачала головой:

- Нет, уехал, как только узнал новости.

- Вот как? - Эдвард невольно напрягся. Что не говори, но бывший министр обладал определенной властью и мог помешать задуманным реформам.

- Да, сказал, что готов поддержать тебя во всем.

Император тихо выдохнул. Конечно, он готов был сражаться со всеми, но поддержка никогда не мешала. Особенно от сэра Рочестера.

- А ты? - внезапно для самого себя спросил Эдвард, понимая, что ему необходимо услышать, что по этому поводу думает та, кто много лет был верной спутницей деда, разделяя все тяготы правления. Мария- Терезия улыбнулась и почему-то заморгала, словно что-то попало ей в глаз.

- Я горжусь тобой, внук. - только и сказала она. И сразу отключилась.

Эдвард не сразу понял, что улыбается, смотря на стену, куда только что транслировалось изображение бабушки.

Глава 18

Полковник Уайт шел по корироду, задумчиво посматривая на притихшего племянника. Ростом на полголовы выше его, Мэтт сейчас сутулился, ожидая неминуемой взбучки.

Джон тяжело вздохнул, гадая, стоит ли оправдывать ожидания юноши. До того, как Эдвард ему рассказал о том, какие усилия приложил племянник для того, чтобы его вытащить, не задумываясь о последствиях для семьи, не просчитывая выгодно ли в данный момент вообще объявлять себя родственником человека, обвиненного в измене, Джон не думал, что подобное может с ним произойти. Он вообще не предполагал, что его могут арестовать по обвинению в измене. Его, боевого офицера и члена семьи, которая поколениями служила императорам Альвиона. Стоило признать, что в момент ареста его охватил страх. Крамольная мысль, что обвинения сфабрикованы так, что никто не сможет докопаться до правды заставила провести бессонную ночь в тюрьме. Утром его никто так и не навестил…

Нет, он не сомневался в Эдварде и в его стремлении и умении докопаться до правды.. Но был уверен в том, что выжидательная политика его родных - это нормальная практика.

Но Мэт… Мальчишка кинулся его спасать. Глупо, безрассудно, но в то же время отважно. Представив, как племянник взламывает систему безопасности, полковник ухмыльнулся, а на сердце стало тепло.

- Спасибо, - только и сказал Джон. Мэтт облегченно выдохнул, на секунду прикрыв глаза, а полковнику в который раз подумалось, каково было мальчишке идти против всех, против императора…

- Знаешь, я не думал, что кто-то из семьи осмелится на такое…

Мальчишка вскинул голову

- Это было правильно, - ответил он. - Потому что ты не мог предать! Хотя… я зря не верил его величеству.

- Зря, - подтвердил Джон. - Запомни, Эдвард умен и тщательно просчитывает каждый свой шаг.

- Угу, - пробурчал племянник. - А еще он никому об этом не рассказывает.

- Именно, - Джон ласково потрепал по непослушным вихрам мальчишки. И, скрывая то, что был тронут этой детской верой и преданностью до глубины души,  приказал: - А теперь спать. И никаких подвигов! Никаких незаконных проникновений, побегов и хулиганства с портретом дедушки его величества!

- А вот это не я, - тут же возмутился юный правдолюбец. - Я с Алекс в карты не играю!

- Все равно, отбой! А то не посмотрю на то, что ты мой любимый племянник и как в военном училице отправлю на гауптвахту, а потом что-нибудь мыть и чистить!

- Есть, господин полковник! - засиял племянник. -  А тебе приходилось? - тут же быстро спросил он.

- Мыть, чистить или сидеть на гауптвахте?

Мэтт кивнул.

- А как же. Ты же не думаешь, что походы в самоволку - это твое личное изобретение.

- А… императору?

- Спроси у него сам.

- Расскажет он, как же!

- А ты спроси, - посоветовал Джон, предвкушая, как вытянется лицо друга. - Спокойной ночи!

- Спокойной.

Все еще посмеиваясь и качая головой, Джон убедился, что племянник вошел в комнату и только потом направился обратно. Каков мальчишка! И кого же он ему напоминает?

- Господин полковник, мы вас повсюду ищем! - окликнул его лакей. - Его величество приказал подготовить вам алую спальню.

Джон кивнул и направился за слугой, мысленно поблагодарив предусмотрительность друга. Честно говоря, возвращаться сейчас в пустой дом в пригороде не хотелось. Кабинет в части был немного лучше, но все же не то. К тому же он очень устал для того, чтобы куда-то ехать среди ночи. В этом смысле идея провести ночь во дворце и позавтракать с племянником представлялась все более заманчивой.

- Вам поступил запрос, - механический голос Селл вывел из раздумий. - Его величество…

- Джон, еще не спишь? - раздался голос Эдварда.

- Нет, - он помотал головой, словно император мог видеть.

- Зайдешь?

- Конечно, - с облегчением ответил он, прогоняя странные мысли об одиночестве, так не свойственные ему.

Должно быть, это был день, когда они все были не похожи на самих себя. Вот тот же Эдвард.

Он никогда не замечал за императором настолько пристальных взглядов. Он не думал, конечно, что Эмбер стала для друга центром мироздания - это просто бред, но поселилась в сердце уж точно. И как Эдвард смотрел на Эшли Говарда! Словно хотел кинуть ему под ноги перчатку и вызвать его на дуэль. Ну, и заколоть, куда ж без этого.

Да. Такого раньше не было. Дамы вокруг Эдварда не просто кружили - это был несчетный рой. И не каждая из них желала выйти замуж - статус любовницы устраивал многих более чем. Эдвард был очень аккуратен в связях. И рассудочность преобладала у него и над страстью, и над желанием. Молчим про любовь, которую друг испытывал лишь к своей семье.

- Как-то ты долго, - поприветствовал его Эдвард, сразу вручая бокал с коньяком - верный признак того. что у его величества не спокойно на душе.

- Задумался, - честно ответил Джон.

- И о чем?

Полковник рассмеялся. Вот что тут ответишь: о том, влюблен ли его величество? И только покачал головой.

- Я сегодня позавидовал Джасперу, - вдруг проговорил Эдвард, так и не сделав ни одного глотка.

- Он женат на твоей сестре, прости, друг. Ты сделал его премьером. И ты же ему завидуешь?

- Он любит. Его любят.

- Ты же говорил, что любовь - для дураков, - не смог не поддеть Джон друга.

- И зачем я тебя из тюрьмы вытаскивал? - проворчал его величество.

- Чтобы было с кем выпить.

- Разве что.

- Хотя это не ты. Это госпожа Дарра.

- Ха. Тут ты прав. Я просто собирался приказать тебя выпустить, Но Эмбер…

- Эмбер? - улыбнулся полковник. - ты называешь ее по имени?

- Нет. То есть да. Черт… -  император поставил свой бокал на столик и с силой провел по лицу руками, словно пытаясь стряхнуть паутину дел, опутывающую его с каждым днем все сильнее. Джон с интересом наблюдал за другом.

- Я чувствую себя глупо, - признался император.

Голос его звучал глухо. И проскальзывали в нем опасливые нотки, как будто он безумно боялся, что Джон скажет сейчас что-то злостно-ехидное, что никак не вязалось бы со странным его настроением.

- Глупо и…

- Беззащитно, да, - отозвался его друг. - Так бывает, когда…

- Желаешь кого-то, - оборвал Эдвард, все еще остерегаясь произнести роковые слова.

Джон криво усмехнулся:

- Не обманывай себя, Нед.  Признайся: ты влюбился в Эмбер Дарра.

- Возможно, - он подхватил бокал и покрутил в ладонях, внимательно всматриваясь то, как блики света отражаются в янтарной жидкости. - И я не знаю, что с этим делать

.- Ничего. Ты можешь лишь предложить себя и ждать, примут ли этот подарок, - Джон вздохнул. Император бросил на него проницательный взгляд.

- Все еще думаешь о ней?

- Да. Я не знаю, кто назвал любовь счастьем, - полковник говорил отрывисто. - Но я бы хотел посмотреть этому сумасшедшему в глаза.

Эдвард понял, что болезненный нарыв саднит до сих пор. Джон не забыл и не отпустил то, что случилось много лет назад. Странно, но сам Эдвард до сих пор испытывал неловкость перед другом, хотя что он мог тогда сделать?

- И ты бы сейчас, если можно было переиграть, отказался бы от своих чувств? - спросил Эдвард вдруг. - Зная, чем все закончится?

Джон задумался. Вспомнил Мэри: веселую, смешливую, безбашенную. Ненавидящую чопорность и чинность двора и обожающую бросать аристократам вызов. Мери, которая промелькнула в его жизни яркой звездой - и ушла. Сначала к отцу Эдварда, императору, которого полюбила. А потом и за грань вместе с ним, когда они разбились, пытаясь оторваться от репортеров на флайере, который пилотировал его величество. Говорили, что у девушки был шанс, займись ей медики сразу, но тогда все силы были направлены на попытки реанимировать отца Эдварда. В любом случае, это все в прошлом и давно похоронено, а вот боль осталась. И он не был уверен, от чего: от предательства или же от потери.

- Нет, - покачал головой полковник Уайт, заметив, что император ждет ответа. - не отказался бы. Мне иногда кажется, что лишь тогда, в те короткие весенние месяцы, я и жил.

Эдвард кивнул  и снова разлил коньяк по бокалам.

- А ты, Нед, что ты будешь с этим всем делать?

Вопрос застал его врасплох. Император задумчиво посмотрел на друга.

- Я… я не знаю, - признался он. - Джаспер поставил мне условие: он возглавит правительство, если я женюсь, а я…

- Ты не можешь увильнуть от сделки, но Эмбер Дарра категорически не подходит на роль императрицы Альвиона, - кивнул Джон. - Разведенная, с ребенком, гражданка Альянса, еще и адвокат, не раз уделывавший нас на международной арене. Да ты умудрился собрать флеш рояль!

- Именно! - Эдвард зевнул. - Ну что, по койкам?

- По койкам, - улыбнулся полковник, вспомнив военную академию и команды, предшествующие отбою. Он встал и нетвердой походкой направился к дверям.  стоя у порога обернулся:

- Да, ты сможешь отправить Мэтта в имение? Я бы хотел с утра вернуться в часть.

- Я сам его отвезу. Все равно собирался в Каннингтон.

Джон кивнул и вышел.Эдвард еще долго сидел и смотрел на бокал, пытаясь осмыслить то, что сказал ему друг.

- Разведенная, с ребенком… еще и адвокат, - прошептал он. - Что ж… завтра будет новый день и тогда мы поглядим, госпожа Дарра, кто кого…

С этими мыслями он лег в кровать и заснул.

Глава 19

Утро началось безобразно рано. Эмбер казалось, что она только закрыла глаза, когда над головой послышался звук армейского горна.

- Пора вставать, красавица! - бодро отрапортовала Селл. в короткой юбке и белой рубашке с повязанной вокруг шеи алой косынкой, она напоминала скаута.

- Что, опять кого-то арестовали? - зевая поинтересовалась Эмбер.

- Хуже! Его величество передает приглашение на завтрак.

- Можно я не пойду? - женщина перевернулась на другой бок.

- Тогда полетишь голодной.

- Полетишь? - при мысли о том, что надо куда-то ехать сон как рукой сняло. - Куда?

- Как я понимаю, наш Нед, ах, прости, его величество, желает провести выходные в Сандригем-паласе вместе с бабушкой-императрицей и… - Селл выдержала эффектную паузу. - Своим первым секретарем. Дорогуша, ты удостоилась чести.  Впервые за пятьдесят лет секретарь приглашен на подобное мероприятие!

- Мне гораздо меньше, - сухо заметила Эмбер, вставая. - И я не вижу причин, почему и в выходные я должна общаться со своим работодателем!

- Потому что ты целовалась с ним в коридоре? - невинно предположила голограмма.

- Уже все знают? - мрачно осведомилась женщина.

- Только я… и принцесса Фелиция, конечно. Она же вас застукала.

- Конечно.

Эмбер подошла к зеркалу. Оттуда на нее смотрело нечто лохматое в растянутой футболке. Похоже, Селл шутила, называя ее красавицей. если бы сказочный принц увидел подобное, то позабыв о поцелуе, бежал без оглядки. Хотя… император же не бежал. И даже намеревался продолжить…

Эмбер покачала головой: все это зашло слишком далеко. И самое страшное - она не знала, как из этого выбраться. Разумнее всего было уехать, но тогда она бы разрушила мечты дочери, предала бы ее. Этого госпожа Дарра не могла себе позволить.

Она тяжело вздохнула и начала приводить себя в порядок. Получасом позже на нее смотрела совершенно другая женщина: волосы собраны в пучок, легкий макияж, брючный костюм под цвет глаз…

- Ма-а-ам, ты чего?! - громкий голос заставил подскочить.

- Алекс, ну нельзя же так! - Эмбер обернулась и с укором взглянула на дочь, н

а которую это не произвело никакого эффекта.

- Ты действительно хочешь ехать в этом? - дочь в ужасе воззрилась на костюм и туфли на невысоком каблуке.

- Да, а что? - Эмбер недоуменно моргнула.

- Это же загородная поездка, а не заседание суда! - девочка с укором посмотрела на на мать. - Ты хотя бы два дня можешь побыть нормальным человеком?

“Словно я не человек!” - мысленно возмущалась Эмбер, пытаясь найти в шкафу что-то приемлемое для загородного отдыха. Блузки, костюмы… Она с трудом отыскала джинсы и футболку. Те, самые, которые ей презентовал Саймон, когда они с Эдвардом провели ночь на военной базе. А вот куртки  не было, как и подходящей обуви. Единственные в ее гардеробе кроссовки, тоже подаренные Саймоном, были велики.

Стоило признать, что дочь права - у Эмбер Дарра действительно не было ничего для “нормальной”, как выразилась Алекс, жизни.

- Ты скоро? - поторопила ее дочь. - Учти, его величество не стоит заставлять ждать долго.

- Надо же какие познания дворцового этикета, - проворчала Эмбер. - Да будет тебе известно, монарха вообще нельзя заставлять ждать.

- Ну… он все-таки мужчина, а ты - красивая женщина, - розоволосая лиса широко улыбнулась. Эмбер замерла, настороженно смотря на нее:

- Алекс… ты вообще о чем?

- Да так, просто… Вчера он на тебя так смотрел… мне показалось, что в какой-то момент он перегрызет горло.

- Мне?

- Нет, дяде Эшли, - Алекс плюхнулась на кровать на живот и поболтала в воздухе ногами. - Мам, почему бы тебе не закрутить с ним?

- С кем? - голос невольно стал жестче. - С Эшли?

- Нет, с императором. Он гораздо лучше твоего банкира.

Эмбер, которая завязывала хвост замерла.

- Ты с ума сошла?

- Да ладно. Кстати, почему бы тебе не взять с собой розовое платье, в нем ты выглядишь очень сексуально, - Алекс вошла во вкус.

- Алексия! - попыталась возмутиться женщина, но дочь, увлеченная своим планом, проигнорировала это:

- Зря что ли его покупала? Думаю, Эдварду понравится. Кстати, в нем ты выглядишь гораздо круче, чем его бывшая пассия…

- Ты что, ее видела? - Эмбер настолько опешила, что не заметила, как Алекс назвала императора по имени, словно приятеля.

- Пф-ф, конечно! Фото были во всех новостях.

- Кто она? - вопрос вырвался сам собой.

- Не то актриса, не то модель. Они разорвали отношения месяца три назад.

- Вот как?

- Ага. так что у тебя есть все шансы!

.Эмбер только вздохнула в ответ. Подумать только, она искренне не хотела травмировать нежную детскую психику и была уверена, что тщательно скрывает свои чувства. В любом случае, идти на поводу и брать с собой платье не стоило. Женщина еще раз взглянула в зеркало. Нежное дитя за ее спиной ничуть не смущаясь валялась на кровати, болтая ногами в розовых кроссовках.

- Черт, кроссовки! - воскликнула Эмбер.

- Что? - Алекс картинно закатила глаза. - Они тебе не нравятся?

- У меня их нет.

- Ладно, - девочка вздохнула и принялась снимать свои. - Держи. Видишь, как полезно иметь дочь!

- Но…

- Не стоит благодарности, - девочка расплылась в улыбке. - К тому же у меня еще есть. В отличие от тебя я не забываю взять с собой сменную одежду, - выпустив эту стрелу, маленькая поганка удалилась.

Эмбер  посмотрела на ядовито-розовые кроссовки с золотистыми шнурками словно на таракана, который внезапно выполз из щели. Надевать их не хотелось, но, похоже, выбора не было. Осторожно Эмбер всунула одну ногу, потом - вторую. Ничего не произошло. Мир не рухнул, а дворец не провалился под землю.

- Ты готова? - Алекс снова появилась в комнате. в очередных кроссовках. Ядовито-желтых. С черепами. Понимая, что дочь отдала лучшее, что у нее было, Эмбер кивнула:

- Да, пойдем!

Лакей, моментально появившийся у дверей (наверняка Селл постаралась), провел их в малую столовую. Император был там. Сидел за столом, что-то негромко обсуждая с Джоном и Мэттом. Судя по обрывкам фраз разговор шел о матче, и появление Эмбер с дочерью не сразу заметили. Она сделала несколько шагов, когда Эдвард повернул голову и моментально вскочил, полковник Уайт с племянником последовали его примеру.

- Доброе утро, - Эдвард сдержанно поклонился. Эмбер с удивлением отметила, что он одет в обычные джинсы и почти такую же, как и у нее самой футболку.

- Ваше…- начала она, но была остановлена взмахом руки.

- Сегодня все неофициально, так что предлагаю оставить титулы.

- Как пожелаете, - она подошла к столу и выжидающе замерла.

- И официальные церемонии, - с улыбкой продолжил император,обходя стол и лично отодвигая для нее кресло. Мэтт поспешил сделать то же самое для Алекс.

- Спасибо, - Эмбер присела. Эдвард не спешил убирать руку со спинки стула.

- Розовые кроссовки? - еле слышно спросил он, склонившись над женщиной.

- Выбор был невелик. Черные черепа пошли бы мне гораздо меньше.

Он усмехнулся и занял свое место. Завтрак прошел за ничего не значащими разговорами. слишком утомленные событиями предыдущих дней, все участники наслаждались возможностью просто сидеть, ничего не делая. Идиллию прервал звонок галафона

- Это Саймон, - пояснил Джон, отвечая на вызов.

Выслушав, он бросил:

- Жди на парковке, - и нажав на отбой, поднялся. - Мне пора.

- Поедешь домой? - Эдвард откинулся на спинку стула.

- Нет, в часть. Меня и так долго не было.

- Всего два дня, - возразил Мэтт

- Три, считая сегодня дня, - поправил его дядя. - Впрочем, этот день только начался.

- Ладно, отпишись потом, как и что, - напутствовал император и заслужил убийственный взгляд.

