Таша Робин

Фиолетовые облака

В то время, когда я, впервые пришла на его концерт, мне было всего 12 лет. Я ходила на его концерт с братом. Ему тогда было лет восемнадцать, а это означало, что он был меня старше на шесть лет. Сейчас мне двадцать восемь, а ему тридцать шесть. Разница колоссальная. По крайней мере для меня. Я не увлекалась теми мужчинами, которые старше меня настолько лет.

— Кристин.

— Ммм? — Я была блондинкой. Длинные платиновые волосы, васильковые глаза, и постоянный ободок на голове. Я любила аксессуары. Я любила антураж и то, что называется магия внешности. Я была эффектной и мне это нравилось.

— Мы вечны. Я буду петь столько, сколько мне вздумается, — Вспомнила я его слова и задумалась. Если я вечна, зачем мне тогда ухаживать за собой? Мысль проскользнула и исчезла из моей головы. Я любила труд и соответственно, я любила плоды своей работы.

— Какой массаж сегодня будем делать? — Спросили меня и я сказала, что тот, который поднимет мне мои брови. Я хотела нарисовать выразительные стрелочки, а мои нависшие над глазами веки мне этого не позволяли, — Может ботокс?

— Нет. Зачем сразу такие радикальные методы? Если массаж даст мне необходимый результат, я готова пройти обучение. Обучение я не прошла, я просто стала покупать курс массажа раз в квартал. Я ни в чём себе не отказывала. Красивая одежда, вкусный парфюм и богатая жизнь. Я была дочкой обеспеченных родителей, а ещё я была востребованным пиар менеджером, который мог разрекламировать что угодно.

— Кристин, к тебе клиент, — Я кивнула головой и подкрасив губы фиолетовым оттенком, пошла на очередную встречу к клиенту. За сегодняшний день, это была пятая встреча. Ещё одна, и я буду, как выжатый лимон.

— О чём вы хотите поговорить? — Красные прямые брюки чуть расклешённые к низу, белый узкий топ, и красный пиджачок с белыми манжетами. Я сегодня была в классике. Аккуратный пучок на голове и квадратные очки. Я не выглядела как офисная мышь. У офисных мышей нет татуировок на шее. Аккуратные крылья были моими ангелами хранителями. Аккуратные алые губки на ягодице были как красная тряпка для мужчин, и бесконечные родинки по телу, были просто моей фишкой. Я сводила мужчин с ума, только вот меня сума, так никто и не свёл. Нравилось ли мне это? Нет. Я хотела любви и счастья, а ещё того, что называется комфорт души.

Либо ты будешь моей,

И я тебя ата — та,

Либо ты будешь ничьей,

И мы будем оба,

Вне связи,

И тогда,

Только порочные связи,

Будут тебе не нужны,

И лишь только я,

Руку тебе подам,

Чтобы тебя,

Сделать своей.

Я обожала эту песню, а эта песня обожала меня.

— Мне нужна хорошая, грамотная, политическая реклама моей раскрутки.

— Я с депутатами дел не имею, — Ответила я, разглядывая молодого мужчину в маскараде. Красная бандана, фиолетовые волосы и такие же квадратные очки набекрень. На депутата он не был похож. Скорее на дешёвого репера, хотя я могла и ошибаться.

— Я не депутат, — Ответил мне мужской баритон, и я лишь пожала плечами.

— Что рекламируем? — Спросила я, вешая свой пиджачок на стул. Мужчина дёрнулся и сказал, что он передумал. Я лишь пожала плечами и сказала, что с него двадцать баксов за то, что он отнял моё время.

— А, чего как мало?

— С вас что, в миллиардах взять? — Удивилась я, и мужчина вновь передумал, сказав, что он видимо ошибся, — Мужчина, мы либо работаем, либо прекращаем этот детский сад, — Мне сказали, что мы работаем. Я кивнула и взяла томик стихов, который мне предлагали разрекламировать.

— Сыроват.

— В смысле?

— В коромысле, — Сказала я привычную фразу, и начала читать по новой, — Либо не ваш стиль, либо вы просто пытаетесь преодолеть рубеж в другую сферу.

— Мне другая сфера не нужна.

— Вам что, неоновыми буквами на лбу вырезать, что вы хотите сменить стиль письма, стихов, романов или что-то из этого? Я не вижу вас, чтобы с порога оценить ваш внутренний мир.