- Да уж как-нибудь разберусь сам!

- Удачи!

- И тебе, Нед.

Полковник вышел. Император лениво поднялся:

- Думаю, нам тоже пора. Дети…

Блестящий ярко-алый спортивный флаер ждал их у крыльца. При виде него Мэтт восхищенно выдохнул,  а Алекс присвистнула:

- Ничего себе!

Как не пыталась Эмбер казаться невозмутимой, ее тоже потряс и сам флаер, и скромный вороной единорог на золотом щите - знак всемирно известной фирмы, выпускающей исключительно спортивные летательные аппараты.

- Не космический пилотник, конечно, но… - Эдвард смущенно улыбнулся. и приложил ладонь. Панель бесшумно отъехала в сторону.  - Прошу!

Сам он обошел флаер, намереваясь занять место у панели управления.

- А разве… - Эмбер недоуменно взглянула на него.

- Пилота не будет. Я же обещал Джону, что отвезу его племянника. Лично.

- Круто! - выдохнул парень, залезая вслед за Алекс в недра урчащего флаера.

- Вау! - судя по всему, девочка вполне оценила благородную роскошь аппарата. Эмбер смущенно улыбнулась:

- Простите, она…

- Не привыкла к подобному, - подхватил Эдвард.

- Верно, - она хотела последовать за детьми, но император остановил ее:

- Садитесь вперед. Здесь обзор лучше.

- Ага, и Мэтт с Алекс могут держаться за руки? - тихо поинтересовалась она.

Эдвард улыбнулся:

- Не без этого.

Очарованная его улыбкой Эмбер замерла, улыбаясь в ответ. Флаер разделял их, но это была не слишком надежная преграда. Не сводя взгляда с женщины, император подался вперед, намереваясь не то перепрыгнуть узкий алый нос летательного аппарата, не то обойти.

- Эй, ну мы поедем? - раздался недовольный голос.

Момент прошел, и Эмбьер смущенно опустила взгляд.

- Полагаю, “эй” предназначалось мне, - вкрадчиво заметил император.

- Простите.

- Ничего страшного, как только меня не называли. Особенно если считали, что я не слышу.

- И как же ? - Эмбер все-таки забралась вперед.

- Ну… здесь дети и я не могу повторить все, что слышал. Но “проклятый ублюдок” было самым часто повторяющимся.

- И что вы сделали с этим человеком?

- Кажется, отослал с дип. миссией на отдаленную планету, а что?

- Можно было просто засудить за клевету, вы ведь родились в законном браке.

В ответ Эдвард расхохотался:

- Мне стоило нанять вас раньше!

- Тогда у меня не было столько опыта…

- Возможно, - он проверил системы безопасности и только потом аккуратно вывел флаер из-под высокого портика. - Внимание.

Еле слышное урчание моторов сменилось ревом. Эмбер просто вжало в кресло. Охнув, она невольно вцепилась в подлокотники, не задумываясь, оставят ли ногти царапины на бархатистой коже.

Набрав высоту, флаер так же резко выровнялся и рванул вперед. скорость была такая, что крыши домов, проплывающие внизу, слились в одну красную линию. Кажется, за спиной слышались вопли восторга.

Подзадориваемый детьми, Эдвард лихо закладывал один вираж за другим, демонстрируя возможности  летательного аппарата. Оцепенев от страха, Эмбер оставалось только прикрыть глаза и молиться, чтобы этот полет был недолгим, и они благополучно приземлились. внезапно флаер снова рванул вверх, куда-то к облакам. За спиной послышался восхищенное аханье Алекс, в эту же самую минуту они ухнули вертикально вниз. так стремительно, что Эмбер все-таки открыла глаза.

Дворец, казавшийся игрушечным, домики рядом, ряды деревьев, зеленые газоны песочного цвета аллеи - все это стремительно приближалось, становясь большим и просто огромным.

- Эдвард, - почти беззвучно прошептала Эмбер побелевшими губами. - Мы же…

Она не успела сказать разобьемся - в ту же минуту флаер, едва не задев верхушки деревьев, выровнялся и уже плавно опустился на взлетную площадку.

- Приехали! - Эдвард выскочил первым и, оббежав вокруг распахнул дверь для Эмбер. - Правда, здорово?

- Что? - она смотрела на его сияющее от счастья лицо. - Это что все - специально?

- Конечно, - он широко улыбался, глаза блестели, а челка упала на лоб, делая его похожим на героя с обложки любовного романа. Он протянул руку Эмбер, намереваясь помочь выйти. - Для чего же еще созданы подобные флаеры, как не для развлечения?

Это было последней каплей. Не отдавая себе отчет, госпожа Дарра оторвала себя от спасительного кресла и, размахнувшись, влепила мужчине звонкую пощечину. Ей было наплевать, что перед ней император, а вокруг находились люди. Кто-то громко ахнул, гвардейцы, что несли караул у дверей дворца, разом шагнули к ней, но Эдвард выставил руку, останавливая их.

- Эмбер… - он выглядел растерянным.

- Никогда больше, - ее просто трясло от ярости и пережитого страха. - Просто… не подходи ко мне!

- Мама! - Сквозь шум в голове послышался голос Алекс.

Эмбер повернулась к дочери и прищурилась, но, вопреки своим ожиданиям, на лице у дочери не было негодования или возмущения - лишь яркий незамутненный восторг. А вот Мэтт смотрел волчонком - но не решался что-либо сказать. Видимо, воспитание настоящего лорда не позволяло ему высказаться теми словами, что рвались из него.

А за детьми стояли гвардейцы и слуги. Это слегка остудило. Желая как можно быстрее скрыться от любопытных взглядов, она направилась к особняку. Несколько раз толкнула дверь, едва не сломав дверную ручку.

- Надо на себя, - рискнул подсказать один из гвардейцев. Эмбер прожгла его взглядом, но послушалась. Дверь распахнулась, и женщина влетела внутрь.

Она ожидала, что за ней кинутся и арестуют. Шутка ли: поднять руку на самого императора, но входная дверь оставалась закрытой. Выдохнув, Эмбер осмотрелась уже более осознанно. Как обычно: роскошь позолоты, алые ковры на лестнице и картины на стенах. Изучая обстановку, она пропустила момент, когда в холл из темноты коридора вышел лакей. Как он не старался выглядеть невозмутимым, в глазах слуги мелькало любопытство. По всей видимости, он был свидетелем сцены прибытия его величества. Хотя проще сказать, кто этого безобразия не видел. Сколько народу развлекли!

- Добро пожаловать в Сандригем-палас госпожа Дарра, - поклонился он ей, умудряясь выглядеть при этом пафоснее самого Эдварда. И уж тем более, пафоснее своей хозяйки, бабушки императора. - Позвольте проводить вас в ваши комнаты.

- Да, конечно…

Если бы лакей еще предложил что-то из успокоительных! Но не будет же она обрушиваться на незнакомого человека с просьбой принести что-нибудь этакое. желательно на спирту.

Хотя… На всякий случай Эмбер прислушалась к себе. Сердце не колотится как сумасшедшее. Затылок не ломит.

Похоже, как бы это ужасно ни звучало, пощечина Эдварду пошла на пользу ее здоровью. Конечно, стыдно за сцену безумно… Хотя,,. Да черт с ним. Нет. Не стыдно. Император наконец-то получил по заслугам!

Комнаты были удобными. За дверью гостиной она обнаружила широкую кровать. И поняла, что сейчас она отвяжется. Вот просто неистово и сладострастно. На все сто. Она  даст сбыться еще одной мечте. Она ляжет и выспиться. Во всех позах!

Только возьмет на минуточку ноут и закажет себе джинсы и свитер. Белый и мягкий, крупной вязки, чтобы можно было в него закутаться. И кроссовки.  Хотя… Эмбер задумалась: Она решила кутить безудержно?  Следовательно, это будут не джинсы, свитер и кроссовки, а всего по две пары. И один из свитеров будет яркий. Может быть, терракотовый? Или пронзительно бирюзовый?

Так и не выбрав, она заказала и тот, и тот, подозревая, что терракотовый не наденет ни за что. И заснула чуть ли не на крышке ноута.

Глава 20

- Твое прибытие вышло весьма эффектным, думаю, его запомнят надолго, - заметила Мария-Терезия, наливая чай. Она предпочла не выходить на крыльцо, а ждала внука в гостиной.

Голубой шелк на стенах и обилие позолоты сейчас особенно раздражало, щека все еще горела. Эдвард то и дело украдкой потирал ее, пытаясь унять боль.

- Я вообще не понимаю, что произошло, - отозвался он. - Я просто…

- Пытался пустить пыль в глаза,.. - подхватила вдовствующая императрица, с улыбкой смотря на внука. ей доставляло удовольствие видеть опечаток ладони на гладковыбритой щеке. Еще никто и никогда не смел так обращаться с монархом. Определенно. Эмбер Дарра заслуживала аплодисментов.

Эдвард пожал плечами.

- Девушкам это нравилось. Детям тоже…

- Эмбер Дарра - давно не ребенок, Нед. Она - женщина, которая, как и ты, привыкла нести бремя ответственности за судьбы других.

- Это не повод бить меня по щеке, еще и в присутствии остальных, - проворчал император. Не выдержав, он взял прохладное блюдце и прижал тыльной стороной к лицу.

Мария-Терезия усмехнулась и протянула руку к вирт-шнуру, вызывая слуг. Лакей вошел в комнату незамедлительно:

- Ваше величество?

Он старательно не смотрел на монарха, который не отпуская блюдце, встал подошел к окну.

- Принесите лед и полотенце, - распорядилась вдовствующая императрица. Пользуясь своим положением хозяйки дома, она так и осталась сидеть.

- Да, мадам, - лакей вышел, а Мария-Терезия задумчиво посмотрела на внука. Высокий, красивый, как и все мужчины в семье, он неуловимо напоминал ей… нет, не сына, мужа. Георг тоже любил риск, обладал несгибаемым характером, который в народе часто называли “ослиным упрямством”. Мария-Терезия трижды отказывала будущему королю, но он был настойчив, и в конце концов юная дочь графа сдалась…

Внуку повезло меньше. Он словно специально выбирал тех женщин, которые не могли стать монарху поддержкой. Красивые, холеные, они слишком интересовались собой, и никогда - самим Эдвардом. И вот - Эмбер Дарра…

- Знаешь, где-то я ее понимаю, - начала императрица.

- Что? - внук обернулся.

- Эмбер Дарра. Она не любит риск, а ты…

- Риска не было!

- Твой отец тоже так думал.

- Он был пьян! - император осекся, дождался пока слуга поставит ведерко со льдом на стол и выйдет, только после этого он продолжил. - Прости, тебе неприятно это слышать, но…

- Я читала заключения судмедэкспертов, Нед.

- Разумеется, это сэр Рочестер принес тебе? - он подошел к столу и принялся раскладывать лед на полотенце.

- Я и сама в состоянии затребовать их, не находишь?

Эдвард кивнул и приложил лед к щеке. Полегчало.

- Тебе не стоило это делать, - проворчал он.

- Я никогда не питала иллюзий по поводу собственного сына, как впрочем, не питаю иллюзий по поводу тебя.

- Рад это слышать.

Вдовствующая императрица кивнула и сменила тему, которая все-таки была слишком болезненной.

- Мне звонила твоя мать.

- Что? - он опешил настолько, что едва не уронил полотенце со льдом. После некрасивого развода мать, лишившись всех титулов предпочла покинуть Альвион и жила на одной из планет Свободных миров. Как правило, леди Джейн звонила сыну, реже - дочери и никогда бывшей свекрови.

- Что ей от тебя понадобилось?

- Выразить удивление твоим поведением. Сказала, что не ожидала от тебя такого безрассудства.

- Яблочко от яблони…

- Примерно это я ей и ответила. Она бросила трубку.

- Странно, что она после этого не позвонила мне. Или… Селл!

- В тот момент вы выполняли фигуры высшего пилотажа, и звонки леди Джейн были отклонены, - механическим голосом отрапортовал искусственный интеллект.

- И она не оставляла никаких голосовых сообщений?

- Ругательства передавать?

- Нет.

- Миледи промолчала, а потом повесила трубку.

Эдвард кивнул и посмотрел на бабушку, старательно разливавшую чай.

- Позвоню ей завтра, - проинформировал он вдовствующую императрицу.

Та пожала плечами, давая понять, что ей совершенно не надо знать об отношении Эдварда к матери, но довольный блеск голубых глаз выдал старушку с головой. Вздохнув, император мстительно положил мокрое полотенце на край полированного двухсотлетнего журнального столика и вышел.

- Селл, связь с леди Джейн! - приказал он, войдя в свою спальню.

Два коротких гудка.

- Эдвард, милый, что происходит? - в звонком голосе матери слышалось нешуточное волнение.

- Ты про что? - на всякий случай уточнил император, располагаясь в кресле у камина. Селл с запозданием вывела на стену изображение: сухопарая некогда красивая блондинка встревоженно смотрела в камеру. Эдвард вдруг отметил, что морщин у нее на лице прибавилось - нехороший знак, мать всегда тщательно следила за своей внешностью.

- Все новостные каналы пестрят шокирующими заголовками. Ты действительно отправил в отставку кабинет министров?

- Да, и вывел на чистую воду Боллинброка, и едва не разбился на флаере, - методично перечислил он происшествия последних дней. Испуганный вскрик был ответом.

- Ты… ты не пострадал?

- Как видишь. Странно, что это прошло мимо тебя.

- Я была на яхте в океане.

- А… - устало протянул Эдвард. - Как видишь, все обошлось…

Леди Джейн кивнула.

- Пообещай, что будешь осторожен, - попросила она.

- Мам…

- Эдвард, пожалуйста. Я знаю, что мы не слишком ладили последнее время.

- Лет этак двадцать пять.

- Если это - намек на то, что я - плохая мать, то я даже не буду спорить. Но, Эдвард, я все равно люблю тебя. Ты мне дорог, и я не хочу… - она вдруг заморгала.

- Мам, ну что ты? - император вдруг вспомнил, как она рыдала перед тем, как подать на развод, а он, растерянный и оглушенный происходящим, пытался утешить ее. - Ведь все обошлось.

- Наверное… знаешь, я подумала, тебе надо жениться!

- Что? - он напрягся. - Это Фелиция тебе сказала?

- При чем тут твоя сестра?

- Мама…

Она вздохнула:

- Ладно, да, не дозвонившись до тебя, я набрала ее.

Император закатил глаза. Новостные каналы, яхта, как он сразу не догадался, откуда ветер дует:

- Вот почему ты звонишь! Лисс наябедничала!

- Эдвард, она - твоя сестра.

- Именно. Так что именно тебе рассказали?

Леди Джейн вздохнула:

- Что ты слегка гм… увлечен своим новым секретарем.

Эдвард скрипнул зубами.

- И?

- Мне кажется… нет, я уверена, что эта женщина тебе не подходит.

- Ты это определила сидя на борту яхты? - иронично поинтересовался он.

- Эдвард…

- Мам, давай закончим этот разговор, он все равно ни к чему не приведет! - отмахнулся император. - Будем считать, что ты сделала все, что могла, чтобы наставить меня на путь истинный!

- Ладно, - по тону сына леди Джейн поняла, что настаивать бесполезно. - Скажи, она… она понимает, что ты - император?

- Нет. И именно это мне и нравится, - жестко ответил Эдвард и отключился.

Потом он долго сидел и смотрел в стену невидящим взглядом. Звонок матери затронул то, что он давно скрывал даже от самого себя. Эмбер Дарра - единственная женщина, которой было наплевать на его титулы и состояние. Более того, в этом он был уверен, ее даже тяготило все это, как и роскошь дворцовых покоев. Захотелось вдруг вскочить, зайти к Эмбер и целовать ее, пока она не попросит пощады, а потом…

Император выругался и действительно встал. Похоже, события последних дней плохо сказались на его душевном спокойствии.

- Селл, транслируй приказ: “чистое небо!”

- Да, мой генерал…

Эдвард довольно улыбнулся и направился к гоночному флаеру. В конце концов, не зря же этот агрегат стоил целое состояние.

Во дворец Эдвард вернулся ближе к вечеру. Умиротворенный фигурами высшего пилотажа, он прошел в свои покои, где слуги, пока его величество приводил себя в порядок, накрыли на стол. Сытный ужин привел императора в благостное расположение духа. Подхватив бутылку пива, заботливо оставленную опытным лакеем, он направился в крыло, когда-то отведенное ему и Фелиции. Там, к неудовольствию бабушки, стоял огромный галавизор, подключенный к игровой приставке. Эдвард только в прошлом году купил новую модель.

В комнате горел свет. Более того, на огромном, на всю стену экране шел фильм. Какой-то ужастик или боевик, сразу и не определить, но кровь была повсюду.

- Что за… - император шагнул вперед. Розоволосая голова возникла над спинкой огромного дивана.

- Привет! - Наверное, Алекс нажала паузу, девушка на экране замерла с открытым ртом. - Присоединишься?

Она не встала, только чуть подвинулась, убирая ноги в ярко-желтых кроссовках с дивана.

- К просмотру? - ужаснулся Эдвард, обходя диван. - Нет.

Девочка пожала плечами, едва не уронив с ложки мороженое, которое она зачерпнула из большого ведерка.

- Я опять что-то не так сделала? - поинтересовалась она, облизывая ложку.

- Что?

- Ты поджал губы, это значит, что я чем-то не угодила.

- Императоров не называют на ты, - он присел на диван. - И вообще, при моем появлении ты должна была встать.

- Скажи лучше - меня вообще не должно было быть здесь. Хочешь? - она протянула ведерко с мороженым.

- Тоже верно, - отказываться Эдвард не стал. Поставил пиво на столик и зачерпнул ложкой подтаявшую массу. - Мятное с шоколадом?

- Ага. Другого твоя бабушка не держит.

- Это мое любимое, - проинформировал он.

- Буду знать, - девочка отправила в рот следующую порцию.

- Зачем тебе?

- Просто. Жизнь ведь состоит из таких мелочей. Вот, например, знаешь что любит моя мама?

- Тебя?

- Ну это понятно, - отмахнулась Алекс. - Я про другое.

- Про что?

- Если она выигрывает процесс, то приходит домой, разувается, босиком идет в комнату и обязательно выпивает бокал виски со льдом. А раз в год покупает себе уродские часы, которые ей не идут.

- Ты хорошо ее знаешь, - Эдвард немного растерялся. Единственный подросток, с кем он достаточно близко общался, был племянник Джона, но Мэтт всегда относился к другу дяди с почтением.

- Ну да, столько лет живем под одной крышей, - кивнула Алекс.

- Ты не сказала “вместе”.

- Потому что мы не вместе. У нее всегда работа, работа, работа… Когда, - голос девочки дрогнул, - была жива бабушка, было полегче. Всем.