— А, ну да, — Заметил мужчина, и я лишь чуть опустила свои квадратные очки.

— За плагиат с вас тоже деньги снять?

— Это всё моё, — Грубо ответили мне, и я лишь скривила моську. Гримаса судя по всему получилась что надо. Кривое удивление, не иначе.

— Мои очки тоже? — Мужчина завис, а я постаралась ему объяснить, что это была просто шутка.

— Фиолетовые облака, — Задумчиво прочитала я на томике стихов, и лишь пожала плечами. Я умела писать красивые стихи. Я умела сочинять красивые слоганы, красивые строки к песням, и всё то, что было связано со словом красиво. Я любила то, что называлось творчеством в целом.

— Что, вы думаете?

— Что, из строчки фиолетовые облака получится красивая песня.

— Вы умеете писать?

Я фристайл вам писать,

Не собираюсь,

Я за работу берусь.

И ту сумму,

Что мне будет по вкусу,

Я с вас,

Вместе с штанами

Возьму.

— Надо заменить слово возьму, на сдеру.

— Я с вас штаны, пока сдирать не горю желанием, — Позже, я ржала от этой фразы, но это было позже.

— Так что делать то будем?

— Контракт?

— Контракт.

Контракт был дотошным. Сохранение инкогнито. Неразглашение тайны, военная политика, и всё то, что связано с полным игнорированием его личности.

— Вы вкурсе, что вы только что сделали всё с точностью, да наоборот? — Поинтересовалась я, заверив данный документ у нашего нотариуса.

— Нет.

— Ну ладно, — Ответила я, рассматривая свой блог.

— Вы работать собираетесь или нет?

— Время шесть вечера. Мой рабочий вечер только что, закончился и я собираюсь съездить в паб, чтобы встретить эту ночь с подругой. Ваш томик стихов в течение этого полугода от меня никуда не убежит. Вы знали к кому вы идёте, так как навели на меня все справки.

— Откуда вы.

— Военная тайна, — Показала я кончик языка, и натянула на себя свой красный пиджачок.

— Ваша татуировка не вяжется с вашим внешним видом.

— Да мне плевать, — Ответила я, и бесцеремонно выставила мужчину из нашего офиса. Скатертью дорожка так сказать.

И дорога одна,

И путник весёл,

Да вот только,

Эта мадам,

Будет этой ночью,

Не с ним.

Да вот только,

Эта мадам,

Для него,

Хороша,

И её пеньуар,

Будет снят с неё,

Уже вчера.

Эта песня мне нравилась тоже, но та, которой, я признавалась в любви ранее, мне нравилась куда чаще.

— Кристин, ты как клерк, — Сказала мне Бастильда Петровна и я сказала, что у меня сегодня день клерка.

— Забавный день сегодня. У меня клиент аля коперфильд. Странный и таинственный, прям военная тайна, а не клиент.

— Ты, таких и любишь.

— Люблю, но этот чудной. На одно слово, он мне тысячу. На два слова, он мне две тысячи. Что будет, если, я ему миллион предложу? — Спросила я, и заказала себе виски с колой. Безалкогольное виски с колой. Наш город мне это позволял и пользуясь его услугами, я покупала этот коктейль всегда.

— Дамы, может что, покрепче? — Спросил нас неприятный баритон и мы в унисон отказались от такой удачи.

— Дамы, такой приятный вечер, может угостить?

— Слышь ты, оглух глухой, что тебе непонятно в словах, "мы не хотим"? — Грубо начала я, чем ввела перца в состояние шока. Мой стиль не вязался с моими словами.

— Слышь, мышь офисная, ты вообще чего на меня бочку катишь? — Я встала во весь свой рост и сняв свой пиджачок, а потом распустив свои длиннющие волосы, я наклонилась к этому неграмотному и грубому кенту, чтобы выразить своё фи.

— Ты уверен, что я мышь офисная, а? — Томно спросила я, а потом просто вылила свой коктейль на голову этого недоброжелателя. Охрана вывела и меня и кента. Бастильда каталась по барной стойке. От смеха каталась.

— Что-то вы сегодня помятая, — Заметил мой горе клиент, когда ввалился ко мне в офис на следующий день.

— Вчера подралась в баре.

— Что простите? — Выглядела я сегодня не лучше вчерашнего. Белая домашняя рубашечка в бабочку, и тёмные джинсики клёш. Мне нравился этот стиль.

— Вы, и подрались?

— Мне, что, раздеться, чтобы вы, наконец перестали меня принижать?

— Я, вас не принижаю, — Опешил мужчина. Якобы опешил мужчина.

— Вы пришли в брючках аля ботаник. Вы пришли в кепочке, на которой только не хватает пропеллера сверху, и вы мне говорите таким удивлённым голосом, "а не попутали ли вы себя с кем — то"? — Я уже сорвалась на ор, когда в кабинет вошёл мой директор, и пригрозил мне пальцем.

— Не буяним, — Посоветовал мне Антон Петрович и, я лишь пожала плечами.

— Работаем, или разрываем контракт?

— Работаем, — Грубо рявкнули мне в ответ, и я почти обрадовалась. Я не одна такая сумасшедшая.

Если вы думаете, что пиарить томик стихов это легко, вы ошибаетесь. Я начала с того, что предложила мужчине записать стихи на аудио дорожку. Мне отказали, и я спросила, почему.

— Потому, что у меня голос грубый для этих стихов.

— Да? Ну ладно, — Я предложила найти того, у кого голос не грубый, и мне вновь отказали. Я разозлилась, а потом резко успокоилась войдя в свой обычный режим.

— Ты как выжатый лимон, — Сказали мне, и я сказала, что это просто специфика сегодняшнего дня.

— Если он будет ко мне наведоваться ежедневно, то я просто его сожру с потрахами. Даже кишков не оставлю, — Бася была привычна к моему сленгу. Родом с дикого запада, она иногда преподносила мне такие приколы, о которых я даже не знала кому и рассказать.

— А что, он сегодня тоже был?

— Ага. Пришёл и заявил, что будет работать со мной до тех пор, пока не убедиться в том, что я справлюсь с поставленной задачей.

— Удачи ему.

— Я сказала тоже самое.

Время летело быстро, страницы этого томика летели ещё быстрее. — Сырой, — Вновь сказала я, на что, в ответ на меня накричали.

— Да что вы понимаете в моём творчестве?

— Ничего, — Ответила я, и взяла лист бумаги.

Светит луна в фонарях,

У нас нет мечты,

Но тень твоего лица,

Шепчет мне о том,

Что ты для меня,

Покричи.

— Вот это доработано. А вот это, — Ткнула я в сырой вариант стиха, — Нет.

— Это ваше мнение.

— Отлично, — Сказала я и взяла наш с ним контракт.

— Какая там неустойка? — Спросила я, и подсчитала, сколько мне надо будет взять заказов, чтобы выплатить её, — Отлично, — Сказала я и разорвала контракт.

— Вы дура?

— Нет. Я разумная, но иногда могу стать стервой, — Мужчина помолчал, а потом перечитал мой вариант его стиха.

— Вы хотите сказать, что вот это будет более востребовано чем вот это?

— Я хочу вам сказать, что этот стих не доработан, как и весь ваш том в целом. Хотите найти свой стиль, так сделайте это так, чтобы стихи не были бредом. Ну, пропиарю я вам его, и моя репутация разом упадёт. Вы читали отзывы обо мне?

"Мигера мигерой. Хватка деловая. Схватила меня так, что пришлось проработать всю стратегию самому от а до я. Не пожалел, что связался именно с ней, но порой хотелось выброситься в окно самому или выкинуть её"

— Вас в окно хотели выкинуть? — Впечатлился мужчина и я сказала, что нет. Мне не поверили, на что мне было плевать.

"Это полнейший пипец. Работу свою выполнила на ура, но связываться с ней, я бы больше не хотел"

"Не мадам, а мигера самая настоящая как сказано выше. Я не то, что переосмыслил свой смысл жизни, я переосмыслил работу с этой женщиной. У неё уникальный подход. Она не будет делать за вас ту работу, которую сделать должны были вы. Она вас возьмёт за буйки и сделает из вас конфетку. Если вы конечно выживите в её руках"

— Я тут читаю и понимаю, что, скорее всего я ошибся адресатом.

— Вас проводить вон из моего офиса?

— А если я кепку сниму, тоже проводите?

— Тоже провожу.