- А твой отец? - внезапно для самого себя спросил Эдвард.

- Вспомнил обо мне в этом году. Ну, ты и сам знаешь…

- Да, - он снова зачерпнул мороженое.- И ты не жалеешь, что не общалась с ним?

- Ты его видел? - фыркнула девочка и пробасила, явно передразнивая барона: - Алексия, тебе выпала великая честь… Аж противно.

- А я его на дуэль вызвал, - признался Эдвард.

- Ты? - от удивления Алекс даже села. - И?

- А ничего. Отцу донесли раньше, и он выслал барона из страны. Как раз тогда он и встретил твою маму.

- Получается, ты - причина моего рождения?

- Можно сказать и так, - усмехнулся мужчина.

- Круто! - она погрузила ложку в ведерко. - Это, кстати, последнее

Она быстро отправила мороженое в рот.

- Эй, куда столько! - возмутился Эдвард. - А мне?

- Ижвини…

- Выпорю.

Алекс смерила его снисходительным взглядом:

- Видишь ли, ты сейчас не на слишком хорошем счету у моей мамы, так что на твоем месте я бы не стала усугублять…

- И что бы ты сделала на моем месте?

- Покаялась. Со смиренным видом выслушала все нотации, отвечая “да” на вопросы, главное, не слишком вникать.

- Думаешь, сработает?

- Поверь, я с этой женщиной живу уже тринадцать лет! - девочка поставила пустое ведерко на стол. в этот момент ее галафон блямкнул. Краем глаза Эдвард заметил, что на экране высветилась фотография Мэтта.

- Ладно, мне пора! Не скучай! - подхватив гаджет, Алекс быстро ретировалась.

Император хмыкнул, с тоской посмотрел на пустое ведерко и подошел к небольшому холодильнику, встроенному в стеновую панель. Он достал из морозилки очередную порцию мороженого, бабушка действительно держала его про запас, обернулся и только тогда заметил хрупкую женскую фигуру, стоявшую в дверях. Эмбер.

Сердце предательски забилось. Все еще не выпуская ведерко из рук, он шагнул вперед:

- Привет.

- Привет, - кивнула женщина.

- Давно стоишь?

- Достаточно, чтобы услышать ваш разговор с Алекс.

- То есть мне не стоит каяться и со смиренным видом выслушивать твои нотации? - усмехнулся Эдвард.

- А ты сможешь?

- Выслушать нотации?

- Принять смиренный вид.

- Когда-то получалось. Зачем ты пришла?

- Слуги сказали, что тебя можно найти здесь. Я… - она задумчиво покрутила часы на запястье, и Эдвард поморщился - массивные и грубые, они никак не подходили своей хозяйке. - Я хотела извиниться. Я не должна была…

Император махнул рукой, обрывая ее на полуслове.

- По-моему извинятся должен я. Правда я так и не понял за что.

Эмбер поколебалась, а потом призналась:

- Ты напугал меня. Я думала… я до сих пор вздрагиваю при воспоминаниях о той аварии…

Он смущенно моргнул:

- Прости. Я не знал.

- Я же не говорила.

- Я должен был подумать об этом.

Эмбер покачала головой:

- Ты не можешь думать обо всем.

- Но приходится… - он широко улыбнулся и протянул ведерко с мороженым. - Будешь?

- В такое время? - она усмехнулась, а потом махнула рукой. - Почему бы и да?

Как давно она не сидела в полутьме на диване, поедая давно запретное мороженое? Еще и в компании сногсшибательного мужчины с пронзительными голубыми глазами? Эмбер не помнила. Пожалуй, никогда. Немногочисленные мужчины, которые появлялись в ее жизни, предпочитали ужинать в ресторанах, выпивать в модных барах, да у них в холодильнике не было ничего, кроме минеральной воды и нескольких яиц на завтрак.

Зачерпывая прохладную массу, она все ждала, когда Эдвард что-нибудь скажет, но он молчал, наслаждаясь лакомством и компанией.

- У тебя хорошо получается с детьми, - она начала первой.

Император покачал головой:

- У меня с ними вообще не получается. Я совершенно не знаю, как себя с ними вести.

- Тем не менее, Алекс за пять минут рассказала тебе больше, чем мне за последний год.

- Вы просто мало разговаривали.

- Да, - Эмбер опустила взгляд. - Понимаешь, я… у меня было много работы…

Он грустно улыбнулся:

- Как всегда.

- Что?

- Сколько я себя помню, у моего сначала деда, потом отца была эта фраза “у меня много работы”. А я смотрел на них и понимал, что в своем служении стране и народу они упускают саму жизнь. Теперь и сам такой.

- Тебе их не хватает? - вдруг спросила она и тут же смутилась, понимая, что вторглась в слишком личное.

- Да, - только и ответил Эдвард.

- Зря я спросила.

- Это все  мороженое, - доверчиво сообщил император.

- Неужели?

- Кто его ест, сразу выдает все свои тайны.

- И какие же тайны у тебя? - она облизала ложку. Эдвард сглотнул, решаясь.

- Ты мне нравишься, - хрипло произнес он.

Эмбер уронила ложку с мороженным, так и не донеся до рта.

- Прости?

- Ты мне нравишься. Безумно, - Эдвард провел по ее губам, аккуратно смахивая шоколадную крошку. Эмбер замерла, смотря на него широко распахнутыми глазами. Она ждала, что император склонится к ней, чтобы поцеловать, но он отставил ведерко с мороженым и встал.

- Потанцуешь со мной?

Вопрос застал врасплох.

- Что?

Эмбер растерянно смотрела на протянутую руку.

- Потанцуй со мной, - повторил Эдвард, пристально всматриваясь в ее лицо.

- Я - Эмбер смущенно улыбнулась. - Я не умею.

- Это не сложно, ну же!

Все еще колеблясь, она вложила свою ладонь в его и встала. Мужчина отступил и потянул за руку, вынуждая шагнуть в центр комнаты.

Не выпуская ее ладонь из своей, император положил свободную руку на талию женщины, мягко притягивая к себе. Откуда-то сверху полилась музыка - наверняка Селл постаралась. Шаг, еще один. Эдвард вел в танце очень уверенно, точно зная, что делает, и Эмбер вдруг поняла, что точно так же он управляет флаером. И… своей жизнью. И… получается - ее жизнью тоже? Что-то всколыхнулось в ней, протестующее, яркое, злое, Но… Сейчас ей не хотелось этого. А хотелось раствориться в ее объятиях, уступить искушению. Не бороться с желаниями.

Хотя бы этот вечер.

Один. может быть, один-единственный. Но только ее. И этот мужчина тоже…

Она вздохнула, сдаваясь своим собственным чувствам, прижалась лбом к сильному  плечу.

- Эмбер? - его губы коснулись ее макушки. - Э-э-мбер.

Он был как мороженое. Шоколадно-мятное искушение.

Они остановились посредине такта. И на мгновение замерли. Но нет, не потому, что кто-то о чем-то раздумывал или потому что разум снова попытался взять над ними контроль. Им просто захотелось протянуть сладостные, будоражащие, кружащие голову мгновение предвкушения.

Первая не выдержала Эмбер, она вопросительно вскинулась навстречу императору. Ей нестерпимо захотелось посмотреть ему в глаза и увидеть там… Что? Страсть, разбивает оковы? Бурю? Отголоски чувств, что не давали покоя ей самой?

Глаза Эдварда были полуприкрыты. На губах блуждала довольная улыбка победителя всего мира.Он наслаждался моментом, как и она сама. Или даже больше, чем она, ловя удовольствие от каждой секунды, проведенной вместе. Удар сердца, еще один, ресницы мужчины дрогнули.

- Эмбер… - прошептал он. - Моя Эмбер…

И госпожа “Нет” с размаха, влет, попала в плен его поцелуя. И пропала. Тянулась к нему, стараясь стать ближе, слиться с ним воедино, подхватывая его рваный вдох, вплетая свой голос в его негромкий стон. Она была такой же, как он жадной до прикосновений.

Дыхание к дыханию. Касание к касанию. И немыслимо остановиться. замереть, что-то понять, кроме одного: они рядом, настолько близко.

Кажется, она укусила его за плечо - и вскрикнула от восторга. Как же ей, оказывается, хотелось это сделать. До дрожи. Он хрипло рассмеялся в ответ, сжимая ее в объятиях, запутываясь одной рукой в шелке волос, Другая, обжигающая, заставляющая кровь вскипать, ласкала ее тело.

- Эдвард! - выгибаясь ему навстречу, простонала она.

- Моя…

В этом слове-выдохе было все: восхищение, нетерпение, страсть… Тело словно пронзало электричеством. не отрываясь друг от друга трясущимися руками они стягивали одежду, желая соприкоснуться обнаженной кожей, почувствовать друг друга, раствориться, ставы на миг единым целым.

- Эдвард…

- Эмбер.

Шепот в ночи. Еле слышный, он заставляет сердце трепетать все сильней, прижиматься к мужчине, наслаждаясь теплом его тела.

Потом, насытившись друг другом они молча лежали, пытаясь осознать то, что с ними произошло.

Было удивительно. Странно даже. Да и попросту невозможно.  Эмбер была уверена, что не только она, но и тем более, его величество, никогда не позволяли себе настолько выпасть из действительности. И забыть обо всем. Даже о том, что они были в гостиной, где-то посредине дворца, который по определению проходной двор. О том, что в любой момент кто-то мог зайти сюда, совершенно не ожидая увидеть такую неприличную сцены в исполнении императора и его временного секретаря. По-хорошему, надо было бы им срочно одеваться и бежать отсюда. Но сил на это не оставалось.

Так и замерли они, не в силах оторваться друг от друга, подмечая яркие детали: пострадавшее от их неуемности ярко-розовое ведерко, оказавшееся на полу. Коричневый диван с бело-зелеными разводами от растявшего лакомства… Он был на редкость неудобным, явно стоявшим на страже приличий. Хотя тут ему не повезло. Ну, еще тот факт, что император, как джентльмен, полулежал на нем.

А Эмбер была сверху. По мнению его величества так ей было удобнее.

- Эмбер, - потянулся к ней Эдвард. - Я совершенно неприлично счастлив.

Она лишь головой покачала. О счастье, что переполняло ее, говорить было неловко. Эмбер в этот момент даже от собственной наготы смущалась меньше, чем от необходимости что-то говорить.

Если бы можно было ничего не произносить в принципе - и лишь выражать все ее чувства прикосновениями?

Широкая ладонь медленно поглаживала по спине, вызывая трепет.

- Замерзла?

- Немного.

Он усмехнулся и поцеловал ее, скользнул губами по тонкой коже виска, под которой отчаянно билась жилка:

- Уйдем отсюда?

- Куда?

- К тебе… или ко мне… как хочешь…

Эмбер знала, что самым правильным было бы отправиться каждому в свои комнаты, но когда в личной жизни она поступала правильно?

- М-м-м, - протянула женщина, не решаясь выбрать.

- Впрочем, есть еще один вариант… - совершенно не стесняясь своей наготы (правильно, таким телом можно было только гордится) он встал и подхватил Эмбер на руки.

- Ты куда? - охнула она, инстинктивно прижимаясь к его груди. При мысли о том, что он понесет ее в таком виде через пол дворца, Эмбер похолодела.

- В спальню, конечно, - ухмыльнулся Эдвард, плечом открывая дверь в соседнюю комнату. - Обычно здесь останавливается Фелиция, но в эти выходные, благодаря твоему другу и нашему новому союзнику, ее точно не будет.

- Фелиция любит играть в приставку?

- Фелиция любит вспоминать детство. Даже обои здесь остались все те же, как тогда, когда мы жили здесь.

- Вы здесь жили?

- Да, после развода родителей. Одна из причин, почему я поступил в военную школу была как раз близость ко дворцу.

Он прошел несколько комнат насквозь и осторожно положил Эмбер на кровать. Лег рядом, укрывая их обоих стеганым покрывалом:

- Кажется я замерз… согрей меня…

Глава 21

Открывать глаза не хотелось. Возвращаться в реальность, чтобы разбежаться по своим комнатам, сделав вид, что ничего не было - кстати, самое разумное… Но именно этого тоже не хотелось.  Эмбер понимала, что император не спит - кто бы ей еще подсказал, откуда у нее взялась такая уверенность. Но она знала, что он, как и она, вслушивается. В изменившееся дыхание, в не озвученные еще мысли. И похоже, не знает, что сказать. Как неловко… Она вздрогнула. И стала крадучись выбираться из постели. Однако он ее перехватил:

- Пока ты себя не накрутила, я хочу уверить, что эта ночь была. И солнце, взошедшее с утра, ничего не изменит.

- А что было бы если бы оно не взошло?

- Ничего. В смысле ничего бы все равно не изменилось. Эмбер, я счастлив. А ты? - тихо произнес его величество. Хотя, наверное, странно так именовать мужчину, с которым ты провела такую ночь. Эмбер не успела принять решение, поскольку император  коснулся ее губ.

- Я растерянна, - честно ответила Эмбер, и заметила, что император улыбается. Он снова потянулся к ней, но она увернулась и села, глядя в окно. Тепалая ладонь легла на плечо. Эдвард не то многообещающе, не то искушая, не то успокаивая гладил ее напряженную спину. А Эмбер отчего-то представляла, что было, если бы в этот самый момент распахнулась дверь и сестра императора решила просто-напросто зайти в свои покои в доме у бабушки. Приехать, поскольку ей надоели гости в лице министра юстиции ненавистного государства.

А тут они такие. Как в детской сказке: Кто лежал в моей постели и смял ее?

Вот это был бы поворот.

Пожалуй, надо одется и уйти. Заняться, наконец, документами. Да. Прекрасный способ сбежать от проблем и объяснений. Загрузить базу, изучить проект, который, наверняка, уже прислал Эшли. Она же может попросить принести еду в ее комнаты?

- Эмбер, - поймал ее Эдвард и прижал к себе. Его голос звучал так же искушающе, как и ночью. И так же, как и ночью, это заставляло пламенеть ее кровь. - Отмени все на сегодня.

Тут она очнулась. И поняла. Она уже одета, готова удрать. Эдвард, обнаженный и прекрасный, перехватил ее у двери. И не отпускает. Но теперь вместо лукавства и страсти в глазах виднелась… Неуверенность?

- Отмени все на сегодня, - приказал он. - Только ты и я. Чтобы мы оба поверили, что счастье нам не приснилось.

- Тиран, - прошептала Эмбер. Тревога и неловкость, конечно, никуда не делись, они свернулись клубком где-то глубоко в сердце.

- Еще какой! И после завтрака мы улетаем.

Эмбер только посмотрела вопросительно.

- Хочется тебя похитить и увезти куда-нибудь подальше, - он ласково погладил ее щеку. - И обещаю быть самым осторожным пилотом.

Эмбер только головой покачала, вспоминая свой вчерашний срыв. Извиняться все равно не хотелось.

- Завтракаем - и вперед! - скомандовал император. И тут же спросил с подозрением: - Ты куда?

- Переодеваться, - отрапортовала Эмбер, надеясь, что у нее есть свои кроссовки, потому как доставили заказанные ею вещи.

- И надо поскорее уезжать. Чтобы никто не успел вмешаться в наш выходной!

Выходной. Какое чудесное слово. Практически незнакомое. Удивительное. Да такой, чтобы не думать о собственной работе, чтобы на свидание, да еще и с мужчиной, который ради тебя отменил все свои дела. Вот такого в ее жизни, пожалуй, не было.

- Мама, - шепотом окликнула ее у двери комнаты Алекс.

- Привет, - остановилась Эмбер, понимая, что у нее на губах блуждает глупая улыбка. - Ты?..

Мысли носились в голове розовыми зайчиками. впервые в жизни Эмбер не понимала, что нужно спросить у дочери. Как она спала? или позавтракала ли? и вообще, куда она собралась.

- Спала хорошо, уже ела, я в гости.

- А…

- И… мама…

- Что?

- Я за тебя рада.

Наспех выпалив это, Алекс исчезла, прежде чем Эмбер успела поинтересоваться, чему именно рада ее дочь. Хотя, может быть, тут из серии: меньше знаешь - крепче спишь? Она пожала плечами и вошла в комнату. На кровати лежали пакеты с одеждой - доставка не подвела.

Разложив покупки, Эмбер включила душ и с наслаждением долго нежилась под обжигающе горячими струями воды.

Выйдя из ванной в одном полотенце, она долго перебирала белье, выбрав, наконец, комплект из черного кружева и шелка. Неожиданная, совершенно новая для нее мысль: “Эдварду оно должно понравиться” сменилась предвкушением: представлять, как именно мужчина отреагирует, было сладко. Надела терракотовый свитер - гулять так гулять!

Собрала на всякий случай запасной комплект одежды и вышла.

В столовой был только император, который поднялся при ее появлении. Крошечная чашечка черного кофе остывала рядом с ним. Еда была не тронута В голубом под цвет глаз свитере и темно-синих джинсах Эдвард был настолько прекрасен, что Эмбер даже немного позавидовала самой себе.

- Эмбер…

Император улыбнулся, и она вдруг поняла, что окончательно решилась: будь что будет. День - так день. Ночь - так ночь. Не такое сокровище ее ледяное сердце, чтобы отказаться от всего того счастья, которые этот изумительный мужчине, нежданно нежный, нежданно ее, готов щедро кинуть к ее ногам.

- Мне почему-то показалось, что ты удрала, - заметил Эдвард, прерывая затянувшееся молчание.

Эмбер рассмеялась.

- И не надейся, - она не торопясь подошла к нему, глядя прямо в пронзительные голубые глаза, положила руки на сильные плечи, встала на цыпочки и поцеловала. А что? Не все же ему искушать и соблазнять. В конце концов империя и то пропагандирует, что и у мужчин, и у женщин - равные права. Эдвард активно поддержал ее в этом убеждении. Но, к сожалению, быстро отстранился.

- Не так быстро, иначе мы никуда не полетим,  - хрипло сказал он.

- Так может и не надо?

Он усмехнулся:

- Хочешь избежать полетов любой ценой?

- Смотря каких, - лукаво улыбнулась женщина, намекая на то, что случилось ночью. Ей доставило удовольствие видеть промелькнувшую во взгляде гордость самим собой.

- Но все же мы полетим.

- Думаешь? - решила проверить его выдержку.

- Уверен.

Эмбер просто восхитилась. А в следующий момент, получив шлепок пониже спины, взвизгнула как деревенская девчонка.

- Ты что?!

- Завтрак, - приказали ей.

- Ты все-таки тиран!

- Разумеется, а ты не знала?

Через минут пятнадцать они отправились. Эмбер все равно в первые мгновения, когда флайер оторвался от земли, вцепилась в ручки кресла так. что пальцы заломило и со свистом выдохнула.

- Ого, - проговорил Эдвард, напряженно всматриваясь в ее лицо.

- Следи за небом, - говорить получалось с присвистом. - Я в норме.

- Я слежу, слежу, - успокоительных ноток в голосе императора было столько, что из можно было с стакан вместо лекарств капать. - Прости, - вдруг сказал он.

- Нормально, - раздосадованно ответила Эмбер, ненавидящая свою слабость, особенно ту, что она вынуждена была демонстрировать посторонним. Хотя можно ли считать посторонним мужчину после настолько хорошо проведенной ночи? Или секс - не повод записывать в свои?

Пока она отвлеклась, раздумывая над важнейшими философскими аспектами близости, секса и деления мира на “свой-чужой”, дыхание её выровнялось, стало полегче. Да и мир. распахнувшийся перед ними, был настолько прекрасен, что она позабыла обо всем.

Вольная синь неба, жемчужные облака, что звали за собой и как будто шептали: “Не бойся”. Она перевела взгляд на Эдварда. Откинувшись на спинку он с обманчивой расслабленностью следил за приборной панелью. Почувствовав, что за ним наблюдают, он на секунду повернулся.

- Нам лететь минут сорок. Ты как?

Эмбер погладила его по щеке. И поняла, что успокоилась. Улыбнулась в ответ:

- Хорошо. Куда мы летим?

- Туда, где заканчивается география и начинается море, - рассмеялся он.

- Еще одна страсть?

- Нет, просто жажда одиночества. - он усмехнулся. - Море, уединение… женщина… моя женщина…

Последние слова он произнес очень тихо и весомо. Эмбер отвернулась к окну, сделав вид, что увлечена мелькавшими под ними изумрудно-зелеными горами. Зачем портить такой замечательный день, глупыми объяснениями. Счастье так мимолетно, уж она прекрасно знает об этом.

Под флаером пронеслись белые буруны волн, а потом появился остров.

Эдвард специально заложил несколько кругов, давая возможность полюбоваться роскошными пейзажами. Белый маяк на скале, выступающей в море так, что казалось - еще миг, и вся громада отделиться от берега, ухнет в воду, подняв тучу брызг и уплывет себе на свободу. Чтобы ничего больше не держало, а вокруг - только волны, небо и глубина.

- Завораживает, - тихо проговорила Эмбер.

- Северные острова, - довольно ответил Эдвард, идя на посадку. - Мое самое любимое место на земле.

Они приземлились почти у маяка. Император заглушил мотор, и стало слышно, как снаружи бушует ветер.

- Ты уверен, что нам надо именно сюда? - охнула Эмбер.

- Да, - он выскочил, обошел флаер и подал ей руку, помогая выбраться. Ветер с радостью накинулся на новую жертву, растрепал волосы, кидая в миг отяжелевшие от сырости пряди в лицо.

- И куда теперь? - Эмбер обхватила себя руками, пытаясь удержать остатки тепла.

- Сюда, - Эдвард обхватил ее за плечи и прижал к себе, укрывая от ветра, а потом направился к маяку. Приложил ладонь к еле заметной на базальтовой стене панели сканера, открывая дверь в пристройку.

- Прошу! - он подхватил Эмбер на руки и перенес через порог. Он поставил ее на ноги только когда дверь за спиной захлопнулась, отсекая их от бушующего ветра.

- Эдвард, - прошептала Эмбер с изумленным восторгом смотря на стеклянную стену, за которой бушевало море. - Это… это…

- Берлога холостяка, - улыбнулся он. - Одинокая и унылая… Подожди здесь, я кое-что возьму из флаера, ладно?

Не дожидаясь ответа, он вышел, а Эмбер с интересом огляделась. Стены, снаружи беленые, оказались сложены из дикого камня. Незамысловатая мебель, на первый взгляд, собранная невпопад, хотя присмотревшись, можно было заметить, что все вещи отличает удобство. Странно, но кресло у камина было только одно, словно хозяин никогда не водил сюда гостей. Пройдясь по комнате, Эмбер толкнула дверь, ведущую в соседнюю комнату. Там была кровать. Огромная, из темного дерева, без изножья, резных элементов и пышного балдахина, она подходила Эдварду гораздо больше всех дворцов вместе взятых. Немного смутившись, что вторглась в личное пространство, Эмбер отступила и наткнулась на самого хозяина.

- Ой!

- Ты выглядишь так, словно обнаружила запретную комнату, - сообщил он.

- Что?

- Ну помнишь, как в сказке: запретная комната, куда нельзя входить…

- Верно, - Эмбер улыбнулась. - Кажется, там были трупы шести жен?

- Ага, - он оставил бумажный пакет, который держал в руках, на комод. - Но, как ты понимаешь, чтобы спрятать труп жены, сначала надо жениться. Когда это произойдет, ты же будешь меня защищать?

- Вряд ли, - женщина покачала головой. При упоминании о женитьбе императора сердце неприятно кольнуло.

- Все так плохо?

- Не думаю, что тебе вообще кто-то осмелится вменить подобное.

- Ну почему же? один мой предок был осужден судом пэров, поскольку убил жену. В свое оправдание он сказал, что у нее был скверный характер, и она не умела готовить. Правда, это было со стороны матери, ее род всегда отличался безудержным нравом.

- По всей видимости, ты пошел в отца, - Эмбер присела на подлокотник единственного кресла.

- Взял худшее от обоих, лучшая у нас всегда была Лилл, - император поколдовал у камина, разжигая его. Было странно видеть его таким…таким уютным и домашним. - Теперь порядок. Так что, тут у нас?

Он достал из пакета бутылку вина и несколько термоконтейнеров.

- Готовить я тоже не умею, поэтому заранее заказал все, пока ты собиралась, - довольно сообщил мужчина. При этом выглядел он так, словно вернулся с охоты, неся по меньшей мере оленя. - И поскольку кресло здесь одно, предлагаю расположиться на полу.

С этими словами он прошел в спальню и сразу же вернулся, неся огромное лоскутное покрывало и два клетчатых пледа.

- Давай помогу? - Эмбер попыталась взять хоть что-то, но Эдвард замотал головой:

- Нет, нет! Ты - гостья!

- Ладно, - она подождала, пока покрывало будет расстеленно на полу и присела на него. - И что дальше?

- Дальше мы будем есть!

- Почему здесь только одно кресло? - поинтересовалась Эмбер, когда с обедом было покончено.

Она все еще сидела на покрывале, а Эдвард вальяжно разлегся рядом, задумчиво смотря на белые буруны волн.

- Наверное, потому что второе было не нужно, - он отпил из бокала и улыбнулся. - Вообще это - кощунство, пить вино в краю, где изготавливают виски.

- Возможно, - Эмбер последовала его примеру. - Эдвард, что мы будем делать?

Эдвард широко улыбнулся и перевернулся на спину, закинув руки за голову:

- Ни-че-го…

Глава 22

Ничего. Какое все-таки замечательное слово. Особенно, когда оно означает, что все дела можно отложить на потом. Просто валяться на мягком пушистом покрывале, смотреть на волны и разговаривать ни о чем. Глоток, вина, второй… Поцелуй… Легкое касание губ, оставляющее привкус вина и еще чего-то, от чего так сладостно щемит сердце. Эмбер и забыла, что так бывает, когда молчание оказывается уютнее любых слов. Еще один поцелуй, на этот раз более настойчивый, вопрошающий: можно ли зайти немного дальше. И еще…

На этот раз все происходило медленно, они оба упивались друг другом, наслаждаясь каждой секундой, каждой клеточкой тела друг друга.

- Эдвард…

- Эмбер…

Шепот в полутьме дома, прерываемый только треском дров в камине, за завыванием ветра в трубе.

- Ты…

- И ты…

Никаких планов или обещаний, только этот день, и они, двое, в коттедже на краю мира…

Эмбер проснулась, когда уже стемнело. Лежа в кровати (и как только она здесь оказалась, не иначе Эдвард принес), она долго смотрела на стеклянную стену, за которой все еще бушевало море. Вот так и ее жизнь - сплошная буря, только в ней нет спасительного маяка, за стенами которого можно укрыться. Хотя, нужно ли? И вообще, что за мысли вдруг пришли в голову? Она встала и обнаружила, что в комнате нет ее вещей. Пришлось позаимствовать мужской халат, висящий в ванной. Закатав рукава, она вошла в гостиную.

Покрывало все еще лежало на полу, на нем аккуратной стопкой возвышались вещи Эмбер. Сам хозяин дома сидел у камина с бокалом в руке. Услышав шаги, он встал:

- Привет!

- Привет, - женщина смущенно улыбнулась. - Я долго спала?

- Скажем так, я сам недавно встал, - усмехнулся он, наполняя второй бокал рубиновой жидкостью. - Вина?

- Лучше кофе.

- Садись, - он кивнул на кресло, а сам достал из шкафчика панель для подогрева, турку и кофемолку. - Крепкий?

- Не очень, - она все с возрастающим изумлением наблюдала за уверенными действиями Эдварда.

- Что?

- Прости?

- Ты так смотришь.

- Не каждый день тебе варит кофе сам император Альвиона, - лукаво улыбнулась Эмбер. Мужчина усмехнулся:

- Я полон талантов.

- Несомненно, - она с благодарностью приняла кружку с ароматным напитком, обхватила ее ладонями.

Эдвард сварил кофе и себе, и Эмбер хотела уступить кресло, но он остановил ее:

- Сиди.

Сам устроился на полу, прислонившись спиной к ногам Эмбер.

- Так бы и провел всю жизнь…

- Тебе быстро надоест.

- Почему?

- Такие, как ты не созданы для спокойствия, Эдвард.

- А ты? - он запрокинул голову, чтобы посмотреть ей в глаза. - Такие, как ты, для чего созданы?

- Не знаю, - она отставила пустую чашку и провела рукой по его влажным после душа волосам. Он повернулся так, чтобы ее ладонь оказалась под его щекой.

- Ты - сильная, умная, смелая, - прошептал он, каждый раз целуя ее руку. - И я безумно благодарен судьбе и твоей дочери, что мы встретились…

- Алекс! - охнула Эмбер, подскочив.

- Что случилось? - все еще сидя на полу Эдвард недоуменно посмотрел на нее.

- Мы же здесь, мне надо позвонить ей!

- Не беспокойся. Она в надежных руках и по-моему обо всем давно догадалась.

- Да уж, - проворчала Эмбер, успокаиваясь. - Но ты уверен, что твоя бабушка справится?

- Вполне. Вырастила же она меня, - он встал и протянул руку. - Пойдем!

- Куда?

- Ты оказалась права, мне надоело сидеть вот так, - поддразнил Эдвард. - Пойдем. Здесь недалеко.

Им даже не понадобилось выходить из здания - император прислонил ладонь к одному из камней, и стена за камином отъехала, открывая проход, в котором сразу же вспыхнул свет.

- Еще один туннель?

- Не совсем. Когда маяк был действующим, этот проход соединял домик и саму башню, чтобы смотрителю не приходилось выходить в непогоду наружу. Но из-за этого по дому гуляли сквозняки, вот и пришлось закрыть.

- Ладно, - Эмбер встала и с сомнением посмотрела на халат.. - Наверное, мне стоит переодеться?

- Можешь просто захватить плед.

Эдвард уверенно направился вперед. Поколебавшись, Эмбер действительно подхватила плед и направилась следом и вскоре оказалась у подножья лестницы, закручивающейся куда-то вверх.

- Нам что, надо по ней подниматься? - охнула женщина.

- Конечно, а как ты хотела? Легкая победа обесценивает…

- В данный момент предпочту проиграть.

- Лентяйка, - он завернул за ступени. - Но на самом деле здесь есть лифт.

Наверху было темно и холодно. В центре помещения тускло поблескивал странный выпуклый механизм, состоящий из стеклянных пластин

- Что это? - поинтересовалась Эмбер, кутаясь в плед. Голос гулким эхом отскочил от стен.

- Линза.  Именно она отражала свет фонаря, показывая морякам путь к дому.

- Это то, что ты хотел мне показать?

- Не совсем, - он подошел к стене и нажал что-то на вирт-панели. - Смотри.

Внезапно крыша над головой вдруг зарябила, а потом будто растаяла, открывая взору миллиарды звезд. Они мерцали и казались так близко, что Эмбер в какой-то момент показалось, что она сама одна из этих небесных светил.

- Как красиво, - выдохнула она.

- Впечатляет, верно? - он подошел и встал позади нее, обнял, прижимая к себе. - Когда-то мы стремились туда, строили ракеты, а потом… Я очень хочу попасть туда, Эмбер.

- Но ведь это опасно?

- Не опаснее, чем просто жить…

Глава 23

Они возвращались на следующий день.

- Полетим прямо во дворец, - сообщил император, садясь на место пилота. Эмбер бросила на него изучающий взгляд. В костюме и при галстуке (вещи им доставили рано утром по приказу Эдварда) он мало напоминал того мужчину, с которым она пила кофе, а потом занималась любовью под самыми звездами. Вдруг промелькнули воспоминания: они на маяке, Эдвард вжимает ее в стену,полу халата расходятся, и хлопковый свитер императора щекочет кожу. В зеркалах линзы виднеются отражения. Порочные, они все время притягивают взгляд, а наверху сияют звезды.

Эмбер прикусила губу. По всей видимости, Эдвард угадал, о чем она думает, и усмехнулся:

- Прекрасный выходной, не так ли?

- Да…

Сделав над собой усилие, она отвернулась от маяка, опасаясь, что еще миг,  и сил возвратиться к людям и заботам не останется?

Некоторое время они летели молча. Чтобы отвлечься и прийти в себя, Эмбер достала галафон, пролистала сообщения

- Ваше величество, герцог Йоркский хочет в полдень представить временный кабинет министров. - Мне попросить перенести на более позднее время?

- Нет. Пусть приходит, - Эдвард бросил на нее пронзительный взгляд, словно этот переход на “вы” ему совершенно не понравился. Но и упрекать ее он не стал.

- А совещание по поводу результатов испытаний новых пилотников?

- Вот его надо перенести, - сухо отозвался он.

Эмбер взглянула на императора с недоумением. Ох уж эта манера говорить с ней так, словно она в курсе всех нюансов общения его величества со своими министрами. Или с теми, кого планируется этими самыми министрами сделать.

- Хорошо, - склонила она голову, решив, что лучше все уточнить у Селл, чем задавать вопросы Эдварду, который с каждой милей, приближающей их ко дворцу, становился все более отстраненным, как и она сама.

Через короткое время они влились в поток спешащих на работу, и хотя ярко-красный флаер вызывал священный трепет, и все старались, даже не видя, кто управляет, держаться от него подальше, постоянно приходилось маневрировать. Разговор иссяк. И Эмбер вдруг показалось, что все произошедшее с ними на острове было сном.

Она бросила еще один взгляд на Эдварда. Он хмурился, сосредоточившись на управлении флаера и ничем не напоминал того мужчину, который варил ей кофе на маяке. Наверное, так и должно было быть. В конце концов, это только в сказке “они жили долго и счастливо и умерли в один день”.

За своими мыслями Эмбер и не заметила, что они долетели. Флаер опустился на лужайку перед дворцом императора.

Эдвард выскочил первым и помог Эмбер выйти.

- Готова? - почему-то спросил он.

- Да.

- Тогда - вперед.

Она кивнула и почти привычно отступила на два шага. Почему-то вспомнился Эшли и то, как они плечом к плечу заходили в зал судебных заседаний. С Эдвардом такое невозможно. Даже если она и останется его секретарем, она никогда не сможет идти с ним так, как с Эшли - традиции и этикет. чтоб им пусто было.

Под любопытными взглядами слуг, они дошли до кабинета.

- Привет, милый! - Селл как всегда появилась из воздуха и помахала рукой. - О, дорогуша. и ты здесь! Ребята, неужели вы отдыхали вместе, позабыв обо мне?

Она обиженно надула губы, что, впрочем не возымело никакого эффекта. Скупо улыбнувшись, Эмбер так и не поняла, кому предназначалась улыбка - ей или голограмме, Эдвард прошел в свой кабинет, на ходу приказывая Селл вывести расписание. Эмбер подошла к своему столу, присела и первым делом решила набрать Алекс.

- Доброе утро, - сонный ребенок был благостен, несмотря на то, что Эмбер ее явно разбудила. - Тебе чего не спится?

- Ой, прости. Мы… я…

- Уже на работе?

- Да.

- По костюму и видно, - рассмеялась дочь, потягиваясь. - Как выходной?

- Хорошо, - ответила Эмбер, не задумываясь. И чистую правду. Ощущая себя, правда, как старшеклассница, вернувшаяся с первого свидания. Это и смешило, и бесило одновременно.

- Вот и славно, - улыбнулось ее розоволосое чудовище, а потом добавило: - А у нас с Мэттом с этого понедельника дополнительные занятия с преподавателем из Окснафорда. По квантовой физике.

- Что?

- Ага, ее величество решила, что нам пора начинать готовиться к занятиям.

- Алекс, ты ли это? - немного наигранно изумилась Эмбер.

- А что? - насупилась девочка.

- В кои веки раз ты говоришь о дополнительных занятиях с интересом.

- Мама! - дочь закатила глаза. - Это же Окснофорд! Туда мало поступить. там учится надо! И, кстати, в отличие от моей школы, никто не смотрит на твой банковский счет.

- Потому что у тебя его нет?

Алекс снисходительно фыркнула:

- Потому что у них тут титулов и денег - на Вселенную хватит!

- Ладно, - рассмеялась Эмбер. - Рада, что у тебя все хорошо.

- Я тоже.

Связь прервалась. Эмбер отложила галафон и, выведя на экран проект договора о взаимном сотрудничестве, присланный Эшли, принялась за работу.

Сухие привычные формулировки привели ее в привычное состояние. Томная лень пропала, уступив место привычному состоянию отрешенности, которое всегда накатывало, если необходимо было очень внимательно изучать документы.

Она настолько увлеклась, что заметила Селл, только когда та помахала рукой перед ее носом.

- Дорогуша, ау!

- Что?

Эмбер оторвала взгляд от экрана и уставилась на голограмму, пытаясь понять, что та от нее хочет.

- Наш милый Эдвард хочет тебя… - Селл кокетливо поправила локон, спускающийся на плечо.

- Наш?

- Ну я тоже на него претендую. Фигурально, конечно.

- Мне зайти к нему? - Эмбер предпочла проигнорировать намеки искусственного интеллекта.

- По-моему, это - лучшее, что ты можешь сделать.

Она кивнула и встала. Нерешительно замерла у огромных дверей, но сразу же опомнилась - да что же это с ней творится! - и вошла.

- Ваше величество…

Императора за столом не оказалось, он стоял у окна, но сразу же обернулся.

- Эмбер… - все еще держа руки в карманах, непростительная роскошь для монарха, он шагнул к ней.

- Говоришь так, словно не видел меня год, - натянуто улыбнулась она.

- Мне показалось больше. Пообедаем вместе?