— А если я известный певец, тоже проводите?

— Тони Макграунд? Я вас в окно выкину, — Я промолчала о том, что выкину я его в окно от любви к нему. Мужчина промолчал, но вдруг заигравший его телефон музыкой Тони заставил меня задуматься о том, что может быть, мужчина просто пытается стать похожим на него.

— Не пытаюсь.

— Что? — Переспросила я, понимая, что, скорее всего, мужчина просто считал моё выражение на лице.

— Скорее всего, вы подумали, что я пытаюсь стать репером.

— Не это, — Сказала я, и сняла рубашку. Мужчина чуть не выпрыгнул в окно сам.

— Вы дура что ли?

— Что? — Не поняла я, разглядывая себя в зеркало. Милый спортивный лифчик шитый на заказ мне до купидончиков шёл, а татуировки под пупком говорили о том, что я не просто офисная мышь.

— Вляпался так вляпался, — Бормотал мой ботаник, а я лишь улыбнулась. Я любила тайны.

Она дура. Она кретинка. Она сумасшедшая и заинтересовала меня так, что я реально чуть не выкинулся в окно. Одно дело когда ты маскируешься как дебил, чтобы тебя не узнали, и другое дело, когда ты маскируешься как дебил, потому что ты дебил. Я выпал в осадок, перечитывая стих, который, она написала по моему исходнику. Я пытался уйти от собственного стиля, чтобы прийти к чему-то новому. Что-то новое, ко мне не хотело идти и я, сделал вывод о том что, скорее всего, я просто не выжал из себя всё, на что, я способен.

"Вот это тоже исправьте или допишите" Пришло мне смс на новую симку. Я лишь пожал плечами подозревая, что результатов она от меня не дождётся. В итоге, я сломя голову дописывал стих. Эта кикимора приставила мне к виску игрушечный пистолет, сказав позже, что это зажигался. Таких испытаний у меня ещё не было. К моему удивлению, я начал втягиваться в эту игру.

— Горевать или горе вать?

— Что? — Не понял я, пытаясь понять, что эта чудная от меня хочет.

И не будет горевать,

Эта минута,

В ночи,

И лишь,

Для меня,

Ты только кричи.

И не будет горе,

Горевать,

Эта минута,

В ночи,

И лишь,

Для меня,

Ты только,

Кричи.

— Стоять, — Чуть ли не своим басом рявкнул я, пытаясь спасти эти строчки. Повтори те, пожалуйста, — Поспешил я исправить ситуацию, пытаясь отвести чужой интерес от своего голоса.

— Кепочку с пропеллером дать?

— Не надо, — Пожал я плечами, добавив, что я в этом не нуждаюсь. Эта чудная подарила мне то, что называлось вдохновением.

— Фиолетовые облака, — Задумчиво протянула эта мадам, пока я втихушку печатал очередную песню в своём телефоне. Изредка я поднимал голову, чтобы понять смотрят на меня или нет. На меня не смотрели. Кристина что-то писала в своём органайзере.

— Песня.

— Что? — Не понял я.

— Я просто напишу песню и этой песней подниму рейтинг вашего томика. Вы хотите славы ваших стихов. Хорошо. Вам не интересна политика этой славы. Вы не хотите читать эти стихи, и самое главное, вы не хотите, чтобы эти стихи читали другие. Хорошо. Я просто напишу песню.

— Удачи.

— Я её уже написала, — Сказали мне, и так улыбнулись, что я подумал, что не прочь бы прижать эту кикимору возле стены. Женщины у меня давно не было. Со своим творческим кризисом, я впал в то, что называется по женски "стервозность"

— Ммм? — Ответила Кристина звонок и я прислушался, — Девять вечера? Ну, идём. А Паша придёт? Нет? Опять одни? Ну, идём, — Сказала мадам, и я вернулся к своему занятию.

— Знаете, что такое состояние невесомости? Это когда танцуешь с подругой на столе. Это когда крутишь микрофон за провод в руке, и тебе орут просто о том, что ты клёвая. Это не какое-то кино где ты это всё видишь, это реальная жизнь.

— Мадам, вы только не увлекайтесь, — Раздался знакомый голос, и я посмотрела на своего старшего брата.

— Кирилл, а ты что здесь делаешь?

— Да тут вроде как автографы одна известная личность раздавала, вот зашёл посмотреть. Тут ли эта личность ещё или нет.