- Боюсь, я занята - Эшли прислал проект договора.

- Ничего не хочу слышать, - не в силах бороться с искушением, он опустил ладони ей на плечи и привлек к себе. - Ни про кого из мужчин.

Как же он близко. И как хочется закрыть глаза и позволить… позволить себе все это: жаркие поцелуи и объятия.

Жадные руки гладили ее по спине, сминая шелк блузки. В голове все смешалось. Эдвард, который словно с ума сошел. Мир, который кружится, потому что она, должно быть, заразившись безумием от императора, перестает соображать и превращается в одно желание…

Повинуясь жадным губам, она откинула голову. Что-то блеснуло в глубине комнаты. Стол.

В голове пронеслось, как Эдвард легко сажает ее на полированную поверхность.

Его стол. Она на нем…

И словно видит себя со стороны: волосы разметались, губы приоткрыты и пытаются найти воздух, но получается лишь вскрикивать под ласками. Одежда… О ней лучше не думать…

Как и о сексе на рабочем месте, что вот-вот произойдет. Невозможно прекрасный, невозможно недопустимый. Перечеркивающий все, во что она верила. А единственное, в чем  адвокат была уверена по межмировому праву Эмбер Дарра: такой пошлости с ней случиться не может.

Она так и не поняла, в какой момент слово: “Нет” само сорвалось с губ. Это отрезвило, и госпожа Дарра снова увидела себя в кабинете работодателя. В его объятиях, словно она не адвокат, а какая-то… девочка по вызову.

- Эдвард, нет!

- Эмбер? - он почувствовал ее настой. Обнимать не перестал, но и завоевывать, резко, стремительно и беспощадно, прекратил. - Ты… что случилось?

Он тяжело дышал, словно бежал марафон.

- Отпусти.

- Почему? - руки на плечах стали чуть тяжелее. Эдвард нахмурился, словно пытался прочитать ее мысли.

- Это твой кабинет.

- И? - поглаживания стали невесомыми.

- Я не хочу так. Словно…

Слова не шли на язык, она не могла объяснить, что творилось у нее на душе. Даже не так. Она хотела настолько допускать его в душу. Потому что самый распрекрасный секс - это одно. А показать все болевые точки, допустить в душу, раскрыться даже сильнее, чем тогда, когда ты стонешь под ним обнаженная - это… совершенно другое. Он разжал руки.

Эмбер сделала шаг назад и остановилась. Замерла, не сводя с него тревожного взгляда.

А Эдвард.. В первый раз в жизни он не мог объяснить… НИ-ЧЕ-ГО. Что ему следовало сказать? Что ее прикосновения, счастливые, страстные, были именно в этот момент важнее всего на свете? Глупый и совершенно неуместный пафос. Чушь несусветная. Что он все понимает и принимает ее отказ? Это было бы ложью. Нет, Эдвард понимал, что она не желала становиться еще одним красивым телом в череде его любовниц, но черта с два принимал. А еще он злился. Пожалуй, как никогда в жизни. Сэр Тоби и кабинет министров в совокупности не могли довести его до такого исступления, как сейчас эта женщина, которая одним словом “Нет”, перечеркнула все.

Эмбер все еще стояла рядом, и слишком распаленный желанием, Эдвард никак не мог понять, Что она хочет? Услышать слова, которые он никогда не произнесет?

Что она значит для него больше, чем какая бы то ни было женщина. Что она для него не просто личный помощник, которую он пошло и цинично хочет разложить на столе. Что она значит… Вот. Снова. Бред же! И он готов…

Да он убить ее готов!

Император скрежетнул зубами. Посмотрел на смертельно побледневшую Эмбер. Она выглядела так, как будто он подписал ей смертный приговор, честное слово, а не любовью с ней решил заняться.

Да. В кабинете. Да. На столе. И что?..

Любовь.

Как ни странно, это слово его отрезвило.

Он не мог позволить себе этого. Не с этой женщиной. Не здесь. И не сейчас. не в силах оставаться на месте, он повернулся и вышел.

Хлопнув дверью так, что с нее посыпалась позолота.

Целый день все валилось у него из рук. Не то, чтобы он путал слова или не смог провести несколько совещаний, но к своему кабинету он и близко не подходил, сам не понимая, почему. Ведь Эмбер наверняка заперлась в своих комнатах.

Если кто из исполняющих обязанности министров и удивились тому факту, что совещание его величество проводит в комнате для аудиенций, еще и без первого секретаря, то сочли за благо промолчать. А безликая Сэлл -  полупрозрачная голограмма с механическим безэмоциональным  голосом - лишь добавляла мрачности в этот дурацкий понедельник.

- Время ужина, - размеренно проговорила голограмма, когда закончилась последняя на сегодня видеоконференция, на этот раз с военными.

- Да, - холодно отозвался его величество и отправился в столовую. лакеи безмолвно склонялись перед ним, гвардейцы брали на караул, пока он шел по дворцу в свои покои - ужинать в одиночестве за огромным столом не хотелось.

- Вот так и живем, - вздохнул Эдвард, против воли вспоминая выходные. Жадные объятия, Нежность. Любовь под звездами. Сейчас это казалось сном.

Переступив порог, он собирался сесть за стол, накрытый на одного, как вдруг перед ним появилась Сэлл.

- Что? - ему на миг показалось, что голограмма или метнет в него нож, взятый прямо со стола. Или долбанет электричеством. Он даже головой помотал, настолько явственно представил эту, казалось бы, абсолютно несусветную чушь.

- Ешшшь, - зло прошипела Сэлл, как-то теряя всю свою машинную невозмутимость. - Ты ешшшь?!

- Пока нет, но собираюсь.

- Эмбер, значит, с документами, головы не поднимая, а он… Ты куда?

Но он не слушал. Значит, осталась? Значит, она здесь, рядом. Не ушла,не заперлась,  хотя они и разругались?

Он выскочил, с трудом заставил себя не бежать по коридорам дворца. Почему-то казалось очень важным застать Эмбер на рабочем месте… Что произойдет дальше, Эдвард не знал. Проходя по галерее он старался не обращать внимание на портреты предков. Казалось, все они смотрели на нынешнего императора с укором, осуждая порывы, заставляющие монарха забыть об Альвионе.

Впрочем, сейчас Эдвард готов был отречься от престола. Жаль, никто не предложил…

- Эмбер! - воскликнул он, врываясь в приемную.

Она только выставила руку, призывая не отвлекать. В полутьме она казалась еще более хрупкой, словно сотканной из воздуха.

Император прислонился к двери, тяжело дыша, как будто на самом деле занялся с ней этим проклятым сексом в его проклятом кабинете. И почему днем ему не хватило ума ( или терпения) отнести ее в спальню? Раз уже стол показался ей… не таким…

Эдвард оборвал себя, словно Эмбер могла подслушать его мысли и разъяриться еще больше. Она же, не обращая на него никакого внимания, всматривалась в монитор. То хмурилась, то довольно улыбалась и сразу же начинала быстро печатать. Закончив, она откинулась на спинку кресла и провела руками по лицу, словно пытаясь смахнуть усталость.

- Закончила? - не выдержал Эдвард. Она вздрогнула и обернулась.

- Ваше вели… - Эмбер заметила, как полыхнули его глаза, и моментально исправилась. - Эдвард.

- Да.

- Давно стоишь? - она с трудом встала и потерла поясницу.

- Нет.

От взгляда Эмбер не укрылась небрежно расстегнутый пиджак, ослабленный, съехавший набок галстук. Выглядело, словно император очень торопился.

- Что-то срочное?

- Разумеется, - улыбнулся он. - Ты пропустила обед.

- К-какой обед? - она бросила взгляд на монитор с расписанием. текст вдруг запрыгал, экран полыхнул алыми буквами: “Пообедать с Эдвардом!”

- Селл! - возмущенно охнула Эмбер.

- Извини, дорогуша, - голограмма материализовалась на краю стола. Она сидела, закинув ногу на ногу и старательно рассматривала свой маникюр. - Ты же понимаешь, служба, ничего личного…

Женщина покачала головой и словно прося о поддержке, посмотрела на Эдварда. Их взгляды встретились. миг, и они оба улыбнулись, чувствуя, как напряжение этого безумного дня отступает.

- Пойдем ужинать? - предложил Эдвард.

- Да.

В уютном молчании они шли в столовую, где слуги, повинуясь приказу Селл, спешно накрывали на двоих. Торопливость, с которой они действовали не укрылась от Эмбер.

- Ты не собирался ужинать? - она повернулась к Эдварду.

- Я не собирался ужинать здесь без тебя, - поправил он, заслужив тихое хмыканье искусственного интеллекта.

Эмбер настолько устала и издергалась, что почти не ощущала вкуса пищи. Ссора с Эдвардом и многостраничное соглашение, которое Эшли, словно в отместку, сочинил, пока они с императором были на маяке, забрало все силы. Оставалось только сидеть и молчать, уповая на то, что мужчина все поймет. Конечно, наверное, стоило прояснить то, что произошло в кабинете, но на это сил уже не оставалось.

Она скорее поняла, чем почувствовала, что ладонь Эдварда накрыла ее ладонь. Эмбер подняла голову и вымученно улыбнулась.

- Устала? - только и спросил император.

- Да, - даже это короткое слово удалось сказать с трудом. Мир вокруг расплывался. Хотелось просто рухнуть куда-то, закрыть глаза и… Она вдруг почувствовала, как ее подхватывают и куда-то несут.

- Эдвард, - Эмбер с трудом открыла глаза, которые почему-то оказались закрытыми. - Ты… куда?

- Спать, - он усмехнулся. - Считай, это - приказ.

- Тиран, - прошептала она, прижимаясь к его груди и снова закрывая глаза.

Когда Эмбер проснулась, то не сразу вспомнила, где она. Эдвард еще мирно спал, обнимая ее. Его ладонь покоилась у нее на груди, а сам он плотно прижимался к ней, словно опасаясь, что женщина сбежит.  Эмбер улыбнулась, вспомнив, как император нес ее на руках в спальню.

Это было настолько приятно, что захотелось представить, что вчерашнего дня просто-напросто не было. Они приехали, разбежались по делам, потом поужинали. И отправились спать. Мирно. И все. И больше ничего. Она заерзала, устраиваясь поудобнее.

- Эмбер, - хрипло позвал ее Эдвард.

- Я тебя разбудила?

- Угу, - он потянулся за поцелуем. Самым первым с утра. Самым сладким.

Они были так трепетно-нежны друг к другу, настолько оба старались предугадать желания, что в какой-то момент у обоих разом, наконец, отключился контроль.

Не осталось ни мыслей, ни сомнений. Лишь дикая страсть да легкое сожаление о том. что нельзя все проблемы, находящиеся за дверью спальни, разрешить объятиями и тем удовольствием, что охватило их разом.

- С тобой рядом не получается закрыть  глаза и думать об Альвионе, - усмехнулся Эдвард, когда наконец смог говорить. Он лежал на спине, закинув руки за голову и задумчиво смотрел в потолок, словно видел впервые.

- Прости, что? - Эмбер недоуменно свела брови.

Он не хотело видеть эту хмурость на ее разгоряченном страстью прекрасном лице. Поэтому протянул руку и попытался разгладить складку на лбу. Прикоснулся губами.

- Много сотен лет тому назад матери давали напутствие дочерям, которые выходили замуж: когда уединишься в спальне с мужем, закрой глаза, и думай об Альвионе,

- О! Помогало?

- Население не вымерло, и даже, судя по статистике, возросло… - Эдвард скривился, словно это его самого, как трепетную девственницу, заставляли идти в спальню, исполнять супружеский долг.

- Вот видишь, думать о стране не так уж и плохо, - Эмбер вдруг улыбнулась и провела ладонью по его щеке. Император перехватил ее руку и поцеловал.

- Эмбер, я не хочу делать вид, что нас связывает только работа, - твердо произнес он.

- И что ты предлагаешь? - она напряглась.

Эдвард понял, что этот разговор неприятен Эмбер и почему-то разозлился. В конце концов, он не юрист и не банкир, чтобы безропотно скрываться от всех, мелькая только на камерах наблюдения. И как только Эмбер Дарра удавалось так долго скрывать от всех свои отношения? Впрочем, ее избранники были не слишком публичными людьми, к тому же обладание этой блондинкой превалировало над желанием покрасоваться перед остальными. Эмбер все еще ждала ответа, и Эдвард вздохнул, понимая, что разговор неизбежен.

- Ты же понимаешь, что репортеры все равно все разнюхают, - честно признался он.- Я не банкир, и не Эшли Говард, так что…

- При чем тут Эшли? - Эмбер села, прижимая одеяло к груди. С распущенными волосами и опухшими от поцелуев губами она была настолько прекрасна, что Эдвард, на секунду прикрыл глаза, а потом покачал головой, сам себе удивляясь, и  коснулся губами ее губ.

- Потому что я ревную, - признался он. -  Вчера я весь день думал о тебе.

- Что?

- О тебе… и о звездах… я даже не помню, что говорил министрам. Наверное, они сочли меня идиотом.

- Вряд ли. По-моему благоговение перед монархом у альвионцев заложено генетически.

- Возможно, - он потянулся и откинул одеяло. - Надо вставать и думать об Альвионе.

Не в силах оторвать взгляд взгляд от бугрившихся мышц, Эмбер только кивнула. Обнаженный Эдвард был прекрасен настолько, что все мысли как-то улетучивались, и оставалось лишь желание обладать. Обладать этим роскошным мужчиной, который так щедро предлагал себя.

- Я прикажу, чтобы тебе принесли твою одежду, - он накинул халат.

- Не надо.

- Эмбер…

- Эдвард… - почти выдохнула она. - Я прошу, давай не будем торопить события. Мне нужно время, чтобы осмыслить все это.

- Осмыслить? - переспросил он.

- Я не привыкла смешивать работу и личные отношения.

- Именно поэтому ты разошлась с Эшли? - вопрос вырвался сам собой, Эдвард сразу же пожалел об этом, но было поздно.

- Да дался тебе этот Эшли! - Эмбер всплеснула руками. - У меня никогда с ним ничего не было!

Несколько секунд они яростно сверлили друг друга глазами, император сдался первым.

- Извини, - проворчал он, склоняясь над Эмбер и быстро целуя ее, пока она не успела опомнится. - Я просто… я не хочу делить тебя ни с кем.

Не дожидаясь ответа, он вышел. Из-за двери послышался голос камердинера, спрашивающего, что его величество намеревается надеть.

Эмбер вздохнула. Эдвард был прав - вокруг слишком много людей, и скрыть их отношения вряд ли удастся.

Настроение, такое радужное после пробуждения, испортилось. С тяжелым вздохом Эмбер встала и по мере возможности привела себя в порядок, идти по коридорам в неприглядном виде не хотелось.

Когда она вышла в соседнюю комнату, там уже лежали ее вещи, те самые, в которых она ездила на маяк, а вот Эдварда нигде не было видно. Судя по шуму воды, он брился.

Эмбер не стала ждать, пока он выйдет. Переодевшись, она выскользнула из покоев императора и направилась к себе, понимая, что все это только начало.

Глава 24

Часом позже она переступила порог приемной. Серые костюмы закончились и Эмбер пришлось надеть яблочно-зеленый, в котором она чувствовала себя словно канарейка.

- Прекрасно выглядишь, - Эдвард появился минутой позже. Странно, но Селл не показывалась, словно не хотела мешать. - Это Бономе?

- Да.

- Бабушка тоже его любит.

- Я знаю. Ты позволишь?

Она прошла к своему столу и развернула экраны, отсканировала ладонь, чтобы получить доступ к документам.

- Хочу еще раз проверить все, прежде чем отсылать Эшли, - пояснила она, демонстративно не замечая, что Эдвард при упоминании ее друга невольно прищурился.

- Тебе обязательно с ним общаться?

- Да, если ты хочешь получить обоюдовыгодное соглашение.

- Я уже в этом не уверен, - пробормотал Эдвард, но отступил, предпочтя ретироваться в свой кабинет.

Эмбер покачала головой и снова погрузилась в документ, перепроверяя свои пометки. Покончив с этим, она отослала файл Эшли.

- Дорогуша, рада видеть! - Селл появилась над экранами. - Как прошла ночь?

- Я все еще не простила тебя за вчерашнее! - предупредила ее Эмбер.

- Да ну? Тебе не понравилось? - голограмма широко распахнула глаза.

- Понравилось, - буркнула Эмбер. - Но в следующий раз я предпочту разобраться без сторонних вмешательств.

- Тогда ты с вероятностью девяносто шесть процентов выберешь не тот сценарий, - бессердечно (впрочем, какое у искусственного интеллекта может быть сердце?) отозвалась Селл.

- Почему девяносто шесть?

- Потому что доверительный интервал девяносто пять. Я не должна дать тебе ни единого шанса.

Пронзительная трель галафона оборвала диалог. Селл поморщилась:

- Когда, наконец, ты сменишь мелодию звонка?

- Когда мне надоест эта, - не глядя на экран, Эмбер ответила на вызов. - Я ждала твой звонок на пять минут раньше.

- Я на вокзале, - сообщил ей Эшли. - Вот-вот подадут экспресс.

- Уезжаешь? - она не стала скрывать разочарования.

- Ага. Решил не злоупотреблять гостеприимством нового премьер-министра. Ты же понимаешь, какая волна поднимется накануне выборов.

- Да уж…

Вот и Эшли думает о репортерах, как и Эдвард… Эмбер вдруг с тоской подумала о временах, когда она, совсем еще зеленая девчонка, начинала работу в юридической фирме Говард и партнеры. Тогда репортеры казались друзьями. теми, кто мог поднять шумиху, привлечь внимание общественности… Времена меняются.

- Я просмотрел все твои комментарии, - продолжал Эшли, не догадываясь о том, что творилось в душе у собеседницы.

- И?

- Мне кажется, ты - слишком ценный кадр, чтобы отдавать тебя врагу, пусть даже сейчас он стал союзником. Не хочешь снова перебраться в Альянс? Только прошу, не говори сразу свое коронное: “Нет!”

- Нет, - она улыбнулась, хотя знала, что собеседник ее не видит.

Пауза показалась очень долгой.

- Эмбер… - вздохнул будущий президент.

- Нет, Эшли, я не стану сразу отказываться, - усмехнулась она. - Я готова выслушать твои предложения.

Тихий смешок был ей ответом.

- Ты в своем репертуаре. Я уже отвык от этого.

- Давай ближе к делу, - поторопила друга Эмбер. - В качестве кого я должна вернуться в Альянс?

- Пока идет предвыборная программа - моего консультанта. Впоследствии - тебе светит министерский портфель, Эм.

От неожиданного предложение дыхание перехватило. Портфель министра…

- А как же Алекс? - мысль о дочери отрезвила.

- А что Алекс? - судя по тону собеседник закатил глаза.

- Она же хочет учится в Окснафорде.

- Эмбер, ты же сама вносила поправки в документ предусматривающий обмен студентами! - возмутился Эшли.

- да, но…

- Эм, ты не сможешь постоянно удерживать ее у своей юбки! Мне кажется, неделю тому назад твоя дочь явно показала это!

- Всего неделю? - глупо переспросила Эмбер. ей самой казалось, что с момента похищения Алекс отцом прошел по меньшей мере год.

- Ну может чуть больше, я не считал, - ворчливо отозвался Эшли. - В любом случае, Эм, советую подумать: такими предложениями не разбрасываются, а новизна твоего положения скоро пройдет. Альвион слишком помешан на традициях, да и время работает против тебя.

- Что ты хочешь этим сказать? - насторожилась Эмбер.

- Ничего, кроме того, что одним из условий вступления герцога Йоркского на должность премьер-министра была скорая женитьба императора с целью продолжения рода. Как ты понимаешь, при прочих равных, кандидатура разведенной женщины с ребенком вряд ли рассматривается… особенно если эта женщина негласно была объявлена врагом Альвиона.

- Я не собираюсь замуж! - возмутилась Эмбер.

- Ты - да. А твой император? Подумай об этом! - Эшли нажал отбой.

Услышав короткие гудки, Эмбер отшвырнула галафон, с неприязнью смотря на гаджет, словно он был виновником дерзкого разговора.

- Милая, мне стоит начинать беспокоится?

Селл снова появились над головой.

- С чего бы? - хмыкнула Эмбер. После разговора с Эшли на душе остался какой-то осадок.

- По-моему, тебя только что пытались завербовать…

- Тебе напомнить, что у меня гражданство Альянса?

- Еще один минус в твоей ситуации, дорогуша.

- Почему?

- Разведенка с прицепом…  еще и гражданка Альянса. Да у тебя флеш-рояль!

- Поясни.

Глаза Селл сразу же остекленели.

- Запрос отклонен, - произнесла она механическим голосом.

- Ладно, попробуем иначе,- Эмбер покусала губу. - Селл, требования к избраннице монарха.

- Девушка должна заботиться о государстве, быть благородного происхождения и невинна! - выпалила голограмма.

- Ну да, закрой глаза и думай об Альвионе, - усмехнулась Эмбер, так некстати (или кстати) вспомнив утреннюю фразу Эдварда.

А ведь он замялся, когда произносил ее, словно это было что-то личное. Теперь понятно что.

- Селл, расскажи, что знаешь об условии вступления в должность премьер-министра герцога Йоркского! - приказала Эмбер. Голограмма зарябила, рассыпаясь на небольшие квадратики, которые затем сложились в образ ученицы колледжа.

- Первый герцог Йоркский занимал должность конюшего при Вильгельме Завоевателе - отрапортовал искусственный интеллект. то и дело посматривая на потолок. - Впоследствие…

- Мы говорим про нынешнего герцога, мужа принцессы.

- А что про него говорить? - фыркнула голограмма. - Лучше спросить у него самого, к тому же он вот-вот появится во дворце.

- Верно, сегодня же день аудиенции императора с премьер-министром, - подтвердила Эмбер.

- Именно! - голограмма медленно растаяла в воздухе, чтобы сообщить императору о посадке флаера нового премьер-министра.

Эдвард вышел из своего кабинета так быстро, словно он стоял у дверей, подслушивая, что происходит в приемной. Хотя, конечно, это было глупостью. Служба безопасности хотя бы здесь поработала на славу, и звукоизоляция была близкой к идеальной.

- Эмбер, - он кивнул секретарю. - Джаспер приехал.

- Да, я знаю. Почему ты не можешь принять его здесь?

- Еще одна дурацкая традиция, - Эдвард развел руками.

- Мне кажется, или Альвион весь состоит из традиций, - пробормотала женщина.

- Не кажется. Так оно и есть, - император тяжело вздохнул. - Джаспер зайдет к тебе, обсудить назначения, а я отлучусь ненадолго.

- А как же, - Эмбер взглянула на монитор с расписанием, - благотворительный обед с деятелями искусств?

- Туда вполне может поехать Фелиция, - отмахнулся Эдвард.

- Мне известить ее?

- Предоставь это Селл.

- Хорошо.

Он нахмурился:

- Эмбер… у тебя все в порядке?

- Почему ты спрашиваешь?

- Ты какая-то…

Она вымученно улыбнулась:

- Я просто устала. Ловить Эшли за руку не так-то просто.

Эдвард очень нежно провел кончиками пальцев, очерчивая овал ее лица. Пальцы замерли на подбородке, заставляя женщину смотреть прямо на императора.

- Ты замечательная, - прошептал он, наклоняясь и целуя. - И только моя…

Эдвард вышел, Эмбер долго смотрела ему вслед, а потом повернулась к вирт-монитору.

По традиции аудиенция длилась ровно сорок минут. Все это время Эмбер сидела, то и дело посматривая на часы и недоумевая по поводу самой себя. Вот чего, кажется, она так нервничает: не собиралась же она действительно замуж за Эдварда. Понятно, что он должен жениться и обеспечить Альвион наследником, а лучше двумя: основным и запасным.

Погруженная в эти мысли она едва не пропустила тот момент, когда премьер-министр вошел к ней в приемную. Опомнилась, только когда услышала над ухом дребезжащий голос Селл:

- Милая, подъем!

- А? - Эмбер встала и протянула руку Джасперу. - Премьер-министр…

- Пока еще нет, - он покачал головой.

- Но это - вопрос времени, - улыбнулась женщина.

- Надеюсь, что так.

Показалось, или последнее слово прозвучало двусмысленно. Эмбер бросила на собеседника задумчивый взгляд.

- Мне кажется. вы все еще сомневаетесь.

- Скажем так, я поставил его величеству ряд условий, и жду когда он их выполнит.

- Условие обзавестись семьей? - она изогнула бровь. Не так, конечно, красиво, как Эдвард, но все же.

- Вы хорошо осведомлены, - герцог поклонился.

- Положение обязывает.

- Оно всех обязывает. Особенно его величество.

- Вы уже решили, кто станет его невестой?

- Я? - Джаспер выглядел удивленным. - Как вы понимаете, я не вправе делать выбор.

- Вы можете только ставить условие, верно, - кивнула Эмбер, злясь не то на этого слишком спокойного и тихого мужчину, который оказался гораздо сильнее, чем все думали.

- Принимать его или нет - зависит только от монарха, но мы слишком долго живем без наследников. случись что, корона перейдет моей жене, ни ей, ни мне этого бы не хотелось.

- Да… закрой глаза и думай об Альвионе…

- Простите?

- Нет, так, просто вырвалось - она присела на свое место и махнула рукой на стул, стоявший напротив, приглашая Джаспера последовать ее примеру. - кажется, вы должны передать мне приказы о назначениях министров?

Больше к вопросу женитьбы императора они не возвращались. Обговорив все интересовавшие его вопросы, Джаспер ушел, а Эмбер  уставилась невидящим взглядом на вирт-экран. Получается, что когда они были на маяке, Эдвард уже знал об ультиматуме мужа сестры. Знал, что подчинится требованию, и все равно…

Она до крови прикусила губу, пытаясь сдержать злые слезы. С самого начала Эмбер понимала, что надо жить только одним днем и у этих отношений нет будущего, но почему-то все равно было больно.

“Я не буду плакать. По крайней мере не здесь и не сейчас!” - одернула она себя, загружая очередной файл. Кажется, протокол вчерашней встречи императора с новыми министрами. Хоть и временно исполняющие обязанности, все они должны были быть представлены герцогом Йоркским после выборов и утверждены его величеством. Документы следовало подготовить заранее.

Эмбер почти закончила, когда император, безмерно довольный, появился в приемной.

- Как дела? - радостно произнес он, заставляя Эмбер сердито поморщится.

- Терпимо, - она все так же смотрела на экран, опасаясь, что если взглянет на Эдварда, то выдаст себя.

Впрочем, он и так забеспокоился:

- Ты не заболела?

- Нет, - она потерла глаза. - Я…

Вот почему она не может просто спросить у него напрямую и посмотреть, как вытянется его лицо? Руки подрагивали, но Эдвард ничего не заметил. Он подошел и с видом фокусника он извлек из кармана футляр, обтянутый пурпурным бархатом.

- Это тебе, - футляр лег на стол. - Открой.

Понимая, что он все равно настоит на своем, женщина повиновалась. Внутри, на бархатной подушке лежали часы. Вернее, не просто часы, а произведение ювелирного искусства - тонкий усыпанный изумрудами браслет в виде банта, который сдвигался в сторону, открывая циферблат, Делений там не было, зато в небывалом количестве были бриллианты.

Эмбер шумно выдохнула.

- Ч-ш-што это? - она уставилась на браслет так, словно это по меньшей мере была змея.

- Часы, - Эдвард был явно доволен собой. - Мне кажется, эти подойдут тебе больше.

- Тебе кажется, - холодно произнесла Эмбер, едва сдерживая обуревавшую ее ярость. Как он вообще смел! Она не домашняя кошечка, чтобы на нее цеплять бантики, пусть даже и очень дорогие.

- Эмбер, - Эдвард нахмурился. - Что не так?

- Все, - она захлопнула крышку футляра и только после этого выдохнула. - Забери это, пожалуйста.

- Но…

- Ваше величество, это не обсуждается, - она смело встретила его гневный взгляд. - Я не буду это носить.

- А если я прикажу?

- Нет.

Эдвард скрежетнул зубами.

- Почему?

- Потому что… - она замолчала, не зная, как объяснить, что не желает опускаться до уровня содержанки. - Эдвард, пойми, не хочу смешивать работу и остальное.

- Остальное?

- Наши отношения.

- То есть утром мы будем играть одни роли, а вечером - другие?

Она покачала головой.

- Мы не будем ничего играть.

- Поясни, - процедил Эдвард.

- Я хочу оставить все, как есть, - Эмбер все-таки взглянула на него. Его лицо окаменело, а во взгляде ярость смешивалась с растерянностью. Он все силился понять, что сделал не так.

- Эдвард, нам было хорошо, но у тебя есть обязательства перед страной, а у меня - перед дочерью.

- И как они могут помешать?

- Кто?

- Твои обязательства перед Алекс.

Эмбер машинально отметила, что Эдвард не стал отрицать свой долг перед Альвионом.Значит, все правда.

Она вдруг поняла, что злило больше всего: это было нечестно. Нечестно по отношению ко всем: к Эдварду, к ней самой, к незнакомой юной девушке, которая станет женой императора, к неродившимся детям, которые пострадают от этих отношений.

Злость схлынула оставив после себя горечь. Эмбер вдруг поняла, что безумно устала. устала от неопределенности в жизни, от всех этих эмоций, которые бьют через край.

- Эдвард, чего ты хочешь? - тихо спросила она. - Ты же сам вынудил меня подписать договор с короной.

- Так расторгни его!

- Что?

- Подай в отставку, если тебе так важно не смешивать работу и наши отношения!

Это было словно пощечина. Эмбер снова прикрыла глаза, а потом взглянула на полыхающего яростью императора.

- Как вам будет угодно, ваше величество, - она насмешливо поклонилась. - позвольте, я займусь этим незамедлительно?

Несколько секунд они просто стояли и смотрели друг на друга, Потом император пробормотал что-то себе под нос, крутанулся и скрылся в своем кабинете.

Дверь хлопнула. Эмбер упала в кресло и закрыла лицо руками. Что она наделала? А, главное, как ей теперь объясняться с дочерью? В любом случае, надо срочно поговорить с Алекс, объяснить все, убедить…

- Селл, - женщина нерешительно позвала искусственный интеллект.

- Милая, мне кажется  или ты обладаешь уникальной способностью выводить нашего милого Эдварда из себя? - голограмма медленно появилась над столом.

- Как я могу добраться до Сандригем-паласа?

- По-разному.

- А точнее?

- Я могу вызвать тебе дежурный флаер?

- Думаю, в этом нет необходимости.

Эмбер подошла к столу, подхватила сумку и покинула приемнкую императора.

Глава 25

Тонкие каблуки печатали шаг, эхо отражалось под расписными сводами галерей, слуги почтительно кланялись при виде личного секретаря его величество. Слишком личного. Это претило, как и подобострастные взгляды тех, кто встречался на пути. Хотелось орать и топать ногами, но этого нельзя было допустить, как и обернуться, чтобы убедиться, что ее никто не остановит.

“Я достаточно стойкий оловянный солдатик?” - размышляла Эмбер, покидая императорский дворец. Сердце не болело, нет. Такое впечатление, что этого самого сердца у нее больше не было. А если нет - то и болеть нечему. “Эдвард-Эдвард”, - она все мысленно говорила и говорила с ним. Споря, доказывая и ссорясь. Но это в мыслях. А в реальности уходя все дальше и дальше.

На самом деле, так лучше, чем тогда, когда попросят. И у тебя не получится сохранить спину прямой, а взгляд высокомерным, потому что у побитых жизнью собак, что были излишне преданны и слишком любили, такого взгляда не бывает.

Хотя Эдвард… нет, он бы не стал изображать повелителя жизни в тот момент, когда сообщал бы ей о намерении жениться на наивной, невинной и молодой. Он бы опустил глаза долу. А еще лучше - закрыл бы. И она бы слушала чушь. Ерунду о долге, стране, дурацком условии Джаспера…

Ее передернуло.

Нет. Просто “НЕТ”. Она не желает.

Глупо признаваться, но она все ждала  окрика: “Стой!” Боялась его? Или надеялась?

Скорее, и то, и другое. в любом случае, ее никто не остановил.

“Эмбер-Эмбер, - покачала она головой. - Ну, кто тебя будет отслеживать? Кому ты нужна”.

- Госпожа Дарра, - Эмбер оказалась уже на пороге дворца, когда ее окликнули.

Она обернулась и моментально узнала окликавшего - полковник Адамсон, который расследовал крушение флаера императора.

Сердце забилось так, что стало трудно дышать. Эдвард заметил, что она сбежала - и…

- Надеюсь, вы оправились от недавнего потрясения…

- Потрясения?

Неужели все уже знают о ее ссоре с императором?

- Аварии, - он ободряюще улыбнулся. - Скажу по секрету, мои сослуживцы потрясены вашим мужеством.

- Спасибо, - кивнула Эмбер.

- Вы не знаете, его величество готов принять меня?

- Да, конечно, - она с трудом вспомнила, что фамилия полковника значилась в расписании. - Вас проводят.

- Благодарю, - он поклонился и щелкнул каблуками.

Эмбер натянуто улыбнулась и сбежала с крыльца. Ее так никто не остановил. впрочем, зачем? Женщина, отказавшая принимать и понимать честь, оказанную ей монархом…

Что теперь? Эмбер пролетела квартал и остановилась вдруг, тяжело дыша. Не веря, что все закончилось вот так: быстро и нелепо. Что ей было делать? Оставаться любовницей императора? Как долго: день, месяц, год?

Все. хватит. Она уедет. И найдет, чем заняться.

Но перед этим надо решить, что делать с Алекс. Раньше бы она приехала, кинула бы недовольный взгляд на розовые волосы и приказала: “Собирайся”. Но теперь как-то не получалось: ведь она успела понять, что это лишь во вред. Так с Алекс не договориться. Лишь поссориться. А портить отношения с дочерью, только хоть как-то выстроенные…

Наверное, надо поговорить с дочерью, объяснить… А прежде - позвонить и предупредить, что приедет. Она открыла сумку, которую, покидая кабинет, схватила на автомате и обнаружила, что галафона нет. похоже, она оставила его на столе. Что ж, это и к лучшему, никто не сможет отследить.

“Эмбер-Эмбер, - покачала она головой. - Ну вот что тебя отслеживать, если ты сказала Селл, куда отправляешься?”

Галафон пришлось покупать новый. “С новым средством связи в новую жизнь” - гласила рекламная вывеска. Что ж… Будет так считать.

- Алекс, - проговорила Эмбер, выходя из салона связи к вызванному ей таксофлаеру. - Я бы хотела приехать. Хочу с тобой поговорить.

- Конечно, - голос дочери был настороженным. Видимо. жизнь приучила ее, Алекс, с подозрением относиться к визитам матери. Да еще и таким, которые начинаются с преувеличенно вежливых фраз.

Дорога показалась долгой. Может быть потому, что она уже привыкла к стремительным полетам спортивного флаера и к резким виражам того, кто им управлял. Эдвард.

Подозрительно моргнув, Эмбер отвернулась к окну. Странно, но мир снаружи дрожал, или это она плакала?

Женщина зло потерла глаза. Похоже, жизнь ее ничему не учит. Она не может, не должна позволять себе рыдать из-за какого-то альвионца, пусть и императора! Надо глубоко вздохнуть, сосчитать до десяти…

- Приехали, мэм!

Свежий воздух подсказал, что дверная панель открыта, а пилот ждет, чтобы помочь ей выйти.

- Да, спасибо!

Выйдя из-за деревьев, она направилась к огромному желтовато-серому зданию с колоннами. В прошлый раз она не рассматривала его, слишком разозленная поведением Эдварда. Сейчас… сейчас уже не было смысла. очередной слуга проводил Эмбер до комнат Алекс.

- Прошу…

- Спасибо, - она замерла у порога, не решаясь открыть дверь. Что она сейчас скажет?

Она постучала.

.- Да? - розоволосая голова высунулась за дверь. - Мама? Что случилось?

Девочка в изумлении отступила.

- Алекс, - проговорила Эмбер, переступая порог. - Я…

Она замерла, впервые не зная, что сказать и как поступить. К тому же она понимала, что стоит ей открыть рот, как слезы хлынут. А предстать перед дочерью беспомощной и размазанной было совершенно стыдно.

- Та-а-а-ак, - недобро протянула ее дочь. - Это что-то новое. И я даже знаю, кому сказать “спасибо” за твое подобное состояние.

Эмбер пожала плечами. Раньше бы она строго сказала дочери, что это - не ее дело. Но ее девочка выросла, к тому же Эмбер сама пришла к ней.

- Вы поругались? - продолжила допрос Алекс, которая, когда ей это было надо, становилась настойчивой как несшийся на полной мощности реактивных двигателей межмировой экспресс.

Эмбер покачала головой. Было изумительно странно и неловко говорить с дочерью о своих отношениях с мужчиной. Вот До такой степени, что у Эмбер горло перехватило.

- Он тебя обидел? - рявкнула дочь. Она выглядела, словно жаждала крови. Возможно, в ней заговорили гены великих предков-аристократов, причем все сразу.

Эмбер задумалась.Как объяснить, чем обидел ее Эдвард? Вряд ли любой человек в здравом уме согласиться приравнять к обиде  подарок: часы такой стоимостью, что даже в каталоге фирмы под ними красовалась надпись:”Цена по запросу”, намекая на то, что о подобной астрономичности могут интересоваться люди, которые подобное количество нулей воспримут адекватно. Хотя он же предложил ей подать в отставку, стать одной из многих любовниц, которые он менял, словно опасался привязаться и проявить чувства.