— И как?

— личности нет, — Я рассмеялась, и потянулась руками к старшему брату, чтобы он меня снял с этой барной сойки. Тёмно синие брюки, аккуратные белые кеды и белый полувер. Я была на высоте. Мой привычный синий ободок был тоже на мне, — Ты мне напоминаешь одного кента, но он давно так не одевался, — Я удивилась и пожала плечами. Кирилл снял меня со стойки, и мы прошли с ним в фойе клуба. Паб был забит полностью, и скривив нос, я просто миновала всю эту толпу за барной стойкой, подвинув Бастильду бедром.

— Вы что, нарасхват? — Услышала я знакомый голос и удивилась увидев своего ботаника в очереди за безалкогольным пивом. Здесь было всё, но вот безалкогольные напитки были в тренде.

— Я здесь подругу жду, — Призналась я, откидывая свои волосы назад.

— Может, споёте песню?

— Какую?

— Ту, которую сочинили.

— Её украдут, — Призналась я, и мне в ответ усмехнулись, — Её украдут. Бастильда, что стало с моей предыдущей песней, которую я здесь спела?

— Стихи украли. Ты до сих пор судишься. Скоро получишь гранд при, — Рассмеялась подруга, припоминая тот случай.

— Вы серьёзно?

— Да, — Сказала я, ища в своей социальной сети видео, где я пела тот шедевр.

Розовый каблук на лице,

И помада туши в вине.

Розовый гламур,

Вне моды сейчас,

Я вас всех вон,

Пущу,

Это лицо,

Только моё,

И фальши в глазах,

У тебя,

Я не увижу,

Никогда,

И лишь только,

Моя,

Ода тебе,

Останется здесь,

На века.

— Он недоработан, — Вдруг сказали мне и я ответила "Так доработайте". Я задумалась о том, что этот мужчина с порога сказал мне о том, о чём я итак знала. Из паба я так и не ушла, зато нет да нет, я следила за движениями некого Антона, который то и дело, что-то обсуждал с каким — то мужчиной.

— Девушка, а вы сегодня тоже на барной стойке танцевать будете? — С порога мне закричал не очень трезвый мужчина, и криво улыбнувшись, я сказала, что эта акция проходит до купидончиков редко, — Да вы даже не раздеваетесь на этой стойки. Толк от вас на этой работе?

— Слышь ты, гамадрил негодивый. Ты либо затыкаешь свою варежку, либо говоришь со мной цивильно и с уважением. Я ясно выразилась? — Спросила я этого убогого, направив на него одну из бутылок безалкогольного пива. Эту бутылку я уже оплатила и переживать за то, что меня могут выставить из этого бара, я не собиралась.

— Ты бы потише шумела в этом месте. Это культурное место, — Вдруг заявил мне Антон, а я лишь скосила глаза и поделилась с моим клиентом тем, что это культурное место служит мне домом чуть ли не с шестнадцати лет.

— Не люблю когда лезут не в своё дело, — Поделилась я с Бастильдой и та согласилась со мной, переодеваясь в то, что называлось сарафан. Длинный кожаный сарафан ей был к лицу и отлично сочетался не только с белой блузкой, а так же ещё с красной повязкой на голове. Два бантика как у солохи делали её ведьмой ведьмой.

— А у нас сегодня акция проходит. Спой песню, получи ведьму. И это я говорю не о себе.

— На правах ведьмы я побежала петь первая, — Вдруг сорвалась я за стойку, чтобы успеть воплотить свою мечту в жизнь. Акция была платной и внеся свой залог пятьсот рублей в кассу, я резво вскочила на сцену.

— Петь буду некого тролля, который перестал петь, — В зале затихли, я выбрав песню, начала её ещё только тихо тихо напевать. У меня был свой стиль аранжировки его песен.

И воскресенье не воскресенье,

И я над тобой полечу.

И фанера над этим парижем,

Мне будет ой как вообще пофиг,

Я с тобой жить больше,

Не хочу.

Меня сначала чуть ли не закидали яйцами, а мне было пофиг. Я с порога сказала, что "эта ведьма", ткнула я себя пальцем "вам не достанется"

— Да кто о тебе то мечтает? — Вдруг взревел тот самый алконавт и Бастильда указала пальцем на второй и третий этаж здания.

— Класс люкс. Она у нас тут местная зажигался. Ведьмой за характер прозвали, — Поделилась моя подруга и толпа затихла.

— Всё, нет больше поехавших не по мне? — Второй этаж рассмеялся и вдруг хриплый знакомый голос сказал, что Кирилл ушёл домой и меня спасать некому будет.

— Я его вызову по пейджеру, — Показала я Паше язык, и подмигнула Бастильде. Забавная пара. Серьёзный Паша и оторва Бастильда. Мы все познакомились в университете, и будучи тогда на первом курсе, сдружились как говориться на века.

— Пой давай, купидон.

И воскресенье мне больше не надо,

И я от тебя полечу,

Да вот только быть больше твоей,

Я ой как, совсем не хочу.

— Так это же не оригинал, — Вдруг раздался голос Антона и я, чтобы спасти своего клиента, заметила, что я редко пою понравившиеся мне песни в оригинале.

— Так не интересно, — Сказала я, продолжая петь чужую песню, — У него все права защищены. Навредить ему не смогут. А если украдут, тут я, уже ничего не смогу сделать. Это не его песня, — Толпа засмеялась, а Антон вдруг сел за первый столик и начал меня пристально разглядывать, — Лучше на второй этаж. Там безопаснее.

— Я смогу за себя постоять, — Грубо ответили мне, и я лишь пожала плечами.

Этот вечер прошёл на ура и придя на следующий день в свой офис, и не застав там Антона, я облегчённо было вздохнула. Кожаные короткие широкие штанишки, шифоновая блузка синего цвета и острые туфельки лодочки до купидончика мне шли. Ко мне сегодня должны были прийти серьёзные клиенты, и начальство попросило меня выглядеть солидно. Французская коса пока была аккуратно заплетена, и я радовалась этому, переживая, что к тому моменту, когда клиенты придут, от неё ничего не останется.

— А вы сегодня другая, — Вдруг заявил мне знакомый голос и я подпрыгнула от неожиданности, так ему рявкнув в ответ, что сразу же выскочила в коридор проверяя, есть там кто-то или нет, — Ждёте кого — то?

— Дресс код не просто так.

— Понятно, — Сказал мне Антон, и сел на своё привычное место.

— Не смогу целый день уделить. У нас, какие-то американские гости, которые придут изучать фирму вместе со мной. Аквариум и все дела.

— Аквариум?

— Ну, всё прозрачно и чисто.

— Включая ваш характер?

— Я не единственный менеджер в своей фирме, есть ещё другие, — Призналась я, и предложила ему посмотреть другой перечень персонала.

— Да я, с вами уже как-то свыкся. Кто будет надоедать своим басом?

— Мой бас только на концертах, — Призналась я, и вытащила свой органайзер, — Я пару раз была на его концерте. Не фанатка. Лет в двенадцать отдала бы за него всё. Потом повзрослела и резко поняла, что он меня старше на шесть лет.

— и что?

— Староват.

— Что? — Вдруг вскочил Антон, и чуть не сорвал с себя и кепку и очки, — По вашему мнению, я тоже старый?

— А вам тоже тридцать шесть? — Поинтересовалась я, запамятовав возраст этого уникума. Получив положительный ответ, я сказала, что он тем более староват, — Вы кепочку никак не снимете. Я подозреваю, что ваши фиолетовые волосы прячут залысину. Мужчина нахохлился, а потом чуть ли повторно не сорвал кепочку. Я вновь удивилась, и посоветовала Антону сходить к психиатру.

— К психотерапевту?

— К психиатру, — Сказала я, закатав рукава своей блузки. Опомнившись, я резко откатала их обратно, оглянувшись на дверь и проверив, не пришёл ли ко мне кто в кабинет.

— Я бы заметил. А я нет, и тогда мне бы пришлось сказать, что вы мой ассистент.

— Не похож.

— Поверьте. Похожи, — Сказала я, и на бум показала одну из своих повседневных фотографий. Спортивный короткий топ, дырявые джинсы с завышенной талией и море косичек на голове. Квадратные очки и модный пирсинг на брови, который я снимала на работу.

— А железяка где?

— На работу снимаю, — Призналась я, показав проколотый язык.

— Моё мировоздание меняется. Я бы не удивился, встретив вас где-нибудь на сцене.