Эмбер заморгала и отвернулась.

- Ладно, поняла, - быстро проговорила дочь. - Где тело Эдварда?

- Алекс!

- Я поняла. Он жив, но все сложно. Ты ему все высказала и вы поругались. Мама?

- Мы не ругались, - Эмбер опустила голову, - Я… я сбежала.

Дочь присвистнула.

- Ну ты даешь! Ты же сама меня учила все говорить словами через рот. Как там еще было? - она пощелкала пальцами. - А, да! Люди не умеют догадываться о твоих мыслях.

- Верно, - глухо отозвалась Эмбер, чувствуя, как ноги подкашиваются. Она сделала несколько неуверенных шагов, упала в кресло и закрыла лицо руками, чувствуя, как слезы медленно текут по щекам. И тут же почувствовала, как ее обнимает Алекс.

- Мам, ну что ты! - голос дочери дрожал. - Я просто прикалывалась. Я не хотела. Да что с тобой?

- Он должен жениться, - против воли вырывалось у Эмбер.

- Он что, сказал тебе это после того, как вы… - последнее слово Алекс поглотила, но Эмбер ничуть не сомневалась, что дочь в курсе, как именно ее мать провела эти выходные.

- Нет до такого он не опустился. Просто предложил подать в отставку.

- Вот гад!

- Он просто человек, который слишком скован традицями и обязательствами.

- Глупости, отмазки все это, - отмахнулась дочь. Она еще раз взглянула на мать и моментально сделала правильный вывод. - И ты решила вернуться?

Эмбер кивнула и шмыгнула носом:

- Эшли предложил мне должность… сначала в его штабе, в перспективе - портфель министра.

- Ну это же круто!

- Да, но как же ты, Алекс?

- А  что я? - изумилась дочь.

- Я не хочу оставлять тебя здесь одну. Но и срывать тебя, когда твоя мечта настолько близка к осуществлению - тоже неправильно.

Они замолчали.

- А ты заметила, мама, что в первый раз в жизни ты не просто пришла и приказываешь? - вдруг заметила дочь. Она выглядела очень довольной.

Эмбер нервно рассмеялась:

- Алекс, какое приказывать? Я первый раз в жизни не знаю, что делать!

- Зато я знаю, - тут же заявил тринадцатилетний ребенок. - Ты абсолютно правильно сделала, что пришла ко мне, мамочка!

- Любопытно послушать, - Эмбер, хоть с трудом, но взяла себя в руки.

- Тебе надо поехать в Альянс. Поработать с дядей Эшли и получить портфель министра. Утереть нос всем этим снобам!

- А ты? - женщина против воли усмехнулась, настолько безаппеляционна была вера дочери.

- А я буду учиться в Оксанфорде.

- И тебя не смущает, что мы будем в разных мирах?

- Мы и так там были. Ты - на работе, я - на учебе. Расстояние сыграет нам на руку. Будем выкраивать время чтобы общаться: выходные, каникулы. Работая с дядей Эшли ты сможешь заработать кучу денег,  Я смогу часто приезжать. Или еще лучше: будем встречаться на планетах-курортах. Представь: ты со своим любимым виски, я с молочным коктейлем. И перед нами океан! И только ты и я. Ну, еще магазины и пицца с ананасами!

- Фантазерка, - Эмбер взъерошила розовые волосы.

- Но это же возможно. Не думаешь же ты, что Эдвард будет мне мстить за то, что ты сбежала? Ой, прости-прости. Сочла его предложения неприемлемыми и не подлежащими удовлетворению?

- Вот удовлетворение точно лишнее, - пробормотала Эмбер. Но Адлекс все равно услышала и довольно улыбнулась.

- Так что, езжай спокойно и передавай привет дяде Эшли.

- Ты уверена?

- Конечно, - ребенок ангельски распахнул свои изумрудно-зеленые, как у матери глаза. - И, главное, не волнуйся - мне будет чем заняться на Альвионе!

Эмбер улыбнулась, а Алекс подумала, что не будь мать в настолько растрепанных чувствах, то уже поняла бы - дочь что-то задумала.

Глава 26

“Ну же, быстрее, шевелись уже!” - думала Алекс, идя за чопорным лакеем в черном костюме. Пылающей праведным гневом девочке хотелось оттолкнуть этого мужчину и помчаться по коридору. Она, наверное, так бы и сделала, но не знала, куда бежать, поэтому приходилось медленно идти, прожигая взглядом лысину сопровождающего ее слуги. Наконец, они подошли в высоким белым дверям, разукрашенным пестрыми птицами.

- Леди Алексия Макленбургская, - возвестил лакей, открывая створки.

Он едва успел отступить, как девочка ворвалась в комнату. Принцесса Фелиция сидела в кресле. Одетая в лимонно-желтый костюм, она неуловимо напоминала ее величество Марию-Терезию. Алекс даже моргнула, прогоняя наваждение.

- Добрый день, - узнав девочку, принцесса нахмурилась. - Чем обязана?

- Я… - Алекс набрала побольше воздуха и выпалила: - Как вы смели так поступить с мамой и Эдвардом.

- Эдвардом? - брови принцессы поползли вверх.

- Ну, императором.

Зеленые глаза дерзко уставились на царственную особу.

- Он уже Эдвард… - пробормотала Фелиция. - Прекрасно. Итак?

Она снова посмотрела на девочку фирменным взглядом Готтенбергов. Как правило, после этого собеседник смущался и начинал старательно рассматривать узоры на ковре, признавая свою неправоту. Но не эта девочка. Она ответила принцессе не менее строгим взглядом и выпалила:

- Вы не имели права вмешиваться в жизнь других людей!

- Что? Каких людей?

Недоумение принцессы было настолько искренним, что Алекс даже на секунду усомнилась, что она замешана.

- Вашего брата и… моей мамы.

- Значит, это все-таки правда! - Фелиция с силой хлопнула по подлокотнику и поморщилась от боли. - Они…

- Встречаются, да, - кивнула дерзкая девчонка. - Странно, что вы не проверили это, прежде, чем ставить ультиматум собственному брату.

Зеленые глаза смотрели с осуждением. Под этим взглядом Фелиция еще больше выпрямила спину.

- Какой ультиматум? - недоуменно отозвалась принцесса. - И пожалуйста, перестань называть его величество по имени. Это неприлично.

- А прилично заставлять его жениться на незнакомой девушке?

- Заставлять? Эдварда? - от абсурдности разговора Фелиция едва не рассмеялась. - Это невозможно!

Алекс только развела руками:

- Вам лучше знать, ваше высочество.

Фелиция нахмурилась, а потом встала.

- Что ж, юная леди, благодарю за визит.

- Но…

Игнорируя незваную гостью, принцесса вышла из комнаты и подозвала слугу:

- Проследите, чтобы девочка добралась до Сандригем-паласа. И прикажите принести несколько тарелок в кабинет герцога. Возможно я соизволю разбить их.

Не дожидаясь ответа, она направилась в кабинет мужа.

Герцог сидел за огромным столом. за его спиной находился портрет предка, основателя династии. В старинном костюме и мантии, изображенный на нем мужчина недовольно смотрел на тех, кто осмелился тревожить покой главы рода. Впрочем, Фелицию это не смутило - дворец, где висел портрет принадлежал ей.

- Нам надо поговорить, - безапелляционно проговорила она, садясь напротив мужа.

- Лилл, - он оторвался от экрана и улыбнулся. Впрочем, улыбка сразу же сползла с его лица. - Что-то случилось?

- Случилось. Кое-кто возомнил себя самым умным и решил, что может требовать от членов моей семьи…

- Лилл, - Джаспер скривился.

- Рада, что ты не стал отрицать. Как ты мог, как ты мог, Джаспер!

Она вскочила и закружила по комнате.

- Лилл, послушай, - герцог тоже поднялся, но не спешил выходить из-за стола.

- Нет, это ты послушай! Ты вступишь в должность премьер-министра без всяких условий, и будешь служить стране и моему брату, как и полагается потомку знатного рода!

Стук в дверь прервал ее. Слуга вошел, неся в руках стопку тарелок. Почтительно поклонившись, он водрузил их на секретер у стены и вышел.

Принцесса перестала кружиться по кабинету, подошла к стопке тарелок. Взяла одну, явно примериваясь. Покрутила ее в руках. Герцог Йоркский улыбнулся:

- Неужели тебя так задело, что я сказал твоему брату?

- Именно! Ты не имел на это право! - Фелиция с размаху грохнула тарелку об пол. Та зазвенела, покружилась. И осталась цела и невредима. Принцесса возмущенно посмотрела на неподатливый фарфор, часто заморгала и отвернулась.

- Лилл, ты… ты плачешь? - опешил Джаспер.

- Принцессы не плачут, - сообщила она, подозрительно шмыгая носом.

Герцог  тяжело вздохнул и обошел стол. Осторожно приблизился, привлек жену к себе, заглянул в голубые глаза. И кто сказал, что они источают холод?

- Послушай, я знаю, что поступил низко, но твой брат… Ты же понимаешь, что он намеренно избегает тех отношений, которые могут привести к свадьбе…

Фелиция в последний раз всхлипнула решительно смахнула слезы.

- Он влюбился в Эмбер Дарру, - призналась она, опуская голову на такое надежное мужское плечо.

- Ты уверена? - изумился Джаспер.

- Я видела их…целующихся в коридоре.

- Даже так? Это не похоже на Эдварда.

- Именно. - Фелиция подняла взгляд на мужа. - И что делать?

- Ну… я бы не вмешивался. Хотя… Эмбер Дарра - разведенная женщина с ребенком… Вряд ли Эдвард когда-то осмелится сделать ей предложение.

- Ты хочешь, чтобы он отрекся от престола, как наш двоюродный дедушка?

Джаспер покачал головой:

- Не Эдвард. Он слишком долго правил. жаль я не знал обо всем, когда… В тот момент мне казалось, я поступаю правильно.

Фелиция только вздохнула.

- Я беременна, Джаспер, - тихо сказала она.

- Что?

- Я… я не знаю, как это произошло, но…

- Лилл… - герцог изумленно смотрел на жену.

Она криво улыбнулась:

- Думаю, нам всем придется смириться с выбором моего брата. В конце концов Эмбер Дарра - не худшая кандидатура, верно?

- Но… - Джаспер окончательно растерялся.

- Ладно, - принцесса осторожно высвободилась из объятий мужа. - Пожалуй, мне надо съездить к Эдварду…

- Ты уверена? Тебе можно?

- Общаться с братом? Милый, я всего лишь беременна, а не больна гриппом.

- Да, но ведь ты начнешь волноваться…

- Без разговора я буду волноваться еще больше. Не скучай.

Запечатлев на губах ошарашенного мужа легкий поцелуй, она вышла. Ровно через полчаса она переступила порог дворца. где когда-то прошло ее детство. Резные лестницы, по перилам которых они с Эдвардом катались на спор, алые ковры, позолота - все это было родным и в тоже время уже чужим, принадлежащим императору. И стране, которой они все служили.

Грустно улыбнувшись, принцесса подошла к кабинету. К ее удивлению, в приемной на месте Эмбер Дарра восседала Селл. Одетая в серый костюм, голограмма печально щелкала по клавишам. При виде Фелиции она встала и сделала реверанс:

- Ваше высочество…

- Мой брат у себя?

- Да. Но он занят.

- Я подожду, - Фелиция присела на стул. Селл бросила на нее задумчивый взгляд, но возражать не стала.

Время тянулось невыносимо медленно, и принцесса уже почти потеряла терпение когда дверь в кабинет открылась и оттуда вышел полковник Адамсон.

- Ваше высочество, - он поклонился.

- Лилл? - раздался изумленный голос императора. Он показался в дверях. - Что ты тут делаешь? Что случилось?

- Ваше величество, нам надо поговорить, - принцесса сделала положенный реверанс и бросила взгляд на Селл. - Наедине.

- Ладно, - Эдвард отступил, приглашая сестру войти. - Полковник, держите меня в курсе.

- Да, ваше величество.

- Как продвигается расследование? - Фелиция замерла у стола, дожидаясь, пока Эдвард закроет двери и подойдет к своему креслу.

- Заговорщики дают показания, обвиняя друг друга, поразительное единодушие, не находишь?

- Нет. Предательство - это подло.

- Возможно, - он кивнул сестре на стул и сам занял свое место. - Что привело тебя сегодня, Лилл?

Она вздохнула:

- Я пришла извиниться.

- Что? - император не поверил собственным ушам.

- Я пришла извинится, - повторила она. - И поскольку, у меня обычно это получается очень плохо и я, признаться, этого очень не люблю, то не перебивай меня, пожалуйста!

Эдвард только кивнул, жестом предлагая сестре продолжить.

- Я хочу извинится за себя и за мужа. Джаспер не имел права ставить тебе ультиматумы! - Фелиция с честью выдержала взгляд брата. - Он примет назначение и будет служить Альвиону, как и многие поколения Йоркских.

- Рад это слышать. У тебя все?

- Нет. еще я хотела сказать, что ты сам во всем виноват, Нед.

- Фелиция, - император поморщился, - прошу, не надо…

- Ты столько лет сознательно избегал любых отношений, которые могли привести к свадьбе.

- Давай не будем даже начинать…

- Ты боишься, Нед, верно? - она не сводила с брата взгляда, и он вновь почувствовал себя маленьким мальчиком, которого защищала старшая сестра. Как давно это было… и когда они потеряли друг друга? Наверное после его коронации? Или раньше, когда Фелиция осуждала бурную личную жизнь отца, после развода пустившегося во все тяжкие?

- Да, - нехотя выдавил он. - Знаешь, брак наших родителей… дурацкие попытки сохранить его… развод… я не хочу обрекать себя на подобное.

- Ты можешь избежать этого.

- Как?

- Жениться по любви.

- Угу. На девственнице из аристократической семьи, как предписывают традиции? Знаешь, это не так уж и просто.

Фелиция улыбнулась.

- Вряд ли Эмбер Дарра подходит под это описание, Нед, - мягко заметила она.

- Лилл, - в голосе монарха зазвучали угрожающие нотки, но принцесса отмахнулась:

- И не смей повышать на меня голос! Ты влюблен в эту женщину, Нед!

- О, тебе, конечно, виднее.

- Конечно. С кем еще ты, позабыв обо всем самозабвенно целовался в коридоре дворца?

- Ну…

- Пока она не появилась, ты даже не задумывался о возможности женитьбы!

- Это за меня сделал твой муж, - не сдержался император.

- И я, кажется, уже принесла от его имени извинения. Но вообще, я решительно не понимаю, что мешает тебе сделать предложение Эмбер Дарра?

Император недоверчиво посмотрел на сестру:

- Правильно ли я понял, что  именно ты предлагаешь мне нарушить тысячелетние традиции? Как там: невеста императора должна быть невинна, родовита и думать об Альвионе!

- Лучше она будет думать о тебе, мой милый, - улыбнулась Фелиция.  Нед, послушай, традиции - это, конечно, хорошо, но иногда их следует менять.

Император недоверчиво взглянул на сестру:

- Ты не заболела?

- Нед, наши родители вступили в брак, следуя традициям, ни к чему хорошему это не привело! Мамина влюбленность быстро прошла, а отец так и продолжал любить другую женщину! И я не больна, только беременна.

- Что?!

Раньше Эдвард думал, что отвисшая от удивления челюсть - это метафора. но сейчас он убедился, что так бывает. С раскрытым ртом он сидел и смотрел на сестру.

- Я жду ребенка, - повторила она. - И не понимаю, что тебя так удивляет.

- Но как… - только и смог выдавить император.

- Ты хочешь знать подробности? Извини, я оставлю их при себе.

- Разумеется, - глупо ляпнул он и сразу же спохватился. - Джаспер в курсе?

- Разумеется. Он же отец.

- Да - император выдохнул и закрыл лицо руками. - И что мне со всем этим делать?

- Если это вопрос, что делать именно со мной, то мой ответ - ничего. Ты не доктор и вряд ли сможешь мне помочь, разве что позволить наслаждаться моим положением и не трепать нервы. Что касается остального - поступай так, как сочтешь нужным. Но я бы не рекомендовала тебе жертвовать чувствами ради традиций. Они того не стоят.

- Ты же ненавидишь Эмбер Дарра, - Эдвард все еще недоверчиво смотрел на принцессу.

- Ну я и не собираюсь жить с ней, что же касается семейных праздников, то думаю, две умные женщины вполне могут потерпеть друг друга несколько часов.

- Главное, чтобы вы не начали дружить, - пробормотал император.

- Все возможно, - Фелиция встала. - Ты принимаешь мои извинения?

- Мне ничего другого не остается, - Эдвард подошел и обнял сестру. - Спасибо, и… береги себя, ладно?

- Постараюсь.

Император проводил ее до дверей приемной, отметив, что Эмбер на месте не было, хотя ее галафон лежал на столе.

- Селл, где госпожа Дарра? - потребовал он у голограммы, как только дверь за принцессой закрылась.

- Откуда мне знать? - она появилась в кресле, делая вид, что подпиливает ярко-красные ногти. - Последние данные - она собиралась в Сандригем-палас.

Эдвард кивнул и достал свой галафон. Ему пришлось несколько раз повторить вызов, прежде чем собеседник ответил:

- Да? - голос вдовствующий императрицы был отчего-то довольным.

- Эмбер презжала к тебе? - начал он без предисловий.

- Нет.

- Ба, я знаю, что она собиралась в Сандригем!

- Возможно. Но я ее не видела.

Эдвард выдохнул, пытаясь сохранить спокойствие. Похоже, сегодня все женщины просто сговорились хорошенько потрепать ему нервы.

- Тем не менее, я бы хотел с ней поговорить.

- Ее нет во дворце.

- И где она? - Эдвард потихоньку зверел. Да что за день такой!

- Я пообещала ничего никому не говорить. Особенно тебе.

- Ваше величество! - он все-таки повысил голос.

-  Вы можете гневаться, и я даже пойму. Но слово, данное представителем нашего рода…

- Подождите, я-то ничего никому не обещала! - услышал он возмущенный голос.

Алекс…

- Милое дитя, - вкрадчиво начал его величество. - Ты же наверняка знаешь, где сейчас твоя мать?

Ровно через три минуты, чертыхаясь, император сбегал по главной лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Его провожали удивленными взглядами, но никто не посмел окликнуть монарха или, не дай Бог, стать у него на пути. Влетев в ангар, Эдвард обвел взглядом флаеры. выбирая самый быстрый и маневренный. Золотистая эмблема быка блеснула на носу одного из них. Император вскочил в кабину, одновременно давая команду раздвинуть створки выезда.

- Селл, связь с Джоном, - приказал он, взмывая в небо. - Закрытый канал!

- Ваше величество? - в голосе полковника Уайта слышалось беспокойство. - Что случилось?

- Двухчасовой экспресс. Он уже отправился?

- Пять минут назад.

- Время вхождения в червоточину?

- Через пятнадцать минут.

- Успею, команда “чистое небо”, - он врубил реактор на полную, маневрируя среди плотного движения.

- Что? Нед, ты что творишь? - теперь друг перепугался не на шутку.

- Чистое небо, Джон!

- Ты… если ты не успеешь, тебя засосет в червоточину!

- Так сделай так, чтобы я успел! - рявкнул император и отключил связь. - Ну же, давай!

Мотор взвыл, Эдварда вжало в кресло, но он не обратил на это внимания, всматриваясь в дорогу. Еще быстрее, еще… Крыши домов слились в одну красную полосу.

Император не знал, почему ему так важно - догнать этот экспресс, ворваться в вагон. попросить, нет, потребовать, чтобы Эмбер не уезжала. Монарх он в конце концов, или нет?

Пристегиваемый мыслями, он все гнал флаер вперед. Благо, Джон выполнил приказ, и флаеров вокруг не стало - император не был уверен, что смог бы маневрировать между ними на предельных скоростях.

Вскоре показался экспресс. Неповоротливый и тяжелый, он набирал скорость, готовясь нырнуть в червоточину, чтобы выскочить уже в одном из миров. У последнего вагона все еще виднелись пустые платформы для флаеров.

- Нед, расчетное время поглощения - через три минуты. Они вот-вот загерметизируют входы. Ты не успеешь, - встревоженный голос друга прорвался сквозь шум.

- Это мы еще посмотрим, - пробормотал император, наклоняя нос флаера как раз в тот момент, когда платформа начала втягиваться. Стремительное пике, от которого дыхание перехватило, и он скользнул внутрь, успел сбросить обороты, чтобы не пробить вагон насквозь. Флаер вздрогнул, дернулся и затих. Панель закрылось, отсекая от внешнего мира. Эдвард выдохнул и вытер пот со лба, выскочил из флаера и направился к спешившей к нему службе безопасности поезда.

- Добрый день! Мне нужно…

Договорить ему не дали. Злые и перенерничавшие охранники скрутили его, уложив лицом в пол.

- Вы арестованы за нарушение безопасности межмирового экспресса. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас… Ваши документы…

Глава 27

Вокзал встретил ее вечной суетой и Эшли, терпеливо ожидающем на перроне. При виде друга женщина улыбнулась:

- Какими судьбами?

- Я должен был убедиться, что ты не променяешь шикарную карьеру на голубые глаза нашего общего друга.

Эмбер скупо улыбнулась, хотя сердце заныло. До последнего, пока экспресс не вошел в червоточину, она  глупо надеялась, что Эдвард примчится за ней, что они поговорят, и что… Что дальше? Это только в сказках золушка выходит замуж за принца, и то, если разобраться, она была дочерью главного лесничего королевства, а мачеха не измывалась над падчерицей, а тренировала мелкую моторику…

- О чем задумалась, красавица?

Вопрос Эшли вывел ее из задумчивости.

- Да так, - она с удивлением заметила полицейских, решительно направлявшихся к межмировому экспрессу.

- О, кого-то сняли с маршрута за плохое поведение, - хмыкнул министр юстиции, перехватив ее взгляд.

- Да, была какая-то шумиха во время прыжка. Пойдем.

Они неторопливо проследовали на стоянку, где Эшли оставил свой флаер. Угольно-черный, с вензелем на округлых боках, он тихо урчал.

- Прошу, - министр юстиции лично отодвинул панель, сделав знак пилоту занять свое место.

- Ты так встречаешь всех своих сотрудников? - поинтересовалась Эмбер.

- Только самых ценных.

Женщина улыбнулась и отвернулась к окну. Стеклянные небоскребы, оживленное движение, она почти забыла, каково это чувствовать себя песчинкой среди огромных зданий.

- Приехали. Мне проводить тебя?

Вопрос заставил опомниться. Эмбер посмотрела на друга и поняла, что если она одна переступит порог квартиры, то разрыдается.

- Пожалуй…

Все тот же холл, приветливо улыбающийся консьерж за стойкой:

- Добрый день, госпожа Дарра. Господин Говард, рад видеть,

Дзиньк, двери лифта закрылись. Пока они плавно ехали наверх,Эмбер по привычке разглядывала свое отражение в них. ее и… мужчины стоявшего рядом.

Электронный замок щелкнул.

- Зайдешь? - Эмбер обернулась к другу.

- Да, конечно.

Назойливое жужжание. Он нахмурился и извлек галафон из кармана. Поднес к уху:

- Слушаю… Ч-что?

По мере услышанного глаза министра юстиции округлялись все больше.

- Хорошо, буду, - он нерешительно взглянул на Эмбер. - Похоже, одному моему приятелю понадобился адвокат… Не могла бы ты составить мне компанию?

Эмбер только вздохнула, с тоской смотря на любимые тапки. Ее розовые зайчики. С ушками. Она столько мечтала, что скинет туфли и засунет в них ноги, и вот…

- Можешь взять их с собой, - милостиво разрешил друг. - Они всегда производят фурор на полицейских.

Эмбер все-таки рассмеялась, вспоминая ее визит в полицейский участок в качестве задержанной..

- Не стоит. Пощадим нервы доблестной полиции. Так мы едем?

- Да.

Всю дорогу она пыталась выведать у Эшли, кому нужна помощь и каковы обвинения, но друг бормотал что-то невразумительное. Флаер остановился.

- Нам туда, - Эшли вышел и кивнул в сторону полицейского участка. Эмбер моментально узнала его: именно сюда ее привезли тогда, когда она гналась за похитителями дочери. Она вопросительно посмотрела на друга:

- Ты взял меня с собой специально? Смутить всех?

- Это могло бы сработать, если бы ты надела те тапки. Так - вряд ли они тебя вспомнят.

Эмбер пожала плечами и направилась внутрь. Эшли все-таки ошибся, судя по напряженной тишине, воцарившейся в участке, ее узнали.

- Г-госпожа Дарра… какая честь, - начальник участка выскочил навстречу. - Чем обязаны?

- Я… - какое-то движение привлекло ее внимание. Она повернула голову. При виде мужчины, стоявшего за решеткой камеры, ее глаза распахнулись. - Эдвард?

Без пиджака и галстука, в помятой рубашке с оторванными верхними пуговицами и синяком под глазом, он действительно напоминал преступника.

- Эмбер, - император наклонил голову, а потом с укором посмотрел на Эшли. - Зачем вы ее привезли?

- Вы же просили адвоката, я нашел лучшего, ваше величество.

- В-ваше величество? - переспросил начальник полиции, бледнея. Потом он с надеждой посмотрел на госпожу Дарру, как бы спрашивая взглядом, с чего господин Говард решился на такую несмешную шутку. Эмбер лишь пожала плечами, а Эшли радостно добавил:

- Угу. поздравляю, ваши люди арестовали самого императора Альвиона. Будет большой удачей, если он не подаст на нас в международный суд.

- Не подам, - оборвал его Эдвард. - Если, конечно, меня выпустят отсюда.

- Разумеется, - начальник участка метнулся к решетке, дернул ее. - Почему она заперта?

- Так бывает, когда сюда сажают подозреваемых, - отозвался император. - Боюсь, так вы ее не откроете.. Лучше возьмите ключ.

Ключи были выданы незамедлительно, и его величество вышел из камеры.

- Что ты… вы вообще здесь делаете? - опомнилась Эмбер.

- Хотел поговорить, - Эдвард повернулся к начальнику участка. - Не будете ли так любезны распорядиться, чтобы мне вернули мои вещи.

- Что? Да, да, конечно.

- Благодарю, - император кивнул и обернулся к Эшли, старательно кусающему губы, чтобы не рассмеяться. - Господин Говард, благодарю, что так быстро откликнулись на мою просьбу.

- Это мой долг, как союзника и партнера, ваше величество, - Эшли все-таки не удержался, коротенький смешок сорвался с его губ.

- Я все-таки не понимаю, за что тебя арестовали.

Словно зачарованная Эмбер смотрела, как император вдевает ремень в брюки и рассовывает по карманам пиджака какую-то невообразимую кучу вещей: платок, портмоне, смятый галстук.

- Ну… там было много всего… - отмахнулся Эдвард.

- Нарушение безопасности движения межмирового экспресса, оказание сопротивления при аресте… Взятка… - Эшли запросил протокол и теперь зачитывал его вслух.

- Взятка? - Эмбер недоверчиво взглянула на императора.

- Я никого не подкупал, - вот тут его величество оскорбился.

- Вы пытались всучить сотрудникам службы безопасности поезда купюру, - робко возразил начальник полицейского участка.

- Что я мог сделать, если они потребовали документы, удостоверяющие личность?

- По крайней мере назвать себя.

- Они бы не поверили, - оборвала спорщиков Эмбер.- К тому же монарх не имеет права называть себя.

- Да, но деньги…

Женщина тяжело вздохнула и полезла в сумку за портмоне:

- Да будет вам известно, что у императора Альвиона нет ни одного документа, удостоверяющего личность, кроме портера на деньгах.

Она достала купюру и протянула ее начальнику полиции. Он всмотрелся в изображение и нервно сглотнул, после чего посмотрел на Эдварда.

- Вы и вправду император? - прошептал он и упал в обморок.

Его привели в чувство, после чего Эдварду пришлось выслушивать сперва извинения, потом уверения, что подобное больше не повторится. Протоколы задержания были торжественно уничтожены. Начальник участка даже предложил их съесть, но был остановлен его величеством. Эмбер краем глаза заметила разочарованный взгляд Эшли и устало улыбнулась. Заметив это, Эдвард взмахом руки остановил начальника полиции.

- Простите, нам пора. Где я могу забрать мой флаер?

- Хотите, я подгоню его? - вызвался молодой полицейский. Его глаза сияли в предвкушении.

- Нет!

Эдвард и Эмбер произнесли это одновременно. Они переглянулись под глумливое хмыканье Эшли.

- Флаер равно запрограммирован на мою ДНК, - пояснил император, желая смягчить отказ. - Так что просто дайте адрес, думаю, господин министр соблаговолит отвезти нас.

“Нас…” Как бы глупо это не звучало, на душе у Эмбер потеплело. Конечно, рисковать жизнью и бросаться вслед за уходящим экспрессом, рискуя жизнью, было несусветной глупостью, но именно это вселяло надежду, что у них есть хоть какое-то будущее.Эмбер бросила взгляд на императора.

- Почту за честь, - Эшли поклонился.

Получив адрес стоянки и документы, необходимые для того, чтобы забрать флаер, их пришлось выписывать на Эмбер, они, наконец, покинули гостеприимный участок. Эмбер готова была покляться, что слышала радостные крики “Ура!”, когда они садились в флаер Эшли.

- Могу я поинтересоваться вашими планами, ваше величество? - обратился министр юстиции к императору ныне дружественного мира.

- В каком смысле? - насторожился Эдвард

- В самом ближайшем. Я не являюсь родственником госпожи Дарры и не желаю выпытывать у вас намерения относительно ее судьбы, но мне хотелось бы понять сроки вашего пребывание в Альянсе, и главное, насколько официален ваш визит.

- Не официален, - усмехнулся Эдвард. - И не думаю, что задержусь здесь надолго.

- Уже легче.

Они как раз остановились у штрафстоянки.

- Пойдем? - обратилась Эмбер к императору.

- Да. Господин Говард, благодарю вас за своевременное вмешательство. Ваша помощь была неоценима.

- Ну что вы, для меня это оказалось… удовольствием. Удачи вам… Эдвард.

- Спасибо… Эшли.

Они обменялись крепким рукопожатием, после чего Эдвард вышел.

- Тебе не стоит вестись на искренность Эшли, - предупредила его Эмбер, когда они шли по стоянке.

- Разумеется, - отозвался император. - Хотя в тот момент твой друг был абсолютно искренен, и мне показалось, что он получал удовольствие от происходящего.

- Возможно. Вот и он… у тебя же был красный? - Эмбер с недоумением смотрела на черную громаду.

- У меня их несколько, - Эдвард приложил руку к еле заметной на блестящей поверхности панели, активируя системы.

Он помог Эмбер сесть, сам занял место пилота и замер.

- Что? - она недоуменно взглянула на императора.

- Куда мы едем.

Эмбер пожала плечами:

- Домой.

- К тебе или ко мне? - судя по вкрадчивому голосу, его величество проявлял чудовищное терпение.

- У тебя и здесь есть дом?

- Ну… здесь есть посольство… да и последний экспресс на Альвион отходит через пятнадцать минут. Мы можем успеть…

- Гнать, как сумасшедшие и планировать на задвигающуюся платформу? - Эмбер покачала головой и, заметив улыбку, мелькнувшую на губах собеседника, уставилась на него. - Эдвард! Только не говори, что ты так и сделал!

- Да, - он аккуратно взмыл над площадкой.

- Но это же… что было бы, если бы ты не успел?

- Фелиция унаследовала бы корону, - император пожал плечами.

- Но…

- Эмбер, поверь, это того стоило, - он уверенно встроил флаер в поток.

- Ты безумец…

Она повторила фразу часом позже, когда они, наконец, насладившись друг другом,  лежали на ее кровати. Кажется. пуговиц на рубашке Эдварда стало еще меньше, а костюм Эмбер, валявшийся на полу, безнадежно помялся. Тапки-зайцы, раскиданные по углам, с укором взирали на беспорядок в комнате.

- Возможно, - Эдвард притянул Эмбер к себе и поцеловал в макушку. - Но это же не помешает тебе выйти за меня замуж?

- Ч-что? - охнула она.

- Я знаю, что должен пригласить тебя в ресторан, встать на колено и вручить тебе кольцо, но… - он развел руками. - Я слишком долго ждал тебя, чтобы ждать еще дольше.

- А как же традиции?

- Их иногда стоит менять, - эдвард лукаво взглянул на женщину, замершую в ее объятиях. - впрочем, если ты хочешь оказаться невинной в день свадьбы, то есть врачи…

- Ну уж нет! - ужаснулась Эмбер.

- Я правильно понимаю, что это означает “да” на мое предложение?

- Эдвард! Это нечестно!

- Возможно, но я учусь у лучших. так как, вы принимаете мое предложение, госпожа Дарра

Она заглянула в его глаза и впервые в жизни, не колеблясь произнесла:

- Да.

Эпилог

Два месяца спустя

- Алекс, ты уверена, что все взяла? - в который раз спрашивала дочь Эмбер.

Та закатила глаза:

- Мама, даже если я что-то и забыла, ты вполне можешь прислать мне или же я сама заберу через месяц, когда приеду на вашу свадьбу! Эдвард, ну хоть ты скажи! Она тебя слушает. Пока что.

Последнее адресовалось императору, который стоял, оперевшись на дверной косяк и с улыбкой наблюдал за суетой.

- Не скажу, -  он покачал головой.

- Предатель!

- Интриганка.

- если вы закончили обмен любезностями, - прервала их Эмбер, - то позвольте мне напомнить - флаер ждет, как и Мэтью.

Как и рассчитывала Эмбер, имя младшего Уайта произвело должный эффект: Алекс замолчала и, украдкой бросив на себя взгляд в зеркало, разгладила блузку. Рыжий щенок, подарок Эдварда будущей падчерице на четырнадцатилетие, вопросительно тявкнул. Девочка подхватила его на руки и чмокнула в мокрый нос:

- Веди себя хорошо. Слушайся императора, а главное - маму, ладно?

Пес нерешительно вильнул хвостом и на всякий случай лизнул хозяйку в нос.

- Ну что, идем? - Эдвард лично распахнул дверь и кивнул лакею на чемоданы Алекс.

- обязательно позвони мне, как устроишься, - напутствовала дочь Эмбер, пока они шли по длинным коридорам дворца.

- Ма-ам, - Алекс закатила глаза и украдкой посмотрела на императора. Тот только развел руками, показывая свою беспомощность.

Мэтью ждал их у флаера. почтительно поздоровавшись со взрослыми (императору юный вассал поклонился), он повернулся к Алекс:

- Готова?

- Ага, - она кивнула сторону чемоданов, которые сгружали на площадку слуги. - это все мама!

Парень вздохнул и закинул во флаер свой единственный чемодан.

- Надеюсь, что год пройдет успешно, - воспользовавшись тем, что все были заняты погрузкой багажа, Эдвард подошел сзади  и притянул Эмбер к себе.

- Главное, чтобы Алекс опять не стала играть в карты.

- Ну… ей не с кем это делать. После того, как Джаспер подписал указ, отменяющий традицию гарантов, внук Боллинброка не сдал экзамены, а племянник сэра Тоби и его подруга, кажется Лавиния, поступили в военную школу.

- А Стенхоуп?

- Он слишком умен, чтобы два раза наступать на одни и те же грабли. К тому же его дед, как и отец Алекс отправлен под домашний арест, так что в интересах внука вести себя тише воды, ниже травы.

- Правитель, - не удержавшись, Эмбер повернулась и провела ладонью по щеке. Бриллиант на ее пальце вспыхнул в лучах солнца.- Ты - правитель. Во всем.

Они стояли в уютном молчании, наблюдая как взлетает флаер, увозивший детей на учебу.

- Так странно знать, что она уже выросла, - Эмбер повернулась к Эдварду. Он наклонился и осторожно поцеловал ее глаза, в которых стояли слезы.

- Все будет хорошо.

- Я знаю, но все равно…- она прижалась лбом к его плечу.

- Все будет хорошо… - повторил он, поглаживая ее по спине. - Пойдем в дом?

Эмбер усмехнулась:

- Знаешь, мне все еще непривычно, что ты называешь эту громаду домом.

- Ну… я здесь вырос, чем этот дом хуже остальных?

-Размерами?

- Когда это имело значение? - отмахнулся Эдвард. - Кстати, я сегодня освободил день. Полетим на маяк?

Эмбер покачала головой:

- У меня были другие планы.

- Вот как? - Эдвард изогнул бровь, моментально подхватив шутливый тон. - Надеюсь, я имею к ним отношение?

- Скажем так, без тебя они трудно реализуемы, - лукаво улыбнулась Эмбер.

- Просвети меня, - он подхватил ее за руку, увлекая к крыльцу.

- Я подумываю зачать наследника, не отходя от рабочего места - в твоем кабинете.

- Ты же не хотела…

- Теперь хочу, составишь компанию?

Предвкушая удовольствие, они обменялись улыбками

- Не знаю, - жеманно протянул Эдвард. - Осмелюсь ли я на такую дерзость…

- А ты закрой глаза и думай об Альвионе!

Рассмеявшись, они направились во дворец. где уже всезнающая Селл вешала на дверь кабинета табличку “Не беспокоить”.

Content

Каблукова Екатерина Любовь без ошибок