— Не будет такого.

— Я хорошо пою, — Оскорбился мужчина, и я сказала, что речь обо мне.

— Это всё не про меня. Эти концерты, эти толпы. Я люблю такие места как паб, а вот всё вот это, вся эта фальш, драки за право автографа и так далее, это всё не моё.

— Вы поэтому Тони не любите.

— Я плохо его знаю, чтобы сказать, что всё вышеперечисленное это про него. Драки на его концертах есть, а вот фальш, и так далее я не знаю. У меня брат в этой сфере крутится. Я знаю о чём я говорю.

— А брат кто?

— Директор арт студио.

— Кто? — Повторно вскочил Антон, а потом чуть — чуть припустил свои очки, рассматривая меня из под кепки.

— Что?

— Вы странная.

Странной я может и была, но вот признаваться мне в этом не хотелось. Обычная жизнь. Обычные покупки и необычные увлечения, — Вы вездесущи что ли? — Спросил меня знакомый голос, и я подпрыгнула, схватившись руками за свою грудь.

— Егор, фас его фас, — Ткнула я пальцем в своего новомодного клиента, попросив племянника его покусать.

— Кристин, он соседнюю стену разрисовал. Я его как-то здесь видел, поэтому прости, — Я понеслась проверять соседнюю стену, а потом взвизгнула от счастья.

— А спеть?

Вах вах,

И грудьми об стену,

Вах вах,

Я ещё та стерва.

Невпопад спела я, сделав акцент на этих "Вах вах".

Я влип во что — то странное. А это странное было до купидончика стервозное, несносное и странное. Она была не от мира сего. Она читала реп, она напрочь переделывала все мои стихи, и умудрилась спеть кавер моей песни так, что мне это понравилось. Я подозревал, что, что — то, что называется судьбой, решило ткнуть меня носом туда, где мне бы помогли однозначно. Верить, я в это не хотел. Она была странной. Она была забавной и она была красивой. Когда ходила в том, что ей идёт, а не как офисная мышь.

— Эта два разных стиля, и моя работа подразумевает то, что я должна выглядеть по-деловому.

— Сделайте так, чтобы ваше "деловому" вам шло.

— Оно мне идёт. Это моё мнения, а что думают остальные, мне плевать.

— Вы мне кое-кого напоминаете.

— Кого?

— Себя.

— Ха ха.

Этот вечер я провёл не с ней,

Этот вечер я провёл с другой.

Этот вечер нам дал весну.

Я зачеркнул строки и подумал о том, что я, кажется, зашёл в тупик. Что делать, я не знал. У меня был томик стихов "фиолетовые облака" и то, что называется творческий кризис. Кризис, я хотел преодолеть, а томик стихов продать. Мне бы следовало заняться чем — то одним, но ошибку, я уже допустил. Я сделал то, что называется, пошёл к этой бабе. Баба была то классная, то масштабно неприятная. Баба, то была фиолетовая в розовое платье, то фиолетово зелёная в одежде панк рокерши. Работая с ней ежедневно, я понял одну простую вещь. Эта крошка сохнет по мне. Но делает это так тактично, что мне захотелось её поиметь. Захотелось поиметь, и сразу выкинуться в окно. Она сама лично сказала, что выкинет некого Тони, если он хоть раз к ней прикоснётся. 220 вольт меня не то что били, они меня трогали, а потом имели задом наперёд. Этот перл с моторчиком, называла себя снайпером задом наперёд. Что это означало, я до сих пор не понимал.

— Вы нормальная? — Моя кепка приняла вид того, что называет пропеллер. Эта заноза, всё же притащила мне другую кепку, и стала называть меня додиком. О каком уважение шла речь со стороны меня, я не понимал, зато, я точно знал, что штраф я ей выпишу. Точнее штрафной. В тот день, я пришёл в рваных джинсах, полностью пепельным блондином, и в самых модных очках. На голове красовалась аккуратная прическа. Косой пробор привлекал внимание многих, даже мужчин. Я был тем ещё модником. Рваные джинсы; белая борцовка; накаченные бицепсы, а этой стервы на месте не оказалось. Как так, я не понимал. Что, мне с ней делать, я знать не знал. Может в дуло дать? Ну, пистолетом.

Content

Таша Робин
Фиолетовые облака